Кэт Кэнтрелл

Соблазнение с первого дубля

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

From Enemies to Expecting © 2017 by Kat Cantrell

«Соблазнение с первого дубля» © «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

* * *

Глава 1

Логан Мак-Лафлин ненавидел проигрывать. Видимо, именно поэтому судьба наградила его худшей командой в истории высшей лиги бейсбола. Проигрыши стали своего рода искусством, овладеть которым «Далласские мустанги», казалось, были обречены. Идеи, как помочь любимому клубу, у него уже закончились. Хотя, конечно, всегда можно было обновить состав и начать с нуля.

Логан был владельцем и генеральным менеджером команды. И он был рожден для этой работы. Его отец, Дункан Мак-Лафлин, с легкостью и изяществом управлял многомиллиардной компанией на протяжении тридцати лет. Но унаследовал ли Логан вместе с состоянием и любовью к бейсболу деловую хватку отца?

Продажи билетов на домашние игры «Мустангов» говорили об обратном. Огромные финансовые потери были единственной причиной, по которой Логан согласился на довольно нелепое предложение своего агента. Иначе бы он никогда не запятнал себя участием в реалити-шоу. Но, как известно, кто не рискует, тот не пьет шампанское. Ему нужно любым путем привлечь внимание к своей команде. Немедленно.

В студии было не протолкнуться. Логан стоял в углу, в руках у него была чашка отвратительного кофе. Ну, лучше уж так, чем оторвать кому-нибудь голову из-за нехватки кофеина в организме. Надо было заскочить в «Старбакс» по пути на съемки, но кто же знал, что у телекомпании, собирающей людей в пять утра, нет приличного кофе? Дерьмовый напиток испортил ему настроение.

– Логан Мак-Лафлин, – симпатичная сотрудница с айпадом в руках скользнула взглядом по участникам шоу, – присядете? Мы приступаем к съемкам.

– Нет, спасибо, я постою, – ответил он с любезной улыбкой.

Стулья были рассчитаны на обычных людей, и Логан – шесть футов четыре дюйма рост, двести двадцать фунтов вес – не помещался в большинство из них с одиннадцати лет. Кроме того, он предпочитал держать в поле зрения все сразу.

Мужчина среднего возраста, стоявший рядом, кивнул Логану, как старому знакомому:

– Думаю, я вас знаю. Я фанат «Янкиз». Видел вашу подачу около десяти лет назад.

– Да, было дело, – легко согласился Логан.

«Янкиз» пришлось отпустить его восемь лет назад: бейсбольная карьера, заполнившая его сердце и душу, закончилась после неудачной операции. Локоть до сих пор иногда побаливал, на всякий случай напоминая, что его дни в спорте закончены.

– Вы здорово играли! Сочувствую по поводу руки. – Мужчина удрученно покачал головой. – Жаль, что ваши таланты не успели принести плоды. «Мустангам» неплохо было бы взять вас за образец. Тогда, глядишь, у команды дела шли бы получше.

Да. Жаль. Логан кивнул в ответ на эту тираду. Он выбросил чашку с так называемым кофе в мусорную корзину и скрестил руки над дырой в груди, которую так и не заполнило обладание собственной бейсбольной командой. Все сложнее и сложнее было убеждать себя, что дни его спортивной славы не канули в Лету безвозвратно.

Победы «Мустангов». Увеличение количества проданных билетов. Продажа товаров с символикой команды. Вот что могло бы заполнить эту дыру. Когда он займет первое место в реалити-шоу, спортивным СМИ придется сменить пластинку и перестать полоскать его имя в грязи.

Еще нескольких человек позвали занять свои места за столом. Члены съемочной группы сгрудились вокруг камер, несколько техников сидели за стеклом в диспетчерской, надев наушники. Ведущий шоу, с идеальной прической и неестественной телевизионной улыбкой, уселся во главе стола, аккуратно сложив перед собой руки.

– Давайте устроим хорошее шоу! – провозгласил один из ассистентов, и ведущий пустился в разглагольствования.

– Всем привет! Я Роб Мур, ведущий шоу «Управление», где руководители компаний соревнуются друг с другом в командах по два человека, демонстрируя свое умение вести дела. Победители получат сто тысяч долларов на благотворительность. А проигравшие? Проигравшие – вон!

Логан закатил глаза, когда ведущий демонстративно рубанул по столу кулаком. Какая гадость.

И тут всеобщее внимание привлек посторонний шум. На съемочной площадке появилась темноволосая женщина, которую пыталась догнать одна из ассистенток.

Логан тут же забыл о смазливом ведущем и дурацком конкурсе благодаря другому шоу – грандиозному появлению опоздавшей участницы.

Она двигалась, как аутфилдер[1], имеющий дело с бегущим бэттером, завершающим хоумран, – быстро, целенаправленно и решительно, чтобы не дать мячу перелететь через стену. Пожалуй, она легко могла бы чему-то научить его ребят.

Чем ближе она подходила, тем интереснее казалась. Слева в волосах выделялась розовая прядь, а справа волосы были подстрижены очень коротко и асимметрично, и эта прическа совсем выбила Логана из колеи. Или дело было не в прическе, а в подведенных, как у Клеопатры, глазах – макияж был куда более броским, чем принято.

Всеобщее внимание обратилось именно туда, куда она и хотела, – на нее. Женщина была одета в облегающий, эпатажно яркий розовый костюм с глубоким вырезом, позволяющим всем желающим оценить ее красивую грудь.

– Простите за опоздание, – обратилась она к ведущему. Ее грудной голос отозвался внутри Логана особым образом – так, как давным-давно уже не было. С тех самых пор его славного питчерского[2] прошлого, когда поклонницы сами падали к его ногам. И кстати, он пользовался этим куда меньше, чем мог бы.

Леди в розовом была совершенно не в его вкусе.

Логан избегал таких женщин, как чумы. В них при более близком знакомстве всегда таится какой-нибудь ужасающий сюрприз. Ему нравились женщины простые, безыскусные, открытые. В общем, напоминающие самую прекрасную женщину на свете – его маму.

Но это вовсе не значит, что он не в силах оценить эффектную женщину с сексуальным голосом.

Розовая леди встала недалеко от Логана, несмотря на массу свободных мест за столом и высоченные шпильки, на которых явно было неудобно стоять.

– Я пыталась объяснить, что съемки уже начались, – сказала ассистентка Робу Муру приглушенным голосом. – Но ее было не остановить.

– Ничего, – ответил ведущий с лукавой улыбкой. Его взгляд перемещался с Логана на женщину в розовом и обратно. – О, просто здорово! Очень мило. Плохая девочка и хороший мальчик. Зрителям это понравится.

– Понравится? – Логан посмотрел на свою голубую футболку с логотипом «Мустангов» и джинсы, а затем на темноволосую незнакомку. До него медленно доходил смысл сказанного. – Вы хотите, чтобы мы были в одной команде? Не думаю, что это хорошая идея.

Но Мур уже перешел к другой паре, где партнеры казались более-менее довольными друг другом.

Логану стало нехорошо. Розовая дама скрестила руки под своим впечатляющим бюстом, отчего он еще больше приподнялся. Он отвел глаза, а она начала выстукивать каблуком какой-то сложный ритм.

– Что плохого в том, чтобы быть моим напарником? Думаете, раз у меня пирсинг в языке, то я ничего не умею? Чушь собачья, и вы сами это знаете.

Пирсинг? Логан мгновенно представил, что именно умеет женщина с металлическим кольцом в языке. Такие умения обычно демонстрируются на обнаженном теле. Например, на его теле.

Отвлечься от подобных фантазий было непросто. Вот поэтому он и любил скромных, несексуальных, «никаких» женщин.

– Я его даже не заметил, – искренне признался он, пытаясь не искать взглядом пирсинг у нее во рту. – Мои возражения вообще не имеют отношения лично к вам.

А вот это ложь. Все дело как раз в ней как в отвлекающем факторе. Ему, несомненно, нужен новый напарник.

Неизвестно почему женщина рассмеялась.

– У меня встроенный детектор лжи с новыми батарейками, – сказала она. – Оглянись вокруг, милый. У всех остальных уже есть пара. Так мы участвуем?

Логан уставился на палец своей новообретенной напарницы, который уперся прямо в его грудь. Затем заглянул в ее полные тревоги глаза. Они напоминали голубой лед и казались совершенно необычными – не исключено, что благодаря макияжу.

– Я участвую, – сказал он. – Вопрос в том, участвуете ли вы. Я-то не опоздал.

– Пять часов утра – несусветная рань, и я опоздала всего на пятнадцать минут. Вы не имеете права меня в этом упрекать.

Вообще-то имеет. Потому что он пришел вовремя, как и все остальные. Но раз уж все команды сформированы, то так тому и быть. Логан вздохнул:

– Ладно, я вас прощаю. Так какая, вы говорите, у вас отрасль?

– Я не говорила. А как, вы говорите, вас зовут?

Намек не остался незамеченным. Он совсем забыл о правилах хорошего тона с этой розовой штучкой, мама была бы расстроена его поведением. Он протянул руку:

– Логан Мак-Лафлин. Владелец и генеральный менеджер «Далласских мустангов».

– Значит, спорт – ваш конек. – Она выразительно посмотрела на его рубашку с символикой «Мустангов» и подала свою руку в ответ для небрежного рукопожатия.

В тот момент, когда он коснулся ее ладони, Логана словно ударило током. Такого с ним не случалось лет сто.

– У меня есть костюмы, – пробормотал он, не отпуская ее руку и осознавая, что рукопожатие должно было закончиться как минимум тридцать секунд назад. – Но я лучше буду ходить голым, чем в костюме.

Какого черта он делает?

«Возьми себя в руки, Мак-Лафлин! Эта женщина максимально далека от твоего идеала, и флирт с ней приведет к катастрофе, особенно учитывая, что в первую очередь надо сконцентрироваться на достижении победы в шоу», – подумал он. К несчастью, у него было ощущение, что поезд под названием «Катастрофа» уже вышел со станции.

– Мне тоже нравится ходить голой, – сказала она хриплым голосом, что тоже вызвало отклик в его теле. – Тринити Форрестер. Тринити значит «Троица», как в словосочетании «Святая Троица». А еще так звали телочку в «Матрице». И да, я уже слышала все шутки на этот счет. Так что держите их лучше при себе.

– Наверное, в таком случае мне не стоит спрашивать, религиозны ли вы.

Она улыбнулась, слегка наклонившись к нему, так что Логана окутал экзотический запах ее парфюма.

– Если вы это сделаете, получите мой стандартный ответ: любой человек в радиусе десяти футов, скорее всего, считает меня богиней. Так что и вы можете начать поклоняться мне в любой момент.

О, кажется, ее это забавляет. Логан нахмурился.

Если они собираются быть напарниками, они прямо сейчас должны установить несколько правил. Никакого флирта. Никаких игривых взглядов. Никакого сексуального шепота. Только работа, и мисс Я-Знаю-Все-Шутки лучше бы не отставать от него на своих сексуальных шпильках.

Камеры поймали каждое слово их диалога. Ну что ж, тем лучше. Чем чаще ее будут снимать, тем чаще на экране будет появляться ее имя и название ее фирмы – «Файра косметикс». Сложно придумать лучшую рекламную кампанию, а «Файре» нужно как можно больше положительных отзывов в прессе.

И она, Тринити Форрестер, добудет эти отзывы, даже если надо будет пройти огонь, воду и медные трубы. Ничто не должно случиться с компанией, которую она и ее три подруги по колледжу создали на основе своей мечты.

Из-за затесавшихся в их ряды диверсантов, запустивших в прессу клеветническую информацию, «Файра» вынуждена бороться за выживание. Как директор по маркетингу, Тринити приняла удар на себя. Это ее работа – остановить кровотечение. И участие в реалити-шоу – первый пункт ее плана.

Иначе бы она сейчас была в своем офисе и упорно трудилась над рекламной кампанией нового продукта под рабочим названием «Формула-47». Они надеялись запустить рекламу в течение следующих двух недель.

Мистер Мак-Лафлин все еще держал ее за руку. Идеально. Чем больше он увлечен, тем проще ей будет. Мужчины никогда не обращали на нее внимания, если не хотели затащить ее в постель, в основном потому, что таково было ее желание. Она была твердо уверена: секс – единственное, чем стоит заниматься с мужчиной.

Тринити улыбнулась Логану. Типичный техасский парень. Длинные каштановые волосы спадают на лоб, простая спортивная одежда – о да, типичный среднестатистический американец, так называемый Хороший Парень.

Хорошие парни всегда скрывают что-то не очень хорошее, она вызубрила этот урок давным-давно. Если надо довериться мужчине – не делай этого. Внезапная беременность в двадцать лет избавила ее от розовых очков, когда отец ее ребенка слинял, а потом у нее случился выкидыш.

– Мак-Лафлин, – протянула она. – Может, отдадите мне назад мою руку, чтобы мы могли приступить к работе?

Логан отбросил ее руку, словно ядовитую змею, и смущенно прокашлялся.

– Да, хорошая идея.

Они получили запечатанный конверт от ведущего, и Логан пошел за Тринити в уголок, где на большой подставке был закреплен лист бумаги для заметок. У нее руки чесались заполнить это пустое пространство диаграммами. Уж если это не пробудит ее уснувшую музу, то уже ничто не поможет. Хотя она много всего перепробовала.

Оператор последовал за ними в их закуток, продолжая снимать. Чудесно. Надо придумать побольше шокирующих моментов, чтобы редакторам было с чем поработать. Опоздание оказалось великолепным ходом. А лицо Мак-Лафлина, когда она рассказывала ему о себе… это было просто бесценно. Он, конечно, привык во всем следовать правилам. Вот позорище.

Логан разорвал конверт и вытащил бумажку с заданиями, быстро пробежав по ней взглядом.

– Мы должны открыть стойку с лимонадом в парке Клайда Уоррена. Команда, заработавшая больше всех денег, становится победителем и избегает наказания.

– Отлично. – Потерев ладошки, Тринити быстро сделала набросок стойки, в мельчайших деталях.

– Лучше сделать ее оранжевой. Она тогда составит хороший контраст зеленому, учитывая, что торговать мы будем в парке.

Напарник заглядывал ей через плечо, грея теплым дыханием шею и опираясь мускулистой рукой о подставку для записей.

– Что это?

– Табличка с названием. На ней написано «Лимонад Тринити».

Интересно, чем это от него пахнет? Такой… мужской запах. Чистые цитрусовые ноты привлекли ее внимание своей чувственностью. А ведь ей не слишком нравятся техасские мальчики, которые выглядят так, словно живут на улице.

Этот, к счастью, хозяин спортивной команды. Ему наверняка нужен словарь, чтобы поддерживать разговор за ужином, во время которого он, несомненно, хлещет пиво и смотрит телик, переключая туда-сюда сотни каналов со спортивными играми. Они, конечно, не слишком подходят друг другу. Вот разве что его накачанная грудь… У нее до сих пор болит палец, которым она опрометчиво ткнула в его грудную клетку, вовсе не ожидая наткнуться на скалу.

– Почему же «Лимонад Тринити»? – спросил он. – «Лимонад Логана» звучит лучше: оба слова начинаются с одной буквы.

– Вы хотите сказать, что это название благозвучнее, – сладко пропела она. – Но, дорогуша, я лучше знаю, как привлечь покупателей, так что давайте использовать наши сильные стороны.

Она сделала еще несколько штрихов на своем произведении искусства, а затем взвизгнула от неожиданности, когда напарник повернул ее лицом к себе. Плотно сжав губы, он возвышался над ней, как гора. Тринити привыкла смотреть мужчинам в глаза, а тот факт, что она не может проделать этот же трюк с Логаном, взбесил ее.

– Вы чертовски умело избежали упоминания о своих достоинствах, дорогуша, – вернул он ей это обращение с изрядной долей сарказма. – Я управляю спортивной франшизой стоимостью в несколько миллионов долларов. А чем занимаетесь вы, мисс Форрестер?

– Разве я не сказала? Я коммерческий директор компании «Файра косметикс», – с апломбом произнесла она, желая донести до него, что кое в чем действительно разбирается.

– Компания по производству косметики?

– В яблочко. Итак, сейчас все встало на свои места, – бодро проинформировала она его. – Маркетинг – моя забота. А ваша – выяснять, какой парень сильнее ударит по шарам. Когда у нас будет задание с шарами, руководить будете вы.

Набрасывая эскиз стойки, Тринити впервые за много недель испытала прилив вдохновения. Его долгое отсутствие, если честно, вгоняло ее в депрессию. Исчезновение музы само по себе настораживало, но длительность срока, на который она пропала, просто ужасало. «Файра» планировала выпустить свой новый продукт в ближайшие три месяца. К счастью, никто не знал, что с ней происходит. Не может же она сказать своим деловым партнерам, что у нее возникает психологический барьер, когда дело касается «Формулы-47». Они ведь рассчитывают на нее.

Его губы тронула улыбка, но это не обмануло ее ни на минуту.

– Если вы забыли, мы напарники. А это значит, что во всех задачах задействованы шары, особенно мои. Подвиньтесь и давайте сделаем это вместе.

Мило. Он не только произнес двусмысленность, но и сделал это с изяществом, которое она не могла не оценить. И только поэтому Тринити на дюйм отступила от холста, любезно предоставляя ему место у стенда.

Его рука вплотную касалась ее, поскольку Логан занял больше места, чем она намеревалась ему уступить. Гора железных мускулов, широкие плечи, стройные бедра, ну и, конечно, она не могла не заметить, как хорошо джинсы облегают его зад. Эта часть мистера Мак-Лафлина – просто подарок для любой женщины, и она тоже не сразу смогла отвести от него взгляд.

Логан молча взял маркер, зачеркнул надпись «Лимонад Тринити» и накорябал вместо нее «Мак-Лимонад». О боже, гениально! Как он посмел придумать такое первым?

Нахмурившись, она скрестила руки на груди, попутно въехав локтем ему в ребра. Казалось, будто она ударилась о кирпичную стену. Локоть противно заныл.

– Хорошо, оставим это название. Но цвет киоска будет оранжевый.

Он пожал плечами:

– Вот тут мне вообще все равно.

Он просто невыносим. Ничего общего с хорошими парнями, к которым она его поначалу отнесла. Стоило ему открыть рот, и он тут же растерял всю свою привлекательность. По крайней мере, она пыталась убедить себя в этом.

– О, неужели?

– Давайте начнем сначала. – Логан протянул ей руку.

Он пробудил в ней любопытство, и поэтому Тринити обхватила своей ладошкой его ладонь.

– Я Логан Мак-Лафлин. Я управляю бейсбольной командой, и у нас плохо продаются билеты. Мой агент считает, что это хороший способ привлечь к нам внимание. А для меня хорошо все, что может способствовать достижению этой цели.

Он встретился с ней взглядом. В его ореховых глазах читалась такая искренность, что у нее внезапно участился пульс. О боже. Искренность. Что этот чувак придумает дальше, интересно?

– Привет, а я Тринити Форрестер. Я продаю косметику с тремя подругами, которых очень люблю. Наша компания переживает не лучшие времена. Пресса не пишет о ней ничего хорошего, так что моему агенту пришла в голову гениальная идея засунуть меня в это шоу. И я… не уверена, что это верный ход.

Логан рассмеялся, и от его заразительного смеха у нее на душе стало тепло. И это было так мило, что она ощутила слабость в коленях. А слабость любого рода неприемлема. Но, надо признать, быть с ним жесткой оказалось сложней, чем она предполагала.

Так ли уж неправильно, что этот мужчина так воздействует на нее? Конечно же он несносный, упрямый и слишком правильный, на ее вкус, но у него великолепное тело, приятная улыбка и густые волосы, в которые можно запустить пальцы. Не может человек с такой внешностью быть совсем уж безнадежен.

– Странно, я считал так же, – произнес Логан. – Но я изменил мнение. Думаю, мы сможем помочь друг другу, если будем работать вместе. Попробуем?

Что ж, он все-таки решил быть приятным малым, а не упрямым ослом – этого она и ожидала. Придется с ним поработать, раз уж она хочет добиться своих целей. Тринити прикусила язык, чтобы не отпустить очередную шуточку на его счет, и взяла Логана под руку.

– Сделаем попытку.

Верный своему слову, Логан выслушал все ее идеи. Он даже смеялся ее шуткам – еще один плюс. Втайне ей было это приятно.

К концу дня у них было четыреста долларов с небольшим. Бог знает, как им это удалось. Они спорили по каждому пункту: сколько взять лимонада, где установить стенд, какой объем напитка наливать в стаканчики. Мистер Хороший Парень явно только прикидывался, что хочет чего-то, а сам стушевался, как только попал в гущу событий.

Наконец продюсер шоу попросил их собраться и приехать в студию, чтобы закончить съемки. Они отправились туда каждый в своей машине и вновь встретились на съемочной площадке.

На этот раз Тринити заняла место за столом. Целый день на ногах, да к тому же на шпильках, утомил ее донельзя.

– Добро пожаловать назад! – воскликнул Роб Мур, когда команды собрались за столом.

Логан стоял позади, а Тринити притворялась, что не замечает свободное место рядом с собой. Они с напарником словно нефть и вода, работают вместе только потому, что у них нет другого выхода.

– Мы подвели итоги, и я должен сказать, что все хорошо потрудились. Но победителями стали Митч Шонесси и Джон Робертс!

Разочарованная Тринити вежливо похлопала победителям и отправилась выписывать чек для детской больницы Сент-Джуд. Это был важный пункт: заработанные деньги должны пойти на достойные цели.

– Победители заработали четыреста двадцать восемь долларов! Впечатляющая сумма! – Ведущий сиял как начищенный пятак.

О боже! Им не хватило каких-то жалких двадцати пяти долларов? Тринити хотелось биться головой о крышку стола, но это, конечно, не приведет к тому, что на экране появится ее лицо и название фирмы. Но что, если это способ получить дополнительное эфирное время? Камеры все еще были наведены на проигравших. В этот момент ведущий возопил:

– Включите электрический стул, парни! Нам есть кого казнить!

Это была самая веселая часть шоу, которой она надеялась избежать. И у нее возникла идея, как это сделать и в то же время привлечь к себе внимание камер.

Отодвинув с громким скрипом стул, Тринити вскочила и направилась к своему напарнику, ткнув его пальцем в грудь с чуть большей силой, чем собиралась. Но она привлекла внимание оператора, и только это и имело значение.

– Это все твоя вина, Мак-Лафлин! Мы бы выиграли, если бы не ты.

Логан прищурился и протянул руку, чтобы убрать ее палец со своей груди.

– О чем это ты? Корабль начал тонуть уже в тот момент, когда нас поставили в пару. Плохая девочка встречает хорошего американского парня. Я вас умоляю. Надо было сразу назвать нашу команду «Титаником».

Это сравнение потрясло ее, и Тринити чуть не рассмеялась. Она воздаст должное его остроумию позже, за бокалом вина, когда будет отмечать тот факт, что больше никогда его не увидит.

– Знаешь, в чем твоя проблема?

– Даже не сомневаюсь, что ты сейчас мне все сама расскажешь, – ответил Логан, скрестив руки на груди. На эту позу она весь день тщетно пыталась не обращать внимания. Когда он так делал, его бицепсы натягивали рукава футболки, громко взывая к тому, чтобы их потрогали. Хотелось бы ей когда-нибудь это сделать. Или она слишком много хочет?

– Кто-то же должен это сделать. В противном случае ты так и будешь всю жизнь носиться со своим сводом правил как с писаной торбой. А некоторые правила созданы для того, чтобы их нарушать. Из-за твоей правильности мы проиграли. Не забудь подать заявку на причисление к лику святых.

Его взгляд не обещал ничего хорошего.

– Хочешь сказать, что я пай-мальчик?

– Ты сам это сказал. Но даже не это твоя главная проблема.

В глазах Логана заиграли нехорошие огоньки, и Тринити почти сдалась, потому что он явно не на шутку разозлился. И хоть она и хотела, чтобы все камеры были обращены на них, она чувствовала себя неловко из-за того, что наехала на него. С другой стороны, в таком состоянии Логан отбросил все свои правила и сфокусировался исключительно на ней.

И это ей нравилось.

– О, я должен это услышать. Ну-ка, просвети меня!

– Тебя тянет ко мне, и ты не можешь с этим смириться. – Это утверждение было из серии «чья бы корова мычала», хоть ей и не хотелось это признавать, тем более вслух.

– Что, прости?

– Ты слышал.

Ее палец снова уперся ему в грудь. Она была твердой, и что-то в ее неподвижности было чертовски сексуально. Логан был крепким, надежным, одним из тех, кто всегда рядом в трудную минуту. А хрупкой девушке никогда не помешает сильное плечо рядом.

– Да, слышал, – прорычал он и потянулся к ее пальцу, но не для того, чтобы убрать его, а чтобы накрыть его своей ладонью и крепко прижать к груди. – И это самое безумное утверждение из тех, что ты сегодня выдала.

Оператор снимал их ссору. Тринити едва сдержала довольную улыбку.

Да, такое не купишь. Завтра к этому времени – с ее помощью – это видео станет вирусным: два конкурсанта сцепились на съемках ТВ-шоу. Зрители увидят сильную женщину, не уступающую своему партнеру-мужчине. Если они напишут название «Файра» правильно, это упрочит положительную репутацию компании и сведет на нет негативные отзывы.

– Приготовься услышать что-нибудь покруче, потому что тебя не только тянет ко мне, но ты еще и не можешь перестать думать о том, каково целоваться со мной. Мой проколотый язык вызывает твое живейшее любопытство.

