Мелани Милберн

Леди и плейбой

Глава 1

Дейзи Виндхэм пришлось миновать три квартала, чтобы оторваться от телохранителя, которого нанял ее отец. Она усмехнулась, присоединившись к своим двум подругам и коллегам, ожидающим ее в самом знаменитом в Лас-Вегасе ночном клубе. Они все вместе приехали сюда, чтобы развлечься во время каникул.

— Вот видите? Я же сказала, что успею прийти до того, как вы прикончите первую порцию напитков. Это новый рекорд. Обычно мне удается улизнуть от Бруно, только пройдя пять кварталов.

Кейт, которую совсем недавно назначили преподавать третьеклассникам, нахмурившись, протянула ей бокал шампанского:

— И что, такое будет происходить каждый день, пока мы здесь?

Белинда, ведущая уроки в четвертом классе, манерно закатила глаза:

— Кейт, я ведь тебя предупреждала. Отправиться за границу с Дейз означает прихватить дополнительный багаж в виде огромного волосатого парня, который носит при себе оружие. Привыкай к этому Ситуация точно никак не изменится в ближайшем будущем.

— Ох, вот уж нет. — Дейзи выпрямилась, расправив плечи. — Как же я устала от того, что ко мне относятся как к маленькому ребенку. Я достаточно взрослая, чтобы позаботиться о себе. И наши небольшие каникулы — неплохая возможность доказать это.

Она хочет жить так, как считает нужным. И не отчитываться постоянно перед своим отцом, который, кажется, до сих пор считает ее двенадцатилетней девочкой.

— И почему вообще твой отец так сильно за тебя переживает? — спросила Кейт.

Дейзи сделала глоток из своего бокала. Она никогда еще никому не рассказывала о том, что в прошлом ее отец имел дело с преступным миром. К счастью, совсем недолго. Было гораздо проще притворяться, что он просто чрезмерно заботлив.

— Мой отец смотрит слишком много ужастиков. Поэтому думает, что, как только я окажусь в чужой стране, кто-нибудь обязательно меня похитит и потребует выкуп.

Кейт подняла брови:

— Я знаю, что ты из богатой семьи, но…

— Очень-очень богатой. — Белинда подняла свой пустой бокал, подавая знак бармену. — Ты бы видела поместье ее отца в Суррее. Оно просто огромное. Также у него есть вилла в Италии и на юге Франции. Я и не думала, что, работая бухгалтером, можно так много зарабатывать. Возможно, мне стоило податься в эту профессию вместо того, чтобы становиться учителем.

Дейзи прикусила губу. Она всегда верила, что ее отец стал богатым, потому что много и упорно работал. В какой-то степени она продолжала в это верить. И как могло быть по-другому? Этот человек всегда был и останется ее любящим отцом. И пусть он провернул какую-то аферу для главаря мафии. Это ведь не делало его преступником! Отец заверил ее, что это произошло много лет назад и нет ни малейшей причины беспокоиться. Но почему тогда он настаивал на том, чтобы в ее квартире была дорогая сигнализация и чтобы она путешествовала только в сопровождении телохранителя? По правде говоря, это беспокоило Дейзи. Но она всегда закрывала на все это глаза, потому что так было проще, чем выяснять отношения с отцом. Спорить с ним бесполезно, ее мать, Роза, убедилась в этом, когда попыталась с ним развестись.

— Если твоя семья такая богатая, почему вообще ты решила работать учительницей? — спросила Кейт.

— Я люблю преподавать, — ответила Дейз, вспомнив лица своих маленьких учеников в дошкольном классе. — Дети — невинные создания, и…

Белинда громко фыркнула, затем засмеялась:

— О да, такие же невинные, как и ты.

Дейз с укором посмотрела на нее:

— То, что технически я все еще девственница, не означает…

— Что? — Кейт нахмурилась в полном замешательстве. — Хочешь сказать, ты никогда не спала с парнем?

«Опять начинается», — обреченно подумала Дейзи. Почему быть девственницей — странно? Многие девушки не гуляют направо и налево. И не надо забывать о монашках. Вообще-то иметь чересчур заботливого отца — то же самое, что вырасти в монастыре. Ведь он чуть ли не обыскивал каждого ухажера, который у нее появлялся. Кроме того, он копался в их прошлом. И именно поэтому ей уже двадцать шесть, а у нее еще никогда не было секса.

Но на этих каникулах все изменится. По крайней мере, Дейзи на это очень надеялась. Вдали от зорких глаз своего отца она сможет расправить крылья и открыться для отношений. Немножко пофлиртует, расслабится. Тут ей не нужно переживать о том, что ее отец может внезапно заявиться с ордером на арест ее ухажера.

— Еще нет, — ответила Дейзи, — но я не собираюсь спешить и совершать необдуманные поступки. Я хочу, чтобы первая настоящая близость что-то значила. И для парня тоже.

— Мне бы не хотелось рушить твои мечты, но вряд ли ты найдешь свою настоящую любовь в Вегасе, — заявила Кейт.

— О ней можешь особенно не волноваться, — вмешалась в разговор Белинда. — У нашей Дейзи есть игрушка. Я ей подарила ее на Рождество в прошлом году. Не так ли, Дейз?

Дейзи смущенно засмеялась. Ей не нравилось, что она каждый раз краснела при упоминании той порочной сексуальной игрушки. Она ведь всего пару раз доставала ее из коробки… Ну хорошо, может, чуть больше. По правде говоря, после первого раза она вообще не убирала ее в коробку…

— Эй, все внимание в направлении на два часа, — скомандовала Белинда. — На парня, который стоит рядом с девушкой, одетой в платье из ткани, смахивающей на алюминиевую фольгу. Вы знаете, кто он?

Дейзи посмотрела на высокого темноволосого мужчину, который расслабленно прислонился к стойке бара, беседуя о чем-то с молодой женщиной в блестящем узком платье, которое обтягивало ее идеальное, как у модели, тело. Белоснежная, распахнутая на шее рубашка резко контрастировала с его смуглой кожей и глубокими, пронизывающими, чарующими черными глазами. Его волосы были достаточно длинными, чтобы касаться воротника рубашки, и немного вьющимися и растрепанными, словно он совсем недавно выбрался из постели или слишком часто запускает в них пятерни. Или и то и другое. Его губы притягивали внимание. С чувственным изгибом, они были окружены грубой черной щетиной двух-трехдневной небритости. Верхняя губа была немного приподнята в усмешке, казавшейся больше циничной, чем радостной, а нижняя, более полная губа указывала на опасный сексуальный аппетит незнакомца.

Несмотря на то что в клубе было жарко, Дейзи почувствовала, как по ее телу прошла дрожь.

— Нет, не знаю, кто он?

— Луис Валкес, — ответила Белинда. — Знаменитый аргентинский спортсмен, игрок в поло. В прессе прозвали его королем интрижек на одну ночь. На свете нет, наверное, другого такого же бабника, способного настолько быстро менять сексуальных партнерш. Он практически превратил это в отдельный вид спорта. Но как же все-таки он горяч.

«Горяч — не то слово», — подумала Дейзи. Она еще никогда не видела настолько прекрасного мужчину. Он был похож на мужчин-моделей с обложек дорогих глянцевых журналов, которые рекламируют очки или туалетную воду. От него веяло тестостероном, весь его вид говорил о сексе. Чувственная энергия исходила от него, словно электрический ток, и накаляла воздух вокруг. Все внимание Дейзи было приковано к этому мужчине. Ее тянуло к нему какой-то непреодолимой силой. И она ничего не могла с этим поделать. И не только потому, что он был настолько прекрасен внешне. Что-то было в его ауре, какая-та чувственная уверенность и мужественность, которая ее интриговала. Дейзи могла видеть эту непоколебимую уверенность в высокомерном наклоне его головы, в резких чертах его лица и в проницательных умных глазах. Казалось, он прекрасно понимает, что держит все под своим контролем, и только и ожидает подходящего момента, чтобы показать это окружающим.

— Прекрати пускать слюни, Дейзи, — фыркнула Белинда. — Этот небожитель не станет иметь дела с простыми смертными вроде нас. Он общается только с супермоделями или молодыми голливудскими актрисами.

Дейзи уже собиралась отвернуться, когда взгляд его черных, словно ночь, глаз через весь ночной клуб встретился с ее. Как будто разряд электричества прошел по телу Дейзи, когда его темная бровь изогнулась, выражая очевидную заинтересованность красавца. Внезапно она почувствовала жаркое томление внизу живота. Ощущение было настолько острым, что она чуть не упала с барного стула, на котором сидела. Дейзи быстро скрестила ноги, а Валкес внимательно наблюдал за тем, как она это сделала.

Затем он медленно рассмотрел ее всю — от щиколоток до бедер, затем тонкую талию и полную грудь, где его взгляд на какое-то время остановился. Затем Валкес обратил внимание на ее губы. И снова помедлил. На этот раз дольше.

Дейзи почувствовала, как ее губы пылают, словно одним своим чарующим сексуальным взглядом он был способен оставить на них свое страстное клеймо. Затем Валкес так же медленно перевел взгляд на ее каштановые волосы, уложенные в незамысловатую прическу, после чего их взгляды снова встретились. Дейзи не раз слышала фразу «Как будто бы время остановилось», и даже пару раз сама использовала ее. Она знала, в реальности такое просто не может произойти, но сейчас время действительно словно остановилось. И она могла это почувствовать.

Тик. Так. Стоп.

Белинда щелкнула пальцами прямо перед ее лицом:

— Земля вызывает Дейзи.

— О господи! — Кейт начала тыкать ей в ребра локтем. — Он идет сюда!

Дейзи застыла. Ее сердце бешено билось, готовое в любую секунду отказать из-за перенапряжения. Ее кожа покрылась мурашками. Все ее тело было словно в предвкушении чего-то. Дейзи пришлось схватиться за край барной стойки, чтобы хоть как-то остановить дрожь в своем теле, иначе она рисковала в любую секунду очень не элегантно свалиться на пол. Она не могла вспомнить, когда в последний раз на нее вот так смотрел мужчина. Словно она была единственной женщиной в мире. Словно он мог видеть сквозь ее маленькое черное платье кружевные трусики, которые скрывались под ним. Словно он знал, как ее тело реагирует на его приближение. Она как будто находилась под влиянием каких-то волшебных чар. Ощущения были шокирующими, но в то же время захватывающими, ее тело и чувства больше не находились под ее контролем.

Казалось, сама Вселенная услышала о ее тайном желании перестать играть роль хорошей девочки и специально послала ей самого опасно сексуального самца на планете. Еще ни один мужчина никогда не смотрел на нее с таким явным желанием. И ни один мужчина не пробуждал в ней такую дикую страсть и горячее возбуждение, которое сейчас лавой разливалось по ее венам, разжигая беспощадный огонь в ее теле.

Он уверенно пересекал танцевальную площадку, напоминая Дейзи Моисея, раздвигающего воды Красного моря.

«Хотя этого конкретного «Моисея» вряд ли интересуют десять Божьих заповедей», — взволнованно подумала она.

Дейзи наблюдала за тем, как люди машинально расступались по мере его приближения. Мигающие огни на танцплощадке освещали каждое его движение, словно то, что он решил подойти к ней, было главным событием вечера.

Мужчина остановился прямо перед ней, настолько близко, что ее колено едва ли не касалась ширинки его брюк.

Его чувственные губы изогнулись в улыбке, настолько откровенно сексуальной, что перед ней необходимо показывать табличку с предупреждением «только для взрослых».

— Hola.

Дейзи чуть не растаяла на том же месте и не растеклась в лужицу жидкого воска у его ног, когда услышала, как он говорит на своем родном языке. Дейзи чувствовала себя зачарованной. Целых пять секунд она не могла произнести ни слова, в то время как его бархатный голос ласкал ее тело, словно соблазнительное прикосновение.

Она ощутила, как на ее лице проступает краска смущения. Когда она все же заговорила, получилось что-то похожее на писк:

— При… хм… привет.

Глаза Луиса Валкеса выглядели еще более темными, когда он стоял так близко. Его губы казались еще более соблазнительными теперь, когда она могла их лучше рассмотреть. Дейзи пришлось сжать кулаки, чтобы сдержать себя и не протянуть руку, чтобы дотронуться до него. Его обаяние пленяло, утягивало за собой, не оставляло выбора. Дейзи едва удавалось усидеть на стуле.

— Хочешь потанцевать?

Он задал вопрос на английском, но с тем же чарующим акцентом. Однако абсолютная уверенность и высокомерие, проскальзывающие в его словах, которыми ранее она восхищалась, начинали ее по-настоящему раздражать. Валкес был уверен, что она скажет ему «да». Кейт и Белинда ожидали, что она скажет ему «да». Как и все остальные, собравшиеся в этом клубе.

Даже ее собственное тело умоляло ее сказать ему «да», но ее разум уже пробудился. Больше всего в потенциальном ухажере ее раздражала надменная уверенность в том, что ему все позволено.

Кем он себя возомнил? Он может пойти и поманить пальчиком кого-то другого. Дейзи не станет связываться с мужчиной, который видит в ней какую-то глупую фанатку, мечтающую переспать со звездой.

— Нет. — Она смягчила свой отказ легкой улыбкой. — Но спасибо за предложение.

Его и без того бездонные черные глаза потемнели. Казалось, ему нравилось испытывать себя, нравились трудности. Ему явно хотелось узнать, сможет ли он изменить ее решение. Но его очаровательная улыбка ни на секунду не померкла.

— Ты здесь с кем-то?

— Нет… то есть да. С моими подругами из школы. Школы, в которой я преподаю. Мы преподаем. В Лондоне.

Дейзи повернулась к подругам, но их уже не было рядом. Они улизнули из бара и сейчас танцевали с двумя мужчинами, с которыми они разговаривали до этого.

«Ну спасибо, девчонки».

Луис проследил за ее взглядом.

— Кажется, им весело.

Что он имеет в виду? Что она не умеет веселиться? Что она слишком зажатая, чтобы по-настоящему расслабиться и получать от жизни удовольствие? Возможно, Дейзи не привыкла рисковать и принимать необдуманные решения, но она открыта для новых впечатлений.

Однако она не собиралась тратить время на кого-то настолько самоуверенного.

— Да, кажется, так и есть. — Она с вызовом взглянула на него: — Как и мне.

Каждый раз, когда их взгляды встречались, разряд электричества проходил по ее телу.

— Это твой первый раз?

Дейзи почувствовала, что ее щеки стали пунцовыми, а тело охватил огонь. Как он мог об этом узнать? Как вообще такое возможно?

— Хм… ты имеешь в виду, впервые ли я в Вегасе?

Его губы медленно растянулись в усмешке.

— Si.

«О господи, пожалуйста, пусть он прекратит разговаривать на испанском, или я наброшусь на него прямо здесь. И позволю овладеть своим телом посреди танцпола».

— Это моя первая поездка в Штаты. И соответственно, в Лас-Вегас.

— И какие у тебя впечатления?

Дейзи продолжала смотреть ему прямо в глаза. По правде говоря, у нее не было выбора. Ее тело просто отказывалось подчиняться тревожным сигналам мозга, поэтому она продолжала глазеть на Луиса, как какая-то помешанная фанатка на голливудскую звезду.

— Это яркий и смелый город, даже порой вульгарный в свой откровенности. Таким я вижу Вегас, а не все Соединенные Штаты. Я не была больше нигде, кроме Лос-Анджелеса, мы там приземлились.

— В Лос-Анджелесе ты пересела на другой самолет или добралась до Вегаса на машине?

— Мы приехали на автобусе.

Его полуулыбка творила с ее телом нечто странное и в то же время захватывающее. В его туалетной воде улавливались чарующие нотки цитруса и свежий аромат тропического леса после ливня. Этот запах сводил ее с ума. На мгновение Дейзи задумалась, правильно ли она поступила, отказав ему, когда он пригласил ее потанцевать. Она ведь собиралась расслабиться и открыться для новых впечатлений и знакомств. А что может быть лучше, чем начать с плохого парня, который согласен только на флирт и интрижки без обязательств?

— И как долго ты пробудешь в Вегасе? — спросил Луис.

— Четыре дня.

Его взгляд снова неспешно прошелся по чертам ее лица, словно он пытался их запомнить, и снова задержался на ее губах, отчего ей захотелось провести по ним кончиком языка.

— Если ты передумаешь по поводу моего предложения потанцевать, я будут вот там. — Он указал в ту сторону клуба, откуда пришел.

— Будешь со своей спутницей? — подколола его Дейзи.

Луис как ни в чем не бывало пожал плечами:

— Я ее недавно встретил.

— И, разок с ней переспав, сразу же переключишься на следующую кандидатку?

Его улыбка стала только шире.

— Значит, ты про меня слышала?

Дейзи посмотрела на него, как на самого непослушного мальчика в своем классе.

— Такой репутацией не стоит гордиться. Ты путешествуешь по миру и спишь с женщинами, которых ты больше никогда не увидишь, даже не удосужившись узнать их имя.

В его глазах появились задорные искорки.

— Тяжкое бремя, но у меня достаточно выносливости и сексуального аппетита, чтобы делать это.

«Делать это». Одних этих слов было достаточно, чтобы пробудить непристойные мысли в ее голове Дейзи представила, как их тела сплетаются в жарком танце страсти. Как его бедра, покрытые жесткими волосками, трутся о ее раздвинутые ноги. Как его большие ладони сжимают ее груди, а его пальцы ласкают ее самое сокровенное место, влажное от возбуждения.

Дейзи едва сдерживала дрожь, ей с трудом удавалось скрываться за маской строгой учительницы. Однако она подозревала, что Валкес прекрасно знает, как она на него реагирует. Он вызывал такую реакцию у любой живой женщины. Как же он прекрасен. Как опасно сексуален. И пугающе бесподобен.

Дейзи еще раз неуверенно улыбнулась, чтобы попытаться скрыть то мучительное влечение, которое она испытывала к нему.

— Прошу меня простить. Я, кажется, отстаю от своих друзей в веселье.

Луис не сдвинулся ни на сантиметр, поэтому ей ничего не оставалось, кроме как слезть со стула и скользнуть между барной стойкой и его твердым мускулистым телом. Когда их тела соприкоснулись, Дейзи почувствовала нечто наподобие электрического разряда. Она подняла глаза и, снова заметив в его глазах игривые огоньки, ощутила мучительную слабость.

— Перед тем как ты уйдешь, позволь дать тебе совет.

Дейзи упрямо надула губки:

— Ну давай.

«Если тебе так этого хочется». Она не произнесла этого вслух. Но ей и не надо было. По тому, как она сложила руки на груди и закатила глаза, все и так было понятно.

Луис указал на ее бокал с напитком на столике:

— Никогда не оставляй свой бокал без внимания. Дейзи раздраженно посмотрела на него:

— Я не первый раз в ночном клубе.

— Возможно, но в некоторых клубах в Вегасе были зафиксированы случаи, когда девушкам подсыпали наркотические средства. Всегда лучше быть осторожной.

— Я могу сама о себе позаботиться.

Луис имел странную привычку долго смотреть на ее губы. Дейзи жадно глотнула воздух, но ее легкие только наполнились жаром. Громкая музыка отошла на второй план. Извивающаяся в неистовых танцах толпа на площадке словно исчезла. Несмотря на то что воздух был наполнен различными запахами парфюмов, она все еще могла четко ощущать аромат, исходивший от этого мужчины. Яркий томный запах его одеколона навсегда запечатлелся в ее сознании. Как жаль, что Луис настолько высокомерен. Недолгие отношения с кем-то вроде него стали бы отличным воспоминанием. О таком можно было бы поболтать с подружками, когда она вернется домой.

Дейзи раздраженно посмотрела на него:

— У меня что, помада на зубах, или что-то в этом роде?

— Почему бы тебе мне не улыбнуться, чтобы я смог проверить?

Она сжала губы.

— Почему ты решил подойти и поговорить со мной?

В его глазах плясали озорные огоньки.

— Я заметил, что ты на меня смотрела.

— Не смотрела я! — заявила Дейзи. — Моя подруга указала на тебя, и я просто взглянула, чтобы убедиться, знаю ли я тебя или нет, и оказалось, что не знаю. Прости уж, если уязвила твое эго.

На самом деле она нисколечко не сожалела об этом.

Валкес ослепительно улыбнулся:

— Я не обижен.

— Как я и думала. — Дейзи понимала, что со стороны это звучит глупо и чопорно, но ничего не могла с собой поделать. Она сейчас разговаривала точно как мисс Эдит Кэссиди, их строгая, готовящаяся выйти на пенсию директриса. — Понимаю, ты привык, что, где бы ты ни оказался, молодые женщины бросаются тебе в объятия, как только тебя видят, но меня одной внешностью не заинтересовать.

— И что же тебя может заинтересовать?

Дейзи помолчала, обдумывая его вопрос.

— Хм…

Луис прислонился к стойке бара, устроившись поудобнее, как будто собирался остаться здесь на всю ночь.

— Деньги?

Дейзи нахмурилась:

— Конечно же нет.

Его губы искривились в циничной улыбке.

— Что же тогда?

— Манеры, интеллект, моральные устои.

Казалось, он вот-вот рассмеется.

— Старомодная девушка приехала развлекаться в Вегас. Кто бы мог подумать?

Дейзи была уверена, что вокруг ее губ останутся морщины оттого, как сильно она их сжимала.

— Ты родился таким заносчивым или тебе пришлось работать долгие годы, чтобы стать таким?

Луис оттолкнулся от барной стойки, выпрямился и провел кончиками пальцев по обнаженной руке Дейзи от плеча до запястья.

— Оставь последний танец для меня, querida.

Гневно посмотрев на него, Дейзи направилась к своим подругам.

— Размечтался.

Луис решил покинуть клуб в три часа ночи. Он потерял из виду ту англичанку, когда отвлекся, чтобы поговорить кое с кем из мира поло. К тому времени, как он закончил, она уже куда-то исчезла. Луис не желал признавать, что почувствовал обжигающее разочарование. Женщины легко приходили в его жизнь и так же легко уходили. В клубе было полно желающих провести с ним ночь, ему стоило только поманить пальцем.

Луис не понимал, чем его так очаровала англичанка. Она выглядела как обычная симпатичная соседская девчонка, к тому же была слишком порядочной и правильной. Но ее густые каштановые волосы, в которых проблескивали оттенки золота, и темные невероятно голубые глаза напоминали ему об Эгейском море. У ее бледной, словно фарфор, кожи был слегка розоватый оттенок, которым славились многие молодые английские женщины. Ее губы были пухлыми и чувственными, и явно говорили о ее пламенной сексуальности, скрытой за фасадом высокомерной особы.

Большую часть времени, проведенного в клубе, Луис провел, наблюдая за тем, как она украдкой смотрит на него. Было забавно видеть, как она старается, но не может скрыть свой интерес к нему. Она прятала свой взгляд за бокалом с напитком, который остался почти полным, или за плечом одной из подружек. Она притворялась, что веселится, но на самом деле было понятно, что она не привыкла проводить время в ночных клубах. И даже несмотря на то, что на ней был подходящий для клуба наряд — маленькое черное платье и босоножки на высоком каблуке, — она все равно казалась не на своем месте. Она напоминала ему маленького олененка, пытающегося выглядеть как опасный хищник.

В свой номер в отеле Луис возвращался в одиночестве. Он получил много откровенных предложений, но от всех них отказался. Сегодня он был не в настроении. Наверное, еще не восстановился после перелета из Аргентины, где он провел некоторое время со своим старшим братом и его женой Тэдди. После того как он увидел, насколько счастливым был его брат, в нем проснулось какое-то неспокойное чувство, которое он не мог заглушить, сколько бы ни кутил на вечеринках. Раньше были только он и Алехандро. Настоящая команда. Два брата-ловеласа Валкесы, знаменитые во всем мире своими любовными похождениями. Женщины падали к их ногам. Теперь же Луису предстояло продолжить колесить по миру в погоне за новыми победами на поле для поло в одиночку.

Кубок за кубком пополняли его коллекцию на полках на вилле, которую он посещал в те редкие моменты, когда это позволял его плотный график.

Все, что ему было необходимо в путешествиях, находилось в одной дорожной сумке, он ведь никогда нигде не задерживался. Луис так же часто въезжал и выезжал из номеров отелей, как менял женщин. Его коньком были интрижки на одну ночь. Какой смысл задерживаться дольше и давать возможность женщине узнать его ближе? Он видел, что сделала его мать с его отцом. Он был свидетелем того унижения, которое испытал его брат, когда десять лет назад невеста бросила его у алтаря. Теперь Алехандро счастлив, и Тэдди, кажется, замечательная женщина, просто такие близкие, серьезные отношения не для Луиса.

Никто и никогда не будет обладать достаточной силой, чтобы причинить ему боль. Снова.

Луис уже был совсем недалеко от своего номера, когда увидел ее, ту девушку с чопорным акцентом. Она была с каким-то мужчиной, который за руку тянул ее в номер по другую сторону коридора. Но что-то в этой ситуации показалось Луису странным. Англичанка неуверенно держалась на ногах, а ее прекрасные голубые глаза, прежде ясные и яркие, казались затуманенными.

— На что смотришь? — рявкнул мужчина, обращаясь к Луису.

Луис еще раз внимательно посмотрел на англичанку:

— С тобой все нормально, querida?

Девушка подняла на него пустой, отрешенный взгляд:

— Мне нужно прилечь…

— Пойдем сюда, конфетка, — сказал мужчина, толкая плечом дверь в свой номер.

Луис положил руку на дверной косяк, преграждая им дорогу.

— Ты хочешь, чтобы я вызвал полицию, или сам без лишнего шума ее отпустишь?

Дыхание мужчины явно отдавало алкоголем.

— Она хочет быть со мной. Она сама так решила Луису пришлось приложить усилие, чтобы не выбить все зубы этому самоуверенному смазливому парню.

— Она даже не в состоянии говорить. Что ты с ней сделал? Подсыпал что-то в ее напиток, чтобы заставить ее уйти с тобой?

Мужчина с опаской посмотрел на Луиса:

— Эй, в чем проблема? Она твоя девушка, или что-то в этом роде?

Луис почувствовал горький металлический вкус во рту. Гнев вскипал в его крови и стремительно охватывал все его тело. Как мужчина может обращаться с женщиной так, словно она какая-то секс-игрушка?

«Ты и сам так обращаешься с женщинами», — шепнул ему внутренний голос, но Луис заглушил его и направил весь свой гнев и негодование на мужчину, стоящего перед ним.

— Я спрошу тебя еще раз. Что ты с ней сделал? Глаза мужчины беспокойно забегали.

— Что тебе надо?

Луис схватил его за глотку и прижал к стене с такой силой, что картины, развешанные вдоль коридора, закачались.

— Даю тебе три минуты на то, чтобы ты убрался отсюда. Потом позвоню в полицию. Понял?

Незнакомец сглотнул.

— Я ничего с ней не делал. Это все мой приятель. Он сказал, это никак ей не навредит. Он просто добавил пару рюмок водки в ее напиток, когда она отвлеклась. Я хотел, чтобы она расслабилась. Она была такой зажатой и высокомерной. Сказала, что не заинтересована во мне, но я знал, что она обманывает. Они все приезжают в Вегас, чтобы повеселиться. И она явилась сюда за тем же. Чтобы развлечься с кем-то на одну ночь.

Луис едва сдерживался, чтобы не придушить мерзавца.

— Еще раз ты к ней подойдешь, и я сделаю так, что до конца своей жизни ты будешь есть через трубочку. Понял?

Мужчина закивал и потер свое горло, затем быстро попятился по коридору в сторону лифта.

Луис тихо выругался, затем склонился над англичанкой, которая сползла по стенке на пол. Она выглядела бледной, на ее лбу выступил пот, но ее дыхание было ровным.

— Где ты остановилась? — спросил он.

Она озадаченно посмотрела на него своими большими глазами:

— Мы знакомы?

— Немного.

Девушка склонила голову и прищурилась, словно усердно пыталась его вспомнить.

— Ты выглядишь вроде бы знакомым…

— В каком номере ты остановилась? — сделал Луис еще одну попытку, помогая ей подняться.

Он изо всех сил старался не замечать, какой нежной, словно лепестки магнолии, оказалась ее ладонь.

