Дэйл Бредесен

Нестареющий мозг

Глобальное медицинское открытие об истинных причинах снижения умственной активности, позволяющее обрести ясность ума, хорошую память и спасти мозг от болезни Альцгеймера

Dale E. Bredesen, MD

THE END OF ALZHEIMER’S. THE FIRST PROGRAM TO PREVENT AND REVERSE COGNITIVE DECLINE

Copyright 2017 by Dale E. Bredesen

Illustrations by Joe LeMonnier

All rights reserved including the right of reproduction in whole or in part in any form.

This edition published by arrangement with Avery, an imprint of Penguin Publishing Group, a division of Penguin Random House LLC.

The Licensee will include any and all disclaimers that appear on the Licensor’s copyright page of the Book in the Licensee’s editions of the Work.

Научный редактор: Гаврилова С.И. – профессор, доктор мед. наук, руководитель отдела гериатрической психиатрии и отделения болезни Альцгеймера ФГБНУ Научный центр психического здоровья

© Миронова Л., перевод на русский язык, 2018

© ООО «Издательство «Эксмо», 2019

* * *

КНИГИ О ТАЙНАХ НАШЕГО МОЗГА

Забывчивость – мое второе… что-то там. Как вернуть то, что постоянно вылетает из головы

Замечали ли вы за собой то, что слушаете собеседника вполуха тогда, когда должны быть максимально сосредоточены? Что пытаетесь что-то сделать, но не можете скоординировать свои действия и собраться с мыслями? Что такие «моменты пустоты» качественно влияют на вашу жизнь и не дают чувствовать себя спокойно? Если да, то эта книга для вас! Японский нейробиолог Такаси Цукияма знает, как избавиться от этих неприятных и раздражающих ситуаций. Основываясь на реальном клиническом опыте, он выявляет основные причины снижения уровня нашей памяти и предлагает эффективные способы устранения проблемы.

Великолепный мозг в любом возрасте

Многие думают о том, как устроить личную жизнь, сделать карьеру, сохранить здоровье, молодость, красоту и т. д. Но при этом мало кто помнит о том, с чего все начинается – о мозге. Из книги доктора Д. Дж. Амена вы узнаете о том, насколько наша жизнь зависит от состояния мозга, и как можно сохранить его здоровье с юности до глубокой старости. Книга основана на результатах научных исследований, каждая глава посвящена определенному аспекту нашей жизни и содержит четкие практические рекомендации.

Омоложение мозга за две недели

Вы когда-нибудь забывали имена новых знакомых? Пропускали важные даты? Эти и многие другие проблемы вам поможет решить книга профессора психиатрии Гэри Смолла. Как утверждает сам автор, улучшить память и увеличить продуктивность можно всего лишь за две недели.

Тайная жизнь мозга. Как наш мозг думает, чувствует и принимает решения.

Как мы принимаем решения? Что такое интуиция, и стоит ли ей доверять? В своей книге аргентинский нейробиолог и спикер TED Talks Мариано Сигман берется разгадать тайны человеческого мозга. Он находит ответы даже на самые неразрешимые вопросы о мышлении и раскрывает настоящую роль нейронауки в нашей жизни.

Отзывы о книге

«Эта книга – результат колоссальной работы. Доктор Бредесен заставляет нас взглянуть на тяжелое заболевание не как на загадочный и необратимый процесс, а как на состояние, которое можно предупредить и даже обратить вспять».

– Дэвид Перлмуттер, MD, автор бестселлеров «Нью-Йорк Таймс» «Еда и мозг» (Grain Brain) и «Кишечник и мозг» (Brain Maker).

Книга доктора Бредесена – это авторитетное и обнадеживающее руководство к действию, которое поможет пациентам предотвратить и обратить вспять болезнь Альцгеймера, независимо от того, являются ли они носителями гена ApoE4 или нет. Эта книга позволит людям преодолеть страх и начать бороться».

– Сара Готфрид, MD, автор бестселлера «Нью-Йорк Таймс» Younger («Моложе»).

«Доктор Дейл Бредесен – высокопрофессиональный нейробиолог и невролог, сумевший в ходе инновационных исследований разработать безопасный и эффективный метод предотвращения и лечения болезни Альцгеймера, который перевернет наше представление об этой форме деменции».

– Джеффри Бланд, PhD основатель Института функциональной медицины, Кливлендская клиника.

«Доктор Бредесен вселяет в людей великую надежду на излечение от болезни, которая долгие годы была равносильна смертному приговору. Ранние исследования, проведенные Бредесеном, показывают, что болезнь Альцгеймера можно предотвратить и обратить вспять на начальной стадии развития».

– Доктор Лирой Худ, MD, PhD, лауреат Национальной медали США, которую он получил из рук президента Барака Обамы в 2011 году, основатель Института системной биологии.

«Медицинским работникам и простым людям, интересующимся мозгом и его здоровьем, непременно следует прочитать эту эпохальную книгу. Ей суждено стать истоком революции в области нейробиологии».

– Майкл Мерзенич, PhD, лауреат Премии Кавли 2016 года за достижения в области нейробиологии.

«Эту книгу следует прочесть всем, кто желает уберечь себя, родных или своих пациентов от этого страшного заболевания».

– Натан Прайс, PhD, профессор.

«В течение нескольких лет в своей практике я применял методы, предложенные доктором Бредесеном, и могу с уверенностью сказать, что они способны уберечь вас, ваших родных и друзей от «смертельного приговора».

– Стивен Гандри, MD, медицинский директор Национального института болезней сердца и легких, автор бестселлера «Нью-Йорк Таймс» «Парадокс растений» (The Plant Paradox).

«Эта книга кардинальным образом меняет традиционный подход к лечению болезни Альцгеймера. Впервые в истории люди с подобным диагнозом и те, кто находится в группе риска, получают не призрачную, а реальную надежду».

– Крис Крессер, MS, LAc, автор бестселлера Нью-Йорк Таймс «Диета Палео» (The Paleo Diet).

«Перед нами новый этап в развитии медицины. Доктор Бредесен превращает научные знания в мудрость, которая способна излечить миллионы людей… и в конце концов искоренить болезнь Альцгеймера».

– Патрик Ханауэй, MD, медицинский директор и руководитель исследований, Центр функциональной медицины, Кливлендская клиника.

«Экспериментальная программа, которая способствовала смягчению симптомов заболевания и позволила многим пациентам вернуться к нормальной жизни».

– Мария Шривер, участница шоу Today.

«Это первая попытка собрать воедино последние научные открытия и составить практический план, способный обратить вспять болезнь Альцгеймера и кардинальным образом улучшить состояние и работу мозга. Если вы еще не растеряли свои мозги, прочтите эту книгу».

– Марк Хайман, MD, директор Центра Функциональной Медицины, Кливлендская Клиника, а также автор бестселлера «Нью-Йорк Таймс» «Ешьте жиры и худейте» (Eat Fat, Get Thin).

«Феноменальная книга. Исследования доктора Дейла Бредесена – самое изумительное, с чем мне приходилось сталкиваться за годы практики. Они затрагивают невероятно важную медицинскую проблему современности и дают возможность не только понять особенности сложного, тяжелого заболевания, но и научиться его предотвращать. Эту книгу обязательно стоит прочесть. Борясь с заболеванием века, доктор Дейл Бредесен меняет наше представление о всех существующих хронических заболеваниях. Настоящий шедевр».

– Ранган Чаттержи, почетный бакалавр наук, MbChB, MRCP, MRCGP.

Посвящаю эту книгу жене, доктору Аиде Лашин Бредесен, врачу от Бога, которая познакомила меня с миром функциональной и интегративной медицины и поделилась своим опытом в данной сфере, а также любимым дочкам Таре и Тэсс.

Часть первая

Болезнь Альцгеймера: проблемы и решения

Глава первая

Профилактика деменции

«Борясь с существующей реальностью, вы ничего не измените. Чтобы прийти к переменам, создайте новую модель, тогда необходимость в старой отпадет сама собой».

РИЧАРД БАКМИНСТЕР ФУЛЛЕР

Невозможно оставаться в стороне, когда весь мир трубит об огромной опасности болезни Альцгеймера (БА): она неизлечима, смертельна и до сих пор не существует эффективных методов ее предотвращения. По иронии судьбы именно она уносит жизни большинства лучших неврологов мира. Правительственные организации и фармацевтические компании возлагают надежду на гуру биотехнологий и выделяют миллиарды долларов на разработку и тестирование препаратов от болезни Альцгеймера, но, несмотря на это, 99,6 % всех изобретений терпят полный провал на стадии испытания. Если вы возлагаете надежду на оставшиеся 0,4 % – ведь, по сути, нам будет достаточно одного эффективного лекарства, то вынужден вас разочаровать. Ассоциация Альцгеймера возвращает нас с небес на землю. «Начиная с 2003 года не был одобрен ни один препарат от болезни Альцгеймера, а современное лечение не способно замедлить и остановить ухудшение состояния пациента». Четыре доступных ныне препарата «могут лишь смягчить симптомы, например потерю памяти и спутанность сознания», и то только «на короткое время».

Возможно, вы пытаетесь вспомнить, когда в последний раз Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (Food and Drug Administration) одобрило очередное чудо-средство от болезни Альцгеймера. Не можете? Неудивительно. Из 244 экспериментальных препаратов, протестированных в период между 2000 и 2010 годами, только один – мемантин – был сертифицирован в 2003 году. И, как я подробнее расскажу далее, его сложно назвать высокоэффективным.

Удручающая картина. Понятно, почему болезнь Альцгеймера равносильна смертному приговору. Однажды мужчина, чья супруга медленно умирала от этой страшной болезни, тяжело вздохнув, сказал мне: «Нам много раз говорили, что вот-вот появится препарат, способный остановить деменцию, но, видимо, никому ничего не нужно. Поверьте, жить ТАК изо дня в день – худшее, что можно себе представить».

Болезнь Альцгеймера стала бичом современного общества. Ее обсуждают в газетах, блогах, подкастах, на радио и телевидении, в кино, причем не только в документальных фильмах, но и в художественных. Мы читаем и слышим все новые и новые истории о пациентах с болезнью Альцгеймера, и каждая, увы, с трагическим концом. Она пугает нас сильнее, чем любое другое заболевание, и это небезосновательно. Во-первых, болезнь Альцгеймера единственная – вы не ослышались: единственная! – из десяти самых распространенных причин смерти в США, против которой нет эффективного оружия борьбы. Под словом «эффективный» я не подразумеваю ничего чудодейственного. Если бы у нас появилось лекарство или терапия, способные хотя бы немного улучшить жизнь больных (не говоря о полном излечении), я бы был на седьмом небе от счастья. А вместе со мной и те, кому был поставлен страшный диагноз, кто находится в группе риска и чьи близкие страдают болезнью Альцгеймера. Но такого препарата нет. Более того, не существует лечения субъективных или умеренных когнитивных нарушений (два состояния предшествующих болезни Альцгеймера), которое в процессе усовершенствования могло бы полностью избавить мир от этой заразы.

За последние двадцать лет ученые смогли значительно продвинуться вперед борьбе с сердечно-сосудистыми заболеваниями, онкологией, ВИЧ/СПИДом, кистозным фиброзом, но к моменту написания данной книги (т. е. к 2017 году) болезнь Альцгеймера оставалась неизлечимой, причем отсутствовали методы ее профилактики и замедления. Вы, наверное, знаете, как критики высмеивают ТВ-шоу и фильмы о детях-ангелочках и их «святых» родителях, сумевших победить рак с помощью современного препарата, и хорошо помните эти моменты, когда они, живые и здоровые, появляются на экране прямо перед финальными титрами. Очень сентиментально. Что касается болезни Альцгеймера, то мы тоже будем обливаться слезами, если нам покажут хотя бы отдаленное подобие счастливого конца.

Вторая причина, по которой это заболевание наводит на людей дикий ужас, связана с тем, что она «не только» смертельна. На свете много смертельных болезней. Помните шутку: «Жизнь – смертельно вредно». Так вот, болезнь еще страшнее. За годы, а иногда за десятилетия до того, как человек отдает Богу душу, болезнь крадет у него человеческие качества и терроризирует всю семью. Память, способность мыслить, жить полной и независимой жизнью навсегда утрачиваются, он медленно, но верно погружается в психологическую бездну, перестает узнавать родных и близких, забывает прошлое, не воспринимает окружающий мир и самого себя.

В фильме «Все еще Элис» (2014 год) профессор лингвистики является носительницей мутированного гена, идентифицированного в 1995 году. Он провоцирует развитие болезни Альцгеймера в среднем возрасте. Вы, наверное, слышали о крупных успехах онкологов, которым удалось выявить ассоциирующиеся с опухолями гены и разработать препараты с учетом сделанных открытий. Что касается болезни Альцгеймера, то научные достижения 1995 года даже на миллиметр не сдвинули дело с мертвой точки.

Это заболевание имеет еще одну существенную особенность. В течение последних пятидесяти лет ученые смело покоряют все новые и новые вершины в области молекулярной биологии и неврологии. Они распутали сложный клубок процессов, которые ведут к образованию рака, и научились блокировать многие из них, выявили химические и электрические реакции в головном мозге, лежащие в основе мышления и эмоциональных ощущений, разработав эффективные, хотя и неидеальные, препараты для лечения депрессии, шизофрении, тревоги и биполярного расстройства. Конечно, нам есть куда стремиться и что подкорректировать в нашей фармакопее. И все же в отношении почти всех заболеваний возникает твердая уверенность, что ученые смогли понять базовые принципы и находятся на правильном пути. Природа раскрыла правила игры, хотя не обойдется и без дополнительных трудностей. Но болезнь Альцгеймера – совсем другое дело.

Природа выдала нам книгу, написанную исчезающими чернилами и отредактированную злобными гремлинами, которые переписывают ее каждый раз, когда мы отворачиваемся. Поясню: опыты на лабораторных грызунах неоспоримо свидетельствуют, что болезнь Альцгеймера является результатом накопления в головном мозге липких разрушающих синапсы бляшек, состоящих из частичек белка, под названием бета-амилоиды. Согласно все тем же исследованиям бета-амилоиды формируются в ходе ряда процессов. А значит, чтобы предотвратить или вылечить болезнь Альцгеймера, достаточно воспрепятствовать этим процессам или разрушить бета-амилоидные[1] бляшки. Начиная с 1980-х годов, большинство нейробиологов мира возводят данную идею, получившую название «амилоидная гипотеза», в догму. В свое время ее создатели получили многомиллионные премии, бесчисленные почести и престижные должности. Сложившаяся тенденция оказала колоссальное влияние на выбор статей, публикуемых в ведущих медицинских журналах (предпочтение отдается тем, которые освещают амилоидную гипотезу), и на утверждение грантов Национальным институтом здравоохранения США, главного спонсора биомедицинских исследований.

Но дело в том, что при испытании лекарств, созданных с оглядкой на амилоидную гипотезу, результаты оказались одновременно удручающими и ошеломляющими. В ходе клинических испытаний человеческий головной мозг не реагировал на вещества так, как ожидалось. И дело было совсем не в том, что экспериментальные препараты не справлялись со своей работой. Наоборот, антитела связывались с амилоидами и эффективно удаляли бляшки. Если же вещество должно было блокировать фермент, участвующий в выработке амилоидов, то оно безотказно его блокировало. То есть все работало именно так, как задумали изобретатели, руководствовавшиеся существующей гипотезой, но состояние пациентов не улучшалось, а в некоторых случаях даже ухудшалось. Каждое клиническое испытание (стоимость которых порой доходила до 50 миллионов долларов) опровергало результаты экспериментов, проведенных в пробирке и на лабораторных мышах, саму амилоидную гипотезу и родившиеся на ее основе теории. Казалось, что, победив амилоиды, ученые смогут победить болезнь Альцгеймера, но это оказалось заблуждением.

Наши ракеты снова и снова взрывались на стартовой платформе.

Что-то явно было не так.

Трагедия здесь не только в том, что мы слепо верим в амилоидную гипотезу, но и по привычке рассматриваем болезнь Альцгеймера как единое заболевание. Для ее лечения обычно применяют донепезил (Арисепт) и/или мемантин (Наменда). Я уже говорил, что на сегодняшний день не существует эффективной терапии болезни Альцгеймера, поэтому позвольте объяснить.

Арисепт – это ингибитор холинэстеразы[2]: он не позволяет специфическому ферменту (холинэстеразе) разрушать ацетилхолин, тип химического соединения в головном мозге, являющийся нейромедиатором. Нейромедиаторы передают сигналы от одного нейрона к другому – именно так мы думаем, запоминаем, чувствуем и двигаемся, т. е., по сути, они составляют основу памяти и всей работы мозга. Смысл прост: при болезни Альцгеймера наблюдается снижение уровня ацетилхолина. Если подавить активность фермента, который расщепляет ацетилхолин (холинэстераза), тот останется в синапсах. Мозг продолжит разрушаться, но синапсы чуть дольше сохранят свою функциональность.

Эта теория работает, но лишь в определенных границах. Во-первых, блокируя расщепление ацетилхолина, мы не влияем на причину и ход развития болезни. Во-вторых, очень часто головной мозг реагирует на ингибирование холинэстеразы, синтезируя ее еще в большем количестве. Это, как вы, наверное, догадались, снижает эффективность препарата (и может вызвать проблемы в случае резкого прекращения их приема). В-третьих, как и все лекарства, ингибиторы холинэстеразы оказывают побочное действие, вызывая диарею, тошноту, рвоту, головную и суставную боль, снижение аппетита, брадикардию (снижение частоты сердечных сокращений) и др.

Что касается мемантина, то он также направлен на взаимодействие с химическими соединениями и молекулами головного мозга, которые не имеют практически никакого отношения к патофизиологии болезни Альцгеймера, и, подобно Арисепту, может лишь на время смягчить (или отсрочить) проявление неприятных симптомов. Обычно его прописывают пациентам на более позднем этапе развития заболевания и применяют в сочетании с ингибитором холинэстеразы. Мемантин тормозит передачу импульсов между нейронами с помощью нейромедиатора глутамата. Ингибирование трансмиссии приводит к сокращению так называемой эксайтотоксичности, где токсичность ассоциируется с нейронной активацией. Стоит отметить, что мемантин способен ингибировать и нейротрансмиссию, играющую ключевую роль в формировании памяти, и таким образом нарушить когнитивную функцию.

Болезнь Альцгеймера у каждого протекает по-своему. Лечить всех пациентов одинаковыми методами – то же самое, что врачевать все существующие инфекции одним антибиотиком.

К сожалению, ни ингибиторы холинэстеразы, ни мемантин не останавливают течение болезни Альцгеймера и не устраняют ее первопричины. По сути, они не лечат.

Все это звучит удручающее, но существует другая куда более серьезная проблема. Болезнь Альцгеймера – не единое заболевание. Симптомы убеждают нас в обратном, однако ученым удалось выделить три основных типа этого заболевания, о которых я расскажу подробнее в главе 6. Исследование различных биохимических профилей пациентов с болезнью Альцгеймера показало, что каждому типу (все они легко различимы) свойственны характерные биохимические процессы, требующие соответствующего подхода. Лечить их одинаковыми методами – то же самое, что врачевать все существующие инфекции одним антибиотиком.

По иронии судьбы болезнь Альцгеймера уже более тридцати лет уносит жизни величайших деятелей в области нейробиологии и медицины. (Я не беру в расчет семьдесят с лишним лет с момента первого описания заболевания и до появления амилоидной гипотезы. В этот период практически не проводилось исследований болезни Альцгеймера). Самые внимательные из вас, наверное, обратили внимание на то, что мы применяем неправильный подход. В частности, ученые никогда не пытались выявить причину заболевания, блокировав синтез амилоидов и, как следствие, полностью устранив наличие этих пептидов.

Если вы находитесь в группе повышенного риска развития болезни Альцгеймера из-за наличия определенных генов, если вам или кому-то из ваших близких уже был поставлен страшный диагноз, то невозможно не впасть в отчаяние.

Неудивительно, что болезнь Альцгеймера стала синонимом страха и ужаса. Синонимом безнадежности. И никто и ничто не спасет нас от этого зла.

Отныне все изменится.

Скажу предельно просто и ясно: развитие болезни Альцгеймера можно предотвратить, а связанное с ней ухудшение когнитивных функций обратить вспять. Именно это я и мои коллеги сумели продемонстрировать в рецензированных научных исследованиях, опубликованных в ведущих медицинских журналах. Исследованиях, поражающих значительными успехами в лечении болезни Альцгеймера. Да, знаю, придется идти против укоренившихся суждений и предрассудков, чтобы доказать обратимость процесса снижения когнитивных способностей, что есть сотни пациентов, продемонстрировавших подобное улучшение, что мы все в силах уже сегодня уберечь себя от деменции, считавшейся неизбежной и неизлечимой. Эти смелые утверждения заслуживают здоровой критики. Я хочу, чтобы вы поупражнялись в скептицизме, когда будете читать о моей тридцатилетней исследовательской работе, в ходе которой удалось впервые обратить вспять снижение когнитивных функций на ранней стадии развития болезни Альцгеймера и ее предвестников: умеренных когнитивных нарушений (УКН[3]) и субъективных когнитивных нарушений (СКН). Не забудьте включить «внутреннего критика», когда прочтете о пациентах, сумевших выбраться из психологической бездны, и о разработанной нами индивидуальной терапевтической программе, которая способна предотвратить когнитивные расстройства, а при проявлении их ранних симптомов остановить снижение умственных способностей, улучшить память, мышление и вернуть человека к нормальной жизни.

Если вы не сомневаетесь в истинности всего вышесказанного, тогда смело доверьтесь мне и начните менять свою жизнь. По понятным причинам данная книга станет настоящим спасением для тех, кто испытывает проблемы с мышлением и памятью (для членов их семьи и опекунов). Следуя приведенным здесь предписаниям, пациенты с когнитивным расстройством и болезнью Альцгеймера смогут не только остановить, но и повернуть вспять ухудшение умственных способностей. До настоящего момента тяжелая деменция считалась неизбежной, а специалисты в унисон делали неутешительные прогнозы. Протокол «Анти-Альцгеймер», разработанный мной совместно с другими учеными, разобьет эту мрачную догму в пух и прах.

Есть еще одна особая группа людей, которые благодаря данной книге смогут избежать обещанного мрачного будущего и обрести радость и полноту жизни. Я говорю о тех, кто является носителем формы гена (аллель) под названием ApoE4 (ApoE4 расшифровывается как аполипопротеин Е; аполипопротеин – это белок, переносящий липиды, т. е. жиры), который является самым значимым фактором риска[4] развития болезни Альцгеймера. Наличие одной аллели ApoE4 (передавшейся по наследству от одного из родителей) повышает шансы развития болезни на 30 %, а наличие двух копий аллелей (унаследованных от обоих родителей) – на 50 % (этот показатель варьирует от 50 до 90 % в зависимости от исследований). Стоит отметить, что у людей с нулевой аллелью риск развития болезни Альцгеймера равен всего 9 %.

Большинство носителей ApoE4 даже не подозревают о том, что в их ДНК заложена бомба замедленного действия. Они узнают об этом уже после появления первых симптомов болезни, когда проходят генетический тест. Но если заболевание нельзя предупредить и вылечить, зачем выявлять наличие ApoE4? В 2007 году лауреат Нобелевской премии доктор Джеймс Уотсон (совместно с другими учеными открыл структуру молекулы ДНК) провел секвенирование своего генома, но просил скрыть от него любую информацию об ApoE4. Зачем лишний раз расстраиваться, если ничего нельзя изменить?

Однако теперь появилась программа, которая поможет снизить риск развития болезни Альцгеймера даже у носителей ApoE4. Если люди станут проходить генетические тесты на наличие данной аллели и предпримут профилактические меры задолго до появления первых симптомов заболевания, мы сможем добиться существенного сокращения распространенности деменции. Я искренне надеюсь, что ситуация изменится в лучшую сторону, и носители ApoE4, прочитав мою книгу, снова воспрянут духом. Каждый из вас в силах уберечься от болезни Альцгеймера и обратить вспять ухудшение когнитивных способностей.

Люди старше сорока – еще одна группа, для которой все написанное здесь может стать полезным руководством к действию. По мере старения первое, что беспокоит нас, – это снижение умственной работоспособности (что касается старения головного мозга, то движение по нисходящей начинается где-то около сорока лет). Сюда относится умение читать и понимать письма от родных и близких, смотреть фильмы, читать книги и следить за развитием сюжета, воспринимать происходящее вокруг и ощущать себя частью целого мира, помнить минувшие события и дорогих сердцу людей, выполнять каждодневную работу, чтобы не быть «овощем», который не в состоянии самостоятельно передвигаться, питаться, мыться и одеваться, иными словами, оставаться человеком. Утрачивая все вышеперечисленное, мы теряем смысл жизни. Тем счастливчикам, которые не столкнулись с подобными нарушениями, но не исключают их возникновение в будущем, хочу сказать следующее: сделайте глубокий вдох и поверьте, что деменция – по крайней мере у большинства людей и, в особенности, на ранней стадии – излечима. Несмотря на укоренившееся мнение, это не смертельный приговор. Впервые в истории нам удалось подарить надежду пациентам с болезнью Альцгеймера.

В основе моего утверждения лежит одно фундаментальное открытие: болезнь Альцгеймера возникает совсем не потому, что наш мозг начинает работать неправильно, как, например, онкология является результатом неконтролируемого разрастания клеток, а болезни сердца – следствием закупорки кровеносных сосудов атеросклеротическими бляшками. Причина болезни Альцгеймера кроется в обычном для головного мозга возрастном «сокращении штатов» среди синаптических сетей, но в определенный момент эта программа вдруг начинает сбиваться. Напоминает попытки Микки Мауса заставить заколдованную метлу носить ведро с водой в сегменте «Ученик чародея» (из классического музыкального фильма «Фантазии» 1940 года): работа выполнена, но угомонить метлу оказывается не так просто. При болезни Альцгеймера обычная «уборка», которую проводит головной мозг, идет наперекосяк.

Эта книга – не научный трактат, хотя я включил в нее научное обоснование моих утверждений, а понятное и простое руководство к действию, которое поможет предотвратить и обратить вспять ухудшение когнитивных способностей на раннем этапе развития болезни Альцгеймера и на стадии ее предвестников (умеренных когнитивных нарушений и субъективных когнитивных нарушений) и, что немаловажно, закрепить успех. Это путеводитель для 75 миллионов американцев – носителей гена ApoE4 и их шанс избежать мучений, прописанных в ДНК. Доклад о достижении подобных результатов привел к тому, что в 2014 году[5] в свет вышло первое научное исследование, в ходе которого было зафиксировано улучшение когнитивных способностей у девяти из десяти пациентов с болезнью Альцгеймера или с ее предвестниками. К счастью, мы подробно записывали все данные на протяжении не одного десятка лет, что длились исследования нейробиологии заболевания. С помощью протокола ReCODE + («Восстановление утраченных когнитивных функций» от англ. Reversal of cognitive decline) удалось не только обратить вспять ухудшение когнитивных функций у людей с болезнью Альцгеймера или лиц, находящихся на стадии предеменции, но и закрепить достигнутые улучшения. Первая пациентка, которую мы лечили с помощью протокола ReCODE, вот уже пять лет (на момент написания книги) следует назначенным предписаниям, и в свои 73 года совершенно здорова, путешествует по миру и работает полный день. И, как показывают дельнейшие исследования, этот случай далеко не единичный.

После публикации исследования 2014 года нас буквально засыпали сообщениями и телефонными звонками, а в лабораторию хлынули толпы врачей, практиков, потенциальных больных и родственников людей, страдающих болезнью Альцгеймера. Они ехали из разных уголков США, Великобритании, Австралии, Азии, Европы и Южной Америки только с одним желанием – узнать как можно больше о заветном протоколе. Журнал, в котором был напечатан наш доклад, называется Aging. Его сотрудники сообщили, что из десятка тысяч научных статей, вышедших в свет за последние годы, наша лишь чуточку не дотянула до первого места (99,99-й процентили) в метрической системе, отслеживающей влияние и интерес. Несмотря на то что в опубликованный доклад не вошло поэтапное описание протокола (научные журналы устанавливают ограничения по страницам), в своей книге я смог не только восполнить пробел, но и подробнее рассказать о том, как разрабатывал ReCODE и на каких фактах основывался. В приложении вы найдете список продуктов, добавок и других компонентов, необходимых для выполнения протокола, а также ссылки на сайты врачей, знакомых с программой. Они помогут вам или вашим близким приступить к лечению.

Великое счастье, когда нам удается улучшить качество жизни больных. Именно к этому я стремился долгие годы, пытаясь найти способ предотвратить и обратить вспять болезнь Альцгеймера. Те, кто включится в программу ReCODE, «спасутся сами и спасут тысячи вокруг них». По статистике, болезнь Альцгеймера поражает в среднем одного из девяти американцев старше 65 лет, т. е. 5,2 миллиона человек. Старение поколения «бэби бум» угрожает обанкротить федеральные программы медицинского страхования «Медикэр» и «Медикэйд» и вызвать нехватку мест в учреждениях длительного лечения, не говоря о том, сколько горя придется пережить родственникам пациентов с болезнью Альцгеймера. По оценкам специалистов, к 2050 году число пациентов с деменцией возрастет до 160 миллионов человек. А это значит, что сегодня мы острее, чем когда-либо, нуждаемся в мерах профилактики и лечения данного заболевания. Сотни пациентов смогли улучшить когнитивные функции и вернуться к нормальной жизни вопреки существующей догме. Победа над болезнью Альцгеймера перестала быть только мечтой.

Мы знаем, что нужно делать!

Цитируя Библию, я имел в виду, что когда люди начнут жить по заповедям программы ReCODE, о ее эффективности узнают во всем мире, это сократит расходы на медицину на триллионы долларов в год, спасет «Медикэр» от банкротства и тысячи людей – от деменции, а также увеличит среднюю продолжительность жизни. На свете нет ничего невозможного.

Стоит отметить, что моя книга – первая ободряющая весточка для людей, страдающих болезнью Альцгеймера. Это хроника возрождения к новой жизни. Один из моих пациентов (о них вы прочтете далее) заметил, что снова получил возможность строить планы на будущее при общении с внуками, у другой память стала лучше, чем в молодости. Жена больного музыканта с радостью сообщила, что ее муж заиграл на гитаре. Девушка рассказала, как ее мама, которая таяла на глазах, снова стала полноценным членом семьи. Представленные здесь истории символизируют начало новой жизни, начало конца болезни Альцгеймера.

Вот что ждет вас впереди.

Главы 2–6 посвящены научной одиссее, которая привела меня к созданию ReCODE. Я описываю открытия, ставшие основой лечебного протокола: как выглядит «изнанка» болезни Альцгеймера, каковы ее истоки и почему она так широко распространена. Они позволили мне разработать уникальный метод, помогающий предотвратить заболевание, выявить метаболические и иные факторы, повышающие риск его развития и обратить вспять ухудшение когнитивных функций. А еще эти открытия бросают вызов центральной догме болезни Альцгеймера и показывают, что она возникает вследствие сбоя вполне обычного процесса функционирования головного мозга. Травмы, инфекции и другие формы насилия (их много) заставляют мозг защищаться. К защитным механизмам относится выработка амилоидов, ассоциирующихся с болезнью Альцгеймера. Вы не ослышались – амилоиды, обвиняемые во всех грехах и от которых пытаются избавиться, – часть защитной реакции организма. Нет смысла уничтожать амилоидные отложения, если это не приносит облегчения пациентам с болезнью Альцгеймера.

Вопреки сложившимся убеждениям, то, что мы называем болезнью Альцгеймера, представляет собой защитный ответ на три различных процесса: воспаление, субоптимальный уровень питательных веществ и других поддерживающих синапсы молекул и токсическое воздействие. Подробнее о каждом из трех факторов мы поговорим в главе 6, а сейчас позвольте донести до вас главную мысль: наличие трех легко различимых типов (и их комбинаций) деменции, ключ к профилактике и лечению заболевания. Кроме того, намного проще победить болезнь Альцгеймера при первых признаках потери памяти, на стадии умеренных и субъективных когнитивных нарушений, не дожидаясь серьезного ухудшения состояния пациента.

В главе 7 я расскажу о тестах, позволяющих выявить причины снижения когнитивных функций и имеющиеся факторы риска – ведь уже сейчас вы можете толкать себя в пропасть болезни Альцгеймера. Эти тесты крайне важны, потому что факторы, провоцирующие заболевание, очень неоднородны. Необходимо получить индивидуальный профиль рисков, чтобы знать «врага в лицо». Вы поймете суть каждого теста и то, как различные физические параметры влияют на работу головного мозга и развитие деменции. В главе 7 в сжатой форме представлен список анализов, входящих в «когноскопию», и лежащие в их основе принципы.

В главах 8 и 9 вы узнаете, как действовать в зависимости от полученных результатов, т. е. на кого из виновников ухудшения когнитивных способностей стоит обратить внимание: воспаление/инфекцию, инсулинорезистентность, гормоны, нехватку питательных веществ, токсическое воздействие. Также поговорим о замещении утраченных нейронных соединений (синапсов) и защите дисфункциональных. Это не универсальный подход. Программа ReCODE должна быть адаптирована на основании результатов анализов: ваша версия будет отличаться от версии других лиц, так как она оптимизирована под уникальную физиологию больного. Сам факт того, что ReCODE работает – предотвращает и обращает вспять ухудшение когнитивных функций – делает программу неповторимой и новаторской, так же как и аспект индивидуального подхода.

В главах 10–12 я раскрою секреты достижения наилучших результатов и закрепления успеха. Здесь будут предложены обходные пути, которые помогут вам не только восстановить умственную работоспособность, но и преодолеть скептицизм в отношении данного метода.

Девятнадцатый век ознаменовался внедрением новых медицинских подходов. Врачей стали учить диагностировать заболевания (гипертонию, застойную сердечную недостаточность, артрит и др.) и прописывать шаблонное лечение, например гипотензивные препараты при повышенном давлении. Ситуация стала медленно меняться с появлением «точной онкологии», когда генетический профиль опухоли пациента диктует назначение того или иного препарата. Шаг в сторону персонализированного подхода может приблизить нас к ключевому аспекту восточной медицины, коей является традиционная китайская медицина (ТКМ) и аюрведа: хотя древние целители, применявшие данные практики, не имели представления о молекулярной биологии заболеваний. Они излечивали человека в целом, а не фокусировались на конкретном «нарушении», например гипертонии.

Новая медицина – медицина XXI века – использует все лучшее, что есть в западной и традиционной восточной практике. Она соединяет знания о молекулярных механизмах и глубокое понимание человеческой природы. Такой подход позволяет нам задуматься не над самой проблемой, а над ее первопричиной. Не что случилось, а почему это случилось. Большая разница, сыгравшая ключевую роль в поисках лечения болезни Альцгеймера.

Лабораторное исследование, которое я провел совместно с другими учеными, позволяет во всеуслышание заявить: никто не должен умирать от болезни Альцгеймера. Позвольте мне повториться: никто не должен умирать от болезни Альцгеймера. Чтобы добиться этого, нам (практикующим врачам и пациентам) нужно шагнуть из века двадцатого в век двадцать первый и заняться своим умственным и общим здоровьем.

Книги по медицине обычно безэмоциональны, перегружены сухими фактами, рецензированы и одобрены экспертами, но я заранее прошу вашего снисхождения за то, что не могу оставаться равнодушным. История показывает, что слишком часто факты, которые биомедицинское и научное сообщество принимает, всячески одобряет и выдает за непреложную истину, в конечном счете оказываются неверны. (Новорожденные неспособны чувствовать боль. Язва возникает в результате стресса. Гормонозаменяющая терапия предотвращает развитие болезней сердца у женщин в постменопаузе. И так далее.) Область нейродегенеративных заболеваний не избежала подобных разочарований и отречений от собственных догматических утверждений. Разные специалисты в разные годы говорили, что болезнь Альцгеймера провоцируют свободные радикалы, связывание металов, неправильно свернувшиеся белки, диабет головного мозга, тау-белок, эффект вымывания: в общем, список можно продолжать бесконечно. А по сути, мы просто не имеем консенсуса. Более того, ни одна из современных гипотез не объясняет всех данных, опубликованных в более чем 50 000 научных статей. Неудивительно, что болезнь Альцгеймера скоро будет уносить жизни 45 миллионов из 325 миллионов американцев.

Сегодня существует огромное количество гипотез о причинах возникновения болезни Альцгеймера, но ни одна из них не дает полного представления о том, почему это случается с нами.

Меня не оставляют равнодушным причина этого самого заболевание, лежащие в его основе нейродегенеративные процессы, чрезмерно упрощенные методы воздействия на них, политическая и финансовая природа принимаемых решений и миллионы жертв. Как врачи, мы боимся, что эмоции могут повлиять на наши выводы и «убить» объективность. Это беспокойство вполне обоснованно. Однако все те, кто следит за достижениями в борьбе с болезнью Альцгеймера, видят боль и отчаяние людей, посчитают, что равнодушие – куда более опасная штука. Неужели мы, общество, отстранились от проблемы деменции? Неужели мы опустили руки и поверили, что гениальные ученые, разработавшие шунтирование сердца, антибиотики, плазмоферез, протезы, стволовые клетки и трансплантацию органов, бессильны против болезни Альцгеймера? Неужели мы, ученые и клиницисты, оказались заложниками собственной догмы и ограничились одним препаратом и одним шаблонным лечением, несмотря на отсутствие положительных результатов? Я надеюсь, нет. Если необходимость – мать изобретательности, то увлеченность – ее отец.

Глава вторая

Нулевой пациент

«На свете есть те, кто победил рак, но ни одного, кто бы смог победить болезнь Альцгеймера»

ДЕЙЛ БРЕДЕСЕН

Позвольте представить вам Кристин.

Кристин помышляла о самоубийстве. Годами ранее она в отчаянии наблюдала, как ее мать медленно угасала, а когда та перестала узнавать своих родных, не говоря о том, чтобы заботиться о себе, ее пришлось поместить в дом инвалидов. Кристин страдала тем же заболеванием, что и мать, у которой первые признаки деменции начали проявляться в 62 года. Падение в бездну болезни Альцгеймера продолжалось 18 лет. Сама Кристин оказалась один на один с заболеванием, так как на тот момент ее мать совершенно перестала воспринимать окружающий мир.

В 65 лет Кристин начала испытывать угасание когнитивных функций. Она забывала, куда едет, и вдруг переставала узнавать давно знакомую местность, не могла анализировать информацию, необходимую для работы, составлять и сдавать отчеты в положенный срок, путала числа и была не в силах записывать более четырех цифр, не говоря о телефонных номерах. Прочитанное настолько быстро стиралось из ее памяти, что, дочитав страницу до конца, она начинала снова. Скрепя сердце пришлось написать заявление об уходе. Ошибки случались все чаще: Кристин путала имена домашних питомцев и подолгу искала выключатели света, на которые нажимала годами.

Как и большинство людей, она пыталась игнорировать симптомы, но они все более и более усиливались. Через два года Кристин решилась на поход к врачу, который сообщил, что ей суждено повторить участь собственной матери, а избежать этого невозможно. Диагноз «нарушение памяти» не давал право получения страховки на долговременное лечение. Сканирование сетчатки показало скопление амилоидов, считающихся виновниками болезни Альцгеймера. Она представила мучения матери и то, что ей придется жить с прогрессирующей деменцией без надлежащего ухода и лечения. Тогда в ее голове возникла мысль о самоубийстве.

Кристин позвонила лучшей подруге Барбаре и сказала: «Я видела, как медленно и мучительно умирала моя мать, я не хочу, чтобы это повторилось со мной». Взволнованный голос в трубке напугал Барбару. Искренне желая помочь, она рассказала, что слышала о новой научной работе и, буквально вытащив подругу из петли, предложила ей проехать несколько тысяч миль и посетить Институт исследования старения им. Бака, расположенный к северу от Сан-Франциско. Так в 2012 году Кристин попала ко мне.

Мы беседовали долгие часы. Я не давал гарантий, не приводил примеры чудесных выздоровлений – только диаграммы, теории и данные, полученные в ходе экспериментов на трансгенных мышах. Вообще, Барбара поспешила, отправив подругу в наш институт. Дело в том, что разработанный мной протокол еще не вступил в стадию первых клинических испытаний. Наблюдательный совет был озадачен и заявлял, что в ходе подобных испытаний принято тестировать только один препарат или одну процедуру, а не целую программу (можно подумать, что болезни так просто устроены!). Мне ничего не оставалось, как просмотреть различные пункты программы и попросить Кристин узнать у ее лечащего врача, готов ли он помочь. Так она включилась в лечение, получившее название «Протокол ReCODE».

Три месяца спустя в воскресенье Кристин позвонила мне домой и радостно сообщила, что произошедшие изменения умственных способностей превзошли все ее ожидания. Она снова вышла на работу, спокойно ездит на машине и с легкостью запоминает телефонные номера. Ее общее самочувствие значительное улучшилось. Когда я положил трубку, то перед глазами пронеслись долгие годы исследований, бесчисленные часы стояния у доски вместе с коллегами, муки сомнения относительно деталей теории и методах лечения. Все оказалось не зря. Мы двигались в правильном направлении. Да, случай с Кристин был нашей первой и на тот момент единственной победой (это называется «испытание на одном пациенте»), и нам предстояло добиться подобных результатов у тысяч и миллионов людей. Я представил врача, говорящего своему пациенту: «Вы – исключение из правил, так что для статистики не имеете никакого значения». На что пациент отвечает: «Моя семья говорит, что для них я имею огромное значение. Что ж, я снова здоров, а статистика меня не волнует». Каждое коренное изменение с чего-то начинается, а у каждого эффективного метода лечения есть свой нулевой пациент. Кристин была нашим нулевым пациентом.

Она поинтересовалась у кого-то из своих родственников: «Вы знали, что я страдала болезнью Альцгеймера?» Ответ был: «Конечно, просто я делал вид, что не замечаю пугающих симптомов. Не хотелось тебя расстраивать». Вот уже пять лет Кристин следует протоколу ReCODE. В свои 73 года она работает полный день, путешествует по миру и не испытывает никаких проблем со здоровьем. Более того, четыре раза она на короткое время прекращала лечение. Причины были разные – поездка, вирусное заболевание, не успела купить нужные лекарства, и каждый раз деменция опять начинала проявляться. Восстановить умственную работоспособность снова и снова помогала ReCODE.

Когда в 1989 году мы с коллегами инициировали исследование, приведшее к созданию протокола, догма о причинах болезни Альцгеймера считалась неприкосновенной. Вплоть до 1980-х годов ученые свято верили, что развитие заболевания провоцируют липкие амилоидные бляшки (молекула белка), «загрязняющие» пространство между нейронами. В этих пространствах, или как их называют по-научному, синапсах, осуществляется коммуникация одного нейрона с другим. Повреждения, вызванные амилоидными бляшками, имеют катастрофические последствия: синапсы перестают функционировать. По сути, амилоидные бляшки были одной из аномалий, зафиксированных невропатологом Алоисом Альцгеймером (1864–1915) в ходе исследований головного мозга первого пациента с диагнозом «пресенильная деменция», которая была описана им в 1906 году. (Другим отклонением было обилие удлиненных волокнистых клубков, состоящих из тау-белка. Уделяя повышенно внимание амилоидным бляшкам, ученые долгие годы недооценивали значение этих нейрофибриллярных клубков.) Преобладание амилоидной гипотезы спровоцировало «стадное чувство». Многие экспериментальные препараты против болезни Альцгеймера действовали шаблонно, т. е. прилеплялись к амилоидным бляшкам (или в некоторых случаях к амилоидам прежде, чем они успели превратиться в бляшки) и устраняли их.

Ученые в медицинских центрах, университетах, фармацевтических и биотехнологических компаниях пачками создавали разрушающие амилоиды вещества.

Болезнь Альцгеймера – не результат нарушения работы головного мозга. Она развивается как здоровая реакция организма на угрозу. Но, защищаясь, мозг начинает медленно разрушать сам себя.

Эффективность их применения на лабораторных животных не вызывала сомнения, поэтому такие гиганты, как Eli Lilly и Biogen тратили миллиарды долларов на клинические испытания. Не составляет труда вспомнить, сколько из двухсот с лишним экспериментальных препаратов смогли остановить развитие болезни Альцгеймера или, что еще лучше, обратить ее вспять, а затем получить одобрение Управления по санитарному надзору за качеством продуктов и медикаментов. Ни одного. В связи с этим Ассоциация Альцгеймера постановила, «что нельзя излечить болезнь или остановить ее прогрессирование».

Конечно же, многочисленные неудачи заставили ученых усомниться в центральной догме, которая называется амилоидно-каскадная гипотеза. Утверждать, что амилоиды играют ключевую роль в развитии заболевания, – то же самое, что винить клетки в образовании раковых опухолей. Данная гипотеза не объясняет наличие амилоидов, их нормальное функционирование, не позволяет предотвратить заболевание и, самое главное, не проливает свет на природу деменции.

Неудивительно, что положительная тенденция, которую продемонстрировали Кристин и пара других пациентов, включившихся в ReCODE, вызвала ажиотаж среди врачей, больных и членов их семей, а также подверглась серьезному скептицизму. Это был удар по непоколебимой догме, гласившей, что ни одно средство на свете не предотвратит, не замедлит и не обратит вспять болезнь Альцгеймера. Надежда была только на чудо, а протокол ReCODE таковым не казался. Однако на сегодняшний день более 200 человек смогли победить болезнь с помощью данной программы. Многие врачи успешно применяют ее для лечения своих пациентов. За год я обучил около 450 терапевтов, нейропсихологов, медсестер, тренеров по здоровью и диетологов не только из США, но и других стран.

К счастью, нейробиологи и терапевты постепенно начинают отказываться от укоренившихся взглядов на болезнь Альцгеймера. Ее истоки кроются не в скоплении липких амилоидных бляшек (или удушающих нейроны клубков), а в защитной реакции головного мозга.

Позвольте повториться. Болезнь Альцгеймера – НЕ результат нарушения работы головного мозга. Это не онкология, где генетическая мутация – унаследованная или приобретенная – провоцирует клетку и ее потомство бесконтрольно делиться, захватывая орган. Это не ревматоидный артрит и другие аутоиммунные заболевания, где иммунная система «ополчается» на собственные клетки и начинает их атаковать. Суть большинства болезней в «поломке», т. е. физиологическая система начинает работать совсем не так, как задумано природой.

Здесь все по-другому. Как я подробно расскажу в главе 4, самым главным открытием, сделанным в моей лаборатории, было то, что болезнь Альцгеймера развивается вследствие здоровой реакции головного мозга на угрозу. Зачем эволюция наградила нас такими механизмами? Потому что в большинстве случаев они безотказно работают – мозг отражает «нападение» и возвращается к нормальному функционированию. Проблемы возникают, когда угроза носит хронический, множественный, стабильно интенсивный характер. В таком случае защитные реакции организма также переходят в разряд хронических, множественных и стабильно интенсивных, причиняя организму вред. Болезнь Альцгеймера – явление, возникающее, когда головной мозг пытается защититься от трех видов метаболических и токсических угроз:

• Воспаление (в результате инфекции, неправильного питания и других причин).

• Сокращение количества и дефицит питательных веществ, гормонов и других поддерживающих головной мозг молекул.

• Токсичные вещества, такие, как металлы и биотоксины (яды, выделяемые микробами или плесенью).

В главе 6 я раскрою секрет, как нам удалось обнаружить, что эти три типа угроз, имеющие множество истоков, запускают ответную реакцию в головном мозге. Поговорим о природе их воздействия и опасности амилоидного ответа для синапсов. А пока я лишь хочу заметить: если знать, что болезнь Альцгеймера развивается на фоне дефицита полезных соединений, попыток головного мозга защитить себя от воспалений или наплыва токсичных веществ, методы профилактики и лечения становятся предельно ясны. Необходимо выявить потенциальные первопричины возникновения угроз, на которые реагирует головной мозг, устранить их и справиться с оставшимися «врагами».

Таким образом, чтобы обратить вспять ухудшение когнитивных функций при субъективных когнитивных нарушениях, умеренных когнитивных нарушениях или болезни Альцгеймера (и возможно, при других формах деменции, например с тельцами Леви), необходимо искоренить факторы (в идеале сразу все), которые заставляют наш мозг защищаться, вызывая амилоидный ответ, а когда угроза исчезнет, удалить и сами амилоиды. После избавления от триггеров амилоидной выработки и накопившихся амилоидов вам потребуется восстановить разрушенные болезнью синапсы.

Вы абсолютно правы, если думаете, что не может быть универсального «оружия» против субъективных когнитивных нарушений, умеренных когнитивных нарушений и болезни Альцгеймера. Однако мы все очень уязвимы и не в силах предугадать, с какой именно угрозой (или угрозами) столкнется наш мозг, поэтому необходимо сократить вероятность появления всех трех: а именно воспалений, нехватки поддерживающих веществ и воздействия нейротоксичных соединений. Если у вас уже диагностировали УКН, СКН или болезнь Альцгеймера, крайне важно выявить тип заболевания (и его причину: воспаление, нехватка поддерживающих мозг молекул или токсичные соединения), так как для каждого типа разработано оптимальное лечение. Кроме того, индивидуальный профиль пациента подразумевает применение персонализированного подхода.

Из всего вышесказанного следует, что эффективность профилактики и лечения деменции при болезни Альцгеймера напрямую зависит от программирования. Под программированием я подразумеваю разработку оптимальных схем терапии комплексных хронических заболеваний (сюда относится болезнь Альцгеймера), включая выявление триггеров и адаптацию под параметры каждого конкретного пациента. Причины использования такого подхода очевидны: врачи пытаются устранить многочисленные первопричины ухудшения когнитивных функций с помощью одного препарата (монотерапии), который оказывает незначительное действие, а в большинстве случаев абсолютно бесполезен.

Стоит учесть, что головной мозг сильно страдает от этих трех видов угроз и ваших попыток предотвратить и купировать негативное воздействие. К счастью, существуют сравнительно простые методы выявить, оценить и устранить каждую из «нападок», оптимизировав работу головного мозга.

Организм – это комплексная система. Вместо того чтобы рассматривать мозг в изолированном контексте, мы должны понять, что все клетки и физиологические системы неотделимы друг от друга. В результате цепной реакции «починка» или «поломка» одного органа приводит к восстановлению или нарушению функционирования другого, на первый взгляд, совершенно с ним не связанного. Поддерживая и, при необходимости, выравнивая баланс основной биохимии, мы предотвращаем и устраняем дисфункцию прежде чем болезнь вступит в свои права. Борьба с симптомами уже развившегося заболевания – самый распространенный метод лечения, который кардинальным образом отличается от попыток уничтожить корень проблем на клеточном уровне. Иными словами, мы хотим добраться до истоков когнитивного снижения и устранить любой дисбаланс до того момента, как болезнь примет необратимый характер.

Позволю себе заметить: лечить организм в целом намного сложнее, чем бороться с одним симптомом или конкретной проблемой. Существует множество потенциальных факторов и аномалий, способствующих деменции и повышающих риски ее развития. На начальном этапе нам удалось выявить 36 триггеров, затем еще несколько. О сотнях и тысячах речи не идет.

Терминология

ДЕМЕНЦИЯ – снижение когнитивных функций, при котором происходит утрата большинства умственных способностей. Потеря памяти является одним из ранних симптомов. Человек испытывает трудности при чтении, письме, общении, выполнении математических вычислений, планировании, он часто теряет нить разговора и не может абстрактно мыслить. Причины деменции различны: существует сосудистая деменция, лобно-височная деменция, деменция с тельцами Леви и другие, болезнь Альцгеймера из них самая распространенная. Протокол ReCODE продемонстрировал свою эффективность в борьбе с болезнью Альцгеймера и предшествующими ей состояниями (СКН и УКН, см. далее), но мы до сих пор не знаем, насколько он действенен в отношении других форм деменции.

СОСУДИСТАЯ ДЕМЕНЦИЯ – форма деменции, развивающаяся в результате снижения кровообращения в головном мозге и многочисленных микроинсультов. В последние годы ученые отмечают большую схожесть сосудистой деменции с болезнью Альцгеймера.

ЛОБНО-ВИСОЧНАЯ ДЕМЕНЦИЯ – значительно менее распространена, чем болезнь Альцгеймера. Сопровождается изменениями поведения, проблемами с памятью и речью.

ДЕМЕНЦИЯ С ТЕЛЬЦАМИ ЛЕВИ – довольно распространенная форма деменции (выявляется у одного из пяти пациентов с подозрением на болезнь Альцгеймера). Характерными особенностями являются зрительные галлюцинации, бред, повышенная сонливость, беспокойство конечностей во время сна (нарушение поведения во время фазы быстрого сна) и др.

БОЛЕЗНЬ АЛЬЦГЕЙМЕРА – форма деменции, характеризующаяся амилоидными бляшками и нейрофибриллярными клубками. Как я уже говорил, появляются все новые и новые свидетельства того, что эти факторы не приводят к развитию заболевания, однако по традиции болезнь Альцгеймера выявляют именно по наличию бляшек и клубков. Ни то ни другое нельзя увидеть в живом мозге, но некоторые виды нейросканирования, например ПЭТ (позитронно-эмиссионная томография), а также анализ спинномозговой жидкости позволяют зафиксировать их скопление. Обычно болезнь Альцгеймера диагностируют на основании симптомов, включающих потерю памяти и когнитивное расстройство настолько выраженное, что пациент не может мыться, есть, одеваться и каким-либо образом обслуживать себя без посторонней помощи. Стандартная терапия абсолютно бессильна в борьбе с заболеванием.

СУБЪЕКТИВНЫЕ КОГНИТИВНЫЕ НАРУШЕНИЯ (СКН) – ухудшение умственной работоспособности, заметное самому человеку, но по нейропсихологической оценке не выходящее за рамки нормы. Высокоинтеллектуальные личности могут отметить у себя ухудшение памяти, тогда как тесты будут говорить о колебаниях внутри «здорового» диапазона, но этот «здоровый диапазон» хуже, чем то, что было у них раньше. Уже на данной стадии ПЭТ и анализ спинномозговой жидкости могут выявить аномалии, а МРТ (магнитно-резонансная томография) покажет уменьшение участков мозга. СКН прогрессируют до УКН в течение примерно десяти лет.

УМЕРЕННЫЕ КОГНИТИВНЫЕ НАРУШЕНИЯ (УКН) – следующая стадия прогрессирования когнитивных нарушений. Нейропсихологические тесты свидетельствуют о наличии проблем с памятью, мышлением, речью, планированием, выполнением математических вычислений или другими когнитивными функциями, но при этом человек продолжает справляться с повседневными обязанностями, например одевается, ест и моется без посторонней помощи. УКН не всегда прогрессирует до болезни Альцгеймера, однако у многих людей (особенно при потере памяти, обусловленной УКН) заболевание развивается в течение нескольких лет.

Эффективная профилактика и быстрое восстановление когнитивных функций требуют проникновения в природу фактора: например, подвергался ли человек воздействию особых токсинов плесени под названием микотоксины или у него завышена концентрация воспалительных молекул в крови. Протокол ReCODE позволяет оценить необходимую информацию и с ее учетом разработать индивидуальный план лечения.

Глава третья

Что чувствуют люди, вновь вернувшиеся к нормальной жизни?

«Война бы закончилась, если бы мертвые воскресли».

СТЭНЛИ БОЛДУИН

С детства мы знаем, что, заболев, начинаем испытывать недомогание. Не надо идти в школу, приходится вызывать врача, а ощущения самые неприятные. Болезнь и осознание того, что тебе плохо, всегда возникают одновременно. Но болезнь Альцгеймера – совсем другое дело. Очень и очень долго человек чувствует себя здоровым и обращается к специалистам, только когда симптомы становятся очевидными, но к этому моменту заболевание довольно сложно, а порой уже невозможно вылечить. Процессы, лежащие в основе болезни Альцгеймера, протекают пятнадцать-двадцать лет прежде, чем ставится окончательный диагноз.

Более того, когда у человека проявляются первые симптомы заболевания, например потеря памяти, он находит всевозможные отговорки и делает вид, что ничего не происходит. Мы говорим «вертится на языке», «сейчас вспомню» или в шутку ссылаемся на «старческий маразм» и «провалы в памяти». Нет, конечно, все это не признаки болезни Альцгеймера и не повод для беспокойства. Но задуматься все же стоит.

Если бы можно было выкарабкаться из мрака болезни Альцгеймера, как бы вы описали свои ощущения? Каково это, снова обрести утраченные способности? Протокол ReCODE смог вернуть многих людей к нормальной и жизни, и теперь у нас есть ответы на эти и другие интересующие вопросы. Нельзя сказать, что у всех больных проявляются одинаковые ранние симптомы и траектории их выздоровления непременно должны совпадать. Опыт каждого уникален, и нам есть чему поучиться.

Элеанор впервые столкнулась с когнитивными проблемами в 40 лет. Ее отец находился на последней стадии болезни Альцгеймера, когда она стала замечать проявление неприятных симптомов.