– Ну разумеется, – не стал отпираться Логан.

Что? Заинтересованная, она пристальнее посмотрела на него и, да, прочла у него на лице нечто большее, чем смятение. Логан Мак-Лаф лин – типичный бойскаут, и он никогда не целовал женщину с пирсингом языка. Но хотел этого.

Между ними стало по-настоящему жарко. Его сердце билось под ее ладонью сильно и хаотично – точно так же, как и у нее.

– Какому нормальному мужчине не было бы любопытно попробовать, – пробормотал он. – Для чего еще прокалывают язык, если не для того, чтобы доставить удовольствие мужчине?

Он на мгновение зажмурился, а когда открыл глаза, в его взгляде было столько неприкрытого желания, что ее сердце пустилось вскачь. Поймав горячий взгляд Логана, Тринити подалась ему навстречу.

– Единственный способ проверить…

Он накрыл ее губы своими прежде, чем она успела договорить. А затем все разумные мысли испарились из ее головы. Съемочная площадка исчезла, любопытные зеваки растворились – в его объятиях она едва была в силах обращать на все это внимание.

Вот то самое место, где ей хочется быть, – в его объятиях.

Логан Мак-Лафлин – совершенство. Упругий и твердый во всех местах. Его спина – произведение искусства, идеальное чередование холмов и долин, какого она не встречала прежде ни у одного мужчины. Вы только подумайте! Что-то новенькое в ее представлении о мужских телах. Она хотела большего. И взяла.

Наклонив голову, Тринити углубила поцелуй, и он подхватил ее движение, устремив свой язык к ее, взяв на себя управление этим поцелуем. Боже, что он с ней делает!

И тут внезапно его губы исчезли, и она покачнулась, отчаянно пытаясь вернуть их назад. Вместо этого Логан наклонился и уткнулся носом ей в ухо.

– Ну, как я справился? – прошептал он. – Оправдал ожидания?

Тринити рассмеялась. А что еще ей оставалось?

– Да, это было здорово!

Конечно же он с самого начала включился в игру. Неужто она поверит, что мужчина, застегнутый на все пуговицы, может и впрямь гоняться за женщиной вроде нее, превратившей свою независимость в щит? Что он так же растворился в этом поцелуе, как она?

Никогда в жизни они не будут хорошей парой. Разве что в шутку.

Это был отличный момент, чтобы попрощаться. Но Тринити почему-то было очень сложно расстаться со своим напарником.

Глава 2

Следующим утром Тринити вошла в пятиэтажное здание из стекла и стали, которое занимала созданная ею с подругами косметическая компания. У нее до сих пор вызывал трепет современный дизайн и пурпурные цвета, которые они выбрали для оформления помещений. Офис находился недалеко от центра Далласа, что было идеально для одинокой женщины, владеющей чудесной квартиркой в самом сердце города.

Кэсс периодически заводила разговор о переезде компании в Остин. Тринити помалкивала, потому что у директора «Файры» были веские причины хотеть этого: ее муж Гейдж жил там, и к тому же они ждали ребенка. Тринити ничего не имела против Остина как такового. Но это был как раз тот момент, который она не могла держать под контролем. А она ненавидела все, что не могла контролировать.

Кроме того, почему бы Гейджу не перевести свою компанию в Даллас? Они с Кэсс оба управляют большими компаниями с массой работников. Но Гейдж – мужчина, и только поэтому он автоматически выиграл?

Тринити подошла к своему кабинету и услышала приглушенный гул голосов и аплодисменты. Она усмехнулась. Ее поцелуй с Логаном явно имел успех. Шоу выйдет только в конце недели, но она очаровала продюсера, и клип с поцелуем начал свое вирусное путешествие в соцсетях. Она отметила всех, кого знала, чтобы поделиться видео.

Она ведь не из тех, кто пускает все на самотек.

Кэсс назначила совещание на утро – возможно, чтобы первой узнать подробности. Тринити прихватила чашку кофе, вытащила айпад из сумки и направилась к залу совещаний, где Кэсс уже сидела во главе стола.

– Привет! – поприветствовала Тринити Кэсс, финансового директора «Файры» Алекс Эджвуд и доктора Харпер Ливингстон-Гейтс, главного научного сотрудника. Лица последних появились на полиэкране монитора на стене. Они участвовали в совещании виртуально, поскольку обеих не было в Далласе из-за того, что их мужья гнули пальцы.

Тринити опустилась в кресло и упрекнула себя в том, что она такая недобрая. Алекс была беременна двойней, к тому же находилась на сохранении, так что в ее пребывании в Вашингтоне с мужем Филиппом, сенатором, был смысл. Муж Харпер работал в Цюрихе, и вряд ли ее можно винить за желание просыпаться в одной постели с мегасексуальным мужчиной, особенно если учесть, что они только что выяснили, что любят друг друга, после того как десять лет были просто друзьями.

Может, она немного завидует, что у всех остальных жизнь полна всяких женских радостей вроде влюбленности в великолепного парня и его поддержки во время беременности. И никто из них не пострадал от ужасного выкидыша, который заставляет чувствовать свою ущербность. Ну и что? Зато в ее жизни есть много других классных вещей – например, большое количество мужчин.

Другое дело, что в последнее время классных парней попадалось мало. Подводные камни тридцатилетия. Все больше начинаешь думать о смысле понятия «классный», под которое никак не подходят мальчики с синдромом Питера Пэна. Увы, именно таких она в основном теперь и встречает.

Просто интересно, почему ее это больше не устраивает.

Кэсс начала разговор с хитрой улыбочкой на лице:

– Вы с партнером по реалити-шоу, кажется, стали очень близки. Рассказывай!

– Это все только для камер, дорогая, – уверила ее Тринити. Черт, что за боль внутри она чувствует? Этот поцелуй был фальшивкой. С обеих сторон – каким бы реальным он ни казался. – Мы с ним оба заинтересованы в дополнительном внимании. И это сработало.

Алекс и Харпер синхронно пробубнили что-то о том, как они разочарованы, что история не оказалась более пикантной.

– Я знаю, мы превратили обсуждение нашей личной жизни в обычную тему наших заседаний, но давайте двигаться дальше, – с нажимом сказала Тринити. – Я уверена, Кэсс не просто так нас собрала – уж явно не для того, чтобы обсудить моего напарника.

– На самом деле именно для этого, – ответила Кэсс. – Вопрос рекламы сейчас самый важный. После проблемы с утечкой, а затем с Управлением по саннадзору объем продаж резко сократился. Каждый день выходят новые статьи, а с ними появляются новые проблемы. Клеветническая кампания набирает обороты.

Тринити тоже так казалось. Именно поэтому она так злилась. Это ее территория. Ее компания. И за ее уничтожением стоит какой-то гад.

– Да, я знаю. Из-за этого я и отправилась на это шоу, помнишь?

– Не уверена, что этого достаточно, – нахмурилась Кэсс. – Я одобрила этот план, поскольку его предложил наш агент по рекламе, но нам надо двигаться вперед в преддверии запуска «Формулы-47». Когда ты сможешь представить маркетинговый план?

– В следующий понедельник? – предложила Тринити и задумалась о том, как сильно она облажалась, поскольку даже не приступала к составлению плана.

Это, конечно, только ее вина. Но до сих пор у нее совсем не было вдохновения, она даже не была в состоянии общаться с друзьями. Последний личный разговор вбил клин между ней и подругами, поскольку Тринити оказалась по другую сторону баррикад.

Тринити ненавидела это. Она была рада за подруг, но печалилась, что они все выбрали жизнь совсем не похожую на ту, что вели когда-то. Кардинально противоположную ее образу жизни. И она была уверена, что именно поэтому ее креативность покинула ее в тот момент, когда она больше всего нуждалась в ней.

Эскиз, который она сделала во время шоу на белом листе, когда Логан маячил у нее за плечом, открыл потоки вдохновения. Может, все дело в расходных материалах? Надо в обед послать за мольбертом. Вдруг сработает.

Она могла бы заставить свою музу потрудиться и получить блестящий результат к понедельнику. Особенно если сработает реклама в шоу. Тогда она сможет полностью сосредоточиться на «Формуле-47», превратить ее в главный крем от морщин и рубцов и сделать «Файру» лидером в своей отрасли.

Кэсс кивнула и перешла к цифрам, за которые отвечала Алекс. Тринити опустилась в свое кресло и попыталась выудить что-нибудь подходящее из своего подсознания. Не получилось, но у нее впереди целая неделя. Не проблема.

Ни мольберт, ни айпад не сотворили чуда. Не помог и мозговой штурм, который Тринити устроила со своей командой, чтобы раздобыть побольше идей. В четыре часа она отправила администратора Мелинду за дюжиной новых блокнотов. Остатки тех, что Тринити купила в обед, валялись на полу смятые и разорванные. А парочку листов она еще и проткнула шпильками своих «лабутенов» – но только потому, что большие дырки улучшали дизайн упаковки, над которым она работала.

У нее даже не родилось название продукта, а без него нет особого смысла разрабатывать дизайн.

Ее творческий процесс строился из нескольких блоков, и название всегда шло первым, но она отчаялась продвинуться в этом направлении. «Формула-47» будет главным продуктом «Файры», и как директор по маркетингу Тринити должна взять этот груз на себя. Ее команде и без того есть чем заняться.

Мелинда просунула голову в дверь:

– Я принесла твои блокноты. А еще пришла Лара из «Джианни паблисити групп». Ей не назначено. Отослать ее?

Пиар-агент. Отлично. Именно это ей и надо сейчас – напоминание, что Кэсс наняла стороннюю фирму, чтобы делать ее, Тринити, работу. И именно стараниями Лары она оказалась в горячих объятиях техасского ковбоя.

Вообще-то она уже должна была забыть имя Логана Мак-Лафлина. Бог знает почему оно застряло у нее в голове и вызывает прилив тепла в разных частях тела – не в тех, что нужно.

Тринити вздохнула:

– Нет, все в порядке. Я с ней поговорю.

Лара Джианни ворвалась в комнату, обняла и расцеловала Тринити в обе щеки. Шикарная итальянка с длинными волосами.

– Ты гениальна и очаровательна! Логан Мак-Лафлин великолепен!

– Отвали. Я первая его увидела, – сухо ответила Тринити. Она что, читает ее мысли? – Что это он вдруг великолепен? У тебя хорошие новости?

Лара рассмеялась:

– Самые лучшие. Твоим видео поделились полмиллиона раз! Вы понравились людям! Комментарии под вашим видео бесценны. Любовь на съемочной площадке телешоу – блестящий маркетинговый ход!

– Минуточку! Любовь? Это шоу для предпринимателей, а не «Холостяк».

Выражение лица Лары очень ей не нравилось.

– Предполагалось, что публика увидит название компании и создаст положительные ассоциации с названием «Файра». Вот как ты преподнесла нам эту идею.

– Это было до того, как ты отправилась в прямо противоположном направлении. И оно мне понравилось! Ты и впрямь гений!

Так, это понятно. Непонятно только, какого черта Лара говорит об этом.

– Я не пошла в другом направлении. Мы проиграли, и мне нужно было срочно что-то предпринять. Ну, я его и поцеловала. Вуаля, теперь «Файра» во всех соцсетях.

– Нет. – Лара покачала головой. – Это ты во всех соцсетях. Им понравился роман, который ты так опрометчиво закрутила. И я очень рекомендую его продолжить.

У Тринити душа ушла в пятки.

– Продолжить что? Нет никакого романа. Просто один поцелуй.

Жаркий поцелуй.

Лара пожала плечами:

– Надеюсь, ты представляешь, как превратить его в нечто большее. Это не обязательно должны быть настоящие отношения – хотя бы фотографируйся с ним. Много. Во время поцелуев и стрельбы глазками.

Ну да, логично. Фальшивые отношения строго на публику? Она так не может. Да и он не станет. Хотя… чем это в корне отличается от фальшивого поцелуя по тем же причинам? Логан вцепился в ее инициативу, как голодный пес в кусок мяса. Может, ему вполне удастся притвориться, что они впрямь сладкая парочка?

При этой мысли Тринити задрожала – и сама испугалась своей реакции. Преимущества подобной сделки очевидны, она открывает множество интересных возможностей для них обоих. Да и потом, невероятно заманчиво выманить наружу чертей из этого тихого омута, особенно на камеру.

Нет. Длительные поддельные отношения – это совсем не то, что один несчастный поцелуй. Ее актерские навыки не настолько хороши. Кроме того, ей самой непонятно, что ей придется делать на самом деле – изображать или скрывать влюбленность.

– Нет. Я не могу пойти на это.

Лара скептически выгнула бровь, набрала что-то на экране своего смартфона и сунула ей под нос победно рвущуюся вверх красную линию диаграммы.

– Это кликабельность твоего видео на сайте «Файры».

У Тринити от лица отхлынула кровь. Семьдесят пять процентов. Семьдесят пять! До сих пор самые удачные ее кампании приносили лишь двенадцать процентов.

Против «Файры» велась бесчестная война, а значит, она не может позволить себе упустить такую возможность.

Майра бросила ему на стол распечатки, даже не пытаясь скрыть ироничной ухмылки.

– А я говорила, что это сработает.

Да уж, и впрямь сработало. Тут и агент по рекламе не нужен, чтобы заметить двойной прирост в продаже билетов. Весь офис «Мустангов» жужжал об этом с самого утра. А все благодаря директору по маркетингу Тринити Форрестер.

Кто бы мог подумать, что их жгучий поцелуй принесет такие солидные дивиденды?

Дункан Мак-Лафлин никогда не прибегал к таким методам, чтобы заставить зрителей раскошелиться, но надо сказать в защиту Логана, что это была не его идея. Впрочем, он недолго раздумывал – подписался на это сразу, едва понял, что горячая штучка, на которую он пускал слюни, не имеет на него видов. Она просто нашла еще одну возможность обратить на них внимание камер. И поскольку эта тактика сработала, жаловаться ему не на что. Кроме того, что он не может забыть ощущение от ее пирсинга у себя на языке.

Его администратор Лиза вошла в кабинет. Глаза ее были удивленно распахнуты.

– М-м-м, босс? К вам посетитель. Мисс Форрестер.

Ну и ну. Логан откинулся на спинку кресла, наблюдая, как выражение лица Майры меняется от заинтригованного до очень заинтригованного. Логан боялся, что с его лицом происходит нечто подобное, поэтому постарался совладать с собой, прежде чем кивнуть Лизе.

– Впусти ее. Спасибо, Майра. Продолжим позже.

А затем в кабинет ворвалась Тринити – и мир бейсбола перестал существовать. Логан просто остолбенел. Боже, до чего она сексуальна! Все в ее облике говорило о том, что это сила, с которой надо считаться.

Сегодня на ней был темно-фиолетовый костюм с микроюбкой и черные чулки, в которых ее ноги казались просто бесконечными – он бы, конечно, предпочел увидеть их у себя в спальне.

– Спасибо, что принял меня, – сказала она.

Этот голос с хрипотцой… Он не ожидал от себя такой реакции: при его звуках по спине у него побежали мурашки и кровь быстрее заструилась по венам. Логан почувствовал себя на удивление живым – только те, кто покорял горные вершины, знают, что это такое.

Почему она? Из всех женщин? Он всегда хотел видеть рядом с собой простую женщину без всяких заморочек, которая слушает кантри, планирует пикники и все такое. Милая женщина, с которой можно остепениться, завести детей, которая стала бы любовью всей его жизни. Как у его отца. То, что он еще не встретил свою идеальную леди, говорит о том, что она находится где-то далеко от него.

И ее имя не Тринити. Его не должно к ней тянуть.

Вспомнив о хороших манерах, он встал, указал ей на свое любимое кресло у окна, выходящего на стадион. Любимое до тех пор, пока не начиналась игра, неизбежно приводящая к горькому финалу.

Большинство генеральных менеджеров сидят в роскошных кабинетах с кондиционерами. Но его игроки без присмотра еле двигались по полю, тем более что жара в августе стояла невыносимая. Старший Мак-Лафлин проводил большую часть времени на стадионе, и Логан следовал его примеру.

Вместо того чтобы сесть на предложенный стул, Тринити встала как вкопанная и окинула оценивающим взглядом его тело.

– Ты в костюме. Напомни, что ты там говорил о костюмах?

«Я лучше пойду голым».

Неозвученная цитата повисла в воздухе между ними.

– Сегодня я взрослый ответственный человек, – ответил он и откашлялся.

– А, вот оно что. А я уж было подумала, что это твой прикид на Хеллоуин, – пожала она плечами, улыбаясь. – Кстати, мне нравится, как ты выглядишь в костюме.

– Что я могу для вас сделать, мисс Форрестер?

Чем раньше он от нее избавится, тем быстрее можно будет приступить к работе. Или принять холодный душ. Главное – не дать ей преимущество до того, как она втянула его в торги, а ему не ударили в голову гормоны.

– Можешь звать меня Тринити. – Вздернув подбородок и встряхнув своей черной гривой, она направилась к столу. Она подкрасила волосы вовсе не для того, чтобы произвести на него впечатление, это точно. – Расскажите мне о ваших цифрах.

Логан бросил взгляд на распечатки, которые подсунула ему Майра. К чему она клонит?

– Я доволен результатами размещения вирусного видео и надеюсь, что, когда снова начнутся съемки, эта тенденция сохранится. А что у вас?

– Просто фантастика! На самом деле все так здорово, что я решила сделать вам предложение.

То, как Тринити это сказала, придало фразе особое звучание, словно она намекала на тайное свидание, во время которого он наконец узнает, каково ощущать ее проколотый язык на своем теле. Если это когда-нибудь произойдет, он, конечно, навсегда будет потерян для других женщин.

Его тело напряглось в предвкушении. Оно умоляло: «Давай проясним ситуацию!»

– Я слушаю, – произнес он, хотя по-хорошему стоило бы указать ей на дверь.

– Нашей аудитории понравилось видео, где мы вместе. Мой пиар-агент считает, что мы должны извлечь из этого выгоду и закрутить роман на публику. Притвориться, что мы стали встречаться после знакомства в реалити-шоу.

– Это худшая из всех идей, что я слышал. Мы убьем друг друга до того, как кто-нибудь поверит, что мы пара.

Впрочем, появление видео слишком удачно совпало с увеличением продаж билетов, чтобы быть простой случайностью. Что плохого в том, чтобы использовать эту возможность?

Плохого много. Идея, может, и отличная, а вот его реакция на Тринити каждый раз, когда она появляется поблизости, его пугает.

А прошлой ночью ее даже рядом не было, когда он у себя в спальне дал волю воображению, представив ее стройные ноги вокруг своего торса. Плюс ко всему в душевой она тоже стала звездой его фантазий… Это, конечно, не преступление. Правда, он и представить не мог, что увидит ее так скоро вживую.

– Худшей была идея поставить нас в пару на этом дурацком шоу. Но мы заставили ее заработать. Вместе. Это было командное усилие, и мы почти выиграли. Только подумай, какой результат могут принести согласованные действия! Мы утолим жажду публики, обожающей наблюдать за романами знаменитостей. Разве это не форсирует продажу билетов?

Так ли уж плохо использовать эту идею, чтобы удовлетворить свое любопытство по отношению к Тринити? Другой вопрос, сколько он продержится, не распуская руки? Вряд ли долго. Он либо задушит ее, либо спровоцирует на новый поцелуй.

Чем больше он думал, тем меньше ему нравилась эта идея.

– Откуда тебе знать, вдруг я не одинок? Может, у меня уже есть идеальная девушка, и я…

– Пожалуйста, не оскорбляйте меня, мистер Мак-Лафлин, – фыркнула Тринити. – Или себя. Сексуальное напряжение, возникшее между нами, можно было потрогать руками. Если у тебя есть девушка, а ты вот так целуешь меня, то я явно ошиблась на твой счет.

– Понятно, – кивнул Логан. – В общем, это уловка, чтобы привлечь к себе побольше внимания. Достаточно посетить несколько игр «Мустангов» в качестве горячей подружки владельца команды, чтобы вызвать повышенный интерес СМИ и зрителей.

Тринити смело посмотрела на него, словно его намеки совсем ее не беспокоили.

– Ну а что, если так? Это автоматически делает идею плохой? Мои и твои преимущества от этой идеи необязательно должны совпадать. Продажи билетов – единственное, что имеет значение.

Ух ты. Он покачал головой. Тринити Форрестер не стесняется называть вещи своими именами.

– Позволь мне убедиться, что я все понял правильно. Ты предлагаешь мне фальшивые отношения. Встречаться, выходить вместе в свет, посещать мероприятия. Исходя из того, что публика готова потратить на это много денег. Верно?

– Мы поможем им потратить деньги с помощью нашей рекламной кампании. Привлеки к этому своих рекламщиков, поговори с отделом маркетинга. Давай сделаем красивое шоу и привлечем внимание каждый к своему продукту.

Все, что она говорила, не просто имело смысл. То, как она подавала свою идею, неимоверно привлекало его. Будоражило.

– Как именно мы будем встречаться?

Как будто это самая большая проблема.

– А кто сказал, что мы будем встречаться? – Ее голубые глаза задорно блеснули. – Часть нашего обаяния как пары – то, как мы ссоримся. Это очень хорошо смотрится на экране. Ты разве не видел клип?

Логан смотрел видео несколько раз, и у него не было причин делать вид, что Тринити не права. Не мог он забыть и то, как спор с ней добавил огня их поцелую.

– То есть предполагается, что мы будем не только как бы встречаться, мы еще и будем устраивать стычки на людях?

Это уже слишком. Логан и его темперамент – с давних пор заядлые враги. Каждый раз, когда он позволял эмоциям захлестнуть его, он принимал неправильные решения. С тех пор как он стал владельцем «Мустангов», он старался держать себя в руках. Хозяин команды должен быть хладнокровен, и поэтому свое новообретенное спокойствие он считал большой удачей.

Пока не встретил Тринити.

Она единственный человек, который угрожает его спокойствию каждую минуту.

Она пожала плечами:

– Давай проясним. Я сделаю что угодно, чтобы уговорить тебя на это. Если ты хочешь, чтобы я была милой, приятной и улыбалась твоим фанатам, я буду.

Подойдя поближе, она провела пальцами по его рубашке, напомнив о том, как делала это совсем недавно – как раз перед их горячим поцелуем.

Словно прочитав его мысли, она обожгла его взглядом, оглядела его с ног до головы, отчего по всему телу Логана побежали мурашки. Но, как всякий спортсмен, он знал, что такое самодисциплина. Уйдя из большого спорта, он не позволил себе почивать на лаврах и зарастать жиром.

– Логан, – хрипло прошептала Тринити, снова подвергая его самоконтроль испытанию, – если ты хочешь, чтобы я носила кожу и держала кнут в руках, потому что тебе нравятся плохие девочки, я буду счастлива повиноваться. Только скажи, чего ты хочешь.

А вот это было уже совсем интересно. Его воображение унесло его в такие дали, что он рисковал оттуда не вернуться. Не было больше смысла притворяться, что он не думает в этом направлении.

– Пусть все выглядит естественно.

– Разумеется. Множество поцелуев на публике. Демонстрация нежности. Примирения после бурных ссор. Кольцо с огромным сверкающим бриллиантом.

Даже за тысячекратное увеличение продаж он не будет этого делать. Брак – это святое.

– Я не буду делать тебе предложение даже в шутку. Кольцо предназначено только для будущей миссис Мак-Лафлин. Она заслуживает того, чтобы быть единственной, кому оно достанется.

Что-то промелькнуло во взоре Тринити. Может быть, тоска. Но он не успел толком разглядеть, поскольку ее лицо тут же стало жестким и непроницаемым.

– Это справедливо. Играй по своим правилам, – согласилась она, не желая вступать в споры прямо сейчас.

– Нам придется проводить много времени вместе, занимаясь разными делами. Тебе надо будет притвориться, что ты любишь бейсбол. И никакой зевоты и остекленевшего взгляда, когда я воспеваю спортивные достоинства Нолана Райана.

На самом деле если бы он и делал это, то только ради прикола. Нельзя заставить человека полюбить бейсбол.

– Договорились – в том случае, если ты проявишь ответное рвение, слушая мои разглагольствования об «Эсте Лаудер», – лукаво усмехнулась Тринити. – Логан, ты мне нужен. А я тебе. Сделай мне деловое предложение. Пожалуйста.

– Я подумаю.

Да что там думать – он просто не может отказать. Единственное, что надо обмозговать, – насколько далеко в конце концов могут зайти фиктивные отношения. Насколько глубокими могут они стать. И сможет ли он управлять своим темпераментом и своим разумом, встречаясь с Тринити Форрестер.

Она выпорхнула из его офиса, сопровождаемая шлейфом пряных духов.

И прежде чем он успел напомнить себе о тысяче и одной причине не ввязываться в эту сомнительную авантюру, Логан написал эсэмэску: «Я в деле».

Глава 3

Тринити не отвечала на сообщение Логана два дня. В основном потому, что не знала, что делать с фиктивным бойфрендом. Ее беспокоили бойфренды любого рода, но тот, с которым она не спит, – особенно.

Что делать с мужчиной вне постели? Посещать клубы? Ждать, что их кто-нибудь сфотографирует? Это слишком ненадежный метод. Впрочем, она хотя бы посмеялась, представив Логана Мак-Лафлина у барной стойки в клубах дыма и отблесках светомузыки.

Чтобы добиться успеха и красиво поругаться на камеру, они должны еще до съемок максимально часто появляться на публике. Но как это организовать, чтобы идея сработала? Что-то и тут ей отказывает фантазия.

