Белинг Стив

Мстители. Финал. Путь героев

STEVE BEHLING

MARVEL

HEROES’ JOURNEY.

THE PIRATE ANGEL, THE TALKING TREE, AND CAPTAIN RABBIT

СТИВ БЕЛИНГ

МСТИТЕЛИ: ФИНАЛ

ПУТЬ ГЕРОЕВ:

АНГЕЛЬСКИЙ ПИРАТ, ГОВОРЯЩЕЕ ДРЕВО И КАПИТАН КРОЛИК

STEVE BEHLING

HEROES’ JOURNEY.

THE PIRATE ANGEL, THE TALKING TREE, AND CAPTAIN RABBIT

Перевод с английского С. Потаповой

Белинг, С. Путь героев: Ангельский пират, Говорящее древо и Капитан Кролик: [роман] / Стив Белинг; пер. с англ. С. Потаповой. – Москва: Издательство ACT, 2019. – 192 с. – (Вселенная MARVEL).

Когда таинственный незнакомец упал на переднюю часть корабля, Стражи Галактики решились взять его на борт. Ангел ли он? С повязкой на одном глазу, он может быть... пиратом? Оказалось, что это Тор, бог грома! И он также смущен Стражами: Кроликом, капитаном корабля, и говорящим древом, которого он понимает...

Самая невероятная команда в этой части Галактики отправляется на Нидавеллир в надежде найти гномов. Единственных существ, которые смогут выковать оружие, достойное Тора и достаточно сильное, чтобы убить Таноса!

СТИВ БЕЛИНГ

MARVEL

ПУТЬ ГЕРОЕВ:

АНГЕЛЬСКИЙ ПИРАТ, ГОВОРЯЩЕЕ ДРЕВО И КАПИТАН КРОЛИК

ГЛАВА 1

– Эй, не трогай!

Голос принадлежал Ракете. Как и все остальное на борту корабля.

Ракета мог вытерпеть практически что угодно и кого угодно до тех пор, пока эти что-то или кто-то не болтаются под ногами. Однако ему хватило одного лишь взгляда на Тора Одинсона, чтобы предельно ясно понять: с ним он еще намучается.

И когда на глазах у Ракеты рука Тора Одинсона потянулась к главной панели управления судном, он понял, что это предел. Его уже не волновало, кто перед ним – человек, божество или же прелестное дитя пирата и ангела.

– Я не собирался ничего трогать, – возразил Тор, однако по его тону было понятно, что именно это он и планировал.

Ракета приподнял правую бровь, губы его изогнулись в кривой ухмылке.

– Кому ты врешь? Просто держись подальше от приборов управления. Они все очень нежные, как твое личико, – с этими словами Ракета оскалился в подобии улыбки.

– Нет у меня никакого нежного личика, – заспорил Тор, словно защищаясь.

– Да ладно, есть же, – подколол его Ракета. – Слегка утонченное. Все нормально, в этом нет ничего страшного.

– Я есть Трут.

Рывком обернувшись, Ракета чуть не врезался в древовидного гуманоида-подростка, стоявшего прямо за его спиной. Трут обладал способностью бесшумно подкрадываться к окружающим – одна из тех досадных привычек, что появились в период, когда фаза полового созревания, как ее ни назови, захлестнула юное деревце с головой.

– Я тебе что говорил насчет оскорблений в адрес нашего гостя? – проворчал Ракета, качая головой. – Если кому и дозволено здесь оскорблять других, то исключительно мне.

Взглянув на Ракету, Грут изобразил эффектное, хоть и мерзкое, подобие ухмылки, точь-в- точь такое же, что несколькими секундами ранее Ракета адресовал Тору.

– Я есть...

– Не смей продолжать! – предупредил Ракета.

– Гр...

– Я серьезно! Хочешь на неделю остаться без планшета – тогда давай, выскажи все, что думаешь.

Если бы у Грута были карманы, он бы яростно запихнул в них свои сучья, развернулся и ушел, недовольно ворча. Но поскольку их не было, он пару мгновений смотрел на Ракету, затем пробормотал «я есть Грут» и неспешно удалился.

– Возраст у него такой, – обратился Ракета к Тору, одновременно переключая внимание на главную панель управления.

– Взросление никому не дается легко, – откликнулся Тор, глядя поверх Ракетиного плеча. –Я помню себя и Локи в детстве. Локи превратился в змею, а я очень, очень сильно любил змей и захотел взять ее в руки. И когда я это сделал, змея превратилась обратно в Локи, и он меня ударил.

Ракета молчал не менее десяти секунд. Наконец он со вздохом сказал:

– Почему у меня такое чувство, словно ты постоянно рассказываешь эту историю? В смысле, ПОСТОЯННО!

Тор вяло улыбнулся. Решил не спорить:

– Ну, может, пару раз.

– Твой Локи наверняка балдеет каждый раз, когда ты об этом рассказываешь, – фыркнул Ракета.

Бледная улыбка на лице Тора мгновенно угасла.

– Теперь уже нет.

Это было единственное, что он произнес прежде, чем отвернулся.

* * *

Ракета и Тор были знакомы всего несколько часов. Они встретились при скверных обстоятельствах, хотя Ракета в последнее время других и не знал.

Стражи Галактики получили сигнал бедствия от неизвестного судна и отчаянно бросились в спасательную миссию, руководствуясь последними известными координатами. В принципе, на это их сподвигло не столько желание кого-то спасти, сколько перспектива солидного вознаграждения. Корабельная казна стремительно иссякала, команда хотела творить добро, а заодно немного заработать.

Но по прибытии Стражи не обнаружили ничего, кроме обломков, парящих в космическом пространстве. И трупов. Словно всех пассажиров потерпевшего бедствие судна перебил некто неизвестный (или группа неизвестных).

Так, по крайней мере, они считали, пока в кабину их корабля кто-то не врезался. Приняв на борт выжившего, Ракета и остальные Стражи узнали, что человек / божество / дитя пирата и ангела носит имя Тор и родом он с Асгарда. Они также узнали, что разбитый корабль был создан в Асгарде, а разрушен Таносом.

Таносом по прозвищу Безумный титан.

Ракета считал Таноса настоящим уродом. Не только из-за нападения на асгардский корабль, хотя и за это тоже. Нет, Ракета считал его уродом за все, что он сделал со своей дочерью, Гаморой, подругой и соратницей Ракеты.

Он из первых уст узнал обо всем, через что Гамора была вынуждена пройти под надзором Таноса, начиная с того дня, когда он перебил половину населения Зеоберей и забрал Гамору себе в приемные дочери. Он стравливал ее с другой своей «дочерью», Небулой, поощряя смертельную вражду между ними, чтобы превратить их в идеальные машины смерти.

Ему это удалось. И это на долгое время лишило обеих женщин души.

Урод.

* * *

– Ты сегодня не в настроении, кролик, – заметил Тор, качая головой.

– Это я-то не в настроении? Ну конечно, с чего бы это, – ехидно ответил Ракета. Само собой, его настроение никак не было связано с ангелоподобным пиратом, постоянно называющим его кроликом.

– Я есть Грут, – сказало древо, пытаясь заглянуть Ракете через плечо. Маленький Страж поспешно прижал к груди планшет и поднялся с кресла.

– Перестань так подкрадываться к окружающим! – завопил он. – Сколько раз я тебе говорил? Это неприятно!

– Я есть Грут.

– Уфф. С тех пор как у тебя появилась заболонь, ты стал совершенно невыносимым. – Ракета прошел к ящику и надежно спрятал туда планшет.

– Почему у меня такое чувство, будто ты ему постоянно это говоришь, – вмешался Тор. – В смысле, постоянно.

Ракета злобно уставился на Тора.

– Ты что, смеешься надо мной?

– Нет, – с невинным лицом ответил Тор. – Ни в коем случае.

– А я говорю, что да, – не отставал Ракета. – Ты меня передразниваешь.

– Нисколечко.

– Вот опять! – рявкнул Ракета. – Ты за мной повторяешь!

– Я есть Грут, – пискнул Грут из своего вращающегося кресла.

– Не лезь, древо, – сказал Тор.

Ракета поднес палец к самому лицу Тора.

– Слышишь, не смей с ним так разговаривать! Так с ним разговаривать могу только я.

Он обернулся к Груту:

– А ты не лезь, древо!

– Я есть Грут.

Ракета развалился в кресле и прикрыл глаза. «Ха. Я еще расскажу Гаморе о тебе и твоих выражениях».

ГЛАВА 2

Ракета был занят.

Он был поглощен ремонтом спасательной капсулы, и Грут подумал, что сейчас самое время утащить у Ракеты планшет и посмотреть, что у него там за игры. Может быть, удастся найти что-нибудь действительно интересное, что поможет убить время в этом неимоверно скучном полете куда-то, неважно куда.

Грут украдкой взглянул на Тора, но тот неотрывно смотрел в окно в космическое пространство, и, судя по лицу, его мысли витали где-то за миллионы километров отсюда. Груту даже захотелось что-нибудь ему сказать.

Ну нет. Пора наконец и Груту развлечься. Несмотря на вечное брюзжание Ракеты о том, сколько времени он тратит на видеоигры, Грут был уверен, что у того в планшете спрятаны самые лучшие из всех игр. Лицемер.

Своим почти неслышным шагом Грут пересек кабину и подобрался к ящику, в который до этого Ракета спрятал свой планшет. Дотянулся до него своими тонкими пальцами и кое-как вытащил.

Затем так же бесшумно вернулся на свое место в кабине и сел в кресло. Устроившись поудобнее, он воззрился на планшет и увидел совершенно черный экран. Поводил по нему пальцем и...

...ничего.

Экран так и остался черным. Грут поскреб макушку своим корявым и длинным, похожим на ветку пальцем.

Снова коснулся экрана.

И снова ничего.

Может, планшет реагирует на голос?

– Я есть Грут? – прошептал он.

Но и это не сработало.

– Я есть Грут, – снова произнес он, и это уже была не попытка отгадать пароль, а ругательство. Ракета бы не одобрил. Или наоборот.

Грут подумал, что если хитростью заставить Ракету прикоснуться к экрану, например, чтобы тот случайно задел его своим мохнатым пальцем, то, может быть, планшет и включится. Но эта идея была явно не из лучших в виду своей невыполнимости.

Он еще какое-то время задумчиво глядел на экран, а потом вдруг заметил кое-что необычное. Ему показалось, что уголок непроницаемой черноты экрана... отслаивается? Это, конечно, очень странно. Грут подцепил его двумя пальцами и потянул. Чернота слезла с экрана, открывая ничем не защищенный планшет.

Неужели Ракета действительно держит устройство без пароля, а в качестве защиты использует фальшивый экран?

Грут едва мог в это поверить. Он заулыбался и хотел было закричать «Я есть Грут!», но вовремя одумался. Вместо этого он бросился к своему креслу, уселся там поудобнее и устремил взгляд на планшет. И то, что он там увидел, разочаровало его чуть ли не больше, чем полная чернота.

Там была не игра.

Там вообще не было игр.

Там была лишь куча слов.

Уф-ф. Зараза.

Грут стал перелистывать страницу за страницей. Что это, книга какая-то? Он ни разу не видел Ракету с книгой.

И тут его взгляд зацепился за пару предложений.

По-моему, он древо. Он внешне похож на древо.

Грут остановился, подумал, наклонился поближе к экрану и попытался пальцами увеличить текст.

– Я есть Грут, – прошептал он. Это были не просто слова.

Эти слова написал Ракета.

И писал он, судя по всему, о Груте.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.2

По-моему, он древо. Он внешне похож на древо.

Давайте просто считать его древом.

Мне он сразу понравился. Много не болтает. Знает всего три слова. И повторяет их везде и всегда. Но мне еще ни разу не встречался кто-либо, кто с таким ограниченным словарным запасом умел бы сказать так много.

«Я есть Грут». Кто бы мог подумать, что это может означать практически все на свете?

Короче. Я хочу еще раз напомнить будущим поколениям, которые когда-нибудь это прочитают, что я не дневник веду. А журнал. Это совсем другое дело. И, если честно, я даже не совсем уверен, что это журнал. Это скорее хранилище для мыслей и воспоминаний о моих крутых поступках, за которые в один прекрасный день меня возвысят над глупой серой массой и может даже построят мне храм или что-нибудь в этом роде. Не знаю. Музей тоже сойдет.

Если бы Грут это увидел, он бы сказал «Я есть Грут» и мне захотелось бы его стукнуть.

В этом заключается дар говорящего древа и его проклятье.

* * *

– Что с тобой, древо?

Грут вскинулся, прижимая планшет к груди и осторожно задвигая его под бок.

– Я есть Грут, – ответил он, делая вид, что ничего не понимает.

Тор снисходительно улыбнулся.

– Да ты не волнуйся, я ничего кролику не скажу. Твой секрет умрет со мной.

Он что, видел? Откуда он мог узнать, что замышляет Грут?

– Я есть Грут. – И на тот случай, если кое-кто не понял, торопливо и чуть в нос повторил: – Я есть Гру-у-ут.

Тор приподнял бровь.

– Если бы я тебя не знал, я бы подумал, что ты хочешь меня обидеть.

Да чтоб тебя.

– Я есть Грут.

– На первый раз прощаю, – ответил Тор, переводя взгляд обратно на космические просторы. – А ты следи за языком. Он у тебя есть вообще?

Грут не понимал, что такое язык.

Но хуже того, он не понимал, почему никогда не видел, чтобы Ракета делал записи в этом журнале, или как его там. Видит Бог, они достаточно времени проводят вместе. А Ракета, если судить по той первой записи, делал свои заметки еще до того, как они встретились. Неужели Грут и в самом деле настолько зациклен на себе, что просто ничего не замечал?

– Я есть Грут, – пробормотал он, понимающе кивая. Это уж точно.

На лице его появилась улыбка. Что ж, теперь он знает, а это уже немало. Оставалось надеяться, что Ракета будет занят еще какое-то время, а он пока успеет прочитать побольше. Может, ему попадутся некие постыдные факты, при помощи которых можно будет выбить время на видеоигры.

В целях предосторожности Грут развернул кресло в сторону, насколько это было возможно, и впился взглядом в экран. Наугад пролистав несколько записей, он принялся за чтение.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.6

Это помойка, а не планета. Серьезно. Она буквально завалена мусором. Что и понятно, ведь сюда свозят мусор со всех планет данного сектора.

Даже название у планеты помойное – Глабос. Кто вообще дает названия таким планетам? Те, кто хотят вызывать вселенскую ненависть?

Глабос.

Я вас умоляю.

Мы пробыли здесь около часа, и этот час безвозвратно вычеркнут из моей жизни. Мы с Грутом прилетели сюда из-за слухов, что здесь будто бы можно сорвать большой куш. Только вот мы сюда прилетели, а здесь... Та-дам! Нет здесь никакого куша.

А знаете, что было вместо него? Угадайте. Смелее, я подожду.

Ни за что не угадаете, так что я сам расскажу. Так вот, мы опустили наш корабль, который скорее можно назвать ворованным, чем наоборот (если вы понимаете, о чем я). И только мы отошли от него, чтобы оглядеться в поисках проводника, который по слухам должен был нас встречать – и, конечно же, не встретил, придурок, – оборачиваемся, а корабль раздет до основания.

Грут сказал «Я есть Грут» и был совершенно прав. Если опускаешься на помойную планету, готовься к вони. А мы как раз ее и получили.

От корабля почти ничего не осталось. Мы не могли улететь, не разорившись на ремонт. А я не то чтобы готов тратить средства, которых у меня нет, на корабль, который мне даже не принадлежит.

И вот нам надо думать, как выбраться с этого помойного шара. Мы отправились на поиски ближайшего поселения, в котором, вероятно, должен быть бар или что-то в этом роде. Мы рассчитывали выпить и по возможности узнать что-нибудь полезное.

А может, будет драка. Я и от этого не откажусь.

ГЛАВА 3

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.11

Помните, я говорил о Дракс? Так вот, без нее не обошлось. Как же это было прекрасно! Видели бы вы того типа. Я засадил ему прямо в глаз!

И в другой глаз.

И в третий.

И в... ну, вы поняли.

У этой дряни было полно глаз, вот я о чем.

Поселок оказался довольно маленьким, всего из нескольких домов, построенных как будто из всякого подножного металлолома. Я спросил, почему так, у бармена, и он ответил, что на Глабосе это больная тема.

Вот оно что.

В баре было не протолкнуться. Помимо того, что сюда выбрасывают мусор со всех планет, многие капитаны используют Глабос как стоянку между заказами, если не хотят, чтобы их нашли. Наверно, потому что даже если кто и догадается, где вы находитесь, в такую клоаку за вами никто не полетит.

И нельзя сказать, что этот кто-то будет неправ. Я уже не знал, куда деваться от запаха. Все же знают, какое у меня тонкое обоняние. Одно из моих завидных качеств.

Бармен, которого я прозвал Гусом, хотя его не так звали, сообщил, что нам здесь не рады. Я спросил, почему, а он ответил, что мы похожи на тех, кто не платит за выпивку.

Я сказал, что это бред, но не потому, что он был так уж неправ. То есть он был абсолютно прав. Я вовсе не собирался платить за выпивку. Но с его стороны было полным бредом говорить нам такие вещи, ничего толком про нас не зная.

Как бы то ни было, Грут выложил деньги на стойку до того, как я успел поднять вонь по этому поводу, потому что единственное, что Грут терпеть не может, это когда окружающие делают о нас выводы. Бармен принес наши стаканы. Славный старина Гус.

Мы присели за столик, и в этот момент я заметил того глазастого типа. Это был просто огромный, круглый пузырь с торчащими отовсюду стебельчатыми глазами. А еще у него были руки с ладонями. Может быть, шесть, хотя Грут позже говорил, что насчитал по меньшей мере восемь. По-моему, он специально преувеличивает, чтобы потом было чем хвастаться.

Я ему говорю: «Тебе что, мало шестирукого монстра с миллиардом глаз? Обязательно, чтобы рук было восемь?»

А он мне: «Я есть Грут», и понятно, что его не переспоришь. Насколько я знаю, он сейчас пишет свою заметку, полную самолюбования.

Так на чем я остановился? Ах, да: большой круглый глазастый пузырь. Ну вот, сидим мы в этом кабаке, никого не трогаем, и тут к нашему столику приближается этот пузырь. Встал рядом и молча на нас пялится. Ну а что ему еще делать, с таким-то количеством глаз?

Наконец я не выдержал:

– Может, сфотографируешь нас, хоть память останется?

Он опять ничего не сказал, и тут я понял, что у него рта нет.

Зато я услышал голос у себя в голове. Непонятное существо оказалось телепатом. Он сообщил мне, что звать его Скурт и что он меня искал.

Я мысленно спросил у него: «Зачем?»

А Скурт мне подумал: «Потому что ваш корабль у меня. Вернее, его детали».

ГЛАВА 4

– Что-то ты совсем притих, мне это не нравится.

