Гичко Екатерина

Плата за мир. Том 3

Екатерина Гичко

Плата за мир. Том 3

Часть I

Глава 1

— Не смей возвращать меня! — чётко произнесла Дариласа.

Раздался оглушительный треск и грохот: хвост Дейширолеша резко сжался, возвращаясь к своему хозяину, и смял столик, как если бы он был бумажным. Посуда посыпалась на пол. Раздалась забористая ругань: Вааш от неожиданности вылил кувшин вина на голову Ρоашу, проигнорировав зажатый в руке кубок. Спокойнее всех отреагировал Делилонис. Он просто замер, смотря нa Дариласу с вежливым интересом. Потом пальцы на его руке шевельнулись, и он с улыбкой обратился к сидящему рядом нагу:

— Мне не послышалось, да?

Тот с опаской посмотрел на вежливого наагариша.

Дейширолеш встал, не сводя настороженно-удивлённый взгляд с девушки. Вниз, с его хвоста, посыпалась посуда. И он замер, смотря на неё почти не мигая. Девушка продолжала прямо смотреть в ответ, а потом по её губам скользнула ехидная, полная торжества улыбка. И Дейш пошатнулся. Моргнул. Тряхнул головой. Растрепал причёску пальцами. И опять замер, прикипев взглядом к её лицу. Γлаза его прищурились, вид стал угрожающим.

— Тейссссссссс, — низко, с леденящими кровь интонациями прошипел он.

Дариласа была умной девушкой, поэтому она развернулась и решительно потопала на выход. Миссэ и Доаш остались стоять на месте, поражённо смотря в пустоту.

— Госпожа! — следом за ней бросился Ссадаши.

— Тейс, стой! — рявкнул Дейширолеш. — Остановись немедленно!

Девушка скрылась за дверью. И наагашейд бросился за ней. В себя пришёл Вааш и, ругаясь, поспешил за повелителем, на ходу отвесив подзатыльник Делилонису. Вежливая улыбка слетела с лица наагариша, уступив место глубокой задумчивости.

Король Дорин тоже вскочил со своего места, но дорогу ему неожиданно преградил Ρоаш, с волос которого продолжало капать вино. Наагариш холодно посмотрел на его величество и произнёс:

— Не стоит ходить за ней.

— Но… — начал было король.

— Не стоит, — в голосе нага зазвучали стальные нотки.

В зале послышались шепотки, которые невообразимо быстро переросли в рокот и шум.

Ноздри короля негодующе раздулись.

— Какое право вы имеете останавливать меня? — процедил сквозь зубы он. — Мне нужно поговорить с наагашейдом!

Роаш прищурился. Не с Дариласой, с наагашейдом. Его хвост еле заметно шевельнулся.

— У наагашейда сейчас другие планы, и он не может уделить вам время для разговора, — холодно произнёс наг.

— Я должен увидеть… дочь!

Эта запинка чуть ли не вызвала раздражённый рык. Роаш знал эту девочку чуть больше года, но в нём самом отцовских чувств было куда больше, чем в этом человеке. И хоть он пока не мог назвать себя её отцом, ему эта девочка дорога. Как люди вообще могут так просто избавляться от своих детей, использовать их, продавать, дарить, обменивать?.. И среди нагов попадаются весьма неприятные личности, но Ρоаш никогда не сталкивался с тем, чтобы кто-то так безразлично относился к своим детям.

— Вы её уже видели, — сухо произнёс наг, удержав собственные эмоции внутри. — Разве этого недостаточно? Она показала всю себя.

Король стиснул зубы и взбешённо посмотрел на него.

— Моя дочь непозволительно многое от меня скрывала, — процедил он сквозь зубы. — И мне есть о чём с ней поговорить!

— А разве это её вина, что вы непозволительно мало знаете о ней? — холодно вскинул брови Роаш и, полуразвернувшись к страже у двери, отдал приказ: — Никого не выпускать! Приём продолжается.

— Не много ли вы на себя берёте?! — король бесстрашно подступил к нему. — Вы, кажется, забыли, кто перед вами!

— Я слуга своего господина, — сухо ответил Роаш. — Хотя в одном вы правы.

Он развернулся к задумчивому Делилонису.

— Наагариш Делилонис, так как главный над дворцовой стражей вы, а не я, то будете добры отдать приказ.

Делилонис медленно поднял на него взгляд и переспросил:

— Приказ?

— Да. Пусть стража закроет двери и никого не выпускает.

— Пусть… — Делилонис одобрительно махнул рукой, но стража уже двери закрыла, повинуясь приказу наагариша Роаша.

В зале стоял невообразимый шум. Наги возбуждённо шипели между собой, делясь потрясающей новостью о «немоте» госпожи. Кто-то осторожно признавался, что уже знает об этом. И на него моментально обрушивался шквал вопросов.

За столом людей тоже был галдёж, но по другому поводу. Бледные советники с ужасом смотрели на короля. Ведь это их подписи стоят под мирным договором, по условиям которого была отдана принцесса Тейсдариласа. На лице королевы лежала печать немого отчаяния. Принцесса Руаза по-прежнему была ошарашена, а её пальцы нервно барабанили по поверхности стола.

Выругавшись неподобающим для его положения образом, король круто развернулся и направился к королеве.

А Делилонис наконец пришёл в себя. Он вскочил, запустил пальцы в волосы и заметался из стороны в сторону, разбрасывая подушки и двигая хвостом стол.

— Роаш, ты слышал это?! — поражённо шипел Дел, не прекращая метаться. — Нет, ты слышал! Я же не один это слышал?!

— Ну и? — скучающе подтвердил Роаш, расчёсывая влажные волосы пальцами.

— А что ты такой спокойный?! — возмутился Делилонис. — Дариласа заговорила! Ты слышал это?! Заговорила!

Тут он замер и уставился на Роаша, подозрительно прищурившись.

— Постой… Ты, что, знал?

Ρыжий наг брезгливо осмотрел забрызганную вином одежду.

— Конечно, — с достоинством произнёс он. — Я же её опекун.

Хвост Делилониса негодующе взвился.

— Я тоже! — яростно зашипел oн. — Но я-то ничего не знал! Почему ты не сказал мне?

Ρоаш ещё раз пригладил свои волосы и ответил:

— Извини, из головы вылетело.

Взбешённый Делилонис пополз на него, угрожающе вскинув хвост. А потом застыл, и на его лице появилось сперва осознание, затем лёгкий испуг.

— Дейш… Дари…

И метнулся к выходу. Перед ним расторопно открыли двери, и наг вылетел в коридор.

А Роаш неожиданно вскинул голову к потолку и широко, радостно улыбнулся. Увидевшие это наги оторопели: невозмутимый наагариш крайне редко улыбался. На душе у Роаша было легко и свободно. Он и до этого приёма знал, что Дариласа никуда от них не уедет. Наагашейд уже не вправе распоряжаться её судьбой, так как она член его семьи, семьи Вааша и семьи Делилониса, а это значит, что Дариласа теперь такая же подданная, как и все женщины в княжестве. Но в душе Роаша бушевала ревность к королю-отцу Дариласы. Он никогда не ревновал её ни к Ваашу, ни к Делилонису. Но её кровный отец вызывал в нём бурю эмоций. И сейчас, увидев этого человека вживую, оценив его отношение к девочке, Ρоаш успокоился, и ревность исчезла. Не соперник. Даже мстить ему не хочется, сообщая о том, что теперь у Тейсдариласы есть более достойные «папаши». Роаш ещё раз улыбнулся. На фоне короля он ощущал себя действительно достойным.

— Что ты наделала?! — король стремительно подошёл к столику и навис над королевой. — Ты понимаешь, что именно ты наделала?!

Арония испуганно посмотрела на него снизу и ответила:

— Я не знала о том, что она… такая.

Голос звучал сипло. Руки королевы тряслись. Она прекрасно понимала весь ужас ситуации. Её муж всегда мечтал о возрождении рода, а тут… Она закусила губы, сдерживая стон отчаяния. Εй казалось, что она сейчас лишится чувств от ужаса.

— Почему никто предварительно ничего о ней не выяснил?! Почему!!! — орал король, не обращая внимания на то, где они находятся.

Но в зале стоял такой гвалт, что его слова просто тонули в шуме.

— Но мы даже предположить не могли! — чуть не плача, закричала в ответ королева. — Что я ещё должна была делать?! Он потребовал твою дочь! Мне нужно было отдать ему Руазу?!

Руаза вздрогнула и посмотрела на мать. Король несколько присмирел, получив отпор.

– Οтдали бы эту Чёрную пустошь! — рявкнул король.

— Я бы и отдала! — отчаяние королевы прошло, уступив место злости. — Если бы я знала о ценности этой девчонки, я бы отдала и эти земли, и что-нибудь в придачу к ним. Но я не знала! Ты сам-то знал?! В чём ты можешь обвинять меня, если ты сам только сегодня об этом узнал?!

Король отшатнулся, издал яростный полустон-полурык и заметался из стороны в сторону. А королева опять закусила губы, силясь сдержать слёзы обиды за обвинение, которое ей высказал муж. Как будто бы она одна во всём виновата! Она смогла взять себя в руки и более-менее успокоиться. Нельзя показывать свои чувства. Не здесь, на глазах у всех.

А Руаза словно не слышала ссоры родителей и продолжала смотреть перед собой отсутствующим взглядом. Внутри всё сковал холод страха. Тейсдариласа — оборотень… оборотень… Эта мысль непрерывно стучала в её голове. Настоящая скальная кошка. Взрослая. Сильная. Принцесса прерывисто вздохнула. Нет, она не боялась утерять право на престол. Королевой будет именно она. Её готовили к этому с рождения. Οна боялась правды.

Тейсдариласа стремительно шла по коридору в сопровождении Ссадаши и даже не думала остановиться и обернуться кошкой. На душе царило спокойствие. Вот и всё. Больше у неё нет секретов. Ей больше незачем скрываться. Кошка внутри радостно отозвалась рыком. Она многие годы шла на разные ухищрения, лишь бы скрыть своего зверя. Ограничивала его свободу, держала на коротком поводке, никогда не позволяла делать всё, что той захочется… И всё это из-за страха стать частью королевской семьи. Εё зверь долгое время не знал свободы именно из-за этого страха, и Дариласа всегда испытывала перед кошкой вину за такие ограничения.

Когда Дариласа только узнала о приезде короля, взметнулся уже полузабытый страх. Не обида на короля-отца, который так и не стал отцом. Нет, для того, чтобы испытывать обиду к этому человеку, Дариласа слишком равнодушно к нему относилась. К ней пришёл именно страх. Ρазумом она понимала, что уже никогда не станет частью королевской семьи, но страх продолжал держать её в напряжении. Приказ наагашейда не показывать зверя ещё больше раззадорил этот страх. Она раз за разом повторяла себе, что, даже если король узнает правду о ней, то не вернёт её назад. Οна слишком крепко вросла в эту землю. Дариласа сомневалась, она до последней минуты сомневалась, стоит ли ей вообще идти на этот приём. Но её ждали там. Одна мысль, что ей придётся сидеть за столом и старательно скрывать… опять скрывать!.. своего зверя, заставляла её трястись, а кошку — недовольно рычать. Εй тоже не хотелось скрываться.

Решение Дариласа приняла спонтанно. Οна всё оттягивала сборы на приём, отчаянно не желая там быть. Α потом пришла простая по своей сути мысль: откройся. Дядя всегда говорил ей, что от своих страхов не нужно убегать. Она позволяла себе иногда пренебрегать этим советом. Страхам нужно смотреть в лицо. Чем дольше смотришь, тем обычнее и привычнее становится это «лицо». В конце концов оно перестает быть страшным. Её тайны причиняют ей беспокойство. Пора уже сбросить их. Она не желает носить их всю свою жизнь и мучиться от этого.

Правда, Дариласа не планировала оборачиваться в человека. Это решение тоже пришло спонтанно. Раз у неё сегодня день откровенности, то почему бы не раскрыть и свою последнюю тайну? Тем более необходимость в этой «тайне» уже давно отпала. Произнося свою короткую речь, Дариласа испытала неописуемое удовольствие и от удивления повелителя, и от скрытого смысла сказанных слов. «Не смей возвращать меня!» Возвращать… Словно она принадлежит ему. Хотя на самом деле это не так.

Сейчас на губах Дариласы играла яркая и широкая улыбка, а грудь распирало ощущение лёгкости. У неё больше нет тайн, она и её мысли свободны от них. С этого дня она может жить дальше, не стараясь что-то скрыть. От осознания этого хотелось смеяться в голос и танцевать. Жизнь вдруг заиграла яркими красками…

— Тейс, стой! — раздался яростный рык позади.

Сердце испуганно трепыхнулось в груди, и Дариласа споткнулась. Ссадаши обеспокоенно обернулся.

— Ой-ой, — вырвалось у него. — Кто-то очень злой. Госпожа, не советую останавливаться. Хотя… он всё равно догонит.

Дариласа рискнула обернуться, и её сердечко упорхнуло куда-то в желудок. Наагашейд стремительно нагонял их, лицо сосредоточенное, злое, хвост ужасающе быстро извивается по полу. Испуганный писк удалось задавить только волевым усилием. Но, похоже, этого усилия в девушке оставалось мало, так как, потратив его на подавление криков, Дариласа обнаружила, что не может сдвинуться с места. Ссадаши геройски выполз вперёд, закрывая её собой.

— С дороги, мальчишка! — Дейширолеш смел Ссадаши в сторону хвостом и замер рядом с Дариласой, тяжело дыша.

Οн пристально смотрел на её лицо, в глазах его до сих пор было потрясение. Да и злым-то он в принципе не был. Он был ошеломлён, шокирован, на его лице ярко отражалось неверие. Дейширолеш схватил Дариласу за плечи и, оторвав от пола, поднял её на уровень своих глаз.

— Скажи! — жадно потребовал он.

Дариласа удивлённо хлопнула глазами. Она ожидала не этого. Вспышки ярости, обвинений и упрёков, но не этого.

— Скажи мне! — опять потребовал он.

Девушка непонимающе посмотрела на него. Что сказать?

Дейш подался вперёд и прижался лбом к её лбу, глядя ей прямо в глаза.

— Я хочу слышать, — прошептал он.

Губы Дариласы разомкнулись, и она произнесла первое, что пришло в голову:

— Пусти…

Вышло почти беззвучно, но хвост наагашейда возбуждённо метнулся из стороны в сторону, чуть не зашибив Ссадаши. Глаза его вспыхнули ещё ярче.

— Ещё, — прямо в губы выдохнул он.

Тейсдариласа почувствовала, как её лицо медленно наливается жаром, а сердце вдруг очутилось в горле, перекрывая доступ воздуху. И она оказалась просто не в состоянии не то, что заговорить, она пошевелиться не могла, заворожённо смотря в такие близкие зелёные глаза.

— Мне мало! Ещё! — потребовал Дейширолеш. — Я хочу слышать тебя!

И у Дариласы закружилась голова. Он хочет слышать её… Вместо того, чтобы заговорить, она улыбнулась, радостно и очень тепло.

Дейширолеш почувствовал слабость в локтях, плечах… во всём теле, когда глаза этой девочки вдруг засветились радостью, не насмешкой, а именно радостью. В мыслях же была полная сумятица. Он не мог поверить тому, что слышал её голос. Он злился, что от него это скрыли, обманули, обвели вокруг пальца… Но самой яркой была мысль-желание: он хотел ещё раз услышать её голос. Ещё раз! А потом ещё раз и ещё раз! Он хотел убедиться, что у его немой девочки действительно есть голосок, что она может с ним говорить!

— Наагашейд, прошу прощения!

В уединённый мирок, в котором сейчас существовали наагашейд и Дариласа, грубовато ворвался Вааш. Он попытался освободить девушку из рук повелителя, но опомнившийся владыка встретил его появление разъярённым шипением.

— Я знаю, вы меня ненавидите, но это для вашего же блага, — Вааш пытался втиснуться между ними. — Вы сейчас не в себе, вам нужно успокоиться, а потом высказать Дариласе все претензии. А то вдруг вы её случайно прибьёте.

Последняя фраза так поразила Дейширолеша, что он разжал пальцы, и Вааш задвинул девушку за свою спину. Повелитель тут же опомнился и метнулся вперёд, к девушке, налетая на грудь Вааша. Тот с лёгкостью выдержал его напор.

— Ну-ну, — успокаивающе протянул наг, обхватывая наагашейда руками. — Мы тоже все очень удивлены.

Обернувшись через плечо, Вааш радостно оскалился девушке и велел ей:

— Уходи быстрее. Но мы с тобой ещё поговорим, — последнее слово он выделил особо.

Пришедшая в себя Дариласа радостно ему улыбнулась и кивнула головой. Обязательно.

— Ссадаши, дуй с ней, — приказал Вааш.

Парень по стеночке ополз его и повелителя. Последний пытался добраться до девушки хвостом, но хвост Вааша не дремал, и теперь обе конечности яростно боролись. Подхватив Дариласу на руки, Ссадаши что было мочи припустил по коридору.

Убедившись, что эта парочка скрылась, Вааш выпустил повелителя и изобразил виноватый взгляд.

— Ты-ы-ы! — яростно прошипел взбешённый наагашейд. — Ты знал!

— Я?! — поразился Вааш. — Да ни сном ни духом! Меня эта новость самого как дубиной огрела!

— Не ври мне! — не поверил Дейширолеш.

— Не врёт он! — раздался позади недовольный голос Делилониса.

Дейш оглянулся, его хвост разъярённо пошёл кольцами. Наагариш опасливо на них покосился.

— Скажешь, что и ты не знал?! — в голосе повелителя прозвучал сарказм.

— Не знал! — мрачно огрызнулся Дел. — Похоже, знал только Ρоаш. Но нам он сказать забыл! — и ехидно добавил: — У него, видите ли, из головы вылетело!

— Роаш знал?! — поразился Вааш.

Видимо, Делилонису удалось убедить друга, так как тот отполз от Вааша, прикрыл глаза и глубоко вздохнул, успокаиваясь.

— Она ведь точно говорит? — Дейш никак не мог поверить.

Шутка ли, он год был убеждён в её немоте.

— Ну, это слышал не только ты, — голос у Делилониса всё же был неуверенным.

Он сам никак не мог уложить в своей голове, что это правда.

— Вот Тёмные! — Дейширолеш растёр лицо руками. — Скрывать это столько времени!

Вааш хохотнул. Дейш и Дел мрачно посмотрели на него.

— Ну, ведь забавно же вышло, — пожал могучими плечами наг.

— Забавно, — неохотно признался Делилонис. — Только вот наши гости решат, что мы ненормальные.

— Там у гостей есть другой повод для пересудов, — не согласился Вааш.

Дейширолеш глухо застонал.

— Если король сейчас привяжется ко мне по поводу Дариласы — убью! — пообещал он и направился в сторону зала.

Делилонис обеспокоенно встрепенулся: король обязательно привяжется. И поспешил за другом, велев напоследок Ваашу.

— Ползи к Дариласе.

— Лучше уже все втроём заявимся, — решил Вааш и пополз с ним. — Εсли что, я повелителя подержу. Α то вдруг и правда короля укокошит. А мне на войну сейчас нельзя: меня Таврида сожрёт со всеми потрохами и чешуёй, если я опять уеду.

Дел удивлённо посмотрел на него. Таврида? Вроде, всегда госпожой Тавридой была. Но заострять на этом внимание не стал. И без этого есть о чём подумать.

Дейширолеш заполз в зал в уже более собранном и спокойном состоянии, но заполз быстро. Увидев его, король Дорин тут же вскочил со своего места и поспешил к нему. Дейш притормозил, посмотрел на приближающегося короля прищуренным взглядом, прихлопывая при этом кончиком хвоста по полу. Весь его вид так и говорил: «Давай-давай, подойди!». Делилонис и Вааш стремительно заползли в зал и тут же направились к повелителю. Наагариш обеспокоенно посмотрел на короля Дорина. Дипломатический скандал им сейчас ох, как не нужен. Хватит того, что с давриданским императором разругались вдрызг.

— Дейш, прошу тебя, давай без крайностей, — тихо прошептал он другу, когда оказался рядом.

— Не лезь, — сквозь зубы процедил Дейш, не отводя от короля глаз. — Я сам разберусь.

— Дейш…

— Наагашейд! — король наконец оказался рядом. — Мне нужно срочно с вами поговорить!

— Если вы хотите поговорить о Тейсдариласе, то можете сразу же уйти, — от лютого холода, что прозвучал в голосе Дейша, вздрогнул не только король, но и стойкий Вааш.

— Наагашейд, я не знал, что именно мою дочь отдали в уплату за мир! — в голосе короля прозвучало отчаяние. — Для меня это стало полной неожиданностью, когда я вернулся из Салеи. Прошу вас понять меня! Я готов отдать за неё всё что угодно!

На губах Дейширолеша появилась усмешка.

— Руазу, например?

Король несколько побледнел и отступил на полшага.

— Мне ничего не нужно, — усмешка сползла с лица Дейша так же быстро, как и появилась. — Всё, что хотел, я уже получил.

— Но, наагашейд… — не отступал король.

Дейширолеш стремительно подался вперёд. Делилонис и Вааш здорово напряглись. А повелитель прошипел королю почти в лицо.

— Наги не отдают женщин, — и, выпрямившись, уже спокойнее добавил: — Мы не люди.

— Но я её и не отдавал! — не унимался король.

— Мне плевать, — очень честно признался Дейш. — Тейсдариласа останется здесь навсегда!

— Ваши слова разрывают моё отцовское сердце, — на лице короля появилось страдание.

Дейш поморщился.

— Избавьте меня от своих отцовских чувств, — презрительно процедил он. — Мне и без вас трёх её папаш хватает.

На лице короля Дорина мелькнуло непонимание.

— О чём вы говорите?

Насмешка опять появилась на лице повелителя.

— Вы пробыли здесь пять дней, но даже не удосужились поинтересоваться, как всё это время жила ваша дочь? — наигранно удивился он. — Жила она настолько ярко и интересно, что успела войти сразу в три семьи. Можете познакомиться с её опекунами.

Дейширолеш широко махнул рукой на Вааша и Дела и ткнул пальцем в сторону Роаша.

— Я не вижу смысла продолжать этот разговор, — у Дейша кончилось терпение и желание поддерживать эту бессмысленную беседу. — Надеюсь, что ваш визит на этом и завершится, ведь, что хотели, вы уже получили. А пока можете пообщаться с опекунами Тейсдариласы.

И круто развернувшись, уполз. Делилонис растерянно посмотрел на короля Дорина и быстро произнёс:

— Мне нужно сказать пару слов повелителю.

— Мне тоже, — моментально сориентировался Вааш.

И оба нага шустро уползли.

Король проводил их обескураженным взглядом, а потом посмотрел на рыжего нага, что посмел преградить ему путь ранее и который оказался опекуном его дочери. Роаш смотрел прямо на него, не отводя глаз. Дорину вдруг стало не по себе, и он отступил.

Ρаздражённый беседой Дейширолеш подполз к Роашу и остановился около него, дожидаясь, пока подползут Делилонис и Вааш. После этого он отдал короткий и чёткий приказ:

— Чтобы в течение трёх дней её здесь не было! Ясно?! И до отъезда этой семейки она здесь появляться не должна!

И пополз на выход. Опекуны переглянулись между собой. Кто это «её», гадать не приходилось. Делилонис задумчиво пошевелил бровями, думая, стоит ли говорить Роашу и Ваашу о чувствах повелителя к их девочке, но решил, что на сегодня и так слишком много потрясений.

— Поползли к ней? — предложил Роаш. — Приём всё равно провалился.

Делилонис с Ваашем кивнули, и вся троица направилась к дверям.

Дариласа опасливо посмотрела на выжидательные лица Вааша и Делилониса и зябко повела плечами, кутаясь в одежду Роаша. Οпекуны приползли пару минут назад, отправили Ссадаши к отцу, а сами устроились напротив Дариласы. Точнее, устроились только Вааш и Делилонис. Роаш же подполз к шкафу и достал оттуда бутылку вина и три бокала. Девушка затравленно посмотрела на рыжего нага. Что этим двоим надо?

— Скажи что-нибудь, — жадно попросил Делилонис.

На лице девушки появилось недоумение, она вопросительно посмотрела на Ρоаша.

— Они поверить никак не могут, — пояснил он и добавил уже нагам: — Да отстаньте вы от неё! Не любит она говорить.

На лицах нагов появилось разочарование.

— Эх, ну это ж надо было так обвести нас вокруг пальца! — Вааш взлохматил волосы и коротко хохотнул. — Ну, ты даёшь, Дариласка!

— Ты сам, — неожиданно сказала девушка.

Наступила полная тишина. Делилонис и Вааш подались вперёд, Роаш тихо рассмеялся, глядя на это.

— Что я сам? — осторожно спросил Вааш.

— Сам решил, что я немая, — выдала длинную фразу Дариласа.

Наги замерли как пришибленные её словами. А их смысл до них дошёл уже с опозданием.

— То есть, как это я? — не понял Вааш.

Дариласа сморщила лоб и посмотрела на Роаша так, словно помощи просила.

— Ты сам в подпитии сказал ей, что она немая, — пояснил Роаш. — Дариласа тебе просто подыграла.

Вааш задумчиво сморщил лоб.

— Это в первый день было, да? — неуверенно произнёс он.

Девушка кивнула.

Наг хлопнул себя по хвосту и расхохотался.

— Я всегда знал, что эта девочка нас удивит! — c гордостью выдал он.

Делилонис посмотрел на него как на дурака.

— По-моему, она только и делает, что удивляет, — заметил он.

— Ох, ты видел лицо повелителя, когда он услышал? — восторженно пробасил Вааш.

— Первые несколько минут я вообще никого не видел, — признался Дел.

Роаш разлил по бокалам вино и подал их Ваашу и Делилонису.

— А чё Дариласке не налил? — удивился Вааш.

— Мала, — строго ответил Роаш.

Делилонис принюхался к содержимому и поддержал Роаша.

— Да, Вааш, это ей пить рано.

Вааш отпил и мечтательно закатил глаза.

— Эх, а как повелитель-то отшил короля с его притязаниями, — произнёс он.

Дариласа обеспокоенно посмотрела на него.

— Да никто тебя не отдаст! — успокоил её Вааш. — Только что повелитель отдал распоряжение, чтобы мы тебя через три дня из дворца увезли и не привозили до отъезда гостей.

— Я бы её вообще сюда не возвращал, — мрачно произнёс Роаш.

Делилонис отвёл глаза. Вряд ли Дейш будет доволен постоянным отсутствием Дариласы. Дариласа заёрзала. У неё большие планы на повелителя, поэтому вернуться ей нужно.

— Ну, это Дариласа уже решит, — протянул Вааш, считающий, что девушке нужно давать свободу действий. — Эх, жалко ты, Дариласк, не надела платье, что я тебе подготовил.

Вааш махнул могучей ладонью в сторону ширмы, на которую служанка перевесила платья. Среди них было одно светло-жёлтое.

Делилонис нахмурился.

— Что за странный цвет? — не оценил он. — По-моему, моё лучше.

И ткнул пальцем в платье тёмно-синего шёлка. Роаш фыркнул и, ничего не сказав, посмотрел на платье карминного цвета.

— А это чьё? — Вааш кивнул на янтарного цвета шёлк.

Роаш пожал плечами, а Делилонис подозрительно прищурился, отставил бокал, поднялся и подполз к ширме. Внимательно осмотрел ткань, разглядел вышивку, пощупал жёлтые кругляши цитрина на воротниковом вырезе и уверенно произнёс:

— Когда-нибудь он разорится.

Кто «он» поняли все, даже Дариласа. И девушка ощутила, как неуклонно растёт её симпатия к этому платью, хотя вначале ей больше понравилось карминное. Смутившись, она отвела взгляд, чтобы никто не догадался.

— Моё всё равно лучше, — уверенно произнёс Вааш и осушил бокал.

Глава 2

Наутро дворец гудел, переваривая потрясающую новость. Госпожа Тейсдариласа, воспитанница трёх родов, оказывается, не немая! Почему же она молчала? Версии строились одна шикарнее другой.

Дариласа решила, что не следует ей отсиживаться в покоях, словно она чего-то боится. Ей нечего бояться. В сопровождении Миссэ и Доаша девушка вышла из комнат и направилась вниз, чтобы погулять по парку, пока утренняя свежесть не покинула его. Хоть событие было вполне обыденным, она не смогла удержаться и не надеть праздничное платье, что подготовил для неё наагашейд.

Оно ей очень понравилось, хотя юбка оказалась тяжеловата. Платье также напоминало по своему виду праздничную одежду песчаниц. Юбка была сшита из длинных полос-клиньев, что расходились при ходьбе, открывая нижнюю юбку. Эти клинья были богато украшены вышивкой и бисером, которые лишь на несколько тонов темнее ткани платья. Топ же по вороту украшали жёлтые камни, а рукава его до локтей затканы вышивкой. Дариласе оно очень понравилось. Пусть оно и не такое яркое, как карминное.

Но Дариласа совсем не ожидала, что прямо перед ней в коридор выйдет король Дорин. Он замер, удивлённо смотря на неё. Видимо, для него эта встреча тоже оказалась неожиданностью. Но он быстро взял себя в руки и решительно двинулся вперёд. Миссэ и Доаш угрожающе напряглись, но Дариласа махнула рукой, показывая, что всё в порядке, и встретила короля прямым взглядом. Тот от неожиданности споткнулся. У его дочери оказался очень серьёзный, проникающий в душу взгляд. Дорину стало не по себе.

— Нам нужно поговорить, — тихо произнёс он.

Девушка склонила голову к плечу, показывая, что она внимательно слушает. Король растерялся.

— Здесь? — он обвёл рукой коридор.

Дариласа пожала плечами. А что такого? Дорин вздохнул, смиряясь с этим.

— Хорошо. Я не знал, что тебя отдали нагам. Для меня это стало неожиданностью.

Девушка качнула ресницами, поощряя его к продолжению.

— Как и… кое-что, увиденное вчера, — король выжидательно посмотрел на неё.

Но Дариласа продолжала всё также спокойно смотреть в ответ, вежливо ожидая продолжения.

— Тебе нужно вернуться, — подошёл к главной цели разговора король. — Тебе нечего тут делать. Мне кажется, что наагашейд прислушается к твоему желанию.

Тейсдариласа медленно качнула головой из стороны в сторону.

— Но почему?! — король в нервном возбуждении подался к ней, и ему навстречу выползли Миссэ и Доаш, вынуждая остановиться. — Что у тебя тут может быть? — уже спокойнее спросил Дорин.

И Дариласа впервые ответила ему.

— Всё.

Наступило молчание. Король смотрел на такую чужую и незнакомую ему дочь. Девушка перед ним, по сути, действительно для него незнакомка. Когда он последний раз её видел? Десять лет назад? Девять?

— Почему я ничего не знал о твоём даре? — спросил он.

— Моё дело, — кратко ответила Дариласа.

— Это не твоё дело! — вскипел король. — Это дело государственной важности! Твой дядя был обязан сообщить мне об этом!

Гнев короля, казалось, не произвёл на девушку никакого впечатления. А Миссэ и Доаш занервничали и нахмурились.

— Он не знал, — спокойно ответила Дариласа.

— Не знал? — не поверил Дорин.

Девушка немного помолчала, а потом всё же разомкнула губы.

— Он считает долг перед страной первоочередным, — медленно, выделяя каждое слово, произнесла она. — Поэтому не знал.

— А для тебя долг перед страной не первоочереден? — выплюнул Дорин, крайне раздражённый несговорчивостью девушки.

— Считаю иначе, — кратко ответила девушка и пошла вперёд, заканчивая этим разговор.

Она и наги успели миновать короля, когда он развернулся и прокричал ей вслед:

— Тейсдариласа!

Девушка замерла.

— Это я дал тебе это имя!

Дариласа медленно повернула голову и посмотрела на него. На её лице по-прежнему царило спокойствие. Губы её шевельнулись, и она произнесла одно слово:

— Спасибо.

И, отвернувшись, последовала дальше. В парк уже не хотелось. Ничего не хотелось. Но она всё равно пойдёт и глотнёт свежего утреннего воздуха. Возможно, он охладит что-то, ноющее глубоко внутри.

Миссэ толкнул Доаша в бок и глазами указал на угол.

— Что? — не понял тот.

— Видел? Четвёртый раз мелькает чёрный хвост.

Доаш усмехнулся.

— Видел, — подтвердил он. — Всё утро круги нарезает.

Дейширолеш заполз в собственный кабинет и с ненавистью посмотрел на гору свитков и писем, требующих его личного внимания. Из-за происшествия на вчерашнем приёме он почти не спал, мучаясь бессонницей и желанием увидеть, а, главное, услышать Тейс. И он услышал. Её разговор с отцом. Прав он был, когда велел её «папашам» увезти девчонку подальше. А король откровенно нарывается.

В дверь раздался стук, и внутрь заглянул его помощник.

— Повелитель, там король Дорин…

Наг осёкся, ужаснувшись оскалом, что возник на лице владыки.

— Пусть зайдёт, — милостиво разрешил Дейширолеш.

Помощник исчез, и через минуту в кабинет вошёл сосредоточенный король.

— Наагашейд, мне хотелось бы ещё раз с вами поговорить на счёт Тейсдариласы.

— Мой ответ будет прежним, — сразу же отрезал Дейширолеш. — Эта девушка останется здесь навсегда. Это плата Нордаса за мир. Вы хотите войны, король?

Дорин вздрогнул.

— Признаюсь откровенно, я не рад вашему визиту и буду очень благодарен, если вы не будете злоупотреблять моим гостеприимством, — Дейширолеш мрачно посмотрел на короля.

— Мы не можем уехать прямо сейчас, — не поколебался Дорин. — Мы проделали длинный путь и очень устали.

— Я и не гоню вас прямо сейчас. Отдохните и отправляйтесь обратно. Но не стоит больше заводить разговоров о Тейсдариласе, иначе вам придётся уехать раньше.

— Но, наагашейд, зачем она вам? — не выдержал Дорин. — Да, она представляет большую ценность для нашей семьи. Но вам от её дара никакой пользы! Кем она здесь будет? Вашей любовницей, забавной зверюшкой?

Кем? Этот вопрос вызвал в Дейширолеше не гнев, а удивление.

— Это уже вас не касается, — сухо ответил Дейширолеш. — Наш разговор закончен. Не советую больше поднимать эту тему.

Король сжал зубы, но покинул его кабинет молча и с достоинством.

А Дейширолеш медленно подполз к окну, продолжая вертеть в голове заданный вопрос. Кем?.. Внизу он увидел Дариласу, которая в сопровождении Миссэ и Доаша шла в сторону парка. Кем?.. На его губах заиграла улыбка, и он опёрся на оконную раму, продолжая смотреть на девушку. Надо же, его платье надела… Он знает, кем она будет. И почему он сразу об этом не подумал?

К вечеру Дейширолеш понял, что если не побудет рядом с Дариласой, то сойдёт с ума. Но с её «няньками» посидеть с ней наедине не удастся. Значит, нужно их куда-то убрать. Проще всего оказалось с Ваашем. Он сам уехал, чтобы навести порядок в родовом поместье. Делилониса удалось отвлечь срочным делом и услать в ночь из дворца. Осталось самое сложное: выманить Роаша из спальни.

Дейширолеш спустился вниз, внимательно всматриваясь в лица молодых стражников. Ему нужен кто-то новенький, не примелькавшийся, тот, кто не вызовет подозрений. Присмотрев одного паренька, наагашейд поманил его пальцем. Молоденький наг с золотым хвостом и острым лицом приблизился и восторженно посмотрел на него.

— Как тебя зовут? — почти с отеческой заботой спросил Дейш.

— Бошр, господин, — ответил юнец.

— Замечательно, — пропел Дейш. — Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня.

— Что угодно, повелитель! — с готовностью откликнулся наг.

Дейш улыбнулся и склонился к его уху.

Дариласа старалась не ёрзать, чтобы не побеспокоить спящего на другой половине ложа Роаша. А то он опять будет переживать и волноваться, что у неё что-то случилось. Незачем ему знать о её переживаниях. Сон всё никак не шёл. А тут ещё кто-тo постучал в дверь. Ρоаш встал и пополз открывать. Через несколько секунд до Дариласы донёсся быстрый неразборчивый говор. Роаш выругался и закрыл дверь.

— Дариласа, мне нужно уйти, — сказал он. — Пожар на южной городской стене, загорелись казармы.

Девушка обеспокоенно приподнялась.

— Всё будет хорошо, — успокоил её Роаш. — К утру вернусь. Спи.

Роаш уполз, и Дариласа осталась одна. Спать совсем расхотелось. На душе было муторно. Она вспомнила тот период своего детства, когда ощущала обиду на короля за то, что он оставил её. За то, что его нет в её жизни. С возрастом она поняла, что есть куда более ценные и важные вещи. Ей ещё повезло. У кого-то вообще нет родителей, у неё же был и есть дядя. И эта обида оставила её, так же, как и любой интерес к королевской семье.

Дариласу, конечно, задело, когда её отдали в качестве откупа нагам. Никогда не была им нужна, но, как только возникли проблемы, сразу вспомнили о ней и ею же прикрылись. Как она тогда была зла.

Но всё это прошло. Ей опять повезло, и так, что впору бы поблагодарить королеву. Но сегодняшний разговор с королём растравил тo, что, казалось, уже зажило. Дариласа убеждала себя, что все её расстройства пустые и не стоят они того, но прийти в равновесие и перестать думать об этом и не расстраиваться не могла. Её задело отношение короля. Столько лет она была не нужна ему. Просто она, Дариласа, была ему не нужна. Но с даром понадобилась.

Дариласа раздражённо перевернулась на другой бок и пихнула подушку кулаком. И какая бы жизнь ожидала её после возвращения в Нордас? Наследницей бы она не стала. У неё нет для этого необходимого образования, а Руазу к престолу готовили всю жизнь. Значит, выдадут за кого-нибудь замуж и будут ждать «приплода». Как же бесит!

Девушка не выдержала и встала. Походив по комнате, она надела платье, обулась и вышла в коридор. Её встретили напряжённые взгляды Миссэ и Доаша. Дариласа помялась и всё же произнесла:

— Гулять.

Наги слегка пошатнулись, словно их ударили, но быстро пришли в себя.

— Мы составим компанию, — сказал Миссэ.

Дариласа пожала плечами, показывая, что не имеет ничего против, и они направились по коридору в сторону лестницы.

Во дворце царила тишина, нарушаемая изредка переговорами стражников и тихими шагами слуг. Пустынные коридоры тонули в неярком свете светильников и светляков, а на открытых окнах играл занавесями ветер. Дариласа замерла у открытых дверей на террасу, заворожённо уставившись на волчий месяц. Почему-то это светило в своём ополовиненном виде напоминало ей профиль наагашейда. Вот нос, вот чуть выступающие бровные дуги, а это полураскрытые губы. Миссэ и Доаш терпеливо ожидали её. С улицы донёсся сонный звериный рык. Он привёл девушку в чувство и заставил улыбнуться. Коты, что ходили с ней в Дардан, всё ещё были здесь. Нужно завтра отправить их обратно к Ломаным скалам, в их родной дом. Они сильно помогли ей, и она не забудет об ответной благодарности.

Девушка неспешно направилась дальше. На лестнице Миссэ и Доаш немного опередили её, бдительно посматривая по сторонам. У них имелся чёткий приказ и от повелителя, и от наагариша Роаша о том, что к госпоже нельзя подпускать никого из королевского семейства и их свиты. На первом ярусе они обернулись к госпоже и застыли. Правда, отмерли они почти сразу же и разразились бранью. Девушки рядом не было.

— Вот же! — Миссэ с шумом втянул воздух, принюхиваясь. — Я её почему-то опять не чую.

— Я тоже, — мрачно откликнулся Доаш. — Возвращаемся наверх и ищем.

Дариласа свернула с лестницы на втором ярусе, даже не обратив внимания, что её охрана уползла вперёд, настолько она была погружена в свои мысли. Она прошла уже половину длинного коридора, когда обнаружила их отсутствие и остановилась, с недоумением оглядываясь по сторонам. Куда они делись? В душу сразу закралось нехорошее предчувствие. Каждый раз, когда она вот так не специально теряет охрану, происходит что-то плохое. Вернуться, что ли?

До её слуха донёсся звук шагов, и девушка поспешно метнулась в первую попавшуюся комнату и притаилась за дверью. Мимо, тихо мурлыкая под нос какой-то мотивчик, прошла служанка. Дариласа раздражённо выдохнула сквозь зубы и осмотрелась. В темноте вырисовывались скупые очертания немногочисленной мебели, а по полу бежала лунная дорожка, берущая своё начало от распахнутой на террасу двери. Дариласа, осторожно ступая, направилась туда и замерла на пороге, с восторгом рассматривая яркое звездное небо и два светила, что обливали окрестности своим скудным светом. Завораживающая картина. Тихий восторг вытеснил все неприятные мысли, и Дариласа уселась на пол, чтобы полюбоваться этим прекрасным видом.

Дейширолеш спустился вниз сразу, как только золотохвостый наг донёс ему, что наагариш Роаш покинул свои покои. Внутри завязался узел предвкушения, и появилось лёгкое возбуждение. Хотя Дейш убеждал себя, что он ползёт только поговорить с ней. И ничего больше! Но пальцы нервно сжимались, а кончик хвоста вилял из стороны в сторону. В этот момент Дейш искренне понадеялся, что спит она одетая. За этой мыслью моментально вскинулась ревность. А если нет? Она же спит с Роашем! Не может же она спать с ним раздетая! Или может? Дейш остановился и попытался себя успокоить тем, что Тейс спит с Роашем, как маленькая девочка с отцом. Но эта мысль была безжалостно растоптана ревностью. Ему понадобилось время, чтобы успокоиться и двинуться дальше.

Уже в коридоре, подползая к нужной двери, Дейш понял, что что-то не так: Миссэ и Доаша не было на посту. Заглянув в покои и обследовав все комнаты, Дейширолеш обнаружил, что девушки тоже нет. И где же она? Стоило только её опекуну отлучиться, как она уже куда-то умотала. Принюхавшись, он уверенно двинулся на запах. Спустился по лестнице на второй ярус, прополз по коридору и оказался перед полуприкрытой дверью. Отворив её, он сразу увидел Тейс, сидящую у выхода на террасу и залитую лунным светом. Дейширолеш заполз внутрь и притворил за собой дверь. Девушка вздрогнула от едва слышимого стука и обернулась.

— Доброй ночи, Тейс, — тихо поприветствовал её Дейш.

Миссэ и Доаш обследовали третий ярус из конца в конец, но госпожу не нашли.

— Тёмные знают что! — выругался Доаш. — Ну и где она?!

Миссэ задумчиво смотрел перед собой и постукивал кончиком хвоста по полу.

— Ты обратил внимание, что повелитель сегодня весь день кружился рядом с госпожой, но так и не подполз? — произнёс он.

— И? — Доаш раздражённо свёл брови на переносице.

— А тут вдруг наагариш Ρоаш срочно понадобился по каким-то делам, — Миссэ многозначительно посмотрел на брата.

На лице Доаша появилось понимание, и он принюхался.

— Ммм… Повелитель где-то на втором ярусе, — определил наг.

— Поползли, на всякий случай проверим, — решил Миссэ.

Тейсдариласа пробыла в одиночестве совсем немного. Звук закрываемой двери заставил её вздрогнуть. Внутри опять вскинулось плохое предчувствие.

— Доброй ночи, Тейс, — услышала она и расслабилась.

Так её называет только повелитель. Девушка различила в темноте его фигуру и очертания хвоста. Когда он направился в её сторону, она сжалась от испуга и предвкушения. Ночь, тёмная комната, тишина вокруг, и она наедине с наагашейдом… Внутри радостно вскинулась кошка. Дариласа еле удержалась от порыва броситься на повелителя и облизать его. Даже неловко стало от своих «кошачьих» мыслей.

— Подвинься, — повелитель подвинул её хвостом в сторону и сел рядом на пол.

Дариласа решила ещё немного отодвинуться, чтобы не соприкасаться с его кольцами, но хвост неожиданно пришёл в движение, его кончик обвил её за талию и уволок в самый центр колец. Девушка только и успела пискнуть, а откуда-то сверху довольно зашипел наагашейд. Дариласа замерла, рассматривая чешуйчатые бастионы, воздвигнутые вокруг неё. Εё поймал хищный зверь, а она, дура, рада.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Дейширолеш. — И где Миссэ и Доаш?

Дариласа пожала плечами. Дейш нахмурился.

— Говори со мной, — тихо, но требовательно произнёс он. — Я не понимаю тебя.

Немного помолчав, добавил:

— И никогда не понимал.

Дариласа ссутулилась, зябко повела плечами, а потом всё же раскрыла рот.

— Гуляла. Потеряла, — коротко ответила девушка на оба вопроса.

Наагашейд неожиданно пришёл в сильнейшее возбуждение. На его губах появилась широкая улыбка, кольца сжались, а он сам порывисто наклонился вперёд и прошипел ей в лицо:

— Ещщщё! Скажи ещщё!

Глаза его лихорадочно горели, и это было видно даже в темноте. Дариласа слегка испугалась и, оскалившись, попыталась вырваться. Кольца сжались чуть сильнее, а наагашейд отстранился с примирительно поднятыми вверх руками.

— Извини-извини, — улыбка его, правда, была скорее весёлой, чем виноватой. — Можешь пока помолчать.

Дариласа бросила на него злой взгляд и перестала копошиться. Сердце в груди так и скакало. Дейш слегка расслабил кольца хвоста.

— Я просто никак поверить не могу, — признался он. — Ты говоришь… Это даже звучит дико!

Девушка фыркнула и весело улыбнулась. Кольца повелителя расслабились ещё сильнее.

— Ты около года всех за нос водила, — в голосе Дейша не было осуждения, только веселье. — И как тебе это удавалось? Ты не любишь говорить?

Девушка отрицательно мотнула головой, потом поморщилась и осуждающе посмотрела на наагашейда. Глаза того были хитро прищурены. Ещё бы, на его последний вопрос нельзя ответить «да» или «нет». Она уткнулась лбом в его хвост и пробурчала:

— Не люблю.

— Вот как, — только и сказал Дейширолеш и умолк.

Дариласа подняла на него взгляд. Повелитель смотрел на волчий месяц, и девушка ощутила, как тоскливо ёкает сердце при виде освещённого месяцем профиля. Она отвела глаза и уткнулась в блестящие пряди волос. Из глубины души поднялось недовольство. Ей не нравилось то, что он обрезал волосы. Дариласа привыкла к его вечно растрёпанным причёскам и распущенным волосам, которые окутывали его как плащ до самого пола. А тут всего лишь до пояса. Она протянула руку вперёд, схватила один из локонов и поднесла к своим глазам.

Дейширолеш увидел тень недовольства на её лице.

— Не нравится? — спросил он.

Дариласа не ответила на вопрос, но скептически искривившиеся губы всё сказали за неё. Дейш протянул руку, схватил локон её волос и покачал им перед её глазами.

— Мне тоже это не нравится.

Некоторое время они пристально смотрели друг на друга, а затем одновременно хмыкнули и, отпустив волосы друг друга, перевели взгляды на ночное небо.

— Почему ты не спишь? — через некоторое время спросил Дейширолеш.

Дариласа неопределённо пожала плечами.

— Ты расстроена? — предположил Дейш и посмотрел на неё.

Девушка опустила взгляд и растерянно погладила блестящий хвост, не отвечая на вопрос.

— Забудь об этом, ты всё равно никогда не вернёшься в Нордас, — сказал повелитель.

Дариласа кивнула, показывая, что знает об этом, и продолжила гладить хвост. В хвосте повелителя было уютно. Казалось, что никакие проблемы не в силах перебраться через него. Но воспоминания о короле всё ещё расстраивали её немного.

Дейширолеш раздражённо зашипел, ощущая, как рушится его намерение всего лишь поговорить.

— Тейс, с огнём играешь, — прищурившись, предупредил он.

Девушка непонимающе посмотрела на него.

— Не надо меня гладить, — прошипел повелитель.

Сперва Дариласа смотрела на него с лёгким недоумением, а потом на её лице появилось понимание, и она, шаловливо улыбнувшись, прижалась щекой к его хвосту. Дейш прерывисто выдохнул, и по его змеиной конечности прошла дрожь.

— Я ползал по коридорам, не стоит прижиматься к нему лицом, — сквозь зубы произнёс Дейширолеш.

Дариласа же блаженно зажмурилась и обняла подрагивающий хвост.

— Сгоришь, — мрачно пообещал Дейш.

Девушка улыбнулась и ответила:

— Сгорю.

Ей хотелось сгореть. Ей ужасающе сильно хотелось сгореть в том огне, что разгорался в ней при виде наагашейда. Чтобы он выжег в ней все эти печали и мысли, чтобы на пепелище остались только одни мысли — мысли о нём. В этот момент Дариласе было всё равно, что он подумает о ней. Не имело значения, что будет потом. Ей хотелось быть с ним в этом сейчас.

Дейширолеш несколько секунд просто смотрел на неё, не мигая. А потом подался вперёд, вытащил её из колец собственного хвоста и поцеловал. Жадно, заставляя раскрыть губы и впустить его внутрь. Горячо! Настолько, что воздух в груди потёк раскалённой лавой. Так сильно, что Дариласа моментально подчинилась, не пытаясь оказать бесполезное сопротивление. Его пальцы зарылись в её волосы, чтобы сильнее прижать её к своим губам. Язык жадно огладил её нёбо, и как награду получил короткий стон.

Голову Дейширолеша заволокло туманом. Он оторвался от её губ и осыпал поцелуями её шею, ключицы… Недовольно дёрнул ткань платья, приспуская его вниз, и жадно прижался к её груди, сминая губами нежные полушария. Из её горла вырвался хриплый полустон-полувыдох, и Дариласа прогнулась ему навстречу, требовательно прижимая руками его голову к себе. Какая страстная! Дейширолешу хватило разума уволочь её с террасы в комнату и там повалить на пол, впиваясь в её губы требовательным поцелуем. Руки девушки ухватились за ворот его одеяния, разводя его полы в стороны и оголяя плечи Дейша. Дейширолеш почти сошёл с ума, когда тонкие пальчика жадно огладили его грудь и впились в плечи. Его руки нырнули под подол её платья, задирая его вверх. Ладони легли на горячие бедра и с силой провели по ним, сминая тонкую ткань нижнего белья. Дариласа подалась вперёд, и его пальцы ухватились за пояс портков…

— Госпожа, вы здесь? — раздался осторожный голос Миссэ.

Дейш и Дариласа замерли, тяжело дыша и смотря друг на друга сумасшедшими глазами. Желание пульсировало в их телах, и оторваться друг oт друга казалось подобно смерти.

– Γоспожа-а? — ещё раз позвал Миссэ.

— Может, войти? — неуверенно предложил Доаш.

— Умереть хочешь?! — чуть слышно прошипел ему брат. — Жди!

Дейширолеш глухо зарычал и прижался лбом к губам Дариласы. Если он сейчас остановится, то точно умрёт.

— Госпожа, можно войти? — спросил Миссэ.

Дейширолеш зарычал громче и сел, рывком подняв Дариласу с пола. Та смотрела на него ошеломлённым, немного испуганным взглядом.

— Третий! — прорычал Дейш и крепко поцеловал её в губы. — Я отпускаю тебя третий и последний раз! В следующий раз я не остановлюсь, и мы дойдём до конца! Я предупредил тебя!

С этими словами он встал, поднял Дариласу, оправил её одежду и волосы и толкнул в сторону двери.

— Иди! — почти с ненавистью велел он, а сам, глухо застонав, прижался лбом к стене.

Дариласа всё никак не могла прийти в себя. В её теле продолжало гулять горячее желание, уже оборачивающееся болью неудовлетворения. Она не желала уходить, но разум постепенно возвращался, и девушка медленно пошла к двери.

Миссэ и Доаш услышали её шаги почти сразу, и когда ей осталось пройти всего четыре шага, дверь резко распахнулась, внутрь нырнул чей-то хвост и вытащил её наружу.

— Ух! Вышла! — обрадовался Миссэ, который её и вытащил.

Дариласа дрожащей рукой пригладила волосы и коснулась ноющих губ. Взгляд сам вернулся к закрытой двери, за которой остался наагашейд.

— Госпожа, нам пора, — поторопил её Доаш.

Она бездумно кивнула и позволила себя увести.

А Дейширолеш глухо рычал, запуская когти в стену. Если бы не эти двое, то он бы взял её! Он бы уже сегодня оказался в ней, ощутил бы весь её жар, услышал бы самые отчаянные и сладкие стоны… Тёмные! Как же он хочет этого!

Делилонис устало повёл плечами и открыл дверь в свои покои. Ночь выдалась тяжёлая, и жутко хотелось спать. Но, оказавшись в гостиной, он замер, поражённо смотря на открывшуюся картину.

— Ты что здесь делаешь? — с недоумением спросил он.

Дейш поднял на него глаза и наигранно грустно вздохнул.

— Пью, — признался он.

— Это я вижу, — Делилонис недовольно осмотрел лежащего на подушках друга, три пустые бутылки и одну начатую у него в руке. — Много выпил?

Беспокоился он не зря. Дейширолешу категорически нельзя было напиваться.

— Пока ещё недостаточно, — грустно вздохнул Дейш и приложился к бутылке.

— Эй, хватит! — Делилонис отобрал выпивку.

Дейш опечаленно посмотрел на него, и Делилонис облегчённо вздохнул. Пока его друг успел допиться только до вселенской скорби.

— По какому поводу пьёшь? — поинтересовался Дел.

— Я говорил с Дари, — вздохнул Дейш.

— Да?! Когда?! — поразился Дел, а потом его взгляд подозрительно прищурился. — Так, а ну-ка постой! Ты меня специально выслал из дворца?

Дейширолеш рассмеялся, обрадованный его догадливостью.

— А я-то ещё думаю, что это Роаш возвращается злющий с какого-то несуществующего пожара.

Дейширолеш опять рассмеялся. Делилонис опустился рядом на подушки.

— Ну, хоть хорошо поговорил? Хотя, чего я спрашиваю?! Ты же напился после этого разговора. Неужто так плохо?

— Оооочень, — тоскливо протянул Дейш. — Я так хочу её. А ещё я чуть не сделал её взрослой.

Делилонис мрачно посмотрел на него.

— Ты хотя бы думай, кому ты это говоришь! Οна ж моя воспитанница.

Дейш тоскливо вздохнул и перевернулся на живот.

— Я правда хотел только поговорить, но она такая… такая… — он сбился, пытаясь подобрать слова, а потом блаженно улыбнулся. — Она так сгореть хотела. Да-да, у нас был пожар…

— Эх, ты! — Делилонис беззлобно пихнул его локтем в бок. — Упустил свой шанс нормально поговорить с ней, устраивая пожары.

— Я завтра с ней поговорю, — сонно пообещал Дейширолеш.

— Ага, поговоришь, — с сомнением произнёс Делилонис и поднялся, чтобы принести уснувшему другу одеяло.

Ночь для Дариласы перетекла в утро, не прерываясь на сон. Уснуть она так и не смогла. Да и как вообще после такого спать?! Всё тело горит и требует, чтобы она пошла к наагашейду и завершила начатое. Ей было так плохо от этого, что хотелось даже плакать. А ещё наконец-то проснулся здравый смысл, и она почувствовала себя ещё хуже.

Вот чем она думала, когда поддавалась ему? Если бы не вмешательство Миссэ с Доашем, то всё бы произошло. И что дальше? Наагашейд теряет к ней интерес, и все её планы, точнее, даже не планы, а намерения покорить его летят коту под хвост. Самое паршивое, она сейчас была в таком состоянии, что просто мечтала отправить все эти намерения коту под хвост, и будь что будет. Дариласа не ощущала себя способной устоять против наагашейда сейчас, когда её тело всё ещё помнило его руки и поцелуй. У-у-у! Зачем она вспомнила?!

Роаш вернулся посреди ночи очень злой. Пожара никакого не было, кто-то что-то напутал, и он просто так промотался. Рядом с ним было легче переносить собственное состояние. Но Ρоаш уполз ранним утром, и Дариласа осталась наедине со своими желаниями.

Проворочавшись в кровати, она всё же встала, оделась и вышла в коридор, решив прогуляться до парка. Миссэ и Доаш последовали за ней. Но, вывернув на лестницу, Дариласа замерла, увидев прямо перед собой наагашейда. Волосы у него были слегка влажными, видимо, полз из купален. Она развернулась прямо на ходу и бегом скрылась за углом, оставив недоумевающих Миссэ и Доаша с повелителем. Брови наагашейда изумлённо приподнялись. Братья поспешно поклонились повелителю и поползли за госпожой.

— Трусиха! — донесся до Дариласы издевательский голос владыки.

Она заскочила в комнату и с силой захлопнула дверь, злясь на саму себя. Вот идиотка! Зачем она убежала?! Стон вырвался из горла. Ноги сами её понесли, она даже задуматься о своём поступке не успела.

Несколько минут она себя корила, а потом услышала голос наагашейда откуда-то с улицы.

— Эй, Тейс! Выйди!

Девушка нерешительно приблизилась к двери на террасу и, отворив её, выглянула наружу. Внизу, перед дворцом, стоял наагашейд и улыбался. Дариласа не могла определить, чего в этой улыбке больше: насмешки или радости.

— Тейс, ты прячешься от меня? — Дейширолеш отполз назад, чтобы рассмотреть её. — Неужели ты испугалась? Или ты смутилась? Да ладно?! Я всего лишь тебя поцеловал!

Весь страх, смущение и даже желание прошли, сметённые возмущением. Он с ума сошёл кричать об этом на весь замок?! У Дариласы даже пальцы скрючило от ярости. Руки зачесались чем-нибудь в него запустить. Вазой, например. Но у Роаша ваз нет. О, ширма сойдёт!

Но до ширмы она не дошла, отвлечённая следующей фразой.

— Тейс, а ты знаешь, почему никогда не вернёшься в Нордас?

Дариласа заинтересованно подалась вперёд. Любопытно услышать версию повелителя.

Дейширолеш сложил ладони у рта и прокричал:

— Потому что я влюблён в тебя!

Эти слова словно ударили Дариласу в грудь и снесли вглубь комнаты. Она налетела на ширму, сильно ударилась о её деревянную раму спиной и упала на колени, ослеплённая дикой болью. На краткое мгновение ей стало не до всяких там наагашейдов и их странных слов. А потом боль в ноющей пояснице утихла, и её уже оглушило осознание смысла произнесённых им слов. Она медленно на четвереньках подползла к двери на террасу и осторожно высунула голову. Повелитель увидел её и радостно продолжил:

— Именно поэтому ты останешься здесь до конца жизни!

И уже совсем тихо добавил:

— До конца моей жизни.

Голова Тейс скрылась в комнате, и Дейширолеш, хмыкнув, направился назад во дворец. Минуя застывшую охрану у входа, Дейш довольно потянулся. Ну, вот он с ней и поговорил. Сказал всё, что хотел сказать ещё вчера.

Глава 3

Дариласа продолжала лежать на полу и смотреть в пустоту ошарашенным взглядом. Что она только что услышала? Ей наверняка это показалось. Не может быть, чтобы её желания так быстро и неожиданно осуществились. Или всё же может?

Девушка осторожно проползла вперёд и выглянула наружу ещё раз. Наагашейда внизу уже не было. Дариласа заволновалась. Куда он исчез? Она поднялась на дрожащие ноги и, схватившись за перила, посмотрела вниз, высматривая его. Повелителя нигде не было. Он сказал такие слова и просто уполз?! В душе нарастала паника, надежда… полная сумятица! Девушка отступила вглубь комнаты и опустилась на пол.

Голова отказывалась нормально работать, выдавая куски воспоминаний об их с наагашейдом отношениях, обрывки мыслей и предположений… Мир кружился перед глазами. Дариласа легла на пол и закрыла глаза. Так стало немного легче.

Повелитель сказал, что влюблен в неё… Повелитель нагов, невозможно высокомерный и притягательный мужчина, который столько времени пытался заманить её в свою постель, сказал, что влюблён в неё. Тот, кого любит она сама, признался ей в любви. А она не может поверить в реальность происходящего. Дариласа вдруг поняла, что настолько свыклась с мыслью, что добиться его любви почти невозможно, что теперь не может поверить в реальность происходящего.

А кошка внутри довольно урчала. Их кот во всеуслышание заявил, что он принадлежит им. Она не видела причин для сомнений. Для неё происходящее было закономерно и ожидаемо. Что тут странного? Этот кот всё равно принадлежал бы им. Дариласе бы её уверенность.

Пробудившийся разум твердил, что это очередная уловка со стороны повелителя. Не стоит доверять ему. Он поймает её в свои сети, насладится ею сполна и потеряет интерес. Но голос разума был слаб и еле слышен. Он был затоплен горячей волной надежды. Οн любит… От этой мысли на губах появлялась глупая улыбка, а сердце в груди начинало скакать как сумасшедшее. Дариласа рассмеялась бы в голос, если бы смогла до конца поверить в происходящее. Но она никак не могла поверить в то, что это реальность.

Дверь в комнату распахнулась, заставив девушку вздрогнуть, и на пороге появился Роаш. Вид у него был ошалевший. Увидев Дариласу, наагариш издал стон облегчения и бросился к ней.

— Я думал, он уже забрал тебя, — прошептал он, поднимая и прижимая девушку к своей груди.

Его слова пошатнули недоверие Дариласы к происходящему. Значит, не она одна слышала эти слова, он тоже. И Роаш им верит.

Дверь в очередной раз распахнулась. Роаш вскинулся и зашипел, но осёкся, увидев Делилониса.

— Мда, — протянул тот. — Убил бы идиота.

Роаш оскорблённо оскалился.

— Да не тебя! — раздражённо отмахнулся Делилонис и, подползя к постели, сел на неё.

Только он уселся, как дверь в очередной раз распахнулась, явив Вааша. Он поочередно посмотрел на устало-раздражённого Делилониса, нервного и напуганного Роаша, который прижимал к себе девушку, и в последнюю очередь бросил взгляд на растерянную Дариласу. Наг прикрыл за собой дверь и сложил руки на груди.

— Ну и что раскипишевались? — немного насмешливо спросил он.

— А ты не слышал?! — разъярённо скинулся Роаш. — Он признался!

— И что? — не проникся уважением к словам повелителя Вааш. — Слова — это слова! Вот лично у меня нет никакой уверенности, что это правда.

Внутри Дариласы что-то тоскливо отозвалось. Радостная надежда поникла. Она судорожно вцепилась пальцами в плечи Роаша.

— Вааш, он влюблён в неё уже очень давно, — тихо произнёс Делилонис.

Надежда опять вспыхнула буйным цветом, и девушка с оживлением посмотрела на Делилониса.

– Οн признался в этом на Карийских болотах. Точнее, даже не признался, скрыть это не смог, — устало сказал наагариш.

— Ты знал?! — яростно зашипел Роаш. — Знал и ничего нам не сказал?!

Делилонис перевёл на него взгляд и мстительно прищурился.

— Извини, из головы вылетело, — ехидно процедил он.

— Дел, ты мужик, конечно, взрослый, но в отношениях с бабами полный лопух, как и повелитель, — неожиданно спокойно сказал Вааш.

Все взгляды были переведены на него.

— Ты знаешь, как часто мы принимаем одни чувства за другие и обманываем себя этим? — задал провокационный вопрос Вааш. — Повелитель сам мог обмануть себя, посчитав свои чувства любовью. Да, он явно чувствует к Дариласке то, что к другим женщинам никогда не чувствовал. Но любовь ли это?

Вид у Делилониса стал несколько обескураженным. Подобной мысли он не допускал. Роаш же вроде слегка успокоился. По крайней мере, вид у него был скорее задумчивым, чем нервным. А вот Дариласа сильно расстроилась и теперь пыталась это скрыть.

Почему нельзя никому довериться без оглядки? Особенно когда этого так хочется. Хочется просто поверить, броситься к нему и сказать, что она тоже влюблена. А вместо этого сплошные сомнения и страхи, из-за которых плакать хочется.

Вааш подметил её расстроенный вид и нахмурился. Девочке нравится повелитель, и это сейчас очень заметно. Но он бы не забрал ни слова из того, что сказал. Пусть лучше она не обманывает себя. Этой девочке он не желал той боли, что может сломать её в отношениях с повелителем. Он её опекун, это его право и долг — позаботиться о её счастье.

— А что ты сделаешь, если повелитель спросит у тебя разрешения ухаживать за Дариласой? — задал неожиданный вопрос Делилонис.

— А ему, что, разрешение нужно? — несказанно удивился Вааш. — Если ему нужно моё разрешение, то я его не дам! — категорично заявил наг.

— Ты против его кандидатуры? — прищурился Дел.

Вааш вздохнул.

— Повелитель, конечно, не вызывает у меня восторга в качестве возлюбленного для моей дочери. Но дело-то не в этом. Видишь ли, я прекрасно понимаю, что рано или поздно мои девочки упорхнут от меня. Не могу же я всю жизнь держать их при себе и лишить возможности создать семью?

На лице Роаша появилась растерянность. Похоже, он испытал некий диссонанс.

— Не могу. Поэтому я свою задачу, как отец, вижу в том, чтобы отсеять неблагонадёжных кандидатов. Поверь, Дел, моего одобрения не получит никто! — заявил Вааш. — Если мужику действительно нужна определённая баба, если эта баба его, то он в лепёшку расшибётся, но сделает её своей! А если она ему не очень-то нужна, то он помыкается, помыкается и устранится. Ты думаешь, мне мой тесть давал разрешение ухаживать за его дочерью? Ха! Да я, чтобы увидеть Архиашу, использовал все свои знания в военной разведке! А сколько раз я дрался с её папашей! Но не отступил!

Тут Вааш немного помрачнел. Видимо, воспоминания об умершей жене опять укололи его болью. Но он глубоко вздохнул и продолжил:

— Так что, Дел, можешь передать повелителю, что, если ему нужно моё разрешение, то он его не получит! Если Дариласка ему действительно нужна, то это его не остановит.

На последней фразе Дариласа немного приободрилась.

— И я разрешения не дам! — тут же прошипел Роаш.

Делилонис устало вздохнул и взъерошил волосы.

— Вот знаете, чует моё сердце, что он серьёзен, — раздосадовано произнёс он. — Потреплет он нам с вами нервы знатно!

Дариласа еле сдержала счастливую улыбку. Серьёзен… Может, Делилонис прав? Он же друг наагашейда, он понимает его лучше всех остальных.

Дариласа уткнулась в плечо Роаша и, зажмурившись, счастливо улыбнулась. Отбросив все сомнения, она позволила себе поверить, что повелитель действительно любит её. От затопившего её восторга хотелось пищать. Потом она позволит себе сомнения, потом. А сейчас она просто хочет верить и радоваться своей доверчивости.

А в это время дворец гудел как улей. Новость о признании наагашейда облетела его как пожар. То тут, то там слышали громкие голоса, смех, споры. Кто-то радостно заявлял, что, ну, наконец-то! Может, наследника в скором времени заведёт. Кто-то никак не мог поверить в происходящее. Были и те, кто высказывал сомнения в выборе наагашейда. Но их сомнения быстро тонули в недовольстве других. По мнению многих, кандидатура возлюбленной нареканий не вызывала. Да, не нагиня! Но для госпожи Тейсдариласы это даже не недостаток. Вон она какая! Самая подходящая женщина для такого мужчины как наагашейд.

Были те, кто огорчился из-за этой вести. Соош, несущий в тот день пост на восточной третьей стене дворца, имел возможность лично слышать признание повелителя. Услышав его, парень побелел, пальцы его ослабли, и оружие выпало из рук. На сердце опустилась тяжесть. Он спрятал лицо в ладонях и тихо застонал. Из памяти выплыло лицо госпожи. Она прижималась щекой к горбу верблюда и улыбалась ему. Именно тогда его сердце впервые ёкнуло, и зачатки томительного чувства дали свои ростки. Горло сдавило, и парень прерывисто выдохнул. Возникла решимость. Он не хотел уступать повелителю.

Король Дорин в момент признания шёл по коридору, намереваясь выйти прогуляться в парк. Он услышал только последнюю фразу: «Потому что я влюблён в тебя!». Но кому она предназначена, понял сразу. Все его надежды рассыпались в прах. Его величество пошатнулся. Один из его охранников поспешил поддержать своего господина.

— С вами всё хорошо? — обеспокоенно спросил он.

— Да, — с трудом проговорил король. — Мне нужно назад.

Уже в покоях он слегка пришёл в себя и начал мерить гостиную шагом. Он лихорадочно думал и пытался понять, как это произошло? Когда? Почему? Да это просто невозможно, в конце концов!

Дорин представил Тейсдариласу. Сдержанная, неразговорчивая, холодная. Α потом представил наагашейда. Властный, высокомерный, расчетливый. Как она могла заинтересовать повелителя нагов так сильно, что он, плюнув на свой статус, как мальчишка кричал признание у неё под окнами?! Это просто немыслимо! Невероятно! Неужели наагашейд отказался вернуть её, отверг возможность получить Чёрную пустошь только из-за того, что «влюблён»? Дорин замер и сильно зажмурился. Это невозможно! Οн знал, что это невозможно. Он-то не смог пойти против интересов страны и жениться на Ирене, хотя очень сильно любил её.

В дверь постучали и почти тут же, не дожидаясь разрешения, открыли её. На пороге возникла королева Αрония. На лице её было замешательство.

— Ты… слышал? — тихо спросила она.

Король помрачнел ещё сильнее, кивнул и отвернулся.

— Я не знаю, что делать, — тихо признался он.

Королева глубоко вздохнула и неожиданно уверенно заявила:

— Ещё не всё потеряно!

Дорин посмотрел на неё с удивлением.

— Я успела узнать кое-что об этой расе, — произнесла жена. — У нагов странное отношение к браку. Союзы по расчёту среди них почти не встречаются. И Тейсдариласу никто не сможет заставить быть с наагашейдом, если она того не пожелает сама.

Дорин прищурился.

— И что ты предлагаешь? — спросил он.

— Нужно сделать так, чтобы она сама захотела уехать отсюда, — сказала королева. — Наги отпустят её, если она сама этого захочет.

— Но как это сделать? — король жадно посмотрел на неё.

Арония устало улыбнулась.

— Женское сердце слабо, — тихо сказала она. — Выбери из нашего сопровождения какого-нибудь бойкого и симпатичного лицом мужчину. Пусть он подберётся к ней, вызовет её расположение, а потом завладеет и сердцем. Тогда она вернётся с нами, не пожелав расстаться с возлюбленным.

Король задумчиво закусил губу. Эта авантюра вызывала у него сомнения. Главным образом из-за наагашейда. Он сильно сомневался, что тот отпустит девушку по её же желанию. Теперь он в этом сомневался. Но попытаться можно.

— Выбери кого-нибудь, — переложил он эту обязанность на королеву.

Та кивнула, принимая это.

— Я займусь этим прямо сейчас, — сказала она и покинула его.

А король принялся опять ходить по комнате. Через некоторое время он остановился, задумчиво нахмурив брови, а затем направился к столу. Вытащив письменные принадлежности, он сел и начал быстро писать. Закончив, Дорин запечатал письмо и написал на нём:

«Виконту Шервану Женайскому»

Да, это будет надёжнее какого-то там плана с влюблённостью.

Руаза тоже услышала признание наагашейда. И, если в первое мгновение её укололо то, что повелителю нравится её сестра, то потом она обрадовалась. Меньше всего принцесса хотела, чтобы Тейсдариласа вернулась назад. Особенно теперь, когда она знает о наличии зверя. Ей не нужно присутствие оборотня рядом. Одно это может раскрыть её тайну.

И всё же нашёлся кое-кто, кто принял признание повелителя как данность. Ссадаши как раз выгуливал Большого Красавчика по просьбе Эоша, когда услышал громогласное признание повелителя. Οно вызвало у парня широкую улыбку.

— Ты слышал? — радостно спросил он у кота. — Хоть кто-то из них наконец-тo решился.

Α затем, подумав, добавил:

— И хорошо, что это повелитель. Это его право как мужчины — сделать первый шаг.

Кот ткнулся башкой ему в живот, словно поддерживая.

Дариласе очень сильно хотелось увидеть повелителя. Так сильно, что она мечтала, чтобы опекуны её покинули. Вааш и Делилонис действительно потом уползли по делам. А вот нервный Роаш никуда не делся. Он, видимо, решил не оставлять её одну. И когда девушка выразила желание прогуляться, он вызвался сопроводить её. Дариласа скрыла тяжёлый вздох, чтобы не обидеть его, и понадеялась, что хотя бы увидит наагашейда издали.

Но, видимо, все её попытки просто прогуляться теперь обречены на то, что она будет сталкиваться с членами королевской семьи в коридорах. Когда из-за угла вывернула королева Арония в сопровождении двух охранников и одной своей дамы, Тейсдариласа замерла от неожиданности. Королева тоже остановилась, удивлённо смотря на неё, Роаша и Миссэ с Доашем. Последние вызвали у неё оторопь своей буйной расцветкой.

Дариласа быстро пришла в себя и отвесила короткий поклон вежливости. Невежливость его заключалась в том, что такое приветствие мог позволить себе только равный по статусу королеве. Но её величество не обратила внимание на это лёгкое отступление от этикета, рассматривая девушку перед собой.

— Доброе утро, дитя, — на её губах возникла улыбка.

— Доброе, — помедлив, ответила та.

А что? Утро действительно доброе. Наагашейд постарался, чтобы оно удалось во всех смыслах. Дариласа даже не могла после всего этого испытывать негативные эмоции к женщине перед собой.

Ответив на приветствие, Дариласа хотела было уже пойти дальше, но её остановил голос королевы.

— Может, поговорим? — предложила её величество.

Дариласа вопросительно вскинула брови. О чём? Рядом напрягся Роаш. Он не вступал в разговор, позволяя Дариласе разобраться самой. Но язык так и чесался попрощаться с королевой и утащить девочку дальше.

— Тейсдариласа, давай поговорим как взрослые, забыв на время детские обиды. Ты же понимаешь, что твоё возвращение важно для страны и её народа. Это твоя страна, у тебя есть долг перед ней…

Королева испуганно умолкла, услышав возмущённое шипение Роаша. Наг подался вперёд, но Дариласа положила ему руку на локоть и удержала. После этого она посмотрела на королеву и улыбнулась. Губы её шевельнулись.

— Моя страна, — Дариласа обвела рукой вокруг себя. — Мой отец, — она посмотрела на Роаша.

Пройдя вперёд, она положила ладони на локти Миссэ и Доаша.

— Мой народ, — сказала она.

Снаружи раздался гневный звериный рык. Девушка улыбнулась и ткнула пальцем в сторону, откуда он пришёл.

— Подданные. Мои.

Подавшись вперёд, к королеве, Дариласа спокойно произнесла:

— Я связана с этой страной.

Девушка протянула руку, взяла белую, нежную ладонь королевы и, склонившись, прижалась к ней губами. Не разгибаясь, она подарила королеве прямой взгляд, от которого та вздрогнула.

— Спасибо, — искренне произнесла Дариласа и, отпустив её ладонь, продолжила свой путь.

Наги последовали за ней, оползая застывшую посреди коридора королеву, её охрану и испуганную даму. Королева судорожно вздохнула и вцепилась пальцами в платье, ощущая, как этот проникающий в душу взгляд намертво врезается в её память, чтобы преследовать до конца жизни. Так же, как и воспоминание о той единственной встрече с её матерью.

Дейширолеш в очередной раз отложил документы в сторону и, заложив руки за голову, широко улыбнулся. Наверное, впервые в жизни он был готов доверить разобрать все эти отчёты и письма своему помощнику, чтобы уползти к Тейс. Как она там? Как отреагировала на его слова? Испугана? Ошарашена? Растеряна? Ему хотелось знать это. А может быть, она решит сбежать от него? Что ж, он не против чуть-чуть поиграть в догонялки. Из княжества она всё равно никуда не сбежит. Тут у неё «папаши», стая… А от него в его же стране никто не спрячется.

Широкая улыбка всё ещё блуждала по его лицу, когда в кабинет без стука вполз Делилонис. Друг окинул его радостную физиономию мрачным взглядом и медленно произнёс:

— Дейш, ты у нас в опале.

Дейширолеш, не прекращая улыбаться, вопросительно вскинул брови.

— Ни Ρоаш, ни Вааш тебя не одобрили.

Дейш насмешливо фыркнул. Кому нужно их одобрение? Делилонис тяжело вздохнул, правильно оценив настрой друга, и опустился на подушку перед его столом.

— И зачем нужно было делать это так? — спросил он.

— Как так? — Дейш сделал вид, что не понял вопрос.

— Громко и неожиданно, — пояснил Дел. — Ты напугал девочку, заставил Роаша нервничать, а весь дворец — гудеть как разворошённый улей.

— М-м-м… Нервничает только Ρоаш? — слегка удивился Дейш.

— Ну, не знаю, — протянул Делилонис. — Возможно, короля Дорина ты тоже заставил волноваться.

Дейш поморщился. Ρеакция короля Нордаса его мало интересовала.

— А Вааш? — полюбопытствовал он.

— Вааш… — Делилонис немного помолчал и всё же сказал: — Даже не знаю, повезло тебе с ним или нет, но Вааш не одобрил тебя, сказав, что, если Дариласа тебе действительно нужна, то добьёшься ты своего и без его одобрения.

— Хорошая позиция, — одобрив Дейш.

— Эта позиция не помешает ему гонять тебя, — заметил Дел. — И статус наагашейда тебя не спасёт. Вааш как отец будет в своём праве.

— Я разберусь, — Дейш продолжал оставаться в замечательном настроении. — А как отреагировала она?

Делилонис ответил не сразу. Для него реакция Дариласы была не так очевидна, как для Вааша. Он видел испуг на неё лице, надежду, разочарование, страх… Сложную смесь эмоций, в которой он разобраться не мог.

— Она растерялась, — ответил он Дейшу. — Мне сложно говорить о её чувствах. Я не так хорошо её понимаю.

Но Дейширолеш не расстроился. Сейчас было крайне сложно расстроить его.

— Дейш, ты мне скажи только: что ты собираешься делать дальше? — попросил Дел. — Я хоть морально подготовлюсь.

Дейширолеш весело посмотрел на него и ответил:

— Ухаживать.

— А после этого? — напряжённо спросил Делилонис.

— Дел, ну что может быть после этого? — слегка раздражённо протянул Дейш.

— Даже предположить не могу, — Делилонис старательно изобразил наивный взгляд.

Дейширолеш тяжело вздохнул. Не любил он раскрывать своих планов, даже если они так очевидны, как, например, его намерения в отношении этой девушки.

— Она станет наагашейдисой, — неохотно ответил он.

Делилонис только тихо вздохнул. Улыбку с лица Дейша как ветром сдуло.

— Что это ещё за вздох? — недовольно спросил он. — Тебе что-то не нравится?

— Твои намерения мне нравятся, — утешил его друг. — Но Дариласу мне жалко. Всё же ей в качестве мужа достанешься ты…

Дейширолеш раздражённо зашипел.

— Надеюсь, мне представится случай сказать тебе то же самое, когда ты влюбишься, — мстительно прошипел Дейш.

Делилонис только насмешливо фыркнул.

— Если Дариласа ответит тебе взаимностью, то я палки в колёса ставить не буду. Но до этого момента… — Дел красноречиво умолк и развёл руками.

— Она ответит, — уверенно заявил Дейш.

Делилонис закатил глаза к потолку. Ну и самоуверенность!

— Да, кстати, — Дейширолеш поморщился и бросил перед Делом распечатанное письмо. — Принцесса Дедери задержится у нас. Пришло послание от императрицы.

Делилонис быстро пробежал глазами по листу, и его брови удивлённо взлетели вверх.

— Император болен? Какая неожиданность! — вырвалось у него.

— Я бы даже сказал, приятная, — не стал скрывать своих чувств Дейш. — Но из-за его болезни императрица не может так быстро решить вопрос с передачей Хармийских пустошей, поэтому она просит дать ей больше времени на решение этой проблемы. Принцессе придётся немного погостить у нас. Позаботься о ней.

— Я? — удивился Делилонис.

— Или поручи это кому-нибудь, — Дейшу было не принципиально, кто этим займётся. — Боюсь, по дворцу пойдут слухи, что мы держим взаперти давриданскую принцессу. И мне бы не хотелось, чтобы они дошли до наших гостей. Поговори с принцессой, убеди её держать язык за зубами и изображать такую же гостью.

— А принц?

— А что принц? — Дейширолеш спокойно посмотрела на него.

— С ним что делать.

— Ничего, — ответил Дейш, чем ввёл Делилониса в ступор. — Его уже здесь нет.

— То есть, нет? — напрягся Дел.

У него мелькнула мысль, что принц уже мёртв.

— Я отправил его в другое место, — пояснил Дейш. — Специально не стал об этом говорить даже тебе: везде есть уши, а мне не нужно, чтобы слухи об отъезде его высочества распространились. Меньше всего я хочу, чтобы этого мальчишку перехватили и вернули обратно в Дардан.

— Вот как, — Делилонис одобрительно кивнул. — Хорошо, я позабочусь о принцессе. И даже уже знаю, кому поручить приглядывать за ней.

— Замечательно, — кивнул Дейш. — Мне тут ещё написал Ризшан. При императорском дворе сейчас неспокойно. Император болен очень серьёзно. Появилось очень много желающих воспользоваться этим. Неожиданную активность проявила сама императрица. Ранее у неё не было такого интереса к власти. Она даже обратилась к Ризшану за поддержкой. Οн интересуется у меня, стоит ли это делать.

— И что ты решил?

— Пусть на троне будет маленький принц и послушная императрица-регент, чем кто-то другой, — ответил Дейш. — Я дал разрешение на поддержку. Тем более императрица уже высказала свою расположенность к нам, найдя и уничтожив оставшихся хмангеров.

Делилонис кивнул, поддерживая это решение.

— У тебя что-то есть по этому горбатому? — в голосе Дейша зазвенели презрительные нотки.

На лице наагариша возникло сомнение.

— Кое-что я нашёл, но пока не уверен, что это связанно с ним, — признался он. — Поэтому и не спешу тебе докладывать.

Дейш вопросительно вскинул брови и подался вперёд.

— Помнишь ту женщину на торговой площади, которую Дариласа заподозрила в краже твоей крови?

Дейширолеш напрягся, вспоминая, а потом кивнул.

— Я поручил ещё тогда найти её, но среди прибывших песчаных волков подходящей под описание женщины не было. Это насторожило меня, поэтому я велел продолжить поиски. Они привели моих нагов в земли песчаных волков. При разговоре с одним древним стариком из старейшин выяснилась маленькая странность. Старик сказал, что описание неправильное. У представителей их народа не бывает чёрных глаз, и, возможно, имеются в виду тёмно-карие.

Дейширолеш отрицательно мотнул головой.

— Её глаза были чёрными.

— Старику так и сказали, — продолжил Дел. — Но тот настаивал на своём, а потом рассказал, что раньше были женщины с чёрными глазами, но это были нехорошие женщины, гнилые, принявшие неправильную сторону. Всё это звучало очень неправдоподобно, поэтому мы не придали этому особого значения. Тем более на тот момент у нас не было никаких предположений на счёт личности нашего врага. А теперь я вот думаю, что если после своего наказания, Чанвашар подался в земли песчаных волков и там спрятался, найдя поддержку среди местных жителей? Но это пока догадки, доказательств у меня никаких нет.

Дейширолеш задумался.

— Вполне возможно, — протянул он. — Те, кто принимал чужого бога, всегда считались среди своего народа отщепенцами, изгоями… гнилыми. А у Чанвашара, насколько я помню из преданий, в качестве жрецов всегда были женщины.

— Думаешь, он нашёл себе жриц среди другого народа? — заинтересовался Делилонис.

— Предполагаю, — не стал настаивать на своём Дейширолеш.

Его хвост возбуждённо шевельнулся.

— Проверь, — коротко распорядился он.

Делилонис кивнул, ощутив, как появляется азарт. Его взгляд встретился с взглядом Дейша, и они усмехнулись. У них обоих появилось ощущение, что разгадка близка.

Ссадаши сидел в уголочке и с тихой улыбкой наблюдал за родителями, изо всех сил стараясь не прислушиваться к их разговору: уж больно он у них смущающим выходил. Мама сидела на краю ложа и краснела под взглядом отца. А тот рокочуще шипел разные глупости. Его пока только на разговоры и хватало, подняться сил не было, хотя он и пытался.

А Ссадаши смотрел на них и понимал, что ещё никогда себя таким счастливым не ощущал. Он впервые мог наблюдать такие нежные отношения между родителями. Ранее в его присутствии они всегда напрягались. Сейчас же нет. В общении с самим Ссадаши до сих пор присутствовала напряжённость, но не такая, как раньше. Это напряжение вызывало чувство неловкости. Когда Ссадаши и его отец оставались вдвоём, наступало напряжённое молчание. Они никак не могли привыкнуть относиться друг к другу по-новому.

С мамой было проще. Она сама тянулась к нему. Правда, с опаской, робко, но тянулась. Иногда она замирала за спиной Ссадаши, никак не решаясь прикоснуться к нему. А он замирал и ждал. Ждал, пока хрупкие ладони лягут ему на спину, и мама прижмётся к нему всем телом. В такие моменты он был особенно счастлив.

В дверь постучали. Ссадаши обеспокоенно вскинулся, решив, что это кто-то из братьев. С ними у него отношения так и не наладились. Но на пороге комнаты показался наагариш Делилонис.

— Доброго дня, — поприветствовал он Видаша и Риэду.

И уже Ссадаши:

— Ты мне нужен.

Ссадаши ободряюще улыбнулся забеспокоившейся матери и выполз следом за наагаришем.

— Что-то случилось? — спросил он.

— Не совсем, — ответил наагариш. — Мне нужно, чтобы ты присмотрел за кое-кем.

Ссадаши открыл было рот для нового вопроса, но наагариш уполз вперёд, и парню пришлось догонять его.

Остановились они перед дверью одной из комнат на втором ярусе. Ссадаши с недоумением посмотрел на расположившуюся здесь стражу. Наагариш открыл дверь и заполз внутрь, Ссадаши последовал за ним и встретился взглядом с принцессой Дедери. Лицо у девушки было заплаканным. Она сидела на постели, прижимая к груди подушку. Два дня назад к ней ночью привели Бриона и позволили проститься с братом. И теперь она была в постоянном беспокойстве за его судьбу и за свою тоже. Страх мучил её.

— Доброго дня, ваше высочество, — степенно поприветствовал её Делилонис.

Дедери испуганно посмотрела на него.

— Ч-что такое? — спросила она.

— Не стоит бояться, — успокоил её Делилонис. — Я пришёл всего лишь поговорить с вами.

Взгляд из испуганного стал настороженным.

— Пришло письмо от вашей матушки.

Лицо Дедери осветилось надеждой.

— Увы, ваш отец неожиданно заболел, поэтому наши требовании пока не могут быть выполнены, и вам придётся остаться здесь ещё на некоторое время.

В глазах девушки мелькнуло отчаяние.

— Наагашейд согласился дать императрице время, чтобы уладить вопрос с вашим возвращением. Вам же разрешено покидать эту комнату на правах гостьи. Но только если вы согласитесь выполнять определённые требования.

Опасение опять мелькнуло на лице Дедери.

— В этом дворце сейчас присутствует король Нордаса со своей семьёй и свитой. Им совершенно ни к чему знать о разногласиях, возникших между императором и наагашейдом. Поэтому вам следует проявить благоразумие и притвориться просто нашей гостьей. Вы приехали вместе с нами из Дардана, но по пути подхватили болотную лихорадку, поэтому все эти дни не покидали покоев. Надеюсь, мы договорились?

Девушка слабо кивнула и тихо произнесла:

— Я всё поняла.

— Замечательно, — Делилонис повернулся к Ссадаши. — Ссадаши позаботится о вашем комфорте. В случае возникновения вопросов можете смело обращаться к нему.

Лица и Ссадаши, и Дедери вытянулись от удивления. Но если на лице Ссадаши потом появилось лёгкое возмущение, то принцесса наконец расслабилась и слегка успокоилась.

— Я оставлю вас, — с этими словами наагариш Делилонис покинул их.

Ссадаши с немым возмущением посмотрел ему вслед, а затем тяжело вздохнул и растёр лицо руками. И почему именно он? Смирившись с ролью няньки, парень повернулся к принцессе и велел:

— Собирайтесь, ваше высочество.

— Куда? — всполошилась она.

Парень тяжело вздохнул и с тоской протянул:

— К портному.

Оказавшись во дворе, Дариласа знаком попросила Роаша, Миссэ и Доаша оставаться на месте, а сама прошла немного дальше. Только после этого из её горла вырвался нечеловеческий рык. На него тут же ответили. Большинство ответных рыков донеслось из парка. Через некоторое время оттуда начали выбегать звери, направляясь к своему вожаку. В спину Дариласы ткнулся башкой Изящный Красавчик. Девушка с улыбкой обернулась и потрепала его по шее. До тонкого слуха девушки донёсся испуганный вскрик, но, оглянувшись на окна дворца, она никого не увидела.

Дариласа подождала, пока соберутся все коты. Пришёл даже Плут-Красавчик вместе со своим семейством. Кошка тащила в зубах подросшего котёнка. Из дворца донёсся тоскливый рык Большого Красавчика, запертого в лекарском крыле.

Когда все три с лишним десятка котов оказались рядом с ней, Дариласа отпустила собственного зверя. Кошка в ней глухо зарычала, обращаясь к сознанию каждого из присутствующих котов, и велела возвращаться домой, к Ломаным скалам. Для истосковшихся по дикой природе котов это был самый желанный приказ. Многие из них почти тут же сорвались с места к стенам, игнорируя распахнутые ворота. Некоторые ещё какое-то время вертелись около Дариласы, после чего последовали за всеми. Вскоре остались только Изящный Красавчик, Красавчик-Плут, его кошка с детёнышем и запертый Большой Красавчик.

— Не подумай, что я не благодарен котам за помощь, но я рад, что они наконец отправились домой, — признался подползший Роаш. — Ночами их рыки сильно мешали спать.

Дариласа сдержанно улыбнулась. Взгляд её уткнулся в неуклюжего котёнка. Он скакал вокруг своей матери, охотясь на её лапы и хвост. Неожиданно Дариласе пришла на ум мысль, что для этого маленького зверя домом является это место. Он родился здесь, здесь же растёт и делает первые шаги.

От этих мыслей её отвлёк громовой голос Вааша.

— Дариласка! Посмотри, кто здесь. Ты её ещё после приезда не видела.

Дариласа повернулась, и её лицо стало ошарашенным. Рядом с Ваашем была Виаша. Но такую реакцию вызвала не сама нагиня, а большой живот, что выдавался вперёд как нос корабля. Это ж сколько времени прошло, что oн у неё так вымахал? Дариласа перевела взгляд на лицо Виаши и улыбнулась ей. Та неуверенно улыбнулась в ответ. Только потом Дариласа обратила внимание, что с Виашей и Ваашем также были отец девушки и недовольный Есаш.

Дариласа подошла ближе, не скрывая собственного восторга от вида большого живота девушки. Та нервно замялась под её взглядом. Вид у нагини был бледный, под глазами залегли круги. И Дариласа обратила внимание, что Виаша избегает прикасаться к собственному животу. Словно боится его. Дариласе стало стыдно за свой неприкрытый восторг.

Но в отличие от неё, Роаш, например, не испытывал сомнений.

— Какие мы большие стали, — с лёгкой улыбкой заметил он. — Скоро уже, наверное, рожать?

На лице Виаши мелькнули страх и отчаяние одновременно, и она с самым несчастным видом кивнула. Её отец обеспокоенно подполз к ней. А Есаш закатил глаза к небу, словно вымаливая у богов терпение. Заметивший это Вааш украдкой отвесил племяннику подзатыльник.

Неожиданно на лице Виаши появился самый настоящий испуг, и она в панике посмотрела на своего отца.

— Он… он шевелится… опять… — непослушными губами произнесла она.

— Это хорошо, — попытался успокоить её отец, но ничего не вышло.

— Почему он не успокаивается? — в панике шептала девушка, поднимая руки, словно боясь своего живота.

Есаш раздражённо выдохнул и одними губами в сторону произнёс: «Дура!». После чего подполз к Виаше, опустился рядом с ней и прижался ухом к её животу. По его лицу расползлась радостная улыбка, а Виаша слегка успокоилась и с надеждой посмотрела на его макушку.

— Ладошка, ей-боги, ладошка! — тихо рассмеялся парень. — О! А это хвост!

— Хвост? — недоверчиво переспросила Виаша. — А у него точно хвост?

Есаш раздражённо посмотрел на неё снизу-вверх.

— А что у него ещё может быть? — недовольно спросил он.

— Но ведь отец… — начала было девушка, но парень её перебил:

— А ты ему уже отца выбрала?

Виаша слегка растерялась под хмурым взглядом парня. А Вааш поддержал племянника.

— Эх, Виаша, ты отца-то ребёнку выбирать не торопись, — посоветовал он, обнимая её за плечи. — Подумай хорошенько, осмотрись… — и бросил взгляд на макушку племянника.

Виаша тихонечко всхлипнула. Её отец разволновался ещё сильнее, но позволил Ваашу и дальше вести разговор. Сам-то он уже растратил все слова, стараясь приободрить дочь.

— Мне так страшно, что он родится похожим на него, — тихо призналась нагиня. — А я… а я… я же слабая. Как я могу растить ребёнка, если у меня нет на это сил?

— Это так сейчас кажется, — уверенно заявил Вааш. — А когда ты увидишь его в первый раз, слабого, беззащитного, то сразу же почувствуешь себя самой сильной и способной на всё, лишь бы защитить эту кроху, — наг указал пальцем на её живот.

На лице девушки продолжало читаться сильное сомнение. А Есаш неожиданно схватил её за руки и прижал её ладони к её же животу.

— Вот он хвост! — заявил он.

На лице девушки появился ужас, и она отдёрнула руки.

— Может, хватит бояться касаться своего живота? — недовольно протянул Есаш. — Ребёнок внутри тебя живёт, а ты живота боишься.

– Εсаш! — зарычал отец Виаши.

Парень тяжело вздохнул и замолчал.

— Пусть он успокоится, — тихо-тихо попросила Виаша. — Успокой его. Ты умеешь…

Есаш ещё раз недовольно посмотрел на неё и, прижавшись к её животу, что-то тихо зашипел. Постепенно на лице Виаши появилось облегчение.

— Всё, уснул, — сказал Есаш, отстраняясь и поднимаясь. — Ползай теперь медленно и аккуратно, не разбуди. И вот так поддерживай.

Он опять взял её руки и заставил обхватить живот. Девушка с сомнением посмотрела него.

— А это точно нужно?

— Точно, — уверенно произнёс парень.

Девушка прищурилась и вдруг заявила:

— Ты врёшь!

Парень тоже прищурился и с вызовом ответил:

— Проверь!

А Дариласа смотрела на этих двоих и не знала, радоваться ей или сочувствовать. Виаша так и не смогла смириться со своим положением. Её страх и отчаяние вызывали сочувствие. Но Есаш… Глядя на этого парня — она больше не могла назвать его мальчиком — Дариласа начинала надеяться, что у Виаши всё наладится и будет хорошо.

Глава 4

Король Дорин с удивлением и ужасом смотрел вниз. Несколько десятков огромных чёрных зверюг мчались к его старшей дочери. Казалось, они сейчас снесут её и раздавят. Но этого не произошло. Они притормозили и закружили вокруг неё. Тонкая девичья фигурка потерялась среди их громадных тел.

— Об этом я и хотел вам рассказать, — тихо произнёс его помощник, который стоял в покоях короля рядом с ним. — Я исполнил ваш приказ и узнал о принцессе Тейсдариласе всё, что только смог.

— Наагашейд не хочет отдавать её из-за них? — король требовательно посмотрел на него, указав пальцем на котов.

Если так, то это всё объясняет. Такая причина казалась ему более правдоподобной, чем любовь повелителя.

— Сомневаюсь в этом, — помощник отрицательно мотнул головой. — Принцесса оказалась сюрпризом для нагов. Да и для меня, признаюсь, тоже. Вы знаете, какое воспитание ей дал виконт?

— Какое воспитание он мог ещё ей дать? — раздражённо произнёс король. — Такое же, как и всем девушкам благородного происхождения. Он воспитывал Ирену, так что опыт в этом у него есть.

— Племянницу он воспитывал иначе, — заметил помощник. — Из тех слухов, что я смог добиться от слуг, следует, что дал он ей мужское воспитание. Она не ведёт себя, как женщина.

Король с интересом посмотрел на него.

— Вокруг неё ходит очень много разных противоречивых слухов. Она умеет сражаться. Во время пути из Нордаса сюда принцесса убила пятерых оборотней, которые осмелились обидеть какую-то деревенскую девчонку. Ей заинтересовался сам Шерех Вотый. Консер даже хотел просватать её за своего сына, но наагашейд не дал разрешения. Ходит даже невероятный, на мой взгляд, слух, что консер пытался выкрасть её.

Король хмыкнул, развеселившись от нелепости этого слуха.

— Принцесса даже как-то посмела напасть на самого наагашейда.

Дорин недоверчиво вскинул брови.

— Да-да, я тоже сперва не очень поверил этому, но этот рассказ слишком часто повторяется и почти в неизменном виде. А это уже говорит о его достоверности. Но это малая часть из того, что я узнал. Если нам не было известно о её даре, то здесь он ни для кого секрета не составлял. Вплоть до недавнего времени она почти постоянно ходила в зверином облике. Говорят, что она и наагашейд друг друга люто ненавидели. Именно поэтому она постоянно ходила в облике кошки. Вообще очень сложно разобраться во всех слухах, что витают здесь о ней. Непонятно, что правда, а что ложь. Про скальных котов, например, говорят, что они сами пришли. Похоже, учуяли её и признали за главную.

— Чушь какая-то! — король потёр виски. — Если они так ненавидят друг друга, то что произошло сегодня утром? Или, например, зачем он брал её с собой в Дардан?

— А её никто и не брал, — пожал плечами помощник. — Она своевольно сбежала за ними.

— Ничего не понимаю, — признался король. — Бред какой-то!

— И… — начал было помощник, но Дорин оборвал его.

— Замолчи и уходи! Мне нужно подумать.

Помощник поклонился и вышел. Дорин опять посмотрел в окно. Тейсдариласы и сопровождавших её нагов уже не было. Как и стаи котов. Οстались только два кота и котёнок с ними. Полуправдивые-полулживые слухи только добавили хаоса в мысли короля. Он уже не чаял разобраться в том, что здесь происходит.

Внизу кто-тo появился. Дорин подался вперёд и увидел нага с серебристым хвостом — советника наагашейда и одного из опекунов Тейсдариласы. К нагу тут же побежал котенок. Опекун Тейсдариласы резко остановился и, развернувшись, скрылся во дворце. А детёныш, обиженно мяукая, вернулся к матери.

Дариласа долго вертелась, не в силах уснуть. Роаш тоже никак не мог заснуть, поэтому ворочались они оба. События прошедшего дня гнали сон. Девушка лежала и раз за разом прокручивала в голове «…влюблён в тебя!». Со стыдом она призналась себе, что мечтает о том, чтобы Роаша опять куда-нибудь вызвали. Ей хотелось выйти из комнаты и опять столкнуться с наагашейдом. Почему-то ей казалось, что он ползает где-то рядом и только и ждёт того, чтобы она ему попалась. Но она не выйдет. Хотя очень сильно этого хочет. Особенно после их последней встречи.

Это случилось уже после полудня, когда она возвращалась в покои. Ρоаш оставил её с Миссэ и Доашем, а сам уполз решать свои дела. Наагашейд появился перед ними в коридоре совершенно неожиданно. Просто выполз из-за угла, слегка удивлённо вскинул брови и улыбнулся ей.

— Тейс, — прошипел он так, что у неё дыхание спёрло, и направился прямо к ней.

Миссэ и Доаш тоскливо посмотрели на него и остались стоять на месте. А Дариласа медленно отступала, пока не упёрлась спиной в стену. Наагашейд навис над ней, а потом вдруг подался вперёд и прижался к её губам, крепко целуя. Мир тут же пошатнулся. Повелитель отстранился и тихо-тихо шепнул:

— Ссайяя.

Дариласа непонимающе посмотрела на него. Что он сказал? А наагашейд уже отстранился и пополз своей дорогой, помахивая кончиком хвоста из стороны в сторону.

Дариласе понадобилось время, чтобы прийти в себя. Потом она всё же оттолкнулась от стены и подошла к своим охранникам.

— Ссайяя… что это? — неожиданно спросила она.

Те почему-то смутились.

— Госпожа… это… ну… — замялись они, а затем Миссэ выдал гениальное: — Мы не знаем!

Дариласа недоверчиво прищурилась и сделала вывод, что это что-то неприличное.

И вот теперь она лежала в постели, вспоминала все эти события и никак не могла уснуть.

— Да он издевается! — вдруг зашипел Роаш почему-то по — нордасски.

Вскочив с постели, наг решительно пополз к двери. Дариласа принюхалась и тоже моментально вскочила: повелитель был где-то рядом. Она подбежала к Роашу именно в тот момент, когда он распахнул дверь и замер, разъярённо смотря на повелителя, стоящего напротив в коридоре.

— Хватит! Здесь! Ползать! — разъярённо прошипел Роаш.

Наагашейд оскалился.

— Мой дворец, где хочу, там и ползаю!

И более приветливо Дариласе:

— Я скучал.

Щёки девушки вспыхнули. Роаш закрыл её собой.

— Скучайте, повелитель, в дневное время, — бесстрашно заявил он.

Владыка жутко зашипел.

— Тебя не спросил!

Миссэ и Доаш нервно шевелили хвостами, не зная, чью сторону принять: наагашейда или главы своего рода.

— А стоило бы! — нагло заявил Роаш. — Я её опекун!

— Нарываешься? — тихо-тихо спросил наагашейд. — Забыл, кто перед тобой?

— Мне всё равно, — так же тихо и жутко ответил Роаш.

Атмосфера накалилась. Казалось, еще мгновение, и эти двое бросятся друг на друга. Хвосты их взвились. Они оскалились, но тут прозвучало тихое, но многообещающее:

— Убью.

Наги перевели взгляды на мрачную Дариласу.

— Обоих, — добавила девушка.

Ещё чего вздумали! Драку в коридоре устраивать! Им сколько лет вообще?

И Дейширолеш, и Роаш моментально успокоились. Дариласа тяжело посмотрела на опекуна и указала ему в сторону постели. Затем подарила такой же взгляд Дейшу и ткнула пальцем вверх, намекая, чтобы тот тоже полз спать в свои покои. И закрыла дверь. Повелитель задумчиво посмотрел на деревянную поверхность перед своим носом и сделал вывод, что перед Тейс с её опекунами нужно вести себя приветливее. Тяжело вздохнув, он развернулся и пополз прочь. Ладно, пусть спит. Всё равно она сейчас злая.

А Миссэ с Доашем обменялись взглядами и сделали вывод, что в следующий раз нужно просто принимать сторону госпожи.

Два идиота! Тейсдариласа кипела до самого утра. Драться они, видишь ли, собрались! Из-за чего? Из-зa неё?! Так за себя она и сама постоит.

Но в глубине души ей было приятно. Приятно, что Ρоаш бережёт её. Приятно, что наагашейд приполз к ней. Просто необыкновенно приятно. Но в тоже время дико раздражало, что эти двое чуть-чуть не вцепились друг в друга.

Роаш всю ночь виновато крутился рядом с ней и этим мешал спать ещё сильнее. Так что утро девушка встретила совершенно не выспавшейся. Роаш, словно спасаясь от её гнева, которого уже и не было, уполз еще ранним утром. Дариласа же еще немного повалялась в постели, поняла, что всё равно не уснёт, и встала. Привела себя в порядок, надела то карминное платье, что подготовил для неё Роаш ещё к приёму. И вышла на прогулку.

Встретили её Миссэ и Доаш. Дариласа вдруг подумала: а когда эти двое вообще спят, если они всегда рядом с ней? Но узнавать ответ прямо сейчас у неё не было никакого желания. Поэтому она просто направилась к лестнице. Но дойдя до неё, замерла. По ступеням очень осторожно поднималась Ρуаза.

Она сперва не обратила внимания на Дариласу, увлечённая преодолением странной для неё лестницы. О присутствии посторонних её оповестил слабый вскрик молоденькой девушки, что шла за ней. Руаза вскинула холодный взгляд и упёрлась им в не менее холодное лицо Тейсдариласы. Глаза их встретились. Кошка с любопытством выглянула из сознания Дариласы, чтобы посмотреть на того, кто это там перед ними. Дариласа увидела глаза сестры, и ощущение чего-то неправильного кольнуло её. Но что именно не так, она не поняла.

Девушки медленно шагнули навстречу друг другу. Шаг, ещё шаг… Вот они разошлись… И тут Дариласа поняла, что именно показалось ей странным. Οна развернулась и обратилась к спине Руазы с коротким вопросом:

— Где он?

Принцесса остановилась и застыла. Девушка рядом с ней удивлённо посмотрела на Тейсдариласу. Руаза медленно, через плечо посмотрела на свою сестру. Взгляд её был злым.

— Ты правда хочешь знать об этом? — тихо спросила она.

Дариласа подумала и отрицательно мотнула головой.

— Ты же понимаешь, что ради твоего же блага об этом никому знать не нужно? — процедила принцесса.

Γубы Дариласы искривила насмешка. Но она кивнула, подтверждая, что да, никому знать не нужно. Зачем ей лишние проблемы?

А Ρуаза еле заметно облегчённо вздохнула.

— Ты принимаешь мою сторону, а я твою, — предложила она.

Дариласа кивнула и отвернулась, продолжив свой путь. А Руаза, с достоинством вскинув голову, последовала своей дорогой, игнорируя непонимающие взгляды своей дамы. Остановилась она только тогда, когда прошла по коридору и вышла на террасу. Вышла, вдохнула свежий воздух и слегка успокоилась.

Где он?

Руаза горько усмехнулась. Она знала, что оборотни могут видеть зверей других оборотней, заглянув им в глаза. Знала и всегда этого избегала. Где он? Его нет и никогда не было! Пелена ярости на секунду застила ей глаза. На мгновение Руаза вернулась в своё детство, в тот момент, когда она первый раз смогла обернуться. Какое это было счастье для неё самой.

Но взрослея, она вдруг начала понимать, что с ней что-то не так. Ρуаза читала и слышала рассказы про борьбу оборотней с желаниями и инстинктами своей звериной половины. Всё это звучало так, словно зверь обладал собственным сознанием. Словно оборотень смотрел на мир двумя разными взглядами. У Руазы было не так. При обращении менялось только её тело. Разум, восприятие мира оставались прежними.

Она начала рыться в семейных хрониках в поисках ответа своему странному состоянию. Руаза думала, что, возможно, оборотни их вида особенные, и у них всё по-другому. А потом неожиданно наткнулась в записях на упоминание об одной из своих далёких прапрабабок, принцессы из Зази, которая обладала редким даром — даром превращения в любого зверя.

Это объяснило всё. И странный цвет её кошки, и размеры. Маленькая Руаза долгое время была убеждена, что скальные кошки песчаного цвета. Не удивительно, что когда её дар проснулся, она обернулась котенком именно этого цвета. Непреднамеренный обман, начавшийся еще в детстве.

Руаза долгое время не могла смириться с тем, что дар скального оборотня обошёл её стороной. Так продолжалось до тех пор, пока она, дабы развеять свои сомнения, не решилась обернуться медведицей. К несчастью, у неё получилось. Медведица получилась маленькая, но это стало ещё одним подтверждением того, что в ней проснулся дар её далёкой прабабки из Зази: обладатели этого дара не могут превратиться в животное крупнее или меньше их собственного тела.

Это был просто крах. Признаться в том, что дара в ней нет, в то время, как вся страна радуется возрождению династии королей в её лице, Руаза не могла. Эта тайна тяжёлым бременем легла на её плечи. А что будет, если тайна раскроется сейчас? Руаза прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Она не хотела даже представлять это.

* * *

Чанвашар сидел на каменном постаменте, поджав под себя левую ногу, и молча смотрел в темноту каменного зала. Ещё одна неудача. Ещё одна неудачная попытка избавиться от девчонки.

После того, как Чанвашар перекинул нагов Жейша на болота, он вернулся сюда, чтобы отлежаться и восстановить подорванные ранением силы. Он ничуть не сомневался, что они справятся. С девчонкой был всего лишь какой-то мальчишка, а она сама против пятерых нагов не устоит. Но, вернувшись на болота через три дня, он обнаружил пять разлагающихся трупов, среди которых один был обезглавлен.

Он моментально перенёсся к Дейширолешу и обнаружил, что эта проклятая девчонка до сих пор жива. Он был так взбешён этим, что разум на какое-то мгновение покинул его. Несколько дней он отирался поблизости, чтобы уловить момент и прикончить больную девушку. Но она никогда не оставалась одна. На неё постоянно смотрели десятки глаз, а если не смотрели они, то, значит, мальчишка Дейш был рядом.

Чанвашар не мог больше думать ни о чём другом, кроме как о её смерти. Он последовал за ней и во дворец. Выжидал удобный момент. И вот он наступил! Глаза охране отвести ничего не стоило, и наконец-то эта девочка одна, в полутёмной комнате, облитая лунным светом так ярко, что промазать просто невозможно. И в этот момент является мальчишка Дейш!

Но очередная неудача словно образумила его, и Чанвашар вспомнил о Жейше, мёртвых нагах и отсутствующей голове одного из них. И бросился к наагаришу. И опоздал. Εго встретило поместье, в котором остались только женщины и дети. Всех мужчин забрали по приказу наагашейда.

Чанвашар ощущал, как рассыпается его многовековой, тщательно продуманный план. Из-за одного-единственного мелкого камешка, который нарушил идеальную конструкцию…

Бешенство опять подступило, но Чанвашар глубоко вздохнул, призывая спокойствие. Οн обязательно что-нибудь придумает. Обязательно.

На следующее утро Дариласа покинула дворец наагашейда. Её опекуны всё же решили последовать совету повелителя и увезти девушку подальше от королевской семьи. В данном случае в поместье Вааша.

Дариласа очень не хотела уезжать. Всё внутри неё противилось этому. Ей хотелось быть там, где повелитель. Но она не высказала своего желания и не стала сопротивляться отъезду.

Больше всего её отъезду радовался Вааш. Всё же она будет на его территории. Делилонис отнёсся к этому спокойно, сказав, что кое-кто в следующий раз будет думать, какие приказы отдаёт. Противоречивее всего её отъезд воспринял Роаш. Он переживал. С одной стороны, его девочка будет вдали от королевской семьи и «обнаглевшего» наагашейда, а с другой стороны, сам он не сможет видеть её каждый день: дела обязывали его оставаться во дворце повелителя.

К огорчению Дариласы, Ссадаши тоже оставался во дворце. Он продолжал присматривать за своим выздоравливающим отцом, и наагариш Делилонис также поручил ему следить за принцессой Дедери. Дариласа видела её прошлым днём в коридоре. Девушка выглядела значительно лучше, чем когда была в походе. На ней было богатое и красивое платье, волосы перевиты жемчужными нитями, а загара на лице как не бывало. Вместе с великолепным внешним видом к принцессе вернулось и её императорское достоинство: представить эту девушку купающейся за камышами в реке было решительно невозможно. Ссадаши рассказывал, что Ρуаза и Дедери пересеклись на совместной трапезе. Вроде бы и вежливо говорили, но облили друг друга холодным презрением. Видимо, не сошлись характерами.

Дариласа вообще уезжала только в сопровождении Вааша, Миссэ с Доашем и Изящного Красавчика. Большой Красавчик продолжал быть под неусыпным присмотром Эоша, а папаше-Плуту было не до вожака.

Выйдя за двери дворца, Дариласа обнаружила у подножия лестницы, ведущей к воротам, паланкин наагашейда. Вааш склонился к её уху:

— Повелитель настоял, чтобы ты ехала в нём.

Подумав, он добавил:

— И также настаивал, чтобы наги из его личной охраны пополнили состав охраны поместья рода Онсаш. Но я отказался. Нечего давать этому прохво… ммм… владыке лазейку на мою территорию.

Тейсдариласа позволила себе слабую улыбку. Οна не хотела уезжать. Знала, что, пока королевская семья здесь, ей лучше быть подальше. Но уезжать не хотела.

Спустившись к паланкину, она обернулась, чтобы ещё раз посмотреть на дворец, и замерла. На вершине лестницы стоял наагашейд, заложив руки за спину. Брови его были нахмурены, губы плотно сжаты. Увидев его, Дариласа поняла окончательно: не уедет она! Но за локоть потянули пальцы Вааша.

— Это не насовсем, — тихо и немного виновато произнёс наг. — Зато ты успеешь подумать, успокоиться, решить… А наагашейд не отступит. Если нужна — не отступит.

Если нужна… Дариласа сделала шаг назад, не отрывая oт повелителя взгляда. Тот также пристально смотрел на неё. Нужна же, правда? Ведь то признание — не издевательство? Он сказал ей правду? В груди болезненно и боязливо сжалось сердце. А наагашейд качнул подбородком, прощаясь с ней. Девушка почувствовала прилив раздражения. Она тут решает, остаться или нет, а он с ней прощается. Злость странная, неразумная, но, поддавшись ей, Дариласа круто развернулась, словно обрывая все нити, связывающие её с этим местом, и залезла в паланкин.

Вааш, кряхтя и ругаясь, расположился рядом. Тролли подняли паланкин и начали движение. Дариласа, недовольно сведя брови, смотрела прямо перед собой. Вааш, глядя на неё, почувствовал себя неуютно и, приподняв занавеску, посмотрел наружу. Они как раз миновали двор между первой и второй стеной. Наг обратил внимание на многочисленные повозки с клетками, в которых были заперты наги. Нахмурив брови, он осмотрел их. Но увидев наагариша Жейша, скованного и закрытого в такой же клетке, быстро сообразил, что происходит, и опустил занавеску. Незачем Дариласке видеть это.

Дейширолеш стоял наверху лестницы и ощущал, как стремительно портится его настроение. Уехала. То, что уехала она по его же совету, утешением не послужило. Чем дальше удалялся паланкин, тем пакостнее становилось у него на душе. Она будет так далеко неизвестно сколько времени! В это мгновение Дейш люто возненавидел короля Дорина и пообещал себе, что если тот не уедет в ближайший месяц самостоятельно, то он просто выдворит его.

Появилось и беспокойство. А смогут ли там хорошо присматривать за ней? Она же такая вездесущая заноза! А вдруг с ней что-то произойдёт? Хвост взволнованно взвился, а Дейширолеш тихо зарычал. Не стоит накручивать себя. Всё будет замечательно. Он уже отдал приказ выделить отряд от армейской части и тайно окружить поместье Онсаш со всех сторон. Ни одна кошка, даже самая маленькая, не проберётся через них незамеченной.

Более-менее успокоившись, Дейширолеш развернулся, чтобы вернуться во дворец, и понял, что тянет его совсем в другую сторону. Кроме этого, появилось беспокойство другого рода. Он вдруг вспомнил, что Дариласа, вообще-то, свободная женщина. Его как холодной водой окатило. А если кто-то вдруг захочет ухлестнуть за ней? Беспокойство вышло на новый уровень. Дейш начал вспоминать, сколько свободных мужчин в роде Онсаш. Но тут же резко оборвал сам себя. Бред! Кто посмеет пойти против него?

От этих мыслей его отвлёк король Дорин, который вылетел из дворца неприличествующим его титулу бегом. Глаза выпучены, на лице читается страх.

— Куда она уехала? — задыхаясь, спросил он.

Дейширолеш посмотрел на него с ленивым изумлением, но ответить всё же соизволил.

— Домой.

На лице короля расцвело непонимание.

— В поместье одного из своих отцов, — конкретизировал повелитель. — Видите ли, этот дворец пока не её дом.

Чтобы произнести последнюю фразу, ему пришлось перебарывать себя. Дворец уже её дом, без каких-то там «пока». Король распахнул рот, видимо, собираясь сказать что-то ещё, нo тут к наагашейду торопливо подполз его помощник и тихо произнёс:

— Повелитель, привезли род Огладош во главе с наагаришем Жейшем.

На лице Дейширолеша появился такой оскал, что король благоразумно отшатнулся. Да-а-а! Для его паршивого настроения встреча с Жейшем — как раз самое то. Наагашейд развернулся назад к лестнице и начал спускаться вниз, горя желанием пообщаться с наагаришем. У него к этому скользкому гаду было очень-очень много вопросов. И ещё больше претензий.

Когда Дейширолеш заполз в темницу, наагариша Жейша и его сыновей как раз закончили приковывать к стенам. Взгляд серохвостого нага полыхнул злобой, но он почти сразу взял себя в руки. Стража отползла в сторону, чтобы не мешать повелителю.

— Рад вас видеть, наагариш, — пропел наагашейд.

— Повелитель, что это значит? — с искренним недоумением спросил Жейш. — По какому праву нас схватили, сковали и привезли сюда как преступников?

Дейширолеш ничего не ответил, лишь повелительно махнул рукой. Один из стражников поспешно выполз и вернулся с большим стеклянным сосудом, наполненным голубоватой жидкостью. Там плавало что-то большое и тёмное. Другой стражник поднёс к сосуду светляк, и прикованные наги вздрогнули. В жидкости плавала голова. Раздутая, несимметричная, с коротко обрезанными волосами. Жейш не сразу узнал своего сына. А узнав, побелел и уже не смог оторвать от головы взгляд.

— Почти две недели назад пятеро нагов напали на одну девушку в Карийских болотах, — медленно начал говорить Дейширолеш. — Им не повезло: её сопровождал соперник несравнимо более сильный. И так вышло, что этот соперник узнал одного из этих нагов. Тащить на себе всё тело он не стал и ограничился головой.

Лицо Жейша исказилось от ярости и ненависти.

— Кто он?! — дико зарычал наагариш и дёрнулся вперёд, цепи грозно зазвенели.

— Имеет ли это значение? — почти добродушно уточнил Дейширолеш. — Преступление против меня совершил ваш сын…

Но наагариш не дал ему договорить, закричав яростно и очень убедительно:

— Мой сын никогда бы не пошёл на подобное! Его оболгали! Убили и оболгали!

Дейширолеш подался вперёд, почти к самому лицу наагариша и проникновенно прошипел:

— А что если это я его убил?

Жейш побелел ещё сильнее, до серого оттенка, и растерял свой гнев.

— Нет-нет… — пробормотал он. — Повелитель, что вы… Он бы никогда не посмел напасть на вас… Вы же…

Наагашейд выпрямился, и Жейш умолк.

— Верно, напал он не на меня, — не стал лукавить Дейширолеш и знаком велел унести голову.

Жейш проводил стеклянный сосуд отчаянным взглядом.

— Он напал на мою жену, — тихо произнёс наагашейд и этим вернул себе полное внимание Жейша.

Взгляд нага расширился одновременно от удивления и от ужаса. На повелителя посмотрели удивлённо не только пленники, но и стража. На мгновение возникла полная тишина, не прерываемая даже дыханием.

— Будущую жену, — сделал небольшое уточнение Дейширолеш. — Но временные определения в моём случае уже значения не имеют.

— Мой господин, клянусь, ни я, ни мой род не имеем к этому отношения! — горячо произнёс Жейш. — Вы же знаете, ни один наг не способен…

Дейширолеш не стал дослушивать.

— Какое отношение ты имеешь к Чанвашару? — в лоб спросил он.

Это прозвучало так неожиданно, что Жейш не смог проконтролировать свои эмоции должным образом. На его лице отразилась целая гамма чувств, глядя на которые, становилось очевидно, что какое-то отношение к Чанвашару он имеет. По губам Дейширолеша скользнула улыбка. Жейш скривился, сообразив, что теперь ему точно не оправдаться.

— Так какое отношение ты имеешь к мёртвому богу? — повторил свой вопрос наагашейд.

Жейш стиснул зубы, желваки на его лице напряглись.

— Неужели ты посмел предать меня, своего господина? — свистящим шёпотом спросил Дейширолеш.

И тут Жейш наконец заговорил.

— О предательстве речи даже не идёт! — выплюнул Жейш. — Я лишь заботился о благополучии нашего народа! Мы слишком размякли, подобрели, ослабели из-за этого! Не то, что во времена правления вашего отца! Чанвашар обещал сделать вас сильнее, а с вами бы стали сильнее и мы!

— Сильнее, создав из меня наагашеха?! — разъярённо прошипел Дейширолеш. — Ρавнодушную тварь, которая постепенно вырезала бы всех здесь?!

— Со многими так и надо поступить! — закричал Жейш, выпучив глаза. — Я старался на благо своего народа! Я хотел сделать его сильнее и…

— Подав руку его же злейшему врагу?! — перебил его Дейширолеш. — Наши предки положили свои жизни, чтобы изничтожить эту тварь, а ты решил возродить былое зло?!

— Это зло предпочтительнее чем то, что есть сейчас! — проорал Жейш и умолк, тяжело дыша.

Дейширолеш с ненавистью посмотрел на него. Жейшу всегда были больше по душе кровавые времена его отца и он никогда этого не скрывал. Но зайти в своём стремлении вернуть былое так далеко… Дейш прикрыл глаза, призывая себя унять свой гнев. Через некоторое время он посмотрел на Жейша уже куда спокойнее.

— Хорошо, с мотивами разобрались, — ровно произнёс он. — Теперь я хочу знать, как это произошло, что конкретно он пообещал и где его искать.

Жейш криво усмехнулся, показывая этим, куда повелитель может идти со своими вопросами. Дейш улыбнулся в ответ. Усмешка медленно поползла с лица наагариша…

Через час Дейширолеш покинул стены темницы и пополз в сторону дворца. Навстречу ему спешил Делилонис, осторожно отгоняющий от себя хвостом приставшего котёнка.

— Ты уже провёл допрос? — обеспокоенно спросил он.

Дейш кивнул, и Делилонис поморщился: он рассчитывал присутствовать при этом.

— И что ты узнал?

— Ничего значительного, — с неудовольствием ответил Дейширолеш. — Чанвашар начал подбивать к Жейшу клинья ещё две сотни лет назад и постепенно убедил стать его сторонником. Жейшу во многом импонируют цели бога: превратить наагашейда в холодного и слишком разумного наагашеха, убить неугодных и недовольных, установить жёсткую власть и самые суровые наказания… Да и статус бога сыграл свою роль: Жейш всегда был слаб к тем, кто выше по положению, старый лизоблюд! Чанвашар иногда появлялся и требовал разные услуги. Например, помнишь похищение нагинь?

Делилонис кивнул.

— Жейш предоставил отряд нагов, который потом должен был якобы «найти» девушек. Но всё сорвалось. Вместо этого они помогали вампирам отлавливать Вааша с девчонками. Кроме этого, они оказывали ещё некоторые услуги. Из-за этого-то Жейш в последние годы старался своих нагов из поместья слишком часто не выпускать, чтобы не мелькали и не запоминались всем. Берёгся.

— Вот же! — Делилонис тихо и протяжно зашипел. — Знал же, что с этим мерзавцем не всё чисто, но не думал, что он замешан в этом деле, слишком уж очевидно получалось.

— Он не один замешан в этом деле, — мрачно добавил Дейш.

— Что? — Делилонис обеспокоенно посмотрел на него.

— Жейш сказал, что у Чанвашара есть ещё сторонники среди нагов, но он не знает, кто, — Дейш раздражённо прищурился и добавил: — Действительно не знает. Так же, как и не знает о местоположении Чанвашара. Тот всегда сам приходил, если ему это было нужно.

Делилонис отвлёкся на котёнка, который вцепился когтями в полу его одежды и с противным звуком разодрал её. Хвост наагариша обвил маленького зверя вокруг туловища, отставил в сторону и подтолкнул под пушистый зад к появившейся кошке-маме.

— Что теперь будешь делать с Жейшем? — хмуро поинтересовался Делилонис.

— Его самого и сыновей казнить, — спокойно ответил Дейш. — Ничего нового они мне уже не скажут. Остальных нагов допросить, выявить наиболее ярых пособников и тоже казнить. Разумнее было бы вырезать весь род, но я не хочу радовать Жейша перед смертью, показывая своё сходство с отцом.

Делилонис задумчиво посмотрел на него, оценил сцепленные за спиной пальцы и напряжённое лицо. Похоже, допрос Жейша окончательно опустил настроение Дейширолеша. А тут ещё Дариласа уехала. Делу стало совсем печально: Дейш в плохом настроении совершенно невыносим. А тут еще эти никак не решающиеся проблемы!

Глава 5

В поместье рода Онсаш Тейсдариласу встречали Райшанчик и госпожа Таврида. Госпожа Таврида вела себя очень странно. Дариласа даже сперва её не заметила. Своё присутствие женщина обнаружила только после того, как Дариласа покинула паланкин. Сперва госпожа Таврида нерешительно выглянула из-за куста, внимательно осмотрелась, словно ожидала и боялась кого-то увидеть, потом облегчённо выдохнула и вышла из своего укрытия, с достоинством оправляя платье. Вааш, кстати, тоже странно себя вёл: он покинул паланкин ещё за воротами, загадочно сказав, что его тут не было.

— Дари, Дари! — радостная девочка подползла к Дариласе и повисла у неё на поясе.

Та поразилась, как всё же много весит тринадцатилетняя девочка-нагиня. Райшанчику она очень обрадовалась. Чмокнула и в щёки, и в губки, и крепко притиснула. Девочка радостно пискнула и обвила ноги Дариласы хвостом, чем чуть не повалила её.

— Хорошо, что ты приехала, — госпожа Таврида сдержанно улыбнулась Дариласе.

На «ты» женщина споткнулась, словно не была уверена, уместно ли такое обращение. Дариласа вежливо ей улыбнулась и также сдержанно склонила голову. Она так же, как и госпожа Таврида, не знала, как вести себя с этой собеседницей.

— Ты к нам надолго? — в голосе женщины прозвучала еле слышимая надежда.

Надежда на что? Что Дариласа приехала на длительное время, или что пробудет она здесь недолго?

Дариласа неопределённо пожала плечами, не зная ответа на этот вопрос. Тёмные знают, сколько еще король пробудет здесь. За неё ответил Миссэ.

— Скорее всего, надолго, — улыбнулся наг.

И госпожа Таврида облегчённо улыбнулась, чем озадачила девушку. Что это она так радуется её длительному присутствию?

Отвлёк их обеих радостный визг Райшанчика, которая повалила Изящного Красавчика и теперь получала заслуженную кару в виде шершавого языка, вылизывающего её лицо.

— Райшалаш, ты измажешь платье! — госпожа Таврида сурово свела брови.

Но, видимо, фраза прозвучала не так уж и сурово, так как Райшанчик продолжила тискать кота. Изящный милостиво позволял девочке делать то, что ей хочется.

— Хорошо, что вы приехали, — еще раз повторила женщина, но уже куда искреннее. — А то Райшалаш уже вся извелась от желания увидеть и тебя, и… ммм… котиков. Но пока во дворце гостят люди, господин Вааш её туда не пустит.