1. Способность запоминать лица. Утрата способности узнавать и запоминать лица, или, по-научному, лицевая агнозия, – первое изменение, на которое обратила внимание Элеанор. Расстройство проявилось внезапно и очень явно в 40 лет. «Я не связала это с деменцией, – рассказала она мне, – скорее с переутомлением и неспособностью к обучению, хотя в молодости у меня подобных проблем не возникало. Так было и у моего отца».

2. Уменьшение ясности сознания (особенно в конце дня). «Стала возникать нарастающая умственная усталость во второй половине дня. Мне казалось, что я просто выбилась из сил. Приходилось преодолевать себя, чтобы помочь детям сделать уроки. Подобное я испытывала в колледже после ночной зубрежки и затянувшихся экзаменов, только на этот раз умственной нагрузки как таковой не было. Помимо всего прочего, мне стало очень сложно воспринимать текст, особенно к вечеру, я забывала прочитанное почти сразу, как переворачивала страницу. На встречах терялась и не могла поддержать разговор, а еще я заметила, что почти всегда молчала во время оживленных бесед на «умные темы». На меня это не похоже. Я не находила уместных слов (в голове царила пустота) и боялась ляпнуть что-нибудь невпопад, так как с трудом следила за нитью разговора. Когда я все же решалась открыть рот, то напрягалась и заранее формулировала фразу, а потом снова и снова повторяла ее про себя, пытаясь не забыть. Такого раньше со мной не было».

3. Потеря интереса к чтению, неспособность следить за нитью разговора и поддерживать беседу, проблемы с восприятием фильмов со сложным сюжетом. «Общение стало для меня утомительной работой, – замечает Элеанор, – Я не понимала, почему. Беседы на отвлеченные темы пугали меня, и все, что хотелось, – это просто закрыть глаза».

4. Утрата способности вспоминать прочитанное и услышанное. «Меня начала все чаще подводить память. Я забывала, что нужно купить в магазине и какие суши просили заказать дети». За год до того, как Элеанор включилась в протокол ReCODE, она призналась, «что с трудом воспринимает материал, который необходимо изучить перед началом лечения, и не в силах его запомнить, как и все прочитанное в журналах и книгах. Чтение (а раньше я буквально глотала книги) перестало приносить удовольствие».

5. Сокращение словарного запаса. Элеанор стала с трудом подбирать нужные слова, в результате чего наметилась тенденция к упрощению словарного запаса. «Вместо «враждебный» или «угрожающий» я говорила просто «агрессивный», вместо «зацикленный» – фразу наподобие «он снова и снова думает об этом». Прилагательное «коммуникабельный» заменяла синонимом «общительный». Кроме того, во время разговора я подолгу подбирала слова и часто делала паузы. В конечном итоге в памяти всплывало уместное слово или приходилось искать обходные пути. Например, я говорила «кто-то идет шаг за шагом к намеченной цели», потому что не могла вспомнить определение «систематичный», имея в виду «систематичный подход». Это беспокоило меня и требовало определенных умственных усилий, но окружающие пока ничего не замечали. После пяти-шести месяцев следования программе я поняла, что при общении с людьми стала с легкостью использовать слова, которые давно исчезли из моего лексикона, – как те, о которых я упоминала ранее, удивительно, что я вообще не забыла об их существовании».

6. Путаница в словах. «Я и раньше иногда путала имена своих детей, но незадолго до первого похода к врачу со мной начало твориться что-то ужасное. Я стала использовать абсолютно неправильные слова. Например, собирая детей в школу, я позвала кассира-контролера, причем громким и уверенным голосом. Сказала «селекторное совещание» вместо «карпулинг» при оформлении скидочного купона. Гуляя с собакой, я назвала ее не Джуно (имя пса), а Чили (который готовила на ужин)».

7. Снижение скорости мышления. Она стала дольше думать, чувствовала себя неловко при общении с людьми и на деловых встречах, медленнее печатала текст, словно что-то препятствовало прохождению сигнала от мозга к пальцам.

8. Страх сесть за руль. От водителей требуется большая концентрация внимания. Они должны следить за положением остального транспорта, дорожными знаками и движением пешеходов. Все это вызывало у Элеанор такой стресс, что она боялась даже приблизиться к машине.

9. Трудности при запоминании планов на день; чувство «перегруженности» делами. Элеанор стала пропускать встречи и «с ужасом понимала, что события в ее жизни теряют упорядоченность». Она признавалась мне: «Я стала использовать Google календарь и всюду клеить бумажки с напоминанием, и все равно многое вылетало из головы. В молодости у меня была превосходная память. Я никогда не пропускала назначенные встречи и с легкостью запоминала телефонные номера».

10. Нарушение сна. «Я просыпалась, а потом долго не могла заснуть, часами ворочалась в постели, будучи не в состоянии сомкнуть глаза. И так по многу раз за ночь.

11. Отсутствие эффекта «умственного всплеска» после употребления кофеина.

12. Трудности при использовании иностранных языков, в том числе китайского и русского, которыми Элеанор раньше владела.

Случай с Элеанор показал, что симптомы болезни Альцгеймера проявляются очень медленно. Проходят годы – десять, двадцать лет, прежде чем ставится окончательный диагноз.

Через девять лет после появления первых признаков заболевания Элеанор (на тот момент ей было 49) получила положительный результат на аллель ApoE4, фактор риска развития болезни Альцгеймера. Она прошла нейропсихологические тесты, которые выявили отклонения, соответствующие имеющимся симптомам. Иными словами, Элеанор страдала не простыми провалами в памяти. Мозг действительно начал ее подводить. Что еще чувствовала эта героическая женщина в этот мрачный период? Элеанор смогла вернуться к нормальной жизни, а значит, ее положение можно назвать особенным. Она – исследователь, побывавший в неизведанных землях, в которых нашли свой конец множество людей. Ее опыт уникален и бесценен.

Послушайте, что она рассказала.

«Мне хотелось бы описать, каково это – бродить во мраке ранней деменции – состояния, которое я увидела изнутри, прежде чем смогла вернуться. Создается такое ощущение, что ты надеваешь наушники и пытаешься с кем-то разговаривать. Звуки заглушают голоса, и возникает чувство отдаленности. Я видела перед собой некую пелену, которая не давала мне нормально общаться и поддерживать беседу. Приходилось прилагать невероятные усилия, чтобы сформулировать мысль и донести ее до окружающих (и не забыть, что я хотела сказать). Эта пелена напоминала барьер, который нужно было постоянно преодолевать. Разговор, особенно на «умные темы», переставал быть чем-то естественным, как в молодости».

Элеанор включилась в протокол ReCODE в начале 2015 года и уже через шесть месяцев отметила заметное улучшение умственной работоспособности. Спустя девять месяцев она прошла нейропсихологические тесты, которые подтвердили положительную тенденцию: возвращение к норме было не игрой воображения или самообманом, а реальным, подтвержденным и объективно оцененным результатом. За месяц до тестирования, в октябре 2015 года, Элеанор описала свое состояние таким образом:

«Было такое чувство, что я очнулось ото сна. Еще в августе я заметила некоторые изменения, а в сентябре стало очевидным, что мрак рассеивается и когнитивные функции постепенно улучшаются. Жизнь наполнилась смыслом, и теперь я полна благодарности и желания поделиться своим опытом, который может пригодиться для дальнейших исследований. Ощутив перемены, мне удалось по-настоящему оценить то состояние, в которое погрузился мой отец, а затем и я сама. Очень многое я списывала на усталость и возраст, но сейчас понимаю, как сильно ошибалась».

1. Способность запоминать лица. Ко мне вернулась способность узнавать и запоминать лица. Я заметила это в сентябре, когда пришла на собрание в школу. Обычно я ужасно нервничала, потому что не помнила, с кем общалась раньше, а с кем нет, и вообще не понимала кто есть кто при отсутствии бейджиков. В этом году я узнала учителей и родителей, вспомнила имена и имена их детей и даже некоторую дополнительную информацию. Более того, я со спокойной душой обращалась к ним по имени, потому что ТОЧНО помнила, как их зовут.

2. Усталость в середине дня. Она прошла! Я помню, что мой отец испытывал подобную усталость, когда ему было ближе к пятидесяти. Он просил сократить часы работы в госпитале, приходил домой к трем и сидел перед телевизором. Мы думали, что он просто вымотался, но сейчас я понимаю, что это была деменция. На первых порах ее очень сложно распознать.

3 и 4. Восприятие и запоминание прочитанного. Улучшилось! Когда я читаю, или мне кто-то что-то рассказывает, я запоминаю большую часть информации – значительный прогресс. Мне не стоит труда следить за нитью разговора и поддерживать беседу «на умную тему».

5 и 6. Словарный запас и подбор слов. Я стала использовать больше слов. Мне казалось, что мой лексикон не изменился, а речь осталась такой же утонченной, но я ошибалась. Теперь я снова стала использовать «сложные» слова. Иногда мне бывает трудно подобрать нужные фразы, и все же я их нахожу!

7. Ясность ума и скорость мышления. Мне стало проще помогать детям делать домашнее задание и писать сочинения. Недавно я написала одну статью, чего не делала уже много лет, ловко и быстро, так же, как в молодости. А еще я опять стала быстро печатать.

8. Вождение. Страх садиться за руль постепенно уходит.

9. Встречи и планирование. Я редко забываю о намеченных мероприятиях и уже не так сильно боюсь пропустить их. Все неидеально, но и не так плохо, как раньше. Процесс запоминания не требует от меня прежних усилий. Я больше не прошу детей записывать на бумажке свои просьбы.

10. Сон. У меня улучшился сон после того, как я стала принимать по вечерам мелатонин и магний в самом начале лечебной программы. Я спала по три-четыре часа подряд (дольше, чем раньше), реже просыпалась и с легкостью засыпала снова. Прошло чувство постоянной усталости. Здоровый сон дарил мне отличное самочувствие!

11. Кофеин. Когда я пью кофе, то, как раньше, ощущаю прилив энергии.

12. Иностранные языки. К большому удивлению, китайский и русский языки, на которых мне не доводилось разговаривать долгие годы, снова «воскресают» в памяти. Я записываю каждое слово, которое всплывает в моей голове.

«Странно, но в прошлом году я не могла признаться окружающим, что все вышеупомянутое вызывало у меня невероятные сложности. Мне не удавалось проследить взаимосвязь между различными симптомами. Я чувствовала себя рассеянной, тогда как за этой «рассеянностью» скрывались реальные проблемы со здоровьем. Изменения происходят настолько медленно, что ты не придаешь им значения, а сильную умственную усталость списываешь на переутомление. Сейчас мое состояние постепенно улучшается, и я вижу разницу. Это похоже на пробуждение, и, надеюсь, оно продолжится. Не знаю, как мне отблагодарить вас. ReCODE вернул меня к жизни».

Никто сознательно не вводит себя в состояние, в которое погрузилась Элеанор. Мы невольно толкаем себя в пропасть деменции неправильным питанием и образом жизни. Как именно? Об этом – в следующей главе.

Глава четвертая

Как вызвать у себя болезнь Альцгеймера: учебное пособие

Пациент: «Доктор, когда я так делаю, мне больно».

Доктор: «Не делайте так».

Зачем вы хотите вызвать у себя болезнь Альцгеймера?! Не хотите? Тогда давайте рассмотрим различные факторы, которые провоцируют развитие заболевания, чтобы уберечь себя от проблем, а если у вас уже появились первые симптомы деменции, обратить их вспять. Я составил контрольный перечень, который поможет выявить опасные факторы, присутствующие в вашей жизни.

Хорошо, с чего начнем? Если вы следуете моему примеру, то работаете допоздна и наедаетесь на ночь, да не просто наедаетесь, а предпочитаете что-нибудь сладенькое, чтобы уровень инсулина в крови подскочил до потолка и оставался там во время сна. Возможно, вы ложитесь после полуночи и плохо спите из-за одышки (которая часто является результатом лишнего веса). Пара часов дремы не мешает вам подняться с постели и взбодриться. Но как только в голову начинают лезть мысли о предстоящем дне, приходит вездесущий стресс. Съедая типичный американский завтрак – сладкую булочку или пончик, большой стакан апельсинового сока, кофе с обезжиренным молоком, вы получаете приличную дозу молочных продуктов, провоцирующих воспаление, делаете «сладкий» шаг в сторону инсулинорезистентности и дырявите глютеном слизистую оболочку вашего желудочно-кишечного тракта. Потом по привычке глотаете ингибиторы протонной помпы, чтобы предотвратить рефлюкс-эзофагит, несмотря на то, что снижение уровня кислотности в желудке препятствует всасыванию важных питательных веществ, таких как цинк, магний и витамин B_12. Принимая статины, вы с легкостью снижаете концентрацию холестерина в крови менее 150 мг и с той же легкостью повышаете риск развития мозговой атрофии. И все это происходит в течение 12 часов (даже меньше) после ночного приема пищи, а это значит, что организм просто не в состоянии запустить аутофагию и удалить накопившиеся амилоиды и другой белковый мусор.

Вы спешите на работу, уровень стресса возрастает, стимулируя выработку кортизола, повреждающего нейроны гиппокампа. Прыгаете в машину, чтобы не напрягаться перед работой и избежать воздействия солнечных лучей, служащих отличным источником витамина D. Вы напряжены и раздражительны из-за недосыпа, поэтому не слишком приветливы в общении с коллегами, мало улыбаетесь и шутите. Когда к полудню уровень сахара в крови падает, единственным спасением для вас становятся сладости и вкусняшки.

Обед? Опять нет времени. Не проще ли проглотить бутерброд, купленный в столовой, или магазинный белый хлеб с индейкой, напичканной солевыми растворами, гормонами и антибиотиками, – вкуснятина! В качестве альтернативы можно съесть тунец, зараженный ртутью. Салата как-то не хочется. Запить все диетической содовой, чтобы окончательно добить микробиом, и закусить кексом. Нам же нужно получить дозу трансжиров и минимизировать уровень здоровых омега-3 жирных кислот.

К этому моменту мы уже сделали огромный шаг к болезни Альцгеймера. Но если вы хотите быстрее упасть в пропасть, дополните все сигаретой и сократите количество кислорода, поступающего в ткани, – в том числе и ткани мозга – и отравите кровь сотней токсичных химических веществ. А еще перестаньте чистить зубы пастой и нитью и наплюйте на то, что плохая гигиена полости рта вызывает систематическое воспаление и разрушает барьеры, препятствующие проникновению в мозг такой бактерии, как порфиромонас гингивалис (P. gingivalis).

Послеобеденная усталость вынуждает нас направиться к автомату с конфетами – мы так старательно гробили свое здоровье, что заслужили награду! – или, наконец, выпить заветное фраппучино, которое заждалось в холодильнике. Поглощение сахара и жиров было нашей единственной физической нагрузкой в течение дня (и так каждый день), у нас же нет времени на спорт. А теперь пора домой, мы гневно кричим на идиота, подрезающего нас на дороге, в результате артериальное давление повышается, делая гематоэнцефалический барьер таким же дырявым, как дуршлаг, в который мы опрокинем наш будущий ужин – напичканные глютеном макароны. А почему бы не перекусить чем-нибудь вкусненьким на заправке? Картошкой фри, например. Отличный источник вызывающих деменцию конечных продуктов гликирования (КПГ) – трансжиров, крахмала, окисленных (не первый раз нагреваемых) растительных масел с небольшим содержанием витамина E и нейротоксичного акриламида. Представьте каждую полоску картофеля в виде боксера, злобно рычащего: «Сейчас я вдарю по твоему гиппокампу!» Обязательно съешьте бургер из мяса животных, выращенных на кукурузном силосе, а не травяном корме, с высоким содержанием провоцирующих воспаление омега-6 жирных кислот и низким содержанием омега-3 – эти воспаления подавляющих, пропитанный высокофруктозным кукурузным сиропом под названием «кетчуп» и увенчанный глютеновыми булочками, которые с легкостью наделают дыр в слизистой оболочке вашего кишечника и гематоэнцефалическом барьере.

Вот вы и дома! Пахнет затхлым, ну и ладно! Лучше упаду на диван перед телевизором, посмотрю любимый фильм или передачу, главное, чтобы никакого умственного и физического напряжения. (Видеоигры – это развлечение для детей). Идеальный день на пути к болезни Альцгеймера подходит к концу, его можно завершить порцией «Маргариты» (и даже не одной) и кусочком чизкейка «Амаретто», затем создать видимость работы и отойти ко сну с включенным светом и работающей электроникой, а завтра все начать сначала.

Как вы уже поняли, образ жизни, который ведет к развитию болезни Альцгеймера, это образ жизни большинства из нас. Не паникуйте. Должны пройти годы, чтобы умеренные когнитивные нарушения, как у Элеанор, перешли в полноценную болезнь Альцгеймера, а ваши попытки «сломать» мозг и метаболизм с помощью традиционной американской диеты наконец вылились в серьезные проблемы со здоровьем.

Это была хорошая новость.

А теперь плохая. Если вы узнали себя в описании выше, значит, ваш образ жизни замедляет умственную работоспособность, а в организме уже возникли нейроугрозы (воспаление, дефицит поддерживающих мозг молекул или воздействие токсичных веществ), на которые мозг реагирует болезнью Альцгеймера и выработкой липких амилоидных бляшек, травмирующих синапсы.

Вот почему протокол ReCODE воздействует на всю триаду. Когда человек меняет образ жизни и тем самым устраняет угрозы, головной мозг перестает синтезировать белок амилоид, который врачи ассоциируют с болезнью Альцгеймера. Это то же самое, что не давать террористам попасть на борт самолета: если служба безопасности аэропорта справится с работой, то пассажирам не передается пережить то, что пережили пассажиры Boeing 747. Так что держите нейротеррористов подальше от своего головного мозга.

Существует множество способов обезопасить себя самостоятельно. Однако некоторые части протокола, например выявление типа нейроугроз, от которых (без ощутимых признаков) страдает ваш мозг, следует проводить совместно со специалистом. Не лишним будет проконсультироваться со специалистом по здоровью. Он поможет сдать необходимые анализы, оптимизировать программы и отслеживать результат.

Как я уже говорил, ухудшение когнитивных функций – результат наличия трех угроз: воспалений, нехватки поддерживающих мозг питательных веществ, гормонов и других стимулирующих умственную работоспособность молекул, а также токсичное воздействие. Явление, которое мы называем болезнью Альцгеймера, – это защитная реакция мозга на эти три угрозы. Две из них – воспаление и нехватка важных для головного мозга молекул – неразрывно связаны с обменом веществ. Обмен веществ формируют наше питание, уровень активности, гены и стрессоустойчивость. Так как питание, активность и стресс влияют на сердечно-сосудистую систему и другие аспекты жизни, умственное здоровье неразрывно связано с нашим общим самочувствием. Неудивительно, что многие состояния, повышающие риск развития болезни Альцгеймера – от предиабета и ожирения до дефицита витамина D и сидячего образа жизни, – следствие того, сколько мы едим и двигаемся.

Несмотря на то что существует огромное количество факторов, провоцирующих воспаление, дефицит поддерживающих мозг молекул и восприимчивость к токсичным соединениям, и в конечном счете деменцию, все они легко выявляемы и устранимы – чем быстрее, тем лучше. А теперь давайте рассмотрим природу каждой нейроугрозы в отдельности:

1. Предотвращение и уменьшение воспаления

Воспаление – это ответ организма либо на воздействие инфекционных агентов, таких как боррелии (болезнь Лайма), либо на неинфекционный стресс, например поврежденные сахаром белки или трансжиры.

Мы постоянно подвергаемся атакам потенциальных захватчиков: от вирусов и бактерий до грибков и паразитов. В борьбе с патогенами одним из главных защитных механизмов является иммунная система. Когда она направляет свои силы в зону поражения, иными словами, когда белые кровяные тельца захватывают и уничтожают вредоносные микроорганизмы, воспаление является частью защитного процесса. То есть оно необходимо организму для устранения угрозы (покраснение вокруг пореза – это и есть воспаление, а белые кровяные тельца защищают вас от попадания инфекции), но если угроза носит хронический характер, воспалительный ответ непрерывно активируется, вызывая проблемы.

К другой защитной реакции организма на патогены относится выработка амилоидов – веществ, формирующих бляшки, которые традиционно ассоциируются с болезнью Альцгеймера (1,2). Если вы изучите головной мозг человека, умершего от болезни Альцгеймера, то найдете в нем патогены совершенного разного рода: бактерии ротовой полости, плесень из носа, вирусы наподобие губного герпеса, клещевые бореллии (организмы болезни Лайма). Появляется все больше научных доказательств того, что, когда мозг наводняют патогены, он начинает вырабатывать защитный белок амилоид. Однако избыток амилоида приводит к гибели синапсов и клеток мозга.

Поэтому, чтобы предотвратить и обратить вспять ухудшение когнитивных функций, необходимо устранить потенциальные инфекции, оптимизировать способность иммунной системы уничтожать патогены и уменьшить хронические воспаления, которые являются результатом многолетней борьбы с этими самыми патогенами.

Воспаление может возникать и при отсутствии инфекции, стать следствием употребления в пищу сахара или трансжиров, например искусственных жиров, которые в свое время были основой индустрии фастфуда, а также входили в состав большей части мучных изделий (сейчас производители стараются их избегать). Также организм дает воспалительный ответ при возникновении синдрома «дырявой» кишки, вызванного потреблением глютена, молочных и зерновых продуктов. (Далее вы найдете список продуктов с высоким содержание глютена. Их нужно стараться избегать). В пищеварительном тракте образуются микроскопические отверстия, через которые фрагменты пищи или бактерий попадают в кровоток. Иммунная система распознает эти фрагменты пищи, принимает их за «врагов» и атакует, в результате чего и развивается воспаление.

Продукты, содержащие глютен[23]

• Пшеница

• Зародыши пшеницы

• Рожь

• Ячмень

• Булгур

• Кускус

• Мука-крупчатка

• Мука Грэма

• Камут

• Манная крупа

• Спельта

• Тритикале

Продукты, которые могут содержать глютен

• Солод/солодовый экстракт

• Супы

• Магазинные бульоны

• Мясная нарезка

• Картофель фри (часто посыпают мукой перед заморозкой)

• Плавленые сыры (например, Velveeta)

• Майонез

• Кетчуп

• Солодовый уксус

• Соевый соус и соус тэрияки

• Салатные заправки

• Крабовые палочки, бекон и др.

• Заменитель яиц

• Табуле

• Колбасы

• Заменители молочных сливок

• Жареные овощи/тэмпура

• Подливки

• Маринады

• Консервированная печеная фасоль

• Хлопья

• Магазинный шоколадный коктейль

• Продукты в панировке

• Фруктовые наполнители и пудинги

• Хот-доги

• Мороженое

• Корневое пиво

• Энергетические батончики

• Смесь орехов и сухофруктов

• Сиропы

• Сейтан

• Ростки пшеницы

• Горячие напитки быстрого приготовления

• Ароматизированный кофе и чай

• Голубой сыр

• Водка

• Вина Кулерс

• Фрикадельки, мясные рулеты

• Евхаристический хлеб

• Вегетарианские бургеры

• Жареные орехи

• Пиво

• Овес (за исключением безглютенового)

• Овсяные хлопья (за исключением безглютеновых)

Хроническое воспаление может быть результатом постоянного воздействия опасных микробов (например, когда через ранки на деснах бактерии ротовой полости попадают в кровоток) или потребления вызывающих воспаление продуктов, например сахара. Вот почему протокол ReCODE нацелен на то, чтобы устранить хроническое воспаление, исключив инфекции и вредные продукты.

Мы постоянно подвергаемся атакам потенциальных захватчиков: от вирусов и бактерий до грибков и паразитов. Если вы изучите головной мозг человека, умершего от болезни Альцгеймера, то найдете в нем бактерии ротовой полости, плесень из носа, вирусы наподобие губного герпеса, клещевые бореллии (организмы болезни Лайма).

Если причина воспаления кроется в токсичности сахара, то общую картину симптомов обычно дополняет инсулинорезистентность, нарушение, от которого страдает большинство американцев, а вместе с ними – и более миллиарда людей на планете. Человеческий организм по задумке природы может усваивать только малое количество сахара (примерно 15 г в сутки, половина того, что содержится в газировке объемом 300 мл). Сахар – это тот же огонь, дает энергию, но может и сжечь дотла. Те, у кого дома есть камин, знают, что количество дров и интенсивность огня, необходимые для обогрева, зависят от размеров помещения: меньше дров/пламени, если дом маленький, больше дров/пламени, если большой. Теперь представьте, что площадь вашего дома сократилась на 90 %, – именно это происходит при сидячем образе жизни. Чем меньше мы двигаемся, тем меньше расходуем энергии. В результате КПД вашего камина возрастает в десятки раз. Если продолжить подбрасывать дров, то очень скоро станет невыносимо жарко, огонь может перекинуться на мебель, и вам придется делать все возможное, чтобы дом не превратился в гору пепла. Подобный стресс сейчас испытывают многие из нас. Организм человека воспринимает сахар как белый яд, поэтому запускает различные механизмы, пытаясь снизить его концентрацию в крови и тканях. Более того, мы храним излишки энергии в виде жира, который вырабатывает опасные для мозга адипокины.

Наша кровь переполнена сахаром, а точнее, глюкозой. Молекулы глюкозы прикрепляются к белкам, препятствуя их нормальному функционированию. Равносильно тому, если бы осьминог прицепился к прыгуну с шестом. Организм реагирует на обилие глюкозы увеличением выработки инсулина, который уменьшает концентрацию глюкозы (среди прочих механизмов), выталкивая ее в клетки. Однако когда уровень инсулина хронически высок, «ответ» выключается, и человек становится резистентным к действию инсулина.

Ввиду целого ряда процессов инсулин неразрывно связан с болезнью Альцгеймера. Например, после того, как он выполняет свою работу и снижает уровень глюкозы, организм должен подвергнуть его остатки деградации, чтобы уровень глюкозы не упал слишком низко. Эту функцию выполняет фермент под названием «инсулиназа» (инсулин-деградирующий фермент, ИДФ). Угадайте, что еще разрушает инсулиназа? Амилоид – белковое вещество в составе липких «убивающих» синапсы бляшек, провоцирующих болезнь Альцгеймера. Однако этот фермент не может действовать везде и сразу. Когда инсулиназа расщепляет инсулин, то амилоид остается нетронутым, так же как пожарник не в силах потушить пламя одновременно в двух частях города. Хронически высокий уровень инсулина не дает ферменту разрушать амилоид, что приводит к росту риска развитию болезни Альцгеймера.

Именно поэтому одним из важнейших аспектов ReCODE является снижение инсулинорезистентности, восстановление чувствительности к инсулину, уменьшение концентрации глюкозы в крови, и за счет этого оптимизация метаболизма.

2. Оптимизация гормонов, трофических факторов и питательных веществ

Обуздав хронические инфекции и инсулинорезистентность, мы устраняем воспаление, а вместе с ними и угрозы, провоцирующие накопление амилоидов. Но важно не только остановить повреждение головного мозга, но вдохнуть в него силы. Ведь чем крепче синапсы, тем сложнее амилоидным бляшками их повредить.

Это стало очевидным в ходе исследования, представленного в 2016 году на ежегодном собрании членов Американского общества нейронаук (Society for Neuroscience). Ученые исследовали мозг людей, которые умерли в возрасте старше 90 лет и сохранили отличную память. Мозг некоторых был засорен амилоидными бляшками, но, по всей видимости, он оказался устойчив к действию амилоидов, направленному на разрушение синапсов и памяти. Почему? Исследования продолжаются, однако на сегодняшний день существуют две гипотезы. Согласно первой эти люди были высокообразованны и до конца дней занимались умственной работой, т. е. у них имелось достаточно запасных синапсов, которые компенсировали потери. Согласно второй существуют пока неизвестные нам биохимические механизмы борьбы с амилоидами (например, их детоксикация) или определенные процессы защиты синапсов от амилоидного воздействия.

Увеличение когнитивного резерва – вещь нужная, но немаловажно задействовать биохимические механизмы и «вооружить» синапсы против нападок амилоидов. Чтобы работать как часы, нашему мозгу требуются помощники: гормоны, трофические факторы и питательные вещества. Протокол ReCODE предлагает решение. В список компонентов, укрепляющих нейроны и синапсы, входят:

• нейротрофический фактор мозга (НТФМ). Повысить его уровень можно с помощью физических нагрузок;

• гормоны, такие как эстрадиол и тестостерон. Их уровень можно оптимизировать с помощью назначенных препаратов или пищевых добавок;

• питательные вещества, например витамин D и фолиевая кислота.

Стоит отметить, что, когда мозг испытывает нехватку вспомогательных веществ, например НТФМ, он начинает вырабатывать – угадайте что? – амилоид. Постепенно перед вами раскрываются причины синтеза амилоидов и ухудшения когнитивных функций, т. е. болезни Альцгеймера. Истоки этих причин кроются во множестве процессов: воспалении, инсулинорезистентности, гормональных нарушениях, дефиците витамина D, низком уровень НТФМ (и смежных нейротрофических факторов) и нехватке других жизненно важных питательных веществ. Нам необходимо оценить и устранять их все, чтобы максимизировать шансы на выздоровление.

3. Выведение токсинов

Если вас укусит ядовитая змея, то вам понадобится противоядие, которое нейтрализует действие яда. Оказывается, когда в мозг попадают токсичные металлы, такие как медь и ртуть, или биотоксины, например микотоксины из плесени, в дело вступают амилоиды. Связываясь с опасными веществами, они не позволяют им травмировать нейроны. Чтобы предотвратить образование амилоидных бляшек, ReCODE предлагает пациентам эффективный способ не допустить переизбытка амилоида. Для начала нужно выявить источник вредного воздействия, устранить его, а затем провести детоксикацию. Под детоксикацией, среди прочего, я подразумеваю очистку организма с помощью полезных продуктов, таких как крестоцветные овощи, гидратацию, посещение сауны, которая способствует выведению определенного рода токсинов, и увеличение доли важных молекул, например глутатиона. Таким образом, у мозга пропадет необходимость «штамповать» амилоиды.

Сделав все возможное, чтобы устранить воспаление, дефицит питательных веществ и токсичное воздействие, нужно приступить к следующему шагу, а именно: восстановить утраченные синапсы, защитить новые и уже имеющиеся. Исследования различных групп помогли выявить компоненты, активизирующие процессы формирования синапсов, но об этом мы поговорим чуть позже.

Вы, наверное, заметили, что моя программа кардинальным образом отличается от рецепта на лекарство. Развитие комплексных хронических заболеваний, таких как болезнь Альцгеймера, провоцирует множество факторов, поэтому оптимальное лечение требует устранения всех виновников, т. е. индивидуального подхода, а не универсальной таблетки. Следовать протоколу ReCODE сложнее, чем проглотить пилюлю. И эффективнее. Это не единичный выстрел по конкретной проблеме, а оружие массового поражения, направленное против множества причин когнитивного снижения.

Часть вторая

Болезнь Альцгеймера: раскладываем все по полочкам

Глава пятая

На грани отчаяния: из лаборатории в клинику и обратно

«Это загадка, окутанная тайной, покрытой мраком неизвестности. Но, возможно, к ее разгадке есть ключ».

СЭР УИНСТОН ЧЕРЧИЛЛЬ О РОССИИ (1939 ГОД)

Изучение работы головного мозга похоже на увлекательное путешествие, полное побед и поражений. Наша одиссея началась в лаборатории с распада выращенных в пробирке мозговых клеток и в конечном итоге привела в клинику, где нам посчастливилось видеть радость людей, возвращающихся к нормальной жизни. Однако смерть микроскопической клетки – не веский аргумент, поэтому данная глава посвящена «снотворной» теме, а именно детальному описанию научных исследований. Моя жена – очень хороший семейный врач, но даже она начинала зевать, когда я вдавался в подробности. Бывало и так, что она засыпала, а я продолжал разговаривать сам с собой…

Мне хотелось бы познакомить вас с природой болезни Альцгеймера. Тридцать лет исследований привели к тому, что совместно с коллегами я смог выявить механизмы нейродегенерации и разработать биологическую основу протокола ReCODE. Различные аспекты данной научной работы освещены в более чем 200 статьях. Как и моя жена, вы, наверное, захотите пропустить эту главу и сразу перейти к клиническим испытаниям и лечению (главы 7-11). Но кто знает, может, среди вас найдутся и те, кто всерьез интересуется наукой.

Будучи студентом-первокурсником, я случайно наткнулся на книгу физика и инженера Дина Вулдриджа[6] «Механизмы мозга» (The Machinery of the Brain). Несколькими месяцами ранее я беззаботно катался на серфе на Гавайях с моими друзьями из серф-клуба Greenback. А потом променял рев волн у побережья Гонолулу на гранит науки и поступил в Калифорнийский технологический институт, где выдающиеся умы бьются над разгадкой тайн черных дыр и темных пространств, над вопросами молекулярной генетики и психофизиологии расщепленного мозга, получают Нобелевские премии и вдохновляют создателей знаменитого сериала «Теория большого взрыва». Благодаря Вулдриджу и учебе в университете я узнал о насекомых, чье поведение обусловлено генами, а не мышлением, о физиологии электросудорожной терапии, о полушариях головного мозга, способных думать независимо друг от друга, словно у вас в голове живут два существа! Это было настолько увлекательно, что я твердо решил посвятить свою жизнь изучению головного мозга.

В 1970-х годах биолог Сеймур Бензер, один из моих любимых преподавателей, в ходе исследований на дрозофилах – крошечных плодовых мухах, которые вьются над перезрелыми бананами на нашей кухне, сумел выявить гены, лежащие в основе поведения. Это было невероятно! Ему удалось со 100 % точностью определить ген, отвечающий за обучение и память (первое открытие в своем роде). Мух-мутантов, у которых данный ген отсутствовал, окрестили «остолопами». Молекулярные биологи умеют давать новым генам и мутациям запоминающиеся названия! Затем Бензер открыл ген, заставляющий плодовых мух спать днем и бодрствовать ночью, потом еще один, который позволяет самцам спариваться (называется «ноу-хау»), тот, что оставляет их в полном неведении, как ухаживать за самками, тот, что вызывает гомосексуальность, и, наконец, ген, провоцирующий дегенерацию мозга, наподобие той, что мы наблюдаем у пациентов с болезнью Альцгеймера. Идентифицировав по одному гену в каждой группе, Бензер смог вывить белки, кодирующие эти гены[7], и проследить, что именно делает каждый белок и в каком участке мозга. В результате были сформулированы молекулярные механизмы обучения и памяти, суточного ритма (подчиненные биологическим часам), сексуального поведения и многие другие функции мозга мух.

К тому моменту – начало 1970-х годов – я работал в химической лаборатории и изучал триплетные молекулы, квантовую механику и пути передачи энергии. Я искал ответ на один единственный вопрос: можем ли мы, следуя примеру Бензера, на основе мозговых функций установившего генетическую природу поведения дрозофил, понять первопричины заболеваний головного мозга, таких, как болезнь Альцгеймера, Паркинсона, Лу Герига[8], а затем, применив полученные знания, разработать первое эффективное лечение?

Тогда я понял: мне нужно покинуть стены научной лаборатории и снова сесть за парту, чтобы детально изучить болезни головного мозга. Прежде всего меня интересовали внутренняя картина и ход развития нейродегенеративных заболеваний (болезни Альцгеймера, Паркинсона, Лу Герига и других), а также нейропатологические изменения головного мозга. Только так можно было понять лежащие в их основе фундаментальные механизмы. Чтобы разработать эффективное оружие, следует для начала изучить «врага» со всех сторон.

В те годы царила эра доктора Маркуса Уэлби, и в медицинских школах «штамповали» врачей общей практики. Страна жила лозунгом: «Каждой семье – по семейному врачу», поэтому люди, желавшие не только лечить, но и проводить биомедицинские исследования, относились ко второму сорту. Один из экзаменаторов, преподаватель «прогрессивного» университета, сказал, что я выкину свою жизнь на помойку, если оставлю научную деятельность и стану врачом. Я удивился: разве обширные знания вкупе с сочувствием к пациентам не способны дать больший результат? На что он махнул рукой и ответил: «Я-то думал, вы хотите изменить мир». Мне, 21-летнему наивному парню, было дико слышать, что врачи «не способны менять мир». По иронии судьбы, девять лет спустя, уже после окончания медицинской школы при Университете Дьюка, я, проходя резидентуру по терапии все в том же Университете Дьюка и параллельно резидентуру по неврологии в Калифорнийском университете в Сан-Франциско, услышал в свой адрес очередную критику. Меня назвали «клиницистом, мечтающим о фундаментальных исследованиях».

Поступить на резидентуру по неврологии в Калифорнийский университет меня убедил молодой профессор Стенли Прузинер. Стен изучал группу редких заразных заболеваний под названием «трансмиссивные губчатые энцефалопатии»[9], к которым относится коровье бешенство. В 1997 году Прузинер удостоился Нобелевской премии по физиологии и медицине за открытие прионов – термин, введенный им для обозначения агентов (по размеру меньше вирусов и состоящих исключительно из белка без какого-либо генетического материала), являющихся возбудителями данных заболеваний.

В 1989 году, защитив докторскую по нейродегенеративным заболеваниям и пройдя стажировку в лаборатории Прузинера, я создал собственную лабораторию в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса. Я хотел найти ответы на два связанных между собой вопроса, которые и побудили меня к дальнейшему обучению. Первый: почему при болезни Альцгеймера происходит дегенерация мозговых клеток? И второй: что является посредником этой дегенерации: физиологическая сигнализация или чисто патологические нефизиологические процессы? Иными словами, болезнь Альцгеймера – это просто совпадение, как попадание кислоты на кожу или удар молнии? Или это что-то намного более интересное и фундаментальное, нечто, отображающее изменение состояния головного мозга. Как сказал выдающийся физик Ричард Фейнман: «Природа плетет узоры только длинными нитями, поэтому всякий, даже самый маленький, образчик может открыть нам глаза на строение целого». Хорошая новость для физиков, изучающих кварки. Но смогут ли нити болезни Альцгеймера привести нас к познанию истины головного мозга? Позволят ли отыскать способы обратить вспять дегенеративные процессы?

Важно понимать, что методы лечения будут кардинальным образом отличаться в зависимости от того, являются ли нейродегенеративные процессы случайными или запрограммированными (т. е. результатом нормальной, но по каким-то причинам вышедшей из-под контроля физиологии головного мозга). Если нейродегенерация сродни капле кислоты в мозге, необходимо нейтрализовать эту кислоту и подумать над использованием стволовых клеток, чтобы «заселить» пораженные участки новыми нейронами. Если же это часть внутренней мозговой программы, которая используется для поведения вполне обычных процессов, подход будет совсем иным: нам потребуется детально изучить программу и понять, в какой момент она дала сбой, перенастроить ее и восстановить здоровье головного мозга.

Клеточный суицид. Безболезненный, но приводящий ко многим изменениям

Когда в 1989 году я основал собственную лабораторию, не существовало простой модели нейродегенеративных заболеваний в чашке Петри, а значит, и способа разграничить эти две вероятности. В отличие от раковых клеток, которые можно взять у пациента и выращивать в лабораторных условиях, изучая их поведение и уязвимость, нельзя отрезать кусок мозга живого человека и вынуть часть нейронов. А потом, как оценить действие болезни Альцгеймера в лаборатории? Этого на тот момент тоже не умели. Чтобы понять, почему при нейродегенеративных заболеваниях, например при болезни Альцгеймера, происходит разрушение нейронов и синапсов, нужно вырастить нейроны в лаборатории и воспроизвести стадии, через которые они проходят на пути к заболеванию. Такая нейронная клеточная культура должна быть генетически изменяема, т. е. мы должны иметь возможность менять гены в нейронах и отслеживать, как это скажется на их поведении и течении болезни. Перед нами стояла цель разработать модель in vitro[10], довольно точно имитирующую болезнь. Конечно, нейроны не могут заблудиться в собственном доме или забыть лица родных и близких, но в теории они могут подвергнуться тем же процессам дегенерации, что и нейроны в головном мозге человека с болезнью Альцгеймера. Так, в свое время исследователи-онкологи вырастили в пробирке раковые клетки, чтобы проследить их прогрессирование и, соответственно, реакцию на потенциальные противораковые препараты. Честно признаться, в 1990-х годах ученые с большим скептицизмом воспринимали идею создания in vitro модели нейродегенерации. Они свято верили, что процессы, происходящие в чашке Петри в течение нескольких часов или дней, не имеют никакого отношения к процессам, годами протекающим в организме людей, страдающих дегенеративными заболеваниями. К счастью, это убеждение оказалось ложным, и то, что мы смогли узнать на примере данной модели, в конечном итоге позволило разработать первую эффективную программу по восстановлению когнитивных функций.

Лабораторные исследования показали: клетки, в которые введены гены болезни Альцгеймера, при ухудшении условий жизни запускают программу клеточного самоубийства, даже не пытаясь сопротивляться.

В 1994 году совместно с коллегами я стал выращивать мозговые клетки человека и грызунов в чашке Петри. (Человеческие образцы были взяты из нейробластомы или глиомы; такие раковые клетки растут вечно и являются бесценным источником клеточных линий в ходе любых исследований. Недавно они почти повсеместно были заменены стволовыми клетками, но в 1994 году их было не достать). С помощью так называемого процесса трансфекции мы ввели в клетки гены, связанные с болезнью Альцгеймера и другими нейродегенеративными заболеваниями, и стали наблюдать их поведение. Вначале казалось, что они ничем не отличаются от обычных клеток.

Но потом обратили внимание на их склонность к самоубийству! Когда мы «портили жизнь» контрольным клеткам, удаляя некоторые питательные вещества или добавляя токсичные соединения в чашку Петри, они благополучно отражали «нападение», тогда как клетки, содержащие гены того или иного дегенеративного заболевания, сразу умирали, даже не пытаясь сопротивляться! Словно целый батальон капитулировал после того, как враг сделал всего пару выстрелов в воздух. Это обстоятельство проявлялось повсеместно, и неважно, с чем ассоциировался введенный ген – болезнью Лу Герига, Гентингтона или Альцгеймера.

При детальном рассмотрении мы обнаружили, что клетки с генами болезни Альцгеймера и других нейродегенеративных заболеваний не погибали старым добрым способом. Нет. Они запускали так называемую программу самоубийства – ряд биохимических процессов, разрушающих клетку изнутри. Своеобразный клеточный «клуб самоубийц». Если вернуться к вышеупомянутому сравнению, то наш батальон не просто капитулировал, попав под обстрел, а уничтожил себя своим же оружием. Когда я впервые обратил на это внимание, то был одновременно шокирован и счастлив. Впервые в истории за несколько дней нам удалось проделать с крошечными клетками то, что в течение долгих лет происходит с мозгом человека, страдающего нейродегенеративным заболеванием. Теперь можно было приступить к разработке терапевтических методов, позволяющих не допустить или обратить впять подобные процессы.

Клеточный суицид в нужное время и в нужном месте – абсолютно нормальное явление. Например, пока вы досчитаете до двух, миллион белых кровяных телец совершит самоубийство! Но он тут же будет заменен миллионом новых белых кровяных телец. Запрограммированная смерть клеток крайне необходима для правильной работы организма. Без нее у нас были бы перепончатые пальцы (так как сохранялись бы ткани между ними), торчащий из черепа мозг, безудержная онкология (ведь раковые клетки перестанут совершать суицид, как это происходит сейчас) и множество других проблем. Так что клеточный суицид – это основа жизни.

С другой стороны, слишком активная смерть клеток, их гибель не в нужном месте и не в нужное время является причиной врожденных дефектов, повреждений органов и, как показал эксперимент 1994 года, нейродегенеративных заболеваний, в том числе болезни Альцгеймера. Когда мы установили, что гены, ассоциирующиеся с болезнью Альцгеймера, заставляют клетки мозга совершать суицид, то обрели главное – простую модель заболевания в пробирке. Теперь нам нужно было выявить фундаментальные механизмы, лежащие в основе этих процессов, и протестировать потенциальные методы лечения. Конечно, все наши находки еще нужно было подтвердить на лабораторных животных – носителях человеческого гена болезни Альцгеймера (они называются «трансгенные мыши с болезнью Альцгеймера»), а затем – на пациентах. Однако чтобы найти нужный элемент в «мозаике» болезни Альцгеймера, в ходе опытов на животных требуется примерно полгода, а клеточная культура позволила нам сделать это всего за пару дней. Таким образом нам удалось быстро сузить рамки возможных механизмов заболевания, изучить тысячи химических соединений и выявить те, которые блокируют развитие деменции.

Эврика!

В голове каждого из нас находится супермощный компьютер. По оценкам ученых, он состоит из 100 миллиардов нейронов и у каждого примерно по 10 000 соединений, т. е. всего в мозге один квадриллион – 1 000 000 000 000 000 – соединений или, как они называются по-научному, синапсов. Мысли, чувства, воспоминания, решения, превосходно выполненные арабески, произведения искусства, идеальные мошенничества, проявления любви, акты терроризма, грехи и подвиги – все зарождается в этих соединениях, через которые клетки мозга общаются между собой. Решения, когда-либо принимавшиеся на земле, – отправить Иисуса Христа на Голгофу, убить Юлия Цезаря, зайти в «Старбакс» и выпить кофе, голосовать за N на выборах – результат перехода импульса от одного нейрона через синапсы к другому, и так по цепочке, пока вы не начнете говорить и действовать, т. е. не выразите активность, происходящую в мозге.

Нейронам нужен способ получать информацию извне, т. е. из той области, в которой они находятся. Для этих целей у них есть рецепторы – внутриклеточные молекулы белка, которые доставляются на поверхность клетки, как камеры слежения доставляются от производителя к дому, где будут установлены. Рецепторы воспринимают то, что происходит вне (и внутри) клетки, служащей своеобразным котлом молекулярной информации. Одни рецепторы распознают гормоны щитовидной железы, другие – витамин D, третьи – эстрадиол, четвертые – фактор роста нервов, дофамин или нейромедиаторы, ассоциирующиеся с ожиданием вознаграждения. Они «чувствуют» молекулы вне (или внутри, в зависимости от рецептора) клетки, «поглощают» их, как терминалы зоны погрузки «поглощают» фургоны с продуктами, и инструктируют клетку реагировать соответствующим образом, инициируя ряд биохимических реакций[11]. Каждый рецептор выполняет это работу более миллиарда раз в сутки, в противном случае человек превратился бы в безжизненную куклу. Когда мы обнаружили рецептор в базальном переднем мозге, области, которая при болезни Альцгеймера страдает больше всего, и не могли понять его назначение, наше любопытство разгорелось с новой силой.

Мы предположили, что он может участвовать в клеточной дегенерации. На эту идею нас натолкнула последовательность аминокислот рецептора (аминокислоты – строительные блоки белков, своего рода жемчужины на нитке). Все это звучало довольно абсурдно, ведь имеющиеся скудные данные свидетельствовали о том, что он связывается (тесно взаимодействует) с лигандами под названием «нейротрофины», которые отвечают за здоровье мозговых клеток, а не за их смерть. На тот момент в моей лаборатории работал талантливый молодой студент Калифорнийского университета Лос-Анджелеса Шахруз Рабизаде. Он поместил фрагмент ДНК для этого гена – p75NTR, рецептор нейротрофина – в нервные клетки, застав их самостоятельно вырабатывать рецепторы, затем добавил лиганд нейротрофин и оценил показатель смертности нервных клеток. В декабре 1992 года он принес данные в мой офис и сказал, что эксперимент провалился – комплекс лиганд-рецептор сократил, а не увеличил общую смертность клеток.

Очень часто самые интересные и результативные эксперименты – моменты, когда невидимые химические вещества или малозначительные клетки заставляет Землю вращаться, – это не те, которые идут словно по маслу или, наоборот, рассыпаются, а те, что дают результат, противоположный ожидаемому. В Гегелевской триаде «тезис→антитезис→синтез» этот неожиданный результат выступает в роли антитезиса, необходимого для синтеза новых знаний. Так случилось и с опытами Шахруза. Когда лиганд нейротрофин связался с рецептором, он не активировал его, стимулировав клеточную смерть, а значит, наша гипотеза оказалась неверна. Но вот что удивительно: сам по себе рецептор без лиганда (предполагалось, что в этом состоянии рецепторы бездействуют) заставлял клетки совершать самоубийство! Клетки, которые по идее должны хорошо себя чувствовать, клетки с «неактивным» рецептором без лиганда запросто сводили счеты с жизнью. Причем еще до их гибели происходила потеря синаптический соединений.

Постойте! Лиганд, который связывался с p75NTR, полностью деактивировал суицидальный механизм, т. е. вытаскивал клетку из петли. Таким образом, мы обнаружили совершенно новый тип рецептора, который, будучи в покое (ожидая привязки к лиганду), являлся виновником клеточной смерти, но после связи с лигандом начинал ее предотвращать. Это то же самое, что обнаружить новый тип замка, который бы сжигал дом дотла после извлечения ключа (лиганда) из скважины. По сути, когда клетка вырабатывает такой рецептор, она подсаживается на «лигандную» иглу. Ключ всегда доложен оставаться в замке, иначе… Наличие подобного рецептора ставит нейрон на грань между жизнью и смертью. Синтезируя его, нейрон впадает в зависимость от нейротрофина: без нейротрофинового ключа он погибает. В результате мы окрестили эти рецепторы рецепторами зависимости и опубликовали результаты в популярном журнале Science («Наука»)(1).

Наступил сезон отпусков, но я не мог думать ни о чем, кроме новых рецепторов, которые не укладывались в рамки знаний, приобретенных мной в университете. Поведенческий профиль наводил на мысль об их возможном участии в развитии эмбрионов, онкологических и нейродегенеративных заболеваний. Это предположение подтвердилось и позволило нам сделать еще один шаг к разгадке болезни Альцгеймера. Неужели именно рецепторы зависимости, потерявшие свои лиганды, провоцировали гибель мозговых клеток?

Рис. 1. Рецепторы зависимости стимулируют гибель клеток, когда они не связаны с лигандами, однако этот процесс «выключается», когда лиганд взаимодействует с рецептором зависимости.

Сила каждой новой теории кроется в точности предположений, ее красоте, простоте и масштабах применения. Что касается теории рецепторов зависимости, она точно предсказывает молекулярные изменения в процессе распространения раковых клеток, предлагает инновационный метод лечения метастазов – самых серьезных осложнений – и, как вы увидите далее, ведет нас к созданию эффективной терапии болезни Альцгеймера. Ее простота позволяет интерпретировать сложные процессы развития, образования опухолей, метастазирования, старения, нейродегенерации, поэтому ее применение многогранно и широкомасштабно.

На сегодняшний день идентифицирован двадцать один рецептор зависимости, проведено семь международных конференций, опубликовано более сотни научных статей. Как оказалось, эти рецепторы контролируют зависимость от разного рода молекул: от трофических факторов и гормонов до связывающих молекул, которые укрепляют положение клеток. Они регулируют некоторые аспекты развития эмбриона, соединение вводных данных с мишенью в нервной системе и устранение клеток, оказавшихся без должной поддержки. Однако нам хотелось знать, есть ли связь между этими рецепторами и болезнью Альцгеймера. Если да, то каким образом сложить осколки информации – а это более 50 000 научных статей, посвященных болезни Альцгеймера, вместе?[12]

Учась в колледже, я прочитал об одной удивительной вещи. В 1928 году Пол Дирак, который в 1933 году станет лауреатом Нобелевской премии по физике, задался вопросом: существует ли нечто похожее на электронную «дырку», т. е. своего рода противоположность электрону. Предсказанная им частица – антиэлектрон, или позитрон – была открыта пару лет спустя, в 1932 году, подтвердив существование антивещества. Обнаруженные нами рецепторы зависимости говорили своим нейронам «Умри!», когда лишались молекул нейротрофина. Таким образом, нейротрофины давали жизнь и предотвращали гибель. Нам стало интересно, а существует ли антитрофин? Теоретически такая молекула могла блокировать нейротрофины и мешать им связываться с рецепторами зависимости, например заняв их место. (Вернемся к нашему сравнению: фура не сможет въехать в терминал зоны погрузки, если там уже стоит другая). То есть пока антитрофин не пускал нейротрофин, рецепторы посылали нейронам сигнал «Умри!», как если бы нейротрофина не было вовсе. С удивлением мы узнали, что именно это и происходит при развитии болезни Альцгеймера.

Что такое болезнь Альцгеймера на самом деле

Как установил сам доктор Алоис Альцгеймер, в мозге человека, страдающего заболеванием, которое сегодня носит его имя, образуются бляшки и клубки. Бляшки, которые по виду напоминают колючие плоды амбрового дерева, преимущественно состоят из пептида бета-амилоида (Aβ). (Об этом я подробно рассказал в главе 1).

Рис. 2. При болезни Альцгеймера в головном мозге человека образуются амилоидные бляшки и нейрофибриллярные клубки.

Нормальная функция бета-амилоида не дает покоя неврологам, и все же получается, что бета-амилоид токсичен для нейронов, особенно если он образует группировки, т. е. олигомеры. Как оказалось, бета-амилоид подходит под все критерии антитрофина: он связывается с различными рецепторами на поверхности нейрона и блокирует трофические сигналы, запрещающие рецепторам зависимости говорить нейронам: «Умри!»

Трофическое блокирование не всегда является признаком отклонения. Как я уже говорил, в некоторых случаях клетки должны погибать, например при наличии повреждений или других факторов, мешающих им выполнять свою функцию, т. е. уйти с дороги и дать дорогу молодым. Однако избыток трофического блокирования ведет к тому, что слишком много рецепторов зависимости толкают свои нейроны на смерть.

Реальная картина болезни Альцгеймера постепенно начинает проявляться. Молекула бета-амилоид, которая выступает в роли антитрофина, накапливается в головном мозге, провоцируя рецепторы зависимости сокращать число соединений (отвечающих за память синапсов, которые утрачиваются при болезни Альцгеймера) и в конечном итоге убивать нейроны. Но что вызывает переизбыток бета-амилоида?

Гормоны щитовидной железы, инсулин, «молекула долголетия», содержащаяся в красном вине, витамины, сон, стресс и многое другое… Эти факторы кажутся довольно разнородными, однако все они могут запустить или остановить болезнь Альцгеймера.

Чтобы разобраться, нам нужно вернуться к истокам бета-амилоида, т. е. к молекуле, в состав которой он входит. Эта молекула носит говорящее название – предшественник бета-амилоида (APP). В 2000 году мы узнали, что APP является рецептором зависимости и, как все ему подобные, располагается на поверхности нейронов[13] рядом с синапсами. APP – довольно большой рецептор: он состоит из 695 похожих на бусинки аминокислот. (Бета-амилоид – это только кусок APP, состоящий из 40-42 аминокислот). То, как APP функционирует в роли рецептора зависимости, позволяет нам понять первопричину болезни Альцгеймера.

APP синтезируется в нейронах, а затем обрезается молекулярными ножницами под названием «протеазы». Ножницы режут ленту APP, состоящую из 695 аминокислот, либо в трех местах, либо в одном. В результате образуются разные по длине фрагменты. Это то же самое, если бы вы резали макароны, выходящие из лапшерезки.

При разрезании APP в трех конкретных участках[14] получаются четыре пептида: sAPPβ (растворимый фрагмент), Jcasp, C31 и бета-амилоид (Aβ). Каждый из них участвует в процессах, лежащих в основе болезни Альцгеймера (БА): потере мозговых синапсов, сужении частей нейрона, которые соединяют его с другими нейронами, и активации суицидальной программы.

Рис. 3. Молекулярные ножницы могут разрезать APP в одном участке с последующим образованием двух анти-Альцгеймеровских фрагментов или в трех различных участках с последующим образованием четырех про-Альцгеймеровских фрагментов.

При разрезании APP всего в одном участке у нас получаются два пептида: sAPPα и αCTF. Действие этой пары противоположно действию вышеупомянутого квартета. sAPPα и αCTF укрепляют синаптические соединения, способствуют росту нейронных «пальцев» и блокируют суицидальную программу. По сути, они выступают в роли борцов с болезнью Альцгеймера. Вы, наверное, уже поняли главное: чтобы снизить риск развития заболевания, нужно минимизировать выработку губительного квартета пептидов и максимизировать синтез спасительного дуэта. Как? Включиться в протокол ReCODE.

Я уже не раз говорил, что это является основой разработанной мной программы. От того, как разрезается APP, зависит, будут ли полученные фрагменты способствовать клеточным процессам, участвующим в образовании памяти (например, поддержании синапсов), или, наоборот, препятствовать им. Люди, страдающие болезнью Альцгеймера, пребывают не на той стороне критичного баланса. Их APP «рождает» квартет, ухудшающий когнитивные функции. Необходимо учесть, что не на той стороне баланса находятся и те, кто входит в группу риска. В их головном мозге APP чаще режется на четыре, а не на две части, просто «злобный» квартет еще не успел посеять хаос и вызвать ощутимую потерю памяти и деменцию. Но обязательно сделает это, если не принять должных мер.

Рис. 4. Дисбаланс между бластической (выработка) и кластической (резорбция) сигнализацией является первопричиной таких заболеваний, как остеопороз, рак и болезнь Альцгеймера.

Нарушение важного физиологического баланса происходит не только в головном мозге. Именно это служит первопричиной ряда заболеваний, включая остеопороз – потерю костной массы, наблюдающуюся у пожилых людей (особенно это заболевание распространено среди женщин). При остеопорозе возникает дисбаланс между формированием костей, которое происходит при участии клеток-остеобластов, и костной резорбцией, за которую отвечают клетки-остеокласты.

