Рита Мейз

Алекс. Покорить доминанта

Глава 1

Я уклонилась от толпы азиатских туристов, идущих мне навстречу по оживленному тротуару в центре Манхэттена. Пересекла пешеходный переход и, прежде чем меня кто-то остановил, протиснулась через стеклянную дверь в кафе. Холод сентябрьского дня обернулся теплом, запах выхлопных газов — ароматом ванильных булочек и капучино, шум машин — гомоном голосов.

В этот час здесь было полно народу.

Я огляделась.

Минди сидела за угловым столиком с книгой и чашечкой кофе. Трудно было ее пропустить. Она выделялась среди посетителей как лебедь среди диких уток. У нее были просто невероятные рыжие волосы, спускавшиеся по спине блестящими завитками, белая кожа, не знающая загара, изящные черты. Стильное платье сочеталось с цветом ее волос и облегало узкую талию, подчеркивая идеальное тело.

Она сидела вполоборота, закинув ногу на ногу так, что ее изящное колено виднелось из-под столешницы, и лениво покачивала носком.

Я торопливо направилась к ней по узкому коридорчику между столиков под шум голосов. И едва не упала, когда кто-то из посетителей прямо перед моим носом решил встать. Я налетела на его отставленный стул, тихо пискнула «Извините!» и протиснулась боком.

Минди обернулась на звук моего голоса.

Она поприветствовала меня безупречной улыбкой и сдвинула сумочку от Louis Vuitton с соседнего стула.

Мы познакомились с ней в первый год моего обучения в университете. Она была одной из тех старшекурсниц, кому декан поручил шефство над новичками. Большинство первокурсников встречались со старшими раз или два, а потом продолжали жить своей жизнью. Я бы сделала то же самое, не желая беспокоить ее. Но проходила неделя за неделей, а Минди по-прежнему была рядом и беспокоилась обо мне.

Прошел год, ее обучение завершилось дипломом. Но она все еще оставалась со мной, поддерживала меня и давала советы.

Я не знала, почему так и вообще старалась не думать об этом. Мы были из разных слоев общества, у нас не было и не могло быть ничего общего. Но все же она звонила мне раз в неделю и спрашивала, как дела.

Минди была добра и красива, и я принимала ее дружбу как благословение.

Подойдя, я выдвинула освободившийся стул и рухнула на него. Поставила сумку рядом на пол, открыла и достала смятую газету. И только тогда сказала:

— Привет!

— Не ставь сумку на пол! Она будет грязной.

Минди потянулась, чтобы поднять мою сумку, но я остановила ее:

— Брось. Ей уже ничего не повредит. Боюсь, этот пол новее чем моя сумка.

Она сморщила нос, но спорить не стала. Вместо этого глянула на газету, которую я все еще сжимала в руке.

— Надя, это газета? — в ее глазах запрыгали чертики. — Мы что, вернулись в прошлый век?

Я улыбнулась, но промолчала.

Рядом остановилась официантка. Протянула нам меню в твердых обложках, открыла зеленый блокнот и щелкнула ручкой:

— Добрый день. Что желаете заказать?

О, желала я очень много. Но неоплаченные счета, оставленные дома на полке под книгами, не давали этим желаниям сбыться.

— Просто кофе, пожалуйста.

— Не хочешь перекусить? — предложила Минди, просматривая меню.

— Я не голодна.

Ложь сорвалась с моего языка слишком легко. И тут же мой желудок прогрохотал, выдавая мое состояние.

Минди обернулась к официантке:

— Сэндвич с индейкой без салата, гляссе и чизкейк.

— Ожидайте, — ответила женщина и вернулась за стойку.

— С каких это пор ты ешь мясо? — я забарабанила пальцами по столу, надеясь перекрыть вопли моего живота.

Минди захлопнула меню и бросила на край стола.

— Я нет. А ты голодна. И ты будешь есть, как бы твоя гордость не твердила обратное.

— Ты слишком добра, — пробормотала я, пряча взгляд.

— Ерунда, — она отмахнулась и вдруг ухмыльнулась. — Когда-нибудь ты станешь богатой сукой, а я приду к тебе на обед. Считай это просто небольшой инвестицией.

Я почувствовала, как мои щеки окатило огнем. Тонкая кожа и яркий румянец по каждому поводу были моим наказанием.

— Минди, я…

— Хватит.

Она сделала вид, что занята своим телефоном. Включила экран, убедилась, что никто не звонил, и бросила обратно на стол.

— Черт, Минди! Ты должна меня выслушать. Мне повезло с последней работой, я смогла снять жилье… но везение, похоже, закончилось. Меня взяли на определенный срок, в качестве одолжения. Но за все это время постоянное место так никто и не предложил. И завтра меня уволят, — я замолчала, чувствуя, как к горлу подкатился комок. — Это невероятно…

— Так, подожди. — Она обняла меня и схватила газету. — Где ты это взяла?

— В местной библиотеке.

— И зачем? Разве не легче найти вакансии через сайт?

Я пожала плечами.

— Легче. Но мой комп приказал долго жить. Точнее, он все еще жужжит, но экран остается черным. Я вызвала знакомого техника, он сказал, что ремонт обойдется в четыреста долларов. Но он не дает никаких гарантий, мой комп слишком старый. Я должна выбросить его и купить новый. — Не сдержавшись, я нервно хихикнула. — Так просто. Выбросить и купить новый. О да, идея мне нравится. Я бы хотела иметь новый комп, а еще четыреста баксов.

Минди кивнула:

— Комп не проблема. Я отдам тебе свой. Тоже старый, но он работает.

— А как же ты?

— Обо мне не беспокойся, — она подмигнула. — Адам купил мне новый.

Адам был ее бойфрендом. Богатым и успешным серфингистом из Флориды, который находился в пяти минутах от того, чтобы надеть обручальное кольцо на тоненький пальчик Минди.

Она была роскошной добычей, и он это знал.

— Спасибо, — я не стала отказываться, — это было бы здорово. Конечно, в библиотеке довольно интересно, но в моей спальне нет прокуренных парней, которые постоянно задевают мое кресло.

Минди поморщилась и встряхнула газету, как это делали герои в фильмах пятидесятых годов. Улыбка пропала с ее лица, сменившись удивлением, когда она прочитала то, что я еще раньше обвела маркером:

— Помощник администратора? Ты шутишь?

Я пожала плечами.

Как раз в этот момент официантка поставила передо мной заказанный кофе. Я тут же потянулась за ним.

— Но у тебя же ученая степень по информатике! — Минди снова заглянула в газету. — Ты можешь рассчитывать на хороший оклад, а тут даже зарплата не указана… Наверно, совсем мало.

Я бросила в кофе два пакетика сахара и сделала первый глоток.

Горячий кофе обжог мне гортань. Я закашлялась. А когда смогла отдышаться, то хмуро произнесла, не глядя на Минди:

— Я уже шесть месяцев работаю на голом энтузиазме. Помнишь, я начала искать работу за месяц до выпуска. Я подавала резюме в сотню фирм! И знаешь, что я везде слышу?! «О да, ваши знания впечатляют, мисс Майерс. Ваш список достижений просто шикарен. Но у вас нет практического опыта, так что, к сожалению, вы нам не подходите». Я слышала это столько раз, что уже не надеюсь услышать что-то еще. Я в полном отчаянии. Еще чуть-чуть, и я пойду устраиваться кассиром в Макдональдс, чтобы хоть как-то заработать на жизнь.

Мне не хотелось думать об этом, тем более проговаривать вслух. Но жизнь не оставила выбора. Чтобы жить, нужны деньги. И я готова была взяться за любую работу в этот момент.

— Я согласна на любое место, где мне будут платить, — тихо закончила я. — Если нужно, наймусь няней или пойду выгуливать за деньги чужих собак.

— А твоя мать? Ты к ней обращалась?

— Смеешься? Она умотала в Тайланд с новым мужем. К тому же у меня язык не повернется просить ее о помощи после того, как я сама ушла из дома. — Я покачала головой, нервно крутя свою чашку. — Мне просто нужна временная работа, которая позволит держаться на плаву, пока я не найду что-то приличное.

Нам принесли сэндвич. Официантка поставила его перед Минди с дежурной улыбкой.

— Желаете заказать что-то еще?

— Нет, спасибо.

Она отошла.

— Ешь! — Минди толкнула тарелку ко мне. — Здесь делают лучшие сэндвичи с индейкой во всем Нью-Йорке.

Я ответила благодарной улыбкой.

— Черт, я тебя не заслуживаю.

Она рассмеялась.

— Кстати… Я приглашаю тебя на вечеринку. Адам устраивает барбекю для своих парней из Флориды.

— Это лишнее, — пробормотала я с набитым ртом.

Ее идеальная бровь многозначительно приподнялась.

— Ты же одна, верно?

Я закатила глаза.

— Минди, ты прелесть, но не пытайся меня уговаривать. Парни либо игнорят на меня, либо используют, чтобы подобраться к тебе. Мне надоело быть палочкой-выручалочкой для этих мешков тестостерона. Нет уж, спасибо.

Минди смутилась:

— Извини. Я думала, что Джейсон… Он был таким милым, я решила, что вы с ним прекрасно ладите.

Я отмахнулась от ее слов. Но не могла отмахнуться от мысли о парне, с которым встречалась еще три недели назад. Он был милым и внимательным, и я по глупости влюбилась в него слепо и безоглядно. А когда он безжалостно разбил мое наивное сердце, все стало просто ужасно.

Я думала, что он шутит. Но он не шутил. Он сказал:

«Детка, ты славная, но тебе нужен другой парень. Кто-то… твоего уровня».

«Моего уровня? — закричала я тогда. — А чем тебе не подходит мой уровень? Я недостаточно хороша? Потому что не накачала силикон в сиськи и в зад? Это ты хочешь сказать?!»

Это было жестоко. Он оставил меня и ушел. А я плакала и кричала ему вслед разные гнусности, за которые мне до сих пор было стыдно.

— Забей, — сказала я Минди. — Будем считать это вводной главой в моей взрослой жизни.

Она покусала губы, прежде чем снова заговорить.

— Ладно. Но у меня есть еще кое-что. Это связано с работой. — Она улыбнулась, и на ее щеках сверкнули ямочки. — Алекс Рэнгольд ищет нового секретаря.

— Алекс Рэнгольд? Тот самый, которого на третьем курсе исключили за связь с женой ректора?

Это случилось за семь лет до меня. Но до сих пор об этой истории в универе ходили легенды.

Ее челюсть упала.

— Под каким камнем ты жила все это время? Он генеральный директор Рэнгольд Коммуникейшн! Самый молодой генеральный директор, какой у них когда-либо был! И он просто великолепен! — Она остановилась и окатила меня осуждающим взглядом. — Невероятно…

До меня, наконец, начало доходить.

Пришлось поднапрячь мозги, чтобы вспомнить, что мне известно. Если верить слухам, то Алексу было около тридцати лет, но его деловое чутье позволило ему добиться высокого поста за короткое время. Он был проницательным и серьезным, и отвечал за гигантскую компанию, где сотрудникам платили немаленькие зарплаты. Для меня попасть туда было бы невероятной удачей.

Но улыбка на лице Минди смутила меня.

— Я слушаю, — сообщила, отставляя пустую чашку.

Глава 2

— Итак… Я могу посодействовать. Он ищет умного и креативного сотрудника с хорошим образованием. Если ты сможешь убедить его, что твоя кандидатура это то, что ему нужно, то отсутствие опыта не станет проблемой.

— А если он спросит, почему с таким образованием я согласна на должность простого секретаря? Расскажу ему обо всех мытарствах и трудностях среднестатистического выпускника?

— Нет. Он не спросит. Он ценит умных людей и сам умен как дьявол. Работать с ним это все равно, что бросить вызов своим способностям. Держу пари, ты многому научишься у него.

Я кисло усмехнулась

— Звучит заманчиво. В чем подвох?

— Ну… — она помедлила. — Он… гм… у него есть особые условия. Он может работать по двадцать часов без перерыва, ночевать в офисе и в любое время суток сорваться на подписание контракта куда-нибудь в Новую Зеландию или Зимбабве.

Я пожала плечами и впилась в свой бутерброд.

Минди уставилась на меня и сверлила нетерпеливым взглядом, пока я не ответила, давясь куском сэндвича:

— Хорошо! Я не против сверхурочной работы, если за нее будут платить. Я вообще не против любой работы, за которую платят, и ты это знаешь.

— Ну, есть еще кое-что… — Она замялась, потом все же добавила: — Он ищет не просто секретаря. Ему нужно, чтобы его личный помощник всегда был при нем. Все двадцать четыре часа. И если потребуется, тебе придется ночевать в соседней комнате.

Я нахмурилась, пытаясь осмыслить ее слова. Кусок застрял у меня во рту, когда дрожь осознания наполнила разум.

— Хочешь сказать… — прошептала я недоверчиво, — мне придется с ним жить?

Минди внезапно покраснела, и я заметила мелкие капельки пота, выступившие у нее над верхней губой. Это говорило о ее сильном возбуждении.

Мое сердце почему-то забилось сильнее. Будто я только что узнала какую-то тайну.

— Минди, — я толкнула ее под столом, — что происходит?

— Ох, ты сама все поймешь, когда увидишь его!

Не сговариваясь, мы наклонились друг к другу через стол, и она зашептала, не слишком заботясь, подслушивает нас кто-то или нет:

— Он самый великолепный мужчина, на которого я когда-либо знала! И самый недоступный. Он ни с кем не заводит романов. Но я точно знаю, что у него есть… девушки для встреч. Особые девушки! Они приезжают к нему по звонку и делают все, что он скажет. И я… черт! Я хотела стать такой девушкой для него. Однажды. До встречи с Адамом. Это был самый потрясающий секс в моей жизни… Но потом он выбрал кого-то еще.

— Минди…

Я не могла поверить своим ушам.

Эта мисс элегантность и мисс светский лоск сейчас раскраснелась как последняя шлюшка от одних только воспоминаний! Ее зрачки расширились, глаза горели от возбуждения, а грудь бурно вздымалась.

И это моя Минди, которая всегда была примером для подражания?

Она облизнула губы и хитро глянула на меня.

— Эй, детка, такой шанс выпадает только раз в жизни! Клянусь, ты выпрыгнешь из своих пуританских трусиков, когда увидишь его.

— Не думаю, — буркнула я. Внешность никогда не была моим сильным местом. — Вряд ли такой великолепный мужчина обратит внимание на такую серую мышь как я. И сомневаюсь, что сексуальная связь на рабочем месте законна. Кстати, куда делся его предыдущий секретарь?

— Вышла замуж.

— У него на этот счет пунктик?

— Конечно, — Минди пожала плечами. — Ему нужна свободная личность, не обремененная бытом, семьей и детьми.

— Понятно…

Я призадумалась.

Хотя, черт возьми, кому я пытаюсь солгать? Я согласилась еще в тот момент, когда Минди внесла свое предложение. Потому что у меня не было выбора.

Я нуждалась в работе. Нуждалась в деньгах.

И даже то, что предстоит трудиться двадцать четыре часа в сутки, было большим плюсом для меня. Я устала пережевывать в одиночестве трагедию своей любви. Возможно, Минди права, работа поможет отвлечься.

Мне нужно что-то, где будут четко обозначены границы отношений. Где нет никаких эмоций, и обе стороны знают, чего хотят.

Бизнес.

Благословенный бесчувственный бизнес.

— Ну, ты попробуешь? — теперь уже Минди толкнула меня.

— Не могу поверить, что соглашаюсь на это, — сказала я, глядя в чашку.

— Я знаю.

Она оторвала кусок газеты и что-то быстро начеркала карандашиком-брелоком, который болтался на ее телефоне. Потом положила это огрызок бумаги передо мной.

— Вот. Это номер, по которому идет запись на собеседование. Поторопись, если хочешь получить эту должность.

Я не стала говорить, что последние центы с мобильного я потратила на звонок ей. И пополнить мне его нечем…

Тем же вечером я вошла в квартиру, которую делила с хозяйкой на двоих, с ноутбуком Минди под мышкой.

Минди предупредила, что ее ноут старый, но оказалось, что он на пару лет моложе моего, так что "старым" его можно было назвать только с натяжкой.

Записка с контактами собеседования и именем Алекса Рэнгольда жгла мой карман. Мне казалось, что я сошла с ума, раз согласилась на это. Одно дело наняться секретарем в серьезную фирму и совсем другое — жить в одной квартире с собственным боссом.

Неужели у него нет своей личной жизни? Минди сказала, что он нанимает девушек для досуга. И что я должна буду делать, когда одна из них придет к нему? Он предложит мне пойти прогуляться? Или в мои обязанности будет входить расписание подобных встреч и подбор кандидатур?

От всех этих мыслей голова шла кругом. И чем больше я думала, тем больше понимала, что вряд ли смогу сказать «да», каким бы завидным не было предложение.

И все же, я хотела быть честной сама с собой. Я нуждалась в работе. В любой работе! И то, что предложила мне Минди, это джек-пот, который сам идет в руки. Я буду полной дурой если скажу «нет».

Хотя бы из благодарности к подруге, которая позаботилась обо мне, я должна попытаться. Без нее я не смогла бы достать контакты собеседования и попасть на него. И кто знает, может, я совсем не подойду мистеру Рэнгольду.

Оставив вещи на кровати в маленькой спальне, я направилась в кухню. Было всего девять вечера, так что я могла позволить себе перед сном чашку чая, а заодно и просмотреть последние объявления о работе.

— А, ты дома.

Я вздрогнула, когда Лиз — моя хозяйка — заглянула в кухню. На ней была только длинная майка с логотипом «Плейбоя», из-под которой торчали загорелые ноги. Короткие волосы были взъерошены, брови нахмурены, взгляд — недовольный.

Она хмуро глянула на меня.

— Через пять дней плата за аренду, — проинформировала сухим тоном.

Я наполнила чайник водой и включила.

— Лиз, я помню. Через пять дней заплачу.

— Как знаешь, — она пожала плечами. — Потому что у меня есть кое-кто, кому интересна твоя комната. Если через пять дней денег не будет, я тебя выселю. Больше никаких отсрочек, никаких одолжений. Все ясно?

Меня охватила паника, когда я вспомнила о своем банковском счете. Денег, которые там оставались, могло хватить лишь на еще один месяц аренды. Всего один!

— Я заплачу, — повторила я, стараясь говорить твердым тоном.

Но едва Лиз ушла, мое горло сжалось и на глаза навернулись слезы. Я почувствовала, как они потекли по щекам. Я была в полном отчаянии.

Диплом престижного колледжа должен был открыть передо мной все двери. По крайней мере так мне твердили профессора. А вместо этого я прозябала в бедном районе, в квартирке с картонными стенами и кучей долгов.

Мой диплом ничего не стоил без связей, которые помогли бы устроиться в приличную фирму. Он вообще ничего не стоил. Просто бумажка, на которую я потратила пять лет своей жизни.

Вернувшись в спальню с чаем, я уже не сдерживала слез. Поставила чашку на стол и упала в кровать. Мой размытый взгляд зацепился за стопку счетов, которые нечем оплачивать. Я с минуту бездумно разглядывала белеющие листки, потом так же бездумно глянула на жакет, в кармане которого осталась записка Минди.

Кажется, это был единственный выход…

Глава 3

Спустя пять дней после встречи с Минди, я стояла на тротуаре в центре города и, задрав голову, смотрела на главный офис Рэнгольд Коммуникейшн. Передо мной возвышалось гранитное крыльцо, размером с небольшую площадь, и огромные двери из затемненного стекла. Я смотрела на них и не могла заставить себя подняться вверх по ступенькам.

В этот момент двери раскрылись, пропуская мужчину в деловом костюме. Его золотые запонки сверкнули на солнце, привлекая мое внимание.

Я отпрянула, испытывая жгучее желание развернуться и убежать.

Мне здесь не место. Это так очевидно.

Дрожащими руками я расправила юбку. От частых стирок она слегка выцвета, и черный цвет превратился в графитовый. Но хуже всего были нитки, торчащие из швов. Как я ни боролась с ними, как ни уничтожала, они все равно лезли и лезли, придавая неряшливый вид.

Да и белая блузка выглядела не лучше. Купленная еще во времена студенчества, она мешком висела на мне.

Единственное, что во мне было ценным, это туфли и сумочка. Не дизайнерские и не из последних коллекций сезона. Купленные на распродаже. Зато, из добротной кожи и очень удобные.

В общем, я выглядела как попрошайка, стоя у стен одной из крупнейших компаний Америки. Да я и была попрошайкой. Я пришла умолять генерального директора взять меня на работу. И не могла поверить, что делаю это…

Напомнив себе о счетах, я собралась с духом и шагнула вперед.

Возьмут меня или нет, смогу ли я справиться с этой работой или нет…

Я не хотела даже думать об этом. Я сломалась. За этими дверями была моя единственная надежда.

Вчера мне пришел отказ из двух сетей быстрого питания, в которые я отправляла свое резюме. Мне вежливо сообщили, что у них нет вакансий для человека с моим образованием, и пожелали удачи.

Мне оставалось одно из двух. Либо попрошайничать на улице, либо место личного секретаря Алекса Рэнгольда. И ради этого места я готова была на все. В прямом смысле.

Я глубоко вздохнула, поднялась по ступенькам и вошла в вестибюль через арку металлодетектора, крепко сжимая сумочку. Меня окружили мрамор и зеркала, но я сосредоточила все внимание на человеке, который стоял за стойкой рецепшена. Это был молодой крепкий парень в форме охранника.

Едва я вошла, он ухватил меня цепким взглядом.

— Чем могу помочь, мисс? — его вопрос прозвучал прежде, чем я поздоровалась.

— Добрый день. Я здесь, чтобы увидеть мистера Рэнгольда. — Я прочистила горло, надеясь, что это вернет твердость голосу. — У меня назначена встреча.

Он согнулся над монитором, проверяя какую-то информацию. Потом посмотрел на меня.

— Вам нужно заполнить кое-какие бумаги. Это формальность. Подойдите сюда.

Я обошла стойку и он повернул монитор ко мне.

Трясущимися руками я заполняла формуляр со своими данными. Закончив, застыла, не зная, что делать дальше. В этом месте я чувствовала себя потерянной и чужой.

Охранник за стойкой распечатал какой-то листок и сунул мне в руки.

— Вам туда, — он указал в заднюю часть вестибюля, — лифт номер пятнадцать, уровень пятьдесят шесть.

Я скомканно поблагодарила его и двинулась в указанном направлении, чувствуя спиной прожигающий взгляд. Кажется, этот парень не склонен был доверять визитерше в обносках.

Мое сердце колотилось, ноги передвигались с трудом. Вдобавок ко всему от волнения я резко вспотела и теперь чувствовала, как треклятая блузка прилипает к подмышкам. Но времени на посещение туалета у меня не осталось, да я и не знала где искать дамскую комнату в этом огромном здании. Оставалось только надеяться на свой дезодорант. Тем более что производитель обещал целый «сорок восемь часов без запаха пота».

Выйдя из лифта, я увидела трех женщин, ожидающих в кожаных креслах возле массивной двери. Напротив них стоял письменный стол, за которым сидела элегантная дама в очках. Она что-то быстро набирала на своем компьютере, но мне была видна только задняя часть монитора.

Стиснув сумку в вспотевших руках, я направилась к ней. Мне хотелось выглядеть уверенной и достойной этого места, но волнение и страх буквально скрутили мои внутренности в один колючий узел.

— Добрый день, — выдавила я из себя. Потом откашлялась и попыталась снова привлечь внимание секретарши. — Я здесь по записи на собеседование.

Она холодно глянула на меня поверх очков.

— Ваше имя, пожалуйста.

Ее тон был абсолютно нейтральным, как и лицо. Словно ее совершенно не смутил мой невзрачный вид.

— Надя Майерс.

Она заглянула в свой монитор, несколько раз кликнула мышью и кивнула в сторону женщин:

— Вам придется подождать, пока вас вызовут. Я назову ваше имя.

Я кивнула, чувствуя, как кровь отливает от щек. Потом заняла свободное кресло и посмотрела на своих конкуренток. И вот тогда у меня появилось желание истерично расхохотаться.

Три женщины передо мной выглядели образцами стиля и элегантности. Они словно сошли с обложек глянцевого журнала. Изящные, точеные черты, светлые волосы уложенные волосок к волоску, идеальный макияж и маникюр, дизайнерские костюмы из бутиков на Пятой авеню. Вместо дешевой бижутерии — жемчуг и золото.

Я им и в подметки не годилась. Даже мои знания и профессиональные качества вряд ли могли мне помочь. Я была жалким, гадким утенком, случайно заплывшим в стаю прекрасных лебедей…

— Этна Фабиани, — объявила секретарь хорошо поставленным голосом.

Женщина, сидевшая с левого края, изящно прогнулась, подняла свою сумочку, в другую руку взяла кожаную папку, которая все это время лежала у нее на коленях, и прошествовала к дверям с таким видом, будто шла в Каннах по красной ковровой дорожке.

