Севастьянова Екатерина

Рабыня Кристофа Берна

Екатерина Севастьянова. Рабыня Кристофа Берна

Пролог.

Он совсем на других не похож,

он владеет искусством калечить.

Он втыкал мне меж ребер нож,

и притом целовал мои плечи.

Незнакомец неторопливыми шагами приближался к двухэтажному особняку. Ничего необычного в его внешности не было – джинсы, черная рубашка, легкий пиджак, гладко зачесанные назад белые волосы и светлая кожа с оливковым оттенком. А вот лицо словно высечено из гранита: очень четкие черты, ровные, совершенные. Казалось, такое лицо не может выражать эмоций.

На центральной улице было шумно, много людей и все старались пройти как можно быстрее мимо незнакомого мужчины. Никто не останавливался рядом с ним, видимо, ощущая ту скрытую угрозу, которую они просто не могли увидеть глазами.

– Кристоф, вас уже ожидают, – невысокий мужчина открыл перед ним дверь, пропуская внутрь. Блондин лишь скользнул по нему взглядом, не считая важным отвлекаться на прислугу.

Пока он шел по длинным коридорам, звук шагов эхом отдавался в тишине огромного особняка. Его не смущала ни царившая вокруг тишина, ни предстоящее дело. Все шло своим чередом, так как должно было идти всегда.

Кристоф, не раздумывая открыл двери в главный зал, и презрительно сощурился. Новый товар… Девушки, мечтающие о приключениях и легких деньгах, сидели на полу, сбившись в небольшую кучку. Каждый месяц повторялось одно и то же, что, в принципе, начинало ему поднадоедать. Всех недальновидных и желающих подзаработать мадам перевозят сюда, ломают их и продают. Прибыльный бизнес, но довольно грязный. Кристоф старался не ввязываться в него, но, к сожалению, не всегда получалось.

– О, наконец-то! – басистый голос отвлек его от созерцания жалкого зрелища. – Как тебе мои красотки?

– Грязные.

– Да брось ты, – слова Кристофа ничуть не задели хозяина, – на некоторых можно поднять неплохие деньги. Вон та рыжая, хорошенькая, если будет стараться, оставлю ее себе.

Кристоф перевел взгляд в ту сторону, куда указал хозяин. Стройная рыжая девушка отбивалась от общей массы. Запуганная, в непонятных обносках, она жалась в самый дальний угол, затравленно наблюдая за всем происходящим.

– Тоже из новеньких? – он усмехнулся, в ней было что-то такое особенное, способное привлечь даже его внимание.

– Только вчера привезли, – довольно сообщил хозяин.

На секунду она взглянула на Кристофа, но встретившись с ним взглядом, тут же отвела глаза. Красивая, если не считать кровавых подтеков на руках и лице. Видимо она отбивалась до последнего, только все безуспешно. Пожалуй, она не так проста, как может показаться на первый взгляд. Но слишком хрупкая… такие держатся не больше недели, а потом их заменяют новыми и так по кругу. Бесконечный круг.

– Продай ее мне, – после недолгих размышлений, Кристоф повернулся к хозяину дома.

– Что? Ты же не возишься с таким товаром!

– Тебя это не касается. Выпиши мне счет, и закончим на этом.

Оставив растерянного хозяина позади, Кристоф двинулся к девчонке.

Глава 1.

Я стояла перед зеркалом в надежде хоть как-то пригладить непослушные рыжие лохмы. Вот наградила природа, так наградила! Ну почему они торчат во все стороны?

– Тебя подвезти? – из дверного проема высунулась голова брата, причем такого же счастливого обладателя рыжих волос.

– Мне недалеко, – ответила я, продолжая возиться перед зеркалом.

– Я тогда уехал, – сказал он. – Мама просила тебя позвонить, как будешь дома.

– Хорошо, – крикнула я, и уже через секунду входная дверь захлопнулась.

Решив больше не тратить время на бесполезное занятие, перетянула волосы в тугой хвост, натянула на себя джинсы с курткой и удовлетворенно посмотрела в зеркало. Не красавица, но тоже сойдет. В конце концов, не на свидание иду, а на работу устраиваться.

Второе собеседование за неделю… Вот кто бы мог подумать, что в наше время, имея корочку высшего образования, на хорошую работу тебя никто не возьмет? Каждую неделю, обходя кучу сомнительных контор и крупных организаций слышу один и тот же ответ: «мы вам перезвоним», но, естественно, никто не перезванивает и все повторяется по кругу. Единственная надежда оставалась на сегодняшний день. Приличная компания, широко известная в городе, плюс сами пригласили пройти у них собеседование.

Еще раз взглянув на себя в зеркало, взяла ключи и выбежала на улицу. До офиса компании я добралась быстрее, чем предполагала. Небольшое двухэтажное здание с неоновой табличкой «PKS Corporation» находилось в самом центре города, а от моего дома в десяти минутах ходьбы. Хм… ну выглядит ничего, можно даже сказать солидно.

– Добрый день, – я подошла к девушке на ресепшене, – меня пригласили на собеседование.

– Да, минутку, – она взглянула на меня и защелкала пальцами по клавиатуре. – Вы Ангелина Садовская?

– Да.

– Вам по коридору направо и до конца, в отдел кадров.

– Спасибо.

Остановившись около указанного кабинета, осторожно постучала в дверь и, дождавшись разрешения, вошла внутрь.

А здесь не дурно все обставлено, дорогая мебель и отделка ясно давали понять, что у фирмы с деньгами все в порядке.

– Я полагаю, вы на собеседование? – за длинным столом сидела женщина в возрасте и, не поднимая глаз, рассматривала какие-то бумаги.

– Да, добрый день, – поздоровалась я, присаживаясь с противоположной стороны.

– Итак, – она наконец-то подняла глаза, – значит, вы переводчик?

– Да, мы с вами вчера договаривались о собеседовании.

Женщина на секунду задумалась, при этом внимательно рассматривая меня. И это был не тот безобидный взгляд, когда ты нечаянно посмотрел на человека в метро, она пристально и внимательно меня разглядывала, буквально с головы до ног. Мне стало не по себе от такого неприкрытого интереса к моей скромной персоне.

– Вот вам бланк, заполняйте, – с этими словами она протянула мне бумагу и ручку, а сама встала и вышла из кабинета.

Какая-то она странная…

Я перевела взгляд на бланк и приступила к его заполнению:

« ИФО: Садовская Ангелина Викторовна

Возраст: двадцать пять лет

Образование: филология, иностранные языки

Специальность: «переводчик», диплом магистра (заочное отделение)

Знание иностранных языков: немецкий – продвинутый уровень (разговорный, письменный), английский (базовый), испанский (технический).

Семейное положение: не замужем »

– Как успехи, Ангелина? – неожиданный мужской голос заставил вздрогнуть.

На место приятной пожилой женщины в кресло опустился мужик, по своим габаритам напоминающий телохранителя в клубе.

– У меня все готово, – неуверенно ответила я и протянула ему свой листок. Интересно, чем вызвана такая быстрая смена работников?

Пробежавшись глазами по заполненному бланку, мужчина посмотрел на меня и спросил:

– Значит, вы в совершенстве владеете немецким языком?

– Не могу сказать, что в совершенстве, – призналась я, – но знаю его достаточно хорошо.

– Замечательно. Вам двадцать пять и вы не замужем?

– Да, все верно.

– Отлично, – сказал он и как-то предвкушающе потер ладони. – Думаю, вы-то нам и подходите.

– Правда? – наконец услышать положительный ответ оказалось чертовски приятно.

– Точно. Осталось дело за малым – подписать документы.

Он вытащил из одного шкафчика несколько листов и протянул их мне. Быстро прочитав трудовой договор, подписала в нужных местах.

– И еще, – помедлив, сказал мужчина, – мне нужен ваш паспорт для оформления бумаг.

– Конечно, – вытянув из сумочки паспорт, протянула ему. В этот момент я даже не поинтересовалась, для каких именно бумаг он ему нужен, радость и предвкушение новой должности встали на первое место.

– Поздравляю вас, Ангелина. Теперь вы официально работаете у нас.

– А во сколько завтра приходить?

– Завтра? – он удивленно моргнул, словно до него не сразу дошел смысл слов. – Ах да, я жду вас завтра в восемь.

Хм, он тоже какой-то странный…

– Хорошо, тогда до завтра.

Из офиса выходила в приподнятом настроении, наконец-то закончились бездумные скитания по собеседованиям и недовольные взгляды со стороны. Хорошая работа, да еще и в паре минут от дома, что может быть лучше?

Погруженная в свои мысли, я сначала не заметила черную затонированную машину следующую за мной, но через несколько минут неотрывной слежки, мне стало не по себе. Черный джип медленно ехал по дороге, прилегающей к узкому тротуару, и сворачивал именно на том повороте, куда шла я. Господи, за мной, что, следят?

Какой-то неприятный комок подкатил к горлу, но быстро взяв себя в руки, я прибавила шаг, стараясь как можно быстрее выйти на свою улицу или просто влиться в толпу людей. Но, как назло, на улице не было ни души, оно и не удивительно, в одиннадцать утра все либо работают, либо еще спят.

До дома оставались считанные метры, но я затормозила на пешеходном переходе, решив не бросаться под колеса и подождать спасительный зеленый огонек. И вроде бы все позади, вот он дом, и никакие мрачные типы на черных джипах не должны пугать, но все пошло как-то не так…

Резкий звук тормозов и машина перекрывает мне дорогу, обрезая путь вперед. Из открывшихся дверей выходят два здоровых мужика, один, из которых тот самый работодатель, что всего несколько минут назад принял меня на работу. Вот теперь сомнений нет, они пришли по мою душу…

И именно сейчас нужно было бежать, прятаться или звать на помощь, но в горле пересохло, а ноги стали ватными. Вот она – паника… Когда нужно что-то делать, а ты стоишь совершенно дезориентированный, не способный предпринять правильные решения.

– В машину ее! – крикнул один мужик и его слова словно холодная вода отрезвили меня.

Ринувшись с места, я бросилась в противоположный конец улицы, где маячили человеческие фигуры, но уже было поздно бежать… Сильный толчок чуть не повалил меня с ног, чудом удержавшись, я оказалась в захвате чужих рук. В тоже мгновение мне ткнули какую-то мокрую тряпку прямо в лицо, и едкий неприятный запах ударил в нос, проникая в легкие. Черные точки закружили перед глазами, и я провалилась в темноту.

***

Моя голова! Первое, что я почувствовала после пробуждения – это тупую боль в висках и онемение во всем теле, словно из меня выкачали силы, даже открыть глаза стоило большого труда.

– Эй, – кто-то легонько пихнул меня в ногу, приводя в чувство. – Да проснись же ты!

Я открыла глаза и тут же их закрыла. Темнота… нет ни единого проблеска света, мы отрезаны от мира и закрыты в каком-то небольшом помещении. Но это не самое страшное: ноги и руки крепко стянуты веревками, врезавшимися в кожу, и от каждого неосторожного движения хотелось выть от боли.

– Ну пожалуйста, проснись! – тихий женский шепот резал по ушам, отдаваясь звоном в голове. А я хотела снова заснуть и просто ничего не ощущать.

Меня снова пихнули в ногу, на этот раз больнее и настойчивее. Я дернулась и тут же зашипела от боли, стальные веревки, словно лезвия, снова впились в кожу, вероятней всего разодрав ее до крови.

– О, слава богу, – стон облегчения сорвался с губ такой же связанной девушки.

– Где мы? – слова давались с трудом, но я пыталась пересилить себя.

– В кузове какой-то машины, – еле слышно ответила девушка, – и нам нужно отсюда выбраться. Немедленно!

Я прищурилась, стараясь хоть как-то разглядеть подругу по-несчастью. Как только глаза немного привыкли к темноте, я увидела молодую девчонку, сидящую с противоположной стороны. Вся растрепанная в грязном и рваном белом платье, а самое главное такая же связанная по рукам и ногам.

– Ты можешь двигаться? – спросила я, пробуя привстать.

Следуя моему примеру, она попыталась встать на ноги или облокотиться на стену, но все попытки провалились, и со стоном она упала обратно.

– Не могу.

– Понятно, – нерадостно протянула я, оглядываясь вокруг.

Ну что, устроилась на работу, дура? Хорошая зарплата и должность, ага, конечно!

– Они сейчас придут, – жалобно пропищала девушка.

–Кто они?

– Люди в черных костюмах, они уже забрали двоих, теперь пришла наша очередь.

– Что за люди?

– Я не знаю..., – ее голос дрогнул и, закрыв глаза, она тихо заплакала.

А я только сейчас заметила, как сильно бьется мое сердце. Каждый день по телевизору крутят передачи о пропавших людях, изнасилованных девушках и изувеченных телах, но я никогда не думала, что мне придется столкнуться с чем-то подобным. Одно дело наблюдать за новостями, попивая горячий кофе, и совсем другое – лежать связанной в кузове какой-то машины. Ну почему я?

– Как тебя зовут? – спросила у девушки в надежде отвлечься от пугающих мыслей о будущем.

– Мари… Марина, – она шмыгнула носом и посмотрела на меня.

– Ангелина, – я постаралась ей улыбнуться, но получилось довольно жалко. – Слушай, Марина, что за люди в костюмах?

Видимо я спросила что-то не то или мои слова просто довели ее до ручки, так как в следующий момент она не ответила, а самым натуральным образом заревела… причем, не тихо, а по-настоящему рыдая навзрыд.

– Мы…. мы больше никогда… не… вернемся домой, – это все, что я сумела различить в ее бессвязном бормотании.

В отличии от Марины, у меня колыхалась светлая надежда на спасение. Если мы еще живы, значит, убивать нас никто не собирается. А возможно за нас просто попросят выкуп и отпустят.

Но моя крохотная, хоть и светлая, надежда разбилась в следующую секунду. Дверцы с подлым скрипом распахнулись, а в проеме показались двое мужчин в строгих деловых костюмах. Девушка еще сильнее заревела, видимо окончательно смирившись со своей участью.

Я же с такой участью мириться не собиралась, и бог знает, кто тянул меня за язык, но набрав в грудь побольше воздуха, смело заявила:

– Что происходит? Вы вообще в курсе, что совершаете преступление, а это 126 статья УК РФ?

На мгновение мужчины удивленно замерли, в упор смотря на меня, но очень быстро, отойдя от шока, один из них сказал:

– Ты, бери ту, а я языкастую.

После этих слов мужик, отдающий приказы, двинулся на меня, явно, не с добрыми намерениями. Я вся подобралась, желание так же разреветься, как и Марина, с каждой секундой все больше усиливалось. А лучше вовсе забиться в угол и не вылезать оттуда. Но вместо этого я враждебно уставилась на них и как можно уверенней заявила:

– Мои родственники знают, где я, и уже скоро сюда приедет полиция!

Мужик полностью проигнорировал мои слова и забрался внутрь кузова. Не желая сдаваться, я попыталась отползти назад, не обращая внимания на веревки, которые причиняли нестерпимую боль.

– Отпустите нас, мы никому не скажем! – уже тихо предложила я, по миллиметру отодвигаясь к стене.

Внезапно слезы покатились по моему лицу, жаром обдавая щеки. Это конец! Что теперь будет со мной? Как это переживет мама и мой братишка, как они будут жить одни?

Я словно в оцепенении смотрела за приближением своего похитителя, беззащитная и загнанная в угол. Подойдя ко мне вплотную, он достал из кармана остро заточенный нож с длинной рукояткой. Первой мыслю было, что он сейчас перережет мне горло, но, нагнувшись, он разрезал веревку, освобождая мои ноги.

– Пошли, – приказал он, грубо хватая своей огромной лапищей за шиворот моей куртки.

Послушно поднявшись, я двинулась за ним на выход, поспешно придумывая пути отступления, но ничего более логичного, чем попытаться убежать, на ум не пришло.

– Давай быстрей! – прикрикнул он на меня, когда я в четвёртый раз запнулась и, не удержавшись, повалилась на землю.

– Я, кажется, ногу вывихнула, – жалостливо простонала я, наблюдая за его реакцией из-под опущенных ресниц. – Не могу идти.

На секунду мужик замер, видимо, размышляя, придуряюсь я или серьёзно. Но мне хватило этой секунды, чтобы стартануть с места, и ринуться со всей силы прочь с закрытой стоянки.

Пару метров мне спокойно удалось пробежать, ровно до сильного удара в затылок. С тяжёлым грохотом я упала на холодную землю, пропахав лицом несколько сантиметров. Ужасная боль и обида, раздирающие душу, рвались наружу. Частичка меня понимала, что, вероятней всего, это был последний шанс сбежать… и я его успешно провалила.

– Куда это ты собралась? – мужик, словно огромная гора, склонился надо мной, рассматривая мою разодранную в кровь физиономию. – А ну, пошли!

С этими словами он, не церемонясь, схватил меня за волосы и поднял вверх, чудом не содрав скальп живьем. Слёзы вновь брызнули из глаз, сопровождаясь новой волной адской боли. Я хотела кричать и рваться изо всех сил, но лишь издала сдавленный стон. Нет смысла звать на помощь, никто не придет.

Так и не отпуская меня из захвата, мужик за волосы потащил обратно вглубь парковки, двигаясь к противоположной стене. И только остановившись около невзрачной серой двери, он ослабил хватку и постучал.

Через мгновение двери распахнулись, являя перед нами молодого мальчишку, которому, наверное, и двадцати не было. Он хмурым взглядом обвел нашу компанию и задал невероятный вопрос:

– Что у нее с лицом?

Я закусила губу, чтобы лишний раз не сказать какую-нибудь глупость и не спровоцировать этих… этих уродов.

– Буйная попалась, – ответил похититель и грубым ударом в спину толкнул меня вперед.

Я со всего размаху налетела на мальчишку и уже ожидала нового удара или чего похуже, но он поддержал меня, помогая выровнять равновесие.

– Ну посмотри, что ты наделал, Грэгор! – обратился он к моему похитителю. – Нам же за нее теперь меньше заплатят, она вся изуродованная!

– Пару царапин переживет.

–Так-так-так, что же мне с тобой сделать, – задумчиво протянул мальчишка, рассматривая мое лицо.

Я неуверенно покачнулась и слабым голосом предложила:

– Отпусти меня.

– Да усыпи ты ее уже, и поехали! – вмешался Грэгор и снова дернул меня за руку, как тряпичную куклу. Конечно, по сравнению с ним, я была полностью беззащитной. Тупая гора мышц… больше он ничего из себя не представлял.

Возможно, сейчас как раз и нужно было промолчать и не злить его, а лучше совсем сделать покорный вид и опустить глаза, как сделала это Марина. Ведь меня всегда учили, что в случае нападения преступников никогда не нужно провоцировать их на открытый конфликт. Но, видимо, я была не в том состоянии, чтобы здраво рассуждать.

– Отпусти меня, сейчас же! – я злобно уставилась на похитителя и дернулась с такой силой, с какой позволили связанные руки. – Я тебя пожизненно засужу! Тебя и всех твоих друзей! Отпусти меня, козел!

И это стало моей ошибкой… В следующее мгновение сильная мужская рука ударила по лицу, выбивая почву из-под ног. Черные точки молниеносно замигали перед глазами, и я тут же провалилась в темноту.

Глава 2.

– Эй, ты меня вообще слышишь? – басистый мерзкий голос заставил вздрогнуть и открыть глаза.

Прямо передо мной склонился невысокий полный мужчина в халате и, со слабо скрываемым интересом, рассматривал мое неприкрытое тело, отгибая край куртки. Я снова дернулась, пытаясь закрыться от его взгляда.

– О, еще одна пришла в себя, – он одарил меня похабной улыбкой и, протянув руки, вернул меня в горизонтальное положение. – Рыжая, стройная… Хм, хороший на тебя будет спрос. Правда, такие как ты, изнашиваются быстро…

От его слов я дернулась и тут же застонала. Голова, руки, шея и ноги нестерпимо болели, словно в некоторых местах разорвались связки или меня целой компанией дружно отпинали. Ощущения были далеко не самые приятные.

– Ты меня понимаешь? – он пощелкал пальцами перед лицом, привлекая мое внимание.

Я удивленно замерла и, сконцентрировав все свое внимание, уставилась на мужчину. В его внешности определенно не было чего-то особенного, если не считать домашнего халата. В нем было кое-что другое… Басистый голос говорил не по-русски, а на чистом немецком языке. И судя по его произношению – это был его родной язык.

– Э, ты че так уставилась? Совсем не понимаешь, да?

– Понимаю, – охрипшим голосом произнесла я, так же переходя на немецкий.

Он нахмурился, словно не ожидал услышать положительного ответа, а потом резко развернулся и кому-то крикнул:

– Выслав! Забери ее и оттащи в дом! – больше не говоря ни слова, он развернулся и взбежал вверх по лестнице.

Лестница? Я огляделась по сторонам, да так и осталась стоять с отрытым ртом. Огромный двухэтажный особняк, с небольшой аллеей и гладким зеленым газоном, возвышался прямо посреди улицы. Это не мой город… в моем городе нет такого особняка!

– Пошли, красотка, – рядом со мной возник парень в зеленой футболке и, беря за локоть, потащил за собой. И почему-то меня даже не удивляет, что этот парень тоже разговаривает не по-русски.

Я послушно двинулась вперед, поднимаясь по широким крутым ступенькам и все в этом месте было не так: и парк, и особняк, и улыбчивый дворецкий на входе. Стоп, где это я вообще?

Пройдя длинный коридор, мы оказались перед большими разукрашенными дверьми и, толкнув их вперед, парень провел меня внутрь.

– Посади ее куда-нибудь, – тот самый басистый мужик сидел на кресле и смотрел по сторонам.

А посмотреть тут было на что… Десятки девушек в грязных порванных одеждах сидели в центре зала и жались друг к другу, ища хоть маленькую поддержку в этом ужасном месте.

Пройдя в другой конец комнаты, парень отпустил меня, а я, недолго думая, села на пол, зажавшись в самый угол. Больше сомнений не было ни в чем. Меня похитили, и это совсем не ради выкупа. Куча полураздетых девушек, немецкий язык, огромный особняк в центре улицы… Это рабство, самое что ни на есть – рабство!

– Я Мартин, – пробасил мужчина на ломаном русском языке. – Вы можете называть меня просто – хозяин.

Он мерзко улыбнулся, забавляясь ситуацией. Видимо для него это не впервые и мы далеко не первые и не последние жертвы.

– Итак, девочки, сейчас я вас быстро введу в курс дела, – продолжил Мартин. – Каждая из вас должна выплатить мне по сто тысяч евро, и когда долг одной из вас будет погашен, то она сможет ехать домой. Ну, естественно, я еще буду вычитать процент.

– Какой долг? – я повернула голову в сторону той, что это сказала… а зря.

Как только молоденькая девчонка подала голос, к ней подскочил один из охранников и со всей силы ударил концом сапога по хребту. Бедная согнулась пополам и тяжело захрипела.

– Еще вопросы? – довольно спросил Мартин, обводя взглядом всех.

Я поджала губы и с ненавистью посмотрела на него. Вы просто нелюди! Уроды! Ненавижу!

– Тебе что-то не нравится, Рыжуха? – я вздрогнула, когда поняла про кого он говорит. Ошибиться было нереально, из всех присутствующих только у меня были ярко рыжие волосы. – Ты только скажи, что тебе не нравится, мы это быстро исправим.

Я молча сидела, смотря в одну точку и не обращая внимание на его слова. Даже боюсь представить, как вы это исправите… Быть избитой или еще хуже изнасилованной этим похотливым «хозяином» мне что-то совершенно не хотелось.

– Правильно делаешь, молчи, – он снова вернулся к созерцанию всех девушек и продолжил. – Значит так, все вы будете отрабатывать долг каждый день, принося деньги мне. Бежать или просить у кого-то помощи бессмысленно. Во-первых, вся территория строго охраняема и выйти за ее пределы вы не сможете. Во-вторых, вы находитесь в чужой стране и никто вас даже слушать не будет.

Чужая страна? О господи, только не говорите, что меня продали в рабство за границу?

– Ну и, в-третьих, полиция, таможенники, посольство все при делах и никто, ни один человек в этой стране вам не поможет. Но не все так плохо, – он радостно развел руки в стороны, – будете отрабатывать у десяти клиентов в день, а это уже тысяча долларов и в ближайшие два года сможете вернуться на родину.

Я не смогла сдержать разочарованный стон, и, как назло, именно в этот момент всем нужно было замолчать. Мартин окинул меня уничтожающим взглядом и, почесав подбородок, спросил:

– Может тебя отдать в отель short-time, ну знаешь это-то место, где тебе придется всю ночь отсасывать у чернорабочих за десять евро. Любишь индусов, Рыжуха? А пакистанцы тебе нравятся?

Я со всей силы вжалась в угол, стараясь слиться со стеной в наступающей панике. Не могу поверить, что все это происходит со мной! Я не вижу никакого выхода из ситуации, наверное, его просто нет, и от этого становится страшно.

– Или мне оставить тебя себе, м? Что ты скажешь на это?

С этими словами он поднялся из своего кресла и тяжелой походкой двинулся ко мне. Я все так же смотрела в пустоту, стараясь всем свои видом не показать, как на самом деле мне страшно.

– А ты ничего такая.

Мартин подошел совсем близко и опустился передо мной на корточки. В нос сразу же ударил неприятный смрад, который от него исходил. Пот и грязь, все смешалось в одно.

– Не хотелось бы продавать тебя за копейки, – он тронул своим толстым пальцем мои волосы, а я судорожно глотнула воздух, стараясь задержать дыхание. – Оставлю себе. Может, продержишься пару неделек, а потом отдам тебя своим ребятам на растерзание. Тебя трахала компания изголодавшихся мужиков, Рыжая? Не думаю, что тебе это понравится… только вот выбора все равно нет.

Я нервно поежилась, но не посмотрела на него. Мерзкий и противный он похотливо оглядывал мой непрезентабельный вид, задержавшись взглядом на одежде. Майка разорвалась и теперь еле держалась на одной лямке, один рукав у куртки тоже разорвался в том месте, где были перетянуты руки, а из под одежды виднелись синяки и незначительные кровоподтеки. Вид конечно ужасный, но видимо его это нисколько не смущало.

– Сколько тебе лет? – он потянул меня к себе за растрепавшийся хвост.

– Двадцать пять, – ответила сквозь зубы. Его запах проник в легкие, и я чудом сдержала рвотный рефлекс, но при этом закашлялась и постаралась отстраниться назад.

Вдруг Мартин нахмурил волосатые брови и, повернувшись, крикнул кому-то через плечо:

– Давай эту в соседнюю комнату.

Что? Нет, нет, нет. Я никуда не пойду! Но меня никто спрашивать не стал… Сразу после его слов ко мне подскочили двое парней и силой подняли с пола.

– Отпустите меня! – я крикнула громче чем ожидала, все таки нервное напряжение давало о себе знать. – Я никуда не пойду! Пошли вон!

У меня хватило силы, чтобы пинуть одного верзилу, конечно, не особо получилось, он даже не поморщился от боли.

– А ты типа любишь поиграть? – спросил Мартин, сбрасывая с себя халат.

Теперь он остался в одних серых шортах с какими-то грязными пятнами. Комок опять подкатил к горлу, меня сейчас стошнит… причем прямо на него.

– Не трогай меня! – закричала я, как только он сделал шаг в мою сторону.

Двое парней скрутили меня под руки, и теперь я предстала перед «хозяином» совершенно беззащитной, даже пинуть его не было возможности.

– А то что? – он на секунду остановился, а потом протянул руку и разорвал вторую лямку майки.

Я дернулась со всей своей силой, но что я могу противопоставить двум здоровым мужикам? Ни-че-го!

– Отпусти! – отчаянный крик вперемешку с диким страхом сорвался с моих губ. Мне никто не поможет, а этот урод может сделать со мной что захочет, а фантазия у него явно вся извращенная. – Не прикасайся ко мне, ты мерзкий противный …!

Мартин некоторое время смотрел за моими безуспешными попытками к бегству, но в какой-то момент его это разозлило, и он со всего размаху ударил меня ладонью по лицу.

– Так все, тащите ее в комнату! – голос Мартина как приговор прозвучал в тишине комнаты, а я почувствовала во рту солоноватый привкус крови.

Все девушки с ужасом наблюдали за развернувшейся картиной, прижавшись еще ближе друг к другу, хотя казалось бы ближе уже и быть не может. Мартин устроил для них хорошее показательное выступление со мной в главной роли. Можно сказать наглядно продемонстрировал, что будет с той, которая посмеет ему перечить.

Больше не говоря ни слова, он развернулся и направился прочь из комнаты. Двое парней потащили меня за ним. Именно потащили, потому что я совсем не перебирала ногами в надежде хоть как-то отсрочить неизбежное.

Выйдя из главного зала, мы свернули по коридору направо и вошли в просторную, но практически пустую комнату. Из мебели здесь был только старый диван и письменный стол.

– На стол ее и держите, – скомандовал Мартин, неотрывно смотря в нашу сторону.

Меня грубым толчком опустили спиной на стол, скрутив руки за головой и придерживая ноги. В такой позе, скрюченного радикулитом кузнечика, я не могла встать, не могла пошевелиться, даже говорить и то было тяжело. Страх окутывал все тело, такой липкий и большой, что его уже невозможно прогнать. Я попала! Как никогда в жизни, попала!

– Ну и что теперь скажешь? – Мартин подошел к столу и всем весом навалился на меня.

Страх, боль, отвращение – все смешалось в один большой тугой узел. Но «хозяину» было мало этого, он хотел испытать весь комплекс удовольствия в издевательстве над своей жертвой. Он потянулся вниз и обеими руками начал энергично облапывать зад и бедра, чуть ли не хрюкая от удовольствия. Двое парней все так же удерживали меня на столе, пока Мартин трогал меня своими грязными руками и пускал слюни, предвкушая продолжение.

Когда его руки потянулись к застежке на джинсах, в дверь вбежал парень и запыхавшимся голосом произнес:

– Хозяин, к вам идет Кристоф Берн!

– Черт! – Мартин выругался и лениво слез с меня. – Где он?

– Его машину видели около аллеи, вероятней всего он уже приближается к дому.

–Вот же черт! Этот ублюдок, как чувствует! Всегда не вовремя!– он снова выругался, но взяв себя в руки, отдал новый приказ, – Скажи дворецкому, что я его ожидаю.

– Хорошо, – с этими словами парень развернулся и выбежал из комнаты.

– А вы что стоите? – заорал Мартин на двоих парней, которые и не думали меня выпускать. – Тащите ее обратно!

Подняв на ноги, словно мешок с картошкой, они потащили меня обратно и бросили в дальний угол, как ненужную вещь. Все девушки жалостливо посмотрели в мою сторону, видимо предполагая самое худшее, что могло случиться. Но пока мне повезло, к сожалению, везение никогда не длится долго…

Мартин вернулся через несколько секунд, и уселся обратно в кресло ожидать своего гостя, которому, как оказалось, здесь совсем не рады.

Ждать долго не пришлось, в следующее мгновение двери распахнулись, и в зал вошел высокий мужчина. Он был совершенно не похож на Мартина. Гладко зачесанные назад белые волосы, светлая кожа, хорошая и чистая одежда. Он обвел хмурым взглядом зал и чуть сморщился, словно ему было ужасно неприятно здесь находиться.

– О, наконец-то! – Мартин встал из своего кресла и приветливо раскинул руки в стороны. – Как тебе мои красотки?

Мужчина, который вероятней всего и есть Кристоф, посмотрел на него.

– Грязные, – бесстрастный голос заставил поежиться.

– Да брось ты, на некоторых можно поднять неплохие деньги, – «хозяин» отмахнулся от него и, усмехнувшись, показал своим толстым пальцем в мою сторону. – Вон та рыжая хорошенькая, если будет стараться, оставлю ее себе.

Холодные серые глаза Кристофа в упор посмотрели на меня. Я тут же отвернулась в сторону, не подавая вида, что все время подслушивала разговор. Кто этот мужчина? Может, стоит попросить у него помощи? Хотя если Мартин знает его, по-любому, этот человек тоже замешан в продаже девушек.

Возмущенный вскрик «хозяина» заставил снова посмотреть в их сторону:

– Что? Ты же не возишься с таким товаром!

Смерив его недобрым взглядом, Кристоф ответил:

– Тебя это не касается. Выпиши мне счет, и закончим на этом.

А дальше случилось невероятное. Задержав на мне взгляд, Кристоф уверенной походкой двинулся вперед и, подойдя вплотную, опустился передо мной на корточки. Такие холодные и бесцветные серые глаза… это жутко…

– Я Кристоф, – представился он, улыбнувшись уголками рта. Хотя это скорее была ухмылка.

– Я знаю, – от растерянности я ляпнула не то, что хотела.

– Странно, – Кристоф удивленно склонил на бок голову, а подсознание мне подсказывало, что удивило его вовсе не то, что я его знаю, а то, что так слаженно говорю на немецком языке.

– Я Ангелина.

Он с жалостью и одновременно с отвращением посмотрел на меня и, обернувшись, спросил у Мартина:

– Ее били, что ли?

– Ну так это, проучили слегка.

Кристоф снова повернулся ко мне и, достав небольшой платок, осторожно вытер с лица кровавые подтеки. В сложившейся ситуации он казался таким добрым и ласковым, что умоляющий шепот сам сорвался с губ:

– Пожалуйста, помоги мне…

Над моими словами Кристоф неожиданно рассмеялся:

– Ты просишь у меня помощи, когда все остальные просят пощады, это весьма забавно.

Я не понимала, что его развеселило, поэтому повторила снова:

– Пожалуйста…

– Хочешь поехать со мной? – что-то в его тоне настораживало, не может все быть так хорошо.

– Да.

Он нахмурился и, взглянув на меня еще раз, поднялся на ноги.

– Тогда пошли.

Придерживая майку, я встала и тут же покачнувшись, потеряла равновесие. Голова закружилась, а тело онемело и перестало слушаться. Мужская рука схватила меня, не давая упасть обратно. Кристоф подождал, когда я смогу сама идти и только тогда отпустил.

– Как выпишешь мне чек, позвони, – он достал из кармана визитку и кинул ее под ноги Мартину. – На счет работы тоже звони, сегодня я передумал с тобой договариваться.

– Но как?! – Мартин удивленно заверещал, – Мы с тобой договаривались еще два месяца назад, а ты только сегодня соизволил прийти и то, не предупредив меня, а мог хотя бы…

Договорить ему не дали. Тонкий, но длинный ствол пистолета был приставлен к его голове. Мартин испуганно замер и даже задержал дыхание.

– Еще раз пикнешь, твоя домработница будет соскребать мозги со стен.

После этих слов, Кристоф убрал оружие за пояс и, повернувшись ко мне, приказал:

– Пошли.

Не имея возражений, я двинулась за ним, оставляя позади весь этот проклятый дом, несостоявшегося «хозяина» и бедных девушек.

Глава 3.

По аллее мы шли в гробовом молчании, Кристоф не говорил ни слова, только изредка смотрел в мою сторону, проверяя не отстала ли я. Когда деревья начали редеть, мы вышли на небольшую парковку и направились к одной единственной припаркованной машине.

Хотя это была не машина, а гигантский черный монстр. Мой брат несколько лет назад просто бредил этой машиной, но, учитывая высокую стоимость, наша семья не могла себе этого позволить.

– Стой, – Кристоф открыл заднюю дверь и, сняв с себя пиджак, всунул мне его в руки, – используешь его, как тряпку и, не дай бог, испоганишь мне салон.

– Мне сесть на твой пиджак? – неуверенно переспросила я, осматривая явно новую и дорогую вещь.