Грут подскочил на месте и обернулся. Ракета сидел в своем капитанском кресле, глядя в открытый космос.

– Я есть Грут, – огрызнулся Грут. Голос у него был злой, но на самом деле он был в растерянности. Получалось, что Ракета его разоблачил. Откуда он знает, что затеял Грут? Можно подумать, у него глаза на затылке.

Грут вздохнул и уже более мягко добавил, обращаясь к Ракете:

– Я есть Грут.

– Просто, когда ты такой тихий, я в основном делаю вывод, что ты чего-то замышляешь, – ответил Ракета своему другу. – Ну, в смысле, у Тора хотя бы есть веская причина быть тихим. Он совсем недавно потерял всех близких.

Тор бросил на него выразительный взгляд, которым, казалось, можно было в голове Ракеты проплавить дыру.

– Лучше бы я ничего не говорил, – пробормотал Ракета.

Грут пожал плечами.

– Я есть Грут.

– Ну конечно, ты такой чувствительный, – сказал Ракета, корректируя маршрут. – Не надо так.

– Я есть Грут, – ухмыльнулся Грут и снова переключил внимание на планшет. Свернувшись в кресле, держа планшет у самых глаз, Грут был уверен: Ракета думает, что он играет в очередную игру. Не мог же он догадаться, что Грут сейчас читает его журнал.

Или мог?

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.18

Говоря, что наш корабль находится у него, Скурт и не думал шутить. Он запустил одну из шести рук внутрь желеобразного тела, и это одна из самых мерзких сцен в моей памяти. Пошурудил он там пару секунд и вынул руку, держащую задающий ионный цилиндр. Задающий ионный цилиндр – это такая очень важная деталь, без которой мотор у вашего корабля будет работать не слишком хорошо. Если вообще будет.

А здесь был не просто задающий ионный цилиндр, а наш задающий ионный цилиндр. Я это сразу понял, потому что с него был снят предохранитель. Я сам снял его, чтобы выжать из мотора побольше скорости. Конечно, у моих действий была и обратная сторона: мотор мог взорваться. Но ведь риск – дело благородное, правда?

Ну и вот. Скурт сидит перед нами и своими склизкими пальцами вертит мой задающий ионный цилиндр. И улыбается. Вернее, мне показалось, что он улыбается. Это было трудно определить, потому что настоящего рта у него не было, только полоска ноздрей, через которые он дышал. Эта полоска изогнулась и стала в какой-то степени похожей на улыбку – жуткое зрелище.

«Однако. Наш корабль и в самом деле у тебя, – подумал я в голове так же, как обычно думаю сам себе. – Назови хоть одну причину, почему я не могу испепелить тебя на месте».

«Потому что если ты это сделаешь, то никогда не получишь остальные детали», – подумал в ответ Скурт. После чего откинулся на спинку стула и улыбнулся (опять же, нельзя сказать наверняка) еще шире. Мне этот тип не понравился, но в дерзости ему не откажешь.

«Ты меня заинтриговал», – подумал я ему. И, если говорить правду, я еще много чего другого подумал, но здесь писать не буду – это ведь для печати. Хотя можно добавить приложение.

«Я знаю, зачем вы здесь, – подумал Скурт, наблюдая за мной большинством своих глаз, в то время как остальные изогнулись в разные стороны, словно что-то высматривая. – А еще я знаю, что ваш проводник... как это сказать... уничтожен?»

– Он мертв? – воскликнул я вслух, забыв на долю секунды, с кем имею дело. И должно быть, воскликнул достаточно громко – все головы в баре повернулись к нам.

– Чего уставились, уроды? – завопил я.

– Я есть Грут! – угрожающе прозвучало у меня за спиной.

– Вот именно! – подхватил я, радуясь, что мой товарищ меня поддерживает.

«Прошу вас, постарайтесь убавить звук, – подумал Скурт. – А в идеале вообще его не включайте. Как я уже сказал, ваш проводник мертв. Возникли небольшие... разногласия касательно условий, скажем так».

«Кто бы сомневался, – подумал я пузырю. – Значит, ты убил нашего проводника, и теперь ты наш проводник. И у тебя находится наш корабль».

«Части вашего корабля», – уточнил Скурт.

«Так вот, о деталях! – мысленно рявкнул я. – Пока я не получу обратно свой корабль, я даже обсуждать ничего не буду».

Скурт отодвинул свое склизкое туловище еще дальше, а четыре руки закинул за ту часть, которая, видимо, служит ему затылком. И ответил: «Иначе что?»

«Иначе я позволю Груту выжать из тебя все соки».

Скурт посмотрел на Грута, который в этот момент деловито заливал коктейль себе в рот. Закончив, тот шарахнул кружкой о столешницу и уставился на Скурта.

– Я есть Грут, – неспешно протянул он. «Да, этот сможет, – подумал Скурт. – Ну хорошо. Я верну вам задающий ионный цилиндр в качестве жеста доброй воли».

После этих слов он бросил покрытый слизью цилиндр на стол, прямо мне под нос. Жуткая мерзость.

И я решил заставить Грута взять его.

– Я есть Грут!

И он еще сопротивлялся. Большой ребенок. В итоге я его взял.

«Так что нам надо сделать?» – подумал я, горя желанием поскорее справиться с заданием, получить оплату, вернуть свой корабль и убраться подальше с Глабоса.

«О, вам понравится, – подумал Скурт. – Мне надо, чтобы вы украли ядро».

«Чудесно. Ядро. Может, скажешь, от чего?» «Ни от чего особенного, – ответил Скурт, фыркая и колыхаясь всем своим пузырем. – Всего лишь от этой планеты».

«Постой, но как же..?»

«Я есть Грут?»

ГЛАВА 5

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.19

Раньше я этого не знал, но потом Грут нашел всю информацию, и оказалось, что основная причина, по которой все сваливают мусор на эту планету – это ее ядро. Необычное ядро. Его называют эндотермическим. Размером оно с лесной орех и поддерживает постоянную температуру примерно в двадцать восемь миллионов градусов, плюс-минус пара миллионов.

Горячее оно, вот я к чему.

Эндотермическое ядро производит столько тепла, что способно испепелить все на свете. И вот один предприимчивый псих сделал вывод, что его можно использовать для сжигания мусора и делать на этом огромные деньги.

Вот почему Глабос превратился в мусорную свалку.

Каждый день что-то новое узнаю, хоть и не стремлюсь к этому.

Все, что требовалось от нас с Трутом – проникнуть на территорию перерабатывающего завода, где хранится эндотермическое ядро, и украсть его.

«Чисто из любопытства, – подумал я, – как мы должны украсть предмет, температура которого двадцать восемь миллионов градусов? То есть я полагаю, что едва мы попытаемся его взять, как превратимся...»

«В пепел? – додумал за меня Скурт, что меня нисколько не смутило. – Конечно, так и будет. А потому вам понадобится вот это».

Он снова с хлюпаньем запустил руку в свое туловище и достал металлический коробок.

– Что это? – спросил я.

– Я есть Грут, – ответил Грут.

– Сам вижу, что коробка, – огрызнулся я, меня это все уже раздражало. – Любой тебе скажет, что это коробка.

«Это не простая коробка, – подумал Скурт. – Она изготовлена из омниума».

«Прекрасно. Нам это важно, потому что..?»

Если вы никогда не видели, как многоглазое существо закатывает сразу все глаза, то ваша жизнь прожита зря. Потому что именно это сделал Скурт, и это было бесподобно.

«Омниум – единственный материал, способный выдерживать температуру эндотермического ядра. Из него сделан весь пункт утилизации, где хранится ядро».

–      Да ты просто сочиняешь, – произнес я, снова забыв от волнения, с кем разговариваю. – Разве нет? В смысле кто вообще в такое поверит?

Скурт не стал закатывать глаза, только злобно на меня посмотрел. А вместе с ним и несколько других посетителей.

«Убавь. Наконец. Звук, – подумал Скурт. – Иначе за тебя это сделают другие».

«Это угроза?»

«Нет, – ответил Скурт. – Предупреждение».

– Я есть Грут, – сказало древо, качая головой.

– Не только тебя, – пробормотал я.

«Эта, как ты выразился, “коробка”, сможет поглотить эндотермическое ядро. Просто положите ее рядом с утилизатором, и она сама затянет ядро внутрь. Вы принесете его мне, а я прослежу, чтобы ваш корабль сразу же починили, ну и отдам оплату, разумеется», – подумал Скурт.

Я подался вперед и припал к стакану.

«Неравная получается сделка, – подумал я ему. – У нас с Грутом и выбора особого нет».

«Да, это так, – Скурт начал вставать. – Но если вы все исполните, вас ожидает приятное вознаграждение. И вы сможете покинуть Глабос так же, как и прилетели сюда – тихо и мирно».

Вот тут я не выдержал. Я стал смеяться. Отчасти не контролируя себя.

Скурт уставился на меня всеми своими глазами.

«Почему ты смеешься?» – подумал он.

«Это мы с Грутом? Мы еще никуда не прилетали тихо и мирно», – тут же подумал я ему в ответ.

«Я есть Грут».

Мой друг был со мной согласен.

ГЛАВА 6

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.23

Если вы думаете, что всякие там перерабатывающие заводы, на которых держат ценные вещи вроде эндотермического ядра, находятся под усиленной охраной, то вы ошибаетесь. Охраны оказалось намного больше, чем вообще можно было себе представить.

– Сколько же идиотов они там понаставили? – спросил я у Грута, который восседал на той же мусорной куче, что и я.

Мы вышли из бара, и вскоре покинули поселок. А если оттуда ушел, то уже ничего, кроме грязи, не увидишь. В прямом смысле. Куда ни глянь, повсюду навалены старые, отжившие свое корабли вперемешку с мусором, набитые мусором корабли и просто мусор.

Скурт сообщил координаты перерабатывающего завода и даже доверил нам свой корабль, на котором мы сюда и добрались. Сам он не захотел приближаться к заводу «из соображений профессионального характера», что в моем понимании означало «я трус и лентяй». Теперь я точно могу сказать, что не ошибся.

Ну так вот. Пролетев через всю эту необъятную свалку, мы с Трутом опустили корабль в ближайшей к заданным координатам точке и для лучшего обзора забрались на вершину мусорной башни. Внизу тянулась целая сеть ленточных конвейеров, и все они стекались к главному корпусу завода, где эндотермическое ядро отправляло весь этот мусор в небытие.

Я посмотрел в бинокль и передал его Труту, который глядел в него пару секунд, после чего бросил вниз, в мусор.

Прощай, бинокль.

– Здесь охрана стоит по всему периметру завода, – прошептал я Труту. – Навскидку их около пятидесяти.

– Я есть Грут, – заспорил он.

– Серьезно, пятьдесят два охранника? Не больше и не меньше? Как ты определил? Ты же выбросил бинокль, даже как следует не посмотрев.

– Я есть Грут.

– Хорошо, пятьдесят два охранника, не буду с тобой спорить. Я просто хочу туда проникнуть, забрать ядро и убраться отсюда. А попасть туда легче всего через конвейер.

С этими словами я стал аккуратно спускаться с мусорной кучи.

– Давай спрячемся в каком-нибудь обломке и проедем вместе с ним.

– Я есть Грут.

– Что, неужели ты слишком хорош, чтобы маскироваться под мусор?

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.24

Идея с конвейером была одной из самых блестящих, и в то же время одной из самых провальных за всю мою жизнь. Она была блестящей, потому что мы смогли совершенно незаметно для всех этих психов проникнуть на территорию завода. А провальной она оказалась потому, что конвейер, как выяснилось, несет нас прямиком в плавильную яму. И знаете что? Плавильная яма полностью оправдывает свое название. Это действительно огромная яма. Способная расплавить что угодно.

В том числе нас.

Только вот нам удалось избежать этой участи. В последний момент. Спасибо Груту.

Мы спрятались в помятом корпусе элитного круизного лайнера, на каких раньше богачи летали в отпуск на благоустроенные планеты. Внутри сохранилась пара кресел, и мы спрятались под ними, хотя Груту, в отличие от меня, пришлось нелегко с его немаленькими габаритами.

А еще корпус основательно пропах лосьоном для загара, что, к моему удивлению, вызвало у меня приступ тошноты. Забавно, подумал я, что от вони гниющего мусора мне даже не икалось, но стоило учуять лосьон для загара, как печенье запросилось наружу.

Чего только ни придет в голову.

Итак, все шло замечательно, мы проехали мимо охранников, не издав ни звука.

– Жарковато, да? – прошептал я Груту.

– Я есть Грут, – сказал он, сложившись пополам и практически упираясь ногами себе в лицо.

И тут я понял, что «жарковато» – мягко сказано. Это было ПЕКЛО.

Я знал, что надо что-то с этим делать, но мы еще не попали внутрь завода. Если бы мы выползли наружу, нас увидела бы охрана и завязалась бы жестокая перестрелка. Не то чтобы я был против, но такой ход событий не позволил бы нам взять ядро и убраться отсюда невредимыми.

Вот мы и терпели, пока не въехали внутрь. Тут же бросились к окну и наконец увидели, куда несет нас конвейер.

Прямиком в плавильную яму. Лента заканчивалась огромным горнилом, из которого вырывались языки пламени. Проход сузился, и теперь стены плотно обхватывали конвейерную ленту. Я подумал, что надо бы выбираться, но удача была не на нашей стороне. Мне обжигало руки уже в нескольких сантиметрах от поверхности.

– Паршиво, – сказал я.

– Я есть Грут, – ответил Грут.

Как же он был прав.

Пламя все приближалось. Или, вернее, мы приближались к пламени.

В любом случае, мы должны были сгореть.

ГЛАВА 7

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.24.5

Я еще тогда сказал Груту, что если у него есть хоть какие-нибудь стоящие предложения, сейчас самое время их озвучить. А он только посмотрел на меня и пожал плечами. По крайней мере, мне так показалось. В его случае это не совсем ясно. Но чем больше времени мы проводим вместе, тем легче мне понимать, что он имеет в виду. Сейчас, как я понял, он сказал «нет».

Значит, от него помощи я не дождусь.

Придется думать самому.

Мы катились вдоль ленты внутри огромной металлической скорлупы и воняли, как две потные свиньи, а из горнила рвалось пламя. Именно так я и представлял себе геенну огненную, только в реальности оказалось еще жарче.

И он мне говорит:

– Я есть Грут.

На что я ему отвечаю:

– Знаешь, мне не нравится твой тон. Думаешь, мне не жарко? Думаешь, я хочу погибнуть? Так вот: да, мне жарко, и нет, я не хочу!

Мы уже готовились к худшему, когда случилась забавная штука. Не в том смысле забавная, что прям лопнуть от смеха. Скорее, забавно, как судьба иногда вмешивается в ход событий.

Еще секунду назад конвейер неумолимо тянул нас навстречу смерти, а уже в следующий момент раздался оглушительный грохот, лента дернулась и замерла. А затем все стал заполнять густой черный дым. Ничего не было видно!

– Повезло нам, – сказал я Груту. – Наверно, в механизм что-то попало. Теперь мы сможем выбраться и взять эндотермическое ядро.

Задымление было для нас подарком, а от кого он – мне было не важно. Я просто его принял. Мы услышали крики рабочих, народ суетился, пытаясь починить конвейер, или что у них там сломалось. Судя по звукам, они подходили все ближе, и вскоре кто-то оказался совсем рядом.

Я схватил его за ногу и потянул вниз. Он не мог разглядеть нас в дыму, пока я не втащил его в наше с Грутом убежище. Видели бы вы его лицо! Он был готов к чему угодно, только не к нам.

Рабочий попытался закричать, но Грут отбил у него это желание ударом своей лапищи. Себе на заметку: никогда его не злить.

Мы сняли с рук обмякшего рабочего жаропрочные перчатки. На тыльной стороне одной из них оказался небольшой чип.

– Я есть Грут!

– Ага, вижу, – ответил я.

Я тоже понимал, что это значит. Чип гарантировал нам пропуск в любой уголок предприятия – именно с его помощью рабочие передвигались по территории завода. Я надел перчатки, и мы с Грутом побежали сквозь дым.

Добравшись до края конвейерной ленты, мы по-прежнему ничего не могли разглядеть. Я полагал, что где-то поблизости должна быть лестница или что-нибудь похожее – рабочие ведь как-то спустились.

Но где нам ее искать?

Времени было в обрез. Дым понемногу рассеивался, послышались крики – кто-то из рабочих уже обнаружил своего пострадавшего коллегу. Эти ребята были в ярости.

Ну что за народ.

Дым рассеялся еще немного, и мне удалось разглядеть на стене прямо перед нами, всего в паре метров, перекладины навесной лестницы.

– Грут, нам нужно туда. Действуй!

– Я есть Грут.

– А ничего другого я придумать не могу.

Тогда Грут наклонился, практически параллельно полу, дотянулся до одной из перекладин лестницы и ухватился за нее. Я запрыгнул ему на спину, прошелся и начал взбираться. Грут последовал за мной.

Казалось, все наладилось.

Но это всего лишь казалось.

ГЛАВА 8

Первым, что я увидел, забравшись на вершину лестницы, было дуло автомата. Парень, который его держал, выглядел так, словно впервые держит в руках оружие. Его трясло, верхняя губа дрожала, и весь он отвратительно вонял потом. Смотреть противно.

– Послушай, – обратился я к нему спокойным, ровным голосом, стараясь звучать убедительно. – Дело вот в чем. Мы оба понимаем, что я сейчас выбью оружие у тебя из рук, мой товарищ стукнет тебя по голове и ты вырубишься.

– С-стой где с-стоишь! – ответил тот, не в силах унять дрожь.

Он мог застрелить меня чисто случайно, просто от испуга. Не о такой смерти я мечтал.

– Я бы с радостью постоял, – продолжил я. – Правда. Но это не выход. Поэтому давай не будем все усложнять и...

В следующий момент через мое плечо прямо по голове напуганного охранника хлестнула лоза. Сильно. Тот упал и выронил оружие, которое тут же выпустило весь свой заряд, едва не попавший мне в лицо. Охранник ударился головой о металлический пол и тут же отключился.

– Надо учиться вести переговоры, – сказал я Груту, поднимая оружие с пола. – Из-за тебя я чуть не погиб!

– Я есть Грут, – вот и все его оправдание.

Хотел бы я иметь такие нервы.

И все же поступок Грута меня обрадовал. Такому здоровенному типу можно и не быть разговорчивым. Он просто выполнял свою работу, не тратя времени на шум и слова. Мне очень повезло с партнером.

Только ему об этом не говорите. А то вобьет себе в голову, а мне потом выслушивать.

Преодолев очередное препятствие, мы побежали по коридору, к отсеку центрального управления. Исходя из того, что нам сообщил Скурт, именно там должно было находиться эндотермическое ядро. Весь персонал был, по-видимому, занят внизу, пытаясь понять, что случилось с конвейером. Даже не представляю, как бы мы здесь оказались, если бы не поломка.