Это то же самое, что затеять дома ремонт и нанять две команды мастеров: одну – для сноса, а другую – для строительства. Представьте, что произойдет, если первая бригада будет исправно приходить на работу и крушить все кувалдой, а вторая – отлынивать. Ваш дом скоро превратится в руины. Именно это происходит при остеопорозе: остеобластическая активность отстает от остеокластической (деградационной). Вы теряете костную массу, в результате повышается риск развития остеопороза и получения опасных для жизни переломов.

Мы выяснили, что подобное происходит при болезни Альцгеймера. Только вместо костей мы имеем дело с синапсами. Процесс разрушения синапсов (при участии вредоносного квартета) начинает преобладать над процессами их формирования и поддержания (работа спасительного дуэта). Иными словами, синаптокластическая сигнализация заглушает синаптобластическую. Теперь нам нужно было выявить, какие факторы определяют дисбаланс между формированием и разрушением.

Бешеные коровы и вампиры

Оказывается, способ разрезания APP – в трех участках с образованием провоцирующего болезнь Альцгеймера квартета или в одном участке с образованием питающего нейроны дуэта – определяется, среди прочего, молекулой, которая связывается с предшественником бета-амилоида. Если APP захватывает молекулу под названием нетрин-1 («netr» на санскрите значит «ведущий»), то он режется на две части, т. е. на sAPPα и αCTF, которые, борясь с заболеванием, способствуют росту аксонов, укрепляют синаптическое и нейронное здоровье и предотвращают гибель клеток (2).

Если APP захватывает бета-амилоид, то он режется в трех участках и в результате получается квартет – виновник болезни Альцгеймера. Этот квартет, как вы помните, уже содержит бета-амилоид. То есть получается следующее: когда бета-амилоид, который выходит из лона APP, связывается с APP, то заставляет его вырабатывать больше бета-амилоида!

Рис. 5. APP (предшественник бета-амилоида) может способствовать росту нейритов и укреплению синапсов, а вместе с тем формированию и поддержанию памяти или ретракции данных областей и, соответственно, потере памяти. Когда нетрин-1 связывается с APP, происходит развитие, когда пептид Aβ связывается с APP, происходит ретракция.

Вам, наверное, интересно знать, откуда вообще берется бета-амилоид. Это напоминает извечный вопрос о курице и яйце: нам нужен бета-амилоид, чтобы разрезать APP соответствующим образом и получить бета-амилоид. Однако не стоит забывать, что APP – рецептор зависимости, поэтому, чтобы спровоцировать выработку бета-амилоида, достаточно просто убрать трофическую поддержку, такую как нетрин-1.

Тот факт, что бета-амилоид заставляет APP производить больше бета-амилоида, свидетельствует о его прионных свойствах. Подобно прионам в организме бешеных коров бета-амилоид не нуждается в генетическом материале для воспроизведения себе подобных (именно так клетки синтезируют все другие белки). Они, как крошечные вампиры, «кусают» рецепторы APP и создают новых вампиров.

Вместе APP и бета-амилоид «затягивают» так называемую прионную петлю. По принципу порочного круга происходит непрерывное образование бета-амилоида, разрушающего нейроны и синапсы. Вот почему протокол ReCODE в первую очередь направлен на восстановление баланса APP за счет сокращения образования бета-амилоида (синаптокластическое расщепление) и увеличения доли синаптобластических пептидов sAPPα и αCTF.

Давайте подведем итоги. У нейронов есть рецепторы под названием APP. Когда APP захватывает молекулу нетрин-1, плавающую во внеклеточной среде, он посылает сигнал, который позволяет нейрону оставаться здоровым и функциональным. Когда APP не удается захватить нетрин-1 и он испытывает нехватку трофической поддержки, то заставляет нейроны совершать самоубийство. Захват молекул оказывает двойной эффект на предшественника бета-амилоида: когда рецептор APP захватывает молекулу бета-амилоида, запускается каскад биохимических реакций, в результате которых он разрезается таким образом, что на свет появляется новый бета-амилоид. Молекул бета-амилоида становится больше, чем молекул нетрина-1. Соответственно, вероятность захвата бета-амилоида рецептором APP постепенно возрастает. APP перестает рассылать нейронам и синапсам сообщения: «Будьте живы и здоровы», а вместо этого толкает их на смерть.

Вот почему эффективное лечение болезни Альцгеймера должно основываться на том, чтобы склонить чашу весов в сторону синаптобластической сигнализации.

Рис. 6. APP-коннект. Как вы видите, существует множество факторов, способствующих нарушению баланса и развитию болезни Альцгеймера.

В ходе последующих экспериментов мы постарались выявить факторы (помимо нетрина-1 и бета-амилоида), способствующие достижению данного результата. Оказывается, что APP реагирует, т. е. подвергается прямому и непрямому воздействию, с несколькими десятками молекул. Важно отметить, что все они связаны с болезнью Альцгеймера: эстрогены и тестостерон, гормон щитовидной железы и инсулин, воспалительная молекула NF-kB и «молекула долголетия» сиртуин SirT1 (активируется ресвератролом, веществом, содержащимся в красном вине), витамин D и др. – влияют на рецепторы APP и то, на сколько фрагментов он будет разрезан. А еще сюда относятся сон, стресс и многое другое.

Эти факторы кажутся довольно разнородными, однако все они служат своего рода рычагом болезни Альцгеймера. Подобно Архимеду, желавшему перевернуть Землю, крошечные молекулы и иные факторы переворачивают мир внутри нас, заставляя APP уничтожать синапсы и нейроны или, наоборот, питать их.

Звучит довольно сложно, но такова суть дела. А чего вы ждали от процессов, происходящих в самой замысловатой и таинственной системе во вселенной – в человеческом мозге? Хотя можно взглянуть на происходящее как на рабочий цех.

Например, пекарню. Владелец рассчитывает доход от продажи выпечки и кондитерских изделий, проценты по вкладам и другие поступления. Этих средств должно хватать на оплату труда, закупку продуктов и материала, аренду помещения и т. д. Достаточно ли у пекарни средств, чтобы заплатить за электричество, если духовка будет работать шесть или семь дней в неделю? Чтобы нанять двух-трех ассистентов? А не пора ли отремонтировать старую духовку, установить дополнительный прилавок, покрасить облупившийся потолок или отправить на пенсию старого пекаря, который в последнее время путает градусы Цельсия и Фаренгейта?

Точно так же наш мозг постоянно анализирует поступающую и исходящую информацию, в какие структуры направить свои ресурсы, что заменить и что уничтожить. У него есть примерно один квадриллион энергии – именно столько нужно для работы синапсов. Когда приходит время сформировать воспоминание или освоить навык, ему нужно усовершенствовать старые синапсы или создать новые. Это требует энергии, строительных материалов, активности и других факторов. Каждый фактор имеет рецептор зависимости, который выступает в роли бухгалтера, учитывающего поступления: рецептор тестостерона, рецептор витамина D и др. отслеживают, как часто они активировались. Рецепторы зависимости сообщают свой статус APP, главному финансовому сотруднику. Мы выяснили, что APP является главным рецептором зависимости, реагирующим не на один единственный сигнал, а интегрирующий сигналы из разных источников. Он суммирует их и решает: хватит ли полученных средств на поддержание работы синапсов. Если да, значит, можно приступить к ремонту и расширению. APP посылает двух «агентов», знаменитый спасительный дуэт, наших старых добрых друзей: sAPPα и αCTF. В результате мозг бросает все силы на рост и поддержание синапсов. Но если главный финансовый сотрудник APP решает, что доход недостаточен, он дает задание разрушительному квартету: sAPPβ, бета-амилоиду, Jcasp и C31 провести синаптическое сокращение штатов в одном или нескольких участках мозга.

У молодых людей эти два процесса – синаптический рост и разрушение – пребывают в состоянии динамического равновесия. В период обучения происходит формирование и укрепление синапсов. Когда мы что-то забываем (марку машины, которая вчера стояла у подъезда дома), синапсы, воплощавшие – часто на короткий срок – данное воспоминание, распадаются, чтобы превратиться в синапсы, кодирующие более важную информацию. Активность «созидание-разрушение» пребывает в балансе, позволяя нашему мозгу хранить ценные данные и избавляться от мусора.

Однако с возрастом возникает нехватка компонентов, необходимых для роста и поддержания работы синапсов: гормонов, питательных веществ и др. Воспринимающие их рецепторы информируют APP о дефиците. За дело берется квартет, ведь мозг не в состоянии содержать такую гигантскую сеть синапсов, и начинается стратегическое, хорошо скоординированное сокращение штатов.

Это может выглядеть ужасно – что хорошего в потере нейронов и синапсов? но подобное сокращение не имеет сугубо патологическоий характер. Как заметил мой коллега доктор Алексей Куракин, «болезнь» Альцгеймера в большинстве случаев это даунсайзинг (уменьшение размера) обширной и очень важной синаптической сети. В каком-то смысле «массовое увольнение» полезно для мозга, ведь происходит следующее: мозг сохраняет только необходимые для жизни функции, чтобы не тратить энергию и ресурсы на формирование ненужной памяти. Между воспоминанием о том, как говорить (дышать или регулировать температуру тела) или о том, что было во вчерашней серии «Друзей», мозг выбирает первое. Таким образом, дорогие сердцу и часто повторяющиеся программы – рабочие навыки, хобби – попадают в категорию «свежей памяти».

В 55 ЛЕТ У НАЛЫ СТАЛИ ВОЗНИКАТЬ ПРОБЛЕМЫ НА РАБОТЕ. У нее диагностировали прогрессирующую деменцию. ПЭТ показала большое скопление амилоида в мозге, а генетический тест – наличие одной копии ApoE4 (от другого родителя она унаследовала копию ApoE3). Наличие амилоидных отложений и ApoE4 свидетельствовали о болезни Альцгеймера. МРТ показало уменьшение некоторых участков головного мозга, что происходит при наличии данного заболевания. По Монреальской шкале оценки когнитивных функций (MoCA) она получила 6 баллов из 30, а позднее результат составил 0. Нала потеряла память, утратила способность одеваться, принимать душ, причесываться и обслуживать себя, хотя сохранила способность виртуозно играть на пианино.

Именно это состояние мы называем болезнью Альцгеймера. Конечно, какое утешение людям, страдающим данным заболеванием, знать, что их мозг сделал отчаянный «выбор» между жизненно важными функциями и иными способностями – памятью, мышлением, пониманием и представлением – тем, что делает нас людьми. Но такова суть дела. Если ваш главный «финансовый сотрудник» APP получает от рецепторов зависимости информацию о дефиците гормонов, витаминов, питательных веществ и других молекул, необходимых для поддержания существующих синапсов и формирования новых (новых воспоминаний), он запускает программу синаптического даунсайзинга. Согласно корпоративной философии «принят последним – уволен первым» сначала стираются свежие воспоминания, затем – более ранние. Самые ранние воспоминания уходят последними. Вот почему люди с болезнью Альцгеймера помнят свое детство восьмидесятилетней давности лучше, чем то, что было час назад. Синапсы, контролирующие жизненно важные функции, например дыхание, обычно сохраняются. А в конце, как облегчение, наступает смерть.

Тот факт, что на APP влияет множество молекул, повышая риск развития болезни Альцгеймера, не просто послужил основой программы ReCODE. Он объясняет, почему один единственный препарат – одобренный и экспериментальный – не может остановить, тем более обратить вспять ухудшение когнитивных функций при данном заболевании. Фармацевтические компании напоминали кровельщиков, которых пригласили починить крышу, поврежденную градинами размером с бейсбольный мяч. Вот они заделали одну дыру. Возможно, залили ее смолой, чтобы не проникала дождевая вода. Но между тем остальные тридцать пять дыр никуда не делись, и дом продолжает заливать.

Я упомянул тридцать шесть дыр неслучайно. Сотрудникам моей лаборатории удалось выявить тридцать шесть факторов, от которых зависит, будет ли APP провоцировать болезнь Альцгеймера или нет. Они влияют на риск развития заболевания, что было подтверждено обширными исследованиями. Виновников деменции может быть и больше, но, как я уже говорил ранее, на сотни счет не идет.

Крыша с 36 дырами

Рис. 7. Крыша с тридцатью шестью дырами. Как минимум насчитывается тридцать шесть виновников развития патофизиологии болезни Альцгеймера, и, устранив одного, невозможно добиться успеха. Лабораторные исследования выявляют размер «дыр» у каждого конкретного пациента.

Важно отметить, что прионная петля напрямую связана с нашим пониманием и методами устранения этих тридцати шести факторов. Есть некий порог, которого нужно достичь, чтобы склонить чашу весов в сторону противо-дементного пути APP. То есть нет смысла заделывать сразу все тридцать шесть дыр. Когда часть крыши отремонтирована, а остальные повреждения незначительны, дом сильно не затопит. Если перейти от сравнений к болезни Альцгеймера, получается, что наличия нескольких провоцирующих факторов еще недостаточно, чтобы разрушить нейроны в количестве, необходимом для развития заболевания. К сожалению, у нас нет возможности узнать, со сколькими из тридцати шести факторов человек может жить и оставаться здоровым, кроме того, размер каждого дефекта отличается в зависимости от генетики и биохимии пациента. Поэтому лучше устранить максимальное количество факторов, пока не наступит ощутимое улучшение. Именно это мы наблюдаем при лечении сердечно-сосудистых заболеваний. Как доказал доктор Дин Орниш, при устранении достаточного числа патофизиологических параметров, например, снизив массу тела и концентрацию триглицеридов в крови, вы очищаете артерии от бляшек и восстанавливаете работу сердечно-сосудистой системы. Даже если вы не заделаете все сердечно-сосудистые «дырки» – возможно, у вас неидеальная диета или небольшой стресс, то при условии соблюдения остальных пунктов лечебной программы сократите риск образования вредных отложений.

Выявив тридцать шесть факторов, которые влияют на то, пойдет ли мозг по разрушающему синапсы пути, который заканчивается болезнью Альцгеймера, или, наоборот, пойдет по сохраняющему синапсы пути, восстанавливая когнитивные функции и поддерживая здоровье мозга, мы имеем смелость утверждать: нет и не может быть универсальной таблетки, способной поддерживать правильную работу мозга и тем более поставить его на путь выздоровления при появлении первых признаков заболевания. Почему? Потому что такое лекарство должно:

• Снизить APPβ-расщепление

• Снизить γ-расщепление

• Увеличить α-расщепление

• Снизить расщепление каспазы-6

• Снизить расщепление каспазы-3

• Предотвратить олигомеризацию бета-амилоида

• Повысить уровень неприлизина

• Повысить уровень инсулин-деградирующих ферментов

• Повысить утилизацию бета-амилоида с помощью микроглии

• Повысить уровень аутофагии

• Повысить уровень BDNF (нейротрофический фактор мозга)

• Повысить уровень нетрина-1

• Повысить уровень ADNP (нейропротекторный белок)

• Повысить уровень VIP (вазоактивный интестинальный пептид)

• Снизить гомоцистеин

• Повысить активность PP2A (фосфатаза-2)

• Снизить уровень фосфо-тау

• Повысить фагоцитарный индекс

• Повысить чувствительность к инсулину

• Повысить чувствительность к лептину

• Улучшить аксоплазматичесий транспорт

• Улучшить работу митохондрий и биогенез

• Снизить окислительный стресс и оптимизировать выработку АФК (активные формы кислорода)

• Улучшить холинергическую нейропередачу

• Увеличить синаптобластическую сигнализацию

• Сократить синаптокластическую сигнализацию

• Восстановить долговременную потенциацию

• Оптимизировать уровень эстрадиола

• Оптимизировать уровень прогестерона

• Оптимизировать соотношение E2:P (эстрадиол – прогестерон)

• Оптимизировать уровень свободного гормона T3

• Оптимизировать уровень свободного гормона T4

• Оптимизировать уровень ТТГ (тиреотропный гормон)

• Оптимизировать уровень прегненолона

• Оптимизировать уровень тестостерона

• Оптимизировать уровень кортизола

• Оптимизировать уровень DHEA (дегидроэпиандростерон)

• Оптимизировать секрецию и сигнализацию инсулина

• Активировать PPAR-γ (гамма-рецепторы, активируемые пероксисомными пролифераторами)

• Уменьшить воспаление

• Увеличить уровень резолвинов

• Усилить детоксификацию

• Улучшить васкуляризацию

• Увеличить уровень cAMP (циклический аденозинмонофосфат)

• Повысить уровень глутатиона

• Стать источником синаптических компонентов

• Оптимизировать уровень всех металлов

• Повысить концентрацию ГАМК (гамма-аминомасляная кислота)

• Повысить сигнализацию витамин D-рецепторов

• Повысить уровень SirT1 (сиртуин-1)

• Снизить уровень NF-κB (ядерный фактор «каппа-би»)

• Увеличить длину теломер

• Сократить появление глиальных рубцов

• Способствовать восстановлению тканей головного мозга с помощью стволовых клеток

И это еще не все. Как вы видите, довольно внушительный список для одного препарата. Сочетание лекарственных средств (экспериментальных или одобренных Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов) с комплексной терапией вполне обосновано с механистической точки зрения. В таком случае многие препараты, продемонстрировавшие свою неэффективность в ходе клинических испытаний, могут оказаться вполне уместными. Обычно лекарства устраняют одну или несколько проблем, поэтому, если не контролировать десятки других провоцирующих болезнь Альцгеймера процессов, монотерапия не сработает. Это подтверждает и наличие множества факторов, влияющих на баланс пластичности. Именно поэтому испытание потенциального лекарства вкупе с терапевтической программой, как, например, ReCODE, повышает вероятность положительного результата.

Пристрастие к лекарствам

«К черту санитарный надзор, я все равно помру».

МЭТТЬЮ МАККОНАХИ, «ДАЛЛАССКИЙ КЛУБ ПОКУПАТЕЛЕЙ»

В 2000 году на основании полученных нами данных мы сделали вывод, что важную роль играет баланс между формированием и хранением памяти. Мы назвали это балансом пластичности, так как он обеспечивает процессы, участвующие в формировании памяти. На одном его конце формирование и поддержание памяти, а на другом – «забывание» за счет реорганизации синапсов.

Исследования показали, что у людей, страдающих болезнью Альцгеймера, баланс пластичности смещен в отрицательную сторону: их мозг уничтожает старые синапсы быстрее, чем создает новые. В результате страдает память. Мы также выяснили, что при смещении баланса пластичности в «положительную» сторону – такой опыт был проделан на мышах с болезнью «Маусгеймера», – у животных наблюдалось значительное улучшение памяти. Они запоминали расположение платформ в бассейне (т. е. знали, куда нужно плыть, чтобы выбраться из воды) (3).

Таким образом, нам нужно было найти потенциальное лекарство, которое бы смещало баланс в «хорошую» сторону, в сторону памяти. Мы нашли его в 2010 году, это был Трописетрон (4). Обычно Трописетрон назначают онкологическим больным, чтобы предотвратить тошноту и рвоту при химиотерапии. Однако механизм его действия – он блокирует рецепторы серотонина в мозге и одновременно активирует связанные с памятью холинергические рецепторы, взаимодействуя с APP и уменьшая воспаление – замедлял потерю памяти у мышей. Когда мы сравнили Трописетрон с другими препаратами для лечения болезни Альцгеймера, которые тестировали на мышах, то он оказался вне конкуренции (5). Это позволило нам подать заявление на проведение клинических (человеческих) испытаний Трописетрона.

Мой энтузиазм «споткнулся» об одну единственную проблему, грозившую нарушить ход дела. У подопытных мышей причина болезни Альцгеймера проста и очевидна. Это мутация генов APP, чего нельзя сказать о 99 % случаев среди людей. Патология – в особенности амилоидные бляшки и потеря синапсов – присутствует, но корень заболевания совсем иной. Использование стандартной мышиной модели при изучении болезни Альцгеймера имеет свои ограничения. У людей, в отличие от мышей, развитие деменции провоцирует большое количество факторов – вот почему я прошу пациентов вообразить крышу с тридцатью шестью отверстиями и понять, что многие из них придется заделать прежде чем наступит ощутимый эффект. Трописетрон устраняет четыре (6) «дырки» из известных нам тридцати шести. Для одного препарата это много, но недостаточно, ведь оставшиеся тридцать две продолжают зиять, ухудшая состояние пациента.

В 2011 году назрела необходимость проведения первого комплексного клинического испытания. Вместо одной таблетки мы предложили сочетать прием Трописетрона с «предтечей» программы ReCODE, в которую входили: диета, физические нагрузки, прием укрепляющих синапсы добавок, оптимизация гормонального фона и сна, лечение травами, снижение стресса и т. д. Все это должно было склонить чашу весов от уничтожения синапсов к их формированию. Ведь мы устраняли главных виновников (воспаление, дефицит трофических факторов, токсические соединения) чрезмерной защитной реакции головного мозга, а значит, и болезни Альцгеймера.

Почему мы не стали тестировать препарат в отдельности? На тот момент мы четко понимали, сколько «дыр» нужно заделать – сколько молекул требуется мозгу, сколько процессов следует блокировать или, наоборот, активировать, чтобы победить болезнь Альцгеймера. Все тридцать шесть. Стоит отметить, что в ходе испытаний 2011 года мы сформировали группу, в которой пациентов лечили исключительно Трописетроном. Это позволило нам оценить эффективность моно- и комплексной терапии.

Вы наблюдаете смерть клеток под микроскопом, а потом помогаете людям восстановить когнитивные функции. Изучаете забывчивых фруктовых мух или мышей с болезнью Маусгеймера, а потом работаете с пациентами, которые отчаянно цепляются за жизнь. Как происходит этот переход? Одинаково у всех, кто изобретает лекарство. Сначала вы проводите доклинические испытания (т. е. на животных), а в случае успеха обращаетесь в Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов и просите разрешение на проведение клинических экспериментов. В ходе фазы 1 вам необходимо протестировать безопасность препарата на небольшой когорте добровольцев (обычно это здоровые люди, иногда – пациенты). Если препарат безопасен, наступает фаза 2 – тестирование эффективности на небольшом числе добровольцев среди пациентов. Допустим, препарат безопасен и приносит некоторое облегчение, тогда клинические испытания переходят в фазу 3 с участием сотен, а то и тысяч больных. В случае удачи Управление по санитарному надзору одобряет препарат, и он поступает в продажу. На создание нового лекарства уходят годы, а порой десятки лет, и в среднем 2,5 миллиарда долларов.

К сожалению, мы со своей комплексной программой по борьбе с болезнью Альцгеймера не могли следовать проторенной дорожкой. В 2011 году нам уже было известно о тридцати шести молекулярных механизмах, которые способствуют развитию заболевания.

Вот почему мы решили протестировать отдельно Трописетрон и сочетание данного препарата с лечебной программой, которую позднее назовем ReCODE. Я надеялся, что это испытание поможет выявить эффект препарата, эффект программы и синергетическое действие обоих. Требовалось сформировать четыре группы пациентов: первая группа должна была принимать плацебо, вторая группа – Трописетрон, третьей группе назначались плацебо и лечебная программа, а четвертой – лечебная программа и Трописетрон. Местом проведения испытания мы выбрали Австралию, где Трописетрон допущен к применению (он разрешен еще в 48 странах, но только не в США). Оставалось только получить одобрение институционного наблюдательного совета (IRB)…

К сожалению, то, что мы услышали, было началом идеального шторма.

Наблюдательный совет запретил проводить данное испытание. Входившие в его состав ученые и врачи посчитали нас некомпетентными, ведь тестировать предстояло не таблетку, а целую программу. По их словам, клинические испытания созданы, чтобы тестировать один параметр (либо препарат, либо процедуру), мы же предлагали апробировать множество компонентов сразу. Приходилось защищаться и настаивать на том, что они не понимают природу болезни Альцгеймера, за которой стоит целый ряд потенциальных виновников. Лечить данное заболевание одним агентом – то же самое, что попытаться заделать тридцать шесть дыр в крыше ложкой смолы. (Стоит отметить, что некоторые члены наблюдательного совета, несмотря на запрет испытаний, выразили желание использовать ReCODE для лечения своих пациентов).

Беда не приходит одна. После того, как наблюдательный совет ответил отказом, мы получили гневное письмо от спонсора нашей научной работы. Он говорил, что уволил бы нас всех за провал, если бы мог. На этом неудачи не закончились. Знаменитый Фонд Альцгеймера, в который мы обратились за поддержкой, «не увидел оснований для включения в исследование нашего протокола, непонятным образом связанного с тестируемым препаратом». В данную организацию мы подали более тысячи заявок, но, по всей видимости, рассматривающий их рецензент не видел дальше своего носа. Он не воспринимал главную ценность протокола и не мог допустить связи между неудачными испытаниями и необходимостью в дополнительном лечении, комплексной программе, способной устранить всех виновников болезни Альцгеймера. (В конечном итоге Фонд выделил деньги на тестирование еще одной монотерапии. Испытание провалилось, что неудивительно).

Отстаивая свои идеи, я не мог не думать о рождении функциональной медицины, когда врач выявляет и устраняет многочисленные факторы, способствующие развитию болезни. Доктора Джеффри Бланд, Дэвид Джонс, Дэвид Перлмуттер и Марк Хайман уже более двадцати лет успешно лечат комплексные хронические заболевания, такие как диабет 2-го типа, волчанка и ожирение. А вот медицинским школам нет никакого дела до новых терапевтических подходов. Как заметили пионеры функциональной медицины: если ты делаешь что-то на глазах у всех и никто не видит, значит, ты меняешь парадигму.

После получения трех отказов – со стороны наблюдательного совета, фонда и спонсора – у меня опустились руки. Когда твой проект заставляет тебя бросать вызов корпорациям-мультимиллионерам, правительственным шишкам, негодующим научным экспертам, фондам, отчаянно боящимся всего нового, равнодушным чиновникам, утомленным специалистам-практикам и всему мировому сообществу, понимаешь, что шансы на успех практически равны нулю. Меня подбадривали только слова выдающегося физика Ричарда Фейнмана: «Для успешного развития технологий реальность должна ставиться выше пиара, ибо природу не одурачишь». Ни фармацевтические компании, ни рецензенты, ни Национальный Институт Здравоохранения, ни фонды, ни правительство, ни миллиардеры, а именно скрытые механизмы заболевания диктуют, какому препарату быть, а какому – нет. Вышеупомянутые инстанции лишь выдают (или не выдают) разрешение на проведение испытаний, но эффективность не в их компетенции.

Вскоре после целого ряда неудач в моем офисе раздался телефонный звонок с просьбой о помощи. Это был наш нулевой пациент.

Традиционный путь превращения научного открытия в терапию завел в тупик не только нас, но и пациентов. Комплексные программы лечения, как, например, ReCODE, не вписываются в существующую систему клинических испытаний. Однако лабораторные исследования указали нам верный путь. Для лечения болезни Альцгеймера нужна не шаблонная монотерапия, а индивидуальный целенаправленный точный подход. Так на свет появился протокол ReCODE, а мы доказали всему миру, что с его помощью можно обращать вспять ухудшение когнитивных функций при болезни Альцгеймера и предшествующих ей состояниях УКН и СКН.

Но и это еще не все. По традиции медицинское исследование «перекочевывает» из лаборатории в клинику, превращается из научной работы в метод лечения. Но иногда клинический опыт меняет представление о заболевании. Так произошло с болезнью Альцгеймера и ReCODE. Чем больше людей возвращались к нормальной жизни после включения в программу, тем обширнее становились наши знания. Мы поняли главное: не одно-единственное вещество, а их правильное сочетание способно повысить уровень укрепляющих синапсы трофических факторов, уменьшить воспаление, восстановить чувствительность к инсулину и заделать оставшиеся тридцать с лишним «дырок», которые провоцируют болезнь Альцгеймера. Для этого нужно определить, какие из тридцати шести факторов послужили причиной заболевания у данного пациента, и подобрать лечебную программу, в которую входят правильное питание, физические нагрузки, сон, снижение стресса и другие составляющие.

Глава шестая

Ген Бога и три типа болезни Альцгеймера

«Человек носит в своем физическом строении неизгладимую печать низкого происхождения».

ЧАРЛЬЗ ДАРВИН

Что ж, пора вздохнуть с облегчением! Двадцать восемь лет исследований клеток-самоубийц, забывчивых фруктовых мух и трансгенных мышей позади. Впервые в истории нам удалось составить внутреннюю картину болезни Альцгеймера. Теперь давайте протестируем ее. Чтобы оценить любую научную теорию, нужно посмотреть, насколько она соотносится с фактами. В нашем случае непоколебимая истина гласит, что самым мощным генетическим фактором риска развития болезни Альцгеймера является носительство аллели ApoE4. Учитываем ли мы это обстоятельство? Ответ – да.

Как я уже рассказывал в главе 5, болезнь Альцгеймера возникает, когда рецепторы зависимости, связывающиеся с гормонами, витамином D, мозговыми нейротрофическими факторами, и многие другие укрепляющие нейроны и синапсы молекулы остаются пустыми (или активизируются не так часто, как нужно), а затем сообщают о дефиците APP.

Рис. 8. Носительство ApoE4 повышает риск развития болезни Альцгеймера. Но как именно? Какой процесс скрывается за знаком вопроса между аллелью ApoE4 и болезнью Альцгеймера?

Получив такую информацию, APP дает сигнал к сокращению штатов и высылает четырех агентов – молекулярный квартет, уничтожающий синапсы и нейроны. Оказывается, что ApoE4 увеличивает частоту расщепления APP на четыре части (а не на две, которые, наоборот, способствуют укреплению синапсов и нейронов).

Вы спросите, как именно ApoE4 способствует образованию разрушительного квартета и подавлению полезного для здоровья дуэта? Прежде чем ученые выявили связь ApoE4 с болезнью Альцгеймера, они знали, что аполипопротеины переносят жиры. Затем на свет появилась догма, согласно которой ApoE4 препятствует удалению пептидов бета-амилоида. Как вы помните, бета-амилоид является частью прионной петли. Чем больше его в головном мозге (т. е. чем меньше очистка), тем чаще APP разрезается на четыре части (и вырабатывает бета-амилоид).

Нам удалось выяснить, что ApoE 4 не только замедляет очистку мозга от бета-амилоидных пептидов, но и совершает нечто более важное. Согласно исследованиям, проведенным талантливым ученым и врачом Аюрведы Раммоханом Рао, генетиком Виной Финдакарой и биофизиком Клэр Петерс-Либо, ApoE 4 проникает в ядро и связывается с ДНК. Это равносильно открытию, что твой знакомый мясник – парень, который таскает жир – еще и сенатор, участвующий в создании государственных законов. Более того, ApoE 4 может связываться с так называемыми промоутерами любого из 1700 генов, сокращая выработку ассоциированных белков. Если учесть, что в человеческом геноме, а значит, и в каждой клетке, примерно 20 000 генов, 1700 – довольно внушительная цифра. Неудивительно, что ApoE4 связан с развитием сердечно-сосудистых заболеваний, воспалительных и многих других заболеваний через влияние на множество генов, тем самым перепрограммируя клетки!

И это еще не все «таланты» ApoE4. Отмечу лишь те, которые имеют непосредственное отношение к болезни Альцгеймера.

• Он отключает ген сиртуина-1 (SitT1), «молекулы долголетия», которая препятствует развитию болезни Альцгеймера. (Ресвератрол, вещество в составе красного вина, активирует белок SitT1).

• Он активирует NF-κB (ядерного фактора «каппа-би»), который стимулирует воспаление.

Вот почему ApoE4 связан с повышенным воспалительным ответом: он выключает несколько различных генов, ограничивающих воспаление, и запускает сигнальный путь NF-κB, провоцирующий его.

А теперь давайте подведем итоги. Мы выяснили следующее.

1. Какова первопричина болезни Альцгеймера и как выглядит ранняя стадия. Все начинается с защитной реакции на воспалительное повреждение (например, инфекции или трансжиры), недостаточности питательных веществ, трофических факторов и/или уровня гормонов или на токсическое воздействие (включая биотоксины, такие как плесень и бактерии). APP-рецептор – длинная молекула, которая выступает из нейронов, режется на четыре части, в результате чего получается разрушающий синапсы и нейроны бета-амилоид. А как вы помните, для укрепления синапсов APP должен быть разрезан на два фрагмента.

Рис. 9. ApoE4 оказывает воспалительное действие, так как активирует фактор NF-κB и заставляет клеточные ресурсы защищать клетки от нападения. С другой стороны, при наличии ApoE3 воспалительный ответ слабее, чем при наличии ApoE4, в системе доминирует SirT1, а не NF-κB.

2. Внутренняя картина. Болезнь Альцгеймера – это дисбаланс между реорганизацией синапсов, которые изжили себя и чья утрата не принесет вреда головному мозгу (т. е. здоровое разрушение) и укреплением существующих и формированием новых синапсов, необходимых для сохранения старых и образования новых воспоминаний (а также выполнения других когнитивных функций). Причиной дисбаланса служит избыточное расщепление APP на квартет молекул, способствующих «сокращению штатов» в синаптической сети, и нехватка поддерживающего дуэта – sAPPα и αCTF.

3. Как вызвать у себя болезнь Альцгеймера? Жить так, чтобы спровоцировать возникновение максимального количества факторов (из имеющихся тридцати шести), от которых зависит, будет ли APP разрезана на четыре плохих фрагмента или на два хороших.

4. Как предотвратить заболевание? Жить так, чтобы минимизировать количество провоцирующих факторов. Об этом мы поговорим подробнее в главах 8 и 9.

5. Почему более 99 % испытаний экспериментальных препаратов для лечения болезни Альцгеймера оказались неудачными? Потому что они были нацелены на устранение только одного виновника заболевания из имеющихся тридцати шести.

6. Как остановить патологические процессы, которые ведут к развитию болезни Альцгеймера? Оценить свой генетический и биохимический статус, чтобы понять, на какой стадии вы находитесь (см. главу 7), а затем заняться устранением выявленных факторов (см. главы 8 и 9).

7. Как обратить вспять болезнь Альцгеймера при наличии первых симптомов? Оценить свой генетический и биохимический статус, чтобы понять, на какой стадии вы находитесь (см. главу 7), а затем заняться устранением выявленных факторов (см. главы 8 и 9).

Это исследование принесло еще один дивиденд. Нам удалось выяснить, что болезнь Альцгеймера включает в себя три различных синдрома.

Новый взгляд на результат запрограммированного сокращения синапсов и нейронов в ответ на дефицит молекул, которые способствуют расщеплению рецептора зависимости APP на две части (то, что мы называем болезнью Альцгеймера), позволил нам впервые в истории обратить вспять данный процесс. Если просто очистить мозг от амилоидных бляшек, не устранив первопричину их появления, на что, по сути, тратили миллиарды долларов фармацевтические компании, мы не сможет помочь пациенту. Удалить бета-амилоид – то же самое, что удалить один фрагмент из вредоносного квартета. Даунсайзинг замедлится, но при этом три других «агента» APP останутся в мозге и продолжат свою работу. Таким образом, мы не «выкорчевываем» корень проблем, а боремся с симптомами.

Настало время сделать первое, что требует протокол ReCODE: определить ваш тип болезни Альцгеймера или тип, к которому вы наиболее предрасположены. Это позволит адаптировать программу под себя и минимизировать риски, а если вы уже столкнулись с нарушением когнитивных функций, то снова вернуться к нормальной жизни. Всего существует три подтипа болезни Альцгеймера или предшествующих ему состояний: горячий или воспалительный; холодный или атрофический; коварный или токсический.

ТИП 1: воспалительный (горячий). Возникает у людей – носителей одной или двух копий аллели ApoE4, поэтому поражает семьи. На его примере видно, как болезнь Альцгеймера вплетается в нашу жизнь. Пять – семь миллионов лет назад ДНК наших прародителей (общего предка шимпанзе и всего рода Homo) подверглось изменениям или, выражаясь научно, мутациям, в результате которых сформировался современный человек. Как ни странно, но эти мутации затронули ген, ассоциирующийся с воспалением, – тот самый процесс, который лежит в основе сердечно-сосудистых заболеваний, артрита и других проблем со здоровьем, не говоря уже о старении. (Многие из нас пытаются бороться с воспалением при помощи рыбьего жира, детского аспирина или противовоспалительной диеты). Почему так много генов, которые отличают нас от приматов – т. е. делают человека человеком – служат медиаторами воспаления? Хороший вопрос.

Калеб Финч, профессор нейробиологии старения из Университета Южной Калифорнии, знает ответ. Он считает, что, когда наши предки эволюционировали в двуногих – слезли с деревьев и стали ходить по саванне – воспаление позволяло им выжить. Этот процесс, который является реакцией иммунной системы на угрозу, защищал их, когда они наступали на навоз или что-то острое, ели сырое мясо с патогенами, получали раны на охоте или в бою. Иными словами, он помогал их организму справляться с опасными для жизни инфекциями.

Однако по мере старения воспаление приводит к развитию сердечно-сосудистых заболеваний, артрита и других зол, включая болезнь Альцгеймера. Такой компромисс называется антагонистической плейотропией, когда генетические изменения дают преимущество в молодом возрасте, но при этом ведут к сокращению продолжительности жизни. Есть мнение, что главным воспалительным геном, который подвергался мутациям при превращении шимпанзе в человека, был ApoE4. С рассвета человечества и до относительно недавнего времени ApoE4 воспринимался только в одном варианте – аллели под названием эпсилон 4, или ApoE4. Миллионы лет мы носили в себе две копии ApoE4, по одному от каждого родителя – состояние, которое повышает риск развития болезни Альцгеймера. Мозг современного человека отличается от мозга протолюдей, поэтому у ученых нет возможности узнать, страдали ли наши предки болезнью Альцгеймера. Однако это маловероятно, ведь они не доживали до старости и вели образ жизни, позволявший устранять большинство «дыр» из имеющихся тридцати шести – много двигались, переваривали простые углеводы, не ели промышленных продуктов и практически не подвергались токсическому воздействию.

Воспаление – реакция иммунной системы на угрозу – сообщает организму об опасных инфекциях. Когда наши предки-шимпанзе эволюционировали в двуногих, воспаление помогло им выжить.

Но 220 000 лет назад космический луч, химический мутаген или просто случай привел к образованию ApoE3. Если эта мутация была в генах яйцеклетки или сперматозоида, она передалась потомкам, в результате чего совершенно новый ген попал в человеческий генофонд. Следующая мутация произошла 80 000 лет назад. Впервые кто-то – и его/ее потомки – стали счастливыми носителями еще одной аллели ApoE гена под названием ApoE2[15].

Рис. 10. ApoE4 и эволюция человека. ApoE4 – наш исходный ApoE, ApoE3 появился всего лишь 220 000 лет назад, а ApoE2 – 80 000 лет назад.

Сегодня большинство людей являются носителями двух копий ApoE3. При таком раскладе генетический риск развития болезни Альцгеймера равен 9 %. Двадцать пять процентов американцев, примерно 75 миллионов, являются носителями одной копии ApoE4, и их риск развития страшного заболевания составляет 30 %. Семь миллионов являются носителями двух копий ApoE4, что повышает риск развития болезни до 50 %. У людей, которые унаследовали ApoE4 от обоих родителей, вероятность болезни Альцгеймера крайне высока, и чаще всего (но не всегда) это именно воспалительный тип.

Этот подтип начинается с утраты способности сохранять новую информацию, в то время как долговременная память и способность говорить, считать, произносить слова по буквам, писать сохраняется. У носителей двух копий ApoE4 симптомы заболевания обычно проявляются после 40–50 лет. У людей, которые несут одну копию АроЕ4, симптомы обычно появляются после 50–60 лет. У тех, кто не имеет ни одной копии, болезнь, как правило, начинается в шестом-седьмом десятилетии.

Гиппокамп, который переводит наш опыт в долгосрочную память, сокращается в объеме, при этом большинство участков мозга остаются неизменными, по крайней мере, на ранней стадии заболевания. Теменная и височные доли, которые отвечают за умение говорить, считать, узнавать и писать, начинают потреблять меньше глюкозы, что служит признаком снижения активности. Подробные исследования пациентов, страдающих данной формой болезни Альцгеймера, показали наличие явных биохимических маркеров, для выявления которых используются лабораторные тесты.

1. Увеличение концентрации С-реактивного белка, который вырабатывается печенью в рамках воспалительного ответа на угрозы, подобные инфекциям.

2. Снижение соотношения альбумина (основного белка крови, который выполняет роль «мусорщика». Он удаляет нежелательные молекулы, например амилоид и токсины, делая кровь девственно чистой) и глобулина, всеобъемлющий термин для обозначения примерно шестидесяти белков крови, включая антитела. Снижение альбумин-глобулинового коэффициента происходит при наличии воспалений.

3. Увеличение уровня ИЛ-6 (интерлейкин-6), что также наблюдается при воспалении.

4. Увеличение уровня ФНО (фактор некроза опухоли), еще один белок, концентрация которого повышается в ответ на воспаление.

5. Сопутствующие отклонения обмена веществ и гормонального фона, например инсулинорезистентность.

Воспалительный тип болезни Альцгеймера лучше всего поддается лечению с помощью протокола ReCODE.

ТИП 2 атрофический (холодный). Данный тип болезни Альцгеймера чаще всего поражает носителей одной или двух копий ApoE4, однако его симптомы проявляются на десять лет позже, чем симптомы воспалительного типа. Подобно первому типу, он сопровождается утратой способности головного мозга формировать новую память. При этом пациент может говорить, писать и считать.

Признаков воспаления не наблюдается; в некоторых случаях маркеры его ниже нормы. Вместо этого наблюдается дефицит поддерживающих синапсы факторов.

1. Субоптимальный уровень гормонов, включая гормон щитовидной железы, адреналин, эстрогены, прогестерон, тестостерон и прегненолон.

2. Дефицит витамина D.

3. Инсулинорезистентность или слишком низкий уровень инсулина.

4. Высокий уровень гомоцистеина (хотя при первом типе БА уровень гомоцистеина также может быть повышен).

Данный тип болезни Альцгеймера поддается лечению хуже, чем воспалительный.

75-ЛЕТНЕМУ ВРАЧУ-ПСИХИАТРУ СТАЛО ОЧЕНЬ СЛОЖНО запоминать новую информацию. Ситуация усугублялось более двух лет, при этом женщина не испытывала никаких проблем с речью, решением математических задач и выполнением каждодневных действий. ПЭТ показала наличие типичных признаков болезни Альцгеймера. Объем гиппокампа находился на уровне 16-й процентили, а когнитивные способности (соответствующие ее возрасту) – на 9-й. Тест на ApoE4 – отрицательный (ApoE3/3). Анализ крови показал снижение уровня витамина D, прегненолона, прогестерона, эстрадиола, свободного Т3 (тиреоидный гормон) и витамина B_12, а также повышение концентрации гомоцистеина. Диагноз: УКН (англ. MCI) 2-го типа (умеренные когнитивные нарушения, состояние, предшествующее болезни Альцгеймера).

Женщина включилась в программу ReCODE и спустя двенадцать месяцев отметила значительные улучшения. Когнитивные способности поднялись с 9-й процентили до 97-й. А родные и близкие сказали, что ее память из «катастрофической» стала сначала «просто плохой», а потом «нормальной». Уровень витамина D, прегненолона, прогестерона, эстрадиола, сводного Т3, витамина В_12 и гомоцистеина также приблизился к оптимальной отметке.

У человека могут возникать одновременно первый и второй типы болезни Альцгеймера. В таком случае присутствует воспалительная симптоматика первого типа и дефицит поддерживающих синапсы веществ, свойственный второму типу. Определенное сочетание этих двух типов встречается довольно часто. Думаю, оно заслуживает отдельного названия: тип 1,5 гликотоксичный (сладкий):

1. Уровень глюкозы хронически высокий, что приводит к изменению структуры белков (гликирование) и воспалению, как при типе 1.

2. Высокий уровень инсулина, секретируемого в ответ на высокий уровень глюкозы, приводит к развитию инсулинорезистентности. Инсулин перестает функционировать как нейротрофическая молекула, в результате наблюдается нехватка трофической поддержки, свойственной типу 2.

3. Типы 1, 2 и их сочетание – результат программы даунсайзинга, или дисбаланса между образованием новых синапсов и уничтожением старых. В противоположность данным типам болезни Альцгеймера существует еще один – третий тип.

ТИП 3 токсический (коварный). Этот тип чаще наблюдается у носителей аллели ApoE3, чем у носителей ApoE4. Болезнь Альцгеймера не всегда поражает семьи, если у кого-то из родственников было диагностировано данное заболевание, то его симптомы обычно появлялись уже после 80 лет. Токсический тип развивается в сравнительно молодом возрасте, в конце 40 – начале 60 лет, чаще после сильного стресса. Вместо потери памяти у человека отмечается ухудшение когнитивных функций: проблемы с речью, решением математических задач, организацией. Если тип 1 и 2 – это результат даунсайзинга, когда мозг уничтожает синапсы быстрее, чем формирует их, то третий тип скорее напоминает метание гранат: под угрозой находится все. В результате у больного стираются не только новые воспоминания, но и старые (под воспоминаниями я подразумеваю не только эпизодическую память, т. е. отдельные факты и события из жизни, но и процедурную (сюда относятся сложные навыки, например игра в бридж, или простые, например речь). Люди, страдающие третьим типом болезни Альцгеймера, часто испытывают трудности с чтением, не могут разобраться с чаевыми и счетами, испытывают трудности с подбором слов, произнесением их по буквам и чтением. Психические расстройства, как, например, депрессия и дефицит внимания, – также не редкость.

52-ЛЕТНЯЯ МОЛЛИ УЖЕ ДВА ГОДА БОРОЛАСЬ с деменцией. Вначале женщина испытывала трудности с выполнением математических вычислений. Она не могла посчитать, сколько дать официанту на чай или заплатить по счету, а спустя несколько месяцев оказалась не в состоянии заполнить заявку на грант без посторонней помощи. Еще до возникновения всех этих проблем Молли испытала сильный стресс: ликвидация фирмы, разлад в семье, сложности с работой, четыре эпизода с применением анестезии и начало менопаузы. Ухудшение когнитивных функций происходило стремительно, в поведении появились детские черты. Несмотря на это, она помнила имена всех двадцати восьми детей, игравших с ее сыном на школьном дворе. Ранее ни у кого в роду деменции не наблюдалось. По Монреальской шкале (MoCA) ее когнитивные функции были оценены в 19 баллов из 30, что свидетельствовало о серьезных нарушениях. МРТ показала уменьшение объема коры головного мозга, существенное для ее возраста. Были отмечены гиперинтенсивные участки в перивентикулярных и субкортикальных отделах белого вещества на FLAIR-изображениях (режим подавления сигнала свободной воды). Кроме того, наблюдалась атрофия мозжечка, отдела головного мозга, который болезнь Альцгеймера обычно не затрагивает. Однако анализ спинномозговой жидкости показал увеличение уровня белка фосфо-тау и снижение концентрации Aβ42 и подтвердил диагноз болезни Альцгеймера.

Результаты анализов Молли: ApoE3/3, С-реактивный белок выше нормы – 1,4; альбумин-глобулиновый коэффициент низкий – 1,57; гемоглобин А1с норма – 5,3 %; уровень инсулина натощак норма – 4,5; ТТГ чуть выше нормы – 2,14; свободный Т3 норма – 4,2; свободный Т4 норма – 1,0; прогестерон ниже нормы – <0,21; эстрадиол ниже нормы – 3; 17-гидрокиспрегненолон ниже нормы – 14; кортизол в утренних пробах – 9; витамин D ниже нормы – 22, концентрация меди в сыворотке крови норма – 101, цинк сильно ниже нормы – 56, соотношение медь/цинк выше нормы – 1,8:1. Все это свидетельствовало о наличии умеренного воспаления, синдроме надпочечниковой недостаточности, снижении функций щитовидной железы и дефиците витамина D. Кроме того, следует отметить слишком низкий уровень цинка и высокое соотношение медь/цинк.

Первоначальная версия ReCODE была малоэффективна в борьбе с третьим типом болезни Альцгеймера, но мы приложили все усилия, чтобы усовершенствовать лечебную программу. Главным образом нас интересовала причина развития данной формы болезни Альцгеймера и ее нетипичные симптомы (до проведения анализа спинномозговой жидкости и ПЭТ, позволявшие поставить точный диагноз, врачи подозревали у пациентов лобно-височную, сосудистую деменцию и другие заболевания). Разгадать процессы, лежащие в основе этой атипичной болезни Альцгеймера, значило изменить жизнь миллионов людей.

Открыть заветный ларчик позволил развернутый анализ крови, тот самый тест, который страховые компании считают необязательным, а врачи – ненужным. У многих (но не у всех) пациентов, страдающих третьим типом болезни Альцгеймера, была отмечена низкая концентрация цинка в сыворотке крови, диспропорционально низким оказался и уровень триглицеридов по сравнению с уровнем холестерина. Мы установили, что третий тип болезни Альцгеймера имеет свои биомаркеры.

1. Он поражает многие участки головного мозга, не только или преимущественно гиппокамп. МРТ четко показывает атрофию (уменьшение) данных отделов головного мозга.

2. У пациентов очень часто наблюдаются нейровоспаления и сосудистые нарушения, о чем свидетельствуют многочисленные крошечные белые пятна на FLAIR изображениях (режим подавления сигнала свободной воды, МРТ).

3. Низкий уровень цинка и высокий уровень меди в крови и, соответственно, высокое соотношение медь/цинк. В норме концентрация меди и цинка составляет примерно 100 мкг/дл, а их соотношение равно 1. Однако у многих пациентов с третьим типом болезни Альцгеймера содержание цинка в сыворотке крови чуть выше 50 мкг/дл, содержание меди – примерно 170 мкг/дл, соответственно, их соотношение намного больше 1.

4. Очень часто пациентам с третьим типом БА не могут поставить правильный диагноз. Врачи подозревают у них лобно-височную деменцию, депрессию, «атипичный тип болезни Альцгеймера», прояснить ситуацию позволяет ПЭТ и анализ спинномозговой жидкости (пункция).

5. Нарушение гормонального фона, при котором система, реагирующая на стресс, – цепочка из гипоталамуса, гипофиза и надпочечников, расположенных над верхней частью почек (все вместе называется осью ГГН), – не работает. Лабораторные анализы показывают низкий уровень кортизола, высокий уровень реверсивного Т3 (анализ на гормоны щитовидной железы), низкий уровень свободного Т3, низкий уровень прегненолона, эстрадиола, тестостерона и другие гормональные отклонения.

6. Высокое содержание в крови токсичных химических веществ, например ртути или микотоксинов, выделяемых плесенью. Так как ртуть проникает в ткани (кости и мозг), концентрация этого металла в крови – не показатель его присутствия в организме. Для проведения точного анализа необходимо использовать хелатирующий агент, который захватывает и выталкивает металл из тканей. Обычно в течение последующих шести часов уровень ртути в моче ненормально высокий, что свидетельствует о высокой концентрации токсичного металла в тканях.

Многие современные ученые не считают, что причиной болезни Альцгеймера может быть токсическое воздействие. Ассоциация Альцгеймера заявила: «согласно научным данным, нет никакой взаимосвязи между амальгамными пломбами и БА». Однако есть задокументированные случаи улучшения состояния пациентов после удаления амальгамных пломб, которые помимо серебра содержат примерно 50 % ртути и 15 % олова. Еще большую путаницу вносят данные эпидемиологических исследований, одна часть которых опровергает роль амальгамных пломб в развитии болезни Альцгеймера, а другая часть ее подтверждает (1).

Могут ли токсичные вещества, такие как ртуть, провоцировать развитие «атипичной» болезни Альцгеймера, когда нарушения когнитивных функций, т. е. проблемы с речью и выполнение математических операций, предшествуют потере памяти. Каждый из нас слышал о канцерогенах, химикатах, вызывающих рак, но существуют ли дементогены, которые провоцируют деменцию? Я бросился обзванивать друзей, знакомых и пациентов с данной формой болезни Альцгеймера и с удивлением узнал, что все они подвергались токсическому воздействию. Один вырос в Томс Ривер, Нью-Джерси, где вредные химикаты, тайно сливавшиеся местной фабрикой по производству пластмасс и красителей, попали в водозаборные скважины и стали причиной вспышки онкологических заболеваний среди детей. У второго брат болел лейкемией, причиной которой может быть токсичное воздействие, а сам он работал на химическом заводе, где дышал вредными парами. Третьи жили в домах, сильно пораженных плесенью. Четвертый служил слесарем-сантехником по канализации, пятый имел многочисленные амальгамные пломбы.

Услышанное натолкнуло меня на мысль протестировать эту группу пациентов на наличие в организме токсичных веществ, несмотря на то, что обычно при подозрении на болезнь Альцгеймера подобные анализы не проводятся.

КАРЛ, 55 ЛЕТ, УЖЕ ГОД СТРАДАЛ КОГНИТИВНЫМИ НАРУШЕНИЯМИ, и его состояние все более ухудшалось. Цифры были неотъемлемыми спутниками всей его жизни, а теперь он с трудом заполнял чековую книжку. Гений покера, Карл терялся и забывал карты. Он путал имена, слова и порой говорил совсем не то, что хотел. Ему с трудом удавалось сконцентрировать внимание: когда он смотрел по телевизору баскетбол, то забывал, какая команда забросила мяч. Мысли ускользали, и подступала депрессия. Ранее ни у кого в роду болезни Альцгеймера не было.

ПЭТ показала типичную для болезни Альцгеймера картину. Карлу поставили диагноз: MCI (умеренные когнитивные нарушения), состояние, предшествующее болезни Альцгеймера. Никаких анализов и лечения ему не назначили, только ежегодный осмотр. Позднее маркер ApoE4 оказался отрицательным (ApoE3/3).

Когда Карл позвонил мне, я предложил ему сдать анализы на тяжелые металлы (включая ртуть) и микотоксины (токсины, вырабатываемые плесенью: афлатоксины, охратоксины, глиотоксины и трихотецены). Лаборанты сообщили, что за долгие годы им не приходилось фиксировать столь высокую концентрацию ртути в организме. Карл прошел успешное лечение, направленное на выведение вредного металла. В результате когнитивные функции полностью восстановились, и в его жизнь снова вернулся любимый покер.

Три типа болезни Альцгеймера соотносятся с тремя процессами, которые заставляют APP расщепляться на четыре вредоносных фрагмента: воспаление (тип 1), дефицит трофической поддержки (тип 2) и воздействие токсичных соединений (тип 3). Три образа, которые примеряет на себя талантливая молекула бета-амилоид, «рождающаяся» из APP. Она – противомикробный агент, а значит, часть воспалительного ответа, позволяющего вам бороться с инфекциями. Она – уничтожительница «лишних» синапсов, реагирующая на недостаток гормонов, витаминов и других поддерживающих (трофических) факторов. Она – защитница организма от токсического воздействия, связывающаяся с металлами, такими как ртуть и медь.

Три роли бета-амилоида, ассоциирующиеся с тремя типами болезни Альцгеймера, свидетельствуют о том, что результат удаления этого белка зависит от типа заболевания. Если очистить от бета-амилоидных отложений мозг пациента с воспалительной БА, где причиной воспаления было наличие микробов, его состояние только ухудшится.

Таблица 1. Характеристики типа 3 болезни Альцгеймера (Бредесен, Aging, 2016, 3)

Если удалить амилоиды из мозга пациента с атрофическим типом БА, процесс теоретически может замедлиться (все равно что уволить главного финансового сотрудника и продолжать сорить деньгами), но приведет к менее последовательному даунсайзингу и вследствие этого – к утрате важнейших когнитивных функций. То же самое касается людей с типом 1,5 (гликотоксичным или сладким), ведь, по сути, это сочетание типа 1 и 2. Если очистить от амилоида мозг человека, страдающего токсическим типом, то это спровоцирует ряд проблем, связанных с воздействием вредных химикатов, так как защитная реакция частично утратит свою силу.

Разграничение трех типов болезни Альцгеймера – важная составляющая терапии. Чтобы изменить жизнь людей, столкнувшихся со страшным заболеванием или находящихся на стадии предеменции, или предупредить развитие болезни у лиц группы риска, мы должны знать виновников ухудшения когнитивных функций и бороться с каждым из них в отдельности.

Часть третья

Диагностика и индивидуальный терапевтический подход

Глава седьмая

«Когноскопия». Что вам угрожает?

«Иногда нужно как следует упасть, чтобы понять, где ты стоял».

ХЕЙЛИ УИЛЬЯМС

Мы все знаем, что в пятьдесят лет следует пройти колоноскопию. Это отличный способ выявить предраковые поражения в толстой кишке или ее придатке и тем самым предотвратить развитие колоректального рака. Но как насчет головного мозга? Чтобы уберечь себя от деменции, людям старше 45 лет стоит задуматься о так называемой когноскопии, позволяющей оценить все потенциальные факторы риска.

Нельзя решить проблему, не зная о ее существовании, поэтому, если вы хотите избежать деменции или обратить ее вспять, нужно сначала понять, что вам угрожает: воспаление, дефицит гормонов или других питательных веществ или же токсическое воздействие. Только тогда можно устранить первопричину ухудшения когнитивных функций. Анализы крови, позволяющие выявить факторы риска, становятся все более доступными, поэтому для их прохождения вам не придется получать направление у терапевта (дополнительную информацию читайте в приложении A).