В этот момент «господин Вааш» вдруг появился из-за кустов. Неслышно появился, словно подкрадывался. Посмотрел на Дариласу и прижал палец к губам, подтверждая её мысли о подкрадывании. Девушка тут же перевела взгляд на госпожу Тавриду, чтобы не выдать ей Вааша. То, что Вааш прячется от неё, для Дариласы было очевидно: не видела его только Таврида, так как он появился за её спиной.

Райшанчик тоже заметила папу, но Вааш успел приложить палец к губам, и девочка тут же уткнулась лицом в шерсть кота.

— Кстати, o господине Вааше, — тон Тавриды посуровел, но вместе с этим в нём зазвенело лёгкое беспокойство. — Он не планирует возвращаться сегодня?

Дариласа пожала плечами, показывая, что не знает. Вааш тем временем подползал всё ближе. Взгляд его был приковал к спине госпожи Тавриды, и похож наг был в этот момент на хищника, который присмотрел аппетитного, жирного зайчика и теперь готовился с большим удовольствием скушать его.

— Такая безответственность с его стороны, — рассеянно произнесла Таврида, у Дариласы даже сложилось впечатление, что женщина не задумалась о смысле собственной фразы. Словно по привычке её произнесла.

Таврида, как будто что-то почувствовав, вдруг решила обернуться через плечо, и Вааша чуть было не рассекретили. Но на помощь неожиданно пришёл Доаш.

— А вы давно присматриваете за дочерью наагалейя Ваашледа? — с интересом спросил он, отвлекая внимание женщины на себя.

Та нахмурилась, не в силах сразу вырваться из собственных раздумий и осознать смысл вопроса быстро, а потом всё же ответила:

— Уже почти семь лет.

— Вы среди нас так долго, но до сих пор свободны? — вырвалось у Миссэ.

Наг выглядел искренне удивлённым. Таврида недовольно нахмурилась, и он поспешил исправиться:

— Просто такие красивые женщины, как вы, у нас очень быстро выходят замуж, — попробовал он оправдаться.

— Красивые? — Таврида скептически вскинула правую бровь и сложила руки на груди.

Дариласа могла понять её сомнения. Вид госпожи Тавриды был очень консервативен: строгие, не очень привлекательные платья, бледное непримечательное лицо, волосы всегда тщательно убраны в пучок… Но самое главное — манеры. То, как сухо и холодно она общалась с окружающими. Как строго держала себя. Правда, Дариласа видела её и другой: в другом платье, с другой причёской и куда менее строгой. Вообще сложно быть строгой, если ты злишься.

Миссэ под скептическим взглядом женщины не растерялся.

— Ну, красоту сложно скрыть, — и наг руками в районе своей груди обозначил, какую именно красоту.

Почти тут же он смутился, а Таврида задохнулась от возмущения. Но тут же испуганно завизжала: её ноги и талию стремительно обвил хвост Вааша. Наг почти вплотную прижался к её спине и жарко выдохнул на ухо:

— Я с извинениями.

Таврида посмотрела на него полоумными глазами, держась за выскакивающее из груди сердце. У неё пальцы дрожали от пережитого испуга, и она никак не могла прийти в себя.

— Всё-таки он её поймал, — услышала Дариласа тихий и довольный голос.

Девушка с удивлением посмотрела на Райшанчика. Девочка сидела на траве рядом с котом, обвив вокруг себя хвост, и радостно смотрела то на папу, то на госпожу Тавриду.

— В-вы… что т-творите? — заикаясь, с возмущением спросила Таврида.

— Я жажду извиниться, — страстно прошипел Вааш. — Изнемогаю, как хочу… — и сделал такую красноречивую паузу, что глаза Тавриды возмущённо и ошеломлённо округлились, — …принести свои извинения, — закончил наг.

Γлаза Тавриды яростно полыхнули, и она открыла рот, чтобы припечатать его «пошляком» и «извращенцем», но так и осталась стоять с открытым ртом, косясь то на Дариласу, то на Райшанчика. Глядя на её полураскрытые губы, Вааш демонстративно и очень хищно облизнулся. Женщина моментально закрыла рот. Дариласа прищурилась. У неё складывалось впечатление, что Вааш нарывается.

— Так меня простят за тот мимолётный поцелуй? — Вааш проникновенно посмотрел на Тавриду.

Брови Дариласы удивлённо поползли вверх. Вааш целовал госпожу Тавриду?! Вот это да! Теперь девушка смотрела на эту пару с большим интересом. У неё даже мелькнула мысль, а что было бы, если Вааш… ну, увлёкся бы госпожой Тавридой?

— Боги простят! — процедила сквозь зубы женщина и ударила Вааша по хвосту. — Отпустите меня немедленно!

Вааш задумчиво посмотрел на небо и протянул:

— Не простила… Так может мне… того… повторить?

Глаза женщины в очередной раз возмущённо округлились. А Вааш улыбнулся ей и подмигнул.

— Всё равно ж не простила, — сказал он. — Так что мне терять? А боги всё равно простят.

— Вы невыносимы! — вскипела женщина и забилась в его хвосте. — Выпустите меня немедленно, несносный вы человек!

Вааш лениво, как кот, облизнулся и выпускать никого не стал.

— Вы слышите меня?! — негодовала Таврида.

— Слышу, — отозвался тот. — Но я ж не человек.

Таврида умолкла, не в силах от гнева вымолвить ни слова, лишь открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Потом она стиснула зубы, гордо вскинула подбородок и процедила:

— Я прощаю вас! Довольны? А теперь отпустите меня.

Вааш неохотно расслабил кольца и выпустил женщину. Та отскочила от него на безопасное расстояние и, сжимая кулачки от негодования, прокричала:

— Вы хам, грубиян и невежа! Даже извиняясь, вы применяете грубый шантаж! Ненавижу вас!

С этими словами она круто развернулась и, подобрав юбки, убежала. Вааш задумчиво прихлопнул хвостом по земле и протянул:

— Пойду-ка я еще раз извинюсь.

И бодренько зашуршал за убежавшей Тавридой.

Дариласа удивлённо посмотрела ему вслед. Что здесь вообще происходит? Тут её отвлёк горестный вздох Райшанчика. На лице ребёнка была написана искренняя печаль.

— А почему госпожа Таврида ненавидит папу? — грустно спросила она и, не дожидаясь ответа, добавила: — Было бы здорово, если бы она за папу замуж вышла.

Не успела Дариласа удивиться таким словам из её уст, как Райшанчик поразила всех очередной фразой.

— Но папа же может жениться на ней без её согласия?

Пока взрослые переваривали этот вопрос, девочка продолжила:

— Пусть он на ней сейчас женится, а госпожа Таврида после этого поймёт, что он хороший, и полюбит его. А то вдруг, пока она поймёт, как сильно будет любить моего папу, на ней кто-то другой женится.

На личике ребёнка отразилось настоящее смятение, словно она искренне боялась, что на госпоже Тавриде женится кто-то другой. Неожиданно сурово сведя бровки, Райшанчик посмотрела на Миссэ и с угрозой произнесла:

— Не смейте жениться на госпоже Тавриде! Она за папу замуж пойдёт.

Взрослые ошарашенно смотрели на неё, не в силах вымолвить ни слова. Наконец Доаш тихо произнёс:

— Узнаю характер наагалейя…

Госпожа Таврида вернулась примерно через час, злая и мрачная. За ней с самым смиренным видом полз Вааш. Но если вид у него был виноватым, то взгляд плутоватым. Дариласа как раз за время их отсутствия успела наведаться в свою комнату, проверить золотые горшки и посмотреть в окно на то, как прижились подаренные наагашейдом деревья и кусты. Прекрасно прижились. Ρаспушились.

Печалиться о наагашейде у Дариласы, в принципе, не было ни времени, ни возможности. Вокруг всегда кто-то крутился и отвлекал её от раздумий. Но ближе к вечеру шумиха утихла. Таврида ушла укладывать Райшанчика, Вааш уполз с ними. Миссэ и Доаш особо с разговорами не приставали. Поэтому, в конце концов, вернулись и мысли, и тоска.

Дариласа сидела на траве, на улице под окнами своей комнаты. За спиной, развалившись, урчал Изящный Красавчик. Наступала ночь, обещающая быть тёплой и звёздной. А на душе у девушки было муторно. Её неудержимо тянуло обратно во дворец. Постоянно вспоминались зелёные глаза наагашейда.

— Дариласка, — услышала она тихий оклик и, обернувшись, заметила Вааша, выползающего из-за угла дома.

Наг окинул девушку взглядом, правильно оценил её состояние и, тяжело вздохнув, сел рядом.

— Повелитель, конечно, мужик видный, но оно тебе надо? — проникновенно спросил он. — Проблемный же.

Дариласа обхватила плечи руками и грустно посмотрела на землю. Внутри тоскливо урчала кошка, и от этого становилось ещё гаже. Вааш опять вздохнул и похлопал ладонью её по спине.

— Ну, посмотрим, посмотрим… — утешающе протянул он. — Может, он правда… ну… влюбился. А если точно влюбился, то уже не отступит. А отступит…

Тут он замолчал и обеспокоенно посмотрел на Дариласу. Девушка только закусила нижнюю губу, и взгляд её стал решительным. Если не полюбил и не полюбит, то она отступит. Бессмысленно пытаться заставить чужое сердце чувствовать то, что оно не желает ощущать.

— Развеяться не хочешь? — неожиданно предложил Вааш.

Девушка удивлённо посмотрела на него.

— У нас праздник сегодня, Пионовый день, — объяснил Вааш. — Мы его еще называем днём юных влюблённых. Ну, и не очень юных тоже. Сегодня на главной площади города пройдёт празднество с танцами и угощением. Если хочешь, то давай сползаем туда.

Глаза Дариласы вспыхнули от восторга, и она кивнула.

— Ну, отлично, — Вааш воодушевлённо хлопнул в ладони. — Ты только платье покрасивее надень.

Девушка улыбнулась и, вспорхнув со своего места, залезла в окно комнаты. Вааш только усмехнулся и поднялся. Ему тоже нужно приодеться. Праздник же.

Дейширолеш страдал, тосковал и злился. День шёл отвратительно долго. Настроения решать дела не было. Наагашейд даже подумал о том, что стоит перепоручить большую часть отчётов и писем своему помощнику, а то он всё равно хвостом в воздухе болтает. Дела отвлекали его. Ему хотелось больше думать о Тейс, уделить ей больше внимания, привести в исполнение свои планы в отношении её. Но пока не нашли Чанвашара, не разобрались с предателями и не отправили нордасского короля домой, всё это придётся отложить. Ему нужно устранить все опасности, которые могут ей же угрожать. Но, Тёмные побери, как же он хочет её увидеть!

Дейширолеш находился в своей спальне и лежал хвостом на ложе и туловищем на полу. Решил лечь пораньше с мыслью, что новый день быстрее начнётся, но в итоге вертелся без сна, и вот, довертелся. Мрачно прищурившись, он смотрел в потолок, думая, что еще один день не выдержит.

В распахнутое окно влетел воробушек и безбоязненно приземлился на лоб повелителя. Тот раздражённо прикрыл глаза и осторожно схватил птичку. Та возмущённо защебетала и завозилась в его кулаке. Как только Дейш отцепил от её лапки записку и разжал пальцы, птаха взмыла вверх и вылетела в окно.

Дейш вчитался послание. Нахмуренный лоб разгладился, на губах появилась улыбка.

«Уехали на главную площадь на праздник».

Вот и всё, что было в записке, но эта строка неожиданно сильно приподняла настроение наагашейда. В его голове моментально созрел план. Дейширолеш стремительно встал и заполз на своё ложе. Открыл схрон в стене и достал бархатный мешочек. Из него на подставленную ладонь выпал один презанятный амулет. Тонкая цепочка, на которой висели четыре подвески, каждая из которых затянута в отдельный мешочек. Улыбка опять появилась на лице Дейширолеша. Когда-то нечто подобное использовала Тейс, чтобы обмануть его. Теперь настала его очередь обмануть и её, и её настырных опекунов. Он стянул с одного камешка мешочек и прижал к его поверхности палец. Камень вспыхнул жёлтым. Дейш быстро надел цепочку на шею и пополз в гардеробную.

Там он быстро нашёл костюм из чёрной ткани и вывалил из одного короба сапоги. Маскироваться — так маскироваться по полной.

Дариласа переоделась и причесалась в течение пятнадцати минут и выскочила к ожидающему её Ваашу. Правда, пришлось вернуться за накидкой. Поедут они в колеснице, и Ваашу не хотелось, чтобы её наряд запылился.

Прямо у ворот они столкнулись с Делилонисом. Он очень удивился тому, что они куда-то собрались на ночь глядя. А Вааш удивился, чего это Дел к нему приехал. На что тот ответил, что с наагашейдом сейчас в одном дворце находиться просто невозможно. Он приехал отдохнуть от него. В итоге на площадь они поехали впятером: Дариласа, Вааш, Делилонис, Миссэ и Доаш. Кот тоже хотел увязаться, но Дариласа приказала ему быть с Райшанчиком.

На площадь они ехали по празднично украшенному городу. Добираясь до поместья Вааша в закрытом паланкине, Дариласа даже не обратила внимание на многочисленные фонари на улицах и на большие вёдра с пионами, от которых по ночному городу плыл одуряющий запах.

На улицах царило оживление. Раздавался весёлый смех. Дариласа отметила, что вокруг очень много пар. А при приближении к площади всё сильнее и сильнее раздавались звуки музыки. Там царило настоящее веселье.

Они оставили лошадей с колесницами у коновязи, а сами направились на площадь, манящую светом, музыкой, смехом и аппетитными запахами съестного. Перед наагаришем Делилонисом все почтительно расступались, поэтому они довольно быстро оказались в первых рядах. И Дариласа увидела, что центр площади отдан танцующим. Глаза её восхищённо округлились.

Это было просто невероятно! Наги действительно танцевали. Хвосты их ложились кругом, в этот круг заключалась женщина. И пара начинала медленно кружиться. Это выглядело так… так… Дариласе просто невероятно нравилось смотреть на это.

— Нравится? — спросил Вааш.

Девушка кивнула.

— Мы с тобой потом тоже потанцуем, — пообещал наг и забрал у неё накидку.

Дариласа осталась в тёмно-синем, расшитом серебром шуршащем платье из шёлка. Несколько мужских взглядов тут же обратились к ней, но мигом отвратились, столкнувшись с четырьмя парами грозных глаз. А девушка просто радовалась как ребёнок, рассматривая всё вокруг. Она никогда не была на таких ярких праздниках. Столицу Нордаса тоже украшали по особо примечательным дням, но там никогда не было столько света, столько ярких красок и аппетитных ароматов. Дариласе очень сильно понравился этот праздник.

Вааш ненадолго отлучился и вернулся с большой корзиной из бумаги, которая промаслилась от заполняющих её пирожков. Угощение досталось всем. Надкусив пирожок, Дариласа обнаружила сладкую жидкую начинку. В свете фонарей она казалась чёрной. Девушка вопросительно посмотрела на Вааша.

— Это из Зази привозят, не помню, как называется, но делается эта штука то ли из ягоды, то ли из овоща, — пояснил Вааш.

Дариласа приподняла брови. Надо же! Чего только не придумают. Начинка ей понравилась. Сладенькая, густая, самую малость горьковатая. Но после сладкого ей всегда жутко хотелось есть. И сейчас она бы не отказалась от чего-нибудь мясного. Кошка одобрительно заурчала, и Дариласа поняла, что хочет непрожаренного мяса.

Следующим за угощением отправился Делилонис. Он, к радости девушки, вернулся с мясом. Ломтики мяса были нанизаны на прутья и пахли одуряюще прекрасно. Дариласа даже не очень огорчилась, когда обнаружила, что мясо прожарено очень хорошо.

Гуляние набирало силу. Дариласа уже доела все угощения и теперь только смотрела на танцующих и никак не могла оторвать от них взгляд. Ей казалось, что на это можно смотреть и смотреть почти до бесконечности. Беспокоил только пристальный взгляд темноволосого мужчины-человека. Он казался ей чем-то знакомым, но где она видела его, Дариласа вспомнить не могла.

Неожиданно из толпы вынырнул мужчина во всём чёрном, с длинной, до пояса, чёрной косой и с маской на лице. Сердце Тейсдариласы подскакнуло. На мгновение ей показалось, что это наагашейд. Только с ногами. Но она вдохнула воздух и запаха наагашейда не обнаружила. Кошка внутри с недоумением заворчала. Даже она обманулась в первый момент.

Дариласа слегка обеспокоилась, когда он направился прямо к ней. Чем ближе он подходил, тем больше терялась она. Этот мужчина очень был похож на наагашейда. Она успела изучить его в этом облике по дороге в Дардан. Такая же походка, та же фигура, та же манера наклонять голову… Закрылось подозрение, что это действительно он. Ей ли не знать, что запах можно поменять. Только зачем такому нагу, как наагашейд, появляться здесь, да ещё в этом облике и с другим запахом?

Мужчина остановился напротив неё, слегка склонился и протянул руку. Дариласа несколько секунд смотрела на него, не понимая, что он хочет. Все её мысли занимала загадка — наагашейд ли перед ней? А потом до неё дошло, что хочет этот мужчина, и она с сомнением посмотрела на него. Оглянувшись, она обнаружила, что Делилонис и Вааш с кем-то общаются и не смотрят на неё. У Миссэ и Доаша на лицах было написано то же недоумение, что испытывала и сама девушка. Она опять перевела взгляд на мужчину. Ей очень хотелось принять его предложение. Он так похож на наагашейда, что в ней теплилась смелая надежда, что это он. И Дариласа всё же протянула ему свою ладонь.

Длинные сильные пальцы властно обхватили её запястье и утянули к танцующим. Вторая рука обняла Дариласу за талию и притянула к мужчине. Расшалившееся сердце заскакало в груди испуганной птичкой. Дариласа вскинула голову, чтобы посмотреть на глаза в прорезях маски, но цвет их так различить и не смогла. А затем они закружились в танце, и все вопросы исчезли.

Дариласа не умела танцевать в паре. Но с этим мужчиной ей оказалось не нужно это умение. Он сам властно вёл её туда, куда нужно. А она просто следовала, подчинялась, была покорной и податливой. Он кружил её в своих объятиях так легко, что на губах Дариласы возникла счастливая улыбка.

А мужчина улыбнулся ей в ответ, только его улыбка была скрыта маской.

Вааш оглянулся посмотреть, как там Дариласка, и тут же развернулся всем корпусом, испуганно осматривая всё вокруг. Делилонис тоже обеспокоенно заозирался, пока его взгляд не упёрся в танцующих.

— Вон она! — крикнул он и указал пальцем направление.

Вааш посмотрел туда и помрачнел.

— Так, это что за щёголь? — с угрозой протянул он.

Делилонис осматривал кавалера Дариласы, прищурившись. Ему чудилось в этом мужчине нечто знакомое.

— Пойду-ка я напомню этому быстроногому, что, приглашая девушку, нужно сперва спросить разрешение у её сопровождающих, — и Вааш двинулся к танцующим.

Тут на лице Делилониса вспыхнуло озарение, и он прошипел:

— Вааш, стой! Это наагашейд!

— Да ладно? — не поверил Вааш.

— Поверь мне, это он, — убеждённо шипел Делилонис.

Вааш, прищурившись, посмотрел на танцующую пару. Затем его кулаки угрожающе хрустнули.

— Ну, так я ж не знаю, что это наагашейд, — протянул он и пополз вперёд.

— Вааш, стой! Не смей! — Делилонис бросился за ним.

И налетел на спину замершего нага.

Высокий мужчина в чёрном с маской на лице кружил среди других танцующих улыбающуюся девушку в тёмно-синем платье, которая в его руках казалась маленькой и хрупкой. Они легко порхали по мощённой булыжником мостовой. Шелестящая юбка девушки обвивала их ноги, длинная коса мужчины кружилась вместе с ними. Неожиданно мужчина подхватил Дариласу подмышки и поднял вверх, продолжая кружиться на месте. Она ему широко улыбнулась.

— Ладно, пусть дотанцуют, — с недовольным видом сдался Вааш.

Когда музыка сменилась, они остановились. Дариласа, тяжело дыша, смотрела на закрытое маской лицо. Она была почти уверена, что перед ней повелитель, но всё же некоторые сомнения у неё оставались. Девушка осмотрелась и обнаружила, что они находятся на другой стороне площади, далеко от Вааша, Делилониса и Миссэ с Доашем. С сожалением она поняла, что нужно возвращаться. Мужчина тоже понял это, так как отпустил её руку и отступил. А Дариласе не хотелось уходить. Она бы с удовольствием станцевала ещё пару танцев с ним, а если бы была уверена, что это наагашейд, то танцевала бы с ним до самого утра. Но всё же отступила и даже развернулась, чтобы уйти.

И тут же замерла. Всего в пятнадцати шагах от неё находился темноволосый мужчина-человек, взгляд которого так её раздражал. Он стоял прямо на её пути, и у Дариласы возникло подозрение, что если она повернёт в другую сторону, то он опять окажется перед ней. Она вспомнила, где видела его. В свите короля Дорина. В душе зашевелилось подозрение, что он здесь непросто так.

Неожиданно над ухом раздался шёпот. Дариласа аж вздрогнула.

— Он докучает тебе?

Это был всего лишь шёпот, не голос, но в нём мелькнули неуловимые интонации, присущие только наагашейду. У Дариласы мурашки по спине побежали.

— Если хочешь, то я помогу тебе сбежать от него.

Как сильно ей этого захотелось! У неё даже пальцы задрожали от этого желания. Дариласа завела руку за спину, нащупала ладонь мужчины и сжала её, выражая этим своё согласие. Сильная рука тут же обвила девушку за талию, оторвала от земли, и мужчина вынес её из толпы в одно мгновение. После этого он опустил её на землю, схватил за руку и побежал, уводя за собой. Обернувшись, Дариласа увидела, что из толпы выскочил темноволосый мужчина и завертел головой, пытаясь отыскать их. А они уже завернули за угол стены какого-то здания.

Мужчина в маске остановился, отпустил её руку и присел рядом с ней на корточки, сложив ладони в замок.

— Давай, я подсажу тебя.

Дариласа почти мгновенно поняла, что он предлагает ей забраться на стену. Не медля, она поставила левую ногу в его сложенные ладони. Οн легко подкинул её вверх, девушка уцепилась за край стены, помогла себе ногами и подтянулась. Послышался треск. Дариласа слегка опечалилась, сообразив, что пострадало платье.

Следом за ней легко и быстро забрался мужчина в маске. Он тут же заставил её лечь. Внизу, оглядываясь, пробежал мужчина-человек. Как только он скрылся, таинственный «незнакомец» помог Дариласе подняться. Девушка осмотрелась.

Они стояли на широкой, не менее двух саженей, стене. По одну её сторону располагался ярко освещённый город, а по другую — чьё-то утопленное во тьме поместье. Хотя рядом с главной площадью чаще всего располагались административные здания. Но Дариласе было совсем неинтересно разбираться, где это они.

«Незнакомец» неожиданно тихо рассмеялся. Дариласа вспомнила про треск ткани и осмотрела себя. С левой стороны подол платья был разорван до самого колена. Да, фривольненько.

— Прогуляемся? — тихо предложил мужчина и махнул рукой на стену.

Дариласа пожала плечами. Почему бы и нет. Про опекунов она в этот момент просто забыла, окунувшись с головой в это приключение.

— Ты видишь их?!

Вааш разъярённо метался, выискивая взглядом Дариласу и повелителя. В руках он нервно мял накидку девушки. Делилонис тоже сосредоточенно осматривал всё вокруг. Рядом виновато мялись Миссэ и Доаш. Они уже покинули площадь и продвигались по запаху Дариласы.

— Вон! — Делилонис пихнул Вааша в бок и указал куда-то вверх.

Вааш посмотрел туда и увидел, что по стене спокойно шагают две тёмные фигуры, освещённые лунным светом. Одна из них была высокой, а другая — маленькой и с пышной юбкой. Ваашу даже показалось, что он слышит её шелест. Хвост его хищно взметнулся.

— Двигаемся за ними, — приказал он. — Стена в одном месте поломана, им придётся спуститься. Там и перехватим.

Ρаздался хруст, и Вааш удивлённо посмотрел на Делилониса. Хвост того исчезал, сменяясь ногами. Через некоторое время босой мужчина смерил стену оценивающим взглядом.

— Ты ползи на перехват, а я за ними по стене пойду, — распорядился наагариш. — А то вдруг они не в город спрыгнут.

Вааш кивнул и в сопровождении Миссэ и Доаша стремительно пополз вдоль стены. А Делилонис полез наверх.

Дариласа шла, смотря себе под ноги. Она почему-то стеснялась поднять глаза на наагашейда. Вообще эта прогулка казалась ей какой-то нереальной. Ночь, вместо дороги под ногами стена, а рядом идёт молчаливый наагашейд, не ползёт, идёт. И не пытается прикоснуться к ней или как-то смутить. Просто идёт и молчит. И сейчас в теле не блуждало дикое желание, которое всегда возникало от его прикосновений, а просто тихо теплилась радость от того, что они так незамысловато гуляют.

Когда позади раздался шум, они обернулись одновременно и замерли, ошеломлённо смотря перед собой. А там, на стене, стоял босой Делилонис. Волосы его серебрились в лунном свете, ветер играл с полами одежд, лицо же было мрачным. Дариласа даже вздрогнула от испуга. Делилонис сейчас олицетворял собой дух справедливости, который пришёл, чтобы наказать их.

— Бежим, — шепнул наагашейд и бросился вперёд, утягивая за собой Дариласу.

Та виновато посмотрела на Делилониса и побежала за утягивающим её мужчиной.

— Ну, Дейш! Ну, поганец! — разъярённо зашипел Делилонис. — Когда-нибудь я отплачу тебе за это!

И побежал за ними.

Дариласа еще издали увидела, что впереди темнеет провал.

— Сейчас прыгаем! — отдал короткий приказ мужчина.

Он хотел спрыгнуть первым и поймать девушку. Но она опередила его, легко прыгнув вниз. Её в воздухе поймали большие сильные ладони, и, испугавшись, девушка выпустила когти. Но вовремя остановилась, увидев лицо Вааша.

Мужчина в маске, уже почти спрыгнувший вниз, нелепо замахал руками и всё же удержался на стене.

— Давай-давай, — с ласковой улыбкой подначил Вааш. — Прыгай. А я тебя на мостовую намажу.

И махнул хвостом из стороны в сторону, показывая, как именно намазывать будет.

Мужчина рисковать не стал и, махнув Дариласе на прощание рукой, спрыгнул на другую сторону прежде, чем до него добрался Делилонис.

— Вот же! — раздражённо выдохнул он и сел на стену, свесил вниз грязные стопы.

— Мне не нравится, как он действует, — недовольно прошипел Вааш. — Вскружил девочке голову своими танцульками в прямом смысле этого слова.

— Ты что! — развеселился Делилонис. — Это он ещё честно себя ведёт. Ухаживает.

Тут Вааша за косу легонько дёрнула Дариласа. Наг недовольно посмотрел на неё. Вид у девушки был одновременно виноватый, радостный и любопытный.

— Ссайяя… Что это? — спросила она.

Вааш нахмурился ещё сильнее, но всё же перевёл.

— Люблю. Но ты меньше слушай слова и больше смотри на поступки!

Дариласа ощутила, как начинают гореть её уши. Ссайяя…

— Всё, прогулка закончена. Возвращаемся домой, — решил Вааш. — Прогулялись уже!

Устроив девушку поудобнее на своём локте, Вааш пополз в сторону площади.

— Меня-то подождите! — окликнул их Делилонис.

Дейширолеш миновал порог своей спальни и бросил маску на пол. По лицу блуждала улыбка, иногда сменяемая тихим смехом. Всё же босой Делилонис довольно забавно выглядел. Дейш спиной повалился на ложе и уставился в потолок.

Он планировал просто посмотреть на неё. Думал, этого будет достаточно. Но, увидев её фигурку в тёмно-синем платье, до зуда в пальцах возжелал прикоснуться к ней. И, воспользовавшись тем, что её опекуны отвлеклись, пригласил на танец. Давно он не танцевал, если не считать тот неудавшийся танец на балу в императорском дворце. А в двуногом облике, наверное, век уже не плясал. Дейш даже думал, что не вспомнит движения. Но едва Тейс оказалась в его руках, он вспомнил всё. Точнее, он забыл о самом танце, неотрывно смотря на её лицо, на котором всё ярче и ярче разгоралась радостная улыбка. Она улыбалась ему. И, кажется, догадывалась, кто перед ней.

Дейширолеш так решил, потому что на её лице одновременно отражались сомнение и узнавание, словно она понимала, кто перед ней, но уверена в этом не была. Дейшу даже показалось, что девушка радовалась именно тому, что перед ней он, Дейширолеш.

Дейш прикрыл глаза и вспомнил их танец. Какая она лёгкая, хрупкая и послушная его рукам. Он даже улыбнулся. Такая непокорная для его приказов, но такая отзывчивая на прикосновения. Действительно как кошка: хоть и с опаской, но принимает ласки и не слушает его приказов, если не считает, что нужно поступать так, как этого хочет он. Жёсткая и мягкая одновременно. Спокойная и взрывная. Разумная и бесшабашная. Смелая и такая трусиха. Дейш хмыкнул, вспомнив, как она убежала от него после той ночи, когда он чуть не сделал её своей. Она необычная, странная, удивляющая, восторгающая и приводящая в бешенство. Сколько всего умещается в этой маленькой фигурке.

Хулиганский побег Дейш тоже не планировал. Идея возникла внезапно из раздражения, вызванного взглядом темноволосого мужчины. Дейширолеш сразу вспомнил, где он видел его, и в голове тут же возникло подозрение, что к появлению этого смертника приложил руку король Дорин. Нужно будет утром поговорить с королём и настоятельно призвать его к разумности. Взгляд этого мужчины так разозлил Дейширолеша, что возникло спонтанное желание спрятать Тейс.

На губах Дейша опять возникла широкая улыбка. Ему понравилось сбегать с Тейс от всех. Эта хулиганская выходка словно сблизила их. Сообщники! Дейширолеш рассмеялся, опять вспомнив и Делилониса, и грозного Вааша. Οн был уверен, что они тоже узнали его. И всё же осмелились встать у него на пути. Дейширолеша даже посетило полузабытое чувство, которое он испытывал последний раз в возрасте двухсот лет, сбегая от своего наставника по боёвке. Этакая лихая радость от удачно проделанной шалости и избежания наказания. Дейширолеш ещё раз тихо рассмеялся. На душе царила лёгкость и тихая радость.

Дейширолеш закрыл глаза, опять представляя перед собой улыбающееся лицо Тейс. Сон медленно накрыл его. Ему снился танец Тейс на крыше дворца в ночь праздника Полной Воды. Он опять видел её изящную фигуру на фоне волчьего месяца и опадающую вниз юбку…

Глава 6

Разговор с королём Дейширолеш откладывать не стал. Его раздражало, что рядом с Тейс крутится какой-тo мужик, хотя соперником его считать не мог. Дейш вообще отметил, что стал очень сильно раздражаться, только представляя рядом со своей девочкой кого-то ещё. Мысль, посетившая его когда-то на заброшенной заставе, когда он посчитал, что все мужчины должны смотреть на Тейс с восхищением, утратила свою прелесть. Теперь Дейш считал иначе. Он не хотел, чтобы кто-то ещё смотрел на неё своими наглыми глазами.

Король Дорин посмотрел на наагашейда очень удивлённо, когда тот без стука вполз в его покои. Удивление быстро сменилось настороженностью. Видимо, есть чего бояться.

— Доброго утра, ваше величество, — холодно поприветствовал его Дейширолеш и замер прямо перед ним.

— Доброго утра, наагашейд, — поприветствовал король в ответ. — Что-то случилось? Просто вы посетили меня так рано…

— Да, кое-что случилось, — не стал тянуть наагашейд. — Кое-кто из ваших людей преследует Тейсдариласу. Я хотел бы настоятельно порекомендовать вам более тщательно присматривать за своим окружением. Иначе на обратную дорогу мне придётся выделять вам сопровождение.

— В каком смысле сопровождение? — непослушными губами спросил король.

— В том смысле, что собственного сопровождения у вас может не остаться, — холодно разъяснил Дейширолеш. — Не стоит портить со мной отношения такими глупыми выходками. Я не отличаюсь завидным терпением и всепрощением. Надеюсь, вы меня поняли?

Лицо короля помрачнело. Εго оскорбила такая отповедь, и ему явно хотелось сказать в ответ что-то резкое, но он благоразумно промолчал.

— Не знаю, о чём вы подумали, но это какое-то недоразумение, — после паузы произнёс Дорин. — Я поговорю со своими людьми и, если этот случай действительно имел место быть, то я приложу все силы, чтобы подобное больше не произошло.

— Очень на это надеюсь, — высокомерно бросил Дейширолеш и, развернувшись, выполз из комнаты.

А глаза короля полыхнули ненавистью. Но это чувство быстро покинуло его. Смысла ненавидеть наагашейда нет, так как Дорин всё равно ничего ему сделать не может. Особенно после такого позорного проигрыша в войне, от которого страна совершенно обескровлена и истощена. В истерзанный разум короля опять впилось зубами беспокойство. Что ему делать? Как вернуть отданный дар обратно? Вопросы, ответы на которые ему никто дать не мог.

Дариласе всю ночь снился наагашейд. В очень неприличных снах. Словно он таким образом брал расплату за своё приличное поведение на стене. Девушка несколько раз просыпалась со стоном и потом пыталась восстановить сбившееся дыхание и унять жар в собственном теле. Но только она опять проваливалась в сон, как наагашейд возвращался к ней с многообещающей улыбкой на губах и обвивал хвостом. В итоге проснулась она за два часа до рассвета и всё время до восхода солнца просидела у раскрытого окна, дыша свежим воздухом и старательно проговаривая вслух звуки наагатинского языка: сегодня должны приехать её преподаватели и возобновить занятия.

А утром приползла энергичная Ρайшанчик, и мыслям о наагашейде пришлось подвинуться: ребёнок не терпел конкуренции.

Ближе к полудню приполз Вааш. Настроение у него было преотличным. Дариласу это порадовало, а то она боялась, что он обидится на неё за вчерашнее. Всё же убежала от них, да ещё неизвестно с кем. Точнее, предположительно неизвестно с кем, а так она уже была уверена, что это сам наагашейд. Надо же, несмотря на свой статус и положение, он пришёл на площадь, где праздновали простые наги, да ещё и с ногами, и танцевал с ней. А потом, можно сказать, спас от навязчивого мужского внимания и как мальчишка бегал с ней от её опекунов. Дариласа опять засомневалась: точно ли это наагашейд?

Вааш приполз, чтобы сообщить о том, что к ним приехала гостья. Дариласа напряглась. В последнее время гости не вызывали в ней радостных чувств и, откровенно говоря, сильно разочаровывали. Но, выйдя за порог домика, где жили она, Таврида и Райшанчик, девушка увидела юную нагиню с белыми волосами, в которой с удивлением узнала Моашу.

— Ма-Диаши! — радостно закричала нагиня и бросилась к Дариласе с объятиями.

Дариласа несколько растерянно обняла девушку, не понимая, что она здесь делает.

— Я в гости к дяде Ваашу! — сообщила Моаша. — Папа отпустил меня на месяц.

Вааш хитро посмотрел на нагиню. Делилонис поделился с ним тем, что эта девочка положила глаз на одного способного нага, который сейчас жил во дворце наагашейда и поступил в ученики к казначею. Поэтому он предполагал, что целью поездки Моаши является отнюдь не он.

— Я так рада видеть тебя, Ма-Диаши, — девушка опять повисла на плечах Дариласы, чуть не повалив её на землю.

Всё же даже самые хрупкие девушки-нагини имеют весьма приличный вес за счёт своих хвостиков.

— А что ты здесь делаешь? — спросила Моаша.

Спросила, и тут её глаза вспыхнули.

— Ты вышла замуж за дядю Вааша? — возбуждённо предположила она.

Вааш подавился воздухом и закашлял. Дариласа посмотрела на нагиню с возмущением и удивлением. Для неё такое предположение отдавало святотатством.

— Нет? — расстроено протянула девушка. — А что же ты здесь делаешь?

— Дариласа моя воспитанница, — хрипло пояснил Вааш, едва откашлявшись.

— Ух ты! — глаза девушки радостно вспыхнули.

Вообще она сейчас была не очень похожа на тут капризную нагиню, которой её запомнила Дариласа. Личико у девушки всё так же было несколько высокомерным, но светилось радостным воодушевлением. Энергия так и била из неё ключом. Она даже стоять спокойно не могла. Хвост её постоянно сворачивался в кольца и разворачивался.

— А это кто? — Моаша посмотрела поверх плеча Дариласы и прищурилась.

Дариласа обернулась и увидела спешащую к ним Тавриду. Женщина смотрела на Вааша настороженно, но долг гостеприимства обязывал её поприветствовать гостью. Ведь та находится у порога дома, в котором живёт она сама.

— Моаша, познакомься. Это госпожа Таврида — воспитательница моей дочери, — решил представить их друг другу Вааш. — Таври… Госпожа Таврида, это Моаша део Фраш, дочь наагариша Риидаша део Φраша. Она приехала к нам в гости.

— В гости? — рассеянно повторила Таврида и неуверенно произнесла: — Это хорошо.

Таврида смотрела на девушку с некоторой опаской, видимо, вызванной прищуренным взглядом нагини. Но Моаша тут же улыбнулась, и сгустившееся было напряжение развеялось.

— Рада познакомиться, — вежливо произнесла она и тут же вернула всё своё внимание Дариласе. — Ма-Диаши, я так соскучилась по дворцу! Мы же там столько всего пережили. Давайте съездим туда, а? Ну, пожалуйста!

— А может, сразу в лес? — ехидно предложил Вааш. — Там мы пережили куда больше.

Моаша сообразила, что с уговорами это не к Дариласе, а к Ваашу, и развернулась к нему, одаривая умоляющим взглядом.

— Ну, ладно, свожу, — не очень охотно согласился Вааш.

Моаша радостно пискнула и захлопала в ладоши.

— А Ма-Диаши с нами поедет? — спохватилась девушка.

Дариласа нерешительно прикусила губу. С одной стороны, она только недавно покинула дворец наагашейда, а сейчас, получается, опять возвращается. Как это вообще будет выглядеть? Она поморщилась. Хотя кому какая разница? Она же будет сопровождать Моашу. Тем более, с другой стороны, ей дико хотелось увидеть наагашейда. Кошка в ней вся извелась. Зверю казалось, что какая-нибудь самка наложит лапы на её кота. Она так переживала пo этому поводу, что Дариласе стало жалко и себя, и её. Но во дворце ещё и королевская семья… Эта мысль была безжалостно задавлена желанием увидеть повелителя. Хотя бы издали! И Дариласа кивнула.

Вааш только тяжело, но понимающе вздохнул.

— Ну, тогда определяемся, когда поедем, — пробасил он.

— Сегодня! — тут же выпалила Моаша.

Дариласа озадаченно посмотрела на неё. Всё же девушка с дороги, неужели она не хочет сперва отдохнуть как следует? Но, судя по её возбуждённому виду, не хотела.

— Ну, сегодня так сегодня, — не стал спорить Вааш.

В этот момент сильно затрещали кусты, и из них выпала Райшанчик.

— Я тоже, тоже хочу! — завопила девочка, поднимаясь с земли.

Вааш нахмурился. Тащить маленькую дочь во дворец он не хотел. Но девочка решительно сжала кулачки и требовательно посмотрела на отца.

— Папочка, я тоже хочу во дворец! — заявила она и тут же состроила умоляющие глазки. — Ну, пожалуйста!

Вааш всегда был слишком мягкосердечен к просьбам дочери. Поэтому, когда он почувствовал, что готов сдаться, то переадресовал требование в другую сторону.

— Если госпожа Таврида согласится поехать с нами, то ты тоже можешь поехать, — сказал он.

Райшанчик тут же бросилась к Тавриде, обхватила её руками за ноги, обвила хвостом и, прижавшись лицом к её животу, жалобно попросила:

— Госпожа Тавридочка, ну, пожалуйста!

Таврида растерялась и с возмущением посмотрела на довольного Вааша. Девочка стиснула её руками и хвостом ещё сильнее, чем чуть не повалила её.

— Райшалаш, прекрати! — попыталась призвать её к порядку женщина.

— Ну, пожалуйста-пожалуйста! — не унималась девочка.

Таврида, прищурившись, посмотрела на Вааша и со вздохом разрешила:

— Ладно. Давай ползи собираться.

Девочка радостно пискнула и, освободив воспитательницу, бросилась в дом. Таврида покачнулась, потеряв равновесие, но Вааш поддержал её под локоть. Женщина раздражённо посмотрела на него, вырвала локоть из его пальцев и с достоинством удалилась в сторону дома. Вааш маслено улыбнулся ей вслед.

— Эй, — Дариласа дёрнулась от обжёгшего её ухо дыхания и чуть не угодила затылком Моаше в лицо. — А дяде Ваашу нравится эта женщина?

Глаза нагини горели любопытством. Дариласа не любила сплетничать, но тут нерешительно кивнула, подтверждая это предположение.

— Надо же, — удивлённо протянула девушка. — Странный у него вкус. Какая-то она не очень. Но если приодеть…

Дариласа почувствовала раздражение. Лично она считала, что госпожа Таврида очень и очень. Просто её нужно сперва получше узнать, что бы оценить по достоинству.

— Эй, девочки, вы бы тоже переоделись. Во дворец всё же едем, — заметил Вааш.

Дариласа и Моаша встрепенулись.

— Ой, а мне вещи еще нужно разобрать, — растерялась нагиня.

— Сейчас принесут вещи и помогут их разобрать, — пообещал Вааш. — А ты пока комнату выбери.

И он указал на домик, в котором жили Таврида, Ρайшалаш и Дариласа. Девушки не стали мешкать и заторопились в указанном направлении. Дариласа еле-еле сдерживала довольную улыбку. Она увидит повелителя.

Жейш висел на цепях и прислушивался к капающей с потолка воде. Скованные руки и хвост ныли от невозможности нормально пошевелиться. Рядом тихо перешёптывались сыновья. Он слышал в их голосах затаённый страх. Они знали, что за этот проступок их ждёт смерть. Они боялись, хоть и хотели скрыть это. Жейш же молчал, не пытался их успокоить или сказать слова утешения. Уже ничего не изменить, им нужно приготовиться к тому, что это их последние часы. Он прикрыл глаза и чуть сжал зубы.

Только судьба сыновей его беспокоила. Ему было всё равно, что станет с родом, что станет с ним. Он не желал, чтобы его сыновья пострадали от этого. Его сердце всё ещё замирало от воспоминания отрубленной головы Эзгаиша. Один из его сыновей, его опора, его гордость. Все его сыновья были его гордостью. Он воспитал их такими, какими и хотел. У них были те же взгляды, что и у него, они полностью его поддерживали. Всегда были верными помощниками в делах. Но это его дети, его плоть. Мысли об их неминуемой смерти причиняли Жейшу страшные страдания.

Чанвашар не поможет, Жейш знал это. Он сам бы на его месте не стал помогать и рисковать подставиться под удар. Жейш прекрасно знал, чего можно ожидать от мёртвого бога, так же, как и в своё время знал, чего ждать от отца Дейширолеша. Под них очень просто подстроиться. Не то, что под этого мальчишку Дейширолеша, от которого никогда не знаешь, чего ждать. Сегодня он поступит с достойной его отца жестокостью, а завтра проявит невиданное милосердие. Если при его отце Жейш смог выбиться в самые верха, зная, как угодить повелителю, то с самим Дейшем наагариш постоянно попадал впросак. Ему пришлось довольствоваться малым. Дейширолеш не счёл нужным поделиться своей властью с кем-либо, предпочитая оставить её полностью в своих руках. С приходом к власти этого мальчишки Жейш потерял всё, что успел получить за время правления его отца. И ему пришлось довольствоваться всего лишь властью наагариша — главы одного из кусков земли одного из семи княжеств. Такая малость в сравнении с тем, что у него было.

Оскорблённый пренебрежением юного наагашейда, наагариш Жейш многие века сидел в своём поместье, кипя от обиды и гнева. Несколько веков он мечтал отомстить зарвавшемуся мальчишке. А тут неожиданно появился Чанвашар. Нет, Жейш не сразу проникся его словами. Он даже не поверил в то, что перед ним действительно бог смерти. Всем же известно, что боги-основатели убили его. Но постепенно Чанвашар смог убедить его. И предложил выступить на своей стороне. Жейш вначале не оценил его предложение. Οн хотел мести, желал, чтобы мальчишка Дейш страдал. Но постепенно разум в нём возобладал над яростью, и Жейш серьёзно задумался над этим предложением.

Всё же повелитель-наагашех значительно привлекательнее того, что есть сейчас. Это почти то же самое, что и отец Дейша. Такой повелитель всегда будет поступать по разуму и предотвращать любой намёк на проблемы и опасности. Жейш знал, как вести себя с подобными личностями. Он смог бы вернуть всё то, что потерял, когда Дейширолеш забрал власть в свои руки. А в случае смерти мальчишки началась бы смута, которая наверняка закончилась бы тем, что круг наагаришей взял бы всю власть в свои многочисленные руки. Такое деление власти Жейша никак не устраивало. Поэтому он задавил свою обиду и принял предложение Чанвашара.

Тот просил всегда немного. Где-то с чем-то помочь, что-то достать, кого-то убить… Его запросы стали сложнее год назад. Сперва он потребовал добыть кровь наагашейда. С этим заданием они так и не смогли справиться. Чанвашар потом презрительно сообщил ему, что с этим «плёвым» заданием справилась всего лишь одна женщина. А ему, Жейшу, и целого рода не хватило, что бы преуспеть. Затем задания стали еще рискованнее. Чанвашар потребовал, чтобы кто-то из нагов привёл нагинь в ловушку, которая перенесёт их в другое место. И они должны были провернуть это прямо на территории дворца! Жейша тогда трясло от напряжения. Но зато как он был рад и доволен, что они всё же справились.

Правда, со следующим этапом задания они провалились. Все планы поломал этот увалень Вааш. Как же Жейш в тот момент ненавидел этого нага! Словами не передать его злость. А как ярился Чанвашар! Тогда Жейш понял, что бог стал сильнее. И становился сильнее изо дня в день. Наагариш думал, что не выживет после его ярости. Но Чанвашар не стал убивать его, решив, что он еще пригодится. Именно тогда Жейш понял, что выбрал правильную сторону: за богом будет победа. Чанвашар не остановится, пока не добьётся своего. Поэтому когда он в очередной раз явился и потребовал отряд нагов, чтобы убить какую-то женщину, Жейш сомневался недолго. Нужно было заручиться благосклонностью Чанвашара, для этого требовалось переступить и через некоторые принципы, такие, как запрет на убийство женщины. Наагариш специально отправил своего сына, что бы он проконтролировал выполнение этого задания. Они не могли позволить себе оплошать еще раз. И вот чем это обернулось! Смертью Эзгаиша и их пленением. А через несколько часов и казнью.

Жейш вздрогнул, увидев еле заметную россыпь искр прямо за спиной стражников, что были в камере. Их охраняли и снаружи, и изнутри. Сперва наагариш решил, что ему показалось. Но из стены неслышно шагнула фигура, закутанная в чёрный плащ. Стража почему-то не шевелилась. Присмотревшись, Жейш понял, что наги даже не моргают. Появившийся спокойно прошёл между стражниками и двинулся к Жейшу. В руке у него побрякивала связка ключей. Он остановился рядом с наагаришем, позвенел ключами, выбирая среди них нужный, и отомкнул браслет на его правой руке. После этого он сложил связку ключей в ладонь Жейша и, склонившись к его лицу, тихо прошептал:

— Дальше выбирайся сам. Я и так пошёл на очень большой риск, сунувшись в это место. Стража не пошевелится ещё в течение пятнадцати минут. Увы, убить я их не могу. Смерть в этом месте может привлечь ко мне ненужное внимание.

Отступив на шаг, Чанвашар продолжил:

— Освобождай себя и сыновей и выбирайся через окно.

Он кивнул на крошечное отверстие под самым потолком, забранное решёткой.

— Выломаете. Я всю ночь убил, работая с чужой магией, что бы ослабить это место. И не вздумайте трогать стражу. Одно прикосновение, и они очнутся.

Жейш почувствовал себя польщённым. Сделать столько, чтобы освободить его… Значит, он действительно очень нужен.

— Когда выберетесь, двигайтесь к западной стене. Там как раз замечательные кусты. Я заберу вас оттуда. Отсюда не могу.

Здесь Чанвашар произнёс что-то непонятное и экспрессивное. Наверное, ругался. После этого он отступил к стене и растворился в ней. Жейш озадачился. Видимо, с этим местом действительно что-то не так, раз мёртвый бог даже перемещается не так, как обычно.

Он быстро освободил себя и своих сыновей. После этого двое из его мальчиков подняли вверх третьего, и тот выломал решетку. А вместе с ней и часть стены. Это получилось у него так легко, словно стена была сделала из песчаника. Он тут же выскользнул наружу, а затем опустил вниз хвост. Обвив им одного из братьев за талию, он подтянул его наверх. Тот уцепился за край пролома и дальше полез сам. Вдвоём они уже помогли и своему третьему брату. А затем и четвёртому.

— Отец, — позвал Жейша один из них.

Наагариш же думал и смотрел на оцепеневшую стражу. Похоже, оцепенение напало и на стражу снаружи, иначе бы они давно приползли на шум.

— Ползите, куда приказал бог, — велел Жейш сыновьям. — А я вас догоню. Только оставлю подарок дорогому наагашейду.

Сыновья не стали перечить, и вскоре Жейш услышал лёгкий шорох и тихий хруст ветвей. Сам он подполз к двери, выбрал в связке подходящий ключ, отомкнул её и осторожно выглянул наружу. Стража в коридоре не шевелилась. Жейш усмехнулся и выполз из темницы. Найти камеры, в которых содержались члены его рода, не составило труда. Он открыл каждую из них, освободил всех пленников и каждому тихо прошептал:

— Наагашейд предал свой народ. И нам предстоит наказать его. Выбраться за стены мы не сможем, поэтому нападём на дворец. Терять нам нечего.

Он видел ужас, застывший в глазах нагов, когда они услышали его слова. Для них выступить против повелителя было немыслимо. Но также немыслимо для многих из них было ослушаться приказа главы своего рода, которому они всегда починялись. Ради которого пошли на преступление, ввязываясь в заговор. Поэтому они покидали стены своих темниц. Были и те, кто остался. Они просто сели на пол и замерли в обречённой позе. Проползая мимо них, Жейш презрительно плюнул. Бесхребетные тюфяки!

Жейш покинул стены тюрьмы одним из первых. Некоторое время он смотрел на то, как решительно ползли его наги к дворцу, а потом нырнул в кусты, которые росли вдоль стены, и пополз к назначенному месту под их прикрытием. Миновал пролом, который остался после того, как они разворошили окно, и нос к носу столкнулся с ожидающими его сыновьями. Рассерженно зашипел на них. Он же велел ползти к месту! Но задерживаться для отповеди не стал, и они направились дальше уже вместе.

Из глубины тюрьмы раздался крик. Жейш сообразил, что отпущенное Чанвашаром время истекло. В этот момент раздался возглас прямо над ними, на стене. Стража обнаружила ползущих к дворцу нагов.

Мстительность Жейша сыграла с ним злую шутку. Дворцовая стража слишком быстро среагировала на опасность. Отряд из двадцати нагов почти мгновенно выполз из казарм, расположенных на стыке западной и северной стен.

— Там кто-то есть!

Οдин из нагов заметил мелькающие среди веток хвосты. Жейш заскрипел зубами и скомандовал сыновьям поворачивать назад. Он успел увидеть серебристые искры, опадающие в тени кустов под западной стеной. Чанвашар ушёл. На мгновение, всего лишь на мгновение, он ощутил раскаяние от содеянного: лучше бы они тихо и спокойно ушли. Но это раскаяние быстро стёрлось здоровой порцией ярости. Ещё не всё потеряно. Они еще смогут выбраться!

— Присоединяемся к остальным, — приказал Жейш и кивнул на ползущих к дворцу нагов. — Если получится, то берём заложника из числа близких к наагашейду. Тогда есть вероятность вырваться. Если нет… То унесём как можно больше жизней.

С этими словами он с сыновьями влился в гущу нагов своего рода. Раздались крики. Зазвенело оружие. Стража стремительно прибывала. Наги из рода Огладош просто снесли своим потоком стоящую у дверей стражу и оказались внутри дворца. Жейш отдал приказ закрыть двери и стараться никого не впускать. Зазвенели разбиваемые окна. С других ярусов начала спускаться стража. Мятежные наги стремительно вооружались всем, что попадалось под руку…

Примерно через три часа после начала сборов Вааш со всем семейством, своей гостьей и с Миссэ и Доашем проехали через ворота дворца. Изящный Красавчик посчитал, что входить через ворота зазорно, и полез через стену. Стража встретила их удивлёнными взглядами. Но в то же время на их лицах мелькнула и радость. Посчитали, что приезд госпожи Тейсдариласы улучшит настроение владыки. А то он вчера дико злой был.

Во дворце Вааш отправился проводить Тавриду и Райшанчика до библиотеки. Библиотека понадобилась Тавриде, а Райшанчик, грозно сдвинув бровки, заявила, что одну её никуда не отпустит, чем привела в удивление отца, Тавриду и Моашу. Дариласа предположила, что девочка боится, что какой-нибудь ушлый дядя уведёт у её папы Тавриду. Какой всё же заботливый ребёнок.

Они же направились в левое крыло первого яруса. Моаша сперва замялась, когда её спросили, что именно она хочет посмотреть. Но на помощь пришёл Вааш. Он хитро улыбнулся и посоветовал начать прогулку с левого крыла. Моаша почему-то порозовела. И они направились туда. Нагиня всю дорогу мило щебетала и осматривалась по сторонам, словно кого-то хотела увидеть. Разгадка её странного поведения выползла из-за угла спустя шесть минут после начала их прогулки. Увидев этого нага, Моаша замерла и, казалось, забыла, как дышать. Наг тоже замер, смотря на неё с удивлением и недоверием. Дариласа с опозданием узнала в нём зеленохвостого нага, который участвовал в поисках нагинь. Она тогда еще с котами нашла его всего поломанного у каких-то скал. Правда, имени она его не знала.

— Вот так встреча, — вырвалось у нага.

Моаша смутилась.

— Я в гости к наагалейю Ваашу приехала, — девушка сильно нервничала, — а Ма-Диаша предложила съездить во дворец. Мы же здесь столько всего пережили…

Дариласа еле сдержалась, что бы не посмотреть на неё с удивлением. Это она предложила?! Но всё же она решила не выдавать девушку. У неё появились некоторые подозрения касательно их визита сюда.

— Хорошо, что вы согласились, — зеленохвостый наг улыбнулся, и Моаша опять порозовела и, кажется, стала меньше нервничать.

— А… а как вы тут, Иишей? — нерешительно спросила нагиня.

— Всё прекрасно, я уже полностью здоров, — ответил наг, не отводя от неё взгляда. — Вот, поступил в ученики к господину Тешагу, казначею.

— Это замечательно, — Моаша тоже не отводила от него взгляда и, кажется, не очень прислушивалась к его ответу.

Дариласе даже завидно стало, глядя на этих двоих. Она нерешительно посмотрела на Миссэ и Доаша. Она ощущала, что наагашейд на этом же ярусе, но в противоположном крыле. И ей очень хотелось оказаться там. Наги поняли её правильно и, переглянувшись, решили пойти навстречу.

— Иишей, госпоже Тейсдариласе нужно отлучиться по делу. Мы можем положиться на тебя и оставить госпожу Моашу под твоим присмотром? — спросил Доаш.

— Конечно, — с готовностью откликнулся наг.

— Замечательно.

Дариласа благодарно посмотрела на своих охранников, и они втроём направились в противоположное крыло. Они уже почти вышли к центральной лестнице, когда вдруг раздался сильный шум, крики, шипение и рычание. Миссэ бросился вперёд, но тут же повернул обратно.

— Назад! — скомандовал он. — На дворец кто-то напал!

Дариласа удивлённо посмотрела на него. А Доаш тем временем подхватил её на руки и стремительно пополз прочь. Миссэ последовал за ними, прикрывая отход.

Дейширолеш сперва не поверил своему нюху, когда ощутил Тейс где-то рядом. Даже решил, что ему мерещится. Он как раз был в правом крыле первого яруса в одной из зал и выслушивал доклады начальников городской и дворцовой стражи. На какой-то миг он даже перестал прислушиваться к тому, что ему говорят, полностью сосредоточившись на своих ощущениях. В себя его привёл лёгкий стук. Οбернувшись, он обнаружил, что в окно бьётся воробей. И уже глядя на птицу, понял, что нюх его не обманул.

Один из начальников, повинуясь его приказу, принёс ему пташку. Она принесла донесения от главы отряда, что окружил поместье Вааша. В записке коротко сообщалось то, что Дейш уже знал: Тейс во дворце. Губы расползлись в радостной улыбке. Присутствующие наги удивлённо посмотрели на него.

— На сегодня всё, — неожиданно сказал повелитель.

Наги переглянулись с недоумением. Из них едва половина отчитаться успела. Наагашейд же поднялся и стремительно покинул зал.

Проползая по коридору, Дейш ощущал, что Тейс движется ему навстречу. Ещё немного, и он увидит её… Тишину дворца разорвал громкий шум. Словно он вдруг на торговой площади оказался. Сразу возникло беспокойство. Но прежде, чем он успел отворить дверь, ведущую в холл, она открылась сама, и к нему в коридор ворвался стражник.

— Повелитель, вам туда нельзя! — выпалил он, захлопывая дверь и задвигая засов. — Заключённые из рода Огладош вырвались из тюрьмы и напали на дворец…

Дейш, не дослушав, рванул вперёд. Там Тейс! Где-то там Тейс! Наг попытался задержать его.

— Повелитель, вам нельзя…

Дейширолеш с чудовищной силой отбросил его от себя и хвостом выбил запертую дверь, врываясь в холл. Там стража уже схлестнулась с мятежниками. Но те не стояли на месте и расползались по всему дворцу. Γде-то уже послышался отчаянный вопль кого-то из слуг. Дейш с облегчением понял, что Тейс удаляется от места событий. И оглянулся в поисках Жейша. Наагариша нигде не было.

Ссадаши с раздражением смотрел в окно и старался отрешиться от недовольного голоса принцессы Дедери. Они только что столкнулись в коридоре с принцессой Руазой, и теперь Дедери кипела от негодования. Даже для Ссадаши было загадкой, что не поделили эти девушки. Возможно, каждую раздражало, что помимо неё самой в этом дворце присутствует ещё одна принцесса. Женщины любят быть исключительными и неповторимыми. А возможно, дело в схожести их высокомерных характеров.

Сейчас Дедери негодовала, что принцесса Ρуаза не уделяет должного почтения ей, дочери императора, хотя сама является всего-то лишь дочерью короля, который, к тому же, проиграл войну их стране. В конце концов, Ссадаши не выдержал и, прищурившись, с намёком произнёс:

— Мне кажется, вы не так уж и сильно хотите гулять.

Дедери моментально умолкла, раздражение на её лице сменилось растерянностью, и она тихо произнесла:

— Хочу…

— Тогда не будем терять время, — Ссадаши направился в сторону лестницы.

Девушка покорно последовала за ним. А парень улыбнулся. Хоть ему и не очень нравилось присматривать за ней, но это занятие было не особо сложным. Принцесса быстро приходила в себя и становилась послушной, стоило только ему стать строгим.

Ссадаши остановился, так и не добравшись до лестницы, и напряжённо прислушался. Раздавались крики, звон оружия. Парень напрягся.

— Возвращаемся, — коротко приказал он и круто развернулся.

— Но… — Дедери растерянно посмотрела на него.

— Живо! — прошипел парень и, схватив её за руку, потащил за собой по коридору прочь от лестницы.

— Вот же! — раздражённо прошипел Роаш, выслушав рассказ Вааша о ночной выходке повелителя.

Они ползли по коридору третьего яруса в сторону лестницы. Вааш, оставив Тавриду и дочь в библиотеке, сразу направился к Роашу, что бы обсудить с ним дальнейшее распределение подготовленных к службе новобранцев. Разговор о делах плавно перешёл в рассказ о ночном происшествии. Вааш с сочувствием наблюдал за нервничающим Роашем. Когда-то он тоже крайне нервно реагировал на все события, связанные с его женой и новорождённой дочерью. Но после гибели его супруги и того кошмара, что он пережил, находясь под властью обезумевших инстинктов, у него появилась завидная для любого нага толстокожесть.

— Роаш, мне кажется… — начал было Вааш, но не закончил.

Его прервал шум. Настораживающий такой шум, вселяющий беспокойство. Они с Ρоашем переглянулись и быстро поползли в сторону лестницы.

Глава 7

Миссэ и Доаш не стали далеко уползать. Остановившись, Доаш опустил Дариласу на пол и коротко скомандовал:

— На кухню! Мы будем здесь и, если они прорвутся сюда, задержим их.

Дариласа обеспокоенно посмотрела на них.

— Госпожа, поторопитесь, — умоляюще протянул Миссэ. — Если с вами что-то случится, то как минимум четыре нага шкуру с меня и брата живьём снимут.

Девушка стиснула зубы, крайне неохотно повернулась к ним спиной и, подобрав юбку, побежала в сторону кухни, даже не задумавшись, почему её отправили именно туда. Она покинула своих охранников очень вовремя. Только девушка скрылась за углом, как в коридоре показались три нага, вооружённые алебардой, тяжёлым железным дверным засовом и выломанной откуда-то деревянной балкой. Лица у них были жуткими, решительными и обречёнными, взгляды пустыми. Миссэ тихо выругался, сообразив, наконец, кто перед ними. Этим терять нечего.

Миссэ и Доаш скользнули им навстречу, вынимая из ножен мечи. Мятежники, не мешкая, бросились к ним. Доаш схватился сразу с двумя, вооружёнными балкой и железякой. Миссэ молниеносно напал на того, кто имел при себе алебарду. Хвосты их сплелись, Миссэ рубанул мечом пo древку алебарды. Но противник ловко провернул оружие в руке, уберегая его от удара. Доаш рядом перехватил свободной рукой балку, которой его хотели ударить по шее, и подставил меч, защищаясь от удара железки. Раздался лязг.

Жейш осторожно выглянул в коридор и посмотрел на сцепившихся нагов. Посмотрел на них и окинул коридор лихорадочным взглядом. Всего минуту назад он видел здесь девчонку, что осмелилась бросить ему вызов после собрания наагаришей. Увидев её, Жейш вдруг понял, кого именно хотел убить Чанвашар. И кто так сильно дорог наагашейду, что он уже назвал её женой. Ему нужна эта девушка! Имея её в своих руках, он мог беспрепятственно покинуть дворец, забрав с собой хоть всех нагов из своего рода. Именно поэтому он направил сюда сразу трёх нагов, что бы они занялись охранниками девушки. Но пока он отвлекался на то, что бы отдать приказ, девчонка исчезла. Наагариш яростно принюхался, но почему-то не ощутил её запах. Но далеко уйти она не могла. Окна здесь целы, значит, она побежала дальше по коридору.

Жейш быстро проскользнул мимо сцепившихся нагов. Вслед ему донёсся отчаянный крик кого-то из охранников. Заметили, но это уже неважно. Пока они разберутся, он найдёт девчонку.

Дариласа заскочила на кухню и застыла на пороге, только сейчас задумавшись, почему её послали сюда. Слуги встретили её испуганными и встревоженными взглядами. Они слышали шум во дворце, и теперь самые ужасные предположения лезли в их головы. Главный повар-наг встретил девушку тяжёлым взглядом. Перед ним на столе в ряд лежали кухонные ножи и топорики для разделки мяса. На большом столе рядом расположилась свиная туша. Дариласа отступила назад, решив, что неправильно поняла Доаша, и увидела ползущего по коридору Жейша. Девушка не знала, кто именно напал на дворец, но, увидев его, сразу шагнула назад. До её слуха донеслось радостное, мерзкое шипение. Дариласа оглянулась на перепуганных слуг и мысленно обругала себя, что вообще сюда сунулась. Она поспешно отступила в центр помещения, прикидывая, успеет ли обернуться. Выходило, что не успеет. У Жейша были все шансы прикончить её во время оборота. Тогда Дариласа крутанула ладонью, призывая своё оружие. Пальцы сжались на древке явившейся на зов алебарды, звякнули вдетые в лезвие кольца.

Жейш ворвался на кухню. Раздался истеричный вопль служанки. Среди остальных слуг началась суматоха, которую перекрыл рык нага-повара.

— В укрытие, за столы, идиоты! — рявкнул он.

Слуги повалились на пол. А Жейш, скалясь, бросился к Дариласе. Та приготовилась встретить его ударом снизу, который при удачном стечении обстоятельств распорол бы ему грудную клетку. Но Жейш неожиданно отвёл от неё взгляд и метнулся в сторону. В стену, в то месте, где только что была его голова, зловеще гудя, воткнулся кухонный нож, войдя в камень почти по рукоятку.

— Как же давно я мечтал надрать тебе хвост! — повар расхохотался самым злодейским образом и схватил следующий нож.

Жейш метнулся вдоль стены. За ним в стену один за другим вошли кухонные ножи, брошенные тяжёлой рукой повара. В один момент Жейш резко затормозил и подался назад. Прямо перед его лицом в стену вошёл самый большой из имеющихся у повара ножей. Дариласа поражённо наблюдала, как повар гоняет Жейша по кухне. Откуда ей было знать, что двенадцать лет назад этот повар на спор разделал свиную тушу, распятую на мишени, с расстояния десяти саженей? И проигравшим в споре был как раз Доаш.

— Пошла отсюда, хвостатая! — гаркнул ей повар.

Дариласа не стала мешкать и выскользнула за дверь. В этот момент двое парнишек-оборотней поднялись, вместе, голыми руками, сняли со стола горячую большую кастрюлю и разлили её вязкое содержимое по полу. Посудина с грохотом выпала из их рук, мальчишки метнулись в укрытие, а Жейш, не успев остановиться, заполз в большую лужу карамели.

— Как для тебя, сволочуги, варил! — гулко расхохотался повар.

Жейш согнулся, уворачиваясь от топорика для разделки мяса. А потом метнулся к посудному шкафу, обвил его хвостом и метнул в повара. Завизжали девушки. Повар отшвырнул шкаф хвостом. Раздался оглушающий треск и звон, посуда посыпалась на пол. Разъярённый наг отбросил обломки со своего пути и бросился вперёд, но Жейш уже выскользнул в коридор.

С первыми мятежниками Вааш и Роаш столкнулись прямо на лестнице, даже не успев начать спуск по ней. Οни только выползли к лестничной площадке, как им навстречу с голыми руками бросились два нага. Одного Вааш обвил хвостом и, проломив им перила, сбросил вниз. Второго Ρоаш просто и незатейливо толкнул хвостом в грудь. Противник нелепо взмахнул руками и, упав на спину, скатился по ступеням.

— На нас напали, — мрачно процедил Вааш.

Роаш стремительно побледнел, глаза его округлились от ужаса, словно он только что вспомнил о чём-то.

— Дариласа… — произнёс наг непослушными губами.

Вааш посерел, вспомнив, что оставил Тавриду и Ρайшалаш в библиотеке на втором ярусе. А противник добрался уже до третьего яруса. И они, в отличие от Дариласы, были совсем одни.

– Ρайшалаш… Таврида… Οни одни… — чуть слышно произнёс он.

Наги одновременно рванули вниз. На втором ярусе они разошлись. Вааш метнулся к библиотеке, откуда донёсся слабый вскрик. А Роаш продолжил спуск.

Трое из мятежников проникли в левое крыло первого яруса. Среди них был и второй сын Жейша — Таиш. Они искали кого-то, подходящего на роль заложника.

— Дэшгар, оставайся тут и задержи стражу, если она явится, — приказал Таиш огромному черноволосому нагу с длинным серым хвостом.

Таиш и второй наг заползли в какой-то коридор, где витали запахи трав и лекарств, а Дэшгар встал напротив двери и расправил свои могучие плечи, полностью перекрыв проход. Этот наг был так огромен, что даже Вааш в сравнении с ним казался не таким уж и большим.

Наг простоял на своём посту примерно семь минут и забеспокоился. Слишком уж долго нет юного господина. Немного поразмыслив, он заполз в дверь. Подумав, направился направо. За одной из дверей он различил шорох и резко открыл её. И увидел женщину. Очень красивую женщину с русыми волосами. Она держала в дрожащих руках низенький столик за ножки и, похоже, готовилась ударить его им. В её глазах плескались слезы и отчаяние. За её спиной наг различил ложе, на котором силился подняться мужчина, но он был слишком слаб. Черноволосого нага резко осенило, где именно он находится — в лекарском крыле.

Он подался назад, ощущая растущее отвращение к себе. Он не сражается с женщинами и больными. Сбоку раздалось низкое, утробное рычание. Наг обернулся и увидел большого скального кота. Кот скалился и медленно наступал на него. А наг смотрел на длинную розовую полосу кожи, идущую почти от горла зверя. Кот заметно прихрамывал. И наг заколебался. Где-то здесь был юный господин, защищать которого было его прямым долгом. Но он сильный и никогда не сражался против слабых. И он сдался, уступив женщине и больному зверю, и стремительно уполз прочь, покидая лекарское крыло.

Кот двинулся было за ним, но замер, услышав грозное:

— Вааш, на место!

Кот обиженно прижал уши к голове и сел на попу. Из-за угла выполз недовольный наагалей Эош. В одной руке он держал длинный острый меч, лезвие которого хрустально серебрилось. Светлые рукава одежды лекаря были слегка забрызганы кровью. Эош оглянулся назад, туда, откуда приполз, и смерил взглядом тела двух нагов, распростёртых на полу. Они, без сомнения, были мертвы. Эош как лекарь прекрасно знал, куда бить, что бы жизнь покинула тело как можно стремительнее. Наагалей подполз к двери, захлопнул её и задвинул засов. Его дико злило и раздражало, когда кто-то смел беспокоить его больных.

Таврида внимательно просматривала словарь древненаагатинского языка. Райшанчик с любопытством смотрела в книгу, засунув голову воспитательнице под мышку. Таврида прожила среди нагов семь лет и довольно неплохо говорила по — наагатински, но всё равно бывали моменты, когда она вставала в тупик. Библиотека рода Онсаш была не очень богата. Сказывалось то, что этот род был преимущественно военной направленности. Нет, за многие века, конечно, там накопилось достойное собрание книг. Но посвящённых особенностям языка нагов было прискорбно мало.

Неожиданно дверь резко распахнулась, и в библиотечный зал влетел незнакомый наг. Он напряжённо осмотрел коридор, словно за ним гнались, закрыл дверь, повернулся к ним и вздрогнул от неожиданности, обнаружив женщину и ребёнка. Таврида ощутила, как в её сердце появляется страх. Что-то ей в этом наге не понравилось.

Бейшан, четвёртый сын наагариша Жейша, после смерти своего брата в Карийских болотах ставший третьим, совсем не ожидал увидеть человеческую женщину. Женщина смотрела на него со страхом. А потом наг посмотрел ниже, почувствовав ещё один взгляд, и увидел девочку. Сердце его пропустило удар. Нагиню. Маленькую нагиню. Наг возликовал. Наагашейд не посмеет рискнуть жизнью будущей женщины своего народа. Это идеальная кандидатура в заложники.

Бейшан опустился ниже, чтобы стать одного с ребёнком роста, и, улыбнувшись, поманил её.

— Эй, малышка, подойди ко мне.

Таврида судорожно прижала девочку к себе. Райшанчик испуганно стиснула её ноги ручками. Бейшан тяжело посмотрел на Тавриду.

— Женщина, уйди, — велел он.

Та испуганно вздрогнула, но не пошевелилась. Наг поднялся и угрожающе двинулся к ним. Таврида быстро расцепила руки Райшалаш и толкнула её в проход между стеллажами.

— Райшалаш, беги! — приказала она.

Девочка шмыгнула вперёд, но почти тут же остановилась, не желая оставлять свою воспитательницу. Её глазки были круглыми от страха, а губы дрожали.

— Райшалаш, живо! — рявкнула Таврида не хуже самого Вааша.

Взбешённый Бейшан взмахнул хвостом и ударил женщину в грудь. Таврида вскрикнула и отлетела в проход, упав на пол. Райшанчик тут же подползла к ней и, уже плача, попыталась поднять. Таврида отпихивала её за свою спину и даже не пыталась подняться, отползая от приближающегося нага и закрывая девочку собой.

Дверь в библиотеку слетела с петель и с грохотом приземлилась на пол. Бейшан резко развернулся. На пороге стоял Вааш. Он, не отрываясь, смотрел на плачущую дочь и перепуганную Тавриду. Лицо его исказилось от бешенства. Он наклонился так быстро, что Бейшан даже не успел сообразить, что тот хочет сделать. А Вааш поднял дверь и со всей силой опустил её на голову Бейшана, вбивая его в пол. Сын Жейша тут же свалился лицом вниз. А Вааш, отбросив дверь, обвил его хвостом и сжал. Таврида только успела закрыть глаза Ρайшанчику, а сама продолжала смотреть. Раздался жуткий хруст, Бейшан даже не смог закричать. Менее чем через минуту его изломанное тело упало на пол. А Вааш бросился к Тавриде и дочери.

— Где, что болит? — обеспокоенно спросил он.

Райшалаш разревелась еще сильнее и прижалась к его груди. Таврида почувствовала, что тоже больше не может держаться, и шмыгнула носом. А потом горько расплакалась.

— Я так испугалась! — выдавила она сквозь слезы.

— Ну-ну, — Вааш обнял их обеих и утешающе погладил по спинам. — Всё уже закончилось. Я рядом.

Ссадаши и Дедери не успели вернуться в покои принцессы. Когда парень увидел мчащегося по коридору нага, то даже сперва не поверил, что это неприятель. Больно уж быстро добрался до них. Но совершенно безумное лицо заставило Ссадаши напрячься, и он, не мешкая, отбросил принцессу за свою спину и угрожающе оскалился, предупреждая нага, что ему лучше сюда не соваться. Πротивник расхохотался и взлохматил свои белые волосы. Ссадаши окончательно убедился, что перед ним действительно сумасшедший, и напрягся. Учитель всегда ему говорил, что психи — самые опасные противники. Никогда нельзя предугадать их следующее движение. Οн не жалеют ни себя, ни других. Если есть возможность, то такого противника лучше убить сразу.

Ссадаши метнулся вперёд. Для Дедери его движение слилось в смазанную линию, которая двинулась к безумному нагу. Эта линия метнулась ему за спину, что — то мелькнуло перед лицом мятежника. А затем он выпучил глаза и булькнул. Дедери в ужасе прижала ладони ко рту, смотря, как из разорванного горла хлещет кровь. Безумец покачнулся и упал на пол. Ссадаши брезгливо отряхнул руку и направился к девушке.

— Живо за мной!

Дедери на подгибающихся ногах последовала за ним. Ссадаши остановил двух стражников, спешащих к лестнице, и ткнул пальцем в девушку.

— Это принцесса Давридании, — сказал он. — Εё необходимо сопроводить в покои и проследить, чтобы с ней ничего не случилось.

Наги кивнули и, почтительно подхватив девушку под руки, повели её прочь. А Ссадаши развернулся в сторону лестницы.

— Стой, подожди! Ты куда? — закричала ему вслед обеспокоенная Дедери.

Но Ссадаши даже не обернулся, продолжая стремительно уползать. Его распирал страх. Ведь там, внизу, находятся его родители, слабая мать и беспомощный отец.

Дариласа, продолжая держать в руке алебарду, бежала по коридору. Она чувствовала, что Жейш вырвался из кухни и теперь стремительно её нагоняет. Поэтому девушка держала направление к холлу. Да, там враг, но там же и защитники. Дариласа трезво оценивала свои силы и понимала, что справиться со взрослым, опытным нагом у неё мало шансов, поэтому, пока есть возможность, лучше избегать боя.

Когда Жейш опять увидел девушку, ликование наполнило его. Не уйдёт! Хотя бежит довольно резво. Наагариш только один раз запнулся, когда неожиданно увидел мелькнувшее в окне лицо Чанвашара. Бог указал ему на одну из дверей там, где коридор расширялся, образуя круглую площадку, и исчез. Жейш возликовал. Их не бросили! Но тут же забеспокоился: он не знал, где сейчас были его сыновья. Решение пришло в голову быстро. Он просто заберёт девчонку с собой, а потом обменяет её на своих детей. Точнее, он сделает вид, что хочет обменять. Вряд ли Чанвашар упустит такую возможность покончить с этой маленькой занозой.

Дариласа поняла, что ей уже не убежать, поэтому остановилась, развернулась и отвела оружие в сторону, готовясь нанести удар. Неожиданно на Жейша сбоку налетел Роаш, и наги покатились по полу. Взбешённый Ρоаш, слегка обезумевший от своей злости, схватил Жейша за горло и от души приложил его затылком о каменный пол. Дариласа шагнула было к нему, но тут же напряглась, услышав отчаянный женский крик. Обернувшись, она увидела Руазу, которая медленно сползала по стене под взглядом какого-то нага. У её ног без чувств валялась её придворная дама. Чуть в стороне изломанными куклами были разбросаны тела её охраны.

Дариласа мысленно выругалась и бросилась к ней, решив, что Роаш и без неё справится. Наг перед Руазой медлил. Было видно, что он испытывает сильные сомнения. Πеред ним была женщина. Он не мог её тронуть. Πрежде, чем Дариласа успела подбежать к нему, из-за угла выполз Доаш. Наг сразу увидел её, перевёл взгляд на замершего противника и бросился к нему со спины. В руке его блеснул кинжал. Мгновение, и Доаш обхватил нага за горло и засадил лезвие ему между лопаток.

Дариласа оказалась около Руазы и, схватив её за руку, потащила к ближайшей комнате. Нужно укрыться. До слуха Дариласы донеслись бессвязные бормотания.

— Я…я в парк собиралась… Только спустились… И тут…

Руаза, казалось, была слегка не в себе. Οна даже не плакала. Дариласа потянула дверь комнаты на себя и замерла, увидев перед собой горбатого. Она впервые видела его лицо так чётко. Брови Чанвашара чуть удивлённо приподнялись: он ожидал Жейша, а не её. А Дариласе хватило одной секунды, чтобы решить, что делать дальше. Οна вскинула руку и метнула алебарду. Вспыхнул рой серебристых искр, и оружие вонзилось в стену. Кольца на лезвии звякнули, а Дариласа зарычала. Ушёл, поганец! Опять! Руаза испуганно посмотрела на неё.

— Надо же! Вот это встреча! — услышала Дариласа издевательский голос.

Круто развернувшись, она увидела перед собой сына Жейша. Она не знала его имени, помнила только, что он самый старший. Бросив взгляд в сторону, Дариласа увидела, что Доаш бьётся уже с двумя. И откуда их столько! Ещё дальше по полу катались Роаш и Жейш. Сынок, видимо, не узнал папашу, раз до сих пор не бросился ему на помощь.

Дариласа покрутила ладонью, и алебарда, исчезнув из стены, возникла в её руке. Девушка выступила перед Руазой. Χвост сынка Жейша азартно взвился. Дариласа отметила, что в нём нет присущего нагам трепета перед жизнью женщины, и осознала, что этот гадёныш посмеет убить её и даже не засомневается. А лёгкий безумный блеск в его глазах только подтвердил её предположения.

— Я уже убивал таких, как ты, — с улыбкой сказал ей наг. — Она сама напросилась.

Неожиданно лицо его исказилось от ярости, и он зашипел:

— Сама! Она заслужила это!

А Дариласа неожиданно вспомнила рассказ Вааша о наге, который на войне с Нордасом убил женщину. Она была воином, и наг не мог пощадить её. Но осознание того, что он убил женщину, медленно сводило его с ума. Похоже, здесь тот же случай.

Хвост нага стремительно, как хлыст, рванул к ней. Дариласа бросилась навстречу и, упав, проскользнула прямо под ним. Она почти тут же вскочила, оказавшись за спиной мужчины. Но тот не дремал. Не разворачиваясь, он опять махнул хвостом. Дариласа выпустила алебарду, та тут же исчезла, пропустила хвост сбоку и, схватив его обеими руками, коротко рыкнув, дёрнула на себя. Наг взмахнул руками и упал на спину. А Дариласа, не мешкая ни секунды, выпустила его конечность и метнулась к противнику, на ходу призывая алебарду. Вскинув её, она приготовилась нанести удар нагу прямо в грудь.

— Нет! — раздался отчаянный крик Жейша, который увидел своего сына.

Это искреннее отчаяние сбило Дариласу, и лезвие воткнулось рядом с плечом нага. Хвост сильно ударил её в спину, и она пролетела вперёд, оставив своё оружие торчать в полу. Дариласа почти тут же вскочила, но и её противник уже был на хвосте. Правда, недолго.

Чёрная молния мелькнула рядом с сыном Жейша, и он полетел на пол. Дариласа, широко распахнув глаза, смотрела на окровавленного и жуткого наагашейда. Взгляд у него был слегка безумным. Чёрный хвост обвил её за талию и бросил за спину повелителя. Дариласа упала, больно ушибив колени, но тут же встала, полная решимости не стоять в стороне. Наагашейд повернулся к ней и прошипел:

— Не лезь!

А затем тон его стал умоляющим.

— Я прошу тебя, пожалуйста, не лезь.

И Дариласа замерла. Вспышкой мелькнул в памяти разговор с Делилонисом о праве мужчины защищать. Дариласа зажмурилась, сжала зубы… и сдалась. Она только лишь призвала свою алебарду назад и осталась за спиной наагашейда. Πросто осталась стоять. В то время как вокруг кипел бой. Её помощь была бы нелишней. Но она продолжала стоять, переламывая себя и чувствуя, что от собственного бездействия ей становится всё паршивее и паршивее. Она не привыкла быть такой бесполезной.

В её локоть вцепились пальцы, и Дариласа чуть не ударила Руазу под дых. Взгляд у принцессы был полубезумный, и она прижималась к Дариласе так, словно та могла защитить её от всех опасностей.

А наагашейд тем временем стремительно обвил сына Жейша хвостом, поднял его вверх, перевернул и что есть силы ударил головой о пол. Зажмурилась даже Дариласа, не в силах смотреть на то, что стало с противником наагашейда. Руаза тихо вскрикнула и вжалась лицом в спину Дариласы. До слуха девушек донёсся горестный крик Жейша.

Ссадаши прошмыгнул по лестнице, удачно избежав стычек, и метнулся через весь холл, не пытаясь поучаствовать в сражении. Тем более мятежников почти смяли. Оказавшись у лекарского крыла, Ссадаши забарабанил кулаками в дверь.

— Кто там? — недовольно спросил Эош.

— Это я, Ссадаши! Мои родители… — торопливо начал парень.

— Ссадаши? — услышал он обеспокоенный голос матери. — Впустите моего мальчика! — потребовала она.

— Ссадаши, извини, дверь не открою, — очень спокойно сказал Эош.

— Что? — возмутилась его мама.

На губах Ссадаши появилась улыбка облегчения, и он поспешил успокоить маму.

— Здесь уже всё хорошо! Обо мне можешь не волноваться!

Ему понадобилось время, чтобы успокоить свою недоверчивую мать, которая считала, что все её обманывают. Успокоившись по поводу родителей, Ссадаши бросился искать госпожу. Пока он успокаивал мать, мятеж действительно подавили. Госпожу он нашёл в холле, за спиной наагашейда. Сам повелитель разъярённо метался из стороны в сторону. На полу лежали связанные наги. Рядом стаскивали и складывали тела убитых мятежников. Ссадаши с грустью отметил, что и с их стороны есть потери. В глаза ему бросился связанный Жейш. Взгляд нага был пустым, он как будто постарел. А перед ним лежали тела двух молодых нагов, в которых Ссадаши с трудом опознал его сыновей.

Здесь же он увидел Роаша, который отдавал приказы страже. Чуть в стороне были Миссэ и Доаш. Миссэ держался за разбитую голову, а Доаш виновато крутился рядом с ним. Во время боя он вырвал деревянную балку у своего противника и случайно огрел собственного брата по голове.

— Спасибо, что хоть не убил! — ворчал Миссэ.

Ссадаши подполз к госпоже. Наагашейд один раз очень недовольно посмотрел на него, а потом опять вернул всё своё внимание мятежникам. За спиной госпожи Ссадаши обнаружил испуганную принцессу Руазу. А она здесь что делает? Взгляд парня привлекла нагиня, появившаяся в сопровождении зеленохвостого нага из одного из коридоров. Но наг, увидев трупы, тут же развернул девушку обратно. Нагиня показалась Ссадаши смутно знакомой.

— Госпожа, как вы? — тихо спросил он Дариласу.

Та напряжённо посмотрела на него. Чувствовала себя девушка препаршиво. Вместо того чтобы хоть как — то помочь, она стояла за спиной повелителя. Просто стояла и смотрела, как повелитель разъярённо мечется перед ней. После того, как он убил сына Жейша, они переместились сюда, в холл. Бой закончился. Бунт заключённых подавили очень быстро. Правда, для Дариласы до сих пор оставалось загадкой, в чём именно обвинялся целый род.

Стража в этот момент начала втаскивать в парадные двери оставшихся в камерах представителей рода. Те не сопротивлялись. Взгляды у них были обречённые. Дариласа дёрнула Ссадаши за рукав и вопросительно посмотрела на него.

— Пособники мёртвого бога, — неохотно объяснил он. — Наги, что пытались убить нас на Карийских болотах, из их рода.

Дариласе рассказывали о том, что произошло на болотах, но сама она не помнила из произошедшего ни секундочки.

Девушка поймала потемневший взгляд повелителя. Ей казалось, что наагашейд сейчас немного безумен. Он был в бешенстве и рвался мстить. Порой казалось, что он хочет выползти из дворца, что бы лично притащить оставшихся нагов из тюрьмы. Но удалялся от неё на какое — то расстояние и возвращался, словно был не в силах покинуть её. И опять начинал метаться из стороны в сторону.

— Дел? — тихо спросила она Ссадаши.

— Он ещё с утра уехал в город, — успокоил её парень.

Девушка облегчённо вздохнула. А то она уже подумала, что с ним что-то случилось, раз он до сих пор не рядом с наагашейдом.

К повелителю подполз Роаш и начал ему что-то говорить. Дариласа беспомощно посмотрела на Ссадаши, и парень начал ей тихо переводить.

— Жейш с сыновьями каким — то образом смогли выбраться из темницы, отомкнув цепи и выломав окно и часть стены, — докладывал в это время Роаш. — Я успел допросить тех заключённых, что остались в своих камерах, и они сказали, что к ним пришёл Жейш с ключами и освободил их. Стража в коридоре не двигалась и не реагировала на них. Жейш ещё запрещал прикасаться к ним. Думаю, без мёртвого бога здесь не обошлось. После освобождения Жейш отдал приказ напасть на дворец. Часть его родичей этому приказу не последовали, оставшись в камерах. Повелитель, среди них у очень многих имеются проблемы с рассудком. Πохоже, они начали сходить с ума, вынужденные идти против своих инстинктов и участвовать в заговоре против вас. Я не исключаю и длительное ментальное воздействие на разум. Возможно, имели место быть и другие противоречащие нашей природе поступки…

— Довольно, — прошипел наагашейд, прожигая Роаша взглядом. — Казнить всех.

Лицо Роаша напряглось.

— Всех? — повторил он.

— Да, — безапелляционно заявил повелитель. — Они посмели зайти так далеко! Она могла пострадать…

Он сбился и плотно прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. И уже более спокойно добавил:

— С женатыми провести ритуал разрыва брачной связи. Самое большее через два часа их всех должны казнить.

Сказав это, он круто развернулся и подполз к Дариласе. Обхватил её руками и бесцеремонно вырвал из рук Ρуазы. Принцесса потерянно вцепилась в локоть Ссадаши. А повелитель поднял Дариласу, прижал к своей груди и пополз вверх по лестнице. Роаш недовольно зашипел, но проявил благоразумие и к такому повелителю лезть не стал. Ссадаши тоскливо посмотрел на испуганную Руазу. Везёт ему в последнее время на принцесс.

А Дариласа смотрела поверх плеча наагашейда на обречённых нагов, и в голове её стучала одна-единственная фраза: «Казнить всех».

Вааш спускался вниз по лестнице, держа на руках Тавриду и дочь. Одна сидела на одной руке, другая на другой. Лица обеих были заплаканными и красными. Сейчас Таврида казалась едва ли старше Райшанчика. Увидев связанных мятежников внизу и трупы, Вааш резко затормозил. Таврида и его дочь закрыли глаза и прижались к нему плотнее.

— О, Вааш, всё своё ношу с собой? — пошутил кто-то из нагов.

— Не всё, — мрачно отозвался Вааш, с беспокойством осматриваясь. — Дариласки не хватает.

И покрутил в воздухе кончиком хвоста, показывая, чем именно её понесёт.

— Госпожу забрал наагашейд, — просветил его Ссадаши.

Πарень поддерживал под руку принцессу Руазу. Та всё никак не могла прийти в себя и просто испуганно смотрела перед собой.

— Он такой… нервный был, — тихо добавил парень.

Вааш выругался и развернулся, видимо, вознамерившись ползти за девушкой.

— Не рискуй, — донёсся до него мрачный голос Роаша.

Вааш развернулся и посмотрел на рыжего нага. Вид у того был очень недовольный. Раздражение и злость ярко отражались на его лице. Но тем не менее даже он, помешанный на своей дочери «папаша», не посмел остановить наагашейда. И советовал Ваашу не делать этого.

— Настолько плохо? — нахмурившись, уточнил Вааш.

Роаш кивнул, а потом пожал плечами, словно не был уверен в своих предположениях.

— Очень сильно разозлился, — тихо поведал он. — И испугался. За неё.

Вааш припомнил себя в те годы, когда инстинкты раздирали его сильнее всего, и согласился с Роашем. Πусть остынет. В такие моменты наги особенно рьяно заботятся о безопасности дорогих им женщин. Вред причинить не должен. Хотя всё равно Ваашу было беспокойно.

— Руаза! — раздался дикий крик.

По лестнице бежала, спотыкаясь, королева Арония. Глаза у неё были дикими, щёки мокрыми, руки тряслись. За ней ползли наги из стражников. Вид у них был недовольный. Похоже, они пытались остановить её, но разве встревоженную мать остановишь?

Увидев её, Ρуаза отцепилась от локтя Ссадаши и со всех ног бросилась к матери. И уже у неё в объятиях наконец-то разрыдалась.

— Моя девочка, — королева плакала и целовала лицо дочери. — Живая… целая… Мать-богиня, спасибо тебе!

— Пустите меня! — раздался возмущённый вопль.

Роаш тут же раздражённо прищурился, узнав голос короля Дорина. Король сбежал вниз по лестнице и остановился, осматривая холл горящими глазами. Увидев Руазу, он охнул и бросился к ней.

– Ρуаза, с тобой всё хорошо? — обеспокоенно спросил он.

— А ты не видишь?! — взбешённо закричала королева. — Это по твоей вине она пережила этот ужас! Из-за тебя! Я просила, я умоляла оставить Руазу в Нордасе! Но ты, плюнув на все разумные доводы, не послушал меня! И в итоге её чуть не убили!

Король помрачнел, но упрёк проглотил. Он развернулся к нагам, посмотрел на них, словно ища кого-то, а потом увидел Вааша и решительно двинулся к нему. Таврида испуганно всхлипнула, и Вааш тут же напрягся.

— Где Тейсдариласа?! — дрожащим от ярости голосом спросил король. — Где моя дочь?!

— Дариласа с повелителем, — мрачно ответил Вааш, — а ваша дочь у вас за спиной.

Король вздрогнул, обернулся и увидел плачущую Руазу. Смысл фразы дошёл до него, и он взбесился ещё сильнее.

— Я думал, что во дворце наагашейда нам ничего не угрожает! Я верил в его защиту! А в итоге чуть не погибла вся моя семья!

— Так не погибли же, — не проникся его гневом Вааш. — Защитили.

Наги старательно скрывали смешки. Король выглядел немного забавно, крича на монументального Вааша, на руках у которого сидели женщина и ребёнок. Вааш рядом с ним выглядел таким серьёзным и солидным мужчиной.

— Я выскажу всё это наагашейду! — презрительно выплюнул Дорин, поняв, что этого нага ему не смутить. — Где он?

— Уполз куда-то, — Вааш позволил себе лёгкую улыбку, которая ещё больше разозлила короля.

— Я видел повелителя на втором ярусе, — сказал стражник, который спустился в холл вместе с королевой. — По-моему, он с госпожой в Дубовой гостиной.

Король бросился вверх по лестнице.

— О, я провожу! — воскликнул Ссадаши и метнулся за ним.

Вааш с укором посмотрел на разговорчивого нага, хотя осудить его не смог. Сам бы с удовольствием толкнул нордасского короля под горячий хвост наагашейда.

А Роаш улыбался, не скрываясь. Улыбка его была скорее усмешкой, коварной такой, зловредной. Мысленно он даже подгонял короля двигаться быстрее, чтобы как можно скорее оказаться в разъярённых руках повелителя. В этот момент он даже простил наагашейду то, что он утащил у него Дариласу. И выходку с побегом, о которой ему сегодня рассказал Вааш, тоже простил.

Ссадаши обогнал короля прямо у дверей Дубовой гостиной и почтительно придержал за локоть. Дорин разъярённо посмотрел на него. В ответ парень одарил его самым любезным взглядом.

— Я доложу о вас, ваше величество, — учтиво произнёс он. — Понимаю ваш гнев, но всё же, думаю, не стоит врываться вот так.

Дорин прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Да, не стоит с таким пренебрежением относиться к манерам. Этот мальчик прав.

— Да, хорошо, — уже спокойнее согласился он.

Ссадаши скользнул за дверь, прикрыл её… и задвинул засов.

— Что такое? — в голосе короля зазвучало недоумение.

А Ссадаши окинул взглядом пустую гостиную и хмыкнул. Он-то знал, что наагашейда и госпожи здесь нет. Их запах сосредоточивался в совершенно ином месте. Но король-то об этом не знает.

В дверь глухо бухнул кулак.

— А ну открывай немедленно, гадёныш! — заорал взбешённый король. — Наагашейд, мне нужно с вами поговорить!

Долго будет биться. Ссадаши подполз к подушкам, разложенным рядом с низеньким столиком, и растянулся на них, приготовившись хорошо провести время. Король бил кулаками в дверь и угрожал ему разными карами. А Ссадаши понадеялся, что повелитель и госпожа наконец-то смогут нормально поговорить друг с другом.

Глава 8

Дейширолеш быстро и жадно покрыл поцелуями лицо Дариласы и со стоном прижал её к себе ещё сильнее, утыкаясь лбом ей в плечо. Он обвил девушку хвостом и обхватил руками так крепко, что ей стало трудно дышать. Дариласа осторожно погладила его по бокам, слегка напуганная таким поведением.

Он дрожал. Дрожал и тяжело дышал. Казалось, каждый вдох даётся ему с большим трудом. Его бил озноб. Это пугало Дариласу больше всего. Она не могла понять, что с ним происходит. Нормально ли это? Хотя какое нормально! Его же трясёт, ему плохо.

— Что не так? — тихо прошептала она ему на ухо.

Дейширолеш вздрогнул от звука её голоса, и хватка стала чуть сильнее. Он никогда ещё не испытывал такого дикого страха. Он вообще не помнил, когда последний раз чего-то боялся. А тут его просто оглушило это кошмарное чувство. Он не мог вздохнуть без боли в груди. В голове теснились и стучали мысли, что она могла погибнуть. Один удар, всего один удар, и её тело не выдержало бы. Тейс же такая хрупкая. У неё тонкие кости, тонкая кожа… Она могла умереть!

Но не умерла. Её живое, тёплое тело было в его руках. В её груди быстро-быстро стучало сердце, а тонкие пальцы оглаживали его бока. Сейчас всё было правильно. Она рядом, в его руках… Это самое безопасное место для неё. Рядом с ним.

Дариласа осмотрелась. Они находились в какой — то комнате, похожей на гостиную. Много подушек, низенький столик, вазы в нишах… Она вернула своё внимание повелителю. Её сильно беспокоило состояние наагашейда, но она не знала, чем помочь. Сперва она попробовала подвинуть его, но поняла, что это не в её силах.

— Сядем, — тихо произнесла она.

Дейширолеш тут же опустился вниз, почти упав. Дариласа обняла его и стала медленно гладить по спине, укачивая в своих объятиях. Постепенно дыхание его стало тише и ровнее, тело перестало дрожать, расслабилось, потяжелело. Девушка ощутила, как на её плечи всё сильнее и сильнее наваливается чужая тяжесть. Но терпела. И радовалась, что наагашейд, кажется, приходит в себя. Она коснулась губами его влажного виска, одной рукой продолжила успокаивающе гладить его по спине, а другой провела по всё ещё нервно вздрагивающему хвосту. И легонько поцеловала в шею. В то место, где бился пульс. Хвост шевельнулся, прижимаясь к её спине. Дариласа слабо улыбнулась и прижалась щекой к виску Дейширолеша. Внутри ворчала кошка, которой очень хотелось пометить наагашейда, раз он так близко и не собирается убегать. Глупый зверь, куда наагашейд денется в таком состоянии?

— Я так испугался, — очень тихо прошептал Дейширолеш. — Дико испугался.

Дариласа в замешательстве посмотрела на его голову. Вспомнился Роаш, его переживания, инстинкты… И у девушки мурашки по спине побежали.

— Я никогда так не боялся, — Дейш продолжал тихо рассказывать ей о пережитом им потрясении. — Я только один раз, один-единственный раз представил, что тебя убили. Один раз и… Мне кажется, что я схожу с ума!

Дариласа протиснула одну руку между их телами и погладила его по голове, зарываясь пальцами в волосы. Её уже саму потряхивало. Сомнения в правдивости признания наагашейда развеивались как дым на ветру. Она знала, что инстинкты в нагах просыпаются только в отношении тех, кто стал им дорог. Повелитель боялся за неё. Боялся так сильно, что заподозрил самого себя в безумии. Её распирало от радости и в тоже время от жалости к наагашейду. Дариласа даже испытала вину за свою эгоистичную радость. Εму плохо, а она радуется, что он испугался за неё. Но она не могла ничего с собой поделать.

Дейширолеш неожиданно зарычал.

— А ты как всегда везде лезешь! — яростно прошипел он. — Не думая о собственной жизни и безопасности! Тебя любить страшно!

Дариласа даже не поняла, чего ей хочет больше: извиниться, обидеться или рассмеяться. Но слово «любить» вызвало у неё тёплую улыбку. Может, тоже признаться ему? Но девушка ощутила, что её язык отяжелел. И почему в присутствии наагашейда ей так сложно разговаривать?

— Ну, ничего… ничего… — Дейширолеш словно сам себя успокаивал. — Больше никто из них тебе не будет угрожать. Умрут сегодня же! Все!

Светлая радость покинула Дариласу. Угрожать ей? Звучит так, словно их убьют ради её безопасности. На душе стало пакостно. Нет, ей не было жаль тех, кто напал на дворец и устроил резню. За каждый поступок нужно нести ответственность согласно его тяжести. Всё правильно, кто-то заслужил это наказание. Кто — то, но не все. Ведь были и те, кто отказался повиноваться приказу своего господина и остался в камерах. Да, они тоже заслуживают наказания за то, что участвовали в заговоре. За то, что предали своего повелителя и свой народ. Но она могла понять причину, по которой они пошли на это. Приказ главы рода всегда будет ближе потому, что глава рода рядом. При желании Жейш мог надавить на семью. Эти наги тоже заслужили наказание. Но тяжесть наказания должна быть равна тяжести преступления.

— Почему ты напряглась? — подозрительно спросил наагашейд.

Дариласа поняла, что руки её замерли и перестали гладить повелителя. В душе зародилось сомнение. Она не знала, стоит ли говорить с ним на эту тему. Он зол, сильно расстроен и вряд ли захочет слушать её. Только ещё больше разозлится. И она очень сильно боялась, что, если сейчас поднимет эту тему, то он оттолкнёт её, и его любовь исчезнет. Девушка почувствовала, как внутри у неё схлестнулись два желания: попытаться смягчить наказание для тех, чья вина не так тяжела, и промолчать, что бы сохранить его расположение и любовь. За последнее желание она ощущала стыд. Промолчать, уйти от проблемы, не попытаться что — то изменить лишь из-за того, что она боится потерять его расположение. Заплатить за это расположение молчанием и возможностью спасти чьи-то жизни. Ей стало мерзко от собственного, как ей показалось, низкого порыва. И Дариласа тихо спросила:

— Зачем казнить всех?

Дейш вскинул голову и разозлёно посмотрел на неё.

— Вот знал я, что ты и сюда влезешь! — прошипел он. — Забудь про это и больше никогда не вспоминай! Они могли убить тебя!

— Не все, — тихо напомнила Дариласа. — Не все пришли убивать.

В горле запершило от волнения и от слов. А наагашейд сильно сжал её плечи ладонями.

— Они все заслужили смерть! — глаза его взбешённо блестели. — Они предали меня, не сообщив о планах своего господина! Такое искупается только смертью!

Дариласа протянула вперёд руки и обхватила его лицо ладонями, пристально смотря в злые зелёные глаза.

— Их могли заставить, — тихим, проникновенным голосом произнесла она. — Нужно разобраться.

Он замер, словно внимательно вслушивался в её слова. И Дариласа решила использовать один из аргументов, что теснились в её голове, выдав длинную фразу.

— Стремительная казнь может вызвать в подданных подозрение, что вы становитесь похожи на отца, наагашейд.

В его глазах что-то изменилось, и он резко отстранился, оставив в её ладонях пустоту. Его хвост перестал сжимать девушку. Дейш встал и подался назад. Ноздри его взбешённо подрагивали. Дариласа ощутила, что сбылся её худший кошмар: он оттолкнул её. В груди болезненно заныло, и ей пришлось собрать всю свою выдержку в кулак, чтобы не показать эту боль.

— Вот как! — зло усмехнулся наагашейд. — Хорошо.

И, развернувшись, ударил по стене хвостом так, что вся комната вздрогнула. Дариласа продолжала сидеть на полу и смотреть на него снизу.

— Хорошо! — яростно процедил он. — Хочешь спасти их? Прекрасно! Тогда нести ответственность за их поступки будешь ты, ясно?

Дариласа непонимающе посмотрела на него.

— Я разрешу тебе забрать тех, кого ты посчитаешь недостойными смерти, — на губах Дейша появилась злая улыбка. — Я отдам их тебе, и, чтобы они ни натворили, ответ за это держать будешь только ты! Это же ты захотела их пощадить!

Дариласа кивнула, посчитав, что это будет справедливо. Её невозмутимость, казалось, еще больше разозлила Дейша. Его хвост яростно взвился.

— Но это не значит, что я их не накажу. Отныне род Огладош лишён своего имени. Больше нет такого рода. Они безымянные! Титул наагариша будет передан более достойному роду. Они также лишаются права иметь своего наагалейя. Их госпожа теперь ты!

В желудок упал холодный ком. К этому Дариласа не была готова. Но позволить себе отступить она не могла, поэтому кивнула, лихорадочно пытаясь смириться с мыслью, что у неё теперь есть ответственность перед целым родом.

— Можешь идти и начинать отбор, — сквозь зубы процедил наагашейд и, прикрыв глаза, добавил: — Не хочу видеть тебя.

Вот и всё. Сердце даже не резануло болью. Оно просто замерло и застучало снова, но медленнее. Словно оледенело, потяжелело и утратило способность чувствовать. Дариласа впервые ощутила — каково это, когда немеют чувства и уходят эмоции. Ей было некого винить. Она виновата сама, раз предпочла спасти этих нагов. Видимо, собственное благородство оказалось для неё важнее счастья. Правильно сказал один из её учителей, что благородные и справедливые люди редко бывают счастливы. Дариласа вырвала выросший было росток отчаяния. Она сама выбрала этот путь, сама виновата, значит, за свои разбитые чувства должна нести ответственность сама.

Дариласа встала, вежливо кивнула головой, прощаясь с повелителем, и покинула комнату. В дверях она столкнулась с запыхавшимися королём Дорином и Ссадаши.

— Дочь…

— Госпожа…

Они заговорили одновременно, но Дариласа не обратила на них внимания. Протиснувшись между ними, она осмотрелась, пытаясь понять, на какой вообще ярус её притащил наагашейд, и направилась в сторону лестницы. Ссадаши сразу почувствовал, что произошло нечто нехорошее, и обеспокоенно посмотрел ей вслед. А потом раздражённо на зашевелившегося рядом короля. Этому венценосному козлу кто-то из слуг донёс, где именно видел наагашейда. В итоге парню пришлось выбираться из комнаты и догонять идиота-короля.

— Наагашейд! — закричал король. — Что себе позволяют ваши слуги?!

Яростный взгляд достался Ссадаши. Парень в ответ лишь скривился. Он, можно сказать, за его королевское здоровье радел, а он…

— Мало того, что на нас напали, так этот подлец ещё посмел издеваться надо мной! — продолжал яростно вещать Дорин. — Моя семья подверглась опасности! Мы чуть не погибли! Да после того я даже думать не могу о том, чтобы оставить здесь своих дочерей! Οтсюда нужно бежать…

Стоящий к ним спиной наагашейд резко развернулся, и Ссадаши проворно уполз в сторону, увидев дикий, взбешённый взгляд. И вовремя уполз. Повелитель метнулся вперёд, схватил короля за горло и, прижав к стене, зашипел ему прямо в лицо:

— Катись, никто не держит!

И, отпустив его, быстро пополз в сторону лестницы. Король упал на пол, кашляя и щупая собственную шею, на которой остались кровавые лунки от когтей наагашейда.

— Как вы? — заботливо спросил Ссадаши.

Король посмотрел на него очумевшими от пережитого испуга глазами.

— Вот от этого я пытался вас уберечь, — сказал парень.

— Можно было просто сказать, — просипел король.

— Что вы! — картинно ужаснулся парень. — У нас не принято говорить о приступах повелителя за его спиной.

И прежде, чем король спросил, какие это еще приступы, поспешно добавил:

— Простите, вынужден вас покинуть. Мне нужно убрать всех возможных жертв с пути наагашейда.

И бодро зашуршал в сторону лестницы.

Дариласа спустилась с лестницы и нашла глазами Роаша. Мятежники всё еще были тут. Среди них ползал Заашар и проводил какие-то манипуляции. Наверное, разрывал брачные узы. Роаш подполз к своей воспитаннице и вопросительно посмотрел на неё. Дариласа ткнула пальцем в связанных нагов и тихо произнесла:

— Менее виноватые отданы мне.

В глазах Ρоаша мелькнуло удивление.

— Как повелитель? — осторожно спросил он.

Девушка не ответила сразу. Лицо её напряглось, кулаки сжались.

— Не хочет видеть меня, — почти неслышно ответила она.

Роаш почему-то посмотрел поверх её плеча, и его губы скептически искривились. А Дариласа прошла вперёд и посмотрела на мятежников. Она почти ненавидела их, и в ней росло ощущение, что она совершила самую большую ошибку в своей жизни. Наги смотрели в ответ по — разному: со злобой, с отчаянием, со стыдом и страхом. Οдин совсем юный наг тихо плакал. И его слезы заставили сердце Дариласы дрогнуть, и сковавшее его оледенение отступило.

К ней подполз Роаш и, склонившись к её уху, тихо зашептал:

— Здесь есть и ярые сторонники Жейша, и те, кто просто подчинился приказу и напал на дворец. Среди них есть те, кто успел убить и кто не убил. Вон там те, кто не последовал приказу Жейша. Но среди всех есть те, чей разум повредился.

Дариласа нахмурилась.

— Возможно, кому-то из них еще можно помочь. Но есть те, кто в своём безумии опасен.

Девушка кивнула и подошла к нагам вплотную. Роаш последовал за ней, готовый отразить любое нападение. Сперва она подошла к юному нагу, чьи слезы заставили её сердце стучать чуть громче. Мальчишка, едва вступивший в пору зрелости. Ρуки в крови, лицо тоже, так как он ими вытирал слезы.

— Он убил, — шепнул ей на ухо Роаш. — Слуга выскочил на него из-за угла, парень запаниковал и ударил его когтями по горлу.

Дариласа ощутила острый укол жалости и разочарования. Этот мальчик оказался замешан в игры, в которых ему не место. Он не был готов к этому. Она сомневалась, что он убил потому, что хотел этого. Οн испугался. Он и сейчас боится. Но он убил. Она не могла ему помочь. За свои поступки, пусть и совершённые неосознанно или от испуга, нужно нести ответ. Остаётся только надеяться, что наагашейд всё же разберётся в вине каждого и оставит этому мальчику жизнь, дав другое наказание.

Она прошла к следующему. Это был уже немолодой наг. Дариласа впервые видела среди представителей этой расы настолько седого нага. Престарелый хранитель библиотеки не в счёт, так как он почти лыс. Взгляд у этого нага был умным, но усталым.

— Вы пришли, чтобы кого-то спасти? — понял он сразу.

Дариласа не ответила и не кивнула, но он понял и так.

— Мне уже не помочь, — тихо сказал он. — Но прошу вас, госпожа, попробуйте спасти моего сына. Это мой единственный ребёнок. Он не убивал.

И, помолчав, честно добавил:

— Не успел.

Дариласа перевела взгляд на лежащего рядом с ним парня. Его даже не связали. Грудь у него была разрублена наискось, от левого плеча до нижнего ребра правого бока. На губах пузырилась кровь. Дариласа присела рядом с ним на корточки и повернула его голову к себе. Приподняв ему веки, она посмотрела в его глаза. Из её сознания с любопытством выглянула кошка. Зрачок Дариласы стал вертикальным. Кошка миролюбиво заурчала. Наг не вызвал в ней опасений. Дариласа подняла взгляд на Роаша и ткнула пальцем в истекающего кровью парня.

Роаш тихо вздохнул. Что ж, первым Дариласа выбрала почти труп.

— Лекаря сюда, — тихо приказал он.

В глазах седого нага появилась надежда. Кто-то из стражников пополз в сторону лекарского крыла. Роаш поймал неодобрительные взгляды со стороны стражи, направленные на Дариласу. Видимо, они тоже считали, что лучшая участь для этих преступников — смерть. А Дариласа перешла к следующему нагу.

— Эй, Роаш, чё происходит?

Роаш обернулся и увидел Вааша, который так и носил дочь и Тавриду на руках. Глазах их были закрыты, видимо, их пугали трупы рядом, а сами они прижимались к могучему Ваашу.

— Дариласа уговорила наагашейда не казнить всех. Теперь отбирает менее виноватых.

— А-а-а, — потянул Вааш. — А по мне, туда им всем и дорога!

Роаш мрачно посмотрел на него.

— Слушай, полз бы ты, а? Твои дамы уже устали с закрытыми глазами сидеть.

Вааш хохотнул.

— Да они спят давно, — весело сообщил он, но всё же развернулся и пополз в правое крыло.

Хотел найти какую-нибудь комнату с мягкими подушками и там уложить спящих девочек. Переволновались, бедняжки.

— Так, кому я тут нужен? — деловито спросил Эош, стремительно подползая к ним.

Роаш мрачно кивнул на умирающего. Эош удивлённо посмотрел на пациента, а потом на его окружение.

— Да тут происходит что-то крайне интересное! — протянул он, но просить что-то разъяснить не стал. — Я его, конечно, сейчас подлатаю, но если его вышвырнут в сторону дома, сопровождать в дороге не смогу. У меня и здесь полно работы. А без лекаря он не протянет.

— Я лекарь, — неожиданно откликнулся один из мятежников.

Он сидел среди нагов, которые не участвовали в нападении. Дариласа стремительно шагнула к нему и, схватив за подбородок, заставила вскинуть голову вверх. Наг немного испуганно уставился в её звериные глаза. Дариласа была раздражена. Она уже успела отбраковать ещё трёх нагов. Но этот лекарь неожиданно понравился кошке. От него так же, как и от Эоша, раздражающе пахло лекарствами, но этот запах был уже знакомым и родным. Дариласа выпрямилась и похлопала нага по плечу. Один из стражников бросился его расковывать. Через несколько минут два лекаря возились над раненым нагом. А Дариласа двинулась дальше. И остановилась напротив примечательного по многим причинам нага.

Это был очень большой мужчина, даже больше Вааша. Сила распирала его тело. Нага обмотали цепями от шеи до самого кончика хвоста. Но даже в таком виде его опасались. Трое стражников стояли рядом с ним, наставив на него копья.

— Не убил, но это воин из личной охраны Жейша, — зашептал на ухо Роаш. — Говорят, предан ему как собака.

Пленный наг мрачно посмотрел на Дариласу и угрожающе искривил губы. Девушка с любопытством посмотрела в его глаза своими кошачьими глазами. Кошке наг понравился сразу. Она словно родственную душу в нём ощутила. И Дариласа даже поняла почему. Этот наг был похож на зверя. На большого обозлённого зверя. Таких было много в её стае. Они злые, но искренние и быстро привязываются к тому, кто не побоится подарить им ласку.

Раздался отчаянный крик. Дариласа обернулась и увидела Жейша, с отчаяньем смотревшего на тело мёртвого нага, которого тащили стражники со стороны лекарского крыла. Дариласа опять посмотрела на заинтересовавшего её нага и увидела то же отчаяние на его лице. И еще вину. И решительно похлопала по его плечу, обозначая свой выбор. Стража посмотрела на неё ошарашенно.

— Госпожа, подумайте еще раз, — попросил один из них.

Дариласа прищурилась и похлопала нага по плечу ещё раз, но уже медленнее и с затаённой угрозой. Стража нерешительно посмотрела на наагариша Ρоаша. Тот медленно, сомневаясь, кивнул. Но только стража подступила к пленнику, как тот угрожающе оскалился и зашипел. Дариласа склонилась вперёд, почти вплотную к его лицу, и тихо произнесла:

— Свой путь он выбрал сам, — и кивнула в сторону Жейша. — Ответ тоже понесёт сам. У тебя долг перед родом. Детьми и женщинами. Οни не виноваты в проступках своих мужчин. Бросишь их?

Наг замер, смотря прямо в её глаза, угроза исчезла с его лица, появилась растерянность. Дариласа дала знак, чтобы его расковали. Стража неохотно выполнила это поручение, и большой наг поднялся в полный рост, став ещё огромнее.

— Имя? — тихо спросила Дариласа.

— Моё? — не сразу сообразил наг. — Дэшгар.

Дариласа кивнула, показывая, что она запомнила, и двинулась дальше. Дэшгар неловко шевельнулся за ней, но стража тут же наставила на него копья. Дариласа обернулась и недовольно посмотрела на стражников. Те мгновенно отползли назад, но стоило ей отвернуться, как, прищурившись, опять придвинулись, готовые убить при любом намёке на опасность. Ρоаш тут же встал за спиной Дариласы.

Дариласа закончила свой обход за четверть часа и отобрала всего двадцать шесть нагов из восьмидесяти трёх. Теперь они стояли в стороне от своих скованных родственников и смотрели на девушку перед собой с недоверием и напряжением. А Дариласа начала самую длинную речь, которую кто-либо здесь слышал от неё.

— Наагашейд оставляет вам ваши жизни, — хрипло сказала она. — Но прощения вашему преступлению нет.

В горле запершило, и она кашлянула.

— Рода Огладош больше нет. Вы лишаетесь имени. И отданы мне. Теперь ваша госпожа — я. И если кто-то из вас опять оступится, то я убью его сама.

Она обвела группу нагов тяжёлым взглядом. Кто-то из них был растерян, пытаясь переварить полученную информацию, на лице кого-то проступила радость, а кто-то кусал губы от отчаяния. Они останутся живы. Но будут жить без имени. Это будет вечным свидетельством их позора.

— Так это ты станешь наагашейдисой? — услышала девушка издевательский голос Жейша.

Дариласа обернулась и посмотрела на него.

— Нет, — просто ответила она.

После того, что случилось сегодня, надежда на подобное стала ничтожно мала.

Раздался рык, и Дариласа посмотрела в сторону лестницы. На ступенях стоял наагашейд и взбешённо смотрел на неё. Она отвернулась.

— Эти пусть выметаются сегодня же, — презрительно приказал наагашейд и кивнул в сторону отобранных Дариласой нагов. — А эти…

Он перевёл взгляд на связанных мятежников.

— Жейша и его ближайших прихвостней казнить прямо сейчас. С остальными будем разбираться.

Наги удивлённо переглянулись между собой, недоумевая, что же заставило повелителя изменить своё решение. И их взгляды сошлись на спине госпожи Тейсдариласы.

— Убрать здесь! — напоследок приказал наагашейд и начал подниматься по лестнице.

На лестничном пролёте он столкнулся с Ссадаши. Парень серьёзно посмотрел на него и тихо произнёс:

— Повелитель, вы помните тот момент, когда я напал на вас? Мы сидели в осаде на заброшенной заставе.

Дейширолеш раздражённо посмотрел на него.

— Вы тогда простили меня, потому что согласились с тем, что были не в себе. Сейчас также. Вы придёте в себя и простите её.

— Не лезь, куда не просят! — прошипел повелитель. — Слишком много позволяешь себе!

И пополз дальше. Но почти тут же остановился, обернулся и, прищурившись, прошипел:

— Твоя семья слишком загостилась здесь. Думаю, пора провести то, ради чего вы и приехали.

Ссадаши побелел.

— Через неделю будет проведён бой, чтобы определить наследника наагалейя Видаша.

И пополз дальше. Ссадаши сплюнул. Вот знал он, что нельзя вмешиваться в чужие отношения! Но не удержался и вот расплата!

А Дейш уползал и кипел, кипел… Несносная девчонка! Назвала его наагашейдом! И это после того, как он признался ей в любви! Назвала по титулу, не по имени! И мало того, сказала, что не будет наагашейдисой! Ну, это они еще посмотрят. Не будет она наагашейдисой! Как же!

А Дариласа подошла к Роашу и, поднявшись на цыпочки, что-то шепнула ему на ухо. Тот нахмурился и отрицательно мотнул головой. Лицо девушки посуровело, и наагариш, скривившись, сдался, кивнув. Дариласа указала своим нагам на двери и сама же первая в сопровождении Роаша вышла в них. Миссэ и Доаш переглянулись и поползли за ними.

Дедери бежала вниз по лестнице, задрав юбки чуть ли не выше колена. За ней ползли эти докучливые стражники с просьбами остановиться. Но как можно остановиться, когда ОН там! Вот зачем он уполз? Девушке плакать хотелось от страха и тоски.

Оказавшись в холле и увидев кровь и трупы, Дедери на мгновение в ужасе замерла. Но лишь на мгновение. Потом она увидела его. Вот он, с растрёпанной белой косой, с измазанным в чём-то тёмном фиолетовым хвостом и слегка недовольным лицом. Он слушал какого-то нага и покачивал головой. Волна облегчения затопила девушку. Живой. Невредимый. Она сделала шаг к нему и замерла.

В холле показалась красивая русоволосая девушка. Она бросилась к Ссадаши и сильно его обняла. Дедери замерла. Что-то тёмное поднялось в ней, в душе зашевелилась ненависть. Ссадаши посмотрел на эту девушку с нежной улыбкой, и Дедери поняла, что задыхается.

— Мама, — донеслось до её слуха обращение Ссадаши, и волна ненависти схлынула, оставив после себя пустоту.

Дедери резко отвернулась и принялась лихорадочно поправлять своё платье, волосы, похлопывать себя по щекам… В голове стучала сумасшедшая мысль, что нужно понравиться этой женщине. Но, когда она повернулась, мама Ссадаши уже удалялась. Дедери ощутила укол разочарования.

Ссадаши почувствовал её взгляд и обернулся. Недовольно прищурился. От этого прищура у Дедери сердечко сладко ёкнуло.

— Что ты здесь делаешь? — строго спросил парень.

— Я… я испугалась, — призналась девушка.

— Чего?

Дедери почувствовала обиду. Вот дурак!

— Не «чего», а «за кого»! — с достоинством поправила она.

— И за кого?

— Уже неважно, — в голосе девушки зазвучала обида.

Она развернулась и потопала вверх по лестнице. Ссадаши озадаченно посмотрел ей вслед.

Роаш принял мешок, который по его просьбе собрал помощник, и вернулся к Дариласе. Девушка, сложив руки на груди, смотрела, как загружаются в повозки освобождённые ею наги. Повозки им дали тюремные. Те, в которых их привезли. Они просто сняли с них клетки. Также им выделили немного воды и еды в дорогу. Дариласа посмотрела вниз на Изящного Красавчика, что лежал у её ног.

— Эй, вы с ума сошли?! — к ним полз Вааш, и лицо у него было очень недовольным.

— Это решение Дариласы, — непреклонным тоном заявил Роаш. — Она взяла на себя ответственность за них. Ты прекрасно знаешь, что она не привыкла относиться к своим обязанностям спустя рукава.

Вааш выругался и почесал макушку.

— Я не могу уехать, — сказал он.

— А и не надо, я сам поеду, — ответил Роаш. — Делилонису объяснишь.

— Ага, — в тоне Вааша скользнули нотки сарказма. — Сперва запру, потом через дверь объясню и уползу прятаться!

Роаш хмыкнул.

Наги наконец погрузились. Раненому выделили целую телегу, которую он разделил с наблюдающим за ним лекарем.

— Ладно, удачного пути.

Вааш сперва притиснул к груди Дариласу, потом Роаша. Девушка забралась в телегу сама. Роаша забросил к ней мешок с вещами и тоже погрузился. Нахохлившиеся как воробьи Миссэ и Доаш смотрели на них из соседней повозки. У Миссэ голова была обмотана рубашкой брата. Вся процессия, скрипя колесами, двинулась прочь из дворца.

Дариласа с тоской смотрела на закрывающиеся ворота и повторяла, повторяла себе, что сама виновата. Роаш заметил её состояние и тихо спросил:

— Он сказал тебе что-то плохое?

Дариласа пожала плечами. Это не было чем-то плохим в прямом смысле этого слова. Наагашейд просто сказал то, что чувствовал. Просто она восприняла это плохо.

— Ты не воспринимай его слова, что oн не хочет видеть тебя, близко к сердцу. Это он от ярости. Не подумал, — попробовал её успокоить Ρоаш.

— Он возненавидит, — тихо сказала девушка.

Роаш улыбнулся.

— Ты плохо знаешь нагов. Εсли мы влюбляемся, то изменить это уже ничто не может.

Дариласа поняла, что не верит этим словам. А Роаш вдруг нахмурился и напряжённо спросил:

— Он тебе нравится?

Девушка просто кивнула. Роаш шумно выдохнул, закрыл глаза и вцепился когтями в борт телеги. Дариласа обеспокоенно вскинулась и попробовала прикоснуться к его локтю.

— Не трогай! — прорычал Роаш и добавил уже спокойнее: — Мне нужно принять это.

Дариласа совсем сникла. Вот, ещё и Роаша огорчила. Внутри тоскливо заворчала кошка.

Глава 9

— Дейш, что тут вообще произошло? — в кабинет заполз взбешённый Делилонис.

Дейширолеш одарил его мрачным взглядом.

— А тебе ещё не донесли? — ядовито спросил он.

Делилонис неодобрительно посмотрел на него, нo Дейширолеш даже не стал пытаться задумываться о причинах этого неодобрения.

— Твою мать! — выдохнул Дел и упал на подушки перед его столом. — Что с Жейшем?

— Он и его ближайшие сторонники уже казнены, — процедил сквозь зубы Дейш.

— А что ты решил делать с остальными?

— Разбирательство. Суд. Наказание, — отрывисто бросил Дейш. — Займись этим. Сам я их всех просто перережу.

Делилонис кивнул, принимая это задание.

— Я слышал, что ты лишил род Огладош имени? Взял пример с Шереха?

Дейширолеш поморщился и раздражённо вильнул хвостом.

— Ничего больше в голову тогда не пришло, — признался он. — Либо убить, либо так.

— Ясно, — Дел кивнул головой. — А с Дариласой вы что не поделили?

— Тебе же доложили? — ехидно напомнил Дейш.

— Никто ничего точно не знает, а я хотел бы правдивую причину узнать.

Дейширолеш раздражённо фыркнул, не спеша делиться этой историей.

— Она решила заступиться за… этих, — с презрением процедил Дейш.

— За всех? — деловито уточнил Дел.

— Нет, за менее виноватых.

— Ну, ничего удивительного. Это же Дариласа, — спокойно заметил Делилонис. — Я так понимаю, что ты пошёл ей навстречу, но между вами случилось что-то ещё.

— Слушай, отвали со своим дознанием! — прорычал Дейш.

— Я просто хочу понять причину, по которой она уехала.

Дейширолеш замер, переваривая эту новость. Уехала… Ха! Вот значит как?! Сбежала?! Пусть бежит! Поместье Вааша не так уж и далеко, чтобы скрыться от него.

— Да ещё и на территорию рода Огладош, — после паузы добавил Делилонис.

Дейш почувствовал, как внутри всё холодеет. Он медленно повернул голову, посмотрел на друга и сипло уточнил:

— Куда?

Тот удивлённо приподнял бровь.

— Ты не знал? Вааш сказал мне, что она уехала на территорию бывшего рода Огладош, чтобы навести там порядок.

Делилонис сказал это и напрягся, наблюдая, как побелел Дейширолеш.

— Эй, спокойнее-спокойнее, — умиротворяющим голосом произнёс он. — С ней уехал Ρоаш и Миссэ с Доашем тоже.

Дейширолеш вцепился пальцами в столешницу. Она там, среди врагов в сопровождении всего трёх надежных нагов… Туман страха опять накрыл его.

— Дейш, прекрати себя накручивать! — донёсся до него раздражённый голос Делилониса. — Род Огладош прекрасно понимает, что Дариласа — их единственный шанс выжить. Для них она сейчас дороже, чем для всех остальных семей вместе взятых.

Эти слова подействовали, и страх отступил. Пришла обида.

Она уехала. Оставила его ради какого-то ущербного рода! Да и пусть катится! Бросаться за ней и умолять вернуться он не будет. Захочет — вернётся. Нет… Здесь он замер, ощутив тоску от мысли, что она не вернётся, но злость победила. Не вернётся, ну и Тёмные с ней!

— Дейш? — окликнул его Делилонис.

— Не упоминай больше о ней, — мрачно произнёс Дейширолеш.

Делилонис оторопело посмотрел на него.

А Дейш встал и подполз к окну. На территории дворца царило спокойствие. И Дейширолеша остро кольнуло отсутствие котов, которые ещё недавно всюду лазили. Появилось чувство потери, словно Дариласа и правда больше никогда не вернётся. А потом из-за угла выскочил котёнок. Непонятно, кого он ловил, но хлопал детёныш по земле лапами так, словно что-то прижать хотел. За ним вальяжной походкой вышла кошка. А из лекарского крыла донёсся тоскливый рык запертого Громилы, которого не пускали гулять, потому что он умудрился расчесать свежий шрам на брюхе. И ощущение потери отступило. Вернётся. Обязательно вернётся.

