Р. Белчер

Люди в Черном. Интернэшнл

R. S. Belcher

Men in Black International: The Official Movie Novellization

Men in Black International TM & © 2019 Columbia Pictures Industries, Inc.

© ООО «Издательство АСТ», 2019

* * *

Спасибо моим детям, величайшим чудесам вселенной.

Стефани Джой, спасибо за моего Гуфи и за то, что делаешь меня счастливым.

Джонатан, спасибо, что всегда остаешься сильным и преданным, но особенно благодарю за доброе сердце.

Спасибо Эмили, моему личному агенту Эм, за то, что никогда не сдаешься.

Я люблю вас всех до Луны и обратно.

Глава 1

Париж, 6 июня 2015 года

Волшебная полная луна была не одинока в небе над Городом огней. В Париже стояло жаркое лето, и в безоблачном небе сверкала молния. Электрическая буря появилась из ниоткуда, сгущаясь над культовым сооружением города – Эйфелевой башней.

По улицам Парижа с ревом летела черная машина. Правда, она была больше похожа на космический корабль из научно-фантастического фильма, чем на типичный автомобиль. Извергая пламя из установленных сзади массивных ракетных двигателей, машина резко свернула на проспект Гюстава Эйфеля, развернулась на 180 градусов и остановилась перед дорожным ограждением у территории башни. С тихим гулом двигатели сложились и исчезли в кузове машины.

Из теперь уже обычного автомобиля вышли двое мужчин. Младший был симпатичным, со светлыми глазами и чисто выбритой кожей, а старший скрывал в себе силу и власть. Он одним видом давал понять, что знает свое дело и может быть опасен. В глазах его, однако, виднелись тоска и усталость. Такой взгляд обычно бывает у тех, кто прожил много лет и видел немало. Оба мужчины носили черные костюмы и галстуки.

– Боже, как же я ненавижу Париж, – заявил старший, закрыв за собой дверь автомобиля.

– Не переживай, – ответил младший, глядя на нависшие над верхушкой Эйфелевой башни облака, – похоже, долго мы здесь не задержимся.

* * *

Двое молодых влюбленных на нижней смотровой площадке башни не обращали внимания на облака и молнии в ночном небе – они видели лишь друг друга. Стоя на фоне сверкающих, словно драгоценности, огней города, молодой человек глубоко вздохнул и опустился перед девушкой на одно колено.

Увидев в глазах мольбу, а в руке – кольцо, девушка ахнула от удивления, прикрыв рукой рот.

– Лиза, ты выйд…

Молодой человек остановился, взглянув через плечо своей будущей невесты.

– Кто вы, черт возьми?

На смотровой площадке появились двое мужчин. Оба были в черных костюмах и галстуках, а в руках держали металлические кейсы.

– Мы из службы безопасности башни, – представился младший мужчина.

– Вам нельзя здесь находиться, – добавил второй.

Старший мужчина кивнул в сторону Лизы и все еще стоящего у ее ног Ларса. Затем его взгляд переместился в сторону лифтов.

Ларс посмотрел на свою девушку. Ее почти трясло от эмоций и нарастающего разочарования, ведь это идеальный момент, величайшее событие их жизни, а эти два копа все испортили. Внезапно небо озарила молния, и молодая пара подпрыгнула от близости ударившего разряда.

– Она согласилась? – поинтересовался старший мужчина у Ларса.

– Я еще не спросил! – огрызнулся тот.

– Он еще не спросил! – закричала Лиза в унисон со своим парнем.

– Жаль, – огорчился молодой человек в черном, указывая на угол смотровой площадки, – потому что вот эта большая светящаяся вывеска…

Все обратили внимание на дверь с неистово мигающей красной табличкой, где на разных языках высвечивалась надпись: «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА».

– …означает, что во втором портале появилась дыра.

Взяв Лизу за руку, Ларс поднялся на ноги.

Молодой охранник взглянул на часы и продолжил:

– Это значит, что через несколько минут самые мерзкие существа во вселенной, имя которым Рой, сожрут всех нас с потрохами. Это поистине отвратительно – видеть, как они лезут из всех щелей, которые только могут найти…

Молодой человек в черном сдержанно, но искренне улыбнулся, будто соболезнуя их общей судьбе. А Ларс и Лиза побледнели от такого равнодушного объявления их надвигающейся гибели.

– Эйч, это уже лишнее, – предупредил старший, резко покачав головой и неодобрительно взглянув на напарника. – Или, – продолжил он обнадеживающим тоном, – здоровая парижская крыса перегрызла один из кабелей. Мы все же надеемся на последнее.

– Я не понимаю, – промолвила Лиза.

Она обратила внимание, что молодой мужчина (его спутник называл его Эйч?) носил солнечные очки. Ночью это выглядело весьма нелепо, но девушке все равно стало страшно. Старший тоже надел очки, будто нет ничего противоестественного в том, чтобы пользоваться ими в темноте. Теперь Лиза заметила, что молодой парень держал в руке маленькую серебристую трубочку.

– Конечно, вы не понимаете, – согласился «Эйч», кивнув на серебряную палочку. – Все станет ясно, как только вы посмотрите… вот сюда.

Даже не задумываясь о своих действиях, Ларс и Лиза последовали указаниям. Из кончика устройства раздался пронзительный свист, сопровождаемый вспышкой света, и молодая пара моментально впала в ступор.

– Башня закрыта на ремонт, – сообщил молодой мужчина, а затем остановился, обращаясь к Ларсу: – Сделаете предложение по пути вниз.

Пара удивленно огляделась по сторонам. Младший мужчина отвел Ларса и Лизу к лифтам, и как только двое зашли в кабину, протянул руку и нажал кнопку «вниз», оставив влюбленных в полном недоумении. Двери закрылись, и лифт уехал.

Напарник агента Эйч посмотрел на часы.

– Приступим?

Не успел тот ответить, как вдруг со звездного неба прямо в антенну на вершине башни обрушился мощный разряд красного света, сорвал с петель дверь и отправил прямиком в агента. Удар оказался такой силы, что тот отлетел назад, врезался в металлическую решетку лифтовых дверей и провалился в зияющую шахту.

Чтобы затормозить падение, Эйч махал руками и пытался за что-нибудь ухватиться. Он задевал пальцами края металлических профилей, но полет оказался слишком быстрым. Эйч врезался в крышу спускающегося лифта и чудом не скатился вниз. Свесившись с края и глядя за стекло, он понял, что стал свидетелем еще одной трогательной сцены: Ларс снова встал на колено перед Лизой с кольцом в руке.

– Лиза, ты выйдешь…

Эйч постучал в стекло, и двое влюбленных в недоумении уставились на симпатичного, хорошо одетого незнакомца, цепляющегося за край их кабины.

– Кто вы, черт возьми? – закричал Ларс.

В ответ Эйч поднял маленькое серебряное устройство, и оно в очередной раз вспыхнуло ярким светом, приведя в ступор молодую пару.

– Спроси ее снова, – крикнул Эйч, – внизу!

Не успели влюбленные опомниться, как агент уже перепрыгнул с края лифта на профили между шахтами. Не теряя ни секунды, Эйч оттолкнулся, уцепился за перекладину на дне поднимающегося лифта и поехал вверх, наблюдая за опускающейся к первому уровню кабиной Ларса и Лизы.

На нижней смотровой площадке напарник агента Эйч, Хай Ти, вновь проверил время. Пока он смотрел вниз в открытую шахту, пытаясь разглядеть хоть что-то, раздался очередной удар молнии. Динь! – а вот и лифт. Двери открылись, и появился Эйч. Отряхивая свой безупречный костюм, он направился к напарнику, будто опаздывал на обед, а не к концу света.

– Вот ты где.

Голос Хай Ти был столь же беспечным, как и вид его друга. Словно синхронизированный механизм, мужчины прошагали вперед, подняли металлические кейсы и прошли через поврежденный дверной проем.

Поднявшись по грязной винтовой лестнице, они оказались в просторном, но пыльном зале, затянутом паутиной. Место напоминало помесь железнодорожной платформы и электростанции, чья архитектура вызвала ностальгию по фантастическому будущему, которое пока еще даже не наступило. Такое чувство, что станцию спроектировал сам Г. Д. Уэллс[1]. На полу и металлических мостках лежала ржавая стальная решетка, а вдоль депо тянулись обнаженные трубы всех размеров, изгибаясь и исчезая в полах и потолках. Некоторые из них были голыми и безынтересными, в то время как другие украшал декоративный рельеф в викторианском стиле. Мужчины прошли мимо деревянного киоска с железной решеткой на окне. Кабинка напоминала билетную кассу, где по бокам до сих пор слабо держались обрывки уже несуществующего расписания и объявлений.

Вдоль стен располагались деревянные скамейки. Агенты продолжали идти мимо покрытых паутиной многочисленных тележек, среди которых стояла одна большая продовольственная, похожая на скелет гигантской тачки. Из-за железных лестниц, ведущих на верхние мостки, выглядывала дальняя стена, где до сих пор висели нерабочие шкалы и индикаторы. Их темные, грязные циферблаты потрескались и разбились, а стрелки вышли из строя.

Эйч и Хай Ти вышли на платформу, откуда были видны три большие арки размером с тоннель метрополитена. Каждая из арок освещалась синим светом, имела римскую нумерацию от I до III и закрывалась плотной металлической дверью с круглым замком в центре. Замок, как и арки, тоже сиял голубым.

Над тремя дверьми на пьедестале стояла консоль из полированной латуни. Она состояла из трех круглых панелей управления, переполненных устаревшими датчиками и рычагами.

Эйч посмотрел на потолок в изящное круглое окно из стекла и стали. Искрящийся ледяной свет полной луны заливал стены. Доступ к порталам открывался лишь в том случае, когда полная луна закрывала весь просвет окна. Агенты одновременно поставили свои металлические кейсы, опустились на колени и открыли замки. Внутри лежали блестящие серебристые части деатомайзеров серии 7: большие «пушки», созданные с единственной целью – уничтожить инопланетную расу Роя.

Двое мужчин принялись оперативно собирать оружие. Сначала они работали молча, но, похоже, агенту Эйч молчание было не по душе. Через некоторое время он остановился и стал наблюдать, как Хай Ти вставил ствол в центральный корпус оружия и, повернув с металлическим щелчком, зафиксировал его на месте. Эйч хмыкнул и посмотрел на часы: 11:06.

– Итак, каков наш план? – спросил он, взяв оружие.

Закрепив последнюю деталь деатомайзера, Хай Ти ответил:

– Мы уже бывали в подобной ситуации.

– Мы никогда не сталкивались с Роем.

Эйч прекрасно знал репутацию Роя и понимал, что их, скорее всего, ожидает смерть.

– Это они никогда не сталкивались с нами.

Хай Ти достаточно хорошо знал своего партнера, чтобы заметить его тревогу, пусть тот и хорошо ее скрывал.

– Не забывай: вселенная помогает оказаться в нужное время в нужном месте, – напомнил Хай Ти.

– Иногда вселенная ошибается, – возразил Эйч.

Лунный свет просочился через центральное отверстие и начал медленно опускаться на нарисованный на полу круг. Стоило лучам коснуться похожих на розу ветров инопланетных иероглифов и лунных пиктограмм, символы мгновенно засветились. Раздался громкий скрип, будто в арочных дверях повернулись шестерни массивного замка. Скрежет становился все громче и громче.

– Не дрейфь, – успокаивал Хай Ти, поднимаясь на ноги с футуристической винтовкой в руках. – Я хочу, чтобы однажды ты занял мое место. Чтобы взял на себя руководство над ЛвЧ.

Агент Эйч тоже встал.

– Попахивает несчетным количеством бумаг.

– Ничего, переживешь.

Два агента, два друга, снова кивнули в унисон. Они надели очки и дернули активационные камеры деатомайзеров, словно это были дробовики. Оружие ожило, и как только помещение наполнилось лунным светом, Хай Ти и Эйч направили свои «пушки» на второй портал.

Громкий гудящий звук усилился, и тяжелая дверь со скрипом открылась, подняв облако давно осевшей пыли. Из дыры разлилось ослепительное свечение, заполнив собой заброшенное депо. Когда из света прорвались темные шевелящиеся щупальца и начали колотить все вокруг себя, агенты открыли огонь. Их «пушки» взревели, словно выплеснув гнев разъяренного бога молнии, отрывая щупальца пришельцев с той же скоростью, с какой те лезли через отверстие. Агенты слышали вой раненых существ Роя, пока из пасти портала появлялось все больше конечностей. Оружие пускало смертельный огонь, снова и снова поражая захватчиков, но пришельцев оказалось слишком много. Агенты стояли плечом к плечу, не отступая ни на дюйм, держа оборону против монстров, намеревающихся уничтожить Землю и всех людей.

Вновь через портал прорвались щупальца. Они обхватили нижнюю части ноги Хай Ти, повалили его и потащили агента к порталу. Деатомайзер Хай Ти упал на пол. Спрятав «пушку», Эйч тут же бросился на землю, схватил руку напарника и изо всех сил стал тащить его назад. Только Рой оказался сильнее. Щупальца волокли обоих агентов по полу в сторону портала, где по ту сторону света ждало нечто, жаждущее их поглотить.

Взмахнув второй рукой, Эйч умудрился ухватиться за край балки, удерживая себя и Ти всего в нескольких футах от пасти портала и извивающейся конечности пришельца. Найдя точку опоры, он все сильнее сопротивлялся неослабевающему притяжению.

– Отпусти меня! – взревел Хай Ти, перекрикивая вой ветра из открытого портала и пронзительный визг пришельцев. – Это приказ!

– Ни за что! – крикнул в ответ Эйч.

Непонятно как, но он сумел поднять свой деатомайзер и включить на полную мощность. Сердитые красные сигнальные огни на оружии незамедлительно напомнили о неразумности идеи. Существо снова потянуло их к себе, и тогда Эйч выстрелил в самое сердце портала.

Блестящий белый свет окутал пришельца и агентов и пролился наружу, осветив вершину Эйфелевой башни и парижское небо. На какое-то мгновение показалось, что целая вселенная потерялась в ослепительном свете рожденной Землей звезды.

Глава 2

Бруклин, Нью-Йорк, двадцать лет назад

Розовые, синие, зеленые и желтые пятиконечные пластиковые звезды приглушенно светились на небе из гипсокартона. На фоне поддельного неба медленно кружили силуэты солнечных систем и космонавтов, привязанных к шаттлам из папье-маше.

Закутавшись в одеяло, десятилетняя Молли Райт уснула в постели, читая «Краткую историю времени»[2] Стивена Хокинга. Маме не нравилось, когда она ложилась спать позже установленного времени, поэтому ей приходилось пользоваться фонариком отца. Пока Молли не заснула, она пыталась понять аргументы профессора Хокинга о теориях Эйнштейна и черных дырах. Когда любимая учительница математики, миссис Эдвардс, подарила Молли эту книгу, она сказала:

– У тебя очень хорошая память, Молли. Именно поэтому ты выиграла все конкурсы орфографии и получила другие награды. Но чтобы понять математику и науку, недостаточно только запоминать формулы. Во вселенной есть тайны и безграничные возможности, многие из которых даже самые умные люди, такие как профессор Хокинг, не поняли до сих пор. Обращай внимание на детали. Детали имеют большое значение.

Девочка резко открыла глаза, когда через окно просочился яркий свет и послышался странный звук, похожий на гул пролетающего самолета. Проснувшись наконец, Молли поняла, что это была машина. Она услышала, как хлопнули двери, а спустя мгновение в дверь постучали. Молли села в кровати, пытаясь расслышать каждое слово.

– Вы… быстро, – обратилась мама к тому, кто появился на пороге входной двери.

– Да, – озадаченно согласился папа, – я даже не успел вас вызвать.

– Да, сэр, – ответил строгий незнакомый голос. – Вы говорите, видели что-то?

Молли поднялась с кровати и забралась на подоконник к открытому окну. Внизу родители вели беседу с двумя мужчинами в черных костюмах, но в свете ярких фар черного «Форда ЛТД» девочка не сумела разглядеть их лица.

– Я расскажу, – ответила мама. В ее голосе послышалось нечто большее, чем легкая тревога. – Оно выглядело… как кошка, но это точно не кошка, а…

– Скорее напоминало большую лягушку, – перебил папа, – с волосами. Я никогда не видел ничего подобного.

– Существо, которое вы видели, – начал незнакомец суровым голосом, – это незаконно прибывший тарантианец с Андромеды II. Очень редкий и опасный вид.

– Тарантианец, – тихо повторила Молли непонятное слово. Слово звучало как тайна, теперь она это знала.

– Сейчас оно милое, – продолжил человек в черном костюме, в то время как его напарник молча оглядывал дворик, – но когда эти существа достигают половой зрелости, они превращаются в настоящих монстров.

Внезапно в комнате раздался странный звук, напоминающий раздраженный вздох в сочетании с кошачьим урчанием. Молли медленно повернула голову влево и отскочила от окна. Маленькое существо тоже отпрянуло, словно в шоке от того, что здесь была какая-то девочка.

На подоконнике рядом с Молли сидело существо размером с собаку. Широкоплечее создание обладало тонкой прослойкой серого меха и растрепанной бирюзово-зеленой гривой, а над выпученными глазами торчала фиолетовая шерсть, – какая-то смесь бульдога с носорогом. Глядя на девочку умоляющими глазами, крошечный пришелец приложил палец к губам. Молли была вынуждена согласиться со строгим мужчиной: пусть малыш и страшненький, но при этом он казался очень славным.

Молли заметила, что маленький тарантианец дрожал от страха, и к своему удивлению обнаружила, что сама даже не испугалась.

– В доме еще кто-нибудь есть? – поинтересовался незнакомец в черном.

– Только дочь, – ответила мама. – Она спит.

– Т-с-с, – Молли прошептала маленькому пришельцу. – Не бойся. Все хорошо.

За окном вспыхнул свет. Девочка вместе с тарантианцем снова запрыгнули на подоконник и выглянули в окно.

Один из мужчин держал в руке маленькое серебряное устройство в форме палочки, а мама с папой смотрели на него, словно одурманенные. Убрав устройство, мужчина продолжил разговор с родителями.

– Енот. Вот в чем проблема, ребята. Убедитесь, что крышки на мусорных контейнерах плотно закрыты. И, – добавил он, – нас никогда здесь не было.

Молли наблюдала, как Люди в Черном направились обратно к заведенной машине. Она заметила, что с ними прибыло подкрепление – молодой стройный афроамериканец и старый угрюмый белый человек с очень морщинистым лицом. Прислонившись к капоту черного «Форда», он кивнул двум другим агентам, и те выехали на дорогу и умчались прочь.

Молли отвернулась от окна к маленькому пришельцу и опустилась на колени, чтобы заглянуть в его большие темные глаза.

– Я выведу тебя отсюда, – прошептала она. – Пойдем.

Тихо открыв дверь спальни, Молли на цыпочках отправилась по коридору в заднюю часть дома. Поначалу тарантианец неохотно следовал за ней. Молли изо всех сил попыталась открыть окно возле родительской спальни, и чтобы помочь, маленький пришелец протянул руку и без особых усилий поднял стекло.

«Вот это сила!» – подумала девочка.

Молли махнула рукой в сторону открытого окна, где миллионами звезд мерцали огни ночного города.

– Иди, – наставляла она. – Все будет хорошо.

Пришелец посмотрел на окно, а затем снова перевел взгляд на девочку.

– Меня зовут Молли, – представилась она, похлопав себя по груди.

– Мол-ли, – повторило существо.

Девочка с улыбкой кивнула.

Тарантианец вскочил на подоконник, но прежде чем уйти, повернулся к маленькой девочке, и в его блюдцеобразных глазах светилась благодарность.

– Kabla nakshulin, – чинно заявил пришелец и, словно каучуковый мячик, прыгнул из окна на крышу соседского дома.

Пробежав несколько футов на своих коротких толстых ножках, существо подпрыгнуло ввысь. Молли потеряла его из виду, как только пришелец приземлился на крышу другого дома и исчез в блеске полной луны. Молли удивленно смотрела ему вслед и помахала на прощание рукой.

– Юная леди, что вы здесь делаете?

Молли обернулась и увидела в коридоре маму.

– Я выпустила существо, которое ты видела.

– Существо? Ты имеешь в виду енота?

– Тебе не нужно врать, – сказала Молли, качая головой. – Я видела полицейских – парней в черных костюмах.

На долю секунды мама выглядела действительно озадаченной, но затем вернула себе самообладание:

– Дорогая, родители никогда не врут. Иди в постель. К утру ты все забудешь.

– Вообще-то нет, – возразила Молли. – Я не забуду.

Девочка прошла мимо и направилась прямиком к спальне, но вдруг остановилась и посмотрела на удивленную мать.

– Что ж… kabla nakshulin. На тарантианском это означает «спокойной ночи».

Вернувшись в свою комнату, Молли запрыгнула в постель, пытаясь повторить фантастические скачки маленького инопланетянина, правда, ее прыжок оказался немного короче. Молли снова схватила «Краткую историю времени» и принялась читать с новым рвением. Она очень хотела понять, как все устроено во Вселенной. Взглянув на небо, полное мерцающих тайн, девочка перевернула страницу.

Глава 3

Несколько лет спустя

Стены манхэттенской квартиры Молли пестрели дипломами колледжа и пожелтевшими старыми статьями бульварных газет. Ее дипломы в астрофизике (она получила степень по квантовой механике и антропологии) окружали газетные статьи с сенсационными заголовками: «Кто такие Люди в Черном?», «В студии Джерри Спрингера[3] побывал инопланетный мальчик – летучая мышь» и «Загадка НЛО над Белым домом».

Молли превратилась в уверенную в себе молодую женщину. Ее темные глаза и волосы подчеркивали естественную красоту, что ее не заботило – ей были интересны совсем другие вещи. Она сидела перед мониторами, надев пальто поверх помятой белой блузки с тонким черным галстуком, готовая в любой момент выбежать на улицу. Ее пальцы танцевали над клавиатурой, а глаза метались от экрана к экрану.

– На этот раз вы от меня не уйдете, – бормотала Молли.

Она произносила эти слова большую часть своей жизни. Будучи ребенком, а затем подростком, девушка искала и изучала любую доступную информацию про внеземные цивилизации, планеты, галактики и, конечно, про мифических Людей в Черном. Она копалась в научных трудах, таблоидах и самых мрачных уголках интернета.

В колледже Молли была лучшей ученицей, движимая навязчивой идеей узнать правду о пришельцах и ЛвЧ. Закончив учебу, она хотела вступить в ФБР, ЦРУ или НАСА, но решила, что эти агентства либо являются прикрытием для ЛвЧ, либо сознательно держат людей в неведении об их существовании. Молли подумывала заняться преподаванием и обучать управлению бюджетом, но вскоре поняла, что подобная карьера будет отнимать слишком много времени и отвлекать от поисков. Поэтому она занималась фрилансом: бралась за работу в информационных технологиях; за исследовательские работы и проверку математических и инженерных формул для аспирантов и преподавателей. Такой вид заработка не только позволял оплачивать счета, но и оставлял достаточно свободного времени на поиски, которые Молли вела так давно – поиски, которые, по ее мнению, должны были закончиться сегодня.

Компьютер пискнул. Девушка повернулась в кресле, чтобы прочитать на экране полученные данные: ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: КОСМИЧЕСКИЙ ТЕЛЕСКОП «ХАББЛ»[4]: МЕТЕОРИТНЫЙ ДОЖДЬ ПЕРСЕИДЫ[5] – ОБНОВЛЕНИЕ ТРАЕКТОРИИ. ВВЕДИТЕ ПАРОЛЬ.

Молли улыбнулась и застучала по клавиатуре.

– Ладно, посмотрим, где мы сейчас.

В ответ на пароль пришло новое сообщение: ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ПРОФЕССОР АРМИТРЕЙДЖ. Рядом с приветствием появилась фотография человека средних лет, по-видимому, настоящего профессора Армитрейджа.

Молли ввела несколько команд, и на дисплее высветились околоземные объекты. Система отслеживала скорость, путь и траекторию многочисленных метеоров, и когда один из космических объектов внезапно показал радикальные изменения, система слежения вновь подала сигнал.

– А я и не знала, что метеориты могут менять скорость и направление. А ты, Лилли?

Давно умерший цветок в ответ уронил очередной листик. Молли пожала плечами.

– Что ж, ты всегда была скептиком. Не грусти, дружище!

Объект наблюдения исчез с экрана, и Молли немедля записала точные координаты.

– Это же не метеор? Определенно, несанкционированная посадка.

Вскочив на ноги, Молли принялась перелистывать стопки бульварных газет, быстро просматривая заголовки. На ней была черная юбка и армейские ботинки. Остановившись на копии World News Daily, девушка кивнула, глядя на заголовок: «Настоящая домохозяйка из Куинса[6]: “Я хочу вернуть своего бывшего парня-пришельца!”» Вместе с историей прилагалась фотография женщины с тремя малышами на руках. У всех детей имелось кое-что общее – необычная внешность. Меньший заголовок для той же истории гласил: «Джимми, бывший парень-пришелец, заявляет: “Я возвращаюсь, детка!”»

Молли улыбнулась снизошедшему на нее пониманию.

– Свершилось. Теперь я точно вас нашла!

Девушка быстро загрузила в телефон данные «Хаббла» о последних координатах «метеора». Пока информация грузилась, она еще раз полила Лилли, за что цветок поблагодарил ее очередным опавшим листом. С данными в руках, Молли схватила со спинки стула смятый черный пиджак и черный рюкзак и бросилась на улицу на встречу с судьбой.

Оказавшись у обочины и не сводя глаз с данных на экране телефона, она махнула рукой, чтобы взять такси. Молли заговорила с таксистом, который смотрел на нее из машины, словно бывший участник ТВ-шоу «Пляж»[7].

– Мне нужно добраться до Бруклина, – попросила Молли.

Водитель раздраженно гаркнул:

– Адрес, леди.

– Сорок пять градусов наклона, – Молли читала данные, – шестьдесят два градуса отклонения.

Таксист нахмурился, будто его только что огрели по голове тяжеленным учебником математики. Молли сделала в уме быстрые подсчеты.

– Ладно, едем под Манхэттенский мост.

Таксист кивнул, и девушка запрыгнула в машину. Водитель нажал кнопку на счетчике, и такси помчалось прочь.

Глава 4

Молли отправила водителя на тихую безлюдную улицу, проходящую параллельно мосту. Выбравшись из такси, она протянула таксисту двадцатку.

– Не уезжайте.

Она шла по улице, перепроверяя координаты. Большинство домов стояли заколоченными и безлюдными; некоторые из них были покрыты граффити. Только один или два здания все еще выглядели жилыми. В конце улицы находился большой подземный переход, перед которым выстроился ряд оранжевых строительных барьеров. За барьерами тянулось проволочное ограждение, перекрывшее дорогу.

Молли прошла между барьерами и нырнула в темноту подземного перехода, направляясь к забору. Она слышала движение транспорта на мосту и воркование голубей над ее головой. Вдоль электрической ограды на болтах висели металлические таблички: «ВЫСОКОЕ НАПРЯЖЕНИЕ», «НЕ ВХОДИТЬ» и «ЗАКРЫТО НА ОБСЛУЖИВАНИЕ».

Сквозь ограждение Молли увидела разбитые участки улицы и открытые траншеи. Возле пары синих биотуалетов стояли самосвал и экскаватор. Ни электриков, ни других людей в поле зрения не находилось. Но что было еще более важно, никаких признаков незаконно приземлившегося инопланетного космического корабля Молли не нашла.

Девушка еще раз перепроверила координаты на своем телефоне и убедилась, что оказалась в нужном месте. Молли осмотрелась и вздохнула. Ничего. С чувством раздражения и разочарования она развернулась и направилась обратно к такси, напугав своим резким движением стаю голубей. Птицы разлетелись во все стороны, и чтобы не попасться под безумное биение крыльев, Молли пригнулась и замерла на месте. Два голубя летели прямо к электрическому забору, и девушка ахнула от ужаса в ожидании искр, но птицы пролетели сквозь него целыми и невредимыми, будто ограждения вовсе не существовало. Птицы сразу исчезли из ее поля зрения.

Молли остановилась и вернулась обратно к забору с предупредительными знаками, угрожающими быстрой и верной смертью. Глубоко вздохнув и приготовившись к худшему, она медленно потянула руку, все ближе и ближе… и тут обнаружила, что даже не касалась ограждения; ее рука, подобно голубям, прошла насквозь. По другую сторону «забора» она не видела ни ладонь, ни запястье, но все еще ощущала их. Молли дернула руку обратно, и та волшебным образом появилась. В изумлении девушка пошевелила пальцами и наклонилась лицом к ограждению. Пропуская плечи, голову и шею сквозь звенья, Молли закрыла глаза. А когда открыла, на ее лице появилось выражение озарения и облегчения.

– Я так и знала.

Забор исчез. Строительная площадка с грузовиками пропала. Вместо этого перед ней появился разбившийся посреди улицы космический корабль. И они тоже там были – те, кого Молли искала, преследовала и большую часть жизни упускала, – Люди в Черном.

Напротив корабля стояло несколько черных седанов «Лексус», а группа агентов ЛвЧ, повернувшись к Молли спиной, целилась в пилота-пришельца. Молли готовилась пойти еще дальше. Пройдя сквозь призрачный забор, она быстро укрылась за брошенной развалиной-машиной, припаркованной неподалеку у обочины.

Взъерошенный гуманоид, очень похожий на трех младенцев из бульварной статьи, поднял руки и нервно заерзал.

– Постойте, это Земля? Виноват, ребята!

– Да-да, Джимми, – ответил ведущий агент ЛвЧ с отчетливым бруклинским акцентом. – Расскажешь агенту О в штабе.

Ведущий агент подошел к Джимми и провел его на заднее сиденье одного из «Лексусов».

– Позовите сюда отряд прикрытия. А я пока отвезу нашего зампоранского друга, – крикнул агент своим коллегам.

Молли улыбнулась и прошептала:

– Отличная идея.

Пока агенты занимались Джимми и кораблем, Молли проскользнула через маскирующий забор и поспешила обратно в такси. На ходу она сняла пальто и забросила его на заднее сиденье. Под пальто Молли была в мятом черном брючном костюме, белой рубашке и галстуке – самодельной униформе ЛвЧ, которую собрала именно для такого случая, как сегодня. Молли забралась в такси, и стоило ей захлопнуть дверь, как мимо нее промчались два «Лексуса».

– Езжайте за ними, – поручила она таксисту.

* * *

Некоторое время спустя, в более благоприятной части города, Молли расплатилась за такси. Она носила лучшую маскировку ЛвЧ, почти соответствующую оригиналу, за исключением сношенных ботинок и рюкзака. Так она одевалась с десяти лет, только в те времена пиджаки и галстуки ей приходилось красть у папы.

Седаны, принадлежащие таинственным Людям в Черном, припарковались внизу квартала перед огромным бетонным зданием. На фасаде строения прямо в бетоне была высечена надпись: «Мосты и тоннели МТА». Тоннель Бруклин являлся самым большим подземным тоннелем в Северной Америке, а здание служило одной из четырех вентиляционных станций, предназначенных для подачи в тоннель кислорода. Воспользоваться станцией и его обширной подземной сетью в качестве штаб-квартиры ЛвЧ – это гениальная идея, ведь агенты получали доступ к большей части пяти районов[8].

– Ну что, поехали, – пробормотала Молли.

Для нее это здание было настоящей святыней. Бросив рюкзак за куст и сойдя с тротуара, девушка оказалась в непосредственной близости от того, что она искала всю жизнь. Оставалось изобразить, будто она действительно причастна этому месту. Молли уверенно перешла улицу и, заходя в здание, надела солнцезащитные очки. Зайдя внутрь, она направилась к лифтам, стуча каблуками по мраморному полу. Пожилой охранник, лысый темнокожий мужчина, сидел на стуле перед медленно вращающимся вентилятором размером со стену. На противоположной стене располагалось аналогичное массивное отверстие. Охранник читал желтую прессу, но как только Молли попала в поле его зрения, он тут же поднял голову.

– Зампоранца доставили? – спросила Молли так, будто обсуждала вчерашний футбольный матч. – Приятель хотел проникнуть на Землю через метеорный дождь Персеиды. Вот дилетант.

Девушка прошла мимо охранника, и он не предпринял попыток ее остановить.

– Доставлен целым и невредимым, – ответил охранник. – Они приехали за пару минут до вас.

Пожилой мужчина вернулся к чтению, а Молли нажала кнопку лифта, не в силах сдержать улыбку.

«Черт, да я просто Джейн Бонд».

Молли старалась не нажимать кнопку повторно, но просто не могла удержаться. «Динь» – двери лифта открылись. Молли зашла внутрь и развернулась, наблюдая, как пожилой охранник уткнулся в свою газету. Двери закрылись, и лифт отправился вниз.

Не отрывая взгляда от газеты, охранник включил рацию.

– Черный код, – сообщил он, облизывая палец, чтобы перевернуть страницу.

Задняя часть лифта имела прозрачную стену. Пока Молли спускалась, твердый бетон вентиляционного здания исчез, и перед ней открылся вид на огромный комплекс. В тот момент все ее мечты стали реальностью. Нью-йоркская штаб-квартира ЛвЧ представляла собой просторный купол из хрома, белого мрамора и света. В многоэтажном здании находились офисы и террасы, примыкающие к изогнутым освещенным стенам. Все окна кабинетов выходили на центральный этаж. Сотни агентов в черных костюмах и вспомогательный персонал суетились среди массивных серебристых колонн. В центре на мраморном полу был нарисован логотип ЛвЧ – три овальных пересекающихся орбитальных кольца с двумя темными точками в виде электронов. Вдоль стены основного этажа располагались бесконечные ряды рабочих столов. Все мониторы, включая повсеместно развешанные огромные обзорные экраны, имели овальную форму и напоминали Молли гигантские электрические глаза.

Самое удивительное, что на противоположной стороне столов, среди нескончаемого числа черных костюмов, находились существа всех мыслимых форм, размеров и оттенков – целая радуга пришельцев! Их так много, и все они настолько разные! Существа выстроились в очередь, будто в зале вылета аэропорта. Большинство из них несли сумки, чемоданы, пакеты и другие контейнеры. Молли даже заметила корзину странных чужеродных фруктов и несколько сувениров из Нью-Йорка, которые досматривали Люди в Черном, стоя за освещенными овальными стойками. ЛвЧ-агенты проверяли проездные документы и опрашивали некоторых существ. Многие пришельцы со скучающим и расстроенным видом сидели на мягких округлых скамьях, в то время как другие рассматривали земной терминал с тем же удивлением, с которым Молли наблюдала за ними.

Она увидела волочащуюся в очереди массу желтого винограда, по форме и размеру похожую на большую рождественскую ель. Внезапно ее осенило, что «виноград» – это глазные яблоки, и они вертятся вокруг терминала во всех направлениях, в том числе и в ее сторону. Пока лифт спускался, щупальце из желтых глазных яблок помахало ей, а Молли обнаружила, что машет ему в ответ.

Другой инопланетянин в очереди был ростом не более нескольких футов, и пространство вокруг него постоянно дрожало и искривлялось, словно не имея связи с настоящей реальностью. Он двигался, но его искаженное изображение еще несколько секунд оставалось позади. Каждое отражение шевелилось и вело себя как независимая сущность, пока полностью не исчезало.

А затем лифт Молли рухнул. Спуск превратился в настоящее падение, и кабина провалилась в подземную тьму.

Глава 5

Двери лифта открылись, и Молли оказалась в небольшой белой комнате. Здесь даже от голых стен исходил свет. Перед ней стоял освещенный постамент с обращенным в ее сторону вращающимся креслом из черной кожи и хрома. На противоположной от лифта стене висело большое зеркало, и Молли сразу догадалась, что оно служит для двустороннего наблюдения.

Дверь лифта с тихим шипением закрылась, и Молли уверенно подошла к постаменту и уселась в кресло. Развернув сиденье к зеркалу, девушка скрестила руки и ноги.

– Для справки, – заявила она зеркалу и тому, кто прятался по другую сторону, – это не вы меня поймали, а я вас.

Конечно, Молли испытывала страх, но та ее часть, которая ждала этого момента всю жизнь, приказала страху заткнуться.

* * *

На следующий день поздним утром приехала «светская дама» ЛвЧ, хотя ни у кого из ее подчиненных не хватало смелости назвать ее так в лицо. Агент О, начальник оперативного отдела североамериканской станции ЛвЧ, вошла в комнату наблюдения со своим обычным командирским видом. Стройная женщина с короткими седыми волосами была в безупречном черном платье с высоким белым воротником и манжетами. Как и многие агенты ЛвЧ, она была куда более серьезной, чем можно было предположить. Агент О стала первой женщиной-агентом в Америке, и очень немногие из ее коллег знали, что именно она создала переносной нейралайзер. С момента гибели агента Зед она достойно управляла нью-йоркской станцией и крайне удивилась, что эта молодая девушка скомпрометировала их организацию. Женщина заняла место у смотрового окна рядом с седовласым агентом-ветераном, через стекло наблюдающим за реакциями и ответами Молли. После долгой ночи допросов девушка выглядела измотанной. К ее предплечью крепился детектор лжи, но опрашивающий ее агент не выглядел удовлетворенным ответами.

– На кого она работает? – спросила О, снимая очки в тонкой оправе.

– Ни на кого, – ответил седовласый агент. – Она утверждает, что работает одна.

Агент О рассматривал лицо молодой девушки, пока та продолжала свою борьбу со следователями.

– Значит, гражданское лицо с нулевой подготовкой без труда проникло сюда с улицы?

Пожилой агент вручил ей протокол допроса.

– Темная история, – заметил он.

– Х-м-м… – Агент О просматривала отчет, перелистывая страницы. – Х-м-м… х-м-м…

Женщина вернула бумаги мужчине и нажала на кнопку на консоли наблюдения, включив переговорное устройство.

– Нейрализуйте ее.

В комнате для допросов ведущий следователь вытащил нейралайзер из кармана пиджака. При виде серебряного устройства лицо Молли тут же изменилось. Стало ясно, что ей известно его назначение, и подобная перспектива вывела ее из себя.

– Нет, нет, не надо! Я знаю, что это за штука, – сообщила она, поднимаясь на ноги.

Агент О бросила на подчиненного вопросительный взгляд.

– Однажды у нее был… опыт, – начал объяснять пожилой агент, но Молли вновь заговорила, глядя в зеркало так, будто правда могла их видеть.

– Вы стерли воспоминания моих родителей, но не мои. Всю жизнь мне говорили, что я сошла с ума. Меня называли Чокнутая Молли и убеждали, что мне нужна терапия, – объясняла Молли, кивая сама себе, – я прошла терапию, но не с целью лечения.

За зеркалом агент О скрестила руки. Лицо ее оставалось каменным. Прикрепленные к подлокотникам кресла стальные манжеты удерживали Молли на месте, но она отчаянно продолжала с ними бороться, не сводя глаз с зеркала, умоляя свое отражение и тени за стеклом.

– Порой мне казалось, что я действительно сумасшедшая, но я никогда не прекращала поиски. Мне потребовалось двадцать лет, но я вас нашла.

Агент открыл нейралайзер и приступил к регулировке. Молли тем временем перевела взгляд с устройства на зеркало.

Вновь перечитывая записи, агент О нахмурилась, а затем остановилась на интересующей ее части.

– Она взломала «Хаббл», чтобы смотреть на Андромеду II, и мы ее не поймали?

– В прежние времена мы бы ее наняли, – задумчиво заметил пожилой агент.

Агент О взглянула на мужчину, затем перевела взгляд на Молли и вошла в комнату для допросов.

– Итак, – обратилась она к молодой девушке, – вы нас нашли и доказали, что не сумасшедшая. Что теперь?

– Я хочу вступить в ваши ряды, – заявила Молли, не медля ни секунды.

– Мы не нанимаем; мы рекрутируем.

– Рекрутируйте меня.

– Назовите мне хоть одну вескую причину.

– Я умная, целеустремленная и…

– Звучит неубедительно, – перебила агент О.

Нейралайзер в руке ведущего следователя гудел на полную мощность, готовый выполнить свою функцию. Молли заглянула агенту О в глаза, и пожилая женщина увидела в них твердость и решительность.

– У меня нет жизни, – выпалила девушка.

Услышав ее заявление, агент O слегка наклонила голову.

– Ни собаки, ни кошки, ни «Нетфликса»[9] и уж точно никаких страхов. Нет ничего, без чего бы я не смогла жить. Я отлично подхожу для этой работы, и вы это знаете.

Женщина взглянула на Молли, словно положила на весы свою душу. Наконец она заговорила:

– Что ж, это довольно… грустно.

Молли устремила взгляд на двух агентов, намеревающихся украсть ее воспоминания, и они печально кивнули в знак согласия.

– Ни любви? – спросила агент О. – Ни отношений?

– Они лишь отвлекают от важного.

– А что для вас важно?

– Истина, – заявила в ответ Молли. – Я хочу знать, как это все работает.

Агент О кивнула ведущему агенту, чтобы он убрал нейралайзер. Тем временем другой мужчина нажал на кнопку и открыл наручники. Молли поднялась на ноги, потирая запястья.

– Вы действительно полагаете, что черный костюм – это решение всех ваших проблем? – поинтересовалась пожилая женщина.

– Нет, но…

Молли замолчала, оценивая внешний вид агента O.

– Он чертовски хорошо на вас сидит.

На лице женщины впервые проскользнула улыбка.

* * *

Портной, высокий мужчина средних лет с залысинами на лбу и рулеткой на плече помог Молли снять импровизированный костюм ЛвЧ, купленный в «Россе»[10]. Теперь на девушке осталась лишь майка.

На прозрачных вешалках по обе стороны комнаты висели разнообразные варианты костюмов для агентов мужского и женского пола, а в нишах в дальнем конце светились прозрачные полки. Молли мельком бросила взгляд в зеркало на отражение портного и его ассистентки. Мужчина был одет в стильный черный жилет и белую рубашку, а молодая блондинка с очень короткой прической могла похвастаться черным платьем без рукавов, надетым на блузу.

Портной провел сканером над Молли, временно погрузив ее в решетчатую голограмму, после чего мужчина и женщина безмолвно обменялись инструкциями. Ассистентка сделала запись в электронном планшете и отошла, чтобы снять с вешалки костюм.

Пока портной помогал с выбранным костюмом, в памяти Молли эхом отзывались слова агента О:

– Вы – видение, которое может что-то смутно напомнить, как дежавю, и тут же забыться опять.

– У вас не будет никаких отличительных знаков. Вы ничем не будете выделяться. Вы больше не часть системы.

Ее провели в другую часть комнаты, где ассистентка достала один из нескольких закрытых черных лакированных ящиков. Портной открыл коробку и продемонстрировал ряд идентичных треугольных наручных часов. Сначала мужчина рассмотрел аксессуар, а затем изучил Молли. Уверенно кивнув, портной вытащил из коробки одни из часов и осторожно застегнул их на ее запястье. Молли подняла руку, восхищенно разглядывая подарок. Вот это класс!

Ассистентка достала еще одну деревянную коробку, и стоило портному открыть крышку, на лице девушки тут же засияла улыбка. С благоговением, о наличии которого она даже не догадывалась, Молли поднесла к лицу солнцезащитные очки и надела их на глаза.

Последней остановкой стала оружейная комната, где Молли почувствовала себя ребенком в кондитерской. Там было собрано невероятное количество лазерных пушек, бластеров, деатомайзеров, «Тазеров», лазеров, фазеров, мазеров, ультразвуковых разрушителей, мельта-оружия, маулеров, термоядерных «пушек», фотонных дробовиков и пространственно-временного оружия. Весь этот арсенал висел на стенах в прозрачных нишах или лежал на полках.

Когда оружейник открыл маленькую черную коробку с аккуратно выстроенными рядами крошечных пистолетов, Молли с презрением спросила:

– Вы что, издеваетесь?

Оружейник нахмурился, пожал плечами и достал из ниши еще одну коробку.

Как только он открыл крышку, она увидела большой футуристический пистолет с серебряным наконечником, за который точно бы подрались «Робокоп»[11] и «Грязный Гарри»[12]. Деатомайзер серии 4.

Молли расплылась в широкой улыбке.

– Вот это другое дело.

* * *

Молли и агент О поднялись в вытянутый овальный кабинет, окна которого выходили на рабочие столы агентов и терминалы прибытия и отбытия пришельцев. О объяснила, что агентство полностью удалило следы Молли Райт из всемирной компьютерной сети. Все, что осталось от ее прежней жизни и имени, – это буква «М» на экране компьютера ЛвЧ.

– Мы над системой. Мы за системой. Мы – это «они». Но, боюсь, нас до сих пор называют Людьми в Черном, подразумевая мужской пол, – заключила агент О.

Две женщины неловко посмотрели друг на друга.

– Мужской пол? – скептически переспросила Молли.

– Хватит об этом. Я уже поднимала этот вопрос. Все бесполезно. Это длительный процесс.

Агент О села за свой стол, вытащила из ящика конверт и передала его агенту Эм.

– Ваше первое задание.

Эм схватила конверт, будто он содержал все секреты вселенной.

– Отлично, но когда я получу свой…

Молли подняла руку и большим пальцем изобразила нажатие кнопки нейралайзера.

– Это называется нейралайзер, – объяснила агент О, – и вы не получите его, пока не заслужите.

Глядя на удрученное лицо Эм, женщина добавила:

– Вы на испытательном сроке. Впечатлите меня… и тогда посмотрим.

Пытаясь не показать разочарования, Эм открыла конверт и вытащила бумагу. Увидев содержание, она посмотрела на собеседницу обиженным и почти обвиняющим взглядом.

– Вы же поклонник истины, не так ли, агент Эм?

Эм снова взглянула на бланк. ЛвЧ London.

– Кажется, у нас в Лондоне возникли проблемы, – начала агент О.

Глава 6

Мейфэр[13], Лондон

Роскошные панели из красного дерева покрывали стены пустых комнат и коридоров частного игорного клуба, где повсюду стояли никем не занятые кожаные кресла с высокими спинками. Несколько часов назад заведение закрылось на ночь, и большинство избранных членов клуба ушли домой. Лишь одно пятно света осталось над окруженным зрителями столом. Внезапно от стола донесся пронзительный крик, эхом разлетевшийся по всем помещениям. У наблюдающих за игрой людей поднялось настроение.

Двое здоровых татуированных телохранителей тащили бьющегося в конвульсиях игрока подальше от остальных. Парень с выпученными глазами все еще сидел на стуле, схватившись за запястье. Теперь осталось лишь шестеро, и среди них оказался агент Эйч, одетый в коричневый вельветовый пиджак и зеленую футболку. Лицо его покрывала легкая щетина. С тех пор, как они с Хай Ти спасли мир в Париже, в Эйче произошли изменения: манера поведения стала иной, и в глазах потух свет.

Агент Эйч протянул пустой бокал официанту, который из уважения к игрокам почти прилип к деревянным панелям. Мужчина налил из красивого темного хрустального графина вязкую пурпурную жидкость, которая плескалась и двигалась в стакане сама по себе. Агент Эйч залпом выпил напиток и вздрогнул от его крепости.

– О, хорошо пошло, – заявил он официанту, махая стаканом. – Следите, чтобы мой бокал не пустел.

В центре стола стояла клетка с трехголовым существом, по виду напоминающим змею. Эйч знал, что это фмекианская траншейная гадюка – опасный вид змей с одним из самых смертельных ядов во вселенной. Гадюка свернулась в кольцо, а головы ее шевелились и шипели всего в нескольких футах от игроков. На полу клетки лежала покерная плитка, на каждой из которой изображалась игральная карта. Если игрок хотел взять нужную плитку, он рисковал быть укушенным.

Остальные игроки не были похожи на постоянную клиентуру клуба, во всяком случае, эти люди точно не захаживали сюда в часы работы. Эйч знал, что это местные подонки – торговцы оружием, наркоторговцы, торговцы людьми – или того хуже. Однако владелец змеи не был местным, даже рядом не стоял. На этой планете его звали Анатолий. Он носил обычный костюм, такой же дорогой, как и костюм агента Эйч. Его лицо, шея и руки напоминали дорожную карту из шрамов и татуировок, а тяжелые веки и глаза рептилии имели много общего с трехголовой гадюкой в клетке. Анатолий был криминальным авторитетом Церулиана. Несколько лет назад он сбежал на Землю и совершил стремительный и кровавый подъем к высотам европейского преступного мира. Ему принадлежали и клуб, и змея, и правила игры. И Эйч пришел сюда за ним.