– Либо так, либо побежишь около машины, как собака, – он недовольно поморщился и, не оборачиваясь, сел за руль и только потом невзначай сказал, – хотя второй вариант меня привлекает больше.

Я забралась в салон, и как только захлопнула за собой дверь, машина тронулась. Кристоф настроил зеркало заднего вида так, чтобы меня было видно, и начал свой допрос:

– Откуда ты такая?

– Из России, – я смотрела в окно на различные вывески элитных бутиков и дорогих ресторанов, если до этого момента еще были сомнения, то теперь их просто нет. Я в Германии.

– Как ты оказалась у Мартина? – он посмотрел в зеркало и прищурил глаза, от этого его взгляд стал более хищным.

– Я сама не знаю...

– Ты пришла к нему?

– Нет, я…

– Решила подзаработать своим телом?

– Я же говорю…

– Интеллектуальный труд – это не твоя стезя?

– Нет. Меня…, – Кристоф не давал вставить слова, напирая своими вопросами снова и снова.

– Или ты сейчас расскажешь жалостливую историю про больную маму, из-за которой ты пошла на такую работу?

– Меня похитили, я даже не помню, как перелетела через границу, – на одном дыхании выпалила я, стараясь сказать как можно быстрее, прежде чем меня перебьют.

– Слабо верится, – констатировал Кристоф и снова посмотрел на меня. – Откуда так хорошо знаешь язык?

– Училась долго, – я поежилась от холода и постаралась сжаться в комочек.

Куда мы едем? Кто этот человек на черном Хаммере и с пистолетом на поясе? Что теперь со мной будет? Череда мыслей не давали отвлечься даже на секунду, а внимательный взгляд только подливал масло в огонь.

– Хорошо научилась, – и вроде бы похвала, но сказано с такой интонацией, словно я совершила самое ужасное в мире преступление. – Ты старовата для проститутки, не находишь?

– Мне двадцать пять, – не раздумывая, сказала я.

Он усмехнулся и сильнее вдавил педаль газа.

– Можно считать, что у тебя уже пик карьеры.

– Я не проститутка.

– Ага, сказала девчонка, которую я десять минут назад выкупил в борделе.

Я отвернулась к окну и закрыла глаза. За что мне все это? Этот Кристоф определенно не везет меня в полицию или в посольство…

– Что успела подцепить?

Я открыла глаза и непонимающе уставилась на него. Он поморщился от моей несообразительности, но все же снизошел до объяснений:

– Сколько человек тебя успело оприходовать?

– Что? – я возмущенно вздохнула, подавив в себе желание, закрыть глаза руками и больше ничего не видеть. Я так устала…

– Я тихо говорю? – он взглянул на меня в зеркало и специально громко спросил, – Под сколькими мужиками ты успела полежать до моего приезда?

– Я не под кем не лежала!

– Но проверить тебя все же стоит, – не поверил мне Кристоф.

А я вдруг вспомнила очень важную вещь, которая просто вылетела у меня из головы.

–Мой паспорт! – я прикрыла рот ладонью, понимая, что нахожусь в чужой стране без денег, без одежды и без документов.

– Что паспорт?

– Он остался у него, как я буду без паспорта… я же даже билет не смогу купить.

Я ожидала любой реакции, даже надеялась, что мы сейчас развернемся и вернем мои документы, но Кристоф превзошел самого себя. Он сильнее сжал руль и рассмеялся во весь голос. Только вот весело совсем не было, а после его слов стало только хуже:

– Тебе придется забыть о возвращении домой. От этого смазливого Мартина был шанс откупиться или отработать. У меня такого шанса не будет. Теперь ты будешь делать так, как захочу я.

– Куда мы едем? – после его слов, я все же осмелилась задать мучавший меня вопрос.

– Тебя это не должно интересовать. Просто сиди и старайся как можно меньше заляпать мой салон.

Больше я ничего не говорила, а он не спрашивал. Отвернувшись к окну, я погрузилась в дремоту, а через пару минут и вовсе заснула. Непрекращающийся стресс, боль и обида камнем упали на мое сознание, надавливая все сильнее и сильнее.

– Приехали, – холодный голос, словно ушат с ледяной водой, разбудил меня. – Давай вылезай из машины.

Стряхнув сонное оцепенение, я открыла дверь и выбралась наружу. Мы въехали на закрытую территорию, огражденную двухметровым железным забором. По центру стоял одноэтажный домик, не сказать, что большой, но достаточно внушительных размеров. Вот это точно, «мой дом – моя крепость».

Поставив машину на сигнализацию, Кристоф прошел вперед, открывая ворота:

– Заходи.

Я послушно пошла в указанном направлении. У меня все равно нет выбора, а так хоть переночую в тепле.

Внутри дом оказался, на удивление, светлым и просторным. Высокие навесные потолки, мягкие ковры и красивые картины. Чем бы Кристоф не занимался, он хорошо обеспечен.

– Держи, – мне в руки всунули большое полотенце.

– Зачем?

– Иди мойся, после борделя от тебя воняет страхом и похотью.

С этими словами он впихнул меня в одну из комнат, которая оказалась ванной. Немного постояла на месте, переминаясь с ноги на ногу, все никак не решаясь раздеться. Но шаги Кристофа стихли, вероятней всего он просто ушел в другую комнату.

Через пару минут я стояла под горячими струями воды, пытаясь смыть с себя все: пот, страх, смрад этого Мартина. Единственное что не получалось с себя смыть – это чувство обреченности. Где-то внутри моего подсознания было четкое понимание неизбежного. У меня нет пути назад и неизвестно, сколько мне осталось жить. Да, этот Кристоф забрал меня из того ужасного места, но это совсем не означает, что он хороший человек. Пока все его поведение говорит об обратном.

Пока я мылась, дверь в ванную открылась и только благодаря плотной синей шторке, Кристоф не смог разглядеть меня голую.

– Переоденешься в чистые вещи, твои я выкинул.

– Х… хорошо, – голос невольно вздрогнул, когда я заметила, что его тень не двигается, а продолжает все так же стоять по ту сторону шторки. – Что-то еще?

– Нет.

Я вдруг почувствовала себя такой беспомощной и совершенно неспособной к сопротивлению. Его голос, внешний вид и манера держаться пугали меня. Никогда в жизни я не встречала такого человека, который не сказав ни слова может напугать до чертиков.

– Знаешь, что я подумал? – Кристоф неожиданно заговорил, все так же продолжая стоять напротив меня, скрываемый одной маленькой перегородкой.

– Что? – я невольно отступила назад к самой стене и вжалась в нее со всей силы. Горячая вода все так же стекала по моему телу, но даже если бы в одно мгновение она стала ледяной – я бы не почувствовала перемен, настолько сильно я была сконцентрирована на человеке напротив.

– Раз уж ты будешь жить в моем доме, то мне больше нет надобности нанимать горничную.

– Ты хочешь, чтобы я убиралась? – такому предложению я даже обрадовалась, убираться лучше, чем работать в борделе. Тем более есть вероятность, что смогу накопить достаточно денег на билет домой.

– Убиралась, готовила, ухаживала за садом и никого не пускала, когда меня нет, – он выдержал короткую паузу, но потом добавил, – и естественно, будешь ублажать меня, в том случае, если не будет времени найти кого-то достойнее тебя.

Вот и все! Нервы у меня не выдержали, а последние слова и вовсе добили разрушавшееся самомнение. Я сползла по стене, чувствуя узорчатую плитку спиной, и сев на корточки, закрыла лицо руками. Горячая вода капала на мое лицо, переплетаясь со слезами, и стекала вниз. Я не выдержу… только не это. Не смогу так жить, находясь фактически в рабстве жестокого человека. Ненавижу!

– Если ты не выйдешь через пять минут, я вытащу тебя силой, – предупредил Кристоф, выходя из ванной и оставляя меня одну.

Слезы никак не желали останавливаться, чтобы я не делала, они одна за другой скатывались по моим щекам, падая на грудь. Сделав пару тяжелых вздохов, я вылезла из ванной, обтеревшись большим полотенцем.

Из предлагаемой одежды были широкие мужские шорты и такая же широкая безразмерная майка. Недолго думая натянула все это на себя и, открыв дверь, вышла в коридор.

– Хреново выглядишь, – Кристоф смотрел на меня, сложив руки на груди.

Я пожала плечами, ну да, выгляжу я действительно не очень. Все лицо разодрано еще об асфальт на парковке, но теперь к этому добавилась пара кровавых синяков и спутанные волосы.

– Есть хочешь?

– Хочу, – тихо ответила я и тяжело вздохнула. Сколько же времени я не ела?

Еще раз недовольно посмотрев на меня, он прошел вперед на кухню.

– Садись.

Я села на высокий стул, прилегающий к небольшому столику, и передо мной сразу же опустили тарелку с какой-то непонятной кашей.

– Что это? – не удержалась от вопроса.

– Ешь, – он не стал отвечать, просто вышел из кухни, оставив меня в одиночестве.

Неуверенно поковыряв вилкой в предложенной еде, попробовала немножко. Хм, ну вроде съедобно, даже где-то вкусно.

Когда закончила с едой, слезла со стула и вымыла за собой тарелку. Куда ставить чистую посуду я не нашла, поэтому просто оставила ее на столе.

– Наелась? – Кристофа я нашла в зале, он вальяжно улегся на диване и бездумно переключал каналы.

– Да, спасибо, – он продолжал лежать, не обращая на меня внимания, и я решила задать свой основной вопрос, – Кристоф, можно тебя кое о чем попросить?

На секунду его выражение лица изменилось, словно он услышал вопрос, который до этого ему никто не задавал.

– Что ты хочешь? – он заинтересованно взглянул на меня, выключив телевизор.

Я громко сглотнула и как можно увереннее попросила:

– Мне нужно позвонить маме и брату.

– И что ты хочешь от меня? – он усмехнулся и сделал вид, что на самом деле не понимает.

– Телефон.

– Ну допустим я дам тебе позвонить, но что я получу взамен?

¬– У меня ничего нет.

– Нет, так нет, – он снова включил телевизор и отвернулся от меня, потеряв интерес.

Я осталась стоять около него, решая, что можно предпринять дальше, но в голову ничего не приходило. У меня нет денег, украшений, документов – ничего, что я могу ему предложить. Но мне нужно позвонить маме! Господи, да она не переживет, если узнает что со мной случилось!

– Ну хорошо, – раздраженно вздохнул Кристоф и, потянувшись сел на диван, – Иди сюда.

– Зачем? – я не то, что не пошла к нему, я еще и на шаг отступила.

– Тебе нужен телефон или нет?

– Нужен.

– Тогда либо ты идешь сюда, либо от меня ты никогда не получишь средство связи.

Я поежилась перед таким ультиматумом, но двинулась к нему и села на краешек дивана.

– Э нет, – весело сказал Кристоф и, дернув меня за руку, усадил на пол прямо себе между ног.

– Что ты делаешь? – я дернулась, стараясь встать, но Кристоф снова нажал на плечи, вынуждая сесть обратно.

– Я ничего не делаю, а вот ты сейчас будешь отрабатывать телефон. За все нужно платить в этом мире.

– Отпусти меня! Я не хочу! Не хочу! – ногтями я вцепилась ему в руку вынуждая ослабить хватку и выпустить меня, но все попытки были бесполезными.

Грубым рывком Кристоф схватил меня за волосы и потянул вверх, так что мое лицо оказалось на уровне его паха. Я взвизгнула от боли и из глаз брызнули слезы.

– Либо отрабатываешь, либо остаешься без связи, – обманчиво мягко сказал он.

– Отпусти! – простонала я, чувствуя бесполезность своих попыток вырваться.

Кристоф нахмурился и, оттолкнув меня от себя, словно я была чем-то ужасно неприятным, пренебрежительно сказал:

– Тогда не проси у меня ничего.

От его толчка я упала на лопатки, чувствуя себя полным ничтожеством. И это с ним мне предстоит жить? Я точно не выдержу…

– Иди отсюда, спать будешь на кухне, – сказал Кристоф и снова лег на диван.

– Кристоф, прошу тебя…

– Пошла вон! – он нахмурился еще больше и, посмотрев на меня, вкрадчиво посоветовал, – Либо ты остаешься и делаешь, что я говорю, либо ползи в свою нору.

– Мне очень надо позвонить, – я жалобно всхлипнула и попыталась найти в нем хоть капельку понимания, но так и не нашла.

– Это не мои проблемы.

Я смотрела, как он равнодушно переключает каналы и делает вид, что не замечает моего присутствия, словно все хорошо, и мы так сидим каждый вечер. От этого становилось необъяснимо жутко…

Встав с пола, медленно вышла из комнаты и вернулась на кухню. Из мебели здесь был небольшой столик, встроенные кухонные шкафы и два высоких стула. А что ты хотела, Ангелина? Двуспальную кровать и шелковые простыни? Об этом теперь можно просто забыть. Так как другого выбора мне не предоставили, села на пол, прижавшись спиной к батарее. Жестко и неудобно, ну хотя бы тепло.

В сон погрузилась моментально, стоило закрыть глаза, даже такая сверх неудобная поза мне не помешала.

Глава 4.

Из нервного сна меня вырвал резкий неприятный звук. Подскочив на месте, я не сразу поняла, что происходит, но уже через мгновение звук снова повторился. Звонок в дверь. Кто-то пришел к Кристофу, вроде бы ничего необычного, у него же могут быть друзья. Хотя друзья не приходят в три часа ночи, а сейчас как раз было три двадцать. За окном темнота, в доме кстати тоже нет ни единого источника света, все выключено.

«Дзын-дзын»

Настойчивый звонок снова повторился, но никто не торопился открывать. Я привстала на носочки и высунулась в окно. Ничего не видно, слишком темно. Хотя… на входе около забора маячили несколько человек и…

Кто-то сзади резко схватил меня и потащил вглубь комнаты. От страха я закричала, но на деле вышел сдавленный писк, так как человек закрыл мне рот рукой.

– Что ты орешь, дура? – голос Кристофа я узнала сразу, но от этого сердце не перестало биться тише.

«Дзын-дзын-дзын»

Как только мы оказались в центральной комнате, снова раздался звонок еще более настойчивый, чем был до этого. Кристоф выпустил меня и сразу приложил палец к губам, призывая к молчанию.

– Не ори, – на всякий случай предупредил он и всунул мне в руки какую-то кожаную черную куртку. – Одевай.

– Что это?

– Акваланг твою мать! Сейчас нырять поедем! Не беси меня, просто одевайся! – процедил он сквозь зубы, а я только сейчас заметила, как он выглядит.

Весь в черной перепачканной в грязи одежде, нижняя губа разбита и сейчас с нее стекает маленькая струйка крови. Что происходит?

– Пошли, – как только я надела предложенную им куртку, которая оказалась на несколько размеров больше моего, он схватил меня за руку и потащил за собой.

Пройдя через коридор, мы вышли в самую дальнюю часть дома и оказались в совершенно пустой комнате, ну если не считать плотно закрытого окна.

– Умеешь водить? – спросил Кристоф, открывая окно.

– Нет.

– Отлично, тогда будешь стрелять, – с этими словами он протянул мне небольшой пистолет.

– Что? Я… я не умею…

– Снимаешь с предохранителя и стреляешь, все просто, в процессе научишься, – не церемонясь и не собираясь разбираться, Кристоф засунул мне пистолет в один из карманов куртки.

– Что случилось? – дрожащим голосом спросила я, когда он вылез через окно и протянул мне руку.

– Все отлично, а почему ты спрашиваешь? – усмехнулся он, оглядываясь по сторонам.

Его голос был достаточно спокоен, но глаза бегали из стороны в сторону, словно выискивая какую-то опасность. Но опасность выследила нас быстрее.

– Кристоф! – высокий мужчина, скрытый в тени ночи, вышел из-за угла и остановился в нескольких шагах от нас, направляя в нашу сторону ружье.

Я не успела даже моргнуть, да что там моргнуть, я испугаться толком не успела. Как в одно движение Кристоф достал короткоствольный автомат и, не прицеливаясь, выстрелил в сторону мужчины.

Остался он жив или нет, я не поняла, так как Кристоф сразу потянул меня за собой и как только мы выбежали во двор, он затолкнул меня на переднее сиденье в какую-то машину.

– Пристегнись, – приказал он и уже через пару секунд мы тронулись с места, мчась на максимально бешеной скорости.

Меня тут же вжало в сиденье, мотая из стороны в сторону на резких поворотах. Паника постепенно охватывала все тело, одно неловкое движение и мы разобьемся. Я повернулась в сторону Кристофа, он спокойно наблюдал за дорогой, но его напряжение выдавали руки, которыми он со всей силы вцепился в руль, да так что костяшки пальцев побелели.

Господи, как же мне все это не нравится. Уже без объяснений понятно, что я попала в эпицентр крутых разборок криминального характера. Так и знала, что с Кристофом что-то не так!

Пока я в панике смотрела за каждым его движением, не заметила, как нам перегородил дорогу белый фургон.

– Пригнись, дура! – прикрикнул Кристоф, быстрым движением отстегивая меня от сиденья.

Подчинившись ему, тут же нырнула под сиденье на коврик и все… Последнее, что я увидела, как Кристоф успел пригнуться прежде, чем послышались звуки стрельбы по нашей машине. Звон разбитого стекла, визг тормозов, непрекращающиеся выстрелы, и машину на полной скорости сносит на обочину.

Чудом не перевернувшись, машина затормозила, скатившись в небольшой кювет.

– Из машины быстро! – и стоило мне только открыть дверь, как по нам снова открыли очередь из пуль.

Тяжело дыша, я выбралась наружу. Через пару секунд ко мне подполз Кристоф и, скрывшись за машиной, пустил в нападающих небольшую очередь.

Я как можно сильнее вжалась в дверцу машины, чуть не продавив ее вовнутрь. Сердце бешено колотилось в висках, по лицу катились слезы, а руки предательски дрожали.

– Да черт, их шестеро! – заорал Кристоф, а я не сразу поняла, что он держит в руках телефон. – На северном шоссе при выезде! Держу пари, что это Диллан, только…

Договорить ему не дали, снова послышались выстрелы, которые перекрыли все остальные звуки.

– Как можно быстрее! – на этих словах он убрал телефон и повернулся ко мне.

– Кристоф, мы умрем, да? – я судорожно дышала, стараясь сдержать подступающую истерику.

– К нам едут мои люди, надо просто немного подождать.

Он больше не говорил ни слова, просто вступил с нападавшими в перестрелку, изредка прячась за машиной, чтобы перезарядить оружие. Я в ужасе смотрела за происходящим, все щеки и воротник уже давно намокли от слез. Мы находились на волоске от смерти. Неверный шаг или неверное движение – ты труп и никто не будет тебя оплакивать.

Через пару минут бестолковой перестрелки стало очевидно, что Кристоф проигрывает, а нападающие подходят все ближе и ближе. Но все стало только хуже, когда я заметила подъезжающий внедорожник с другой стороны и это точно были не люди Кристофа. Как только они подъехали на достаточно близкое расстояние, по нам открыли огонь. И только благодаря машине, мы были наполовину скрыты от их выстрелов.

Тело била крупная дрожь, руки тряслись, из глаз катились слезы, но это не помешало мне достать из своей куртки пистолет. Кристоф не справится, и мы умрем… а так я хоть смогу отвлечь внимание.

Я приподнялась и высунула голову из-за машины. Тут же в мою сторону понеслась волна нескончаемых выстрелов.

– Башку целиком не высовывай, мозги потом не соберешь, – увидев что я собираюсь делать, предупредил Кристоф, – снимай с предохранителя и целься. Давай детка, я верю в тебя!

Повторив за Кристофом движения, я выставила руку на крышу машины, а сама пригнулась, не подставляя голову. В таком положении было ужасно неудобно, руки тут же затекли, но зато я смогла видеть происходящее на дороге. Нападавших было шестеро, плюс еще трое из внедорожника, и они были очень близко, ну очень близко.

Прицелившись в одного из них, щелкнула предохранителем и несколько раз выстрелила. Естественно, я промазала и даже рядом не попала, зато противники слегка спасовали, не ожидая подкрепления. Прицелившись еще раз, моя пуля просвистела рядом с головой у одного из нападавших. Тот с перепуга ринулся вперед, и его тут же настигла очередь из автомата Кристофа. Минус один!

Но противники больше не мешкали, а наоборот. Один из них уверенно двинулся к нашей машине, заходя с моей стороны. Я выстрелила и промазала. В ответ в меня пустили очередь с другой стороны, но стоило мне обернуться, как увидела оседающий на землю труп с дыркой в голове. Мысль, что меня прикрывает Кристоф, немного подбодрила

На секунду все прекратилось и наступило какое-то странное затишье. Такое затишье, которое обычно бывает перед бурей.

– Выходи Кристоф, ты все равно проиграешь! – послышался голос с той стороны дороги.

Я испуганно взглянула на Кристофа. Он прижался к дверце машины и тяжело дышал. Видимо в одиночку удерживать такое количество нападающих было не просто.

– Ты в своем репертуаре Диллан! – крикнул он в ответ. – Нападать на меня дома, да еще и на спящего, верх героизма.

Под очередной автоматной дрожью я вся сжалась, слыша свое собственное сердцебиение где-то в ушах.

Не собираясь ждать над нами расправы, Кристоф вернулся в исходное положение, целясь в нападающих. Я последовала его примеру и тоже встала.

Сколько по времени продолжалась перестрелка, я не знаю. Может пять минут, а может пятнадцать. Страх покрыл все тело какой-то пеленой и время словно остановилось.

Я заметила подобравшегося совсем близко мужчину и, не раздумывая прицелилась в него. Выстрел – и он упал с ранением в ногу. Выстрелив второй раз, я его добила. Зацепив еще пару человек энергично выскакивающих из фургона, пули в пистолете закончились, а с двух сторон нам навстречу неслись черные иномарки.

Потянув меня за руку, Кристоф опустился на землю. И все… на этом все закончилось. Десять секунд шла сумасшедшая перестрелка с подъехавшими людьми, но она быстро закончилась и выстрелы прекратились. В наступившей тишине слышались только мои всхлипы и шмыганье носом. Я сильная, я со всем справлюсь! Но это тот предел, который не сможет выдержать ни один нормальный человек.

Обхватив колени руками, и не выпуская пустой пистолет, я сидела и рыдала, смотря стеклянными глазами куда-то в пустоту.

– Кто это? – какие-то люди подошли к Кристофу и непонимающе смотрели на истеричную девчонку, прижимающуюся к спустившемуся колесу машины. – Похоже у нее шок.

– Лина, отдай мне оружие, – попросил Кристоф и разжал мои негнущиеся пальцы. – Вот так, молодец.

С этими словами он поднял меня на руки и понес прочь от изрешеченной машины. Я вцепилась в него руками и зарыдала еще сильнее. Мне плевать, что обо мне подумают те люди, я только что убила нескольких человек и сама чуть не умерла!

Пройдя пару метров, Кристоф опустил меня на багажник одной из тех черных иномарок и сел рядом, стараясь отдышаться.

– Тебе может воды? – спросил у него один из мужчин.

– Что покрепче есть?

– Есть коньяк, – ответил кто-то другой и уже в следующее мгновение ему протянули флягу.

Отпив пару глотков, он протянул флягу мне и приказал:

– Пей.

– Что это? – тихо спросила я и снова всхлипнула.

– Коньяк.

– Я не хочу коньяк.

Но меня никто не спрашивал, Кристоф поднес флягу к самому рту и легонько надавил.

– Выпей! – с нажимом сказал он.

Я послушно сделала большой глоток и тут же закашлявшись, выплюнула все обратно. Проследив за моими манипуляциями, Кристоф снова поднес флягу.

– Маленькими глоточками. Маленькими.

Только когда я сделала шесть маленьких глотков, он отдал коньяк обратно.

– У нее странный акцент, – констатировал один из мужчин.

– Я забрал ее у Мартина, – просветил их Кристоф.

– Ты сюда шлюху что ли притащил? – возмутился один из них.

– Да ты посмотри на нее, – Кристоф махнул на меня рукой, – какая из нее шлюха.

– Ну в принципе да…

Я слушала их в пол-уха, крутя в голове одно и тоже: я убила человека, а еще нескольких ранила. И эта мысль поедала меня изнутри. Не в силах это терпеть, я повернулась к Кристофу и потянула его за рукав.

– Кристоф, меня теперь посадят?

– В смысле? – не понял он, нахмурив брови.

– Я же человека убила, – по моему лицу снова покатились слезы, а вот все вокруг не разделили моей печали и самым бестактным образом рассмеялись.

– Никто тебя не посадит, успокойся.

– Но как же, – я непонимающе уставилась на него.

Он тяжело вздохнул и поднялся с багажника.

– Ну что мужики, по коням?

После его слов несколько человек развернулись и стали рассаживаться по машинам, остальные пошли к фургону.

– Как тебе ночка? – усмехнувшись спросил у меня Кристоф и, подняв на руки, понес в салон одной из машин.

Мы ехали еще с двумя мужчинами, которые разговаривали о каком-то Диллане и всяких криминальных вещах, явно не предназначенных для моих ушей.

Кристоф сел со мной назад и всю дорогу прижимал к своему разгоряченному телу и я была ему благодарна за такую неожиданную поддержку.

Глава 5.

Как только машина остановилась, все вышли наружу и направились к дому Кристофа. Я устало плелась за ними, еле переставляя ноги и ощущая внутри огромную дыру, которая пожирала меня каждую секунду.

– Никого нет, – оповестил один из мужчин, которого как выяснилось, зовут Айзек.

Причем этот Айзек был старше всех и на волосах у него уже проступили признаки седины. На вид ему лет сорок, а может и около пятидесяти. Но, тем не менее, он единственный, кто общается с Кристофом на равных.

– Было бы странно, если какой-то придурок решил остаться, – раздумчиво протянул Кристоф, присев на диван.

Я осталась стоять на пороге, не зная куда податься. Думаю, никто не обрадуется, если я сяду рядом с ними и буду слушать о криминальных делах. Но на кухню после всего случившегося идти совершенно не хотелось.

Увидев мое смятение, Кристоф сказал:

– Иди спать, Лина.

– Мне страшно, – честно призналась я.

– А нам нужно все обсудить и ты будешь только мешать.

– Но…

– Уйди!

Я поджала губы и развернулась, собираясь вернуться на кухню к теплой батарее, но Кристоф окликнул меня.

– Ангелина, иди в мою комнату. Спи там, я все равно не знаю, когда освобожусь.

Я неуверенно кивнула, пытаясь вспомнить, где его комната.

– По коридору направо, – подсказал он, правильно поняв мой немой вопрос.

– Спасибо, – тихо прошептала я и пулей выбежала из комнаты.

Вскоре я уже лежала в огромной теплой кровати, свернувшись клубочком. Тусклый рассвет пробивался из-за неплотно закрытых штор и освещал мое лицо, по которому, не прекращая, текли слезы.

В совершенно чужой для меня комнате я пролежала больше часа, но сон все так и не наступал. Каждую минуту сознание возвращалось в ужасную перестрелку на дороге. Я убила человека, а возможно и не одного… От этих мыслей становилось еще хуже.

Я вздрогнула, когда почувствовала, как за моей спиной прогибается матрас под тяжестью мужского тела.

– Не спится? – спросил Кристоф.

Я отрицательно покачала головой, все так же бессмысленно смотря в одну точку.

– Не переживай, там сейчас все зачистят. Кроме нас об этом никто не узнает, – равнодушие в его голосе полоснуло по нервам.

– Я их убила, – негромко сказала и тут же закусила губу.

– Глупая. Ты хотела, чтобы нас убили?

–Нет.

– Тогда расслабься, все хорошо.

Сильная рука обняла меня и притянула к твердой груди. Ощущая спиной стальные мышцы, я начала потихоньку успокаиваться. Находясь к нему так близко, да тем более в его объятиях, чувствовала себя в какой-то безопасности. Через пару минут я уже погрузилась в сон.

Из сна я вынырнула резко от громких звуков. По комнате кто-то ходил, раздраженно чертыхаясь. Заметив мое пробуждение, хриплый нервный голос протянул:

– О, какая прелесть, и ты проснулась.

Открыв глаза, я уставилась перед собой. Кристоф в домашних штанах стоял возле кровати, сложив на груди руки.

– Вставай, – приказал он требовательным тоном и слегка нахмурился.

– Что-то случилось? – сонно сказала я, не совсем соображая, с кем я разговариваю и где нахожусь.

– Случилось, – Кристоф нахмурился еще сильнее. – Шлюха спит в моей кровати.

– Но я…

– Встань! – закричал он и прищурил глаза, выражая свое недовольство.

От его голоса я вздрогнула и вскочила на ноги, при этом отойдя на максимально безопасное расстояние.

Я не понимаю! Почему он так со мной разговаривает?

– Кристоф, я… я что-то не так сделала?

Я непонимающе посмотрела на него. Он поджал губы и чуть наклонил голову набок. От этого его движения стало жутко не по себе, и я еще отошла на пару шагов назад, пока не наткнулась на стену.

– Боишься? – усмехнувшись, спросил он.

– Боюсь, – призналась я и насторожилась, готовая в любой момент сорваться с места и бежать.

Вот только бежать некуда. Можно конечно попытаться спрятаться на кухне или в кладовке, но это вообще не вариант – будет только хуже.

– У меня чертовски хреновое настроение, – выдохнул он. – Вот думаю, как его исправить.

«Надеюсь, ты справишься без меня!» – подумала я про себя, а сама сделала шажок в сторону выхода.

– А еще ты здесь! – Кристоф с ненавистью посмотрел на меня, словно во всех его бедах был виноват один единственный человек – я.

– Я ничего…

– Нахрена я вообще тебя взял! – сказал он, страдальчески подняв голову к потолку. – Спокойно не живется, все время надо делать какую-нибудь хрень, а потом жалеть.

Я не удержалась и возразила:

– Зачем ты тогда меня сюда привез? Может, просто отпустишь или отвезешь в полицию?

После моих слов, Кристоф снова посмотрел на меня, а мне вдруг расхотелось что-то еще говорить, уж очень красноречивый у него взгляд.

– Знаешь, ты пожалуй права. Порекомендую-ка я тебя кому-нибудь из своих знакомых.

Вот на этом моменте нужно было замолчать и притвориться невидимой тенью, но нет! Что-то опять меня дернуло за язык!

– Я тебя просила помочь, а не запирать меня в доме и уж тем более не просила втягивать в перестрелку, в которой меня чуть не убили. Почему просто нельзя было меня отпустить? Нет! Надо было тащить меня к...

– Беги, сука! – рявкнул он и ринулся на меня.

Взвизгнув, вывернулась из его захвата и пулей вылетела из спальни. То что, Кристоф не остался стоять на месте, я отчетливо услышала и, прибавив темп, влетела в зал.

Зал был большой, но даже в таком просторном помещении не было уголка, в котором можно было затаиться или спрятаться. Забежав за диван, я в ужасе посмотрела на Кристофа, который остановился по ту сторону и тяжело дышал, стараясь успокоиться.

Я замерла и смотрела на него, как кролик на удава. Вся его фигура излучала затаенную силу, способную придавить к земле даже самого сильного противника, что уж говорить про меня…

– Вылезай, – прошипел он сквозь зубы.

Постаравшись спрятать истерику, которая вот-вот должна начаться, вздернула голову и уверенно посмотрела ему в глаза. По крайней мере, мне казалось, что уверенно, на самом деле зрелище выглядело весьма жалким.

– Нет.

– Быстро! Вылезла.

Глаза превратились в две узкие щелки и смотрели с таким презрением и ненавистью, что хотелось разреветься и убежать, как можно дальше из этого дома.

– Кристоф, я же не виновата, что у тебя плохое настроение, – я попыталась воззвать его к разумному, прячась за спинкой дивана. – И я не хотела тебя разозлить, честно-честно.

– Сейчас ты меня злишь! А ну вылезь оттуда, иначе все закончится очень плохо, – предупредил он и отступил на шаг.

Я помедлила, не решаясь к нему выйти.. Он же меня сейчас прибьет! Но здравый смысл победил. Если останусь стоять и дальше, то он все равно меня вытащит. И неизвестно, что будет тогда.

Медленными шажками, не делая резких движений, я вылезла из своего временного укрытия и тут же снова вскрикнула. В одно движение Кристоф подошел вплотную, грубо хватая меня за волосы и оттягивая назад.

– Знаешь, что самое печальное в этой тупой ситуации? – спросил он, наклоняясь к моему лицу.

Я судорожно вцепилась ему в руку и замотала головой.

– Нет… нет я не знаю!

– Хм, – он усмехнулся. – То, что мне не хочется тебя продавать другому. Понимаешь, насколько это печально?

Он тряхнул меня за волосы с такой силой, что перед глазами все поплыло.

– Понимаешь или нет? – потребовал он ответа.

– Понимаю, – прошептала я и повисла на его руке, только бы он меня отпустил!

Выдохнув, он отшвырнул меня на диван и тут же склонился надо мной огромной несдвигаемой скалой.

– А мне кажется, ни черта ты не понимаешь, – раздраженно сказал он и рывком задрал мою майку кверху.

– Не трогай! – закричала я и закрыла руками свою грудь.

Все понятно! Сейчас он хочет разрядки и собирается для этого использовать меня. Но кто-нибудь спросит мое мнение? Спросит, хочу ли я? Видимо нет…

– Руки убери! – приказал он и, не дождавшись от меня исполнения, сам схватил их и закинул мне за голову, придерживая на одном уровне.

Вторая его рука переместилась на грудь и с силой сжала ее в ладони.

– Отпусти меня! – вопила я, пытаясь ударить его по спине ногами, но ничего не получалось. Я просто бесполезно дергалась под его телом.

– Нет.

– Пусти! Не трогай меня, отпусти! – я брыкалась изо всех сил, стараясь сделать хоть что-нибудь.

В одно мгновение рука Кристофа переместилась на мое горло и больно сжалась на нем, перекрывая кислород. Через секунду я сипло захрипела, а он прищурил глаза и склонился надо мной, чуть ли не касаясь своим лицом моего.

– Никогда! Не указывай мне! Никогда!

Он отпустил руку, а я согнувшись, насколько это позволяла такая поза, закашлялась, стараясь вдохнуть как можно больше воздуха.

Когда я пришла в себя, то больше не пыталась вырваться. Все бессмысленно.

Кристоф медленно прикоснулся к груди и снова крепко сжал. Потом так же сжал вторую. Это неприятно! Это больно!

Увидев, что я не предпринимаю попыток к бегству, он переместил ладонь на живот. Круговые движения, пронзительный изучающий взгляд. А я чувствовала только стук своего сердца и сбившееся дыхание.

– Что ты дрожишь? – неожиданно спросил Кристоф, улыбнувшись уголками губ. – Думаешь, я тебя трахну?

Я встретилась с ним взглядом, и новая дрожь появилась во всем теле. Смотря мне прямо в глаза, он не переставал улыбаться, и отрицательно покачав головой, сказал:

– Ты грязная. Пока я не буду уверен, что тебя не оприходовала толпа мужиков, мне противно тебя касаться.

Это было так унизительно, что его слова тут же приковали к месту, хуже наручников. Еще раз, окинув меня уничтожающим взглядом, он слез с дивана и вышел из зала.

А я так и лежала, сглатывая слезы и обняв плечи руками. Я не выдержу всего этого! Нужно бежать отсюда, бежать как можно быстрее.

Глава 6.

Успокоившись и взяв себя в руки, я нерешительно вышла из зала и тут же увидела Кристофа. Он сидел на кухне и, откинувшись на спинку стула, пил чай.

– Иди сюда, – приказал он, увидев, что я переминаюсь на месте.

Тяжело вздохнув, я прошла вперед и остановилась на пороге.