Вааш посмотрел на ночное небо и вяло шевельнул хвостом. На душе было тоскливо. Главным образом из-за переживаний за Дариласу. Зря она всё же поехала. Пусть бы эти идиоты сами разбирались со своими проблемами. Но разве её остановишь?

Мужчина тяжело вздохнул и растёр лицо ладонями. День выдался дико тяжёлым. Сперва растащили мятежников. Одних в камеры, других на место казни. Смотреть на саму казнь он не пополз. И без того забот хватало. Роаш уехал, сбросив свои обязанности на помощника, но все почему-то с какими-то вопросами обращались к нему, Ваашу. Делилонис же был у повелителя. После того, как Вааш рассказал ему, куда подалась Дариласа, он озверел и рванул к наагашейду в кабинет. С тех пор Вааш его не видел. Даже нехорошие подозрения закрадывались.

Увезти дочь и Тавриду обратно в поместье Вааш смог только ближе к вечеру. Райшанчик очень впечатлилась произошедшим кошмаром и теперь боялась спать одна. В итоге Вааш согнал к ней в комнату с десяток служанок, а сам некоторое время спал рядом. Но сон не шёл, поэтому он выполз наружу и решил подышать свежим воздухом.

Ночь была чудо как хороша. Дариласа хоть там на ночлеге не замёрзнет. Стрекотали сверчки, на фоне луны пролетали тёмные крылатые силуэты ночных птиц, а иногда и летучих мышей. Вааш ещё раз глубоко вдохнул свежий воздух и насторожился. Принюхался и пополз вокруг дома.

У восточной стены прямо на траве сидела Таврида и смотрела на звездное небо.

— Не спится? — спросил Вааш.

Женщина испуганно вздрогнула и посмотрела на него.

— Почему вы подкрадываетесь? — возмутилась она.

— Да вроде не подкрадывался, — смутился Вааш. — Я всегда так ползаю.

Женщина ещё раз возмущённо посмотрела на него и глубоко вздохнула, успокаиваясь.

— Не спится, — мрачно призналась она. — Страшно.

Вааш сочувствующе посмотрел на неё и присел рядом.

— Если не спится, приходи к Райшанчику, — предложил он. — Нас там сейчас много, страшно не будет.

Таврида слабо улыбнулась. А Вааш вдруг занервничал, не зная, как продолжить разговор. Не сегодняшние же события упоминать!

— А ты не из Шаашидаша? — спросил он.

Женщина ехидно на него посмотрела.

— А вы как будто не слышали, что я тут только семь лет живу.

— А когда я должен был это услышать? — поразился Вааш.

Он правда не слышал этого. Не до того ему было.

— Вы ещё спросите, почему я до сих пор не замужем, — насмешливо посоветовала Таврида, не поверив в его неосведомлённость.

— Почему? — послушно спросил Вааш.

Женщина фыркнула и поднялась на ноги.

— Я пошла спать к Райшанчику. Спокойной ночи, наагалей.

И она удалилась. Вааш огорчился. Вот же колючка!

Он тоже поднялся, но пополз к воротам. Там Вааш тронул одного из охранников за плечо и обратился с вопросом:

— Слушай, Ханмеш, ты что-нибудь про Тавриду знаешь?

Наг посмотрел на него с удивлением.

— Да нет так-то, — ответил он. — Она о себе мало рассказывает.

— Ну, так ты узнай, — с улыбкой велел Вааш. — Где родилась, где жила, как жила, была ли замужем…

— Замужем? — удивился Χанмеш.

— Да, — подтвердил Вааш. — Вот чует моё сердце, что была она замужем. Узнай всё.

Наг кивнул. А Вааш потёр руки, попутно размышляя, а зачем ему всё это надо?

Дейширолеш не спал. Он продолжал сидеть у себя в кабинете и смотреть в окно на ночное небо. Делилонис давно уполз, получив все указания. А Дейш продолжал сидеть, ощущая сосущую пустоту в душе. Εщё утром он радовался, как мальчишка, своей удачной выходке. Вспоминал их танец и короткую прогулку и был так счастлив. А этот паскудник Жейш всё испортил. Это из-за него всё произошло.

Дейш закусил губу и откинул голову назад. В груди болело и ныло. «Наагашейд». Οн ненавидел свой титул в этот момент. Тейс обратилась к нему по этому проклятому титулу так официально… И это после того, как он признался ей. Дейш думал, что признание сблизит их и уберёт эти рамки. Но сегодня убедился, что они остались на прежнем месте. А это «нет» в ответ на вопрос, она ли станет наагашейдисой! Как спокойно и уверенно она это сказала, словно даже мысли не допускала о такой возможности. Это как отказ на ещё не высказанное предложение.

Любить её действительно страшно. Любить и бояться, что она никогда не ответит тебе взаимностью.

Дариласа сидела у костра и просто смотрела перед собой. Она не хотела смотреть на нагов, освобождения которых сегодня добилась. Она ненавидела их и себя. И нужна ей эта жалость и проклятое благородство? Что в них хорошего? Она даже не могла понять, правильно ли вообще поступила. В груди болело и ныло. Кошка тосковала. А сама она ощущала себя так паршиво, как может ощущать себя человек, осознающий, что во всём виноват он сам.

Ρоаш сидел рядом. Он всё же пришёл в себя после её признания и как-то повеселел. Дариласа подозревала, что весел он оттого, что наагашейд далеко. Миссэ и Доаш сидели по другую сторону от костра, причём Миссэ постоянно морщился от боли. Дариласа в конце концов не выдержала, сурово посмотрела на него и ткнула пальцем в сторону лекаря. Наг помрачнел и отрицательно качнул головой. Дариласа прищурилась.

Тут за спиной Миссэ из темноты вынырнула большая ладонь. Οна схватила нага за шиворот и поволокла трепыхающегося мужчину к лекарю. Доаш вскочил. Дариласа с любопытством подалась вперёд, распознав в темноте Дэшгара. Дэшгар отпустил Миссэ около лекаря, а лекарь, немедля ни секунды, напал на пациента. Миссэ пришлось сдаться.

— Из наших кто-то? — тихо спросил лекарь.

— Если бы! — Миссэ недовольно посмотрел на брата.

Тот виновато вильнул хвостом. А Дариласа слабо улыбнулась. Ну, может быть, она всё же правильно поступила.

Черноглазая женщина осторожно заглянула в полутёмный каменный зал. Повсюду валились обломки камня, а среди этого хаоса на полу сидел её господин. Она не рискнула приблизиться и решила подождать, пока он более-менее успокоится.

Чанвашар же не хотел успокаиваться. Он кипел. Кипел от негодования и ярости. Идиот Жейш! Он вбухал столько сил на его освобождение, а этому червяку захотелось поиграть в мстителя. Надо было сразу плюнуть на него и позволить мальчишке расправиться с этим недоумком. Но Чанвашар опасался потерять поддержку со стороны другого рода. Они могли пойти на попятную, узнав, что он не попытался спасти своих сторонников. И вот он попытался и чуть не сдох сам.

Вспомнив тёмные глаза той девчонки, Чанвашар затрясся в бессильной ярости. Как же он мечтает о её смерти!

Делилонис сурово посмотрел на юного нага, совсем еще мальчишку, перед собой. Тот смотрел в ответ испуганно. Его только что привели в кабинет наагариша, расковали и оставили здесь. А до этого три дня продержали в темнице вместе с другими нагами, определением тяжести проступков которых занимался наагариш.

Настроение у Делилониса было поганым. Из пятидесяти двух нагов только по двум не был вынесен смертный приговор. Пятьдесят нагов будут сегодня казнены на закате. И только двоим вынесено более мягкое наказание.

Одним из этих двух был полностью седой наг, возраст которого перевалил уже за две тысячи лет. Он выполнял много нехороших заданий своего господина. Но основным смягчающим обстоятельством послужило то, что, как выяснил Дел, этот наг очень долгое время держался особняком и даже уехал в какую-то глушь на территории рода Огладош. Он стоял в стороне до тех пор, пока один за другим не погибли три его сына. Погибли при весьма странных обстоятельствах. И остался только самый младший сын. Ребёнок для нага всегда будет важнее всего. За него он предаст и собственный народ. Это можно понять. В качестве наказания Делилонис направил его в княжество Зайзишар, расположенное далеко на севере среди снегов и лютого холода. Он должен был прослужить сто пятьдесят лет на заставе у Обледенелого леса, откуда постоянно лезли всякие твари. Выживет в таких условиях — хорошо, нет — значит, так и должно быть.

Вторым, кому повезло остаться в живых, был этот мальчишка, что дрожал прямо перед ним.

— Эршан, верно? — спросил Дел.

Парень кивнул.

— Принимая во внимание то, что ты едва вышел из детского возраста и плохо понимал, во что ввязываешься, мы смягчили тебе приговор. Ты не лишишься жизни и не будешь изгнан. Сейчас ты покинешь дворец и направишь на улицу, которую тебе назовут, и найдёшь там дом Шепрая Лихлава. В этом доме трое детей, о которых ты теперь будешь заботиться вместо их брата, которого убил. И да, от детей не скрыли, кто убийца.

Парень побелел, и в глазах его появился ужас. Теперь он думал, что смерть — это не так уж и плохо. Как смотреть в глаза детям, у которых ты отнял брата?

— Ты понял? — требовательно спросил наагариш.

Парень медленно кивнул.

— Тогда свободен. Куда ползти, спросишь у моего помощника.

Мальчишка выполз. А Делилонис мрачно посмотрел в окно. Интересно, как там Дариласа?

Добрались они до поместья рода Οгладош на третий день. Дариласа издали увидела город и немного удивилась. Почему-то она представляла, что они приедут просто в какое-то поместье, стоящее особняком от всех поселений.

Прохожие на улицах смотрели на них с испугом и перешёптывались. Слухи добрались сюда быстрее их самих.

До дворца наагариша их маленьких отряд доехал быстро. Ворота им открыли слуги. Стражи на стенах не было. Во дворе ей помог спуститься с телеги Дэшгар.

Этот наг вообще за время пути сильно привязался к ней. Доаш даже пошутил, что у госпожи появился хвост. Но его привязанность не раздражала. Сперва девушка решила, что он похож на Вааша, но потом поняла, что это не так. В Вааше было очень много житейской мудрости. Дэшгар же был прост как полено. Добродушный, в чем-то наивный, не очень умный, но искренний. Дариласе он ребёнка напоминал своей простотой.

Во время пути, обратив внимание на её кислое настроение, этот парень даже пытался развеселить её. Заметив, что Дариласа любит обниматься со своим большим котом, Дэшгар решил, что юной госпоже нравятся крупные животные. И на второй день пути вечером приволок ей из леса медведя. Своей цели он достиг: Дариласа хохотала аж до слез. Глядя на него, она успокаивалась и думала, что только ради него стоило пойти против наагашейда.

Когда на землю опустили носилки с раненым нагом, из замка показались женщины и дети. Ни одного мужчины. Глаза у всех испуганные и при этом полны надежды. Кто-то из них, плача, бросился к прибывшим, кто-то безуспешно пытался найти глазами своих мужей, отцов, братьев, сыновей… Не находил и тоже плакал. В этот момент Дариласа окончательно поняла, что всё же поступила правильно.

— Дариласа, нас ждут, — поторопил её Роаш.

Она удивлённо вскинула брови. Кто ждёт? Но пошла следом за ним.

В холле их встречали женщина-человек, маленький мальчик-наг и мужчина-наг. Дариласа удивлённо посмотрела на последнего. Она думала, что отсюда забрали всех взрослых мужчин. Но этот наг выглядел необычно. У него были узкие раскосые глаза, смуглая кожа и иссиня-чёрные волосы. А хвост зелёный с красной полосой со стороны спины. Дариласа ещё не видела нагов с таким типом лица.

После этого она перевела взгляд на женщину и ребёнка. Женщина почему-то стояла позади мальчика на коленях, судорожно вцепившись пальцами в его одежду. Она была очень красива: белые волосы, серебристые глаза, очаровательное личико… И смотрела она на них испуганно.

Мальчик тоже смотрел на них испуганно, но в его взгляде было и простое детское любопытство. Дариласа с некоторым удивлением посмотрела на него. Раньше она никогда не видела седых детей. Этот мальчик был совершенно сед. Он весь какой-то серый был. Серые глаза, серый хвост…

— Мы рады приветствовать вас, госпожа, — мужчина церемонно поклонился. — Нам поступило послание наагашейда, где он изъявил свою волю.

Теперь понятно, почему её ждут.

— Моя дочь не любит много говорить, поэтому отвечать за неё буду я, — Роаш выполз вперёд.

— Как будет угодно госпоже, — смиренно произнёс наг. — Позвольте представить вам… — он запнулся, но потом продолжил: — Позвольте представить вам бывшую жену наагариша Жейша госпожу Мару и её сына Тера.

Дариласа опять посмотрела на мальчика. Так это младший сын Жейша? Ребёнок посмотрел на неё испуганно. Девушка улыбнулась ему. Она не перекладывает вину родителей на детей. Мать ребёнка заметно расслабилась.

— Меня же зовут Эйкисэ део Эшаоро, — представился наг. — Я из княжества Дейдейро.

— А что вы делаете здесь? — спросил Ρоаш.

— Я преподаватель Тера. Видите ли, он родился с даром проводника духов. С таким даром найти учителя сложно. А у меня схожий дар, поэтому… его отец попросил меня заняться его обучением.

— Надо же, — протянул Роаш, с интересом рассматривая ребёнка. — А мы даже не знали об этом.

— Об этом было запрещено распространяться, — смущённо признался Эйкисэ. — Вы, наверное, устали? Мы подготовили для вас покои.

— Да, нам хотелось бы освежиться с дороги.

— Тогда прошу следовать за мной.

Тут с улицы раздались испуганные крики.

— Ах, да! — Ρоаш легонько хлопнул себя по лбу. — Кота можно не бояться.

— Какого… — начал было Эйкисэ и умолк, когда в дверном проёме показался кот.

Изящный метнулся к Дариласе и, нагнувшись, подлез ей под руку, напрашиваясь на ласку. Девушка охотно погладила его.

— Дариласа, пойдём, — позвал Роаш.

Девушка в сопровождении кота двинулась за ним.

Женщина и ребёнок остались в холле. Мальчик, широко распахнув глаза, смотрел вслед Дариласе.

— Тер, ты видишь кого-то? — тихо спросила его мать.

Мальчик медленно кивнул. За юной госпожой след в след шла полупрозрачная женщина в длинном платье. У неё были тёмные волосы и изящная фигура. Неожиданно она обернулась и посмотрела на мальчика. На губах её расцвела улыбка, светлые глаза ласково прищурились, и она прижала тонкий пальчик к губам. А потом отвернулась и нагнала ушедшую вперёд девушку.

К вечеру в самом большом зале дворца рода Οгладош собрались все мужчины. Царила полная тишина. Присутствующие напряжённо смотрели на стоящую в центре зала Дариласу. Рядом с ней возвышались Роаш, Миссэ и Доаш.

Мужчины из бывшего рода Огладош не знали, чего ждать от этой девушки. За время пути она с ними не общалась и, казалось, не обращала внимания. Им оставили жизни, отняли имя и отдали ей. Стоит ли считать, что она тоже наказание для них?

Дариласа сделала один шаг вперёд и посмотрела на нагов. Сейчас ей нужно произнести очень длинную речь. Самую длинную речь, которую она произносила за последние пять лет.

— Напомню, вы совершили преступление, — строго начала она, — и получили заслуженное наказание. Род Οгладош больше не существует, но есть те, кто ранее входил в него. И это женщины и дети, чья вина заключается лишь в том, что их мужчины поддались страху, соблазну или просто совершили необдуманный поступок. Пройдёт сорок лет, и многие дети останутся сиротами.

Мужчины обеспокоенно посмотрели на неё, не сразу сообразив, что она имеет в виду.

— У них остались только матери, подавляющее большинство которых — человеческие женщины. Они умрут раньше, чем их дети вырастут.

Дариласа сделала паузу, давая им время обдумать её слова, и продолжила. Голос её хрипел.

— Ваша забота в благополучии этих детей. Мне всё равно, как вы будете это делать, но ваши женщины должны прожить столько, чтобы успеть вырастить и воспитать своих детей. Будете ли вы искать им мужей на стороне или же сами набирать по пять-шесть жен, но у каждой должна быть возможность позаботиться о своём ребёнке.

Наги ошеломлённо смотрели на неё, но удивление проходило, они хмурились, кусали губы и опускали глаза. Возможно, у них уже есть возлюбленные и жены, с которыми их успели развести во дворце наагашейда.

— Я не заставляю вас быть им мужьями в полном смысле этого слова. От вас лишь требуется ритуал с привязкой на ваши жизни, — продолжила Дариласа.

Мужчины кивнули, показывая, что поняли её.

— Женатому мужчине запрещено рисковать своей жизнью, — продолжила девушка. — Теперь я хочу знать о том, в каком состоянии находятся дела рода.

Οна отступила назад, и вперёд выполз Роаш. Задавать вопросы и выносить решения собирался он. Дариласа была слишком неопытна во многих делах, поэтому пока прислушивалась к нему. Наги переглянулись, и вперёд выполз уже знакомый лекарь. Прокашлявшись, он начал докладывать о том, что они успели узнать по возвращению.

Ссадаши сидел в комнате, где его оставили ждать начала состязания. Состояние было какое-то отрешённое. Ничего не хотелось. Даже страха не было. Перед глазами продолжало стоять искажённое страхом лицо матери. Зашевелилось чувство вины. Если бы не он, то наагашейд… Хотя, какая разница, когда? Старейшины рода рано или поздно потребовали бы проведения ритуального состязания. Но, боги, почему именно сейчас, когда и так полно проблем? Эта неделя прошла очень тяжело.

На следующий день после нападения нагов из рода Οгладош во дворце царила настоящая суматоха. Всем что-то было нужно. Одному наагашейду было плевать на всех. Первую лепту в начало хаоса внёс Вааш, который примчался во дворец ни свет ни заря, выпучив глаза от ужаса. Οказывается, он забыл забрать Моашу. Οн вообще после всех событий забыл, что к нему приехала гостья. Нагиню он нашёл очень быстро в компании Иишея, ученика казначея. Эти двое сидели на полу в дальнем углу библиотеки и смотрели друг на друга с самыми идиотскими выражениями на лицах. Когда Вааш сказал Моаше, что он приполз за ней, та лишь рассеянно посмотрела на него и искренне удивилась, что ей приходится уходить так скоро.

Потом суматоху навёл наагариш Делилонис своими приказами. Сразу все куда-то поползли, засуетились… Шумели все. Куда бы Ссадаши ни подался, везде был шум. Ругался король Дорин, когда узнал, что госпожа куда-то уехала. Сам король так и не уехал, хотя грозился. Шептались слуги и стража, обеспокоенно рычал кот Вааш…

А потом его родители узнали о предстоящем бое.

У мамы случилась истерика. Она так плакала. Кричала на отца, что не для этого рожала детей. Отец же решил ползти к наагашейду и попробовать отговорить его от этой идеи. Но наагалей Эош не выпустил его «ради пустой затеи». Приползли братья и неловко мялись рядом с мамой, не зная, как её успокоить. А еще через три дня из поместья приехали старейшины рода.

Ссадаши спрятал лицо в ладонях. Его терзали самые мрачные мысли. Ещё вчера вечером их с братьями развели по разным комнатам и приставили стражу. Накануне боя им запрещено видеться друг с другом и общаться. Ссадаши уже знал, что первым его противником будет Даавлаш, его младший брат. Γоош и Ахвараш будут драться друг с другом. Ссадаши не хотел, но постоянно вспоминал разговор с отцом в императорском дворце, когда тот признался, что убил на таком поединке своего старшего брата. От жути внутри всё узлом завязывалось. У него никогда не было особо тёплых отношений с братьями, но при мысли, что он кого-то из них убьёт, на него накатывала волна ужаса. И этот ужас становился сильнее, стоило ему представить реакцию родителей на смерть одного из них.

У него даже мелькнула мысль отказаться от боя и отдать победу братьям. Но он не смог решиться на это. Помешали ли ему обида или желание что-то доказать… В принципе, неважно, что именно помешало ему. Он не смог. Ссадаши хотел попробовать стать главой рода, чтобы хоть кое-что изменить. Он страстно желал изменить это.

Дверь открылась, и его поманили наружу. Ссадаши встал и в сопровождении стражи покинул дворец. Направлялись они за стены территории дворца к полигонам, на которых обычно проводились тренировки. Там уже собралась небольшая толпа. В основном, наги, но попадались и представители других рас из слуг. В специально вынесенном кресле расположился мрачный наагашейд, который взял на себя обязанности судьи. Ссадаши зябко поёжился, глядя на него. Видеть повелителя в таком паршивом настроении ему еще не доводилось.

Ссадаши опасливо огляделся и с облегчением выдохнул. Отца с матерью не было. Похоже, Эош сдержал своё обещание не выпускать их. И правильно, не стоит им на это смотреть. Сам Эош с двумя учениками был здесь. Рядом с наагашейдом, пo правую руку от него, выстроились четверо старейшин рода Фасаш. Ссадаши скривился, глядя на них. Его всегда дико раздражали эти поборники традиций. Как же повезло тем родам, у которых наследование идёт от отца к сыну: им нет нужды в этих снобах. Именно они были хранителями традиций рода, и только они могли отменить какие-то его внутренние законы. Отец несколько веков назад обращался к ним с просьбой отметить поединки между наследниками, но те не пошли навстречу. Ну, ничего! Если Ссадаши выиграет, то обязательно вынудит их отменить эту форму наследования.

Ссадаши выполз на очерченную мелом квадратную площадку, где его уже ждал Даавлаш. И посмотрел на повелителя.

— Начинайте, — велел наагашейд и потерял к ним интерес.

Ссадаши напряжённо посмотрел на своего младшего брата. Хвост того нервно дёргался то ли от волнения, то ли от боевого азарта. По лицу было сложно прочитать, какие эмоции он испытывал. Ссадаши всегда было сложно понять своих родственников. Наверное, потому, что он никогда на самом деле не стремился их понять.

Даавлаш двинулся вперёд, и Ссадаши сосредоточился на бое. Вспомнились слова учителя Шекета. Перед глазами встал его образ. Высокий, крепкий, широкоплечий наг с длинным жёлто-красным хвостом и совершенно лысой головой. Взгляд у него всегда был тяжёлый, словно в мысли проникающий. А лицо суровое. Он никогда не жалел своего ученика и требовал от него такого уже усердия, как и от любого другого своего ученика.

«Какие у тебя сильные стороны?» — как-то спросил он.

Ссадаши, тогда еще совсем мальчишка, ответил довольно наивно.

«Я очень ядовитый».

«Идиот ты!» — рявкнул учитель. — «Забудь про яд. Твои зубы могут выбить ещё в самом начале боя. Твои основные преимущества — это быстрота, ловкость и внешний вид!»

«Внешний вид?» — поразился Ссадаши.

«Да. Глядя на тебя, противник не будет ожидать многого. В этом твоё преимущество. Используй его. И старайся никогда не показывать всё, на что ты способен. Ясно?»

Тогда ему было не очень ясно. Но после некоторых событий, что произошли в недавнем прошлом, он начал понимать.

«И если противник силён или ты не знаешь, на что он способен, то старайся закончить бой как можно скорее. Не играй с ним».

Эту фразу Ссадаши запомнил очень хорошо. Учитель не поленился как следует вбить её в его своевольную голову.

«Показушничают только те, кому показать нечего!»

Спорное утверждение, но оно тоже намертво врезалось в память Ссадаши и иногда даже удерживало его от необдуманных поступков.

Брат успел проползти одну сажень, когда Ссадаши бросился вперёд. Его движение смазалось. Даже наблюдающие за боем наги выдохнули удивлённо. Слишком быстро. Даавлаш резко развернулся вправо, так как ему показалось, что Ссадаши там, но он уже был слева. Ссадаши быстро засунул палец в рот, провёл им по зубу, собирая выступивший яд, и ткнул брата в шею, в то место, где бился пульс. Даавлаш отскочил, развернулся и схватился за шею, напряжённо смотря на Ссадаши.

— Хватит с тебя и этого, — произнёс Ссадаши загадочную фразу.

Его брат вдруг опустился на землю, словно хвост его ослабел, и упал лицом вниз. Ссадаши подполз к нему, опустился рядом и перевернул. Даавлаш был жив, но сильно побледнел, и глаза его испуганно блестели. Пошевелиться он не мог — напала неожиданная слабость. Ссадаши выдохнул с облегчением. Он боялся, что неправильно рассчитал дозу. Но брат был до сих пор жив, а значит, теперь не умрёт. Яда мало, и попал он не в кровь, а на кожу. До сердца и мозга должны были дойти самые крохи. Дня два поваляется в лекарском крыле и опять ползать будет.

Ссадаши осмотрелся. Его никто не поздравлял, присутствующие наги просто смотрели, сурово сведя брови. Даже тень удивления не мелькнула на их лицах. Наагашейд вообще с самым мрачным видом смотрел в небо и раздражённо крутил кончиком хвоста. На площадку выполз Эош в сопровождении двух учеников. Ссадаши встал и отполз, давая ему место. Лекарь опустился рядом с братом, внимательно осмотрел его, проверил реакцию и весело улыбнулся Ссадаши.

— Потом зайдёшь ко мне и сцедишь яд, — велел он. — Я попробую противоядие к нему разработать. Мало ли что.

Ссадаши заторможено кивнул и проследил взглядом, как ученики Эоша утаскивают брата под руки с площадки для боя. Потом понял, что ему делают знаки покинуть место боя и вернуться в комнату ожидания. Уползая, парень увидел, что на площадку заползают Гоош и Ахвараш. Ссадаши отвёл глаза. Οн и так знал, кто победит. Старший брат всегда был самым сильным среди них.

Назад Ссадаши позвали примерно через полчаса. Как он и предполагал, победителем стал Гоош, и теперь он ждал его площадке для боя. Ссадаши бросил взгляд в сторону и увидел Ахвараша, который уползал сам, придерживая повисшую плетью левую руку. Видимо, бой был зрелищным и ожесточённым. В толпе всё никак не утихали шепотки и волнение. Гоош тоже немного пострадал. На груди у него была разодрана когтями одежда, и лохмотья пропитались кровью. Ссадаши встал напротив него. Брат посмотрел на него холодно, без особых эмоций. Когда подали сигнал к началу боя, коротко поклонился и отполз чуть назад, занимая позицию.

Ссадаши напрягся. Он не раз видел, как тренируется брат. У него прекрасная защита, пробиться через такую в лоб очень сложно. Вот и сейчас он разложил хвост таким образом, чтобы отбить любую атаку. Гоош редко нападал первым, поэтому ждать от него первый удар бессмысленно. Ссадаши двинулся вперёд, но значительно медленнее, чем в бою с Даавлашем. Χвост брата быстро, как хлыст, метнулся ему навстречу. Ссадаши пригнулся, пропуская его над собой, и тут же ушёл в сторону, уворачиваясь от вернувшегося кончика.

Ему нужно подобраться как можно ближе и сцепиться с братом. Нужно пройти через его защиту. Хвост брата стремительно обвил его собственный хвост и потянул к своему хозяину. Есть! Ссадаши старательно изобразил попытки вырваться. Брат подтягивал его всё ближе и ближе. И, когда до него осталось не больше сажени, Ссадаши расслабился, а затем ловко вывернулся из его хватки. Как угорь выскользнул. Выскользнул и смазанным движением рванул вперёд, преодолевая эту сажень менее чем за секунду, и оказываясь за спиной у Гооша. Прежде, чем брат развернулся, Ссадаши основанием ладони ударил его в поясницу, прямо в позвоночник. Брат коротко вскрикнул, позвонки сместились, и хвост начал обращаться в ноги. Обращение не успело завершиться, а Ссадаши уже полностью обвил его тело хвостом и повалил на землю. Левая ладонь легла сопернику на поясницу, не позволяя обернуть ноги обратно в хвост, а когти правой руки нежно пощекотали ему горло. В реальном бою Ссадаши бы разорвал ему глотку.

Наагашейд обратил на них внимание и махнул рукой, показывая, что бой окончен.

— Вот ваш наследник, — бросил он старейшинам и поднялся, не намереваясь больше задерживаться здесь.

Ссадаши отпустил брата. Тот попробовал подняться, но не смог. Ссадаши ощутил беспокойство.

— Позвонки на место вправь! — прошипел брат.

— Не смей! — гаркнул приближающийся Эош. — Я сам. А то вправишь их ему в утробу. Я вообще, смотря со стороны, решил, что ты ему позвоночник проломил.

Ссадаши почувствовал себя неуютно под недовольным взглядом лекаря. Силу он всегда плохо рассчитывал. Учитель всегда шипел на него, что раньше и силы не было, и ума особого тоже не было. Потом сила появилась, а ума как не было, так и нет.

Ссадаши стоял у двери, ведущей в палату, где расположили братьев, и ждал, когда её покинет Эош. В руках он вертел круглый золотой медальон с рубином по центру, знак наследника, который ему вручили старейшины. Ну, и лица у них были! Только ради этого стоило победить. Они словно поверить не могли в случившееся и смотрели на него, как на дурной сон. По правде говоря, Ссадаши сам не мог поверить в случившееся. Да, он надеялся на победу, он хотел показать всем, что не слаб. Но вера в то, что будет так, как хочет он, была мала.

Дверь отворилась, и в коридор выполз Эош.

— У тебя три минуты, — тихо сказал он. — Потом я её выпускаю.

Ссадаши кивнул, показывая, что понял, и заполз в палату. Братья встретили его настороженными взглядами. Гоош и Даавлаш лежали, только Ахвашар сидел на ложе и осторожно щупал, уложенную в лубок руку. Ссадаши посмотрел на них также мрачно.

— Сейчас сюда придёт мать, — сказал он.

Мрачность и настороженность сменились беспокойством. Они занервничали, представив, как будет расстроена их мама.

— Поэтому сейчас мы изображаем любящих братьев, которые даже не думали, что дерутся друг с другом всерьёз, — добавил Ссадаши.

Дверь резко распахнулась, и на пороге появилась их прекрасная мама, лицо которой было влажным от слез. Братья разом улыбнулись. А Даавлаш даже засмеялся, словно услышал забавную шутку.

— Вы… вы… — её губы затряслись.

— Мама, — обрадованно произнёс Ахвашар. — А почему тебя не было на соревновании? Я думал, ты придёшь посмотреть на нас.

— Ты идиот, Ахвашар! — взорвалась мать. — Я тебя сейчас сама побью! Что с твоей рукой?

Она подошла ближе требовательно посмотрела в лицо сыну. Тот ощутимо занервничал.

— Да ничего серьёзного, — попытался вывернуться он. — Гоош бросил меня через плечо, а я приземлился неправильно, не так, как отец учил, и заработал вывих.

— Ты кому врать пытаешься? — строго спросила мама. — Это, — она ткнула в один из амулетов, обвивающих его руку, — при вывихах не применяют.

— Да ладно тебе, — стушевался парень. — Ну чуть более неудачно приземлился.

— А с вами двумя что? — мать, к радости Ахвашара, переключалась на других.

— Да ничего, — старший зевнул. — В момент оборота лишнее движение сделал, и у меня позвонки не туда сместились.

Ссадаши оценил, что брат не стал сообщать о его посильной помощи в этом смещении. Мама в ужасе прижала ладони ко рту.

— Да всё уже хорошо, — заверил её старший. — Эош всё поправил. Завтра утром могу ползти на все четыре стороны. А Даавлаша Ссадаши слегка отравил, — сказал это и хитро посмотрел на Ссадаши.

— Ссадаши? — мама резко развернулась и посмотрела сына, скромно стоящего у стены.

И бросилась к нему.

— С тобой всё хорошо? — обеспокоенно спросила она, лихорадочно ощупывая его.

— Мама, всё хорошо, — смущённый Ссадаши перехватил мамины руки, заползающие ему под одежду.

Морды братьев стали донельзя ехидными.

— Точно? — не поверила она.

— Точно, — заверил её парень. — Мам, ты с братьями посиди, а я к папе сползаю.

Она рассеянно кивнула и развернулась к своим раненым сыновьям. А Ссадаши быстро выскользнул в коридор и повернул направо, останавливаясь у следующей двери. Немного подождав, он открыл её и заполз внутрь. Отец встретил его напряжённым взглядом. Увидев сына, он облегчённо вздохнул.

— Ну, хоть ты цел, — тихо произнёс он.

Ссадаши подполз к его ложу и сел на край.

— Кто-то из твоих братьев пострадал? — с напряжением в голосе спросил отец.

— По мелочи, — безмятежно ответил Ссадаши. — Они все в соседней комнате.

Видаш облегчённо вздохнул.

— А кто победил? — после некоторой паузы спросил отец.

Ссадаши молча продемонстрировал медальон. Отец непонимающе посмотрел на него.

— Я победил, — просто сказал парень. — Твой наследник теперь я.

Отец продолжал смотреть на него непонимающе. Потом осознание медленно блеснуло в его глазах, и он оторопело взглянул на своего сына. Ссадаши хмыкнул.

— Помнишь, ты запретил мастеру Шекету обучать меня бою?

Видаш кивнул.

— Он нарушил твой приказ, — безмятежно произнёс Ссадаши, — и научил меня всему, что знал сам. Я не слабый, отец. Поэтому перестань думать, что я умру от какой-нибудь мелкой неприятности. Я живучий. И очень ядовитый.

Видаш продолжал поражённо смотреть на него, а затем застонал и спрятал лицо в ладонях.

— Я убью его! — пообещал он.

— Папа, ты идиот, — весело сказал ему Ссадаши. — Οн научил твоего сына выживать в любых неприятностях, а ты в благодарность хочешь убить его.

Видаш поднял на него взгляд и хотел что-то сказать, нo не успел. Дверь распахнулась, явив их взорам наагалейя Эоша.

— Ссадаши, — он радостно улыбнулся парню. — Я тут выяснил, что твой яд в малых дозах вызывает галлюциногенный эффект.

Парень напрягся. Они с учителем много экспериментировали с его ядом, но подобного эффекта не наблюдали никогда. Хотя экспериментировали они только на животных… Внутри похолодело.

— Что-то с Даавлашем? — спросил он.

— Ага, — радостно отозвался Эош. — Ползи, помогай его отлавливать. Он оседлал Вааша и теперь скачет по всему дворцу.

Ссадаши выругался и сорвался с места. В голове тут же возникла картина, как Даавлаш висит на спине наагалейя Вааша, а тот несётся по коридорам с громким гиканьем.

Лучше бы это был действительно наагалей Вааш. Под Ваашем Эош подразумевал кота. Даавлаш обернул хвост ногами и залез верхом на зверя. И теперь кот радостно носился по коридорам, не слушая грозных приказов лекаря остановиться. Брат хохотал как безумный и всем встречным стражникам слал воздушные поцелуи. На нём была только нижняя юбка, которая задралась до самых ягодиц, но, слава богам, хоть прикрывала срам спереди.

Минут сорок Ссадаши вместе с Эошем и пятёркой стражников ползали по всему дворцу, пытаясь отловить этих двоих. В конце концов, их удалось пригнать обратно к дверям лекарского крыла. Там, хватаясь за косяк, стоял наагалей Видаш, который не смог оставаться на месте от снедающего его беспокойства. Увидев его, Даавлаш радостно засмеялся и, спрыгнув с кота, бросился к нему с объятиями.

— Мамочка, я так тебя люблю! — признался он и попытался поднять папу на руки.

Не смог. Озадачился. Но, увидев Эоша, вдруг присмирел.

— Папа… — выдохнул oн.

И Эош, и Видаш непонимающе посмотрели сперва на парня, а потом до них дошло, и они с ужасом взглянули друг на друга.

— А ну спать! — рявкнул Видаш.

Сын вздрогнул, удивлённо посмотрел на него. Глаза его ошарашенно округлились: сознание немного просветлело, и он узнал своего настоящего отца. Шмыгнул он в палату к братьям в течение двух секунд. Дo оставшихся в коридоре тут же донеслись жалостливые причитания Риэды.

— Так! — Эош угрожающе надвинулся на кота.

Тот опасливо отступил в угол.

— Ладно-то он! — Эош ткнул в сторону палаты пальцем. — Но ты, взрослый зверь, чем думал, когда устраивал этот кавардак?!

Кот всё сильнее и сильнее вжимался в угол. Выглядело это комично. Котик размером с лошадку виновато хлопал глазищами и нервно облизывался, смотря на гневного лекаря. Улучив момент, кот ткнулся башкой наагалейю в живот, заискивающе посмотрел ему в глаза и муркнул.

— И не подлизывайся! — не повёлся Эош.

А Ссадаши сполз на пол и, не сдерживаясь, расхохотался в голос.

Глава 10

Дейширолеш заполз в спальню и плюхнулся на ложе, с раздражением уставившись в потолок. Неделя. Её нет уже неделю. Он так тосковал, что готов был лезть на стену. Или же собраться и притащить её обратно. Но чувство собственного достоинства заставляло его сцепить зубы и терпеть. У него тоже есть гордость. Οн наагашейд! Не хочет возвращаться, ну и пусть!

Но тоска меньше не становилась. Наоборот, на него находили иногда такие помутнения, что Дейшу хотелось крушить всё вокруг. Он был вынужден признать, что у него проснулись инстинкты. Это проклятье любого нага! Они сводили с ума, вытаскивая на поверхность страх, тоску, обиду, желание обладать… Дейш задыхался под грузом этих эмоций. В такие моменты он мечтал о том, чтобы стать наагашехом и отрешиться от чувств.

Вспоминая момент, когда Тейс заступилась за этих тварей, Дейш корил себя. Ему просто нужно было быть немного сдержаннее. Это же Тейс! Он же сам знал, что этого и следовало ожидать от неё. Но инстинкты затмили ему разум. Они требовали, чтобы все мысли этой девушки были только о нём. А она посмела подумать о ком-то ещё! Вот пусть только вернётся и…

Дейширолеш вздохнул и немного унял свои взбесившиеся эмоции. Пусть вернётся, и он в следующий раз будет сдержаннее относиться к подобным просьбам. Но как заставить её вернуться? Обиженные инстинкты требовали ждать, так как у них есть гордость, и при этом заставляли его дико тосковать. Дейшу хотелось раздирать собственную грудь когтями от отчаяния. Вот бы действительно стать наагашейхом…

Дейш замер, обдумывая внезапно возникшую мысль, и его губы искривились в усмешке. Кажется, он знает, что делать. Тейс девочка ответственная, добрая, жалостливая… Как-то он сказал ей, что её добротой будут пользоваться. Что ж, настало время самому воспользоваться её добротой. Вернётся. Обязательно вернётся. Дейш тихо рассмеялся.

Дариласа грустно смотрела в окно на залитую лучами заходящего солнца клумбу. Ей было так плохо, что хотелось биться головой о стену. Может, она проломит череп, и боль физическая вытеснит боль душевную. Она очень скучала по наагашейду. Ей было паршиво из-за их размолвки. И еще паршивее из-за понимания, что виновата всё же она. Нужно было завести разговор с наагашейдом на тему помилования по-другому. Быть более ласковой, понимающей, разговорчивой, в конце концов! А не вот так вот в лоб, словно она этого требовала. Οна же хотела просто убедить его быть немного более милосердным. Что ж! Она добилась своего. И кое-что потеряла. И эта потеря вводила её в отчаяние.

В поместье бывшего рода Огладош она была уже десятый день. За это время они с Роашем успели вникнуть в дела рода, которые оказались очень плачевны. Род Огладош занимался торговлей. Вообще на территории, которую возглавлял наагариш Жейш, занимались изготовлением тканей. Здесь все сферы жизни были связаны с этим, и всё вертелось вокруг торговли тканями. Но после внезапного ареста всех мужчин рода, Огладош потеряли почти всех своих торговых партнёров. У них были в казне внушительные денежные запасы, но они больше не пополнялись, приток денег иссяк. Возобновить торговлю в их нынешнем положении было весьма сложно. Мужчин слишком мало, женщины же у них не приспособлены вести такие дела. К тому же вряд ли кто-то с ними захочет иметь дело, ведь репутация рода полностью уничтожена. Да и рода как такового больше нет.

Роаш посоветовал им заделаться ростовщиками. Наги, конечно, скривились, но делать было нечего. Это был реальный выход из ситуации. Деньги нужны всегда и всем. Даже если их будут ненавидеть, при острой необходимости всё равно воспользуются их деньгами. И вернут уже в большем размере. Ростовщиков никто не любит. Они же теперь тоже никому не нравятся. Терять, в принципе, нечего, а жить как-то нужно.

Проблема, которую озвучила Дариласа касательно женщин их теперь безымянного рода, тоже постепенно разрешалась. Часть из них, те, у кого не было детей, разъехались по своим прежним домам. В их числе вторая жена Жейша. Она уехала еще до приезда Дариласы. Те же, у кого были дети, отреагировали по-разному. Кому-то было всё равно, за кого выходить замуж, лишь бы остаться со своим ребёнком на как можно более длительное время. Кто-то просил подождать хотя бы пару лет. Возможно, за это время они смогут найти кого-то по душе. Часть, в основном женщины-оборотни, решили замуж не выходить вообще. Сколько боги дадут времени, столько они и пробудут со своими детьми.

Из вернувшихся нагов женились тоже не все. Οни близко к сердцу приняли приказ юной госпожи, в котором она запрещала женатым мужчинам рисковать своей жизнью. Но кому-то нужно позаботиться о безопасности рода. Новую охрану ещё набрать не успели. Прежняя разбежалась. Разбежалась и большая часть слуг, остались только самые преданные.

Но были те наги, что выполнили требование госпожи буквально. Один наг женился аж десять раз. Дариласу это порадовало. Всё же тут слишком много женщин и детей, и последние рискуют остаться вскоре без матерей под присмотром малочисленной группы мужчин.

Хоть главу рода им теперь было запрещено выбирать, но как-то так вышло, что всем заправлять стал Эйкисэ. Наверное, потому что ему было легче договариваться по каким-либо вопросам с другими родами. У него-то хотя бы было имя. Дариласа как-то увидела его в коридоре с госпожой Марой. Он что-то жарко шипел ей по — наагатински, а она глядела на него смущённо и нерешительно. Когда он вопросительно посмотрел на неё, Мара пожала плечами и растерянно взглянула на него. А он порывисто подался вперёд, схватил её за руку и прижал её ладонь к своей груди. Дариласа тихонечко их покинула, испытав некое смущение от интимности момента.

Всё же относительный порядок с помощью Роаша она здесь навела. Точнее, это, скорее, она оказывала посильную помощь опекуну, а он наводил порядок. Всё же опыта в управлении родом и в решении разных связанных с ним вопросов у неё не было. А завтра они отбывают назад. Дариласа радовалась этому событию и одновременно печалилась, так как вернуться ей придётся к Ваашу и увидеть наагашейда она не сможет: он же не хочет больше видеть её.

Возвращаться они решили вчетвером: она сама, Ρоаш, Миссэ и Доаш. Дэшгар тоже хотел поехать с ними и смотрел на Дариласу такими умоляющими глазами, что ей казалось, что она щенка на произвол судьбы бросает. Но всё же решила оставить его здесь. Тут он пригодится больше. Дэшгар сильно расстроился, но потом слегка оживился и начал помогать собираться им в дорогу. Сам выбрал три замечательные крытые повозки. Две из них для Дариласы, Роаша и Миссэ с Доашем, а третья для продовольствия и их пожитков.

Ей было жаль расставаться с этим нагом, искренним как ребёнок. В принципе, ей было жаль всех здесь. Они приняли её поначалу насторожённо, с опаской, но заботились о ней, так как понимали, что существуют они только из-за неё. Потом настороженность ушла, и все вздохнули с облегчением. Чего они боялись? Тирании с её стороны? Возможно, но, что бы их ни страшило, страхи их так и остались просто страхами.

Неожиданно в окно влетела пташка. Дариласа удивлённо посмотрела на неё и махнула рукой, пытаясь выгнать её на волю. Но та совершила круг над её головой и села на оконную раму, выжидательно кося на девушку глазом. Дариласа только после этого заметила чёрный футлярчик, привязанный к её лапке. Οщутив волнение, девушка подалась вперёд и осторожно приняла птичку в ладони. Отвязала футляр и отпустила птаху. Та спрыгнула на ложе и важно начала ходить по покрывалу, ища в его складках зёрнышки и раскапывая червячков.

Послание оказалось от Делилониса. Оно одновременно напугало девушку и вызвало в ней радость. Эгоистичную такую радость. Делилонис писал, что у повелителя неделю назад опять начались приступы холодности. Заашар рвал на голове волосы, не понимая, как так получилось. Он-то был уверен, что прошло достаточно времени и эти приступы уже не должны повторяться. Хотя процесс отмены действия ритуала пробуждения крови ещё не до конца завершён. И тем не менее сильное потрясение, похоже, опять позволило этим приступам проявиться. Делилонис просил Дариласу вернуться как можно скорее.

Дариласа отложила письмо и опять посмотрела в окно. Возвращение приступов холодности беспокоило её и в то же время радовало, потому что теперь у неё была причина вернуться именно во дворец и быть рядом с повелителем. Эта радость эгоистична и неправильна, но она ничего не могла с собой поделать. Кошка внутри, обижавшаяся на неё всё это время, встрепенулась и обрадованно заурчала. Дариласа упала на спину, чуть ли не до смерти напугав птичку, и весело улыбнулась потолку.

В обратный путь они выехали ранним утром. Их вышли проводить мужчины и несколько женщин. Дэшгара среди них Дариласа не увидела и даже слегка расстроилась. Их уже ожидали три повозки, запряжённые каждая парой лошадей. Повозка под вещи и провизию оказалась немного странной, похожей своей яркой расцветкой на фургон бродячих артистов. С бортов между колесами чуть ли не до земли свисала плотная ткань. Роаш даже хотел поменять её, но Дариласа не позволила. Не хотела обижать Дэшгара, он же выбирал.

Забираясь в повозку, Дариласа обратила внимание на мальчика Тера. Он выглядывал из-за двери и махал ей ручкой. Но как-то странно махал, словно не ей, а кому-то рядом. Дариласа помахал в ответ. Мальчик вздрогнул, словно только что увидел её, смутился и скрылся за дверью. Странно…

Поводья лошадей цветного фургона привязали к задку повозки, в которой ехали Миссэ и Доаш. И они наконец выехали.

Первую половину дня они ехали нормально. Погода была замечательной, хоть и жаркой. Настроение тоже. Потом начались проблемы с этим цветным фургоном. Колёса его начали подскакивать на каких-то несуществующих буграх. В итоге, Доаш пересел в фургон на место возницы и начал править сам. Но после этого лошади стали тащиться с такой натугой, словно небольшую избу за собой тащили. Остановились проверить, в чём проблема.

Доаш приподнял ткань, чтобы осмотреть днище и колесные оси. Может, прицепилось что-то или треснуло. Почти минуту он простоял, скрючившись в одной позе, потом выпрямился и повернулся к ним, старательно пытаясь сдержать улыбку.

— Госпожа, вам нужно это увидеть, — сказал он.

Дариласа непонимающе посмотрела на него и выбралась из повозки. Следом за ней вылез обеспокоенный Роаш. Девушка пошла к фургону, наклонилась, приподняла ткань и встретилась с виноватыми глазами Дэшгара. Ткань выпала из её пальцев, и лицо нага опять скрылось.

— Что там? — обеспокоенно спросил Роаш, глядя на застывшую в одной позе воспитанницу.

Тут на землю под фургоном что-то плюхнулось, ткань вздыбилась, и наружу высунулась голова Дэшгара. Брови Роаша взлетели почти к кромке волос. Дариласа посторонилась, и Дэшгар начал вылезать. Телега накренилась набок, когда его могучие плечи приподняли её. Лошади испуганно шарахнулись, но наг придержал фургон за колесо, заставляя их оставаться на месте. Наконец он выполз полностью и теперь стоял перед ними, виновато сцепив руки на поясе. Весь такой огромный, грязный, а глазища печальные-печальные.

Дариласа смотрела ошеломлённо поочерёдно то на него, то на телегу. Ρот её открывался и закрывался, а руки выписывали какие-то знаки в воздухе. Сейчас она действительно была похожа на немую, которая пыталась описать своё удивление руками. Она несколько раз обошла телегу. Запустила пальцы в волосы, но так и не смогла понять как. Как? Εё не интересовало, зачем он это сделал. Ей просто хотелось знать, как он там поместился. Фургон вон какой, но Дэшгар… Нет, ну, правда, как?

Миссэ и Доаш хохотали в голос. Роаш сидел на траве и плакал от смеха.

— Дариласа, не знаю, как ты, но я хочу взять его с собой, — сквозь смех произнёс Роаш.

Да как его теперь назад отправишь?! У Дариласы сердце разорвалось бы от его печального взгляда.

Через несколько минут они отправились дальше. На месте возницы цветного фургона сидел грязный Дэшгар и довольно погонял лошадей хвостом. Дариласа с улыбкой смотрела на него. Ну, правда, чисто ребёнок!

На третий день их маленький отряд вернулся в город. Стража на воротах встретила их чуть ли не со слезами радости. Οказывается, наагашейд решил провести личную проверку в казармах городской стражи. И пообещал, что впредь будет делать это куда чаще.

— Госпожа, вы там поласковее с ним, — рискнул попросить один из них и чуть не получил нагоняй от наагариша Роаша за такую дерзость.

А Дариласа уже мечтала увидеть наагашейда и быть с ним «поласковее». Она много думала во время пути о сложившейся ситуации. Всё пыталась решить, как же ей быть. И наконец пришла к решению.

Раз она во всём этом виновата, значит ей всё и исправлять. Наагашейд первый признался ей в любви, и ей хотелось верить, что это признание правдиво. Но она так и не сделала ответный шаг, предпочитая бояться и топтаться на месте. Если она сейчас хоть что-то не сделает, то будет жалеть об этом всю жизнь. Лучше сожалеть об ошибках, чем о бездействии. Теперь она сама пойдёт ему навстречу. Да, она не знает, как привлечь его внимание, особенно после случившегося. Она почти ничего не знает об отношениях между мужчиной и женщиной, так как никогда не имела возможности наблюдать сам процесс ухаживаний. Дариласа впервые столкнулась с этим, когда наагашейд начал делать ей знаки внимания. У неё есть пример только его ухаживаний. Вот этим примером она и воспользуется.

Дворцовая стража встретила их еще более трепетно, чем городская. Они даже к Дэшгару хорошо отнеслись. И сообщили, что наагашейд ждёт их. У Дариласы от радости аж всё внутри перевернулось. Ждёт! Он ждёт!

Миновав третьи ворота, она увидела, что действительно наагашейд ждёт. Он стоял на вершине лестницы, сложив руки за спину. Величественный и холодный. Даже хвост, предатель-выдаватель эмоций, не шевелился.

Доаш, Миссэ и Дэшгар остались у подножия, а Роаш с Дариласой начали подниматься. Девушка шагала вверх решительно, смотря прямо в лицо наагашейду. Внутри азартно ворочалась кошка. Да-да, никуда этот кот от них не денется.

Дейширолеш смотрел на поднимающуюся девушку и еле сдерживался, чтобы не метнуться вперёд. Ему хотелось схватить её, прижать к себе и прошипеть, какая же она всё-таки жестокая. Он так скучал, он так обижен. Она должна обязательно его пожалеть. Но Дейширолеш держал инстинкты в руках и продолжал играть свою роль.

Притвориться наагашехом оказалось не очень сложно. Правда, Дейширолеш несколько раз был близок к тому, чтобы прибить Делилониса. Неужели так сложно догадаться и написать Тейс, чтобы она приехала?! Обязательно надо было тратить на это целую неделю?! Дубина!

Дейш смотрел на решительное лицо Тейс и чувствовал раздражение. Она такая спокойная, уверенная. А он тут нервничает и переживает. Захотелось наказать её, отплатить той же монетой. Поэтому, когда девчонка со своим опекунов оказалась рядом, Дейширолеш повернулся к Роашу и холодно сказал ему:

— Ты мне срочно нужен.

Да-да, пусть думает, что ждал и встречал он не её, а Ρоаша.

Дариласа смотрела, как наагашейд отворачивается от неё, и ощутила, что азарт разгорается внутри всё сильнее и сильнее. Неужели именно так ощущал себя повелитель, когда пытался увлечь её собой? Если да, то она теперь понимает, почему он не отступил.

Дариласа сделала ещё один шаг вперёд, схватила наагашейда за локоть и рывком заставила его повернуться. Только он это сделал, одарив её холодным взглядом, и она ухватилась за ворот на груди и резко дёрнула вниз, вынуждая нагнуться. Поднялась на носочки, и жадно прижалась к его губам. Кровь воспламенилась моментально. Из самых тёмных глубин сознания поднялась жажда. Она провела языком по его губам, слегка прикусила нижнюю губу и отстранилась. Лицо наагашейда по-прежнему было холодным, но она видела его глаза. И, да, там было ошеломление. Внутри взметнулось шальное сознание кошки.

Сердце стучало у него в ушах. Дейширолеш настолько был ошеломлен, что маску наагашеха держал только потому, что на него оцепенение нашло. Девушка весело смотрела на него снизу. Глаза её стали звериными, и она опять подалась к нему… Чтобы вцепиться зубами ему в ключицу. Прямо до крови. Дейширолеш зашипел, и девушка отскочила назад, потом метнулась вперёд, перепрыгивая через его хвост, и скрылась за дверью дворца.

Дейширолеш ошеломлённо посмотрел на Роаша.

— За что?!

Ρоаш скривился и неохотно произнёс:

— Кошка соскучилась. Это зверь от радости.

От радости? Его теперь всегда от радости кусать будут?

— Я рад, что вы пришли в себя, — добавил Роаш.

А Дейширолеш замер, затем опять посмотрел на него и холодно произнёс:

— В мой кабинет. У меня вопросы к тебе.

А Роаш еле сдержал раздосадованный вздох. Похоже, Дариласе придётся задержаться во дворце.

Дариласа заскочила внутрь, кипя негодованием на дуру-кошку. Какого Тёмного она влезла?! Всё было так замечательно! Зачем нужно было распускать зубы?! Глупый-глупый зверь! Кошка внутри обиженно заворчала. Она вообще-то хотела как лучше. Пусть знает чей он. Дариласа зарычала так, что стража вздрогнула. Дура!

От переругиваний со зверем её отвлёк диких грохот. Следом за ним раздался громогласный рык Вааша и злорадный хохот Ссадаши. Слух резанул возмущённый крик на давриданском.

— Не трогайте Ссадаши!

Дариласа с удивлением, хоть и не сразу, узнала голос принцессы Дедери. А потом до неё донеслось и возмущённое шипение наагалейя Видаша. Улыбка появилась на её губах. Как она всё-таки рада сюда вернуться.

Чем ближе Дариласа подходила к лекарскому крылу, тем сильнее был шум. Что у них там происходит? Из дверей в коридор выскочил ошарашенный Изящный Красавчик. Дариласа удивлённо посмотрела на него. Когда он успел сюда пробраться? Он же оставил их у первых ворот дворца, чтобы проникнуть на территорию традиционным для него способом — через стену.

Видимо, кот, пока она кусала повелителя, успел успешно проникнуть на территорию и пошёл навестить своего друга — Большого Красавчика. И не вовремя попал.

Опять раздались злодейский хохот Ссадаши и разъярённое шипение Вааша. Дариласа прищурилась. Похоже, эти двое снова что-то не поделили. Она-то уже решила, что они притёрлись друг к другу. Девушка заглянула в коридор лекарского крыла и увидела презанятную картину.

Вааш с пыльными отпечатками больших кошачьих лап на одежде и лице что-то шипел над плечом Эоша, который его удерживал, в сторону Ссадаши. Ссадаши же вовсю веселился и целовал морду Большого Красавчика. Прямо перед ним стояла Дедери, которая, раскинув руки в стороны, с самым решительным видом прикрывала его. Позади Вааша в дверях своей палаты стоял наагалей Видаш. Он хмурился и что-то шипел разъярённому нагу. Судя по тону, успокаивал.

– Γоспожа! — обрадовался Ссадаши, увидев её. — Я так по вам скучал!

Красный от гнева Вааш тоже обратил на неё внимание.

— Дариласка, ты знаешь, что сделал этот поганец?! — с возмущением спросил Вааш.

Дариласа не смогла сдержать улыбку, глядя на него. А Вааш разразился громогласным рассказом о произошедшем, в изобилии приправленном ругательствами.

Оказывается, он, Вааш, приполз к наагалейю Видашу, чтобы решить некоторые вопросы касательно обучения его наследника. Наследники боевых родов обязаны проходить службу при дворе наагашейда. Так-то разговор этот — чистая формальность, ибо Видаш изначально планировал оставить здесь всех сыновей для службы повелителю. Ну, кроме Ссадаши, который тогда, по его мнению, к этой службе не годился. Уладили они этот вопрос, и Вааш пополз назад. И именно в этот момент вернулся Ссадаши, который в компании Дедери выгуливал кота. Кот, увидев Эоша, радостно к нему рванул. Лекарь, уже знакомый с кошачьей любовью, шустро отполз в сторону. А Вааш как раз был позади него.

Кот сшиб наагалейя на пол так, что тот гулко приложился затылком о каменную поверхность аж до звёзд в глазах. После этого зверь ещё потоптался по нему, понял, что его обманули, и спрыгнул, знатно примяв живот Вааша.

— Пальчики у него, видите ли, ослабли! — ядовито шипел Вааш. — Придурок малохольный, ты думаешь, я не заметил твой хитрющий взгляд?!

— Вааш, не обзывай моего сына, — строго попросил Видаш.

— Ыыыыы! — ржал Ссадаши. — Даже если я специально это сделал, то, значит, покушался на наагалейя Эоша.

Эош прищурился и задумчиво посмотрел на Вааша, словно думая, стоит ли его и дальше удерживать. Может, пусть оттаскает мальчишку за хвост?

— Поганец, ты наверняка знал, что Эош отскочит! — не повёлся Вааш. — Он с этой зверюгой уже столько времени нянчится!

Ссадаши просто лёг на пол от хохота, подтверждая этим все подозрения Вааша. Вааш рыкнул, посмотрел на готовую насмерть стоять Дедери, сплюнул и отполз назад, показывая, что парень пока помилован.

— Привет, Дариласк, — запоздало поздоровался он с воспитанницей. — Рад, что ты вернулась. А где Роаша потеряла?

Дариласа ткнула пальцем через плечо в сторону выхода и коротко пояснила:

— С наагашейдом.

— У-у-у, — протянул Вааш. — Хреновенько ему сейчас будет. А братья-поплавки где?

«Братья-поплавки» молча появились за спиной Дариласы и мрачно посмотрели на Вааша. Но мрачность их продлилась недолго, так как мужчин беспардонно растолкал Дэшгар и замер, нависая над Дари. Наступила звонкая тишина. Даже Ссадаши веселье отпустило. Вааш смерил взглядом ширину плеч нага, оценил грозное лицо и тихо спросил у воспитанницы.

— А это кто?

Дариласа повернулась, посмотрела на Дэшгара и ярко улыбнулась ему.

— Это Дэшгар, — представил нага Миссэ, губы его подрагивали в сдерживаемой улыбке, — самый добрый наг в мире.

— Да, его прям распирает от доброты, — съязвил Вааш.

— Госпожа, он же Огладош! — возмутился Ссадаши, вспомнивший нага.

Дариласа сурово посмотрела на него, и парень сделал вид, что ничего не говорил. Вааш только тяжело вздохнул. Дариласа всегда странных типов находит. Взять того же Ссадаши. Прохиндей, какого ещё свет не видывал! И вот теперь этот Дэшгар.

Едва оказавшись в кабинете, Дейш повернулся к Роашу и посмотрел на него как можно холоднее.

— Я сильно разочарован в тебе, — прямо сказал он.

Роаш немного занервничал. Такой наагашейд вызывал у него опасения.

— Ты уехал, не предупредив меня, своего повелителя, о своём отсутствии, — Дейширолеш продолжил выговор самым ледяным тоном. — Ты не какой-то там стражник, которого можно вполне успешно заменить. Ты — начальник городской стражи. Ты уехал, бросив все дела, в очень сложный период.

— Простите, повелитель, — Роаш виновато склонил голову, — но я не мог отпустить свою дочь одну в такое место.

— Отправил бы с ней Вааша, — не проникся серьёзностью его причины наагашейд. — Он мне здесь всё равно был не нужен.

Роаш удивлённо посмотрел на повелителя. Похоже, повелителя действительно сильно проняло, раз он даже сказал «отправил бы», а не «не отпускал бы». Неужели ему и правда всё равно, что Дариласы здесь не было?

— Если подобное повторится ещё раз, твой титул и твоя должность будут переданы более ответственному нагу, — закончил выговор владыка. — Свободен.

Роаш поклонился и выполз в коридор. Он плохо помнил наагашейда в его прошлый приступ холодности. Он тогда сам был не в себе из-за беспокойства за Дариласу. Столкновение с таким повелителем стало для него своего рода открытием.

На мгновение Роаш представил, что наагашейд останется в таком состоянии навсегда и забудет о Дари. Мелькнула мысль, что оно и к лучшему. Дариласа, конечно, расстроится, но время лечит. А потом они ей найдут более достойного мужа. Лет через сто так. Но Роашу пришлось отпустить эту мысль, так как повелитель-наагашех — это беда для народа.

— Роаш? Вы вернулись? — услышал он голос Делилониса и повернулся.

Делилонис полз по коридору со стороны лестницы.

— Да, только что. Вот, с повелителем разговаривал.

— А где Дариласа? — обеспокоенно спросил Дел.

— Где-тo во дворце. Убежала после того, как укусила наагашейда.

Роаш не стал говорить о поцелуе, хотя дворцовые слухи наверняка быстро разнесут эту новость.

— Что? — Дел весело вскинул брови и тихо засмеялся. — Я бы посмотрел на это.

Роаш подозрительно прищурился.

— Что-то ты больно весел для того, у кого друг в таком состоянии находится, — заметил он.

Улыбка сползла с губ Дела, но особо расстроенным он всё равно не выглядел.

— Ну, я верю в то, что Дариласа быстро приведёт его в чувство, — не очень убедительно сказал он.

— Мне кажется, ты что-то не договариваешь, — Роаш сложил руки на груди. — Да ещё и письмо прислал так поздно, аж через неделю после начала.

— Ну… — Дел замялся, а потом, подавшись вперёд, тихо прошептал: — Просто мне кажется, что кто-тo притворяется.

Брови Роаша удивлённо поползли вверх.

— Видишь ли, мне в тот день, когда у него приступ холодности опять проявился, Заашар весь мозг проел, убеждая, что не может этого быть, — продолжил шептать Дел. — Он мне столько формул и теории в башку втюхал, что я сильно засомневался. По-моему, просто кто-то очень соскучился, но при этом этот кто-то слишком гордый.

Тонко улыбнувшись, Дел развернулся в сторону кабинета повелителя.

— Поползу отчитаюсь.

Роаш ещё некоторое время стоял в коридоре, хмуря брови и размышляя: зачем наагашейду перед ним-то сцену сейчас было разыгрывать?

Дейширолеш еле сдерживал довольное постукивание хвостом. Так, папашу Роаша он убедил в том, что у него приступ. Теперь этот надоеда будет меньше палки в колёса вставлять. Теперь очередь за Тейс. Нужно убедить её в собственном равнодушии. Пусть расслабится, успокоится, решит, что он больше не угрожает её спокойствию своими чувствами. А он потом раз! И застанет врасплох.

В дверь постучали. Дейш тут же согнал с лица улыбку и холодно произнёс:

— Войдите.

В кабинет заполз Делилонис.

— Повелитель, — Дел вежливо поклонился ему.

— Что тебе?

— Я с новостями по поводу Чанвашара.

Дейш чудом удержался от проявления эмоций.

— Говори, — велел он.

— Мы начали развивать версию, что черноглазые женщины песчаных волков — жрицы Чанвашара, и решили поискать их следы. Нам удалось выяснить, что последний раз таких женщин видели на территориях песчаных волков около ста восьмидесяти лет назад. Мои наги собрали всю информацию по ним, что смогли найти. И выяснили, что многие из них уходили. Уходили из разных мест, но в одном направлении — в центр пустыни Халлава. Сейчас отряд направился туда.

Хвост Дейширолеша возбуждённо взвился, и он зашипел. Да! Какая приятная новость. Неужели они напали на след мёртвого бога?

Радость Дейша померкла, когда он заметил насмешливый взгляд друга и понял, что прокололся.

— Дел, ты же мне друг? — Дейш улыбнулся как можно ласковее.

— Конечно, повелитель, я вам друг, — в тоне Делилониса так и звучало ехидство, — поэтому я сделаю вид, что ничего не заметил. Только не заигрывайтесь.

Дейш опять улыбнулся. Он постарается.

Глава 11

Дариласа была в крайне паршивом настроении. Во дворце она уже была третий день. И все эти три дня наагашейд её попросту избегал! Как это мужественно с его стороны! Так и тянуло поехидничать. Похоже, кое-кто забывает, что она как бы якорь и ей нужно быть рядом с ним. Но он словно притворялся, что не видит её. Мало того, почему-то никто не хотел оказывать ей содействие. Дариласа пожаловалась Делилонису на поведение повелителя, но тот махнул рукой, говоря, что тот просто занят. Сказала Роашу — тот вообще отмахнулся, типа, ну, боги с ним. Ваашу говорить не стала. Его реакцию она и так могла представить. Похоже, придётся всё брать в свои руки. Только нужно убедиться, что наагашейд не сбежит от неё в очередной раз.

Для этого ей, во-первых, нельзя спугнуть его. Нужно где-то потерять охрану. Дариласа покосилась на дверь, ведущую в коридор, где были Миссэ, Доаш и Дэшгар. Если от первых двух ещё реально сбежать, то от последнего — никаких шансов. Οна вчера пыталась. Куда бы она ни пряталась, Дэшгар тут же появлялся, преданно глядя на неё, только хвостом не виляя. На него даже разозлиться не получалось. Но ненадолго уйти можно было и от него. И Дариласа даже знала путь, по которому он не сможет за ней последовать. Ему придётся в обход ползти. Ей же нужно успеть за это время до места назначения добраться.

Во-вторых, для успешной поимки повелителя нужно поймать его в месте, которое он не сможет покинуть просто так, чтобы это не смотрелось как очевидный побег. Его кабинет сойдёт. Не бросит же он дела, убегая от неё?

Дариласа ещё раз посмотрела на закрытую дверь, задумчиво искривила губы и направилась в сторону террасы. Не дойдя до окна, девушка на мгновение замерла, а потом вернулась к своему сундуку, что стоял в дальнем углу комнаты рядом с дверью гардеробной. Открыв его, она взяла лежащие сверху свитки, засунула их за пазуху и опять направилась в сторону террасы.

Там она сбросила туфли, подоткнула край юбки за пояс и выпустила когти. Смерив стену весёлым взглядом, девушка постаралась припомнить, как удобнее всего добраться до окна кабинета наагашейда.

Дейширолеш, сложив руки на груди, мрачно смотрел перед собой. Его дико раздражали эмоциональные скачки проснувшихся инстинктов. Они мешали ему трезво думать. А подумать бы не мешало. Дейш глубоко вздохнул и сосредоточился на решении вопроса с Тейс.

Итак, она вернулась. Замечательно! Доброта — действительно её слабое место. Будем пользоваться этим и дальше. Судя по поцелую, она на него не зла. А если судить по укусу, то, похоже, всё же обижена. Дейш решительно подавил вскинувшиеся инстинкты, которые вопили, что они тоже обижены. Успокоившись, он опять задумался. Раз у него сейчас как бы приступ холодности, а Тейс — якорь, то ей нужно как можно больше быть рядом с ним. Вот этим и нужно воспользоваться. Наверное, он за эти три дня смог убедить её в своём равнодушии и, следовательно, в безопасности. Можно переходить к следующему этапу плана. На губах возникла довольная улыбка, и Дейш принюхался, желая знать, где сейчас его девочка.

И замер. Улыбка сползла с его лица, спина напряглась, а глаза прищурились. Позади он уловил шорох. Он медленно повернулся и увидел Тейс, которая как раз отцепилась от оконной рамы и мягко спрыгнула на пол. Заметив его внимание, девушка широко улыбнулась и встала, попутно расправляя юбку, край которой ранее был заткнут за пояс. Закончив с этим, она прошла вперёд, обойдя его стол, и села на подушку, предназначенную для посетителей. Натянула подол на босые ноги и опять довольно ему улыбнулась. Как та самая скальная кошка, которая сперва повалила тебя, как следует потопталась, а потом радостно смотрит в лицо, словно спрашивая: «Ты рад?».

Дейш не мог понять, рад ли он. Οн её просто не ждал. Тем более сама пришла, да еще таким способом…

— Вообще-то есть дверь, — нашёл в себе силы и дальше притворяться наагашехом Дейширолеш.

Девушка безмятежно пожала плечами и с улыбкой коротко ответила:

— Стража.

— Тебя бы пропустили, — заверил её Дейш.

Взгляд Тейс стал хитрым.

— Моя стража, — сказала она.

Она опять улизнула от охраны? Ладно, Дейш готов простить ей эту шалость, раз она улизнула сюда, к нему. Только зачем?

— Тебе что-то нужно? — довольно прохладно спросил он, но тут же мысленно поморщился: слишком холодно.

Но Тейс его холодность не обескуражила.

— Я якорь, — весело напомнила она. — Должна быть рядом.

Да! Всё же он выбрал правильную тактику. Хотя его малость покоробило, что она пришла только поэтому. Но всё искупала её улыбка.

Сообщив о причине своего визита, девушка достала из-за пазухи несколько свитков и, развернув их, сосредоточилась на содержимом. Заметив, что он всё ещё смотрит на неё, она улыбнулась и тихо сказала:

— Не обращайте внимания. Меня нет.

Дейш попытался вернуться к делам, но понял, что это почти нереально. Как можно читать какие-то там отчёты, когда эта девушка сидит прямо напротив него и, кусая губы, отдаёт своё внимание какому-то куску бумаги? И всё же он перевёл взгляд на письмо перед собой.

Дариласа тоже пыталась сосредоточиться на изучении аспектов исторического развития княжества Шаашидаш, но вместо этого сидела и от переживаний кусала губы. Εё расстраивала его холодность, хотя она и знала, что всего лишь последствия ритуала. Но всё же…

— Что ты читаешь? — не выдержал Дейширолеш.

Дариласа встрепенулась и с готовностью продемонстрировала заглавие свитка, написанное по-давридански. Ледяная маска на лице повелителя дрогнула, и его брови немного приподнялись.

— Ты изучаешь нашу историю? — вырвалось у него.

Девушка кивнула.

— Это правильно, — загадочно произнёс наагашейд, не став пояснять, почему именно правильно.

Дверь отворилась, и их уединение нарушил помощник наагашейда.

— Повелитель, к вам прибыл гонец от императрицы Хваены, — сообщил он, а потом заметил девушку и удивлённо выпучил глаза.

Дариласа улыбнулась ему, а Дейш почувствовал раздражение: ему не нравилось, что кто-то отнимает у него внимание Тейс.

— Зови, — коротко велел он.

— Вы примете здесь? — удивился помощник. — Не в парадном зале?

Дейш просто посмотрел на него, и наг моментально вымелся за дверь.

Через несколько минут дверь опять открылась, и в кабинет вошёл высокий, убелённый сединами мужчина. Серьёзный такой. Сразу видно, что не просто гонец. Мужчина поклонился и протянул повелителю толстую пачку, обёрнутую бумагой и запечатанную сургучом.

— Её императорское величество императрица-регент Хваена направила меня, дабы передать вам, что ваша просьба выполнена.

Дейш еле сдержал усмешку. Просьба? Даже так? Послание он принял и, распечатав, начал внимательно просматривать бумаги, даже не удостоив посланца приветствием. Только один раз посмотрел на него, когда тот рискнул взглянуть на Тейс. Посланец оказался неглуп и на девушку больше не смотрел.

Среди бумаг было письмо от самой императрицы, в котором она писала, что выполнила все пожелания и рекомендации наагашейда: хмангеры уничтожены и «семьи» вольных разворошены. Дейширолеш получил три дня назад письмо от Ризшана, в котором тот отчитывался о деятельности императрицы, поэтому он мог быть уверен в правдивости написанного рукой её величества.

Деятельность императрицы впечатляла. Она смогла оттеснить больного императора на второй план и признать его неспособным управлять империей в таком состоянии. После этого она сообщила, что принц Брион отказался от престола и покинул страну. В итоге, единственным наследником остался маленький принц. Императрица проявила недюжинную изворотливость и смогла добиться того, что регентом при сыне назначили именно её. Ризшан писал, что это не всегда было бескровно. Например, узнав об изменении положения младшего принца, в столицу направилась его настоящая мать. Но ей пришлось повернуть назад. Здоровье внезапно изменило ей, и на момент написания письма Ризшан даже не знал, жива ли она.

К письму прилагалась дарственная на Хмангерские пустоши, «подаренные повелителю нагов в честь восьмисотлетия вхождения его княжеств в состав империи». Императрица просила отправить её дочь, принцессу Дедери, обратно домой, так как та слишком загостилась.

— Сопровождение для принцессы прибыло? — не отрываясь от письма, спросил Дейш.

— Да, — коротко ответил посланец.

— Я дам еще своих нагов, — сказал наагашейд. — Я же обещал для усиления личной имперской охраны увеличить количество своих подданных рядом с имперским престолом.

Мужчина побледнел, но ничего не ответил.

— Обратитесь к моему помощнику, он сопроводит вас к принцессе, — сказал Дейш. — Завтра можете уезжать.

В глазах посланца мелькнуло облегчение, и он с поклоном удалился.

Ну, хоть эта девчонка наконец-то уедет! Дейш с трудом сдержал облегчённый вздох. Поймал любознательный взгляд Тейс и понял, что ему срочно нужно уползать. Иначе он проколется.

— Можешь оставаться здесь, — как можно равнодушнее сказал он, поднимаясь. — Меня ждут дела.

Вот же! Дариласа чуть не зашипела не хуже нага. Опять он куда-то уползает. Она поднялась следом за ним. На выходе в коридор они оба остановились. Перед дверью замерли Миссэ и Доаш, а между ними возвышался Дэшгар.

Дейширолеш почувствовал, как поднимается ревность. Вид этого Дэшгара выводил его из себя. Крутится постоянно рядом с Тейс, а она улыбается ему. Так и хотелось его придушить.

— Советую более тщательно выбирать своё окружение, — холодно порекомендовал он. — Предавший единожды может предать второй раз.

Уши Дэшгара мучительно покраснели. А Дейш пополз прочь, по своим делам. Дариласа, прищурившись, посмотрела ему вслед. Вот сейчас она была реально зла. Обидеть Дэшгара — всё равно, что обидеть ребёнка. Οна успокаивающе погладила нага по руке.

Ладно, повелитель сейчас наагашех, так что его можно простить. Но, видимо, она выбрала неправильную тактику. Наверное, не стоит надоедать своим присутствием. Надо приручать его к себе постепенно. Решено! Она уезжает на ночь в поместье Вааша, а утром возвращается. Пробудет завтра до полудня и опять уедет. Всего-то будет во дворце полдня. Не так уж и много. Надоесть не успеет. А тем, кого видят редко, обычно больше внимания уделяют. А там, глядишь, опять привыкнет к ней.

Дейширолеш взбешённо стеганул хвостом стену и повалился на ложе. В окно заглядывал волчий месяц. Уехала! Опять уехала! Οна издевается над ним?! Дура!

Дейш вздохнул и попытался успокоиться. Вот что он сделал не так? Он старался не пугать её своими чувствами, честно держал дистанцию, образцово вёл себя. Даже ни разу не прикоснулся! Что не так?! Он попытался вспомнить весь прошедший день. Вот, она пришла к нему. Такой хороший знак! Сама пришла, ради этого от охраны сбежала… Так, стоп! Охрана… Этот Дэшгар… Нет, ну, не из-за него же? Дейш нервно шевельнул хвостом. Хотя это же добрая Тейс, могла и обидеться. Вот же!

Он опять ударил по стене хвостом так, что дверца схрона открылась. Вот этого Дэшгара она пожалела, а его нет! Ну, и пусть сидит у Вааша!

Через несколько минут стало совсем тоскливо. Дико хотелось увидеть её. Просто до невозможности. Дейш зарычал, проклял все инстинкты, вместе взятые, и решил, что он точно никуда не поползёт. Он всё же наагашейд, а не какой-то там мальчишка! Дейш решительно перевернулся на бок и велел себе спать.

Дейширолеш перекинул ногу через стену, окружающую поместье рода Онсаш, и замер, прижавшись к камню и всматриваясь в темноту. Убедившись, что никого нет поблизости, он скользнул вниз.

В этот раз Дейш не стал заморачиваться с изменением запаха и просто надел амулет, который вовсе его лишал. Принюхавшись, он направился к небольшому домику, стоящему в отдалении от основного дома рода Онсаш. Тейс была где-то там.

Рядом с домом начались сложности: слишком много охраны. Пришлось потратить время на то, чтобы обойти всех, и приблизиться к нужному окну. Там он выпустил когти, подождал, пока руку перестанет терзать судорога боли, и подцепил ими край створки. Окно открылось, и Дейш скользнул внутрь.

Дариласа сидела на постели и тоскливо смотрела на золотые горшки. Спать не хотелось, ничего не хотелось… Хотелось назад, во дворец наагашейда. Даже мысль закралась, что не стоило уезжать. Нет, всё правильно. Нельзя быть слишком навязчивой. Нужно постепенно… Из горла вырвался рык. Тёмные, она не хотела постепенно!

Неожиданно стукнула створка окна, и Дариласа насторожённо обернулась. В свете одного-единственного тусклого светляка вырисовывался высокий мужской силуэт. Девушка напряглась, принюхалась и приготовилась обороняться. Кто бы это ни был, одно отсутствие запаха говорило о его недобрых намерениях.

Незваный гость неожиданно яростно бросил что-то на пол и вступил в полосу света. Дариласа вздрогнула, увидев сердитое лицо наагашейда, и потом вздрогнула повторно, почувствовав его запах. А повелитель решительно подошёл к ложу, на котором она сидела, опустился рядом и сгрёб её к себе на колени. Девушка только успела испуганно пискнуть, как оказалась прижата спиной к его груди.

— Ты издеваешься надо мной, да? — обжёг её ухо горячий шёпот.

Как-то он не очень на холодного наагашеха похож…

— Сбежала в очередной раз, и я там oт тоски сдыхай!

Дариласа даже голову в плечи вжала от возмущения, прозвучавшего в голосе повелителя. А потом вздрогнула от рычания. Она была слегка ошеломлена и вид имела малость пришибленный. Что происходит?

Повелитель склонился к её плечу и укусил прямо через ночную рубашку.

— Это за мою ключицу! — мстительно прошептал он. — А это…

Οн развернул девушку к себе лицом и впился в её губы жадным поцелуем. Εго язык властно проник в её рот, огладил нёбо, и Дариласа, задохнувшись, подалась вперёд. Дейширолеш оторвался от неё, тяжело дыша.

— А это за всё остальное, — тихо пробормотал он.

Дариласа облизнула губы и попыталась собрать мысли в кучу. Её сейчас наказали? Как-то мало её наказали…

Дейширолеш крепко обнял девушку и прижался щекой к её волосам, блаженно прикрыв глаза. Натянутые нервы наконец-то расслабились, и ему стало легко и хорошо.

— Приступ… — немного ошарашенно начала Дариласа, но её прервало насмешливое фырканье.

— Просто кто-то наивный и очень добрый, — ехидно, с намёком произнёс Дейш.

Осознание накрыло девушку, и она заворочалась, чтобы посмотреть ему в лицо. Её обманули! И от осознания этого стало так радостно. Потому что она понимала причины обмана. Дариласа крепко-крепко обняла его, прижимаясь лицом к его груди.

— Что с тобой? — Дейш подозрительно прищурился.

А Дариласа вдруг поцеловала его в укушенную ключицу, в шею, подбородок… Опять распахнулось окно. Девушка раздражённо посмотрела его сторону. В оконном проёме маячил грозный силуэт Дэшгара. Наг некоторое время сурово смотрел на наагашейда, красноречиво хрустя пальцами. А потом глаза его удивлённо округлились: он узнал повелителя.

— Дэшгар! — раздалось сердитое шипение со стороны. — Прикрой окно и ползи оттуда!

Дариласа узнала Миссэ.

— Живее, пока тебя не убили!

Дэшгар послушно прикрыл створку, и они опять остались наедине.

— Зачем ты его притащила? — раздражённо спросил Дейширолеш.

Дариласа нехорошо прищурила глаза.

— Ладно, притащила так притащила, — Дейш решил не ссориться из-за такой глупости.

Девушка тут же улыбнулась ему и обняла за шею. Дейш прерывисто вздохнул. Какая-то она щедрая сегодня на ласки и объятия. Необычно, но приятно. Внутри всё сжалось от сладкого предвкушения. Её глаза блестели совсем рядом, губы ныли от желания поцеловать её.

— Вот зачем ты сегодня уехала? — тихо спросил он, стараясь не допускать в голос обиженные нотки: это инстинкты обижаются, а он просто злится.

В глазах девушки появилось опасение.

— Надоела тебе, — прошептала она. — Так думала.

— Ду-ура, — протянул он и улыбнулся. — Ты можешь злить меня, бесить, сводить с ума, но надоедать…

Он наклонился и опять поцеловал её. Но теперь медленнее, наслаждаясь каждой секундой. Он целовал её так долго, что у него у самого заныли губы. Тейс дышала рвано, захлёбываясь воздухом. Как давно он вот так просто не наслаждался поцелуями. Просто целовать, целовать сколько душе угодно, не думая ни о чём. Единственная мысль, что всё еще билась в его голове, была о том, чтобы не зайти слишком далеко. Только не здесь, под боком у Вааша. Он возьмёт её там, где им никто не сможет помешать.

Когда он оторвался от неё, Дариласа уже не могла нормально соображать. В груди гулко билось сердце, внизу живота горячим колом сворачивалось желание, губы болели и горели от жадных поцелуев. Ей хотелось еще и ещё…

— Мне пора, — с трудом произнёс Дейширолеш.

Дариласа ощутила разочарование.

Неожиданно в окно кто-то постучал.

— Дариласа, к тебе можно? — спросил Вааш.

Дариласа моментально очнулась и с ужасом посмотрела на Дейша. Тот поморщился. Девушка соскочила с его коленей и ткнула пальцем в сторону гардеробной.

— Что?! — одними губами возмутился повелитель. — Я не буду прятаться!

Дариласа прищурилась. Ещё как будет! Подобрав с пола амулет, она впихнула его в ладонь Дейша, а самого мужчину рывком подняла и толкнула в сторону гардероба.

— Тейс! — возмущённо зашипел Дейширолеш, сопротивляясь, впрочем, вполсилы.

Девушка всё-таки запихнула его в гардеробную.

— Дариласа, я открываю окно, — предупредил Вааш.

Дариласа метнулась вперёд, к ложу, одним движением скользнула под одеяло и притворилась спящей. Створка отворилась, и внутрь заглянул Вааш. Девушка подняла всклоченную голову с подушки и сонно на него посмотрела. Вааш осмотрелся, озадаченно почесал затылок и пробурчал:

— Странно, а мне показалось… Ну, да ладно! Спи, Дариласа.

И закрыл окно.

Гардеробная открылась, и Дейширолеш недовольно посмотрел на Дариласу. Девушка весело ему улыбнулась. В этот момент окно опять открылось, и Вааш уставился на повелителя. Повисло молчание.

— Доброй ночи, повелитель, — вежливо поприветствовал наагашейда Вааш.

— Доброй, — неохотно ответил тот.

Вааш глубоко вдохнул свежий ночной воздух и посмотрел на звёздное небо.

— Поздно-то как! — протянул он. — Вам, наверное, уже пора?

— Пора, — неохотно согласился повелитель и шагнул к окну.

Ну, не драться же с этим Ваашем на глазах у Тейс?

Дариласа расстроено посмотрела ему вслед. Дейширолеш вылез в окно и предстал перед Ваашем.

— Ворота? — тот вежливо махнул в сторону ворот.

— Обойдусь, — процедил Дейш и направился к стене, даже не попрощавшись.

На лице Вааша появилась довольная улыбка. Потом он принюхался и, прищурившись, посмотрел в другую сторону.

— И тебе доброй ночи, Иишей, — жизнерадостно поприветствовал наг кого-то ещё. — Как-то ты несерьёзно к делу подошёл. Бери пример с повелителя! Его я уже в комнате поймал, а тебя только на подходе к дому.

Кто-то тоскливо вздохнул. А потом раздался крик Моаши.

— Дядя Вааш, ну, пожалуйста, не прогоняйте его! Знаете, как тоскливо ночами. Даже поговорить не с кем.

— О! Дариласе тоже тоскливо, вот и болтайте вместе. Можете болтать всю ночь, утро, день и вечер…

Дариласа грустно вздохнула. Накрылись её планы вернуться во дворец утром медным тазом. Но, может, наагашейд придёт и следующей ночью?

На следующий день ближе к полудню дворец наагашейда покидала принцесса Дедери. Её уже ожидала запряжённая лошадьми карета, эскорт имперских стражников во главе с седовласым мужчиной и два десятка нагов.

Вышла Дедери из дворца в сопровождении Ссадаши. Парень полз немного позади неё, заложив руки за спину. А принцесса нервно мяла платочек в руках.

Она не хотела уезжать. Сердце болезненно трепыхалось в груди, когда она представляла, что больше не увидит Ссадаши, не посмеётся всласть над его проделками, не ощутит трепет от его строгого властного взгляда. Девушка тянула время, медленно спускаясь по лестнице, и ждала. Ждала, что он схватит её за руку и никуда не отпустит. Но Ссадаши даже не думал совершать нечто подобное. От обиды на глазах закипали слёзы. Почему ей приходится так рано уезжать?

Перед распахнутой дверью кареты Дедери замерла, а затем повернулась к Ссадаши и требовательно посмотрела на него. Парень вопросительно вскинул брови.

— Ты мне ничего сказать не хочешь? — спросила она.

— Доброго пути, ваше высочество, — пожелал парень и, взяв её руку, приложился губами к ладони. — Я был рад с вами познакомиться.

Губы девушки задрожали.

— И… всё? — сдавлено спросила она.

В глазах Ссадаши мелькнули сочувствие и вина. Это было хуже, чем если бы он сказал «всё». Он видел её чувства. Видел, но ничего ей дать не мог.

— Идиот! — она оттолкнула его от себя и быстро залезла в карету, проигнорировав помощь стражника.

Лицо у Ссадаши стало расстроенным. Карета дёрнулась и покатилась к воротам. Неожиданно раздался громкий приказ принцессы.

— Стой!

Возница натянул поводья, а Дедери вылезла наружу и решительно направилась к Ссадаши. Остановившись рядом с растерянным парнем, она потребовала:

— Наклонись!

Он с недоумением посмотрел на неё, но наклонился. Девушка положила руки ему на плечи, поднялась на цыпочки и сильно-сильно прижалась губами к его губам. Пальцы её побелели, сжимая его одежду. Она резко отстранилась, отскочила и тихо произнесла:

— Хоть это возьму себе…

На её глазах блеснули слёзы, она быстро побежала к карете и залезла внутрь. Занавески на окнах задёрнулись, и экипаж тронулся в путь.

Ссадаши тяжело вздохнул и растёр лицо ладонями. На душе кошки царапали, и вообще было очень паршиво. Ему не хотелось расстраивать принцессу, но что он мог сделать?

Сзади подполз Вааш, который только что приехал и всё видел. Он похлопал парня по плечу.

— Дурашка ты, Ссадаши, — беззлобно произнёс он. — Такая девушка… принцесса… а ты — от ворот поворот.

— А что, мне ей врать нужно было? — мрачно спросил Ссадаши. — Она милая девушка, но я её не люблю.

Вааш с сочувствием посмотрел на него.

— Нет, поступил ты, конечно, правильно. Раз чувств нет, то нечего девушке голову морочить. Но, может, стоит себе больше воли давать? Я тебя ещё ни с одной девчонкой милующимся не видел.

— Успеется, — буркнул парень.

— Ага, — Вааш хохотнул, — успеется. Будешь потом, как наагашейд, в восьмисотлетнем возрасте смотреть на восемнадцатилетнюю девочку и за волосы себя дёргать, не зная с какой стороны к ней подползти.

Ссадаши хмыкнул.

— Со мной такого не будет, — уверенно сказал он.

— Ну-ну, — с сомнением протянул Вааш.

Раздался грохот закрываемых ворот. Принцесса Дедери покинула дворец наагашейда. На лице Ссадаши опять появилась вина.

Суматоха после отъезда принцессы только улеглась, когда наагариша Делилониса отловил на лестнице один из стражников и тихо доложил:

— Господин, там у ворот песчаники. Просят госпожу Тейсдариласу.

Делилонис нахмурился. Вспомнилось посещение Дариласой Умабары, появилось подозрение, что с нехорошими вестями приехали песчаники.

— А что им конкретно от неё нужно? — интересовался он.

— Они хотят поднести ей дар.

— Как еще дар?

— Краску.

— Краску?! — поразился Делилонис. — Какую еще краску?

Наг пожал плечами.

— Ладно, сейчас посмотрю, — с этими словами он двинулся на выход.

У парадных дверей Дел столкнулся с Ваашем, который как раз возвращался с учений.

— Ты куда?

— Там Дариласе песчаники какой-то подарок передали, — сообщил ему Дел. — Краску какую-то.

Вааш озадаченно почесал затылок и пополз за ним.

Во дворе между второй и третьей стеной расположилась небольшая цветная повозка, запряжённая волами с красными рогами. Рядом с ней топтались двое мужчин в серой простой одежде.

— Дождей, почтенные, — коротко поприветствовал мужчин Делилонис на языке людей песка. — Чем вызван ваш визит?

Те коротко поклонились, и ответил тот мужчина, что был пониже ростом.

— Наш господин, многоуважаемый Гаифар, просил передать свой привет принцессе Тейсдариласе Нордасской и поднести ей подарок.

Он махнул рукой в сторону повозки. Его товарищ приподнял край ткани, занавешивающей вход, и наги увидели ряды пузатых глиняных горшочков.

— Благодаря юной госпоже господин Гаифар стал известным мастером, и его краска пользуется спросом по всей стране людей песка. В благодарность он посылает ей в дар краски всех возможных цветов. Он уверен, что госпожа сумеет найти этому подарку достойное применение.

Наступила тишина.

— Слушай, Дел, я, кажется, понял, что это за краска, — после паузы сказал Вааш.

Делилонис прищурился и тихо зашипел. Вааш не выдержал и расхохотался.

— Мы очень благодарны за этот дар! — высокопарно заявил Вааш на языке народов песка. — Передайте своему господину, что принцесса очень рада.

— Мы не возьмём это! — возмутился Делилонис, трепетно прижимая к себе свой хвост.

— Возьмём, это же подарок для Дариласки, — Вааш весело посмотрел на него. — И не переживай ты за свою конечность. Я слышал, ты ей учителя по живописи нанял, так что она теперь наверняка улучшила свои навыки.

И хохотнул. Дел раздражённо зашипел. Песчаники ехидно осклабились и начали выгружать «подарок».

— А разве принцесса ещё не стала наагашейдисой? — нагло спросил один из них.

И Вааш, и Делилонис посмотрели на наглеца, прищурившись. Дел склонился к уху Вааша и тихо спросил:

— Вот как эти проныры ещё тогда, в пути, поняли, что у Дариласы и Дейша всё к этому подойдёт?

— А Тёмные их знают! — поморщился Вааш. — Я им вообще сказал, что Дариласка — ребёнок. Как они помыслить о таком могли? Они же к детям взрослые отношения не примеряют.

Делилонис снисходительно посмотрел на него.

— Вааш, давай будет честны: Дариласу ребёнком считают только трое. И это ты, я и Ρоаш. Для всех остальных — она взрослая девушка.

Вааш тяжело вздохнул и кивнул, соглашаясь с этим. Да, ребёнка в Дариласе видят почему-то только они трое.

День прошёл тоскливо. Моаше и Дариласе было абсолютно неинтересно друг с другом. Тем более каждая из них мечтала быть в другом месте.

— Почему вы такие кислые? — недоумевала Таврида.

Они вчетвером — Райшанчик тоже присутствовала — расположились в парке на расстеленном покрывале и наслаждались уже заходящим солнцем. Где-то рядом были Миссэ и Доаш. Они своё присутствие старались скрывать, давая женщинам видимость уединения. Дэшгар тоже пытался быть незаметным, но его хвост всё равно выпирал из-за дерева. Да и Изящный Красавчик почему-то постоянно отирался рядом с ним. Доаш пошутил, что он нашёл брата по разуму.

Девушки после вопроса Тавриды посмотрели друг на друга, нахмурились и молча отвернулись. Таврида истолковала их действия превратно.

— Вы поссорились?

Они одновременно отрицательно мотнули головами.

— Папа их женихов ночью прогнал, — доложила всезнающая Райшалаш.

Девушки удивлённо посмотрели на неё. Вот откуда она знает? Таврида сурово нахмурилась.

— Девочки, — в её голосе зазвучала нерешительность, — эти «женихи» приходили по какому-то…ммм…неприличному вопросу?

— Иишей просто приходил поговорить со мной! — яростно встала на защиту моральных принципов своего избранника Моаша.

Дариласа промолчала, ибо у её избранника защищать было нечего. Хотя вёл он себя очень прилично.

— Думаю, «разговоры» стоит отложить до свадьбы, — осторожно заметила Таврида.

Первые годы жизни у нагов Таврида часто встречалась с моментами вольного поведения нагов, которые шокировали её, воспитанную в строгости. Но за семь лет она научилась выражать свои мысли по этому поводу очень деликатно и осторожно.

— После свадьбы нам будет не до разговоров, — решительно отвергла это предложение Моаша.

На лице Тавриды появилась озадаченность. Она терялась в предположениях, как теперь оценивать ночной визит «женихов».

— Девочки! — раздался громогласный голос Вааша.

Дариласа вскинула голову и увидела его, ползущего к ним с большим букетом тёмно-розовых пионов. Вааш с цветами? Довольно необычное зрелище. Интересно, по какому поводу?

— Папочка! — Райшалаш бросилась ему навстречу и обняла за хвост.

Вааш наклонился и чмокнул её в мягкую щёчку. Затем разогнулся, весело посмотрел на них и внёс предложение для девушек и дочери.

— Девочки, а, может, погуляете, а? Втроём.

Моаша и Дариласа посмотрели на него удивлённо, Райшалаш радостно, а Таврида слегка испуганно.

— Конечно, — моментально решила за всех Райшанчик. — Дари, Моаша, давайте быстрее.

Дариласа поднялась почти сразу же, а вот Моашу пришлось ждать. И пока они уходили, нагиня постоянно оборачивалась и с любопытством смотрела на Вааша и Тавриду.

Вааш плюхнулся рядом с женщиной на покрывало и положил ей на колени букет.

— Что это? — с ужасом в голосе спросила она.

— Цветы.

Вид у нага был нереально довольный. Таврида осторожно прикоснулась к крупным бутонам и мысленно восхитилась их красотой и ароматом. А вслух строго спросила:

— Зачем это?

— Это выражение моего внимания, — как маленькой объяснил Вааш.

— Какого еще внимания?

— Мужского, — откровенно признался наг.

На миг Таврида словно оцепенела, а потом её лицо густо покраснело.

— Э-это немыслимо! — запинаясь, вознегодовала она. — Знаю я ваше низменное мужское внимание! Будьте добры избавить меня от этого! Не забывайте, что я всего лишь работаю на вас.

— А я и не забываю, — заверил её Вааш. — Наоборот, мысли об этом не дают мне покоя. Как подумаю, что должен платить тебе вместо того, чтобы…

— А-а-а, так вам жалко платить мне мои честно заработанные деньги! — прищурилась Таврида.

— Я вообще не это хотел сказать! — в свою очередь возмутился Вааш.

— Мне хватило и ваших слов про внимание, — холодно сказала Таврида. — Γосподин Вааш, давайте не будем усложнять наши и без того непростые отношения. Я не та женщина, которая ответит на ваше внимание.

С этими словами она поднялась. Несколько секунд женщина смотрела на букет в своих руках. На её лице отразилась борьба. И всё же оставить цветы она не смогла и унесла их с собой. Вааш улыбнулся. Ну, что-то вроде такого он от неё и ожидал. Особенно после того, как узнал некоторые моменты её прошлой жизни. Ничего, говорят, упорство вознаграждается. С этими мыслями он встал и пополз за ней.

— И всё же я не могу принять твой ответ! — крикнул он ей.

Таврида ссутулилась и ускорила шаг. Вааш хмыкнул и тоже пополз быстрее.

Глава 12

Дариласа ворочалась в постели и никак не могла уснуть. Втайне она надеялась, что повелитель опять придёт к ней. Но он не приходил. Может, самой сходить?

Она замерла, обдумывая эту мысль. Главная проблема была в охране, а точнее, в вездесущем Дэшгаре. Вааш, она надеялась, временно устранён. У них тут с Тавридой была довольно презабавная сцена. Они успели застать только самый конец, когда женщина ударила нага по голове букетом и скрылась в своей комнате. А Вааш остался стоять под дверью, осыпанный лепестками. Что-то подсказывало Дариласе, что он стоит там до сих пор и тихонечко скребётся в дверь, говоря что-то по-наагатински с самым хитрющим видом.

Ещё полчаса девушка ворочалась в постели, а потом всё же решила, что пойдёт. Ну, а что? Повелитель приходил к ней вчера, значит, сегодня её очередь нанести визит.

Через несколько минут кошка вылезла в окно и прокралась вдоль стены дома. У окна комнаты Тавриды она замерла, наблюдая за женщиной, которая сидела за столом и с грустной улыбкой смотрела на облезлый букет, стоящий в вазе. Дари не стала больше задерживаться и осторожно потопала дальше.

Из-за куста подаренного наагашейдом жасмина высунулись головы трёх нагов.

— Ну, вот и куда она? — недовольно пробурчал Доаш.

— Сейчас выясним, — сказал его брат и вылез из кустов.

До дворца Дари добралась довольно быстро. Кто-то из стражи заметил её, но шум поднимать не стал.

— Кошка, что ли, с охоты возвращается? — задумчиво протянул он.

— Надеюсь, без добычи, — проворчал его напарник. — А то у нас все стены уже в кровавых полосах.

Во дворец кошка зашла через парадный вход. Стражники ей даже дверь придержали. И направилась к кабинету наагашейда.

Когда она появилась в коридоре, повелитель как раз покидал кабинет. Увидев её, он замер, а затем поражённо вскинул брови.

— Тейс?

Узнал! Дари радостно мотнула хвостом. А затем девушка отпустила сознание зверя с напутствием «делай, что хочешь». Кошка рванула к наагашейду. Тот напрягся.

— Тейс, стой! Стой! Не смей! Т…

Кошка налетела на него и сшибла на пол. Дейш ударился затылком о камень и глухо застонал. А обрадованная кошка протопталась по нему туда-сюда, обнюхивая всего его. Οблизала ему хвост, вернулась к лицу и лизнула туда. И после этого легла на него, положив голову ему на грудь, и уставилась круглыми глазами.

— Я тоже рад видеть тебя, девочка, — с трудом произнёс Дейш, сообразив, что перед ним действительно зверь.

— Господин, всё хорошо? — в коридор заглянул стражник. — Я слышал кри…

Οн замер, уставившись на них. А затем густо покраснел и смущённо произнёс:

— Извините, не хотел мешать.

И уполз прочь. Дейширолеш глухо простонал.

— Девочка, ты сейчас выставила меня извращенцем в глазах подданных.

Кошка, услышав его голос, тут же ткнулась ему носом в лицо.

— Фу, почему ты сопливая? — поморщился Дейш.

Кошка облизнула нос.

— А, это не сопли… — понял повелитель.

Зверь продолжал с обожанием смотреть на него своими карими глазами.

— Ну, хоть ты меня любишь, — Дейш улыбнулся и погладил её по голове. — Интересно, твоя хозяйка знает, что ты ко мне рванула?

Кошка, конечно же, не ответила. Дейш начал выбираться из-под неё.

— Переночуешь со мной? — с хулиганским видом предложил он.

Зверь с готовностью посмотрел на него. Дейширолеш рассмеялся и пополз в сторону своих покоев.

Охранники в дверях покосились на кошку с любопытством, но задавать вопросы, конечно же, не стали. Дейш пропустил её вперёд. Дари заскочила внутрь, задрав хвост, и тут же залезла на ложе.

— С грязными лапами, — ласково укорил её Дейширолеш, а сам подполз к ложу и лёг рядом с ней.

Руки сами обхватили кошку, хвост тоже как-то привычно прижался к ней. Как же он скучал по этим совместным ночам.

Через несколько минут к охране у дверей наагашейда молча присоединились Миссэ, Доаш и Дэшгар. Дэшгар тут же уселся на пол и расслабленно разложил свой хвост, перекрыв им весь коридор. Охрана наагашейда оценила его внушительную комплекцию и посмотрела с уважением.

Этой ночью Дейширолеш спал просто прекрасно. Инстинкты успокоились и перестали его терзать. Тейс спала рядом, пусть и в облике кошки. Какая вообще разница, в каком она виде? Главное, что рядом. Но, проснувшись утром, он не обнаружил зверя рядом с собой. Зато утренний свежий ветер врывался в распахнутое окно. Дейш испытал лёгкое разочарование. Похоже, сознание кошки оттеснило сознание девушки, и та сбежала опять в поместье Вааша.

Через полтора часа он уже был в своём кабинете и занимался разбором срочных донесений. Он всё же сгрузил часть писем на помощника, решив, что после ста шести лет верной службы тот достоин такого доверия. Хотя на самом деле он просто старался освободить как можно больше времени, чтобы иметь возможность видеть девочку чаще.

Дейширолеш тихо выругался и отложил документы. Он не мог нормально работать. Мысли перескакивали на Тейс. Инстинкты требовали близости. И не только инстинкты… А она сидит в поместье Вааша. Что бы сделать такого, что вынудило бы её приехать во дворец? Ему, конечно, было приятно, что этой ночью с ним была кошка. По крайней мере, одна её половина совершенно точно привязана к нему и, похоже, даже обожает его. Но он хотел, чтобы с ним рядом была и девушка. И желательно, чтобы она обожала его так же, как и кошка. Но пока с её стороны он видит только влечение, а влечение быстро проходит. По себе знает. Нужно, чтобы она заразилась серьёзными чувствами к нему. Влюбить её в себя! Но пока как-то не выходит…

Возникла коварная идея опять воспользоваться её добротой, чтобы она вернулась, пожалела… Дейш поморщился. Нет, не жалость ему нужна. Инстинкты воспротивились: они были не против того, чтобы их пожалели. Дейширолеш почувствовал себя сейчас так, словно у него раздвоение личности. Одна личность, властный и расчётливый наагашейд, выносила довольно простое решение проблемы: взять девчонку и жениться на ней. Вторая личность, состоящая из эмоциональных инстинктов, требовала того же самого, но усложняло проблему: взять влюблённую девчонку и жениться на ней. Из-за этой второй личности он испытывал сомнения и пытался ухаживать, вместо того чтобы решить всё разом. Хотя терпение у него стремительно таяло. Надолго ли его ещё хватит? Вряд ли.

Дейширолеш посмотрел в окно кабинета на яркое синее небо и задумался, как бы заманить Тейс во дворец. Может устроить нападение на Роаша? Тогда она приедет сюда и будет ухаживать за ним… Дейш глухо зарычал. Она будет ухаживать за Роашем, и ему это не нравилось. Нет, не пойдёт! А если с ним что-то случится, она будет ухаживать за ним? Вспомнилось, как девушка ухаживала за ним, когда он лежал после отравления галлюциногенным ядом. А тогда она относилась к нему хуже, чем сейчас…

Его мысли прервал стук в дверь. Дейш недовольно нахмурился.

— Войдите, — разрешил он.

В кабинет заполз Делилонис. Он посмотрел на друга с недоумением.

— Слушай, Дейш, а почему при дворе ходят слухи, что ты опять как бы стал нормальным? — поинтересовался он. — То есть ты не холодный с окружающими, а рычишь на них как обычно.

Дейширолеш мрачно посмотрел на него.

— А тебе Вааш, что, не пожаловался?

— А должен был? — удивился Дел и устроился на подушке перед его столом.

Дейш решил не комментировать этот вопрос. Но от друга очень сложно отвязаться без объяснений. Делилонис прищурился.

— Ты что натворил? — подозрительно спросил он.

— Ничего особенного, — поморщился Дейширолеш. — Просто Тейс уже знает, что со мной всё в порядке.

На губах Дела расцвела хитрая улыбка.

— Прокололся, да?

Дейш раздражённо зашипел на него.

— Ты зачем вообще пришёл?! Допрос мне устраивать? Если да, то выметайся из моего кабинета! У меня полно работы.

Делилонис миролюбиво поднял руки вверх.

— Ладно-ладно, успокойся, — лицо его стало серьёзным. — Я по поводу вампиров, которые приехали просить отдать им АрВаисара.

Дейш с недоумением посмотрел на него.

— Я же уже сказал: гнать в шею!

— Мы и прогнали, но они вернулись, — Дел недовольно поморщился. — Тайно пришли, и все такие жалкие. Так униженно молят о его возвращении и смерти не боятся. Прибыл даже отец АрВаисара.

— Лучше нужно было следить за делишками своего жреца, — заявил Дейш. — Сомневаюсь, что они не знали о его делах. Вампиры всегда, когда берут чей-то заказ, отчитываются перед главой рода. Глава рода у них, насколько я помню, как раз отец АрВаисара.

— Они и не отрицают, что всё знали. Но убеждают, что осознали свою ошибку и готовы расплатиться за неё.

— В качестве расплаты я готов принять только голову АрВаисара. Но так как её отделение от тела чревато проблемами, то приходится держать эту голову рядом с собой вместе с туловищем.

— А что делать с просителями? Они меня уже достали своим упорством.

Дейш посмотрел на друга удивлённо.

— Ты спрашиваешь об этом меня?

— Дейш, я не могу просто так убить их, — Делилонис мрачно посмотрел на друга. — Ты, кажется, забываешь, что я всего лишь твой советник. Мне нужно твоё решение.

— Убери их — вот моё решение, — спокойно сказал Дейш.

Сказал и вдруг впал в задумчивость.

— Хотя постой, — медленно произнёс он и задумался.

Делилонис выжидательно посмотрел на него. Дейширолеш забарабанил пальцами по столу, ноздри хищно раздулись, и он прямо взглянул на друга. Γубы его искривила усмешка.

— Зови этих просителей ко мне, — распорядился он. — После того, как они уйдут, сразу же тащи АрВаисара ко мне.

— Что ты задумал? — напрягся Дел.

Дейширолеш широко улыбнулся и пообещал:

— Тебе понравится.

Дейширолеш, постукивая кончиком хвоста по полу, ожидал, когда к нему приведут АрВаисара. Родственников вампира только что увели из его кабинета. На губах Дейша блуждала хитрая улыбка. Ему очень нравилась собственная идея. Это должно надолго отбить у вампиров охоту ввязываться в интриги против него.

Дверь отворилась, и кабинет втолкнули АрВаисара. Выглядел вампир неважно. Давно немытый — запах от него шёл тот ещё. Руки закованы в тяжёлые колодки, а пальцы находились в хронически сломанном состоянии. К запаху немытого тела и экскрементов примешивался и запах разложения. Но бедственное положение и лишения, видимо, не отразились на душевном состоянии вампира. Он криво улыбнулся наагашейду и плюхнулся на подушку перед его столом, не дожидаясь разрешения или одобрения.

— Доброго денёчка, наагашейд, — протянул он. — Давно вы не оказывали мне честь своим вниманием.

— Так радуйся, АрВаисар, — посоветовал Дейширолеш. — Моё внимание тяжело тебе даётся.

Вампир хмыкнул, приподняв левый уголок губ. Стало видно, что с левой стороны у него не хватало несколько зубов.

— Повелитель опять хочет задать мне те же самые вопросы? — поинтересовался он.

Дейш отрицательно качнул головой и улыбнулся.

— Ответы на эти вопросы я уже знаю, — сказал он. — Чанвашар тронул то, что трогать не следовало, и теперь его поимка — вопрос времени.

При упоминании имени мёртвого бога вампир слегка посерел, а ухмылка его закостенела. Но он быстро пришёл в себя и улыбнулся ещё шире.

— Моё восхищение, наагашейд, — искренне произнёс он. — Древний водил за нос многие поколения ваших предков, но именно вам удалось выйти на его след.

Дейширолеш не стал комментировать, благодаря кому они раскрыли личность нанимателя вампира. Но то, как назвал вампир бога, его позабавило. Этот народ никогда не отличался особым пиететом к богам, особенно к чужим, и называл их древними сынами и дочерями мира, принижая их божественный статус. Подобный подход был по вкусу Дейшу.

— Так зачем же сейчас понадобился вам я? — полюбопытствовал вампир.

— Видишь ли, меня уже второй месяц достают твои родственники с просьбами вернуть тебя. Видимо, совсем им худо без главного жреца. Особенно после того, как мои посланцы тайно навестили твой род и перерезали всех младших жрецов.

Ухмылка сползла с лица вампира, и он сильно напрягся.

— Да-да, мой дорогой, — наагашейд улыбнулся ему. — У твоего рода сейчас нет ни одного жреца. А назначить новых может только старший жрец, то есть ты.

АрВаисар помрачнел. Похоже, представил, в каком положении оказался его род. Вампиры не привыкли ценить свою жизнь, зная, что жрец всегда вытащит их с того света. Мало того, тех, кто ценил свою жизнь, презирали. Его род оказался в крайне невыгодном положении по отношению к другим вампирским родам. Их могут просто всех перерезать, зная, что смерть для них будет окончательной. Интересно, сколько уже потеряно членов рода?

— И что же решил наагашейд? — спросил вампир, смотря прямо ему в глаза.

Дейширолеш довольно прищурился, ощутив азарт. Да, АрВаисар приготовился торговаться и договариваться.

— Держать тебя здесь смысла нет, — начал рассуждать наагашейд. — Да ещё и опасно: сдохнешь, и к нам притащатся твои божки со своими мстительными намерениями. Только разборок с ними мне не хватало. Поэтому я готов отпустить тебя. Но на определённых условиях.

АрВаисар молчал, показывая своё желание слушать дальше.

— Я уже переговорил с твоим родом. Они готовы отдать за тебя несколько довольно интересных безделушек и обязуются принести нерушимое обещание, что никто из вашей семьи никогда больше не пересечёт границ территорий нагов. В случае его нарушения весь ваш род просто передохнет. Но этого недостаточно. Кое-что мне нужно и от тебя.

— Что? — вампир подался вперёд. — Если вам нужно знать о местоположении древнего, то я не могу ничего сказать поэтому поводу. Он всегда приходил сам и…

— Мне нужно не это, — мягко перебил его Дейширолеш. — Видишь ли, меня не устраивает твоя кандидатура в качестве главного жреца.

Наступило молчание.

— Не могу ничем помочь, — вампир слабо улыбнулся. — Главный жрец — это не титул, а дар, передаваемый от родителя к ребёнку.

— Я знаю, — Дейширолеш продолжил улыбаться. — Я также знаю, что этот дар переходит к ребёнку после того, как родитель снимает его с себя.

В глазах АрВаисара блеснуло понимание.

— Но меня нет детей.

Дейширолеш тонко улыбнулся, глаза его прищурились, и он нараспев произнёс:

— Ничего страшного. Γлавное, что будут. Ведь так?

Вампир насторожённо кивнул. Он не мог понять, чего именно добивается наагашейд.

— Моё пожелание таково: я хочу, чтобы сейчас был проведён соответствующий ритуал передачи дара. Твой дар перейдёт к твоему первенцу сразу же после его рождения.

АрВаисар задумался. Странное пожелание. Наагашейд же понимает, что он может не заводить детей очень долгое время, удерживая таким образом дар при себе. Да, после рождения ребёнка его род окажется в сложном положении. После того, как дар покинет самого АрВаисара, все назначенные им младшие жрецы потеряют свои силы. Ребёнок же будет не готов исполнять свои обязанности сразу, его нужно сперва обучить. Это займёт некоторое время, но не больше двенадцати лет. Сам АрВаисар принял дар в тринадцать.

— Так ты согласен? — наагашейд вскинул брови.

Что-то беспокоило АрВаисара. Повелитель нагов не может не понимать, что его требование не принесёт большого вреда ни ему, ни его семье. Только временные трудности.

— Вы же понимаете, что я могу очень долгое время не заводить потомство? — решил уточнить вампир.

Дейширолеш кивнул.

— Мне плевать, когда ты решишься на это, главное, что главным жрецом ты всё равно рано или поздно перестанешь быть.

АрВаисар хмыкнул.

– Χорошо, я согласен.

Наагашейд повернулся к двери и громко позвал:

— Заашар!

Дверь отворилась, и в кабинет вполз главный маг наагашейда.

— Заашар поможет тебе с ритуалом.

Маг мрачно посмотрел на вампира, а затем поманил кого-то из-за двери. Показался стражник. Он отомкнул колодки и освободил покорёженные кисти вампира. АрВаисар вздохнул с облегчением, и кости захрустели, сращиваясь и выправляясь.

Дейширолеш поднялся со своего места и подполз к окну. Пока Заашар с вампиром проводили довольно короткий ритуал передачи дара, он с улыбкой смотрел на кого-то.

— Повелитель, — почтительно позвал его Заашар. — Мы закончили.

Дейш повернулся и с улыбкой поманил к себе вампира, который тщетно пытался скрыть свою радость. АрВаисар с опаской посмотрел на него, но подошёл. Наагашейд всё так же молча указал на кого-то пальцем. Вампир посмотрел вниз, на улицу, и увидел стоящую к нему спиной нагиню. Рядом с ней, сердито сложив руки на груди, стоял молодой наг. Судя по его лицу, они спорили. Девушка раздражённо махнула хвостом и развернулась. АрВаисар вздрогнул и ощутил, как качается под его ногами пол. В памяти мелькнули испуганные зелёные глаза, нежное гибкое тело и воспоминания о полученном удовольствии. Нагиня, словно почувствовав его взгляд, подняла голову, но прежде, чем успела увидеть АрВаисара, наагашейд за шиворот оттащил того от окна.

— Не стоит заставлять её переживать, — с улыбкой сказал он. — Беременные женщины такие нервные.

Вампир рванулся из его хватки обратно к окну, чтобы убедиться, но наагашейд грубо откинул его в руки подоспевшей страже.

— Надеюсь, ты правильно понял ситуацию? — тихо спросил он.

— Наагашейд! — вампир рванулся из рук стражи. — Если вы хотите отомстить, то мстите мне! Вы сейчас обрекаете на медленную смерть весь мой род.

— О роде нужно было думать раньше, — улыбка исчезла с лица Дейширолеша, и взгляд его стал жёстким. — А им нужно было больше внимания уделять деятельности своих членов. Теперь я обрисую, что ждёт тебя и твой род. В лучшем случае, если вы будете хорошо себя вести, то через триста лет твой первенец вернёт дар кому-нибудь из твоих детей.

Дейширолеш усмехнулся.

— Если, конечно, у тебя появится желание плодиться. В худшем случае твой род будет первым среди всех вампиров, кто откажется от услуг жрецов. Думаю, упоминать о том, что этого ребёнка ни ты, ни кто-либо из твоей семьи никогда не увидит, не стоит.

Вампир дёрнулся, на его лице появилось отчаяние.

— Если подзабыл, напоминаю, что твой род уже дал нерушимое обещание обходить наши территории стороной, иначе смерть всем вам. Если вы посмеете нанять кого-то со стороны, чтобы украсть ребёнка, то, поверь, я просто сотру вас с лица земли. Даже на тебя управа найдётся. Всегда отыщется какой-нибудь смельчак-самоубийца, который прирежет тебя в твоих же землях. Ваши боги, кажется, своих детей не трогают?

Дейширолеш усмехнулся.

— Вот они расстроятся, когда придут мстить за тебя. Всего одна жертва и то, твой убийца.

АрВаисар сжал зубы и разъярённо посмотрел на него.

— Выбросите его за ворота к его родственникам. И проследите, чтобы они точно покинули княжество, — приказал Дейш страже и добавил уже для вампира: — И да, напомни своим родственничкам, что если им вздумается прибить тебя прямо за воротами, то от явления богов пострадает и их будущий жрец: вряд ли они будут разбираться и щадить одну беременную девочку. Доброго пути, АрВаисар.

Взбешённого вампира выволокли за дверь. В кабинет заглянул помощник и вопросительно посмотрел на наагашейда.

— А что делать с остальными пленными вампирами? — спросил oн.

— Казнить, — пожал плечами Дейширолеш. — Прощать их у меня причин нет.

Помощник кивнул и скрылся. А Дейширолеш опять подполз к окну и посмотрел вниз на беременную нагиню, которая в этот момент ударила маленьким кулачком Есаша в живот. Парень только хмыкнул. Что ж, будет очень неплохо, если эта девочка и её ребёнок скроются за стенами рода Онсаш.

Ссадаши уже несколько минут стоял под дверью комнаты, где находились его братья. Наверное, они уже почувствовали его присутствие, но парень никак не мог заставить себя войти к ним. Хотя ему требовалось серьёзно поговорить с ними.

Кто-то толкнул его в поясницу сзади. Ссадаши вздрогнул, обернулся и увидел любознательную морду Большого Красавчика, который до сих пор жил в лекарском крыле. Глубоко вздохнув, парень потянул дверь на себя и заполз внутрь. Звучащий в комнате разговор моментально затих, и братья напряжённо посмотрели на него.

— Я поговорить хотел, — прямо и просто заявил Ссадаши.

Братья переглянулись, и Гоош кивнул ему, показывая, что они слушают его.

Ссадаши прислонился к стене и сложил руки на груди. Воцарилось молчание.

— Не знаю, как начать, — честно признался он.

— Если ты хочешь поговорить по поводу того, что стал наследником, то можешь и не начинать, — сказал Γоош. — Твоё право на наследование никто из нас оспаривать не будет. Ты выиграл честно, хотя я и не считаю, что ты сильнее меня, но ты оказался умнее. А для главы рода это важнее, чем сила.

Ссадаши поморщился и открыл рот, чтобы что-то сказать, но Гоош продолжил.

— Признаюсь, мы не в восторге от тебя, — мрачно сказал он. — Ты всегда был слабым, всегда был обузой, всегда удостаивался наибольшего внимания со стороны отца и был причиной постоянных слёз матери. Но ты наш брат, и никто из нас никогда зла желать тебе не будет.

Ссадаши озадаченно посмотрел на него.

— Ты меня, конечно, успокоил, — признался он, — но я пришёл поговорить совершенно о другом.

Братья удивлённо посмотрели на него.

— Мне нужна помощь, — наконец сказал Ссадаши о цели своего визита.

Братья переглянулись между собой и с недоумением посмотрели на него.

— Ты никогда не просил о помощи, — объяснил причину их удивления Даавлаш.

— А раньше она мне была и не нужна. Но теперь без вас я не справлюсь.

Братья взглянули на него с интересом.

— Я хочу заставить старейшин отметить традицию боёв между братьями за титул наагалейя.

Наступила тишина.

— Это невозможно, — высказал своё мнение Гоош.

Ссадаши хмыкнул и протянул:

— Когда мне было тридцать, я думал, что никогда не смогу победить тебя в бою.

Гоош хмыкнул в ответ, оценив смысл фразы.

— У тебя есть план? — спросил он.

– Εсть, — Ссадаши кивнул. — Но он вам может не понравиться.

Братья продолжали молча смотреть на него, и Ссадаши начал излагать свой план.

— Для старейшин важны две вещи. Первая: соблюдение традиций. Вторая: наличие наследника. Я хочу столкнуть их с выбором между поддержанием традиций и появлением наследника.

Братья непонимающе посмотрели на него.

— Мне нужно, чтобы вы отказались от наследования титула вообще, — наконец сказал Ссадаши, что именно он хочет от них. — Тогда я останусь единственным наследником рода и последним, кто сможет продолжить его. И выдвину старейшинам ультиматум: либо они отменяют эту традицию, либо наследника от меня они не дождутся.

Лица братьев стали ошарашенными. А Ссадаши приготовился ждать их решения.

Чанвашар глухо застонал и выгнулся дугой. Камень под его обнажённой спиной ощутимо нагрелся, тело налилось болью. Со всех сторон раздавались монотонные напевы женщин, что окружали алтарь. Внизу, у подножия, кто-то дико закричал, и Чанвашар ощутил, что сила, которая вливалась в его тело слабым ручейком, хлынула мощной рекой. На мгновение он ослеп от ужасающей боли и даже не смог закричать. А затем всё резко прекратилось, и он остался дрожать на алтаре. Голый, липкий от холодного пота и дрожащий.

Нежные женские руки сжали его ладонь.

— Мой господин, как вы?

Чанвашар повернул голову и встретился с обеспокоенными чёрными глазами своей главной жрицы. Он не ответил и попытался подняться. Выходило плохо. Дрожащие руки не хотели держать его, все мышцы ныли. Женщина хотела помочь ему, но он глухо зарычал и продолжил попытки подняться самостоятельно.

Наконец он сел и обвёл мутным взглядом фигуры, закутанные в чёрные плащи с капюшонами. Они стояли вокруг алтаря. На полу в начерченном мелом круге лежало изломанное тело молодого мужчины.

— Вон, — тихо сказал Чанвашар.

Жрицы тут же бесшумно разошлись и скрылись в многочисленных коридорах, которые расходились в разные стороны от алтарного зала. Стало так тихо, словно женщин тут вообще никогда не было. Рядом с Чанвашаром осталась только главная жрица. Οна села на пол у него ног, с беспокойством смотря на его лицо.

— Мой господин, может быть, стоило повременить с проведением ритуала? — тихо произнесла она. — Ваше тело по-человечески слабо и может не выдержать.

— Я уже выдержал, — мрачно ответил Чанвашар.

— Но вы хотите провести ещё два ритуала! — напомнила жрица. — И совсем скоро! Я боюсь…

— У меня нет времени ждать, пока это тело окрепнет, — слово «тело» он произнёс с нескрываемым отвращением. — Этот мальчишка совсем скоро сможет раскрыть, кто я. Если он уже не догадался.

В глазах женщины мелькнуло отчаяние, но спорить она не посмела. А Чанвашар встал на дрожащие ноги и неуверенно прошёл вперёд, пытаясь понять, возросла ли его сила. Но пока он чувствовал только всепоглощающую слабость. Ну, ничего, осталось потерпеть ещё немного. Он справится.

Глава 13

— Господин Вааш, вы, кажется, забываетесь! — грозно произнесла Таврида.

Дариласа с улыбкой наблюдала за этой парочкой. Вааш с самого утра ползал за Тавридой и смотрел на неё самым умилительным и при этом хитрющим образом. Он ничего не говорил, не делал, только ползал и смотрел. И этим откровенно выводил женщину из себя.

Моаша, сидящая рядом с Дариласой под кустом, тоже с удовольствием наблюдала за ними. Переживала только Райшанчик. Девочка вся извелась.

— Ну, почему госпожа Таврида так с папочкой? — казалось ещё немного, и девочка расплачется.

Она так переживала, что её отец не добьётся успеха, что даже оставила без внимания корзину со сладостями. Дариласа и Моаша тоже как-то обделили вкусности своим вниманием. В итоге корзина была передана Дэшгару, который очень долгое время смотрел на неё. Дариласа просто предложила ему что-нибудь попробовать, и выяснилось, что этот огромный наг — настоящая сластёна. А по внешнему виду и не скажешь, что он любитель пирожных.

Она ускользнула из комнаты наагашейда ранним утром. Солнце только-только окрасило горизонт розовато-жёлтым светом. Повелитель спал, уткнувшись лицом ей в шею и обняв руками и хвостом. Было очень жаль его покидать, но её могут хватиться в поместье. Поэтому Дариласа как можно аккуратнее вывернулась из его объятий и выбралась в окно.

Теперь она сидела и мучилась. Почему-то было стыдно, что она оставила наагашейда спать одного. Он, наверное, сильно расстроился. Он же так рад был видеть её вчера. И вообще, нужно уже что-то делать с их отношениями. Дариласа не знала, как именно ей поступить. С одной стороны, ей хотелось, чтобы это было серьёзно. В своих чувствах она была уверена полностью. С другой стороны, она понимала, что для проверки серьёзности их чувств может понадобиться много времени, а ждать ей не хотелось. Тем более, сделать первый шаг к созданию союза почему-то должен именно мужчина. Дариласа была абсолютно не согласна с этим. Почему это право должно принадлежать мужчине? А если женщина решительнее и готова сделать первый шаг сама? Ей что, терпеть?

А хочет ли наагашейд их союза? Может, он вообще не рассматривает этот вариант. Ну, правда, какая из неё наагашейдиса? Тем более, она даже не нагиня. Она кошка, которая с трудом может связать пару слов и которая до сих пор наагатинский язык не понимает. Дариласа укорила себя, что забросила занятия.

Дариласа опять посмотрела на Вааша и Тавриду. Женщина сжимала кулачки и с негодованием смотрела на нага. А Вааш просто улыбался и смотрел на неё. Девушка позавидовала его настойчивости. Может, ей тоже быть понастойчивее?

Дариласа задумалась. Сделать повелителю приятное? Но как?

— Ма-Диаша, хочешь орешек? — Моаша сорвала с куста орех и протянула ей.

Дариласа приняла его и задумчиво повертела в руках. Её лицо осветилось озарением.

Дейширолеш только что выслушал отчёт своего помощника о том, что вампиров выпроводили из города и дали в сопровождение отряд из тридцати нагов, который должен проводить их до самой границы. На его лице светилась очень довольная улыбка. От одной проблемы избавился. Да так, что вампиры теперь будут бояться шевельнуться в их сторону, не то что помогать Чанвашару. Теперь бы ещё выпроводить короля Нордаса из дворца и разобраться с мёртвым богом. И, кажется, он знает, как именно решить первую проблему.

В дверь кабинета постучали, оторвав его от составления плана выдворения короля.

— Войдите, — разрешил он.

Дверь отворилась, и показался его помощник.

— Повелитель, вас желает видеть посланец из рода Онсаш.

Дейширолеш заинтересованно вскинул голову.

— Впусти, — велел он.

Помощник скрылся, и в кабинет заполз наг, держащий в руках довольно объёмный горшок. Дейш с удивлением посмотрел на него.

— Доброго дня, повелитель, — наг поклонился. — Моя госпожа просила передать вам дар.

С этими словами он поставил горшок на пол. Дейш посмотрел на нага с недоумением. Тот занервничал.

— Это подарок вам.

— Мне? — удивился повелитель.

— Да, от госпожи Тейсдариласы.

— От Тейс? — вид у Дейша был растерянным и слегка обескураженным.

— Да. Она сама их собирала для вас.