— Кажется, там была цифра семь. — Она радостно улыбнулась. — Это моя счастливая цифра. Однажды я выиграла оплаченный день в спа-салоне на вечеринке для учителей. Процедуры были такими приятными и расслабляющими, что мне не хотелось оттуда уходить. Тогда я в первый раз сделала бразильскую эпиляцию. Белинда меня уговорила. Было ужасно больно. Но самое смешное, что теперь я их постоянно делаю. Наверное, у меня повысился болевой порог, или еще что. Вообще я еще та трусиха Я плачу от боли, когда снимаю пластырь. Жалкое зрелище. — Ее яркая улыбка потускнела, когда она добавила: — Думаю, всему причиной то, что я рано потеряла маму. Она погибла в автокатастрофе, когда мне было десять…

— Жаль это слышать…

— Мой отец больше не женился, — продолжила она, как будто Луис ничего и не говорил. — Я думала, он найдет себе новую жену так быстро, как только возможно, но он этого не сделал. Не то чтобы у него не было любовниц. Вот их у него было очень-очень много. Никому не нравится думать о своих родителях в этом плане, правда ведь? Это отвратительно. Моему отцу за шестьдесят. И о чем он только думает? Разве не пора уже жить тихой мирной жизнью?

— Мужчины всю жизнь остаются мужчинами, и не важно, сколько им лет, — пробормотал Луис.

Она растерянно посмотрела на него:

— Я тебя отчего-то отвлекаю? Или от кого-то?

— Нет.

— Ты без спутницы?

— Грустно это признавать, но без.

Она мило нахмурила лоб:

— Почему так?

— Я пригласил девушку на танец, но она мне отказала.

На этот раз она посмотрела на него с сочувствием:

— Ох, бедненький. И тебе было обидно?

— Очень.

Она положила ладонь на его плечо, и тут же словно электрический разряд прошелся по всему его телу.

— Не переживай. Уверена, настанет день, когда ты встретишь свою судьбу. Я верю, у каждого человека есть вторая половинка. Нам просто необходимо быть терпеливыми и ждать момента, когда мы наконец встретим человека, предназначенного нам судьбой. Ну, по крайней мере, я стараюсь себя в этом убедить.

Мысли Луиса путались, когда он смотрел на ее мягкие пухлые губы, на которых сиял тонкий слой недавно нанесенного блеска для губ, делавший их еще более соблазнительными. Он мог ощутить легкий цветочный аромат ее духов, приятное сочетание запаха гардении и жимолости. Он наполнял его легкие с каждым вздохом и заставлял думать о теплых летних ночах.

— Сколько ты выпила? — спросил Луис.

— Совсем немного. Я вообще практически не пью. Я становлюсь слишком разговорчивой после бокала вина. Наверное, поэтому этот напиток называют сывороткой правды, хм? In vino veritas. Это на латыни. Истина в вине. — Она снова ему лучезарно улыбнулась. — Мне хотелось танцевать. Ты видел это? Было классно. Мне раньше никогда не выпадала возможность станцевать макарену.

Луис чувствовал себя родителем, которому приходилось иметь дело с подростком, вернувшимся с вечеринки.

— У тебя есть с собой ключ от твоего номера?

Прикусив нижнюю губу, Дейзи стала копаться в своей сумочке. Когда поиски не привели к результатам, она бросила сумку на пол и засунула руку в декольте своего платья. Вытащив из бюстгальтера ключ-карту, она протянула ее ему:

— Я знала, она где-то здесь!

Луис мог ощутить тепло ее груди, оставшееся на пластике карты.

— Карта не из этого отеля. Ты помнишь, где остановилась?

Дейзи поморщила носик:

— Я не хочу туда идти. Здесь гораздо лучше.

— Ты знаешь, где ты находишься? На каком этаже? Она посмотрела на него, кокетливо хлопая своими длинными ресницами.

— Я на твоем этаже.

Луис решил не обращать внимания на ее томный взгляд. Он мог заполучить любую женщину, которую хотел. И для этого ему не нужно было никого спаивать. Возможно, многие и считали его распутником, но даже у него были принципы.

— Послушай, querida, тебе нужно прилечь, чтобы к утру ты протрезвела.

Она надула соблазнительные губки:

— Я не пьяна. Смотри, я могу пройти по ровной линии.

И она пошла вдоль коридора, для баланса расставив руки в стороны. Развернувшись, она собиралась пойти обратно к нему, но через четыре шага все-таки не справилась со свой задачей. Ее ноги заплелись, и она бы упала, если бы Луис вовремя не поймал ее.

Он поднял ее на руки, пытаясь не замечать, каким свежим и приятным было ее дыхание на его щеке, когда она прижалась к нему, обвив его шею руками.

— Я та-а-ак устала… — Она зевнула, затем опустила голову на его плечо и с тихим вздохом закрыла глаза.

Луис аккуратно ее встряхнул:

— Эй, ты не сказала мне, как тебя зовут.

Она еще раз тихо вздохнула, словно сонный котенок, и крепче прижалась к его груди.

— Мне хочется спать…

В зеркале, висящем над небольшим столиком в коридоре, Луис увидел свое отражение с девушкой на руках. Он выглядел словно рыцарь, вызволивший деву из беды. Ее мягкие, доходящие до плеч волосы были распущены и нежным облаком лежали на его руке. Ее черное платье немного задралось, обнажив стройные бедра и изящные щиколотки, на губах застыла мечтательная улыбка. Она уткнулась лицом в его грудь там, где билось его сердце, словно наконец-то нашла место, в котором почувствовала себя в безопасности.

Луис тяжело вздохнул:

— Ну, рыцарь, что ты будешь делать теперь?

Глава 2

Когда Дейзи проснулась, ее голова просто раскалывалась на части, а во рту был отвратительный привкус, словно она всю ночь жевала ношеный носок. Приоткрыв один глаз, она увидела, что находится в роскошном номере отеля, а не в той бюджетной комнатке, которую сняла. С потолка водопадом сияющего хрусталя свисала великолепная люстра. Огромный ковер на полу выглядел густым и мягким, и казалось, если она на него наступит, то провалится по колено. А может, и по шею. Подушки, на которых она лежала, также были мягкими, как облако, а простыни из египетского хлопка ласкали ее полностью обнаженное тело.

Ее кольнуло неприятное ощущение. Обнаженное тело?

Дейзи приподняла простыню, чтобы посмотреть на себя. Боже мой! У нее что, был с кем-то секс? Нет. Это невозможно. Она не одна из тех девушек, которые могут переспать с первым встречным.

Одно дело — просто флиртовать. А вот разделить с кем-то постель — это совершенно другое. Но почему же, черт возьми, она сейчас лежит голая в чьем-то номере?!

Нет. Нет. Нет!

Этого просто не может быть. Она сжала бедра. Нет. Ощущения там не изменились. Она встала на колени в кровати и посмотрела на себя в зеркале, чтобы убедиться, что на ее груди и шее нет никаких следов бурных ласк.

Ничего такого.

Внезапно дверь в спальню открылась, и Дейзи, испуганно вскрикнув, прикрыла руками груди. В комнату зашел Луис Валкес. В его чарующих черных глазах горели игривые огоньки.

— Ты?

Он сделал шутливый поклон:

— К твоим услугам, mi passion.

Не может быть!

Дейзи поспешила нырнуть под простыню, закрывшись до самого подбородка. Боже мой! Что же она натворила? Или, лучше сказать… что он натворил?

Внезапно ее охватил гнев, отчего ее голос, когда она заговорила, прозвучал грозно и сердито.

— Где моя одежда?

Губы Луиса растянулись в дьявольской полуулыбке.

— А где ты ее оставила?

Глаза Дейзи округлились от ужаса. Он что… раздел ее? Спрятал ее одежду? Неужели ее продадут в сексуальное рабство? И никто больше ничего о ней не услышит? И где были ее телохранители, когда они ей так нужны?

Она в упор посмотрела на Луиса, стараясь не показать, насколько ей страшно.

— Я не допущу, чтобы тебе это сошло с рук. Ты не знаешь, с кем связался. У меня есть связи, тебя в порошок сотрут.

Луис имел наглость засмеяться в ответ.

— Ты имеешь в виду твоих подружек?

Сердце Дейзи тревожно сжалось. О господи! Что, если Белинду и Кейт тоже похитили? И теперь их троих собираются переправить в какую-нибудь богом забытую страну, чтобы какие-нибудь отвратительные мужики лапали и гнусно использовали их? Дейзи уже видела заголовки газет: «Три лондонские учительницы младших классов стали жертвами международного секс-трафика».

— Ч… что ты имеешь в виду?

Его темные глаза не выдавали его чувств, он по-прежнему улыбался.

— Они ни капли не были заинтересованы в том, чтобы прийти тебе на помощь.

Дейзи сощурила глаза:

— Ты о чем?

— Я попросил их прийти и забрать тебя из своего номера прошлой ночью, но они отказались.

Дейзи пронзила его своим надменным взглядом.

— Я тебе не верю. Они бы не оставили меня в трудном положении. — «Хм, ну может, Белинда бы оставила». — И как ты с ними связался? Ты не знаешь ни их имен, ни номеров телефонов.

Луис рассматривал свои ровные аккуратные ногти.

— Я отправил за ними одного из сотрудников отеля. Очевидно, твои подруги были слишком сильно увлечены своими спутниками, чтобы прийти за тобой. — Он снова насмешливо посмотрел на нее и добавил: — Они передали тебе сообщение — я процитирую — «Повеселись».

«Я точно убью тебя, Белинда».

Дейзи отодвинулась ближе к спинке кровати и откинулась на подушки, прячась за роскошными, приятными на ощупь простынями. Луис сейчас вовсе не был похож на сексуального хищника. Он казался таким спокойным и элегантным. И до безумия прекрасным. Зачем ему вообще похищать кого-то, если он может заполучить любую женщину, лишь поманив ее пальцем? «Ну, кроме тебя», — подумала она, вспомнив, как отвергла его в клубе. Дейзи сглотнула ком в горле. Она провела ночь с одним из самых распутных плохих парней на свете. И как же ему удалось изменить ее решение?

— Что случилось прошлой ночью?

Луис приподнял темную бровь:

— Ты не помнишь?

Дейзи в панике рылась в памяти, но ей ничего не приходило в голову. Она помнила только о том, как весь вечер в клубе наблюдала за Луисом. Он постоянно находился в окружении каких-то девушек. Казалось, он специально маячит с ними перед ее глазами.

Это было просто отвратительно.

А Дейзи тем временем тихо сидела за барной стойкой — в общем-то, как и обычно, — до тех пор, пока к ней не подошел ее соотечественник и не пригласил ее на танец. Ей не хотелось с ним танцевать, но она, вероятно, изменила свое решение, потому что припомнила, что в какой-то момент оказалась с ним на танцполе, где столкнулась с Луисом. Когда она оказалась прижата к его сильному твердому мужскому телу, все ее ощущения разом обострились. Луис же взглянул на ее спутника, и его верхняя губа пренебрежительно вздернулась, словно он хотел сказать: «И это все, на что ты способна?»

Но после этого момента она уже ничего не помнила.

Дейзи неуверенно посмотрела на Луиса:

— Зачем ты привел меня сюда?

Он медленно прошелся взглядом по ее телу:

— А ты как думаешь?

Несмотря на тревогу, Дейзи ощутила, как реагирует на его слова. По ее венам начал растекаться огонь, распространяя по всему телу невероятный жар. Черт бы его побрал, почему он должен быть таким соблазнительным? Ей стоит стыдиться того, как легко ее возбуждает этот Казанова. Понятно, почему ее отец считал, что ей просто необходим телохранитель. Очевидно, она просто притягивала неприятности. Всего одна ночь в клубе без присмотра — и она уже успела связаться с самым распутным плейбоем в мире.

— Ты что… — она неуверенно сглотнула, — раздел меня?

Выражение лица Луиса осталось таким же невозмутимым.

— Нет.

Дейзи ошарашенно посмотрела на него:

— Тогда кто же это сделал?

В ее глазах читался очевидный шок. Дейзи никогда не была голой в присутствии других людей с тех пор, как была ребенком. Сейчас ей было уже двадцать шесть, и она до сих пор переодевалась в фитнес-клубе под полотенцем. Она стеснялась своего тела. У нее была маленькая грудь и немного выпуклый животик, если она не делала сто скручиваний в день, а ее бедра теряли свою упругость, когда она не придерживалась диеты.

— Я тебе не верю.

Взгляд Луиса заискрился улыбкой.

— Кажется, ты говорила, что работаешь учительницей в школе. Тогда где же ты научилась танцевать стриптиз?

— Ты врешь! — запротестовала Дейзи. — Я бы никогда такого не сделала!

— Это был лучший приватный танец, который я когда-либо получал, и мне даже не нужно было за него платить.

Дейзи почувствовала, как ее лицо заливается краской.

— Я тебе не верю. Ты это все придумал. — Так и есть. По-другому и быть не может.

Луис пожал плечами, словно ему было абсолютно все равно:

— Хочешь позавтракать до того, как уйдешь?

Дейзи нахмурилась, ощутив некоторое разочарование.

— Хочешь сказать, ты не собираешься приковывать меня к кровати, чтобы сделать со мной все, что твоей душе угодно?

Взгляд его чарующих черных глаз снова медленно проследовал по всему ее прикрытому простыней телу, отчего ее охватила новая волна возбуждения.

— Соблазнительная идея, но нет, спасибо.

Дейзи понимала, что в данной ситуации глупо расстраиваться, но неужели она была так уж плоха в постели прошлой ночью? Конечно, она была не в себе, но все же…

— Хорошо. Я уже ухожу. — Дейзи неловко соскользнула с кровати, стараясь удерживать вокруг себя простыню. — Если подскажешь мне, где моя одежда, я поспешу тебя покинуть.

— На журнальном столике возле дивана. Я позволил себе отдать твои вещи в стирку, пока ты спала.

Дейзи резко повернулась к нему, что было весьма опасным маневром, учитывая, что она была закутана в простыню, словно мумия. И она упала бы, если бы Луис вовремя не протянул руку, чтобы помочь ей удержать равновесие. Его ладонь на ее обнаженной коже казалось невероятно теплой, а пальцы сильными, но нежными, словно бархат. На мгновение в ее голове промелькнуло смутное воспоминание о том, как сильные руки удерживают ее в своих надежных объятиях. Защищают и окутывают ее своим теплом. Дейзи снова ощущала знакомый запах — запах мужчины и нотки цитруса. И слышала чье-то сильное уверенное сердцебиение. В этих объятиях она ощущала себя в полной безопасности…

Дейзи нахмурилась, пытаясь удержать воспоминание, но оно растворилось и исчезло.

Подняв голову, она посмотрела Луису прямо в глаза:

— Почему ты это сделал?

— Отдал твою одежду в стирку?

— Да.

— Это казалось верным решение, учитывая ситуацию.

— Какую… хм… ситуацию?

Его губы снова искривились в ироничной усмешке.

— После твоего откровенного танца содержимое твоего желудка не захотело оставаться внутри и вырвалось на свободу, когда ты была в моей ванной комнате. И, к сожалению, целилась ты мимо унитаза.

О боже милостивый. Могла ли эта кошмарная ночь сделаться еще хуже?

— Меня… стошнило?

— Да, и весьма эффектно.

Дейзи прикусила нижнюю губу, в отчаянии пытаясь представить эту ужасную картину. Никто не выглядит привлекательно, когда его тошнит. Она была дико смущена тем, что опозорилась перед этим прекрасным мужчиной. Он ведь был таким уверенным в себе. Таким элегантным. Как он, должно быть, ликовал, увидев ее в таком позорном виде, особенно после того, как она отказалась потанцевать с ним Лучшей мести и не придумать. Она так высокомерно отмахнулась от его совета тогда, в клубе. Как она могла позволить чему-то подобному случиться с ней? Ох! Она ведь не была какой-то глупой молоденькой девчонкой, впервые заявившейся в клуб, чтобы повеселиться. У нее за плечами университетское образование, как-никак.

Дейзи нашла свою сумочку и, покопавшись в ней, достала несколько банкнот, затем протянула их Луису.

— Я… мне страшно жаль, что я доставила тебе столько хлопот. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы возместить твои убытки.

Он взял ее протянутую ладонь в свою и нежно, но уверено сжал, глядя Дейзи в глаза:

— Мне не нужны твои деньги.

Дейзи трудно было сконцентрироваться на его словах. Ее мысли путались. Тепло от его ладони заставляло все ее тело полыхать чувственным огнем. Казалось, она дотронулась до высоковольтных проводов, и ее нервы гудели от проходящих по ним безжалостным разрядам тока. Еще немного — и она не выдержит напряжения. Перед ней стоял настоящий мужчина. И он был настолько прекрасен, что низ ее живота сжимался от страстного томления. Она всякий раз возвращалась взглядом к его губам. Луис уже целовал ее? Как же невыносимо — не помнить ничего о его поцелуях… Эти губы знают, что делать, чтобы свести женщину с ума.

Дейзи неуверенно вздохнула:

— Возьми их. Я настаиваю.

Луис снова сжал ее руку. Его прикосновение только сильнее разжигало огонь в ее теле. Кожа его ладони была мягкая и местами шероховатая, но это почему-то лишь сильнее ее возбуждало.

— У меня и так полно денег.

Дейзи попыталась посмотреть на него сердито, чтобы хоть как-то скрыть, насколько остро реагирует на его близость.

— И это должно меня заинтересовать?

Его губы медленно растянулись в улыбке.

— Ну, ничто другое на тебя не подействовало.

Она приподняла бровь:

— Хочешь сказать, я не задыхалась от стонов в твоих объятиях… прошлой ночью?

Луис тихо засмеялся:

— Твоя честь в безопасности со мной, dulzura. Я и пальцем к тебе не прикоснулся.

Дейзи высвободилась из его хватки, удивленно заморгав:

— Не прикасался?

Луис с шутливой серьезностью закивал головой.

— Почему же нет?

— Я предпочитаю, чтобы женщина в моей постели не была пьяна.

Она грозно уставилась на него, для пущего эффекта топнув ножкой.

— Я не была пьяна! Я никогда в своей жизни не напивалась.

— Прошлой ночью ты валилась с ног. И тебе повезло, что я объявился вовремя. Ты как раз собиралась пойти развлекаться с каким-то хамом из номера 1524.

Дейзи ошарашенно смотрела на него. Еще одно смутное воспоминание всплыло в ее голове. Парень из города Эйлинг настаивал на том, чтобы угостить ее. Она не приняла его предложение, но после того, как вернулась из туалетной комнаты, он сообщил ей, что уже сделал заказ. Затем он настоял на том, чтобы составить ей компанию, пока она наслаждается напитком. Дейзи пришлось терпеть его присутствие, потому что ей надоело наблюдать за тем, как Луис Валкес обжимается со всякими девками на танцполе.

Но ведь бокал апельсинового сока с водкой не мог привести к тому, что она потеряла контроль над собой?

— С чего ты решил, что я собиралась… хм… переспать с тем парнем? Возможно, я направлялась в его комнату, чтобы…

— …Посмотреть на его коллекцию марок?

Она раздраженно посмотрела на него:

— Знаешь, не у всех же мужчин только одно на уме.

Луис медленно прошелся своим томным горячим взглядом по ее соблазнительному телу, прикрытому простыней.

— Они думают только об этом, когда видят настолько прекрасную женщину, как ты.

Слова Луиса заставили Дейзи чувствовать себя по-настоящему женственной и прекрасной. К своему огромному удивлению, она поняла, что ей хотелось бы немного пофлиртовать с ним.

Дейзи неуверенно прошла к тому месту, где находилась ее одежда, аккуратно сложенная в стопку на журнальном столике возле мягкого дивана.

— Мне пора идти. Девчонки, должно быть, меня уже заждались. — Одной рукой прижимая к себе одежду, другой она пыталась удержать на месте простыню. Поняв, что ей это плохо удается, она посмотрела на Луиса: — Ты не против, если я переоденусь в ванной комнате?

В его глазах снова заплясали игривые огоньки.

— Будь как дома.

К ее огромному облегчению, в воздухе ванной комнаты витал только легкий запах лимона и имбиря. Она освободилась от простыни и быстренько натянула на себя одежду. Проведя пальцами по изящному кружеву своего нижнего белья, она задумалась о том, что Луис трогал эти вещи, ведь ему нужно было передать их на стирку сотрудникам отеля…

Уложил ли он ее в постель? Принес ли он ее на руках, или она сама дошла… или доползла до кровати? Накрыл ли он ее одеялом и позаботился о том, чтобы ей было комфортно? По ее телу прошли мурашки, когда она представила его сильные руки, прикасающиеся к ее обнаженному телу. Черт возьми. Почему же она не может вспомнить самый чудесный момент в своей жизни? И если она вела себя так откровенно, почему же он не воспользовался ситуацией? Он же ведь плохой парень, и все такое? Или же у него и правда есть свои жесткие моральные принципы?..

Когда Дейзи наконец вышла из ванной, Луис стоял к ней спиной, глядя в окно на шумный Лас-Вегас.

— Теперь ты в пристойном виде? — спросил он.

— Очень смешно.

Он с улыбкой повернулся к ней:

— Разве тебе не нравятся мужчины с хорошим чувством юмора?

Мужчины. Смешно сказать. Если бы он только знал, что единственными мужчинами в ее жизни были отец, телохранитель и Роберт, старенький садовник в их поместье. Дейзи пугало, что Луис Валкес начинал ей уж слишком сильно нравиться. Тот факт, что он выручил ее из беды, делал его еще привлекательнее в ее глазах. Если то, что он рассказал, было правдой, и ее действительно чуть не изнасиловал тот парень из Эйлинга, она должна благодарить Луиса, а не вести себя с ним так надменно Прошлой ночью с ней могло произойти что угодно, но он не остался равнодушным и сделал так, чтобы она оказалась в безопасности, даже несмотря на то, что мог сам влипнуть в неприятности. Дейзи считала его очередным плохим парнем, которому нравится развлекаться на вечеринках, но он показал себя с другой стороны, доказал, что у него есть совесть и честь. А если и весь остальной мир ошибается на его счет? Или, может, он специально подогревает интерес к своему образу плейбоя, потому что это неплохой имидж для знаменитого игрока в поло? И какой же человек скрывается за маской богатого ловеласа? Если после того, как она сама разделась и бросилась в его объятия, он нашел в себе силы отказаться от соблазна, может, Луис и в самом деле не такой, как ей показалось при первой их встрече?

Дейзи обеими руками сжала свою сумку. Внезапно она почувствовала себя как-то неловко… больше, чем обычно.

— По поводу прошлой ночи… — начала она.

— Забудь о ней. Как я забыл. — Луис обратил на нее свой прекрасный, обжигающий взгляд. — Это останется нашим с тобой маленьким секретом.

Прикусив нижнюю губу, Дейзи подумала о том, как много, наверное, у него подписчиков в «Твиттере» и других социальных сетях. Он может сделать из нее настоящую дуру, опозорив на весь мир. Что, если он сфотографировал ее? Ее живот болезненно скрутило. Приватный танец с раздеванием. Боже мой. А если он записал его на видео? И выложил в Интернет? А если он решит ее шантажировать? А если…

Луис достал из кармана брюк мобильный телефон и протянул его ей:

— Ты можешь сама все проверить.

Дейзи ошарашено уставилась на его телефон:

— Не думаю, что…

— Вот, давай я сам тебе покажу. — Он подошел к ней, и встав с ней плечом к плечу, начал показывать фотографии, сохраненные на его телефоне. — Видишь?

Дейзи наблюдала за тем, как он прокручивает ленту фотографий, и ее легкие наполнялись тонким цитрусовым ароматом его одеколона. Она ощущала, как грубые волоски на его сильной руке касаются ее гладкого запястья, представляя, как их обнаженные тела соединяются в одно на гладких простынях постели, губы сомкнуты в жарком поцелуе, сердца бешено бьются…

— О господи, на ней вообще платье-то есть?

Луис тихо усмехнулся, и у Дейзи закружилась голова.

— Ну, снять его оказалось достаточно сложно.

Дейзи иронично посмотрела на него:

— Ты что же, не удосужился ей помочь?

— Я и не помню. — Он продолжил прокручивать ленту фотографий.

— И как же давно это было… как давно она с тобой была?

— Давным-давно. — Он игриво улыбнулся. — Пару недель назад.

Дейзи закатила глаза, затем показала на следующую фотографию. На ней Луис был с какой-то женщиной несколько старше его.

— Кто это?

— Моя мать, Элойс.

То выражение, с которым он произнес имя своей матери, навело Дейзи на мысль о том, что в их отношениях не все гладко.

— Она очень красивая. И гламурная. Как кинозвезда.

Его губы искривились в пародии на улыбку.

— О да, она любит, когда все внимание обращено на нее.

— Вы не близки?

Луис посмотрел на нее, и их взгляды встретились. Его черные глаза казались пустыми, словно он пытался что-то вспомнить, но ему это не удавалось.

— Когда-то мы были близки… или я так думал.

— Когда это было?

Он нажал на кнопку, и экран телефона погас Луис убрал его в карман, всем своим видом показывая, что больше не намерен говорить на эту тему.

— Что ты обычно ешь на завтрак?

— Что ж… в идеале — омлет из белка и травяной чай.

Луис недоуменно приподнял бровь:

— Это в идеале?

Дейзи смущенно посмотрела на него:

— У меня с трудом получается придерживаться диеты. Я могу продержаться два-три дня, а потом срываюсь и ем все, что только найду.

— Как ты смотришь на то, чтобы мы позавтракали яичницей с беконом и блинчиками с кленовым сиропом?

Дейзи широко улыбнулась:

— Звучит восхитительно. Я так голодна, что готова съесть лошадь и в качестве добавки погнаться за всадником.

Луис ни на секунду не отводил от нее взгляда своих чарующих глаз.

— Я слышал, некоторые всадники предпочитают сами гнаться за своей добычей.

К своему удивлению, Дейзи ответила на его соблазнительный взгляд. Кто знал, что флиртовать так весело?

— Ну, тогда тем всадникам нужно постараться не попасться в мои лапы.

Луис прикоснулся к вьющемуся локону ее волос и стал накручивать его на свой палец. Потом он снова перевел взгляд на ее губы, словно решая, стоит ли ему ее поцеловать.

«Сделай это, сделай это», — молил ее внутренний голос.

Он стал медленно склонять к ней голову. Затем застыл в сантиметре от ее губ. Дейзи ощущала мятный запах зубной пасты. А вот от нее наверняка пахло не бог весь как после всего того, что случилось прошлой ночью. Фу!

Дейзи прижала палец к его губам. Когда она заговорила, ее голос был чуть громче шепота:

— Постой.

Луис игриво обхватил губами ее палец, отчего ее коленки чуть не подкосились.

— Почему?

— Я ведь даже не сказала тебе своего имени.

Он взял ее руку в свою, перевернул ладонью вверх и начал усыпать поцелуями от запястья до локтя.

— Ну так скажи мне.

Она задрожала, когда его губы снова прикоснулись к чувствительной коже ее запястья.

— Дейзи… Дейзи Виндхэм.

Его губы все еще были прижаты к ее ладони, когда он поднял на нее глаза:

— Чудесное имя.

Дейзи с трудом удавалось дышать. Его глаза были такими темными и глубокими, что в них легко можно было утонуть. Она ощущала грубую щетину вокруг его губ, когда он целовал ее кожу, и эти ощущения сводили ее с ума. Она даже смогла расслышать еле слышный шуршащий звук, когда он провел языком по маленькой ложбинке на ее запястье. В ее теле разгорался огонь возбуждения. Она даже и не подозревала, что на ее руке могут быть эрогенные зоны.

В дверь номера позвонили, и Луис отпустил ее руку с легкой улыбкой разочарования.

— Наш завтрак.

Глава 3

Последнее, о чем Дейзи сейчас могла думать, — это о еде. Хотя обычно только о ней и были все ее мысли. О запретной, соблазнительной еде, по которой она тайно сходила с ума и от которой ей приходилось отказываться, чтобы не потерять над собой контроль. Отец с самого раннего детства вдалбливал в нее понятие о том, что человек должен полностью владеть своим разумом и телом и не идти на поводу у своих физических потребностей. Чтобы заполучить его одобрение, Дейзи отказывала себе во всем, что можно было счесть чрезмерным. Но после долгих лет сурового самоконтроля она не чувствовала себя стойкой перед соблазнами. Скорее наоборот.