Я, едва не раскрыв рот, следила за ней. Пока меня не накрыла внезапная мысль.

Папки!

У них у всех были папки. Кожаные, дорогие, с тиснением и инициалами владелиц на лицевой стороне. Эти женщины знали, куда шли. Они подготовили не жалкое резюме, уместившееся на одном альбомном листочке, а целый пакет документов!

Я вспомнила об одиноком листе бумаги, лежащем в моей сумочке. У меня не было опыта даже на два листка, не говоря уже о портфеле. Что я вообще делаю здесь?

У меня не было ничего, что я могла бы противопоставить моим конкуренткам. Ни опыта, ни красоты. И вряд ли моя школа, какой бы хорошей она не была, могла соперничать с их достижениями.

Я рылась в своих мыслях, пытаясь найти хоть какое-то качество, что позволит мне претендовать на место, когда была вызвана следующая соискательница.

Когда она встала, мой взгляд скользнул по ее красивым ногам и прилип к лаковым туфлям. На подошве мелькнул тот самый логотип, что и на сумке.

Что ж, у нее достаточно денег, чтобы носить обувь от Валентино.

Я заставила себя отвернуться к окну. Неужели у меня нет ничего, что я смогу противопоставить этим лощеным красавицам?

Ответ был однозначный: нет, ничего. Мое присутствие здесь было абсолютно бессмысленным. Я просто теряю время. Нужно встать и искать реальную работу. Например, зайти в ближайший Старбакс и спросить, не нужны ли им поломойки…

Понадобилось несколько секунд, прежде чем я осознала, что мое имя повторяют уже второй раз. Не веря своим глазам, я увидела, что все кресла пусты. Третья женщина тоже исчезла. Я была так погружена в свои мысли, что не заметила ее ухода.

Все это время секретарь выжидательно смотрела на меня, спустив очки на кончик носа и заломив одну бровь.

Я вскочила на ноги, нервно поправила одежду, а потом прижала сумку к груди. Мой взгляд заметался.

— Проходите, мисс Майерс, — секретарь указала на приоткрытую дверь. — Вас ожидают.

Я прошла мимо ее стола, слыша, как в висках пульсирует кровь. Сделала глубокий вдох, положила пальцы на холодную золоченую ручку и осторожно толкнула.

Несмотря на свою массивность, дверь легко распахнулась. И я увидела огромное, роскошное помещение, которое меньше всего было похоже на кабинет генерального директора.

Огромные панорамные окна занимали противоположную стену от пола до потолка, и в них отражалось Нью-Йоркское небо. Слева от меня стоял круглый стол, окруженный четырьмя стульями, за ним располагалась кушетка и журнальный столик, а с другой стороны — два кожаных кресла. Справа находился гигантский стол, накрытый темно-красным сукном. И на нем — скромная вазочка с одиноким цветком.

Я все еще стояла на пороге, сомневаясь, стоит ли мне входить, когда мой взгляд наткнулся на человека, стоявшего у стола. И мне показалось, что я падаю с большой высоты. Мой желудок перевернулся, а потом рухнул вниз в свободном падении.

Минди предупреждала, что Алекс Рэнгольд великолепен. Невероятно великолепен, сказала она. Но эти слова не могли передать и десятой доли его магнетизма.

Передо мной, заложив пальцы в карманы брюк, стоял высокий, атлетически сложенный мужчина. От него незримыми волнами исходили уверенность и харизма. Расстегнутый пиджак и слегка ослабленный галстук придавали ему вид изящной небрежности, а глубокие синие глаза были такими же спокойными, как лед на горных вершинах.

— Мисс Майерс? — произнес он, пристально глядя на меня. — Надя Майерс, верно?

Я смогла только кивнуть. Нервный спазм сжал мое горло.

— Присаживайтесь.

Он легко отодвинул один из громоздких стульев и встал за его спинкой, продолжая смотреть на меня.

На негнущихся ногах, угрожающих подломиться в любой момент, я приблизилась к этому стулу и села. Внутри меня что-то происходило. С той самой минуты, как я переступила порог, с моим телом что-то творилось. Меня колотила внутренняя дрожь, но в то же время мне было так жарко, что хотелось сорвать с себя блузку и облиться стаканом воды.

Теперь я поняла, почему каждый раз, когда Минди упоминала про Алекса Рэнгольда, ее глаза начинали возбужденно блестеть. И теперь стало ясно, почему красивые, обеспеченные женщины выстраиваются в очередь под дверями его кабинета, в надежде получить должность секретаря. Вероятно, они готовы на любую должность, если это позволит им быть рядом с ним.

Глава 4

— Вы принесли резюме? — спросил Алекс.

От его глубокого бархатного голоса у меня между ног потеплело.

Я машинально сжала колени и пролепетала, чувствуя, что краснею:

— Да-да, конечно…

Руки дрожали, когда я открывала сумочку и доставала свой несчастный листок. Я так нервничала, что упустила его, и мне пришлось нагнуться, чтобы подобрать с пола свое резюме. Это повергло меня в еще больший стресс.

Едва ли не плача, я протянула бумажку Алексу Рэнгольду.

Он внимательно посмотрел на меня, прежде чем его взгляд опустился на единственную страницу. Через мгновение он отложил резюме и снова взглянул на меня.

— Скажите мне, — начал он, задумчиво поглаживая щетину, — почему выпускник Колумбийского университета ищет в моем офисе должность секретаря?

Я с трудом промочила слюной пересохшее горло.

— Видите ли… — мой голос дрожал, а пальцы нервно мяли ремень сумочки, — я получила диплом полгода назад. И все это время я старательно искала работу. Но на данный момент если у вас нет опыта, то для вас нет и вакансий, и не важно, какие великолепные знания у вас за плечами.

Я понимала, что у меня нет ни малейшего шанса. И потому говорила, что думаю. В этот момент мне было плевать, что со мной будет дальше.

Взгляд Алекса пробежался по моему лицу, потом опустился ниже.

Когда он снова посмотрел мне в глаза, то произнес:

— В настоящее время экономика переживает очередной кризис. Вам просто не повезло, мисс Майерс.

— Я пришла к такому же выводу.

Мой голос прозвучал еле слышно, как эхо.

— Надя.

Я едва не подпрыгнула, услышав свое имя.

Он заметил мою нервозность и в его спокойных глазах вдруг заплясали чертики

— Мне нужен человек, который сможет работать не только в этом офисе. Точнее, у меня есть целый ряд проектов за пределами этого офиса, и они все нуждаются в строгом контроле. Вы готовы к этому?

— Да, конечно.

— Вы готовы отдавать работе все свое время? Включая и личное?

— Да…

— У вас есть приятель? Муж, дети, родители или животные, которым требуется ваша забота?

Мои щеки предательски вспыхнули.

— Нет, — я не узнавала свой собственный голос. — Я свободна.

Минди была права. Контроль. Ему нужен абсолютный контроль над своими сотрудниками.

Подавшись ко мне, он положил руки на стол и скрестил в замок сильные загорелые пальцы. Я уставилась на них, не в силах оторвать взгляд.

— Расскажите мне о себе. Как проходит ваш обычный день?

Сбитая столку этим вопросом, я просто выпалила, что пришло в голову. И как назло, это оказалось мельчайшими подробностями моей жизни. Я рассказала все, начиная с утренней прогулки и заканчивая перечнем пустых полок в холодильнике.

Когда он спросил, где именно я пыталась найти работу, я тут же вывалила на него историю своих мытарств. Это было опасно и глупо, но я ничего не могла поделать с собой. Он просто смотрел на меня так, что я просто не в силах была умолчать о чем-то или приукрасить. И я выложила все, как на исповеди, запинаясь и захлебываясь словами, будто боялась, что могу не успеть.

И все это время он буравил меня сосредоточенным, почти хищным взглядом, впитывая секреты моей личной жизни.

Наконец, я замолчала. Мне было обидно и горько, что я упустила такой великолепный шанс. Но в то же время я испытывала чувство злобного удовлетворения от того, что наконец-то смогла выговориться.

Я ждала, что сейчас Алекс скажет мне, что его фирма не нуждается в моих услугах. И уже приготовилась послать его к черту. В конце концов, хуже уже не будет.

Но он почему-то не торопился.

Встав с кресла, он неторопливо прошел к бару, что-то налил в квадратный стакан и вернулся ко мне.

— Выпей. Тебе это нужно.

Я уставилась на протянутый стакан. В нем, если нюх меня не подводил, была добрая порция бренди. Потом посмотрела в лицо Алекса.

Сейчас он смотрел на меня с особым теплом. Можно даже сказать, с участием. И от этого взгляда мое сердце забилось сильнее.

— Давай, Надя. Я не спаиваю своих сотрудников, но тебе нужно выпустить пар.

Пряча глаза, я взяла стакан из его рук, и наши пальцы на секунду соприкоснулись. Меня будто током ударило. Скрывая неловкость, я сделала первый глоток и поперхнулась. Огненная жидкость ворвалась в мой рот, вспыхнула в горле, и я закашлялась так сильно, что на глаза навернулись слезы.

Это было ужасно! Я чувствовала, как вместе со слезами по моим щекам течет тушь, и не могла остановить кашель. Пока Алекс не погладил меня по спине. Его рука оказалась тяжелой и теплой. И от его прикосновения я вдруг перестала кашлять.

— Вот, — он протянул мне салфетку.

Пробормотав слова благодарности, я начала тереть щеки. Алекс с минуту смотрел на меня, потом, нахмурившись, забрал салфетку из моих рук и стер разводы.

— На сегодня достаточно, — произнес он, поднимаясь. — Подойдите к администратору, она скажет, что делать дальше.

Эта фраза заставила меня задохнуться.

А чего еще я могла ожидать?

Еще один работодатель вежливо отфутболил меня. И сейчас от всей его заботы и доброты стало особенно горько. Но плакать я больше не собиралась. К черту.

Вцепившись в сумочку, я начала подниматься. И тут мое тело меня подвело.

Все это время я сидела в одном положении, и теперь оказалось, что моя левая нога затекла. Я не ощущала ее! И едва попыталась встать, как она подвернулась. Я лишь почувствовала, как начинаю заваливаться вперед, прямо на стол, и, слабо вскрикнув, упала грудью на столешницу.

Это был момент моего позора.

— Простите… простите…

Бормоча дурацкие извинения, я попыталась опять подняться на ноги. Но вместо этого запнулась за кресло. Моя больная нога подвернулась, и я поняла, что сейчас встречусь с полом…

Встреча не состоялась.

Алекс успел меня удержать. Я завалилась вперед, инстинктивно хватая его за лацканы пиджака. Его руки сжались у меня на талии железным обручем, и я внезапно осознала, что творю.

Господи! Я едва не сбила с ног генерального директора всемирной компании! А теперь вишу у него на руках! И все это именно сейчас, когда я пришла к нему на собеседование!

Мое унижение не знало предела.

Дура! Какая же дура!

— Простите… мне очень жаль… — нагнув голову, чтобы избежать его взгляда, я пробормотала неловкие извинения. — Это случайность…

Его руки разжались.

Не оборачиваясь и стараясь не обращать внимания на боль в разогревающихся мышцах, я похромала к двери. По ощущениям, моя левая ступня была похожа на студень, ее пронзали сотни неприятных уколов, но я продолжала упорно двигаться вперед, пока не переступила порог и не услышала, как дверь закрылась за мной.

Только тогда я прислонилась спиной к закрытой двери и шумно выдохнула. А потом посмотрела на администратора.

— С вами все в порядке? — она привстала из-за стола.

— Почти, — я ответила кривой улыбкой.

— Замечательно. Пожалуйста, подойдите ко мне. Я должна проверить вашу контактную информацию, — она постучала ручкой по стопке листков, а потом придвинула один из них ближе ко мне.

Я прохромала к ее столу. Пробежала глазами мои данные, которые я сама указала в формуляре на первом этаже. В самом низу стоял мой номер телефона.

— Все верно?

— Да, но этот номер… — я замялась. — Он отключен. Электронная почта будет лучшим способом связаться со мной. У меня есть Wi-Fi в квартире.

— Да, конечно, — ее пальцы запорхали по клавиатуре, делая заметки. — Мы сообщим вам решение в течение трех рабочих дней.

Решение? Что ж, я знаю каким оно будет. Все это лишь формальности, чтобы вы не чувствовали отбросом общества, которым являетесь на самом деле…

— Спасибо, — я уже не могла улыбаться.

Меня тошнило от этих фальшивых улыбок.

— С вами точно все в порядке? — она пытливо заглянула мне в лицо.

Нет, черт подери! Со мной ничего не в порядке! У меня все дерьмово! И меня достала вся эта показушная хрень!

— Да, все хорошо, — ответила я голосом примерной девочки. — До свидания.

И отправилась к лифту.

Уже идя по вестибюлю на первом этаже, я внезапно вспомнила одну деталь. Стол. Падая, я перевернула тот злосчастный стакан с остатками бренди. И, кажется, алкоголь залил мое резюме…

Закрыв глаза, я издала отчаянный стон.

Кажется, сегодня я сделала все, чтобы мое собеседование провалилось. Какого черта я творила? Зачем рассказала Рэнгольду о своей личной жизни и проблемах с деньгами? Я даже Минди всего не говорила. Что со мной сегодня не так?

Я была в замешательстве от собственных действий, которые не поддавались никакой логике. Но, как бы там ни было, я сама упустила свой шанс. Оставалось только одно.

Выйдя из здания Рэнгольд Коммуникейшн, я направилась к ближайшему Старбаксу.

Глава 5

Мой телефон зазвонил.

В замешательстве я глянула на край кровати, откуда доносился характерный звук.

Он снова зазвонил.

Я оттолкнула ноут, нагнулась над телефоном и увидела «заблокировано» на экране.

Телефон зазвонил в третий раз.

Я в замешательстве сжала его в руке.

Кто мне может звонить? И как? Я не пополнила абонентскую плату за этот месяц и по условиям тарифа не могу принимать звонки!

В конце концов, я провела пальцем по экрану, снимая блокировку, и поднесла телефон к уху с такой осторожностью, будто он мог взорваться.

— Слушаю? — нерешительно выдохнула в трубку.

— Мисс Надя Майерс? — раздался женский голос.

— Да.

— Вас беспокоит Алисия Беннет из офиса мистера Рэнгольда…

Я едва не выронила телефон.

Прошло уже два дня с момента моего фиаско в кабинете на уровне пятьдесят шесть. И все это время я пыталась забыть ту позорную сцену. Лицо Алекса периодически возникало передо мной. Я представляла, как он берет двумя пальцами мое подмоченное (в прямом смысле) резюме и смотрит на него с жалостью и брезгливостью… Да, это был хороший урок, который я вряд ли быстро забуду.

И я никак не ожидала, что мне позвонит его администратор. Вероятно, чтобы сообщить, что я им не подхожу. Что ж, это была хорошая попытка. Ее тоже можно считать опытом, именно так я убеждала себя эти два дня.

— Я вас слушаю, миссис Беннет.

Глубоко вдохнув, я приготовилась услышать вежливый отказ.

— Алисия, — поправила она, — можете обращаться ко мне по имени. Наша корпоративная этика это позволяет. У меня сообщение от мистера Рэнгольда. Он готов встретиться с вами на этой неделе для более детального разговора.

Меня охватило внезапное возбуждение. Будто пузырьки шампанского наполнили мозг.

— Я только что отправила вам на почту необходимые материалы, — продолжала она. — Пожалуйста, изучите их, и можете задавать мне любые вопросы. Поздравляю, Надя, и желаю удачи.

Я едва сумела промямлить «спасибо», как линия отключилась.

Сжав телефон в руке, я перевела на него обескураженный взгляд.

Мне не сказали «нет»?

Алекс Рэнгольд хочет встретиться со мной для детального разговора? После всего, что я натворила?

Это не укладывалось в моей голове.

На экране ноута сигналил значок электронной почты. Дрожащей рукой я навела мышку и нажала на него. Это было письмо от Алиссии Беннет с прикрепленными файлами. Я быстро скачала их и просмотрела. Один из них был направлением на прохождение тестов в одном из офисов корпорации, вероятно, связанных с IT- технологиями. Второй — стандартным трудовым договором, обязывающим подчиняться корпоративной этике и не разглашать коммерческие тайны компании. Третий оказался намного короче и лаконичнее. Но он заставил меня нахмуриться.

Это были требования ко мне, как личному секретарю. Там стояло мое имя.

Первое: на все время контракта мисс Надя Майрес переходит в полное и непосредственное распоряжение мистера Рэнгольда и должна быть доступна в любое время суток. Поэтому жить мне полагается рядом с ним и сопровождать во всех путешествиях.

Второе: моей униформой должны стать платья и юбки, никаких брюк или джинсов. Высокие каблуки, минимум макияжа, никаких ярких ногтей или губ.

Третье: я не имею права заводить личные отношения с кем бы то ни было. И, разумеется, никаких намеков в сторону работодателя.

Четвертое: я должна беспрекословно выполнять все требования мистера Рэнгольда, какими бы странными они мне не казались.

Пятое: мой работодатель имеет право по своему усмотрению изменять или дополнять эти правила, не ставя меня в известность заранее и не обговаривая со мной свое решение.

Список был не очень длинным, но он заставил меня занервничать.

Контроль. Этот парень помешан на контроле. Он решает когда, где, как и сколько, что бы под этим не подразумевалось. Он хочет контролировать каждый мой вдох.

Я не думала, что это нормально. Но понятие «личный» секретарь приобрело теперь совсем другое звучание.

Не зная, что делать, я откинулась на подушку. Я колебалась. Мне казалось, что подписав договор, я продам себя в рабство. Никакой личной жизни, никаких личных желаний.

Единственное, что у меня еще оставалось, это моя свобода. Готова ли я с ней расстаться?

Не в силах принять решение, я схватила телефон и нашла имя Минди в контактах.

Она взяла трубку со второго гудка.

— Ну, наконец-то! — услышала я ее голос. — Рассказывай, как все прошло? Ты прошла собеседование?

Я покосилась на договор.

— Кажется, да.

В трубке раздался радостный визг.

— Я знала! Знала! Знала! — прокричала Минди мне в ухо. — Я была уверена, что тебя возьмут!

— Ну, все не так просто. Мне тут прислали договор и он немного…

Минди перебила, недослушав. Казалось, она вообще меня не услышала.

— Я знала, что Алекс увидит твой потенциал! Я попросила кое-кого, чтобы он намекнул ему присмотреться к тебе поближе. За последние две недели Рэнгольд опросил около сорока человек и лишь трое из них получили приглашение на повторный визит. Ты четвертая! Как же я рада за тебя!

— Подожди, — я с трудом смогла вклиниться ее бесконечный поток эмоций, — я еще не подписала договор. Ты знала, что там будет личный контракт?

— Конечно. А что тебя смущает?

— Все!

— А конкретнее?

— Минди, ты сама знаешь. Он хочет полный контроль. И это меня пугает!

Она вздохнула.

— Надя, послушай… я понимаю, что это может выглядеть… устрашающе. Но Алекс такой человек. Говорят, что он контрол-фрик, но именно эта черта позволила ему добиться таких результатов. Где бы он ни появился, в конце концов, там все начинает ему подчиняться. И поверь мне, ты тоже захочешь ему подчиняться. Просто попробуй.

Я неуверенно посмотрела на экран ноута. Алекс Рэнгольд был абсолютно незнакомым мне человеком, а нам с ним предстоит проводить вместе двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. И независимо от его способности управлять огромной корпорацией… готова ли я, что он будет управлять мной?

Никаких отношений, никаких привязанностей, никакой личной жизни…

Не слишком ли большая цена?

— Я не знаю, — прохныкала я, закрывая ноутбук. — Мне нужна эта работа, но я… я не уверена, что смогу. Черт! Это реально пугает!

— Понимаю. Но подумай сама, что ты теряешь? Ничего! У тебя нет ни парня, ни собаки, ни даже кактуса, который бы требовал твоего внимания. Никакой личной жизни. Не о чем сожалеть. Зато ты получишь бесценный бизнес-опыт. Алекс отличный работодатель, он хорошо платит, его имя открывает любые двери. Ты готова упустить все это из-за своих глупых страхов?

— Мне придется жить с ним бок о бок, — буркнула я последний аргумент.

После того, что я устроила в его кабинете, сама мысль об этом заставляла меня гореть от стыда.

— И что? Боишься, что он будет к тебе приставать? — фыркнула Минди. — Поверь, ты захочешь, чтобы он к тебе приставал! Ты захочешь оказаться на месте одной из тех женщин, которых он нанимает для встреч.

— Мне это не нужно…

Минди, сама того не подозревая, наступила на мое слабое место. Я вспомнила, как впервые увидела Алекса Рэнгольда. Его безапелляционный тон, ауру власти и доминирования. Его бесстрастное лицо и пронзительный взгляд. И идеальные пропорции тела, которые не могла скрыть одежда.

Я почувствовала, как между бедер предательски потеплело.

Это было самой главной проблемой, почему я колебалась. Моя собственная реакция на него. Я боялась, что не смогу справиться с собственными желаниями. Мистер Рэнгольд был слишком хорош. Как я смогу находиться рядом с ним каждый день?

— Я не знаю…

— Что ж, решение за тобой. Не хочешь — как хочешь. Могу предложить место сисадмина в фирме моего отца. Конечно, зарплата маленькая и должность ниже твоего уровня, но это хоть что-то…

Я должна была поблагодарить. Должна была ухватиться за эту возможность. Но вместо этого прошептала:

— Это ты попросила отца, да?

С минуту в трубке была тишина. Потом Минди созналась:

— Ну… мне просто жаль, что твой талант пропадает. Ты достойна большего, и ты это знаешь. Но это все, что я могу сделать.

— Спасибо. Я твой должник.

— Ты мне ничего не должна. Считай, что ты мой личный бизнес-проект. И я не успокоюсь, пока не доведу его до конца.

Она засмеялась.

Слезы благодарности навернулись мне на глаза. Внезапно все происходящее перестало выглядеть в черном цвете. Теперь у меня есть запасной вариант. Да, зарплата сисадмина мизерная по сравнению с тем, что я могла заработать у Рэнгольда. Но при этом моя свобода остается при мне.

— Все равно спасибо. Это много значит для меня…

— Ерунда. Давай лучше встретимся завтра. Я тут отобрала кое-что из своего гардероба. Думаю, эти вещи тебе подойдут. Но я отдам их тебе с одним условием. Если ты согласишься встретиться с Алексом и обсудить его предложение.

Кое-что из своего гардероба…

Гардероб Минди обновлялся каждый сезон. Она носила одежду от лучших дизайнеров. А я уже несколько месяцев не могла позволить себе потратиться даже на секонд-хенд.

И я не придумала ничего лучше, как только сказать:

— Хорошо.

Глава 6

Через четыре дня я вошла в огромное здание напротив Нью-Йоркской фондовой биржи. Но теперь, в отличие от прошлого раза, на мне был элегантный костюм от Донны Каран и лакированные туфли на каблуках.

За все это я должна была благодарить Минди. И пусть узкая юбка стесняла движение, а от каблуков с непривычки болели ноги, но, несмотря на все мелочи, сегодня я выглядела достойной этого места.

Пару дней назад я все-таки встретилась с ее отцом — владельцем небольшой компании, занимавшейся комплектующими для оргтехники. Компания уже лет десять работала с южнокорейскими производителями и приносила хозяевам стабильный доход.

Босс мне понравился, условия работы были вполне приемлемыми, так что я уже почти согласна была подписать контракт. Останавливало лишь обещание, данное Минди, и маленькая зарплата, которой едва бы хватило на оплату моих счетов. Так что я решила повременить и дать мистеру Алексу еще один шанс.

В этот раз администратор направил меня на тридцать второй этаж. Там я попала в маленький кабинет, где меня зарегистрировали, а потом выдали четыре пробных теста по продуктам Майкрософт и один на грамматику. Последний оказался самым сложным, потому что программа нарочно делала ошибки и давала неправильные подсказки.

Покончив с тестами, я высунулась за дверь.

— У вас возникли вопросы? — спросила секретарь.

— Нет, я закончила.

Она с изумлением взглянула на свои часы.

— Как, уже? Вы прошли все пять?

Я кивнула:

— Да. Что-то не так?

— Нет, все отлично.

Я видела, как поднялись ее брови, когда она просматривала мои ответы. Потом, повернувшись ко мне, она с улыбкой проговорила:

— Потрясающий результат! — Потом уложила в папку распечатанный контракт и протянула мне. — Вот, подпишите и передайте это вашему менеджеру по найму.

Я схватила папку с документами и прижала к груди.

— Спасибо!

Пытаясь игнорировать волнение, возникшее от мысли, что скоро увижу Рэнгольда, я отправилась на пятьдесят шестой этаж, где меня ждала Алиссия. На этот раз она была в приемной одна.