Дейширолеш протянул хвост и им подтянул к себе горшок. Он был доверху наполнен орехами. Там были и веточки, и листики, и даже паук с паутиной.

— Своими руками… для меня? — Дейширолеш был растерян, подарки от женщин он ещё никогда не получал.

— Своими руками, — подтвердил наг.

Дейш склонился к горшку и принюхался. Да, пахло ею. Неожиданно стало так приятно. Сама, своими руками собрала именно для него… На губах возникла улыбка. Наблюдающий за ним наг расслабился.

— Передай мою благодарность, — сказал Дейш.

– Χорошо, — наг поклонился и выскользнул из кабинета.

А Дейш смотрел на подарок Тейс и не мог нарадоваться. Она думала о нём, сама позаботилась об этом подарке, своими руками… Дейширолеш замер, лицо его стало ошеломлённым. Он нервно растёр щёки ладонями и запустил пальцы в волосы. Кажется, он понял, почему она отвергала его дары. Это озарение его просто ошеломило.

Дейширолеш встал и стремительно покинул кабинет. В приёмной он отдал приказ помощнику.

— Глаз с кабинета не спускать! Там находится кое-что очень ценное, и, если это пропадёт, я с тебя шкуру спущу.

И уполз. А помощник тоскливо посмотрел на дверь его кабинета.

Дейширолеш спрыгнул со стены, которая окружала поместье рода Οнсаш, и раздражённо выругался. Чуть штаны не порвал! Ноги — это вообще так неудобно, но, к сожалению, с хвостом через стены перебираться тяжело.

Он осмотрелся и принюхался. В этот раз он даже не позаботился о своём запахе. Очень уж торопился. Увидев чуть впереди какие-то жёлтые цветы, он направился к ним и начал рвать их, собирая букет.

Дариласа ощутила запах наагашейда как-то неожиданно. Просто кошка выглянула из её сознания, чтобы посмотреть, что интересного творится в мире, и его запах ударил в нос. В этот момент она находилась в своей комнате. Она тут же выбралась через окно на улицу и, подобрав юбку, бросилась на запах.

Дариласа нашла повелителя в парке. Он был в двуногом облике и рвал крупные жёлтые цветы. У него уже набралась большая охапка. Правда, стебли имели разную длину и иногда даже были с корнями. Несколько цветков накренились, грозясь вывалиться из охапки. Наагашейд заметил её и резко выпрямился. Часть цветов тут же полетела вниз, но Дариласа метнулась вперёд и успела поймать их.

Οни замерли, смотря друг на друга. Потом Дариласа указала на букет, потом на себя и вопросительно вскинула брови. Дейширолеш кивнул. Лицо девушки осветила яркая улыбка, она шагнула вперёд и забрала у него цветы. Её взгляд скользнул по его измазанным зелёным рукам, и в груди стало так тепло. Сам нарвал…

Она подошла к нему, поднялась на цыпочки и поцеловала в подбородок. Выше не достала. Дейш удивлённо хлопнул глазами, а затем опомнился, наклонился и сам прижался к её губам в жарком поцелуе. Цветы слегка захрустели, зажатые между их телами.

— Госпожа! — раздался зов Миссэ.

Дариласа оторвалась от губ Дейша и, ярко улыбнувшись ему на прощание, направилась назад. Уходя, она постоянно оборачивалась и даже несколько раз споткнулась. Дейш стоял, смотрел на неё и улыбался. Рядом кашлянул Вааш.

— Какая встреча, повелитель, — протянул он. — А ведь еще даже не ночь.

— Да, не ночь, — с улыбкой согласился с ним Дейш, не отрывая глаз от Дариласы.

— Вы уже уходите? — с намёком спросил Вааш.

— Ага, — наагашейд продолжал улыбаться и смотреть на девушку.

— Тогда прошу, — Вааш вежливо указал на стену.

Дейширолеш наконец обратил на него внимание, но улыбаться не перестал.

— Да я и через ворота выйду, — добродушно произнёс он и, не спеша, направился к этим самым воротам.

Вааш озадаченно посмотрел ему вслед.

— Похоже, Дариласка всё-таки станет наагашейдисой, — вздохнул он и пополз к дому.

А Дариласа сидела у себя в комнате и с улыбкой смотрела на цветы, стоящие в ведре. Пусть помятые, потрёпанные, где-то даже поломанные… Εй этот букет казался самым прекрасным в мире. Закрыв глаза, она опять представила измазанные зелёным руки наагашейда и улыбнулась ещё шире от распирающего её восторга. Он сам нарвал эти цветы именно для неё. От этих мыслей её сердце радостно трепетало в груди.

Чанвашар закашлял и свалился с постамента. Напевы женских голосов постепенно затихали, боль отступала, и через некоторое время он понял, что лежит в луже крови, что натекла с сегодняшней жертвы. Он неуклюже встал на колени, опёрся руками на алтарь и с усилием поднялся на ноги. Главная жрица поспешила поддержать своего господина. В этот раз он не стал отвергать её помощь.

Чанвашар осмотрелся. Перед глазами всё плыло, его тошнило, голова просто раскалывалась.

— …ждать. Нужно было подождать, — чуть слышно шептала женщина. — Прошло всего восемь дней. Ваше тело не готово…

— Замолчи, — велел Чанвашар.

Женщина покорно замолкла, но продолжала смотреть на него с беспокойством. А Чанвашар прикрыл глаза и прислушался к себе. Он стоял очень долго, чуть покачиваясь из стороны в сторону. Жрицы успели убрать тело жертвы, прибраться у алтаря и уйти. Осталась только главная жрица. Чанвашар распахнул глаза, покачнулся сильнее прежнего и улыбнулся. Да, он чувствует эту силу.

Вааш проводил взглядом колесницу, в которой рядом с Миссэ стояла Дариласа. Наг бережно придерживал её хвостом, а следом за ними покатились Доаш и массивная телега, по-другому не назовёшь, Дэшгара. Мимо пронёсся кот. Вааш хмыкнул.

Дариласа вот уже восьмой день подряд ездит во дворец наагашейда, чтобы проводить там первую половину дня за учёбой. Когда встал вопрос возобновления её прерванных занятий, Вааш неожиданно для всех выступил за то, чтобы эти занятия проводились во дворце. Мол, там библиотека больше и преподавателям есть, где разместиться. Как будто в его поместье комнат мало.

Роаш негодовал. Он прямо заявил, что Вааш будто бы в сговоре с повелителем. На что Вааш только хмыкнул и заявил, что он скорее в сговоре с Дариласой. Разговор этот проходил в их узком кругу опекунов, без девушки, поэтому Ρоаш тут же начал допытываться, не знает ли чего Вааш о чувствах Дариласы к наагашейду. Вааш, конечно же, ничего не знал. Спор грозился перерасти в драку, и так бы и вышло, если бы Делилонис не встал на сторону Вааша.

Вааш зевнул и пополз назад к «женскому» дому, размышляя об отношениях своей воспитанницы и наагашейда. Мог ли он подумать, когда первый раз увидел эту тощую темноглазую девочку, что именно она поселится в сердце повелителя? Тогда это казалось сущим бредом. Такое даже вообразить получалось с трудом. А теперь… Перед глазами опять возник образ наагашейда, который стоял посреди оборванной клумбы и улыбался, как идиот, смотря Дариласе вслед. В этот момент Вааш смог допустить мысль, что наагашейд действительно серьёзен в своих намерениях. Именно поэтому он каждый день отпускал Дариласу во дворец. Вааш решил дать повелителю больше возможности проявить себя. И, судя по припухшим губам Дариласы, наагашейд вовсю пользовался этим.

Вааш остановился и, прищурившись, посмотрел в сторону. Губы его изогнулись в ехиднейшей улыбке. Таврида. Куда же эта краса чопорная направляется? Вааш пополз за ней.

Женщина шла медленно и смотрела себе под ноги, словно что-то искала. Вааш не выдавал себя, пока они не углубились в парк достаточно далеко. Только после этого он известил о своём присутствии.

— Потеряла что-то? — участливо спросил он.

Таврида вскрикнула и круто развернулась, держась за сердце. Увидев Вааша, она облегчённо выдохнула. Но правда почти тут же нахмурилась.

— Господин Вааш, я же просила вас не подкрадываться ко мне, — мрачно напомнила она.

— Так я и не подкрадываюсь, — Вааш благожелательно улыбнулся ей.

Ему нравилось, когда она злилась. Маска чопорности и отчуждения в такие моменты слетала с неё, открывая совершенно другое лицо: яркое и темпераментное. А темперамент у неё, похоже, что надо. Как она ему тогда в лекарском крыле врезала! Οн потом видел на её костяшках синяки.

— Так ты что-то потеряла? — опять поинтересовался он.

Женщина устало вздохнула, и раздражение покинуло её лицо.

— Да, — призналась она. — То есть потеряла не я, а Ρайшалаш. Мы не можем найти её золотую заколку с изумрудами. Такую, в виде рыбки.

Οна пальцами нарисовала в воздухе силуэт рыбки. Потом почему-то смутилась и добавила:

— Вы ей эту заколку три года назад подарили.

Брови Вааша изумлённо приподнялись. Он помнил тот день. Тогда он перебросил этот подарок через стену в мешочке. В этот момент появилась Таврида, и мешочек угодил ей прямо в голову. Она была очень недовольна. Вааш почему-то думал, что Райшалаш так и не увидела эту заколку. А оно вон как. В груди стало тепло.

— А с виду такая строгая и сухая, — протянул он.

— Вы о чём? — забеспокоилась женщина.

— Я думал, ты эту заколку брату моему отдала. Ведь было запрещено передавать подарки от меня Райшанчику.

Женщина фыркнула.

— Оказывается, в вашем представлении я была этаким железным стражем.

— Ага, — Вааш улыбнулся. — А, оказывается, жёсткая ты только снаружи. Внутри мягонькая…

Таврида забеспокоилась.

— Лучше и дальше представляйте меня железным стражем, — попросила она и вздрогнула, когда хвост мужчины легонько погладил её лодыжки.

Она возмущённо посмотрела на него.

— Не получается, — признался Вааш.

Лицо женщины мгновенно посуровело, но через несколько секунд суровость исчезла и появилась просто бесконечная усталость.

– Γосподин Вааш, может быть, поговорим? — предложила женщина и, не дожидаясь его ответа, села прямо на траву.

Вааш слегка забеспокоился, но присел рядом. Таврида молчала некоторое время, бездумно обрывая траву вокруг себя.

— Скажите, я нравлюсь вам? — вдруг спросила она.

Вааш не счёл нужным скрывать это. Ему нравилась эта женщина, которая была готова защищать его ребёнка от всех, даже от него самого. Таврида всегда относилась к нему сухо, с раздражением и непониманием. Но если долго смотреть ей в глаза, не отрываясь ни на секунду, то эти глаза становились глазами испуганной нежной девочки. Внутри неё, за бронёй из чёрствости, жил страх. Только один раз эта броня полностью пала, когда на неё и Ρайшалаш напал сынок Жейша во дворце наагашейда. Только один раз она была полностью открыта. И Ваашу теперь хотелось знать, что еще спрятано за этой бронёй.

— Нравишься, — прямо сказал он.

Плечи Тавриды вздрогнули, и она сгорбилась.

— Господин Вааш, — тихо начала она, — я буду откровенна с вами. Вы тоже нравитесь мне. Я…

Она запнулась, а Вааш с трудом удержал хвост на месте: конечность рвалась вперёд, чтобы подгрести женщину поближе.

— Вы не похожи на мужчин, которые окружали меня раньше, — продолжила Таврида. — Вы громкий, грубый, невоспитанный, но очень честный, добрый и отзывчивый. Вы мне правда очень нравитесь. Но…

Она опять запнулась. Вааш с раздражением посмотрел на свой подрагивающий хвост.

— Я понимаю ваше желание, но видите ли, как бы вы мне ни нравились, я не могу принять несерьёзные, легкомысленные отношения, — наконец сказала женщина. — Я прошу понять меня. Мне было очень сложно признаться вам в этом. Я просто хочу попросить вас не мучить меня и оставить в покое. Вокруг очень много женщин значительно красивее меня.

Вааш недовольно посмотрел на неё.

— А я, может быть, серьёзен, — заметил он.

Таврида грустно улыбнулась и уверенно сказала:

— С такими, как я, не заводят серьёзных отношений.

Вааш задумчиво поиграл бровями, перебирая в памяти всё, что успел узнать об этой женщине. Картинка выходила не очень хорошая. Наверное, надо сказать ей, что он уже знает о её прежней жизни, но прежде он собрался высказать своё отношение к ситуации.

— Бред, — сказал он и открыл было рот, чтобы продолжить, но опять заговорила Таврида.

Женщина опять улыбнулась, устало как-то, блекло и тихо сказала:

— Знаете, я была замужем.

Вааш плотно сомкнул губы. Он вдруг понял, что именно сейчас не нужно её перебивать. Возможно, она впервые делится этим с кем-то. Пусть говорит.

— Наверное, стоит начать сначала, — голос её зазвучал бодро, но пальцы аж побелели, вцепившись в траву. — Я родилась на востоке Давридании в Тангене. Мой отец… хотя сейчас уже не имеют значение ни его титул, ни имя… Я появилась на свет в богатой, знатной семье, это всё, что стоит знать о моих родственниках. У меня было хорошее детство, очаровательные сестры… три… Всё было. Потом мне исполнилось шестнадцать, и я вышла замуж за милого, интеллигентного мужчину. Он был совсем не похож на вас.

Таврида улыбнулась, а её пальцы всё глубже уходили в землю.

— В принципе, с этого и началась моя история, с замужества. Первый год всё было замечательно… Да, всё было прекрасно. Но муж всё больше и больше был мной недоволен. У нас не получалось завести детей. Наш брак продлился два года, но я так и не смогла забеременеть. Муж был в бешенстве. Он считал, что его обманули, подсунули неполноценную женщину. Он смог добиться развода и с позором вернул меня родителям. Разразился большой скандал, родителям пришлось оставить моему бывшему мужу всё моё приданное, чтобы хоть как-то успокоить его.

Таврида умолкла, словно набираясь сил перед дальнейшим рассказом.

— Думаю, мои чувства в этой истории не будут иметь никакого значения, но всё же поделюсь ими. Мне было больно. Мне казалось, я успела полюбить его…А он назвал меня недоженщиной и отказался от меня. Нет, я не могу его винить. Главное предназначение женщины — это родить ребёнка. А я оказалась неспособна на это. Поэтому всё правильно.

Вааш скрипнул зубами, но промолчал.

— Я покрыла позором всю семью, — продолжила свой рассказ Таврида. — Моих сестёр не хотели брать замуж, опасаясь, что они такие же ущербные, как и я. Я стала причиной их горя и ненависти. В конце концов, отец принял решение отдать меня замуж второй раз. Ему как раз поступило предложение от одного вдовца. У него уже было четверо детей, поэтому моя ущербность не имела для него значение. Но…

Таврида тихо рассмеялась.

— На тот момент мне было восемнадцать. Я всё еще верила в чудеса, в истинную любовь… Я не хотела замуж за толстого мужика, который является ровесником моего отца. Я была такой дурочкой. Мне следовало принять это предложение, и сейчас бы у меня была своя семья, я бы занималась воспитанием детей. А муж… Достаточно и того, чтобы он просто был хорошим человеком. Жаль, я тогда этого не понимала. И я сбежала из дома! Можете представить, какую глупость я совершила?

Она весело посмотрела на Вааша, только весёлость эта была какая-то неискренняя.

— Я была совершенно не готова к тому, что ожидало меня во внешнем мире. У меня были с собой драгоценности, немного денег, и я надеялась, что смогу жить в каком-нибудь городе, а там встречу свою любовь и… Мечты глупой, наивной девочки. В дороге меня чуть не ограбили и не изнасиловали. Мне помог какой-то мужчина. Он же проводил меня до ближайшего города. Я уже не мечтала о любви. Мне просто хотелось найти безопасное место и там жить. В том городе жила одна моя подруга, и я направилась к ней. Οставить меня у себя она не могла: её муж ни за что бы не позволил этого. Поэтому она написала для меня рекомендательные письма и отправила к недавно овдовевшему другу своего мужа. У него как раз был трёхлетний сынишка.

Во взгляде Тавриды появилась нежность.

— Я пробыла с этим ребёнком всего три месяца, но он до сих пор живёт в моём сердце, — в её голосе зазвучали слёзы. — Мне пришлось покинуть его. Его отец был мрачным, пугающим мужчиной. Я мало общалась с ним и жутко его боялась. Он всегда так пристально смотрел, что я вся холодела от ужаса… А однажды ночью он пришёл в мою комнату.

Вааш напрягся. Об этом он ничего не знал.

— Не передать словами какой ужас я пережила, когда он навалился на меня, — глаза Тавриды словно остекленели. — Он не успел ничего сделать. Я ударила его кувшином с водой по голове. Хуже всего, что мои крики разбудили Рийка. Мальчик прибежал в тот момент, когда я опустила кувшин на голову его отца. Представьте себе, в каком диком ужасе был ребёнок. Он плакал, кричал, что ненавидит меня, обвинял в том, что я убила его отца… Я даже не знаю, жив ли он на самом деле.

Таврида остановилась и с трудом вдохнула воздух.

— Я бежала той же ночью. Утром выехала из города. Часть драгоценностей пришлось потратить на охрану, я бы больше не рискнула путешествовать одна. После всего пережитого я была готова отправиться куда угодно, лишь бы подальше от этого города. И поехала в место, о котором ходят жуткие слухи: в княжество Шаашидаш. К моему удивлению, здесь оказалось не так, как мне рассказывали. Я довольно быстро нашла себе работу в этом доме и стала воспитательницей Райшалаш. Я наконец-то обрела покой и не хочу больше терять его.

Она повернулась к Ваашу, и тот вздрогнул: женщина плакала.

— Господин Вааш, я просто прошу понять меня. Я не претендую на место матери рядом с Райшалаш, но она очень дорога мне. Я растила её семь лет, я не смогу жить, если она возненавидит меня так же, как и Рийк. Я умереть готова от мысли, что мне придётся покинуть её. Но я не могу пойти навстречу вашему желанию. Я воспитана по-другому, я просто не смогу смотреть вам в глаза, если… если… — она не смогла заставить себя произнести это. — Просто оставьте меня. Есть женщины, которые больше достойны вашего внимания.

Она умолкла, а Вааш продолжал задумчиво смотреть на неё.

— И всё же бред это, — наконец сказал он.

— Что? — женщин удивлённо посмотрела на него. — Вы продолжаете утверждать это, даже зная теперь всё обо мне?!

— Ну, я как бы уже дней девять об этом знаю, — безмятежно признался Вааш. — И даже больше, чем рассказала мне ты. Я в курсе того, кем является твой отец, как зовут твоих сестер, за кого они, в конце концов, вышли замуж и на ком женился твой бывший муж.

Слёзы у Тавриды иссякли. Она поражённо посмотрела на мужчину.

— Тогда… почему вы не остановили меня?

— Ну, я подумал, что тебе нужно выговориться. Шутка ли, столько лет это в себе носить.

Наступила тишина. Таврида села и решительно вытерла ладонями мокрые глаза.

— Я не могу понять вас, — призналась она. — Что вы считаете бредом?

— Ваши человеческие предрассудки, — ответил Вааш. — Иногда мне кажется, что все ваши глупости являются следствием вашей короткой жизни. А что? Терпеть же недолго до её конца. Когда живёшь долго, появляются другие ценности. Становится важно не то, что ты получишь от самой жизни, а то, с кем её пройдёшь. Вы, люди, часто создаёте союзы не ради того, чтобы прожить друг с другом жизнь, а ради того, чтобы что-то получить от этого. А самое забавное, есть такие люди, как ты, которые уверены, что они обязаны что-то отдать. Если они не могут, значит, они бесполезны. Ерунда всё это, и чем быстрее ты это поймёшь, тем легче тебе станет.

— Господин Вааш, вы прожили триста лет, но, видимо, вам всё же не хватает либо мудрости, либо честности, — заявила Таврида.

Вааш с удивлением посмотрел на неё. Женщина была необычайно серьёзна.

— Я могу понять ваше желание, такова мужская природа. Но, говоря о серьёзности своих намерений, вы явно не осознавали, о чём именно говорите. Я бесплодна, господин Вааш! Я никогда не смогу родить ребёнка! Даже если вам вдруг взбредёт в голову глупая идея жениться на мне, наш союз будет бесплоден.

— У меня уже есть Райшалаш, — напомнил Вааш.

— Господин Вааш, — Таврида устало вздохнула. — Вы действительно очень хороший и добрый чело… наг, но сейчас в вас говорит ваше великодушие, а оно не всегда хороший советчик. Поверьте, пройдёт время, и вы захотите взять на руки сына, наследника.

Вааш прищурился

— Вот упёртая женщина! — процедил он.

Таврида встала и с достоинством оправила платье.

— Вы не менее упрямы, — сказала она. — Господин Вааш, я еще раз прошу вас оставить эти мысли.

И она быстрым шагом направилась прочь. Вааш недовольно посмотрел ей вслед. А потом скользнул взглядом по её ягодицам и подобрел. Всё же нравится она ему. Чувства к Тавриде были не такими, как к матери Райшалаш. Они были более спокойные, более осознанные. Просто Вааш смотрел на эту женщину и понимал: больше никого искать не надо. Он нашёл именно то, что ему нужно: женщину, которая будет любить его дочь больше его самого, как того и требуется от настоящей матери. И она ему самому очень сильно нравится. Только в её голове так много глупостей…

Вааш отвлёкся, заметив что-то блестящее в траве. Наклонившись, он увидел золотую заколку в виде рыбки с глазками-изумрудами. Его губы изогнулись в улыбке.

— Тихо, — чуть слышно прошипел командир отряда.

Наги замерли, внимательно всматриваясь в темноту. Примерно час назад они проникли сюда и теперь ползли по узким коридорам. Командир прислушался. Было слышно только лёгкое завывание ветра, что проникал в щели и трещины полузанесённой песком горы.

К этой горе отряд выехал на двенадцатый день пути по пустыне Халлава. Εё вершина, торчащая из песка, открылась им неожиданно. И командир сразу заподозрил, что именно это место они ищут. Когда после тщательных поисков им удалось найти прямоугольный вход внутрь, его подозрения только усилились.

Несколько часов им пришлось потратить на то, чтобы откопать вход. После этого часть нагов осталась на поверхности, остальные спустились внутрь.

Командир подал знак, показывая, что можно двигаться дальше. Примерно через четверть часа они оказались в большом круглом зале. Это был именно зал, не пещера, а помещение искусственного происхождения. Οдин из нагов наклонился и провёл пальцем по полу, определяя слой пыли.

— Здесь давно никого не было, — прошипел он.

Командир кивнул и отдал короткий приказ:

— Обыскать здесь всё.

Глава 14

Дейширолеш напряжённо смотрел прямо перед собой в стену. Когти барабанили по столешнице. Он не видел свою девочку уже три дня. Все эти недели он имел возможность видеть её почти каждый день. Тейс приезжала во дворец, чтобы заниматься с преподавателями. Вааш почему-то решил, что в его поместье обучение не пойдёт ей впрок, и девушка каждый день в сопровождении охраны приезжала сюда.

Сперва Дейш смотрел на неё издали. Первый день. Целых полдня. Потом терпение закончилось, и он беззастенчиво переехал со всеми своими документами в комнату, где занималась она. Радость девушки, вспыхнувшая у неё в глазах, приятно согрела его. Она была рада видеть его.

Дейш обычно располагался подальше от неё у окна и занимался своими делами. Правда, во время занятий по языку, его внимание было полностью приковано к ней. Он просто не мог заставить себя отвлечься от звука её голоса, когда она так старательно выговаривала слова их языка. У неё был довольно забавный акцент. Ему нравилось слушать её, ведь она говорила так редко.

Когда преподаватели заканчивали свои занятия и уползали, они оставались вдвоём. Дейширолеш просто переползал к ней, прижимался грудью к её спине и тихо шептал ей на ухо всякие глупости по-наагатински. Οна не понимала его, но краснела. И прижималась, сильно-сильно. А потом он целовал её, долго и сладко. До тех пор, пока не понимал, что ещё чуть-чуть, и он потеряет контроль.

Так продолжалось почти две недели. А потом он увидел, как в коридоре к Тейс посмел подойди какой-то мужчина из окружения короля. Он сказал ей, что королева хотела бы поговорить с ней. Дейширолеш просто взбесился, когда подумал, что королевская семья Нордаса до сих пор не отказалась от мысли вернуть Тейс. Он был так зол, что сам запретил девушке приезжать во дворец. Пусть сидит под крылышком у Вааша.

Первый день Дейш перенёс более-менее нормально. Второй прошёл тяжелее. Сегодня он серьёзно размышлял на тему того, как избавиться от короля.

B дверь постучали. Дейширолеш отвлёкся от составления плана инсценировки смерти королевской семьи Нордаса от рук разбойников и разрешил войти. B кабинет заполз Делилонис. Увидев раздражённого друга, он хмыкнул и уселся на подушку.

— Скучаешь? — ехидно поинтересовался он.

Дейш просто посмотрел на него, и Дел решил эту тему больше не затрагивать.

— Пришло сообщение от отряда, который я отправил к песчаным волкам, — сообщил он.

Дейширолеш заинтересованно посмотрел на него.

– Οни что-то нашли?

— Да, — Делилонис поморщился. — Почти в центре пустыни они нашли гору, внутри которой оказалось что-то вроде каменного храма. Они нашли и алтарный зал, и сам алтарь, и следы, свидетельствующие, что ранее это место было обитаемо…

— Ранее? — перебил его Дейш.

— Да, ранее, — Дел нахмурился еще сильнее. — Оно уже лет тридцать как необитаемо.

Дейширолеш выругался, но потом вздохнул и взял себя в руки.

— Может быть, он засел в каком-то из пустующих городов наагашехов? — предположил Делилонис.

— Я уже подумал об этом и отправил отряд проверить ближайший из них, — сказал Дейш.

— Почему ты мне не сказал об этом? — в тоне Дела зазвучало возмущение.

Дейширолеш посмотрел на него с недоумением. Делилонис вздохнул и пояснил:

— Я тоже отправил туда отряд.

На губах Дейша мелькнула улыбка.

— Ладно, значит, обыщут город основательно, — решил Делилонис и продолжил: — Я велел отряду возвращаться из пустыни обратно к песчаным волкам и прочесать их поселения в поисках черноглазых женщин. Возможно, удастся найти хотя бы одну.

Дейширолеш кивнул. Как плохо, что у них почти нет зацепок по местоположению Чанвашара.

— Как думаешь, может проверить все заброшенные города наагашехов? — спросил он у друга.

— Все девять? — Делилонис озадаченно нахмурился. — Наверное, придётся, хотя некоторые из них находятся довольно далеко.

— Десять, — поправил его Дейш.

Делилонис непонимающе посмотрел на него.

— Найден еще один город, — объяснил Дейширолеш. — Я забыл тебе сказать.

— Вот как… — протянул наагариш.

— Помнишь, я посылал нагов в Чёрную пустошь?

Делилонис кивнул. Οн тогда не понял, чего именно хотел добиться Дейширолеш, а друг отказался пояснять свои действия.

— Меня сильно заинтересовали горы в виде драконьего скелета, что расположены там, — в голосе Дейша зазвучал намёк.

Лицо Делилониса озарилось пониманием, и он улыбнулся.

— Под этими горами действительно есть подземный город, — продолжил Дейширолеш.

— Поэтому ты так хотел получить эти земли, — наконец-то понял Дел.

— Да, правда, теперь мне временно придётся отказаться от идеи заполучить их, — в голосе Дейша не было ни капли сожаления. — Дорин наверняка захочет за них Тейс. Такой обмен для меня невозможен.

Делилонис улыбнулся и кивнул.

— Кстати, король долго ещё будет злоупотреблять твоим гостеприимством? — спросил он.

Лицо Дейширолеша помрачнело, а столешница под его пальцами захрустела.

— Его наглости и упорству можно позавидовать, — прошипел он. — Но у меня кончилось терпение. Как думаешь, если я тайно убью его, мне сойдёт это с рук?

— Ну, думаю, сойдёт, — протянул Делилонис. — Но, если об этом узнает Дариласа, вряд ли ей это понравится.

Дейширолеш скривился и решил действовать менее радикальными методами.

— Поговорю с ним, — решил он. — Надеюсь, здравый смысл ему отказал всё же не полностью.

— Советую поторопиться, — сказал Делилонис, поднимаясь, и пополз к двери.

Уже будучи около неё, он остановился и, обернувшись, сказал другу:

— А то Дариласа так скучает.

И выполз.

Несколько секунд Дейширолеш обдумывал его слова.

— Стой! — рявкнул он. — Повтори, что ты сказал!

И почти тут же вскочил и бросился к выходу, чтобы вытрясти из друга подробности.

Увы, но Делилонис умудрился исчезнуть из коридора раньше, чем там появился Дейширолеш. Поэтому Дейшу только и оставалось томиться от раздумий. Неужели Тейс действительно скучает? А если скучает, то как сильно? Но все эти мысли пришлось выбросить из головы.

Дейширолеш распорядился, чтобы к нему пригласили короля Дорина для приватного разговора. Следующие полчаса он сидел и тщательно обдумывал все свои дальнейшие шаги. Здесь было очень важно не переборщить. Это родственники Тейс, пусть она с ними и не ладит, но она добрая девочка. Дейш уже начинал воспринимать её доброту как порок. Вряд ли она оценит, если он вдруг всё же исполнит своё страстное желание и просто прибьёт Дорина. Нужно быть немного мягче.

Через полчаса помощник доложил, что король Дорин прибыл.

— Проходите, ваше величество, — с улыбкой пригласил Дейширолеш короля в свой кабинет.

Тот нерешительно прошёл внутрь, посмотрел на подготовленную для него скамеечку и осторожно присел. В глазах его светилась опаска. Видимо, память о том, как наагашейд схватил его за шею и велел «катиться», всё ещё была очень свежа. Но сейчас повелитель был благодушен и, казалось, имел прекрасное настроение.

— Мне сказали, что вы хотите серьёзно поговорить со мной, — произнёс Дорин.

— Да, — Дейширолеш опять улыбнулся. — Я буду откровенен: меня не очень устраивает ваше присутствие в моём доме. Ваши намерения неопределенны, и я постоянно ожидаю от вас удара.

— Какого удара?! — возмутился король.

Но взгляд у него нервно забегал по сторонам.

— По Тейсдариласе, — невозмутимо пояснил Дейширолеш. — Вы гостите здесь уже второй месяц и не думаете возвращаться. И я прекрасно понимаю причину вашей задержки.

Король помрачнел.

— Наагашейд, эта девушка — будущее моей семьи, — медленно произнёс он. — Я не могу так просто отказаться oт неё.

— Но шансов вернуть её нет, — заметил наагашейд. — Даже если она захочет уехать, я её уже не отпущу.

Король пристально посмотрел на него.

— Значит, всё же правда… — протянул он. — И что же вы нашли в ней такого?

Дейширолеш глубоко вздохнул и ответил очень спокойно:

— Я не задумывался об этом. Наверное, потому что мы с ней похожи.

Король удивлённо посмотрел на него, не понимая, что общего может быть между наагашейдом и этой девушкой. Дейширолеш в ответ посмотрел прямо и очень пристально. Дорин вздрогнул. Да, взгляд у них одинаковый.

— Я мог бы тихо и спокойно всех вас убить, а потом бы инсценировать вашу гибель от рук разбойников, — с намёком произнёс Дейш.

Король побледнел.

— Но предпочту договориться. Γлавным образом как раз из-за Тейс. Εй наверняка станет жаль народ Нордаса, оставшийся без правящей династии, и мы с ней опять поругаемся. Не хочу ссориться с ней из-за таких мелочей.

Король напряжённо посмотрел на него.

— Сейчас я предлагаю вам вернуться домой, — продолжил Дейширолеш. — У меня нет желания решать ваши родовые проблемы с даром. Поэтому советую проявить благоразумие и покинуть мой гостеприимный дом. Тейсдариласа же останется здесь. Навсегда. Возможно, через какое-то время я стану снисходительнее, и мы сможем договориться. Но не сейчас.

Дорин почувствовал отчаяние. Все его надежды рушились на глазах. Если он попробует остаться, то наагашейд наверняка выполнит свою угрозу. А если уедет, то здесь останется его надежда на возвращение величия его семье.

— Мы можем составить соглашение, — вынес повелитель неожиданно щедрое предложение. — Через несколько лет, после того, как у меня родится первый правнук, представители наших семей соберутся еще раз, чтобы обсудить вопрос о возвращении дара в вашу семью. Возможно, к тому времени что-то изменится, и я буду готов пойти вам навстречу.

B душе короля одновременно затеплились надежда и грусть. Он наконец в полной мере оценил слова оракула. Вряд ли он доживёт до этого момента, и разрешением этого вопроса придётся заняться уже Руазе.

— Но Тейсдариласа ещё вам не жена, — напомнил он.

Напомнил и тут же пожалел. Лицо наагашейда помрачнело.

— Моя свадьба — моя проблема, — процедил он. — Вам не стоит об этом думать.

— Да, вы правы, — стушевался король.

— Так какое решение вы принимаете? — спросил наагашейд.

Дорин посмотрел на него устало и печально.

— Мы уедем через три дня, — сказал он. — И я принимаю ваше предложение о соглашении.

Дейширолеш тонко улыбнулся. Вот и замечательно. А то, что до момента выполнения этого соглашения, скорее всего, придётся ждать несколько веков, уже значения не имело.

Новость, что король с семьёй и свитой отбывает через три дня, разнеслась по дворцу молниеносно. Почему-то многие порадовались этому. В честь отъезда королевской особы наагашейд распорядился устроить торжественный приём. Только в этот раз в традициях нагов. Поэтому сейчас во дворце царила настоящая суматоха.

Дейширолеш же сидел в собственном кабинете и думал, отправлять Тейс приглашение на этот приём или нет. С одной стороны, он был дико против того, чтобы она встречалась с королевской семьёй. А с другой стороны, ему самому очень сильно хотелось увидеть её. И король всё же её отец. Наверное, ей стоит с ним проститься.

В итоге выиграло желание увидеть девушку, и он написал приглашение для неё сам. Долго вертел его в руках, думал, а потом всё же решился.

Через полчаса через стены дворца перелетел пернатый посланник. Взъерошенный после знакомства с пальцами наагашейда воробей направил в сторону поместья Οнсаш.

Дариласа тоскливо вздохнула и зашарила рукой рядом с собой в поисках книги. Книга не находилась, и девушке пришлось приподняться на локтях и осмотреться. Вся постель была завалена книгами, свитками, кусками графита… Обозрев этот хаос, она плюхнулась назад и уставилась в потолок. Οна не видела наагашейда уже три дня. Три долгих тоскливых дня. А очень хотелось посмотреть хотя бы издали на хищный профиль или оказаться под прищуром зелёным глаз. А ещё лучше — оказаться в его руках и почувствовать его губы на своих губах. Οна уже привыкла к его ежедневному присутствию.

По непонятной многим причине Вааш настоял, чтобы её занятия проходили во дворце наагашейда. Сама Дариласа была уверена, что Вааш просто пошёл навстречу ей, видя, какими чувствами она терзается. И была ему очень за это благодарна.

Обучение проходило в очень приятной компании. Наагашейд был рядом. Он всегда сидел у окна и сосредоточенно разбирал документы, что-то писал, зачёркивал и безжалостно выбрасывал. Иногда было очень сложно сосредоточиться на занятиях: постоянно тянуло смотреть на него. Но она очень старалась. И особенно старалась на занятиях по языку. Почему-то, когда они с учителем начинали отрабатывать произношение, наагашейд откладывал все дела и смотрел на неё, не отрываясь. Хвост его взволнованно подрагивал, из-за этого подрагивал и его стол. Выглядело забавно.

Когда в первый день они остались наедине после ухода учителя, Дариласа сидела и лихорадочно соображала, что такого придумать, чтобы наагашейд остался здесь, с ней, подольше. Пока она думала, он сам приблизился к ней, сел за её спиной и обнял. Она тогда оцепенела от удивления. Всё же Дариласа не привыкла к проявлению подобной нежности со стороны наагашейда. А потом он развернул её и поцеловал…

Это повторялось каждый день. От его поцелуев горели губы и возникали проблемы с дыханием. Он всегда целовал так долго и жадно, что она теряла всякую волю в его руках. А потом с нетерпением ожидала следующей встречи.

Но три дня назад к ней подошёл посланник от королевы Аронии с просьбой уделить её величеству немного времени. Дариласа даже отказать не успела. Налетел взбешённый наагашейд, нарычал на мужчину, потом нарычал на её охрану за то, что они подпускают к ней всех подряд, и утащил её в узкий коридорчик, заканчивающийся стеной. Там он навис над ней и, прикрыв глаза, зашипел что-то непонятное. Злился. Потом вроде успокоился и запретил ей появляться во дворце, пока здесь гостит король со своей свитой и семьёй.

Нет, она не обиделась на запрет. Но расстроилась. Свою тоску она пыталась заглушить занятиями, но выходило из рук вон плохо. Даже в отвлекающем присутствии наагашейда у неё получалось концентрироваться лучше.

В открытое окно влетел воробушек. Он сделал круг над ложем, привлекая её внимание, а затем беззастенчиво сел ей на лоб. Девушка аккуратно схватила его и села. Она слегка заволновалась. Отцепив футлярчик и достав свёрнутое письмо, она разволновалась ещё больше. Это было приглашение. Приглашение на торжественный приём, который состоится во дворце наагашейда через три дня по случаю отбытия короля Дорина восвояси. Девушка вскочила с ногами на постель и радостно подпрыгнула. Зажатая в руке птичка возмущённо запищала. Дариласа спохватилась и отпустила её. А сама упала на постель на колени и начала судорожно искать чистый клочок бумаги. Найдя небольшой кусочек, она наскоро нацарапала графитом «Приеду» и отловила воробья. Через минуту она выпустила пташку в окно.

А на улице начинал накрапывать дождик. Но пасмурная погода была не в состоянии испортить радужное настроение Дариласы. Прихватив записку, она бросилась вон из комнаты, чтобы продемонстрировать приглашение Ваашу. Столкнувшаяся с ней в коридоре Моаша с удивлением посмотрела ей вслед.

А воробушек, получив крупной каплей дождя прямо по голове, мотнулся в воздухе, залетел под крышу дома и там уселся на балку. Дождь обрушился на землю стеной.

Дейширолеш с самым мрачным видом цедил вино из бокала, лёжа на постели в своей спальне. Тейс не ответила. Она проигнорировала его приглашение. Он ждал её ответ весь день и вечер. Чем больше времени проходило, тем мрачнее становился он. Пасмурная погода и льющийся дождь вгоняли его в ещё большее раздражение.

Сперва он пытался её оправдать. Это всё из-за дождя. Птицы не летают в такую погоду, а Тейс добрая. Она не отпустит птичку в дождь. Чтобы успокоить расшалившиеся инстинкты, Дейш решил выпить немного вина. После третьей бутылки оправдания подбирались с трудом. В конце концов, она могла отправить с ответом слугу. Но не сделала этого. После седьмой бутылки закончился дождь, а ответа всё не было.

Дейширолеш разъярённо ударил хвостом в стену и встал. Οтбросил со своего пути все десять пустых бутылок и одну начатую и пополз на выход. Что ж, любую крепость можно взять штурмом.

Воробей под кровлей встрепенулся со сна и высунул клюв наружу. Уже почти стемнело, дождь давно прекратился. Встряхнувшись, он слетел с балки и направился в сторону дворца наагашейда.

— Дариласка! Делилонис и Ссадаши приехали! — прокричал Вааш.

Дариласа как раз заходила в дом, но оклик заставил её остановиться, а потом и вовсе сменить маршрут. От ворот вместе с Ваашем ползли Делилонис и Ссадаши. Ссадаши девушка в последнее время видела довольно редко. До неё дошли слухи, что парень стал наследником рода и теперь помимо заботы о ещё не совсем здоровом отце у него появилось много других обязанностей.

— Госпожа, король Дорин уезжает, — радостно сообщил ей Ссадаши.

— А мы уже знаем, — ответил за неё Вааш. — Дариласе прислали приглашение на приём в честь его отъезда.

Делилонис нахмурился.

— Что-то мне не нравится эта идея… — протянул он.

— Поздно… — начал было Вааш, но его перебил стражник, приползший от ворот.

Глаза у него были испуганными.

— Господин, там наагашейд, — он махнул на ворота. — Он взял наше поместье в осаду.

Все молча уставились на него.

— В смысле? — наконец произнёс Вааш.

— В прямом, — наг пожал плечами. — Он требует, чтобы госпожа дала ему какое-то согласие.

Мужчины вопросительно посмотрели на Дариласу. А у той даже рот от удивления открылся. Она вообще не понимала, что происходит.

— А ну-ка посмотрим! — Вааш решительно направился к воротам.

Там он заполз по лестнице на стену и посмотрел вниз. Следом за ним забрались Делилонис, Ссадаши и Дариласа. Внизу перед воротами стоял мрачный и пугающий наагашейд. Он был очень зол, и эта злость проявлялась в едва подрагивающих ноздрях. А за его спиной были наги.

— Твою мать! — выругался Вааш. — Пять армейских отрядов!

Ссадаши присвистнул, а Делилонис подозрительно прищурился и подался вперёд. Дариласа окончательно растерялась. Увидев её, повелитель скрестил руки на груди и недовольно посмотрел на неё.

— Господин, что происходит? — спросил у него Вааш. — Мой род чем-то провинился перед вами?

— Плевал я на твой род! — процедил сквозь зубы наагашейд. — Мне нужна Тейсдариласа!

Мужчины с недоумением посмотрели на девушку. Та оцепенела, пытаясь понять, в чём она виновата.

— Тейс, если ты думаешь, что я просто так проглочу твой отказ, то зря, — неожиданно сказал ей повелитель. — Если будет нужно, я возьму это место штурмом, и ты всё равно согласишься.

— Эй, Дариласк, а ты в чём ему отказала? — тихо спросил Вааш.

Дариласа непонимающе посмотрела на него. Происходящее казалось ей бредом.

— Повелитель, простите, но можно мне узнать, в чём именно вам отказала Дариласа? — осторожно спросил Вааш.

— Она отказалась приехать на торжественный приём, — прошипел наагашейд.

Глаза Дариласы ошеломлённо округлились. Вааш тоже озадачился.

— А ты разве отказалась?

Девушка отрицательно мотнула головой и для ясности даже сказала:

— Согласилась.

Вааш повернулся в сторону повелителя.

— Но она не отказывалась! — прокричал он.

— Да, она просто проигнорировала послание! — процедил наагашейд.

Дариласа отрицательно замотала головой. Она ответила! Вааш почесал затылок.

— Похоже, тут какое-то недопонимание… — пробормотал он.

Тут Делилонис расширил глаза от ужаса и тихо простонал.

— Вааш, он пьян!

— Чего? — не понял Вааш.

– Οн пьян в хлам! — повторил Делилонис.

Вааш посмотрел на повелителя, но тот выглядел возмутительно трезво. Не качался из стороны в сторону, в глазах не было пьяного блеска, речь членораздельная…

— Да ну? — усомнился он.

— Поверь мне, я его всяким видел! — Делилонис расстроено запустил пальцы в волосы. — Он, похоже, перепил до состояния «хочу войну по любому поводу». Ему сейчас лучше не перечить.

— Да какой он пьяный! — никак не мог поверить Вааш.

Дариласа же помрачнела и посуровела, слушая их разговор. То есть наагашейд не получил её ответ, напился из-за этого и теперь решил устроить ей войну? Захотелось постучать ему по голове. Она решительно подошла к краю стены и одним плавным движением перемахнула через него. Пружинисто приземлившись на землю, она выпрямилась и решительно направилась к наагашейду. Позади на стене ругался Вааш.

Наагашейд двинулся ей навстречу. Его хвост обвил её и притянул ближе. Он тут же обхватил её руками и приподнял над землей.

— Ты в плену, — заявил он.

Гнев улетучился. Девушке стало смешно. Он так серьёзно произнёс это. Позади громыхнул засов на воротах, заскрипели петли, и к ним выполз Вааш. Он остановился в двух саженях от них и сурово посмотрел на повелителя.

— Повелитель, смиренно прошу вернуть Дариласу мне, — очень вежливо попросил Вааш. — Иначе я вам морду набью.

Возникла испуганная тишина. Наагашейд, прищурившись, посмотрел на Вааша.

— Вааш, то, что ты мне отец, не означает, что я тебе всё прощать буду, — с намёком произнёс повелитель.

На лице Вааша появился реальный ужас. Вот теперь он поверил, что наагашейд мертвецки пьян.

Дариласа требовательно похлопала Дейширолеша по плечам, привлекая его внимание, и сказала:

— Я приеду. Пусти меня.

Несколько секунд Дейш смотрел на неё с нечитаемым выражением, а потом по его лицу расползлась счастливая улыбка. Он жадно поцеловал её в губы и только после этого опустил на землю и подтолкнул в сторону Вааша. А сам развернулся к своему войску и громко объявил:

— Мы победили. Возвращаемся!

Вааш и Дариласа продолжали стоять на месте, наблюдая, как «захватчики» покидают их.

— Отец… отец… — повторял ошеломлённый Вааш. — Да упаси Боги от такого сына!

За ворота выползли Делилонис и Ссадаши.

— Вот это да! — выдохнул парень.

Дариласа обеспокоенно мялась на месте.

— Что теперь будет? — неожиданно спросила она.

Делилонис непонимающе посмотрел на неё.

— Ты о чём?

— Наагашейд… его репутация…

Даже Ссадаши не смог понять её. Дариласа решила объяснить подробнее.

— Может пострадать его репутация.

Несколько секунд мужчины продолжали смотреть на неё с непониманием, а потом до Делилониса дошло.

— А-а-а, я понял. В Нордасе такое поведение недопустимо для короля, это может сказаться на его репутации. Смеяться будут.

— Посмеёшься тут, — мрачно буркнул Вааш. — Можешь не переживать за него. У нас на влюблённых нагов смотрят снисходительно независимо от их положения. Под воздействием инстинктов чего только не натворишь. Даже спой он тебе слезливую серенаду под окном, никто бы не удивился.

Дариласа вздрогнула. Нет, она не позволит такому случиться. Но после этих слов ей ощутимо полегчало. Тут ещё и Ссадаши вставил своё слово.

— Мой отец тоже чудил знатно. Мне мама недавно рассказывала, что он как-то переоделся старухой-предсказательницей. Они с подругами решили погадать на суженного и пошли к местной гадалке. Отец прознал об этом, пробрался к старухе, убрал её на время, а сам занял её место и предсказал маме самого себя в роли суженного. Признался он ей в этой проделке только после рождения Гооша.

Вааш хохотнул.

— Не ожидал такого от твоего отца, — признался он.

— Да я тоже.

Дариласе стало ощутимо легче.

— Я всё же поеду обратно во дворец, — неожиданно решил Делилонис.

— Что так? — поинтересовался Вааш.

Делилонис криво усмехнулся.

— Не хочу пропустить пробуждение кое-кого.

Просыпаться было тяжко. Голова жутко гудела, глаза не хотели открываться, а во рту было гадко. Мелькнула мысль, что его опять отравили. Дейширолеш с трудом приподнял веки и увидел сидящего рядом Делилониса. Тот улыбнулся ему. Ехидно так.

— Как спалось? — поинтересовался он.

— Что ты здесь делаешь? — прохрипел Дейш.

— Свои нервы лечу. Помнишь вчерашний день?

Дейширолеш напряг память. Воспоминания постепенно начали выстраиваться, и он тихо застонал.

– Οна мне не ответила, — зачем-то попытался оправдаться он.

— Направо посмотри, — посоветовал друг. — И немного ниже.

Дейш сделал, как велели, и увидел птичку, которая спала, устроив гнездо в его волосах.

— Дариласа тебе ответила, просто посланец прилетел поздно. Вчера дождь был, он, наверное, прятался где-то.

Дейш протянул дрожащую руку к птице и осторожно взял её. Воробей испуганно трепыхнулся. Дейширолеш отпустил его сразу же, заполучив письмо. Почти минуту он всматривался в одно-единственное слово, а потом повернулся к Делилонису спиной и тихо застонал.

— Она обиделась? — спросил он.

— Нет, но очень переживала за твою репутацию. Ты мне скажи, зачем ты вообще так напился? Ты же знаешь, что нельзя.

— Это всё инстинкты, — невнятно оправдался Дейширолеш.

— Дейш… — начал было Делилонис, но друг грубо оборвал его.

— Слушай, ползи отсюда! Мне и так погано!

Делилонис умолк, но никуда не уполз. А через несколько минут протянул:

— А ещё ты Вааша папой назвал…

Дейширолеш протяжно застонал.

Чанвашар приходил в сознание медленно. Боль сковывала всё тело, пошевелиться было просто невозможно. Несколько минут он пытался сосредоточиться на внешнем мире. Наконец у него получилось, и до его слуха донеслись слабые причитания главной жрицы. Он разлепил пересохшие губы и почти неслышно попросил:

— Воды…

Жрица охнула, и через несколько секунд к его губам поднесли чашу с водой. Он жадно выпил всё до капли и откинулся назад, тяжело дыша. Сознание наконец прояснилось.

Этот ритуал дался ему сложнее остальных. Слабое человеческое тело не успело восстановиться после двух предыдущих ритуалов, и где-то в середине процесса он потерял сознание. Ну, ничего. Он чувствует результат. Его мучения были не напрасны. Сила ощутимо возросла, а тело восстановится. Теперь он может играть с этим мальчишкой смелее.

Глава 15

Тейсдариласа приподняла полог паланкина и увидела, что они уже минуют ворота дворца. Внутри всё скрутило от волнения. Она так сильно не переживала, даже когда первый раз решила предстать перед королём в образе кошки. Но именно сегодня девушка почему-то очень сильно переживала и волновалась. Из-за наагашейда.

После штурма он ни разу не посетил её. Только прислал на следующий день записку с извинениями за своё поведение. Кошка подначивала её самой пойти к повелителю, но Дариласа решила терпеть до приёма. И вот наконец этот день наступил и плавно перетёк в вечер.

Из поместья Οнсаш во дворец решили ехать только она и Вааш. Вааш звал и Тавриду. Сказал ей, что он нуждается «в присмотре и контроле». Женщина непреклонно отказала ему. Между этим двумя вообще что-то странное творилось: Вааш наступал, а Таврида убегала. Убежала она и в этот раз. Вааш даже расстроился. По дороге, правда, печаль его прошла, сменившись задумчивым выражением, а потом и вовсе на его губах расцвела коварная улыбка.

Паланкин ощутимо качнулся, и раздался стук. Дариласа поняла, что они прибыли на место. Вааш выполз, помог выбраться ей, и они повернулись к лестнице. Девушка споткнулась. На её вершине их ожидал наагашейд. Её губы сами раскрылись от удивления. Наагашейд был облачён в шикарное одеяние тёмно-зелёного цвета и казался таким красивым и недоступным. Волосы убраны в сложную косу, в её середине поблескивала тяжёлая серебряная заколка-спица. Руки сложены на груди, хвост свит в кольца, а его кончик нервно подрагивал, выдавая нетерпение своего хозяина.

Дариласа сдержала улыбку и начала следом за Ваашем подниматься по лестнице. Золотистая пышная юбка из лёгкой ткани зашуршала, звякнули цепочки на кожаном поясе.

Дейширолеш с нетерпением ожидал, когда же девушка окажется рядом с ним. Она была такая солнечная в своём золотистом наряде. Пышная юбка словно тихонечко шептала о том, какие прекрасные ножки она скрывает, а облегающий лиф с гордостью демонстрировал очертания нежного женского богатства. И пусть у Тейс это богатство было скромным, это не делало его менее привлекательным.

— Доброго вечера, повелитель, — почтительно поприветствовал его Вааш.

Дариласа с любопытством посмотрела на них. Ей было интересно, как мужчины отреагируют друг на друга после «штурма» поместья Онсаш. Но они вообще сделали вид, что ничего интересного между ними ранее не происходило.

— Доброго вечера, Ваашлед, — холодно ответил наагашейд, но с ней поздоровался значительно теплее. — Рад видеть тебя, Тейссс.

У Дариласы аж мурашки по спине побежали от его шипения. Он медленно наклонился, смотря прямо ей в глаза, слегка склонил голову набок и легонько поцеловал её в губы. Волна жара мгновенно растеклась по всему телу, сердце подскочило и забилось часто-часто. А Вааш рядом деликатно прокашлялся, напоминая о своём присутствии. Наагашейд недовольно посмотрел на него. После этого он взял Дариласу за руку, крепко сжав её ладонь в своей ладони, повёл во дворец. Вааш хмыкнул и пополз за ними.

В холле их встретили Роаш и Делилонис. На губах Делилониса появилась ехидная такая улыбочка, а вот Роаш недовольно зашипел, смотря на их сцепленные руки.

— Спасибо, что привели её, — с трудом поблагодарил он повелителя. — Дальше я сам.

И протянул Дариласе руку. Теперь недовольно зашипел Дейширолеш. Мужчины, прищурившись, уставились друг на друга. Вааш и Делилонис забеспокоились. Радость Дариласы слегка померкла: её огорчало, что эти двое никак не хотели поладить. Она решительно освободила свою ладонь из хватки наагашейда и решила выбрать себе сопровождающего сама. И им оказался Ссадаши, на свою беду показавшийся в холле.

— Госпожа? — он вопросительно посмотрел на девушку, когда она ухватила его за локоть, а затем вздрогнул, буквально ощутив флюиды ненависти.

Подняв голову, парень столкнулся с недовольными взглядами наагашейда и наагариша Роаша и немного забеспокоился.

— Эммм… — нерешительно протянул он. — Может, пойдём?

И повёл девушку в сторону зала, где должен был состояться приём. Вааш и Делилонис облегчённо вздохнули, а Роаш и Дейш обменялись раздражёнными взглядами и последовали за Дариласой и Ссадаши.

Мероприятие уже началось. Вааш и Дариласа прибыли с опозданием, поэтому королевская семья была уже здесь, как и остальные приглашённые. Девушка с удивлением осмотрелась. Они находились в самом большом зале дворца. На её памяти им пользовались второй раз, первый раз был на праздник Начала Большой Воды. Всё его пространство было заставлено возвышениями, на которых по отдельности и семьями располагались наги. Король Дорин с семьёй находились на таком же возвышении. Свита была рассажена по возвышениям рядом.

— Это лонсаэши, — пояснил ей Ссадаши. — На приёмах, где не подразумевается активное передвижение гостей, обычно возводят их. Это удобнее, чем сидеть за общим столом. На лонсаэше обычно располагаются семьями, а взрослые несемейные мужчины занимают их в одиночку.

Парень неожиданно шкодливо улыбнулся и сказал Дариласе:

— Не завидую я вам, госпожа.

Та удивлённо посмотрела на него.

— Вам сейчас придётся выбирать, с кем вы сядете. Женщины одни не сидят.

Вот Тёмные. Дариласа нахмурилась.

В этот момент заползли отставшие опекуны и повелитель. Все они посмотрели на девушку и расползлись по разным лонсаэшам, предоставив ей самой решать, к кому она пойдёт. Дариласа посмотрела на Ссадаши. Взгляд парня стал умоляющим.

— Госпожа, я же не доживу до конца приёма.

Дариласа знала, что Вааш и Делилонис поймут её и не обидятся, если она будет сидеть не с ними. Но Роаш расстроится. А повелитель может обидеться и разозлиться. Поэтому она решительно направилась к небольшому пустующему лонсаэшу и поднялась на него, обделив сразу всех. Спокойно расположилась на подушках и осмотрелась. Удивлённых взглядов было мало. Наги уже привыкли к её необычным поступкам. Дариласа же изучила содержимое столика перед собой и налила в чашку горячий травяной сбор. Запах мяты защекотал ноздри. Кошка внутри с энтузиазмом завозилась: ей понравился аромат.

Вааш и Делилонис обменялись понимающими взглядами и подмигнули друг другу. Ρоаш же облегчённо выдохнул, но расслабляться не спешил. А вот Дейш нехорошо прищурился. Дариласа решила не смотреть на него, чтобы не искушаться. Кошка и так ворчала недовольно. Вместо этого она пригубила напиток и посмотрела на короля.

Король Дорин не отводил от неё глаз. Выражение его лица было довольно занимательным: растерянным, непонимающим, удивлённым и слегка опасливым. Он терялся, когда пытался понять эту девушку. Она не была похожа ни на Ирену, ни на него самого. Через некоторое время он понял, что она похожа на Шервана, на своего дядю. Только в отличие от него она была женщиной, и её поступки не соответствовали её полу.

Королева Арония вовсе не смотрела на неё. Она ни на кого не смотрела. Бледная и осунувшаяся, она рассматривала свои колени и просто мечтала покинуть это место.

Руаза рядом с ней была не менее бледной. Страх, появившийся в ней во время нападения мятежников, до сих пор отражался в её глазах. Она так же, как и мать, мечтала вернуться домой.

Неожиданно какая-то тень закрыла для Дариласы свет. Девушка обернулась и замерла. Повелитель поднимался на её лонсаэш. Под его хищным взглядом в ней взметнулась паника. Ей вдруг захотелось сбежать. Усилием воли она подавила это желание и продолжила смотреть, как наагашейд в полной тишине поднялся к ней и устроился рядом. Губы его изогнулись в улыбке, хвост лег кругом, заключая в ловушку и Дариласу, и столик, а сам повелитель беззастенчиво прижал её к своему боку и обнял одной рукой. Губы его медленно раскрылись, и он произнёс:

— Я в гости.

Дариласа посмотрела на него с непониманием, а потом оглянулась и увидела, что на другие лонсаэши спокойно заползают наги также в гости. «Хозяева» достают из-под столика новую чашку и угощают посетителя. Девушка нерешительно под пристальным взглядом повелителя засунула руку под столик и нащупала ряд чашек. Достала одну и потянулась к чайнику с травяным сбором. Но наагашейд перехватил её ладонь и указал пальцем на одну из стоящих рядом открытых бутылок. Дариласа высвободила руку и взяла бутылку. Налив повелителю вина, она подвинула чашку в его сторону. Но он проигнорировал угощение, продолжая смотреть на девушку.

Дариласа украдкой осмотрелась, пытаясь понять, что она не так сделала. Вроде бы всё правильно. Может из рук в руки нужно? Она подняла чашку и протянула наагашейду. Но тот всё равно не принял её, продолжая смотреть на девушку. Глаза его весело сверкнули. Дариласа с подозрением посмотрела на него. Он, что, хочет, чтобы она сама его напоила? Ну уж нет! Вдруг это какая-то неизвестная ей традиция. Она решительно поднесла чашку к своим губам, и повелитель запаниковал.

— Нет! — зашипел он и отобрал напиток.

Девушка прищурилась и весело посмотрела на него.

— Для тебя это слишком крепко, — серьёзно сказал Дейширолеш и чуть слышно добавил: — А во дворце полным-полно краски от песчаников.

Дариласа с недоумением взглянула на него. Про подарок песчаников ей ничего не говорили, поэтому замечание наагашейда оказалось для неё непонятно.

Она отвлеклась на Роаша, который заполз на её лонсаэш. Сразу стало тесновато. Вид у нага был недовольный, но он спокойно сел напротив них. Дариласа поспешила налить ему чашку травяного сбора.

— Наагашейд, мне кажется, вы слишком рано решили показать себя во всём… цвете.

Последнее слово Роаш произнёс так, что Дариласа сразу заподозрила скрытый смысл. Наагашейд улыбнулся.

— А по-моему, я должен был сделать это уже давно, — протянул он.

— А по — моему, вы торопитесь, — не отступал Роаш.

Дариласа отвлеклась на подползшего к их лонсаэшу нага.

— Господин Роаш, — тихо позвал он.

Роаш обернулся и хмуро посмотрел на него.

— У нас возникла проблема, требуется ваше присутствие.

Роаш повернулся и с подозрением посмотрел на наагашейда.

— А есть ли эта проблема на самом деле? — протянул он, не сводя подозрительного взгляда с повелителя.

— Думаю, тебе стоит проверить, — посоветовал Дейширолеш. — А за Тейс я присмотрю.

— Не стоит утруждаться, у вас и так много дел. За Дариласой есть кому присмотреть, — ответил Роаш и добавил уже для Дариласы: — Я скоро вернусь.

Дождавшись, пока он отползёт подальше, Дейш склонился к уху Дариласы и прошептал:

— Нескоро. Я постарался занять его до самого утра.

Дариласа осуждающе посмотрела на него, но повелитель нисколько не устыдился. Наоборот, он был очень доволен собой.

— Угости меня, — с шаловливой улыбкой попросил он.

Дариласа улыбнулась в ответ и подала ему чашку с вином. На этот раз он принял её и слегка пригубил. Потом бросил взгляд на свой лонсаэш и нахмурился. Там стоял какой-то наг.

— Может, ты придёшь ко мне в гости? — предложил он. — И останешься у меня? Мне просто нужно вернуться на свой лонсаэш.

Дариласа с сожалением отрицательно мотнула головой. Εй не хотелось бы нервировать опекунов и давать людям короля повод чесать языками. Хотя их мнение значило для неё не так уж много. Тем более она сама решила сидеть одна. И теперь, как девушка поняла, она может прийти к наагашейду только в гости. Ни к чему рушить традиции из-за собственной прихоти. Она не наагашейд, которому сойдёт с рук пренебрежение некоторыми правилами. И почему ей никто ничего про эти лонсаэши раньше не рассказал?

Дейширолеш разочарованно вздохнул. Он видел, что её терзают какие-то опасения, и решил, что она всё ещё побаивается его. Дейш с отвращением посмотрел на вино. Похоже, его пьяный штурм опять всколыхнул в ней часть каких-то страхов.

— Я всё же надеюсь, что ты ко мне заглянешь.

С этими словами он встал, спустился вниз и пополз к своему лонсаэшу. Откуда ни возьмись, появился Ссадаши. Парень заполз к ней и устроился напротив неё на подушках.

— Госпожа, ну вы даёте! — восторженно выдохнул он.

Дариласа скривилась. Менее всего она хотела кого-то поразить. Ссадаши посмотрел в сторону и стал серьёзнее.

— Вы не хотите сходить к нему?

Дариласа повернулась и поняла, что Ссадаши смотрит на короля Дорина. На её лице мелькнуло удивление.

— Я понимаю, что у вас с ним нет близких отношений, но, возможно, сегодня вы видите его последний раз. Впоследствии вы можете пожалеть, что так и не поговорили с ним.

Парень тяжело вздохнул и признался:

— Когда я поехал вместе со всеми мстить императору, то сильно пожалел об этом. Не было ни дня, чтобы я не жалел о своём решении. Я дико сожалел, что оставил отца, и боялся, что никогда не смогу больше увидеть его и нормально поговорить. А тогда у меня с ним были тоже не самые лучшие отношения.

Слова Ссадаши затронули что-то в её душе, и Дариласа засомневалась. Она попыталась найти у себя желание поговорить с королём, попыталась представить, о чём его можно спросить. Но оказалась в тупике. Девушка отрицательно мотнула головой, отвергая это предложение. Всё же у них с Ссадаши разные ситуации. Отец воспитывал его сам и по-своему любил. Король же для неё всегда был незнакомцем.

До конца вечера Дариласа так и не смогла сходить к наагашейду в гости. У него постоянно кто-то был. Уползал один наг, а следом за ним тут же приползал другой. В конце концов, ей пришлось покинуть вечер в сопровождении Вааша. Расстроенный взгляд наагашейда жёг ей спину.

Было уже слишком поздно, поэтому они с Ваашем решили остаться во дворце в комнате, которую ему когда-то выделили. Роаша до сих пор не было, поэтому Дариласа отправилась к Ваашу.

Она сходила в купальни, а вернувшись, обнаружила, что Вааш успел постелить себе на полу и тоже уполз мыться. Дариласа села на край ложа и задумалась. На душе кошки скребли. Точнее, скребла одна, но большая и очень докучливая. Ей не давал покоя расстроенный взгляд наагашейда. Εй хотелось вернуться к нему и добиться того, чтобы он опять улыбнулся ей. Пожалеть хотелось, признаться, что она очень скучает без него…

В голове мелькнула очень смелая мысль. Дариласа замерла, обдумывая её. Она вдруг подумала, что можно было бы сходить к нему сейчас. И не в облике кошки, а так. Но если они останутся наедине в ночном полумраке, то может кое-что произойти… Её пальцы нервно сжались в кулаки. Мысль стала смелее. А может, пусть произойдёт? Повелитель же уже столько раз доказывал серьёзность своих намерений, может, стоит довериться ему? Сколько можно бояться?

Стало немного боязно. Опять возникли разные мысли на тему, а что oн подумает после, как себя поведёт, не сделает ли она хуже, а вдруг он её оттолкнёт… Дариласа решительно мотнула головой. Она не узнает, пока не доверится ему. Если она не решится сейчас, то потом может всю жизнь сожалеть, что так и не рискнула. Лучше сожалеть о совершённом, чем о несделанном.

После этого решения страх исчез. Возникло предвкушение и лёгкое возбуждение. Кошка азартно зашевелилась. Она, правда, не поняла всей сути плана, но сообразила, что в случае его успешного осуществления наагашейд будет принадлежать им. Поэтому была всеми лапами за. Дариласа решительно поднялась на ноги. Сейчас ей казалось, что еще никогда в своей жизни она не планировала осуществить ничего более смелого.

Через несколько минут она стремительно покинула покои, одетая лишь в лёгкое ночное одеяние. Охранники переглянулись и последовали за ней. Появившийся на другом конце коридора Вааш внимательно проследил за ней взглядом, хмыкнул, но останавливать не стал.

Девушка миновала коридор, поднялась по лестнице и направилась к покоям наагашейда. Оказавшись на месте, Тейсдариласа на несколько секунд замерла у двери, а потом решительно отодвинула её в сторону и под удивлёнными взглядами стражи зашла внутрь. Её личная охрана осталась снаружи. Девушка пересекла гостиную и отодвинула дверь в спальню. Наагашейд поднял голову и удивлённо посмотрел на неё.

— Тейс? Что ты здесь делаешь?

Он хотел добавить «в такой час», но осёкся под решительным взглядом девушки. Она зашла в спальню, закрыла дверь и прошла к его ложу. Дейширолеш приподнялся на локтях, с недоумением смотря на неё. Он был удивлён её визитом. А Дариласа взялась за пояс своего лёгкого одеяния, развязала его и скинула одежду с плеч, представ перед ним совершенно нагой.

Дейширолеш на мгновение замер, уставившись на её обнажённые плечи. Затем его взгляд медленно опустил вниз по её телу, беззастенчиво рассматривая девушку. Γлаза его потемнели. А при виде укромного местечка внизу её живота он облизнул внезапно пересохшие губы. Дейш резко поднял глаза на её лицо, ноздри его хищно раздулись. Правая бровь приподнялась и изогнулась, словно он спрашивал её о чём-то.

Дейширолеш действительно хотел знать. Он хотел убедиться, что правильно понял её. Тейс пришла так неожиданно, скинула с себя одежду, и от неё пахло желанием. Всё это вызывало в нём одно очень смелое предположение. Дариласа прошла к его ложу, оставив лёгкие туфли рядом с брошенным на пол платьем, и присела рядом с ним. Дейширолеш напрягся от её близости. Εго когти вцепились в покрывало, раздирая его. А девушка взялась за пояс его одежды и медленно распустила его. Ткань скользнула в стороны, обнажая его тело. Дариласа ненадолго замерла, а затем медленно коснулась ладонями его груди, провела подушечками пальцев по коричневым соскам и спустилась вниз, на живот. Дейш прикрыл глаза и выдохнул.

— Ты помнишь, что я тебе говорил? — глухо спросил он.

Дариласа посмотрела на его лицо, и в её глазах мелькнула нерешительность. На мгновение ей показалось, что сейчас сбудутся её самые плохие ожидания: он оттолкнёт. Но Дейш подался вперёд, приближаясь к её лицу, и тихо прошипел:

— Третий. Третий и последний раз я тебя отпускаю. В следующий раз тебе не уйти.

Он почти прижался к её губам и жарко прошептал в них:

— Сейчас следующий раз.

И горячо поцеловал её. Его губы жадно завладели её ртом, язык проник внутрь, подавляя любой намёк на сопротивление. Обхватив обнажённую девушку руками, он прижал её к своей груди и перевернулся, подмяв её под себя. Дариласа коротко выдохнула ему в рот, ощутив, как к ней прижимается горячее сильное мужское тело. В одно мгновение из соблазнительницы она превратилась в соблазняемую. Руки Дейша жадно прошлись по её телу, огладили плечи, небольшую, но соблазнительную грудь, бока, живот, бёдра… Вслед за его руками по телу распространялась жаркая волна одуряющего желания. Все страхи и неуверенность просто смыло. Дариласа жадно подалась навстречу наагашейду, прижалась грудью к его груди и, стянув его одежду, вцепилась пальцами в его обнажённые плечи.

Дейш оторвался от её губ, раздражённо отбросил в сторону свою одежду и опять вернулся к ней. Его Тейс. Жаркая, отзывчивая, страстная… Он со стоном прижался губами к её груди, сминая нежные полушария. Дариласа ощутила, как из-за этих ласк внизу живота что-то дрогнуло. Жалкий всхлип слетел с её губ. Это было похоже на пытку и удовольствие одновременно. Хотелось чего-то более сильного, более яркого, острого…

А Дейш целовал и целовал её тело. Он безудержно наслаждался ею, пробовал на вкус её кожу, ощущал губами её дрожь и всё сильнее и сильнее возбуждался от её тихих, почти неслышных вздохов и стонов. Он не позволял ей прикасаться к самой себе, не позволял её рукам закрывать от своего внимания какой-либо участок её тела. Он хотел, чтобы её кожа горела от поцелуев, а она сама с ума сходила от желания к нему. Чтобы в момент, когда он войдёт в неё, она потеряла всякий стыд и покорно подчинялась каждому его движению.

Дариласа действительно потеряла стыд. Она страдала от того, что не могла сама его поцеловать. Ей дико хотелось прижаться губами к его шее, груди, провести вниз языком дo самых чешуек на животе и погладить такие чувствительные паховые пластины. Она желала ощутить, как они подрагивают под её ладонью и расходятся в стороны. Хотела почувствовать влажное тепло, что хранилось за ними, и прикоснуться к нему так же, как он сейчас своими пальцами прикасается к ней: остро, горячо и невыносимо мучительно. Но он не позволял. Он зажал её руки в своей ладони и сам мучил её. Она всхлипнула.

Дейш вскинулся, посмотрел на её лицо ошалевшими от желания глазами. Дариласа облизнула пересохшие губы, и он со стоном подался к ним и впился в них поцелуем. Девушка ощутила, как что-то горячее и немного влажное коснулось её между ног. Она запоздало испугалась. Толчок, короткая боль и наагашейд полностью погрузился в неё. Девушка распахнула глаза и сдавленно ахнула. Дейширолеш тихо простонал ей прямо в губы, его хвост напрягся от острого наслаждения. А Дариласа рвано выдохнула и вцепилась пальцами в его плечи.

Все мысли исчезли. Дариласа ощущала острое, немного болезненное удовольствие, которое судорогами скручивалось внизу живота. Руки Дейширолеша опустились на её бёдра, удерживая их на месте, и он сильно толкнулся в неё. Дариласа тихо вскрикнула и прогнулась ему навстречу, прижимаясь грудью к его груди. Дейш, склонившись к её лицу, жадно ловил её тихие, полузадушенные стоны губами.

Он двигался сильно, властно, подчиняя её, и тихо сходил с ума от удовольствия. Горячая, влажная и такая тесная. Εму хотелось ещё и ещё, сильнее и сильнее, чтобы она плакала от наслаждения, чтобы самому наконец получить то, что он так долго хотел.

Пальцы Дариласы всё сильнее впивались в его плечи. Сама девушка откинула голову назад и рвано дышала, то задыхаясь, то жадно заглатывая воздух. С каждым толчком наслаждение скручивалось внизу живота всё сильнее и сильнее. Ей одновременно хотелось, чтобы это никогда не прекращалось и чтобы наконец произошло что-то более острое и яркое. Движения Дейширолеша стали сильнее и чаще. Дариласа ощутила, как по ногам от стоп к коленям поднимается волна жара. Удовольствие нарастало и скручивалось… А потом внизу живота всё свело в острой судороге наслаждения. Девушка безмолвно вскрикнула, ощущая сильные толчки, которые только продлевали сладостную агонию. На мгновение перед глазами всё померкло, а затем она наконец опять задышала и что было сил прижалась к наагашейду. Он коротко зарычал, толкнулся в неё особенно сильно, вжимаясь еще плотнее, и замер, вздрагивая всем телом. Девушка ощутила, что внутри неё стало влажно и очень горячо.

Несколько минут они продолжали лежать в объятиях друг друга. Дариласу сотрясала сильная дрожь, которую она никак не могла унять. Наагашейд тяжело дышал и продолжал сильно прижиматься к ней. Потом он приподнялся, посмотрел на её лицо и медленно, сладко поцеловал. Его ладони успокаивающе огладили её бока. И девушка ощутила, что ослабшее было давление его плоти опять начало распирать её изнутри. Он двинулся. Дариласа судорожно выдохнула, упираясь ладонями ему в плечи. А он двинулся еще раз, медленно и в тоже время сильно, входя до упора.

Дейширолеш склонился к её уху и жарко прошептал:

— Я хочу, чтобы ты кричала от наслаждения.

Он добился желаемого. Она действительно кричала. Судорожно хваталась за его плечи, прижималась к нему всем телом и вскрикивала от каждого его движения. Дариласа ощущала, как мечется его хвост, чувствовала, как сильные пальцы сжимают её бёдра, вздрагивала от горячих губ, что покрывали поцелуями её шею и лицо…

Дейширолеш не мог остановиться. Он столько времени сдерживал себя, терпел, что сейчас просто не мог насытиться. Ему было мало, он хотел еще и ещё, сильнее и сильнее… Мелькнувшая было мысль, что это их единственная ночь, вызвала злость. Он сильно толкнулся в Тейс и взглянул в её мутные от желания глаза.

— Ты сама пришла, — прошипел он ей прямо в губы, продолжая двигаться. — Сама. Больше не уйдёшь…

Он хрипло застонал и прижался лбом к её плечу. Девушка под ним ошеломлённо вскрикнула и забилась в его руках. А его самого тряхнуло от накатившей волны острого удовольствия и облегчения. Дыхание с хрипом вырвалось из лёгких, грудь ходила ходуном, а над ухом сипло дышала Тейс. Её тело дрожало так же, как и его собственное. Дейш успокаивающе погладил её по бёдрам, показывая, что всё хорошо, всё правильно, так и должно быть… А сам опять ощутил накатывающее напряжение в паху. Вскинув голову, он посмотрел на её лицо, лихорадочно думая, стоит ли дать ей передышку. Тейс потянулась к его губам, и Дейш обрадовался: не стоит…

Глава 16

Дариласа с тихим шипением попыталась пошевелиться. Тело ныло, как после хорошей тренировки. Мышцы налились свинцом, а внизу живота ощущалась лёгкая болезненность и зуд. Наагашейд этой ночью её не пожалел, но она и не просила о пощаде. Дариласа припомнила всё произошедшее между ними, мучительно покраснела от стыда и прижалась лицом к лежащему рядом хвосту. Она была такой неприличной…

Наагашейд оказался очень щедрым на ласки. И эта щедрость приводила её в исступление и лишала разумности, оставляя только одно желание: ещё, ещё и ещё… Дариласа выяснила, что она очень жадная на удовольствие. Ей было мало, постоянно хотелось большего. Даже в моменты, когда она дрожала после пережитого удовольствия, когда казалось, что больше ничего не хочется, он всё равно заставлял её опять и опять желать себя. Сумасшествие какое-то!

Он не отпускал её до самого утра, давая лишь короткие передышки, во время которых гладил и целовал её тело. Дариласа даже предположить не могла, что близость с мужчиной — это так потрясающе остро и приятно. Иногда она засыпала у него на груди, но он неизменно будил её, проникая в неё дразняще медленно и шепча прямо на ухо: «Ещё рано спать». Но как только первые лучи солнца проникли в комнату, он с сожалением отстранился и сказал, что им нужно отдохнуть. Дариласа уснула почти сразу же, смутно ощущая сквозь сон, что наагашейд прижимает её к своей груди, а к её спине прижимается его хвост.

Проспала девушка совсем недолго. Солнце не успело даже оторваться от горизонта. Во сне она повернулась к наагашейду спиной и теперь обнимала его хвост, прижимая к чешуе пылающее жаром лицо. Не так она себе представляя его соблазнение. Лоликал рассказывала об этом немного иначе. Она говорила, что мужчинам нужно время, чтобы возжелать женщину еще раз после полученного совсем недавно удовольствия. Правда, наги в этом плане немного более активны. Дариласа даже предположить не могла, что они настолько более активны. Она оказалась не готова к такому. Сейчас ей казалось, что пошевелиться для неё невыполнимая задача. Неужели это всегда так? Внизу живота глухо ёкнуло предвкушение и возбуждение. Дариласа зажмурилась и закусила губы, силясь сдержать стон.

Хвост вяло шевельнулся, и Дариласа напряглась. За её спиной зашевелился наагашейд. Его обнажённая грудь прижалась к её спине, а сонное дыхание зашевелило волосы на её затылке. И он затих. Только грудь поднималась и опускалась. Дариласа осторожно посмотрела через плечо и замерла.

Даже во сне черты лица наагашейда не смягчались, оставаясь такими же хищными и суровыми. Он словно не расслаблялся, даже когда спал. Чёрные брови сведены на переносице, как будто бы ему снился сон, вызывающий его недовольство. Какой у него всё же профиль… Решительный такой… А какой изгиб губ… Девушка заинтересованно подалась вперёд. Губы у него сейчас были такими яркими, словно обветренными. А какие волосы лохматые… Она еле сдержала хихиканье. Взгляд её перешёл на его плечи, и щёки девушки вспыхнули. На плечах у него были красные полосы царапин и отпечатки зубов. Неужели это она его так? Ой, неловко-то как…

Дариласа осторожно повернулась в его руках, чтобы быть к нему лицом, но замерла. Глаза её испуганно округлились: по ногам что-то потекло. Где-то на задворках сознания глухо вякнула кошка и тут же скрылась. Дариласа медленно опустила руку и прикоснулась к себе там. Подняв пальцы к лицу, она с облегчением поняла, что это не кровь. И тут же мучительно покраснела, сообразив, что это. Взгляд сам скользнул с груди наагашейд вниз, по его животу и ниже, и тут же стремительно поднялся на лицо мужчины. Паховые пластины были немного раскрыты.

В Дариласе поднялась смесь волнения, смущения, стыда, неловкости и желания куда-нибудь ненадолго исчезнуть. А лучше всего в купальни. А то она себя такой испачканной и неприличной чувствует. И вставать уже пора. Вон, утро. Вааш, наверное, от беспокойства весь извёлся. А если Роаш вернулся? Дариласа вдруг с ужасом представила, как она будет объясняться с ними. И ведь не скроешь: она сама чувствовала, как неприлично ярко и сильно от неё пахнет наагашейдом. Εё новый запах не оставит никаких сомнений в том, как она провела ночь.

Дариласа нерешительно посмотрела на спящего наагашейда. Первой её мыслью было разбудить его и сказать, что ей нужно идти. А потом она поняла, что пока не готова смотреть ему в глаза. Пусть спит. А она тихонечко уйдёт и приведёт себя в порядок.

Вывернуться из его объятий оказалось не так уж и сложно: руки и хвост были расслаблены, поэтому ей только и оставалось как можно аккуратнее выползти из-под них. Но только она покинула ложе, как наагашейд обеспокоенно завозился. Хвост его зашевелился, руки зашарили по покрывалу, а брови нахмурились еще более недовольно. Дариласа запаниковала, осмотрелась, подобрала с пола какую-то одежду и сунула ему. Повелитель уткнулся в неё носом и, к удивлению Дариласы, расслабился и затих. Девушка облегчённо вздохнула и осмотрелась в поисках своей одежды. Спину покрыл холодный пот. Девушка опять посмотрела на наагашейда. Он продолжал спать, уткнувшись лицом в её ночное платье.

Сдержать глухой стон удалось только усилием воли. В чём она теперь пойдёт обратно? Дариласа попробовала обратиться к зверю, но тот не желал возвращаться в жестокую действительность. Невинная кошка была напугана тем, что произошло этой ночью, и теперь пряталась на задворках сознания, трусливо закрыв голову лапами. Дариласа раздражённо притопнула, решая, что же ей теперь делать. С сомнением покосилась на дверь в гардеробную наагашейда. Ну, делать всё равно нечего. Да и какая разница, в чём она пойдёт по коридорам, если по запаху и так всем ясно, что именно с ней произошло. Девушка, осторожно ступая, направилась к гардеробной.

Внутри она осмотрелась, пытаясь найти что-то, что не смотрелось бы на ней как шатёр. Её внимание привлекла одна из корзин, что стояла на полу. Точнее, тёмно-коричневый шёлк, что был в ней. Знакомая ткань… Дариласа подошла ближе и вытащила сложенную одежду. Лицо её осветилось восторгом. Это было то самое тёмно-коричневое платье, которое купил ей Вааш, когда они гуляли первый раз по городу. Она думала, его уже выбросили.

Дариласа заглянула в корзину, надеясь увидеть ещё что-нибудь интересное, и её брови изумлённо поползли вверх. На дне лежали две косы. Она их сперва за змей приняла. В одной, более короткой, Дариласа узнала свою собственную косу. Её кончик так и был завязан зелёной лентой с бубенцами, как и в тот день, когда она её отрезала. Вторая коса была длиннее, толще и цвет её был чёрным. Кому она принадлежала, девушка даже не задумывалась. Губы её изогнулись в улыбке, и она опасливо посмотрела на выход в спальню. Там было тихо.

Дариласа осторожно вытащила обе косы, с одной из них сняла бубенчики и уселась на полу, решив воплотить в жизнь одну мелькнувшую в голове идею…

Примерно через пятнадцать минут Дариласа, одетая в тёмно-коричневое скромное платье, покинула покои повелителя. Личная охрана наагашейда удивлённо посмотрела на неё, не ожидая, что она так рано покинет повелителя и что вообще выйдет без него. А Дариласа, гордо вскинув подбородок, с достоинством прошла мимо них, полыхая красными щеками. Увидев Миссэ, Доаша и Дэшгара, она смутилась ещё больше и ускорила шаг. Наги обменялись сдержанными улыбками и последовали за ней.

Дейширолеш спокойно спал минут семь после ухода Дариласы. Всё тело было расслабленно. Чувствовал он себя просто прекрасно. Напряжение, которое не отпускало его уже длительное время из-за неудовлетворённого желания, наконец прошло. Дейш плавал в лёгкой полудрёме и наслаждался запахом Тейс, которая спала в его руках. Сквозь сон мелькнула мысль, что он малость перестарался этой ночью. Даже сам от себя не ожидал такой необузданности. Видимо, он всё же слишком долго терпел, и ему просто снесло крышу. Ничего, он потом извинится за свою несдержанность… может быть… Улыбнувшись сквозь сон, он сжал в своих объятиях девушку. И резко вскочил, просыпаясь.

В его руках была только её одежда. Он обвёл спальню лихорадочным взглядом, хвост нервно дёрнулся. Её не было в спальне. Дейш принюхался и с негодованием понял, что она удаляется. Поднялась волна злости. Как она посмела оставить его после всего того, что произошло?! В горле зародился рык. Несносная девчонка! Попользовалась им и бросила, так это называется?!

Дейш вскочил и метнулся к двери, но с рыком раздражения вернулся назад, схватил нижнюю юбку и кое-как натянул её на себя. Халат он просто набросил на плечи, даже не завязав его, и бросился на выход догонять одну излишне смелую девчонку.

Охранники встретили его появление с облегчением. Проводили взбешённого повелителя взглядами и немного успокоились. Вот теперь всё правильно. А то они уж думали, что наагашейд не влюблён и что он сам отпустил девушку.

Дариласа осторожно зашла в покои Роаша и облегчённо выдохнула. Его здесь не было. Теперь нужно быстро взять свежую одежду и бежать в купальни, пока кто-то из опекунов её не поймал.

Ρаздавшийся в дверь нетерпеливый стук, заставил её сердечко испуганно подскочить вверх.

— Тейсссссс, милая моя, открой, — мягко потребовал некто голосом повелителя.

У Дариласа мурашки по спине побежали. Она не была готова увидеть его так рано. Поднялась паника. Девушка даже шагнула к двери на террасу, но остановила себя и обругала за ребячество. Но коленки-то трусливо дрожали. Решить, что делать, она не успела. Раздался мощный удар в дверь, и та просто упала внутрь. Дариласа оцепенела.

В комнату медленно, угрожающе заполз повелитель. Поверженная дверь под ним печально хрустнула. Глядя на него, Дариласа ощутила первобытный страх, который велел: беги. Но она стояла не в силах пошевелиться, смотря на расхристанного наагашейда. Волосы всклочены, одежда не запахнута, юбка перекошена и с правого бока задрана вверх. Увидев её в непосредственной близости от двери на террасу, Дейширолеш разъярённо зашипел и метнулся к ней. Девушка вздрогнула, а затем её схватили и подняли вверх. Она упёрлась ладонями ему в плечи, с испугом смотря на его злое лицо. В комнату робко заглянули её охранники.

— Ты опять сбежала! — взбешённо прошипел Дейширолеш. — Думаешь, со мной можно поиграть и вот так просто уйти?!

Он весь клокотал от ярости. Девушка ошарашенно хлопнула глазами. Такого обвинения она не ожидала.

— Ты сама пришла и соблазнила меня! — продолжал шипеть Дейш. — Не думай, что теперь так просто сможешь скрыться от меня! Со мной нельзя играть!

Девушка успокаивающе погладила его по плечам, но он разъярился еще больше. Ей даже показалось, что он сейчас её съест.

— Я купаться ушла, — тихо произнесла она.

Дейширолеш негодующе выдохнул, а потом замер. Брови его озадаченно нахмурились. Злость медленно уступила место непониманию.

— Что? — вырвалось у него.

— Привести себя в порядок, — немного смущённо пояснила девушка. — Искупаться.

Непонимание сменилось удивлением, а потом опять недовольством.

— Почему одна, без меня? — нашёл, к чему придраться Дейширолеш.

— Ты спал, — пробормотала девушка, старательно разглаживая ткань на его плечах.

— И? — не увидел причины Дейш.

Дариласа мучительно покраснела. Ну, как она могла его разбудить после такого и посмотреть в глаза? Недовольство медленно уступило место пониманию, и Дейш немного шкодливо улыбнулся.

— Да ладно? — почти промурлыкал он, поудобнее устраивая её на своих руках. — А совсем недавно кое-кто был таким смелым…

Дариласа ощутила, что у неё начинает гореть шея. Но в то же время в груди развязался тугой узел страха: он не оставил её и даже разозлился, когда подумал, что это она его оставила. Даже дышать стало легче. И смелость проснулась. Девушка подалась вперёд и прижалась губами к его губам. Εё собственные губы надсадно заныли. Всё же её ночью зацеловали…

Раздалось деликатное покашливание. Дариласа испуганно отстранилась от Дейширолеша и обернулась. В дверях комнаты стоял Делилонис. Οн даже со сна ещё не переоделся. Наагариш медленно осмотрел их, и Дариласа почувствовала себя так, словно у неё всё тело вспыхнуло. А потом ноздри Делилониса раздулись, втягивая воздух, и девушка страстно взмолилась всем богам, чтобы прямо сейчас от неё осталась кучка пепла. Вот прямо сейчас! Ей так стыдно было, что все знают…

— Так… — протянул Делилонис, и пальцы Дариласы судорожно впились в плечи Дейширолеша.

— Подвинься.

Делилониса пихнул в бок Вааш, и Дариласа ощутила, что ещё немного, и её сердце разорвётся. Из коридора раздалось негодующее шипение Роаша. Голова закружилась, и девушка почувствовала, что сейчас, первый раз в своей жизни, бухнется в обморок. Нет, она знала, что ей будет стыдно за свой поступок, но не ожидала, что стыд будет таким сильным.

Роаш растолкал Делилониса и Вааша и оказался в комнате. Увидев их, он замер и разъярённо посмотрел на повелителя. Тот, словно дразня его, прижал Дариласу к себе сильнее и вызывающе улыбнулся.

— Добрался все-таки, — поморщился Делилонис.

Выглядел он, правда, не очень-то расстроенным.

— А причём тут я? — наигранно удивился Дейш. — Меня коварно соблазнили…

Он посмотрел на девушку и осёкся. Лицо у той было красным, а глаза подозрительно блестели. Улыбка сползла с его губ.

— Ну, ладно, я соблазнил, — взял он на себя всю вину. — Тейс пришла пожелать мне спокойной ночи, а я не устоял. Больно уж пожелание соблазнительным было…

Дариласа закрыла лицо ладонями. Боги, да как вообще нагини отношения до брака заводят, если все чуют, что они с кем-то были? Вот стыд-то!

Вааш хохотнул, а Делилонис фыркнул. Из всех опекунов реально злым и недовольным был только Роаш.

— Повелитель, выйдем в коридор, — прошипел он. — Поговорить.

Дейширолеш раздражённо посмотрел на него, потом расстроено — на Дариласу и опустил её на пол. Девушка тут же смущённо отступила в сторону гардеробного шкафа. А повелитель выполз в коридор вслед за Роашем. Делилонис и Вааш заползли в комнату, Вааш поставил дверь на место, и девушка заволновалась: не поубивают же они там друг друга?

Но до её слуха доносилось только разъярённое шипение.

Роаш взбешённо посмотрел на повелителя, но сказать ничего не успел. Тот заговорил первым.

— И что ты теперь сделаешь? — издевательски спросил он у наагариша. — Она стала моей этой ночью, и уже ничего не изменишь.

— А я и не собираюсь ничего менять! — прошипел в ответ Роаш. — Но вы забываете, повелитель, что мы не в каком-то там Нордасе, где ночь с невинной девушкой даёт вам власть над ней. Она ещё не ваша!

Теперь Дейширолеш разъярённо зашипел.

— Да, она пошла на поводу у своих желаний, — продолжил Роаш, ехидно скалясь. — Но это только означает, что она повзрослела. То, что её первым мужчиной стали вы, не значит, что она теперь принадлежит вам. Она станет вашей, только если вы на ней женитесь! И только в этом случае я готов отдать её вам!

Несколько секунд они почти с ненавистью смотрели друг на друга, а потом Дейширолеш торжествующе усмехнулся и медленно прошипел:

— Тогда готовься расстаться с ней.

Ρоаш оскалился. А Дейш развернулся в сторону комнаты и громко, уже по — нордасски, произнёс:

— Тейс, можешь пока купаться без меня. Я забыл, что мне ещё нужно проводить твоих нордасских родственников в дальнюю дорогу.

Из комнаты раздался хлопок двери. Дейш нахмурился, решив, что она сбежала через террасу, но хохот Вааша подсказал ему, что произошло там что-то иное, куда более забавное. Подарив Ρоашу насмешливый взгляд, Дейширолеш произнёс:

— Я уже уползаю. Присмотрите там за ней.

Роаш только негодующе зашипел.

А Дейширолеш пополз прочь, весьма довольный собой. Всё просто замечательно! Этой ночью Тейс сама пришла к нему. Он наконец-то немного утолил свою жажду обладания этой девушкой. Самый неуступчивый из опекунов пошёл на уступки, согласившись на его брак с Тейс. И он сегодня наконец-то проводит Дорина с семейством восвояси. Замечательная ночь и день!

Дверь одной из комнат распахнулась, и в коридор в сопровождении отца выползла Виаша. Девушка смущённо пискнула, взглянув на повелителя, и Дейш, помянув Тёмных, одёрнул юбку и запахнул полы одежд.

— Доброе утро, повелитель, — поприветствовал его Пиш.

— Доброе, — ответил Дейш, с внезапным интересом рассматривая большой живот девушки.

Та занервничала под таким пристальным вниманием и даже попыталась прикрыться руками. Дейш опомнился и отвёл взгляд. Но всё то время, пока отец и дочь ползли по коридору в сторону лестницы, он косился на девушку. Пришедшая в голову мысль невероятно сильно его взволновала.

Когда Роаш заполз в комнату, его встретили весёлые взгляды Вааша и Делилониса. Дариласы не было. Он нервно осмотрелся, но прежде, чем вопрос успел слететь с его губ, Вааш тыкнул пальцем в гардеробный шкаф. Брови Роаша удивлённо приподнялись.

— Дариласа, ладно тебе, вылезай, — уговаривал её Делилонис.

Дариласа внутри просто сгорала от стыда и ненавидела этот чудовищно чуткий нюх нагов.

— Дариласк, ну, рано или поздно это бы случилось, — философски заметил Вааш. — Я правда удивился, увидев вчера, что ты сама к нему пошла…

— Что?! — зашипел Ρоаш на него. — Ты видел и нe остановил?!

— Роаш, держи инстинкты в узде, — посоветовал Вааш. — Дариласа уже достаточно взрослая, чтобы решать, когда и с кем взрослеть окончательно.

Роаш глубоко вздохнул и растёр лицо руками. Он понимал, что не сможет держать Дариласу вечно около себя, особенно когда она сама уже определилась со своим выбором, но ему очень не хотелось оставаться одному.

Тут дверь шкафа немного приоткрылась, и показалось красное лицо Дариласы. Опекуны разом посмотрели на неё.

— Мне очень захотелось… — начала она, но застонала и опять скрылась в недрах шкафа.

Она не то хотела сказать. Она хотела объяснить им, что ей очень сильно нравится наагашейд, что она любит его, но вышла какая-то пошлость. Она из-за этого смущения даже повелителю признаться в любви не смогла. Девушка ещё раз застонала и начала сдёргивать с крючков одежду, желая закопать себя хотя бы таким образом.

А снаружи застонал Роаш. Ну разве может он препятствовать, если Дариласа хочет? Вааш ухмыльнулся и погладил его по рыжим вихрам.

— Да ладно тебе, Роаш! Зато я и Делилонис навсегда останемся с тобой!

Делилонис и Ρоаш одновременно возмущённо посмотрели на него.

Дейширолеш вывел на свитке «Консеру Шереху Вотому лично в руки» и отложил графит. Щелчком пальцев он зажег лампаду на столе, поднёс к огню сургуч и щедро накапал его на свиток. Подождав, пока он остынет, Дейш вытеснил на ещё мягком сургуче свою печать и позвал помощника.

— Отправь это немедленно, — велел он нагу.

Помощник с поклоном принял послание и молча удалился. А Дейш встал и направился на выход из кабинета. До отъезда короля Нордаса оставалось ещё около получаса. И это время он хотел потратить с пользой.

Сейчас он выглядел куда более солидно, чем утром. Умылся, причесался, оделся и перестал пугать подданных зверским выражением лица. Дейш вообще выглядел довольно благодушно. Стража даже с подозрением смотрела ему вслед, пока он спускался по лестнице на первый ярус. Там Дейширолеш свернул в сторону лекарского крыла и, определив по запаху, где находится Эош, толкнул дверь в одну из комнат.

Лекарь встретил его удивлённым взглядом. Он как раз разливал свежеприготовленное лекарство по склянкам. Рядом сновал Γромила и всё пытался залезть ему под мышку.

— Повелитель? Вы что-то хотели? — спросил он.

— Да, — Дейш кивнул. — Три года назад я брал у тебя противозачаточное зелье. Напомни мне, сколько оно ещё будет действовать?

Эош нахмурился, припоминая.

— Один год, одиннадцать месяцев и пятнадцать дней, — назвал он точный срок.

Дейширолеш поморщился. Εго это не устраивало.

— Дай мне зелье, отменяющее его действие, — велел Дейш.

Раздался оглушительный звон и грохот: кот толкнул стол, и все склянки посыпались на пол. А испуганный зверь мгновенно вылетел из комнаты, чуть не снеся дверь. Эош же почти не обратил на это внимания, ошарашенно взирая на наагашейда.

— Повелитель, вы уверены? — осторожно спросил он.

Дейширолеш почувствовал раздражение.

— Почему я должен быть не уверен?

Эош потёр щёки ладонями.

— Не почему… это я так… от неожиданности… Я сейчас…

Лекарь пополз по осколкам к шкафчику и удивлённо посмотрел на пол, не понимая, что это там хрустит. Брови его взлетели вверх.

— Ох, что-то я сегодня неловкий… — промямлил он. — Похоже, стол задел…

И больше не обращая на это внимания, пополз к шкафу. Ρылся он там долго и наконец нашёл нужный пузырёк.

— Вот, — он протянул склянку повелителю.

Дейш нетерпеливо вырвал её, открыл и выпил содержимое одним глотком. Глаза Эоша потрясённо распахнулись. Он словно не мог поверить в увиденное.

— Когда оно полностью подавит действие противозачаточного зелья? — спросил его Дейш.

— Через две недели организм должен очиститься… — заторможено ответил Эош.

— Ну, это лучше, чем два года, — решил Дейширолеш и поставил пустую склянку на стол.

Он развернулся, чтобы уползти, но потом обернулся и, прищурившись, произнёс:

— Я думаю, ты понимаешь, что об этом не стоит никому рассказывать?

Эош кивнул. Дейш удовлетворённо улыбнулся и уполз. А лекарь озадаченно потёр лоб. Он столько лет давал повелителю по его требованию противозачаточное средство и ни разу, никогда вообще наагашейд не приходил к нему с такими требованиями. Неужели он решился… Эош замер, сообразив, какой девушке может повезти в скором времени. Вот это да! Мог ли он подумать, когда первый раз, еще в Нордасе, увидел эту девушку, что она займёт среди них такое место?

В дверь просунулась виноватая морда кота. Эош тут же обратил на него внимание.

— Даже не думай сюда заходить! — строго прикрикнул он. — Не хватало ещё из твоих лап осколки доставать.

Зверь послушно скрылся. А лекарь вдруг нахмурился и слегка озадачился.

— Постой-ка… — протянул он, а потом его озарило. — Негодник, а ну назад! Это ты сшиб стол?!

Кот опять протиснул морду в дверь и печально на него посмотрел.

Дариласу всё же выманили из её убежища. Подействовали слова Вааша, когда он заметил, что если ей хочется искупаться, то лучше идти прямо сейчас. А то потом дворец окончательно проснётся и народа в коридорах будет больше. Из шкафа она вывалилась моментально и съёжилась под внимательными взглядами опекунов.

Но стыдить её никто не собирался. Вааш вообще был в приподнятом настроении. Делилонис особо расстроенным или удивлённым не выглядел. Только у Роаша был печальный вид. Дариласа хотела было обнять его и пожалеть, но не рискнула приблизиться сейчас, когда она так сильно пахла наагашейдом.

Поэтому девушка быстро собрала вещи, выскочила в коридор и заторопилась в купальни. Немного расслабилась она только там. А после тщательного омовения в горячеватой воде она даже слегка успокоилась. И тело уже ныло и болело не так сильно. Да и запах наагашейда, вроде, перестал быть таким насыщенным. А еще внутри наконец-то заворочалась кошка. Οна чуточку пришла в себя и рискнула выглянуть. Вид купален ей понравился. Главным образом потому, что здесь наагашейда не было. Дариласа ехидно предложила ей отдать повелителя какой-нибудь другой женщине, но зверь оскалился и отдавать никого не захотел.

Οмовение очень благотворно подействовало на Дариласу, и покинула она купальни в значительно более приподнятом и бодром настроении. Она даже не очень обращала внимание на пристальные взгляды попавшихся ей в коридоре нагов. Тем более что её охрана так косилась на любопытствующих, что они моментально расползались кто куда.

На третьем ярусе Дариласа замерла у окна в коридоре. Её внимание привлекло скопление народа во дворе. Потом она уже вспомнила, что сегодня дворец покидает король Дорин. Девушка увидела карету, такую чуждую ей теперь на фоне привычных паланкинов. Ни короля, ни королевы, ни принцессы видно не было. Наверное, они уже внутри. Королевский кортеж медленно двинулся к воротам, а Дариласа даже не смогла ощутить хоть какого-то крохотного укола тоски. Уезжали совершенно чужие для неё люди. Нет причин для расстройства.

Дариласа отвернулась от окна и неожиданно решила, что ей нужно прогуляться. Желание съездить на торговую площадь и посмотреть на разные диковинки мучило её уже вторую неделю. Так почему бы не съездить сегодня? У неё сейчас прекрасное настроение и ей требуется время, чтобы немного привыкнуть к мысли, что именно произошло этой ночью между ней и наагашейдом. Щёки опять опалило жаром. Да, ей нужно развеяться. И обязательно предупредить о своём отсутствии. Чтобы никто не подумал, что она куда-то сбежала.

Наг боязливо посмотрел на повелителя. Дейширолеш задумчиво царапнул столешницу когтями. Ему только что доложили, что Тейс покинула дворец и направилась на торговую площадь. Прогуляться. И ему это не очень понравилось. В душе зародилась тень тревоги. Его нервировало, что она будет так далеко от него. Успокоившиеся было инстинкты немедленно потребовали, чтобы он поднялся, догнал её и обвил хвостом. Осознание, что с ней рядом околачивается около трёх десятков нагов, готовых при необходимости броситься ей на помощь, его ничуть не утешило.

Дейширолеш окинул взглядом стопки документов на своём столе, которые, казалось, вообще никогда не уменьшались, и решительно поднялся. Наг-посланник боязливо вздрогнул. Но повелитель прополз мимо и покинул кабинет. Помощник встретил его удивлённым взглядом.

— Я уползу ненадолго, — коротко предупредил его Дейш и выполз в коридор.

На первом ярусе он увидел трёх надоедливых опекунов Тейс. Их вид вызывал у Дейша глухое раздражение. А тут еще Делилонис увидел его и обратился с просьбой.

– Γосподин, вы можете уделить нам время для разговора?

Вид у всех троих был донельзя серьёзный, а у Роаша еще и обречённый. Дейш вдруг подумал, что они наконец-то дозрели до обсуждения серьёзности его намерений. В любое другое время он был бы рад поговорить с ними на эту тему, но не сейчас.

— Нет, не могу, — холодно ответил он.

Делилонис прищурился. Дейш понял, что потом, когда они будут наедине, друг ему припомнит эти слова.

Вааш кашлянул.

— Это касается Тейсдариласы, — сказал он.

Дейширолеш замер, а потом всё же повернулся к ним.

— Я буду рад поговорить с вами в любое другое время, но не сейчас, — недовольно произнёс он. — Именно сейчас я страстно мечтаю прогуляться в город.

На лицах опекунов появилось понимание. Дариласа предупредила их о своей прогулке. Роаш нахмурился.

— Какое совпадение, — мрачно процедил он. — Я тоже хочу прогуляться в ту же сторону.

Дейширолеш чуть ли не оскалился на него.

— У вас мало дел? — он холодно вскинул бровь.

— Полно, как раз часть из них требует моего присутствия в городе.

Οни посмотрели друг на друга с ненавистью и медленно поползли на выход. Делилонис и Вааш переглянулись.

— Что-то мне боязно их вдвоём отпускать, — признался Вааш.

— Ну, поползли за ними, — предложил Дел.

— Да у меня сейчас тренировка с новобранцами.

— Так пропусти её, — безответственно посоветовал Делилонис. — Подари молодёжи праздник, избавь от своего присутствия.

Вааш недовольно посмотрел на него, но всё же пополз на выход вслед за повелителем и Ρоашем. Дел взглянул на нервно шевелящиеся хвосты Дейша и Роаша и решил, что Ваашу может потребоваться помощь. И пополз за ним.

Γлава 17

Миссэ спустился с колесницы и помог слезть Дариласе. Его тут же оттеснил Дэшгар, встав у девушки за спиной. Миссэ и Доаш недовольно посмотрели на него. У них уже все бока были в синяках от его толканий.

Вся эта компания бодренько двинулась на торговую площадь, оставив лошадей с колесницами у коновязи. Площадь встретила их радостным шумом и гамом. Утренняя свежесть ещё не успела до конца уступить место дневному жару, поэтому народа было довольно много. Дариласа осмотрелась, повеселела и потопала к ближайшему прилавку, на котором лежали рулоны переливающейся на солнце ткани. Наги покорно последовали за ней.

Вообще-то Дариласа не очень любила ходить по торговым площадям. Её раздражали зазывные крики, толчея, и она не любила покупать что-то только ради того, чтобы потратить монеты. Но сегодня было всё по — другому. Εй хотелось найти что-нибудь красивое, диковинное, яркое… Ей хотелось окунуться в этот шум.

Οна ходила по площади довольно долго. Успела побывать в конных рядах, посмотреть на флегматичных верблюдов и вспомнить, что уже давно не навещала своего собственного верблюда. Потом она завернула к прилавкам, торгующими сладостями. Взяла себе и Дэшгару яблок в меду. Миссэ и Доаш отказались.

Как-то незаметно для себя девушка завернула в ряды ювелиров. Завернула и замерла в нерешительности. Что тут делать, она не знала. Οна ничего не понимала ни в камнях, ни в драгоценных металлах. Но потом девушка всё же медленно пошла дальше. Глядя на россыпи драгоценных камней, Дариласа невольно открывала рот. Появилось желание приобрести что-то блестящее и красивое. Она укорила себя за это, но её как магнитом потянуло к одному из прилавков, на котором ярко сверкали самые разнообразные браслеты.

– Γоспоже что-то приглянулось? — высокий и полный торговец с пышными усами тут же оказался рядом с ней.

Дариласа взглянула на него со смущением. Она просто посмотреть подошла. Но мужчина тут же взял её в оборот.

— Вы можете примерить всё, что вам приглянется, — он широко махнул рукой на прилавок. — У меня богатейший выбор. Здесь и тончайшие кружевные работы мастеров с запада Давридании, и хитро переплетённые творения ювелиров Ризварии, и настоящие произведения искусства из самого Дардана…

Дариласа ощутила неловкость. Она не планировала ничего покупать. Но торговец поманил из глубин своего шатра женщину, помощницу, и девушка смирилась, решив, что стоит начать самой покупать себе драгоценности. Хотя никакого желания не было.

Смуглая темноволосая женщина разместила на прилавке подушку и знаком предложила Дариласе положить на неё руку. Помощница купца сутулилась, робко сжимала плечи и даже не поднимала глаза. Под разглагольствования своего хозяина она начала прикладывать к запястью Дариласы разные браслеты. Если она замечала на лице девушки тень интереса, то застёгивала украшение и давала Дариласе время посмотреть и оценить, как оно смотрится на руке.

Когда женщина достала серебряный браслет, состоящий из тонких звеньев с запутавшимися в них прозрачными камнями, Дариласа поморщилась. Он почему-то не понравился ей сразу. Запястье неприятно ожгло холодом, когда женщина приложила его к коже. Но, несмотря на мелькнувшую тень недовольства на лице Дариласы, она всё равно застегнула его. Девушке стало почему-то еще неприятнее. Внутри обеспокоенно заворочалась кошка. И Дариласа вдруг поняла, что ей знакомо это чувство. Она резко подняла голову и столкнулась с совершенно чёрными глазами женщины. В этих глазах мелькнуло злорадство, а затем за её спиной рассыпались серебряные искры. Женщина схватила Дариласу за руку, увлекая её за собой. В последний момент девушка услышала рык Доаша и почувствовала, что её талию обхватывают большие ладони…

Доаш сшиб торговца на землю одним ударом хвоста и бросился к месту, на котором совсем недавно стояли госпожа и Дэшгар. Они просто исчезли вместе с женщиной в россыпи серебряных искр. Миссэ рядом лихорадочно принюхивался к воздуху.

— Они за городом, — определил он. — Где-тo совсем недалеко.

Доаш оставил торговца подоспевшим стражникам и метнулся в сторону коновязи.

— Сообщите наагашейду, — велел Миссэ стражникам и бросился за братом.

Только они покинули площадь, как на ней появились наагашейд в сопровождении Ρоаша, Делилониса и Вааша. Они заехали прямо на колесницах. Вид у всех четверых был очень нервным. Они следовали на площадь по запаху, но он неожиданно переместился за пределы города. Один из стражников бросился к повелителю.

– Γосподин, я не знаю, что точно произошло, но госпожа Тейсдариласа только что просто исчезла, растворилась в воздухе, — сообщил он. — Вместе с ней исчез и один из её охранников. Другие куда-то поспешили и велели доложить вам о произошедшем.

Дейширолеш побелел как полотно. На мгновение взгляд его остекленел. Рядом пошатнулся в колеснице Роаш. Казалось, что он сейчас потеряет сознание. Вааш сочно выругался и подстегнул лошадь, намереваясь покинуть город и направиться на поиски. В этот момент опомнился Дейш и тоже хлестнул лошадей. Их колесницы столкнулись и сцепились колесами. Наги одновременно разозлёно зашипели друг на друга, но всё же разъехались и стремительно покинули площадь, загромыхав по мостовой колёсами.

Дариласа моргнула, зашипела и отскочила назад. Но отступить ей не позволило какое-то препятствие. Она резко посмотрела через плечо и увидела мрачного Дэшгара. Облегчение затопило её: она не одна. Внутри бесилась кошка, осознающая, что она не может вырваться. Дариласа рванула браслет на руке, но тот не поддался, и девушка вскинула голову, осматриваясь.

Они были в каком-то полуразрушенном здании, судя по всему, на одном из верхних этажей. Крыши здесь не было вообще, повсюду валялись камни, выпавшие из разрушающихся стен. Сбоку что-то блеснуло, и Дэшгар с Дариласой обернулись. На стене появилась женщина, помощница торговца. За её спиной Дариласа успела увидеть закутанную в плащ фигуру, но эта фигура исчезла практически сразу.

— Здравствуй, малышка, — женщина весело улыбнулась Дариласе и присела на корточки, смотря на неё сверху. — Надо же, сколько проблем от такой мелочи…

Дариласа прищурилась. На фоне Дэшгара не только она мелкой покажется.

— Господин велел не тянуть с тобой. Нам и так пришлось приложить немало усилий, чтобы выманить тебя.

Женщина выпрямилась под напряжёнными взглядами Дэшгара и Дариласы.

— Приступайте, — отдала она кому-то приказ.

Раздался рык. За ним еще один. В одном из проёмов, когда-то бывшим дверью, показался зверь, очень похожий на волка, но странной расцветки — мутно-жёлтой.

— Песчаные волки, — пророкотал Дэшгар.

Следом за волком показалась женщина. Она держала в руке копьё и была так же, как и первая женщина, смугла, черноволоса и черноглаза. За ней показалась ещё одна женщина и ещё одна… В оконные проёмы полезли звери…

Дариласа сделала шаг вперёд, отстраняясь от Дэшгара, и, крутанув ладонь в воздухе, призвала свою алебарду. Наг с лязгом достал из ножен меч. Женщина на стене с досадой поморщилась. В их планах нага не было.

Первого песчаного волка, который прыгнул на неё, Дариласа убила одним ударом. Οна стремительно сделала два шага вперёд, пригнулась и, оказавшись под еще летящим в воздухе зверем, полоснула его по брюху. И тут же отскочила назад. Вовремя: на стене появилась лучница. Дэшгар успел прикрыть Дариласу хвостом, и стрела отскочила от его чешуи. Сама лучница с хрипом упала со стены, пытаясь вытащить торчащий из горла кинжал. Дэшгар тряхнул головой, усмиряя взметнувшуюся после убийства женщины панику. Это не женщины!

Мощным ударом хвоста он вмял сразу одного зверя и двух женщин в стену. Каменная кладка местами обрушилась, вниз посыпались обломки. Дариласа же поднырнула под взметнувшимся хвостом Дэшгара и бросилась к женщинам, что упали на пол, спасаясь от удара нага. Одной она вонзила лезвие прямо в грудь. А потом Дариласе пришлось отступить: на неё бросились сразу трое. Девушка быстро осмотрелась, пытаясь понять сколько врагов. Выходило, что не менее двух десятков.

Ударом древка в грудь Дариласа отбросила подкравшуюся со спины женщину, резко повернула оружие в ладони и полоснула лезвием по горлу другой. Дэшгар позади разбирался с волками, которых было не так уж и много. Разворот, неударный удар, отступление… Женщины потянулись за ней, и Дэшгар тут же сгрёб троих хвостом и сжал до хруста. Раздались короткие крики, а Дариласа уже скрестила свою алебарду с копьём другой противницы.

Эти женщины не были воинами. Дариласа отметила это сразу. Видимо, они не рассчитывали на присутствие Дэшгара и хотели взять её числом. Но от этого «числа» оставались крохи. Наг за один удар убивал сразу нескольких. Дариласа же крутилась и вертелась, путала и подманивала противниц поближе к опасному нагу. Последнего зверя наг перебросил через стену уже мёртвым. Женщин оставалось всего две. У одной из них Дариласа ударом древка выбила из рук меч, а затем, провернув оружие в ладони, снесла женщине голову. Последнюю Дэшгар просто вышвырнул хвостом в оконный проём.

Наг и девушка напряжённо осмотрелись и прислушались, пытаясь понять, есть ли ещё кто живой. Нюх перебивал яркий запах крови. Дариласа сжала пальцы на древке, пытаясь унять боевой азарт. Дэшгар был более спокоен. Он помнил, что должна была быть ещё одна женщина. Та, из-за которой они сюда попали.

Она показалась за их спиной на стене с искажённым от ярости лицом. Её не сильно волновала смерть её сестёр, но пугала вероятность возвращения к господину с неудачей. Её ладонь сжалась на рукояти длинного меча. Она прищурилась, перехватила оружие поудобнее и метнула его, как копьё.

Дариласа резко развернулась, услышав короткий свист, и увидела летящее в неё оружие. Дэшгар стремительно метнулся к ней…

Не успела злорадная улыбка возникнуть на губах черноволосой женщины, как глаза её расширились, а из горла вырвался хрип. Οна медленно повернулась и упала со стены. В её спине между лопаток тускло блеснула рукоятка кинжала.

В дверной проём влетел Дейширолеш. Хвост его яростно метался, разрушая и без того хлипкие стены. Он нервно осмотрелся, пробегая глазами по телам убитых женщин и зверей, и замер, уткнувшись в мощную спину лежащего на боку Дэшгара. Из его спины торчала рукоять меча. Внизу послышались крики Миссэ и Доаша, которых Дейш обогнал. Им вторил громогласный голос Вааша. А Дейширолеш медленно пополз вперёд, страшась увидеть то, что скрывал от него Дэшгар.

Она лежала в объятиях нага на боку, закрытая его руками и хвостом. Так уютно устроилась… Дейш покачнулся. Глаза её были закрыты, с правого уголка губ ручейком сбегает кровь. А в груди блестит остриё меча… В глазах стало темно. Дейш очнулся уже лежащим на полу. Прямо напротив было бледное лицо Тейс, а на кончике лезвия набухала капля крови.

— Вааш… — Дейш задыхался и не мог нормально говорить. — Вааш…

Почему он звал его, Дейш не задумывался. Все мысли исчезли. Навалились безысходность и отчаяние. Его Тейс… Тейс…

Вааш услышал его. Напуганный странным голосом повелителя, он взлетел наверх и замер, смотря на широкую спину поверженного Дэшгара и на лежащего рядом наагашейда. Сердце сжалось от ужаса, и Вааш медленно приблизился.

— О, боги! — вырвалось у него.

— Вааш… — опять позвал Дейширолеш.

— Я здесь, господин.

Вааш опустился рядом с Дэшгаром и осторожно прикоснулся к шее Дариласы. Пальцы ощутили пульсацию крови. Вспыхнула надежда. Он лихорадочно ощупал Дэшгара и расстроено зашипел: наг был мёртв. Меч прошёл прямо через его сердце. У Дариласы же кончик вышел значительно левее, через лёгкое.

— Она жива, — сказал Вааш Дейширолешу, в принципе, не надеясь, что его услышат.

Дейширолеш плавал в океане ужаса и отчаяния. Он ничего не осознавал, ничего не понимал. Перед ним умирала или уже была мертва Тейс.

— Вааш! — показался Делилонис. — Боги, Дейш! Что такое?

Он стремительно подполз и резко отшатнулся, увидев Дариласу. Лицо его побелело.

— Дел, держи себя в руках! — рыкнул Вааш. — Ты мне нужен сейчас!

— Да… — бесцветно отозвался Делилонис и осел на пол.

— Дариласа! — Роаш появился в дверном проёме.

Вааш с ужасом посмотрел на него. Этот ужас сказал Ρоашу о многом. Он пошатнулся и медленно двинулся вперёд.

— Роаш, тебе не нужно на это смотреть, — умоляющим голосом произнёс Вааш. — Пожалуйста, спустись вниз и подожди там.

— Что с ней? — чуть слышно спросил Роаш.

— Роаш…

— Что с ней?!! — заорал наг.

— Она жива…пока… — рискнул сказать Вааш.

Роаш замер. На одно мгновение. Потом черты его лица исказились, в глазах мелькнуло безумие. Он подался вперёд.

— Роаш, стой! — Вааш приподнялся. — Возьми себя в руки. Нам нужно торопиться, не время для безумств.

— Я должен видеть! — зарычал Роаш.

За его спиной показались Миссэ и Доаш.

— Держите его! — велел Вааш.

Наги послушно схватили наагариша. Тот, рыча и скалясь, пытался вырваться. Он так яростно мотал хвостом, что они все трое упали на пол.

— Утихомирьте его! — приказал Вааш.

Клубок из трёх тел распался, и Доаш с виноватым лицом убрал кинжал, рукояткой которого приголубил Роаша по темечку, обратно в ножны.

— Убрать его, живо! — велел Вааш. — И распорядитесь там, чтобы немедленно готовили носилки. Очень большие носилки. Давайте, живее-живее!

Миссэ метнулся вниз, а Доаш подхватил Роаша подмышки и поволок прочь.

— Дел, — Вааш обернулся к невменяемому Делилонису и хорошенько встряхнул за плечи.

Наагариш растеряно посмотрел на него.

— Смотри за повелителем, понял? — сказал ему Вааш.

Дел неуверенно кивнул. А Вааш мягко перехватил ладонь наагашейда, которой он тянулся к лицу Тейс.

— Не сейчас, господин, — наг ласково погладил его по пальцам. — Потерпите немного, а потом можете гладить её, сколько хотите.

Дейш безвольно замер, продолжая смотреть на лицо Дариласы, почти не моргая.

Стражники, что последовали вместе с ними, быстро соорудили большие носилки. Дверной проход разломали, расширяя его, лестницу быстро обмели хвостами, очищая её от мусора и камней. Вааш, Миссэ и Доаш начали перекладывать Дариласу вместе с Дэшгаром на носилки. Приходилось быть очень осторожными, чтобы не сместить меч в ране. Вытаскивать его сейчас смертельно для девушки. Кровь моментально хлынет в утробу, разорванное лёгкое долго не продержится. В этом случае она рискует умереть от слишком большой кровопотери. Совсем без проблем погрузить не удалось. Меч один раз шевельнулся, и струйка крови, вытекающая изо рта, стала более обильной.

Делилонису к этому времени удалось поднять безвольного Дейширолеша. Наагашейд всем телом наваливался на друга, не в силах держаться на хвосте самостоятельно. Когда с погрузкой Дариласы и Дэшгара было покончено, Вааш распорядился оставить троих нагов на месте происшествия. Сам же он взялся за ручки носилок спереди, Миссэ и Доаш приготовились поднимать их сзади. Медленно и осторожно они подняли эту ношу и двинулись на выход.

Осознав, что Тейс уносят от него, Дейш пришёл в себя и сам пополз за ними, как привязанный. И прополз по браслету, что спал с руки Дариласы. Чешуя перетёрла тонкие звенья о камень, и от браслета остались только ошмётки. Наги медленно миновали лестницу и выползли наружу. Вааш коротко распорядился, чтобы бессознательного Роаша отвезли на колеснице во дворец и заперли в одной из темниц. И быстро пополз в сторону города. Носилки не поместятся ни на одну из колесниц, поэтому придётся нести так. Слава богам, что этот заброшенный дом находится не так далеко.

Город встретил их распахнутыми воротами и пустыми улицами. Они быстро доползли до дворцовых ворот, миновали их и устремились к самому дворцу. Во дворе их уже встречал Эош. Лекарь метнулся к ним, едва увидев. Носилки поставили на землю, а наагалей опустился рядом, нащупывая пульс у девушки. Удовлетворённо кивнув, он внимательно осмотрел место выхода острия меча наружу. На всякий случай ещё раз проверил пульс у Дэшгара, нахмурился.

— Нужно убрать его хвост, — лекарь указал на конечность, которая буквально обвила Дариласу. — Он мешает мне расцепить их.

Вааш наклонился и сам аккуратно убрал хвост. Эош в это время придерживал девушку на месте. Ему сейчас предстояло быстро вытащить меч. И очень осторожно. Лезвие прошло совсем рядом с сердцем. Одно неосторожное движение, и оно будет задето. Эош поднялся, ополз Дэшгара и оказался у него за спиной. Положив ладонь на рукоять, он ещё раз посмотрел на грудь девушки, а именно — на торчащий из неё кончик лезвия. И резко вытащил меч.

Дариласа распахнула глаза, захрипела и выгнулась дугой. А потом опять завалилась на бок. Глаза Дейширолеша расширились от ужаса. Его как молнией прошибло. Тейс больно… Ей сделали больно… Слабость прошла, накатила волна бешенства, и он, оскалившись, бросился к ней.

— Не смейте трогать её! — дико зарычал он. — Не смейте!

Он схватил её на руки и прижал к себе, не осознавая, что делает только хуже. Запах её крови привёл его в ещё большее бешенство.

— Господин! — в ужасе закричал Вааш. — Положите её на место! Придите в себя!

— Дейш… — слабо позвал друга Делилонис.

Но тот отползал, затравленно смотрел на них и крепко прижимал девушку к груди.

— Вы убьёте её! — орал Эош. — Положите немедленно. Боги, успокойте его кто-нибудь!

Вааш попытался приблизиться, но наагашейд так жутко скалился и нервно отмахивался хвостом, что ему пришлось отступить

— Уберите его! — требовал Эош, который понимал, что жизнь девушки стремительно утекает. — Живее!

Позади Дейширолеша что-то стремительно мелькнуло, и он, застонав, закатил глаза. Эош метнулся вперёд и выхватил девушку из его ослабевших рук. А Ссадаши подхватил самого повелителя, которого он же и вырубил ударом по голове. Лицо у парня было испуганное и растерянное. Он не понимал, что происходит.

Эош уже стремительно уползал во дворец. Делилонис, пошатываясь, полз за ним. Вааш посмотрел на бессознательного наагашейда и распорядился.

— Тащи его в темницу.

Но потом поморщился. Повелителя и в темницу… Нет, нельзя. Тем более он теперь нескоро в себя придёт. Вааш по себе знал.

— Нет, тащи в лекарское крыло, — изменил он решение. — Запрём в одной из комнат.

— Вы уверены? — засомневался Ссадаши.

Вааш кивнул.

— Рядом с ней ему будет спокойнее, и он быстрее придёт в себя.

Они заволокли повелителя внутрь, протащили его в лекарское крыло и заперли в самой дальней по коридору комнате. После этого Вааш велел Ссадаши забаррикадировать дверь мебелью, и парень уполз за материалом для баррикады в ближайшую комнату. А сам Вааш направился ближе к выходу из лекарского крыла и замер рядом с Делилонисом перед закрытой дверью.

Делилонис смотрел на дверь пустым взглядом, руки его безвольно висели вдоль тела.

— Вааш, — тихо позвал он. — Она выживет?

Вааш нахмурил брови. Он не мог ответить на этот вопрос, но ответил:

— Конечно.

В голосе его звучала уверенность, которой он сам не ощущал.

— Ты врёшь, — безэмоционально обвинил его Делилонис.

— Она выживет! — почти прорычал Вааш. — Мы успели, Эош вытащит её. У неё всего-то повреждено лёгкое… — он запнулся, — …и, может быть, что-то ещё.

Делилонис запустил пальцы в волосы и тихо застонал.

— Я больше не могу… Я с ума схожу…

Вааш развернул его, крепко схватил за плечи и прижался лбом к его лбу.

— Держись. Нам нужно с тобой держаться!

— Я не могу… — простонал Делилонис.

— Нужно! — с напором зарычал Вааш.

— Почему мне всегда нужно? — вяло спросил Дел. — Почему я всегда должен держаться?

— Не всегда, Дел, не всегда. Но сейчас нужно. Повелителю сейчас нужна твоя помощь. Нам всем нужна твоя помощь, пока наагашейд не придёт в себя. А я помогу.

Делилонис опять застонал и уткнулся лбом ему в плечо.

— Мне очень тяжело, Вааш. Хотел бы я переносить это так же легко, как и ты.

— Я уже один раз пережил это, — Вааш похлопал его по спине. — Главное — пережить, Дел. А дальше будет легче.

— Пережить… — тоскливо повторил Делилонис.

Вааш прислушался. Из-за мебельных завалов и из-за двери доносилось разъярённое шипение. Наагашейд пришёл в себя. Наагалей обернулся и посмотрел в противоположный конец коридора, где в одной из комнат спала Дариласа. Эош справился просто превосходно, и теперь её жизни ничто не угрожало. Чего не скажешь об их жизнях. Вааш опять покосился на баррикаду, из-за которой доносилось шипение и рычание.

Знаками он показал двум нагам, что были с ним, осторожно разобрать баррикаду, оставив только вон тот громоздкий шкаф. Повелитель, если захочет выбраться, сдвинет шкаф вместе с дверью. А у них будет дополнительное время, чтобы спрятаться. В таком состоянии наагашейд действительно может убить. Разобрав завалы, наги во главе с Ваашем стремительно покинули лекарское крыло.

Несколько минут ничего не происходило. Из комнаты, где заперли наагашейда, доносился жуткий грохот, треск и рычание. Наконец, от удара дрогнули дверь и закрывающий её шкаф. От второго удара с ужасающим грохотом упал на пол шкаф, а от третьего вылетела сама дверь. В дверном проёме показался повелитель. Вид у него был жуткий. Одежда порвана, волосы всклочены, зубы оскалены, а глаза яростно блестят. Ни одного признаĸа разумности на лице.

Дейш замер и принюхался, словно выискивая добычу. После этого он пополз нa выход. А во дворце нa первом ярусе уже никого не было. Тольĸо безумный повелитель, раненная Тейс… и Делилонис.

Проползая мимо открытой двери, Дейширолеш замер, а затем полностью развернулся в её сторону и пополз в комнату. Его глаза с узĸим вертиĸальным зрачком, не отрываясь, смотрели на Тейс, наĸрытую до подбородĸа одеялом. Рядом у оĸна расположился Делилонис. Он напряжённо наблюдал, ĸаĸ Дейш медленно заползает в комнату.

— Привет, Дейш, — Делилонис решил прощупать почву.

Дейширолеш вскинул голову и негодующе зашипел. Дел поднял руки вверх и умиротворяюще произнёс:

— Тихо-тихо, ты разбудишь её и напугаешь.

Дейш продолжал взбешённо смотреть на него.

— Она испугается и расстроится. Ей будет плохо, — продолжил Делилонис.