Когда она наблюдала за тем, как Луис пропустил в номер служащего отеля, который катил тележку с накрытыми серебряными куполами блюдами, у нее потекли слюнки. Она чуть не потеряла сознание от чудесного аромата свежеприготовленных блюд. На тележке был бекон, нежный взбитый омлет, хорошенько прожаренный хашбраун, пухлые сливочные оладьи, тягучий сладкий кленовый сироп — настоящий, а не дешевая имитация, — а также нарезка тропических фруктов, кофе и даже бутылка шампанского в ведерке со льдом.

Служащий отеля покинул номер, получив внушительную сумму чаевых.

— Ух ты.

Луис кинул свой бумажник на диван.

— Голодная?

— Я про чаевые. — Глаза Дейзи все еще были круглыми от удивления. — Ты правда дал этому парню двести долларов?

Луис как ни в чем не бывало пожал плечами:

— Я могу это себе позволить.

— Ты и сигареты свои поджигаешь пятидесятидолларовой купюрой?

Луис рассмеялся:

— Я не курю.

«Еще одно очко в его пользу», — подумала Дейзи. Луис протянул ей тарелку:

— Угощайся.

Дейзи старалась сдерживаться, но еда была такой аппетитной, а она несколько лет не ела ничего нормального на завтрак. И до того, как она поняла, что делает, на ее тарелке возникла огромная гора калорий, за которые в ближайшем будущем придется попотеть. Но это того стоило.

Дейзи присела напротив Луиса за стол, который располагался недалеко от окна, из которого открывался замечательный вид на пустыню Невада, раскинувшуюся вдали. Она вынула из белоснежной платяной салфетки свои столовые приборы, затем посмотрела на Луиса, державшего в руке чашку горячего ароматного черного кофе.

— А ты разве не голоден?

— Я что-нибудь потом поем.

— Но здесь так много всего. — «В особенности на моей тарелке».

— Я предпочитаю начинать утро с тренировок.

«В спортзале или в постели?» Дейзи покраснела, когда эта мысль неожиданно пришла ей в голову.

— Чтобы быть игроком в поло, надо держать себя в отличной форме.

— Конечно, если хочешь быть лучшим. — Дейзи подняла глаза от своей вилки с нанизанным на нее кусочком нежного омлета. — Я никогда не была на игре в поло. Это весело?

Уголок его чувственных губ поднялся в озорной улыбке.

— Мне очень нравится.

— Так значит, это все, чем ты занимаешься? Летаешь по всему миру, чтобы играть в поло?

— А также веду бизнес совместно со своим братом Алехандро. У нас есть отели, мы вкладываемся в денные бумаги, занимаемся разведением дорогих породистых лошадей и тому подобное. Но, по сути, я в основном разъезжаю по миру и играю в поло.

Дейзи положила в рот кусочек аппетитного бекона и чуть не застонала от наслаждения.

— А тебе не становится скучно от такой жизни? — спросила она через некоторое время.

Луис отпил кофе:

— Что ты имеешь в виду?

— Тебе все время приходится жить в отелях. Неужели тебе не становиться скучно год за годом так существовать?

Выражение лица Луиса почти незаметно изменилось. Его мягкая улыбка потеряла прежнюю игривость, а взгляд стал несколько отстраненным.

— Пока не становится.

— Не пойми меня неправильно, — Дейзи подцепила вилкой еще один кусочек омлета, — мне нравятся номера отелей, особенно такие роскошные, как этот. Но нет ничего лучше родного дома.

— Где ты живешь?

— В Лондоне.

— Не могла бы ты сказать поконкретнее?

Дейзи настороженно посмотрела на него поверх своей нагруженной едой вилки.

— Зачем ты спрашиваешь? Собираешься меня навестить?

Его взгляд был невозмутим.

— Меня не интересуют серьезные отношения, тем более на расстоянии.

Дейзи постаралась подавить укол разочарования. Прошлой ночью она думала, что он самый надменный мужчина на земле. Теперь же…

Она мысленно пожала плечами и снова принялась за поедание вкусных блюд.

— Я живу в районе Белгравия. Луис слегка приподнял бровь:

— Так, значит, ты сама из богатой семьи.

Дейзи смущенно потупилась:

— Там располагается моя квартира. Но, по правде говоря, она принадлежит моему отцу. Я плачу ему символическую арендную плату. Он настаивает на том, чтобы я жила в безопасном районе в квартире с хорошей сигнализационной системой. Он у меня очень заботливый… мягко говоря.

Луис потянулся за серебряным кофейником, чтобы налить себе еще кофе.

— Тебе повезло.

Дейзи подумала о том, будет ли он так считать и дальше, если она расскажет ему всю правду. К примеру, о том, как ее отец часто заявляется в ее квартиру без приглашения, чтобы проверить ее холодильник и кухонные шкафчики на наличие нездоровой еды. Или разнюхать, нет ли у нее в квартире мужчины. Он постоянно делал ей замечания по поводу одежды или макияжа. И навязывал свое мнение по любому аспекту ее жизни. Она так долго терпела его давящий абсолютный контроль. Но проблема была в том, что Дейзи не знала, как заставить отца изменить свое поведение, чтобы не обидеть его. У многих ее друзей не было отцов, или же родители практически не интересовались их жизнью Дейзи уже потеряла мать. Мысль о том, что она может лишиться и отца, даже если он просто обидится и не будет с ней разговаривать, приводила ее в ужас.

Некоторое время она внимательно всматривалась в лицо Луиса.

— Ты упомянул ранее свою мать. А что с твоим отцом? Он жив?

В его глазах на мгновение проскользнуло выражение боли, словно ему было тяжело думать об этом.

— Он умер несколько лет назад.

— Мне очень жаль.

— Не стоит.

Он начал размешивать ложкой в своей чашке, хотя Дейзи заметила, что ни сахара, ни сливок он туда не добавлял.

— В самом конце он уже был рад уйти.

— Он болел?

— С ним произошел несчастный случай, когда я был еще маленьким. Он упал с лошади, и никто не думал, что ему удастся выжить, но он выкарабкался, к огромному сожалению моей матери. — В глазах Луиса появилось жестокое, циничное выражение. — В планы моей матери не входило быть замужем за инвалидом, который не может даже самостоятельно поднести чашку к губам. Она ушла от нас через шесть месяцев после несчастного случая.

Он все еще продолжал размешивать кофе в своей чашке. Дейзи зачарованно наблюдала за тем, как жидкость воронкой поднимается к самому краю чашки, но не проливается. И этот момент кое-что поведал ей о мужчине, сидящем перед ней. Луис любил рисковать, но он всегда понимал, где находятся границы, за которые он не может позволить себе зайти.

— Она забрала тебя с братом?

Луис невесело рассмеялся.

— Она вообще не хотела заводить детей. И за нашего отца она вышла замуж только потому, что на этом настояли ее родители — после того, как выяснилось, что она была беременна моим братом. — Он аккуратно поставил свою чашку на столик, затем откинулся назад на кресле. — Она вернулась через пару лет, чтобы забрать меня, но отец был против.

— А ты хотел жить с ней?

На лице Луиса застыла маска равнодушия.

— Конечно, непросто расти в доме, по большей части похожем на больницу. Мой брат старался изо всех сил, чтобы заменить мне родителей. И я бы не уехал никуда без него, а он, в свою очередь, никогда бы не оставил нашего отца.

— Так значит, ты остался.

— Я остался.

В комнате повисла тишина. Выражение лица Луиса ничуть не изменилось, но у Дейзи почему-то создалось такое впечатление, что он сожалеет о том, что так много раскрыл ей про себя. Он начал барабанить пальцами по подлокотнику своего кресла Звук был еле слышным, но указывал на многое. Луис не был одним из тех мужчин, которые привыкли сидеть и непринужденно говорить о чем-то. Он привык действовать. Он привык жить на грани.

Он никогда не отсиживался на скамейке запасных и не жалел о прошлом, оглядываясь назад.

— Почему ты решил прийти мне на помощь прошлой ночью?

В его глазах снова появились игривые огоньки, но Дейзи заметила, что его улыбка стала напряженной.

— Ты кажешься порядочной девушкой. Я просто не хотел, чтобы ты пострадала в первый же день твоего пребывания в Вегасе.

— И поэтому ты уложил меня на свою кровать, а сам, как настоящий джентльмен, устроился спать на диване?

— Поправка. Я не ложился спать.

Дейзи нахмурилась:

— Не ложился?

— Я приглядывал за тобой.

— Почему?

— В твой напиток что-то подмешали. Мне сказал это тот мерзавец, что был с тобой.

Она разинула рот в полном замешательстве.

— Мне подмешали какой-то наркотик?

— Он только признался в том, что попросил своего друга добавить в твой стакан пару рюмок водки, пока ты не смотрела, — сказал Луис. — Я позвал прикрепленного к отелю доктора, чтобы он тебя осмотрел. Он уверил меня, что ты просто много выпила. Твои зрачки и дыхание были в норме.

Дейзи изумленно смотрела на него. С каждой минутой она все больше и больше уважала этого мужчину. Как она могла так плохо о нем думать? Прошлой ночью он повел себя уважительно по отношению к ней. Он позаботился о ней. Защитил ее. И пожертвовал своим свободным временем, чтобы побыть с ней. Как она могла считать его бесчувственным и высокомерным? Он вовсе не был тем дьяволом, каким она себе представляла.

Он был ангелом-хранителем. Ее ангелом-хранителем.

— Даже не знаю, как мне отблагодарить тебя за все, что ты сделал.

— Как насчет того, чтобы быть более осторожной, пока ты в этом городе? Вокруг полно парней, которые не упустят возможности воспользоваться ситуацией.

Дейзи прикусила нижнюю губу.

— Теперь я понимаю, почему мой отец настаивает на том, чтобы я путешествовала только в сопровождении телохранителя.

Луис нахмурился:

— У тебя есть телохранитель?

Она смущенно посмотрела на него:

— Был… до вчерашнего вечера. Я сбежала от него, чтобы присоединиться к подругам в ночном клубе.

— И где же он сейчас?

— Вероятнее всего, уже подает моему отцу заявление на увольнение.

Брови Луиса были так сильно нахмурены, что между ними появилась морщинка.

— Может, тебе следует позвонить ему и сказать, что с тобой все в порядке?

— Ты прав.

Луис тут же передал ей ее сумку, где, как он полагал, должен был лежать ее телефон.

— Лучше сделать это сейчас, до того, как он начнет звонить в полицию, если это уже не произошло.

Дейзи достала свой телефон. Тридцать три пропущенных звонка от отца. Она совсем забыла о том, что отключила звук прошлой ночью и так и не включила его. Она нажала кнопку вызова, мысленно моля небеса, чтобы он не взял трубку.

— Папа?..

— Где ты, черт возьми?! — взревел ее отец. — Я так волновался! Уже собирался поднимать на уши всех полицейских в Вегасе, чтобы найти тебя. С тобой все в порядке? Что произошло прошлой ночью? Бруно сообщил, что ты от него сбежала. Доберусь я до тебя, юная леди. На улицах полно извращенцев, только и ждущих, когда им на глаза попадется хорошо воспитанная, скромная девушка, такая, как ты. Клянусь, если кто-то обидел мою маленькую девочку, ему не жить!

— Папа, со мной все в порядке. Ничего такого не произошло. Правда.

— Где ты? — требовательно спросил ее отец.

— Я в отеле с… другом.

— Каким еще другом? Ты ведь никого не знаешь в Вегасе, кроме твоих непутевых подружек.

— Это новый друг. — Дейзи вопросительно посмотрела на Луиса, желая узнать, разрешит ли он раскрыть свое имя ее отцу. — Я с Луисом Валкесом, ну, ты знаешь, знаменитым чемпионом по игре в поло.

— Что?! — завопил ее отец.

— Я встретила его прошлой ночью. И он мне очень помог, он…

— Этот легкомысленный плейбой и прожигатель жизни? — Ее отец был в ярости. — Я разорву его на куски!

Луис жестом показал ей, чтобы она передала ему телефон:

— Я сам поговорю с ним.

Дейзи неуверенно передала ему трубку, в то время как ее отец продолжал свою тираду.

— Прости, — произнесла она одними губами.

— Мистер… хм… Виндхэм? Это Луис Валкес. Дейзи прошлой ночью была немного не в состоянии…

— Она была пьяна? — продолжал кричать ее отец. — Да как ты смеешь такое говорить? Ты вообще представляешь, с кем ты имеешь дело?

Губы Луиса изогнулись в усмешке. Дейзи была благодарна небесам, что ее отец не может видеть выражение его лица.

— Да, сэр, я все понимаю. Вы любящий отец, который заботится о благополучии своей дочери.

Дейзи поморщилась. Ее отец просто ненавидел, когда с ним разговаривали с некоторым снисхождением. Она взглянула на Луиса. Он не выглядел встревоженным или взволнованным. Даже напротив, в его темных глазах искрились огоньки веселья.

— Parli italiano? — неожиданно спросил его отец.

— Si.

Далее оба мужчины начали говорить на беглом итальянском, и Дейзи, несмотря на то что достаточно хорошо знала языки, не могла понять, о чем шла речь. По лицу Луиса нельзя было прочитать практически никаких эмоций. Но к тому времени, как телефонный разговор был завершен, на его губах уже не было усмешки. Он передал ей мобильный:

— Ничего себе у тебя отец.

— На самом деле он очень добрый, если узнать его получше.

Наступила напряженная тишина.

— Что он тебе сказал? — наконец спросила Дейзи.

— Ничего особенного.

Дейзи потянулась за своей сумкой:

— Наверное, мне пора. Не буду тебя задерживать Луис положил руку на ее плечо:

— На улице тебя может поджидать пресса.

— Пресса?..

Он мрачно посмотрел на нее:

— Папарацци. Они повсюду следуют за мной.

— Ох…

Дейзи и не думала о том, что будет, когда она переступит порог этого номера отеля. Она держалась из последних сил, чтобы не выставить себя полной дурой перед Луисом и не умолять его поцеловать ее. Находиться с ним рядом было так волнительно и восхитительно. Ведь он забавный и очаровательный, и так галантно с ней обращался, что просто не мог ей не понравиться.

— И что мне нужно делать?

— Я сам с ними разберусь.

За Дейзи практически всю ее жизнь говорил ее отец, и она не собиралась позволять еще одному мужчине, пускай и такому прекрасному и соблазнительному, как Луис Валкес, делать это. Какое-то время она согласна ему подыгрывать, но скоро он узнает, что она не так проста.

— И что же ты им скажешь?

— Я что-нибудь придумаю.

Его скандальная репутация широко известна. Если в прессу просочится информация о том, что она провела ночь в его комнате, ее объявят очередной фанаткой Луиса. А Дейзи не могла позволить, чтобы ее считали его пассией на одну ночь. Ей придется придумать какую-нибудь другую историю, ведь не стоит забывать о том, что она учительница подготовительной группы в школе в Лондоне.

Луис потянулся за бутылкой шампанского:

— Выпей со мной.

— В такое время?

Он вытащил пробку и разлил игристый напиток в два хрустальных фужера на тонких ножках, передал ей один бокал, затем звонко чокнулся с ней и произнес тост:

— Что случается в Вегасе, остается в Вегасе.

Дейзи сделала глоток шампанского. Она ощущала себя комфортно, плотно поев за завтраком.

Она наблюдала за тем, как Луис отпил из своего фужера.

Его улыбка потускнела, между нахмуренных бровей появилась морщинка.

— Что-то не так?

Черты его лица тут же расслабились, но Дейзи заметила, что линия его губ все еще напряжена.

— Как ты планируешь провести время, которое пробудешь в этом городе? Ты уже выбрала какие-то туры?

— Девчонки уже определились, но я предпочитаю действовать по обстоятельствам. Мне не нравиться следовать жестким рамкам туров. Мне больше по душе спокойно прогуливаться по городу, чтобы по-настоящему прочувствовать его.

— Хочешь, я стану твоим личным гидом на следующие несколько часов?

Дейзи просто хотела этого мужчину, и точка. И это желание возрастало с каждой секундой. Чем дольше она находилась рядом с ним, тем сильнее ей хотелось прекратить играть роль хорошей девочки. К тому же разве он уже не показал ей, что на него можно положиться? Разве плохо, что она проведет с ним следующие несколько часов? Или несколько дней?

В ее голове возникла одна заманчивая идея. Она может провести эти каникулы в его постели, и таким образом наконец-то начнется ее новая жизнь.

Луиса все равно не интересуют серьезные отношения. А Дейзи никогда не рассматривала какого-то настолько не подходящего на роль своего мужа. Но для того, чтобы пофлиртовать и повеселиться пару дней, он, пожалуй, самая подходящая кандидатура.

— А ты уверен, что не занят?

— Для тебя, querida, — он еще раз звякнул своим фужером о ее, и его чарующие темные глаза засияли, — я готов изменить свой рабочий график.

— Ну тогда… если ты настаиваешь…

— Конечно.

Дейзи улыбнулась:

— Знаешь, когда я впервые встретила тебя, то подумала, что ты высокомерный и заносчивый.

— А теперь?

— Я думаю, что за маской легкомысленного плейбоя скрывается по-настоящему хороший парень.

Его глаза опасно заблестели, и он медленно провел большим пальцем по скуле Дейзи.

— Не обманывай саму себя, маленькая английская девочка. У твоего рыцаря на белом коне самое черное сердце.

— По крайней мере, у тебя оно есть.

Луис томно смотрел на ее пухлые губы. Дейзи затаила дыхание.

— Ты собираешься меня поцеловать?

Неужели она правда это спросила? Пора бы уже научиться флиртовать.

Губы Луиса изогнулись в чарующей улыбке.

— Скажем так, я просчитываю риски.

— Просто чтобы ты знал… я не кусаюсь.

— Нет. — Он запустил руку в ее волосы и притянул ее голову ближе к себе медленно склоняясь к ее губам. — Зато я могу.

Глава 4

Какими же мягкими и нежными были ее губы… На вкус как шампанское и невинность. Луис умирал от желания поцеловать Дейзи еще с тех пор, как в первый раз увидел ее в ночном клубе. То, что она ему тогда отказала, только развеселило его. Ведь он прекрасно понимал, что ему удалось бы ее соблазнить, будь у него больше времени. А теперь она находилась в его объятиях, сгорая от страсти, но он не спешил идти дальше. Ее отец открыто угрожал ему в телефонном разговоре. Если он очернит репутацию его маленькой невинной дочери, последствия будут более чем неприятными. Луис сказал бы ему, куда он может засунуть свои угрозы, но имя Чарльза Виндхэма казалось ему отдаленно знакомым не с лучшей стороны. Но это ведь не значит, что он не может насладиться поцелуем папиной маленькой принцессы. Вот только этот поцелуй был настолько восхитительным, что грозил вызвать зависимость, а на это Луис не рассчитывал. Ее пухлые губы немного приоткрылись, и он скользнул языком к ней в рот. Она прижалась к нему всем телом, еще сильнее разжигая в нем огонь страсти, потому что Луис помнил, каким прекрасным было ее обнаженное тело прошлой ночью, когда она так легкомысленно, но соблазнительно сняла с себя всю одежду. Несмотря на то что он изо всех сил старался сдерживаться, ему потребовалась нечеловеческая выдержка, чтобы не поддаться ее несколько неуклюжим попыткам его соблазнить. У нее было прекрасное, женственное и в то же время юное тело. Ее груди были небольшими, но упругими, правильной формы, со светло-розовыми сосками, которые ему безумно хотелось попробовать на вкус. Ее талия была тонкой по сравнению с соблазнительными линиями ее бедер, которые были достаточно стройными, он мог легко обхватить их ладонями, что он и сделал тогда, просто не в состоянии сдерживаться. Это был своего рода эксперимент… ну, или он пытался себя в этом убедить. Но когда Луис почувствовал, как она прижимается к нему своим полностью обнаженным телом, касается своей мягкой, шелковистой, бледной кожей, он полностью потерял голову. Острое возбуждение пронзило его, когда она терлась о него бедрами. И сейчас он ощущал то же самое, даже несмотря на то, что на этот раз Дейзи была полностью одета. Одна мысль о том, что под этим маленьким черным платьем и кружевными трусиками скрывалось ее горячее лоно, обжигала его.

Он впился поцелуем в ее губы, жаждая ощутить их неповторимый вкус, затем обхватил руками ее бедра и прижал их к своей твердой от яростного возбуждения плоти. Необузданное желание, словно дикий зверь, ревело в его теле. Жаркая, примитивная жажда овладеть этой женщиной, которую может утолить только старый добрый секс, без всяких ограничений.

Луис запустил пальцы в ее шелковистые волосы, обрушивая на нее всю страсть своего поцелуя. Хотя нельзя сказать, чтобы Дейзи сопротивлялась. Напротив, она настолько была охвачена страстью, что Луису было невероятно трудно справиться с соблазном и начать мыслить здраво.

Как тут вообще можно о чем-либо думать? Он просто безумно хотел ее.

Но все же угроза ее отца кубиком льда скользнула по его спине. Плевать на обещание переломать ему ноги — к слову, Луис ни секунды не воспринимал эти слова всерьез, ведь это реальная жизнь, а не сериал про гангстеров, но все же насколько влиятелен ее отец? За время их непродолжительной беседы по телефону Чарльз Виндхэм упомянул скорую свадьбу Алехандро и Тэдди.

Они поженились по договоренности пару недель назад, чтобы закрепить права наследования для Тэдди, в то время как Алехандро получил участок земли рядом с поместьем семьи Валкес, права на который двадцать лет назад обманным путем приобрел отец Тэдди. Как много Чарльз Виндхэм знает о том, как встретились и стали жить вместе Алехандро и Тэдди? Алехандро старался изо всех сил, чтобы организовать для Тэдди свадьбу ее мечты, потому что в первый раз они просто зарегистрировали свой брак, и церемония была отнюдь не романтичной. Чарльз Виндхэм намекнул на то, что может каким-то образом испортить этот особенный для Алехандро и Тэдди день, если Луис станет играть не по правилам. Правила-шмавила. Никто не смеет указывать, как ему поступать.

Но на этот раз дело касалось не только его одного. Его старший брат пожертвовал многими годами своей жизни, лучшими годами, чтобы поставить их семью на ноги и вырастить Луиса. Алехандро забыл о развлечениях и взял ответственность на себя. А теперь он наконец нашел свое счастье с Тэдди, и все это может пойти прахом из-за ошибки Луиса. И как бы ему ни было неприятно подчиняться требованиям Виндхэма, он знал — в его интересах остудить свой пыл и попытаться спокойно разрешить эту ситуацию. Ему всего лишь нужно провести с Дейзи пару часов, а затем отпустить ее к подружкам.

Конечно же, после того, как он закончить ее целовать.

Дейзи обвила его шею и сильнее прижала свои горячие пухлые губы к его, пальцами играя с кончиками его доходящих до воротника рубашки волос Луис задрожал от тех чудесных ощущений, которые дарили ему ее прикосновения. Он представлял себе, как ее изящные руки прикасаются к его горячей обнаженной коже, ласкают его плечи, спускаются вниз по мышцам спины, гладят его грудь, затем живот и скользят туда, где пульсирует от нестерпимого желания его твердая плоть.

Луис тихо застонал, когда она прикусила его нижнюю губу, а затем провела языком по тому же месту, чтобы успокоить легкую боль от укуса. Его эрекция стала невыносимо твердой, когда он представил, как она проводит своим маленьким язычком по всей длине его возбужденной плоти и окончательно сводит его с ума. Дейзи без всякого стеснения терлась об него всем телом, отчего заставляла его терять всякий контроль над собой. Раньше с ним такого не бывало. Луис гордился тем, что, как бы высокомерно это ни звучало, он был отличным любовником. Он мог гарантировать, что его партнерша получит удовольствие.

Но Дейзи просто лишала его рассудка своими мягкими губами, маленькими упругими грудями и соблазнительными изгибами женственного тела. Он ощущал себя неопытным подростком, готовым кончить в любую минуту.

Луис начал медленно отстраняться, хотя его тело отчаянно сопротивлялось потере.

— Сейчас как раз подходящее время остановиться Щеки Дейзи разрумянились, губы были припухшими и алыми от его поцелуев, на подбородке остался красный след от его щетины. Ее прекрасные голубые глаза были наполнены страстью и желанием. И то же самое чувство должно было отражаться в глазах Луиса, если бы он не умел так мастерски скрывать свои желания.

— Ох… да… правильно. Хорошая идея.

— Ты всегда так целуешься? — неожиданно даже для самого себя спросил Луис.

Дейзи нахмурилась:

— Я так плохо это делаю?

— Мой бог, конечно же нет. Я просто хотел сказать… — Что он вообще хотел сказать? Что она свела его с ума от страсти одним только поцелуем? Ну да, конечно, как будто он мог такое ей сказать. Или кому-либо еще.

А вот у Дейзи явно не было с этим никаких проблем.

— Ты просто потрясающе целуешься, — заявила она. — Неудивительно, что ты заработал такую репутацию.

Почему, когда он был с ней, репутация плейбоя казалась Луису чем-то постыдным? Он не мог представить, что Дейзи способна менять партнеров с такой скоростью, что едва успевала узнавать их имена. Хотя он вполне доволен своей жизнью. Луис только и делал, что веселился. Ему нравилось быть всегда в движении, путешествовать. Корни пускают только деревья. А его это вовсе не интересовало.

Но то, как Дейзи смотрела на него, делало его уязвимым. Словно луч света упал на его скованное льдом сердце.

— Так что было не так с тем, как я целовалась? — неожиданно спросила она.

— Ничего. Ты была великолепна. И поцелуй был отличным. По правде говоря, просто восхитительным. — Луис попытался успокоить свое сбивчивое дыхание. — Возможно, тебе стоит быть немного сдержаннее. Какой-нибудь другой парень без принципов воспользовался бы такой ситуацией.

Господи, он снова говорит как строгий родитель.

— А что, если я хочу, чтобы ты воспользовался?

Луис недоуменно заморгал:

— Нет, не хочешь… Или хочешь?

Ее лицо было таким юным и свежим… Его сердце сжималось при виде ее красоты.

— Прежде — нет, но теперь изменила свое решение. Ты мне нравишься. И мне бы хотелось провести с тобой больше времени…

— Нет. Нет и еще раз нет. Тысячу раз нет. — Луис чуть ли не силой потащил ее к двери. — Вам, юная леди, пора идти к своим подругам. Посети Большой каньон или пойди по магазинам… или купи билеты на какое-нибудь шоу… или что-то в этом роде. — Он схватил ее сумку и, сунув ее Дейзи в руки, открыл дверь. — Иди.

И тут же их ослепили вспышки камер папарацци.

— Луис, расскажи нам про свою таинственную спутницу! — крикнул один из них. — Кто она?

— Ты собираешься еще раз с ней увидеться?

— Как тебя зовут, милая?

Луис схватил Дейзи за руку и поспешно завел ее себе за спину.

— Ничего им не говори.

— О-о-о! — отозвалась одна из журналисток. — Должно быть, у них все серьезно. Он никогда раньше себя так не вел.

— Ее зовут Дейзи, — сказал кто-то в самой гуще толпы. — Я говорил с одной из ее подружек. Она учительница детсадовской группы в одной из частных школ в Лондоне.

— Мы можем ожидать двойной свадьбы с твоим братом, Луис? — спросил один из журналистов.

Луис только усмехнулся:

— Мы просто друзья.

— А что на это скажет мисс Виндхэм?

Луис крепко сжал запястье Дейзи.

— У нее нет комментариев на этот счет. А теперь прошу нас извинить…

— Мне есть что сказать. — Дейзи высунула голову из-за его плеча до того, как он успел ее остановить. — Я люблю Луиса, и он тоже безумно меня любит.

Каким-то образом Луису удалось не показать свою реакцию, но лишь благодаря тому, что в школьные годы он занимался в театральном кружке. Он быстро растянул губы в фальшивой улыбке, приобнял Дейзи за талию и притянул ее ближе к себе.

— Это верно, — сглотнув, произнес он. — Мы пара.

Журналисты словно с ума посходили. Последовало столько вспышек и щелчков, словно они находились на поле битвы, и это были выстрелы. И это было сражение, из которого Луис собирался выйти победителем. Никто, даже эта прекрасная маленькая англичанка с ее деспотичным отцом, не сможет заставить его вступить в серьезные отношения с кем-либо. Он был одиночкой и собирался навсегда таковым остаться.

В надежде на то, что до папарацци дойдет его послание о том, что им пора проваливать, Луис быстренько загнал Дейзи в номер и плотно закрыл дверь. Убедившись, что все ушли, он развернулся к Дейзи:

— О чем ты вообще думала?