— Присаживайся, — она кивнула на стул, не отрывая взгляда от монитора. — Он скоро будет.

От ее слов мне стало трудно дышать, а желудок скакнул прямо в горло. Я боялась встретиться с ним и в то же время тайно ждала этой встречи. Боялась его пронзительного взгляда, его фанатичного желания держать все под контролем, и в то же время где-то внутри меня некая часть хотела попасть под этот контроль. Я боялась и одновременно хотела почувствовать его силу и власть, попасть под его влияние и в то же время сохранить свою собственную свободу.

Забывшись, я выпустила папку из рук. Она упала на пол, привлекая мое внимание, и я поспешила выбросить из головы мысли об Алексе Рэнгольде.

Хватит. Я достаточно опозорилась в прошлый раз, осталось только пустить слюну, когда он войдет. Пора взять себя в руки и вспомнить, что это деловая встреча. Мне нужно узнать все о зарплате, льготах, пособиях и налогах. Так же оговорить обязанности, часы работы, личное время и другие не менее важные вещи.

Лучше всего научиться игнорировать его внешность и его влияние на меня. Я должна оставаться хладнокровной и уверенной в себе Надей Майерс, если хочу получить это место. И не стоит забывать про пункт номер три: никаких сексуальных намеков в сторону работодателя.

Последняя мысль заставила меня вспомнить о телефоне, который лежал в моей сумке. Имя на кредитной карте, с которой был пополнен мой счет, принадлежало Алексу Рэнгольду. Что это, как не еще один способ контроля?

Я еще не ответила «да», но он уже решил, что я не скажу «нет».

Не слишком ли самоуверенно? Нет, только не для него. Этот человек знает, чего хочет, и знает, как этого добиться.

— Мисс Майерс, — голос Алиссии заставил меня вздрогнуть всем телом, — мистер Рэнгольд готов вас принять.

Вцепившись в сумочку и прижимая к себе папку, я с трудом поднялась на внезапно ослабевшие ноги. Промычала едва внятный ответ и двинулась в двери его кабинета, которая сейчас казалась мне входом в Ад…

Глава 7

Алекс Рэнгольд ожидал меня, сидя за столом. Дневной свет падал из окна, освещая его мощные плечи, обтянутые пиджаком, и оставляя лицо в тени. Но я почувствовала его испытывающий взгляд, едва переступила порог.

Пока я шла, этот взгляд, будто сканнер, неторопливо изучал мою фигуру и остановился в районе лица, когда я остановилась перед столом.

Плотно сжатые губы Алекса разжались:

— Прошу, — он указал на кресло слева от меня. Я присела на краешек. — Сегодня мы должны обсудить ваши обязанности и зарплату. Вижу, ты подготовилась лучше, чем прошлый раз. И тебя явно что-то тревожит.

Я сглотнула. Неужели этот мужчина в дополнение к его харизме еще и мысли читает?

— Что в папке? — подсказал он, видя мое смятение.

Я открыла папку, которую все это время сжимала в руках. С одной стороны в ней лежало мое резюме с контактами. Но не то, на которое я разлила бренди. Видимо, кто-то перепечатал его. Может быть, даже Алиссия.

С другой стороны лежал мой контракт и блокнот, в котором я нацарапала свои вопросы. Конечно, было бы лучше напечатать вопросы, а не писать от руки. Но без принтера я ничего не могла сделать.

Прочистив горло, я заговорила, стараясь, чтобы мой тон звучал по-деловому нейтрально:

— Мистер Рэнгольд, у меня есть несколько вопросов, касающихся моей должности. Я не успела задать их в прошлый раз.

Мне показалось, что его взгляде мелькнула искра.

— Неужели? Что ж, у меня тоже есть к тебе пара вопросов. Не возражаешь, если я буду первым?

— Пожалуйста.

Волнение сжало мне горло, но я осталась сидеть прямо и не отвела взгляд.

Этот человек маньяк контроля, и он реально пугал меня.

— Ты говорила с Минди Уальд об этой вакансии? — начал он.

— Да. Она дала мне номер для записи на собеседование после того, как узнала, что я хочу подать резюме на место помощника администратора.

— Что ж, исчерпывающий ответ. — Его глаза снова сверкнули. — И она сообщила тебе, что я ищу человека с особыми… условиями?

— Да, сэр, — прокаркала я, чувствуя, как сжимается горло.

— Ты получила и просмотрела оба контракта, которые передала Алиссия?

— Да, сэр.

— Дай их мне.

— Конечно… — еле слышно ответила я.

Мои пальцы подрагивали, когда я доставала из папки необходимые бумаги и передавала через стол. Щеки зарделись в смущении, когда я вспомнила, что так не поставила там свою подпись.

Вопросительный взгляд Алекса заставил меня опустить глаза на документы, лежащие на столе. Но он ничего не сказал, просто развернул свое кресло к компьютеру и несколько раз щелкнул мышью. Из-под стола раздался низкий гул принтера.

Секунду спустя Алекс толкнул ко мне по столу лист бумаги. Нахмурившись, я заглянула в него и с удивлением поняла, что это результат моих тестов, которые я сдавала часом ранее.

— Впечатляет, мисс Майерс, — услышала я сквозь удары своего сердца. — Вы установили рекорд в этом офисе. Сто процентов на четырех продуктах Майкрософт и девяносто девять на корректуре. Твоя средняя скорость набора текста невероятно высока и при этом точна. Могу сказать, что тесты, которые ты прошла, не предназначены для среднего пользователя. Я хотел знать твои возможности, и ты приятно удивила меня.

В этот момент он подался вперед и заглянул мне в лицо так, что я почти физически почувствовала его взгляд.

Это был тот самый взгляд, который заставлял мой желудок наполняться теплом, а нервы завязываться в один большой узел. Тот самый, что лишал меня воли. И я поняла, что должна сопротивляться его магнетизму, если не хочу утратить контроль над собой.

— Как бы там ни было, я разговаривал с кое-кем из твоих профессоров. Все они очень хорошо отзывались о тебе.

От удивления я едва не уронила бумаги, но промолчала. Я просто не знала, что на это сказать. Еще ни разу при найме на работу мне не предлагали обсудить моих учителей.

— Твоя квартирная хозяйка тебя не любит, — продолжал Алекс, следя за мной. — Но пообщавшись с ней, я понял, что этот факт говорит в твою пользу.

Мое удивление переросло в шок.

— Вы разговаривали с моей хозяйкой?

— Да. — Его взгляд стал холодным и цепким. — Я так же пытался связаться с твоей матерью, но она была недоступна. Должен отметить, что знаю ее нынешнего… партнера. Он один из наших поставщиков. Мне сообщили, что они недавно вернулись из Тайланда и сейчас готовятся посетить Австралию. Как я понимаю, ты об этом не знала.

Я почувствовала, как мой рот округлился в недоумении.

Подавая заявку на эту вакансию, я и представить себе не могла, что меня будут так тщательно проверять. Я нигде ничего не писала о своей матери, а теперь этот человек говорит, что пытался связаться с ней. То есть сделал то, чего я не делала уже несколько лет, со времен ее развода с отцом.

— Извините, но я не вмешиваюсь в личную жизнь моих родителей, — проговорила я, надеясь, что голос не дрогнул.

Он кивнул:

— Хорошо. Если потребуется, у меня есть и другие каналы, по которым я могу с ней связаться.

— Вы всех своих сотрудников так тщательно проверяете?

— Только тех, кто претендует на должность моего личного секретаря. Мне нужна команда из двух человек, работающих сплоченно. Одним из них буду я, вторым — мой помощник. Я не сомневаюсь, что ты можешь выполнять повседневные обязанности. Все, кто работает в этом офисе, легко справляются с этим. Но мне нужно знать, как ты работаешь под давлением, каково твое прошлое, трудовая этика и тому подобное. Мне нужно знать характер человека, которого я собираюсь допустить в свое личное пространство, если можно так выразиться. Мне также нужно знать, что человек сможет полностью подчиниться не только на профессиональном, но и на личном уровне. Мой помощник обязан сопровождать меня на ужинах, конференциях и других мероприятиях. Вести светские беседы, запоминать и обрабатывать детали, оставаться рядом со мной по восемнадцать-двадцать часов в сутки. И чтобы в течение этого времени мы не вызывали друг у друга раздражения, усталости или злости. Должность, на которую ты претендуешь, подразумевает связь более плотную, чем супружество. Я буду требовать все твое время, все силы и все внимание. И в то же время я обязуюсь оберегать и защищать эту связь от всех возможных проблем, будь то размолвки с родителями, пропавший щенок или непогашенный счет за свет. И не забывай, нам придется делить один дом на двоих, а может и комнату.

Я не знала, что ответить на это. У меня не было слов. Я просто смотрела на него, впитывая каждую фразу, и чувствовала, как постепенно поддаюсь магнетизму его сильного и уверенного голоса.

Он просканировал меня пристальным взглядом и продолжил:

— Итак, у тебя было несколько непродолжительных связей, начиная с первой влюбленности в средней школе.

Моя челюсть отвисла от удивления.

— Как вы это узнали?!

Он проигнорировал мой вопрос.

— Твой первый парень тебя обманул. И с тех пор ты постоянно попадалась на удочку подобных людей, заканчивая твоим последним романом с Джейсоном Арчером.

Я захлопнула рот, заставляя себя проглотить эту боль. Напоминание о Джейсоне оказалось очень болезненным, хотя я все это время твердила себе, что он уже в прошлом.

Но Алекс был прав. Мужчины либо обманывали меня, либо использовали, либо игнорировали. Мои попытки построить личные отношения были просто ужасны.

И все же, это было не то, о чем я хотела бы говорить. Особенно здесь и сейчас. Мне не нужна была жалость и пересуды за спиной: ах, с ней, наверно, что-то не так, раз она не может удержать ни одного парня!

Если Алекс Рэнгольд хотел выбить почву у меня из-под ног, то он уже это сделал.

— Зачем вы мне говорите все это? — прошептала я, чувствуя, как от волнения становится трудно дышать.

— Я рассчитываю на то, что ты не способна на близкие отношения.

Глава 8

Какого черта?

С чего он взял, что я не способна на близкие отношения?

Но в следующий момент я поняла, что к чему. Прежде, чем он ответил на мой невысказанный вопрос, я уже точно знала, что будет дальше.

— Буду откровенен, Надя, — сказал он ровным тоном. — Все, что касается этого предложения, зависит от способности оставаться эмоционально отстраненным. Я не твой бойфренд. Я работодатель. Если обстоятельства потребуют, я буду целовать тебя в губы на людях, держать за руку, ухаживать и делать прочие вещи, которые могут смутить. И ты должна будешь принимать эти знаки внимания как само собой разумеющееся.

Я не могла поверить, что слышу это. По моей спине пробежал огонь и сосредоточился внизу живота. И я не знала, было ли это от страха или от возбуждения.

Внутренний голос подсказывал, что будет лучше, если я сейчас встану, извинюсь и уйду. Алекс Рэнгольд слишком опасен, чтобы играть с ним в эти игры. К тому же, я не смогу оставаться «эмоционально отстраненной». Уже не смогу!

Но огонь, разгоравшийся во мне, не позволил мне двинуться с места. И я испугалась своей реакции. С трудом сохраняя дыхание ровным и слыша, как в висках грохочет пульс, я едва понимала, что он говорит.

— Так что ты ответишь на мое предложение, Надя?

Я не могла ответить. Мой язык отказывался шевелиться под его хищным взглядом.

— У меня отличные связи, — добавил он, — не говоря уже о том, что эта должность откроет тебе многие двери на Уолл-стрит, о которых можно только мечтать. Как бонус, я предлагаю дополнительное образование и последующую стажировку в одном из наших филиалов.

Поднявшись со своего места, Алекс обошел стол и завис надо мной. Я почувствовала древесный аромат его парфюма.

— Соглашайся, Надя. Ты мне подходишь по личным качествам и профессиональным больше, чем кто бы то ни был. Я предлагаю контракт на двенадцать месяцев, и это предложение лучшее из всех, что тебе делали мужчины. Не думай об этом сердцем, как обычно думают женщины. Думай рассудком. Женись на работе, как я. Учись, набирайся опыта, используй любую возможность и держи свою жизнь под контролем. А через год сможешь делать все, что захочешь.

Он смотрел на меня требовательным, подавляющим волю взглядом. Он ждал мой ответ. А я судорожно перебирала в уме все слова, которые были бы сейчас уместны, но все они казались бессмысленными.

— Почему? — наконец, выдохнула я. — Почему именно я? Я видела тех женщин в приемной. Они больше подходят вам для посещений светских раутов и благотворительных вечеров…

— Они не так умны, податливы и бескорыстны, как ты. Каждая из них метит в мою постель. Но я сам выбираю с кем, где и когда. И мне не нужны мелодрамы.

Это меня задело. Я выпалила, не успев осознать, что творю:

— А… а если я тоже хочу… — и осеклась под его прожигающим взглядом.

— Ну, договаривай. Чего же ты хочешь?

Мне пришлось собрать все силы, чтобы закончить:

— Что если я тоже хочу… в вашу постель?

Его губы раздвинула снисходительная усмешка.

— Нет, Надя. Все, что ты хочешь, это бизнес. Без чувств, без эмоций и без привязанностей. Я дам тебе это, если ты скажешь «да».

Этот человек не знал, что такое отказ. Он его не понимал и не принимал.

Но его последние слова были слишком двусмысленными, чтобы я осталась спокойной.

Что именно он мне предлагает? Работу? Или все-таки нечто большее?

Нет, наверно, я неправильно поняла…

Пока я лихорадочно перебирала в голове возможные ответы, он нагнулся к моему лицу так, что его дыхание коснулось моей щеки. Слишком близко. Слишком интимно. И я застыла на краешке кресла, вытянувшись в струну.

Его близость подавляла меня, пугала и возбуждала. Она заставила мое сердце забиться быстрее, и я почувствовала, как мои интимные мышцы сжались от предвкушения. Боясь вдохнуть, я облизала пересохшие губы и увидела, как прищурился Алекс, глядя на мой рот.

Господи… что я творю?

— Ты будешь отличным партнером, Надя, — у самого уха прозвучал голос демона-искусителя, и его дыхание скользнуло по моей шее. — Ты то, что мне нужно. Рассудительная, умная, деловая женщина. Я раскрою все твои качества и в будущем ты сможешь возглавить собственную компанию. Я предлагаю тебе больше, чем предлагал остальным.

Его губы были так близко. Они манили меня. В тот момент мне хотелось узнать, как он целуется. Почувствовать, как его язык жадно скользит по моим губам, врывается в рот, властно и грубо, так, чтобы искры из глаз…

Нужно было лишь немного повернуть голову влево, и наши губы соприкоснулись бы…

Но я только громко сглотнула. А потом поняла, что Алекс забрал сумку из моих рук.

— Встань.

Его голос прозвучал резко и холодно.

И я вскочила прежде, чем поняла, что делаю.

Алекс бросил мою сумку на стол, и я сжалась под его острым взглядом. Что он задумал? Что ему нужно?

Глупый вопрос…

Я закрыла глаза, когда он сжал пальцами мой подбородок. И тут же почувствовала, как его губы касаются моей шеи в районе плеча. Скользят вверх по горящей коже.

Я задрожала.

— Я выбрал тебя, — пробормотал он, когда его губы достигли линии челюсти. Его рука опустилась на мою грудь, пальцы сжались, безошибочно находя сосок под тканью одежды. — И я знаю, что ты тоже этого хочешь.

Его голос был мягким, но команда неоспорима. Разве таким способом предлагают работу? Алекс меня соблазнял. Бесстыдно и откровенно.

И я испугалась.

Испугалась той власти, что он имел надо мной.

Стоило ему коснуться меня, как я поняла, что готова на все, лишь бы он не прерывался. Я хотела его. Хотела, чтобы он продолжал… Хотела его прикосновений так, как ни разу в жизни до этого.

— Не заставляй меня упрашивать, Надя. Скажи «да».

Его голос был обманчиво мягким, ласкающим.

Его рука скользнула вниз и медленно вклинилась между моих бедер. И мое тело откликнулось на это прикосновение.

Я почувствовала, как мои трусики намокают. Я не могла думать. Я едва могла стоять.

— Скажи это, Надя. Скажи, что согласна.

Алекс погладил мой возбужденный клитор через шелк трусов. Я знала, что он почувствовал мою влажность. Мне было безумно стыдно за реакцию своего тела. И в то же время я хотела, чтобы он продолжал.

Его пальцы нырнули под резинку трусов, и я почувствовала их прикосновение к моей плоти. Кожа к коже.

— О, господи, — выдохнула я, — пожалуйста… так нельзя…

— Хочешь, чтобы я прекратил? Тогда, скажи «да», Надя.

Он выдохнул это мне в ухо.

Его пальцы скользнули по моей щели, раздвигая лепестки, прежде чем проникнуть в меня.

Я не могла ни остановить его, ни оттолкнуть. Я задыхалась от желания, которое он вызвал во мне.

— Пожалуйста… боже мой… — застонала я, обвисая в его руках.

— «Пожалуйста» что, Надя? — спросил он, трахая меня двумя пальцами. Его большой палец дразнил мой клитор, посылая по всему телу импульсы тока.

— Пожалуйста…

Я не знала, о чем умоляла его в тот момент.

Чтобы он прекратил? Или чтобы задрал мой подол, бросил грудью на стол и взял меня прямо здесь грубо и жестко?

Я хотела поймать его губы. Почувствовать вкус его поцелуя. Исследовать его рот, как он исследует мою плоть.

Его пальцы ускорились, лишая меня способности мыслить.

И в этот момент я вспомнила, что он сказал: без чувств, без эмоций, без привязанностей.

Он хотел меня подчинить. Найти мое слабое место. Выбить из тела.

Его метод был грязным, но действенным.

Удовольствие захватило меня, но вместе с ним был и страх. Страх сдаться. Страх потерять контроль. Страх перед тем, кто может взять у меня то единственное, что я могу называть своей волей.

Этот человек ловко манипулировал моими тайными желаниями, используя их против меня.

И я оттолкнула его, борясь с собственным телом. Борясь со своей ноющей плотью.

Его руки медленно отпустили меня.

Я пошатнулась, не в силах взглянуть ему в глаза. Если бы он закончил начатое, я бы уже никогда не была прежней. Я бы потеряла последнее, что у меня еще есть. Мою гордость.

Вместо этого, я схватила свою сумочку со стола. Повернулась и шагнула к дверям.

В другом месте мне предлагали мизерную зарплату. Но там никто не посягал на мою свободу.

А здесь я не доверяла себе. Не доверяла Алексу Рэнгольду.

Если я сейчас скажу «да», то уже никогда не смогу сказать ему «нет».

Глава 9

Два дня спустя я все еще думала об Алексе. Он все еще был у меня в голове. Как навязчивая мелодия, застрявшая на одной ноте и не способная сдвинуться ни назад, ни вперед.

Я шла по улице, подставляя лицо прохладному ветерку. На город наступала осень во всем ее блеске. Вдоль тротуара высились деревья с багряной листвой, и в ней то тут, то там мелькали желтые искры солнца. Такие же ослепительные, как огонь в бесстыдных глазах Алекса Рэнгольда.

Глазах охотника.

Он был сексуальным, состоятельным, умным и властным. И это делало его чертовски опасным для такой простушки, как я. Он всего за минуту смог доказать мне свое превосходство, а я…

Прошло уже два долгих дня, как я выскочила из его кабинета так, будто мне подпалили хвост. Мужчина, которого я видела второй раз в жизни, заставил меня желать его, всего лишь пошептав мне на ухо. А потом едва не довел до оргазма, касаясь одной рукой.

Я никогда не испытывала чего-то подобного. Такой искры, такого соблазна. Такого самозабвенного желания отдаться здесь и сейчас. Я считала себя уравновешенной особой, способной рассуждать здраво в любой ситуации. Но Алекс Рэнгольд показал мне, как я не права.

Я должна была возненавидеть его за то, что он сделал со мной. Нет, я не была ханжой, но то, что он позволил себе на рабочем месте…Это переходило все границы морали.

Но вместо этого я хотело еще раз увидеть его.

Хотела почувствовать, как мое тело плавится в его руках. Как мягкие губы скользят по моей коже, вызывая табун мурашек. Как его хриплый голос заставляет меня сдаться.

Может, это и к лучшему, что я сбежала от него, как вампир от солнечного света. Моя попытка самоконтроля позорно провалилась, когда его пальцы проникли в мои трусики.

Мне не нравились такие люди, как он. Люди, желающие контролировать окружающих, манипулирующие ими ради своих целей. А Алекс был именно таким.

Если бы я позволила ему сделать это со мной, если бы позволила взять контроль над моим телом и чувствами, это закончилось бы моей собачьей привязанностью. Но, в конце концов, он бы разорвал мое сердце, как и все остальные.

Я не хотела проходить это снова. В моей жизни было достаточно слез из-за мужчин.

Глубоко вздохнув, я свернула на соседнюю улицу и направилась к ближайшему кафе. Там меня ждала Минди, отчаянно желавшая узнать все детали из первых рук.

Я уже разговаривала с ней по телефону. Но что-то в моем быстром, сбивчивом рассказе о времени, что я потеряла в офисе Рэнгольда, не удовлетворило ее.

Увидев Минди под зонтиком уличного кафе, я постаралась выбросить из головы все мысли об одном доминирующем самце.

Она ждала меня за столиком с видом на залив, лениво потягивая безалкогольный мохито. Заметив мой приход, улыбнулась.

— Привет.

Я опустилась на стул напротив нее и положила на стол пластиковый пакет, в котором лежал аккуратно сложенный костюм от Донны Каран. Потом вытащила из своей большой потрепанной сумки ее маленькую дизайнерскую сумочку и положила к костюму.

— Мне не терпится все это вернуть.

Ее лицо стало серьезным.

— Ты можешь оставить это себе.

— Нет, — я покачала головой, — они мне уже не понадобятся. К тому же, я чувствую себя некомфортно в твоих вещах. Они не дают мне забыть, что я на целый размер больше.

Я постаралась все свести к шутке.

Она рассмеялась и убрала вещи к себе. Потом положила локти на стол и нагнулась ко мне.

— Итак?..

К нам уже спешил официант, и я оставила свои слова при себе. Он достал да меню и спросил, желаю ли я чай или кофе.

— Нет, просто воды без газа, — ответила я.

Он кивнул и исчез.

— Ну? — поторопила Минди, изучая меня острым взглядом. — Ты отказалась от предложения Рэнгольда?

— Это к лучшему. Я не та девушка, которую он ищет.

— А что насчет работы с моим отцом? Ты ему позвонила?

— Еще нет. Не хотела тревожить на выходных, но завтра утром обязательно позвоню.

Она кивнула, отхлебывая мохито, и раскрыла меню.

— По крайней мере, у тебя есть работа. Это главное, — сообщила она.

Я открыла свое меню и пробежалась равнодушным взглядом по закускам. Когда Минди вдруг с нарочитой небрежностью произнесла:

— Ты его хочешь, да?

— Нет!

Это слово было брошено вскользь, поспешным вздохом. Мои щеки вспыхнули, а между бедер образовалось тепло, как было всегда, когда я думала об этом мужчине.

Я вытерла лоб и только тогда заметила, что Минди смотрит на меня с лукавой усмешкой. Я спряталась от нее за меню.

— Да ладно, можешь меня не стесняться. Я ведь тоже однажды столкнулась с ним. Знаю, какой он. Невероятный, — она мечтательно вздохнула, вкладывая в это слово особенный смысл. — Знает, чего хочет и как заставить любую из нас хотеть того же.

Из-за меню я видела только ее медно-рыжую макушку.

— Я не смогла устоять, — призналась она. — Мне казалось, что мы прекрасная пара. Но он сразу определил границы отношений. Либо секс и больше ничего, либо вообще ничего. Я ухватилась за его предложение. Думала, будет секс, будет и все остальное. Но…

Вернулся официант, и я отложила меню. Но тут же вспомнила, что так ничего и не выбрала, и схватила его обратно.

— Еще минуту, пожалуйста, — бросила Минди. Потом повернулась ко мне. — Тебе он предложил работу. Почему ты сказала «нет»?

— Почему ты сказала «нет»? — повторила я ее вопрос тихим голосом, пряча алеющее лицо за меню.

Минди оглянулась, а затем понизила голос:

— Я не говорила. Он прислал мне контракт. На двадцать страниц. С подпиской о неразглашении. И в нем отдельной графой шло мое содержание. Представляешь? Он на полном серьезе собирался платить мне за секс, словно я была проституткой.

— И?

— Я молча подписала, потому что хотела быть с ним. Он сказал, что рад поему решению. Холодно так, отстраненно. А через месяц позвонила его секретарь и сказала, что мистер Рэнгольд желают видеть меня в своей нью-йоркской квартире.

— Ты поехала?