Во время очередного задания для ЛвЧ агент Эйч совершенно случайно напал на след одного из людей Анатолия в Берлине. Он знал, как долго организация пыталась остановить криминального авторитета, и ему удалось стать посредником в сделке, связанной с целым грузовым контейнером церулианских наркотиков. Эти препараты вызывали не только галлюциногенную эйфорию, но и привыкание и сумасшествие.

Состоявшаяся сделка привела к другим криминальным авантюрам, и, в конечном итоге, агент Эйч получил приглашение в клуб Анатолия в Лондоне на внеурочную игру.

– Мне нравится ваш клуб, – заявил Эйч, осматривая помещение на наличие скрытых ловушек и выходов.

Когда телохранители потащили от стола седьмого игрока, Эйч заметил спрятанные в заплечных кобурах пизимские бластеры. Пизимское оружие на головорезах Анатолия означало конец перемирию между Пизимом и Некдорфом. В штабе ЛвЧ будут рады этой информации.

– Обстановка формальная, но не нудная; классика и современность в одном, – продолжал Эйч.

Агент перевел взгляд на спутницу Анатолия. Пока криминальный лидер играл, она стояла рядом. Девушка была в сетчатом платье с тонким капюшоном, скрывающим все ее черты, за исключением прекрасных глаз. Она поймала на себе взгляд агента, и глаза ее слегка расширились. Эйч не сомневался, что в тот момент она улыбалась и, возможно, даже краснела.

– Сколько стоит годовое членство? – Эйч посмотрел на мужчину слева от себя и добавил немного денег в банк, расположенный сверху клетки. – Поднимаю…

Гангстер из Ист-Энда[14] задрал рукав своего кожаного пальто, медленно просунул руку в клетку и схватил плитку, необходимую для полного стрит-флэша[15]. Гадюка лежала неподвижно; ни одна пара глаз на трех головах не моргала.

– У нас нет свободных мест. Вход по приглашению, – ответил Анатолий с сильным акцентом, напоминающим восточноевропейский.

Он пристально следил за гангстером, осторожно вытаскивающим плитку. Слизнув с верхней губы пот, мужчина заулыбался, но в ту же секунду гадюка решила атаковать. Вскрикнув, игрок уронил плитку и выдернул руку из клетки, схватившись за раненое запястье. Его глаза распухли, словно воздушные шарики. Не успели телохранители Анатолия добраться до ист-эндца, как тот замертво свалился со стула на пол, издав лишь булькающий звук. Даже после смерти игрока Анатолий и агент Эйч не сводили друг с друга глаз.

– Похоже, только что появилось вакантное место, – заметил Эйч, когда телохранители оттащили тело и стул.

– Твой ход, – резко ответил Анатолий.

Эйч посмотрел на свои плитки: десятка, валет, королева, король. Все пики. Также он заметил пикового туза возле тела гадюки. С уверенностью и бесстрашием агент засунул руку в клетку, продолжая разговор:

– А тренажерный зал есть? Может, сауна? Тут можно перекусить или это только смертельная игра с высокими ставками?

Эйч молниеносно схватил с пола плитку и вытащил из клетки. Гадюка опоздала с укусом всего на долю секунды.

Вокруг стола послышались вздохи и поздравления. Эйч поднял плитку, демонстрируя негодующему Анатолию, и выложил в нужной последовательности с остальными картами.

– О, взгляните на это, – обрадовался он. – Прямо к тузу.

Эйч сгребал кучу денег с крыши клетки, пока взволнованная гадюка шипела и яростно билась внутри.

Оставшиеся в живых игроки бросили свои плитки обратно в клетку для следующей раздачи и сделали ставки. Эйч поднял пустой стакан, и официант сразу наполнил его движущейся пурпурной слизью.

– Теперь поговорим о делах, – обратился агент к Анатолию, жестикулируя полным стаканом подвижного напитка. – Я могу распространять эту штуку.

Эйч слегка опьянел, что было не совсем хорошо. Употреблять алкогольные напитки запрещено во время любой миссии, не говоря уже о секретной операции без подкрепления. У ЛвЧ имелись в распоряжении особые химические вещества, которые агенты принимали до выхода на задание. Эти препараты нейтрализовали действие большинства токсических веществ, по крайней мере временно. Эйч от них отказывался. Снова он нарушал правила и не чувствовал угрызений совести.

– С кем нужно поговорить, чтобы получить запас? Потому что… я не против этим заняться.

Женщина Анатолия похлопала ресницами и подмигнула агенту. Снова под тонким капюшоном виднелся намек на улыбку. Эйч не скрывал заигрываний со спутницей наркобарона. Еще один вызов – еще один риск.

– Как бы во вкус не войти.

– Я бы не стал, – сухо ответил Анатолий, засовывая руку в клетку.

Головы змеи по-прежнему качались и шипели, но не нападали. Инопланетный мафиози взял желаемую плитку и начал медленно вытаскивать руку, будто в распоряжении у него было полно времени. Положив плитку на стол, Анатолий обратил свой змеиный взгляд на агента Эйч.

– Видишь ли, у меня весьма строгие правила: никаких Людей в Черном.

В помещении воцарилась тишина. Все посмотрели на агента, который подсчитывал свой выигрыш, не обращая на присутствующих никакого внимания.

– Я вас не виню, – ответил Эйч. – Кому нужно, чтобы эти придурки приходили сюда и портили атмосферу? Всем известно, что одна паршивая овца все стадо портит.

Этот коп под прикрытием произвел впечатление на Анатолия. Ни единого намека на свою настоящую личность. Неужели он так хорош? Или просто пьян? Если бы Анатолий не знал наверняка, то поклялся бы, что с головой у парня беда. Но он знал. Информация о том, что его новым потенциальным деловым партнером станет представитель ЛвЧ, поступила Анатолию в самое удачное время. Его ядовитая кровь закипела лишь от одной мысли, что все то, ради чего он работал и за что боролся, заберет кучка космических добродетелей, не имеющих никакого понятия о том, как на самом деле устроена жизнь. Личность агента Эйч стоила того небольшого состояния, которое он заплатил на черном рынке. Пусть они никогда не встретятся, но церулианский мафиози оказался в долгу перед человеком, сливающим секретные данные ЛвЧ.

Анатолий кивнул своим людям.

Один из телохранителей накинул удавку на шею агента, но Эйч прижал ноги к краю стола, перекинулся на головореза и сильным ударом в спину толкнул его вперед. Телохранитель врезался лицом в клетку, разбросав по комнате все деньги. Внезапно дверца открылась, и на охранника выскочили три змеиные головы. С раздутыми глазами он скатился со стола и рухнул на пол.

Взбешенная гадюка скользнула на стол. Игроки и зрители тут же закричали и бросились прочь из клуба. Второй громила бросился в атаку, но Эйч ударил ногой по стулу и сбил охранника с ног. Тут подоспел и третий, но Эйч быстро схватил со стола фмекианскую гадюку и швырнул ее прямо в него. Агент вытащил из кобуры мертвого охранника бластер и прицелился в Анатолия, который все еще сидел на стуле подле женщины в капюшоне.

– Я из ЛвЧ, ты, церулианский подонок, – заявил Эйч, – и, к твоему сведению, клуб – отстой. Слишком уж вычурный. А теперь ты раскроешь мне всю свою сеть, начиная от поставщиков и заканчивая продавцами.

Внезапно Эйч сморщился от боли.

– Удача закончилась, – буркнул Анатолий, глядя на ногу агента, в которую вцепилась гадюка. – Ты – покойник.

Яд начал действовать, раздувая агенту глаза. Казалось, вены и сердце наполнялись ледяной кислотой. Несмотря на боль, Эйч усмехнулся, оторвал змею от ноги и подбросил ее вверх. Трехголовая приземлилась в изгибе потолочных балок и зашипела на агента.

– Правда? – невнятно промолвил он, шаря онемевшими пальцами во внутреннем кармане пиджака. – У меня есть противоядие, ты, ублюдок.

Однако в кармане, где должен находиться пузырек с противоядием, осталось лишь мокрое пятно. Эйч вытащил разбитый флакон, и Анатолий тут же разразился смехом. Агент отбросил бутылку и принялся отчаянно облизывать пальцы. Ничего. Эйч боролся с пиджаком, пытаясь высосать хоть каплю драгоценной жидкости из ткани своего кармана.

– Не повезло, приятель, – усмехнулся Анатолий. – Здесь только одна персона имеет противоядие, не так ли, дорогая?

Зрение Эйч помутнело, но он увидел, как спутница Анатолия достала из своей сумочки тонкий флакон. Глядя на муки агента своими прекрасными глазами, женщина подняла флакон вверх.

Злорадство Анатолия прекратилось, как только гадюка свалилась с потолка и всеми тремя головами вцепилась ему в лицо и шею. Задыхаясь, Анатолий упал со стула, и глаза его начала распухать. Криминальный авторитет с ненавистью посмотрел на Эйча, а затем щелкнул пальцами своей спутнице, указывая на флакон. Агент упал на колени с посиневшими губами. Ему стало трудно думать, видеть, дышать. Женщина в капюшоне поочередно смотрела на обоих мужчин.

– Пожалуйста, – просил Эйч, стараясь сфокусироваться на ее прекрасных глазах. – Все, что пожелаете…

Анатолий попытался усмехнуться, но потерял контроль над своими мышцами.

– Ха! – выдохнул он. – Ты думаешь, столь великолепное создание заинтересует кто-то вроде тебя?

Оба мужчины смотрели на инопланетную женщину, моля о спасении, а она тем временем крепче сжала флакончик и приложила его к груди. Девушка перевела взгляд на агента. В низком голосе, прозвучавшем из-под капюшона, слышался не только восточноевропейский акцент, но и желание.

– Все, что пожелаю? Так вы сказали?

Это были последние слова, которые услышал Анатолий.

* * *

Люкс покойного Анатолия находился на верхнем этаже роскошного лондонского отеля. Солнечный свет вынудил агента Эйч поднять веки. У него болел живот, а голова кружилась. Он не мог понять, что именно послужило причиной: вязкий фиолетовый портвейн или яд гадюки, что заставила его почувствовать себя тарантианским дерьмом. Агент перевернулся и увидел, что рядом с ним спит бывшая подруга Анатолия. Она положила длинную руку с щупальцами на его грудь. Эйч осторожно попытался ее снять, но та прилипла к коже. Он приподнял руку, и она тут же отклеилась, словно присоски от поверхности, оставив на коже красные метки. Инопланетная женщина (Эйч так и не выяснил ее имя) пошевелилась, но не проснулась. Агент тихо опустил ноги в полосатых носках на пол и поспешно оделся. Стоя перед зеркалом в спальне, он принялся обыскивать ящики, пока не нашел помаду. Быстро написав на зеркале записку, Эйч достал из кармана пиджака нейралайзер.

Опять он нарушил правило. Самонейрализация строго запрещена руководством полевого агента. Это опасно и безответственно. Технически его воспоминания являются собственностью ЛвЧ, и подобные действия расцениваются как удаление файлов компании. Эйч отрегулировал устройство и направил яркую вспышку света, стирающую память, прямо себе в лицо. Несколько раз моргнув, он понял, что в его голове не осталось воспоминаний о том, что случилось после смерти Анатолия. На зеркале осталась лишь надпись:

НЕ ОБОРАЧИВАЙСЯ. ПРОСТО УХОДИ.

ПОВЕРЬ МНЕ НА СЛОВО! ЭЙЧ.

Достав платок, Эйч вытер с зеркала сообщение. На мгновение он остановился, пристально глядя на следы ярко-красной помады, улыбнулся и чуть не обернулся, чтобы посмотреть на причину своих предостережений. Однако, вспомнив собственный совет, решил быстро и тихо уйти.

Глава 7

Эм ждала на платформе метро, которая могла быть любой платформой в Нью-Йорке, но стала частью вентиляционной башни. Рядом с ней стояли несколько других агентов и пришельцев из обслуживающего персонала. Все они смотрели в телефоны или читали газету, как любой, кто ждет поезда. Другие агенты… Эм теперь состояла в их числе и отправлялась на свое первое задание, в свое первое большое приключение. Все это казалось таким нереальным.

Реальность вернулась, как только на станцию прибыл шумный поезд. Старый полуразрушенный вагон метро, разрисованный граффити, с шипением затормозил.

«Что ж, это, конечно, не “Хогвартс Экспресс”, — подумала Эм, – но я сяду».

Двери открылись, и из вагона вышли четверо низкорослых пришельцев. Их тонкие тела напомнили Эм червяков. Из лягушачьих голов торчала пара длинных антенн. У них были длинные, тонкие, похожие на палки руки; еще одна пара маленьких рук была прижата к туловищу. Червяки катили за собой багаж. Некоторые из них носили пестрые гавайские рубашки, которые были ярче, чем концерты Iron Maiden[16]. Все как один говорили с бруклинским акцентом. Как только пришельцы оказались на платформе, то сразу вытащили из карманов рубашки вейпы и закурили. Другие тем временем достали свои фляги и принялись шумно пить.

– С дороги! – крикнул один из червяков, проходя мимо отставшего пассажира.

Направляясь к центру управления, все они смеялись, окутанные облаком дыма с запахом конопли.

Эм взяла свой рюкзак и вошла в вагон вместе с другими агентами. Сам поезд ничем не отличался от типичного старого и грязного вагона метро. Эм и другие заняли места с наименьшим количеством сомнительных жидкостей на сиденье.

– До отправления поезда осталось тридцать секунд, – раздался из динамика автоматизированный голос.

Эм впечатлило, насколько хорошо машина умела имитировать скучающего городского работника.

Двери с шипением закрылись, напомнив своим звуком астматика, выкуривающего две пачки сигарет в день, но вдруг снова открылись, впустив в вагон пару пришельцев. Казалось, существа по большей части состояли из зубов, и Эм даже не поняла, то ли один из них улыбнулся, то ли оскалился. Двери со скрипом закрылись, и вагон начал трансформироваться. Агент Эм вспомнила, как возле ее дома той ночью изменилась машина ЛвЧ. Как же давно это было. Грязные пластиковые скамейки двигались и менялись, превращаясь в сиденья с тяжелыми удерживающими ремнями, как в кабине гоночного автомобиля или истребителя.

– До отправления поезда осталось десять секунд, – сообщил сотрудник транзитного управления.

Увидев, что пассажиры пристегиваются ремнями безопасности, Эм вовремя последовала их примеру.

Преобразованный вагон унесся от станции с невообразимой скоростью, чуть не размазав мозги Эм по затылку. Она ощутила сильную перегрузку, однако гул машины не походил на типичный ракетный двигатель.

«Магнитная левитация?» – задумалась Эм.

Девушка бросила взгляд на агента с расплющенным лицом. Он читал «Уолл-стрит»[17], а щеки его колыхались, словно подушка-пердушка. Другой агент взял и опрокинул перед собой кофейную кружку. Кофе выплеснулся в воздух и приземлился прямо в открытый рот. Вот это мастерство! На потолке появилось движение. Маленький пушистый инопланетянин, явно не первый раз следующий данным маршрутом, держался за один из висячих поручней над ее головой. Из-за огромной скорости пришелец растянулся горизонтально вдоль потолка, развеваясь, точно флаг. Не обращая никакого внимания на свое состояние, существо продолжало читать что-то на небольшом планшете. Плавали – знаем. Эм ощутила гордость: настоящего жителя Нью-Йорка ничем не удивишь.

Из громкоговорителя донесся автоматический голос:

– Следующая остановка – «Станция Лондон».

Эм выглянула в окно и увидела синего кита, окруженного облаком мелких рыбок, плывущих в темных водах Атлантического океана. Затем скоростная капсула пролетела мимо и направилась в сторону Великобритании.

Под водами почтенной реки Темзы, разделяющей Лондон, виднелось что-то блестящее и размытое, движущееся с невообразимой скоростью. Стоит моргнуть – его уже нет.

– «Станция Лондон», – сообщил автоматизированный голос. – Следующая остановка – «Амстердам-Флигель».

На секунду голос замолчал и вновь продолжил:

– Schtock-prith London Smitmonak. Vernox Mip Amsterdam…

Эм сошла с поезда и осмотрела платформу станции. ЛвЧовцы прошли мимо, даже не взглянув в ее направлении. Вокруг располагались ряды серебряных эскалаторов с простыми табличками в основании: «Лондон».

Проходя журнальный киоск, Эм заметила продавца. Она не поняла, человек он или пришелец. Его бледная кожа и темные глаза совершенно не соответствовали кудрявым светлым волосам, заплетенным в подобие нимба, пускающего во все стороны свои лучи. Помимо жевательных резинок, телефонных карточек, зажигалок и конфет, в киоске были газеты: «Инопланетная Харизма», «Астрономический Гурман» и «Хроники Галактики».

Эм все еще не могла прийти в себя после поездки на поезде. С платформы она поднялась на эскалаторе в центр управления. Архитектура вокзала напоминала безупречные, ярко освещенные белые стены в Нью-Йорке. Обширная многоуровневая пещера из колонн, стоек и коридоров имела схожую идею, но у всего было иное расположение. Возвышающийся надо всем офис, по-видимому принадлежащий лондонскому коллеге агента О, представлял собой сферу, а не овал. Он, словно большой глаз, следил за деятельностью главного этажа.

Как и на вокзале Нью-Йорка, здесь располагался таможенный терминал, кишащий пришельцами из тысячи разных миров и сотен галактик. Эм с удивлением смотрела на очереди инопланетян, прибывающих и покидающих ее мир. Она наблюдала, как два кактусоподобных существа прощались друг с другом, обнимаясь и обмениваясь водой в ритуальной костяной чаше. Один направился в зал отправления, а другой остался и помахал на прощание. Инопланетянин с чрезмерно большим количеством пальцев задерживал очередь на станции распознавания отпечатков. За другой стойкой агент сверял гуманоида с фотографией в его удостоверении. Судя по тому, что служащий покачал головой, Эм стало ясно, что фотография не соответствует действительности. Пришелец жестом попросил мужчину подождать, и тогда из его груди вырвалось нечто среднее между змеей и крабом, шипя и рыча на сотрудника. Не выражая ни капли беспокойства, агент перепроверил фотографию на удостоверении личности, чтобы сверить ее со свисающим с груди инопланетянином. Агент одобрительно кивнул и пропустил пару.

Обойдя очередь и выбрав выход с табличкой «ТОЛЬКО ДЛЯ АГЕНТОВ», написанной на нескольких языках, она остановилась возле перекрестка коридоров, чтобы посмотреть на экран размером со стену. Монитор имел обозначение: «ТЕКУЩЕЕ НАБЛЮДЕНИЕ ЗА ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫМИ ЛИЧНОСТЯМИ». На экране демонстрировались десятки известных людей, которых Эм постоянно видела по телевизору и в новостях.

– Они не всегда являются теми, за кого себя выдают, – раздался позади мужской голос.

Агент Эм обернулась. Перед ней стоял почтенный пожилой мужчина, одетый в хорошо сшитый черный костюм с жилетом и золотыми карманными часами. Он выглядел изысканно и авторитетно, но в нем чувствовалась опасность.

– О, нет.

Эм повернулся к экрану, указав на одно из изображений с камеры наблюдения, сделанное в Овальном кабинете.

– Вот она точно внушает доверие.

– Значит, вы и есть та девушка, которая нас нашла.

– Да, – согласилась Эм.

– Меня зовут агент Ти, – представился мужчина. – Хай Ти. Я управляю этим цирком. Добро пожаловать, Эм. Агент О уверила, что нас ждут большие перемены.

– Значит, так оно и будет.

Улыбаясь, Хай Ти указал на коридор, простирающийся вдоль терминального комплекса:

– Два раза направо, а затем налево.

Хай Ти покинул ее, а Эм осталась смотреть ему вслед. Даже несмотря на указания, она почувствовала себя брошенной на произвол судьбы. Опустив глаза, агент заметила у своих ног очаровательного пушистого пришельца, и, позабыв обо всем на свете, потянулась, чтобы его погладить. Но стоило ей дотронуться, как существо раскололось… на несколько еще меньших версий самого себя. Маленькие пришельцы побежали прочь через таможенных агентов ЛвЧ, которые тут же бросились, чтобы схватить нарушителей. Изобразив на лице невинность, Эм как можно скорее удалилась.

Спустя два правых поворота и один левый, Эм оказалась в огромном кабинете. Сотни людей и пришельцев сидели в наушниках перед компьютерами. Эм сразу ощутила странное, но знакомое чувство. Она заметила, что среди столов стоял один свободный с табличкой «М».

– Похоже, мы теперь соседи, – весело заметил пришелец из соседней кабинки. – Меня зовут Гай.

Голубой Гай имел две пары глаз, две пары очков в хипстерской черной оправе и шесть маленьких ушей, как у эльфа. На тучном теле он носил футболку для боулинга. Эм не могла определить, что именно покрывало его верхнюю губу, подбородок и одну из шей – волосы или маленькие щупальца.

– Одну секунду, – попросил Гай, включая звук на гарнитуре. – Инопланетный сервис-центр. Чем я могу улучшить ваше пребывание на Земле? – ответил Гай спокойным голосом. – Человеческая кожа порвалась? Ненавижу, когда это происходит. Самый классный портной находится недалеко от Сэвил Роу[18]…

Эм села в свою кабинку, слушая вполуха, как ее новый друг дает указания клиенту. На столе в пластиковой упаковке стояли гарнитура и толстое руководство под названием «Кодекс поведения пришельцев. Земное издание». Рядом она заметила небольшую коробку, упакованную в подарочную бумагу с приложенным конвертом. Агент Эм открыла конверт и прочитала напечатанную на компьютере записку:

«Путешествие в тысячу световых лет начинается с одного шага. Хай Ти».

Эм открыла коробку и обнаружила карманный компас, украшенный логотипом ЛвЧ. Это напомнило ей о мяче для стресса в форме головы клиента, который она получила в подарок в свой первый рабочий день в центре обслуживания клиентов в Манхэттене. Оглядываясь по сторонам, она поняла, что многое в этом месте напоминало ей о ее прежнем месте работы.

Телефон Эм звонил, и агент тут же плюхнулась на свое место. Ее совершенно новая жизнь внезапно стала очень старой.

– Что за…

Глава 8

Марракеш, Марокко

Яркая луна омывала призрачным светом древний город на вершине пустыни. От горизонта до горизонта чистое небо усеивали звезды. Городской квартал, где находилась Медина – знаменитый рынок Марракеша под открытым небом, – стоял безлюдным. Лавки и киоски не работали. Даже кафе на периферии рыночного квартала уже закрывались. В полночь никто не заметил падающие из космоса странные частицы, похожие на звездную пыль. В свете луны частицы начали объединяться и набирать скорость. Образуя перламутровый циклон, они опускались на крыши дремлющего города.

Часы пробили полночь, а Каден все еще работал. Это нечестно, ведь все его планы на вечер исчезли потому, что менеджер заставил его задержаться допоздна. Молодой официант был красивым, стройным и высоким. Он носил черные короткие дреды и уличную одежду в марокканском стиле. На полке стоял маленький дешевый портативный приемник, из которого играла танцевальная музыка местной радиостанции. Каден тащил швабру по мокрому плиточному полу банкетного зала, но позволил себе отвлечься на ритмы музыки и немного потанцевать.

Внезапно музыка исчезла за волной шипения и треска статического электричества. Телевизор на стене включился сам по себе; изображение футбольного матча шло с помехами. В изумлении и растерянности Каден огляделся, когда вдруг лениво вращающиеся вентиляторы ожили и начали крутиться быстрее, чем когда-либо, дрожа и почти отрываясь от потолка. Хаотичный поток активности прекратился так же быстро, как и начался. Питание отключилось, и кафе погрузилось в темноту.

– Это предохранитель! – крикнул по-французски менеджер. – Иди и почини его!

Каден закатил глаза.

– Если бы вы платили за электричество, этого бы не случилось. Скряга.

– Я все слышал! – завопил менеджер. – Allez![19]

Официант вздохнул, прислонил швабру к стене и направился на крышу, к блоку предохранителей.

С включенным на телефоне фонариком Каден поднялся по темной лестнице на крышу кафе. Наверху он заметил, что электричество вырубилось не только у них: во всех окружающих домах свет отсутствовал. Но предохранитель он все же решил проверить, ведь управляющий в любом случае его спросит.

Парень побрел по захламленной крыше, обходя провода, кабели и целый лес телевизионных антенн, чтобы добраться до маленького старого блока, установленного на осыпающейся подпорной стенке. Каден открыл шкафчик и поднес ближе свой телефон. Внутри он обнаружил клубок из старых проводов, многие из которых оказались обмотаны черной изолентой. От гнезд торчал малярный скотч с давнишней надписью «НЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ» на французском и арабском языках. Каден вздохнул, с отвращением покачал головой и начал возиться с разболтанными проводами, надеясь, что его не ударит током.

Из щитка раздался треск и сверкнула искра. Каден отскочил назад, когда огни здания вместе с несколькими фонарями на крыше снова включились. Он не заметил, что за его спиной, на другой стороне крыши, стояло что-то нечеловеческое, что-то инопланетное. Хотя оно было безликим и аморфным, оно явно выказывало интерес к парнишке.

Огни вновь погасли, погрузив крышу во тьму. Каден ругнулся под нос и попытался вспомнить, с помощью каких проводов вернул питание. Свет мигнул и снова зажегся. Теперь позади Кадена стояли два идентичных безликих существа, только на этот раз они оказались ближе. Блок предохранителей щелкнул, и между проводами вспыхнула синяя вспышка, вновь отключив освещение.

Каден сунул руку в карман и достал небольшую монету в десять сантимов. Найдя пустое гнездо предохранителя, он втиснул монету и отдернул руку, чтобы не попасть под разряд электричества. Пока он дул на обожженные пальцы, свет зажегся и больше не пропадал. Каден улыбнулся и собрался вернуться обратно в кафе.

Однако путь ему преградили два безликих существа.

Когда пришельцы потянулись к нему, чтобы схватить, Каден закричал. Но уже через мгновение крик исчез, и безжизненное тело парня рухнуло с крыши на землю заброшенного переулка. Труп покрывала вязкая слизь, а черты лица таяли.

Спустя мгновение два человека – идентичные близнецы, имеющие поразительное сходство с покойным Каденом – прошли мимо растаявшего тела. Их одежда очень напоминала одежду Кадена. Не бросив на свою жертву даже мимолетного взгляда, близнецы исчезли в ночи.

* * *

Сначала наступил рассвет, затем пришли торговцы, а после них – покупатели. Рынки Марракеша под открытым небом славились своим цветом, яркостью и шумом и веселым хаосом. Пришельцы-близнецы шли по узкой улочке, время от времени останавливаясь, чтобы посмотреть на выставленные в палатках вещи. На этой планете им все было в новинку. Наконец, пришельцы зашли в небольшой магазин сувениров на улице недалеко от Соук Семарина, одного из самых больших и известных рынков города. У магазина стояли многочисленные предметы, приглашающие богатых туристов заглянуть внутрь.

Доставщик только что сбросил возле двери кучу ночных посылок. Казалось, оба пришельца не понимали цель и функцию этих безделушек у магазина. Один из близнецов остановился и посмотрел на мертвые стеклянные глаза чучела оцелота.

– Нам нужно увидеть королеву, – потребовал он у давно умершего животного, но оцелот не ответил.

Другой близнец взглянул на своего брата, как на идиота, и указал на дверь в магазин. Первый кивнул и взял оцелота с собой, но брат остановил его, забрал чучело и поставил обратно на подставку. Близнецы зашли внутрь.

Дребезжание крошечных медных колокольчиков возвещало о новых посетителях. Как только пришельцы появились на пороге прохладного и загроможденного магазина сувениров, освещение начало мерцать. Бледный как мертвец торговец с густыми совиными бровями оторвал взгляд от старой книги и взглянул на близнецов.

Пока пара бродила по магазину, освещение продолжало дрожать. Они касались случайных предметов, представляющих для людей особую ценность. Их эти вещи только лишь позабавили.

Хозяин магазина взглянул на мерцающие лампы, а затем снова перевел взгляд на близнецов.

– Могу чем-то помочь?

– Oui[20], – согласился один из них, небрежно взяв статую в руки и направившись к стеклянному прилавку.

Хозяин слегка вздрогнул, когда близнец поднял скульптуру:

– Осторожнее. Сломаете, будете покупать.

Скульптура потекла и растаяла в руке первого близнеца, превратившись в клинок со страшными зубчатыми краями и зловещим изогнутым острием. У лавочника от этого зрелища округлились глаза.

– Или… я могу продать его за полцены…

– Non[21], – возразил второй близнец, тоже приближаясь к стойке.

Не отрывая глаз от клинка, лавочник сделал несколько шагов назад.

– Держите… это, – начал он, стараясь не выдать паники в голосе. – Держите это при себе.

– Нам нужно увидеть королеву, – заявил первый близнец, положив клинок на стойку.

Лавочник немного расслабился и кивнул. Ногой он нажал спрятанную на полу кнопку, и стена полок позади него сложилась и исчезла, открыв перед ними богатый занавес.

– Сюда, – позвал продавец.

За шторой находилась еще одна комната, полная древнего и очень ценного антиквариата. Близнецы узнали некоторые из предметов: это были артефакты из сотен различных миров и эпох. Владелец магазина отодвинул занавеску и провел двоих в тайную комнату. Стоило им пройти, как стена из полок тут же вернулась на свое место.

В центре комнаты на постаменте стоял вычурный набор шахмат. Ни доска из изысканного камня и минералов, ни дизайн фигур не принадлежали земной цивилизации. Темно-зеленые и белые квадраты доски располагались на разных высотах. На одном конце стояли высокие черные колонны и, казалось, представляли собой «дворец». Приблизившись к пьедесталу, близнецы увидели, как крошечные фигуры изменили свой статичный вид и начали двигаться. В роли «фигур» выступили маленькие инопланетные создания в доспехах и костюмах.

– Эй, – обратился лавочник к миниатюрному королевскому двору на шахматной доске, – у вас клиенты.

Четырехдюймовая «пешка» в черном коническом шлеме, украшенном красными шестиугольниками, посмотрела на возвышающихся над ней близнецов. Существо размахивало щитом в форме воздушного змея и в крошечных руках держало инопланетный бластер. Его темно-зеленая кожа была покрыта чешуей, а черты напоминали безносого головастика с большими янтарными глазами и крошечным ртом. Пешка переместился вперед на два квадрата и обратился к близнецам. Голос его оказался намного громче, чем можно было ожидать от тщедушного существа.

– Зачем вам видеть королеву?

– Чтобы посодействовать кое-чьей мести.

Один из близнецов активировал голографическое досье. Над шахматной доской появилось трехмерное изображение пузатого синего гуманоида, и поток данных на дисплее представил инопланетянина как Вунгуса, представителя джабабийской расы.

Маленький пришелец проверил данные и оглянулся на черные колонны, среди которых появилась королева. Внешне она была похожа на пешку, только выше ростом. На ней было ярко-красное платье и высокий шлем в качестве короны. Королева бросила взгляд на близнецов-пришельцев, рассматривающих ее королевство, а затем считала информацию с медленно вращающейся над доской голограммы. Она демонстративно прочистила горло, подзывая пешку. Королева резко покачала крошечной царственной головой, после чего маленький воин поклонился и повернулся к близнецам.

– Как указано в разделе 6 «а» договора Андромеды II, мы не убиваем джабабианцев и не принимаем участие в их убийстве.

Близнецы наблюдали, как пешка и его королева закрыли голограмму. Пешка продолжал, не обращая внимания на очевидное недовольство пары:

– Не то чтобы мы совсем не можем этого сделать. Да, джабабианцев трудно убить, но не невозможно. Существует смертельный яд – зефос…

Гневные взгляды близнецов смягчились. Улыбки расползлись по их лицам, пока они смотрели на пешку, королеву и ее крошечный двор.

Глава 9

Агент Эйч припарковал свой «Ягуар» возле невзрачного трехэтажного углового здания, напоминающего гигантский клин. Забежав домой, он переоделся в форму, однако побриться времени уже не хватило. Эйч выглядел помятым и чувствовал себя аналогично. Его до сих пор преследовали последствия ночных эксцессов: затуманенная голова, тошнота, распухший язык. Ему казалось, что выпитая ночью фиолетовая слизь теперь пыталась вырваться наружу. Тем не менее Эйч оказался благодарен за пробел в своей памяти, особенно после того, как нашел странные красные следы от присосок, пока принимал душ. Стараясь не думать об этом, он зашел в загроможденную маленькую мастерскую по ремонту пишущих машинок на первом этаже здания.

Машинки каждой эпохи и в любом рабочем состоянии захламляли все полки, столы и уголки магазина.

– Я ищу нерабочую «старушку», – сказал агент Эйч, приветствуя старика, старательно работающего над древней «Короной»[22].

Владелец в защитном козырьке и монокле не выказывал ни малейшего беспокойства.

– Ты не заставишь меня подняться с места, Эйч.

Старик даже не удосужился отвлечься от своей работы.

– «Империал» с красным ярлыком. Ищи сам.

Эйч улыбнулся и осмотрел комнату, пока не нашел тяжелую старинную машинку. Он нажал клавишу «H», и машинка издала громкий стук, а в задней части магазина открылась тонкая черная дверь с табличкой «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА».

– Спасибо, Чарли, – поблагодарил Эйч, заходя в дверь.

Чарли продолжил свое занятие.

Дверь за агентом закрылась.

* * *

Как обычно, первый этаж лондонского штаба ЛвЧ представлял собой слияние хаоса и порядка. Эм и ее приятель, Гай, ушли на перерыв и стояли в очереди у чайной тележки, которая сегодня стояла возле стены с фотографиями, посвященными великим моментам в истории ЛвЧ. Гай кивнул на один из черно-белых снимков, где изображалась группа пришельцев, одетая в земную одежду конца 1800-х годов. Прибывшие инопланетяне несли сумки и сундуки и гордо позировали напротив большой комнаты с тремя большими арками, обозначенными римскими цифрами.

– Если присмотреться, – заметил Гай, – то можно заметить моих прародителей.

Эм приблизила лицо к рамке и увидела молодую пару инопланетян, очень похожую на Гая.

– Старая портальная станция, место первой великой миграции пришельцев. У меня до сих пор остался этот старый чемодан.

Эм перестала слушать. На этаже появился симпатичный белокурый агент и уверенно направился через помещение. Складывалось впечатление, что все вокруг его знали, потому что останавливались поприветствовать. Мужчина реагировал на всеобщее внимание сдержанно, но приветливо. Очевидно, он привык к такому вниманию. Эм казалось, что он передвигался как в замедленной съемке, демонстрируя точеные черты лица, глубокие голубые глаза и уверенную улыбку. Но тут она поняла, что он действительно шел медленно, пока все остальные перемещались в обычном темпе.

– Что с этим парнем? – удивилась Эм.

Гай повернул голову к одной из коллег – инопланетной женщине по имени Нерлин. Глаза ее сфокусировались на замедленном агенте, а рука лежала на большом пульсирующем обнаженном мозге, похожем на фиолетовый улей.

– Нерлин, – упрекнул Гай, – отпусти его.

– Извини, – отреагировала Нерлин. – Просто он такой… аппетитный!

Девушка закрыла глаза и убрала руку с мозга. Агент тут же вернулся в обычное состояние и прошел мимо Эм, Гая и Нерлин.

– Привет, Нерлин, – поздоровался агент, демонстрируя свою идеальную улыбку.

Нерлин безмолвно поздоровалась с его спиной, поскольку агент уже направлялся к комнате допросов.

– Кто он? – поинтересовалась Эм.

– Эйч? – уточнил Гай. – Лучший агент в здании. Однажды он спас мир, имея запасе лишь ум и деатомайзер серии 7.

– Спас мир? От чего? – удивилась Эм.

– От Роя.

Казалось, Гаю стало неловко даже произносить это слово, будто кошмарный род мог возродиться от его слов.

Эм наблюдала, как Эйч поднимался в одном из лифтов. В ее голове уже формировалась идея, пока глаза провожали агента в обетованную землю офиса Хай Ти. Девушка вновь посмотрела на Гая.

– Можешь на секунду прикрыть меня и ответить на звонки?

Лицо Гая засияло, как восходящее солнце.

– Шутишь? С удовольствием! Я обожаю телефон!

Эм улыбнулась и побежала.

– Подожди! – позвал Гай. – Куда ты идешь?

– Кое-что выяснить, – ответила девушка, исчезая в толпе.

* * *

На трехмерном голографическом дисплее в офисе Хай Ти появилась неприятная сцена: тело мертвого официанта в одном из переулков Марракеша. С полдюжины старших агентов ЛвЧ собрались в офисе, окружив дисплей.

– …ужасный инцидент в Марракеше, – говорил Хай Ти. – Офис в Северной Африке ведет расследование.

В кабинет вошел Эйч, и Хай Ти тут же съязвил:

– А что касается других новостей: агент Эйч наконец-то решил почтить нас своим присутствием.

Коллеги-агенты отреагировали хихиканьем, за исключением старшего агента Си, серьезного темноволосого мужчины и сторонника строгой дисциплины. Он провожал агента Эйч обвиняющим взглядом, пока тот быстро отпил кофе, чтобы прогнать похмелье. Си был старшим агентом, таким же как Эйч, и воображал себя помощником Хай Ти. Он не скрывал, что хотел занять место босса после того, как тот уйдет в отставку.

– Сэр, – обратился Эйч, так же нетерпеливо отпивая кофе, как глотал противоядие от яда гадюки. – Извините. Я работал допоздна.

– Забавно, – с презрением прокомментировал Си, – и я работал. Разгребал твое дерьмо.

Эйч сделал еще один глоток кофе.

– Сегодня утром дерьма стало еще больше, поверь мне.

Си пока еще не хотел сдаваться.

– Абсолютно несанкционированная операция, требующая двух единиц сдерживания… – Он посмотрел на агента Эйч. – …и целой партии нейралайзеров. И мы до сих пор не нашли подлеца.

– Зато нашли мертвого босса церулианской мафии, – напомнил Эйч, встретившись взглядом с Си. – Огромный успех, я согласен. Не стоит благодарности.

– А где имена поставщиков? – продолжал Си. – Хоть какая-то информация?

Эйч вдохнул и переключился на другую тему.

– Я предпочитаю смотреть на проблему на макроуровне, – заявил Эйч, шагнув в сторону Си. – А ты всегда вязнешь в деталях.

– Вообще-то нет, – фыркнул Си.

– К тому же я выиграл почти тысячу двести фунтов.

Глядя на Хай Ти, он добавил:

– Прямо к тузу.

Вновь в кабинете раздался смех.

Хай Ти изо всех сил пытался спрятать улыбку.

– Которые ты, безусловно, предоставишь в качестве улики.

– Буквально только что это сделал, – сообщил Эйч.

Агент Си взглянул на мужчин с выражением отчаянья на лице. Они разделяли связь, через которую он никогда не мог прорваться. Никто и ничто не могло этого сделать.

– И последнее, – Хай Ти обратился к толпе.

Босс нажал на консоль, и перед агентами снова открылся голографический дисплей. На этот раз в центре офиса витал образ грузного пришельца с щупальцами.

– Один из членов джабабианской королевской семьи сделал остановку на Земле, прежде чем продолжить пусть к Центавру-А. Вунгус Гадкий. Титул унаследован. Хотите – верьте, хотите – нет, но Вунгус в своем роде самый настоящий красавец.

Пока Хай Ти продолжал, секретные данные, помеченные печатью ЛвЧ, словно водопад стекали по обе стороны от нависшей фотографии.

– Джабабианское общество не допускает определенных… неправомерных действий, – пояснил он. – Короче говоря: он хочет, чтобы его развлекли. Мы могли бы отказаться, но их горнодобывающие суда способны превратить нас в галактическую пыль.

Си с отвращением покачал головой.

– Раньше мы защищали Землю от подонков вселенной. Теперь мы защищаем их, – буркнул он и взглянул на агента Эйч. – Похоже, эта работа по твоей части. Тебе будет просто, как чайку выпить.

– Я знаю Вунгуса, – ответил Эйч. – Он не любитель чая. Водка, текила, сироп от кашля – это да. Представляешь, однажды в Бангкоке мы проснулись прикованными наручниками к лошади…

– Эйч, заткись, – рявкнул Хай Ти.

– Простите, сэр.

– Ты пойдешь на задание, – продолжил Хай Ти. – Он сам тебя просил.

– Буду только рад повеселиться с Вунгусом, – заявил Эйч.

– Только не переусердствуй, – добавил Хай Ти.

– Он будет дома к полуночи.

Глава 10

Архивы виртуальной реальности ЛвЧ размещались в скудно обставленной комнате, состоящей из рядов изогнутых черно-белых VR-кресел, подвешенных над полом с помощью проводов. Усевшись в одно из них, Эм надела гарнитуру. Одна из многих вещей, которые она узнала о Людях в Черном, заключалась в том, что они дополняли свой операционный бюджет тщательным патентированием и внедрением инопланетных технологий на Земле. Все, от желейных конфет Swedish Fish до восьмитрековых плееров; от турноверов Hot Pockets до одежды ShamWow изначально Земле не принадлежало.

Недавно Эм обнаружила, что дополнением к этому списку оказалась виртуальная реальность. На самом деле виртуальная реальность представляла собой психическую границу между реальными земными видами и Ithxxix – видами, существующими в человеческой реальности только как мысль или идея. VR возникла с целью создания интерфейса, где реальные виды могли бы взаимодействовать с Ithxxix и учиться друг у друга. Эм стало грустно, что представители человеческого рода превратили такую фантастическую технологию – технологию, которая преодолела разрыв между воображением и реальностью, – в видеоигры.

– Критерии поиска: агент Эйч, – произнесла Эм, обращаясь к компьютерному архиву.

Перед ее глазами появился виртуальный архив с бесконечными рядами картотеки. Из одного нескончаемо длинного коридора прилетел запрашиваемый файл, и виртуальная Эм сразу же протянула руку, чтобы его открыть. Перед ней предстали фотографии и текст из дела: Эйфелева башня; старый заброшенный портал, который Гай показывал на фотографии; и примечание: «Враждебный вид: «РОЙ».

– Обзор видов, – запросила Эм. – Рой.

Поле ее зрения заполнилось одним извивающимся щупальцем – жилой Роя.

«Возможно, это самая большая угроза галактике», – прозвучал в ушах голос агента О.

К первому щупальцу присоединилось второе, и они быстро переплелись.

«Триллионы отдельных углеродных жил, связанных единым сознанием Роя».

Еще одно щупальце вырвалось к остальным. Затем появилось четвертое, а после этого, с ослепительной скоростью, перед Эм образовалась бесчисленная масса извивающихся конечностей, заполняющих все поле зрения. Из этого кошмарного живого занавеса образовался страшный монстр, как тот, что появился в Париже.

Внимание Эм переключилось с массы нитей на сине-зеленые инопланетные пастбища, настоящий блаженный Эдем. Ракурс опустился к лесной поляне, лаймовое небо которого озарялось двумя далекими одинаковыми солнцами. Рядом с небольшим водопадом возле ручья мирно паслось существо, по виду напоминающее земного буйвола. Чуя опасность, буйвол вздрогнул и поднял голову, а в следующую секунду щупальца монстра резко подняли его в воздух.

«Рой – гиперагрессивный захватнический вид, – продолжил голос агента О, когда щупальца монстра скользнули в уши и нос стонущего извивающегося буйвола, – Они поглощают своих жертв изнутри. Подчиняют их».

Эм поморщилась, как вдруг изображение уменьшилось, и перед ней открылась иная сцена, где другие существа и даже фауна оказались захвачены монстрами. В углу всплыла надпись: «Воссоздание вторжения Роя на Пладимер 8». Изображение быстро уменьшалось, удаляясь все дальше и дальше от поверхности планеты, превратившейся в скользкую массу тварей с задыхающейся под ней жизнью.

«Они распространяются, – продолжал рассказчик. – Как чума».

Эм ужаснулась от вида планеты, которая только что представляла собой настоящий рай в глубинах холодного космоса и вдруг превратилась в коричневую сухую шелуху.

«Они не остановятся, пока не уничтожат все биоразнообразие в галактике и не превратят его в единое целое».

Сцена изменилась, и теперь Эм вблизи наблюдала битву при Эйфелевой башне, где в старой, теперь заброшенной портальной станции Хай Ти и агент Эйч бок о бок взрывали вылезающие щупальца Роя.

«Мы бы сами стали их жертвами в ночь на 6 июня 2015 года, – продолжала повествование агент О с ноткой гордости в голосе, – если бы не героические действия агентов Ти и Эйч, вооруженных лишь умом и деатомайзерами серии 7…»

Пока рассказ продолжался, Эм оказалась лицом к лицу с изображением агента Эйч. Героя, победившего ужасный Рой.

* * *

Когда Эм нашла агента Эйч, он сильно храпел, лежа лицом на своем столе. Эм не имела представления о том, как будят героев, особенно если у героя изо рта стекает слюна.

– Э-м-м… привет! Привет!

Ответа не последовало. Эйч захрапел еще сильнее. Эм взяла свой планшет и громко уронила на стол. Тогда мужчина издал храп и выпрямился.

– Да, да, – ответил агент, вытирая слюну. – Я не сплю!

Он заметил перед собой агента Эм.

– Просто выполняю ежедневную медитацию.

– Нужно попробовать, – ответила Эм. – Я читала, что медитация значительно улучшает выработку митохондриальной энергии.

– Да, точно, – Эйч решительно кивнул. – Моя митохондриальная энергия попадает ко мне сквозь крышу.

Эм не сомневалась в том, что он не имел ни малейшего понятия, о чем она говорит.

– И вызывает аппетит. Пора обедать. Ты голодная?

– Сейчас 9:30, – заметила Эм.

Лицо агента Эйч засияло.

– Отлично. Сегодня вторник, а вторник – день тако.

Эйч встал и крикнул через шумное море агентских столов:

– Дейв! Тако-вторник! Давай делать заказ на обед!

– Сегодня среда, – поправила Эм.

– Дэйв, отбой! – крикнул Эйч смущенному Дейву и снова повернулся к Эм. – Ты кто? Напомни.

– Агент Эм. Я знаю, что вы были на встрече и обсуждали Вунгуса. Я хотела предложить свою помощь.

– А-а, – произнес Эйч. – Ты была на собрании?

– Я поспрашивала у других, – объяснила Эм, подняв свой планшет. – Я фанатею от джабабианцев. Я даже досье составила…

– Я люблю хорошее досье, – заявил Эйч, – но я работаю один. Все это знают. Спроси любого. Спроси Дейва.

Эйч нажал кнопку внутренней связи телефона и наклонился.

– Эй, Дейв…

Эм протянула руку, чтобы его остановить.

– Я верю на слово.

Эйч отпустил кнопку интеркома и посмотрел на ее руку. Эм передала ему планшет с отчетом. Кивая, Эйч изучил экран.

– Вы знаете, – продолжала она, – что джабабианцы – самые богатые инопланетяне в своей солнечной системе? На душу населения.

Эйч усмехнулся, все еще читая.

– И при этом во вселенной нет ни одного счета, который они бы не попытались укрыть.

– Они – ясновидящие эмпаты, – добавила Эм. – Это означает, что они умеют читать мысли.

– И считывать кредитки, – съязвил Эйч и отложил досье, так его и не дочитав.

– Да, – согласилась Эм, – но у них есть предупредительный знак.

Услышав ее слова, Эйч немного выпрямился на стуле.

– Когда они обманывают, подкожные пятна на нижней стороне их рук меняют цвет.

Эм стало ясно, что Эйч этого не знал. Она решила, что получила преимущество перед агентом-ветераном, но вместо этого тот лишь вернул ей планшет.

– Однажды мы с Вунгусом не спали три дня подряд. Мы играли в покер и пили «Белого Русского» в ночлежке в Хошимине, – рассказал он. – Проведи столько времени с кем-то при такой влажности, и узнаешь о нем все. Но все равно спасибо.

– Как скажете, – сдалась Эм, – я поняла.

Она чувствовала разочарование и злость. Казалось, что перед ее лицом захлопнулась еще одна дверь, но при этом девушка не стала демонстрировать свои чувства.

– Я оставлю вас с вашей медитацией.

Эм отошла, но вдруг на нее нахлынул гнев, и она вернулась к столу, заговорив агенту прямо ему на ухо.

– А вы знаете, как себя выдаете? – спросила она. – Вы храпите, когда медитируете.