Она стояла перед ним, выпрямившись и гордо расправив плечи.

— Я не хотела, чтобы они решили, что я одна из твоих фанаток.

— И мы любим друг друга? — Даже произнести эти слова вслух было тяжело.

Ее щеки залились краской.

— Хорошо, признаюсь, я немного переборщила.

— Да что уж там. — Луис даже не пытался смягчить тон. — Я велел тебе молчать. Но нет. Ты взяла и рассказала всему миру, что любишь меня. Зачем?

В ее взгляде появилось упрямство.

— Конечно, тебе все равно. Тебя не волнует, что люди о тебе говорят, а мне надо заботиться о своей репутации. Я не хочу, чтобы меня считали очередной твоей пассией на одну ночь. Мне надо думать о детях.

Луис недоуменно посмотрел на нее:

— О детях?

Дейзи раздраженно выдохнула:

— О моих учениках. Ты ведь слышал, что говорили журналисты. Я преподаю в дорогой частной школе. Родители этих детей отдают огромные деньги за обучение. Как преподаватель я должна соответствовать профессиональным и личностным критериям. Если в школьном совете прознают, что я связалась в Вегасе с легкомысленным плейбоем и кутилой…

— Эй, следи за тем, что говоришь.

Она закатила глаза:

— Не важно.

Луис раздраженно провел рукой по волосам. Нет, не стоит даже об этом задумываться. Его не волновало, что Дейзи о нем думает. Ему не нужно оправдывать свое поведение ни перед ней, ни перед кем-либо еще.

— Хочешь притворяться, что любишь меня, — твое право, но зачем надо было говорить, что и я безумно тебя люблю?

Она мрачно посмотрела на него:

— С чего ты решил, что я притворяюсь?

Его глаза сузились.

— Ты… ты не можешь быть серьезной.

Дейзи рассмеялась:

— Нет, конечно же я несерьезно. Ты последний мужчина, в которого я могла бы влюбиться.

— Почему это?

Дейзи стала задумчиво постукивать пальцем по нижней губе.

— Давай я перечислю. — Она стала по очереди разгибать пальцы. — Ты высокомерный. Чересчур уверенный в себе. Эгоистичный. Заносчивый. Морально извращенный.

Луис резко выдохнул, затем тихо выругался.

— Мне надо было оставить тебя на растерзание этому мерзавцу прошлой ночью. Вот его-то как раз и можно назвать морально извращенным типом. — Ну и в какой-то степени ее отца, связанного с мафией, но Луис не собирался говорить ей об этом, потому что, как бы на нее ни злился, у него не было привычки предвзято относиться к людям из-за того, какие у них родители.

— Почему ты расстроился? — спросила Дейзи. — Я ведь не тяну тебя в ближайшую церквушку, чтобы нас смог поженить Элвис.

Луис пронзил ее ледяным взглядом.

— Пострадала моя репутация. Ты выставила меня каким-то сентиментальным влюбленным Ромео, который сошел с ума от девушки, которую только вчера встретил в клубе.

— Доказываешь мои слова. — Она возмущенно посмотрела на него. — Заносчивый и эгоистичный.

Он ткнул в ее сторону пальцем:

— А ну-ка подожди минутку. Я имею полное право сердиться. Я выручил тебя из передряги, а в итоге мне же это вышло боком.

Дейзи выпрямилась во весь свой небольшой рост.

— Возможно, тебе нужно было воспользоваться ситуацией, когда у тебя был шанс.

Все мысли мигом улетучились у него из головы, вытесненные образом ее обнаженного чувственного тела. И снова безумное желание сковало его. Его невозможно было подавить. Взгляд Луиса потемнел.

— Не играй с огнем, mi passion.

Дейзи нервно облизнула пухлые розовые губы Он все еще помнил их сладость.

— Все нормально, если ты тоже этого хочешь, — внезапно сказала она. — Я имею в виду переспать со мной.

Луис нахмурился:

— Ты вроде сказала, что я заносчивый и эгоистичный?

— Так и есть, но ты мне все равно нравишься.

Луис покачал головой:

— Давай-ка разберемся… Ты хочешь провести со мной ночь?

Дейзи уперла руки в бедра и посмотрела на него так, словно разговаривала с одним из своих учеников.

— Ты вовсе не слушаешь меня, Луис. Меня не интересуют отношения на одну ночь. Я не из таких девушек. Я согласна на непродолжительный роман, пока я здесь на каникулах.

Луис так сильно хмурился, что у него начала болеть голова.

— Тогда зачем ты устроила этот спектакль с признаниями? Зачем сказала прессе, что мы… — он отказывался произносить слово «любовь» вслух, — пара? Почему просто не сказала, что у нас интрижка?

— Мне не только о школьном совете нужно думать, а еще и о том, как отреагирует мой отец. Если в прессе напишут, что я была замечена выходящей утром из номера твоего отеля, он будет готов свернуть тебе шею. Конечно, фигурально выражаясь, но все же. Он будет в бешенстве оттого, что я решила связаться с мужчиной, который меня не уважает. Он у меня… немного старомодный.

— Да, немного. — Луис запустил пальцы в волосы. Эта ситуация становится все безумнее. Ему надо как-то из нее выбраться.

— Я пробуду здесь всего четыре дня, — сказала Дейзи. — Достаточно времени, чтобы повеселиться на каникулах, а потом без всяких угрызений совести расстаться. Отец поймет, что страсть между людьми может быстро перегореть. И я надеюсь, что после того, как мы сделали это заявление перед прессой, он оставит нас в покое.

Луис долгое время внимательно смотрел на нее:

— Давай уточним. Ты хочешь провести со мной четыре дня и ночи. И эти отношения не будут ничего значить?

Она лучезарно улыбнулась, словно он впервые сказал что-то разумное:

— Точно.

— Но почему?

— Что «почему»?

— Почему ты выбрала меня?

— Я же сказала тебе, ты мне нравишься.

— Даже несмотря на то, что я морально извращенный тип?

Дейзи звонко рассмеялась. Этот звук заставлял его терять контроль над собой. Ее смех был как шампанское. Чистый, игристый. Звук, ассоциировавшийся у него с праздником и весельем. И ее улыбка была такой же прекрасной — яркой и искренней. По сравнению с ней жаркое солнце Невады казалось тусклым.

Если бы он только знал, что от нее будет столько неприятностей, то не стал бы тогда в клубе приглашать ее на танец. Или спасать ее потом из передряги. Хотя нет. Луис не был способен оставить ее с тем мерзавцем в коридоре. Наверное, сказывалось хорошее воспитание его брата. Алехандро был настоящим принцем на белом коне, и то, как он оберегал свою жену Тэдди, еще одно тому доказательство. Луис был счастлив, что его брату удалось найти свою настоящую любовь. Он и не думал, что это когда-либо произойдет. Но это вовсе не значило, что и сам Луис хотел такого счастья для себя Сказочное «долго и счастливо» не для него. Он не верил в сказки. Он привык жить одним днем.

И прямо сейчас ему предстояло пережить непростой момент.

Луис прошел к окну, чтобы посмотреть, не убыло ли полку журналистов, обступивших вход в отель. Он ощущал на себе внимательный взгляд прекрасных голубых глаз Дейзи. Никогда еще присутствие женщины его так не будоражило. Она была милой и невинной и в то же время невероятно соблазнительной и сексуальной. Луис прежде не встречал подобных женщин. Он все еще чувствовал вкус ее поцелуя на своих губах. Его кровь вскипала от безумного желания сжать ее в объятиях.

Прошлой ночью он впервые провел ночь с женщиной без того, чтобы заняться с ней сексом. Страсть сковывала его тело, пульсировала в его венах. Но Луиса тревожила даже не сила его влечения к этой женщине, а их откровенная беседа за завтраком.

Что заставило его рассказать ей так много о своем прошлом?

— Так какие у тебя планы? — взволнованно спросила Дейзи. — Чем сегодня займемся?

Луис задернул занавески и повернулся к ней:

— Сколько у тебя было любовников?

Она опустила глаза:

— Это зависит от того, что ты подразумеваешь под любовниками.

Луис недоуменно нахмурился:

— У тебя был секс?

— С технической точки зрения — да, но не с человеком.

Вовсе неудивительно, что ее отец не отпускает ее никуда без сопровождения телохранителей.

— А поточнее?

Ее щеки тут же залились ярким румянцем, но, когда она подняла на него глаза, ее взгляд был прямым и смелым.

— Девушка имеет полное право сама доставлять себе удовольствие. Мужчины постоянно этим занимаются. Это абсолютно нормально. К тому же использование вибратора — неплохая подготовка к реальной близости… ну, по крайней мере, я на это надеюсь.

Луис изо всех сил старался не глазеть на нее разинув рот.

— Хочешь сказать, у тебя никогда не было секса, кроме как с вибратором?

Дейзи пожала плечами:

— И что из этого? По крайней мере, таким образом я точно не подхвачу какой-нибудь заразы. И он мне не изменит.

— Он?

— Эдвард.

— Ты зовешь свой вибратор Эдвардом?

— А что такого? — сказала она. — Красивое имя Признаю, оно немного старомодное, но мне не хотелось спать с безымянным предметом. Это как-то… странно.

Луис больше не мог сдерживать смех.

— Ты просто сумасшедшая. Я еще никогда не встречал какого-то, похожего на тебя.

— Взаимно.

— В смысле?

Она внимательно посмотрела на него:

— Ты такой самоуверенный и откровенно говоришь о своих желаниях. Многие могут посчитать это вульгарным.

— Я думал, это тебе во мне и не нравится?

— Эти черты характера меня бы не устроили, если бы я выбирала спутника жизни, но для того, чтобы немного повеселиться, ты идеальный кандидат. Потому что, когда наше совместное времяпрепровождение подойдет к концу, ты ни капли не расстроишься.

Луис не был уверен в том, оскорбила ли она его своими словами или, наоборот, сделала комплимент.

И он не знал, почему это вообще его волнует.

— Так значит, ты хотела бы найти свою вторую половинку?

На лице Дейзи появилось выражение растерянности.

— А разве не все люди этого хотят?

— Только не я.

— Почему?

Луис пожал плечами:

— Ты сама об этом сказала. Из меня получится отвратительный муж.

— Тебя можно воспитать.

Он рассмеялся:

— По твоим словам, я похож на какое-то дикое животное.

Ее прекрасные голубые глаза заблестели.

— Не волнуйся. Я не задержусь в твоей жизни настолько, чтобы приручить тебя.

То, как она владела ситуацией и диктовала правила, заставляло Луиса чувствовать себя некомфортно. Это он приходил и уходил из жизни людей по своему желанию. Он не позволял никому решать что-либо за себя.

— Почему я? — спросил Луис. — Почему не какой-нибудь другой парень?

— Ты имеешь в виду того, из Эйлинга?

— Да. Его. — Луис не мог говорить о нем без желания ударить по чему-то кулаком. В идеале по морде тому гаду. Со всей силы.

— Я не могу завести короткий роман со своим соотечественником. Это не так захватывающе и экзотично.

— Не уверен, что меня когда-либо называли экзотичным, — пробормотал Луис. — Вот восхитительным — да.

Дейзи улыбнулась:

— Для меня ты экзотичный, я никогда раньше даже не разговаривала с аргентинцем.

— Могу тебя уверить, мы находимся на той же стадии эволюции, что и вы, британцы.

— Ох, я не имела в виду, что вы нецивилизованны, — покраснела она. — Взять хотя бы то, как ты заботливо обращался со мной прошлой ночью. Ты вел себя как истинный джентльмен. И ты меня не обманываешь.

— И откуда ты это знаешь?

— Вижу по твоим глазам, — ответила Дейзи. — У тебя самые темные глаза, которые я когда-либо видела. И в них отражается твоя улыбка. Я считаю это весьма соблазнительным. Ты выглядишь как мужчина, который по-настоящему наслаждается жизнью.

«Ну что же, я действительно наслаждался ею еще вчера», — подумал Луис.

Но было ли это правдой? Разве он не возвращался в свой номер в полном одиночестве?

Луис решил отбросить эти странные мысли. Пора найти выход из сложившейся ситуации, пока еще возможно.

Как милой Дейзи Виндхэм удалось выманить из него больше информации всего за пару минут, чем он рассказывал многим за годы? Он никогда не разговаривал о своем детстве. Ни с кем. Но по какой-то причине ей он поведал за завтраком почти все о себе. Слова свободно слетали с его губ, предложение за предложением, обнажая боль, скрытую под горой многолетней пыли. Маленькая Мисс Дейзи Виндхэм со своими правильными манерами смогла найти его ахиллесову пяту. Обиды и горечь прошлого, которые он скрывал за маской легкомысленного плейбоя. Он шел по жизни смеясь, ведь это гораздо лучше, чем страдать из-за того, что уже невозможно изменить Луис был восьмилетним мальчиком, когда с его отцом произошел несчастный случай, но уже достаточно сознательным, чтобы понять, что их прежней жизни пришел конец. Он день за днем проводил в томительном ожидании возвращения матери. Он чуть не стер кончик носа, прижимая его к окну каждый раз, когда слышал шум приближающейся к их вилле машины. И каждый раз его охватывало жестокое разочарование. Луис старался этого не показывать, но долгие годы это разочарование отравляло его душу. Одного разговора с Дейзи оказалось достаточно, чтобы потревожить старые раны. Как много она еще сможет из него вытянуть, если он подпустит ее ближе?

Луис видел, как его старший брат старался сохранить их семью, взяв на себя такую огромную ответственность, которая не должна ложиться на плечи десятилетнего мальчика. Он видел, как его сильный волевой отец в одночасье превратился в скелет, обтянутой кожей и прикованный к инвалидному креслу. Горько было смотреть на все это. На усилия брата и страдания отца, которые тяжким осадком пропитали воздух на вилле.

Еще мальчиком Луис решил, что будет наслаждаться каждым моментом своей жизни, потому что понял, как быстро все может измениться. Он играл на гране дозволенного, но прекрасно знал, насколько далеко ему можно заходить. Новые испытания заставляли адреналин пульсировать в его венах. Может, поэтому Дейзи ему и понравилась? Она не бросилась в его объятия, когда он подошел к ней в клубе. И даже сейчас она не играла по его правилам. Что произойдет, если он впервые в жизни решит расслабиться и потеряет над собой контроль?

Глава 5

— Конечно, если ты считаешь, что не готов к такому, я могу найти себе другого парня… — начала Дейзи.

— Нет уж. — Тон голоса Луиса был твердым. — Из того, что мне удалось наблюдать, можно сделать вывод о том, что ты непременно подцепишь какого-нибудь извращенца, который украдет у тебя не только девственность. К примеру, узнает данные по твоей банковской карте. Или заберет у тебя паспорт Неудивительно, что твой отец настаивает на том, чтобы тебя повсюду сопровождала охрана. Ты вообще представляешь, в какие неприятности можешь влипнуть в этом городе?

Дейзи считала это его стремление защищать ее невероятно сексуальным. Кроме того, Луис был обаятельным и жизнерадостным. И немного испорченным. Плохой парень из хорошей семьи. Поэтому она так хотела, чтобы ее первый секс произошел именно с ним. Луис идеально подходил для приятной интрижки на каникулах. Он не будет предъявлять ей никаких претензий, когда их отношениям придет конец. Кто лучше подойдет на роль ее первого мужчины, как не профессиональный плейбой? И Дейзи может не бояться влюбиться в него. Ведь он был полной противоположностью тому идеалу мужчины, с которым она хотела бы связать свою жизнь. К тому же Белинда постоянно донимала ее тем, что она не выходит за рамки своей зоны комфорта. Непродолжительная интрижка с всемирно известным игроком в поло Луисом Валкесом послужит отличным поводом похвастаться перед подругами.

Ко всему прочему, ее по-настоящему влекло к нему Дейзи улыбнулась:

— Значит, ты согласен?

Луис посмотрел на нее с таким отвращением, словно она только что предложила ему съесть паука.

— А ты не слишком хладнокровно подходишь к этой ситуации?

— А в чем проблема? Ты же не ждешь, что я стану нести романтичную ерунду? Не думаю, что тебя это волнует, когда ты выбираешь очередную партнершу на ночь.

Луис быстро прошел на другой конец комнаты, потирая шею, словно желая избавиться от болезненного напряжения в ней.

— Сумасшествие какое-то. Не могу поверить, что мы вообще ведем этот разговор.

— Потому что я не модель? Говорят, ты очень привередлив в выборе женщин.

— Кажется, недостаточно привередлив, — почти неслышно пробормотал Луис.

— Да, теперь, когда мы коснулись этой темы, хочу напомнить тебе, что ты первый подошел ко мне в ночном клубе, — сказала Дейзи. — И кто знает? Может, если бы ты тогда не объявился, я бы покинула клуб с парнем из Эйлинга и ничего бы этого вообще не произошло.

Луис раздраженно искривил губы:

— И это твоя логика? Если так, то она, мягко говоря, ошибочная.

Дейзи непринужденно пожала плечами:

— Я просто хочу сказать…

Внезапно Луис подошел к ней так близко, что ей пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Он внимательно смотрел ей в глаза, словно ждал, что она раскроет какие-то свои скрытые мотивы, признается, что ею движет нечто иное, нежели примитивное влечение к нему. Через некоторое время он поднял руку и прикоснулся пальцами к ее подбородку. Его прикосновение было легким, почти неосязаемым, но Дейзи ощутила его всем телом.

— Мне нужно отослать тебя собирать вещи.

— Это было бы весьма разумным решением, если бы у меня было что собирать, — сказала Дейзи. — И я не думаю, что будет уместно пойти на экскурсию по Большому каньону в маленьком черном платье и в босоножках на высоком каблуке.

Его чувственная улыбка заставила ее сердце бешено забиться.

— Ты права.

Взгляд Дейзи упал на его губы, и она стала гадать, поцелует ли он ее еще раз. Ее лоно влажно пульсировало в предвкушении. Она вот-вот сможет ощутить твердое доказательство его возбуждения. С ней будет настоящий мужчина, а не холодный бездушный аппарат. Она ощущала, как сжимаются ее внутренние мышцы в ожидании его проникновения.

— Наверное, мне нужно вернуться в свой отель и переодеться во что-то более подходящее для прогулок.

— Наверное.

Густые ресницы почти скрывали его темные глаза, взгляд которых был прикован к ее губам.

— Мне стоит перенести свои вещи сюда, как ты думаешь?

Глаза Луиса распахнулись.

— Это еще зачем?

— Ну, если мы собираемся вместе провести следующие четыре дня, то вполне логично будет сделать так, разве нет?

Он нахмурился, словно такая мысль ему не приходила в голову.

— Как далеко отсюда твой отель?

— Он расположен на другом конце города. Он более бюджетный, девочки могли позволить себе только такое. — Дейзи прикусила нижнюю губу. — Но он не такой уж плохой. А вот этот номер, должно быть, стоит целое состояние. Ты всегда выбираешь дорогие пентхаусы?

— Мне нравится уединение.

— Чтобы устраивать дикие вечеринки?

Луис раздраженно посмотрел на нее:

— Я профессиональный спортсмен. Если бы я так много кутил и ходил по вечеринкам, как пишут обо мне в прессе, я не смог бы выиграть ни одной игры.

— Победа значит все для тебя, да?

— Я играю в поло не для того, чтобы проигрывать.

— А в жизни?

— То же самое.

Дейзи кивнула:

— И именно поэтому ты не пытаешься завести серьезные отношения, верно?

Его губы искривились в усмешке.

— Сеанс психоанализа входит в нашу сделку или это приятный бонус?

Дейзи решила проигнорировать его сарказм.

— Ты любишь своего брата и всегда любил своего отца, но ты стараешься держать свою мать на расстоянии, как и всех остальных женщин. Ваши отношения с ней существуют только на твоих правилах. По мне, так просто классический пример из учебника. У тебя проблемы с близостью.

Губы Луиса напряженно сжались.

— Если ты все еще хочешь провести со мной четыре дня, тебе стоит держать свое мнение при себе.

— Справедливо.

Луис нахмурился:

— И все? Ты сделаешь так, как я тебе сказал?

Дейзи невинно посмотрела на него:

— Конечно. Ты же этого хочешь, не так ли? Ты спишь только с теми женщинами, которые не особенно много говорят и ни на что не претендуют, верно? Им не позволено иметь свои мысли или мнения. Ты просто жаждешь их тела, а не их разум. Я могу тебе подыграть. Но, боюсь, только на четыре дня меня и хватит.

Луис снова выругался и запустил пятерню в свои густые волосы.

— Ты просто невозможная.

Тишину нарушил звонок его мобильного, который он оставил на столе. Дейзи наблюдала за тем, как Луис взял его в руки и, нажав на вызов, коротко поприветствовал кого-то. Она не могла расслышать, о чем они говорили, но его суровое лицо озарила улыбка, а в углах глаз появились морщинки. Завершив разговор, Луис убрал телефон в карман, а затем озорно посмотрел на нее:

— Кажется, и мне удастся получить выгоду из всей этой сумасшедшей ситуации. Звонил один крупный спонсор, поддержки которого я пытался добиться уже несколько месяцев. Он отклонял все мои предложения. До сегодняшнего дня.

— И почему?

Луис взял ее за руку, переплел их пальцы и потянул ее к себе.

— Потому что раньше он считал меня плейбоем, способным нанести урон честному имени его компании. Но в Сети появились сообщения о том, что мы с тобой пара.

Дейзи ощущала, как электрические импульсы, вызванные его прикосновением, проходят по ее телу.

— Хочешь сказать, теперь он готов тебя поддерживать? Из-за меня?

Его глаза горели.

— Одна из его внучек учится в твоей школе, хоть и не в твоем классе, и он слышал о тебе много хорошего. Он решил, если ты выбрала меня, значит, я достойный человек, которому стоит предоставить спонсорскую поддержку. Это как раз то, что мне нужно, чтобы выиграть открытый чемпионат в Аргентине.

— Зачем тебе спонсор? У тебя же самого полно денег?

— Дело не в деньгах, — сказал Луис. — Вспомни знаменитых спортсменов и спортсменок, играющих в гольф или теннис, занимающихся фигурным катанием или сноубордингом. Их спонсоры создают им имидж. Они становятся новыми брендами. Чем больше ты разрекламирован, тем больше люди уверены в твоих способностях. Это помогает добиваться успеха.

— И что же ты собираешься сказать своему спонсору, когда в конце недели мы расстанемся?

Дейзи практически могла видеть, как крутятся шестеренки у него в голове. Затем задумчивое выражение его лица сменилось яркой уверенной улыбкой.

— Мы всегда можем продлить наши отношения. До чемпионата остался всего месяц.

Дейзи нахмурилась:

— Я живу в Лондоне, ты не забыл? И у меня есть работа. Я приехала в Вегас только потому, что девчонки уговорили меня провести здесь каникулы.

— Чемпионат состоится в Аргентине, в Буэнос-Айресе, в первую субботу декабря, — сказал Луис. — Я могу устроить твой перелет.

Предложение было весьма заманчивым. Полностью оплаченная поездка в Буэнос-Айрес. Лучшие места на стадионе, с которых она сможет увидеть, как самые знаменитые и талантливые игроки в поло сражаются за главный приз. Будет о чем вспомнить, когда она станет обычной женой и матерью, проживающей в пригороде, пытающейся совместить семью и работу.

— А что насчет остальных трех недель? — спросила она.

— Этот спонсор живет в Лондоне, поэтому я могу иногда приезжать к тебе, — ответил Луис. — Мы будем встречаться достаточно часто для того, чтобы пресса не заподозрила неладное.

Дейзи решила не обращать внимания на внутренний голос, который предупреждал, что ей не стоит проводить слишком много времени с прекрасным Луисом Валкесом. Однако она ведь сама хотела выйти из своей зоны комфорта, а теперь у нее появился шанс сделать что-то, о чем потом будет приятно вспоминать.

— Хорошо. Я согласна.

Луис обхватил ее за плечи, притянул к себе и жарко поцеловал в губы. Дейзи прижалась к нему, не в состоянии сдерживать ту страсть, которую она испытывала к этому мужчине.

Луис обхватил ладонями ее лицо, углубив поцелуй. Она игриво скользнула своим языком между его губ и задрожала, когда он глухо зарычал и сильнее прижался к ней бедрами. Она ощутила, насколько твердой была его возбужденная мужская плоть.

Луис расстегнул молнию ее платья и стал ласкать ладонями ее обнаженную спину, а затем ухватил ее за ягодицы. Дейзи напряглась в надежде на то, что он не сочтет ее толстой.

— Расслабься, querida, — прошептал Луис.

— Я некомфортно себя чувствую, раздеваясь перед людьми.

Он провел языком сначала по ее верхней губе, затем по нижней.

— Не заметил, чтобы ты испытывала какой-либо дискомфорт прошлой ночью.

Ему обязательно напоминать об этом?

— Да, но тогда я, очевидно, и правда была не в себе.

Луис слегка отодвинулся:

— Ты стесняешься своего тела?

На что это он намекает? На то, что у нее есть для этого причины? Дейзи не была спортивной девочкой и всеми способами старалась избегать групповых спортивных игр. В подростковом возрасте она резко прибавила в весе и часто стеснялась своей внешности. И даже несмотря на то, что теперь она была нормального телосложения, каждый раз, когда она становилась перед зеркалом, в ее голове звучали голоса дразнящих ее девчонок.

Не зная, что ответить, она молчала, опустив глаза.

Луис провел ладонью по ее ягодицам вниз, к ее горячему лону.

— Твое тело прекрасно.

— Интересно, сколько раз ты использовал эту фразу.

Он слова нахмурился:

— Я правда так считаю, querida. У тебя женственная фигура. Соблазнительные изгибы во всех нужных местах.

— У меня слишком маленькая грудь.

— Кто это сказал?

Дейзи покраснела, когда он спустил бретельки платья с ее плеч. Она затаила дыхание, когда он начал медленно водить пальцами по полукружиям ее грудей, приподнятых чашечками бюстгальтера. Луис прикоснулся к ее соскам через тонкое кружево, и это только усилило ощущения. Кружево терлось о ее чувствительную кожу, и возбуждение томительным огнем разгоралось внизу ее живота.

— Ты так прекрасна…

Луис припал губами к ее правой груди, усыпая поцелуями ее кожу и заставляя Дейзи дрожать от наслаждения. То же самое он проделал с левой грудью. Ее груди набухли и стали невероятно чувствительными, она ощущала, как им становится тесно в чашечках бюстгальтера. Ей невыносимо хотелось освободиться от этих оков.

Словно прочитав ее мысли, Луис расстегнул застежку ее бюстгальтера и скинул его на пол вместе с ее платьем. Теперь Дейзи стояла перед ним в одних трусиках и босоножках на высоком каблуке, и впервые в жизни ей было абсолютно все равно. Он заставлял ее чувствовать себя по-настоящему красивой, когда смотрел на ее тело с таким откровенным обожанием. Его чарующий взгляд только сильнее разжигал огонь страсти. Где бы он к ней ни прикасался, она дрожала от наслаждения.

Но Дейзи самой хотелось доставить ему такое же удовольствие. Расстегнув пуговицы его рубашки, она стала осыпать поцелуями его горячую, бархатную кожу. Она игриво лизала ее, словно кошка, лакающая молоко, и ощутила настоящий триумф, когда его дыхание сбилось и он резко вздохнул, явно наслаждаясь ее ласками. Дейзи провела ладонью по твердым мышцам его груди и стала ласкать кончиками пальцев его соски, затем поцеловала каждый из них, прикоснувшись языком.

— Ты опасная женщина, — прорычал Луис и, уткнувшись лицом в ее шею, прикусил ее кожу.

Дейзи почувствовала, как в ней просыпается нечто дикое и примитивное. Желание пронизывало ее, заставляло задыхаться от возбуждения. Никогда еще ее тело не было таким живым, таким чувствительным. Никогда раньше она не ощущала такой прожигающей страсти. Никогда так сильно не хотела добиться освобождения.

Напряжение в ее теле нарастало. Луис снова прикоснулся к ее ягодицам, прижимая ее ближе к себе, позволяя ей ощутить, насколько твердым и горячим был его пенис.

— Я хочу тебя.

— Я тоже хочу тебя.

Он заставил ее попятиться до ближайшей стены, затем скользнул рукой в ее трусики, но в пылу страсти прорвал тонкое кружево. Нахмурившись, Луис посмотрел на разорванную ткань:

— Прости.