— Да. И не жалею. Это была самая потрясающая ночь в моей жизни. Но именно тогда я поняла, что Алекс никогда не даст мне больше. Он не способен на «больше», понимаешь? И таких как я, девочек по вызову, у него штук двадцать. Для каждой свое расписание, свои пометки. Только даже не он назначает встречи и выбирает, с кем быть.

— А кто?

— Его личный помощник. Вносит их в расписание, как деловые встречи и званые ужины.

Я вздрогнула.

Кажется, именно эту должность он мне предлагал.

— Так почему ты сказала «нет»?

Она все же хотела услышать ответ.

Смущенная, я откинулась назад.

— Ну… я не хочу говорить об этом…

— Надя! — ее глаза зло сверкнули. — Он тебе что-то сделал?

— Господи, — я сжала ладонями горящие щеки. — Не могу поверить, что говорю об этом… Или что я на самом деле… О, боже, это не в моем стиле…

— Выкладывай, Надя. Я много чего о нем слышала. Но не припомню, чтобы кто-то убегал от него сломя голову. Как раз наоборот. Желающих запрыгнуть на Алекса Рэнгольда в сотни раз больше.

— Откуда ты знаешь… все это?

— Друзья говорят.

Я подняла глаза к небу. Потом с громким вздохом сдалась.

Подавшись к ней ближе, так, чтобы больше никто не услышал, я прошептала:

— Он… он залез в мои трусики… и сказал, что не остановится, пока я не скажу ему «да»!

Ее глаза округлились.

Мне пришлось в подробностях рассказать, что там произошло, включая и то, что я едва не отдалась ему на рабочем столе.

— Ничего себе, — вздохнула Минди. — И после этого ты смогла сказать «нет»?

— У меня не было выбора. Это вроде… прыжка с парашютом. Прыгнул и не знаешь, раскроется или нет. Так что лучше не прыгать. Я помню, как меня охватил страх. А потом я сбежала.

Минди прижала ко лбу прохладный стакан.

— Черт. Это звучит горячо. Знаешь, я бы не выдержала и набросилась на него.

— Я почти это сделала. Он говорил так… таким голосом… что мои кости превратились в желе.

— Знаю. Это особенность Алекса Рэнгольда. Ему не нужно никого убеждать. Он просто приходит, и все делают то, что он хочет.

Кстати, его прежняя секретарь мне знакома. И она как-то назвала его роботом. Он не способен на глубокие чувства, но разве это не то, что ты ищешь? Даже если бы он предложил тебе секс… что в этом такого? Просто секс и ничего больше. Это нормально.

Я покачала головой.

— Я не знаю, что в этом нормального. Меня кидали и обманывали достаточно, чтобы я знала как это больно, когда парень использует тебя просто для секса, без чувств. К тому же, мы говорим о моей работе, а она не подразумевает, что я должна с ним спать. У него же есть девочки для секса? Вот пусть с ними и забавляется.

— Они в какой-то мере тоже работают на него, — пробурчала Минди. — Но ты права, это звучит хуже, чем есть. Я имею в виду… то, что ты рассказала. То, что он сделал с тобой. Но если бы это был просто парень, который тебе понравился и которому понравилась ты… ты бы не сбежала от него, ведь так? Ты бы хотела продолжить?

Я вспомнила о той сладкой ломке в теле, и уже знакомое возбуждение свело низ живота.

Желание. Я по-прежнему хотела его. В этом Минди была права. Я увидела ее понимающую ухмылку. Она тоже знала, что была права.

— Да, — мне пришлось согласиться.

С самодовольной улыбкой она отложила меню.

— Кроме того, ты…

Она осеклась, глядя мне за спину. Ее глаза расширились, рот округлился в идеальную букву «о». В одно мгновение на ее лице, только что беспечно улыбавшемся, возникло такое изумление, что я невольно оглянулась через плечо.

И мой желудок упал.

Глава 10

По улице, прямо к кафе, шагал Алекс Рэнголь, беспечно заложив пальцы за край ремня. И на нем, вместо привычного мне пиджака и рубашки от Армани, был самый обыкновенный свитшот без карманов, застежек и капюшона. Он отлично подчеркивал широкие плечи и узкую талию, придавая Алексу сходство со спортсменом.

Вместо брюк были джинсы. Но тоже не обычные джинсы, которых в толпе миллион. Эти как-то по-особенному сидели на нем, привлекая взгляд к мощным бедрам и демонстрируя длинные ноги.

Он остановился рядом с нами.

— Привет, леди, — его глубокий баритон заставил задрожать мои внутренности.

— Здравствуйте, — я опустила глаза, боясь встречаться с ним взглядом. И поняла, что снова краснею.

Он повернулся к Минди, и я увидела, что в руке у него папка. Та самая кожаная папка, которую я позаимствовала у Минди, а потом бросила у него на столе, когда убежала.

— Кажется, это твое, — он положил папку на стол перед ней.

— О… спасибо, — лицо Минди окрасилось в темно-красный.

А потом она улыбнулась ему. Не просто улыбнулась, как улыбаются тем, кто оказал вам любезность. А так… призывно, что ли.

Но он уже не смотрел на нее. Он смотрел на меня. Буквально сверлил глазами.

— Мы можем поговорить?

Это была не просьба. Скорее, приказ. Но сказанный таким голосом, что любая на моем месте уже кричала бы «да» этому потрясающему мужчине.

Он поймал мой взгляд, и я утонула в его горящих, бездонных, невероятно синих глазах. Мне захотелось прижаться к нему, запустить пальцы в взъерошенные ветром темные волосы…

И это было очень плохо.

Сама идея остаться с этим человеком наедине не сулила мне ничего, кроме новых душевных мук.

— Вообще-то я собиралась пообедать с подругой, — начала я, судорожно подыскивая уважительную причину для отказа.

Но, кажется, я уже опоздала.

Минди вскочила, как ошпаренная, и ножки ее стула, проехавшись по плитке, издали противный звук.

— О, прости, дорогая, я забыла, что очень спешу, — затараторила она, бросая на меня острый взгляд. — Мне нужно быть сейчас в другом месте. Ты мне потом позвони, хорошо?

Клюнув меня щеку, она снова обернулась к Алексу и совсем другим тоном произнесла:

— Было приятно снова увидеть тебя.

Да, это мало походило на ту Минди, которую я знала минуту назад. И на ту, что собиралась выйти замуж за серфингиста из Флориды.

В общем, она бросила меня в самый котел и сбежала.

Я отошла от стола на тротуар, рядом с кафе. Здесь было больше пространства, больше воздуха, и это было именно то, что мне нужно. Когда Алекс был рядом, я не мгла спокойно дышать.

— Надя, не нужно от меня убегать.

Его теплая рука опустилась мне на плечо.

Все во мне вздрогнуло и перевернулось.

— Что вы хотели?

— Я хочу, чтобы ты со мной пообедала.

Я должна была сказать «нет».

Я собиралась сказать «нет».

Я даже открыла рот…

Черт! Этот человек заставлял меня делать вещи, которые я бы никогда и ни с кем другим себе не позволила.

Но это был Алекс Рэнгольд. И этим все сказано. В его присутствии моя хваленая воля таяла, как мороженое на солнце.

Моя нерешительность, видимо, проявилась у меня на лице, потому что он добавил:

— Мы не в моем офисе, вы не моя подчиненная. Это неофициальная встреча. К тому же, здесь много людей. Вы будете в полной безопасности.

Да, правильно. Оставаться с ним наедине было очень, очень опасно.

— Пойдем со мной, — сказал он мягко.

Мое дурацкое желание сбежать от него привело лишь к тому, что я позволила собой управлять.

Прежде, чем я озвучила свой протест, Алекс взял меня за локоть и вывел из зоны кафе к черному гиперкару Бугатти, припаркованному прямо у тротуара. Это была незаконная парковка, но он, кажется, ничуть об этом не беспокоился.

Навстречу нам с места водителя поднялся настоящий гигант в строгом костюме. Этот дяденька мог бы играть в Национальной футбольной лиге, но сейчас он просто открыл передо мной заднюю дверь.

Алекс придержал мою руку, помогая сесть в машину. Дверца мягко закрылась, оставляя меня одну.

Я огляделась. Роскошный салон, тонированные стекла, встроенный бар, мягкая музыка, ненавязчиво льющаяся из невидимых динамиков…

Алекс решил похитить меня? Что ж, недолго я сопротивлялась…

Я не успела решить, как действовать дальше. Открылась соседняя дверь, и Алекс присоединился ко мне с другой стороны. Одобрительно глянул на ремень безопасности, которым я пристегнулась. И только после того, как автомобиль тронулся с места, сказал:

— Я хочу, чтобы ты работала на меня. И готов обсудить твои условия.

Я нахмурилась.

— Как вы меня нашли?

Он так пристально смотрел на меня, что между его бровей образовалась складка. Вероятно, он понял, что я пытаюсь уклониться от этого разговора.

— У меня есть способы знать то, что мне нужно знать.

Эти слова прозвучали сухо, будто ему пришлось пойти на крайние и не очень приятные меры, чтобы узнать мое местонахождение.

Но я думаю, он отследил мои передвижения по городским камерам. Только как он получил к ним доступ?

— Ладно. Как вы узнали, что папка принадлежит Минди?

— Очень просто. Я видел, как ты была одета в нашу первую встречу. Но на вторую пришла уже совсем в другом виде, как человек с более высоким доходом. И, хотя одежда на тебе была почти новой, она не выглядела твоей. Тебе в ней было неловко. То же самое с этой папкой. Минди твоя подруга, у нее есть деньги и подобная опека в ее стиле. Знаю, потому что встречался с ней раньше. Чистая логика.

Я с трудом подавила желание рассмеяться.

— Чистая логика? Да вы Шерлок Холм. — Это была попытка скрыть свое беспокойство за иронией. — Значит, ваш дедуктивный метод включает в себя взлом социальных сетей, GPS и слежку со спутников? Это больше подходит няшке Итану Ханту, а не старичку Холмсу.

Не удержавшись, я подмигнула.

В глазах Алекса полыхнул уже знакомый огонь.

— Ты бросаешь мне вызов?

Он наклонился ко мне, уменьшив и без того маленькое пространство между нашими телами.

— В детстве ты переболела ветрянкой, у тебя родинка под левой лопаткой, а еще ты пьешь противозачаточные, хотя с последним парнем рассталась четыре месяца назад.

Улыбка сползла с моего лица.

— Информация, Надя. Вся информация продается. Надо только знать, где найти продавца. Я занимаюсь информацией так же, как делаю сделки. У снайпера есть пистолет, у поджигателя — огонь, у меня — информация. Как я уже сказал, я изучаю всех кандидатов, подавших заявку на должность моего личного секретаря. Мне нужно знать, есть ли у него что-то, что может нанести вред мне, как частному лицу, или фирме. Я должен быть осторожен.

Я ошеломленно моргнула.

Он продолжал:

— Еще я узнал, что ты милая, ответственная и уравновешенная особа. Минди очень тебя уважает.

— Она рассказывала вам обо мне?! — выпалила я, подрываясь. — Почему мне ничего не сказала?!

— Она должна была получить мое разрешение, чтобы передать тебе данные о собеседовании. Признаю, я почти отказался, узнав, что вы настолько близки. Я был уверен, что она не станет скрывать подробности наших отношений.

— Да уж… Минди еще та болтушка, — проворчала я, отворачиваясь к окну. — Это от нее вы узнали о моем первом бойфренде?

Гиперкар мчался по Бруклинскому мосту через Ист-Ривер. Я покидала родной район на заднем сиденье автомобиля с человеком, который знал всю мою подноготную. Хуже того, водитель был гигантом, способным свернуть мне шею одним движением пальцев. Так что любое сопротивление было заранее бесполезно.

Но осознав это, я поняла, что абсолютно спокойна. Прежняя нервозность улеглась перед лицом неизбежности. У меня не было желания кричать, вырываться, пытаться выпрыгнуть на ходу. К чему бесполезные телодвижения, если двери все равно заблокированы и меня никто не услышит?

Я просто флегматично смотрела, как город исчезает вдали.

— Моя откровенность тебя шокировала, — тихо сказал Алекс.

Я фыркнула от грубого преуменьшения.

— Я забыл, что ты не играешь в нашей лиге. Все мои компаньоны, сотрудники и конкуренты знают об этом. Они ждут, что я проверю их, и заранее пытаются скрыть ту информацию, которую предпочли бы не показывать мне. Я хорошо разбираюсь в этом. С тобой же…

Он замолчал, когда автомобиль въехал на Манхэттен и помчался по автостраде.

— Ты оказалась совсем другой. Открытой, без фальши, не скрывающей никаких скелетов в шкафу. И это было так… освежающе, что ли. Как глоток чистой воды.

Мы свернули на двухполосную дорогу. С обеих сторон тянулись дома и деревья, машина приближалась к Центральному парку. Вскоре водитель сбросил скорость и въехал на пустую парковку. Припарковавшись, он покинул салон. Через минуту моя дверь открылась, впуская осенний воздух.

Я вышла, щурясь от яркого солнца. Алекс глянул на сумку, которую я придерживала локтем.

— Можешь оставить ее, — сказал он. — Она не понадобится.

Но вместо этого я еще сильнее вцепилась в ремешок, накинутый на плечо.

Он же сказал, что хочет просто поговорить. Но в последний раз, когда мы должны были «просто поговорить», все закончилось его руками в моих трусиках и моим бегством.

У меня не было оснований верить, что эта встреча закончится чем-то иным.

— Все в порядке. Сумка мне не мешает, — сухо бросила я, перемещая ремешок на плече чуть выше.

Взгляд Алекса потемнел, буквально прожигая меня. От него исходила тяжелая мужская энергетика, подавляющая мое женское естество. Мое тело вибрировало от желания прильнуть к его телу, кости размякли от желания подчиниться. Я хотела гореть от его прикосновений, хотела услышать, как он убеждает и соблазняет меня своим мягким голосом, за которым слышится стальная команда…

Но если я дам ему это понять, то любое последующее сопротивление будет бессмысленным. Он в любом случае заставит меня сделать то, что ему нужно. И я с радостью подчинюсь.

Да, сначала подчинюсь. А потом останусь с разбитым сердцем и порванными нервами.

Нет, это не тот вариант, который я выбираю.

Моя рука сжалась на ремешке. Вздернув подбородок, я с напускной самоуверенностью посмотрела на Алекса. Но мой голос дрогнул, когда я повторила:

— Сумка мне не мешает.

Глава 11

В следующий понедельник без пятнадцати восемь я в третий раз вошла в здание Рэнгольд Коммуникейшен. На этот раз я прошла регистрацию как сотрудник, предъявив охраннику в холле пластиковый бейдж, приколотый к лацкану жакета.

Я стала личным помощником Алекса Рэнгольда.

Мне не хотелось ломать голову, было ли мое согласие хорошей идеей, я просто сделала это и все. У меня не было других вариантов.

В воскресенье моя комната оказалась занята другим человеком, а вещи — выставленными за порог. Мой банковский счет был заблокирован, зато появился новый, от Рэнгольд Коммуникейшен. Даже мои телефонные счета теперь контролировались Алексом. А еще он связался с отцом Минди и сказал ему что-то такое, что тот отменил назначенное собеседование, не назвав внятной причины отказа.

Алекс лишил меня пути к отступлению. Он взял мою жизнь под колпак.

Я должна была возненавидеть его за это. Но забрав одно, он щедро предлагал мне другое. Работу во всемирной корпорации, о которой можно только мечтать, достойную зарплату, обучение за счет фирмы и карьерный рост. Сюда можно было причислить и полный пансион.

В общем, я сдалась под натиском ситуации и не знала, как к ней относиться. Но, проведя ночь в отеле и заплатив за номер со своего нового счета, я была очень зла, когда лифт доставил меня в приемную на пятьдесят шестом этаже.

Алиссия встретила меня легким кивком. Она сидела за своим неизменным столом, вглядываясь в монитор и щелкая мышью. Но когда я вошла, подняла взгляд на меня.

— Добро пожаловать, мисс Майерс. Могу я называть вас по имени?

— Да, конечно.

Она кивнула и указала на рабочий стол рядом с ней.

— Присаживайся и прими мои поздравления. Мистер Рэнгольд ничего не делает просто так. Если он выбрал тебя, значит, ждет от тебя великих свершений.

Я не стала посвящать ее в подробности нашего противостояния. Заняв предложенное место, положила сумку на столешницу и оценила комфорт эргономического сиденья.

Алиссия внимательно наблюдала за мной.

— Удобно?

— О, да, — я откинулась на спинку и положила руки за голову. — Великолепно.

Сарказма она не заметила. Или решила проигнорировать.

— Что ж, удобство сотрудников на рабочем месте это одно из правил Рэнгольд Коммуникейшн. Никто не может делать свою работу хорошо, если постоянно что-то мешает и отвлекает. Кстати, мистер Рэнгольд упомянул, что тебе может понадобиться два компьютера.

— О…

Я посмотрела на экран передо мной.

Раньше у меня никогда не было настоящей работы, поэтому, по правде говоря, я понятия не имела, что мне может понадобиться. Алиссия, должно быть, заметила мой растерянный взгляд, потому что ее губы сжались.

— Я достала вот это, — она указала на гладкий, совершенно новый ноутбук, лежавший посреди стола. — Он уже полностью настроен и синхронизирован с твоим идентификатором пользователя и паролем. В ящике стола есть сумка от него. Алекс сказал, что ты, возможно, захочешь иногда работать удаленно, но я должна сразу предупредить: будь осторожна. Работать вне офиса большой соблазн. Алекс потребует все твои силы и знания, в его лексиконе нет слова «нет» и он не признает полумер. Если вдруг он решит, что ты недостаточно выкладываешься, он сожрет тебя с потрохами.

Что ж, с этим советом она опоздала. Я уже поняла, что Алекс Рэнгольд настоящая акула, способная проглотить человека и не подавиться.

— Все будет нормально, — я улыбнулась, скрывая зубовный скрежет.

И получила улыбку в ответ.

— Вот и отлично. Готовься. Мистер Рэнгольд появится с минуты на минуту.

На этот раз при звуках его имени меня не объяла приятная дрожь. Не было ни сгустка тепла между бедер, ни бабочек в животе.

Сжав зубы, я занялась настройками своего компьютера. Мне понадобилось всего несколько минут, чтобы со всем разобраться, и я подключилась к корпоративной сети. На экране тут же возникла заставка с безупречным лицом Алекса Рэнгольда и надписью «Примечание от генерального директора».

В отличие от большинства портретов генеральных директоров, здесь Алекс не улыбался. Ему это было не нужно. Казалось, он смотрел с экрана прямо на меня своими пронзительными, прожигающими глазами.

Несколько секунд я не могла оторвать взгляд от него. Быть таким красивым и в то же время таким черствым, жестоким… Мир несправедлив.

Вздохнув, я уже собиралась заблокировать экран и искать блокнот, когда в правом нижнем углу вспыхнуло мгновенное сообщение.

Алекс Рэнгольд: «Доброе утро!»

— Боже мой! — я отдернула руки от клавиатуры, как будто его голова выскочила из экрана и материализовалась передо мной.

— Что-то случилось? — поинтересовалась Алиссия, идя к моему столу с двумя кофейными чашками.

Я даже не заметила, что она выходила.

— Нет, все в порядке.

Я наклонилась к компьютеру, надеясь, что она потеряет ко мне интерес, решив, что я занята работой. И это несмотря на то, что мне не с чем работать.

Надя Майерс: «Доброе утро, сэр».

А. Р.: «Зайди ко мне, как только освободишься».

Н. М.: «Да, сэр».

А. Р.: «Жду».

Алиссия поставила передо мной полную чашку. Я вздрогнула от неожиданности:

— Ой! Спасибо.

В ответ она наградила меня снисходительной улыбкой:

— Это для мистера Рэнгольда. Одна из твоих обязанностей — подавать ему кофе. Кофемашина в соседнем помещении, там же есть холодильник и небольшой буфет. Запомни, он любит двойной эспрессо без сливок и сахара.

Что ж, это была неловкая ситуация.

Вскочив, я схватила блокнот и ручку, а затем и чашку. Руки немного дрожали, но я мысленно шикнула на себя. Хватит! Совсем в размазню превратилась. Нервничаю без всякой причины.

— Ты точно в порядке? — окликнула Алиссия, оглядывая меня.

Я подарила ей самую беззаботную улыбку из своего арсенала:

— Все замечательно!

А потом, расправив плечи с уверенностью, которой не чувствовала, направилась к двери кабинета.

Мой новый босс сидел за столом, абсолютно спокойный и красивый как идол. На его лице застыло суровое выражение. Казалось, Алекс полностью сосредоточился на своей задаче, что бы это не значило.

Я остановилась у края стола и протянула ему чашку с кофе.

— Алиссия сказала, что я должна передать вам это.

Алекс поднял на меня взгляд.

Его завораживающие синие глаза изучали меня с минуту, прежде чем он заметил чашку в моих руках.

— Оставь его здесь и сядь.

Его стол был завален кипой бумаг, канцелярскими принадлежностями и электронными гаджетами, которые были, видимо, нужны для работы. Для маленькой чашки кофе почти не было места.

Подумав, я поставила ее на угол, где еще оставалось свободное пространство, и присела на краешек стула.

Алекс щелкнул мышью, прежде чем обратиться ко мне.

— Я хотел пояснить рабочую структуру этого офиса, — заговорил он подчеркнуто деловым тоном. — Ты, как административный помощник, подчиняешься лично мне. Я даю тебе все инструкции напрямую, либо оставляю их через Алиссию, которая является моим помощником по исполнению и обучению. На данный момент вы с ней не равны. У нее многолетний опыт работы со мной, она знает свои обязанности изнутри и снаружи. В будущем, если ты будешь справляться с моими требованиями, то поднимешься на ее уровень. Во всяком случае, я на это надеюсь. Но, несмотря на твою неопытность, ты, как и она, являешься неотъемлемой частью процесса. И я буду требовать с тебя так же, как и с нее, без всяких поблажек. Это ясно?

Пока его требования выглядели абсолютно логично.

— Да, — ответила, машинально постукивая по своей записной книжке кончиком ручки.

— В чем проблема?

Этот вопрос застал меня врасплох.

Нахмурившись, я вскинула на него растерянный взгляд и пробормотала:

— Н-нет, ничего.

— Ты хмуришься. Тебя что-то смущает в моих словах?

Я почувствовала себя как пойманный на воровстве.

— Нет-нет, просто… Не ожидала, что у нее более высокая должность. Я думала, она просто секретарь…

Его плечи немного расслабились.

— Да. У меня были проблемы с админами, которые считали, что Алиссия находится в их подчинении. Не хочу, чтобы это случилось с тобой.

Я понимающе улыбнулась. Алиссия сбила меня с толку тем, что подготовила мое рабочее место и заварила кофе вместо меня. Тут бы любой ошибся, тем более в первый день.

— Что ж, сегодня ты будешь выполнять черновые задачи, — Алекс продолжил меня просвещать. — Копировать, разносить документы, подавать кофе.

— Отлично.

Я опять поймала себя на том, что постукиваю ручкой.

За ту зарплату, что стоит в моем договоре, я согласна даже чистить ботинки Алиссии, если бы он этого захотел.

— У Алиссии есть для тебя список заданий на сегодня. Можешь решать с ней любые вопросы. Когда закончишь, зайди ко мне. У меня тоже будет кое-что для тебя. Все понятно?

— Да. Можно идти?

Он проигнорировал последний вопрос. Просто молча смотрел на меня, и под его пристальным взглядом мои щеки вдруг потеплели. А потом это тепло начало медленно распространяться по шее и ниже, по всему телу. На секунду я забылась в этом тепле, в этих глазах, тлеющих под тяжелыми полуприкрытыми веками.

Если бы я позволила ему это, если бы не оттолкнула тогда, то сейчас он бы встал, рывком поднял меня со стула и нагнул над столом…

— Ты в порядке?

— Что? — я вздрогнула, прижимая блокнот к груди, словно это был щит, способный защитить меня от собственной разыгравшейся фантазии. — Да, все нормально. Я свободна?

Он продолжал смотреть. Кажется, он даже не услышал меня. Наверно, я говорила очень тихо.

— Ладно, — я поднялась. Пришлось приложить силы, чтобы придать своему голосу и движениям уверенности. — Раз я больше не нужна…

— Да.

Всего одно слово. Но оно прозвучало так многозначительно, что меня вновь охватило тепло. Я почувствовала, что мои щеки пылают.

— Простите, — пробормотала, поспешно отводя взгляд.

Спасительные двери кабинета были так близко, всего в десяти шагах. Но мне казалось, что до них целая вечность. И эту вечность я буду идти, чувствуя спиной его раздевающий взгляд, и вспоминать как он касался меня… Вспоминать его твердое тело, прижатое к моему, его руки, ласкающие меня, его жадные губы…

Я не знала, как он это сделал со мной. Он просто смотрел, а меня охватило сумасшедшее желание заставить его взять меня прямо там.