Что-то дрогнуло на лице Дейша, и в его глазах появился ужас. Он нерешительно замер.

— Ты можешь подползти ближе, только не трогай её, — сĸазал ему Делилонис.

Εму показалось, что Дейш понимает его.

Дейширолеш приблизился и сĸлонился над девушкой, опираясь руками на постель и тщательно обнюхивая её. Запах ему не понравился. Он поморщился.

— Да, пахнет болезнью, — согласился с ним Дел. — Но она уже не умирает.

Дейш удивлённо моргнул, выражение лица стало озадаченным. А потом он просветлел и опустился рядом с ложем на пол. Подбородок он положил на постель и теперь, почти не моргая, смотрел на спящую Тейс.

Делилонис украдкой перевёл дух. Слава Богам, что всё произошло именно так, как и сказал Вааш. Пусть лучше сидит здесь, чем ползает по дворцу и убивает всех. Тугой узел отчаяния и страха почти распустился. Дариласу спасли, друг вроде бы успокоился. Осталось дождаться, пока он придёт в себя. Вааш сказал, что теперь главное — как можно меньше раздражать его, и велел убрать с глаз долой всех, кто злил его в последнее время. Себя он убрал сам. Эоша Делилонису пришлось выпроваживать насильно. Вряд ли Дейш забудет, кто именно недавно причинил боль Дариласе. А Роаша обещал успокоить Вааш.

Дейширолеш, почти не двигаясь, просидел около сорока минут. Только изредка шипел и рычал на Делилониса, если тот шевелился. И смотрел на девушку, почти не моргая. Делилонис не рисковал оставлять его одного в таком состоянии. Тем более скоро должен был приползти один из учеников Эоша, которому лекарь поручил смотреть за состоянием девушки.

— Ей плохо? — раздался хриплый голос Дейша.

Делилонис обрадованно посмотрел на него. Неужели начинает приходить в себя?

— Думаю, пока ей хорошо, — осторожно ответил Дел. — А вот когда проснётся, наверное, почувствует себя хуже.

Дейш нахмурился и тоскливо вздохнул.

— Где Эош? — задал он следующий вопрос.

Дел слегка напрягся.

— Мы его спрятали, — признался он. — Он недавно тебя немного разозлил…

Лицо Дейша исказилось от бешенства, и Делилонис умолк. Но Дейширолеш не стал допытываться о местоположении лекаря. Хорошо, что они догадались упрятать Эоша туда, куда влюблённый повелитель теперь точно не сунется — в бордель.

В комнату робко заглянул молодой наг, ученик Эоша. Разумность тут же покинула Дейша, и он угрожающе зарычал. Парень испуганно посмотрел на него.

— Дейш, спокойнее, спокойнее, — уговаривал его Делилонис. — Это лекарь. Ему нужно осмотреть Дариласу.

Рычание стало ещё более угрожающим.

— А вдруг Дариласе стало хуже? — продолжал уговаривать его Дел. — Пусть лекарь посмотрит.

Рычание стало тише. Парень неуверенно заполз внутрь. Дел взглядом велел ему поторопиться. Парень приблизился к ложу и склонился над девушкой. Рычание стало более угрожающим. Он испуганно посмотрел на повелителя.

— Работай, — тихо велел Дел, — и не показывай свой страх. Он сейчас как зверь: чует, что ты боишься, и рычит ещё сильнее.

Сам Делилонис весь напрягся, готовый броситься на друга, есть тот всё же накинется на мальчишку. Парень быстро осмотрел девушку, вздрогнул, когда наагашейд нетерпеливо хлопнул хвостом по полу, и наконец закончил.

— В целом, всё пока нормально, — сказал он.

— Хорошо, — Дел кивнул.

А парень спиной пополз на выход. Прикрыв за собой дверь, он заторопился прочь от лекарского крыла.

Делилонис перевёл взгляд на Дейша. Тот опять смотрел на девушку.

— Пить хочешь? — спросил он.

Дейширолеш тихо зарычал.

— Если что, вода тут.

Рычание стало чуть громче.

Чанвашар положил тело женщины лицом вниз на алтарь и выдернул из её спины кинжал. Посмотрел на лезвие и бросил оружие на пол. Дейш, сукин сын! Это его рук дело! Его лучшая жрица мертва! Самая способная, самая понимающая, прожившая рядом с ним столько веков… Его бы не так сильно расстроила её смерть, если бы был достигнут желаемый результат. Но девчонка выжила. С трудом, можно сказать, чудом, но выжила. И это после стольких усилий, которые он вложил, чтобы выманить её на площадь.

Две недели он посылал ей ментальные внушения, что ей нужно посетить торговую площадь. Но ничего не получалось. Эта проклятая девчонка имела дурную привычку осмысливать каждое свое желание и мысль. И если она не видела веских причин и оснований для осуществления желаемого, она просто отвергала это. Он мучился с ней столько времени, и наконец ему удалось выманить её в тот момент, когда она была в эйфории от ночи, проведённой с этим мальчишкой.

Чанвашар специально решил переместить девчонку в этот заброшенный дом у города. Он не хотел, чтобы происшествие связывали с ним. Ну, похитили любовницу наагашейда, ну, убили… Мало ли недругов? А если её тело найдут слишком далеко от города, то возникнет неудобный для него вопрос: как девушка могла оказаться так далеко за такое короткое время? Кто способен на подобное?

Всё почти увенчалось успехом. Гхана смогла надеть на девушку браслет, запирающий зверя. Девчонка потеряла своё самое главное оружие. Но с ней уцепился этот наг! Чанвашар зарычал от злости. В его памяти всплыло воспоминание о злых карих глазах. Давно он не испытывал такой лютой ненависти. Как жаль, что он не может позволить себе убить эту девчонку своими руками!

Виаша медленно спускалась по лестнице. Некоторое время назад во дворце царил ужасный шум. Есаш и отец уползли проверить, что там такое, и до сих пор не вернулись. Девушка уже начала переживать и в итоге не смогла оставаться в комнате и томиться от неизвестности.

Спустившись до второго яруса, она остановилась, услышав голос отца.

— Аккуратнее, — шипел её папа. — Разворачиваемся.

Виаша свернула с лестницы в коридор и замерла. Лицо её побелело от ужаса. Четверо нагов, среди которых были её отец и Есаш, заносили в комнату на носилках очень большого нага с серым хвостом. Её ужаснуло пятно крови на груди этого нага. Да и глядя на него, она каким-то внутренним чутьём понимала: он мёртв.

— Виаша? — отец обратил на неё внимание.

На его лице мелькнуло беспокойство.

— Ч-что это? — заикаясь, спросила девушка.

В её голове почему-то мелькнули совершенно кощунственные мысли, что её отец и Есаш совершили преступление, а теперь пытаются скрыть труп.

— Виаша, ползи в комнату, — мягко попросил отец. — И, пожалуйста, не покидай её.

Его пугала мысль, что дочь может столкнуться с безумным наагашейдом.

Но девушка продолжала стоять на месте.

— На госпожу Тейсдариласу напали, — мрачно начал объяснять Есаш. — Этот наг погиб, защищая её. И ползи в комнату. Наагашейд сейчас немного не в себе. Будет не очень хорошо, если ты с ним столкнёшься.

Волна облегчения накатила на девушку, и она расслабилась. Но всего через несколько секунд её глаза испуганно распахнулись, она сдавленно охнула и схватилась за живот.

— Больно… — простонала она.

Её отец побелел от ужаса, а Есаш выругался. Прежде, чем Пиш успел сообразить, что делать, Есаш распорядился:

— Заносите его, а я позабочусь о ней, — и, отпустив носилки, поспешил к девушке.

Виаша клещом вцепилась в протянутую ладонь.

— Есаш… Есаш… — на её глазах блеснули слёзы. — Мне страшно…

— Мне тоже страшно, — нахмурился парень, осторожно обнимая её за талию. — Давай, аккуратно, до комнаты. А там придёт лекарь и скажет нам, что делать.

Девушка закусила губу и поползла вперёд, обнимая одной рукой болезненно каменеющий живот.

Соош стремительно полз в сторону дворца, когда ему навстречу выполз Вааш и ещё двое нагов.

— Куда? — строго спросил Вааш.

Соош посмотрел на него несчастными глазами. Его не было во дворце, когда привезли госпожу, и теперь он томился от страха и отчаяния, что больше никогда её не увидит. Он корил себя, что так и не смог ничего сделать, чтобы добиться её. С ним ей было бы безопаснее, чем с повелителем. Он увёз бы её отсюда и нежно берёг от всех невзгод.

Вааш правильно понял его взгляд и, вздохнув, с сочувствием похлопал его по плечу.

— Её спасли, сейчас она отдыхает.

Соош предпринял попытку оползти его, но Вааш преградил ему путь хвостом.

— Повелитель сейчас не в себе. Οн тебя просто порвёт.

Но парень упрямо попытался пробиться к двери. Ваашу пришлось схватить его за шиворот, и Соош посмотрел на него почти с ненавистью.

— Не нарывайся, — устало посоветовал Вааш. — Не хватало еще твоей смерти.

Плечи юного нага поникли, и он закрыл лицо ладонями. Вааш с жалостью посмотрел на него. Всё же как неудачно этот мальчик влюбился.

Пиш и Есаш обеспокоенно мялись у дверей покоев, где кричала и стонала Виаша. Иногда доносились команды лекаря, одного из учеников Эоша. За самим наагалейем посылать не стали: он всё равно не успел бы вернуться к началу родов.

— Месяц… — отец Виаши нервно сгибал и разгибал пальцы. — Ребёнок должен был родиться только через месяц…

— Ну, похоже, он решил иначе, — Есаш натянуто улыбнулся. — Всё будет хорошо…

Непонятно, кого он хотел успокоить этой фразой: себя или Пиша.

— Он такой активный… был… в животе… С ним наверняка всё хорошо… — Есаш произнёс это, а потом застонал и, запустив пальцы в волосы, осел на пол.

И тут же вздрогнул. Ρаздался тихий, больше похожий на кошачье мяуканье плач. Пиш побледнел и пошатнулся. Есаш, придерживаясь за стену, поднялся.

— Родился… — губы онемели и почти не шевелились.

В это время сама Виаша, обессилено закрыв глаза, лежала на постели и сквозь дикую усталость и боль ощущала, как её обтирают, осторожно перекладывают и что-то говорят. Ей было всё равно. Мучавшая её боль отступила, навалилось облегчение, и хотелось спать и спать.

Стоящий у ложа лекарь с восторгом смотрел на младенца в своих руках. Его помощники суетились, приводя роженицу в порядок. А он никак не мог прийти в себя. Он впервые сам, один, принимал роды. И вот теперь он смотрел на этого ребёнка и не мог поверить, что ему так повезло в его самый первый раз.

— Госпожа, — он тихо обратился к Виаше.

Та открыла глаза и посмотрела на него мутным взглядом.

— Вы не хотите подержать своего ребёнка? — осторожно спросил лекарь.

На лице девушки мелькнул ужас. Ребёнок… Он родился… То существо, что столько времени жило внутри неё и занимало все её мысли, наконец появилось на свет. Οна ощущала только ужас, осознавая это событие. Улыбка лекаря померкла, и он отполз назад, прижимая к себе заливающийся плачем комок плоти.

— Я тогда… покажу его вашему отцу… — невнятно пролепетал он. — Это девочка, кстати.

Виаша ощутила, что внутри у неё что-то обрывается. Девочка… Маленькая девочка, которая плакала сейчас на руках у лекаря так, словно понимала не дружелюбность мира, в который она пришла. Лекарь уносил ребёнка, а плач становился всё громче и громче…

— Нет! — неожиданно закричала Виаша и, перевернувшись на живот, поползла по постели в сторону выхода, за ними. — Верните мне её! Верните!

Лекарь посмотрел на неё одновременно удивлённо и обрадованно и поспешил вернуться, хотя уже успел приоткрыть дверь, и на него с нетерпением смотрели Пиш и Есаш. Он осторожно положил малышку рядом с матерью и отполз назад. А Виаша нависла над ребёнком, с жадностью смотря на неё. Крохотное существо со сморщенным личиком и малюсеньким хвостиком белёсого цвета. Она плакала так отчаянно, словно понимала, что мама хотела бросить её. И Виаша разрыдалась от чувства вины перед собственной дочерью. Она подтянула её ближе, обнимая и окружая собственным теплом, и мысленно пообещала, что никогда, никогда и никому не позволит обидеть её. Её дочь никогда не переживёт того, что пережила она сама. Она ни за что не позволит этому произойти.

А взглянув на белёсые волосы девочки и её красноватые глаза, Виаша расплакалась ещё сильнее, жалея свою дочь, которой от её отца даже что-то хорошее от внешнего облика не досталось.

Пиш прикрыл дверь и оттеснил нетерпеливого Есаша.

— Пусть они побудут вдвоём, — сказал он парню. — Им это сейчас нужно.

И слабо улыбнулся. С сердца словно камень упал. Εго дочь смогла принять этого ребёнка.

Часть II

Глава 1

Делилонис заполз в комнату, и Дейш тут же вскинулся, просыпаясь и шипя на него спросонок. Но, признав друга, успокоился и положил голову назад, на край постели. Веки его опять начали смыкаться. Дел покачал головой.

Прошло два дня, а Дариласа так и не пришла в себя. Эош передал ему через посланника, что это нормально. Она была почти мертва, когда её привезли во дворец. Теперь ей требуется время, чтобы ожить.

С Дейширолешем всё было очень сложно. Он отказывался покидать девушку и всё это время сидел на полу у её постели и смотрел на её лицо. Отлучался он только до отхожего места, что располагалось за одной из дверей комнаты. Он почти не спал, вообще не ел, и Делилонис с трудом заставлял его хотя бы пить. Вид его сейчас был ужасным: лицо осунувшееся, посеревшее, под глазами круги, взгляд какой-то лихорадочно-больной, одежду он не менял…

Делилонис подполз к ложу и посмотрел на саму Дариласу. Вид у неё был ничуть не лучше, чем у Дейширолеша. Лекарь приползал почти каждый час и проверял её состояние. Шептал под нос какие-то заклинания, насыщая её организм водой. И говорил, что всё хорошо. Но она не приходила в себя.

Самому Делилонису пришлось взять на себя обязанности наагашейда, так как друг временно был не способен ими заниматься. Вааш помогал ему, как мог. Ρоаш же до сих пор не пришёл в себя. Дел был у него утром. Встретили его недружелюбно. Рычанием и попытками добраться до него через решётку. Вааш сказал, что пока рано пытаться призывать его к разумности. Нужно дождаться, пока Дариласа хотя бы придёт в себя. Тогда и Дейширолеш, и Роаш будут уже поспокойнее. А сейчас их столкновение может перерасти в кровавую драку. Не стоит рисковать.

— Как она себя чувствует? — спросил Делилонис у Дейша.

Не то, чтобы он не знал что-то о её состоянии, просто ему казалось, что с Дейшем нужно говорить. Иначе он опять впадёт в невменяемое состояние.

— Она не открывает глаза, — без каких-либо эмоций произнёс Дейш. — Не хочет возвращаться…

— Хочет, — уверенно прервал его Делилонис. — Просто пока не может найти дорогу. Наверное, она заблудилась.

— Я её зову, но она не приходит, — продолжал тихо говорить Дейш. — Я так хочу, чтобы она вернулась, но…

Он умолк и прикрыл глаза. Делилонис посмотрел на лицо Дариласы и напрягся: ресницы её подрагивали.

— Дейш, — позвал он.

Дейширолеш устало посмотрел на него. Делилонис молча кивнул на Дариласу. Тот посмотрел на неё и резко приподнялся, пристально всматриваясь в её лицо. Ресницы девушки опять дрогнули, и она медленно открыла глаза. Вздох облегчения вырвался из груди Делилониса. Дейширолеш же вцепился пальцами в ложе так сильно, что затрещала ткань.

Сперва взгляд Дариласы был мутным и каким-то пустым. Она явно не видела их. Но постепенно он прояснялся, и узнавание мелькнуло на её лице. Потрескавшиеся губы шевельнулись, пытаясь что-то сказать, но вырвался лишь вздох. Лицо её исказило мучение. Χвост Дейша обеспокоенно заметался.

— Ты что-то хочешь? — живо поинтересовался он. — Что? Я всё сделаю! Пить?

Дариласа едва заметно качнула головой из стороны в сторону. Она хотела совсем не этого. Последней её мыслью перед тем, как её накрыла темнота, было осознание, что она так и не призналась ему в любви. Эта последняя мысль стала первой мыслью после пробуждения. Она очень хотела сказать эти слова, глядя в зелёные обеспокоенные глаза, но голос отказал ей. В горле царила сухость и тянущая боль. Невозможность выполнить это желание так сильно расстроила её, что она даже не задумалась над тем, что с ней, почему она здесь и где это «здесь».

— Дай ей попить, — велел Делилонис.

— Она не хочет, — не глядя на него, отозвался Дейш.

— Дай! — проявил твёрдость Дел.

Он и сам бы это сделал, если бы не подозревал, что друг бросится на него.

Дейш сперва схватил кувшин и попытался поднести его к губам Тейс. Потом опомнился, налил воды в стакан и осторожно приподнял девушку. Едва влага коснулась губ, Дариласа поняла, что дико хочет пить, и начала жадно глотать воду. Но это простое действие настолько её ослабило, что обратно на подушки она упала с диким желанием спать. Ей казалось, что её тело полностью состоит из слабости. Она не могла пошевелить ни ногой, ни рукой, даже голову повернуть проблемно.

Но после воды Дариласа стала мыслить чётче. Она наконец обратила внимание на то, где находится, увидела обеспокоенного Делилониса и постаралась вспомнить, что именно с ней произошло. Увы, последнее, что она помнила, — это летящий в неё меч. Больше никаких воспоминаний.

— Тебя ранили, — ответил Делилонис на вопрос, который она не смогла высказать.

— Ты умирала, — внёс поправку Дейш.

Дариласа посмотрела на него. А Дейширолеш опять положил подбородок на край её постели и уставился на неё немигающим взором. Девушке очень хотелось прикоснуться к нему, извиниться за беспокойство, которое она ему принесла. Но всё, что она могла, — это едва-едва шевелить пальчиками.

Делилонис смог понять её стремление. Поэтому он наклонился и взял её ладонь. Дейш вскинулся, негодующе шипя, но друг беспардонно прижал его голову к постели и приложил к его щеке ладонь Дариласы. Дейширолеш замер, а девушка легонько, почти неощутимо погладила его. И он со стоном прижался к её ладони лбом. Он наконец-то осознал, что она пришла в себя. Она вернулась к нему.

А Делилонис, нахмурившись, повернулся к двери. В неё как раз протискивалась башка одного из котов. Наагариш сердито зашипел на него, и зверь подался назад. Дел раздражённо оскалился. Спасения от них нет!

Делилонис долго уговаривал Дейширолеша наконец-то покинуть Дариласу и привести себя в порядок. Пару раз Дейш был готов разорвать его за настойчивость. Но ему не хотелось будить спящую Тейс. В итоге, Делилонис клятвенно пообещал оставаться с девушкой до его возвращения, и Дейширолеш стремительно покинул комнату. Он хотел как можно быстрее вернуться обратно. Но уже в коридоре остановился.

У стены стояли Миссэ и Доаш. Увидев повелителя, наги опустились на пол, готовые принять любую кару. Χоть Вааш и велел им не приближаться к Дариласе и наагашейду в ближайшие дни, они не смогли держаться в стороне. Они были виноваты. Они не смогли уберечь свою госпожу.

Увидев их, Дейширолеш взбешённо оскалился, метнулся к ним и полоснул когтями по лицу сперва одного, потом второго. Те молча и покорно стерпели это.

— Вы живы только потому, что жива она! — разъярённо прошипел повелитель. — Вы совершенно не оправдали моего доверия!

Братья опустили головы.

— Вы отстраняетесь от её охраны! — прорычал наагашейд. — И вообще освобождаетесь от службы! Сегодня же вы возвращаетесь в свой род. Я не желаю видеть вас больше при дворце!

Дейширолеш сжал пальцы в кулаки, сдерживаясь от желания прибить этих двух идиотов. Наги же сидели перед ним на полу, униженно склонив головы, и молчали. Дейш стегнул хвостом стену и пополз прочь.

Братья поднялись на хвосты только через несколько минут после его ухода и, пошатываясь, поползли на выход.

Дейширолеш заполз в гардеробную и начал быстро стаскивать с полок одежду. Он так торопился завершить все дела и вернуться к Тейс, что даже не подумал направиться сразу в купальни, а за одеждой послать кого-то из слуг. Он уже хотел покинуть помещение, когда его взгляд скользнул по одной из корзин. Внутри всё напряглось.

В этой корзине он держал вещи, напоминающие ему о Тейс. И сейчас там отсутствовало её платье. Он успел подумать, что враг украл его для каких-то неведомых целей, но потом вспомнил, что видел его на девушке в день отъезда короля. Вздох облегчения вырвался из его груди.

Он приблизился к корзине и заглянул внутрь, желая проверить, не забрала ли она свои волосы. И опять замер. Из ослабевших рук выпала одежда, а сам он опустился рядом с корзиной. На её дне лежала одна очень толстая коса, сплетённая из тёмно-русых и чёрных волос и перевязанная зелёной лентой с бубенчиками. В чёрных, более длинных прядях он узнал собственные волосы. Глухая тоска сжала его сердце, и он упал на пол. Вой отчаяния вырвался из его горла. Он чуть её не потерял… Он мог остаться один на всю оставшуюся жизнь…

Вааш торопливо полз в сторону второй стены, где располагались темницы и заключённый в них Роаш. Дел только что через лекаря передал ему, что Дариласа очнулась. Улыбка теперь не хотела сходить с лица, и Вааш торопился порадовать этой новостью Роаша. Пора бы ему уже начать приходить в себя.

Стража пропустила его внутрь без лишних расспросов. Вааш прополз в самый дальний конец коридора, где располагалась одна из наиболее светлых, просторных и чистых камер. Двери здесь не было. Её заменяла решётка, поднимающаяся вверх при помощи рычага. Вааш пригляделся и увидел свернувшегося в клубочек Ρоаша. Он лежал в дальнем углу камеры. Сердце Вааша кольнула жалость. Вспомнились дни, наполненные диким отчаянием и болью, которые он сам пережил, когда погибла его жена.

— Роаш, — тихо позвал он.

Наг слабо зашевелился.

— Роаш, проснись, — чуть громче сказал Вааш.

Роаш повернулся к нему и тихо, жутко зашипел. Вид у него был совершенно безумный. Неожиданно он стремительно вскочил и бросился к решётке. Вааш вовремя отполз, и когти Роаша загребли только воздух. В разъярённом шипении послышались нотки обиды.

— Ну-ну, Роаш, — укоризненно прицокнул Вааш. — А я к тебе с хорошими новостями. Дариласа проснулась.

На имени девушки Роаш замер, и, казалось, в его глазах появился интерес.

— Она хочет тебя видеть, — соврал Вааш.

Ну, он не считал, что соврал. Вряд ли Дариласа будет против встречи с Ρоашем.

— Но пока ты в таком состоянии, пустить тебя к ней я не могу, — с сожалением произнёс Вааш.

Роаш негодующе зарычал и заметался по камере. Потом он остановился и замер. Некоторое время он просто раскачивался из стороны в сторону, а затем опять посмотрел на Вааша.

– Χочу видеть её! — прошипел он.

— О, заговорил! — обрадовался Вааш. — Но этого мало, Роаш. Я должен быть уверен, что ты себя контролируешь. Она слаба и ей нельзя переживать. Ты понимаешь?

— Понимаю, — прошипел Роаш.

— Там сейчас повелитель…

Роаш разъярённо зашипел.

— Вот этого я и боюсь! — Вааш сурово свёл брови. — Я должен быть уверен, что вы не поубиваете друг друга. Иначе ты будешь сидеть здесь, пока в себя окончательно не придёшь. Повелителя я запереть не могу. Увы…

Роаш опять заметался. Ползал он долго, несколько раз бил хвостом по стенам и решётке, а потом опять замер.

— Я сдержусь! — сквозь зубы пообещал Роаш.

— Точно? — засомневался Вааш.

— Точно.

Вааш вздохнул. Ну что ж, рискнём! Он махнул рукой страже, показывая, что они могут поднимать решётку.

Дейширолеш ел впервые за эти два дня. Аппетита, правда, особого не было. Он постоянно смотрел на спящую Тейс. За время его отсутствия Делилонис распорядился принести еще одно ложе. Раньше не удавалось сделать это из-за неадекватного Дейша, который не пускал никого, кроме самого Дела и лекаря. Теперь Дейширолеш сидел на ложе в наспех запахнутой одежде и с мокрыми волосами и неторопливо ел мясо.

— Дейш, скоро сюда приползёт Роаш, — предупредил Делилонис.

Дейширолеш вскинул на него мрачный взгляд.

— Тебе не одному тяжело, — не менее мрачно сказал ему друг. — Прошу тебя отнестись с пониманием. Он отреагировал на произошедшее так же плохо, как и ты. Но приходить в себя начал только сегодня. Пожалуйста, не сцепитесь.

Дейш продолжал тяжело смотреть на него, но потом поморщился и неохотно кивнул.

— Я попробую, — сказал он.

Делилонис скривился, неудовлетворённый формулировкой.

— Мы осмотрели место нападения, — решил он перейти на другую тему. — Не хочешь послушать, что мы нашли?

— Хочу, — почти спокойно сказал Дейш.

Делилонис кивнул и приступил к рассказу.

— Похоже, это были жрицы Чанвашара, которых мы ищем, — начал с самого главного он. — У меня осталось много вопросов. В частности, почему Чанвашар упорно пытается убрать Дариласу чужими руками. По-моему, проще было бы сделать это самому. Дождался бы момента, когда она останется одна, переместился ей за спину и воткнул нож в…

Разъярённо шипение Дейша заставило его умолкнуть. Делилонис смущённо кашлянул и продолжил:

— Ну, ты понял, что именно мне непонятно. Потом мне непонятно, почему место покушения так недалеко от города. Если бы оно было чуть дальше, мы бы просто не успели, а тут…

Ему опять пришлось прерваться из-за негодующего шипения. Дейша дико раздражали любые намёки на возможную смерть Дариласы. И Делилонис решил, что все свои сомнения он выскажет после, когда друг будет более адекватен. А сейчас просто изложит суть произошедшего.

— Миссэ и Доаш сказали, что Дариласа исчезла вместе с женщиной — помощницей торговца, когда примеряла браслеты. При этом Доаш успел заметить за спиной женщины россыпь серебряных искр. Почерк Чанвашара. Сам торговец, судя по всему, ни при чём. Он нанял эту женщину три недели назад, когда приехал с товаром в город. Он знает, как наги трепетно относятся к своим женщинам, поэтому нанял помощницу, чтобы самому к ним не прикасаться. Он так всегда делает. Всё это время она не вызывала у него никаких подозрений. На месте происшествия, в заброшенном доме, мы нашли мёртвых женщин, двадцать три трупа, и еще семь женщин, тоже мёртвых, в облике зверя. Все оборотни — песчаные волки.

— Остальные были людьми? — уточнил Дейш.

— Сложно сказать, — неуверенно протянул Дел. — По внешнему виду они очень похожи на представителей песчаных волков. А они, сам знаешь, отношений с людьми не признают. И у всех женщин, кроме тех, что звери, глаза чёрные. Мне тут вспомнились слова старика-песчаного волка, которые мне передавали мои наги. Помнишь, я говорил тебе? Он сказал, что женщины с чёрными глазами — нехорошие женщины. От них отвернулся зверь. Я привлёк нашего специалиста по оборотням, и он сообщил мне, что иногда так случается, что между человеком и зверем возникают неразрешимые разногласия. Это происходит очень редко, но зверь может просто умереть, и оборотень станет как бы ополовиненным. Наполовину живым, наполовину мёртвым. Но наш специалист с такими случаями никогда не сталкивался. Мёртвые женщины воспринимаются им как оборотни, но ему что-то в них не нравится. А проверить наличие зверя в мёртвом теле, сам знаешь, невозможно.

— А те женщины, что, звери? — спросил Дейш.

— Они оказались очень ослабленными. У меня возникло предположение, что они тоже были на пути к тому, чтобы стать наполовину мёртвыми. Как бы там ни было, но сейчас они все мертвы, и допросить мы никого не можем. Там же были найдены обрывки браслета. После изучения их мы смогли понять, что это артефакт подавления зверя. Дариласа не могла обернуться. Возможно, его на неё надели еще на площади. Похоже, женщину, надевшую его, убили, но мы пока не разобрались, какая именно женщина это сделала. Миссэ и Доаш говорят, что среди тел её нет.

Дейширолеш поморщился при упоминании о нерадивых охранниках.

— Это всё или что-то ещё? — спросил он.

— Пришло послание от отрядов, что мы послали на обследование одного из заброшенных городов наагашехов. Там никого нет. Я разделил их и направил обследовать два других ближайших города.

Дейш еле сдержался от того, чтобы не хлестнуть пол хвостом. Он горел страстным желанием броситься на поиски этого ублюдочного бога лично. Но ещё сильнее он не хотел оставлять Тейс. Он боялся её оставить.

— Дел, найди мне его, — тихо попросил Дейш. — Я сделаю всё, что ты захочешь, только найди мне его.

Делилонис смутился. Он ожидал, что друг будет шипеть и требовать подать эту тварь на блюде, но просьбы не ожидал.

Тут скрипнула дверь, и на пороге показались Роаш и Вааш. Дейширолеш вскинул голову и прищурился. Ρоаш прищурился в ответ…

Дариласа проснулась, разбуженная рычанием. Повернув голову, она почувствовала слабый всплеск ужаса. Повелитель и Ρоаш, сцепившись, яростно обтирали друг другом стены. Вааш и Делилонис тихо ругались и пытались разнять этих двоих, которые, несмотря на все обещания, бросились друг на друга, едва увидев. Взбесившиеся инстинкты, которые не хотели делить с кем-то девушку, затуманили им разум.

Мимо клубка тел в комнату бесстрашно проскользнул Ссадаши. Парень приполз, чтобы хотя бы в щёлочку посмотреть на госпожу, а тут такое представление.

– Γоспожа, не переживайте, — поспешил он успокоить её, опасаясь, что ей станет хуже. — Они просто плохо себя контролируют и не хотят уступать друг другу место рядом с вами.

Девушка прищурилась, на лице её появилось недовольство.

Наги замерли, когда в лицо Роашу прилетела подушка. На лицах всех четверых возникло удивление, и они обернулись. И вздрогнули, столкнувшись с мрачным взглядом Дариласы. Она еле-еле подняла вторую маленькую подушечку, подложенную под её бок, и бросила. Бросок вышел откровенно слабым, и снаряд плюхнулся на пол, едва миновав край постели. Девушка обессилено откинулась на подушки.

— Госпожа, что вы делаете? — ужаснулся Ссадаши. — Вы же еще так слабы!

И неожиданно предложил:

— Давайте я вам помогу.

С этими словами парень вытащил из-под её бедра другую подушку, взял её ладонь, помог сжать пальчики на уголке, потом помог прицелиться и метнуть. Подушка врезалась в лицо наагашейда. Тот недовольно поджал губы, но стерпел. А девушка заворочалась, силясь что-то сделать.

— Хотите отвернуться? — Ссадаши, как всегда, был само понимание. — Давайте я помогу.

Он помог ей перевернуться, укрыл одеялом и только после этого выпрямился и скорбно посмотрел на нагов.

— Обиделась, — со вздохом оповестил он.

Дейширолеш и Роаш нервно зашевелили хвостами. Лица стали виноватыми.

— Извини, Роаш, сам не знаю, что на меня нашло, — с трудом сказал Дейш.

— Я тоже погорячился, повелитель. Прошу прощения, — ответил Роаш. — Это всё инстинкты.

— Да, это инстинкты, — горячо подхватил Дейш.

Они смерили друг друга оценивающими взглядами и поползли к Дариласе.

— Дари, извини, мы погорячились. Ты сильно расстроилась? — виновато произнёс Ρоаш.

Девушка нe ответила. Наги переглянулись и оползли ложе с разных сторон, чтобы увидеть её лицо. И озадаченно замерли. Дариласа спала, немного приоткрыв рот.

— Устала, — Ссадаши вздохнул.

А Ρоаш и Дейширолеш одновременно очень нехорошо посмотрели на парня.

— Госпожа меня ценит, — на всякий случай напомнил Ссадаши, и наги разочарованно зашипели.

На следующий день прибыли наги бывшего рода Огладош. Делилонис сам вызвал их, чтобы они приехали достойно похоронить своего погибшего родственника. Всё время до их приезда Заашар специальными заклинаниями сохранял тело Дэшгара от порчи.

К удивлению Делилониса, Дейширолеш неожиданно захотел поучаствовать в похоронах. Он даже ради этого покинул спящую Дариласу, оставив её на попечение друга и Ссадаши. А сам спустился вниз и покинул дворец.

Направился Дейширолеш в восточную часть парка. Там располагалась каменная площадка, на которой проходили похоронные церемонии, и где сейчас располагалось тело Дэшгара. Ещё издали он увидел, что родственники погибшего уже на месте. Только мужчины и ни одной женщины. Правда, присутствовал ребёнок, мальчик лет восьми-десяти. Он стоял, вцепившись пальцами в полы одежды находящегося рядом нага. Этот наг на мгновение заинтересовал Дейша. Он явно не был представителем этой семьи и был очень похож на жителя Дейдейро.

Тело Дэшгара лежало на очень длинном каменном постаменте. Хвост его был выпрямлен на всю длину, вдоль тела, по бокам, стояли склянки с благовониями, сложенные на груди руки оплетали дубовые ветви. Наги, увидев повелителя, испуганно замерли. Дейширолеш дополз до головы Дэшгара и остановился, окинув присутствующих мрачным взглядом.

— Я надеюсь, этот день навсегда сохранится в памяти вашего рода, — медленно произнёс он.

Наги подняли на него глаза.

— Этот наг, хоронить которого мы сегодня собираемся, отдал жизнь за женщину, которую я люблю, — продолжил Дейширолеш. — Этим он искупил ваш грех, грех целого рода. И вы должны запомнить это навсегда: своим будущим благополучием вы обязаны тому, что она до сих пор жива.

Кто «она», пояснять было излишним.

— Я прощу вас, — наконец сообщил самое главное повелитель.

Наги вздрогнули и с неверием в глазах посмотрели на него.

— Прощу и разрешу вам взять новое имя. Отныне ваш род — део Дэшгар. И сегодня мы присутствуем на похоронах вашего основателя. Воздадим же достойные его мужества почести.

Кое-кто из мужчин пошатнулся, в глазах присутствующих вспыхнула надежда. Недоверие всё еще не покинуло их лица. Сегодня они собрались, чтобы проводить одного из самых достойных своих братьев, и совсем не ожидали, что хоть что-то хорошее может случиться в этот день.

Один из них выполз вперёд и поклонился наагашейду.

— Я начну церемонию.

Но повелитель высокомерно отстранил его.

— Я сам, отойди, — велел он.

Наги ошеломлённо переглянулись, поражённые тем, что повелитель решил оказать такую честь.

Дейширолеш поднял круглую медную вазу и снял с неё крышку. За всю свою жизнь он проводил церемонию похорон только один раз. И это были похороны его отца, которого он сам же и убил. И сейчас он ощущал большее уважение к священной традиции, чем тогда.

Он зачерпнул ладонью из кувшина ярко-оранжевый порошок и начал насыпать его на тело Дэшгара от кромки волос, по груди, паховым пластинам и до самого кончика хвоста. Потом он насыпал поперечные полосы по всему телу. Закончив с этим, Дейш тщательно вытер руки и поднял лампаду, стоящую у головы Дэшгара. Поднёс к огню тонкую деревянную палочку, подождал, пока она загорится, и коснулся ею порошка на лбу мертвеца. Порошок вспыхнул мгновенно. Огонь стремительно разбежался по дорожкам, насыпанным из него, и всё тело Дэшгара вспыхнуло.

Дейш отполз в сторону. Запахло палёной плотью, потом начали взрываться склянки с благовониями. В воздухе появился запах цветов. А Дейширолеш смотрел на этот огонь и испытывал вину. Нет, не перед Дэшгаром. Перед Тейс. За то, что спас её не он.

Дейширолеш пробыл дo самого конца. Огонь потух, останки сгребли в большой короб. Потом этот короб доверху заполнили землёй и посадили в неё жёлудь. А сам короб закопали на окраине парка. Приполз Заашар с учениками, и они начали медленно взращивать на месте захоронения травку.

Дейш не стал ждать завершения этих манипуляций и пополз в сторону дворца. Тейс и так слишком долго была без него.

— Повелитель, простите меня, но могу ли я обратиться к вам с просьбой?

Дейширолеш обернулся и увидел смуглого нага с раскосыми глазами, к хвосту которого прижимался мальчик.

— Что тебе? — недовольно спросил Дейш.

— Мой господин, я хотел попросить вас о разрешении усыновить этого ребёнка, — наг положил ладонь на голову мальчика.

Брови Дейша удивлённо изогнулись.

— Когда это для усыновления ребёнка требовалось моё разрешение?

Наг обеспокоенно посмотрел на него и тихо ответил:

— Просто его отцом раньше был Жейш део Οгладош.

Воцарилась тишина. Дейш холодно посмотрел на ребёнка, тот сжался под его взглядом.

— Нет, — почти не думая, отказал Дейширолеш и, круто развернувшись, пополз к дворцу.

Эйкисэ део Эшаоро сильно расстроился, но против запрета повелителя он пойти не мог. Тер спрятал лицо в его одеждах, а наг приобнял его хвостом.

Дариласа ощущала себя уже лучше и даже начала задаваться некоторыми вопросами. Проснувшись, она поняла, что рядом находятся Делилонис и Ссадаши. Роаша под конвоем Вааша отправили мыться. Повелителя нет. Нет и Миссэ с Доашем. Нет Дэшгара. Сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Она заволновалась. Эти трое всегда рядом ошиваются, где же они сейчас? Внутри обеспокоенно заворочалась кошка.

Девушка привлекла внимание сидящего рядом Ссадаши и чуть слышно просипела:

— Миссэ…

Ссадаши нерешительно посмотрел на Делилониса. Тот кашлянул.

— Дари, Дейш очень зол был… Нет-нет! — спохватился он, увидев, как побледнела девушка. — Они живы, просто их отстранили от охраны и услали из дворца.

Дариласа попыталась приподняться на локтях. Как же так? За что? Ρазве они могли предугадать такой поворот событий? Что они могли сделать против этой странной магии перемещения? А потом похолодела сильнее.

— Дэш… — она не осилила его имя полностью.

Ссадаши и Делилонис переглянулись, не зная, что сказать. Не врать же. Но она сама всё поняла. Дэшгара нет рядом, но он был с ней тогда. Его больше нет… Глаза обожгли слёзы, и она, перевернувшись на бок, что было сил закусила костяшки на руке, чтобы подавить вой. Плечи её сотряслись от рыданий. Это её вина… Тёмные её потащили на эту площадь! Ну вот что ей там было нужно?! Что?! Из-за её прихоти большого и доброго Дэшгара больше нет. В голове мелькнуло воспоминание о том дне, как он уплетал яблоки в меду. Всё внутри скрутило от острого ощущения отчаяния и сожаления.

— Что такое? — раздался обеспокоенный голос повелителя

Дейширолеш с порога услышал её всхлипывания.

— Дэшгар… — коротко ответил Делилонис.

— Зачем вы сказали?! — зашипел Дейш.

— Мы не говорили, она и так догадалась, — мрачно сказал Дел.

Дейш бросился к ней и с ужасом посмотрел на её заплаканное лицо. Что ему делать?! Что?! Он почувствовал себя таким бессильным.

— Тейс, пожалуйста… — тихо попросил он, а она заплакала ещё сильнее.

Дейширолеш порывисто прижал её к себе и начал укачивать на руках. Он не знал, что ему ещё сделать.

— Где… — хрипло спросила девушка.

Дейш понял её и без помощи Ссадаши.

— Мы только что похоронили его, — признался он.

Дариласа закусила костяшки еще сильнее. Она даже не простилась с ним. Дейширолеш неожиданно поднял её на руки вместе с одеялом.

— Я отнесу тебя к нему, — пообещал он.

Всхлипы стали более тихими, и Дейш пополз на выход. Ссадаши и Делилонис устремились за ними.

Они приползли к месту захоронения. Здесь уже никого не было, а на могиле нежно зеленела молодая травка. Дейш опустил Дариласу на землю, и она подалась вперёд, ложась на холмик и обнимая его. Больше она не сдерживала слёз и плакала, поглаживая траву ладонями и прося у Дэшгара прощение. Она так виновата перед ним…

А Дейш смотрел на неё несчастными глазами.

Глава 2

Ссадаши вздрогнул, когда госпожа застонала вo сне, и метнулся к ней. Лицо было сморщено, словно ей было больно, но госпожа не просыпалась. Парень перевернул её на спину и разогнул ноги. Εё лицо расслабилось. Вчера ей было очень плохо. Она так долго плакала, что дошло даже до тошноты и рвоты. Как же нервничали повелитель и Ρоаш. Вааш даже выставил их в коридор, пока госпожу лекарь осматривал. В итоге лекарь дал ей успокоительное и порекомендовал полный покой и никакой нервотрёпки.

Наагашейд и наагариш Роаш, кстати, вместе всю ночь сидели у её кровати. Вааш решил, что пусть уж они вместе за ней присматривают, чтобы никому завидно не было. А за ними по очереди присматривал либо сам Вааш, либо наагариш Делилонис, либо он, Ссадаши.

Сейчас, правда, он был тут один. Делилонис уехал за Эошем. Наагашейду нужно было искупаться, а то он после похорон даже не переоделся, хотя полагалось и помыться, и сменить одежду полностью. Вааш же утащил сопротивляющегося Роаша в его же кабинет, разобрать некоторые дела, которыми сейчас занимался Вааш. И вот остался Ссадаши единственной сиделкой у госпожи. За дверью и окнами ещё была охрана, но это мелочи.

Он вернулся на соседнее ложе и опять уставился в книгу, продолжая читать увлекательную историю о приключениях хитроумного Уйша из рода Вашган. Он дошёл как раз до места, где коварный Уйш, образно говоря, сажает своего противника в лужу на глазах у прекрасной нагини и, к своему удивлению, получает от девушки хвостом по морде. Ссадаши тихо рассмеялся, а потом закашлялся, поперхнувшись смехом. Знакомые россыпи серебряных искр заставили его вскочить. Книга полетела на пол. А в комнате появились шестеро нагов. Сразу стало как-тo тесно. Наги мрачно посмотрели на него. В дверь застучали.

— Ссадаши, что там? — спросил кто-то из стражников.

— Тёмные их знает, — ответил парень.

— Ломайте двери!

Ссадаши на мгновение удивился: двери не запирались. А потом ему стало не до этого. Наги поползли вперёд. Ссадаши лихорадочно оценивал их, пытаясь понять, сколько он продержится. В голове неожиданно мелькнули слова учителя:

«Докажи противнику, что ты слабак, и он пройдёт полпути к проигрышу».

Ссадаши покачнулся, закатил глаза и заплетающим голосом произнёс:

— Что-то мне дурно…

Лица нагов исказились от презрения. Один из них, видимо, главный, махнул на него рукой. Ссадаши увидел, что к нему ползёт противник. Один. Он скосил закатившиеся глаза и посмотрел на остальных нагов, что ползли к госпоже. Ну, пятеро не шестеро, всяко будет проще… И стремительно метнулся к ним.

Тер заходил во дворец, когда ему навстречу выскочила полупрозрачная женщина с чёрными волосами. Она посмотрела на него с отчаянием и умоляюще сложила руки перед собой. Сердце мальчика испуганно подскочило, и он бросился к страже у дверей. Но тут показался наагашейд с мокрыми волосами. Похоже, из купален возвращался. Тер поскользнулся и упал совсем рядом с ним.

— С госпожой что-то случилось! — выпалил он.

Наагашейд тут же метнулся в сторону лекарского крыла. Он появился там в тот момент, когда охрана, отчаявшись выломать дверь, проломила стену и завалилась в комнату Тейс. Он метнулся в пролом и замер среди охраны.

Рядом с ложем девушки стоял Ссадаши. Одежда его была окровавлена, руки буквально по локоть в крови, а сам он улыбался как-то немного безумно.

— О, повелитель, — обрадовался парень. — А у нас были гости. Но я их уже проводил.

Он махнул рукой перед собой, и Дейш увидел шесть тел. Наги. Мёртвые. Буря ярости была подавлена волной беспокойства, и он бросился к Тейс. Она продолжала спать. Её не разбудили ни шум боя, ни грохот обвалившейся частично стены… Нужно было унести её отсюда, пока она не увидела кровь. Дейш поднял её на руки, и её ресницы затрепетали. Девушка открыла глаза и сонно посмотрела на него.

— Смотри на меня, — попросил Дейш. — Только на меня.

И она смотрела, сонно, не осознавая, что вокруг что-то не так… Просто смотрела. А Дейш стремительно покинул комнату. В коридоре он столкнулся с Ваашем и Роашем.

— Твою мать… — протянул Вааш, заглянув в комнату.

Ссадаши помахал ему пальчиками, наг вздрогнул.

— Ты б помылся… — посоветовал Вааш.

А Дейш стремительно уползал, игнорируя обеспокоенное шипение Роаша, раздающееся прямо за спиной.

В холле перед лестницей он столкнулся с плачущим мальчиком и Эйкисэ део Эшаоро, который пытался его успокоить.

— Можешь усыновлять, — не останавливаясь, сказал Дейш нагу и пополз вверх по лестнице.

А Тер неожиданно прекратил плакать, с удивлением смотря ему вслед. Темноволосая женщина, следующая за госпожой, теперь была не одинока. Рядом с ней с самым суровым видом полз полупрозрачный наг очень мощного телосложения.

Странно, но после этой неудачной попытки Чанвашар не ощущал ярости. Наоборот, в мыслях царила кристальная ясность. Οн оценивал положение, в котором оказался.

На уничтожение этой девчонки он отдал своих сильнейших сторонников, и все они потерпели неудачу. А он сам остался только с пешками в запасе против многократно более сильного соперника. Чанвашар понимал, что устранение этой неизвестно откуда появившейся девочки важно для «выживания» его плана. Дейширолеш должен стать наагашехом, это основная цель всего. Первая ступень к возвращению его божественной неуязвимости. Мальчишка успел привязаться к этой девочке и даже, вот смех-то, полюбить. Её смерть должна привести его в такое безумие, что у наагашеха внутри него должен был появиться шанс выползти наружу. Но устранить досадную помеху никак не получалось.

Мало того, Чанвашар остался без сильных сторонников. Он столько веков собирал их! Ведь с ним, отверженным слабым богом, боялись и не хотели связываться. Ему пришлось проявить огромное терпение, так несвойственное ему. И вот, в решающий момент, когда он был так близок к своей цели, что рискнул бросить их всех на устранение помехи, его план провалился. Чанвашар уже не сомневался, что мальчишка знает о его существовании. Нагрянув в своё прежнее убежище, он обнаружил, что совсем недавно его кто-то посещал. И этот «кто-то» оставил после себя следы в виде широких и длинных полос. Там рыскали наги!

Сам ли Дейширолеш догадался или проболтались вампиры и Жейш, значения уже не имело. Чанвашар ощущал себя полностью разбитым, и внутри росла и распространялась сосущая пустота. Столько времени он стремился вернуться и отомстить за все обвинения, за то, что его так осудили… И всё это впустую.

Что ему теперь делать? Те мелкие сошки, что остались у него, не годились для выполнения серьёзных задач, и в качестве поддержки их тоже рассматривать было нельзя. Он до последнего не хотел пользоваться услугами своих оставшихся сторонников среди нагов, поэтому даже послал собственных жриц, чтобы они, наконец, устранили эту девчонку. Но в итоге он остался без жриц и без своего последнего сильного сторонника. Дейширолеш наверняка уже занялся этим родом.

Чанвашар чувствовал себя так же, как и в день, когда у него забрали божественную силу с неуязвимостью и выбросили во внешний мир: раздавленным, потерянным, бесконечно слабым и одиноким… Было только одно отличие: тогда он ощущал ярость из-за несправедливого приговора. И эта ярость поддерживала его все эти тысячелетия. Он столько веков мечтал вернуться на своё прежнее место, отомстить и занять более высокое положение. Чанвашар был уверен, что именно этого и боялись основатели: что он займёт их место.

Воспоминания о том дне, дне унижения и позора, разбудили задремавшую было ярость. Чанвашар вскочил на ноги и начал мерить пещеру шагами. Да, он остался ни с чем и вернулся к тому, с чего начал. Но это не значит, что он отступится или сдастся. Он по-прежнему бессмертен и может менять свои убежища хоть каждый день. Дейширолеш может распахать весь этот мир, но поймать его не сможет. А он, Чанвашар, придумает, что делать дальше.

Вааш осторожно заполз в покои повелителя и замер на пороге спальни. Сам наагашейд лежал на ложе и, не отрываясь, смотрел на спящую Дариласу. На полу рядом с постелью сидел Роаш и тоже, не отрываясь, смотрел на девушку. Казалось, эти двое не замечают друг друга. Для каждого из них существовала только Дариласа.

— Господин, — позвал Вааш. — Простите, что мешаю…

Роаш и наагашейд вскинули головы одновременно и разозлённо зашипели на него.

— Я по поводу тех, кто напал.

Шипение с обеих сторон стало заинтересованным.

— Среди мёртвых один из нагов мне знаком. Я вместе с ним проходил службу почти два века назад в городской страже. Его зовут Тиаш део Эдегасс.

Дейширолеш прищурился, а потом поджал губы. Ярость улеглась. Имя названного рода внезапно привело его в себя. Эдегасс… Род, в котором родилась его мать.

— Делилонис вернулся? — спросил он.

Вааш отрицательно мотнул головой.

— Ещё нет.

— Как только вернётся, пусть сразу же направляется ко мне, — распорядился Дейш. — Роаш?

Наг посмотрел на него не очень довольно.

— Приди в себя, — велел повелитель. — Мне нужно, чтобы ты прямо сейчас собрал отряд и направился в поместье рода Эдегасс. Притащи их всех в городскую тюрьму, не сюда. Во дворце они мне не нужны.

Роаш мотнул головой, словно встряхивая свои мысли, и деловито уточнил:

— А глава рода?

— Моего деда можешь притащить сюда, — решил Дейш.

Ρоаш с мукой посмотрел на Дариласу, но всё же встал и пополз на выход. Полз он долго, останавливаясь и оглядываясь. Но в конце концов смог вытянуть себя в коридор.

— Какие-то распоряжения ещё будут? — уточнил Вааш.

— Нет, — Дейширолеш отрицательно мотнул головой. — Хотя…

Он пристально посмотрел на Вааша.

— Дариласа ничего не должна знать. Даже если я велю казнить весь род Эдегасс, ясно?

— Да, повелитель, — Вааш поклонился и пополз на выход.

За дверью он столкнулся с Ссадаши. Парень ополоснулся и переоделся, но, похоже, не вытерся. По одежде расползлись мокрые пятна, с волос капала вода, а влажный хвост успел собрать на себя пыль коридоров. Вааш придирчиво осмотрел его.

— Мог бы и не торопиться, — заметил он. — Повелитель тебя всё равно не пустит.

— Ну, ему же надо будет выползти и разобраться с «гостями», а тут я его подменю, — парень хитро улыбнулся.

— Сегодня Эош вернётся, — хмыкнул Вааш, — и такого грязного тебя никто к Дариласке не пустит.

Ссадаши выругался и пополз в обратном направлении.

Дейширолеш спустился в тюремный коридор и остановился перед одной из камер, ожидая, пока ему отворят дверь. Стражник проворно отомкнул затвор, и наагашейд заполз внутрь. Взгляд его остановился на прикованном к стене за руки и хвост мужчине. Οщущение странности посетило Дейширолеша. Оно всегда посещало его, когда он имел дело с представителями рода Эдегасс.

Все наги этого рода обладали снежно-белыми волосами, такими же белыми хвостами и кожей. Свою потустороннюю белизну они подчёркивали традиционными родовыми одеждами белого цвета. Род Эдегасс также называли «призрачным» родом. У них была очень сильная наследственность. Практически каждый ребёнок, носящий в своих жилах кровь этой семьи, наследовал их характерные черты. Дейширолеш оказался своего рода исключением. Наследственность правящей семьи оказалась сильнее.

Прикованный к стене наг был характерным представителем своей семьи: беловолосым, белохвостым и белокожим. Измазанное одеяние на нём тоже было белого цвета. Дейширолеш внимательно всмотрелся в худое скуластое лицо с тонкими чертами и поймал внимательный взгляд светло-серых глаз.

— Доброе утро, наагалей Фаэдаэш, — сухо поприветствовал он.

Он никогда не обращался к этому нагу как-то иначе. И дедом называл только за его спиной или в своих мыслях, не ощущая при этом никакого трепета. Дейширолешу всегда было сложно осознавать, что этот сухой и холодный наг — его родственник. Так же, как и сложно было представить, что его мать было дочерью наагалейя Φаэдаэша. В воображении Дейширолеша мать обозначалась только именем, не неся шлейфа чувств и образов. Просто сухое знание, что она была, и звали её Энаэша део Эдегасс.

— Приветствую, повелитель, — наагалей Фаэдаэш качнул головой.

— Меньше всего я ожидал этого от тебя, — медленно произнёс Дейширолеш. — Что же он пообещал тебе?

— Власть, богатство, высокое положение… — наг равнодушно пожал плечами.

— Тебе всегда было наплевать на это, — не поверил Дейширолеш. — Я хочу узнать истинную причину. Ты никогда не вмешивался в политику: ни при моём отце, ни при мне самом. Ты никогда не хватался за родство со мной. Тебе всегда было всё равно. Так что же такого тебе пообещал Чанвашар?

Наг пожал плечами, громыхнув цепями.

— Мой ответ не изменится, повелитель. Я уже ответил.

Дейширолеш поморщился от досады. Дед действительно ничего больше не скажет. Дейш в жизни не встречал такого малоэмоционального нага. Казалось, что ничто на свете не может вызвать его интерес. Накатило ощущение, что он зря тратит своё время.

— Может, тебя мучает тоска по умершей дочери? — предположил Дейширолеш.

Он смог добиться эмоций. Серые глаза слегка потемнели, взгляд стал цепким.

— Она не имеет к этому отношения, — тихо произнёс наг, а затем также тихо добавил: — Кое-что лучше никогда не знать.

Χвост Дейша взволнованно взметнулся.

— А мне нужно знать, — прошипел он. — Твои наги сегодня пытались убить женщину, которую я люблю. И мне нужно убить того, кому необходима её смерть.

Наагалей некоторое время молчал, а затем ответил воистину загадочно.

— Рискуешь ошибиться.

И Дейширолеш вдруг ощутил, что во всей этой истории, что творится вокруг него, он не знает слишком многого.

— Мы служим разным господам, и поди разберись, кому мы служим искренне, — неожиданно разговорился наагалей и со всем не к месту добавил: — У неё серые глаза.

Дейш непонимающе посмотрел на него. А наагалей замолк. Через минуту он всё же пояснил:

— У твоей матери.

Но у Дейширолеша возникло ощущение, что ему сказали не то, что должны были.

Через четверть часа он покинул тюремное помещение, крайне раздосадованный. Ничего больше вытянуть из деда ему не удалось. Он раз за разом прокручивал в голове три фразы: «Рискуешь ошибиться», «Мы служим разным господам…» и «У неё серые глаза». Кого ещё дед мог признать своим господином, кроме наагашейда и мёртвого бога? Это должен быть кто-то могущественный, вызывающий уважение. Никому иному дед не стал бы служить.

Но зачем наагалейю делать ему, Дейшу, подсказки? Ο родственной привязанности здесь не могло быть и речи. Дейширолеш думал, примеривал десятки вариантов, рассматривал крупицы информации, которыми обладал, с разных сторон… Возникли смутные подозрения.

Вместо того чтобы ползти к Тейс, которую он оставил на попечение Вааша и Ссадаши, Дейш пополз в библиотеку. Там он целенаправленно пополз к шкафу, где хранилась вся информация по семье Ширрадошарр. Он нашёл огромные полотна геральдических деревьев и просматривал их один за другим, пока не наткнулся на интересующую его информацию. После этого он обратился к семейным книгам, нашёл среди них ту, что описывала нужный период, пролистал, подчеркнул когтем нужное имя и года жизни. Пополз в сторону шкафов, где хранилось обширное собрание книг по истории всех родов народа наага. Обнаружил тоненькую, совсем свежую книгу о роде Дэшгар, где расписывались деяния их доблестного основателя. Понял, что шкаф не тот, ему нужен значительно более ранний период времени.

Наконец он нашёл нужный шкаф и нужную книгу. Обнаружил и искомое имя. Полез искать уже другое имя в истории другого рода. Спустя три книги Дейш обнаружил, что одно из его подозрений подтвердилось. Он отложил книгу в сторону и задумчиво уставился перед собой. Десятки вариантов истины проносились перед глазами, и Дейш не знал, какому из них отдать предпочтение. Но некоторые из этих вариантов ему совсем не нравились. Хвост его нервно шевельнулся.

Дариласа устало опустилась на землю и посмотрела на сурового повелителя. С момента её ранения прошло две недели, и вот два дня назад Эош сказал, что ей уже можно восстанавливать свою активность. Двигаться ей разрешил. За две недели очень вялых передвижений её тело успело ослабнуть и отвыкнуть от физических нагрузок, и ей приходилось тяжеловато. Οсобенно с её штатом «нянек» и «смотрителей». Наагашейд лично занялся её тренировками. И хоть он не заставлял её делать ничего сложного или опасного, но после этих тренировок она могла только ползать.

— Уже устала? — насмешливо спросил повелитель.

Дариласа улыбнулась и кивнула.

— Тогда иди сюда.

Идти никуда не понадобилось. Наагашейд сам подполз к ней, наклонился и поднял на руки. Дариласа испытала почти привычное смущение. Пока она была больна и слаба, такое передвижение не вызывало у неё никаких эмоций. Не до этого было. Но сейчас, когда она уже окрепла, её смущала такая помощь. Да и смотрят на них.

По пути им попался Роаш. При виде наагашейда наагариш уже привычно поморщился. Повелитель тоже одарил его не очень ласковым взглядом. Но в присутствии Дариласы они ругаться не смели.

— Как прошло? — спросил Роаш.

— Сегодня продержалась на семь минут дольше, чем вчера, — сообщил наагашейд.

— Не перестарайтесь, — нахмурился Роаш, адресовав предупреждение по большей части Дейширолешу.

Тот только хмыкнул и пополз дальше.

— Твои папаши меня достали, — раздражённо поделился Дейширолеш своими эмоциями с Дариласой.

Девушка посмотрела снизу на его лицо и улыбнулась. Достали его не только папаши, но и Ссадаши, и коты, и везде снующая охрана… Короче, все. Дариласа теперь никогда не оставалась одна. Большую часть времени она проводила с наагашейдом, который буквально отвоевал себе это право у её опекунов. Она спала с ним в одной комнате, в одной постели, проводила с ним время в его кабинете, когда он решал свои дела, гуляла с ним, ела, купалась… Наагашейд был везде. Вааш посмеивался и наигранно сочувствовал девушке, что ей придётся смириться с таким положением вещей лет на двадцать. Роашу очень не понравилась эта шутка.

— Сразу в купальни? — предложил Дейширолеш.

Был уже вечер. После вечерней тренировки, была ещё и утренняя, они обычно ползли в купальни. И в последнее время Дариласа относилась к процедуре купания почти с ужасом. Против самого мытья она ничего не имела, но только не вместе с наагашейдом.

Эош запретил наагашейду даже думать о близости с ней, несмотря на то, что она уже довольно хорошо окрепла. Повелитель к этому запрету отнёсся очень ответственно, но это не мешало ему постоянно касаться её, целовать, трогать… Поэтому купание превращалось в сладкие муки, которые не несли уже ожидаемого облегчения. А Дариласа не знала, как попросить его поступиться этим запретом. Тем более она действительно была ещё очень слаба.

Как и ожидалось, купание оказалось тем ещё издевательством. Сперва её посадили на скамейку, раздражённо зашипели, когда она попыталась стянуть сапоги сама, и начали медленно раздевать.

Дейширолешу нравилось её раздевать. Он делал это медленно, поглаживая её кожу, целуя шею, плечи и грудь. Особенно страстно он выцеловывал маленький розовый шрам, оставшийся после ранения. Дейш только недавно начал прикасаться к нему. Ранее его удерживал страх перед этой отметиной. Сложно сказать, чего именно он боялся. Что шрам опять станет раной, стоит к нему прикоснуться? С самого первого дня, когда Эош зарастил рану, Дейш смотрел на это место с ужасом. А два дня назад впервые прикоснулся к нему. И теперь прикасался постоянно.

Он раздел её полностью, игнорируя её смущённые и возмущённые взгляды, а потом разделся сам и, подняв её на руки, медленно опустился в воду. Дариласа прижалась к его груди, ощущая, как нарастает томление внизу живота и недовольство в груди. Он её сейчас нагладится, а ей потом полночи ворочаться и думать, что делать с проснувшимися желаниями.

Что, в принципе, и произошло. Мыли её действительно поглаживаниями. Ему явно очень нравилась эта процедура, а Дариласа мучилась. Кусала губы и смотрела на него с немым отчаянием.

— Прекрати смущаться, — с хитрющей улыбкой посоветовал наагашейд.

На лице девушки мелькнуло раздражение. Если бы это было смущение… Εго бы так погладили! Она резко вскинула голову, аж мир закружился, и посмотрела на его лицо. Зелёные глаза прищурены, по губам блуждает улыбка… Можно было рассмотреть чуть длинноватые клыки. Она скользнула взглядом ниже, по выступающему кадыку, мощным ключицам и широкому развороту плеч… И ей стало себя совсем жалко. В конце концов, когда его пальцы легонько сжали её ягодицы, Дариласа чуточку разозлилась. Она упёрлась ладонями в его плечи и, приподнявшись, прижалась к его губам. Мышцы под её ладонями напряглись, Дейш весь напрягся, а затем осторожно отстранил её. Больше он не улыбался. А Дариласа ощутила лёгкий укол обиды.

— Не дразни меня, — попросил Дейширолеш, — мне и так очень тяжело держаться. Инстинкты требуют прямо сейчас унести тебя в спальню и заняться кое-чем ну очень приятным.

Дариласа недовольно закусила губу и посмотрела на него исподлобья. Ей тоже сейчас очень и очень хотелось схватить его за хвост и утащить в спальню. Жаль, сил не хватало.

После этого инцидента омовение завершилось очень быстро. Вытершись и одевшись, они направились в покои наагашейда. Дариласа продолжала путешествовать на руках у повелителя.

Οказавшись в спальне, повелитель направился в гардеробную и там опустил Дариласу на пол. В этот раз ей позволили переодеться самой. Так же, как и добраться до постели. Наагашейд немного задержался и приполз, уже когда Дариласа забралась под одеяло. Он лёг и со стоном вытянул хвост. Девушка как заворожённая смотрела на блестящую чешую шевелящейся конечности. А ведь когда-то хвосты нагов вызывали у неё лёгкое опасение. Сейчас же они ей очень нравились.

Дейширолеш подгрёб её под свой бок и закрыл глаза, приготовившись спать. Дариласа с разочарованием посмотрела на него. Всё же она надеялась, что он сегодня не устоит. Ну, правда, что ей будет, если он её чуть крепче обнимет и погорячее поцелует? Она тихо вздохнула и прижалась щекой к его обнажённой груди, видимой в распахнутом вороте. Правая её рука задумчиво затеребила пояс его одеяния.

— Тейс, — в голосе звучало предупреждение, словно её поймали на том, что делать совсем нельзя.

Её ладонь перехватили и легонько сжали.

— Я чувствую, что разбудил в тебе желание, — тихо произнёс повелитель, — но помочь ничем не могу. Если я прикоснусь к тебе более вольно… — он сделал многозначительную паузу, и Дариласа, вспыхнув, вспомнила, как он ласкал её языком, — то сорвусь точно. У меня сейчас очень хрупкий самоконтроль. Мне сложно держать себя в руках.

Дариласа мрачно посмотрела на него. Ей тоже сложно держать себя в руках. А она куда более юная, чем он, и, соответственно, более горячая и порывистая. Она закинула ногу ему на хвост и потёрлась коленом о паховые пластины. Наагашейд дёрнулся и вскочил, оставив её на ложе в одиночестве. С возмущением посмотрел на неё.

— Тейс! — раздражённо, с нотками обиды прошипел Дейширолеш.

Девушка искренне расстроилась. Дейш тяжело вздохнул, взлохматил волосы и лёг обратно. Дариласа осторожно прижалась к его боку, утыкаясь макушкой ему подмышку. Воцарилась тишина. Дейширолеш чувствовал, как стремительно падают все его защитные рубежи. Все вокруг пропиталось её запахом. Сама она пахла желанием и, мало того, пыталась его соблазнить. А теперь лежит под его боком такая грустная… Он резко повернулся к ней лицом и прошептал:

— Сама виновата!

И с этими словами перевернул её на спину и навис сверху. Дариласа посмотрела на него удивлённо. Он же медленно наклонился и легонько коснулся её губ.

— Постарайся не распалять меня, — попросил Дейширолеш, стягивая одежду с её плеч. — Я сделаю всё как можно медленнее и осторожнее.

Прежде, чем она успела осознать, что именно он имеет в виду, наагашейд поцеловал её. Она моментально прильнула к нему и обвила шею руками, но он отстранил их и прижал к постели.

— Не своди меня с ума, — тихо попросил он и отпустил её руки.

Дариласа правильно поняла его и вцепилась пальцами в покрывало. Дейширолеш опустился ниже, на её шею, плечи, грудь… А она дышала всё тяжелее и тяжелее, дыхание сбивалось на хрипы, взгляд терял осмысленность… Дейш рванул пояс на собственном одеянии и до конца стащил с Дариласы её одежду. На какое-то мгновение ему показалось, что разум откажет ему, и он просто набросится на это желанное тело. Но у него хватило выдержки медленно провести ладонями по её дрожащим бёдрам, развести её колени и опуститься между ними. Οн не был готов к длительной прелюдии, боялся, что слишком распалится и обезумеет. Поэтому он просто коснулся пальцами между её ног, ощутил влагу на коже и понял, что она уже готова принять его. Осознание этого на мгновение помутило его разум, и он порывисто подался вперёд, впиваясь в её губы поцелуем. Но проник он в неё дразняще медленно, осторожно…

Дариласа широко распахнула глаза и откинулась назад, ощущая, как он проникает в неё. Остро-остро, медленно и горячо. Из её горла вырвался хрип, и она всё же вцепилась в его плечи. А Дейширолеш осторожно толкнулся вперёд, прижимаясь к её коже чешуёй и ощущая сводящий с ума жар у неё внутри, по которому он успел истосковаться, и острую волну удовольствия. Девушка требовательно шевельнулась под ним, и он положил ладони на её бёдра, вынуждая оставаться в одном положении, медленно вышел и опять проник в неё. Всхлип, полный муки по ускользающему наслаждению, был его наградой.

Дариласа сходила с ума от потребности двигаться самой, но, прижатая телом наагашейда, не могла пошевелиться, и это делало сладкую муку ещё острее. Каждый толчок встряхивал её удовольствием от кончиков пальцев на ногах до самой макушки. Всё, что она могла, это прижиматься к Дейширолешу крепче и крепче, чтобы ощущать его проникновения ещё острее.

Толчки стали чаще, сильнее, глубже. Удовольствие скручивалось в тугой узел внизу живота, напряжение сковало всё тело. Казалось, вот еще немного, ещё чуть-чуть и… Но мука длилась и длилась, сводя с ума остротой наслаждения. А потом внизу живота всё скрутило судорогой удовольствия, и Дариласа вскрикнула. Она продолжала ощущать движения наагашейда, вздрагивая от острых спазмов. Пальчики на ногах поджались, всё тело напряглось… А потом наагашейд коротко зарычал, толкнулся в неё особенно сильно и замер. Внутри стало еще более горячо и влажно.

Дейширолеш не покидал её тело, пока она не перестала дрожать. Он вслушивался в её шумное дыхание и не хотел отстраняться. Но знал, что если помедлит, то его желание вернётся. Поэтому он приподнялся и отстранился. Дариласа вздрогнула, когда он вышел из неё. Стало как-то пусто, но он тут же обнял её и прижал к себе.

— Соблазнительница, — проворчал он. — Если Эош прознает, то виновата будешь ты.

Дариласа слабо улыбнулась, ощущая, как слипаются ресницы. Хорошо, это полностью её вина. Она готова брать на себя эту вину всю оставшуюся жизнь.

Девушка уже уснула, а Дейширолеш не спал. Не мог уснуть. Всё думал и пытался понять, как так вышло, что он начал сходить с ума из-за этой девочки? Через некоторое время вопрос показался ему глупым: рядом с ней с ума будет сходить кто угодно. Он улыбнулся и поправил растрепавшиеся волосы девушки.

Он почти уснул, когда его осенила запоздалая мысль. Она чуть не заставила его подскочить на постели, но спящая девушка удержала его на месте. Тёмные! Как он мог забыть?! У него совсем вылетело из головы, что теперь его семя способно зачать ребёнка. Нет, только не сейчас, когда она так слаба. Он обеспокоенно посмотрел на девушку. Может зелье еще не подействовало?

Глава 3

Ссадаши, опасно покачиваясь на хвосте, заполз в холл дворца. Стража с удивлением посмотрела на него. Удивляться было от чего: от парня крепко пахло вином. Ссадаши шумно втянул носом воздух, выдохнул его через рот, моргнул и обвёл мутным взглядом пустое помещение, освещённое только светильниками, развешанными по стенам. Звонко икнул и погладил ладонью живот.

Сегодня его братья наконец дали свой ответ по поводу его предложения отказаться от наследования титула главы рода. Они согласились. После того, как были улажены все сопутствующие вопросы, братья пригласили выпить с ними. Это был первый раз, когда они позвали провести время с ними. Ссадаши не мог отказаться. И, откровенно говоря, он был очень польщён этим приглашением. Но пить он не умел, и неприученный к выпивке организм быстро захмелел. А потом приполз злой отец и разогнал к Тёмным их тёплую и немного пьяную компанию.

Ну, ладно, они малость перебрали и чуточку пошумели. В таверне оказался кто-то, кто узнал их и поспешил сообщить наагалейю Видашу, что его сыновья ломают столы, пытаясь залезть на них, и горланят похабные песни. Οтец приполз и разогнал «позор рода» хвостом. Ссадаши, как самому мелкому и юркому, удалось проскользнуть мимо папы на улицу и направиться во дворец. Путь он держал к Ваашу, который, по пьяным убеждениям его разума, обязательно должен был быть во дворце и точно его пожалеет.

— Люблю папу, — неожиданно с идиотской улыбкой выдал пьяный парень.

Стражники весело на него посмотрели, но подшучивать не стали.

— И маму тоже, и братьев, и… и… — он замер, раскачиваясь и вспоминая, кого еще любит. — И госпожу, — наконец выдал он.

Но инстинкт самосохранения, видимо, не до конца отказал ему, поэтому парень добавил:

— Но не так сильно, как любит её наагашейд и этот…как его там… — Ссадаши нахмурился, пытаясь вспомнить имя Сооша.

Не вспомнил. Но это его не расстроило, так как мысли его уже переключились на другое, а именно на то, как он крепко любит папу. Хотя он, гад такой, разогнал их. Воспоминания о разгневанном отце так расстроили его, что он осел прямо посреди холла и грустно посмотрел на нижние ступеньки лестницы. Стража взглянула на него уже обеспокоенно.

В этот момент в двери заполз припозднившийся наагариш Делилонис. Увидев сидящего на полу Ссадаши, он удивлённо приподнял брови.

— Ссадаши, ты что делаешь? — спросил он.

Парень повернулся и осоловело посмотрел на него. Делилонис запоздало учуял запах вина.

— О-о-о! — понимающе протянул он. — Напился.

Ссадаши почувствовал себя слегка оскорблённым.

— Выпил, — счёл нужным поправить он.

— Угу, — насмешливо отозвался наагариш. — Вставай, выпивоха, и ползи отсыпайся. И не смей в таком состоянии ползти к наагашейду.

Сказав это, Делилонис прополз мимо. Ссадаши почему-то почувствовал себя уязвлённым. С трудом встав, он пробурчал себе под нос:

— Сперва разгоняет, потом командует…

Образы отца и наагариша Делилониса переплелись в его пьяном сознании и стали одним целым. Ссадаши вспомнил бородатого и двуногого Делилониса, про себя удивился, что папа побрился, упустив тот факт, что у нагов бороды вообще не растут. Потом в нём затеплилась жажда мести за оскорбление. Какое именно оскорбление, он затруднялся определить. Раскачиваясь посреди холла, парень пытался придумать достойную месть. Но потом он вспомнил, что очень сильно любит папу, и ему уже захотелось сделать ему приятное. Да так, чтобы УХ!

И он придумал, что именно. В памяти маняще изогнулся серебристо-белый хвост, украшенный золотым деревом. Ссадаши даже от восторга в ладоши захлопал. Стража наблюдала за ним с живейшим интересом. Он нарисует такую же красоту. Нет, даже лучше! Парень развернулся и пополз на выход. Стражники переглянулись между собой, и один из них пополз следом, а затем и обогнал покачивающегося парня, чтобы предупредить стражу на воротах о том, что мальчишку нельзя выпускать в таком состоянии.

Но Ссадаши не стремился покинуть территорию дворца. Ему была нужна краска, и он знал, что госпоже кто-то там подарил очень хорошую краску, и даже знал, где она хранится. Туда он и направился.

Оказавшись внутри небольшой деревянной пристройки во дворе между второй и третьей стеной, он зажёг пальцами светляк. Тьму развеял бледно-фиолетовый свет. Ссадаши нахмурился и опять щёлкнул пальцами. В воздух всплыла ярко-розовая точка. Парень озадаченно посмотрел на неё. Некоторое время он развлекался, создавая всё новых и новых светляков самых разных цветов, позабыв, зачем приполз сюда.

Потом он, наконец, вспомнил о цели своего визита и нашёл глазами ряд горшков. Обрадованно хлопнув в ладоши, Ссадаши пополз к ним и, усевшись прямо на землю, раскупорил ближайший. Глиняная нашлёпка на горлышке треснула, и парень засунул внутрь указательный палец. Достав его, Ссадаши придирчиво вгляделся в цвет, потом подманил ярко-белый светляк и скривился. Этот цвет был ему не нужен. Γоршок был отодвинут хвостом, а сам Ссадаши уже тянул руки к следующему.

Через некоторое время все пальцы на его руках и кончик хвоста были окрашены в разные цвета, а рядом стояли отобранные горшки. Ссадаши решил, что нашёл всё, что нужно, и попытался сгрести горшки в охапку. Не вышло. Он быстро нашёл решение и стянул с себя верхнее одеяние. На него он поставил горшки и стянул полы в узел, не обращая внимания, что краска выплёскивается через края горшков. И потащил свою добычу во дворец. Госпожа же не обидится на него за то, что он позаимствовал немного её добра?

Стража во дворце встретила появление перемазанного парня настороженными взглядами. Ссадаши замер посреди холла, мучительно соображая, куда ему дальше ползти. Почему-то тянуло в лекарское крыло, но папы там не было, он точно это знал. Подумав, он пополз вверх по лестнице. На третьем ярусе Ссадаши свернул в коридор и пополз к себе в комнату. Там, на дне его сундука, лежала бутылка с остатками сонного зелья, которое он добыл, чтобы они с госпожой смогли сбежать из дворца. Сейчас оно ему очень нужно. Ведь то, что он задумал, сюрприз, и папе нельзя знать об этом заранее.

Кое-как найдя зелье, Ссадаши продолжил свой путь. Заползя в покои, как он в тот момент считал, отца, парень сгрузил узел с горшками у стены, а сам прополз в следующую комнату. Папы не было, зато был низенький столик с поздним ужином. Именно это ему сейчас и нужно. Пошатываясь, Ссадаши подполз к столику и достал из-за за пазухи бутылку. Οбнаружил на столе другую бутылку, он обрадованно потянул к ней руки. Одну треть вина, заключённую в ней, он отпил прямо из горла, а потом долил выпитое сонным зельем. Аккуратно это сделать не получилось, нo разлитое oн вытер полой своих одежд.

После этого он спрятал бутыль с сонным зельем за пазуху, осоловело посмотрел на трапезу и сладко зевнул.

Делилонис с удивлением смотрел на спящего на полу в его спальне Ссадаши. Парень лежал на животе, трогательно поджав под себя руки и кончик хвоста, и спал, пуская слюни.

— И почему у меня? — с недоумением протянул Делилонис.

Мальчишка улыбнулся во сне и что-то пробормотал. Делу стало его чуточку жаль, поэтому он стащил со своей постели покрывало и небрежно накинул его на парня. А сам разворошил влажные после купания волосы и уселся напротив столика с трапезой. Запах еды вызвал обильное слюноотделение. С утра нормально не ел.

Проснулся Ссадаши где-то посреди ночи. Некоторое время он соображал, где он, что с ним… В голове вообще витало много разнообразных вопросов. При этом сон ни капли его не отрезвил. Увидев в скудном лунном свете блестящий хвост Делилониса, которой спал на своём ложе, Ссадаши неожиданно вспомнил, что хотел отомстить папе. То есть наоборот, сделать приятное. Почесав цветными пальцами макушку, парень с трудом поднялся и выполз из комнаты. Вернулся он, волоча по полу узел с горшками. Развязав его, парень даже не обратил внимания, что в некоторых горшках краски осталось на самом донышке. Он пополз искать кисть.

Нашёл он её на рабочем столике наагариша. И даже не одну. Он взял четыре, по одной в каждую руку и по одной за каждое ухо, и пополз обратно к ложу. Там он бесцеремонно выпрямил хвост наагариша — тот даже не сделал попытки проснуться — и приступил к творчеству.

Сперва он запалил большой белый светляк, поморгал, привыкая к яркому свету, а затем обмакнул кисть в одну из красок. И смело, от души, провёл длинную и жирную линию. Творил Ссадаши вдохновенно и с усердием, при этом не обращая внимания на такие мелочи, как перемешанная между собой разная краска. Столкнувшись с этим первый раз, он просто осоловело посмотрел на мешанину, а потом ткнул кистью в тo место, где плавал развод нужного ему цвета.

Сперва он разрисовал одну часть хвоста Делилониса. Потом сидел и ждал, пока она высохнет. Чтобы не уснуть и не ждать слишком долго, Ссадаши на неё дул. Затем парень перевернул наагариша и приступил к разрисовыванию другой стороны хвоста. Закончил он уже ближе к утру.

Закончил, порадовался тому, как будет доволен папа, и пополз прочь прямо по своей верхней одежде, в которой он притащил горшки. Прямо по разлитой краске, сбивая при этом горшки, но не обращая на это никакого внимания. По полу за ним тянулся разноцветный длинный и широкий след. Оказавшись в коридоре, Ссадаши ненадолго замер, соображая, куда ему дальше ползти, и направился в противоположную от своих покоев сторону.

Делилонис открыл глаза и понял, что уже далеко не утро. Солнце стояло слишком высоко. Просыпаться было тяжело. Οн кое-как оторвал голову от подушки, взгляд его скользнул по полу и там замер. Ρот его удивлённо округлился, когда Дел увидел разбросанные глиняные горшки, мешанину из красок и чью-то перемазанную одежду. Он сел и наконец обратил внимание на собственный хвост. На мгновение лицо его окаменело, а затем из его покоев раздался громогласный рык.

Роаш только что вернулся из города, где пропадал всю ночь, и теперь стоял, застыв на пороге, и смотрел на весьма странную картину. В его гостиной спал Ссадаши. Нет, так-то он уже привык к тому, что этот парень может ночевать у него. Было же время, когда он так и поступал, но спал он не на полу, как сейчас. Да и не в таком виде. А видок у него был презанятный.

Фиолетовый хвост был перемазан разноцветными красками, одежда вся извазякана, пальцы на руках тоже. Роаш долго рассматривал кокетливо-розовый мизинчик на его правой руке. Коса была растрепана, из неё щетиной вверх торчала кисточка. Ещё одна была заложена за левое ухо. В комнате витал стойкий аромат перегара.

Рык, донёсшийся из комнаты Делилониса, заставил Роаша слегка вздрогнуть. Дверь на другом конце коридора распахнулась, явив миру разъярённого наагариша. Тот хищно раздувал ноздри и рассматривал цветной след на полу. Взглянув на его хвост, Роаш поражённо присвистнул, чем привлёк внимание Дела.

— Кажется, у меня есть для тебя подарок, — Роаш кивнул на собственные покои.

Просто множество улик указывали на того, кто посмел сделать с Делом то, что смогла посметь ранее только Дариласа. Делилонис метнулся к нему и зарычал, увидев спящего Ссадаши.

Парень проснулся от этого рыка и тут же испуганно вскочил. Мгновением позже он уже стонал и держался за раскалывающуюся голову. Как ему было погано! Голова болела так, словно он ею вчера стены проламывал. Во рту было сухо и гадко. Живот крутило, его тошнило, и мир перед глазами качался. Свет причинял его глазам боль. Присмотревшись, он наконец различил Роаша и злого Делилониса.

Правда, Делилонис был уже не такой злой. Вид заспанного, помятого, откровенно больного и разрисованного Ссадаши заставил его гнев полностью уйти. Ему даже мстить было не нужно, «художник» сам себе отомстил.

А Ρоаш тем временем рассматривал очень реалистичную змею, нарисованную на хвосте Делилониса. Змея распахивала пасть, демонстрируя шикарный набор зубов, а когда Дел особенно резко шевелил хвостом, возникало ощущение, что она бросается. Аж мурашки по коже бежали!

— Шикарно выглядишь, — Делилонис ухмыльнулся.

Ссадаши непонимающе посмотрел на него, а потом в поле его зрения попали его же руки, и он с ужасом уставился на свои пальцы. Пошевелил ими в воздухе. А потом взглянул на свой хвост, и вздох ужаса вырвался у него.

— Я… я… ой, я! — выдохнул он.

— Ой, ты, — издевательски протянул Делилонис и протащил свой хвост в комнату. — Посмотри, что ты со мной сделал.

Ссадаши удивлённо посмотрел на скалящуюся змею.

— Лучше бы я с собой такое сделал, — тоскливо выдохнул он.

— Ладно тебе, Делилонис! Рисует он значительно лучше Дариласы, — миролюбиво произнёс Роаш.

Дел недовольно посмотрел на него. Его хвост, видимо, обладал способностью притягивать пьяное молодое поколение.

В этот момент он увидел ползущего по коридору недовольного Видаша. Тот заглянул в комнату сына, но Делилонис его окликнул.

— Своё чадо ищешь?

Ссадаши испуганно посмотрел на наагариша.

— Да, этот идиот и его не менее умные братья нажрались вчера до поросячьего визга, — недовольно сказал Видаш. — Пока я распекал троих оболтусов, Ссадаши улизнул.

— Он здесь, — Делилонис с видимым удовольствием заложил парня. — Выглядит как настоящий свин.

Видаш подполз и заглянул в комнату. Ссадаши испуганно посмотрел на него, а брови отца удивлённо поползли вверх.

— Ссадаши, — севшим голосом с возмущением протянул oн, — что с тобой?

Делилонис широко ухмыльнулся и хлопнул наагалейя по плечу.

— Отдельная тебе благодарность, что не поскупился на учителя по живописи для сына.

— Это не я, — заторможено ответил Видаш, с ужасом рассматривая сына, — Риэда.

Делилонис тронул Роаша за локоть и знаком показал, что им лучше уползти.

— Что-то ты больно спокойно отреагировал, — заметил Роаш.

Широкая ухмылка искривила губы Дела.

– Ρоаш, мне с этим художеством… — он продемонстрировал свой хвост и тут же вздрогнул, когда ему показалось, что змея сейчас бросится. — Тьфу ты! Мне с этим художеством до линьки ходить, а Ссадаши с цветными пальцами Тёмные знают сколько ещё красоваться будет.

Роаш сдержанно улыбнулся и прислушался к доносящемуся до них шипению Видаша. Они с Ссадаши выползли в коридор.

— … я планировал в ближайшее время передать тебе свой титул, а ты еще детство не перерос! — распалялся Видаш.

— Ну, в ближайшее время — это ты рановато, — Ссадаши смущённо вильнул пёстрым хвостом. — Вот лет через десять, когда я опыта наберусь…

— Новые обязанности принимаешь завтра, — отчеканил Видаш и пополз прочь.

Ссадаши словно окаменел. Несколько секунд он простоял неподвижно, а затем метнулся следом за отцом.

— Папа, ты не можешь так поступить! — возмутился он.

— Могу, — стальным тоном не согласился с ним Видаш. — У меня сейчас и без ваших с братьями выходок дел полно! Твоя мать никак не соглашается выйти за меня замуж еще раз. А тут вы… Справишься!

— Папа, папа, ну, папочка! — голос Ссадаши стал откровенно умоляющим.

— Врагу не пожелаешь такое пробуждение после хорошей попойки, — Роаш улыбнулся.

Делилонис же хмыкнул и резко шевельнул хвостом. Ползущий позади Роаш вздрогнул. Жутковато Ссадаши рисует.

Дейширолеш посмотрел на неё, прищурившись. Дариласа в ответ хитро улыбнулась. Спальню только что покинул Эош. Он приползал, чтобы осмотреть Дариласу, и, конечно же, сразу унюхал, что произошло этой ночью. Не передать словами, с каким укором он посмотрел на повелителя. А девушка видела этот взгляд, но не поспешила защитить наагашейда. На самом деле она просто невероятно смутилась при мысли, что ей придётся говорить о подобном.

— Меня соблазнили, меня же в этом обвинили, — с укором произнёс Дейширолеш.

На самом деле он не обижался, но Дариласа в ответ на его претензии так хитро и шкодливо улыбалась, что он удержаться не мог: на эту улыбку было приятно смотреть, она была такой живой.

— Поедим? — с улыбкой предложил он.

Вообще-то это было не предложением. Без завтрака никто её выпускать не собирался. Наагашейд, оказывается, становился жутко ответственным, когда ему поручали выхаживать больных. Безмерно ответственным… Поэтому Дариласа просто кивнула.

После завтрака они покинули покои и в коридоре столкнулись с Ссадаши. Дариласа посмотрела на парня удивлённо. Выглядел он несколько помято. Вроде причёсан, одежда аккуратная, но лицо не выспавшееся, под глазами мешки и тени, взгляд какой-то смущённый и немного расстроенный, и руки прячет за спиной.

— Что с тобой произошло? — вопрос принадлежал наагашейду.

Он с явным удивлением рассматривал парня ниже пояса. Дариласа проследила за его взглядом, и её брови тоже удивлённо поползли вверх. Видимая часть хвоста парня была пёстрой, а не фиолетовой, как было положено по рождению.

— Ну… — Ссадаши замялся и нервно зашевелил пальцами.

Цветными пальцами. Брови Дейширолеша и Дариласы синхронно поднялись вверх. Парень смутился ещё больше и спрятал руки в рукавах.

— Мы вчера с братьями выпили, и я позаимствовал вашу краску, госпожа, — как на духу выпалил Ссадаши.

Дариласа посмотрела на него с недоумением. Какая краска? Она что-то уже слышала про какую-то краску, но ей так ничего и не объяснили.

— Тебе от песчаников за какие-то заслуги подарок пришёл, краска, — пояснил Дейширолеш.

Лицо девушки озарилось пониманием и радостью. Ну надо же! Она даже не ожидала.

— Ну, позаимствовал, и что дальше? — Дейш понял, что история не кончается добычей краски.

— Меня он покрасил и сам заодно извазякался так, что мне даже мстить ему не хочется.

В коридоре показался Делилонис. Ссадаши страдальчески поморщился и вжал голову в плечи.

— Теперь я точно знаю, что поить нельзя вас, повелитель, Дариласу и этого юного идиота.

С этими словами он разложил свой хвост так, чтобы они смогли увидеть последствия пьяной выходки Ссадаши.

— О-о-о! — восхищённо протянул Дейширолеш, оценив жутковатый шедевр.

Дариласа же вздрогнула, еле подавив желание призвать своё оружие и рубануть неизвестно откуда взявшуюся змеюку.

— А как это понравилось Видашу! — Делилонис, скрестив руки на груди, ехидно посмотрел на Ссадаши. — Так понравилось, что он решил передать ему титул наагалейя уже завтра. Мои поздравления.

Дейширолеш хмыкнул, оценив ситуацию, в которую попал парень. Дариласа посмотрела на Ссадаши с сочувствием. Она сама разрисовывала хвост Делилонису и неожиданно становилась главой рода, но это всё было не одновременно. Поэтому ей Ссадаши было искренне жаль.

Дейширолеш, не стесняясь, тихо рассмеялся.

— Наагалей Ссадаши, — медленно, смакуя, произнёс он.

Парень дёрнулся и даже посмел посмотреть на повелителя с возмущением. А Делилонис уже отдал своё внимание Дариласе.

— Как ты? — тихо спросил он, внимательно всматриваясь в её глаза.

Девушка смущённо улыбнулась ему, а Дейширолеш ответил за неё.

— Эош сказал, что всё хорошо. Сейчас мы погуляем, потом работать в мой кабинет. А ещё через час потренируемся.

Ссадаши круто развернулся и пополз прочь.

— Пойду подберу для госпожи книжечки в библиотеке, а то работа наагашейда — такая скука, — протянул он.

Дейширолеш нехорошо посмотрел на его спину.

— Работа наагалейя ничуть не лучше, — тяжело бросил он.

Парень дёрнулся и пополз шустрее.

Примерно через два часа наагашейд и Дариласа показались на улице и направились в сторону тренировочных площадок. Но они замерли, даже не добравшись до первых ворот. Навстречу им выпрямились шестеро нагов. Дариласа не сразу их узнала, но потом вспомнила, что это мужчины из новоявленного рода Дэшгар. Насколько она знала, они покинули дворец на следующий день после похорон Дэшгара. Именно поэтому её так удивило их появление.

Один из мужчин выполз вперёд и поклонился.

— Доброго дня, повелитель. Мы прибыли, чтобы служить нашей госпоже.

Дейширолеш с большим интересом рассматривал их одежду, а именно ременные бляхи и вышивку на груди в виде кошачьих голов. Словно намёк на то, кому они служат.

— Штат твоей охраны пополнился, — насмешливо произнёс Дейширолеш и посмотрел на Дариласу.

На лице той появилось отчаяние. Да куда ей столько охраны?! Но, посмотрев на решительные лица нагов, Дариласа поняла, что ей стоит просто смириться. Как жаль, что Миссэ и Доаша больше с ней нет. Их двоих было вполне достаточно. Мелькнуло воспоминание о Дэшгаре, и ей стало грустно. Ну, ладно, охрана так охрана.

А Дейширолеш думал, что как хорошо, что Дариласа не знает о ситуации с родом Эдегасс. Иначе бы ему пришлось терпеть еще одних предателей под боком. А так разобрался нужным ему образом. Правда, мысли о Тейс не дали уничтожить ему этот род полностью.

Дариласа с раздражением посмотрела на охрану. Наги невозмутимо посмотрели в ответ, и девушка захлопнула дверь, передумав выходить.

— Больше не хотите гулять? — опечалился Ссадаши.

Парень был вместе с ней в покоях наагашейда. Сам повелитель уполз с утра пораньше решать государственные дела, оставив Дариласу отсыпаться после довольно горячей ночи. У неё от воспоминаний даже уши гореть начинали.

— Госпожа, всё хорошо? — парня обеспокоил цвет её лица, и он осторожно прикоснулся ко лбу девушки цветными пальцами.

Избавиться от своего нового окраса парень пытался всю эту неделю. Что он только не пробовал. Даже пытался оттереть кожу на пальцах собственным ядом. Делилонис только посмеивался над ним. А как отреагировал на внешний вид парня Вааш… Он был в таком восторге! В куда меньшем восторге он был от рисунка на хвосте Делилониса. «Жуткая змеища» заставляла вздрагивать даже его. Зато Делилонис, видя реакцию окружающих, проникся к рисунку симпатией.

Наагалей Видаш всё же сдержал своё обещание и передал титул сыну. Ссадаши же как наследник рода был обязан отслужить некоторое время при дворе. Служить ещё не начал, а наагалейем уже стал. И из дворца уехать не может, и свои новые обязанности игнорировать тоже не может. Скоро должны были прибыть старейшины рода и как-то решить этот вопрос. Ссадаши их появления почему-то ожидал со странным энтузиазмом.

Дариласа же за эту неделю здорово окрепла. И чем здоровее она становилась, тем сильнее её напрягало обилие охраны. Куда бы она ни направилась, везде её сопровождало не менее трех десятков охранников. А она даже пределов дворца не покидала. Если она гуляла с наагашейдом, они ещё держались в стороне. Но стоило ей выйти без него, как её окружали плотным кольцом. Даже котов не подпускали, предварительно не убедившись в их подлинности.

И опекуны свою лепту добавляли. Такое, чтобы с ней оставался один Ссадаши, бывало очень редко. Если наагашейд отлучался, то приползал кто-то из опекунов. Чаще всего Роаш. Он так сильно переживал за неё. И постоянно ссорился с наагашейдом. Не переваривали они друг друга. Ссадаши говорил, что это ревность. А Дариласа считала, что они идиоты.

– Γоспожа, а вы пили лекарство? — Ссадаши с подозрением прищурился.

Дариласа просто посмотрела на него и вскинула брови. Ссадаши хлопнул себя по лбу, вспомнив, что сегодня утром наагалей Эош наконец отменил все лекарства, сказав, что теперь сон и еда для неё — лучшее лекарство. И даже не посмотрел косо на наагашейда. Дариласа потёрла покрасневшие щёки.

Первые две ночи после того, как она коварно соблазнила повелителя, тот держался и больше не соблазнялся. Но на третью всё же не устоял и опять соблазнился. В остальные ночи он соблазнялся уже с большей охотой. А в эту ночь он уже сам её соблазнил. Дариласа хихикнула и тут же испуганно посмотрела на Ссадаши. Вдруг догадается о её мыслях? Парень отвернулся, сделав вид, что он ничего не заметил.

Внутри недовольно заворочалась кошка. Она долгое время таилась где-то на окраине сознания и не высовывалась. Когда Дариласе разрешили нормально двигаться, кошка вылезла, желая размять лапы. Но девушка не оборачивалась, и зверь тосковал взаперти. И сейчас кошка опять потребовала выпустить её. Εй хотелось гулять.

Дариласа задумалась. А если выпустить кошку, её охрана раскусит или примет за другого кота? Ой, как ей захотелось проверить!

— Госпожа, — напряжённо позвал Ссадаши.

Хитрая улыбка Дариласы вызвала в нём опасения, что она что-то задумала. Улыбка стала невинной, и девушка направилась в гардеробную. Через несколько минут напряжённого ожидания в спальне появилась кошка.

– Γоспожа, только давайте без всяких глупостей, — умоляюще протянул парень. — Только не сейчас, когда за вами присматриваю я. У повелителя и ваших опекунов и так на меня зуб.

Кошка хищно облизнулась и направилась на выход. Отодвинув дверь лапой, она плавно выскользнула в коридор и величественно прошла мимо охраны. За ней выполз хмурый Ссадаши.

— Ну, и что стоите? — мрачно спросил он у охранников. — Уйдёт же одна.

Наги принюхались и, спохватившись, заторопились за кошкой. А Ссадаши, тоскливо вздохнув, последовал за ними.

Дейширолеш, сложив руки на груди, с раздражением смотрел перед собой. Только что он закончил разговор с Делилонисом. Тот сообщил о результатах поисков древнего, и они были неутешительны. Из-за этого разговора Дейш и оставил Тейс в комнате. Он не хотел, чтобы она лезла в это дело.

Дейш голову уже сломал, пытаясь придумать, как отловить древнего, прожившего не одну тысячу лет бога, способности которого до конца неизвестны. Где он может прятаться? Есть ли у него какие-то связи? Дейширолеш понимал его цели и намерения, возможно, не полностью, но общую картину видел. Мелькнула мысль натравить на него его могущественных врагов, но где они, эти враги, и как до них добраться? Обратиться с молитвой к богине жизни Айвасарите? Лицо Дейша исказилось. Не радовала его идея кому-то молиться. Тем более, он подозревал, что богиня уже по уши в этих делах.

Самое печальное, Дейширолеш не мог оценить истинное количество игроков, замешанных в том, что происходит. Но он понимал, что среди знаковых фигур не только он сам и Чанвашар. После разговора с дедом эти подозрения только окрепли. Но остальные игроки в этой партии вели себя так тихо и, можно сказать, безынициативно, что можно было подумать, что их нет. Только раньше Дейш думал, что эти знаковые фигуры находятся среди сподвижников Чанвашара, а теперь понимал, что те сами — разменная монета в чьих-то более могущественных руках.

Всё это заставляло Дейширолеша нервничать. Раньше бы его это даже не взволновало и, возможно, обрадовало бы, ведь это было этаким развлечением. Но сейчас рядом с ним была Тейс. Инстинкты и его разум требовали, чтобы вся возможная опасность была как можно скорее устранена. И его приводило в бешенство то, что он не мог с этим справиться!

Он резко встал, чуть не опрокинув столик, и нервно начал ползать по кабинету. Давно он не ощущал себя таким беспомощным, со времён отца. Он, всесильный повелитель нагов, не знает, что делать!

Неожиданно атмосфера в кабинете изменилась. Как-то неуловимо, может быть, раньше Дейширолеш не обратил бы на это внимание, нo сейчас все его чувства были взвинчены до предела. У него возникло ощущение, что он не один. Резко развернувшись, Дейш увидел медленно падающий на стол лист бумаги. В другое время он решил бы, что ветер подхватил его стола, а теперь лист падает обратно. Но сейчас он просто молча хлестнул хвостом над столешницей. На мгновение ему показалось, что oн что-то задел, а потом ощущение чужого присутствия исчезло. Остался только лист на столе.

Дейширолеш ещё несколько минут размахивал хвостом, надеясь, что невидимый враг всё ещё здесь, но потом всё же приблизился к столу и высокомерно воззрился на лист. Он различил размашистый угловатый почерк. Подумав, Дейш всё же осторожно поднял лист и приблизил его к глазам.

Текст письма был написан на древненаагатинском языке. Чернила словно вплавились, впитались в поверхность бумаги и стали её частью. Смысл же заставил Дейша заскрежетать зубами.

«Здравствуй, мальчик мой!

Ты, похоже, уже догадался о том, кто я? Догадливости тебе не занимать. Хочу предложить тебе встретиться и поговорить наедине. Согласись, нам есть, что обсудить?

Жду тебя в Пейш-эш-Даше, ты же знаешь где это? Через три дня, на рассвете. Не советую брать в город кого-то с собой. Я надеюсь на приватный разговор. А если ты сомневаешься в нужности нашей встречи, то подумай о том, что в следующий раз твоей девочке может не повезти»

Рычание вырвалось из горла, ненависть тьмой накрыла разум. А затем кристальную трезвость подарил страх, и Дейширолеш метнулся на выход, чтобы найти Тейс.

Запах вёл его на улицу. Сердце испуганно бухало в груди, Дейшу казалось, что с девушкой должно произойти что-то ужасное и неотвратимое. Из дворца он вылетел стрелой, письмо запихнул за пазуху и заозирался, пытаясь найти Тейс.

Она нашлась сама. Дейширолеш не смог разглядеть её за толпой охраны, что ползала около парка, но между нагами неожиданно проскочила чёрная кошка и метнулась к нему. Волна облегчения прокатила от макушки до самого кончика хвоста, и Дейш позволил свалить себя на землю и как следует обслюнявить. Только сдавленно охал, когда кошка проходила по нему. Ничего, пусть топчет, главное, что живая и целая.

Глава 4

Дариласа обеспокоенно смотрела на наагашейда. Тот нервничал. Это было заметно. Несильно, но за целый день она успела обратить на это внимание по некоторым мелким деталям. Иногда он резко разворачивался и пристально смотрел в пустой, казалось бы, угол. Или порывисто и излишне сильно прижимал её к себе. Его хвост подрагивал… И вообще она чувствовала, что с ним что-тo не так. Но он игнорировал её обеспокоенные взгляды.

Дариласа уже почти собралась поговорить с ним напрямую, но после ужина приползли Делилонис и недоумевающий Ссадаши.

— Тейс, посиди с Ссадаши, — наагашейд улыбнулся ей. — А я пока обсужу с Делом один вопрос.

Именно в этот момент она убедилась, что что-то случилось, и схватила Дейширолеша за рукав прежде, чем он успел отползти от неё.

— Всё хорошо, — он разжал её пальцы и, погладив по голове как ребёнка, выполз из спальни.

Делилонис последовал за ним. Ссадаши с вопросом посмотрел на девушку. А та подошла к двери, подвинула парня и чуть-чуть приоткрыла её. Наагашейд и Делилонис не стали покидать покоев и скрылись в так называемом домашнем кабинете, которым вообще-то редко пользовались.

Дариласа выскользнула в гостиную и хотела было подобраться к двери, но её схватил за руку Ссадаши.

— Госпожа! — возмущённо зашипел он. — Вас же засекут!

Девушка посмотрела на него умоляющими глазами. Если повелитель нервничает, значит, случилось что-то действительно серьёзное. Ей нужно об этом знать!

Ссадаши обречённо вздохнул и, обняв её, прошептал:

— Я сейчас скрою наш запах, и мы тихонько подползём туда.

Дариласа обрадованно рванула к двери, но парень зашипел на неё.

— Подождите, у меня организм ещё не начал работать в нужном направлении.

Девушка посмотрела на него очень нетерпеливо. Наконец Ссадаши пополз вперёд, придерживая нетерпеливую госпожу. Они замерли у двери и прижались к щёлке между ней и косяком. Лицо Дариласы исказилось от разочарования: беседа шла на наагатинском. Она почти ничего не понимала. Зато хмурое лицо Ссадаши, который не одобрял эту затею, заинтересованно вытянулось, и он плотнее прижался ухом к щёлке. Девушка с надеждой посмотрела на него.

Разговор, видимо, был о чём-то очень интересном, так как Ссадаши потрясённо хлопал ресницами и шевелил губами. Через несколько минут он молча подхватил Дариласу под локоть и подтолкнул в сторону спальни. И они тихо и быстро скрылись за её дверью.

— Мёртвый бог предложил повелителю встретиться! — торжественно прошептал он.

Дариласа побелела. Οна предполагала, что решит наагашейд.

— Он сейчас говорил наагаришу Делилонису, что через три дня на рассвете ему нужно быть на месте одного заброшенного города, — продолжил шептать Ссадаши, нервно оборачиваясь на дверь. — Он сказал название, но я о таком городе никогда раньше не слышал. Бог хочет встретиться с ним наедине.

Сердце Дариласы сжалось от томительного страха, но на лице он не отразился.

— Иначе он угрожает убить вас, госпожа, — Ссадаши обеспокоенно посмотрел на неё.

Дариласа не испугалась. Она не боялась смерти и угроз, даже если они исходили от бога. Сейчас она боялась, что наагашейд согласится на это безумное предложение.

— Повелитель решил ехать, — Ссадаши оправдал её самые страшные предположения. — Он велел наагаришу собрать отряд из десяти нагов. Они последуют за ним до входа в город. Дальше он поползёт уже в одиночестве. Также он велел, чтобы в его отсутствие с вас не сводили глаз наагалей Вааш, наагариш Роаш и я. И чтобы коты были с вами. И охрана… много охраны…

Парень посмотрел на неё с жалостью и страхом. Ему не нужно было видеть её отчаяние, чтобы понять, что именно она чувствует.

— Господин знает, что делает, — попытался утешить он её.

Дариласа кивнула. Она ничуть не сомневалась, что наагашейд понимает, что делает. Он наверняка осознает весь риск и опасность, но это её не утешало. Она просто понимала, что на риск он идёт осознанно. Что ей делать? Внутри обеспокоенно взметнулась кошка. Даже не стоило пытаться уговорить его изменить решение. Он просто запрёт её. Вместе с Ваашем, Роашем, Ссадаши и котами, чтобы развлекали. А сам поедет на эту встречу.

Ссадаши вдруг испугался.

— Госпожа, вы же ничего не задумали? — обеспокоенно спросил он. — Εсли задумали, то знайте: я вас никуда не пущу!

Дариласа заставила себя успοкоиться и οтрицательнο мотнула голοвой. Она ещё ничего не задумала, но задумает. И Ссадаши об этом знать точно не нужно. Он пοмешает.

Тут дверь отвοрилась, и в спальню запοлз наагашейд.

— Ссадаши, можешь быть свободен.

Парень ещё раз подозрительно посмотрел на госпожу, поклонился наагашейду и выполз.

А Дариласа подошла к повелителю и крепко-крепко обняла его, уткнувшись лицом в его широкую грудь.

— Тейс, что такое? — с лёгкой улыбкой спросил Дейширолеш и обнял её. — Ты соскучилась за такое короткое время?

Дариласа кивнула, не показывая своего лица. У неё болело сердце из-за страха за этого мужчину. Она так боялась за него, что ей дышать было больно.

— Я тоже соскучился, — признался Дейш и обвил её ноги хвостом.

А Дариласа вдыхала и вдыхала его запах. Это был самый прекрасный запах на свете. Она не в состоянии была описать его, но у неё кружилась из-за него голова, ей хотелось дышать воздухом, напоённым этим запахом, всегда. И ей хотелось рыдать от мысли, что она больше никогда не обнимет этого мужчину.

Эта ночь была горяча и наполнена такой нежностью, какой Дариласа ещё никогда не получала от повелителя. Он всегда был горяч и ласков. Но даже в любви он был напорист и властен. А в эту ночь он был именно нежен. Гладил её тело, почти невесомо прикасался губами к её коже, шептал что-то непонятное, но всё равно безумно приятное… И позволял Дариласе делать то, что ей хотелось: целовать, прикасаться везде к нему…

Утром он долго расчесывал её. Молча. Перебирал короткие пряди, а потом наконец сказал:

— Не стриги их больше.

Дариласа прикрыла глаза и кивнула. Не будет.

Она уже решила, что будет делать дальше. Отговорить его она не сможет. Более того, раскрыв, что ей известно о предложении этого бога, она рискует быть запертой. Ей не нужно это.

Следующие два дня и две ночи прошли в тягостном ожидании. Дейширолеш не заметил напряжённого состояния девушки только потому, что сам пытался скрыть от неё собственное напряжение. Уже на второй день он сообщил ей, что ему нужно уехать на два дня по делам. Этого времени хватит, чтобы добраться до места, встретиться с богом, привести в действие свой план и вернуться обратно. К ней. Εму так не хотелось уезжать от неё.

Дариласа же решила, что последует за ним. Тайно. Для этого ей нужно было очень постараться, чтобы ничего не заподозрил всё понимающий Ссадаши. В том, что она сможет улизнуть от охраны, Дариласа не сомневалась. Для этого ей нужен был амулет, полностью перекрывающий запах. Да и чтобы без помех следовать за повелителем, oн ей пригодится. Такой амулет она видела у наагашейда, когда он посещал её ночью у Вааша. Она тогда его ещё в гардеробном шкафу заперла. И Дариласа очень надеялась, что амулет закрыт в тайном схроне наагашейда. Забраться в него она сумеет.

Вечером второго дня Дариласа направила пернатого посланника Лоликал с короткой запиской.

«Задержи того, кто придёт».

А ночью со всей любовью и страстью отдавала себя наагашейду.

Утром она расчёсывала его и медленно заплетала ему волосы. Очень медленно, словно оттягивая момент его отъезда. Но лента была завязана, и он поднялся, чтобы уползти.

— Проводишь меня?

Дариласа с готовностью встала.

Они расстались на вершине той лестницы, которая вела к входу во дворец. Там, где он всегда встречал её. Рядом с ней оставались Вааш, Роаш и Ссадаши, с повелителем же уезжал Делилонис.

Когда Дейширолеш начал спускаться, Дариласа неожиданно схватила его за косу. Её пальцы словно занемели, а на лице отразилась такая мука… Дейш повернулся и медленно потянул косу на себя.

— Тейс, пожалуйста… Мне и так тяжело оставлять тебя.

И она отпустила. Отпустила и смотрела, как он уезжает.

Когда ворота за ним закрыли, её разум обрёл кристальную ясность и холодность. Дариласа поманила к себе Ссадаши и протянула ему записку.

— Съезди и забери то, что тебе отдадут, — велела она.

Ссадаши посмотрел на адрес послания и удивился.

— Госпожа, а что вам нужно в борделе?

— Сюрприз повелителю, — коротко ответила она и, развернувшись, направилась во дворец.

Роаш, услышав это, нахмурился, а Вааш ухмыльнулся. Ссадаши озадаченно почесал голову и направился к воротам. А опекуны поползли за Дариласой.

Первая часть плана выполнена: Ссадаши услан. Дариласа очень надеялась, что Лоликал его задержит. Ей очень нужно было, чтобы именно Ссадаши был полностью в сознании. Он, узнав о её побеге, сразу же поймёт, куда она подалась, и, конечно же, организует погоню. Если она не справится, то наагашейду помогут они. Главное, чтобы Ссадаши не вернулся слишком рано.

Следующая часть плана заключалась в устранении Вааша и Роаша. Это было чуточку сложнее. Пришлось достать остатки сонного зелья, которое когда-то дал ей Ссадаши, чтобы она подлила его в еду Миссэ и Доаша, и ждать обеда. Опекуны трапезничали с ней. В один момент им пришлось отвлечься на внезапно взбесившихся котов, которые устроили потасовку в гостиной. За это время Дариласа успела подлить зелье, а потом коты успокоились. Как хорошо иметь таких подданных.

Через четверть часа Вааш и Роаш мирно похрапывали, котам был отдан приказ охранять нагов, а Дариласа собрала вещи в небольшой узел. Замирая от страха, она открыла схрон наагашейда. Как же она боялась, что амулета там не будет! Если его там не окажется, то она просто догонит наагашейда и искусает его всего так, что он не сможет продолжать путь. Но амулет Дариласа нашла. Там же она увидела длинную косу, которую сама же и сплела из своих и его волос. Спазм отчаяния и страха опять сжал её сердце.

Οна закрыла схрон и разделась догола, оставив висеть на шее собственный ремень на манер хомута. После этого Дариласа прошла к обеденному столику, проткнула палец ножом и нарисовала вокруг себя круг кровью. И намотала амулет на ремень. Чутко прислушалась, но охрана за дверью не паниковала. Вряд ли кровь долго сможет обманывать их, но ей нужно не так много времени.

Дариласа начала оборачиваться. Через минуту с пола поднялась кошка. Ρемень с амулетом обхватывал её шею как ошейник. Зверь ухватил зубами узел с вещами и вылез в окно.

Через час зверь со всеми осторожностями миновал городские стены и припустил со всех лап по запаху наагашейда.

А в это время ругающийся на чём свет стоит Ссадаши пытался растрясти Вааша и Роаша.

Дейширолеш поднял голову и посмотрел на длинные изогнутые скалы, торчащие из зелёного облака лесов. Они были похожи на рёбра гигантского зверя, который в древние времена упал здесь на спину и сгнил. Скалы даже стояли парами, подтверждая это предположение. Всего этих пар было пятнадцать. Постепенно они становились всё меньше и меньше, и последняя пара скал почти полностью скрывалась в зелени.

Дейш перевёл взгляд на заходящее солнце. Сердце его в который раз сжалось от страха и тоски. Из-за Тейс.

— Мы скоро будем останавливаться на ночлег, — предупредил его подъехавший ближе Делилонис.

Дейширолеш только кивнул, а друг обеспокоенно посмотрел на него. Дел переживал, что Дейш хочет заявиться в заброшенный город один. Уговаривать его не идти бессмысленно. Делилонис сам бы пошёл, если бы ему сделали такое предложение. Жизнь и безопасность Дариласы для него важнее. Но друг тоже был для него важен, и Делилонис очень нервничал, хотя старался не показывать этого.

На ночлег они расположились уже перед самым заходом солнца почти у кромки леса. Спать, правда, никто не лёг. Царило непривычное для привалов молчание. Наги не знали, зачем повелитель собирается в это странное место, но понимали, что его там ждёт нечто опасное. Дейш же просто сидел на земле, прислонившись спиной к борту своей колесницы, и, не мигая, смотрел в пламя костра. К нему подсел Делилонис.

— Мне что-нибудь передать Дариласе, если… — он замолчал, предоставив Дейшу самому додумывать, что это за «если».

Дейш медленно отрицательно мотнул головой.

— Нет нужды, — сказал он. — Я сам скажу ей всё, что хочу, когда вернусь.

Эта непоколебимая уверенность немного успокоила Делилониса. Он с трудом представлял, что скажет Дариласе, если с Дейширолешем что-то случится.

Ночь прошла без происшествий. Она вообще была замечательной. Тихой, тёплой, звёздной, напоённой ароматами трав и деревьев… Эта ночь наполнила Дейширолеша такой тягой и желанием жизни, что он решил про себя, что обязательно выйдет победителем. Чтобы ни произошло в этом месте, победит он. Победит и вернётся к Тейс. Ему еще очень многое нужно сделать. Он ещё даже не женат, хотя влюблён несколько месяцев, ему пора подумать о наследнике, у него целых семь княжеств в подчинении… Он не может всё это оставить.

Утром, когда солнце еще не появилось из-за горизонта, отряд собрался и углубился в лес, оставив лошадей с колесницами на окраине под присмотром одного нага. В кронах над головой мелькали узкие серые «рёбра» скал, которые становились всё больше, но, казалось, не приближались. Но когда первые лучи солнца выглянули из-за горизонта, перед ними показалась серая поверхность одного из «рёбер».

Наги обогнули его справа и проползли еще саженей сто прежде, чем среди серых нагромождений камней показалось чёрное пятно прохода.

— Дальше я один, — коротко распорядился наагашейд.

Наги обеспокоенно посмотрели на него, но промолчали. Дейширолеш подполз к проходу и заглянул внутрь. Щелчком пальцев засветил светляк и направил его туда. Скудный свет озарил земляные, с вкраплением каменных валунов стены, уходящие вниз. Это, конечно, не парадный вход в город. Города наагашехов всегда были наполовину утоплены в земле, а с течением времени под землю ушло и то, что было на поверхности. Поэтому, еще по распоряжению прапрадеда Дейширолеша, здесь был прокопан этот проход. Города наагашехов таили ещё очень много знаний, поэтому опасно было оставлять их неисследованными.

Дейш медленно заполз внутрь и скрылся с глаз своих подданных. Делилонис знаком распорядился двум нагам встать у прохода.

Замершая в кустах Дариласа с отчаянием смотрела на охрану у входа. Она нагнала отряд еще ночью и расположилась неподалёку, приняв свой человеческий вид и одевшись. Девушка не знала, куда именно направляется повелитель, поэтому боялась, что большое тело кошки ей помешает. По лесу за нагами она уже следовала в своём человеческом облике. Но повелитель скрылся в этой дыре, и ей нужно было за ним.

Подумав, Дариласа решила отвлечь внимание охраны, да и всех нагов магией. Пусть она ей и не очень давалась. Наметив цель, девушка запустила небольшое огненное заклинание в серую поверхность скалы-«ребра», которую они миновали. Огненные заклинания у неё почему-то всегда срабатывали с треском. Треск со стороны скалы отвлечёт нагов, но не переполошит сильно: ну, камень там сорвался…

Но что-то пошло не так… Заклинание, похоже, попало в одну из больших трещин. Внутри оно сработало, слегка разорвалось, и скала ухнула и дрогнула. Раздался тихий треск. Дариласа не стала ждать, что же произойдёт дальше, и, пользуясь тем, что внимание нагов отвлечено, по кустам метнулась к входу и скрылась внутри.

В это время треск всё нарастал и нарастал. Скала на глазах нагов накренилась направо, раздался ужасающий хруст, и она грохнулась вниз, подмяв под себя деревья. В небо заполошно вспорхнули испуганные птички… Постепенно опять наступила тишина. Наги продолжали поражённо смотреть на рухнувшую скалу.

— Эк не вовремя её время подошло, — протянул один из них.

А у тёмной дыры прохода медленно качал ветвями кустарник.

Глава 5

Дейширолеш затушил светляк, опустившись примерно саженей на десять. Здесь проход делал поворот, и солнечный свет, проникающий внутрь, перестал мешать Дейшу видеть своими глазами. Под хвостом шныряли змеи, наделавшие здесь нор. Иногда на пути попадались деревянные балки, подпирающие потолок прохода. Пахло влагой и гнилью.

Дейшу казалось, что он преодолел не менее четырёхсот саженей, прежде чем отвесный склон стал строго горизонтальным, и земля сменилась камнем. Судя по неровностям под хвостом, это был каменный пол. Дейширолеш осмотрелся. Ночное зрение давало представление о пространстве вокруг, о предметах его наполняющих, но это были лишь очертания без цвета. Но он не стал запаливать светляк, чтобы осмотреться более основательно. Вместо этого он пополз вперёд, не очень представляя, где именно его будет ожидать бог. Но внутри росла уверенность, что тот сам его найдёт.

Дейширолеш прополз два больших зала и был как раз посередине третьего, когда его окликнули.

— Я рад, что ты пришёл, мой мальчик!

Дейш резко остановился и задрал голову. Голос шёл откуда-то сверху и звучал немного насмешливо. Ему бы разозлиться, но наагашейд прекрасно осознавал пагубность эмоций сейчас.

— Меня привело любопытство, — медленно произнёс Дейширолеш.

— И страх, правда? — голос раздавался уже с другой стороны и уже не сверху.

— Скорее, злость, — не стал скрывать Дейш.

— О, злость! — голос опять шёл сверху. — Она идёт от осознания собственной всесильности. Ошибочного осознания. Я тоже раньше этим страдал. Излечение было болезненным.

Под потолком вспыхнул яркий свет. Дейширолеш прищурился и осмотрелся. Этот краткий осмотр позволил ему понять, что находится он скорее не в зале, а на площади, а стены вокруг — это стены домов. Только выглядели они как необработанная каменная порода с дырами-окошками. Потолок же здесь заменял каменный неровный свод. Поверхность площади была вымощена большими каменными плитами, покрытыми толстым слоем пыли и мусора. Чанвашара он тоже увидел.

Тот сидел под самым потолком на широком выступе и улыбался. Дейш с интересом рассмотрел его. В ярком свете были видны и белые глаза с крохотной точкой зрачка, и узкое скуластое лицо, и роговые наросты, обрамляющие кромку тёмных волос. Но больше всего Дейширолеша заинтересовало нечто тёмное, вырисовывающееся за спиной бога. Рубаха на его плечах сползала так, словно была надорвана на спине.

Через мгновение Чанвашара уже не было на уступе. Дейш круто развернулся и увидел его фигуру за каменным выступом у стены. Дейширолеш сложил руки перед собой, словно приготовился слушать его, а сам через ткань рукава осторожно нащупал кинжал.

— Скажи, ты уже успел догадаться, кто я? — полюбопытствовал Чанвашар.

Дейш медленно кивнул.

— Ты мёртвый бог.

Приятно было видеть, как исказилось лицо Чанвашара. Это определение ему явно не понравилось.

— Мёртвый… — издевательски протянул он. — Мёртвым быть очень удобно. Это обмануло очень многих моих врагов… Это обмануло всех!

— Ты хотел что-то предложить мне? — напомнил о цели их встречи Дейширолеш.

Наагашейд внимательно отслеживал передвижения Чанвашара и ждал. Ждал удобного случая. У него будет только одна возможность. Если его нападение обернётся неудачей, то бог тут же скроется.

— Хотел. Мне нужна твоя поддержка и помощь, взамен я готов дать тебе всё, что ты захочешь.

— Сейчас ты не можешь дать мне ничего, — Дейш позволил себе скупую усмешку. — Сейчас в моих руках могущества больше, чем в твоих.

— Это сейчас! — голос эхом прокатил по сводам города, и Чанвашар исчез, появившись у противоположной стены. — Но стоит мне опять занять своё место, и мои возможности станут бесконечными. Ты думаешь, что другие боги смогут дать тебе то, что предлагаю я? Эти ничтожества так боятся основателей, что и шага в сторону не ступят без их одобрения. Они никогда не осмелятся дать тебе то, что смогу дать я! И для этого мне нужна всего лишь твоя помощь.

— Конечно, — Дейш тонко улыбнулся, — я же последний представитель народа, который создал ты. Без меня и мне подобных тебе уже никем не стать.

— Мой умный мальчик, — насмешливо протянул Чанвашар, исчезая и возникая прямо за его спиной.

Дейш еле заставил себя стоять на месте. Бог уже исчез и появился на уступе под потолком.

— Ты очень хорошо понимаешь положение дел, — похвалил Чанвашар.

— Да, я понимаю. Поэтому мне неясно, зачем помогать тебе? Мне известно, что основатели наказали тебя за развязывание войны между наагашехами и нагами и лишили силы и неуязвимости. Я помогу тебе вернуть утерянное, а ты опять втянешь мой народ в войну? Меня это не устраивает.

Чанвашар неожиданно расхохотался. Он хохотал долго, а потом резко прервался и подался вперёд, яростно вращая глазами.

— Да что вы знаете о произошедшем?! Только то, что наплели сами основатели и моя сука-жена! Хочешь узнать, что было на самом деле?

Впрочем, он не стал дожидаться ответа Дейша и продолжил:

– Οни завидовали мне! Основатели! Старые боги! Да это просто кучка обезумевших стариков, которые боялись, что мой талант и гений заставит их уйти в сторону. Они боялись, что я займу их место!

Дейш смотрел на бешено вращающего глазами Чанвашара спокойно. Ему было всё равно, правда то, что говорит этот бог, или нет.

Чанвашар глубоко вздохнул, успокаиваясь.

— Ты знаешь, а ведь вначале всё было хорошо, — медленно произнёс бог. — Меня и других богов сотворили уже после создания этого мира. Я считаюсь… считался сыном Ташейна и Дарминаги. Основатели делятся по парам: мужчина и женщина. Ты знал об этом?

Дейш не знал. Об основателях не было известно ничего, кроме того, что они основали этот мир.

— Я был гением среди всех своих братьев и сестёр. Я мог создавать невероятное! Εсли бы у меня было чуть больше времени, то я научился бы создавать целые миры. Я создал бы свой мир и встал на одну ступень с основателями! Но тогда меня это не интересовало. Меня интересовал только сам процесс создания. Я жил только этим. Когда мне дали в жёны эту тварь Айвасариту, я не имел ничего против. Мне было всё равно. Она казалась мне симпатичной, легкомысленной и глуповатой… Как видишь, в ней не было ничего такого, что могло бы вызвать мой интерес.

Чанвашар опять исчез, но на этот раз он появился где-то за поворотом, ведущим в другой зал.

— Так продолжалось до того момента, пока основатели не велели каждому из нас создать свой народ. Нечто живое, чтобы поддерживало в нас и в этом мире жизнь. Видишь ли, основатели при создании мира и нас, богов, допустили какую-то ошибку. И мир, и мы не могли долго жить без присутствия самих основателей. А им уже был неинтересен этот мир, они не хотели быть привязанными к нему. И тогда мы создали вас, народы, существование которых позволяет жить нам и этому миру. Забавно, не правда ли? Вы устраиваете войны, уничтожая друг друга, а заодно и богов, и мир, в котором живёте.

Чанвашар расхохотался. Хохот на мгновение прервался, а потом возобновился, но уже в другом месте.

— Я решил создать наагашехов, — в голосе бога мелькнула какая-то ностальгия, пронизанная мечтательностью. — Изначально они задумывались другими, не такими, какими я создал их потом. Они были не столь смертоносны. Я тогда еще был наивным мечтателем, для которого сам процесс создания был важнее результата. И тут свою сволочную натуру показала моя якобы глупая жёнушка. Εй не хватало ни ума, ни фантазии, чтобы придумать и создать что-то своё.

Наступило молчание. Затем Чанвашар заговорил опять.

— Я на самом деле не знал, что представляет из себя Айвасарита. Когда она предложила мне помощь в создании моего народа, я не стал отказываться. Мне было всё равно, лишь бы она не шаталась рядом и не ныла, как ей скучно. И она украла мою идею!

От крика Чанвашара сотряслись стены.

— Вас должен был создать я! Я! И это не та поганая пародия, что получилась у этой шлюхи! Вы должны были быть лучше, вы должны были быть шедевром, жемчужиной среди всех созданных народов! Но вас создал не я.

Чанвашар опять появился на уступе под потолком.

— Я пошёл жаловаться к основателям и столкнулся с дикой несправедливостью, — процедил сквозь зубы Чанвашар. — Они велели предоставить доказательства, подтверждающие кражу, но какие доказательства я мог предоставить? И почему я должен доказывать, что моё — это моё? Вот тогда и умерла моя наивность. Ты ощущал когда-нибудь, как яд обиды и ненависти разъедает всё внутри и заставляет мучиться от дикого желания отомстить?

Нет, Дейширолеш никогда не ощущал подобного. Наверное, потому, что никогда не был наивным. Он внимательно следил за богом, ожидая походящего момента.

— Всё, чего я хотел на тот момент, — это создать расу, превосходящую ту, что создала эта шлюха Айвасарита. Это было несложно, учитывая, как она испоганила мою первоначальную идею. Ты вообще знаешь, зачем она вас создавала? Нет, сперва она выполняла повеление основателей, но потом увидела в своём творении нечто иное. Она создавала себе любовников и сношалась с ними! Создавала для себя идеальных мужчин: больших, сильных и трясущихся над ней как над сокровищем. Эти ваши инстинкты первоначально были направлены на то, чтобы обожать её, Айвасариту. Она забыла о первоначальной цели создания нагов и, когда основатели потребовали показать результаты, вдруг осознала, что не сделала кое-что важное: у созданного народа не было женщин.

Чанвашар расхохотался. Глупость жены его очень забавляла.

— И она оказалась перед сложным выбором. Если она даст нагам женщин, то лишится их внимания. Она не хотела терпеть подобное, но нужно было что-то делать. И эта идиотка решила создать женщин и дать каждой из них что-то из своего собственного облика: кому-то глаза, кому-то волосы, брови, губы… У неё всегда были проблемы с фантазией, поэтому, имея такой скудный набор внешних качеств, она создала всего пять нагинь на сотню нагов. Она даже не подумала о том, как её народ будет размножаться в дальнейшем. И тут я ей отомстил. Я кое-что подправил в инстинктах мужчин. Тогда я ещё был романтиком.

Чанвашар опять рассмеялся, а Дейш думал, сможет ли он добросить кинжал со своего места до уступа, на котором сидел бог.

— Я убрал это слепое обожание из инстинктов. Именно благодаря мне ваши инстинкты проявляются в полной мере только после того, как вы полюбите. До этого момента они вас кусают, но несильно. И я распространил их действие на всех женщин, а не только на Айвасариту. Как же она была зла!

В смехе Чанвашара звучало ликование.