— Все нормально. — Не испытывая ни малейшего сожаления, Дейзи скинула трусики на пол. — Так на чем мы остановились? О, я вспомнила. Мы собирались сделать что-то с твоей одеждой.

Она начала вытягивать край его рубашки из-за пояса брюк, но внезапно Луис остановил ее.

— Подожди, — сказал он тяжело дыша.

Она удивленно приподняла брови:

— Зачем?

Луис сделал шаг назад, затем нагнулся, чтобы поднять ее трусики. Затем он передал их ей со странным выражением лица.

— Я куплю тебе новые.

Да какое ей вообще дело до трусиков, купленных в обычном гипермаркете, когда ее тело изнывало от возбуждения? Дейзи снова почувствовала жгучую неуверенность в себе. Казалось, ее облили ледяной водой. Она не похожа на девушек, с которыми Луис обычно связывался. Она не была худой, как модель. Не выглядела достаточно красивой, чтобы ему понравиться.

Собрав остатки гордости, она подобрала с пола свой бюстгальтер и платье, все это время ощущая на себе взгляд Луиса.

— Я что-то сказала не так? — произнесла она после мучительного молчания, надевая платье.

— Нет.

— Сделала?

— Нет.

— Или, наоборот, не сделала?

— Нет.

Дейзи тяжело вздохнула:

— Ты знаешь, как заставить девушку страдать.

— Мне очень жаль. — Он провел ладонью по волосам, взъерошив их. Это придало ему такой вид, словно он только что вылез из постели. — Я не привык вести себя таким образом.

— Каким? Мы взрослые люди, которых влечет друг к другу. Что тут необычного?

Луис тяжело вздохнул:

— Начнем с того, что ты девственница.

Дейзи нахмурилась:

— И в чем же проблема?

— Первый сексуальный опыт может быть невероятно эмоциональным.

— Каким был твой?

Он недоуменно нахмурился, словно она говорила абсурдные вещи.

— Нет, конечно же.

— Тогда почему же этот опыт должен быть эмоциональным для меня?

Луис какое-то время молча смотрел на нее, словно она была пазлом, который ему никак не удавалось собрать.

— Женщины все воспринимают по-другому. Для них непросто отделить физическое наслаждение от эмоций. Особенно когда это случается в первый раз.

— Как много девственниц у тебя было?

— Ни одной, насколько мне известно.

— Тогда как ты можешь говорить об этом с такой уверенностью?

Луис снова тяжело вздохнул:

— Послушай, я не хочу причинять тебе боль, понятно? Хорошим девочкам лучше не связываться с плохими парнями.

Он пытается намекнуть ей на то, что их интрижка на четыре дня отменяется? Разочарование пронзило ее.

— Тогда что же мы теперь будем делать?

Луис потер ладонью подбородок, покрытый легкой щетиной.

— Мы будем проводить вместе время, как и планировали до этого.

— А как насчет секса?

— Я думаю, нам лучше воздержаться.

Дейзи заморгала:

— Никакого секса?

На его скулах заиграли желваки.

— Никакого секса.

Дейзи размышляла над тем, почему он так внезапно передумал. Несколько минут назад он был так же возбужден, как и она.

— Давай-ка разберемся… Ты хочешь, чтобы я притворялась, что мы любовники, до твоего чемпионата, но сексом мы заниматься не будем?

— Верно.

— А целоваться?

Его лицо потемнело.

— Если этого потребует ситуация.

— Какая ситуация?

— Если мы окажемся на публике.

— О, точно. Какая же я глупая. Я думала, возможно, ты захочешь поцеловать меня просто потому, что считаешь меня привлекательной. — Дейзи взяла с кофейного столика свою сумку и запихнула в нее порванные трусики. — Давай не будем забывать, что это ты подкатил ко мне в ночном клубе.

— Я поступаю так для твоего же блага, Дейзи.

Она театрально прижала ладонь к сердцу:

— Как благородно.

Луис мрачно покосился на нее:

— Не будь такой злюкой.

Дейзи внимательно посмотрела на него:

— Это из-за моего отца?

— Он имеет право беспокоиться о тебе. Ты просто притягиваешь неприятности.

И тут Дейзи решила — она еще покажет ему, на что способна. У нее было свое мнение на этот счет Она хотела познать, что такое настоящая близость, хотела, чтобы Луис стал ее первым мужчиной, и ничто, даже его внезапно проснувшиеся моральные устои, ее не остановит.

— Я вернусь в свой отель, чтобы забрать вещи.

Луис потянулся за ключом от номера.

— Я поеду с тобой. Папарацци могут…

— Нет, не нужно. Встретимся здесь через пятнадцать минут.

Луис нахмурил брови:

— Я с таким же успехом могу пойти с тобой и подождать, пока ты собираешь вещи.

— Я так не думаю. — Она игриво улыбнулась. — Эдварду это может не понравиться.

Он нахмурился сильнее:

— Кто, черт возьми, этот… Ох…

Дейзи мило ему помахала на прощание:

— Встретимся через пятнадцать минут.

Глава 6

Луис успел догнать ее до того, как двери лифта закрылись. К счастью, представители прессы решили оставить их в покое после того, как заполучили сенсационную новость. И как его угораздило стать героем мелодрамы? Один раз повел себя как рыцарь на белом коне, и теперь погряз во всей этой истории настолько сильно, что не представлял, как из нее выбраться.

Он был в шаге от того, чтобы получить чистое наслаждение. Ему даже не хотелось признавать, насколько близок он был к этому. Но когда Луис увидел разорванное кружево трусиков, он внезапно осознал, что собирается сделать. Лишать любовницу девственности никогда не входило в его планы. Ему следовало поступить правильно, и не потому, что ее отец угрожал ему.

Дейзи была хорошей и милой. Немного странной и наивной, но ему это нравилось. Она даже не знала, кто он, при первой их встрече. Ее отношение к нему изменило то, что он не оставил ее в беде. Теперь она упрямо настаивает на том, чтобы он стал ее первым мужчиной… ну, если не считать ее электрического друга. Луис был достаточно современным парнем, но он не собирался стоять за дверью ее номера, пока какая-то штуковина на батарейках будет дарить ей то наслаждение, которое мечтал подарить он. Если Луису придется воздерживаться от секса следующие пару недель, он заставит и Дейзи пострадать вместе с ним.

Луис проскользнул в кабину лифта и сердито посмотрел на Дейзи.

— Ты не можешь просто так одна разгуливать по городу. Мы же пара. А влюбленные все должны делать вместе.

Ее яркие голубые глаза, обрамленные длинными густыми ресницами, наполнились замешательством.

— Но ведь журналисты уже ушли.

Луис нажал кнопку лифта.

— Сейчас почти у каждого человека на телефоне есть камера. Достаточно одной фотографии, на которой мы не вместе, и пойдут слухи. Начнутся спекуляции о том, что мы уже расстались. Я не могу этого себе позволить до того, как будет подписан договор со спонсором.

— Отлично. — Дейзи подошла к нему вплотную и взяла его за локоть. — Стану твоей маленькой тенью.

«Скорее маленькой мучительницей», — подумал Луис.

Он посмотрел на ее губы. Казалось, они всегда были изогнуты в полуулыбке, а когда она по-настоящему улыбалась, на ее щеках проступали милые ямочки. Как вообще произошло, что до сих пор ни один мужчина не решился к ней прикоснуться? Она была так прекрасна, так невероятно сексуальна, ее поцелуи были наполнены такой страстью, что он до сих пор чувствовал возбуждение от одной мысли о них. И как он собирается держаться от нее подальше? Ему понадобится проплыть в ледяных водах Антарктики, чтобы хоть как-то погасить тот огонь страсти, который она в нем распалила.

— Перестань так на меня смотреть, — прорычал он.

— И как же я на тебя смотрю?

Луис положил руки на ее плечи и развернул ее лицом к зеркальной панели лифта:

— Вот так.

Дейзи откинулась назад, прижавшись к нему спиной, ощущая его эрекцию. В ее глазах засверкали озорные огоньки.

— Вот так?

Луис обхватил ладонями ее бедра. Разум велел ему не делать этого, но тело его не слушалось. Его кровь кипела, он умирал от желания еще сильнее прижать к ней свою возбужденную плоть. Легкий, нежный аромат ее кожи наполнял его легкие — запах полевых цветов с соблазнительными экзотическими нотками жимолости. На ее губах не осталось помады, но они были естественно алыми, как лепестки роз.

Луис положил руку под правую грудь Дейзи. Теперь он мог ощущать ее тяжесть.

— У тебя красивые руки, — сказала она.

Луис больше не мог сдерживаться. Его ладонь продвинулась вверх, и он обхватил ее грудь, наслаждаясь тем, как ее возбужденный сосок упирается ему в ладонь. Дейзи резко вздохнула. На ее лице отразилось наслаждение. Внутри его закипала страсть. Безумное желание, которое, словно дикий зверь, рвалось на свободу.

Луис снова развернул Дейзи к себе и припал к ее губам в жарком поцелуе.

По его телу словно проходили разряды электричества, пробуждающие в нем новые по своей силе ощущения. Его губы казались сверхчувствительными, бедра дрожали от охватившего его томительного желания. Он был уверен, что стоит Дейзи прикоснуться к его возбужденной твердой плоти, и он окончательно потеряет голову.

Двери лифта неожиданно распахнулись, и Луис ощутил себя оленем в свете фар. Их ослепили вспышки фотокамер. Он тихо выругался, выпустив Дейзи из своих крепких объятий.

— Снимите номер! — шутливо выкрикнул кто-то из толпы.

Луис взял Дейзи за руку и потащил за собой:

— Пойдем отсюда.

Через пару минут они уже сидели в лимузине. Он все еще сжимал ее ладонь. На его высоких аристократических скулах проступил легкий румянец. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль.

— Ты злишься на меня? — спросила Дейзи.

Луис рассеянно посмотрел на нее, словно только сейчас вспомнил о том, что она рядом.

— Нет. С чего ты взяла?

Она кивнула в сторону их крепко сцепленных ладоней:

— Ты так мне руку сломаешь.

Он тут же ослабил свою хватку, но не отпустил ее ладонь, а начал медленно ласкать ее большим пальцем.

— Прости. Я не осознавал этого.

— Папарацци всюду следуют за тобой?

— Практически.

— Почему ты ничего с этим не делаешь?

Он внимательно посмотрел на нее:

— Что, к примеру?

— Ты можешь носить маскировку.

Он тихо засмеялся:

— Как будто бы это поможет.

— Многие знаменитости так делают. Ты будешь удивлен, насколько это эффективный метод. Парик, или шляпа, или новый стиль одежды могут сделать из тебя другого человека. Когда дети добираются до корзины с костюмами, даже родители не могут их узнать.

Луис посмотрел на их руки:

— Мой брат гораздо больше меня был недоволен этим положением. Наверное, в этом плане я больше похож на нашу мать. Никогда не пытался скрыться от внимания окружающих.

— А какой он, твой брат?

Его большой палец остановился у основания ее ладони.

— Он сильный. Целеустремленный. Сосредоточенный.

— Как и ты.

Луис неуверенно улыбнулся:

— Не думаю, что он бы с тобой согласился.

— Почему?

— Он никогда не говорил это в открытую, но он думает, что я гоняюсь за мечтой, которая в конечном итоге станет для меня самым страшным разочарованием.

— Победа в чемпионате?

Их взгляды встретились.

— Победа — все для меня. Это моя мотивация и главная цель в жизни. Я хочу быть лучшим.

— Полагаю, твой брат имеет в виду, что однажды появится кто-то лучше тебя, — сказала Дейзи. — Ты не можешь выигрывать вечно.

Его взгляд снова упал на ее губы.

— Не могу, но надеюсь, я пойму, когда настанет тот момент, когда мне будет пора уйти на заслуженный отдых.

— Хочешь закончить спортивную карьеру на пике популярности?

Луис долго и внимательно всматривался в ее глаза.

— А ты всегда хотела быть учительницей?

Дейзи усмехнулась:

— Всегда. В детстве я сажала в ряд своих кукол и часами играла с ними в школу.

Его взгляд стал серьезным.

— У тебя было счастливое детство?

Улыбка Дейзи потускнела.

— В раннем детстве я была счастлива, но потом случилась трагедия, которая все изменила. Мою маму сбила машина, когда она возвращалась домой после игры в бридж со своими друзьями. Мне было десять. Отец всегда стремился держать все под своим контролем, но после этих событий он стал просто невыносимым. Я не могла и шагу сделать без сопровождения сиделок и нянек. За эти годы их у меня так много сменилось… Как правило, отец доводил их до того, что они просто сбегали из нашего дома в слезах. Страх творит странные и некрасивые вещи с людьми, не правда ли?

Явно пребывая в раздумьях, Луис инстинктивно сжал ее руку:

— Да, верно.

Дейзи посмотрела в окно и заметила, что они уже подъезжают к ее отелю.

— О, девчонки уже ожидают меня снаружи. Я написала им сообщение, когда ждала лифта.

— И что ты им сказала?

Она махнула рукой:

— Правду.

— Какую из версий? — сухо произнес Луис. — Мне с трудом удается за тобой поспевать.

Дейзи посмотрела на него:

— Ну, они знают, что на самом деле я не влюблена в тебя. В такую небылицу они бы точно не поверили.

Луис раздраженно уставился на нее:

— Конечно.

— Но ведь это они — в особенности Белинда — подталкивали меня к тому, чтобы я расслабилась и устроила себе небольшое романтическое приключение на время каникул. — Она улыбнулась. — Какая же я счастливица! Я попросила тебя провести со мной четыре дня, а получила целых четыре недели. Круто, правда?

Его ответная улыбка выглядела несколько натянутой.

— Очень круто.

Во время шумного воссоединения Дейзи с подружками Луис держался на некотором расстоянии. Девушки обнимались, о чем-то оживленно болтали, бросая игривые взгляды в его сторону, подружки подмигивали ему и подтрунивали над Дейзи.

Луис выдержал все это довольно стойко, так как не собирался рисковать сделкой со спонсором. Когда дело будет сделано, он сможет наконец отстраниться от прекрасной мисс Дейзи, которая просто сводила его с ума. Чем больше времени он с ней проводил, тем больше хотел ее. И теперь ему предстояло провести с ней четыре недели. Четыре недели! Ему с трудом удавалось воздерживаться от секса четыре часа. Когда они расстанутся на время и она уедет из Вегаса, ему нужно будет свести их дальнейшие встречи к минимуму. Он может пригласить ее куда-нибудь поужинать в Лондоне, но не должен допустить того, чтобы они оставались наедине. На такое его выдержки может не хватить. Если он сделает так, что все их свидания будут проходить на людях, то сможет себя обезопасить.

Пока Дейзи собирала свои вещи, Луис по телефону организовывал полет на вертолете над Большим каньоном. Он подумал, что день, проведенный на свежем воздухе, сможет остудить его разгоряченное тело и притупить его желание немедленно затащить ее в постель.

По дороге к лимузину он рассказал Дейзи о своих планах.

— Сначала мы пролетим над плотиной Гувер-Дэм, а затем над Большим каньоном. Тебе откроется просто замечательный вид.

— Ох, это славно, — ответила она. — Но тебе не стоило так утруждать себя.

— Мне не сложно.

— Но у тебя ведь наверняка были какие-то другие планы на сегодня?

Луис не привык, чтобы его пассии волновались о нем самом, обычно их интересовало только то, что он может для них сделать. Ему было приятно, что Дейзи думала о нем.

— Да ничего особенного, — ответил Луис. — Собирался провести немного времени в спортзале, затем поиграть в покер. Просто отдохнуть.

— Так вот почему ты приехал в Вегас? У тебя тоже каникулы?

Почему он вообще уезжал куда-нибудь просто так, а не потому, что ему нужно было участвовать в соревнованиях? Чтобы как-то отвлечься и не слоняться в унылом одиночестве, по огромному пустому поместью в Аргентине. Если он не заполнял свое свободное время вечеринками и случайными знакомствами, ему неизбежно становилось скучно и неспокойно на душе. Его старший брат наслаждался уединением. Но не Луис. Одиночество напоминало ему о том времени, когда он был никому не нужным ребенком.

— Я приезжаю сюда пару раз в год. Это отличное место для того, чтобы смешаться с толпой. — Он слишком поздно осознал всю иронию сказанных им слов. — Ну что же, может быть, не всегда.

Дейзи сочувственно ему улыбнулась:

— Я бы не хотела быть знаменитой. Ужасно, когда за тобой постоянно следуют по пятам.

— Это как иметь телохранителя?

Она закатила глаза.

Луис посмотрел в заднее стекло лимузина.

— Он все еще следует за тобой?

— Нет. Я позвонила отцу и заставила его пообещать, что больше не будет никаких телохранителей. Думаю, он наконец понял, что с тобой я в безопасности.

«Ты не в безопасности, — подумал Луис. — Впрочем, как и я».

Вертолет уже был подготовлен к их прибытию. Луис передал Дейзи специальные наушники с микрофоном и кратко рассказал о правилах безопасности.

— А где же пилот? — спросила она.

Луис поправил ее наушники, чтобы они сидели удобнее.

— Я и есть пилот.

Ее глаза округлились.

— Ты?

Он не смог сдержаться, чтобы не прикоснуться к ее подбородку, где все еще был заметен слегка красноватый след от соприкосновения с его щетиной.

— Пару лет назад получил лицензию.

В ее глазах появились игривые огоньки.

— А у тебя есть еще какие-нибудь секретные таланты, о которых мне не известно?

— Ничего из того, что я могу прямо сейчас тебе продемонстрировать.

Ее губы изогнулись в озорной улыбке.

— Я уверена, что у тебя в рукаве припрятано еще много секретов.

«Прямо сейчас самый большой мой секрет спрятан не в рукаве», — подумал Луис, помогая Дейзи устроиться на пассажирском сиденье. Его ладонь случайно скользнула по ее груди, когда он пристегивал ремни безопасности. Дейзи подняла на него глаза, полные страсти, и ее розовый язычок скользнул по пухлым губам.

Запах полевых цветов, исходящий от ее тела, очаровывал Луиса и путал его мысли.

— Кто-то на нас смотрит? — спросила она.

— Не знаю. Почему ты спрашиваешь?

— Ты ведь собираешься меня поцеловать.

— И что?

— Вот я и подумала, наверное, на нас кто-то смотрит.

— Я что, не могу тебя поцеловать просто так?

— Можешь, конечно. Но я думала…

— Перестань думать. — Луис не знал, дал он этот совет ей или себе самому. — Просто чувствуй.

В следующее мгновение он припал к ее губам, и, когда они немного приоткрылись, чтобы впустить его, он окончательно потерял голову. Дейзи обхватила ладонями его лицо. Этот жест был настолько нежным, что казался неуместным во время их жаркого поцелуя. Но в этом и была особенная прелесть этой женщины — она сочетала в себе пылкую чувственность, сексуальность и невинность.

Луис взял ее за запястья и убрал ее руки от своего лица. Им следует остановиться до того, как ситуация выйдет из-под контроля. Ему нужно контролировать себя. Он гордился своей выдержкой. Он прогибал границы дозволенного, но никогда их не пересекал. А Дейзи Виндхэм может стать для него роковым соблазном.

Она растерянно смотрела на него:

— Что-то не так?

— Нам пора взлетать. Я зарезервировал вертолет только на пару часов.

— Ох… да, конечно. — Дейзи поерзала в кресле, проверяя натяжение ремней безопасности.

Луис приподнял ее лицо за подбородок, чтобы она посмотрела ему в глаза.

— Ты в безопасности со мной, querida.

Взгляд ее прекрасных глаз был таким же чистым, как горный ручей.

— А если я хочу, чтобы это было не так?

Глава 7

Вид на плотину Гувер-Дэм с высоты птичьего полета был восхитительным, но ничто не могло сравниться с поражающим по своей красоте и необычности Большим каньоном. Древняя, как сам мир, могучая толща земли насыщенного цвета, простиравшаяся до самых берегов реки Колорадо. Вскрики одинокого стервятника в небе и абсолютная тишина и величавость природы резко контрастировали с шумом и безумием Лас-Вегаса.

Дейзи показалось, что время остановилось, когда она стояла рядом с Луисом и смотрела на зеленую долину, распростертую у подножия каньона. Одинокий вскрик краснохвостого ястреба идеально вписывался в это состояние покоя и умиротворения. Дейзи не хотела ничего говорить, боясь разрушить волшебство момента.

Луис стоял с ней плечом к плечу. Он тоже молчал. Дейзи показалось, что он невероятно одинок. Он был знаменитым, талантливым, по-своему успешным в жизни, но в тишине великого каньона он напоминал ей хищную птицу, парящую в вышине. Обреченную на одиночество.

Не сказав ни слова, он повел ее обратно к вертолету, снова усадил на пассажирское сиденье и помог закрепить ремни. Дейзи заметила, насколько сосредоточенным было выражение его лица. Она гадала, о чем же он думал, когда снова сел за штурвал. На месте пилота он явно чувствовал себя как дома. Луис был прирожденным спортсменом, сильным и атлетичным, мужественным и упорным.

Дейзи посмотрела на его мускулистые бедра, обтянутые джинсами. Ей достаточно было протянуть руку, чтобы прикоснуться к нему.

— Не тогда, когда я веду вертолет.

Дейзи удивленно посмотрела на него:

— Ты знал, о чем я думала?

Он бросил на нее полный иронии взгляд:

— А я считал тебя хорошей девочкой.

— Только не с тобой.

Луис тяжело вздохнул:

— Как смотришь на то, чтобы пойти поплавать, когда мы вернемся в отель?

Дейзи сразу же представила себе частный бассейн в его пентхаусе с бурлящим джакузи и шампанским в ведерке со льдом на расстоянии вытянутой руки. Как же хорошо, что Белинда положила в ее сумку то до безобразия откровенное бикини, потому что ее собственный скромный сплошной купальник выглядел бы не к месту. Настало время набраться смелости и пошалить. Луис старался держать ее на расстоянии, но она знала, что на самом деле он ее желает. Он смотрел на нее с безумным чувственным голодом во взгляде. Интересно, каково это — заниматься с ним любовью на террасе перед бассейном при ярком свете солнца. Как же она хотела оказаться в его пылких объятиях. Но она не желала быть такой же, как и все остальные его женщины. Она мечтала стать для него особенной Дейзи не собиралась влюбляться в такого мужчину, как Луис. Ей просто хотелось, чтобы он ее запомнил.

Она улыбнулась:

— Звучит замечательно.

Ожидая, пока Дейзи переоденется, Луис проверил электронную почту, затем пролистал новостную ленту в «Твиттере» и прочитал пару блогов, которые на самом деле абсолютно его не интересовали, — в общем, делал все, что только можно, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о том, что ему предстоит провести следующие пару часов с полуобнаженной Дейзи. По крайней мере, они спустятся в общественный бассейн. Там он не сможет поцеловать ее со всей страстью, которую испытывал, ведь они будут у всех на глазах.

Дейзи вышла из ванной комнаты, кутаясь в огромный гостиничный халат.

— Готова?

— Конечно.

Она развязала пояс, и халат упал к ее ногам. У Луиса перехватило дыхание. Ее упругие груди были прикрыты лишь маленькими лоскутками ярко-розовой ткани. Сокровенное местечко между ее ног скрывал кусочек ткани еще меньше, и удерживался он на месте тонкими, словно зубная нить, тесемками.

— Ты не можешь так пойти!

Дейзи недоуменно нахмурилась:

— Почему?

— Тогда все увидят твои… хм… прелести.

— Но я думала, мы будем плавать в твоем частном бассейне?

— На первом этаже бассейн больше.

Дейзи стала играться с завязкой от низа своего купальника.

— Я бы предпочла остаться здесь. Не люблю плавать, когда вокруг много людей.

Луису пришлось выкручиваться.

— В этом бассейне очень много хлорки. Твое бикини испортится. Цвет потускнеет.

— Тогда… — она развязала одну из завязок у верха купальника, — я просто его сниму.

Луис резко вздохнул, когда она стянула с себя и трусики-бикини, полностью обнажив свои женственные формы. Ее лоно было похоже на цветок орхидеи с сомкнутыми нежными лепестками.

Дейзи стала подходить к нему, покачивая бедрами, ее прекрасные груди упруго подпрыгивали, на ее губах играла лукавая улыбка хорошей девочки, решившей наконец пошалить.

— Ты уверен, что хочешь спуститься вниз и поплавать в общественном бассейне среди толпы людей?

Она обвила его шею руками и прижалась к нему своей обнаженной грудью. Желание в ту же секунду овладело Луисом. Он обхватил ее за талию еще до того, как успел осознать, что делает. И тут же припал к ее губам в страстном поцелуе.

Ее кожа молочного цвета была такой шелковистой, а изгибы настолько женственными и соблазнительными, что Луис просто сгорал от желания как можно скорее овладеть ею. Он обхватил ладонями ее ягодицы и прижал ее к себе сильнее, упираясь свой твердой пульсирующей эрекцией ей в живот.

Дейзи потянулась к пуговицам его рубашки и стала торопливо их расстегивать, усыпая поцелуями его шею, затем ключицы и грудь. Как только Дейзи разобралась с его рубашкой, она стала расстегивать его ширинку. Луис наблюдал за тем, как она начала робко гладить его возбужденную плоть.

Ему пришлось положить ладонь на ее руки, чтобы остановить ее до того, как он опозорится.

— Мне нужна минута.

— Это я тебе нужна, — сказала Дейзи. — Я хочу тебя.

— Я тоже тебя хочу.

Он признал это. Какой смысл притворяться? У него не было ни одного шанса. Дейзи была слишком соблазнительной. Слишком прекрасной.

— Тогда почему ты останавливаешься?

Луис всегда считал, что чем быстрее, тем лучше. Серьезные отношения не для него. Его волновало только веселье. Он жил сегодняшним днем. Но что-то в Дейзи заставляло его действовать неторопливо. Она была подобна первоклассному вину. Будет преступлением не насладиться вдоволь его чудесным букетом, хорошенько не распробовать его вкус.

Но даже хорошее вино со временем теряет свою прелесть. На свете много новых вкусов и ощущений, много других женщин. Однако сейчас Луис не мог представить себе чего-то более прекрасного, чем сжимать Дейзи Виндхэм в своих объятиях. Ее тело было таким женственным и соблазнительным, что он просто умирал от желания овладеть им.

Луис склонился к ней.

— Я не останавливаюсь, — сказал он. — Все только начинается.

— Тогда зачем ты говорил, что целоваться мы будем только на людях?

— Я передумал.

Он подтолкнул Дейзи к кровати, а потом уложил на нее. Быстро сняв с себя одежду, он присоединился к ней.

— Я не хочу причинять тебе боль.

— И как же ты можешь причинить мне боль?

Он убрал локон волос с ее лица и посмотрел прямо в ее глубокие голубые глаза:

— Первая близость может быть болезненной.

В ее глазах загорелись озорные огоньки.

— О да, ты же немного больше Эдварда.

Луис пылко поцеловал ее:

— Проказница.

Дейзи улыбнулась:

— Я только учусь.

Он стал ласкать губами ее груди, посасывая ее соски и наслаждаясь тихими стонами, срывающимися с ее губ. Затем он скользнул языком в ее пупок, провел несколько раз по сомкнутым лепесткам ее лона, после чего проник внутрь, чтобы наконец попробовать ее на вкус. Дейзи выгнулась от наслаждения и крепко сжала простыни. Луис менял скорость и интенсивность своих движений, чтобы ее тело расслабилось и привыкло к его ласкам. Несколько раз она застенчиво пыталась отстраниться от его прикосновений, словно ощущения, которые она испытывала, были для нее слишком сильными. Но он продолжил доставлять ей наслаждение, почувствовав момент, когда она достигла пика. Он наблюдал, как на ее лице отразилось выражение чистейшего удовольствия. Ее чувства и желания были такими откровенными, такими неограниченными и абсолютно естественными, что у него захватывало дух.

Дейзи наконец открыла глаза:

— Мне вовсе не было больно.

— Пока нет, но дальше может быть. — Луис взял ее руку и поцеловал ладонь. — В любом случае я буду нежен. — Он достал из ящика прикроватной тумбочки презерватив.

Дейзи повернула голову, чтобы проследить за его движениями:

— И как же много у тебя их там?

— Достаточно.

— Наверное, ты их закупаешь сотнями.