«Никаких сексуальных намеков в сторону работодателя» — вспомнился пункт из контракта.

«Я не твой бойфренд, я твой работодатель», — вспыхнули в мозгу слова Алекса.

Господи, дай мне силы выдержать и справиться с искушением!

Только вновь оказавшись в приемной, я смогла облегченно вздохнуть.

Оказалось, что в «списке» Алиссии было три листа бумаги, заполненных черновыми задачами. Она показала мне, где копировальная машина, указала на конференц-зал, а потом провела короткую экскурсию по кухне.

Офис Алекса занимал весь этаж, и мы трое были здесь единственными людьми. Выше шла только крыша с его личной площадкой для вертолетов, а пол под ногами и стены были изолированы звуконепроницаемым материалом. Для меня здесь было непривычно тихо и безлюдно, но постепенно я поняла, что это уединение помогает сосредоточиться на работе.

Закончив копировать нужные документы, я переключилась на второе задание. Это были пометки Алиссии к цифровым файлам, которые мне следовало ввести в систему. Но пробежав по ним взглядом, я поняла, что знаю более рациональное решение.

Я знала, я видела, как это можно исправить, не нарушая весь код, но сомневалась, стоит ли в первый рабочий день указывать на ошибки тому, кто работает здесь годами и чья должность выше моей. А что если Алиссия рассердится на меня? Что если решит, что я выскочка и много себе позволяю? Или вообще проигнорирует мое предложение…

Я кусала губы, не зная, как поступить.

Алиссия сама обратила внимание на мое странное поведение.

— Что-то не так с этими файлами? — она глянула на меня поверх очков.

— Ну… Я знаю, как уменьшить время работы с ними в два раза.

— Интересно. Я слушаю.

Но мне было легче показать, чем рассказать. Алиссия не была программистом, как я, а мне было трудно объяснить ей свои действия без использования технических терминов.

Я открыла на мониторе нужную программу, сопровождая слова наглядными действиями. Волнение сделало мою речь сбивчивой и невнятной, но Алиссия удивительным образом все поняла.

Несколько минут она стояла, внимательно глядя в экран через мое плечо. Потом выпрямилась и посмотрела на меня.

— Значит, ты можешь написать поправки к коду, которые сэкономят нам время?

— Ну… да.

— И в чем конкретно они будут заключаться?

Я вздохнула. Казалось, что мы говорим с ней на разных языках.

— Ладно, — она пожалела меня. — Просто сделай это и покажи результат.

А потом подмигнула.

Я ошеломленно уставилась на нее.

— Считай, это очередной проверкой на профпригодность.

Вот значит как. Меня проверяют… Что ж, следовало ожидать…

Глава 12

В пять часов, зачеркнув последний пункт в списке заданий, я потащилась в кабинет босса. К этому моменту я чувствовала себя настоящим зомби: разум оцепенел, тело двигалось по инерции, а глаза нещадно жгло, словно кто-то швырнул в них горсть песка.

Подойдя к столу, я заметила, что последняя чаша кофе, которую я принесла час назад, осталась нетронутой. Алекс хмурился, глядя в бумаги, и рассеянно жевал кончик карандаша.

Я невольно на него засмотрелась.

Темные волосы, которые он только что, казалось, взлохматил рукой, чувственные губы, широкие брови, сведенные к переносице, глубокая складка, застывшая между ними… В нем все привлекало меня. Даже щетина на подбородке. Даже тень в вороте рубашки, намекавшая на поросль волос на груди. В моих глазах это было так мужественно и так эротично…

Одернув себя, я тихонько позвала:

— Сэр…

Алекс поднял взгляд на меня, и его лицо посуровело. Казалось, он был не рад, что кто-то пришел и оторвал его от раздумий.

— Слушаю, Надя.

Я продолжала смотреть, загипнотизированная его тяжелым, проникающим взглядом. И на какой-то момент моя разыгравшаяся фантазия подкинула мне картинку: Алекс сверху, нависает надо мной, смотрит в мои глаза вот так же тяжело, изучающе, а потом опускается…

— Надя?

— Ой! Простите, — я стряхнула оцепенение. Этот мужчина определенно имел надо мной особую власть.

Вечерний свет из окна за спиной Алекса мягко окутал его фигуру и подчеркнул тени на лице. Мой босс вздохнул и откинулся на спинку кресла.

— Уже поздно, — произнес, продолжая хмуро смотреть на меня. — Тебе понадобилось гораздо больше времени, чем я ожидал, чтобы справиться с заданиями Алиссии.

— О да, — я не сдержала издевки. — Особенно если учесть, что часть заданий была абсолютно бессмысленной.

Его брови удивленно приподнялись.

— Я взяла на себя смелость рекомендовать пару вещей, которые сэкономили бы время в долгосрочной перспективе.

— Например?

— Например, внесение изменений и копирование защищенных PDF-файлов, построение графиков в Excel и более эффективный список рассылки. Элементарные вещи, но вижу, вас это не удивляет. Это тоже была проверка?

— Ты обедала?

— Что?

Я растерянно моргнула. Мой уставший разум не поспевал за быстрой сменой темы.

— Ты обедала? — повторил он, вставая.

— Эм-м… нет… не знаю…

Чашку кофе и батончик «Сникерса» из аппарата можно назвать обедом?

— Ты не уверена?

В его голосе появилась улыбка, когда он подхватил свой пиджак, все это время висевший на спинке кресла, и набросил себе на плечи. Я завороженно проследила за игрой мускулов на его руках.

Алекс словно дразнил меня, намеренно не давая забыть о том, что здесь было.

— Надя, — на этот раз он произнес мое имя почти интимно, и мои щеки предательски вспыхнули под его взглядом, — давай, я куплю тебе обед. Просто обед — и ничего лишнего.

Надеюсь, мне удалось скрыть от него голод в глазах.

Спасибо всем, кто ждал и дождался)) как я уже писала, завалили работой. Делать ее не хочется, но сроки поджимают, проекты горят… эх, не отвертишься((

Подойдя, он положил руку мне на спину и слегка подтолкнул в сторону дверей.

Я почувствовала, как его широкая ладонь прошлась по моему позвоночнику, и вслед за ней промаршировала целая рота мурашек. Меня бросило в жар.

Неловко качнувшись, я оступилась и на секунду коснулась спиной груди Алекса. Вдохнула его восхитительный запах — аромат дорогого одеколона, смешанный с запахом чистой кожи и мужественности. У меня зашумело в ушах, а низ живота наполнился знакомым томлением.

Он был так близко. Опасно близко. Моя воля готова была предать меня. Все, чего мне хотелось в этот момент, это остановиться и развернуться к нему. Положить руки ему на грудь, почувствовать под ладонями твердость мышц и жар кожи. А потом содрать к чертям эту рубашку.

Восстановив равновесие, я глубоко вдохнула. Надо очистить разум. Надо вернуть контроль.

— Простите, — собственный голос резанул мне по нервам, — я просто устала.

— Это не проблема, — произнес он так, будто ничего не случилось. Но его взгляд заставил меня покрыться испариной.

Едва мы зашли в лифт, я отвернулась, чтобы украдкой промокнуть лоб салфеткой. Из зеркала на меня смотрела раскрасневшаяся девушка с томным блеском в глазах. У нее на лице огромными буквами было написано, чего она хочет, и только слепой не смог бы понять. А Алекс Рэнгольд слепым вовсе не был.

Сминая использованную салфетку в кулаке, я думала только о том, как вернуть себе хладнокровие и ясный рассудок. Если мое неудовлетворенное либидо продолжит контролировать мозг, то к концу этой недели я не выдержу и совершу фатальное грехопадение. А это будет очень, очень неправильно.

Нет, это будет настоящая катастрофа.

Когда мы вышли в вестибюль, рука Алекса вновь опустилась мне на спину. В этот раз это был твердый и уверенный жест. И я внезапно почувствовала себя так, словно он взял меня под защиту. В комфорте и безопасности рядом с ним.

Это было полной противоположностью тому, что я должна была чувствовать на самом деле в такой опасной близости от него. Но у меня не хватило сил отойти.

Уверенным шагом он направился вниз по улице, в сторону небольшого итальянского кафе, и мне пришлось приноравливаться к его широкому шагу. Он шел так же, как и делал все остальное: целеустремленно, не отвлекаясь на мелочи, не тратя внимание на пустяки. Казалось, он даже не замечает ни людей, что шли по бульвару навстречу, ни осыпающейся листвы, ни вечернего солнца, играющего в просветах деревьев.

Я же после целого дня, проведенного в офисе, старалась успеть надышаться. Привести свои мысли в порядок, вернуть себе самообладание.

Но вот мы остановились перед открытой дверью. Здесь и без нас уже собралась толпа. Люди разбились на небольшие группы по три-четыре человека, без сомнения, ожидая свободные столики.

— Похоже, все занято, — я не могла сдержать разочарования. Уставшая и голодная, я меньше всего хотела бегать по улице в поисках места, где можно поесть.

Но Алекс не обратил на мои слова никакого внимания.

Вместо ответа, он взял меня за руку и повел за собой к двери. Там, в небольшом холле, украшенном на итальянский манер, нас ждала маленькая черноволосая женщина. Ее глаза свернули, а по полным губам скользнула радушная улыбка, когда она увидела Алекса.

— Это Малена, хозяйка ресторана, — пояснил он.

Демонстративно не замечая меня, она шагнула к нам, обняла Алекса и что-то пропела ему на ухо по-итальянски. Тот ответил, сжимая мою руку немного сильнее, но тут же ослабил хватку.

Алекс обменялся с женщиной всего парой слов, потонувших в шуме ресторана. Но я бы все равно ничего не поняла, потому что не знаю итальянский язык.

— Пять минут, — произнес он, оборачиваясь ко мне.

Взгляд женщины упал на меня, и ее улыбка сползла, когда Алекс привычным жестом вернул руку мне на спину.

— Хочешь подождать снаружи? — добавил он, наклонившись так близко, что его нос почти коснулся моей щеки, а дыхание пошевелило завитки волос на виске.

— Но как насчет всех остальных? — так же тихо ответила я.

Алекс даже не глянул на тех «остальных», когда мы вышли на улицу. Там он ослабил галстук и устало вздохнул.

— Длинный день?

Я стояла слишком близко к нему. Постоянно касаясь то плечом, то бедром, и ничего не могла с этим поделать. Он будто нарочно заставлял меня быть рядом с ним в предельной близости. Не отпускал ни на шаг.

— Да, у меня на столе лежит проект слияния, который нужно еще довести до ума. И есть много других долгосрочных проектов, требующих серьезной доработки.

— Речь идет о слиянии компаний, а не о покупке? — уточнила я, желая поддержать разговор.

В нескольких шагах от нас стояли три женщины. Они о чем-то тихо переговаривались, бросая в сторону Алекса любопытные взгляды. Мне от этого стало не по себе, и я машинально скрестила руки на груди.

Моя скромная юбка и блузка не вписывались в эту толпу, разодетую по последнему слову моды. Я чувствовала себя серой уткой, неловкой, неряшливой и нелепой, каким-то чудом попавшей в сад, полный павлинов.

— Да. У нас есть несколько конкурентов, мечтающих прибрать к рукам эту компанию. Но ставки слишком высоки, чтобы я позволил их перебить. Да и в любом случае, не в моих правилах отступать. Если я что-то хочу, я делаю это своим.

Последние слова он произнес с особым оттенком, ясно давая понять, что речь идет не только о бизнесе.

Я нервно улыбнулась ему.

— Да, я это заметила.

— Мистер Рэнгольд? — на крыльцо вышла та маленькая итальянка и послала Алексу обворожительную улыбку. — Ваш столик готов.

Мы заняли наши места. Столик оказался в удобной нише, рядом с окном, выходящим на бульвар, отгороженный от соседних столиков декоративной решеткой из ротанга.

Хозяйка подала нам меню, сопровождая свои действия серией улыбок в сторону Алекса. Но он проигнорировал этот жест, и она отошла.

Едва мы остались одни, Алекс отложил меню в сторону.

— Как прошел твой первый день?

Вопрос оказался для меня неожиданным.

— Хорошо.

Я опустила взгляд вниз, пробегая по строчкам меню и пытаясь совладать с собой. Мне нужно было сохранить на лице спокойное выражение и не показать, что цены привели меня в шок. За чашку кофе и небольшой круассан мне придется раскошелиться на тридцать пять долларов! И это оказалось самое дешевое блюдо, что я нашла в этом меню. В любом китайском ресторане за шесть баксов можно заказать тарелку супа размером с тазик, или купить гамбургер в закусочной за девять. Но люди, среди которых вращается Алекс Рэнгольд, не ходят по дешевым закусочным. Не питаются фастфудом и не экономят деньги, как я.

Я захлопнула меню и только тогда поняла, что Алекс уже продолжительное время смотрит на меня.

— Немного скучно, — призналась.

— Завтра тебя ждет немного другое задание, — произнес он легким тоном.

Явился официант, чтобы принять наш заказ. Когда он ушел, нечитаемый взгляд Алекса вновь пробежал по моему лицу. Что-то отразилось в его глазах, но он тут же перевел взгляд в сторону, похоже, в окно на противоположной стороне зала.

Не желая сидеть молча, я решила завести ничего не значащий разговор.

— Как давно вы являетесь генеральным директором?

— Три года лет.

— А до этого?

— Я окончил Йельский университет в двадцать и был принят на должность вице-президента моего отца.

Его тон стал тяжелым. Он едва глянул на меня и снова отвел взгляд в дальнее окно.

— В моей ситуации вы бы отказались от его предложения, я уверен. Но я знал, что это самый быстрый пусть к вершине. Мне пришлось каждый день доказывать, что я способен справиться с любыми проблемами, завоевывать авторитет, контролировать каждый шаг своих сотрудников, каждый винтик этой огромной машины под названием Рэнгольд Коммуникейшн. Это был и есть адский труд. Отец, да и члены совета до сих пор не уверены, что поступили правильно, поставив меня на место генерального. Они беспокоятся, что я слишком молод для этой должности. И мои решения, которые, как правило, считаются чрезвычайно прогрессивными, постоянно подвергаются сомнению.

— Вы рано закончили колледж?

Алекс откинул голову назад, в его взгляде мелькнули юмор и удивление. Он негромко фыркнул, словно я спросила что-то смешное.

Он подождал, пока официант поставит перед нами бокалы с золотистым вином. Я понятия не имела, что в моих словах его рассмешило.

— Да. Я поступил в среднюю школу, а потом и в колледж на пару лет раньше.

— Ого…

Пряча замешательство, я сделала глоток вина. А потом покрутила бокал в руках, не зная, как поддержать разговор. Я ничего не знала об этом человеке. И даже не знала, с чего начать. Он не собирался мне помогать, он просто изучал меня и даже не скрывал этого.

— Итак, как вам последняя игра «Джетс»? Вы ходили на матч?

Уголки его губ дернулись вверх.

— О да, они проигрывают.

Сохраняя невозмутимый вид, я сделала еще глоток.

— Тогда это пустая трата нового стадиона.

— Я так не считаю.

Он, не переставая, смотрел на меня. И под его взглядом я чувствовала себя так, будто сижу на углях. Мне было неловко, хотелось спрятаться, укрыться от этого откровенного взгляда. Казалось, никто не сказал ему, что грубо так рассматривать людей.

— Вы интересуетесь спортом?

— Не совсем. Я слежу за важными играми, но мне без разницы, кто победит.

— Бизнес для вас важнее всего?

Мой вопрос мог прозвучать вызывающе, но я уже не могла скрывать свое недовольство.

— Точно, — усмехнулся он.

Я кивнула, прячась за бокалом от его взгляда.

— Вы часто приходите сюда?

Прежде чем он успел ответить, расторопный официант уже расставлял перед нами приборы.

— Ой, это было быстро, — пробормотала я, отклоняясь, чтобы официант мог поставить тарелку передо мной.

— Это заведение известно быстротой обслуживания. Их клиентура — деловые люди, которые не любят тратить время по пустякам.

Я опустила взгляд на свою тарелку. Там меня ждали маленькие итальянские равиоли сделанные вручную. Я наколола парочку на вилку и отправила в рот. И не сдержала стон удовольствия, когда мой голодный рот наполнил вкус долгожданной пищи.

Я ела медленно, наслаждаясь каждым кусочком, хотя мне хотелось запихнуть в рот все и сразу, а потом облизать тарелку. В течение последних четырех месяцев я сидела на строгой диете из дешевых продуктов, пытаясь сэкономить деньги на еде. И сейчас я получала настоящее удовольствие, наслаждаясь вкусом, запахом и видом великолепного блюда.

Только уничтожив половину порции, я выплыла из тумана. И поняла, что все это время Алекс неотрывно наблюдал за мной. На его лице застыло странное выражение: нечитаемый взгляд, складка между бровей. Он словно был недоволен чем-то. Но чем?! Что я опять не так сделала? Не прошла очередную проверку?

— Это что-то особенное, — я постаралась быстренько реабилитироваться. — Равиоли просто потрясающие.

— Да, — он сдержанно улыбнулся и глянул в свою тарелку, где лежал стейк Рибай. — Шеф-повар Малены настоящий кудесник.

Я смотрела, как он аккуратно нарезает стейк на кусочки. Но вот он подцепил один из них на вилку, поднес ко рту, и тут его рука замерла в воздухе.

— Хочешь попробовать?

Его предложение ошеломило меня.

— Что?

— Я предлагаю тебе попробовать стейк и ничего больше.

Рука с вилкой потянулась ко мне через стол. Как завороженная, я наблюдала за ее приближением и за тем, как темнеют глаза Алекса.

Я не знала, как реагировать. Отказаться? А если это снова проверка? Он же предупреждал, что нам придется играть роль близких людей. Очень близких!

Приняв решение, я кивнула. В конце концов, это ж только кусочек мяса — и ничего больше.

Его рука на мгновение замерла, и на лице появилось новое выражение. В глазах заискрилось веселье, а губы скривились, с трудом сдерживая смех.

Мысленно подбадривая себя, я потянулась к вилке и приоткрыла рот. Но Алекс не собирался упрощать мне задачу. Он коснулся кусочком стека моей нижней губы, размазывая по ней мясной сок. Несколько капель попали мне на язык и я, не выдержав, громко сглотнула.

Алекс подался вперед, ловя взглядом малейшее изменение у меня на лице. Теперь кусочек мяса немного проник мне в рот, но тут же вернулся назад и заскользил по губам, дразня меня своей недоступностью.

Он мучил меня не меньше минуты. Пока я не начала гореть от стыда, от чужих заинтересованных взглядов и от того, что эта невинная, в общем-то, забава, заставила мои трусики намокнуть. Потом, сжалившись, все же позволил мне ухватить стейк зубами и откинулся на спинку диванчика, держа пустую вилку в руке.

— И как?

— О… потрясающе, — выдохнула я с набитым ртом.

Пытаясь избежать его взгляда, я закатила глаза, откинулась назад и начала жевать с преувеличенным восторгом. Он наблюдал за мной, пока я не проглотила. А потом улыбнулся.

— Теперь твоя очередь.

Я едва не поперхнулась.

— В смысле?

— Я хочу попробовать твои равиоли. Ну же, Надя, это совсем не страшно.

Он смотрел на меня с вызовом, ожидая, что я откажусь. Но я уже не могла отказаться. Я должна была принять эти правила, ведь именно в этом и состояла моя работа, за которую Алекс собирался платить: создавать видимость пары. Но если бы он не действовал так на меня, то все было бы проще.

Судорожно выдохнув, я огляделась. Женщины за соседними столиками уже несколько минут разглядывали нас, о чем-то шушукаясь. Но я их не знала и решила, что мне должно быть плевать на то, что они думают.

— Ну? — левая бровь Алекса вздернулась вверх.

Я наколола равиоль на вилку и протянула ему.

Не разрывая зрительного контакта, он наклонился ко мне, но, прежде чем открыть рот, накрыл мою ладонь своей, фиксируя положение. Я почувствовала тепло его руки и то, как большой палец, будто невзначай, погладил мое запястье. Потом он аккуратно, одними губами, коснулся краешка равиоли, превращая процесс поедания в чувственное и эротичное действо.

Я стиснула бедра и покраснела, хотя, я и так уже полыхала вовсю.

Равиоль исчез, проглоченный без остатка. Алекс облизнулся. Капелька соуса застыла в уголке его рта. И я прикипела взглядом к этой капле, ощущая неимоверное желание слизать ее, прижаться губами к его губам, почувствовать, как он хватает, меня, швыряет на этот стол, сметая с него все ненужное, и…

Я закрыла глаза.

Глубоко вдохнула, а потом выдохнула, стараясь расслабить напряженное тело. Но это было не так-то легко. Близость Алекса не давала расслабиться. Этот гад просто играл со мной, испытывал мои нервы. И даже не пытался это скрывать.

Нужно было срочно сменить разговор.

Я прочистила горло и посмотрела на него. Алекс сидел с непроницаемым видом.

— Если вы не против, я бы хотела обсудить наш распорядок. Сколько дней в неделю вы работаете в офисе?

— Семь.

— Семь? — я не ослышалась, он действительно это сказал. — Без выходных? Разве у вас нет жизни и интересов за стенами офиса?

Я отправила в рот очередной равиоль.

— Моя жизнь подчиняется строгому распорядку, в котором нет места тому, что не приносит пользу моей компании или мне. Теперь ты стала неотъемлемой частью этого распорядка и сама все скоро поймешь.

Его пронзительный взгляд задержался на моих губах, влажных от сливочного соуса, которым были покрыты равиоли. И я торопливо облизала их.

Мне хотелось спросить, что заставляет его столько работать? От чего он бежит? Что мешает ему строить личную жизнь параллельно работе в компании? Но ни один из этих вопросов не был мною озвучен. Я знала, что Алекс оставит их без ответов. Или хуже того, разозлится, что я лезу не в свое дело.

Но у него явно был какой-то темный секрет. Он манил меня своей недоступностью. Великолепный мужчина, который может быть одновременно безумно нежным и предупредительным, и в то же время жестким, холодным циником.

Его двойственность пугала и возбуждала меня. Она заставила меня подписать этот контракт, и теперь я чувствовала, как понемногу теряю себя, теряю контроль над собой. А этого нельзя допускать. Только не с Алексом Рэнгольдом. Он будет последним человеком на земле, в которого я влюблюсь!

Да, он красив, сексуален и все такое. И прекрасно знает об этом. Стоит лишь обернуться на зал и увидеть десятки женских глаз, пожирающих его с интересом. Везде, где бы он ни появился, женщины всегда замечают его. В любой толпе, среди других мужчин, он выделяется так, что привлекает к себе все внимание слабого пола.

Но я не хочу стоять в хвосте этой очереди, ожидая его мимолетной ласки. Нет, уж лучше вспомнить о том, что у нас чисто деловые отношения. Бизнес, как он сказал. Благословенный бесчувственный бизнес.

После ужина мы с Алексом покинули ресторан. На крыльце он обернулся и с сомнением посмотрел на меня.

— Как ты доберешься до дома?

— На автобусе. — Я глянула вниз по улице. — Они ходят через каждые полчаса.

— Я скажу водителю подбросить тебя.

— Не нужно, все в порядке.

Я отмахнулась от предложения и направилась в сторону остановки. Но Алекс, вопреки моим ожиданиям, пошел вслед за мной.

— Я живу в этом городе уже четыре месяца и прекрасно осведомлен о работе автобусной системы. — Его тон изменился. — Уже поздно, а на улицах может быть опасно.

Он шагнул вперед, заступая мне дорогу. Его мощное тело нависло надо мной, обволакивая своим ароматом и внутренней силой. Физическое присутствие Алекса было столь ощутимым, что улица словно сузилась, пространство уменьшилось, а между нами будто пробежал электрический разряд.

— Я отвезу тебя домой, — заявил он безапелляционным тоном.

Я заглянула в эти глубокие синие глаза и почувствовала, как моя решимость ослабевает. Его рука обхватила меня за плечи, такая же твердая и уверенная, как его голос, как все, что он делал. Притянула ближе к нему.

Сопротивление было бессмысленным.

Не в состоянии помочь себе, я прижала руки к груди и позволила Алексу сделать это.

Его ладонь легла на уже знакомое место между лопаток, даря тепло и в то же время заставляя дрожать.

— Да, хорошо, — тихо сказала я.

Он выиграл еще одну битву. И если я продолжу говорить ему «да», он выиграет войну. Он получит мое сердце и душу.

Я не могла этого допустить.

Когда на следующий день я пришла на работу, Алиссия уже ждала меня с новым списком в руках. Я едва успела устроиться на своем стуле, как она уже положила его передо мной вместе с чашкой кофе для босса.

— Это для тебя. Составлено мистером Рэнгольдом лично.

— Господи, где я так согрешила? — взмолилась я, заглядывая в бумагу. — Снова проверки на профпригодность?