Мы подошли к двери центрального отсека и увидели табличку с надписью «Опасно».

– Похоже, нам сюда, – сказал я и распахнул дверь. И, разумеется, мы тут же увидели эндотермическое ядро. Оно было совсем крошечным, не больше лесного ореха, и ярко сияло даже сквозь метровую толщину бетонного перекрытия. Мы даже отвели взгляд.

Никогда не судите о вещи по ее размеру. Это равносильно тому, чтобы меня считать невинным милашкой только из-за того, что я не великан. Ошибаетесь, ребята.

– А теперь самое главное, – обратился я к Груту. – Надо найти способ выключить ядро, положить рядом с ним ту штуковину, которую дал Скурт, и втянуть его. А потом сразу мотать отсюда.

– Я есть Грут.

– Кому ты это рассказываешь.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.24.62

Было у вас когда-нибудь, чтобы вот прям ваш день, когда все получается и ничто не в силах его испортить?

Для меня тот день был явно не из таких.

– Я есть Грут, – повторял он снова и снова.

– Я сам, своими глазами видел, как ты это сделал! – вопил я ему в лицо. Я был в бешенстве. Пока я думал, как отключить питание блока, чтобы можно было забрать ядро, Грут умудрился нажать на одну из тех кнопок, которые нажимать не следовало. Он клялся, что не делал этого, но я-то знаю: это не так, ведь если ничего лишнего не нажимать, то и сигнализация не сработает!

– Я есть Грут, – бормотал он.

Ну что за тип.

Послышался шум, крики и приближающийся звон подошв о металлические перекладины.

– Грут, отвлеки их. Взорви там чего-нибудь. Быстрее!

Грут не стал медлить.

– Я есть Грут, – сказал он и убежал, оставив меня размышлять, как же нам вытащить эндотермическое ядро. В итоге оказалось, что надо было щелкнуть парой выключателей. Только и всего.

Пока дела шли неплохо.

А дальше на панели управления появился таймер, ведущий обратный отсчет от тридцати. Вот оно что. У меня было всего тридцать секунд на то, чтобы вытащить эндотермическое ядро прежде, чем оно снова оживет, испепелив меня и все живое на десятки километров вокруг.

Насчет десятков километров я приврал. Ну, для большего драматизма, понимаете?

Я потянул за нужный рычаг, и защитный экран стал медленно подниматься вверх. О-о-очень медленно. Мне казалось, это будет продолжаться целую вечность.

Когда экран поднялся где-то на полметра, я бросился на пол и пролез под ним.

И вот оно, эндотермическое ядро. Лежит передо мной, совершенно безобидное. Любопытно, что капсула, в которой оно покоилось, даже не нагрелась. Наоборот, была прохладной. Лишенное своей силы, ядро казалось не более чем обычным металлическим шариком.

Я прижал устройство к небольшой стеклянной коробке, в которой находилась капсула с ядром. И стал ждать. Огляделся и увидел таймер на внутренней стороне капсулы.

21...

20...

19...

Давай же, ну...

Казалось, что ядро никогда не попадет в устройство. Я уже начал гадать, не было ли это все подстроено. Может, Скурт нас сюда отправил только для того, чтобы убить?

А потом одновременно произошло несколько неожиданных событий.

Устройство у меня в руке издало высокий писк. Я взглянул на коробку и увидел, что ядра там больше нет. Оно у меня!

А следом раздался кошмарный взрыв, по сравнению с которым предыдущий был не более чем лязгом опрокинутой урны.

И в тот же миг я заметил, что таймер уже отсчитывает последние пять секунд, а металлический экран начал опускаться обратно! Я бросился вниз и проскользнул под ним ровно за секунду до того, как он полностью опустился.

Мне на хвост.

Хотите поговорить о боли? Попробуйте положить свой хвост под металлическую стену.

Ужаснее боли не бывает.

Ну и ладно, зато у меня есть эндотермическое ядро.

«Ошибаешься. Это у меня есть эндотермическое ядро», – услышал я голос и огляделся по сторонам. Но рядом никого не было.

И тут осознал, что голос раздался в моей голове.

ГЛАВА 9

ЗАПИСЬ 3X-AFYM.24.63

«Скурт», – произнес я мысленно, и прозвучало это как ругательство. Потому что – верите, нет? – в мыслях я ругаюсь безостановочно.

Прямо передо мной, посреди отсека, стоял Скурт. Ну, не совсем стоял, у него же ног нет. Он был передо мной, вот и все. И одним из щупалец он держал автомат, нацеленный мне в голову.

«Ракета. Я возьму его, если ты не против». – Скурт покачал автоматом, указывая на эндотермическое ядро.

«Мы так не договаривались», – подумал я.

Примерно в то же мгновение я подумал, куда же подевался Грут, и Скурт засмеялся. Ну, это мне так показалось, что он смеялся. Звук шел у него из ноздрей. Жуткая гадость, учитывая, что каждый звук сопровождался сопливыми брызгами.

Фу.

«Не забывай, я слышу все, о чем ты думаешь, – отозвался Скурт. – Грут временно... как это сказать? Недоступен».

«Правда? Как же так?»

Скурт пожурчал по полу в мою сторону, по-прежнему держа на прицеле мою голову.

«Он внизу, разбирается с охраной, – подумал Скурт. – По непонятному стечению обстоятельств, сначала кто-то устроил небольшой взрыв, который вывел из строя конвейер. А потом произошел еще один взрыв, уничтоживший горнило».

Скурт опять заклокотал. И снова эти его сопли. Буэ-э-э.

За что мне такое наказание?

«Я ничего не понимаю, – мысленно ответил я Скурту. – А мне не нравится, когда я ничего не понимаю. Зачем было нас нанимать, если ты все равно собирался устроить диверсию на заводе и в любом случае забрал бы ядро?»

«Кто-то должен был делать грязную работу, – заявил Скурт. – Вы с древом показались мне лучшими кандидатами. О вас ходят такие слухи, сами понимаете».

«Какие еще слухи?» – Я сжал кулаки, потому что это явно была какая-то провокация.

«Думаю, вы и сами знаете, – ответил Скурт. – Ядро Сюда, живо. Пока я не размозжил тебе голову и не взял его у твоего трупа».

«Ну, если ты так настаиваешь...» – подумал я. И передал ядро Скурту. Он коснулся щупальцем коробка и переместил его внутрь своего пузыря. Я видел, как эта штука болтается там, покрытая слизью.

Он был настолько собой доволен, что даже не заметил, как я отпихнул оружие в сторону и взобрался по второму щупальцу на верхушку того, что должно было служить ему головой.

«ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?!?» – завизжал Скурт в моей голове.

«А ты сам как думаешь, урод?» – ответил я и продолжил карабкаться дальше. Я был настроен забрать у него ядро, даже если для этого мне пришлось бы пролезть всего Скурта насквозь. Этот пузырь жутко завыл у меня в голове. Какие-то визги, гундосые всхлипы – как младенец. А если вы хорошо со мной знакомы, то должны помнить, как я отношусь к младенцам.

«УЙДИ ИЗ МОЕГО ЖЕЛУДКА!» – закричал Скурт, и я наконец узнал, что та его часть, которую я принял за голову, на самом деле его желудок.

«У тебя есть ровно пять секунд, чтобы вернуть эндотермическое ядро, или я устрою тебе необратимую ампутацию желудка».

«ЭТО ДАЖЕ НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ!». – завопил Скурт.

Вот осел упрямый.

– Я есть Грут!

Я оторвался от копания во внутренностях Скурта и увидел Грута, у которого на каждой руке висело по охраннику. Прежде чем они успели опомниться, Грут одним махом соединил руки и сшиб охранников друг с другом. Их обмякшие тела он отбросил в сторону.

– Я есть Грут, – гордо сообщил этот герой.

– Да, конечно. А теперь, когда ты собой налюбовался, не хочешь ли мне помочь?! – завопил я ему.

Он тут же, в два шага, оказался рядом. Я мысленно обратился к Скурту:

«В последний раз тебя прошу, другой возможности не будет. Отдай мне эндотермическое ядро, иначе весь пол здесь будет измазан Скуртом».

Надо отдать ему должное. Скурт, конечно, очень неприятный тип, но глупым его не назовешь. Все его тело затряслось, пошло волнами, и уже в следующее мгновение эндотермическое ядро выскочило через одну из его ноздрей, обмазанное в Скуртовой слизи. И упало прямо на мою подставленную ладонь.

Вот гадость. Фу.

«А теперь мы хотим получить оплату и наш корабль», – подумал я ему.

«Опла... ДА ВЫ С УМА СОШЛИ?!? -- орал Скурт. – У меня теперь даже ядра нет!»

«Оплата и корабль, иначе...»

Я указал на Грута, который дернулся в сторону Скурта, словно хотел его проткнуть. А потом молча изобразил, как размазывает его внутренности по полу.

– Я есть Гру-у-ут, – напевно протянул он, как бы имитируя голосом процесс размазывания.

На долю секунды мысли Скурта стихли. Затем он запустил внутрь себя щупальце и достал оттуда планшет. Несколько раз провел по экрану.

«Все. Оговоренная сумма вам перечислена. А корабль найдете в порту, в целости и сохранности».

«Вот и молодец», – подумал я, глядя Скурту в глаз, в другой, в третий... ну вы поняли. И тут я заметил то, на что прежде не обращал внимания.

«Вон тот глаз, – обратился я к Скурту, – он искусственный?»

Скурт не знал, что ответить.

«Д-да, – несмело произнес он, – а зачем тебе это?»

«Знаешь что? Если ты отдашь мне этот глаз, я не стану рассказывать всей Галактике о том, что ты грязный кидала».

Говорят, бить лежачего нехорошо, но я считаю, что именно лежачего и надо бить, ведь тогда знаешь наверняка – никуда он от тебя не денется.

Даже не заикаясь о протесте, Скурт отсоединил механический глаз и протянул мне.

«Приятно иметь с тобой дело, Скурт. Надеюсь, больше не увидимся».

Мы с Грутом помчались прочь с территории завода, и вдогонку я услышал в голове голос: «Взаимно».

ГЛАВА 10

– Ты не хочешь отвлечься от этой штуки и помочь мне?

Грут моментально перевел взгляд на Ракету. Он увидел, как могучий капитан, командир миссии на Нидавеллир, медленно потягивается, выпрямляется в кресле и ерошит лапой шерсть на макушке.

Грут поспешно засунул планшет под лежавшую рядом аптечку.

– Я есть Грут, – ответил он. – Я есть Грут.

– Да, наверно, ты прав, – согласился Ракета и вылез, зевая, из кресла. – Если ты возьмешься мне помогать, я стану кричать, что ты плохо помогаешь. А какая тебе с этого радость, верно?

– Я есть Трут.

В какой-то момент древо почувствовал легкий укол совести. Залезть в чужой планшет ради игры – это еще ничего. Но читать секретные записи друга? Не спросив разрешения?

Это уже совсем иное дело.

И в то же время... Такая история, вау! Она была почти лучше, чем видеоигры.

Почти.

– Тор, а ты что скажешь? – спросил Ракета. – Все молчишь и молчишь.

– Просто задумался, – ответил асгардец.

Ракета покачал головой.

– Такие вещи до добра не доводят. Вся эта задумчивость. Никому не советую.

Желая сменить тему, Ракета обвел рукой вокруг.

– Прошу прощения за неудобства. Ты же король или что-то в этом роде? Привык, наверно, передвигаться на большой золотой колеснице.

Тор засмеялся.

– Это вряд ли. Ты удивишься, если узнаешь, на чем я раньше ездил. И в чьем окружении я это делал.

– Я есть Грут.

Ракета обернулся на друга, который теперь стоял у окна.

– Серьезно? Ты у нас теперь профессор лингвистики?

– Ты... Ты что, древо, поправляешь мои ошибки? – с неподдельным любопытством спросил Тор.

– Ага, – сказал Ракета, почесывая в затылке. – Он говорит, что тебе надо было сказать «в окружении кого я это делал». Он говорит, что так звучит солиднее.

– В школе грамматика была не самым любимым предметом, – признался Тор. – Мне больше нравились уроки обращения с молотом.

– Ну ладно, хватит болтать. Где мы сейчас находимся? – спросил Ракета, возвращаясь к делу.

Тор потянулся к одному из корабельных датчиков.

– При нынешней скорости мы окажемся на Нидавеллире примерно через три часа, капитан.

Ракета посмотрел на него в упор. Затем прищурился, глядя поверх своего носа, как в прицел.

– Ты издеваешься?

Асгардец изобразил возмущение:

– Нет, конечно. Ты ведь капитан этого судна, так?

Ракета несколько секунд обдумывал его слова.

– Да, именно так, – ответил он. И, обернувшись, заявил Груту: – Ты тоже об этом не забывай!

– Я есть Грут.

– Пульт оставляю на него, – продолжил Ракета, указывая большим пальцем в сторону Грута. – Пойду найду чего-нибудь поесть.

С этими словами он покинул кабину.

Грут занял капитанское кресло и развалился в нем, положив ножищи на пульт управления, а руки-ветки закинув за голову. Он устал от долгого чтения, можно и подремать.

И тут завыла тревожная сирена.

Грут вскочил и в панике осмотрел пульт, пытаясь понять, не нажал ли он что-нибудь не то. Однако на вид все было в порядке.

Ракета моментально примчался в кабину.

– Что ты натворил? – заорал он на Грута. – Наверняка что-то нажал своими ножищами!

– Я есть Грут! – заспорил тот.

– Мы это после обсудим. Когда я пойму, что случилось.

– Ты хочешь сказать, что не знаешь, в чем дело? – озадаченно спросил Тор.

– Все, что я знаю, – у нас сработал сигнал тревоги, а это значит, что там, внизу, что-то не в порядке, – огрызнулся Ракета, указывая на пол.

Он подбежал к металлическому распределителю на стене, где на щитке слева выступали три рычага. Поднял их до предела, и сразу послышался короткий шипящий звук, с которым в кабину просочился дымок от газового охладителя. Ракета сдвинул панель управления и забрался в открывшийся люк.

– Сейчас я буду чинить эту развалюху, – объявил он. И, уже опуская ногу в люк, посмотрел на Трута. – А когда я вернусь, у нас с тобой будет серьезный разговор!

– Я есть Трут, – только и успел тот ответить прежде, чем Ракета скрылся в люке.

Трут кипел в безмолвной ярости. Почему Ракета всегда с такой легкостью обвиняет его во всех бедах? Почему он не верит, когда Трут говорит, что ни в чем не виноват?

– Да ладно, древо, не переживай, – обратился к нему Тор, словно прочитав мысли. – Таким, как он, просто надо выпустить пар, а когда он вернется, все будет хорошо.

– Я есть Грут, – печально ответил древо.

– Может, так, а может, и нет.

Тор отвернулся от Грута и подошел к пульту рядом с местом пилота. Сирена продолжала выть.

– Что-нибудь есть? – прокричал Ракета из узкой ямы под полом.

– А куда я должен смотреть? – спросил Тор.

– Не смотреть, а слушать, чтобы сирена замолчала! – заорал в ответ Ракета.

Но сирена теперь звучала еще громче.

– По-моему, ты сделал только хуже, – крикнул Тор. – Ты точно знаешь, что надо делать?

– Свиньи вы неблагодарные! – последовал вопль Ракеты, а вслед за этим послышались еще какие-то неразборчивые звуки, которые Грут определил как ругань.

Пока Ракета и Тор сосредоточились на выявлении неисправности, Грут прошмыгнул обратно к своему креслу и достал из-под аптечки планшет, чей экран так манил его своим мягким, призывным сиянием. Чувство неловкости от использования чужой вещи сразу испарилось.

– Я есть Грут, – злобно сказал он и по грузился в чтение.

ГЛАВА 11

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.12.4

Недавно мы со Стражами вступили в схватку с существом под названием Ван’Лан. Это такая гигантская космическая амеба, слепленная из множества маленьких космических амеб. Эта тварь чуть не разрушила «Милано», в результате чего мы все могли погибнуть. Но я, Грут, Дракс, Гамора и Квилл благополучно с ней разделались, как и всегда.

А вот «Милано» повезло меньше. Бой с Ван’Лан истощил все его резервы, и теперь это был не более чем огромный, ненужный кусок космического мусора.

Так бы мы и болтались в космосе в ожидании, пока закончатся все припасы и сами мы превратимся в ледяные фигурки Стражей, однако нас подобрал Корпус Нова.

Вот он, один из плюсов того, что нас больше не считают особо опасными преступниками. После того как мы буквально спасли Галактику от Ронана, ксандарцы простили нам все наши преступления.

Но это не значит, что я признаюсь в совершении каких бы то ни было (вдруг кто-нибудь это все же прочитает).

Ну вот. Корпус Нова отбуксировал «Милане» к Рынку – искусственно созданной планете, на которой вам починят корабль, оружие, все что угодно, только скажите. Механики взялись за работу, а мы тем временем решили найти ближайший кабак, чтобы скоротать время.

А там мы наткнулись на того самого Романна Дея. Он из Корпуса Нова, мы с ним раньше пересекались. По-моему, нормальный парень.

Дей тащил за собой какого-то чудика в длинном пальто, словно это был заключенный.

– Эй, познакомишь с другом? – поинтересовался Квилл.

– Я твоя смерть, Питер Квилл! – заорал спутник Дея.

Ну и придурок.

– Это ходячая проблема, а не друг, – ответил Дей, хватая этого психа за ворот пальто и пригибая к полу. – Корабль у меня украл! Представляете? Взял покататься. В космосе, видимо, с кем-то сцепился. В него стреляли, разбили мотор. Мы как раз его сюда везли, когда вас увидели.

У меня не осталось вопросов, и я направился к бару. А Квилл – нет. Квилл еще не натрепался.

– Мне вот интересно, – сказал он. – Почему это ты моя смерть?

Мне хотелось заорать ему «КАКАЯ ТЕБЕ РАЗНИЦА, ПОЧЕМУ ОН ТВОЯ СМЕРТЬ? ДАВАЙ УЖЕ ВЫПЬЕМ!», но я этого не сделал, потому что я хорошо воспитан.

А чудило в пальто стал рассказывать о том случае, когда мы сидели в «Ботинке Джемайи» (это бар такой на Забвении, а Забвение – это планета, все такое... в общем, не важно). Получается, что мы с Драксом немного поспорили и сорвали забег Орлони. Орлони – это такие маленькие грызуны, и люди устраивают им гонки с рептилоидами Ф’Саки. Оказалось, что на кону была огромная сумма, а этот псих поставил все, что у него было.

– Своим идиотским спором вы сорвали забег Орлони! – вопил он теперь. – А я уже выигрывал! У меня были все шансы! Я все свои деньги потерял!

– Постой, – прервал его Квилл. – То есть ты собираешься нас убить...

– Да! – крикнул чудило.

– ...из-за денег, которые ты потерял...