И затем она ушла.

Эйч смотрел ей вслед и не мог не улыбнуться. Эта девушка обладала наглостью и стилем и, несомненно, оказалась асом в джабабианской теме.

– На самом деле, если подумать, – крикнул Эйч ее спине, – мне может понадобиться подкрепление.

Эм все еще стояла к нему спиной, поэтому агент не заметил, как по ее лицу расплылась радостная улыбка.

Глава 11

Восточный Лондон представлял собой странную смесь шумных ночных клубов, горластых приезжих и тихих мощеных дворов. Черный «Ягуар» остановился у тротуара, залив улицу светом фар. Агенты Эйч и Эм вышли из машины, и Эйч повел девушку по тихому переулку. В поле зрения виднелось лишь древнее черное такси.

– Я думала об операции, – начала Эм. – Я буду смотреть за периметром, а ты пойдешь к Вунгусу.

– Да, звучит здорово. Только вот в чем дело. – Эйч повернулся к девушке. – В этом конкретном клубе посетители расслабляются, становясь теми, кем на самом деле хотят быть. Люди здесь выглядят пришельцами; пришельцы выглядят людьми. Вероятно, лучше не распространяться об их выборе. Так что давай просто отдохнем.

Эйч расстегнул галстук. Эм неуверенно последовала его примеру, но, очевидно, результат его не удовлетворил.

– Позволишь? – попросил он.

Все еще чувствуя смущение, Эм кивнула. Эйч поставил ее воротник, загнул манжеты на рукавах рубашки и стильно взъерошил волосы. Девушка посмотрела на отражение в окне припаркованного такси и расстегнула пуговицу на воротнике. Она не желала это признавать, но выглядела она хорошо – не по уставу ЛвЧ, но хорошо.

Эйч одобрительно кивнул в ответ.

– Отлично. А я как выгляжу?

Эм покосилась на агента.

– Тонкая грань между дерзким повседневным стилем и стилем самого тупого человека на Земле.

Эйч нахмурился.

Эм застегнула две пуговицы на его рубашке и отступила. Агент прошел вперед и открыл для Эм дверь такси.

– Я думала, мы пришли, – удивилась девушка.

– Мы пришли.

Эйч залез внутрь и позвал ее.

Таксист за рулем бегло болтал по телефону на незнакомом Эм языке.

– Жми на газ, Фредди, – скомандовал Эйч.

– Понял.

Не теряя ни секунды, Фредди нажал на педаль газа своей нечеловеческой ногой. В этот момент Эм поняла, что человеческий вид таксиста появлялся лишь выше талии; ниже он не скрывал свою инопланетную форму. Заднее сиденье такси начало опускаться под землю, погружая агентов в темноту лондонского подземелья. Внезапно тишина сменилась тяжелым пульсирующим басом. По мере того как сиденье опускалось, одновременно с ударами баса в темноте начали вспыхивать стробоскопы. В моргающем свете Эм посмотрела на невозмутимого напарника.

– Вход для особых гостей, – объяснил Эйч, когда сиденье остановилось и выпустило их на круглую сцену в одном конце шумного ночного клуба.

Эм поразили цвета, стиль и возмутительность костюмов посетителей. Там разгуливали люди, у кого вместо одежды была нанесена краска для боди-арта; другие были в резиновых костюмах со встроенными двенадцатидюймовыми каблуками, а в волосах торчали разноцветные нитки, пластиковые трубки или перья. Мимо прошла женщина в вечернем платье в стиле fin-de-siècle[23], покрытом кусочками серебристого стекла. Глаза скрывались за круглыми зеркальными солнцезащитными очками, а в руках она держала кружевной зонт. У нее были клыки и рога, и Эм не могла разобрать, то ли это импланты, то ли девушка – инопланетянка. Мужчина в зеленом поролоновом костюме Gumby[24], прыгая и танцуя на платформе в центре танцпола, махал гипнотическими светодиодными палочками. Голубокожая женщина с заплетенными на голове осьминогоподобными щупальцами беззаботно танцевала в толпе. Другая женщина носила бараньи рога, а парень с золотистой кожей, конической головой и широкими черными глазами, похожими на козырьки, выписывал на танцполе кренделя.

Эм никогда не видела ничего подобного, даже несмотря на свое увлечение инопланетной жизнью. Одно дело – изучать каждый клочок эзотерической чепухи о жизни инопланетян из «ненормальных» книг и веб-сайтов, но совсем другое – видеть, как они делают желейные шоты. Ей никогда не приходило в голову, что за все те годы, что она изучала и искала ЛвЧ, она упустила опыт, который мог бы ей понравиться. Клуб, например, полный музыки, танцев и инопланетян. Эйча, безусловно, приняли здесь с той же теплотой, что и в команде ЛвЧ.

– Сегодня людно, – заметил Эйч, осматривая танцпол. – Симпатичная толпа.

Они пробирались через танцплощадку, и перед агентом Эйч расступались все.

– Привет! Эйч! – на весь клуб закричал келортианец в огромном султанском тюрбане.

Пришелец, похожий на классического серого инопланетянина из интернета, курил высокотехнологичный летающий кальян.

Эйч помахал приятелю-пришельцу.

– Йордав! Привет! Тебя выпустили! Давай как-нибудь пообедаем? Я тебе напишу на…

Эйч и Эм пробились сквозь толпу к бару. Сначала бармен показался Эм человеком, но ее мнение изменилось, как только он одним касанием охладил кружку с пивом. Затем он аккуратно толкнул Эйчу стакан с гленфиддихом.

– Эйч, как дела? – поинтересовался ледяной бармен, выдыхая белый туман.

– Все хорошо, – ответил Эйч, потягивая виски.

Агент предложил Эм напиток, но та покачала головой. Тогда он снова повернулся к бармену.

– Все по-старому. Так и спасаю мир и все еще надеюсь переделать кухню. Может, сделаю из нее комнату развлечений.

Бармен решительно кивнул.

– Это пойдет тебе на пользу!

Эм заметила спешащую к ним пару. Черные волосы симпатичной женщины, одетой в платье с изображением отпечатков губной помады, спадали на плечи. Эм она показалась человеком. А ее партнер как будто из семидесятых вывалился. Он носил наполовину расстегнутую клубную рубашку, сшитую из странной сине-золотой металлической ткани, и чересчур обтягивающие расклешенные брюки. Он был пришельцем, и, судя по гребням бровей над глазами и вдоль челюсти, Эм предположила, что перед ней юлиглианец. Его голову украшали кудряшки, а на шее висела золотая цепочка, утонувшая в густой шерсти на груди. Осторожно приблизившись к бару, пара взялась за руки. При виде Эм на их лицах появилось обеспокоенное, даже испуганное выражение. Но как только пара заметила Эйча, казалось, они немного расслабились.

Эйч улыбнулся гостям.

– Коко, Бьорг.

– О, слава богу, – с придыханием произнес Бьорг. – Мы слышали, что ЛвЧ здесь.

– Мы переживали, что это проверка, – добавила Коко.

Эйч махнул рукой.

– Нет, это всего лишь я, – успокоил он, полностью игнорируя Эм. – Я оценил классику девяностых и коктейль по завышенной цене. Как дети?

– Не спрашивай, – ответил Бьорг, и они с Коко тут же усмехнулись. – Джасперу недавно исполнилось шесть лет, а он все ноет и ноет.

– Уже шесть? – Эйч покачал головой. – Куда бегут годы?

– Эйч, почему ты заранее не позвонил? – спросила Коко.

Щелкнув пальцами, слово вопрос задали ему, Бьорг ткнул волосатым указательным пальцем в агента.

– Вунгус. Конечно!

Бьорг указал на второй уровень в темной VIP-секции, огороженной бархатными веревками и защищенной телохранителями.

– Он на своем любимом месте.

Кто-то позвал агента, и Эйч, извинившись, направился обратно в толпу. Эм, Коко и Бьорг последовали за ним в сопровождении музыки и вспышек огней.

Эм наблюдала, как Эйч пробирается к винтовой лестнице на верхний уровень. Он шел, пританцовывая, и останавливался, чтобы поприветствовать знакомых, дать пять, поцеловать в щеку, обнять и стукнуться кулаками. Эм слышала, как один из поклонников агента воскликнул:

– Эй, это мистер «Серия 7»!

Несмотря на его принадлежность к ЛвЧ, в этом несанкционированном инопланетном клубе каждый знал Эйча и любил. Эм не знала, как к этому относиться. Внезапно она вернулась в начальную школу, превратившись в изгоя.

– Вы, должно быть, новый партнер агента Эйч, – перекрикивая музыку, обратилась Коко к Эм.

Но не успела Эм ответить, как Бьорг тоже пробормотал ей на ухо:

– Он – легенда, но, как вы знаете, весьма скромен. Никаких понтов или выражений типа: «Посмотрите на меня, я спас мир!»

– Он рассказал вам, что спас мир? – спросила Коко в другое ухо.

Эйч уже добрался до бархатной веревки, перекрывающей лестницу верхнего уровня.

– Да, я что-то об этом слышала, – ответила Эм.

Они догнали Эйч, и Бьорг отцепил веревку, чтобы позволить двум агентам подняться по лестнице.

– Эйч, если тебе что-нибудь понадобится… – обратился Бьорг к поднимающимся по лестнице агентам.

– Все что угодно, – добавила Коко.

Остальные их слова потерялись на фоне радостных криков посетителей, когда диджей поставил новую песню.

Глава 12

Эм и Эйч поднялись наверх к границе темной VIP-секции. Вышибалы – оба рогианцы, каждый из которых имел по две пары больших мускулистых рук, – встали в стороне от Эйч и подняли бархатную веревку, чтобы пропустить агентов. Пара крепких джабабианских телохранителей остановили их, но спустя напряженную секунду пропустили дальше. В темном зале из кабинки старательно пыталась подняться неуклюжая тучная фигура с бокалом шампанского в руке – Вунгус Гадкий.

– Вунгус среди нас! – проревел Эйч.

Фигура вышла на свет. На этого джабабианца с синей кожей и черепашьим лицом с трудом можно было смотреть. Широкий и приплюснутый нос терялся между слегка выпученными глазами. Эм подозревала, что кудрявые каштановые волосы на макушке, скорее всего, накладные. Плотно облегающие брюки и серая рубашка с коричневым пиджаком едва покрывали его 300-фунтовую фигуру. Одежда Вунгуса стоила дорого, но на пришельце казалась дешевой. Он закончил свой образ «евротреша» толстой золотой цепочкой вокруг лягушачьей шеи.

– Эйч-Бомб! – воскликнул Вунгус с сильным акцентом.

Вунгус и Эйч бросились друг к другу, и на секунду Эм подумала, что они обнимутся, но вместо этого двое изобразили сложный ритуал, состоящий из взмахов рук и щупалец и ударов в грудь. Возможно, там присутствовало и выпускание газов, но Эм не поняла, был ли это биологический инцидент или джабабианский язык. Казалось, это продолжалось вечно. Эм посмотрела на часы и вздохнула.

– Ви-Дог! – воскликнул Эйч. – Ты похудел. И что-то сделал со своими волосами?

Эм заметила, что Вунгус с легкостью проглотил эту наживку… как все остальное, что едят джабабианцы. А судя по Вунгусу, питаются они разнообразно.

– Я едва тебя узнаю, – продолжал Эйч, явно преувеличивая.

Затем Эйч повернулся и указал на Эм.

– Это Эм. Эм, Вунгус. Вунгус, Эм.

– Прив-е-е-т, Эм, – поздоровался Вунгус, чуть ли не пялясь.

Не важно, Бронкс это, Манхэттен или инопланетный подпольный бар, – она видела этот взгляд сотни раз в сотне разнообразных заведений. Эм включилась в игру, слегка поклонившись жалкому межгалактическому члену королевской семьи.

– Здравствуйте, ваше высокопреосвященство, – поприветствовала Эм с лучшей фальшивой профессиональной улыбкой. – Я о вас много слышала.

– Громко сказано, – добавил Эйч.

Вунгус начал издавать ужасные звуки. Он хрюкал, стонал, хрипел, и когда остановился, они оба посмотрели на Эм. После неловкой паузы Эйч перевел:

– Вунгус спросил, не была ли твоя мать неверной вангорианкой? Потому что она, должно быть, украла аммониты из звездного потока радиогалактики Лебедь А и спрятала их в твоих глазах.

– Прости, что? – переспросила Эм.

– Приблизительный перевод, – объяснил Эйч. – Наверное, на Джабабии эта фраза лучше работает, но ты это узнаешь только в том случае, если свободно говоришь на джабабианском.

Эм попыталась скрыть свое невежество.

– Конечно, – согласилась она. – Я пытаюсь найти слова, чтобы выразить, насколько привлекателен Вунгус.

Эйч наклонился ближе к Вунгусу, но Эм все равно услышала, что он сказал.

– Эм знает все, что нужно знать о Джабабии.

– Ну, не все, – возразила Эм.

– Это как фетиш, – добавил Эйч.

– Определенно не фетиш, – возмутилась она.

– Неутолимая жажда, – продолжил Эйч. – Джабабия то, Джабабия се. Джабабия, Джабабия, Джабабия…

– У меня во рту пересохло, – сообщила Эм, отчаянно поглядывая в сторону бара.

Она чувствовала, что дыра, которую Эйч выкапывал под ее ногами, становилась все глубже и глубже каждый раз, когда он открывал свой рот. Вунгус рассмеялся; его смех напомнил засоренный унитаз во время спуска воды. Эм тоже засмеялась, стараясь поддержать шутку. Вышло фальшиво.

Эйч проигнорировал неловкое молчание.

– Я знал, что вы двое отлично поладите, – заметил агент, указывая на танцпол под ними. – Потанцуйте. Эм любит танцевать.

Эм вспомнила себя десятилетней девчонкой, когда пыталась симулировать космический полет, катаясь на карусели тридцать семь раз подряд.

– Я принесу выпить, – пообещал Эйч, направляясь к официантке. – Ты все еще предпочитаешь клюквенную водку?

– Ты меня знаешь, – ответил Вунгус, проскальзывая обратно в свою кабинку.

Пришелец снова повернулся к Эм, погладив щупальцем сиденье.

– Садитесь, Эм. Садитесь рядом с Вунгусом, – пригласил он, демонстрируя ряды неровных, деформированных и запятнанных зубов. – Я не кусаюсь.

Осознание нахлынуло на девушку сильнее, чем волна, превратив ее в бурлящий гневом котел эмоций. Сохраняя спокойствие, Эм подняла указательный палец.

– Дайте мне одну секунду, – попросила она и бросилась к агенту Эйч, который стоял рядом с официанткой.

– Все нормально, я плачу, – уверил он Эм. – Запишу на счет компании. Небольшой совет: не обращай внимания на траты.

– О, спасибо! – с горечью ответила Эм, когда ушла официантка. – Только один вопрос: ты пытаешься свести меня с пришельцем?

– Во-первых, это попахивает дискриминацией.

Эйч изо всех сил старался изобразить возмущение, но потерпел неудачу.

– Мы здесь, потому что мы обаятельные и веселые и заботимся о том, чтобы Ви прожил лучшую ночь своей жизни, – напомнил Эйч, глядя через плечо Эм на одинокого Вунгуса. – Мы идем, дружище!

Вунгус в ответ показал большой палец. Эйч направился к столу, но Эм преградила путь.

– В следующий раз, если захочешь, чтобы я стала приманкой для Вунгуса, не забудь меня предупредить. Я ненавижу ложь.

– И не любишь притворяться экспертом в том, в чем не являешься?

Гнев Эм рассеялся, как только она поняла, что ее только что сделали.

– Если ты еще не заметила, наша работа завязана на обмане, – продолжил Эйч.

– Удачи тебе в этом, – сказала Эм.

Эйч пытался подобрать слова, и Эм видела, как отчаянно он хочет объяснить что-то важное, но у него не получалось.

– Джабабианцы – вспыльчивый народ. – Эйч улыбнулся и помахал Вунгусу. – Мы хотим, чтобы они были счастливы. В этом случае они не разрушат нашу планету и все, что на ней находится. Это миссия, но если ты не согласна с миссией…

– О, нет, – произнесла Эм, перебив напарника. – С миссией я согласна.

Схватив бокал шампанского, Эм нацепила фальшивую улыбку и неловко потанцевала назад к Вунгусу. Эйч последовал за ней с вежливой улыбкой на лице. Никто из агентов не заметил вошедших в клуб близнецов. Близнецов, которые двигались как единое целое и имели странное сходство с мертвым официантом из Марракеша.

Глава 13

– И тогда Сефилакс говорит, – торжественно закончил Эйч свою шутку. – Если только он его не касался!

Все шумно рассмеялись. Даже стойкие телохранители, возвышающиеся над своим подопечным в VIP-кабинке, хихикали со всей музыкальностью физиологических функций.

– Ладно, – сказала Эм, вытирая слезы смеха с глаз, – моя очередь!

Она услышала шутку в офисе, и как только ей объяснили значение, она просто не могла перестать смеяться. Эм не сомневалась, что Эйч и Вунгус оценят.

– Вы когда-нибудь слышали о голодном манитабианце?

Воцарилась изумленная тишина. Лицо Вунгуса вытянулось; плечи опустились. Эм смущенно огляделась.

– Манитабианец съел мать Вунгуса, – объяснил Эйч. – Это ужасная трагедия.

Эм чуть сквозь землю не провалилась. Она повернулась к Вунгусу:

– Я… соболезную вашей потере.

– Мама была драгоценным цветком, который слишком рано сорвали.

Эйч вручил Вунгусу бокал и поднял тост.

– За нее. Намасте.

Двое чокнулись и выпили напитки. После торжественного момента Эйч взял шампанское и принялся за пробку.

– И сколько ты пробудешь в городе, приятель?

Бутылка с хлопком открылась, и огни в клубе замерцали. Сначала Эм подумала, что это часть светового шоу, но озадаченные выражения на лицах присутствующих убедили ее, что это не так. Один только Эйч наливал шампанское в бокалы, не замечая этого явления.

– Завтра Вунгус возвращается домой, – ответил джабабианец.

– Завтра? – переспросил Эйч. – Ты три года провел в гиперсне, летя от Конской Головы, чтобы погулять одну ночь? Тогда нужно развлечься на полную катушку.

Эйч вручил Вунгусу шампанское и сделал большой глоток из своего бокала.

– Я прилетел поговорить, Эйч, – сообщил Вунгус. В его голосе не звучало ни намека на юмор. – Нам нужно поговорить.

Музыка изменилась. Началась новая песня: Break Ya Neck, Баста Раймс. Танцующие на танцполе тут же забыли о беспокойстве по поводу мерцающих огней.

– Да ладно тебе! – уговаривал Эйч Вунгуса. – Ты здесь всего на одну ночь. Я не могу уйти, не увидев, как покутил Ви. Ты же любишь хип-хоп, верно?

Эм наблюдала, как Эйч тащил Вунгуса на танцпол, и даже не знала, стоит ли их останавливать. Да, они пришли развлекать Вунгуса, но раз их гость настолько важен, агенты ЛвЧ обязаны следить за обстановкой, чтобы не допустить никаких неприятностей. Эм пробежалась взглядом по танцорам, среди которых появились два близнеца. Судя по их виду, танцплощадку они никогда раньше не видели. Близнецы заметили агента Эйч и Вунгуса, и на мгновение Эм забеспокоилась, что они чересчур внимательно их разглядывают. Но как только девушка собралась встать, близнецы отвернулись. В конце концов, Эйч и Вунгус действительно привлекали к себе внимание.

Эм снова отвела взгляд от своих подопечных. Она ошибалась, думая, что близнецам некомфортно на танцполе. Через мгновение они начали двигаться так же, как и другие танцоры… Они что, подстраиваются под остальных? Эм наблюдала, как они имитировали движения, а затем создавали свои, которых она раньше никогда не видела. Несколько других танцоров окружили их и начали им хлопать, а их танец становился все более сложным и быстрым – близнецы двигались намного быстрее, чем остальные.

Близнецов окружила аура какой-то странной энергии. Вокруг их ног вился туман танцпола, отражая излучаемый ими жуткий свет. А Эйч, похоже, ничего не заметил – его внимание полностью сосредоточилось на привлекательной девушке. Вунгус выглядел обеспокоенно. Эм встала. Если Эйч не замечал опасность, в которой они оказались, то правильно, что она пошла сюда с ним. Неуклюже танцуя, Эм направилась к Эйч и Вунгусу.

* * *

Потерявшись в экстазе от мощных музыкальных волн, Эйч вызывал внутреннего Джона Траволту, исполняя свои лучшие движения. На его лице появилась гримаса удовольствия, которую обычно называют «неправильным прикусом белого человека», что считается отличным средством контрацепции и страшилкой для маленьких детей. Эйч заметил, что Вунгус танцевал довольно нерешительно, словно пропуская движения. Что-то его беспокоило.

Вунгус поймал взгляд агента и подошел ближе.

– Эйч, Вунгус должен тебе кое-что сказать.

– Если речь идет о той ночи в Бейруте, – перекрикивал Эйч музыку, – я удалил фотографии. Клянусь на мизинчике.

Эйч понял, что Эм изо всех сил пыталась до них добраться, протанцовывая свой путь сквозь постоянно меняющийся лабиринт танцпола. Она выглядела так, будто не хотела привлекать внимание и портить вечеринку. «Странное отношение к клубу», – подумал Эйч.

– Эйч, – позвала Эм. – Двенадцать часов.

– Уже? – крикнул он, продолжая танцевать. – Ночь только началась!

Эйч повернулся к Вунгусу, но тот больше не танцевал.

– Тебе музыка не нравится? Хочешь, я попрошу включить что-то более атмосферное?

Вунгус протянул одно щупальце и обернул его вокруг предплечья агента.

– Это серьезно. Ты единственный, кому доверяет Вунгус…

Внезапно джабабианец остановился, глядя на свое щупальце. Из места соприкосновения с агентом струились искры бледного света. Это и есть часть джабабианских способностей. Так они «читают» намерения и истинные мотивы людей. Эйч не возражал, чтобы Вунгус это делал, – для джабабианца это такая же форма общения, как разговор или обмен взглядами.

Но Вунгус ахнул и отдернул щупальце, как будто только что коснулся горячей печи.

– Что с тобой случилось? – почти испуганно спросил пришелец.

В клубе заиграл ремикс Билли Айлиш – MyBoi-TroyBoi, и танцпол погрузился в темно-синюю мглу.

Эйч моргнул.

– Что ты имеешь в виду?

На каком-то глубоком уровне, которому Эйч не мог дать объяснение, он все понял, но на той поверхности, где он плавал сейчас, агент ничего не осознавал и не хотел этого делать.

* * *

Эм наблюдала за происходящим с едва скрываемым нетерпением. Она понимала, что близнецы не стоят на месте и больше не прячут свой интерес к Вунгусу. Теперь она заметила их действия: один из танцующих братьев раскрыл пустую ладонь и протянул ее вперед, будто отправляя воздушный поцелуй. Другой в это время сделал жест (или это было танцевальное движение, Эм точно не поняла), каким супер-герой аниме создает взрыв, чтобы уничтожить планету. Эм пыталась добраться до Вунгуса, но на ее пути оказался Эйч. Стоило второму близнецу закончить движение, как Вунгус тут же хлопнул себя по шее.

Глаза джабабианца потеряли фокус, и он наткнулся на грудь Эйча, уставившись на старого друга, словно вовсе его не знал.

– Эй, приятель, ты плохо выглядишь, – заметил Эйч.

– Вунгус плохо себя чувствует, – пробормотал пришелец.

Эм попыталась найти близнецов, но они как сквозь землю провалились.

– Это все клюквенная водка, – пошутил агент, но Эм заметила беспокойство в его глазах и что-то еще, чего пока не могла понять. – Нужно отвезти его домой, – настаивал Эйч, глядя на телохранителей Вунгуса. – Подгоните его машину.

Как только агенты подняли Вунгуса на ноги и повели к выходу, Эм посмотрела на своего напарника.

– Ты это видел? Те парни, они…

Музыка снова стала громче и заглушила ее слова.

* * *

На обочину возле клуба выскочил предоставленный ЛвЧом бронированный внедорожник Вунгуса с одним из телохранителей за рулем. С помощью второго охранника агенты усадили стонущего джабабианца на заднее сиденье.

– Спи, приятель, – обратился Эйч к Вунгусу через открытую дверь. – И не забывай пить воду.

Эйч захлопнул дверь, и машина укатилась по темной улице.

Агенты направились к «Ягуару» агента Эйч.

– Он неважно выглядит, – заметила Эм. – Я имею в виду, он и раньше не очень хорошо выглядел, но…

Эм выдержала паузу.

– Эйч, мне кажется, в клубе что-то произошло. Разве мы не должны об этом доложить?

Уличный свет над головами начал мерцать.

– У нас все хорошо, – уверил Эйч. – Поверь мне, как только ты доложишь об этом, ты погрязнешь в бумажной работе. Я заметил, что Вунгусу стало гораздо хуже…

Внезапно со стороны улицы, куда уехал внедорожник, раздался раскат грома. Автомобиль Вунгуса взлетел в воздух вверх дном и врезался прямо в здание.

– Что за…? – пробормотал Эйч.

Его поразило не то, что машина врезалась в стену, а тот факт, что кирпич и сталь превратились в желе, а затем снова затвердели. Агенты бросились к месту происшествия.

Сразу за переулком, где их ждал «Ягуар», улица выглядела как после маленького землетрясения. Повсюду лежал мусор от осыпавшихся стен и разрушенной улицы; машины стояли опрокинутыми и разбитыми, и у некоторых ревела сигнализация. Как только клубы пыли начали оседать, агенты бросились к автомобилю, вытаскивая свои деатомайзеры серии 4.

С другой стороны машины из облака появились близнецы. Они шли за внедорожником. Это их цель. Никаких сомнений теперь не возникало.

– ЛвЧ! Ни с места! – выкрикнул Эйч.

Близнецы остановились и насмешливо посмотрели друг на друга.

– На землю! – приказала Эм стальным голосом. – Ладонями вниз!

– Руки вверх! Быстро! – одновременно с Эм закричал Эйч.

Близнецы стояли в замешательстве. Агенты обменялись взглядами и попробовали еще раз.

– Руки вверх! – приказала Эм.

– Ладонями вниз! – скомандовал Эйч.

Агенты не сводили глаз с близнецов.

– Давай придем к единому решению? – предложил Эйч. – И то и другое – замечательно, но нам лучше придумать систему. Значит, ты предпочитаешь «ладонями вниз»?

Эм задумчиво кивнула.

– Спасибо, – поблагодарила она. – Я ценю этот жест.

– Ладонями вниз! – крикнули оба агента в унисон.

Близнецы подчинились и улеглись на потрескавшуюся мостовую, после чего агенты осторожно приблизились к ним.

Ни Эйч, ни Эм не заметили, что во время прикосновения к земле руки близнецов тускло светились. Улица возле их пальцев начала разжижаться и рябить. Близнецы хлопнули руками по тротуару и поднялись в вертикальное положение. Огромная волна сжиженного бетона мгновенно устремилась в сторону агентов. Они попытались убежать, однако твердая волна все равно их настигла. Припаркованные на обочине машины взлетели в воздух, а пожарные краны затрещали и прорвались, заливая водой всю улицу. Пролетев футов двадцать, Эйч и Эм рухнули на землю возле «Ягуара» и устремили заряды своего оружия прямо во тьму.

Близнецы вновь направились к машине Вунгуса. Тем временем агенты, покрытые синяками, порезами и пылью, поднялись на ноги.

– Наверное, стоило начать с «руки вверх», – заметил Эйч, бросившись к своему «Ягуару».

Добравшись до дверной ручки, агент поднял ее, а затем потянул наружу. Из углубления появился маленький хромированный пистолет с коротким и широким стволом. Эйч нажал большим пальцем на переключатель возле спускового крючка, и пистолет ожил. Он приготовился и открыл огонь по близнецам, когда к «Ягуару» подбежала Эм.

– Крышка бензобака! – крикнул ей Эйч.

Эм потянула крышку, и из машины моментально выскользнул цилиндрический длинноствольный пистолет с раскрывшейся рукояткой и спусковым крючком. Она щелкнула выключателем, и как только на серебряном стволе вспыхнула голубая полоска энергии, агент сразу присоединилась к напарнику.

Пока вокруг близнецов взрывались лучи и заряды, они с поразительной грацией прыгали и переворачивались, избегая огня. Один из близнецов перевернулся и поднял расплавленный каменный столб с того места, где секунду назад стояли его ноги. Другой тем временем скользнул к его основанию и швырнул его в агентов, словно гигантскую ракету из лавы. Эйч и Эм успели скрыться за «Ягуаром» за мгновение до того, как колонна ударила в лобовое стекло, разбросав вокруг раскаленные фрагменты камня. Отброшенный силой снаряда «Ягуар» сморщился и застонал. Вместе с машиной на землю рухнули и агенты.

Стиснув зубы, Эйч снова вскарабкался на ноги и поднял оружие.

– А вот теперь я разозлился.

Эм встала и, схватив свой пистолет, тоже открыла огонь. Один из близнецов просунул руку в металлическую дверь разбитой машины. Металл рябил и тек, изменяя форму, пока близнец не выдернул покореженную дверь. Пули от пистолетов рикошетили от дверного щита, который в процессе трансформации стал чем-то более крепким, чем сталь.

– Нам нужно больше огневой мощи! – крикнул Эйч сквозь свист и рев оружия. – Боковое зеркало!

Пока Эйч палил, вынуждая близнецов прятаться за щит, Эм осмотрела зеркало и повернула его вверх. Раздался электронный гул, и вверх по окну скользнула панель с четырьмя большими мощными бластерами.

– А вот это мне нравится, – с улыбкой на лице воскликнула Эм.

Она вытащила одну из «пушек» и выстрелила в дверной щит близнецов, превратив его в клочья одним мощным взрывом. Братья лишились своего укрытия. Эйч воспользовался моментом и принялся стрелять в открытую цель, пробив огромную дыру в груди одного из близнецов. Из спины моментально вылетели перегретые частицы газа, напоминающие крошечную туманность. Эйч выстрелил в плечо, и то испарилось в брызгах плазмы. Раненый близнец оглянулся и увидел, как очередь из оружия Эм поразила его брата, расщепив на частицы его лицо и шею.

На мгновение показалось, что время замерло… а затем повернулось вспять. Словно осколки разбитой вазы, взрывающиеся частицы вернулись на место. Не веря своим глазам, все еще палящие из оружия агенты наблюдали, как близнецы трансформируются и восстанавливаются. Братья, явно презирающие оружие агентов, разорвали оставшуюся часть своего щита и снова направились к цели – машине Вунгуса.

Эйч продолжал палить, но понимал, что каждый выстрел лишь ненадолго отвлекает противника.

– Бампер со стороны водителя! – скомандовал Эйч.

Эм бросилась к машине и принялась безрезультатно тянуть за левый задний бампер. Она тащила изо всех сил, пока не грохнулась на задницу.

– В Англии правостороннее движение! – уточнил Эйч, оглянувшись на напарницу.

Эм схватила и повернула правый задний бампер «Ягуара» и вытащила большую хромированную винтовку. Отбросив в сторону бесполезный короткоствольный пистолет, Эйч ударил по задней панели машины, открыв доступ к большому автобластеру. Опустившись на колени возле задней шины, он повернул покрышку, достал круглый барабанный магазин и вставил его в оружие.

Оба агента встали бок о бок и вновь принялись палить по близнецам. Огонь из более крупного оружия устремился в пришельцев, разрывая тела быстрее, чем они успевали их восстанавливать. Близнецы обменивались частицами, перестраивая руки, ноги и головы, но их снова и снова разрывало на части.

Один из братьев явно разозлился: он встал на колени и коснулся потрескавшегося, осыпающегося тротуара, и тогда из земли вырвался кипящий клинок размером с большое дерево. Близнец бросил оружие своему напарнику, а тот, в свою очередь, швырнул его прямо в агентов. Эм и Эйч нырнули в укрытие, но раскаленный клинок разрезал «Ягуар» на две части. Близнецы не сдавались. Они телекинетически запустили бесконечный шквал обломков машин, кусков бетона и остального уличного мусора в агентов. Эйч и Эм спрятались за смятыми останками «Ягуара».

В вихре Эм заметила Вунгуса, с трудом выбирающегося из опрокинутой машины. С того момента, как его посадили на заднее сиденье, ему явно стало хуже. Заметив Эм, он шагнул к ней сквозь хаотичное поле битвы.

– Эм… Эм…

– Иди, – крикнул Эйч, стреляя из большого автобластера, – я прикрою тебя!

Эм мчалась через хаос, который всего несколько минут назад был тихой лондонской улицей. Она несколько раз споткнулась, но каким-то образом удержалась на ногах. Вокруг падал град обломков, но Эйч продолжал стрелять, чтобы не позволить близнецам прицелиться в напарницу. Наконец она добралась до Вунгуса, выпустив несколько выстрелов из собственного оружия и сбив с ног одного из близнецов.

Вунгус выкашлял темную слизь, окрасившую его губы. Для здорового джабабианца цвет его кожи стал абсолютно ненормальным. Эм понятия не имела, что ей теперь делать.

– Эйч, – позвала она, – здесь нужна помощь!

Вунгус застонал и покачал головой:

– Нет! Не Эйч.

Казалось, каждый вдох причинял ему боль.

– Он… изменился. Я это почувствовал.

Эм посмотрела на агента, палящего в близнецов. Пока мимо него проносились смертоносные обломки, глаза его блестели от волнения, а не от страха. Эйч обернулся на ее зов, моргая, словно выходя из транса.

Он что-то крикнул на фоне пальбы и ярости телекинетического шторма, но Эм не расслышала его слов.

Вунгус обхватил щупальцем предплечье Эм, и оно заискрилось, как и ранее с агентом Эйч.

– Я должен знать… могу ли доверять вам, – хрипел Вунгус.

Эм уставилась на щупальце на руке, почти затаив дыхание. Он считывал ее, а она едва могла в это поверить.

– Вы… никому не доверяете… – с грустным видом сообщил Вунгус. – Никогда.

Эм ощутила шквал эмоций, словно обрушившийся на нее ураган бетона и кирпича. Его слова задели ее, но она понимала, что в них заключается правда. С той давней ночи, когда мир превратился в одну сплошную ложь, она больше никому не доверяла. И не доверяет до сих пор.

Щупальце Вунгуса сжалось на ее предплечье, и он ахнул от боли.

– И не доверяйте! – прошипел он. – С Людьми в Черном что-то не так.

Одной рукой Вунгус вложил в ладонь Эм маленькую прямоугольную коробочку. Предмет напоминал инопланетную версию японской головоломки, покрытой сложными геометрическими узорами на плиточной поверхности. Вунгус подвинулся ближе к ее уху.

– Спрячьте это, – с трудом выговорил пришелец.

– Вунгус, что это? – спросила Эм.

– Никому не доверяйте, агент Эм, – прошептал Вунгус.

В борьбе за жизнь он издал несколько ужасных ворчащих звуков, но все же проиграл свою битву. Вунгус замертво упал на землю. В полном изумлении Эм снова взглянула на коробочку, а затем почувствовала присутствие других глаз. Близнецы следили за ней – или, точнее, они уставились на головоломку. Вот зачем они прибыли на Землю.

Оба близнеца направились в сторону Эм, и она вдруг заметила, что Эйч перестал стрелять. Она подняла пистолет, заведомо зная, что его огневая мощь недостаточно сильная, чтобы остановить близнецов и спасти подарок Вунгуса.

Стоя у багажника «Ягуара», Эйч держал на плече хромированную высокотехнологичную ракетную установку. Улыбнувшись из-за прицела, агент выпустил ракету. Взрыв сотряс весь район и отбросил близнецов далеко на середину улицы. В тот же момент раздался визг шин и грохот двигателей, а из-за угла выскочил рой «Лексусов», тотчас окруживших пришельцев. Как только вооруженные агенты повыпрыгивали из машин, братья обменялись безмолвными взглядами.

Один из них вошел в другого, образовав единое целое. Одинокая фигура засветилась и рассыпалась на миллион крошечных статичных частиц, исчезнувших в воздухе.

Эйч опустил пусковую установку и бросился к Вунгусу. Эм увидела на его лице нечто такое, чего не видела с тех пор, как встретила это дерзкого очаровательного агента, – шок, горе и грусть. Эйч опустился на колени рядом с Эм и осторожно закрыл своему другу глаза.

Вспомнив последние слова мертвого пришельца, Эм незаметно убрала головоломку в карман пиджака.

Глава 14

Если бы агента Си нужно было описать одним словом, то этим словом стал бы «порядок». Каждый день Си просыпался в одно и то же время. Он завтракал, обедал и ужинал в одно и то же время. Чаепитие всегда проходило по одному расписанию. Поэтому, когда через несколько часов после отведенного на сон времени зазвенел коммуникатор, глаза Си широко открылись. Он зарычал, потянувшись к телефону, заведомо зная автора нарушения: Эйч.

По мнению Си, агент Эйч являлся воплощением хаоса. Его давным-давно нужно было нейрализовать и выкинуть в тот грязный приморский городок, где его подобрал Хай Ти. Эйча нельзя назвать непрофессиональным агентом, ведь в минуты опасности он словно расцветал. Нет, проблема заключалась в том, что Эйч забывал о правилах. А по мнению Си, правила касаются всех, даже героев, которые спасли мир лишь с помощью ума и деатомайзера серии 7. Но у Эйча имелся сильный союзник – бывший напарник, Хай Ти. Хай Ти лично выбрал Си для службы в ЛвЧ, и он глубоко уважал своего босса. Но у босса имелся один недостаток: дружба с агентом Эйч. Пока Ти мирился с дурью Эйча, Си мало что мог поделать, кроме как подавать надлежащие жалобы и дожидаться, когда этот придурок совершит настолько идиотский поступок, что даже Хай Ти увидит неспособность Эйча нести свою службу.

Ровно через двадцать минут после телефонного звонка Си оказался на месте преступления. Агенты ЛвЧ в спецодеждах электриков устанавливали по периметру квартала длинные металлические столбы. Улица выглядела совершенно нормальной и тихой, за исключением «подсобных рабочих» и их грузовиков.

Си припарковал «Лексус» и перешел улицу, игнорируя приветствия агентов. Он прошел между двумя сторонами улицы, и реальность перед глазами зарябила. Теперь Си оказался посреди полного хаоса и разрушения. Часть улицы отсутствовала; в некоторых местах асфальт застыл в восходящих волнах и причудливых спиралях. Припаркованные вдоль улицы машины стояли скомканными и обстрелянными огнем энергетического оружия, в то время как другие лежали расплавленными, опрокинутыми или раздавленными. Повсюду бродили агенты ЛвЧ, сканируя обломки спектральными анализаторами. Си поднял глаза и увидел перевернутую дорогую машину, частично торчащую из кирпичного здания. Си дотронулся до висков, и в его мозг словно грузовой поезд врезался, принося с собой головную боль уровня «Эйч».

Си преодолел пульсацию праведного гнева в висках и осмотрел место происшествия в поисках источника своей боли. Однако вместо Эйча агент Си обнаружил американского стажера, агента Эм. Си подошел к ней, пока та с изумлением изучала один из застывших брызг асфальта.

– Доложите, – рявкнул Си.

Все еще пребывая в ужасе от увиденного, Эм затаила дыхание.

– Это превосходно, – ответила Эм, качая головой. – Они сотворили это голыми руками – превращали предметы из твердого состояния в жидкое, а затем обратно. В термодинамических системах это называется «фазовым переходом».

Си быстро осмотрел гребень, а затем вынул из кармана пиджака свежую пару латексных перчаток. Он никогда не выходил из дома без своего запаса. Надев перчатки, Си провел пальцем по импровизированной уличной скульптуре и заметил, что к ним присоединился Эйч.

– Интересно, – промолвил Си, все еще изучая аномалию.

Не глядя на агентов, Си обратился к Эйч:

– А что она здесь делает?

– Она показывает вам место преступления, – ответила Эм.

– Стажеры не принимают участие в полевых заданиях, – заявил Си, сняв перчатки и аккуратно сложив, – поэтому ее здесь нет.

– Ну, очевидно, она здесь. Я ее вижу, – возразил Эйч и ткнул в Эм, за что она ударила его по руке. – Я могу к ней прикоснуться…

– Да, и она это чувствует, – перебила Эм. – А еще она умеет говорить. Спасибо.

Си повернулся к агенту Эйч, положив свои идеально сложенные перчатки в карман пиджака.

– Твоя работа заключалась в том, чтобы развлечь гнусную рептилию.

– Он не «гнусная рептилия», – возмутился Эйч. – Он был моим другом.

– Который теперь мертв, – не скрывая самодовольства, подчеркнул Си, – из-за тебя.

– Следи за языком, – возмутился Эйч, делая шаг к Си.

– Или что? Мы не будем друзьями? – усмехнулся Си. – Твоя дружба не принесла ничего хорошего этому парню, – заявил Си, кивнув в сторону покрытого простынями тела Вунгуса.

Эйч схватил агента за лацканы и прижал его к машине.

Си в свою очередь наклонился ближе к лицу соперника:

– О, извини, я задел тебя за живое?

Эйч отпрянул, чтобы ударить Си, но остановился и отпустил старшего агента. Си разгладил куртку и посмотрел на Эм.

– Ты последняя, кто застала его живым. Он сказал что-нибудь, что помогло бы объяснить его убийство?

Рука Эм нырнула в карман, где лежала головоломка, но, вспомнив последние слова Вунгуса, девушка вытащила руку обратно.

– Нет, ничего, – ответила Эм, качая головой.

Хмурый взгляд Си исчез, и на его лице появилась улыбка.

– Итак, высокопоставленный член джабабианской королевской семьи умирает на ваших глазах, убитый нападавшими, которых вы не можете идентифицировать, по причинам, которые не можете понять.

Си повернулся к Эйч, и его отвратительная улыбка стала шире:

– Даже старик не сможет тебе помочь.

Глава 15

Эм никогда не заходила в офис босса, но он отражал то, что ей было известно о начальнике лондонской станции: вкус, изысканность и сдержанность. Пусть внешне он и разделял футуристический облик офиса агента O, в кабинете Хай Ти стоял антиквариат, а на стенах висели многочисленные картины, написанные маслом. С застывшей на лице гримасой боли, но со спокойствием в голосе, Хай Ти разговаривал по телефону с послом Джабабии, объясняя судьбу Вунгуса.

– Понял, – ответил Хай Ти, кивая.

Эм внимательно рассматривала картины. Сначала она решила, что это классика, но на самом деле это были сцены из истории Людей в Черном. Эм задержала взгляд на картине, где изображались младший и старший агенты, сражающиеся с ужасным гигантским жуком на территории Нью-Йоркской всемирной выставки 1962 года. Однако внимание Эм привлекла другая картина: героически оформленное изображение Хай Ти и Эйча, борющихся с монстром Роя на Эйфелевой башне. Внизу под рисунком была прибита маленькая табличка: «…вооружены лишь умом и деатомайзерами серии 7…»

Эм перевела взгляд с героя с квадратным подбородком и ясными глазами на помятую, похмельную реальность Эйча.

Сидя напротив Хай Ти, агент улыбался и наблюдал, как его друг, напарник и босс висел на телефоне. Даже на расстоянии нескольких футов Эм слышала доносящийся из наушника рычащий, плюющийся язык. Эйч поднял большие пальцы вверх, но пожилой агент еще сильнее нахмурился и развернул свой стул к окну, выходящему на главный этаж штаб-квартиры ЛвЧ.

– Уверяю вас, мы применим самые жесткие меры, – обещал Хай Ти.

Похоже, возникли проблемы. Эм поймала взгляд Эйча, не пытаясь скрыть свою озабоченность, но тот лишь пренебрежительно махнул рукой. Он встал и подошел к девушке, которая все еще стояла перед изображением двух друзей.

– Все будет хорошо, – успокаивал Эйч тихим голосом. – Ради дипломатических отношений приходится плясать. Он отправит корзину с фруктами, и все успокоится.

Хай Ти развернул кресло и повесил трубку. Судя по его виду, доволен он не был.

– Джабабианцы хотят ваши головы… в буквальном смысле. Они просят отправить их дипломатической почтой.

Эм оставалась спокойной, но ноги ее слегка дрожали. Хай Ти говорил серьезно.

– Что вы им сказали? – поинтересовалась Эм.

– Он объяснил, что ЛвЧ – не варвары, – высокомерно заявил Эйч. – Мы не станем приносить в жертву своих собственных агентов, ведь правда?

Хай Ти не ответил. Он кипел от злости, и от выражения его лица агенту Эйч стало не по себе.

– Ведь правда? – переспросил Эйч, больше не чувствуя уверенности.

Хай Ти взглянул на вошедшего в офис Си. Тот в свою очередь покосился на агентов и передал планшет своему боссу.

– Судебно-медицинский отчет, который вы просили.

На экране планшета появилось сообщение «Проверка глаз, Хай Ти». Босс поднял устройство, и экран считал уникальный рисунок сетчатки, после чего открыл отчет. Быстро просмотрев информацию, Хай Ти покачал головой.

– Что ж, все печально, – объявил он. – Весьма печально.

Опустив планшет, он перебросил данные в голографическую колонку. В комнате появились трехмерные изображения близнецов, а также спиральные изображения ДНК со специфическими отметками, мигающими красным цветом.

– Это наши подозреваемые. Вид под названием диаднум. Из двойной звездной системы в созвездии Дракона.

Хай Ти и Эйч обменялись взглядами, после чего Эйч шагнул вперед и нажал на голограммный отчет. Большая часть комнаты заполнилась звездной картой.

– Дракон, – повторил Эйч, регулируя фокус карты, чтобы приблизить систему двойных звезд в отдаленном созвездии. – Это территория Роя. Много лет назад там пал целый сектор.

Звездную карту усеивали красные точки, обозначающие земли Роя.

– И как мы все знаем, они не просто уничтожают своих врагов, – мрачно начал Хай Ти. – Они их подчиняют. Делают собой.

Хай Ти уменьшил звездную карту и увеличил последовательность ДНК пришельцев. Зелеными метками были отмечены изменения в структуре.

– Это ДНК диаднум, искривленная мутациями Роя.

– То есть, кем бы они ни были, – пояснил Эйч, – теперь они их часть.

Эм вспомнила файлы виртуальной реальности, и в ее голове внезапно вспыхнуло ужасное изображение: весь Нью-Йорк, весь Лондон, вся планета поглощены и порабощены беспощадным Роем. Она выбросила эту мысль из головы и попыталась сосредоточиться на брифинге.

– Да, – согласился Хай Ти, – но зачем им убивать члена королевской джабабианской семьи? – удивился босс, поворачиваясь к агенту Эйч. – Ты знал Вунгуса лучше, чем кто-либо другой. Он рассказал, зачем прилетел на Землю? Он что-то от нас хотел?

Эм чуть не рассказала о головоломке, но предупреждение Вунгуса ее остановило. «С ЛвЧ что-то не то… Никому не доверяйте, агент Эм».

– Его что-то беспокоило, – задумчиво произнес Эйч. – Он хотел рассказать мне, но его отвлекли.

– Он отвлекся? – пробормотал Си. – Или ты?

Си встал между двумя мужчинами.

– Сэр, если позволите, вся эта история – полное фиаско. Это все ерунда. Провал подобного масштаба требует ссылки на статью 13.

– Не будь придурком, – возмутился Эйч. – Кто из нас несет ерунду?

– Да, – согласилась Эм, – не…

Она замолчала и перевела взгляд на агента Эйч:

– Что за статья 13?

Как только Си откинул пиджак, чтобы продемонстрировать маленькую кобуру с нейралайзером, Эм сразу вспомнила о старых профессорах в колледже, которые держали мобильные телефоны на бедрах рядом с логарифмическими линейками.

– Немедленное прекращение сотрудничества и нейрализация! – заявил старший агент, вытащив серебряное устройство.

– Опять? – Эм с удивлением уставилась на старших агентов. – У вас на все один ответ!

– Сэр, – обратился Эйч, – вы не можете.

– Назови мне хотя бы одну причину, почему я не могу, – спросил Хай Ти мрачным тоном.

По выражению агента Эйч стало ясно, что слова Хай Ти ударили его, словно кулак. На него внезапно обрушилось осознание. Он понял, что может произойти в следующие несколько минут. Эм стало его жаль, даже несмотря на неприятности, в которые Эйч ее втянул. Он потерял Вунгуса, а его лучший друг намеревался уволить его и сделать изгоем. На этот раз Эйч не знал, что ответить, поэтому вмешаться решила Эм.