Луис внимательно посмотрел в ее лицо, но, к своему удивлению, не заметил и намека на осуждение.

Но она могла просто очень хорошо притворяться.

— Нет смысла их накапливать. У них тоже есть свой срок годности.

— Как и у твоих партнерш?

Он еще какое-то время внимательно смотрел ей в глаза.

— Да. Именно так.

Дейзи провела кончиками пальцев по его руке:

— И сколько же продлились твои самые продолжительные отношения?

— Две недели.

Ее брови удивленно поднялись.

— Так долго?

Луис усмехнулся:

— Да, настоящий рекорд. Тогда я был еще подростком. В шестнадцать лет я безумно влюбился. Она была на год старше, и в этих делах у нее было гораздо больше опыта.

— И кто же кого бросил?

— Она меня.

— Ого!

— У нее был парень, про которого она забыла мне рассказать. — Луис пожал плечами. — Я был нужен ей, чтобы он приревновал.

Дейзи нахмурилась.

— Как гадко с ее стороны. — Она провела ладонью по его щеке. — Ты поэтому с тех пор только используешь женщин?

Луис быстро отстранился:

— Я не использую женщин.

— Конечно используешь. Тебе они нужны только ради секса. Вне кровати ты не проводишь с ними время. Как это еще назвать?

Луис выбрался из кровати, по дороге с грохотом задвинув ящик прикроватного столика.

— Никто из них не жаловался.

— Это потому, что ты откупаешься от них цветами или роскошными украшениями.

Он мрачно посмотрел на нее:

— Я так понимаю, у тебя состоялась встреча с мистером Гуглом. И что еще ты про меня разузнала?

Дейзи присела на кровати, прижав колени к груди Она нервно прикусила нижнюю губу, глядя в пол.

— Полагаю, я испортила момент… Прости.

Луис понял, что просто не может на нее злиться Он медленно выдохнул и присел на край кровати рядом с ней. Затем взял ее за руку и переплел свои пальцы с ее.

— Ты не одобряешь мой стиль жизни?

Она встретилась с ним взглядом:

— Мне мало что известно, кроме того, что я прочитала в Интернете. Возможно, в реальности все по-другому. Но одно мне известно наверняка. Ты не станешь счастливым, не подпуская к себе других людей.

Луис покачал головой:

— Как может тот, кто занимался сексом только с игрушкой для взрослых, так много понимать в отношениях?

Щеки Дейзи покрылись нежным румянцем.

— У нас с тобой был секс… в некотором роде.

Луис заметил, как ее взгляд переместился на его губы, ее розовый язычок показался и быстро скользнул по нижней губе.

— Продолжим то, что мы начали? — спросил он. Дейзи резко вздохнула:

— А ты хочешь этого?

Луис повалил ее на кровать и лег на нее сверху:

— Тебе правда нужно, чтобы я ответил?

Дейзи улыбнулась:

— Я уже и так поняла.

Глава 8

Дейзи ощутила, как ее желание возрастает с каждым прикосновением его горячих губ и умелых рук.

Ей казалось, что она может просто умереть, если он не займется с ней любовью прямо сейчас. Она раздвинула бедра, чувствуя мучительное томление в самом низу живота. Каким-то образом Луис уже успел надеть презерватив. Она ощущала его мощный член у входа в свое лоно и желала немедленно ощутить его проникновение. Он был ей необходим как воздух.

Наконец Луис медленно вошел в нее, низко простонав. Их тела слились в одно целое. Он постепенно ускорял темп, давая ей возможность привыкнуть к его присутствию. Дейзи начала двигаться вместе с ним, приподнимая бедра навстречу его движениям. Удовольствие нарастало. Его толчки стали более глубокими, резкими и отчаянными, словно он тоже был близок к пику наслаждения. Он просунул ладонь между их телами, чтобы своим прикосновением усилить ее ощущения. И этого оказалось достаточно, чтобы подтолкнуть ее к оргазму. Наслаждение гигантской волной накрыло ее с головой, ничего подобного она никогда раньше не знала. Находиться в крепких мужских объятиях, чувствовать запах возбуждения, ощущать прикосновения его умелых рук и жарких губ — в сравнении со всем этим все то, что она раньше ощущала, находясь наедине сама с собой, было просто шуткой.

Луис на мгновение застыл над ней, находясь на грани между контролем и абсолютной свободой, затем, хрипло зарычав, еще раз глубоко проник в ее тело и наконец перешел эту грань. Она ощущала, как дрожат его плечи под ее пальцами. Расслабившись, Луис всем весом вдавил ее в матрац и зарылся лицом ей в шею, все еще тяжело дыша.

Как же это, оказывается, прекрасно — быть заключенной в сильные мужские объятия, ощущать себя желанной. Луис открыл ей секреты ее собственного тела. Пробудил в ней чувственные желания и подарил наслаждение, которому, казалось, не будет конца.

Он предупреждал ее, что первая близость может быть эмоциональной, а Дейзи только посмеялась над его словами. Но сейчас ее переполняли эмоции.

В то же время ее не покидала навязчивая мысль о том, была ли их близость для Луиса чем-то особенным, или он чувствовал себя так же со всеми своими многочисленными партнершами. Она прекрасно понимала, что будет чрезвычайно глупо спрашивать его об этом. Есть люди, которые просто подходят друг другу физически. И это вовсе не значит, что они станут идеальной парой, ведь на создание серьезных, длительных отношений влияют многие факторы. То, что ее так влекло к Луису, могло объясняться ее неопытностью.

Для него же она, вероятно, всего лишь одна из многих.

Луис поднял голову и посмотрел ей в глаза:

— Я знаю, о чем ты думаешь.

Дейзи провела кончиком пальца по щетине, покрывающей его щеки.

— О чем же?

Он стал внимательно всматриваться в ее глаза. Его темные, почти черные глаза казались бездонным.

— Ты хочешь знать, была ли наша близость чем-то особенным для меня.

Дейзи надеялась, что ей удастся скрыть свои истинные чувства.

— И что же ты скажешь?

Луис бережно убрал волосы от ее лица.

— Для меня она была особенной.

— Потому что я была девственницей.

— Не только поэтому.

— Почему же тогда?

Он провел пальцем по ее губам.

— Я никогда не занимался любовью с такой женщиной, как ты.

— Имеешь в виду, толстой?

Он нахмурился:

— Почему ты так говоришь? Ты просто прекрасна. Дейзи хотелось поверить его словам, но годы неуверенности в себе не так легко забыть. И хоть она и набралась смелости соблазнить его, надев то маленькое розовое бикини, и вести себя с ним так, словно она чувствовала себя раскованно, на самом деле все это время ей приходилось втягивать живот.

— Я, наверное, занимаю на кровати в два раза больше места, чем все остальные твои бывшие пассии.

Его взгляд потемнел. Он встал с кровати.

— Глупость какая-то.

Дейзи перевернулась на живот, наблюдая за ним:

— Ты злишься.

Луис поднял с пола свои джинсы.

— Нет, вовсе нет.

— Тогда почему же ты хмуришься?

Он раздраженно выдохнул:

— Я встречаюсь с моделями. Это преступление? Дейзи положила подбородок на сложенные перед собой руки и скрестила ноги. Не было смысла скрывать от него свою наготу. Он и так уже видел все, что можно. К тому же, лежа на животе, ей не придется постоянно его втягивать.

— И почему ты с ними встречаешься?

Луис недоуменно посмотрел на нее:

— Действительно, почему?

Дейзи задумчиво стала покусывать губу.

— Думаю, дело не в их внешности, а в стиле их жизни. Они так же, как ты, постоянно в дороге. Другие города. Другие отели. Другие подиумы. Они свободны в своих перемещениях. И это тебя в них и привлекает. Они никогда не потребуют от тебя большего.

Луис засмеялся, потянувшись за своей рубашкой.

— Вероятно, я был не в своем уме, когда решил подойти к тебе в клубе прошлой ночью.

Глаза Дейзи удивленно округлились.

— Это произошло прошлой ночью? Мой бог, мне кажется, я уже вечность тебя знаю.

Луис схватил свой телефон:

— Мне нужно сделать пару звонков.

— А это еще одна вещь, которую я подметила в тебе.

Он обернулся по дороге к двери, на его лице застыло напряженное выражение.

— Не думаю, что ты согласишься не говорить мне об этом, даже если я тебя очень сильно попрошу.

Она ехидно улыбнулась:

— Вот видишь, ты уже так хорошо меня знаешь. Луис прислонился плечом к дверному косяку.

— Ну расскажи мне, что же ты там еще подметила.

— Ты боишься близости. И я говорю не о сексе. Это не настоящая близость, а всего лишь примитивное трение тел друг о друга. Это могут все.

Его губы раздраженно искривились.

— И даже игрушка на батарейках.

— Отлично подметил.

В его глазах появилось циничное выражение.

— Обычно женщинам больше нравятся прикосновения настоящего мужчины, нежели механического аппарата.

Дейзи перевернулась на спину.

— Неужели Луис Валкес выпрашивает комплименты?

В его взгляде появился страстный голод. Никогда раньше Дейзи не ощущала свою женскую силу. В этот момент она забыла обо всех своих комплексах. Луис никогда не скрывал, что он желал и восхищался ее телом. Он хотел ее настолько сильно, что не мог ничего с собой поделать, хотя понимал, что ему надо держаться от нее подальше. Он не хотел признаваться, что, однажды познав сладость ее тела, теперь не может насытиться. Дейзи видела, как на его лице отразилась внутренняя борьба — уйти или остаться.

— Не хочешь еще немного поиграть, querida?

Она соблазнительно улыбнулась ему:

— Эдвард может доставлять мне наслаждение столько, сколько я этого хочу.

— Ты взяла его с собой?

Она изогнула бровь:

— А ты как думаешь?

Луис подошел к ней и стал медленно водить кончиками пальцев по лепесткам ее лона.

— Ты самая соблазнительная женщина, которую я встречал.

Его пальцы были так близки от средоточия ее женского естества. Внизу ее живота снова появилось мучительное томление, тело напряглось в предвкушении. Глаза Луиса становились все темнее от желания. Затем он медленно раздвинул лепестки ее лона и скользнул пальцем внутрь. Его прикосновения были настолько волшебными, что страсть беспощадным огнем охватило ее тело, довела до исступления и оставила лежать на постели, содрогаясь от удовольствия.

Бросив одежду на пол, Луис потянулся за презервативом. Дейзи зачарованно наблюдала за тем, как он натягивает тонкий латекс на свою твердую плоть.

Подойдя к краю кровати, Луис властно раздвинул бедра Дейзи. Она резко вздохнула, когда он быстро и глубоко вошел в нее. На этот раз он не проявлял осторожности, его толчки были безжалостно быстрыми. Дейзи с упоением принимала его вторжение. Казалось, он просто обезумел от желания Мышцы его лица были напряжены, словно он из-за всех сил пытался себя контролировать, дыхание было частным и неровным. Дейзи громко застонала, почувствовав первую волну оргазма, накрывшую ее с головой. Ее тело содрогалось, охваченное бурей ощущений. Луис тоже достиг пика наслаждения. Он низко зарычал, на его лице отразилось чистейшее удовольствие.

— А ты знаешь, как заставить девушку трепетать от наслаждения. — Дейзи потерла свои затекшие запястья, задумавшись о том, останутся ли на них синяки.

Луис нахмурился.

— Я причинил тебе боль?

Внезапно Дейзи почувствовала смущение. Ей не хотелось, чтобы он относился к ней как к хрустальной вазе. Она хотела быть ровней этому мужчине.

— Вовсе нет.

Луис провел пальцами по ее руке.

— Прости меня. Я на мгновение просто потерял голову.

— Тебе не нравится терять над собой контроль, не так ли?

— У меня нет такой привычки.

— Есть некоторые вещи в этой жизни, которые нельзя контролировать.

— И молодая, острая на язычок англичанка — одна из них.

Дейзи улыбнулась:

— Чем больше я тебя узнаю, тем больше ты мне нравишься.

Нечто неуловимое промелькнуло в его взгляде.

— Давай придерживаться правил, ладно? — сказал Луис.

— Мои планы на будущее не изменились, — заявила Дейзи. — Ты не тот мужчина, за которого я бы хотела выйти замуж.

— И ты не раз мне об этом напоминала.

— И почему же это тебя раздражает?

Луис нахмурил брови:

— Это меня не раздражает.

Дейзи попыталась пальцами разгладить морщинку между его бровей.

— Нет, раздражает.

Он отстранился от ее руки и встал с кровати.

— Мне нужно…

— Знаю, знаю, — сказала она со снисходительной улыбкой. — Тебе нужно сделать несколько звонков или проверить электронную почту, правильно?

Луис смотрел на нее и не понимал, что же ему делать с ней дальше.

— Чего ты от меня хочешь?

— Я уже сказала. Короткие отношения на время каникул. Секс без всяких обязательств.

Луис провел рукой по своим волосам и тяжело вздохнул:

— И ты думаешь, я тебе поверю?

— Почему нет?

Он снова поднял с пола джинсы и рубашку:

— Потому что так не бывает.

— Имеешь в виду, что женщины обычно втайне всегда хотят сказочного «долго и счастливо»?

— Разве не так?

— Верно, но не с тобой.

Он словно хотел что-то спросить, но в последний момент передумал. Невысказанное «Почему не со мной?» повисло в воздухе.

Однако Дейзи было не остановить.

— Во-первых, ты плейбой. Во-вторых, ты живешь в Аргентине, а я в Лондоне. В-третьих, ты…

— Можешь не продолжать, — пробормотал Луис. — Я уже все понял.

Дейзи потянулась за своим халатом.

— Я всегда думала, что мужчины после секса спокойны и расслабленны, а ты просто ворчун какой-то.

Луис еле слышно выругался.

— Пойду приму душ.

— Хочешь сказать, я задела тебя за живое? — невинно поинтересовалась Дейзи. Луис схватил ее за пояс халата и резко придвинул к себе:

— Нет. Хочу сказать, что еще с тобой не закончил.

Луис оставил Дейзи спящей на кровати, а сам стал просматривать спонсорский контракт, который пришел ему на электронную почту. Но его взгляд постоянно падал на кровать, на которой лежала прекрасная девушка. Ее волосы разметались по подушке, покрасневшие от его поцелуев губы были немного приоткрыты.

Луис посмотрел на часы, стоящие на прикроватной тумбочке. Полночь. Это вторая ночь, которую он с ней провел. В первую он наблюдал за тем, как она спит. Во вторую занимался с ней любовью, и теперь его стали посещать мысли о том, как он вообще сможет ее отпустить, когда их роман подойдет к концу.

Дейзи нет места в его жизни. У него не было времени на серьезные отношения. Да и вообще, он не лучший кандидат на ее сердце, и она не уставала ему об этом напоминать. Луис и сам мог бы перечислить все свои недостатки. Ему не нужно, чтобы она о них говорила. Он прекрасно понимал, что ему нельзя доверять. Что он легко может заскучать и все бросить. Он привык уходить первым, даже не давая женщине шанса его оставить. Но впервые за долгое время… возможно, впервые в жизни ему не хотелось никуда уходить. Он хотел видеть, как утром Дейзи проснется, заморгает своими прекрасными сонными глазами, затем лучезарно улыбнется, заставив его сердце сжаться. Хотел сидеть напротив нее за столом и наблюдать за тем, как она завтракает с выражением искреннего восторга на лице, словно ребенок, которого впустили в магазин со сластями. Он хотел помочь ей еще сильнее раскрыть свою чувственность, развеять неуверенность в себе. То, что она сомневалась в своей красоте, просто поражало его. Возможно, она не была такой же худой, как модели, с которыми он встречался, но ее красота была невероятно соблазнительной. Ему нравилась ее игривость. Нравилось, как улыбка озаряла ее лицо, сверкала в ее глазах озорными огоньками.

Луис подошел к кровати и нежно погладил Дейзи по щеке. Ее веки затрепетали, затем она открыла глаза и посмотрела на него:

— Который час?

— Немного за полночь.

Она села на кровати и убрала волосы с лица.

— Я пропустила ужин?

Луис не смог сдержать улыбку.

— Ты думаешь еще о чем-то, кроме еды?

На ее щеках появился румянец.

— Теперь да.

Луис склонился к ней и припал к ее пухлым, соблазнительным губам. Он не переставал удивляться тому, насколько нежными они были. Дейзи отвечала на его поцелуй с явным чувственным желанием Луис обхватил ладонями ее лицо и углубил поцелуй Луис начал думать о том, сможет ли он вообще когда-нибудь насытиться этой женщиной. Он старался сдерживать себя, учитывая ее неопытность. Она могла ощущать некоторый дискомфорт после того, как он так страстно занялся с ней любовью. Для него было необычно ощущать желание заботиться о ком-то.

Луис отстранился:

— Тебе нужно поесть.

— Ты мне нужен больше.

Он решительно встал с кровати:

— Сначала еда.

Заказывая для них поздний ужин, он наблюдал за тем, как Дейзи кутается в халат. Он заметил, как она поморщилась, когда поднялась с кровати. Он все-таки причинил ей боль.

— С тобой все нормально?

Она лучезарно улыбнулась ему:

— Конечно!

Он завершил разговор и подошел к ней:

— Я был с тобой слишком груб. На ее лбу появились морщинки.

— Нет, это не так.

Он провел пальцами по следам, которые его щетина оставила на ее подбородке, и услышал, как она резко вздохнула. Ее зрачки расширились, она облизнула губы. Ему с трудом удавалось сдерживаться, чтобы не повалить ее на кровать.

— Тебе нужно отдохнуть, querida. У нас еще полно времени.

— Три дня… или два, ведь уже за полночь и день закончился?

Луис решил не обращать внимания на странную боль, которая сковала его сердце, и достал бутылку шампанского из мини-бара. Разлив искристый напиток по бокалам, он передал один Дейзи:

— Два дня.

Она сделала глоток и мило поморщила носик:

— Мне не стоит это пить. Не успеешь и глазом моргнуть, как я стану выбалтывать все свои секреты.

— Я не против.

Она засмеялась, затем поставила бокал на столик.

— Только если ты сначала расскажешь мне один из своих.

— У меня нет секретов. Пресса об этом позаботилась.

Дейзи внимательно смотрела на него. Большую часть своей жизни Луис провел, делая вид, что ему наплевать на мнение других людей. Ему нравилось быть очаровательным плохим парнем. Он так долго играл эту роль, что сжился с ней, но, когда Дейзи вот так смотрела на него, Луису начинало казаться, что ей известно, что за человек на самом деле скрывается за маской.

— Ну хорошо, — сказала наконец Дейзи. — Я начну. Однажды я съела целую плитку молочного шоколада, а после сожгла обертку в камине, чтобы отец об этом не узнал.

— И сколько лет тебе тогда было?

Она смущенно посмотрела на него:

— Двадцать три.

— Ты шутишь?

— К сожалению, нет.

Луис нахмурился:

— Что не так с твоим отцом?

— Он жаждет абсолютного контроля. Если он любит кого-то, ему нужно контролировать все аспекты жизни этого человека. Это сводило с ума мою маму.

— И почему ты миришься с этим?

Дейзи тяжко вздохнула, устало опустив плечи:

— Думаю, на самом деле он просто хочет, чтобы я была счастлива. К тому же он — единственный, кто у меня остался.

— Да, но жизнь у тебя тоже одна. Ты ведь не можешь прожить ее всю, стараясь соответствовать его стандартам.

— Знаю. Поэтому я отправилась в Вегас с девчонками. Он не хотел, чтобы я ехала, но я настояла на своем.

— Очевидно, ты была весьма убедительна, если приехала в сопровождении телохранителя.

— Ну, мой отец неисправим.

В дверь номера постучали. Прибыл их полночный ужин, который заказал Луис. Он дал молодому консьержу на чай и закрыл за ним дверь.

Дейзи восхищенно смотрела на блюда на тележке, словно прошли годы с тех пор, когда она в последний раз видела еду.

— Это все для нас? — спросила она.

— Просто перекус.

Она робко прикоснулась к краю тарелки, на которой лежали маленькие сэндвичи и нежные, пропитанные маслом рогалики.

— Клянусь, что год не слезу с беговой дорожки, когда вернусь домой.

Луис наблюдал за тем, как она ест сэндвич с лососем и спаржей, жмурясь от наслаждения. Было что-то безумно сексуальное в том, как она это делала. Она наслаждалась каждым кусочком, аккуратно облизывала губы и тихо постанывала от удовольствия.

Дейзи заметила, что он наблюдает за ней, и покраснела:

— Такое происходит, когда очень долго себе в чем-то отказываешь. То, что было под запретом, становится предметом желания.

«Ну разве это не правда?» — подумал Луис. Он так сильно хотел эту женщину… Желание было невыносимым, сравнимым с болью. Хуже, чем голод и жажда. Он словно стал зависимым от опасного наркотика. Безумная страсть рушила его контроль над собой, и теперь он не мог думать ни о чем другом, кроме того, чтобы ощутить нежное тело Дейзи под собой.

— Разве не для этого придумали каникулы? Чтобы расслабиться и забыть о правилах?

— Возможно. — Она взяла в руки кусочек сыра «камамбер» и с грустью посмотрела на него. — Тут больше жира, чем во всей этой порции сэндвичей. — Она тяжело вздохнула и положила сыр обратно на тарелку. — Нет. Буду хорошей девочкой.

Луис взял кусок сыра и поднес его к ее губам:

— Будь плохой. Очень плохой.

В ее глазах загорелись озорные огоньки, и она взяла в рот предложенный им ломтик.

— М-м-м. Как же вкусно!

Луис провел большим пальцем по ее нижней губе, чтобы убрать прилипшую к ней крошку, из-за всех сил стараясь не думать о том, каково это — целовать ее. Все в этой женщине привлекало и возбуждало его То, как порою мягко и несколько хрипло она говорила. То, как ее взгляд то и дело падал на его губы, словно она не могла ничего с собой поделать. Когда она была так близко, он ощущал тепло ее тела, соблазнительный запах ее кожи очаровывал и будоражил его ощущения.

Луис мысленно одернул себя, затем потянулся за бутылкой шампанского:

— Тебе подлить?

Дейзи прикрыла ладонью свой бокал:

— Чтобы я выдала тебе все свои секреты, в то время как ты ничем не поделился? Играй честно Расскажи мне что-нибудь, что еще никому не рассказывал.

Луис прикусил губы, задумавшись над тем, стоит ли ему принимать ее вызов. Разве он уже не рассказал ей больше, чем кому-либо? Но то, какими милыми были ямочки на ее щеках и как добродушно блестели ее прекрасные глаза, заставило его сдаться.

— Ну хорошо. — Луис глубоко вздохнул. — Я ненавижу пауков.

Глаза Дейзи удивленно округлились.

— Правда? В смысле, боишься их так, что от страха готов кричать, забравшись на стул?

Он покосился на нее:

— Нет. Я могу переместить их, не впадая в истерику.

Она наморщила носик:

— Хочешь сказать, ты можешь взять паука в руки?

Только от одних разговоров о пауках Луису стало казаться, что с десяток мелких гадов ползут по его коже.

— Не голыми руками, конечно же. Для таких дел есть пылесос.

— Но что вообще маленький паучишка может тебе сделать?

— Некоторые особи могут быть ядовитыми.

Дейзи присела на подлокотник дивана, на ее губах появилась игривая улыбка.

— Не беспокойся. Если большой страшный паук проберется к нам в номер, я спасу тебя от него.

Осушив свой бокал, Луис поставил его на столик.

— Спасибо. Я это ценю.

— Хотя, наверное, пауков вряд ли встретишь в дорогом пентхаусе.

— Ты будешь поражена.

Она некоторое время крутила в руке свой бокал.

— Наверное, ты ощущал себя потерянным и опустошенным, когда мать вас оставила.

Луис пожал плечами:

— Это было давно.

— Я была просто разбита, когда моя мама умерла. — Дейзи тоже поставила свой бокал. — Поначалу я не могла в это поверить. Думала, отец меня обманывает. Считала, что, наверное, она просто решила сбежать от него, как обещала несколько раз до этого. — Она отвела взгляд. — Но когда приехала полиция…

Луис положил ладонь ей на плечо:

— Мне очень жаль.

Дейзи посмотрела на него:

— И знаешь, что было самым страшным?

— Что?

— Мой отец запретил мне присутствовать на ее похоронах. Я умоляла его, но он сказал, что детям не место на похоронах. Поэтому мне пришлось устроить свою церемонию. Я собрала всех своих кукол и отнесла их в сад. Я даже сделала для мамы маленькую усыпальницу из глины. Мне пришлось попросить нашего садовника, Роберта, ничего не говорить моему отцу. Мы спрятали ее за маминым любимым кустом роз. Она до сих пор там.

— Ты очень сильно любила свою маму.

Дейзи грустно улыбнулась:

— Разве не все дети любят своих матерей?

Луис подумал о том, насколько эгоистичной и поверхностной была его собственная мать. Она ранила его брата при любой возможности. Она оскорбила Тэдди на вечеринке, устроенной Луисом. А с ним самим она обращалась как с любимой и дорогой игрушкой.

— Не все.

— Ты ненавидишь свою мать?

Луис печально посмотрел на нее:

— Ну вот, мисс Дейзи, вы и раскрыли очередной мой секрет.

Она опустила его руку себе на колени и переплела свои пальцы с его.

— Возможно, она просто ничего не может поделать с тем, какая она есть. Некоторые люди не рождены для того, чтобы стать хорошими родителями. У них есть свои представления о том, как должен выглядеть и вести себя их ребенок, но дети не рождаются на заказ, они личности сами по себе. Из них нельзя вылепить кого-то другого.

Внезапно Луис представил себе Дейзи, окруженную детьми. И это были не только ее маленькие ученики, но и ее собственные дети. Он увидел маленькую девочку с ямочками на щеках, яркими голубыми глазами, мягкими каштановыми волосами и молочной кожей. Он увидел мальчика…

Луис вздрогнул. Дети — это большая ответственность. О них нужно заботиться, их надо беречь. Дети — это ответственность, а ответственность не для него.

Но, несмотря на доводы рассудка, Луис все еще видел перед собой черноволосого мальчика с темно-карими глазами, который тянул к нему свои маленькие ручки…

— Не нужно ненавидеть ее, Луис. — Мягкий голос Дейзи вернул его в реальность. — Ненависть — это разрушительное чувство.

Луис погладил ее по волосам:

— Тебе нужно вернуться в кровать и еще поспать.

— А ты ко мне не присоединишься?

Он заправил локон ей за ухо.

— Тебе нужно отдохнуть.

— Но я не устала.

— Я заметил, как ты поморщилась, когда вставала с кровати.

Внезапно Дейзи нахмурилась:

— Мне не нравится, что ты относишься ко мне, как к хрустальной вазе. Мой отец поступает так же. Не нужно думать, что ты лучше меня знаешь, как я себя чувствую.

Луис медленно выдохнул:

— Извини, что пытаюсь о тебе позаботиться Возможно, мне нужно просто повалить тебя на кровать и утолить свою страсть, не обращая внимания на твое желание, как сделал бы тот мерзавец, если бы я его не остановил.

Дейзи робко прикусила нижнюю губу.

— Прости.

— Забудь об этом.

Положив ладони ему на плечи, она посмотрела ему прямо в глаза:

— Ты позволяешь всем вокруг считать тебя легкомысленным и бесчувственным, но на самом деле ты самый нежный и заботливый мужчина, которого я встречала.

Луис обхватил ладонями ее предплечья, сжав их, и ощутил, как она задрожала, вновь охваченная жгучей страстью. Он сдернул с нее халат, позволив ему упасть на пол у их ног. Он скользил ладонями по ее бедрам, прижимая ее ближе к себе, а затем поднял ее на руки и понес к кровати. Дейзи цеплялась за его волосы, водила руками вдоль сильных мышц его спины и плеч, обхватывала ладонями его ягодицы, ласкала его возбужденную плоть — до тех пор, пока он не обезумел от страсти насколько, что больше не мог себя контролировать.

Оказавшись на кровати, Дейзи села на него верхом. Шелковистые волосы рассыпались по ее плечам и наполовину прикрыли ее нежные груди. Эта поза была невероятно сексуальной. Луис потянулся за презервативом.

— В этом положении ты можешь контролировать глубину проникновения, — сказал он.