В «Формуле-47» использованы нанотехнологии, с помощью которых затягиваются шрамы и сокращаются морщины. Существуют тысячи способов раскрутить такой классный продукт. К настоящему моменту у нее должны быть готовы как минимум две презентации для рекламной кампании.

Вот на чем ей надо сконцентрироваться, а не на сообщении из двух слов от Логана Мак-Лаф лина.

«Я в деле». И все. Никаких приглашений на кофе. Никаких условий. И что? Предполагается, что она одна сделает всю грязную работу и все организует?

К четвергу Тринити была готова накинуться на любого, кто посмел сунуться в ее кабинет. Когда телефон запищал, она чуть было не отключила его. Но, увидев имя Логана, открыла эсэмэску.

«Благотворительный концерт завтра вечером. Гарантировано большое количество камер и журналистов. Заберу тебя в восемь».

Мужчины! Он что, думает, что она сможет подобрать идеальный наряд менее чем за тридцать шесть часов? Не говоря уже о том, что ей придется умолять Франко сделать ей прическу без предварительной записи. А ее маникюрши вообще сейчас нет в городе. Тринити застонала. Ей придется провести остаток времени в магазинах в поисках идеального платья, способного свести с ума любого мужчину.

Логан Мак-Лафлин заслуживает вечных мук за то, что обрушил на нее все это в последнюю минуту. А если она втайне мечтает расцеловать его за то, что он вытащил ее из-за стола, подальше от напоминаний о том, что ее карьере вскоре конец, то эту тайну она оставит при себе.

Чудесным образом у Франко оказалось свободное окошко, и он лично прислал ей маникюршу. А самое чудесное платье на свете нашлось само. Что ж, Логану повезло, но только потому, что все так удачно сложилось. Иначе бы она сказала все, что о нем думает.

Когда Логан постучал в ее дверь, Тринити уже была готова. Вот только губы не накрасила. Она быстро провела по губам помадой и бросила ее в сумочку.

Это был ритуал, которому она следовала на всех свиданиях. Подождать, пока он постучит, накрасить губы, что задержит парня на пороге как раз нужное количество времени. Достаточное, чтобы он начал размышлять, одета ли она в этот момент. Никогда не стоит упускать шанс подразнить мужчину. А затем надо открыть дверь, чтобы дать ему реальную картинку – ее, уже полностью одетую, в сексуальном платье, подчеркивающем все ее достоинства.

Вот только в этот раз, когда она увидела Логана в смокинге, она сама онемела и даже выронила клатч. А он его поднял.

Боже, этот мужчина неплохо подготовился. Просто шикарно выглядит в смокинге, который явно шили на него.

Слава богу, что он озаботился своим внешним видом. Шикарная темная ткань облегала его плечи, подчеркивая их размах. Логан был такой большой… Такой крепкий. Такой… чистый.

Но коронным блюдом была розовая роза, которую он ей протянул.

– Розовая? – Она взяла цветок, поднесла к носу, стараясь подавить приятные ощущения, которые вызвал у нее его жест. Но тщетно. Целый букет был бы излишним и совершенно ненужным, учитывая, что они не встречаются.

А одна роза – это класс.

– Ты была в розовом костюме на шоу, – сказал он и пригладил освободившейся рукой волосы. – Теперь ты ассоциируешься у меня с этим цветом.

Тринити почувствовала, что тает. И не знает, как себя вести.

Выглядело все так, словно он прочел себе лекцию о том, как ведут себя хорошие парни, и решил придерживаться правил.

Она откашлялась.

– Спасибо.

– Готова идти?

Тринити приподняла бровь. После трех часов, которые она провела сегодня в салоне, это единственное, что он может сказать? Эта новая, более скучная версия Логана нуждается в перезагрузке, иначе вечером они не смогут привлечь к себе внимание фотографов.

– Разве не видно?

Мог бы похвалить ее платье. Ее прическу. Ее пунктуальность. Хоть что-нибудь!

Впрочем, его взгляд был весьма красноречив. Он ясно говорил: «Я хочу сорвать с тебя это платье!»

Ее асимметричное платье было весьма оригинального фасона: два выреза по бокам почти целиком открывали взору талию и бедра, а это значит: когда они будут танцевать, ладони Логана будут касаться ее голой кожи. Здесь уже формальные слова вежливости не пройдут.

Или он плохо видит? Она же хорошо выглядит! Это не самоуверенность. Это факт, потому что она обращала внимание на детали. Если что она и умеет подать, так это себя.

– Так, не отлынивай, дорогуша, – не вытерпела она. – Скажи-ка мне, как тебе платье, которое я искала весь день!

– Немного… рискованное для благотворительного вечера, нет?

– Учитывая, что в таком же, только другого цвета, была Кендал Дженнер на красной дорожке в Нью-Йорке, мой ответ – нет, – сказала она, сдерживая язвительные замечания. Они ведь еще даже не выехали. Их спор никто не увидит, вокруг никаких камер, нет смысла его провоцировать.

– Я не знаю, кто это, но шансов встречаться со мной у нее никаких. А у тебя есть. Может, накинешь что-нибудь?

Уперев руки в боки, она с вызовом сказала своему фальшивому бойфренду все, что хотела.

– И что это значит? Мне нельзя быть самой собой, потому что я встречаюсь с главным паинькой мира?

Логан усмехнулся:

– Нам явно стоит установить несколько правил для этих… отношений. Партнерских отношений.

Опоздал на один день и несколько тысяч долларов. Честно говоря, она была немного удивлена, когда он согласился на эту авантюру без всяких условий.

– О да! Я забыла. Ты любишь правила.

Правила могут идти лесом. Как и его идея накинуть что-нибудь сверху. Она и нитки не положит на этот шедевр от Версаче, а он может съесть свою книгу правил. Впрочем, интересно, что именно он хочет предложить.

– Не надо сарказма, или эта ночь будет очень долгой.

Ее брови непроизвольно выгнулись дугой.

– Я скорее сниму платье, чем откажусь от сарказма.

– Могу это устроить.

– Не посмеешь.

Скорее уж жаль, что он не сделает этого, чтобы добраться до ее тела.

– Правило номер один. Никогда не бросай мне вызов, Тринити, – сказал Логан так лукаво, что она едва удержалась от того, чтобы довести свою провокацию до конца и проверить, насколько хорошо он умеет раздевать женщину.

В этот же миг она увидела готовые кадры рекламной кампании. Мужчина снимает с женщины платье, а она останавливает его, пока он не увидел шрам. А дальше – кадр с «Формулой-47», которая будет называться…

Дальше все было в тумане, ускользая от нее, не давая увидеть конец. Но хоть что-то. Лиха беда начало! В любом случае это больше, чем она придумала за последнее время.

Вот ведь черт. Откуда пришло это озарение? Интересно, удалось бы ей выжать больше из этого, если бы она могла сейчас послать Логана подальше и вернуться к работе?

Тринити выругалась. Она согласилась на эти псевдоотношения и хотела, чтобы он тоже внес свою лепту. И вот им есть куда пойти, есть кому их сфотографировать. Будут поцелуи, которых – она готова поклясться! – она уже совсем не хочет.

– Что ж, я готова запомнить это правило, – сказала она вслух.

– Хорошо. Обсудим остальные правила по пути. Возьми накидку, и можем идти.

– Контрпредложение. Помни, что это партнерские отношения, а я пока не дала окончательный ответ. Это платье гарантированно привлечет к нам внимание. К утру оно будет в сотне модных блогов. Что, кстати, может оживить твою скудную личную жизнь.

Домашняя работа по Логану Мак-Лафлину сделана, а серые мыши, с которыми он обычно встречается, едва ли ходят по модным соцсетям. Фото Логана, обнимающего женщину, редко появлялись на первых полосах, но те несколько, что она нашла, – я вас умоляю. Либо ему нравятся блеклые дурнушки, либо у нее и впрямь что-то со зрением.

Он скрестил руки на груди.

– Ты это о чем?

– Хочу сказать, что ты скучный, дорогой. Один из твоих игроков встречается с супермоделью, которая позировала для «Плейбоя», и его больше всего любит пресса. Учись.

– Я знаю. Я просил его перестать с ней видеться. Полная безвкусица и удар по репутации.

– О, милый. – Она покачала головой. Тяжелый случай, но она знает, как помочь делу. – Слава богу, ты связался со мной. А теперь слушай. Мы пойдем на этот благотворительный вечер, я не буду ничего набрасывать сверху, и мы зажжем как следует. Это единственное правило, которое тебе нужно.

Логан пожалел, что заказал лимузин, когда они с Тринити сели в салон. Если бы он приехал в своем автомобиле, он мог бы отвлечься на дорогу. Сейчас же он не знал, куда деть руки, а рядом было слишком много открытого женского тела.

И, боже ты мой, сколько силы воли ему потребовалось, чтобы до нее не дотронуться!

Она пахла божественно и в то же время греховно. И этот парадокс доводил его до безумия. А ведь они еще даже не тронулись с места.

На запястье у Тринити была татуировка в виде бабочки. До этих пор она была прикрыта – он ее еще не видел. И она ему понравилась.

Тринити расправила свою длинную юбку так, чтобы были видны ее сексуальные туфельки. Каблуки, разумеется, напоминали ножи для колки льда и крепились к стопе лишь тоненькими полосками кожи.

Даже кончики ее пальцев были сексуальными.

– Правила, – начал было он.

– Созданы, чтобы их нарушать? – подхватила она.

Лимузин наконец тронулся. Вечер обещал быть долгим, полным напряжения, в основном сексуального. А уж за ним наступит утро, когда придется объяснять всем подряд, что он не сошел с ума, когда выбирал компаньонку на этот вечер.

– Правила необходимы, так что я – мы – не должны забывать, зачем мы все это делаем. Без правил мир превратится в хаос.

– Твой мир – вполне возможно. А мой просто станет более интересным.

– Главное правило, которое мы должны установить, – за закрытыми дверями мы не пара. Только на публике. И то не всерьез.

Взгляд, которым она его одарила, благодаря макияжу получился еще более выразительным. Сегодня она меньше напоминала Клеопатру и больше – героиню картин Пикассо. Это очень отвлекало.

– Я предполагала, что это и так само собой разумеется.

– Поэтому так важно его озвучить. Чтобы не было путаницы. – Так они смогут избежать ночной заминки у дверей, когда она пригласит его на чашечку чая (что на самом деле конечно же является приглашением в постель), а он попытается вспомнить, почему должен отказать.

На самом деле единственное правило, о котором стоит помнить: «Это все притворство». Явно нужно еще несколько, но он уже проиграл битву против этого вызывающего платья и не ждет, что сможет одержать верх в других спорах. Не сегодня, во всяком случае.

Но он будет гораздо более конкретен в своих пожеланиях, когда они появятся на публике в следующий раз.

Правило номер два: одевайся, как женщина, которая встречается с миллиардером, владеющим бейсбольной командой.

Вообще он даже представить не мог, что такие платья существуют. У нее и спина вся голая, и вырез заканчивается неприлично низко, приоткрывая другую часть тела. Как выяснилось, фасад на этом фоне еще вполне приличен. Всего-то часть талии видна. Еще раз взглянув на Тринити, Логан почувствовал влечение, особенно когда обратил внимание, как ее соски натягивают ткань платья.

Лимузин подъехал к отелю, где проходил благотворительный вечер. Логан вылез из машины и протянул Тринити руку. Он не удивился бы, если бы она отвергла его помощь, но это все-таки был их первый совместный выход в свет, и он должен выглядеть красиво.

Ее рука утонула в его ладони, и он помог ей выйти из лимузина, радуясь, что она не выбрала этот момент, чтобы устроить их первую стычку на публике.

По обе стороны от входа в отель выстроились фотографы. Вместо того чтобы по обыкновению пулей пролететь мимо них, он остановился и приобнял Тринити за талию.

Он едва не застонал, когда кончиками пальцев коснулся ее кожи. С таким же успехом она могла надеть купальник – платье открывало взгляду ровно столько же плоти. Он вообще без усилий мог бы запустить руку под ткань и продолжать идти как ни в чем не бывало. Совершенно же ясно, что на ней нет белья. И ему очень сильно хотелось это проверить.

– Улыбнись, – прошептала Тринити и уютно прижалась к нему.

Легко ей говорить – она-то не борется с эрекцией.

Пока что трудностей, связанных с их планом, было гораздо больше, чем пользы.

Миллион вспышек тут же доказал, что он не прав. Никогда еще в его сторону не было направлено столько объективов сразу. Другие пары прошли в здание без всякого шума. Полностью незамеченные.

– Я же говорила, что это платье будет нашим пропуском в мир славы, – прошептала Тринити. – Так что в следующий раз доверяй мне. А сейчас поцелуй меня.

– Что? Прямо сейчас?

– Что я только что сказала, Логан? Не заставляй меня бросать тебе вызов.

Он закатил глаза и целомудренно поцеловал ее в губы – так, чтобы не возбудиться и не вызвать у себя эрекцию. Впрочем, она отреагировала вполне невозмутимо, так что он не жаловался. Вслух.

Места для танцующих пар было достаточно, и он потянул Тринити сквозь толпу в зал, стараясь не думать о том, как его взбудоражил этот невинный поцелуй.

– В честь чего вечеринка, напомни, – попросила Тринити, с энтузиазмом разглядывая украшенный зал.

– В честь фонда «Ночлег», который помогает семьям переселиться на новое место и построить жилье после стихийных бедствий. Я вхожу в совет директоров. Занял место отца.

Его отец основал этот фонд за год до своей неожиданной смерти, и Логан с радостью принял полномочия главы правления. Для него это много значило – продолжить дело Дункана Мак-Лафлина.

Конечно же настоящие герои – те, кто делают тяжелую работу. А он, Логан, только перечисляет деньги и следит за тем, чтобы логотип фонда регулярно появлялся на стадионе во время игр. Ну и иногда посещает вечера вроде этого и произносит речи.

Во взгляде Тринити промелькнуло одобрение.

– Я слышала о «Ночлеге». Не знала, что ты имеешь к нему отношение. Тебе по душе это дело или это просто обязанность?

Вопрос кольнул его в сердце.

– А почему не может быть и то и то?

Она пожала обнаженными плечами:

– Может, наверное. Мне просто кажется, если ты собираешься чего-то добиться, ты должен делать свое дело, а не идти по стопам отца.

– Отец – мой образец для подражания, мой пример. Я совсем не против следовать по его стопам в этой сфере. И другим бы не помешало.

– Разумеется, – согласилась Тринити. Но он, конечно, не принял ее комментарий всерьез, и вряд ли он его успокоил. – И все-таки тебе не помешало бы быть собой, а не чьей-то копией.

Лекция по азам индивидуальности от женщины с проколотым языком не входила в его планы на вечер. Равно как и обсуждение его желания следовать примеру отца.

– Меня вполне устраивает то, какой я, спасибо. «Ночлег» очень важен для меня. Ты когда-нибудь видела, как выглядит дом после торнадо? Мне нравится предоставлять поддержку людям, которые все потеряли.

– Позже я выпишу тебе чек. – Она понизила голос, так как к ним подошли знакомые Логана, чтобы познакомиться с его новой подругой. – Это самое малое, что я могу сделать.

– Ты и так делаешь самую малость, – прокомментировал он и отвлекся на светский разговор прежде, чем она смогла возразить.

Приятно все же иногда побеждать.

Тринити с удовольствием болтала с любопытными гостями, чувствуя себя в своей стихии, тогда как Логан всерьез подумывал о том, чтобы уйти пораньше. Смокинг сковывал его, равно как пустые разговоры и еда на публике. Как член правления фонда он обладал сомнительной привилегией сидеть во главе стола, где все взгляды были прикованы к нему и его яркой подружке.

В неловкости, остро ощущая ее присутствие рядом, он поедал свой стейк и спаржу. Вероятно, они были недурны на вкус, но перед его мысленным взором все время стояло ее обнаженное тело под легким покровом ткани.

Когда бэнд заиграл медленный джаз, рука Тринити под столом скользнула по его бедру. Он, конечно, не подскочил от неожиданности, как подросток, но выпалил оторопелым шепотом: «Ты что?!»

– Пригласи меня на танец, – ответила она, тоже понизив голос.

Он сдержался, чтобы в девятый или десятый раз за вечер не закатить глаза, встал и протянул ей руку:

– Окажете мне честь, мисс Форрестер?

Тринити не стала заморачиваться, как он, и спросила прямо, пока он помогал ей выбраться из-за стола:

– Ты специально ведешь себя так, словно тебе девяносто, или это происходит автоматически?

– Я никогда не действую автоматически. – Логан выругался, и это сказало ей гораздо больше о его психологическом состоянии, чем любые слова.

– Я учту, – ответила она, едва сдерживая смех.

Они вышли на танцпол, и его руки опустились на ее талию – так, словно он делал это уже тысячу раз. Впрочем, чисто теоретически так оно и было, учитывая, сколько раз за этот вечер он сделал это в своем воображении.

Ей было так приятно, когда его пальцы коснулись ее обнаженной кожи. Он явно хотел большего, хоть и не показывал этого. Но дело в том, что им необходимо создать видимость, что они растворились друг в друге. Логан не мог не пожалеть, что эта часть притворства далась ему так легко.

Пока что никто не навел на них камеры, зато за ними наблюдало множество любопытных глаз. Они двигались синхронно, и это удивило Логана. Если честно, он ожидал, что она постарается вести, чтобы показать, кто здесь главный. А они танцевали легко и непринужденно, словно не в первый раз.

Тринити смотрела на него из-под ресниц и улыбалась, и это неожиданно произвело на него сильное впечатление. Ее явно не устраивало почтительное расстояние, на котором они танцевали, и она стала придвигаться ближе, в итоге намеренно прижавшись к нему.

Язык Логана присох к гортани. Ему тридцать пять – слишком много, чтобы вскрикнуть в этот момент. В его постели, разумеется, перебывало много горячих женщин. Правда, прошло уже несколько лет с тех пор, как он начал искать будущую миссис Мак-Лафлин.

– Ну вот мы и танцуем, – сказал он, лишь бы что-то сказать.

Подводный камень фальшивых отношений в том, что приходится притворяться, что им есть о чем поговорить.

– М-м-м, да, – с легкостью согласилась она.

Внезапно ее руки оказались у него под смокингом. Тринити не только схватила его за задницу, но и вызывающе потеребила ее. Вся кровь Логана прилила к паху.

– Эй, что это ты делаешь? Нас что, снимают, а я не вижу?

– Нет, я просто маньячка. Причем любопытная. – Голубые глаза Тринити блеснули в полумраке. – Как я должна изображать страсть к тебе, если ты даже не знаешь, каково это, когда я хватаю тебя за задницу?

Логан застонал, представив сценарий, при котором она может всерьез схватить его за ягодицы – когда она своим хриплым голосом выкрикивает его имя, побуждая его не останавливаться, в то время как он доводит ее до оргазма. Или, может, когда он прижимает ее к стене и берет ее стоя. Или, что ему нравилось больше всего, когда она стоит перед ним на коленях и удовлетворяет его с помощью рта, скользя своим проколотым языком по его возбужденной плоти.

Логан на секунду вынырнул из своих сладких видений, удивляясь, что все еще твердо держится на ногах.

– Должен ли я оказать ответную любезность? – пробормотал он, впечатленный тем, что у него до сих пор не подогнулись колени. – Потому что я тоже массу всего еще не щупал.

Они были так близко друг к другу, что от ее смеха он почувствовал вибрацию в паху.

– И что ты будешь делать, если я скажу «да»?

– Вот это. – Он поймал взгляд Тринити и запустил два пальца под ткань ее платья, чтобы погладить обнаженное полушарие бедра. Никаких трусиков, как он и предполагал.

Его окатила волна жара.

Это уже был не предмет спора, а изучение женщины, которую он пытался зацепить и оставить в своих объятиях на всю ночь.

Боже, как же приятно было к ней прикасаться – словно к теплому шелку. Ее щеки загорелись румянцем. Логан не мог остановиться и прижимался к ней все плотнее, отчаянно нуждаясь в ней, выпрашивая облегчения от той боли, которую она причинила.

– Не помню, чтобы я на самом деле согласилась на это, – сказала Тринити. Он моментально отстранился, готовый принести извинения, когда она усмехнулась и произнесла вдогонку: – Но я и не отказывалась.

– Определись уже как-нибудь, женщина, – прорычал он.

– Не я придумала правила. Разве там не было чего-то насчет того, что все это не всерьез? – Она продолжала двигать бедрами в непосредст венной близости от его болезненной эрекции. – Кое-что кажется мне вполне реальным. Ты уверен, что это я не могу определиться?

Она специально над ним издевается. Наверняка намеренно надела это развратное платье, чтобы свести его с ума. Вот это и есть главная причина, по которой он должен был отказаться от этих нелепых фальшивых отношений. Тринити Форрестер – слишком дерзкая, слишком экзотичная, слишком чувственная для мужчины, который хочет просто милую девушку, к которой будет возвращаться в конце долгого рабочего дня.

Милые девушки не заставляют его все время думать о том, как бы их раздеть.

– Почему ты все сводишь к сексу? – вслух спросил он. – Разве мы не можем просто потанцевать?

Его слова звучали так, словно принадлежали мальчику-паиньке – как она и говорила. Или девяностолетнему старику. Приверженцу правил.

А он не такой. Эта женщина весь вечер им манипулировала, с него хватит. Он согласился на притворные отношения, но не соглашался на то, чтобы им помыкали.

– Я? – притворно удивилась она. – Я слово «секс» даже не произнесла ни разу.

– А и не надо было. Он просто сочится из пор твоего тела. – Прищурившись, Логан закружил Тринити в танце, пока они не оказались в самом темном углу зала.

У нее были причины для столь откровенной сексуальности. Она выделялась на общем фоне со своей асимметричной прической и пирсингом в языке. А все остальные лишь оттеняли ее. А все потому, что она – свободный дух, который наслаждается своей индивидуальностью.

Но за этим что-то скрывается.

Посмотрим, как вы справитесь с человеком, у которого есть ваш номер, мисс Форрестер.

Она и моргнуть не успела, а он уже прижал ее к стене, придавив своим телом. Именно то, о чем он мечтал весь вечер.

Более того, он хотел вскрыть ее секреты в той же манере, в какой она высказалась о его желании быть похожим на отца.

– Камеры? – Тринити с любопытством выглянула у него из-за плеча.

– Понятия не имею. – Логан взял ее за подбородок и повернул к себе, направляя ее внимание туда, куда ему было надо. – Просто мне захотелось проверить, так ли хорошо с тобой целоваться, как мне показалось в прошлый раз.

Тринити покраснела.

– Ну, вот это уже не похоже на правила от Логана Мак-Лафлина, – пробормотала она.

– Это правило номер три, – поправил он ее. – Если женщина весь вечер тебя о чем-то просит, дай ей это.

И точно так же, как в первый раз, он поцеловал ее. Их губы соединились, и он тут же проник внутрь, чтобы попробовать ее на вкус. Он целовал ее с вожделением, страстью и отчаянием, которые ощущал с того самого момента, как посадил ее в лимузин. Нет, даже раньше. С момента их первого поцелуя.

Холодный и твердый стальной стержень, продетый сквозь ее язык, касался его горячего языка, и это было совершенно уникальное ощущение. Более того. В этот раз их не снимали камеры, и ему не надо было отвлекаться на то, как выглядит их поцелуй со стороны.

Между ними был такой жар! Он не мог думать ни о чем, кроме удовольствия. Она говорила ему, чего хочет, брала это, возвращала в десятикратном размере, и для Логана не существовало ничего, кроме кожи и смеха Тринити.

Ее руки были повсюду, ласкали его волосы и лицо, гладили спину.

В ответ, застонав, он скользнул руками под ее платье и взял в свои ладони столько обнаженной плоти ее бедер, сколько смог. Не очень много – мешала эта идиотская стена, к которой он ее прижимал. Он ослабил нажим, и это сорвало стон с ее уст, который прозвучал как музыка для его ушей.

– Ты останавливаешься, – прошептала она. – Не делай этого.

Логан застонал. И еще раз. О да, это же так легко – просунуть руку между ее ног и продолжить свое исследование тайн, скрывающихся под этим платьем. Но они были на публике, и всего в нескольких футах от них стали появляться другие парочки, ищущие темноты.

– Если продолжать в том же духе, я предпочел бы сейчас оказаться в другом месте, чтобы тебе не надо было молчать, – сказал он. Его имя, слетающее с ее губ в момент оргазма, – это то, что он на самом деле хочет услышать.

Тринити улыбнулась и сильнее прижалась бедрами к его возбужденному члену.

– Поверь, я знаю, как доставить удовольствие мужчине там, где шум не приветствуется.

У него перехватило дыхание. Лучше бы ему этого не слышать. Слишком поздно. Он уже начал подсчитывать в уме, каким диким и безумным был бы их роман, даже соблюдай они правила. В конце концов, сейчас они не были за закрытыми дверями.

Тело приняло решение за него, нетерпеливо устремившись к Тринити.

Нет. Он может себя контролировать. Он не позволит ей околдовать его. Не важно, на что она готова сейчас. Не важно, насколько больно ему осознавать, что она так же возбуждена, как и он.

– Ты никогда не делала этого со мной. Я всерьез сомневаюсь, что что-то получится.

– Есть только один способ проверить.

– Не в этот раз. – Он покачал головой. Единственной причиной был его страх, что, если он уступит, она втянет его в свои фантазии о плохой девчонке так далеко, что он уже никогда не сможет освободиться.

А ему просто необходимо освободиться, если он хочет когда-нибудь найти что-то настоящее.