– Потому что, – выпалила она, – если вы сотрете нашу память, вы никогда не узнаете правду.

– Давайте просто покончим с этим? – умолял Си своего босса, все еще размахивая нейралайзером. – Они тянут резину.

– Подожди минуту, – попросил Хай Ти, подняв ладонь.

Босс посмотрел на Эм, и она почувствовала на себе оценивающий взгляд.

– Продолжайте, Эм. Объяснитесь.

– Ну, сэр, понимаете… если подумать… серьезно подумать, – осторожно начала Эм, словно шла по лезвию бритвы.

Она не хотела игнорировать последние слова Вунгуса и показывать головоломку, пока не узнает, кому в ЛвЧ можно доверять.

И тут ее осенило. Снова ощутив под ногами твердую почву, Эм продолжила:

– Вунгус! Сколько людей знали, что он на Земле?

– Люди в этой комнате, – ответил Хай Ти, – около дюжины высокопоставленных агентов и сам Вунгус.

– Верно, – согласилась Эм, кивая. – Именно так.

Последовала неловкая пауза, и, конечно же, Эйч решил ее заполнить.

– Продолжай, Эм, – попросил он. – Не молчи. Расскажи ему.

– Я думаю, что копать нужно отсюда.

Эм многозначительно посмотрела на агента Эйч, пытаясь объяснить, что ей нужна поддержка.

– Ты здесь старший, – напомнила она.

– Нет, пожалуйста, – стоял на своем Эйч, совершенно не обращая внимания на ее молчаливую мольбу. – Ты начала, ты и продолжай.

Эм взглянула на Эйча, безмолвно выразив желание вынести ему мозги его же деатомайзером серии 7.

Глубоко вздохнув, Эм продолжила:

– Что ж, сэр, если это единственные люди, кто знал… и будем считать, что сам Вунгус не стал бы сливать убийцам свое местоположение, тогда… не значит ли это… Что это сделал кто-то… из ЛвЧ?

Си, потерянный в фантазиях о мести, резко поднял глаза. Эм заметила вспышку разума в глазах Эйча. Наконец он понял ход ее блестящей мысли. Согласно ее предыдущему опыту, язык его начинал набирать обороты уже через несколько секунд после включения мозга.

– Точно, – согласился он. – Я уверяю, среди агентов ЛвЧ завелся крот. Прямо в стенах этого здания.

– Смешно, – отреагировал Си, снова глядя на агента. – За все эти годы у нас никогда не было утечек.

– Так бы сказал крот, – заметил Эйч, кивая в сторону Хай Ти.

– Не будь идиотом, – огрызнулся Си.

– Классический разговор крота.

– Крот 101, – присоединилась Эм.

– Хватит, – прохрипел Хай Ти.

Кажется, босс впервые заметил нейралайзер Си.

– Убери его.

Вздохнув, Си спрятал устройство.

Хай Ти подошел к стеклянной стене своего кабинета, глядя на агентов, сотрудников и постоянный поток пришельцев, прибывающих и покидающих Землю. Эм показалось, что она заметила разочарование пожилого агента, но только на мгновение, а затем его уверенность снова вернулась. Босс продолжил разговор с тремя агентами, повернувшись к ним спиной и все еще наблюдая за шумным этажом штаб-квартиры ЛвЧ.

– Если нас скомпрометировали, это подвергает опасности каждого гражданина этой планеты – как человека, так и пришельца. Си, выследи убийц. Найдем убийц, найдем и крота.

Хай Ти взял паузу, все еще глядя в окно.

– Эм, вы настолько внимательны, насколько вас рекламируют. Работайте над делом вместе с Си.

На Эм нахлынуло чувство облегчения, ведь ей уже в третий раз удалось избежать нейралайзера. Эйч все еще стоял перед столом босса с видом побитого щенка. Выходя из офиса, Си нетерпеливо махнул Эм, чтобы она последовала за ним. Девушка быстро взглянула на агента Эйч, а затем вышла.

* * *

Отойдя от окна, Хай Ти занял свое место за столом, не обращая внимания на агента Эйч.

Несколько минут Эйч молчал, но затем заговорил:

– Хороший ход, сэр. Полагаю, вы хотите, чтобы я проследил за делом. Этакая надзорная роль – как бы старшее руководство, верно?

Хай Ти вздохнул и опустил ручку.

– Мне надоело тебя прикрывать, Эйч.

– Но… я нужен вам в этом деле, – продолжал агент. – Я раньше уже имел дело с Роем, сэр, помните? Лишь с помощью ума и серии 7…

– Нет, – равнодушным голосом ответил Хай Ти и указал на картину их битвы в Париже. – Он имел дело с Роем, и я не знаю, куда, черт возьми, он делся.

Хай Ти обошел стол и встал лицом к бывшему напарнику.

– Я раньше думал, что ты можешь руководить этим местом. Я ошибался насчет тебя. Разговор окончен.

Агент стоял молча. Слова Хай Ти – одного из лучших людей, которых Эйч когда-либо встречал, – глубоко его ранили. Эйч глубоко вздохнул, но стоял на своем:

– Вы не ошиблись во мне, сэр. Однажды вы что-то во мне увидели, и это все еще там. Дайте мне шанс. Я все исправлю, Ти, я обещаю.

Хай Ти заметил промелькнувшую искру – ту самую искру, которую не видел годами, и она напомнила ему, что на этого человека можно рассчитывать. Неужели это тот парень с картины? Может быть и так.

Глава 16

– Это не просто лезвие, – объяснила Эм, рассматривая приближенное изображение орудия убийства на мониторе компьютера.

Крошечное оружие лежало на подставке под ярко освещенным кольцом увеличительного стекла, установленного на тележке рядом со столом Си. Тележку привезли и подключили к компьютеру два криминальных эксперта из ЛВЧ, которые теперь выполняли приказы старшего агента и агента-стажера.

– Похоже, он содержал яд.

На мониторе Си появилось увеличенное изображение сложного, изогнутого, зубчатого лезвия. Казалось, на кончике клинка остался крошечный след бледно-зеленого вещества.

Си повернулся к двум специалистам ЛвЧ:

– Я хочу, чтобы вы…

Изображение на экране размылось и пропало, оставив лишь белый свет, исходящий от подставки микроскопа.

Эйч держал крошечное оружие между большим и указательным пальцами.

– Извини, приятель, планы поменялись. Хай Ти захотел, чтобы я высказал свое мнение по этому вопросу.

– Подожди, что? – бессвязно произнес Си. – Я тебе не верю!

Но Эйч уже обошел лабораторию и вернулся к дверям.

– Слушай, мне это нравится ничуть не больше, чем тебе, но он говорил что-то вроде «положиться на меня» и «нуждаться в главном агенте». Я не устанавливаю правила, я просто их выполняю. Разбирайся с ним сам.

Лицо Си окрасилось в багровый, а губы побледнели. Прежде чем он успел что-то сказать или взорваться от злости, Эйч повернулся к изумленной Эм.

– Кстати, Эм, он хочет, чтобы ты мне помогала. «Пусть учится у лучших», – так сказал босс, – изобразил Эйч голос Хай Ти.

Си лишился дара речи, а Эйч тем временем выскочил за дверь с крошечным кинжалом в руке. Пожав плечами в стиле «а-что-здесь-можно-сделать», девушка помчалась вслед за агентом.

Двое техников так и стояли молча. Они посмотрели друг на друга, а затем как можно тише отошли от Си, сидящего перед компьютером в полном недоумении. Си смотрел на пустой экран и чувствовал, как знакомый ледяной комок боли проникает в его череп.

* * *

Эм догнала напарника, и они пошагали по оживленному коридору.

– Ладно, – начала она, – и какова настоящая правда?

– Ты мне скажи, – ответил Эйч, – потому что для человека, который ненавидит ложь, это было невероятно. Боже, это было настолько волнительно! То, как мы одурачили всех. Тебе понравилось? «Крот среди ЛвЧ»… Гениально.

– Я не лгала. Я действительно так думаю. Это многое бы объяснило.

– Единственный крот в ЛвЧ – это Хэнк в отделе кадров.

Проходя мимо одной из кабинок, Эйч сбавил темп. Эм оглянулась и увидела инопланетного человека-крота в костюме и галстуке, изучающего стопку документов на своем столе.

Коридор закончился оживленным мезонином, где Эйч уверенно прошел сквозь толпу уступающих дорогу агентов и пришельцев.

– Что ты выяснила? – спросил Эйч, держа в руках крошечный нож.

– Я собиралась провести молекулярную деконструкцию вещества, – ответила Эм, – и сопоставить его со всеми известными токсинами.

– Хорошая идея.

Эйч поднес крошечное орудие убийства к носу, чтобы понюхать, но Эм бросилась на него, чтобы остановить.

– Святое дерь… – Глаза Эйч широко открылись, и он убрал от лица нож. – Я знаю, что это такое!

– Что ты делаешь? – прошипела Эм. – Это убило 300-фунтового джабабианца!

Эйч протянул крошечный кинжал девушке, встряхнул головой и направился к лестнице, ведущей на подземную станцию.

– Это чистейший зефос. Неправильно рассчитанное количество мгновенно вызывает смерть, а правильная доза отправит танцевать без рубашки на столе в ночном клубе в Монако в течение семнадцати часов.

Он увидел выражение лица Эм и тут же добавил:

– Очевидно. В мире есть только одно место, где знают, как его смешать.

Эйч пошел вниз по лестнице, а Эм смотрела на него, качая головой. Настолько ли он глуп, как ей казалось? Одни мышцы и обаяние, без намека на мозги? Он так же хорошо умел работать, как Эм производить вычисления в уме. Похоже, нечто угасшее в агенте начало просыпаться.

– Ну, ты идешь? – раздался голос Эйча.

Он спустился вниз, и макушка его исчезла из виду.

– Мир сам себя не спасет!

Впервые с тех пор, как они встретились, Эм увидела того агента, который спас планету.

Эм последовала на станцию за напарником.

Глава 17

Под лазурными кристально чистыми водами Средиземного моря в почти невидимой трубе промелькнуло пятно. Сидя в высокоскоростном вагоне поезда, Эм изучала коробку с головоломкой, переданной Вунгусом. До сих пор она так и не смогла ее открыть. Эйч спал без задних ног напротив, держа на груди спортивную рубрику «Таймс». Среди остальных пассажиров были агенты ЛвЧ, несколько других агентов и инопланетянин в сине-желтой клетчатой пижаме. Рядом с Эм сидел пришелец со скрученными рогами, похожий на рыбу-клоуна, а через несколько мест от Эйча ехал инопланетянин в ярко-желтом спортивном пиджаке, с острыми шипами на вытянутой голове и выпученными, как у хамелеона, глазами.

Эм ужасно себя чувствовала после очередной лжи и всей истории с «джабабианским фанатом», но последние слова Вунгуса звучали решительно: «Никому не доверяйте, агент Эм». После того, что она увидела в лондонском подразделении: войну между Эйч и Си и готовность Хай Ти отправить Эйча в пучину опасного и компрометирующего процедурного вздора, она начинала понимать, зачем агент O отправила ее сюда… Если, конечно, план O не заключался в том, чтобы выпихнуть ее из нью-йоркского офиса и сделать проблемой другого филиала. Трудность состояла в том, что недобрые мотивы можно было приписать каждому.

Эм двигала плоские плитки назад и вперед, стараясь найти узоры в геометрических формах или в последовательности движущихся частей. В одиннадцать лет она собрала кубик Рубика всего за восемь секунд. Всю свою жизнь, чтобы быстрее уснуть, она решала в голове математические головоломки, однако с инопланетной версией пока не везло.

Эм убрала головоломку в карман и взглянула на спящего напарника. После всего, что случилось, ей не помешает компания. Эм протянула ногу и «случайно» толкнула Эйча.

– Я не сплю.

– Мне любопытно, – начала она, наклонившись вперед в своем кресле. – Как ты это сделал?

– Спас мир? – спросил он, зевая и потягиваясь. – Легко. Лишь с помощью ума и…

– Деатомайзера серии 7, – закончила Эм его фразу. – Нет, как ты попал сюда? Как они тебя «рекрутировали»?

– Я предпочитаю думать, что благодаря огромному, неподдельному, данному богом таланту.

– Мне бы тоже хотелось так думать, – ответила Эм, даже не скрывая скепсиса в своем голосе. – Но как все было на самом деле?

Эйч посмотрел из стороны в сторону, убедившись, что никто не слушал, а затем наклонился к ней с улыбкой:

– Я украл не ту машину.

Эм потеряла дар речи. Она никак не ожидала услышать подобное.

Эйч продолжил:

– Винтажный «Ягуар». Такой в моем городе – редкость. Мой приятель говорит: «Спорим, ты не заведешь ее без ключа». А я завел и понял, что на заднем сиденье в наручниках сидит горморит четвертого класса.

– Четвертого класса? – переспросила Эм, морщась. – Сетчатый или перевернутый?

– Оба, я думаю.

– Боже. И что он сделал?

– Сорвал крышу с машины и побежал прямо к парню, у которого я украл машину. Я увидел на сиденье большую хромированную «пушку», прицелился и… бах.

– Кишки, наверное, повсюду разлетелись? – предположила Эм, качая головой и представляя последствия выстрела.

– Он весь в кишках; я весь в кишках. Тогда этот парень был просто Ти…

– Погоди… ты пытался угнать машину Хай Ти?

– Не пытался, – возразил Эйч, не скрывая гордости. – Я украл машину Хай Ти. И тогда Ти достает свой нейралайзер, чтобы стереть мою память, а я ему говорю: «Приятель, у нас принято покупать пинту в знак благодарности за оказанную услугу». Слово за слово, и в конце вечера он предлагает мне работу.

– Значит, ты получил работу, потому что совершил тяжкое преступление.

Эйч некоторое время молчал, а затем ответил:

– А взлом «Хаббла» – самой безопасной в мире сети закрытых систем – как это, по-твоему, называется?

Эм удивленно улыбнулась. Он читал ее досье.

– Кое-кто изучил досье.

– «Станция Марракеш», – раздался автоматизированный голос диктора.

* * *

Эйч и Эм пробирались по узким извилистым улочкам прочь от торгового хаоса главной площади города – Джамаа-эль-Фна[25].

Большая семья обогнала их на перекрестке, и Эм заметила, что из-под кепки маленького мальчика торчат инопланетные уши. Она сразу указала на головной убор, и мальчик одарил ее благодарной улыбкой, пряча уши и спеша к семье. Как только ребенок ушел, Эм заметила на стене здания какую-то мазню.

– Смотри, – попросила Эм, кивая на пятно.

На стене виднелся аккуратно нарисованный символ размером с грейпфрут. Это не похоже ни на арабскую письменность, ни на другой земной алфавит, который встречала Эм.

Эйч осмотрел символ, кивая.

– Кромулианская метка. В их галактике это символ баланса… или уничтожения. Я точно не помню.

– Вообще-то это символ гармонии, – поправила Эм. – На Земле это означает, что мы входим в безопасное убежище ЛвЧ.

Эйч странно посмотрел на напарницу.

– Так написано в руководстве. Да, в том самом, что ты никогда не читал.

Эйч не успел возразить, поскольку увидел кого-то знакомого.

– Отлично, – устало произнес онон. – Как раз тот, кто мне нужен.

Тупиковая улица заканчивалась специализирующимся на байках гаражом.

Перед магазином повсюду валялись частично собранные байки и инструменты.

Худой мужчина в марокканских штанах, сандалиях и черной футболке сидел на корточках возле грязного брезента и работал над трехколесным мотоциклом-такси – тук-туком. Однако обоим агентам стало ясно, что тук-тук был неким типом инопланетного мотоцикла, небрежно замаскированного под земное транспортное средство. Механик сидел к агентам спиной и, казалось, разговаривал сам с собой.

– Не разговаривай с клиентами, – пробормотал он, поворачивая гаечный ключ. – Это моя работа.

– А в чем тогда заключается моя? Тусоваться здесь, заткнувшись? – донесся более резкий мужской голос.

– Да, именно заткнувшись, – согласился механик. – Это и есть твоя работа.

Эм посмотрела на Эйча, но его, похоже, не волновали голоса.

– Ты знаешь правила, Наср, – заявил Эйч, глядя на тук-тук. – Никаких инопланетных технологий на улице. Не вынуждай меня докладывать руководству.

Вздрогнув от неожиданности, мужчина вскочил на ноги и обернулся, уронив гаечный ключ. Его лицо было таким же узким и изможденным, как и все остальное тело. Самой большой его частью оставалась длинная густая борода. Спереди на футболке среди жирных пятен виднелась эмблема Motörhead[26]. Бородатый мужчина сразу же накрыл инопланетный мотоцикл грязным брезентом.

– Эйч! – воскликнул Наср. – Это действительно ты?

– А кто еще? Привет, Бассам.

Из бороды Насра рядом со щекой выскочила маленькая голова. Крошечное лицо улыбнулось и заговорило. Тогда Эм поняла, что грубый голос исходил именно от него.

– Привет, Эйч, – поздоровался Бассам. – Наср говорил, что ты умер.

– Что? – Наср поднял брови. – Я никогда этого не говорил.

– Говорил! – воскликнул Бассам. – Ты врешь!

Наср схватился за бороду и начал бороться с ней, врезавшись в гараж, он принялся скручивать свои волосы на лице. Бассам взвизгнул в ответ.

– Зачем мне быть мертвым? – поинтересовался Эйч, положив конец драке.

Наср перестал атаковать свою бороду и шагнул к агентам.

– Бассам неправильно меня понял. Мы слышали, что вы с Ризой расстались, – пояснил он.

– Кто такая Риза? – уточнила Эм.

Эйч пожал плечами.

– Мой… старый друг.

– Друг, который управляет крупнейшим криминальным синдикатом в галактике, – добавил Бассам.

Наср попытался прикрыть бороду.

– Мы так расстроились, Эйч. Вы были такой прекрасной парой.

– Ты говорил, что эта психопатка перережет ему горло, – продолжал Бассам. – Твои слова. Не мои, – добавил Борода.

– Врешь! – Наср начал бить себя по лицу. – Хам! – взревел он.

Бассам вскрикнул и выругался, и они снова врезались в гараж.

Наср бил себя по лицу, выкрикивая:

– Я… побрею… тебя! Я… тебя… выкину!

Между ворчанием и криками Бассам усмехнулся:

– Ты не посмеешь! Я тебе нужен! Ты ничто без меня. У тебя слабый подбородок!

Эм повернулась к напарнику, пока механик боролся со своей бородой. Кем бы ни была Риза, она была больше похожа на того, кого обычный агент ЛвЧ должен бы арестовать, а не вступать с ним в отношения. Но с другой стороны, если судить по Вунгусу Гадкому, у агента Эйч не самые простые друзья.

– Ты встречался с этой девушкой? – спросила Эм.

Эйч немного покраснел, и Эм могла поклясться, что заметила в его глазах мимолетную боль, – но лишь на секунду. Затем его чувства снова скрылись за равнодушным пожатием плеч.

Эйч посмотрел на все еще сражающихся пришельцев.

– Не сбривай бороду, – пригрозил агент, выходя из гаража.

Глава 18

В оживленном мезонине под офисом Хай Ти агент Ай, входящий в подразделение криминалистической экспертизы ЛвЧ, подошел к прекрасно организованному столу Си. Си тем временем придумывал слова, которые должен был сказать Эйчу, когда тот заявился в лабораторию и забрал Эм на другую «погоню за диким гусем».

– Что? – зарычал Си.

Агент Ай вручил планшет с непонятной зернистой черно-белой видеозаписью уличной битвы с близнецами.

– Мы просматривали видео, – начал Ай. – Достали записи с внешней камеры наблюдения.

В резких кадрах Си увидел краткий обмен информацией между агентом Эм и умирающим Вунгусом, после чего Вунгус что-то ей передал. Си остановил отснятый материал и перемотал его, приблизив Эм и джабабианца. На экране появилась необычная инопланетная коробка с головоломкой, заснятая в тот момент, когда Вунгус вручил ее молодому агенту. Чтобы получить четкий кадр артефакта пришельца, Си настроил экран.

– Вы показывали это Хай Ти? – спросил Си, глядя на Ай.

Ай покачал головой.

– Вы просили, чтобы все проходило через вас.

– Отлично, – обрадовался Си. – Я сам ему покажу.

Ай кивнул и удалился.

Агент изучил изображение на планшете, долго рассматривая головоломку. Наконец он поднял трубку и начал набирать номер.

* * *

Эйч и Эм прибыли к небольшому магазину сувениров, расположенному на той же улице, что и «Соук Семарин». Эм заметила стопку посылок, сложенных рядом с дверью; на многих из них стояли адреса других планет и даже галактик.

– Пару дней стоят, – заметила Эм, указывая на посылки. – Никто их так и не забрал.

Без дальнейших обсуждений Эм достала пистолет, а ее напарник – изящное устройство для взлома замков. Эйч опустился на колени, чтобы вскрыть дверь, а Эм прикрывала его, следя за улицей. Однако ничего взламывать не пришлось, поскольку дверь со скрипом открылась сама. Эйч убрал отмычку и вытащил пистолет.

Когда агенты зашли в темную комнату, дверной колокольчик залился звоном. С оружием наготове они пристально следили, чтобы каждая тень оставалась лишь тенью. В воздухе клубилась пыль. Подойдя к стойке, Эм внезапно остановилась, глядя на пол.

– Эйч, – тихо позвала она.

Из-за стойки торчала пара ног.

Должно быть, этот высокий долговязый мужчина, лежащий лицом вниз, был владельцем магазина. Очевидно, смерть наступила несколько дней назад. Одна из его длинных рук указывала за прилавок на стену с полками. Эм посмотрела в указанном направлении, а затем перевела взгляд на напарника. Эйч кивнул и прикрыл ее, пока она перешагивала через мертвого мужчину, чтобы осмотреть место.

Эм внимательно изучила заднюю стену, обыскивая все стороны и края, и нащупала внизу кнопку. Нажав, девушка отступила назад. Стена издала шипящий звук разгерметизирующихся пломб, а затем с гулом отодвинулась в сторону.

Перед ними открылась тайная комната. Держа оружие наготове, Эйч раздвинул занавес, и перед ними предстали странные и удивительные инопланетные артефакты, захламляющие все пространство помещения. Затем в поле зрения попала шахматная доска с разбросанными крошечными инопланетными «фигурами». Все они были мертвы.

– Чезиксианцы, – пояснил Эйч, как только агенты приблизились к доске. – Я слышал о них, но никогда не видел. Очень порядочное общество с большим количеством обычаев, которым нужно строго следовать. Запутанная каста и социальная система. Странно, по какой-то причине мне это всегда казалось очень знакомым.

Эм остановилась и посмотрела на напарника, указывая на доску.

– Шахматы?

Эйч нахмурился и кивнул.

– Я всегда предпочитал карточные игры, но, да, мне кажется, я понимаю, что к чему.

Стоя над доской, агенты заметили, что в живых осталась только королева. Она лежала под крохотным одеялом, с влажной тряпкой на лбу, а ее крошечная грудь поднималась и опускалась в неровном дыхании. Рядом с ней стояла маленькая чашка.

– В… В… – выдохнула королева, глядя на агентов.

– Воды? – спросила Эм.

Найдя маленькую чашку с похожей на воду жидкостью, Эм поднесла ее к губам королевы. Та слабо поднялась, но стоило ей сделать глоток, как она тут же выплюнула воду.

– Виски! – потребовала королева.

Эйч убрал оружие и принялся обыскивать комнату в поисках бутылки. Наполнив чашку, он помог ей отпить. Цвет лица королевы сразу улучшился, а глаза широко открылись.

– Ни с места, черт бы вас побрал! – воскликнул громкий голос из угла комнаты.

Эйч инстинктивно отступил, и одновременно с его движением разразился рев лазерной энергии, пробив в стене дыру размером с голову.

– Следующий выстрел расплавит твое лицо, красавчик.

Агенты посмотрели вверх в направлении взрыва. На высокой полке стояла крошечная фигура, но она имела над ними явное преимущество. Пришелец обладал сильным сходством с королевой и другими мертвыми товарищами на доске. Его рост составлял всего лишь несколько дюймов, а темно-зеленая чешуйчатая кожа и черты (у него не было носа, а рот был чрезвычайно мал) напомнили Эм лягушку. В его больших янтарных глазах читалась грусть, которую он пытался спрятать за суровой внешностью. Крошечный воин носил конический шлем. На спине висел щит в форме воздушного змея, а на предплечье крепилось энергетическое оружие, направленное прямо на агентов.

– Полегче, – успокоил его Эйч, медленно расстегивая пиджак и двумя пальцами вытаскивая оружие. – Нам не нужны неприятности.

Продемонстрировав оружие, Эйч положил его на пол у ног, после чего кивнул Эм, чтобы она последовала его примеру. Эм выполнила приказ и опустила свой пистолет.

– Как тебя зовут, приятель?

Маленький инопланетянин выглядел обиженным.

– Имя? Зачем мне имя? У пешек нет имен. Мы просто пешки!

– Что здесь произошло? – поинтересовалась Эм.

– У нас была вечеринка, – с сарказмом в каждом слоге ответил пешка. – На что это еще похоже? Нам задницы надрали!

Королева застонала; она снова побледнела, а дыхание стало неровным.

– Моя королева! – закричал пешка.

Как только королева захрипела, пешка спрыгнул с полки на стол и вскарабкался на шахматную доску.

Опустившись на колени возле королевы, он вытер ее лоб влажной тряпкой. Она что-то прошептала, и маленький пришелец крепко обнял ее и заплакал.

– Можно нам побыть наедине? – оглядываясь на агентов, попросил пришелец.

Эйч и Эм, несколько смущенные, отступили от доски.

– Я никогда не буду служить другому! Я клянусь, – обещал пешка, глядя в глаза королевы. – Я воткну кинжал в свое тело, поражу все жизненно важные органы и оставлю его внутри. Пока не умру.

Казалось, королева получила утешение от его клятвы. Слабо подняв руку, она нежно коснулась его лица и пыталась что-то сказать, но у нее больше не осталось сил. С последним тихим вздохом она умерла. Рука ее скользнула со щеки и неподвижно упала на грудь.

Пешка опустил королеву, накрыл ее тело одеялом и вытащил свой крошечный кинжал. Эм сразу узнала оружие – оно идентично тому, что убило Вунгуса. Пешка поднял доспехи, обнажив свой бледный живот, и приготовил нож, чтобы вонзить в свою плоть.

– Ты же не собираешься…

– Пешка без королевы – это просто… пешка. Ничто. Проигравший. Это благородный обряд. Я должен покончить с собой. Самым…

Пешка сглотнул, пытаясь выговорить слова.

– …болезненным способом.

Воин дотронулся до живота лезвием и ахнул, когда оно царапнуло его кожу.

– Ау! Остро.

Эм посмотрела на напарника:

– Разве мы не должны его остановить?

Эйч пожал плечами.

– А по-моему это даже мило.

Внизу на шахматной доске пешка собрался с силами и снова приготовился совершить инопланетный харакири.

– Ну вот и все, – продолжил пешка. – Я сделаю это.

Теперь он явно тянул время.

– Это бесполезная болтовня, – признал он, поднимая глаза на агентов. – Да? Вы что-то сказали, не так ли? Один из вас точно что-то сказал.

Когда ни один из агентов не ответил, пешка вытянул руки, готовясь вонзить клинок.

– Подожди! – закричала Эм, не в силах этого допустить и определенно не желая за этим наблюдать. – Я уверена, что она… не хотела бы, чтобы ты… это делал.

Эм стало ясно, что пешка вздохнул с облегчением, но он, казалось, был связан каким-то обычаем или протоколом, который требовал всей этой суеты.

– Кто ты такая, чтобы говорить, чего хочет или не хочет королева? – возмутился пешка. – Ты королева?

– Нет, я… Эм. Агент Эм.

– Агент, – пешка раздумывал над этим термином. – Это… титул?

Эм увидела, как загорелось лицо Эйча, и сразу поняла, что ничем хорошим это не закончится.

– Да, так и есть, дружище. Это титул. Титул великого выдающегося и авторитетного человека. Эм – агент. Агент без пешки. Если ты понимаешь, о чем я говорю.

– Э-э-м, – произнесла Эм, – я не понимаю.

Пешка гордо встал в полный четырехдюймовый рост.

– Может быть, вы и правы, – заявил крошечный инопланетянин с вновь обретенной силой. – Возможно, лучший способ почтить мертвых – это продолжать жить.

Эйч серьезно кивнул в знак согласия. Пешка повернулся к Эм и упал на одно колено с поднятым запястным бластером.

– Я клянусь вам в вечной преданности, агент Эм, мой агент Эм, моя единственная.

Эм подняла ладони, медленно качая головой.

– Тебе не нужно…

– Такое благородство, такое изящество, – дразнил Эйч, улыбаясь. – И такое смирение.

Пешка продолжал, несмотря на дискомфорт Эм:

– И если вы умрете раньше меня, я обещаю покончить с собой, а не испытывать стыд за то, что прожил на мгновение дольше.

– Самым болезненным способом, – добавил Эйч.

Пешка косо посмотрел на агента.

– Конечно, – согласился пришелец сквозь стиснутые зубы, а затем опустил крошечную голову в шлеме перед новой королевой и поклонился.

Медные лампы, освещающие тайную комнату, замерцали, и тогда взгляд Эм переместился в сторону магазина. Приложив палец к губам, она подтолкнула напарника и пешку. Осторожно отодвинув разделявшую комнаты занавеску, агент проскользнула обратно в магазин.

– Впечатляет, – восхитился пешка, глядя на Эм. – Вы вместе?

– Она вся твоя, большой парень, – прошептал Эйч, подмигивая.

– Мы точно будем вместе, – задумчиво произнес пешка. – Это неизбежно. Когда ты кого-то защищаешь, развивается близость. Границы исчезают…

В магазине сувениров все лампы на витрине мерцали, и тогда Эм вспомнила, как моргал свет в ночном… как раз перед тем…

* * *

Пока близнецы уверенно шагали по кварталу в поисках новой цели, по всему рынку мерцали электронные устройства и огни. Увидев эту пару, многие пришельцы чувствовали страх и быстро закрывали свои магазины, как будто из пустыни неслось мощное сирокко. Торговцы последовали их примеру, и вскоре близнецы пробирались уже по опустевшим узким улицам. Они прошли мимо магазина Насра, где владелец и его партнер по бороде наблюдали за зловеще мерцающим светом.

– А вот и неприятности, – заметил Наср.

Бассам зашевелился в бороде:

– Я люблю неприятности.

Спрыгнув с лица Насра, Бассам приземлился на пол. Волосатый маленький инопланетянин напоминал опоссума; зато Наср теперь остался совсем без бороды.

Бассам взглянул на Насра:

– Ты думаешь о том же, о чем и я?

Как только Бассам вытащил сотовый телефон из своего волосатого тела, на лице Насра появилась жуткая улыбка.

– Да, – согласился механик. – Позвони Ризе.

Глава 19

Вернувшись в тайную комнату за прилавком, Эм закрыла за собой дверь.

– Они идут, – предупредила она агента Эйч и пешку. – Диады.

Пешка сразу активировал свой бластер.

– Они убили мою королеву!

Маленький воин попытался броситься к двери, но Эйч его удержал.

– Э-э-й! Полегче, защитник.

Эйч почувствовал, как пешка бьется в его руке. Он встал на колени, поднял пистолет с пола и бросил Эм ее оружие.

– Эйч, я думаю, нам пора уходить, – предупредила Эм.

Она взглянула в камеру видеонаблюдения, передающую изображение с витрины магазина. На черно-белом экране появились помехи.

– Я знаю, почему они здесь.

Изображение прояснилось, и агенты увидели входящих в магазин близнецов. Стоило им посмотреть в камеру, как картинка тут же исчезла за помехами. Эйч открыл заднюю дверь, ведущую в переулок, и, одарив Эм взглядом в стиле «продолжение следует», вышел на улицу с пистолетом наготове. Эм последовала за ним.

– Моя королева? – послышался голос пешки. Он умоляюще смотрел на Эм своими большими золотыми глазами.

Эм остановилась, вздохнула и схватила пешку с шахматной доски.

* * *

Зайдя в магазин, диады направились к тайной комнате. Один из близнецов взял старинный железный подсвечник, который тут же растаял, растянулся и превратился в длинный острый меч. Другой близнец потянулся к секретной кнопке, чтобы открыть стену за прилавком, а затем посмотрел на своего брата. Дверь открылась, и близнецы зашли в тайную комнату, только вот комната оказалась пуста.

* * *

Эйч и Эм с пистолетами в руках бросились по пустым извилистым улицам, направляясь к следующему кварталу, надеясь найти толпу, с которой можно смешаться.

Эйч заглянул за угол. Увидев, что на улице никого нет, он двинулся дальше.

Эм принялась обыскивать карманы пиджака в поисках головоломки.

– Слушай, я собиралась рассказать тебе. Я хотела.

Но карманы оказались пусты, за исключением маленькой пешки, уклоняющейся от ее руки. Коробка пропала.

– Где она? Вот дерьмо!

Эйч полез в свой карман и достал головоломку.

– Не это ищешь? – поинтересовался он, размахивая коробкой.

– Ты украл ее у меня? – недовольно и обиженно спросила Эм.

– Нет.

Пока они шли, он все еще был настороже, осматривая улицу впереди.

– Я нашел доказательства того, что ты украла ее с места преступления.

– Вунгус попросил ее спрятать, – объяснила Эм, догнав Эйч. – И попросил никому не доверять.

Прислонившись спиной к стене и держа пистолет наготове, Эйч собрался с мыслями и перебежал на другую улицу, спрятавшись за стену.

– И ты поверила выпившему джабабианцу, с которым только что познакомилась, царствие ему небесное, а не старшему агенту?

– Одним словом: да, – огрызнулась в ответ Эм.

Эйч бросил на нее взгляд и скользнул за угол. Улица превратилась в оживленную площадь – рынок под открытым небом. Повсюду толпились люди, среди которых пробивались автомобили, вьючные животные и мотоциклы. Торговцы подходили к окнам машин и наездникам, пытаясь всучить свой товар. Эйч заулыбался: смешаться с этой бурлящей толпой и исчезнуть не составит труда.

– Эйч… Смотри. – Эм кивнула на толпу.

Тогда среди моря цветов Эйч заметил черные пятна, и улыбка его тут же пропала.

На каждом проспекте, ведущему к рынку, стояли внедорожники ЛвЧ.

– Там тоже.

Эм указала на огромное число агентов ЛвЧ. Выйдя из своих внедорожников «Шевроле», они принялись осматривать рынок.

– Что они здесь делают?

Инстинкты агента Эйч кричали о том, что здесь что-то не так. Заметив хорошее укрытие, он направился прямо к фонтану.

– Сюда, – позвал он напарницу.

Агенты присели на корточки возле фонтана, чтобы скрыться из виду и при этом иметь возможность наблюдать за разбежавшимися по рынку Людьми в Черном. Эйч знал, что это небезопасно, но в любом случае у них появилась возможность перегруппироваться.

– Чем бы ни являлась эта коробка, Вунгус умер, чтобы ее защитить.

Эм кивнула на агентов, которые до сих пор рыскали по оживленной площади.

– Он отдал ее мне, чтобы она не попала к ним.

Задумавшись над словами Эм, Эйч пристально всматривался в других агентов ЛвЧ…

* * *

Выйдя из круглых дверей лифта, Хай Ти оказался в комнате особых операций. Обойдя лифтовую трубу, он обнаружил, что Си вместе с группой агентов просматривали кадры на настенных экранах. Видеозапись велась с нательных камер агентов и дронов ЛвЧ. На экране был уличный рынок.

– Может, кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – спросил Хай Ти.

– Деликатная ситуация, сэр, – ответил Си. – В Марракеше. Я думал, что лучше это не оглашать.

Хай Ти заметил, что на одном из мониторов демонстрировались профили Эйч и Эм, включая фотографии, на которых прямо под лицами стоял темный баннер с надписью «РАЗЫСКИВАЮТСЯ».

– На пару слов, Си.

Хай Ти отошел от остальных агентов, и Си последовал за ним со своим неизменным планшетом.

– Это чепуха, – тихо произнес Хай Ти, оказавшись вне пределов слышимости. – Несмотря на твою личную неприязнь, Эйч – один из лучших агентов, когда-либо носивших этот костюм.

– Был одним из лучших, – грубо заметил Си и включил планшет. – С тех пор, как произошел инцидент с Роем, он изменился. Смотрите сами.

Хай Ти посмотрел видеозапись сцены смерти Вунгуса Гадкого. Он увидел, как умирающий инопланетянин отдал агенту Эм коробку. Си нажал на экран, и зернистое изображение головоломки увеличилось, совпав со схематическим изображением на межгалактическом бюллетене, покрытом красными символами, которые Ти распознал как джабабианский язык. На коробке стоял герб джабабийской королевской семьи и печать высшего военного командования Джабабии.

– Мои источники уверяют, что Вунгус ее украл из джабабианского военного департамента, отдела перспективных исследований, и привез на Землю, – сообщил Си.

Хай Ти поднял бледное от гнева лицо и посмотрел на Си почерневшими зрачками.

– Ты скрыл это от меня? – повысил голос Хай Ти, привлекая внимание остальных агентов. – Как долго? Объяснись.

– Объясниться? – переспросил Си, не отступая. – Что бы это ни было, эта вещица находилась у Эйч и Эм – в вашем офисе, – и вы позволили им уйти.

Взглянув через плечо Си, Хай Ти заметил, как все остальные агенты пристально следили за борьбой за власть. Он восстановил самообладание, но гнев не покинул его.

– Приведи их прямо ко мне, – сказал он тихим, командным тоном.

Не дожидаясь ответа Си, Хай Ти направился к лифту, вытащил свой коммуникатор из кармана и начал набирать номер.

* * *

Пока Эйч изучал окружающих агентов ЛвЧ из-за фонтана в Марракеше, его коммуникатор запищал. Хай Ти. Агент ответил, и перед ним появилось голографическое изображение.

– Сэр… – начал Эйч.

– Эйч, послушай меня, – прервал Хай Ти. – Это не моя операция. Уходи оттуда. Спрячьтесь, а затем доложи ситуацию.

* * *

Хай Ти стоял у окна своего офиса с коммуникатором в руке, наблюдая за агентами и пришельцами. Он заметил Си, окруженного группой агентов, стремительно идущих по основному этажу. Как только агенты рассеялись, чтобы выполнить назначенные им задачи, Си остановился, словно чувствуя, что за ним следят. Си повернулся, и двое мужчин встретились глазами.

– Похоже, Эм оказалась права, – произнес Хай Ти. – Среди Людей в Черном завелся крот.

Глава 20

Голограмма Ти растворилась, и Эйч спрятал коммуникатор. Он провел их через периферию рынка, стараясь не выходить из толпы, отделяющей их от разрастающейся сети агентов. Эйч видел, что один из Людей в Черном их заметил. Ругнувшись под нос, он быстро провел Эм в толпу людей на узкой улице рынка.

– Возьми коробку, – скомандовал он, протягивая головоломку. – Они решат, что она у меня.

Эм спрятала коробку обратно в карман пиджака.

– Встретимся на главной площади в двадцать часов.

Эм растворилась в толпе, скрываясь от тех, кого искала всю свою жизнь.

– Не так я представляла себе первую рабочую неделю, – вздохнула она.

Эйч и Эм обменялись едва заметной улыбкой, а затем разделились, направившись в противоположных направлениях.

Агент Эйч зашел глубже на рынок, приблизившись к своим преследователям. Как он и предполагал, группа агентов ЛвЧ сразу его заметила.

– Мы носим одну и ту же форму! – крикнул Эйч агентам. – Каковы шансы меня поймать?

Эйч со всех ног бросился в толпу. Агенты ринулись за ним, и он слышал, как они звали других своих коллег, чтобы те бежали за предателем. Эйч видел, как агенты проталкиваются к нему сквозь толпу.

«Сначала догоните, ребята», – подумал он, убегая со всех ног.

Отряд агентов ЛвЧ сел ему на хвост.

* * *

Эм увидела, как агенты ЛвЧ покинули свои позиции, чтобы выследить Эйча, и тогда она воспользовалась моментом, чтобы раствориться в толпе людей. Она бежала, пока не потеряла рынок из виду. Оказавшись на соседней улице, Эм оглянулась и поняла, что ни один агент ее не преследовал. Продолжив движение, она старалась не отставать от потока пешеходов.

Рядом с ней моргнул свет. Эм остановилась, повернулась и посмотрела наверх. Крыша пустая. Возможно, это всего лишь перебои в электричестве. Она осторожно направилась к месту встречи.

Над ней, на крышах, тихо двигались близнецы диады, следя за каждым ее движением.

* * *

Эйч бежал, а толпа агентов мчалась за ним, отставая всего на квартал. Он знал, что они не рискнут воспользоваться оружием на людях, если только Эйч их не вынудит. Увидев приближающийся к нему рой дронов, агент Эйч нырнул в лабиринт улиц, столь древних, узких и извилистых, что даже воздушная разведка или GPS оказались бы бесполезны. Ему следовало использовать тот же трюк несколько лет назад, когда в Марракеше его преследовал рой алкалианских убийц-паразитов.

Еще несколько секунд, и преследователи снова его настигнут. Однако Эйч увидел свою цель – мастерскую по ремонту мотоциклов Насра. Он быстро нырнул внутрь, а пару секунд спустя мимо гаража промчалась туча агентов, разговаривая по рации, пытаясь получить от слепой поддержки с воздуха представление о местонахождении их цели.

Отдышавшись, Эйч повернулся к удивленному безбородому Насру, хлебающему суп за грязным столом.

– Наср, мне нужно одолжить мотоцикл! Прямо сейчас!

– Если только «одолжить» не значит «украсть».

Механик-пришелец подошел к тук-туку. Наср быстро снял деревянно-пластиковый камуфляж, открыв настоящий байк. Эйч улыбнулся. Перед ним стоял большой, мускулистый, инопланетный ховербайк – как раз то, что ему нужно.

– Бассам! – проревел Наср, исчезнув в другой комнате гаража, в то время как Эйч сел на байк и осмотрел панель управления.

Наср вернулся с полной фляжкой воды и вручил ее агенту.

– Тебе пригодится, – заметил механик. – На улице жара.

Эйч взял флягу и положил в один из багажников ховербайка. Кивнув на пульт управления, Эйч включил зажигание. Байк зарычал.

– Кажется, все довольно просто.

– Почти то же самое, что управлять велосипедом, – уверил Наср.

Эйч нажал на педаль газа, и ховербайк взревел, устремившись сквозь закрытую дверь гаража, ударившись об стену другого здания.

– Что-то не очень это на велосипед похоже.

Он слишком сильно повернул руль и снова врезался в стену. Эйч слетел с транспортного средства и приземлился лицом вниз, а байк остановился, покачиваясь в воздухе рядом с ним.

Эйч простонал в тротуар и поднялся на ноги. Вокруг него и странного, парящего без колес байка собралась небольшая толпа местных жителей и туристов. Вздохнув, Эйч вытащил свой нейралайзер.

* * *

Словно паркурщики, близнецы бежали по крышам Марракеша. Они перепрыгнули через пропасть между двумя зданиями, а затем упали вниз, приземлившись на уступе посередине стены. Оттолкнувшись, с помощью спины и ладоней они соскользнули вниз и спрыгнули в десяти футах перед Эм, как раз в тот момент, когда она дошла до перекрестка четырех улиц. Эм замерла. Она знала и видела, на что способны диады. Ее деатомайзер серии 4 даже на секунду их не остановит.

Ослиная повозка, груженная товарами и управляемая старым полуслепым торговцем, проехала через улицу, на несколько секунд преградив дорогу близнецам. Когда тележка прошла, Эм уже исчезла. Не говоря ни слова, близнецы посмотрели друг на друга, а затем разделились, чтобы обыскать окрестности.

Она поворачивала с улицы на улицу, со стыдом признавая тот факт, что ведома паникой. Эм продолжала оглядываться, ожидая увидеть, как неуязвимые, неумолимые, безжалостные близнецы следуют за ней по пятам. Но их не было. Эм свернула в переулок, частично укрытый деревянной крышей. Оказавшись в полумраке, она ощутила ужасное чувство одиночества. Эм старалась держаться хладнокровно и сосредоточиться на делах, но здесь, в этом темном месте, она могла умереть, и никто даже не узнает об этом, и никому до этого не будет дела. Она отрезана от напарника и прячется от организации, частью которой хотела стать всю свою жизнь. «Вы никому не доверяете», – сказал Вунгус. И оказался прав. Это и есть обратная сторона ее жизни. Палка о двух концах. Если ты никому не доверяешь, то никогда не обретешь близкого человека.

Уличный свет в тусклом переулке замерцал, а затем погас. Эм развернулась, чтобы вернуться по своим же следам, но обнаружила, что путь ей преградила стена. Композиция была странной, как будто ее сделали из глины и черепицы уличных зданий, но при этом казалась неровной, пульсирующей, почти дышащей. Агент вспомнила, что сделали близнецы на лондонской улице. Фаза перехода.

Эм снова развернулась, но прямо перед ней оказался один из близнецов. Его темные глаза смотрели на нее, лишая всех шансов на побег. Он наступал; Эм отступала. «Достань оружие! Пристрели его! Борись! Используй рацию, позови на помощь!» Здравый смысл задыхался от страха, пока одинокий близнец подходил все ближе и ближе. Эм коснулась спиной материализовавшейся стены, и оттуда выросла глиняно-черепичная рука, схватив ее в одно мгновение. Эм изо всех сил пыталась освободиться, но у нее ничего не получалось.

Внезапно растущую из стены руку поразил огненный шар, и она раскололась, выпустив заложницу из своей хватки. Этого времени хватило, чтобы убраться от стены. Тут же перед ней появился потирающий руку близнец без каких-либо иных повреждений.

Пешка, выглядывающий из кармана рубашки, выпустил из бластера второй заряд.

– Не в этот раз! Не эту королеву! – закричал маленький солдат, когда его бластер взвыл и поразил близнеца. – Не эту королеву!

Казалось, раненый близнец едва заметил попавший в него выстрел. Его брат, блокирующий выход из переулка, оторвал часть железной решетки с окна и превратил ее в страшное колючее оружие, похожее на копье.

Подняв его, близнец подошел ближе к Эм и пешке. Рука Эм сжала головоломку в кармане.

Второй близнец, с дымящейся от взрывов кожей, угрожающе двинулся к агенту.

Близнецы приблизились, и Эм поняла, что сейчас наступит конец. Отогнав страх, агент потянулась за пистолетом. Пусть она и потерпит неудачу в своей миссии, но эти два головореза будут знать, что сражались с агентом ЛвЧ до ее последнего вдоха.

Но вдруг раздался грохот разбившейся глиняной плитки, и стена рухнула, устремив обломки во второго близнеца. Сквозь огненное облако, на ревущем ховербайке и с дымящимся в руке деатомайзером, появился Эйч. Второй близнец вовремя восстановил свою форму, как раз чтобы агент смог его переехать. Близнец упал, а затем загорелся от мощного выхлопа. В тесном переулке Эйч развернул мотоцикл на девяносто градусов и остановился рядом с Эм.

– Запрыгивай! – крикнул он.

– Почему так долго? – ворчала Эм, взбираясь.

– Пришлось учиться водить.

Первый близнец приближался, таща за собой живую стену, поглощающую камень, глину, тук-тук – все на своем пути. Обернувшись, Эйч понял, что второй близнец почти полностью восстановился. Ущерб, нанесенный огнем и ударом, исчез, и на лице его появилось явное негодование. Вместе с братом они подняли стену и бросили ее в пойманных в ловушку агентов.

Идти оказалось некуда – диады все еще блокировали путь, да и сюрпризов у Эйча больше не осталось. Близнецы одновременно возводили стены, и пока Эйч колебался, улица становилась все меньше и меньше. Стена второго близнеца поймала на своем пути мотоцикл. Пришелец отхватил от него кусок, и металл превратился в острое, жестокое оружие.

Глаза Эйча устремились на стену и высокое окно с закрытыми металлическими ставнями.

Агент видел, как по обе стороны от братьев кипела земля, освещая их лица странным свечением. Энергетические стены подбирались все ближе, и Эйч не имел ни малейшего желания находиться здесь, когда они столкнутся. Агент ударил по газам, и ховербайк в ответ вздрогнул и взревел, окрасив шкалу на приборной панели в красный. Транспортное средство переведено на максимальное ускорение. Двигатели перешли в состояние готовности.