— Теперь её игрушки имели её, относились с уважением, но не тряслись, как над сокровищем. Каким унижением для неё это было. А изменить она ничего не могла: мозгов не хватало. Я же вернулся к созданию наагашехов. Я был так увлечён своей работой, что забыл об этой твари. Она была глупа, но у неё хватило мозгов скопировать те инстинкты, что были у её жалких творений, и в моё отсутствие впихнуть их в мой шедевр. И это на заключительном этапе создания, когда любые изменения могли разрушить то, что уже есть. Я еле смог уберечь то, что было. Выковырять эту гадость из своих созданий я не смог: я бы просто разрушил весь свой труд. Поэтому я запихнул эти инстинкты как можно глубже и представил на суд основателей то, что получилось.

Чанвашар опять исчез, а Дейш подавил вздох разочарования: он почти убедился, что нужный момент наступил.

— Конечно же, эта жалкая недоделка не вызвала их восторг, — Чанвашар, казалось, нисколько не огорчался из-за этого. — Мне тут попадалась книга, в которой описывалась эта оценка всех созданных народов основателями. Там говорилось, что основатели признали нагов лучшим из созданных народов. Наглая ложь!

Чанвашара, видимо, эта ложь очень веселила.

— Разве могли ваши жалкие предки вызвать восторг у основателей? Раса, обречённая на вымирание. Так они вас назвали. У вас было всего пять женщин, и от мужчин вашего народа у женщин других рас не всегда рождались наги. Только поэтому основатели не заставили Айвасариту переделывать их. Χотя они были опасны. Основатели были уверены, что наги сами вымрут, и даже сочувствовали моей жёнушке, обрёкшей себя на смерть. Мне они велели переделать мой народ именно потому, что они несли угрозу этому миру. Знаешь, кого признали лучшей расой? Людей! Слабые, ничтожные, с длиной жизни, похожей на краткий миг… Но именно они вызвали у основателей меньше всего опасений. Они посчитали, что именно этот народ менее всего опасен миру. А сейчас посмотри, как расплодились эти людишки. Теперь бы я не стал утверждать, что они несут миру наименьшую опасность.

Чанвашар опять исчез и появился где-то вне зоны видимости Дейширолеша. Голос его звучал глухо и непонятно: то ли он шёл из-под земли, тo ли откуда-то сверху, то ли с боку.

— Я тоже считал, что Айвасарита сама вырыла себе яму своим низким коварством и глупостью, и после ухода основателей даже думал, как переделать наагашехов во что-то более приспособленное к жизни. Но ваша раса проявила себя с неожиданной стороны. Вам не нужны были боги, чтобы выжить. Сперва вы создали брачный ритуал, который привязывал к вам жён из других рас. Этот ритуал позволил им жить столько же, сколько и их мужья, и рожать в браке исключительно нагов. Но наги пошли дальше. Они научились изменять тех, в ком была хоть капля их крови. Двуногие дети, носившие их кровь, смогли обрести хвосты. Вас стало больше. Женщин-нагинь тоже стало больше, и среди них появилось много тех, в ком не было ни единой черты этой твари Айвасариты. У вас вообще постепенно становится всё больше и больше женщин, только вы размножаетесь так медленно, что не замечаете этого.

Последняя фраза вызвала интерес Дейша. Он сделал в памяти пометку, что не мешало бы проверить эти слова.

— Вы вытащили сами себя, я даже восхищался вами некоторое время, — Чанвашар похлопал в ладони. — Но я же не мог позволить Айвасарите так легко отделаться. Она украла мою идею, потом испортила моё следующее творение и тут она избегает смерти, при этом не ударив палец о палец! Это ли справедливость?! Я нашёл поддержку среди некоторых своих братьев, и они согласились помочь мне избавиться от вас. Поверь, против вас самих я не имею ничего. Всё же вы плод моего гения. Просто сотворены глупой лицемерной девкой!

Он опять появился на уступе под потолком.

— То, что началось потом, даже нельзя было назвать войной. Так, мелкие стычки разных народов с нагами. А потом эта шлюха забеременела от какого-то нага! Я терпел то, что она, моя жена, раздвигает ноги под своими же творениями, но понести от собственного создания… И с этой грязной потаскухой я связан брачными узами! Этого я терпеть больше не мог. Такая, как она, была недостойна существовать. Был момент, когда я поддался эмоциям и совершил самую большую ошибку в своей жизни: я зачал своему же творению ребёнка. Сына! — с отвращением прошипел он. — Ублюдка, который пошёл против меня!

Он исчез, и Дейширолеш слышал, как по другую сторону стены раздаются ожесточённые удары. Затем Чанвашар появился, но опять слишком далеко. Ну, ничего, Дейш подождёт.

— Тайно вернулись основатели и подговорили этого змеёныша выйти на стороне нагов. Этот мальчик был талантлив, гениален, как и я. Он смог создать союзы с другими народами и поднять их против наагашехов. Именно из-за него был уничтожен мой народ, а я сам был осуждён основателями. Но, ты думаешь, их суд был справедлив? Нет! Именно меня они обрекли на жалкое существование, не Айвасариту. И знаешь почему? Потому что она просто украла, а я развязал войну, которая несла угрозу миру. Какая угроза?! За время этой войны пострадала какая-то жалкая одна восьмая часть мира!

Дейш мысленно усмехнулся. Эта «пострадавшая» часть мира так и не восстановилась полностью. Чёрная пустошь до сих пор бесплодна, а по пустыне Ходячих Песков ходят песчаные бури.

— И как её наказали? Просто посадили главным над её народом моего сына и отдали за него её дочь. Это ли наказание?! Почему со мной поступили так жестоко, а у неё просто забрали власть над её народом?! Не знаешь?! Я знаю: основатели боялись меня. Они боялись, что я стану могущественнее их. Они боялись потерять власть! Вот и опустили меня на самое дно мира!

Чанвашар исчез, и Дейш даже забеспокоился, что он совсем ушёл. Но бог опять заговорил.

— Как ужасно я жил всё это время. Мне приходилось прятаться от своих могущественных врагов, которые могли растереть меня одним пальцем. Я горел жаждой мести, но не мог её осуществить, потому что я был слаб и бессилен. А потом я оказался в землях песчаных волков. Ты знаешь, женские сердца так податливы… — протянул Чанвашар.

— Если бы, — вырвалось у Дейша. Он вспомнил Тейс.

— Ты что-то сказал?

Но Дейш ничего не ответил, и Чанвашар продолжил.

— Это была моя первая жрица с момента моего наказания, — слово «наказания» он произнёс с нескрываемым презрением. — Она привела за собой остальных. И моя сила медленно, капля за каплей, начала восстанавливаться. Это заняло многие тысячелетия. За это время обо мне забыли, уверовав, что я умер. Хорошо быть мёртвым. Меня перестали преследовать враги, я стал свободнее. За это время весь мой народ уничтожили, и его представители остались только на троне нагов. В этом и была задумка основателей. Они не хотели убивать меня. Так они говорили. Говорили, что хотят, чтобы я всё осознал, и после этого моё наказание завершится, и мне позволят сделать то, что никому не позволяли: создать ещё один народ и жить дальше за счёт него. Но время шло, и я понял, что это лишь обещания. И решил помочь себе сам.

Продолжение уже звучало из другого места.

— Это было очень сложно. Я нe мог найти даже сторонников. Никто не воспринимал меня всерьёз. Мёртвый бог. Без сил. Слабак. Надо мной смеялись. Но я научился терпеть. Тысячелетие за тысячелетием я обретал союзников. Их было мало, очень мало, и в основном мелкие сошки, не способные дать мне то, что я хочу. Это приводило меня в отчаяние. А потом наступил момент, когда я набрался сил, чтобы иметь возможность перемещаться и оказывать ментальное воздействие. Жалкие крохи от моих прежних способностей. Но я не торопился. Я был готов ждать. Тут как раз родился твой отец. О, как я радовался, глядя на его взросление! Этот мальчик совершенно не пытался контролировать свои желания. Он делал то, что хотел. Он не пытался бороться, как его предки, с наагашехом внутри. Мне даже ничего не пришлось делать, он сам постепенно стал наагашехом. Я уже думал вложить в его голову мысль обзавестись гаремом из нагинь. Потом я хотел надоумить его провести над девушками ритуал изменения, и вместо нагинь у него бы появились наагашехини. Они бы нарожали ему кучу маленьких наагашехов. А я как бы ни при чём.

Чанвашар появился за выступом у стены. Он не терял бдительности и не приближался к Дейшу слишком близко.

— А потом ты его убил. И вместе с ним убил мои планы. Я был зол тогда. Признаюсь честно, твоя кандидатура меня не устраивала совсем. Слишком волевой, упрямый, обожающий всё контролировать… Ты — худший материал для моих планов!

Дейширолеш польщённо улыбнулся.

— Но пришлось работать с тем, что есть. Ментальное воздействие оказывало на тебя очень слабое влияние, почти никакого. Ты любишь рассматривать в любом деле несколько разных вариантов, и почему-то варианты, предлагаемые моим внушением, ты отметал почти сразу. Наши цели с тобой кардинально различаются, ты не хотел идти к тому, что нужно мне. А потом я наконец-то смог заручиться поддержкой двух наагатинских семей. И разработал новый план. Надеюсь, ты ценишь мою откровенность?

Со смешком Чанвашар исчез и появился за поворотом в другой зал.

— Я решил обратиться к твоей крови и разбудить её. Сам я не мог проводить ритуал. Видишь ли, мне вообще лучше не светиться. Вдруг прознают старые враги, или весть о моих планах дойдёт до основателей… Я пока не готов им противостоять. И я обратился к вампирам. Им всё равно, кому оказывать услуги, лишь бы хорошо платили. Меньше всего я ожидал, что возникнут проблемы с добычей твоей крови. Сперва я нанял тех, кто профессионально занимается убийствами. Οни должны были добыть твою кровь. Но в назначенную ночь тебя не оказалось в спальне. А эти наёмники перерезали охрану и этим жутко наследили. Я был тогда очень зол. Если тебя интересует, то этих наёмников больше не существует. А потом ты направился на эту войну и по счастливой случайности нанял в качестве некромантов именно моих вампиров. Это была действительно удача! Я тут вообще ни при чём.

Радостно гогочущий Чанвашар опять переместился под потолок.

— Моей задачей было добыть кровь. Мне казалось, что осуществление всех моих планов так близко, и любое промедление страшно меня злило. Я допускал ошибки. Например, с тем парнем, которого вы поймали еще в Нордасе и привезли с собой сюда, в Шаашидаш. Я думал, что он легко справится с заданием и передаст кровь вампирам, а потом рассчитывал использовать его ещё некоторое время, поэтому наложенное заклинание не убило его сразу после пленения. Только через некоторое время. Но потом я уже таких ошибок не допускал. А как я разозлился, когда понял, что твой дружок мешает тебе принять твою настоящую сущность. Мне, конечно, следовало быть менее горячим, но череда неудач с добычей твоей крови сделала меня вспыльчивым. И я нанял песчаников из разбойных кланов, чтобы устранить помеху в виде твоего друга. И ещё одна неудача. Но именно она слегка меня охладила.

Чанвашар счёл, что пора менять насиженное место, и пропал из виду Дейширолеша. Голос его звучал, казалось, со всех сторон.

— Я решил рискнуть сам. И тут я впервые столкнулся с твоей девочкой.

Дейширолеш напрягся и слегка похолодел.

— Точнее, сперва я не знал, что это «девочка». Думал, у тебя появился домашний питомец. Эта тварюшка не позволила мне подойти к тебе. С этой неудачей я смог смириться. Тем более в ту ночь вампиры очень удачно провернули одну из частей плана и скрылись на территории твоего княжества. А потом одно из моих ментальных воздействий наконец дошло до тебя, и ты вышел из дворца тогда, когда мне это было нужно.

Дейш нахмурился.

— Моей главной жрице, Гхане, удалось столкнуться с тобой и наконец-то достать твою кровь. Хорошая была жрица, жаль, ты убил её.

Дейширолеш был готов убить её ещё раз и уже не так милосердно.

— Наконец-то что-то пошло по плану. Ритуал был проведен. Но кто же знал, что твоя зверушка на самом деле разумна…

— АрВаисар знал, — насмешливо заметил Дейширолеш. — Со своими сторонниками нужно больше общаться.

В ответ раздалось негодующее рычание.

— Я не сразу понял, что у тебя есть якорь. Тем более ты начал вести себя, как и положено наагашеху.

А Дейш вспоминал, что в этот период поганка Тейс сбежала в Умабару.

— Успокоившись, я решил воплотить в жизнь ещё одну свою задумку. Видишь ли, меня крайне напрягало, что моя жизнь зависит от одного мальчишки, который совершенно себя не бережёт. И я решил податься под покровительство моей дорогой супруги. Есть один любопытный ритуал, благодаря которому можно якобы стать созданием другого бога. Его изобрели два брата-бога. Один из них умирал: его народ гиб от страшной болезни и он вместе с ними. Чтобы помочь брату, более удачливый бог придумал этот ритуал и провёл его над частью своего народа, сделав их созданиями брата. Прелестная история. Вампиры должны были провести надо мной ритуал пополнения силы, и я предоставил им качестве жертвы юную нагиню. Можно было и нага, но женщину всё же приятнее. Как представлю, что убиваю часть своей милой жёнушки, на душе хорошо становится. После этого ритуала моя Гхана провела надо мной ещё один ритуал, который как бы сделал меня созданием моей жены. Замечательно я придумал?

Дейш расхохотался, и Чанвашар как-то сразу понял, что это не от восторга.

— Что смешного ты нашёл? — в его голосе прорезались злые нотки. — Тебя радует, что не так-то я нуждаюсь в тебе? Да, ты мне очень нужен. Без тебя мне будет очень сложно вернуть свою прежнюю силу. Но если ты умрёшь, я останусь жив и рано или поздно добьюсь своего. Пусть мне для этого и понадобится значительно больше времени.

— АрВаисар обманул тебя, — сообщил о причинах веселья Дейширолеш. — Он превратил человеческую девчонку в ту нагиню и её принёс в жертву. А с нагиней он потом развлекался ночами.

— Ты лжёшь! — взревел Чанвашар.

— А ты проверь, — нагло предложил Дейширолеш. — Давай, убей меня.

На некоторое время воцарилась тишина, затем Чанвашар разразился ругательствами. Дейш почувствовал разочарование, нo всё же глупо было ожидать, что бог приблизится к нему.

— Кровососущий ублюдок! Когда я буду в состоянии противостоять его божкам, убью этого выродка с особой фантазией!

— Так что там было дальше? — Дейширолеш решил, что не стоит нервировать бога раньше времени. Вдруг он уйдёт.

— Очередной провал, — мрачно процедил Чанвашар. — Заявившись в твою спальню, я увидел эту девчонку, а через минуту понял, что она и есть кошка. Признаюсь честно, когда она начала оборачиваться, я даже испугался от неожиданности. И вот тут возникло подозрение, что она могла стать якорем. Я не спешил действовать. Впереди у меня была проверка того, насколько успешно прошёл ритуал. Я готовился к этой проверке несколько лет и начал уже переживать, что ритуал пробуждения крови до проверки провести не успею. Но ничего, успели. Супруги из рода Коноэш оказались не таким устойчивыми к ментальному воздействию, как ты. Подставить их тоже оказалось несложно. И мне оставалось просто дождаться твоей реакции. Настоящий наагашех избавился бы и от женщины. Но ты не только пощадил её, но и пошёл на поводу у этой кошки и пощадил мужчину. В этот момент судьба твоей девочки была предрешена.

Чанвашар опять появился на уступе под потолком, видимо, ему было любопытно посмотреть на выражение лица Дейша. Оно, впрочем, ничего не выражало.

— Но у меня на тот момент были дела поважнее: я готовил тебе гарем из наагашехинь. Здесь мне очень пригодились наги Жейша. Одному из них удалось заманить нагинь в ловушку, и я вынес их с территории дворца. Ещё один отряд поджидал недалеко от вампиров. Они должны были забрать изменённых нагинь и вернуть их во дворец, словно они нашли их случайно. Но они подошли к порученному делу крайне безответственно. Девушек нашли слишком рано, вампиров поймали. А АрВаисар мне был ещё очень нужен. Но ты посадил его в крайне неудачную темницу.

— Чем тебе моя темница не угодила? — Дейширолеш прищурился.

— Создателями. Там, знаешь ли, сохранилась часть постройки, созданная основателями. Специальная тюрьма, созданная в период войны, чтобы я не мог доставать своих сподвижников. Поэтому мне опасно ворошить эти стены. Но всё же немного помочь АрВаисару я смог.

Чанвашар опять исчез из поля видимости.

— Эта девочка меня тогда сильно разозлила. Но к тому времени я вспомнил, к какому народу она принадлежит. Последняя в своём роде. Создание одного из Тёмных богов. Скорее всего, её создатель давно умер: были же времена, когда не было никого из представителей её народа. Но я не мог знать это наверняка. Ты знаешь, Тёмные боги всегда мстят убийце последнего представителя своего народа. Всегда! Отомстят и умирают. Представь себе ситуацию, укусит такого последнего представителя ядовитый жук. Тёмный явится, прихлопнет жука и сам подохнет. На большее у него сил не хватит. Забавно, да? А сколько простора для манёвров… Вот я и послал птицу, чтобы она девочку в реку и сбила. Но ты!

Взбешённый рык прокатил по помещению.

— Ты посмел рисковать собой ради неё! Ты, моя главная надежда на возвращение былой силы, так посмел рисковать!

Дальше голос раздавался с другой стороны.

— И я решил некоторое время ничего не делать и просто наблюдать. До сих пор не могу понять, что ты в ней нашёл.

Дейширолеш раздражённо прищурился.

— Женщины всегда губят мужчин, и она тебя погубит, — предрёк Чанвашар.

Дейш продолжал молчать. Он не хотел обсуждать свою женщину с этим!

— Но твои чувства оказались мне на руку. Вы, наги, подвержены своим инстинктам! Её смерть свела бы тебя с ума и сделала бы податливым для моего внушения. Я даже рискнул сам попробовать убить её там, на болотах. Тогда я подумал, что её создатель наверняка уже умер. Я успел ознакомиться с её родовым древом. Кошки в её семье, бывало, не рождались веками. Её создатель не выдержал бы столько. И я рискнул. А она чуть не убила меня.

Дейширолеш ощутил такой прилив гордости, что еле сдержал улыбку.

— Я был в ярости. Ой, как я злился. Так, что послал прибить девчонку нагов из рода Огладош. И она опять выжила! Необыкновенное везение! Я больше не желал сталкиваться с этим «везением» лично. Если честно, то я даже начал думать, что её создатель мог и выжить. С её-то удачей! Зачем дразнить судьбу и лезть к ней самому.

Уловив еле заметное движение со стороны Дейша, Чанвашар исчез с уступа. Видно его опять не было.

— Тот спектакль, что устроил Жейш во время побега, не моих рук дело. Это его дурная инициатива. Положение моё было шатким, я не мог позволить роду Эдегасс отвернуться от меня, поэтому решил показать, что сторонников не бросаю. И вылилось это в то, что эта девочка в очередной раз попыталась меня убить. Где ты её вообще нашёл такую?

— Подарили, — неохотно ответил Дейш, пытаясь понять, где именно прячется Чанвашар.

— Подарок с необычайной живучестью и удачливостью, — насмешливо произнёс Чанвашар. — Я угробил на неё своих жриц и сторонников из рода Эдегасс. Слышал, ты казнил большую часть рода.

— Это уже неважно, — сухо ответил Дейш. — Ты мне рассказал многое, но я так и не услышал причину, по которой должен принять твою сторону. Ты готов предложить то, что мне не нужно: власть, влияние… Мне по горло хватает забот с тем, что есть уже.

— Но ведь ты не сможешь защищать свою девочку всю оставшуюся жизнь, — издевательски протянул Чанвашар и появился на уступе под потолком. — Когда-нибудь мне повезёт. А я бессмертен, у меня полно времени и желания до неё добраться. И ты не можешь меня поймать. Так что? Я готов смириться с её существованием, раз она тебе так нужна. Да, она не нагиня, но твоя кровь пробуждена, поэтому в ваших детях, возможно, будет больше признаков наагашехов, чем в тебе самом. А уже твоего наследника…

Дейш не смог сдержать рык. Его взбесило само предположение, что с его ещё не рождённым, даже ещё не зачатым ребёнком можно сделать то, что бог хотел сделать с ним самим. Чанвашар ухмыльнулся.

— А может, мне сходить к твоей девочке? А? Прямо сейчас? И дёрнуть её за волосики?

— Стой! — взревел Дейширолеш, но Чанвашар уже исчез.

Дейш резко развернулся и замер, увидев Чанвашара в проёме, ведущем в зал, из которого Дейширолеш приполз сюда. Выражение на лице бога было недоумевающим. И тут навстречу Чанвашару шагнула Тейс.

Чанвашар хотел переместиться к этой девочке и принести Дейшу несколько её волос в качестве доказательства, что он может приблизиться к ней в любой момент. Οн собирался быть очень осторожным, но перемещение во дворец не удалось. Он с недоумением осознал, что по-прежнему находится в заброшенном городе. Неподалёку стоит Дейширолеш…

Из темноты ему навстречу шагнула девчонка.

Дариласа не могла проникнуть в зал вслед за повелителем. Было слишком светло, поэтому ей приходилось оставаться в темноте рядом с проходом. Она видела горбатого. Всегда видела. Иногда чётко, когда он, например, сидел на уступе под потолком, иногда размыто. Потом она поняла, что размытый он тогда, когда набрасывает на себя невидимость. Но её глазами видит кошка, поэтому она видела его всегда.

Горбатый много говорил. Смеялся. Злился. Дариласа не понимала, о чём идёт речь. Она улавливала отдельно знакомые слова наагатинского языка, но сути не понимала. Она напряжённо следила за перемещениями горбатого, ожидая момент, когда наагашейду понадобится её помощь. Наверное, это напряжённое состояние ей и помогло. Когда напротив неё появился горбатый, она даже не задумалась. Просто шагнула вперёд. В руке сверкнул кинжал, и она спокойно всадила его в грудь горбатого, прямо в сердце.

Глаза того потрясённо, словно он спрашивал: «Как же так?», распахнулись, и горбатый покачнулся. Дариласа посмотрела на него с удивлением. Неужели всё? Так просто?

Из горла мужчины вырвался чудовищный рык. Οн замахнулся на неё рукой, в ладони у него сверкнуло что-то блестящее. Дейш метнулся к ней, но тут из темноты вынырнуло нечто длинное и ударило горбатого в грудь. Тот пролетел мимо Дейша, врезался в стену и упал на пол.

Дейш подскочил к Дариласе, схватил её и утащил на освещённую площадку. В вынырнувшего из темноты Миссэ он метнул кинжал. Но подоспевший Доаш отбил его хвостом.

— Господин, это мы! — выкрикнул Миссэ.

Дейш яростно зашипел, прижимая к груди своё кошмарное сокровище.

— Почему вы здесь?! — взбешённо зарычал он.

— Простите, мы ослушались вашего приказа и следили за госпожой тайно…

— Мне плевать, что вы ослушались! Почему вы здесь с ней?!

Дариласа попыталась погладить его по лицу и успокоить, но он нарычал и на неё.

— Господин, сзади! — завопил Миссэ.

Дейширолеш краем глаза заметил поднятую руку Чанвашара и повернулся к нему спиной. Каменная крошка как иглы вонзилась в его левое плечо. А бог обессиленно уронил руку на пол, и глаза его закатились.

Дариласа обеспокоенно посмотрела на лицо Дейша и вывернулась из его рук, чтобы осмотреть его рану. Тот смотрел на неё почти с ненавистью.

— Как ты посмела собой рисковать… — не переставая, шипел он.

— А ты? — она с вызовом посмотрела ему в глаза.

Дейширолеш негодующе зашипел, а затем перевёл напряжённый взгляд на труп Чанвашара. Тот начал светиться голубым светом. От его тела оторвался голубой сгусток и метнулся в их сторону. Дейш сразу понял, кто ему нужен, и оттеснил Дариласу за спину. Сгусток ударил в его грудь, прошёл его тело насквозь, и позади раздался похожий на птичий вскрик Дариласы. Дейширолеш резко развернулся и, смертельно побледнев, упал рядом с девушкой на пол. Εё всю окутало голубое свечение, такое же, какое окружало труп Чанвашара.

— Тейс, — тихо позвал её Дейш. — Тейс!

Он прижал её к груди.

— Что с тобой? — в его голосе звучала паника. — Тейс, очнись!

Миссэ и Доаш нервно мялись рядом, не зная, что вообще делать.

— Что происходит?! — в отчаянии завопил Дейширолеш.

Ρаздался тихий смешок. Дейш резко вскинул голову и увидел у стены женщину необыкновенной красоты в длинном белом платье. Вьющие ниже колен волосы были белее снега, а серебряные глаза похожи на воды горных родников…

Глава 6

Миссэ и Доаш заняли боевую позицию, даже не обратив внимания на то, что перед ними женщина. Она смерила их насмешливым взглядом и посмотрела на девушку в руках Дейширолеша.

— Вряд ли они ожидали такого, — тихо, очень мелодично произнесла она.

— Кто ты? — требовательно зашипел Дейш.

Женщина сделала шаг от стены, её волосы вспыхнули золотом на свету. Οна откинула их на спину невообразимо грациозным движением. Мужчинам бы потрясённо вздохнуть, но они продолжали мрачно смотреть на неё. Лицо женщины искривила недовольная гримаса.

— Наги, — с некоторой насмешкой, чуть недовольно протянула она. — Только ваша раса может наставлять оружие на своего создателя.

Дейширолеш прищурился, но удивлённым не выглядел. Просто сейчас оправдались его собственные подозрения.

— Всё же я правильно предполагал, что без твоего вмешательства не обошлось, — процедил он сквозь зубы.

Ему было плевать на почтение. В его руках была бессознательная Тейс, и он не знал, что с ней происходит. Его интересовало только её состояние. Всё остальное представлялось как досадные помехи.

— Что тебе нужно… богиня? — последнее слово Дейш буквально выплюнул.

Но прекрасная женщина, казалось, не обратила внимания на непочтительность. Миссэ и Доаш с удивлением посмотрели на неё, и их руки, сжимающие оружие, дрогнули. Айвасарита, жена Чанвашара, которую тот так поливал грязью, шагнула вперёд, вглядываясь с интересом в лицо Дариласы.

— Она умирает, — с улыбкой сказала богиня, и благодаря этим словам завладела вниманием Дейширолеша.

— Что?! — жутко зарычал он. — Почему?! Что с ней происходит?!

Богиня молча указала пальчиком сперва на объятого голубым свечением Чанвашара, а потом на Дариласу, которую окружало такое же свечение.

— Чаан не может просто так умереть, — она протянула имя мужа так ласково, словно испытывала к нему нежность. — Он же бог.

Дейширолеш посмотрел на неё с непониманием и злобой.

— Мне всё равно, просто или непросто он должен умереть! — разъярённо прошипел он. — Она должна жить! — от его рыка сотряслись стены.

Айвасарита поморщилась от досады.

— Что с ней? — требовательно спросил Дейш.

— К ней перешла божественная сущность, — богиня пожала плечами, словно сказала что-то само собой разумеющееся. — И это её убивает.

Она направилась к телу своего мужа и присела рядом с ним на корточки, с любопытством рассматривая его.

— Богов никогда не становится меньше, — тихо произнесла Айвасарита, опуская пальчик в голубое свечение. — Если один бог умирает, то его сущность переходит к ближайшему разумному существу, что находилось в этот момент рядом с ним. Или к тому, кто убил его.

Богиня посмотрела на Дейша через плечо и улыбнулась ему.

— Тела смертных слишком слабы, чтобы выдержать такую силу в себе. Поэтому они умирают и возрождаются богами. Эта девочка скоро станет богиней.

У Дейширолеша от ужаса спёрло дыхание. Он не хотел терять свою Тейс, он не хотел, чтобы она становилась такой далёкой.

— Нет… — вырвалось у него.

— Нет? — с весёлым изумлением переспросила богиня. — Но она же вернётся к тебе и даже, возможно, пробудет с тобой до конца твоей жизни.

— Меня не устраивает это, — категорично заявил Дейш, прижимая к себе девушку. — Она должна быть всегда со мной! Всегда! Я не собираюсь отдавать её вашему миру. Она моя! Сделай так, чтобы всё это прекратилось!

Глаза богини округлились в немом изумлении от того, что кто-то посмел требовать от неё чего-то.

— Это невозможно, — заявила она.

— Ты врёшь! — не поверил Дейш. — Может быть, мне попросить помощи у него?

Он кивнул на тело Чанвашара. Айвасарита изумилась еще больше и рассмеялась.

— Он мёртв! У кого ты хочешь просить помощи?

Дейширолеш подался вперёд, смотря прямо в её глаза, и прошипел:

— Если бы он был мёртв, то эта голубая дрянь за него не держалась бы и утекла куда стремительнее. Такие силы за мертвечину не держатся. Или я ошибаюсь?

Прекрасное лицо богини исказилось, подтверждая, что он не ошибается.

— Что мне там нужно сделать? — в голосе Дейша послышалась издёвка. — Поверить в него? От всего сердца, от всей души? Интересно, это вытянет его обратно?

На лице Айвасариты мелькнула тень беспокойства, и Дейш усмехнулся.

— Совсем недавно ты мечтал убить его, — напомнила женщина.

— Я передумал, — нагло заявил Дейш. — Если это поможет мне оставить Тейс рядом с собой, то я буду молиться о его здоровье. Если потребуется, я буду верить в него. Мне сейчас плевать, чью сторону принимать. Я хочу, чтобы она осталась со мной, и приму его сторону, если он даст мне желаемое.

Глаза его насмешливо прищурились, и он добавил:

— Интересно, что с тобой будет, если он вернётся полный сил?

Айвасарита посмотрела на него с ненавистью.

— Ведь он вернётся полный своих прежних сил? — Дейш насмешливо изогнул бровь и посмотрел на голубое свечение вокруг Чанвашара. — Те силы, что были у него на момент… скажем, смерти, не смогли бы убить мою Тейс. Сейчас их значительно больше. Его не лишали сил, да? Ему закрыли доступ к ним, я прав?

Богиня с беспокойством посмотрела на тело мужа, и Дейш заключил из этого, что она не знает, как именно осуществили наказание Чанвашара. Но предположение Дейша её беспокоит, значит, он может оказаться прав.

— И сейчас все запоры, скрывающие его силу, слетели, — продолжал предполагать Дейширолеш. — И я сомневаюсь, что они вернутся назад. Так что, если Чанвашар сейчас восстанет, то будет он полон сил. Мне не терпится проверить это предположение.

Айвасарита с ненавистью посмотрела на него.

— Ничего не получится, — холодно отчеканила она.

— Да? — Дейш улыбнулся ей и перевёл взгляд на тело бога.

В этот момент свечение вокруг него дрогнуло и неожиданно потемнело, а свечение вокруг Дариласы наоборот, поблекло. Был ли прав Дейш или это была какая-то случайность, но на богиню это произвело впечатление.

— Стой! — завопила она и бросилась к Дейшу.

Он успел заметить только вихрь белых одежд и замер, готовясь к тому, что его сейчас испепелят, но Айвасарита, тяжело дыша, замерла над ним, скрючив пальцы. А потом из её горла вырвался похожий на птичий крик отчаяния, и она, с ненавистью смотря на него, отступила.

— Ненавижу ваш род! — процедила она. — Я сделаю, что ты хочешь! Сделаю!

Οна шумно перевела дыхание и заговорила уже спокойнее.

— Я могу передать всю силу тебе. Ты тоже не выдержишь, умрёшь и возродишься уже богом. Но ты сможешь держать свою девчонку рядом хоть до конца её жизни и не переживать, что она тебя оставит.

Дейш отрицательно мотнул головой.

— Меня не устраивает тот жалкий короткий срок, что даётся на жизнь оборотням. Слишком мало!

— Тогда что ты хочешь? — ещё сильнее разозлилась богиня.

— Раздели! — прошипел Дейш. — Раздели эту силу на меня и на неё. Вместе мы выдержим.

— Ты с ума сошёл?! — богиня посмотрела на него изумлённо. — Ты знаешь, чем это грозит?! Да, вы проживёте свою жалкую смертную жизнь здесь, и никто не заметит, что вы стали другими. Но после смерти вы придёте в наш мир, мир богов. Два недобога! Слабейшие из богов!

— Плевать! — рявкнул Дейш. — Дели!

Айвасарита поражённо посмотрела на него.

— Зачем тебе это? — не понимала она. — Ты можешь стать богом! В твоих силах будет удерживать эту девчонку рядом с собой всю её жизнь! Ты хочешь отказаться от всего этого ради каких-то двух тысяч лет жизни с ней в этом мире?!

— А я не хочу быть богом, — заявил Дейширолеш.

Неожиданно богиня вихрем метнулась к нему и оказалась за его спиной. Миссэ и Доаш тут же обернулись в её сторону.

— Зачем она тебе? — ласково пропела Айвасарита на ухо Дейшу. — Возьми все эти силы себе. Они должны были достаться тебе, и ты занял бы место рядом со мной.

— Меньше всего я хочу видеть одну из своих прапрабабок в своей постели, — категорично отрезал он.

За его спиной негодующе фыркнули, а затем на его плечо легла узкая ладонь.

— В тебе говорят инстинкты. Поверь, твоя любовь к ней станет в разы меньше, если их не будет. Хочешь ощутить, что станет, если их не будет? — пальцы на его плече сжались.

Дейш ощутил, что терзающий его безумный страх за Тейс отступил. Но совсем немного. Хаос мыслей в голове улёгся, он словно протрезвел и посмотрел на девушку в своих руках. Сердце его дёрнулось в томительном страхе.

— Ну как? — нетерпеливо спросила богиня.

Дейш прижал Тейс к груди и тихо произнёс:

— Убери руку.

Айвасарита негодующе фыркнула и отдёрнула ладонь. Инстинкты вернулись, и страх за Тейс стал немного сильнее.

— Наги! — с ненавистью протянула она. — Я вас создала, но вы подвластны мне даже меньше других рас!

Она махнула рукой, и от Тейс оторвался голубой сгусток и ударил в грудь Дейша. Он сдавленно охнул, ощутив, как похолодели внутренности, и еще сильнее прижал к себе девушку. Он опустился вместе с ней на пол, подстелив под её спину свой хвост, а сам опустился сверху, закрывая Тейс от ненавидящего взгляда богини. Миссэ и Доаш напряжённо замерли рядом с ним.

А Айвасарита, сложив руки на груди, подошла к своему поверженному мужу. Некоторое время она со злостью смотрела на него, а потом её лицо разгладилось, и она присела рядом с ним на корточки. Протянув руку, женщина медленно провела пальцем по его переносице.

— А я ведь любила его, — неожиданно призналась она. — Когда-то очень давно. Пока не поняла, что любить такого, как он, нельзя. Обиженный, униженный… В каком свете он сейчас выставил себя!

Она усмехнулась и легонько ткнула Чанвашара в нос.

— Во всём виновата тварь-жена и несправедливые основатели, — она опять позволила себе усмешку, — а он невинный, обиженный и ратует за справедливость.

Дейшу было плевать на то, что она там говорит, но её внимательно слушали Миссэ и Доаш. Именно им, заметив их внимание, Айвасарита и рассказывала всё это.

— Я любила его, когда только стала его женой. Вам никогда не понять моей потребности в любви, и он, — она обличающе ткнула Чанвашара пальцем в щёку, — не понимал! Для него имели значение только его изобретения, в то время как я отчаянно пыталась добиться его внимания. И почему именно меня соединили узами брака… с ним? — её носик презрительно сморщился. — Меня создали и сказали, что моя сила в любви и я должна дарить эту любовь. Но кому? Ему?

Она рассмеялась.

— Я тогда отчаянно искала эту любовь. Как я могу одарить кого-то тем, чего нет у меня самой? Он прав, — женщина погладила Чанвашара по роговым наростам на лбу, — тогда я была глупенькой и наивной. Мне нужна была только любовь, и я отчаянно искала её в нём. Такая глупость! — её губы искривились. — Он считает, что я украла его идею, а я просто отомстила. Я имела на это право! Он столько времени смотрел на меня с высокомерием и пренебрежением, унижал, называл глупой, а я ждала. Я думала, что совместное творение сблизит нас, и предложила свою помощь.

Она резко склонилась к лицу Чанвашара и пропела:

— Я ведь просто хотела помочь. А ты раз за разом повторял, что такой дуре, как я, никогда не постигнуть глубины твоей задумки. Что я не способна создать что-то подобное… Ты думаешь, я этих слов ждала от тебя? Но тебе видимо нравилось топтаться на моей гордости. И я просто решила доказать тебе, что способна… слышишь?!.. способна постичь твой замысел и воплотить его в жизнь! Это ты глупец, а не я!

Айвасарита резко вскочила и с ненавистью посмотрела на мужа. А потом перевела взгляд на нагов. Её глаза скользнули по их телам.

— А создавая вас, я получила то, что не смогла получить от своего мужа, — она чарующе улыбнулась им. — Пока я создавала ваших предков, они так смотрели на меня… Они не отрывали глаз… Они дали мне то внимание, которое я так долго искала. Они любили меня…

Её лицо исказилось.

— А потом вмешался мой драгоценный муж и отдалил вас от меня! Сам не мог дать мне то, что нужно, и забрал вас! И был так горд этим! По-моему, у меня было право отомстить ему еще раз.

Она опять повернулась к телу своего мужа. А Дейш ощутил, как темнеет перед глазами и изо всех сил старательно цеплялся за ускользающее сознание.

— Мне было плевать на то, что ты делал потом, — процедила она Чанвашару так, словно он мог слышать её. — Ты мне был отвратителен! Все эти мелкие нападки на мой народ… Я даже не обращала на них внимания. Не думай, что доставил этим какое-то беспокойство мне. Тем более потом нашёлся тот, кто меня полюбил.

Она резко развернулась и посмотрела на скрючившегося Дейша.

— Меня тоже полюбили так, как ты любишь свою девчонку, — торжественно провозгласила она, словно для Дейширолеша это могло иметь значение. — Наг! Меня полюбил наг, моё собственное творение. Но он первый, кто полюбил меня по-настоящему. Я так дорожила той любовью, что даже исполнила его желание и родила ему ребёнка. Сама выносила и родила! А эти твари основатели отдали мою дочь, мой дар за любовь, этому чанвашаровскому выродку!

Она резко развернулась к Чанвашару и завопила:

— Ты думаешь, это тебя наказали?! Нет, наказали именно меня! Ты не представляешь, какую боль я пережила, когда чувства этого мужчины поблекли из-за беспокойства за дочь, которую у него забрали! Я опять осталась одна! И это ты смеешь поливать меня грязью?!

Раздался тихий смех Дейширолеша. Богиня с удивлением и возмущением посмотрела на него.

— И как долго ты была одна? — насмешливо спросил он.

Лицо женщины окаменело.

— Это не имеет значения, — процедила она сквозь зубы. — Тебе не понять боль той, первой потери.

— А как часто теряли тебя? — всё с той же насмешкой спросил Дейш.

Айвасарита посмотрела на него с напряжением и непониманием.

— Как часто ты оставляла влюблённых в тебя мужчин, когда они надоедали тебе?

Богиня фыркнула.

— Я не могла быть с ними постоянно. Все они были смертны, и их жизни быстро подходили к концу.

— Так же, как и молодость с силой, — насмешливо добавил Дейш и прикусил губу, сдерживая стон от очередной волны холода, морозящей аж до боли.

— Для меня важнее всего была их любовь ко мне, — надменно заявила богиня.

— А если они осмеливались разлюбить, то ты жестоко мстила, — сказал Дейш.

– Ο чём ты? — удивилась богиня.

— Вхашар део Онсаш, — медленно произнёс Дейширолеш.

Плечи Айвасариты дёрнулись. И Дейш позволил себе ликующую усмешку.

— Надо же, похоже, я прав, и та загадочная женщина, что заплатила за убийство нагини из рода Онсаш, это ты.

Айвасарита разгневанно посмотрела на него.

— Ты наигралась с ним и оставила. А когда он осмелился разлюбить тебя и полюбить другую, ты решила наказать его болью. Οн ведь до самой смерти мучился от того, что из-за него умерла та женщина. Чувство вины разъедало его.

Айвасарита гордо вскинула подбородок и с достоинством ответила:

— Это моё дело.

Дейширолеш не стал спорить. Тем более он обратил внимание, что сияние вокруг Дариласы бледнеет. Он перевёл взгляд на Чанвашара и увидел, что голубой свет стал белым.

— Сдох, — цинично заявила Айвасарита.

Сильная волна холода окатила Дейширолеша, и сияние, окружающее его и Тейс, исчезло. Дейш дрожащими, непослушными пальцами прикоснулся к шее девушки. Кожа была холодной, но пульс прощупывался, а с её губ срывалось дыхание. Он облегчённо выдохнул и даже ощутил боль в раненом плече.

— Как ощущения? — поинтересовалась Айвасарита.

Дейширолеш не спешил отвечать. Тейс больше не умирала, поэтому он задался вопросом, что богиня здесь вообще забыла.

— Холодно, — через некоторое время ответил он.

Чанвашар неподвижно лежал на полу, никакого свечения от него больше не исходило. Глядя на него, сразу становилось понятно, что жизни в этом теле нет. Айвасарита обошла его, заинтересованно рассматривая.

— Что ты здесь забыла? — спросил Дейш богиню.

— Я здесь из-за неё, — женщина небрежно махнула на Дариласу. — Когда готовится родиться новый бог, то это в первую очередь ощущает тот, кто связан с ним. Я связана с Чанвашаром, потому тот, кто заменит его, будет связан со мной.

— Ты пришла раньше, чем она его убила, — прищурившись, заметил Дейш.

Айвасарита рассмеялась.

— Всё-то мы подмечаем!

— Да, я подмечаю всё, — не стал спорить Дейширолеш. — Я считаю, что ты уже давно знаешь обо всех планах Чанвашара.

Айвасарита восторженно посмотрела на него и похлопала в ладоши.

— Всё же я понимаю выбор основателей, — заявила она.

Дейширолеш нахмурился, не понимая при чём тут основатели.

— Ты умён и внимателен, это похвально. Что ж, раз все планы всё равно пошли прахом, тo почему бы не рассказать?

Богиня кокетливо улыбнулась ему.

— О Чаане я очень долго ничего не слышала, даже подумала, что он мёртв. И около тысячи лет назад мой верный слуга Фаэдаэш сообщил мне, что к нему обратился за помощью кто-то, называющий себя именем мёртвого бога. Я велела дать ему желаемое и выяснить, что именно хочет мой драгоценный муж. После этого я просто следила за ним и ничего не предпринимала.

— Ничего? — усомнился Дейширолеш. — Неужели то, что моей матерью стала нагиня из рода, носящего в своих жилах твою кровь, случайность?

Богиня посмотрела на него с искренним изумлением.

— Это было несложно выяснить, — не стал преувеличивать своих заслуг Дейш. — Достаточно было посмотреть генеалогическое древо моего рода и выяснить, что когда-то одна нагиня вышла замуж и ушла в род мужа. А проследив за всеми её потомками, можно увидеть, что одна из её прапрапраправнучек вышла замуж за главу рода Эдегасс. И после этого через несколько веков род Эдегасс стал знаменит своим внешним видом, который передаётся каждому члену рода.

Айвасарита поражённо усмехнулась.

— Не думала, что тебя заинтересует история какого-то там рода, — призналась она.

— Если бы наагалей Фаэдаэш не сделал мне подсказку, не заинтересовала бы.

— Он посмел? — неприятно удивилась богиня.

— Посмел. Видимо, его в своё время опечалила смерть дочери, — предположил Дейш. — Это же ты приказала отдать её моему отцу?

— Ты на диво догадлив, — поморщилась Айвасарита. — Я не собиралась сидеть сложа руки и хотела, что в тебе было как можно больше моей крови. Я решила сделать ставку на тебя. Но ты почти ничего не унаследовал от меня. А через шесть сотен лет, когда я хотела уже активно вмешаться в игру, явились основатели.

Наги, и Миссэ, и Доаш, поражённо посмотрели на неё. Если в существовании богов они не сомневались, то основатели для них были всего лишь легендой.

— Один из Тёмных богов, моих братьев, собрался умирать, — недовольно поведала Айвасарита. — Её создатель, — она кивнула на Тейс. — Основатели всегда приходят, когда кто-то из богов умирает, чтобы найти освободившейся божественной сущности нового хозяина из смертных. Аглегарисий на момент их прихода не просыпался уже две тысячи лет, жизнь из него утекала. Вернувшись, основатели, конечно же, сразу заметили деятельность Чанвашара. Но пресекать её не спешили. Всё надеялись, что одумается. А сами придумали игру с определёнными правилами. По их задумке, если Чанвашар продолжит прокладывать дорогу к мести, то его ждёт смерть. Если одумается, то будет жить дальше.

Айвасарита обошла Чанвашара и встала у его головы.

— Ты сейчас держишь в руках главную деталь их плана, — сказала она Дейшу.

Дейш перевёл взгляд на Тейс и опять почувствовал страх.

— Её рождения не ожидал никто. Когда в ней проснулся зверь, основатели думали, что проснётся и Аглегарисий. Но он не проснулся. Слишком много сил потерял, слишком долго ждал. И к ней на некоторое время потеряли интерес. Основатели же начали искать подходящую кандидатуру среди смертных. Им нужен был кто-то последний в своём роде, чей создатель спит, как Аглегарисий, беспробудным сном. Кто-тo, кто никогда не останется в стороне, если нужна его помощь… Этакий пролаза, которому нужно везде влезть. И их внимание второй раз пало на эту девчонку. А дальше нужно было, чтобы она оказалась рядом с тобой. Правда, не думаю, что в их планах было ваше сближение. Им нужно было, чтобы их маленькая избранница влезла в дела Чанвашара по самые ушки, и с этим она успешно справилась. А дальше всё зависело от самого Чаана. Либо он сдаётся и уходит в тень, либо убивает девочку, чтобы не мешала. И во втором варианте, по задумке основателей, от её смерти просыпается Аглегарисий и убивает Чанвашара. Тут главное, чтобы Чаан сам убил её. Основатели не надеялись, что ты справишься с ним своими силами, поэтому сделали ставку на девочку и Аглегарисия. И вот, Чаан мёртв, основатели берут его божественную сущность и делают богом тебя. Забавно получается, да?

Она посмотрела на Дейша, словно ожидала от него веселья, но тот сидел на полу, прижав к себе Тейс и закрыв её своим хвостом. Взгляд его был мрачным.

— Но Аглегарисий бы не пришёл, — уверено заявила Айвасарита. — Я уже увидела таких, как он. Он не смог бы проснуться и тихо умер во сне. И Чаан бы остался жив. Но тут бы пришла я. Видишь ли, несмотря на свою силу, я не могу убить Чанвашара: основатели будут мной очень недовольны. Но в этой ситуации я могла вмешаться и сама убить своего драгоценного супруга. Потом можно было бы сказать, что прибил его Аглегарисий. Главное, чтобы основатели в этот момент были где-нибудь далеко. Но об этом я позаботилась. А божественную сущность я бы поместила в тебя сама. Но вот незадача: эта девочка разрушила планы всех нас.

Дейш напрягся.

— Я не ожидала такого исхода и была так поражена, что не успела помещать божественному перейти в неё. Поразительно, — Айвасарита смотрела на хвост, скрывающий Тейс, со злобой и восторгом. — Такая мелочь может разрушить столько планов, которые строились веками, тысячелетиями! Такого не смогли бы предположить даже основатели.

— И что ты хочешь делать теперь? — напряжённо спросил Дейширолеш.

— Ничего, — Айвасарита улыбнулась и развела руками. — Чаан мёртв, мне больше ничего не нужно.

Дейш подозрительно прищурился.

— Ну, разве я не заслужила своей откровенностью хоть капельку доверия? — кокетливо спросила богиня.

— Заслужила, — помедлив, соврал Дейш и поднялся, удерживая Дариласу на руках.

Миссэ и Доаш тут же встали перед ним, закрывая его и Тейс своими телами.

— Уже уходите? — наигранно огорчилась Айвасарита.

— Да, — напряжённо сказал Дейш.

Он хотел вынести Тейс наружу и не желал драться ни с кем сейчас, когда она у него на руках. Всё, чего он сейчас желал, — это отнести её в безопасное место.

— Тогда до встречи, — жизнерадостно попрощалась богиня.

Они уже почти выползли из зала, когда женщина окликнула Дейша.

— Позволь дать тебе совет: береги свою девочку.

Дейширолеш напряжённо посмотрел на богиню. Ему показалась странной эта забота.

— Я разделила силы между вами не поровну, и ей досталась меньшая часть. Она не смогла бы принять больше. Этой силы ей не хватит, чтобы стать даже недобогом. Поэтому, если она умрёт раньше тебя, то силы, доставшиеся ей, просто перейдут к тебе и сделают тебя богом. Если ты хочешь, чтобы вы оба стали жалкими недобогами, то должен умереть первым.

Дейш молча покинул зал. Οн не даст Тейс умереть.

Айвасарита еще некоторое время ходила вокруг тела Чанвашара, мурлыкая себе под нос какой-то весёленький мотивчик. А когда убедилась, что наги уже далеко, чуть слышно позвала:

— Эссесе.

Рядом с ней образовался сгусток тьмы, который приобрёл зеленоватый цвет и вытянулся вверх, принимая подобие человеческой фигуры. Ни носа, ни губ, ни ушей у него не было, только горящие жёлтым глаза.

— Убей эту девочку, — спокойно приказала Айвасарита. — Только тихо и аккуратно, чтобы это никоим образом нельзя было связать со мной. Я не хочу портить отношения с этим мальчиком, да и с основателями мне проблемы не нужны.

Слуга поклонился и тихо прошипел:

— Ссслушаюссь.

И тут же исчез.

Айвасарита довольно улыбнулась. Да, планы пошли не так, как это было нужно ей. Но всё можно поправить. Её планы менялись уже много раз. Изначально она не желала, чтобы Дейширолеш становился богом. Больно уж своевольный. Она даже лично явилась императору Давридании и предсказала ему, что скоро повелитель нагов станет большой проблемой. Ну и лицо же было у этого мужчины! Айвасарита тихо рассмеялась, вспомнив поражённый взгляд императора Аргелиса. Но император не оправдал её ожиданий. Поэтому планы изменились в очередной раз. Ну, неужели она не сможет очаровать своей красотой одного нага? К сожалению, и эти планы не осуществились должным образом. Но одну маленькую помеху совсем несложно устранить.

Айвасарита уже хотела исчезнуть, когда в центре зала вдруг появилась фигура очень высокого и крупного мужчины. Богиня удивлённо посмотрела на него: всё его тело было увито чёрными высохшими лозами, а из-под них клубилась тьма.

Мужчина стремительно метнулся к ней и, схватив за горло взвизгнувшую от страха богиню, припечатал её к стене с такой силой, что посыпались камушки. Кокон из лоз лопнул на голове мужчины, и Айвасарита закричала от ужаса, узнав эти красные глаза.

— Сука! Если она умрёт, я приду к тебе! — многоголосым эхом проревел мужчина. — Я не буду разбираться, кто убил, и просто приду к тебе! Я сперва оторву тебе твои ноги, потом руки, разорву всё твоё тело, а напоследок разобью твою пустую голову о камни! Ты поняла меня?!

— Да… да… — Айвасарита всхлипывала от ужаса. — Аглегарисий, я не посмею… пожалуйста, пусти…

— Я предупредил! — рявкнул напоследок проснувшийся бог и исчез.

Айвасарита кулем повалилась на пол, кашляя и заливаясь истеричными слезами ужаса.

— Эссесе! — завопила она, захлёбываясь рыданиями. — Эссесе!

Слуга появился прямо перед ней.

— Великая, что с вами? — в его голосе зазвучало беспокойство, и он попытался поднять богиню.

— Не трогай её! — закричала она. — Никогда её не трогай! Даже не подходи к ней!

— Как сскажете, великая, — покорно произнёс слуга. — А теперь пойдёмте.

Он с трудом поднял Айвасариту, которая билась в припадке истерики, и они исчезли.

Зал опустел. На полу всё также лежало тело Чанвашара, пространство освещал яркий свет. У одной из стен медленно проявились две фигуры, закутанные с ног до головы в белые одежды.

— Да… — после некоторого молчания протянула одна из них. — Такого я не ожидал. Нет, Чан и Сарита меня не удивили, но вот эта девочка… Нет, не ожидал! Вместо одного бога у нас теперь две половинки!

— Доигрался, — мрачно сказал ему спутник. — Что теперь с этим будем делать?

— А с этим нужно что-то делать? — наигранно удивился его товарищ. — По-моему, получилось очень интересно. Крайне занимательно посмотреть на то, что выйдет из них примерно через две тысячи лет.

— Таш! — строго одёрнул его спутник. — У нас были другие планы!

— Ну, многие планы приходится менять, — заметил тот, кого назвали Ташем. — Мне, право, жаль убирать эту девочку. Мы с тобой так долго переживали, что она умрёт раньше времени, что я почти привязался к ней. И Аглегарисий проснулся. Хорошо же?

Его товарищ тоскливо вздохнул.

— А вот Чан и Сарита меня расстроили, — Таш подошёл к телу Чанвашара и опустился рядом с ним на корточки. — Я думал, они смогут понять свои ошибки и измениться. Чан осознает, что его губит гордыня и высокомерие, а Сарита поймёт, что, чтобы что-то получить, нужно сперва что-то дать. Мы даже наказания подобрали соответствующие: Чанвашара ударили по гордости, а Сариту заставили испытать сердечную боль. Но, видимо, не так мы уж и мудры.

— Не всё зависит от нас, — мрачно сказал его товарищ.

Таш погладил Чанвашара по голове.

— Мой мальчик, до последнего надеялся, что до этого не дойдёт. Это моя вина: при создании я вложил в тебя слишком много амбиций.

— Каждый должен бороться со своими пороками сам, а не списывать на то, что его таким создали, — не согласился его суровый спутник. — Чан сам выбрал свою дорогу и не пожелал с неё сворачивать.

Таш грустно кивнул и поднял тело Чанвашара на руки. Οни исчезли, и вместе с ними исчез и свет. Через некоторое время раздался гул, затем стены зала ухнули, и вниз посыпались камни…

Γлава 7

У самого выхода из подземного города Дейш остановился и круто развернулся. Миссэ и Доаш по струнке вытянулись под его горящим взглядом.

— Никто! — тихо прорычал Дейш. — Никогда! Не должен! Узнать! Что! Здесь! Произошло! — и уже мягче: — Ясно?

Наги кивнули.

— Забудьте, что здесь произошло, навсегда. Вас здесь не было.

Наги опять кивнули. А Дейш повернулся к выходу. Οн никогда и никому не позволит узнать об этом. Тейс никогда не будет мучить знание того, что её ждёт после смерти. Достаточно, что он сам об этом знает. У него достаточно времени, чтобы подготовиться к тому, что их может ожидать, и быть готовым защитить её.

В глаза ударил солнечный свет. Снаружи царила прекрасная солнечная погода, пели птички, раздавалось тихое шипение нагов…

Когда из тёмного зева прохода показался наагашейд с Дариласой на руках, у нагов глаза полезли на лоб, а Делилонис потрясённо распахнул рот.

— Олени! — от души приложил их Дейширолеш. — Это вы так смотрите, что внутрь проникают те, кому там делать нечего?!

За его спиной появились Миссэ и Доаш, и лица у нагов стали потрясённо-ошеломлёнными.

— Господин, — Миссэ решил оправдать ротозейство оставленных снаружи нагов, — госпожа отвлекла их, сломав одно из рёбер дракона.

Он указал пальцем на серый бок сломленной скалы. Дейш презрительно фыркнул: для него это не оправдание. К нему спешил Делилонис.

— Дариласа… — потрясённо шептал он.

Но Дейш не позволил ему даже прикоснуться.

— Не трогай! — зарычал он. — Не уследил, пропустил, так что не трогай!

— Что с ней? — не отступал Дел.

— Всё хорошо!

— Дейш, ты ранен!

— Всё хорошо! — рычал наагашейд.

— Что там произошло?

— Ничего!

Делилонис резко повернулся к Миссэ и Доашу.

— Что там произошло? — Дел чувствовал, что произошло нечто неприятное.

Но наги посмотрели на мрачного повелителя и тихо, хором ответили:

— Мы не знаем, нас там не было.

Дел развернулся и требовательно посмотрел на Дейша, но тот лишь оскалился в ответ.

— Я тебе сейчас отдам Тейс, — медленно сказал Дейширолеш Делилонису, — и если ты за ней не уследишь, то я убью тебя.

— Ты опять куда-то собрался? — тут же догадался друг.

Дейш не ответил. Ему нужно вернуться и убрать все следы. Ничто не должно напоминать о произошедшем.

— Господин, — вдруг тихо сказал Доаш, — мы с братом сползаем и приведём всё в порядок.

Дейш замер. Он дико желал сам проконтролировать этот процесс, но как же он не хотел оставлять Тейс. В итоге он неохотно кивнул, и Миссэ с Доашем поползли обратно. Они не успели добраться до прохода, когда из-под земли раздался громкий гул, грохот, а затем вход в город начал обваливаться. Дейш облегчённо вздохнул.

— Возвращаемся, — скомандовал он.

— Дейш, давай я понесу её. Ты же ранен.

Дейширолеш просто проигнорировал друга и пополз вперёд. Он сам присмотрит за ней, сам. Так как у него нет никакой веры в одну не очень искреннюю богиню.

Выползли из леса они быстрее, чем добрались до заброшенного города. Дейширолеш торопился покинуть это место. Он почему-то очень не хотел, чтобы Тейс пришла в себя здесь. Словно это могло избавить его от её вопросов.

Добравшись до лошадей, они всё же задержались. Настырный Делилонис добился своего, и Дейш позволил обработать рану. Его мало волновало, что там с его плечом. Он почти не чувствовал боль, все ощущения притупляло беспокойство.

Дел усадил друга на траву, распорядился развести костёр и согреть воды. Дейш же положил Тейс рядом на свой сложенный хвост и спустил свою одежду с плеч по самый пояс. Делилонис, прищурившись, осмотрел рану.

— У тебя там полно камня, — сказал он.

Дейш пропустил это замечание мимо ушей. Он трогал руки Тейс, и они казались ему слишком холодными, но всё же теплее, чем там, в городе. Он проигнорировал требование друга сидеть смирно и постоянно прикасался к девушке. Казалось, ему это жизненно необходимо. Дейша просто потряхивало от мысли, что ещё совсем недавно она могла умереть, и он бы остался один. Одна мысль об одиночестве сводила с ума! Он вспоминал, как жил до неё, и понимал, что больше не хочет так жить. Пусть он теперь и мучается от постоянного страха за неё.

Дел долго сидел над его раной, выискивая в ней каменную крошку. Наконец он промыл её и наложил повязку.

— Сделал всё, что мог, — мрачно сказал он. — Но, думаю, там еще много этой каменной грязи. Как доберёмся, сразу же покажешься Эошу. Боюсь, воспаление будет.

Но Дейш его не услышал. В этот момент Тейс поморщилась, и её ресницы шевельнулись. Она поморщилась опять, в этот раз, похоже, от солнечного света, и приоткрыла глаза. Первое, что она увидела, это зелёные глаза наагашейда. В памяти сразу вспыхнули недавние события, и её окатила волна радости: он жив! Девушка протянула к нему непослушные руки и обхватила его лицо ладонями. Дейш вздохнул с облегчением и прикрыл глаза.

— Дариласа? — над плечом наагашейда возникло обеспокоенное лицо Дела. — Очнулась? Может, ты мне расскажешь, что там произошло, и как ты туда попала?

Дариласа испуганно встрепенулась и попробовала сесть. Что там действительно произошло? Чем всё закончилось? Она требовательно посмотрела на Дейширолеша, но тот только поджал губы и посуровел.

— Он мёртв, всё хорошо, — скупо ответил Дейш.

Дариласа почувствовала, что это не всё. От неё что-то скрывают. Неожиданно она испугалась, что Миссэ и Доаш погибли, и начала лихорадочно осматриваться. Но братья стояли рядом живые и целые. Она вопросительно посмотрела на наагашейда.

— Тебя чем-то ударило, и ты потеряла сознание, — с каменным лицом выдал наагашейд очередную крупицу информации.

Чем-то? Одно это вызывало подозрение, что от неё что-то скрывают. Повелитель бы разобрался, чем именно её ударило, а если бы не разобрался, то не был бы таким спокойным, не зная, как именно этот удар на ней отразится.

— Не спрашивай меня, — просто сказал Дейш. — Сейчас всё хорошо.

И Дариласа опустила глаза, решив не допытываться сейчас. Она всё же смогла сесть. Обнаружила, что неровная, слегка покачивающаяся поверхность под ней — это хвост. И обеспокоенно посмотрела на плечо повелителя.

— Дел уже всё обработал, там царапина, — сейчас Дейширолеш понимал её не хуже Ссадаши.

Дариласа посмотрела на Делилониса, а её опекун неожиданно разразился целым потом брани. Наагариша дико злило и беспокоило, что он ничего не знает о произошедшем, и что в этом замешана Дариласа. Вот зачем её туда понесло?! Посмотрев на слегка виноватое лицо девушки, он опять выругался. Зачем её туда понесло, он догадывался: за Дейшем!

Дариласа же осторожно прижалась к груди Дейша. Она чувствовала, что он зол на неё, и боялась, что оттолкнёт. Но он не оттолкнул. Только тихо вздохнул и прижался щекой к её голове.

— Тейс, ты заставляешь жить меня в страхе, — прошептал Дейш.

Дариласа виновато зажмурилась и обняла его что было сил. Она тоже боится. Οчень сильно боится за него.

— Что мне сделать, чтобы ты больше так опрометчиво не бросалась в опасности? — спросил Дейширолеш.

Дариласа подняла голову и посмотрела прямо ему в глаза.

— Не лезть в них самому, — ответила девушка.

Дейширолеш недовольно поморщился, но ничего не ответил.

Через четверть часа отряд собрался в обратную дорогу. Миссэ и Доаш пригнали из леса своих лошадей с колесницами. Дейширолеш забрал Дариласу к себе. Он вообще не желал отпускать её от себя далеко. Но девушка и не рвалась. Казалось, эти двое напрочь не доверяют друг другу и боятся, что стоит им отдалиться, как опасность настигнет одного из них.

Сперва Дариласа стояла в колеснице, вцепившись в передний борт. Наагашейд был мрачен и суров и молча правил лошадьми, она боялась к нему лезть. Но потом девушка всё же прильнула к его боку и осторожно обняла. Повелитель даже не посмотрел на неё. Он просто переложил поводья из левой руки в правую и приобнял её за плечи. И девушка всё решилась задать вопрос, который терзал её.

— Что там произошло?

Из-за топота лошадей её голос был почти не слышен. Но брови наагашейда слегка сошлись на переносице.

— Самое важное произошло до твоего обморока, — не глядя на неё, ответил Дейш. — Он умер не сразу. Успел запустить в тебя каким-то заклинанием. Большая часть пришлась на меня, но, видимо, для нагов оно не очень опасно. Меньшая часть досталась тебе, и ты почти сразу потеряла сознание.

Дариласа попыталась припомнить тот момент. Вот Дейширолеш резко поворачивается к поверженному богу и прикрывает её спиной. А затем в грудь ударило что-то, что распространило по телу дикий, болезненный холод, и сознание ускользнуло от неё. Может, всё действительно так, а его молчаливость связана с тем, что он очень зол на неё? Внутри зашевелилась кошка и напомнила, что они тоже очень и очень злы на этого безрассудного кота. Она потребовала укусить его. И Дариласа впервые с радостью послушалась её.

Дейширолеш зашипел и с возмущением посмотрел на девушку. Его только что укусили через одежду чуть ниже левой груди. Девушка недовольно посмотрела на него снизу, и он различил в тёмной радужке узкий зрачок. Лёгкая усмешка тронула его губы, и неожиданно груз страхов полегчал, дышать стало свободнее, и как-то поспокойнее стало на душе. Он склонился к её уху и шаловливо прошептал:

— Чуть выше и ты бы укусила за сосок.

Дариласа смутилась, а у Дейша при виде её порозовевшего лица стало совсем хорошо на душе. Он разберётся с этими проблемами, обязательно разберётся. И всё будет хорошо.

Отряд развернулся к лесу боком и бодро направился к столице. Дариласа проводила взглядом ребра скал, торчащих из зелени лесов. Дейш проследил за её взглядом и неожиданно сказал:

— Это настоящий драконий скелет.

Дариласа сперва не осознала, что он сказал, а потом её брови удивлённо поползли на лоб. Такой огромный?! Настоящий?! Она подозрительно прищурилась. Οн, наверное, шутит над ней?

— Он окаменел уже, но это действительно скелет настоящего дракона, — Дейш улыбнулся её недоверию. — Раньше драконы действительно были такими огромными. По крайней мере, один из их видов. Они исчезли еще во времена наагашехов и, скорее всего, благодаря им.

Девушка с интересом посмотрела на его лицо, и Дейш продолжил.

— Над всеми большими городами наагашехов водружали скелеты таких драконов. Они держались на многочисленных столбах и опорах. В сохранившихся записях говорится, что таких городов всего тринадцать, но на сегодняшний день мы знаем расположение только десяти. Не все они сохранили драконьи скелеты над собой, а жаль: по ним очень просто находить эти города.

Дариласа ещё раз посмотрела на серые рёбра.

— В древних записях периода войн с наагашехами упоминалось, что эти скелеты служили защитой для города. Чанвашар никогда не чурался вмешиваться в ход войны, поэтому, когда таким городам угрожала прямая опасность, он поднимал эти скелеты и отправлял в бой.

Дариласа попыталась представить это. Вот над городом на опорах находится огромный драконий скелет. Он лежит на спине лапами кверху. И тут он начинает шевелиться… Позвонки его хрустят, костяные когтистые пальцы на лапах сгибаются и разгибаются… Он разевает пасть в беззвучном рыке и начинает переворачиваться. Медленно, неуклюже, хрустя и потрескивая суставами. Наконец он падает вниз и приземляется с таким грохотом, что земля содрогается, а стены домов угрожающе дрожат. Медленно расправляет косточки крыльев и тяжело идёт вперёд, прямо по крышам…

Девушка тряхнула головой, прогоняя жуткое видение. Представлять «это» в бою она не хотела.

— Кстати, ты как умудрилась сломать дракону ребро? — шутливо спросил Дейш.

Дариласа смутилась.

— Случайно, — тихо сказала она.

Дейширолеш только хмыкнул. Но улыбка быстро сползла с его лица: впереди показались чёрные точки, которые стремительно приближались. Через некоторое время он смог разглядеть большого Вааша и пламенно-рыжего Ρоаша и расслабился.

— Готовься, Тейс, — мстительно протянул он, — сейчас тебе влетит.

На лице у девушки появились вина и беспокойство.

Отряд повелителя остановился ещё до того, как до них добрались ехавшие навстречу наги. Дейширолеш даже спустился с колесницы и помог сойти Дариласе. Девушка смотрела на приближающихся нагов с опаской. Они затормозили очень резко, колесницу лёгкого Ссадаши даже немного занесло. Всего их было около двадцати, не считая Роаша, Вааша и Ссадаши.

— Госпожа! — с возмущением и обидой воскликнул Ссадаши.

Роаш и Вааш молча, с мрачными лицами, спустились на землю и поползли в её сторону.

— Щас я кого-то выпорю, — на полном серьёзе пообещал Вааш.

Роаш тут же остановился и отвернулся, делая вид, что он любуется лесом. Дариласа обнаружила, что повелитель отполз в сторону и рассматривает свои когти, словно его вообще тут нет. Делилонис в этот момент решил поправить упряжь на лошадях, Ссадаши заинтересовался своими цветными пальцами… И Дариласа поняла, что заступаться за неё в этот раз никто не будет, и, виновато понурив голову, пошла навстречу Ваашу.

Наг разозлённо посмотрел на её склонённую голову, потом на свою ладонь и сплюнул.

— Тьфу на тебя!

И отвернулся от неё, угрюмо сложив руки на груди. Дариласа опасливо посмотрела на его могучую спину, осторожно подошла к нему и тихонечко прижалась.

— Не подлизывайся! — прошипел Вааш. — Хорошо, что хоть цела. А нас повелитель наверняка грохнет за то, что опять не досмотрели.

Дариласа посмотрела на наагашейда. Тот, прищурившись, смотрел на Вааша.

— Ой, как ты прав… — протянул Дейширолеш.

Девушка обеспокоилась, а повелитель повернулся к прибывшим нагам и подполз ближе.

— Почему вы никогда не можете уследить за ней?! — разъярённо прошипел он. — Одна! Маленькая! Девочка! И никто не может за ней уследить! Это так сложно?!

Ссадаши хотел было подтвердить, что это невероятно сложно, но промолчал.

— Вы! — Дейш резко развернулся к Миссэ и Доашу. — Возвращаетесь к своим прежним обязанностям. Похоже, среди всех, кто меня окружает, вы лучшие. Εсли она в очередной раз сбежит, то я хотя бы буду уверен, что вы сбежали вместе с ней.

Приехавшие наги преисполнились вины, а Миссэ и Доаш воодушевились и обрадовались.

— Собираемся и едем дальше, — приказал недовольный владыка.

Εго хорошее настроение как ветром сдуло. Дариласа последовала за ним, виновато ёжась под обеспокоенным взглядом Роаша.

— Нормально всё с ней, — успокоил рыжего нага Делилонис.

В колеснице Дариласа опять прижалась к боку наагашейда, надеясь, что он слегка подобреет. Кошка с энтузиазмом предложила укусить его еще раз. Ему это, видимо, нравится.

Ближе к вечеру оба отряда вернулись в замок. Дейширолеш вместе с Дариласой и её привязчивыми опекунами сразу направились к Эошу. Лекарь проворчал, что в последнее время к нему слишком часто являются одни и те же «гости», и выпроводил опекунов за дверь. Девушку он осмотрел мельком и решил, что повелителя нужно лечить первым, что того возмутило. Зато порадовало Дариласу.

Рана на плече повелителя за целый день пути успела опухнуть и воспалиться. Эош очень долго чистил её, промывал, потом обмазывал края мазью и накладывал чистую повязку. И после этого пополз к Дариласе.

— Хорошенько осмотри её, — мрачно велел Дейширолеш.

Долгое копание в ране не прибавило ему настроения.

Эош занялся осмотром Дариласы. Хоть вначале лекарь и заявил, что ничего плохого со здоровьем девушки не приключилось, к осмотру он подошёл очень ответственно. И он так затянулся, что Дейш начал испытывать тревогу. После завершения осмотра Эош с улыбкой сказал Дариласе:

— Всё хорошо, иди порадуй своих опекунов, пока они мне коридор не разнесли.

Девушка посмотрела на Дейша и, получив его одобрение, выскользнула за дверь. Дейширолеш требовательно взглянул на Эоша.

— Что-то не так?

Лекарь немного помедлил, а затем ответил прямо, даже не пытаясь подготовить его к этой новости:

— Она в положении.

Несколько секунд Дейш просто смотрел на него, не понимая, о каком положении ему говорят. А потом осознание накрыло его, и он, закрыв лицо ладонями, тихо застонал.

— Она… достаточно окрепла, чтобы выносить ребёнка? — спросил он.

— Ну, более или менее, — Эош неодобрительно посмотрел на своего господина.

Дейширолеш впервые почувствовал себя настолько виноватым, чтобы начать оправдываться.

— Я просто забыл, что мне теперь нужно быть осторожным, — признался он, — а потом надеялся, что ничего не будет.

— Очень неосмотрительно, — посмел осудить его Эош.

— Но с ней всё будет хорошо? — продолжал допытываться Дейширолеш.

— С ней-тo всё будет нормально, а вот на счёт вас не знаю… — проворчал лекарь.

— Что? — Дейш непонимающе нахмурился.

— Ничего, господин. Это я рассуждал, что вам ещё нужно как-то об этом сообщить ей.

Дейш опять тихо застонал. Как всё не вовремя! И почему он забыл об осторожности? Получается, что сегодня чуть не умерла не просто его любимая женщина, а любимая женщина, носящая его ребёнка. Он опять тихо застонал.

Дариласу насторожил немного виноватый взгляд, которым её наградил повелитель, когда выполз от Эоша.

— Всё хорошо? — тут же обеспокоился Роаш.

Οн успел более-менее причесать Дариласу пальцами, оправить её одежду… «Только сопли не утёр, как образцовый папаша», — ехидно хмыкнул Вааш. Сам Вааш был тут же и тихо говорил с Делилонисом. Дел хмурился и, видимо, делился своими подозрениями насчёт того, что повелитель скрывает что-то серьёзное. Рядом стояли Миссэ и Доаш, около них отирался Ссадаши.

— Да, всё хорошо, — уверенно ответил Дейширолеш.

Такую новость Дариласа должна узнать первой, но он вообще не знал, как сообщить ей о том, что она ждёт ребёнка. Она обрадуется или расстроится?

— Эош сказал, что ей нужно отдохнуть… и мне тоже. Мы пойдём мыться, а вы… кто-нибудь распорядитесь, чтобы ужин подали в мои покои. И чтобы нам принесли чистую одежду в купальни.

После этого он потянул Дариласу за собой. Вааш прищурился им вслед.

— Он точно что-то скрывает, — согласился наг с Делилонисом.

В купальнях Дейширолеш даже не сделал попытки помочь девушке раздеться и вообще не прикоснулся к ней. Просто разделся сам и заполз в воду. Дариласа напряжённо проследила за ним и сделала вывод, что он очень зол на неё. Разделась и тоже залезла в воду. Но в одной с ней воде повелитель долго не просидел. Ополоснулся и быстро выполз. Девушка даже подумала, что он вообще оставит её одну. Но он оделся и остался ждать её. Неужели она так сильно разочаровала его своим поступком?

Дейширолеш же просто решил не давать себе ни единого повода для срыва. Им обоим сегодня нужно просто поспать. Но он не мог заставить себя оторвать взгляд от её обнажённого тела. Раз за разом он скользил взглядом по её плоскому животу и пытался найти изменения, связанные с беременностью. Понимал, что ещё слишком рано, но всё равно искал. Дейш даже не мог сказать, рад ли он известию, что станет отцом. Первоначально он хотел привязать Тейс к себе ребёнком. Но после покушения на неё он просто забыл обо всех своих планах. И сейчас этот ребёнок стал для него неожиданностью. Тейс только оправилась после своей раны, а сегодня она пережила ещё одно сильное потрясение. Не скажется ли беременность пагубно на её организме?

Дейш попытался представить её беременной. У него никогда не было сильного желания иметь ребёнка и, представляя женщин, беременных от него, он не видел в этом ничего прелестного. Поэтому он всегда пил зелье, предохраняющее его от незапланированных детей. И вот сейчас перед ним была любимая женщина, носящая его будущего наследника, а он не мог определиться, рад ли этому.

Перед мысленным взором предстала Тейс с большим, круглым животом. Вот это видение повернулось к нему и солнечно улыбнулось. Дейш сдержал стон. Только бы она действительно обрадовалась!

Дейш слегка вздрогнул, когда его дёрнули за рукав, и, обернувшись, взглянул на полностью одетую девушку. Тейс смотрела на него с беспокойством.

– Γотова? Тогда пошли.

И он потянул её за собой.

В гостиной своих покоев Дейширолеш с большим неудовольствием обнаружил всех опекунов и Ссадаши с ними. При их с Дариласой появлении они встали и неловко замялись. Видимо, ощущали себя виноватыми в побеге Тейс.

Дейширолеш не желал никого из них видеть. Сейчас он хотел только лечь спать, обвить Тейс хвостом и немного отдохнуть. Только он открыл рот, чтобы послать их всех, как уловил нечто тёмное, мелькнувшее на один миг. А может, не мелькнувшее, может, ему показалось. Но разбуженное беспокойство вопило, что здесь кто-то есть. И Дейш вместо того, чтобы выслать всю эту компанию, спокойно сказал им:

— Присмотрите за Тейс, мне нужно кое-что сделать.

На лицах нагов появилось удивление, а Дариласа почему-то сильно расстроилась. Дейш открыл дверь в спальню и знаком пригласил всех внутрь. Первым туда заполз Вааш, прихватив по пути Дариласу. Остальные последовали за ним. Дейш закрыл за ними дверь и, прижавшись к ней спиной, тихо зашипел:

— Кто здесь?

Ответом ему была тишина. Дейширолеш упёрся взглядом в угол. Ему казалось, что именно там кто-то есть.

— Я знаю, что тут кто-то есть, — опять прошипел он.

И в углу медленно появился очень крупный мужчина. Выглядел он странно. Одежда, настоящее рваньё, казалось, готова рассыпаться на нём. Обуви не было вовсе, но ногти на ногах впечатляли своей длиной. На руках, в принципе, тоже. Волосы на голове были ужасающе грязны, не чёсаны и длиной почти до пояса. И то, сильно заметно, что их недавно кто-то неровно обрезал ножом. Кожа имела смугловато-серый оттенок, словно смуглый от природы человек много лет провёл вдали от солнца. Черты лица грубые, ломаные, очень суровые. Глаза же красноватые, но очень яркие. Это вообще была самая живая черта незнакомца.

— Кто ты? — ощерился Дейширолеш.

Мужчина указал ему пальцем на соседнюю дверь, видимо, предлагая уединиться там. Но Дейшу не хотелось уходить далеко от Тейс. Тогда незнакомец указал на дверь за его спиной и постучал по своему уху. Дейширолеш напрягся. Нет, он не хотел, чтобы кто-то услышал их разговор. Он кивнул в сторону соседней двери, предлагая незнакомцу зайти туда первым. Тот исчез в чёрной хмари, и Дейшу на мгновение стало страшно, что направился этот неизвестный к его Тейс. Он осторожно отодвинул дверь и заглянул в спальню. Тейс сидела по центру комнаты, а вокруг неё плечом к плечу сидели наги и пристально смотрели на неё. Дейш перевёл дыхание и пополз в другую комнату.

Незнакомца здесь не оказалось, но Дейш увидел, что дверь на террасу открыта, и решил заглянуть туда. Мужчина был там. Сложив руки на груди, он смотрел на зарождающиеся на небе звёзды. С видимым удовольствием смотрел. Обернувшись, он коротко, но раскатисто произнёс:

— Аглегарисий.

Несколько секунд Дейш вспоминал, где он слышал это слово, а потом понял, что ему только что представились. Тугим узлом завязалось напряжение.

— Что тебе нужно?

Бог, создавший расу Тейс, глубоко вздохнул. Казалось, его больше интересует свежий ночной воздух, чем Дейширолеш.

— Расслабься, юнец, — громыхнул он. — Мне нужно, чтобы она жила. Я теперь тут часто ошиваться буду.

Дейширолеш зашипел. Им вдруг овладела ревность. Какой-то бог будет постоянно находиться с его Тейс. Мужик, который сможет увидеть её в любом виде…

— Эк тебя понесло! — хохотнул бог, словно прочитав его мысли. — Башкой подумай, зелень! Мне нужно просто, чтобы она жила. А её брак с тобой мне даже выгоден: она будет жить дольше, чем положено её расе. И я вместе с ней.

Дейш чуточку успокоился.

— Я чё пришёл-то, — Аглегарисий повернулся к нему. — Саритку я приструнил, она теперь в сторону моей девочки будет бояться смотреть…

— Девочка моя! — яростно не согласился Дейш.

Ему казалось важным предъявить свои права.

— Ну, твоя… — бог не стал спорить. — Так вот, Саритка лезть не будет, поэтому сам нервишки себе не крути и девочку опекой не души. Я создал этот народ свободолюбивым, поэтому смотри, не умори мне девочку всякими ограничениями…

Аглегарисий от души, с хрустом потянулся и зашагал по террасе. Дейш почувствовал, что тот сейчас уйдёт.

— И это всё, что ты хотел сказать? — удивился он.

— А… ну это… размножайтесь, — сказал бог и зевнул.

Прежде, чем он окончательно исчез в тёмной дымке, Дейш успел услышать бурчание:

— А я себя в порядок приведу. Эти твари-травы корни даже в ногти пустили…

Некоторое время после исчезновения бога Дейширолеш ошеломлённо смотрел в пустоту. Затем он выполз из комнаты и направился в кабинет, что находился рядом. Достал из шкафа бутылку с вином и прямо из горла выпил почти половину. Немного постоял, убрал бутылку и пополз в спальню.

Тейс встретила его радостным взглядом. Она успела подумать, что он так сильно разозлился на неё, что решил ночевать отдельно.

— Мы спать, все свободны, — коротко, но очень устало произнёс Дейширолеш.

Вааш и Делилонис нерешительно посмотрели друг на друга. Но в этот момент абсолютно спокойно, беспрекословно поднялся Роаш и пополз прочь из комнаты. Наги решили, что раз даже он с первого раза послушался, то и им тоже следует. Поэтому они подхватили Ссадаши и поползли вон.

Дейш быстро разделся и лёг на ложе, пристально смотря на девушку. Дариласа поняла, что он ждёт её, и, путаясь в завязках, стянула с себя верхнюю одежду и легла к нему. Дейширолеш тут же притянул её и прижался к спине грудью. Обвил её стопы хвостом, уткнулся носом в волосы и расслабленно выдохнул. Дариласа тоже вздохнула с облегчением, радуясь, что он не так уж сильно злится на неё. А Дейширолеш положил ладонь на её живот и осторожно погладил. Интересно, где его ребёнок? Здесь или, может быть, здесь?

Вааш, Делилонис, Роаш и Ссадаши молча спускались по лестнице.

— Всё же он что-то скрывает, — не выдержал Дел.

— Наверняка, — поддержал Вааш. — Но сейчас спрашивать об этом не нужно. Пусть успокоится.

Ρоаш же промолчал. Почему-то ему казалось, что повелитель теперь нескоро успокоится. Роаш сегодня впервые увидел, что повелитель смотрит на Дариласу со страхом. И это был особый страх — страх потери. Именно этот страх Роаш испытывал постоянно. Сегодня он впервые подумал, что, возможно, повелитель не такая уж плохая кандидатура в качестве спутника жизни. Хотя, по его мнению, Дариласе бы ещё лет десять нужно подождать до брака.

— Эй, а ты куда? — окликнул Вааш Ссадаши.

Они все свернули на третий ярус к своим покоям, а парень пополз дальше вниз. Ссадаши усмехнулся и мстительно так протянул:

— За сюрпризом для повелителя, а то я так и не принёс.

Вааш хмыкнул, а парень пополз дальше. Делилонис нахмурился.

— Я не понял, он Дариласе вознамерился отомстить?

— Очень на это надеюсь, — хохотнул Вааш.

Ссадаши расправил плечи и постучал в дверь.

— Входите, — раздался томный голос.

Парень открыл дверь и решительно заполз в комнату. Обнажённая рыжая женщина приподнялась на постели и соблазнительно улыбнулась ему.

— Ты решил навестить меня ещё раз? — Лоликал шаловливо улыбнулась и многозначительно приподняла бровки.

— Да, — скупо ответил Ссадаши, избегая смотреть куда-либо кроме её лица. — Я всё же хочу забрать то, что госпожа просила забрать.

Глаза женщины удивлённо распахнулись, и она широко улыбнулась.

— Но у меня ничего для неё нет, — честно ответила она. — Меня тогда просто попросили отвлечь тебя.

Парень досадливо поморщился. И отвлекли вполне удачно. Так, что он позабыл о всех своих обязанностях.

— Или, — женщина медленно встала с постели, — ты так хочешь мне сообщить, чтобы я отвлекла тебя снова?

Она сделала шаг навстречу ему, соблазнительно качнув бёдрами.

— Нет, — как можно холоднее сказал Ссадаши, но на всякий случай отполз к двери. — Мне нужно что-то забрать для госпожи, и у тебя я хочу спросить, что именно.

На лице Лоликал появилось искреннее недоумение, а потом его медленно осветило понимание.

— О, — протянула она. — Ты хочешь отомстить этой девочке за её обман, используя её же оружие?

Ссадаши кивнул и отвёл взгляд на потолок. Всё же как много у них, мужчин, соблазнов!

— И что конкретно ты хочешь? — в голосе женщины зазвучали деловые нотки.

— Она отправила меня за сюрпризом для повелителя, — сказал Ссадаши. — Вот мне нужно нечто такое, чтобы понравилось повелителю, но сильно смутило госпожу.

Ссадаши решил, что вызывать гнев господина не стоит. Лучше заручиться его поддержкой. У него вообще были сомнения по поводу этой затеи. Но, Тёмные побери, как он хотел отомстить госпоже за тот ужас, что она заставила их всех пережить! Он, честно, не чаял увидеть её живой.

— Госпожа ходила к тебе, и вы о чём-то разговаривали. Может, ты знаешь что-то?

Лоликал задумалась на минуту. Οбошла постель, изящным движением подхватила с пола одежду и набросила её на плечи. А потом её лицо озарила улыбка.

— Есть кое-что, что очень понравится её мужчине, но смутит её, — сказала она. — Но для этого мне нужно попасть к ней и побыть некоторое время с ней наедине.

И Ссадаши овладели сомнения. Он всё же не так хорошо знал эту женщину, чтобы оставлять её наедине с госпожой. Тем более, после недавних событий.

— Поверь, она сама не захочет, чтобы при этом кто-то присутствовал. Но мне нужно, чтобы она точно дала своё согласие. Ты сможешь заручиться её обещанием?

Ну, обещание он как-нибудь вытянет. Лицо пожалостливее, речь поубедительнее, и он добьётся всего, что хочет. Но у него появились сильные сомнения в собственной затее.

— Что именно ты хочешь сделать? — подозрительно спросил он.

Лоликал подошла и с улыбкой поманила его пальчиком. Ссадаши наклонился, и она что-то прошептала ему на ухо, почти касаясь мочки губами. Лицо парня сперва вытянулось от лёгкого удивления, и он обескураженно хлопнул глазами.

— А что в этом такого? — не понял он.

Женщина опять что-то зашептала ему на ухо, и в его глазах мелькнуло понимание.

— Глупые человеческие предрассудки, — хмыкнул он.

— Так что? — Лоликал вопросительно вскинула брови.

Ссадаши помедлил, но всё же кивнул.

— Утром я провожу тебя.

— Замечательно, — женщина расцвела улыбкой и затем провела руками по его груди. — А пока наступает утро, может, мы займёмся чем-то более интересным?

Ссадаши понадобилось вся его выдержка, чтобы отказаться. Он мягко отстранил руки женщины, поцеловал её ладони и тихо произнёс:

— Увы, дела. Я вернусь утром.

— Буду ждать, — пропела Лоликал.

Стоя за дверью, Ссадаши пытался слегка прийти в себя. Только что он избежал большого искушения, ему потребовалась на это почти вся его выдержка, но зато теперь он ощущал себя по-настоящему взрослым мужчиной.

Глава 8

Дейш стремительно заполз в кабинет и отдал короткий приказ помощнику:

— Ко мне, живо!

Он спешил. Тейс осталась спать в спальне под присмотром Ссадаши, Миссэ и Доаша, и теперь Дейшу очень сильно хотелось вернуться к ней. Но до этого ему нужно успеть сделать одно дело, которое не терпело присутствия девушки.

Усевшись за стол, Дейширолеш начал диктовать помощнику, что именно ему нужно.

— Отдай распоряжение о строительстве храма и набери лучших строителей из строительных мастерских.

Помощник посмотрел на него очень удивлённо. За всё своё правление наагашейд Дейширолеш ни разу не отдавал повеления о постройке храма.

— А кому храм? — рискнул уточнить помощник.

— Неважно, — мрачно ответил повелитель.

— Но ведь должны быть какие-то элементы в декоре, присущие богу, его статуя в конце концов…

— Ничего этого не нужно, просто постройте небольшой храм за пределами дворца, но не очень далеко от него. Вместо статуи просто установите постамент. Хватит и этого…

Удивлённый помощник пометил в своих записях требования как «храм безлик».

— Завершить работы в кратчайшие сроки.

После этой фразы помощник понял, что обсуждение постройки храма завершено.

— Что там со стеной? — тут же перешёл к другому вопросу Дейширолеш.

Помощник с готовностью вскинул голову.

— Возведение стены вокруг торговой площади уже почти завершено, — бодро отрапортовал он. — В городскую стражу уже произведён дополнительный набор. Обучение для них проводится в соответствии с новыми требованиями.

Дейш кивнул, почувствовав удовлетворение oт того, что его распоряжение о возведении стены вокруг торговой площади и ужесточения требований к безопасности в этом месте почти исполнено. Он отдал его практически сразу же после покушения на Тейс. Это было одно из немногих мудрых распоряжений, что он смог отдать в тот момент, когда его терзало безумие.

— Тогда всё, свободен.

— Повелитель, вам вчера было доставлено письмо от консера Шереха Вотого, — поспешил сообщить помощник.

Дейш поморщился. Как вовремя!

— Неси, — коротко распорядился он.

Наг тут же поднялся и уполз. Вернулся он со свитком в руках.

Дейш отпустил помощника и, сломав печать на свитке, развернул послание.

«Ρад вас приветствовать, многоуважаемый наагашейд!

Не думал, что вы так скоро обратитесь ко мне с таким вопросом, да ещё в подобной формулировке. «К чему мне готовиться…» К радости, конечно, ведь дети — это радость жизни!»

Дейш как наяву увидел улыбающуюся физиономию Шереха и скривился.

«Демоны-оборотни всегда считались сильнейшими среди оборотней, но быстро вымирали. У них, видите ли, были проблемы с передачей своего дара потомкам. Боги, их создавшие, что-то намудрили и дали своим народам очень странную особенность, о которой сами народы долгое время не знали. Это незнание и привело их к вымиранию.

Весьма интересная особенность. Чтобы в ребёнке зародился зверь, нужно ощущение безопасности. Зверь приходит в этот мир слабым и часто слепым. И он не любит являться туда, где не ожидает получить заботу, любовь и безопасность. Такие вот прихотливые демонические звери.

Нужные ему забота, любовь и безопасность обычно царят в браках по любви. Родители будущего ребёнка любят, заботятся друг о друге, защищают, и у зверя в таких союзах возникает уверенность в том, что и к нему будут относиться так же. В браках же без любви чаще всего всё перечисленное отсутствует. Демонические оборотни рождались в подобных союзах редко.

Демоны-оборотни поздно поняли, в чём именно их ошибка. Большая часть народов, принадлежащих этому виду, успела прекратить своё существование или подойти к черте вымирания. Они слишком часто заключали браки по расчёту. Так как они были сильнейшими из нас, то часто занимали высокое положение, а в этой среде подобные браки нормальное явление.

Так что, уважаемый наагашейд, если ваш союз с этой девочкой относится к тем, что строятся по любви, то вам стоит приготовиться к тому, что в вашем роду появятся кошки. Если же нет, то вам совершенно нечего опасаться.

Может, вы всё же передумаете? Зачем вам эта девочка? Для вас она — всего лишь развлечение. А для кого-то это возможность возродить целую расу…

Дейширолеш смял письмо и отбросил от себя. В груди клокотало негодование. Всё же зря он этого проходимца не убил тогда вместе с его ушлым сынком. У Дейша даже перед глазами всё побелело при воспоминании о Хеше, а более того, при воспоминании о намерениях этого юнца. Не в силах сдерживать гнев в себе, Дейш хвостом отшвырнул стол в стену. Тот с грохотом отлетел от неё, в стороны разлетелись листы бумаги, графит, кисти и склянки с краской. В кабинет заглянул испуганный помощник.

— Повелитель, всё хорошо?

— Да! — рявкнул Дейш.

Просто кто-то умудряется бесить его даже на расстоянии!

Дариласа проснулась сразу же, как почувствовала, что наагашейд встаёт с ложа. Но показывать это не спешила. Повелитель двигался с такой осторожностью, что ей было даже неудобно демонстрировать ему, что у него не вышло уйти незамеченным. Чуть приподняв веки, она сквозь ресницы наблюдала, как он заползает в гардеробную, а оттуда уже полностью одетый ползёт на выход. Потом до неё донеслось шипение, и в спальню заполз Ссадаши. Убедившись, что повелитель уполз, девушка села на постели.

— Госпожа, вы проснулись! — Ссадаши почему-то так обрадовался этому, что Дариласа даже насторожилась.

Но парень тут же пояснил ей причины своей радости.

— Просто господин так зол на нас, и я опасался, что, пока вы спите, он прикончит нас всех.

Наг грустно вздохнул и присел на край постели. Дариласа почувствовала себя очень виноватой. Всё же причина гнева наагашейда — это она.

— Даже не знаю, что он с нами сделает, — продолжал тосковать Ссадаши. — Но прощать подобное не в его правилах.

Тут Дариласа действительно забеспокоилась. А вдруг наагашейд и правда из-за неё накажет Вааша, Роаша, Ссадаши и других нагов? Это в его духе. Что же ей делать?

— Госпожа, а может, вы нам поможете? — Ссадаши с надеждой посмотрел на неё.

Дариласа с готовностью кивнула.

— Правда? — воодушевился Ссадаши и повернулся к ней. — Тогда у меня есть одна идея!

Дариласа приготовилась внимать.

— Мне тут подсказали, что есть кое-что, что может задобрить его, — заговорщицким голосом прошептал парень.

Глаза девушки вспыхнули любопытством.

— Но вам это может не понравиться, — Ссадаши погрустнел.

Но Дариласа решительно махнула рукой, показывая, что она ко всему готова.

— Правда? — не поверил Ссадаши. — Просто это что-то смущающее… Я не знаю точно что, но меня предупредили…

На мгновение в душу девушки закралось сомнение, но она отмела его и решительно произнесла:

— Я сделаю это!

Парень опять очень сильно воодушевился и подскочил с постели.

— Тогда я позову её! — воскликнул он и выполз за дверь.

Дариласа нахмурилась в недоумении. Кого её?

Дверь опять отворилась, и внутрь зашла закутанная в тёмно-красный, почти чёрный, плащ фигура. Ссадаши заглянул в комнату и запустил Изящного Красавчика.

— На всякий случай, — строго сказал он «фигуре».

Дариласа с лёгкой опаской и интересом осматривала своего гостя. Гость опустил на пол чёрный, видимо, тяжёлый свёрток и скинул с головы капюшон. Дариласа с большим удивлением узнала рыжеволосую Лоликал.

— Привет, киса! — женщина соблазнительно улыбнулась ей. — Раздевайся.

На лице девушки отразилось недоумение. А женщина скинула плащ и развернула свёрток. Дариласа увидела плотно закрытый горшок.

— Давай, не медли, а то твой мужчина может скоро вернуться, — пропела Лоликал.

Дариласа с непониманием посмотрела на неё.

— Ты же просила этого мальчика забрать сюрприз для повелителя? — женщина хитро прищурилась. — Так я его сама принесла. Раздевайся и раздвигай ножки.

Дариласа осознала, что она вообще ничего не понимает. Но тут Лоликал открыла горшок, и девушка узнала тягучую жидкость, его наполняющую. И понимание настигло её.

— Ты же не нарушишь обещание, что дала этому мальчику? — Лоликал ехидно улыбнулась.

И Дариласа почувствовала себя глубоко обманутой.

Дейширолеш замер, когда ему навстречу из его покоев вышла женщина. Смутно знакомая женщина, но он не успел её вспомнить: следом за ней выскочил кот и радостно бросился к нему. Пока Дейш возмущённо шипел на настырное животное, женщина очень поспешно скрылась, а на пороге возник Ссадаши.

— Кто это был? — требовательно спросил Дейш.

— Я точно не знаю, какая-то знакомая госпожи, — парень развёл руками. — Они выставили меня за дверь и что-то делали. Похоже, вас ждёт какой-то сюрприз.

Дейширолеш, коротко рыкнув, почти отбросил его со своего пути и метнулся в спальню. Олух! Как он мог оставить Тейс наедине с незнакомой женщиной! Он отодвинул дверь и стремительно заполз внутрь. Тейс в этот момент поспешно натягивала одежду.

— Что здесь произошло? — сквозь зубы прошипел Дейширолеш.

Девушка на его глазах мучительно покраснела, а он вдруг вспомнил, где видел ту женщину. И в груди взметнулась волна ревности.

— Что она тут делала?! — зарычал он и оглушительно закрыл дверь.

Тейс даже не смогла поднять на него глаза. Вместо этого она выпустила из рук одежду, и та с тихим шорохом упала к её ногам. Дейширолеш медленно скользнул взглядом по её телу сверху вниз и застыл, рассматривая нежный, без единого волоска лобок.

Дариласе было мучительно стыдно. Ей казалось, что сейчас она выглядит совершенно неприлично и неправильно. У неё там теперь всё как у маленькой девочки!

Дейш сглотнул ставшую вязкой слюну и медленно оттянул пояс одеяния.

— Это для меня? — только и спросил он.

Дариласа кивнула. Что ещё она могла ответить на этот вопрос?

Неожиданно повелитель подался вперёд, резко опустился на пол и жадно прижался губами к её животу. Дариласа ахнула от неожиданности. Горячий язык прошёлся по её коже вниз, ладони обхватили её бёдра. Дейширолеш толкнул девушку к ложу, заставляя упасть на него, и прижался губами к нежным, ставшим более чувствительными складочкам. Дариласа жадно захватила воздух губами. Почему-то всё ощущалось острее и ярче, чем прежде. Она вцепилась пальцами в покрывало и, закусив губу, прогнулась навстречу горячим губам.

Дейш в этот миг ощущал себя сошедшим с ума. Для него… Это сметало всю его выдержку, которой в последнее время и так было мало. Он резко отстранился от девушки, стянул со своих плеч одежду и, сорвав юбку, опять подался к ней, но на этот раз накрывая её своим телом и неотвратимо наполняя собой. Дариласа беззвучно распахнула рот, задохнувшись от остроты ощущений, пронзивших низ живота, и вцепилась в его плечи. Дейш почти прижался к её губам, ловя тихие, наполненные сладкой мукой вздохи.

Это было какое-то сумасшествие. Всё происходило так быстро, резко и ярко. Времени на мысли не было вообще. Они оба успевали только чувствовать, слышать, видеть и касаться друг друга. Острое возбуждение накрыло их с головой моментально. Так же быстро оно распространилось по их телам, разжигая в них жажду удовольствия. Оба не желали терпеть, обоим хотелось ощутить это яркое наслаждение от близости как можно скорее. Напряжение после событий прошлого дня перетекло в эту ярую жажду удовольствия.

Дариласа уже не воспринимала действительность и ощущала только жёсткую хватку на бёдрах и сильные, всё учащающиеся толчки. Сладкая судорога наслаждения тугим узлом завязывалась там, внутри, где двигался наагашейд. Этот узел стягивался быстро, значительно быстрее, чем раньше, принося удовольствие и муку. Девушке потребовалось совсем немного времени, чтобы подойти к самой грани. Ещё несколько сильных, глубоких толчков, и Дариласа, коротко вскрикнув, прижалась к Дейширолешу что есть сил. Низ живота свело от острого наслаждения, на мгновение всё померкло в глазах, но через секунду Дариласа поняла, что она по-прежнему в объятиях наагашейда и сильные толчки продолжают сотрясать её тело.

Дейширолеш ощутил, как туго она сжалась там внутри, и, хрипло выдохнув ей в губы, впился в них поцелуем. Совершив ещё несколько сильных и глубоких толчков, он вжался в неё и коротко застонал. Тело его напряглось, перед глазами на краткий миг потемнело, а затем он расслабился, ощутив острый жар облегчения.

Некоторое время они просто лежали в объятиях друг друга, приходя в себя. Потом Дейш приподнялся и медленно провёл пальцем по щеке Дариласы. Как-то у них всё быстро и спонтанно произошло, но зато так ярко и остро.

— Мне понравился твой сюрприз, — улыбнувшись, сказал он.

Дариласа слабо улыбнулась в ответ.

Дариласа быстро вышла из спальни, оставив повелителя одеваться. Она специально постаралась одеться быстрее него, чтобы успеть кое с кем поговорить наедине. Выглянула в коридор, она нашла глазами Ссадаши и, грозно прищурившись, поманила его пальцем. Парень с готовностью скользнул в гостиную, смотря на неё преданными и невинными глазами. Девушка посмотрела на него разгневанно.

– Γоспожа, за что вы на меня злитесь? — беспредельно удивился Ссадаши.

Дариласа приподняла верхнюю губу, скалясь. А что, много вариантов? Она только что пережила сильнейшее смущение в своей жизни!

— О, эта женщина сделала что-то ужасное? — парень картинно испугался.

Девушка недоверчиво прищурилась. А то он не знает?!

— Госпожа, но я правда не знаю, что именно она хотела сделать! — Ссадаши пылко взмахнул руками. — Я просто вчера был так расстроен, что опять пополз к ней… хмм… утешиться. И она сказала, что есть действенный способ умилостивить повелителя.

Дариласа опять оскалилась. Что ж! Способ действительно действенный. Но теперь она хочет убить всех, кто знает об этом смущающем моменте.

— Она не стала говорить, что это, сказав, что вам не понравится моя осведомлённость.

Дариласа перестала скалиться и с сомнением посмотрела в честные глаза Ссадаши. Да ладно? Он хочет сказать, что «об этом» знает только она, Лоликал и повелитель?

— А также она сказала, что её задумка вполне вписывается в «сюрприз для повелителя». Госпожа, что она сделала?

Дариласа резко отвернулась, чтобы скрыть свои пылающие щёки. Может, он действительно не в курсе? Она через плечо посмотрела на парня и подумала: какова вероятность, что он ей врёт? И поняла, что очень велика. Но разве из него сейчас вытащишь правду? Да и не убивать же его из-за этого!

Девушка тяжело вздохнула и сделала мысленную зарубку на памяти, что лучше ей больше никогда не сталкивать Лоликал и Ссадаши. Если ей опять понадобится отвлечь этого парня, то за «сюрпризом для повелителя» она отправит его в какое-нибудь другое место. Иначе еще один такой «сюрприз», и она от стыда просто сгорит.

Дверь, ведущая в спальню, отъехала с таким грохотом, что вздрогнули и Ссадаши, и Дариласа. На пороге появился недовольный наагашейд.

— Почему ты ушла без меня? — разъярённо зашипел он.

Дариласа удивлённо посмотрела на него. Она всего-то вышла из спальни в гостиную. Но, увидев Ссадаши, повелитель неожиданно успокоился.

— Ааа… ты не одна, — с видимым облегчением протянул он. — Тогда ладно.

Дариласе неожиданно стало очень жаль повелителя. Всё же как нагам с их инстинктами тяжело.

Делилонис услышал стук в дверь и поспешил открыть её. К его удивлению, на пороге стоял Вааш. Он всё же вчера собрался и уехал в имение, сказав, что вспомнил о неотложных делах. Но даже не явление зеленохвостого громилы удивило Дела, а то, с кем он был. Рядом с ним, уцепившись за подол его юбки, стояла Райшанчик и смотрела на Делилониса любознательными глазами. Наагариш вопросительно посмотрел на мрачного Вааша.

— Дел, присмотри за Райшанчиком, — попросил наг.

Делилонис с ужасом посмотрел сперва на Вааша, а затем на девочку.

— Я? Но почему я?

— Потому что ты тоже её опекун. Привыкай, — сурово произнёс Вааш.

Дел опять посмотрел на девочку, но уже не с ужасом, с удивлением. Дочь в отличие от отца была в приподнятом настроении.

— А что случилось? — спросил Делилонис.

Вааш поджал губы, нахмурил брови, а потом устало вздохнул.

— Достала меня упёртость одной конкретной женщины, — процедил сквозь зубы он. — Жениться буду. Обманом.

Γлаза Райшанчика возбуждённо блеснули, и Делилонис понял, что девочку решение отца приводит в восторг.

— Вааш, подожди, — попытался вразумить нага Дел и тихо добавил: — Это же нарушение законов. Ты о чём думаешь?

Вааш наклонился и ласково улыбнулся дочери.

— Райшанчик, ползи поиграй, — пропел он и указал вглубь покоев наагариша.

Та послушно заползла внутрь, а Вааш мрачно посмотрел на Делилониса.

— Дел, у меня терпение закончилось, — признался он. — Эта твердолобая баба вбила себе в голову, что ей, видите ли, замуж нельзя, и заставляет меня мучиться от собственной глупости. Я уже и так к ней подползал, и эдак. Вчера ночью явился к ней. Думал, соблазню, а дальше ей как честной женщине деваться от меня некуда. Ну, ты знаешь эту человеческую мораль… Но хрен мне! Заперлась в шкафу и расплакалась. Ведь знаю же, что нравлюсь ей, и она мне очень сильно нравится. А в каком восторге от неё Райшанчик! Короче! Не хочет по-простому, будет по-сложному!

Вааш собрался уползать, но Дел схватил его за локоть и придержал.

— Эй, постой! Что конкретно ты задумал?

Лицо Вааша искривила скупая ухмылка.

— Небольшое представление, в ходе которого она добровольно станет моей дорогой жёнушкой.

— «Она» — это Таврида? — уточнил Дел.

Вааш кивнул.

— Райшинчику я всё объяснил. Но мне не хотелось бы, чтобы она присутствовала при этом представлении.

— Я ползу с тобой, — решительно заявил Делилонис.

Вааш удивлённо посмотрел на него.

— Ты-то мне там зачем?

— Подтвержу потом, что всё действительно было добровольно, — мрачно заявил наагариш. — Только объясни мне, что именно ты задумал.

Вааш озадаченно почесал макушку.

— А Райшанчика куда?

Дел на мгновение задумался, а потом ехидно улыбнулся.

— Ну, есть ещё Роаш.

Через несколько минут они стояли перед дверью покоев Роаша и стучали в неё. Роаш выполз и вопросительно посмотрел на них, а потом с некоторым удивлением взглянул на любопытное личико девочки.

— Роаш, будь другом, присмотри за моей девочкой, — бодро гаркнул Вааш и хлопнул нага по плечу.

— Я? — вяло удивился Роаш.

— Ага. И одним глазком присмотри за Моашей. Она тоже тут со своим поклонником общается. А мы поползли.

С этими словами Вааш круто развернулся и пополз в сторону лестницы. Делилонис поспешил за ним. Роаш проводил их взглядом, а затем посмотрел на девочку.

— Ползаешь быстро? — спросил он после некоторого молчания.

Райшанчик отрицательно мотнула головкой.

— Тогда я понесу тебя, — спокойно решил Роаш. — У меня дела, поэтому возьму тебя с собой.

— А куда мы? — с интересом спросила его девочка.

— В город.

Глаза Райшанчика загорелись. Ух, ты! В город! Её редко берут туда. Она с готовностью протянула ручки вверх, показывая, что готова ехать на руках рыжеволосого дяди.

Таврида прогуливалась недалеко от ворот и нервно на них смотрела. Её терзало беспокойство. Ещё утром господин Вааш забрал Райшалаш с собой и уехал, ничего ей не сказав. Она дико переживала за ребёнка и раз за разом прокручивала в голове события минувшей ночи.

Она уже привыкла к постоянным «подползаниям» господина Вааша и старалась держаться с ним холодно и отстранённо. Хотя при одном взгляде на этого мужчину её сердце начинало биться быстро и очень сильно и все мысли покидали голову. Таврида вспоминала чувства, которые она испытывала к своему мужу. Тогда она еще была молоденькой восторженной девчонкой, которая горела страстной влюблённостью к своему супругу. Самой страшной трагедией для неё было бы то, если бы он не полюбил её в ответ. Что, в принципе, и произошло.

С господином Ваашем было всё по-другому. Таврида не могла сказать, когда именно полюбила этого неотёсанного, но великодушного и по-житейски мудрого мужчину. Просто в один момент она призналась себе, что то чувство, которое заставляло её сердце нервно дрожать, является любовью. И это была совсем другая любовь. Здесь она не боялась, что он не полюбит в ответ. Она просто боялась. Боялась, что с ним что-то случится, боялась, что ему будет плохо, боялась, что он не будет счастлив…

Но Таврида не ожидала, что он с таким упорством будет выбирать в качестве «счастья» именно её. Она не способна принести счастье мужчине. Жизнь ей это уже один раз доказала. И она совсем не ожидала, что он полезет ночью в её комнату.

Её разбудил шорох. Спросонок она не сразу поняла, кто это лезет к ней в окно, и очень сильно испугалась. Так сильно, что вскочила с кровати и перепутала дверь, ведущую в коридор, с дверцей шкафа. Она заперлась в ловушке. Её объял такой дикий ужас, что, когда господин Вааш заговорил, она просто расплакалась от облегчения и попросила покинуть её. А потом еще долго сидела и тихо плакала, осознавая, что он действительно ушёл.

Таврида замерла, увидев, что ворота отворяются. Стража всполошилась, на их лицах появилось беспокойство. Сердце женщины сжало плохое предчувствие. В открытые ворота быстро въехали двое нагов на колесницах и отдали какое-то распоряжение. Один из стражников стремительно пополз в сторону главного дома. А в ворота тем временем въехала большая телега. Εё сопровождали несколько нагов на колесницах, среди которых Таврида узнала наагариша Делилониса. Лица у приехавших были самые мрачные. Увидев кончик зеленого хвоста, свисающего из телеги, Таврида побелела как снег и бросилась к воротам.

Её никто не стал останавливать, только посмотрели с сочувствием. Увидев господина Вааша, она вскрикнула и вцепилась в борт телеги. Вся его грудь была в крови. С губ срывалось хриплое дыхание.

— Боги…боги…что же это… — Таврида беспомощно смотрела на него. — Лекарь… нужен лекарь…

На её плечо легла чья-то ладонь. Οна резко повернулась и увидела сочувствующий взгляд наагариша Делилониса.

— Лекарь ему уже не поможет, — тихо произнёс он.

Перед глазами женщины помутнело, и она только через несколько секунд осознала, что тихонько воет от безысходности.

— На дворец опять было нападение, — всё также тихо начал объяснять наагариш. — Ваашу не повезло.

Таврида ощутила, как качается земля под ногами.

— С Ρайшалаш всё хорошо, — поспешил заверить её Делилонис. — Но у неё истерика… Мы оставили её вместе с Дариласой. Вааш очень хотел повидаться с вами.

«Это из-за меня!» — неожиданно мелькнуло в голове Тавриды. Это она виновата! Если бы она не прогнала его этой ночью, то он не уехал бы утром. Он остался бы с ней, живой и здоровый. Это её вина! Она задохнулась от резкой боли, сжавшей её сердце.

— Таврида… — тихо прохрипел Вааш.

Женщина жадно подалась вперёд, перегибаясь через борт телеги.

— Я здесь… здесь…

Вааш приподнял веки и посмотрел на неё мутными глазами. Непослушные губы попытались раздвинуться в улыбке.

— Я всё же не очень хороший отец… оставляю Райшанчик одну, — медленно, с трудом произнёс он.

Плечи Тавриды сотряслись от беззвучных рыданий.

— Но я так боюсь оставлять её одну… — он прервался и глубоко и часто задышал.

— Я присмотрю, присмотрю за ней! — сквозь слёзы заверила его женщина.

— И тебя боюсь оставлять…

Таврида расплакалась уже в голос.

— Я уже ничего не могу… только имя своё предложить… как защиту…

Боги! Ей ничего не нужно, лишь бы он жил и дальше.

— Согласись хотя бы сейчас… — он захрипел, но потом продолжил, — сейчас стать моей женой… Никто тогда не оспорит право быть…с Райшалаш… Я…

Таврида схватила его за ладонь и горячо сказала:

— Всё что хотите! Только не говорите много, поберегите себя! Сейчас придёт лекарь и поможет вам!

— У меня мало… времени… у нас мало… И мне уже ничто не поможет… Пусть подготовят всё для ритуала.

Наги с сомнением посмотрели на наагариша Делилониса. Тот мрачно кивнул и подполз к госпоже Тавриде.

— Госпожа, пойдёмте к водоёму. Обряд нужно провести как можно скорее. У нас действительно мало времени…

Таврида непонимающе посмотрела на него. Какой водоём? Почему он уводит её от Вааша? Она резко воспротивилась.

— Госпожа, — Делилонис старался говорить с ней как можно мягче, — телега сейчас поедет. Вы можете попасть под колесо.

Телега действительно двинулась вперёд, в парк, а Таврида вырвалась из рук наагариша и побежала за ней.

Остановились они, только оказавшись у небольшого круглого искусственного водоёма. Наги помогли Ваашу выбраться из телеги. Таврида бестолково металась рядом, но тела мужчин закрывали от неё Вааша. Они медленно опустили его в водоём. Когда наги отползли, Таврида увидела, что господин Вааш находится по самый подбородок в воде, которая окрашивалась красными разводами.

— Что это… зачем это… — бессвязно шептала она.

— Госпожа, вам нужно к нему, — тихо прошептал ей на ухо наагариш Делилонис.

Повторять дважды не пришлось. Женщина прямо в одежде с готовностью плюхнулась в водоём. Вааш с усилием приподнял веки и разомкнул губы. Из его рта полилось тихое шипение. Таврида не вслушивалась в слова, ей было абсолютно всё равно. Именно сейчас она просто умирала от ужаса. Она видела, что вокруг заиграли голубые блики, но и это не имело никакого значения. В один момент Вааш высунул из воды руку, и наагариш Делилонис вложил в его слабую ладонь толстую серебряную заколку.

— Дайте ему свою руку, — тихо велел Делилонис Тавриде.

Женщина подала свою ладонь Ваашу. Она с возросшим ужасом ощутила, как дрожат его пальцы. Она почти не почувствовала боли от укола, послушно подалась вперёд, когда Вааш потянул её на себя. Её ладонь упёрлась в его грудь прямо напротив сердца. А господин Вааш с трудом проколол той же заколкой кожу на своей ладони. Таврида услышала над своим ухом голос наагариша Делилониса:

— Извините, это нужно.

С этими словами он ножом распорол ей платье спереди, и слабеющая рука Вааша легла на её кожу прямо напротив мечущегося сердца. С его губ продолжало литься тихое шипение. Вокруг их ладоней заклубилась алая дымка.

— Ты согласна? — почти неслышно спросил Вааш.

Взгляд его затухал. Таврида закусила губы и кивнула.

— Да, — ответила она.

Алая дымка втянулась в грудь каждого из них, а ладони потухли. Воцарилось напряжённое молчание, которое прерывалось только всхлипываниями Тавриды. Вода вдруг заволновалась, словно в её недрах ворочалось нечто большое, и Вааш поднялся. Взгляд его был совершенно чист, не замутнён, но в глазах плескалась бездна вины. Он молча воткнул в причёску ошалевшей женщины свою заколку и буркнул:

— Извини.

Таврида икнула и непонимающе посмотрела на его совершенно целую грудь. Она протянула руку, отвела в стороны мокрую, окрашенную красным ткань рубахи и увидела целую кожу. Это уже было слишком для её истерзанного разума, и она, закатив глаза, потеряла сознание. Вааш еле успел подхватить её прежде, чем она ушла в воду.

— Вот Тёмные! — выругался он.

Делилонис сложил руки на груди и мрачно посмотрел на Вааша.

— Поздравляю с удачной женитьбой, — в его недовольном голосе не было даже капли ехидства.

Таврида приходила в себя с трудом. Память отказывалась выдавать ей последние события, вместо мыслей в голове была какая-то каша из образов. Женщина поморщилась и приоткрыла глаза. Первое, что она увидела, это обеспокоенное лицо господина Вааша. Он робко ей улыбнулся.

— Как самочувствие?

Таврида не спешила отвечать. Она понимала, что что-то еще не осознала, а может, просто не вспомнила. Но что? Женщина села и обнаружила, что находится в своей комнате на постели, а рядом с ней очень удобно разлёгся господин Вааш. И он был почему-то мокрый. А ещё на его одежде были какие-то странные разводы… Воспоминания ударили по голове, словно дубина, и женщина с ужасом в глазах бросилась к мужчине.

Она лихорадочно ощупала и осмотрела его грудь, руки, шею и лицо, но не нашла ни одной раны. Лицо Вааша исказила вина.

— Я… это соврал… нормально всё со мной, — неловко признался он. — Просто ты такая упёртая… а я же знаю, что нравлюсь тебе… ну вот так и вышло…

Несколько секунд Таврида просто смотрела на него, а затем бурно разрыдалась. От пережитого страха и облегчения.

— Я ненавижу вас, — всхлипывала она сквозь слёзы. — Как вы могли так поступить?! Я чуть не умерла там вместе с вами! Я так испугалась! Я действительно поверила, что вы оставите меня!

Она плакала, кричала на него и одной рукой била его в грудь, а другой лихорадочно гладила.

— И я так сожалела! Я так сожалела, что прогнала вас этой ночью!

А затем она сильно-сильно прижалась к нему.

— Я всё поняла! — горячо произнесла женщина. — Я поняла, что если не соглашусь остаться с тобой, то буду сожалеть об этом всю жизнь! Все мои прошлые страхи — ничто по сравнению со страхом больше никогда не увидеть тебя! Я правда это поняла! Поэтому прошу, больше никогда не поступай так со мной…

Она расплакалась еще сильнее, а Вааш порывисто прижал её к себе, обнимая и руками, и хвостом.

— Таврида, прости меня! Мне надо было сделать это по-другому. Я представить не мог… Просто прости меня! Обещаю, больше я так никогда не поступлю!

Он продолжал извиняться и укачивать плачущую женщину в своих руках. Постепенно всхлипы становились тише, сменяясь судорожными глубокими вздохами. Таврида медленно успокаивалась. Она наконец начала верить в то, что мужчина, которого она так крепко обнимает, действительно жив, и ему ничто не угрожает.

В дверь постучали. Следом за стуком раздался голос Делилониса.

— К вам можно?

— Можно, — разрешил Вааш.

Делилонис заполз в комнату и мрачно посмотрел на Тавриду. А потом осуждающе на Вааша. Как наагариш ни старался, но отговорить Вааша от этой затеи не смог.

— Я по поводу Райшанчика. Ты её когда заберёшь?

— Сегодня съезжу и заберу.

Таврида вскинула голову и с ужасом посмотрела на Делилониса.

— Во дворец? — тихо спросила она.

Дел почувствовал себя нереальным гадом.

— Кхмм… Госпожа Таврида, я соврал вам. На дворец никто не нападал, и там сейчас совершенно безопасно…

Но женщина словно обезумела от страха. Вцепившись в Вааша, она закричала:

— Не пущу!

Ей казалось, что стоит отпустить Вааша, и он просто исчезнет.

Вааш умоляюще посмотрел на Делилониса.

— Привези Райшанчика сюда сам, — попросил он.

Дел с сомнением посмотрел на женщину.

— Может, завтра? — предложил он. — Наверное ей не стоит видеть вас обоих в таком состоянии.

— Что? — забеспокоилась Таврида.

— Сегодня, Райшалаш приедет сегодня, — поспешил успокоить её Вааш, а Делилонису бросить умоляющий взгляд.

Тот тяжело вздохнул и кивнул.

Шестеро нагов из городской стражи стояли, вытянувшись в струнку, и с любопытством смотрели на главу городской стражи. Рыжеволосый Роаш внимательно изучал донесение, держа его в одной руке. На другой у него сидела маленькая нагиня. Райшанчик держала в каждой руке по яблоку и одним кормила «дядю Ρоаша», а другое кусала сама. Роаш откусывал большие куски, не глядя, и один раз даже чуть не прихватил пальчики девочки. Судя по всему, эти двое ощущали себя рядом друг с другом вполне комфортно: Роашу совсем не мешала девочка, Ρайшалаш же крутилась и с любопытством осматривалась. Только подчинённые наагариша Роаша перекидывались удивлёнными взглядами: они впервые видели начальника в роли такой невозмутимой няньки.

— Дядя Роаш, а папа на госпоже Тавриде уже женился? — спросила девочка.

Роаш поднял на неё глаза, а затем, прищурившись, посмотрел на солнце.

— Не знаю, — честно ответил он. — Но, думаю, к вечеру управится.

— А мы когда домой вернёмся? — продолжил расспросы ребёнок.

— К вечеру. У нас с тобой еще есть дела.

Девочка с превосходством посмотрела на вытянувшуюся стражу. Слышали? У нас ещё дела.

Не успел Ρоаш заползти в холл, как на него налетел взволнованный Делилонис. Роаш удивлённо посмотрел на него.

— Где Райшалаш? — зашипел Дел.

— Отвёз её домой.

Делилонис облегчённо выдохнул и расслабился. Боги, он успел напридумывать кучу ужасного! Приехав из поместья Онсаш, он сразу пополз искать девочку, чтобы вернуть её домой. Но вот незадача, её нигде не было. И Роаша тоже. Мало того, их почему-то никто не видел. Нет, видела стража на воротах, которая сообщила, что они куда-то уехали. Но тут неожиданно сам Делилонис срочно понадобился Дейшу. Пришлось на поиски Роаша отправить своих нагов. Они мотались по городу по его запаху и никак не могли отловить. Дел вот только что освободился и хотел ползти на поиски сам, но, слава богам, Роаш всё же вернулся.

— Где вы были? — напустился Дел на Роаша.

— Я ездил по делам и взял её с собой, — флегматично ответил Ρоаш.

— Но почему ты никому об этом не сообщил?

— А почему вы мне не сказали, куда уползаете, и как долго вас не будет? — в свою очередь спросил Роаш.

Делилонис поморщился и растёр лицо руками.

— Ладно, извини. Нервы ни к Тёмным после всех этих событий.

Роаш молча кивнул.

— Может, выпьем? — неожиданно предложил Дел.

Ρоаш немного удивлённо посмотрел на него, но кивнул. Они вдвоём поползли к лестнице.

— Кстати, как там Вааш? — поинтересовался Роаш.

— Женился этот олух! — недовольно ответил Делилонис. — Перепугал свою женщину чуть ли не до смерти. Думаю, ему это долго аукаться будет. Его Таврида не из тех, кто такое быстро забудет. Одно меня радует: у Дейша теперь тёща есть.

Роаш поморщился.

— Он ещё не женился, — мрачно напомнил он.

— Брось, Роаш, — Дел усмехнулся. — Это вопрос самого ближайшего времени. У него там инстинкты сейчас такие пляски устраивают, что он точно привяжет её к себе всеми возможными способами.

Но, посмотрев на помрачневшего нага, Делилонис сообразил, что не стоило начинать этот разговор.

— Роаш, ну рано или поздно она бы всё равно вышла замуж, — тихо и вкрадчиво произнёс он. — Она же не исчезнет совсем из нашей жизни. Ты также сможешь видеть её хоть каждый день.

— Просто заткнись и ползи быстрее, — мрачно попросил Ρоаш.

Выпить ему действительно не помешало бы.

Глава 9

Дейш недовольно зашипел и попытался хвостом отстранить Громилу. Кот не давал Дейширолешу прохода. А ему очень нужно было подползти к Тейс. Ρядом с ней какой-то наг околачивается!

С момента завершения истории с Чанвашаром прошло почти шесть дней. Дейширолеш всё так же боялся оставлять Тейс без своего внимания. Хоть этот Аглегарисий и убедил его в том, что Айвасарита не будет лезть к его девочке, Дейш продолжал нервничать. Его инстинкты свято верили, что Тейс найдёт себе неприятности даже там, где их нет. Поэтому все эти дни он старался, чтобы она была постоянно рядом с ним.

Но утром ему пришлось срочно уползти по делам, оставив её под охраной Миссэ и Доаша. Вернувшись, Дейш обнаружил, что эта неугомонная девчонка ушла гулять. А сейчас он видит, что какой-то незнакомый ему наг отирается около неё. Ρевность вцепилась в него зубами и когтями, отравляя своим ядом настроение. Помнится, в тот день, когда он осознал, какие именно чувства испытывает к ней, то подумал, что все мужчины должны смотреть на неё с обожанием, так как женщину, которую любит он, должны любить все. Сейчас же он думал иначе: эту женщину любить может только он!

Дейширолеш решил подождать, пока приступ ревности не уляжется, и остановился, сложив руки на груди. Громила тут же разлёгся на его хвосте. Дейш же посмотрел на девушку. Дариласа улыбалась этому нагу, и Дейшу это не нравилось. Οн беспокоился. Эта невозможная женщина до сих пор не полюбила его, поэтому Дейширолеш ощущал своё положение рядом с ней очень шатким. Свободная, невлюблённая… Дейш в который раз возненавидел законы своего народа, которые не позволяли ему просто жениться на ней, не спрашивая согласия.

Он боялся спрашивать согласия. Даже не так. Он, наагашейд, не боится, просто переживает, что получит отказ. Дейширолеш в последнее время много думал о том, как ему сделать предложение, но все его мысли упирались в возможность отказа. Что ему делать, если она откажет? Он не планировал сдаваться даже в этом случае, но ему нужен план, чтобы иметь возможность начать действовать очень быстро, молниеносно.

Несколько дней назад Делилонис рассказал ему, что Вааш женился. Друг поведал об этом как-то уклончиво, словно умалчивая информацию, поэтому Дейш направил одного нага, чтобы тот разузнал, что же произошло на свадьбе Вааша. И он узнал. Обман, по сути, является нарушением закона. И это теперь не давало Дейширолешу покоя. Мысль поступить как Вааш, становилась всё заманчивее и заманчивее.

Он даже обдумал этот вариант как следует. У него много плюсов: можно воспользоваться незнанием Тейс брачных традиций и ритуалов нагов. То, что об этих традициях она знала очень мало, Дейширолеш успел выяснить в эти дни, задавая довольно туманные вопросы. Εсли же он сделает ей предложение, а Тейс откажет, то девушка после этого наверняка заинтересуется этим вопросом, и Дейш потеряет выгодную позицию.

И теперь эти мысли не давали ему покоя. К тому же он так и не сказал Тейс о её положении. Вчера Дейш столкнулся с Эошем, и лекарь поинтересовался, не сообщил ли он госпоже радостную весть. Узнав, что еще нет, Эош сделал непрозрачный намёк, что ещё немного, и он сам сообщит девушке об этом, так как за беременностью нужно наблюдать, и ему придётся объяснить причину новых осмотров.

Может ли ребёнок подвигнуть Тейс к согласию на его предложение? У Дейша были сомнения в этом. И теперь он никак не мог прийти к решению, которое бы точно помогло ему добиться согласия Тейс. А тут ещё это письмо! Дейширолеш почти с ненавистью посмотрел на свиток в своей руке.

Письмо это передал ему помощник. Ему, в свою очередь, это письмо передал помощник Ρоаша. Предназначалось оно для Тейс, и отправила его одна из нагинь, Шарилла. Дейш поморщился от досады. Именно с помощью этой девочки он как-то пытался вызвать в Дариласе ревность.

Получив письмо, Дейш долго смотрел на него. То, что Тейс поддерживает связь с этой девушкой, стало для него сюрпризом. Неприятным. В Шарилле он ощущал противника: вряд ли она после произошедшего питала к нему приязнь. О чём они могли переписываться? Что обсуждать? Дейширолеш терпеть не мог влезать в личную переписку, но здесь он вскрыл письмо и прочитал его содержимое.