– Да!

– ...в игре?

– Я пытался вас убить! Еще чуть-чуть, и я стер бы вас с лица Вселенной!

– Это самый нелепый день в моей жизни, – заявил Квилл.

Мы смотрели вслед Дею, тянущему за собой чудака в пальто, и не могли не согласиться с Квиллом.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.12.6

Я сидел в баре, никого не трогал, болтал с Драксом и был всем доволен.

– Как ты думаешь, мы и вправду поломали жизнь тому парню? – спросил Дракс.

Вот непонятно, с чего это Дракс начал со мной философствовать? Нормально же сидели, выпивали – нет, надо было все испортить.

Я отмахнулся от него.

– Ой, да кому какое дело. Он пытался наши жизни поломать. Это кого-нибудь волнует?

– Меня волнует, – ответил Дракс, прихлебывая. – Меня очень волнует, когда моих друзей пытаются обидеть.

– Ну вот, приехали, – вздохнул я, прекрасно понимая, что за этим последует. Дракс разнюнится и станет вещать о том, что отныне Стражи – его семья, что это все, что у него есть, и в результате я тоже заплачу, а мне нельзя кому бы то ни было показывать свои слезы, да и вообще, кому это надо?

К моему счастью, именно в этот момент к нам снова присоединился Романн Дей и уселся рядом со мной.

– Не прошло и ста лет – эй-эй, Романн Дей! – воскликнул я. – Прям стихи получились.

– Молодец, – ответил Дей. – Мне еще никто такого не говорил.

Он поднял руку, жестом веля бармену принести ему коктейль.

– Серьезно? – спросил я, поддаваясь ему.

– Нет. Мне все это говорят. И каждый думает, что он первый. Это невыносимо утомляет.

Бармен поставил перед Деем стакан и наполовину заполнил его непонятной жидкостью каштанового цвета. Раз уж бармен знает наизусть его предпочтения, – Дей в этом кабаке явно не впервые, что само по себе говорит о многом. Но я и виду не подал, что впечатлен.

– Так что тебя сюда принесло? – спросил я немного более воинственно, чем хотел. – Мы что-то делаем не так?

Дей рассмеялся.

– Насколько мне известно, нет. Мой арестант сейчас на допросе, а мне надо где-нибудь переждать. Вот я и подумал, что могу посидеть в вашей приятной компании.

Я был глубоко поражен.

– В нашей?..

Дей кивнул.

ГЛАВА 12

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.12.8

Если подольше пообщаться с Романном Деем, можно усвоить две вещи.

Первое: он всегда оплачивает выпивку.

Второе: он очень порядочный.

И я так решил не потому, что он всегда оплачивает выпивку. Он и в самом деле неплохой. Для Корпуса Нова.

Отчасти на этом и держится моя теория о том, что к ребятам, вкусы которых бармены знают наизусть, стоит присмотреться.

– Мне вот интересно, – обратился ко мне Дей, поднося стакан к губам. – Как ты вообще связался с Квиллом?

– А ты что, не знаешь? – спросил я. – Разве не ты нас арестовывал? У тебя что, ранний склероз?

– Нет, я помню тот случай, – ответил Дей. – Просто хочу еще раз услышать всю историю.

На самом деле там и слушать было нечего. Мы с Грутом находились на Ксандаре, желая получить награду за Квилла, который обокрал Опустошителей с планеты Мораг, забрав у них какую-то вещь под названием Сфера. Своим поступком он разозлил Ионду Удонта, и тот назначил награду за голову вора. Нам с Грутом нужны были деньги, вот мы и решили схватить Квилла, когда он прилетит на Ксандар.

План был просто замечательным, с тем условием, что мы сумеем поймать вора. Только вот мы не сумели, а потом нас самих схватил Корпус Нова. Нас бросили в тюрьму Килн вместе с Квиллом и Гаморой, там же мы познакомились с Драксом и объединились ради побега из тюрьмы... ну, в общем, вы и сами все знаете.

– А почему ты вообще столько вопросов задаешь? – спросил я. – Тебе что, поговорить не с кем?

Дей засмеялся, отпил глоток коктейля и поставил стакан на столик.

– Послушай, я тебе сейчас кое-что расскажу, о чем Квилл не знает. Да и вообще никто. Я уверен, что ты тоже никому не расскажешь, даже когда улетишь с Рынка.

Беседа начинала принимать интересный оборот.

Я даже подался вперед, нависнув над стаканом, что со стороны выглядело печально.

– Это насчет того типа, который жаждет смерти Квилла?

Дей кивнул.

– Знаешь, я ведь не то чтобы могила для чужих секретов, – сказал я. – Кое-кто даже называл меня погремушкой. Они, конечно, за это ответили.

– А я потому и рассказываю это тебе, что ты погремушка, – ответил Дей, оглянувшись по сторонам. Словно хотел убедиться, что никто нас не подслушивает.

– Ну и какой в этом смысл?

Дей наклонился ко мне еще ближе.

– Я хочу сказать: никто тебе не поверит именно из-за того, что ты слишком много болтаешь. А еще, если ты кому-то расскажешь, я тебя найду и отправлю обратно в Килн.

– Врешь, – сказал я, глядя ему прямо в глаза.

– Может, и вру, – с улыбкой ответил Дей. – Есть только один способ проверить.

Я приник к стакану, вытер губы тыльной стороной ладони.

– Так ты будешь рассказывать, или как?

– Тот парень, – заговорил Дей предельно тихим голосом. – Его зовут Миир Каал.

– Ага, – сказал я с таким видом, будто Мне это имя о чем-нибудь говорит.

– Он кри.

– Ага, – повторил я.

– Постой, ты... ты что, действительно ничего не понимаешь?

– А что я должен понимать?

Дей вздохнул.

– По-твоему, Миир Каал просто решил отомстить за тот случай на Забвении?

– Если честно, я так и подумал, – сказал я. – Но, судя по твоему тону, все было по- Другому.

– Абсолютно верно. Каал состоит в отколовшейся от кри группировке. Если говорить коротко, им не слишком нравится, что кри больше не воюют с Ксандаром.

– Я когда-нибудь дождусь внятного объяснения? – перебил я. Мне и в самом деле хотелось уже добраться до сути. Голова начинала болеть, и как бы мне ни приятно было находиться в компании Дея, больше всего я сейчас хотел куда-нибудь уйти и поспать пару часов. Дракс, излив нам душу, ушел недавно, и теперь мы с Деем остались вдвоем.

– Во времена Войны Крии и Ксандара сестра Каала была видным ученым, – забормотал Дей. – По некоторым сведениям, она оставила тайник с оружием, до которого теперь мечтают добраться отколовшиеся от кри.

– Дай угадаю, – сказал я, уверенный в собственной проницательности. – Тайник находится где-то на Рынке.

– Нет, – ответил Дей, как-то странно на меня посмотрев. – Такое совпадение было бы уже чересчур. Жизнь, знаешь ли, гораздо сложнее.

Я пожал плечами.

– Ну, не угадал.

– Мы уверены, что Миир Каал знает, где находится тайник. Но с нами он разговаривать не станет. И я подумал, что такой, как ты... ну... сообразительный... сможет убедить его поделиться с нами информацией.

Так вот в чем дело. Поверить не могу. Один из Нова просит меня о помощи.

Я расхохотался.

– Что смешного? – недоумевал Дей, в то время как я уже заходился от смеха. Народ в баре начал на меня оглядываться, а один из посетителей даже начал смеяться вместе со мной. Я, конечно, сразу же замолчал и злобно уставился на этого недоумка, потому что нечего хихикать, как идиот, если не знаешь, над чем смеешься. Так поступают только совсем безмозглые особи.

– Мне тут на секунду показалось, что ты просишь меня о помощи!

– Да, именно это мне и нужно, – ответил Дей. – Хватит уже дурака валять, а?

– Ну ладно, ладно, извини, – сказал я, поняв, насколько Дей серьезен. – Но почему я?

– Потому что ты – это ты, – ответил Дей.

– Ну и как это понимать?

– Не обижайся, это я не в упрек тебе, – пояснил Дей. – Я хочу сказать, что сам я из Корпуса Нова. У нас есть правила. А ты со Стражами Галактики. И по-моему, вы, ребята, вообще никаких правил не признаете.

– Понятно, – произнес я, откидываясь на стуле. И какое-то время так и сидел, молча разглядывая Дея.

– Скажи уже что-нибудь, – заволновался тот. – Потому что если ты собираешься и дальше на меня так смотреть, то мне уже страшно. Ты этого добиваешься?

– И что мне за это будет? – спросил я, потому что в первую очередь надо спрашивать о таких вещах, когда вас просят о подобных услугах.

– А ты, как Страж Галактики, разве не должен выполнить мою просьбу из чистого желания помочь гражданам Вселенной?

Повезло ему, что я успел проглотить коктейль, иначе весь он оказался бы на Дее. Тем не менее по моему взгляду он наверняка понял, что отговорки в духе «сделай это во благо Вселенной» со мной не работают.

– Ну хорошо, – сказал Дей с тяжелым вздохом. – Чего ты хочешь?

Тут я крепко задумался. А действительно, чего я хочу? Пришлось самому себе признаться, что как бы мне ни нравился Дей, но почувствовать свою власть над кем-то из Корпуса Нова было очень заманчиво. В голове промелькнула мысль о том, что неплохо было бы поставить одного из них на место, пусть даже такого милого парня, как Дей. Показать им, что чувствуют те, кого они преследуют, арестовывают и все такое.

– Я хочу, чтобы ты пошел со мной.

Дей уставился на меня.

– Я не могу, – наконец ответил он, четко выговаривая каждое слово, словно я слабоумный. – Если бы мог, то не стал к тебе обращаться.

– Таково мое условие, – сказал я. – Решай сам.

– Это безумие, ты же сам понимаешь, – ответил Дей, качая головой. Он встал из-за столика, взглянул на меня, развернулся и ушел. Я смотрел, как он прошел мимо группы карманников, торчавших у входа, и вышел за дверь.

Я припал к стакану.

Сейчас, вот сейчас...

Дверь снова распахнулась, Дей направился прямо ко мне.

– Твоя взяла. Но то, что ты предлагаешь, просто ужасно.

Ха! Я знал. Знал, что они еще приползут ко мне на коленях.

– А когда было по-другому?

ГЛАВА 13

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.12.95

Не успели мы отойти от бара, как наткнулись на него.

В прямом смысле. Я уткнулся в него с разбегу, и это было все равно что врезаться в стену. Мне было больно.

И вот я стою посреди улицы, потирая ушибленный нос.

– Ты можешь смотреть, куда идешь, горилла ты такая?

Дракс взглянул на меня, а затем повернул голову. Раньше он, видимо, о таких вещах не задумывался.

– Я всегда смотрю в том направлении, куда иду. Я по-другому не умею. Мое зрение устроено так, что я могу смотреть только туда. – С этими словами он указал вперед.

– Ну ты и буквалист, – сказал я, все еще потирая нос.

– Романн Дей, – удивленно произнес Дракс, явно не ожидавший увидеть нас выходящими из бара вместе. – Что за дела у тебя с Ракетой?

– Нет у нас никаких дел, – ответил тот смущенно. – Какие у нас могут быть дела? Мы ничего не делаем. Совсем наоборот...

Дей совершенно не умеет врать. К счастью, единственный, кто смог бы поверить в его ложь, – Дракс.

– Я не знаю, какие у вас могут быть дела, – сказал он. – Поэтому и спрашиваю.

Я понял, что надо вмешаться и помочь Дею, пока у него не лопнула голова или еще чего не случилось.

– Дей помогает мне достать запчасти к «Милано», – ответил я непринужденно.

– А я думал, что ремонт почти закончен, – удивленно ответил Дракс. – Я только что из мастерской.

– Само собой, но кое о чем они не знают, понимаешь? Слушай, давай ты вернешься в бар, посидишь там, выпьешь. А я скоро буду.

Дракс пристально посмотрел на Дея и повернулся ко мне. В какой-то момент я даже засомневался, что он действительно в это поверит.

– Что будешь?

– В баре буду. Что же еще?

– Не знаю, – сказал Дракс.

– Поэтому и спрашиваю, – хором добавили мы.

На этом Дракс ушел, оставив нас заниматься нашим делом.

– Еще бы немного, и...

– В смысле – «еще бы немного, и»? Даже если Дракс догадается, что мы замышляем, что с того? Ему вообще плевать.

– Может, ему и плевать, а мне нет, – ответил Дей. – То, что я делаю, является грубым нарушением процедуры допроса и соответствующего протокола. Если об этом станет известно...

– Дай угадаю, – перебил я его, пока он меня окончательно не доканал своим занудством. – Если об этом станет известно, тебя выпнут со службы и отправят в ту самую космическую тюрьму, где уже сидят задержанные тобой когда-то преступники. Примерно так, да?

Дей помолчал, а потом яростно закивал.

– Да, именно так, – сказал он. – Теперь ты видишь, почему я так боюсь, что это случится.

– Могу себе представить, – ответил я. Это и в самом деле было очевидно. А, как я уже сказал, Дей был неплохим парнем, и хоть мне и нравилось демонстрировать свою власть, на самом деле я вовсе не желал ему лишних проблем.

В смысле, еще больших, чем те, которые ожидали нас впереди.

Еще когда мы вышли из бара, начался дождь, и теперь вся улица была мокрой.

Дожди на Рынке окрашены в нелепый лиловый цвет. Это связано с химическими испарениями, которые попадают в воздух из бесчисленных мастерских этой искусственной планеты. Грязь попадает в воздух, на землю льется лиловый дождь. А еще он немного жжет при попадании на кожу, но это ничего.

Мы двинулись дальше, минуя всевозможные технические салоны. Дойдя до конца улицы, Дей указал на длинную, извилистую дорогу.

– Ну и куда ты показываешь? – спросил я.

– Место, где держат Миира Каала, – ответил он. – Нам туда.

– Далеко?

– Ну... – Дей помолчал, потом показал мне руками расстояние в полметра. – Так?

– Серьезно? Если бы было так, – сказал я, повторяя его жест, – мы стояли бы у него на голове. Нет, в самом деле, далеко нам идти?

– Восемнадцать километров, – буднично ответил он.

– И ты хотел, чтобы мы шли пешком?

Я покачал головой и уже приготовился вернуться в бар к Драксу.

– Мы должны соблюдать осторожность, – возразил Дей. – Нас не должны заметить.

– Успокойся, – сказал я. – Есть у меня одна мысль.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.12.958

– Значит, украсть машину и была твоя идея?

Дей сидел слева от меня, а я ставил аэромобиль на пятую скорость. Мощная штука, скажу я вам. Мы мчались двести километров в час и должны были с минуты на минуту добраться до цели. Гораздо лучше, чем идти пешком.

Если говорить начистоту, аэромобиль был ворованным. Потому что я его украл. На самом же деле я его не столько украл, сколько одолжил без спроса. А кого я должен был спрашивать? Мастерская была закрыта, поблизости никого. Когда я вломился внутрь, там тоже никого не нашлось. Вот я и решил, что могу взять ненадолго машину, примерно на полчасика, и вернуть еще до того, как ее хватятся.

– Ага, – сказал я Дею в ответ.

– Поверить не могу, что терплю подобное, – пробормотал он.

Меня это рассмешило.

– Я тоже не могу поверить, что ты это терпишь, – ответил я ему. – Только представь, какие у тебя будут проблемы, если выяснится, что ты воровал машины на Рынке!

Дей укоризненно покачал головой.

Остаток пути мы провели в тишине, если не считать рева мотора.

ГЛАВА 14

– А теперь что? Что-нибудь происходит? – вопил Ракета из-под пола.

Тор стоял у капитанского пульта, глядя на приборы.

– Сирена больше не воет, – ответил он. – Но теперь мигает красная лампочка.

– Что еще за красная лампочка?! – взвыл Ракета.

– Которая с надписью «Осторожно», – прокричал в ответ Тор.

Трут не принимал никакого участия в этом диалоге, погруженный в свое личное пространство, – спиной к холодной обшивке, глазами в мерцающий планшет. Где он был, когда Ракета с Деем переживали такое приключение? Наверно, занимался чем-нибудь скучным, – спал например.

Услышав слово «осторожно», Грут на секунду отвлекся и тут же снова уставился на экран.

– Как она мигает, часто или редко?

– Довольно часто мигает, – ответил Тор, нахмурившись.

– А вот это уже нехорошо, – сказал Ракета.

* * *

Нам пришлось опустить аэромобиль примерно в полукилометре от того места, где держали Миира Каала. Ближе было никак нельзя – нас бы услышали. Машина ревела, как настоящая ракета – видимо, до нее механики еще не добрались.

– Неужели нельзя было украсть исправный аэромобиль? – поинтересовался Дей.

– Вот тебе, Ракета, вместо благодарности, – ехидно ответил я. Можно подумать, у него были предложения получше!

Природа на Рынке пугала, потому что сама планета была вроде как настоящей, и в то же время нет. Тут были растения, но все они росли на металлических каркасах, обрастая их десятилетиями. Были и настоящие деревья, но гораздо чаще попадались наставленные повсюду антенные переключатели. Если прищуриться, то можно было принять их за настоящий лес. Мы спрятали аэромобиль за группой таких переключателей и решили надеяться на лучшее.

Впереди возвышался огромный холм, а на его вершине стояло металлическое здание высотой этажа в два.

– Это здесь, – показал Дей.

– Тебе прям нравится пальцем тыкать, да?

Дей не стал заморачиваться с ответом. Только изогнул бровь и повторил:

– Миир Каал находится здесь. В данный момент его охраняет только один солдат Нова, и он стоит у входа в камеру.

– Всего лишь один? Серьезно? Почему вы не поставите больше охраны? – удивился я. – В смысле у него же ключ к тайнику со всем этим оружием, о котором вы так переживаете, почему его не охраняет целый взвод?

– Ну, мы не хотим привлекать внимание, – ответил Дей. – К тому же в камере нет окон и только один выход. Ему просто некуда деться. И здесь его держат временно. По графику его должны забрать в течение часа. Так что тебе надо уложиться.

– Нам надо уложиться в это время, – напомнил я ему.

Дей никак на это не отреагировал.

– Ну и какой у тебя план?

– План?

Честно говоря, не было у меня никакого плана. Я все придумывал на ходу.

– Ты пойдешь к ним и попросишь проверить заключенного. А дальше я сам.

– Ты ведь ничего плохого не сделаешь, правда? – заволновался он.

– Кто, я?

Да я сама невинность.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.13.11

Я спрятался за антенными переключателями, где меня точно никто не мог заметить. Здание, в котором держали Миира Каала, стояло прямо передо мной, и я слышал, как Романы Дей подошел к камере.

– Денариан Дей, – обратился к нему дежурный. – Мы вас не ждали.

Тьфу. Неужели они все время называют друг друга полными именами? Что за пафосные кретины.