– Держись крепче! – крикнул Эйч сквозь рев двигателей.

Летя на огромной скорости к стене, Эйч откинулся назад и изо всех сил дернул руль на себя. Байк встал на заднее колесо и на бешеной скорости устремился вверх по вертикальной поверхности.

Близнецы развернулись и послали огромные волны расплавленного камня туда, где всего секунду назад находились агенты. Смертоносные массы плескались и сыпались дождем, пока диады наблюдали за улетающим с Медины ховербайком.

В зените подъема все три пассажира почувствовали, как их покидает время, пространство и чувство гравитации. Эйч изо всех сил держался за руль, а Эм летела позади него, паря над сиденьем байка. Пешка мчался за Эм, и его крошечный рот широко раскрывался в крике. Как только байк начал опускаться, Эм уцепилась за пояс Эйча, подтянулась и сумела схватить крошечного воина.

На пути вниз ховербайк приземлился на деревянный навес. Уравновесив байк, Эйч направил его вдоль платформы и спрыгнул, когда та закончилась. Транспортное средство тяжело приземлилось на оживленной рыночной улице недалеко от переулка. Его гравитационное поле ослабло, но все еще работало. Тогда Эйч оглянулся на своих пассажиров: Эм тяжело дышала, стараясь вернуть в свои легкие воздух, и крепко прижимала к себе дрожащего пешку.

– Я не могу поверить, что это сработало, – заявил Эйч.

– Эйч…

Эм посмотрела на испуганные и смущенные лица граждан, которые наблюдали за спуском на инопланетном ховербайке.

– Очки, – скомандовал Эйч, вытаскивая нейралайзер, а затем заговорил с толпой: – Не могли бы вы все посмотреть…

Эм выхватила нейралайзер и надела солнцезащитные очки.

– Просто езжай.

Эйч завел двигатель, и байк устремился прочь по улице. Тем временем Эм обернулась и нажала кнопку, озарив свидетелей вспышкой света. Не так она представляла себе первый опыт с нейралайзером.

Довольный своими навыками вождения, агент Эйч пытался сориентироваться и найти ведущие за пределы города ворота, как вдруг пустая улица перед ним оказалась заблокирована внезапным появлением седана ЛвЧ. Эйч бездумно и резко свернул влево на другую улицу, но как только он выровнял байк, другой автомобиль с ревом заблокировал и ее.

Эйч резко и низко наклонил ховербайк, чуть не срезав капот, и едва успел сделать крутой поворот во внутренний двор с крошечными бассейнами. Возле края стояли несколько туристов, фотографируясь на свои телефоны. На другой стороне двора, за стенами города, агент заметил открытые дороги и далекие дюны Сахары. Эйч улыбнулся Эм, но улыбка исчезла с лица, как только он увидел позади них другой внедорожник.

Эйч развернул ховербайк и помчался по бассейнам, разбрызгивая воду по туристам, но едва они успели приблизиться к выходу, как с другой стороны ворвались еще два автомобиля, блокируя путь к свободе. Эйч затормозил, и байк неподвижно завис над бассейнами. Со всех сторон из машин повыскакивали агенты в тактическом снаряжении, направляя оружие на ховербайк и его пассажиров. Еще больше агентов с нацеленным оружием появились на узкой дорожке у стен двора. К ним присоединился парящий над головой рой дронов. Эйч и Эм оказались в западне.

– Должен ведь быть еще какой-то план, блондинчик, – произнес пешка, уставившись на нацеленные «пушки».

Эйч принялся обдумывать варианты, но каждый из них в конечном итоге приводил к смерти или плену. Ему стало жалко Эм, ведь она уже стала лучшим агентом из большинства и не заслужила такого конца – не так скоро.

Он осмотрел панель управления ховербайка, отчаянно пытаясь найти хоть что-то. Прозрение на него не снизошло, но зато он заметил кое-что другое, что вызвало на его лице изумленную улыбку. И это «кое-что» находилось так рядом. Эйч оглянулся на Эм:

– Как думаешь? Нажать красную кнопку?

– Даже не думай, – возразила Эм, глядя через плечо Эйч на большую блестящую кнопку в верхней части консоли. – Никто никогда не нажимает красную кнопку. Всем это известно.

Эйч повернул байк; его массивные двигатели все еще ревели. Оружие агентов ЛвЧ отреагировало на небольшое движение.

– Мне кажется, это гипердвигатель, – предположил Эйч, кивая на кнопку и игнорируя окружающих агентов.

Пусть агенту ЛвЧ и нелегко сбить одного из своих, но он надавил на газ и устремился прямо в арку и стену орудий.

– Нет, – спорила Эм. Волосы ее развевались на ветру. – Кнопка гипердвигателя синего цвета.

– Иногда приходится доверять интуиции, – заявил Эйч, кладя руку на красную кнопку.

– Моей интуиции! – закричала Эм. – Не твоей!

Эйч надавил на кнопку, и все агенты ЛвЧ тут же разлетелись по сторонам, а ховербайк вместе со своими пассажирами исчез во вспышке яркого света и громкого, сотрясающего воя.

Глава 21

Эм застонала и подняла голову. Заметив вокруг лишь пустыню, она поднялась на ноги и уставилась на окружающий пейзаж. Тем временем Эйч уселся, стряхивая с куртки песок. Приблизительно в двадцати ярдах от них из дюн торчали покореженные останки ховербайка.

– Я же говорил. Гипердвигатель. Нужно доверять интуиции, – напомнил Эйч, вставая на ноги.

– Да-да.

Эм поднялась и вывернула карманы штанов, чтобы вытряхнуть поток песка.

Из песка между двумя агентами внезапно высунулась крошечная зеленая голова пешки.

– Это сумасшествие! – крикнул он, как ребенок после первого в жизни катания на американских горках. – Мы должны это повторить!

Однако пешку встретили менее восторженные взгляды.

– Ну, а что? Я всю жизнь прожил на шахматной доске. Всегда полезно заняться чем-то новым.

– Т-с-с.

Эм услышала слабый звук, а затем странное жужжание, какое появляется при включении механических устройств. Звуки исходили от лежащей в нескольких футах головоломки. Во время гиперскачка она выпала из кармана, и при столкновении с землей плитки сместились и встали на свое место. Головоломка гудела, вибрировала, отчаянно пытаясь открыться. Песок вибрировал вместе с ней. Эм подошла к коробке, встала на колени и осторожно подняла.

Пешка вскочил на руль байка, чтобы рассмотреть все получше.

– Выглядит смертельно опасно.

Сгорая от любопытства, Эм рассмотрела рисунок и запомнила его, чтобы в случае необходимости закрыть и открыть коробочку снова. Она сдвинула последнюю плитку на место, и после щелчка коробка начала расширяться, складываться и смещаться. Наконец перед ними предстало большое, ужасающее инопланетное устройство, почти как отдельно стоящая панель управления. Устройство казалось таким же легким, как и коробка, поэтому Эм без лишних усилий могла держать его в руках.

В центре панели оказалась большая сфера: вращающийся водоворот света и тьмы; задыхающаяся, голодная пасть. Она медленно кружилась, словно терпеливо ожидающий космический хищник, жаждущий освободиться и уничтожить все вокруг. Два агента уставились на шар. Будто под гипнозом Эм смотрела на устройство, пока яркий свет и мрачная тень играли на ее лице.

– Посмотрите на ядро, – почти прошептала она. – Видите, как оно излучает конвективную энергию внутри фотосферы?

Эйч быстро кивнул и попытался сделать вид, что понял, о чем она говорит.

– Да, кончено. Фотосфера.

– Это термоядерные взрывы.

– Погоди, это что?

Эм отвела глаза от сферы, чтобы посмотреть на Эйча. Она только что поняла все масштабы вещи, что держала в своих руках.

– Я думаю, что мы смотрим на сверхсжатую звезду. По цветовой температуре я бы сказала, что перед нами синий гигант.

– Звездное сверхсжатие невозможно, – усомнился пешка. – Это миф. Как алхимия или средство от похмелья.

Сбоку на устройстве была серия маркировок. Измерения начинались с 0,001 и шли до максимального значения 10 000. Эйч увидел нетерпеливый взгляд, танцующий в глазах агента-новобранца. Это оказалось заразно.

– Так давайте выясним, что возможно, а что – нет? – предложил Эйч.

– Ты хочешь испытать звезду ради забавы? – Эм кивнула в сторону бурлящего ядра машины пришельцев.

– И науки. Забавы и науки.

Обычно серьезное выражение лица Эм превратилось в лицо ребенка в рождественское утро.

– Нет лучшего места для этого.

Она осторожно поставила устройство на землю. С одной стороны находилась серия излучателей, которые, по подозрениям Эм, действовали как «ствол» для прицеливания.

– Они не просто так называют это место «Пустой четвертью», – заметила Эм, указывая на бесконечные дюны глубокой пустыни.

Эйч наклонился. Он оказался так же заинтересован, как и она, и жаждал узнать, на что способна эта штука. Впервые показалось, что они работали в команде.

– Мы настроим его на ноль-ноль-один. – Несмотря на все свое рвение Эм старалась быть осторожной.

Она установила переключатель на самое низкое значение, и устройство, казалось, заурчало бесконечной энергией. Эм щелкнула по активатору и… ничего не произошло. Все осталось тихим и обычным. Агенты выдохнули.

– Может быть, попробовать на метку выше? – предложил Эйч.

Но вдруг пейзаж перед «стволом» устройства взорвался воющим вихрем ветра и песка. Эйч, Эм и даже пешку откинуло назад силой внезапного извержения. Сквозь жгучую пелену пыли и песка Эйч увидел, как массивные валуны притягиваются к устройству и расщепляются в гравий, поглощаясь жужжащей машиной. Шторм покрыл все вокруг ослепляющей, удушающей пылью; Эм, Эйч и пешка потеряли друг друга из виду, хотя находились всего в нескольких футах друг от друга.

Наконец воющие ветры утихли, и машина замолчала. Пыль осела, и тогда потрепанные агенты вместе с крошечным воином поднялись на ноги.

Они оказались на краю километрового каньона. На дальней стороне агенты заметили весьма недоумевающую козу. Ее блеяние эхом отозвалось через всю пропасть. Это напомнило Эм о том времени, когда они с родителями посещали Большой Каньон. Эта пропасть, что образовалась за несколько секунд, казалась почти такой же широкой и глубокой, как в Аризоне.

Покрытые пылью пустыни, агенты молча стояли, не веря своим глазам. Пешка пробрался между ними, чтобы подойти к краю, а затем оглянулся на инопланетное устройство.

– И это была низкая мощность? – раздался его голос эхом над пропастью.

Глава 22

Си ворвался в кабинет Хай Ти с красным от гнева лицом.

– Они ушли, – холодно сообщил он.

Хай Ти продолжал работать со стопками отчетов на своем столе. Наконец он остановился и встретился взглядом с Си.

– Мне кажется, более подходящий термин – «ты их потерял», – спокойно заметил босс.

Си подошел ближе, уперся сжатыми кулаками в край стола.

– Им помогли, – заявил он, глядя на босса.

Хай Ти даже глазом не моргнул на завуалированное обвинение.

– Я знаю агента Эйч, – начал он. – Если он что-то делает, значит, на это есть веская причина.

– Все еще защищаете его, – упрекнул Си, качая головой. – Когда же вам надоест?

– Я защищаю организацию. – Голос Хай Ти был спокойным, но при этом в нем звучала угроза, похожая на острый нож.

– От кого? – удивился Си. – От меня? Вы сомневаетесь в моей лояльности?

– По крайней мере, в вашем мнении.

Си охватило негодование, но он сдержался.

– Что-нибудь еще, агент Си?

Си ничего не ответил, но взглянул на босса почти убийственным взглядом.

– Нет? Отлично. – Хай Ти вернулся к своим документам. – Тогда будьте любезны проваливать.

* * *

Солнце стояло низко, прямо над дюнами пустыни. Ясное голубое небо окрасилось в цвет индиго, а горизонт налился кроваво-красным. Эйч нес головоломку со спрятанным оружием пришельцев, стреляющим черными дырами. Агент подошел к маленькому костру, разведенному возле разбитого ховербайка, где, наблюдая за угасающим огнем, сидели пешка и Эм. Эйч открыл одну из металлических подседельных сумок в задней части байка.

– Вунгус знал, насколько сильна эта штука, – заметил Эйч, сунув головоломку в металлический кейс. – Он знал, что она может разрушить целые миры.

Агент закрыл багажник.

– Но он дал ее тебе. Человеку, которого никогда раньше не встречал, – продолжил Эйч, садясь рядом с Эм возле костра и опираясь на разбитый байк. – Почему он так сделал?

– Может, потому, что он мне доверял? – предположила Эм, рисуя палочкой на песке возле ног, не встречаясь глазами с напарником.

– Я пел на похоронах его матери, – заявил Эйч. – Я уверен, что он доверял мне.

Эм вздохнула и бросила палку в огонь. Она чувствовала себя разочарованной.

– Ладно, если ты действительно хочешь знать, он сказал, что ты изменился.

Эйч покачал головой, глядя на огонь.

– Знаешь… – начал он таким же раздраженным тоном, – мне действительно надоело, что все тыкают меня этим дерьмом.

– Ты хочешь сказать, что всегда был упрям, высокомерен и безрассуден? – возмутилась Эм.

– Послушай, моя работа – защищать Землю, и пока я это делаю, мне плевать на правила, – повысил голос Эйч.

– Что ж, – вступил в перепалку пешка, – правила есть правила.

Пока трое спорили, никто из них не заметил, что фляга с водой, частично утопленная в песке возле байка, тихо открылась.

– Хорошо. – Эйч поднял руку и попытался вернуть контроль себе. – Есть только одно правило: правил нет. За исключением одного правила об отсутствии правил.

Из бутылки вылез мокрый насквозь Бассам-Бородач. Инопланетянин оглянулся и обрадовался, что агенты и пешка заняты спорами. Потянув за веревку, он вытащил из бутылки с водой небольшой кожаный мешок и надел, словно рюкзак (если, конечно, у него вообще была спина, на которую можно что-то надеть).

– Значит, правило в том, – Эм насмешливо склонила голову, – что есть одно правило? Которое само себя отрицает?

– Да.

Эйч выглядел так, будто только что выиграл спор.

Как только Бассам закрыл седельную сумку, раздался металлический щелчок.

– Ни с места! – приказала Борода. Голос Бассама звучал неестественно громко в тихой пустыне.

Эйч, Эм и пешка повернулись на звук, и Бассам тут же направил на них лазерный пистолет. В другом волосатом щупальце он держал коробку с головоломкой.

– Извини, Эйч, но мне тоже нужно есть, – объяснил пришелец, пожимая плечами.

– Бассам? Как ты сюда попал?

– Спрятался… – Бассам снова отряхнулся. – В бутылке с водой.

Эйч скривил лицо.

– Ты чего?! Серьезно? Мы ведь пили оттуда.

– Я говорила тебе, что вода отдает супом, – возмутилась Эм, морщась.

– Бассам, приятель, – Эйч шагнул вперед к Бороде. – Давай будем разумными. Я не думаю, что ты до конца понимаешь, на что способна эта штука.

– О нет, – возразил Бассам, отступая. – Я определенно знаю: она сделает меня богатым.

Эйч потянулся за пистолетом, но пришелец дернул шнурок маленького рюкзака, и перед ними развернулась реактивная ракета, с головокружительной скоростью запустившая Бассама в ночное небо. Эйч направил свое оружие на быстро исчезающий след, но Бассам оказался слишком высоко. Выхлоп ракеты потерялся в звездном небе, и агент опустил пистолет.

– Отличная работа, герой, – съязвила Эм, подходя к напарнику. – Как ты мог не знать, что он там?

– Так это моя вина? – возмутился Эйч, убирая пистолет в кобуру. – Наср дал мне флягу и сказал, что не хочет, чтобы я заработал обезвоживание.

Эм не сводила с него глаз.

– Лишняя осторожность не повредит. На улице и правда жарища.

– Ты идешь в нелегальный инопланетный магазин и просишь проныру о помощи. Как ты думаешь, что произойдет? – повысила голос Эм.

– Ну, – огрызнулся Эйч так же громко, – если бы ты сразу рассказала об этой коробке, мы бы не попали в передрягу.

– Значит, это я виновата, что мы потеряли самое мощное оружие в галактике? – кричала Эм.

– Ты сказала это, – рявкнул Эйч.

Эм отступила назад и покачала головой. Слишком рассерженная и обиженная, чтобы говорить, она ушла от костра в темноту.

Пешка посмотрел на выражение Эйча, а затем помчался за Эм.

Агент Эйч остался в одиночестве у потрескивающего огня, не зная, что делать и как все исправить. И на этот раз ему нечего было сказать.

Глава 23

Полная луна светила высоко над дюнами, когда Эйч и Эм, раздетые до маек, безмолвно работали, чтобы починить ховербайк. Днем стояла адская жара, но в остывающей пустыне стало прохладнее. Они знали, что через некоторое время станет холодно, но пока что понижение температуры принесло облегчение.

Двое агентов долго не разговаривали. Эйч занимался ремонтом блока питания, стартовым механизмом и двигателями. Эм работала над устранением повреждений бортовых компьютерных систем, панели управления и системного программного обеспечения. Между ними стоял пешка. Время от времени агенты осторожно бросали взгляды на работу друг друга и безмолвно удивлялись талантам.

– Пешка, – обратился Эйч, стоя спиной к маленькому воину и Эм, – попроси ее передать гаечный ключ.

– У нее есть имя и титул, – грубо ответил пешка, – и я прошу называть ее правильно.

Несмотря на раздражение, пешка повернулся к Эм и передал сообщение:

– Моя леди, болвану нужен гаечный ключ.

Эм полезла в одно из отделений седельной сумки на задней части байка и вытащила инструмент. Молча передав его напарнику, она вернулась к работе, повернувшись спиной.

– Пешка, – позвала Эм, – скажи ему, что чем скорее он восстановит питание приводной консоли, тем раньше я смогу понять, как ее запрограммировать.

Пешка повернулся к спине агента.

– Моя леди говорит, что вы клоун с тряпкой вместо мозгов, чей доверчивый идиотизм поставил под угрозу существование планеты.

Эйч перестал работать и повернулся к маленькому воину.

– Она этого не говорила. Она ничего из этого не сказала, так что…

– Нет, – согласилась Эм, все еще работая и даже не оглядываясь на агента. – Но он прав.

Пешка улыбнулся, и Эйч бросил в него маслянистую тряпку.

Эйч потребовалось еще несколько минут, чтобы заново инициализировать энергопроцессор, но как только он закончил, двигатель ховербайка ожил. Консоль загорелась, струясь инопланетными символами.

– Скажи своей леди, что теперь у нее все работает.

– Передай ему спасибо.

– Правда? – недоверчиво переспросил пешка. – Мне действительно нужно это передать? Он ведь примет вашу доброту за слабость.

Эйч отвернулся от двигателя и вытер руки тряпкой, которую уронил на пешку.

– Я знаю, где оружие, – сообщил он Эм, – и знаю, как его вернуть.

Эм оторвалась от работы.

– Я слушаю.

– Отлично, – произнес пешка, – значит, я больше в этом не участвую?

– У Бассама есть только один настоящий покупатель, – продолжил Эйч. – Он сам так сказал. Риза Ставрос.

– Та Риза, с которой ты встречался? Межгалактическая торговка инопланетным оружием?

– Ты встречался с Ризой Ставрос? – воскликнул пешка, поворачиваясь к Эйчу. – «Торговцем смертью»? Ты с ума сошел?

Эйч проигнорировал пешку и сосредоточился на Эм.

– Когда мы познакомились, я не знал, что она торговала оружием. Меня сразили ее женские хитрости и опьяняющая красота. Нас не интересовали лейблы, – продолжал Эйч. – Нас интересовали сердца. А если обладать большим сердцем – это преступление, тогда пристрелите меня.

Втайне от агента, пешка поднял свой бластер и нацелил его на череп Эйча, пока тот расплывался в поэзии. Стоя на сиденье ховербайка, крошечный воин нетерпеливо посмотрел на Эм, чтобы получить разрешение выстрелить, но Эм покачала головой. Пешка нахмурился и неохотно опустил пистолет.

– Не говори мне, что никогда не отказывалась от логики ради страсти, – продолжал Эйч.

– Ни разу, – спокойно ответила Эм, продолжая набирать строки кода в операционной системе. – Физическое влечение – это только серотонин и нейропептиды. Химические реакции в мозге. Им нельзя доверять.

Эйч остановился и протянул руки, чтобы охватить огромную мозаику звезд над головой.

– Вся вселенная – это химическая реакция, – заявил он. – Она происходит даже сейчас.

Эм молчала.

Пешка откинулся на спинку байка, думая над глубиной его слов.

– В этом… действительно что-то есть.

Эйч закончил окончательную корректировку мощности.

– Отлично, сейчас должно сработать. Включай.

Эм ввела несколько команд на консоли, и двигатели ховербайка ожили. Байк вздрогнул и поднялся с песка с вновь работающими генераторами полей. Мощные выхлопы реактивного двигателя засветились, вихрем вращая песок под своим дном. Агенты восторженно вскрикнули и улыбнулись друг другу. На фоне тихого звука двигателей тяжелая ночь мгновенно забылась.

– Я знаю Ризу, – сказал Эйч. – Может, она и «Торговец смертью», но у нее есть одна слабость.

Пешка и Эйч обменялись взглядами.

– Ты готов стать героем, парнишка?

Пешка открыл рот, чтобы нагрубить, но агент продолжил:

– Отлично! Потому что мы едем в Неаполь!

Словно по сигналу, двигатели ховербайка заглохли, энергопроцессор вышел из строя, и байк упал. Недовольный пешка свалился с сиденья на песок.

Агенты с грустью посмотрели на мертвый байк. Эм похлопала напарника по плечу.

– Может быть, ты сможешь его починить, – с улыбкой успокаивала она, – своим большим сердцем.

Эм вернулась к работе над интерфейсом, проверяя его на наличие замыканий или плохого соединения с консолью, а Эйч тем временем взял гаечный ключ и снова включил энергосистему. Одарив свою напарницу легкой улыбкой, он схватил бутылку с водой.

До Неаполя и Ризы долгий путь – более трех тысяч километров. Даже если они починят гипердвигатель, все станции ЛвЧ в мире уже бросились на их поиски. Но глядя на Эм за работой, он внезапно почувствовал то, чего не чувствовал уже очень долгое время, – надежду. Настоящую надежду.

Эйч рассеянно сделал глоток из бутылки и с отвращением выплюнул воду со вкусом супа и Бассама.

Глава 24

Неаполь, Италия

Древний портовый город Неаполь пестрел цветами. Вокруг залива собрались ярко окрашенные здания желтого, красного, синего и зеленого цветов. Воды Тирренского моря напоминали сверкающие на солнце синие стекла. Дремлющий вдалеке вулкан Везувий, столь же красивый и величественный, сколь и смертельно опасный, заполнил своим видом восточный горизонт. В старом городе, у гавани, на узких улочках вдоль скопления кафе и бистро, стояла длинная линия припаркованных мотороллеров «Веспа»[27], похожих на те, что появлялись в фильме «Римские каникулы».

С грохотом и рычанием на улице появился инопланетный байк с агентами и пешкой на борту. Они слезли с транспортного средства и после нескольких спешных минут споров и сбора упаковочных коробок возле магазинов изобрели картонный камуфляж. Несмотря на усилия, байк остался едва скрытым и совершенно неуместным в длинном ряду мотороллеров. Тем не менее трое измотанных пассажиров оставили его и направились к рядам магазинов на извилистой улице.

Эм, все еще в униформе ЛвЧ, вместе с пешкой ждала возле магазина мужской одежды. Эйч объяснил, что для следующего задания ему понадобится новый образ.

– Будет жаль, если в магазине с ним что-то случится, – размышлял пешка.

– Эйч – профессионал, – уверила Эм, оглядываясь в сторону магазина и глядя на часы.

ЛвЧ искали их, и каждая остановка увеличивала шанс оказаться замеченными.

– С ним все будет в порядке.

– А вдруг уже что-то случилось? Я к тому говорю, что мы в Италии. Можно было бы взять «Просекко» и пасту…

Пешка остановился, как только из магазина появился Эйч, одетый в свободную белую льняную рубашку на пуговицах и пару бледно-розовых брюк. Образ дополняли мокасины без носков.

Эм состроила гримасу.

– Ничего себе, вот это… смело.

– Спасибо, – поблагодарил Эйч, направляясь вместе с Эм и пешкой в сторону причала через дорогу. – Как вам план?

– Отличный план, – Эм пыталась выразить свое восхищение, хотя у нее оставались некоторые сомнения. – А ты готов?

– Увидеться с кровожадной бывшей, торгующей оружием? Конечно.

Эйч остановился у продовольственной будки возле порта. Заплатив мужчине наличными за банку свежих сардин, он направился вниз по пристани и выбросил содержимое банки в урну.

– А вот банка нам понадобится.

Эйч осмотрел порт, а затем кивнул Эм на «одного из них».

Агент наблюдал, как красивый деревянный катер, пришвартованный к пирсу, мягко покачивался в кристально-голубой воде.

– Для справки, – вставил пешка, – я не в восторге от этого «плана».

* * *

Кабинет Ризы Ставрос представлял собой большую роскошную комнату, воплощение богатства и вкуса. Декор был выполнен в традиционном средиземноморском стиле с неким намеком на современность. Деревянные полы и лестницы сожительствовали со старыми колоннами и стенами из обтесанного камня и глыб – «сувениров», или, точнее, разграбленных древних руин неаполитанской деревни.

Комнату окружали каменные арки – одни из них вели на улицу к залитому солнечным светом широкому патио, а другие, украшенные замысловатой кованой решеткой, были застекленными и имели встроенные двери. Между центральными колоннами тянулись мраморные дорожки. Комнату украшали дорогая и со вкусом подобранная старинная мебель, части греческой скульптуры, шкаф и старая железная многоуровневая птичья клетка. Каменная лестница вела в утопленную беседку с прекрасным видом на живой кипарис, прорастающий из деревянного пола. Листья его получали солнечный свет через квадратное окно в крыше.

Комната напоминала музей смерти, выставочный зал разрушений. Несколько прозрачных панелей, простирающихся от пола до потолка, выстилали «образцы» всевозможного оружия из миллионов разных миров и галактик, смертоносных инструментов всех мыслимых форм и размеров. Уродливая правда, омрачающая красоту комнаты, заключалась в том, что бизнес Ризы связан с продажей убийств. Оккупанты многих миров по всей вселенной дорого заплатили, чтобы она жила в таком богатстве.

– То, что ты видишь, – произнес стройный мужчина с тонкими, как бритва, усами, – это награда за все.

Мужчина выглядел по-человечески. Он говорил по-английски, но с сильным французским акцентом. И только изгиб ушей и зеркальные глаза выдавали его принадлежность к инопланетным мирам. Письменный стол Ризы представлял собой стеклянный лист, удерживаемый двумя хромированными столбиками. На столе перед мужчиной стояла маленькая пластиковая клетка, внутри которой сидело небольшое милое розовое существо, слегка напоминающее лысого барсука с маленьким пушистым рогом на лбу.

– Не смотри на его размеры. Это машина для убийств, – продолжил мужчина. – Один укол, – он указал на рог существа, – и ты мертв еще до того, как гравитация притянет тебя к полу.

Драматическим жестом мужчина указал на существо в клетке.

– Медузианский крот. Сверхопасное существо. Последнее в своем роде.

Риза посмотрела на маленькое розовое существо, а затем на инопланетного продавца. На Земле природа часто предупреждает об опасности вида, даря ему яркие и красочные цвета. То же относится к Ризе Ставрос. От ее красоты захватывает дух. Она несравненна в жестокости и безумии. На плечи Ризы спадали длинные прямые светлые волосы с черными горизонтальными полосками, напоминающими шкуру тигра. На ней было прозрачное платье с открытыми плечами и сине-бирюзовым тропическим рисунком с золотыми бликами. Из длинного разреза выглядывали стройные ноги, а на плечах красовалась соответствующая платью накидка.

Взгляд Ризы остановился на продавце, и вся любовь, словно по щелчку, исчезла из ее глаз.

– Последнее? У тебя есть свидетельство об исчезновении вида?

Прежде чем продавец успел ответить, маленький наушник в идеальном ухе Ризы пикнул, уведомляя о входящем звонке. Девушка поднесла к губам палец, чтобы продавец замолчал.

– Извини, – обратилась она к мужчине, – я ждала этого звонка.

Риза нажала на наушник изысканно окрашенным и ухоженным ногтем.

– Привет. Клим, возникли небольшие проблемы. Плутоний, который ты мне продал для Эвисцератора, оказался «С» класса.

Продавец слабо слышал, как Клим на другом конце протестует против своего невежества и говорит, что невиновен, на языке, напоминающем койсанский, голландский и арабский вперемешку с автотюном.

Риза, слушая, покачала головой.

– Вы понятия не имели? Да, только вот в чем проблема: если люди не испаряются, это плохо отражается на мне.

Как только Клим раздраженно возразил, Риза кивнула в сторону крота в клетке и обратилась к продавцу чуть более низким, намного более сладким тоном.

– Он милый, но почему его маленький рог не изогнут?

Ее тон резко сменился на холодный и злой:

– Клим! Я знаю плутоний, я люблю плутоний!

Риза нырнула за стол, подняла с пола что-то тяжелое и вернулась в поле зрения продавца с большой и опасно выглядящей винтовкой – очевидно, с Эвисцератором. Взяв оружие, словно ребенка, она с громким щелчком зарядила его, выпустив из ствола слабый зеленый свет. Риза не отводила глаз с продавца.

– И я знаю, когда что-то нечисто.

Продавец тяжело сглотнул, когда Риза наклонила голову, чтобы понюхать открытую камеру пистолета, словно вино или кокаин.

– Ладно, Клим, предлагаю сделку. Мои коллеги зайдут к тебе.

Продавцу показалось, что на другом конце наушника он услышал испуганный возглас, но Риза продолжала, будто ничего не слышала.

– Советую не сопротивляться. Тогда другим не придется за тобой убирать.

Продавец слышал, как Клим что-то лихорадочно бормочет, умоляя Ризу, но та лишь стукнула по наушнику и отключилась. Положив винтовку перед собой на стол, инопланетянка посмотрела вверх, и мгновенно вся злоба исчезла из ее глаз. Она слегка наклонила голову.

– Так о чем мы говорили? – Риза перевела взгляд с явно потрясенного продавца на маленького розового зверька. – Ах, да. Мой маленький пухлячок с кривым рогом, – умилялась она зверьку, открывая дверцу пластиковой клетки.

Риза ваяла похожее на барсука животное и осторожно вытащила клетки. Погладив спинку, она посмотрела на продавца и одним пальцем сорвала зверьку с головы искусственный рог. Продавец заметно побледнел.

Риза снова обратила взгляд на барсука.

– Ой. О боже. Неужели какой-то сумасшедший приклеил трубку к твоей голове?

Она посадила зверька на стол и снова взяла винтовку, вернув ее к жизни нажатием кнопки. Риза нацелилась на продавца, и тот в ужасе свернулся.

– Говоря о вымирании… – Ее палец сжал курок, готовясь к выстрелу.

Внезапно на одном из полудюжины планшетов на столе Ризы прозвучал тревожный сигнал. Переведя взгляд на устройство, она увидела видеозапись с камеры наблюдения, показывающую приближающийся к острову катер. Риза потянулась, чтобы активировать паутину подводных мин, но остановилась, когда лучше разглядела человека за штурвалом лодки. Это Эйч. Агент Эйч. Ее Эйч.

Риза оглянулась на несчастного продавца, оказавшегося в нескольких секундах от боли и забвения.

– Мне очень жаль, – любезно извинилась Риза. – Продолжим в другой раз? У меня посетитель.

Глава 25

Эйч вел классический деревянный катер на частный остров Ризы Ставрос. По личному опыту он знал, насколько сложной и обширной являлась система ее безопасности. У него не возникало сомнений, что она уже знает о его прибытии. Внешне остров выглядел красиво и пугающе, как и женщина, которой он принадлежал. Нижние подступы к острову окружали разрушенные, но все еще грозные стены древней крепости. Охранники Ризы патрулировали стены и причалы, что полностью исключало незаметный подход и проникновение. Единственным исключением являлся зазубренный вертикальный утес в задней части острова. Дорогущая вилла Ризы была короной на самой высокой вершине острова. Жилище располагалось среди величественных руин рушащегося замка двенадцатого века и заброшенного монастыря с куполом, все еще неповрежденным и сияющим на солнце. Эйч выключил двигатели и дрейфовал к причалу.

Натянув свою самую очаровательную улыбку, он отправил в сторону виллы воздушный поцелуй.

В ответ на его жест из десятков скрытых огневых точек в камнях появились башни, изобилующие инопланетным оружием, чьи стволы повернулись прямо на агента.

Улыбка Эйч исчезла, и он поспешно вытащил носовой платок, дико размахивая над головой.

– Риза, не стреляй! Это я! Эйч!

В течение нескольких очень долгих секунд ответа так и не последовало. Голос его лишь прогудел эхом по каменным каньонам. Затем стволы орудий втянулись, и башни снова спрятались под камни. Вздохнув с облегчением, агент направил катер к причалу.

Помимо яхты Ризы, флота скоростных катеров и небольшого ассортимента прогулочных лодок, Эйч также заметил личного телохранителя Ризы – неуклюжего тарантианца высотой в восемь футов по имени Лука. Лука обладал серым мускулистым телом и хмурым взглядом. На его плечи спадала грива синих волос, а ото лба и до кончика носа виднелась коническая, почти остроконечная кость. Из-за массивного лба глаза Луки казались маленькими и жестокими. Эйч помахал тарантианцу и двуруким охранникам, после чего отдал швартовы большому пришельцу. Лука передал канат одному из своих подчиненных, и тот быстро привязал катер, взяв его под свою охрану. Эйч ступил на причал, находящийся под охраной другого стража. Неся в руках разноцветный подарочный пакет, плотно перевязанный лентой, Эйч подошел к Луке.

– Привет, дружище, – поприветствовал Эйч, глядя в злые глаза пришельца, – соскучился по мне?

– Нет, – пробормотал Лука.

Телохранитель толкнул агента в направлении тропинки в конце пристани, ведущей наверх, к разбитым скалам. Эйч шел плечом к плечу с Лукой, а двое охранников следовали сзади, направив оружие в спину Эйча.

С одной стороны дороги показалась встроенная в гранитные скалы приоткрытая дверь. Эйч помнил, что это старый эллинг, однако он всегда подозревал, что помещение служило иной цели. Проходя мимо, он вгляделся в проем, стараясь не показать своего интереса сопровождающей охране. В дальнем конце темной комнаты агент заметил высокотехнологичные мониторы слежения. Не успел он с облегчением вздохнуть, как вдруг увидел окружающие дорогу инопланетные орудийные установки. Казалось, они следили за его движением. Эйч не оставлял надежды, что это всего лишь автоматическая настройка, ведь Риза не из тех, кто прощал и забывал.

– Самое печальное в расставаниях, – заметил Эйч, когда группа приблизилась к вилле, – это терять друзей. Отлично ведь время проводили, да?

Лука молчал.

– Ну… Мы с Ризой отлично проводили время, а ты вроде как работал.

Извилистая дорожка привела группу к более плоскому участку земли, который все еще находился вдали от главной виллы. Здесь располагалась большая оранжерея. Лука набрал код на клавиатуре возле двери, и та в ответ зашипела. Лука втолкнул агента внутрь, а затем последовал за ним, оставив других охранников ждать снаружи.

Тарантианец привел Эйча к поляне, где под массивным стеклянным куполом находился спокойный пруд, который окружали деревья из сотен инопланетных миров. Среди чужой флоры росли апельсины, наполнявшие воздух приятным запахом. Эйч смотрел, как по воде в пруду плавали серебряные и синие лилии. Внезапно «лилии» поднялись на поверхность воды, оказавшись пришельцами на нитевидных серебряных ножках, и покатились, словно на коньках, вдоль поверхности воды. Они кружили и танцевали, изображая все более сложные и красивые фигуры.

Крошечный оранжевый инопланетный колибри метнулся прямо к лицу агента. Эйч рассмотрел маленькое лицо птицы, похожее на прекрасную женщину в изысканной фиолетовой маскарадной маске. Длинный игольчатый «нос» на самом деле являлся птичьим клювом. Эйч улыбнулся порхающему существу, а маленькое лицо улыбнулось в ответ, как будто пытаясь что-то сказать своим крошечным ртом под клювом.

За спиной раздался женский голос:

– Она прекрасна, правда?

Эйч узнал бы этот голос среди сотен тысяч. Его переполнили беспорядочные эмоции, от гнева до ужаса. Агент повернулся, а Риза, такая же поразительная и прекрасная, как и прежде, – нет, она выглядела еще лучше, – направилась к нему, словно крадущаяся пантера. Лука стоял в нескольких шагах позади нее.

Риза остановилась в нескольких дюймах от его лица.

– Я люблю глупых и красивых существ.

Она взмахнула рукой, чтобы ударить агента по лицу, но тот успел поймать ее запястье. Риза тут же взмахнула второй рукой, но Эйч поймал и ее. Затем третья рука взлетела и ударила по щеке с громким шлепком, который заставил всех птиц с криком разлететься по сторонам.

– Ауч, – пробормотал Эйч, выпустив ее руки и потирая горящую от боли щеку.

Риза осмотрела его сверху вниз, заметив отсутствие черного костюма ЛвЧ.

– ЛвЧ наконец-то показал тебе на дверь?

Эйч скривился.

– Я сам себе показал. Некоторые лошади рождены, чтобы быть свободными.

– А другие рождены для того, – добавила Риза, – чтобы их пристрелили.

Эйч поднял подарочный пакет и вытащил банку.

– Мирное предложение, – заявил агент, демонстрируя содержимое.

Широкая, почти безумная улыбка расплылась по красивому лицу инопланетянки. В банке с пробитыми в крышке отверстиями сидел пешка без доспехов и оружия, пытаясь выглядеть как покорное, безмозглое существо.

– Meep, farble, – бормотал он, глядя на Эйч и желая пробить в нем кучу дырок.

Риза издала умиляющийся звук.

– Он милый, – изумилась она, поглядывая на Эйч, – в самом жутком смысле этого слова.

Пешка начал фырчать и делать очень разумный и непокорный жест пальцем в сторону торговца оружием, но Эйч встряхнул банку, отчего пешка врезался лицом в стекло и сполз, как резиновая масса.

– Blaaaah, – произнес он, стиснув зубы за своей буколической улыбкой.

– Последний в своем роде.

Эйч предложил банку Ризе.

Инопланетянка, казалось, растаяла от этих слов. Держа банку двумя руками, она положила третью руку на грудь агента и посмотрела ему в глаза.

– Ты всегда знал путь к моему сердцу.

– А ты всегда знала, как заставить мое сердце биться немного быстрее.

Эйч положил руку на плечо Ризы.

– Могу я выключить свой наушник на время этой части? – произнес голос Эм в крошечном приемопередатчике в ухе Эйча.

* * *

На зазубренных скалах под виллой, с устройством связи в ухе, Эм медленно пробиралась вверх по склону утеса. Стоило головорезам увести ее напарника по тропинке, как она тут же выскользнула из лодки. Все камеры отслеживали его движение, поэтому Эм бросилась к обрыву, где слежение не велось. Эта женщина, Риза, явно держала злобу на Эйча. Он оказался прав, когда говорил, что его присутствие ее отвлечет.

Стояла невыносимая жара, и работать в униформе оказалось слишком тяжело. Эм сняла пиджак, рубашку и галстук еще на лодке и теперь осталась лишь в черной майке без рукавов, черных брюках и туфлях. Она почти добралась до уровня, где заметила высовывающиеся из камней огневые точки. Дело шло медленно, ведь сначала приходилось убедиться, что каждый камень – это действительно камень, а не мина-ловушка или панель, которая приведет в действие сигнал тревоги. Когда Эм поднялась выше, ветер немного усилился, но этот прохладный ветерок от воды оказался недостаточно сильным, чтобы сбросить ее со скал и отправить на тот свет. Эм посмотрела на идеальную голубую воду с отражающимся от поверхности солнечным светом.

Если бы не воссоединение тошнотворных любовников в ее наушнике и вероятность скорой встречи со смертью, это стало бы довольно забавным времяпрепровождением.

* * *

– О, Эйч, я с нетерпением ждала, когда мое оружие разорвет тебя на куски, – заявила Риза, отходя от агента. – Но когда я увидела твою сладкую улыбку, я просто не могла не узнать.

– Узнать что? – поинтересовался Эйч.

– Правду. Это все было правдой? То, что происходило между нами.

– О-оу. – Несмотря на то, что Эйч не видел Эм, ее голос отразил усмешку. – Сейчас будет весело.

– Я с самого начала знал, кем ты была, – заявил Эйч. – Моя работа состояла в том, чтобы завоевать твое доверие и при удобном случае уничтожить.

– Ты говорил, что не знал, что она торгует оружием! – отрезала Эм.

– А случилось так… – он обхватил идеальный подбородок Ризы и поднял ее голову, чтобы встретиться с ней взглядом, – что я в тебя влюбился. И это было реально.

Настороженное выражение Ризы смягчилось, и двое бывших любовников утонули в глазах друг друга. Они больше ничего и никого не замечали. Время, злые слова… все исчезло.

– В мире еще не создали нейралайзер, которой сотрет мне помять об этом, – проворчала Эм.

– Спасибо, Эйч, – поблагодарила Риза. Она казалась серьезной и уязвимой. – За то, что поставил точку.

Риза отнесла банку с пешкой к маленькому плетеному столу возле пруда, расположенному между двумя подобными шезлонгами. Однако поставив подарок, инопланетянка повернулась к Луке. В ее голосе прозвучала отстраненность и деловитость:

– Избавься от него.

– Подожди, – воскликнул Эйч, как только улыбающийся Лука схватил его за плечи. – У меня тоже есть чувства! Разве я не заслужил объяснений?

– Эй, – добавила Риза, пока Лука выпихивал его за двери, – вот тебе совет: в следующий раз, когда придешь с мирным соглашением, не делай этого в тот же день, когда я получаю самое мощное оружие из когда-либо созданных.

Эйч схватился за дверную раму обеими руками, стараясь устоять против мускулистой тяги Луки.

– Это не имеет никакого отношения к оружию!

Агент исчез из поля зрения Ризы, за исключением кончиков пальцев, все еще цепляющихся за дверной проем, а затем его голова и туловище снова оказались на виду.

– Это просто безумное совпадение! – кричал он.

Эйч снова исчез, – на этот раз с кончиками пальцев и всем остальным, – и тарантианский телохранитель Ризы все-таки утащил агента прочь. Дверь за ними зашипела.

Какое-то время Риза все еще смотрела на дверь. Одинокая слеза скатилась по ее безупречному лицу, и она вытерла ее своей третьей рукой. Инопланетянка моргнула, и печаль в одно мгновение покинула ее, сменившись странной улыбкой. Напевая I Will Survive[28], Риза взяла банку с пешкой и направилась в свой кабинет.

Глава 26

Лука сдал Эйча двум охранникам, ожидающим снаружи оранжереи, и теперь они вели его вниз по тропинке к причалу. Они стояли по обеим сторонам от агента с нацеленными бластерами. Эйч что-то бормотал, пока они спускались все ближе и ближе к пляжу и к надвигающейся кончине.

– По-моему, все прошло хорошо, ребята, – заявил Эйч, пока они приближались к крутому повороту, где с одной стороны тропа огибала гору, а с другой была отвесная скала.

– Как вы думаете? У меня есть шанс?

Они зашли за поворот, а Эйч так и продолжал говорить.

– У нее с кем-то серьезные отношения?

Один из охранников снова толкнул агента стволом винтовки. Но как только Эйч ощутил слабое прикосновение оружия к его спине, он развернулся, схватил ствол одной рукой и выдернул бластер из руки охранника. Одним ударом ладони в подбородок стража Эйч отправил инопланетянина через край утеса.

Когда другой удивленный охранник поднял свой бластер, чтобы выстрелить, Эйч взмахнул «пушкой», словно дубинкой, и ударил его по голове. Страж последовал по склону утеса за своим партнером. Эйч осмотрел узкую тропинку и убедился, что оказался прав, когда Лука вел его по дороге к вилле: это слепая зона камеры и датчика. Отсутствие сигналов лишь подтвердило его предположения.

Агент перекинул бластер через плечо и, опустив голову, поспешил вниз по тропинке к старому эллингу.

Дверь до сих пор оставалась открытой. Кто-то явно расслабился на работе, или, возможно, охранники решили, что нет таких глупцов, кто осмелится красться по острову, кишащему инопланетным оружием и камерами. Агент осторожно вошел и толкнул дверь.

Здесь стояли несколько быстроходных катеров в различных аварийных состояниях, а также оборудование и материалы для обслуживания, рабочие столы, запасные якоря, инструменты и детали двигателей. Другая сторона эллинга оказалась переделана в пост управления системой безопасности острова. Изучив мониторы, рычаги и кнопки, Эйч нашел датчики движения и центральный источник питания для скрытых пулеметных установок и сразу их отключил.

* * *

– Эм, – раздался голос в ее наушнике, – все чисто.

Эм видела, как на скалах под виллой Ризы из скрытых ниш поднимаются турели. Но затем оружие опустилось и стихло.

– Поняла, – ответила Эм.

Улыбнувшись, девушка продолжила подниматься к вилле.

* * *

Эйч наблюдал за восхождением Эм на одном из мониторов в эллинге, но стоило ему повернуться, чтобы уйти, как вдруг открылась дверь. Это был Лука. Большой пришелец прошел через комнату намного быстрее, чем ожидал Эйч, ведь он даже не подозревал, что тарантианцы умеют так быстро передвигаться. Эйч развернулся, и Лука нанес агенту мощный удар в грудь. Пролетев через все помещение, агент врезался и проломил одну из деревянных лодок, которая незамедлительно на него обрушилась. Эйч изо всех сил старался освободиться из-под обломков.

– Эйч, ты в порядке? – прозвучал в ухе взволнованный голос Эм.

– Да.

Агент принялся кидать крюки лебедки, деревянные доски и все, что могло причинить боль телохранителю Ризы.

– Все идет по плану.

Поток обломков отскакивал от Луки, не причиняя ему никакого вреда. Он шагнул вперед и снова включил оружие на скалах.

* * *

Эм все еще карабкалась по скале, когда вдруг услышала, что все открытые турели оживают. Они сканировали движущиеся цели в своей зоне огня, а Эм оказалась прямо посередине. Агент замерла, сжимая крошечные каменные выступы. Несколько орудий зафиксировались в ее направлении, ища своими страшными стволами любые признаки жизни. Если она не удержится, то упадет вниз и погибнет, хотя оружие Ризы разорвет ее на части задолго до того, как она приземлится на пляж.

– Что происходит? – спросила она в микрофон.

Ответа не последовало.

* * *

Услышав, как шевелятся расколотые доски и обломки, Лука повернулся, чтобы удостовериться, что болван из ЛвЧ не очнулся. Телохранитель с удивлением обнаружил, что Эйч уже стоял сзади с тяжелым деревянным веслом. Лука обернулся, но весло уже летело к его голове. Врезавшись, оно раскололось на щепки, а тарантианец отлетел в стену и сломал полки, откуда на него посыпались банки с краской и инструменты.

Эйч подошел к пультам безопасности и снова отключил оружие.

– Ничего не происходит, – ответил он Эм. – Придерживайся плана.

* * *

Эм смотрела, как поисковое оружие внезапно замолкает и снова деактивируется. Она нерешительно потянулась к узкому выступу и пошевелила онемевшими пальцами в поисках следующей точки опоры. Все это время Эм старалась не спускать глаз с оружия, на случай, если оно вернется к жизни.

– Ты уверен, что эти штуковины меня не прикончат? – усомнилась Эм, продолжив подъем.

* * *

– Тысяча процентов, – уверил Эйч за мгновение до того, как Лука вырвался из-под горы тяжелых банок с краской.

Банки летели словно ракеты, врезаясь и разбивая все на своем пути. Они даже повредили некоторые мониторы и элементы управления безопасностью.