Алиссия фыркнула, возвращаясь на свое место.

— Успокойся, больше никаких проверок. Вчера я дала понять мистеру Рэнгольду, что ты ни разу не пожаловалась, что тебе тяжело. Думаю, ты поставила новый рекорд.

Я уже внимательнее взглянула на список. Но в нем были только предметы одежды, причем только женской.

— Кажется, ты перепутала списки.

Меня отвлек звук входящего сообщения. Компьютер не успел загрузиться, как на рабочем столе уже засветился белый конвертик. И не нужно было быть телепатом, чтобы понять, от кого это утреннее послание.

Алекс Рэнгольд: «Доброе утро, Надя. Зайди в мой кабинет».

— Пожалуйста! — добавила я себе под нос, чтобы закончить свой приговор.

Этому мужчине не помешала бы пара уроков по этикету.

— Я дала тебе тот, что нужно, — отозвалась Алиссия из своего кресла. — Внимательно посмотри.

Последний комментарий мне совсем не понравился. Нахмурившись, я бросила бумагу на стол, взяла блокнот, кофе и направилась в кабинет Алекса.

Он как всегда сидел за компьютером и соизволил взглянуть на меня лишь тогда, когда я подошла вплотную и поставила чашку на угол стола.

Алекс молча кивнул на белый конверт с логотипом компании. Я с опаской заглянула в него. Там обнаружился кусочек пластика, в котором я узнала кредитную карту.

— Что это? — я растерянно посмотрела на Алекса.

— Это твоя корпоративная карта для различных расходов, связанных с новой должностью. Оплата одежды, салонов, такси и прочего. Копания компенсирует эти траты.

— Но… У меня же будет зарплата?

Он вздохнул, откинулся на спинку кресла и одарил меня таким взглядом, каким уставший учитель встречает глупые вопросы учеников.

— Надя, подписав договор, ты приняла тот пункт, что я буду диктовать тебе, какие вещи носить. И поверь, твоя кофточка из Примарка это не совсем то, что я хотел бы видеть рядом с собой.

Я вспыхнула до корней волос. От злости и унижения. «Кофточка из Примарка», вот значит как. Да вы сноб, мистер Рэнгольд!

Конечно, вслух я этого не сказала.

Мой рот сжался в узкую полоску. Мне хотелось швырнуть эту карточку в лицо своему боссу, развернуться и убежать.

Между тем, он продолжал, все тем же неторопливым, негромким голосом:

— Сегодня у тебя особенное задание. Ты должна подобрать одежду, достойную молодой леди, что работает в этом офисе.

Чувство опасности повысило напряжение в воздухе. Я глянула на свою поношенную розовую блузку и серую юбку.

Алекс заметил мою реакцию. И потому добавил:

— Это не обсуждается. Уверен, позже ты по достоинству оценишь то, что сейчас принимаешь в штыки. Алиссия должна была передать тебе список вещей. Это то, что обычно носили мои прежние админы. В списке так же есть то, что нам с тобой вряд ли понадобится, но… — он сделал паузу и потер щетину на подбородке. — Если захочешь обновить свое белье, можешь воспользоваться им тоже.

Я покраснела, но промолчала.

— Каждая вещь обозначена с указанием фирмы и адреса магазина, с которыми я предпочитаю работать. Если решишь делать покупки за пределами этих продавцов, убедись, что качество равнозначно. И впредь, если тебе будет необходима одежда для офиса или любого мероприятия, где мы будем появляться либо вдвоем, либо по делам фирмы, не стесняйся использовать эту карту. То же касается различных поездок, связанных с твоей работой. Квитанции сохраняй и передавай Алиссии. Она не будет проверять твои покупки, если не решит, что ты злоупотребляешь привилегией. Поэтому не стесняйся и спрашивай ее о том, что тебе может понадобиться сверх этого списка. Вопросы?

Я тряхнула головой, пытаясь привести мысли в порядок. Значит, Алекс настоятельно рекомендует мне отправиться сегодня на шоппинг и сменить мой скромный гардероб…

— Заодно купи себе новую сумочку, — добил он меня. — Я уже смотреть не могу на это синее чудовище.

Он развернулся к своему компьютеру, но я успела заметить, как мимолетная улыбка тронула его губы.

— Это очень удобная сумка! — бросила я в сердцах, разворачиваясь к двери.

— И Надя…

Вкрадчивый голос заставил меня оглянуться.

В глазах Алекса прыгали чертики.

— Я могу позволить себе придираться. Помни об этом.

Красная как помидор, я выскочила в приемную. Села за свой стол и уныло заглянула в дурацкий список.

Потом обратилась к Алиссии:

— Ты тоже покупаешь одежду по корпоративной карте?

— Конечно. Наш босс очень придирчив. У него есть строгий регламент, насчет фирм, цветов, запахов и даже состава тканей. В любой день, если мне нужна одежда, я беру корпоративную кредитку и иду в те магазины, которые есть в списке мистера Рэнгольда.

Я крутила в руках ту самую кредитку.

— Интересно, — пробормотала, заметив имя на обратной стороне. — Кажется, это его личная карта…

Алиссия пожала плечами:

— Ничего странного. Может, он еще не успел выписать новую кредитку на тебя. Но тебе не о чем беспокоиться, у него есть куча других карточек, и он может позволить себе некоторые траты.

Я закрыла компьютер и схватила свое «синее чудовище».

— Кто я такая, чтобы спорить, — произнесла, кисло скривившись.

— Вот именно.

— Полагаю, увидимся уже завтра.

Я улыбнулась Алиссии, когда шла мимо ее стола.

— Ага. Ты вчера действительно мне помогла. Ненавижу заниматься бумажками!

Ее смех следовал за мной до самого лифта. И я не могла не рассмеяться вместе с ней.

Глава 13

День прошел в борьбе с самой собой, своими тараканами, здравым смыслом и чисто женским пристрастием к красивым вещам.

В списке Алекса были такие дорогие фирмы и бутики, что в здравом уме я бы никогда не заглянула ни в один из них. Точнее, даже если бы у меня была куча денег, если бы работа, предложенная Алексом, стала моей навсегда, я бы все равно не стала здесь одеваться.

Пятьсот долларов за рубашку?

Тысяча за брюки?

Господа, да вы не в своем уме! Это же просто тряпка, а не бриллиантовое кольцо!

Но Алекс был непреклонен, когда отправлял меня по магазинам. И Алиссия сказала, что мне лучше заткнуться и просто сделать то, что должна.

Так что я на долгое время застряла огромном магазине, занимающем пятиэтажное здание рядом с Центральным Парком.

Сначала я купила только предметы первой необходимости: офисные юбки, платья, блузки и кардиганы. С сожалением отложила в сторону брюки, ведь в контракте указано, что я не смогу ходить в них на работу. Видимо, Алекс Рэнгольд еще тот шовинист и не приемлет женщину в брюках.

Но по мере того, как я бродила между рядов с дорогой одеждой, меня все чаще посещали мысли о собственной внешности и о том, что сказал Алекс.

Нет, я никогда не пряталась за одеждой. Но и не щеголяла, выставляя себя напоказ. Мое тело вряд ли могло бы соперничать с теми девушками, что проводят за фитнесом по шесть часов в сутки. Но в то же время я оценивала себя беспристрастно и знала, что довольно неплохо сложена. К тому же, последние четыре месяца вынужденной диеты позволили мне сбросить парочку лишних кило, заработанных во время студенчества.

И сейчас, разглядывая манекены, консультантов и посетителей, я вдруг подумала: а почему бы и нет? Почему я не могу позволить себе одеваться красиво и дорого? Особенно, если мой босс настаивает на этом?

— Скажите, у вас есть для офиса что-то менее… консервативное? — спросила я девушку-продавца, протягивая ей серое платье-футляр в английском стиле.

— О, вы желаете посмотреть что-то более сексуальное? — она лукаво улыбнулась, и мои щеки окатил предательский румянец.

— В пределах разумного.

Следующие два часа мы уже вдвоем бродили по магазину. И этот рейд дал мне понять, что такие понятия как вкус и стиль у меня полностью отсутствуют. Это было печально осознавать, но я смирилась и приняла, позволяя продавцу самой подбирать мне ансамбли.

Поблагодарив за помощь, я расплатилась и решила отправиться домой.

Только вот…

У меня действительно не имелось хорошего белья. Большинство моих лифчиков и трусиков хорошо выполняли свои функции, но были серыми, скучными и дешевыми. И носить их под шелковую юбку от Армани или великолепный костюм от Шанель было просто кощунством.

Я закусила губу и подумала о том, что сказал Алекс.

Я могу обновить свое белье, если мне вдруг захочется… А мне хочется?

Даже очень!

Странно, конечно, что он вообще об этом заговорил. Неужели ему не все равно, что его админы носят под одеждой? Но я решила воспользоваться его предложением и купить себе пару милых вещиц, которые заставляют девушку чувствовать себя особенной. Ничто не придает столько уверенности в себе, как черные кружева, обнимающие твое тело. Даже если об их присутствии знаешь только ты.

У меня уже давно не было этого чувства. Почему бы и нет? Алиссия сказала, наш босс может позволить себе лишние траты.

Вооружившись этой мыслью, я отправилась в магазин женского белья, указанный в списке. С твердым намерением купить все, о чем я мечтала и в чем отказывала себе все это время. Все, на что я жадно смотрела, проходя мимо витрин дорогих бутиков.

Берегись мир! К тебе идет Надя с чужой кредитной картой в руках!

* * *

На следующий день я появилась в офисе в одном из самых простых шелковых ансамблей: лиловая блузка, мягко спадающая с груди на талию, и юбка-карандаш в косую полоску.

Не успела занять свое место, как Алиссия уже вошла в приемную с двумя чашками кофе.

— О, ты уже здесь, — она мельком глянула на меня, — Вот. Иди, босс уже у себя.

Она поставила кофейную чашку передо мной.

Я уронила на стол свои вещи, в том числе и чрезвычайно милую и безумно дорогую новую сумочку, и затаила дыхание, беря чашку в руки.

Как и ожидалось, Алиссия заметила мой костюм.

— Ты хорошо выглядишь, — отметила она, отхлебывая свой кофе и направляясь к своему столу.

Прилив разочарования заставил мое лицо покраснеть. Я ожидала большего. Может быть, интереса к моей одежде, вопросов о качестве или цене…

Но Алиссия спокойно развернулась к своему компьютеру и занялась проверкой почты. Это было немного обидно, но я сказала себе, что нет причин обижаться. Раз Алиссия ничего не говорит, значит все нормально.

Я включила компьютер и взяла чашку с кофе. А потом направилась к боссу, заставляя ноги передвигаться и чувствуя, как шаг за шагом они наливаются свинцом.

Толкнув дверь, я вошла в кабинет, пытаясь держать себя так, будто каждый день одеваюсь на тысячи долларов.

Алекс сидел за своим столом, красивый и безупречный, как и всегда. Когда я приблизилась, он поднял на меня непроницаемый взгляд, кратко поздоровался и добавил:

— Неплохой выбор, — имея в виду мою одежду.

— С-спасибо.

Я так была сосредоточена на себе, что его фраза выбила меня из колеи. Мне-то казалось, что мои юбка и блузка — верх совершенства!

От обиды, моя рука дрогнула, едва не расплескав кофе на какие-то бумаги, и я инстинктивно отпрянула от стола. Горячие брызги полетели в разные стороны, и большая часть — на меня. Кофе выплеснулось мне на руку, потекло вдоль локтя, обжигая, и закапало вниз.

— Извините! — пискнула я, ставя чашку на стол и стряхивая руку.

— Стой!

Алекс вскочил, сорвал блейзер со спинки кресла и, схватив меня за руку, начал стирать им потеки кофе.

— Что вы! — я замотала головой, выдергивая свою пострадавшую конечность из его пальцев. Кожа уже покраснела и воспалилась. — Ваш пиджак стоит наверно тысяч тридцать. Вы испортите его сейчас!

— Это просто деньги, Надя, — он вздохнул, словно говорил с неразумным ребенком. — Дай мне свою руку.

Скрытая команда в его голосе не подразумевала отказа. Но я колебалась. Я медлила, позволив ему самому взять меня за руку.

Мягкая ткань его блейзера осторожно прошлась вдоль моего локтя и запястья, чтобы стереть липкую влагу. Я закрыла глаза, почувствовав это прикосновение. Почувствовав, как пальцы Алекса обхватывают мою ладонь, и тепло его близости просачивается сквозь шелковую блузку и кружевной бюстгальтер.

Соски сжались, когда он развернул мою руку, чтобы оценить повреждения. Мягкий рывок заставил меня последовать за ним к столу.

Алекс открыл верхний ящик. Солнце отразилось в паре квадратов фольги, лежащих поверх бумаг. И мое тело бросило в жар. Такой нестерпимый, что в ушах зашумело.

Презервативы.

У Алекса в рабочем столе лежали презервативы! Значит ли это, что он занимается сексом прямо здесь? Но если да, то с кем?

На ум пришла только Алиссия. Больше никого я пока здесь не видела.

Все эти мысли вихрем взметнулись в моей голове, приводя меня в беспомощность и замешательство. Комната внезапно стала маленькой, воздух — тяжелым. Я поняла, что с трудом способна дышать. Мне казалось, что не пальцы Алекса сейчас сжимают мою ладонь, а обруч из раскаленного металла.

Хотелось выдернуть руку, выбежать вон, забиться куда-нибудь в угол и разрыдаться. От нелепой обиды, разочарования и необоснованных фантазий, которые только что были грубо разбиты.

Между тем, Алекс достал пачку влажных салфеток. Он хотел позаботиться обо мне, а я хотела быть той, с кем он использует те проклятые контрацептивы.

— Боже, — выдохнула я, зажмуриваясь. Ревность, на которую я не имела права, едва не завладела моим рассудком.

— Я осторожно, — в голосе Алекса звучало участие.

Мне захотелось рассмеяться. Он даже не понимал, что со мной происходит. Я хотела его. Хотела! И для меня была нестерпимой сама мысль о том, что он может быть с другой женщиной!

Его нежные поглаживающие прикосновения заставляли мою кожу пылать больше, чем ожог. Там, где он касался меня, вспыхивали маленькие молнии. Они сосредотачивались внутри, наполняя мое тело жгучим желанием. Мое либидо сходило с ума, а я стояла, как кукла, и боялась даже вздохнуть, чтобы он ни о чем не догадался.

Но моя воля не бесконечна.

— Пожалуйста… — прошептала я.

Его движения замедлились. Его пальцы осторожно погладили края раны, проверяя чувствительность кожи. Я подняла взгляд и попала в ловушку его потрясающих синих глаз.

Его глаза пару секунд изучали мое лицо, прежде чем опуститься на губы.

В этот момент напряжение во мне достигло своего пика. Я ждала, что сейчас он наклонится и поцелует меня. Просто прикоснется губами к губам, как бы пробуя новое блюдо.

Но он просто нахмурился и отступил. Его лицо превратилось в бесстрастную маску.

— Думаю, теперь с тобой все будет в порядке.

Меня будто обдали ведром холодной воды.

Я моргнула, приходя в себя, и тут же почувствовала боль от ожога. Эта боль прочистила разум и помогла вернуть контроль над собой.

— Спасибо, — глубоко вдохнула. — Я могу идти?

Все еще немного ошеломленная, я развернулась.

— Надя?

— Да?

Алекс не смотрел на меня. Он бросил испорченный блейзер на один из стульев для посетителей и теперь спокойно подворачивал рукава на рубашке, открывая мускулистые предплечья.

— Полагаю, сегодня утром ты приехала на автобусе.

Я еще раз моргнула, пытаясь сосредоточиться на том, что он говорит.

— Да…

— У меня есть автосервис. Используй его или найми такси. Тебе не нужно ездить в грязном автобусе.

— Хорошо.

Я не стала спорить и доказывать, что такси такие же грязные, как и любой автобус. Алекс миллионер, откуда ему знать о жизни среднего городского жителя?

— Это все, сэр?

Моя рука начала пульсировать сильнее. Теперь у меня не было анестезии в виде отвлекающих поглаживаний мужчины, о котором я тайно мечтаю.

И это хорошо. Боль это хорошо. Она поможет мозгу сосредоточиться.

— Мне нравится, как ты выглядишь. Тебе идет.

Он даже не потрудился посмотреть на меня, чтобы сказать комплимент. Но все равно это был комплимент. И я просияла от радости, что не ошиблась с выбором.

— Спасибо.

— Принеси мне еще одну чашку через десять минут.

Улыбка сползла с моего лица.

Не скрывая раздражения, я произнесла:

— Что-нибудь еще, сэр?

— Нет, можешь идти.

Мои губы сжались в полоску.

— Спасибо вас не убьет, — пробормотала себе под нос, возвращаясь в приемную. — У нас есть что-то от ожогов? Я пролила кофе на руку, — это уже Алиссии.

— На кухне есть аптечка, — бросила та, не отрывая взгляд от монитора.

Кажется, в этом месте никому не известны слова благодарности.

Я поплелась на кухню.

Глава 14

Следующие пару дней все шло по плану. Я была по уши завалена офисной работой и думать забыла о своем нездоровом пристрастии к боссу. Просто некогда было.

Я прилежно выполняла свои обязанности и училась. Составляла графики, планы, изучала компанию, людей и продукт, который они выпускали. Моя голова пухла от информации, но Алекс был непреклонен. Он приказал Алиссии вымуштровать меня за две недели, и она рьяно взялась воплощать его желания в жизнь.

Сам же босс не обращал на меня никакого внимания. Постепенно я внушила себе, что это просто работа, как и планировалось изначально. Хорошо оплачиваемая работа. И она мне нравилась. Но у меня было всего две недели. Через две недели мне придется либо выполнить главный пункт контракта и переехать в таунхаус Алекса Рэнгольда, либо уйти.

— Считай это испытательным сроком, — сказал он мне, озвучивая это условие.

Но чем ближе подходил этот срок, тем больше я нервничала. За то время, что я знала Алекса Рэнгольда, он успел незримо проникнуть в мою плоть и кровь. Успел захватить и подмять под себя все сферы моей жизни, начиная от телефонных счетов и заканчивая доставкой на дом. Он контролировал каждый мой шаг. Решал, в каких кафе мне питаться, что надевать, когда ложиться спать и даже чем заниматься в свободное время, которого у меня теперь просто не было.

Это было ужасно, и в то же время в тайне я была этому рада. Но прекрасно осознавала: он делала это намеренно. Забирал все мое внимание. Так поступают дети, когда не хотят делиться вниманием близкого человека с другими.

Алекс Рэнгольд превратился в центральную ось, вокруг которой вертелась вся моя жизнь. Стоит лишь выдернуть эту ось — и моя жизнь развалится, утратит свой смысл.

Но смогу ли я выдержать с ним под одной крышей? Спать, зная, что предмет моих эротических фантазий находится за стеной? Представлять, как он моется в душе, как струи воды хлещут по его накачанной груди и стекают вниз прозрачными ручейками. Как он потягивается у себя в спальне, разминая затекшие мышцы, или лежит, вытянувшись на кровати в одних боксерах…

Или лежит там не один…

Слушать чужие стоны, доносящиеся из его комнат…

Я гнала от себя эти мысли и в то же время с замиранием сердца ждала, когда Алекс озвучит дату моего переезда.

В том, что он это сделает, я не сомневалась.

Иногда мелькала предательская мысль, что я не справлюсь. Что нужно потратить эти две недели на то, чтобы найти другую работу. Разумом я это понимала, но глупое сердце на что-то надеялось. Я сама не знала, на что.

Утром в субботу я застряла возле шкафа с одеждой. Неделя прошла, а выходной мне все еще не грозил. Но все же суббота это суббота, и я решила разнообразить свои привычный гардероб.

Эту неделю я носила три темные юбки подряд с элегантными, классического кроя блузами. И они мне осточертели. Хотелось надеть хулиганские джинсы или хотя бы брюки, но и те, и другие были запрещены. Была, правда, юбка-брюки с широкими воздушными штанинами, но тоже черная.

— Только не черное! — пробормотала я, отбрасывая ее.

Откуда у меня столько черных вещей? О чем я вообще думала, покупая их? О похоронах?

Размышляя над этим, я провела пальцем по розовой ткани, потом по белой и, наконец, моя рука коснулась огненно-красного.

Кажется, это именно то, что мне нужно. Или не то?..

Я покосилась в сторону розовой. Она была немного длиннее. Но мое субботнее настроение требовало дерзких поступков.

В конце концов, что я теряю? Алиссии сегодня не будет, как раз у нее, в отличие от меня, выходной. А Алекс…

Да что Алекс? Босс даже не взглянет на меня. Последнее время он настолько занят, что не удосуживается оторвать взгляд от компьютера и промычать «спасибо», когда я приношу ему кофе. Ему плевать, как я выгляжу. Лишь бы не ранила его чувство прекрасного.

Со злой улыбкой я тащила с себя юбку и блузку. Бросила на кровать. Потом выдвинула из комода ящик с нижним бельем. Черное кружевное бюстье и красные трусики почти сами прыгнули мне в руки.

— Не могу поверить, что я делаю это, — хихикнула, доставая чулки.

Я словно собиралась на карнавал. Чулки были еще одной глупой мечтой, которую я рискнула исполнить в тот день.

Сменила белье, потом натянула чулки. Они хорошо держались за счет силиконовых вставок.

Теперь возвращаем юбку на место и, наконец, блузку.

Я подошла к зеркалу, и мой желудок сжался от беспокойства.

Не слишком ли вызывающе? Нет, рубашка из плотной ткани с небольшой баской довольно скромная, но вот юбка…

Самая узкая юбка из всех, что я могла себе позволить, обняла мои бедра и ягодицы. Из тонкой кожи, с говорящим разрезом сзади и застежкой-молнией сверху донизу.

Выдохнув, я развернулась, чтобы оценить вид сзади.

Черная линия на чулках прочерчивала каждую ногу, уходя под подол. Нахмурившись, я провела по ней пальцем. Кажется, черные чулки подразумевали черный цвет и в одежде, а у меня красная юбка, белая блузка…

Я снова напялила что-то безвкусное…

Мокрыми от волнения ладонями я разгладила юбку. Мне казалось, что каждый изгиб моего тела выставлен напоказ. Грудь, бедра, ноги.

О чем я только думала, покупая все это?

Это не то, что я обычно ношу. И я не умею это носить.

Но на переодевание не было времени. Оставалось надеяться лишь на то, что Алекс не обратит на меня внимания. Я просто принесу ему кофе, отчет и быстро уйду до того, как он что-то заметит.

Решившись, я отправилась в ванную. Через десять минут я вышла оттуда с уложенными волосами и легким макияжем. Схватила сумочку, впрыгнула в черные туфли на каблуках — единственные, что, как мне казалось, походили к моему экстравагантному наряду, и накинула на плечи пальто.

И только тогда с запозданием вспомнила, что так и не заказала такси. А теперь уже поздно. У меня не было времени на ожидание. И желтых машин рядом с домом тоже не было. Зато я знала, что через пять минут должен быть автобус, идущий в центр.

На нем я и добралась до офиса, сопровождаемая заинтересованными взглядами пары мужчин. На самом деле, внимания к моей персоне было меньше, чем я ожидала. Это дало надежду, что моя сегодняшняя выходка пройдет незамеченной.

Охранник едва поднял глаза, когда я вошла, а кроме него в холле никого не было. Такое равнодушие царапнуло по душе.

Чувствуя нарастающее разочарование, я загрузила свой компьютер и глянула на дверь рядом со мной. Часы показывали девять ноль пять, дверь в кабинет была слегка приоткрыта, и это означало что Алекс уже внутри.

Я проверила почту, отметила письма, которые требовали срочного ответа, и те, что можно было отложить на потом. И в этот момент раздался звук входящего сообщения.

Алекс Рэнгольд: «Доброе утро. Принеси кофе».

Этот мужчина был потрясающе работоспособным и в то же время ленивым. Не мог себе кофе сварить, пока меня не было.

Я быстро отстучала ответ.

Надя Майерс: «Доброе утро, сэр. Буду через секунду».

Как и ожидалось, благодарности не последовало.

— Ленивый и грубый, — вынесла я вердикт, не опасаясь, что меня кто-то услышит.

И отправилась на кухню, стараясь идти изящно и непринужденно на своих каблуках.

Да, в этом была вся проблема. В каблуках. Обычно я покупала туфли на удобной подошве. Но сегодня черт дернул меня напялить десятисантиметровые шпильки. Я пыталась балансировать на них, как канатоходец на веревке, но цент тяжести постоянно смещался куда-то в сторону.

В общем, кое-как я доковыляла до кухни, одержала победу над кофейным аппаратом и вернулась назад, неся в трясущихся руках две чашки кофе. Оставив свою в приемной, вошла в кабинет. Медленно, стараясь не пролить ни капли, я приблизилась к столу Алекса и аккуратно поставила его чашку на край. Сердце колотилось как сумасшедшее. От волнения даже испарина выступила на лбу. А еще я поймала себя на том, что почти в кровь изжевала губу.