Глава 4

Новые идеи отказывались приходить непрерывно. Тринити отбросила карандаш и уронила голову на руки. Всю субботу она потратила на подготовку к рекламной кампании. И все это время нет-нет да вспоминала прошлый вечер с Логаном. Их танец. Их поцелуй. Он словно пробудил ее тело от столетнего сна.

Ее, словно лава, затопило чудесное, волшебное воодушевление. А затем этот мужчина заполнил каждую клеточку ее души и тела, вытеснив все остальное на задний план. Его губы и руки хорошо поработали, высекая искры.

Стоило ему отбросить свою косность, и Логан Мак-Лафлин по-настоящему воспламенил ее. Вытаскивать его из раковины стало ее любимым занятием. Она еще не до конца преуспела, но они уже продвинулись гораздо дальше, чем она ожидала.

Однако все, стоп, хватит! Больше никаких фантазий о том, чтобы научить его всему, что она знает. Назад к работе!

Но вместо того, чтобы биться головой о стену креативности, Тринити проверила несколько аккаунтов в соцсетях, где опубликовала лучшую фотографию со вчерашнего вечера. Несколько репостов. Ничего похожего на успех вирусного видео со съемок шоу. Большинство фото были сделаны у лимузина, где ей пришлось чуть ли не силком заставить Логана поцеловать ее. Хорошие снимки. Милые. Но даже у нее они не вызвали особого трепета, а значит, мало шансов, что они взбудоражат общественность.

Вот если бы кто-то снял, как Логан запустил ей руку под платье, как он целовал ее, едва не раздев совсем, – вот это имело бы успех в Сети. Но, увы, в той части зала, в тени, не было ни одного человека с камерой. Позорище! В следующий раз надо тщательнее выбирать места для поцелуев.

Тени…

А что, если… Она взяла карандаш и быстро набросала силуэт страстно целующейся пары. Под этим рисунком в рекламе должна быть соответствующая подпись – что-то вроде «С «Формулой-47» не надо оставаться в тени. Она избавит от шрамов».

Да! Может, конечно, это и не самая блестящая формулировка, особенно если попросят объяснить происхождение идеи. Если бы только она могла придумать название продукта, все остальное встало бы на свои места. К понедельнику ей придется что-то придумать.

И помощи ждать неоткуда. Эх, если бы ей удалось вчера сделать шоу получше, она бы сейчас чувствовала себя спокойней и ее муза наверняка расщедрилась бы на несколько новых идей.

Взяв телефон, Тринити отправила Логану эсэмэс ку с вопросом, свободен ли он сегодня вечером, прежде чем ехидный голосок внутри начал смеяться над ее потугами оправдать свое желание увидеть его.

Да, она обрадовалась вчера, когда решила, что стоит разогреть и взволновать Логана – и это даст ключ ко всем дверям. Нет ничего преступного в том, что она предпочитает понажимать на эти кнопочки, нежели сидеть здесь и тщетно пытаться родить блестящую идею к концу дня.

Ответ поступил незамедлительно.

«Игра еще идет, так что могу освободиться часа через два. Что ты задумала?»

Черт. Надо было лучше продумать план. Что у нее было на уме, а что можно делать на людях – это две совершенно разные вещи, что бы она там вчера ни говорила Логану о своих подвигах. Что ж, вполне справедливо, что программа вечера за ней. Он свою работу выполнил вчера.

Это должно быть что-то, к чему не надо долго готовиться. Что-то на публике, где она сможет втянуть его в перепалку, потому что в прошлый раз успех им принес именно конфликт.

Ничего.

Как будто она никогда никуда не ходила. Просто она так долго делала это с подругами. Встречала интересных парней, куда бы они ни завалились, а потом возвращалась домой с одним из них, если было подходящее настроение. Или одна. Как было в последнее время. Ее подруги повыходили замуж, оставив ее на свободе и в беспокойстве.

Кстати, замужние подруги могут стать сейчас ее спасением. Всего-то надо написать Кэсс и спросить, не находятся ли они с мужем каким-то чудом в Далласе вместо Остина и есть ли у них планы на вечер. Может, она не прочь устроить двойное свидание. Плюс дополнительное преимущество: Кэсс с Гейджем – столпы общества в обоих городах, они привлекают внимание, где бы ни появились.

Ответ Кэсс не заставил себя долго ждать. «У нас есть приглашения на вечеринку в честь Детского адвокатского центра, но мы не можем пойти из-за дыма и громкой музыки. «Ребенок на борту», – как любит напоминать мне Гейдж. Хотите пойти вместо нас?»

Тринити издала победный вопль. Выглядит безупречно – как будто она просто ведет Логана в клуб. И время идеальное. Она написала ему, чтобы он заехал за ней в восемь, затем захлопнула крышку своего лэптопа, чтобы больше не пялиться на пустой экран.

Напевая, приняла душ, сделала макияж. Харпер недавно придумала по-настоящему классные тени и просила всех их протестировать. Глубокий изумрудный цвет век соответствовал настроению Тринити, к тому же там были блестки, что просто идеально для позднего выхода. Она натянула на себя черный комбинезон из искусственной кожи с серебряным поясом в виде цепочки, надела туфли с шестидюймовой платформой, которые подходили к этому наряду, но не превращали ее в доминантку.

Но лицо Логана, когда она открыла ему дверь, ясно говорило, что он не уловил тонкой разницы в образах.

– Нет. – Он помотал головой и на секунду зажмурился. – Я никуда не пойду, если ты будешь одета, как гибрид женщины-кошки и леди Гаги.

– Ты шутишь? Леди Гага посмеялась бы над этими скучными туфлями. К тому же мы что, каждый раз будем спорить из-за одного и того же?

– Похоже на то. – Логан скрестил руки на груди, отчего на них заиграли бицепсы, и это мгновенно свело ее с ума. Какая досада, что она все еще не прибрала его к рукам. – Пока ты не запомнишь, что я консервативный, богобоязненный, скучный владелец бейсбольной команды, который продает хот-доги и сувениры, а не бандаж и плетки.

– Милый, ты старомоден примерно так же, как «феррари». – И вдвое сексуальнее. – Того, кто целует женщину так, как ты, ни в коем случае нельзя назвать скучным.

Сегодня Логан выглядел очень аппетитно, хоть и был слегка встрепанным, словно гнал сюда со стадиона на всех парусах. Не хуже, чем в смокинге. А может, и лучше. В смокинге он казался недоступным, слишком красивым, а сегодня выглядел более земным и понятным, его вид как будто говорил, что он готов пасть, если она подтолкнет. А она была в настроении сделать именно это.

– Скучный и консервативный – это разные вещи, – сказал он. – Поцелуи с тобой просто отвечают моим целям. А ты в таком виде – нет.

Скрестив руки на груди, она скопировала его позу и медленно улыбнулась.

– Я не передумаю. Мы же идем в клуб. Гарантирую, я не буду выделяться в толпе. А вот ты – да.

– Хорошо. Но ты и сама должна понимать: мы привлечем больше внимания, если будем выделяться на общем фоне. – Логан без спроса переступил порог ее квартиры. Точнее, вломился, как бык, которому показали красную тряпку. – Где твоя спальня?

– Если бы я знала, что этого достаточно, чтобы заманить тебя внутрь, я бы надела этот комбинезон в первый день, – с усмешкой прокомментировала Тринити.

– Не придуривайся. Так, мне нужно найти твой шкаф!

– Не самый лучший предлог, чтобы прорваться в женскую спальню. Интересно, ты собираешь ся силой снимать с меня комбинезон? – Прислонившись к дверному косяку, она указала ему путь. – На случай положительного ответа моя спальня вон там.

– Круто!

А затем без предупреждения он подхватил ее на руки – без всяких усилий, словно она весила не больше ребенка, открыл дверь ногой и внес ее в спальню. Пульс Тринити забился с утроенной силой, когда она почувствовала давление его пресса на своем теле. Боже, он такой крепкий и сильный! Но держит ее бережно, как будто боится сломать. Если бы она не была у него на руках, у нее наверняка сейчас подогнулись бы колени.

Да, он сделал это, чтобы прекратить спор, и все же этот жест выглядел так… галантно. Никто из ее мужчин не относился к ней с такой деликатностью, да и что говорить, она указала бы им на дверь, если бы они так себя вели.

Было что-то такое в Логане и его старомодной манере поведения, что поразило ее в самое сердце, – словно он отказывался видеть в ней сексуальный объект, как бы она сама к себе при этом ни относилась. Вроде бы это не должно было ее так взволновать – и все же взволновало.

Логан опустил Тринити на постель и направился к ее шкафу с одеждой. Широко распахнул дверцы и очень уверенно стал перебирать ее вещи – словно ему доводилось одевать женщин каждый день. Хотя, может, и доводилось.

О черт. Интересно, что же он выберет.

– Вот. – Он вытащил джинсы и простую черную футболку. – Надевай.

Тринити не смогла сдержать смех.

– Оденемся, как близнецы?

Он бросил одежду на кровать и продолжил копаться в ящиках, откуда вскоре выудил бюстгальтер и трусики – черные и, что примечательно, ее любимые. Когда последний раз мужчина проявлял столько внимания к деталям?

Протянув ей белье, Логан наконец ответил:

– Нет. Просто хочу увидеть настоящую тебя.

Его честность ее обескуражила.

– Что значит настоящую меня?

Не ответив, он опустился перед ней на колени, схватил ее за ногу и начал осторожно снимать с нее туфли. Тринити была слишком заинтригована, чтобы остановить его.

– На людях мы ненастоящие. А вот за закрытыми дверями мы просто два человека, которые не знают друг друга. Все споры временно отменены. Хочу увидеть, что ты прячешь за всеми своими странностями.

О боже. Он, кажется, говорит серьезно. Но ведь ее всегда привлекал новый опыт. Что плохого, в конце концов, может случиться? Пульс Тринити зачастил еще больше, когда он бросил первую туфлю через плечо. В его прекрасных ореховых глазах не было ни капли сомнения.

– Смотри, ради бога, – дала она ему разрешение, беспечно махнув рукой, словно все это не имело для нее никакого значения.

Не впервые мужчина раздевал ее, но то, как делал это Логан, включило сотни сенсоров в ее груди, предупреждая, что это будет уникальный опыт. Речь шла не о сексе, и их обоих это не смущало. Это было что-то другое. Попытка узнать друг друга.

Тринити всегда считала себя открытой книгой, но, когда Логан стянул с нее вторую туфлю, она вдруг стала гадать, правда ли он видит все темные, потаенные уголки ее души, которые она никому не показывала.

Она не любила думать о том, что болит внутри.

И это заставило ее побыстрее захлопнуть книгу.

Но было слишком поздно. Логан стянул комбинезон с ее плеч к талии, при этом все время глядя ей в глаза и ни разу не взглянув на тело. Почему-то это сделало процесс раздевания еще более чувственным.

Тринити все ждала, когда он посмотрит на ее грудь. Он ведь живой человек из плоти и крови, и он достал из шкафа бюстгальтер и трусы. Значит, он догадывался, что под комбинезоном на ней ничего нет.

Логан осторожно приподнял ее бедра и продолжил медленно-медленно снимать ее наряд. У Тринити перехватило дыхание. Когда он нагнулся, чтобы высвободить ее ноги из штанин, кончики его пальцев коснулись татуировки с зеленым плющом, обвивающей ее бедро. Тринити чувствовала, что у него на языке вертится вопрос, и замерла в ожидании.

– Он ведет в райский сад, – наконец, не выдержав, прошептала она, когда он отложил ее комбинезон в сторону. – По крайней мере, есть такая легенда.

– А что это значит на самом деле? – тихо спросил он.

– Плющ цепкий. Он ползет вверх, цепляется за любую поверхность, пока не станет выше того, за кого держался. Мне это близко.

– Да, ты цепкая. – Он кивнул и натянул на нее трусики, в процессе проведя большим пальцем по татуировке. – Хорошее качество.

Тринити пожала плечами. Она всегда понимала эту концепцию как способ выжить и доминировать над своим окружением – потому что иначе тебя растопчут. Плющ выживет даже на развалинах.

Татуировка бабочки на запястье тоже имела свой смысл для нее. Да все, что она делала со своим телом, было не просто так. И она не была уверена, насколько ей нравится, что он так быстро это понял.

Палец Логана продолжал поглаживать ее бедра, спускаясь все ниже.

– Твой палец как-то низковато, – заметила она. – Сад находится под трусиками, которые ты только что на меня надел.

– Ты что, просишь, чтобы я тебя там коснулся? – Его голос охрип от желания. – Это совсем уж противоречит нашим правилам.

– Создай несколько новых, – сказала она с вызовом. – В любом случае я их все буду игнорировать. Я очень хороша в роли плохой девчонки.

И чтобы продемонстрировать это, она скользнула кончиками пальцев вверх по его ноге, к паху, но как раз тогда, когда она хотела обхватить рукой его пенис, он схватил ее ладонь и насильно убрал оттуда.

– Зачем ты это делаешь? – побледнев, спросил Логан.

– Что? – Тринити в панике пыталась понять, где именно она прокололась. – Не останавливаюсь на полпути, когда чего-то хочу? Я не собираюсь извиняться. Я люблю секс.

– Нет. Ты любишь контроль и получаешь его с помощью обольщения. Тебе нравится управлять мужчинами. Обычно они так поглощены сексом, что не копают слишком глубоко и не лезут туда, куда не звали.

Его слова шокировали Тринити.

– Неправда!

Правда. Еще какая.

Как он, черт возьми, догадался, если они еще даже не переспали?

– Правда. Ты флиртуешь и вызывающе одеваешься, демонстрируешь доступность чисто для отвода глаз. Чего ты боишься? Что скрываешь?

Что она мечтает стать женщиной, с которой мужчина останется надолго. А пока это не так, надо же хоть что-то получать от мужчин. Оргазмы работают на нее.

– Я не из трусливых, Мак-Лафлин. Тебя просто беспокоит тот факт, что тебя тянет ко мне слишком сильно. Поэтому ты хочешь нарядить меня в скучную одежду и притворяешься, что не мечтаешь втайне пуститься со мной во все тяжкие. Ты бросаешь мне все это в лицо, потому что сам хочешь отвлечь внимание от этого. Такой паинька! – выпалила она.

– Чего я действительно хочу, так это чтобы ты переоделась, и мы наконец пошли в клуб. – Срывающийся голос Логана говорил о том, что он не так к ней безразличен, как притворяется. – Для хорошего секса нужна близость. В смысле, связь между людьми. В моем понимании.

«Хочу увидеть тебя настоящую», – вспомнила она. Он не врал, когда говорил это! И ей тут же захотелось показать ему себя. Открыть все тайны. Рассказать, что рядом с ним она впервые за долгое время почувствовала себя женщиной. Она нравится ему сама по себе, вот это да!

И между ними явно есть что-то, помимо сексуального притяжения!

Тринити покорно позволила Логану застегнуть бюстгальтер и натянуть на нее футболку. Ей нравилась его тактика. Она не возражала, когда он натянул на нее джинсы, а потом застегнул их. Впервые в жизни мужчина одел ее – и при этом она стала более обнаженной, чем без одежды. Благодарность, сиявшая в глазах Логана, когда он взял ее за руку и сплел свои пальцы с ее, вызвала порхание бабочек внизу живота Тринити. Этот простой наряд оказался более эффектным, чем мегасексуальный комбинезон. Во всяком случае, для Логана. И что ей теперь с этим делать?

– Ты красавица, Тринити. В таком виде звезда – ты, а не твой наряд.

От этих слов у нее в который раз ослабели колени, но Тринити взяла себя в руки. Сейчас не время млеть от Логана Мак-Лафлина. Это все фальшь и подделка, лишь бы гнуть свою линию и контролировать ее имидж. Не более.

Главное, помнить основное правило: все это игра. Именно поэтому он так себя ведет. Его влечет к ней лишь на уровне основного инстинкта, физиологии, а не потому, что он чувствует какую-то связь между ними.

Что ж, ей этого не нужно. Ни с Логаном, ни с другим мужчиной.

Или, может, нужно, но ей не нравится, что он это понял, разглядел в ней тоску по отношениям, о которой она сама не подозревала. И которой ей нельзя поддаваться. Ее тело не создано для беременности, и она не доверяет мужчинам. Надо все это прекратить.

– А может, мне нравится, когда звезда шоу – мое платье, – пробормотала она. К ужасу Тринити, на глазах у нее выступили слезы. Что, черт возьми, этот мужчина делает с ней? И почему она ему это позволяет?

– Этот наряд позволит нам занять первые строчки в соцсетях, гарантирую, – произнес Логан. – Надевай свои туфли и пойдем. Я люблю, когда ты высокая, – мне так удобнее тебя обнимать.

О, неужели?

– А что мне за это будет? – прошептала она. – Как насчет награды?

– Какой? Золотой звезды?

Тринити пожала плечами.

– Может, возьмешь меня в клубе в туалет, мы посмотрим, как глубоко в эти джинсы пролезет твоя рука? Или ты не заметил, что они слишком обтягивающие?

– Заметил, – коротко ответил Логан и провел рукой по волосам. – Поверь, я не такой хороший парень, как ты думаешь.

Так, это что-то новенькое.

– Разве плохо, если твоя плохая сторона иногда будет выходить из тени? – спросила она.

Логан прищурился и коротко ответил:

– Да.

Он не стал ничего уточнять, и ее любопытство достигло предела. Так он все же не отрицает в себе дикое начало. Интересно… А то бы она ему напомнила. Мужчина, который прошлым вечером запустил руки ей под платье, не может утверждать, что никогда не делал этого раньше.

Похоже, он тоже что-то скрывает. И что же будет, если лишить его брони консерватора?

Тринити вдруг поняла, что готова выйти с ним на публику, где сможет снова флиртовать, соблазнять и провоцировать его без всякого страха. Потому что это игра. Ей надо срочно попасть в гущу событий, пока она не забыла, что они не пара, что они не заинтересованы друг в друге по-настоящему.

К десяти часам у Логана разболелась голова.

«Мустанги» сегодня проиграли, уже в который раз. По-хорошему, он должен сейчас не тусоваться, а думать, где они допустили ошибку и что можно улучшить.

Как генеральный менеджер он должен заполучить лучших игроков за лучшую цену. Борьба за каждый доллар – ключевой момент, когда речь идет о финансировании командных игр с мячом. Управление финансами должно быть вписано в его ДНК, но этого почему-то не случилось. И ему приходится над этим работать.

Но все же, вместо того чтобы ломать голову над цифрами и торговыми комбинациями, Логан стоял у барной стойки, потягивая светлое пиво, которое не годилось даже для прочистки канализационных труб. Перед ним открывался прекрасный вид – Тринити, сидящая боком на барном стуле со стаканом виски в руке. Ее нога соприкасалась с его. Она прижалась к нему совсем недавно с весьма серьезным видом, ясно говорившим: «Дамы, отвалите». Ему это даже нравилось.

Из-за громкой музыки они не могли говорить, но взгляды их были настолько красноречивы, что он и сам не ожидал. Ну ладно, надо признать: тот факт, что он сам одел ее, стал причиной мощного стояка. Когда он говорил, что хочет увидеть ее настоящую, он не ожидал, что ему это так понравится. И он совсем недалеко забрался под поверхность. А жажда новых знаний о ней – именно та причина, по которой он все еще здесь.

Плюс увеличение продажи билетов. Майра сообщила ему по телефону, что сегодня посещаемость побила все рекорды. А это кое-что да значит. Например, что им совсем не повредит еще немного внимания прессы.

Желательно до того, как у него от этой музыки расколется голова.

Женщина-фотограф слонялась у входа в клуб, и он выжидал удобного момента. Наконец Логан увидел, как она направляется к бару. Он тут же выхватил у Тринити стакан и, прежде чем она смогла что-либо сказать, взял ее лицо в свои ладони и прильнул к ее губам.

Это не был роковой поцелуй – просто шоу для фотографа. И Тринити с готовностью откликнулась. Ее проколотый язык обвился вокруг его языка, отчего все тело Логана покрылось мурашками. Она положила руки ему на задницу и прижала его к себе достаточно сильно, чтобы почувствовать его эрекцию.

О боже, да, еще! Болезненно жаркое желание разлилось между ними, и он положил руку на бедро Тринити, в опасной близости от татуированного плюща под ее джинсами. В ее груди завибрировал стон – или это были отголоски музыки, звучавшей в клубе и пронизывающей их обоих? Что бы это ни было, это был самый жаркий поцелуй в ее жизни.

И все же музыка была недостаточно громкой, чтобы перекрыть улюлюканье окружающих. Это показало Логану, что он более чем справился с заданной целью – предоставить достойный фото поцелуй. Публичность была тому единственной причиной. Единственной логичной причиной, которую он готов был признать.

Он неохотно прекратил поцелуй, но Тринити запустила пальцы ему в волосы, погладила его затылок, потерлась носом о его нос, прильнула губами – и вот они снова целуются!

Но в этот раз это был осознанный поцелуй. Все вокруг исчезло, время остановилось, и они оказались на небесах. Он распахнулся ей навстречу, чувствуя между ними ту связь, которую хотел. Это было намного больше, чем просто поцелуй, и он был ему просто необходим. Вот что такое – целоваться по-настоящему, без барьеров. Он пытался дойти до самой сути Тринити и, кажется, дошел. И что еще важнее, она не стала препятствовать.

Горячая рука Тринити скользнула ему под рубашку – словно случайно, и это наконец отрезвило его.

Когда он говорил ей, что хочет близости, он ждал, что она будет упираться. Что между ними возникнет еще один барьер, напоминающий, что ему нужна женщина, которая будет поддерживать пламя в домашнем очаге, а не сожжет его самого дотла.

В этот раз, когда он отпрянул, она отпустила его, ее руки безвольно упали на колени.

– Она сделала снимок? – спросила Тринити.

– Надеюсь.

Если нет, с него хватит этого фарса. Он не знает, как это все выдержать. Потому что все начинает казаться слишком настоящим.

Когда телефон Логана зазвонил в восемь утра, последней, чье имя он ожидал увидеть на экране монитора, была его мама. Он застонал и накрыл голову подушкой, но звонок телефона все равно болью пронзал его виски. Он бросил телефон на постель и включил громкую связь.

– Ты разве не в церкви, мама?

– И тебе доброе утро, сынок. Собираюсь пойти, да. И тебе стоит пойти со мной.

– У меня сегодня игра, – напомнил он, несмотря на то что мать знала об этом – она приходила на большинство домашних игр. Когда он был свободен, Логан не возражал составить ей компанию, сходить в церковь, которую она посещала с отцом более тридцати лет. Ему была ненавистна мысль, что теперь ей приходится ходить туда одной.

– Судя по фото, которые мне отправила твоя бабушка, тебе лучше пойти со мной, – требовательно повторила мать. – Кто эта женщина, с которой ты целуешься так, словно хочешь ее проглотить?

– Тринити Форрестер. – Он не может вести этот разговор в воскресенье в восемь утра. Да никогда, в общем. Как жить в мире, в котором твоя бабушка находит любые фото с тобой и отправляет матери? – И ведь это был просто поцелуй.

Он сам еще не видел снимки, но, видимо, они и впрямь хороши, раз его мать звонит так рано.

– Я не слишком много хочу, если попрошу познакомить меня с ней? Похоже, ты всерьез увлечен и все такое, – не сдавалась мать.

Логан застонал:

– Мама, я не женюсь на ней, а просто… встречаюсь.

– В заголовках говорится обратное.

Он сел на кровати, уронив подушку на пол.

– Что? А что там говорится?

– «Владелец «Далласских мустангов» отмечает в клубе согласие исполнительного продюсера компании «Файра косметикс» стать его женой». Это дословно. Я читаю прямо с экрана.

– Ну… Это все сложно, мам.

Он не мог все отрицать на голубом глазу. Вдруг Тринити запустила эту утку специально? Лучше бы, конечно, ей этого не делать.

– О… Так ты помолвлен или нет?

Нет, он не может врать матери. У них всегда были доверительные отношения, но с тех пор, как умер отец, Логан ревностно следил, чтобы его мать ни в чем не нуждалась. Они вместе приняли мучительное решение продать «Мак-Лафлин инвестментс» – торговую онлайн-компанию, и это сплотило их еще больше. – Я позвоню тебе позже и все расскажу, ладно?

– Если ответ на мой вопрос утвердительный, то конечно.

Ну что еще она могла сказать. Ей давно хотелось невестку, а с некоторых пор еще и внуков. «Ты не становишься моложе, и я тоже», – любила напоминать она ему.

У него в голове тоже тикали часики, и он прекрасно видел, как далеко его нынешнее существование от семейной жизни с детьми. Женщины выстраивались у его дверей в очередь, но он никак не мог найти правильную будущую миссис Мак-Лафлин.

Душ не улучшил его настроение. В памяти то и дело всплывали воспоминания о вчерашнем вечере. Странно, думая об их втором поцелуе, он загорелся больше, чем от воспоминаний о ее прекрасной груди, которую он увидел, стягивая с нее комбинезон.

Тринити предстала перед ним такой уязвимой – и когда он снял с нее одежду, и на том барном стуле. Удивительное ощущение.

Выйдя из душа, Логан наскоро перекусил в огромной кухне, которая досталась ему вместе с домом, что он купил поблизости к тренировочной базе «Мустангов» – в лучшем районе Техаса.

Да, женщина, на которой он женится, может не захотеть переезжать из своего дома, но в свой он влюбился сразу, как только увидел. В доме, стоявшем на участке в двадцать акров, было достаточно места для детей и собак, а на вершине холма стояла конюшня. Недалеко от нее расположилось озеро, полное рыбы. Не хватало только жены и хозяйки.