Лука зарычал и с безудержной яростью бросился на Эйча, с разворота ударив агента в бок своей размером со ствол дерева ногой. Эйч со стоном пролетел через твердые деревянные стропильные балки, врезавшись в другую стену со всем ее содержимым.

Лука снова нажал кнопку.

* * *

Оружие рядом с Эм ожило. Она едва избегала взрывов и осколков, пригнувшись за очередным каменным выступом.

– Не существует такого понятия, как «тысяча процентов»! – крикнула она.

* * *

На носочках Эйч направился назад к Луке, покачиваясь то влево, то вправо, держа руки в классической боксерской стойке. Прежде чем Эйч смог приблизиться, чтобы нанести удар, зверь высотой в восемь футов с удивительной ловкостью врезал ему с разворота. Агент попытался поставить блок, но сила удара пробила его защиту и попала прямо в висок. Пока он пытался удержаться на ногах, Лука развернулся и нанес еще один сокрушительный удар в челюсть. Агент взлетел и пробил собой толстую опорную колонну.

– Не волнуйся, я понял!

Эйч лежал на полу, изо всех сил стараясь подняться. Завидев столярный молоток, агент потянулся за ним. Ничего не вышло. Собрав последние силы, Эйч вскочил на ноги, схватил молоток и со всей силы швырнул его в Луку. По какой-то причине этот жест показался ему странно знакомым. Пришелец поймал молот и отбросил его в сторону. Это оказалось именно тем отвлекающим маневром, в котором нуждался Эйч. Низко опустив плечи, агент ЛвЧ с рычанием бросился на тарантианца и врезался прямо в него. Пришелец остановил нападавшего и поднял его над головой, а затем бросил спиной вниз, разбив деревянный пол.

– Что это было? – услышал он голос Эм на фоне рева оружия. – Это звучало больно.

Схватив избитое тело агента, Лука поднял его над головой.

– Придерживайся. Плана, – прорычал Эйч сквозь стиснутые зубы.

Лука стал поворачиваться, чтобы перебросить его через комнату, но в эту секунду агент успел нажать кончиком каблука на кнопку и отключить оружие. Словно тряпичная кукла Эйч пролетел через эллинг и с такой силой столкнулся с деревянной гребной лодкой, что у него захрустели кости. Перед глазами он увидел яркий, болезненно мерцающий свет.

* * *

Слушая звуки драки, разыгравшейся в ее наушнике, Эм продолжала подниматься. Все дальше отдаляясь от оружия, она приближалась к вершине утеса со стороны задней части виллы.

Эм подтянулась к зазубренному откосу возле одной из деактивированных башен, сделала паузу, чтобы отдышаться, а затем продолжила лезть наверх, стараясь не думать об агенте Эйч. «План… нужно придерживаться плана».

* * *

Стараясь подняться, Эйч протянул руку и нащупал пока еще целыми пальцами якорь и цепь маленькой лодки. Словно олимпийский молот, якорь мгновенно устремился в Луку. Пришелец увернулся, но его массивные ноги запутались в цепи.

Борясь с собой, чтобы не потерять сознание, Эйч дернул цепь со всей оставшейся силы.

Глава 27

Эм наконец-то пробралась мимо смертоносного лабиринта затихшего оружия и быстро направилась к вилле.

– Отлично, – произнесла она в переговорное устройство. – Я поднялась. Пешка, ты меня слышишь?

Тот не мог ответить. Он занимался тем, что вел себя как покорное существо. Риза забрала его из оранжереи на виллу и несла через ряд ярко освещенных, хорошо обставленных коридоров и вырытых в скалах пещерных проходов. Она остановилась у запечатанной двери и ввела код на маленькой консоли. Дверь с шипением открылась, и Риза унесла крошечного воина в свой пещерный кабинет.

Перед ними открылся ряд арок с видом на сады; с другой стороны открывался захватывающий вид на спокойное небесно-голубое Тирренское море с крошечными точками островных цепей и далеким Везувием. Центральное место в кабинете занимал большой аквариум, и пешка узнал в нем несколько чужеродных видов. Однако в воде плавали и другие существа, которых он не знал и не хотел знать. Например, нечто среднее между латимерией, электрическим угрем и осой.

По кабинету Ризы тихо расхаживали два эльцидианских существа, приковав свое внимание к большой изысканной птичьей клетке, полной инопланетных птиц. Экзотические питомцы, дымоносцы, были размером с кошку и имели схожие черты. Пока Риза проходила мимо, пешка почувствовал на себе взгляд существ с двумя оранжевыми зрачками, но затем они вновь вернулись к голодному патрулю клетки. Когда пешка увидел взгляд дымоносцев, он пожалел, что у него не оказалось с собой бластера или хотя бы кинжала.

Стены вокруг стола изобиловали полками с оружием со всей вселенной. Риза села за стол и поставила банку с пешкой рядом с постаментом, на котором стоял напоминающий череп алмаз. Развернув банку, девушка всмотрелась в лицо пришельца. Пешка старался вести себя как можно неразумно и для своего спектакля в качестве вдохновения использовал Эйча. До сих пор он справлялся весьма достойно.

– Что же мне с тобой теперь делать? – нежно обратилась Риза к пешке. – Как же хочется тебя потискать!

В своем крошечном ухе пешки снова услышал речь своей королевы, агента Эм:

– Пешка, ты меня слышишь? Прием!

Наушник Ризы прощебетал, известив о входящем звонке. Она убрала лицо от банки и нажала кнопку коммуникатора, чтобы ответить на вызов.

– Себастьян? Приветик. И ты собираешься уничтожать целые солнечные системы, не выходя из дома?

Риза подошла к дальнему концу своего кабинета. Голос стал отдаленным.

Пешка вздохнул и ответил Эм тихим голосом:

– Сложно принять, когда на тебя капает слюна психопата.

* * *

– Ты видишь коробку? – спросила Эм.

Она остановилась среди камней, прямо под широким отверстием в одной из секций пещерного кабинета.

Через мгновение голос пешки ответил:

– Да. Вижу.

Эм с облегчением вздохнула. Головоломка в офисе Ризы, как и обещал Эйч.

– Теперь все зависит от тебя, – сообщила агент Эм.

– Что значит «все»? – прошептал крошечный инопланетянин.

* * *

Пешка осмотрел банку. Эйч не только сделал отверстия для воздуха, но и не стал плотно закрывать крышку. Он потянулся и принялся откручивать крышку. Он прекрасно понимал, что Риза находилась на дальнем конце аквариума, разговаривая настолько приятным голосом, как если бы продавала что-то иное, а не оружие массового уничтожения. Пешка нисколько не огорчился, что не слышал ее разговор.

Крышка сдвинулась и с шумом упала на стол, после чего из банки показались большие глаза пешки. Ничего. Никаких признаков Ризы или инопланетных кошек. Он заметил неаккуратно обтесанный коридор, куда и намеревался бежать. С ворчанием маленький солдат толкнул свою бывшую тюрьму к краю стола. Следующий и последний толчок отправил банку на пол.

Стеклянная банка разбилась, и голова Ризы моментально выглянула на источник шума. Она заметила, как ее новый питомец бросился бежать с такой скоростью, с какой позволяли его крошечные ноги. Нырнув в коридор, ведущий к сауне и камерам пыток, пешка исчез из поля зрения. Риза в отчаянии закатила глаза и вздохнула, после чего последовала за ним.

В офисе стало тихо, за исключением гула огромного аквариума. И тогда появилась Эм. Она забралась на последний утес и прошла в кабинет. Оглядев огромный офис, на другой стороне она заметила головоломку. Тихо подойдя к столу, агент схватила коробку и направилась обратно к окну.

– А я-то думала, Эйч работает один, – заявила Риза. – Какое несчастье.

Эм медленно обернулась и увидела возле стола Ризу с пешкой на плече.

– Обучение идет ускоренными темпами, – ответила Эм.

Подняв со стола энергетический пистолет с компактным широким стволом, межгалактическая преступница продемонстрировала его Эм.

– Короткоствольный аннигилятор Карзига, – пояснила Риза, целясь в агента. – Знаешь, что он делает с человеческим телом? Варит его изнутри.

– Мило. А знаешь, что пешка делает с садистами и инопланетными торговцами оружием?

– Нет, – усмехнулась Риза. – Что за пешка?

– Я пешка, ты, психопатка!

Крошечный воин на плече Ризы с рычанием и всей своей силой вцепился в плоть инопланетянки. Завопив, Риза выстрелила, но попала не в Эм, а в окно. Агент тут же схватила головоломку и нырнула в укрытие. Тем временем Риза поймала рычащего пешку и швырнула его в соседнюю комнату, после чего снова открыла огонь по убегающей Эм. Агент прыгнула через старинный сундук, увернувшись от второго выстрела, который лишь поджарил предмет мебели.

Эм бежала, уворачивалась и перепрыгивала через офисную мебель, чтобы избежать попадания, а Риза снова и снова безуспешно стреляла.

Агент спрыгнула с дивана прямо к выходу, но Риза взвыла, взлетела в воздух и ударила Эм третьей рукой. От удара Эм рухнула на дорогой кафельный пол и выронила коробку, которая с грохотом упала возле аквариума.

С горящими от ярости глазами Риза приземлилась на корточки, расправив все три руки, стараясь удержать равновесие. Эм со стоном поднялась на ноги, Риза тоже встала.

Осмотрев офис на наличие любого подходящего оружия, Эм заметила в нескольких футах стул.

Чтобы отвлечь Ризу и добраться до головоломки, Эм хотела ударить стулом в аквариум и выпустить наружу сотню тысяч галлонов воды, но ее действия повлекли бы за собой гибель всех этих красивых странных созданий. Нет, Эм не станет убивать невинных существ ради своей выгоды, иначе она превратится в такую же сумасшедшую.

Эм быстро шагнула к стулу, взяла его обеими руками и с разворота швырнула в Ризу. Стул летел прямо к ее голове, но она встала в боевую стойку и всеми тремя руками ловко отбросила его в дерево.

Вспоминая все просмотренные фильмы с Джейсоном Стейтемом, Эм крепко прижала локти к груди, чтобы защититься. От этого зрелища и неопытности Риза только рассмеялась. Инопланетянка бросилась к Эм. Минуя ее стойку, она нанесла сильный удар в висок (что не составило труда, учитывая, что Эм не защищалась ногами). Руки девушки опустились, и тогда Риза несколько раз ударила агента в лицо сначала одним кулаком, а затем другим.

Рассердившись, Эм изо всех сил замахнулась на Ризу, но та заблокировала удар третьей рукой. Агент пыталась бороться с конечностями соперницы и даже умудрилась влепить ей пощечину, но Риза схватила ее руку и перебросила через всю комнату в книжный шкаф. Эм приземлилась на спину и попала под дождь из старинных книг.

Агент поднялась на ноги, пытаясь отыскать любой доступный предмет потяжелее, как вдруг ее пальцы коснулись прохладного олова старинного подсвечника с книжной полки.

Схватив подсвечник и размахивая им, словно дубинкой, агент направилась к противнице. Риза вскинула руки и заблокировала удар, выхватив подсвечник третьей рукой. Инопланетянка отбросила орудие в сторону и сжала двумя руками плечи агента. Боль оказалась настолько сильной, что ноги девушки подогнулись.

Но прежде чем она упала, Риза развернула ее и ударила об стол, прижав лицом к поверхности. А затем подняла руку над головой, чтобы нанести смертельный удар.

Глава 28

В коридоре, ведущем в одну из прихожих Ризы, пешка поднялся на ноги и потряс головой, чтобы прийти в себя после удара. Он слышал звуки драки в офисе и слышал, как задыхалась от боли Эм. Он потянулся за своим самострелом с крюками и направил его на стену над дальним дверным проемом в офисе, где находилась агент. «Я иду, Эм». Внезапно в поле зрения появилась Риза. Она стояла в боевой стойке и ухмылялась. Пешка слегка опустил пистолет, целясь теперь в незащищенный висок торговки оружием.

Но как только он собрался выстрелить, к маленькому воину из темноты прыгнула темная фигура. Пешка упал, и сверху на него приземлилось волосатое существо. Он уже приготовился ощутить когти дымоносца, прорывающиеся сквозь доспехи, но вдруг понял, что инопланетным котом оказался Бассам.

– Пришло время отведать моего гнева, пешка! – ухмыльнулся Борода, опутав пешку своими волосатыми щупальцами, чтобы удержать от выстрела.

– Я ем бороды на завтрак, Бассам! – заявил пешка, и между ними завязалась схватка.

* * *

Прижатая к столу в секунде от своей смерти, Эм изо всех сил пыталась найти способ выбраться из тисков Ризы. Нащупав на столе керамическую миску, агент разбила ее и взялась за большой зазубренный осколок. В ту секунду Риза повернулась, чтобы покончить с жизнью Эм, но агент внезапно воткнула осколок в руку соперницы, оставив широкий кровавый порез.

Риза зашипела от боли, ослабила хватку и откинула руку. Эм воспользовалась моментом: подтянув ноги, она ударила изумленную Ризу в живот, отбросив ее назад. Инопланетянка едва удержалась на ногах. Со свирепым выражением Эм поднялась со стола и продолжила атаку. Схватив Ризу за горло, она изо всех сил сжимала его двумя руками.

Риза не растерялась и тоже обхватила горло соперницы. Двумя другими руками она держала запястья Эм, пытаясь оторвать от своего горла. Они боролись безмолвно. Эм слышала, как в ушах, словно приглушенный барабан, пульсировала кровь. Перед глазами танцевали белые пятна. «Откуда в ней столько силы?» – подумала Эм, задыхаясь.

Даже несмотря на порезанную руку, Риза оставалась слишком сильной. Эм чувствовала, как слабеет ее хватка. Противница выиграла драку. В следующий момент ее пронзила острая боль: Риза с такой силой ударила ногой, что Эм улетела назад, врезалась в стол и рухнула на пол, задыхаясь.

Должно быть, Эм выглядела ужасно – еще хуже, чем себя чувствовала, поскольку Риза даже не удосужилась подойти и прикончить ее. Вместо этого она ушла, сосредоточив внимание на целой и невредимой головоломке.

Эм вскочила на ноги и бросилась на соперницу. Вся боль и усталость мгновенно исчезли, стоило ей представить, что сделают с оружием Риза и ее чудовищные клиенты. Даже не глядя, торговка оружием снова схватила агента за горло и пренебрежительно швырнула ее в греческую статую полуголой женщины возле одного конца беседки. Эм упала, разбив статую на куски, но вновь бросилась к Ризе, ведомая лишь отчаянием и гневом.

Риза замахнулась, но Эм сумела увернуться. Как можно скорее агент ответила ударом на удар, но соперница, казалось, ничего не почувствовала. Она схватила Эм под руку и за волосы, скрутила, подняла над полом и швырнула ее вниз. От удара несколько кусков мраморного напольного покрытия разбились и разлетелись по сторонам. Эм почувствовала, как воздух вышел из ее легких. Сознание потускнело, но она изо всех сил старалась остаться в сознании.

* * *

В коридоре пешка пытался освободиться от Бассама. Борода обвивал своими волосами грудь пешки, пытаясь уложить его в такое положение, в каком получилось бы сжать его и раздавить. Пешка слышал звуки битвы и догадывался, что дела плохи. Он уже потерял первую королеву и не мог допустить очередной потери. Пешка выкрутился, вытащил руку и уже через мгновение стоял над Бассамом, нанося удары снова и снова, пока тот не перестал отбиваться.

Пешка посмотрел в сторону кабинета, откуда доносились отчаянные крики Эм, и бросился бежать со всех ног.

* * *

«Что может быть лучше, чем узнать правду о вселенной?» – спросила Молли в бессознательном тумане от побоев Ризы.

«Ты», – отвечал отец, обняв маму. Они оба улыбались. Мама… Папа.

Риза оказалась где-то далеко. Она смеялась, издевалась. Если Эм позволит себе ускользнуть в безболезненную тьму забвения, этим страшным оружием кто-то воспользуется. Может быть, это случится даже на Земле, и многие невинные люди – люди и инопланетяне – погибнут. Забавно. Эм прожила столько лет, убеждая себя, что человеческая привязанность – это лишь химические реакции, путающие сознание, что забыла, как сильно любила родителей и как сильно они любили ее.

Что говорил Эйч? «Вся вселенная – это химическая реакция…»

«Вставай, вставай!»

Глаза Эм открылись. Она отсутствовала всего секунду, и Риза все еще стояла над ней в мрачном злорадстве. Сев, агент резко вытянула ногу, поставив подножку удивленной инопланетянке. Та не устояла на ногах и тяжело грохнулась спиной на Эм. Агент с таким рвением избивала Ризу локтями, будто от этого зависела жизнь каждого существа во вселенной. Но торговка оружием блокировала все удары.

Они боролись на полу разрушенного офиса. Риза отразила поток ударов и снова начала душить соперницу. Внезапно Эм нащупала веревку от разрушенной статуи, и ей в голову пришла идея. Все еще борясь с разъяренным и совершенно безумным криминальным авторитетом, агент обвязала веревку вокруг змеиного браслета на третьей руке Ризы и крепко затянула. Риза не обратила внимания, поскольку желала поскорее разделаться с Эм. Похоже, в своем безумии она даже забыла про головоломку, за которую они сражались.

Но Эм не забыла ни коробку, ни то, что поставлено на карту. Ее легкие горели, будто наполняясь кислотой, но, наконец, веревка оказалась на своем месте. Они откатились к большой птичьей клетке, и как только соперницы оказались рядом, Эм отпустила Ризу. Та дернулась, стянув на себя тяжелую конструкцию. Стая красивых испуганных птиц вырвалась на свободу, а клетка осталась удерживать третью руку Ризы под своим весом.

Эм с огромным усилием поднялась на ноги и похромала к коробке с головоломкой.

С сумасшедшей силой Риза отодвинула птичью клетку в сторону и бросилась к Эм.

Но как только Риза дотянулась до агента, веревка, прикрепленная к третьей руке Ризы, натянулась. Только сейчас инопланетянка поняла, что привязана к шкафу. Веревка дернула ее обратно через всю комнату и ударила в большой книжный шкаф высотой в двенадцать футов. С громким шлепком Риза упала на пол.

Как только Ставрос подняла голову, она увидела возле книжного шкафа Эм. Агент ухмыльнулась и изо всех сил толкнула шкаф. Он пошатнулся, опрокинулся и с грохотом рухнул прямо на Ризу. Инопланетянка застонала, и Эм принялась бить ее снова, и снова, и снова, пока та не перестала двигаться и издавать звуки. Риза лежала без сознания. Со стоном Эм поднялась на ноги.

– Уф, какое приятное ощущение, – вздохнула Эм, поднимая головоломку.

Пешка снова появился в комнате, теперь уже переодетый в доспехи. По какой-то странной причине из его одежды торчало несколько длинных волос.

– Запомните это чувство, моя леди, – обратился к ней пешка. – Берегите его.

Но вдруг маленький воин посмотрел на нечто за плечом Эм.

– А сейчас вы, наверное, захотите обернуться.

Пешка запрыгнул с пола на перевернутый книжный шкаф, а затем на плечо Эм. Агент обернулась.

У главного входа в кабинет стоял большой телохранитель Ризы, Лука. В одной руке он держал огромный пистолет, с нацеленным на пешку и Эм стволом, а в другой – агента Эйч, который, судя по всему, находился без сознания.

Глава 29

Эйч застонал, и Лука бросил его на пол. Агент перевернулся и увидел Эм и пешку, и лицо его сразу озарилось улыбкой.

– Не волнуйтесь, – успокаивал он, – это просто часть плана.

Внезапно раздался гул и грохот. Услышав голос Ризы, агент закрыла глаза и вздохнула.

– Что ж, Эйч, – обратилась Риза, – ты всегда казался немного не в себе.

Риза подошла и забрала головоломку из рук Эм. Агент взглянула на напарника, который слабо бился об огромные ноги Луки.

– Я добился, чего хотел, – заявил Эйч.

Эм покачала головой.

– Предложение мира, – предположила Риза.

Эм сделала шаг к Ризе с поднятыми руками и ладонями.

– Послушай, Риза, ты меня не знаешь, – заговорила она, – и я тебя не знаю. Мы даже не из одной галактики, но мы здесь, на одной скале. Оказывается, вселенная довольно маленькая.

Эм подошла к торговке оружием. Она вспомнила о своих родных в Бруклине, которые ничего об этом не знали. Они и понятия не имели, что Эм покинула Штаты; она вспомнила о Гайе, ее коллеге по стажировке в лондонском подразделении, и обо всех, с кем едва успела познакомиться. Эм подумала о людях, которые умрут, если эта шкатулка, это ужасное оружие от нее ускользнет. Агент кивнула в сторону коробки в руках Ризы.

– Это оружие может поглотить целые солнечные системы. Может быть, однажды и Землю. Это ведь и твой дом тоже.

В комнате воцарилась тишина. Эйч кивнул Эм. Стало ясно, что он гордился ею.

– Снимаю шляпу, – произнес пешка.

Риза, казалось, потерялась в размышлениях над словами соперницы. Взгляд ее отсутствовал, но фокус вернулся, и она задумчиво посмотрела на Эм.

– Ты абсолютно права, – согласилась Риза, плотно прижав коробку к груди всеми тремя руками. – Ты меня не знаешь.

– Убей их, – приказала Риза Луке, а затем указала на агента Эйч. – А его в первую очередь. Пусть ему будет больно.

Лука потянулся к побитому и измученному мужчине, игнорируя все его попытки защититься, словно в его руках был маленький ребенок. Подняв агента за горло на несколько футов от пола, он начал выдавливать из него жизнь. Эм бросилась к Луке, а Риза, почти сияя от радости, наслаждалась шоу.

– Стой! – кричала Эм.

Эйч, покраснев и выпучив глаза, из последних сил ударил Луку, но успехом его удар не увенчался.

– Не нужно этого делать, – умоляла Эм гигантского инопланетянина.

– Он обязан, – радостно продолжила Риза. – У него контракт.

Эйч пытался достать уши Луки, пинать его ногой в грудь, даже тыкать пальцами в его глаза под нависшими веками. У агента не осталось сил; все вокруг казалось одновременно и ярким, и тусклым. Эйч ощутил странное чувство. Ему казалось, что он не достиг ничего реального в своей жизни. То самое чувство, которое преследовало его и от которого он прятался годами с того дня в Париже. «Моя жизнь не имеет смысла». В этот последний момент даже спасение мира казалось пустым и неважным. Ему хотелось, чтобы телохранитель продолжал, но другая, более сильная его часть протестовала и продолжала бороться с темнотой, хотя и не знала, для чего это делает.

– Отпусти… меня… – хрипло шептал Эйч, бессмысленно вгоняя кулак в беспристрастное лицо Луки, – ты… тарантианский головорез!

Эм моргнула. Слова Эйч вызвали в голове яркое воспоминание. Она никогда о нем не думала. Это как не замечать детали на обоях в собственном доме.

– Подожди. Ты сказал «тарантианский»?

– Да, моя леди, он так сказал, – ответил пешка с плеча Эм. – Они весьма целеустремленные, когда дело касается убийств. Мозги размером с фисташковый орех.

Лука слегка зарычал на это замечание и удвоил свои усилия, чтобы свернуть агенту шею.

– Это… и есть… твоя… поддержка?! – булькнул Эйч.

Эм подошла ближе к Луке, рассматривая каждую черту на лице грубого пришельца. Кого-то он ей напоминал. Эм снова стало десять лет, и она оказалась в своей спальне со страшным маленьким инопланетянином с взъерошенной гривой бирюзовых, зеленых и фиолетовых волос, растущих над большими невинными выпученными глазами.

– Я знаю одного тарантианца, – с мольбой проговорила Эм, пытаясь до него достучаться. – Однажды я встретила его. И помогла.

Лука взглянул на Эм, и ей показалось, что за крошечными каменными глазами мелькнули проблески сознания. Но, казалось, Лука выбросил мысли из головы и поднял жертву еще выше, все сильнее сжимая шею. Эм посмотрела на Эйч. Он больше не боролся, а лишь безвольно свисал с руки Луки. В животе ее появилось какое-то холодное чувство. Грудь Эйча пока еще поднималась и опускалась, но дыхание стало прерывистым и поверхностным. Она вспомнила слова ЛвЧовца, сказанные ночью много лет назад: «Сейчас оно милое, но когда эти существа достигают половой зрелости, они превращаются в настоящих монстров».

У Эм не возникло сомнений насчет Луки. Ведь должно быть что-то, чем можно спасти ее напарника. И тогда шестеренки в ее памяти повернулись и встали на место. Посмотрев на Луку, Эм крикнула:

– Kabla nakshulin!

Будто пораженный чем-то более сильным, чем самый смертельный удар Эйч, Лука вздрогнул и ослабил хватку. Налитые кровью глаза агента открылись, чувствуя, как Лука замер от слов Эм.

– Да, – тяжело дыша, произнес Эйч, – слышал, что она сказала?

Лука посмотрел на Эм.

– Откуда ты это знаешь эти слова? – спросил тарантианец.

– Он сам мне сказал.

Лука посмотрел на ее лицо так же пристально, как и она на его, а затем его холодный взгляд потеплел.

– Молли?

Эм улыбнулась и кивнула.

– Это ты! – воскликнула она.

Лука уронил свою жертву на пол и опустил винтовку. Красный как рак Эйч, все еще задыхаясь, тер свое горло.

Риза подняла все три руки вверх, словно только что услышала худшее решение судьи за всю историю какого-нибудь чемпионата.

– Вы что, издеваетесь? – кричала она. – В самом деле?

– И кто теперь из нас не в себе? – Эйч улыбнулся своей разъяренной бывшей.

Риза потянулась, чтобы схватить пистолет Луки, но тарантианец направил его на Ризу, и та застыла.

– Отдай ей коробку, – приказал Лука.

– Лука, ты же не можешь так поступить, – сладким голосом умоляла Риза. – Разве я не была к тебе добра? Я позволяла убивать всех, кого ты хотел.

Лука указал пистолетом на коробку. Риза взглянула на Эм и бросила ей головоломку.

Агент улыбнулась. Теперь оружие было в безопасности.

– Kabla nakshulin, – обратилась она к Луке. – Что это значит?

– Это значит: «Однажды я убью любого, кого ты пожелаешь, самым изощренным способом», – ответил тарантианец. – Приблизительный перевод.

– Или…

Эм задумчиво кивнула на Ризу.

– Просто задержи ее здесь на некоторое время.

Глава 30

Эм, Эйч и пешка спустились по извилистой горной тропе к причалу, к душераздирающей красоте моря и неба. После всего случившегося все в Эм почти вибрировало от адреналина.

– Вот этот драка! – восторгалась она.

Эйч кивнул. Несмотря на свои синяки, он пребывал в приподнятом настроении.

– Нет ничего лучше, чем отличный план.

Эм взглянула на напарника, и они оба остановились. Агенты смотрели друг другу в глаза дольше, чем следовало. Что-то между ними происходило, и пешке определенно не понравился их новый дух товарищества.

– А я уверен, что план не сработал, – вставил он, – во всех смыслах этого слова.

Агенты проигнорировали его слова и продолжили спуск.

– Значит, тебя зовут Молли, – сказал Эйч.

– Ты не должен этого знать, – напомнила она.

– Будет справедливо, если ты узнаешь мое имя.

Эм покачала головой.

– Я не хочу знать.

– Горацио, – сообщил он и засмеялся, увидев выражение лица напарницы. – Нет, шучу, Гарри, – выпалил Эйч.

Эм взглянула на него, и они оба засмеялись. На их лицах сияла улыбка, и пешка вновь заметил усиливающуюся связь между ними.

– А я Стив, – объявил маленький воин.

– Стив? – Эм посмотрела инопланетянина на своем плече. – Я думала, у пешек нет имен.

– Это так, – подтвердил он. – Я всегда чувствовал себя обделенным.

Как только они приблизились к последнему повороту и ступенькам к причалу, Эйч остановился.

– Что случилось? – осторожно спросила Эм.

– Ничего, – ответил он, глядя на кристально-голубые воды, усеянные далекими островами.

Казалось, что голая вершина Везувия достигала самого края бесконечного, чистого неба. Глаза агента Эйч все сказали без слов. После всех опасностей и близкой смерти Эм присоединилась к нему и стала смотреть на распростертые перед ними красоты, молча вспоминая, почему их работа настолько важна.

Но внезапно остров начал грохотать и дрожать. Оба агента отвлеклись от мыслей и посмотрели на землю возле ног. Раздался душераздирающий треск, и сквозь землю в их сторону в неистовом темпе ринулась широкая трещина.

Эм схватила напарника за руку и отдернула в сторону. Перед ними образовалось массивное отверстие. Земля между лестницей и доком обвалилась в море, а вторая трещина, летящая с такой же невероятной скоростью, разорвала долину между агентами и обратной дорогой на гору. Они оказались в ловушке. Ближайшая часть острова застонала, скрипнула, а затем рухнула в океан. Теперь агенты оказались на краю очень маленького кусочка земли высоко над Средиземным морем.

В дальнем конце островной полосы два светящихся безликих аморфных существа низко припали к земле, изливая энергию в искривленную и дрожащую поверхность. Направляясь в сторону агентов, пришельцы начали растворяться, приобретая вид человекообразных фигур.

– Каков теперь наш план? – уточнил пешка. – Готов рассмотреть любые предложения.

Фигуры затвердели и превратились в близнецов.

– Мы должны ее заполучить! – объявил первый близнец.

– Для Роя, – закончил мысль второй.

Эм обняла головоломку, оглядываясь вокруг, чтобы найти хоть какой-то путь к спасению. Однако все, что осталось, – это рушащийся утес, падающий в воду на зубчатые камни. Эм увидела лицо напарника, и его новый взгляд крайне ее удивил. Его избили, в него стреляли, порезали, лишили последних сил, но при этом он все еще кипел от ярости.

Эйч поймал ее взгляд и строго кивнул, после чего сделал несколько решительных шагов в сторону близнецов.

– Я не знаю, известно ли вам, но мы – Люди в Черном… Мужчины и Женщины в Черном. Если вы думаете, что мы позволим передать эту вещь Рою, вы просто не знаете, с кем имеете дело. Мы защищаем Землю и всех ее обитателей. Неважно, откуда они родом.

Совершенно неожиданно близнецы остановились и сделали шаг назад. Его речь сработала.

Эйч выглядел гордым и выпятил грудь и челюсть. Не зря же его слова оказали такое влияние на близнецов. Но вдруг позади он услышал слабый механический шум, и стоило ему оглянуться, как он увидел Эм со звездным компрессионным оружием в руках. Она включила его и направила прямо на близнецов.

– Еще один шаг, – крикнула Эм, – и я уничтожу весь этот остров и все, что на нем есть.

– Включая тебя и меня, – тихо пробормотал Эйч. – Тебе стоило что-нибудь сказать. Я вот произнес речь.

– Прекрасная речь, – заметила Эм, посмотрев на агента. – Ты со мной?

Эйч взял паузу, но затем ответил:

– Я с тобой.

Повернувшись к близнецам, он крикнул:

– Мы сделаем все, чтобы спасти наш мир!

На секунду единственными звуками остались лишь свистящий через каньоны ветер и шум волн. После минуты молчания близнецы посмотрели друг на друга, безмолвно переговариваясь.

– Я тоже, – в унисон ответили близнецы.

Смущенные ответом, Эм и Эйч обменялись взглядами, а братья тем временем вновь направились к агентам.

Как только диады подошли ближе, рука Эм упала на переключатель активации оружия. Она установила минимальную мощность – ту, которая уничтожила километры пустыни, и посмотрела на напарника. Он сглотнул и кивнул. Сделай это.

Но не успела она нажать кнопку, как вдруг раздался громкий гул и шипение статического электричества, а затем появились две вспышки, напоминающие фиолетовые молнии. Они ударили в близнецов, разрушив человеческое обличье, и превратили их в гуманоидные силуэты светящихся белых частиц. Прямо на вершине зловещей молнии образовались двойные огненные шары блестящей золотой энергии. Они поразили обоих близнецов и распылили на миллионы частиц белой энергии, каждая из которых темнела и падала на землю, оставаясь неподвижной и мертвой.

Оба агента смотрели в сторону разрядов. На другой стороне одной из трещин стоял Хай Ти с перекинутым через плечо массивным оружием, напоминающим двухствольную базуку.

– Нет в этой вселенной того, что нельзя было бы убить, – заметил Хай Ти, похлопывая по оружию, – посредством правильного подобранного снаряжения.

Босс ухмыльнулся и позвал агентов на другую сторону разлома. Они разбежались и перепрыгнули через трещину к уже ожидающему у лестницы Хай Ти.

– С вами все в порядке? – поинтересовался босс.

– Да сэр. Все отлично, – ответил Эйч, кивая.

Внимание Эм устремилось на разбросанные по земле темные мертвые частицы, а затем она снова перевела внимание на Ти.

– Но, сэр, как вы нас нашли? – спросила она, явно озадаченная.

– Опыт, – ответил он и цыкнул на Эйча: – Снова Риза, Эйч? Когда ты уже научишься?

Хай Ти положил руку на плечо своего смущенного протеже, и никаких объяснений больше не потребовалось.

– Я знал, что могу рассчитывать на тебя, – продолжил он более мягким тоном, – что ты справишься.

Эйч засиял, словно мальчик, которого похвалил отец.

– Да, сэр.

– Вы тоже, Эм, – похвалил Хай Ти. – У агента О было предчувствие на ваш счет, и она оказалась права. Вселенная помогает оказаться в нужное время в нужном месте.

Эм отступила на несколько футов, пока агенты вели беседу. Она не пыталась отстраниться от их разговора, отнюдь нет, но она просто почувствовала… желание отойти. Звездный компрессионный пистолет складывался и втягивался обратно в коробку в ее руках. Эм снова оглянулась на останки мертвых диад. Что-то не так… Как будто они проглядели что-то важное, будто упростили ключевую часть уравнения. А может, жизнь более беспорядочная и хаотичная и не всегда вписывается в формулу? Может быть, это просто падение адреналина? Возможно, после всего случившегося она оказалась не готова к завершению и возращению к тому, что было раньше?

– Пойдемте домой? – позвал Хай Ти.

На мгновение он остановился и внимательно посмотрел на некогда дорогую новую одежду, но теперь помятую, порванную и испачканную в крови.

– Но лучше сначала отмыться.

Глава 31

Когда они прибыли в Лондон, уже наступила ночь. Чистых и переодетых в форму агентов встречали на первом этаже штаб-квартиры громкими аплодисментами. Среди встречающих присутствовали все агенты, вспомогательный персонал и пришельцы. Хай Ти шел сзади, перебросив через плечо массивную «пушку», а в руках нес головоломку Вунгуса.

К ним подошли агент и судмедэксперт. Последний держал в руках высокотехнологичный сейф.

– Спрячьте оружие в безопасное место, – скомандовал Хай Ти, передав огромное оружие агенту, а головоломку судмедэксперту, который тут же закрыл его в сейфе.

Двое поспешили выполнить свои обязанности.

На лице агента Эйч появилась легкая усмешка.

Он пробирался сквозь толпу, как старый профессионал, обмениваясь хлопками, ударами кулаков и поднятыми большими пальцами. Эм поразило такое внимание и почести. Она улыбалась, кивала и несколько раз неловко помахала рукой, но при этом все время искала способ вырваться из толпы. Агентов продолжали тянуть в разные стороны. Эм вспомнила, как однажды в школе ее лучшая подруга, Стефани Кепрос, уговорила ее пойти в клуб, чтобы послушать панк-группы. Народу на концерте оказалось много, и когда люди начали ловить прыгающих со сцены музыкантов и тащить ее к этому хаосу, она сразу ушла.

Эм добралась до противоположной стороны и наконец смогла вдохнуть полной грудью. Ей удалось сбежать лишь благодаря напарнику, который до сих пор стоял в центре толпы и купался во внимании, как и в тот первый раз, когда она его увидела.

Хай Ти стоял позади Эм, также наблюдая, как его протеже почивает на лаврах.

– Довольно много для первого стажерского задания, – отметил Хай Ти. – Марракеш, Руб-Эль-Хали[29], Неаполь. Представьте, чего вы добьетесь, когда станете одной из нас.

Эм наблюдала за напарником среди своих коллег, и ей казалось, будто всего этого приключения на самом деле не было. Эйч вновь стал прежним – радостным, поверхностным и обаятельным… словно тефлоновым, – к нему истинные эмоции и чувства не прилипали. Это ее удивило. Когда вдруг она перестала чувствовать себя одинокой и стала думать о себе и Эйче как о «нас», как о команде?

Не поворачиваясь к Хай Ти, Эм поблагодарила:

– Спасибо, сэр.

– Наслаждайся этим моментом, Эм, – обратился Хай Ти. – Они никогда не длятся долго.

Ей показалось, что в его голосе прозвучала тоска. Он ушел прежде, чем она успела спросить, и быстро потерялся среди толпы.

Эм оглянулась на напарника. Он сидел на краю стола в окружении младших и старших агентов. Агент за соседним столом вытащил бутылку «Гленфиддиха» из ящика, разлил в пластиковые стаканчики и раздал коллегам. Настроение Эм немного упало. Внезапно она вернулась в старшую школу, наблюдая за крутыми ребятами вокруг стола в столовой. Сама она ела одна, за исключением компании одной из книг Митио Каку[30].

Даже пешка Стив вписался в окружение и собрал свою аудиторию. Вокруг маленького воина собралась группа офисных работников. Он стоял на столе, используя стопку книг в качестве сцены.

– И вот мы уже стоим на краю обрыва, и Эйч закрывается от этих чудо-близнецов и молит их: «Нет, пожалуйста, не убивайте нас!»

Пешка делал все возможное, чтобы выдать себя за агента Эйч.

– А я ему: «Возьми себя в руки, Эйч».

Аудитория попалась на крючок.

– Тогда я поворачиваюсь к этим парням и говорю: «Чуваки, либо вы уходите, либо даже не узнаете, что вас прикончило».

Эм отвернулась и вдруг заметила, как к агентам присоединился Си и радостно взял пластиковый стаканчик со скотчем.

* * *

Си поднял свой стакан, чтобы выпить за коллегу.

– Что ж, Эйч, я не знаю, как ты это делаешь, – начал дотошный агент, – но у тебя это все еще получается.

Остальные агенты засмеялись.

Эйч оглянулся и увидел, как к Эм присоединился ее инопланетный приятель, Гай, и фотографировался с ней с помощью палки для селфи. Нерлин тоже попала в кадр. Гай и Нерлин рассмеялись, но на лице Эм появилось серьезное и рассеянное выражение. Через празднующую комнату они обменялись взглядами, и Эйч понял, что Эм тоже почувствовала, что что-то не так.

– Нет, но вот каковы шансы? – монотонно бубнил Си. – Чтобы дважды за несколько лет спасти Землю от уничтожения?

Агенту Эйч удалось вставить слово в похвальный монолог:

– Я не знаю, Си. Каковы шансы?

Прежде чем Си успел ответить, Эйч поставил свой пустой стакан на стол.

– Прошу меня извинить.

Агенты встретились в середине комнаты.

– Неужели, когда спасаешь мир, возникает такое чувство, как сейчас? – поинтересовалась Эм. – Потому что я совсем не чувствую, что мы его спасли.

– Я тоже, – поддержал Эйч. – Что, если мы все неправильно поняли? Диады… Когда я сказал, что мы сделаем все, чтобы спасти наш мир…

– Они заявили, что тоже, – закончила мысль Эм.

– Они сообщили нам, что хотят оружие для Роя, но что, если мы неправильно поняли значение их слов?

– Возможно, они хотели использовать его против Роя, чтобы спасти свой мир…

– Что означает, они никогда не были Роем.

– А как насчет ДНК, мутаций? – спросила Эм, качая головой. – Хай Ти показал нам образец.

Два агента протиснулись сквозь торжества в свою честь и сумели вежливо отказаться от многочисленных попыток втянуть их в разговор. Эйч сел за ближайший настольный компьютерный терминал и включил на клавиатуре распознавание голоса.

– Агент Эйч.

Компьютер щебетал, пока не подтвердил голосовой отпечаток.

– Открой судебно-медицинскую экспертизу диады.

На экране появилась титульная страница отчета. Через него проходила ярко-красная надпись: УДАЛЕНО.

У обоих агентов в голове формировалась ужасающая связь. Ноющее, раздражающее чувство, что назревало что-то страшное. Чувство переросло в холодный, сильный ужас, как только на агентов снизошло понимание.

– У кого есть полномочия удалять отчеты? – прошептала Эм.

Оба агента повернулись и посмотрели в окно офиса Хай Ти. А затем, как один, они бросились бежать к хранилищу улик и звездному компрессионному оружию.

* * *

Си сумел отказаться от празднования – всегда приятно вырвать победу из челюстей Роя, но ведь есть и другие дела; кто-то ведь должен приглядывать за порядком. Агент постучал в кабинет босса и вошел внутрь. Хай Ти сидел в своем кресле лицом к картине, где они с Эйчем сражались в битве в Париже. На мгновение Си показалось, что босс снова и снова бормотал что-то под нос.

– Меня зовут Терренс Пембертон Вуд… Терренс… Пембертон Вуд… Я старший сотрудник неправительственного агентства… Меня зовут Терренс Пембертон Вуд…

– Сэр? – обратился Си с явным беспокойством в голосе. – Вы что-то сказали, сэр?

Хай Ти удивленно развернулся.

– Я не слышал, как ты вошел.

Он встал и натянул плащ.

– Прикрой меня, Си. Я плохо себя чувствую.

Хай Ти вышел из своего кабинета, а Си в полном изумлении уставился ему вслед. Он повернулся к стулу спиной, где с растерянным видом сидел его начальник, а затем удивленно поднял глаза к Эйфелевой башне.

* * *

– А как же Неаполь? – задыхаясь, спросила Эм, пока они бежали по коридору, уклоняясь от агентов и пришельцев. – Откуда Хай Ти узнал, что мы там? Он упомянул «Пустую четверть». Как он вообще выяснил, что мы там были?

– Он делал свою работу, – защищал его Эйч.

Эйч знал, что это неубедительный ответ. Все указывало на то, что предателем являлся Хай Ти, но его инстинкты подсказывали, что это невозможно. Человек, которого он знал, – его друг, его наставник – не мог их предать.

– А в его работу входит слежка за нами?

Они забежали в коридор, где находились хранилища, и Эм передала напарнику компас, подаренный Хай Ти в свой первый рабочий день в Лондоне.

– Вот что он мне подарил. Внутри стоит чип.

Они сбросили темп, и Эйч рассмотрел компас, одновременно проходя через поляризованные стеклянные двери в хранилище. Тот же судмедэксперт, который по возвращении забрал у них головоломку, сидел за полукруглым столом с белыми освещенными панелями. За его спиной находилась комната, в которой стояли гладкие, плоские, почти бесконечные стены с запертыми на замок сейфами всех мыслимых размеров и величин. Дежурный немного выпрямился, как только увидел двух настолько легендарных агентов.

– Нам нужно увидеть конфискованное джабабианское оружие, – заявил Эйч. Он думал лишь о деле.

– Это невозможно, – ответил дежурный, качая головой.

Эйч разозлился…

– Я старший агент по этому делу.

Эм никогда раньше не слышала такой уверенности в голосе напарника.

– Покажи мне оружие, – потребовал он.

Напуганный дежурный потянулся к ящику на своем столе и тут же пододвинул его агентам. Эйч показалось странным, что он все еще здесь, а не в закрытом сейфе в стене.

Агенты развернули ящик, и дежурный набрал код, чтобы разблокировать сейф, однако внутри ничего не оказалось.

– Хай Ти забрал его как раз перед тем, как вы пришли, – пояснил мужчина.

Эйч чувствовал себя так, будто его только что ударили в живот. Как бы он ни пытался отрицать действительность, но иной теории у него больше не имелось.

* * *

Эйч и Эм вышли из лифта на уровне мезонина.

– Я думаю, что все это время он следил за делом, – предположила Эм.

Она видела, что мир агента Эйч перевернулся, но хотела, чтобы он взял себя в руки. Эм попробовала еще раз.

– Эйч. Хай Ти – крот. Наверняка…

– Крот для кого? – спросил Эйч, качая головой, словно пытаясь прийти в чувство. – Куда он забрал оружие?

– Предполагаю, в Париж, – сообщил Си, выходя из офиса Хай Ти. – С ним что-то не так, – добавил он, подтверждая их собственные предположения.

– Париж, – повторила Эм.

Она вспомнила фотографии семьи Гая и старого депо инопланетян в Эйфелевой башне; она вспомнила проломленные ворота, которые видела в архиве виртуальной реальности, где рассказывалось о битве с монстром Роя в том же самом месте.

– Он везет его к порталу, – заявила Эм.

Эйч хотел уходить, но Си заблокировал ему путь.

– Все это время я думал, он тебя прикрывает, но, получается, он скрывал свои собственные следы?

Эйч не знал, что сказать. Если Хай Ти виновен, другое ужасное последствие этого предательства обрушится на него, как кирпичная стена. Во всяком случае, Си не дал ему времени ответить.

– Я пойду с тобой.

– Нет.

– Речь идет не о тебе, Эйч, – отрезал Си с легким сарказмом.

– Нет, не о нем, – подтвердила Эм, заметив, что никогда еще не видела напарника таким грустным и решительным. – Если станет известно, что самый престижный агент в истории ЛвЧ и есть предатель, агентство никогда не оправится. Мы остановим его, и никто об этом не узнает.

– А если вы его не остановите? – засомневался Си.

Стиснув зубы, Эйч отогнал тоску и с жесткой решимостью встретился взглядом с агентом.

– Скажи им, что это был я. Скажи им, что я предатель. Поверь мне, агентство поверит тебе.

Эйч взял паузу, а затем значительно добавил:

– Тебе.

Си посмотрел на коллегу так, как никогда раньше. Он кивнул и шагнул в сторону, позволив агентам пройти.

Они остановились только для того, чтобы спасти публику пешки от других его баек, а тот в свою очередь с удовольствием забрался обратно в карман Эм.

– В какой фазе находится луна? – спросил Эйч, пока они направились к лифту.

Эм в замешательстве посмотрела на напарника. Неужели новое открытие вызвало в нем столько чувств?

– Извини, – добавил он, – просто показалось, что ты в этом разбираешься.

– Полнолуние, – ответила она. – Сегодня луна достигнет перигея.

– Портал открывается только в полнолуние, – объяснил Эйч, глядя на часы. – Через час и тринадцать минут.

– Ты думаешь, что Хай Ти собирается открыть портал? И передать оружие? Кому?

– А что говорит твоя интуиция? – мрачно спросил Эйч, подходя к окну с видом на главный этаж, где торжества прекратились и все вернулись на свои рабочие места.

Агенты вошли в лифт, направились к подземному гаражу, чтобы умчаться навстречу восходящей луне.

Глава 32

В гараже распахнулись двери лифта. Эйч и Эм замерли, когда, свернув за угол в нишу к «Ягуару», обнаружили, что винтажный автомобиль, пострадавший в первой битве с близнецами на улицах восточного Лондона, больше походил на смятую пивную банку, чем на машину.

– О, верно, – сказал Эйч.

Его взгляд переместился от изуродованной кучи к накрытой брезентом машине. Эйч подошел и снял брезент, обнажив гладкий черный новенький «Лексус». Выпущенная ЛвЧ замена «Ягуара».

– А вот теперь поговорим, – произнес пешка из кармана Эм.

Эйч нажал на кнопку на ключе, и машина тут же среагировала звуком отключившейся сигнализации. Направившись к двери, Эм выхватила ключи из руки агента.

– Я за рулем, – заявила она, скользнув на кожаное сиденье.

Эм взглянула на руль с противоположной стороны и на улыбающегося Эйча, который усаживался на водительское сиденье сконструированного в Великобритании автомобиля. Сев за руль, Эйч выхватил ключи из ее руки.

– Я никогда к этому не привыкну, – расстроилась Эм.

Эйч включил зажигание, и «Лексус» зарычал.

С визгом машина круто повернула из гаража. Доехав да скрытого выхода, Эйч повернул и вдавил педаль в пол. Мимо пролетали лондонские фонари, а хронометр на плоском экране сообщал, что до перигея осталось около часа.

Эйч открыл крышку подлокотника между передними сиденьями, где оказалось отличное отделение с подстаканниками.

– Где-то здесь должна быть большая красная кнопка, – предположил Эйч.