Очень часто у людей с когнитивными нарушениями, например с потерей памяти, от десяти до двадцати пяти лабораторных показателей не соответствуют норме. У тех, кто находится в группе риска и пока не испытывает ощутимых проблем, субоптимальными являются три-пять показателей.

Позднее при прогрессировании болезни Альцгеймера устранение первопричины заболевания не всегда ведет к восстановлению когнитивных функций ввиду потери огромного количества синапсов и нейронов. (Некоторое улучшение мы недавно видели у пациентов, набиравших 1 балл по Монреальской Шкале оценки когнитивных функций (MoCA), что свидетельствует об очень тяжелой стадии болезни Альцгеймера; однако это исключение). Выражаясь образно, когнитивная «лошадь» вырывается из неврологического «загона». Слава Богу, у нас есть возможность не только предотвратить, но и обратить вспять болезнь Альцгеймера: на бессимптомной стадии, которая длится около десяти лет; на стадии субъективных когнитивных нарушений, которая также длится около десяти лет; на стадии умеренных когнитивных нарушений, которая протекает несколько лет; и даже на ранней и умеренной стадиях. Естественно, чем раньше будет установлена и устранена причина потери синапсов и когнитивного снижения, тем выше шансы избежать БА и умеренных когнитивных нарушений, тем лучше конечный результат лечения.

Мы знаем, что в пятьдесят лет следует пройти колоноскопию, чтобы предотвратить развитие рака прямой кишки. Но как насчет головного мозга? Чтобы уберечь себя от деменции, людям старше 45 лет стоит задуматься о «когноскопии».

Прежде чем мы перейдем к лабораторным анализам, позвольте сравнить исследования, которые традиционно назначают для диагностики деменции, с теми, что предлагаю я. Процитирую одного известного невролога, специализирующегося на болезни Альцгеймера. На сегодняшний день он практикует в крупнейшем в стране академическом центре по изучению и лечению болезни Альцгеймера: «МРТ головного мозга и клинический анализ крови, метаболическая панель, ТТГ, B_12. Я попросил супругу пациента внимательнее следить за своим мужем, который не может самостоятельно распоряжаться деньгами, принимать лекарства и ездить на дальние расстояния, а также прописал ему донепезил по 5 мг один раз в сутки».

В «золотой стандарт» исследований не входило следующее.

• Генетика: никакой информации об ApoE4 статусе пациента или десятках других генов, которые повышают риск развития болезни Альцгеймера.

• Воспаление: не оценивался ключевой фактор болезни Альцгеймера.

• Инфекции: несмотря на растущее количество сведений о роли инфекций в развитии болезни Альцгеймера, сюда относятся вирус простого герпеса (ВПГ), боррелии (болезнь Лайма), порфиромонас гингивалис (бактерии полости рта), грибки и др. – тесты на наличие инфекций не назначались.

• Гомоцистеин: уровень этой аминокислоты, которая не без причины ассоциируется с атрофией головного мозга и болезнью Альцгеймера, не оценивался.

• Уровень инсулина натощак: ключевой биомаркер инсулинорезистентности, которая наблюдается при болезни Альцгеймера, даже не упоминался.

• Гормональный статус: не учитывался уровень гормонов, необходимых для правильной работы мозга; оценивалась функция щитовидной железы, но при этом ключевые тесты на гормоны щитовидной железы не проводились.

• Токсическое воздействие: не проводилось анализов на наличие в организме ртути и микотоксинов.

• Иммунная система: иммунитет играет важную роль в развитии болезни Альцгеймера, еще большее значение имеет его древнейшая составляющая, а именно система врожденного иммунитета, которая первой реагирует на инфекции. Данный фактор также не оценивался.

• Микробиом: совокупность бактерий и других микробов, живущих в кишечнике, носовой и ротовой полости называется микробиом. О проведении анализа микробиома речи не шло.

• Гематоэнцефалический барьер: при болезни Альцгеймера он часто бывает нарушен. Данный фактор не оценивался и не упоминался.

• Индекс массы тела: не учитывался, хотя это всем известный фактор риска развития болезни Альцгеймера и составляющая когнитивного здоровья. (У упомянутого мной пациента ИМТ равнялся 33, что свидетельствует об ожирении и серьезных отклонениях от нормы).

• Предиабет: еще один двигатель болезни Альцгеймера, о котором не упоминалось ни слова.

• Волюметрия: МРТ применялась для того, чтобы исключить структурные отклонения, а вот волюметрия, позволяющая оценить объем тех или иных отделов мозга, в «золотой стандарт» не входила. Этот простой и важный анализ служит дополнением к МРТ. Если знать, какие отделы мозга уменьшились в объеме, можно определить вероятный тип болезни Альцгеймера (тип, к которому имеется наибольшая предрасположенность) и прогноз течения. Например, общая атрофия мозга характерна для типа 3 (токсического), а атрофия гиппокампа – для типов 1 и 2.

• Таргетивное лечение: врачи назначали препараты, даже не зная, действительно ли пациент страдает боязнью Альцгеймера.

Что касается оценки и лечения когнитивного снижения, то нынешнее положение дел не внушает особого оптимизма.

• Люди не спешат обращаться к врачу, так как слышали, что это бесполезно. Их пугает лишение водительских прав, клеймо в виде страшного диагноза и отсутствие страховки на случай длительного лечения.

• Участковые врачи не спешат направлять пациентов в специальные научные центры, ведь их учили, что эффективных методов лечения болезни Альцгеймера не существует. Обычно они назначают донепезил (Арисепт) даже без постановки точного диагноза.

• Очень часто врачи заставляют пациентов проходить неприятные нейропсихологические тесты, дорогое сканирование, многократную люмбальную пункцию, но в результате не могут предложить практически никакого лечения.

Мы можем действовать гораздо эффективнее. Мы должны действовать эффективнее, если хотим обратить вспять ухудшение когнитивных функций при болезни Альцгеймера, УКН и СКН. В этой главе я расскажу о метаболических тестах, которые помогут вам выявить факторы, послужившие причиной снижения умственной работоспособности, будь то УКН, СКН или одна из стадий болезни Альцгеймера[16].

Гомоцистеин

Высокий уровень гомоцистеина – существенный фактор риска развития болезни Альцгеймера[17]. Помните, с чего все начинается? С нарушения баланса между формированием новых синапсов и уничтожением старых. Из трех причин потери синапсов – воспаление, дефицит поддерживающих синапсы (трофических) факторов и токсины – гомоцистеин служит маркером первого и второго. Уровень этой аминокислоты повышен при наличии в организме воспаления и нехватке питательной поддержки.

Источником гомоцистеина являются продукты, содержащие метионин: орехи, говядина, ягненок, сыр, индейка, свинина, рыба, морепродукты, соя, яйца, молочные продукты и фасоль.

Гомоцистеин синтезируется из метионина, а затем превращается в цистеин (тоже аминокислота) или снова в метионин. Данные процессы протекают при участии витамина В_12, В_6, фолиевой кислоты и аминокислоты (бетаин). Если концентрация этих молекул в норме, то у вас не будет проблем с круговоротом гомоцистеина, и его уровень останется оптимально низким.

Если нет (как у большинства из нас), тогда уровень гомоцистеина подскочит вверх, повредив кровеносные сосуды и мозг. Концентрация выше 6 мкмоль/л (называется микромолярная концентрация) опасна для организма. Чем выше уровень гомоцистеина, тем выше риск (1). Несмотря на то что у некоторых людей может не развиваться болезнь Альцгеймера на фоне хронически высокого уровня гомоцистеина, это серьезный виновник ухудшения когнитивных функций, а также причина сокращения объема гиппокампа. Фактически чем выше уровень гомоцистеина (>6), тем быстрее он атрофируется.

ОТЕЦ ТЕРИ СТРАДАЛ ДЕМЕНЦИЕЙ, ПОСЛЕ ЕГО КОНЧИНЫ вскрытие показало наличие болезни Альцгеймера. Когда Тери впервые пришла ко мне на прием, ей было 65. После 60 у нее, успешной спортсменки и писательницы, стали возникать проблемы с памятью и концентрацией внимания. С учетом симптомов и наследственного фактора я назначил ей генетический тест, который выявил носительство ApoE4. Лабораторный анализ крови показал, что уровень гомоцистеина составлял 16 мкмоль/л. Женщина включилась в протокол ReCODE, и спустя три месяца ее состояние значительно улучшилось. По прошествии шести месяцев концентрация гомоцистеина снизилась всего до 11, и лечащий врач сказал ей: «Мы сделали все возможное для снижения гомоцистеина». Оказалось, что она принимала цианокабаламин (витамин В_12), а не метилкобаламин (метил-В_12), фолиевую, а не метилтетрагидрофолат (левомефолиевую кислоту), пиридоксин, а не пиридоксаль-5 фосфат. Когда женщина перешла на эти три более активные формы витаминов, концентрация гомоцистеина снизилась до 7. Вот уже четыре года она следует моей лечебной программе и ведет активный образ жизни. Последнее ПЭТ-сканирование не выявило никаких отклонений, несмотря на наличие небольшого количества амилоидных отложений.

ЦЕЛЬ: уровень гомоцистеина < 7 мкмоль/л.

Витамины B_12, B_6 и фолиевая кислота

Чтобы поддерживать оптимально низкий уровень гомоцистеина, необходима достаточная концентрация витаминов B_6, В_9 (фолиевая кислота) и В_12 – все в активной форме. Пиридоксаль-5 фосфат (П-5-Ф) – это активная форма витамина В_6, метилкобаламин – активная форма витамина В_12, а метилфолат – активная форма витамина В_9. Когда вы сдаете анализа крови на витамин В_12, то видите, что «в норме» его концентрация должна составлять от 200 до 900 пикограммов на миллилитр (пг/мл). Это один из примеров того, как врачи возводят в норму явно субоптимальные показатели.

Что касается витамина В_12, то иногда соответствующие анализы сопровождаются сноской, согласно которой «нормальная» концентрация в 200–350 пг/мл может быть связана в витамин-В_12-дефицитными заболеваниями, например анемией или деменцией! Поэтому стоит стремиться к показателю выше 500 мг/мл, а не удовлетворяться «нормой» в 300 пг/мл.

Многие врачи вместо анализа на В_12 назначают анализ на метилмалоновую кислоту (ММК), так как при повышении уровня В_12 уровень ее падает. Таким образом, высокая концентрация ММК почти всегда свидетельствует о дефиците B_12. Однако лучше всего назначать тест на ММК не вместо, а в дополнение к тесту на В_12, так как его результаты могут варьировать.

Что касается фолиевой кислоты, то ее «нормальная» концентрация составляет 2–20 нг на миллилитр, и снова я не советую стремиться к минимальным показателям. Ваша цель – 10–25 нг/мл.

Если говорить о витамине В_6, то его концентрация не должна быть слишком низкой (30–50 наномоль на литр) или слишком высокой (>110нмоль/л). Высокий уровень В_6 может нанести вред периферической нервной системе, отвечающей за ощущения и восприятие рук и ног в пространстве. Вам нужно достичь концентрации 60-100, не без помощи П-5-Ф. О том, какие витамины вам нужно принимать и в каком количестве, мы поговорим в следящем разделе.

ЦЕЛЬ: витамин В_12 = 500–1500 пг/мл; фолиевая кислота = 10–25 нг/мл; витамин В_6 = 60–100 мкг/л.

Инсулинорезистентность – фактор риска развития Болезни Альцгеймера

Высокий уровень инсулина и глюкозы – два ключевых фактора риска развития болезни Альцгеймера. На эту тему написано множество потрясающих книг, поэтому о сравнении сахара с белым ядом вы читали не раз. АТF – Бюро алкоголя, табака, огнестрельного оружия и взрывчатых веществ – давно пора заняться контролем потребления сахара, если учесть, какую опасность несет данное вещество. Человеческий организм создан таким образом, что не может усваивать больше 15 г сахара в сутки. Только вдумайтесь: 40–100 г мы потребляем за раз, когда пьем газировку (в зависимости от объема упаковки). И это еще не все: за газировкой следуют конфеты, сладкие хлопья, йогурты с подсластителями. Сахар содержится даже в магазинном хлебе.

Когда вы едите продукты с высоким гликемическим индексом – не только сахар, но и крахмал в виде белого хлеба, белого риса, белого картофеля, выпечки и др., ваш организм выбрасывает в кровь инсулин, чтобы сдерживать уровень глюкозы. Высокая концентрация глюкозы токсична для организма и может привести к повреждению клеток. В результате клетки становятся нечувствительными к постоянному притоку инсулина, так же, как горожане становятся безразличны к реву машин. Когда что-то присутствует в нашей жизни постоянно, мы привыкаем и перестаем реагировать. Инсулинорезистентность провоцирует не только диабет 2-го типа, жировую инфильтрацию печени, метаболический синдром, но и болезнь Альцгеймера. Причина: инсулиновая сигнализация основа выживания нейронов. Инсулин связывается с инсулиновыми рецепторами и активирует сигнализацию, которая не допускает гибели нейронов: однако на фоне хронически высокой концентрации инсулина спасительный сигнал притупляется. И это не единственная связь между высоким уровнем инсулина и болезнью Альцгеймера. Организм расщепляет остатки инсулина с помощью различных ферментов, один из которых называется ИДФ (инсулин-деградирующий фермент). ИДФ также связан с деградацией бета-амилоида, поэтому, когда данный фермент занят расщеплением инсулина, ему «некогда» расщеплять бета-амилоид. В итоге уровень бета-амилоида возрастает, а вместе с ним – и риск развития болезни Альцгеймера.

Высокая концентрация глюкозы является причиной не только хронически высокой концентрации инсулина, но и целого ряда других проблем. Подобно рыбам-прилипалам молекулы глюкозы связываются с различными белками, влияя на их функцию. Примером такого вмешательства служит гликированный гемоглобин. Молекулы глюкозы провоцируют биохимические изменения, в результате которых появляются конечные продукты гликирования (КПГ), способные посеять в организме хаос (1).

• Так как иммунная система не воспринимает КПГ, она посылает антитела на борьбу с собственными же белками, запуская воспаление (2).

• КПГ связывается с рецептором конечных продуктов гликирования (RAGE), которые также провоцируют воспаление (3).

• КПГ способствуют образованию свободных радикалов, эти нестабильные реактивные молекулы повреждают все, во что врезаются, например ДНК и клеточные мембраны (4).

• Видоизмененные белки повреждают кровеносные сосуды, в результате снижается питательная поддержка головного мозга (тип 2 БА) и открывается барьер между кровью и мозгом (тип 1 БА).

Вот почему крайне важно знать уровень инсулина и глюкозы в крови. Уровень инсулина натощак должен быть не выше 4,5. Уровень глюкозы натощак – не выше 90, а уровень гемоглобина A1 – c не выше 5,6 %.

У 66-ЛЕТНЕЙ КАТРИНЫ УХУДШИЛАСЬ ПАМЯТЬ и снизилась умственная работоспособность. Она забывала, где припарковала свою машину, перестала узнавать людей, нить ее мыслей путалась. Все это происходило на фоне сложностей с поиском работы. Анализы выявили серьезные метаболические нарушения: высокий уровень инсулина натощак – 121 мг/дл (предиабет), уровень гемоглобина 1Ас – 5,6 %, кортизол в утренних пробах – 24,3 (показатель стресса и причина высокого уровня сахара в крови). Женщина включилась в протокол ReCODE, и спустя четыре месяца неприятные симптомы исчезли, а метаболический статус практически пришел в норму: уровень глюкозы натощак – 108 (неидеально, но лучше, чем было), уровень гемоглобина А1с – 5,5 %, уровень инсулина натощак – 3,4, кортизол в утренних пробах – 21.

ЦЕЛЬ: уровень инсулина натощак ≤ 4,5 мкМЕ/мл, уровень гемоглобина А1с < 5,6 %, уровень глюкозы натощак = 70-90 мг/дл.

Воспаление, хроническое системное воспаление и болезнь Альцгеймера

Существует прямая механистическая связь между воспалениями и болезнью Альцгеймера. Если вы вызываете полицию, значит, должны отличить «хороших парней» от «плохих», способствовать поимке последних и закрытию дела. А теперь представьте, что полиция никогда не покидает вашего района, идет постоянная перестрелка, в которой среди раненых и убитых оказываются и плохие, и хорошие. Именно такая ситуация возникает в организме большинства из нас: иммунная система – внутренняя полиция – трудится без отдыха, в результате хроническое воспаление ускоряет процессы старения и ведет к развитию сердечно-сосудистых заболеваний, онкологии, артрита и болезни Альцгеймера. Связь между воспалением и болезнью Альцгеймера доказана уже давно. Помимо гиперфункции, хронически активная иммунная система опасна еще и тем, что способна атаковать ткани организма.

Причин для вызова внутренней полиции у организма может быть много: инфекции (вирусы, бактерии и грибы); свободные радикалы; продукты конечного гликирования; травмы (ушибы, вывихи, переломы); поврежденные белки или липиды (липопротеин окисленный низкой плотности); и другие вредоносные агенты. Ответ иммунной системы значителен, обычно высокоэффективен (именно поэтому вы сейчас живы!) и очень сложен.

Существует несколько ключевых индикаторов воспаления.

1. С-реактивный белок: СРБ синтезируется в печени в ответ на любые типы воспаления. Особенно важно знать концентрацию hsСРБ (ультрачувствительный CRB), так как стандартные тесты на СРБ недостаточно чувствительны, чтобы выявить малые отклонения от нормы. Уровень hsСРБ должен быть ниже 0,9 мг/дл. Если ваш показатель выше, значит, следует выявить источник воспаления. Это может быть переизбыток сахара/других простых углеводов или плохих жиров (например, трансжиров), синдром «дырявой» кишки (об этом чуть позже), непереносимость глютена, плохая гигиена полости рта, токсины и др. Когда причина воспалений выявлена, ее следует устранить, а затем повторно провести тест на hsСРБ.

2. Соотношение альбумин/глобулин в крови (соотношение A/Г): дополнительный показатель воспаления, в норме должно быть не менее 1,8.

3. Соотношение омега-6 и омега-3 в эритроцитах: несмотря на то, что обе эти жирные кислоты важны для здоровья, омега-6 вызывает воспаление, а омега-3 борется с ними. Соотношение омега-6/омега-3 должно быть менее 3, но выше 0,5 (повышается риск кровоизлияний).

4. Интерлейкин-6 (ИЛ-6) и фактор некроза опухоли – альфа (ФНО-альфа): внутренняя полиция координирует ответную реакцию с помощью диспетчеров. Они называются цитокины. Два вида цитокинов, уровень которых может быть повышен при воспалительном типе (тип 1) болезни Альцгеймера, это Ил-6 и ФНО-альфа.

ЦЕЛЬ: hsСРБ < 0,9 мг/дл; альбумин ≥ 4,5 г/дл; соотношение А/Г ≥ 1,8.

ФАКУЛЬТАТИВНЫЕ ЦЕЛИ: соотношение омега-6/омега-3 = 0,5–3,0; ИЛ-6 < 3 пг/мл; ФНО-альфа < 6,0 пг/мл.

Витамин D_3

Низкий уровень витамина D в крови ассоциируется с ухудшением когнитивных функций. Как сигнал Wi-Fi, витамин D «путешествует» по сосудам и тканям, проникая в клетки. Оказавшись внутри, он связывается с рецептором с очевидным названием «рецептор витамина D» (VDR), который позволяет ему проникать в ядро (дом для вашей ДНК) и включать более 900 генов. Одни влияют на костный метаболизм, вторые подавляют образование опухолей, третьи уменьшают воспаление, четвертые – что особенно важно для протокола ReCODE – участвуют в создании и поддержании работы синапсов головного мозга. Таким образом, эти гены и активирующий их витамин D позволяют склонять баланс в сторону формирования синапсов, а не их разрушения. При дефиците витамина D гены не активируются должным образом.

Как мы получаем витамин D? Солнечный свет превращает молекулу холестерина, 7-дегидрохолестерин, в неактивную форму витамина D, которая затем превращается в активную форму.

Врачи привыкли считать нормой уровень 25-гидроксихолекальциферола (неактивная форма, чаще всего измеряют именно его концентрацию), равный 20–30 нг/мл. Я советую стремиться к 50–80. Вы можете использовать следующую формулу для определения индивидуальной дозы витамина D, обычно принимаемого в виде витамина D_3, возьмите целевой показатель (например, 50) и отнимите от него ваш нынешний уровень витамина (скажем, 20), умножьте получившееся число (30) на 100 и получите дозу (3000) в МЕ.

ЦЕЛЬ: витамин D_3 (измеряется 25-гидроксихолекальциферол) = 50–80 нг/мл.

Гормональный статус – противоречивый, но очень важный

Слово «гормон» происходит от греческого horman, что значит «приводить в движение», «пробуждать». Эти сигнальные молекулы вырабатываются в одном месте, например в гипофизе, а затем по кровотоку перемещаются в другое, например в надпочечники. Многие гормоны напрямую связаны с когнитивными функциями. Они способствуют формированию и поддержанию синапсов, а когда их уровень падает, баланс склоняется в отрицательную сторону и умственная работоспособность ухудшается.

Тиреоидный статус

Нормальная работа щитовидной железы – основа правильной работы головного мозга, поэтому при болезни Альцгеймера нарушение синтеза тиреоидных гормонов – довольно частое явление. Эти гормоны выполняют ту же функцию, что и педаль газа в автомобиле: чем сильнее вы жмете, тем быстрее движутся клетки, подавая метаболические сигналы. Узнать свой уровень метаболизма несложно, для этого нужно просто измерить общую температуру тела. Возьмите обычный градусник, встряхните его и положите на тумбочку рядом с кроватью. Прежде чем встать утром с постели, положите его под мышку на 10 минут. Температура должна быть 36,5–36,7 по Цельсию. Если меньше, значит, у вас снижена функция щитовидной железы.

Скорость клеточного метаболизма непосредственно связана с нашими рефлексами. При снижении уровня тиреоидных гормонов рефлексы замедляются. Это можно определить с помощью аппарата под названием Thyroflex, который доступен в некоторых медицинских центрах. Он очень точно считывает скорость лучевого рефлекса (тот, который сгибает руку в локтевом суставе). Если работа щитовидной железы нарушена, тогда лучевой и все остальные рефлексы будут снижены.

Будучи связанными со скоростью обмена веществ, гормоны щитовидной железы влияют на сердечный ритм и умственную работоспособность. В их компетенции находятся многие параметры здоровья: продолжительность сна, жар и холод в теле, набор веса, депрессия и др. Стоит также отметить, что у большинства людей, страдающих деменцией, умеренными или субъективными когнитивными нарушениями, есть проблемы со щитовидной железой. Вот почему важно знать свой тиреоидный статус, в который входит уровень свободного Т3 (активный Т3), свободного Т4, реверсивного Т3 и ТТГ (тиреотропный гормон).

Почему так много? Некоторые врачи назначают только анализа на ТТГ, однако это не позволяет выявить нарушения работы щитовидной железы.

Причиной деменции часто становится гормональный дисбаланс. Нормальная работа щитовидной железы – основа правильной работы головного мозга.

ТТГ вырабатывается гипофизом в ответ на команду со стороны тиреотропин-релизинг гормона (ТРГ), который синтезируется в гипоталамусе головного мозга. В теории при снижении функции щитовидной железы концентрация ТТГ должна повыситься, чтобы активизировать выработку тиреоидных гормонов. Таким образом, высокий уровень ТТГ свидетельствует о снижении функции щитовидной железы. «Нормальная» концентрация ТТГ варьирует от 0,4-4,2 мироМЕ/л, однако любой показатель выше 2,0 должен вызывать беспокойство.

В некоторых случаях уровень ТТГ остается в норме даже на фоне проблем со щитовидной железой. Именно поэтому я советую проводить дополнительные анализы.

СВОБОДНЫЙ Т3: Активный, но не долговечный гормон щитовидной железы, его молекулы живут всего сутки (конечно, их и вырабатывается больше). Оптимальный уровень составляет 3,2–4,2 пикограмма на миллилитр (пг/мл).

СВОБОДНЫЙ Т4 – гормон хранения, который живет примерно неделю. Оптимальный уровень составляет 1,3–1,8.

Реверсивный Т3 ингибирует синтез тиреоидных гормонов. Вот почему одним из главных показателей работы щитовидной железы является соотношение свободный Т3/реверсивный Т3. Уровень реверсивного Т3 повышается на фоне стресса, в результате эффективность Т3 падает. Соотношение свободный Т3/реверсивныйТ3 должно быть не менее 20.

ОПТИМАЛЬНЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ: ТТГ < 2,0 мкМЕ/мл; свободный Т3 = 3,2–4,2 пг/мл; реверсивный Т3 < 20 нг/дл; свободный Т3 x 100: реверсивный Т3 >20; свободный Т4 = 1,3–1,8 нг/дл.

Эстрогены и прогестерон

Роль эстрогенов (эстрадиола, эстриола и эстрона) и прогестерона в работе головного мозга до сих пор вызывает множество споров, несмотря на обилие доказательств. Как я уже говорил, эстроген связывается с рецептором и активирует ферменты (они называются альфа-секретаза или ADAM10), которые разрезают APP на два фрагмента. В результате появляются спасители синапсов sAPPα и αCTF. Из этого следует, что эстрогены способствуют предотвращению деменции. Исследования, проведенные в Клинике Мэйо, показали: у женщин, у которых до 40 лет были удалены яичники (иногда по причине генетического риска развития рака яичников), при отсутствии гормонозаместительной терапии в два раза возрастает риск болезни Альцгеймера (2). Важен не только уровень эстрогенов и прогестерона, но и их соотношение, поскольку высокое соотношение ассоциируется с «затуманенным сознанием» и ухудшением памяти.

55-ЛЕТНИЙ ЮРИСТ ДИАНА ЧЕТЫРЕ ГОДА страдала выраженной прогрессирующей потерей памяти. Женщина забывала выключить плиту, когда уходила из дома, пропускала важные встречи и назначала разным клиентам консультации в одно и то же время. Из-за невозможности вспомнить то, что происходило пару минут назад, она стала записывать разговоры на диктофон и делать заметки в iPad (к сожалению, затем она забыла пароль и не смогла его разблокировать). Попытки выучить испанский язык, необходимый для работы, провалились. В конце концов выполнять служебные обязанности ей стало не по силам. Часто Диана спрашивала детей: купили ли они то, о чем она просила, а в результате оказывалось, что она не просила их ни о чем. Она теряла нить разговора и с трудом формулировала ответ. «Я уходила в колледж, – признавалась ее дочь, – а потом, когда возвращалась, женщины, которая когда-то была моей мамой, не оказывалось дома».

На момент обращения ко мне анализы Дианы показали следующее: гомоцистеин – 9,8, СРБ в норме – 0,16, витамин D – 46 (очень хорошо), гемоглобин А1с – 5,3 (хорошо), эстрадиол в норме – 275, прогестерон понижен – 0,4 (поэтому соотношение эстрадиол/прогестерон очень высокое 687,5), инсулин – 2,7 (хорошо), свободный Т3 – 3,02 (неплохо), свободный Т4 – 1,32 (хорошо), ТТГ – 2,04 (на грани).

Женщина включилась в программу ReCODE, и спустя пять месяцев ее состояние значительно улучшилось. Через десять месяцев (через четыре месяца после оптимизации соотношения эстрадиол/прогестерон) она практически полностью поправилась. Ей больше не нужно было записывать разговоры на диктофон или делать заметки. Диана снова вернулась к работе, выучила испанский и приступила к освоению новой юридической специальности. Она больше не путалась в мыслях и четко помнила, о чем просила своих детей, а о чем – нет.

ЦЕЛЬ: уровень эстрадиола = 50–250 пг/мл; уровень прогестерона = 1–20 нг/мл; соотношение эстрадиол/прогестерон = 10–100 (оптимизировать в зависимости от симптомов).

Тестостерон

Половой гормон стероидной природы, который присутствует как у мужчин, так и у женщин. У мужчин его концентрация выше. Тестостерон способствует выживаемости нейронов головного мозга. У мужчин с низким уровнем концентрации тестостерона значительно повышен риск развития болезни Альцгеймера.

ЦЕЛЬ: уровень общего тестостерона = 500–1000 нг/дл; уровень свободного тестостерона = 6,5–15 нг/дл.

Кортизол, прегненолон и дегидроэпиандростерон

Стресс, который захватил наш непрерывно меняющийся, гиперпродуктивный, высококонкурентный мир, является одной из ключевых причин деменции. Короткие периоды стресса – ничто по сравнению с той опасностью, которую несет знакомый каждому человеку хронический стресс.

Стресс активирует уже упомянутую мной ось ГГН (гипоталамус – гипофиз – надпочечники). Гипоталамус головного мозга синтезирует кортикотропин-высвобождающий фактор (КВФ), который стимулирует гипофиз высвобождать в кровь адренокортикотропный гормон (АКТГ). В свою очередь, АКТГ заставляет надпочечники, расположенные над верхней частью почек, вырабатывать кортизол и другие гормоны стресса. Высокий уровень кортизола наносит вред нейронам, преимущественно в гиппокампе. Таким образом, хронический стресс является причиной гиппокампального повреждения и, как следствие, ухудшения когнитивных функций и памяти.

Хронический стресс может привести к дисфункции оси ГГН (это состояние называется синдромом надпочечниковой усталости, однако «устают» не только надпочечники, но и другие составляющие оси), когда надпочечники перестают вырабатывать гормоны в объеме достаточном, чтобы справиться со стрессом, например инфекциями, токсинами или недосыпом. В результате человек становится чувствителен к факторам стресса, способным ускорить снижение работоспособности мозга. Само по себе резкое снижение уровня кортизола может привести к потере нейронов в гиппокампе.

Прегненолон – главный стероидный гормон, который служит предшественником половых стероидов (например, эстрадиола и тестостерона) и гормонов стресса, таких как кортизол и дегидроэпиандростерон (ДГЭА). В периоды повышенного эмоционального напряжения прегненолон усиленно выделяется и направляется не на поддержание оптимального уровня половых гормонов, а на выработку гормонов стресса. «Кража прегненолона» – довольно распространенное явление, приводящее к снижению концентрации самого прегненолона и половых стероидов. Вот почему, испытывая сильный стресс, мы теряем интерес к сексу. Прегненолон способствует подержанию памяти и оказывает нейрозащитный эффект, таким образом, его низкая концентрация является фактором риска развития деменции.

ДГЭА (как и прегненолон) – это «нейростероид», связанный с реакцией на стресс. В анализах обычно фигурирует ДГЭА-сульфат. Уровень кортизола, прегненолона и ДГЭА-сульфата исследуется в крови или слюне пациента. При наличии отклонений в течение 24 часов берется моча на анализ. Однако в большинстве случаев теста крови достаточно, чтобы выявить концентрации, опасные для здоровья головного мозга.

ЦЕЛЬ: уровень кортизола (утро) = 10–18 мкг/дл; уровень прегненолона = 50–100 нг/дл; уровень ДГЭА-сульфата = 350–430 мкг/дл для женщин и 400–500 мкг/дл для мужчин.

Металлообнаружение. И не только в аэропортах

Вулкан и Атлант – соотношение медь/цинк

Переизбыток меди и недостаток цинка ассоциируются с деменцией. Профессор Джордж Брюэр из Мичиганского университета, всю свою жизнь занимающийся изучением влияния меди и цинка на когнитивные функции, выяснил, что именно такое соотношение микроэлементов присутствует в организме большинства из нас. Это проблема свойственна развитым странам мира. Причина: медные трубы, витамины с медью, пища с низким содержанием цинка и его плохое всасывание, вызванное выработкой недостаточного количества желудочного сока (с возрастом или при приеме ингибиторов протонной помпы для лечения гастроэзофагеального рефлюкса). Доктор Брюэр подчеркивает, что процессы старения ассоциируются с низким уровнем цинка, который еще больше понижается при развитии болезни Альцгеймера. Кроме того, у людей, страдающих токсическим типом (тип 3) заболевания, отмечается самая низкая концентрация цинка – половина нормы, в результате они становятся крайне чувствительными к воздействию токсинов, например ртути или микотоксинов, вырабатываемых плесенью. А вот добавки с цинком, по данным профессора, улучшают работу головного мозга (3).

В какой-то степени медь и цинк являются соперниками – к примеру, они ингибируют всасывание друг друга в кишечнике, поэтому переизбыток первого микроэлемента ведет к недостатку второго. Медь и цинк необходимы для здоровья, и их дефицит крайне нежелателен. Будучи оба металлами, они имеют одно существенное различие: цинк – это Атлант, могучий титан из древнегреческих мифов, а медь – бог огня Вулкан. Ион цинка (Zn++) имеет заполненную 3d-атомную орбиталь – иными словами, цинк полон электронов, «весел и счастлив», тогда как ионы меди обладают свободными 3d-орбиталями. Медь с легкостью отдает и отнимает электроны у содержащих их белков, поэтому служит источником свободных радикалов (молекул с непарными электронами, которые наносят вред мозгу и всему организму). Тем временем цинк, входящий в состав более 300 различных белков, не может транспортировать электроны, не способствует образованию свободных радикалов, а значит, играет важную конструктивную роль.

По оценкам специалистов, примерно 2 миллиарда человек – четверть всего населения мира – испытывают дефицит цинка. В основном это люди пожилого возраста, у которых нехватка микроэлемента напрямую связана с болезнью Альцгеймера. Цинк необходим для синтеза, хранения и высвобождения инсулина (4), поэтому его дефицит ослабляет сигнализацию гормона (одна из характеристик болезни Альцгеймера). Более того, повышается уровень аутоантител, которые служат источником воспаления, нарушается не только гормональная, но и нейромедиаторная сигнализация; повышается чувствительность к токсинам – все это сопутствующие факторы болезни Альцгеймера и виновники ухудшения когнитивных функций даже при отсутствии страшного заболевания.

Уровень обоих – цинка и меди – в крови должен составлять примерно 100 мкг/дл (микрограмм на децилитр), а их соотношение 1:1. Соотношение выше 1,4 ассоциируется с деменцией. Несмотря на то что большая часть меди в организме связана с белками (например, церулоплазмином), очень важно знать уровень свободной меди (несвязанной с белками). Для этого необходимо из общей концентрации меди три раза вычесть концентрацию церулоплазмина. То есть если у вас медь – 120, а церулоплазмин – 25, тогда уровень свободной меди 120–75 = 45, что довольно много при норме менее 30.

Определение уровня цинка в эритроцитах дает более точные показатели, чем определение его концентрации в сыворотке крови. В норме уровень цинка в эритроцитах должен составлять 12–14 мг/л.

ЦЕЛЬ: соотношение медь/цинк = 0,8–1,2. Уровень цинка = 90–110 мкг/дл (уровень цинка в эритроцитах = 12–14 мг/л).

ФАКУЛЬТАТИВНЫЕ ЦЕЛИ: концентрация меди минус 3-кратную(?) концентрацию церулоплазмина ≤ 30.

Магний в эритроцитах и аюрведа

Магний – залог правильной работы головного мозга. Если вы страдаете болезнью Альцгеймера, которая прежде всего поражает гиппокамп и соседнюю с ним энторинальную область коры, скорее всего, эти консолидирующие память структуры (гиппокамп слева и справа) испытывают нехватку магния. Доктор Гуосон Лиу из Массачусетского технологического института (его нынешнее место работы Университет Цинхуа) выяснил: чтобы достичь концентрации магния, необходимой для правильного функционирования клеток мозга, следует включать данный микроэлемент в свой рацион. Клиническое исследование, проведенное Лиу совместно с группой ученых, показало: когда магний доставляется в мозг в паре с производными треонина (аминокислота), восприятие заметно улучшается (5).

Гуосон приезжал ко мне в Калифорнийский университет Лос-Анджелеса, и мы от души посмеялись над иронией судьбы. Выросший в Китае, Гуосон разрабатывает таргетную молекулярную монотерапию – исключительно западная тактика, а я, коренной американец, ломаю голову над многогранной программой, свойственной китайской и аюрведической медицине.

Как и в случае с цинком, измерение концентрации магния в эритроцитах (где он преимущественно содержится) дает более точные показатели, чем измерение его концентрации в сыворотке крови. Это называется Magnesium RBC (магний в эритроцитах). Норма составляет 5,2–6,5 мг/дл.

ЦЕЛЬ: уровень магния в эритроцитах = 5,2–6,5 мг/дл.

Селен – пожарник, а глутатион в роли воды

В «пантеоне» металлов селен – пожарник. Совместно с пептидом глутатионом («вода для тушения») он борется со свободными радикалами, молекулами с непарными электронами, которые наносят вред клеточным мембранам, ДНК, нарушают клеточную структуру и их функцию в целом. Для того чтобы защищать и восстанавливать здоровье клеток, запасы глутатиона должны постоянно пополняться подобно запасам воды для тушения пожара. Низкий уровень глутатиона является причиной воспаления, токсичности и дефицита синаптической поддержки – а значит, и развития всех трех типов болезни Альцгеймера. Селен играет важную роль в регенерации глутатиона, растрачиваемого на выведение свободных радикалов, поэтому неудивительно, что его нехватка ассоциируется с ухудшением когнитивных функций (6).

У 59-ЛЕТНЕЙ КЭРОЛ НАБЛЮДАЛОСЬ УХУДШЕНИЕ ПАМЯТИ и концентрации внимания. Спустя четыре года она прошла обследование в ведущем медицинском центре. В ее роду были случаи деменции, а сама она являлась носителем одной копии ApoE3 и одной копии ApoE4, что повышало риск развития болезни Альцгеймера. Нейропсихологическое обследование двумя годами ранее выявило умеренное когнитивное нарушение, т. е. состояние, предшествующее заболеванию. Работоспособность мозга продолжала снижаться. Проведенная МРТ-диагностика выявила атрофию гиппокампа. Ее гиппокамп настолько уменьшился в объеме, что стал на 99 % меньше гиппокампа здорового человека. Пугающий знак для всех людей, имеющих симптомы болезни Альцгеймера.

Анализы показали присутствие в моче микотоксинов, причем концентрация одного их них была в 20 раз выше верхнего предела нормы. Так как микотоксины чувствительны к глутатиону, я назначил Кэрол глутатион внутривенно (IV) и стандартный протокол ReCODE. После каждого введения препарата работоспособность головного мозга повышалась, но лишь до утра следующего дня. Несмотря на это, в течение следующих нескольких месяцев ее муж и лечащий врач отметили явное стабильное улучшение когнитивных функций. Баллы по Монреальской шкале оценки (MoCA) повысились с 14 (средний показатель для болезни Альцгеймера – 16) до 21 (ниже нормы, равной 26–30, но лучше, чем было, и выше показателей среднестатистического пациента с БА).

ЦЕЛЬ: уровень селена в сыворотке крови = 110–150 нг/мл; уровень глутатиона (GSH) = 5,0–5,5 мкмоль/л.

Тяжелые металлы и Безумный Шляпник

Тяжелые металлы, такие как ртуть, нейротоксичны. Многие из нас даже не подозревают о том, что подвергаются их воздействию. Помните Безумного Шляпника из «Алисы в Зазеркалье»? Это герой имеет свою историю. С XVIII и до начала XX века шляпники использовали ртуть для отделения меха от шкуры кроликов и других мелких животных, а также при обработке фетра, при этом пары ртути попадали в воздух. «Безумство», под которым подразумевались потеря памяти, депрессия, бессонница, тремор, раздражительность и тяжелая степень социальных фобий, были результатом отравления тяжелым металлом. Сегодня мало кто шьет фетровые шляпы, и уж тем более никто не использует при этом ртуть, однако мы регулярно подвергаемся ее токсичному воздействию, когда едим зараженную рыбу. (Чем больше рыба, тем дольше она живет, тем выше в ней содержание ртути. Поэтому тунец, меч-рыба, атлантический большеголов и акула считаются небезопасными. Лучше отдавать предпочтение лососю, макрели, анчоусам, сардинам и сельди). В данном случае мы имеем дело с органической ртутью, чаще метилртутью (ртуть, связанная с метиловой группой, т. е. одним углеродом и тремя атомами водорода), которая передается от микроорганизмов, питающихся тяжелыми металлами. Еще одним распространенным источником ртути является стоматологическая амальгама. Старые пломбы были и есть у многих из нас. Это неорганическая ртуть. Наличие метилртути и неорганической ртути в организме можно выявить по анализу крови и мочи, поэтому вы точно узнаете, что стало причиной заражения: рыба или пломбы.

Ртуть может провоцировать развитие характерной для болезни Альцгеймера патологии: амилоидных бляшек и нейрофибриллярных клубков. Кроме того, метилртуть разрушает части глутатиона, который выводит свободные радикалы.

Мышьяк, свинец и кадмий также способны повлиять на работу головного мозга. Мышьяк перестал быть излюбленным ядом отравителей, сегодня основным источником заражения служат грунтовые воды, особенно на западе США, в Тайване и некоторых районах Китая. Мышьяк содержится в курице, однако в органической его гораздо меньше. Систематическое воздействие высоких концентраций этого ядовитого вещества ассоциируется с нарушениями регуляторно-исполнительных функций (включая решение задач, планирование, организацию и другие формы мышления высокого уровня), снижением остроты ума, нарушениями речи и депрессией (7) – проблемы, свойственные токсическому типу (тип 3) болезни Альцгеймера. Мышьяк затрагивает ось гипоталамус – гипофиз – надпочечники, также имеющую непосредственное отношение к типу 3 БА. При проведении анализа на наличие мышьяка я советую вам воздержаться от употребления морепродуктов хотя бы за три дня до забора крови. Очень часто они содержат нетоксические органические соединения мышьяка, которые могут дать ложный положительный результат.

Доказано, что свинец оказывает негативное влияние на когнитивные функции и ведет к снижению IQ у детей. Как показали опыты на грызунах, воздействие свинца через краску и пыль ускоряет выработку амилоида в пожилом возрасте (8). У людей (согласно эпидемиологическим и токсикологическим данным) этот тяжелый металл повышает риск развития старческого слабоумия (9).

Кадмий больше известен не как «дементоген», а как канцероген. Однако исследование на грызунах показало, что вместе с мышьяком и свинцом он вызывает альцгеймероподобные изменения в головном мозге (10). Подвергнуться воздействию кадмия можно, вдыхая сигаретный дым или работая на химическом заводе. А еще он содержится в красках, особенно ярко-желтого и оранжевого цветов. Клод Моне использовал кадмиевую желтую краску, когда рисовал на природе, к счастью, современные красители химически сконструированы таким образом, что их токсичность в разы меньше.

Мы порой не подозреваем, что подвергаемся воздействию тяжелых металлов. Мышьяк содержится в курице, ртуть – в некоторых видах рыбы и зубных пломбах, кадмий – в сигаретном дыме, свинец попадает в организм через пыль и краску и т. д. Все они нейротоксичны.

Есть несколько способов измерить уровень ртути в организме. Стоит отметить, что большинство из них обладают низкой чувствительностью. Обычно степень отравления определяется по анализу крови, в то время как ртуть накапливается в костях, головном мозге и других тканях. Именно поэтому анализ может показать норму при наличии высоких концентраций тяжелого металла в организме. Более чувствительным индикатором служит тест мочи. Забор мочи обычно происходит в течение шести часов после введения хелирующего агента, химического соединения, которое захватывает ртуть и выталкивает ее из тканей. Самым точным тестом является «Mercury Tri-Test», он определяет уровень ртути в волосах, моче, крови без необходимости хелирования. «Mercury Tri-Test» расскажет не только об уровне ртути в организме, но и о ее природе: органической (из рыбы) или неорганической (из амальгамных пломб). Компания-разработчик также предлагает очень чувствительные тесты крови на наличие других металлов, включая кальций, хром, медь, литий, магний, молибден, селен, цинк, алюминий, сурьму, мышьяк, барий, кадмий, кобальт, свинец, ртуть, серебро, стронций и титан.

Если уж мы заговорили о металлах, возникает вопрос: может ли алюминий быть причиной болезни Альцгеймера? Никто не знает. Несколько лет назад существовали такие подозрения, но они не подтвердились. С другой стороны, опровержений тоже нет.

ЦЕЛЬ: общий уровень ртути, свинца, мышьяка и кадмия < 50-й процентили (по Quicksilver); если вы сдаете стандартный лабораторный анализ: ртуть < 5 мкг/л; свинец < 2 мкг/дл; мышьяк < 7 мкг/л; кадмий < 2,5 мкг/л.

Сонное царство: сон и апноэ во сне

Апноэ во сне – довольное распространенное явление, обычно не диагностируется, ведет к ухудшению когнитивных функций. Греческий бог сна Гипнос, сын Никты (ночь) и Эреба (мрак) – отец богов сновидений. Сон – одно из самых мощных орудий в борьбе с болезнью Альцгеймера. Но вот беда, в нашем гиперконкурентном обществе стало делом чести вести ночной образ жизни и обходиться парой часов сна.

Есть целый ряд основных механизмов, благодаря которым сон влияет на когнитивные функции.

1. Он меняет клеточную анатомию головного мозга, способствуя его очищению. Пространство между клетками, которое называется внеклеточным, во время сна расширяется, пропуская больше кальция и магния. Подобно приливу, омывающему берег, происходит вымывание клеточного мусора, в том числе и амилоидных отложений.

2. Сон ассоциируется с сокращением выработки амилоида.

3. Во сне мы не едим. Голодание способствует восстановлению чувствительности к инсулину.

4. Во время сна в головном мозге активируется аутофагия, процесс «самоедства», способствующий утилизации клеточных компонентов, например поврежденных митохондрий и неправильно свернувшихся белков. В результате восстанавливается клеточное здоровье. При отсутствии аутофагии клетки будут накапливать дисфункциональные компоненты, по сути, это то же самое, что заряжать все ваши гаджеты старыми батарейками. Клеткам нужны новые детали и зарядные устройства, которые дает сон.

5. Сон – это период «капитального ремонта» организма. Среди множества восстановительных процессов стоит отметить, что во время сна увеличивается уровень гормона роста, восстанавливающего клетки, а также происходят многие репаративные процессы.

Неудивительно, что недосып провоцирует когнитивные нарушения. Более того, повышается риск ожирения, диабета и сердечно-сосудистых заболеваний – все это сопутствующие факторы развития болезни Альцгеймера. У нас появляется тяга к сладкому, нездоровым жирам и другим вредным продуктам, портящим наш метаболический профиль.

Даже если вы стараетесь спать по семь-восемь часов за ночь, но при этом страдаете апноэ (дыхание периодически останавливается, заставляя вас пробуждаться), плохое качества сна не позволит клеткам восстановиться. Вот почему апноэ является виновником ухудшения когнитивных функций. По оценкам специалистов, оно не диагностируется в 75 % случаев, отчасти потому, что для этого необходимо провести ночь в Центре сна, которая стоит 3000 долларов. К счастью, с появлением специальных детекторов стало возможным выявлять апноэ, не выходя из дома, всего за пару сотен долларов. В группу риска апноэ входят мужчины среднего и пожилого возраста, люди, страдающие храпом, ожирением, хронической усталостью и имеющие короткую толстую шею. Они обязательно должны пройти тест на апноэ, как и все, кто столкнулся с когнитивными проблемами, ведь это заболевание поддается лечению (как и другие нарушения сна). По результатам теста вы узнаете свой апноэ-гипопноэ индекс (АГИ), т. е. сколько раз за ночь у вас останавливалось или практически останавливалось дыхание. У некоторых индекс составляет 100, однако нормой считается менее 5, идеальный вариант – 0.

Если, несмотря на хорошие показатели, вы испытываете сонливость в течение дня, обратитесь к специалисту и проконсультируйтесь по поводу синдрома сопротивления верхних дыхательных путей (СПРВДП). Симптомы этого расстройства схожи с симптомами ночного апноэ, но для его выявления используются иные методы диагностики. Лечащий врач может назначить вам пульсокисметрию или мониторинг эзофагеального давления.

ЦЕЛЬ: АГИ (апноэ-гипопноэ индекс) менее 5 апноэ в час (в идеале 0).

Холестерин и другие липиды

Всех пугает повышенный холестерин. Анализ на холестерин стал популярен в 50-60-х годах прошлого века, а вместе с ним и другие безумства: твист, хула-хуп, автомобильные плавники и брюки клеш. Когда все это кануло в Лету, «холестериновый бум» не угас, подобно Дику Кларку (поясню для молодого поколения, Дик Кларк – ведущий телепередачи American Bandstand. В свои преклонные годы он выглядел как молодой мальчишка, его так и прозвали «старый подросток Америки»). До сих пор мы стремимся узнать свой уровень холестерина! А в действительности крутить хула-хуп (хорошая зарядка по утрам) намного полезнее этого бессмысленного анализа. Многие люди с «повышенным холестерином» не имеют сосудистых заболеваний, а с «нормальным холестерином» имеют. Сосудистые заболевания способствуют ухудшению когнитивных функций, повышают риск развития болезни Альцгеймера, а также могут послужить причиной сосудистой деменции, которая ассоциируется с множественными микроинсультами.

Удивительно слышать, что «пониженный», а не повышенный холестерин является виновником когнитивных нарушений. Когда уровень общего холестерина опускается ниже 150, возрастает риск мозговой атрофии. Холестерин – ключевая составляющая клеточной мембраны, в том числе и мембраны клеток мозга. Нежелателен именно поврежденный холестерин и связанные с ним липидные частицы – вот они, «плохие парни». Измерить уровень общего холестерина, чтобы оценить риск развития сердечно-сосудистых заболеваний, все равно что пересчитать жильцов, чтобы выявить количество преступников: в некоторых квартирах проживает много народу, из которых ни одного бандита, а в других пара-тройка человек и большинство из них – нарушители закона. Нам нужно не гадать, а точно определить количество «плохих парней»: уровень окисленных ЛПНП, малых плотных ЛПНП или количество частиц ЛПНП, а также степень воспаления (окисленный ЛПНП и hsСРБ, о котором мы говорили ранее).

ЦЕЛЬ: ЛПНП (количество частиц ЛПНП) = 700–1000; ИЛИ мпЛПНП (малые плотные ЛПНП) < 20 мг/дл или < 20 % ЛПНП; ИЛИ окисленные ЛПНП < 60 Ед/л; общий холестерин > 150 (да, больше 150, не меньше).

Витамин Е

Витамин Е – защитник клеточных мембран и антиоксидант, предотвращающий развитие болезни Альцгеймера. Под витамином Е мы подразумеваем группу природных соединений (например, токоферолы и токотриенолы), которые взаимодействуют с липидными клеточными мембранами и защищают их от повреждений, поглощая свободные радикалы. Клинические исследования показали, то это одна из немногих молекул, способная в качестве монотерапии замедлить ухудшение когнитивных функций (хотя и незначительно) при болезни Альцгеймера (11). Несмотря на обилие токоферолов и токотриенолов в витамине Е, неплохо определить свой статус, сдав анализ на альфа-токоферол.

ЦЕЛЬ: витамин Е (альфа-токоферол) = 12–20 мкг/мл.

Витамин В_1 (Тиамин)

Тиамин – витамин В_1 – участвует в формировании воспоминаний. Его дефицит ассоциируется с алкогольной зависимостью и потерей памяти, вызванной плохой усвояемостью питательных веществ – это называется синдромом Вернике – Корсакова. Уровень тиамина может снизиться при потреблении продуктов, содержащих разрушающие его ферменты: чай, кофе, алкоголь и сырая рыба (хотя это не распространенная причина серьезного дефицита витамина В_1). Связан ли тиамин с ухудшение когнитивных функций при болезни Альцгеймера и старением – неизвестно; тем не менее важно знать, достаточно ли в вашем организме этого витамина для поддержания правильной работы мозга. Лучше всего измерить уровень тиаминпирофосфата (ТПФ) в эритроцитах.

ЦЕЛЬ: уровень тиамина в сыворотке крови = 20–30 нмоль/л ИЛИ уровень тиаминпирофосфата (ТПФ) в эритроцитах = 100–150 нг/мл крови.

Проницаемость желудочно-кишечного тракта

(cиндром «дырявой» кишки)

Лишь пару лет назад синдром «дырявой» кишки выделили как отдельную патологию. Это довольно распространенное нарушение, которое провоцирует воспаление и другие неприятные явления. Многие из нас прилагают максимум усилий, чтобы защитить свое жилище от протечек и постороннего вторжения: будь то грабители или животные (возвращаясь домой, вы когда-нибудь заставали енота за поеданием кошачьего корма? Или находили змею?) Не менее важно поддерживать естественные барьеры организма, и начинать следует с кишечника.

В идеале клетки слизистой оболочки желудочно-кишечного тракта крепко соединены (белковый комплекс с окклюдином выполняет функцию межклеточного «герметика»). Таким образом, еда остается там, где она должна быть, т. е. внутри кишечника. Молекулы, образующиеся в процессе пищеварения (например, аминокислоты, на которые распадаются белки), проникают в клетки слизистой оболочки кишечника, а оттуда – в кровь, которая разносит питательные вещества по всему организму.

А теперь представьте, что у вас «дырявая» кишка. Причиной возникновения этого состояния могут быть: непереносимость глютена, вредные химикаты, содержащиеся в пестицидах, газировка, алкоголь, сахар, промышленная пища, консерванты, воспаление, хронический стресс, дрожжи и лекарственные препараты, такие как аспирин и ацетаминофен. Отныне в кровь попадают не только аминокислоты, простые сахара (глюкоза и фруктоза) и витамины, но и крупные фрагменты. Иммунная система распознает их как врагов и провоцирует воспаление. Так как воспаление является основной причиной развития болезни Альцгеймера – в особенности типа 1, важно не допускать проникновения больших белковых фрагментов из кишечника в кровь.

Есть еще одно обстоятельство: проницаемость кишечника позволяет вредоносным агентам, например бактериям и грибкам, а также их частицам попадать в кровоток. И снова в борьбу вступает иммунитет, иногда это приводит к сопутствующему ущербу тканей, которые он не считает родными. Развиваются аутоиммунные состояния. Как следствие, мы имеем дело со стабильными воспалениями низкого уровня, а в худшем случае – с аутоиммунными заболеваниями: рассеянным склерозом, ревматоидным артритом, красной волчанкой и др. Хроническое воспаление также может вносить свой вклад в развитие болезни Альцгеймера.

ВИКИ ВСЕГДА РОСЛА ЗДОРОВЫМ РЕБЕНКОМ, но в 16 лет у нее появилась сыпь на коже, развилась артралгия (боль в суставах), опухли суставы пальцев рук (от холода воспаление еще больше усугубилось), нарушился менструальный цикл и прибавились лишние килограммы. Она с трудом могла сосредоточиться на уроке и во время разговора. Вики прошла обследование у двух ведущих специалистов-ревматологов и сдала соскоб с проблемной кожи на руках. Анализы показали васкулит – воспаление кровеносных сосудов. Тест на волчанку оказался положительным. Врачи сказали, что у нее повышен риск развития тяжелой хронической волчанки и что на данный момент болезнь считается неизлечимой.

Вики обратилась к терапевту, который выявил у нее синдром «дырявой» кишки, непереносимость многих продуктов, включая молоко и глютен, снижение функции щитовидной железы и уровня эстрадиола, а также инсулинорезистентность. Девушке была назначена лечебная программа – диета и иные меры по восстановлению слизистой оболочки кишечника и гормонального фона. Спустя пару месяцев неприятные симптомы уменьшились: прошла сыпь, вернулся прежний вес, нормализовался уровень эстрадиола, восстановился менструальный цикл, улучшилась концентрация внимания. Последующий тест на волчанку дал отрицательный результат. Каждый раз, когда Вики включала в рацион глютен, суставы снова начинали болеть. Сейчас, девять лет спустя после проявления первых признаков заболевания, девушка совершенно здорова.

Какая связь между девушкой, у которой «дырявый» кишечник спровоцировал васкулит, артрит и снижение функции щитовидной железы (по причине аутоиммунитета) и болезнью Альцгеймера? Огромная. Одним из главных виновников болезни Альцгеймера служит воспаление, а одним из наиболее распространенных путей формирования хронического воспаления является «дырявая» кишка.

Вот почему важно знать степень проницаемости кишечника. Определяется она несколькими способами. Первый – с помощью теста, при котором вам необходимо переварить два различных сахара: лактозу и маннит. Маннит с легкостью пересекает кишечный барьер, а лактоза – только если в нем есть дырки. После попадания в кровь один или оба сахара выводятся с мочой. Маннит в моче говорит о нормальной работе кишечника, а вот присутствие лактозы свидетельствует о повышенной проницаемости. Второй – оценить иммунологический ответ на нарушение кишечного барьера. Организм вырабатывает антитела, которые направляет на борьбу с бактериями, проникающими из кишечника в кровоток. В результате образуются антитела к ЛПС (липополисахарид) бактерий. Точно так же существуют антитела к барьерным белкам (зонулин и окклюдин), служащие индикаторами «дырявого» кишечника. Их уровень можно измерить с помощью теста под названием Cyrex Array 2. Так как одной из причин повышенной проницаемости кишечника является пищевая непереносимость, логично воспользоваться Cyrex Array 3 или 4 или просто исключить некоторые продукты из своего рациона, а затем вводить их по одному, чтобы проследить реакцию организма (боли в суставах, боли в животе, вздутие и др.)