Дейзи стала медленно опускаться на него. Она тихо застонала, с наслаждением принимая его в себя. Луис позволил ей самой решать, насколько глубоко она хочет его ощущать. Сначала она медленно покачивалась на нем, постепенно ее движения стали более уверенными и ритмичными. Тогда он начал двигаться вместе с ней, усиливая ее наслаждение — до тех пор, пока, опьяненные страстью, они оба не потерялись в острых ощущениях, которые сводили их с ума. Он почувствовал, как сжимаются ее внутренние мышцы, и последовал за ней к пику чистого наслаждения.

Луис прижал Дейзи к своей груди. Ее волосы щекотали его лицо и грудь. Он с упоением вдыхал аромат ее кожи — сочетание летних цветов и чувственного запаха женщины.

Слегка отстранившись, Дейзи игриво посмотрела ему в глаза:

— Мы закончили?

— Еще нет.

— Хочешь сказать, что способен на следующий раунд?

Луис встал с кровати и протянул ей руку:

— Пойдем.

— Куда же?

— Я потер тебе спинку. Теперь твоя очередь.

Прежде чем она успела сообразить, что происходит, Дейзи оказалась в душе вместе с Луисом, обнаженная и окутанная пеной. Луис ласкал ее груди, проникал пальцами в ее влажную от желания плоть. Дейзи без всякого стеснения терлась о его ладонь, в то время как вода горячими потоками стекала по ее лицу и плечам. Она хотела его. Полностью, без всяких ограничений.

Дейзи обхватила ладонью его твердую плоть и продолжала ласкать ее до тех пор, пока Луису не пришлось упереться руками в стенку душевой кабины, чтобы не потерять равновесие. Вдохновленная его откровенной реакцией на ее прикосновения, Дейзи встала перед ним на колени и провела языком по всей длине его члена. Вздрогнув, он хрипло застонал, и тогда она, решив быть еще смелее, взяла его в рот. Наградой за ее старания были его страстные вздохи и стоны.

— Достаточно, — внезапно хрипло произнес Луис и помог Дейзи подняться.

Она заглянула в его почерневшие от страсти глаза, и ее охватил огонь безумного желания.

— Я хочу тебя.

Он припал к ее губам в жарком глубоком поцелуе. Дейзи потянулась к нему, чтобы направить его внутрь себя.

Луис остановил ее:

— Ты принимаешь противозачаточные?

— Да.

Он застыл в нерешительности.

— Я обычно никогда так не делаю…

Дейзи положила ладони ему на грудь:

— Значит, это будет твоим первым разом. Тогда мы будем квиты.

Луис улыбнулся:

— У тебя очень странная логика, но впервые я собираюсь ей последовать.

Луис закинул одну ее ногу себе за бедро и вошел в нее одним резким глубоким толчком, от которого у нее перехватило дыхание. Дейзи краем глаза заметила их отражение в зеркале на стене. Вид их сплетенных в объятиях страсти тел был невероятно возбуждающим.

Луис заметил, что она смотрит в зеркало, вызывающе улыбнулся и повернул ее так, чтобы она оказалась лицом к зеркалу, а сам устроился позади нее. Эта примитивная доминирующая позиция была настолько возбуждающей, что Дейзи еле удержалась на ногах. Оргазм накрыл ее, словно волна, но Луис все еще продолжал удерживать ее на месте, продолжая ритмично двигаться. Черты его прекрасного лица напряглись, дыхание было тяжелым и неровным. Наконец он хрипло застонал, все еще крепко сжимая ее бедра. Дейзи почувствовала, как его горячее семя, смешавшись с нектаром ее страсти, стекает по внутренней стороне ее бедер. Луис повернул ее лицом к себе и начал целовать. Не было конца тем волшебным ощущениям, которые дарил ей этот мужчина. Из неопытной, скованной девственницы за двадцать четыре часа она превратилась в чувственную женщину. Но, к сожалению, через четыре недели их полным страсти плотским отношениям придет конец. Мысли о долгой холодной зиме были еще невыносимее теперь, когда Дейзи познала огонь безумной страсти.

Луис запустил пальцы в ее мокрые волосы и посмотрел в ее глаза:

— Теперь мы квиты.

Дейзи прижалась к нему:

— Ты никогда раньше не делал этого без защиты?

— Нет. — Тень упала на его лицо. — А как долго ты принимаешь противозачаточные таблетки?

Она смущенно посмотрела на него:

— Уже пять лет. Я не теряла надежду.

Луис нахмурил брови:

— Не могу в это поверить. Что не так с мужчинами в вашей стране? Я бы соблазнил тебя, как только ты стала совершеннолетней.

Дейзи вызывающе улыбнулась:

— И как бы ты это сделал?

Луис снова заключил ее в свои объятия:

— Я покажу тебе.

Глава 9

— Расскажи, как протекает ваш короткий роман без обязательств? — спросила Белинда Дейзи, когда они встретились ненадолго на третий день своих каникул, чтобы пробежаться по магазинам.

— Слишком короткий. — Дейзи с грустью подумала о том, что на следующее утро ей нужно улетать.

Последние три дня были наполнены поздними завтраками и долгими обедами и ужинами, посещением восхитительных представлений и роскошных ресторанов. Они танцевали в ночных клубах до глубокой ночи, выезжали на итальянской спортивной машине Луиса в пустыню и устраивали себе пикник с вкусной едой и ужин с шампанским под звездным небом. Ночи она проводила в крепких объятиях Луиса, они успели заняться любовью во всех комнатах его номера, в каких только возможно позах.

— Но вы ведь будете еще с ним встречаться в Лондоне, верно? — спросила Кейт.

— Таков план…

— Лично я думаю, что ты сошла с ума, раз согласилась продолжать с ним отношения, — сказала Белинда. — Интрижки должны оставаться интрижками. Когда выходные заканчиваются, и отношения должны подходить к концу. Вы не должны больше видеться. — Белинда внимательно посмотрела на подругу: — Или ты влюбилась в него?

Дейзи смущенно засмеялась:

— Конечно же нет.

— Уверена?

«Нет».

— Да.

Если она влюбится в кого-то вроде Луиса Валкеса, это станет окончательным доказательством того, насколько она глупа и наивна. Все это время он был очаровательным, нежным, заботливым, но Дейзи замечала, как он порой смотрел на нее нахмурившись. Наверное, он пытался придумать, как ему ее бросить еще до того, как она уедет в Лондон. Ему не нужны отношения на расстоянии, даже несмотря на то, что продержаться необходимо всего четыре недели. Луису наверняка уже не терпится вернуться к своей свободной, разгульной жизни.

— А как насчет Луиса? — спросила Кейт.

— А что с ним? — непонимающе посмотрела на нее Дейзи.

— Что он к тебе чувствует?

— Безумную страсть, — ответила Белинда за подругу, закатив глаза. — Разве ты не смотрела видео, которое разместили в «Твиттере» прошлой ночью? Я и не знала, что ты можешь так танцевать танго, Дейз. Со стороны казалось, что вы чуть ли не сексом на танцполе занимаетесь.

Дейзи почувствовала, как ее щеки заливаются краской. Прошлой ночью Луис превратил их танец чуть ли не в предварительные ласки. Ее тело просто изнывало от желания к тому моменту, когда они добрались до его номера.

— Он отличный учитель.

— И не только танцев, я так понимаю, — заметила Белинда. — У тебя на лице все написано.

— Что написано?

— Что у тебя недавно был самый лучший секс за всю жизнь.

— Тебе это только на пользу. — Кейт потянулась за бутылкой с вином, чтобы наполнить свой бокал. — А вот нам так и не повезло, да, Белинда?

— Ну, за нами с тобой не ухаживал горячий аргентинский красавчик, но это не значит, что мы плохо провели время, — ответила Белинда.

— А что с теми парнями, с которыми вы танцевали пару ночей назад? — спросила Дейзи.

Белинда раздраженно фыркнула:

— Они оказались женатыми.

— Ох…

Кейт подняла свой бокал:

— За первый бурный роман Дейзи.

Белинда со звоном ударила свой бокал о бокал подруги.

— Будем надеяться, что ты вовремя его закончишь.

Луис ожидал в баре, когда к нему присоединится Дейзи. Она собиралась провести пару часов в компании своих подружек, они вместе отправились по магазинам.

После того как она появилась перед ним в том маленьком розовом бикини, Луис боялся представить, чем еще она его удивит. И как бы ему ни хотелось увидеть ее в чем-то настолько же откровенном, как тот клочок розовой ткани, или и вовсе полностью обнаженной, в данный момент у него были другие проблемы. Кто-то разместил в соцсетях видео их крайне откровенного танца. Если до Чарльза Виндхэма дойдут слухи о том, что Луис компрометирует его маленькую девочку, очень скоро ему придется передвигаться на костылях.

Последние три дня были одними из самых счастливых, наполненных сумасшедшей страстью дней в его жизни. Перед его мысленным взором вновь появился образ их сплетенных тел в душевой кабинке Насколько прекрасны были ее обнаженная женственная фигура, упругие груди, соблазнительный изгиб бедер, мягкая кожа… Какими естественными и щедрыми были ее прикосновения, как откровенно она реагировала на его ласки, без всякого стеснения содрогаясь от наслаждения в его объятиях. С ним она раскрывала секреты своей женственности. Он чувствовал такую невероятную близость с ней, которую раньше не испытывал ни с одной женщиной в постели. И не только потому, что она была девственницей, хотя Луис не мог не признать — какая-то примитивная часть его ликовала оттого, что Дейзи принадлежала только ему одному.

Единственной чертой характера, которую он в ней недолюбливал, была ее чрезмерная внимательность. Он поступил опрометчиво, когда рассказал ей так много о себе. Возможно, внешне она казалась наивной, но на самом деле она была весьма умной молодой особой. Но была ли Дейзи откровенна с ним, когда говорила о том, что хочет получить от их отношений? Она утверждала, что ей нужен просто секс. А Луис только это и мог предложить всем тем женщинам, которые у него были на протяжении многих лет.

И почему его вообще волнует то, что Дейзи не хочет большего?

Сегодня последняя ночь, которую они проведут вместе. И она ни слова не сказала о том, хочет ли она видеть его снова. Большинство женщин уже намекнули бы на это. Но Дейзи ничего не говорила. Абсолютно ничего. Он даже не был уверен, что она согласится видеться с ним в Лондоне. А если она изменила свое решение? Если она на самом деле считает, что все, произошедшее в Вегасе, должно оставаться в Вегасе?

Луис вовсе не думал о том, чтобы в ближайшее время остепениться и пустить корни. Может, когда-нибудь, в далеком будущем и настанет тот день, когда он задумается о жене и парочке детей, чтобы поддержать свою ветку семейного древа. Но в данный момент это его не интересовало.

Раньше каждый раз, когда Луис думал о том, чтобы осесть и завести свою собственную семью, на него тут же нападал приступ клаустрофобии. Он задыхался при одной мысли о том, чтобы связать свою жизнь с какой-нибудь женщиной. Но это было до того, как он встретил Дейзи с ее лучезарной улыбкой.

Ее чистые голубые глаза взяли его в плен, как только их взгляды встретились в том клубе. И то, как она потом высокомерно вздернула свой носик, заставило его кровь вскипеть от невероятного желания. То, что она не знала, кто он, было вишенкой на верхушке торта. Как же он устал от фанаток, которые бегают за ним, только чтобы потом похвастаться, что они переспали с профессиональным спортсменом. Их вовсе не интересовал он как личность. Они ничего не знали о том, какой он на самом деле. Они не знали о том, какой человек скрывается за маской беззаботного плейбоя.

Отогнав неприятные мысли, Луис сделал глоток из своего бокала и увидел, что в бар зашла Дейзи Все происходило словно в повторе — он снова почувствовал, как что-то сжимается у него в груди, когда их взгляды встретились. Но на этот раз она не стала высокомерно задирать нос, а вместо этого бросила на него горячий, соблазнительный взгляд, который тут же разжег в его теле огонь.

Только теперь Луис заметил, как она одета. Ничего общего с тем консервативным нарядом, в котором она была в тот вечер. Сейчас на ней было обтягивающее кожаное платье и туфли на высоченном каблуке. Также исчез ее скромный естественный макияж школьной учительницы. Темные драматичные тени на веках с черной подводкой, алая губная помада, бронзовые румяна. Волосы собраны в высокий объемный хвост, в ушах длинные висячие сережки. В ее руке, на запястье которой красовались многочисленные звенящие металлические браслеты, была маленькая серебристая сумка-клатч.

И она соблазнительной походкой направлялась к Луису.

— Не угостишь меня?

— Конечно. — Ему нравилась эта игра. — Что ты будешь пить?

— Шампанское.

— Французское?

Она снисходительно посмотрела на него:

— А есть еще какое-то?

Луис никогда раньше не ощущал такого поразительного влечения к женщине. Дейзи играла роль роковой соблазнительницы, и в то же время под этим ярким макияжем и откровенным нарядом скрывалась ее чистая, неповторимая натура.

Заказав шампанское, Луис отвел Дейзи в ВИП-зону, где они расположились на мягких диванах.

Дейзи села напротив него и элегантно положила одну ногу на другую, затем улыбнулась ему своей яркой, прекрасной улыбкой.

Он передал ей бокал с шампанским:

— Я так понимаю, прогулка по магазинам прошла успешно.

— Весьма.

Она сделала глоток из своего бокала, затем мило поморщила носик. Это была еще одна ее черта, которую он просто обожал.

— А как ты провел свободное время?

— У меня состоялся разговор по скайпу со спонсорами.

— И как он прошел?

— Очень хорошо. — Луис поднял свой бокал. — У меня назначена встреча с ними в Лондоне через неделю. Со мной хотят пообщаться очень важные люди, и все благодаря тому, что тебе удалось очистить мою репутацию.

Дейзи отсалютовала ему бокалом:

— За реабилитацию заядлых плейбоев!

Его взгляд потемнел.

— За развращение порядочных девушек.

Дейзи звонко рассмеялась:

— Белинда не может поверить в то, как сильно я изменилась. Она всегда говорила, что я слишком замкнутая и консервативная. Вот что может произойти, если встретить правильного мужчину.

Правильного мужчину? Он был во всех отношениях неправильным для нее. Разве ее отец не заявил ему об этом четко и ясно? Луис приподнял бровь:

— Не думаю, что твой отец того же мнения.

Ее улыбка потускнела.

— На протяжении многих лет я всегда делала то, что он мне говорил. И даже была рада этому. С ним проще не спорить. Но в последние несколько месяцев у меня появилось такое чувство, будто жизнь идет, а я остаюсь на месте. — Она снова встретилась с ним взглядом. — Именно поэтому поездка в Вегас была так важна для меня. Я хотела избавиться от старой Дейзи и начать новую жизнь. И я не уверена, что у меня получилось бы сделать это дома.

— А что произойдет, когда ты уедешь отсюда? Не вернется ли все на круги своя?

Дейзи неуверенно улыбнулась:

— Наверное, такая опасность существует.

Луис прошелся взглядом по ее наряду:

— Сегодня ты выглядишь невероятно соблазнительно.

Она прикусила нижнюю губу.

— Ты не думаешь, что это слишком откровенно?

— Для Вегаса — нет. А вот для того, чтобы преподавать детям в Лондоне… Тут у тебя могут возникнуть проблемы.

Дейзи тут же нахмурилась и стала озираться по сторонам:

— Господи, о чем я только думала. А если меня кто-нибудь увидит?

— Разве не в этом была суть? — спросил он. — Чтобы тебя заметили?

— Чтобы меня заметил ты, а не весь мир.

— К сожалению, этого не избежать, если ты со мной.

— Почему для тебя так важно быть в центре внимания? Ты всегда был таким?

Луис подумал о том, как часто в детстве он чувствовал себя одиноким, как сложно ему было оказаться услышанным в доме, в котором все старались поддерживать тишину и покой ради здоровья его отца. Брат делал для Луиса все, что мог, но он не был в состоянии заменить ему родителей. После предательского ухода их матери Алехандро использовал домашние заботы, учебу и работу как способы притупить боль. Луис же всеми силами пытался привлечь к себе внимание окружающих. С годами восхищенное ликование зрителей на поле стало для него своего рода наркотиком. С каждым разом ему еще сильнее хотелось побеждать, и он неуклонно двигался к своей цели.

Но дальше двигаться можно только в одном направлении — проиграть и упасть с высоты вниз. Луис боялся даже думать об этом.

— Я просто был испорченным ребенком, — ответил он. — Можешь спросить моего брата.

Дейзи покачала головой:

— Как бы мне хотелось иметь брата или сестру Наверное, мама родила бы еще одного ребенка, если бы не была так несчастна, живя с отцом.

— Почему она не развелась с ним?

— Она просила у него развод, но ему удавалось ее отговорить. — Помолчав, Дейзи добавила: — Спорить с моим отцом могут только очень сильные люди. Он может быть чрезвычайно убедительным.

— И каким мужем он был для твоей мамы?

Дейзи подняла на него свои чистые голубые глаза.

— Имеешь в виду, был ли он жесток к ней? Нет, он просто слишком сильно ее любил и надеялся, что она станет такой, какой он хотел ее видеть.

— И то же самое он делает с тобой? Он ожидает, что ты будет вести себя так, как он хочет?

Дейзи тяжело вздохнула:

— Да. Я ненавижу его разочаровывать. Он хочет, чтобы я была счастлива. Он боится, что я испорчу себе жизнь, связав ее с неправильным человеком, как он когда-то. Но как я могу понять, какой человек мне подходит, если я его не ищу, если бездействую? Вряд ли возможно встретить человека и в первую же минуту понять, что он тебе идеально подходит.

Луис сосредоточенно рассматривал содержимое своего полупустого бокала.

— Мой брат сказал, что как только он увидел свою будущую жену Тэдди, то сразу понял — она для него та единственная. — Он посмотрел на Дейзи: — Значит, иногда такие вещи все-таки происходят.

— Ты что, веришь в любовь с первого взгляда?

— Я этого не говорил.

— Но это то, что произошло с твоим братом.

— Но это вовсе не значит, что так произойдет и со мной.

Дейзи мило склонила голову.

— А может и произойти. Если говорить с точки зрения статистики.

— При чем тут статистика?

Она пожала плечами и снова взяла в руки свой бокал.

— Судя по твоим рассказам, твой брат настоящий романтик. Следовательно, с вероятностью в пятьдесят процентов и ты можешь быть таким.

— Не думаю.

Она игриво улыбнулась ему:

— Как знать? Ты ведь еще не встретил женщину своей мечты. Но когда это произойдет — бум! — с твоей прошлой жизнью будет покончено.

Луис сухо усмехнулся:

— Женщины моей мечты не существует.

Дейзи откинулась на спинку дивана и посмотрела ему прямо в глаза:

— Опиши мне ее.

Уголки губ Луиса приподнялись в усмешке.

— Каштановые волосы, голубые глаза, белоснежная кожа, соблазнительное тело, ноги до…

Дейзи подалась вперед и игриво шлепнула его по бедру.

— Я серьезно.

«Как и я», — неожиданно понял Луис. Разве Дейзи не была воплощением всего того, что он хотел видеть в идеальной для себя женщине? Она была веселой и умной. Ему было с ней всегда интересно. Она была милой, но достаточно сильной, чтобы без страха высказывать свое мнение. Она могла быть чувственной соблазнительницей и в то же время безупречной в своих манерах леди. А что касается постели, то она оказалась самой лучшей любовницей, которая у него когда-либо была.

Но Луис не собирался влюбляться в нее. Зачем? Чтобы в итоге его чувства оказались растоптанными? Он не хотел делаться беззащитным, не хотел снова ощущать страшную боль потери, обнажать свою душу. Такого он больше не мог себе позволить.

— А что насчет тебя? Опиши своего идеального мужчину.

Ее взгляд, казалось, устремился куда-то вдаль.

— Высокий, потому что я не хочу возвышаться над мужчиной, когда надеваю туфли на каблуках Умный, потому что я считаю интеллект самой привлекательной чертой. Он должен обладать хорошим чувством юмора, потому что жизнь сама по себе тяжелая штука, и очень важно найти человека, который может заставить тебя улыбаться. Сексуальный, физическое влечение тоже важно. Кто хочет быть с человеком, от присутствия которого твое сердце не пускается в пляс?

— Что-нибудь еще?

Она задумчиво постукивала пальцем по подбородку:

— Дай подумать… ах да. Глаза. У него должны быть красивые глаза.

Луис приподнял бровь:

— А что насчет денег?

— Это не важно.

Он засмеялся:

— Это всегда важно.

— Не для меня.

Какое-то время он внимательно всматривался в ее глаза.

— Разве наличие больших денег не показатель того, что мужчина состоялся? Что у него есть амбиции?

— Деньги можно получить по наследству или выиграть в лотерее.

— Так значит, ты не против, чтобы у мужчины твоей мечты были деньги, если он заработал их своим трудом?

— Мне не важно, насколько он влиятелен и успешен, меня больше интересуют другие его качества.

— Какие же?

— Порядочность и верность.

Луис снова засмеялся:

— Теперь меня точно можно списывать со счетов.

Дейзи слегка нахмурилась. Какое-то время они сидели в тишине, затем Луис не выдержал:

— Что?

Она часто заморгала, словно очнувшись:

— Ничего.

— Почему ты нахмурилась?

Дейзи тряхнула головой:

— Что нужно сделать девушке, чтобы ее пригласили на танец?

Луис повел ее на танцпол, но на этот раз вместо ритмичной зажигательной музыки, под которую они танцевали ночи напролет, зазвучала медленная и романтичная баллада. Прямо сейчас Дейзи предпочла бы раствориться в бьющих по ушам ритмах и выкинуть из головы глупые мысли. О чем она вообще думала? Луис неподходящий мужчина для того, чтобы завести с ним семью. Возможно, он веселый и очаровательный, умный и сексуальный, у него самые красивые глаза, которые она когда-либо видела, но он для нее недоступен. Луис — всемирно известный профессиональный спортсмен. И прославленный плейбой. Такие мужчины, как он, не могут остепениться, жить в пригороде и растить статистических двух с половиной детей. К тому же он не может влюбиться в такую невзрачную простушку, как она.

Нет, ей стоит взяться за ум и действовать строго по плану. Вскоре их отношениям придет конец. После большого чемпионата он вернется к своей привычной жизни, а она к своей. И они никогда не встретятся, ей нужно с этим смириться. Глупо придумывать себе какие-то сказочные истории. И хоть Луис оказался намного более порядочным, чем она о нем думала, это вовсе не значит, что он чудесным образом превратится в идеального мужа. Он привык менять женщин как перчатки.

Луис положил ладонь на талию Дейзи.

— Ты какая-то молчаливая.

— Я просто задумалась.

— О чем?

Дейзи подняла на него глаза:

— Ты будешь встречаться с другими женщинами в тот месяц, что у нас остался?

Луис нахмурился:

— Что это за вопрос вообще?

— Вдруг тебе станет одиноко, и ты захочешь…

— Возможно, я и кажусь тебе распутным, но я не собираюсь изменять тебе, пока мы в отношениях.

— Но мы ведь не по-настоящему встречаемся.

— Все равно.

Дейзи посмотрела на его грозно нахмуренные брови:

— Я не хотела тебя расстраивать.

— Я и не расстроен.

Поскольку это была их последняя ночь вместе, Луис решил повести ее в роскошный ресторан, шеф-повар которого выиграл много международных премий. Он зарезервировал для них отдельную комнату, чтобы они смогли еще немного побыть наедине. У Дейзи текли слюнки от всех тех чудесных блюд, которые им принесли. Морепродукты под пикантным соусом, первоклассный стейк с гарниром из свежих овощей, хрустящие хлебные роллы со сливочным маслом. Еда была идеально приготовлена и красиво сервирована, и подавалась с чудесным вином, которое только подчеркивало изысканный вкус всех этих яств.

— За четыре дня я съела больше, чем за последние четыре месяца, — сказала Дейзи, сложив вилку и нож на своей уже пустой тарелке. — Может, даже года.

Луис смотрел на нее с добродушной улыбкой.

— Мне нравятся женщины со здоровым аппетитом.

— Если бы только я с таким же энтузиазмом занималась тренировками.

Его взгляд потемнел.

— Наверное, прежде ты неправильно тренировалась.

Дейзи почувствовала, как по ее коже побежали мурашки.

— Мне не нравится тренироваться в одиночестве.

— Значит, тебе по душе командные виды спорта?

— Я полюбила их совсем недавно.

Уголки его губ изогнулись в сексуальной улыбке.

— Ты хочешь десерт с кофе или предпочитаешь, чтобы мы уже пошли потренироваться вместе?

Дейзи сделала вид, что серьезно размышляет над его вопросом.

— Хм-м-м… дай подумать… Попробовать вкусный десерт или попотеть на тренировке?

Глаза Луиса соблазнительно засверкали.

— Могу я заинтересовать тебя, если предложу себя в качестве персонального тренера?

Дейзи тут же бросила салфетку на стол и поднялась из-за стола:

— Согласна.

В два часа ночи Луис встал с кровати и подошел к окну. Он никак не мог заснуть. Час за часом он ворочался в постели — до тех пор, пока от всех этих переживаний у него не заболела голова. Обычно, если ему было неспокойно, он уходил в тренажерный зал, но сегодня ему не хотелось оставлять Дейзи.

С чего это он стал таким сентиментальным? К тому же это ведь не конец их отношений. Он будет видеться с ней в Лондоне. Он все еще контролирует ситуацию. Ему решать, когда, где и как долго. Главная его цель — победа в чемпионате, а не девушка, которая мечтает о сказке. Единственная роль, на которую он подходил, — это роль большого серого волка.

Луис посмотрел на Дейзи. Она спала так сладко, словно ее вовсе не волновало то, что это была их последняя ночь вместе. Ее запах останется на простынях, на его собственной коже, запечатлеется в его памяти…

Луису было невыносимо думать о том, что завтра ему придется попрощаться с ней в аэропорту. Он ненавидел прощаться. Ненавидел всем сердцем. Он все еще помнил, как мать обнимала и усыпала его лицо поцелуями, когда прощалась с ним, чтобы отправиться в свой «отпуск». После этого он не видел ее два года. И все это время он ждал ее и не терял надежды.

А если он больше никогда не увидит Дейзи? Если она изменит свое решение, когда вернется в Лондон? Будет ли той страсти, которая загорелась между ними, достаточно, чтобы удержать ее с ним до тех пор, пока не пройдет чемпионат? А что будет потом?

Луис отбросил эти мысли. Он жил только настоящим моментом. И его не должно волновать, что будет потом.

Глава 10

Дейзи проснулась среди ночи. В постели она была одна. В номере было тихо. Дейзи надела халат и отправилась в гостиную.

Луис сидел на диване напротив включенного без звука телевизора. Он смотрел круглосуточный спортивный канал — Дейзи предпочла бы наблюдать, как сохнет краска, — ну, или по крайней мере, так было какое-то время назад. А в данный момент он спал.

Дейзи воспользовалась возможностью хорошенько разглядеть его. Темные волосы Луиса все еще были растрепаны. Это она взъерошила их в порыве страсти. Из одежды на нем были только боксеры. Дейзи хотелось запечатлеть в памяти каждый его поцелуй и каждое прикосновение, запомнить запах его кожи, чтобы, когда их отношения подойдут к концу, она могла бы сберечь все это в своем сердце.

Ее тянуло к этому мужчине как магнитом. Она прикоснулась к его густым волосам, аккуратно убрав локоны от его лица. Дыхание Луиса было глубоким и спокойным, но под его глазами были заметны тени, словно он долго не мог заснуть.

Этот мужчина стал для нее соблазном, который она не могла преодолеть. Он стал ее новой зависимостью. И сегодня ей придется его покинуть…

Дейзи нежно прикоснулась к его закрытым векам, провела кончиком пальца по его переносице, затем склонилась ближе и припала к его губам.

Луис тут же открыл глаза:

— И чем же ты занимаешься?

— Наблюдаю за тем, как ты спишь.

— Я не спал.

— Нет, спал.

Он недоуменно приподнял бровь:

— Я смотрел гольф.

Дейзи снисходительно ему улыбнулась.

— Что ж, я бы тоже уснула, если бы мне пришлось смотреть это.

Взгляд Луиса упал на ее губы.

— В котором часу тебе нужно уезжать?

— В восемь.

Он помолчал.

— Ты могла бы остаться еще на пару дней. Мне не нужно возвращаться в Аргентину до следующих выходных.

— Если бы мне не нужно было думать о своих учениках, я бы приняла твое предложение.