– Я пришел, чтобы проверить состояние заключенного, – сказал Дей. – У меня список предписаний по технике безопасности. Я должен проверить с вами все пункты.

Я услышал, как стихли шаги Дея и последовавшего за ним дежурного.

Теперь мой выход.

Я рванул из своего укрытия и уже в следующее мгновение оказался возле камеры. Но не мог видеть, что там внутри, потому что не было окон. Но это ничего. Чтобы туда вломиться, мне не нужно видеть, что происходит внутри. Все необходимое было у меня под рукой.

А именно – лазерная дисковая пила, которую я прихватил из мастерской. Подумал, что наверняка пригодится, – и вот, пригодилась.

Это был магнитный диск, так что я прилепил ее прямо к стене. Указал радиус, чтобы дыра получилась достаточного для меня размера. Потом нажал на кнопку, и вуаля! Малютка-пила принялась описывать окружность, разрезая лазером металл. Спустя несколько секунд она вернулась к исходной точке, и в стене образовалась дыра.

И да, если вы не поняли, я рассчитал угол разреза таким образом, чтобы металлический круг упал в мою сторону, а не в камеру, где он загремел бы как набат.

Я не настолько тупой.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.13.12

Ох уж этот Миир Каал. Тот еще фрукт.

Вынес мне мозг за несколько секунд. Нет, он не нападал на меня, ничего такого. Только закатил истерику.

– Кто тебя послал? – визжал он. Его руки были скованы наручниками, лодыжки тоже были связаны. И он кричал мне прямо в лицо, а мне это не понравилось. И я толкнул его в грудь.

Миир свалился на пол, и если я скажу, что звук его падения не пришелся мне по душе, это будет наглой ложью.

– Ты пришел меня убить! – кричал он.

Мое терпение лопнуло, и я зажал ему рот обеими руками.

– Я не собирался тебя убивать, – сказал я тем нарочито спокойным голосом, которым обычно разговариваю, когда нахожусь на пределе нервного напряжения. – Но эта мысль мне нравится, и если ты не закроешь рот, я обязательно это сделаю. Только попробуй издать звук громче шепота – я тебя покусаю.

Это его немного остудило. Но я не мог удержаться и добавил:

– У меня космическое бешенство.

Тут он совсем перепугался. Трут мог бы мной гордиться. Ни один мускул не дрогнул на моем лице. Все это я произнес с абсолютно серьезным видом.

Я убрал ладонь. Как я и ожидал, на этот раз он не стал кричать.

– Ты хочешь знать, кто меня послал? – спросил я.

Миир Каал кивнул.

– Танос, – выдал я.

Не могу быть уверен, но, кажется, бедняга намочил штаны.

ГЛАВА 15

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.13.13

– Тайник с оружием. Где он?

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Тут я подумал, что если Романн Дей не умеет врать, то что тогда говорить про этого. Его взгляд метался из стороны в сторону, губа дрожала, и от него несло потом, как от Квилла, когда тот был по-настоящему на нервах. Жаль, что Грут этого не видит. Ему бы понравилось.

После всего, что случилось... после той заварушки с Ронаном, когда Грут пожертвовал своей жизнью ради всех нас... Даже не знаю, что бы со мной было, если бы на его место не пришел этот молоднячок.

Я понимаю, что они очень разные. Но это не важно.

Он по-прежнему с нами, пускай даже он теперь другой. Мы счастливы, что он у нас есть.

Я счастлив, что он у нас есть. Это словно вторая попытка.

Святое древо, я опять разнюнился. И каламбур этот неумышленный...

Ну да ладно, этот недоумок, считай, уже все мне рассказал. А знаете, как я понял? То есть не считая мокрых штанов?

Он начал мямлить. А если кто-то начинает мямлить, значит, сейчас заговорит.

– Короче, есть две вещи, в правдивости которых мы оба не сомневаемся, – сказал я, пнув его в спину. Потом запрыгнул ему на грудь и стал прохаживаться взад-вперед у него перед носом. – Я знаю, что ты врешь, и ты знаешь, что ты врешь.

Он промямлил что-то невразумительное. Тогда я схватил его за щеки и практически уткнулся ему в лицо.

– Что такое? Кажется, меня тянет кусаться.

И тут, посмотрев внимательнее, я заметил кое-что странное. Что-то было не так с его ухом. А потом до меня дошло – это был протез.

И я сразу же решил, что он должен быть моим.

– Я же говорю, что не знаю, где оружие, – трещал он, как сорока. – Я не уверен.

– Не уверен? – переспросил я, отпуская его щеки, но не забывая при этом оставить на них когтями пару отметин для большего эффекта. – Еще минуту назад ты говорил, что не знаешь вообще ничего, а теперь выясняется, что знаешь, но не уверен.

Я снова принялся вышагивать по его груди.

– Ну и где конкретно находится это твое «не уверен»?

Он снова начал мямлить, а меня это уже утомило. К тому же из коридора послышались голоса. Я отскочил от Миира Каала и подбежал к двери. Она была заперта, а окон в камере не было, так что я не мог видеть происходящее снаружи, но и меня никто не мог заметить.

Зато я прекрасно все слышал.

– Вы уверены?

Это сказал дежурный.

– Уверен, – ответил Дей. – У вас нарушены все нормы содержания. Придется заново проводить инструктаж. Прямо сейчас.

– Так точно, сэр!

Дей, конечно, молодец. Так построить этого мужика! А раз уж он все держал под контролем, я вернулся к своему мямле.

– Рассказывай все, что знаешь! – рявкнул я. – Во всех подробностях.

– Даже если вы получите это оружие, оно вам ничего, кроме вреда, не принесет, – заговорил он; уголок его рта подергивался.

– Давай я сам буду решать, – сказал я. И щелкнул зубами.

Миир Каал отшатнулся.

– Они меня убьют. Если узнают, что я рассказал тебе или еще кому-нибудь, они убьют меня!

– А что, по-твоему, сделаю я, если ты мне не расскажешь? – спросил я, оскаливаясь, чтобы освежить ему память. Это был верный ход. Похоже, у меня талант.

Каал судорожно сглотнул и посмотрел на меня так, словно взвешивал все за и против. В результате он, видимо, решил, что я представляю для него большую угрозу, так как сообщил следующее:

– Оружие находится на Афос Прайм.

– Афос Прайм? – переспросил я.–Какое- то ненастоящее название.

Я так сказал, потому что оно действительно звучит неестественно.

– Настоящее, клянусь, – возразил Каал. – Кого угодно спроси.

– Зачем я буду спрашивать кого угодно, если я уже спрашиваю тебя?

С этими словами я опять приблизился к его лицу. Он опять нервно сглотнул.

– Афос Прайм действительно существует. Я дам тебе координаты.

Я достал из сумки вот этот самый планшет. Включил его, открыл навигатор и передал его Мииру Каалу.

– Вводи, – приказал я.

Он взял планшет и принялся печатать. Потом вернул. Я посмотрел на экран.

– Они настоящие? – спросил я, на секунду забыв о роли сурового парня.

– Настоящие, – выдохнул он. – Клянусь. После того, что я тебе рассказал, моя жизнь и гроша не стоит.

– Скажу тебе по секрету, приятель, – ответил я. – Твоя жизнь и раньше не стоила ни гроша.

У него было такое лицо, словно он сейчас заплачет. Этого я не мог вынести. И засмеялся.

– Слушай, да я просто прикалываюсь. Ты находишься в тюрьме Корпуса Нова. Эти ребята мастера своего дела. Не переживай, никто до тебя не доберется.

– Ты же добрался, – возразил он.

– Ну да, – ответил я. – Но меня нельзя назвать «никто».

Я убрал планшет обратно в сумку и пошел к прорези в стене. Перед тем как уйти окончательно, я обернулся и посмотрел на Миира Каала.

– И вот еще что: на твоем месте я бы не стал никому рассказывать о моем визите. Потому что если ты это сделаешь, я вернусь, и мы оба понимаем, что я тогда с тобой сделаю. – Для большего драматизма я изобразил чавкающий звук.

Миир Каал ничего не ответил, только смотрел на меня, и в его взгляде я смог разглядеть страх.

Я услышал, как он бормочет, едва переводя Дух:

– Космическое бешенство...

– Совершенно верно, – согласился я. А затем, к огромному его удивлению, я снова подбежал к нему.

И вы ни за что не догадаетесь, что я сделал.

ГЛАВА 16

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.13.20

– Шорты его задрал?

Могу поклясться, что именно это я услышал от Романна Дея, но сквозь рев мотора я мог и не расслышать.

– Что? – прокричал я.

– Я спрашиваю, что ты у него забрал?

Фух. Вот теперь все встало на свои места. Я засмеялся.

– Я взял его ухо.

Настала очередь Дея посмотреть на меня с недоумением.

– Силовуха?

– Ухо, а не силовуха! – завопил я, стараясь перекричать мотор. – Себе уши прочисть!

Мы мчались к подножию холма, и настроение у нас было прекрасное. Мне удалось узнать у Миира Каала все, что нужно было Дею. Я выбрался из камеры через ту же дыру, и мы отправились к тому месту, где спрятали аэромобиль. К нашему удивлению, он до сих пор был там же. Редко удача мне настолько благоволит. А еще удивительнее оказалось то, что эта груда металлолома завелась с первого раза.

– И что ты собираешься делать с этим протезом? – недоверчиво спросил Дей.

Он был по-своему прав. Мне эта штука была ни к чему. Но хотелось ее ужасно. Знаете, кто смог бы меня понять? Грут. Можете считать это сдвигом по фазе. В смысле, сам я не считаю это сдвигом, но ведь найдутся те, кто именно так и подумает. И они буду неправы. Да, Грут бы все понял.

– Так что ты выпытал у Миира Каала? – спросил Дей.

И в эту же секунду у аэромобиля отвалился мотор. В прямом смысле. Он буквально выпал из днища, и мы слетели с курса прямиком к огромной металлической антенне, издававшей непрерывный гул. Нас расплющило об нее, как мух о ветровое стекло.

Я выбрался из машины, спина надрывалась от боли. Я осмотрелся, но нигде не видел Романна.

– Дей! – позвал я, хромая прочь от обломков. – Ты где? Только не говори, что ты умер!

Ну в самом деле. Было бы из-за чего помирать.

– Я здесь, – отозвался он. Его голос доносился со стороны металлического хребта, больше похожего на проржавевший обломок ксандарского корабля. Я залез в прореху. Дей сидел, потирал голову и вертел шеей в разные стороны.

– Как тебя сюда занесло? – спросил я.

– А сам как думаешь? – ответил он, и в его голосе я уловил ноту сарказма, что мне совсем не понравилось. Потому что от этого я почувствовал мучительную неловкость. Словно я не должен был его подкалывать.

Да что вообще происходит? Что это? Почему я вдруг начал проявлять заботу о ком-то другом?

Кошмар, скорее бы этот день закончился.

* * *

– Грут! – загремел из подполья голос Ракеты, вырвав Грута из состояния транса, в которое он погрузился, читая журнал.

– Я есть Грут, – отозвалось древовидное создание, моментально пряча планшет под аптечку.

– Ничего не знаю! – прокричал Ракета. – Спускайся сюда! Мне срочно нужны твои тонкие деревянные пальцы!

– Я есть Грут, – сказал он, лениво поднимаясь с места и еле волоча ноги по металлическому полу в сторону люка.

– Я слышу, как ты плетешься! – заорал Ракета. Затем послышался звук удара о металлическую поверхность, и Ракета завопил уже непритворно.

– Кролик! – воскликнул Тор, соскакивая с капитанского кресла. – С тобой все в порядке?

– Все прекрасно! – бушевал Ракета. – Здесь абсолютно негде развернуться, вокруг сплошные провода, каждые две секунды меня бьет током, и я только что ударился головой о потолок. Все просто зашибись!

К тому времени, как Ракета завершил свою тираду, Грут наконец добрался до люка. Опустившись на колени, он посмотрел вниз.

Внизу Ракета яростно вертел головой. Он лежал на спине, глядя на плотную паутину проводов, растянувшуюся у него перед носом. Сам он был практически опутан проводами.

– Не прошло и года! – завопил Ракета, и Грут сердито засопел.

– Я есть Гру-у-у... – начал было древо, однако в этот момент память подкинула ему фразу из Ракетиного журнала.

Он по-прежнему с нами, пускай даже он теперь другой.      Мы счастливы, что он у нас есть.

Я счастлив, что он у нас есть. Это словно вторая попытка.

Грут замолчал на полуслове, уже готовом вылететь у него изо рта.

Ракета ничего ему не ответил.

– Вот, подержи этот красный провод своими сучьями.

Он показал на провод с обрезанным концом, из которого виднелась оголенная полоска металла.

– Я есть Грут?

– Дерево не проводит электричество, – раздраженно ответил Ракета. –Когда ты уже повзрослеешь.

Эти слова неприятно кольнули Грута, но все же он выполнил просьбу. Спустившись к Ракете, он ухватился за красный провод. Тот неожиданно заискрил, но, как и сказал Ракета, с Трутом ничего не случилось.

Ракета отвернулся к нависавшему над ним лесу проводов и принялся кусачками обрывать синий провод.

– Давай сюда красный, – велел он.

Грут послушно передал.

Затем Ракета соединил синий провод с красным, и провода перестали искриться.

– Я есть Грут? – спросил древо.

– Да, кажется, все, – ответил Ракета.

Извиваясь, чтобы не задеть провода, Ракета пробрался к люку. Грут к тому времени уже вылез наружу и протянул руку капитану, чтобы помочь.

– Эй, а что это ты вдруг такой заботливый? Натворил чего-нибудь? – поинтересовался Ракета, искоса глядя на друга.

– Я есть Грут! – возразил тот. Может, даже слишком бурно.

– Да ладно тебе, – сказал Ракета. – Просто, когда ты вдруг становишься таким покладистым, я начинаю думать, что у тебя совесть нечиста и ты пытаешься загладить вину.

Грут запаниковал.

Неужели он знает о планшете? Как он про него узнал?

И тут Ракета засмеялся.

– Видел бы ты свое лицо! Прости, Грут, я просто шучу.

Ракета отвернулся и направился в кабину к Тору. Грут обиженно фыркнул и вернулся к себе в кресло. Его деревянные пальцы нащупали под аптечкой планшет и бесшумно вытянули его наружу.

– Я есть Грут, – пробормотал он, возвращаясь к чтению.

ГЛАВА 17

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.13.21

Мы шагали к подножию холма, удаляясь от пылающих обломков, некогда бывших аэромобилем.

– Как можно было всучить нам такую развалину! – возмущался я. – Таким вещам не место на дорогах. Мы чуть не погибли!

– Вообще-то никто нам его не давал, – уточнил Дей. – Ты украл его.

– Мы его украли, – поправил я. – Ты мой сообщник.

– Хорошо, мы его украли.

Мы шли по металлической дороге, подставляя лица нелепому лиловому дождю, и в какой-то момент я почувствовал умиротворение, словно в целом мире был полный порядок.

– Так о чем мы говорили, пока эта штука не сломалась?

Дей подумал и сказал:

– Я спрашивал у тебя, что сообщил Миир Каал насчет оружия.

Я все ему пересказал.

– Афос Прайм? – переспросил он монотонным и в то же время таинственным голосом.

– Афос Прайм, – повторила.

– Ты точно уверен, что это именно Афос Прайм?

– Так же точно, как и в том, что ты повторяешь этот вопрос уже в который раз, – ответил я. Могло показаться, что я пытаюсь умничать, но для Дея в самый раз.

– Этого быть не может, – с потерянным видом ответил Дей.

– В смысле?

– Афос Прайм... эта планета больше не существует.

– А вот Миир Каал был уверен, что существует и что именно там находится тайник с оружием.

– Ты в этом совершенно уверен? – не унимался Дей. – Думаешь, он не мог тебе соврать?

В ответ я лишь закатил глаза.

– Слушай, Дей, – сказал я, желая поставить уже точку в этом вопросе, – я всегда вижу, когда мне пытаются врать. В-с-е-г-д-а. И я точно знаю, что Каал сообщил мне чистую правду.

– Но как ты это понял?

– Я ему сказал, что работаю на Таноса.

– Что ты сказал?

– Ты все прекрасно слышал, – усмехнулся я.

– А он что? – спросил Дей с неподдельным интересом.

– Сказать он ничего не сказал, зато кое- что сделал.

Я рассказал ему историю с мокрыми штанами. Дей засмеялся.

– Врешь ты все.

– Не вру. Нам хотя бы за ним не убирать.

Мы еще немного над этим посмеялись, а затем Дей снова заговорил о таинственной планете:

– Считается, что Афос Прайм был уничтожен много лет назад.

– Видимо, не так уж он уничтожен, как ты думаешь.

Мы почти уже спустились с холма, преодолев огромное расстояние. Дождь никак не прекращался, и вдалеке можно было разглядеть городок с баром, где наверняка меня до сих пор ждет Дракс.

Я уже хотел попрощаться с Романном Деем, когда он повернулся ко мне и сказал:

– Я хочу попросить тебя еще об одной услуге.

Терпеть этого не могу.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.13.22

Мне надоело действовать в одиночку, и я решил, что будет лучше позвать остальных. Поэтому, вернувшись в бар, где все еще сидел Дракс, мы тут же связались с Квиллом, рядом с которым находились Гамора и Грут.

Я и Дей сидели за столиком и слушали бесконечную историю Дракса о его детстве. Ну, мне так показалось, что о детстве. Я его слушал вполуха, занятый размышлениями о том, не убраться ли прямо сейчас, пока мы окончательно не погрязли в этой истории.

К тому моменту, когда подошли остальные трое, Дракс успел завершить свой рассказ и теперь закатывался от смеха как сумасшедший, молотя ладонью по столу с такой силой, что тот треснул. Мы с Деем переглянулись, пытаясь вспомнить, где пропустили шутку.

– Так в чем дело? – поинтересовался Квилл, подсаживаясь к нам. – Мы уже час ждем, когда вы вернетесь на «Милано».

– Ага, и так волновались, что даже в розыск нас объявили, – усмехнулся я.

Квилл тут же завелся.

– Вообще-то я понимаю, что у вас могут быть свои дела.

Как всегда, к порядку всех призвала Гамора.

– Вы можете замолчать, придурки? Ро- манн Дей, Ракета сообщил, что мы тебе зачем-то понадобились.

– В самом деле, что могут Стражи Галактики сделать для Корпуса Нова? – добавил Квилл, откинувшись на спинку стула и закидывая руки за голову. По-моему, он радовался возможности ощутить превосходство над Деем. Особенно если учесть, что нам и так пришлось просить Корпус Нова о помощи, когда «Милано» пострадал от Ван’Лан. Мы с Квиллом редко говорим по душам, но в тот момент я его отлично понимал.

– Во-первых, я хочу сразу сказать, что мне крайне неприятно просить о помощи тебя, Звездный Проглот, – сказал Дей.