Подняв взгляд, поняла, что все это время босс пристально смотрел на меня.

Я ответила ему вопросительным взглядом, ожидая, что он что-то скажет. Но Алекс молчал. Просто молчал и смотрел на меня, хотя обычно сразу говорил, что хотел. И это молчание начинало меня тревожить…

Я бы подумала, что это из-за моей одежды или из-за того, как я ковыляла к его столу. Но нет, он смотрел мне в лицо и никуда больше.

Наконец, устав ломать голову над его поведением, я просто спросила:

— Что-то не так, сэр?

Он отмер.

— Ты видела свое задание на сегодня?

— Да, сэр. Вы отправили его по е-мейлу.

— Вопросы?

— Я еще не смотрела его.

Он приподнял брови.

— Что ж, дай мне знать, если что-то будет неясным.

И уткнулся в компьютер.

— Да, сэр, — выдала я на автомате и развернулась к двери.

Идти на каблуках по ровному полу было одно удовольствие. Я даже позволила себе немного расслабиться, чувствуя, как моя походка постепенно становится легкой и непринужденной — как и хотела.

У двери я немного притормозила, вспомнила про обед.

Обернулась и замерла, подавившись словами.

Алекс снова смотрел на меня.

Я почувствовала, как горячий румянец заливает мои щеки, лоб, шею… Кажется, я покраснела так, что стала соответствовать цвету юбки.

Нужно было спасать ситуацию.

Пожав плечами, послала боссу виноватую улыбку:

— Простите, не привыкла еще к каблукам. Так что…

— Ты что-то хотела? — он оборвал мои оправдания.

— Да… скажите, мы сегодня работаем до обеда или как обычно?

— Как обычно.

Я нервно провела рукой по волосам.

— Хорошо…

— Надя, у тебя будет возможность поесть. Сегодня не так много работы.

Я еще раз ему улыбнулась и покинула кабинет.

И я знала, что он заметил. Заметил мои чулки и этот дурацкий шов, не соответствующий остальной одежде. Дернул же меня черт их надеть! Будто я собиралась не на работу, а на студию фильмов для взрослых…

Но что-то исправлять было уже поздно. Поэтому я просто сосредоточилась на работе, время от времени прикладываясь к своему кофе.

Утро быстро прошло, как и два предыдущих. Алекс почти не беспокоил меня, если не считать участившиеся просьбы принести кофе. И каждый раз, входя в его кабинет, я чувствовала на себе этот странный взгляд. Не заинтересованный, не осуждающий. Никакой. Абсолютно непроницаемый. И это меня нервировало.

Ближе к обеду пришло письмо от вице-президента по маркетингу, нуждающееся в подписи босса. Распечатав бумаги, я в очередной раз направилась к Алексу. Он глянул на мои ноги, как делал это все утро, а потом посмотрел на часы.

— Обед в час? — поинтересовалась, приближаясь к нему.

— Да. — Его взгляд уперся в бумаги в моих руках. — Что это?

— Документы, которые вы ждали, — объяснила, останавливаясь возле стола.

Протянула бумаги Алексу. Тот небрежно бросил их на поверхность стола, пролистал. Потом его взгляд уперся в меня.

— Тут не хватает страниц.

— Не может быть. Подождите…

Я шагнула ближе, склонилась над документами, недоумевая, как могла распечатать не все…

Но еще больше удивления вызвала реакция Алекса на мою попытку приблизиться.

Он отпрянул от меня. Почти отпрыгнул, едва не уронив свое кресло, словно у меня было бешенство.

— Вам не нравятся мои духи? — рассеянно пробормотала, изучая страницы.

Перелистнула последнюю, чувствуя, как сердце постепенно поднимается к горлу. Распечатывая файл, я была уверена, что страниц всего восемь. Их и было восемь, только вместо восьмой — седьмая. Я распечатала ее два раза подряд.

— О… простите… — мое лицо залила краска стыда. Вот же лоханулась… — Я сейчас все исправлю.

В этот момент рука Алекса легла на мое бедро. И там, где он прикоснулся, меня словно прошибло током.

Я замерла. Дыхание оборвалось, а по телу прошел электрический разряд.

Оцепенев, не зная, что делать, я ждала, что будет дальше. Может, он просто хочет отодвинуть меня в сторону?

Ладонь мягко поползла вниз. Коснулась ноги. Я закрыла глаза, чувству ее жар. Чувствуя, как палец Алекса сосредоточенно проследил шов на чулке до подколенной впадинки.

— Простите… — выдохнула, пытаясь совладать с собственным либидо.

Соски предательски сжались. Это был верный знак, что меня ждут неприятности.

Палец Алекса на мгновение остановился. Но тут же продолжил чертить тонкую линию, на этот раз вверх.

Уходи, Надя! — кричало мое подсознание. Уходи прямо сейчас.

Я вцепилась пальцами в край столешницы. Дыхание превратилось в рваные толчки. Но Алекс больше ничего не делал. Словно в задумчивости, он погладил шов на моей ноге, не пересекая границы, обозначенной краем юбки, и отступил.

Я должна была выпрямиться и уйти прямо сейчас. У меня еще был этот шанс. Но вместо этого я сделала глупость.

Повернулась и глянула на него.

Алекс стоял очень близко. Так, что развернувшись, я всем телом наткнулась на него. Бормоча извинения, попыталась отпрянуть, но потеряла равновесие на своих каблуках.

Он не дал мне упасть. Поймал. Удержал за плечи. Все с тем же невозможно бесстрастным выражением на лице.

Я слышала его дыхание. Глубокое и спокойное. И оно резко контрастировало с моим быстрым и рваным.

Не отпуская меня, он вдруг повел руками вверх по моим плечам, по шее, заключая в плен ладоней мое лицо. А потом подушечкой большого пальца нажал мне на губы, вынуждая приоткрыть рот.

Я почувствовала, как наливается низ живота, как тяжелеет грудь, как начинает туманиться взгляд, а желание захлестывает рассудок…

На ум пришли те чертовы презервативы. И я поняла, что хочу этого. Хочу почувствовать, как Алекс с силой врезается в мое тело. И плевать, если это случится лишь один раз, а потом он уволит меня.

— Алекс… — я выдохнула его имя, не зная, что делать.

В эту секунду я нуждалась в нем. В его прикосновениях. В его мужской силе.

Пусть он сам решит за меня…

Но он просто поглаживал мои губы, смотрел мне в глаза и молчал. И где-то на дне его глаз теплился темный огонь.

Глава 15

А потом что-то случилось.

Что-то мелькнуло в его глазах. Что-то темное, завораживающее и пугающее одновременно.

Ладони Алекса начали медленно опускаться, исследуя изгибы моего тела. Шея. Плечи. Грудь. Талия…

И все это не отпуская мой взгляд. Не давая ни опустить его, ни отвести в сторону…

Они прошлись по бедрам, потом нырнули под юбку, и я почувствовала, как его пальцы коснулись края подвязки.

Меня затопило расплавленной лавой.

Я стояла, вжавшись ягодицами в стол и вцепившись в него руками. Дыхание рваными толчками наполняло мои легкие, заставляя грудь бурно вздыматься. Но я об этом не думала. Просто тонула в его глазах. И все, чего мне хотелось в этот момент, это чтобы пальцы Алекса пошли дальше. Туда, где я хотела почувствовать их на своей влажной плоти.

Больше. Вот чего я хотела. Больше Алекса. Больше прикосновений.

Внезапно он дернул меня на себя и резким движением задрал мою юбку. А потом усадил на стол. Прямо на документы. Его ладони заскользили по обнаженной коже между трусиками и чулками, вызывая нетерпеливую дрожь во всем теле.

Задыхаясь, откинулась назад, уперлась руками в стол и закрыла глаза.

Будь что будет. Лучше пусть сейчас все случится…

Пусть, потом пожалею об этом, но сейчас сделаю то, что хочу…

Мягким, но настойчивым жестом Алекс заставил меня раздвинуть бедра. А потом его пальцы легли на мою возбужденную плоть, прикрытую мокрым кружевом. Небрежно погладили клитор, вызывая у меня мучительный стон. И исчезли.

Через мгновение горячие губы начали исследовать мою кожу. Прямо над краем чулка. Эти огненные поцелуи, перемежавшиеся с касанием языка, проследили линию трусиков.

О, боже…

Я чувствовала его дыхание. Оно было так близко к тому месту, где мне это нужно…

Мне хотелось сжать в горсть в его темные волосы и направить туда, где моя плоть жаждала прикосновений…

Но он отстранился прежде, чем я решилась на это. Место губ снова заняли пальцы. Подразнили меня, поглаживая вдоль влажной ткани, а потом нырнули под трусики.

Кружево скользнуло в сторону, обнажив мою плоть.

Я громко сглотнула.

Властным движением Алекс еще шире развел мои бедра, почти опрокидывая меня на стол.

Я боялась смотреть на него. Зажмурилась, мечтая раствориться в тех ощущениях, что он мне дарил. Не думать о будущем. О том, что будет потом. И о стыде, который мне неминуемо придется испытать после всего…

Но когда горячий и влажный рот накрыл мои складки, когда язык Алекса прошелся по моему клитору, смакуя и пробуя на вкус, все мысли вылетели из головы. И стало на все плевать.

Я застонала в голос, уже не стесняясь. Вцепилась в его волосы.

Но он не позволил мне управлять. Его пальцы железной хваткой сжали мои запястья, пригвоздили к столу за моей спиной. А потом он шлепнул меня. Ладонью. Прямо по влажной киске, заставляя вздрогнуть и закричать.

Еще никто никогда не делал такого со мной…

Слишком остро. Слишком чувственно. Почти болезненно. На грани моих пределов.

Я попыталась сжать ноги. Но он не дал.

Еще шлепок…

Еще один вскрик…

Еще одна напрасная попытка свести ноги вместе…

Моя возбужденная плоть желала прикосновений. И Алекс точно знал, как мной управлять.

Большой палец начал кружить вокруг мокрого клитора. Мне хотелось, чтобы он вошел внутрь. Погрузился в меня. Я остро ощущала эту пустоту внутри себя, которую нужно было чем-то заполнить.

Подалась бедрами вперед.

И снова он шлепнул меня.

Вот так, не балуй. Я здесь хозяин. Я решаю, что тебе дать.

Я согласна была на любые условия, лишь бы эта сладкая пытка закончилась. Но Алекс, похоже, не торопился.

Его пальцы играли со мной. Одной рукой он все еще держал мои запястья. Второй — теребил мой клитор, поглаживал круговыми движениями, пощипывал, то едва прикасаясь, то почти причиняя боль. И от острых ощущений я плавилась, чувствуя, как сознание уплывает за грань.

Не было больше Нади. Рациональной, спокойной, рассудительной Нади. Осталось лишь тело, желающее, чтобы его оттрахали.

— Пожалуйста… о, пожалуйста… — промычала сквозь стон, сама не зная о чем прошу. Чтобы он прекратил? Или, чтобы ускорил движения?

Напряжение внутри меня свилось в тугую пружину.

— Пожалуйста! — вскрикнула, облизывая пересохшие губы.

Только не останавливайся! Только не сейчас!

Алекс будто услышал меня.

Его пальцы ускорились. Напряжение во мне достигло предела. Я выгнулась, ловя последнюю ласку перед тем, как взорвусь.

В этот момент Алекс снова шлепнул меня. Его ладонь резко ударила по промежности, заставляя кричать.

И меня накрыл сумасшедший оргазм.

Волна удовольствия прокатилась по мне, вызывая сладкие судороги.

Я еще слышала их отголосок, когда Алекс внезапно поцеловал меня в ухо и негромко, с легкой усмешкой сказал:

— Мне нравится, как ты реагируешь. Это может быть интересным.

Меня будто льдом окатили.

Потрясенная, я открыла глаза.

Он стоял рядом, по-прежнему безупречный, и смотрел на меня с непонятным выражением. Мне стало не по себе. Я не шевелилась и не проронила ни слова, пока он возвращал мои трусики на место. Только звенящее дыхание заполняло тишину в моей голове.

Потом он помог подняться на дрожащие ноги. Одернул мне юбку, уничтожая последние признаки того, чем мы тут занимались. И сунул мне в руки тот злосчастный документ.

— Иди, сделай, что надо, прежде чем мы пойдем на обед.

Алекс подтолкнул меня в сторону выхода, а сам отвернулся. Через секунду его внимание сосредоточилось на каких-то таблицах на мониторе. А я осталась стоять, будто оплеванная, комкая в руках документы.

Господи… что я наделала?

На негнущихся ногах, с трудом держа спину прямо, покинула его кабинет.

В ту минуту я чувствовала себя настоящей дешевкой. Шлюхой.

Закрыв двери, прислонилась к ним спиной и сползла вниз, чувствуя, как слезы берут за горло, как рыдания начинают душить меня.

Дура ты, Надя… какая же дура…

Приятное томление между ног все еще давало о себе знать. И тем хуже. Оно не давало забыть о том, что случилось.

Вот как он действует. Подчиняет себе, заставляет других полностью в нем раствориться… но свое сердце держит на привязи. Всегда хладнокровный и безупречный.

Он настоящий манипулятор. Страшный человек…

И, кажется… я влюбилась в него…

Это было больно осознавать. Нестерпимо больно.

Я рассеянно потерла виски, потом поднялась и быстро направилась в туалет. Нужно было взять себя в руки.

Он сказал «никаких отношений», только бизнес, только деловой договор. Но то, что сделал со мной, не входило в рамки нашего договора. Алекс просто использовал меня. А я безропотно дала ему это сделать. И наслаждалась собственным падением.

Так почему же сейчас плачу? Почему мне так горько?

Склонившись над раковиной, глянула на себя в зеркало. Две слезы прочертили мокрые борозды от глаз до подбородка. Я позволила им упасть. Позволила боли выжечь мое нутро. А потом сделала несколько глубоких вдохов, очищая сознание.

Я знала, что может случиться, стоит ему лишь дотронуться до меня. Знала, что должна была сказать «нет», и все равно ответила «да».

Теперь мне было стыдно.

Теперь я знала, что ждет того, кто рискнет влюбиться в Алекса Рэнгольда.

Перед этим мужчиной невозможно устоять. Он все равно сделает с тобой, что захочет.

Самый лучший оргазм в моей жизни стоил мне боли и унижения, которые я переживала теперь.

Открыв кран с холодной водой, я быстро умылась, стирая с лица следы слез.

Решение было простым и единственно правильным. Я доработаю до конца испытательного срока и уйду. Это все, что могу сделать, чтобы не упасть в своих глазах еще больше. Все эти игры и манипуляции не для меня.

Алекс вышел из кабинета спустя полчаса, набросив на плечи плащ.

Он шел, печатая каждый шаг, размашисто и целеустремленно, заставляя пространство расступаться перед ним. Его лицо, столь невероятно красивое, застыло каменной маской. Глаза смотрели жестко и цепко.

Он казался таким суровым, неприступным, замкнутым в своей скорлупе. Невероятно, чтобы такой человек был способен о ком-то заботиться или кого-то любить…

Я сидела в своем кресле, ожидая его. Когда он вышел, то не сразу заметил меня, и это дало мне возможность понаблюдать за ним пару секунд.

Мне показалось, что под ледяным панцирем прячется что-то еще. Что-то, что Алекс Рэнгольд ревностно оберегает от всех.

И в тот момент я поняла. Алекс Рэнгольд держал свой мир под контролем, чтобы защитить себя. Он никого не любил, потому что не хотел, чтобы люди к нему приближались. Не хотел привязываться и привязывать. Он четко разграничил секс, отношения и любовь, оставив себе только первое. И никогда не смешивал секс с работой.

До меня.

Что же случилось теперь?

Какими бы ни были причины его поступка, я не желала в них ковыряться. У меня оставалась неделя, и я решила прожить ее с тем же невозмутимо-спокойным выражением на лице, что и он.

Алекс молча приблизился. Я поднялась, накидывая пальто.

Мне пришлось сделать усилие, чтобы сохранить равнодушие.

Он слегка нахмурился, оглядывая меня, потом произнес:

— Готова? Это все твои вещи? Или что-то осталось?

Его взгляд упал на сумку в моих руках.

— Эм-м… да, а в чем дело?

— Ты не вернешься. Если хочешь забрать ноутбук, то лучше сделай это прямо сейчас.

Мое горло сдавило.

— Я уволена?

Черт, как трудно оказалось это произнести. Озвучить собственный провал.

Жесткий взгляд заставил меня похолодеть изнутри. А потом лицо Алекса стало серьезным как никогда.

— Нет, с чего ты взяла? Я даю тебе выходной. Можешь провести его, как захочешь. Мне гораздо больше нравится, когда ты выглядишь свежей.

Облегчение затопило меня. Все же, я не была готова снова остаться на улице.

— Ну… если на завтра нет никаких заданий, то ноутбук мне не нужен, — вымучила улыбку. — Хотя… полагаю, быть онлайн очень приятно. Если позволите, я его заберу.

Мой собственный телефон был стареньким и последнее время безбожно глючил. А тот ноут, что дала Минди, я давно ей вернула.

— У тебя дома нет компьютера. Почему?

Вопрос Алекса прозвучал неожиданно.

Наверно, он думал, что у всех в этом мире есть куча денег, чтобы покупать себе подобные вещи.

— Он сломался.

Внезапно мне в голову пришла одна мысль. Я даже остановилась, перестав запихивать ноут в предназначенную для него сумку.

— Мистер Рэнгольд, а он будет работать за пределами вашей сети? У него нет специального шифрования или чего-то подобного?

— Надя, мы не ЦРУ, — произнес он суровым тоном.

— Да? А очень похоже, — пробормотала, проталкивая ноут внутрь сумки.

И поняла, что Алекс все слышал.

Плевать.

Застегнула чехол, перекинула ремень через плечо.

Алекс засунул руки в карманы и двинулся к выходу. Ни одно его слово не нарушило тишину, пока мы спускались на лифте. Так же молча пересекли вестибюль и вышли на улицу.

Алекс двигался с целеустремленностью танка. И он даже не взглянул на меня, когда придержал мне двери.

Он ни слова не сказал о том, что случилось. Как будто и не было ничего. Либо знал, что я все еще мучительно пережевываю это внутри, либо ему действительно было плевать.

Для меня это было одно и то же. Я тащилась позади, сверля спину Алекса злым, отчаянным взглядом и мечтала залепить ему пощечину.

На улице нас встретил тихий октябрьский день. Солнечный свет, шелест опавших листьев по тротуарам…

Одно я знала наверняка: если бы мы вдвоем пошли на обед, я бы расплакалась.

Мне нужно время, чтобы нарастить броню. Чтобы стать такой же, как он, невозмутимой и бессердечной.

— Ну, раз у меня выходной, то я могу быть свободна? Прямо сейчас? — осведомилась, когда его рука легла мне на спину, направляя направо.

Он остановился.

Не желая встречать его взгляд, я сделала вид, что разглядываю деревья вдоль улицы.

— Я отвезу тебя домой.

— Нет, не стоит так утруждаться.

Шагнула в сторону, сознательно увеличивая расстояние между нами.

— Надя, сейчас середина дня. У меня есть свободное время.

«Надя»…

Стоило ему произнести мое имя таким мягким и в то же время безоговорочным тоном, как все мои попытки сохранить спокойствие рухнули.

Он был мне нужен.

Я желала его, как и прежде. Едва ли не больше.

Меня нестерпимо тянуло прикоснуться к нему.

Я нуждалась в его защите. Защите он него самого. И мне нечего было защищать, кроме самой себя.

Моя самая большая ошибка была в том, что я вообще встретилась с ним.

— Хорошо, — он вздохнул. — Я вызову машину. Нет необходимости трястись в общественном транспорте, когда тебе это не нужно.

Я закрыла глаза, ненавидя себя, и кивнула.

К глазам подкатили слезы. Пришлось быстро отвернуться, чтобы Алекс ничего не заметил.

— Дилан, мне нужна машина. Отвезешь мисс Майерс домой.

Алекс отдавал в телефон четкие инструкции.

По крайней мере, я думала, что в телефон, однако не могла видеть, потому что стояла к нему спиной и моргала изо всех сил, позволяя осеннему воздуху высушить слезы.

Мгновение спустя его голос смягчился.

— Надя, посмотри на меня.

Он положил руку мне на плечо, заставляя повернуться. Но я не хотела. Последнее, что мне было нужно — это видеть его лицо.

— Надя…

Он замолчал и убрал руку, когда черный Ленд Ровер показался из-за поворота и продрейфовал к нам по улице. Автомобиль остановился, вспыхнув передними фарами. Дилан — водитель Алекса — опустил затемненное стекло и глянул на нас.

— Я был рядом в переулке, сэр, — пояснил он, давая задний ход и разворачивая машину.

— Думаю, тебе не помешает хорошо пообедать, — Алекс снова коснулся моей спины, и от этого прикосновения меня ударило током.

Я отпрянула. Быстро шагнула к машине и, не оглядываясь, забралась в салон.

Хорошо, что все стекла в салоне были тонированными. Это дало мне ощущение уединения и позволило немного расслабиться. Я заботливо уложила ноут рядом с собой, не желая думать о синих глазах.

Через минуту моя дверца закрылась. После чего водитель вернулся на свое место, и Ленд Ровер мягко отошел от бордюра.

Не удержавшись, я бросила в окно быстрый взгляд.

Алекс стоял на тротуаре, наблюдая за нами. Засунув руки в карманы и со странным выражением на лице.

Глава 16

— Мистер Алекс удивительный человек, — сообщил Дилан, не отвлекаясь от дороги. — Ты никогда не знаешь, что он думает, но он всегда подтверждает свои мысли делами. Без слов. Мы, мужчины, любим обещать. Особенно, если женщина готова слушать. Но мистер Алекс совсем не такой. Он ничего не обещает. Никому. Но делает все, что задумал. И он всегда помнит о тебе: на Рождество, День Благодарения, твой юбилей и прочие праздники. Он не предупреждает заранее, просто ты получаешь подарок — и все. В прошлом году он подарил нам с супругой отпуск в Майами-Бич в честь годовщины нашей свадьбы. Он хороший человек, но мало кого к себе подпускает.

— Зачем вы сказали мне это?

Я вернулась к созерцанию улицы за окном. После случившегося мне было не до светских бесед, но разговор с Диланом мог отвлечь от бессмысленного самобичевания.

— Ну, я вас понимаю, мисс Майерс.

— Сомневаюсь.

— Поверьте. Я хочу сказать, что знаю мистера Алекса и то, какое впечатление он производит. Он никогда не скажет «спасибо» или «пожалуйста». Он вообще не умеет просить. Каждая его просьба это приказ. И вас это сбивает с толку.

Мои губы сложились в кривую усмешку:

— Даже полный придурок и тот знает слово «пожалуйста». Простите за выражение. Это банальная вежливость, которую прививают в детстве. Но меня не волнуют детали воспитания мистера Алекса. Не думаю, что надолго задержусь в Рэнгольд Коммуникейшн.

— Вас не устраивает политика компании? — он бросил на меня быстрый взгляд в зеркало заднего вида.

— Нет. Меня не устраивает политика мистера Алекса. Но я не собираюсь обсуждать это с вами.

Да, я не собираюсь обсуждать с шофером выверты его нанимателя. И я не могу работать с человеком, который то молча задирает мне юбку, то так же молча отправляет работать. И все это с таким видом, будто ничего особенного не происходит.

Ах, да. Ничего же особенного и не произошло. Ну, подумаешь, довел наивную влюбленную дурочку до оргазма на рабочем столе. Сколько у него таких дур?

Я невольно вспомнила женщин, что сидели под его кабинетом. Холеные, сытые кошки. Они были бы не против подобных знаков внимания.

Это я раздуваю проблему на ровном месте.

Но как тогда быть с пунктом о недопустимости сексуальных поползновений?

Ответ пришел сам собой, и я едва не расхохоталась от его очевидности.

Дура. Я действительно круглая дура.

В контракте ничего не сказано о том, что этот пункт работает в обе стороны. Нет, там было ясно написано, что он имеет отношение только ко мне.

Ленд Ровер свернул на знакомую улицу и через несколько минут притормозил у моего временного пристанища. Компания предоставила мне квартиру в жилом комплексе в двух кварталах от офиса. Но у меня были основания подозревать, что без Алекса здесь не обошлось.

Дилан припарковал автомобиль у крыльца, не слишком заботясь о незаконности такой парковки. Обошел машину и открыл мою дверь.

— Приехали, мисс Майерс. Давайте я помогу вам донести ноутбук.

— Нет, спасибо, я могу и сама, — ответила, выбираясь наружу.

— Вы уверены? — он с сомнением глянул на мои каблуки. — В такой обуви не слишком-то удобно носить тяжелые сумки.