Все, это нельзя больше откладывать. Логан спешно достал ноутбук с полки у камина и включил его. Да, этот снимок был по-настоящему горяч. Он стоял у Тринити между ног, спиной к камере. Рука его лежала у нее на бедре. Фотограф выбрала идеальную позицию, чтобы запечатлеть этот поцелуй и выражение лица Тринити, которое было… восторженным.

Люди на этом снимке не похожи на тех, кто играет на камеру. Это фото людей, которые нужны друг другу больше, чем воздух, и теперь весь мир может это увидеть.

Вот что взволновало его мать на самом деле, а вовсе не заголовок.

Тринити Форрестер не женщина его мечты. Это женщина его фантазий. Невозможно поверить, что вечер, начавшийся таким поцелуем, не закончился в постели. Но мысль о том, что теперь она его фальшивая невеста, совсем ему не нравилась. Надо позвонить ей. Правда, еще только девять утра и к тому же воскресенье…

Его телефон завибрировал, когда пришла СМС от Тринити.

Похоже, она тоже ранняя пташка.

«Ты это видел? Фото во всех соцсетях. Мне нужно кольцо».

Он набрал ее номер.

– Разве это не круто? – начала она с места в карьер. Тринити явно сидела у телефона в ожидании ответа. – Этим фото поделились 25 тысяч раз!

Телефон чуть не выпал у него из рук.

– Правда?

Боже, ночной кошмар продолжается. Почему только людям есть дело до того, что их непосредственно не касается? Что им за радость от того, что пара, которую они не знают, помолвлена? Тем более учитывая, что это неправда.

– Я о том фото, где твоя рука лежит на моем бедре. Второе лучше, но в нем меньше чувствуется притяжение между нами.

Второе? Логан продолжил поиск и нашел его.

Снимок запечатлел тот момент между первым и вторым поцелуем, когда он отодвинулся, а Тринити потянулась, чтобы вернуть его. Они еще не начали целоваться, но на ее лице безошибочно читалось неприкрытое желание. Это фото стоило тысячи слов, оно идеально отражало суть момента – то, как его притянуло к ней и как она поглотила его, словно их плоть и кости слились воедино.

Она тоже это чувствовала. А ему была ненавистна сама мысль, что мир с любопытством глазеет на сокровенный момент их близости.

– Я не буду покупать кольцо, – сказал он. – Это ты предложила им заголовок?

– Нет. Я была так же удивлена, как ты. Наверное, это мой агент по рекламе, но она не признается.

– Надо все исправить. Это не подлежит обсуждению. Одно дело, если кучка незнакомцев думает, что мы встречаемся, и совсем другое, если близкие мне люди начинают неоправданно верить, что я скоро женюсь.

– А зачем нам что-то говорить? Никто не просит у нас интервью. Пусть все идет, как идет. Посмотрим, какая у тебя будет посещаемость на игре в понедельник, тогда и выстроим правильную стратегию.

Легко ей говорить. Если «Мустанги» сегодня выиграют, он окажется на прицеле у дюжины спортивных комментаторов, а уж они-то точно спросят его о личной жизни.

Но они не выиграли.

Зато к полудню понедельника он воочию убедился, что люди покупают билеты независимо от исхода игры. В рекордных количествах. Логан Мак-Лафлин стал рекламным символом «Мустангов», и Майра фонтанировала идеями, как это выгодно использовать.

Так что Логану пришлось прикусить язык. Немного подумав, он потянулся за телефоном, чтобы позвонить Тринити.

Глава 5

Тринити не ожидала, что это будет бейсбол. Когда Логан пригласил ее в поездку, она конечно же решила, что это будет маленькое путешествие на автомобиле. А вовсе не то, что он, оказывается, имел в виду.

К счастью, полет в Сан-Франциско на пару дней, где должны были играть «Мустанги», соответствовал ее потребности пропустить работу в понедельник. Она даже была благодарна Логану за годный предлог для прогула: она все еще была не готова предъявить несуществующую презентацию «Формулы-47». К тому же Логан не упомянул, что у «Мустангов» есть частный самолет для выездных игр, с большими роскошными креслами, что заставило ее почувствовать себя еще более крошечной в компании рослых мужчин. И надо сказать, она этим наслаждалась.

Вскоре после вылета стали разносить напитки и еду. Логан, сидевший рядом, взял ее за руку, погладил пальчики – просто напоказ, она знала это. Но все равно по телу пробежали мурашки.

Она надеялась, что в будущем их станет больше, а это путешествие даст им шанс вывести отношения на новый уровень. И для публики, и для себя.

– Повтори, пожалуйста, ты генеральный менеджер команды, а этот парень – просто менеджер? – Она кивком указала на мужчину средних лет, которого Логан представил ей незадолго до этого.

– Да. Странно, конечно. Но я никогда над этим не задумывался. Если называть вещи своими именами, то Гордон – тренер, а я генеральный директор.

– То есть все перед тобой отчитываются, и ты можешь каждого уволить, если захочешь?

Логан кивнул.

В их компании эту функцию исполняла Кэсс, и Тринити была этому рада. Ей было бы неприятно, если бы все от нее зависели и ждали ее ответов по каждому поводу.

Впрочем, не это ли происходит с рекламной кампанией «Формулы-47»? Она, конечно, временно сбежала из города, но все же множество людей зависят от того, насколько удачно она справится с хоум-раном[3]. Да, Логан явно овладел ее мыслями, раз уж она проводит бейсбольные аналогии.

Тринити заметила, что ее муза оживает рядом с ним. Так было после поцелуя в шоу, но дюжины незаконченных набросков пока не приблизили ее к цели. Явно нужно что-то более вдохновляющее, чем простой поцелуй, и на доказательство этой теории у нее есть четыре дня. В следующий раз им с Логаном надо больше времени провести обнаженными и меньше говорить в процессе.

Когда они подъехали к отелю, у входа ожидала вереница фотографов. Логан не стал сразу выходить из лимузина.

– Кстати, это я намекнул местной прессе, что мы вместе приезжаем на эту серию игр. Как пара. Надеюсь, прокатит, – сказал он.

– Блестящая идея! – Она как раз гадала, всегда ли бейсбольные команды у отелей встречает пресса. Но нет, журналисты пришли поглазеть на владельца «Далласских мустангов» с его невестой. – Возможно, стоит вообще нанять кого-то с камерой, чтобы повсюду нас сопровождал. Здорово, когда все идет своим чередом и нас вовремя снимают третьи лица, но можно ведь немножко подхлестнуть события.

– Уже сделано. Мой рекламный агент направит кого-нибудь поснимать нас перед всеми тремя играми в наш сьют на стадионе.

Тринити удивленно подняла брови:

– У нас сьют? – Типа ВИП-ложа с диванами? Внезапно перспектива высидеть три бейсбольных игры стала казаться ей более привлекательной. – Ты должен был сказать об этом раньше. Может, нам удастся вздремнуть в середине игры, когда ничего не происходит.

Логан рассмеялся ее шутке:

– Это не тот сьют, что в отеле. Это отдельные места выше трибун, откуда можно смотреть игру, но при этом там есть кондиционер и бар. Я пригласил еще несколько знакомых провести время с нами. Это будет что-то вроде вечеринки.

Что ж, в любом случае это лучше, чем три часа торчать на солнцепеке и наблюдать за игрой.

– Я буду внимательной и восторженной фанаткой перед твоими друзьями. И перед фотографами.

Как раз в то утро вышла новая статья с обвинениями в адрес «Файры», якобы тестирующей свою продукцию на животных. Кэсс уже привлекла к делу адвокатов. Но если она, Тринити, может сделать хоть что-то, чтобы отвлечь от этого неприятного момента внимание публики, она сделает это! Любой пиар пойдет компании на пользу.

Они вышли из лимузина, и к ним навстречу рванули фотографы.

– Милые туфли, – прошептал Логан ей на ушко, когда все вокруг осветилось от вспышек камер.

Еще бы. Она надела туфли от Прада на шестидюймовых шпильках. Правда, в полете у нее отекли ноги, и теперь ремешки впились в нежную кожу так, что у нее онемели пальцы еще три часа назад.

– Рада стараться, – съязвила она, превозмогая боль.

Логан улыбнулся, и Тринити тут же забыла о дискомфорте.

Может, ей удастся уговорить его вздремнуть по-взрослому прямо сейчас? А то она вся горит еще с субботнего поцелуя и была бы счастлива продолжить с того момента, на котором они тогда остановились.

Но тут она услышала, как служащий на ресепшн говорит: «Две комнаты».

– Что-что? – переспросила она.

Логан коротко глянул на нее.

– Минутку, я проверяю, – ответил портье.

– Хорошо. – Она улыбнулась. – Можно тебя на минутку, Логан?

В этот момент из аэропорта приехал автобус с игроками. Спортсмены, тренеры и другие члены команды входили в отель, наполняя его шумом и волнами тестостерона.

Потянув Логана за рукав в укромный уголок, Тринити возмущенно подняла брови:

– Ты сумасшедший? У нас не могут быть отдельные номера.

– Вполне себе могут. – Он показал ей ключи.

– Ну и зачем тогда было нанимать фотографов? Чтобы они сняли, как мы удаляемся в разные спальни?

– И что? Может, мы целомудренная пара, дожидающаяся первой брачной ночи.

Чем больше она смеялась, тем сильнее он хмурился. Наконец Тринити взяла себя в руки и вытерла выступившие слезы.

– Ты правда видел фотографии из клуба? – Она-то пересматривала их много раз. Чтобы закончить то, что он начал. У ее вибратора еще никогда не было столько работы. – Непосредст венные, жаркие, страстные, кричащие о нашем желании – вот что нравится нашим фанатам. И вот что они хотят увидеть.

Но на лице Логана не дрогнул ни единый мускул. Тринити запаниковала. Он ей нужен! В его руках – ее вдохновение.

– Нет. Я и так уже пошел на уступки, – отрезал он.

– Какие, например? – Понизив голос, Тринити перешла в наступление. Она не возражала, если фотографы сбегутся посмотреть на их ссору. Вот только они могли разгласить и причину конфликта, а это ее не устраивало. – Это я все время вынуждена переодеваться и…

– Один раз, и то я тебя заставил, – поправил он.

– Ну вот еще. Я просто позволила тебе, потому что меня это устраивало. Не смей думать, что ты меня контролируешь.

– Я и не хочу, Тринити! – Он явно не беспокоился, что привлечет внимание, и в их сторону обернулось несколько голов.

– Тсс. – Она махнула рукой в сторону прессы. – Веди себя как угодно, только не кричи. Нам сейчас не нужны чужие уши.

– Я не играю сейчас, – прорычал он. – Мне уже звонили несколько раз с вопросами о помолвке, хоть ты и уверяла, что об этом никто не спросит. Мне не нравится эта ситуация. И я не хочу защищать свое право спать одному.

Ну вот, приехали. Его старомодная закалка сильнее, чем она думала. Забавно.

– В таком случае ты понятия не имеешь, что я задумала, если считаешь, что дело в том, как спать! – набросилась она на него.

– Отдельные комнаты, – коротко сказал он.

– Отлично!

Тринити всплеснула руками, словно все еще была недовольна этой идеей, тогда как на самом деле уже решила, что и это пойдет ей на пользу. История получится более смачной, если кто-нибудь застанет их, целующихся, в коридоре, у дверей одного из номеров. Куда они вовремя ускользнут, чтобы довести дело до логичного конца.

И это должен быть его номер. И хорошо бы, чтобы кто-то из фотографов как бы случайно снял, как она покидает его на рассвете.

– Но ты приглашаешь меня на ужин, – продолжила она. – Иначе мы упустим отличный шанс снова попасть под прицел камер.

Логан с мрачной улыбкой кивнул. Похоже, думает, что взял верх. К концу вечера он поймет, что они оба в выигрыше.

Логан не поскупился на шикарный номер для своей псевдоневесты. Тринити нежилась в джакузи и думала о том, что даже одна жаркая схватка на простынях вернет ее музу к жизни. Но она готова и к целой ночи с ним. Три-четыре оргазма вполне укладываются в ее расписание, особенно если их доставит Логан.

Она надела простое белое платье, усыпанное крошечными цветами. Уложила волосы, спрятав розовую прядь. Надела босоножки с лентами, которые красиво оплетали лодыжки несколько раз. Снять эти туфли мог только терпеливый и предприимчивый мужчина, и она в волнении предвкушала прелюдию.

Логан постучал в дверь.

Когда она открыла, его взгляд потеплел, выдавая его удовольствие от открывшегося ему вида. Один – ноль в ее пользу.

Как она могла упустить из виду, что нравится ему гораздо больше в обычной одежде? Его же так завели джинсы с футболкой! Тогда она ошибочно решила, что все дело в том, что он сам надел их на нее.

– А я уже готовился переодевать тебя, – сказал он вроде бы спокойно, но Тринити уловила нотку разочарования в его голосе.

Как и ожидалось, в холле слонялись несколько фотографов. Они остановились попозировать, прежде чем направиться в ресторан.

Ужин прошел на удивление спокойно. И мило. Логан терпеливо отвечал на ее вопросы, связанные с бейсболом. Наверное, они казались ему утомительными, но ей так нравилось, как он рассказывает о своей страсти к бейсболу. Он жестикулировал, улыбался, смеялся. Словно они и впрямь встречаются.

Нет, стоп. Фантазии об этом до добра не доведут.

– Проводишь меня до номера? – спросила она, заметив, как испарились несколько фотографов. Остались самые терпеливые – а значит, самые заинтересованные в том, чтобы им бросили кость.

– Конечно. – Логан привычным жестом взял ее под руку, словно делал это уже много раз. Ей это понравилось, но Логан будет последним, кто об этом узнает.

Именно так ведут себя пары? Ради этого люди вступают в отношения? Теперь она хотя бы отчасти понимает, почему Кэсс, Алекс и Харпер на это подписались.

Правда, никто из них не был сломлен, как она. Но это еще не значило, что у Тринити тоже получится. Эти отношения могут оборваться в любой момент.

Разумеется, они не устанавливали срок годности, но кто знает, что происходит в голове у Логана. Мысль о том, что его придется отпустить, внезапно показалась ей такой пугающей. У Тринити перехватило дыхание, и она непроизвольно сжала руку Логана. А он пожал ее ладонь в ответ. О боже, она не хочет его отпускать! Только не сегодня!

Они вышли из лифта и не увидели ни одного репортера. Ей было все равно. Это не для прессы и не на продажу. Он мужчина, а она женщина, и он ей нужен. По многим причинам, которые она и себе не хочет озвучивать, не то что ему.

Логан, должно быть, почувствовал ее переживания, потому что у двери номера поднес к губам ее руку и поцеловал.

– Что случилось? – спросил он. – Ты вся дрожишь.

– Ничего. – Нельзя позволять мужчине видеть свои слабости. – Просто думаю о том, что мы упустили шанс изобразить очередной поцелуй на камеру.

– У нас еще три дня впереди. Успеем.

Она не может его отпустить. Тринити в отчаянии помотала головой и улыбнулась, плавно переходя в режим «соблазни и завоюй».

– Может, нам стоит потренироваться?

Логан рассмеялся:

– Целоваться? Ты же видела последние фотографии. Не думаю, что наша проблема в недостатке практики.

– Нет, конечно, – пробормотала она. – Наша проблема в том, что мы все время останавливаемся.

Что-то промелькнуло в его взоре, но она не поняла, что именно. Главное, что он пока не ушел.

– Мы останавливаемся, потому что мы на людях. А в нашем соглашении не предусмотрены съемки порнофильма.

То есть дело не в том, что он хочет остановиться. Тринити провела ключом-картой по его торсу вниз, до ремня, и произнесла:

– Так не останавливайся.

Если бы он пошел на это, она могла бы ненадолго притвориться, что он принадлежит ей на самом деле. Хотя бы на одну ночь.

Маленькое белое платье Тринити сразило Логана наповал. Все, о чем он думал за ужином, – как бы его снять. Ужасно интересно, надела ли она целомудренное белое белье или осталась верна имиджу плохой девчонки, натянув стринги. Может, даже красные?

На этот вопрос легко ответить. Достаточно заключить ее в объятия и открыть дверь.

Но он не стал этого делать. Правила есть правила.

– Ты приглашаешь меня в свой номер? – Голос Логана охрип от желания, и он не мог с этим справиться. Да и не пытался. – Тогда ответ «нет». Мы пара только на людях, а не за закрытыми дверями.

– А, да. Мы все еще заботимся о соблюдении правил. – Голос Тринити звучал так, словно она собирается нарушить все его правила разом. – Если тебя это беспокоит, можем оставить двери открытыми.

Ну да, при открытой двери они теоретически остаются парой.

– Это не сделает отношения реальными, – сказал он больше себе, чем ей.

Ее смех отозвался болью в его отвердевшем паху.

– Ради всего святого, Логан. Ты хочешь сказать, что жар между нами ненастоящий?

Ну да, реальность – понятие относительное.

Притяжение между ними вполне реальное. Реальный интерес раздеть друг друга. Фальшивым было только начало. И то, как все закончится.

– Хочешь сказать, что мы стали настоящей парой? – уточнил он.

– Милый, ты слишком много думаешь. – Тринити взяла его руку и вложила туда карточку. – Нам не нужны правила и определения. Все обычно так и происходит. Все, что нам надо знать, – за дверью нас ждет множество оргазмов.

Логан почувствовал что-то вроде облегчения и одновременно – громкий зов плоти. Она из кожи вон лезет, чтобы все свести к сексу. И это работает. Какая разница, на ней он женится или нет. Зачем он вообще борется с желанием?

– Это твое шоу, Логан. Хочешь только пиар? Я не против. Но лишь подумай, сколько горячих фото мы получим, если сейчас по-настоящему отправимся в спальню.

В его руке был ключ буквально ко всему. Она дала ему выбор, что было мудро – потом он не сможет сказать, что не сделал его сам.

– Ты просто продолжишь выкидывать в окошко мои правила, пока я не уступлю, да?

– Я уверена, что я уже это делаю, – с порочной улыбкой ответила она. – О, подожди. Я забыла первое правило. Логан Мак-Лафлин, осмелюсь предложить вам то, чего вы хотите. Позвольте мне воплотить все фантазии, которые у вас когда-либо были, но для которых вы слишком заняты, пока стараетесь быть хорошим парнем.

Это самое сексуальное, что ему когда-либо говорила женщина.

– Все? Я боюсь, даже ты не справишься с моим живым воображением. Оно слишком разгулялось с тех пор, как ты мне сказала о пирсинге в языке.

– Давай проверим.

Химия между ними наконец сделала свое дело, и недолго думая он прижал Тринити к двери. Разум отказал ему. Она позволила ему отдаться чувствам, и он был намерен это сделать.

Логан впился в ее губы огненным поцелуем. Тринити пустила в ход язык, и он жадно принял его. Он почувствовал стальной стержень на своем языке, и его затопил жар.

У него было столько фантазий – с чего же начать?

Ее пышное маленькое тело не совпадало с его там, где он хотел, так что Логан просунул руки под бедра Тринити и приподнял ее повыше, пока его эрегированный пенис не попал в долину между ее ног.

Она застонала, и это окончательно свело его с ума. Когда ей было приятно, она не скрывала этого. И это открыло шлюзы внутри его. Он хотел больше. Больше поцелуев. Больше звуков его имени на ее устах.

Но они все еще были в холле.

Пришло время перенести действо за закрытые двери.

Логан кое-как дрожащими руками открыл номер и внес в него Тринити. Это было символическое пересечение границы – по крайней мере, для него.

Положив ее на постель, он хотел сразу приступить к действиям, но замер на секунду, чтобы впитать в себя открывшееся ему зрелище. Тринити выглядела потрясающе, лежа на покрывале в простом белом платье. Она надела его явно для того, чтобы сделать ему приятное.

Все в ней его заводило, и он устал с этим бороться.

Но прежде, чем он успел приступить к воплощению одной из миллиона фантазий, она встала на колени и потянулась к ремню его брюк.

– Не могу дождаться, когда попробую тебя на вкус.

Его пенис неимоверно напрягся, и ему понадобилась вся его воля, чтобы остановить ее руки. Тринити уже расстегнула ремень и начала его вынимать из петель.

– Нет. Я не этого хочу.

Тринити приподняла бровь и вырвалась из его стальной хватки.

– На случай, если ты не понял, я иду тебе навстречу. Прямо сейчас.

– Я все понял.

Логан сомкнул веки, когда она провела пальцами по его члену. Ее прикосновение обожгло его, как огонь, и он чуть не кончил от мысли о ее губах на его плоти. Случись это по-настоящему, он бы, наверное, умер. Но он не собирался выяснять. Не сейчас.

Он снова схватил ее за руки и отлепил их от своего тела.

– Перестань, Тринити! Как бы это ни было хорошо, я мечтал не об этом.

На ее лице отразилось недоумение.

– Правда? Ты никогда-никогда этого не хотел?

Он застонал.

– Конечно же я думал об этом. Но я не такой эгоистичный осел, который думает лишь о собственном удовольствии.

– О чем же ты тогда фантазировал?

Он опустил ее на постель, все еще держа за запястья. Уткнувшись ей в шею, он слегка прижался губами к ее коже, и дьявольски довольный вздох сорвался с его губ.

– Я мечтал быть тем, кто заставит стонать тебя. Единственным, кто даст тебе столько оргазмов, что ты и думать забудешь, что такое быть с другим мужчиной. Думаю, в твоей жизни было много секса, но со мной ты еще не была, и я клянусь, это станет сюрпризом.

– Так это соревнование с другими мужчинами?

Это было не так. Но он и не знал, как быть не тем, кто он есть. Ему нравилось чувствовать что-то к женщине, с которой он занимается любовью. Какую-то связь. Он нутром чуял, что ощутит связь с Тринити, если не даст ей делать то, что она привыкла.

– Сложно поверить, что я хочу подарить тебе уникальный опыт?

– Когда речь идет о выборе между твоим удовольствием и чем-то другим – да. – Неверие в ее голосе пронзило его насквозь.

Сколько раз она ложилась с мужчиной – неужели никто никогда не заботился о ее удовольствии больше, чем о своем?

Это чертовски неправильно.

Логан отпустил руки Тринити и запустил пальцы в ее черные волосы. С неожиданной для него самого нежностью провел большим пальцем по ее щеке.

– Тогда спрошу я. О чем ты мечтаешь?

Словно громом пораженная, она смотрела на него пару секунд, но вскоре справилась со своим лицом, снова надев маску спокойствия.

– Сделать мужчине минет и заставить его кончить.

Он усмехнулся:

– Сколько раз ты это говорила? Тренировалась перед зеркалом? Ты ни секунды не задумалась, прежде чем ответить. А теперь скажи мне правду. Иначе мне придется выяснять опытным путем, пока мы не пройдемся по всем моим фантазиям.

– Может, именно этого я и хочу, – сказала Тринити. – Может, я только об этом и думала все это время.

Ну да, так он и поверил. Тринити – взбалмошная и несдержанная, но она самая сексуальная женщина из всех, кого он знал. Он хотел, чтобы она голая извивалась под ним, а он дарил бы ей оргазм за оргазмом, пока она полностью не потеряет над собой контроль. Ей бы это понравилось.

Глава 6

Поцелуй Логана был таким нежным. Словно он хотел, чтобы их отношения стали реальностью, не меньше, чем она.

«Хочу увидеть настоящую тебя».

Это требование внезапно приобрело новый смысл. Может, она позволила ему увидеть себя по причине, в которой сама себе не признавалась до конца?

Она почти расстегнула его молнию, она хотела своими глазами увидеть его мощную эрекцию, но он внезапно так резко развернул все в другую сторону, что она до сих пор не понимала, что происходит. Чего он добивается?

– Я все думал, что у тебя там под платьем, – прошептал Логан.

– А я все гадала, как быстро ты сможешь это выяснить.

С порочной улыбкой Логан сел на колени меж ее ног и медленно стал поднимать подол платья. Появилась татуировка плюща. Он поцеловал первый зеленый лист и провел по нему языком. У Тринити перехватило дыхание. Вид его красивых губ на ее бедре заводил ее, как ничто другое.

– Давай еще – и желательно там, откуда он растет.

Он провел языком вверх, вплоть до ее белых стрингов.

– Я собираюсь их снять.

– Можешь меня не спрашивать, – задыхаясь, произнесла Тринити. – Я на самом деле готова на все, что у тебя в голове.

– Я бы все-таки предпочел говорить тебе заранее. Сейчас, например, я собираюсь коснуться тебя языком между ног.

Логан стянул с нее стринги, и у него заблестели глаза, когда он стал смотреть на то, что открылось его взору. Никто раньше так на нее не смотрел. Обычно все происходило в темноте, механически, словно были какие-то неписаные правила. Не слишком романтичные.

– Тринити, – прошептал Логан. – Ты так прекрасна! Хочу попробовать тебя всю! Не знаю даже, с чего начать.

Тринити было не очень комфортно. Она не знала, как вести себя с мужчиной, который не дает ей верховодить. Но тут Логан коснулся пальцами ее влажной сердцевины, и она задохнулась от восторга. Вскоре он заменил пальцы губами. Одну ногу Тринити он при этом закинул себе на плечо, а сам придвинулся ближе к ней и усилил давление. Она оказалась на седьмом небе. Казалось, его язык был одновременно повсюду. Тело Тринити выгнулось дугой, но его крепкие руки удерживали его на месте. Язык его проникал все глубже, сильнее, быстрее – пока она не забилась в экстазе с его именем на устах.