ЦЕЛЬ: Cyrex Array 2 (или другие тесты на проницаемость кишечника) отрицательный.

Проницаемость гематоэнцефалического барьера

(барьер между кровью и мозгом)

Большое количество опасных бактерий, вирусов, грибков и других микробов населяют головной мозг человека, страдающего болезнью Альцгеймера. Что?! Разве микробы в мозге не служат показателем менингита и энцефалита? Все не так просто. Менингит и энцефалит – инфекционные заболевания, сопровождающиеся воспалением. Своего рода «горячая война». А вот наличие малой концентрации патогенов больше похоже на «холодную войну» с медленным изнашиванием и нарушением функционирования. Противостояние, в котором никто не действует в полную силу.

Что касается заболеваний, которые не относятся к разряду инфекционных (например, болезнь Альцгеймера), то выявление патогенов в головном мозге вызывает одновременно удивление и беспокойство. Бактерия под названием Порфиромонас гингивалис (P. gingivalis) и созданные ею белки присутствуют в мозге пациентов с болезнью Альцгеймера (12). Откуда она берется? Из вашей ротовой полости! Там есть и другие оральные микробы, включая Палочку Плаута (Fusobacterium nucleatum) и Превотеллу (Prevotella intermedia). А еще вирус простого герпеса (ВПГ), который годами живет в нервных клетках лица и губ (в клетках тройничного нерва) и вырывается наружу при стрессах и ожогах, вызывая болячки. Он может мигрировать по нерву в головной мозг и провоцировать умеренный хронический воспалительный ответ (напоминает «холодную войну»), который ассоциируется с болезнью Альцгеймера.

А знаете, что такое сифилис? Многие уже забыли об этом заболевании, а ведь оно было распространенной причиной деменции до тех пор, пока врачи не научились диагностировать его по анализу крови и лечить пенициллином. Возбудителем сифилиса является бледная трепонема (Treponema pallidum) – вид спирохет, имеющих спиралевидную форму. Трепонема может жить в организме десятки лет, заражая головной мозг и провоцируя деменцию спустя годы после инфицирования. В какой-то степени болезнь Альцгеймера, характеризующаяся хроническим воспалительным ответом мозга, – это нейросифилис XXI века. С той разницей, что сифилис вызывает один микроорганизм, а болезнь Альцгеймера – целое множество. Или же может наблюдаться так называемое стерильное воспаление, в основе которого лежат не патогены, а другие причины, например плохое питание.

Спирохета болезни Лайма, Боррелия Бургдорфера (Borrelia burgdorferi), также была обнаружена в головном мозге людей с болезнью Альцгеймера. Ее переносчиками являются крошечные оленьи клещи Иксодес (Ixodes), которые обитают на западе и востоке США, Европе, Северной Африке и средних широтах Азии. Боррелия проникает в организм, когда клещ прикрепляется к человеку, кусает и вводит спирохеты со слюной. Более чем у половины пациентов с болезнью Лайма были выявлены и другие микробы, переносимые клещами, включая Эрлихии (атакуют белые кровяные тельца), Бабезии (родственники малярийных паразитов, поражают красные кровяные тельца) и Бартонеллы (поражают кровеносные сосуды). А еще в головном мозге своих пациентов с болезнью Альцгеймера я обнаружил грибы.

Сифилис был распространенной причиной деменции до тех пор, пока врачи не научились диагностировать его и лечить пенициллином. Но в какой-то степени болезнь Альцгеймера с хроническим воспалительным ответом мозга – это нейросифилис XXI века.

Как вы видите, мозг человека, страдающего болезнью Альцгеймера, – это зоопарк, полный различных организмов. Нет одного, который бы провоцировал заболевание, как, например, Боррелия служит причиной болезни Лайма или Трепонема – причиной сифилиса. По сути, болезнь Альцгеймера представляет собой защитную реакцию на различные инфекции, воспаление или токсическое воздействие.

Как все эти организмы попадают в головной мозг? Наш мозг защищен гематоэнцефалическим барьером, который может дать трещину. По аналогии с «дырявой» кишкой существует такой же гематоэнцефалический барьер. Микробы способны проникать в мозг через нос (употребляющие кокаин знают, о чем идет речь), через кишечник (блуждающий нерв соединяет кишечник с мозговым стволом) и даже через глаза. Дементогены пользуются всеми возможными путями. Уже на ранней стадии болезни Альцгеймера у человека наблюдаются нарушения гематоэнцефалического барьера. Более того, многочисленные исследования показывают, что доступ в мозг через нос и пазухи является важнейшим фактором развития типа 3 болезни Альцгеймера.

Вот почему необходимо следить за состоянием своего гематоэнцефалического барьера. Сделать это поможет тест Cyrex Array 20, с помощью которого оценивают ответ на белки «протекшего» гематоэнцефалического барьера мозга.

ЦЕЛЬ: Cyrex Array 20 отрицательный.

Непереносимость глютена и зерновых

Головной мозг и кишечник неразрывно связаны между собой. Несмотря на то что целиакией, которая ассоциируется с непереносимостью глютена, страдает всего 5 % населения, у многих их нас потребление глютена ведет к нарушению работы желудочно-кишечного тракта, в особенности к повреждению межклеточных соединений. Эта тема подробно освещена в книге моего коллеги и друга доктора Дэвида Перлмуттера «Еда и мозг» (Grain Brain). Так как непереносимость глютена является причиной высокой проницаемости кишечника и хронических воспалений, провоцирующих развитие болезни Альцгеймера, очень важно пройти тест на чувствительность к данным белкам. Для этого подойдет стандартный анализ крови, позволяющий измерить концентрацию антител к тканевой трансглютаменазе. Еще один способ – воспользоваться тестом Cyrex Array 3, оценивающим уровень антител к различным участкам двух молекул, составляющих глютен. Непереносимость ржи, ячменя, кунжута, овса и риса, которая также является причиной синдрома «дырявой» кишки, можно выявить с помощью теста Cyrex Array 4.

СЕЙЧАС СЛИМУ 74 ГОДА. В 64 ГОДА У НЕГО НАЧАЛИСЬ ПРОБЛЕМЫ С ПАМЯТЬЮ. С подозрением на болезнь Альцгеймера он обращался в два ведущих медицинских центра страны, где прошел обследование. Генетического теста, оценки степени выраженности воспаления, амилоидного сканирования, ПЭТ и волюметрической МРТ не проводилось, несмотря на это, мужчина стал получать письма с предложением поучаствовать в испытании экспериментального препарата для лечения болезни Альцгеймера.

Память и когнитивные функции продолжали ухудшаться, поэтому Слим снова обратился к специалистам. МРТ показала церебральную атрофию головного мозга с объемом гиппокампа в 5-й перцентили (с учетом его возраста). Cyrex Array 2 выявил синдром «дырявой» кишки, а Array 20 – высокую проницаемость гематоэнцефалического барьера. Array 5 показал наличие аутоантител: его иммунная система реагировала на родные белки, включая белки головного мозга: основной белок миелина и декарбоксилазу глутаминовой кислоты. Мужчина полностью отказался от глютена и целый год следовал программе ReCODE, в результате тесты на проницаемость кишечника и гематоэнцефалического барьера дали отрицательный результат. Прогрессирование когнитивного снижения остановилось.

ЦЕЛЬ: Тест на антитела к тканевой трансглютаминазе – отрицательный ИЛИ Cyrex Array 3 – отрицательный и Cyrex Array 4 – отрицательный.

Аутоантитела

Если ваша иммунная система ведет войну с головным мозгом, как в случае со Слимом, важно помнить, что аутоантитела (в особенности те, которые атакуют белки мозга) вносят важный вклад в ухудшение когнитивных функций. Cyrex Array 5 – это тест на наличие аутоантител.

В 50 ЛЕТ МИНДИ БЫЛА ПРОВЕДЕНА ГИСТЕРЭКТОМИЯ. Несмотря на гормонозаместительную терапию, женщина погрузилась в депрессию. Прошло четыре года, и ей стало трудно подбирать слова, водить машину, следовать рецептам и другим инструкциям. Минди чувствовала себя потерянной, а в связи с отъездом сына – крайне подавленной. Супруг обратил внимание, что ее настроение и когнитивные функции значительно улучшались после нескольких дней отдыха и снова ухудшались на фоне недосыпания, стресса и болезни. По Монреальской шкале оценки когнитивных функций (MoCA) она получила 19 (норма: 26-30) баллов, что свидетельствовало о серьезных нарушениях, сопоставимых с болезнью Альцгеймера. Нейропсихологические тесты выявили множество проблем: Минди не помнила семейную историю (в которую, по словам родственников, деменция не входила), говорила медленно и короткими предложениями, много пустословила (выдумывала ответы, чтобы скрыть потерю памяти) и утратила способность ощущать запахи. Симптомы указывали на дефицитарность лобной, теменной и височных долей головного мозга. МРТ не выявило никаких отклонений, однако волюметрии не проводилось. ПЭТ показала снижение потребления глюкозы в височно-теменных и лобных отделах мозга, характерное для болезни Альцгеймера.

По результатам анализов выяснилось, что уровень аутоантител к тиреоглобулину (белку предшественнику гормонов щитовидной железы) был в 2000 раз выше нормы. Высокая концентрация C4a и TGF-β1 (ТРФбета-1) говорила об активности врожденного иммунитета (отличительная черта типа 3 болезни Альцгеймера). Генотип ApoE – 3/3. Минди лечили от СХВО (синдрома хронического воспалительного ответа, который может быть вызван микотокиснами, болезнью Лайма или иными патогенами) с помощью колестирамина (связывает токсины в кишечнике) и ВИП интраназально (вазоактивный интестинальный пептид, который укрепляет нейроны) плюс протокол ReCODE. Через несколько месяцев ее состояние значительно улучшилось: восстановились память, способность читать, выполнять инструкции и ориентироваться в пространстве. Вернулась прежняя легкость бытия.

ЦЕЛЬ: Cyrex Array 5 – отрицательный.

Токсины, тип 3 болезни Альцгеймера и синдром хронического воспалительного ответа

Как ни удивительно, но токсины являются важной причиной болезни Альцгеймера. Курс токсикологии, который я прошел в медицинской школе, практически не познакомил меня с миром этих вездесущих ядов. А ведь мы вдыхаем токсины, проглатываем их, впитываем через кожу, вырабатываем эндогенные токсины в виде побочных продуктов биохимических реакций, подвергаемся воздействию токсичных электромагнитных полей и радиации. В большинстве случаев мы не ощущаем токсического воздействия, поэтому не в силах его избежать. Однако появляются все новые и новые доказательства того, что многие из этих ядов являются «дементогенами», о которых я говорил ранее.

Пару лет назад, когда вместе с коллегами мы впервые узнали о балансе между образованием и поддержанием синапсов и, с другой стороны, – с их реорганизацией и ремоделированием, возникла идея отслеживать влияние химических веществ на его нарушение. Иными словами, мы стали искать вещества, способствующие образованию и подержанию памяти (положительная сторона баланса), и дементогены, сдвигающие баланс в отрицательную сторону. Среди тестируемых были кандидаты в лекарства и препараты, уже одобренные Управлением по санитарному надзору. Как ни странно, но некоторые статины (популярные борцы с повышенным холестерином) провоцировали расщепление APP на четыре фрагмента, вызывающих клеточную смерть (13). Церивастатин (прежнее название Baycol), который в этом плане вел себя самым активным образом, был снят с продаж в 2001 году. Причиной послужили побочные действия препарата (например, гибель мышечных клеток) и летальный исход более пятидесяти пациентов по всему миру.

Еще одна группа «дементогенов», обнаруженная в организме пациентов с третьим типом болезни Альцгеймера, это микотоксины (14), вырабатываемые плесенью, включая Стахиботрис, Аспергилл, Пенициллин и Хетомиум. Что? Болезнь Альцгеймера и плесень? К сожалению, этому находится все больше подтверждений. Только в США насчитывается около 500 000 пациентов, у которых заболевание спровоцировали именно микотоксины. Вот почему важно сдать тест на наличие в организме этих ядовитых веществ, особенно если вы или кто-то из ваших родственников страдает деменцией.

Вот уже на протяжении двадцати лет доктор Ричи Шумэйкер занимается изучением влияния микотоксинов на системы организма. Результатом работы с тысячами пациентов стала книга «Выживающая плесень: Жизнь в эпоху опасных зданий» (Surviving Mold: Life in the Era of Dangerous Buildings, 2010). Шумэйкер описывает синдром, который он назвал СХВО – синдром хронического воспалительного ответа. Его симптомы многочисленны и разнообразны: астма, хроническая усталость, фибромиалгия (боль в мышцах, тканях и костях), кровотечения из носа, сыпь, одышка, деменция, головные боли и др. Все они связаны с хронической активностью древнейшей составляющей иммунной системы – врожденного иммунитета.

Вот как это работает. Представьте, что на какое-нибудь здание в вашем городе упала бомба. Сразу же возникает первая ответная реакция: мобилизация сил, введение комендантского часа и рассылка текстовых сообщений с предупреждениями не выходить из дома. Затем запись с камер слежения позволяет идентифицировать террориста, а вместе с ним и всех ответственных за взрыв. Иммунная система действует по аналогичному принципу. Она рассылает сигналы и бросает в бой универсальные защитные клетки. И только потом так называемый адаптивный иммунитет вырабатывает антитела, которые целенаправленно уничтожают микробы, послужившие причиной инфекции. В норме после устранения угрозы оба иммунных ответа угасают.

Но что происходит, если камеры слежения не могут выявить преступника? Комендантский час и повышенный уровень опасности никто не отменяет. Это и есть СХВО. Врожденный иммунитет активируется микотокиснами или другими патогенами, годами пребывает во «включенном» состоянии, а адаптивная система не может распознать и устранить врага. Что определяет работу наших внутренних «камер слежения»? Генетика. У 75 % людей на планете «видеонаблюдение» работает исправно, поэтому мы находимся в хорошей форме. А вот у 25 % «камеры» не распознают микотоксины (или другие микробы, например Боррелии, вызывающие болезнь Лайма), как следствие, врожденный иммунитет хронически активен. Он провоцирует постоянное воспаление, которое толкает мозг в бездну болезни Альцгеймера. К счастью, с помощью анализа крови на HLA-DR/DQ можно с легкостью узнать, относитесь ли вы к 75 % счастливчиков или к оставшимся 25 %. Еще один способ определить активность врожденного иммунитета – это сдать кровь на C4a, TGF-β1 (ТРФбета-1) и МСГ. Не лишним будет провести анализ мочи на наличие в организме самых опасных микотоксинов: трихотеценовых микотоксинов, охратокисна А, афлатоксина и глиотоксина.

ЦЕЛЬ: C4a < 2830 нг/мл; TGF-β1 < 2380 пг/мл; МСГ = 35–81 пг/мл; HLA-DR/DQ без предрасположенности к СХВО; анализ мочи на микотоксины (трихотеценовые микотоксины, охратоксин А, афлатоксин, глиотоксин и их производные) – отрицательный.

Митохондриальная функция

Подобно крошечным батарейкам митохондрии «заряжают» наши клетки, позволяя им правильно функционировать. Они превращают энергию, содержащуюся в продуктах питания и вдыхаемом нами кислороде, в молекулу АТФ, которая служит основой жизнедеятельности любой клетки. Слово mitochondria в переводе с греческого значит «зернышко, крупинка». Удивительно, но эти «батарейки» являются предками бактерий, наводнивших наши клетки один миллиард лет назад. В результате долгосрочное сожительство обернулось большим преимуществом.

Многие химические вещества повреждают митохондрии, поэтому важно знать, подвергались ли вы их воздействию и в какой степени. Сюда относятся: антибиотики (они убивают бактерии и могут быть токсичны для митохондрий, которые от них произошли), статины, алкоголь, Леводопа (назначают для лечения болезни Паркинсона), Гризеофульвин (противогрибковый препарат), Ацетаминофен (Теленол), нестероидные противовоспалительные препараты (Аспирин, Ибупрофен и смежные лекарства), кокаин, метамфетамин и AZT (азидотимидин, противовирусный препарат, используется для лечения ВИЧ/СПИДа). Носительство ApoE4 также ассоциируется с митохондриальными повреждениями.

Не существует единого анализа крови, который позволил бы оценить функцию митохондрий, однако есть ряд косвенных тестов, включая тест на органические кислоты. Современное тестирование больше направлено на выявление митохондриальных дефектов, связанных с детскими заболеваниями, а не с деменцией. Необходимость усовершенствования методов анализа назрела давно, однако за неимением лучшего советую пройти дыхательные тесты, ЯМР-томографию, секвенирование митохондриального ДНК и биопсию мышц, чтобы выявить митохондриальные изменения. Что касается выявления потенциальных виновников ухудшения когнитивных функций, стоит выяснить, подвергались ли вы воздействию опасных веществ, перечисленных выше.

ЦЕЛЬ: отсутствие воздействия опасных для митохондрий агентов.

Индекс массы тела

Нездоровый индекс массы тела (ИМТ) повышает риск развития деменции. Рассчитать ИМТ можно с помощью онлайн-калькулятора или по формуле. Просто умножьте вес (в фунтах) на 703 и разделите получившееся число на рост (в дюймах) в квадрате. Например: если ваш рост 5 футов 6 дюймов (66 дюймов), а вес 130 фунтов, тогда нужно 130 умножить на 703 (91,390) и разделить на 66. В результате получится 1,384, которые мы снова делим на 66. Выходит 20,98. То есть ваш ИМТ равен примерно 21. Это очень хорошо. ИМТ от 19 до 25 способствует поддержанию правильной работы мозга. Показатель больше 26, в особенности больше 30, повышает риск развития диабета 2-го типа, который, в свою очередь, провоцирует болезнь Альцгеймера. Исследований ИМТ меньше 18 практически не проводилось, однако можно предположить, что такой показатель связан с дефицитом питательных веществ и гормональными нарушениями, поэтому ваша цель – удерживать ИМТ в пределах 18–25.

Индекс массы тела – не самый лучший показатель метаболического статуса. Более точным индикатором, особенно при наличии жира в печени, является уровень висцерального жира, который определяется при помощи сканирования (ультразвук и МРТ). Также можно воспользоваться анализатором состава тела человека Tanita. Норма составляет от 1 до 12 баллов. Еще один индикатор метаболического статуса – это ваша талия: обхват талии у женщин должен быть меньше 35 дюймов, у мужчин – меньше 40 дюймов.

ЦЕЛЬ: ИМТ (индекс массы тела) = 18-25; талия < 35 дюймов для женщин и < 40 дюймов для мужчин.

Генетика

Генетика влияет на риск развития болезни Альцгеймера, однако нельзя сказать, что предрасположенность, прописанная в ДНК, обрекает вас на болезнь. Вы являетесь творцом своей судьбы в большей мере, чем кажется. Чтобы не выпускать здоровье из-под контроля, необходимо знать генетический статус: во-первых, оптимальное питание определяется наличием или отсутствием аллели ApoE4.

Многие из нас скептически относятся к генетическим тестам. Страшно раскрывать тайны, которые хранит ДНК. С другой стороны, эта информация способна подтолкнуть вас к действию, например, как я только что сказал, заставить сесть на диету. Секвенирование полного генома стоит примерно 1,600$, секвенирование экзома (части генома, который кодирует белки) – около 600$. При желании можно просто определить, носителем скольких копий ApoE вы являетесь (0,1 или 2).

Еще один отличный вариант – это пройти тестирование в компании типа 23andMe, которая имеет доступ к огромному количеству ОНП (однонуклеотидный полиморфизм, вариации внутри генов). На момент написания книги 23andMe перестала оказывать услугу по интерпретации генов, связных со здоровьем человека, включая ApoE (однако они сообщают о таких вещах, как ген цвета глаз). Поэтому вам нужно запросить личный файл, который будет отправлен по электронной почте в формате zip, а затем проанализировать его с помощью специального интернет-сервиса, например Promethease или MTHFR Support. Стоит отметить, что в 15 % случаев специалисты 23andMe не могли верно определить ApoE статус, кроме того, они не проводят тестирование на опасные мутации в генах, связанные с болезнью Альцгеймера.

ПОСТСКРИПТУМ: В апреле 2017 года Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) одобрило ДНК тесты от компании 23andMe, один из которых направлен на выявление ApoE. Он позволяет диагностировать болезнь Альцгеймера на бессимптомной стадии.

ЦЕЛЬ: Знать свой ApoE статус.

ФАКУЛЬТАТИВНАЯ ЦЕЛЬ: Знать свой статус по всем SNP, связанным с дегенерацией: APP, PS1, PS2, CD33, TREM2, CR1 и NLRP1.

Количественное нейропсихологическое тестирование

Важно знать, в каком состоянии находится ваша память и другие когнитивные функции, например организация, калькуляция и речь. Определить это можно разными способами. Самый простой – пройти тестирование по Монреальской шкале оценки когнитивных функций (MoCA), которая доступна онлайн совершенно бесплатно и занимает всего десять минут (http://dementia.ie/images/uploads/site-images/MoCA-Test-English_7_1.pdf). Тест представлен в трех вариантах, чтобы исключить увеличение баллов при повторном выполнении заданий. Нормой является 26-30 баллов; 19-25 баллов ассоциируются с УКН; 19-22 балла при наличии трудностей в выполнении повседневных действий говорят о переходе УКН в деменцию, и, независимо от того, вызвана ли она болезнью Альцгеймера или иной причиной, оценка в 19 баллов указывает на деменцию.

Существуют и другие тесты, например Краткая шкала оценки психического статуса (Mini-Mental State Examination, MMSE) и Самостоятельный герокогнитивный тест (Self-Administered Gerocognitive Examination, SAGE). По сравнению с Монреальской шкалой оценки они менее чувствительны к ранним изменениям, поэтому больше подходят для пациентов на более тяжелых стадиях болезни. Несмотря на то что все эти тесты, включая MoCA, оценивают различные когнитивные функции, а значит, и состояние отделов головного мозга, усложненные тесты (также доступные онлайн) более чувствительны к ранним изменениям, а также обеспечивают более детальный анализ состояния функций мозга. Я имею в виду CNS Vital Signs, BrainHQ, Dakim, Lumosity и Cogstate, которые определяют процентиль (т. е. ваш показатель выше, чем у Х% людей вашего возраста) для целого ряда областей функционирования.

Нейропсихологи могут проводить подробное исследование, позволяющее оценить большой спектр когнитивных способностей, однако это занимает несколько часов и сопряжено с повышенным стрессом. Чтобы избежать напряжения, очень часто люди отдают предпочтение коротким тестам, упомянутым ранее.

ЦЕЛЬ: Когнитивные способности, не выходящие за пределы возрастной нормы. В виде процентили или баллов MoCA (из максимальных 30 баллов).

ФАКУЛЬТАТИВНАЯ ЦЕЛЬ: Пройти полное нейропсихологическое тестирование и узнать процентиль для различных когнитивных сфер.

Нейровизуализация, спинномозговая жидкость и электрофизиология

Как выглядит ваш мозг? Благодаря нейровизуализации можно узнать, какие отделы мозга уменьшились в объеме (если это произошло), а какие потребляют меньше энергии и поэтому не так активны, как должно быть в норме. Волюметрическая МРТ позволяет собрать данные, которые программы наподобие Neuroreader и NeuroQuant используют для определения процентили (например, что объем вашего гиппокампа больше, чем у некого процента людей). Neuroreader проводит вычисления для 39 областей мозга. Люди, страдающие деменцией (независимо от стадии), обязательно должны пройти волюметрию. Задуматься над этим стоит и всем тем, кто находится в группе риска (наличие заболевания в роду или генетические показатели). Для остальных данная процедура необязательна.

ПЭТ (позитронно-эмиссионная томография) может оказаться полезной, если возникают трудности с постановкой диагноза. Например, иногда бывает нелегко проследить разницу между лобно-височной деменцией и болезнью Альцгеймера. В последнем случае ФДГ-ПЭТ показывает снижение метаболизма глюкозы в височных и теменных областях, очень часто заболевание поражает кору задней части поясной извилины и предклинье.

Генетика влияет на риск развития болезни Альцгеймера, но нельзя сказать, что предрасположенность, прописанная в ДНК, обрекает вас на болезнь. Вы являетесь творцом своей судьбы в большей мере, чем кажется.

Амилоидное ПЭТ-сканирование направлено на выявление амилоидных отложений в головном мозге. Однако неясно, насколько оно может быть полезным, ведь эти отложения не всегда возникают на фоне болезни Альцгеймера, также как ухудшение когнитивных функций не всегда возникает на фоне амилоидоза. По сути, других целей у данного вида сканирования нет. Если при отсутствии симптомов амилоидная ПЭТ дает позитивный результат, значит, нужно всерьез задуматься о мерах профилактики. Однако локализация амилоидоза не всегда соотносится с симптоматикой: например, у человека могут быть выявлены амилоидные отложения в лобных долях, которые отвечают за поведение, исполнительную и другие функции, но при этом он страдает потерей памяти, связанной с нарушением работы височных долей. Стоит отметить, что новый тип ПЭТ – тау-ПЭТ-сканирование – справляется с этой задачей намного эффективнее.

Анализ спинномозговой жидкости (СМЖ, взятая с помощью спинномозговой пункции) – процедура необязательная, однако в некоторых случаях она позволяет поставить точный диагноз. Традиционная картина для болезни Альцгеймера: низкий уровень бета-амилоида 42 в СМЖ в сочетании с высокой концентрацией тау-белка и фосфо-тау.

ЭЭГ (электроэнцефалография) также проводится по желанию. Данное исследование хорошо тем, что оно помогает выявить судорожную готовность мозга. Несмотря на то что судороги наблюдаются только у 5 % пациентов с болезнью Альцгеймера, ЭЭГ способна показать скрытую судорожную активность даже при отсутствии судорог и других проявлений (так называемые неконвульсивные припадки). В таком случае врач назначает антиконвульсанты (противосудорожные препараты).

ЦЕЛЬ: волюметрическая МРТ – норма без признаков атрофии.

ФАКУЛЬТАТИВНЫЕ ЦЕЛИ: ФДГ-ПЭТ – отрицательный ответ; амилоидное ПЭТ-сканирование – отрицательный ответ; тау-ПЭТ-сканирование – отрицательный ответ и/или ЭЭГ – норма без судорожной готовности и замедления активности мозга.

Тесты нового поколения для оценки когнитивного снижения

1. Экзомсомы нейронов

Экзомсомы нейронов – крошечные фрагменты клеток и клеточных материалов – позволили сделать шаг к созданию нового поколения тестов, направленных на выявление болезни Альцгеймера, риска ее развития и ответа на лечение. Это своего рода неврологический Святой Грааль: простой способ оценить химический состав мозга и нейронную сигнализацию с помощью анализа крови. Как такое может быть? Как анализ крови может рассказать о сигнализации мозга? Представьте, что вы частный сыщик и вам нужно узнать, что происходит в неприступном особняке? Войти внутрь возможности нет. Что делать? Пойти проверить мусорные баки, так?

Оказывается, мозг – тот самый неприступный особняк под черепной коробкой – «выбрасывает» экзомсомы нейронов: осколки и выделения из клеток, попадающих в кровь. Диаметр этих крошечных клеточных фрагментов и материалов составляет примерно одну седьмую диаметра эритроцита. На каждую унцию крови приходятся миллиарды экзосом! Получается отличная штука: вы берете образец крови, изолируете экзомсомы и выявляете важнейшие параметры мозговой химии – именно то, что дает возможность определить риск развития деменции, тип болезни Альцгеймера (1,2 или 3) и, самое главное, оценить эффективность лечебной программы.

Профессор Эдвард Гоутзл вместе с коллегами из Калифорнийского Университета в Сан-Франциско и Национального Института Здоровья смогли выявить маркеры болезни Альцгеймера (указывающие на увеличение уровня бета-амилоида и фосфо-тау) в экзомсомах нейронов. А также следы инсулинорезистентности у пациентов с болезнью Альцгеймера, установив, что они могут возникать за десять лет до постановки диагноза. По всей видимости, это лишь вершина айсберга. Данный подход способен открыть нам доступ к оценке нейромедиаторных путей, гормональной и трофической сигнализации, воздействия витаминов на нервную функцию, влияния травм, повреждения сосудистой системы, терапевтическому ответу и многим другим биохимическим маркерам в головном мозге. Теперь вы понимает, чем вызвано мое воодушевление.

Я вхожу в научный совет новой компании под названием «NanoSomiX», которая сотрудничает с профессором Эдвардом Гоутзлом в сфере нейронных экзосом. Когда данный тест станет доступным, люди смогут узнать экзосомный уровень бета-амилоида 42 (который главным образом ассоциируется с болезнью Альцгеймера), фосфо-тау, катепсина Д (протеазы, которая в больших количествах присутствует в экзомсомах пациентов с болезнью Альцгеймера), REST (показывает уровень трофической поддержки) и соотношение фосфорилирования IRS-1 (индикатор инсулинорезистентности или наоборот чувствительности).

ЦЕЛЬ: экзосомный уровень бета-амилоида 42, фосфо-тау, катепсина Д, REST и соотношение фосфорилирования IRS-1 в рамках нормы.

2. Сканирование сетчатки глаза

Сканирование сетчатки глаза – еще один удивительный метод ранней диагностики риска развития деменции. Амилоидное ПЭТ исследование дает нам возможность увидеть отложения в головном мозге, но это лишь часть общей картины. При таком подходе мы не можем выявить наличие амилоидов в кровеносных сосудах и проследить относительно скоротекущие изменения в отдельных бляшках.

Внутренняя часть глазного яблока, или сетчатка (лат. retina), представляет собой продолжение головного мозга, поэтому она отражает все, что в нем происходит. Исследование ретины на наличие амилоидоза – многообещающий метод. Таким образом можно идентифицировать множество (часто сотни) бляшек, установить их точную локализацию, а затем проследить, привело ли лечение к сокращению их количества. Если амилоидная ПЭТ стоит пару тысяч долларов, то сканирование сетчатки – всего пару сотен. Более того, инновационный метод позволяет выявлять самые мелкие бляшки, что может послужить точным маркером эффективности лечения, а также помочь нам ответить на главный вопрос: влияет ли амилоидоз на ретинальные кровеносные сосуды (и также на головной мозг). Это крайне важно, так как иногда амилоидные отложения в кровеносных сосудах бывают причиной геморрагии (кровотечения). В таких случаях пациенту следует избегать кроворазжижающих агентов, например рыбьего жира и аспирина.

Компания NeuroVision Imaging, основанная в 2010 году нейрохирургом Китом Блэком из медицинского центра Cedars-Siani совместно с предпринимателем Стивеном Вердунером, выпускает специальное оборудование и оказывает услугу по сканированию сетчатки глаза. Во время написания книги ими были запущены клинические испытания с целью выявить позволяет ли данный метод диагностировать болезнь Альцгеймера на ранней стадии и отслеживать ответную реакцию организма на лечение.

ЦЕЛЬ: сканирование сетчатки глаза на наличие амилоидных бляшек – отрицательный ответ (или норма).

3. Neurotrack и медиальная височная доля (распознавание нового объекта)

Одним из самых эффективных тестов, позволяющих оценить потерю памяти у лабораторных грызунов, является тест NOR («распознавание нового объекта). Представьте, что вы проснулись утром, открыли гараж, а там стоит новенький сияющий автомобиль. Вероятнее всего, вы будете рассматривать его, трогать, посидите за рулем, ведь в вашем маленьком мире появилось нечто совершенно новое и неожиданное. Старенькая машина вряд ли бы заслужила столь пристальное внимание. Однако при отсутствии памяти нельзя отличить старое от нового, в таком случае новым кажется абсолютно все. Так и у грызунов. Те, кто обладает хорошей памятью, уделяют новому объекту дополнительное время, а те, у кого память плохая, – нет. NOR позволяет оценить дементивные изменения мозга у грызунов и протестировать потенциальные методы лечения. Например, исследование показало, что повреждение медиальных височных долей мозга (наблюдается на ранней стадии болезни Альцгеймера) ведет к потере способности запоминать и распознавать новое.

Основанную на памяти реакцию на все новое можно проследить и у людей. В 2016 году компания Neurotrack разработала 5-минутный визуальный онлайн-тест оценки когнитивных способностей (Imprint Cognitive Assessment Test), который по движению глаз определяет, какие объекты и иные стимулы человек воспринимает как новые. Таким образом, тест выявляет нарушения работы гиппокампа и смежных с ним структур, идентифицируя людей с дисфункцией данных участков мозга и, возможно, находящихся на ранней стадии болезни Альцгеймера.

ЦЕЛЬ: нормальная реакция на новые объекты.

Важно знать

История жизненных событий

Лабораторные тесты позволяют выявить биохимические и генетические факторы, способствующие ухудшению когнитивных функций. Что стало причиной появления этих факторов, расскажет ваша история жизни, поэтому важно знать следующее.

• Получали ли вы травмы? (Вы когда-нибудь теряли сознание? Попадали в автомобильные аварии? Занимались контактными видами спорта?)

• Делали ли вам общую анестезию (наркоз) и сколько раз? Наркоз может неблагоприятно сказаться на работе головного мозга, так как сочетает в себе токсичность анестетиков и то, что называется плохой оксигенацией, – гипоксию.

• Есть/Были ли у вас амальгамные пломбы, которые являются источником неорганической ртути?

• Употребляли ли вы в пищу зараженную ртутью рыбу, которая является источником органической ртути?

• Принимали ли определенные препараты? Особенно те, которые влияют на мозг, например бензодиазепины: валиум, антидепрессанты, таблетки от давления, статины, ингибиторы протонной помпы или антигистаминные средства.

• Употребляли ли вы наркотики?

• Употребляли ли вы алкоголь (и в каких количествах)?

• Курили ли вы сигареты?

• Поддерживаете ли вы гигиену полости рта? Плохая гигиена провоцирует воспаление.

• Есть ли у вас имплантаты, к примеру, искусственный бедренный сустав или имплантаты груди?

• Есть/Были ли у вас заболевания печени, почек, легких или сердца?

• Храпите ли вы? Храп может быть признаком апноэ во сне.

• Употребляете ли вы масла горячего отжима (например, пальмовое масло)? При нагревании растительные масла теряют витамин E, поэтому могут нанести вред мозгу.

• Употребляете ли вы в пищу продукты с высоким содержанием трансжиров и простых углеводов? Они опасны для здоровья и, среди прочего, являются причиной повреждения сосудов и инсулинорезистентности.

• Есть ли у вас хронические заболевания пазух носа? Если да, возможно, вы подвергаетесь воздействию плесени и других микотоксинов?

• Есть ли у вас проблемы с желудочно-кишечным трактом, например вздутие или повторяющаяся диарея? Это может быть признаком синдрома «дырявой» кишки.

• Замечали ли вы плесень в квартире, в машине или на рабочем месте? Многие даже не подозревают, что подобное воздействие является фактором риска развития деменции.

• Употребляете ли вы в пищу промышленные или неорганические продукты? Они являются источником токсического воздействия и причиной инсулинорезистентности.

• Кусал ли вас клещ? Клещи – переносчики более 70 различных патогенов, например Боррелии, вызывающей болезнь Лайма. Воспаление, спровоцированное данными патогенами, может послужить причиной ухудшения когнитивных функций.

• Принимали/Принимаете ли вы ингибиторы протонной помпы для лечения гастроэзофагеального рефлюкса? Они снижают уровень необходимой для пищеварения кислоты, тем самым препятствуя всасыванию питательных веществ, в том числе цинка и витамина В_12.

• Пользуетесь ли вы косметикой, лаком для волос и антиперспирантами? Все это – источники токсического воздействия.

• Мало потеете? Потоотделение позволяет очищать организм от токсинов.

• Страдаете ли вы запорами? Опорожнение кишечника – еще один способ избавиться от токсинов.

• Мало пьете простой воды? Токсины выводятся вместе с мочой.

Вот они – потенциальные виновники ухудшения когнитивных функций. Когда в вашей крыше тридцать шесть дырок – тридцать шесть факторов, сдвигающих хрупкий баланс в сторону разрушения синапсов, – необходимо решить, чему уделить внимание прежде всего. Образ жизни и история болезни вкупе с лабораторными анализами помогут вам это сделать.

Финансовая сторона вопроса

Сколько стоят эти анализы? Целое состояние и сущий мизер – все зависит от вашей страховки. К примеру, многие страховые компании оплачивают анализы на гемоглобин А1с, гомоцистеин и С-реактивный белок. Вообще, система здравоохранения больше направлена на лечение болезни, чем на ее предупреждение. К счастью, ситуация начинает постепенно меняться, и такие группы, как «Медикэр», планируют покрывать расходы на тесты, научное и клиническое значение которых становится очевидным. Вот почему ваши личные траты могут составлять от пары сотен до тысячи долларов и выше. Однако учитывая, какие последствия несет болезнь Альцгеймера, это ничто по сравнению с пожизненным пребыванием в хосписе. Я абсолютно уверен, профилактика – лучшее вложение денег. Хотелось бы верить, что эффективность программы ReCODE и ее растущая популярность обратят на себя внимание страховых компаний, и в конечном итоге нам не придется платить за прохождение необходимых тестов из своего кармана.

Подводим итоги: «когноскопия»

Давайте еще раз вспомним, что входит в когноскопию, которую я советую пройти людям старше 45 лет. Перечисленные мной анализы кажутся сложными, но это только на первый взгляд. От вас требуется сдать несколько анализов крови, пройти генетический тест, онлайн-тест оценки когнитивных способностей и волюметрическую МРТ для определения объемов различных участков мозга. В результате вам удастся выявить факторы риска развития деменции, а при наличии симптомов – ее причины. Иными словами, элементы когноскопии дают представление о том, какие разрушительные процессы в головном мозге берут вверх над процессами созидания, приводя к гибели синапсов и, как следствие, к потере памяти и когнитивных способностей. Стоит отметить, что предложенные мной исследования значительно отличаются от тех, которые на сегодняшний день используются для диагностики когнитивных нарушений и совершенно не справляются со своей задачей.

Таблица 2. Краткое описание обязательных и необязательных анализов, входящих в протокол ReCODE

Глава восьмая

Протокол ReCODE: восстановление когнитивных функций

«Не нужно ждать подходящего момента или чьей-то помощи, чтобы изменить ситуацию. Все в наших руках. Мы сами и есть перемены».

БАРАК ОБАМА

После того как вы выявили биохимические, генетические и другие факторы, которые склоняют баланс между формированием и разрушением синапсов в отрицательную сторону, протокол ReCODE призывает приступить к их устранению.

ЭДВАРД ВЕЛ УСПЕШНЫЙ БИЗНЕС на западном и восточном побережьях США. Он складывал многозначные числа в уме быстрее, чем бухгалтеры на калькуляторе. Проблемы с памятью начались в 60 лет. Однажды придя в спортзал, Эдвард с ужасом осознал, что забыл пароль от замка, и в результате ящик пришлось взломать. Ситуация продолжала усугубляться. Он уже не мог производить в уме математически операции и запоминать лица людей. ПЭТ показала картину, типичную для болезни Альцгеймера. Последующее расширенное количественное нейропсихологическое исследование подтвердило страшный диагноз. Тест на ApoE4 оказался положительным. В 67 лет ухудшение когнитивных функций заметно ускорилось (согласно нейропсихологическим тестам). Два года спустя врачи констатировали настолько сильную потерю памяти и когнитивную дисфункцию, что посоветовали ему закрыть свой бизнес и подумать о неминуемой необходимости в долгосрочном уходе.

В декабре 2013 года жена Эдварда привезла его ко мне на прием, и мы приступили к лечению по программе ReCODE. Через шесть месяцев она позвонила и сказала, что его состояние, пусть и незначительно, но улучшилось. Когнитивные функции Эдварда стремительно ухудшались в течение восемнадцати месяцев, а с началом лечения этот процесс полностью прекратился. По прошествии нескольких месяцев наметилась положительная динамика.

Изменения заметили все: сам Эдвард, его и жена и коллеги. Вместо того, что свернуть бизнес, он открыл еще один филиал. Спустя два года следования программе я посоветовал ему снова пройти нейропсихологическое исследование. Он долго отказывался, ведь результаты тестов 2003, 2007 и 2013 годов с каждым разом становились все хуже. Эдвард сетовал, что нейропсихолог смотрел на него как на безнадежного больного – все-таки болезнь Альцгеймера – и ставил на нем крест. Более того, врач не верил в возможность благоприятного исхода: за тридцать лет практики он не видел, чтобы пациент в таком состоянии, как Эдвард смог вернуться к нормальной жизни. Было и еще одно обстоятельство. «Я чувствую, что мне гораздо лучше, это видят моя жена и коллеги, – признавался Эдвард, – Но что если нейропсихолог выявит серьезные проблемы? Что если все это – самообман?»

Возникший парадокс называется эффектом наблюдателя (сродни принципу неопределенности Гейзенберга), когда наша оценка феномена (в данном случае умственных способностей) влияет на сам феномен. Нужно ли было Эдварду снова проходить количественное нейропсихологическое исследование, и почему риск ставил под сомнение столь очевидный прогресс?

Мы обсуждали данные вопросы и пришли к выводу, что свидетельства улучшений (при наличии задокументированного диагноза «болезнь Альцгеймера») послужат стимулом для других пациентов. Эдвард согласился на тестирование, которое проводил тот же самый врач, что и в 2003, 2007 и 2013 годах. (Это повышало точность и надежность испытаний). С момента включения в программу ReCODE прошло ровно двадцать два месяца.

Когда мы с женой ехали из Лос-Анджелеса в Сан-Франциско, позвонил нейропсихолог и попросил приехать в клинику посмотреть результаты Эдварда. Он сказал, что не встречал подобного за все тридцать лет своей практики. Калифорнийский тест на слухоречевую память (California Verbal Learning Test, CVLT), который анализирует способность к запоминанию и который люди, страдающие болезнью Альцгеймера, обычно проходят «на двойку», показал значительные улучшения: с 3-й процентили до 84-й. Оценка слуховой отсроченной памяти с 13-й процентили поднялась до 79-й, а оценка способности обратного отчета – с 24-й до 74-й. Результаты других тестов также улучшились. Однако нейропсихолог стал расспрашивать меня о скорости мозговой активности Эдварда, которая с 93-й процентили поднялась до 98-й. Я поинтересовался, почему он обратил внимание на столь незначительный прогресс. Оказалось, что скорость мозговой активности – ограничивающий фактор ряда процессов, не связанных с болезнью Альцгеймера. Сюда относятся старение и травмы головного мозга. Таким образом, он надеется, что протокол ReCODE сможет помочь не только пациентам с болезнью Альцгеймера, но и с другими когнитивными проблемами.

На момент написания книги Эдвард следует протоколу уже четвертый год. Он работает полный день и продолжает расширять свой бизнес. Неприятные симптомы полностью исчезли. «Беседуя с внуками, я снова стал строить планы на будущее», – признается он.

Как я уже говорил ранее, у людей с когнитивными нарушениями от десяти до двадцати пяти лабораторных показателей не соответствуют норме. У тех, кто пока не испытывает ощутимых проблем, субоптимальными являются три-пять показателей. (Вы должны учитывать это при тестировании. Головной мозг очень жизнеспособен, он может отлично функционировать даже при наличии некоторых отклонений). Стоит отметить, что данные показатели можно вернуть в норму, причем оптимальную. Прежде чем я подробно расскажу, как это сделать, позвольте поделиться концепцией лечения.

1. Выявив отклонение, мы начинаем стремиться не к норме, а к оптимальному показателю. Мы должны сделать все возможное, чтобы скорректировать баланс между разрушением старых синапсов и образованием новых, который лежит в основе деменции и риска ее развития. Например, уровень гомоцистеина в сыворотке крови 12 мкмоль/л считается «в рамках нормы». Однако исследования показывают, что это не так (1). Уровень В_12 300 пг/мл, также будучи «нормой», ассоциируется с симптомами дефицита витамина. Наша цель – достичь концентрации гомоцистеина – 6 ммоль/л (или ниже), витамина В_12 – 500 пг/мл (или выше), и так с каждым показателем.

2. Нам нужно заняться устранением максимального количества факторов, а не только одного. Чем больше «дырок» из имеющихся тридцати шести мы залатаем, тем выше шансы избежать/побороть деменцию. Никакого сравнения с монотерапией.

3. Цель любого лечения – устранить причину проблемы. К примеру, если вы обнаружили у себя признаки воспаления, необходимо выявить причину и устранить ее, а не просто подавлять процесс, усугубляя проблему.

4. ReCODE – персонализированная программа лечения, которая адаптируется под каждого конкретного пациента с учетом лабораторных анализов. У всех людей разные анализы, поэтому и подход к лечению должен быть разным.

5. Как и при других хронических заболеваниях (онкологических, сердечно-сосудистых и др., а также при остеопорозе) существует пороговый эффект. Когда большая часть показателей приходит в норму, патогенные процессы останавливаются или поворачивают вспять. Хотя пациенты не всегда исправно следуют пунктам протокола, основных мер, необходимых для преодоления порога (т. е. перехода от разрушения синапсов к их образованию и поддержанию), оказывается достаточно.

6. Программа носит циклический характер. Сидеть сложа руки вам не придется. Программа разделена на этапы, которые нужно оптимизировать под себя в соответствии с результатами.

7. Таблетки – это не закуска, а десерт. ReCODE – это основа, к которой вы добавляете специальные препараты. Одно лекарство без лечебной программы не оказывает должного влияния на многочисленные аспекты процесса, поэтому неспособно предотвратить, остановить и уж тем более обратить вспять ухудшение когнитивных функций. Медикаменты – лишь часть нашего арсенала, но никак не главное оружие. Они вообще могут не понадобиться тем, кто включился в программу на раннем этапе.

8. Чем раньше вы начнете лечение, тем выше шансы на выздоровление. Онкология – это боль, истощение и стремительная смерть. А вот болезнь Альцгеймера имеет куда более скрытую и коварную природу. Мы можем годами игнорировать незначительные проявления, сваливать все на возраст и рассеянность, а потом вдруг услышать страшный диагноз, больше напоминающий выстрел в упор. Теперь, когда у нас появились методы диагностики, позволяющие увидеть болезнь «на подходе», и эффективное оружие защиты, наша задача – как можно раньше выявить скрытые угрозы – лучше всего на бессимптомном этапе или на этапе субъективных когнитивных нарушений (он длится 10-20 лет), когда известен риск – семейная история, генетика (ApoE4) и биохимия (например, предиабет). Иными словами, ранняя диагностика, индивидуальный подход, четкое следование программе и регулярная последующая оптимизация – ключ к победе над болезнью Альцгеймера.

9. Если какие-либо элементы ReCODE кажутся сложными, не отчаивайтесь! Всегда есть обходные пути и решения. Заставьте программу работать на себя. Обратитесь за помощью к тренеру по здоровью или адаптируйте ее поэтапно, начиная с самого простого. Главное, помните – все составляющие ReCODE направлены на устранение прогрессирующих когнитивных нарушений, связанных с болезнью Альцгеймера.

Базовые принципы усвоены, и теперь пришло время поговорить о том, как именно предотвратить и обратить вспять ухудшение когнитивных функций. Так как программа носит персонализированный характер, часть инструкций будет зависеть от результатов ваших анализов, тогда как другие имеют характер универсальный.

Гомоцистеин

Если уровень гомоцистеина выше 6 мкмоль/л, понизить его можно с помощью витаминов В_6, В_12 и фолиевой кислоты. В ходе одного исследования пациенты принимали 20 мг В_6, 0,5 мг В_12 и 0,8 мг фолиевой кислоты, в результате у них нормализовался уровень гомоцистеина. Так как у многих из нас организм не способен превращать витамины в активную форму, лучше всего отдать предпочтение уже активированным формам витаминов. Таким образом, при уровне гомоцистеина выше 6 начните принимать пиридоксаль-5-фосфат (П-5-Ф, активная форма витамина В_6) по 20–50 мг в сутки; метилкобаламин (метил-В_12) и аденозилкобаламин (активная форма витамина В_12) в общей сложности 1 мг в сутки; метилтетрагидрофолат (метилфолат, активная форма фолиевой кислоты), начиная с 0,8 мг (не более 5 мг) в сутки.

Через три месяца сдайте анализ на гомоцистеин, чтобы убедиться, что его уровень упал до 6 мкмоль или ниже. Если этого не произошло (подобные случаи большая редкость), просто добавьте глицин бетаин в дозе 500 мг в сутки (другое название – триметилглицин, доступный в форме капсул). По прошествии трех месяцев снова сдайте анализ на гомоцистеин. Если он все еще выше нормы, сократите потребление продуктов, содержащих метионин (аминокислоту, которая в организме синтезируется в гомоцистеин). Это орехи, говядина, ягненок, сыр, индейка, свинина, рыба, морепродукты, соя, яйца, молочные продукты[18] и бобовые.

Инсулинорезистентность

Если уровень инсулина на голодный желудок выше 4,5 миллиинтернациональных единиц на литр, а уровень гемоглобина А1с выше 5,5 %, или же уровень глюкозы на голодный желудок выше 93 мг на децилитр, скорее всего, у вас развилась инсулинорезистентность, возможно, самый главный метаболический фактор риска развития болезни Альцгеймера (и виновник ее прогрессирования). Как я уже говорил, в большинстве случаев причинами инсулинорезистентности являются сидячий образ жизни, стресс дома и на работе, потребление простых углеводов (например, сахара) и промышленных продуктов, содержащих высокофруктозный кукурузный сироп. К счастью, существует множество способов победить опасный синдром. Самый эффективный – это сочетать ДССО (диета, спорт, сон и отсутствие стресса – основа когнитивного здоровья человека) с пищевыми добавками, а в крайних случаях с лекарственными препаратами. Давайте начнем с диеты, на удивление мощной части программы по борьбе с деменцией.

Почему наш выбор продуктов так сильно отражается на работе мозга? Когда я был подростком, то ел чизбургеры, картошку фри и чувствовал себя отлично, почему бы не продолжить есть все, что хочется. Объясню. Самой впечатляющей способностью организма является способность переключаться между режимами, которым свойственна определенная активность. Например, между сном и бодрствованием. Сон нужен для восстановления и подзарядки, а бодрствование намного значимее для игры в баскетбол. Подобным образом мы переключаемся от углеводов в качестве основного источника энергии к жирам. В периоды удачной охоты рацион наших предков составляли жиры, а осенью, когда созревал урожай, – углеводы. Способность переключаться называется метаболической гибкостью. А теперь представьте, что вы застыли посередине между сном и бодрствованием. В результате ни то ни другое состояние не принесет максимум пользы. Вы не сможете играть в баскетбол, так же как и восстановить силы ввиду отсутствия полноценного сна. Именно это происходит, когда страдает метаболическая гибкость – явление, типичное для инсулинорезистентности, а значит, и для болезни Альцгеймера. Ваши клетки перестают нормально перерабатывать жиры и углеводы.

Восстановление чувствительности к инсулину и метаболической гибкости ведет к выработке трофических факторов, ответу на трофическое действие инсулина, минимизации воспаления, снижению уровня липидов и потере лишнего веса, оптимизации гормонов и гормонального ответа и, как следствие, к улучшению работы мозга. Теперь вы видите, что чизбургеры и картошка фри – это самые настоящие «дементогены» и есть их нужно как можно реже. Далее поговорим о правильной диете.

Диета Анти-Альцгеймер: Кетофлекс 12/3

Мы все хотим, чтобы диета была не только полезной, но и вкусной! К счастью, существует множество сбалансированных аппетитных блюд, которые позволяют предотвратить и обратить вспять ухудшение когнитивных функций. Прежде всего я постараюсь сконцентрироваться на аспектах, имеющих непосредственное отношение к когнитивным функциям. Мне хочется, чтобы вы увидели: к успеху можно прийти разными путями. И вегетарианец, и всеядный, придерживаясь предложенных принципов, обязательно получат максимум пользы.

1. Первая часть Кетофлекс 12/3 связана с кетозом – процессом, в ходе которого печень расщепляет жир, синтезируя химические вещества под названием «кетоновые тела» (ацетон, ацетоуксусная и бетаксимасляная кислота). Это происходит при нехватке углеводов, главного «топлива» организма. Для правильной работы мозга необходим легкий кетоз: бета-гидроксимасляная кислота повышает выработку молекулы НТФМ (нейротрофический фактор мозга), которая способствует укреплению синапсов и нейронов (не говоря о других благотворных процессах).

Чтобы способствовать кетозу, необходимо сочетать низкоуглеводную диету (минимизировать долю простых углеводов, например сахара, хлеба, белого картофеля, белого риса, газированных напитков, алкоголя, конфет, тортов и промышленной еды), умеренные физические нагрузки (ходьба или что-то более подвижное, минимум 150 минут в неделю) и голодание между ужином и завтраком как минимум 12 часов (об этом я расскажу чуть позже). Еще одним фактором является потребление таких жиров, как масло МСТ (среднецепочечные триглицериды) или ненасыщенных жиров (оливковое мало, авокадо и орехи). В результате ваш метаболизм переключится со сжигания углеводов и инсулинорезистентности, приводящей к развитию болезни Альцгеймера, на сжигание жиров и чувствительности к инсулину, помогающей ее предотвратить. Помните: обмен веществ и когнитивные способности неразрывно связаны между собой.

После перехода с углеводного «топлива» на жировое вы можете ощутить вялость и сильную тягу к углеводным продуктам. В таком случае поможет масло МСТ (среднецепочечные триглицериды) в капсулах (содержат 1 г масла) или в жидком виде (1 чайная ложка). В качестве альтернативного варианта могу порекомендовать кокосовое масло (оно твердое) по одной чайной или столовой ложке три раза в день. Употребление МСТ-масла или нерафинированного оливкового масла, авокадо или орехов будет способствовать легкому кетозу. Однако у ApoE4-позитивных пациентов могут возникнуть некоторые проблемы, о которых я расскажу подробнее. Поэтому, если вы являетесь носителем данной аллели, рассматривайте кокосовое и МСТ-масло в качестве временной меры, необходимой для облегчения перехода на сжигание жиров.

Так как кетоз – это важная составляющая лечебной программы, необходимо приобрести кетометр, который определяет уровень бета-гидроксибутирата в крови. Его можно приобрести в интернет-магазине. Средняя цена – примерно 25$ (см. приложение В). (Уровень кетонов также определяют по анализу мочи (менее чувствительный метод) или с помощью индикаторной трубки). Оптимальный уровень бета-гидроксибутирата 0,5 мМ – 4 мМ.

2. «Флекс» в названии Кетофлекс 12/3 от слова «флекситарианец». Преимущественно растительная диета с упором на безкрахмальные овощи. В рационе должны быть как сырые овощи (например, салаты), так и вареные. Старайтесь сочетать разные цвета овощей – темно-зеленые, ярко-желтые и оранжевые. Разрешается немного рыбы, птицы и мяса, но помните: это не основное блюдо, а приправа. В идеале потребление мяса следует сократить до 60 г в день. Согласно правилу на каждый килограмм вашего веса должен приходиться один грамм белка. Например, человеку с массой тела 70 кг (154 фунта) рекомендуется съедать 70 г белка. Для сравнения: в 85 г рыбы содержится 20 г белка. Что будет, если вы превысите норму? В биохимическом плане произойдет переход к углеводной энергии, это будет способствовать инсулинорезистентности, которую мы пытаемся устранить. Более того, наравне с количеством немаловажную роль играет и качество: обязательно учитывайте тип рыбы и мяса (см. далее).

3. 12/3 в названии Кетофлекс обозначает голодание. Голодание – высокоэффективный способ запустить кетоз, восстановить чувствительность к инсулину и таким образом улучшить работоспособность мозга. 12 – это 12-часовое «голодное окно» между ужином и завтраком. Носители генотипа ApoE4 должны увеличить время до 14–16 часов. Все не так ужасно, как кажется на первый взгляд: например, если вы поужинали в восемь вечера, значит, завтракать должны сесть не раньше десяти. 3 – это 3 часа (как минимум) между ужином и сном, т. е. если вы обычно ложитесь спать в одиннадцать, то заканчивать ужин следует не позднее восьми, и никаких перекусов. В результате вы убережете себя от резких скачков инсулина перед сном, являющихся причиной не только инсулинорезистентности, но и ингибирования мелатонина и гормона роста, которые отвечают за сон, иммунитет и восстановление организма.

Среди прочего, 12–16-часовое голодание способствует обновлению за счет процесса аутофагии, когда клетки (в том числе и клетки головного мозга) перерабатывают компоненты и разрушают поврежденные белки и митохондрии. Опустошаются печеночные запасы гликогена (резервная форма глюкозы) и тем самым ускоряется переход организма на жировое «топливо». И наконец, голодание запускает кетоз. Завершить его лучше всего детоксикационным напитком: стаканом воды (без льда) с лимоном. (Лимон стимулирует работу печени и насыщает организм витамином С, способствуя выведению токсинов и шлаков).

4. Кетофлекс 12/3 помогает предотвратить развитие синдрома «дырявой» кишки и оптимизировать микробиом. Это значит, что большинству из вас придется отказаться от глютена, молочных и других продуктов, к которым вы чувствительны и которые могут вызывать повышенную проницаемость кишечника и воспаление. Вылечив кишечник, следует оптимизировать микробиом с помощью пробиотиков и пребиотиков.