– Жрать хочешь? – как бы между делом спросил он.

– Да, – тихо сказала я, голос отчего-то охрип.

Кристоф внимательно на меня посмотрел и неожиданно злобно усмехнулся.

– Не нравится, значит, у меня?

Я ничего не ответила, просто молча продолжала стоять.

– Хочешь уйти? – задал очередной вопрос Кристоф.

Неожиданно даже для самой себя я твердо заявила:

– Хочу.

Глаза Кристофа на секунду потемнели, но он только еще сильнее улыбнулся и, сложив руки на груди, сказал невероятное:

– Хорошо.

– Что? – я удивленно выдохнула.

Он просто меня отпустит? Вот так просто? Что-то не вериться, где-то здесь подвох… Долго разбираться не пришлось и уже через секунду все встало на свои места:

– Сейчас сюда приедет Волкер, местный рабовладелец, и заберет тебя. Это конечно не Мартин, но в принципе ничем не отличается от…

– Не надо! – вскрикнула я и прижалась к стене.

Кристоф просто припечатал меня взглядом, заставляя замолчать.

– Не перебивай меня, – предупредил он. – Если не нравится у меня, думаю там тебе самое место.

– Кристоф, я…

– Ты никто.

– Я не хотела тебя разозлить, – поспешно сказала я.

Перспектива вернуться обратно в бордель совсем не радовала, а смотря на настрой Кристофа, он действительно может вернуть меня обратно.

– Я ведь даже ничего не сделала.

Он фыркнул и отвернулся.

– Кристоф… не отдавай меня.

Я жалостливо на него уставилась, но наткнулась лишь на безразличный взгляд, и в этот момент стало по-настоящему страшно. А когда в дверь кто-то позвонил, я вообще испуганно замерла на месте.

Не обращая на меня внимания, Кристоф прошел мимо и открыл незнакомцу дверь. А я все так же стояла в кухне и не думала шелохнуться. Что мне делать?

– Вот она, – радостно заявил Кристоф, показывая на меня пальцем.

Невысокий мужчина показался в коридоре. Темные волосы, густые брови, плотное телосложение. Не знаю чем, но он напомнил мне Мартина. Такой же… отвратительный.

– Хм… ну ничего такая, – осмотрев меня с ног до головы, констатировал незнакомец. – Но нужно посмотреть на нее, так сказать в рабочей одежде.

– Да не вопрос, – ответил Кристоф и повернулся ко мне. – Давай раздевайся.

– Нет, – четко ответила я и сильнее вжалась в стену.

– Раздевайся! – с нажимом повторил он и прищурил глаза.

Он серьезно? Он серьезно собирается меня продать? Молодец, Ангелина! Влипла, так влипла. Казалось бы, куда еще хуже, но нет же, вот получай!

– Кристоф, прошу тебя…

– Раздевайся и уматывай отсюда! – сквозь зубы прошипел он. – Зря я тебя взял, ты нахрен здесь не нужна.

Я задрожала от такой решительности. У меня был шанс, который я провалила. Шанс уйти от всех этих рабовладельцев и спокойно спрятаться за Кристофа. Пусть он один меня насилует… это еще можно пережить. Но снова оказаться в цепях под похотливым толстым мужиком… нет, нет, нет!

– Кристоф, прости меня! – прошептала я, когда он подошел совсем близко. – Я буду тебя слушаться, только не отдавай меня.

– Почему я тебе не верю? – язвительно протянул он.

– Не отдавай меня, – с надеждой сказала я.

Несколько секунд он неотрывно смотрел на меня, потом отстранился и сказал:

– Каша в холодильнике. Хотела есть? Ешь.

Больше он на меня даже не взглянул, просто прошел мимо в зал. Мужчина помедлив, тоже пошел за ним.

– Спасибо, – прошептала я, когда рядом уже никого не было.

Ноги не держали, и я устало сползла по стене вниз. Сколько я еще выдержу в этом доме? День, неделю, месяц? В конце концов, Кристоф все равно продаст меня или просто подарит какому-нибудь другу, но перед этим вдоволь поиздевается. И самое обидное, что я даже ничего не могу ему противопоставить. Он без усилий сможет изнасиловать меня, а потом переломить хребет и выбросить…

От осознания своих мыслей, я вскочила на ноги. Надо выбираться отсюда пока еще не поздно! Кто знает, что завтра придет этому психу в голову?

Я украдкой прошла мимо зала. Кристоф и его гость стояли над столом и что-то спорно обсуждали. На меня никто не обратил внимания, и я успешно добралась до выхода. Надежды на то, что дверь открыта почти не было, но попытаться все же стоит.

Я дернула спасительную ручку и входная дверь поддалась. Стон облегчения сорвался с моих губ и, не раздумывая больше ни секунды, я выскочила во двор.

Свежий воздух тут же ударил в нос и ворвался в легкие. На улице шел небольшой моросящий дождь, и пахло озоном. Но это все неважно, когда свобода так близко…

Пригнувшись под окнами, я проскочила к забору. Но на этом моя удача закончилась.

– Черт! – я толкнула ворота со всей силы, но они были закрыты.

Я не перелезу… Слишком высокие и не за что ухватиться…

Затаив дыхание и стараясь производить как можно меньше шума, я двинулась вдоль забора, ища хоть какой-нибудь способ перелезть наружу. От дождя вся одежда промокла и противно прилегала к телу, но я старалась не обращать на это внимание. Нужно бежать, бежать и звать на помощь, пока Кристоф не увидел, что меня нет в доме.

С другой стороны двора была еще одна дверь в заборе, такого же размера, только решетчатая. Забыв про маскировку, я дернулась и побежала через весь двор. Хоть бы она была открыта, хоть бы открыта!

Стоило мне только подбежать, я со всей силы дернула ее на себя.

– Да чтоб тебя!

Заперта, можно было и догадаться. Но дверь была решетчатая и закрыта снаружи на четыре огромных засова.

Не раздумывая ни секунды, я еле просунула руку через решетку и потянула на себя первый засов. Со зловещим скрипом он дернулся и поддался. Тоже самое я проделала еще с двумя засовами, судорожно обдирая руки и пальцы об кованное железо. Но четвертый… он был слишком высоко.

Руки затряслись от боли. Зашипев, я просунула их обратно за решетку и, подпрыгнув несколько раз, попробовала открыть последний засов.

– Ну давай же! – шепотом закричала я, но только сильнее разодрала руку.

Не получается! Слезы обиды уже начали подступать, но я смахнула их, и оперевшись ногой о первый засов, подтянулась вверх. Щелчок и последний замок открыт. Все, ура, свобода!

– Далеко собралась? – спросил со спины спокойный голос с легкой хрипотцой.

Взвизгнув от неожиданности, я развернулась к Кристофу и спиной вжалась в решетку.

Он стоял всего в нескольких метрах от меня... так близко. Почему я не слышала, как он подошел?

Стоп кадр длился всего несколько секунд и Кристоф двинулся на меня, неспешно сокращая дистанцию. Видимо он отлично понимал, что я уже не успею выскочить за ворота. Сердце упало в груди, коленки снова подгибались. А я в ужасе смотрела на его хищную ухмылку, которая никак не сходила с лица.

Кристоф подошел вплотную и уставился на меня своим пронзительным серым взглядом. Этот самый взгляд призывал, как минимум сдаться и упасть перед ним на колени, при этом с мольбой умолять о пощаде.

– Может, ты меня отпустишь? – неожиданно для себя самой предложила я.

Его улыбка заставила почувствовать себя полной идиоткой… Нервы сдали и горячие слезы покатились по лицу. Теперь он точно меня убьет или отдаст этому мужику в доме.

Кристоф протянул ко мне руку, а я, как сумасшедшая, дернулась в сторону. «Сейчас он меня ударит» – проскочила в голове мысль, но он лишь схватил мою изодранную в кровь руку.

– Ай, не трогай, – я зашипела от боли и разочарования.

– Заткнись, – посоветовал он и внимательно посмотрел на мои царапины, потом на открытые засовы и снова на меня, и неожиданно сказал, – Неплохо.

Я непонимающе посмотрела на него, но слезы и дождь застилали глаза.

– Что неплохо? – осипшим голосом спросила я.

¬– Твоя целеустремленность. Думаю, ты пригодишься для одного дела...

Я всхлипнула и предприняла новую безуспешную попытку освободить больную руку, но только сделала себе больно.

– Значит, ты меня не отдашь? – слабо переваривая полученную информацию, спросила я.

– Еще раз попытаешься сбежать, точно отдам, – наклонившись к самому лицу, прошептал он. – Отдам в самый дешевый бордель, где тебя каждый час будут трахать по десять мужиков.

Я в ужасе от него отшатнулась.

– Вижу, что ты меня поняла, – довольно усмехнувшись, сказал он и, взяв меня за руку, потащил прочь от ворот.

– Я сама! Сама дойду! – закричала я.– Отпусти руку!

Он как будто не слышал и не обращал внимания на мои крики. Я судорожно вцепилась в него, стараясь вырвать израненную руку, но Кристоф только сжал ее сильнее, заставляя чуть ли не кричать от боли.

Когда я была готова уже реветь, он неожиданно расслабил хватку и, отпустив больную руку, перехватил меня за шиворот. Больше со мной он не церемонился и, дернув на себя, потащил через весь двор. Я даже не вырывалась, превосходство в силе и ловкости явно было не на моей стороне.

– Куда ты меня тащишь? – спросила я, когда мы прошли мимо дома и направились к длинному невзрачному пристрою.

Кристоф промолчал, лишь сильнее перехватил меня и прибавил шаг.

Ногой открыв дверь, он затащил меня внутрь этого темного пристроя и со всей силой оттолкнул от себя. Не удержавшись на ногах, я покачнулась и упала на колени, содрав их в кровь. Господи, как мне больно… каждый день надо мной издеваются, избивают, пытаются застрелить. С такими темпами я скоро умру…

– Будешь жить здесь, – наблюдая за моей возней на холодном полу, сказал Кристоф.

А я только сейчас огляделась. Темнота, невидно совершенно ничего… и холодно. К тому весь пристрой был без единого окошка, только небольшая дверь, которая запирается с той стороны.

– А где я буду спать? – невольно спросила я, понимая, что тут нет ни то, что кровати, а даже самого дряхленького пледа.

Кристоф усмехнулся и обвел рукой пустое пространство.

– Спи, где хочешь, но на твоем месте, я бы не ложился на пол.

Я прижала больную руку к груди и удивленно на него посмотрела.

– Почему?

– Здесь полно крыс.

Вскрикнув, я вскочила на ноги за долю секунды и бросилась на выход. Но Кристоф перехватил меня на полпути и снова швырнул в темноту. На этот раз я удержалась на ногах, и с ужасом стала оглядываться по сторонам.

Черт! Ничего не видно!

Я перевела взгляд на Кристофа, но он лишь усмехнулся и решил меня добить окончательно:

– Ты знаешь, что крысы являются переносчиками более двадцати заболеваний?

– Ты с ума сошел! – закричала я.

Не обращая внимания на мою истерику, он продолжил:

– Причем восемь из них являются смертельными для человека.

– Кристоф, это не смешно!

Я в панике рванула вперед, но он снова толкнул меня обратно. Оступившись, я с тяжелым грохотом упала на лопатки, при этом сильно ударившись головой об бетонный пол. На секунду в глазах все зарябило, а нервный комок подступил к горлу. С трудом перевернувшись на живот, я встала на коленки и увидела это… огромная облысевшая крыса пробежала прямо передо мной.

Я закричала и, забыв про боль в голове, ринулась к Кристофу, который даже и не думал выпускать меня наружу.

Уже привычно он перехватил меня за талию и снова толкнул назад, на этот раз не так больно, применяя в разы меньше силы.

– Кристоф, выпусти меня отсюда!

Он улыбнулся и отрицательно покачал головой.

– Кристоф! – охрипшим голосом я закричала на него.

Паника неизбежно накрывала меня с головой, а все тело била крупная дрожь. Боль в изуродованной руке отошла куда-то на второй план, а все свое внимания я сконцентрировала на этом проклятом месте. Ничего не вижу…господи, я ничего не вижу!

Вдруг мне показалось, что под ногами кто-то проскочил и я, вскрикнув, отшатнулась в сторону.

– Они меня сожрут! – завопила я, пытаясь стереть свои слезы, чтобы хоть как-то яснее видеть пол под ногами.

Если сейчас он уйдет и закроет меня здесь, это все… это конец.

– Здесь нет целой стаи, способной сожрать человека, – успокоил меня Кристоф, а потом указал на разодранные в кровь коленки и больную руку. – Но твоя кровь с радостью их привлечет.

Я больше не могла стоять на месте, теперь мне казалось, что с каждой стороны ко мне подбираются толпы этих серых тварей с облезлыми хвостами. Когда я ринулась вперед, то в принципе ни на что и не надеялась, просто действовала по инерции, но, оказавшись в захвате мужских рук, Кристоф не оттолкнул меня.

– Что ты делаешь? – завопила я, когда он перекинул меня через плечо и понес вглубь пристроя.

– Думаю тебя привязать, – спокойно пояснил он.

От его слов я дернулась хуже, чем от пощечины и со всей силы стала колотить руками по широкой спине, но к должному эффекту это не привело…

Остановившись, он скинул меня на пол. К моему удивлению я упала не на холодный бетон, а на что-то мягкое и ужасно колючее. На ощупь, стало понятно, что это солома.

Вскочить на ноги Кристоф мне не дал, носком сапога легонько придавив обратно. Испуганная, загнанная в угол, я всхлипнула и с мольбой уставилась на него, хотя в такой кромешной темноте, я видела только его силуэт.

– В следующий раз, когда решишь бежать, хорошенько подумай о последствиях, – хриплый голос отразился от стен и прозвучал очень громко. – И еще подумай о том, что все ворота и двери стоят на сигнализации.

– Я больше не буду, – тихо прошептала я.

– Я это уже слышал, – отрезал он.

В этот момент моей руки коснулось что-то живое и волосатое.

– Мамочка! – вскрикнула я и, вскочив на ноги, вцепилась в Кристофа, вероятней всего сбив его своим поведением с толку.

– Скорее папочка, – усмехнулся он и снова взял меня на руки.

Когда я поняла, что он уверенным шагом направляется на выход, то издала стон облегчения. Меня не сожрут…

– Рано радуешься, – словно прочитав мои мысли, сказал Кристоф. – Еще хоть раз выкинешь какую-нибудь хрень, я привяжу тебя в подвале.

– Я больше не буду, – жалобно пообещала я.

Рука снова заныла с новой тупой болью. Я перевела на нее свой взгляд… вся в крови, с глубокими ранами от железок.

Войдя в дом, Кристоф опустил меня на диван. Я тут же подобрала ноги под себя и отползла на другой край. Вся одежда была перепачкана в грязи, в пыли и в крови, но видимо это никого не смущало.

– А где…? – я забыла как звали того мужика.

– Волкер? – уточнил Кристоф, смотря на меня сверху вниз.

Я неуверенно кивнула.

– В соседней комнате. Хочешь, чтобы я его позвал?

– Нет, – быстро выпалила я.

Кристоф усмехнулся и, не говоря ни слова, вышел в коридор. Я шмыгнула носом и закрыла глаза. Все болело, совершенно все. Никогда не думала, что каждая клеточка тела может болеть. Оно и неудивительно, сколько раз я падала на бетонный пол… Хорошо еще, что ничего себе не сломала.

Когда я услышала шаги, снова открыла глаза. Кристоф вернулся в зал и, склонившись надо мной, приказал:

– Дай сюда руку.

– Нет, – упрямо сказала я и даже спрятала ее за спину.

– Руку! – с нажимом сказал он.

Но я только замотала головой. В памяти всплывали воспоминания, как он с силой сжимал ее и тащил через весь двор. Мало ли что он сейчас собирается делать…

Кристоф прищурил глаза и язвительно поинтересовался:

– Хочешь знать, что с тобой будет, если не обработать раны?

– Не хочу, – не думая ответила я.

Но он проигнорировал мои слова:

– Сначала ты будешь чувствовать себя прекрасно, но через пару дней у тебя повысится температура, а боль только усилится. Кроме того, внезапно появятся приступы судороги, которые захватят дыхательные мышцы или даже диафрагму. У тебя нарушится процесс глотания и даже самая жидкая пища не сможет попасть в организм, – он злорадно усмехнулся, наблюдая как у меня каменеет лицо. – А еще через неделю появится постоянное напряжение и сокращение мышц затылка, груди, плеч, спины и ребер, что приведет к выгибанию позвоночника. Таким образом, ты сдохнешь уже через две недели от столбняка или заражения крови. Так что, милая, дай мне свою чертову руку сюда!

Я вздрогнула, от его последних слов и послушно протянула руку. Перехватив ее в районе локтя, Кристоф тут же полил на мои глубокие царапины какую-то воду из баночки. Раны сразу же зашипели, а я выгнулась от боли.

– Это перекись? – сдерживая порыв вырваться и разреветься, спросила я.

– Не совсем, – он ушел от ответа.

Когда от боли я уже просто не чувствовала руку, Кристоф достал бинт и быстрыми движениями все перемотал. Я лишь страдальчески всхлипывала, наблюдая за его движениями.

– Видимо, домработницу все же придется оставить, – недовольно протянул он и опустился рядом со мной на диван.

– Я могу убираться и готовить… наверное.

Он лишь хмыкнул.

– Ага, я вижу. Ты себе либо палец отрежешь, либо дом мне нахрен сожжешь.

Ответить мне на дали. К нам в зал нерешительно вошел этот самый Волкер и, прокашлявшись, сказал:

– Ну так мы едем?

– Да, – кивнул Кристоф. – Через пятнадцать минут.

Я облегчено вздохнула, я останусь одна.

– Ангелина, – хриплый голос разрушил все мои ожидания. – У тебя пятнадцать минут, чтобы привести себя в человеческий вид.

– Зачем? – невольно спросила я, вспоминая, что этот Волкер работорговец, и ехать куда-то с ним совсем нет желания.

– На экскурсию, – усмехнувшись, ответил Кристоф и, прищурив глаза, сказал более серьезно. – В каком виде будешь через пятнадцать минут в таком и поедешь. Одетая, значит одетая. Голая, значит голая.

Меня передернуло от его слов и, подскочив с места, побежала в ванную, смыть с себя грязь, пот, кровь.

– Кристоф… куда мы едем? – спросила я в пятый раз, когда увидела, как на меня искоса поглядывает Волкер и от его взгляда меня всю передергивало.

Кристоф усмехнулся и, посмотрев на меня в зеркало заднего вида, уточнил:

– Тебе не надоел этот вопрос?

– Не… нет, – заикнулась я, когда снова поймала на себе изучающий взгляд. Словно я товар на рынке и меня оценивают.

Мы уже ехали довольно долго, и все время я нервно ежилась на заднем сидении, стараясь не обращать внимания на постороннего мужчину и смотреть либо на дорогу, либо на Кристофа, который ведет машину.

– А где ты ее купил? – снова посмотрев на меня, уточнил Волкер.

Я закрыла лицо руками и неприлично застонала. Как же он достал!

– У Мартина, – ответил Кристоф.

– Хм… у Мартина обычно товар не старше двадцати.

Дайте мне что-нибудь тяжелое! Я его ударю!

– Я не товар! – огрызнулась на него и сразу же поймала осуждающий взгляд Кристофа.

– Может, выберешь у меня помоложе? – не унимался Волкер

Я прикусила губу, чтобы ничего не сказать.

– Мне бы от этой отделаться, – наблюдая за моей реакцией, сказал Кристоф.

– О, так может, мне продашь?

Пришлось прикусить губу еще сильнее, во рту почувствовался солоноватый привкус. Кристоф неоднозначно покачал головой и остановился у двухэтажного здания.

– Выходи, – приказал он.

Я выбралась наружу и меня тут же взяли за руку, и повели внутрь здания.

– Я сама могу идти, – я тихо на него зашипела.

– Не сомневаюсь, – иронично протянул он и, толкнув дверь, вывел меня в центральный зал… вот тут-то я и затормозила.

– Я не хочу идти! – в ужасе прошептала я, наблюдая за десятком девушек, которые при нашем появлении прижались к стенкам и затравленно озирались по сторонам.

– Меня это не волнует, – отрезал Кристоф и потащил за собой.

Я изо всех сил уперлась ногами и мертвой хваткой вцепилась ему в руку. Бордель! Опять бордель!

– Зачем ты меня сюда привел? – прошептала я.

Он же сказал, что не вернет меня обратно! Тогда зачем мы опять в борделе?

Тяжело вздохнув, он остановился и прекратил насильно тащить меня за собой. Волкер, что шел чуть позади, тоже затормозил и с интересом уставился на нас.

– Не устраивай представление! – сквозь зубы прошипел Кристоф, так чтобы услышала только я.

Девушки теперь тоже смотрели в нашу сторону. Голые, растрепанные, загнанные…

– Мне здесь не нравится, – тихо сказала я, стараясь не смотреть на весь этот ужас.

– Мне тоже, и что? – неожиданно сказал Кристоф, и снова взяв за руку, потащил за собой. – Но если ты перестанешь дергаться, то станет намного легче.

Еле-еле переставляя ногами, я поплелась за ним, проклиная все это место, и тех людей, кто это устроил.

– О, господин Берн! – высокий мужчина перегородил нам дорогу. – Я рад, что вы наконец-то решили приехать.

– Неужели? – нерадостно протянул Кристоф. Видимо ему и, правда, не доставляло удовольствие посещение таких мест.

– Конечно. У нас уже месяц проблемы с перевозкой товара.

Я не удержалась и фыркнула на его слова, чем сразу же привлекла внимание к своей скромной персоне.

– Эльмар, – радостно представился мужчина и протянул мне руку.

– Странно… – поморщившись, сказала я.

– Что странно? – улыбнулся он мне и все так же ждал рукопожатия.

– Что вам не западло жать руку товару.

Эльмар сразу же отдернул руку и даже вытер ее об штаны.

– Ангелина! – прикрикнул Кристоф и до боли сжал мою руку. – Заткнись или я ее сейчас сломаю!

Я замолчала и уставилась на этого Эльмара. Какие вы все мерзкие!

– Волкер сказал, что вы согласились нам помочь? – наконец оторвав от меня взгляд, спросил он.

– Не бесплатно, – согласился Кристоф.

Эльмар радостно закивал:

– Конечно. Не вопрос. Тогда может, пройдем, я вам все расскажу?

Кристоф подтолкнул меня к самому ближнему дивану и, посадив на него, тоном не терпящим возражений, приказал:

– Сиди здесь. Если я вернусь и не найду тебя, останешься здесь навсегда. Поняла?

– Да, – сдавленно сказала я, краем глаза заметив кучу охраны.

Увидев, что я все поняла, Кристоф вышел из зала вместе с Эльмаром, а я осталась сидеть одна.

Когда в зале остались только я и охрана, девушки расслабились и, отлепившись от стен, расселись на полу. Господи, неужели я тоже так же могла закончить? Бездумно сидеть на полу и озираться по сторонам… мне кажется они слегка не в себе. Возможно, им что-то колют или их просто замучили до такого состояния.

Кристофа не было долго, по ощущениям прошло больше часа, но на самом деле, наверное, не больше пятнадцати минут. Просто все время в этом месте замедлялось, даже стены угнетающе давили на сознание. Совершенно белое помещение, только черные кожаные диваны и тишина… да тут же свихнуться можно!

Прошло еще минут десять, а я все так же сидела и даже не хотела двигаться, чтобы не разрушить всю эту безумную атмосферу. Но в этот момент двери с грохотом отворились и на пороге появились трое мужчин, совершенно обычных мужчин, одетых в повседневную одежду.

Я вся подобралась и прижалась к спинке дивана, только бы не привлекать их внимание. Осмотрев взглядом всю комнату и девушек, которые опять прижались к стенам, они двинулись к одной молоденькой черноволосой девочке. Она такая молодая! На вид ей не дашь больше восемнадцати!

– Не надо! – жалобно пискнула она, когда один из мужчин молча потянул ее на середину комнаты. – Пожалуйста, не надо!

Я замерла, когда девушка посмотрела на меня округлившимися от страха глазами. Мне стало так ее жалко, что хотелось вмешаться, но я все так же сидела. Словно приросла к этому чертову дивану.

– Ну-ка молчи! – рявкнул один из них и кинул ее на пол.

Она сжалась на полу, закрываясь от них руками. Но что она сможет сделать? Она же такая маленькая и беззащитная по сравнению с этими… извергами.

– Держи ее, – приказал один из них и спустил с себя штаны.

Я зажмурилась, когда он мощным толчком ворвался в ее тело. Не хочу на это смотреть! Это… это ужасно! Бесчеловечно! Страх, жуткий страх поселился в груди. Страх за себя или за эту девушку, я не могла понять.

– Пожалуйста. Нет!

Непроизвольно я снова открыла глаза. И тут же закрыла рот рукой, пытаясь не закричать.

Девушку буквально согнуло пополам от боли, а этот изверг не останавливался. Похоже, ему нравилось издеваться, нравилось, когда его просят о пощаде.

Комок подступил к горлу, я закрыла глаза и уши, просто чтобы не видеть и не слышать. Я не могу вмешаться, не могу уйти. Я ничего не могу! Губы задрожали, потому что я все равно слышала раздирающий душу крик и никуда не могла от этого скрыться.

Я потеряла счет времени, сколько это продолжалось, пока моего плеча не коснулась рука. Сердце бешено забилось, готовое вот-вот вырваться из груди. Словно в тумане, я вскочила на ноги и чуть не поскользнулась на идеально гладком полу.

– Тише, – сказал Кристоф, подхватив меня. – Идем.

Не обращая внимания на происходящее в зале, он пошел на выход, выводя меня на улицу. И только оказавшись на свежем воздухе, меня отпустило. Я резко закашлялась, согнувшись пополам.

– Ты совсем, что ли тупая? – наблюдая за мной, спросил Кристоф. – Ты почему не ушла?

Я покачала головой и снова закашляла, в горле стоял комок, и он никак не хотел проходить.

– Ты сам сказал… – немного отдышавшись, сдавленно сказала я. – Чтобы я никуда не выходила.

– Нашла бы меня или Волкера, никто бы не заставил тебя смотреть на столь прекрасное представление, – огрызнулся он и протянул ко мне руку.

Я отпрыгнула от него, словно получила пощечину.

– Не трогай меня! – неожиданно закричала я, чувствуя слезы на глазах. – Ты специально это сделал! Ты специально меня там оставил! Ты…

Он закатил глаза и вздохнул.

– Успокойся, ты говоришь бре…

– Ненавижу тебя!

Я развернулась к нему спиной, закрыв лицо. Хотелось кричать и выть от дикой несправедливости! Но никому не было дела до меня и до тех девушек, что остались там внутри.

– Лина.

Он коснулся моего плеча, с силой разворачивая к нему лицом.

– Ты… ты! – я не знала что сказать, мысли путались.

– Я, – усмехнувшись, согласился он и прижал к себе.

Я тут же попыталась вырваться и ударить его по спине. Но он не обращал на это внимания, просто прижимал меня к своему горячему телу.

Когда сил вырываться уже не осталось, я судорожно всхлипнула и вцепилась ему в куртку. Ненавижу! За что мне все это?!

– Успокойся, – повторил он и провел рукой по моей спине.

Я снова всхлипнула, попытавшись взять себя в руки. Со стороны мы выглядели, мягко говоря, странно, но меня это не волновало, Кристофа тем более.

– Если бы я знал, на что ты там смотришь, то пришел бы раньше, – убедительно сказал он, прошептав на ухо.

И я почему-то ему поверила.

– Поехали домой, – он открыл мне дверь машины и придержал, пока я не забралась в салон.

Всю дорогу мы ехали молча, каждый думал о чем-то своем. От неожиданного телефонного звонка я вздрогнула. Да-а, нервы придется лечить…

– Слушаю, – ответил Кристоф.

Я украдкой посмотрела на него. Если отбросить тот факт, что он психанутый убийца, то Кристоф очень красив… Высокий, широкоплечий, с гладко зачесанными назад белыми волосами, одетый в банально черную рубашку и простые джинсы. Когда на него смотришь, первая мысль что приходит в голову: «опасный человек, беги! Беги от него, как можно быстрее!». К сожалению, опасность всегда притягивает…

От разглядывания Кристофа отвлек его разговор:

– Я понял, отпускайте его, только желательно, с мешком на голове или вперед ногами. Уж сам выбери способ.

Я замерла и уставилась на него… точно криминальный тип.

– Мне все равно. Отделайся от него, мне нужен информатор посговорчивей.

Информатор?

– Скоро приеду.

С этими словами он сбросил вызов и посмотрел на меня. Я перестала некультурно на него пялиться и отвела взгляд на стену.

– Я сейчас отвезу тебя домой и уеду. Приеду только утром.

– Хорошо, – пожав плечами, сказала я, уже хотелось как можно скорее лечь на кровать и просто забыть все.

Кристоф бросил на меня подозрительный взгляд, но промолчал.

Глава 7.

Следующие несколько дней прошли, на удивление, спокойно. Кристоф дома почти не появлялся, приходил на пару часов и снова уезжал. Я решила не спрашивать, чем это он занимается. Во-первых, думаю ответ мне не понравится, а во-вторых, нечего лишний раз будить зверя… Да и вообще после нашей последней стычки я старалась не попадаться ему на глаза. Видимо его это тоже устраивало, поэтому он ничего не говорил и делал вид, что меня вообще не существует. Тем не менее, Кристоф каждый день оставлял на кухне еду с подпиской «Ангелина», обычно это была каша и бутылка с водой. Ну каша, так каша. Все равно выбора нет.

К своим вещам Кристоф запретил прикасаться под угрозой жизни, и почему-то у меня не было сомнений, что он серьезно. Исключением из правила стала только кровать, на которой по «доброте» душевной Кристоф разрешил спать. Поэтому я все время старалась проводить в спальне и не высовывать нос.

Во двор я больше не выходила… бежать тоже не пробовала, а еще я увидела камеры. Много камер. Они напичканы по всему дому, во дворе, на воротах, около пристройки и даже в спальне. И хуже всего то, что у Кристофа есть доступ к этим камерам из любой точки мира. Так что, оставляя меня дома одну, он спокойно может контролировать мои передвижения и от этого становится жутко. Просто представить страшно, что за тобой двадцать четыре часа в сутки наблюдает мужчина. Наблюдает, как ты спишь, ешь, моешься… брр... жуть!

Такая мирная жизнь продолжалась неделю. Он меня не видит, я его не вижу, и всех все устраивает. Но я отлично понимала, что это не может долго продолжаться. В конце концов, Кристоф доделает свои дела, на которые у него уходит куча времени и снова вернется к обычной жизни.

К сожалению, дела он доделал быстрее, чем я ожидала и через неделю после нашей последней встречи, ввалился домой в компании явно не трезвых товарищей.

– О, и ты здесь! – неожиданно радостно протянул он.

Я испуганно замерла на полпути в спальню. Кристоф вместе со своими друзьями стоял на входе и пытался сконцентрировать на мне свой пьяный взгляд. Вот черт, всего несколько секунд и я бы уже лежала в кровати и в безопасности.

– Я, наверное, пойду, – неуверенно протянула я и сделала шажок в сторону спальни.

– Стоять! – рыкнул Кристоф, и даже несмотря на пьяные нотки в голосе, от его тона захотелось спрятаться. – Будешь сидеть с нами.

– За… зачем? – запинаясь, сказала я, обводя взглядом всю их дружную подвыпившую компанию.

Что-то совсем не хочется оставаться наедине с пятью мужиками в чужом доме. Вот совсем не хочется! Но меня естественно никто не спросил, а мой вопрос внаглую проигнорировали.

– Идем, – приказал Кристоф и, взяв меня уже за здоровую руку, потянул в зал. Все остальные двинулись за нами.

Посадив меня в кресло, они развалились на диване, и продолжили что-то отмечать. Что они отмечают, я так и не поняла. Но судя по их репликам, какое-то успешно законченное дело…

– Кристоф, – сказал один из мужиков и ткнул в меня пальцем, – а что девка у тебя просто сидит?

Я поежилась под вопросительными взглядами и захотела провалиться сквозь пол. Куда угодно, только как можно дальше от них.

– Действительно, – согласился Кристоф и слегка прищурил глаза. – Ангелина, а что ты с нами не пьешь? Давай выпей!

Слова вылетели быстрее, чем я успела подумать:

– Ага, чтобы я с утра проснулась и обнаружила, что меня отодрали впятером?

Все присутствующие почему-то разом рассмеялись, все, кроме Кристофа. Он нахмурился и сказал уже более серьезным тоном:

– Выпей с нами.

– Зачем? – я поморщилась.

– Я так хочу, – теперь в его тоне послышались агрессивные нотки.

Видимо, кроме меня его агрессию почувствовали все присутствующие, потому что смех в ту же секунду стих и все заинтересованно посмотрели на меня, ожидая, что я буду делать дальше.

Под внимательными взглядами я на негнущихся ногах встала с кресла и медленно подошла к столу. Напряженная тишина угнетающе давила, так что я слышала стук своего сердца и нервное дыхание.

– Пей, – с этими словами Кристоф протянул мне свой бокал, наполовину заполненный очень, ну очень крепким коньяком.

Я взяла его и тут же чуть все не расплескала. Господи, почему у меня так трясутся руки? Дело, наверное, не в компании из пятерых человек, дело в одном единственном человеке, который смотрит на меня своими пронзительными серыми глазами.

На секунду я так и замерла с бокалом в руках и открытым ртом, осознание ситуации слишком быстро накрыло меня. Мало того, что я просто его боюсь, так у меня еще есть совершенно странное желание… просто не вписывающееся ни в какие рамки… Желание подчиняться этому человеку. Сильный физически, сильный эмоционально. Я чувствую в нем защиту и, именно поэтому, не боюсь всех этих пьяных морд, которые с похотливыми ухмылками разглядывают мои ноги, я знаю, что меня защитят.

Господи, ты дура, Ангелина! Не смей даже об этом думать. Тиран, убийца, психопат! Это не человек, это монстр. Как я могу доверять монстру?!

– Э, ты меня вообще слышишь? – второй раз повторил Кристоф и пощелкал перед моим лицом пальцами.

– Да, – осипшим, от неожиданного для себя открытия, голосом произнесла я.

– Неужели, – наигранно удивленно возмутился Кристоф. – Давай в темпе. Выпей и отдай мне уже бокал.

Я залпом осушила весь бокал и тут же закашлялась. Горько и противно, как это вообще можно пить?

Стоило мне отдать бокал обратно, как один из мужиков задал невероятный вопрос:

– Кристоф, может, ты дашь мне ее попробовать?

Я аж поперхнулась и снова закашлялась.

– Понравилась? – язвительно протянул Кристоф, внимательно наблюдая за моей реакцией.

– Хорошенькая.

Я испуганно отступила на шаг, но, заметив мое отступление, Кристоф рывком притянул меня к себе.

– Куда ты собралась, а ну сидеть.

Господи… он же пьяный. Я уперлась руками ему в грудь и прошептала, так чтобы меня услышал только он:

– Не надо, отпусти меня.

Уголки его губ тронула игривая улыбка.

– Ну так что? – потребовал ответ мужик и окинул меня раздевающим взглядом.

Кристоф посмотрел на меня, потом на мужика и снова на меня. В какой-то момент мне показалось, что он вот-вот согласится. Его рука коснулась моей щеки, и устало вздохнув, он спокойно сказал:

– Иди спать, Лина, – с этими словами он отпустил меня.

– Спасибо, – сдавленно пискнула я и тут же выскочила из зала.