Звездный Проглот? Смешно. Я теперь тоже буду его так называть.

– Звездный Лорд вообще-то, – горячо ответил Квилл.

– Да, я в курсе. Так вот, я хотел попросить вас взломать Императорский архив Ксандара.

Гамора впилась взглядом в Дея, затем повернулась ко мне.

– Ракета, что здесь происходит?

– Не надо на меня так смотреть, я здесь ни при чем, – сказал я.

– Это правда, – вставил Дей. – Он мне помог достать, э-э-э... некую очень важную информацию. И теперь мне нужно уточнить кое-какие данные, которые хранятся в Императорском архиве.

– Так почему ты не сделаешь запрос? – недоумевала Гамора.

Дей ничего не ответил, зато у Квилла загорелись глаза.

– Может, потому что база данных засекречена? – предположил он, крайне довольный собой.

– Я бы не сказал, что она засекречена, – осторожно возразил Дей. – Скорее, к ней ограничен доступ.

– Да ладно, Квилл, чем мы рискуем? Просто вернемся на «Милано», взломаем базу данных, найдем то, что ему требуется, и свалим из этой дыры, – сказал я. Мне казалось, что это неплохое предложение.

– Подожди-ка, – заговорил он. – Мы ведь больше не преступники, так? А что будет, если нас поймают за этим делом? Мы ведь снова станем преступниками?

– Твоя логика просто ошеломляет, – отозвался я.

– Действительно, – согласился Дракс без толики сарказма. – Он очень логично рассуждает.

– А если я вам скажу, что на кону судьба всей Галактики? – сказал Дей.

– А когда было по-другому? – ответила Гамора. И слегка потянув Квилла за руку, добавила: – Да ладно тебе, Питер. Давай просто вернемся на корабль и быстро все сделаем.

– Что? – возмутился Квилл. – Мы же все еще...

– Никаких «все еще», – отрезала Га- мора. – Сейчас мы поможем Дею достать необходимую информацию, а потом сразу же улетим.

– Назови хоть одну причину, по которой я должен ему помогать, – не унимался Квилл.

– Причина в том, что, в отличие от всех остальных, Дей рисковал жизнью ради нас, – ответила Гамора.

– И вообще он нормальный мужик, – добавил я.

Ой, вы бы видели, как они на меня посмотрели.

– А что? – сказал я. – Не надо на меня так смотреть. Это правда!

ГЛАВА 18

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.13.45

Путь к ангару, где ремонтировали «Милано», был скучным и ничем не примечательным. В основном, конечно, скучным. Как обычно, мы всю дорогу спорили и подкалывали друг друга, но ведь мы в каком-то роде семья, правильно? А в семьях постоянно случаются всякие перепалки. Может, чуть реже, чем у нас.

И все-таки мы семья.

Ну да ладно.

Мы все спланировали до мелочей. Нужно было зарегистрироваться на ксандарском игровом сервере и воспользоваться этой лазейкой для получения доступа к Императорскому архиву. Наш бортовой компьютер не числился ни в одной базе, поэтому теоретически Корпус Нова не мог отследить перемещение данных к нам.

Теоретически.

Серьезно? Вот сейчас читаю все это и поверить не могу, что способен изъясняться такой пафосной абракадаброй.

К тому времени, как мы вернулись на «Милане», ремонтные работы были почти окончены. Конечно, теперь корабль был весь в заплатах и надо бы его покрасить. Но в целом выглядел он очень даже ничего.

– Ракета, вы с Деем идите внутрь и начинайте поиски, – сказала Гамора. – А мы тут пока все осмотрим и поможем завершить ремонт.

Оставив Дракса, Гам ору, Квилла и Грута снаружи, мы с Деем прошли в «Милано» и устроились в кабине. Я включил компьютер, и мы стали ждать, когда система загрузится.

– Пару минут подождем, – пояснил я Дею. – Компьютер совсем дряхлый.

– Прям как ты.

Нет, он мне определенно нравится.

Компьютер загудел, защелкал и наконец выдал подключение к сети. Я сразу же отправился на поиск ксандарских игровых серверов, как и советовал Дей. Зарегистрировавшись, я перешел к взлому.

Нам оставалось дождаться, когда база данных Императорского архива откроется у нас на экране, и тут мне в спину что-то уперлось.

Что-то металлическое.

А следом я услышал фразу, которую никто не хотел бы услышать:

– Прощайся с жизнью.

ГЛАВА 19

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.13.51

– Да ты что, издеваешься?

Не ожидал я от Дея такой потери самообладания. А он очень расстроился.

И, на мой взгляд, не стоило его в этом сильно винить. В конце оконцев, это я был виноват в том, что Миир Каал теперь находился у нас на корабле – без накладного уха, зато с направленным на нас автоматом.

– Нет, не издеваюсь, – ответил Миир Каал. – Я настроен крайне серьезно. А вы можете и дальше смотреть на экран, пока я буду выворачивать ваши внутренности.

– Подожди-ка, – вскинулся Дей, буравя меня взглядом. – Я хочу кое-что прояснить. Ты хочешь сказать, что выбравшись тогда из камеры, ты не заварил дыру в стене?

– Ага, – ответил я.

– То есть, у тебя хватило ума забрать у него ухо, а закрыть после себя лазейку ты не догадался?

– Ага, – повторил я.

Дей посмотрел на Миира Каала.

– Это стопроцентная правда?

– Абсолютная, – подтвердил Миир Каал, наводя дуло автомата Романну Дею между глаз. – Ты слишком много знаешь, Романн Дей. Я уничтожу и тебя, и это бешеное существо. И тогда моя тайна снова будет принадлежать только мне. Попрощайтесь.

Он щелкнул предохранителем. Кажется, нам и правда конец.

– Подожди! – воскликнул я.

– Что еще? – довольно зло ответил Миир Каал. Хотя нет, не зло. Скорее, с раздражением. Оно и понятно. Мне часто говорят, что я действую окружающим на нервы.

– Откуда нам было знать, что ты не врешь? – обратился я к нему. – Может, ты ни слова правды не сказал. Ты ведь кри, так? Разве ты не обучен противостоять любым методам допроса?

Похоже, он растерялся. Какое-то время он так и стоял, словно обдумывая сказанное мной.

– Да, конечно, я кри, я...

Тут он резко замолчал. Наверно, в эту секунду он понял, что я пытаюсь его обдурить. Что, если бы он действительно мне соврал, ему незачем было бы разыскивать нас и пытаться убить. Единственная причина, по которой он мог оказаться на «Милано», – то, что он выложил всю правду.

Видимо, это разозлило его еще больше.

Судя по тому, с какой ненавистью он ткнул Дею в лицо дулом.

– Ну все, – прорычал он. – Хватить трепаться. Настало время смерти!

Я пожал плечами и посмотрел немного дальше.

– Ну ладно, если тебе так хочется. Но, по- моему, ты сильно ошибаешься.

– Ой, надо же, правда что ли? – осклабился Миир Каал. – А я тебе знаешь, что скажу, шерстяной ты урод? Всем плевать, что ты думаешь!

– Я есть Грут!

Вот я прям обрадовался, когда его увидел. В смысле с большим Грутом все было по-другому. Тот был здоровый бугай, который просто появлялся в нужный момент и спасал мою задницу.

А здесь был маленький Грут, который собирался сделать то же самое.

Он запрыгнул на Миира Каала и замолотил кулаками.

Я так им гордился! Он лупил врага так же яростно, как это сделал бы я, если бы не сидел, прикованный к креслу под дулом автомата!

И тут ворвались остальные Стражи. Грут все еще висел на Миире Каале, не давая ему сдвинуться с места, пока Дракс не пнул Каала в живот так, что тот осел на пол бесформенной одноухой кучей.

– Это кто такой? – спросил Дракс.

– Это же тот странный тип, которого мы видели на улице, – вспомнила его Гамора.

– Это Миир Каал, – пояснил Дей. – Тот самый, который до сих пор сидел бы в тюрьме Нова, если бы не один умник по имени Ракета.

И он окинул меня исполненным порицания взглядом.

С ума сойти. Вот уж правда, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным.

– Не надо так сурово, – сказал я ему.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.13.62

Вот жалко, что я их тогда не сфотографировал. Дракс сидел на Миире Каале верхом, удерживая его, пока мы заканчивали свою работу. В прямом смысле верхом. Это было незабываемо.

Я продолжил взламывать Императорский архив. Мы залезли в базу данных, поковырялись там и вскоре нашли тот самый засекреченный документ по Афос Прайм. Мы переслали его Романну Дею и тут же вышли, пока кто-нибудь из архива нас не засек.

Ну вот и все.

– Кажется, теперь я в долгу у Стражей Галактики, – заметил Дей, спускаясь по трапу На ремонтный док. Перед собой он вел крепко связанного Миира Каала, остальные шли позади.

– Ага, получается, что так, – согласился я.

Гамора сурово на меня посмотрела.

– Ракета, – окликнула она с угрозой в голосе.

Терпеть не могу, когда она так делает. Никто не может так испортить мне настроение, как она. Потом ходишь и гадаешь, что же такого ужасного ты натворил, что даже дочь Таноса на тебя разозлилась.

Ну и ладно.

– Но ведь он прав, – произнес Дей. – Я действительно перед вами в долгу. Благодаря вашей помощи мы сможем спасти тысячи жизней.

– Я тебя провожу, – сказал я Дею, отмахнувшись от остальных. Мы пошли прочь от «Милано», в сторону массивных ангарных ворот, ведущих на улицы города.

– Это было незабываемо. – Я не преувеличивал.

– И не говори, – ответил Дей. – Если бы в нашу первую встречу мне сказали, что мы когда-нибудь так сработаемся, я бы ни за что не поверил.

– Я тоже, – поддержал я его. И опять же, я нисколько не преувеличивал.

– Желаю вам обоим долгой и мучительной смерти! – это Миир Каал послал нам свое проклятие, тщетно пытаясь освободиться от оков.

Я усмехнулся.

– Что ж, хорошо.

– Увидимся на просторах Галактики, Ракета, – сказал Дей, похлопав меня по плечу.

Я коротко ему махнул, развернулся и зашагал обратно к «Милано».

* * *

– Я просил тебя не трогать панель управления? Просил?

– Просил.

Грут оторвался от планшета. Со своего наблюдательного пункта он увидел Ракету, сидевшего в капитанском кресле на другом конце корабля. Рядом стоял Тор, протестующе подняв руки.

– Тогда ЗАЧЕМ. ТЫ. ОПЯТЬ. ИХ. ТРОГАЛ?! – завопил Ракета.

– Потому что ты меня сам об этом попросил, – ответил Тор на удивление спокойно.

– Да ладно? И когда же я тебе такое говорил?

– Я есть Грут, – сказало древовидное создание.

– Не лезь, – рявкнул через плечо Ракета. – С тобой вообще никто не разговаривает!

– Но ведь древо говорит правду, – возразил Тор. – Ты попросил меня посидеть за пультом управления, пока сам находился внизу и занимался устранением неисправности.

– Ах вот оно что! – воскликнул Ракета, одним рывком вскочив на сиденье. Но даже так он не мог посмотреть асгардцу прямо в глаза, но, по крайней мере, был не так далеко внизу. – ПОСИДЕТЬ за пультом! А не ТРОГАТЬ пульт! Чувствуешь разницу? Улавливаешь?

– Прошу прощения, капитан, – ровным тоном произнес Тор. – Я полностью признаю свою вину.

– ДА ЧТО ТЫ?! – завопил было Ракета, но уже в следующую секунду осознал, что извинения Тора были совершенно искренними и лишний раз напомнили ему, что он фактически главный на корабле. Вместе с осознанием этого практически тут же пришло успокоение.

– Ну ладно, только не трогай больше пульт, вот и все, – пробормотал Ракета гораздо мягче.

– Будет сделано, – отрапортовал Тор.

– Я есть Грут.

Тор вздохнул и улыбнулся Груту.

– Вот и я о том же.

ГЛАВА 20

Пока Ракета возился с приборами пилотирования, Тор прошел в хвостовой отсек корабля, наклонившись и закрыв голову правой рукой во избежание удара о потолок.

– Я есть Грут, – сказал древо, наблюдая за ним со своего места.

– В Асгарде все очень высокие, – ответил Тор. – Мы привыкли везде наклоняться. А ты весь полет был очень тихим. Готовишься?

Грут пожал плечами.

– Я есть Грут.

– Понимаю, – согласился Тор. – Иногда лучшее, что можно сделать, это перестать все время думать о неизбежном.

– Я есть Грут, – прозвучало в ответ.

– Это да, – сказал Тор. – На мой взгляд, то задание, которое нам предстоит, практически невыполнимо.

Ракета был занят управлением, Тор и Грут погрузились в свои мысли, и на корабле ненадолго воцарилась тишина.

– Эй, Тор! – позвал Ракета, отворачиваясь от панели управления к Тору и Груту. – А расскажи еще о тех гномах.

– Гномы Нидавеллира? Они изготавливают оружие для Асгарда. А мы за это обеспечиваем их охраной.

– То есть рэкетом занимаетесь? – уточнил Ракета.

– А что такое рэкет? – спросил Тор.

– Вот как раз то, что ты сейчас описал.

– Ты так говоришь, словно это что-то плохое, – заключил Тор.

– Это не я так говорю, – возразил Ракета. – Это ты так говоришь.

– Ой, смотри, астероид! – воскликнул Тор, указывая на лобовое окно.

Ракета мигом развернул кресло.

– Что? Где? – напряженно переспросил он. Однако быстро сообразил, что никакого астероида не было, а Тор просто уклонился от разговора.

– Ха, ха, – громко заявил он. – Очень смешно.

– Я рад за тебя, – ответил Тор, усаживаясь обратно.

Грут еще немного понаблюдал за тем, как Тор сидит, уставившись в бескрайнее космическое море за окном, а Ракета сосредоточенно следит за полетом. До цели оставалось совсем немного.

Убедившись, что оба его спутника заняты своим делом, Грут снова достал планшет.

ГЛАВА 21

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.313

То место, где я сейчас нахожусь, никак нельзя назвать райским уголком. Если честно, райский уголок сейчас настолько далеко от меня, что ни в какой телескоп не разглядишь.

А все из-за этой поганой «миссии спасения».

Тьфу. От одной этой фразы уши вянут. «Миссия спасения». Звучит как что-то такое, за что никто мне не станет платить.

«А так оно и есть».

Вот что я услышал от Гаморы, когда рассказал ей все, что думаю насчет «миссии спасения».

– Ну ладно, я понял, в чем суть такой задачи, – произнес я тогда, пытаясь донести свою точку зрения. – Кому-то нужна наша помощь. Круто. Но чего я никак не пойму, так это почему бы им не заплатить нам за услуги?

– Потому что мы герои, – высказался Квилл. – Мы – Стражи Галактики. Мы должны стражи...йствовать.

– Я есть Грут.

Хах! А Грут прав.

– Такого слова действительно нет, – согласился я.

– Теперь есть, – ответил Квилл, испепелив меня взглядом, и опять переключился на управление кораблем. Я издал горловой звук, показывая свое отвращение. Квилл банально прикидывался бескорыстным спасателем, чтобы понравиться Гаморе. Подхалим.

– Ракета.

Это уже Гамора. Всегда такая рассудительная. А меня иногда прям бесит рассудительность. Зато Гамора мне нравится. Вот и рассказывайте мне о противоречиях.

– Мы должны им помочь. Мы – единственный корабль в данном секторе, способный вовремя к ним добраться. Если им не помочь, люди погибнут.

Ну вот опять она давит на жалость.

– Ненавижу, когда ты так говоришь, – проворчал я.

– Как она говорит? – спросил Дракс.

– Как будто без нашей помощи все умрут!

– Но ведь это действительно так! – закричала Гамора.

– Я в курсе! – завопил я в ответ. – Просто мне это не нравится!

Какое-то время я молча кипел изнутри, глядя в кабины из своего кресла. Я знал, что Гамора права. И что надо бы помочь тем ребятам. Но ведь привычка – вторая натура, нет разве?

– Ну ладно, уговорила, пусть будет по- твоему, – проговорил я наконец, как всегда исполненный дружелюбия и готовый пойти на компромисс. – Мы опять полетим туда и всех спасем.

– Спасибо, – сказала Гамора, как мне показалось, не совсем искренне.

– Пожалуйста, – ответил я, уж точно неискренне. – Только у меня есть одна просьба.

Маленькая такая, скромная и незначительная просьба.

– Валяй, – сказал Квилл, переключая рычаги на боковой панели.

– Когда мы все сделаем и все будут целы и счастливы, то если вдруг нам предложат оплатить наши услуги, может, мы хоть тогда возьмем эти чертовы деньги?

– Я есть Грут.

– Вот именно. – Я показал в сторону малыша. – Грут все понимает!

– Ну хорошо, – согласилась Гамора. – Если они сами предложат, тогда можешь взять.

Со стороны могло показаться, будто она сдалась, но я-то знал Гамору. Она понимала, что меня так просто не заткнуть, вот и сказала то, что я хотел услышать.

Такая хорошая.

– Раз мы все обсудили, может, скажете, в какую дурацкую историю мы вляпались на этот раз?

Я так говорил, потому что был на сто процентов уверен: история окажется дурацкой, иначе бы мы в нее не вляпались.

– Знаешь, – услышал я Квилла, который в это время смотрел на экран, – там все... не очень.

– Не очень, – повторил я. – И что это, по-твоему, значит?

– Это же очевидно, – пустился в объяснения Дракс. – «Не очень» значит, что...

– Я в курсе, что значит «не очень», – перебил я его. – Я спрашиваю насчет миссии, мне нужна кон-кре-ти-ка, понимаешь?

Квилл засмеялся.

– Ах, вот как? Не, тебе не понравится.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.334

Вот гадость, Квилл оказался полностью прав. Придумать что-нибудь хуже той спасательной операции было просто невозможно.

Как выяснилось, сигнал бедствия исходил от геологического судна «неизвестного происхождения». Это значило, что они изначально не сообщили о том, кто они и откуда. Поэтому нам оставалось только гадать, насколько они окажутся дружелюбными или агрессивными. Кри, ксандарцами, скруллами или придурками с Придурковатой Планеты.

А дальше было еще лучше.

Что, я сказал «лучше»? Я имел в виду хуже.

Корабль геологов дрейфовал посреди астероидного поля. Видимо, один из астероидов повредил основной двигатель корабля и рулевое управление. А без этого у них не было никаких шансов. По радиосвязи они подтвердили, что у корабля активировано силовое поле. Но с каждым ударом его прочность уменьшалась. Долго оно не продержится, защита исчезнет -– и прости-прощай, корабль.

А это значило, что у нас на счету каждая минута. Мы должны были немедленно мчаться к астероидному полю и вытаскивать оттуда корабль, пока еще не поздно.

– Я один тут думаю, что эта миссия – полная чушь? Кто за, поднимаем руки.

Я поднял свою.