Он просунул палец в ее пульсирующее лоно, ловя отголоски оргазма. Тело Тринити пронзила яркая вспышка, и она снова оказалась на пике неведомого прежде наслаждения. Логан склонился над ней и поцеловал, принеся на языке ее сокровенный вкус. Это было так возбуждающе, так интимно…

Затем Логан перевернул Тринити на живот и стал расстегивать платье, потом бюстгальтер. После чего повернул ее на спину и с развратной усмешкой уставился на ее затейливые стринги.

– Еще один сложный тест. Ну-ка, посмотрим, хватит ли простому техасскому парню сообразительности, чтобы догадаться, как снимается эта конструкция. Впрочем, я могу столько всего с тобой проделать, не снимая их…

С этими словами он скатился с кровати и устроил самый провокационный стриптиз из всех на ее памяти. Медленно расстегнул пуговицы на рубашке, а затем дюйм за дюймом стал обнажать свой торс, который она столько раз чувствовала, но ни разу еще не видела. Наконец снял рубашку, и у Тринити пересохло во рту. Он был великолепен! Сразу видно, что человек не проводит всю жизнь за письменным столом и далеко не всегда носит рубашку. Его прекрасный золотистый загар ясно говорит о том, что он часто чем-то занимается на открытом воздухе.

Она просто обязана пересчитать все выпуклости его пресса. Языком. От этой перспективы Тринити бросило в дрожь. Хорошо, что она уже лежит. Боже! Мощные бедра. Большой член. Убедительная эрекция. Просто нет слов!

Логан достал из брюк презервативы. Неужели он носит их с собой все время?

Но он не оставил ей времени на размышления. Логан поднял ее на ноги и прижался к ней всем телом. Какое это было блаженство – прикасаться к его горячей коже, к его твердому прессу! Логан взял ее лицо в ладони, и они растворились в поцелуе. Их ноги сплелись, его бедро оказалось между ног Тринити в поисках ее сладкого местечка… И вот уже он трется об него, и взгляд Тринити снова застилает дымка, а изо рта рвется стон.

Горячими руками он уложил ее на спину. Взял в рот один сосок и начала его сосать, пока ее спина снова не выгнулась дугой. «Он делает то, что обещал, – остатками разума отметила Тринити, – доставляет удовольствие, не думая о себе». Она уже дважды кончила, и это не предел. Почему такого раньше не было в ее жизни?

Логан прикусил ее сосок, и она закричала.

– Мне нравится, когда ты кричишь. Действует как афродизиак, – прошептал Логан и переключился на вторую грудь, в то время как его палец удачно разместился меж ее бедер. Она снова утратила над собой контроль, пережив еще один впечатляющий оргазм, который сотрясал все ее тело.

Логан тем временем надел презерватив и вошел в нее, прежде чем ее сознание до конца прояснилось. С ее губ сорвался всхлип, когда давление стало нарастать, и это было так здорово, так невероятно. Он поднял ее ногу к своему плечу, пытаясь расширить вход для своего орудия.

– Расслабься, – пробормотал он. – Я… большой.

– Ты говоришь так, словно меня это должно разочаровать, – рассмеялась Тринити.

О да, он был большой. Она расплавилась от удовольствия, когда его член на всю длину вошел в ее чувствительную плоть. Она была такая влажная, что он легко двигался внутри ее. Погрузившись внутрь до самого конца, Логан глубоко вздохнул и замер.

– Так чудесно чувствовать тебя.

Как только ему удается говорить связными предложениями в этот момент? Ее собственное тело унеслось куда-то в стратосферу, испытав неведомые прежде ощущения, когда он продолжил двигаться. Тринити не могла сдержать стоны, да и не хотела. Они вместе подходили к пикам блаженства снова и снова.

Когда она последний раз занималась сексом в миссионерской позе? Она любила ее меньше всего – до Логана. Он сделал это удовольствие изысканным. Это был не просто секс, а драгоценное прекрасное действо, укреплявшее связь между ними.

Вот о чем она мечтала. О мужчине, который будет одинаково прекрасен и в постели, и вне ее. Который никуда не денется утром. Сильном, надежном. Честном. Который будет заботиться о ней больше, чем о собственных нуждах. Она просто мечтала быть любимой.

Последние несколько лет она систематично убеждала себя, что это невозможно. А значит, лучше засунуть такие мечты куда подальше…

Накануне вечером за ними все-таки проследил кто-то из фотографов. Снимок их поцелуя у номера Тринити ясно говорил об этом.

Логан опустошил первую из множества намечающихся в этот день чашек кофе. Он завтракал в ресторане отеля и перечитывал письмо от Майры. Она одобряла их блестящую стратегию с фотоснимками.

Стратегия была последним, о чем он думал тогда. Сцену, запечатленную на фото, сложно было назвать таким невинным словом, как поцелуй. Это была почти порнография, и фотограф подловил идеальный момент и ракурс, чтобы показать ключ-карту от номера Тринити в его руках. Он пытался отворить дверь, не отрывая губ от Тринити. Их жгучее желание было почти осязаемо.

Он просто не мог смотреть на фото. Оно было слишком правдивое, слишком интимное. Интересно, Тринити знала, что их снимают? Поэтому она дала ему зеленый свет?

Для него прошлая ночь была настоящей. И поэтому ему было неловко и неприятно видеть, что самые интимные моменты запечатлены на потеху публике. Но именно ради этого они все и затевали. Так почему же тогда ему так некомфортно?

В ресторан вошла Тринити, села с ним рядом. Боже, она великолепна! Даже с зеленой прядью в волосах. Он почти привык к ее экстравагантному стилю, это была часть ее сексуальности. На ней было платье с цветами, сочетающееся с прической. Она выглядела в нем такой горячей штучкой! Он едва не начал расстегивать пиджак, чтобы наброситься на нее. Черт. Совсем ему вышибло мозги прошлой ночью. Он обнаружил, что не только ее тело сводит его с ума. Тринити – жесткая снаружи, но за закрытыми дверями в его руках она стала мягкой и податливой. И это был громадный сюрприз.

Все, чего ему хотелось сейчас, – посадить ее на колени и уткнуться носом в шею, впитать ее аромат.

– Мне позвонила Лара, мой рекламный агент. – Тринити улыбнулась и попросила у официанта кофе. – Она в восторге от трафика на нашем сайте.

– Тебе тоже доброе утро, – ответил Логан без улыбки.

– Встал не с той ноги? Или не с той постели? Я просила тебя остаться.

Он не мог. Спать в одной постели – значит пообещать постоянство. А он не может себе этого позволить. Они теперь настоящая пара, и он не жалеет, что они перешли на новый уровень. Но это временная реальность. И об этом ни в коем случае нельзя забывать.

Он взял ее ладонь и поцеловал.

– Мой рекламный агент тоже доволен. Сделай счастливое лицо: нас снимают.

– Что-то они рано. Мне не надо притворяться, что мне хорошо с тобой. Это и так правда, – призналась Тринити.

Неужели?

– Ты в Окленде, ешь плохой завтрак, вот-вот пойдешь смотреть бейсбол, который даже не любишь. Я думал, у тебя более высокие стандарты.

Ее улыбка обожгла его.

– Меня в основном радует то, что будет после игры.

Они не установили правила, как будут вести себя наутро после секса, как часто будут оставаться вместе за закрытыми дверями. Но он тоже думал об этом. Может, после работы на камеру, которая ждет их сегодня, Тринити захочет взять паузу? Кто знает, что происходит у нее в голове.

– Интервью и стратегически важная фотосессия? – вслух спросил он. – Да уж, это будут незабываемые впечатления для тебя.

– Как мило, что ты обо мне беспокоишься. Но я сама позаботилась о своих развлечениях. Интересно, каково тебе будет находиться рядом со мной, зная, что под платьем я абсолютно голая?

Логан чуть не поперхнулся.

– Ты в порядке? – притворно забеспокоилась она.

– А ты как думаешь? Ты что, диверсантка?

Тринити кивнула.

– И я планирую сидеть к тебе как можно ближе всю игру. Там есть стол, под которым можно спрятать блуждающую руку? Или две?

Команда уже отправилась на стадион, чтобы как следует подготовиться и выполнить все обязательные ритуалы перед игрой. Бейсболисты ведь невероятно суеверны. Например, перед матчем они всегда ели в бейсбольном лагере, а не в отеле.

По-хорошему, Логан тоже должен быть там, со своими ребятами. Но вместо этого он все еще в отеле, слушает, как его лжеподружка без умолку рассказывает о своей работе. Однако такая болтушка бывает удивительно тихой в нужные моменты…

– Поедем на стадион через час, – сказал он, когда они вышли из ресторана.

– Разве игра начнется не в час дня?

Логан улыбнулся:

– Да, но команда приезжает на поле за шесть часов до начала. Для тебя я немного сократил программу, поскольку это твой первый раз.

Она появилась в вестибюле ровно через час, не опоздав ни на минуту. День был идеальный для бейсбола. Облака, легкий ветер. Логан любил эту площадку, особенно летом, когда у них в Техасе стояла невыносимая жара.

Тринити поежилась, когда они вышли на улицу. Он без раздумий снял пиджак и накинул ей на плечи.

Она благодарно улыбнулась и просунула руки в рукава. Ему совсем не было стыдно, что он надел на нее лишнюю одежду, даже не спросив, есть ли у нее с собой свитер.

Со стадиона, находящегося у залива, открывался прекрасный вид на Оклендский мост. На другом берегу в лучах солнца горделиво возвышался Сан-Франциско. Это был не самый знаменитый стадион, но сейчас через ворота толпами шли зрители. В воздухе витал запах попкорна, как на всех стадионах.

На стадионах Логан всегда ощущал священный трепет. Он мог различить, как шуршит мяч, трущийся о перчатку. Боже, да он до сих пор чувствовал энергетику игры, хотя с тех пор, как сам был питчером, прошло девять лет.

Иногда ему казалось, что его жизнь закончилась вместе со спортивной карьерой.

Тринити взяла его ладонь и пожала ее. Действует в рамках стратегии? Может, она и заметила его волнение, но ничего не сказала. Она как-то настроилась на него, и ему не было это неприятно. Хотя и странно было оказаться на стадионе с женщиной, особенно женщиной в твоем собственном пиджаке. Странно, но приятно.

Тринити охала и ахала над скайбоксом над трибунами, где находились их места. Он попытался увидеть его ее глазами. Глазами человека, который никогда здесь не был. Он-то сам вырос в скайбоксе, принадлежавшем его отцу.

Логан посмотрел на поле. Игроки разминались, и он автоматически задержался взглядом на каждом из них. Тринити подошла к нему.

– Все в порядке? Ты как будто не здесь.

– Я привык быть в гуще событий, на поле. Непривычно наблюдать за командой в такой момент с высоты.

– Тогда почему ты здесь?

Хороший вопрос. Еще никого нет, все самое интересное начнется через пару часов, ближе к началу игры. Даже фотографов нет.

– Сам не знаю.

Он понятия не имел, как вписать женщину в свою жизнь. Разумеется, с некоторыми он встречался время от времени. Но это никогда не были настолько серьезные отношения, чтобы ему захотелось привести свою девушку на игру. Возникает вопрос: насколько серьезны эти отношения?

– Если ты обычно перед игрой идешь на поле, единственная причина, по которой ты здесь сейчас, – это я.

Он посмотрел в ее синие глаза, полные тепла и участия. Нет смысла врать.

– Это так. Я не хотел, чтобы ты была одна. Это большой стадион, а ты совсем не разбираешься в бейсболе.

Тринити рассмеялась:

– Я большая девочка, Логан. Я могу найти себе занятие, где угодно. Но раз уж мы здесь, расскажи мне побольше о бейсболе.

Он посмотрел на ее зеленое платье, под которым ничего не было, на красивые туфли.

– Ты серьезно?

– Конечно. У нас есть время.

Они сели на диван. И только тут ему пришло в голову, как кстати на стеклах скайбокса есть односторонняя защитная пленка. Никто не может видеть, что происходит внутри. Гениальное изобретение конструкторов стадиона. Без ключа сюда никто не войдет, а те, у кого есть ключ, приедут не скоро.

У него есть временный пропуск на сеанс секса с фальшивой подружкой. И только об этом он и мог сейчас думать. Только это – настоящее в их отношениях. Только этому он может позволить быть реальным.

Все становится намного интересней.

Глава 7

– Осталось несколько часов до игры. Что именно ты хочешь знать о бейсболе?

– Все. Что значит для тебя бейсбол?

Не отрывая от Тринити внимательного взгляда, Логан задрал ее юбку, обнажив великолепные ноги и кое-что еще.

О господи, да! Его пульс пустился вскачь.

– Бейсбол для меня как дыхание, – хриплым голосом начал он, пока Тринити расстегивала пуговицы на его рубашке.

– Дыхание? – Она провела языком по его шее. – Что еще?

– Я все знаю о мяче, о его полете, слышу, как он рассекает воздух. Я чувствую, что я по-настоящему живу на поле, – продолжил Логан.

– Логан, это прекрасно. – Поцелуй Тринити проник ему прямо в сердце. – Ты настоящий питчер!

Это был не вопрос, а утверждение, хотя он никогда не говорил ей, что профессионально играл в бейсбол и был именно питчером. Как она догадалась?

Тринити не дала ему подумать и снова поцеловала, но по-другому. Нежно, доверительно. Этот поцелуй тронул его до глубины души. Она нужна ему! Логану не терпелось оказаться внутри ее. Проникнуть в самую сущность, где его пенис становится таким твердым, что просто удивительно, как он не ранит ее нежную плоть.

– Логан, позволь мне доставить тебе удовольствие. – Тринити в мгновение ока расстегнула молнию на его брюках и взяла в свои пальцы его обнаженную плоть.

Он едва не потерял над собой контроль, когда ее горячие пальцы начали скользить вверх-вниз. Концом его члена она провела по своим губам, отчего Логан непроизвольно вздрогнул.

– Как ты прекрасен, – с придыханием прошептала Тринити. – Я позабочусь о тебе. Покажу, какое удовольствие может доставить тебе пирсинг в моем языке. – И она провела языком по всей длине члена.

Логану казалось, что его сердце вот-вот выскочит из груди. И тут Тринити взяла его возбужденный пенис в рот целиком, и от сочетания горячего языка и холодной стали на его плоти он почти утратил чувство реальности. Это было невероятное ощущение. Она продолжала посасывать его член, и вот он уже не мог сдержаться, из горла его вырвался дикий первобытный крик. Тринити умело довела его до самого конца, пока Логан в изнеможении не откинулся на спинку дивана, не чуя под собой ног.

Тринити на коленях сидела перед ним, ее губы все еще касались его плоти. Эта картина навсегда отпечатается в его памяти. Наконец она встала и оставила его на пару минут, затем вернулась и села рядом с ним, так что он смог ее обнять.

Это было так мило.

– Ты хоть понимаешь, что теперь я никогда не смогу думать о бейсболе, не вспомнив о твоем пирсинге? – улыбнулся Логан.

Она рассмеялась:

– Хотела подарить тебе уникальный опыт. Как ты подарил мне.

– То есть мне все-таки удалось это сделать?

– Скажем так: в моей жизни было много эгоистичных мужчин, и мне жаль, что они оставили в ней свой след. Так что да – ты уникален. Надеюсь, ты отплатишь мне за мои старания.

– К счастью, у меня еще есть время, чтобы придумать что-нибудь захватывающее.

Вскоре он привел в порядок свою одежду, и они продолжили разговор о бейсболе в спокойной обстановке. Тринити внимательно слушала, задавала дельные вопросы, пытаясь разобраться во всех нюансах игры.

– Неудивительно, что ты такой фанат правил, – по-доброму поддела она его в итоге.

Логану казалось, она и впрямь понимает его. Понимает и при этом дарит ему умопомрачительный секс. Ну как после такого всерьез можно продолжать искать обычную, блеклую, скучную женщину себе в жены? Но ему придется. Ведь Тринити – временная подруга. И они извлекли из своих фальшивых отношений все, что могли.

«Мустанги» выиграли. Логан был прав, когда предвидел бесконечные интервью после игры. Тринити потеряла счет одним и тем же фразам, которые он повторял для каждого репортера. Она стояла рядом с ним, его рука лежала на ее талии. От улыбки у нее заболело лицо. Зато фотографии будут блистательные. Несколько журналистов спросили про нее, и Логан радостно представил ее им, никак не обозначив ее статус. Но его обожающий взгляд говорил сам за себя.

– Ты хороший актер – лучше, чем я думала, – прошептала она. – Даже я почти поверила, что мы вскоре отправимся к алтарю.

Тринити думала, что шутит, но эти слова отозвались болью в ее сердце.

Логан рассмеялся и игриво поцеловал ее в щеку.

– Я не играл. Прямо сейчас я тебя обожаю. Ты мой талисман. «Мустанги» победили, потому что ты пришла на стадион. Теперь мне надо поцеловать тебя, чтобы получить еще немного удачи.

– Правда? – Тринити понравилось это предложение, и она не сопротивлялась, когда Логан потянул ее в лимузин, чтобы воплотить свой план в жизнь.

Когда автомобиль добрался до отеля, они оба тяжело дышали. Логан просунул пальцы под ее платье и погружал их в бассейн между ее ног снова и снова.

– Поужинай со мной, – сказал он, когда они вошли в отель.

Кто-то из тренеров и игроков позвал его, но взгляд Логана был прикован только к ней, что было невероятно приятно.

– Думаешь, за ужином нас будут еще больше фотографировать?

Она обернулась, но холл был пуст. Неужели журналисты потеряли интерес к истории? Ее прошиб холодный пот.

– Тринити, я прошу тебя поужинать со мной, и не из-за хороших продаж моих билетов и вашей косметики. Тебе же надо поесть – почему не со мной?

Он просто голоден, вот и все. Он приглашает ее не потому, что она ему нравится, внезапно поняла Тринити. Ну и пусть. Она и не должна ему нравиться. Все равно это не настоящие отношения. И вообще, она потом подумает, почему это предположение так неприятно задело ее.

– Мне нужно немного поработать.

– Хорошо. – Логан кивнул, словно ее отказ ничего для него не значил. Но в лифте он снова заключил Тринити в объятия и впился в ее губы страстным поцелуем – так, что она пожалела о своем отказе поужинать с ним. Впрочем, она и сама может себя занять. Два оргазма в день – разве не достаточно? Чего еще ей надо? Все равно они не настоящая пара.

У себя в номере Тринити открыла ноутбук и чуть не закричала – столько ее ждало непрочитанных писем. Что ж, ее работа никогда не была простой, и именно из-за работы она здесь с Логаном. И ей надо срочно сосредоточиться на текущих делах. Она открыла письмо от Алекс с заголовком «Предварительное количество продаж» – и не поверила своим глазам. Тринити набрала номер подруги.

– Черт, это правда? Семь процентов прироста объема продаж за последний месяц?

– Я когда-нибудь тебе врала? Ты звезда, моя дорогая! Что бы ты там ни делала – не останавливайся! Ты в одиночку почти остановила клеветническую кампанию против нас!

Тринити прикрыла глаза, оценивая информацию. Она столько вложила в это дело. Всю себя. И она пока не может выйти из игры.

Они обменялись с Алекс еще парой фраз. Тринити спросила про Филиппа и близнецов, которых вынашивала подруга. Избегала, как могла, обсуждения Логана, но была вынуждена высказаться по рекламной кампании «Формулы-47».

Повесив трубку, Тринити открыла дизайнерскую программу и решила и впрямь поработать, хоть ее и отвлекали все время мысли о Логане. В ее памяти всплыла роза, которую он ей преподнес в первый вечер. И тут же этот образ озарил миллион вспышек вдохновения, вся рекламная кампания продукта развернулась перед ней, как по мановению волшебной палочки. Ее пальцы летали по клавиатуре, и, когда она наконец оторвалась от ноутбука, прошло два часа.

«Расцвет». Так будет называться их продукт. Какое название может быть лучше, чтобы продать крем, регенерирующий клетки кожи? «Расцвет» от «Файра косметикс» обеспечит вам и вашей коже цветущий вид». Эта концепция имела так много точек приложения, что она не успевала записывать идеи, которые проносились у нее в голове со скоростью молнии.

Просто идеальное название, она сама была впечатлена этой идеей. А спасибо за нее надо сказать Логану…

Тринити заказала бутылку самого дорогого шампанского, которое было в меню отеля. Надела самое соблазнительное черное белье под маленькое черное платье, подчеркивавшее фигуру, и отправилась на поиски единственного человека, с которым хотела отпраздновать свой успех.

Она постучала в дверь его номера, и Логан сразу же открыл. На нем уже не было рубашки, и он с одобрительной улыбкой пригласил ее в номер.

– Не ждал, что ты придешь.

Она протянула ему шампанское.

– Хочу выпить с хозяином команды-победительницы.

– Ты уже сделала всю работу?

– Нет. Но у меня наметился прорыв, и Алекс сказала, что у нас огромный прирост продаж в этом месяце. Я подумала, вдруг ты захочешь со мной это отпраздновать.

Логан забрал у нее бутылку и тут же заключил Тринити в объятия. За этим последовал страстный поцелуй, не хуже, чем в лифте. Ее тело обожгло жаром, и она ответила с удвоенным пылом. Она хочет его. Вопреки всему!

Логан прижал ее к стене, и Тринити застонала, ощутив его эрегированный член на своем животе. Они оба хотят этого!

– Тринити!

Он оторвал ее от пола, понес к постели и бросил на простыни. Лег сверху, их ноги сплелись. Логан поспешно расстегивал молнию ее платья, покрывая поцелуями каждый дюйм открывающейся кожи.

– Это лучшее зрелище, которое я сегодня видел! – восхищенно сказал он.

– Лучше, чем сегодняшний счет на табло? – поддразнила его она.

– Хочешь поговорить на эту тему? – усмехнулся он. – «Мустанги» играют сто шестьдесят две игры в год. Каждый выигрыш на счету, но одного мало. Завтра будет еще одна игра, счет обнулится. А вот ты, – продолжил он, расстегивая бюстгальтер, – изысканное наслаждение. Каждый раз преподносишь что-то новое. Я думал, под платьем снова ничего не будет, а тут такой эротичный бюстгальтер. Мне нравится.

Его язык нырнул под тонкое кружево и коснулся ее соска, затем облизал холм ее груди сверху, сквозь тонкую ткань. Тринити застонала от удовольствия. Затем Логан расстегнул бюстгальтер, на время освободив грудь, но тут же безжалостно впился в нее губами, лизал ее, сосал, явно намереваясь прямо сейчас довести Тринити до оргазма. Она закричала, и Логан не мешкая сбросил с себя одежду. Затем перевернул Тринити на живот и стал целовать ее шею под завитками волос, потом ниже, вдоль всего тела, пока не дошел до ног, до кончиков пальцев, до свода стопы. Он исследовал ее эрогенные зоны шаг за шагом, а когда он пустил в дело язык, она едва не потеряла сознание от удовольствия. После этого он прошел языком тот же путь вверх, облизав ее с ног до головы, и наконец вернулся к влажной точке между ее ног. Тринити все еще лежала лицом вниз, чувствуя, как ее тело пронзают электрические разряды одновременно во всех местах. Пальцы и язык Логана творили чудеса, и она испытала оргазм невероятной силы.

Наконец Логан лег на нее сверху, накрыл своим крепким и сильным телом, приподнял ее бедра и одним мощным движением вошел в нее. Они застонали одновременно. Он начал медленно двигаться внутри ее, и это было так приятно, что от удовольствия Тринити зажмурилась, и они растворились друг в друге. Постепенно он подводил ее к пику экстаза, и она была бы счастлива, если бы это длилось вечно. Но он не мог больше держаться. Его движения становились жестче, быстрее, сильнее. И в этот момент Логан нащупал ее клитор, чтобы удвоить удовольствие, и она пережила такой мощный оргазм, что собственный крик буквально оцарапал ей горло.

Логан, кончая, прикусил ее плечо, и вид его оргазма подарил Тринити новую волну острого наслаждения, которое казалось уже почти непереносимым.

В изнеможении упав на матрас, он легонько поцеловал ее плечо в месте укуса, словно извиняясь за причиненную боль. Но Тринити было все равно – она находилась на вершине блаженства.

Внезапно Логан выругался, а потом еще раз и еще.

– Презерватив порвался, – сказал он в ответ на ее вопросительный взгляд. – А еще называется экстрапрочные.

– Я пью таблетки, – успокоила она его. – Не переживай, это не твоя вина. Презервативы часто рвутся.

Как порвался в тот раз, когда она забеременела. Только тогда она не пила таблетки. И все последующие годы тоже.

– Ты очень добра, – произнес он с интонацией, которую она не поняла.

Логан встал с кровати, взял бутылку шампанского, сорвал фольгу.

– Выпьем за то, насколько реальными стали наши отношения в эту минуту?

Ее сердце ушло в пятки.

– Что ты имеешь в виду?

– Если ты забеременела, я хочу в этом участвовать. Что может быть более реальным, чем потеря контроля над рождаемостью?

Она взяла бокал из его рук и осушила его в один присест.

– Никакой контроль не потерян. – И не будет. Она не выдержит еще одно разочарование.

– А что, положительный тест на беременность – такая уж плохая новость? Я буду ребенку хорошим отцом. Мы вдвоем станем родителями. Почему бы не оформить это официально?

Тринити почувствовала болезненный укол в сердце. Вот если бы Логан хотел быть с ней ради нее самой… Просто потому, что не может жить без нее. А он лишь обсуждает последствия их секса, а не счастливую совместную жизнь.