И только на выходе услышала, как разочарованно вздохнул неудавшийся любовник:

– Ну почему? Тебе жалко шлюху на пару часов?

Я пробежала по коридору настолько быстро, что уже не смогла увидеть, как Кристоф разбил ему нос, хорошенько припечатав об острый угол стола.

Коньяк сделал свое дело, и я уже через несколько минут погрузилась в сон. Даже пьяные вскрики за стеной мне не помешали.

Утром разбудил меня недовольный мужской голос. Повернувшись на кровати, оглядела комнату. Никого, а окна плотно закрыты. Сначала я подумала, что мне показалось и уже легла обратно, как голос Кристофа из соседней комнаты разнесся по всему дома:

– Найди его! Да делай, что хочешь, хоть гребаных джинов вызывай! Я тебе сам башку откручу, если его не увижу!

Я села на кровати, поджав под себя ноги. Кристоф притих, и его не было слышно, но я боялась выходить. На что он способен в плохом настроении, я еще отчетливо помнила, и испытывать его терпение во второй раз не было никакого желания. Поэтому просто пересижу и подожду, когда он уйдет из дома… Но, видимо, у него были свои планы, так как в следующую секунду дверь в комнату открылась.

– Наконец-то проснулась, – не скрывая иронии, сказал он и бросил на кровать черный пакет с логотипом какой-то фирмы. – Переодевайся и поехали.

– Куда? – я непонимающе уставилась на него и потянулась к пакету.

– К гинекологу.

– Что? Зачем?

– Чтобы я от тебя не заразился. Хрен знает, кто в тебя тыкался у Мартина.

– Никто, понятно? – от таких обвинений я неосознанно подскочила с кровати, злобно уставившись на Кристофа. – Никто в меня не тыкался!

– В любом случае, пускай тебя осмотрит Ричард.

– Какой еще Ричард?

– Гинеколог.

Я закрыла лицо руками и тихо застонала от несправедливости.

– Ты хочешь отвезти меня к какому-то Ричарду?

– Типо того, – спокойно ответил он, словно речь шла о погоде.

– Никто меня не трогал, Кристоф! – отчаянно закричала на него, чуть ли не срывая голос. – У меня вообще никого два года не было, понятно? Не надо меня ни к какому Ричарду.

Он молча выслушал все мои доводы и, развернувшись, сказал лишь одно слова:

– Одевайся.

Кристоф ушел, а мы остались в комнате вдвоем. Я и мое непреодолимое желание запустить в него чем-нибудь тяжелым. Он издевается? Зачем вообще мне ехать к врачу, да тем более к мужчине?

Я заглянула в оставленный пакет. Кристоф принес белую майку, обтягивающие джинсы и кроссовки, причем все моего размера. Но больше всего я обрадовалась расческе, зубной щетке и бритве. Слава тебе господи, теперь можно хоть немного привести себя в нормальный вид.

Через пятнадцать минут я уже вышла в основной зал, где и застала Кристофа. После вчерашней попойки не осталось и следа. Интересно, кто здесь убрался? Домработницу Кристоф так и не вернул, поэтому такая чистота мне показалась странной.

Скользнув по мне ленивым взглядом, он спросил:

– Готова?

– А это имеет какое-то значение?

– Ты права, – он согласно кивнул. – Совершенно не имеет.

– Кристоф, давай не поедем, – я жалостливо посмотрела на него, но наткнулась лишь на взгляд, не терпящий возражений.

– С какого момента ты решила, что можешь меня о чем-то просить?

– Я…

– По-моему мы прекрасно выяснили, что ты не в состоянии что-то требовать или просить. Случай с телефоном прекрасное тому подтверждение.

Я зацепилась за последнюю фразу и предложила новое условие:

– А давай я поеду с тобой к твоему Ричарду, а ты мне дашь позвонить, а?

Мысль о доме не покидала меня каждый день. Ищут ли они меня или уже списали как погибшую? Не представляю, как это переживает мама… Особенно, если она уже знает, что я очень далеко от дома.

– Нет.

– Но почему?

Он встал с дивана и подошел ко мне вплотную, а я стояла и даже не шелохнулась, ожидая дальнейших действий. Кристоф склонился к самому уху, так что его горячее дыхание коснулось кожи, и тихо прошептал:

– Потому что здесь я диктую условия.

Больше он ничего не говорил, лишь схватив меня за руку, потащил за собой. Пинком открыв входную дверь, он так и протащил меня по всему двору, усаживая в салон своего Хаммера.

Всю дорогу до больницы мы ехали молча, слушая какую-то классическую музыку. Я изредка косилась на Кристофа, но он оставался невозмутимым. Вдавливая газ в пол, он гнал чуть ли не на максимальной скорости, не обращая внимания на ограничительные знаки и сигналы недовольных водителей. Он разговаривал и держался, словно хозяин этого мира. Так всегда бывает, когда человек наделен практически безграничной властью.

– Выходи, – приказал он, остановившись около трехэтажного здания.

Я послушно вылезла из машины и подождала пока он припаркуется.

– Идешь? – спросил Кристоф, проходя вперед, не удостоив меня даже взгляда. От такого полнейшего равнодушия ко мне бросало в дрожь.

Клиника поражала своим великолепием. Модный дизайн, красивые картины, гламурные люди. Здесь обслуживают явно не бедных пациентов.

– Ричард где? – Кристоф по-хозяйски задал свой вопрос, подойдя к девушке на ресепшене.

– Добрый день, мистер Берн. Вам позвать его сюда?

– Нет, просто скажи, в каком он кабинете.

Видимо, Кристоф завсегдатай в этом месте, если его знают даже на ресепшене.

– Доктор сейчас в тридцать шестом кабинете. Мне сообщить ему о вашем прибытии?

– Я сам сообщу, – с этими словами он махнул мне рукой, подзывая к себе.

– Я не хочу туда идти, тем более к твоему знакомому, – продолжала упрямиться я, хотя уже понятно, что это бесполезная трата времени.

– Ты же ходила к гинекологу раньше?

– Ходила. Но это было давно, и тогда врач была женщина, причем не моя знакомая.

Я не боюсь врачей, дело не в этом. Сама мысль, что меня будет осматривать друг или знакомый Кристофа выворачивала наизнанку. А при мысли, зачем ему меня вообще осматривать, бросало в дрожь. Не хочу «ублажать» Кристофа, если он не найдет мне достойную замену. Это так низко, что прям фу...

– Ричард? – он остановился около тридцать шестого кабинета и без разрешения вошел внутрь.

Мы оказались в самом что ни на есть гинекологическом кабинете. Врач, что сидел за столом и писал какие-то бумаги, обратил все свое внимание на нас.

– Я не ожидал тебя здесь увидеть, – удивился Ричард, выглядел он, мягко говоря, озадаченным.

– Вот девчонка, – Кристоф толкнул меня в спину, подталкивая ближе к столу. – Осмотри ее, есть у меня некоторые подозрения, и подбери ей что-нибудь, чтоб не залетела. Я буду ждать снаружи и пожалуйста, быстрее.

С этими словами он вышел за дверь, не забыв при этом громко ей хлопнуть. Ричард проводил его взглядом и обратился ко мне:

– Иди, раздевайся.

Следующие десять минут прошли в нудном осмотре и в ответе на вопросы Ричарда. Когда все уже закончилось, и он подписывал бумаги о моем полном здравии, мне в голову пришла идея.

– Извините, а у вас есть телефон? А том мой сел и я совсем без связи.

– О, конечно, – он услужливо достал из кармана мобильник и протянул его мне.

– Спасибо! – от радости я завозилась на стуле, вызвав этим небольшие подозрения со стороны Ричарда.

Словно в тумане я набрала номер домашнего телефона и нажала на кнопку вызова. Пожалуйста, только возьми трубку, только возьми трубку…

– Что так долго? – от неожиданного голоса Кристофа я вздрогнула, чуть не выронив телефон из рук.

Дрожащими пальцами я нажала на сброс и попятилась назад.

– Что это за херня? – глаза Кристофа превратились в две узкие щели, ярость так и рвалась из них наружу.

– Это телефон, – заикаясь, произнесла я и начала нести чушь. – Я... я… просто баланс проверяла…

Кристоф поджал губы и двинулся на меня с четким намерением придушить, по крайней мере, у него был пугающе решительный вид. Я испуганно взвизгнула и бросила в него телефон. Перехватив его налету, Кристоф со всей силы швырнул его об стену. Мы с Ричардом проследили, как от стены отскакивают множество маленьких деталей.

Сердце выпрыгивало из груди, до этого момента я не видела его таким… бешеным. Мне стало страшно… за себя и за свою жизнь, но я стояла на месте, уперевшись спиной в стенку. Бежать некуда, я в тупике.

Кристоф подошел вплотную и с размаху ударил открытой ладонью по моей щеке. От его удара у меня потемнело в глазах, и я упала перед ним на колени. Схватив меня за волосы, Кристоф дернул вверх, поставив обратно на ноги. Из глаз брызнули слезы. Наверное, я за всю жизнь не плакала столько, как за последние несколько дней.

– Ты довольна? – его глаза горели презрением.

– Кристоф, я... я не успела позвонить. Честно.

– Честно, сука? Я тебя забрал из борделя, дал кров, не оставил под пулями, а ты меня обманываешь за спиной! О какой честности ты говоришь?

– Прости меня, просто это очень важно...

Он не дал мне договорить, грубо оттолкнув от себя, и обратился к Ричарду:

– Ты ее проверил?

Ричард с сочувствием посмотрел на меня. Он все время молча наблюдал за нашей перепалкой, не посмев сказать и слово, даже когда Кристоф разбил его телефон.

– Держи, она чистая, – он поставил на медицинской справке печать и протянул ее Кристофу. – И вот таблетки, чтоб она ну… ты понял.

– Отлично, – сказал он, пробегая глазами по написанному, – хоть в этом ты не соврала.

– Я не хотела тебя обманывать...

– Молчи!

Кристоф достал бумажник и бросил на стол доктора небольшую пачку денег.

– Надеюсь, этого хватит на новый телефон.

– Эм..., – Ричард виновато посмотрел на Кристофа, словно нашкодивший ребенок. А до меня дошло, что он тоже его боится, – Извини Кристоф, я не знал, зачем ей телефон. Ты же понимаешь, что я бы никогда...

– Закрыли эту тему. Бывай, док.

С этими словами он схватил меня за шиворот и вытащил из кабинета. В коридоре было много народа, пациенты пришедшие с разными заболеваниями, врачи и медсестры, но ни один из них даже не думал вмешаться в разборки двух людей.

– Отпусти меня, я сама пойду! – зашипела я на него, запнувшись на первой же ступеньке.

– Меня от тебя тошнит! – сквозь зубы сказал Кристоф и опустил руки.

– Тогда зачем ты со мной возишься? Отвези меня в полицию и все!

Мы стояли посередине лестницы и с ненавистью смотрели друг на друга. Кристоф злился на меня из-за телефона, а я из-за того, что он унижает меня при всех.

– Да никто тебя не выпустит, дура! Мартин за тобой сразу же прискачет и закроет у себя.

– Я сама разберусь, просто отвези меня в полицию!

– Я могу отвезти тебя только обратно к Мартину. Хочешь к Мартину? – язвительно предложил Кристоф, повышая голос.

– Нет, – честно призналась я.

– А вот я уже начинаю думать, что совершил ошибку. Надо было тебя ему оставить! Развлекала бы его клиентов, раздвигала ноги для каждого желающего и жопой научилась бы...

– Прекрати! – я перебила его, чувствуя, что такие слова меня задевают.

Кристоф хотел сказать что-то ещё, но именно в этот момент у него зазвонил телефон.

– Я слушаю, говори. Когда? Чёрт, я не могу сейчас. Кросвор знает? И Рамон тоже? Твою мать, сейчас приеду.

Нажав отбой, он толкнул меня вперёд вниз по лестнице и раздраженно сказал:

– Придется тащить тебя с собой. Да что за день то такой! Разговор на этом не закончен, но сейчас у меня есть дела поважней.

Сев в машину, Кристоф сразу стартанул с места на полной скорости чуть не вылетев на встречку.

– Ты всегда так водишь? – от резкого поворота я больно ударилась бедром.

– Когда опаздываю, – немногословно ответил он и, как будто специально прибавил скорость.

Уже через десять минут мы остановились около какого-то гламурного клуба с двумя верзилами на входе. Немедля Кристоф направился к ним, беря меня за руку.

– Ничего не говори, вопросы не задавай, просто улыбайся и не привлекай к себе внимания. Поняла?

– Поняла.

Как только мы подошли ко входу, один из охранников чуть склонился и проговорил:

– Мистер Берн, вас уже ожидают.

– Меня всегда ожидают, – как бы между делом бросил Кристоф, не обратив на них никакого внимания.

В клубе было полно народа, несмотря на то, что сейчас разгар трудового дня. Правда, музыка играла тихо и скорее сейчас обстановка напоминала не ночной клуб, а элитный ресторан.

Пройдя мимо длинных столов, мы подошли к лестнице, над которой висела табличка с большими буквами: «Вип зона. Вход только по пропускам!»

И, конечно же, у Кристофа оказался тот самый пропуск, благодаря которому мы поднялись в вип зону!

На втором этаже был только один большой круглый стол, рассчитанный на пятнадцать человек, и за ним уже сидели пятеро мужчин и трое девушек. Причем, двоих из них я знаю, это те самые парни, что подвозили нас тогда… после перестрелки.

– О, Кристоф, – один из мужчин поднялся и протянул ему руку. – Садись.

– Что нарыли? – Кристоф сел на предложенное место, я недолго думая уселась рядом с ним.

Все взгляды за столом некоторое время были прикованы исключительно ко мне и выражали крайнюю степень недоверия.

– При ней? – спросил один из присутствующих и, поморщившись, ткнул в меня пальцем. Мда... кому-то здесь явно не рады.

– К сожалению, без вариантов, – констатировал Кристоф. – Она все равно ничего не расскажет, так ведь, Ангелина?

Я уверенно кивнула. Шкала недоверия и презрительности со стороны присутствующих достигла своего пика.

– На твоем месте, Кристоф, я не стала бы доверять всяким левым куклам наши секреты, – «красивая» блондинка с накаченными губами и ярким макияжем, подсела к нему поближе.

– Ты не на моем месте, крошка.

Блондинка надула свои губки, которые, в принципе, и так были надуты больше некуда, и пододвинулась еще поближе. Ну мдэ… с такими темпами она прямо сейчас верхом на него заберется.

– Что там с делом? – серьезным тоном спросил Кристоф, не обращая на нее внимания.

– Смотри, – сказал один из мужчин и, достав большую карту города, разложил ее на столе. – Вот четыре новые точки, где на следующей неделе будет находиться Рендол.

Он указал на четыре красных кружка, разбросанных по всей карте и продолжил:

– Это не точно, но с вероятностью в девяносто процентов.

– Что за точки? – видимо Кристофа очень интересовала эта информация, так как он даже подсел поближе и внимательно уставился на карту.

– Две большие конференции в центре города, – он указал в центр карты на две красные точки.

– Это точно нет, даже без вариантов, прогорит, – отрезал Кристоф.

– Еще у него одно приглашение на закрытую вечеринку и в четверг встреча с крупной компанией.

– Что за вечеринка?

– Клуб Ртуть. Его держат одни знакомые ребята, так что приглашения можно получить. Вечеринка в полночь, но учти Рендол всегда ходит с охраной.

Кристоф задумчиво откинулся на спинку стула, и какое-то время переваривал полученную информацию, видимо, принимая решение. Все присутствующие не мешали ему и даже не разговаривали между собой, все ждали… все ждали решения Кристофа. Наконец все обдумав, он сказал:

– Идем в Ртуть.

– Но охрана, плюс куча народа, мы не сможем…

– Мы и не будем, – перебил его Кристоф и, усмехнувшись, посмотрел на меня.

– Что? – не удержалась от вопроса, но на хороший ответ уже и не надеялась. Уж очень красноречиво загорелись у него глаза.

– У меня для тебя работа.

– Какая работа? – я аж поперхнулась от такого заявления. Какая работа? Не надо никакой работы! – Я никого убивать не буду!

– Больно надо. Все равно больше нет других вариантов, нас все знают в лицо, по-любому пришлось бы искать подставную девку, а так есть ты. Хоть для чего-то, но пригодишься.

– Я ничего делать не буду! – возмутилась я, ощущая, как у меня на голове зашевелились волосы. Господи, за что мне все это?

– Еще как будешь, – прищурив глаза, сказал он. – Пойдешь к Рендолу, выпьешь с ним и…

– Какой еще Рендол? – перебила его.

– Ангелина! – Кристоф со всей силы ударил по столу, да так, что все присутствующие вздрогнули от его голоса. – Заткнись и слушай меня! Ты вместе с нами пройдешь на закрытую вечеринку, подойдешь к Рендолу, выпьешь с ним. Потом пару раз раздвинешь перед ним ноги и незаметно выкрадешь флешку из телефона.

– ЧТО?!

Раздвинуть ноги? Выкрасть флешку? Он совсем больной! От возмущения я вскочила со стула, уронив его на пол с громким стуком.

– Что слышала, – отрезал Кристоф и, решив окончательно меня добить, сказал, – Если выберешься живой, я тебя отпущу.

– Что значит если? Вы вообще в своем уме? Я никуда не пойду!

– Я, кажется, не спрашивал твоего мнения.

Один из мужчин, сидевших рядом, прокашлялся и сказал:

– Слушай, Кристоф, мне кажется это не лучшая идея. Девчонка все провалит.

– У тебя есть идея получше? – с вызовом ответил он и снова посмотрел на меня. – Либо ты делаешь по-хорошему, либо по-плохому.

– Я никак не буду делать, понятно? – я чувствовала, как у меня начинают трястись коленки. Этот тип на самом деле хочет заставить меня с кем-то переспать…

Кристоф медленным движением поднялся со стула и двинулся на меня. Чисто интуитивно я отступила назад и тут же уперлась в перила.

– Здесь Я ставлю условия. Понятно?

С этими словами он схватил меня за горло и, подавшись вперед, перегнул через перила вниз головой. Закричав от испуга, вцепилась в него руками. Я не чувствовала опору, казалось еще немного, и он скинет меня со второго этажа прямо вниз на потеху публике.

– Тебе понятно?

Он тряхнул меня сильнее, все больше и больше перегибая вниз и сдавливая шею. Через пару секунд воздух перестал поступать в легкие, и я отчаянно захрипела, стараясь вырваться.

– По… пон… понятно, – еле слышно сказала я.

– Кристоф, – один из парней, который подвозил нас домой, встал со стула и положил свою руку на руку Кристофа, которой он сжимал мое горло. – Отпусти ее, она все поняла.

Пару секунд ничего не происходило, а в зале стояла гробовая тишина, в которой слышались только мои отчаянные звуки борьбы и приглушенное дыхание.

– Хорошо, – раздраженно прошипел Кристоф и, перехватив меня за шкирку, бросил на пол.

Я тут же схватилась за горло, холодный воздух ударил в легкие с новой силой, причиняя жуткую боль. Ненавижу его! Это не человек, это монстр!

– Остынь, Кристоф. Давай что-нибудь выпьем, – уговаривал его все тот же парень, с жалостью смотря, как я скорчилась на полу в надежде отдышаться.

– Да отстань от него, Айзек, – вмешалась в их разговор блондинка, ¬ – пускай он проучит ее хорошенько, своих игрушек нужно время от времени наказывать.

Я с ненавистью посмотрела сначала на Кристофа, потом на эту тупую блондинку. На их лицах не было ни капли жалости, только отвращение, презрение и чувство превосходства. Похоже, во всей этой компании только одному парню меня жалко.

Присев на корточки, Кристоф взял меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Повтори, что ты должна сделать?

– Ненавижу тебя! – прошипела сквозь зубы, растирая больное горло.

Несколько человек за столом ахнули, видимо не ожидая от меня такого обращения, но Кристоф на это никак не отреагировал и задал свой вопрос снова, только агрессивных ноток в его голосе значительно прибавилось:

– Повтори, что ты должна сделать!

– Ты садист! Тиран! Ненавижу тебя! Ненавижу вас всех!

Я попыталась вскочить на ноги или отползти от него как можно дальше, но тяжелая рука схватила мои волосы, дернув вниз с нечеловеческой силой. Заскулив от боли, я снова повалилась на пол, упав на лопатки.

Кристоф молча наблюдал за мной, но в какой-то момент его рука замахнулась вероятней всего, чтобы влепить мне очередную пощечину, но я постаралась его опередить. Сжав кулак, врезала ему по лицу. Не особо получилось, потому что он поймал мою руку еще налету и прижал к полу, не давая сделать широкого размаха, который просто был необходим, чтобы зарядить ему как следует.

– Ненавижу тебя! – я орала от обиды, что не получается ему причинить даже тысячную часть той боли, которую я получила за последние дни. – Отпусти меня!

Это несправедливо, когда побеждает тот, кто заведомо физически сильнее. Я ничего не могу сделать, даже ударить не получается.

– Заткнись, дура! – Кристоф сжал кулак и замахнулся на меня. Последняя мысль была, что он проломает мне череп прямо сейчас и все – конец…Но я лишь вздрогнула, когда он со всей дури ударил рядом с моей головой, оставив на паркете приличную вмятину.

Не говоря больше ни слова, он поднялся на ноги и, схватив меня за шиворот, потащил по лестнице на улицу, оставив своих друзей в полной растерянности. Кристоф проволок меня по всему клубу и остановившись около машины, открыл багажник.

– Я не понимаю, почему ты так меня бесишь!

С этими словами он, не церемонясь, запихнул меня, словно мешок с картошкой, в тесный и пустой багажник своего Хаммера. Несмотря на мои крики, отчаянные сопротивления и даже попытки его укусить, он все равно запер меня и уже скоро машина тронулась.

В позе зародыша я проехала до самого дома. Горло охрипло от криков и просьб выпустить меня, но Кристоф делал вид, что не слышит, а позже и вовсе включил музыку, которая заглушила все звуки.

Когда машина резко затормозила, я уже не звала на помощь. Все и так понятно – никто не поможет. Теперь есть только я и он…

– Соскучилась? – открыв багажник, сразу же поинтересовался Кристоф.

Я ничего не ответила, только злобно посмотрела в его сторону. Как можно быть таким?!

– Ну нет, так нет.

Он криво усмехнулся и, схватив меня на руки, несмотря на отчаянные брыкания, понес в дом. Кристоф прошел по коридору и, открыв какую-то невзрачную дверь, начал спускаться вниз. Я постаралась оглядеться, но угол обзора был слишком маленьким, чтобы разглядеть хоть что-то. Но без объяснений стало понятно, мы спустились в подвал…

Небрежно поставив меня на ноги, Кристоф подтолкнул вперед, выводя на середину комнаты.

– Где мы? – настороженно спросила я. Здесь было темно и пахло сыростью, а еще очень холодно…

– В твоей новой комнате.

Какую-то долю секунды я еще стояла на месте, судорожно ища пути выхода из сложившейся ситуации. Но как только я услышала звон каких-то железяк, бросилась к двери с бешеной скоростью, в надежде выбежать во двор и уже там позвать на помощь. Но Кристоф схватил меня за руку и снова швырнул на середину комнаты, словно маленького невесомого котенка.

– Дверь закрыта, – его голос как-то зловеще отразился от стен.

– Отпусти меня! – я закричала в отчаянье, когда разглядела его силуэт в темноте.

Он медленными шагами подошел ко мне, держа в руках… цепь. Толстую, железную цепь, которая устрашающе позвякивала. Отшатнувшись от него в сторону, сжала руками свои плечи. Мне страшно! Черт возьми, как мне страшно! Но меньше всего я хочу показывать ему свой страх.

Замахнувшись, он перекинул цепь через какие-то балки под потолком и двинулся на меня, притворно мягким голосом приказав:

– Иди сюда, Лина.

– Не трогай меня! – голос хрипел, вероятней всего я просто его сорвала.

– Трону, еще как трону.

От такого надменно спокойного голоса нервы не выдержали, порвавшись как напряженная струна. Закричав, я бросилась к противоположной стене, но Кристоф оказался быстрее. В одно движение, оказавшись рядом, он схватил меня поперек туловища, прижимая к своей груди.

Как только я не вырывалась, стараясь высвободиться из захвата, сколько бы я не кричала и не пыталась его ударить, Кристоф все равно привязал мои руки к цепям, закрепив их каким-то небольшим крюком. Силовое преимущество было явно не на моей стороне.

– Теперь поговорим? – спросил он, с насмешкой смотря сверху вниз.

– Кристоф, не надо. Отпусти меня, пожалуйста.

Но он лишь фыркнул и подтянул цепь так, что теперь мои ноги почти не касались пола. Все тело в мгновение затекло, а руки налились кровью, вызывая мучительную боль.

– Кристоф? – я жалостно позвала его. В таком подвешенном положении говорить было тяжело, а шевелиться вообще невозможно.

– Что? – он подошел сзади, положив руки на мои бедра, и опустившись вниз, расстегнул пуговку на джинсах.

– Что ты делаешь? – я оцепенела от ужаса, перестав ощущать боль от цепей. Теперь я чувствовала только его руки и немного хрипловатый голос.

– Заставляю принять тебя правильное решение по поводу Рендола.

Одним рывком он сорвал с меня джинсы вместе с кроссовками. Теперь я осталась перед ним в одной майке и трусиках… совершенно беспомощная и неспособная даже к самой ничтожной попытке сопротивления.

– Кристоф, прошу тебя…, – слова давались с трудом, язык заплетался от страха и ужаса перед происходящим. Я всхлипнула и почувствовала, как горячие слезы вновь побежали по моему лицу.

– Тсс, ну что ты плачешь, – через чур притворно сказал Кристоф, – ты же строишь из себя такую смелую, такую решительную. Так и отыгрывай свою роль до конца.

– Прости меня! Я не буду больше, честно. Я буду тебя слушаться. Ну Кристоф, прошу тебя…

– Не впечатляет, – четно ответил он и неспешно разорвал на мне майку.

Теперь слезы тонкими ручейками стекали по лицу и каплями падали на обнаженную грудь, оставляя после себя мокрые дорожки. В подвале было ужасно холодно, но я дрожала по другой причине. Чувство беспомощности давило на меня, переплетаясь с животным страхом перед этим человеком… Что он задумал? Отпустит ли он меня обратно или прямо сейчас замучает до смерти?

– Кристоф, ты меня пугаешь, пожалуйста не…

– Пугаю? – его голос показался удивленным.

– Мне страшно.

– Ты сама виновата, – ответил он и, нагнувшись, снял с меня трусики.

Вот и все, я, совершенно голая, подвешена на цепях в холодном и мокром подвале, с неадекватным человеком, который находится в эпицентре криминальных дел.

Когда его руки коснулись моих бедер, я вздрогнула, громко звякнув цепями.

– Ну что ты детка, не стоит так меня бояться, – его голос прозвучал где-то в голове, а я сразу вспомнила все фильмы ужасов, что пересмотрела за последние пять лет… Кажется большинство маньяков перед тем, как изнасиловать и расчленить жертву, ласково с ней разговаривают, точно так же как Кристоф сейчас.

Меня всю затрясло, а тело покрылось болезненными мурашками. Громко всхлипнув, я предложила:

– Я все сделаю, как ты скажешь. Только отпусти меня сейчас. Пожалуйста…

Он молчал и ничего не говорил, только провел ладонью по телу и со спины обхватил груди, сжав их до боли.

– Кристоф? – я заскулила и позвала его еще раз. – Кристоф, пожалуйста, не молчи! Только не молчи! Мне страшно…

– Я не молчу, Лина, – он сказал это на самое ухо, от неожиданности я дернулась и тут же вскрикнула от боли, цепи больно впились в нежную кожу.

– Я согласна на твое дело, я все сделаю, как ты скажешь. Прости меня, что не послушалась. Я все поняла! Ты отпустишь меня?

– Отпущу, – и такой тихий вкрадчивый, обволакивающий тон, от которого сердце забарабанило как бешеное.

Но тут я почувствовала, что его палец скользнул между моих ягодиц. Я дико закричала от боли, когда он погрузился в мое тело сзади.

– Кристоф! – я уже не просила, я ревела. – Ты же обещал меня отпустить!

– Я и не отказываюсь от своих слов, – согласился он. – Но я не говорил, что отпущу тебя прямо сейчас.

Его палец двигался внутри, причиняя страдания. Я чувствовала себя раздавленной и униженной, никто не позволял себе такого. Кристоф унизил меня, сломал…

– Зачем ты это делаешь? – я захлебывалась в своих рыданиях. – Пожалуйста, Кристоф, я все поняла!

Тело больше не принадлежало мне, теперь я была полностью в его власти. И только он решал, что дальше со мной будет.

В следующее мгновение он отстранился и, обойдя меня по кругу, заглянул в глаза.

– И что же ты поняла?

Я подняла голову и посмотрела на него. Лицо выражало странные эмоции, которые невозможно понять.

– Я будут тебя слушаться, сделаю как ты скажешь…

– Что с Рендолом?

– Я пойду с тобой на вечеринку, – голос дрогнул, но я сдержала новый порыв разреветься еще сильнее. – И раздвину перед ним ноги.

– Флешка?

– И выкраду флешку из телефона.

Кристоф скрестил руки на груди и окинул меня взглядом.

– Тебе достаточно будет подсыпать снотворное, чтобы выкрасть флешку.

Шмыгнув носом, я посмотрела в его выцветшие серые глаза и спросила:

– И не нужно будет с ним спать?

– Не нужно.

– Кристоф… мне больно и холодно…

Тяжело вздохнув, он ослабил цепь и как только мои ноги коснулись пола, Кристоф быстрым движением освободил руки.

Ничего не говоря, он молча вынес меня из подвала и быстрыми шагами взбежал по лестнице обратно в дом. И только опустив на кровать в своей спальне, сказал:

– Захочешь есть, приходи.

С этими словами он вышел из комнаты, оставив меня одну. Раздавленную и униженную. Какое-то время я смотрела на захлопнувшуюся дверь, а потом уткнулась лицом в подушку и наконец-то смогла дать волю своим эмоциям и разрыдалась. Слезы текли не прекращаясь, смывая обиду и злость за сегодняшний день.

Постепенно я начала успокаиваться и забравшись под теплое одеяло, уснула в беспокойном сне.

Глава 8.

За всю ночь я просыпалась несколько раз. Мне постоянно казалось, что в комнате кто-то есть, и этот кто-то хочет меня убить. Когда я открывала глаза и с ужасом всматривалась в темноту, естественно, никого не видела и снова засыпала. Да здравствует паранойя!

Окончательно проснулась я лишь к обеду и то только потому, что щекой почувствовала что-то твердое и волосатое. Сначала я подумала, что мне снова все показалось, и на самом деле я лежу на мягкой подушке. Но когда это что-то волосатое тяжело вздохнуло, я вскочила с кровати и, запутавшись в одеяле, повалилась на пол.

– Ты вообще нормальная или как? – сонно спросил Кристоф, наблюдая, как я барахтаюсь на полу.

– Ты! – злобно сказала я, встав на ноги и закутав в одеяло свое обнаженное тело. – Что ты тут делаешь?

– Вообще-то это мой дом, – он криво усмехнулся и посмотрел на меня. – И моя кровать.

– Я думала, что ты не будешь со мной спать!

–Я с тобой и не спал, я спал на своей кровате в своем доме, – продолжал издеваться Кристоф. – А ты сама забралась на меня, предпочитая подушке, мою грудь.

Я перевела взгляд с его лица на обнаженную волосатую грудь. Хм… так вот что было такое твердое…

– Я неспециально, – враждебно буркнула я и присела на краешек кровати.

– Охотно верю, – с этими словами он тяжело поднялся и, подойдя к комоду, достал из него одну из своих рубашек. – Одень.

Поймав не лету брошенную вещь, я внимательно ее разглядела и поморщилась. Короткая рубашка, безобразно короткая.

–А где мои вещи?

– Здесь нет твоих вещей, – грубо ответил Кристоф. – Здесь есть мои вещи, которые я по доброте душевной даю тебе.

– Хорошо, – мило согласилась я, притворно похлопав глазками. – Где твои вещи, которые ты по доброте душевной сорвал с меня в подвале?

– Не играй со мной, Лина, – ответил он, прищурив глаза. –       Одевайся и топай на кухню готовить пожрать, ты все-таки теперь заменяешь горничную.

Он вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. А я причесала волосы, которые спутались и теперь висели на мне непонятными безобразными клочками, и натянула предложенную рубашку. Ну и видок! Из зеркала на меня смотрела совсем другая девушка. Худая, израненная, с кучей синяков и спутанными волосами. Я никогда не выглядела так ужасно, как сейчас…

На кухне меня ждал Кристоф. Он сидел на одном из высоких барных стульев и что-то выискивал в ноутбуке. Я неосознанно затормозила на пороге, неотрывно смотря на вещь передовых технологий. Заметив мой взгляд, Кристоф оторвался от экрана и предупредил:

– Нет, я не дам тебе написать сообщение.

– Но почему? – я уже была готова стоять на коленях, только бы мне разрешили хоть как-то связаться с семьей.

– Ты не заслужила, – он снова уткнулся в ноутбук, – вся кухня в твоем распоряжении, что найдешь съедобное, из того и готовь.

Еще пару секунд я стояла на месте, прогоняя неадекватные идеи. Мне хотелось выхватить этот ноутбук и убежать в другую комнату, закрыться и спокойно написать брату, что со мной все в порядке. Но я понимала насколько это все неосуществимо. Бороться с человеком, который в разы превосходит тебя по ловкости и силе – глупо.

Обреченно вздохнув, я прошла вперед и открыла холодильник. Неудивительно конечно, но все же странно: еды в нем практически не было – пара яиц, какие-то старые консервы, молоко, зелень и колбаса.

Соорудив из ингредиентов легкую яичницу, поставила ее перед Кристофом, а себе нарезала бутерброды.

– А ты умеешь готовить? – спросил он, подозрительно покосившись на еду.

Я ничего не ответила, воспоминание о «чудесном» вчерашнем вечере всплыли в сознании. Молча сев напротив, приступила к завтраку. Заметив мое молчание, Кристоф нахмурился:

– Мне не нравится. Переделай.

– Что? – удивленно вздохнула я и тут же подавилась кусочком хлеба.

– Переделай! – с этими словами тарелка с приготовленной яичницей полетела на пол, разбившись вдребезги и заляпав все вокруг. – И убери!

Я вздрогнула от его голоса и непонимающе посмотрела на испорченную еду. Ну зачем он это делает?

– Тряпка в ванной, – сказал Кристоф и, стащив с моей тарелки бутерброд, с аппетитом откусил от него кусочек.

Прекрасно! Я молча встала и потопала за тряпкой, вернувшись обратно собрала осколки и выбросила в мусор. Когда следов неожиданного конфликта не осталось, сделала новую яичницу, пару бутербродов и легкий салат из зелени. Поставив перед ним тарелки, сказала:

– Я не знаю, что ты ешь. Поэтому я приготовила тебе яичницу… во второй раз. Еще пару бутербродов, у тебя не было много еды в холодильнике, поэтому только колбаса…

– Заткнись! – не переставая жевать мой бутерброд, раздраженно бросил Кристоф.

Я вздрогнула и отошла от него.

Искоса посмотрев на меня, он хмыкнул и захлопнул ноутбук.

– Ко мне придут гости, а ты в это время разберешься в доме. Выбросишь старый хлам, протрешь пыль, помоешь пол и все в таком духе.

– Хорошо, – тихо согласилась я.

На самом деле я была не против, а очень даже за. Уборка – отличный способ отвлечься от всех проблем, которые снежным комом набирают и набирают обороты.