Грут посмотрел на меня и тоже поднял руку.

Славный ребенок.

– Что вы тут устроили? – набросился на нас Квилл. – Немедленно опустите руки. Это гадко!

– Что в этом гадкого? – возразил я. – Все должно быть по-честному.

– Вот эта твоя честность и есть гадкая!

– Как дети малые, – сказала Гамора, глядя на нас.

ГЛАВА 22

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.37

Как же я соскучился по «Милано»! Если бы я только смог тогда его отремонтировать. После крушения на Берхарде корабль оказался в очень плохой форме. Вернее, вообще форму потерял. Типа, здесь кусок, там кусок – а что это у нас вон на том дереве? Да это же наша кабина!

Я возился с ним, как одержимый, вкладывая в ремонт душу и сердце, кровь и пот. Но закончить его я так и не успел, поскольку объявились Опустошители вместе с Йонду и напали на меня, Грута и Небулу.

Хотя, Небула пострадала не так сильно, потому что очень скоро перешла на их сторону. Коварная девчонка. Люблю таких.

Опустошители взяли нас в плен, фактически выполнив заказ Суверенов, у которых я в некотором смысле украл анулаксные батареи. Это совсем другая история, но я люблю о ней вспоминать. Как бы то ни было, Опустошители хотели захватить Стражей, особенно Квилла, чтобы сдать Суверенам за огромное вознаграждение.

Им удалось схватить меня и Грута. Они привели нас на свой корабль, «Эклектор», так что с «Милано» пришлось распрощаться. В дальнейшем мы сбежали, участвовали в битве с Эго, спасли Квилла, спасли Вселенную, бла-бла-бла.

«Милано» я с тех пор не видел.

И теперь у нас новый корабль, тоже довольно быстрый, но хотелось бы еще быстрее. Он попросту не сможет выдержать ту скорость, которую мы привыкли выжимать из двигателя. Не то что «Милано» – тот корабль был создан для скорости. Его можно было разгонять на полную мощь и даже чуть больше, он прекрасно все выдерживал. А это что? Не успеешь даже подумать о повышении предельного давления, как весь корабль уже трясется. Детский сад какой-то.

Он был плох настолько, что его вибрацию можно почувствовать, не вставая с кресла.

Хотите еще доказательство его негодности? Гамора наклонилась ко мне и спросила:

– Это что, так и должно быть?

Имея в виду корабль, конечно.

А я ей говорю:

– Нет. Но с этим ничего не поделаешь.

По-моему, это был очень сдержанный ответ.

Я сверился с расчетным временем прибытия к месту происшествия. А мы, оказывается, не так уж долго летим, если учесть, что это ведро с гайками готово рассыпаться в любую секунду. По моим подсчетам, минут через двадцать мы должны были увидеть корабль геологов. Астероидное поле пока еще не было видно, однако оно отражалось у нас в навигаторе, и мы уже пытались проложить через него маршрут к пострадавшему кораблю.

Ну как – пытались... Я посмотрел на экран, увидел множество маленьких астероидов и понял, что лучше будет действовать по наитию. Естественно, я никому этого не сказал. По крайней мере, не сейчас.

– Когда мы туда доберемся, надо будет все делать очень быстро, – произнес Квилл. – Медлить нельзя ни секунды.

– Ты сейчас к кому-то конкретно обращаешься? – тут же отреагировал я. Не знаю, мне показалось, что он на меня наезжает.

– Он обращается ко всем нам, – ответила за него Гамора.

– И особенно к Ракете, – добавил Квилл.

Ну вот, и я о том же.

– Послушай, Квилл, если хочешь мне что-то сказать, то просто скажи.

У меня вообще не было настроения с ним спорить.

– А я и говорю, что мы не можем ставить миссию под угрозу. Времени у нас в обрез, надо будет успеть за несколько минут забрать оттуда всех пострадавших, пока астероиды их не добили.

– Да? – ответил я, прикидывая, насколько уместно в данном случае прикусить язык. Кажется, я тогда его действительно прикусил – не помогло. – А мне показалось, что ты конкретно меня имеешь в виду.

– Он не про тебя говорил, – вмешалась Гамора.

– Про него, – сказал Квилл.

– Ненавижу вас всех! – заорал я, отворачиваясь к пульту управления.

– А меня ты за что ненавидишь? – спросил Дракс. – Я ничего плохого не сделал. Это несправедливо.

– Ну ладно, тебя я не ненавижу.

– Я есть Грут.

– И тебя тоже.

– Чудесно, – подвел итог Квилл. – Остались только мы с Гаморой.

– Я не ненавижу Гамору!

– Значит, только меня?

– Только тебя!

Квилл посмотрел на меня, насупив брови; он всегда так делает, когда считает остальных неправыми.

– Тогда скажи мне это в лицо! А то своим поведением ты всем настроение портишь.

– Может, вы перестанете препираться, как два идиота, и поможете составить план спасательной операции?

Лицо Гаморы стало очень серьезным. Я часто ее видел в таком состоянии, только это было в тех случаях, когда она держала в руках меч, готовая снести кому-нибудь голову.

Естественно, я заткнулся.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.389

– Подлетаем к астероидному полю, – сообщил Квилл.

Тогда мы впервые своими глазами и увидели это поле. Это было чудовищно. Ничего подобного в своей жизни не видел. И дело даже не в том, что астероиды были очень уж большие, или что-то такое. Ужас был в том, что их было очень много. И при этом они двигались. В смысле, когда мы раньше пересекали такие поля, астероиды спокойно парили в космическом пространстве, никому не мешая. Конечно, если учесть, с какой скоростью мы обычно гоняем, опасность столкновения была и раньше. Но поскольку их собственная скорость относительно низкая, то и мы относительно легко от них уворачивались.

А с этим астероидным полем все было гораздо хуже. Камни перемещались по нему настолько быстро и плотность их была настолько высокой, что издалека можно было принять их за сплошную стену. Мне даже стало интересно, что вообще можно придумать в такой ситуации.

– Не нравится мне это, – сказала наконец Гамора. Я был рад, что первой заговорила именно она, поскольку если бы это сделал Квилл, я бы его треснул.

– Я есть Грут.

– Полностью с тобой согласен, – кивнул я. – Надо быть настоящим асом, чтобы прорваться сквозь этот кошмар.

– Хорошо, что у вас есть я, – заявил Квилл.

– Нет! – отрезала Гамора, бросаясь к нему и хватая его руки прежде, чем он успел дотронуться до пульта. – Я не готова пройти заново то же, что в прошлый раз.

Упоминая о «прошлом разе», Гамора имела в виду тот случай, когда мы вместе с украденными у Суверенов анулаксными батареями пытались оторваться от преследования флотилии Суверенов. Помнится, мы с Квиллом тогда поспорили, кто из нас лучший пилот, поэтому не стану отрицать, что отчасти я тоже виноват в крушении нашего корабля при попытке пересечь...

...астероидное поле.

Уф-ф. Терпеть не могу, когда прав кто-то, кроме меня.

– Пускай Ракета нас проведет, – велела Гамора тоном, не терпящим возражений. – Ракета, ты справишься?

Я посмотрел на экран, затем на реальную картину за окном.

– Смогу ли я провести нас через астероидное поле и добраться до пострадавшего корабля прежде, чем все на нем погибнут?

(Тут я сделал паузу для большего драматического эффекта. Получилось крайне драматично и крайне эффектно.)

– Конечно!

Оставалось только это осуществить.

ГЛАВА 23

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.391

Вы когда-нибудь пытались вести корабль через астероидное поле, одновременно выслушивая ото всех, кто есть на борту, что вы все делаете неправильно и на самом деле было бы лучше?

Мне вот довелось.

– Что тебе непонятно в слове «налево»?

– Туда! Вон туда! Вперед смотри!

– Я есть Грут!

– Как ты мог не заметить астероид?

– Я есть Грут!

– Направо! Направо, а не налево!

Все это я выслушивал целую минуту, пока мое терпение не лопнуло.

– А ну заткнитесь все! – заорал я во всю глотку. – Этой посудиной управляю я, и если вам что-то не нравится, держите это при себе! А теперь, если вы мне позволите, я займусь астероидным полем!

Это был мой самый ужасный полет. Астероиды перемещались так быстро и попадались так часто, что я не всегда был уверен, сможет ли наш корабль протиснуться между ними.

И все же пока мне везло. Конечно, пару раз астероиды задели наш корабль... и еще пару раз... и еще... но в целом полет проходил удачно.

– Кто-нибудь может вырубить эту чертову сигнализацию?!

Сигнал с датчиков должен был предупреждать нас о приближении стороннего объекта. Но поскольку мы находились в астероидном поле, сторонние объекты были повсюду. Сигнализация выла без умолку, травмируя мой тонкий слух.

Не хочу сильно хвастаться, но пока я отлично справлялся. От несущихся на нас булыжников мы уворачивались, как мне казалось, с легкостью. С относительной, конечно.

А излишне самоуверенный пилот всегда представляет собой опасность. Нет, ко мне это не относится. Я трезво смотрю на вещи. Просто к слову пришлось.

А к слову пришлось, видимо, потому, что именно в этот момент небольшой астероид обрубил нам правое крыло и корабль завертелся на месте.

БАБАХ! (Это астероид врезался в нас.)

ВЖ-ЖУХ! (Это мы завертелись вокруг своей оси.)

Неожиданно мы начали вращаться и вращаться на бешеной скорости. Я почувствовал, как желудок подкатывает к горлу, падает вниз, опять стремится вверх, и так по кругу. Уверен, что и остальных в тот момент выворачивало. Я всем телом навалился на штурвал, пытаясь остановить корабль, но безуспешно. Законы физики не поддавались контролю.

Прекратить вращаться мы не могли, зато я сумел выровнять полет корабля. Таким образом, хоть мы и летели через поле кувырком, столкновений с астероидами удавалось избежать. Не самое лучшее решение, но больше мне ничего в голову не пришло.

– Надо выровнять курс, или мы погибнем! – завопила Гамора.

– Да, знаю! – ответил я. Было бы странно, если бы я не понимал всю серьезность ситуации.

Квилл запустил краткую диагностику, пытаясь понять, почему мы не можем перестать крутиться. Результаты пришли очень быстро и оказались неутешительными.

– Астероид сшиб двигатели с правого крыла! – прокричал Квилл. – Мы теперь не сможем включить обратную тягу!

Паршиво, но это действительно так. Чтобы остановить вращение, нам требовалась тяга обоих крыльев. Если запустить микродвигатель только на левом крыле, это нас лишь ускорит.

Пока я сражался с приборами управления, стараясь не угробить всю команду, за моей спиной раздался голос:

– Я есть Грут.

– Чего? – переспросил я, чувствуя, как глаза лезут на лоб. – Нет! Ни в коем случае! Сядь на место и сиди!

– Нет, Грут, ты туда не пойдешь! – закричала Гамора.

– Верно, – сказал Дракс. – Потому что пойду я.

– ЧТО?!

(Мы все сказали это одновременно. Такое на бумаге не передашь, это было реально смешно.)

ГЛАВА 24

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.392

Я не мог в это поверить. То есть в этом не было чего-то невероятного, но мне не верилось, если вы понимаете, о чем я. Дракс всегда выходил в открытый космос во время опасных полетов – чинил поломки или стрелял в кого- нибудь. Этот случай был для него идеальным – предоставлял возможность как отремонтировать корабль, так и пострелять.

Вот теперь мне все понятно.

– Никуда ты не пойдешь! – завопил я.

– Я единственный могу починить корабль, – возразил Дракс. Одной рукой он уже вынимал из хранилища голографический скафандр, а другой сжимал ружье.

– А я говорю, ты туда не пойдешь, потому что я уже понял, как устранить проблему!

– Серьезно? – усомнился Квилл.

– Ты мне, кажется, не веришь, – сказал я с угрозой. – Мне это совсем не нравится.

– Оставь его в покое, – вмешалась Га- мора. – Что ты придумал?

– Я заглушу двигатель и на полную мощность включу обратную тягу, – ответил я.

Смешно. Как только я произнес, казавшаяся мне такой прекрасной идея тут же потеряла свою силу.

– Ничего нам это не даст, – тут же сказал Квилл.

– Откуда ты знаешь? – засомневалась Га- мора.

– Вот именно, откуда? – подхватил я.

– Я есть Грут.

– Ну, этот всегда готов тебе поддакивать, – проворчал Квилл.

– Ребята, просто поверьте мне на слово. Для того чтобы остановить вращение, нам надо прекратить движение вперед. Это должно сработать.

Я и сам на это надеялся.

– А как быть с астероидами? – спросил Дракс.

– Садись за пульт и начинай стрелять, – ответил я.

Дракс был просто счастлив от такого поворота событий. Отложив ружье и скафандр в сторону, он уселся за пульт и стал отстреливаться.

– Держитесь крепче! – заорал я. И полностью выключил основной двигатель. Еще какое-то время корабль по инерции продолжал вращение. Ну, хотя бы хуже не стало. А потом я на полную мощность включил обратную тягу. Не будь мы пристегнуты, нас бы вышвырнуло из кресел.

Вращение стало замедляться – почти незаметно, и все же кораблю не понравилось то, что я с ним делаю. Он застонал, загудел, а из отсека прямого полета посыпались искры. Это уж точно было не к добру.

– Кажется, он долго не протянет! – кричал Квилл сквозь рев двигателя.

– Не думаю, что у нас есть выбор! – отвечала Гамора.

Точнее и не скажешь.

Тем временем корабль по-прежнему вращался, но уже не так быстро. Скорость продолжала падать с каждым оборотом. А потом раздался громкий треск, и мы тревожно начали озираться по сторонам, потому что услышать подобное во время космического полета не хочется никому.

– Смотрите, – бесстрастно сообщил Дракс, – там кусок нашего крыла.

Ну вот, теперь мы частично лишились и правого крыла. Не велика потеря, учитывая, что двигатели уже давно заглохли. Я и без них мог управлять кораблем.

Вращение продолжало замедляться, и, наконец, я полностью выключил обратную тягу. Затем завел основной двигатель и всем телом навалился на штурвал. Дракс палил по астероиду, который летел прямо в кабину.

Он был уже очень близко.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.41

– Совсем не обязательно подпускать их так близко, – пробормотал Квилл, солнышко наше ясное. Наверно, расстроился, что не он организовал такое блестящее спасение.

А я что? Я до сих пор не мог поверить, что все закончилось! Дракс в самый последний момент успел одним точным выстрелом расколоть булыжник пополам. Я восстановил управление полетом, и мы промчались ровно между половинками астероида, не получив ни царапины.

– Да что ты понимаешь! – возмущался я. – Разве можно их не подпускать! А как же драматизм? А величие?

– Ты хоть представляешь, во сколько нам обойдется ремонт корабля? – не унимался Квилл.

– Если честно, с трудом, – огрызнулся я. – Я не бухгалтер.

Мы избавились от явной опасности, но вокруг нас по-прежнему кружила опасность не столь явная. Поле астероидов было настоящим кошмаром, а наш корабль находился не в лучшей форме.

–      Где находится корабль геологов? – обратился я к Гаморе, внимательно рассматривавшей датчики.

–      Если верить локатору, мы уже почти на месте. Сейчас в любой момент его увидим.

И вдруг она нахмурилась и склонилась над датчиками.

– Это... этого просто быть не может.

– Эй, чего там не может быть? – забеспокоился Квилл.

Я тоже не мог сдержать беспокойства. Если Гамора сказала, что чего-то там не может быть, лучше ей поверить. Она такими вещами не шутит.

– Корабль геологов... от него идет мощная волна радиации, – пояснила Гамора. – Я никогда раньше не видела такого.

– Раньше это никак не проявлялось? – спросил Дракс.

Гамора покачала головой.

– До сих пор ничего не было. Вот опять, видите... Она словно пульсирует. То пропадает, то опять появляется.

– Может, это материал, который они добыли? – предположил я. – Какая-нибудь руда?

– Может, и так, – сказала Гамора. – В любом случае, обязательно активируйте у скафандров радиационную защиту.

– Само собой, – кивнул я. – Меньше всего нам хочется получить лучевую болезнь вместо оплаты.

ГЛАВА 25

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.49

– Так и не отвечают? – спросил Квилл.

С момента, как мы впервые зафиксировали радиацию на пострадавшем судне, Гамора безуспешно пыталась выйти с геологами на связь.

– Ничего, – ответила она. – Может, у них передатчик сгорел.

– А может, астероидами разбило, – предположил я. Такое тоже могло случиться. По крайней мере, звучало правдоподобно. И все же мне это не нравилось. Что-то во всей этой ситуации было неправильным.

– Вот он, – указал Квилл, и мы дружно посмотрели вперед. Прямо по курсу, в окружении плотной стены астероидов, вырисовывался силуэт горнодобывающего судна. Оно оказалось не слишком крупным, метров пятнадцать-двадцать в длину. На корабле было темно – огни нигде не горели.

– Жуть какая, – сказал я.

– Я согласен с Ракетой, – добавил Дракс, вглядываясь вперед. – Это жуть, которая лично у меня вызывает крайне неприятные ощущения. Немного позже я смогу описать свои чувства подробнее.

– Не надо, мне и так достаточно, – ответил я.

– Серьезно, Дракс, нам всем достаточно, – вмешался Квилл. – Мы все тут напуганы до чертиков.

– Я есть Грут.

– Понимаю, мне тоже хочется все бросить и бежать без оглядки, – ответил я Груту. Он не ошибался. Для такой тростинки он уже очень многому научился. Да и вообще он умница. В меня, наверно.

– Мы не можем просто бросить их здесь, – сказала Гамора. – Полетим вдоль корпуса. Мы наденем скафандры и пройдем внутрь, поищем выживших. А потом сразу уберемся отсюда.

Я взглянул на Гамору.

– Кто я такой, чтобы спорить? – спросил я и подогнал корабль поближе.

Корабль выглядел заброшенным. Подобравшись к нему вплотную, мы смогли заглянуть в оконные проемы в стенах корпуса, но ни в одном из них не было признаков жизни. Если допустить, что команда еще жива, – значит ли это, что они где-нибудь спрятались?

И тут меня озарило.

– Радиационная волна, – сказал я, видимо, слишком громко, чтобы все повернулись ко мне. – Из-за чего бы она ни возникла, команда, скорее всего, где-то прячется. Может, у них есть защитный бункер?

– Ну тогда понятно, почему никого не видно, – согласилась Гамора.

– Ага, – добавил Квилл. – Может, и так, а может, они уже мертвы.

– Давай надеяться на лучшее, – произнес я. Обычно роль пессимиста в команде принадлежит мне, а не Квиллу. У меня даже лучше получается. И что же? Вот он я, готовлюсь пройти на жуткого вида корабль без признаков команды и с высоким уровнем радиации, чтобы осмотреть его в поисках выживших.

Что со мной не так?

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.53

– Давай сюда, хватайся за поручень!