Ну и ладно. Не очень-то и хотелось. Она уже скоро заставит себя в это поверить.

– Я всегда мечтала о семье, – произнесла Тринити вслух, собрав в кулак остатки воли. – Но мы понятия не имеем, произойдет это или нет. Так что давай отложим обсуждение этой темы.

– Конечно. – Логан протянул ей новый бокал шампанского. – На время.

Все эти разговоры о семье и детях выбили Тринити из колеи. Ее сердце наполнила тоска, которая – она знала это точно – уйдет не скоро.

Она не та женщина, которая подходит Логану Мак-Лафлину, и она должна держаться от него подальше. Вот только ей совсем этого не хочется.

Глава 8

Тринити вернулась в свой номер, но Логан не мог заснуть. Сумасшедший день, сумасшедший разговор – как тут спать.

Он всегда думал, что сначала женится, а уж потом займется продолжением рода. Они вместе с женой будут ждать результатов теста и в конце концов станут счастливыми родителями.

Но порвавшийся презерватив перевернул все с ног на голову. Впрочем, ему понравилась мысль, что уже сейчас у него может появиться что-то более реальное, чем было всегда. Хотя при этом в груди заныло от мысли, что они с Тринити не созданы для настоящих отношений. Он знал это с самого начала.

И все же что-то неуловимо изменилось.

«Мустанги» выиграли обе оставшиеся игры. Естественно. Благодаря присутствию Тринити – он был в этом уверен. Кстати, и команда тоже. Ребята теперь относились к ней как к королеве, посылали ей цветы, шоколадки, открытки со смешными рисунками. А тот, кто встречался с моделью, убедил свою подругу позвонить Тринити и предложить свои услуги для рекламной кампании.

Когда Логан спросил Тринити об этом, она усмехнулась и сказала, что у нее назначена встреча с менеджером модели на следующей неделе. И что просто здорово, что все так совпало. По ночам она работала над рекламной кампанией нового товара и говорила об этом без умолку. Но он любил слушать ее рассказы. Ему вообще с некоторых пор было интересно все, что ее касалось.

В самолете по пути домой они сидели рядом и держались за руки. Порвавшийся презерватив создал негласный договор между ними, и теперь они проверяли, каково им может быть вместе, если на их отношения навесить ярлык «настоящие». Пусть все идет своим чередом, словно решили они. Никто ничего не сказал о прекращении их связи.

Логану внезапно захотелось еще раз дотронуться до Тринити. Он погладил большим пальцем ее подбородок.

– Захотелось коснуться тебя, – пояснил он.

Она рассмеялась:

– Мне нравится. Можешь не оправдываться.

– Тогда знай: я планирую и дома регулярно делать это.

– О, любопытно, каким образом, если мы оба работаем? – поинтересовалась Тринити.

– Да, надо будет выработать какой-то алгоритм. Что, ты разве не можешь поставить наши отношения во главу угла? Мы ведь все еще работаем над пиаром?

– У меня сейчас дэдлайн по новому продукту…

– Но я хочу проводить с тобой время, – невольно вырвалось у него.

Тринити нахмурилась:

– Моя карьера важнее, чем пара оргазмов в твоей постели.

Она знала, что дело не только в этом, и не это она имела в виду. Но она не хотела быть честной.

– Разумеется, – легко согласился Логан. – Но одно вовсе не исключает другое. С моей работой мы прекрасно их совместили. Давай сделаем то же самое с твоей.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – лукаво улыбнулась Тринити. – Что ты задумал?

Он поцеловал ее пальчики.

– Пойдем со мной на домашние игры? Я заеду за тобой.

– Это не ставит мою карьеру на первое место, Логан. Что, если я откажусь?

– Ты не можешь. Ты нужна ребятам. – «Ты нужна мне», – должен был он сказать. – И потом, разве мы мало сделали для твоей карьеры? Семь процентов прироста продаж – это мало?

– Ладно. Нам обоим на пользу, когда нас видят вместе.

Да, конечно, и у него дела шли лучше некуда, особенно после трех выигранных игр. Однако сразу по приезде он отправился на работу, которую совсем забросил в последнее время. Не только у Тринити горят сроки.

Тринити все-таки пришла на домашнюю игру, и «Мустанги» снова победили. Полоса удач длилась целых пять игр подряд. Потом еще восемь.

Между Тринити и Логаном все это время горел неугасимый огонь страсти. После игр они каждый раз «зажигали» в постели. Иногда она приносила с собой ноутбук и работала, пока команда на поле рвала соперников в клочья. Но потом отвлекалась и наслаждалась игрой вместе с Логаном – она постепенно начинала разбираться в бейсболе.

За это время тема порванного презерватива не всплывала ни разу, но Логан верил, что она ему все скажет, если в этом будет необходимость.

Однажды в его офисе раздался звонок. Его звездного игрока, Кэла Джонсона, заподозрили в употреблении допинга и на какое-то время отстранили от игр. Логану настоятельно порекомендовали присутствовать на собраниях, где решался исход этого дела. Новость была сокрушительной. Прямо из офиса он направился к квартире Тринити.

«Я здесь. Могу к тебе подняться?» – написал он эсэмэс.

«Конечно», – тут же ответила она.

Когда она открыла дверь, он обо всем забыл. Тринити выглядела просто великолепно в джинсах и футболке. Ее наряд говорил о том, что она никуда не собирается этим вечером.

– Что случилось? – спросила она.

– Просто захотел тебя увидеть.

Внезапно Логан почувствовал себя глупо, что явился вот так, без предупреждения. Что, он теперь должен зайти и признаться, что ему нанесли удар, а она единственная, кого он хочет видеть в этот момент? Для их увеселительных встреч это было слишком серьезное заявление.

Что-то изменилось в выражении лица Тринити.

– Тогда входи, – пригласила она.

Должно быть, у него и так все написано на лице.

– Я кое-что принес тебе. – Логан достал маленькую коробочку из кармана. – В знак благодарности.

– За что? – Она смотрела на его подарок так, словно увидела тарантула. – Вроде бы рядом нет фотографов, чтобы снять этот момент. Ты уверен, что не хочешь отложить?

– Нет, – разозлился он. – Не хочу ждать. Это личное, а не на камеру. Я… понятия не имею, что тут делаю.

Он открыл крышку и явил ее взору ожерелье с бриллиантом в восемь каратов, которое выбрал у ювелира сегодня. До злосчастного звонка. Хотел отметить восьмую подряд победу «Мустангов». Рекорд для клуба.

– Какого черта, Логан? – возмутилась Тринити, не оправдав его ожиданий. – Ты не можешь делать мне такие подарки. Оно… оно великолепно.

Он рассмеялся:

– Ты забавно выражаешь свой восторг.

Тринити испуганно протянула руку и потрогала ожерелье.

– Розовое. Как цветок, который ты мне подарил.

Логан думал о том, как оно заиграет на ее коже.

– Это значит, что оно тебе нравится?

Она кивнула:

– Невероятно нравится.

– Тогда дай я надену его на тебя.

Слава богу, Тринити перестала спорить, откинула волосы с шеи, и он надел украшение на нее. Поцеловал обнаженную кожу. Она не отстранилась. Он продолжил целовать. Она таяла в его руках, и он повел ее в спальню, путь в которую уже прекрасно знал.

Там Логан раздел ее, достал презервативы из тумбочки у кровати, а затем доставил удовольствие им обоим, исследовав языком все ее эрогенные зоны, пока она не стала достаточно влажной, чтобы принять его.

Розовые бриллианты поблескивали в полумраке. Он никогда прежде не дарил женщинам украшения, и вид ожерелья на обнаженном теле Тринити не только радовал взор, но и возбуждал его. Он погружался в нее снова и снова, разжигая огонь, который горел в них обоих. Ощущение значимости происходящего переполняло его.

Эти отношения все-таки настоящие. И ему это нравится.

Он взял в рот сосок Тринити, прикусил его, стал двигаться быстрее, доводя ее до изнеможения, подводя к пику наслаждения, который должен был совпасть с его оргазмом. Они знали тела друг друга, знали, как доставить удовольствие. Физически они совпадали идеально. Но вот в остальном? Вряд ли. Так почему же он так ею пленен? Они кончили вместе, и ему пришлось прикусить язык, чтобы скрыть захлестнувшие его эмоции.

Чуть погодя Тринити спросила:

– Так почему на самом деле ты пришел сегодня?

– Кэла Джонсона могут дисквалифицировать… Не знаю, что будет с командой без него.

– Вот черт. – Она обняла его покрепче. – Что он натворил?

– Допинг. Запрещенные препараты. Мне придется поехать в Нью-Йорк, чтобы во всем разобраться, – признался он.

Без него и без Джонсона победная серия закончится. Горькая, но неизбежная правда.

– Хочешь, я поеду с тобой? – неожиданно предложила Тринити.

Логан молча поцеловал ее в плечо. Ее предложение тронуло его больше, чем он мог предположить. Еле-еле он выдавил:

– Не надо.

Тринити внимательно посмотрела на него своими огромными увлажнившимися глазами:

– Тебя это всерьез тревожит, да?

Логан помотал головой. Он и сам не знал, почему так упорно отрицает это.

– Не знаю. Может быть.

Допинг, разумеется, имел место всегда. Все знали, кто употребляет, а кто нет. Сам Логан не использовал запрещенные препараты, когда играл. Но он никогда и не был под таким прессингом, как ребята.

Может, Джонсон тоже чувствовал давление из-за вечных проигрышей команды? И он сам был одним из факторов этого давления?

– Это не по твоей вине, милый, – попыталась утешить его Тринити.

– Я босс. Это и мой провал тоже. Мой отец управлял огромной компанией долгие годы, и при нем никогда такого не случалось.

– Ты не отец, Логан. Все изменилось – правила, стратегии. Будь собой. Не надо себя ни с кем сравнивать.

– Не смей утешать меня с помощью логики, – прорычал он.

Но на самом деле ему стало легче, часть груза ушла.

Тринити рассмеялась и поцеловала его.

Логан улетел в Нью-Йорк, и Тринити проводила большую часть времени, притворяясь, что она по нему не скучает.

Победное шествие «Мустангов» закончилось, как и предсказывал Логан. Но следующую игру ребята выиграли, несмотря на то что она на нее не пришла.

Логан иногда писал ей из Нью-Йорка, но ничего особенного. Ничто в его сообщениях не указывало на то, что он скучает по ней. Дни тянулись бесконечно. Так прошла неделя.

Дата обсуждения презентации «Формулы-47» переносилась несколько раз, но наконец Кэсс назначила час икс. В тот день Тринити еле вытащила себя из постели. Она плохо спала, ее мысли нет-нет да возвращались к Логану. Не использовал ли он поездку в Нью-Йорк как возможность порвать отношения? Доход «Файры» вырос, продажи билетов на игры «Мустангов» били рекорды. Причин встречаться и дальше нет. Но ей не хотелось, чтобы все кончилось вот так. Она использовала все способы, чтобы быть с ним, и отношения понравились ей гораздо больше, чем она ожидала.

Надевая зеленый костюм и нанося макияж, Тринити подумывала, как бы сказать Логану, что, может, они могли бы видеться время от времени, если позволят их расписания. Звучало, конечно, ужасно. Тем более что ей хотелось сказать ему, что она хочет больше, хочет что-то настоящее…

Когда она пришла в зал заседаний, Кэсс уже была там, настраивала ноутбук для виртуального совещания. Вскоре на экране появились Алекс и Харпер.

Харпер тут же воскликнула:

– Черт, что это у тебя на шее, Трин?!

Потрогав пальцем огромный розовый бриллиант, с которым она не могла расстаться ни на минуту, Тринити нахмурилась и, совершенно неожиданно для себя самой, расплакалась.

Кэсс обняла ее, что было непросто, учитывая ее большой живот.

– Простите, – пробормотала Тринити. – Не понимаю, что со мной такое.

Алекс и Харпер заговорили одновременно, но Кэсс остановила их:

– Думаю, выскажу общее мнение, если предположу, что отношения с Логаном оказались совсем не притворными.

– Это так заметно? Я не знаю, что в них настоящее, а что нет, почему я расстроена и что со всем этим делать. Я плохо сплю и чувствую себя изможденной, – призналась Тринити.

– Ты говорила с ним о своих чувствах? – спросила Кэсс.

– Я не могу, – вздохнула Тринити. – Он в Нью-Йорке, решает одну довольно серьезную проблему. Я всего лишь хочу, чтобы он вернулся. Хочу просыпаться с ним по утрам, пить кофе и просто быть вместе. Со мной никогда такого не было.

– Тринити, – обратилась к ней Алекс. – Дыши глубже. Это все гормоны. Возможно, после месячных тебе станет лучше.

– У меня сбился цикл. – А ведь всегда был такой регулярный!

Ее накрыла паника, когда она начала подсчеты. С того момента, как у них порвался презерватив, прошло три недели. А со всей этой рекламной кампанией и бейсболом она совсем забыла о календаре.

– Давай перенесем совещание, а пока сделай тест на беременность, – невинным голосом предложила Алекс.

Эти слова прозвучали для Тринити так, словно Алекс говорила на суахили. Она не делала этот тест восемь лет. Потому что никогда не сомневалась в его результатах.

– У меня осталось несколько в столе, с тех пор как мы с Гейджем пытались, – предложила помощь Кэсс. – Если ты вдруг хочешь узнать прямо сейчас.

Тринити кивнула. Спустя вечность, которая на самом деле длилась не больше десяти минут, у нее был ответ. Беременна. От Логана Мак-Лафлина.

– Мне тебя поздравить или посочувствовать? – осторожно спросила Кэсс.

Тринити не ответила. Ее трясло от волнения, удивления и неверия в происходящее. Боже, что она скажет Логану? Ее таблетки не сработали, а ее уверенность, что она больше не забеременеет, оказалась ложной.

– Не понимаю, как это случилось, – всхлипывая, сказала она Кэсс. – И что мне с этим делать?

– Ты хочешь ребенка?

– Конечно. Но у меня не было этого в планах. Этому не суждено сбыться.

– Стоп! Не говори ерунду. У твоей матки было восемь лет, чтобы отдохнуть и прийти в порядок.

Что, если Кэсс права? Если малыш и впрямь появится и в ее жизни начнется новая чудесная глава? Она ведь носит под сердцем ребенка Логана! Вселенная сделала все, чтобы чудесным образом их отношения стали настоящими.

Не надо бояться. Все будет хорошо. Логан наверняка захочет быть рядом, будет ходить с ней к врачу, выбирать кроватку. Но если она ошибается, ей придется все делать в одиночку. Если ребенок не сможет их связать, то уже ничто не сможет. И эта потеря убьет ее. Да, они отлично сыграли на публику, но что, если на этом все и эта история разобьет ей сердце?

Глава 9

Поездка в Нью-Йорк оказалась настоящим испытанием. А отстранение Кэла Джонсона на сорок пять игр стало ударом для «Мустангов».

Логан конечно же подал апелляцию, что означало, что история затянется. Но дело было плохо: Джонсона поймали с поличным плюс было видео, на котором он посещал клинику, продававшую запрещенные вещества. В общем, катастрофа.

Он порывался позвонить Тринити и уговорить ее прилететь. Ему просто хотелось ее увидеть. Коснуться. Услышать ее смех. Раствориться в ее теле. Он хотел быть с ней, ведь только она могла сделать ужасную реальность лучше. Но он так и не позвонил. Ему столько хотелось сказать ей. Но разве можно важные вещи обсуждать по телефону? Он решил отложить разговор до возвращения в Даллас.

Уже из аэропорта он написал Тринити СМС, предложил заехать за ней на работу. Но она не отвечала. Наверное, была на совещании. Логан поехал домой. Там его встретили гробовая тишина и затхлость, хотя его не было всего несколько недель. Зачем он только купил такой громадный дом, когда ему не с кем его разделить?

Сегодня четверг. Может, уговорить Тринити прогулять завтра работу, чтобы он привез ее сюда на три дня? Он никогда не приводил домой женщин, но мог с пугающей легкостью представить здесь Тринити. Ей бы понравилась огромная мраморная ванная. И то, что он делал бы с ней в этой ванной. Они могли бы заказать еду или поджарить стейки на гриле на открытой веранде с видом на бассейн. А потом он раздел бы ее и отнес в гидромассажную ванну в северном конце бассейна…

Он снова проверил телефон – ничего. Наверное, не видела эсэмэску. Логан набрал номер. Безрезультатно. Ладно. Она наверняка занята работой…

Наступила пятница. Он отправился в свой офис. Команда играла в Питтсбурге, но Майра была на месте и предоставила ему удручающие цифры: продажи билетов сильно упали. Странно, но его это расстроило меньше, чем загадочное исчезновение Тринити. Он ужасно скучал по ней и не мог думать ни о чем, кроме четырех неотвеченных сообщений.

Это была ошибка – не звонить ей из Нью-Йорка, и ее надо срочно исправить. Но раз она не отвечает, она наверняка потеряла телефон – такое бывает.

К ночи он больше не мог переносить неизвестность и отправился к ее дому. Глупо. Он не мог войти. Звонил в домофон, но она не отвечала. Хотя он видел ее припаркованный «порше» в гараже.

То есть, получается, она тут, но не хочет его видеть?

Хорошо одетая пара вышла из дома. Увидев роскошный букет в его руке, женщина улыбнулась:

– Не отвечает? Наверное, вы рано.

– Да, мэм, – ответил он.

– Так проходите, – предложил ее спутник, придержав дверь.

Логан поднялся на пятнадцатый этаж и постучал в дверь. Тринити открыла почти сразу. Она выглядела изможденной. Волосы были встрепаны, а простая толстовка никак не походила на ее обычный стиль. И на ней совсем не было косметики. Но никогда еще она не была так прекрасна.

– Логан…

Она явно его не ждала.

– Сюрприз. – Он протянул ей цветы. Пальцы его при этом слегка дрожали, а сердце билось где-то в горле.

Она посмотрела на букет, но не взяла его.

– Ты не отвечала на мои сообщения.

Похоже, она в курсе, судя по тому, каким холодом от нее по-прежнему веет.

– Я была занята. Тебе не стоило заходить.

Усталость и смущение навалились на него одновременно.

– Я хотел увидеть тебя.

Тринити пожала плечами, но прежде, чем она успела отвернуться, он заметил, что она вовсе не так спокойна, как хочет казаться. И это его тронуло.

– У нас была хорошая возможность расстаться без лишних слов. Я думала, ты тоже перевернул страницу, раз уж мы почти не общались последние несколько недель.

Это был удар. Она избегала его. Намеренно.

– Это моя вина, – согласился Логан, гадая, откуда взялась дистанция между ними. Казалось, она хочет вытолкать его взашей. – Позволь мне все исправить, – улыбнулся он. – Не в постели. Если только ты сама этого не захочешь.

Она прикрыла веки, скрывая от него свои мысли.

– Я пройду, спасибо.

Что-то было не так. На ее лице была усталость. А то, как она навалилась на косяк, говорило не о том, что она хочет его выгнать, – дверь просто была для нее опорой. Встревоженный, он наконец понял, почему на ней нет косметики. Идиот! Она же больна.

– Грипп или что-то более серьезное?

– Это… ничего страшного. – Тринити явно лгала.

А затем у нее подогнулись колени. Отбросив букет, Логан подхватил ее на руки, стараясь не вспоминать, когда последний раз это делал.

Тринити казалась совсем невесомой. Несмотря на ее слабые протесты, он донес ее до спальни и положил на кровать. Сам сел рядом, погладил ее по голове.

– Что случилось? Принести тебе воды?

– Нет. Все в порядке, – прошептала она. Но ее глаза закрылись, и она потерлась головой о его ладонь, как котенок, ищущий ласки.

Чем больше он ее гладил, тем больше она расслаблялась и тем меньше болело у него в груди. Если она болеет, то это все объясняет. И неотвеченные эсэмэски, и то, что она не хотела сначала его впускать, – в конце концов, она не любит, когда ее видят не при параде. Но разве она не знает, как прекрасна для него в любом виде?

Тринити застонала, и ему это не понравилось.

Оставив ее на постели, он направился в ванную – посмотреть, нет ли в аптечке какого-нибудь рецепта. Если он что-нибудь найдет, это может подсказать ему, что с ней не так.

На первый взгляд в ванной ничего не было. На полках стояли духи, кремы, косметика. Тогда он открыл шкафчик слева от зеркала. Лак для волос, какие-то женские штучки… Включая белую пластиковую пластинку с голубой полоской. На ней он прочел слова: «Беременна» и «Не беремен на». Тест был положительный.

Так вот что с ней такое!

– Я не хотела, чтобы ты вот так обо всем узнал, – донесся до него ее слабый голос. Он обернулся. Тринити стояла на пороге.

– А как ты хотела, чтобы я узнал?

Ему стало плохо, когда он увидел ее нахмуренное лицо. Она избегала его взгляда.

– То есть ты не собиралась мне говорить…

Тринити покачала головой:

– Но не потому, что не хотела… А потому… – Она замолчала, но он сам мог продолжить за нее. Потому что это не его ребенок.

Темная, уродливая ревность поднялась у него в груди. Он был влюблен в нее, а она встречалась с другими. А почему нет? Они не давали друг другу клятву верности. Он просто думал…

Он соблюдал правила, а она нарушала. Ей никогда не была нужна семья. Они всегда были противоположностями, и беременность стала для них непреодолимым препятствием.

Слава богу, он не успел ей сказать, что хочет большего. Что он очень скучал. Тогда ему было бы сейчас гораздо хуже. Хотя куда уж хуже – он просто задыхался от боли.

Как это возможно, что он старался придумать следующий шаг, а она пятилась от него со всей возможной скоростью?

Чем дольше Логан стоял в ее ванной, тем сильнее Тринити казалось, что она вот-вот упадет.

Токсикоз мучил ее большую часть времени. Она не вышла на работу, но Кэсс ее хорошо понимала, хотя у нее самой никогда не было тошноты.

Когда она открыла дверь и увидела Логана, первое, что она почувствовала, было облегчение. Слава богу, он пришел. Ей хотелось одного – упасть в его объятия, сказать, как она скучала, какой он сильный и красивый. Как она ждет от него следующего шага.

Хорошо, что не успела. Когда она поняла, что он пошел в ванную, Тринити с трудом встала с постели, чтобы остановить его. Но было поздно. И, судя по выражению его лица, разговор о ее беременности ничем хорошим не закончится.

Он был в ярости.

– Не хотела говорить? Думаешь, я не имею права знать?

Его голос напугал ее. Разве он не говорил, что хочет детей? Что будет участвовать в воспитании? Она неправильно его поняла?

– Я…

Ее снова накрыла тошнота.

– Я не могу обсуждать это прямо сейчас, – прошептала она и опустилась на пол у дверей в ванную.

– Сейчас или никогда? Ты не хотела говорить, потому что твоя беременность положит конец нашей пиар-кампании?

Тринити в изумлении посмотрела на него. Его волнует пиар?

– При чем тут это? Как беременность может помешать?

Он даже не спросил, как протекает беременность, была ли она у врача. Ничего из того, что она ожидала. Его реакция была очень… прохладной.

– О, ты права, – сказал он тоном, наиболее далеким от тона счастливого отца. – Ничего сложного. Можем притворяться дальше. Что значит неожиданная беременность для двух друзей?

В его сарказме не было ничего дружеского. Он и впрямь все время прикидывался. Это она боролась со своими чувствами. Она все нафантазировала о его чувствах только потому, что во время секса он пару раз на нее посмотрел со значением. Их отношения были ложью. В груди разлилась боль, и она полностью ее заслуживает. Это будет ей уроком.

– Я ошиблась, – сказала она таким спокойным голосом, что сама себе удивилась. – Чем скорее мы закончим наши публичные отношения, тем лучше.

– И частные тоже.

Почувствовав себя глубоко несчастной, она кивнула и закрыла глаза, не в силах смотреть на Логана. Пусть уходит. Ему явно не нужны ни она, ни ребенок. Он ведь никогда не скрывал, что она ему не подходит.

– Что ж, поздравляю. Мне, пожалуй, лучше уйти прямо сейчас.

Не оглядываясь, он пулей вылетел из ее квартиры, унеся с собой большую часть ее сердца.

Единственное, что осталось, – часть его в ее чреве. Пока осталось. Она жила в диком страхе, что однажды проснется в луже крови и снова останется одна.

Тринити заставила себя лечь в постель, потом заставила встать и пойти на работу, но ее тело болело, душа болела, а способность к творчеству почти сошла на нет. К счастью, она уже достаточно много придумала, чтобы ее команда могла подхватить и развить ее идеи в рекламной кампании.

Логан не звонил. Она вздрагивала каждый раз, когда слышала сигнал телефона, но каждый раз это был не он. Его молчание раздирало ее на части и вгоняло в отчаяние.

Но однажды она заставила себя выйти из ступора, чтобы помочь Харпер и Алекс отвезти Кэсс детскую ванночку. Тринити решила, что ей не помешает отвлечься от черных мыслей и помочь подруге, которая всегда была добра к ней. Харпер специально прилетела из Цюриха, совместив поездку с несколькими встречами по работе. По срокам Алекс должна была родить только через шесть недель, но ее вашингтонский доктор был уверен, что роды могут начаться в любой момент, так что она участвовала удаленно.

Тринити наконец призналась себе, что раньше только притворялась, что карьера для нее важнее всего. Она завидовала подругам, у которых были мужья. Они могли на них положиться, супруги были готовы поддержать их в любой момент и были рады отцовству.