Эм стучала по экрану компьютера, быстро переходя от меню к меню, пока вдруг не остановилась и не прочистила горло. Эйч оглянулся. На экране появилось меню: АУДИО, BLUETOOTH, КРАСНАЯ КНОПКА. Оба агента улыбнулись.

– Нашла, – обрадовалась Эм.

Она выбрала «КРАСНУЮ КНОПКУ» и была вознаграждена графическим изображением красной кнопки. Стоило ей нажать, изображение сменилось на верхнюю схему «Лексуса», которая начала быстро сдвигаться прямо у них на глазах. Когда машина переключилась в режим ракеты, раздался громкий электронный гул и резкий стук. Крылья и массивные двигатели практически незаметно разворачивались от кузова. Автомобиль вежливо попросил пассажиров пристегнуть ремни безопасности и вернуть кресла в вертикальное положение. Эйч и Эм разочарованно взглянули друг на друга, но внезапно ускорение ударило им прямо в грудь. Оба агента вскрикнули, когда машина-ракета внезапно вздрогнула и взлетела. Пешка закричал, оторвавшись от плеча Эм, и врезался в заднее стекло, словно выплюнутая жвачка.

Эм увидела красивые огни Лондона и темное зеркало Темзы, отражающее и искажающее вспышки автомобильных двигателей. Она вспомнила свои чувства, которые появились, когда в двери ее жизни постучалась тайна и рассказала, что в мире существуют секреты и чудеса. Она вспомнила ту давнюю ночь, когда молодой тарантианец ворвался в ее дом и агенты в черном украли воспоминания ее родителей. Эм была счастлива, что так и не перестала следовать за мечтой. А может, прямо сейчас какой-нибудь ребенок наблюдает за ними из Лондона и тоже мечтает о другом мире.

Пешка изо всех сил пытался отлепиться от заднего стекла, когда ракета взревела и устремилась в темноту, быстро превращаясь в горящую в небе новую звезду.

Глава 33

Не только свет луны озарял небо над Городом огней. Над Эйфелевой башней вспыхнула молния, и прогремел далекий гром, обещая бурю. Все приближаясь к башне, черный, превратившийся в ракету «Лексус» последний раз перешел в режим гиперскорости. Ветер над городом усиливался, и Эйч изо всех сил старался держать колеса прямо. Он увидел далекие танцующие красные молнии, и это напомнило ему о последнем визите в Париж.

– Странно, не правда ли? Как повторяется история, – заметил Эйч.

Эм что-то пробормотала в ответ, не сводя глаз со струящихся огней города, напоминающих драгоценные камни.

– Ночь была такой же, – продолжил Эйч, – когда мы с Хай Ти приблизились к Рою, не имея ничего, кроме ума и деатомайзеров серии 7.

Эм перевела взгляд на напарника.

– Ты знаешь, что каждый раз говоришь одно и то же?

– Потому что так все произошло, – ответил Эйч.

У Эм в голове появилось несколько бессмысленных идей, и у нее вновь возникло странное чувство, что что-то не так. Внезапно идеи натолкнулись на страшную мысль, но Эм решила пока оставить ее при себе.

Автомобиль приземлился на улице, безупречно влившись в вечерний поток машин на набережной Бранли – улице, обращенной к Сене и Трокадеро и ведущей к башне. «Лексус» потянулся к обочине, когда крылья и прочие части ракеты снова погрузились в кузов. Два агента вышли из машины: подсвеченные ослепительным светом фар, они посмотрели вверх. Странная красноватая энергия окружала вершину башни. Пешка выскочил из кармана пиджака Эм и посмотрел на культовое сооружение:

– Боже, как же я люблю Париж.

Пока агенты шли через площадь к лифтам, они убрали свои винтовки. Подойдя к кабине с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА», Эйч ввел код на старомодной клавиатуре рядом с порыжелыми от ржавчины решетками лифта.

Дверь открылась, и агенты зашли в кабину.

Пока лифт поднимал их все выше и ближе к порталу, Париж представал перед ними во всей сияющей красоте.

– Ах, – воскликнул пешка, – Париж. Город велосипедов.

Какое-то мгновение все молчали.

Эм не сводила глаз с напарника. Она решила, что ей нужно проверить свою теорию, и сейчас был самый подходящий для этого момент. Эм надеялась, что не ошибается. Сняв Стива с плеча, она убрала его обратно в карман.

– Извини, – обратилась Эм, – но не мог бы ты снова рассказать, как победил Рой?

– Что? – слегка раздраженно ответил Эйч. – Эм, мы понятия не имеем, с чем столкнемся. Давай сосредоточимся на настоящем, хорошо?

– Ответь, тебе что, сложно?

– Это случилось три года назад, – поспешно произнес Эйч, – мы встретились с ними лицом к лицу, имея в распоряжении лишь ум и деатомайзеры серии 7.

На лице Эм появилось раздосадованное выражение, что весьма смутило Эйча.

– Да, но как ты победил Рой? – снова задала она вопрос.

– Ты серьезно?

– Любопытно, – ответила она. – Как ты это сделал?

– Я же сказал, – вновь начал Эйч, – умом и…

Эйч умолк. Когда наконец к нему пришло осознание, на лице его застыло выражение ужаса и осознание предательства. Эм стало жаль, что она вызвала в нем подобные чувства, но он должен открыть глаза, должен знать правду.

– Боже мой, – ужаснулся он. – Я ведь повторяюсь?

Пешка выскочил из кармана Эм.

– Слово в слово, – выпалил он.

Эм жестом приказала ему замолчать.

– Снова и снова, – продолжила Эм.

– Это действительно странно, – добавил пешка.

Иногда Эм раздражало, что последнее слово оставалось за пешкой. Эйч и так пережил тяжелый вечер, узнав правду о предательстве Ти, а теперь еще и это. Она посмотрела на старомодный указатель над дверями лифта. Его игла приближалась к верхнему этажу.

– Эйч, – обратилась Эм, снимая оружие, – мне кажется, той ночью ты не победил Рой. Мне кажется… тебя нейрализовали.

Он не хотел в это верить, так же, как не мог поверить, что Хай Ти предал ЛвЧ, но всему этому были доказательства. Эм видела его борьбу. Эйч вцепился в человека, который был его напарником, другом и во многих отношениях – отцом.

Но затем она поняла, что Эйч принял страшную правду. Он не спасал мир. Он просто стал частью лжи. Лифт дернулся, доехав до заброшенного портального депо.

Как только двери открылись, агенты с оружием наготове повернулись лицом к выходу. За слабым светом кабины стояла темнота и тишина.

Два агента ЛвЧ приготовили деатомайзеры и вместе вышли из света в вязкую тьму.

Глава 34

Полная серебряная луна светила уже почти над головой. Агенты прошли через пустую смотровую площадку к нише, где должна была находиться черная дверь с табличкой «ВХОД ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА». Массивная металлическая крышка валялась на полу смятая, а над дверью, словно звезда, тихо мигала красная лампочка аварийного доступа. Свет заморгал, затем вдруг остановился, после чего снова мигнул. Крышки больше нет.

Чтобы оторвать ее и погнуть, нужно обладать нечеловеческой силой, ведь это же не кусок алюминия. Однако на оторванной крышке остались отпечатки, похожие на отпечатки человеческих рук. За сломанной пломбой находилась ведущая наверх винтовая лестница.

«Именно здесь все пошло не так, – подумала Эм, – как и в момент победы». А Эйч верил, что много лет назад покончил с угрозой, но все было наоборот. Это лишь положило начало кампании Роя. Возможно, эта скрытая память и послужила причиной его перемен – заставила встречаться с торговкой оружием, идти на самые большие риски и жить не в полную силу.

Эм взяла на себя инициативу: она шагнула через круглый дверной проем и осторожно начала подниматься по лестнице, направив деатомайзер вверх. Эйч шел позади, держа оружие прямо и глядя по сторонам. Эйч знал, что лестница ведет в вестибюль портальной станции. Они достигли вершины и теперь стояли бок о бок, проверяя каждый угол, каждую темную тень длинной, пыльной и покрытой паутиной комнаты. Однажды в детстве Эм со своими родителями побывала на острове Эллис[31]. Депо очень напоминало то место. Повсюду стояли ряды кабин и рабочих столов, где когда-то вновь прибывшие на Землю инопланетяне ожидали своей очереди, чтобы начать новую жизнь. Внеземной остров Эллис.

Какой бы опасной и жуткой ни казалась ситуация, Эм почувствовала удивление. Она представила депо более века назад, кипящее жизнью и цветом, как штаб-квартира ЛвЧ в Нью-Йорке или Лондоне. Эм остановилась перед стеной, где на старых грифельных табличках мелом было написано время отправления и прибытия. Вокруг расписаний в рамках висели черно-белые, посеребренные, выцветшие от старости фотографии.

На одной из фотографий Эм узнала Гюстава Эйфеля, создателя башни. Он стоял с группой мужчин, одетых в стиле середины девятнадцатого века. Похоже, они сфотографировались на строительной площадке башни. Все мужчины вокруг Гюстава с ног до головы были в черной одежде и очках с черными матовыми стеклами. Эм стряхнула пыль со стеклянной рамки. На других фотографиях изображались очереди инопланетян в викторианской одежде. Они улыбались и махали. Однако были и те, кто с суровыми взглядами ждал, пока с ними разбирались в этой самой комнате. Эйч не мог не улыбнуться задумчивой реакции Эм. Он едва мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал удивление, – настоящее удивление на этой работе. Было приятно увидеть мир ее глазами, пусть даже на секунду.

С другой стороны депо раздался громкий стук, и два агента мгновенно повернули головы в сторону источника шума, эхом отозвавшегося в спертом воздухе. Агенты двигались дальше, держа перед собой деатомайзеры. По ходу движения они проверяли все кабины и столы. Даже пешка вылез из кармана с маленьким, но мощным бластером наготове, чтобы защищать свою королеву. Как можно тише они двигались мимо деревянных скамей и ржавых багажных тележек.

В дальнем конце депо виднелись порталы. Они были такими, какими их запомнил Эйч: три круглые арки, каждую из которых покрывала тяжелая металлическая плита. Размер и форма арок напомнили Эм туннели метро. На полу изображался круг, окруженный инопланетными символами и пиктограммами, представляющими цикл всех фаз луны. Непосредственно над кругом было круглое окно. Огромная, яркая луна встала почти над самым центром, приближаясь к перигею.

Между арочными воротами портала и среди латуни, свинцового стекла, циферблатов и шкал тянулись длинные кабели. Арки обозначались римскими цифрами от I до III, а под ними висел старомодный измеритель мощности с чем-то вроде полосы давления, наполовину красный и наполовину черный. Медные стрелки на каждом из индикаторов в настоящий момент находились в красной половине.

– Пришел попрощаться? Молодец, – эхом отозвался голос Хай Ти в древнем воздухе депо.

Раздались громкий щелчок, звук электрического тока и гул, напоминающий включенную турбину. Эм и Эйч подняли головы и за пьедесталом на мостике над тремя порталами заметили Хай Ти. Панель управления порталами располагалась на помосте и состояла из трех круглых консолей, покрытых циферблатами, рычагами, переключателями и светящимися стеклянными индикаторами. Всем этим устройством, залитым голубым свечением от только что включенных счетчиков, управлял агент-предатель. Лампочки вокруг двери среднего портала ожили, указывая на активацию второго портала.

– Здесь пахнет историей, – продолжил Хай Ти, глядя на разделившихся агентов: Эйч стоял слева, а Эм справа, в тени депо.

– Вы чувствуете Эйфеля, того, кто нашел проходы к другим цивилизациям? А первую миграцию пришельцев?

С оружием наготове Эйч и Эм тихо поднялись по лестнице на подиум.

– И мы тоже стали частью истории, ведь правда? Только с помощью умов и…

– Нет! – закричал Эйч, направляя оружие на своего старого друга и бывшего напарника. – Мы не стали.

С другой стороны подиума Эм приближалась к Хай Ти. Пешка, стоя на ее плече, тоже нацелил на него бластер. Эйч осторожно подкрался ближе. Хай Ти посмотрел из стороны в сторону и заметил, что окружен, но на его лице не появилось ни капли беспокойства.

– Мы никогда не побеждали Рой, – почти прорычал Эйч. – Рой хотел самое мощное оружие в галактике. Они знали, что Вунгус принесет его Людям в Черном. Значит, вы заключили сделку? Ты ждал, чтобы получить оружие и отнести его им?

Хай Ти ответил поворотом большого переключателя. Раздался усиливающийся звук глухой вибрации.

– Ты и понятия не имеешь. Это невозможно остановить ни сейчас, ни, тем более, раньше.

Луна достигла апогея в круглом окне, вызвав грохот второго портала. Из раскрывшегося отверстия вырвался блестящий белый свет. Червоточина раскрылась.

Эйч подошел ближе. Теперь двух мужчин разделяло лишь несколько футов.

– Ты меня нейрализовал, – упрекнул Эйч. – Сделал меня героем – парнем, который спас мир. И сделал меня помощником в своей лжи.

Ствол оружия находился всего в нескольких дюймах от лица Ти.

– Что они тебе обещали? – спросил он, внезапно растеряв всю свою ярость и уверенность. – Что они могли обещать? Чтобы ты предал все, за что боролся всю свою жизнь?

Хай Ти вздрогнул, будто почувствовал физическую боль от жалящих слов, и бросил пистолет на пол. Эйч мгновенно оттолкнул его ногой.

Прямо под ними открылась широкая пасть портала. Пусть Эм мало что видела со своего места, но она ужаснулась от того, что ожидало по ту сторону замерзшей пропасти космоса. Мир Роя: планеты, захваченные и поглощенные их обитателями.

Это полоса смерти и разрушений, которая поразила вселенную, как рак. Эм знала, что ужасные и голодные существа ждали по ту сторону, чтобы пройти сквозь эти врата и сделать с Землей то, что сделали со многими другими живыми мирами. Единственное, что стояло между Роем и красивым маленьким сине-зеленым миром, – это Эм, крошечная инопланетная пешка и Эйч.

Ти достал из кармана головоломку и поднял ее так, чтобы Эм и Эйч могли ее видеть.

– Они хотели ее. Я отказал. Ты был там.

Оружие агента дрогнуло, пока он отчаянно пытался вытащить из головы кусочек памяти. Переживавшая за своего напарника Эм подошла ближе.

– Они… захватывают тебя… изнутри, – напомнил Хай Ти. – Кем бы ты ни был, ты больше никогда им не станешь.

Хай Ти посмотрел на Эйча. Прямо в глаза.

– Ты всегда был мне как сын. – Его голос стал глубже, а тело содрогнулось.

– Эйч… – начала Эм, но она не успела договорить.

– Ты всегда был… мне как сын, – снова повторил Хай Ти.

Он звучал как заезженная пластинка, застрявшая в воспоминании. Его кожа, словно гнилая марля, начала разрываться; тело извивалось и росло, а тон голоса понизился на несколько октав.

– Ты всегда был для него как сын.

Его рука превратилась в щупальца Роя, которые тут же уничтожили оружие Эйча и Хай Ти.

А затем человек, известный им как Хай Ти, взорвался. Все его тело лопнуло, извергая бесчисленные щупальца. Эйч и Эм в ужасе отскочили назад.

Во второй раз в своей жизни Эйч оказался перед великим монстром Роя – гигантской массой почти неуязвимых, свернутых нитей мышечной ткани. Жужжащие, невероятно сильные, сплетенные щупальца вырвались из того, что всего несколько секунд назад было Хай Ти.

Щупальца устремились в агента с той же силой, что оторвала и смяла крышку в депо, и отбросили его прямо в стену. Эм открыла огонь, несколько раз поразив монстра в спину, но, очевидно, безрезультатно. Тогда группа щупалец выскочила из спины существа, сбив Эм с ног и отправив вниз, к порталам.

Пешка тоже упал; его крошечное тело в доспехах слетело с плеча Эм и несколько раз ударилось об пол. Когда Эм поднялась на ноги, с мостика уже лился дождь из скользких щупалец, которые тут же принялись обвиваться вокруг ее ног. Девушка изо всех сил пыталась сбежать, но нити крепко за нее ухватились, борясь за деатомайзер.

На мостике монстр вырвал кусок стали и вонзил его в панель управления порталом, осыпав пол искрами. Лежа на земле и отбиваясь от щупалец, Эм увидела, что порталы I и III частично открылись, и просто не смогла удержаться, чтобы не посмотреть.

Первый портал открыл перед ней свои чудеса. По ту сторону предстала широкая перспектива глубокого космоса, ледяного забвения, испачканного тысячами тонких цветовых оттенков из соседней туманности. Фиолетовая звезда с золотой короной, а за ней – миллионы далеких огней, следы древнего призрачного света из начала времен. Кристаллические горы окружали обсидиановые глубины – астероиды, созданные из сапфиров, рубинов и изумрудов, вспыхивающие в рассеивающихся лучах пурпурного солнца и преломляющих свет звезды. Дрейфующие острова чистого алмаза с вырезанными в них замками, храмами и целыми городами. Эм видела их призрачных обитателей, летающих с места на место среди сверкающих шпилей.

Быстрый взгляд на второй портал показал планету с бесконечной растительностью всех мыслимых цветов, процветающих под двумя желтыми солнцами. Эм изумилась, увидев, как несколько «растений» вырвались с корнем и неуклюже поплелись рядом друг с другом, соединяя ветви для общения или чтобы просто держаться за «руки».

Нехотя Эм отвела глаза. Роящиеся вокруг щупальца Роя напомнили ей, что вселенная может быть страшным местом.

Завершив свою долгую миссию, монстр Роя удостоверился, что головоломка надежно спрятана внутри волокнистого тела, и направился к порталу, чтобы покинуть этот хаотичный мир индивидуальных форм жизни и дисгармонии и забрать оружие домой в безмолвное, холмистое единство. Чудовище спустилось с мостика и направилось прямо к порталу II. Эйч поднялся на ноги. Он знал, что планирует существо, представлявшееся Хай Ти. Со всех ног агент бросился бежать по узкому металлическому мостику и кинулся на монстра, сбив его и упав вместе с ним на первый этаж станции. Отскочив и рухнув в кучу старого мусора, оставшегося от старых дней депо, Эйч замер.

Глава 35

Похоже, оружие Эм ничего не могло сделать с щупальцами, поэтому она начала бороться вручную, отрывая их настолько быстро, насколько это представлялось возможным. Пешка тоже не остался безучастным и начал стрелять из своего бластера. Его выстрелы отогнали щупальца, а может, даже повредили извивающиеся «пальцы».

Эм краем глаза заметила, что Эйч снова встал на ноги. Он направился к монстру, замахиваясь бревном на похожую на мумию голову, но тот отбросил его в гнездо из металлических зубчатых колес и пружин, спрятанных под металлическим решетчатым полом возле портального механизма. Металл и брызги искр обожгли и поранили агента.

Временно избавившись от соперника, монстр развернулся к Эм. На нее тут же обрушился поток новых щупалец. Эм отскочила назад и попыталась уйти от живого натиска, но несколько щупалец устремились к ней и сбили с ног, отправив в те же открытые механические траншеи под главным полом станции. Падая, Эм заметила напарника, вылезающего из аналогичной ямы.

Во время падения Эм яростно стреляла и сумела оторвать еще несколько «рук». Ее полет остановил ряд труб, но деатомайзер она не удержала. Оружие упало и провалилось в темноту за трубопроводом. Ей повезло, что трубы оказались изолированы. Одна из них сломалась и выпустила воющую струю пара, посылая к Эм поток жара. Это было хорошо, что она очутилась за завесой обжигающего воздуха. «Конечно, это место работает от пара», – подумала она, пытаясь добраться до края траншеи и при этом не обжечься.

Масса щупалец сползла к агенту, и тогда Эм отчаянно взмахнула сломанной трубой. Эм наблюдала, как несколько конечностей сморщились и, казалось, подохли под струей пара. Остальные поползли обратно, поспешно отступая к породившему их монстру.

Эм уложила сломанный конец трубы обратно на пол и нацелилась на отступающие конечности и самого монстра. В тех местах, где их поразил пар, щупальца сморщились и погибли, но многие воссоединились с существом, обвив его, словно дополнительные мышечные волокна. Попав под струю пара, чудовище впервые взвыло от боли. Существо выбралось из парового облака, и с ненавистью глядя на Эм, начало изменяться и становиться все больше, мускулистее и массивнее.

Пешка стоял на краю ямы, куда упала Эм, наблюдя за ростом чудовища. Он перевел взгляд на свою королеву:

– Я не уверен, что это помогло.

Теперь уже более крупное существо развернулось, чтобы противостоять агенту Эйч, выбравшемуся из механического отсека. Тяжело дыша, Эйч держался за самую середину металлической шестерни с острыми зубцами. Монстр напал, устремив на агента рой своих нитей, но Эйч развернулся и с яростью бросился отрезать щупальце за щупальцем. Он подбирался все ближе к существу, которое раньше было его лучшим другом. Эйч был близко, как вдруг монстр с силой отбойного молотка нанес агенту удар в челюсть. Эйч отлетел назад, врезался в один из опорных столбов мостика и сполз на землю.

Как только существо подошло ближе, чтобы прикончить врага, Эм издала гневный вопль и бросилась в его сторону, держа кусок металлической трубы. Эм замахнулась, желая пронзить существо насквозь, но тот сдвинулся и открыл свое тело, пропустив трубу между щупальцами. Коробка с головоломкой вывалилась из груди и упала на решетчатый пол.

Удовлетворение Эм оказалось недолгим. Монстр усилил хватку и вырвал орудие из ее рук. Следующее, что поняла Эм, – труба летела в нее слишком быстро, чтобы успеть увернуться. Облако боли окутало агента, а затем наступила темнота.

Глава 36

Увидев, как Эм упала и неподвижно замерла на полу, Эйч издал дикий рев. Он едва держался на ногах, но снова собрался с силами и нанес монстру несколько мощных апперкотов в живот, а затем разрушительный правый хук, который точно бы разбил человеческую челюсть. Существо даже не вздрогнуло. Словно молотком, чудовище ударило по голове агента извилистыми щупальцами. Ноги его подкосились, и он упал рядом со своей напарницей. Эйч с облегчением увидел, что Эм пришла в себя, но они оба казались слишком ошарашены, чтобы двигаться.

Однако агенты не могли просто лежать. Они увидели, как существо подняло коробку с пола и прикрепило к груди с помощью массы мышечных нитей, после чего тяжело направилось в сторону второго портала, к своему дому. Агенты помогли друг другу подняться. То, что когда-то являлось Хай Ти, продолжало свой путь, не обращая на людей никакого внимания. С того места, где стояли агенты, стал виден мир Роя. Они пожалели, что заглянули туда.

В отличие от других порталов, где планеты изобиловали жизнью и светом, родная планета Роя представляла собой пустынное кладбище из холодного камня и беззвездной небесной пустоты, сквозь которую пробивались призрачные потоки бледного красного света от какой-то далекой туманности. Малиновое сияние придавало всему ландшафту адский вид. Поверхность двигалась и колебалась, и на мгновение Эм решила, что это черный масляный океан. Но как только она поняла, что это на самом деле, и из ее горла вырвался крик ужаса. Поверхность планеты усеивали миллиарды монстров, наподобие того, с которым они столкнулись сейчас. Ужасная масса заметила портал и принялась страшно, бешено вопить. В этом окне кошмара Эйч и Эм увидели будущее Земли и поняли, что не могут этого допустить.

Эйч с трудом направился за монстром, схватив со старой полки большой ржавый гаечный ключ.

– Я верну его.

– Эй… А план? – крикнула вдогонку Эм.

Эйч швырнул гаечный ключ в затылок монстра, но он лишь с грохотом отскочил обратно. Монстр повернулся и посмотрел на агента.

– Хай Ти, – начал Эйч, – вот кто ты. В этом монстре еще осталась часть тебя.

Менее чем за секунду существо сократило расстояние между собой и пораженным агентом ЛвЧ. Жестоко схватив Эйча, оно притянуло его ближе. Агент искал хоть что-то, хоть какой-то проблеск в глазах чудовища.

– Я был для тебя как сын? Что ж, а ты был для меня как отец.

Эм чувствовала и видела, что ситуация становится только хуже. Она огляделась вокруг в поисках оружия. Оставаться в вертикальном положении оказалось весьма затруднительно. Голова пульсировала, и Эм не сомневалась, что заработала сотрясение. Услышав шипение пара, она оглянулась и заметила, что кончик стальной арматуры накалился от сломанной трубы, и тогда она взяла ее за другой конец.

Эйч все еще пытался разговаривать с этой штукой, пытался найти в нем Хай Ти.

– Ты хотел, чтобы я занял твое место, – напомнил Эйч. – Помнишь?

На мгновение, в перекошенном лице существа отразились черты Хай Ти, но тут же пропали.

– И ты займешь, – ответил монстр Роя грохочущим басом.

Чудовище схватило агента за голову и заставило опуститься на колени. Маленькие, похожие на жилки щупальца появились из руки и вцепились в его голову. Они скользнули по лицу, а затем в уши. Эйч забился в конвульсиях; глаза закатились. Монстр Роя начал пожирать его и менять изнутри.

«Оно пытается сделать с Эйчем то же самое, что сделало с Хай Ти», – подумала Эм, бросаясь на чудовище с раскаленной арматурой в руках.

Она размахивала ей, пытаясь разорвать крошечные щупальца, вторгающиеся в тело Эйча, но чудовище ударило ее свободной «рукой», отправив в воздух. Эм улетела к пандусу перед первым порталом и провалилась в отверстие червоточины.

Дрейфуя в пустоте, Эм вспомнила, что сказала агенту О в комнате для допросов: «Я хочу знать, как все это работает». Что ж, теперь она узнала. Сверкающие звезды и вихревые облака живого искусства. Несказанное великолепие. Она и Земля стали такими маленькими. В ушах стоял барабанный бой; легкие мерзли, глаза тоже. Казалось, сердце разорвется. Эм превратилась в лед, но при этом кровь стала лавой, готовой вспыхнуть. Ей чудилось, что где-то далеко она слышит какие-то звуки. Тело Эм перевернулось в пространстве, и она видела вход портала. От двери исходил теплый свет, а в проеме стояла крошечная фигура.

– Моя короле-е-е-е-е-ва!

Казалось, издалека доносится невозможный крик – слишком далеко, чтобы спасти ее. Но фигура приближалась с огромной скоростью. Это был пешка. Эм боролась с собой, чтобы не потерять сознание. На его доспехах был маленький реактивный ранец, который позволял маневрировать вокруг агента.

Он втиснул ее в маленькую повязку из проводов. По-видимому, он использовал последний запас топлива, чтобы подтолкнуть ее ко входу. Затем, когда они подлетели достаточно близко, он поднял крошечный пистолет с моторизованной катушкой и выстрелил в направлении портала. Веревка натянулась, и пешка нажал на спусковой крючок. С огромной скоростью они полетели в сторону отверстия.

Эм кашляла и задыхалась; ее легкие горели. Неужели это все произошло на самом деле? Должно быть, она недолго присутствовала в портале, иначе сейчас оказалась бы в гораздо худшем состоянии. Эм перевернулась и моргнула, а размытое зрение начало проясняться, возвращая ее в кошмар.

Монстр Роя поглощал Эйч.

Глава 37

Эйч бился в судорогах. Его мысли, воспоминания, возможно, даже душа высасывались из него и заменялись извивающимся, уродливым существом. Этот монстр Роя знал лишь голод и войну. Эйч все еще слышал Эм и пешку. Он боролся, чтобы остаться собой; он боролся с умами триллионов существ по всей галактике, превратившихся в эту ужасную тупую штуковину.

Агент сосредоточился и увидел коробку с головоломкой, которую держали на груди несколько извивающихся щупалец. Он вызвал каждую каплю своей человечности и заставил свои руки действовать.

«Что ты делаешь?» – прогудел монстр в голове агента Эйч.

Не успело существо усилить хватку, как агент схватил коробку и вырвал из тела монстра. Из последних сил он бросил ее Эм. Теперь дело за ней. Эта мысль его успокоила, и он погрузился в страшную гудящую тьму.

* * *

Головоломка скользнула по полу прямо к ногам Эм. Она подняла ее, стараясь не потерять сознание. Подняв голову, Эм увидела, что чудовище вытащило свои щупальца из Эйча, отбросило его в сторону и бросилось к ней от самого края второго портала.

Пальцы Эм работали сами по себе. Вроде она должна была испытывать страх, однако ничего подобного Эм не ощущала. Звездное компрессионное оружие раскрылось в ее руках как раз в тот момент, когда монстр выпустил массу щупалец, чтобы схватить оружие и Эм. У нее оставалось не больше секунды. Эм сдвинула шкалу мощности до максимума и нажала на курок.

– Прощай, Ти, – произнес пешка.

В отличие от пустыни, сейчас не наступил момент ожидания и накопления силы. Уничтожающий луч почти бесконечной энергии сразу пронзил монстра, который когда-то являлся Хай Ти. От него больше ничего не осталось. Луч продолжал свое движение, достигая максимального диапазона разряда на другой стороне второго портала – на территориях Роя.

Родной мир чудовищ больше не был такой полным и сильным, как и сам монстр. И все же луч продолжал светиться, пока не выпустил всю свою энергию на максимальном расстоянии, разрушая планету за планетой, систему за системой, пока весь сектор пространства Роя не оказался пуст и безмолвен. Ни одному миру больше никогда не придется бояться его.

Портал рухнул в потоке искр и осколков металла. Снаружи ночное небо на мгновение стало ярким, как днем, но затем там снова засверкали звезды.

Пешка вскочил на плечо Эм. Этого почти хватило, чтобы сбить ее с ног. Звездное компрессионное оружие сложилось обратно в головоломку, и Эм убрала ее в карман.

– Хороший захват, Стив. Ты хорошо служил своей королеве.

– Спасибо, моя леди. Ничего особенного. Только координация, цель и великая храбрость.

Эйч, шатаясь, направился к месту, где умер монстр – его друг в прошлом. От того, что захватило Хай Ти и пыталось захватить Эйча, ничего не осталось. Портал превратился в металлолом и зияющую дыру, сквозь которую открывался новый вид на Город огней. Несмотря на разрушения, вид все еще оставался красивым.

Эм присоединилась к напарнику. Она точно знала, через что он прошел, и знала, что на этот раз ему ничего не нужно говорить. Она положила руку ему на плечо, и они вместе смотрели на сияющий город, вновь вспоминая, почему они делают эту работу.

Глава 38

Небо осветилось слабым светом восходящего солнца. Отойдя от Эйфелевой башни, агенты увидели поток «Лексусов» ЛвЧ и грузовик, припаркованные возле новой машины Эйча. В каждом автомобиле сидели Люди в Черном.

– Она такая суровая, как говорят? – спросил Эйч.

На лице Эм появилась улыбка, и она ускорила шаг. Приблизившись к агентам, Эм выпрямила спину.

– Одним словом? – ответила она агенту. – Да.

Агент О стояла на краю улицы и выглядела очень авторитетно. Из-за этого казалось, что все окружающие ее памятники стоят там потому, что она этого желала.

– Что ж, – начала О, когда подошли агенты, – вы не облажались.

– Да, мэм, – ответила Эм.

– На пути встречались некоторые трудности, – высказался Эйч, строя из себя «классического Эйча», – некоторое трение в начале…

Он остановился, увидев нетерпеливый взгляд О.

– Извините, мэм, – произнес Эйч, прочищая горло. – Да, мы не облажались.

Эм снова заговорила:

– Вы сказали, что в Лондоне у нас могут возникнуть проблемы. Вы знали.

– Какое-то время я не доверяла лондонскому филиалу, но так и не поняла почему.

Суровое лицо О на мгновение смягчилось.

– Ти жил для этой организации. Он был лучшим из лучших. Его будет не хватать.

Агенту О потребовалась минута, чтобы собраться, а затем она повернулась к Эм, протягивая руку.

– Добро пожаловать в цирк, агент Эм.

Эм пожала руку босса.

– Вы больше не на испытательном сроке.

Эйч улыбнулся Эм:

– Что ж, моя работа здесь закончена…

– Вы, – перебила О.

Эйч согласно кивнул, а затем развернулся, когда вдруг задумался о фразе О.

– Извините, – начал он, – что вы имели в виду?

– Вы на испытательном сроке в должности главы лондонского подразделения, – объявила О.

Эм заметила удивление и гордость на лице напарника, но эмоции быстро скрылись за его обычным беззаботным выражением.

– Глава на испытательном сроке? – переспросил он. – Меня только что повысили и понизили одновременно?

– Несколько лет назад, до всего этого Ти упомянул мне о начинающем полевом агенте, обладающим определенными лидерскими качествами, – объяснила О, пока вокруг шла операция по «зачистке», глядя на агента, словно оценивая его истинный характер. – Его вера в вас необоснованна?

Эйч держался гордо; его поведение стало серьезным, как будто он стоял перед старшим сержантом морской пехоты.

– Обоснованна, но есть другие, более опытные агенты, подходящие для данной работы куда лучше.

– Да, есть, – согласилась О. – Но вы получили поддержку всех старших агентов, в том числе и Си.

Эйч перевел взгляд на группу старших агентов, своих коллег. Они не пытались скрывать тот факт, что подслушивали разговор, и сразу кивнули в знак согласия.

Теперь серьезный, Эйч повернулся к главе нью-йоркского подразделения, и его голос звучал более торжественно, чем Эм когда-либо слышала.

– Спасибо, мэм.

О повернулась к Эм.

– Вам нужно привести в порядок свои дела в Лондоне и представить свой доклад в Нью-Йорке в понедельник.

О заметила взгляд, которым обменялись агенты. Это вызвало в ее сердце трепет – в той части, куда она давно обещала себе не заглядывать. На мгновение агент вспомнила Кея. Она подумала о том, что могло бы быть, но так никогда и не было. О спрятала чувства обратно в ящик души, и они исчезли так же быстро, как появились.

– Поздравляю, стажер, – похвалила Эм напарника с улыбкой на губах.

Она протянула руку, и Эйч ответил рукопожатием. Его обычное выражение вернулось на свое место.

– Поздравляю тебя.

Они оба улыбались. О заметила, что рукопожатие длилось чуть дольше обычного, и они весьма неохотно отпустили руки.

– Проинформируйте своих агентов, – обратилась О к Эйчу. Он отвернулся.

– Пойдемте со мной, – добавила агент, глядя на Эм.

О увела Эм подальше от шума, туда, где их никто не услышит.

– Вы хотели знать, как все работает, – напомнила ей О. – Теперь вы знаете.

Эм не ответила. Она не хотела отвечать. Эм лишь взглянула на напарника, который в тот момент обращался к агентам. К своим агентам. Уверенное выражение сменилось осознанием своего авторитета, которое прежде только мельком появлялось на его лице. Ему подходила эта роль, словно он был рожден для нее. Хотя прошло так мало времени, она начала думать о том, что в ее вселенной всегда останется Эйч. Он бросил ей вызов, дополнил ее, рассмешил и заставил задуматься о том, во что она верит и почему. Она доверяла ему. Она хотела, чтобы Эйч обернулся, но он так и стоял к ней спиной. Агент занимался новой работой и новыми обязанностями.

– Но, как вы могли догадаться, – продолжала О, – за все нужно платить.

О направилась обратно к месту преступления, чтобы изучить его и посмотреть, как продвигаются дела. Эм последовала за ней.

* * *

В окружении своих агентов Эйч как можно деликатнее объяснял судьбу Хай Ти. Люди оказались потрясены откровением и ранены потерей своего лидера. Когда они отошли, Эйч повернулся к Си.

– Спасибо, – поблагодарил он.

– Ты погрязнешь в бумажной работе, – напомнил Си со знакомой издевательской улыбкой.

– Которую я поручу тебе, – не растерявшись, поддразнил Эйч.

Оба мужчины рассмеялись. Пока что они решили зарыть топор войны.

Эйч повернулся, чтобы вернуться к Эм, но они с агентом О быстро уходили прочь, поглощенные работой. Она так и не оглянулась назад.

У Эйча из кармана выскочил пешка, и его вид полностью соответствовал чувствам агента.

– Как давно ты там? – спросил агент.

– Довольно долго.

Эйч шел по рассветным парижским улицам, унося с собой пешку.

Глава 39

У большинства крупных станций ЛвЧ по всему миру имелась тайная комната, которая служила мемориалом для павших агентов. Лондонский офис не стал исключением. Как только вы приближались к черным мраморным стенам, кодовое имя каждого погибшего агента и даты их службы оживали. Данные при рождении имена отсутствовали. Как в любом агентстве, которое ценило секретность, никаких упоминаний о том, как или где погибли эти мужчины и женщины, не было.

Вдоль стены стоял ряд квадратных мраморных постаментов. На белых пьедесталах стояли кодовые имена лишь нескольких агентов. Там появился и постамент Хай Ти.

На каждом постаменте находился прозрачный кристаллический бюст начальника станции. Эйч покачал головой и сухо рассмеялся, когда осматривал Хай Ти. Даже при том, что он был вырезан лазером из личного дела с использованием трехмерного голографического изображения, Эйч посчитал, что он на себя совершенно не похож. Он напоминал бюсты римских императоров, которые обычно так тешили свое самолюбие, а не представляли историческую достоверность. Эйч был уверен, что Ти тоже бы посмеялся над этим. Может, стоит спросить у него.

В кристалле каждого бюста встраивался мономолекулярный квантовый искусственный интеллект, хранящий отпечаток мозговых волн умершего, сделанный до его смерти. Он поддерживался и регулярно обновлялся на протяжении всей жизни. Хотя искусственный интеллект не равнялся бессмертию и зачастую был неточен, прикосновение к бюсту позволяло «навещать» мертвецов через телепатический интерфейс. Эйч не думал, что готов к этому, поэтому просто заговорил с бюстом.

– Что ж, старик, вот мы и здесь, – его голос эхом отозвался в пустом склепе. – Я никогда не думал, что ты серьезно хотел, чтобы я занял твое место, – заметил Эйч, глядя на мраморный пол. – Помнишь, когда мы впервые столкнулись в Бридпорте?[32] Для меня это была просто еще одна ночь: работа, чтобы оплатить счета; затем паб, чтобы напиться; а затем либо ужинать, чтобы трезветь, либо пойти домой, чтобы встать утром и все повторить заново на следующий день.

Эйч ходил перед бюстом Хай Ти, чувствуя, что по-настоящему разговаривает со старым другом.

– Моих друзей такая жизнь устраивала, понимаешь. А я всегда хотел… чего-то большего. Я чувствовал, что есть что-то еще, что прячется вне досягаемости.

Эйч взглянул на бюст.

– Ты поверил в меня, Ти, когда даже я в себя не верил. Я просто хотел сказать спасибо. Спасибо, что увидел во мне что-то, что никто другой не смог. Ты всегда был мне как отец. Надеюсь, часть тебя это знала.

Эйч вынул флягу из пиджака и начал откручивать крышку.

– За тебя.

Агент на мгновение остановился, посмотрел на флягу, а затем закрыл крышку и сунул ее обратно в пиджак.

– Может быть, позже, – сказал он. – До свидания, Ти.

Эйч повернулся от бюста и шагнул к дверям.

– Мне нужно успеть на поезд.

Глава 40

Эм сидела одна на железнодорожной станции на нижнем этаже лондонского вокзала ЛвЧ. Она ждала поезд, который отвезет ее домой в Нью-Йорк, и пыталась взяться за книгу «Автостопом по галактике». Эм уже несколько раз ее перечитывала. В детстве родители читали ей это произведение, и Эм не переставала им восхищаться. Эйч говорил, что большая часть книги рассказывала о настоящих путешествиях, поэтому Эм захотела ее перечитать и взглянуть на нее другими глазами. Только сейчас она совсем не могла сосредоточиться на чтении.

Эм посмотрела на часы и пустые эскалаторы. Никто не собирался с ней прощаться. Даже Эйч.

Но как только она отвернулась, то увидела напарника, сидящего на скамейке рядом с ней. На его плече, в черно-белых доспехах, напоминающих униформу ЛвЧ, сидел пешка.

– Ты собиралась уехать, не попрощавшись, – упрекнул Эйч и слабо улыбнулся.

– Ты был готов мне позволить уехать, – заметила Эм, и ее глаза заблестели.

– Нет… я просто ненавижу долгие прощания.

– Сейчас не до шуток, – возмутился пешка, проверяя часы на руке. – Ее поезд отправляется примерно через семьдесят четыре секунды.

Эйч поднял пешку и спрятал в карман пиджака, легонько похлопав.

– Я уверена, что наши пути еще пересекутся, – промолвила Эм. – Ведь иногда дела агентств соприкасаются, верно?

– Не часто.

В его голосе слышалось явное разочарование; он не хотел говорить о грустном.

– Вопросы юрисдикции и все в этом роде.

Но тут его лицо просветлело.

– Если только в Нью-Йорке нет крота.

Его слова вызвали у Эм улыбку.

– Ты ведь теперь начальник. Ты всегда можешь что-нибудь придумать.

– Ну, начальник на испытательном сроке, – заметил Эйч. – Значит, я пока еще полу-Хайай Эйч? Почти как pH… А это уже что-то про кожу…

– Ты что хотел мне сказать? – перебила Эм.

Эйч неловко замолчал, но затем продолжил:

– О чем?

– Ты проделал весь этот путь сюда, – напомнила Эм.

– Это не так далеко, – Эйч указал на главный этаж за эскалаторами. – Я вон там работаю.

Эм вздохнула.

– Пешка? – позвала Эм.

Маленький воин выскочил из кармана.

– Да, моя леди?

– Передай агенту, что у него почти не осталось времени.

Пешка взглянул на Эйча.

– Моя леди говорит: «Выкладывай».

Эйч молчал, а затем наклонился вперед, положив локти на колени и глядя в пол.

– Когда Хай Ти был Хай Ти, – начал он, – он всегда говорил, что вселенная поможет нам оказаться в нужное время в нужном месте.

Агенты встретились взглядами, и Эйч заглянул в глаза собеседницы.

– Ты появилась в моей жизни тогда, когда я больше всего в этом нуждался. И я просто хотел сказать…

Эйч хотел многое сказать, но знал, что лучше не говорить.

– …спасибо.

Раздался громкий свист, эхом разлетевшийся по пустой станции. Внезапно перед ними появился поезд; двери его зашипели, а автоматизированный проводник объявил остановку и следующую станцию.

Эм наклонилась ближе к напарнику.

– Я больше всего на свете хотела этот костюм, – начала она, зная, что у нее осталось лишь несколько секунд. – Я всегда думала, что нет ничего, от чего я не могла бы с легкостью отказаться.

Она позволила словам повиснуть в воздухе. Она хотела многое сказать, но знала, что лучше не говорить.

– Ладно… я пойду, – произнесла она, в последний раз задержав свой взгляд на агенте. – Береги его, Стив.

– Это… приказ? – спросил пешка.

– Это приказ, – ответила Эм и направилась к поезду.

Эйч тоже встал. Он сделал шаг в ее сторону… но только один.

– До свидания, Молли, – попрощался Эйч.

Эм обернулась.

– До свидания, Гар… Можно я буду называть тебя Эйч?

Агент улыбнулся и кивнул.

– До свидания, Эйч, – попрощалась она.

Эм зашла в поезд и заняла место. Она в последний раз посмотрела на бывшего напарника и улыбнулась. Двери закрылись, и поезд улетел прочь. Она уехала.

Эйч и пешка одиноко стояли на платформе. След от поезда потускнел и полностью исчез, и Эйч направился к эскалаторам.

– Эйч, – печально вздохнул пешка, – мне кажется, это начало действительно раздражающей дружбы.

Распростертые объятия

Рассказ Р. С. Белчера

Винтажный «Ягуар» скользил к месту преступления, протянувшегося вдоль Элькот-авеню. «Что ж, – думал агент Эйч, паркуясь возле границы сине-белой полицейской ленты, – отличное начало 2012 года».

Стояла середина марта, и на лондонском вокзале ЛвЧ произошла попытка убийства королевской семьи, совершенная тучей микроскопических инопланетян под названием милликроны. Они вторглись в кровеносную систему ничего не подозревающих людей и превратились в… непонятно что.

Эйч вылез из своего «Ягуара» и нырнул под полицейскую ленту. Чисто выбритый высокий блондин с атлетическим телосложением и квадратной челюстью носил стандартную форму ЛвЧ: черный костюм, рубашку с белым воротником и черный галстук. Неприметный вид всегда являлся частью брони агентов ЛвЧ. Тайное международное агентство курировало внеземную деятельность на Земле и тайно защищало планету и всех ее жителей от любых угроз, исходящих от звезд. А это включало и защиту граждан от этих знаний.

Сотрудники ЛвЧ работали во всех уголках планеты. Команды агентов, таких как Эйч, пользовались нейралайзерами – маленькими серебряными устройствами, по форме напоминающими шариковую ручку. Это устройство стирало и заменяло воспоминания повсюду роящихся прохожих и полицейских. Другие сотрудники ЛвЧ собирали улики, одновременно уничтожая любые следы инопланетян.

– Ой! – поздоровался крепкий констебль, выглядел он авторитетно и круто. – Зайдите за линию! Это вам не туристическая достопримечательность; это место преступления.

– Зря ты так думаешь, приятель, – ответил Эйч. – Здесь только жонглеров и продавца жареных каштанов не хватает.

Эйч махнул агенту, заметившему перебранку. Другой человек ЛвЧ в темных очках (хотя на улице стояла ночь) подошел и сунул нейралайзер в лицо полицейскому. Эйч отвел взгляд. Маленькая палочка испустила вспышку света, и констебль мгновенно застыл в полном изумлении.

– Привет, Эйч, – поздоровался агент с улыбкой. – Смотрел вчерашний матч?

– Немного, – ответил агент, направляясь в центр места преступления. – Но мне хватило, чтобы понять, что я проиграл пари.

В центре всей этой бурной деятельности стоял мужчина, вызвавший Эйча посреди ночи, – недавно назначенный глава лондонской станции ЛвЧ, начальник и бывший напарник Эйча Хай Ти. Хай Ти был высоким, худощавым мужчиной, на десяток лет старше Эйча. У него были короткие волосы с проседью и аккуратно подстриженная борода. Он был вежлив, но под учтивостью скрывалась опасность.

– Пекхэм[33] немного облагородили с тех пор, как я был здесь в последний раз, – заметил Эйч.

По обеим сторонам улицы выстраивались аккуратные дома с террасами, перед которыми стояли дорогие машины.

– Да. Но на окраинах все не так радужно.

Хай Ти подозвал агента, и они вместе пошли к тротуару.

– К сожалению, несколько банд претендуют на части района, как на свою территорию. Две из них столкнулись сегодня вечером.

На земле лежали тела, укрытые белыми простынями, а на бетоне виднелись лужи крови. Хай Ти опустился на колени и откинул простыню.

– Одна банда пользовалась ножами, ломами и кулаками.

Под простыней в крови буквально утопала чья-то одежда.

– Другая предпочла деваленайзеры Капеллиана, – сообщил Хай Ти, снова прикрыв останки. – Это была резня.

Голос Хай Ти стал холодным, резким и злым. – Они убили несколько случайных прохожих, разорвали их на молекулярном уровне…

– Но где они взяли капеллианскую военную технику, Ти?

– Отличный вопрос, – прокомментировал босс. – Вопрос, на который ты сам и ответишь. Я получил сообщения от многочисленных станций ЛвЧ по всему миру с одной и той же проблемой: оружие инопланетян попало на улицы. Я хочу, чтобы ты отследил это, Эйч. Мне не нужны дилеры, мне нужен источник.

– Да, сэр.

– Тебе понадобится помощь в этом деле?

Эйч покачал головой.

– Вы не встанете из-за стола, к которому так легко себя приковали. Я буду работать в одиночку. На самом деле я знаю, с чего начать.

* * *

Для «Кабана и Короны» славные деньки давно закончились. Еще в 1960-х годах паб оставался самым популярным среди скандально известных гангстеров Лондона. Но он состарился вместе со своими клиентами. Несколько пожилых мафиози сидели в баре или играли в дартс в дальней части заведения.

Через порог паба переступил агент Эйч. Он был одет в потертые джинсы и кожаную куртку, на лице его была двухдневная щетина. Посетители едва обратили на него внимание. Но Эйч сразу заметил человека, который ему нужен.

– Уистлер никогда не снимает пальто, – сообщил его информатор. – Он всегда готов бежать. Ужасные прыщи на лице. Вы за милю его заметите.

А вот и он. Парень оказался моложе карточных игроков, с темными волосами и плохой кожей. Он был в шерстяном пальто, и его невозможно было отвлечь от матча Миллуолла на экране.