Луис посмотрел ей прямо в глаза, на его лице застыло странное выражение.

— А если я возмещу все твои убытки?

Боль пронзила ее сердце, а за ней последовало чувство стыда. Неужели он так о ней думает? Она правда была для него лишь игрушкой, за которую можно заплатить?

— На мгновение мне показалось, что ты хочешь, чтобы я стала твоей любовницей на содержании.

В комнате снова установилась напряженная тишина.

— Что же в этом плохого?

Дейзи опустила руки и резко выдохнула.

— Я не одна из твоих одноразовых пассий. У меня есть работа, которая для меня важна.

— Это всего лишь на месяц.

— Начинается зимний семестр. Нужно будет организовать рождественские мероприятия. У меня целая куча дел, которые я не могу просто бросить только потому, что ты хочешь повеселиться немного дольше.

Луис поднялся с дивана и запустил пятерню в волосы.

— Хорошо. Возвращайся в Лондон. Увидимся, когда увидимся.

Он отвернулся к окну. Между ними внезапно возникла стена непонимания.

— Ты просишь слишком многого, Луис. Ты ведь должен это понимать.

— Могу я попросить тебя не разговаривать с прессой? — Он обернулся к ней с улыбкой, которая не коснулась его глаз. — У них есть привычка передавать сказанное в совершенно другом свете.

Дейзи вернулась в спальню. Она чувствовала себя раздавленной. Как Луис мог так холодно обращаться с ней после ночи страсти, которую они провели вместе? Или он всегда заканчивает свои интрижки таким образом?

Дейзи приняла душ и оделась. Когда она снова вышла в гостиную, Луис сообщил ей, что внизу ожидает такси, которое он для нее вызвал. Дейзи надеялась, что на ее лице не отразилось выражение всепоглощающего разочарования, которое она испытывала. Ее грудь словно сжимали тиски.

— Ты не проводишь меня в аэропорт?

— Я жду важного звонка от спонсоров.

Вот его приоритеты. Скоро она исчезнет из его жизни, и он быстро найдет ей замену. И почему она раньше об этом не задумывалась? Четыре дня веселья в результате принесли ей столько боли…

Луис помог сесть ей в такси, затем наклонился к окну машины и легко поцеловал Дейзи в губы:

— Будь осторожна, маленькая англичанка.

Затем он похлопал по крыше машины и отступил назад. Выражение его лица было абсолютно невозмутимым.

Сердце Дейзи было разбито и растоптано. Даже если бы она осталась, она не смогла бы согласиться на его условия. Луис не предлагал ей провести с ним остаток своей жизни. Он просто хотел, чтобы она была его любовницей. Дейзи была для него орудием, с помощью которого он продвигался к своей цели.

Когда же он добьется желаемого, она станет ему не нужна. В Вегасе полно девушек, жаждущих провести время с плохим парнем. И она по глупости своей оказалась одной из них.

Как она могла быть такой наивной? Как смела рассчитывать на что-то другое? Похоже, отец прав, и она не в состоянии контролировать свою собственную жизнь.

Белинда и Кейт уже ожидали ее возле отеля.

— А где же твой герой-любовник? — спросила Белинда. — Я думала, он поедет тебя провожать.

— У него есть более важные дела.

Белинда внимательно посмотрела на подругу:

— Ты не помнишь, чему я тебя учила, Дейз? Ты не должна влюбляться в мужчину, с которым у тебя произошла интрижка во время отпуска.

— Я и не влюбилась в него. — Если она будет повторять это достаточно часто, то, наверное, сможет себя убедить.

— Ну конечно.

— Я просто думаю, что он мог бы проводить меня до аэропорта, как делают все нормальные люди. Неужели это так сложно?

— Может, ему просто не нравится прощаться, — пожала плечами Кейт.

Дейзи вспомнила о том, как мать оставила Луиса, когда он был еще маленьким. Объяснила ли она ему, куда собирается, или просто ушла, ничего не сказав? Не поэтому ли Луис избегал серьезных отношений? Чтобы его снова не предали? Он возвел стену, которая защищала его от серьезных эмоций. А если он начал испытывать к ней какие-то чувства, которые он сам себе не мог объяснить? Может, поэтому он был так с ней холоден и дал ей понять, что его рабочий звонок гораздо важнее, чем она?

Последние четыре дня они провели, не только занимаясь сексом. Луис водил ее по ресторанам и просто гулять, они могли часами разговаривать. Он рассказал ей о себе то, чего никому до этого не рассказывал. Он позволил ей стать к нему ближе. Кажется, ему нравилось проводить время в ее компании, чем бы они ни занимались.

Или ей просто очень хотелось, чтобы так оно и было?

Когда их самолет приземлился в Лондоне, на улице шел дождь. Отец уже ожидал Дейзи. Схватив под руку, он быстро повел ее через зал ожидания.

— Тебе нужно мне многое объяснить, юная леди, — сказал он. — То видео, на котором ты танцуешь с Луисом Валкесом, уже обошло весь Интернет. Я не для этого пожертвовал многим, чтобы ты вела себя как шлюха, стоило мне только отвернуться.

— Я просто танцевала, папа. И мне это нравилось. Тебе тоже стоит попробовать как-нибудь.

Чарльз Виндхэм нахмурился:

— Почему именно с ним? Почему ты не выбрала какого-нибудь порядочного парня? Ты можешь найти себе кого-то гораздо лучше.

Кто может быть лучше Луиса? Дейзи не могла представить, что когда-нибудь захочет другого мужчину. Луис пробудил ее своими страстными прикосновениями. Ее тело подчинялось только его ласкам, словно было создано для него.

— Влечение не поддается голосу разума, — ответила она. — Ты должен об этом знать. Помнишь, как ты ухаживал за мамой до тех пор, пока она не сдалась? Я думала, ты меня поймешь.

— Это не то же самое, — отрезал ее отец. — Я любил твою маму.

Дейзи остановилась и посмотрела на него:

— А если я скажу, что тоже люблю Луиса?

Чарльз Виндхэм долгое время внимательно смотрел на нее, а затем обратился к ней циничным тоном, от которого у нее свело живот:

— А он любит тебя?

— Нет, но я думаю, он…

— Его заботит только он сам, и никто другой, — продолжал ее отец. — И я даже не про его сделку со спонсорами, о которой все судачат.

Дейзи не нравилось то ехидное выражение, которое появилось на его лице. В ее сердце стали закрадываться сомнения.

— Что ты имеешь в виду?

— Я сказал ему, что с ним произойдет, если он не будет относиться к тебе с должным уважением.

Дейзи попятилась:

— Ты… ты угрожал ему?

— Немного, просто хотел, чтобы он держал себя в узде. Я не собирался просто наблюдать за тем, как он порочит репутацию моей маленькой девочки, бросив ее сразу после первой ночи. Он знал, как лучше выйти из этой ситуации, и сделал все так, как я хотел.

Дейзи не могла в это поверить. Все это время Луис вел себя с ней так из страха перед ее отцом? Неужели все, что было между ними, ничего на самом деле для него не значило — все поцелуи, прикосновения, ночи, проведенные в безумной страсти… Получается, он думал о своей собственной шкуре? Неужели мужчина, которого она считала заботливым и добрым, оказался настоящим трусом?

Неужели она действительно такая наивная?

— Не могу в это поверить. Луис хотел, чтобы я с ним осталась. Он просил меня об этом, но я отказалась, потому что…

— Ты больше никогда его не увидишь, — сказал Чарльз Виндхэм. — Он уже, должно быть, нашел себе кого-то, кто согревал его постель. Помяни мое слово. Не успеешь ты оглянуться, как увидишь в Интернете фото Луиса в объятиях новой любовницы.

Дейзи не хотелось думать об этом, но если Луис был с ней только потому, что ее отец оказывал на него давление… Все, что между ними было, превратилось в ложь. Было испорчено ее отцом, которому просто необходимо контролировать каждый аспект ее жизни. И это уничтожило ее единственный шанс на счастье. Ведь между ней с Луисом действительно появилась связь. Не только физическая, но и эмоциональная. Дейзи смогла увидеть его настоящего.

Она полюбила его. Он пришел ей на помощь, защитил ее. Каждый раз, когда он дарил ей свою улыбку, она влюблялась в него еще сильнее. Каждый раз, когда он прикасался к ней, целовал, занимался любовью, она отдавала ему еще часть своего сердца. Дейзи не хотела себе в этом признаваться, не хотела осознавать, как сильно к нему привязалась. Но на самом деле Луис был воплощением всего, что она мечтала увидеть в идеальном для себя мужчине, и без него она ощущала себя лишь наполовину живой.

Но оказалось, он был с ней не потому, что ему этого хотелось.

Все это время он притворялся. Четыре дня, которые они были вместе, он просто играл роль, которую ему назначили. Но почему же он тогда попросил ее остаться?

И почему Луис сам не мог поехать вместе с ней в Лондон, если ему так хотелось провести с ней больше времени? Он ведь наверняка мог отложить свой перелет в Аргентину на несколько дней.

Нет. Он бы этого не сделал, потому что это она должна подстраиваться под его жизнь, словно у нее не было собственной. Точно так же, как ее мать когда-то должна была подстраиваться под ее отца И быть тем, кем он желает. Существовать под его абсолютным контролем.

— Пойдем, — буркнул отец, подталкивая ее к выходу из аэропорта. — У нас запланирован особый ужин. Помнишь того бухгалтера, которого я принял на работу пару месяцев назад? Хочу сделать его своим партнером. Он унаследует бизнес после того, как я выйду на пенсию. И он как раз такой мужчина, которого я хотел бы в качестве зятя.

Дейзи застыла на месте:

— Что?

— Не думаю, что его оттолкнет твоя маленькая интрижка в Вегасе, — продолжил ее отец как ни в чем не бывало. — Он и сам наверняка грешен. Если я предложу ему партнерство…

— Остановись прямо сейчас, — произнесла Дейзи сквозь сжатые зубы. — Мне не нужно, чтобы ты устраивал мою жизнь. И не нужно, чтобы ты искал мне мужа или подкупал кого-то, чтобы он пошел со мной на свидание. Я уже ребенок. Я взрослая женщина, отец. Когда ты это поймешь?

Чарльз Виндхэм нахмурился:

— Не устраивай сцен. Ты ведешь себя прямо как твоя мать, психуешь на пустом месте. Я просто пытаюсь тебе помочь, потому что люблю тебя.

— Ты любишь меня? — спросила Дейзи. — Ты говорил, что любишь маму, но никогда не позволял ей быть самой собой. Если ты так сильно меня любишь, почему ты не принимаешь меня такой, какая я есть?

Ее отец грозно нахмурился:

— Да что это с тобой? Съела слишком много сладкого? Ты ведь знаешь, это делает тебя раздражительной.

— Может, я наконец выросла.

— Ты позволяешь глупой интрижке вскружить тебе голову, — отрезал он. — Как только ты увидишь Лоуренса, сразу все поймешь. Он просто идеален для тебя. Напоминает меня, когда я был в его возрасте.

Замечательно. Как раз то, что ей нужно. Еще один жадный до контроля мужчина в ее жизни, которого подобрал для нее отец.

Дейзи направилась к выходу:

— Извинись за меня. У меня другие планы на вечер.

— Ты просто устала после перелета. Ты ведешь себя неразумно. Я могу перенести ужин на следующую неделю. Что скажешь?

Она закатила глаза, затем повернулась к отцу:

— Папа, читай по губам. Прекрати меня контролировать!

— А если вместо ужина он пригласит тебя на чашку кофе?

— Нет.

Отец тяжело вздохнул и расстроенно посмотрел на нее. Перед таким его взглядом она обычно не могла устоять.

— Значит ли это, что ты съедешь с квартиры?

Дейзи твердо решила стоять на своем:

— Настало время, ты так не считаешь?

Луис стоял в нескольких метрах от ворот школы, из которых выходили няни, мамы и папы и другие родственники, забирающие своих детей. Холодный ветер заставлял его глаза слезиться, но он этого не замечал. Луис приехал сюда через неделю после участия в благотворительных турнирах, проходивших в разных городах Аргентины. Он посылал Дейзи несколько сообщений, но она отвечала на них отстраненно и официально. И Луис не винил ее в этом Конечно же, Дейзи была оскорблена его предложением. Мог ли он унизить ее еще сильнее?

Но на этот раз он приготовил ей сюрприз, который поможет ему вернуть ее расположение. Во время их разлуки он понял, что Дейзи — единственная женщина, которую он способен полюбить. Какая-то часть его знала это с самого начала. Не поэтому ли он ослабил свою защиту? Он рассказал Дейзи о прошлом, а она просто слушала его с нежностью в глазах, которая, словно чудодейственное лекарство, постепенно заживляла старые раны.

Ветер стал еще холоднее, пошел мокрый снег. И тут Луис наконец увидел ее. На ней было элегантное шерстяное платье, поверх него кашемировое пальто, на ногах высокие сапоги. Шея обмотана объемным шарфом, волосы убраны в аккуратный пучок на затылке. Дейзи опустила голову, чтобы как-то защититься от ветра, но, должно быть, она почувствовала, что за ней наблюдают, потому что внезапно посмотрела в сторону Луиса. Моргнув, она крепче сжала ручку сумки и решительным шагом направилась в сторону ближайшей станции метро.

Луис догнал ее:

— Дейзи! Постой.

Она быстро развернулась к нему, ее щеки были красными от холода, голубые глаза сияли.

— Мне не о чем с тобой говорить. Отец уже все мне рассказал.

Луис нахмурился:

— При чем здесь вообще твой отец? Я приехал, потому что мне нужно с тобой поговорить.

— Думаю, тебе стоит найти кого-то другого, чтобы привлечь к себе спонсоров, — сказала она. — Я уже не свободна.

Острая боль пронзила сердце Луиса, но он не собирался показывать ей, насколько сильно ранили его ее слова.

— Тебе не понадобилось много времени. Сколько прошло? Неделя?

Дейзи гордо приподняла подбородок:

— Уверена, ты за этого время раз семь нашел мне замену. Хотя чего еще ожидать от такого, как ты. — Дейзи свирепо уставилась на него: — Как ты мог?

— Как я мог что?

— Спать со мной только потому, что тебе угрожал мой отец.

— Подожди-ка минутку. Я спал с тобой не из-за твоего отца. Я спал с тобой, потому что просто не мог ничего с собой поделать.

Она раздраженно посмотрела на него:

— Полагаешь, я тебе поверю?

— Это правда, — сказал Луис. — Я хотел тебя с того самого момента, как впервые увидел. И твой отец здесь абсолютно ни при чем.

— Но он сказал, что угрожал тебе.

— Верно, но я не воспринял его слова всерьез Ну, может, чуть-чуть. Но они не уменьшили мою тягу к тебе. Не думаю, что на свете есть угрозы, которые могли бы на меня подействовать.

Какое-то время Дейзи молчала, покусывая губу.

— Почему ты здесь?

— У нас был уговор, помнишь? Встречаться на выходных.

Ее взгляд устремился куда-то вдаль, и она сжала ручку своей сумки так, что у нее побелели костяшки.

— Я не уверена, что могу продолжить… не сейчас…

— Почему же?

Дейзи переминалась с ноги на ногу.

— Думаю, будет неразумно продолжать наши отношения, начавшиеся в Вегасе.

— Почему?

— Потому что люди меняются, когда возвращаются в реальный мир.

— Я проделал долгий путь, чтобы увидеть тебе, querida, — сказал Луис. — Я зарезервировал роскошный номер в отеле. Нас ожидает вертолет, на котором мы туда доберемся. Мы можем провести эти выходные вместе и забыть про реальный мир. Пойдем же. Что скажешь?

Ее взгляд стал холодным.

— А ты не планировал спросить меня, хочу ли я провести выходные где-то в отеле? А если у меня другие планы? Если я уже приняла какие-то другие предложения?

— Ты можешь их отменить, так ведь?

Дейзи резко выдохнула:

— Ты просто невероятный. Думаешь, можешь делать со мной все, что хочешь, просто помахав у меня перед носом пачкой денег? Ты такой же, как мой отец. Считаешь, что можешь управлять людьми, словно глупыми осликами, предлагая им морковку. Что ж, можешь найти кого-нибудь другого, чтобы провести с ним эти выходные. Уверена, проблем с этим у тебя не будет. Мне это предложение не интересно.

Она уже собиралась уходить, когда Луис остановил ее, схватив за руку.

— Черт возьми, подожди-ка минутку. Мне пришлось перекроить весь свой график. Я перенес тренировку со своей командой. А это было нелегко, особенно если учесть, что чемпионат совсем скоро.

В ее взгляде была отстраненность.

— Зачем ты приехал, Луис? Какова главная причина?

Ему хотелось сказать ей правду, но вот так, на холодной заснеженной улице, на виду у всех… Он хотел отвести ее куда-нибудь, романтично поухаживать за ней, показать, насколько сильно он ее любит, обращаясь с ней как с принцессой…

— Я уже сказал. Я хотел тебя увидеть. Мы договорились, что будем встречаться в…

— Ты меня увидел. Теперь можешь идти.

Луиса душило разочарование, он еле-еле мог стоять на ногах.

Он ошибся. Как глупо с его стороны. Дейзи ничего к нему не чувствовала. Она не могла более ясно ему это показать.

Все кончено. Все. Кончено.

Луис отпустил руку Дейзи.

— Хорошо. Если ты так хочешь, мы завершим все сейчас. — Он сделал шаг назад. — Adios, querida.

Она почти неслышно произнесла:

— Прощай.

Белинда прокручивала новостную ленту «Твиттера».

— Не могу найти про него ни одной новости. Он не публиковал ничего с тех пор, как прошли те благотворительные игры в Аргентине. — Она опустила смартфон и посмотрела на подругу: — Поневоле задумаешься, не так ли?

Дейзи поджала губы:

— Наверное, слишком занят соблазнением худых моделей.

— Возможно. — Белинда склонилась к ней. — Ты собираешься есть этот чизкейк, или будешь просто смотреть на него?

Дейзи подвинула тарелку в сторону Белинды:

— Можешь взять его.

— Ты отказываешься от своего чизкейка, а это плохой знак.

— Я не голодна.

— Ты крупно влипла. Никогда тебя раньше такой не видела.

Дейзи опустила голову и зарылась пальцами в волосы.

— Какая же я глупая. О чем я только думала? Завести интрижку с профессиональным плейбоем…

Белинда взяла еще один кусок малинового чизкейка.

— Что конкретно сказал ему твой отец?

— А это имеет значение? — Дейзи откинулась на спинку стула и сложила руки на груди. — Луис хотел, чтобы я все бросила и поехала с ним. Но у меня тоже есть карьера. И обязанности. И я отношусь к ним серьезно. А что он делает? Разъезжает по миру, чтобы кататься по полю на лошади и гонять молотком мячик.

Белинда покачала головой:

— Ему удалось собрать огромную сумму денег для бездомных детей в Аргентине.

— И что?

— Ну же, Дейз. Ты должна признать, что это весьма благородно с его стороны.

Дейзи шумно выдохнула:

— Я просто хотела бы, чтобы он сначала спросил меня, понимаешь?

Белинда облизнула крем с края своей ложки.

— Влюбленные мужчины не всегда мыслят здраво. Они сначала действуют, потом думают.

Дейзи нахмурилась:

— Что ты имеешь в виду?

— Вот смотри. В пылу страсти он просит тебя остаться с ним еще на несколько дней, но ты отказываешься. Затем он прилетает в Лондон и организует все, чтобы вы провели вместе выходные, и ты также ему отказываешь. Думаю, больше он тебя уже ни о чем не попросит.

— Он не просил меня, — возмутилась Дейзи. — Он ставил меня перед фактом.

Белинда снова принялась за свой пирог.

— Может, на этот раз тебе стоит сделать первый шаг.

— Зачем?

Белинда внимательно посмотрела на подругу:

— Если он не влюблен в тебя, почему с тех пор, как вы расстались, его не видели в компании других женщин?

* * *

Луис сделал несколько упражнений, чтобы разогреться перед игрой, в раздевалке команды, но сердце у него было не на месте. Он не мог думать ни о чем, кроме того, какой холодной была Дейзи во время их последней встречи. Как она смотрела на него Как отказала ему, в то время как он хотел увезти ее с собой, чтобы в романтичной обстановке признаться ей в своих чувствах. Луис так сильно рассчитывал на эту поездку. Он запланировал и продумал все до последней детали. Розы, шампанское, изысканная еда — все, что нужно женщине, жаждущей романтики. И как он мог так сильно ошибиться в Дейзи? Она никогда по-настоящему его не хотела. Ей не нужен был тот человек, который скрывался под маской. Она планировала завести интрижку, чтобы было о чем вспомнить, поступила, как все те женщины, которые за ним бегали. Наверное, Дейзи смеялась все это время у него за спиной. Она и не собиралась никогда продолжать их отношения. Ведь чопорный школьный совет не одобрит такого партнера для нее, как он. Наверняка она уже нашла для себя какого-нибудь скучного банкира. Кого-то, одобренного ее отцом.

Сердце Луиса неприятно сжалось, когда он представил Дейзи в объятиях другого мужчины. Его замутило при одной мысли о том, что кто-то другой может ее целовать, прикасаться к ней, жениться на ней и завести с ней детей…

Луис нервно провел рукой по своим волосам Ему стоит прекратить думать о ней. И принять, что между ними все кончено. Он с размаху ударил кулаком в дверцу шкафчика.

Нужно. Смириться. С. Этим.

Толпы людей заполняли зрительские места. Алехандро и Тэдди общались со спонсорами, пока Луис готовился к игре. Он тренировался долгие годы, чтобы попасть на этот турнир, из которого, как все ожидали, он должен выйти победителем. Награда уже практически у него в руках, если только он найдет в себе силы выйти на поле и сделать то, что у него получается лучше всего.

Луис выругался. Какой смысл в том, чтобы играть, если единственного человека, для которого он хотел победить, здесь не было? Он сделал бы это только ради Дейзи. Все, для чего он так много работал, Луис собирался посвятить ей.

Она показала ему, насколько пустой была его жизнь. Показала, насколько прекраснее она может быть, если живешь не только для себя, но и для других. Как сама Дейзи. Она посвятила себя обучению и воспитанию детей, жертвовала своими желаниями, чтобы позаботиться о них. Этим она сильно отличалась от его матери, которая никогда и не думала поступаться чем-нибудь ради других. Может ли у него быть второй шанс увидеть Дейзи? И тогда он попросит ее — будет умолять ее! — встретиться с ним вместо того, чтобы рассчитывать, что она бросит ради него все свои дела. Дейзи была гордой и упрямой. И разве он не полюбил это в ней еще тогда, когда они впервые встретились? Она не позволяла собой помыкать. Дейзи была прекрасной женщиной с большим любящим сердцем, которая мечтала о сказке. И она ее заслуживала. Долгие годы она прожила под неусыпным контролем отца. А он повел себя с ней так же, как ее отец. Он не дал ей выбора. Луис просто говорил ей о том, чего он хочет, словно ее мнение его вовсе не интересовало. Конечно же, она решила расстаться с ним навсегда. Зачем в ее жизни еще один тиран?

Внезапно в дверях раздевалки появился Алехандро:

— Кое-кто хочет тебя видеть.

Луис повернулся к нему спиной и уперся руками в край раковины. Он был не готов сейчас дать интервью прессе. Только не сейчас. Внутри него бушевал ураган эмоций, и он не мог дышать, не испытывая боли.

— Скажи им, чтобы уходили.

— Не уверен, что она станет делать то, что ей говорят.

«Она?»

Сердце Луиса бешено забилось.

— Кто там?

— Это я, — сказала Дейзи, входя в раздевалку.

Луис неверящими глазами уставился на нее. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но эмоции душили его, и он не смог вымолвить ни слова. Дейзи пришла сюда?

Он часто заморгал, чтобы убедиться, что это действительно она. Он словно снова стал ребенком, ожидающим у окна.

— Ты собираешься что-нибудь сказать? — спросила Дейзи.

— Привет. — «Привет? И это лучшее, что ты можешь придумать?»

— Это лучше звучит на твоем родном языке.

Луис откашлялся:

— Hold.

— Мне нравится твой брат.

— Он женат.

— Я знаю. И его жена мне тоже понравилась. Она очень милая. Ты не говорил, что она Теодора Марл-стоун — знаменитый на весь мир художник-иллюстратор детских книг. Мои ученики их просто обожают.

Луис сглотнул. В данной ситуации ему лучше не спешить с выводами. Он не может позволить ей снова растоптать его сердце.

— Зачем ты приехала?

— А ты как думаешь?

Он внимательно всматривался в ее глаза, но ей удалось играть с ним на равных. Он думал, что у него отлично получалось не показывать свои эмоции, но Дейзи, кажется, обошла его в мастерстве.

— Не имею ни малейшего понятия.

На ее лице появилась некоторая неуверенность. — Правда? Ни малейшего понятия?

— Ты хочешь посмотреть на игру в поло?

Она тихо выдохнула:

— Наверное, ты все еще злишься.

— С чего ты взяла?

Она прикусила нижнюю губу:

— Ты не пытаешься облегчить мне все это…

— Ты приехала по просьбе моего брата?

— Нет. Я приехала, потому что хотела тебя увидеть.

— Почему?

Она подняла на него свои прекрасные голубые глаза:

— Я хотела задать тебе один вопрос. — Какое-то время Дейзи стояла молча, поджав губы, затем опустила глаза: — Ты меня любишь?

Луис видел, как она сдерживается, чтобы не заплакать. Его сердце забилось в отчаянной надежде.

— Да.

Дейзи быстро подняла на него глаза:

— Да?

Луис улыбнулся и, шагнув к ней, прижал Дейзи к своей груди:

— Конечно же, глупышка.

— Но мой отец…

— Был прав, когда пытался оградить от меня свою маленькую принцессу, но я просто не мог от тебя отказаться. — Он обхватил ладонями ее лицо. — Я влюбился в тебя в ту самую первую ночь в клубе Ты гордо вздернула свой носик и посмотрела на меня так высокомерно, что я сразу же был тобою сражен. — Он засмеялся, чувствуя облегчение и радость. — И мое положение только ухудшил твой маленький стриптиз. После этого у меня не было ни единого шанса.

Щеки Дейзи залились краской, в точности так, как он любил.

— Думаю, я влюбилась в тебя, когда ты спас меня Я не хотела этого признавать, но, когда ты целую ночь не спал, чтобы позаботиться обо мне, я увидела тебя в совершенно другом свете. Конечно же, то, что ты вкусно меня кормил, тоже сыграло в твою пользу.

Луис нежно провел пальцами по щеке Дейзи:

— Прости меня за то, как я вел себя тогда в Вегасе. Я так хотел, чтобы ты осталась со мной, но не думал о том, как ты можешь воспринять мои слова.

Дейзи посмотрела на него своими огромными чистыми глазами:

— Я правда хотела быть с тобой. Очень сильно. Но не одной из твоих многочисленных временных девушек. Я хотела стать для тебя кем-то особенным.

Луис обхватил ее за плечи и прижал к себе:

— Ты и есть особенная, mi amor. Настолько особенная, что словами не описать. Я люблю тебя. И хочу провести с тобой остаток своей жизни. Скажи, что выйдешь за меня замуж.

Дейзи игриво ему улыбнулась:

— Ты спрашиваешь меня или приказываешь мне? Луис улыбнулся ей в ответ:

— Я умоляю тебя.

— Что ж, другое дело.

— Значит, ты согласна?

Дейзи обвила руками его шею:

— Как я вообще могу сказать тебе «нет»?

Луис долго и жарко ее целовал, затем немного отстранился, чтобы посмотреть в ее сияющее лицо и блестящие от страсти голубые глаза.

— Так значит, ты проделала такой длинный путь, чтобы посмотреть на игру в поло. Тогда мне лучше выйти на поле и выиграть.

Дейзи посмотрела на него с наигранным упреком:

— Не слишком ли высокомерно с твоей стороны полагать, что награда у тебя уже в кармане?

Он снова припал к ее губам в нежном поцелуе:

— Это было бы так, если бы я играл только для себя.

Дейзи ликовала вместе с Тэдди и Алехандро, когда Луис на своей лошади делал победоносный круг вокруг поля. Держа трофей высоко над головой, он искал глазами кого-то на трибуне.

Когда он наконец встретился взглядом с женщиной, которую любил всем сердцем, он произнес одними губами:

— Это для тебя, querida.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Мелани Милберн
Леди и плейбой

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10