Теперь, когда вы усвоили базовые принципы Кетофлекс 12/3, пора перейти к деталям.

1. Продукты с гликемическим индексом ниже 35 должны составлять основу рациона. Они не вызовут повышения уровня сахара в крови, а значит, и выброса больших доз инсулина. Таблица гликемического индекса продуктов доступна на сайте: http://www.health.harvard.edu/diseases-and-conditions/glycemic-index-and-glycemic-load-for-100-foods (2). Главное предпочтение следует отдавать овощам: органическим (Сайт «Dirty Dozen & Clean 15» поможет сделать правильный выбор – http://www.fullyraw.com/dirty-dozen-clean-15), сезонным, местным и не генетически модифицированным (не ГМО).

2. Вместо того чтобы пить сок, ешьте фрукты (которые содержат волокна). Отлично подойдут фруктовые смузи, только не делайте их очень сладкими (это способствует инсулинорезистентности). Чтобы сократить долю сахара, добавляйте овощи: кале (кудрявая капуста), шпинат и др. Тропические фрукты, такие как манго и папайя, имеют самый высокий гликемический индекс, поэтому найдите им здоровую замену, например ягоды. Лучший вариант – дикие фрукты, яркие сочные ягоды, лимон, лайм, помидоры и авокадо (да-да, все верно: помидоры и авокадо – это фрукты). Так как фрукты (не соки) богаты питательными веществами и пищевыми волокнами, их можно употреблять в качестве десерта после основного блюда, содержащего диетические жиры. Наши предки ели зелень в конце лета, чтобы накопить жир к зиме. Как я уже говорил, тропические фрукты имеют высокий гликемический индекс, поэтому старайтесь их избегать.

3. Не попадайтесь в пищевой «Бермудский треугольник». Бермудский треугольник опасен для самолетов и кораблей, а нас с вами должна пугать пищевая триада: простые углеводы, насыщенные жиры и отсутствие пищевых волокон (растворимых и нерастворимых). Это чизбургеры, картошка фри и газировка. Нехватка пищевых волокон приводит к повышенному всасыванию углеводов, что, в свою очередь, провоцирует воспаление и увеличение концентрации инсулина. Если вас непреодолимо тянет к углеводам, сначала съешьте кале или другой источник волокон! Ведь они отлично снижают уровень сахара в крови – ограничивается всасывание углеводов и поддерживается оптимальный микробиом. Как я уже говорил, насыщенные жиры запускают кетоз, но в сочетании с углеводами и на фоне дефицита пищевых волокон это бомба замедленного действия, которая в результате приведет к сердечно-сосудистым заболеваниям, инсулинорезистентности и деменции.

4. Максимально избегайте глютена и молочных продуктов. Непереносимостью глютена, которая ведет к целиакии, страдают только 5 % американцев, однако данная группа белков несет опасность для нас всех, так как травмирует слизистую оболочку кишечника, вызывая его повышенную проницаемость, хроническое воспаление и другие проблемы. Если говорить о молочных продуктах, то большинство людей могут справиться с воспалением, которое они провоцируют. И все же не стоит забывать: синдром «дырявой» кишки и воспаление – это две из тридцати шести «дырок» (два фактора, склоняющие баланс между разрушением и образованием синапсов в отрицательную сторону), и нам нужно обязательно их заделать. Чувствительность к глютену выявляет тест Cyrex Array 3. Выбирая безглютеновую альтернативу, старайтесь избегать продуктов из рисовой муки и других ингредиентов с высоким гликемическим индексом. Иначе вместо синдрома «дырявой» кишки у вас разовьется диабет.

5. Ешьте зелень, которая выводит из организма токсины. Ежедневно мы подвергаемся воздействию сотен токсинов: от тяжелых металлов и провоцирующих эндокринные нарушения агентов (например, бисфенол А) до биотоксинов, таких как трихотеценовые микотоксины. Когда это происходит, молекулы некоторых съедобных растений связывают и выводят их из нашего организма с мочой, потом и калом. К числу детоксифицирующих растений относятся: кориандр, крестоцветные овощи (цветная капуста, брокколи, различные сорта капусты, кале, редька, брюссельская капуста, турнепс, водяной кресс, кольраби, брюква, руккола, хрен, мака перуанская, рапини, дайкон, васаби, бок-чой), авокадо, артишоки, свекла, одуванчики, чеснок, имбирь, грейпфрут, лимон, оливковое масло и морские водоросли.

6. Включите в свой рацион хорошие жиры, например те, что содержатся в авокадо, орехах, семенах, оливковом и МСТ масле. Еще один подход, с успехом применяемый посетителями сайта ApoE4.info, заключается в том, чтобы употреблять масло МСТ до тех пор, пока чувствительность к инсулину не восстановится. Так как масло МСТ относится к категории насыщенных жиров и не рекомендовано к употреблению носителями аллели ApoE4, советую отдать предпочтение полиненасыщенным жирным кислотам (оливковому маслу и другим маслам холодного отжима) или мононенасыщенным жирным кислотам (например, орехам).

7. Ешьте цельные продукты вместо промышленных. Простое правило: если указан состав, значит, это промышленный продукт. Как разумно замечает писатель и активист здорового питания Майкл Поллан: «Не надо есть то, что ваша бабушка не считает пищей». Промышленное производство подразумевает использование большого количества опасных молекул от высокофруктозного кукурузного сиропа и канцерогенных красителей до нейротоксинов, таких как акриламид. Всех этих токсинов нет в свежих местных органических овощах.

8. Рыба по желанию. Кетофлекс 12/3 – это флекситарианская, или полувегетарианская, диета. Всегда помните не только о пользе, но и вреде рыбы. С одной стороны, она является отличным источником белка, омега-3 жирных кислот и других соединений. С другой стороны, содержит ртуть и токсины. Избегайте видов рыб, которые долго живут и имеют большой рот (акула, меч-рыба, тунец), по причине ее сильного заражения ртутью. Отдавайте предпочтение лососю, макрели, анчоусам, сардинам и сельди. По возможности ешьте дикую рыбу (не искусственно выращенную), так как в ней меньше токсинов и лучше соотношение омега-3/омега-6 жирных кислот.

9. Мясо – это не основное блюдо, а приправа. Мужчинам требуется примерно 50–70 г белка в день, а женщинам – 40–60 (как я уже говорил, одного грамма белка на килограмм веса вполне достаточно; некоторые употребляют 0,8 г на килограмм). Превышение нормы способствует увеличению углеводной «ноши» в ходе так называемого трансаминирования. Помните: источником белка служит множество других продуктов, например фасоль, соя, яйца и орехи. Если вы не можете без мяса, выбирайте курицу и говядину, выращенную не подножном корме. Их воспалительные свойства снижаются за счет правильного соотношения жирных кислот омега-3 (борется с воспалением) и омега-6 (провоцирует воспаление). Ешьте небольшими порциями (2–3 унции – размер «приправы» – пару раз в неделю). Яйца следует брать от кур, выращенных не на птицефабрике, соотношение омега-3 и омега-3 в них также приближено к оптимальному.

10. Обязательно включите в рацион пробиотики и пребиотики. После того, как вы вылечите кишечник (см. далее), необходимо оптимизировать микробиом: т. е. накормить правильные бактерии (пробиотики) другими правильными бактериями (пребиотиками). Пребиотики и пробиотики доступны в форме таблеток, однако их лучшим источником является натуральная пища. Пробиотики содержатся в ферментированных продуктах, например кимчхи, квашеной капусте, соленых огурцах, мисосиру и чайном грибе. Есть они и в йогурте, но так как это сладкий (из-за лактозы и добавочного сахара) молочный продукт, лучше избегать его.

Вы можете включить в свой рацион дрожжи под названием Сахаромицеты Буларди (Saccharomyces boulardi), которые выполняют функцию пробиотиков. В особенности они показаны людям, страдающим диареей. Вместо того чтобы убивать микробы (например антибиотиками), наша цель оптимизировать микробиом: в кишечнике, на коже, в пазухах – везде. Сахаромицеты Буларди, доступные в форме таблеток и порошка, помогут тем, у кого в организме есть другой грибок, например Кандида, причина дисбактериоза, при котором наблюдаются вздутие и изжога. Если вы приняли курс антибиотиков, очень важно восстановить микробиом с помощью пробиотиков и пребиотиков.

Кетофлекс 12/3 – высокоэффективный способ улучшить работоспособность мозга. 12 – это 12-часовое «голодное окно» между ужином и завтраком. 3 – это 3 часа между ужином и сном. И никаких перекусов.

Что касается пребиотиков, то здесь все просто: выберите пищу для бактерий, которые вы хотите подкормить (например Лактобациллы и Бифидобактерии), и избегайте продуктов, питающие бактерии, от которых вы хотите избавиться (некоторые Фирмикуты, связанные с хроническими заболеваниями: диабетом, воспалением кишечника, метаболическим синдромом и др.) Пища для пребиотиков – это хикама, репчатый и свежий зеленый лук, чеснок, свежий иерусалимский артишок и листья одуванчика.

11. Не отказывайтесь от пищеварительных ферментов. Питаясь по программе Кетофлекс 12/3 и потребляя много растительной пищи, вы вряд ли столкнетесь в гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью. Но если это произошло, если анализы свидетельствуют о наличии воспалений, вы испытываете хронический стресс, у вас понижена кислотность желудочного сока или вам за 50 лет, начните принимать пищеварительные ферменты (выпускаются в форме капсул) с пищей. Кроме того, они способствуют усвоению жиров и не будут лишними при переходе с высокоуглеводной диеты на высокожировую.

12. Оптимизируйте питание и защитите когнитивные функции при помощи пищевых добавок. Людям, страдающим ухудшением когнитивных функций и находящимся в группе риска, я рекомендую ежедневно принимать следующие вещества и микроэлементы до тех пор, пока результаты лабораторных анализов по каждому из параметров не достигнут оптимальной отметки.

• Витамин В_1, 50 мг (как я уже говорил, витамин В_1 способствует образованию памяти).

• Пантотеновая кислота, 100–200 мг (в особенности при наличии проблем с концентрацией внимания).

• Сочетание В_6, В_12 и фолиевой кислоты, как описано ранее. Для всех, у кого уровень гомоцистеина выше 6.

• Витамин С, 1 г. Для всех, у кого субоптимальный уровень витамина С или соотношение медь/цинк больше 1:2.

• Витамин D. Начните с 2500 МЕ в сутки (или используйте специальную формулу, о которой я рассказывал ранее), принимайте до тех пор, пока концентрация в сыворотке крови не достигнет 50–80.

• Витамин Е в виде смеси токоферолов и токотриенолов, 400–800 МЕ. Для тех, у кого уровень витамина Е меньше 13.

• Витамин К_2 в виде МК-7, 100 мкг. Для тех, кто принимает витамин D.

• Ресвератрол, 100 мг, для всех.

• Рибозид никотинамида, 100 мг, для всех.

• Цитиколин, 250 мг два раза в сутки, для поддержания роста и функционирования синапсов.

• Ацетил-L-карнитин (ALCAR), 500 мг, для повышения уровня фактора роста нервов. Особенно подойдет тем, что страдает типом 2 болезни Альцгеймера.

• Убихинол, 100 мг, для поддержания митохондриальной функции; подходит всем.

• Пирролохинолинхинон (ПХХ), 10–20 мг, для увеличения количества митохондрий; подходит всем.

• Омега-3 жирные кислоты (об этом подробнее в разделе, посвященном воспалению).

• Экстракт зеленых кофейных ягод (WCFE), 100 мг один или два раза в сутки в течение трех месяцев, отменять постепенно в течение месяца. Повышает уровень НТФМ (нейротрофический фактор мозга), особенно необходим пациентам с типом 2 (атрофический) болезни Альцгеймера.

13. Некоторые травы улучшают работу синапсов. При отсутствии иных указаний я рекомендую ежедневно принимать следующие травы (в капсулах или в чистом виде):

• Ашвагандха, 500 мг, два раза в день во время еды. Помогает сократить образование амилоидных бляшек и справиться со стрессом.

• Бакопа Монье, 250 мг, два раза в день во время еды. Способствует восстановлению холинергической функции, одной из ключевых нейромедиаторных систем головного мозга. (Ашвагандха и бакопа доступны в форме назальных капель, которые называются Nasya Karma. Те, кто предпочитают капсулам такой вариант, должны ежедневно закапывать в каждую ноздрю по 3 капли).

• Готу-кола, 500 мг два раза в день во время еды, для улучшения концентрации внимания.

• Ежовик гребенчатый (львиная грива), 500 мг один или два раза в день, для повышения уровня фактора роста нервов. Особенно рекомендован тем, кто страдает типом 2 болезни Альцгеймера.

• Родиола, 200 мг, один или два раза в день; для тех, кто испытывает тревогу и стресс.

• Шанкапушпи (или шлемник), 2–3 чайные ложки или 2 капсулы в сутки, для укрепления связей между нейронами гиппокампа.

• При типе 3 (токсический) болезни Альцгеймера, УКН и СКН, укрепить иммунитет поможет тиноспора сердцелистная (гудичи). Дозировка составляет 300 мг, принимать два-три раза в день во время еды. Помимо этого, пациенты с типом 3 болезни Альцгеймера могут взять на заметку гуггул, который выводит токсины из кишечника (наподобие древесного угля). Капсулированный экстракт следует принимать в дозе 350–750 мг в сутки.

• При типе 1 (воспалительный) болезни Альцгеймера, УКН, СКН или наличии кишечных расстройств снять воспаление поможет трипхала – сочетание амалаки, харитаки и бибхитаки. Выпускается в форме капсул или порошка для приготовления чая. И то и другое лучше всего принимать на голодный желудок.

14. Не повреждайте пищу термической обработкой. Наша цель: минимизировав потерю питательных веществ и образование конечных продуктов гликирования (КПГ), приготовить вкусное блюдо. КПГ – это гликотоксины, результат реакции между сахарами и белками/липидами. Их высокая концентрация вызывает окислительный стресс, воспаление и многие другие патологии, которые мы наблюдаем при диабете и других хронических заболеваниях.

Если готовить на пару, сократить время термической обработки, снизить температуру, использовать кислые ингредиенты, например лимон, лайм или уксус, и выбирать определенные продукты (сырые овощи в отличие от сырого мяса не содержат конечных продуктов гликирования), можно уменьшить образование КПГ. А вот гриль, запекание в духовке, жарка на огне и сковороде, наоборот, будут способствовать увеличению доли гликотоксинов.

Что делать, если на фоне диеты Кетофлекс 12/3 и физических нагрузок инсулин натощак выше 4,5, гемоглобин А1с выше 5,5 % или глюкоза натощак выше 90? Пустяки! Справиться с любой из этих проблем помогут добавки, которые отпускаются без рецепта врача. Вводить их следует не сразу, а по одной, после чего проверить их действие на контроль уровня глюкозы и чувствительность к инсулину. Например:

• Уровень цинка влияет на чувствительность к инсулину, поэтому, если он ниже 100, попробуйте принимать по 20–50 мг цинка пиколината ежедневно, а спустя два месяца сдать анализ на уровень глюкозы.

• Высокий уровень гемоглобина А1с говорит об ухудшении контроля уровня глюкозы, который связан с магнием. Если уровень магния в эритроцитах менее 5,2, попробуйте принимать магний глицинат (500 мг в сутки) или магний треонат (2 г в сутки).

• Корица – отличное средство для восстановления гликемического контроля. Достаточно всего ¼ чайной ложки каждый день. Можете посыпать ей пищу или употреблять в капсулированной форме (1 г). Корица также нормализует липидный профиль при диабете 2-го типа (3).

• Альфа-липоевая кислота – это антиоксидант. Большинство людей принимают ее по 60–100 мг ежедневно.

• Пиколинат хрома понижает уровень глюкозы в крови. Стандартная доза: от 400 мкг до 1 мг ежедневно.

• Берберин понижает уровень глюкозы, обычно его принимают по 300–500 мг три раза в день.

• Также для снижения глюкозы терапевт может прописать вам Метформин.

Преимущества регулярных физических нагрузок

Слышали новость? Сидячий образ жизни и курение одинаково вредны! Мы все время сидим: за компьютером, в классе, в кинотеатре, в машине, на встречах, на диване, когда смотрим телевизор или играем в игры на телефоне. Таким манером мы досидим до смерти! Исследования показывают, что долгое сидение влияет не только на физическое (в особенности сердечно-сосудистое), но и на когнитивное здоровье. Спорт полезен для вашего мозга тем, что:

1. Снижает инсулинорезистентность, которая, как вы уже знаете, способствует развитию болезни Альцгеймера.

2. Усиливает кетоз, который (среди прочего) стимулирует синтез НТФМ, поддерживающего развитие нейронов.

3. Увеличивает размер гиппокампа, отвечающего за память. Именно этот отдел головного мозга атрофируется при болезни Альцгеймера.

4. Улучшает сосудистую функцию, которая лежит в основе нейронного и синаптического здоровья.

5. Снижает стресс – источник воспаления, приводящий к развитию болезни Альцгеймера.

6. Нормализует сон, еще один фактор когнитивного здоровья.

7. Повышает выживаемость новых нейронов, которые образуются в головном мозге в процессе нейрогенеза.

8. Улучшает настроение.

Какой вид физических нагрузок благотворно влияет на когнитивные функции? Отлично подойдет сочетание аэробных упражнений (бег, ходьба, спиннинг, танцы или др.) с силовыми. Заниматься следует минимум 4–5 дней в неделю в общей сложности по 45–60 минут в день! Увеличивайте нагрузки постепенно, обязательно делайте растяжку и берегите суставы! Они должны справиться с нагрузкой, ведь уровень воспаления снизится поле того, как вы включитесь в лечебную программу.

Одни предпочитают работать с инструктором, вторые – с тренером по здоровью, третьи – самостоятельно. Делайте, как вам удобно. Если не можете начать, попросите специалиста, кого-нибудь из родственников или друзей вам помочь.

Обещание сна

Работать до поздней ночи стало модным. Много лет назад, будучи интерном и ординатором, я не досыпал в течение пяти лет, порой приходилось быть на ногах по сорок часов кряду. В результате у меня замедлилась реакция, снизилось внимание, ухудшилась память, упал уровень адреналина, а уровень стресса, наоборот, подскочил вверх. Я валился от усталости и пару раз засыпал во время осмотра пациента. После завершения ординатуры мне наконец удалось выспаться, и туман в голове постепенно рассеялся: ум снова стал ясным. Отсюда следует, что здоровый сон – необходимое условие, позволяющее избежать или обратить вспять ухудшение когнитивных функций.

Не так давно я разговаривал с поведенческим неврологом, клиническим исследователем и специалистом по болезни Альцгеймера. Оказалось, что врачи до сих пор не знают, почему одни пациенты с УКН выздоравливают, а у других развивается болезнь Альцгеймера. Когда я спросил, заметила ли она какую-либо разницу между двумя этими группами, невролог подумала и ответила: «Да. Улучшение обычно наблюдаются у тех, кто хорошо спит».

Кажется, все очевидно?

Предлагаю вам несколько советов, как оптимизировать сон и улучшить работу мозга.

1. Если тест показал наличие апноэ во сне, необходимо его вылечить. Некоторым будет достаточно простых накладок на зубы. Другим может потребоваться аппарат СИПАП для создания постоянного положительного давления. В любом случае важны хорошая оксигенация и давление в дыхательных путях во время сна. Это благотворно влияет не только на работу мозга, но и на сердечно-сосудистую систему, предотвращает развитие гастроэзофагеального рефлюкса (ГЭР) и легочных заболеваний, снижает риск ожирения и многое другое.

2. Старайтесь спать по восемь часов за ночь без применения снотворного (оно может нарушить работу мозга). Головной мозг вырабатывает мелатонин, но только в темноте – любое световое воздействие «выключает» синтез этого гормона. С возрастом уровень мелатонина падает. Многие лучше спят и чувствуют себя отдохнувшими, когда принимают физиологическую дозу (ровно столько, сколько вырабатывает мозг) мелатонина на ночь: 0,3–0,5 мг. Максимальное количество – 20 мг. При оптимальной дозе человек видит яркие сны и чувствует бодрость после пробуждения. А в случае превышения индивидуальной нормы просыпается среди ночи и не может долго уснуть. В таком случае необходимо просто уменьшить дозу. Советую периодически устраивать себе мелатониновые «выходные» (т. е. пропускать прием гормона, например раз в неделю), чтобы организм не ленился вырабатывать свой собственный.

Мелатонин – это не снотворное, поэтому он не оказывает седативного эффекта подобно бензодиазепинам (например, Ксанакс), которые ассоциируются с риском развития деменции. С ним вы создает восстанавливающий физиологический сон, тогда как снотворные препараты просто отключают напряжение и травят мозг.

Старайтесь спать по восемь часов. Ложитесь в кровать не позднее полуночи, избегайте телевизора, тяжелого ужина и синего света монитора перед отходом ко сну. Спорт и кофеин перенесите на первую половину дня.

Люди с нарушениями сна чаще всего жалуются на пробуждения среди ночи – еще один фактор, способствующий ухудшению когнитивных функций. Причиной тому множество: менопауза, гормональный сбой (в особенности низкий уровень прогестерона), депрессия, стресс, гастроэзофагеальный рефлюкс и др. Если вы не можете уснуть из-за навязчивых мыслей (постоянно прокручиваете в голове одни и те же проблемы), облегчение принесет Триптофан (Три, 500 мг). В качестве альтернативного варианта советую 5-гидрокситриптофан (5-HTP, 100 или 200 мг), так как он проникает в мозг быстрее, чем Три. Однако тем, кто принимает СИОЗС (селективные ингибиторы обратного захвата серотонина), антидепрессанты, например Прозак, Золофт или их непатентованные формы, следует избегать триптофана и 5-гидрокситриптофана. Сочетание антидепрессантов с Три или 5-HTP может спровоцировать серотониновый синдром, который сопровождается лихорадкой, диареей, повышенной возбудимостью и потоотделением. Антидепрессанты блокируют захват нейромедиатора серотонина из синапсов, в результате он остается внутри и стимулирует клетки мозга. Выработка серотонина увеличивается за счет большей доступности его предшественника триптофана. По сути, это «идеальный шторм», который набирает силу и грозит наводнить синапсы серотонином.

Еще одна распространенная причина ночных пробуждений – низкий уровень прогестерона, который влияет как на женщин, так и на мужчин. В период пременопаузы отмечается низкая концентрация этого гормона по сравнению с концентрацией эстрадиола, как следствие, слишком высокое соотношение эстрадиол/прогестерон. Так как прогестерон оказывает расслабляющее действие, его дефицит ассоциируется с беспокойством, нарушением сна и угнетением сознания. Если лабораторные анализы свидетельствуют о субоптимальном уровне прогестерона, узнайте у врача об оральном биоидентичном прогестероне. Начальная доза – 100 мг перед сном. Слово «биоидентичный» говорит о том, что по молекулярной структуре он схож с натуральным гормоном, вырабатываемым организмом. У мужчин низкий уровень прогестерона обычно ассоциируется с низким уровнем тестостерона, так как первый является предшественником второго. Низкий уровень тестостерона – фактор риска развития деменции, поэтому мужчины должны оптимизировать его концентрацию совместно с лечащим врачом.

Гастроэзофагеальный рефлюкс – редкое явление на фоне диеты Кетофлекс 12/3, однако если вы все-таки столкнулись с данным заболеванием, следует избегать ингибиторов протонной помпы (ИПП), таких как лансопразол (Превацид). Кислота в желудочном соке позволяет расщеплять пищу, тем самым способствуя лучшему всасыванию питательных веществ: цинка, магния, витамина В_12 и др. Стоит отметить, что нормальная выработка желудочного сока сама по себе тормозит развитее ГЭР, так как кислота вызывает смыкание нижнего пищеводного сфинктера, предотвращая рефлюкс.

Если пробуждение связано со стрессом, займитесь медитацией или слушайте лечебную музыку, например Neural Agility. Данная программа настраивает мозг на альфа-ритм, способствуя расслаблению и усилению синаптической пластичности, которая является основой формирования новой памяти. Все, что вам нужно, это тридцать минут свободного времени перед сном (пять вечеров в неделю). Просто приглушите свет, лягте, наденьте наушники и включите программу на iPhone, iPod, компьютере или другом устройстве.

Вы можете ощутить умеренный стимулирующий эффект (как от кофеина), но через несколько дней он исчезнет, и наступит глубокое расслабление.

Если бы десять лет назад мне сказали, что я, ученый-биомедик, буду рекомендовать пациентам медитацию, то я лопнул бы от смеха. Однако спорить с научными данными бессмысленно. Исследования показывают, что у людей, которые регулярно практикуют медитацию, увеличивается объем гиппокампа, а также нормализуются другие показатели, например уровень стресса.

3. Практикуйте гигиену хорошего сна.

• В комнате должно быть максимально темно (свет снижает уровень мелатонина, который ваш мозг вырабатывает во время сна). При необходимости надевайте маску на глаза.

• Никакого постороннего шума. Выключайте всю электронику и располагайтесь подальше от электромагнитных полей (ЭМП), излучаемых телевизорами, видеомагнитофонами и другой аппаратурой.

• Вечерние часы посвящайте расслаблению. Активная деятельность перед сном способствует бессоннице!

• По возможности ложитесь спать не позднее полуночи. Попытки поспать подольше, чтобы компенсировать поздний поход в кровать вечером, обычно заканчиваются неудачей. Причина – обилие посторонних шумов (телефон, транспорт), свет и т. д.

• Выполняйте физические упражнения минимум за 2–3 часа до сна, так как они повышают уровень адреналина и вызывают бессонницу.

• Занимайтесь спортом по утрам, чтобы к вечеру уровень адреналина успел нормализоваться.

• Избегайте синего света. Его излучают обычные домашние светильники (в особенности новые светодиодные). Если хотите почитать книгу перед сном (неважно, с компьютера или бумажного носителя), используйте фильтры.

• Избегайте стимуляторов во второй половине дня, например кофеина.

• Никакого телевизора в спальне!

• Ужин должен быть легким.

• Следите за гидратацией, но не пейте слишком много воды перед сном, иначе всю ночь придется бегать в туалет.

Этот удивительный стресс

Стресс заставляет организм работать на пределе возможностей. Вообще, человек не создан, чтобы вести образ жизни, который сегодня ведет большинство из нас, – обилие сахара, бдение допоздна при искусственном освещении, нервотрепка на работе, недосып, плохое питание, воздействие сотен токсинов – это лишь часть факторов, которые губят наше тело и мозг. Мы задуманы природой, чтобы справляться с периодическим стрессом, но не постоянным.

Сильное эмоциональное напряжение ведет к росту уровня кортизола, который в больших концентрациях токсичен для мозга, в особенности для гиппокампа, отвечающего за память. Именно по нему наносит свой первый удар болезнь Альцгеймера. Кроме того, стресс увеличивает количество факторов риска развития когнитивного снижения и болезни Альцгеймера, сюда относятся: уровень сахара в крови, ожирение, тяга к углеводам, синдром «дырявой» кишки, воспаление, проницаемость гематоэнцефалического барьера, высвобождение кальция, гиперстимуляция нейронов и сердечно-сосудистые нарушения. Он выводит из строя факторы, защищающие от болезни Альцгеймера, которые склоняют баланс между образованием и разрушением синапсов в положительную сторону, включая нейрогенез и рост дендритных шипиков, отвечающих за формирование новой памяти.

Стресс – самый частый виновник деменции, однако свою силу он наиболее явно проявляет при типе 3 (токсический) болезни Альцгеймера, УКН и СКН. У таких людей стресс ухудшает когнитивное функционирование особенно быстро, а начало когнитивного ухудшения в этих случаях часто совпадает с периодом, когда они подвергаются сильному стрессу.

56-ЛЕТНИЙ ТРУДЯГА ЮРИСТ ВЗЯЛСЯ за самое сложное дело в своей карьере и два года работал без отдыха и сна. За несколько лет до этого у него была депрессия. Дело завершилось успешно, но вскоре у мужчины возникли проблемы с речью, письмом и арифметическими вычислениями. Он стал пассивным и медлительным. Данные ПЭТ предположительно свидетельствовали о наличии болезни Альцгеймера. Генетический тест выявил носительство ApoE2/3, не ApoE4. Лабораторные анализы также подтвердили диагноз: тип 3 болезни Альцгеймера. Уровень ТРФбета-1 и С4а был повышен, а в носу и горле обнаружены следы микотоксинов.

Вот почему уменьшение стресса входит в программу когнитивной оптимизации. Каждому пациенту необходим индивидуальный подход, однако стоит отметить, что большинству снять напряжение помогает йога и медитация. Восточные практики снижают уровень кортизола, защищают гиппокамп от атрофии и увеличивают толщину коры головного мозга.

Самый простой – но редко используемый – метод «выпустить пар» – это сделать пару глубоких, медленных, диафрагмальных вдохов (чтобы расширялся живот, а не грудь). Расслабьтесь!

Если возбуждение вызвано физическими нагрузками, сократите время тренировки, например с 45 минут до 30, или уменьшите скорость беговой дорожки. Не отказывайтесь от силовых упражнений и упражнений для сердца, однако, если вы готовитесь к марафону, уменьшите их интенсивность. Это поможет снизить уровень кортизола.

Любителям кофе следует сократить потребление напитка, чтобы уменьшить стресс. То же самое относится к алкоголю. Массаж, смех, музыка, движение – вот что позволит вам ощутить счастье жизни.

Гимнастика для мозга

Утверждение о том, что умственные упражнения – обычно в виде компьютерных программ – могут улучшать работу мозга, вызывает множество споров. Некоторые ученые считают его абсолютно необоснованным. Однако давайте не будем выплескивать ребенка вместе с водой. Существуют сотни научных исследований, которые подтверждают положительный эффект подобных упражнений. Например, программа Double Decision, направленная на увеличение скорости мышления, позволила сократить риск развития деменции на 50 % – исследование проводилось 10 лет. Еще ни одно лекарство не позволило нам достичь подробного результата.

Различные компании, такие как Posit Science, Lumosity, Dakim и Cogstate, выпускают когнитивные программы, доступные онлайн. Ведущим экспертом в этой области является профессор Майкл Мерзенич, основатель Posit Science и создатель BrainHQ. В 2016 году Майк стал лауреатом престижной премии Кавли за инновационную работу в области нейропластичности. Я слушал все его лекции, начиная с 1980-х годов, и могу с уверенностью сказать, что его команда нейробиологов находится впереди планеты всей. А достижения BrainHQ подробно описаны в более чем 130 научных статьях.

Разработчики оптимизировали программу таким образом, что для достижения ощутимого эффекта вам необходимо заниматься всего по 10–20 минут в день пять раз в неделю или по 30 минут три раза в неделю. Начните с Hawkeye и Double Decision, добавьте другие игры на развитие памяти и скорости мышления. Главное – не отчаивайтесь! При достижении хороших результатов программа будет усложнять вам задания. Если почувствуете сильное напряжение, просто сократите время когнитивной тренировки.

Воспаление

Воспаление – один из главный виновников ухудшения когнитивных функций, который напрямую связан с механизмами болезни Альцгеймера. Только устранив его, можно обратить деменцию вспять. Если анализы выявили причину воспаления, я рекомендую вам сделать следующее.

1. Вылечите воспаление. Для этого принимайте специализированные восстанавливающие медиаторы (SPM). К примеру, они входят в состав пищевых добавок SPM Active. SPM (резольвины, протектины и марезины) синтезируются организмом в области воспаления и выполняют роль урегулирующих агентов, которые помогают иммунной системе среагировать на инфекцию или другую угрозу, а затем вернуться в исходное невоспалительное состояние. Если организм не в силах выполнять эту работу самостоятельно, SPM Active может послужить источником недостающих агонистов. Вы можете принимать по 2–6 капсул в сутки в течение одного месяца. За это время необходимо устранить причину (или причины) воспаления, к примеру плохое питание или хронические инфекции.

2. Блокируйте новые воспалительные процессы. Противовоспалительные средства, такие как омега-3 жирные кислоты и куркумин, помогают предотвратить развитие новых воспалений. Я рекомендую принимать 1 г омега-3 ДГК (докозагексаеновая кислота) в виде рыбьего жира, криля (океаническая креветка) или водорослей и такое же количество куркумина либо на голодный желудок, либо вместе с жирами. Противовоспалительным действием обладают имбирь, корица, прегненолон, гвоздика, тимьян, а также некоторые продукты, например зеленые листовые овощи, свекла и брокколи. В протокол ReCODE не входит применение нестероидных противовоспалительных препаратов, таких как ибупрофен, потому что они могут нанести вред кишечнику и почкам.

3. Устраните все источники воспаления. Нет смысла лечить воспаление, если не устранена первопричина его возникновения. Поэтому очень важно избавиться от «воспалигенов». Источников воспаления может быть несколько. Среди них синдром «дырявой» кишки, преобладание простых углеводов и трансжиров в рационе, хронические инфекции (болезнь Лайма), вирусы (простой герпес), грибки (Аспергилл или Пенициллин) и плохая гигиена полости рта. Как я уже говорил, ротовая бактерия Порфиромонас гингивалис была обнаружена в головном мозге пациентов с болезнью Альцгеймера.

Если после устранения всех потенциальных факторов анализы свидетельствуют о наличии в организме воспаления, следует пройти более тщательное обследование, в том числе на наличие аутоантител, например тех, что вызывают ревматоидным артрит, хроническую болезнь Лайма и другие переносимые клещами инфекции (Бабезии и Бартонеллы).

Лечим кишечник

Есть несколько способов вылечить кишечник. Этой теме посвящены целые книги и сайты, поэтому я выделю лишь основные моменты.

Костный бульон обладает обволакивающим свойством и укрепляет кишечный барьер, он помогает организму эффективнее выводить токсины и способствует улучшению когнитивных функций.

Нам всем стоит задуматься о здоровье кишечника, так как его повышенная проницаемость – довольно распространенное явление. Если тест Cyrex Array 2 дал положительный ответ или вы страдаете непереносимостью определенных продуктов, вздутием, запором или, наоборот, диареей, скорее всего, у вас синдром «дырявой» кишки, иными словами, целостность слизистой оболочки кишечника нарушена. Вылечив кишечник, вы тем самым снижаете уровень системного воспаления, улучшаете всасывание питательных веществ, укрепляете иммунитет и создаете оптимальный микробиом, увеличивая количество его продуктов, т. е. гормонов и нейромедиаторов. Это одно из важных условий, позволяющих предотвратить и обратить вспять ухудшение когнитивных функций.

Первым делом необходимо понять, что именно нарушает слизистую оболочку кишечника, а затем устранить или минимизировать негативное воздействие. Предлагаю вашему вниманию список потенциальных «виновников».

• Сахар

• Аллергия/непереносимость глютена (или других аллергенов зерновых), молочных или других продуктов

• Аллергия/непереносимость химических веществ, содержащихся в промышленных продуктах (газировка, искусственные подсластители, консерванты, красители, связывающие вещества и др.)

• Гербициды (например, глифосат)

• Пестициды

• ГМО (генетически модифицированные организмы)

• Алкоголь

• Антибиотики – орально или с мясом животных концентрированного вскармливания (CAFO)

• Противовоспалительные препараты – стероиды, аспирин или другие НПВС (нестероидные противовоспалительные препараты, такие как ибупрофен)

• Стресс

После того как вы устраните или минимизируете негативное воздействие, советую прибегнуть к оздоровительным дополнительным мерам. Первое – это пить костный бульон (4). Он безопасен и физиологичен. Многие народы, которые практически не едят мяса, например жители острова Окинава, славящиеся своим долголетием, придают большое значение костям животных, которые являются источником хрящей, сухожилий, костного мозга (содержит коллаген), различных аминокислот (например, глутамина и глицина), минералов и витаминов. Они обладают обволакивающим свойством и укрепляют кишечный барьер.

Эти народы используют бульон, который целыми днями томится на огне, для приготовления различных блюд, например супов и запеканок. Некоторые пьют бульон в течение определенного периода времени – от одного дня до трех недель, чтобы очистить кишечник, а затем снова вводят в свой рацион продукты по одному. У других он служит дополнением к диете Кетофлекс 12/3 (см. протокол Джулии в главе 9).

Вы можете приготовить бульон самостоятельно или купить уже готовый: мясной (из мяса животных, выращенных на подножном корме) и рыбный (из дикой рыбы). О том, как его приготовить, читайте на сайтах: http://scdlifestyle.com, https://www.kettleandfire.com и https://chriskresser.com/?s=bone+broth[19].

Если костный бульон вам не по вкусу, есть другое решение. (Оно есть у многих аспектов протокола ReCODE.) Некоторые люди принимают молозиво в капсулах, L-глютамин в капсулах или цинк карнозин, которые оздоравливают кишечник. Еще один вариант: сесть на специальную углеводную диету (СУД): https://draxe.com/scd-diet (5).

Независимо от того, что вы выберете: бульон, молозиво, L-глютамин или СУД, спустя три-четыре недели ваш кишечник должен быть здоров. Чтобы убедиться в этом, проведите повторный тест на высокую проницаемость кишечника с помощью Cyrex Array или других методов. Все хорошо? Тогда пора включать в свой рацион пребиотики и пробиотики. (Если принимать пробиотики на фоне синдрома «дырявой» кишки, высока вероятность того, что фрагменты бактерий попадут в кровь и спровоцируют воспаление). Сначала нужно помыть и отремонтировать аквариум (кишечник), а уже потом запускать в него рыбу (пробиотики) и корм (пребиотики).

Как я уже говорил, лучшим источником пробиотиков и пребиотиков является пища. Пробиотики (бактерии) – это ферментированные продукты, например квашеная капуста и кимчхи, а пребиотики – богатый пищевыми волокнами репчатый и зеленый лук, чеснок и хикама. Если вдобавок ко всему вы принимаете пробиотики в капсулах, выбирайте те, которые содержат от 30 до 50 миллиардов КОЕ (образующих колонии единиц, что отражает количество жизнеспособных организмов). Доктор Дэвид Перлмуттер, невролог и автор книги «Кишечник и мозг» (Brain Maker), рекомендует включать в свой рацион пять основных видов бактерий, представленных в табл. 3.

После того как вы оптимизируете микрофлору кишечника, вздутие, запор или диарея пройдут, а с ними исчезнет и источник воспаления. Ваш организм начнет эффективнее выводить токсины, и, самое главное, будет сделан большой шаг в сторону улучшения когнитивных функций.

Таблица 3. Пять основных видов бактерий, рекомендованных в качестве пробиотиков (6)

Ваш кишечник здоров, его микрофлора восстановлена, значит, пора заняться еще одним очень важным микробиомом, который имеет непосредственное отношение к когнитивным функциям, – микробиомом носа и пазух. Любой потребитель кокаина вам скажет, что самый короткий путь к мозгу лежит через нос. Микробы знают об этом (7), и мы находим множество примеров, когда при риносинусите воспаляется слизистая оболочка носа, околоносовых пазух и горла. Чаще всего причиной являются грибки и/или бактерии, к примеру MARCoNS. Это стафилококковые бактерии, которые образуют биопленку (своего рода «бактериальное укрытие»), которая делает их устойчивыми к воздействию антибиотиков.

Из носа и околоносовых пазух в мозг попадают не только микробы, но и выделяемые ими продукты, которые разрушают молекулы, способствующие укреплению синапсов и нейронов. Таким образом, если анализы показывают высокий уровень C4а (компонент иммунной системы, концентрация которого растет в ответ на воздействие биотоксинов), у вас имеются предположительные симптомы типа 3 болезни Альцгеймера, а если у вас хроническое заболевание пазух, необходимо нормализовать микробиом синусов и носоглотки. Делать это следует поэтапно. Для получения дополнительной информации вы может зайти на официальный сайт доктора Р. Шумэйкера: http://www.survivingmold.com[20] или пройти обследование у одного из сертифицированных специалистов, указанных на сайте.

1. Первое: устраните грибки или патогены, такие как MARCoNS (резистентные, коагулаза-отрицательные стафилококки). При наличии MARCoNS свою эффективность доказал назальный спрей под названием BEG (Бактробан (мупироцин) 0,2 %, динатрий ЭДТА 1 % и гентамицин 3 %). Чтобы снять жжение и ускорить заживление, его можно сочетать с SinuClenz и Xlear. При наличии плесени поможет противогрибковый препарат Итраконазол или иммуностимулятор Гудичи (Тиноспора сердцелистная).

2. Восстановите здоровый микробиом. Для этого существуют специальные пробиотики для носа и околоносовых пазух, например ProbioMax ENT и Restore. (Restore создавался как препарат для лечения кишечника, но сейчас он выпускается и в назальной форме.) Не можете их найти? Есть альтернативное решение. Чтобы восстановить микробиом, смазывайте нос соком кимчхи. Получится тот же самый эффект, что и с кишечником: хорошие микробы не позволяют появиться плохим (включая MARCoNS).

3. Ликвидируйте источник(и) патогенов. Если у вас дома, на рабочем месте, в машине или там, где вы проводите много времени, есть плесень, обязательно удалите ее. Специалисты из Mycometrics (https://www.mycometrics.com/) могут приехать на место и оценить степень заражения различными видами плесени, входящими в список ERMI (Индекс роста плесени, разработанный Агентством по охране окружающей среды)[21]. Показатель два и выше говорит о том, что нужно позвонить в специальную компанию, занимающуюся устранением плесени и грибков. Если поражено рабочее место, обязательно поговорите с начальством. Ученые до сих пор не сошлись во мнении относительно вреда плесени, однако появляется все больше свидетельств того, что многие заболевания (включая когнитивное снижение) являются результатом токсического воздействия опасных грибков как дома, так и на работе.

Гормональный баланс

Одной из главных задач программы ReCODE является достижение оптимального уровня гормонов. Сделать это крайне сложно по целому ряду причин. Во-первых, ведется очень много споров относительно назначения гормонозамещающих препаратов (ГЗТ) женщинам после наступления менопаузы. Некоторые врачи выступают против ГЗТ в отношении всех женщин, другие считают ее уместной только в первые пять лет после менопаузы, а третьи заявляют, что она необходима женщинам, страдающим болезнью Альцгеймера, УКН, СКН, даже если им давно за семьдесят. Вот почему очень важно проконсультироваться с экспертом в области терапии замещения биоидентичными гормонами, лучше, если этот человек будет иметь опыт работы с пациентами с когнитивным снижением. Повторюсь, слово «биоидентичный» значит, что такие гормоны по молекулярной структуре схожи с натуральными гормонами, вырабатываемыми организмом, т. е. они оказывают максимальное благотворное и минимальное негативное действие. Биоидентичные эстрогены – это 17-бета эстрадиол, эстрон и эстриол. Небиоидентичные эстрогены – это, например, те, что присутствуют в моче беременных кобыл и служат основой препарата Премарин.

Как я уже говорил в разделе, посвященном витаминам и другим соединениям, понятие «в рамках нормы» порой имеет малого общего с оптимальными показателями. Это особенно важно, если вы пытаетесь восстановить правильную работу мозга и обратить вспять ухудшение когнитивных функций. Таким образом, главная задача – не «нормализовать», а именно оптимизировать уровень каждого гормона.

Еще одна проблема заключается в том, что концентрация гормонов ничего не говорит об их функции в организме. Это только количество. Чтобы гормон начал приносить пользу, он должен достичь рецептора, связаться с ним, проникнуть в ядро и «включить» гены, которые вырабатывают белки, оказывающие воздействие на обмен веществ. Между уровнем гормонов и их действием – целая пропасть! Вот почему необходимо рассматривать эти исследования вкупе с симптомами. Например, при оценке состояния щитовидной железы лучше всего измерить утреннюю температуру тела или определить время рефлекса с помощью Thyroflex. Если температура ниже 97,8 градуса по Фаренгейту (36,5 по Цельсию), скорее всего, работа щитовидной железы нарушена. Вероятность этого возрастает при наличии таких характерных проявлений, как ожирение, апатия, запор и выпадение волос.

И последнее – все гормоны взаимосвязаны, поэтому их работу нельзя воспринимать обособленно. Щитовидная железа – лишь часть механизма, действующая совместно с другими гормональными «рычагами», такими как надпочечники и половые стероиды. Оптимизируя составляющие, вы улучшаете работу системы в целом, в том числе и мышление.

Чтобы предотвратить или обратить вспять ухудшение когнитивных функций, необходимо сбалансировать уровень гормонов, и делать это следует совместно с лечащим врачом.

1. Щитовидная железа: Как я уже говорил, деменция очень часто сопровождается нарушениями работы щитовидной железы. Т3 – самый активный тиреоидный гормон, при этом для лечения врачи обычно назначают Т4 (левотироксин, Синтроид), который не всегда превращается в Т3. Лично я рекомендую принимать Т3 и Т4 вместе, к примеру Armour Thyroid, NP Thyroid, Nature-Throid или аналогичные препараты. Если вы отдаете предпочтение синтетике, возможно, вам лучше сочетать левотироксин с лиотиронином (Цитомель). Оптимизировать дозу помогут результаты анализов и симптомы. Вы знаете, что для выработки собственного тиреоидного гормона нужен йод, поэтому при нарушениях работы щитовидной железы, обязательно проверьте его уровень в организме. Если он низкий, начните принимать йод в таблетках (по одной в день) и употреблять продуты с йодом, например водоросли.

2. Эстрадиол и прогестерон (для женщин): эстрадиол (и в меньшей степени другие эстрогены: эстрон и эстриол) и прогестерон оказывают мощное воздействие на организм, в том числе и на головной мозг. Именно поэтому лечение данными гормонами вызывает у врачей множество споров. С одной стороны, эстрадиол и прогестерон защищают мозг, улучшают когнитивные функции и влияют на молекулярный баланс, лежащий в основе болезни Альцгеймера. В результате эстрадиол посчитали эффективным средством в борьбе со страшным заболеванием (неудивительно, что сам по себе он не принес никакого результата). С другой стороны, без прогестерона эстрадиол повышает риск развития рака матки и молочной железы. Если у вас низкий уровень этих гормонов, проконсультируйтесь со специалистом в данной области, имеющим опыт лечения больных с когнитивным снижением или с риском его развития.

Вот что следует обсудить с лечащим врачом.

• Ученые все больше сходятся во мнении, что биоидентичные гормоны (идентичные тем, что вырабатывает ваш организм) лучше имитаторов, таких как Премарин.

• Нет единого мнения относительно того, сколько времени после менопаузы следует проводить лечение женщин, страдающих когнитивным снижением или находящихся в группе риска.

• Разные специалисты устанавливают разные целевые показатели уровня эстрогенов. Оптимальный показатель восстановления когнитивных функций в рамках комплексной программы не установлен. Одни говорят о 80–200 пг/мл (80 – это пороговая концентрация, необходимая для предотвращения остеопороза), другие – о 30 пг/мл. Также врачи спорят о том, как лучше измерять уровень эстрадиола: по анализу слюны, 24-часовому образцу мочи или другими методами.

• Что касается прогестерона, начните принимать 100–200 мг биоидентичного гормона перед сном (например, Прометриума). Цель: 1–20 нг/мл, однако не забывайте следить за симптомами (смена настроения, апатия и др.), которые могут свидетельствовать о переизбытке прогестерона. Оптимизируйте соотношение эстрадиола и прогестерона.

Принимать биоидентичный эстрадиол (или сочетание эстрадиола и эстриола) следует трансдермально или трансвагинально, так как оральное применение может привести к повреждению печени. Обязательно отслеживайте когнитивный ответ, а также уровень гормонов и любые побочные реакции. Известно, что ГЗТ повышает риск развития рака груди, поэтому проходите маммографию (с частотой, установленной для вашего возраста) и обследование у акушера-гинеколога.

Этот вопрос до конца не изучен, и все же считается, что женщинам с типом 3 болезни Альцгеймера, УКН и СКН крайне важно оптимизировать уровень гормонов. По статистике, многие пациенты с типом 3 сталкиваются с когнитивными проблемами в период менопаузы или перименопаузы. При наличии симптомов типа 3 БА или когнитивного снижения, пожалуйста, обсудите биоидентичную гормональную терапию со своим лечащим врачом.

3. Тестостерон – еще один важный музыкант в синаптическом оркестре, его оптимальный уровень способствует укреплению синапсов. Если вы столкнулись с ухудшением когнитивных функций или находитесь в группе риска, обсудите с лечащим врачом методы оптимизации уровня тестостерона.

Для мужчин: особенно важно, если уровень общего тестостерона ниже 300 нг/дл или уровень свободного тестостерона ниже 6 пг/мл (для женщин целевые показатели намного ниже; у них уровень общего тестостерона должен варьировать в пределах 30–70). Как и другие гормоны, это мощная молекула, которая воздействует на весь организм, включая мозг. Таким образом: (1) Для достижения оптимальных показателей прибегните к помощи специалиста. При пониженном тестостероне принимайте тестостерон гель, крем или специальные пищевые добавки. (2) Отслеживайте побочные реакции, контролируйте ПСА (простатический специфический антиген) с целью диагностики рака простаты, а также индекс кальций скоринга или результаты тредмил-теста (диагностика сердечно-сосудистых заболеваний). (3) Отслеживайте когнитивный ответ и принимайте минимальную эффективную дозу. (4) Если хотите бросить, не доводите себя до тестостероновой ломки; отказывайтесь от добавок постепенно, так как внезапный дисбаланс между уровнем гормонов и количеством рецепторов тестостерона очень опасен. Он ведет к потере синапсов и ухудшению когнитивных функций.

Оптимизация уровня тестостерона будет полезна и женщинам, но, как я уже говорил, целевые показатели для них будут гораздо ниже.

4. Функция надпочечников – кортизол, прегненолон и ДГЭА. На фоне стресса надпочечники начинают активно работать, и это и хорошо и плохо одновременно. С одной стороны, стрессовый ответ защищает организм от всевозможных угроз, включая патогены, с другой – высокий уровень кортизола приводит к повреждению нейронов гиппокампа. Вам нужна золотая середина: не высокая и не низкая концентрация гормонов надпочечников. Прегненолон – это верховный стероид, из которого образуются эстрогены, тестостерон, кортизол и другие гормоны. В состоянии стресса ваш организм «ворует» прегненолон и использует его для синтеза кортизола, сокращая выработку эстрадиола и тестостерона. «Прегненолоновое воровство» – довольно распространенное явление. Устранить его можно с помощью прегненолоновых добавок, отпускаемых без рецепта врача. Начните с 10 мг в сутки, а затем дойдите до 25 мг или иной дозы, которая будет способствовать поддержанию уровню прегненолона в пределах 50–100 нг/дл.

Если уровень кортизола в утренних пробах низкий (ниже 8 мкг/дл), нужно пройти дальнейшее обследование, так как это может быть признаком плохой реакции на стресс. Если уровень утреннего кортизола, наоборот, высокий (выше 18 мкг/дл), необходимо сдать дополнительные анализы на выявление скрытых факторов стресса, например инфекции.

В ТЕЧЕНИЕ ДВУХ ЛЕТ ЛИЗА (52 ГОДА) ЖАЛОВАЛАСЬ НА ПРОБЛЕМЫ с памятью и речью. Однажды она забыла выключить плиту и устроила пожар. В ее роду были неоднократные случаи болезни Альцгеймера. На основании нейропсихологического исследования был поставлен диагноз «УКН амнестического типа», оценка по Монреальской шкале составила 25/30 (совместимо с УКН). Гормональный фон оказался сильно нарушен. Лечащий врач направил женщину к эндокринологу, который, к большому сожалению, допустил целый ряд ошибок:

1. Он не измерил базальную температуру тела Лизы (даже не упомянул об этом) и не провел тест Thyroflex, поэтому не имел никакого представления о работе ее щитовидной железы.

2. Уровень Т3 выше нормы = 1,8; свободный Т4 в норме = 1,3; ТТГ выше нормы = 5. Это значило, что у Лизы была довольно распространенная проблема: ее организм не мог эффективно превращать Т4 (прекурсор Т3) в Т3, а повышенный уровень ТТГ свидетельствовал об общем снижении уровня гормонов щитовидной железы. Эндокринолог не стал назначать Т3, а просто увеличил дозу Т4. Делать это было абсолютно бессмысленно, ведь, как я только что сказал, Т4 не переходил в активный тиреоидный гормон Т3.

3. Уровень прегненолона был очень низким, но врач сказал, что это «всего лишь прогормон», который не играет особой роли. А на самом деле прегненолон оказывает мощное воздействие на работу мозга.

4. Он не оптимизировал уровень эстрадиола и прогестерона. Таким образом, он не понимал, насколько сильно когнитивные функции связаны с этими двумя гормонами.

Гомеостаз металлов

Медицинская догма гласит, что металлы (например, ртуть), инфекции, гипотиреоз, дефицит витамина D и каких-либо других веществ не могут вызывать развитие болезни Альцгеймера. В главе 4 я представил вам доказательства того, что ухудшение когнитивных функций, в том числе болезнь Альцгеймера, является следствием дисбаланса между образованием и разрушением синапсов. Существуют десятки факторов, которые склоняют этот баланс в отрицательную сторону, влияя напрямую или косвенно на APP (белок предшественник бета-амилоида). Известно, что APP реагирует на металлы, такие как железо, медь и цинк.

70-ЛЕТНЯЯ БЕТ СТРАДАЛА ПОТЕРЕЙ ПАМЯТИ. Она забывала только что произошедшие события, испытывала трудности с восприятием и речью, терялась в хорошо знакомых местах и почти утратила способность пользоваться техническими средствами (в том числе своим iPhone). Было выявлено носительство ApoE3/4, ФДГ-ПЭТ зафиксировала свойственный болезни Альцгеймера гипометаболизм в височной и теменной долях, амилоидная ПЭТ дала положительный ответ (также одна из характеристик БА), а МРТ показала, что объем гиппокампа был на уровне 18-й процентили для ее возраста. Концентрация органической и неорганической ртути оказалась повышена, ее общее содержание соответствовало 95-й процентили. Выведение этого металла было ниже нормы, что, по всей видимости, также способствовало отравлению.

В медицинской школе нас учат видеть разницу между болезнью Альцгеймера и «обратимыми причинами деменции». Эта в корне неправильно, потому что именно обратимые причины деменции вносят вклад в развитие патологического процесса, называемого болезнью Альцгеймера. Симптомы и анализы Бет (см. выше), Карла (глава 6) и многих других показывают истинную картину страшного заболевания, где главным источником проблем является ртуть. Это не относится ко всем пациентам с болезнью Альцгеймера, а лишь к небольшому проценту, однако важно не проглядеть признаки отравления ртутью, которые легко устранимы.

Важно вывести ртуть из организма, постепенно устраняя амальгамные пломбы у биологического стоматолога, который в процессе лечения не подвергнет вас воздействию вредного металла.

Если у вас повышен уровень ртути (особенно неорганической), советую устранить амальгамные пломбы у биологического стоматолога, который в процессе лечения не подвергнет вас воздействию вредного металла. Лучше всего избавляться от амальгамных пломб постепенно, по одной или две за посещение, пока они не будут удалены полностью. Также очень важно вывести ртуть из организма. Компания Quicksilver разработала эффективный метод, который намного мягче, чем тяжелая хелатная терапия. В ходе импульсного лечения активируется ген под названием Nrf2, помогающий организму выводить ртуть, свинец, мышьяк, железо и другие токсичные металлы.

Если у вас высокое соотношение медь/цинк (концентрация обоих металлов в норме составляет примерно 100 мкг/дл, соответственно, их соотношение должно равняться 1), следует повысить уровень цинка и снизить уровень меди, пока их соотношение не достигнет 1,3:1. Профессор Джордж Брюэр, о котором я рассказывал в главе 7, обнаружил, что устранение дефицита цинка и переизбытка меди ведет к улучшению когнитивных функций. Он дает следующие рекомендации.

1. Цинк пиколинат, 25–50 мг (не более 50 мг) ежедневно, чтобы увеличить концентрацию цинка.

2. Антиоксидант альфа-липоевая кислота, 30–60 мг ежедневно (чтобы предотвратить окислительное повреждение, связанное с высокой концентрацией меди).

3. Витамин С, 1–3 г ежедневно (чтобы связать и вывести медь).

4. Пиридоксин (витамин В_6) 100 мг ежедневно (чтобы усилить детоксикацию).

5. Марганец 15–30 мг ежедневно (для усиления антиоксидантного ферментативного действия).

6. Снижение уровня стресса.

7. Отказ от витаминов с высоким содержанием меди.

Обязательно проверьте воспалительные маркеры (например, hsСРБ), так как хроническое воспаление напрямую связано с высоким соотношением медь/цинк и когнитивным снижением.

Токсины

Детоксикация, наверное, самая сложная часть программы ReCODE по причине большого количества токсинов, которые могут способствовать ухудшению когнитивных функций. К счастью, в нашем распоряжении есть множество терапевтических методов, один из которых связан с питанием.