Эйч загородил собой телевизор. Глаза торговца оружием тут же застыли на агенте.

– Если ты не планируешь оказаться более интересным, чем эта игра, – холодно заявил Уистлер, – тогда убирайся.

Эйч распахнул пиджак и с грохотом бросил на стол тяжелый пистолет. Несколько завсегдатаев паба тут же подняли глаза, но снова занялись своими делами.

– Галадорианский нейрошредер, – пояснил Эйч. – Тихий, без видимых следов луча. Триоптический биотрекинговый прицел. Гарантированное убийство большинства форм жизни до третьего класса. С тысячи метров. Те капеллианские армейские излишки, что ты продал банде Пекхэма, выглядят самоделкой на фоне этой штуковины.

Уистлер протянул руку и поднял пистолет.

– Ладно, ты привлек мое внимание, мистер…?

– Херн. Просто Херн. Это всего лишь образец. Я слышал, ты занимаешься инопланетным оружием.

– Кто тебе это сказал? – Уистлер жестом попросил собеседника сесть.

– Люди, которые хотят со мной работать.

Эйч не собирался сдавать своего информатора-инопланетянина, чей брат недавно погиб в бандитской перестрелке.

– Я предполагаю, ты здесь не для того, чтобы что-то покупать, – заявил Уистлер, – так что тебе от меня нужно?

Эйч толкнул Уистлеру лист бумаги. Читая, торговец оружием покачал головой, и на его губах тут же появилась улыбка.

– Что ты сделал? Ограбил арсенал?

– Арсенал ЛвЧ, если быть точным.

Уистлер оторвался от списка.

– Ты… ты обчистил ЛвЧ? Ты с ума сошел?

– Натолкнулся на перевозку партии конфискованного оружия, которое собирались уничтожить, – вкратце объяснил Эйч. – Теперь оно мое.

– Как?..

– Весь груз на продажу. Одна сделка. Я хочу далеко смыться, прежде чем объявятся ЛвЧ.

– Так какова цена? – Уистлер кивнул на список.

– О, нет, – усмехнулся Эйч.

Агент протянул руку через стол и взял виски Уистлера. Сделав глоток из стакана, он откинулся на спинку стула.

– Я последние два года готовил эту сделку и точно не стану иметь дело с посредником. В этом списке достаточно смерти, чтобы сделать нас богатыми на всю оставшуюся жизнь. Все, что от тебя требуется, – свести меня с твоим боссом.

– Ладно, крутой парень, – ответил Уистлер. – Ты в деле. У тебя есть паспорт? Мой босс не зависает в пропитых заведениях, как это. Приезжай через три дня в Сан-Тропе. Мы сами тебя найдем. И лучше тебе быть тем, кем ты представился, мистер Херн, иначе мой босс съест тебя заживо.

– А кто он? – спросил Эйч. – Я ведь могу и испугаться.

– Торговец, – ответил Уистлер. – «Торговец смертью».

* * *

– «Торговец смертью», – повторил Хай Ти. – Мы долго за ним следили.

Новый офис босса представлял собой овал, возвышающийся над постоянно кишащим главным этажом лондонского вокзала ЛвЧ. Оба мужчины стояли у стеклянной стены, разглядывая кутерьму под собой.

– Мне понадобится образец кейса с настоящим, работающим оружием.

Эйч снова надел свой костюм, вновь превратившись в агента ЛвЧ.

– Чем страшнее, незаконнее и экзотичнее, тем лучше.

– Договорились.

– Что мы знаем о «Торговце»? – поинтересовался Эйч.

– Если происходит конфликт между Млечным Путем и Центавром А, в ход идет некоторый товар из его арсенала. Он один из крупнейших торговцев оружием во вселенной.

– Что он делает на Земле, продавая оружие уличным бандам Лондона?

– Возможно, расширяет рынок. У него огромная дистрибьюторская сеть и по всему космосу имеются такие оперативники, как твой друг Уистлер. Берется за любую работу.

– Предыстория?

– Он считается инопланетянином, действующим под именем Нироус Ставрос. Его родная планета неизвестна, но говорят, он бывший военачальник, избравший путь мятежа. Ставрос сбежал со своей планеты вместе с семьей и полным грузовиком оружия и разыскивается за незаконную торговлю в нескольких галактиках.

– Что ж, передадим его властям, как только я его поймаю.

– Позволь мне прикрыть тебя, – попросил Хай Ти. – Моя группа захвата готова примчаться по первому зову. Эйч, ты не с обычным преступником имеешь дело.

– Точно. Он тот, кто чувствует запах группы захваты за сотни миль от себя. Спасибо, Ти, но я справлюсь сам.

Хай Ти потер свою аккуратно подстриженную бороду и указал на темную щетину Эйча.

– Похоже, ты получаешь удовольствие от жизни под прикрытием.

– Это только для работы, – смеясь, уверил Эйч. – Это не войдет в привычку.

* * *

Ночи в Сан-Тропе были яркими: огни, движение и музыка. Самые богатые люди с Земли и с других планет приезжали танцевать, играть в азартные игры, пить в роскошных клубах и играть в казино на Лазурном Берегу.

Вскоре после того как Эйч зарегистрировался в эксклюзивном отеле «Библос», на стойку регистрации пришла записка: «Сегодня вечером в десять, Les Caves du Roy[34]. Уистлер». Агент не заметил, что из аэропорта за ним велась слежка, и этот факт произвел на него впечатление и даже заставил немного занервничать.

Les Caves du Roy – ночной клуб на территории отеля, такой же эксклюзивный, как и сам отель. Эйч переоделся в костюм, который стоил больше, чем он мог себе вообразить, и на мгновение задумался, будет ли Уистлер в своем сером пальто. Агент надел на плечо кобуру с гладким смертоносным бластером и раньше назначенного времени перешагнул двери клуба.

Вокруг Эйча гремела музыка, и пока он пробирался через переполненный танцпол к бару, его градом осыпали огни заведения. Женщина с полосатыми волосами, танцующая с несколькими другими красивыми людьми, поделилась с ним осторожной улыбкой, а затем потерялась в толпе. Эйч сел в баре.

Уистлера нигде видно не было. Эйч заказал напиток и стал ждать. Кто-то сел рядом с ним. Агент оглянулся и обнаружил рядом с собой женщину с полосатыми волосами.

– Играешь в недотрогу, – заявила она, потягивая воду из бутылки за 20 евро.

Эйч улыбнулся.

– Я не играю, – ответил агент, наклонив в ее сторону стакан. – Херн.

– Просто Херн? – удивилась девушка, подняв идеальную бровь.

– Это мой бренд.

– Всего одно слово, – заметила она и кивнула. – Так легче запомнить. Я Риза.

– Просто Риза?

От ее красоты захватывало дух. На плечи красотки спадали светлые волосы с черными горизонтальными полосами. Бледная кожа сияла оттенком цитрина, а бледно-голубые глаза лучились умом и остроумием.

– Нет, но Риза – это все, что на данный момент ты узнаешь, – с игривой улыбкой ответила девушка. – Итак, Человек с одним именем, вы здесь дела решать или развлекаться?

– Изначально я пришел по делу, но… зачем этим ограничиваться? А ты?

– У моего отца здесь дела, – ответила она, – и пока он трудится в поте лица, я буду отдыхать за нас обоих.

– Ему повезло с такой преданной дочерью.

– Я стараюсь оправдать его ожидания. У тебя красивые глаза, Херн.

Не успел он ответить, как вдруг заметил Уистлера, который, как дымок, перетекал сквозь толпу. Рядом с ним держался маленький, тучный мужчина в ярко-желтой куртке. Торговец оружием и Эйч обменялись кивками.

– К сожалению, дела настигли меня, Риза, – извинился Эйч. – Мне искренне жаль, что так вышло.

Эйч сам удивился тому, насколько правдивыми оказались его слова.

– Может быть…

Риза обвила его шею, притянула к себе и страстно поцеловала. Замешательство агента быстро сменилось удовольствием, и он так же горячо ответил на ее поцелуй.

Прервав поцелуй, девушка потанцевала обратно в толпу, крикнув:

– Удачи в делах, Херн!

Эйч коснулся своих губ, все еще чувствуя вкус губ Ризы, а затем подошел к Уистлеру и его спутнику.

– Кто эта девушка? – проворчал Уистлер.

– Хотел бы я знать.

Теперь, приблизившись, Эйч увидел, что человек в желтой куртке был представителем любошианской расы: по обе стороны от его носа располагались две крошечные пары жабр, которые со стороны можно принять за шрамы.

– Кто это?

– Скиз, – представился мужчина грубым голосом с неразборчивым акцентом. – Как дела?

Пришелец протянул руку Эйчу, но тот ее не пожал.

– Ладно, – удивился Скиз, пожав плечами.

– Скиз работает на продавца в этих краях, – объяснил Уистлер.

– У входа в кухню нас ждет машина, – заявил Скиз. – Пойдем.

Уистлер остановил Эйча, положив ладонь ему на грудь.

– Погоди. Где кейс с образцами? Я просил тебя принести его.

– Я покажу на улице, – обещал Эйч, оттолкнув руку и следуя за Скизом к дверям кухни.

На стоянке растянулся огромный черный лимузин «Рендж Ровер». Дойдя до машины, Скиз толкнул Эйча к капоту и начал прощупывать одежду.

– Что за?! – воскликнул агент и оттолкнул Скиза с такой силой, что тот не устоял на ногах.

Уистлер моментально нацелил на агента небольшой лазерный пистолет.

– Нельзя садиться в машину без досмотра, – спокойно объяснил Уистлер. – Приказ босса. Либо тебя обыщет Скиз, либо это сделает Лука.

– Лука? – удивился Эйч, оглядываясь. – Кто такой Лука?..

Весь лимузин внезапно поднялся, когда огромное количество груза покинуло заднее сиденье на противоположной стороне. Инопланетянин высотой в восемь футов возвышался над крышей автомобиля, рассматривая агента. У пришельца была темно-зеленая кожа с серыми пятнами, а тело, казалось, состояло из одних мускулов. На лопатообразном лице выделялась массивная зубастая челюсть, с которой капала слюна, а зеленые глаза напоминали стеклянные шарики.

– Ничего себе!

Эйч сделал несколько шагов назад, когда гигантский инопланетянин направился в его сторону.

– Ты ведь тарантианец?

Пришелец одарил агента сердитым взглядом и продолжил наступление. Эйч перевел внимание на улыбающихся Уистлера и Скиза:

– Вы наняли тарантианца?

– Это, – начал Скиз, потирая челюсть, – это Лука. Он личный телохранитель босса. Теперь ты будешь вести себя хорошо и позволишь ему досмотреть тебя. Или, может, ты хочешь увидеть, что он делает с грубыми клиентами?

– Я не ищу проблем, большой парень.

Эйч поднял руки и прислонился к машине, позволив себя обыскать. С рычанием и силой Лука толкнул агента к лимузину, сотрясая и его, и автомобиль. Большой инопланетянин принялся обыскивать Эйча на наличие спрятанного оружия, и агент почувствовал, как Лука схватился за кобуру под плечом под курткой и разорвал ее, словно она сделана не из кожи, а из марли. Вытащив кобуру с бластером, тарантианец бросил ее Скизу.

– Садись в машину, – приказал Уистлер.

Эйч подчинился, и Лука втиснулся в роскошный салон, сев рядом с ним. Уистлер и Скиз заняли места напротив Эйча и Луки. Скиз осмотрел пистолет, а затем направил его на агента.

– Кейс с образцами, – потребовал он.

– Где Ставрос?

Скиз включил питание бластера.

– Откуда тебе известно это имя?

– Если ты думаешь, что я не смотрю предысторию тех, с кем имею дело, ты еще тупее, чем он, – заявил агент, показывая пальцем на Луку. Лука в ответ оскалил зубы.

– Ставрос не появится, пока мы не дадим зеленый свет, – ответил Скиз. – У этого человека много врагов, межгалактических врагов, не говоря уже о ЛвЧ.

– Мы тоже тебя проверили, Херн, – заявил Уистлер. – Только вот о тебе мало чего известно; ты – большой знак вопроса.

– Отлично. Я дорого заплатил, чтобы оставаться знаком вопроса.

– Ставрос платит нам хорошие деньги за то, чтобы мы приняли удар на себя.

– Так что договаривайся с нами, – прорычал Скиз, – или мы вообще не станем иметь с тобой дел. Где кейс?

– Здесь.

Эйч скрестил руки, коснувшись ладонями манжет, и положил пальцы на украшенные драгоценностями запонки. В ответ мелькнула беззвучная вспышка, и у Эйча в одной руке появился кейс с образцами, а в другой – плоская граната. Агент сжал гранату, активировав тем самым красный индикатор.

– Что это? – рявкнул Уистлер.

Скиз тут же направил ствол в лицо Эйча.

– Это… – начал агент, поднимая цилиндр, – активированная вихревая граната. Стоит мне убрать руку, и все в радиусе половины квартала сожмется в пространство размером с «Тик-Так».

– Как ты это сделал? – нервно спросил Уистлер.

– С помощью драгоценных камней в запонках. Позволяет телепортировать определенные предметы прямо мне в руку. В данном случае мой кейс с образцами… – объяснил Эйч и передал черный, неприметный металлический кейс Скизу, – и мою страховку, – добавил агент, подняв гранату.

– Ты сумасшедший, Херн, – пробормотал Скиз, открывая чемодан.

Они с Уистлером осмотрели полдюжины оружия, и Эйч не сомневался, что им оно понравилось.

– Ладно, – начал Скиз, – раз мы заинтересованы, я думаю…

– Я думаю, что на свою зарплату вы не сможете себе это позволить, – ответил Эйч. – Я продам весь арсенал Ставросу по цене, которую озвучил. Никаких сделок и посредников.

Эйч открыл дверь лимузина и выбрался наружу.

– Я останусь здесь на всю следующую неделю, если вдруг ваш босс надумает встретиться со мной. А я пока позагораю.

Эйч указал на разорванную кобуру на плече и пистолет.

– Опусти его; он деактивирован.

После этих слов Эйч бросил гранату в салон лимузина.

– Это тоже… Во всяком случае, я так думаю.

Агент захлопнул дверь лимузина и ушел, улыбаясь, когда машина содрогнулась от яростной тряски и сердитых криков.

* * *

Эйч вернулся в номер. Все прошло, как и было запланировано. Ну, кроме встречи с Лукой… и Ризой. Агент жалел о том, что знакомство с девушкой настолько быстро закончилось. Он собирался отправить Хай Ти сообщение, чтобы доложить о прогрессе, а затем пойти спать и постараться не думать о том, каким чудесным был тот поцелуй. Эйч ожидал, что ночь будет долгой.

Мысли о Ризе исчезли, как только он заметил, что дверь в номер приоткрыта. Эйч осторожно заглянул внутрь, но в номере никого не оказалось. Агент тихо пробрался в гостиную и вытащил из тайника маленький инопланетный пистолет. Он осторожно обходил каждую комнату, думая над тем, не послал ли Ставрос убийц, чтобы сообщить о несостоявшейся сделке.

Внезапно из ванной послышался скрип. Эйч сделал три шага и спрятался за колонной возле пьедестала, где стояли кровать и ванная. Со стороны ванной доносились легкие шаги по кафельной плитке. Эйч вышел из укрытия и направил пистолет на злоумышленника. Однако злоумышленником оказалась завернутая в полотенце Риза с мокрыми волосами.

– Я вся вспотела после танцев, – сообщила Риза, не обращая внимания на оружие. – Решила принять ванну и привести себя в порядок. Надеюсь, ты не возражаешь.

Последняя ее фраза скорее казалась не вопросом, а вызовом. Эйч убрал пистолет.

– Конечно, нет. Похоже, ты не собираешься рассказывать мне, как сюда попала?

– Пока мы целовались, я взяла ключ от твоего номера. Вот почему я оставила дверь открытой. Чтобы ты смог зайти. Ключ вон там, – сообщила Риза, указывая на карточку на настенном держателе.

– Ловко ты. Я даже не почувствовал, как ты его вытащила.

– Я во всем хороша, – похвасталась Риза.

Эйч повернулся. Теперь на ней красовалась прозрачная черная ночная рубашка, а волосы были убраны в хвост. Эйч направился к пьедесталу, снимая с себя пиджак.

Агент поднялся по ступенькам, где Риза снова обвила его шею, притянув к себе. Эйч обнял ее за талию и прижал еще ближе к своему телу. Поцелуй ощущался как продолжение чего-то старого, чего-то идеально синхронизированного, мощного и предопределенного. Оторвавшись от губ, они уже оказались в кровати. Риза стаскивала с него рубашку, целуя губы, шею и грудь. Эйч обхватил ладонью ее лицо и взял за руку.

– Зачем? – спросил Эйч.

– Это не тот вопрос, который задают, когда поезд уже покинул станцию, дорогой, – ответила Риза, освобождая агента и себя от одежды. Она вздохнула. – Как часто в жизни ты встречаешь того, с кем будешь целоваться в первую свою встречу, ощущая, что у вас была целая жизнь, полная поцелуев? Это нельзя просто так отпускать.

Риза снова поцеловала его. Эйч не сопротивлялся, пока вдруг его мозг не передал ему странный сигнал: он держал ее за руку, но она раздевала его двумя руками.

Эйч на секунду отпрянул и взглянул на девушку.

– У тебя… У тебя три руки!

Риза улыбнулась.

– Да, я полна бицепсов и мозгов. Мне такое нравится.

– Ты трибрахианка!

Риза кивнула, смеясь.

– Виновна. Половина людей в клубе – инопланетяне. Судя по тому клотонианскому устройству, что ты спрятал в кобуру, я сделала вывод, что ты не местный.

– Я местный. Бунтарь.

– Я понимаю, что лучше не спрашивать, зачем ты носишь с собой пистолет. Но я обязана знать, портит ли дело третья рука? Потому что это… крайне удобно. Прости за каламбур.

Эйч потянул ее на кровать.

– Твоя рука ничего не портит, – ответил Эйч. – Отнюдь. На самом деле мне кажется, что это значительно увеличивает твой и без того обезоруживающий шарм.

– О, – простонала Риза, млея от поцелуя и каламбура Эйча.

Они упали в объятия друг друга. Ночь была жаркой, расслабляющей и сладкой.

* * *

Следующие несколько дней проходили как в бреду. Агенту Эйч казалось, что это не его жизнь, а, наверное, сон. Что бы это ни было, он боялся, что все это растворится. Они с Ризой были неразлучны. Они катались на лодках, плавали и танцевали по вечерам в самых горячих ночных клубах на побережье. Они проводили дни, отдыхая на белых песочных пляжах. За все это время от Уистлера не пришло ни весточки.

Риза менялась от игривой, питающей детскую привязанность к маленьким животным девушки, к более зрелой и гораздо более агрессивной женщине. Он замечал крошечные вспышки холодного жестокого гнева. Например, когда один из официантов принес ей не тот напиток, она, хоть и устно, но уничтожила его. Эйч даже испугался, что она применит силу. Но затем, как по щелчку, Риза снова стала милой.

Изменения в личности должны были стать красным флагом для агента, но он приписал их сильному характеру страстной и сложной женщины. Он был с ней счастлив, счастливее, чем когда-либо за всю свою жизнь до и после ЛвЧ.

В четвертую ночь они гуляли по пустому пляжу. Волны разбивались в пену, а по дюнам с океана мчался холодный ветер. Эйч остановился и поднял голову. Он обнимал Ризу за плечи, а она прижалась к его телу.

– Смотри, – сказал Эйч, указывая на звездное небо.

Риза прищурилась, чтобы увидеть, на что он указывает.

– Около 37 миллионов световых лет. Твоя родная галактика.

Холодные брызги воды щекотали их ноги.

– Я ее не помню.

– Почему ты уехала?

– Я солдат, – ответила она с улыбкой. – Мой отец был солдатом. Он участвовал в войнах, полицейских действиях и восстаниях по всей вселенной и везде за собой таскал нас с мамой.

– Похоже, тебя это не волновало.

Риза пожала плечами.

– Какое-то время это казалось захватывающим – новые миры, новые люди. Я многое узнала о культурах, языках. Но каждая миссия, за которую брался отец, все больше выматывала маму. Столько раз по ночам я слышала ее плач, слышала, как она молилась, чтобы он вернулся домой целым и невредимым. Я начала это ненавидеть.

– Мне жаль.

Риза рассмеялась, однако в смехе послышалась легкая грусть и разочарование.

– Когда мама умерла, я подумала о том, чтобы жить самостоятельно, но мой папа начал сдавать. Он стал совершать ошибки, о многом забывать. Я не могла просто взять и оставить его. И вот однажды я обнаружила, что жизнь в заботах о рискованном, эмоционально отдаленном человеке отразилась на мне больше, чем я думала. У меня слабость к опасным мужчинам. К таким мужчинам, как ты.

Эйч больше не хотел ей лгать.

– Я не…

– Пожалуйста, – перебила Риза, – не говори мне то, что я хочу услышать. Я знаю твой тип, Херн, я знаю, что в конце концов ты меня обидишь. Мне все равно. Ты стоишь всей боли.

Их губы соприкоснулись, и Эйч притянул ее к себе.

– Я никогда не сделаю тебе больно, Риза, – обещал Эйч, и они снова поцеловались, на этот раз жадно и настойчиво.

– Тебя действительно зовут Херн? – выдохнула она, на мгновение прерывая поцелуй.

И Эйч почти ответил на ее вопрос:

– Мое имя начинается с Эйч.

Затем они потерялись в объятиях, и больше слова оказались не нужны.

* * *

Вернувшись на следующий день в отель, агент узнал, что на стойке регистрации его ждала записка от Уистлера. Торговец сообщил, что они заберут его сегодня вечером в одиннадцать. Встречу назначили в старом, более не существующем комплексе верфей на побережье недалеко от Ниццы.

– Твое «дело» тебя отыскало, – печально объявила Риза, глядя на выражение его лица.

Эйч кивнул, взял Ризу за руку и провел ее к скамейке во внутреннем дворике у входа в вестибюль.

– Что, если я скажу тебе, что это было последнее дело в жизни?

– Что? Почему? – удивилась она.

– Я нашел кое-что более интересное, – ответил Эйч и заглянул в ее темные глаза.

Улыбка Ризы стала похожа на солнце, выходящее из-за облаков.

– Ты… Ты ведь серьезно?

Эйч кивнул.

– Сегодня вечером я покончу с делами, а завтра мы начнем строить планы на будущее.

Риза засмеялась и обняла его, и тогда Эйч обнаружил, что тоже смеется.

– Возвращайся в свой номер, – попросил Эйч. – Я позвоню тебе, когда все закончится.

* * *

В номер агента Эйч постучали. Он открыл деверь и обнаружил на пороге Хай Ти, одетого в белую форму кухонного персонала.

– Bonsoir, monsieur[35], – поздоровался босс на безупречном французском языке. – Шампанское и икра. Как вы просили.

Рот агента Эйч открылся, а затем снова закрылся, когда Хай Ти вкатил тележку в номер и закрыл за собой дверь. Держа черную пластиковую капсулу размером с маленький динамик Bluetooth, он нажал кнопку и тут же потерял свой фальшивый акцент.

– Где ты был?

– Ты сошел с ума? Люкс могут прослушивать.

– Если это так, то… – Хай Ти указал на капсулу, – …она дает нам около десяти минут уединения. Жду отчет.

– Сделка состоится сегодня вечером. Они заберут меня примерно через двадцать минут, если не покажутся раньше.

– Не волнуйся, я уйду через пять. Где?

Эйч сообщил местонахождение верфи. Хай Ти кивнул. Он достал посеребренный стальной кейс из-под тележки и передал его агенту.

– Твой арсенал.

– Стандартный фазовый кейс? – спросил Эйч.

Хай Ти кивнул.

– Мы встроили односторонний гиперволновой передатчик. Как только кейс откроется, он активируется, и мы сможем вас слышать и в нужный момент предпринять меры по захвату.

– Отлично.

Выражение Хай Ти ожесточилось.

– Я в восторге, что ты в порядке, но почему я не слышал от тебя ни слова почти неделю?

– Я находился… под глубоким прикрытием.

Хай Ти усмехнулся.

– Уверен, что так оно и есть. Я видел фотографии твоего прикрытия с камер наблюдений. Что ты делаешь, Эйч?

– Ти, – начал Эйч, сев на край дивана. – После того, как мы поймаем Ставроса, я хочу уйти из ЛвЧ.

– Ясно. Ради этой женщины?

– Да.

Эйч не мог прочитать выражение лица своего бывшего напарника.

– Как ты думаешь? Я сумасшедший, раз думаю об этом?

– Если любовь не делает тебя слегка сумасшедшим, значит, это не настоящая любовь, – заявил Хай Ти. – Что тебе говорит твоя интуиция? Развей пелену чувств и прислушайся к своей интуиции.

Некоторое время агент Эйч молчал.

– Она… непредсказуема, может быть, даже немного нестабильна, – рассуждал Эйч. – Но когда мы вместе, между нами как будто какой-то секретный код передается. Между нами связь. С ней я не чувствую себя призраком. Я просто не знаю, Ти.

– Мне кажется, что ты знаешь, – ответил Хай Ти, положив руку на плечо товарища. – Что бы ты ни решил, я тебя поддержу, сынок. Ты уже внес свою лепту в дело защиты королевы и планеты.

Хай Ти взглянул на часы.

– А теперь возвращайся в игру.

Он оставил тележку, но, направившись к двери, забрал маленькую капсульную глушилку.

– Команда захвата, интервенции и «зачистки» готовы к работе. Мы будем следить на тот случай, если тебе понадобится помощь. Хорошей охоты, Эйч, и удачи.

* * *

Длинный лимузин подобрал агента внизу отеля. Внутри сидели Уистлер и Скиз. К счастью, Лука отсутствовал.

– Никаких фокусов с запонками сегодня вечером? – проворчал Скиз.

Эйч продемонстрировал свои рукава.

– Запонок вообще нет.

Эйч похлопал по боковой стороне кейса.

– Фазовый корпус. Работает по принципу, аналогичному запонкам, но у него имеется стабильный пространственный портал. Весь груз внутри.

– Хорошо, – ответил Уистлер. – Чем раньше закруглимся, тем быстрее всем заплатят.

Вскоре они прибыли на ветхую верфь – на кладбище недостроенных кораблей, ржавой промышленной стали, разрушающегося завода и тонких подъемных кранов. Их пунктом назначения был полуразрушенный грузовой корабль, покачивающийся на черной воде. Палуба корабля патрулировалась охранниками, вооруженными автоматами и экзотическим инопланетным оружием. «Лимузин» припарковался перед трапом, простирающимся от палубы до причала.

Скиз повел агента вверх, к открытому люку и узкой лестнице, ведущей под палубы. Как только они спустились в трюм корабля, Эйч увидел всевозможное оружие из миллионов разных миров. Массивные межпланетные и экзосолярные ракетные системы, ховертанки и огромные роботизированные боевые скафандры, ящики с инопланетными винтовками и торпеды, отмеченные значком смертельного биологического оружия. Он узнал несколько инженерных компонентов, которые заставили его заподозрить, что корабль являлся космическим судном. Когда по пути вниз они проходили через открытую дверь, его догадки подтвердил вид плохо замаскированного гипердвигателя.

Они спустились в трюм, представляющий собой лабиринт из ящиков с оружием, и остановились возле ступеней, ведущих к металлическому подиуму. У подножия лестницы стоял ряд вооруженных наемников, с подозрением следящих за агентом. Над ними на мостике Эйч заметил Луку, возвышающегося над темной гуманоидной формой, которую Эйч принял за Ставроса.

– Приятно наконец-то лично встретиться с «Торговцем смертью», – голос агента отозвался эхом. – Я ваш большой поклонник.

Эйч передал фазовый кейс Скизу. Тот сразу поставил его на пол и открыл. Из корпуса полился теплый белый свет, и Скиз заглянул в пространственный портал, после чего поднял голову, улыбаясь.

– Все на месте, босс.

– Я надеюсь быстро получить оплату и сойти с «Лодки любви», – обратился Эйч к темной неподвижной фигуре.

Внезапно вперед вышел Уистлер, оттолкнув агента в сторону.

– Босс, я тот, кто организовал эту сделку. Я был бы рад получить выплату, которую мы с вами обсуждали.

– Конечно, – раздался голос неясной фигуры. Голос не принадлежал мужчине. – Надеюсь, вы не возражаете, если мы заплатим бриллиантами.

Внезапно из того направления, где стояла фигура, вырвалась голубая вспышка энергии, мгновенно поразившая Уистлера. Он кричал и корчился, а Эйч с ужасом наблюдал, как фигура торговца изгибалась и искажалась. Плоть исчезла, а голые кости начали трескаться и кристаллизоваться.

Крики Уистлера закончились за несколько секунд до того, как останки его тела – скелет, который теперь стал чистым алмазом, – упали на пол трюма.

– Это ваша плата за то, что привели копа ко мне на порог, – гневалась фигура, спускаясь по лестнице, все еще прижимая к себе оружие пришельцев.

Лука следовал за ней. Она вошла в островок света, и Эйч увидел Ризу с яркими жестокими глазами.

– Привет, детка! – помахала Риза агенту.

Спустившись вниз, она встала среди сверкающих останков своего мертвого лейтенанта и пнула алмазный череп Уистлера к ногам Эйча.

– Круто, да? – спросила она, похлопав инопланетную винтовку. – Это одна из моих любимых, ведь бриллианты – лучшие друзья девушек. Я полагаю, ты хотел рассказать мне об этом всего через несколько свиданий?

Стволы оружия смотрели на агента отовсюду.

– Плевать, – отрезала Риза с гневным взглядом. – Я нашла нейралайзер у тебя в номере. И когда же ты собирался рассказать мне, что ты из ЛвЧ?

Эйч хотел объяснить, что несколько раз уже пытался ей рассказать, но вместо этого задал вопрос:

– Значит, теперь ты ведешь дела отца? Ты дочь Нироуса Ставроса, ведь так?

– Да. Давай я проведу тебе экскурсию!

Риза щелкнула пальцами, и наемники погнали агента за Ризой и Лукой. Они передвигались по трюму мимо военных боеприпасов и оружия, а также экзотического экспериментального оружия, созданного вопреки всем договорам, о которых Эйч когда-либо слышал.

– Это место напоминает гипермаркет смерти, – ужаснулся Эйч.

– Это мое наследство, – гордо сказала Риза, широко разведя руки. – Целая жизнь смерти и разрушений, собранных папой, генералом Нироусом Ставросом.

Она взяла паузу, и поведение ее мгновенно изменилось.

– О! Тебе нужно их увидеть! – чуть не взвизгнула Риза.

Проход оказался полон клеток, в которых томились крошечные очаровательные пришельцы из бесчисленных миров. Их клетки уложили вместе с ужасным оружием.

– Мои детки! – крикнула Риза, постукивая по клеткам.

Крошечные существа одарили ее песнями, щебетом и трелями.

– Я собирала их всю жизнь. Папа привозил мне по одному с каждой планеты, где побывал. Даже мой дорогой Лука попал ко мне крошечным существом, настолько уродливым, что казался восхитительным! Как ты заметил, он вырос, но по-прежнему меня любит. Я спасла его, когда за ним охотились твои мерзкие Люди в Черном. Я спасла его и подарила ему дом.

Лука уставился на маленькие клетки и крошечных животных.

– Все было так, как она говорит, приятель? – спросил агент гигантского телохранителя. Лука ничего не ответил.

– Они меня любят.

– Они твои пленники. Если ты кого-то любишь, отпусти его.

Лицо Ризы ожесточилось, и она отвернулась от своих очаровательных подопечных.

– А если он не вернется, выследи его и убей, – закончила Риза его фразу и привела к другому проходу. – Все это является конечным результатом карьеры «Торговца смертью». Мой отец сталкивался со всеми видами оружия, всеми видами войн в своей карьере…

– Это не карьера, – прервал Эйч, – это преступление.

Риза обернулась. Ее улыбка стала напряженной, а в глазах вновь вспыхнул сумасшедший блеск, который Эйч видел несколько раз за последнюю неделю.

– Некоторые непросветленные люди думали так же, – ответила она. – Они прогнали нас из Трибрахии, назвали его деспотом и тираном. Они просто не поняли основной принцип, по которому работает вселенная: принцип войны.

– Война – это зло, – заявил Эйч.

– Нет! – Риза издала звук, похожий на звон кнопки в викторине, сообщающий о неверном ответе. – Жизнь – это война. От вирусов, микробов и мутировавших клеток, которые пытаются убить тебя изнутри, до животных, что сражаются и убивают друг друга ради еды и доминирования. Это все война, и каждый ищет выгоду.

Риза остановилась у гробоподобной капсулы, которая лежала между несколькими поддонами ящиков и контейнеров.

– Возьми хоть этого маленького красавца, – вновь заговорила Риза и постучала в дверь капсулы. – Естественное биологическое оружие. Его зовут Бакклус. Это разумный, межпространственный организм, который может взаимодействовать с нашей реальностью только лишь через вирусную среду. Люди быстро заражаются и за несколько секунд воздушного контакта на 98,9 % заражают остальных. Почти как простуда. Попав в организм, он телепатически связывается с носителем и может контролировать тело и читать мысли. Очень удобно для проникновения в умы граждан и умиротворения населения… если ты можешь себе это позволить. Примерно через три дня иммунная система избавляется от Бакклуса, но трех дней достаточно, чтобы вторгнуться в мир или подавить сопротивление без единого выстрела. Папе удалось заполучить «пациента Ноль» и погрузить в анабиоз.

Риза вытерла часть конденсата с дверцы капсулы, и Эйч увидел внутри гуманоидного пришельца.

– За эти годы он продавал исходные искалеченные штаммы клиентам, и Бакклус пошел на это. Ведь если исходные штаммы в «пациенте Ноль» не получат шанса освободиться и телепатически соединиться с другим хозяином, весь организм исчезнет в пространстве. Должна сказать, это великолепная настройка.

– Это рабство, – заявил Эйч, – и вымогательство, и геноцид.

Риза покачала головой, обхватив щеку агента.

– Это – бизнес, дорогой. Остальное – язык политиков.

– Это похоже на слова отца, внушенные невинному ребенку. Ты не хотела этой жизни; он хотел.

Эйч пытался найти в ней ту Ризу, которую любил, но в ее глазах видел лишь безжалостную бизнес-леди, «Торговца смертью».

– Я говорила тебе, что отец начал допускать ошибки, становиться слабым. Он ставил под угрозу нашу долю на рынке.

Риза подняла оружие, которое использовала против Уистлера.

– Я говорила тебе, что это одно из моих любимых. Я применила его к папе и сохранила его череп. Он стоит на моем столе. Теперь это крутое блестящее пресс-папье и отличный инструмент мотивации для рабочей силы. Это мой бизнес, моя жизнь. Конечно, у меня остались после отца некоторые проблемы, но он ведь не дурочку вырастил.

– Так зачем прятаться за его именем? – спросил Эйч.

Агент что-то заметил впереди, и в его голове возникла идея.

– Имя отца и его репутация помогают не подпускать к себе всякую шваль. Такую шваль, как ЛвЧ, как ты. И на этом, я думаю, мы завершим наш маленький тур… и заодно твою жизнь.

Агенту нужно было выиграть время… и десяток футов. Он повернулся и направился к Ризе. Ее люди и Лука хотели вмешаться, но Риза их остановила. Эйч прошел мимо нее, а затем повернулся.

– Я должен похвалить тебя за актерские способности. Я действительно верил тебе, когда мы были вместе. Я верил, что ты была настоящей.

– Вот это да. Услышать похвалу от кого-то, кто обучен лгать, это дорогого стоит, – съязвила она.

Эйч воспользовался случаем, чтобы сделать еще несколько шагов назад. Риза стояла уже близко.

– Я никогда не лгал о свои чувствах, – ответил Эйч, не скрывая боли в глазах.

На мгновение Риза растаяла, и Эйч увидел ее боль. Он ненавидел себя за то, что собирался сделать, но это был единственный шанс.

Одним движением Эйч сильно толкнул Ризу назад. Агент был не в восторге от своих действий, но ему пришлось это сделать ради ее же блага. Эйч подпрыгнул и ухватился за края больших ящиков, ненадежно сложенных на массивных полках. Ящики упали, поднимая лавину из коробок, поддонов и разрушающихся стеллажей, а агент тем временем спустился с полки с противоположной от Ризы и ее людей стороны.

Лука поднял Ризу на ноги. Если бы Эйч ее не толкнул, она была бы уже мертва.

– Найдите его! – раздался ее крик. – Приведите его ко мне! – вопила она и благодарности явно не испытывала.

Наемники шагали по трюму в поисках агента. Несколько групп людей Ризы прошли мимо Эйча, не заметив. Агент хотел взломать один из кейсов с оружием, но он не сомневался, что его обнаружат раньше, чем он успеет его активировать. К тому же некоторые из «пушек» были в состоянии испарить всю береговую линию. Он знал только одно оружие в трюме, которое мог активировать быстро и тихо за то время, которое у него осталось. Теперь он просто надеялся, что оно согласится с ним сотрудничать.

Как можно тише Эйч отступил к проходу с капсулой. Он оглянулся и убедился, что все чисто, а затем выключил генератор анабиоза и открыл дверь капсулы. Как только инопланетянин проснулся, Эйч заявил:

– Доброе утро, приятель. У меня для тебя предложение…

* * *

Людям Ризы не составило труда найти агента, грохочущего среди стеллажей с оружием. Когда Лука его обнаружил, агент изо всех сил пытался собрать пистолет из вскрытого им деревянного ящика.

– Я так и думал, что ты меня найдешь, – заявил Эйч и атаковал массивного тарантианца, ударив ему в лицо стальным стволом оружия, которое он пытался собрать. Ствол согнулся от удара, но Лука даже не моргнул.

Кулак Луки выстрелил в агента, но Эйч успел увернуться и нанести в живот пришельца серию ударов. Однако живот Луки оказался крепким, как камень. Тарантианец подбросил агента в воздух на добрых двадцать футов, и тот приземлился у края коридора.

Он поднялся на ноги и бросился бежать, но за спиной обнаружил дюжину вооруженных наемников Ризы. Эйч оглянулся в сторону Луки, чей кулак уже летел прямо в лицо.

Перед глазами Эйч вспыхнул свет, а затем наступила тьма. Последнее, что он услышал, – голос Луки: «Это за то, что разбил ей сердце, ЛвЧовский подонок».

* * *

Лука оттащил потерявшего сознание агента обратно на лестничную площадку, и когда поднял его на ноги, Эйч застонал.

– Что ж, теперь, когда прятки закончились, – начала Риза, – джентльмены, приготовьтесь отработать свою оплату.

Наемники подняли оружие, готовые испепелить ЛвЧовца.

– Я никак не могу убедить тебя отказаться от всего этого? – полюбопытствовал Эйч. – Я был готов сделать это; я действительно был готов. Основополагающим принципом мироздания является не война, Риза. А любовь.

– Хотелось бы мне, чтобы ты оказался прав, – ответила она более мягким голосом. – Но у нас обоих свои обязанности и судьбы.

Риза нежно поцеловала агента, а затем отошла. Наемники приготовились к стрельбе.

– Последние слова?

– Да, – ответил Эйч. – Бакклус, приятель, пора повеселиться.

– Огонь! – приказала Риза.

Однако ничего не произошло. Все наемники, словно статуи, остались стоять неподвижно. Их пальцы застыли на спусковых крючках, а в глазах появилась паника. Риза пыталась поднять собственный пистолет, но ее тело отказывалось подчиняться.

«Спокойно, – раздался голос в ее голове. – Не нужно бороться».

Казалось, на Луку это не подействовало. Он оглянулся и увидел улыбку агента Эйч, когда один из наемников с готовностью передал ему свою винтовку. Эйч включил оружие на максимум и прицелился в Луку.

– Даже не рискуй его опробовать. Ты не такой крутой, как тебе кажется.

По всему кораблю раздался гул сирены, а издалека с палубы донесся глухой звук выстрелов.

– Сейчас здесь появятся ЛвЧовцы.

– Разумный вирус, – заметила Риза, все еще пытаясь пошевелиться. – Бакклус. Ты… позволил ему заразить себя?

– Да. Я сказал ему, что освобожу его, если он поможет тебя остановить, и он согласился.

– Глупо доверять тебе, – плюнула Риза. – Ты лжец.

– Он прочитал мои мысли, – ответил Эйч. – Он знал, что я говорю правду.

Звуки битвы на верхних палубах начали приближаться. Эйч заметил страх на лице Ризы, хотя она и пыталась его скрыть.

– Я с самого начала знала, что ты агент ЛвЧ, – заявила Риза. – Я знала, что ты пришел, чтобы разорить меня и все разрушить. За последнюю неделю у меня была тысяча возможностей, чтобы прикончить тебя.

– Так почему ты этого не сделала? – поинтересовался Эйч, подходя к ней ближе, но все еще не сводя прицел с Луки.

– Ты знаешь почему.

– Я думал, что знаю.

Эйч видел боль в ее глазах.

– Я знаю, ты думаешь, что я на все пойду, чтобы выбраться из всего этого, но ты мне небезразличен, и я знаю, я тебе тоже. Давай, спроси своего вирусного приятеля, попроси его прочитать мои мысли.

Эйч передал свои мысли Бакклусу, и он залез в голову Ризы, после чего передал агенту ее чувства: «Да, она по тебе сохнет. Она убийца и сумасшедшая, братан, но она по тебе сохнет».

Эйч смотрел на Ризу.

– Ты собиралась меня застрелить?

Риза кивнула. Стрельба на палубах стала отрывистой. Он слышал, как агенты приказывали наемникам бросать оружие.

– И я бы плакала о тебе каждую ночь всю оставшуюся жизнь. У тебя ко мне чувства, а ты меня арестовываешь. Я бы сказала, мы в расчете.

Агенты в черных костюмах быстро продвигались через верхние уровни грузового корабля.

– Бакклус, – обратился Эйч. – Отпусти, пожалуйста, Ризу.

«Что? Ты серьезно? – удивился Бакклус. – Я вижу твои мысли, конечно, ты серьезно. А у нее злые мысли, чувак, гуляющие вместе с сердечками, единорогами и космическими щенками».

– Я знаю, – ответил Эйч, – и если она попытается действовать, ты ее остановишь.

Эйч повернулся к Ризе и вырвал инопланетное оружие из ее рук. Она снова могла двигаться.

– Я конфискую весь твой инвентарь и выношу предупреждение, – грозил Эйч самым своим строгим голосом. – Но в следующий раз…

Риза подошла ближе. Они настолько долго не сводили друг с друга глаз, насколько это представлялось возможным.

– В следующий раз, – продолжила Риза, улыбаясь. – Ты знаешь, что следующий раз будет?

– Я на это рассчитываю.

– Значит, это свидание, – Риза коснулась щеки агента третьей рукой.

Звуки приближающейся команды ЛвЧ слышались уже почти над головами.

– Уведи ее отсюда, – обратился Эйч к Луке.

Огромный тарантианец подтолкнул свою подопечную, а затем спрыгнул в темноту захламленного трюма.

* * *

После трюма ночной воздух стал для агента наградой. Он прислонился к перилам и наблюдал, как ЛвЧовцы уничтожают следы нападения. Агенты выносили оружие, волну за волной, ожидая безопасной транспортировки. Наемники Ризы, под руководством Бакклуса, покорно ждали в очереди, пока их оформят и отправят в тюрьму. Эйч заметил, как Скиз, все еще находясь под влиянием Бакклуса, поспешно пытался заключить сделку с одним из старших агентов.

«Он и со мной попытался заключить сделку, – посмеивался Бакклус. – О, не пугайся, Эйч. Что он мог мне предложить? У меня есть все, что я хочу, теперь я свободен».

– Отличная облава, – похвалил Хай Ти, присоединившись к агенту Эйч на палубе.

Двое старых друзей отвернулись от всего этого цирка и смотрели, как черная вода накатывала на пирс и толкалась в корпус корабля.

– Я вижу в тебе потенциал, Эйч. Способность творить великие дела. Я вижу это с той ночи, когда мы впервые встретились. Нам нужны такие агенты, как ты. Кто знает, возможно, однажды ты спасешь мир.

– Я не ухожу, – уверил Эйч. – Это мой долг, моя судьба. Было глупо думать, что я смогу стать кем-то еще.

– Это не глупо. Ты – человек. Это очень важное качество, чтобы выполнять повседневную работу.

Некоторое время они просто молчали, но вскоре Хай Ти продолжил:

– Тем не менее жаль, что Риза Ставрос сбежала.

На лице босса появился намек на улыбку. Эйч улыбнулся в ответ, но его сердце болело.

– Не беспокойтесь, сэр, – успокаивал Эйч. – Я больше не повторю эту ошибку.

Хай Ти похлопал своего друга по спине.

– Конечно, не повторишь.

Он отвернулся, но на его лице до сих пор играла насмешливая улыбка.

– Ты совершишь новые.

Благодарности

Спасибо Сэму Мэтьюзу, моему редактору из Titan Books, и всем потрясающим ребятам из Titan и Sony. Моему агенту, Люсьену Дайверу из Knight Agency. Грегу Коксу, замечательному писателю, блестящему редактору и отличному человеку. Сьюзен Листланд и Сандре Уилер за неоценимую редакторскую помощь в написании книги.

Об авторе

Р. С. Белчер – удостоенный наград редактор газет и журналов; журналист. Род работал частным следователем, диджеем и владельцем магазина комиксов, а также получил степень в области уголовного права, психологии и правосудия и управления рисками в Университете Содружества Вирджинии. Среди его многочисленных и известных романов – «Шестизарядное Таро», «Аркан: дробовик» (лучший, по мнению Kirkus Reviews), «Найтвайз» и «Братство колеса» (финалист Locus Awards).

Примечания

1

Герберт Джордж Уэллс – английский писатель и публицист, автор научно-фантастических романов.

2

«Краткая история времени» – научно-популярная книга, написанная известным физиком Стивеном Хокингом.

3

Джеральд Норман Спрингер – американский телеведущий, продюсер, актер и политик.

4

Космический телескоп «Хаббл» – автоматическая обсерватория на орбите вокруг Земли.

5

Персеиды – метеорный поток.

6

Куинс – район Нью-Йорка.

7

«Пляж» (Jersey Shore) – реалити-шоу на телеканале MTV в США.

8

Манхэттен, Бруклин, Квинс, Бронкс и Статен-Айленд.

9

Netflix – американская развлекательная компания, поставщик фильмов и сериалов.

10

Ross – дисконт-магазин в США.

11

«Робокоп» – фантастический боевик режиссера Пола Верховена 1987 года.

12

«Грязный Гарри» – полицейский фильм с Клинтом Иствудом в главной роли, выпущенный на экраны США в 1971 году.

13

Мейфэр – район в центральном Лондоне.

14

Ист-Энд – восточная часть Лондона.

15

Стрит-флэш в покере представляет собой комбинацию, состоящую из пяти карт одной масти, идущих подряд от самой низкой к более высокой.

16

Iron Maiden – британская хеви-метал-группа.

17

«Уолл-стрит» – ежедневная американская деловая газета.

18

Сэвил Роу – одна из самых известных улиц Лондона, где располагаются ателье по пошиву костюмов.

19

Allez – Давай уже! (фр).

20

Да (фр.).

21

Нет (фр.).

22

Бренд печатной машинки.

23

Fin de siècle – конец века (фр.).

24

Гамби – персонаж; представляет собой человекоподобную зеленую пластилиновую куклу.

25

Площадь Джамаа-эль-Фна – самая большая площадь в городе Марракеш, Марокко, одна из главных достопримечательностей города.

26

Motörhead – британская хард-рок-группа.

27

«Веспа» – культовый итальянский мотороллер.

28

I Will Survive (англ. – «Я выживу») – песня Глории Гейнор.

29

Руб-эль-Хали («пустая четверть») – обширная песчаная пустыня на Ближнем Востоке.

30

Митио Каку – американский физик-теоретик.

31

Остров Эллис – расположенный в бухте Нью-Йорка, был самым крупным пунктом приема иммигрантов в США.

32

Бридпорт – город в Англии.

33

Пекхэм – район южного Лондона.

34

«Королевские погреба» – клуб, расположенный в отеле Библос.

35

Добрый вечер, месье (фр.).

Content

Р. Белчер
Люди в Черном. Интернэшнл

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Распростертые объятия

Благодарности

Об авторе

Примечания