– Тогда приступай, – с этими словами он взял тарелку с завтраком и вышел из кухни.

Доев свои бутерброды в гордом одиночестве, вышла в коридор. Но знакомый женский голос заставил меня спрятаться за дверью.

– Кристоф, я так соскучилась…, – если я ничего не путаю, а путать я ничего не могу, слава богу, с памятью все нормально, то эта та самая «красивая» блондинка из клуба с накаченными губами.

– Я безумно рад, – ответил Кристоф. – Раздевайся и проходи.

После этих слов послышались шаги, а я вжалась в стену сильнее. Только бы они меня не увидели! Но удача была на моей стороне, они прошли мимо меня по коридору, переговариваясь о каких-то своих делах.

И даже знать не хочу, что они собираются делать и какие отношения их связывают. Ну не может же Кристоф быть с этой накаченной куклой… или может? Так стоп, это не мое дело!

Стараясь мысленно не возвращаться к этой теме, взяла тряпку и принялась за уборку. Пыли и грязи было совсем мало, так что с основной частью дома я справилась за полчаса, оставались только зал и подвал. В подвал я ни ногой, вот хоть убейте, туда ни за что не пойду! Так что остается только зал.

Двери как всегда были раскрыты нараспашку, поэтому без задней мысли я вошла в комнату и тут же замерла на месте. На диване раскинулся Кристоф, положив руки за голову. Прямо у него в ногах сидела совершенно обнаженная блондинка и с энтузиазмом лизала его… хм… член.

Несколько секунд я смотрела на все это безобразие, ровно до того момента, пока Кристоф не открыл глаза и не увидел меня.

– Ты хочешь присоединиться, Лина? – от его слов я вздрогнула, но словно в ступоре осталась стоять.

Блондинка дернулась, стараясь обернуться и посмотреть, с кем это он разговаривает. Но Кристоф схватил ее за волосы раньше, чем она успела это сделать.

– Не отвлекайся, Джессика! – с этими словами он рывком вогнал ей член в глотку, да так что она закашлялась.

– П… простите, – смахнув странное оцепенение, я ринулась к двери, выбегая в коридор.

От увиденного меня замутило, и я решила закончить с уборкой. Положив на место все моющие средства, вернулась в комнату и забралась на кровать с ногами. Странный день, странная неделя…

Остаток дня я просидела в комнате, не желая выходить на кухню и видеться с Кристофом, а уж тем более с его Джессикой. Но видимо у Кристофа было другое мнение, потому что ближе к вечеру он сам пришел в комнату.

– Собирайся.

– Куда? – не поняла я.

– Я еду в клуб, ты естественно со мной.

На ум сразу пришел тот гламурный клуб с вип зоной и вторым этажом, с которого меня чуть не сбросили вниз головой.

– А можно я…

– Не можно, – перебил Кристоф и повесил на дверь короткое голубое платье. – У тебя есть пятнадцать минут на сборы.

– Зачем мне ехать? – спросила я, но вопрос уже был адресован закрытой двери.

Голубое платье оказалось очень коротким и, похоже, не предполагало ношение нижнего белья. Грудь, попа, ноги – это все было выставлено напоказ. Никогда в жизни я не надела бы на себя такое безобразие…

Ровно через пятнадцать минут зашел Кристоф и, остановившись на пороге, с серьезным видом осмотрел мой внешний вид.

– Вроде бы нормально.

– Нормально? – я зашипела от раздражения. – Это тряпка, а не платье. Я ужасно выгляжу.

– Пошли, – проигнорировав мои слова, он указал на выход.

Пройдя мимо него, я вышла в коридор и двинулась к выходу.

– А где твоя Джессика? – не удержалась от вопроса.

– Давно уехала.

Он открыл переднюю дверцу своего Хаммера, предлагая сесть мне вперед. Как можно сильнее прижимая платье к телу, забралась в салон.

– Ты все испортила, – криво усмехнувшись, сказал Кристоф и вдавил педаль газа.

– Что? В смысле я все испортила? – удивилась я, при этом судорожно пытаясь пристегнуть ремень безопасности.

– Желание пропало после того, как ты пришла, поэтому Джессика уехала.

– А по-моему у тебя его было много, – совсем тихо буркнула я. Кристоф красноречиво на меня посмотрел, но ничего не ответил.

Через несколько минут мы подъехали к большому зданию, с неоновой вывеской «Микстура Бар». Найдя свободное место на парковке, мы оставили машину и вошли внутрь.

– О, Кристоф! – воскликнул какой-то мужчина, стоило нам пройти охрану. Да что же это такое, его все в городе знают! – Я думал ты сегодня уже не приедешь.

– Как видишь, планы изменились, Кросвор.

Мужчина кивнул и посмотрел в мою сторону. Для полноты картины ему не хватало только облизнуться, ну уж очень пошлый у него был взгляд. Я неосознанно отступила назад, прячась за широкую спину Кристофа.

–Ты чего? – от него не укрылась моя странная реакция.

– Все нормально, – ответила ему из-за спины.

– Ммм, – подозрительно протянул Кристоф и обратился к мужчине.

– Закрытая випка свободна?

– Ага, проходи.

С этими словами, Кристоф взял меня за руку и потащил за собой. Клуб был огромный, но даже при его габаритах весь танцующий партер был занят, свободной осталась только одна вип зона, где мы и остановились. К моему сожалению, этот Кросвор пошел за нами и уселся напротив, я же села рядом с Кристофом на один диван.

– Чего желаете, господа? – к нам сразу же подошел официант.

– Мне коньячку добавь, – сказал Кросвор и протянул ему пустой бокал.

Кристоф повернулся в мою сторону и спросил:

– Что будешь?

– Ничего, – я, не раздумывая ему ответила и вообще удивилась, уж не думала, что он соберется мне что-то заказывать.

– Мне воды, ей виски, – сказал Кристоф официанту. – И на закусь что-нибудь притащи.

– Виски какой?

– Любой. Хороший.

– Скоро все будет, – ответил официант и сразу же испарился.

Я проводила его взглядом, а когда обернулась поймала на себе пронзительный взгляд и ухмыляющуюся улыбку.

– Где ты ее нашел? – спросил Кросвор, ткнув в меня пальцем.

–Купил у Мартина, – равнодушно ответил Кристоф, будто это сама собой разумеющаяся вещь.

– О, как, – мужчина неожиданно оживился. – Так она шлюха?

– Нет! – вскрикнула я, сильно сжав руки.

– Мартин продал ее, как элитную проститутку, – усмехнулся Кристоф, – уж не знаю, чего элитного он тут нашел.

– Так если она тебе не нужна, может, продашь ее мне? Эх, всегда на рыжих был падок…

От одной мысли, что я останусь наедине с этим мерзким мужчиной бросало в дрожь. Но стоило мне повернуть голову в сторону Кристофа, как паника начала подступать, а сердце больно дернулось.

– И сколько за нее дашь? – деловито поинтересовался он, все так же не сводя с меня глаз.

– Ну не знаю, – Кросвор внимательней пригляделся ко мне. – За таких обычно дают не больше двух тысяч евро.

– Как-то мало, – иронично протянул Кристоф.

Я в ужасе слушала их разговор. Неужели он привез меня сюда, чтобы продать? Нет… нет…нет! Не может такого быть, я в это не верю.

– Ну хорошо, за три заберу ее, но только по дружбе. Для такой уже две тысячи красная цена. Старовата, да и не красавица, сам понимаешь.

От его слов я дернулась и совершенно неожиданно для себя, вцепилась в руку Кристофа. Он изогнул бровь и проследил за моим движением.

Пусть ударит! Пусть делает, что хочет. Но я лучше буду жить с жестоким Кристофом, чем с этим уродом.

– Не, она не продается, – весело сообщил он и разжал мои пальцы.

– Жаль…

– Ты принес, что обещал? – серьезным тоном спросил Кристоф.

– Да, – Кросвор достал из внутреннего кармана пиджака плотно запечатанный длинный конверт и положил его перед Кристофом. – Здесь все, что ты хотел.

В этот момент подошел официант и поставил напитки на стол. Протянув руку, Кристоф налил мне в бокал виски и сказал:

– Пей.

– А может не надо? Это же очень крепкое.

– Пей, – повторил он.

Я послушно отпила пару глоточков, проследив за этим, он оставил меня в покое и повернулся к Кросвору. Следующие полчаса они разговаривали о росте цен на автомобильном рынке, выгодных ставках в спорте и о каком-то Брайоне.

Но в какой-то момент Кросвору позвонили и, попрощавшись, он оставил нас двоих. К этому моменту я уже допивала второй стакан.

– Кристоф, – я долго не решалась это сказать, но все же сказала. – Спасибо.

– За что?

– За то, что не продал меня ему.

– У нас с тобой уговор, помнишь? – усмехнувшись, спросил он.

Точно, какой-то Рендол и его загадочная флешка…

– Я помню про флешку.

– Отлично, но я не про это.

– Да? – удивленно произнесла я, перебирая в голове все, о чем мы еще успели договориться.

– Я оставил тебя дома на условиях, что ты будешь готовить, убираться и…, – подсказал он.

– И когда ты никого не найдешь, я буду тебя ублажать, – поморщившись произнесла я.

– Например, сегодня я никого не нашел, – усмехнулся Кристоф, проследив за тем, как у меня каменеет лицо.

Нервная дрожь пробежала по всему телу, а в голове сразу всплыл холодный подвал и цепи. Я конечно понимала, что все хорошо не может быть и когда-нибудь мне придется это сделать, но сейчас я была не готова.

– Расслабься и выпей, – предложил он, подливая виски мне в бокал. И вроде ничего необычного, только я уже и так выпила два бокала, а вот он пьет исключительно воду.

– Ты хочешь сегодня? – я громко сглотнула и уставилась на него умоляющим взглядом. Только не сегодня, прошу тебя, только не сегодня!

– Ты права, я не хочу сегодня, – сказал он, но от его голоса все внутри передернулось, что-то было не так. – Я хочу сейчас.

С этими словами он схватил меня за руку и притянул к себе.

– Но здесь же люди! – жалобно пропищала я, уперевшись руками в его грудь.

– Где ты здесь видишь людей? – Кристоф усмехнулся и, опустив свою руку мне на ногу, начал медленно задирать платье.

–А официанты?! – я в ужасе посмотрела на его лицо, полное решимости.

– Сюда никто не зайдет.

– Но заходили же, официант заходил и…

– Лина! Заткнись!

С этими словами он грубо задрал платье вверх до самой груди, обнажив ноги и живот. Я взвизгнула и попыталась натянуть все обратно, но Кристоф не дал этого сделать.

– Я тебя свяжу, – предупредил он, расстегивая ремень на брюках.

– Кристоф, я… я…, – я не нашла что ему противопоставить.

Сказать, что его боюсь? Так это только развеселит, но никак не остановит. Сказать, что я не хочу? Думаю, эффект будет тот же, что и в первом случае.

Кристоф снял джинсы и откинул их в сторону, все время, смотря мне прямо в глаза. Я забилась в самый угол дивана, поджав под себя ноги. Беспомощность – вот что я испытала с ним в полной мере.

– Повернись, – приказал он.

– Что? – до меня не сразу дошел смысл его слов.

– Повернись и обопрись руками о спинку.

– Нет, – я отрицательно покачала головой, сильнее вжимаясь в кожаный диван. Ни за что. Не буду разворачиваться к нему спиной!

– Повернись! – с нажимом сказал он.

Во мне боролись два чувства: то ли подчиниться и сделать, как он скажет, то ли постараться вырываться до последнего. Второе чувство побеждало…

– Нет! – с вызовом сказал я.

Серые глаза потемнели, выражая свое недовольство. Кристоф в один шаг оказался рядом со мной, и я даже не успела пикнуть, как он грубо перевернул меня на живот.

– Делай, как я сказал! – прошептал он на самое ухо и с хлопком ударил меня по попе.

Я дернулась, но он прижал меня еще сильнее и ударил второй раз. Мне не было больно, было ужасно стыдно и обидно. А от этого хотелось выть еще сильнее.

– Кристоф, отпусти меня, – прошептала я, в принципе не надеясь на пощаду.

Нагнувшись ко мне, он шепнул на самое ухо:

– Я только начал, чтобы тебя отпускать.

Спиной я почувствовала тяжесть горячего тела и что он… он совершенно голый, уже без белья. Вот и все. Теперь я точно не выкручусь. От осознания всего происходящего я снова дернулась, но только получила очередной хлопок по попе.

– Ты же вроде не глупая, – сказал Кристоф и его руки стянули с меня платье целиком, отшвырнув куда-то в сторону. – А ведешь ты себя как малолетняя целка!

– Пусти! – громко крикнула я, чувствуя, как бешено бьется сердце.

Он сильнее прижал меня к своему телу и, рукой надавив на шею, силой заставил лечь грудью на диван.

– Раздвинь ноги, – сказал он и вроде бы обычный тон, но от его голоса разбежались болезненные мурашки. И непонятно, то ли они от холода, то ли они от страха.

Я раздвинула ноги, чувствуя на себе прожигающий взгляд. Хотелось закрыться, убежать, спрятаться, сделать что угодно, только бы Кристоф не видел меня сейчас. Но моим мечтам не удалось сбыться, подавшись вперед, он одной рукой сжал мою грудь, а второй провел вокруг ямочек на пояснице.

– Ааа! – я закричала и рванулась вперед, когда почувствовала, что он погрузил в меня два пальца. Было больно и неприятно…

– Тихо, не ори! – сказал он, вернув меня в прежнее положение.

– Не надо, пожалуйста! – простонала я, по щеке медленно скатилась слеза.

Кристоф ничего не ответил, только погладил меня по спине, проводя рукой от шеи до поясницы и обратно.

– Кристоф…, – позвала его еще раз и попыталась обернуться. Он не дал этого сделать, грубо развернув меня обратно. – Кристоф, почему ты молчишь?

Теперь я чувствовала, как по обеим щекам скатываются слезы и падают вниз. Мне было страшно, до чертиков страшно, что он может со мной сделать. Я была полностью в его власти… Как он скажет, так и будет…

– Я хочу тебя, Лина, – наконец ответил Кристоф и рывком перевернул меня на спину.

Несколько секунд он смотрел мне в глаза, потом его взгляд медленно опустился на грудь.

– Ты красивая… для рабыни.

Я поежилась. Это комплимент или наоборот?

Нависнув надо мной, Кристоф запустил пальцы в густые рыжие волосы и, намотав их себе на запястье, оттянул назад и жадно поцеловал в губы, проталкивая свой язык между зубов. Вторая рука медленно ползет по моему телу, обводя каждый миллиметр, и опускается на заветный бугорок. Почувствовав его прикосновения там внизу, я вздрогнула, но он никак на это не отреагировал.

Круговыми движениями он плавно массировал мой клитор и все так же жадно продолжал целовать. Если первые мгновения я брыкалась и всеми силами старалась вырваться, то теперь успокоилась и сама обняла его за шею, притягивая ближе.

Несмотря на тот страх, который не покидал меня ни на секунду, я чувствовала возбуждение. Неизвестное и пока непонятное для меня возбуждение.

– Думаю, ты уже готова, – сказал Кристоф, и я почувствовала, как головка члена упирается в мою промежность. Толчок… и он входит в меня целиком.

Я вцепилась в него ногтями, оставляя на коже небольшие кровавые борозды, но его видимо это только больше возбуждало. Не став медлить он начал во мне двигаться, сначала медленно, давая привыкнуть к ощущениям, потом все сильнее и сильнее, двигаясь быстрее в беспощадном ритме.

Было больно, но боль отступала на второе место, желание пересиливало все остальные чувства… В какой-то момент я не смогла сдержать стон и выгнулась под тяжестью его тела.

– Нравится? – ухмыляясь, спросил Кристоф.

На его слова я отреагировала неадекватно и только сильнее застонала. Сильные мужские руки двигались по всему телу: мяли грудь, тискали бедра, лапали нежные складочки, грубо сжимая клитор. Я не знала, что так бывает… Даже не представляла, что может быть так хорошо. Каждой клеточкой тела чувствовала его внутри себя и хотела только одного, чтобы он не останавливался.

Сильные и резкие движения приводили меня в какое-то иступленное дикое состояние. Я уже не понимала, что творю… мысли путались и разбегались в разные стороны. Я больше не стонала от удовольствия, я кричала не в силах сдерживать эмоции.

– Тихо, нас услышат, – Кристоф зажал мне рот ладонью и впился в шею, оставляя безобразные засосы.

Он входил в меня снова и снова, пока я не почувствовала напряжение скопившееся в низу живота. Новый грубый толчок… и я рассыпаюсь в его руках на миллиарды кусочков, мое тело пронзает судорога. Кристоф целует меня в губы, заглушая новые крики.

Я еще даже не успела прийти в себя от пережитого удовольствия, как Кристоф схватил меня за руку и поставил на подрагивающие ноги. Одним движение руки он сбросил со стола все: стаканы, бокал, недопитую бутылку виски. Все разбилось об пол и разлетелось маленькими осколками.

– Ложись, – приказал он, и сильные руки перевернули меня, облокотив грудью на деревянный стол.

Кристоф навалился на меня всем телом и грубым толчком вошел внутрь. Ощущения опять заполнили меня, я застонала и выгнулась ему навстречу. Он всаживал член резко и грубо, а я снова почувствовала тяжесть внизу живота. Ноющее и быстро нарастающее желание. Черт, все было так неправильно, но ужасно приятно!

Было немного неудобно, так как приходилось стоять на цыпочках и держаться руками за край стола. Если бы Кристоф не удерживал меня, я бы давно упала на пол от обессиливания.

В дззйви какие-то мгновения член проникал очень глубоко, что у меня от боли перехватывало дыхание, но это была какая-то сладостная боль. Через пару минут меня снова накрыла новая волна оргазма, все тело свела судорога, и мне было уже плевать на громкие крики и людей за стенкой.

Схватив меня за волосы, Кристоф вынул член и кончил на спину, но мне уже было все равно… Я потеряла ощущение реальности, тело было обессилено и подрагивало от удовольствия, коленки поджимались и я чувствовала, что вот-вот упаду на пол от слабости.

– Для первого раза неплохо, – усмехнулся Кристоф и, взяв меня на руки, положил на диван.

Я словно в тумане смотрела, как он поднимает свои джинсы и натягивает их обратно. Подняв мое платье с пола, он берет его в руки, и садится на диван.

– Оденешься или так поедешь? – спросил он, выворачивая платье.

– Оденусь, – хрипло сказала я.

Он прищурился и как-то странно на меня посмотрел, а я вдруг почувствовала себя такой одинокой и беззащитной. Немного помедлив, я нерешительно, словно маленький котенок, который ищет ласки, пододвинулась к Кристофу. Наверное, со стороны это выглядело жалко…

– Что? Больше не боишься меня? – спросил он, поднимая бровь.

– Боюсь, – честно ответила и пододвинулась еще на миллиметр.

Внезапно Кристоф улыбнулся, наблюдая за моими нерешительными попытками приблизится к нему. Протянув руку, он подтянул меня к себе и обнял за талию. Я удобно устроилась на его груди, прижимаясь как можно ближе.

– Ты странная, – задумчиво протянул Кристоф, погладив меня по спине.

– Почему? – сонно спросила я.

–Другая бы уже давно забилась в угол в истерике, а ты спокойно сидишь, даже слишком спокойно.

Я ничего не ответила, только фыркнула на его слова и закрыла глаза. Мне было хорошо и не хотелось ни о чем думать. Когда я почувствовала, что проваливаюсь в сон, Кристоф встал с дивана и потащил меня за собой.

– Пошли, дома будешь спать.

– Я устала, – жалобно сказала я, с трудом разлепляя глаза.

– Я могу тебя оставить здесь. Голую! – и это было сказано таким тоном, что сон невольно отступил на второй план. – Одевайся.

Он протянул мне безобразно короткое платье, которое я тут же натянула на себя. Взяв меня за руку, мы вышли из вип зоны и спустились вниз на парковку.

В машине я сразу же заснула, не обращая внимания на бешеную скорость и резкие повороты. Как я оказалась в постели и разделась, совершенно не помню. Но видимо Кристоф сам принес меня в дом и уложил в кровать. Неожиданно, но… приятно.

Глава 9.

Проснулась я посреди ночи от странного и нехарактерного для ночной тишины звука. Словно разбилось что-то стеклянное…

Я испуганно открыла глаза и села на кровать, озираясь по сторонам. Первое, что я увидела, это Кристофа… в одних штанах он стоял около закрытой двери и прислушивался. Второе, что я увидела, это короткоствольный автомат, который он держал в руках наготове. Заметив, что я тоже проснулась, он обернулся ко мне и приложил палец к губам, призывая к молчанию. Я послушно кивнула и даже затаила дыхание.

Несколько минут мы находились в полнейшей тишине, но Кристоф все так же стоял около двери и чего-то выжидал.

Когда безмолвную тишину нарушили чьи-то медленные шаги за стенкой, я вздрогнула. В доме кто-то посторонний… Сердце подпрыгнуло и забилось быстрее, стало страшно. А шаги все приближались и приближались к двери в спальню.

Я растерянно посмотрела на Кристофа, не зная, что мне делать. То ли спрятаться, то ли все так же сидеть и не издавать звуков. Он тоже посмотрел на меня, и чуть заметно шевеля губами, сказал: «не бойся».

Поборов в себе дикое желание вскочить с кровати и спрятаться в шкаф, осталась сидеть и ждать. Человек, а я точно уверена, что это человек, подошел совсем близко и остановился около нашей двери.

Кристоф подобрался и вжался в стенку, неотрывно наблюдая за дверью. Я тоже вся подобралась в угнетающем ожидании.

Как оказалось, ждать долго не пришлось. В следующее мгновение дверь тихо открылась, а на пороге показался невысокий парень, нацелив на меня свой пистолет.

Удар…

И, Кристоф выбивает у него из рук пистолет и оглушает мощным зарядом в челюсть.

– И кто ты такой, черт возьми? – спрашивает Кристоф, наклоняясь над потерявшим сознание парнем. – Что-то я тебя не припомню.

– Думаешь, он пришел, чтобы нас убить?

Мое собственное сердцебиение заглушало слова. Я только сейчас поняла, как сильно испугалась, когда этот тип направил на меня оружие, но я даже не шелохнулась, доверяя Кристофу... свою жизнь.

– Возможно, – задумчиво протянул он, поднимая с пола пистолет. – Он подготовился, вся обойма целая.

С этими словами он вытащил все патроны и кинул их на пол вместе с пистолетом.

– Лина, иди на кухню и притащи мой телефон.

– Х… хорошо, – заикнувшись, сказала я и вылезла из кровати.

– Я буду в зале, – сказал Кристоф, и с этими словами, взял парня за руки и, не церемонясь, потащил вперед по коридору, пару раз ударив его головой об дверные косяки.

Я выскочила из спальни и бегом пробежала через весь коридор. В кухне я потратила несколько минут, прежде чем нашла телефон, который лежал на холодильнике. Взяв его в руки, я сразу же пошла в зал, отбросив ненужные мысли, что так и лезли в голову.

Кристоф стоял к входу спиной, и нагнувшись, связывал руки парню, усадив его на невысокий стул.

– Держи, – я протянула ему телефон, тот взял его и тут же набрал чей-то номер.

– Смазливая морда, татуха на правой руке, черные волосы, узнаешь кого-то? – раздраженно спросил Кристоф в трубку телефона. – На вид лет двадцать – двадцать пять, я его ни разу не видел. Эта сука влезла в мой дом с пушкой!

Я вздрогнула, когда он повысил голос. В такие моменты он становится опасным, что лучше держаться подальше. Заметив, как я испуганно от него отшатнулась, Кристоф улыбнулся и подмигнул мне.

– Я рад, что до тебя наконец дошло! – язвительно протянул он. – Причем быстро, иначе я и твои мозги вышибу! Бараны твою мать!

Он повесил трубку и бросил телефон на диван.

– Кристоф, ты его не знаешь? – тихо спросила я, стараясь не нарваться на конфликт.

– Первый раз вижу, – сказал он, всматриваясь парню в лицо.

Я тоже на него посмотрела. Молодой парень с круглым полным лицом, короткими черными волосами и густыми бровями. Если честно, то он совершенно не похож на убийцу. Скорее на маменькиного сынка…

– Кристоф, он не похож на…, – я запнулась, – на того, кто убивает людей.

– Хотела сказать, что он не похож на меня? – поморщившись, переспросил он. – Ты знаешь, я рад, что на меня не похожи такие крысы, как это чмо. Нападать на спящих – это низко.

Я стояла на входе в зал и переминалась с ноги на ногу, не зная, что мне делать. Кристоф сел на диван и повернувшись ко мне, сказал:

– Иди спать.

– Спать? – я удивленно посмотрела на него. – Как можно спать после всего этого?

Не хочу обратно в спальню. Мне кажется, что в доме есть кто-то еще и если я останусь одна, то меня точно прикончат. Возможно – это глупо, но я слишком перенервничала, чтобы сейчас ложиться спать, зная что в доме находится посторонний.

– А вечером ты очень даже хотела спать, – ухмыляясь, сказал Кристоф, не отрывно смотря на меня.

Воспоминание сразу вернулось в недавние события в клубе, я смущенно отвернулась. Стыдно за себя…

– Иди сюда, – приказал он.

Секунду я еще постояла на месте, но потом все же двинулась к нему и с ногами забралась на диван.

– Знаешь, тебе все-таки лучше уйти и не видеть, что будет дальше, – предупредил Кристоф, притягивая меня к себе.

– Что ты будешь с ним делать?

– Не знаю, все зависит от того, что он скажет.

Я прижалась к нему, закрывая глаза. Лучше я останусь с ним, чем одна в пустой комнате. Кристоф накинул на меня какой-то плед и, не смотря на все свои страхи, я все же заснула у него под боком, свернувшись калачиком.

Разбудил меня истеричный мужской голос. Я сразу же открыла глаза и непонимающе уставилась перед собой. Как я могла так надолго уснуть?

Кроме меня с Кристофом в комнате находились еще трое малознакомых парней. Вроде бы я их видела в клубе… но точно не помню. Все они стояли около связанного парня, который уже пришел в себя и пытался что-то объяснить:

– Я не знал! Честно! Почему вы мне не верите?!

– Потому что ты не убедителен, – от безэмоционального голоса Кристофа по всему телу разбежались неприятные мурашки. – Как тебя зовут?

– Я не хотел. Пожалуйста, отпустите меня! Я не хотел! – парень чуть ли не выл во весь голос, стараясь убедить всех присутствующих в своей не виновности.

– Да что же это такое! – в сердцах выругался Кристоф и, сжав кулак, зарядил ему прямо по лицу. – Имя!

Парень захрипел и закашлялся. Губы, нос, бровь – все было разбито, а лицо превратилось в огромный кровавый синяк.

– Бейер, – прошептал он.

– Слушайте, – предложил один из парней, – а может его расчленить и выбросить?

– Ты придурок? Он еще живой, – скривившись, ответил Кристоф.

– Так это расчленению не помешает…

– Вы ненормальные? – закричал Бейер и завозился на месте, стараясь освободиться. – Психи!

Кристоф снова презрительно на него посмотрел.

– Что ты делал в моем доме?

– Я не знал, чей это дом! Я не знал, – снова завопил Бейер. – Если бы я знал, то никогда бы не залез!

– Твою мать! Отвечай мне! – Кристоф снова нанес ему удар, только теперь он бил в живот.

Парень завопил от боли, пытаясь согнуться пополам. Я вся сжалась, чувствуя нервную дрожь во всем теле. Я не хотела на это смотреть, но была не в силах подняться и выйти.

– Меня попросили залезть в дом и просто припугнуть пушкой, – с трудом выговаривая каждое слово, сказал Бейер.

– Кто тебя нанял?

– Не знаю…

Новый удар по лицу, сильнее, чем все предыдущие. Парень снова закричал, скривившись от боли.

– Я не знаю. Мне не говорили имени! Прошу, прекратите!

После этих слов, Кристоф обернулся и, посмотрев на меня, грубо приказал:

– Уйди отсюда!

От шока после всего увиденного, я не сразу поняла, что это было адресовано мне, и растерянно переспросила:

– Что?

– Убирайся отсюда!

Я вздрогнула всем телом, беспомощно переводя взгляд с Кристофа на связанного парня и обратно. Наверное, у меня был шок... потому что я не могла встать. Я понимала, что нужно уходить, но продолжала сидеть и не двигаться. Было ощущение, что я нахожусь во сне и совсем скоро должна проснуться. Это ведь все нереально… не может быть реальностью…

– Ангелина! – он смерил меня убийственным взглядом и раздраженно поджал губы так, что они превратились в тонкую плотно сжатую линию.

– Да пусть смотрит, – сказал один из присутствующих и успокаивающе положил руку Кристофу на плечо. – Тебе не все равно?

Какие-то доли секунды он продолжал сверлить меня взглядом, но потом, словно приняв решение, сказал:

– Ты прав. Мне плевать.

С этими словами он отвернулся, а я почувствовала, как что-то больно кольнуло в груди. Не смей, Ангелина. Не смей привязываться к этому человеку. Он тиран, псих, монстр…

– Итак, давай продолжим, – сказал Кристоф, доставая из-за пояса небольшой раскладной ножик. – Кто тебя нанял, тварь?

– Я же говорю, что не знаю. Все было анонимно, я даже голос не слышал! Вы должны мне поверить, понимаете?! Если я не...

Договорить ему не дали. Замахнувшись, Кристоф вонзил острый ножик ему в ногу, вогнав так глубоко в тело, насколько это вообще было реально.

– АААА, – всю тишину дома разорвал дикий крик Бейера.

Он не кричал, он выл от дикой боли, словно смертельно раненое животное. По его лицу покатились слезы и капельки пота, но он продолжал держаться.

Я закрыла уши руками. Это невыносимо!

– Кто…тебя…нанял? – Кристоф говорил медленно, разделяя каждое слово.

Неожиданно для всех пленник засмеялся, причем с какими-то истерическими нотками в голосе.

– Да пошел ты! – сказал Бейер и сплюнул на пол.

Я замерла и уставилась на него. Пленник снял с себя маску доброго невиновного парня и, ухмыляясь, смотрел всем в лицо. Но видимо кроме меня, все с самого начала знали, что этот человек притворяется.

– Вы все сдохните твари! А ты, – Бейер посмотрел на Кристофа и скривился еще сильнее, – ты сдохнешь первым! Я сам убью тебя, как последнюю шавку!

– Да неужели? – засмеялся Кристоф и с ноги ударил ему в живот.

Бейер снова закричал и попытался вырваться. С уголков рта текла кровь, вероятней всего, ему изуродовали не только лицо, но и отбили внутренние органы.

Меня замутило... перед глазами появились черные точки, а к горлу подкатывала тошнота.

– Я больше не могу, – из последних сил прохрипел пленник.

– Кто тебя нанял? Отвечай?

– Не могу! – изо всех сил, срывая голос на него, заорал Бейер. – Я не могу рассказать, понятно?!

– Вот же гнида! Мне это надоело! – Кристоф раздраженно выдохнул и повернулся к одному из своих людей. – Стелите, давайте.

Что? Что стелить? Я непонимающе смотрела на людей, которые бросились из зала и вернулись с приличным кулем какой-то черной клеенки.

– Эй, что ты делаешь? – если я чего-то недопонимала, то Бейер отлично все понял и заорал изо всех сил, дергаясь на стуле. – Не надо, я не хотел! Меня заставили, я клянусь тебе, что я не хотел.

Кристоф полностью игнорировал его слова, размышляя о чем-то своем, и только когда клеенка была расстелена на полу, он снова вернулся к пленнику.

– Будешь говорить или нет? – его тон стал совершенно безразличен.

– Я не могу тебе сказать! Мне башку свернут понимаешь?! Давай договоримся мирно, а?

– Нет, не договоримся.

С этими словами Кристоф достал пистолет и поднес его прямо к виску пленника. Бейер со всей силы дернулся вперед, но вырваться у него снова не получилось, видимо веревки были очень крепко связаны. Он закричал, то ли от боли, то ли от страха:

– ПОМОГИТЕ! Что ты творишь? Убери это от меня! Я тебя умоляю, не стреляй!

Я с ужасом наблюдала за всем происходящим, и с каждой секундой мне становилось все хуже и хуже.

– Я считаю до трех. Либо ты говоришь имя своего нанимателя, либо прощай.

– Погоди, погоди! Давай просто договоримся. У меня есть деньги, дом, маш…

– Раз.

– Нет, стой! Я скажу! Просто понимаешь, это ведь…

– Два, – Кристоф снял пистолет с предохранителя.

– Это Рендол! Рендол, слышишь? Это он заплатил мне, я не хотел, честно, но он заставил меня! – Бейер испуганно начал кричать, сдавшись под дулом пистолета. – Я не хотел, пощади меня. Я тебе все отдам, компенсирую все твои неудобства. Я не виноват! Извини, что так вышло. Прости меня, я не хотел влезать в твой дом, меня заставили, понимаешь? Это все люди Рендола! Но я все осознал, я все исправлю, пощади! Прости меня!

– Бог простит, а я нет, – с этими словами, Кристоф не церемонясь, выстрелил парню в голову.

На весь дом раздался крик, и я не сразу поняла, что он принадлежит мне. Все обернулись в мою сторону, включая Кристофа, но я не смотрела на них… Я смотрела на Бейера, который всего секунду назад был жив…

Он упал вместе со стулом, приземлившись прямо на расстеленную для него черную клеенку. Изуродованное лицо с кровавыми подтеками, проткнутая нога, связанные руки и… прострелянная голова, из которой вытекает пульсирующая кровь. Теперь он больше не Бейер – теперь он труп.

Еще пару секунд я смотрела перед собой, а потом быстро вскочила на ноги и, зажав рот рукой, бросилась в ванную. Стоило только добежать до раковины, как я тут же согнулась пополам, и от всего увиденного меня стошнило.

Ко мне подошел кто-то со спины и, придерживая за плечо, собрал волосы в импровизированный конский хвост, чтобы они не падали на лицо. Меня снова вырвало… и еще раз.

– Охладись, – Кристоф отпустил мои волосы и взял в руки душ. Открутив вентиль с холодной водой на полную, он просто полил меня с ног до головы, не обращая внимания на одежду.

– Прекрати! – я постаралась его оттолкнуть, но у меня совершенно не было сил.

Наконец Кристоф выключил воду и, кинув мне большое полотенце, вышел из ванной.

Я стояла с полотенцем в руках в мокрой одежде, с мокрыми волосами, а по лицу катились горячие слезы. Тело била крупная дрожь, а к горлу все еще подступала тошнота.

« Прекрати вспоминать! Прекрати думать об этом!» – я говорила себе одно и то же, но в голове все равно всплывал образ убитого Бейера…

Я как вкопанная стояла в ванной, беззвучно проглатывая свои слезы. И только когда в коридоре послышались шаги и звук открываемой двери, я дернулась и выбежала навстречу.

Кристоф и трое других парней были одеты и уже выходили на улицу, таща за собой огромный куль из черной клеенки. Без слов понятно, что находилось в этом куле…

– Кристоф! – я окрикнула его, когда он уже собрался переступить порог. – Ты уезжаешь?

– Да, сиди дома, – раздраженно сказал он и, не оборачиваясь, вышел на улицу.

За несколько секунд я преодолела расстояние, которое нас разъединяло, и вцепилась ему в руку.

– Кристоф не уходи, пожалуйста!

На секунду он удивленно на меня посмотрел, но потом снова нахмурился.

Я не отпускала его руку. Мне страшно, не могу остаться одна в пустом доме, где только что убили человека. И плевать, что я держу убийцу за руку, он бы никого не тронул, если бы к нам в спальню не залезли посреди ночи.