РАЗ В ГОД В ТЕЧЕНИЕ ЧЕТЫРЕХ ЛЕТ ПОДРЯД 59-ЛЕТНЯЯ медсестра Кэрол проходила обследование в широко известном Центре по изучению болезни Альцгеймера. На основании первого нейропсихологического тестирования ей был поставлен диагноз УКН, выявлено носительство гена ApoE 3/4, а МРТ показала выраженную атрофию гиппокампа – ниже 1-й процентили для ее возраста. Кэрол принимала мемантин, однако когнитивные функции продолжали ухудшаться, что в конце концов привело к болезни Альцгеймера. Она не могла поддерживать разговор, потеряла интерес к чтению, стала тихой и медлительной.

Когда супруг Кэрол привез ее ко мне на прием, я объяснил, что это тип 3 болезни Альцгеймера (диагноз был поставлен на основании возраста, симптомов и результатов анализов), которую, вероятнее всего, спровоцировало токсическое воздействие. Анализ мочи выявил высокое содержание микотоксинов, в том числе болезнь Лайма (последующие тесты выявили характерную для Лайма коинфекцию – Бабезии). Также у нее был повышенный уровень IgG, указывавший на повышенную чувствительность к Кладоспории травяной (Cladosporium herbarum), Пеницилла золотистого (Penicillium notatum) и голубиного помета. Тест на бактерии MARCoNS оказался положительным. Индекс ERMI дома (на степень заражения плесенью; средний показатель для жилых помещений равен нулю) составлял 6,7, что свидетельствовало о высокой концентрации плесени.

Кэрол включилась в протокол ReCODE. Для устранения микотоксинов ей был назначен глутатион внутривенно два раза в неделю. После каждого введения препарата ее состояние улучшалось, но лишь до утра следующего дня. Помимо глутатиона она принимала Колестирамин и ВИП интраназально, как часть протокола Шумэйкера по борьбе с микотоксическим воздействием. Кэрол переехала в новый дом, но, к сожалению, его индекс ERMI оказался равен 7; она стала больше времени проводить на свежем воздухе и в жилом фургоне, а находясь дома, пользовалась мобильным HEPA-фильтром. Когнитивные функции женщины практически восстановились. Спустя шесть месяцев ее супруг написал: «Сейчас Кэрол намного лучше. Она больше не теряет нить разговора и адекватно отвечает на вопросы. Моя жена снова обрела себя как личность и возобновила общение с людьми. Она готовилась к аккредитации по системе НМО (непрерывное медицинское образование), и это давалось ей значительно лучше, нежели ранее».

Вы хотите знать, подвергались ли вы воздействию высоких доз токсических веществ? Для начала ответьте на следующие вопросы:

• Вам делали когда-нибудь общий наркоз? Если да, то сколько раз?

• Вы едите рыбу с высоким содержанием ртути, такую как тунец, меч-рыба или акула? Как часто?

• У вас дома, на работе или в машине есть плесень?

• Вы едите промышленную или неорганическую пищу?

• Вас когда-нибудь кусал клещ?

• Вы принимаете лекарственные препараты?

• Вы принимаете ингибиторы протонной помпы (ИПП) для лечения гастроэзофагеального рефлюкса?

• Сколько алкоголя вы употребляете?

• Вы пользуетесь косметикой, лаком для волос, антиперспирантами?

• Как много вы потеете? (Потоотделение – важный путь выведения токсинов.)

• Вы страдаете запором? (Опорожнение кишечника – еще один путь выведения токсинов.)

• Вы пьете хотя бы 1 литр простой чистой воды в день? (Мочеиспускание – это третий путь.)

ОДНАЖДЫ КО МНЕ ЗА ПОМОЩЬЮ ОБРАТИЛСЯ МУЖЧИНА. Уже два года его 52-летняя супруга страдала когнитивными нарушениями, которые начались в период менопаузы.

Женщине был выписан сертралин (Золофт) для лечения возможной депрессии. Она испытывала трудности с речью, оплатой счетов и заполнением чеков. ПЭТ выявила все признаки болезни Альцгеймера. Когда я спросил о наличии плесени, мужчина ответил: «Нет, если не считать черную плесень в подвале дома, но, я думаю, это ерунда».

При наличии в организме тяжелых металлов (в особенности высокой концентрации ртути) или повышенном соотношении медь/цинк вы можете прибегнуть к различным методам лечения, например к хелатной терапии. Более мягкий, но высокоэффективный способ детоксикации (о нем я упомянул в разделе «Гомеостаз металлов») – это Detox Qube от компании Quicksilver.

Если источником токсического воздействия является плесень или другие микробы (биотоксины), выявленные на основании уже описанных мной тестов, оптимальное лечение будет носить сложный и специфический характер. Именно поэтому я советую прибегнуть к помощи специалиста. Лучше довериться врачу с опытом лечения заболеваний, связанных с биотоксинами, например тому, кто прошел сертификацию по применению протокола Шумэйкера (8), или врачу функциональной медицины также с опытом лечения биотоксических болезней (9).

1. Первое: если анализы, о которых я рассказывал в главе 7, выявили наличие патогенов, например MARCoNS или других видов грибков, лечащий врач должен назначить вам лечение по схеме, описанной мной в разделе об околоносовых пазухах.

Есть несколько способов деактивировать и вывести биотоксины и улучшить работу мозга у пациентов с типом 3 болезни Альцгеймера, УКН и СКН.

• Глутатион внутривенно, который является мощным антиоксидантом и антитоксином, способен быстро восстановить когнитивные функции, но обычно лишь на пару часов. Тем не менее введение препарата два раза в неделю может способствовать устойчивому прогрессу. В качестве альтернативного варианта предлагаю увеличить дозу глутатиона за счет липосомного глутатиона, глутатион спрея или N-ацетилцистеина в капсулах.

• ВИП (вазоактивный интестинальный пептид) интраназально обеспечивает трофическую поддержку головного мозга. Обычно его назначают, когда тест на MARCoNS дает отрицательный ответ. Прием препарата ассоциируется с улучшением когнитивных функций.

• Некоторые продукты усиливают детоксикацию. Это кориандр, крестоцветные овощи (цветная капуста, брокколи, различные сорта капусты, кале, редька, брюссельская капуста, турнепс, водяной кресс, кольраби, брюква, руккола, хрен, мака перуанская, рапини, дайкон, васаби, бок-чой), авокадо, артишоки, свекла, одуванчики, чеснок, имбирь, грейпфрут, лимон, оливковое масло и морские водоросли.

• Вы можете ускорить скорость выведения токсинов, связывая их в кишечнике с помощью Колестирамина, Велхола (Welchol) или гуггула (или Хлореллы, если речь идет о тяжелых металлах). Еще один способ – это посетить сауну, а затем принять душ с использованием натурального мыла (например, кастильского). Или пейте много воды, способствуя частому мочеиспусканию.

• Пациенты, страдающие биотоксическими заболеваниям, показывают лучшие результаты на фоне биоидентичной гормональной оптимизации.

2. Второе: по завершении лечения восстановите микрофлору кишечника. Как это сделать, указано в разделе, посвященном пробиотикам для носа и околоносовых пазух.

3. Третье: устраните источник(и) патогенов. Если визуальный осмотр или индекс ERMI свидетельствует о наличии плесени дома, в машине или на рабочем месте, у вас есть несколько вариантов. Например, проводите больше времени на свежем воздухе, хотя здесь есть некоторые ограничения, ведь вы же не хотите вечно жить в палатке. В качестве альтернативы купите мобильный HEPA-фильтр, например от компании IQAir. А еще я советую приобрести книгу доктора Ричи Шумэйкера «Выживающая плесень» (Surviving Mold), где вы найдете множество полезных советов (10).

Глава девятая

Успех и социальные сети: распорядок дня на примере двух пациентов

«Успех – это как высоко ты подпрыгнул, ударившись об дно».

ДЖОРДЖ ПАТТОН

Джулия – одна из многих, кто смог вернуться к нормальной жизни благодаря ReCODE. Она следует программе уже пять лет и согласилась рассказать о своем распорядке дня. За довольно продолжительный срок нам удалось сильно расширить лечение, чтобы устранить различные факторы риска. Вас не должно это смущать, потому что (как я уже говорил) протокол носит уникальный характер, он оптимизируется под конкретного человека, и вы можете адаптировать для себя элементы программы и включаться в нее постепенно.

ДЖУЛИЯ С УЖАСОМ УЗНАЛА, ЧТО ОНА ГОМОЗИГОТНА по аллели ApoE4. В 49 лет у нее началось резкое ухудшение когнитивных функций. Больше всего страдала память, женщина терялась в знакомых местах, забывал имена и лица людей. До прохождения генетического анализа она и подумать не могла, что это может быть болезнь Альцгеймера. К сожалению, одной из ее двоюродных сестер также был поставлен страшный диагноз в довольно раннем возрасте. Джулия позвонила неврологу, специализирующемуся на болезни Альцгеймера, и после нескольких месяцев ожидания наконец попала к нему на прием. Рассказав о своем генетическом статусе и симптомах, она попросила остановить деменцию и, если возможно, вернуть ей утраченное здоровье. В ответ врач лишь пожелал женщине удачи, тем самым поставив на ней крест (мы, неврологи, не славимся хорошими манерами). Джулия оказалась наедине сама с собой. Примерно 7 миллионов американцев являются носителями двух копий аллели ApoE4, более 99 % из них даже не подозревают об этом. Еще 75 миллионов являются носителями одной копии ApoE4. Как вы можете представить, информация об ApoE статусе для человека, страдающего когнитивными нарушениями, сродни выстрелу в упор.

В начале лечения когнитивные способности Джулии находились на уровне 35-й процентили для ее возраста. Однако спустя всего пару месяцев их оценка стала соответствовать 98-й процентили. И сейчас после пяти лет следования программе она находятся на этой же отметке. Джулия очень внимательно следила за изменениями мышления и памяти, поэтому тщательно записывает, что идет ей на пользу, а что нет. Так часто поступают люди, которые добиваются больших успехов благодаря программе. Предлагаю вашему вниманию распорядок дня Джулии. Хочу сказать ей огромной спасибо за то, что она согласилась поделиться им со всеми нами.

• Я сплю по 7–8 часов и стараюсь просыпаться без будильника (хотя это не всегда возможно!).

• Я пропускаю завтрак и пью органический кофе без сливок с небольшим количеством 100 % натуральной стевии. Это обязательно. Даже маленькая порция кофе заряжает меня бодростью и улучшает работу мозга.

• Если очень хочу есть (бывает довольно редко), то принимаю с утра капсулу с маслом МСТ (среднецепочечные триглицериды), чтобы запустить кетоз. [Она использует кетометр (см. приложение В) и поддерживает уровень кетонов в крови в пределах 0,5–2 ммоль/л. Кетометр оценивает концентрацию бета-гидроксибутирата, одного из трех кетоновых тел. Умеренному кетозу способствуют голодание, физические нагрузки и низкоуглеводная, высокожировая диета.]

• Я применяю аюрведическую практику, которая называется oil pulling: в течение пяти минут полощу рот кокосовым маслом, затем чищу зубы пастой без фтора. (Полоскание рта маслом стало популярным много веков назад, оно способствует устранению опасных бактерий, отбеливанию зубов и восстановлению микрофлоры полости рта.)

• Я стараюсь избегать токсичной косметики и туалетных принадлежностей. Использую дезодорант и солнцезащитный крем без алюминия, а лак для ногтей заменила кокосовым маслом. В целях безопасности я проверила все свои косметические средства по базе данных Skin Deep, созданной при поддержке неправительственной рабочей группы по охране окружающей среды (EWG): http://www.ewg.org/skindeep/.

• Я принимаю рыбий жир (1000 мг ДГК) и куркумин перед выполнением физических упражнений, которые я делаю, чтобы увеличить уровень НТФМ (нейротрофический фактор мозга, способствующий укреплению нейронов и обладающий антидементивным эффектом).

• Я бегаю/хожу по 50–60 минут каждый день, даже в плохую погоду. Жара, мороз, дождь, снег и сильный ветер дарят вдохновение. Преодолевая себя, я становлюсь сильнее. Кроме того, свежий воздух благотворно влияет на здоровье.

• Во время ходьбы я слушаю медитативную музыку.

• Иногда во время ходьбы я выполняю когнитивные задачи: произношу алфавит в обратном порядке или считаю по убыванию от 100 через девять, восемь, семь и т. д.

• Чтобы вывести из организма токсины, перед завершением голодания я выпиваю стакан воды комнатной температуры с лимоном и/или имбирем.

• Первый раз за день я ем после 12 часов дня, когда заканчивается 15–16 часовое голодание.

• Обычно мой первый прием пищи состоит из двух яиц от кур, выращенных на пастбищах (они богаты омега-3), и большой порции местных органических безкрахмальных овощей. Главное предпочтение я отдаю брокколи, кале, шпинату и ферментированным овощам. Источником витамина А служат сырая морковь и пара кусочков сладкого картофеля. Я свободно использую богатое полифенолами оливковое масло extra virgin, сушеные морские овощи (содержат йод), розовую гималайскую соль, свежие сезонные травы и специи.

• Я снова чищу зубы с пастой и нитью (и так после каждого приема пищи).

• Я принимаю оставшиеся «утренние» добавки: витамин D_3 и К_2 (обязательно вместе с источником витамина А и жирами, чтобы повысить растворимость и биодоступность.) Также я пью ALCAR (ацетил-L-карнитин), цитиколин, убихинол, ПХХ (пирролохинолинхинон), имбирь и небольшую, разделенную на два приема (дневной и вечерний) дозу NАЦ (N-ацетилцистеин) и альфа-липоевой кислоты. Дополнительно я принимаю витамин В_1 (тиамин), чтобы способствовать гомеостазу глюкозы, метилкобаламин, метилфолат и П-5-Ф (пиридоксаль-5-фосфат), чтобы снизить уровень гомоцистеина. А также пробиотик VSL#3.

• У меня сидячая работа, поэтому каждый час я стараюсь встать и подвигаться в течение 10–15 минут. Если работаю дома, то в это время я занимаюсь уборкой: стираю, подметаю, мою посуду, пропалываю грядки и т. д. Домашние дела дарят движение, поэтому я изменила к ним свое отношение, а чувство радости и благодарности – залог отличного настроения.

• Два раза в неделю я посещаю класс йоги, которая помогает развивать гибкость и силу. Стараюсь практиковать ее ежедневно.

• В течение дня маленькими глотками я пью японский зеленый чай и один стакан мясного бульона (жир удален). Это помогает воздержаться от перекусов.

• Я принимаю ресвератрол и НАД (NAD) в определенное время, чтобы активировать ген SirT1. По некоторым данным, если сочетать эти добавки с физическими нагрузками, то эффект будет гораздо выше. На личном опыте я убедилась, что при приеме на ночь они мешают заснуть, поэтому лучше пить их в середине дня (через пару часов после занятий спортом), чтобы насладиться приливом энергии.

• Обычно в середине дня я устраиваю себе перерыв и 20 минут посвящаю когнитивным упражнениям. Я использую Lumosity и BrainHQ по очереди, чтобы эти программы мне не наскучили. Главное – максимум удовольствия и никакого стресса. Моя цель – повторить или улучшить вчерашний результат.

• После «гимнастики» для мозга я люблю медитировать. Отстраниться от всего мирского и суетного на 15 минут – бесценно.

• Второй раз за день я ем между 17:00 и 18:00. Мой ужин обычно состоит из дикой рыбы (обожаю аляскинскую нерку) и огромной порции салата, приготовленного из всевозможной зелени, красной капусты, авокадо, орехов, семян и безкрахмальных овощей. Также я использую розовую гималайскую соль, бурые водоросли в гранулах, свежие сезонные травы и специи вместе с высококачественным бальзамическим уксусом, лимон и богатое полифенолами оливковое масло extra virgin. Иногда балую себя небольшим количеством (2 унции) сухого красного вина, например Каберне.

• После ужина я иду гулять вместе с мужем или подругой и по дороге всегда останавливаюсь поболтать с соседями. А еще мне нравится заниматься каякингом на нашем озере.

• Пару раз в неделю я позволяю себе десерт. Я смешиваю сырые грецкие орехи, кусочки миндаля, кокосовую стружку, пару диких органических ягод, сбрызгиваю все несладким кефиром (от коров А2) и добавляю небольшое количество 100 % натуральной стевии. Альтернативный вариант – это долька темного шоколада (86 % какао или больше).

• Я не ем после 19:00 и стараюсь лечь спать до 22:00. За пару часов до сна надеваю очки «блю-блокеры» (для защиты глаз от синего света), приглушаю свет и воздерживаюсь от занятий спортом, активной работы и разговоров. Также на моем планшете, компьютере и телефоне установлен фильтр синего света.

• Вечернюю порцию добавок я принимаю примерно за час до сна. Это цират магния (магний треонат оказывает слишком сильный седативный эффект), ашвагандха и мелатонин. Помимо этого, я пью небольшую дозу NАЦ (N-ацетилцистеин) и альфа-липоевой кислоты вместе с пробиотиком – MegaSporeBiotic.

• По вечерам я принимаю тестостерон и эстроген (и два раза в неделю накладываю кожный эстрогеновый пластырь), а также прогестерон орально.

• Мой муж – пилот, и у него ненормированный график работы, поэтому, когда ему нужно рано вставать или он должен вернуться домой поздно ночью, я ложусь спать в отдельной комнате.

• Перед сном я полностью выключаю свет, чтобы он не помешал выработке мелатонина. Все электронные приборы в спальне имеют противорадиационные экраны, кроме того, перед тем, как лечь в кровать, я всегда переключаю их на режим полета. А еще обязательно проветриваю комнату и наношу масло лаванды или розмарина на простыни – мой секрет расслабления и здорового сна.

Не переживайте, зубрить это я никого не заставлю! Важно понимать: каждая программа сугубо индивидуальна, поэтому данный вариант может вам совсем не подойти. Кроме того, не нужно делать все и сразу. Аспекты ReCODE не должны исключать прием препаратов, выписанных вам для лечения деменции, а наоборот, повышать их эффективность. Главное – начать действовать как можно раньше – лучше при появлении первых признаков когнитивных нарушений или при осознании риска на основании генетического теста, истории болезни, анализов крови или томографии.

Протокол носит уникальный характер, вы можете адаптировать для себя его элементы и включиться постепенно. Не нужно делать все и сразу, главное – начать действовать как можно раньше.

Для сравнения хочу предложить вам вариант лечебной программы Келли. После серьезных проблем с памятью и трудностей на работе она постепенно возвращается к нормальной жизни. Как вы увидите, Келли изменила и даже исключила некоторые аспекты протокола (и проявляет в этом отношении недюжинное упорство!). Не выполняя всех предписаний, она следует собственным ощущениям и, когда когнитивные функции ухудшаются, снова активно берется за дело. Я уверен, оптимизировав программу прямо сейчас, женщина добилась бы больших успехов, но пока все мои увещевания оказываются напрасны, да и Келли чувствует себя очень хорошо!

Режим Келли:

• Семь-восемь часов сна каждую ночь. 3 мг мелатонина перед сном и 500 мг триптофана (помогает избавиться от навязчивых мыслей тем, кто часто просыпается среди ночи). Келли отслеживает время сна с помощью специального приложения на телефоне.

• 12-часовое ночное голодание.

• Аэробные упражнения 30–45 минут в день шесть раз в неделю.

• Йога 60–90 минут пять раз в неделю.

• Трансцендентальная медитация 20–30 минут два раза в день.

• Безглютеновая, низкогликемическая, преимущественно растительная диета. Келли пьет кофе и иногда красное вино.

• Она проходит гормонозаместительную терапию (ГЗТ), но не биоидентичную: 2,5 мг медрокиспрогестерона орально через день и 2 мг эстрадиола орально (эстрадиол следует вводить трансвагинально (не орально), так он более эффективен и не оказывает токсичного воздействия на печень).

• 88 мкг левотироксина (T4) в сутки плюс одна дополнительная доза каждую субботу. (Это уместно, если организм эффективно превращает Т4 в активный Т3. Многим людям бессмысленно принимать относительно неактивный Т4).

• 3000 МЕ рыбьего жира в сутки.

• 2000 МЕ витамина D_3 в сутки. (Любую дозу выше 1000МЕ следует сочетать с 100–250 мкг витамина К_2).

• Ежедневный прием поливитаминов.

• 500 мг цитиколина в сутки.

• 2100 мг куркумина в сутки (на голодный желудок или вместе с хорошими жирами для лучшего всасывания).

• 250 мг Бакопы Монье в сутки (лучше всего два раз в сутки).

• 1000 мг ашвагандхы в сутки.

• Пробиотики и 3 столовые ложки пищевых дрожжей.

Келли не занимается силовыми упражнениями, не тренирует мозг с помощью специальных программ, проходит субоптимальную гормонозаместительную терапию (оральный, а не трансвагинальный биоидентичный эстрадиол) и, возможно, неполное лечение щитовидной железы, не принимает йод (в некоторых случаях низкий уровень гормонов щитовидной железы вызван дефицитом йода), не сдавала анализы на активность врожденного иммунитета, поэтому не знает, способствует ли он когнитивным изменениям. А еще женщина не принимает ресвератрол или магний треонат, не проверяет, находится ли она в состоянии умеренного кетоза, и не пьет масло МСТ. Однако предпринимаемые меры идут ей на пользу. Если она и дальше продолжит отслеживать свой статус и оптимизировать программу в случае регресса, все будет хорошо.

На примере Келли, которая выполняет далеко не каждый пункт протокола ReCODE, можно сделать вывод: немного лучше, чем ничего, но хуже, чем все.

Как я уже говорил, Джулия гомозиготна по аллели ApoE4, т. е. она является носителем двух копий этой генетической вариации. У таких людей риск развития болезни Альцгеймера в десять раз выше, чем у обычного населения. Совершенно случайно женщина попала на сайт социальной сети ApoE4.info, который объединяет тех, кто в результате генетического теста узнал о носительстве аллели ApoE4 (гетерозиготные или гомозиготные – т. е. одна копия или две). Все они слышали о главной медицинской догме, что болезнь Альцгеймера нельзя отсрочить, предотвратить и вылечить, поэтому многие из них столкнулись с отчаянием и полным одиночеством. Пару лет назад эти люди из разных уголков мира стали переписываться, а затем основали платформу ApoE4.info.

Здесь они обсуждают новые исследования, общаются со специалистами, сравнивают рекомендации и планы лечения и даже проводят свой эксперимент под названием «n = 1», т. е. пробуют на себе (это 1) определенные программы, отслеживают биомаркеры и делятся результатами. Они спешат опубликовать каждую крупицу информации (даже вопреки запретам лечащих врачей), которая может оказаться полезной. Участники форума (посты публикуются анонимно под заголовком) помогают друг другу разобраться в большом объеме литературы, посвященной болезни Альцгеймера и ApoE4.

Когда в III в. до нашей эры Архимед сказал: «Дайте мне точку опоры, и я переверну Землю» (только на греческом!), он и не подозревал, что в веке XXI этой точкой опоры станут электроны, силикон и коллективная синаптическая сеть миллиардов нервных систем. Я думаю, он согласился бы с утверждением, что социальные сети движут миром. А еще они движут людьми и заставляют их взять свою когнитивную судьбу в руки.

В мае 2015 года произошло знаменательное событие. Участники форума ApoE4.info впервые встретились лично в Институте исследования старения им. Бака. Многие из них следовали лечебной программе, которую я опубликовал за пару месяцев до этого. После лекций мы уселись за круглый стол в стеклянной комнате, и каждый стал рассказывать, как врачи ставили на нем крест, как с полной уверенностью говорили, что болезнь Альцгеймера неизлечима, вспоминали отчаяние близких и свою беспомощность перед страшной угрозой (у многих носителей ApoE4 не было признаков потери памяти). Это было одним из величайших событий, в которых мне доводилось участвовать. С умилением я смотрел, как люди узнавали друг друга по никам: «Я – «Так держать, детка»! А я – «Пропавшая в море». Другие восклицали: «Ах, так это ты!» Дальше следовали объятия, слезы и невероятный заряд надежды.

Вторая встреча носителей ApoE4 состоялась в августе 2016 года в Боулдере (Колорадо) на симпозиуме, посвященном наследственному здоровью (Ancestral Health Symposium). Я тоже принимал в нем участие и должен признаться, что это было очень эмоционально. Почти все 600 участников форума ApoE4.info следовали протоколу ReCODE. И снова они делились свои опытом и рассказывали, как страшно им было узнать о носительстве аллели ApoE4. Одна из участниц, научный сотрудник, сказала, что зарегистрировалась на сайте пару месяцев назад и теперь, наслушавшись историй успеха, с оптимизмом смотрит в будущее. В ее глазах я не увидел не малейшей доли отчаяния. А еще она призналась, что знакома с парой людей, которые добились очень больших результатов благодаря программе, и сама надеется на выздоровление.

Симпозиум проходил на пятом этаже Мемориального центра Университета Колорадо. Был чудесный августовский субботний день. На какое-то мгновение я закрыл глаза и подумал: передо мной сидит женщина, которая не боится болезни Альцгеймера. Не боится, не потому что она не осведомлена, находится под действием транквилизаторов или совершенно опустила руки, наоборот, она образованна и умна. Она знает, каких выдающихся результатов смогли добиться участники ApoE4.info, знает, что ее генетический статус схож с генетическим статусом всех этих людей и небезосновательно настроена на лучшее.

С возрастом нас больше всего пугает только одна проблема – ухудшение когнитивных функций. Те, кому поставлен страшный диагноз, погружаются в бездну болезни Альцгеймера без какой-либо надежды на помощь. Социальная сеть с ее постоянным анализом, сравнением и оценкой, индивидуальный подход в лечении, обширная база данных и всеобъемлющий оптимизм постепенно меняют историю медицины. Это был удивительный момент, навсегда запечатленный моими синапсами.

Социальная сеть – наш путь к миру без деменции. Она позволяет сравнивать наблюдения, собирать информацию, выявлять проблемы и их решения, делиться положительным и негативным опытом, призывать к профилактике и дарить надежду пациентам, находящимся на разных стадиях заболевания (включая бессимптомную). Тысячи людей по всему миру должны последовать примеру участников форума ApoE4.info и объединить свои силы ради успеха.

ПОСТСКРИПТУМ: Сегодня Джулия сообщила мне, что сайт ApoE4.info насчитывает уже примерно 800 участников, 99 % из которых следуют лечебному протоколу. Многие делают большие успехи. Этот звонок наполнил мой день смыслом.

Часть четвертая

Максимизируем успех

Глава десятая

Собираем все воедино: у вас получится

«Секрет неуклонного движения вперед в том, чтобы сделать первый шаг».

МАРК ТВЕН

В этой главе я расскажу о том, что составляет основу протокола ReCODE, тем самым сделав его более доступным. Далее представлена таблица, на которую вы можете опираться во время лечения. Вы увидите, что ничего сложного нет. Научные объяснения, лабораторные тесты и нюансы лечения, описанные мной с врачебной скрупулезностью, сводятся к пяти ключевым факторам, провоцирующим ухудшение когнитивных функций в 99,9 % случаев. Бросить «тяжелую артиллерию» следует на:

1. Инсулинорезистентность.

2. Воспаление/инфекции.

3. Оптимизацию уровня гормонов, питательных веществ и трофического фактора.

4. Токсины (химические, биологические и физические).

5. Восстановление и защиту синапсов.

ReCODE: Основной план

На словах все просто, главное – взяться за дело! У вас получится!

Протокол ReCODE охватывает огромное количество людей, на примере которых я вижу, что именно способствует достижению наилучших результатов. Некоторые вещи очевидны, а другие, наоборот, вызывают удивление.

1. Чем быстрее вы начнете лечение, тем выше шансы на полное выздоровление и защиту. Одна женщина как-то сказала мне, что не готова включиться в программу лечения. «У меня практически нет никаких симптомов, – сказала она, – а вот когда мое состояние ухудшится, я вам позвоню». Нет, нет и еще раз нет! Чем быстрее вы начнете, тем лучше, потому что патофизиологические процессы, лежащие в основе болезни Альцгеймера, протекают десятки лет. Судить о стадии заболевания по симптомам ни в коем случае нельзя. В идеале программу ReCODE следует применять как профилактическую меру. Почти все знают, что в 50 лет необходимо пройти колоноскопию, а в 45 лет (или как можно скорее после достижения этого возраста) необходимо задуматься о «когноскопии», описанной мной в главе 7. Совсем несложно проверить свою генетику, биохимию, когнитивные функции и пройти томографию (особенно эффективна при отсутствии симптомов). Если вы против превентивных мер, важно приступить к обследованию и терапии при первых признаках когнитивного снижения. На сегодняшний день все пациенты с субъективными когнитивными нарушениями (СКН) смогли вернуться к нормальной жизни благодаря протоколу, поэтому не затягивайте с лечением.

2. Привыкайте к протоколу в течение шести месяцев. Меняться очень сложно, поэтому не корите себя, если не сумеете сразу привыкнуть к новой диете, режиму сна и физических нагрузок, о которых я говорил ранее. Через один-два месяца вам станет легче. Главное – не сдавайтесь! Чтобы увидеть результат, необходимо придерживаться программы, направленной на устранение ваших проблем, в течение примерно полугода. И запомните: если будете выполнять лишь некоторые пункты лечения, то вряд ли добьетесь успеха.

ВПЕРВЫЕ ПРОБЛЕМЫ С ПАМЯТЬЮ НАЧАЛИСЬ У ЛАУРЫ, когда ей было за семьдесят. В этом же возрасте у ее матери развилась тяжелая деменция. Обследование показало нарушение обмена веществ, включая субоптимальный уровень гормонов: повышенный гомоцистеин и дефицит витамина В_12. Устранить данные отклонения не стоит особого труда, поэтому спустя пару месяцев следования программе ReCODE она стала более восприимчивой. И все же у нее наметился регресс. В результате оказалось, что женщина следовала протоколу выборочно. Она извинилась, но сказала, что обожает сладости и не может от них оказаться, не хочет заниматься спортом и менять питание. Тренер по здоровью просиживал с Лаурой часами, но она упорно не хотела продолжать лечение, несмотря на первые положительные результаты. Увещевания родственников также не увенчались успехом. На сегодняшний день ее состояние продолжает ухудшаться.

Да, отказываться от привычного рациона – настоящее испытание, но это не единственная проблема. Люди не верят, что диета способна существенным образом повлиять на работу мозга и риск развития деменции, о чем свидетельствуют все новые и новые исследования (например, в отношении средиземноморской диеты). Когда к пациентам стали приходить наши тренеры по здоровью, оказалось, что никто не следовал назначенному рациону питания! Мы не просто так предлагаем вам изменить свое поведение, каждый аспект имеет определенное значение и направлен на улучшение когнитивных функций, поэтому запаситесь терпением. Также немаловажную роль играет помощь тренера по здоровью, поддержка родных и внимание врачей.

3. Выявите конкретные проблемы, не лечитесь вслепую. Меня часто спрашивают, что самое главное в протоколе. Питание? Гормоны? Устранение воспаления? Самое главное – пройти тщательное обследование, о котором я рассказывал в главе 7. Только тогда вы и ваш лечащий врач сумеете понять, какие факторы спровоцировали ухудшение когнитивных функций. Более того, если после нескольких месяцев следования протоколу ReCODE пациент не заметит никаких улучшений, необходимо разобраться, что именно тормозит лечение. Обычно субоптимальными оказываются 10–25 лабораторных показателей, выявив которые вы сможете концентрироваться на соответствующих аспектах ReCODE и начнете подстраиваться под программу, вместо того чтобы подстраивать ее под себя.

4. Продолжайте оптимизировать лечение. В отличие от обычной монотерапии (таблетки) протокол ReCODE предполагает дальнейшую оптимизацию. Меняя программу в соответствии с результатами лабораторных анализов и реакцией организма, можно получить максимум пользу. Особенно это касается тех, кто хорошо осознает свой когнитивный статус. Отслеживать его можно с помощью нейропсихологических онлайн-тестов, например BrainHQ, Lumosity, Dakim, Cogstate и др. Однако даже на фоне улучшений я рекомендую сдавать анализы, чтобы не выпасть из оптимальных пределов и проводить оценку когнитивных функций. Делать это следует раз в 4–6 месяцев. Мы бежим марафон, а не спринт, поэтому оптимизация – это наше все. Дальнейшее улучшение работы мозга вас приятно удивит.

5. Будьте внимательны к результатам лабораторных анализов. Есть порог, который нужно преодолеть, чтобы синаптобластические процессы (сохранение синапсов, образование и поддержание памяти) взяли верх над синаптокластическими (разрушение синапсов, потеря памяти и когнитивных функций). Даже пройдя обследование и выявив факторы, провоцирующие деменцию, вы не узнаете, сколько нарушений следует устранить, чтобы склонить баланс в правильную сторону. Нельзя напрямую измерить, где находится этот порог, да и у всех людей он, скорее всего, разный. Вот почему очень важно оптимизировать максимальное число показателей.

ПРОБЛЕМЫ С ПАМЯТЬЮ У ДИАНЫ СОВПАЛИ С НАЧАЛОМ климакса. Женщина хорошо реагировала на программу ReCODE, однако спустя год заметила, что память снова стала ухудшаться. Несмотря на регресс, она не сразу прошла повторное обследование, а когда все-таки сдала анализы, оказалось, что уровень эстрадиола упал до 0, более чем 100 пиктограммов на миллилитр. Лечащий врач Дианы вместо трансвагинального гормона (отличная абсорбция) назначил ей трансдермальный (плохая абсорбция). Женщина вела дневник, из которого стало очевидно, что эти изменения в течение месяца спровоцировали ухудшение памяти.

Иногда преодолеть порог позволяет оптимизация уровня некоторых гормонов, оптимизация сна, прием глутатиона внутривенно, сокращение уровня стресса или умеренный кетоз. Очень важно не упускать из виду ни одной детали. Параметры обмена веществ покажут, насколько правильно вы действуете, открывая путь к когнитивному успеху.

6. Делайте все, что в ваших силах – не обязательно следовать каждой части ReCODE. Если вы преодолели порог сохранения/разрушения синапсов, значит, находитесь в хорошей форме. Нулевой пациент следует двенадцати рекомендациям из тридцати шести и отлично себя чувствует. Такая схема подходит далеко не всем. При наличии факторов, способствующих ухудшению когнитивных функций, вы продолжаете оставаться в группе риска, поэтому старайтесь не игнорировать другие элементы протокола. Хотя довольно эффективно нацелиться на устранение главных виновников нарушения работы мозга.

7. В течение последующих дней/недель после изменения протокола следите за состоянием когнитивных функций: они улучшились, ухудшились или остались без изменений. Результаты, совпадающие во времени, не всегда имеют причинно-следственную связь, однако в большинстве случаев людям, чей метаболизм, лабораторные и другие показатели реагируют на различные составляющие индивидуального протокола, удается восстановить когнитивные функции, причем на долгое время. Однако не стоит забывать, что когнитивное снижение – и нейродегенерация в целом – носит прогрессирующий характер, т. е. усугубляется все больше и больше. Отсутствие прогрессирования (если ваше состояние остается прежним, пусть и неидеальным) – признак того, что вы находитесь на верном пути, а даже незначительное улучшение – это маленький шаг к большой победе.

8. Лучшее не должно быть врагом хорошего. На фоне повышенной концентрации инсулина натощак и инсулинорезистентности, хронического воспаления или воздействия дементогенов ваш когнитивный статус вряд ли улучшится. В ответ на угрозу головной мозг продолжит вырабатывать амилоид, который «дает жизнь» разрушающему синапсы квартету. Однако по мере улучшения метаболических и токсических параметров (когда у мозга пропадет необходимость синтезировать амилоид) когнитивные функции должны начать восстанавливаться, даже если результаты лабораторных анализов будут далеко не оптимальными. У одного моего пациента были отклонения по двадцати четырем показателям, а теперь посмотрите, чего он смог добиться за десять месяцев следования ReCODE.

У него улучшилось восприятие, а проведенная МРТ зафиксировала положительную динамику. Как вы видите, это произошло на фоне восстановления обменных процессов, еще не достигших оптимальной отметки. К примеру, уровень инсулина натощак снизился с 32 до 8, тогда как таргетный показатель составляет 4,5 или ниже. Уровень hsСРБ (ключевой индикатор воспаления) упал с 9,9 до 3, а в идеале он должен быть ниже 1,0. Вывод: следуйте за цифрами, и они приведут вас к умственному здоровью. Не расстраивайтесь, если вам не удастся быстро достичь цели. Главное – двигайтесь в правильном направлении метаболически, а когнитивные результаты приложатся.

9. Записывайте свой когнитивный статус, чтобы знать, на каком этапе вы находитесь, а также любые улучшения и необходимые доработки. Если лабораторные анализы направляют ход лечения, то ваш функциональный статус служит показателем прогресса или его отсутствия. Отслеживать его можно с помощью стандартных количественных нейропсихологических тестов или онлайн-тестов от BrainHQ, Lumosity, Dakim, Cogstate и других компаний, создающих трейнинги для мозга. Отсутствие положительной динамики по прошествии месяцев свидетельствует о том, что вам необходимо внести изменения в протокол и/или выявить дополнительные потенциальные факторы, способствующие когнитивным изменениям.

Вы можете записывать свой структурный статус при прохождении волюметрической МРТ от компаний Neuroreader и NeuroQuant (на данный момент ее стоимость составляет менее 100$, но, как правило, страховка покрывает эти расходы). Волюметрическая МРТ – отличное средство, позволяющее оценить атрофию различных участков головного мозга.

10. Пользуйтесь преимуществами социальных сетей. Иногда очень полезно прибегнуть к помощи людей, находящихся в той же ситуации, обсудить с ними свои симптомы, проблемы, поведать о тревогах и задать неразрешенные вопросы. Это можно сделать лично или через интернет, например в группе ApoE4.info.

11. Никогда не бросайте лечение резко. Наши биологические системы – не водопроводные краны, которые можно быстро открывать и закрывать. Если вы хотите отказаться от гормонозаместительной терапии, Арисепта, тиреоидного гомона или другого лечения, делайте это очень и очень медленно. К примеру, внезапное прекращение приема Арисепта способно спровоцировать резкое ухудшение когнитивных функций.

12. Придерживайтесь программы. ReCODE положительно влияет не только на работу мозга, но и на обмен веществ, восстанавливает контроль глюкозы, нормализует вес и способствует детоксикации. Когда первые пациенты стали показывать хорошие результаты, я надеялся, что в случае прекращения лечения, неприятные симптомы не дадут о себе знать долгое время. Процессы, лежащие в основе деменции, протекают годами, поэтому теперь, когда состояние человека улучшилось, снова потребуются годы, чтобы они вновь набрали силу. К сожалению, я ошибался. Регресс намечался через две недели после прекращения терапии. Когда пациенты возобновляли лечение, начиналось постепенное улучшение, однако лучше придерживаться программы постоянно.

Мы не знаем, почему прекращение программы ведет к такому резкому ухудшению когнитивных функций. Можно предположить следующее: когда государство направляет войска в проблемную зону, а затем война прекращается, там остаются миротворческие силы, готовые погасить любой новый конфликт. По такому же принципу действует и иммунная система: она оставляет в головном мозге амилоидные «войска» для борьбы с микробами, тяжелыми металлами и токсинами, несмотря на то, что ReCODE активно их устраняет. Иммунитет прячет амилоиды в биологическом «форте» (амилоидных бляшках), которые не повреждают клетки мозга, но всегда готовы ринуться в бой при необходимости, т. е. в случае прекращения лечения и нарастания факторов повреждения синапсов. В ответ на угрозу бляшки высвобождают амилоидные молекулы, разрушающие синапсы и провоцирующие ухудшение когнитивных функций.

Не стоит резко отказываться от программы при появлении хороших результатов: регресс намечается уже через две недели после прекращения терапии.

Независимо от участвующих в развитии болезни механизмов, очень важно придерживаться лечебной программы и продолжать оптимизировать ее в течение долгих месяцев и лет.

13. В программу можно включаться поэтапно, совсем необязательно выполнять все и сразу. ReCODE – довольно обширный протокол, поэтому, пытаясь сразу следовать всем указаниям, вы можете легко впасть в отчаяние. Чтобы этого не произошло, тренер по здоровью, лечащий врач и родные должны помочь вам добавлять элементы по одному. Если вы хотите оптимизировать сон и повысить уровень физической активности, тогда пару недель повремените с диетой. Если вы планируете отложить гормональную оптимизацию и начать менять питание с 12-часового (ночного) голодания – отлично. Важно, чтобы в конечно итоге – в идеале в течение 3-6 месяцев – вы максимально включились в протокол. Поверьте, со временем вам станет намного проще.

Программа ReCODE имеет свои секреты успеха. Среди тех, кто лучше всего реагируют на лечение:

• Люди, находящиеся в группе риска (ввиду ApoE статуса), но без признаков заболевания. Должны пройти годы, чтобы мы смогли точно оценить эффективность ReCODE в качестве профилактической меры, однако не было еще ни одного случая, чтобы у людей, следовавших программе, заболевание перешло из бессимптомной стадии в симптоматическую.

• Люди с субъективными когнитивными нарушениями. На сегодняшний день все без исключения пациенты с СКН смогли вернуться к нормальной жизни.

• Люди, находящиеся на ранней стадии умеренных когнитивных нарушений. На ранней стадии, когда по Монреальской шкале когнитивные функции пациента оцениваются в 25 баллов и выше, вероятность выздоровления довольно высока. Даже те, чей балл составляет 1 (признак прогрессирующей болезни Альцгеймера), показывают неплохие результаты. Однако стоит отметить, что УКН лучше всего поддаются лечению, когда это амнестический тип (аУКН) и когда у пациента выявляются субоптимальные лабораторные показатели.

• Люди, находящиеся на ранней стадии болезни Альцгеймера. Слово «ранний» не должно вводить вас в заблуждение, потому что к этому моменту патологическим процессам, лежащим в основе заболевания, может быть уже около двух десятков лет. Тем не менее ReCODE способствует улучшению восприятия у многих пациентов на начальном этапе болезни Альцгеймера, чьи баллы не превышают 20 по Монреальской шкале оценки когнитивных функций (MoCA) или Краткой шкале психического статуса (MMSE).

Ранее лечение – самое эффективное, однако положительных результатов добиваются и те, кто включается в лечебный протокол на более поздних этапах заболевания. Вот какое письмо я получил в 2015 году.

Уважаемый доктор Бредесен.

Мы с женой недавно переехали из Калифорнии в Орегону, чтобы заботиться о ее 82-летнем отце, страдающем депрессией и прогрессирующей деменцией. Его состояние то улучшалось, то ухудшалось, однако он начал исправно принимать витамины и добавки, прописанные ему в соответствии с протоколом ReCODE, в результате депрессия немного отступила. Он стал более общительным и снова рассказывает истории из своего славного прошлого, хотя раньше только и делал, что жаловался на полную растерянность. Я думаю, даже если ReCODE не в состоянии полностью восстановить здоровье больного, то может хотя бы облегчить близким заботу о нем. Однако, думаю, еще слишком рано судить о том, каких результатов он может добиться.

• Формы деменции (СКН, УКН, ранняя стадия болезни Альцгеймера), не относящиеся к третьему токсическому типу. Тип 3 БА труднее всего поддается лечению, но даже при таком диагнозе можно обратить вспять субъективные когнитивные нарушения (СКН). Сложность лечения типа 3 БА заключается в том, что необходимо выявить и устранить источник(и) токсинов, воздействовать на микроорганизмы – соучастники процесса и подавить иммунный ответ. Тем не менее нам удалось добиться значительных результатов, особенно с теми пациентами, у которых был повышенный уровень ртути в организме. Решение проблемы привело к быстрому восстановлению когнитивных функций, но относительно типа 3 БА это, скорее, исключение из правил.

• Люди, у которых нет никаких проблем со здоровьем, кроме когнитивных. Неудивительно, что те, кто не заглушает хронические заболевания таблетками, очень хорошо реагируют на лечебную программу.

• Люди, у которых МРТ не выявила атрофии мозга, или те, у кого атрофии подвергся только гиппокамп. Обширная атрофия мозга вызывает проблемы с речью, организацией деятельности, восприятием и т. д. Такие больные могут отличаться пассивностью и детским поведением. В большинстве случаев это свойственно типу 3 болезни Альцгеймера, хотя подобные проявления не исключены и на поздних стадиях других типов заболевания. При отсутствии атрофии эффективность лечения с помощью протокола ReCODE значительно возрастает.

• Люди моложе 75 лет. Нельзя сказать, что люди старше 75 лет вообще не поддаются лечению, просто они реагируют не так ощутимо и быстро, как пациенты более молодого возраста.

• Люди, которых поддерживают родственники и врачи. Поддержка близких имеет огромное значение, причем очень часто в ходе лечения кто-то из членов семьи тоже присоединяется к программе ReCODE. Родственники больных могут сгладить конфликтные ситуации, снизить уровень стресса, подбодрить и развеселить. Врачи функциональной и интегративной медицины, которые осознают, каким многогранным должен быть подход к лечению хронических заболеваний, также способствуют прогрессу. И очень плохо, если они проявляют необоснованное упорство. Вот какое письмо я получил вскоре после проведения первого успешного исследования.

Уважаемый доктор Бредесен.

Мы прочитали вашу статью, посвященную восстановлению когнитивных функций, и надеялись обсудить возможность ее применения с семейным врачом. Он сразу отказался, сказав, что у него нет времени читать всякую ерунду. Его реакция была крайне категоричной. Когда я спросила, с кем можно обсудить данный метод лечения, он ответил: «Врачи диетами не занимаются». Знакомый невролог назвал единственным спасением Арисепт, но это нас совсем не устраивает. На расспросы о гомоцистеине он вообще закатил глаза.

Мне понравилось в ReCODE то, что первые шесть пунктов у нас уже отлажены. Я страдаю фибромиалгией, которую контролирую с помощью правильного питания, упражнений и позитивного настроя (вместо таблеток).

С другой стороны, программа практически не приносит облегчения людям, у которых результаты лабораторных анализов остаются без изменения (в большинстве случаев это значит, что они вообще не следуют протоколу), тем, кто не придает значения деталям, не проявляет максимум усердия, затягивает заболевание, не проводит дальнейшую оптимизацию программы и обследование, находится на последней стадии типа 3 болезни Альцгеймера и кого врачи сбивают с верного пути, вместо того чтобы протянуть руку помощи.

Не могу поставить точку, не сказав следующее. Если бы пару десятилетий назад мне, неврологу и ученому, сказали, что я буду советовать людям программу, в которую входят медитация, йога, музыка, позитивный настрой, голодание, спорт, фитотерапия и диета, я бы лопнул от смеха. Но я не могу спорить с фактами и результатами многочисленных исследований. Моя жена, превосходный семейный врач и специалист интегративной медицины, двадцать пять лет назад сказала мне (тогда я проводил первые опыты по нейродегенерации), что независимо от сделанных открытий, лечение все равно сведется к правильному питанию, стрессу и токсичности. Исповедуя редукционистский подход, я был убежден, что нам с коллегами удастся обнаружить одну особую молекулу, которая станет ключом к болезни Альцгеймера. И почему я тогда не послушал ее?

Глава одиннадцатая

Никто не говорил, что будет легко. Обходные пути и решения

«Будем продолжать порку до тех пор, пока не поднимется моральный дух».

ЭТУ ФРАЗУ ПРИПИСЫВАЮТ УИЛЬЯМУ БЛАЮ, КАПИТАНУ «БАУНТИ»

Слова капитана Блая, которые он, возможно, и не говорил, иллюстрируют парадоксальную ситуацию. По сути, ее можно применить к оптимизации лечения болезни Альцгеймера, УКН и СКН. Человек подвергает себя стрессу, тогда как стресс – один из факторов, способствующих патофизиологическим процессам деменции, и его следует избегать. А теперь представьте, что вам нужно отказаться от некоторых любимых продуктов – я уверен, ужас от программы возрастет еще больше.

У 73-ЛЕТНЕГО СТИВА ИМЕЮТСЯ ПРОБЛЕМЫ С ПАМЯТЬЮ и концентрацией внимания. Он прошел обследование в двух ведущих медицинских центрах, однако за последние семь лет его состояние только ухудшилось. Врачи заподозрили у него болезнь Альцгеймера, при этом не был проведен анализ спинномозговой жидкости и ПЭТ. Стив оказался гомозиготен по аллели ApoE3 (E3/3), имел четкие симптомы синдрома «дырявой» кишки, непереносимости глютена, повышенной проницаемости гематоэнцефалического барьера и многочисленные аутоантитела (включая те, которые боролись с родными тканями мозга). Когда я ему все это рассказал, он воскликнул: «И что, мне теперь придется отказаться от пиццы?!»

Да. Возможно, не навсегда, по крайней мере, на роль основы рациона она точно не годится. Я знаю, скольких трудов стоит воплотить в жизнь некоторые элементы ReCODE, но поверьте, если пропускать сложное и важное, что, по сути, пытаются делать многие пациенты, программа просто не будет работать. К счастью, я лечу людей с помощью ReCODE уже не первый год, поэтому готов предложить вам обходные пути и решения:

• Я не хочу отказываться от мороженого.

Так как молочные продукты и сахар вызывают воспаление, я советую попробовать мороженое, приготовленное не из коровьего, а кокосового молока. Оно диетическое и имеет низкий гликемический индекс.

• Без шоколада я буду чувствовать себя несчастным.

Нет проблем, ешьте органический темный шоколад с большим содержанием какао (более 70 %) и низким гликемическим индексом. Главное – не усердствуйте: пациенты говорят, что 1–2 долек после обеда им вполне достаточно. Некоторый шоколад содержит наполнители, например кокос, мяту и орехи, что способствует снижению гликемического индекса. Если холодными зимними вечерами вас непреодолимо тянет выпить горячего шоколада, можете баловать себя, но лишь изредка.

• Меня тянет к сладкому.

Довольно частое явление на фоне стресса и при переходе с высокоуглеводной диеты на высокожировую. Чтобы обуздать тягу к сладкому, принимайте масло МСТ, 1000 мг или чайную ложку. Следует избегать обычных искусственных подсластителей, таких как аспартам (продается в синих пакетиках под маркой Equal), сахарин (розовые пакетики под маркой Sweet’N Low) и сукралоза (желтые пакетики под маркой Splenda). Натуральным и безопасным заменителем сахара является стевия.

• Кокосовое и МСТ-масло – это насыщенные жиры. Посоветуйте что-нибудь другое, что поможет мне перейти в состояние умеренного кетоза.

Да, кокосовое и МСТ-масло – это формы насыщенных жиров. Их сочетание с сахаром или другими простыми углеводами на фоне дефицита пищевых волокон может вызвать ряд проблем. Чтобы этого не произошло, необходимо обогатить рацион волокнами и минимизировать долю простых углеводов. Однако если вы все-таки хотите сократить потребление насыщенных жиров, принимайте масло МСТ в течение первых нескольких недель после начала программы, так как оно способствует умеренному кетозу, а затем перейдите на другие формы жиров, например оливковое масло extra virgin, орехи и авокадо. Это позволит поддерживать количество частиц ЛПНП, уровень малых плотных ЛПНП и окисленных ЛПНП в рамках нормы. В результате вы получите умеренный кетоз, жировой метаболизм и здоровый липидный профиль.

• Имеет ли значение то, сколько и какую воду я пью?

Следует пить фильтрованную воду, особенно тем, у кого диагностирован тип 1,5 (гликотоксичный) и 3 (токсический). Потребление чистой воды снижает риск развития диабета и способствует выведению токсинов. В день следует выпивать примерно 2 литра. Травяные чаи – еще один отличный способ насытить организм влагой; для заваривания подойдут травы, о которых я говорил ранее.

• У меня нет времени на занятия спортом.

Может, вам лучше позаниматься с инструктором, записаться в спортзал, отправиться в поход или покататься на велосипеде? Экспериментируйте, чтобы подобрать оптимальный вариант. Если все дело в нехватке времени, постарайтесь сделать спорт частью своей повседневной активности, например ходите по лестнице, ездите на работу на велосипеде или делайте зарядку перед телевизором.

• Я не могу минимизировать уровень ежедневного стресса.

Устраивайте себе перерывы, сходите в спа-салон, помедитируйте, воспользуйтесь программой Neural Agility («медитация на стероидах»), послушайте приятную музыку, прогуляйтесь, насладитесь любимым искусством – просто расслабьтесь!

• Все это очень сложно. Я даже не знаю, с чего начать!

Надеюсь, когда-нибудь будет разработан простой метод, позволяющий разом устранять всех виновников ухудшения когнитивных функций. На сегодняшний день ReCODE – одна из самых трудных, но при этом эффективных программ, позволяющих предотвратить и обратить вспять потерю памяти и иные умственные нарушения. Она затрагивает все механизмы, лежащие в основе деменции. Должен признаться, что мы работаем над упрощением протокола, однако его комплексность обусловлена сложной биохимией заболевания. В ходе исследований мы планируем выявить минимум и оптимальное количество разрушающих и сохраняющих синапсы факторов, на которые следует обращать внимание. А пока постарайтесь делать все, что в ваших силах. Когда результаты лабораторных анализов улучшатся, вы можете отказаться от некоторых элементов протокола, но только с разрешения лечащего врача или тренера по здоровью. Например, у многих пациентов восстановление метаболического статуса ведет к нормализации уровня гормонов, а это значит, что добавки уже не нужны. Соответственно, если вы устраните воспаление, нет смысла продолжать противовоспалительную терапию. Иногда по мере оптимизации обмена веществ отпадет потребность в некоторых препаратах – у пациентов нормализуются давление и липидный профиль, исчезает предиабетическое состояние.

• А вы не можете просто прописать мне таблетки и все?

Могу, но только в рамках протокола. Сами по себе таблетки работать не будут. Как я уже говорил выше, это не основное блюдо, а всего лишь десерт. Не думаю, что в когда-нибудь лекарства выйдут на первый план в лечении болезни Альцгеймера, уже сейчас следует тестировать их в сочетании с теми или иными терапевтическими программами. Если вспомнить нашу модель крыши с тридцатью шестью дырами, получается, что таблетки – это «заглушки» для нескольких «дыр», поэтому их эффективность в разы возрастет на фоне «капитального ремонта». Кроме того, лекарства не устраняют физиологического источника заболевания. Если баланс между сохранением и разрушением синапсов направлен в отрицательную сторону и происходит активная выработка амилоида, важно обратиться к первопричине, а вернее, к первопричинам этого процесса. Одной «пулей» (таблеткой) всех врагов не убить, поэтому нужна целевая индивидуальная программа.

• Я не могу жить без фастфуда!

Да, фастфуд-эволюция работает против человечества. Возбуждая врожденную тягу к сладкому и калориям, фастфуд заставляет нас есть пищу с низкой питательной ценностью. Это – кратчайший путь к метаболическому синдрому и различным хроническим заболеваниям, включая деменцию. Наверное, самой сложной частью протокола является отказ от любимых продуктов: пиццы, газировки, блинчиков на завтрак и т. д. Заглушить боль утраты можно замещением. ReCODE дарит вам совершенно новый приятный опыт (между прочим, с благотворными когнитивными последствиями). Если вы любите газировку (как я), попробуйте чайный гриб (на удивление вкусная штука, да еще и пробиотик). Если вам не хватает куриных наггетсов, ешьте органические яйца или овощи, обжаренные на оливковом масле. Лично я люблю овощной салат, в который добавляю все, что только можно: латук, авокадо, морковь, фасоль, вареные яйца, а сверху поливаю винегретной заправкой. Когда вы начнете есть свежую цельную полезную пищу, ваши предпочтения изменятся. Вы откроете море вкусов и полюбите некоторые блюда (почти?) так же, как пиццу.

• Я могу ужинать только поздно вечером.

Чтобы облегчить 12–16 часовое голодание между ужином и завтраком, сдвиньте обед на более позднее время, а вечерний перекус – на более раннее.

• Я не любитель таблеток.

Вместе с коллегами мы пытаемся объединить компоненты, чтобы вам не приходилось принимать столько таблеток и при этом сохранить возможность гибкого индивидуального подхода. Также мы планируем сочетать витамины и пищевые добавки в саше, которое можно заваривать в чашке или добавлять в йогурт. На сегодняшний день некоторые компоненты, например омега-3 жирные кислоты и витамин Е, выпускаются в виде напитков (Souvenaid). Со временем будет доступно все больше таких комбинаций, а пока вы можете попробовать растолочь таблетки или высыпать содержимое капсул в воду/йогурт или принимать их с пищей.

• Я люблю мясо.

Нет проблем. Несмотря на то что Кетофлекс 12/3 – это преимущественно растительная диета, вы можете позволить себе немного мяса и рыбы, в особенности органической говядины, курятины, а также дикой рыбы (лосось, макрель, анчоусы, сардины и сельдь).

• А как насчет алкоголя? Могу я выпить бокал вина, чтобы немного расслабиться после работы?

Один бокал вина пару раз в неделю многим пациентам не приносит никакого вреда. Только не доходите до точки, когда алкоголь (по понятным причинам) начнет провоцировать ухудшение памяти. Главная проблема заключается в том, что вино вызывает рост уровня сахара и инсулина в крови, поэтому сведите его потребление к минимуму. То же самое касается других алкогольных напитков.

• Вы ничего не сказали о курении. Я догадываюсь, что оно под запретом, но как насчет электронных сигарет?