Содержание было сумбурным. Часть слов, перечёркнутая, на наагатинском, но основной текст на давриданском. Дейш не стал сильно вчитываться и пробежал содержание наискосок. Девушка писала, что вышла замуж за нага из Доншагара. Основная часть письма была посвящена восторгам по этому поводу и заверениям, что её избранник просто замечательный. Почти в конце была строчка, которая очень напрягла Дейширолеша.

«…ему даже нравятся мои короткие волосы! После этого я вообще перестала расстраиваться из-за той ситуации с повелителем-любителем длинных волос. Просто знайте, что мужчина, который и правда любит вас, будет любить вас и с короткими волосами…»

А он сказал Тейс, что ему не нравятся короткие волосы. В итоге, Дейш зачеркнул эти строки. Всё равно в письме всё чёркано-перечёркано. Εщё несколько зачёркнутых строчек ничего не изменят.

Дейширолеш прищурился, смотря на Тейс и её собеседника, и неожиданно узнал нага. Его вроде Соош зовут. Ревность вздохнула с облегчением. Всего лишь давний знакомый. Да и этот мальчишка точно ему не соперник. Успокоившись, Дейш вытащил из-под кота хвост и пополз к Дариласе.

Девушка встретила его такой солнечной улыбкой, что Дейширолеш даже немного запнулся и совсем не обратил внимания, что его появление вызвало у Сооша нескрываемое огорчение. Дейш слегка улыбнулся ей в ответ и протянул распечатанное письмо.

— Тебе, — тихо сказал он. — Извини, я распечатал. Мне нужно было удостовериться, что оно неопасно. После недавних событий с покушениями следует проявлять осторожность.

Дариласа кивнула, показывая, что она понимает его и ничуть не обижена. Приняв письмо, она тут же раскрыла его. Глаза её радостно сверкнули. Надо же, от Шариллы! У неё замечательные новости: нагиня вышла замуж за наагариша, который проявлял к ней повышенный интерес, и теперь ждёт oт него ребёнка. Дариласа украдкой посмотрела на повелителя поверх письма. Интересно, а будет ли у неё такое же будущее с ним?

Тот неожиданно протянул руку и погладил её по волосам.

— Знаешь, а короткие волосы тебе тоже идут, — тихо сказал он. — Но с длинными всё равно лучше.

Дариласа удивлённо посмотрела на него, но их отвлекли.

— Добрый день, повелитель, Дариласа.

Все, и Дариласа с Дейшем, и Соош, и Миссэ с Доашем обернулись. Рядом стоял Роаш.

— И тебе доброго дня, — Дейш постарался произнести это вежливо, но вышло довольно сухо.

Впрочем, наагариш не обратил на это внимание.

— Дариласа, можно тебя?

Девушка с готовностью кивнула и отошла с ним. Дейш обратился в слух. Параноидальные инстинкты вскинули свои змеиные головы.

— Я уезжаю на неделю в своё поместье, у меня там дела. Хотел позвать тебя с собой, а то ты являешься частью рода Фашшей, но с родом не знакома.

Дариласа нерешительно посмотрела на Дейширолеша. Повелитель, прищурившись, глядел на парк и был безмятежно спокоен. Неделя — это так много, но Роаш прав: ей нужно познакомиться с родом, который принял её. Χотя бы из вежливости. Но повелитель останется здесь… И Роаша обижать не хочется.

— На четыре дня? — тихо спросила она.

— Можешь уехать и раньше, — не стал настаивать Роаш. — Повелитель, вы же не против недолгого отъезда Дариласы?

Дейш был против. Сильно против. Но он улыбнулся и сказал:

— Нисколько. Только охрану возьмите.

— Замечательно, — Роаш улыбнулся в ответ и уже Дариласе: — Познакомлю тебя с нашим подрастающим поколением.

Дейш так сжал кулаки, что когти впились в ладони. Мелькнула мысль: а сколько в роду Фашшей неженатых нагов? Следом за ней пришло опасение: а вдруг Тейс увлечётся там другим мужчиной? Дейширолешу пришлось очень постараться, чтобы не показать, какую бурю негодования устроили его инстинкты. Этот поганец Роаш может что-нибудь провернуть, лишь бы Тейс осталась рядом с ним. Может, запретить? Но на губах Дариласы расцвела неуверенная улыбка, и Дейш задавил это желание.

В этот момент Роаш предложил Дариласе вернуться во дворец. Дейш медленно пополз за ними, продолжая терзаться сомнениями. Остался только Соош. Парень с тоской смотрел вслед Дариласе.

Дейшу пришлось остановиться, так как Громила перегородил ему путь. Несколько секунд он смотрел, как Тейс уходит от него всё дальше и дальше, и сердце его наполнялось ужасом. Да пошли они все! Вместо ужаса пришла ярость. Достали его эти метания и размышления на тему «могу — не могу»! Он прищурился, быстро обдумывая сложившийся в голове план. Все белые дыры моментально заполнились, слабые места исчезли. Они уезжают завтра? Замечательно! Убрать всех ненужных действующих лиц он в состоянии. Теперь нужно найти исполнителя для одной важной роли в наметившемся действе.

Он осмотрелся, словно надеясь найти кандидата прямо тут, и к своему удивлению нашёл. У ворот на страже стоял юный золотохвостый наг, который как-то помог ему в отвлечении Ρоаша. Расторопный малый, а главное, горит желанием угодить своему повелителю. Дейш остановился и, дождавшись, пока Роаш, Тейс и её охранники не удалились на приличное расстояние, пополз к этому нагу.

Дариласа вышла из дворца в тоскливом настроении. Уезжать никуда не хотелось, и она не смогла попрощаться с повелителем. Когда она проснулась, его уже не было в комнате. Уполз по каким-то срочным делам. Миссэ и Доаша тоже не было. Повелитель зачем-то забрал их с собой, а вместо них приставил молодого нага с золотистым хвостом. Очень услужливый парень. Правда, лицо у него чем-то напоминало крысиную мордочку. Он и доложил ей, что внизу её ждёт паланкин. Наагариш Роаш уже внутри. Ожидает её.

Дариласе дико не хотелось уезжать, не попрощавшись с повелителем, но пришлось идти. Выйдя из дворца, она старалась спускаться по лестнице как можно медленнее, всё надеясь, что наагашейд сейчас появится на вершине лестницы. Но вот она у паланкина, а он так и не появился.

— Прошу, госпожа, — золотохвостый наг протянул Дариласе руку, чтобы помочь забраться в паланкин.

Девушка улыбнулась ему, но помощь не приняла: привыкла справляться своими силами. Она приподняла полог и, ухватившись за край деревянного проёма, начала забираться внутрь. Но, почувствовав, что на запястье защёлкивается что-то холодное, резко развернулась. На её руке блестел до бешенства знакомый браслет. Кошка внутри захлебнулась яростью. Дариласа вскинула на нага разъярённый и непонимающий взгляд.

— Простите, госпожа, — наг виновато пожал плечами и толкнул её внутрь.

Дариласа упала внутрь паланкина на что-то упругое и относительно мягкое, но даже не стала терять время на осмотр. Οна тут же вскочила и бросилась наружу, но нечто сильное и толстое обвило её за талию и утянуло назад. Девушка резко посмотрела направо и увидела в полумраке наагашейда. Ярость отступила, сменившись непониманием. Что происходит?

Наагашейд подтянул её ближе, сильнее обвивая хвостом.

— Прости, Тейс, — тихо прошептал он, проводя рукой по её волосам. — Прости, но я не хочу, чтобы ты от меня сбежала.

Сердце болезненно сжалось, на мгновение закружилась голова, и Дариласа ощутила себя так, словно сорвалась в пропасть. Οна не думала сбегать, зачем всё это? За что? В душе росло непонимание, обида и ощущение, словно её предали. Мелькнула мысль, что всему есть разумное объяснение, но она была заглушена яростным рычанием кошки. Зверь не хотел ничего понимать. Его заперли! Посадили на цепь! Предали! И кошка требовала порвать наагашейда.

Дейширолеш видел всю гамму чувств на лице Дариласы от непонимания до обиды и ярости. Ощутил, как острые зубы вины впиваются в него, но отступать даже не подумал. Не теперь.

— Прости, — ещё раз прошептал он, проводя пальцами по её щеке. — Я знаю, что тебе страшно, и ты ничего не понимаешь, но всё будет хорошо. Я обещаю тебе.

Девушка оскалилась. Стоит ли верить его обещаниям?

Паланкин покачнулся, и Дариласа поняла, что они куда-то движутся. Беспокойство только усилилось. Кошка просто с ума сходила, понимая, что не может вырваться.

— Всё хорошо, — попытался успокоить её Дейширолеш. — Мы сейчас сделаем кое-что, потом поговорим, и я сниму и уничтожу браслет.

Шипение сорвалось с губ Дариласы. Зверь внутри не был согласен с этим. Он желал оказаться на свободе прямо сейчас. Девушка же пыталась заглушить всё росшее и росшее ощущение предательства. Она ничего не знает точно, у него наверняка есть объяснение… Но все эти убеждения были не в силах задавить возрастающую тревогу. Зачем он с ней так?

Довольно продолжительное, не менее часа, путешествие прошло в напряжении. Дариласа пыталась вырваться из хвоста, а Дейш шептал «Всё хорошо», но это убеждение звучало всё тише и тише. Когда движение прекратилось, Дейширолешу пришлось вытаскивать её, обхватив руками. Дариласа сопротивлялась отчаянно и зло, пару раз попала коленом по паховым пластинам, вызвав глухое раздражённое рычание наагашейда. Один раз чуть не укусила за нос, когда он слишком низко наклонился.

Находились они на окраине леса. На севере, в саженях пяти от них, можно было увидеть стены города. Дариласа обратила внимание, что помимо неё и самого Дейширолеша здесь были только тролли-носильщики и этот гадкий золотохвостый наг, следующий за паланкином на колеснице. Εму она подарила особенно ненавидящий взгляд: кошка была в лютом бешенстве.

Пока наагашейд тащил её в лес, Дариласа успела представить себе многочисленные варианты дальнейшего развития событий: от жертвоприношения до серьёзного разговора, в ходе которого повелитель бы попросил её навсегда покинуть территорию княжества. Когда же они плюхнулись в ручей, уйдя в него по пояс, Дариласа подумала, что её сейчас утопят. Но повелитель вознамерился сделать что-то другое.

Οн разорвал на её груди платье. В этот момент Дариласа умудрилась вцепиться зубами в его ладонь и прокусить её до крови. Дейш поморщился, но стерпел молча. Обвил её покрепче хвостом, оставив свободной только одну руку. Вторую крепко сжал в своей ладони. Девушка яростно пыталась вырваться, а Дейш смотрел на неё с мрачным упорством.

Вытащив из косы серебряную заколку, он проколол девушке кожу на ладони. Потом отпустил её руку, чтобы уколоть и свою ладонь. Уклонился от удара, направленного ему в челюсть, проколол кожу и опять схватил её руку. У Дариласы крепла мысль о жертвоприношении. Дейш же начал тихо что-то шипеть.

Шипение его наполняло воздух, делая его вязким и тягучим. Многоголосое, шелестящее эхо заглушило все звуки. Дариласа нервно осматривалась, ожидая явления каких-нибудь кровожадных существ. Первые голубые блики она сперва приняла именно за этих существ. Но уже потом поняла, что это просто искры света. Наагашейд положил свою окровавленную ладонь на её грудь, а её ладонь прижал к своей груди. Дариласа пыталась сопротивляться, но ничего не вышло. Ладони окружило красное клубящееся сияние, шипение прервалось, и Дейширолеш посмотрел прямо ей в глаза.

— Скажи: «Да», — потребовал он.

Дариласа в ответ зашипела. Она похожа на дуру, которая согласится неизвестно на что?!

— Прошу тебя, скажи: «да», — опустился дo просьбы наагашейд.

Но девушка упрямо посмотрела на него. Не дождётся!

— Господин, что вы делаете?

Дариласа резко обернулась и увидела золотохвостого нага, который смотрел на своего повелителя с ужасом.

— Это неправильно… незаконно… — пролепетал он. — Госпожа, я не знал об этом! Если вы не согласны, то я заберу вас. Мне забрать вас?

Рука Дейша метнулась вперёд, и он схватил её за подбородок, не давая качнуть головой. Но рот-то он не закрыл!

— Да! — решительно произнесла девушка.

Она не надеялась, что этот наг сможет помешать наагашейду, но вдвоём у них больше шансов. К её удивлению, губы повелителя изогнула торжествующая улыбка, а красное сияние втянулось в грудь каждого из них.

— Во время ритуала совершенно неважно, кому именно ты отвечаешь согласием или отказом, — очень довольно протянул он. — Главное, что прозвучал ответ.

Внутри всё похолодело от осознания, что произошло что-то неотвратимое. Дариласа посмотрела на золотохвостого нага. Ужаса на его лице больше не было.

— Извините, госпожа, — он опустил глаза и немного отполз.

Εё обманули! Кошка внутри обиженно зарычала.

Дейширолеш отпустил девушку, и она тут же выбралась на берег. Когда он двинулся к ней, Дариласа отскочила подальше.

— А теперь мы просто поговорим, — тихо сказал ей Дейш.

Дариласа напряглась, но осталась на месте. Сердце в груди болезненно сжималось. Она жаждала услышать его объяснения. Она не понимала, что происходит. Зачем этот браслет… Он же говорил, что любит её! Неужели это ложь?

— Ты только что стала моей женой, — Дейширолеш с вызовом посмотрел на неё, ожидая ярости и возмущения.

Но Дариласа словно оцепенела и непонимающе смотрела на него. Гнев и вообще все эмоции покинули её. Вместо них появилось недоумение, и мелькнул один-единственный вопрос: что она сделала?

— Мы только что провели брачный ритуал, — Дейш напряжённо смотрел на неё, не зная, когда ожидать взрыва эмоций. — Извини, но я был не готов к твоему отказу, поэтому поступил так.

Даже кошка заурчала от недоумения. Какой ритуал, какой отказ?

Дейширолеш сложил руки на груди и с вызовом посмотрел на неё.

— Да, Тейс, я не спросил твоего согласия. Было бы замечательно, если бы ты согласилась, но я ведь прекрасно понимаю, что ничто не мешает тебе отказаться от моего предложения. Это, конечно, нечестно с моей стороны, и ты меня ещё не любишь, но полюбишь обязательно.

Дариласа почувствовала себя полной дурой. Почему это она его не любит? Она же сама пришла к нему той ночью, когда между ними произошла первая близость. Она ведь совершенно не скрывает своих чувств. Εй самой казалось, что её любовь очевидна. А сейчас ей говорят, что она не любит, но полюбит обязательно. Она вообще ничего не понимала.

— У меня нет ни желания, ни терпения ждать, пока ты созреешь для брака, — продолжал наагашейд. — И да, я не хочу подвергать себя риску и давать тебе возможность выбрать другого мужчину. Просто полюби меня.

Дейширолеш мрачно и непреклонно посмотрел на неё, показывая, что выбора у неё всё равно нет. А Дариласа ощутила нарастающее раздражение. Вот же… идиот! Хотя она тоже хороша! Надо было давно ему признаться, но всё никак не получалось. Но это же надо дойти до такого! Причём у него хватило самоуверенности заявить, что она обязательно его полюбит, но на предположение, что она его уже любит, этой самоуверенности не хватило. Раздражение, лёгкая вина и злость кошки схлестнулись в ней, и Дариласа разъярённо посмотрела на наагашейда.

— Сайя и’Дейширолеш! — процедила она сквозь зубы. — Я бы согласилась!

Некоторое время после этого заявления Дейширолеш продолжал смотреть на неё с вызовом. А потом на его лице мелькнули удивление и растерянность.

— Что? — слабым голосом переспросил он.

Дариласа угрюмо посмотрела на него, плотно сжав губы. Она, конечно, хотела связать с ним судьбу, но, Тёмные побери, не таким образом и без участия этого проклятого браслета, один вид которого вызывал в ней настоящий психоз: кошка заходилась в гневных припадках. Дариласа из-за звериной ярости даже мыслить ясно не могла. И у неё никак не получалось решить, радоваться ли ей тому, что он женился на ней, и смеяться над идиотизмом ситуации или всё же порвать его и этого золотого прохвоста.

Дейш был растерян. Он успел настроиться на то, что Тейс будет очень зла и ему придётся приложить много усилий, чтобы опять завоевать её расположение, а затем и влюбить в себя. И тут всего планы и намерения оказались порушены одним eё заявлением: она уже любит его.

— Давно? — только и спросил он.

Дариласа недовольно кивнула. Вместо радости Дейш ощутил раздражение.

— Почему ты не сказала мне раньше? — его ноздри негодующе раздулись.

Возможно, в другой ситуации Дариласа бы почувствовала вину, но сейчас в ней сидела очень злая кошка, поэтому посмотрела она в ответ с не меньшим негодованием.

Дейширолеш закрыл глаза, откинул назад голову и тихо застонал. Растёр лицо руками и устало посмотрел на девушку.

— Извиняться не буду, — заявил он.

Дариласа зашипела. Нужны ей его извинения! Пусть браслет снимет. Она протянула вперёд руку, показывая, что ждёт освобождения.

— Бошр, — позвал Дейш золотохвостого нага. — Сними браслет.

Наг с опаской приблизился к девушке. Та смотрела него исподлобья, с трудом сдерживая рычание. Зверь в ней люто ненавидел этого нага. Смотревший на неё Дейш порадовался, что всё же решил не надевать на неё браслет сам, а поручил это мальчишке. Правда, он ощутил лёгкий укол вины: всё же подставил он этого нага конкретно.

Бошр протянул руку, и браслет на запястье девушки щёлкнул, отворяясь. Парень тут же подхватил его и бросил повелителю. Тот демонстративно разломал амулет и бросил на землю. Но Дариласу это не впечатлило. Она оскалилась, ощущая дикую звериную ярость. Кошка рвалась наружу, и девушка решила не ограничивать её. Только сбросила с руки другой браслет, призывающий оружие. И её тело начало стремительно изменяться. Одежда затрещала по швам.

— Ползи отсюда, живо! — рявкнул Дейш Бошру.

Наг тут же развернулся и стремительно пополз прочь. Но взбешённая кошка уже скакнула в его сторону. Правда, ей помешали. Чёрный хвост обвил её и утянул назад. Зверь, яростно рыча, изогнулся, пытаясь вывернуться из хватки змеиной конечности. Но хвост держал крепко. И кошка, недолго думая, вцепилась зубами в хвост повелителя. Раздался хруст чешуи и сдавленный рык Дейширолеша.

Через четверть часа из леса к паланкину вышла босая, очень недовольная Дариласа, закутанная в верхнее одеяние наагашейда. Сам повелитель выполз следом за ней. Полз он несколько неровно и чуть-чуть морщился. Завидев девушку, Бошр предпочёл отползти подальше. Но та подарила ему злой взгляд и забралась в паланкин. Следом за ней забрался Дейширолеш.

Дариласа забилась в дальний угол, кутаясь в одежду и старательно игнорируя наагашейда. Она всё ещё была очень зла. Кошка, несмотря на свою обиду и гнев, не порвала наагашейда, а всего-то три раза укусила за хвост даже без разрядов магии и ушла, оставив совершенно нагую Тейс дрожать в кольцах хвоста. После этого она потребовала у Дейша одежду, подобрала свой браслет и потопала к паланкину.

— Господин, всё хорошо? — раздался снаружи обеспокоенный голос Бошра.

Дариласа опять ощутила прилив ненависти к этому золотохвостому поганцу. Девушка понимала, что парень всего лишь исполнял приказ своего господина, но кошка ничего понимать не хотела.

— Всё хорошо. Возвращаемся, — приказал Дейширолеш и посмотрел на сжимающую от гнева губы девушку.

Всё же он чувствовал вину. Но проникнуться ею не мог: его постоянно отвлекали мысли о том, что она всё же влюблена в него. Он начал испытывать лёгкую радость от этого знания.

— Тейс, не злись, — мягко попросил он. — Ну ты же сама сказала, что всё равно бы согласилась.

Дариласа резко обернулась и зарычала, показывая, кто именно здесь сердится. А за что именно, предоставила возможность догадаться самому. Ему вообще дико повезло, что она любит его и готова простить такую «неожиданную» свадьбу. Но вот метод достижения цели её, а точнее кошку, просто невероятно взбесил.

Дейширолеш предпринял попытку коснуться кончиком хвоста её босой ноги, но на него опять оскалились. И он решил отложить попытки к примирению до возвращения во дворец. Иначе его опять покусают.

Солнце успело перевалить за полуденную черту, когда они наконец вернулись во дворец. Дариласа тут же вылезла из паланкина и как была, босая, зашагала к парадным дверям. Стража старательно делала вид, что не замечает ни её босых ног, ни мужской одежды на плечах. Тем более из паланкина выполз повелитель. Полз он не очень ровно, словно в ямы проваливаясь. Но это было объяснимо: на его хвосте имелись три большие раны.

— Распорядись, чтобы этих четверых выпустили, — приказал Дейширолеш Бошру, а сам пополз во дворец.

Под «этими четырьмя» он подразумевал Ρоаша, Делилониса, Миссэ и Доаша, которых арестовали и заперли в темнице этой ночью по его приказу. Грубо, но действенно. Правда, Дейша напрягало, что Вааш свободен и предположительно может помешать. Но всё же понадеялся, что тот не появится. Сейчас же, конечно, Дейширолеша ждёт скандал. Роаш-то ещё может быть на него, повелителя, скалиться не будет, но вот любимый друг наверняка не упустит шанса высказать ему всё.

В холле Дейширолешу не посчастливилось столкнуться с Эошем. Лекарь замер, увидев его, и внимательно осмотрел прокушенный хвост.

— Вы ко мне? — предположил он.

Дейш отрицательно мотнул головой, но наагалей улыбнулся и сказал:

— Ко мне. Γоспоже всё равно нужно время, чтобы успокоиться. Это же она?

Эош кивнул на хвост. Дейширолеш поморщился и, мысленно попросив этого Тёмного Аглегарисия присмотреть за Тейс, направился в лекарское крыло.

Эош успел обработать два укуса из трёх, когда в дверях показались Роаш и Делилонис. Мятые, всклоченные и злые. Но если Дел свою злость не сдерживал, то Роаш весь побелел от ярости, но держался позади. Миссэ и Доаша с ними не было.

— Дейш, как это понимать? — с порога, ничуть не сдерживая своих эмоций и не пытаясь соблюсти хоть какой-то пиетет, напустился на Дейширолеша Делилонис. — Почему нас без всяких объяснений схватили ночью и упрятали за решётку, а сейчас, опять же ничего не объяснив, отпустили?

— Намекаешь, что не стоило отпускать? — мрачно спросил Дейш.

— Намекаю, что стоит кое-что объяснить, — процедил сквозь зубы Делилонис и запнулся, скользнув взглядом по прокушенному хвосту друга. — Ты влез в неприятности, — уверился друг.

Дейш отвёл взгляд. Да, некоторые неприятности у него имеются.

В дверях показался Вааш, на лице которого было написано недоумение.

— А что у вас здесь? — поинтересовался он.

Вааш прибыл, чтобы решить кое-что по службе. Всё же он взял на себя обязанности по подготовке новичков для дворцовой и личной стражи, и ему нужно было найти себе замену. Оказавшись за вторыми воротами, он увидел помятых Роаша и Делилониса, которые стремительно ползли во дворец. Его это немного обеспокоило, и он решил проверить, не произошло ли чего нехорошего.

Дейширолеш поморщился. Вот и все папаши в сборе!

— Дейш, что произошло? Почему ты ранен? — допытывался Делилонис.

— Укушен, — поправил его Вааш и пристально посмотрел на повелителя.

Тот ответит прямым и мрачным взглядом.

— Где Дариласа? — моментально заволновался Дел.

Роаш продолжал молча исподлобья смотреть на наагашейда. Οн один будто бы догадывался, что именно произошло, и теперь ждал этого признания. Дейширолеш вздохнул и с вызовом произнёс:

— Я женился на ней.

Наступила поражённая тишина. Вааш и Делилонис удивлённо смотрели на повелителя. Эош отвлёкся от обрабатывания хвоста и посмотрел на Дейша так, словно сомневался в его душевном здоровье. И только Роаш прищурился ещё сильнее и плавно скользнул мимо Делилониса. Он не оскалился, не зашипел, не зарычал… Он просто молча бросился на наагашейда, а тот с готовностью метнулся ему навстречу…

Дариласа заскочила в апартаменты Роаша и бросилась к гардеробному шкафу, желая как можно быстрее одеться. Она до сих пор кипела от гнева и переполнявшей её кошачьей обиды. Кошка искренне расстроилась, что их «кот» так поступил с ними: напялил им на лапу эту металлическую штуку. Хвост бы ему отъесть! Но чувствовалось, что зверь уже готов простить его. В отличие от того золотохвостого нага, который, по сути, был всего лишь исполнителем. Но именно он вызывал у кошки отупляющую ненависть: все мысли исчезали, кроме желания рвать.

Одевшись и обувшись, Дариласа покинула покои, размышляя, что ей сейчас вообще делать. Как сообщить опекунам о своём новом неожиданном статусе? Как вообще самой реагировать на это изменение в своей жизни?

На пороге девушка столкнулась с запыхавшимися Миссэ и Доашем. Наги посмотрели на неё с облегчением.

— Боги, госпожа, мы думали, с вами что-то произошло! — выдохнул Миссэ.

Дариласа с удивлением посмотрела на них. Интересно, где они были? Ответил всё тот же Миссэ.

— Нас арестовали по приказу повелителя ночью и заперли в темнице. Нас — это меня с братом, наагариша Делилониса и наагариша Роаша. Вот только что отпустили…

Дариласа уже не слушала. Она пролетела мимо них и бросилась вниз, где, судя по запаху, находился наагашейд. Очень сильно захотелось врезать кое-кому за его грязные и нечестные методы.

В одну из комнат лекарского крыла Дариласа влетела в тот момент, когда Дейширолеш и Роаш сцепились друг с другом и, рыча, покатились по полу. У неё в груди сердце споткнулось от страха и ярости. Взмахнув рукой, девушка призвала алебарду и бросилась к ним.

— Дариласа, стой! — рявкнул Делилонис.

Но она бесстрашно подскочила к сцепившимся нагам, рискуя попасть под яростно хлещущие хвосты, и взмахнула алебардой над головой, решив рубануть по обвившим друг друга нагам. Задумка удалась: наги, взбешённо шипя, мигом расползлись в разные стороны, и алебарда рубанула воздух. Дариласа разъярённо посмотрела поочередно на Дейширолеша и Роаша.

— Ты нарушил закон! — заорал Роаш, глядя на Дейширолеша. — Я знаю, что ты его нарушил! Поэтому ты не имеешь права быть её мужем!

В ответ Дейш зашипел так жутко, что у присутствующих кровь похолодела в жилах.

— А ты докажи! Ну?! Ты можешь доказать?!

Дейширолеш резко повернул голову и пристально посмотрел на Дариласу.

— Ну, любовь моя, выдашь меня? — он хищно улыбнулся.

Дариласа в ответ зашипела ещё более ужасающе, чем Дейширолеш ранее. Не выдаст, но если он не замолчит, то она исполнит заветную мечту кошки, и он будет искусан весь!

Именно в этот момент к ним с опаской заглянул какой-то наг.

— Повелитель, прошу прощения, — тихо произнёс он, — у нас гости.

— Кто ещё?! — взбешённо рявкнул Дейширолеш.

— Прибыл виконт Шерван Женайский.

Глава 10

Дейширолеш прищурился с недоумением. Какой еще виконт? Роаш мигом растерял свою злость и посмотрел на слугу как-то испуганно. А Дариласа оцепенела и побелела, алебарда исчезла из её руки.

— Дядя? — вырвалось у неё.

А затем она сорвалась с места и вылетела из комнаты как стрела. Она неслась по коридорам дворца, не чуя под собой ног. Сердце трепыхалось где-то в горле. Вылетев за парадные двери на улицу, девушка увидела, что к лестнице внизу подходит коренастый мужчина. Он поднял руку и вытер блестящую от пота лысину платком. Дариласа не верила своим глазам. Это действительно был её дядя.

Как ветер она слетела вниз по ступеням и запнулась только один раз, вспомнив, что у них с дядей не приняты бурные встречи и прощания. Но эта мысль мелькнула и исчезла. Она налетела на мужчину и что было сил обняла его руками за шею, прижавшись к нему всем телом. Дядя крякнул от неожиданности, а потом неуверенно приобнял её за талию.

— Ну… здравствуй, — неловко произнёс он.

На вершине лестницы одновременно показались Роаш и Дейширолеш. Лица у обоих были напряжённые и обеспокоенные. Дядя Дариласы заметил их и, нахмурившись, отпустил девушку. Дариласа обернулась и тоже нахмурилась. Брови на её переносице сошлись точно так же, как и у её дяди. Дейша неприятно поразило это сходство. Мелькнула мысль, что прибывший мужчина имеет влияние на его Тейс, раз они даже хмурятся одинаково.

— Я прибыл по приказу его величества короля Дорина, — глухо по-давридански произнёс виконт.

Наступило молчание.

— Его величество отбыл на родину около месяца назад, — наконец ответил ему Дейширолеш.

Тяжёлый взгляд виконта приобрёл задумчивость. А Дейш нервничал всё сильнее и сильнее. Во взгляде, отрывистой манере разговора… в мельчайших деталях он замечал сходство между этим мужчиной и его Тейс. Несмотря на внешнюю непохожесть, хватало одного взгляда, чтобы понять: эти двое являются близкими людьми друг для друга.

— По какой причине он велел вам прибыть? — резко спросил Дейширолеш. — Если вы приехали, чтобы забрать Тейсдариласу, то можете уезжать. Она не вернётся.

Дариласа разгневанно посмотрела на повелителя. Если он дальше продолжит давить на её дядю своим грозным видом, то она точно спустит кошку и позволит ей осуществить свои самые заветные желания. Но Шервана ничуть не смутил грозный вид наагашейда. Он тяжело посмотрел на него и спросил:

— С кем имею честь говорить?

— С правителем этих земель, — сквозь зубы процедил Дейширолеш.

Шерван слегка склонил голову, не спуская с Дейша тяжёлого взгляда, и произнёс:

— Рад, приветствовать вас, наагашейд. Я могу остаться у вас на некоторое время?

Дейширолеш ошарашенно посмотрел на него, а потом возмущённо на Дариласу. Прямолинейность у них, что, по наследству передаётся? Но, встретив грозный взгляд девушки, Дейширолеш слегка смягчился, вспомнив, что сегодня он её уже злил.

— Конечно, — несколько сухо, но достаточно вежливо ответил он. — Слуги помогут вам разместиться.

Ничего не случится. Так убеждал себя Дейширолеш. Тейс уже его жена. Никто не сможет забрать её. Это он повторял про себя, пока виконт с Дариласой поднимались по лестнице. Это же повторял, пока они проходили мимо него к дверям. Когда они скрылись во дворце, Дейш обернулся и растерянно посмотрел на Роаша. Тот ответил ему не менее растерянным взглядом. Они оба успели забыть, что совсем недавно хотели поубивать друг друга. Появление дяди Тейс заставило их почувствовать друг друга чуть ли не союзниками.

Вааш и Делилонис не поползли со всеми из дворца, решив дождаться явления гостя в холле. Наги заметно нервничали. Мысль, что они сейчас увидят человека, который восемнадцать лет растил и воспитывал Тейс, заставляла их переживать. Они чувствовали себя так, словно украли у него девушку, став её опекунами. Да ещё и это известие о неожиданной свадьбе…

Когда появился кряжистый мужчина с совершенно лысой головой, наги немного удивились. Они представляли его иначе: высоким, чем-то похожим внешне на саму Дариласу. А тут ни капли сходства. Идущая рядом с виконтом Дариласа солнечно улыбнулась нагам. Она потом обязательно их познакомит с дядей! А Шерван Женайский скользнул по ним тяжёлым цепким взглядом. Вааш аж поёжился. Когда эта парочка прошла мимо них и начала подниматься по лестнице, Вааш рискнул заговорить.

— Видел этот взгляд? — поражённо спросил он у Делилониса. — Вылитая Дариласка!

— Ага, — согласился Дел, провожая девушку и её дядю взглядом. — И её любовь к тебе тоже объяснима.

Вааш смерил глазами ширину плеч виконта и согласно кивнул.

Дариласа бабочкой впорхнула в покои Роаша. С её губ не сходила радостная, совершенно идиотская улыбка. Она тихо рассмеялась. Как замечательно, что дядя приехал. Она, если честно, уже не надеялась, что они еще когда-нибудь увидятся. Она запрещала себе впадать в уныние из-за этих мыслей, не давая тоске захватить её. Поэтому до этого момента не понимала, как сильно соскучилась по своему дяде. Она закружилась на месте.

Поговорить им правда не удалось. Пока разместили дядю, пока он проверил, как там сопровождающие его люди, пока он привёл себя в порядок… В итоге, наступил вечер. И Дариласа решила подождать, хотя она испытывала несвойственное ей желание поговорить с ним, рассказать обо всём, что с ней случилось. Но она помнила, что дядя любит подходить к разговорам основательно. Спонтанные, бессвязные рассказы могут вызвать его недовольство, особенно в тот момент, когда он желает отдохнуть после долгого пути.

У Дариласы мелькнула мысль остаться с ним на ночь, но она вовремя вспомнила, что в Нордасе так не принято. Разбаловалась она со своими опекунами. Но зато она задумалась о другом: где ей вообще сегодня ночевать?

На повелителя она всё еще была зла, а кошка обижена. Но… Дариласа тоскливо вздохнула, обдумывая это «но», и пошла за дверь. Там она поманила за собой в комнату Миссэ и Доаша. Охранники переглянулись, но последовали за ней. Девушка указала на свой сундук, с которым она приехала из Нордаса и сказала:

— Взять его.

Наги покорно подняли сундук, и девушка пошла прочь из покоев.

Дейширолеш нервно ползал по спальне. Весь оставшийся день Тейс провела со своим дядей. И, похоже, возвращаться в его, Дейша, покои не собирается. Это дико его злило, хотя он понимал, что у неё есть причины обижаться на него. В итоге, он всё же не выдержал и пополз на выход. Не хочет приходить, принесёт сам!

Но, распахнув дверь, он столкнулся с девушкой. Дариласа мрачно посмотрела на него, Дейширолеш ответил удивлённым взглядом и посторонился. Девушка решительно прошла внутрь. За ней заползли Миссэ и Доаш, несущие сундук. Дариласа распахнула дверь гардеробной и ткнула пальцем внутрь неё. Наги заползли туда, поставили сундук и, поклонившись на прощание, молча удалились.

Дариласа же под удивлённым взглядом Дейша сбросила обувь и верхнее платье и прошла к ложу. Забравшись на него, девушка поплотнее завернулась в покрывало и легла, почти прижавшись к стенке и повернувшись к повелителю спиной. Она всё еще была очень зла и общаться совсем не хотела.

Дейширолеш старательно согнал с лица появившуюся улыбку. Он чувствовал, что его почти простили. Сама же пришла, да ещё с вещами. Это очень хороший знак!

Он подполз к ложу и осторожно лёг на него. Дариласа никак не отреагировала на его близкое присутствие. Дейшу очень хотелось обнять её, но он понимал, что в этом случае рискует опять быть покусанным. И всё-таки он ощущал себя слегка виноватым. Всё же ей нельзя так сильно переживать. Он скользнул взглядом по узкой спине, по мягко очерченным покрывалом ягодицам, посмотрел на растрёпанные тёмно-русые волосы и неожиданно произнёс:

— Ты беременна.

Она сперва не отреагировала. Но через несколько секунд её спина напряглась, и она удивлённо посмотрела на него через плечо.

— Ты беременна от меня, — еще раз повторил Дейширолеш.

Кажется, он выбрал неподходящий момент.

Дариласа резко села и поражённо посмотрела на него. О чём он вообще говорит?

— Такое иногда случается, когда мужчина и женщина… хмм… очень близки.

Девушка сглотнула и тряхнула головой.

— Ты рада?

Дейширолеш выглядел на удивление спокойным. Склонив голову набок, он соблазнительно улыбнулся ей и тихо произнёс:

— А я очень рад.

Дариласа ошарашенно посмотрела на него. Кошка внутри заинтересованно заворочалась. Что у них здесь происходит? Дариласа тут же ей поведала, что они, оказывается, беременны. Зверь заурчал с недоумением, не понимая её. Дариласа раздражённо поморщилась и представила маленького слепого котёнка. Внутри наступила тишина. А девушка посмотрела на наагашейда.

Он был совершенно спокоен, словно это не он некоторое время назад обманом женился на ней, а теперь сообщает, что она, оказывается, еще и беременна. Дариласа поплотнее завернулась в покрывало и попыталась всё это осознать. Возникло ощущение, что это неправда. Приснилось ей это! Да, она очень хотела связать свою жизнь с наагашейдом, но никогда не думала, что это произойдёт так, что она убить его за это захочет. А о детях девушка даже не успела серьёзно задуматься.

Внутри раздался обеспокоенный рёв кошки. Она посмотрела, но не нашла никакого детёныша. Дариласа удивлённо моргнула. А как она вообще это посмотрела? И где? Зверь внутри волновался и переживал. Кошка хотела знать, где её детёныш. Вот глупая! Да он же ещё даже не родился! Девушка словно воочию увидела недоумение на морде зверя. Кошка о беременности и родах знала ещё меньше самой Дариласы.

Девушка растерянно посмотрела на повелителя. Может, он пошутить решил?

— Ты не рада? — на лице Дейша мелькнуло беспокойство.

Дариласа осторожно под покрывалом помяла свой живот, словно пытаясь нащупать там ребёнка. У неё в голове эта новость не могла уложиться. Она ждёт ребёнка от повелителя! У неё будет маленький наг! И вот, когда она представила крохотного ребёночка с хвостиком, её накрыла волна радости. Она закрыла лицо ладонями и тихо рассмеялась. Дейширолеш забеспокоился еще сильнее.

— Так ты рада или нет? — нахмурившись, спросил он.

Дариласа была рада. Она не задалась вопросом, почему повелитель узнал о её беременности раньше неё самой, она не подумала, что скоропостижная свадьба связана с этим известием… Она вообще ни о чём не подумала. В этот момент девушка просто радовалась, что у неё будет ребёнок. Ребёнок от этого мужчины.

— Рада, — тихо ответила она.

Дейш откинулся на подушки и с облегчением выдохнул.

— С тобой сложно, — признался он.

Это заявление немного царапнуло Дариласу и даже отвлекло её от радостных переживаний. Она посмотрела на повелителя, прищурившись.

— С тобой тоже, — неожиданно сказала она.

И нахохлилась, поправив сползающее с плеч покрывало. Да, она не отрицает, что не всегда поступала правильно. Ей следовало раньше сказать ему о своих чувствах, но сперва её терзали сомнения, а потом произошло столько событий, что эти мысли вылетели у неё из головы. Но и повелитель далеко не всегда вёл себя хорошо. Его поганый, эгоистичный характер частенько заставлял её переживать очень неприятные моменты. Например, как сегодня. Он же знал, как она и её кошка относятся к этому браслету. Если бы он просто женился на ней обманом, без участия этой побрякушки, то Дариласа бы, возможно, его уже простила.

— Извини, — Дейш поморщился. — С браслетом я немного перегнул палку.

Дариласа возмущённо зашипела. Немного?!

— Мне просто нужно было быть полностью уверенным, что ты не обернёшься и не сбежишь.

Дариласа прищурилась.

— Ты мог и по-другому.

— Ты разговорилась, — с улыбкой заметил Дейш. — Увы, моя невозможная, но я не мог держать тебя за спину постоянно во время ритуала.

— Ты мог поговорить.

Дейширолеш поморщился и глухо признался:

— Не мог.

Наступило напряжённое молчание. Дейш понимал, что именно сейчас им нужно серьёзно поговорить и решить все разногласия, чтобы оставить их за порогом их совместной жизни. Но он не привык делиться своими чувствами, мыслями или переживаниями. Решиться на подобное было сложно. Это как переломить себя.

— Мне сложно объяснить то, что со мной происходит, — признался он. — Раньше со мной такого не было. Порой мне кажется, что я схожу с ума. Я никогда не испытывал так много противоречивых эмоций одновременно, меня не рвали на части мои чувства и мысли. Сейчас же разум меня порой покидает. Иногда под властью эмоций мне кажется, что моё решение идеально со всех сторон, а потом, получив результат, я понимаю, что поторопился, что можно было сделать по-другому. Я никогда не был в таком состоянии и плохо представляю, как бороться с этим.

Дариласа посмотрела на него с удивлением. Ей было знакомо это состояние, когда не получалось разобраться в своих чувствах и мыслях. Но повелитель всегда выглядел таким спокойным, уверенным и решительным, что у неё даже подозрений не возникло, что он терзается так же, как и она сама.

— Инстинкты, — Дейш произнёс это слово почти с ненавистью. — Они никогда меня не беспокоили. Но стоило мне полюбить тебя, как они начали просыпаться, шевелиться и сводить меня с ума. Ты и без их посильной помощи способна довести до безумия, а с ними… — он многозначительно посмотрел на неё. — Я не всегда могу понять, где начинают беспокоиться инстинкты, а где я сам.

Дариласа жадно слушала. Когда ей ещё выпадет шанс узнать о том, что творится в душе наагашейда? Слушала, и внутри росла жалость. Не только к повелителю, хотя к нему в особенности, а ко всем нагам.

— Появились странные страхи, неуверенность в себе… обида! — последнее слово Дейш произнёс с отвращением. — Я всегда с презрением относился к тем, кто обижается. Вместо того чтобы разозлиться, отомстить, плюнуть, они сидят и упиваются жалостью к себе. А теперь я сам в таком положении! Я стал нервным обидчивым трусом!

Так и хотелось успокоить его и сказать, что ничего подобного. По крайней мере, внешне это было точно незаметно.

— Я долго не мог понять, что чувства, которые я к тебе испытываю, — это любовь.

Щёки Дариласы слегка покраснели. В этот момент Дейш посмотрел на неё, и она покраснела уже не слегка.

— Знаешь, когда я это понял? — он мрачно взглянул на неё.

Нет, но очень хотела узнать.

— Это было в тот день, когда ты привела стаю, чтобы спасти нас всех.

Дейш чуть прикрыл глаза, вспоминая, какой она была в тот момент.

— Ты вся была в крови, грязи, с запавшими от усталости глазами, — тихо произнёс Дейш. — А я смотрел на тебя и видел самую красивую и желанную женщину. Самую нужную…

И Дариласа пo самые глаза завернулась в покрывало. Всё! Она была готова простить его прямо сейчас. Даже кошка смягчилась. Ну не съедать же его за глупость? А Дейширолеш продолжал говорить.

— Я не знал, сможешь ты ли ответить мне взаимностью. Это волновало меня, я хотел взаимности. Потом стало ещё хуже: появился страх. Я начал бояться, что с тобой что-то случится. Этот страх проявлялся и раньше, но он не был таким сильным. Я признался тебе в любви, но ты так и не ответила. Сомнения и страхи начали меня просто сжирать живьём! Я не желал получить отказ на своё предложение брака: это бы меня просто с ума свело! Но у меня не было уверенности, что ты ответишь согласием!

Он прорычал последние две фразы и опять закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки.

— Покушение на тебя, происки Чанвашара, игры… — он запнулся. — Всё это вывело меня из равновесия. В последнее время мне сложно думать разумно. А тут ещё эта поездка к Роашу…

Он прикрыл глаза и тяжело вздохнул.

— Я просто сорвался. Не смог терпеть… испугался отказа, — последние два слова он процедил сквозь зубы, — и решил всё за нас обоих. Это нечестно и неправильно, но я не раскаиваюсь.

Дейш с вызовом посмотрел на неё. А Дариласа вдруг подалась вперёд и легла на его хвост.

— Извини, — серьёзно произнесла она. — Я думала моя любовь очевидна.

Хвост под ней взволнованно вильнул. Это же волнение отразилось на лице Дейширолеша. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Дариласа вознамерилась говорить сама. Теперь её очередь признаваться и говорить открыто. Всё, что произошло сегодня, — это результат их взаимных недомолвок. И в этом виноваты они оба.

— Ты начал притягивать меня с первой встречи, — призналась она.

Брови Дейша удивлённо приподнялись.

— По тебе было незаметно.

Дариласа слегка улыбнулась.

— Тебя опасно любить, — тихо, чуть хрипло сказала она.

Лицо Дейширолеша окаменело, и он процедил сквозь зубы:

— Ну да, конечно!

Дариласа с интересом посмотрела на него. Обиделся? Она вытащила из-под покрывала правую руку и провела ею по хвосту, чуть цепляя ногтями чешуйки. Лицо повелителя чуточку смягчилось.

— Но я всё равно полюбила, — также тихо сказала она. — Не знаю почему. Но так сильно, что начала сходить с ума при мысли, что ты никогда не ответишь мне тем же. Я осознала это на балу императора.

Дейш с возмущением посмотрел на неё.

— Так давно?!

Дариласа мягко, чуточку виновато улыбнулась ему, и возмущение тут же улетучилось.

— Я не надеялась, что ты тоже полюбишь. Твоё признание ошеломило. Я не поверила сразу. А потом было не до этого. Всегда что-то мешало. И я тоже боялась. Очень сильно. За тебя.

Хвост под девушкой шевельнулся, медленно обвил её за талию и потянул наверх, на грудь наагашейда. Дариласа не возмутилась, когда он обнял её. Только кошка внутри вяло рыкнула.

— Мне стало значительно спокойнее, — улыбнулся ей Дейширолеш. — По поводу нашей свадьбы… Сильно злишься?

Девушка поморщилась. Ну, она, конечно, не так себе представляла это мероприятие. Ну да ладно, сойдёт! Но…

— Браслет не прощу, — мрачно заявила она.

Губы Дейширолеша искривила хитрющая улыбка.

— Да, я перегнул с браслетом, — легко признался он, — но может быть, ты простишь меня в честь такого замечательного события. Всё же свадьба бывает один раз в жизни…

Дариласа недовольно посмотрела на него. Так уж и один? У нагов вроде можно разводиться. И неожиданно кое о чём вспомнила. Её как молнией прошибло, на лице отразилось сильнейшее возбуждение. Что она вспомнила! Ха-ха! Кажется, у неё есть шанс немного отомстить одному излишне самонадеянному нагу. Девушка прищурилась и очень ласково улыбнулась.

— Второй, — произнесла она.

Улыбка исчезла с лица Дейширолеша, и он посмотрел на неё с непониманием.

— Что «второй»?

— Му-у-уж, — протянула девушка.

— В смысле? — в голосе Дейша прорезались недовольные нотки.

Она ткнула его пальцем в грудь и повторила:

— Второй муж.

Воцарилась тишина. Дейширолеш продолжал смотреть на неё с недоумением, а затем его лицо исказилось от ярости.

— Что?! — громогласно зарычал он.

Миссэ и Доаш, находившиеся в коридоре, услышав этот рык, мгновенно метнулись в покои и замерли на пороге. Повелитель нависал над госпожой, жутко сверкая глазами. Он резко повернулся в их сторону.

— Что надо?! — оскалился наагашейд.

— Мы услышали шум… — начал Миссэ.

— Вон! — вызверился повелитель. — Я сам о ней позабочусь!

Его хвост яростно метался из стороны в сторону. Братья посмотрели на госпожу. Девушка улыбалась очень ехидно. Она махнула им рукой, показывая, что они могут ползти. Наги скрыли, а жуткий повелитель опять навис над ней.

— Кто он?! — требовательно спросил Дейш.

Девушка задумчиво закатила глаза, словно размышляя, стоит ему говорить или нет. Дейширолеш заставил себя глубоко вдохнуть и успокоиться.

— Так. То, что у тебя с ним ничего не было, я уже понял. Просто скажи, кто он.

Дейширолеш жаждал узнать, кто этот труп. Именно из-за него его брак теперь недействителен… Стоп! Он посмотрел на хитрющее лицо Дариласы.

— Ты мне соврала? — прищурившись, предположил он.

Дариласа отрицательно мотнула головой, и Дейш, жутко зашипев, сжал её в объятиях.

— Тогда где он и кто он?

Дариласа поморщилась и всё же призналась:

— Он мёртв.

Дейширолеш с облегчением выдохнул. Первая мысль, что его посетила — брак действителен.

— Как быстро он умер? — почему-то его в первую очередь интересовало не то, как Тейс вышла замуж, а как её муж сдох.

Дариласа нахмурилась. Вспомнив о своём нелепом браке в Умабаре, она опять пожалела того мужчину. Умер он как-то глупо.

— Через несколько минут после брака, — тихо сказала она.

Дейш почти успокоился.

— Какой молодец, — не удержался он. — Это он очень правильно поступил.

Дариласа посмотрела на него с раздражением.

— А теперь расскажи мне, моя дорогая, как так вышло, что первым на тебе женился не я, а какой-то посторонний мужик, — тон Дейширолеша ничего хорошего не предвещал, но Дариласа не устрашилась.

Медленно, спотыкаясь и путаясь в словах, она рассказала о своей поездке в Умабару, на этот раз ничего не скрывая и не утаивая. Когда Дейш понял, что инициатором брака выступила сама девушка, то даже зубами заскрежетал. Она же в ответ посмотрела на него с вызовом.

— Ноги твоей в Умабаре больше не будет, — мрачно пообещал Дейш.

Девушка нехорошо прищурилась. Кажется, кто-то забыл, что он очень виноват перед ней.

— Я женился на вдове, — продолжал ворчать Дейширолеш. — Второй муж…

Неожиданно он опять навис над Дариласой и тихо, проникновенно так зашипел:

— Об этом никто и никогда не должен узнать! Я первый и единственный!

Дариласа хитренько улыбнулась, показывая, что она подумает. А мстить приятно, особенно, когда ты чувствуешь, что у тебя на это есть причина.

Дейш тяжело вздохнул и лёг рядом с ней на бок.

— Мне не нравится, что такую важную вещь я узнал только сейчас, — признался он. — Рассказывай мне о себе больше.

Дариласа заворочалась.

— Мне сложно, — призналась она. — Не привыкла.

— Мне тоже сложно, и я тоже не привык. Но нам нужно быть более откровенными друг с другом, иначе может опять произойти что-то… хмм… похожее на события сегодняшнего дня. Нам нужно просто говорить друг с другом.

Девушка посмотрела на лицо перед собой и согласно кивнула. А Дейш слабо улыбнулся и тихо произнёс:

— Ну, раз у нас пошли откровения, то я кое в чём признаюсь.

Дариласа посмотрела на него с подозрением.

— Это по поводу беременности.

На мгновение девушка испугалась, что он сейчас скажет, что пошутил.

— Твоя беременность неслучайна.

Дейш произнёс это и выжидающе посмотрел на девушку. Та с непониманием на него.

— Наши мужчины пьют особое зелье, чтобы не иметь детей. Оно действует определённое время, но есть зелья, которые нейтрализуют его действие. Срок действия моего зелья должен был истечь примерно года через два.

Дейш посмотрел на девушку и запнулся: она как-то нехорошо прищурилась.

— Да, я специально выпил нейтрализующее зелье, — с вызовом произнёс он. — После нашей первой ночи. А потом забыл об этом.

Брови девушки скептически изогнулись. Так уж и забыл?

— Мне было не до этого. Ты лежала раненая, инстинкты совсем озверели… А потом ты сама и начала меня соблазнять. Это твоя вина! — совершенно неожиданно закончил он и тут же зашипел.

С возмущением посмотрел на Дариласу. Девушка укусила его за ладонь. Но, правда, несильно, всего лишь до кровоподтека.

— Ребёнка нужно желать, а не привязывать им кого-то, — сурово сказала она.

— А я желаю его, — уверенно ответил Дейш. — И желаю, чтобы его матерью стала ты.

И Дариласа немного смягчилась. По крайней мере, хмуриться перестала.

— Всё же ты странная, — неожиданно сказал Дейширолеш. — Тебе всего восемнадцать, но ты слишком здраво рассуждаешь.

— Девятнадцать, — поправила девушка.

— Невелика разница, — хмыкнул наагашейд. — Я вообще знаю о тебе и твоём прошлом очень мало. Расскажи мне о себе. Я послушаю твой голос.

На лице Дариласы мелькнула нерешительность. Но она всё же начала свой рассказ. Она говорила о своём детстве, о дяде, рассказала о местах, в которых успела побывать… Она рассказала об очень многом. Её голос уже хрипел и немного сипел с непривычки. А Дейш слушал, запоминал и отмечал, что в её рассказах совсем нет короля, но очень много дяди. У него не осталось сомнений, кто для неё истинный отец. И это знание всколыхнуло в нём беспокойство. Зачем король вызвал сюда дядю Тейс? Может, он надеялся, что тот повлияет на неё и увезёт с собой? Дейш начал опасаться, что тот действительно имеет такое влияние. Он почувствовал, что ему нужны какие-то доказательства, подтверждение того, что Тейс не оставит его.

Οн резко повернулся, нависая над девушкой, и тихо выдохнул ей в губы:

— Сайя и’Тейс… очень сильно…

Сердце в груди Дариласы запнулось и пустилось вскачь.

— Скажи мне… — всё также тихо, немного требовательно и чуточку умоляюще попросил он.

Дариласа сглотнула и облизнула внезапно пересохшие губы.

— Люблю… — почти неслышно прошептала она. — Сильно… до боли…

Сказала и сильно-сильно прижалась к нему, пряча лицо у него на груди. Не от смущения, нет. Просто захотела быть как можно ближе к нему. Дейш крепко обнял её в ответ, прижимаясь губами к её волосам.

— Знаешь, я даже не надеялся, что этот день закончится так хорошо, — тихо признался он.

Дариласа фыркнула от смеха и несильно ткнула его кулаком в живот. Да, ему очень и очень повезло.

Дариласа и наагашейд прошептались всю ночь, заснув на короткое время лишь к утру. Они успели решить, что будут делать дальше. Дейширолеш поползёт с утра объясняться с опекунами, а Дариласа поговорит с дядей, расскажет ему всё и сообщит, что никуда не уедет. Но перед этим девушка планировала сделать ещё кое-что.

Утром в сопровождении Миссэ и Доаша Дариласа стояла перед покоями Виаши. Она знала, что девушка родила дочь. Об этом шептались все. Всё же рождение нагини — редкость. Но ребёнка Дариласа ещё не видела. Виаша почти не покидала своих покоев, а навещать и беспокоить её после родов… Дариласа не была уверена, что это уместно у нагов. Но сейчас она решила рискнуть. Εй нужно знать, что её ждёт. Пока Дариласа даже не могла до конца поверить, что внутри неё растёт маленький наг.

На стук открыл отец Виаши. Он посмотрел на их компанию с удивлением.

— К Виаше, — тихо сказала Дариласа, и наг молча пропустил её.

Миссэ с Доашем остались снаружи.

Дариласа остановилась в гостиной, а Пиш уполз в спальню. Менее чем через минуту оттуда выползла Виаша. Дариласу приятно поразила улыбка на неё лице.

— Ма-Диаши, — радостно воскликнула нагиня. — Я рада, что вы выздоровели. Вы пришли посмотреть на мою дочь?

Дариласа смущённо кивнула.

— Пошлите, она как раз проснулась. Правда, она вообще мало спит… — на лице Виаши мелькнула тень беспокойства.

Дариласа прошла следом за ней в залитую солнцем спальню и увидела на постели совсем крохотного ребёнка-нага. Она медленно подошла ближе, с интересом рассматривая девочку. Та тоже посмотрела на неё с любопытством. Девушка отметила и красноватые глаза, и белёсые волосики и на мгновение испытала жалость к ребёнку. Было бы лучше, если в её облике не было ничего от её отца. Меньше вопросов. И, возможно, она бы никогда не узнала, в каких обстоятельствах была зачата. Но жалость быстро прошла. Дариласа просто подумала, что всегда можно соврать, что она такая же, как Ссадаши.

Девочка лежала на расстеленном одеяльце совсем голенькая, и Дариласа смогла рассмотреть её всю. И крохотные паховые пластинки, которых было три, а не две, как у мужчин. И нежные коготочки на пальчиках. Сейчас малышка занималась тем, что обсасывала кончик своего беленького хвостика. Дариласа вопросительно посмотрела на Виашу.

— А хвост навсегда такой?

Нагиня радостно улыбнулась.

— Нет, со временем чешуйки приобретут цвет. Вот, смотрите, они уже начали темнеть.

Девушка ткнула пальчиком в нежную чешую, и Дариласа увидела, что несколько чешуек имеют чуть сероватый окрас. Интересно, а у её ребёнка хвост тоже сперва таким белёсым будет?

Виаша попыталась высунуть изо рта дочери хвост, но та издала звук похожий на возмущённое мяуканье, и хвост ей оставили. Губы Дариласы расплылись в безудержной улыбке. Руки чесались потрогать эту нежную кроху, но она бы, конечно, не осмелилась.

Дверь спальни отъехала в сторону, и внутрь без стука вполз Εсаш.

— О, госпожа, добрый день, — радостно поприветствовал он Дариласу.

Увидев ребёнка на ложе, парень тут же забыл о присутствии Виаши и Дариласы. Опустившись на пол, он что-то с улыбкой зашипел ребёнку. Та выпустила свой хвост и потянулась ручками к нему. На лице Виаши мелькнула тень недовольства.

— Мне кажется, что он ей нравится сильнее, чем я, — призналась нагиня.

Дариласа улыбнулась. Нравиться женщинам — это, похоже, фамильная черта мужчин рода Онсаш.

Дариласа покинула покои Виаши довольно скоро, решив не надоедать своим вниманием. Пиш, заглянув к дочери, успокоено закрыл дверь, обнаружив там Есаша. А сам парень продолжал возиться с ребёнком, игнорируя недовольный и ревнивый взгляд Виаши.

— Шустрая какая, — восхищался парень. — Ты и в животе была такая шустренькая.

Малышка улыбалась ему беззубым ртом.

— Кошмары больше не снились? — неожиданно спросил Εсаш у Виаши.

Та даже не сразу ответила. Но потом всё же пробормотала.

— Нет, c тех пор больше ни разу.

Этот кошмар приснился ей на третий день после родов. Сон был таким реальным, что до сих пор вызывал в ней нервную дрожь. Ей снилось, что она проснулась и в темноте увидела, что около кроватки её обожаемой дочери стоят три высокие тёмные фигуры. На её визг приползли отец и Есаш, а Ашика, так она назвала дочь, проснулась и расплакалась. Жуть такая! Но с тех пор она всегда укладывала дочь на ночь рядом с собой.

Дейширолеш нахмурился, услышав шум за дверью зала. Начинается! Полчаса назад он отправил слуг, чтобы пригласить опекунов Тейс на совместный завтрак, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Хочет он, не хочет, но ему эту троицу всю жизнь терпеть.

К искреннему огорчению Дейша выяснилось, что даже Вааш остался на ночь во дворце, хотя его ждала дома молодая жена. А Дейширолеш надеялся, что их хотя бы двое будет, а не трое.

Первым в зал влетел, по-другому не скажешь, Делилонис. Следом за ним заполз угрюмый Роаш, и только потом появился хмурый Вааш. Дел, конечно, проигнорировал гостеприимно накрытый стол и сразу пошёл в наступление.

— Дейш, ты вообще думал, что творишь?! — прорычал друг. — Ты нарушил закон!

— С чего ты взял, что я его нарушил? — наигранно удивился Дейш, наливая в чашку травяной отвар. — Да, я женился на Тейс. Но почему сразу незаконно?

Ноздри Роаша негодующе раздулись.

— А покусала она тебя просто так, от радости? — с сарказмом уточнил Делилонис. — И злилась тоже… от радости.

Дейш отхлебнул напиток и довольно улыбнулся.

— Больше не злится, — сообщил он.

Делилонис глухо зарычал от отчаяния, понимая, что до совести друга не достучится.

— Но ты нарушил закон! — опять напомнил он. — Если это всплывёт… — он многозначительно вскинул брови.

Наагашейд резко поставил чашку на стол и тяжело посмотрел на друга.

— Всплывать нечему! — прорычал он.

Вперёд подался разъярённый Роаш.

— Я требую расторжения брака! — заявил он. — Всё должно быть по закону: Дариласа должна дать согласие ДО брака, а не после.

— Да, Дейш… — начал было Делилонис, но Дейш, поморщившись, перебил его.

— И это ты мне говоришь о законности? — спросил он друга.

Дел непонимающе посмотрел на него.

— Я тут слышал, что Вааш женился, — с намёком произнёс повелитель, — и ты, Дел, принимал в этом активное участие.

И Делилонис заметно стушевался. Вааш же нахмурился ещё сильнее. Его вообще разрывали противоречивые эмоции. С одной стороны, он был возмущён поступком наагашейда, а с другой стороны, он сам недавно поступил также. Вот и маялся. Οдин Роаш не испытывал сомнений. Хвост его яростно метался из стороны в сторону, глаза горели, рыжие волосы воинственно топорщились… Но прежде, чем он успел сказать что-то, заговорил Дейширолеш.

— У нас с Тейс будет ребёнок.

Сказал и в полной тишине поднял чашку и отпил из неё. Роаш всё же бросился на него. Но Вааш успел перехватить его за шиворот. Ρаздался угрожающий треск ткани, но вырваться Роаш не смог. Вааш для верности обхватил его руками. Дейш же даже не шелохнулся. Он не был намерен драться с кем-то из них.

— Ну, ты и поганец! — устало выдохнул Делилонис и, сдавшись, опустился напротив него за столик. — А ничего покрепче нет? — спросил он, рассматривая стол.

Ничего покрепче не оказалось.

— Дариласа-то хоть знает? — спросил Дел.

— Я сказал ей. Она очень обрадовалась, — правда, не сразу, но об этом не стоит знать всем.

Вааш хмыкнул. Видимо, он не очень доверял повелителю. Он продолжал удерживать Роаша, хотя тот больше не рвался в драку: разум слегка прояснился.

— Я вас позвал вообще-то, чтобы сообщить, что через две недели намечается официальная церемония представления наагашейдисы.

— Так скоро? — удивился Дел. — Я вроде бы читал, что на подготовку отводится не менее четырёх месяцев…

Роаш негодующе зарычал. Но вяло как-то, без энтузиазма: новость о беременности Дариласы его слегка оглушила.

— За четыре месяца сюда сползутся все семь княжеств, — недовольно прошипел Дейш, — и все они будут пялиться на Тейс! Одного Шаашидаша вполне хватит. Рядом с ней и так слишком много народа вертится!

— Как к этому относится сама Дариласа? Если она против, то… — Делилонис красноречиво умолк.

— Она не против, — уверенно заявил Дейш. — Мы с ней уже всё обсудили и всё решили.

— Тогда почему её сейчас нет здесь? — прищурившись, спросил Дел.

— Потому что она говорит с дядей, и нам всем стоит приготовиться к знакомству с ним, — Дейширолеш ласково улыбнулся всем присутствующим.

Делилонис растерянно моргнул и посмотрел на Вааша с Ρоашем. Лица у них стали слегка испуганными.

Дейширолеш устало размял шею, думая об опекунах Тейс почти с ненавистью. Как же он прекрасно жил, не имея никаких родственников, кроме друга! Роаш, в конце концов, тоже сел за стол переговоров, но говорил очень мало. В основном угрюмо молчал. Зато Дела и Вааша заткнуть было невозможно.

Сперва эти двое пытались настоять, чтобы Тейс эти две недели жила отдельно от него. Типа, в Нордасе такие традиции. Дейширолеш постарался понятно и доходчиво объяснить им, что здесь не Нордас. Проникся даже Вааш.

Потом они подняли тему приданного. Ρоаш слегка заинтересовался. И они втроём начали мучить его, Дейша, вопросами, что он хочет получить вместе с Дариласой. Словно он ещё не получил её! В итоге, вынесли они ему мозги знатно. Причём, похоже, делали это целенаправленно.

Дейширолеш не смог терпеть и сидеть с ними дальше уже на обсуждении организации предстоящей церемонии. Просто встал и молча выполз под ехидным взглядом друга.

Он ещё раз глубоко вздохнул и постарался выбросить этих троих из головы. Интересно, Дариласа уже говорит с дядей? Когда она представит их друг другу? Дейш надеялся, что виконт не будет испытывать его терпение разговорами. Он сыт ими по горло.

— Повелитель! — из-за угла выскочил запыхавшийся слуга. — Господин Заашар велел передать вам, что всё готово.

Дейширолеш не сразу понял, о чём он, а потом вспомнил, что у него есть еще одно небольшое дело, и направился в зал, где проходили ежегодные собрания наагаришей. Заашар был здесь и колдовал над одним из зеркал.

— Буквально несколько минут, господин, и всё будет готово, — известил он.

Дейширолеш сел напротив зеркала, с которым возился маг. Через несколько минут поверхность его дрогнула, и он увидел наагаришейю Аврин. Нагиня жутко улыбнулась ему заострёнными зубами.

— Мой повелитель, — пропела она. — А я уже давно жду, когда же вы почтите меня своим вниманием.

Дейш слегка удивлённо вскинул брови.

— Не думал, что моё послание так быстро дойдёт до вас, — признался он. — Как он?

— Жив, здоров, не в меру высокомерен и спесив, — довольно ответила наагаришейя. — Есть, над чем поработать.

— Давно он прибыл? — поинтересовался Дейш.

— Чуть больше двух недель назад.

Дейширолеш довольно улыбнулся. Что ж, из княжества Квараз принца Бриона будет сложно достать кому бы то ни было.

— Присмотрите за ним, прекраснейшая, — Дейш прищурился и улыбнулся. — Он нуждается в повышенном внимании.

— Не переживайте, господин, я займусь воспитанием этого мальчика.

Οбещание прозвучало очень ласково и при этом слегка жутковато. Дейширолеш довольно улыбнулся.

— В вас я ничуть не сомневаюсь, — заверил он. — Не буду больше отнимать ваше время, наагаришейя. Прощаюсь до следующей нашей встречи.

Наагаришейя только улыбнулась и исчезла из зеркала, не попрощавшись.

Заашар быстро привёл зеркало в прежний вид и, поклонившись, выполз из зала. Дейш потянулся и встал. Дико хотелось увидеть Тейс, но она сейчас должна говорить со своим дядей… Дейширолеш поморщился. Всё же его очень сильно напрягал приезд виконта.

Он развернулся и пополз на выход. Но проползти успел совсем немного и был вынужден резко остановиться, с удивлением рассматривая появившийся прямо перед его лицом внушительный кулак. Раздался басовитый голос.

— Зелень, ещё раз так девочку напугаешь, и я тебе хвост узлом завяжу.

Кулак растворился в воздухе, а Дейширолеш раздражённо поморщился. Мало ему было опекунов!

Глава 11

Дариласа осторожно заглянула в комнату и тут же встретилась взглядом с наагалейем Эошем.

— Госпожа? — слегка удивился он её приходу. — Вам что-то нужно?

Девушка умоляюще посмотрела на Миссэ и Доаша и закрыла перед ними дверь. Наги рваться внутрь не стали. На лице лекаря мелькнуло понимание.

— Повелитель сказал вам? — предположил он.

Дариласа смущённо кивнула.

— Мне нужно знать, как это у нагов, — озвучила она цель своего визита.

— О, — наагалей обогнул стол, за которым стоял, и пополз к ней. — Ничего особенного. Почти всё как у людей. Срок развития плода около девяти-девяти с половиной месяцев. Из отличий только то, что ребёнок у вас будет с хвостом.

Он с интересом посмотрел на её живот, даже чуть ниже. Дариласа еле подавила желание прикрыться.

— Ну-ка, посмотрим, — пробормотал наагалей. — Пройдите и сядьте.

Дариласа послушно прошла и села на стол. Ничего другого здесь просто не было. Лекарь тут же положил ладонь на низ её живота. Девушка ощутила лёгкое тепло, а потом Эош убрал руку.

— Вроде бы всё нормально, — он удовлетворённо улыбнулся. — А то дошли тут до меня слухи о причинах вашей вчерашней ярости…

Дариласа слегка поджала губы. Ничего здесь не утаишь!

— Вам сейчас нужно быть очень и очень осторожной, — наставительно сказал ей Эош. — Вы очень крепкая и сильная, но тот, кто растёт в вас, очень слаб. Одно ваше неудачное падение может оборвать его жизнь.

Девушка стремительно побледнела и прикрыла живот руками. Внутри обеспокоенно зарычала кошка.

— Никаких драк или других опасных мероприятий, — продолжал строго говорить Эош. — Если возникает угроза чьей-то жизни, то вы сперва подумайте, что за спасение этой чужой жизни вы можете отдать жизнь своего ребёнка.

Эош умел давить на нужные места. В голове Дариласы тут же мелькнули различные варианты опасностей, и она поняла, что жизнью еще не рождённого ребёнка не рискнёт даже ради Дейширолеша.

— И постарайтесь переживать как можно меньше, — попросил Эош. — Нервные потрясения иногда хуже физических увечий.

Дариласа кивнула. Она будет безмятежна и невозмутима. Но на самом деле ей становилось всё страшнее и страшнее. С самого отъезда из Нордаса вокруг неё кипит жизнь, её бросает из одной опасности в другую. Если так будет продолжаться и дальше, то сможет ли она справиться с этим?

Эош дал ей еще несколько наставлений, и Дариласа покинула его. В коридоре лекарского крыла к ней присоединились Миссэ и Доаш, и девушка пошла к дяде. Но с ним она столкнулась уже в холле. Рядом с виконтом возвышался наг из дворцовой охраны. Он вызвался помочь гостю найти неуловимую госпожу.

Дариласа и виконт молча подошли друг к другу и направились на выход. А миновав двери, дядя начал рассказывать, почему он прибыл сюда. Словно Дариласа спросила его об этом.

Дариласа задумчиво кивала головой, слушая короткий рассказ дяди о причине, по которой он прибыл сюда. Они медленно шли от дворца к парку. За ними на почтительном расстоянии ползли Миссэ и Доаш. Стража на стенах тоже наблюдала за ними. Девушке вообще казалось, что на них направленно множество взглядов.

Дядя закончил говорить, и дальше они пошли уже молча. Из его рассказа стало ясно, что он получил письмо от короля, которое тот направил, будучи в гостях здесь. В нём его величество сообщил, что Тейсдариласа унаследовала дар оборотня, и ей надлежит вернуться в королевскую семью. Будто бы она раньше состояла в ней. Ему, Шервану, повелевалось прибыть в княжество Шаашидаш и убедить племянницу вернуться. И он поехал. На этом в принципе рассказ и завершился.

Дариласа поняла, что дядя и король разминулись в пути. Виконт узнал о возвращении короля на родину только по прибытии сюда. Интересно, на что вообще надеялся король? Дядя не будет её уговаривать. В этом у Дариласы не возникало никаких сомнений. Он всегда считал, что ей не место в королевской семье. Именно поэтому он так часто отправлял её путешествовать по миру: давал возможность найти своё место.

Виконт посмотрел, щурясь, на яркое солнце.

— Тренируешься? — спросил он.

Дариласа кивнула.

— Покажешь?

Дядя редко тренировался с ней сам. Дариласа сперва обрадовалась, но потом задавила в себе желание согласиться и отрицательно мотнула головой.

— Я жду ребёнка, — пояснила она причину отказа.

Дядя резко остановился. На его лице не отразились ни волнение, ни удивление. Он только погладил лысину. А Дариласа раздосадовалась на себя: манера преподносить новости у неё ничуть не лучше, чем у наагашейда.

— От этого повелителя? — уточнил дядя.

Сперва Дариласа молча кивнула. А потом вспомнила историю своей матери, которая забеременела от наследного принца, и поспешила добавить:

— Он мой муж.

Брови дяди сошлись на переносице, что означало высшую степень озадаченности. Он кивнул в сторону ручья и тихо произнёс:

— Поговорим.

Они присели на берегу, и Дариласа начала рассказывать. После ночных шептаний с наагашейдом голос у неё хрипел. Она не говорила много, затронула только основные события, которые посчитала важными. Рассказала об отношениях с наагашейдом, о своих опекунах, о скальных кошках, о посещении дворца императора Давридании… И о многом, в принципе, умолчала: о Чанвашаре, о всех событиях, с ним связанных, o происках императора, о покушениях на её жизнь… Не стоит ему об этом знать. Даже о вчерашней свадьбе не рассказала всего. Не хотела, чтобы у дяди сложилось нехорошее впечатление о повелителе. В её рассказе Дейширолеш предстал этаким романтиком, который хотел, чтобы в момент их бракосочетания присутствовали только они двое. Девушка даже немного неловко себя почувствовала. Также сообщила, что через две недели состоится официальная церемония представления её в качестве наагашейдисы.

Οна закончила, и на некоторое время между ними повисло молчание.

— Вот как, — наконец произнёс дядя.

По его лицу невозможно было прочитать, о чём именно он думает.

— Я задержусь здесь, — решил он.

Дариласа искренне огорчилась. У неё теплилась надежда, что дядя не уедет вовсе.

— Мне нужно вернуться, — дядя всегда хорошо понимал её. — Наш король порой неразумен. Ему нужна поддержка.

Дариласа грустно вздохнула. В этом весь дядя.

— Неразумный король — горе для народа, — в этот раз вздохнул дядя.

Если бы кто-то слышал беседу этих двоих, то наверняка бы удивился. В их беседе было больше молчания, чем слов, и бездна понимания.

— Побуду здесь две недели, — решил виконт.

Дариласа вдруг прижалась к его боку. Брови дяди сошлись на переносице. Племянница раньше не позволяла себе таких проявлений чувств. Похоже, она изменилась.

— Три недели, — решил продлить срок пребывания виконт.

Девушка обрадованно посмотрела на него. Ей столько всего нужно ему показать! И свою кошку, и скальных котов… Познакомить с опекунами, повелителем, Ссадаши… Им столько всего нужно сделать!

Дейширолеш всё же не выдержал и спустился вниз, чтобы найти Тейс. В её отсутствии он даже работать нормально не мог. Тем более она там со своим неизвестным ему, Дейшу, дядей.

Дейш как раз проползал через холл, когда его окликнули.

— Господин.

Дейширолеш обернулся на зов и увидел хмурого Эоша, ползущего к нему.

— Я могу с вами поговорить? — серьёзно спросил лекарь.

Хвост Дейша обеспокоенно взвился.

— Что-то с Тейс?

Эош поджал губы и осторожно подтвердил:

— Это касается её.

Дейширолеш отполз подальше от стражи и склонился к Эошу, показывая, что готов слушать.

— Повелитель, до меня дошли слухи о том, как вы вчера женились, — наг нахмурился еще сильнее. — Я точно не знаю, что там произошло, но хотел бы вас предупредить, чтобы вы не волновали и не пугали госпожу зря.

Дейш прищурился. Да ладно? Неужели и он решил высказать ему своё неодобрение?

— Госпожа — крепкая женщина, поэтому может многое выдержать. Но ребёнок в ней очень хрупок. Любое потрясение может стать для него фатальным.

У Дейша внутри всё похолодело, даже хвост слегка ослаб от страха. Потерять ребёнка… Он тихо застонал, представив, как отреагировала бы на это Тейс. Ему просто жутко стало от этой мысли. И он сам уже почти готов стать отцом.

Дейширолеш сглотнул и тихо пообещал:

— Подобного больше не повторится. Она не будет бояться.

— Хорошо, — Эош слегка улыбнулся. — А с госпожой я уже поговорил и сказал, что впредь она должна быть очень осторожной.

Дейш благодарно кивнул лекарю.

В этот момент в холл с улицы вошли Дариласа и её дядя. Девушка улыбнулась Дейширолешу, и на сердце у него стало поспокойнее. Только мрачное выражение лица её дяди напрягало. Дейш ещё не знал, что лицо у виконта всегда такое, и это его нормальное выражение.

Дариласа и виконт остановились и подождали, пока Дейширолеш и наагалей Эош приблизятся к ним.

— Мой дядя виконт Шерван Женайский, — представила девушка мужчину, а потом посмотрела на дядю и представила лекаря: — Это наагалей Эош.

Дариласе было стыдно, но не вспомнила имя рода Эоша. Но тот нисколько не обиделся. Наагалей улыбнулся.

— Рад знакомству.

— Взаимно, — откликнулся виконт.

Дариласа повернулась к повелителю и тихо представила его:

— Наагашейд Дейширолеш… — она запнулась, решив сперва произнести имя его рода, но неожиданно для себя сказала другое: — Мой муж.

И после этого Дейш улыбнулся виконту вполне искренне, показывая свою радость от знакомства.

— Очень рад, — любезно произнёс он. — Приношу извинения за своё вчерашнее негостеприимство. Я был отвлечён другими событиями.

Виконт кивнул.

— Да, мне рассказали, — скупо ответил он.

Дейш безмятежно посмотрел на Дариласу, а сам страстно желал узнать, что именно она рассказала дяде.

— Думаю, вы хотите познакомиться с опекунами Тейс, — предположил Дейширолеш.

Виконт коротко кивнул. Молчаливость — это, видимо, у них тоже семейное.

— Они уже ждут вас, — Дейш махнул рукой на лестницу.

Виконт начал подниматься наверх. Компанию ему составил Эош, которому нужно было на третий ярус. Дариласа помедлила, дожидаясь, пока к ней приблизится наагашейд. Как только он оказался рядом, девушка схватила его за ворот одеяния и заставила наклониться.

— Не проболтайся о вчерашнем, — тихо прошептала она.

Брови повелителя изумлённо изогнулись, а девушка слегка покраснела.

— Я… приврала про свадьбу, — неохотно призналась она. — Чтобы ты понравился…

И она умолкла. Дейширолеш, прищурившись, посмотрел вслед Эошу и виконту и широко улыбнулся девушке, пока её дядя не видел.

— Ему я не обязан нравиться, — тихо прошептал он на ушко Тейс, — а вот тебе…

Она смущённо пихнула его локтем в живот. Но он только фыркнул и жестом предложил ей последовать за дядей. Дариласа начала подниматься, а Дейш пополз за ней.

Где-то на середине первого пролёта девушка оступилась. Она и раньше часто оступалась, ставя ногу на округлый край ступенек. В этот раз она тоже отвлеклась и наступила не туда, куда нужно. Стопа поехала назад, и девушка, коротко взмахнув руками, угодила в руки наагашейда. Несколько секунд они просто стояли с ошарашенными лицами. Дейш прижимал её к своей груди. Сердца у обоих бились как сумасшедшие, даже пальцы на руках дрожали. Они смотрели на ползущего впереди Эоша и с ужасом представляли, что могло произойти в результате этого падения.

Громогласный рык заставил подскочить даже виконта. Они с Эошем стремительно развернулись и увидели очень злого повелителя, который прижимал к груди сосредоточенную Дариласу.

— Моего помощника ко мне живо! — рявкнул он.

Один из стражников мгновенно отделился от дверей и бросился вверх по лестнице мимо повелителя. А Дейш подхватил Дариласу под мышки и понёс её наверх таким образом.

— Что это? — коротко спросил виконт Эоша.

— Не переживайте, это всего лишь инстинкты, — спокойно ответил лекарь.

Виконт нахмурился.

— Это сложно понять со слов. Это нужно видеть и привыкать к этому.

Шерван подумал и кивнул, продолжив свой путь. Эош последовал за ним.

Дейширолеш приполз с Дариласой на руках в ту же комнату, где оставил опекунов. Они продолжали разговор, начатый с ним, но уже на повышенных тонах.

— … почему это ты должен давать самое большое приданое?! — с возмущением спрашивал Вааш Роаша.

Дариласа не понимала, о чём они так громко говорят, и обеспокоилась. Но обеспокоили её не громкие голоса нагов и их недовольные физиономии, а то, что она до сих пор не понимает по-наагатински. Как она со своим ребёнком будет общаться? Он же будет наследником наагашейда, он должен говорить на языке своего народа, а не своей матери. Надо очень срочно озаботиться этим вопросом.

Увидев их, наги умолкли. Вааш ехидно осклабился.

— Дариласк, а мы тут подумали и решили предложить тебе…

Что они там решили ей предложить, Вааш закончить не успел. За Дейшем и Дариласой в комнату вошёл дядя девушки. Наги насторожились, как один, и почти одновременно поднялись, молча приветствуя гостя. Роаш побелел и посмотрел на Дариласу с почти заметным отчаянием.

Дейширолеш поставил девушку на пол, но продолжал придерживать её за талию, еще и хвостом обвил. Так ему было спокойнее. Дариласа же поочерёдно посмотрела на опекунов, а потом на дядю и не уверено представила их друг другу.

— Это мой дядя виконт Шерван Женайский, — сказала она опекунам. — А это мои опекуны. Это наагариш Роаш део Фашшей.

Бледный, из-за этого еще более рыжий Роаш кивнул. Он не сводил с виконта напряжённого взгляда. Смешанные чувства одолевали его. Он одновременно опасался, что этот мужчина заберёт у него Дариласу, и в тоже время испытывал вину за то, что сам посягнул на право быть её опекуном. Но если король волновал его только до первой встречи, а потом вызывал безразличие, смешанное с каплей презрения, то виконт вызывал в нём чувство уважения и любопытства.

— Это наагариш Делилонис део Ошадаран.

Делилонис почти безмятежно кивнул дяде Дариласы. Он привык держать свои эмоции в узде. Тем более он не опасался, что этот человек сможет забрать девушку. Слишком сильно она привязана к этому месту. Но реакция виконта его всё же волновала.

— Это наагалей Ваашлед део Онсаш.

Лицо у Вааша было таким же хмурым, как и у самого виконта. Мужчины смерили друг друга взглядами и почти одновременно кивнули.

— Дядя погостит здесь три недели, — довольно сообщила девушка.

Дейширолеш с удивлением посмотрел на неё. А Дариласа перевела дух. Всё, можно теперь помолчать. Давно она так много не говорила.

— Как замечательно, — улыбнулся Делилонис. — Я покажу вам здесь всё.

— Я сам, — оборвал его бледный Роаш.

Вааш посмотрел на него с возмущением.

– Ρоаш, а ты не обнаглел? И приданое самое большое хочешь всунуть, и единственного родственника Дариласки к рукам прибрать… — он прервался, получив ощутимый тычок в бок от Делилониса.

Шерван внимательно осмотрел каждого из них и остановился на Роаше.

— Буду благодарен за помощь.

Вааш закатил глаза к потолку. А Дариласа хмурилась, пытаясь сообразить, о каком приданом идёт речь. Она вопросительно посмотрела на Дейша и тихо спросила:

— Приданое?

— Понятия не имею, о чём они, — повелитель лучезарно улыбнулся ей. — С ума, наверное, сходят.

А Шерван в этот момент вступил в беседу с опекунами. Если, конечно, его скупые фразы можно было обозначить, как участие в разговоре.

— Сразу трое… — задумчиво протянул виконт. — Так принято?

— Нет, — громыхнул Вааш. — Но с ней разве один управится?

Сказал и чуточку смутился: перед ним как раз стоял человек, который с этой задачей справлялся в одиночку. А Шерван нахмурился и выдал:

— Это от безделья. Загрузить делами, и ни на что другое времени не останется, — поделился он опытом.

Дейш заинтересованно посмотрел на него. А виконт слегка склонил голову.

— Благодарю за то, что присмотрели за ней, — тихо, но весомо сказал он опекунам. — Надеюсь, что и в дальнейшем вы не оставите её без внимания.

И опекуны оживились. Даже щёки Ρоаша слегка порозовели. Правда, наагашейд помрачнел. Ему так и хотелось сказать, что забота о Тейс — это теперь исключительно его прерогатива. Но он решил не нагнетать обстановку.

— Конечно, — заверил виконта Делилонис. — А сейчас не хотели бы прогуляться с нами? Или, может быть, посидим здесь и всё обсудим?

— Я ещё не завтракал, — выступил за второй вариант виконт.

Дейширолеш подавил тяжёлый вздох. Он надеялся оставить виконта с этими тремя, а самому вместе с Тейс уползти. Но, видимо, придётся сидеть здесь. Тейс же так хочет, чтобы он понравился дяде. Хотя самому Дейшу плевать, что о нём подумает виконт.

— Эээ… мне придётся покинуть вас, — промямлил Вааш. — Я… домой мне надо.

На лице Делилониса возникла наиехиднейшая улыбка.

— К жене? — предположил он.

— К жене, — не стал скрывать Вааш.

Таврида и так очень сильно расстроилась, когда он вчера засобирался во дворец. А он ещё тут и на ночь остался. Страшно подумать, что она там могла напридумывать в его отсутствие.

На выходе из зала он столкнулся с Ссадаши. На лице парня был написан живейший интерес. Миссэ и Доаш только что скупо поделились с ним новостью, что госпожа за время его отсутствия успела стать женой повелителя. А он всего-то уехал на один день. Сопровождал отца в одну деревушку. Там когда-то жила его мать.

Парень подождал, пока Вааш закроет дверь, и тут же напустился на него с вопросом.

— Наагалей, госпожа действительно вышла замуж за повелителя?

Он беспокойно и немного жеманно зашевелил цветными пальчиками в воздухе. Вааш как-то напряжённо посмотрел на эти пальчики.

— Ага, — подтвердил он, — и еще наследника теперь ждёт. Сбылось предсказание, мать его… — припомнил он гадальные чашки.

Лицо парня приняло восторженное выражение. Он сцепил пальцы между собой.

— Ты чё это так странно себя ведёшь? — с подозрением спросил Вааш.

— А? — не понял Ссадаши, но тут же просветлел, сообразив, что именно имеет в виду Вааш. — Это я к приезду наших старейшин готовлюсь.

Он опять жеманно пошевелил пальчиками. Вааш скривился.

— Не позорься! — тихо прорычал наагалей. — Тем более перед гостем. К нам дядя Дариласки приехал.

На лице Ссадаши мелькнуло удивление, и жеманство само исчезло из его движений.

— Это человек, что там сидит? — заинтересовался он. — Как-то на госпожу совсем не похож.

— Это только кажется, что не похож, — загадочно изрёк Вааш и пополз по своим делам.

А озадаченный Ссадаши уставился на запертую дверь.

С того момента всё закрутилось и завертелось с невообразимой быстротой. К вящему неудовольствию Дейширолеша, Дариласа старалась проводить с дядей как можно больше времени. Она познакомила его со своей кошкой. Как ей показалось, дядя не очень-то был удивлён, что укрепило девушку в подозрении, что он всё знал.

На третий день она повезла его смотреть скальных котов. Вид целой стаи огромных кошек поразил дядю куда больше. Правда самцы сперва приняли его не очень дружелюбно, но Дариласа быстро растолковала им, что к чему, и коты потеряли к мужчине интерес.

К удивлению Делилониса и Вааша, Роаш очень быстро сдружился с виконтом, и они частенько вместе где-нибудь пропадали. Чаще всего Шерван разъезжал вместе с Роашем по его служебным делам. Это было ему близко, так как он сам заведовал дворцовой охраной в королевском дворце.

Дариласа же не скучала и в отсутствии дяди. Она с большим рвением бросилась изучать наагатинский язык. Таскала из библиотеки книжки с детскими сказками и песнями стопками. Учитель нарадоваться не мог её рвению.

В это же время полным ходом шла подготовка к церемонии представления наагашейдисы. К Дариласе почти каждый день являлся портной, чтобы снять с неё мерки, подогнать по размеру, примерить что-то… Короче, спешно шил для неё подходящий случаю наряд.

От хлопот шла кругом голова. Но даже в этой круговерти происходило что-то интересное и даже забавное.

Чего только стоил приказ наагашейда «построить нормальные лестницы». Этот приказ он отдал после неудачного падения Дариласы. В течение трёх дней во дворце царили шум, грохот и стук. Результатом всего этого стало то, что лестницы стали немного уже, а рядом, параллельно им, появились «нормальные человеческие лестницы» в полсажени шириной. Для неё, Дариласы. Правда, она никак не могла приучиться пользоваться ими.

Виновником ещё одного забавного события стал Ссадаши. На четвёртый день после приезда дяди перед Дариласой появился бывший наагалей Видаш, чтобы забрать своего сына. Приехали старейшины, желающие взглянуть на своего нового наагалейя, словно они его раньше никогда не видели. Дальнейшее Дариласа знала только со слов Ссадаши.

Оказывается, это ушлый парень решил вынудить старейшин отменить традицию боёв между наследниками за право обладания титулом. Каким-то образом он умудрился уговорить своих братьев полностью отказаться от притязаний на место главы рода и остался единственным наследником. И на встрече выдвинул ультиматум старейшинам: либо они отменяют ритуал, либо наследника от него, Ссадаши, они не дождутся. Видимо, ультиматум он выдвигал каким-то особенным способом, потому что Дариласа потом видела в окно, как разъярённый Видаш гнался за сыном, громогласно рыча:

— Ах, ты поганец! Позорище рода! Да я тебя сам зарою!

Это ей любезно перевёл учитель по языку, на занятии которого она находилась в этот момент.

Что именно учудил Ссадаши, для Дариласы так и осталось загадкой. Парень только таинственно улыбался и кокетливо шевелил цветными пальчиками в воздухе.

Второе примечательное событие произошло с подачи её обожаемых опекунов. На шестой день во дворец приехал Вааш, что само по себе было немного странно. После женитьбы на Тавриде он не мог надолго покидать дом. Дариласа не знала, что именно там произошло, но у женщины чуть ли не истерика начиналась, если Вааш долго не появлялся в имении. Так вот, он приехал, пошептался с Роашем и Делилонисом и уехал.

Потом к Дариласе подошёл её дядя и сообщил, что ему предложили посетить имение одного из опекунов. На три дня. Дариласа не могла упустить возможность пообщаться с дядей целых три дня. Поэтому она пошла отпрашиваться у Дейширолеша. Тот крайне неохотно, рыча сквозь зубы, можно сказать, но всё же отпустил её.

На следующий день, ранним утром, Делилонис, Роаш, Дариласа с дядей и охраной выехали из дворца. Глубокой ночью они прибыли в поместье. Там их уже поджидало письмо, направленное Роашу его управляющим. В нём он сообщил, что ближе к вечеру их имение посетил наагашейд. И он был очень зол, когда узнал, что они не прибыли в имение рода Фашшей и даже не думали сюда ехать. Делилонис и Роаш довольно ехидно посмеивались, читая послание. И Дариласа запоздало сообразила, что наагашейду никто не сообщил, к какому именно опекуну они собрались. И он, не выдержав, решил поехать за ними и поехал в имение Роаша. А они уехали к Делилонису, до поместья которого два дня неспешной езды или почти сутки быстрой!

Дариласа обиделась за повелителя. У неё даже закрались подозрения, что эти двое наагаришей что-то сотворили с их запахами. Иначе как объяснить то, что повелитель доехал до поместья Роаша и ни разу не задался вопросом, где запахи?

Поэтому, когда Дейширолеш всё же приехал в поместье рода Οшадаран почти к утру, она сама выбежала его встретить и крепко обняла. Надо ли говорить, что он был очень зол? Да его буквально трясло! Только присутствие Дариласы спасло опекунов от участи быть растерзанными.

В принципе, больше ничего интересного за эти две недели не произошло.

Ближе к концу второй недели во дворец начали съезжаться наагариши княжества Шаашидаш. Вместе с дочками. Девочкам, конечно же, хотелось обсудить многое с Ма-Диаши. В итоге, Дейширолеш начал их тихо ненавидеть. Эта ползающая верещащая стая была везде! Дариласа улыбалась и жалела его.

С каждым днём во дворец прибывало всё больше и больше нагов. Даже прибыл наагалей Эйкисэ део Эшаоро. Оказывается, он временно исполнял роль главы рода Дэшгар. Вместе с ним приехал и маленький Тер. Дариласа так поняла, что Эйкисэ всё же женился на матери мальчика и усыновил того. С ними она столкнулась на лестнице. В виду особого расположения наагашейда к роду Дэшгар им было позволено остановиться во дворце. Эйкисэ почтительно поприветствовал её, а мальчик махнул ладошкой. Но так, словно бы и не ей. Странный он какой-то.

Больше она с ними не сталкивалась. Дариласа вообще сейчас мало выходила. Нежелательно перед церемонией показываться перед столькими нагами. Поэтому она была либо в кабинете наагашейда, либо проводила время с дядей, либо занималась, либо сидела в покоях повелителя, где у неё появилась своя комната.

Комнату обставили буквально за два дня до церемонии. Здесь у Дариласы был высокий столик с многочисленными ящичками, где хранились всякие женские штучки, предназначение которых девушке не всегда было ясно. Был и низкий трапезный столик, и куча подушек вокруг него. У окна на постаменте установили ещё один стол. Он, судя по стопкам чистой бумаги, связкам графита и перьев, предназначался для работы. Стены украсили длинные полотна картин без рам с изображением пейзажей и одно зеркало в полный рост.

Но постели и гардеробной здесь не было. Дейш сказал, что он готов делиться. А потом с видимым удовольствием признался, что у нагов не принято, чтобы муж и жена ночевали в разных комнатах. Поэтому ложа здесь нет и не будет.

Но Дариласу это мало волновало. Приближался день церемонии, и она ужасно нервничала. Боги, она станет наагашейдисой! Девушка совсем не чувствовала себя готовой к такой ответственности. Она даже не знает, какие обязанности есть у повелительницы нагов. Наагашейд упорно уклонялся от ответа на этот вопрос, уверяя, что переживать здесь не о чем. Но она не могла не переживать.

А сегодня, накануне церемонии, ближе к вечеру ей наконец принесли наряд для торжества. Точнее, целых два. Оба они предназначались на первую половину дня, самую торжественную, и ей следовало выбрать одно из них. А ко второй половине дня можно будет переодеться во что-то попроще. Об этом ей сообщил портной.

Его помощники занесли платья в её личную комнату и повесили их вдоль стены на специальные деревянные стойки. После этого они вместе с портным удалились, оставив девушку наедине с нарядами.

Дариласа с восторгом осматривала оба платья. Цвет у них был светло-золотистый. Похоже, кому-то очень нравится этот цвет, так как в своих нарядах девушка встречала его не дважды и не трижды. Она провела рукой по ткани ближайшего к ней наряда.

Строго говоря, назвать его платьем было нельзя. Больше всего оно было похоже на одеяние, что здесь носили мужчины. С широкими длинными рукавами и полами до земли. Его полагалось запахивать и туго подпоясывать. Дариласа заглянула в ворот и обнаружила, что под плотной золотистой тканью находится белая лёгкая ткань нижнего одеяния, а под ней ещё одно, из ткани почти полупрозрачной. Девушке почему-то так понравилась эта одежда.

Второе же платье было просто великолепно. Красоту, подобную этой, Дариласа надевала только на бал императора. Покрой его неуловимо напоминал платья песчаниц, к которым она уже привыкла. Только здесь верхняя часть и юбка составляли единое целое. Лиф был сшит из жёсткой ткани светло-жёлтого оттенка, украшенной вышивкой более ярких тонов. От рёбер до самой юбки шла полоса полупрозрачной ткани, которая, впрочем, была так густо заткана вышивкой, что вряд ли через неё можно увидеть хоть кусочек тела. Такая же полупрозрачная ткань пошла на рукава. Они были объёмными, а на запястьях стягивались. Дальше от них шли длинные изящнейшие манжеты из жёлтого кружева. В плетении поблёскивали полупрозрачные желтоватые камни, названий которых Дариласа не знала. Юбку сшили из плотной, обильно украшенной вышивкой ткани. Она собиралась объёмными жёсткими складками, а под ней нежным облаком шуршала белая нижняя юбка.

Платье было потрясающее. Оно заставляло даже Дариласу замирать от восхищения. Но девушке всё равно больше нравился наряд, похожий на мужскую одежду нагов. Она не могла объяснить причину этого, но для себя решила, что на церемонию пойдёт именно в нём.

Девушке дико захотелось примерить его, и она не стала отказывать себе в удовольствии. Она как раз готовилась ко сну, поэтому на ней была только ночная одежда. Скинув её, Дариласа начала облачаться в наряд. Это оказалось не так просто. Впервые она искренне пожелала, чтобы ей кто-нибудь помог. С нижней одеждой она ещё справилась, но у неё никак не получалось нормально подпоясаться. Полы одежды расползались в разные стороны, широкие рукава мешали…

— Примеряешь? — услышала Дариласа хрипловатый голос от двери.

Она вздрогнула и обернулась. На неё с улыбкой смотрел наагашейд. Он стоял, прислонившись к косяку и сложив руки на груди.

— Помочь? — предложил он свои услуги.

Дариласа вспомнила, что одевается он всегда сам, так что наверняка умеет красиво завязывать эти пояса, и кивнула. Дейш подполз к ней, распустил криво завязанный пояс и стянул полы одежды. Он провозился минуты три, утягивая её талию сперва широким поясом, а потом поверх него повязывая золотистый шнур. А Дариласа на эту «верёвку» даже внимания не обратила.

— Почему ты выбрала его? — не поднимая глаз, спросил наагашейд.

Девушка пожала плечами. Она не могла это объяснить. Оно просто ей понравилось.

— Это традиционный наряд наагашейдисы, — с улыбкой поведал ей Дейш. — Но мне больше нравится платье.

Брови Дариласы удивлённо приподнялись. Вот как?

Закончив, Дейширолеш развернул её к зеркалу, а сам встал позади неё.

— Ну, как? — спросил он.

Дариласа с интересом осмотрела себя. Смотрится как-то строго и величественно. По её мнению, в самый раз для представления наагашейдисы. Только с волосами нужно что-то сделать. Жаль, что их так мало. Вряд ли получит что-то величественное. А если… Девушка нерешительно посмотрела на столик с ящичками, где хранились краски для лица. Хотя она вообще-то не умела ими пользоваться…

Девушка решительно освободилась из рук повелителя и направилась к столику. Взяла и открыла первую попавшуюся круглую баночку. Там оказалось что-то красного цвета.

— Это для губ, — пришёл ей на помощь Дейширолеш.

Он подполз к ней сзади и прижался к её спине.

— Вон кисть, — он указал на лежащие в лакированной шкатулке кисти.

Дариласа выбрала одну из них и макнула в краску. Только она примерилась, чтобы мазнуть ею по губам, как повелитель поцеловал её в шею. Она дёрнула плечом, показывая, что именно сейчас он ей мешает постигать азы женского искусства. Но к ней остались глухи: хвост забрался под её одежду и пополз вверх. Девушка развернулась и сердито посмотрела на наагашейда. Ей лукаво улыбнулись. Ну, она взяла и мазнула его кистью по нижней губе. Окрашенная кожа стала ярко-алой, но улыбаться повелитель не перестал. Вместо этого он опустился перед ней на пол, голова его оказалась на уровне плеч девушки.

Дариласа не стала задумываться, что именно он хочет сделать. Она ласково ему улыбнулась и положила левую ладонь на его щёку, удерживая голову мужчины на месте. И начала аккуратно красить его улыбающиеся губы. Дейширолеш не сопротивлялся. Он только обнял её за талию и терпеливо ждал, когда же она закончит. А сам украдкой развязывал её пояс.

Дариласа закончила и как заворожённая посмотрела на лицо наагашейда. Яркая краска смотрелась на его губах странно. Почему-то его зелёные глаза стали куда ярче, а слегка смуглая кожа стала казаться куда белее. Зубы же, видимые между раздвинутыми губами, были ослепительно белы.

Девушка почувствовала, что одежда стала куда свободнее. А затем шаловливый хвост резко устремился по её ногам вверх и обвил бёдра. Внизу живота что-то томительно дёрнулось. Ладони наагашейда надавили на её ягодицы, вынуждая опуститься ниже. Она опустилась, ощущая, как теснее и теснее прижимается к её паху хвост, заползший между её ног. От его давления по телу разбегались томительные волны удовольствия, точнее, его предвкушения. Полы её одежды медленно разошлись в разные стороны, а Дейширолеш подался вперёд, прижимаясь к её губам.

Его язык скользнул в её рот, и Дариласа ощутила странный, чуть сладковатый вкус краски. Хвост прижался к её промежности ещё сильнее, и девушка просто вцепилась в плечи Дейширолеша, отвечая на его поцелуй. Горячие ладони огладили её грудь сквозь тонкую ткань, заставляя на мгновение задохнуться от стремительно разгоревшегося возбуждения.

Дейширолеш мягко опрокинул её на пол, отрываясь от губ и осыпая поцелуями её шею и ключицы. Дёрнул завязки нижней одежды и нетерпеливо развёл её полы в стороны. И замер, жадно рассматривая тело Дариласы, просвечивающееся сквозь полупрозрачную ткань самого последнего одеяния. Оно мягко облегало грудь девушки, слегка топорщась на нежно-розовых сосочках. А внизу его собирал в складки наглый хвост, прижатый к самому чувствительному месту девушки. За паховыми пластинами моментально из просто тесно стало очень тесно. Как замечательно, что под этой одеждой больше ничего нет. Он посмотрел на лицо девушки и понял, что его выдержка растворяется и испаряется. Она смотрела на него с мольбой, закусив вымазанные красной краской губы.

И Дейш подался вперёд, прижимаясь губами к её соскам. Дариласа тихо ахнула. Чуть грубоватая ткань под напором жадных губ слегка натирала нежные соски. И это было приятно. Очень приятно и невероятно возбуждающе. Она неосознанно прогнулась, старалась прижаться к его губам сильнее. А Дейширолеш скользнул рукой вниз и, сместив собственный хвост, накрыл её промежность ладонью. Пальцы живо погладили её прямо через ткань, даря просто непередаваемые ощущения. Там всё такое нежное, а жестковатая ткань в сочетании с горячими и сильными пальцами заставляли её выгибаться, чуть не плача от удовольствия.

Дейш долго её мучил, заставляя кричать, стонать, тихо плакать от удовольствия, дикого желания и мечтать о получении большего. Он исцеловал её всю, особенно долго мучая её нежную грудь, укромное местечко между ног, внутреннюю сторону бёдер, но не давал дойти до такого желанного облегчения. Его она получит только тогда, когда он будет внутри неё. Она будет задыхаться от этого удовольствия и тихо, бессвязно шептать его имя.

Свою одежду он сбрасывал резко и быстро. После этого он сорвал с Тейс её прозрачное одеяние, последнюю жалкую преграду к их взаимному удовольствию. Прижался к её обнажённой коже и проник в неё.

Она задохнулась от пронзившего её жара и тут же вскрикнула, когда он резко, поспешно двинулся в ней. Спазм удовольствия скрутил низ живота, и она сама подалась ему навстречу. Но Дейш положил руки на её бёдра, не позволяя двигаться. Он будет двигаться сам, сводя её с ума. И он двинулся, входя в неё почти самого предела и прижимаясь чешуёй к нежной коже.

Они словно сошли с ума. Прерывистые вздохи срывались с губ девушки. Удовольствие, накапливающееся внизу живота, сводило с ума. Хотелось ещё и ещё. Больше и больше. Это было похоже на безумие. Горячо, влажно, сильно… Дариласа сходила с ума от острейшего горячего наслаждения, что толчками проникало в её тело. Ещё и ещё, сильнее, горячее…

Дейш упивался её тихими, полными мольбы вздохами. Упивался своей властью, упивался тем, что она металась в его руках от наслаждения, что дарил ей он. И сгорал в этом удовольствии сам. Такая горячая, влажная… Проникновение в неё приносило сводящее с ума наслаждение. Хотелось сильнее, жёстче… Но он помнил, что нужно держать себя в руках.

Χвост Дейша тяжело метался из стороны в сторону, а Дариласа ощущала все его метания у себя внутри. Они отдавались внизу живота сладкой дрожью удовольствия, всё сильнее разжигаемой резкими толчками. Жалкий всхлип сорвался с её губ. А её губы обжёг жаркий шёпот наагашейда.

— Моё имя… — тяжело дыша, произнёс он.

Дариласа распахнула рот, ощущая, что ещё чуть-чуть…

— Имя! — потребовал Дейш, толкаясь в её всё сильнее.

— Дейш… — начала она и тихо вскрикнула, ощущая, как внизу живота всё скручивает спазмами яркого, острого удовольствия.

Она откинула голову назад, прижимаясь к Дейшу ещё сильнее. Бёдра её напряглись, к стопам хлынула горячая волна, а вниз живота скрутили спазмы удовольствия, разжигаемые глубокими толчками.

Дейш тихо зарычал, почувствовав, как она внутри сжимается вокруг него, и задвигался сильнее. Несколько толчков, и он замер, вжимаясь в неё и содрогаясь дрожью удовольствия и облегчения.

Дариласа на мгновение ощутила боль в бёдрах, в тех местах, куда впивались пальцы наагашейда, а за тем почувствовала, что внутри неё стало еще горячее и очень-очень влажно. От осознания, что внутри неё семя наагашейда, низ её живота почему-то дёрнулся в спазмическом удовольствии.

Несколько минут они просто лежали в объятиях друг друга, пытаясь прийти в себя и восстановить дыхание. Дейш гладил дрожащие от пережитого напряжения бёдра девушки, а она медленно целовала его плечи и шею. Наконец он отстранился и медленно покинул её тело. Дариласа сразу ощутила некий дискомфорт и пустоту и сдвинула дрожащие ноги. А Дейш обнял её и перекатился на спину, устраивая девушку на своей груди. На его измазанных краской губах возникла очень довольная улыбка.

— Всё же тебе придётся надеть то платье, — сказал он девушке и указал на висевшее золотисто-жёлтое платье.

Дариласа хотела приподняться на его груди, чтобы заглянуть ему в глаза, но силы отказали ей. Но Дейш и так понял, что именно её интересует. Хмыкнув, он кивнул на брошенное на пол одеяние. Дариласа перевела на него взгляд и покраснела. Даже если не принимать во внимание некоторые… хм-м-м… следы, становилось понятно, почему она не сможет надеть эту одежду на завтрашнюю церемонию: на ткани то тут, то там виднелись красные отпечатки губ. Вряд ли слуги успеют привести его в порядок к утру. Девушка представила, что подумают слуги, когда увидят это, и спрятала лицо на груди у посмеивающегося Дейширолеша.

Глава 12

Солнце ещё не взошло, а дворец уже начал наполняться посетителями. Все желали посмотреть на наагашейдису. Всё же их повелитель был холост целых семь сотен лет, время до совершеннолетия не считалось, и его свадьба стала большой неожиданностью.

Основная часть гостей была приходящей и уходящей. Сегодня доступ во дворец был открыт всем нагам вне зависимости от их положения в обществе и происхождения. Но находиться вo дворце постоянно могли только наагариши и некоторые самые влиятельные наагалейи.

Наагаришей, кстати, было больше, чем того хотел Дейширолеш. Кое-кто успел прибыть из княжеств Раммаш и Шейлоро. Все они располагались в главном зале на отдельных лонсаэшах. В этом же зале находился и высокий лонсаэш наагашейда, пока пустующий. Повелитель должен был появиться там значительно позднее, а его жена уже после него.

Рядом с лонсаэшем повелителя располагались лонсаэши ближайших родственников его супруги. Это были лонсаэши наагариша Делилониса, наагариша Роаша и наагалейя Ваашледа. Пока они тоже пустовали.

Кроме главного зала под торжество были отданы все залы на первом ярусе. Их заставили столиками с угощением, чтобы прибывшие гости могли скрасить ожидание едой до начала церемонии.

Сама пo себе церемония не представляла ничего особенного или сложного. Новоявленную наагашейдису не нужно было короновать, как это, например, принято при бракосочетании у других монарших особ. Титул наагашейдисы женщина получала уже в момент проведения ритуала бракосочетания. Главная же цель представления наагашейдисы заключалась в знакомстве народа с ней.

Дело в том, что если наагашейд женится, то женится он в большинстве случаев по большому чувству. Наагашейдов, которые сочетались браком по иным причинам, было всего два. Наличие же чувств предполагает и наличие проснувшихся инстинктов. А об инстинктах наагашейдов в народе ходили легенды. И многие понимали, что церемония представления наагашейдисы — это, возможно, единственный шанс посмотреть на супругу владыки в ближайшие двадцать-тридцать лет. Вряд ли раззадоренный инстинктами повелитель позволит своей жене гулять среди народа.

Дворец постепенно наводнялся народом. Пустых лонсаэшей в главном зале становилось всё меньше. Из родственников наагашейдисы первым появился наагариш Роаш. Его сопровождал хмурый, совершенно лысый мужчина из людей. Они оба устроились на лонсаэше наагариша и о чём-то тихо зашептались.

Вторым прибыл наагариш Делилонис. Приполз он очень поспешно и вид имел несколько не выспавшийся. Ему как главе дворцовой стражи эта церемония принесла больше всех хлопот. Почти всю ночь он проверял посты охраны, увеличенные в пять раз, и общался с начальниками стражи, обговаривая различные моменты.

И самым последним прибыл наагалей Ваашлед со своей женой и дочерью. Райшанчик тут же уползла от отца и направилась к лонсаэшу Роаша. Вааш не стал её останавливать. Девочка очень шустро заползла на лонсаэш и радостно бросилась к дяде Роашу. Тот несколько удивлённо распахнул для неё свои объятия. Райшанчик, радостно пискнув, прижалась к его животу, а потом удивленно посмотрела на незнакомого ей дядю. Шерван тоже был слегка озадачен её визитом. Но потом он вдруг приподнял уголки губ в каком-то подобии улыбки и представился:

— Шерван.

Девочка солнечно ему улыбнулась и гордо произнесла:

— А я Райшалаш!

Шерван, уже немного знакомый с традициями нагов, достал чистую чашку, налил в неё травяной отвар и подвинул к девочке. Глаза её восторженно вспыхнули. Как взрослой налили! Незнакомый дядя с каждой секундой нравился ей всё больше и больше.

Вааш и Таврида в это время поднялись на свой лонсаэш. Женщина немного испуганно и смущённо смотрела по сторонам. Εё пугало, что она будет на виду у такого количества народа. Давно она последний раз выходила в свет. Очень давно. Она нервно поправила свои волосы, уложенные в сложную косу, и позволила супругу снять со своих плеч лёгкий плащ.

Вааш еще не имел возможности увидеть платье жены, но был заранее готов к тому, что оно ему не понравится. В этот раз он предоставил Тавриде право самой выбирать наряд. Пытался, как мог, загладить свою вину перед женщиной за их «замечательную» свадьбу. Поэтому, когда он снял плащ с неё, то на мгновение застыл в изумлении.

Её платье полностью открывало плечи и спину до середины. А лёгкая серебристая ткань так облегала её фигуру, что Вааш задохнулся от восхищения… и возмущения. Просто он уловил мужские взгляды, направленные на его супругу. И поспешил завернуть её в плащ. Таврида вопросительно посмотрела на него.

— Тебе не понравилось? — слегка расстроилась она.

Она так хотела ему угодить.

Вааш вымученно улыбнулся и ответил:

— Мне очень понравилось. Но, видишь ли, это понравилось не только мне.

Таврида осмотрелась и увидела насмешливые мужские взгляды, направленные на её мужа. И слегка обиделась на этих мужланов. Поэтому она с самым суровым видом взяла руки Вааша в свои ладони и развела их в стороны. Плащ скользнул вниз.

— Раз тебе понравилось, то смотри, — строго велела она мужу. — Я выбирала его для тебя.

Лицо Вааша стало несчастным. Но он покорно сел. А Таврида расположилась рядом с ним и позволила себе большую, как ей казалось, вольность. Она прижалась к боку мужа и положила его большую ладонь на своё бедро, гордо игнорируя взгляды посторонних мужчин. Пусть облизываются! Пока рядом с ней Вааш, только это им и остаётся.

Неожиданно всколыхнулась волна возбуждённых шепотков. Через несколько секунд раздался далёкий, наверное, от самого холла идущий торжественный возглас.

— Наагашейд Дейширолеш део Ширрадошарр!

Ещё через минуту возглас повторился, но уже куда ближе. Шепотки затихли. Когда о прибытии повелителя возвестили у входа в зал, здесь стояла полная тишина. В проходе между лонсаэшами появился наагашейд.

Холодный и высокомерный, он даже не потрудился одарить присутствующих хотя бы одним взглядом. Он принёс с собой робость и лёгкий страх, оделив ими всех в зале. У кое-кого даже возникли мысли, что находятся они здесь по далеко не радостному поводу.

Одет повелитель был в тёмно-зелёное одеяние. Все три его слоя имели тёмно-зелёный цвет, хотя принято, чтобы нижние одежды были более светлых оттенков. Волосы же его были зачёсаны назад и уложены в сложную косу.

Наагашейд поднялся на свой лонсаэш и медленно опустился на подушки. По его холодному виду и не скажешь, что он ждёт кого-то. Вообще создавалось ощущение, что он никого не видит.

Постепенно, очень осторожно в зале возобновились разговоры. Теперь все ждали, когда же появится наагашейдиса. Со своих мест поднялись Вааш и Делилонис. Они покинули зал и направились в комнату, где своего выхода ожидала Дариласа.

Дариласа же дремала. Ночью ей толком не дал поспать Дейширолеш, а утром её подняли слишком рано, чтобы она почувствовала себя выспавшейся. Поэтому когда слуги покинули её, она осторожно, чтобы не помять платье и причёску, прилегла на кушетку, прикрыла глаза и случайно уснула.

Ссадаши, который присматривал за ней в отсутствии наагашейда и её опекунов, нервно мялся. Из-за того, что он был единственным мужчиной, которому повелитель готов был позволить безнаказанно смотреть на переодевание своей женщины, парню пришлось торчать здесь с самого утра. А ему тоже нужно было переодеться. Он подготовил просто потрясающий наряд, чтобы поразить старейшин, которые, несмотря на шок, вызванный его новыми манерами, не спешили отменять отжившую своё традицию.

Выглянув в коридор, Ссадаши хотел уже было позвать внутрь Миссэ и Доаша, чтобы они проследили за спящей госпожой, но тут увидел среди стражи печального Сооша.

— Соош, ползи сюда! — с энтузиазмом велел Ссадаши.

Он нисколько не сомневался, что этот парень при необходимости жизнь отдаст за госпожу. Соош подполз ближе, и Ссадаши шёпотом попросил подменить его ненадолго на посту. Парень неуверенно кивнул, и Ссадаши тут же втолкнул его в комнату, а сам быстро пополз к себе.

Соош замер, во все глаза смотря на спящую госпожу. Она была такой красивой и далёкой, но, несмотря на богатый наряд, она казалась ему всё той же. Парень подполз чуть ближе. Сердце тоскливо сжалось. Жена наагашейда. Он опоздал. Эта прекрасная женщина в золотом платье принадлежит другому.

Он осмотрел её фигуру, облачённую в великолепный наряд. Огладил взглядом тонкие изящные пальцы рук, выглядывающие из-под кружева. Взглянул на прекрасный венец из золотистых роз, водружённый на её голову и создающий видимость великолепной причёски. И замер, рассматривая её умело накрашенное лицо. Оно казалось ему маской с этими яркими губами, белой кожей и чёрными ресницами. Но даже эта маска обладала жизнью и притягивала его: девушка улыбалась во сне, и лицо её от этого оживало.

Соош почувствовал, что сходит с ума от отчаяния. Он полюбил её раньше, чем наагашейд. Так почему она досталась не ему? Почему именно он страдает из-за неразделённой любви? Разум шептал, что невозможно заставить кого-то полюбить себя только потому, что ты любишь. Но боль заглушала этот голос.

Соош подполз ближе, жадно рассматривая её. Он так и не осмелился показать свои чувства. Он, наверное, трус. Такие женщины, как госпожа, достаются отчаянным смельчакам, а не нерешительным рохлям вроде него.

Он смотрел, и её улыбающееся лицо притягивало его всё больше и больше. Его губы покалывало от желания поцеловать её. Хотя бы один раз! Он бы помнил это прикосновение всю жизнь. Соош медленно наклонился, прикрыл глаза и осторожно коснулся её губ. Это было самое прекрасное, что он когда-либо испытывал в жизни.

— Ты что, поганец, творишь?! — разъярённый шёпот заставил Сооша подскочить и резко развернуться.

В дверях стояли ошарашенные Вааш и Делилонис. Сперва парень растерялся, сердце его испуганно скакнуло, но потом он зашипел, показывая, что в поступке своём не раскаивается. Вааш, которому принадлежала гневная фраза, моментально оказался рядом с ним и оттащил от спящей девушки.

— Ты обалдел?! — выпучив глаза, шёпотом напустился он на мрачного парня. — Смерти ищешь?! Так я могу тебя прям щас прикопать!

Соош дёрнулся, но в его плечо вцепились сильные пальцы Делилониса.

— Идиот! — с чувством прошипел наагариш. — Наагашейд растерзает тебя, если узнает!

— Отмазывай теперь этого малахольного! — Вааш нервно взлохматил волосы. — Краску ему сотри с губ!

Делилонис тут же оборотной стороной рукава стёр сопротивляющемуся парню краску с губ, которой тот измазался, целуя девушку. А Вааш направился будить Дариласу.

— Дариласа, — ласково позвал он. — Просыпайся, нам пора.

Девушка с трудом открыла глаза и сонно посмотрела на него.

— Твой выход, — улыбнулся ей Вааш.

Дариласа приподнялась на локтях и увидела улыбающегося Делилониса и напряжённого Сооша. Улыбнувшись им, она встала.

— Поцелуй папочку в губки.

Вааш неожиданно наклонился к ней, вытянув губы трубочкой. Она удивлённо посмотрела на него, но всё же чмокнула.

— И меня тоже! — раззавидовался Делилонис.

Странные они какие-то. Но Дариласа пошла целовать и его. Вааш за её спиной мрачно посмотрел на Сооша. Пусть молится богам и надеется на то, что их запахи перекроют для повелителя его запах. Иначе конец ему! Самоубивец, мать его!

Дариласа чмокнула Делилониса в губы и вместе с Ваашем пошла на выход. А наагариш с чувством прошептал мальчишке на ухо:

— Смертник! Сегодня же возвращаешься в своё имение! К отцу!

Парень разозлённо посмотрел на него. Раскаиваться в своём поступке он не собирался. Делилонис понял это и решил, что для блага этого же мальчишки, ему лучше не встречаться больше с Дариласой. Иначе жизнь его прервётся быстро и трагично от руки наагашейда.

А Дариласа и Вааш в коридоре столкнулись с запыхавшимся Ссадаши. И девушка, и наг уставились на парня с огромнейшим изумлением. И не только они. Стража рассматривала юного нага с совершенно обалдевшими лицами.

— Ну как я вам? — парень кокетливо покрутился на месте, давая рассмотреть себя со всех сторон.

Одежда на нём была яркой розовой расцветки, за ухо заткнут цветочек. В таком виде даже его пестрые пальцы и хвост смотрелись очень гармонично. Но выглядел он как-то… по-девчачьи.

— Я тебя закопаю, и твой отец будет мне благодарен, — мрачно сказал ему Вааш.

Парень деланно обиженно надул губы.

— Прибью, — пообещал Вааш и добавил: — Позорник.

На губах Дариласы же играла весёлая улыбка. Она догадывалась, для кого принарядился парень.

— Дариласк, ты иди, — сказал ей Вааш. — А то повелителя там боятся и с каждой минутой боятся всё больше.

Девушка покорно ушла в сопровождении Миссэ и Доаша. А Вааш грозно навис над Ссадаши.

— Ты, безмозглый, — процедил он сквозь зубы, — какого хрена уполз и оставил её одну?

На лице Ссадаши мелькнуло удивление.

— Но так я ж Сооша попросил проследить за ней, — протянул он и тут же зашипел.

Пальцы Вааша больнюче вцепились в его ухо.

— Так это ты его попросил? — с пугающе ласковой улыбкой протянул наагалей.

Ссадаши сглотнул, ощущая приближение хорошей трёпки.

Дариласа медленно и величественно спускалась по лестнице, стараясь не показывать своё волнение. На неё были направлены десятки, нет, сотни любопытных взглядов. И это заставляло её нервничать. Но, миновав последнюю ступеньку, она неожиданно обрела спокойствие. Да, она любопытна окружающим, но они вызывают у неё не меньший интерес. Поэтому она величественно миновала холл и повернула в коридор, беззастенчиво рассматривая толпившихся за спинами стражи нагов.

Здесь были и дети, маленькие наги. В какой-то момент Дариласа перестала обращать внимание на кого-либо, кроме них. Их не смущали её пристальные взгляды. Взрослые, например, терялись и опускали глаза. Дети же рассматривали её в ответ, широко распахнув глаза. Для них она была таким же чудом, как и они для неё.

Дариласа прошла почти половину пути до главного зала, когда неожиданно раздался звериный рык, и толпа испуганно колыхнулась и подалась в разные стороны. Девушка увидела мчащегося к ней Большого Красавчика. На морде кота было написано счастье от их встречи, но это счастье, похоже, замечала только Дариласа, наги же боязливо отползали.

Дариласа даже толком не рассмотрела кота, успела только заметить длинную полосу седой шести, идущую от его груди, а затем громко зарычала. От её рыка наступила испуганная тишина. Кот резко остановился, обиженно смотря на неё. Но Дариласа совсем не хотела, чтобы он измял и обслюнявил её наряд.

Только она перевела дыхание, как в образовавшемся проходе появился котёнок. Детёныш здорово подрос, и что-то подсказывало Дариласе, что он еще не так умён, чтобы слушаться её приказов. Котёнок, конечно же, обратил внимание на её яркое, золотистое платье и бросился к ней с явным намерением повиснуть на ткани.

Дариласу мужественно закрыл собой Доаш. Котёнок повис на тёмно-синей ткани его одеяния, и в тишине раздался противный треск. Наг с искренним огорчением посмотрел на рваные полосы, оставленные котёнком. Он таким нарядным сегодня был. Его брат и Дариласа с трудом сдержали улыбки и продолжили торжественное шествие.

В зал они входили под громкий возглас.

— Наагашейдиса Тейсдариласа део Ширрадошарр!

Как странно звучит! Дариласа подавила желание поёжиться. Οна с самым безмятежным видом осмотрелась и направилась прямо к холодному наагашейду.

А за ней и охраной в зал проник Большой Красавчик. Он шёл, бдительно принюхиваясь к ковру. Около него крутился котёнок. Забавное у неё сопровождение.

Наагашейд приподнялся, увидев её. Его холодное лицо чуточку смягчилось. А Дариласа еле подавила в себе желание побежать к нему. Но скрыть улыбку не смогла. Она улыбнулась так ярко и солнечно, что Дейш на мгновение словно оцепенел, а потом его холодное лицо потеплело, и на губах возникла ответная улыбка, поразившая весь зал. Дариласа решительно поднялась к нему на лонсаэш и аккуратно села рядом. Хвост Дейша тут же ожил и обвился вокруг неё. Жёсткая ткань юбки слегка захрустела.

Царившую в зале торжественную тишину развеял оглушительный мяв котёнка. Дариласа и Дейш обернулись одновременно. Делилонис только что вернулся и забирался на свой лонсаэш, когда его увидел детёныш и бросился к нему. На лице наагариша появилось искреннее страдание. И Дейш, и Дариласа одновременно ехидно улыбнулись.

Изменения, произошедшие с повелителем при появлении его жены, о многом сказали присутствующим в зале. На наагашейдису смотрели с жадным любопытством. А кто-то и с затаённой гордостью. Наагалей Эйкисэ, всё еще поражённый тем, что для представителя рода Дэшгар подготовили отдельный лонсаэш в главном зале, смотрел именно так. Χоть Дариласа и была госпожой рода Дэшгар, а не его самого, он всё равно ощущал себя так, словно они из одного рода.

А маленький Тер с большим любопытством и интересом смотрел на полупрозрачного Дэшгара, что замер рядом с Миссэ и Доашем, занявшими позицию у лонсаэша повелителя. Мальчик не мог понять, куда делась женщина. Он осмотрелся и неожиданно обнаружил её на лонсаэше наагариша Роаша. Она висла на плечах хмурого мужчины-человека и с улыбкой целовала его в блестящую лысину.

Через некоторое время приползли Вааш и Ссадаши. Парень был хмур и по-прежнему экстравагантен. Волосы он перекинул на левую сторону, чтобы прикрыть покрасневшее и слегка распухшее ухо. Он поднялся на лонсаэш, где расположились его родители, и предусмотрительно сел рядом с матерью подальше от отца.

Οшарашенная Риэда осмотрела его всего и осторожно заметила:

— Ссадаши, дорогой, мне кажется, тебе не идёт этот наряд.

Видаш же стиснул зубы и так смотрел на сына… Если бы не Риэда, которая всё никак не соглашалась выйти за него замуж ещё раз, он бы прибил их младшего сына-идиота.

А Ваашу достался недовольный взгляд наагашейда, который уловил его запах на губах Дариласы. Вааш безмятежно улыбнулся, словно не заметил этого, и приобнял Тавриду за талию.

Для наагашейда же началось главное испытание. К его лонсаэшу начали подползать наагариши и наагалейи, чтобы поприветствовать наагашейдису и поднести скромные и не очень дары. Как же Дейша это бесило! Куча мужиков, и все пялятся на его жену на почти законных основаниях. Каждого он встречал таким взглядом, что наги либо испуганно тараторили приветствия и пожелания и удалялись, либо игнорировали владыку, отдавая всё своё внимание куда более доброй госпоже.

Дариласа улыбалась. Улыбалась всем нагам. Заминка произошла, только когда к лонсаэшу подполз важный наг с золотистым хвостом в сопровождении своего сына. Сына Дариласа узнала моментально, и чуть было не оскалилась. Бошр выдавил виноватую улыбочку. Девушка даже дёрнулась немного и в этот момент обнаружила, что хвост наагашейда обвил её чуть ли не до самых плеч. Она с возмущением посмотрела на повелителя. Но тот даже не обратил на неё внимания, продолжая поливать неприязнью нагов перед их лонсаэшем.

А кроме наагалейев и наагаришей были еще и простые наги. Им нельзя было приближаться к лонсаэшу повелителя, но заползать в зал, чтобы полюбоваться на владыку и его супругу, им никто не запрещал. Стража только следила, чтобы в зале одновременно не находилось слишком много народа.

Так продолжалось до самого полудня. После его наступления вход во дворец для простых нагов закрылся. Им надлежало покинуть территорию дворца. Постепенно они расползались, стража же следила, чтобы никто не задерживался. Дейширолеш и Дариласа удалились, чтобы отдохнуть и переодеться к следующему этапу праздника. Целый батальон слуг спешно приводил залы в порядок.

Примерно через три часа торжество продолжилось, только теперь царила более лёгкая, праздничная, а не торжественная атмосфера. Когда Дейширолеш и Дариласа вернулись, уже звучали весёлые голоса и смех. Торжественная церемония плавно перешла в праздник.

Дейш всё также был в тёмно-зелёном. А вот Дариласа переоделась в синее платье с пышной юбкой и вытащила из волос венок из золотых роз. Она радовалась, что вся эта давящая на неё торжественность ушла, уступив место волшебному празднику. Никто больше не подползал к их лонсаэшу с приветствиями. Они могли спокойно шептаться между собой и тихо смеяться, глядя, как ревнивый Вааш закрывает своим телом обнажённую спину жены. Или же веселясь при виде сдавшегося кошкам Делилониса: он расслабленно лежал на боку Большого Красавчика, а котёнок сосредоточенно рвал когтями его шикарное одеяние.

Дариласа посмотрела сияющими глазами на Дейширолеша и тихо произнесла:

— Эта свадьба мне нравится больше.

Дейш фыркнул и прошептал ей на ухо:

— Я могу устроить еще одну такую.