– Отстань от меня, – Кристоф попытался выдернуть свою руку, но я только сильнее вцепилась, буквально повиснув на нем.

– Мне страшно, не оставляй меня, – я всхлипнула и смахнула с лица слезы.

Если я останусь одна хоть на несколько секунд, то просто не выдержу. Не могу остаться со своими мыслями наедине. Слишком много всего случилось, слишком много всего плохого – это перебор для меня.

– Мне некогда, уйди, – на этот раз Кристоф толкнул меня со всей силы, и я ударилась спиной об входную дверь, но даже это меня не остановило.

Видимо у меня уже поехала крыша на фоне всех стрессов, иначе я не могу объяснить свое поведение…

– Не уходи, Кристоф! – я снова бросилась к нему, понимая, что он сейчас уйдет и запрет меня одну. – Пожалуйста!

– Твою же мать … – он некультурно выругался и прижал меня к стене, поставив свои руки по обе стороны от моей головы. – Да что тебе от меня надо?

Я невольно сжалась, посмотрев в его бешеные глаза. Он злится.

– Останься, – только и получилось, что жалобно пропищать.

– Зачем? – он замахнулся и ударил кулаком в стену в нескольких сантиметрах от меня. – Я не твоя нянька, Ангелина! И подтирать за тобой сопли и слюни уж точно не нанимался.

Он отстранился и сухо сказал:

– Я тебя просто трахаю. Ты никто! Запомни это.

Кристоф развернулся и ушел, не забыв закрыть дверь на ключ.

Я закрыла лицо руками и начала оседать на пол, чувствуя спиной резную кладку стены. Слезы катились градом, прожигая щеки. Меня тошнило от самой себя, от чувства беззащитности и от одиночества.

– Ненавижу! – закричала я, хватаясь руками за голову. – Ненавижу тебя!

У меня никогда не было истерики, и я никогда не могла подумать, что мне может быть так хреново, как сейчас. Внутри что-то разрывалось на части, а я только сильнее рыдала, судорожно вдыхая воздух. Все прошедшие несколько дней калейдоскопом переворачивались в моем сознании. Похищение, избиение, попытка изнасиловать, встреча с Кристофом, безумная перестрелка, попытка позвонить домой…

Внезапно я замерла и резко прекратила плакать. Как отрубило. Телефон!

Вскочив на ноги, я бросилась в зал и глаза сразу же нашли оставленный Кристофом мобильник на диване. Словно в безумном тумане я схватила его и нажала на разблокировку.

На экране высветилась надпись:

« Пожалуйста, введите пароль»

– Черт! Какой же у тебя пароль? – осипшим голосом спросила я у самой себя. – Может просто его имя?

Я ввела «Кристоф Берн», но экран загорелся красным, и высветилась другая надпись:

« Пароль не верный. Осталось две попытки»

Какой же пароль? Год рождения, девичья фамилия матери, кличка первой собаки? Да он может быть каким угодно, но я все равно ничего про него не знаю!

Истерика снова начала возвращаться, словно кто-то нажал на паузу, а теперь вновь все возобновил. Не обращая внимания на слезы, я дрожащими пальцами ввела в телефон номер его Хаммера.

« Пароль не верный. Осталась одна попытка »

– Ну пожалуйста, давай, родненький! Разблокируйся! – с мольбой в голосе простонала я.

Но естественно, телефон не разблокировался и все так же требовал ввести пароль. Руки задрожали еще сильнее, и я попробовала ввести последнее, что еще знала … – это номер дома. Все! Больше я ничего не знаю про Кристофа, даже год его рождения и улицу, на которой он живет.

– Была, не была! – сказала я и ввела «137»

« Телефон заблокирован. Подключитесь к iTunes »

Я опустила руки, и телефон с грохотом выпал на пол. Я не могу никому позвонить, теперь меня еще и Кристоф убьет или продаст кому-нибудь, например Кросвору из клуба. Можно мне самой умереть и не мучиться?

«Бац»

Я застыла на месте. От размышлений меня отвлек звук бьющейся посуды и, судя по всему, он исходил из кухни.

– Мамочки, – прошептала я, хватаясь за первую попавшуюся вещь, ей оказалась стеклянная длинная ваза. Если что, вазой можно так зарядить, что мама не горюй.

Сердце подпрыгнуло в груди и забилось где-то в висках. А что если кто-то еще забрался в дом и решил убедиться, что Бейер справился со своей задачей? Я прислушалась, но в доме опять стояла тишина. Призраков же не существует, да…?

Перехватив вазу в руках поудобнее, маленькими шажками направилась в коридор. Никого… Здесь никого не оказалась, а вот дверь на кухню была закрыта. Черт, не помню! Она была закрыта или нет? Спиной, не отводя глаз от закрытой двери, я двигалась по коридору, стараясь не издавать звуков.

И я уже практически дошла до спальни, как вдруг споткнулась об один из стульев и, не удержавшись, повалилась на холодный пол, при этом разбив еще и вазу.

Я в ужасе подняла глаза в конец коридора, туда, где находится кухня. Прошла минута…две…три… но на меня никто не выбежал с пистолетом в руках, никто не зарезал… ничего.

В доме я одна, мне просто, кажется. Черт, у меня уже крыша едет! Встав на ноги, я зашла в спальню и плотно закрыла за собой дверь… на всякий случай.

Мне хотелось спрятаться, зажаться в угол или просто накрыться с головой и ничего не видеть. Постояв на пороге какое-то время, я двинулась к огромному шкафу с одеждой и, открыв одну из дверок, залезла внутрь. Здесь было свободно, темно и безопасно.

Притянув ноги к груди, я уткнулась лбом в коленки и снова заревела. Невыносимая боль никак не хотела проходить и продолжала глодать меня изнутри, разрывая душу на миллионы маленьких кусочков. Хотелось выть и кричать, но это бесполезно… это не поможет.

Не знаю, сколько времени я так просидела в слезах, но когда вернулся Кристоф, я даже не услышала. Стук сердца, боль и мои собственные всхлипывания заглушали все остальные звуки. Стоило ему открыть дверцу шкафчика и увидеть меня, как я с перепугу вскрикнула и сжалась в комочек.

– Вставай, – сказал Кристоф и, схватив меня за руку, вытащил из шкафа.

Он посадил меня на краешек кровати, а сам вышел из комнаты. Вернулся он, правда, почти сразу, неся в руках стакан с какой-то бледно-голубой жидкостью.

Кристоф присел передо мной на корточки и поднес стакан к самым губам:

– Выпей это.

– Что это? – всхлипнув, я подозрительно покосилась на странную водичку.

– Это тебе поможет, – мягко сказал он.

– Я разбила твою вазу, – тихо прошептала я, так и не притронувшись к воде. Но почему-то эта тема мне показалась намного важнее.

На мои слова Кристоф отреагировал неадекватно, он улыбнулся и сказал:

– Я видел.

– И телефон сломала… кажется.

Он снова усмехнулся:

– И это я тоже видел.

– Ты теперь привяжешь меня в подвале? – с ужасом в голосе прошептала я.

– Нет.

– А что ты тогда со мной сделаешь? – боюсь, что фантазия у него богатая и придумать наказания он может еще в несколько раз хуже холодного подвала и цепей.

– Выпей, – повторил Кристоф.

Я взяла напиток в руки и отпила пару глотков. Горькая и противная вода.

– Все пей, – приказал он.

Послушно выпила все и протянула пустой стакан обратно.

– Что это было? – спросила я, растерянно смотря ему в глаза.

– Сильное снотворное, – ошарашил меня Кристоф.

– Но… но зачем?

– Ты хреново выглядишь, – сказал он и, поднявшись, поставил стакан на комод. – Тебе надо раздеться.

– Зачем? – не поняла я.

– Ты вся мокрая, – сказал он, красноречиво посмотрев на мою одежду.

А я только сейчас начала ощущать дискомфорт от мокрых вещей. В неожиданно наступившей истерике мне было не до этого.

Достав из шкафа новую безразмерную рубашку, Кристоф подошел к кровати и силой стянул с меня мокрую майку, а затем и мокрые шорты.

– Одевай это, – он положил рубашку мне на колени, а сам вышел в коридор.

Стоило мне натянуть на себя сухие вещи, как веки закрылись сами собой и я провалилась в сон.

Глава 10.

Просыпаться я отказывалась категорически. Видимо снотворное, и вправду, было очень сильным. Если бы не Кристоф, который стянул с меня одеяло и теперь стоял над душой, то я бы ни за что не вылезла из теплой постели.

– Лина, вставай!

– Я не хочу, – поморщившись, свернулась комочком и снова закрыла глаза.

– Не заставляй меня применять силу, – с угрозой в голосе сказал Кристоф.

– Можно я еще полежу? – сонно спросила я.

– Нет, – сказал он, и тут же, схватив меня за ногу, подтянул к самому краю кровати.

Я растерянно вскрикнула и вцепилась в него руками, стараясь не упасть.

– Одевайся и выходи, – прошептал он, наклонившись ко мне как можно ближе. – Сейчас же.

Я сонно застонала, но он тут же впился в мои губы поцелуем и, отстранившись, усмехнулся прямо в лицо:

– Или я тебя прямо сейчас изнасилую.

Дернувшись в сторону, я быстро открыла глаза:

– Я уже встаю!

Кристоф отпустил меня и протянул пакет. В нем были новые джинсы и пара маек моего размера. Слава богу, хоть не придется надевать то ужасное короткое платье!

Я с трудом напялила одежду и привела себя в более менее человеческий вид. Но из зеркала на меня по-прежнему смотрела совершенно незнакомая девушка: с кучей синяков, царапин, худыми впалыми щеками и спутанными волосами, которые никак не удавалось разделать до конца.

Еще раз, обреченно взглянув на себя в зеркало, вышла на кухню… и лучше бы вообще не выходила…

За столом спиной ко входу сидела Джессика и что-то увлеченно доказывала Кристофу. Я затормозила на пороге, с ненавистью переводя взгляд с одного на другого. Но эта мадам даже не заметила моего присутствия.

– Хочешь мое мнение? – спросила она, отпивая чай.

– Нет, – усмехнувшись, ответил Кристоф, который, между прочим, заметил меня, но не стал акцентировать на этом внимание.

– А я все-таки скажу! – упрямо протянула Джессика. Фу, какой же у нее противный голос! – Твоя идея провалится, даже не начавшись и все из-за этой шалавы, которую ты непонятно, где подобрал.

Кристоф снова усмехнулся и, скользнув по мне глазами, посмотрел на Джессику.

– Может, ты хочешь пойти?

– Вот и пошла бы! – гордо заявила она. ¬ – Но он меня в лицо знает и это сразу вызовет массу подозрений.

– Вот именно, больше никого нет.

– Да Кристоф, она же все провалит и подставит нас с тобой, по лицу же видно, что она обычная проститутка.

Что-то даже сомнений нет, про кого говорит эта гадина! Я стояла прямо у нее за спиной и сдерживала единственно верное желание – это вцепиться ей в волосы и как следует врезать по этой намалеванной мордашке.

Видимо что-то отразилось у меня на лице, так как в это мгновение Кристоф притворно громко сказал:

– О, Лина, наконец-то собралась!

Джессика тут же обернулась и скривила свои накаченные губки. Обычная кукла, ничего более выдающегося в ее внешности не было.

– Кристоф убери ее от меня, – вздохнула она и отстранилась как можно дальше.

Я сжала кулаки и процедила сквозь зубы:

– У меня вообще-то есть имя! Что-то не нравится, так и скажи.

Несколько секунд до нее доходил смысл моих слов, а потом она резко встала со стула и подошла ко мне вплотную. Ростом она была выше, но это ничуть не смутило, я все так же осталась стоять, не отступив и на миллиметр.

– Обращайся ко мне уважительно, – прошипела она. – Поняла маленькая грязная …?

Я перебила ее, не дав облить меня грязью:

– Ты на себя посмотри! – я кивнула на ее красное платье, напоминающее длинную майку. – Как я могу к тебе уважительно обращаться? Ты одеваешься, как шлю…

– Ах ты дрянь! – взвизгнула она, чуть не оглушив меня.

Кристоф закатил глаза и рявкнул:

– Джессика, сядь!

Она послушна села на свое место, а он обернулся ко мне:

– Ты тоже сядь!

– Нет, – не хочу чувствовать себя вещью, не хочу находиться с ними в одной комнате, не хочу!

– Сядь! – Кристоф стукнул кулаком по столу, мы с Джессикой одновременно вздрогнули, но я все так же осталась стоять.

– Вот видишь, я же тебе говорила, она все испортит…

– Джессика, заткнись! – Кристоф посмотрел на нее уничтожающим взглядом, и она сразу умолкла. – А ты, Лина, возьми стул и опусти на него свою задницу!

Я села, решив не разозлить его в конец. Интересно, Джессика здесь давно? А она знает о случившемся вчера? Да, и вообще, что она здесь делает?

– Прекрасно, – язвительно сказал Кристоф, – я рад, что вы обе успокоились и снизошли до меня.

Я подняла глаза и сразу же встретилась со взглядом серых глаз, прикованных только ко мне. Какое-то время он просто молча смотрел, но потом все же сказал:

– Джессика научит тебя, как правильно вести себя с Рендолом.

– Что? – я удивленно выдохнула. – Зачем?

– Так надо, – грубо отрезал он, давая понять, что его решения не обсуждаются.

«Мне конец» – первая мысль, которая пронеслась в голове. Если верить Бейеру, то его нанял этот самый Рендол, значит, он тоже из криминальных кругов. И почему у меня такое ощущение, что меня втягивают в самый эпицентр каких-то крутых разборок?

– Зачем меня учить? – недовольно поинтересовалась я, слабо представляя, чему новому меня может научить эта тупая кукла.

– Чтобы ты не спалилась на первой же фразе. Причем, подставишь ты не только себя, но и меня тоже.

Слушать мои доводы, что я и так не спалюсь, естественно никто не стал. Поэтому следующие двадцать минут я слушала пустую болтовню Джессики. Она рассказывала о манерах… она…мне…о манерах! О чем можно с ним говорить, о чем нельзя. Но самое запоминающееся это то, как она показывала позы, в которых мне стоит сидеть и какие части тела стоит оголять.

После кучи бреда у меня начала закипать голова, и я жалостливо попросила, обернувшись к Кристофу:

– Пожалуйста, прекрати это! Я больше не могу слушать этот бред.

Он понимающе усмехнулся, все таки он сидел и тоже все это слушал.

– Уходи, Джессика. Я думаю, что достаточно.

– В смысле уходи? – искренне недоумевала она. – Ты не поедешь со мной?

– У меня дела, – ответил он, поднимаясь со стула.

– Я думала, мы с тобой вместе вернемся в клуб и…

– О господи, Джессика, – Кристоф неожиданно закрыл лицо руками и хрипло рассмеялся.

Я непонимающе покосилась на него, хотя чему удивляться, он всегда ведет себя более чем не адекватно.

– Почему ты смеешься? – тоже как и я, не понимала Джессика.

– Потому что мне плевать, что ты думала, – устало сказал он. – Если я захочу тебя трахнуть, я позвоню. А сейчас пошла на выход!

Он грубо толкнул ее в спину, подгоняя вперед по коридору. Они еще о чем-то переговаривались, но я уже их не слышала. Встав на ноги, я взяла грязные кружки и опустила их в раковину, собираясь помыть.

– Что ты делаешь? – спросил Кристоф, неожиданно появившись у меня за спиной.

– Мою посуду, – не оборачиваясь, ответила я, – ты же сам мне сказал, что теперь я за горничную.

– Брось ее, – ответил он и, потянув меня за руку, прижал к своему телу.

Я замерла, ощущая спиной жесткую грудь, и неуверенно спросила:

– Э… Кристоф, все нормально?

Он нагнулся ко мне и, зарывшись носом в волосы, уверенно сказал:

– Хочу тебя.

– Нет.

Я замотала головой и постаралась вырваться, но сильные мужские руки не дали этого сделать. Кристоф схватил меня сильнее и, перекинув через плечо, потащил по коридору.

– Еще как, да.

– Не хочу!

Я начала брыкаться, вырываться, пинаться, но он толком не обращал внимания на мои сопротивления.

– Пусти меня! – закричала я, и со всей силы, сжав кулачки, стукнула его по спине. – Мы же договаривались, только когда ты никого не найдешь!

– Считай я никого не нашел, – сказал Кристоф, заходя в зал.

– Джессика! Она же вот только что ушла!

Он фыркнул и перекинул меня на диван.

– Хочу тебя, мне понравилось в клубе.

Оказавшись на свободе от его захвата, я сразу же отползла к стене и оттуда предложила:

– Давай ты позвонишь своей Джессике, а?

– Она не моя, – сказал он и медленно опустился на диван.

– Думаю, она считает по-другому, – поморщившись, произнесла я и еще чуть-чуть отодвинулась.

Кристоф прищурился и, протянув ко мне руку, попытался схватить. Я снова взвизгнула и рванула вперед. И мне даже удалось добежать до выхода! Но уже буквально через долю секунды меня снова прижали лицом к стене.

– Ревнуешь меня к Джессике? – наклонившись к самому уху, прошептал Кристоф.

– Еще чего! – возмутилась я.

– Ммм, как-то не убедительно, – протянул он и, схватив меня на руки, вернул на диван.

Только на этот раз отползти в самый угол не удалось, он опрокинул меня на лопатки, а сам сел сверху удерживая тяжестью своего тела.

– Отпусти меня! – строго сказала я, пытаясь спихнуть с себя эту махину.

Но в ответ Кристоф только рассмеялся и, наклонившись, впился в мои губы… жадно, напористо, балансируя на грани грубости. От такого поворота я растерялась и даже перестала вырываться.

Отстранившись, он спросил:

– Не нравится?

– Нет, – уверенно произнесла я.

Он лукаво улыбнулся:

– Врешь.

Я вспомнила его вчерашние слова и снова завозилась, спихивая его с себя.

– Ты реально думаешь, что справишься? – весело произнес Кристоф и перехватил мои руки.

– Я не хочу быть игрушкой, которую ты будешь трахать, когда захочешь! – выпалила я, не прекращая вырываться.

Он слегка нахмурился и сказал:

– Я тебе это сказал только для того, чтобы ты отстала и сидела смирно.

Я замерла и посмотрела ему в глаза.

– Если бы я знал, что ты решишь перебить посуду, взломать мой телефон и зарыться в шкаф, я бы сказал по-другому.

– Ты ушел и бросил меня! Одну! В доме, где только что убили человека…

Я запнулась на полуслове. Зачем я ему это говорю? Черт, не хотела даже поднимать эту тему, но все само собой вырвалось.

Кристоф удивленно изогнул бровь.

– Ты бы предпочла остаться со мной?

– Да… мне было страшно, и я не хотела оставаться одна…

Он внимательно вгляделся мне в лицо, словно пытаясь понять, обманываю я его или нет.

– Сейчас тоже хочешь остаться со мной?

– Да, – не раздумывая, ответила я, но потом добавила, – но я не хочу быть твоей игрушкой!

На мое заявление Кристоф лишь усмехнулся и, наклонившись, снова поцеловал меня. Наши губы сплелись в жарком поцелуе, а я поняла, что больше не могу сопротивляться. Подавшись вперед, я обняла его за шею, принимая свое собственное поражение.

На секунду оторвавшись, Кристоф стащил с меня майку и, отбросив ее на пол, опять впился в губы. Левая рука поднырнула под мою спину, заставляя выгнуться и прижаться к его телу. В таком положении я была ужасно беспомощной и неспособной к каким-либо сопротивлениям.

Мягко куснув нижнюю губу, он опустился ниже, покрывая поцелуями шею. От такой внезапной ласки я расслабилась еще сильнее, начиная терять контроль над своим телом.

Спустившись еще ниже, Кристоф ухватил зубами уже напрягшуюся горошину соска и аккуратно потянул ее. С моих губ неожиданно сорвался совершенно неприличный стон. Но видимо ему это только понравилось, потому что его рука тут же переместилась на вторую грудь, сжимая ее.

Когда я снова застонала, Кристоф усмехнулся и посмотрел мне прямо в глаза.

– Сейчас тоже не нравится, ммм?

Я почувствовала, как у меня покраснели щеки. Ну зачем задавать такие вопросы? Разве и так непонятно?

– Я жду ответа, – настаивал Кристоф и сильнее сжал мой сосок. – Тебе не нравится, Лина?

– Нравится, – тихо прошептала я и окончательно покраснела.

– Я не расслышал, милая. Повтори.

Его забавляла моя растерянность, и он специально заставлял меня произносить то, что я стеснялась сказать самой себе.

– Нравится, – громче произнесла я и отвела глаза в сторону, внезапно заинтересовавшись трещиной на стене.

Удовлетворившись ответом, Кристоф потянул меня на себя и поставил на ноги перед диванам, а сам откинулся на спинку.

– Тогда раздевай меня.

– Что? – изумленно выдохнула я.

– Докажи, что тебе нравится, – усмехнулся он, внимательно наблюдая за моей реакцией.

Переминаясь под его взглядом, нерешительно протянула руки и расстегнула первую пуговичку на рубашке. Руки не слушались и предательски подрагивали, но я старалась не обращать на это внимание. Успешно справившись со всеми пуговичками, распахнула полы рубашки, вытягивая ее из-за пояса брюк, и тут я перестала обращать внимание на пристальный взгляд Кристофа, потому что теперь мне тоже было на что посмотреть. Черт, все-таки он чертовски красив! Неуверенно прикусив губу, я все же положила ладонь на его накаченную грудь.

– Мне тебе помочь? – спросил он, понимая, что я отвлеклась от основного задания.

Не дав ничего ответить, он повалил меня на диван и резким движением стянул джинсы. Я лишь только ахнула от осознания того, что опять осталась перед ним без одежды.

Кристоф отстранился и посмотрел на меня сверху вниз, рассматривая каждый миллиметр моего тела.

– Красивая, – наконец выдохнул он и снова приблизился ко мне.

Его рука скользнула по моей ноге, поднимаясь все выше, и только когда он коснулся влажных складочек, сказал:

– Хочешь продолжить?

Сердце забилось в несколько раз сильнее. Да что же это такое! Этот… этот… просто заставляет меня саму признаться в желании! Никогда бы не подумала, что это так сложно…

– Да, – прошептала я.

Наклонившись ко мне, Кристоф провел языком вокруг затвердевших сосочков, а его пальцы нежно ласкали тайный бугорок. Тихий стон, не спрашивая моего согласия, сорвался с губ, а от возбуждения начинало темнеть в глазах.

На мгновение Кристоф прекратил свои ласки, и я открыла глаза. Он стянул с себя брюки вместе с трусами и уже двинулся ко мне совершенно голый.

Под его тяжестью прогнулся диван, и он навис надо мной, порывисто поцеловав в шею.

– Обними меня, – от его голоса прокатилась странная волна возбуждения, и я сделала, как он приказал.

Коленом он раздвинул мне ножки и тут же вошел в мою влажную дырочку. Я выгнулась под его телом и застонала. Кристоф прижал меня ближе, медленно входя и выходя из моего тела. Неожиданно он вошел полностью и остановился, а когда продолжил, то движения стали более размашистыми. Член почти выходил из меня, а потом снова вонзался как можно глубже.

У меня закружилась голова, а все тело билось в небольшой судороге. Член так плотно сжимался влагалищем, что я чувствовала каждую жилку на нем. Кристоф двигался все быстрее, не давая и секунды передохнуть.

Не прекращая движений, он наклонился к самому уху и прошептал:

– Сделай мне приятно…

И все… горячая волна оргазма подкатила и накрыла меня с головой. Чтобы не закричать, я прикусила губу, но не выдержала, и из меня вырвался крик.

Когда я пришла в себя и открыла глаза, Кристоф усмехнулся и нежно поцеловал меня в губы.

Я просто рассыпалась в его руках. Такой контраст нежности и грубой силы сводил с ума…

– Хочу тебя сзади, – сказал он и резким движением перевернул на живот.

Вдруг я почувствовала, как Кристоф вылил что-то холодное на мою попу. Осознание накрыло сразу, и я развернулась, собираясь возразить.

– Лежи смирно! – приказал он и, надавив на спину, заставил лечь обратно.

– Кристоф, я не хочу, – жалобно пропищала я, чувствуя, как он растирает смазку.

От страха я вся напряглась. До этого у меня никогда не было опыта анального секса, а сейчас он собирался это исправить. Представляя как это больно, я снова начала вырываться, но Кристоф только сильнее прижал меня. И даже не смотря на то, что я не могла видеть его лицо, я почувствовала, как он усмехается.

– Не бойся, – мягко сказал он и, наклонившись, поцеловал меня между лопаток.

В следующую секунду один из его пальцев проник в меня. Инстинктивно я сжала ягодицы, за это получила хороший удар по попе.

– Если ты будешь сопротивляться, тебе будет больно, – предупредил он и снова один из его пальцев проскользнул внутрь.

Было неприятно и стыдно… хотелось поскорее это прекратить. Но у Кристофа были другие планы, и он стал двигать пальцем взад и вперед, разрабатывая дырочку. Потом к нему присоединился второй палец… и третий.

Не выдержав такой пытки, я застонала и дернулась. Кристоф сразу же прижал меня к себе, не давая вырваться.

– Тише, – сказал он, и опустил руки по обе стороны от моей головы, удерживая меня в таком положение, что я не могла даже повернуться в сторону. – Расслабься.

Я почувствовала, как головка члена уперлась в мою заднюю дырочку, но ничего не могла сделать, только судорожно всхлипнула. Кристоф сильно надавил и проник в мою попку.

Я закричала от боли, мне показалось, что он просто порвал меня. Было по-настоящему больно, меня всю выгнуло дугой и единственное, что я могла сделать, это вцепиться Кристофу в руки.

– Отпусти! Не надо, мне же больно!

– Я знаю. Потерпи.

Он не двигался и дал мне время привыкнуть к новым ощущениям. От дикой боли я закусила губу. Там все болело, и я хотела только одного, чтобы он, наконец, вышел из меня.

– Расслабься, – повторил Кристоф и начал медленно двигаться.

Я чувствовала его внутри, сначала тугое движение, которое причиняло невероятную новую боль, но потом боль становилась все слабее и слабее. Когда я перестала вырываться, тело охватила сладкая истома и постепенно начали подкатывать новые волны возбуждения.

Кристоф отпустил меня и снова прижал к своему телу. А мне вдруг стало неожиданно приятно ощущать себя в его объятиях, а когда боль совсем утихла, я прижалась к нему еще сильнее.

Постепенно Кристоф увеличивал темп и вскоре он беспощадно таранил мое тело. При каждом ударе раздавался легкий шлепок от удара его бедер о мои ягодицы.

Второй оргазм подкрался незаметно, скрутив все мое тело в сладкой судороге. От нахлынувших чувств, я выпала из реальности на доли секунды. А когда сознание вернулось, я лежала на животе и почувствовала, как Кристоф удовлетворенно рыкнул, извергая внутрь горячую вязкую жидкость.

Откинувшись на диван, Кристоф убрал у меня с лица волосы и спросил:

– Как ты себя чувствуешь?

– Хор… хорошо, – сказала я и, перевернувшись на бок, поморщилась.

Внутри все горело, и было немного больно делать резкие движения.

– Точно?

– Да, – уверенно ответила я.

– Тогда иди ко мне, – приказал Кристоф и притянул к себе.

Я легла ему на грудь и закрыла глаза, чувствуя легкие поглаживания по спине.

Глава 11.

Я не заметила, как задремала, прижавшись под бочком у Кристофа. Сейчас, когда он был такой домашний и… ласковый… он был совсем не похож на того человека, который связывал меня в подвале и пытался сбросить со второго этажа в клубе. Естественно, это был все еще тот же человек, жестокий и властный, но в нем что-то изменилось… отношение ко мне.

Из легкой дремоты меня выдернул телефонный звонок. Кристоф недовольно потянулся и, найдя телефон, ответил:

– Да, я тебя слушаю. Почему ты так уверен? Все договаривались на четверг. Вот же тварь, значит, решил перестраховаться! Я понял, давайте вечером в клубе все обсудим. Сам всем звони. Отбой.

Когда он повесил телефон, я неуверенно спросила:

– Что-то случилось?

– Случилось, – невесело ответил он.

– Что? – не унималась я.

Кристоф как-то странно на меня посмотрел, но все же сказал:

– Вечеринка, на которой ты должна забрать флешку у Рендола завтра.

– Но…, – я удивленно замерла, – она же только в конце недели…

– Я знаю, этот сукин сын решил все перенести.

Как завтра? Я не готова завтра, я об этом даже не думала…

– Кристоф, а если у меня не получится или он что-нибудь заподозрит?

Этот Рендол прибьет меня сразу же, если поймет что-то неладное. Зуб даю, сразу же голову оторвет…

– Не бойся, я буду рядом и вмешаюсь, если что-то пойдет не так.

С этими словами он встал с дивана и, натянув на себя джинсы и рубашку, кинул мне мои вещи.

– Одевайся, у нас сегодня еще есть пара дел.

– Каких? – не удержалась от вопроса.

– Тебе понравится, – усмехнувшись, сказал он и направился на выход. – Я на кухне, приходи.

Через пятнадцать минут мы уже ехали по городу на огромной скорости. Удивительно, но к скорости я привыкла и уже не обращала внимания на резкие повороты и всевозможные нарушения правил дорожного движения.

– Куда мы едем? – в четвертый раз спросила я, и снова завозилась на месте, стараясь принять более безболезненное положение.

Ощущения после случившегося были не самые приятные. Внутри как будто все горело и ныло при любом резком движении, а на попу вообще лучше не садиться…

– Мы уже приехали, – неожиданно сказал Кристоф.

Я выглянула в окно. Мы проезжали по большому мосту над какой-то рекой и резко начали сбавлять скорость.

– Эм… – неуверенно протянула я, когда он затормозил прямо в центре моста, прижавшись к правому бортику.

Недовольные водители стали отчаянно нам сигналить, но Кристоф на это даже не обратил внимания, и повернувшись ко мне, приказал:

– Выходи.

– Что? – я удивленно выдохнула.

– Вылезай из машины, – более жестко сказал он и вышел сам.

Последовав его примеру, я выбралась на улицу и прижалась спиной к бортику. Нескончаемый поток машин на бешеной скорости проносился совсем рядом. Кто-то сигналил, кто-то просто бросал неприятные взгляды, а кто-то и вовсе выкрикивал неприличные слова в наш адрес.

– Чего ты боишься? – спросил Кристоф, увидев, как я шарахнулась в сторону от очередной машины.

– Здесь нельзя останавливаться, – все-таки решила ему напомнить и крепче вцепилась руками в бортик.

– Мне можно, – безэмоционально ответил он и достал из кармана телефон. – Держи.

Я в недоумении покосилась на его руку, которая протягивала мне телефон. Серьезно?!

– Звони, кому ты хотела, и поедем дальше, – сказал Кристоф.

– Спасибо, – одними губами прошептала я, а он лишь хмыкнул и отвернулся.

Дрожащими пальцами набрала домашний номер. Почему я так волнуюсь? Гудок, еще гудок и еще гудок…

– Алло?

Как только я услышала мамин голос, сердце в груди подпрыгнуло и забилось в тысячи раз быстрее. С ней все нормально… это такое облегчение. Теперь задрожали еще и губы.

– Алло? Кто это? – повторила она.

– Мама… это я, – голос внезапно пропал, а по щекам потекли слезы. Больно было услышать такой родной голос в таком не родном месте.

– Лина? Лина, это ты?

– Да…

– Лина! Солнышко мое, жива! Где ты? У тебя все хорошо? Тебя похитили? Скажи, где ты, мы за тобой приедем!

К горлу подкатил нехороший комок, и я повернулась в сторону Кристофа. Заметив на себе мой взгляд, он слегка улыбнулся и прищурил глаза.

– Лина, ты меня слышишь? – кричала в трубку мама.

– Слышу, мама, я…, – в этот момент голос дрогнул, и я чуть не заревела в голос.

Мужская рука опустилась на мою талию, прижимая к горячему телу. Кристоф зарылся мне носом в волосы, но не отобрал телефон, предоставляя возможность говорить все, что я считаю нужным.

– Лина, девочка моя, скажи, где ты? Мы за тобой приедем сейчас же!

Я всхлипнула и, с трудом сдерживая слезы, уверенно сказала:

– У меня все хорошо. Не нужно приезжать.

– Где ты, Лина? Мы с твоим братом перерыли все, ты не представляешь, что мы пережили за эти дни, пока тебя искали. Мы…

В трубке послышались всхлипы, а я закрыла рот рукой. Не знаю, что мне ей сказать! Я никак не смогу ее успокоить!

– Мама, со мной все нормально. Я не могла раньше позвонить, прости…

– Скажи где ты, Лина! – закричала она в трубку. – Немедленно скажи, где ты!

– Я, – слезы без остановки катились по щекам, а я не могла сказать и слова, просто прижималась к Кристофу, спрятав лицо у него на груди.

– Почему твой номер не высвечивается?! – продолжала кричать мама в трубку… у нее истерика. – Мне нужно знать, где ты! Я приеду и заберу тебя домой, просто скажи мне!

– У меня все хорошо… со мной все будет хорошо… Я люблю тебя.

С этими словами я нажала отбой и, опустив руки, заплакала. Сердце просто разрывалось на части.

– Успокойся, – мягкий голос Кристофа, кажется, сделал только хуже и все… нервы у меня сдали окончательно.

Прижавшись к его груди, я зарыдала в голос, не обращая внимания ни на какие сигналящие нам машины. Мы так и стояли минут десять, пока я окончательно не успокоилась и не взяла себя в руки.

– Давай телефон, – сказал Кристоф, и я послушно отдала его обратно, больше он мне ни к чему.

Замахнувшись, он скинул его с моста. Проследив, как дорогой мобильник с плеском погрузился в воду, я всхлипнула и удивленно спросила:

– Зачем?

– На всякий случай, – ответил он и подтолкнул меня обратно к машине.

– Спасибо, что дал позвонить, – неуверенно сказала я, когда мы тронулись с места.

– Почему ты ей не сказала?

– Что?

– Что тебе нужна помощь.

Я пожала плечами.

– Потому что она мне не нужна, а если бы даже и была нужна, все равно никто бы не смог помочь.

Кристоф странно на меня посмотрел, но решил больше ничего не спрашивать.

Через полчаса мы остановились около какого-то модного бутика. Внутри он был еще более пафосным, чем снаружи. Кожаные диваны, дорогой интерьер, а все ценники начинались от трехсот евро. Как по мне, так просто неоправданные затраты.

– Кристоф, неожиданно тебя сегодня встретить, – к нам навстречу выскочила молоденькая блондинка в строгом черном платье и мило заулыбалась. Черт! Ну неужели и эта его знает.

– Привет, – не обращая на нее особого внимания, сказал Кристоф. – Мне нужно ее одеть.

Девушка перевела на меня взгляд и улыбка с ее лица тут же испарилась. Хм… не надо на меня так смотреть!

– Одевать как обычно? – мило поинтересовалась она, спрашивая явно не у меня.

– Нет. Нормально ее одень.

Что значит как обычно? Я непонимающе посмотрела на Кристофа, но тот проигнорировал меня.

– И подбери одно самое вульгарное и развратное платье, какое у тебя только есть.

– Что? – я злобно поджала губы.

– Это не для меня, красотка, не переживай, – усмехнулся он. – Это для Рендола.

– Будет сделано, – сказала девушка и утащила меня в примерочные.