Итак, четыре беременные руководительницы фирмы наконец собрались в конференц-зале компании, которую вместе создали с нуля, и Тринити нашла в себе достаточно сил, чтобы обнять Харпер, которую не видела вживую уже давно. Никогда прежде она не думала, что они все будут беременны примерно в одно и то же время. У главного научного сотрудника «Файры» наконец-то появился заметный животик, который она все время поглаживала.

– Данте называет его Амебой. Считает, что это смешно. Никак не могу его отучить. – Харпер закатила глаза, жалуясь на своего мужа, который остался в Цюрихе – но только потому, что снимал телешоу о науке притяжения между людьми. Иначе, конечно, он не отпускал бы свою обожаемую жену ни на шаг, следуя за ней по пятам.

Тринити подумала, что ей с самого начала надо было смотреть шоу доктора Гейтс. Тогда для нее не стало бы таким шоком то, что Логан ее не любит. На глазах у нее появились слезы, и она не стала их сдерживать. Зачем, если все равно они все время льются.

– О, дорогая. – Харпер ободряюще потрепала ее по плечу.

Кэсс тоже обняла ее и спросила:

– Ты еще не говорила с Логаном?

Тринити покачала головой.

– Тебе надо с ним поговорить, – добавила Алекс с экрана монитора. – У него есть определенные обязанности, хочет он того или нет. Филипп пришлет тебе контакты юриста, который поможет получить все, чего ты заслуживаешь.

А что она заслуживает? Половину состояния Логана? Пожизненный абонемент на игры «Мустангов»? Одиночества, потому что она так долго притворялась, что ей никто не нужен?

Кэсс одобрительно кивнула.

– К тому же все иногда выглядит не так, как есть на самом деле. У нас с Гейджем все получилось только со второй попытки, потому что я думала, что мы с ним не пара. Вот уж чего я не ждала, что однажды он, как ураган, ворвется в мой кабинет с кольцом в коробочке.

Ну, это совсем другое. Все с самого начала понимали, что он сходит по Кэсс с ума.

– Филипп украл меня по пути из госпиталя, чтобы уговорить не разводиться, – встряла Алекс. – Мужчины иногда ужасно непредсказуемы.

– Вы все заслуживаете счастья, которое нашли, – всхлипнула Тринити. – Но вы все вышли замуж за мужчин, которые хотели детей.

Ее прервал взрыв смеха.

– Ты ужасно не права, – сказала Кэсс, отсмеявшись. – Отцовство стало одним из самых сложных испытаний для Гейджа. Сейчас он выглядит как профи в этом деле, но, поверь мне, он очень долго и трудно к этому шел.

Харпер погладила пальцы Тринити и улыбнулась:

– Ты же помнишь, что Данте не является биологическим отцом моего ребенка? Я целую вечность уговаривала его пойти со мной к доктору в качестве друга. А уж решение стать ребенку отцом далось ему еще тяжелее. Мы едва не расстались из-за этого.

– Если даже Логан не передумает, – подхватила Алекс, – мы всегда рядом. Ты сильная, независимая женщина, а уж с нашей помощью тем более со всем справишься.

– Если выношу ребенка, – напомнила им Тринити. Не важно, что она хочет. Как решит ее тело, так и будет. Она не может все контролировать, и это расстраивало ее больше всего. Но любовь, которую она почувствовала в словах подруг, немного приободрила ее. – Спасибо, девочки. Вы очень много для меня значите, и я очень ценю вашу поддержку!

– Как здорово, что мы все вчетвером беременны и при этом справляемся с огромной компанией-мультимиллионером, – сказала Кэсс. – А твои идеи для рекламной кампании «Расцвета» вообще бесценны. Мы вот-вот выпустим продукт на рынок, мы опровергли все клеветнические домыслы. Мы со всем справимся!

– Кстати, я, кажется, догадываюсь, кто запустил утку, – со свирепым выражением лица добавила Харпер. – Не хотела сейчас об этом говорить, потому что у нас вроде как не совсем рабочая встреча, но раз уж зашел разговор… Мне нужна ваша помощь, чтобы вывести негодяйку на чистую воду.

Они обсудили предложение Харпер и составили четкий план действий. А потом наконец жадно накинулись на сэндвичи и пирожные, которые Мелинда, секретарь «Файры», заказала для них. В конце концов, они все теперь едят за двоих в буквальном смысле слова.

Глава 10

Логан застонал и накрыл голову подушкой, когда телефон зазвонил в несусветную рань… В 9.45.

У него была вчера игра? Кто-то звонит узнать, где он?

Он вскочил и потянулся за телефоном, но подвернул ногу и ударился коленом о деревянную спинку кровати. Звонивший явно услышал его ругательства.

– Логан Дункан Мак-Лафлин, – услышал он голос матери, – я лично вымою твой грязный рот с мылом, если ты собираешься так со мной разговаривать!

– Мам, пожалуйста. Я не в настроении.

Голова раскалывалась от принятого вчера в неприличном количестве алкоголя, после того как «Мустанги» проиграли третью игру подряд. Он рухнул обратно на постель, пытаясь справиться с вновь нахлынувшей болью, которая была гораздо сильнее похмелья. Никакой алкоголь не мог заглушить боль от расставания с Тринити. Он был откровенно несчастен без нее.

– Ну, прости, но я так не люблю узнавать новости о твоей жизни из Интернета. Ходят неподтвержденные слухи, что ты расстался со своей невестой. Это правда? Если нет, я все еще хочу с ней встретиться.

Вопрос на миллион долларов. Вроде бы все кончено. Но он не может перестать думать о ней, скучать по ней, хотеть ее.

В раздумьях Логан уставился в потолок, который, на его вкус, был уж слишком мрачный, но дизайнер настаивал, что ему понравятся тяжелые тона и темное дерево. Он подозревал, что единственное, что может исправить атмосферу комнаты, – это присутствие женщины, любящей яркие ткани, смелые цветовые сочетания и готовой изменить стиль помещения.

Одной конкретной женщины, если быть точным.

Логан вздохнул.

– Отношения с Тринити никогда и не начинались. Это была постановка для пиара наших компаний.

– О, пожалуйста, – возмущенно фыркнула его мать. – Все могло с этого начинаться, но каждый, кто видел ваши фотографии, уверен, что тебе есть до нее дело.

– Увы, ей нет до меня дела, – печально ответил он.

– Ты слишком вовлечен в ситуацию и можешь чего-то не видеть. Расскажешь мне, что на самом деле между вами происходит?

– Ну с чего ты взяла, что что-то происходит? Были фиктивные отношения, и они закончились. Что тут еще может быть?

Все. И ничего. Он был слишком наивен, думая, что между ними что-то особенное. Настоящее. Нет, это были иллюзии. И он даже не заметил, когда они начали исчезать.

– Я была замужем за твоим отцом. День, когда я не смогу понять мужчину с ДНК Мак-Лафлинов, будет днем моей смерти. Давай рассказывай наконец. А то я приеду.

Это не была праздная угроза. Приедет и вытащит из него всю историю клещами. А параллельно приготовит что-нибудь полное жира, калорий и любви. Кстати, звучит заманчиво и очень трогательно, у него даже запершило в горле от мысли об этом.

– Ну и хорошо, приезжай.

– О, милый. Все настолько плохо?

Логан вздохнул. Он больше не хочет запираться.

– Она беременна.

– Что? Дай мне сейчас же ее телефон! Не могу поверить. Она пытается использовать тебя, чтобы выкачать денег! – Ярость матери буквально опалила телефон, пальцы и ухо Логана.

– Мам, нет. Ей не нужны мои деньги.

– Она… притворяется беременной с какой-то целью?

– Нет.

– Так в чем дело? Ваши отношения были фальшивыми, но вы пообещали не встречаться с другими? – продолжала выпытывать мать.

– И это нет.

– Так что же она сделала такого ужасного, что ты не можешь сказать ей о своих чувствах?

– Ребенок не мой!

– То есть?

Он не знал, что ответить.

– Я…

– Вышел из себя и разрушил отношения? – с легкостью догадалась мать. – Ты ее любишь?

– Конечно, люблю. В смысле… Я не знаю. Да. Думаю, я двигался в этом направлении, но все как-то развалилось, – смутился он.

– Милый, ты только что сказал мне, что беременная женщина держала на крючке миллиардера и решила быть честной до конца. Похоже, хорошая девушка. Давай-ка подними свою задницу и отправляйся за тем, что тебе нужно.

– Все не так просто…

– Тогда живи дальше. Переверни эту страницу. Давай я познакомлю тебя с по-настоящему милой девушкой. Она ходит в мою церковь. Собственно, поэтому я и позвонила.

Он не размышлял ни минуты.

– Спасибо, мам. Но нет.

Ему не нужна милая женщина. Ему нужна эпатажная женщина, которая не согласится мириться с чем угодно и которая вдохновит его на самостоятельные, смелые поступки. Женщина, похожая на его мать. Наверное, он больше похож на отца, чем прежде думал.

Логан встал с постели. Впервые с момента расставания с Тринити жизнь обрела смысл. Он любит ее, и он облажался, уйдя от нее. Точка.

Теперь ему надо убедить ее, что, пока они занимались подделкой отношений, незаметно подкралась реальность и все в корне изменила.

Операция «Возмездие» увенчалась успехом. Четыре руководительницы «Файры» передали менеджера из лаборатории Харпер в руки полиции. И в качестве доказательства вины – ее исполненное яда признание, записанное на телефон Тринити. Было так здорово наконец взять все под контроль.

– Эта женщина должна гореть в аду, – выпалила Харпер, когда детектив далласской полиции наконец ушел. – Она решила, что заслуживает большего за «Формулу-47». Это же мое детище! Я два года на него потратила. А она всего лишь записала все за мной! Данте и то больше сделал, когда создал новые образцы, после того как она уничтожила первые.

Эта женщина так злилась, что ее вклад якобы недооценили, что решила устроить им кучу неприятностей. Она просто мечтала насолить Харпер. На самом деле же она почти не имела отношения к созданию «Расцвета». Теперь ее ждет обследование у психиатра и его вердикт.

– Все позади, – сказала Кэсс, с беспокойством глядя на телефон Тринити с записью признания, который все еще лежал перед ней. – Надо это отпраздновать.

– Что-то ты не похожа на ликующего руководителя компании, который только что устранил проблему, – заметила Тринити.

– М-м-м, думаю, тебе надо это увидеть. – Кэсс протянула ей телефон с новым СМС. От Логана. – Я не собиралась читать сообщение, но превью выскочило на экран.

– Ничего страшного.

Тринити открыла СМС целиком. «Нам надо сделать наш разрыв достоянием общественности. Я оставлю на проходной билет на сегодняшнюю игру. Приходи к началу седьмого периода, снимем все на камеру».

Хорошая идея. Просто блестящая. Еще немного пиара не повредит. Лишь бы не подвел желудок, и ее не стошнило в кульминационный момент. Впрочем, ладно. Как будет, так будет. Все равно Логан навсегда потерян для нее.

– Отвезти тебя? – спросила Кэсс.

Тринити утвердительно кивнула, не в силах отказаться от помощи.

По пути на стадион Кэсс не пыталась ее разговорить. И слава богу, потому что она не знала, что сказать.

По прибытии Кэсс купила себе билет, хотя Тринити пыталась в знак благодарности за помощь оплатить его. Одна она не решилась бы приехать сюда. Для женщины, всю жизнь демонстрировавшей независимость, она в последнее время на удивление нетвердо стояла на ногах. И в прямом, и в переносном смысле.

Логан написал, куда идти дальше. У входа их ожидал охранник, который провел обеих женщин по извилистым коридорам на поле, где их должен был встретить Логан.

Игра была в самом разгаре. Начало седьмого периода, как он и просил. Тринити бросила взгляд на поле, оценила расстановку сил. Господи, когда она только научилась? Впрочем, ничего удивительного. Логан передал ей свою страсть к игре. Она ведь так любила слушать, как он рассказывает о бейсболе.

Питчер-левша сделал три простых удара, которые не смог отбить бэттер-правша «Мустангов», и на этом период закончился. Игроки потянулись с поля, женщина в форме ВВС США запела «Боже, благослови Америку». Тринити видела это все много раз, но никогда непосредственно с поля. Перспектива была головокружительной. Когда стихли последние ноты, кто-то заслонил ей свет, льющийся с экранов, и Тринити подняла взгляд.

Прямо перед ней стоял Логан. Высокий, красивый. Какой удар по ее истрепанным нервам! Как он смеет стоять здесь с улыбкой убийцы и выглядеть так сногсшибательно, что у нее и впрямь подогнулись колени? Судя по всему, ее тело не в курсе, что она не бегает за мужчинами, которые в критический момент предпочитают слинять.

– Ты за этим звонил? – саркастически спросила она. – Похоже, даже я не смогла спасти игру, так что твой план выиграть с помощью талисмана провалился. Питчер из Лос-Анджелеса оказался более удачливым.

Логан добродушно пожал плечами:

– Кто-то выигрывает, кто-то проигрывает.

– Закрой рот, Тринити, – пробормотала Кэсс из-за ее плеча. – Тебя снимает камера. И она передает ваш разговор на большой экран.

Тринити едва справлялась с собственными эмоциями, но не из-за камеры. Она пришла сюда, чтобы покончить с этим безумием, и ей придется говорить, чтобы довести дело до конца. Не важно, что ей безумно больно.

– Кто-то выигрывает, кто-то проигрывает? – повторила она. – Да кто ты такой и что ты сделал с Логаном Мак-Лафлином?

Логан, которого она знала, никогда бы так не сказал. Может, в этом все дело. Она никогда не знала его по-настоящему.

– Я уже говорил тебе, что счет на табло – не самое прекрасное зрелище на свете. А вот ты – да.

Что-то тут не так. Они должны устроить эффектное публичное расставание, а не повторять глупости, которые когда-то говорили друг другу. Уперев руки в боки, Тринити перешла в наступление:

– Ты же ненавидишь мою одежду.

– Ты мне больше нравишься голой, – покладисто согласился Логан, – но я не ненавижу твою одежду. Мне просто больше нравится та, которую подобрал я. Но мы можем найти компромисс.

– Компромисс? Да ты категоричный, негибкий, и я вообще не понимаю, как ты передвигаешься под грузом всех правил, которые взвалил себе на плечи.

Вот! Сейчас наконец начнется настоящая перепалка. Он ведь терпеть не может, когда она его высмеивает.

Но вместо этого Логан снова кивнул:

– Да, похоже на то. Поэтому мне и нужна такая женщина, как ты, которая сможет меня встряхнуть и не постесняется сделать замечание, когда я становлюсь слишком ограниченным и узколобым. Я потерял лучшее, что у меня было, когда уехал от тебя. Так что теперь я хочу публично принести свои извинения. Прости меня.

Огни стадиона начали двоиться в ее глазах, шум толпы превратился в рев, пульс стучал, как бешеный. Это не спор. Он что, заманил ее сюда под надуманным предлогом, чтобы извиниться?

– Что ты делаешь? – прошептала она. – Мы должны были вдрызг разругаться и расстаться.

– Но я этого не хочу. – Логан направился к ней, схватил ее ладошку и поднес к губам. – Прости меня. Я неправильно повел себя во время нашего последнего разговора, и я публично прошу дать мне еще один шанс. Можешь унизить меня при всех, я заслужил это куда больше, чем твое прощение.

В горле у Тринити застряли рыдания. Это все неправда.

– А что изменится-то на этот раз?

Логан улыбнулся, и нежность на его лице поразила Тринити в самое сердце.

– В этот раз я признаюсь, что люблю тебя.

Кровь отхлынула от головы, и Тринити едва удержалась на ногах. Когда она зашаталась, нежность на лице Логана сменилась тревогой. Он взмахом руки отогнал оператора и подхватил ее на руки.

– Ты только что сказал, что ты меня любишь? – переспросила Тринити.

– Все в порядке, – прошептал Логан, минуя все коридоры с ней на руках. Наконец он нашел незапертую комнату. – Я тоже еще не совсем привык к этому.

Он усадил Тринити на стул и встал на колени рядом с ней, гладя пальцами ее лицо, словно проверяя, не готовится ли она упасть ничком на пол. Она не могла наглядеться на его драгоценное лицо, на спадающие на лоб волосы… Боже, как она скучала по нему, по его прикосновениям!

– Зачем ты это сказал? – не выдержала Тринити. Сейчас, когда они были наедине, эмоциональное напряжение последних дней прорвалось наружу. Но так не пойдет. Надо быть спокойной и рациональной, а не бросаться сломя голову обратно в его объятия, где она чувствовала себя прекрасной и любимой. – Между нами не было ничего настоящего.

– Просто я пытаюсь максимально ясно и четко донести до тебя одну мысль. То, что было раньше, может, и казалось ненастоящим, но то, что будет дальше, самое что ни на есть настоящее. Для начала надо разобраться со всеми недомолвками и недопониманием. То, что я к тебе чувствую, вполне реально. Надо было мне раньше тебе сказать. – Он внимательно посмотрел на нее.

– Но я не понимаю. – Голос Тринити немного окреп, после того как до нее потихоньку стал доходить смысл сказанного. – Ты же не хотел иметь ничего общего ни со мной, ни с ребенком. Что изменилось?

– Я понял, как был недальновиден, позволяя прошлым отношениям встать на нашем пути. Я могу принять тебя с чужим ребенком. Лишь бы ты была рядом.

Земля поплыла под ее ногами. Его слова казались бессмысленными. Вырванными из контекста.

– Какие прошлые отношения? Ты что, обвиняешь меня в том, что я спала с кем-то еще, пока мы встречались? – Не в силах сдержаться, она ударила его кулаком по руке. Костяшки сразу заныли, словно она пыталась проломить кирпичную стену. Что было недалеко от истины.

– Ничего страшного, – успокаивающим тоном сказал Логан. – Мы ведь не договаривались хранить друг другу верность. Я вел себя как неандерталец, прости.

– Ребенок твой, идиот! – прорычала Тринити сквозь зубы. Лицо Логана стало мертвенно-бледным. – Мужчины!!! Боже мой! Ты серьезно?! Когда у меня было на это время, Логан? Помимо того что я была загружена своей работой, я же посетила с тобой миллион бейсбольных игр! Я летала в Окленд. Что мне надо сделать, чтобы доказать, что я все вкладывала в наши отношения? Если ты сделал меня несчастной только потому, что не удосужился задать мне самый главный вопрос…

Со стоном Логан прижал ее к груди так сильно, что она едва могла дышать. Но зато она прекрасно слышала, как он повторяет снова и снова: «Прости меня, прости меня».

Беспомощно пискнув, она уткнулась головой в его твердокаменную грудь.

– Ты не разыгрываешь меня? Ты правда думал, что ребенок не твой?

О боже. Все наконец стало обретать ужасный и вместе с тем чудесный смысл.

– Я… я сделал свои собственные выводы, почему ты не могла мне все объяснить сразу, – признался Логан несчастным голосом. – Прости. Мне надо было разобраться, прежде чем уйти. Он действительно от меня? Я стану отцом?

Тринити кивнула, и Логан ощутил просто невыносимое счастье. На его лице появилась блаженная улыбка, согревшая Тринити своим теплом.

– Логан, это чистая правда. Не сомневайся.

Он хочет ребенка. Это было настолько очевидно, что все накопившиеся слезы незамедлительно хлынули из ее глаз, потекли по щекам. Вот как это должно выглядеть, когда ты говоришь мужчине, что у вас будет ребенок. Красиво. Удивительно.

– Ты права. Я идиот. Так меня и называй всю оставшуюся жизнь.

– Ты собираешься так надолго задержаться рядом? – прошептала она.

Логан достал из кармана коробочку, откинул крышку, и глаза Тринити округлились от удивления.

– Что это ты делаешь?

То, о чем она мечтала, это же очевидно. Дает ей то, что никогда никому не давал. То, что берег только для будущей миссис Мак-Лафлин, потому что только она одна на всем белом свете этого достойна.

– Предложение, – подтвердил он, и у Тринити от волнения сжалось сердце. – Но не на камеру. Это только наше личное дело, твое и мое.

Кольцо сверкало и переливалось под светом ламп, рассыпая вокруг розовые лучи, почти ослепляя ее, пугая возможными проблемами. В одно ужасное мгновение она мысленным взором увидела их все сразу.

– Нет, ты не можешь.

Логан удивленно посмотрел на нее:

– Почему нет?

«Потому что я могу согласиться», – подумала она.

Он заслуживает большего, чем ущербная невеста.

– Ты так и не спросил, почему я держала в тайне свою беременность. Так вот, у меня уже было несколько выкидышей. Ребенок может так никогда и не родиться. Что тогда с нами будет?

Логан на мгновение зажмурился, а когда открыл глаза, Тринити увидела в них сострадание, которое едва не раздавило ее.

– Попробуем заново. – Его голос дрогнул, и он протянул руку, которую она без колебаний приняла. – Мое имя – Логан Мак-Лафлин, я владелец бейсбольной команды, которую купил, чтобы заполнить пустоту в моей жизни, возникшую после того, как я перестал играть. Я был не прав. Ты заполняешь пустоту в моем сердце. И я люблю тебя, независимо от того, сможешь ты выносить ребенка или нет.

Наконец-то она лишила его защитных доспехов и добралась до сути. Тринити переполняли эмоции – она едва могла говорить. Но ей надо было ответить.

– Меня зовут Тринити Форрестер, и я замужем за своей работой, потому что я считала, что я слишком раздавлена, чтобы получить то, что мне действительно надо. Тебя, – пояснила она, когда Логан вопросительно приподнял бровь. – Я хочу тебя. По-настоящему. Навсегда.

Именно он разглядел за внешней маской, за эпатажным имиджем женщину. Возможно, уже в первый день их знакомства. Потому что это ее тип мужчины. Сильный, надежный, который остается рядом, несмотря ни на что.

Будет у них ребенок или же они его потеряют, Логан останется с ней и будет держать ее за руку. Любить ее. Он был ее ожившей мечтой, и она крепко держалась за него. Не потому, что боялась, что он исчезнет. Просто не хотела отпускать.

Эпилог

Четыре местные телестанции, два корреспондента сайтов о звездах и популярный еженедельник освещали свадьбу Тринити Форрестер и Логана Мак-Лафлина. Мать жениха говорила всем, кто был готов ее слушать, что она скоро станет бабушкой.

«Расцвет» запустили в продажу на следующий день, но Тринити с Логаном были заняты – поздравляли «Мустангов» с седьмой победой подряд. Они планировали провести медовый месяц в каком-нибудь дорогом экзотическом месте до того, как Тринити станет слишком большой. В двенадцать недель доктор Дин объявил, что беременность Тринити вне опасности. Вероятность выкидыша оставалась, но очень небольшая, так что Тринити перестала чрезмерно волноваться и немного расслабилась.

Они продали ее квартиру, и она переехала к Логану, в его дом, в который она влюбилась с первого взгляда. Они купили двух разнополых собак и назвали их Нолан и Эсти.

Кроме того, Логан сделал в спальне еще один шкаф для одежды и обуви Тринити и почти никогда не критиковал то, что она надевает, до тех пор, пока она позволяла ему раздевать себя в конце дня. Беспроигрышный вариант.

Публичное извинение Логана стало популярно в Интернете по всему миру, и это гарантировало «Расцвету» хороший старт. Первые результаты продаж превзошли все ожидания руководителей «Файры». Алекс родила двух здоровых девочек, и Филипп, гордый отец, прислал в Даллас свой частный самолет, чтобы собрать подруг жены. Кэсс и Тринити взяли с собой мужей. Харпер с Данте прилетели из Цюриха, и наконец все шестеро отправились в госпиталь навестить счастливую маму и близняшек.

Логан не выпускал руку Тринити из своей большой руки, когда они стояли у кровати. Малышки были такие милые, а Алекс и Филипп просто светились счастьем.

– У нас скоро будет так же, – прошептал Логан на ушко Тринити.

– Мы этого не знаем наверняка, – ответила она ему, потому что сегодня был праздник Алекс, а не ее. Не время вести грустные разговоры. – В любом случае все будет хорошо.

Логан не уставал повторять, что, даже если произойдет самое худшее, они усыновят ребенка. Или подождут и предпримут еще одну попытку. Или купят лошадь. Или сделают все сразу. Все, что она пожелает. Тринити это устраивало, потому что она хотела все, а главное – семью с мужчиной, который любит ее.

Она оглядела палату, посмотрела на трех женщин, с которыми выстроила косметическую империю, на их мужей, детей… Не так важно, что будет с ее собственной беременностью. У нее и так уже все есть.

Сноски

1

Аутфилдер – общий термин, которым в бейсболе обозначается один из трех игроков, занимающих оборонительную позицию во внешнем поле. Различаются левый, центральный и правый полевые игроки. Задача аутфилдера пре имущественно в том, чтобы поймать мяч, отбитый бэттером, до того, как он окажется в ауте, или же просто поймать и успеть перебросить его одному из инфилдеров – игроков, располагающихся во внутренней части поля.

2

Питчер (англ. Pitcher – подающий) – в бейсболе это игрок, который бросает мяч с питчерской горки к дому, где его ловит кэтчер и пытается отбить бэттер.

3

Хоум-ран (англ.) – разновидность игровой ситуации в бейсболе, представляющая собой хит, во время которого отбивающий и бегущие, находящиеся на базах, успевают совершить полный круг по базам и попасть в дом (то есть совершить пробежку), при этом не имеется ошибок со стороны защищающейся команды.

Content

Кэт Кэнтрелл
Соблазнение с первого дубля

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог

Сноски