Девушка хихикнула и отрицательно мотнула головой. А Дейш, прищурившись, посмотрел на Вааша.

Тер осторожно выполз в коридор и с испугом посмотрел на стражу. Ему было скучно сидеть на лонсаэше и слушать разговоры взрослых, поэтому он попросил папу отпустить его погулять. Отец отпустил, но запретил уползать слишком далеко и велел, если заблудится, обращаться к страже. Но мальчик боялся стражи, поэтому для себя решил, что не заблудится.

Он как раз думал, куда же направиться, когда увидел в углу недалеко от дверей, ведущих в зал, две полупрозрачные фигуры. Тер узнал в них Дэшгара и женщину, что следовала за госпожой. Они говорили о чём-то, но слов их услышать было нельзя. Речь духов не звучит для живых. Женщина, похоже, пыталась убедить нага в чём-то, а тот хмурился и поджимал губы. И мальчик вдруг ощутил накатившее тепло в районе сердца. И испугался. Это ощущение возникало каждый раз, когда рядом появлялся дух, готовый покинуть этот мир. Это был сигнал, что кому-то требуется его, Тера, помощь.

Мальчик медленно, ёжась от страха, приблизился к духам и протянул им ладошки. Он всегда боялся прикасаться к ним. Женщина улыбнулась ему и схватила его за руку. Тер вздрогнул, но потом обрадовался, что почти не ощущает холода от её прикосновения.

Дэшгар же не торопился брать его руку в свою огромную ладонь. Наоборот, он сложил руки на груди и всем своим видом показывал, что он никуда не пойдёт. Женщина беззвучно рассмеялась и, отпустив ладонь Тера, схватила нага за локоть. Она потянула его на себя. Дэшгар упёрся, но женщина, смеясь, чмокнула его в щёку, и он неохотно сдался, позволив ей протянуть свою ладонь мальчику. Тер тут же вцепился в его средний палец, а женщина сама опять обхватила своими полупрозрачными пальцами ладошку мальчика.

И он повёл их, преисполняясь страхом и гордостью, к воротам. Вообще-то проводник духов мог сотворить свои ворота в любом месте. Но Тер был ещё слишком мал. Он не мог сделать то, чего не видел. Поэтому он всегда искал настоящие ворота или их подобие. И в дворцовом парке мальчик даже видел очень и очень подходящие, как ему казалось, врата.

Шерван вышел в коридор, вытирая блестящую лысину платком, как раз в тот момент, когда маленький наг, подняв сжатые ладошки вверх, куда-то пополз. Виконту стало жарко в зале, и он решил немного прогуляться, посмотреть на ночное небо, под которым теперь будет жить его племянница. Но странный мальчик отвлёк его от первоначального замысла.

Шерван посмотрел на стражу. Наги глядели на мальчика с напряжённым вниманием, но остановить его не пытались. Слух о том, кем именно является этот ребёнок, успел просочиться и разлететься по дворцу. Поэтому никто бы не посмел сейчас останавливать Тера. Но Шервану ничего этого известно не было.

Он мрачно посмотрел на уползающего ребёнка. Раз не беспокоится стража, значит, ничего с этим парнем на территории дворца произойти не может. Но виконт не мог позволить мальчику ползать одному по ночному дворцу. Мало ли что может случиться. Поэтому он последовал за малышом, слегка удивляясь его странному поведению.

Ребёнок выполз на улицу и направился в парк. Через некоторое время Шерван увидел впереди освещённые волчьим месяцем высокие каменные столбы. Мальчик направился к ним и, добравшись, остановился. Шерван тоже остановился, с интересом наблюдая за ним.

Мальчик некоторое время просто смотрел перед собой, а потом между столбами неожиданно заиграло бликами голубоватое сияние. Виконт нахмурился и подался слегка вперёд. Мальчик опустил сжатые ладони, и Шерван неожиданно увидел две фигуры. Одна принадлежала очень большому нагу, а вторая женщине и, похоже, она была человеком. Наг вдруг развернулся, словно хотел уползти от ворот, но женщина, смеясь, толкнула его в них, и он исчез. А сама она обернулась, словно почувствовала его, Шервана, взгляд. И у него оборвалось что-то в сердце.

— Ирена… — непослушными губами произнёс он.

На него смотрела его сестра. Сестра, умершая много лет назад! Он бросился к ней, спотыкаясь в темноте о траву. Сердце бухало в груди, грозясь вовсе выскочить… Но она виновато ему улыбнулась и, войдя в голубое сияние, исчезла. Шерван споткнулся и упал на четвереньки. Сияние между столбами исчезло. А он продолжал сидеть на траве и тяжело дышать.

Опомнился Шерван только тогда, когда увидел перед собой мальчика. Тот протягивал ему свою маленькую ладошку. Виконт просто смотрел на него некоторое время, а потом взял за руку и встал. Мальчик молча повёл его во дворец.

Шерван безвольно следовал за ним. В голове царила абсолютная пустота. Перед внутренним взором всё ещё стояло лицо Ирены с чуть виноватой улыбкой на губах.

— Она… они вернутся? — неожиданно для себя спросил он у мальчика по-давридански.

Тот удивлённо посмотрел на него.

— Все возвращаются, — сказал он так, словно произнёс нечто, известное всем.

Шерван кивнул, и дальнейший путь до дворца прошёл молча. Мысли всё также отказывались возникать в его голове.

В холле они столкнулись с неожиданной картиной. По лестнице наверх, смеясь, полз черноволосый наг с фиолетовым хвостом. На руках он держал хихикающую, очень красивую женщину с длинными русыми волосами. Шерван с сомнением посмотрел на мальчика: можно ли ребёнку видеть подобные сцены? Но маленький наг смотрел не на эту парочку, а чуть в сторону, в пустоту.

Тер видел там высокого полупрозрачного нага с фиолетовым хвостом и зачёсанными назад черными волосами. Этот наг был очень похож на наагалейя Видаша, что полз по лестнице со своей женой. И он смотрел на эту пару с улыбкой. Заметив мальчика, наг мягко улыбнулся ему и сам протянул свою ладонь.

Тер радостно улыбнулся в ответ и, отпустив виконта, вцепился обеими ладошками в протянутую руку. И потащил нага за собой, радостно щебеча, что, если они поторопятся, тo он сможет догнать тех двоих, что ушли только что.

Шерван посмотрел вслед маленькому нагу и опять пошёл за ним. Когда между столбов опять возникло голубое сияние, виконт даже моргать перестал. Он понимал, что вряд ли увидит сестру еще раз, но надежда теплилась. В сиянии же возник силуэт нага. Он помахал мальчику на прощание и исчез.

А Шервану стало одновременно и радостно, и печально. Получается, что Ирена все эти годы была с ними. Интересно, она злилась на него за то, как он воспитывал Тейсдариласу? Или, может быть, она обижалась, что он так мало балует её дочь? А она радовалась так же, как и он, когда племянница выиграла свой первый бой? И испытала такое же разочарование от равнодушия короля к Тейсдариласе, какое испытал он сам? Οна столько лет была рядом, а он даже не почувствовал это.

Тер подполз к нему и опять протянул ему ладошку. Шерван взял её и на этот раз сам повёл мальчика к дворцу.

— Мы будет ещё кого-то провожать? — деловито уточнил он.

Мальчик немного смутился и отрицательно мотнул головой.

— Я больше не могу, — признался он. — Я ещё маленький.

Шерван посмотрел на него и вдруг впервые за всю свою жизнь подумал, а почему бы ему не жениться? Наверняка найдётся хорошая женщина, которая станет прекрасной женой и матерью. А его дом больше не будет таким огромным и пустым.

Γлава 13

Гости начали отбывать восвояси уже на следующий день. Многочисленные паланкины, колесницы и повозки с вещами загромоздили первый и второй дворы. Неуклюжие тролли осторожно пробирались к носилкам и паланкинам, стараясь не наступить на чей-нибудь хвост и опасливо сторонясь хрупких, на их взгляд, лошадей. Звучали окрики, скрип колёс, лошадиное ржание и грохот загружаемых сундуков. Больше всего шума издавала многоголосая стайка нагинь, которые, плача, смеясь и что-то быстро тараторя, прощались друг с другом.

Моаша тоже уезжала вместе с отцом. Её вещи ещё вчера вечером перевезли из имения рода Онсаш во дворец. Девушка плакала в толпе подруг сильнее всех. Но плакала, скорее всего, не из-за разлуки с Ваашем и его семейством, а из-за расставания со своим возлюбленным. Иишей же был неподалёку, среди стражи, и смотрел на неё мрачно и тоскливо, даже не пытаясь приблизиться. Отец Моаши до сих пор оставался в неведении относительно чувств своей дочери, и молодые люди решили, что пока рано сообщать ему об этом.

На вершине лестницы, ведущей к парадному входу, расположились наагашейд и его наагашейдиса. Рядом с ними замерли Делилонис, Роаш и Миссэ с Доашем. Дейширолеш был холоден и спокоен и взирал на своих подданных довольно равнодушно. Чего не скажешь о Дариласе. Вообще-то она хотела стоять с невозмутимым лицом, но когда мимо тебя проползают весёлые нагини и по очереди бросаются с объятиями, очень сложно сохранить серьёзность. Поэтому она улыбалась всем, кто покидал дворец.

Шум сборов постепенно перетекал из дворца за его двери. Под его своды возвращалась блаженная тишина. И слегка недовольный наагашейд надеялся, что вернётся она надолго. За этот год он видел слишком много гостей и был сыт ими на два века вперёд. Ему хотелось просто разобраться со своими делами и проводить время с Тейс. И желательно, чтобы она не отвлекалась на всяких дядь и опекунов и спокойно готовилась к родам, мысль о которых заставляла Дейширолеша напрягаться. Всё же его не очень радовало, что его женщина должна будет перенести такую боль. Вспомнилось, что некоторых роды убивали… Но Дейш решительно отгонял эти мысли. Тейс сильная и крепкая, и какие-то там роды её не убьют.

На данный момент его больше злило другое. Утром, через несколько часов после рассвета, в их покои почтительно явились Делилонис и Роаш, чтобы якобы составить Тейс компанию в провожании гостей. Дейша это неприятно удивило. Он-то надеялся, что после свадьбы забота о девушке будет целиком и полностью на нём, а эти трое будут только в гости заползать. Но, видимо, они даже не думали оставлять почётные должности «нянек».

Дейширолеш не пустил жену с ними. Пополз сам и стоял рядом с ней на вершине лестницы, наблюдая, как многочисленные гости покидают стены дворца. И недовольно косился тo на друга, то на Роаша. Неужели они собираются и дальше отравлять его жизнь своим присутствием? Его это мало радовало.

Но «нянечки», видимо, подзабыли, с кем вообще имеют дело. Дейширолеш задумчиво посмотрел на Делилониса, старательно скрывая улыбку. Раньше, если ему хотелось кому-то отомстить, то делал он чаще всего так, что после подобной мести его враги с трудом могли подняться. С опекунами Тейс так поступить нельзя. Но ведь всегда можно отомстить более… мелко. Например, отплатить той же монетой. Уголки его губ слегка приподнялись в усмешке, и Дейш поманил к себе Миссэ.

— Не знаешь, где Вааш? — тихо спросил он.

— Он в выделенных для него и его семьи покоях, — также тихо ответил Миссэ.

— Ты сползай к нему и скажи, что я жду его в своём кабинете. У меня к нему серьёзный разговор.

Наг кивнул и уполз. А Дейш коснулся локтя Тейс и шепнул ей на ухо:

— Вернёмся?

Дариласа вопросительно посмотрела на него. А это прилично? Ещё не все гости уехали.

— Они могут до вечера собираться и уезжать, ты же не будешь здесь столько торчать, — прошептал Дейш, обвивая её талию хвостом.

На её лице мелькнула нерешительность.

— Пошли, — Дейш мягко повлёк её в сторону входа.

Пусть пока посидит во дворце в окружении своих прилипчивых опекунов. А он поговорит с Ваашем и свершит свою маленькую, но приятную месть. Тейс она понравится. Женщины же любят праздники.

— Повелитель… — тихо прорычал Вааш, посмев посмотреть на наагашейда исподлобья.

— Что? — Дейширолеш надменно вскинул брови.

Их разговор проходил в его кабинете. Со двора доносился шум: многочисленные гости продолжали покидать гостеприимный дворец. Да и в коридорах было отнюдь не тихо: слуги приводили помещения в порядок.

— Я думаю, это неуместно, — процедил сквозь зубы Вааш, изо всех сил стараясь быть почтительным.

— Почему же? — холодно удивился Дейширолеш. — Ты женился, значит, должен представить жену своему роду. Непонятно вообще, почему я тебе oб этом напоминаю?

Несмотря на холодный и высокомерный вид, Дейш наслаждался своей маленькой местью.

— Традиции нужно соблюдать, — наставительно заметил он.

— Но Тавриду и так все уже давно знают! — повысил голос Вааш.

Он прекрасно понимал, что кое-кто перед ним вовсю издевается.

— И что? — строго спросил Дейш. — Ваашлед, мне казалось, что ты хорошо знаешь женщин. Любой женщине нужен праздник, особенно по такому знаменательному поводу. Даже у меня не хватило духа отменить церемонию представления наагашейдисы, хотя очень хотелось.

Вааш стиснул кулаки. Речь шла о том, что необходимо устроить церемонию представления Тавриды его семье. По некоторым причинам его это совсем не радовало. Οдна из причин — это сам наагашейд. Одно то, что напоминание о церемонии исходит от него, вызывало подозрение, что повелитель решил немного отомстить. Всё же не стоило советовать Делилонису и Роашу увозить Дариласку с дядей в имение рода Ошадаран.

— Хорошо, — сдался он. — Через неделю состоится церемония представления моей жены семье.

— Так скоро? — слегка удивился Дейш.

— А что тянуть?

Да, что тянуть? Не стоит давать некоторым слишком много времени на подготовку какой-нибудь каверзы.

— Я же приглашен? — уточнил наагашейд.

У Вааша аж всё внутри завязалось от предчувствия неприятностей. Очень хотелось отказать. Но это повелитель и муж Дариласки. Зелёные глаза напротив прищурились, наагашейд ждал ответ.

— Конечно, — Вааш с трудом выдавил из себя слова.

На губах Дейширолеша наконец-то возникла тонкая улыбка.

— Замечательно, — протянул он. — Я готов взять на себя подготовку «родственников» невесты.

Вааш скривился. Вот она и месть.

— Не стоит… — начал было он, но его резко прервали.

— А я настаиваю, — в голосе Дейша зазвучал металл, улыбка исчезла, словно её и не было.

Вааш тихо вздохнул и посмотрел на него.

— Ну, если настаиваете, то, конечно, можете взять это на себя, — в очередной раз сдался он. — Я могу быть свободен?

— Конечно, — Дейш опять тонко ему улыбнулся.

И Вааш пополз на выход. Ему предстояло забрать Тавриду и Райшалаш и сообщить радостную весть о предстоящем торжестве. По крайней мере, дочь точно обрадуется.

Дейширолеш проводил его прищуренным взглядом. Пришла его пора потрепать кое-кому нервы. Папаши! Он ещё дождётся, когда Роаш и Делилонис женятся, и вернёт им то, что успел задолжать за последнее время. При мысли о мести на душе стало хорошо. А воспоминания о Тейс окончательно привели его в замечательное расположение духа. Шум, который издавали отбывающие гости, тоже благожелательно сказался на его настроении. Скоро, совсем скоро он будет заниматься только государственными делами и Тейс. Он прикрыл глаза и блаженно улыбнулся.

Дариласу Дейширолеш нашёл в гостиной их совместных покоев в компании Ссадаши и Роаша. Если к Ссадаши Дейш относился спокойно, почти как к третьему охраннику, то к Роашу с некоторым раздражением, как к потенциальному посягателю на внимание Тейс. Но сейчас даже вид рыжего не испортил его замечательное настроение. Наоборот, Дейш позволил себе мысленно посочувствовать рыжему нагу и злорадно пожелать поскорее отыскать любовь всей своей жизни.

Его хорошее настроение не осталось незамеченным. Но если Ссадаши и Роаш слегка насторожились, то Дариласа встретила его радостной улыбкой. Дейш улыбнулся в ответ и опустился рядом с ней на подушки, обняв и руками, и хвостом.

— У меня для тебя хорошая новость, — сообщил он девушке.

Она посмотрела на него с любопытством.

— В роду Онсаш скоро будет праздник в честь женитьбы Вааша. Мы тоже там будем.

Глаза Дариласы заинтересованно округлились. Как любопытно, она никогда ещё не видела таких праздников у нагов. Церемонию, что прошла вчера у них с Дейшем, девушка в расчёт не брала. Она предполагала, что это торжество прошло не совсем традиционно по сравнению с другими подобными событиями.

А вот Роаш и Ссадаши переглянулись. Роаш прекрасно знал, что Вааш даже не вспоминал об этой церемонии. Почему же он передумал?

— Мне даже доверили подготовку «родственников» невесты, — улыбка Дейша стала такой ехидной, что даже Дариласа поняла: неладно что-то в этой истории.

Ссадаши кашлянул, скрывая смешок, а Ρоаш тяжело посмотрел на повелителя. Дейш, впрочем, его взгляд проигнорировал. Только Дариласа наивно удивилась: неужели родственники Тавриды приедут? Они у неё есть? Почему-то ей казалось, что у женщины никого нет. Только почему её родственниками будет заниматься сам наагашейд? Это и насторожило девушку.

А Дейш, видя её любопытство, решил кое-что пояснить.

— У нас есть такая традиция — представлять своих жён семье. Самый обычный праздник, на котором все знакомятся с новым членом рода. Только завершается эта встреча довольно… своеобразно.

Роаш помрачнел ещё сильнее.

— В конце родственники невесты и их сторонники пытаются её украсть. Это потешное нападение, главная цель которого показать, что семья мужа может защитить и сберечь женщину. Мне очень нравится эта традиция, — Дейш улыбнулся. — Но большинство нагов почему-то её не ценят, когда женятся. Ценят и любят её они, только если сами становятся «родственниками» невесты.

Роаш скривил губы. Ещё бы повелитель не ценил эту традицию! Сам-то он под неё не попадает.

— Если у женщины вдруг не оказывается родственников, то к моменту праздника набираются «родственники» из добровольцев. Вот этим я и займусь, — Дейш улыбнулся, и Дариласа поняла, что именно не так.

Интересно, похищение невесты родственниками хоть раз было удачным? У неё возникли опасения, что для Вааша всё может сложиться несколько неудачно. Она слегка нахмурилась.

— Только мы с тобой в этом «бою» участвовать не можем, — «порадовал» её Дейш. — Мои… наши подданные не могут напасть на нас даже в потешной схватке.

А сам косо посмотрел на Роаша, который за последнее время совершил несколько попыток нападения на него. Тот явно не устыдился.

— Поэтому мы с тобой сможем посмотреть на всё это со стороны. Будет очень интересно, — заверил Дейш скептически настроенную Дариласу.

Как-то она сомневалась в этом. Ей вот было очень любопытно, а не благодаря ли вмешательству одного повелителя Вааш решил устроить этот праздник?

— Тебе правда очень понравится, — пропел Дейширолеш и прижал её к своей груди.

Дариласа поджала губы. Ну, посмотрим, как ей это понравится.

А Дейш, прищурившись, взглянул на мрачного Роаша.

— Роаш, а ты жениться не собираешься? — мягко уточнил повелитель.

— Нет, — скупо ответил тот.

— Жаль, — расстроился улыбающийся Дейширолеш.

Ссадаши весело посмотрел на угрюмого наагариша и почти с восхищением на наагашейда. Вот это опекуны госпожи влипли! Он опять еле-еле сдержал смешок. О мстительности наагашейда ходят легенды. Наагаришам явно придётся очень несладко, когда они задумаются о женитьбе. Владыка всё им припомнит, как наагалейю Ваашу. Ссадаши всё же не выдержал и широко улыбнулся.

И вот через неделю они направились в поместье рода Онсаш, чтобы присутствовать на столь радостном событии. Праздник этот, в отличие от церемонии представления наагашейдисы, начинался только ближе к вечеру. Дариласу сильно порадовало отсутствие суеты во время сборов. Всё же приятно быть всего лишь гостем. Это ей нравилось значительно больше. Ей даже слуги не понадобились, чтобы одеться. Дейширолеш ей сам помог… С самого утра помогал одеваться, долго и придирчиво… Зелёный цвет он не позволил ей надеть, заявив, что на сегодня это его цвет. Дариласа не спорила: ей было как-то всё равно, так зачем ссориться по такому глупому поводу?

Через довольно продолжительное время, когда у Дариласы уже слегка припухли губы от долгих «выборов», Дейширолеш снисходительно одобрил красно-золотое платье, юбка и рукава которого переходили от красного цвета к золотисто-жёлтому, сказав при этом:

— Замечательный бутон.

Девушку немного удивило такое романтичное сравнение с цветком. Это было не очень свойственно повелителю.

Ближе к вечеру они вдвоём сели в паланкин и направились в сторону поместья Онсаш. Вместе с ними выехал на колеснице Делилонис, одетый, по своему обыкновению, в серебристо-белые одежды. Дейш почему-то недовольно шипел, что друг своим внешним видом напоминает «предателей-призраков». Интересно, о чём это он?

Пока их неторопливо несли, Дариласа лежала на груди мужа и очень счастливо улыбалась. Радость переполняла её. Она вспоминала свои чувства и мысли, когда только оказалась среди нагов, и сравнивала их с теми мыслями и чувствами, что владели ею сейчас. Тогда она была встревожена неизвестностью и опасением, что внушал ей один вид наагашейда. Вспомнилось, с какой настороженностью относилась она сама и её кошка к высокомерному, скорому на расправу повелителю. Дариласа вспоминала, сколько раз он вызывал в ней чувство ненависти своими поступками. Вспомнила ту бездну непонимания, что разделяла их. И удивлялась: как они смогли всё это преодолеть и полюбить друг друга?

Дариласа не могла понять и объяснить, с чего началась её настоящая любовь, не влечение. И не желала в этом разбираться. Да, у её избранника не самый лучший характер. Он властен и порой деспотичен, впереди их ожидает немало ссор, так как они смотрят на мир по-разному. Но ей было так хорошо рядом с ним, в этих крепких объятиях… И ей казалось, что это счастье стоит того, чтобы мириться со всеми недостатками их будущей совместной жизни. В конце концов, когда всё ровно да гладко, становится скучно.

Неделя, предшествующая празднованию появления нового члена в семье Онсаш, оказалась самой спокойной в жизни Дариласы с того момента, когда она прибыла в княжество Шаашидаш. Это спокойствие даже настораживало. Временами. Но чаще всего у девушки не было времени, чтобы задуматься об этом. Она была счастлива и старалась насладиться этим счастьем. Рядом с ней был мужчина, которого она любила просто до безумия. Она была окружена любовью и вниманием близких. Она ждала ребёнка… И от счастья хотелось летать!

Даже то, что ей почти никогда не удавалось побыть одной, мало расстраивало Дариласу.

— Терпи, Дариласа, терпи, — как-то с сочувствием сказал ей Делилонис.

Это произошло в тот момент, когда Дейширолеш повёл её вместе с собой на какое-то собрание, где присутствовало много нагов. Чувствовала себя девушка неловко. Но Дейш нечасто соглашался оставить её под чьим-либо присмотром, кроме своего собственного. Иногда даже встречи с дядей и учителями проходили в его присутствии.

— Лет двадцать-тридцать потерпи, а потом он должен стать менее нервным, — добавил Делилонис.

Если честно, Дариласу сперва расстроила перспектива постоянного контроля в течение такого срока. Просто это значит, что у них с Дейширолешем в будущем будут ссоры по этому поводу. Но потом подумала, что за этот период, возможно, ещё одного ребёнка родит. А во время беременности ей не помешает тщательный присмотр. Просто себе она не очень доверяла.

Мысль, что она беременна, всё ещё не могла уложиться в её голове. Дариласа никак не могла прочувствовать это. Много раз девушка пыталась представить, что внутри неё растёт маленький наг — сын Дейширолеша, и её сердце наполнялось теплом. Но и только. Поверить, что это правда, не получалось. Наверное, это потому, что Дариласа не ощущала в себе пока никаких изменений.

Но отношение Дейширолеша к ней стало намного бережнее, чем раньше. Страстный и горячий повелитель пытался сдерживаться и теперь ночами изводил её своей нежностью. Это была та еще пытка! Дариласа, сама горячая и страстная, не отличалась терпением, поэтому долгие ласки сводили её с ума.

А после того, как их страсть утихала, Дейширолеш обнимал её и клал ладонь на её живот. Брови его задумчиво сходились на переносице, словно он пытался что-то осознать. Один раз он признался ей.

— Хочу понять, где он…

Что «он» — это ребёнок, Дариласа поняла сразу. И на осмотре у Эоша задала этот вопрос. Лекарь ткнул пальцем в её живот и сказал:

— Здесь.

На следующую же ночь Дариласа взяла ладонь мужа и положила её на свой живот со словами:

— Тут.

Эош предупредил, что скоро её может начать тошнить по утрам, но пока Дариласа чувствовала себя превосходно. Наверное, если бы ей было плохо, то она смогла бы быстрее осознать, что скоро станет матерью. Как-то она даже поделилась своими переживаниями с Ваашем, который приехал во дворец по делам.

— Нашла о чём сожалеть. Радуйся, пока можешь, — посоветовал наг. — Моей жене, когда она ждала Райшанчика, было так плохо, что она даже, бывало, плакала.

Присутствующий при этом разговоре Дейширолеш почему-то нахмурился и недовольно зашевелил хвостом. В последнее время он всё больше и больше начинал переживать по поводу беременности Тейс. Всё чаще вспоминал, что его собственная мать умерла через несколько дней после родов. Да и мать Делилониса умерла, рожая второго ребёнка… Эти мысли понемногу начинали сводить его с ума. В этом он признался Дариласе как-то ночью. Девушке стало его искренне жаль: как же нагам тяжело с их инстинктами.

Паланкин накренился, и Дариласа вынырнула из собственных мыслей. Перегнувшись через Дейша, она выглянула из-за полога и поняла, что они уже прибыли на место.

Первым паланкин покинул Дейширолеш. Он же помог Дариласе вылезти. Просто подхватил её под мышки, приподнял и поставил на землю. И почти тут же обвил её хвостом и высокомерно осмотрелся. Вышло это у него несколько ревниво, и окружающие их наги сделали вид, что потеряли к прибывшему повелителю интерес. А девушка выглянула из-за его плеча и с любопытством посмотрела на большой особняк рода Онсаш.

Рядом с ними остановился Делилонис и тихо сообщил:

— Роаш с Шерваном прибудут позднее.

Дейш едва сдержал хитрую улыбку. Хорошо бы они вообще не прибыли. Было бы неплохо, если и сам Делилонис где-нибудь затерялся.

Они медленно направились в особняк в сопровождении слуги. Οн провёл их по длинным коридорам с красными стенами, поверхность которых украшали извивающиеся змеиные тела. Змеи были разными: игривыми, с забавными фонариками и побрякушками на хвостах, завивающимися в удивительные фигуры… Каким они только не были. Нo мерзкими или отвратительными их назвать было нельзя. Интересно, а такие забавные и милые змейки существуют где-нибудь? Дариласа посмотрела сперва на Делилониса, а потом на Дейширолеша. Эти наги милыми и забавными бывали крайне редко.

Их провели в огромный зал, заставленный лонсаэшами. Некоторые из них были уже заняты. Большинство из присутствующих имели зелёные хвосты, но также были наги и других расцветок. В основном это были друзья рода. Гостей было не так уж и много, если сравнивать с церемонией представления наагашейдисы. Действительно семейное торжество.

Вааш и Таврида, конечно же, ещё отсутствовали. Лонсаэш, на котором должны были расположиться они, оказался завешен плотной тканью. Οн был самым большим из установленных лонсаэшей. Даже лонсаэш наагашейда оказался чуть меньше. Дариласа посчитала это правильным: на подобном празднике главными всегда будут молодожёны.

Делилонису подготовили отдельный лонсаэш, и он был почему-то очень близко к лонсаэшу молодожёнов. А их с Дейшем лонсаэш находился чуть ли не у противоположной стены. Наверное, так нужно, раз даже Дейширолеш не возмутился.

Они поднялись на своё место и расположились на подушках. Миссэ и Доаш замерли у ступенек, ведущих на лонсаэш. Дейш прижал её к своей груди и зачем-то расправил подол её платья по своему хвосту. Дариласа заподозрила в этом какой-то скрытый смысл. Больно он уж довольно улыбался.

В это время в зал заполз Ссадаши. Без родителей и в одежде нормальной для мужчины расцветки. Его пригласили как друга семьи? Дариласе почему-то стало приятно за парня. Вот только Дейширолеш как-то странно скривился, а Ссадаши так радостно улыбнулся им, что Дариласа уловила в этом какую-то издевку.

И почти тут же в зале появились Роаш и дядя. Дариласе они показались слегка растрёпанными. Просто дядя всегда был застёгнут на все пуговицы, а тут даже камзол нёс в руках. Почему-то они оба посмотрели на Дейширолеша. Лица их имели спокойное выражение, но что-то такое ехидное блестело в глазах Роаша… Дариласа с подозрением взглянула на Дейширолеша. А тот, нехорошо прищурившись, смотрел на Роаша.

Дариласа ухватила Дейша за широкий пояс и дёрнула на себя, показывая, что жаждет его внимания. Тот посмотрел на неё и соблазнительно улыбнулся.

— Ты хочешь раздеть меня прямо здесь? — он вопросительно изогнул левую бровь.

— Что происходит? — девушку не сбил с толку его игривый тон.

Он непонимающе посмотрел на неё. И он так искренне её не понимал, что девушка поняла: она на верном пути. От неё что-то скрывают. Поэтому она вцепилась в его пояс уже обеими руками и подалась на его грудь, сурово смотря ему в глаза. Дейш почему-то на мгновение замер, потом его глаза блеснули, и он облизнул уголок губ.

— Знаешь, — тихо начал он, задумчиво смотря на её губы, — я уже не помню, когда меня допрашивали последний раз, но я точно помню, что никогда еще так не возбуждался от допроса.

Дариласа тут же отстранилась и, слегка порозовев, повернулась лицом к залу. Дейш за её спиной разочарованно вздохнул. «Допросит» она его потом. Если получится.

А Дейш опять несколько раздражённо посмотрел на Роаша. Зная, что и Делилонис, и Роаш выступят на стороне родственников Вааша, Дейширолеш распорядился, чтобы наагариша рода Φашшей «случайно» заперли в купальнях. Всё действительно было проделало очень правдоподобно. Каменная притолока двери неожиданно просела и намертво зажала не самую хрупкую дверь между собой и полом. Дверь, кстати, накануне укрепили. То, что в соседней купальне оказался заперт по той же причине и дядя Дариласы, оказалось случайностью. Просто Заашар, который занимался этой «случайностью», неправильно рассчитал силу своих действий.

Вызволять наагариша и виконта поспешили слуги, которым был отдан строгий приказ не спешить и не разносить весть о «пленении» этих двоих по дворцу, чтобы их верные друзья и соратники не бросились им на помощь. Но, видимо, новость об этом всё же просочилась наружу. А Дейширолеш так хотел заставить Вааша понервничать из-за отсутствия некоторых друзей.

Дейш раздражённо прищурился. Ну да ладно! Нервы он всё равно ему потреплет. Возможно, после этого опекуны несколько раз будут думать, прежде чем лезть в их с Тейс дела.

А Дариласа с большим интересом рассматривала прибывающих гостей. Дейш, когда прибывал кто-то важный, склонялся к её уху и тихо сообщал имя прибывшего. Почти всегда после этого он касался её мочки горячими губами, заставляя девушку вздрагивать и нервно оглядываться: не увидел ли кто.

Вааш и Таврида показались только тогда, когда в зале не осталось пустых лонсаэшей. Но перед этим в проходе появился наг, ведущий за руку Райшалаш. Он подполз к лонсаэшу, на котором устроились Роаш и Шерван, и, поставив на него девочку, уполз. Ρоаш с недоумением посмотрел на ребёнка. На его лице так и читался вопрос: «Это мне?». А радостная девочка бросилась его обнимать. Он растерянно погладил её по спинке.

За занавесью, что закрывала лонсаэш молодожёнов, почувствовалось какое-то движение: ткань немного зашевелилась. В зале тут же наступила тишина. Через несколько минут занавеси сами раздвинулись в стороны, открывая гостям Вааша и Тавриду. Шепотки возобновились мгновенно. А Дариласа широко улыбнулась, глядя на эту пару.

Вааш светился широкой, полной гордости улыбкой. Глядя на него, не возникало сомнений, что в спутницы он избрал исключительную женщину. Сама Таврида сидела, прижавшись к его груди, смотрела вниз и смущённо улыбалась, рисуя пальцами что-то на большой ладони мужа. У Дариласы возникло подозрение, что женщину совсем недавно долго и горячо целовали: губы её горели и щёки алели.

— Хороший получился цветок, — неожиданно сказал Дейширолеш.

Дариласа с удивлением посмотрела на него. Похоже у её мужа сегодня приступ романтичности и сентиментальности. А Дейш, видя её удивлённый взгляд, склонился и поцеловал в кончик носа. Вообще-то он целился ниже, но кое-кто посмел увернуться.

— Тейс, — укоризненно прошипел он.

Но Дариласа совсем не желала, чтобы её целовали на глазах у всех. Дейш тяжело вздохнул, смиряясь с этим.

— Но наш цветок всё равно лучше, — сказал он.

Девушка поняла, что что-то не понимает.

— У нас молодожёнов принято сравнивать с цветами. Муж — это стебель и листья, а жена — бутон, — объяснил Дейш.

Дариласа посмотрела на Вааша с Тавридой и отметила, что они действительно напоминают цветок. Вааш во всём зелёном, да еще и с зелёным хвостом напоминал очень крупный и толстый «стебель». А Таврида в лёгком, закрытом платье белого цвета была похожа на небольшой «бутончик». Вместе же они выглядели как перевёрнутый вниз головкой цветок.

Дариласа запоздало поняла, почему Дейширолеш так настаивал на том, что в зелёном будет он. Она посмотрела на его затянутую зелёной тканью грудь, а потом перевела взгляд на свою пышную красно-золотую юбку, расправленную по его хвосту. И почувствовала себя неловко. Потому что смотрелись они действительно шикарнее виновников торжества.

В это время к лонсаэшу Вааша и Тавриды потянулись с приветствиями наги. Дариласа вопросительно посмотрела на Дейширолеша.

— Мы не поползём к ним, — сразу понял он её. — Мы уже знакомы с женой Вааша.

Но Делилонис же ползёт. Дариласа с возмущением посмотрела на Дейширолеша. Тот ответил ей невозмутимым взглядом.

— Тейс, я повелитель. Если я уже знаком с кем-то, то второй раз ползти и знакомиться из уважения не буду. Пообщаемся с ними после праздника.

Девушка ощутила, как внутри закипает раздражение, но усилием воли подавила его.

А вокруг стало довольно шумно. Наги начали ползать в гости к своим соседям, послышался смех, звон посуды… Зазвучала музыка. Дариласе вдруг нестерпимо захотелось потанцевать. Она даже заёрзала на месте.

— Что такое? — мигом заметил её возбуждённое состояние Дейш.

Девушка сперва не ответила, а потом всё же сказала:

— Танцевать хочу.

Взгляд Дейша медленно потемнел, на самом дне глаз загорелась жажда. Дариласа почувствовала, как её уши медленно вспыхивают. Ей был хорошо знаком этот взгляд.

— Как только мы вернёмся, ты сможешь танцевать столько, сколько захочешь, — хрипло пообещал он.

А Дариласа вдруг поняла, что танцевать она будет столько, сколько ей позволят. Терпением её муж не отличался.

Праздник проходил просто замечательно. Дариласа искренне любовалась счастливой Тавридой и гордым Ваашем. Как замечательно, что этот грубоватый, но очень добрый и по-житейски мудрый наг получил то, что, по мнению девушки, заслуживал. Он больше не будет рыдать под стенами собственного дома из-за того, что не может позаботиться о своём ребёнке. И рядом с ним теперь прекрасная женщина.

На мгновение Дариласа опять испугалась, что всё складывается слишком хорошо.

— Что такое? — Дейш нахмурился.

— Всё же хорошо? — очень тихо спросила у него девушка.

На мгновение перед глазами Дейша мелькнуло лицо Айвасариты и голубоватое сияние, окутывающее фигуру Тейс. Но он уверенно улыбнулся.

— Конечно, — и тут же строго спросил: — Ты же не сомневаешься во мне?

Тугой узел беспокойства ослаб, и Дариласа отрицательно мотнула головой.

— Дариласа, присмотри, пожалуйста, за сестрой.

Девушка вздрогнула и обернулась.

У их лонсаэша стоял Роаш и держал за руку Райшалаш. Девочка смотрела на них с любопытством. Не дожидаясь согласия, Роаш обвил талию девочки хвостом и, приподняв её, поставил на их лонсаэш рядом с повелителем. Тот взглянул на ребёнка с недоумением. А Роаш спокойненько уполз.

Девочка и Дейш продолжали смотреть друг на друга. Дариласа попыталась привлечь внимание ребёнка, но Райшалаш продолжала неотрывно глядеть на повелителя. Тот рассматривал её с недоумением, словно не понимая, как она вообще оказалась рядом с ним. Девочка же глядела на него очень серьёзно, всё же она первый раз оказалась так близко к повелителю.

Наконец она обратила внимание на Дариласу и, обогнув хвост наагашейда, приблизилась к девушке. Дариласа тут же приобняла её и усадила, прижав к своему боку. Девочка перегнулась через неё и опять посмотрела на повелителя. Он ответил ей таким же пристальным взглядом.

А Дариласа выжидательно уставилась на двери. Вааш предупредил её, что, когда наступит момент «визита родственников», Райшалаш отдадут на её попечение, чтобы ребёнок случайно не пострадал. Девушка, кстати, теперь поняла, почему их лонсаэш находится так далеко от лонсаэша молодожёнов: чтобы они точно остались зрителями, случайно не превратившись на участников.

Вааш же что-то шепнул на ухо Тавриде. На лице женщины отразилось волнение. Она знала, что именно должно произойти, и слегка боялась этого.

В зале продолжало царить веселье, но появилась некая напряжённость. Кое-кто даже с предвкушением смотрел на двери. Все уже жаждали самого главного веселья.

Лонсаэш Вааша и Тавриды располагался у самой стены. В ней был проход, занавешенный тканью, через который они незаметно пробрались на своё место. Дариласа случайно зацепилась взглядом за эту занавеску. Она колыхнулась и этим привлекла внимание девушки. А в следующее мгновение Вааш буквально отшвырнул Тавриду на противоположный край лонсаэша, и его хвост устремился к этому проходу. Ткань резко отдёрнулась в сторону, и все увидели высокого плечистого нага.

Резко наступила тишина. Присутствующие, кажется, слегка растерялись. А затем молчание разорвал крик:

— Нападение!

Ух, ну и веселье же тут началось. Двери в зал в тот же миг с грохотом вышибли, и внутрь ворвалось десятка два нагов. На лонсаэш к Ваашу через проход протиснулись еще двое. Таврида пискнула, когда её неожиданно в охапку сгрёб Делилонис и шустро уполз на лонсаэш Роаша, оставив Вааша в одиночку разбираться с визитёрами. А Дариласа с возмущением посмотрела на Дейширолеша. Все явившиеся наги размерами не уступали Ваашу!

— Я старался найти для своего дорогого тестя самых лучших «родственников», — Дейш с гордостью улыбнулся Дариласе.

А на лонсаэше Роаша Таврида во все глаза смотрела на своих рослых и плечистых «родственников». Вааш с рычанием и нецензурной бранью разбирался с непрошенными визитёрами. Гости с энтузиазмом подключились к этой забаве. Зал наполнился шумом и грохотом. Кое-где визжали женщины, прибывшие с мужьями или отцами. Но визжали весело.

— Папу бьют! — вдруг закричала Райшалаш и бросилась прочь с лонсаэша повелителя.

Чёрный хвост успел перехватить её прямо у ступенек. Дейш раздражённо подтянул её к себе и посадил между собой и Дариласой.

— Сиди здесь, дочь Вааша! — строго велел он.

— Я Райшалаш! — возмутился ребёнок. — Пусти меня, вредный дядя!

Дейш посмотрел на неё с лёгким недоумением. Это он-то вредный?

— Сиди здесь! — сквозь зубы повторил он и тут же тихо зашипел.

Глаза его поражённо округлились. Ρайшанчик вцепилась зубами в его ладонь. Маленькие острые клычки прокусили кожу до крови, и Дейш отдёрнул руку. А девочка завертелась ещё активнее, стремясь вырваться и броситься спасать своего обожаемого папу.

— Вот же! — Дейш почти с ненавистью посмотрел на извивающегося ребёнка.

Дариласа решила мудро не вмешиваться в их разборки. Это не её сражение.

А обстановка в зале накалилась. По полу катались наги, по воздуху летали столики и посуда. Вокруг лонсаэша Роаша разгорелась ожесточённая схватка, на соседнем лонсаэше три нага попытались скрутить почти озверевшего Вааша. Чуть в стороне на извивающемся Ссадаши сидел какой-то огромный наг. Парень ругался на чём свет стоит и пытался вывернуться, попутно громко сожалея, что травануть никого нельзя.

Вааш тем временем схватил столик и от души разломал его о голову ближайшего нага. Затем мощным ударом хвоста в грудь сбросил с лонсаэша его товарища. Сорвав одну из занавесей, Вааш с рычанием бросился на третьего противника.

— Вааш, не бей их так сильно! — закричала Таврида, которой было очень жалко своих «родственников».

Вааш её не услышал.

Дейш отвлёкся от борьбы с ребёнком и с удовольствием понял, что его бойцы, несмотря на численный перевес гостей, всё же одерживают вверх. Он даже возрадовался на короткий миг. Но затем Райшалаш завизжала так, что у него уши заложило. Дариласа поспешила отползти подальше от этой парочки.

А потом в окне показалась большая чёрная кошачья голова. Изящный Красавчик осмотрел зал и хрипло замяукал. Рядом с ним тут же появилась любопытная морда Красавчика-Плута. А в распахнутую дверь осторожно заглянул Большой Красавчик. На губах Дариласы появилась ехидная улыбка. А вот и её подарок молодожёнам!

Первым в зал, задрав хвост кверху, ворвался Большой Красавчик. Он тут же бросился со спины на одного из «родственников» и повалил его на пол. Наг посмотрел через плечо, желая узнать, что это на него упало, и глаза его расширились. Кот же от души лизнул его в лицо. Он был настроен дружелюбно. И скакнул к следующей «жертве», слегка подпрыгнув на поверженном наге.

Его мохнатые товарищи подоспели чуть позже. Изящный осторожно подкрался к одному из нагов и ухватился зубами за край его юбки. Наг отвлёкся от своего противника и резко развернулся к коту. Животное отскочило. Раздался треск, и юбка осталась в зубах зверя. Наг тут же поспешил прикрыть руками паховые пластины. Его противник моментально загородил его собой и начал стаскивать с себя верхнее одеяние. А Изящный поскакал по залу с гордо реющей в зубах юбкой.

Плут был раздражён. Ему пришлось покинуть самку и детёныша, поэтому снующие вокруг наги его злили. Но вожак дал твёрдое указание: пугать, гонять, но не вредить. Поэтому он взбешённо зарычал и пошёл распугивать и гостей, и «родственников».

— Тейс! — Дейширолеш с возмущением посмотрел на девушку, когда обнаружил в зале котов.

Та ответила невинным взглядом. Она, что, виновата в том, что её котики соскучились?

Через некоторое время гости всё же начали теснить при поддержке котов незваных «родственников» к выходу. Вааш наконец пробрался к жене и, обвив её хвостом, ревниво зарычал. Выглядел он малость сумасшедшим. «Родственников» наконец вытурили из зала, и гости разразились победным кличем. Райшалаш тоже завопила в руках Дейширолеша от радости. Наагашейд страдальчески поморщился.

А Дариласа махала рукой мрачному дяде, который стоял рядом с Роашем и осматривал хаос и разруху вокруг. Похоже, подобное празднование свадьбы его слегка шокировало.

Дейширолеш наконец отпустил Райшалаш, и она радостно поползла к папе и Тавриде.

— Неужели все дети такие? — мрачно спросил он, не обращаясь напрямую к Дариласе.

А девушка хитренько улыбнулась и ответила:

— Дети любят защищать родителей.

Дейш раздражённо зашипел, представив, что его сын будет вести себя так же, а потом замер, сообразив, что сам будет на месте Вааша. На месте отца. И на его лице появилась неуверенная улыбка. Которая, правда, тут же исчезла, так как Дейш понял, что помимо Тейс ему еще придётся присматривать и за сыном. Что же за жизнь его ожидает?

А Дариласа медленно подобралась к нему и прижалась к его боку.

— Подлизываешься? — Дейш посмотрел на неё, прищурившись.

Девушка ласково улыбнулась и кивнула. Улыбка изогнула губы Дейша.

— Подлизывайся дальше, — одобрил он её действия.

А Роаш в этот момент обеспокоенно смотрел на свою воспитанницу.

— Как думаешь, он не вызверится на неё за то, что она вмешалась? — спросил он у Делилониса.

Делилонис изумлённо вскинул брови.

— На неё? — удивлённо повторил он. — Он вызверится на кого угодно, но не на неё.

А Дейшу уже и злиться не хотелось. Ему хотелось обратно во дворец в собственную спальню. Склонившись к уху девушки, он тихо спросил:

— Ты же станцуешь для меня?

Дариласа улыбнулась еще шире и кивнула. Обязательно станцует.

А на следующий день после сумасшедшего праздника в имении Οнсаш Дариласа вместе с дядей прогуливалась в парке. Сегодня был последний день пребывания виконта здесь. Завтра он собирался уезжать. Тяжесть разлуки уже давила на них. Дариласе откровенно хотелось плакать. И теперь она вела дядю в одно место, желая кое-что сделать на прощание.

Шерван глубоко вздохнул и посмотрел на печальную племянницу.

— Ты нашла своё место, — тихо произнёс он.

Девушка кивнула. Она-то нашла, а вот дядя вернётся обратно. Что он там будет делать? Один. Рядом с этой королевской семьёй.

— Ты знаешь, я надумал жениться, — внезапно сказал дядя.

Она с изумлением на него посмотрела и даже остановилась.

— Может быть на виконтессе Даврин, вдове виконта Даврина. Дама, вроде, крепкая, ладная и покладистая, — он неловко умолк.

Девушка неуверенно улыбнулась. Виконтессу она не знала, но в выборе дяди не сомневалась. Ей по-прежнему было сложно с ним расстаться, но после этих слов стало значительно легче. Может быть, дядя ещё найдёт своё тихое семейное счастье, а у неё появится брат или сестра.

— А ты тут мужа не обижай и себя обижать не давай, — дядя строго посмотрел на неё.

Дариласа криво улыбнулась. Она как-нибудь постарается выполнить этот наказ.

Тут они наконец дошли до места, к которому девушка, в принципе, и вела дядю. Это был участок свежевскопанной земли. Рядом стояло несколько корзин с зелёными саженцами. Шерван неожиданно узнал в них альхолимские лилии и вдруг почувствовал, как в носу засвербело, а в глазах слегка помутнело от влаги. Он нахмурился, стараясь задавить в себе сентиментальную реакцию, и смущённо шмыгнул носом.

— Ну… поработаем.

С этими словами он подтащил одну из корзин и, присев на корточки, начал осторожно пересаживать цветы в землю. Дариласа ушла на другой конец участка и тоже занялась высадкой цветов. Совсем как в то время, когда они жили вместе.

Девушка в отличии от дяди не сдерживалась и шмыгала носом, пока саженцы не закончились.

Виконт Женайский покинул дворец наагашейда на следующий день. Наагашейд выделил ему сопровождение, чтобы дядя Дариласы добрался до Нордаса без приключений. Прощание растянулось. Сам виконт только хмурил брови и не показывал, как на самом деле тяжело даётся ему разлука. Дариласа же, не скрываясь, шмыгала и вытирала рукавом нос, игнорируя протягиваемый Роашем платок.

Дариласа проводила дядю аж до городских ворот. Там они ещё около получаса стояли и просто смотрели друг на друга. Потом виконт всё же сделал шаг вперёд, крепко обнял племянницу и прошептал:

— Я еще приеду.

Девушка вскинула на него удивлённый взгляд. Приедет? Она уже решила, что это их последняя встреча. Стало чуточку легче. Дядя отстранил её и направился к ожидавшей его лошади. Вскочив в седло, он заставил лошадь развернуться и направился на запад. Его люди и наги из сопровождения двинулись за ним.

Сердце Дариласы рвала тоска. Ей так не хотелось, чтобы дядя уезжал. Она боялась, что ему будет одиноко в Нордасе. У него же никого, кроме неё, нет. Неужели ему придётся встречать собственную старость и смерть в одиночестве? Боги, хоть бы он действительно женился!

Дариласа смотрела на удаляющийся отряд, пока её не потянул за рукав Роаш.

— Здесь холодно, нам нужно вернуться, — сказал он.

Девушка не ощущала холод, но покорно развернулась и потопала к городским воротам.

Вернувшись во дворец, она ушла в свою комнату и там тихо расплакалась. Плакала она до тех пор, пока не приполз Дейширолеш. Он опустился рядом с ней, обнял, прижимая к своей груди, обвил хвостом и начал шептать ей на ухо что-то нежное и успокаивающее.

— Не печалься, моя Тейс. У тебя есть я, и меня будет много.

Глава 14

Дейширолеш резко натянул вожжи, и кони, всхрапнув, остановились у ступеней небольшого храма. Дейш придирчиво осмотрел его. Тёмно-красные стены, буро-коричневая черепичная крыша с загнутыми вниз краями и много дерева во внешней отделке: в оконных рамах, дверных проёмах… Терраса, окружающая первый ярус храма, была полностью выстроена из дерева. Деревянными были и колонны, украшающие углы здания. Γлавная же дверь была сделана из железа. Но ни на одном из перечисленных элементов не было никаких деталей, сообщающих, кому именно посвящён этот храм.

Дейш выполз из колесницы и направился к ступеням. На первый взгляд его всё устраивало. Храм не слишком высокий, два яруса, внимания особого не привлекает, по цвету похож на некоторые жилые дома, что отстроены в этом же месте. Позади него уже начали разбивать небольшой садик. Неплохо, очень неплохо. Особенно если учесть, что на его постройку потратили чуть больше пяти месяцев.

Привязывать лошадей повелитель не стал. Только осмотрелся вокруг. Прохожих здесь ещё не было. Час слишком ранний. Οн специально выбрал это время. Тейс в последние два месяца просыпалась по утрам всё тяжелее и спала всё дольше. Поэтому Дейш надеялся, что успеет вернуться до того, как она откроет глаза и обнаружит его отсутствие. Не стоит ей знать, где именно он был. Это знание за собой может потянуть и другие знания… А Дейшу не хотелось заставлять её переживать. Особенно сейчас, когда шёл шестой месяц беременности.

Он поднялся по ступеням, заполз внутрь и сразу же оказался в огромном зале, занимающем все два яруса. Стены здесь тоже были тёмно-красными с буроватым оттенком. Через многочисленные окна вливался скудный пока ещё солнечный свет. Он позволял осмотреть пустые ниши, длинные чистые полотна для картин, развешенные по стенам, деревянные балки, с которых свисали на цепочках пузатые круглые фонари без каких-либо рисунков, две двери, ведущие во вторую половину храма, и алтарь, скромно возвышающийся по центру. Это был серо-зелёный прямоугольный кусок гранита около трёх саженей в длину, двух в ширину и полутора в высоту. Просто тщательно отшлифованный кусок камня.

Дейш подполз к алтарю, заложил руки за спину и поднял глаза к потолку.

— Аглегарисий, мне нужно поговорить с тобой, — уверенно произнёс он.

Прошло несколько минут, но ответа от бога не последовало. Дейш раздражённо прихлопнул хвостом по полу.

— Очень нужно, — повторил он.

Почти сквозь зубы процедил.

Над алтарём заклубилась тьма, и на зеленоватой поверхности гранита появился Аглегарисий. Бог сидел, сложив кренделем босые ноги, и чистил щепочкой ногти. Только чистил он не под ними, а выковыривал из поверхности чёрные точки.

— Представляешь, никак эти корни травяные не изведу, — басовито пожаловался он.

— Кошмар, — холодно посочувствовал Дейш.

— А ты что звал-то меня, зелень? — бог поднял на него глаза.

Интересно, он его зеленью называет потому, что траву после пробуждения терпеть не может?

— Хотел показать тебе твой храм, — Дейш развел руки в стороны, призывая посмотреть по сторонам.

Аглегарисий вскинул брови и немного удивлённо осмотрелся.

— Как-то не особо, — признался он.

Дейш усмехнулся, ничуть не удивившись такому ответу.

— Безлико… пусто… — бог скривился.

— У меня нет цели приковывать к этому месту пристальное внимание, — прямо заявил Дейширолеш. — А говорить с тобой мне где-то нужно. Во дворце слишком много лишних ушей.

— О, как! — Аглегарисий криво усмехнулся. — Думаешь, храм для… безликого бога не вызовет интереса?

— А это уже не имеет значения, — Дейш тоже усмехнулся. — Знающим скажу, что это гробница для Чанвашара.

Бог скривился.

— Ты место, предназначенное для меня, с этим паскудником не связывай, — мрачно велел он, а затем, тяжко вздохнув, добавил: — Украсил бы, что ль, хоть как-нибудь. Картины дев прекрасных повесил …

— Хочешь — вешай, — спокойно отреагировал на пожелание Дейш. — Это место полностью в твоём распоряжении. Χоть сам до самой крыши разрисовывай.

Аглегарисий тоскливо осмотрелся.

— Первый храм за столько веков и такое убожество, — капризно заявил он. — Хоть краски привези какие-нибудь…

— А я думал, боги одной мыслью стены расписывать умеют, — протянул Дейш.

— Я предпочитаю ручную работу, — заявил бог.

Οн легко спрыгнул на пол и пошлёпал к одной из пустых картин.

— Так что ты хотел-то? — спросил Аглегарисий. — Не ради же этого подарка ты меня сюда звал.

Дейш подполз к нему и тоже посмотрел на пустую картину.

— Я хотел узнать, что ждёт нас с Тейс после смерти.

Аглегарисий внимательно посмотрел на него и усмехнулся. На картине появилась чёрная изогнутая черта.

— Ничего хорошего, — заявил он. — Вы будете слабейшими из богов, недобогами. Поверь, лучше никогда не становиться ими.

— Это уже не нам решать, — холодно напомнил Дейш.

— Почему же? — слабо удивился Аглегарисий. — Я бы посоветовал стать полноценными богами. Ты же не хочешь, чтобы вас постоянно шпыняли более сильные боги?

Дейш сжал зубы.

— Не хочу, — признался он, не отрывая глаз от картины, на которой уже прорисовывалась следующая черта. — Но я хочу знать, что мне делать дальше.

— Становиться сильнее, — Аглегарисий произнёс это так, словно это очень и очень просто. — Вам понадобится сила. Старые боги ненавидят молодых, потому что они более совершенны, чем они сами.

Дейширолеш посмотрел на него с удивлением.

— Совершенны?

— Да, — Аглегарисий кивнул и пальцем поправил одну из линий.

Она прогнулась в другую сторону.

— Мы, старые боги, зависимы от народов, что создали. Основатели сделали нас несовершенными, неспособными выживать без поддержки. В то время как расы, наши собственные творения, куда более совершенны. Вас можно закинуть в любой другой мир, и вы выживете. А мы, боги, и сам этот мир, без вас или основателей жить не сможем. Мы заперты здесь, как в ловушке.

Бог произнёс это спокойно, без боли или ненависти к своему положению, но чувствовалось, что когда-то давно это задевало его. Наверное, он ненавидел эти кандалы, ненавидел собственное «несовершенство». Но пережил это и оставил в прошлом.

— А тут появляются новые боги, — продолжил свой рассказ Аглегарисий, — они совершенны, потому что пришли взамен умерших старых богов из тех народов, благодаря которым живёт этот мир и его боги, но которым для существование не нужен ни этот мир, ни его боги. Они свободны и независимы. Им не нужно бояться, что их народ вымрет и они вместе с ним. Им вообще не нужно создавать собственные расы. Представь, какую зависть и ненависть испытывают к этим счастливчикам старые боги?

Дейширолешу не нужно было представлять, чтобы понять: их с Тейс очень быстро отправят в мир иной.

— Ты можешь сказать, как нам стать сильнее? — прямо спросил Дейш.

— О, это очень просто, — Аглегарисий потянулся и зевнул. — Главное — дожить до того момента, когда божественные силы проснутся в вас. А то вдруг кто-то из стариков прознает и решит прикончить вас, пока вы… того… в зародыше. Поэтому не треплем языком и ждём.

— Чего ждём? — раздражённо спросил Дейш.

— Смерти своей, — как маленькому объяснил Аглегарисий. — Сперва твоей, а потом и моей девочки.

— Моей, — тут же поправил Дейш.

— Ну, твоей, — не стал спорить бог. — Если сам не сболтнёшь или эти цветные, которые там были с вами, не растреплются, то всё будет за-ме-ча-тель-но. За Саритку не переживай. Я поговорил с ней ещё раз и пообещал, что в случае чего её язык окажется у неё же в заднице.

Дейширолеш раздражённо прихлопнул хвостом.

— Я не понимаю, дождёмся мы своей смерти, станем недобогами, а дальше что?

— А дальше всё очень просто, — сказал Аглегарисий и замолчал.

Дейш несколько секунд помолчал, наблюдая, как пустая картина заполняется линиями, и всё же поторопил бога.

— И что же дальше?

— А? — Аглегарисий непонимающе уставился на него красноватыми глазами.

Дейш реально разозлился. Похоже, здесь кто-то развлекается за его счёт.

— Ты издеваешься? — прямо спросил он. — Мне нужно знать, что делать дальше. Для тебя, бога, возможно, всё просто. Но мне нужно время, чтобы подготовиться.

Аглегарисий расхохотался. Его смех эхом отразился от стен и взмыл к потолку. Дейш на полном серьёзе задумался над тем, чтобы просто придушить его хвостом.

— Мальчик, у тебя впереди больше двух тысяч лет, а на подготовку, чтобы перейти от недобога к настоящему богу, тебе даже суток не потребуется, — весело сказал он. — Когда наступит это время, я всё тебе скажу.

— Скажи сейчас! — Дейш вышел из себя.

— Сейчас рано, — скучающе протянул Аглегарисий. — Вдруг ты решишь стать богом раньше, например, прям завтра. А мне это невыгодно. Хотелось бы, чтобы вы с девочкой успели до этого момента побольше потомства наплодить. Вдруг у вас ещё одна скальная кошечка получится.

Усилием воли Дейширолеш взял себя в руки. Тёмному богу он сейчас ничего сделать не может, тем более, тот владеет важными для него знаниями. Зачем портить отношения?

— Всё же я хотел бы знать сейчас, — куда спокойнее сказал он. — Вдруг с тобой что-то случится.

— Не переживай, я оставлю подсказки.

Аглегарисий махнул рукой вокруг себя.

— Здесь. Я оставлю подсказки здесь, повсюду. Если ты не идиот, то разберёшься.

Дейш фыркнул. Он понял, что упрашивать бога бесполезно. По крайней мере, сегодня. Но у него ещё много времени, чтобы вытянуть из него всё, что нужно.

Дейширолеш обратил внимание, что в храме стало куда светлее. Солнце взошло выше, утро разогревалось, а значит, Тейс скоро проснётся. Ему нужно возвращаться.

— Мне пора, — медленно произнёс он, смотря в окно. — Если что-то понадобится — сообщи.

Дейш уже начал отползать, когда Аглегарисий окликнул его.

— А жреца-то мне можно? — спросил он. — А лучше жрицу.

Дейширолеш усмехнулся и с видимым удовольствием протянул:

— Я твой жрец. Главный и единственный.

Аглегарисий скептически осмотрел его и скривился.

— А кого-то порасторопнее можно?

— Увы, вариант только один.

Дейш развернулся и пополз на выход. Мысли его постепенно заполняла Тейс. Он желал оказаться рядом с ней как можно скорее. Тем более, вчера у него наконец-то закончилась линька, и по этому случаю он подготовил для неё подарок.

— Вот поганец, — ласково сказал ему вслед Аглегарисий и вернул своё внимание картине.

Хаос линий начал постепенно приобретать осмысленность. Уже можно было понять, что это чей-то портрет. Он становился всё чётче под пристальным взглядом бога, хотя сам Аглегарисий мыслил уже о другом. В голове вертелось требование этого мальчишки. Всё-таки какая целеустремлённость и самонадеянность! Это даже немного восхитило бога. Но он опасался, что желание мальчишки исчезнет, едва он услышит о способе достижения нужной цели. Οн ему не понравится. Поэтому Аглегарисий ничего не сказал. Всему своё время. Мальчик узнает то, что ему нужно, тогда, когда для этого придёт время.

С картины на Аглегарисия смотрела улыбающаяся Тейсдариласа. Она была счастлива. Это было заметно по её сияющим глазам. Неожиданно нарисованная девушка склонила голову набок. Улыбка её стала шаловливой, и линии, из которых она состояла, начали перемещаться. Менее чем через минуту на полотне уже была большая чёрная кошка. Οна повернулась к богу спиной, задрала хвост и, виляя задницей, ушла с картины. Брови Аглегарисия изумлённо надломились. Своевольная картинка получилась…

Он ещё раз осмотрел пустое уже полотно. Ну вот, первую подсказку для этого самонадеянного мальчика он оставил. Довольно улыбнувшись, Аглегарисий исчез в дымке тьмы.

А во дворце в это время было очень шумно. Точнее, в одной его части. А ещё точнее, в покоях Виаши. Нагиня нервно кусала свои хорошенькие пальчики и смотрела на свою заливающуюся плачем дочку. Ашика плакала с самой ночи и никак не хотела успокаиваться. Всё её личико покраснело, носик распух, и она продолжала и продолжала плакать. Наагалейя Эоша, как назло, не было во дворце. Один из его учеников осмотрел ребёнка и с недоумением развёл руками, не понимая, что происходит. Виаша уже сама несколько раз заливалась слезами. И Εсаш всё никак не приползает! Зачем он вообще каждый вечер уползает, если утром возвращается?! Ночевал бы здесь. Виаша в очередной раз расплакалась. А отец рядом нервно замялся, не зная, что ему делать.

Дверь в комнату резко распахнулась, и заполз обеспокоенный Есаш. Плач ребёнка он услышал ещё из коридора. Виаша, нервы который уже были на пределе, тут же набросилась на него с несправедливыми обвинениями.

— Где ты был?!

Есаш испуганно посмотрел на ребёнка. Он уже успел напридумывать себе разных ужасов.

— Она плачет с самой ночи, — Виаша произнесла эти слова таким обвиняющим тоном, словно Есаш был виноват в этом.

А потом жалко всхлипнула и тихонько попросила:

— Успокой её, пожалуйста… ты же можешь…

И опять расплакалась.

Есаш подполз к плачущей малышке и поднял её на руки. Девочка тут же чуточку успокоилась, но продолжала всхлипывать. Парень осторожно вытер её блестящий от сопелек нос.

— Что с ней? — настороженно спросил он у отца Виаши.

Наг пожал плечами.

— Мы вызвали лекаря, но он не смог объяснить, что не так.

— Она ела?

— Нет… — Виаша всхлипнула. — Отказывается…

Есаш слегка побелел и поджал губы. А затем сказал:

— Ей скоро исполнится семь месяцев. У вампиров к этому возрасту появляется потребность в крови. Возможно, она хочет есть… но не молоко.

Виаша посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Губы её помертвели.

— Нет… — тихо произнесла она. — Нет-нет.

— Виаша, будь благоразумна! — парень строго посмотрел на неё. — Если ребёнку нужна кровь, то значит, её нужно ему дать!

— Моя дочь не будет пить кровь! — закричала девушка.

— Ты её голодом уморить хочешь! — в свою очередь заорал парень. — Хочешь ты того ли нет, но она частично вампир. И если ей нужна кровь, то нужно её дать!

— Нет! — продолжала упорствовать девушка. — Моей дочери она не нужна!

— Ты дура! — не постеснялся в выражениях парень. — Хочешь убить её?!

Виаша в ужасе замерла. Если её дочь умрёт, то это будет воплощением её самого худшего кошмара.

Тут дверь резко распахнулась, и в спальню стремительно заполз наагалей Эош. Из груди девушки вырвался вздох облегчения. Она была уверена, что наагалей обязательно поможет её дочери. За Эошем полз его обеспокоенный ученик, который ранее осматривал девочку.

— Положи её, — велел лекарь Есашу.

Парень положил ребёнка на постель и отполз к Виаше. Они оба с напряжением ожидали вердикта лекаря. Эош осмотрел ребёнка, заглянул ему в рот и тут же посмотрел на своего ученика так, что тот присел от испуга.

— У ребёнка режутся зубы! — процедил наагалей.

Наступила тишина, только Ашика продолжала хныкать. Она явно была обиженна на взрослых, которые так долго не могли понять, что с ней происходит.

— Зубы? — непонимающе переспросила Виаша.

— Да, зубы, — мрачно подтвердил Эош. — Целых два.

Есаш и Виаша переглянулись и опустили глаза. Теперь им был друг перед другом неудобно за те претензии, что они успели друг другу предъявить.

Эош пробыл у них еще совсем немного. Он смазал какой-то мазью дёсна девочки, и ребёнок с некоторым удивлением перестал плакать. На заплаканном личике так и читалось недоумение. Лекарь оставил мазь и велел мазать дёсна ребёнку тогда, когда тот начнёт плакать. Он уполз, утащив за ухо «неуча» ученика. Пиш тоже выполз, сказав, что ему нужно привести нервы в порядок.

Есаш и Виаша остались с девочкой вдвоём. Девушка настолько была выбита произошедшим из колеи, что даже не выгнала парня, когда начала кормить дочь. Наголодавшийся ребёнок с жадностью припал к соску, от этой же жадности даже иногда умудрялся захлёбываться молоком. А Есаш без всякого стеснения смотрел на нежную аккуратную грудь с розовым ореолом соска.

— Ты меня извини, — смущённо произнесла девушка.

— Я тоже погорячился, — парень слегка улыбнулся.

Виаша улыбнулась в ответ, а потом стремительно отвернулась.

— Ты куда смотришь?! — возмутилась она.

Есаш беззастенчиво рассмеялся.

Вааш, безмятежно насвистывая под нос весёлый мотивчик, спокойно полз по коридору дворца. Ему пришлось прибыть сюда ранним утром, чтобы решить все свои дела, связанные с этим местом. Таврида всё ещё крайне нервно относилась к его отлучкам из дома, хотя и не пыталась удержать. Но её страдающий взгляд резал Вааша хуже ножа. Попробуй задержись без достойной причины, и совесть сожрёт без соли со всеми потрохами. Одна мысль о том, что жена будет встречать его с счастливой улыбкой, но с заплаканными глазами, заставляла Вааша чувствовать себя скотом. А его Тавридочка ведь такая нежная…

Эта нежность, похоже, копилась в ней все годы, что она провела в одиночестве. И теперь она выплёскивала её всю на Вааша и Райшалаш. Иногда Ваашу казалось, что Ρайшанчику этой нежности достаётся больше, и он даже испытывал что-то вроде ревности. Нет, ну право, глупость какая, ревновать жену к своей дочери! Вааш тихо рассмеялся. Давно он не испытывал всего этого: нежности, ревности… Давно он не был так счастлив. Возможно, для нага десять лет — это мало, но ему они показались вечностью. То, что он смог полюбить еще раз — это большая милость богов. Ему повезло так, как немногим везёт.

Вааш резко притормозил, услышав знакомый голос.

— Ну скажи… — ласково упрашивал кто-то кого-то.

Вааш осторожно выглянул из-за угла и увидел наагашейда и Дариласку. Наагашейд с самой соблазнительной улыбкой нависал над девушкой, упираясь руками в стену над её плечами. Хвост его расстелился по полу так, чтобы перекрыть ей все пути к побегу. Дариласа стояла, прислонившись спиной к стене, и прижимала к уже довольно заметному животу объёмный рулон, кажется, змеиной кожи. Вааш понимающе усмехнулся. Он сам вчера подарил жене сброшенную шкуру. Видимо, повелитель сделал то же самое.

— Ну же, скажи: сай’я и’Дейш, — с улыбкой упрашивал наагашейд.

Дариласа посмотрела на него одновременно с раздражением и смущением. Ну зачем ему нужно слышать это так часто? У неё сердце начинало трепыхаться, как птичка в клетке, когда она произносила эти слова. И дыхание прерывалось.

— Ну же… — повелитель был готов стоять на своём до победного. — Давай. Саяй’я и’Дейш… очень сильно…

Дариласа подтянула рулон почти на грудь и мрачно посмотрела на мужа. Разве можно так давить на свою беременную жену? Из чувства противоречия она тихо сказала:

— Саяй’я и’Дейш…не очень сильно.

На мгновение Дейширолеш замер, а затем его хвост азартно вильнул, и улыбка стала еще шире.

— Ладно, попробуем еще раз, — упёртый повелитель не был готов отступать.

Он прижался к жене, решив давить на неё своим обаянием. И вдруг замер. Улыбка исчезла с его лица, глаза немного испуганно расширились.

— Он… толкнулся? — тихо спросил повелитель.

Дариласа посмотрела вниз, туда, где соприкасался её живот и верхняя часть хвоста Дейша, и, широко улыбнувшись, кивнула. Муж почему-то слегка побелел. А девушка приподнялась на носочки, чмокнула склонённого мужа в губы и весело произнесла:

— Сая’я и’Дейш. Очень-очень сильно.

И, неуклюже перевалившись через хвост повелителя, потопала в сторону Вааша. Наг поспешил скрыться, направившись в сторону лестницы. До его слуха донеслось шипение наагашейда.

— Тейс, стой! Куда ты пошла одна?! Стой же! Я вообще не расслышал, что ты мне сказала! Да куда ты несёшься с таким животом?! И как часто он толкается?!

Вааш тихо хохотнул и начал спускать вниз.

На третьем ярусе он столкнулся с Виашей и Есашем. Парень нёс на руках завёрнутую в одеяло спящую Ашику. Нагиня решила, что ей всё же стоит прогуляться, но оставлять ребёнка одного в комнате не захотела.

— Доброе утро, дядя, — вежливо поздоровался Есаш.

— Здравствуйте, дядя Вааш, — в свою очередь поздоровалась девушка.

— И вам доброго. Спит?

Вааш с любопытством склонился над ребёнком.

— У неё зубы начали резаться, — с гордостью сообщил Есаш. — Всю ночь плакала.

Вааш умилился. Когда у Райшанчика начали резаться зубки, он чуть на потолок не заполз от переживаний. А скоро эта малютка ещё начнёт учиться ползать на животике.

— Есаш, вы ползите, гуляйте, а мне надо с дядей Ваашем поговорить, — неожиданно сказала Виаша.

Парень удивлённо посмотрел на неё, но покорно пополз вниз, мурлыкая под нос что-то похожее на колыбельную.

Вааш вопросительно посмотрел на девушку. Та под его взглядом мучительно покраснела.

— Дядя Вааш, мне Есаш очень нравится, — тихо призналась она. — Что мне делать?

Вааш еле сдержал хохот и совет ничего больше не делать. Вместо этого он сурово нахмурился, словно всерьёз задумался над её словами.

— Я думаю, тебе нужно поговорить с ним, — сказал он.

Виаша нервно заломила свои тонкие пальчики.

— Но я ему, наверное, не нравлюсь. Он же меня постоянно дурой называет! — она с отчаянием посмотрела на мужчину.

— Повелитель Дариласку тоже дурой называл, — вспомнил Вааш.

Глаза девушки вспыхнули надеждой.

— Но у меня еще и ребёнок… — нерешительно протянула она.

Виаша словно искала пути к отступлению, но не находила их.

— А в чём проблема? — Вааш сделал вид, что не понял её. — Есаш — хороший отец!

Девушка посмотрела на него с изумлением.

— А у него есть дети? — поразилась она.

Вааш еле сдержал гримасу досады, сообразив, что поторопил события.

— Я хотел сказать, что он будет хорошим отцом. Вон как с Ашикой возится.

— Да, — глаза Виаши вспыхнули. — Мне кажется, они обожают друг друга! Но… — она слегка поникла, — вдруг я ему не нравлюсь?

Вааш вздохнул.

— Это ты сможешь узнать только, поговорив с ним.

Виаша заломила пальчики.

— Просто поговори с ним, — еще раз повторил свой совет Вааш. — По крайней мере, ты будешь точно знать, что именно он чувствует к тебе.

Девушка неуверенно кивнула.

— Хорошо, я попытаюсь, — тихо сказала она. — Спасибо.

— Было бы за что, — добродушно усмехнулся Вааш. — Ползи давай, догоняй. Есаш тот ещё шустрик.

Виаша слегка улыбнулась и поспешила вниз. Вааш задумчиво посмотрел ей вслед. Εсли честно, он не был уверен, что у этих двоих что-то получится. Им обоим даже ста лет нет, а они уже думают о создании семьи. С одной стороны, его радовала серьёзность племянника, а другой, у него не было уверенности, что этот союз продержится долго. Но узнать, сложится ли у этих двоих совместная жизнь или нет, можно будет только в том случае, если они попробуют. Вааш точно препятствовать им не будет.

Он продолжил свой путь вниз.

Подползая к первому ярусу, Вааш обратил внимание на столпотворение. У входа теснились наги и с большим любопытством смотрели направо, в сторону лекарского крыла. Вааш спустился чуть ниже и перегнулся через перила. Взору его предстали Делилонис с самой широкой улыбкой на лице и ошарашенный Ссадаши.

— Н-наагариш, — осипшим голосом протянул парень, — вы о чём?

— Ссадаши, ну что непонятного? — ласково спросил Делилонис. — Это тебе.

И протянул ему рулон чего-то белого. Вааш пригляделся и едва успел захлопнуть рот ладонью, чтобы не расхохотаться. Дел протягивал парню свою шкуру!

— Н-наагариш, я не из этих, — Ссадаши с ужасом смотрел на шкуру.

— Ссадаши, дорогой мой, хватит ломаться. Бери, — нежность улыбки Делилониса была просто беспредельна.

Стража молча ухахатывалась, кусая костяшки на руках. Вааш, будучи не в силах сдерживать эмоции, молотил хвостом по ступеням.

— Но наагариш… — парень посмотрел на Делилониса со страданием.

Делилонис наклонился к нему и также ласково и при этом угрожающе произнёс:

— Сам изгваздал — сам носи.

И впихнул рулон в руки Ссадаши.

— Тебе очень пойдёт, — заметил наагариш и ласково потрепал парня по волосам.

После этого он развернулся и с достоинством выполз из дворца, оставив красного парня с рулоном своей шкуры. Вааш не выдержал и громко расхохотался. Парень вскинул глаза и обозлённо посмотрел на него.

Виаша маялась весь день, не зная, как начать разговор с Есашем. Если бы он не был так увлечён ребёнком, то давно бы заметил её страдающий взгляд. Но парень вился над спящей малюткой, как орлица над орлёнком, и метания девушки оказались не замечены им.

Она терзалась до самого вечера, но так и не смогла начать этот разговор. Девушка ощущала себя опустошённой и ненужной. Сказывалась и прошлая бессонная ночь. Навалившаяся усталость полностью задавила в девушке всякую надежду на то, что Есаш может ответить ей взаимностью. В один момент она просто уснула, когда решила прилечь на постель. Есаш в это время ползал по комнате с ребёнком на руках.

Проснулась она в тот момент, когда парень осторожно укладывал девочку рядом с ней. Он поправил малютке одеяльце, погладил по головке и тихо направился к выходу.

— Пожалуйста, останься с нами, — неожиданно для себя тихо попросила Виаша.

Есаш замер, а затем медленно повернулся. Девушка вжала голову в плечи, но посмотрела в ответ, не отводя глаз.

— Остаться? — несколько удивлённо повторил парень.

— Да, — чуть слышно ответила Виаша.

Некоторое время он просто смотрел на неё, сурово сжав губы, а затем спросил:

— Ты же понимаешь, что после этого я никогда не уйду?

Сердце девушки радостно подскочило, и она быстро и нервно кивнула. Нет, она не понимала этого, но очень надеялась, что так и будет.

Есаш медленно, не отводя от неё глаз, приблизился к постели и лёг на неё. Протянул над головой Ашики свою руку. Виаша почувствовала, как его пальцы коснулись её шеи, а затем его ладонь скользнула под её голову. Он медленно погладил её волосы.

— Ты будешь спать на моём плече, — Есаш не спрашивал, он утверждал, но Виаша всё равно кивнула.

Хвост парня осторожно коснулся её хвоста. Она нерешительно шевельнулась навстречу, и через несколько секунд их хвосты обвились. На губах Есаша появилась легкая улыбка.

— Жаль, что первый шаг совершил не я, — тихо произнёс он.

Виаша смущённо улыбнулась и посмотрела на спящую дочь. Её сердце билось так громко, что его стук должен был услышать и Есаш. Но он не слышал, потому что его сердце стучало так же громко. А Ашика продолжала безмятежно спать, лёжа между своими слишком юными родителями.

На следующее утро Виаша вместе с дочерью и отцом в сопровождении Есаша уехала в поместье рода Онсаш.

Аглегарисий сидел на крыше дворца и смотрел, как за ворота выносят паланкин. Рядом с ним катились две колесницы. Только что на его глазах в носилки села нагиня с ребёнком, и даже отсюда он видел счастливую улыбку, блуждающую на её губах.

Ему нравилось незаметно наблюдать за окружающими. У них он учился заново жить. Вкус к жизни Аглегарисий потерял уже давно, когда понял, что смерть его неминуема. Кровь его созданий продолжала течь в жилах людей, но она перестала проявляться.

Бог подставил лицо под лучи восходящего солнца. Сколько эмоций он тогда пережил… От гнева и отчаяния до безразличия и отупляющего равнодушия. И сам не заметил, как вечный сон забрал его в свои объятия.

Он прикрыл глаза, вспоминая своё пробуждение. Εму прекрасно спалось. В его снах было тепло, много солнца и всё вокруг звенело от жизни. А потом его словно ударило под дых. Его пронзило острое желание жить. Это желание имело невероятную силу, и оно принадлежало не ему. Но оно проходило через его грудь и беспощадно вырывало из того уютного мира, что снился ему. В голове замелькали различные картинки. Ночное небо над песчаными барханами… Великолепный город, крыши которого загибались вниз… Густые леса… Искажённое от боли лицо красноглазого блондина… Чьё-то суровое лицо со шрамом… Мелькнула яркая рыжая шевелюра, а следом за ней белый змеиный хвост с золотыми узорами… И зелёные глаза… Часто… Много… Из-за них сильнее всего хотелось жить. Хотелось вцепиться в жизнь зубами и есть её, есть… лишь бы выжить!

Он рванул вперёд, к этой желанной жизни. Но что-то захрустело, затрещало, не отпуская его. Ему казалось, что с каждым промедлением жизнь убегает, и с рёвом опять бросился вперёд. Εго же собственный крик его и разбудил.

Аглегарисий открыл глаза и обнаружил себя в какой-то тёмной пещере сплошь обвитым высохшими лозами. Желание жить тянуло его куда-то, и он бросился туда, повинуясь этому зову.

И Аглегарисий увидел источник этого желания. Девочка. Тонкая, хрупкая, смертная… его создание. Εё закрывал собой мужчина-полузмей. Аглегарисий не сразу вспомнил, что раса, к которой принадлежал мужчина, называется нааги. И на тот момент его мало интересовал какой-то там наг. Он только что проснулся, его разрывало дикое желание жить, в голове царил хаос, а кожа трескалась и кровоточила из-за проросших в неё травяных корней. Он даже не вслушивался в разговор полузмея с какой-то женщиной. В женщине он потом узнал Сариту и вяло удивился: что ей нужно от его создания?

Он считал, что ещё спит. Всё вокруг казалось нереальным… продолжением сна. А потом он проснулся еще раз.

Сигналом к пробуждению послужили слова Сариты: «…убей…». Бешенство. Вот что пробудило его окончательно. Οн заразился желанием жить от смертной девчонки. Он так давно не ощущал это яркое, наполняющее жизненной энергией желание. Он хотел ощущать его и дальше, оно нравилось ему.

Аглегарисий открыл глаза и задумчиво прищурился. Странно вообще, что в том состоянии у него хватило выдержки не прибить Саритку. Он потом долго гулял, перемещался в разные точки мира, купался в океане, сидел на снегу в горах, утопал по колено в болотной жиже… и с детским интересом и удивлением смотрел вокруг. Он словно видел это всё впервые. Словно не было периода в его жизни, когда ему приелось решительно всё. Его жизнь началась заново.

Это было замечательное ощущение. Οн хохотал в голос, плясал, летал ветром по городским улицам… А потом вспомнил о девочке, чьё желание жить оказалось настолько сильным, что вырвало его из уютного сна. Он перенёсся в место, где ощущал её присутствие… и ошалел от обилия эмоций. Страх, злость, радость, любовь, безудержное веселье… Здесь было столько всего, что он опьянел от впечатлений. Местные обитатели просто искрились сильными эмоциями. И Аглегарисий вдруг почувствовал уже полузабытый вкус к жизни.

Теперь он часто сидел здесь, невидимый для всех, и наблюдал за обитателями дворца. Ему нравилось видеть их метания, страдания и радости. Беспардонно ржать, как, например, вчера, когда он успел подглядеть сцену дарения шкуры одним мужиком другому мужику. Ехидно посмеиваться над мужем девочки, когда того изводили его инстинкты. Или с интересом наблюдать за рыжеволосым нагом, которого снедал страх возможного одиночества. Здесь было на что посмотреть. Посмотреть и вспомнить: а испытывал ли он это когда-нибудь? Иногда Аглегарисий с удивлением понимал, что нет. Он прожил поразительно долгую жизнь, не успел испытать всего, но умудрился потерять вкус к жизни! А ведь даже для него в этом мире осталось множество неизведанных вещей и явлений. Забавно, что он понял это только тогда, когда оказался на пороге смерти, но всё же вернулся обратно.

Аглегарисий с интересом склонился над краем крыши. Из дворца выполз мальчишка Дейширолеш. Рядом с ним шла девочка, опираясь на его руку. Её живот был уже хорошо заметен. Аглегарисий улыбнулся. Будет очень неплохо, если у неё родится ещё один скальный кот или кошечка.

Дейширолеш что-то недовольно говорил девушке, а та в ответ лишь улыбалась и гладила свой живот. Бог хмыкнул. Похоже, у мальчишки опять приступ нервничающих инстинктов. Вон как хвост мечется.

Муж девочки его одновременно забавлял и вызывал невольное уважение. Его целеустремлённость, упорство и даже непомерное самомнение, бывало, вызывали восхищение. А иногда и раздражение. Как, например, в случае со свадебным ритуалом. Аглегарисию очень хотелось тогда набить ему морду. Ну разве можно так пугать беременных девочек? Были бы у мальчишки ноги, вырвал бы и в задницу обратной стороной вставил! Но в целом Аглегарисий был доволен выбором этой девочки. Характер поганенький, конечно, зато в обиду даже богам не даст.

Аглегарисий с добродушной усмешкой посмотрел вслед Дариласе и Дейширолешу. На диво гармоничная пара получилась. И он, и она горят неутомимым желанием жить. А жизнь благосклонно относится к тем, кто горит этим желанием.

Бог встал и от души потянулся. Надо бы ему жрицу себе подыскать. Какую-нибудь симпатичную и с формами. А то от этого недозревшего не дождёшься.

Οн исчез, а Дариласа и Дейш продолжали двигаться к парку. Дейширолеш всё ещё недовольно шипел, но, глядя на счастливую улыбку жены, ему всё больше и больше хотелось улыбнуться в ответ.

4 месяца и 2 недели спустя

— Никогда… никогда больше… ни за что… — шептал Дейш помертвевшими губами.

Он прижимался к стене и, казалось, вообще не мог стоять без её поддержки. Ужас читался в его глазах. Страх заставлял его сердце сжиматься до боли. Очередной глухой стон, раздавшийся из-за двери, заставил его вздрогнуть. Там, в спальне, рожала его Тейс.

Этот день вообще-то начался прекрасно. Ничто не предвещало, что именно сегодня его сын решит появиться на свет. Сам Дейш ещё утром отправился в свой кабинет заниматься делами, оставив Тейс спать в окружении подушек. Из-за большого живота ей было сложно в последние месяцы спать на спине или на боку. Она долго ворочалась, чтобы принять удобное положение. Сын внутри неё тоже ворочался, и, когда ему что-то не нравилось, он ворочался и толкался ещё сильнее, не давая своей маме спать. И отцу тоже. Поэтому спали они теперь в окружении большого количества подушек, которые можно было при необходимости подложить под большой живот.

Дариласа ни разу не пожаловалась на неудобства своего положения. Даже когда на втором месяце её начало тошнить по утрам и стали появляться приступы беспричинной слабости. Она отнеслась к этому спокойно, как к чему-то обыденному. И даже иногда радовалась: теперь она осознавала, что действительно беременна.

Больше всего нервничал сам Дейширолеш, которому вечно казалось, что с ней может что-то случиться. Он переживал, что она будет недостаточно осторожна и где-нибудь упадёт. Когда ребёнок только начал шевелиться, у него вдруг появились опасения, что его нерождённый сын ненароком повредит что-то внутри Дариласы. Дейш плохо представлял, как проходит беременность. Раньше его это никогда не интересовало. Разум ему говорил, что все женщины проходят через это: беременеют и рожают. В этом нет ничего страшного. Но глупые инстинкты заставляли его дёргаться по любому поводу.

Правда, потом Дейш привык к тому, что его сын активно ворочается в животе Тейс. Первое время он испытывал что-то вроде страха, ощущая эти толчки. А потом сам прижимался ухом к животу жены, чтобы почувствовать их. Было очень странно осознавать, что там находится кто-то живой и этот «кто-то» — часть его самого.

В целом же весь период беременности проходил довольно спокойно. Вааш даже заметил, что наагашейд в сравнении с другими молодыми папашами к положению жены относится ещё очень и очень спокойно.

До родов оставалась примерно неделя. Но они начались именно сегодня. И предшествовали им некие события.

Как уже упоминалось, день начался прекрасно. Дейш уполз решать государственные дела. Дариласа же, выспавшись, собралась погулять на свежем воздухе. Опираясь на руку Миссэ, она медленно спустилась в холл и там замерла, наблюдая просто потрясающую по своей комичности сцену, главными участниками которой были Делилонис и Ссадаши. Здесь же присутствовали и Вааш с Роашем, но исключительно в качестве зрителей.

Дариласа сперва не поняла, что это такое надето на Ссадаши. Парень крутился перед несколько ошарашенным наагаришем, показывая себя со всех сторон. Верхнее одеяние у него было примечательным, сшитым из какой-то странной ткани. Она слегка похрустывала, чуточку просвечивала и имела серебристый отлив. Только когда парень повернулся спиной и Дариласа увидела нарисованную там змею, до неё дошло, что это никакая не ткань, а шкура уважаемого наагариша Делилониса.

Оказывается, Ссадаши отошёл от шока, вызванного подарком наагариша, и решил использовать его шкуру себе во благо, поддержав легенду, которую он старательно создавал для старейшин своего рода.

— Мне же идёт? — жеманно спросил он у Делилониса.

Делилонис, нахмурившись, поджал губы, но всё же ответил:

— Ты выглядишь бесподобно, мой дорогой.

Ссадаши восторженно посмотрел на него и неожиданно припал к его груди, вызывая чуть ли не истерический хохот у Вааша.

— Позвольте принести вам мою самую искреннюю благодарностью, — пропел мальчишка. — Я никогда ранее не получал таких шикарных подарков.

Видимо, наагариш не хотел сдавать позиций, поэтому отталкивать парня не стал. Наоборот, приобнял за талию и ласково улыбнулся. Восторженная маска на лице Ссадаши дрогнула, а улыбка стала несколько напряжённой. Когда же наагариш начал склоняться к его лицу, в глазах парня появился настоящий ужас. Поэтому он не обратил внимания, что Делилонис поднял руку. Пальцы, схватившие его за ухо, стали неожиданностью. Ссадаши зашипел от боли.

— Поганец, ты, что, думаешь, что можешь безнаказанно издеваться надо мной? — ласково протянул Делилонис.

Ссадаши так не думал. Но он решил, что будет очень весело пошутить над наагаришем ещё раз.

Дариласа так смеялась над ними. Смеялась, а потом вдруг охнула от боли и вцепилась в руку Миссэ. Досмеялась, как сказал Вааш.

Εё тут же доставили в покои и послали за наагалейей Рушаной, женой наагалейя Эоша. У этой нагини был большой опыт приёма родов, и было заранее решено, что именно она поможет Дариласе, когда придёт время.

Дейширолешу сообщили о том, что его жена рожает, уже после того, как прибыла наагалейя Рушана. Он приполз так стремительно, что чуть не сбил охрану у дверей, и тут же скрылся в спальне, игнорируя возмущение наагалейи.

Тейс лежала на постели в одной рубашке, бледная и напряжённая. Испуганный Дейширолеш тут же опустился рядом с ней и взял её за руку. Девушка вцепилась в ладонь с такой силой, что Дейш ощутил, как немеют пальцы. Тейс стиснула зубы и глухо застонала. И в этот момент ужас накрыл Дейширолеша. Он вдруг уверился, что она умрёт. Появилась слабость, и Дейш едва не упал на пол.

По требованию наагалейи Рушаны Вааш и Делилонис вывели его из спальни. И вот Дейширолеш стоял, прижавшись к стене, и оставлял на ней длинные полосы. Он сипло и бессвязно шептал:

— Никогда… ни за что…

Смысл этих фраз заключался в том, что он никогда больше не позволит Тейс беременеть. Нет. Всё, хватит! Первый и последний раз. Главное, чтобы она сейчас выжила. Это самое главное. Это всё, чего он на данный момент хочет.

Здесь же, в гостиной покоев наагашейда, присутствовали, помимо Вааша и Делилониса, Роаш с Ссадаши. Последний выглядел испуганным и виноватым. Делилонис хмурился и нервно шевелил хвостом. Вааш мрачно смотрел на закрытую дверь. Как ни странно, но спокойнее всех выглядел Роаш.

— Дейш, успокойся, — пытался уговорить друга Делилонис. — С Дариласой ничего страшного не происходит.

— Он тебе скажет то же самое, когда твоя жена будет рожать, — мрачно сказал наагаришу Вааш.

Дел косо посмотрел на него, но с утешениями к другу больше лезть не стал. Тем более, он их, похоже, вообще не слышал. Стоял у стены бледный, с остановившимся испуганным взглядом и царапал камень когтями.

— Это моя вина… — тихо прошептал Дейш.

— Ваша, никто и не претендует.

Делилонис с возмущением посмотрел на Роаша, который посмел сказать эту фразу. Роаш же невозмутимо уставился на собственные когти.

— Ты-то что так спокоен? — недовольно спросил Дел у Роаша.

Наг пожал плечами. Сам поражался своему спокойствию, но ему казалось, что всё идёт так, как и нужно. Дариласа сильная, с этим она справиться сможет. Роаш почему-то был полностью в этом уверен.

— Почему так долго… — простонал Дейш через некоторое время.

Ему казалось, что уже прошла вечность, а из комнаты только доносились сдавленные стоны и распоряжения наагалейи Рушаны.

— Это ещё недолго, — заметил Вааш. — Некоторые сутками рожают…

И тут же умолк, когда под его взглядом наагашейд сполз по стене на пол. Обеспокоенный Делилонис присел рядом с ним и подпёр его.

— Дейш, ты чего? Всё будет хорошо.

Но друг смотрел перед собой сумасшедшими глазами и, казалось, не слышал его.

Наконец из спальни донёсся новый звук: тихий, похожий на мяуканье плач. Дейш вскинулся и с помощью Дела поднялся. В голосе наагалейи Рушаны зазвучали весёлые нотки, но почти тут же они сменили беспокойством. Дейширолеш уловил это и занервничал ещё сильнее.

— Что там? — он прижался к двери, но открыть её не решился.

Через некоторое время дверь отъехала в сторону сама, и на пороге появилась помощница наагалейи. Она немного испуганно посмотрела на повелителя и произнесла:

— М-можете посмотреть…

Дейш не дал ей договорить и стремительно прополз мимо неё в комнату. Он сразу же бросился к Тейс. Девушка была очень бледна, лоб её покрывала испарина, и она не отрывала взгляда от наагалейи Ρушаны, которая держала на руках её новорождённого ребёнка, наскоро завёрнутого в одеяльце. Она требовала взглядом, чтобы ей его отдали. Но нагиня, словно заворожённая, смотрела на младенца.

— Как она? — обеспокоенно спросил Дейш у помощниц наагалейи, которые приводили Дариласу в порядок.

— С госпожой всё хорошо, — ответила одна из них. — Она прекрасно справилась.

Дейширолеш облегчённо вздохнул и почувствовал, как его отпускает напряжение. С Тейс всё хорошо… Дейш не знал, кого благодарить за это, но ему страстно хотелось кого-нибудь поблагодарить.

— Господин, вы не хотите взглянуть на своего сына?

Дейш вскинул голову и столкнулся с серьёзным взглядом наагалейи. Это была красивая нагиня с дивными раскосыми жёлтыми глазами и длинной косой пепельного цвета. Она протянула ему ребёнка, а Дейша укололо беспокойство. Он почувствовал, что с сыном что-то не так.

Медленно поднявшись, он подполз к наагалейе и принял на руки почти невесомый свёрток. Осторожно раскрыл одеяло и замер. Его глазам предстал крохотный малыш с хвостиком белёсого цвета. Сморщенный, красненький и немного липкий. Его сын был таким… хрупким и слабым.

— Совершенно здоровый ребёнок… с некоторыми особенностями во внешнем виде, — сообщила ему наагалейя.

Дейш удивился. Особенностями? И тут он заметил то, на что до этого не обратил внимание. На кончике хвоста младенца имелся нарост. Дейширолеш осторожно потрогал его пальцами. Мягкий, почти как чешуя на хвосте новорождённого, но уже понятно, что в будущем он закостенеет. Потом Дейш обратил внимание на полупрозрачные чешуйки, покрывающие пальцы, локти и плечи малыша. А когда его сын открыл глаза, внутри Дейша похолодело.

Это были глаза наагашеха. Полностью чёрные, без какого-либо признака белизны. Там, где должна была начинаться радужка, чёрный цвет становился серовато-чёрным, а в центре красным отливал зрачок. Малыш зажмурился. Видимо, ему не нравился яркий свет.

Что делать? Это первая мысль, что посетила голову Дейширолеша. Его сын наагашех. Что ему теперь делать? Как исправить это? Это всё из-за этого ублюдка Чанвашара. Наверняка сказалась пробуждённая древняя кровь.

Дейш не успел толком обдумать произошедшее, когда за его спиной раздался испуганный крик.

— Госпожа, пожалуйста, оставайтесь на месте!

Раздался треск. Дейш резко развернулся и увидел, что его жена оборачивается кошкой. Дариласе надоело ждать, когда же наконец ей отдадут её ребёнка. Она сильно устала после родов, внутри яростно бесновалась кошка, желающая посмотреть на детёныша. У неё не было никаких сил и желания сдерживать зверя.

— Вон! — только и успел рыкнуть Дейш, когда кошка молча бросилась на него.

Помощницы наагалейи с визгом устремились на выход. Сама наагалейя отступала с большим достоинством. Дейш метнулся в сторону, уклоняясь от метнувшегося зверя, и бросился к постели. В спальню сунулся обеспокоенный Вааш.

— Все вон! — опять рявкнул Дейширолеш.

Вааш тут же скрылся и задвинул дверь. А кошка яростно напрыгнула на хвост Дейширолеша и с хрустом вонзила в него зубы. Дейш зашипел от боли и пошатнулся. Прежде, чем окончательно упасть, он успел положить ребёнка на постель. И кошка тут же потеряла к Дейшу интерес, метнувшись к ложу.

Она запрыгнула на постель и обеспокоенно обнюхала кряхтящего ребёнка. Дейш, забыв о боли, забыв о беспокоящем его внешнем виде сына, замер, насторожённо следя за её движениями. Из горла зверя вырвалось что-то вроде воркования. И она размашисто лизнула младенца. Кошка не испытывала никаких сомнений: перед ней был самый красивый котёнок на свете.

А младенец возмущённо запищал: шершавый язык мамы ему не понравился. Дейш вдруг заволновался, что она с него кожу «слижет».

— Не смей его облизывать! — зарычал он на кошку и поднялся, игнорируя боль в хвосте.

Кошка обернулась к нему и угрожающе зарычала. Дейш зарычал в ответ не менее впечатляюще, и она передумала бросаться на него, словно наконец вспомнив, кто он вообще такой. Даже вина мелькнула на морде. А Дейширолеш бесстрашно пополз к постели и отпихнул её башку в сторону. Сын стал еще краснее и возмущённо сопел. Дейш поспешил взять его на руки.

— Идиотка! — зарычал он на кошку.

Она обеспокоенно завертелась. Весь её вид так и говорил: «Отдай! Отдай мне его!». Не желая провоцировать её на повторное нападение, Дейш присел на ложе, и зверь тут же сунул свой нос в одеяло к младенцу. Дейширолеш с некоторым облегчением вздохнул. Он успел испугаться за своего новорождённого сына. И пяти минут не успел прожить, а мама уже организовала ему приключения.

Только рано Дейш расслабился. Дальше начались большие сложности. Кошка не желала уступать место человеку и не желала успокаиваться. Из-за неё в комнату не могли войти ни опекуны, ни нянечки, ни Эош… никто. Она молча бросалась на всех с таким видом, что сразу становилось понятно: порвёт. Дейшу даже пришлось стоять у двери в спальню, высунув за порог хвост. Иначе Эош его никак не мог обработать.

Рядом с собой и ребёнком кошка терпела только Дейширолеша. Ещё большие сложности начались, когда ребёнка понадобилось обмыть, завернуть в одеяло и желательно покормить. Кошка этим заниматься не могла, Дейш же не умел ухаживать за детьми. Но пришлось учиться.

Купая сына в небольшой лохани, Дейш ощущал себя немного странно. Ему никогда не приходилось ранее купать кого-то, кроме себя и Тейс. А тут ребёнок, который спокойно мог в этой лохани утонуть. Οсторожно обмывая это маленькое тельце, Дейш всё больше и больше успокаивался, думая: ну какой из этого малыша наагашех? Маленький, слабенький… Мама его один раз лизнёт, и вся его чешуя у неё на языке останется. Даже обнаруженные на спинке шишки-припухлости вдоль позвоночника почти не расстроили Дейша.

В одеяло Дейш заворачивал ребёнка с помощью подсказок няни, которая говорила с ним из-за двери.

— Вы только не сердитесь, если он из одеяла выползет, — попросила его женщина. — Детишки постоянно из них выворачиваются.

— Завязывать не умеете, — сказал в ответ Дейш.

Из одеяла, завязанного его руками, точно никто не выползет.

А потом встала самая острая проблема: как покормить ребёнка? Кормилицу кошка не пускала. Самого Дейша с ребёнком она из спальни тоже не выпускала. Дейширолеш был уже взвинчен из-за всех этих сложностей, когда Дел из-за двери сказал:

— Ну что делать? Подкладывай под кошку.

Дейшу это показалось диким. Он ползал по комнате, укачивая ребёнка, и всё никак не решался на этот шаг. В конце концов, он заставил кошку лечь на бок, развернул сына из одеяла и подсунул к ней. Когда малыш свернулся у мохнатого живота кошки и начал сосать молоко, Дейш страдальчески застонал:

— Моего сына вскармливает молоком кошка… я женат на кошке… кошка родила мне ребёнка…

В этот момент он ощущал себя извращенцем.

Засыпал Дейш с сыном за пазухой. Только так oн мог быть уверен, что кошка не доберётся своим шершавым языком до ребёнка. Пусть уж лучше его самого лижет. Οна же лежала рядом и тоскливо вздыхала.

Утро ознаменовалось тем, что Дейш проснулся с мокрой грудью. Он не сразу понял откуда эта влага, а потом увидел, что хрупкие, как скорлупа, паховые пластинки сына раздвинуты, и глухо застонал.

И потянулись дни в компании новорождённого сына и его мохнатой, не желающей приходить в себя мамы. Дейширолешу приходилось ухаживать за ребёнком самому. И он выяснил, что это не так уж тяжело. Нервно, правда, и ночью поспать нормально не удаётся. Научился спокойно относиться к естественным потребностям сына и почти перестал обращать внимание на его внешний вид.

Кошка несколько раз в день покидала их, но всегда не более чем минут на десять. Выскакивала в окно и в него же возвращалась. Слуги таскали ей мясо и воду прямо сюда, в спальню.

Через три дня Дейш сообразил выманить её с помощью ребёнка в другую комнату, чтобы слуги смогли прибраться в спальне. Просто быстро выскочил и метнулся в её личную комнату. Естественно, она тут же побежала за ним. Пока они там сидели, слуги смогли убраться. А кошка после этого случая перестала нервно реагировать, когда Дейширолеш подползал к порогу спальни, и теперь он мог гулять с сыном по всем комнатам их покоев.

К началу второй недели Дейширолеш начал переживать, что Тейс вовсе не вернётся и так и останется в зверином облике. Он стал более раздражительным, рычал на слуг, когда они скреблись в дверь, и с тоской смотрел на кошку.

В конце второй недели он купал сына и одновременно с этим слушал наставления няни из-за двери. Кошка нервно металась рядом: звук чужого голоса её раздражал. Неожиданно она с громким рычанием бросилась на дверь. Няня, услышав её, испугалась и завизжала. Дейш метнулся в их сторону, в итоге его сын чуть не наглотался воды.

Как же Дейш орал и на идиотку няню, и на не менее умную кошку. Зверь прижимался к полу и виновато смотрел на него, но это не действовало. Дейширолеш был просто не в себе от ярости. Кучу всего наговорил в сердцах.

Но, похоже, эта взбучка благотворно повлияла на кошачье сознание, и, когда Дейш на следующее утро открыл глаза, то увидел рядом совершенно голую жену, которая кормила сына грудью.

Дейширолеш тихо рассмеялся от счастья и почувствовал, как двухнедельное напряжение наконец-то отпускает его. Сейчас он видел перед собой самую правильную картину: его сына кормила женщина, а не зверь.

— С возвращением, — тихо сказал он.

Девушка посмотрела на него, и Дейш понял, что вернулась она не окончательно: зрачки её были вертикальными, звериными. Но это было уже не очень важно.

— Красавчик, да? — он кивнул на причмокивающего сына.

Дариласа перевела взгляд на ребёнка, и её лицо осветилось счастливой улыбкой. Для неё внешний вид сына не имел никакого значения. Она уже безумно его любила и была так рада, что наконец-то может подержать это чудо на руках. Увесистое, кстати, чудо.

— Нам нужно показаться хотя бы твоим опекунам, — сказал ей Дейш, — а то они уже поселились в коридоре.

Дариласа заволновалась. Οна не хотела никому показывать сына. Вот не хотела и всё!

Дейш заметил, что она забеспокоилась, и с хитрой улыбкой спросил:

– Χочешь, я научу тебя заворачивать его в одеяло?

Его улыбка отогнала необоснованные страхи девушки, и она радостно кивнула в ответ.

Вааш нервно посматривал на дверь спальни, ожидая, когда же, наконец, появится Дариласа и повелитель. Рядом так же нервничал Делилонис. Только Роаш был мрачен, словно и не рад тому, что им первым выпала честь посмотреть на сына наагашейда.

Дверь в спальню отъехала в сторону, и на пороге показался повелитель. Ехидная улыбка на его губах насторожила нагов. Дейширолеш осмотрел их и, бросив взгляд через плечо, сказал стоящей за его спиной Дариласе:

— Если не хочешь, я закрою дверь.

Вааш и Делилонис нахмурились и переглянулись. А повелитель отполз в сторону, и они наконец увидели Дариласу.

У девушки был настороженный и немного напуганный вид. Она прижимала к груди свёрток из одеял и, похоже, вообще не желала показывать своего драгоценного сына кому бы то ни было. Взгляд лихорадочный, зрачки вертикальные, а верхняя губа так и хочет подняться вверх, обнажая зубы. Кошка всё никак не могла успокоиться.

А потом она увидела Роаша. Почти минуту девушка, не отрываясь, смотрела на него, а потом осторожно пошла вперёд. На Вааша и Делилониса, которые поползли ей навстречу, она грозно нашипела, и наги благоразумно отступили, решив не нервировать её. Дариласа медленно подошла к удивлённому Роашу и со страданием на лице протянула ему свёрток.

— Мне? — Роаш неуверенно посмотрел на свёрток, поражённый таким доверием.

Девушка начала нервничать. Заметив это, Роаш осторожно принял ребёнка на руки. Дариласа тут же подступила к нему вплотную и вцепилась обеими ладонями в его пояс. В её больших глазах так и читалось, что отдала она сына совсем ненадолго. Вот пусть посмотрит и возвращает обратно!

Дейширолеш ревниво прищурился. Вот почему из всех опекунов Роашу она первому доверила их сына?

А Роаш с удивлением смотрел на спящего младенца. Странное это ощущение — держать на руках такое маленькое и тёплое создание, которое совсем недавно появилось на свет. Ребёнок зевнул своим крошечным ротиком и распахнул глазки. Роаш застыл, с оцепенением всматриваясь в совершенно чёрные глаза. Дариласа обеспокоенно вертелась рядом.

— Какой… необычный у него взгляд, — наконец выдавил из себя наг.

Терпение Делилониса и Вааша закончилось, и они двинулись к ним. Дариласа запаниковала и нервно посмотрела на мужа. Тот тут же зашипел:

— По одному!

Наги нетерпеливо замерли. Дариласа же почти вырвала у Ρоаша ребёнка и застыла в нерешительности, смотря на двух других опекунов.

— Дариласк, да мы только посмотрим, — протянул Вааш.

Девушка с сомнением прищурилась, но всё же убегать к мужу, когда наги двинулись к ней, не стала. Делилонис и Вааш замерли за её спиной, с любопытством всматриваясь в недра свёрнутых одеял. Оттуда на них любознательно посмотрели чёрные глаза с красноватыми зрачками. Наги замерли, улыбки застыли на их лицах. Наступило молчание. Дейширолеш смотрел на поражённых опекунов с усмешкой.

— Красавчик какой, — наконец вымолвил Вааш.

Дариласа тут же вскинула на него счастливый взгляд. Она тоже считала, что её сын прекрасен. Делилонис же молча потянулся к одеялу с явным намерением развернуть его. Это девушке не понравилось, и она отскочила от нагов и довольно шустро спряталась в спальне. Оттуда раздалось её негодующее рычание. Дейширолеш тихо рассмеялся.

— Дейш, ты видел его? — Делилонис ошеломлённо посмотрел на друга.

— Нет, Дел, за эти две недели мне ни разу не удалось его увидеть, — ехидно ответил Дейширолеш. — Даже купая, рассмотреть не смог.

Лица у опекунов имели весьма озадаченное выражение. Они никак не могли решить, как отнестись к тому, что увидели.

— У него только глаза?.. — Дел вопросительно изогнул брови.

Дейш отрицательно мотнул головой и прикрыл дверь в спальню. А Делилонис растёр лицо руками.

— Это, скорее всего, из-за того, что во мне пробуждена древняя кровь, — высказал предположение наагашейд. — Мой сын взял очень много от наших предков наагашехов. Когда вырастет, станет неописуемым красавчиком.

В его голосе звучало неприкрытое веселье. Опекуны удивлённо посмотрели на него.

— Дейш, а ты не боишься, что он не только внешне на наагашеха похож?

Именно это больше всего тревожило Делилониса. Предки Дейширолеша тысячелетиями боролись с проклятьем наагашехов. Вдруг этот мальчик уже родился полноценным наагашехом? Какая судьба его ждёт?

Но Дейш отрицательно мотнул головой и усмехнулся.

— Тейс утопит этого ребёнка в своей любви. У моего сына с такой матерью не будет ни единого шанса стать наагашехом полностью.

Делилониса это не очень успокоило, но Вааш вздохнул с облегчением. Роаш же до сих пор пребывал в ошеломлении.

— На сегодня приём закончен, она больше не выйдет, — сказал им Дейширолеш и отодвинул дверь в спальню.

Но прежде, чем уползти, он с удовольствием сообщил:

— Кстати, я назвал его Риалаш.

И скрылся.

Делилонис застонал, а Вааш с Роашем, переглянувшись, расхохотались.

— Дейш, ну ты… — начал было Дел, но устало вздохнул.

Чего ещё ждать от нага, имя которого переводится «Великий земной бог»? Но назвать сына Неотразимым… Делилонис закатил глаза к потолку, словно спрашивая богов, где они были в тот момент, когда Дейшу пришла в голову эта замечательная идея.

10 лет спустя

— Идиоты!

Дейш раздражённо рыкнул и осмотрел шумную торговую площадь из-под края капюшона, надеясь найти свою жену и ребёнка. Рядом, виновато ссутулив плечи, полз Вааш. Правда, лицо у него было не таким уж и виноватым.

— Почему она сбегает уже второй раз за три месяца?! — вызверился на Вааше Дейширолеш. — Да еще и с моим сыном? У вас где глаза?!

— Ну, так до этого вместе с ней сбежали три десятка нагов, — осторожно заметил Вааш.

Повелителя это не успокоило. Он нервно осмотрелся, пытаясь выискать свою ненаглядную жёнушку в этой толпе. Толпа не обращала на него внимания. На повелителе был длинный плащ с капюшон, который сохранял какое-то подобие инкогнито. Но стоило кому-то посмотреть вниз, на хвост, как этот кто-то тут же отскакивал, испуганно смотря на внушительную фигуру наагашейда.

Дейширолеш раздражённо зашипел. Тейс в очередной раз захотела погулять и показать их сыну мир, хотя Дейш был категорически против этого. И проснувшись сегодня утром, он обнаружил пустую спальню и полное отсутствие запаха жены. А потом уже обнаружил и отсутствие десятилетнего сына, которого она, конечно же, взяла с собой. Ну разве могут они пропустить праздник завершения сезона дождей, который бывает всего лишь раз в год?! Дейш раздражённо бухнул хвостом по мостовой. А он ведь вечером сам хотел повести их на праздник, сюрприз думал сделать!

— Почему ты вообще решил, что она здесь?! — опять накинулся Дейш на Вааша.

Вааш на свою беду первым встретился на пути разъярённого повелителя во дворце и попал под раздачу, хотя за охрану Дариласы отвечал не он. Но Делилонис уже четвёртый день как уехал в своё поместье, а Ρоаш должен был быть где-то здесь же, на площади. В столицу приехала Шарилла со своим мужем и дочерью, и почему-то именно Роашу она доверила присмотреть за собственным ребёнком, пока сама нагиня показывала своему мужу окрестности города. Ссадаши пошутил, что «наагариш Роаш стал общественным нянем».

— Сказали, — лаконично ответил на вопрос повелителя Вааш.

— Кто? — тут же развернулся к нему наагашейд.

Вааш коротко свистнул, и в толпе тут же образовалась заминка. Мужчины, наги и не только, останавливались и оборачивались к нему. Выглядели они все весьма обычно, просто жители города и его окрестностей, нагрянувшие на площадь, чтобы потратиться в честь праздника. Вааш коротко кивнул, и они опять вернулись к своим делам.

— Тут три десятка, — скромно сообщил Вааш. — Ρаз они тут, значит, и Дариласка где-то здесь.

Дейширолеш опять раздражённо осмотрелся. На глаза попался молодой наг, несущий на руках светловолосую девочку-оборотня лет двенадцати-тринадцати. Рядом с ним шли молодой парень-оборотень и светловолосая девушка, яростно спорящие между собой.

— Дура! — обиженно протянул парень и тут же получил от нага оплеуху.

Мальчишка с ненавистью посмотрел на него, но тот ответил ему суровым взглядом.

— Это со мной ты так можешь разговаривать, а сестру оскорблять не смей, — строго произнёс он.

Девушка из-за его спины показала брату язык.

Дейш услышал детские вопли и с надеждой обернулся, но, к своему разочарованию, увидел на другом конце площади рыжую шевелюру Роаша.

— Тупой дядя! — вопила маленькая девочка с русыми волосами и коричневым хвостиком. — Это моё яблоко!

Роаш нагло хохотал и кусал большое яблоко, вываренное в меду и нанизанное на прут. Девочка сжала кулаки от гнева и яростно шлёпнула по его хвосту своим маленьким хвостиком. Роаш только издевательски поиграл бровями и опять откусил от яблока.

Дейш же отвернулся от них, продолжая выискивать свою жену, и вдруг увидел невысокого человека с каким-то странным мешком на спине. Приглядевшись, Дейширолеш увидел, что снизу от этого мешка идёт что-то чёрное и блестящее и оно же обвивало талию человека. Ноздри его хищно раздулись. Нашёл. Забыв о Вааше, Дейширолеш целеустремлённо направился к своей слишком энергичной жёнушке. Вааш облегчённо вздохнул.

Дариласа спокойно шла среди толпы, не чувствуя надвигающейся со спины опасности. Поэтому, когда до её ушей дошло жуткое шипение, она малость испугалась от неожиданности.

— Моя дорогая, куда ты так торопишься?

Она резко остановилась и повернулась к мужу. Из-под капюшона на неё очень недовольно смотрели зелёные глаза. И она ответила таким же недовольным взглядом. Дейш раздражённо зашипел и поднял взгляд чуть выше её плеча. Его десятилетний сын, который сидел у матери на спине, вцепившись ладошками в её плечи и обвив хвостом талию, посмотрел на него из-под капюшона своими жуткими глазами. Поймав взгляд отца, мальчик улыбнулся. Улыбка у юного наагасаха Риалаша была очаровательной: несколько передних зубов как раз не хватало.

— Тейс! — возмущённо зашипел Дейширолеш. — Ты думаешь, что делаешь?! Ты сбежала из дворца с сыном одна!

Брови девушки скептически изогнулись. Так ли одна? Она не строила никаких иллюзий на счёт того, что ей удалось обмануть охрану, которую несколько лет натаскивали Миссэ и Доаш.

— Это опасно! — Дейш негодующе посмотрел на неё.

Дариласа прищурилась и очень недовольно посмотрела на мужа. Она уже шесть раз говорила Дейширолешу, чтобы он не смел делать для них с сыном из дворца тюрьму. Дейш страдальчески вздохнул, зная, что понимания в этом вопросе от Тейс не дождётся.

— Я бы отвёл вас на праздник вечером!

Вечером они тоже собирались на праздник, даже если бы он их не повёл. Но праздник вечером и праздник утром — это два разных праздника! И они хотели посмотреть на оба. Минуту Дейширолеш и Дариласа мрачно смотрели друг на друга, а потом Дейш вздохнул, сдаваясь.

— Дальше ползёте в моём сопровождении, — решил он и протянул к сыну руки. — Риалаша я сам понесу.

Улыбка моментально исчезла с лица ребёнка. Он насупился и крепче обвил маму хвостом, показывая, что никуда он от неё не уйдёт.

— Такой взрослый, а до сих пор на матери катаешься, — попытался устыдить его Дейширолеш.

Но мальчик только упрямо свёл брови. Дариласа же легонько похлопала сына по костяному наросту на кончике хвоста, намекая, что он сжал её слишком сильно. Дейш тяжело вздохнул, в очередной раз сдаваясь.

Дариласа развернулась и продолжила прокладывать дорогу через толпу. Дейш же медленно скинул с головы капюшон и мрачно осмотрелся. Путь перед ними моментально расчистился. Дариласа замерла, а затем возмущённо посмотрела на мужа через плечо.

— Я, что, должен еще терпеть, как все об тебя обтираются?! — с негодованием прошипел он.

Девушка закатила глаза к небу и продолжила путь. Недовольный Дейш величественно пополз за ней.

— Негодует?

Вааш чуть не вздрогнул от раздавшегося рядом голоса. Обернувшись, он увидел Ссадаши, которого в нежно-розовом одеянии можно было весьма успешно перепутать с нагиней. Нахмурившись, Вааш недовольно осмотрел парня.

— А то, — наконец ответил он. — Ты где всё это время шлялся?

Парень вскинул на него печальный взор и трагично произнёс:

— Госпожа меня усыпила.

— Да ладно? — скепсис так и звучал в голосе Вааша.

Просто и при прошлом побеге Дариласка его усыпляла. И до этого тоже… И ранее…

— К тебе сватов еще не засылали? — Вааш опять осмотрел парня.

— Нет, — ответил он и вздохнул так, словно это его огорчало.

А потом вдруг расцвёл улыбкой и кокетливо помахал пальчиками какому-то нагу. Неизвестный наг скривился и поспешил скрыться.

— Ещё раз так сделаешь — я тебе пальцы переломаю, — пообещал Вааш, которого бесили замашки парня.

Ссадаши сделал так ещё раз, и Вааш страдальчески застонал.

— Ты и раньше меня бесил, а после того, как изменился, стал бесить еще больше, — признался он Ссадаши.

— Но я же милашка, — парень кокетливо поправил локон.

Вааш стиснул зубы и использовал запрещённый приём.

— Старейшины всё также упрямятся?

И лицо парня волшебным образом преобразилось. Глупое кокетство сменилось мрачностью, и он, сложив руки на груди, нормальным, хрипловатым голосом процедил:

— Пердуны облезлые!

Вааш благожелательно улыбнулся. Такой Ссадаши нравился ему больше.

Парень раздражённо бухнул хвостом по мостовой. Десять лет назад он почти добился своего, но тут неожиданно забеременела его мать, и старейшины поползли на попятную, обрадовавшись, что родится еще один наследник. Но, к шоку всего рода, у Ссадаши родилась сестра. Нет, это, конечно, большая радость. Но «беззубые драконы» с тех пор продолжали упорствовать, надеясь, что у родителей Ссадаши будут ещё дети и обязательно мальчики.

На мгновение губы Ссадаши разошлись в ехидной улыбке.

— Но я им тут устроил замечательное представление, — поделился он с Ваашем.

Наг заинтересованно посмотрел на него.

— Лоликал знаешь? — глаза парня хитренько блеснули.

— Знал когда-то, — осторожно ответил Вааш.

— Я тут обратился к ней за советом, и она порекомендовал мне… ммм… одну свою ученицу, тоже рыжая такая. Я переодел её мальчиком и притащил к нам в имение, — Ссадаши злорадно хохотнул. — Ох, ну и развлеклись мы! Правда, отец потом с меня чуть шкуру не снял. Никакого уважения к моему титулу!

Парень досадливо поморщился и почесал поясницу, где до сих пор оставались царапины от отцовских попыток снять с него шкуру.

— Теперь среди моих родичей ходит слух, что я люблю рыженьких. Испортил я себе репутацию окончательно, — Ссадаши довольно зажмурился.

А Вааш задумчиво посмотрел на рыжего Роаша, которого атаковала разъярённая малышка. Мелькнула мысль подбить друга на одну шутку… Но нет, Роаш точно не согласится.

От этих мыслей его отвлёк громкий треск и грохот. Раздались вскрики. Молодой наг, проползающий мимо них с тремя разновозрастными детьми-оборотнями, тут же отбросил девочек за свою спину. Мальчишка было геройски метнулся вперёд, но наг сбил его с ног и накрыл хвостом. Ρоаш же резко прекратил смеяться и, схватив девочку в охапку, обернулся.

Толпа отхлынула на Вааша с Ссадаши, вынуждая их прижаться к стене, окружающую площадь.

— Твою ж! — выругался Вааш. — Что там?

Запахло вином. Через полминуты раздался крик:

— Помост с винными бочками обвалился!

По толпе прошёл вздох облегчения, кто-то заругался. Молодой наг плюнул от досады, чуть не попав плевком на парня под своим хвостом. За его спиной испуганно всхлипывала младшая из девочек.

Ρоаш внимательно посмотрел на ребёнка в своих руках.

— Как ты? — спросил он.

Глаза малышки были широко распахнуты, и в них блестели слезы.

— Я…я с-совсем не исспугалась, — дрожащим голосом сообщила она.

Роаш усмехнулся и потрепал её по волосам.

— Молодец, — похвалил он.

Народ смотрел на обрушившийся помост с досадой. Перепугались почём зря! Довольным выглядел только наагашейд. Он улыбался и раз за разом прокручивал в голове момент, когда Дариласа метнулась за его спину. Сама. С ребёнком на руках не повоюешь. Он посмотрел через плечо и встретился с широко распахнутыми глазами сына.

— Испугался? — с улыбкой спросил у него Дейш.

Мальчик сперва отрицательно мотнул головой, но потом понурился и кивнул.

— Я тоже, — соврал Дейш.

Риалаш тут же воодушевился. Дариласа старательно отворачивала лицо, чтобы сын не заметил её улыбку.

На площадь быстро вернулся прежний шум и гам. Дариласа продолжила свой путь. Как выяснилось, она искала торговца праздничными светильниками. Была такая традиция на праздник завершения сезона дождей — зажигать маленькие светильнички и вешать их на деревья, загадывая при этом желание. Дариласа не верила, что желание исполнится, но чудо сыну подарить хотелось.

Они просмотрели уже три прилавка, когда Ρиалаш наконец что-то шепнул маме на ухо и ткнул пальчиком в синий светильник. Дариласа что-то спросила у него по-наагатински, и сын кивнул. Девушка указала торговцу на выбранный товар и полезла за кошельком. Но услышав возмущённое шипение, сделала вид, что просто оправила ремень. Взяв светильник, она спокойно отошла в сторону.

Εё место, к ужасу торговца, занял наагашейд. Дейширолеш молча положил на прилавок золотую монету и пополз за женой. Купец не посмел сказать ему, что это слишком много.

Они покинули торговую площадь. Миновав ворота, которые вели на неё, всё семейство направилось на небольшую симпатичную площадь, что располагалась недалеко отсюда.

Посреди этой площади возвышалось могучее дерево с ветвистой кроной. Εго ветки уже были увешаны разноцветными фонариками, за стеклянными стенками которых уютно и празднично дрожали огоньки.

Дейширолеш снял сына со спины Дариласы и одёрнул на нём одежду, с досадой отметив, что лента с тёмно-русых волос мальчика куда-то опять исчезла. Дариласа в этот момент осматривала светильник. Довольно простенький, из синего полупрозрачного стекла. Сверху закрывается крышечкой с выемкой по краю, чтобы внутрь поступал воздух. А в самом сосуде в масле плавал фитиль.

Риалаш требовательно протянул ручки к матери. Он хотел сам зажечь.

— Интересно, а повелитель уже знает, что Дариласа опять беременна? — задумчиво протянул Вааш.

Οни с Ссадаши проследовали за семейством и теперь стояли, опираясь спинами на стену одного из домов.

— Судя по довольно хорошему настроению наагашейда, ещё нет, — парень усмехнулся.

Два месяца назад во дворце был скандал. Дариласа никак не могла понять, почему ей не удаётся забеременеть еще раз. И тут истину ей открыл Эош, сообщив, что наагашейд опять начал пить одно зелье. Она пошла говорить с мужем. Чего только она не успела подумать до этого разговора. И то, что он не любит детей, и то, что боится, что и другие дети будут похожи на Риалаша… А у него, оказывается, такая глупая причина! Видите ли, он за неё боится. Не хочет, чтобы она ещё раз подвергала себя этой опасности.

После того, как им не удалось договориться, Дариласа устроила первый за всю их супружескую жизнь скандал. Длился он двадцать минут и сопровождался ломанием столов и грозными взглядами. Но наагашейд не уступил. Дариласа была зла на него два дня. Слуги всё это время ходили по струнке. Они никогда не видели наагашейдису в таком бешенстве. А потом Дариласа вдруг простила мужа.

Через некоторое время она призналась Ваашу, что ждёт ребёнка. Счастливая такая была. Теперь ждёт подходящий момент, чтобы осчастливить повелителя.

— Эх, Ссадаши, женился бы ты, — неожиданно посоветовал Вааш. — Детишек бы завёл…

— Успею, — мрачно отмахнулся парень.

Вааш хитро посмотрел на него и спросил:

— А ты слышал, что принцесса Дедери замуж вышла?

Ссадаши удивлённо посмотрел на него.

— И за кого же?

— За главу земель туманников, — Вааш хмыкнул. — Помнишь такого? Не особо симпатичный, но девки от него млели.

Парень, нахмурившись, попытался вспомнить.

— С такими сероватыми волосами? — неуверенно уточнил он.

— Ага. Говорят, что между принцессой и этим туманником всё очень страстно было. Она об его голову за что-то вазу разбила, представляешь?

Ссадаши хмыкнул. Похоже, пребывание у нагов пошло девушке на пользу.

— Сплетничают, что чуть ли не до похищения дошло, но привирают, наверное.

Вааш посмотрел на парня и скривился. Он-то думал, что парень локти будет от досады кусать. А он улыбается.

В это время Риалаш с помощью мамы зажёг светильник. Дариласа подхватила сына под мышки и подняла вверх, чтобы он сам повесил светильник на дерево. Мальчик придирчиво осмотрел ветки и ткнул пальцем выше, туда, где ещё были полностью свободные. Дариласа прищурилась, думая, как бы им туда добраться.

— Я подниму, — услышала она над ухом голос мужа.

В следующее мгновение сильные руки подхватили под мышки уже её и подняли вверх вместе с сыном. Риалаш обрадованно засмеялся и повесил свой светильник высоко-высоко. Выше всех остальных

— Что загадал? — спросил у него отец.

Риалаш посмотрел на него сверху и звонко ответил:

— Колесницу.

Дейширолеш задумчиво свёл брови.

— Ну, это желание исполнится, — пообещал он.

Глаза Риалаша счастливо сверкнули, и он опять улыбнулся своей очаровательной улыбкой. Дариласа посмотрела на мужа через плечо и тоже улыбнулась ему.

А Дейш смотрел на них, и в груди у него, как в фонарике, плясал огонёк, разносящий по всему его телу тепло и тихую радость. Уголки его губ медленно поползли вверх…

* * *

Мне хотелось бы поделиться с вами одним моментом. Он не был и не будет описан в книге, но мне хочется, чтобы вы знали об этом. Он касается Ирены и Дэшгара. Эти двое ушли из этого мира, но они обязательно вернутся. Причём очень скоро. И Дэшгар будет так торопиться, что Лейлаш появится на свет первым. Но Ирена не захочет оставлять своего нового друга одного, поэтому Амарлиша появится сразу же после него.

P.S. Те, кто не знают, кто такие Лейлаш и Амарлиша, могут посмотреть книгу «Тяжесть слова». В последней главе на последней странице есть родословное древо, которое поможет вам понять суть этой записи

Конец…

Content

Гичко Екатерина Плата за мир. Том 3

Екатерина Гичко Плата за мир. Том 3

Часть I

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Γлава 17

Часть II

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Γлава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Γлава 13

Глава 14

4 месяца и 2 недели спустя

10 лет спустя