Нормальные вещи я подобрала себе быстро. Пара джинс, майки, несколько платьев меня вполне устроили, но то, что на меня пыталась напялить эта ведьма, было явно перебор.

– Нет! – в который раз запротестовала я, пытаясь стянуть с себя это безобразие.

Красное короткое платье и короткое оно было до срамоты. Половина попы так и норовила вылезти наружу, но это еще полбеды... Вырез сего безобразия начинался от горла и кончался около пупка, а вся грудь прикрывалась одной тонюсенькой полоской, которая еле-еле скрывала соски.

– Пошли, Кристоф, приказал тебя сначала показать, – настаивала на своем блондинка и силой пыталась меня вытащить из примерочной.

– Да не пойду я в ЭТОМ! – уже на взводе чуть ли не кричала. Не хочу, чтобы меня в таком наряде кто-нибудь увидел, особенно Кристоф.

– Тогда я сюда его позову, – пригрозила она, когда стало понятно, что с места меня не сдвинуть.

Но звать никого не пришлось, Кристоф пришел сам поинтересоваться, что это мы так долго.

– Мда, – констатировал он, осматривая меня с головы до ног, точнее с груди до попы.

– Все! Я снимаю! – не выдержала я.

– Снимай, снимай, – согласился Кристоф и, повернувшись к блондинке, сказал, – мы его берем.

От возмущения я аж поперхнулась.

– Я никуда в этом не пойду!

– Я тебя не спрашиваю, – грубо сказал Кристоф, а от его голоса пробежали мурашки. Мне не нравилось, когда он становился таким… холодным и безэмоциональным.

– Ну пожалуйста, – застонала я. – Давай найдем что-нибудь другое, а?

– Нет, – отрезал он и, развернувшись, ушел.

Вот же гад! Ну как так можно?! Стянув с себя это дурацкое платье-тряпку, вышла к Кристофу.

Рассчитавшись за покупки, мы вернулись в машину и в полном молчании поехали в клуб. Невероятно, как человек может варьировать от грубости до нежности, то подпуская меня к себе, то снова отталкивая!

Приехали мы в тот самый гламурный клуб, который я уже подсознательно терпеть не могла. Взяв меня за руку, Кристоф прошел мимо охраны и поднялся в вип зону.

– Здорово, – за столом уже сидело несколько человек, в их числе и… Джессика.

– Принес, что я просил? – сразу перешел к делу Кристоф, обращаясь к одному из парней, в котором я узнала Айзека.

– Принес, – с этими словами Айзек достал небольшую черную коробочку и положил ее на стол.

– Вы проверяли?

– Да, все работает на сто один процент.

– Хорошо, – Кристоф открыл коробочку и достал оттуда большой красный кулон на подвеске.

– Что это? – я не удержалась от вопроса и тут же осеклась, поймав на себе раздраженный взгляд.

– Подслушивающее устройство, – пояснил Кристоф и, прищурив глаза, злорадно сказал, – очень подходит к твоему новому платью, а еще будет прекрасно…

Дальше я его не слушала, все мое внимание приковала рука Джессики, которая медленно гладила Кристофа под столом. И самое интересное, он ничего не делал! Как будто все так и должно быть…

С трудом подняв глаза, я посмотрела на него:

– Кристоф, а ты не хочешь пересесть?

Все за столом непонимающе посмотрели на меня, все, кроме Джессики и Кристофа.

– Нет, – твердо ответил он.

– Почему? – сквозь зубы прошипела я.

В этот момент мои глаза снова опустились вниз, а там… рука Джессики уже полезла вверх, потянувшись к молнии на джинсах.

– Не хочу, – усмехнувшись, ответил Кристоф и откинулся на спинку стула.

Какие-то секунды я смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает ярость и обида. Доигралась, Ангелина? Господи… ну как я могла к нему привязаться, ну как?!

– Ненавижу тебя! – прошептала я и, вскочив со стула, побежала по ступенькам вниз.

– Ангелина! – хриплый голос разнесся по всему клубу, но меня это не остановило.

Сбежав на первый этаж, нашла дамскую комнату и заперлась в одной из кабинок.

– Вот же я дура! – ругала саму себя, обхватив плечи руками.

Как можно вообще было в него влюбиться? Он жестокий, равнодушный, самовлюбленный… В голове сразу всплыли его слова: «я тебя просто трахаю».

Я сжала руки еще сильнее, стараясь сдержать слезы, которые уже подступали. Чувства беззащитности и одиночества снова накрывали. Я одна… в чужой стране… втянутая в криминальные разборки. А что, если этот Рендол меня завтра убьет? Кто мне поможет? Кристофу плевать, а если плевать ему, то остальные даже и пальцем не пошевелят.

– Где она? – раздраженный голос я услышала даже из своей кабинки.

Смахнув слезы, вжалась в стенку. Пусть он меня не найдет, а?

Но он нашел…

– Выходи, Лина! – постучав именно в мою дверцу, сказал он.

– Нет, – твердо ответила я, пытаясь вытереть лицо майкой.

Не хочу, чтобы он думал, что я реву тут из-за него! Больно много чести.

– Выходи сейчас же! – приказал он, и сильно дернул ручку, видимо теряя терпение.

– Зачем? У тебя там Джессика, вот и сиди с…

– Выйди, и поговорим! – рыкнул он, перебив меня.

А мне вот что-то вообще расхотелось выходить! Уж больно злой у него был голос, а это ни к чему хорошему, явно, не приведет.

– Давай так поговорим, а? – невесело предложила я.

– Как же ты меня достала! – выругался он.

На несколько секунд все затихло. Хм… может он ушел? Но я все так же стояла, не решаясь даже приоткрыть дверцу.

И тут… дверца с жалостливым скрипом просто слетела с петель, а на пороге показался бешеный Кристоф.

– Попалась, детка? – зловеще спросил он.

От такого тона у меня по всей спине разбежались мурашки. Мамочки, как же он сейчас раздраженно выглядит.

– Не трогай меня! – предупредила сразу, как только он потянул ко мне руки.

Но когда мои предупреждения его останавливали? Кристоф грубо взял меня за шкирку и вытащил из кабинки. А я только успела приглушенно вскрикнуть, как он с силой пригвоздил меня к стене.

– Что за представление ты устраиваешь? – спросил он, ставя руки по обе стороны от моего лица.

– Я… я ничего не устраиваю, – запнувшись, сказала я, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Тогда какого хрена я должен искать тебя по всему клубу?

– Знаешь, что, – не выдержав, посмотрела на него в упор. – Я не заставляла тебя меня искать! Можешь и дальше развлекаться со своей Джессикой разукрашенной, а меня не трогай!

Он замахнулся с четким намерением врезать мне по лицу. Я зажмурилась, готовясь принять удар, но Кристоф ударил кулаком по стене и, прищурив глаза, спросил:

– В какой момент ты решила, что можешь приказывать, что мне делать и с кем сидеть?

– Я тебе не приказываю. С кем хочешь, с тем и сиди. Хочешь с Джессикой? Пожалуйста! – ответила я, вжимаясь в стену все сильнее и сильнее.

Он молчал и смотрел на меня, а я почувствовала, как начинаю сдавать позиции. Тело стала бить небольшая дрожь, и мне захотелось снова спрятаться в какой-нибудь угол.

– Пошли обратно, – наконец сказал он, отпуская меня.

– Не хочу, – выдохнула я.

– Твою мать! Что значит, не хочу? – Кристоф, который уже собрался уходить снова развернулся, сжав губы в тонкую линию.

Я не знала, как ему сказать… Кристоф, я не хочу, там Джессика? Или, Кристоф, я не хочу выглядеть жалкой?

– Можно я подожду тебя в машине? – неуверенно предложила я и тут же вздрогнула.

В один шаг он оказался совсем рядом и, схватив меня за волосы, страстно поцеловал. Я растерялась от такого неожиданного поворота и прижалась к нему, отвечая на поцелуй.

Отстранившись, он провел рукой по моей щеке и сказал:

– Не усложняй все, просто пошли.

С этими словами он потянул меня за собой обратно. Тяжело вздохнув, я поплелась следом, поднимаясь в вип зону. Все присутствующие так и сидели на своих местах и встретили нас заинтересованным молчанием, я снова тяжело вздохнула, но все же опустилась на свое место.

Джессика с каким-то нездоровым интересом опять пододвинулась к Кристофу, но была остановлена просто железным:

– Пересядь.

– Что? – она удивленно захлопала глазками.

– Пересядь, – повторил Кристоф и указал на другой конец стола. – Пересядь туда.

– Но почему? Кристоф, я же…

Видимо, ее слова Кристофа просто вывели окончательно. Схватив ее за руку, он не церемонясь протащил ее в другой конец и швырнул на стул, чуть не опрокинув на пол.

– Сиди здесь! – приказал он.

Я не удержалась и злобно усмехнулась, чем заработала грозный взгляд Кристофа.

– Теперь, когда все заткнулись, наконец-то я могу сказать, – иронично протянул он, садясь рядом со мной. Все присутствующие как-то притихли, и больше ни один не пытался заговорить первым. – Итак, завтра в полночь в клубе Ртуть закрытая вечеринка, на которой присутствует Рендол.

– И десяток охраны, – недовольно напомнил Айзек.

– Мы обойдем охрану, – отрезал Кристоф.

– Каким образом? – спросил один из парней с другой стороны стола.

Кристоф обернулся ко мне и сказал:

– В клуб мы поедем все вместе и на всех уже есть пропуска, но в вип зону ты пойдешь одна.

К горлу снова подкатил комок, и я нерешительно спросила:

– И что я там буду делать?

– Найдешь Рендола, предложишь ему выпить, подсыпешь снотворное, найдешь телефон, достанешь из него флешку и вернешь телефон назад.

Если до этого момента я как-то об этом не задумывалась, то сейчас меня накрывала легкая паника.

– И как я это сделаю?

Кристоф достал из кармана телефон и повернул его экраном ко мне. С экрана смотрел невысокий черноволосый мужчина, на вид которому было тридцать – тридцать пять, с внушительной мускулатурой и татуировкой на шее.

– Это Рендол, – поморщившись, сказал Кристоф. – Найти его будет легко, он всегда в центре событий.

Ой, чувствую, пришел мне конец…

– Ты понимаешь, что у меня не получится? – с ужасом прошептала я.

– Ты слишком неуверенна в себе. Все достаточно просто.

Я закрыла лицо руками и застонала, не обращая внимания на осуждающие взгляды за столом.

– А что если ее спалят? – сочувственно спросил Айзек. Похоже, он единственный, которому не плевать, что со мной будет…

– Для этого и нужна прослушка, – сказал Кристоф, наблюдая за моей нерадостной реакцией. – Мы будем слышать их разговор, и если что пойдет не так – вмешаемся.

– Пфф, – Джессика демонстративно фыркнула, привлекая всеобщее внимание. – Я не буду ее защищать. Если спалится, сама будет выпутываться.

Не обращая на нее внимания, Кристоф продолжил:

– В любом случае, Лина, нужно попробовать.

– А как же охрана? – спросила я.

– Останешься с ним одна в вип зоне, охраны не будет.

– Прекрасно, – я сложила руки на груди и откинулась на спинку стула. – Просто замечательно.

– Ты уверен, что у нее получится? – спросил Айзек, наблюдая за мной.

– Ну конечно же нет! – опять влезла Джессика. – Ты посмотри на нее, мало того что вы притащили к нам проститутку, так сейчас собираетесь всех подставить.

Нервы у меня не выдержали. Вот ей богу, не выдержали! Схватив со стола пустой бокал, со злостью запустила в нее. Быстро соориентировавшись, она отскочила в сторону, а бокал со звоном разбился о стену. Все проследили за его полетом и уставились на… нет, не на меня, на Кристофа.

– Ты сумасшедшая что ли? – завопила Джессика. – А если бы ты в меня попала?

– О, я в тебя и целилась! – язвительно протянула я.

– Успокойтесь же вы! – спокойно предложил Айзек, но мы его успешно проигнорировали.

– Что ты себе позволяешь, шлюха?! – завизжала Джессика.

– Ты на себя посмотри! – я обвела рукой ее прикид. – Кто из нас шлюха?

– Ах ты дрянь! – она схватила свой бокал и, не придумав ничего оригинальней, запустила его в меня.

Когда до фингала на моем лице оставалась пара сантиметров, Кристоф перехватил бокал на лету и со звоном поставил на стол.

– Лина! – раздраженно сказал он и в упор уставился на меня.

– Почему сразу я? – я словно ребенок сжала кулачки и воинственно на него посмотрела.

Пару секунд Кристоф держал рассерженный вид, а потом, отвернувшись, закрыл лицо руками, при этом хрипло рассмеявшись.

Все непонимающе посмотрели на него, только Айзек, словно размышляя вслух, сказал:

– Думаю, ты прав. Она справится.

Глава 12.

Весь следующий день я провела на нервах, не представляя, как я смогу охомутать одного из главарей преступных группировок. А он именно главарь с кучей охраны и огромным влиянием. Вся эта затея мне казалась провальной с самого начала, а теперь стало ясно, что это полнейший абсурд. У меня ничего не получится… Господи, как же мне пережить этот вечер!

– Успокойся, Лина, ты вся дерганая, – посоветовал Кристоф, когда мы уже подъезжали к клубу, причем подвозил нас Айзек, а мы сидели на заднем сиденье.

– Кристоф, – я вцепилась в его руку, – пожалуйста, давай я не пойду.

– Все будет нормально, – в который раз он повторял одно и то же.

Но вот у меня было совсем другое мнение на все это. Тем более в этом… красном платье, которое больше все выставляло напоказ, чем скрывало, чувствовала себя отвратительно. Словно девушка легкого поведения, хотя даже они одеваются поскромнее.

– Я в этом платье фейс-контроль не пройду. Ты понимаешь?

– Здесь нет фейс-контроля, – улыбнулся Кристоф. – Только пропуска.

– А ты точно меня будешь слышать? – спросила у него, дергая красное ожерелье на своей шее, в которое встроено подслушивающее устройство.

– Точно, мы все проверили.

Я судорожно держалась за его руку, вздрагивая на каждом резком повороте. Все нервы натянулись, как струна и вот-вот собирались разорваться.

– Успокойся, – сказал Кристоф и притянул меня к себе.

Я со вздохом уткнулась ему в грудь и закрыла глаза. Так, вдох-выдох. В конце концов, если не получится, Кристоф попытается меня вытащить… наверное. По крайней мере, я в это верю.

– Приехали, – возвестил Айзек, останавливаясь около двухэтажного здания с огромной вывеской «НОЧНОЙ КЛУБ РТУТЬ».

– Жди меня на парковке, я отведу ее и вернусь, – приказал Кристоф и вышел из машины.

Мне ничего не осталось, как выйти за ним.

– Эй, – одернул меня Айзек, – не бойся. Мы будем внимательно все слушать, и если станет совсем плохо, то обязательно вмешаемся.

Я благодарно ему улыбнулась, хотя наверно вышло жалко. Взяв меня за руку, Кристоф двинулся ко входу. При этом выглядели мы, ну как минимум подозрительно. Я в красном ужасно откровенном платье, на шпильках, с ярким макияжем, а он в черных джинсах и в черной накидке с капюшоном на голове.

– Ваши пропуска, – потребовал верзила на входе.

– Держи, красавчик, – язвительно протянул Кристоф и, не дожидаясь разрешения, потянул меня внутрь.

На удивление внутри не играла бешеная музыка, от которой закладывало в ушах. А наоборот, играла совсем нейтральная тихая мелодия.

Подойдя к бармену, Кристоф крикнул:

– Коктейль, любой.

Бармен принял заказ и отвернулся, а я с ужасом оглядывалась по сторонам. Куча народа, если поднимут тревогу, спокойно выбраться не получится.

Внезапно Кристоф подал кому-то знак рукой, и я посмотрела в ту же сторону. Около стенки стояли парни в таких же капюшонах и еле заметно кивнули в ответ, подтверждая, что они готовы.

На себе я уже поймала десяток похотливых взглядов и несколько гаденьких улыбочек. И если бы сейчас со мной не было Кристофа, думаю, предложения «подзаработать» посыпались бы горой.

– Смотри вверх, – сказал Кристоф, беря меня за руку.

Я подняла голову. На втором этаже было несколько открытых вип комнат, из которых доносились веселые и подвыпившие голоса.

– Тебе нужна третья випка, идешь туда и просишься в гости, а дальше по ситуации.

Я нерешительно кивнула головой.

– Ваш коктейль, – сказал бармен.

Кристоф кинул ему деньги и, беря коктейль, всунул мне в руки.

– Иди. Я буду тебя слышать, так что меньше нервничай.

С этими словами он нагнулся и поцеловал меня, страстно, жадно, властно. Отстранившись, он подмигнул мне и, развернувшись, направился на выход, так и не снимая капюшона.

Вот я и осталась одна…

Постояв еще около барной стойки пару минут, я взяла свой коктейль и, отпив глоточек, пошла на второй этаж.

Куча охраны и все взгляды устремлены на меня. Ноги дрожали, и я чуть не навернулась на последней ступеньке. Так хотелось развернуться и убежать, но нет.. Я шла вперед, целенаправленно подходя к третьей випке.

– Вы куда? – спросил на входе здоровенный мужик, перекрывая мне дорогу.

Собрав всю волю в кулак, я невинно похлопала глазками и сказала:

– Я к Рендолу.

– Нельзя, – категорически отрезал охранник.

– Кто там? – спокойный голос раздался за спиной охранника и в следующую минуту на пороге показался тот самый мужчина с фотографии.

Черные волосы, невысокий рост, накаченное тело и татуировка на шее. Передо мной Рендол…

– Привет, я Агнета, – лилейным голоском произнесла я.

– Ну привет, Агнета, – усмехнулся он, осматривая мой внешний вид, особенно уделив внимание открытой груди.

– Я видела тебя внизу и подумала, может составить тебе компанию на сегодняшний вечер?

Боже, что я несу? Руки предательски задрожали, и я сглотнула подступивший к горлу комок. Только бы он ни о чем не догадался.

– Хм, ну проходи, – к моему облегчению сказал он, пропуская меня внутрь комнаты.

Мило улыбнувшись, я на негнущихся ногах прошла в випку и за мной тут же закрылась дверь, отрезая от всех людей и оставляя наедине с этим непонятным типом.

– Присаживайся, – предложил Рендол, рукой указав на диван.

– С удовольствием, – ответила я и села на самый краешек.

Рендол тоже сидел и, не скрывая своего интереса, внимательно начал меня рассматривать. Ноги, грудь, шею – все, что было неприкрыто красным материалом.

– Как тебе вечер? – поинтересовался он, поднимая взгляд.

Когда наши глаза встретились, я снова начала паниковать. Успокойся, Ангелина! Кристоф меня слышит, он в меня верит…

– Немного скучноватый, – я вкладывала все свои силы, чтобы придать голосу уверенности. – А тебе как?

Он усмехнулся и взял со стола бокал с каким-то напитком.

– Было скучно, но с твоим появлением вечер перестает быть томным.

Рендол сделал несколько глотков, а я так пожалела, что в его напитке сейчас нет снотворного.

Пакетик со снотворным мне еще сегодня утром крепко закрепили на внутренней стороне платья. Визуально ничего не видно, да и на ощупь тоже не поймешь.

– А ты часто здесь бываешь? – спросил Рендол и поставил бокал на стол.

Черт. Ну как я ему смогу подсыпать снотворное?! Ну как?!!

– Нет, – спокойно ответила я, хотя внутри меня всю трясло. – Пару раз, не больше.

– Вот как, – усмехнулся он и положил свою ладонь мне на ногу. – Я тоже бываю здесь не часто.

Он провел рукой вверх, чуть задирая подол платья и обратно. Коктейль, который я все время судорожно держала в руках, чуть не расплескался, настолько сильно меня пробирала дрожь.

– Ааа…, – поспешно остановила его я. – Может, закажем выпить?

– У тебя же есть, – сказал Рендол, красноречиво посмотрев на мой коктейль.

– Хочется чего-нибудь покрепче.

– Хм, – он кивнул, – виски, коньяк, текила? Что хочешь?

– Я того же, что хочешь ты.

– Я хочу тебя, – нагло заявил он, и снова его ладонь опустилась на мою руку.

– А я тогда виски! – поспешно сказала я.

– Хорошо, – согласился он и нажал на кнопку вызова официанта.

Официант появился сразу и, приняв заказ на два виски, выбежал исполнять.

Я покосилась на Рендола. Тот обвел меня взглядом и неожиданно твердо приказал:

– Раздевайся!

– Что? – я даже опешила.

– Хочу посмотреть какая ты без одежды, – пояснил он. ¬– Ну же, раздевайся!

– А как же официант? – спросила я, стараясь сохранить лицо.

– Я думаю, он видел вещи и похуже, чем красивое женское тело.

– А как же виски? – я пыталась схватиться за любую спасительную ниточку.

– Выпьем, – успокоил меня он. – А сейчас, раздевайся. А то ты уже начинаешь мне надоедать.

Я залпом выпила свой коктейль, а в голове крутилась только одна мысль: «Кристоф меня слышит, он мне поможет».

– Слушай, – я мило улыбнулась, – а может, сначала выпьем и сразу перейдем к делу?

– Не может, – грубо сказал он и потянул меня за руку.

Одним движением руки он расстегнул платье сзади и поставил меня на ноги.

– Раздевайся! Ну!

Я судорожно вздохнула и, не видя другого выхода, сняла с себя платье и бросила на диван так, чтобы пакетик со снотворным не было видно, но в тоже время его было легко достать.

– Покрутись, – приказал Рендол, осматривая мое тело.

Я покрутилась, сгорая от стыда.

– Неплохо, – на его губах заиграла пошловатая улыбка. – Садись ко мне на колени.

Я подошла к нему и села на колени. В бедро мне сразу же уперлось что-то твердое, видимо мое тело его сильно завело…

– Откинь свои волосы назад.

Я послушно откинула волосы.

Мне было так противно, прямо до тошноты. Он трогал мои бедра, лапал за грудь, оттягивал резинку на трусах и мерзко дышал мне в шею. В какой-то момент он лизнул мне плечо, я вздрогнула и отстранилась.

Он проследил за моей реакцией и задумчиво протянул:

– Ты не похожа на ту, которая вот так приходит и приносит себя на блюдечке.

В этот момент вошел официант и Рендол меня отпустил. Я слезла с его колен и прикрылась своим платьем. Рука нащупала пакетик со снотворным. Нужно его отвлечь!

– Хочешь, я сделаю тебе расслабляющий массаж? – невинно предложила я, когда официант ушел.

– Ты же хотела выпить? – усмехнулся он.

– Так мы и выпьем. Но я раздета, а ты нет. Не порядок…

Он снова усмехнулся и быстро содрал с себя всю одежду… вместе с трусами. Меня затошнило. Как это мерзко и низко. Чувствую себя полной… девушкой легкого поведения.

– Я готов, – сказал он.

– Я вижу, – нерадостно подтвердила я. – Ложись.

На удивление он спокойно лег на живот, а я села ему на спину и начала делать массаж… первый раз кому-то делаю массаж.

Фу, это отвратительно. Гладить его по спине, сальная кожа, волосы – тошнит…

Через две минуты я незаметно протянула руку и сдернула мешочек со снотворным. Рендол ничего не почувствовал и продолжил и дальше наслаждаться моими поглаживаниями.

Ну-ну, недолго тебе осталось наслаждаться. Я надеюсь…

Открывать пакетик одной рукой было неудобно, но я приложила все усилия. И уже когда все было готово, оставалось только насыпать его в бокал с виски, я занервничала еще сильнее.

Снотворное зашипит, он услышит, мне секир башка. Я взглянула на Рендола, потом на бокал, потом снова на Рендола и быстрым движением опустила пол мешочка в бокал. Сразу, как только снотворное коснулось напитка, я закашлялась настолько сильно и громко, насколько хватило моих легких.

– Ты болеешь что ли? – поинтересовался Рендол, перекрикивая меня.

Странный приступ астмы прошел только через тридцать секунд, когда снотворное полностью растворилось.

– Ну что, выпьем? – слезая с него и прикрывая грудь платьем, спросила я.

– Давай, – без тени сомнения ответил он и залпом осушил бокал.

Есть. Слава тебе богу. Но нельзя расслабляться, еще же флешка!

– А теперь иди сюда, – сказал он и рывком подмял меня под себя.

Сердце екнуло и забилось в несколько раз быстрее.

– Погоди, погоди! – запротестовала я и уперлась руками ему в грудь.

– Да ты достала, овца!

С этими словами мне прилетело по лицу огромной ладонью. Голова закружилась, а щека ужасно заболела.

– Заткнись и отрабатывай, раз пришла! – прикрикнул он и разорвал на мне трусики.

Я вскрикнула и постаралась оттолкнуть его. Но мне снова прилетело по лицу, видимо, я потеряла сознание на несколько секунд, потому что когда пришла в себя, он уже перевернул меня на живот и навис огромной скалой, собираясь изнасиловать.

В панике я начала лягаться и брыкаться, отчаянно колотя его ногами. Страх сковывал мои движения, но я старалась не обращать на него внимания и прикладывала все свои силы, стараясь справиться с мужиком в несколько раз сильнее меня.

Такая молчаливая и бесполезная борьба продолжалась минуту, а потом на меня упала бессознательная туша и придавила к дивану. Снотворное взяло свое.

– Вот же урод … ! – я в сердцах выругалась и кряхтя, выбралась из-под него. – Ненавижу!

Со злости я пинула его в бочину. Еще бы чуть-чуть и меня изнасиловали…

Отбросив эти мысли, я натянула на себя платье обратно. Пожалеть себя время найду, сейчас есть более важная задача. Я подскочила к его вещам, выворачивая все карманы. Деньги, сигареты, какие-то таблетки, посыпались наружу.

– Я не могу найти телефон, – в панике сказала я, сжимая в руках ожерелье.

Я обшарила диван, в надежде, что он мог выпасть, но его тоже не было. Тут я глазами наткнулась на вешалку, на ней висела черная кожаная куртка. Как обезумевшая, я подскочила к ней и вывернула карманы. Телефон!

– Я нашла! Я нашла…, – успокаивала я саму себя.

Быстро сняв с телефона корпус, я вытащила флешку и вернула телефон на месте.

– Флешка у меня, – я не прекращала сообщать информацию Кристофу, надеясь, что он меня слышит. – Я спускаюсь.

Убрав все улики, я выскочила за дверь.

– Уже все? – поинтересовался верзила.

– Ага, – слишком радостно сказала я. – Ваш бос отходит от эйфории после встречи со мной.

Больше не обращая ни на кого внимания, я сбежала по ступенькам вниз, глазами выискивая одного единственного человека… и нашла. Кристоф стоял около входа, пристально наблюдая за мной.

Стоило мне только приблизиться, как он сгреб меня в охапку и тихо сказал:

– Умница.

А я наконец-то облегченно выдохнула.

Кристоф посмотрел поверх головы и в эту секунду на весь зал заорал тот самый верзила-охранник Рендола:

– Вон она. Задержите ее!

– Пошли, – приказал Кристоф и потянул меня за руку.

Мы выбежали на парковку, рядом с входом уже стояла припаркованная иномарка Айзека, и стоило нам только залезть внутрь, как машина тронулась и понеслась по дороге вперед.

– Флешка у нее? – спросил Айзек, настраивая зеркало заднего вида.

– У меня, – сдавленно прошептала я и, разжав кулак, где все время усиленно сжимала крошечную флешку, протянула ее Кристофу.

Он быстрыми движениями снял со своего телефона корпус и вставил туда флешку. Пару минут ничего не происходило, а я непонимающе смотрела на Кристофа. По какому поводу такая шумиха и кто такой этот Рендол?

– Есть, – наконец-то радостно усмехнулся он. – Это оно.

– Что там? – спросила я, чувствуя себя какой-то последней идиоткой. Все вокруг все знают, одна я не в курсе.

Кристоф улыбнулся и притянул меня к себе. Я не сопротивлялась, наоборот, прижалась к нему сильнее. Чувствую себя паршиво и как-то грязно…

– Это то, что мне надо, – наклонившись к самому уху, прошептал он. – Ты молодец.

– Не хочу вас отвлекать, – прокашлявшись, сказал Айзек и пальцем ткнул в зеркало заднего вида. – Но у нас хвост.

Кристоф сразу развернулся и вгляделся в черный затонированный джип, следующий за нами по пятам.

– Сбрось его, – усмехнувшись, приказал он Айзеку. – Это неповоротливая колымага отстанет на первом же повороте.

Следуя его приказу, Айзек тут же вдавил педаль газа до упора, и машина стремительно начала набирать скорость и уже через какие-то десять минут джип отстал, а мы на бешеной скорости неслись по объездной дороге.

Я прижалась к Кристофу. Странные чувства… вроде бы он впутал меня во все это и как раз его-то я и должна ненавидеть. Только ненависти во мне совершенно не было. Конечно, есть обида за то, что он заставил меня раздеться перед Рендолом и за то, что меня чуть не изнасиловали, а он даже не вмешался.

– Кристоф, – неуверенно позвала его. – А ты слышал все, что происходило там в клубе?

Он ответил не сразу, выдержав небольшую паузу, словно размышляя над ответом.

– Да, я слышал все, – наконец сказал Кристоф, и его рука чуть сильнее сжала меня за талию.

– И то, что Рендол…

– Лина, я думаю сейчас не то время, чтобы это обсуждать, – жестко отрезал он, намекая, что мне пора заткнуться.

Наверное, и, правда, сейчас было не самое подходящее время. Хотелось просто смыть с себя все это, залезть в теплую кроватку и заснуть.

Глава 13.

Я стояла под душем, намывая все тело в десятый раз. Мне все еще казалось, что я чувствую на коже прикосновения этого мерзкого Рендола и мне хотелось оттереть их как можно скорее. Умом я понимала, что мне кажется, но продолжала все так же стоять под горячими струями воды, пока в ванную не зашел Кристоф.

– Прошло больше двух часов, – невесело сказал он, остановившись за плотной шторкой. – Ты собираешься всю ночь здесь просидеть?

Я всхлипнула и снова намылила мочалку.

– Лина?

– Я скоро выйду, – за последние два часа я уже говорила эту фразу третий раз и всегда она срабатывала, но сейчас что-то пошло не так.

Кристоф тяжело вздохнул и отодвинул разделяющую нас шторку. Я посмотрела на него, не переставая растирать свое тело. Он уже успел переодеться и сейчас выглядел по-домашнему, в свободной майке и таких же свободных штанах. А я невольно подумала, что так он намного сексуальнее, чем в кожаной крутке и в капюшоне.

– Давай выходи, – он нахмурил брови, наблюдая, как я с нездоровым энтузиазмом растираю мочалкой руки.

– Я еще не вымылась, – сказала я и попыталась задернуть шторку обратно.

– Прекрати, – рыкнул он и выключил душ.

На секунду я остановилась и непонимающе посмотрела на него.

– У тебя все нормально. За два часа можно было вымыть все, что только возможно.

– Нет, – возмутилась я и снова потянулась к мылу.

Но как только мыло оказалось в моих руках, Кристоф выхватил его из рук и отбросил куда-то в сторону.

– Что ты делаешь? – язык почему-то заплетался, и слова давались с трудом.

– Успокойся, Лина, – сказал Кристоф и в это же мгновение силой вытащил меня из ванной.

¬– Подожди! – я вцепилась в него руками. – Я еще не все! Не все!

– Все нормально, – повторил он и понес меня по коридору в спальню. – У тебя стресс, но в остальном все нормально.

– Я же вся мокрая! – сказала я, чувствую неизвестно откуда взявшиеся слезы.

– Ты не поверишь, но у меня есть полотенце, – отрезал Кристоф.

Он посадил меня на кровать и накинул сверху большое банное полотенце.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, садясь передо мной на корточки.

Он говорил непривычно мягко, и это было совершенно на него не похоже. Словно это был другой Кристоф, не тиран и психопат, которого он изображает из себя все время. Сейчас передо мной сидел обычный мужчина. Да, он властный… он лидер, которого все слушаются, но он не психопат и не убийца.

– Лина? – он нахмурился еще сильнее и пощелкал пальцами перед моим лицом. – Как ты себя чувствуешь?

– Не очень, – честно призналась я.

– Хочешь что-нибудь?

Сначала я отрицательно покачала головой, но вдруг кивнула. Да, я кое-что хочу. Кристоф прищурился и слегка наклонил голову набок.

– Что ты хочешь? Тебе что-нибудь принести?

– Нет, – сдавленно сказала я. – Мне ничего не надо.

Пронзительные серые глаза внимательней на меня посмотрели.

– Кристоф, просто побудь со мной, ладно?

На долю секунды его лицо изменилось, и казалось, он выглядел слегка озадаченным, но потом он вернул себе обычное выражение и, слегка усмехнувшись, сказал:

– Хорошо.

Подавшись вперед, он лег на кровать и, стянув с меня полотенце, прижал к себе.

– Я обещал тебя отпустить, если ты достанешь мне флешку, помнишь? – спросил Кристоф, накрывая меня одеялом.

– Помню, – сказала я и, закрыв глаза, уткнулась ему в грудь.

И только сейчас мне стало хорошо. Нервная напряженность потихоньку проходила, уступая место расслабленности и через мгновение, я погрузилась в сон.

Телефонный звонок разбудил нас только в обед. Кристоф чертыхнулся и, потянувшись на кровати, взял трубку.

– Слушаю.

Я сонно потерла глаза. Голова болела, да и вообще самочувствие не особо располагало к каким-то делам, поэтому я свернулась комочком и снова закрыла глаза.

– Я думаю, Кросвор сам с ними разберется, – говорил кому-то Кристоф. – Тем более, мне сегодня нужно закончить с Рендолом.

При упоминании Рендола я невольно вздрогнула.

– Еще не знаю, но у меня его информатор. Надо дожать крысу, давай там и встретимся. Все, ждите меня.

С этими словам Кристоф нажал отбой и повернулся ко мне.

– Меня сегодня не будет весь день.

– Куда ты уедешь? – приоткрыв один глаз, я посмотрела на него.

– Наконец закончить старые разборки.

– С Рендолом?

Он улыбнулся и, протянув ко мне руку, намотал себе на ладонь мои волосы.

– С Рендолом, – подтвердил он. – Хочу поставить на нем точку.

Легонько потянув за волосы, он поцеловал меня, приобнимая за талию. Страстно, нежно, властно…

– Не высовывайся из дома, – предупредил он и вышел из спальни.

Через несколько минут я услышала, как захлопнулась входная дверь. Делать ничего не хотелось, поэтому я посильнее укуталась в одеяло и снова заснула.

Окончательно проснулась я только к вечеру, когда на дворе уже сгустились сумерки. Неспешно вылезла из кровати и потопала на кухню. В холодильнике значительно прибавилось еды. Странно… когда Кристоф успел так много всего закупить. Впрочем, какая разница?

Сделав себе пару бутербродов с чаем, уселась в зале перед телевизором и неожиданно поймала себя на мысли, что я привыкла. Привыкла ждать Кристофа, привыкла к этому дому, привыкла к переживаниям. Все стало казаться таким обыденным и комфортным, что меня это слегка пугало.

Я в чужой стране, в чужом доме и совершенно не знаю, что мне ждать дальше. Кристоф сказал, что отпустит меня… Значит у меня есть шанс очень скоро вернуться домой.

От упрямой мысли, которая не желала вылезать из моей головы, я закашлялась, чуть не расплескала весь чай на дорогой диван. Отложив в сторону недоеденный бутерброд, я обняла руками коленки и сказала вслух то, в чем сама себе не могла никак признаться:

– Я не хочу уезжать.