Стандартное курение – это фактор риска развития болезни Альцгеймера, который включает в себя повреждение сосудов и легких, воздействие токсических веществ и многое другое. Что касается электронных сигарет, то на сегодняшний день нет никаких данных касательно их связи с восприятием и деменцией. Ввиду серьезных последствий советую отказаться от них, если в ходе лечения вам не удастся обратить вспять ухудшение когнитивных функций.

• Вы практически ничего не сказали о сое. Если я сокращу потребление мяса, то можно заменить его тофу или другими соевыми продуктами?

Вы будете есть 1 грамм белка на килограмм массы тела, таким образом, у вас останется немного места для рыбы, и/или органических яиц, и/или органической курицы, и/или говядины подножного вскармливания, а также тофу.

• Вы говорили, что некоторые пациенты удачно лечатся с помощью протокола ReCODE и пьют кофе по утрам. Это не запрещено? Если нет, тогда имеются ли какие-нибудь ограничения по кофеину?

Джулия, о распорядке дня которой я рассказывал ранее, пьет кофе, и это абсолютно нормально. По правде говоря, кофе ассоциируется с пониженным риском развития болезни Альцгеймера. Переизбыток этого напитка может спровоцировать бессонницу и создать нагрузку на надпочечники, поэтому дозу следует подбирать индивидуально.

• Как насчет чая?

Существует большое разнообразие сортов чая. Именно в таком виде хорошо принимать травы, включая куркуму, ашвагандху и бакопу. Людям, лечащимся по программе ReCODE, не запрещается пить черный и зеленый чай.

• Диета Кетофлекс 12/3 может спровоцировать дефицит железа и витамина В_12?

Нет, дефицит железа или витамина В_12 будет виден по результатам анализов. При необходимости вы получите соответствующие добавки. Более того, диета Кетофлекс 12/3 подразумевает потребление продуктов животного происхождения (для тех, кто желает), которые содержат данные микроэлементы.

• Я люблю готовить при высоких температурах. Это плохо?

Рекомендации относительно приготовления пищи вы найдете в главе 8. Для жарки старайтесь выбирать масла с высокой температурой горения, т. е. те, которые при высоких температурах не дымят. Отлично подойдет масло авокадо, кокосовое, сливочное, топленое масло и животный жир.

• Мне следует избегать алюминиевой посуды?

Алюминиевая теория болезни Альцгеймера не имеет подтверждения. По результатам анализов вы увидите, какова концентрация этого микроэлемента в вашем организме. С учетом последних данных нет причин бояться алюминиевой посуды.

• Употреблять в пищу только органические продукты – это хорошо?

Да. Следует отдавать предпочтение органическим продуктам, так как они не содержат пестицидов. Особенно это касается людей, у которых диагностирован тип 3 (токсический) болезни Альцгеймера. Как я уже говорил, сделать правильный выбор вам поможет сайт «Dirty Dozen & Clean 15» – http://www.fullyraw.com/dirty-dozen-clean-15[22].

• Если мне чего-то очень хочется, а вы не велите. Как быть?

Физиологические сигналы играют очень важную роль. Они сообщают нам, когда нужно есть, пить, дышать, спать и обзаводиться потомством. И они же заставляют выбирать сладкие фруктовые соки вместо воды, фастфуд вместо здоровой пищи и жевать по вечерам простые углеводы. Как узнать, каким сигналам подчиняться, а каким нет? К счастью, все просто: правильные физиологические сигналы не противоречат нашей эволюции, к примеру, это 8-часовой сон, обусловленный чередованием дня и ночи, и активный образ жизни. В свою очередь, противоестественно есть промышленную пищу и сахар, использовать лампы накаливания по ночам или сидеть часами за столом. Существует несколько способов справиться с тягой к нездоровым перекусам: L-глютамин 500 мг (в особенности с тягой к сахару и алкоголю), масло МСТ (1 г или 1 чайную ложку), простая вода (хорошо помогает заглушить вечерние приступы голода) и спорт.

• Я очень занятой человек.

Главная беда хронических заболеваний, таких как онкологические и болезнь Альцгеймера, заключается в том, что они очень долго протекают бессимптомно, а их первые проявления носят довольно мягкий характер. В случае бактериальной пневмонии состояние человека резко ухудшается, и он приступает к лечению. Разве обыкновенная забывчивость заставляет нас немедленно бежать к врачу? Жена одного моего пациента как-то сказала: «Все начинается с рассеянности, свойственной нам всем». Пожалуйста, найдите время в своем плотном графике сейчас, чтобы еще долгие годы вести такой же активный образ жизни. Пару месяцев борьбы с когнитивными нарушениями станут основой здорового будущего.

Есть еще один источник вдохновения. Это не замещение, как, например, мороженое из кокосового молока, а то, о чем следует помнить в минуты отчаяния. Помимо прочих «побочных эффектов» протокола ReCODE, к которым относится чувствительность к инсулину, нормализация уровня гемоглобина А1с и липидного профиля, заряд бодрости и сил, вы получите здоровый вес и индекс массы тела. Плюс душевную гармонию и хорошее настроение.

Что делает вас счастливым? Музыка? Велосипедная прогулка по живописным местам? Семейный отдых? Прогулка с собакой? Серфинг? Катание на лыжах? Танцы? Игра на пианино? Веселые комедии? Вкусная (здоровая) еда? Секс? Независимо от ответа, начните привносить в свою жизнь больше позитива. Попробуйте что-нибудь новое. Главное, пусть это будет действительно в удовольствие. Возможно, раньше у вас не было времени на танцы, каякинг или катание на велосипеде, а теперь это поможет оздоровить мозг и продлить жизнь. А что может быть прекраснее обретения утраченных способностей и радости общения по мере улучшения состояния? Вот он, самый мощный стимул к дальнейшему лечению.

Глава двенадцатая

Сопротивление переменам: Макиавелли встречается с Фейнманом

«Нет ничего более трудного, чем браться за новое, ничего более рискованного … или более неопределенного, чем возглавлять создание нового порядка вещей, потому что противниками нововведений будут выступать те, кому хорошо жилось при старом порядке вещей, а робкими защитниками – те, кому будет хорошо при новом».

НИКОЛО МАКИАВЕЛЛИ

«Для успешного развития технологии реальность должна быть важнее пиара, потому что природу не обманешь».

РИЧАРД ФЕЙНМАН

«Если хотите, чтобы вас любили, говорите о разрушениях. Если хотите, чтобы вас ненавидели, разрушайте».

Р.Ф. ЛЕБ

«Наука продвигается вперед со скоростью одних похорон за раз».

МАКС ПЛАНК

Мы постоянно слышим, что болезнь Альцгеймера нельзя ни предотвратить, ни вылечить, поэтому я не удивлюсь, если вы все еще воспринимаете истории выздоровления и научные объяснения с долей скептицизма. Через это я проходил, и не раз. За несколько лет до публикации моей первой научной статьи о восстановлении когнитивных функций (2014 год) мне позвонил известный врач, находящийся на ранней стадии болезни Альцгеймера. Он сказал, что не питает особых надежд, но просил связаться с ним в случае успешного завершения испытаний. На тот момент у меня уже были пациенты, хорошо реагировавшие на протокол ReCODE.

Он вел себя как неверующий Фома и на каждый довод отвечал: «Нет никаких опубликованных научных подтверждений эффективности данного метода лечения». Я пытался объяснить, почему комплексный подход, направленный на устранение патофизиологических процессов, лучше монотерапии, и что благоприятное действие некоторых медицинских процедур не отменяет возможность достижения более высоких результатов при их сочетании, однако его скептицизм был непобедим.

Спустя двадцать минут я пожал плечами, покачал головой и сказал: «Слушай, дай мне шесть месяцев, если за это время ты не почувствуешь себя лучше, тогда иди к другому специалисту».

– Идти некуда, – усмехнулся он.

– Тогда что ты теряешь? – спросил я.

Мы приступили к лечению с помощью ReCODE. Через три месяца его состояние значительно улучшилось, и сейчас, по прошествии трех лет, он здоров, уверовал в протокол и даже советует его своим пациентам.

На память приходит черная комедия 1984 года от братьев Коэн «Просто кровь». Люди, проливающие кровь, в каком-то смысле упрощаются – становятся иррациональными, не думающими. То же самое объясняет странную реакцию врачей, руководителей, ученых и политиков, которые, сталкиваясь с методом лечения, выходящим за рамки стандартной монотерапии, получают неожиданный результат. Позвольте поделиться примерами из жизни.

Один невролог отказался применять ReCODE в отношении своих пациентов, так как, дословно, «являлся противником бессистемного подхода». Другому не понравилось, что «Управление по санитарному надзору пока не одобрило большую часть компонентов протокола». Третий сообщил, что у его пациента, использовавшего ReCODE, баллы по Краткой шкале оценки психического статуса поднялись с 22 до 29 (норма 27-30), однако ему «непонятно», почему это произошло. Четвертый заявил, что о таком протоколе не слышал и слышать не хочет. В 2011 году на симпозиуме в Париже я случайно натолкнулся на одного известного специалиста по лечению болезни Альцгеймера, который спросил о моей нынешней работе. Когда я сказал, что рассматриваю неэффективность монотерапии в отношении болезни Альцгеймера, он рассмеялся, положил мне руку на плечо и сказал: «Слушай, не трать время зря!» А другой отметил: «Я бы не стал проводить подобные анализы, потому что не знаю, как их интерпретировать». Многие врачи верят, что чем раньше начать прием «бесполезных» препаратов, тем лучше. После проведения опыта на мышах в газете вышла статья со словами, что ученые «всего-навсего вылечили болезнь Альцгеймера». Когда в 2014 году я впервые заявил об эффективности ReCODE, со мной связались представители двух фондов и с пеной у рта утверждали, что у моих пациентов совсем не болезнь Альцгеймера. Я предоставил им документацию, они посмотрели и ответили: «Ну ладно». А один чиновник сказал: «Я читал вашу статью, Дейл. Она какая-то странная…»

Если элементы протокола не работают по отдельности, это совсем не значит, что они не будут работать в сочетании. Чтобы изменить ход болезни, нужно устранить десятки факторов.

Дональд Гиттет, который по просьбе «Большой восьмерки» взялся избавить мир от болезни Альцгеймера, изучал результаты наших исследований и слышал доводы в пользу программы по «заделыванию тридцати шести дыр». «Когда сведете все к трем «дырам», тогда и обращайтесь», – заявил он. Что?! Вы предлагаете договориться с болезнью Альцгеймера?! Я попытался рассказать ему о процессах, лежащих в основе заболевания, на что он ответил: «Заумно. Я в науке не очень разбираюсь». Да уж, этот парень точно спас бы нас от болезни Альцгеймера. А если серьезно, по-моему, он вообще ничего не смыслил в нейробиологии. С таким же успехом можно назначить капитаном судна человека, который никогда не стоял у штурвала.

Меня ни разу не спросили об эффективности! Никто даже не заикнулся о семьях, потерявших надежду, и не изъявил желания поговорить с пациентами! Никто не признался, что прописываемые ими лекарства абсолютно бесполезны, и нам нужен новый метод лечения! Никто не сказал о сотнях неудачных испытаний, стоивших миллиарды долларов! Вспоминаются слова из фильма «Игра на понижение»: «Правда – как поэзия, а большинство поэзию не переваривают».

Подобная реакция оказалась свойственна людям, имеющим непосредственное отношение к лечению, тем, у кого на руках все доказательства эффективности протокола.

У 67-ЛЕТНЕГО КЕНА ВОЗНИКЛИ ПРОБЛЕМЫ С ПАМЯТЬЮ. В роду были случаи болезни Альцгеймера, генетический тест выявил носительство ApoE4 (ApoE3/4), страшный диагноз подтвердила амилоидная ПЭТ и ПЭТ с фтордезоксиглюкозой. МРТ выявила сильную атрофию гиппокампа – ниже 20-й процентили для его возраста.

После десяти месяцев лечения по программе ReCODE состояние Кена улучшилось, повторная МРТ показала, что объем гиппокампа увеличился до 70-й процентили. Однако немного погодя мужчина получил письмо из МРТ-центра, в котором сообщалось, что была допущена ошибка: нейрорадиолог не мог поверить в достоверность данных и предложил подкорректировать результаты сканирования, указав и в первом, и во втором случае 35-ю процентиль (т. е. все осталось без изменений). Слишком невероятным казалось ему такое резкое изменение. Снимки Кена были показаны независимому специалисту, который заключил, что за период лечения объем гиппокампа увеличился с 10-й процентили до 80-й.

Как вы видите, со скептицизмом мне пришлось столкнуться не понаслышке. А теперь давайте разберемся, что является его главным источником.

• «Мой лечащий врач говорит, что болезнь Альцгеймера неизлечима».

Именно этой теме посвящена моя книга и все последние публикации. Впервые в истории стало возможным обратить вспять ухудшение когнитивных функций, в особенности на ранней стадии. Вот почему не стоит затягивать с лечением.

• Я начну лечиться, когда мне станет хуже, а пока все хорошо.

Пожалуйста, не ждите! Чем позднее вы приступите к ReCODE, тем сложнее будет повернуть вспять когнитивное снижение.

• Элементы протокола вообще не похожи на лечение.

Ухудшение когнитивных функций, включая деменцию, представляет собой крайне сложный процесс, на который влияют десятки факторов. Только устранив все факторы, действующие в вашем случае, можно добиться успеха и изменить ход течения болезни. Если элементы протокола не работают по отдельности, это совсем не значит, что они не будут работать в сочетании. Возможность появления эффективной монотерапии нельзя исключать, но ввиду сложной биологии она крайне мала. В таком случае терапия должна воздействовать на многих «виновников» деменции.

• Глютен – это современная причуда. Не думаю, что его потребление мне вредит.

Хотелось бы надеяться, но, к сожалению, современные исследования показывают, что глютена следует остерегаться не только людям, страдающим целиакией. Глютен способен нарушать целостность кишечного барьера (и, возможно, гематоэнцефалического барьера), вызывая синдром «дырявой» кишки, системное воспаление и увеличивая риск развития деменции.

• Некоторые анализы, о которых вы упомянули, не входят в мою страховку.

В стандартное обследование, назначаемое пациентам с признаками когнитивных нарушений, не входят анализы, способные выявить причину их возникновения, тем более помочь оптимизировать лечение. Стоит отметить, что многие страховщики покрывают затраты на некоторые лабораторные тесты. Если же нет, то, поверьте, лучше инвестировать в свое здоровье сейчас, чем потом тратить кучу денег на пребывание/содержание кого-то из ваших близких в лечебнице.

• Почему ни я, ни мой лечащий врач никогда не слышали о протоколе ReCODE?

Мы с коллегами публикуем исследования, ставшие предтечей ReCODE, начиная с 1993 года, однако первые результаты лечения пациентов с помощью данного протокола увидели свет только в 2014 году. К моменту написания книги (2017) вышло только три научные статьи, прошедшие экспертный анализ (одна посвящена терапии, а две – диагностике). Каждый новый метод лечения вызывает волну недоверия и игнорируется многими специалистами до тех пор, пока не будут проведены масштабные контролируемые клинические испытания. В главе 5 я рассказывал, почему этого до сих пор не произошло. В 2017 году нам удалось запустить пробное доказательное испытание, которое, надеюсь, станет первым шагом к более серьезным исследованиям.

• «Эта программа работает в отношении других причин деменции, например деменции с тельцами Леви, сосудистой деменции, рассеянного склероза, болезни Паркинсона и лобно-височной дегенерации?»

К сожалению, пока у нас нет ответа на данный вопрос. Протокол ReCODE разработан таким образом, чтобы воздействовать на максимальное количество механизмов, лежащих в основе когнитивного снижения, вызываемого болезнью Альцгеймера. Многие проблемы (инсулинорезистентность, синдром «дырявой» кишки, биотоксины и др.), приводящие к болезни Альцгеймера, также свойственны диабету 2-го типа, метаболическому синдрому и сердечно-сосудистым заболеваниям. Возможно, аналогичные механизмы лежат в основе и других нейродегенеративных заболеваний (не имеющих отношения к БА), например деменции с тельцами Леви. У первых двух пациентов, страдающих деменцией с тельцами Леви, которые прошли обследование по схеме, описанной в главе 7, результаты анализов были схожи с результатами анализов пациентов с типом 3 (токсическим) болезни Альцгеймера. Возможно, если устранить источник токсинов, это принесет облегчение, однако пока таких исследований не проводилось.

• У меня анализы в рамках нормы.

Не повод расслабляться для тех, кто пытается восстановить когнитивные функции. Лабораторные показатели должны быть оптимальными, а не просто «в рамках нормы» (см. главу 8).

• Но я уже правильно питаюсь.

Отличное начало. Теперь приступите к оставшейся части программы, адаптированной в соответствии с результатами ваших анализов, и убедитесь, что диета действительно правильная.

• Мне нужно «выпустить пар» – я и мои родные ужасно расстроены и подавлены. Почему это происходит именно со мной?

Ваше состояние вполне оправдано и объяснимо. Однако когнитивное снижение не возникает без причины (обычно это десяток или более факторов), которую, в свою очередь, можно выявить, оценить и устранить. Слезами горю не поможешь, поэтому лучше пройти обследование и начать лечение.

• Я слышал, что добавки и травы никак не регулируются, и вообще, это по большей части мусор.

Иногда добавки и травы представляют собой совсем не то, что о них говорят в рекламе (некоторые даже не содержат компонентов, заявленных на этикетке), поэтому нужно быть предельно осторожным. Ведущий травник, которого я очень уважаю, советует отдавать предпочтением таким производителям, как Banyan, Gaia Herbs, Metagenics и Natura Health Products.

• Мне не лучше. Ваш протокол не работает!

Выявите проблему совместно с лечащим врачом или экспертом по здоровью. Вот некоторые варианты.

1. Сколько времени вы следуете протоколу? Первого результата стоит ждать спустя 3-6 месяцев. Процессы, которые протекали в организме годами, нельзя обратить вспять за один день.

2. Насколько точно поставлен диагноз? Может быть, у вас совсем не УКН и не СКН? Очень важно исключить множественные микроинсульты и когнитивные нарушения, вызванные употреблением алкоголя, так как ReCODE не предназначена для их устранения.

3. Если вы следуете протоколу в течение шести месяцев, ваши лабораторные показатели улучшились, а когнитивные функции – нет, значит, что-то упущено. Когнитивное ухудшение не возникает без причины, поэтому необходимо пройти дальнейшее обследование и поменять программу. К примеру, вы достигли состояния умеренного кетоза? Перешли с высокоуглеводной диеты на высокожировую? Основным признаком нормализации обмена веществ является снижение веса, обычно на 10-40 фунтов в зависимости от первоначальной массы тела. Как я уже говорил, ранняя стадия заболевания лучше всего поддается лечению. Если это умеренная стадия, то справиться с деменцией будет сложнее.

4. Очень часто программа не работает, потому что пациент недобросовестно выполняет указания. Еще одна причина: тип 3 (токсический) болезни Альцгеймера, когда требуются дополнительные меры по устранению токсического воздействия и его последствий. Если у вас все признаки типа 3 БА, обратитесь к специалисту по лечению синдрома хронического воспалительного ответа (СХВО). Контакты указаны на сайте survivingmold.com.

5. Другая проблема – это апноэ во сне. Вы исключили ее? Вы спите минимум семь часов за ночь?

6. Вы выполняете упражнения для мозга по 30 минут в день три раза в неделю или по 10-20 минут в день пять раз в неделю? Если да, неужели ваши результаты становятся все хуже и хуже? Или просто восстановление происходит не так быстро, как хотелось бы? В первую очередь когнитивное снижение должно остановиться, и только потом наступает постепенное улучшение, например вы лучше запоминаете прочитанное или следуете указаниям.

7. Результаты ваших анализов достигли оптимального уровня, как указано в таблице в главе 7?

ReCODE стал спасением для сотен людей, поэтому если вы находитесь в группе риска, страдаете субъективными/умеренными когнитивными нарушениями или у вас уже поставлен диагноз болезни Альцгеймера, можете вздохнуть с облегчением. Иногда бывает полезно поговорить с теми, кто добился значительных успехов благодаря протоколу, чтобы он не казался фантастикой или пустым обещанием. Затем решите: действительно ли вы хотите бороться с деменцией с помощью ReCODE. Никто не вернет вам здоровье, пока вы сами не начнете действовать.

В главе 5 я рассказывал, каково идти против течения. Против мощных корпораций и консервативных экспертов, которые упорно следуют парадигме, даже если она абсолютно неэффективна, как в случае с болезнью Альцгеймера. К счастью, нет ничего более непоколебимого, чем научные свидетельства.

Оценить то или иное лечение можно только по его действенности. Неважно, сколько спонсоров оно привлекло, сколько денег помогло заработать, пишут ли о нем в крутых журналах, получило ли оно одобрение научного сообщества, удостоились ли его изобретатели всевозможных премий и наград, главное – люди, вернувшиеся к нормальной жизни. Все это просто и очевидно, но почему-то не работает. «Когнитивный компас» особенно важен в случае с болезнью Альцгеймера, потому что у нас нет альтернативы. Нет терапевтических подходов, которые бы мы попытались усовершенствовать. Наоборот, стандартное лечение не способно остановить, не говоря уже о том, чтобы обратить вспять ухудшение когнитивных функций при УКН, СКН и болезни Альцгеймера. И это еще полбеды.

Ставки очень высоки, а планка крайне занижена. Глобальная проблема в триллион долларов (чем, по сути, является болезнь Альцгеймера) как магнитом притягивает обманщиков и ловкачей. Эксперты во всеуслышание заявляют, что не верят нашим опубликованным, рецензированным результатам испытаний, а в это время аферисты предлагают лечение с помощью аналогичного протокола, не имея ни специальных знаний, ни опыта. Подобная компания была запущена женщиной-предпринимателем и парой патологоанатомов. Когда им сказали, что их протокол давно устарел, они ответили: «Ерунда, зато он приносит деньги». В следующий раз за «лечение» взялась пара программистов, далеких от медицины, не говоря уже о неврологии. Если у вас сломался принтер, эти ребята могут помочь, но при проблемах с головой следует идти к врачу, причем к опытному. Страшно видеть, как одни наживаются на несчастье других.

Оценить лечение можно только по его действенности. Неважно, сколько спонсоров оно привлекло, сколько денег помогло заработать, пишут ли о нем в крутых журналах, получило ли оно одобрение научного сообщества, главное – люди, вернувшиеся к нормальной жизни.

Триллион долларов – слишком большое искушение. Когда на кону такая сумма, об объективности не может быть и речи. Как говорится: «Если ты целуешь чей-то зад из-за денег, то ничего другого уже не видишь».

Уверен, попытки изменить основные представления о болезни Альцгеймера обязательно вызовут массовое сопротивление, а желание спасти людей от деменции всегда рискует превратиться в погоню за наживой, грантами, премиями, политической выгодой и должностями.

Кристиан Бэйл, исполнитель роли доктора Майкла Бьэрри в фильме «Игра на понижение», говорит: «Вместо того, чтобы верить фактам и цифрам, люди верят тому, что кажется им авторитетным и понятным». Это может повлечь за собой жуткие последствия, так же, как в финансовую оттепель 2008 года. Примерно 200 лет назад доктор Игнац Земмельвейс спас бессчетное количество рожениц, осознав, что высокая постнатальная смертность была вызвана инфекцией, которую студенты приносили из патологоанатомического отделения больницы. Чтобы предотвратить это, он обязал медперсонал мыть руки раствором хлорной извести. На тот момент инфекционные заболевания были мало изучены, и эксперты не поверили Земмельвейсу, заключив, «что инфицированное вещество или пары не могут зацепиться за ноготь, а потом убить пациента». В конце концов светила науки отправили Земмельвейса в психушку, где его избивали и где спустя две недели он умер от инфекции.

Для усовершенствования протокола, позволяющего предотвращать и обращать вспять ухудшение когнитивных функций, нам нужны дальновидные люди, готовые проводить нестандартные испытания, применять новые виды анализов и баз данных, а также вводить глобальные превентивные меры. Разработать действительно эффективное лечение болезни Альцгеймера с такими экспертами, как в эпоху Земмельвейса, невозможно.

Всю историю человечества мы умирали от острых инфекций, например от бактериальной пневмонии, пока в XX веке не появились антибиотики и государственные программы по охране здоровья. В результате большинство стало умирать от хронических комплексных заболеваний, таких как онкология, сердечно-сосудистые и нейродегенеративные расстройства. Беда в том, что мы пытаемся решать проблемы хронических и острых заболеваний аналогичными методами. С таким же успехом можно применять шашечную стратегию при игре в шахматы.

Позвольте повторить фразу из главы 1: «Никто не должен умирать от болезни Альцгеймера». Надеюсь, по мере прочтения книги ваш скептицизм постепенно рассеялся, и вы убедились, что это не фантастика, а достижимая реальность. Положить конец страшному заболеванию можно, только шагнув из медицины XX века в медицину века XXI и став внимательнее к своему когнитивному и общему здоровью. Нам нужен индивидуальный подход, выходящий за рамки современной системы здравоохранения. Люди больше не должны ждать неприятных симптомов, чтобы пойти к врачу. Это особенно важно, если учесть, что хронические заболевания довольно долго не дают о себе знать, в отличие от заболеваний острой этиологии (вспомните, как быстро у вас начинает течь из носа и болеть горло при ОРВИ). Персонализированная программа, такая как ReCODE, позволит им держать свое здоровье под контролем на протяжении всей жизни.

Поднявшись на уровень медицины XXI века, мы заполним пробел, а вернее, пропасть между невероятной сложностью человеческого организма и рудиментарными данными, на основании которых ставится диагноз и назначается лечение. Узнать, почему вы заболели болезнью Альцгеймера, невозможно по концентрации натрия и калия.

Представьте, что вы учитесь управлять аэропланом, в котором нет высотометра, указателя воздушной скорости и матового лобового стекла. Единственный доступный прибор – это термодатчик на левом крыле. Вы будете постоянно падать, ведь так? Подобная ситуация наблюдается с хроническими заболеваниями, такими как болезнь Альцгеймера. Мы проверяем уровень калия и натрия, не обращая внимания на параметры, которые действительно движут заболеванием.

Нам необходимо собрать недостающие данные, отражающие устройство ума и тела. Только тогда мы можем надеяться предотвратить и обратить вспять болезнь Альцгеймера.

С медициной XXI века постановка диагноза будет иметь более комплексный характер и перестанет напоминать гадание на кофейной гуще. К примеру, на смену субъективным когнитивным нарушениям (СКН) придут СКН типа 1,5 (70 %) и 3 (30 %). Причина: центральная инсулинорезистентность 3-й категории, аутоантитела, ассоциирующиеся с ОГЭ, и активация врожденной иммунной системы, вызванная Аспергиллами и взаимодействием HLA-DR/DQ 12-3-52B. Плюс выработка глиотоксинов. В таком случае лечение должно представлять собой персонализированный протокол, направленный на устранение всех имеющихся факторов.

Заполнив пробел, мы научимся видеть заболевание на подходе и предотвращать его, врачи смогут быстро определять эффективность терапевтических и превентивных мер, помогая пациентам обрести крепкое здоровье и избежать серьезных нарушений. Диагностика превратится в точную науку, как следствие, нам удастся сократить число дементных больных, снизить расходы на медицинское обслуживание на миллиарды долларов, усовершенствовать процесс принятия решений и увеличить продолжительность жизни.

Заполнив пробел, мы создадим систему здравоохранения XXI века, а вместе с ней – общество без деменции и страданий. Кто-то сказал: «Цель – это мечта с обязательством достижения». Для ее осуществления нам нужны совместные усилия.

«На свете есть те, кто победил рак, но ни одного, кто бы смог победить болезнь Альцгеймера». К счастью, мир изменился, и пусть моя книга послужит тому доказательством.

Приложения

Приложение А

Какие продукты выбирать, а каких – избегать

Одним продуктам я даю красный свет, вторым – желтый, а третьим – зеленый, т. е. одних необходимо полностью избегать, вторые – употреблять в ограниченном количестве (потому что полный отказ от них усложняет протокол ReCODE, здесь работает принцип «немного лучше, чем ничего»), а третьих можно есть столько, сколько душе угодно.

Продукты, которые можно есть часто, изредка и которых следует полностью избегать

Специалисты функциональной медицины:

https://www.functionalmedicine.org/practitioner_search.aspx? id= 117

Тренеры по здоровью:

http://www.findahealthcoach.com/

Информация о СХВО (синдром хронического воспалительного ответа):

http://www.survivingmold.com/

Лабораторные анализы:

https://www.anylabtestnow.com/

ApoE4 – поддержка и обсуждение:

www.apoe4.info

Дополнительная информация:

https://www.drbredesen.com

https://www.mpicognition.com

Приложение В

Несколько слов об измерении кетонов

• Тест Ketostix (моча) обладает низкой чувствительностью, поэтому вряд ли может быть полезным.

• Precision Xtra измеряет уровень глюкозы и кетонов. Тест-полоски на глюкозу доступны в аптеках. Тест-полоски на кетоны стоят дороже. Джулия Грегори с сайта ApoE4.info советует приобретать их в Канаде.

• Кетометры отпускаются без рецепта врача.

• Средняя стоимость его примерно 25$; как вариант, вы можете приобрести его в интернет-магазине https://www.amazon.com. Наберите: «precision glucose ketone monitoring system» (Система мониторинга глюкозы и кетонов в крови – англ.).

• Цель: уровень бета-гидроксибутирата 0,5 ммоль/л – 4 ммоль/л, что свидетельствует об умеренном кетозе.

• Со временем пропадет необходимость использовать кетометр каждый день, неделю или месяц, так как вы будете знать, что именно позволяет вам оставаться в состоянии умеренного кетоза. Несмотря на это, кетометр всегда должен быть под рукой.

Приложение С

Анализ ДНК в компании 23andME

Обратите внимание на то, что 23andME «не читает» геном полностью, т. е. оценке подвергаются не все ОНП (однонуклеотидные полиморфизмы, представляющие собой отличия последовательности ДНК), связанные с болезнью Альцгеймера. Однако совсем недавно компания снова стала сообщать ApoE статус (это происходит в 85 % случаев).

Как заказать комплект:

• На сайте 23andme.com зайдите в раздел «How it works» (как это работает)

• Нажмите на кнопку «Order now» (заказать сейчас)

• Выберите «Health + Ancestry» (здоровье + родословная) и нажмите «Add to cart» (добавить в корзину), чтобы приступить к заполнению профиля и данных карты для оплаты. Запомните логин и пароль для входа в аккаунт.

• После получения ДНК-комплекта по почте откройте его и следуйте инструкциям внутри.

• Зайдите на сайт 23andme.com и нажмите «Register kit» (зарегистрировать комплект).

• Отправьте образец обратно в 23andme.com в оригинальной (предварительно оплаченной) почтовой коробке компании.

• Когда ваш образец попадет в лабораторию, 23andme.com вышлет электронное письмо с подтверждением.

Как открыть файл с геномом:

После завершения секвенирования генома 23andme.com вышлет вам электронное письмо.

1. Зайдите в свой аккаунт на сайте 23andme.com, чтобы загрузить данные генома.

2. Нажмите на имя профиля в верхнем правом углу.

3. Выберите: BROWSE RAW DATA (просмотр исходных данных).

4. На следующей странице нажмите кнопку «Download» (загрузить).

5. Укажите профиль для загрузки (ваш).

6. Выберите «All DNA» (Вся ДНК).

7. Размер файла в формате zip должен быть 5–30 Мбайт. Форма имени файла: Genome_Your_Name_Full_date.zip. (Genome_ Ваше_Имя_Full_дата. zip.)

Полученный файл можно проанализировать на специальном сайте, например Promethease (https://www.promethease.com/).

Приложение D

Хочу предложить вашему вниманию краткое описание научной основы протокола ReCODE. Дополнительную информацию ищите в 200 рецензированных публикациях, многие из которых доступны онлайн.

Доказательство теории, лежащей в основе протокола ReCODE

Объяснение:

• Существует баланс пластичности, который влияет на хранение памяти и реорганизацию/забывание. Об этом свидетельствует не только феномен эйдетизма (фотографической памяти), но и проводимые учеными манипуляции с балансом. Мутация каспазного участка APP приводит к снижению амнестического эффекта БА у трансгенных мышей с «болезнью Маусгеймера». В свою очередь, внедрение в APP мутаций, ассоциирующихся с БА, провоцирует потерю памяти. Внедрение мутаций, которые улучшают состояние мышей с «болезнью Маусгеймера», здоровым мышам способствует ретенции.

• APP – это посредник баланса пластичности. Мутации APP – например, в бета-участке, гамма-участке и каспазном участке – изменяют баланс как в сторону улучшения памяти, так и в сторону ухудшения. Эти данные подтверждают, что APP сам по себе является медиатором баланса пластичности.

• Соотношение 4:2 отражает баланс пластичности, регулируемый APP. Мутации и другие манипуляции (например, добавление трофического фактора), которые увеличивают расщепление APP на 4 пептида (sAPPβ, Aβ, Jcasp и C31) или сокращают его расщепление на 2 пептида (sAPPα и αCTF), приводят к ухудшению памяти и росту риска патофизиологических изменений, лежащих в основе БА. В свою очередь, мутации и другие манипуляции, которые уменьшают данное соотношение, имеют противоположный эффект. Они улучшают память и снижают риск патофизиологических изменений, лежащих в основе БА.

• Факторы риска болезни Альцгеймера, к примеру ApoE4, меняют баланс пластичности и соотношение 4:2. Факторы риска, такие как ApoE4, низкий уровень эстрогена, дефицит витамина D и другие, повышают соотношение 4:2. В свою очередь, физические нагрузки и НТФМ снижают данное соотношение.

• APP – это рецептор зависимости. В таблице выше даны ссылки на источники, в которых представлены все признаки APP как рецептора зависимости, например единственный внутриклеточный каспазный участок и связывание с трофическим фактором (в данном случае нетрин -1).

• Вероятность развития БА α [синаптокластическая сигнализация]/[синаптобластическая сигнализация]. Также как в случае с остеокластической/остеобластической сигнализацией при остеопорозе, вероятность развития болезни Альцгеймера пропорциональна соотношению синаптокластической/синаптобластической сигнализации. Модуляция соотношения оказывает предсказуемый эффект на риск развития заболевания, на его прогрессию и регрессию. Этот принцип подтверждают известные нам генные мутации БА, каждая из которых повышает соотношение, а также многие эпидемиологические факторы риска и антириска – от физических нагрузок и гормонов до трофической поддержки.

• APP выполняет функцию молекулярного переключателя. Производные APP тормозят альтернативные пути расщепления (например, CTFα тормозит расщепление в гамма-участке), направляя процесс в ту или иную сторону, действуя как переключатель.

• APP-Aβ – это форма прионной петли. Как иллюстрация к сказанному выше, присоединение бета-амилоида к APP увеличивает выработку нового бета-амилоида (см. ссылку в таблице). В результате APP и Aβ образуют прионную петлю, где бета-амилоид провоцирует выработку себе подобных, постепенно усиливая этот процесс.

• Прионы образуются в результате избыточной биологической сигнализации. Системам, таким как свертывание крови, когда требуются быстрая амплификация и многоцелевое воздействие (будь то тромбоз/нетромботическое состояние или нейритное разрастание/сокращение) свойственна антигомеостатическая сигнализация. Как следствие, посредники порождают больше себе подобных, усиливая подачу импульсов. Все это характерно для прионов.

• Агрегация модулирует сигнализацию. На примере многих систем видно, что гомомерное взаимодействие белков связано с дополнительным эффектом, включая активацию. К примеру, в некоторых каспазах агрегация ведет к быстрой активации.

• БА – это нейродегенеративный дисбаланс пластичности, вызванный защитной реакцией на метаболический, инфекционный/воспалительный или токсический фактор. Как я уже рассказывал, разрезание APP на четыре пептида, ассоциирующихся с БА (путь продуцирования бета-амилоида), является следствием защитной реакции организма на три главных угрозы: воспаление, дефицит трофической поддержки и токсическое воздействие. Таким образом, в головном мозге запускается даунсайзинг (сокращение) синаптической сети.

• Лечение СКН, УКН и БА заключается в том, чтобы сдвинуть баланс пластичности в сторону синаптобластической сигнализации. Доказательством этому служат пациенты (не только мыши и другие животные) с СКН, УКН и ранней стадией БА, у которых сдвиг баланса в сторону синаптобластической сигнализации вызвал положительную динамику (см. ссылку в таблице).

Благодарности

Может ли один человек разработать эффективное лечение смертельного заболевания, которое оказалось устойчивым к сотням потенциальных препаратов? Вряд ли. Как гласит народная мудрость, один в поле не воин. Я невыразимо благодарен Джиму и Филлис Истон за щедрость и дружбу и за то, что они заставили меня по-иному взглянуть на болезнь Мери, дальновидному доктору Патрику Сун-Шионгу, бесстрашным Дугласу и Эллен Розенберг, Берилу Баку, Дагмаре и Дэвиду Долби, Стефану Бэктелу младшему, Диане Чемберс, Кэтрин Джел, Ларри и Гуннель Дингус, Микаэле Хоаг, Люсинде Ватсон, Тому Маршаллу и Фонду Джозефа Драуна, Джеффри Липтону, Райт Робинсон и Шар МакБи.

Для меня было огромным счастьем поучиться у выдающихся светил науки и медицины. Хочу сказать огромное спасибо за наставничество профессору Стенли Прузинеру, Марку Райтону (канцлер), Роджеру Сперри, Роберту Коллинсу, Роберту Фишману, Роджеру Саймону, Вишванате Лингаппе, Уильяму Швартсу, Кеннету МакКарти младшему, Ричарду Барингеру, Нейлу Раскину, Роберту Лейзеру, Сеймуру Бензеру, Эркки Руослахти, Ли Худу и Майку Мерзеничу.

Низкий поклон первопроходцам функциональной медицины, экспертам высшего класса и по совместительству моим коллегам Джеффри Бланду, Дэвиду Перлмуттеру, Марку Хайману, Дину Орнишу, Ричи Шумэйкеру, Саре Готфрид, Дэвиду Джонсу, Патрику Ханауэйю, Терри Валс, Стивену Гандри, Ари Войдани, Тому О’Брайану, Натану Прайсу, Джерэду Роучу и Крису Крессеру. Отдельно хотелось бы отметить Джулию Грегори и других активистов сайта ApoE4.info, а также Нулевого пациента, Дебору Сонненберг и Дэвида Б., которые помогают людям, страдающим деменцией. Спасибо врачам, лечившим и консультировавшим пациентов, упомянутых в книге: Мэри Кей Росс, Эдвину Амосу, Энн Хэтэуэй, Кэтлин Тупс, Рангану Чаттержи, Аяну Панже, Сьюзен Склар, Кэрол Даймонд, Ричи Шумэйкеру, Мэри Акерли, Сунже Швейг, Радже Пателу, Шерон Хаусман-Кохен, Нэйту Бергману, Киму Клаусену Розенштейну, Уэсу Янбергу, Карен Коффлер, Крэйгу Танио, Дэйву Дженкинсу, тренерам по здоровью Эмили Амос, Аарти Батавии и всем терапевтам Америки и других стран, кто участвует и вносит вклад в развитие протокола. Я благодарен Лансу Келли и его команде из Apollo Health, а также Хоану Поррасу и Factivate за работу над рекламой, алгоритмом и кодировкой ReCODE.

Совершить прорыв в лечении болезни Альцгеймера было бы невозможно без сотрудников моей лаборатории и коллег. Мы вместе уже без малого тридцать лет. За оживленные беседы, шумные собрания, бесчисленные эксперименты, невероятное терпение и стремление к познанию человеческой природы хочу сказать спасибо Шахрузу Рабизаде, Патрику Мехлену, Варгезу Джону, Раммонахану Рао, Патриции Спилман, Ровене Абуленции, Кайвану Ниази, Литао Чжонгу, Алексею Куракину, Веронике Гальван, Дарси Кейн, Карен Поксай, Клэр Петерс-Либо, Веене Тиндакаре, Алексу Маталису, всем прошли и нынешним членам Лаборатории Бредесена, а также коллегам из Институт Исследования Старения им. Бака, Калифорнийского Университета Сан-Франциско, Медицинского исследовательского института Сэнфорд Бернем и Калифорнийского Университета Лос-Анджелеса.

Позволю себе отдельно отметить старых друзей и соратников Тома Маунта, Лейху Ходнет, Шахруза Рабизаде, Патрика Мехлена, Дана Лоуэнштейна, Брюса Миллера, Стивена Хаузера, Майка Эллерби, Дэвида Гринберга, Джона Рида, Гая Сальвесена, Тука Финча, Нурию Асса-Мунт, Роба и Ким Розенштейн, Эрика и Кэрол Адольфсон, Джуди и Пола Бернштейна, Ролдана и Бэверли Бурман, Харлана и Сэнди Клеймана, Филиппа Бредесена и Андреу Конт, Дебору Фриман, Питера Логана, Билла и Сэнди Николсон, Стивена и Мэри Кей Росс, Раджу Ратана, Мэри МакИчрон и Дугласа Грина.

И наконец, я бесконечно благодарен команде профессионалов, которые участвовали в создании данной книги: соавторам Шарон Бегли, Деби Фелман и Тому Маунту, литературным агентам Джону Маасу и Селесте Фан из Sterling Lord Literistic, редактора Каролину Саттон, издателя Меган Ньюман и Avery Books, дочернюю компанию Penguin Random House.

Примечания

Глава 4: Как вызвать у себя болезнь Альцгеймера: Учебное пособие

1. Kumar, D. K., et al. Amyloid-beta peptide protects against microbial infection in mouse and worm models of Alzheimer’s disease. Science Translational Medicine 8: 340ra72, doi: 10.1126/scitranslmed.aaf1059 (2016).

2. Kumar, D. K., W. A. Eimer, R. E. Tanzi, and R. D. Moir. Alzheimer’s disease: the potential therapeutic role of the natural antibiotic amyloid-beta peptide. Neurodegenerative Disease Management 6: 345–348, doi: 10.2217/nmt-2016-0035 (2016).

Глава 5: На грани отчаяния: из лаборатории в клинику и обратно

1. https://en.wikipedia.org/wiki/Dependence_receptor.

2. Lourenço, F. C., et al. Netrin-1 interacts with amyloid precursor protein and regulates amyloid-beta production. Cell Death and Differentiation 16: 655–663, doi: cdd2008191 [pii]10.1038/cdd.2008.191 (2009).

3. Galvan, V., et al. Reversal of Alzheimer’s-like pathology and behavior in human APP transgenic mice by mutation of Asp664. Proceedings of the National Academy of Science USA 103: 7130–7135, doi: 10.1073/pnas.0509695103 (2006).

4. Spilman, P., et al. The multi-functional drug tropisetron binds APP and normalizes cognition in a murine Alzheimer’s model. Brain Research 1551: 25–44, doi: 10.1016/j.brainres.2013.12.029 (2014).

5. Там же.

6. Clarkson, T. W., L. Magos, and G. J. Myers. The toxicology of mercury – current exposures and clinical manifestations. New England Journal of Medicine 349: 1731–1737, doi: 10.1056/NEJMra022471 (2003).

Глава 6: Ген Бога и три типа болезни Альцгеймера

1. Mutter, J., A. Curth, J. Naumann, R. Deth, and H. Walach. Does inorganic mercury play a role in Alzheimer’s disease? A systematic review and an integrated molecular mechanism. Journal of Alzheimer’s Disease 22: 357–374, doi:10.3233/JAD-2010-100705 (2010).

Глава 7: «Когноскопия». Что вам угрожает?

1. den Heijer, T., et al. Homocysteine and brain atrophy on MRI of non-demented elderly. Brain 126 (Pt 1): 170–175 (2003).

2. Rocca, W. A., B. R. Grossardt, L. T. Shuster, and E. A. Stewart. Hysterectomy, oophorectomy, estrogen, and the risk of dementia. Neurodegenerative Diseases 10: 175–178, doi: 10.1159/000334764 (2012).

3. Brewer, G. J. Copper excess, zinc deficiency, and cognition loss in Alzheimer’s disease. Biofactors 38: 107–113, doi: 10.1002/biof.1005 (2012).

4. Chausmer, A. B. Zinc, insulin and diabetes. Journal of the American College of Nutrition 17: 109–115 (1998).

5. Liu, G., J. G. Weinger, Z. L. Lu, F. Xue, and S. Sadeghpour. Efficacy and safety of MMFS-01, a synapse density enhancer, for treating cognitive impairment in older adults: a randomized, double-blind, placebo-controlled trial. Journal of Alzheimer’s Disease 49: 971–990, doi: 10.3233/JAD-150538 (2016).

6. Smorgon, C., et al. Trace elements and cognitive impairment: an elderly cohort study. Archives of Gerontology and Geriatrics Supplement 9: 393–402, doi: 10.1016/j.archger.2004.04.050 (2004).

7. Tyler, C. R., and A. M. Allan. The effects of arsenic exposure on neurological and cognitive dysfunction in human and rodent studies: a review. Current Environmental Health Reports 132–147, Report No. 2196-5412 (Electronic) (2014).

8. Basha, M. R., et al. The fetal basis of amyloidogenesis: exposure to lead and latent overexpression of amyloid precursor protein and beta-amyloid in the aging brain. Journal of Neuroscience 25: 823–829, doi: 10.1523/JNEUROSCI.4335-04.2005 (2005).

9. Bakulski, K. M., L. S. Rozek, D. C. Dolinoy, H. L. Paulson, and H Hu. Alzheimer’s disease and environmental exposure to lead: the epidemiologic evidence and potential role of epigenetics. Current Alzheimer Research 9: 563–573 (2012).

10. Ashok A., N. K. Rai, S. Tripathi, and S. Bandyopadhyay. Exposure to As-, Cd-, and Pb-mixture induces Aβ, amyloidogenic APP processing and cognitive impairments via oxidative stress-dependent neuroinflammation in young rats. Toxicological Sciences 143: 64–80, doi: 10.1093/toxsci/kfu208 (2015).

11. Dysken, M. W. et al. Effect of vitamin E and memantine on functional decline in Alzheimer disease: the TEAM-AD VA cooperative randomized trial. Journal of the American Medical Association 311: 33–44, doi:10.1001/jama.2013.282834 (2014).

12. Poole, S., S. K. Singhrao, L. Kesavalu, M. A. Curtis, and S. Crean. Determining the presence of periodontopathic virulence factors in short-term postmortem Alzheimer’s disease brain tissue. Journal of Alzheimer’s Disease 36: 665–677, doi: 10.3233/JAD-121918 (2013).

13. Descamps, O., Q. Zhang, V. John, and D. E. Bredesen. Induction of the C-terminal proteolytic cleavage of AβPP by statins. Journal of Alzheimer’s Disease 25: 51–57, doi: 10.3233/JAD-2011-101857 (2011).

14. Bredesen, D. E. Inhalational Alzheimer’s disease: an unrecognized – and treatable – epidemic. Aging (Albany NY) 8: 304–313 (2016).

Глава 8: Протокол ReCODE: восстановление когнитивных функций

1. Heijer, T., et al. Association between blood pressure levels over time and brain atrophy in the elderly. Neurobiology of Aging 24: 307–313 (2003).

2. http://www.health.harvard.edu/diseases-and-conditions/glycemic-index-and-glycemic-load-for-100-foods.

3. Khan, A., M. Safdar, M. M. Ali Khan, K. N. Khattak, and R. A. Anderson. Cinnamon improves glucose and lipids of people with type 2 diabetes. Diabetes Care 26: 3215–3218 (2003).

4. http://articles.mercola.com/sites/articles/archive/2014/09/21/hilary-boynton-mary-brackett-gaps-cookbook-interview.aspx.

5. https://draxe.com/scd-diet/

6. http://www.drperlmutter.com/learn/resources/probiotics-five-core-species.

7. Thrasher, J. D., M. R. Gray, K. H. Kilburn, D. P. Dennis, and A. Yu. A water-damaged home and health of occupants: a case study. Journal of Environmental and Public Health 2012, doi: 10.1155/2012/312836 (2012).

8. http://www.survivingmold.com/shoemaker-protocol/Certified-Physicians-Shoemaker-Protocol

9. https://www.functionalmedicine.org/practitioner_search.aspx?id=117.

10. Shoemaker, R. C., MD. Surviving Mold: Life in the Era of Dangerous Buildings. Otter Bay Books, 2010.

Приложение D

1. Galvan, V., et al. Reversal of Alzheimer’s-like pathology and behavior in human APP transgenic mice by mutation of Asp664. Proceedings of the National Academy of Science USA 103: 7130–7135, doi:10.1073/pnas.0509695103 (2006).

2. Там же.

3. Theendakara, V., et al. Neuroprotective sirtuin ratio reversed by ApoE4. Proceedings of the National Academy of Science USA 110: 18303–18308, doi: 10.1073/pnas.1314145110 (2013).

4. Lourenзo, F. C., et al. Netrin-1 interacts with amyloid precursor protein and regulates amyloid-beta production. Cell Death and Differentiation 16: 655–663, doi: cdd2008191 [pii]10.1038/cdd.2008.191 (2009).

5. Lu, D. C., et al. A second cytotoxic proteolytic peptide derived from amyloid-beta-protein precursor. Nature Medicine 6: 397–404, doi:10.1038/74656 (2000).

6. Spilman, P., B. Jagodzinska, D. E. Bredesen, and John Varghese. Enhancement of sAPPα as a therapeutic strategy for Alzheimer’s and other neurodegenerative diseases. HSOA Journal of Alzheimer’s & Neurodegenerative Diseases 1: 1–10 (2015).

7. Spilman, P. R., et al. Netrin-1 interrupts amyloid-beta amplification, increases sAβPPα in vitro and in vivo, and improves cognition in a mouse model of Alzheimer’s disease. Journal of Alzheimer’s Disease 52: 223–242, doi: 10.3233/JAD-151046 (2016).

8. Julien, O., et al. Unraveling the mechanism of cell death induced by chemical fibrils. Nature Chemical Biology 10: 969–976, doi: 10.1038/nchembio.1639 (2014).

9. Matrone, C., et al. Activation of the amyloidogenic route by NGF deprivation induces apoptotic death in PC12 cells. Journal of Alzheimer’s Disease 13: 81–96 (2008).

10. Bredesen, D. E. Reversal of cognitive decline: A novel therapeutic program. Aging 6: 707–717, doi: 10.18632/aging.100690 (2014).

11. Bredesen, D. E., et al. Reversal of cognitive decline in Alzheimer’s disease. Aging 8: 1250–1258, doi: 10.18632/aging.100981 (2016).

* * *

Сноски

1

Для простоты в дальнейшем я буду называть бета-амилоиды сокращенно амилоидами.

2

К другим ингибиторам холинэстеразы, которые назначают пациентам с болезнью Альцгеймера, относятся ривастигмин (Экселон), галантамин (Разадин) и гиперзин А (отпускается без рецепта).

3

В англоязычной литературе – Mild cognitive impairment – MCI.

4

Гены под названием пресенилин-1 (PS-1) и пресенилин-2 (PS-2) повышают риск развития болезни Альцгеймера к 30-60 годам. Однако эти гены были выявлены лишь у пары сотен семей, и на их долю приходится всего 5 % деменций.

5

Три последующие научные статьи, опубликованные в 2015 и 2016 гг., подтвердили результаты первого исследования. +Изначально данный метод получил название MEND («Метаболическое решение нейродегенерации» от англ. metabolic enhancement for neurodegeneration). Но впоследствии мы заменили это устаревшее название на более современный термин ReCODE.

6

Фамилия Вулдриджа соответствует букве W в названии компании TRW, пионера в области аэрокосмического и электронного бизнеса.

7

Гены состоят из четырех основных компонентов, которые обозначаются заглавными буквами: А, Г, Т, Ц. Их различные комбинации кодируют строительные блоки белков. Таким образов, выявив гены и их мутации, Бензер смог определить белок, который кодирует каждый ген.

8

Боковой амиотрофический склероз – БАС.

9

Название отражает тот факт, что эти заболевания являются инфекционными. В коре головного мозга заразившегося появляются мириады крошечных отверстий, в результате ткани становятся похожими на губку.

10

In vitro значит «в стекле». Этот термин обозначает место, где ученые выращивают клетки и проводят соответствующие эксперименты, т. е. в чашке Петри или пробирке. Противоположная технология называется in vivo, в этом случае опыты осуществляются на живом организме, например на лабораторных крысах.

11

Ответная реакция на информацию вне клетки за счет инициации биохимических реакций внутри называется сигнальной трансдукцией.

12

Было установлено, что рецепторы зависимости участвуют в развитии метастазов, в ходе которых клетки отделяются от основной опухоли и распространяются по организму.

13

И в меньшей степени на поверхности других клеток.

14

Они называются: «бета»-участок, «гамма»-участок и «каспазный» участок.

15

Ученые могут датировать мутации, выявив разницу между современным и предшествующим состоянием – в данном случае ApoE3 и ApoE2 в сравнении с ApoE4 – и примерно зная, сколько тысяч лет протекают данные изменения.

16

Как правило, ухудшение когнитивных функций является результатом нейродегенеративных процессов, однако в некоторых случаях причина может быть совсем иной, например опухоль головного мозга. Прежде чем оценить полную картину метаболического баланса в организме, я советую поговорить с лечащим врачом и пройти МРТ и КТ, чтобы исключить данный вариант.

17

А также сердечно-сосудистых заболеваний, инсульта и некоторых форм рака.

18

Когда я говорю о молочных продуктах, то имею в виду продукты на основе коровьего, овечьего и козьего молока.

19

Сайт является англоязычным (Прим. ред.).

20

Сайт является англоязычным (Прим. ред.).

21

В России адреса альтернативных агентств можно найти в интернете по соответствующему запросу (Прим. ред.).

22

Англоязычная версия сайта (Прим. ред.).

23

C сайта доктора Дэвида Перлмуттера (http://www.drperlmutter.com/eat/foods-that-contain-gluten/).

Content

Дэйл Бредесен
Нестареющий мозг
Глобальное медицинское открытие об истинных причинах снижения умственной активности, позволяющее обрести ясность ума, хорошую память и спасти мозг от болезни Альцгеймера

КНИГИ О ТАЙНАХ НАШЕГО МОЗГА

Отзывы о книге

Часть первая Болезнь Альцгеймера: проблемы и решения

Глава первая Профилактика деменции

Глава вторая Нулевой пациент

Глава третья Что чувствуют люди, вновь вернувшиеся к нормальной жизни?

Глава четвертая Как вызвать у себя болезнь Альцгеймера: учебное пособие

1. Предотвращение и уменьшение воспаления

2. Оптимизация гормонов, трофических факторов и питательных веществ

3. Выведение токсинов

Часть вторая Болезнь Альцгеймера: раскладываем все по полочкам

Глава пятая На грани отчаяния: из лаборатории в клинику и обратно

Клеточный суицид. Безболезненный, но приводящий ко многим изменениям

Эврика!

Что такое болезнь Альцгеймера на самом деле

Бешеные коровы и вампиры

Пристрастие к лекарствам

Глава шестая Ген Бога и три типа болезни Альцгеймера

Часть третья Диагностика и индивидуальный терапевтический подход

Глава седьмая «Когноскопия». Что вам угрожает?

Гомоцистеин

Витамины B12, B6 и фолиевая кислота

Инсулинорезистентность – фактор риска развития Болезни Альцгеймера

Воспаление, хроническое системное воспаление и болезнь Альцгеймера

Витамин D3

Гормональный статус – противоречивый, но очень важный

Металлообнаружение. И не только в аэропортах

Сонное царство: сон и апноэ во сне

Холестерин и другие липиды

Витамин Е

Витамин В1 (Тиамин)

Проницаемость желудочно-кишечного тракта (cиндром «дырявой» кишки)

Проницаемость гематоэнцефалического барьера (барьер между кровью и мозгом)

Непереносимость глютена и зерновых

Аутоантитела

Токсины, тип 3 болезни Альцгеймера и синдром хронического воспалительного ответа

Митохондриальная функция

Индекс массы тела

Генетика

Количественное нейропсихологическое тестирование

Нейровизуализация, спинномозговая жидкость и электрофизиология

Тесты нового поколения для оценки когнитивного снижения

Важно знать

Финансовая сторона вопроса

Подводим итоги: «когноскопия»

Глава восьмая Протокол ReCODE: восстановление когнитивных функций

Гомоцистеин

Инсулинорезистентность

Диета Анти-Альцгеймер: Кетофлекс 12/3

Преимущества регулярных физических нагрузок

Обещание сна

Этот удивительный стресс

Гимнастика для мозга

Воспаление

Лечим кишечник

Гормональный баланс

Гомеостаз металлов

Токсины

Глава девятая Успех и социальные сети: распорядок дня на примере двух пациентов

Часть четвертая Максимизируем успех

Глава десятая Собираем все воедино: у вас получится

Глава одиннадцатая Никто не говорил, что будет легко. Обходные пути и решения

Глава двенадцатая Сопротивление переменам: Макиавелли встречается с Фейнманом

Приложения

Приложение А Какие продукты выбирать, а каких – избегать

Приложение В Несколько слов об измерении кетонов

Приложение С Анализ ДНК в компании 23andME

Приложение D

Благодарности

Примечания

Сноски