Я чуть не промахнулся. Если бы Квилл не указал мне направление, я бы ушел совсем не туда. Я потянулся и коснулся ладонью металлической перекладины. Подтянувшись, ухватился за следующую.

– С тобой все нормально? – спросил Квилл.

– Нормально, нормально, – отозвался я. Наверно, стоило сказать спасибо, но у меня с такими вещами напряг. Да он и сам прекрасно все понимает.

Я оглянулся и на другом конце корпуса увидел Дракса в голографическом скафандре. Передо мной по металлическим перекладинам на внешней обшивке в сторону кабины пилота карабкался Квилл.

– Ты что-нибудь видишь внутри? Хоть какие-то признаки жизни? – спросил я в передатчик. Ответ на свой вопрос я предвидел еще до того, как успел его озвучить.

Квилл покачал головой.

– Ничего. Внутри все пусто. Даже лампочки на компьютере не горят. Гамора, что с радиацией?

Гамора и Грут остались на нашем корабле. Если с нами что-нибудь случится, они смогут вытащить нас. Или бежать, оставив наши трупы.

– Показатели все те же, – громко и четко сказала она в приемник. – По-прежнему появляется наплывами.

– Ладно, – ответил я, желая поскорее со всем этим покончить. – Давай уже откроем люк и посмотрим, что там на самом деле. Я не хочу здесь торчать весь день.

– Это невозможно, – заспорил Дракс. – Мы уже потратили большую часть дня на то, чтобы сюда добраться.

– Надо разгерметизировать кабину, тогда люк откроется, – предложил Квилл.

Я добрался по металлическим перекладинам до люка. Возле него обнаружилась кнопочная панель, на которой нужно было набрать верный код и выпустить из кабины воздух, чтобы сравнять давление внутри и снаружи. После этого люк должен был открыться, и мы смогли бы пробраться внутрь.

Была лишь одна небольшая загвоздка.

– Слышишь, Квилл, – сказал я, – а кабина уже разгерметизирована.

Что за чертовщина здесь творится?

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.55

Тьма кромешная. Вот и все, что мы увидели на борту. Единственным источником света были наши скафандры. А компьютеры, все системы управления – ничего не работало.

Мы с Драксом и Квиллом оказались внутри. Я подошел к приборной панели на внутренней стороне люка, чтобы снова загерметизировать кабину. Так, по крайней мере, выжившие не помрут от удушья, когда мы приведем их сюда – если, конечно, они тут есть.

– Здесь совсем ничего нет, – сказал Дракс, и, судя по голосу, у него это в голове не укладывалось.

– Поищи складские помещения, – посоветовал Квилл. – Это горнодобывающий корабль, здесь они должны быть.

Мы направились в хвостовой отсек и увидели тоннель с лестницей. Лестница вела вниз.

– Кто первый? – спросил я. – Предлагаю пропустить вперед Квилла, он ведь капитан этой миссии.

– Ах, значит, теперь л капитан миссии?

– Хватит трепаться.

Это сказала Гамора.

– Я пойду, – вызвался Дракс, – а вы дальше решайте, кто из вас капитан, трусы.

Он оттеснил меня от люка, с трудом втиснул свои широкие плечи в тоннель и начал спускаться.

– Я не трус, – шепотом сказал мне Квилл.

– Я этого и не говорил, – ответил я.

– Квилл, Ракета.

Дракс.

– Спускайтесь сюда. Быстрее.

ГЛАВА 26

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.57

Я первым нырнул в тоннель и начал спускаться. Квилл тут же последовал за мной. Едва ступив на палубу и увидев Дракса, я понял, что все очень плохо.

Он лежал на металлическом полу лицом вниз, а на голове у него была огромная ступня. Ступня переходила в ногу, если это можно назвать ногой. Я бы не назвал.

Существо, пригвоздившее Дракса к полу, на первый взгляд принадлежало к двуногим – ну там, две руки, две ноги, голова и все такое. Только на этом сходство заканчивалось. Существо было все какое-то рыхлое, бесформенное... как если взять кусок теста и растянуть его в приблизительном подобии человека.

– Да что вы, черт побери, такое? – произнес я ровно в тот момент, когда Квилл сошел с лестницы.

Чем бы оно ни было, существо смотрело прямо на меня. Его глаза излучали потустороннее красное сияние, и к тому же они пульсировали – загорались и гасли, загорались и гасли... А потом я увидел за его спиной такое, что мне пришлось приглядеться дважды.

В нижней части стены была небольшая дыра, которую мы почему-то не заметили во время первого обхода. Это выглядело так, словно что-то пробило обшивку корабля. Астероид? Еще что-нибудь?

Прямо напротив дыры, вплавившись в металлический пол, мерцал небольшой красный камень. Он трепетал почти как живой, загорался и гас, загорался и гас...

– Послушай, мы ничего плохого тебе не сделаем, – сказал Квилл, подняв руки в классическом жесте мирных и безоружных.

– Говори за себя, – возразил я. – Лично я бы ему хоть немного плохого все-таки сделал. Может, ты все-таки уберешь ногу с головы нашего друга, или мне разнести тебя на куски?

Наступившее на голову Дракса существо издало неестественный шипящий звук, похожий на свист выпущенного пара. А потом оно принялось адски стонать, словно мучилось от боли.

– Ракета, – с неподдельной болью в голосе прохрипел Дракс, – эта его нога... она прожигает мне скафандр.

– Что? Да как такое вообще возможно?

В ответ существо еще громче застонало и еще сильнее надавило на голову Дракса. Я даже представить себе не могу, каким образом подобное создание сумело повалить Дракса. В смысле, это же Дракс. Лучший воин Галактики (только ему об этом не говорите).

– Просто убери ногу с головы нашего друга, и мы сразу же уйдем, – сказал Квилл, пытаясь звучать убедительно и с треском провалив эту попытку. – Мы пришли за выжившими. Мы никому не желаем зла.

Существо снова застонало, и одновременно мы услышали, как за ним что-то двинулось

– Что это было? – насторожился я. Не стану отрицать, мои нервы были на пределе.

А потом мы ясно услышали звук шаркающих ног и протяжный стон, идущие из хвостового отсека. Я направил туда подсветку своего скафандра и увидел их. Трех таких же тварей, бесформенных, жалких, которые со стонами брели в нашу сторону.

У меня сдали нервы. Я больше не собирался церемониться. Выхватив из-за спины автомат, приготовился стрелять.

– Подожди, Ракета, – произнес Дракс перекошенным ртом. – Не стреляй.

– Я не ослышался? Мне показалось, ты сказал «Ракета, не стреляй», что в принципе не возможно.

– Они не желают нам зла, – настаивал Дракс, с трудом переводя дыхание.

– Да ладно? А как же вон та нога, которая скоро прожжет дыру у тебя в голове? По- моему, это самое настоящее зло.

– Нет, Ракета, он прав, – сказал Квилл, опуская своей рукой мое оружие.

В обычной ситуации я бы слетел с катушек от такой наглости. Но прежде, чем я успел отреагировать, Дракс опять заговорил:

– Я думаю, это и есть выжившие.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFYN.62

Вот уж не повезло ребятам.

Я не знал, что нам дальше делать.

Дракс не знал.

Квилл не знал.

Наверно, и Гамора с Грутом ничего бы не придумали.

Видимо, когда геологи застряли на астероидном поле с убитым двигателем, они успели отправить сигнал бедствия. И если бы все шло по плану, мы бы просто сюда прилетели, забрали команду, и все.

Только вот все пошло совсем не по плану.

Как я понял, тот маленький метеорит, или что оно там, пробил дыру в корпусе. Команда не успела даже понять, что произошло, а метеорит уже заполнил корабль радиоактивным излучением. За то время, что мы сюда добирались, радиация искорежила их тела, они изменились, мутировали... превратившись в то, что мы сейчас видим.

– Надо забрать их отсюда, – сказал я. Сам не знаю, зачем и как вообще мне такое в голову пришло, но слово не воробей.

– Знаешь, Ракета, по-моему это не слишком разумно, – занервничал Квилл.

– Да мне плевать, пусть даже во всей Галактике ничего глупее нет! – закричал я. – Мы не можем оставить здесь этих неудачников. Им и так не повезло!

– Ракета, – обратился ко мне Дракс, и голос его показался мне каким-то очень уж ласковым, отчего я растерялся.

– Ты что, Дракс, тоже со мной не согласен?

Существо, стоявшее на голове у Дракса, внезапно содрогнулось и осело на пол бесформенной кучей. То же самое по очереди произошло с остальными.

Все четыре существа лежали кучами на металлическом полу и мерцали – загорались и гасли, загорались и гасли... И уже не только глазами, а всем телом.

– Ракета, думаю, они умирают, – печально сказал Дракс. – Мы им уже ничем не поможем.

– Питер, – раздался в приемнике голос Гаморы. – Срочно уходите с корабля. Уровень радиации зашкаливает!

Я еще раз посмотрел на пол, где жалкими, пульсирующими кучами лежали несчастные существа, и подумал, что Гамора права. Мы уже ничего не могли для них сделать. И мне от этого было плохо. Я хотел им помочь. Но если мы останемся, то тоже пострадаем.

Это было ужасно трудное решение, ни один капитан не захочет встать перед подобным выбором. Слова комом стояли у меня в горле. Но ничего не поделаешь, такова судьба капитана – принимать тяжелые решения.

– Покинуть корабль, – приказал я.

ГЛАВА 27

ЗАПИСЬ ЗХ-AFVN.653

Все, что случилось дальше, я помню очень размыто. Существа так и лежали на полу, излучая красное сияние и пульсируя в такт с метеоритом. Я не знал, как это объяснить, но для себя решил, что это ужасно.

Мы с Квиллом и Драксом забрались наверх и направились к люку. Разгерметизировали кабину, открыли люк и вышли наружу.

Расстояние от пострадавшего корабля до нашего мы преодолели где-то за минуту. Открыли люк и залезли внутрь. Едва ступив на борт, я услышал вопль Гаморы:

– Все на месте?!

– Мы все здесь! – завопил я в сторону кабины экипажа.

Гамора не стала терять времени. Едва услышав, что все мы на борту в целости и сохранности, она дала по газам.

Уже в следующую секунду я кувырком полетел в противоположный конец отсека, сверху на меня полетел Дракс, а на него – Квилл. В обычной ситуации я обязательно сказал бы им какую-нибудь гадость. Но тут, впервые за долгое время, я даже придумать ничего не мог. С Квиллом, наверно, творилось то же самое, потому что он тоже молчал.

Двигатель жалобно выл, и я почти физически ощущал, что корабль вот-вот развалится на части. На этот раз я всерьез сомневался в его крепости.

Мы поднялись наверх и заняли свои места в кабине. Гамора ловко уворачивалась от астероидов, виляя из стороны в сторону и в то же время не спуская глаз с датчика радиации.

– Излучение скоро достигнет критической массы, – сообщила она. – Нам всего за десять секунд нужно уйти от источника хотя бы на пятнадцать делений, иначе все!

– У нас слишком низкая скорость, – сказал Квилл. И это было действительно так. При всех своих достоинствах, этот корабль далеко не «Милано». «Милано» спокойно уложился бы в нужное время. А в этом корабле я был совсем не уверен.

Гамора уже подключила все дополнительные возможности судна. Я посмотрел на монитор.

Еще одиннадцать делений.

Восемь секунд.

Мы не успеем.

Мы станем такими же красными кучами, как те невезучие геологи.

– Держитесь! – завопила Гамора и сделала то, о чем я только думал, но так и не решился осуществить. Она врубила левый двигатель, развернула нас задом наперед, затем полностью заглушила двигатель и включила обратную тягу.

Обратные двигатели были самым скоростным механизмом на корабле, что и неудивительно, ведь им положено останавливать корабль предельно быстро. А что, если завести их в обратном направлении?

Корабль рванул вперед.

– Три секунды! – заорал я.

Два деления.

Давай... еще... чуть-чуть.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.655

Все вокруг застелила белая пелена. Я больше ничего не видел. Я был уверен, что уже умер.

А потом белизна стала тускнеть, пока не сменилась полной темнотой. Я видел очертания предметов, но не соображал, где нахожусь и что это за предметы.

Память стала возвращаться ко мне примерно через минуту. Я вспомнил покинутый корабль, красный метеорит и ужасное несчастье, постигшее команду геологов. Вспомнил, как мы удирали оттуда, как Гамора включила обратную тягу, и наконец, вспомнил сам взрыв.

Все правильно, взрыв. Излучение достигло критической отметки, и красный метеорит взорвался. Мы успели выскочить из зоны прямого поражения, но ударная волна отбросила корабль в соседний сектор.

Я моргал, а может, мне всего лишь казалось, что я моргал. Но спустя некоторое время все вокруг начало принимать четкую форму. Я находился в кабине, тут же были и остальные Стражи.

Все были в порядке.

По крайней мере, на вид.

Никто не превратился в мутанта с мерцающими красными глазами.

Панель управления раскалилась настолько, что от нее шел дым. К ней даже прикоснуться было нельзя.

– Все, кто не живой, отзовитесь, – позвал я.

Гамора засмеялась.

– Я есть Грут.

Теперь уже я засмеялся.

– Я просил отозваться тех, кто не живой.

– Я есть Грут.

– Видишь? Все понимает, -– сказал я. Развернулся в кресле и посмотрел на Гамору, которая выглядела немного потрепанной, но не смертельно.

– А ты это... неплохо летаешь.

– Будем считать, что это комплимент, – ответила Гамора.

– Он дуется, потому что знает: ты летаешь лучше него, – безжалостно прокомментировал Дракс со своего места.

– Вот не надо врать, – огрызнулся я.

– А с чем ты не согласен? – влез Квилл. – С тем, что ты дуешься, или с тем, что Гамора управляет кораблем лучше тебя?

Я уже хотел достойно ему ответить, но тут вспомнил о команде с погибшего корабля и о нашей беспомощности. А еще о красных глазах.

И, развернувшись в кресле, молча уставился в окно.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVN.657

– Я есть Грут?

В кабине уже довольно долго царило молчание, поэтому я даже немного удивился тому, что Грут заговорил. Остальные занимались ремонтом всего, что было убито в этой несостоявшейся спасательной операции.

– Да, ребенок, чего ты хочешь?

Он испытующе на меня посмотрел.

– Я есть Грут.

– Ну-у-у... да. Знаешь, не надо никому об этом рассказывать, но вообще-то мне и правда грустно.

– Я есть Грут?

– Потому что все это действительно ужасно. Умереть вот так... это неправильно, так не должно быть, – сказал я.

– Я есть... Грут.

– Ну да, только это все равно случится. Рано или поздно.

– Я есть Грут?

– Конечно, и я тоже.

– Я... Я...

Он так и не договорил, только взял меня за руку своей веточкой и посмотрел своими большими глазами.

А я не знал, что еще тут можно сказать.

ГЛАВА 28

– Что это такое? – спросил Тор, разглядывая предмет у себя на ладони.

– А ты сам как думаешь? – ответил Ракета. – Проспорил мне один придурок на Контраксии.

Тор оценивающе взвесил предмет в руке.

– Он дал тебе свой глаз? – уточнил бог, пытаясь хотя бы примерно понять, зачем его маленький спутник годами хранил искусственный глаз.

– Нет, он дал мне кучу обещаний, – сказал Ракета. – А я пролез ночью к нему в комнату и стащил его глаз.

Грут в этот момент догадался, что глаз, прихваченный Ракетой у Скурта, и глаз, который держал в руке Тор, – это два разных глаза. Но ему все еще было непонятно, для чего вообще Ракета собирал все эти искусственные глаза и прочие органы?

Он никак не мог догадаться, для чего можно их использовать. Если нет никакой пользы, то это какой-то пугающий сдвиг. Серьезно, пугающий. Но по большому счету, ему это было неважно. Прочитав записи Ракеты, Грут словно открыл его с другой стороны. Где-то там, под слоем меха и сарказма, пряталось такое горячее и доброе сердце, о каком ни один Грут не мог и мечтать. И сейчас, у него на глазах, это сердце решило себя проявить.

– Спасибо, кролик, – сказал Тор. И тут же, сняв с лица повязку, засунул искусственный глаз себе в глазницу. Она издала влажный чавкающий звук, завораживающе подействовавший на Грута. Он не мог оторваться от этого зрелища.

– Фи-и-и, ты бы его помыл для начала, – сказал Ракета. – Я ведь пронес его с Контраксии у себя в...

Сигнал, поступивший на пульт управления, оборвал Ракету на полуслове.

– Эй, мы на месте! – сообщил капитан.

Грут подался вперед, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь за пределами кабины. Со всех сторон их окружала темнота. Чем бы ни было это «на месте», их там явно не ждали.

Грут перевел взгляд на Тора, который стучал себя по голове с правой стороны. Искусственный глаз немного повернулся, словно привыкал к новому месту.

– Кажется, эта штука не работает, – сказал Тор, пытаясь сфокусировать взгляд. – Сплошная темнота вокруг.

Грут еще раз посмотрел в окно кабины. Они должны были подлетать к Нидавеллиру. Они должны были заняться изготовлением оружия, способного уничтожить Таноса раз и навсегда. Но вместо Нидавеллира за окном было нечто огромное, черное и безжизненное.

– Дело не в глазе, – ответил Ракета. И в его голосе Груту послышались мрачные нотки.

ЭПИЛОГ: ВАКАНДА

Ракета сражался так яростно, как не сражался за всю свою жизнь.

И не только он. То же самое можно было сказать о любом из них.

Он стоял плечом к плечу с героями из другого мира, которых он никогда раньше не встречал. Все вместе они выкладывались по полной, до последней капли, отчаянно пытаясь остановить Таноса.

Они не должны были позволить титану забрать у Вижна последний, шестой Камень Бесконечности.

И они с треском провалились.

Одним щелчком пальцев Танос отправил в небытие половину всех живых существ во Вселенной.

Ракета своими глазами видел, как сражавшиеся в одно мгновение начинают рассыпаться, обращаясь в пыль, рассеиваясь по воздуху.

– Я есть Грут.

Ракета обернулся и увидел, что его друг и соратник привалился к поваленному дереву. Он почувствовал ком в горле.

– Нет, – сказал он, подходя ближе. Ракета следил за тем, как тело Грута медленно превращается в пыль.

– Нет, – снова повторил он. И еще быстрее:

– Нет, нет, нет! Грут!

Ракета приблизился к своему другу, понимая, что ничего не может для него сделать, да и в целом не представляя, что вообще можно было бы сделать.

И ему было ясно, что ничего уже не будет, как прежде.

Литературно-художественное издание

Для широкого круга читателей

Серия «ВСЕЛЕННАЯ MARVEL»

Стив Белинг

ПУТЬ ГЕРОЕВ:

АНГЕЛЬСКИЙ ПИРАТ, ГОВОРЯЩЕЕ ДРЕВО И КАПИТАН КРОЛИК

Content

Белинг Стив Мстители. Финал. Путь героев