Я сильнее сжала коленки. Кому я здесь нужна? Меня похитили, тайно перевезли заграницу, продали в рабство, потом выкупили и посадили под замок – это уже звучит страшно… А если добавить смертельную перестрелку, цепи в подвале, мертвого Бейера, кражу флешки у криминального бандита, то совсем становится нехорошо.

Слишком много переживаний, слишком много боли и беспросветного хаоса, который меня окружает. Но в любом хаосе есть свой порядок… и в моем хаосе этот порядок устанавливает Кристоф.

«Дзин-дзин-дзин»

Я замерла. От мыслей меня отвлек звонок, и я отчетливо понимала, что звонят в дверь и звонит явно не Кристоф, а кто-то посторонний.

«Дзин-дзин-дзин»

– Черт!

Я слезла с дивана и бесшумно подошла к двери. В дверной глазок вглядывалась долго, но так и не смогла никого разглядеть. Свет во дворе был выключен, на улице темень, хоть глаз выколи. Никого не вижу.

«Дзин-дзин-дзин»

От неожиданно громкого звука, я подпрыгнула на месте.

– Кто? – я все-таки решила спросить, хотя внутри меня что-то кричало этого не делать.

– Открой! – женский голос раздался с той стороны двери.

Хм… это что Джессика? Что ей нужно?

– Кристофа дома нет, – предупредила я ее, неспеша открывать дверь.

– Я знаю, как раз от него. Мне нужно тебе передать вещи.

– Какие вещи? – подозрительно спросила я и снова попыталась разглядеть ее в глазок.

Нет. Ничего не видно!

– Открывай быстрей. Я замерзла! – капризным голоском протянула она.

Не верю я этой… неприличной женщине.

– Мне Кристоф ничего не говорил, – крикнула я, пытаясь сообразить, что еще за вещи и где сам Кристоф.

– Ты дура? Конечно, он ничего не говорил, да и вообще он не обязан перед тобой отчитываться. Открывай или я уезжаю!– огрызнулась она по ту сторону.

Секунду я колебалась над решением. Потом все же пришла к выводу, что стоит открыть дверь. В конце концов, она же, как то прошла через ворота, возможно Кристоф дал ей ключи. Но зачем? Черт… что-то не складывается.

Решив больше не тянуть, щелкнула задвижкой и приоткрыла дверь. Разглядеть Джессику я не успела, мне в лицо тут же брызнули какой-то едкой водой, словно из распылителя или аэрозоля.

Отшатнувшись в сторону, я прижала руки к глазам.

– Аааа, – у меня не получалось стереть с глаз этот распылитель.

Все жгло и чесалось, ровно до того момента, как я почувствовала, что мне на голову опустилось что-то ужасно тяжелое. Не открывая глаз, я так и сползла по стене, потеряв сознание.

Глава 14.

– Щас я тебе устрою, гадина! – в сознание я пришла от писклявого и ужасно противного голоса. Голоса, который принадлежал такой же противной хозяйке.

Открыв глаза, я не сразу сообразила, где нахожусь. Но мне было достаточно минуты, чтобы вспомнить. Подвал… подвал, где меня один раз привязал Кристоф.

– Вот же блин! Очухалась раньше, чем я успела закончить.

Я с трудом сконцентрировала свой взгляд на Джессике. Она стояла прямо перед моим лицом и нервными движениями пристегивала мои руки к цепям.

Взгляд вверх и все стало еще яснее. Джессика не отличилась креативностью и точно так же, как Кристоф, привязала меня на цепи, прикрепленные к балкам. Только на этот раз на мне была одежда…

– Вы все двинутые, – прошептала я, чувствуя во рту солоноватый привкус крови.

Джессика на мои слова рассмеялась и, закончив с цепями, отошла на шаг полюбоваться своим творением.

– Двинутые на всю голову, – нерадостно заключила я.

– Заткнись! – вскрикнула она и достала из-за пояса нож.

Осознание ужасного снова меня накрыло. Она же психопатка! Вся растрепанная, с потерянным взглядом и ножом в руках.

– Где Кристоф? – не знаю почему, но этот вопрос меня интересовал больше своей безопасности.

Ее лицо исказила безумная усмешка.

– Кристоф занят.

– Где он? – сказала я и, закашлявшись, сплюнула на пол.

Во рту была кровь, видимо она не стыдилась хорошенько меня отпинать, пока я была без сознания.

– Знаешь, – неожиданно серьезно сказала она и указала на меня кончиком ножа. – Я все думала, чем ты могла зацепить Кристофа и только сейчас до меня начало доходить.

– До тебя видимо всегда долго доходит, – усмехнулась я, не чувствуя рук.

– Замолчи! – Джессика подпрыгнула ко мне, и ее нож оставил глубокую отметину на моей щеке.

Я зашипела от боли и дернулась с места. Цепи заскрипели, но даже и не думали поддаться. Слишком крепкие…

– Ты не прогнулась! – продолжила она свой монолог. – Обычно он ломает свои игрушки за долю секунду, но не тебя. Ты другая! Ты не сломалась и, видимо, ему это нравится!

С этими словами на второй щеке появилась такая же глубокая кровавая отметина.

– Не трогай меня! – зашипела я, чувствуя обжигающую боль на лице.

– Я сделаю из тебя уродку, и он никогда больше не посмотрит на тебя! – выкрикнула она и вонзила кончик ножа мне в плечо.

Я снова дернулась и снова безуспешно. Вот теперь стало страшно… Она же точно больная, на всю голову больная!

– Ты что делаешь? – выдохнув, спросила я. – Чего ты этим добьешься?

Я почувствовала, как раны на щеках стали кровоточить, и маленькие струйки скатились по лицу вниз.

Она промолчала, скрывшись где-то за моей спиной. Подвешенная на цепях за руки, я не смогла обернуться и вот такая беззащитность пугала меня больше, чем эта обезумевшая женщина.

– А если Кристоф вернется? Ты вообще соображаешь? – попыталась воззвать ее к разумному, но у меня слабо вышло.

– Не вернется, – ответила она, и в тишине холодного подвала раздался щелчок ножниц.

– НЕ ТРОГАЙ! – закричала я, оглушив себя собственным голосом.

Клочок рыжих волос упал к моим ногам. Она отрезала не много, наверное, не больше пары сантиметров, но это просто был предел. Предел терпению. Я дернулась снова, но в этот раз, ударив ее ногой по животу.

– Дрянь! – выругалась она и, схватив меня за волосы, дернула назад.

Слезы против воли выступили на глазах. Щелчок ножниц и еще клок волос упал вниз. «Они отрастут, все будет нормально, они вырастут заново» – мысленно успокаивала я себя.

– Сначала я обкорнаю все твои волосы, потом разукрашу лицо, а потом и все тело, – предвкушающе прошептала она. – С чего мне начать, с лица или сразу перейти к телу?

Она подошла ко мне спереди, чувствуя свое превосходство надо мной. Безумный взгляд был направлен прямо мне в глаза, и в нем читалась только ненависть, полная решимости. Но мне было на нее плевать, плевать на ее слова и на ее действия.

Было больно, и я все чувствовала… Я чувствовала кровь на лице, чувствовала, как она медленно стекает по щекам и капает на грудь, чувствовала свои слезы, которые обжигают кожу. Чувствовала свои волосы, которые теперь были неровно обстрижены и свисали до плеч. Чувствовала, что нахожусь на волоске от смерти, чувствовала на себе ее безумный взгляд и нож, который она нервно сжимала в руках. Я чувствовала все: злость, страх, обреченность, унижение и боль. Но мне было плевать… я знала, что меня защитят. И это-то чувство, которое убивает все остальные. Чувство защиты…

Дверь подвала с грохотом распахнулась, чуть не слетев с петель. На пороге стоял Кристоф, бешеный и ужасно злой. Осмотрев нашу компанию, он остановил свой взгляд на мне, и хриплый голос разорвал воцарившую тишину:

– Я тебя предупреждал никому не открывать. Никому!

С этими словами он двинулся вперед, направляясь прямо ко мне. Я держалась изо всех сил, не подавая виду, как была напугана и как рада его видеть.

Воспользовавшись создавшейся немой паузой, Джессика рванула на выход. Кристоф даже не взглянул в ее сторону, разрешая пробежать мимо. А вот на выходе ей дорогу перегородил Айзек и, не церемонясь, оттолкнул обратно, перекрывая пути отступления.

– Нет, детка, – поцокал языком Айзек, без капли сочувствия смотря, как она упала перед ним на пол. – За свои поступки надо отвечать.

– Отвези ее к Мартину, – подходя ко мне, сказал Кристоф через плечо. – Чтобы больше я ее никогда не видел.

С этими словами он ослабил цепи и подхватил меня на руки, не давая упасть. Ноги затекли и теперь стали совершенно ватными.

– Кристоф, ты не можешь! – завопила Джессика. – Ты не можешь отдать меня Мартину!

– Убери ее. Сейчас же! – приказал Кристоф, видимо начиная терять терпение.

Айзек тут же подскочил к ней и, схватив за волосы, потащил по лестнице наверх. На ее крики никто не обращал внимания, всем было плевать, включая меня.

– Идти можешь? – спросил Кристоф, внимательно осматривая мое лицо.

Я неуверенно кивнула, хватаясь за него руками.

– Со мной все хорошо, – сказано было неубедительно.

– Нет, – отрезал он. – Все хреново.

Больше не говоря ни слова, он взял меня на руки и взбежал по лестнице наверх. Пройдя по коридору, он зашел в зал и посадил меня на диван.

– Кристоф…, – тихо позвала его, наблюдая, как он метается по комнате.

Он ничего не ответил, просто вышел из зала, оставив меня одну. Я сжалась в беззащитный комочек. Боль уже утихла и я даже забыла про царапины на лице и про волосы, а когда в комнату вернулся Кристоф, у меня вообще челюсть отвисла.

– Держи.

Он кинул рядом со мной паспорт. Мой паспорт… я думала, что больше никогда его не увижу. Значит, Кристоф забрал его?

– Одевайся и уматывай, – холодный решительный голос заставил поежиться. – Я договорюсь, чтобы тебя перевезли через границу.

– Кристоф, – слова давались с трудом, но я должна была это сказать. – Я не хочу уезжать…

На секунду он задержал на мне взгляд, но потом покачал головой и повторил:

– Нет, ты уедешь.

Он снова вышел из зала, а я тупо смотрела на паспорт. Вот он, билет домой. Бери его и беги быстрее, но все уже давно кардинально изменилось.

Я застонала и схватилась руками за голову. Что со мной происходит? Почему мне так болезненна сама мысль, что я могу уехать? Слезы снова покатились по моему лицу.

Кристоф – это тот человек, который неожиданно вошел в мою жизнь и изменил все. Взгляды, планы, убеждения. С ним хочется того, чего никогда не хотелось ни с кем до этого. С ним все по-другому. С одной стороны, я чувствую себя жалкой, ведь он причинил мне много боли и вряд ли он чувствует ко мне хоть долю того, что чувствую к нему я. Но с другой стороны, я понимаю, что без него будет в тысячи раз больнее.

Отбросив все мысли, я сползла с дивана и вытерла слезы. Уверенным шагом я вышла в коридор и замерла на пороге в кухню. Кристоф стоял ко мне спиной, прислонившись лбом к холодной стене. Просто стоял, ничего не говорил и ничего не делал.

– Кристоф, – я неуверенно сделала шаг вперед.

Он резко развернулся и прищурил глаза:

– Собирайся!

– Нет! – не менее воинственно заявила я.

– Что значит, нет? – искренне не понимал он. – Ты дура? Я тебя отпускаю, даже помогаю добраться домой. Черт! От тебя требуется только умыться и одеться. Все.

Я сдерживала слезы, но голос все равно предательски дрожал.

– Я хочу остаться с тобой.

На долю секунды мне показалось, что Кристоф меня ударит. Но он только раздраженно передернул плечами и, достав из шкафчика белый флакон, двинулся ко мне:

– Хорошо, – наигранно мягко сказал он, прикладывая все силы, чтобы не закричать. – Я сам тебе все обработаю и дам вещи.

Кристоф сжал пальцами мой подбородок, заставляя запрокинуть голову вверх. Выдавив из флакона немного какой-то прозрачной мази, он нанес ее на мою щеку. Я зашипела от боли, все стало щипать.

– Потерпи, скоро будешь дома.

– Твою мать! – выругалась я и оттолкнула его от себя.

Мазь вылетела из его рук, упав на пол.

– Я не хочу домой, Кристоф. Я хочу остаться с тобой!

Его глаза превратились в две узкие щели, а весь вид просто дышал неконтролируемой агрессией. Но я стояла и смотрела прямо на него.

– Ты не выдержишь со мной! – сквозь зубы сказал он. – Ты слишком слабая и наивная!

– Когда ты посылал меня к Рендолу, ты считал по-другому!

– Я считал так же, просто был уверен, что с тобой ничего не случится, потому что мои люди были во всем клубе, тебя бы вытащили в любом случае!

– Как видишь, меня не понадобилось вытаскивать! – сказала я и сразу же пожалела.

Кристоф прижал меня к стене, смотря с таким гневом, что становилось страшно. До чертиков страшно.

– Лина, меня не должно сейчас здесь быть, – наклонившись к самому лицу, прошептал он. – Я вернулся домой, потому что забыл чертов документ. Всего одна бумажка, которая спасла тебе жизнь. А если бы я ничего не забыл, то ты сейчас болталась бы на цепях в подвале.

– Но ты вернулся…, – тихо сказала я, пытаясь выровнять дыхание.

– Да, – он согласно кивнул. – Но если бы я вернулся вечером, то нашел бы твой труп. Прекрасно, правда?

– Все было бы нормально, – неуверенно начала я.

– Тебе нужно уехать. Сейчас же! – вернулся на старую пластинку Кристоф.

– Нет, – твердо заявила я, смотря ему прямо в глаза.

– Назови хотя бы одну причину, нахрена ты мне здесь нужна? – грубо сказал он, оперевшись руками по обе стороны от моей головы.

Секундное молчание. Гробовая тишина. Я не знала что сказать, все в моей голове противоречило друг другу. Но одно я поняла четко и ясно:

– Кристоф… я люблю тебя.

И все… мои слова сорвали преграду. Слезы потекли по лицу. Я чувствовала себя ужасно, словно только что сказала какую-ту сугубо личную вещь, о которой в принципе никто не должен знать.

– Черт! – выругался Кристоф и, схватив рукой за мои волосы, впился в губы.

Я подалась ему навстречу, привлекая к себе. Мне хотелось его чувствовать, чувствовать его каждой клеточкой своего тела и это было жизненно необходимо.

Оторвавшись от моих губ, он смахнул с обеденного стола все, что на нем было. Графин с водой, бокалы, тарелку с фруктами. Все полетело на пол, разбившись и разлетевшись по всей кухне.

– Иди ко мне, – хрипло сказал он, сажая меня на стол, и снова впился в губы, попутно стягивая с меня майку.

Уже через несколько минут на мне не было одежды, а Кристоф жадно прижимал к себе, грубыми толчками входя в мое тело. Я рассыпалась рядом с ним, несмотря на все события, мне было хорошо. И это невероятная тяга, даже не тел, а душ, сковывала нас вместе.

Стоны срывались с моих губ, и пока я могла еще соображать, тихо прошептала:

– Я останусь с тобой.

Он резко выходит из меня и снова входит, вызывая нервный напряженный комок внизу живота.

– Хорошо, – выдохнул он, и наши губы снова сплелись в жарком поцелуе.

Подхватив на руки, он стянул меня со стола и резким движением прижал к стене. Я вскрикнула, когда перестала ощущать опору, но успокоилась, когда почувствовала его сильные руки, крепко удерживающие меня. Я обняла его за шею, дав полную волю его действиям.

Кристоф придавил меня к стене сильнее и снова вошел внутрь, вгоняя член как можно глубже. От возбуждения у меня начало темнеть в глазах, а дрожь прошла по всему телу. Кристоф больше не церемонился, насаживая меня все глубже и быстрее с каждым новым толчком.

Оргазм накатил почти неожиданно, и я закричала, извиваясь в его руках. Но Кристоф не остановился ни на миг и через пару минут тоже кончил, выпустив меня из объятий.

Коленки дрожали от полученного удовольствия и, оказавшись на ногах, я чуть не упала, в последний момент, схватившись за Кристофа.

Посмотрев на меня, он рассмеялся тихим вибрирующим смехом, и снова подхватив на руки, отнес в душ.

– Лина, ты ужасно выглядишь, – опустив меня в ванну, констатировал он и забрался рядом со мной.

Проведя в ванной чуть меньше часа, мы устроились в зале, и Кристоф снова принес свою мазь.

– Подними голову вверх, – скомандовал он, выдавливая небольшой прозрачный слой из тюбика.

Я послушно подняла голову и тут же все лицо снова защипало.

– Больно, – протянула я. Да что это за мазь то такая ужасная?

– Зато эффективно, – сказал он и как будто сильнее надавил на рану.

– Ааааа.

– Не скули, Лина, – грозно предупредил он и посмотрел в глаза. – Хочешь быть со мной? Тогда терпи.

Я поджала губы и молча вынесла все манипуляции с мазью.

– Мои волосы, – грустно сказала я, трогая кончики.

– Подстрижем, – спокойно отрезал Кристоф, закручивая крышечку от мази. – Скажи спасибо, что только волосы.

– А Джессика, она…

Кристоф движением руки призвал меня к молчанию.

– Я не хочу про нее говорить. Все.

– Почему? – не унималась я.

Он слегка прищурился и язвительно поинтересовался:

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты ужасно дотошная?

Ответить мне не дали, так как у Кристофа зазвонил телефон. Только бы его не сорвали с места! Не хочу оставаться одна… снова.

– Слушаю. Все уже готово. Да, перекрывайте все выезды и мостовые, чтоб наверняка. Как смогу, не знаю. Бывай.

Я смотрела, как он сбрасывает вызов, и тяжело вздохнув, поворачивается ко мне.

– Что-то случилось? – уж больно красноречивый у него взгляд.

– Типо того, – нерадостно протянул он.

– Что?

– Ты случилась. На мою голову, – он поджал губы. – Завтра с утра засада, заведем всех людей Рендола в тупик и его вместе со всеми.

– Ну так это хорошо? – неуверенно протянула я.

– Выезжаем завтра с утра, заманивая всех в ловушку.

Я замерла и уставилась на него.

– Ты хочешь быть приманкой?

Он усмехнулся и покачал головой.

– Мы. Мы будем приманкой.

Он же шутит? Несколько секунд я смотрела на него, и с каждой секундой становилось все яснее и яснее. Он не шутит.

– И как мы заманим их? – сглотнув, спросила я.

– Это технические нюансы, о которых тебе не надо знать, – усмехнулся он и, откинувшись на спинку, притянул меня к себе.

Я положила голову на его грудь и прикрыла глаза, погружаясь в состояние покоя.

Глава 15.

Все утро прошло в напряжении. Кристоф поднялся задолго до рассвета. Последовав его примеру, я тоже вскочила с кровати и, одевшись, поплелась в зал. А в зале… сидели человек десять вооруженных до зубов и в черных костюмах.

– Ты либо проходишь, либо уходишь, – раздраженно бросил Кристоф, увидев, как я переминаюсь на входе.

Недолго думая, прошла вперед и уселась на кресло. Внутри нарастало неприятное напряжение и предчувствие чего-то нехорошего. А враждебные взгляды в мою сторону только ухудшали ситуацию. Ну что вы так смотрите?

– Она с нами? – спросил какой-то мужик, неприлично ткнув в меня пальцем.

– Да, – ответил Кристоф, не обращая на него внимания.

Мужик снова на меня посмотрел и скривился, как будто проглотил что-то ужасно кислое, а я не удержалась и показала ему язык. У бедного сразу лицо окаменело, видимо, не ожидал он такой дерзости, но говорить тоже ничего не стал.

Я оглядела всех присутствующих и невольно поерзала в кресле. Все сидели спокойно и выжидали дальнейших приказов, только глаза у них были полны холодной решимости. Я сидела в одной комнате с людьми, которые привыкли убивать…

Два часа ничего не происходило, все занимались своими делами, но из зала не выходили. Украдкой я поглядывала на Кристофа, он стоял над столом и что-то обсуждал с незнакомым мне мужчиной. Он держался хорошо, как и следует держаться лидеру. Сосредоточенный, уверенный в своих словах и действиях. В отличии от него моя выдержка уже кончалась. Я не знала что делать, чего ждать, чего бояться, поэтому просто жалась в кресле, наблюдая за Кристофом.

За это время к нам присоединились еще несколько человек, все незнакомые, кроме Айзека.

– Как себя чувствуешь? – спросил он, подходя ко мне.

– Нормально, – устало ответила я. Хотелось лечь под теплое одеяло и заснуть, но такой возможности никто не предоставил.

– Как мордашка? – Айзек показал на порезы от ножа.

– Уже не болит ничего, – отмахнулась я. Вдаваться в подробности совершенно не хотелось.

Айзек снова открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же его закрыл, так как в тишине комнаты прозвучал хрипловатый голос:

– Всем приготовиться.

Я поежилась от такого командного тона. Несколько человек вскочили со своих мест и выбежали в коридор.

– Вы со мной, – приказал Кристоф, указав в нашу сторону, и быстрым шагом прошел мимо.

Мы с Айзеком без лишних разговоров пошли за ним.

Из дома мы выбирались уже известным путем, через окно в одной из пустых комнат. Оказавшись снаружи, Кристоф подал руку, помогая мне выбраться.

– Пригнись и иди тихо, – наклонившись к самому уху, прошептал он.

Я кивнула и в полусогнутом состоянии пошла за ним через весь задний двор, стараясь ступать как можно тише. Кристоф и Айзек двигались быстро, при этом, не издавая ни малейших звуков, у меня же так не получалось и я значительно отставала, замедляя весь процесс.

Но стоило нам выйти к воротам, как до меня дошло, почему мы идем украдкой. Около центрального входа столпились люди и это были не люди Кристофа, но точно такие же собранные и вооруженные.

– А это… ? – я хотела спросить про людей Рендола, но на меня сразу же накинулись.

– Тихо!

– Заткнись! – Кристоф схватил меня за шкирку и подтолкнул вперед. – Садись в машину. В первую.

Я посмотрела вперед. С противоположной стороны дороги стояли две черные иномарки, совершенно идентичные. Одной марки, с одним и тем же номером.

– А ты? – я вцепилась ему в руку.

Кристоф отрицательно покачал головой:

– Иди одна, я приду.

Я неуверенно кивнула и, отпустив его руку, пригнувшись, побежала вперед. И только садясь на переднее сидение, краем глаза заметила, как Кристоф двинулся в сторону центральных ворот. В самый эпицентр событий.

Оглянуться назад и посмотреть, что там происходит, я не могла. Все окна были полностью затонированы и практически не позволяли увидеть ничего.

Я нервно сидела, непрестанно оборачиваясь по сторонам. Никого. Проходит минута… пять… десять…

– Соскучилась? – Кристоф резким движением садится рядом и тут же вжимает педаль в пол.

Меня вжимает в сиденье, и если бы не ремень безопасности, то я точно бы вылетела через лобовое стекло вперед.

– Придется покататься, – сказал он, скорее всего обговаривая свои планы, нежели обращаясь ко мне.

– Кристоф, кто эти люди?

И стоило мне это сказать, как сзади по машине открыли огонь. Видимо Кристоф ожидал этого, потому что ни один мускул на его лице не дрогнул, и он спокойно пояснил:

– Рендол.

Резкий поворот и машину сильно заносит в сторону. Я ударилась бедром об дверцу, но только сдавленно зашипела, понимая, что сейчас не лучшая ситуация, чтобы жаловаться.

Сердце билось все быстрее и быстрее, то ли от смертоубийственной скорости, то ли от непрекращающейся стрельбы. Но уже через пару минут неотрывной гонки меня стало слегка подташнивать, а голова начала кружиться.

– Куда ты прешь, придурок! – злобный крик Кристофа заставил подпрыгнуть на месте и уставиться на дорогу.

Черный джип практически поравнялся с нами, стараясь обогнать Кристофа. Кто находился за рулем, я не видела, но сомнений не было – это люди Рендола.

– Что он делает? – спросила я, схватившись руками за сиденье.

Скорость была максимальной, машину сносило от каждого неосторожного движения водителя и, если сейчас этот джип решит свернуть, мы просто вылетим с дороги.

– Кристоф? – у меня дрогнул голос.

Я посмотрела в его сторону, но он продолжал молчать, внимательно наблюдая за передвижением машины и одновременно за людьми, которые ехали за нами. В его холодных, как сталь, глазах полыхнула ярость.

– Вот сука, – наконец прошипел он сквозь зубы.

В этот момент джип на всей скорости врезался нам в правый бок. Машину хорошо качнуло в сторону, снося на обочину, но Кристоф справился с управлением и почти сразу вернулся на дорогу.

Я судорожно пыталась держаться на месте. Но я не чувствовала опору за которою можно было бы ухватиться и как назло руки нервно тряслись.

– Вот же черт! – шипел Кристоф, наблюдая за джипом, который немного отстал.

Когда по нашей машине снова открыли стрельбу, я против воли вскрикнула. Послышался звук разбитого стекла. Все-таки какая-то пуля попала в одно затонированное окно.

У меня из груди вырвался судорожный вздох.

– Еще недолго, – отвлекся на меня Кристоф, заметив мое состояние.

Губы дрожали, но я держалась из последних сил, стараясь не обращать внимания ни на что, кроме дороги. Но джип снова разгонялся, собираясь повторно сбросить нас с дороги. Но теперь Кристоф не медлил, неожиданно дернув руль в сторону, он на полной скорости снес джип на обочину, а сам выровнял машину и поехал вперед.

– Они… они, – запинаясь, сказала я, оборачиваясь назад.

Черный джип, вылетевший на обочину, и тут же встретился с деревьями.

– Мне плевать, что с ними, – грубо отрезал Кристоф, не отвлекаясь от дороги.

Секунду я еще смотрела назад, но стоило мне повернуться обратно и посмотреть чуть правее, как я закричала:

– Кристоф!

Он лишь успел повернуть голову в том направлении, куда я указывала, как по колесам нашей машины пустили автоматную очередь. На этот раз, Кристоф не смог справиться с управлением… слишком большая скорость и слишком узкая дорога.

Визг тормозов, но машина не успевает затормозить и на полной скорости нас сносит с дороги. От сильного удара, машина переворачивается и скатывается в кювет.

Вероятней всего, на несколько секунд я потеряла сознание, потому что когда пришла в себя, сильная мужская рука вытащила меня из горящей машины, отшвыривая в сторону.

Упав на лопатки, я не могла отдышаться, словно легкие были переполнены воздухом, и каждый новый вздох мог их разорвать. Рука адски болела… только бы не перелом!

– Берн! Сдавайся!

Ужасно знакомый голос разорвал тишину и вернул меня в чувство. От пережитого шока я не обратила внимания на боль и, вскочив на ноги, сразу же наткнулась взглядом на ухмыляющегося мужчину. Рендол.

Кристоф тоже вскочил на ноги и, прищурив глаза, смотрел за приближением мужчины.

– Ты один? – Кристоф говорил очень спокойно, словно только что ничего и не случилось.

– Не совсем.

После его слов, раздался выстрел откуда-то со стороны, а я в ужасе перевела взгляд. Еще трое здоровенных мужиков подходили к нам сзади.

Кристоф притянул меня к себе и достал оружие.

– Серьезно? – Рендол остановился перед нами в нескольких метрах и рассмеялся во весь голос. – Ты серьезно еще на что-то надеешься?

Кристоф не стал церемониться и, выставив руку вперед, несколько раз выстрелил. В том, что хотя бы одна пуля достигла своей цели, я не сомневалась.

– Взять его! – зашипел Рендол, схватившись за простреленную руку.

Я дернулась в сторону, но Кристоф только сильнее прижал к себе, закрывая от остальных.

– Девку убить, а его забрать! – приказал Рендол и развернулся, уходя в сторону своей машины.

– Назад! – холодный, проникающей до глубины голос Кристофа, прозвучал твердо.

Но противники понимали, что преимущество в силе и в численности на их стороне, поэтому, даже не моргнув глазом, двинулись на нас.

Кристоф одной рукой держал меня, а второй выстрелил в самого ближайшего к нам мужика, сделав в его голове аккуратную дырочку. Я закрыла рот рукой, чтобы не закричать, но с губ все равно сорвался стон.

Нас сейчас прибьют! Нападающие больше не медлили, и одновременно со вторым выстрелом Кристофа раздался еще один выстрел, направленный в нашу сторону.

– Черт! – Кристоф зашипел, его пальцы разжались, и пистолет с грохотом упал на землю.

У меня все плыло перед глазами. Все происходило безумно быстро, но, тем не менее, каждая секунда тянулась вечность. Я почувствовала, как Кристоф отшатнулся в сторону, будто бы налетел на препятствие.

Не соображая уже ничего, я схватила выпавший пистолет и, не прицеливаясь, выстрелила в последнего оставшегося мужика, который, судя по всему, растерялся и вообще не собирался в нас стрелять. Я промахнулась, пуля пролетела прямо над его головой. Мужчина в ту же секунду нацелился на меня, но упал на землю раньше, чем смог выстрелить.

Айзек подошел неслышно и одним ударом оглушил его, но я больше не смотрела в их сторону.

– Кристоф! – я словно в тумане развернулась к нему.

Я видела, что ему попали в плечо и с ним должно быть все хорошо, но сердце все равно забилось где-то в висках.

– Все нормально, отдай пистолет.

Сжав губы от боли, он прижимал здоровую руку к пораненному плечу, стараясь задержать кровь.

– Ты ранен, – тихо прошептала я, забыв, где мы находимся.

– Твою мать, – злобно сказал он и здоровой рукой вырвал пистолет из моих рук.

Из простреленной дырки на плече толчком выплеснулась кровь.

– Пошли, – приказал он, снова зажимая раненое плечо.

Я в ужасе смотрела на него. Он побледнел, и было видно, как каждый шаг дается ему с трудом, но тем не менее, он шел вперед к трем машинам, стоящим на дороге и при этом умудрялся шутить:

– Все еще хочешь остаться со мной? – усмехнувшись, спросил он. – Или купить тебе билет на завтра?

Стоило нам дойти до дороги, как послышался приближающийся звук моторов. Рендол сразу же выскочил из своей машины, видимо, он уже надеялся, что с Кристофом покончено. Но не все так просто…

Вслед за Рендолом выскочили еще несколько мужиков и в них тут же всадили пули люди из подъехавшего внедорожника.

– Рендол! – голос Кристофа привлек на себя все внимание.

– Какого черта?! – закричал он и одной рукой пытался вытащить пистолет, который болтался у него на поясе.

– Ты серьезно еще на что-то надеешься? – повторил его слова Кристоф и махнул рукой своим людям.

В эту же секунду по Рендолу открыли автоматную дробь. Вот и все. Тот упал на землю, лицом вниз.

– Кристоф! – вскрикнула я, когда тот пошатнулся, снова выпустив оружие.

Схватив его за руку, я помогла ему на себя опереться и вместе с подоспевшим Айзеком, мы усадили его на капот машины.

– Помоги, – кивнул он мне, пытаясь снять с себя куртку.

Трясущимися руками я отогнула край и медленно стянула с него кожаную куртку, а потом и майку. Руки сразу же стали липки от крови, а к горлу подкатил комок. Меня замутило, а перед глазами все стало медленно расплываться.

Глубокая рана, а самое главное в ней виднелись маленькие осколки от пули, которая, скорее всего, разорвала связки.

– Черт, – выругался Кристоф, осматривая свое плечо.

– Тебя надо в больницу! – я сказала ему, хватаясь за машину, чтобы не потерять сознание.

– Черт! – снова повторил он.

– Нельзя в больницу, – отрицательно покачал головой Айзек.

Мужчины столпились около нас, обеспокоенно поглядывая то на Кристофа, то на меня, то на Айзека. Наконец, один из них спросил:

– Что нам делать, Кристоф?

Он задумался, смотря на меня, потом спокойно сказал:

– Зачищайте все тут. Меня домой.

– Как домой? – запротестовала я. – Ты ранен! Тебе нужно в больницу!

– Заткнись и поехали, – приказал он и, поморщившись от боли, слез с капота.

Я в панике держала небольшие окровавленные щипчики и смотрела на бледного Кристофа.

– Если ты не поторопишься, то боюсь, действительно придется ехать в больницу, – заметил он, наблюдая за моими метаниями. – Только сразу в морг.

– Еще чуть-чуть, совсем немного, – дрожащими губами сказала я.

Наверное, со стороны я выглядела бледнее Кристофа, словно это меня подстрелили, а не его.

– Ага, я вижу, – раздраженно прошипел он.

Я снова наклонилась над ним, погружая тоненькие кончики щипцов в его тело. Кровь пульсировала и небольшими толчками вытекала наружу из дырки в теле. Пуля разлетелась на несколько кусочков и сейчас торчала глубоко под кожей Кристофа.

Когда я вытащила последний кусочек, то меня можно было уже увозить. Голова раскалывалась, сознание помутилось, и я вообще потеряла счет времени, а перед глазами стояла неясная пелена. Шок постепенно проходил, уступая место боли от ушибов и медленно подступающему стрессу.

Но я довела все до конца. Обработала рану всем, что было в аптечке, и старательно ее перевязала. Только после того, как Кристоф облегчено вздохнул, я уселась на краешек дивана, закрывая глаза.

– Как мне плохо… – прошептала я, потерев лицо руками. Все тело онемело, превращаясь в огромный синяк.

Кристоф усмехнулся и притянул меня к себе.

– Добро пожаловать в мою жизнь.

Эпилог.

– Уважаемые пассажиры, наш самолет совершает посадку. Пожалуйста, пристегните ремни и оставайтесь на своих местах до полной остановки.

Я нервно сжимала руки у себя на коленях и весь полет думала, что я скажу. Но в голову, как назло лезли совершенно посторонние мысли, и я никак не могла сконцентрироваться.

– Лина, успокойся, – хриплый голос Кристофа, в который раз повторял одно и то же. – Это же твоя семья, они все поймут.

Я подняла взгляд и в упор посмотрела на него.

– Я полтора года пропадала непонятно где, а сейчас завалюсь домой и скажу: «Здравствуй, мама, а вот и я. Познакомься – это Кристоф, мой муж».

Кристоф усмехнулся и закатил глаза.

– Ты же созванивалась с ней каждый месяц. О чем ты волнуешься?

– Обо всем, – нервно сказала я, наблюдая за стюардессой. – Вся ситуация мне кажется дикой.

Кристоф наклонился ко мне и, поцеловав в губы, тихо сказал:

– Мне казалось, ты уже привыкла к диким ситуациям.

Я улыбнулась и прижалась к нему, к человеку, который перевернул все. И конечно теперь тяжело вернуться домой и делать вид, что ничего не изменилось, потому что это неправда. Все изменилось… Вся моя жизнь поделилась на «до встречи с ним» и «после», но я уверенно могу сказать, что «после» намного лучше.

Когда я почувствовала сильную мужскую руку, которая приобняла меня и прижала сильнее, я облегченно вздохнула. У меня рядом есть человек, который всегда поддержит. И совершенно не важно, какой у него характер, какая у него была жизнь до меня и при каких обстоятельствах мы познакомились. Все неважно…просто, потому что когда я смотрю на него, сердце бьется в тысячи раз быстрее и нежность разливается по всему телу. Все неважно… когда я вижу, как он смотрит на меня. Все неважно… потому что я люблю его

Конец.

Content

Севастьянова Екатерина Рабыня Кристофа Берна

Екатерина Севастьянова. Рабыня Кристофа Берна

Пролог.

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Эпилог.