Я рассмеялась, пряча за смехом внезапно подкатившие слезы.

Эти неожиданные доброта и внимание так контрастировали с бездушием Алекса, что у меня защемило внутри. Боль усилилась, стоило лишь припомнить тот равнодушный взгляд Алекса, когда он опустил мою юбку и отвернулся к компьютеру. То, что было на мониторе, интересовало его куда больше, чем я. А потом он вообще отвернулся, будто я просто принесла ему кофе…

Я кусала губы, не позволяя себе расплакаться, когда Дилан по-отечески похлопал меня по плечу.

— Не плачьте, мисс Майерс.

Он неожиданно захватил меня в медвежьи объятия, едва не сломав мне спину.

— Что бы он ни делал, знайте, что он не такой. Верьте мне. Когда-то я сам хотел вскрыть ему череп и добавить немного мозгов. Но он просто не умеет иначе. Не умеет выражать свои чувства так, как мы ждем от него. Я не знаю, что сделало его таким, могу только догадываться.

Я посмотрела ему в лицо. Дилану было лет сорок на вид, и у него были добрые глаза. Именно добрые, без притворства.

— И… что же?

— Я думаю, он не хочет снова страдать. Знаете, такие мужчины не говорят о своих неудачах, но они тоже страдают. И даже сильнее обычных людей.

Алекс? Страдает? Да ему хоть известно значение этого слова?

— О каких страданиях вы говорите?

— О сердечных. Мистер Алекс закрылся, потому что не хочет, чтобы его снова разводили на чувства. Ну, я так думаю.

Мой хриплый смех заглуши последние слова Дилана.

Для меня понятия «чувства» и «Алекс Рэнгольд» были так же несовместимы, как «Алекс Рэнгольд» и «страдания».

— Спасибо, — прохрипела сквозь смех, — мне уже легче.

— Просто нужно к нему привыкнуть.

— Попробую. — Выпутавшись из его объятий, я улыбнулась. — И зовите меня просто Надя.

Дилан усмехнулся и кивнул:

— Надя, так Надя. Но только когда босса нет рядом. У него особый пунктик на этот счет. Все должно быть по протоколу. Именно поэтому у меня такой шикарный костюм, — он щелкнул себя по лацкану. — Я, конечно, не нуждаюсь в таком костюме, это дорого для простого водилы. Но, черт возьми, почему бы и нет, если босс платит? Вот что я думал, когда покупал эту одежду.

Он двинулся вслед за мной к дверям квартирного комплекса, неся мой ноутбук. Я уже не возражала против помощи.

— И кстати, мистер Алекс сказал, чтобы я присматривал за вами, юная мисс. Это мой номер, — Дилан всунул мне в руку визитку. — Если вам нужно куда-то ехать, вы должны просто позвонить мне. Больше никаких автобусов или такси.

Пробормотав слова благодарности, я забрала свой ноутбук и нырнула в спасительный полумрак парадной. Уже там, когда захлопнулась дверь и раздался звук отъезжающего автомобиля, я вытерла набежавшие слезы.

Теперь у меня были целые сутки, чтобы придумать план, в котором мне не придется страдать всю предстоящую неделю.

— Минди?

Я сидела у себя на кровати, глядя на закрытый ноут, когда раздался звонок. Вместо ответа в трубке раздались уличные шумы. Через мгновение я услышала голос Минди.

— Извини, меня отвлекли. Я сейчас в кафе, жду свой заказ. А ты, как мне сказали, отлично справляешься с новой работой?

— Тебе Алекс это сказал? — я не смогла удержать вспыхнувшей обиды, и она прорезалась в голосе.

— Нет. Мне сказала Луиза. Она была одной из тех девушек, что приходили вместе с тобой. Лу давно работает в этой компании и у нее есть кое-какие связи. И она знает, что у босса новый «assistant personnel», — закончила она в нос, перейдя на французский. Вероятно, пародируя ту самую Луизу.

Да, я вспомнила эту девушку. И ее лаковые туфли от Валентино.

— Я не знаю, — призналась после минутной заминки. — Не знаю, сколько смогу продержаться.

— В чем дело? — голос Минди тут же стал собранным и деловым.

— Алекс. Он слишком… подавляет меня. И он… черт… ты знала, что у него презервативы в рабочем столе?

Минди хмыкнула:

— Тебя это смущает? Что такой мужчина, как он, иногда расслабляется в своем кабинете?

— Нет, мне все равно, чем он там занимается, — процедила сквозь зубы. — Лишь бы это не касалось меня.

— Ой ли? Надя, ты сама себе веришь? Что-то мне подсказывает, что ты чего-то не договариваешь?

Я набрала побольше воздуха в легкие, как перед прыжком. Признаться Минди в своем нездоровом увлечении боссом? Рассказать, что между нами произошло?

А кому я еще могу рассказать? И сколько еще буду носить это в себе? Мне просто необходимо выговориться, может тогда станет чуточку легче!

— Минди… — мой голос упал до шепота, и я буквально почувствовала, как подруга на том конце линии напряглась.

— Что?

— Кажется, я влюбилась в него.

— Охренеть… Детка, да ты зверь…

— Угу.

— Но ведь это не все, что ты хотела сказать?

Я колебалась. Говорить ей о случившемся в кабинете или нет? Потом все же решилась.

— Он почти трахнул меня. В своем кабинете.

Минди присвистнула. Причем в этом свисте в равной доле смешались потрясение и восхищение.

Чем она восхищалась, я так и не поняла.

— А почему «почти трахнул»? Что ему помешало?

— Это все, что тебя интересует? — буркнула я с обвинением.

— В данное время? Да.

— Ничто. Видимо, я просто недостаточно хороша.

— Так что же случилось на самом деле?

Я рассказала. Кратко, не вдаваясь в подробности и стараясь не слишком копаться в собственных чувствах. Только факты.

— Теперь понимаешь? — закончила свой рассказ. — У меня есть неделя, чтобы принять окончательное решение. И если останусь, мне придется переехать к нему. А я не смогу… не смогу работать с ним и оставаться нейтральной после такого. Это же невозможно. В общем, я решила уйти…

— Ты серьезно?! — взвизгнула она.

Я вздрогнула и отдернула телефон от уха. Когда Минди немного успокоилась, я вернула трубку на место.

— Надя! Даже не вздумай! Ты представить себе не можешь, как тебе повезло. Да я бы… я бы… полжизни бы отдала за такую возможность! Это же все: деньги, карьера, признание. Это твое будущее!

— А как насчет моих чувств?

— Господи, боже ты мой! Ну не изнасиловал же он тебя, в самом деле! Ты же сама сказала, что тебе понравилось!

— Понравилось, — созналась, больше самой себе, чем подруге.

— Ну вот! Ты же могла в любой момент остановить его, сказать «нет», но не сделала этого. Почему? Потому что сама хотела!

Аргумент был железобетонный.

Минди была права. Целиком и полностью. Если бы я не давала Алексу повода, он бы не позволил себе чего-то подобного, я в этом уверена. И в то же время, надевая в тот день на работу провокационную юбку и те чулки… Я делала это сознательно. Я хотела, чтобы он заметил меня.

Но я не была готова к тому, как он поступит потом. К его равнодушию.

— Ладно. Я подумаю над твоими словами. Но есть еще кое-что.

— Выкладывай.

— Когда… когда все закончилось… — я с трудом проглотила слюну, ставшую вдруг горькой и вязкой. — В общем, после всего он сделал вид, будто ничего не случилось.

— В смысле?

— В прямом. Отвернулся к своему компу и все. Ни взгляда, ни слова, будто я испарилась. И потом, в приемной, когда мы собирались идти на обед. Он вел себя так, что я начала сомневаться, а не приснилось ли мне все это…

— Ну, тут тебе не в чем себя винить. Алекс такой и есть. Поверь. Я-то знаю. Он из тех парней, что просто встают с кровати, одеваются и уходят. И ты никогда не знаешь, что у него в голове.

Ее слова позволили мне выдохнуть с облегчением. Значит, дело не во мне, дело в нем.

— Черт, мне стало легче. Честно. А то чувствовала себя использованной салфеткой. Молча поднял со стола, молча поправил мне юбку и отвернулся. Тут чего только себе не придумаешь.

— Он поправил твою одежду? — в голосе Минди послышалось замешательство.

— Эм… что ты имеешь в виду?

— Обычно он не проявляет даже такой заботы. Может раздеть, если это является частью игры. Но не больше.

— Даже так? — я хмыкнула, представив себе эту картину.

— Да. Я знаю одну девушку, когда-то она предоставляла ему услуги… ну, знаешь, сексуального характера. Она очень дорогая и не каждому по карману. Так вот, она говорила, что закончив сессию, он просто выходит из комнаты — и все.

Упоминание о других девушках неприятно кольнуло. Но незнакомое слово отвлекло мое внимание.

— Подожди, закончив — что?

— Сессию. Ты не знала? Алекс доминант, он практикует БДСМ.

Если бы я стояла то, наверное, ноги бы меня подвели.

Стиснув телефон вспотевшей ладонью, я прошептала:

— Что? Алекс — кто?

— Дом. Погугли, если не знаешь что это такое.

Нет, кое-что я конечно знала. И «Пятьдесят оттенков» читала когда-то, и Эву Хансен… Но читать о том, что происходит где-то и с кем-то это одно. А столкнуться с персонажем подобной книги самой…

Сглотнув, я свободной рукой потерла горло.

Зато теперь все стало на свои места. И жесткий магнетизм Алекса, и команды, которым невозможно сопротивляться, и даже шлепки, которыми он довел меня до оргазма. И его фанатичное желание все держать под контролем.

— Он… черт… не хочу участвовать в этом шоу. Это не для меня.

Минди молчала, видимо, обдумывая мои слова. Потом осторожно произнесла:

— Послушай, все не так страшно…

Я даже представила, как в ее голове сейчас крутятся шестеренки, выдавая аргументы один за другим.

— Надя, он не извращенец и не психопат. Он просто из породы одиноких волков. Многие бизнесмены такие. Он полностью сфокусирован на бизнесе, и у него не остается времени на что-то еще. Да, он предпочитает не помнить, что у людей больше эмоций, чем у компьютеров. Но это не имеет отношения к тебе лично. Свои темные желания он осуществляет только с теми, кто готов их принять. И если ты не захочешь… поверь, он не станет принуждать тебя силой. Он не сделает ничего, что могло бы тебе навредить.

Мне хотелось ей верить.

Я откинулась спиной на кровать и уставилась в потолок.

— Все равно, — выдавила через силу, — он кукловод. Относится к другим людям, как к вещам и обращается с ними так же. То, что рядом с ним живой человек, у которого есть собственные чувства, он даже не задумывается. А я слишком чувствительна к подобным махинациям.

Некоторое время мы с Минди молчали. Я не знала, о чем она думала в тот момент, но мне хватало своих переживаний.

Наконец, она тихо произнесла:

— Это из-за Джейсона, да? Джейсона Арчера. Ты до сих пор не можешь забыть, что он предал тебя?

Я невесело усмехнулась.

— Предал? Нет, Минди, это совсем другое. Но ты права, мне везет на таких ублюдков, как Джейсон.

— Знаю, он плохо относился к тебе, но…

— Это в прошлом. Не хочу вспоминать о нем.

Я сказала ей правду. Воспоминания о Джейсоне и неудачной связи с ним еще жили где-то в глубине моей памяти. Но чувства уже ушли. Боль, обида, разочарование — все, что он оставил после себя, уже притупилось. Рана понемногу зарастала. Но я знала, что шрам останется навсегда и не хотела сейчас его бередить.

— Так что ты собираешься делать? — голос Минди отвлек от неприятных воспоминаний. — Уйти?

— Да. У меня осталась неделя, которую я обязана отработать.

— Хорошо, — вздохнула подруга, соглашаясь со мной. — Я поговорю с отцом. Кажется, у него в компании скоро освободится место web-менеджера. Попрошу оставить его для тебя, если ты точно решила уйти из Рэнгольд Коммуникейшн.

— Точно. Просто не знаю, как переживу эту неделю… Не представляю, как буду смотреть в глаза…

— А ты не смотри. Просто не смотри на него — и все. Не может ведь он заставить тебя, если ты не захочешь.

— Ты права.

Алекс слишком великолепная и слишком опасная добыча для такой провинциальной дурочки, как я. Мне не нужно было начинать эту игру. Но я уже обожглась.

— Давай, детка, ты справишься с этим, как и со всем остальным, — подбодрила Минди. — Ты выплывешь. Просто нужно держать выбранный курс.

В трубке раздалось жужжание входящего сообщения. Я глянула на экран.

Незнакомый номер прислал смс: «Это Дилан. Звони, как понадоблюсь».

Мои губы расплылись в улыбке. Я и забыла, что он не дал мне свой телефон. А он вспомнил.

— Ладно, — нужно было заканчивать разговор. — Мне надо сходить в магазин, если я хочу поужинать перед сном.

— Подожди. Я совсем забыла, что хотела сказать! Завтра Адам организует небольшую вечеринку только «для своих». Придешь?

— Если там не будет Джейсона.

— Не будет. Я попросила Адама не приглашать его. После того, как он с тобой поступил, мне тоже не хочется видеть его.

— Хорошо. Я приду.

— В семь, не забудь!

— Не забуду!

Смеясь, она положила трубку.

Глава 17

Я отбросила телефон на постель и перевернулась на живот. Подтянула к себе ноутбук и включила экран. Выходной — выходным, но не стоит пускать работу на самотек. Тем более что меня уже ждали три мигающих конвертика. Это были письма из отдела рекламы и один от Алекса Рэнгольда.

Мой желудок перевернулся, а потом скакнул прямо в горло, будто я прыгнула с большой высоты.

Рука чуть подрагивала, когда я навела курсор на это письмо. Стоит ли мне его открывать? Или лучше не знать, что внутри…

В моем положении лучше не знать. Но я не могла позволить себе игнорировать письма от босса. Даже если они пришли в выходной.

Я открыла.

«От: Алекс Рэнгольд

Кому: Надя Майерс

Тема: Благотворительный ужин

Надя, через три дня у меня назначен благотворительный ужин. Ты будешь сопровождать меня. Алиссия уже добавила это событие в твое расписание. Тебе нужно платье, соответствующее случаю: формальное, но со вкусом и не слишком консервативное. Выбери три, которые считаешь подходящими, и принести их в офис в понедельник. Подробности обсудим при личной встрече».

Это сообщение не подразумевало ответ. Мистер Алекс просто ставил меня в известность.

Что ж… платьев у меня как раз не было. Никаких. Я вообще забыла, когда последний раз покупала или надевала подобную вещь. Тем более, речь идет о платье для званого ужина.

Теперь к моим повседневным задачам добавилась еще одна: до понедельника обзавестись тремя платьями, которые мой работодатель сочтет достойными его спутницы.

Решив не терять время зря, я открыла список рекомендуемых интернет-магазинов. Как хорошо, что в наше время можно купить что угодно, не покидая дивана.

И в этот момент мой мессенджер вспыхнул входящим сообщением.

Алекс Рэнгольд: «Ты прочитала письмо?»

Почему именно сейчас? Он что, следит, когда я онлайн? Или это случайное совпадение?

Есть сотни способов узнать, было ли ваше электронное письмо получено и открыто. Но обычный пользователь о них даже не задумывается. Впрочем, кто назовет Алекса обычным?

Я закатила глаза и с тяжелым вздохом отстучала ответ:

«Да, сэр. Обязательно приму к сведению ваши рекомендации».

В моем ответе была доля иронии. Но я постаралась быть предельно корректной.

Алекс начал что-то писать в ответ. Я видела на экране мигающий карандашик, но сообщения не дождалась. Сообщение исчезло. Потом карандашик опять замигал. И опять ничего.

Наверно, Алекс делал что-то еще и не понимал, что продолжает печатать в мессенджере.

Мне надоело ждать, и я вернулась к интернет-магазинам. Попыталась зайти в первый из списка и поняла, что каким-то образом у меня уже есть аккаунт на этом сайте. Но я никогда в жизни там не регистрировалась! Как такое возможно?

Здесь точно без Алекса не обошлось.

Надя Майерс: «Сэр, мне нужно регистрироваться, чтобы делать покупки в интернет-магазинах из вашего списка?»

А. Р.: «Нет. Твой корпоративный профиль дает тебе доступ везде, где это необходимо компании».

— Или лично Алексу Рэнгольду, — закончила я за него.

Он продолжил печатать:

«При покупках через этот профиль деньги так же будут списываться с баланса компании».

Даже не сомневалась.

Но в ответ написала:

«Спасибо, сэр. Прямо сейчас воспользуюсь предоставленными возможностями».

Какое-то время мессенджер молчал. Я успела просмотреть несколько «горячих предложений» от «Ральф Лорен», когда снова услышала жужжание телефона.

А. Р.: «Будь дома через час. Дилан завезет тебе кое-что».

Мои руки застыли над кнопками. В голове за секунду пролетела тысяча сумбурных предположений, что это значит и что ему нужно.

Алекс добавил:

«Когда получишь посылку, сообщи мне».

Я машинально ответила:

«Поняла, сэр».

А. Р.: «Хорошего дня».

Он отключился, а я продолжала в растерянности перечитывать его последние сообщения.

Две вещи смущали меня. Первое: что именно Дилан должен мне передать? Может, я что-то оставила в офисе?

Мозг тут же стал судорожно соображать, пытаясь вспомнить, что я могла забыть на работе. Но на ум ничего не пришло.

И второе: мне показалось, что в привычном отстраненно-безразличном отношении Алекса что-то изменилось. Я почувствовала проблеск каких-то эмоций. На уровне интуиции. Что-то в его сообщениях было не так, как всегда.

Возможно, моя реакция его все-таки проняла? Или я просто принимаю желаемое за действительное?

Кусая губы, я отключила мессенджер.

Не хочу портить себе настроение. Не в свой единственный выходной.

Час спустя мой домофон проснулся и зажужжал.

К тому времени, увлекшись интересной книгой, я почти забыла о предупреждении Алекса. Сначала сварила себе какао, потом закуталась в теплый плед и забралась на диван с горячей чашкой в руках. Мне казалось, что книга в купе с какао и пледом придадут моему выходному ауру тепла и уюта. Но настойчивый звук все разрушил.

Я вскочила с дивана. Еда не расплескав шоколадный напиток, ломанулась к домофону.

— Да? — выдохнула, нажав кнопку внутренней связи.

— Это Дилан. У меня есть кое- что для тебя.

— Хорошо. Сейчас буду.

— Нет, не спускайся, — перебил он меня. — Просто открой двери, эта штука слишком тяжелая для тебя.

Я удивленно хмыкнула. Ситуация становилась все страннее и страннее, как сказала бы Алиса. Но вслух комментировать не стала.

— Ладно, поднимайся, моя квартира на втором этаже. Я буду ждать на лестнице.

Одно нажатие кнопки — и электрический замок бесшумно открыл вход в подъезд.

Выйдя из квартиры на лестничную площадку, я услышала, как внизу захлопнулась дверь и раздались тяжелые шаги. А потом увидела Дилана. Тот поднимался по лестнице, неся перед собой огромную коробку с логотипом «Эппл».

— Ого… — я не смогла сдержать удивления. — Что это?

Мне пришлось отступить, чтобы Дилан смог протиснуться в двери квартиры. Там он водрузил коробку на столик в прихожей и заявил, гордо поглядывая на меня:

— Ну, что я тебе говорил? Мистер Алекс заботится о своих сотрудниках. Кажется, тебе нужен компьютер?

Оторопев от такой новости, я смотрела, как Дилан распаковывает коробку. Он сорвал с нее клейкую ленту, открыл верхнюю часть и присвистнул.

Не сдержав любопытства, я шагнула к столу.

На моих глазах Дилан вытащил из коробки совершенно новый «МакБук Про». Я едва не задохнулась, увидев его.

— Он купил мне компьютер?

Сама мысль об этом казалась мне нереальной. Поверить в то, что видели глаза, было попросту невозможно.

— Тут еще кое-что.

Широко улыбаясь, Дилан достал из коробки еще одну, поменьше, с изображением Айпада, потом вытащил мышь и блютуз-клавиатуру. И все это аккуратно сложил на стол.

— Он сумасшедший, — простонала я, закрывая глаза и приваливаясь к стене. — У меня уже есть ноутбук! Я не знаю, зачем он отправил тебя привести мне все это.

— Это еще не все. — Непонятно чему радуясь, Дилан продемонстрировал мне новый телефон и наушники. — Мистер Алекс не говорит, как ценит тебя, он это показывает такими делами. Что я хочу сказать? Он отличный парень, если не обращать внимания на его стиль общения.

— Другими словами, он козел, но щедрый козел, — подытожила я.

Дилан расхохотался:

— Это ты сказала, не я.

Все еще посмеиваясь, он добавил:

— Тебе нужно что-то еще?

— Дай-ка подумаю… Как насчет того, чтобы вернуть это владельцу?

— Ну, тут уж ты сама разбирайся, — он покачал головой. — Я делаю только то, что велит мистер Алекс.

Что ж, другого ответа я не ждала.

Когда Дилан ушел, я несколько минут стояла в прихожей, разглядывая оборудование, занявшее журнальный столик. И не могла поверить, что Алекс купил его для меня. Не спрашивая и не превращая этот жест в представление, он просто отправил мне то, что, по его мнению, было мне нужно. Вероятно, это был его способ сказать «спасибо»?

— Невероятно… — вырвалось у меня.

Я подошла ближе и провела кончиками пальцев по черной матовой поверхности.

Нет, этот благородный жест не отменил моего решения, но неожиданное великодушие Алекса заставило сомневаться. А была ли я к нему справедлива?

Потому что ни один из моих бывших бойфрендов никогда ничего подобного мне не дарил.

Я не говорю про дорогие подарки, хотя у многих из них деньги были. Возможно, эти парни считали, что я из разряда тех девушек, которые должны быть довольны тем, что на них обратили внимание. А возможно, в их глазах я не была достойна чего-то большего.

От этих мыслей защемило в груди. И я почувствовала прилив горячей благодарности к человеку, которого считала черствым и эгоистичным.

От переизбытка эмоций к глазам подкатили слезы.

Шмыгнув носом, я сгребла в кучу свои сокровища, повздыхала и направилась в комнату.

Нет, я не стану отказываться от такого подарка. Ни за что. Пусть не надеется!

Но прежде чем подключить МакБук к сети и настроить, я открыла свой телефон и зашла в мессенджер. А потом, кусая губы, написала одно слово:

«Спасибо».

Алекс молчал. В его статусе стояло «оффлайн», но я знала, что он должен быть еще в офисе.

Куда же он делся? Отвлекся на кофе?..

Я глянула на часы. Стрелки показывали без четверти четыре. Потом мой голодный взгляд вернулся к МакБуку.

И снова меня охватили сомнения. Это слишком дорогой подарок. Я не должна его принимать. Алекс платит мне большую зарплату, корпорация оплачивает проживание, офисную одежду и даже обеды для своих сотрудников, чем я бессовестно пользуюсь все эти дни. Это более чем достаточно. К тому же, у меня есть компьютер. У меня есть все, что необходимо…

Знакомый звук прервал мои метания.

А. Р.: «Наслаждайся. Если предпочитаешь другой бренд, дай мне знать. И не вздумай отказываться, иначе лишу премии».

Шутил он так или нет, но мои губы сами собой растянулись в улыбку.

Я напечатала:

«Даже не собиралась!»

Почему я должна отказываться от того, что дает мне судьба? К черту сомнения!

А. Р.: «Вот и прекрасно».

Немного поколебавшись, добавила:

«Он прекрасен, но мне негде поставить монитор. У меня нет стола».

А. Р.: «Я позабочусь об этом. В моем доме у тебя будет отличный стол».

Он отключился, не дав мне разразиться бурным потоком благодарности. Но его последние слова заставили затрепетать нервы в моем животе.

В тот момент я почти позабыла о прежнем решении. Алекс напомнил. Одной фразой выбил почву у меня из-под ног.

Не был ли этот роскошный подарок попыткой купить меня?

А если и так…

Я взрослая девочка. И знаю себе цену.

Глава 18

— Ты пришла! — Минди встретила меня во дворе загородного особняка, где она проживала с бойфрендом.

Сегодня на ней было маленькое красное платье, черные чулки и такие же туфли. Рыжие волосы, тщательно уложенные личным стилистом, струились на одно плечо каскадом роскошных кудрей.

Она крепко обняла меня, потом окинула внимательным взглядом и потащила к остальной компании, которая уже собралась на первом этаже.

В этом доме гостиная, столовая и кухня были превращены в одну огромную студию и занимали почти весь первый этаж. Отличное место, чтобы устраивать вечеринки, с просторной террасой, балконами и камином.

За большим овальным столом уже сидели четыре человека. Две девушки и два парня. Там же стояли закуски из ближайшего ресторана. Адам за барной стойкой, как заправский бармен, смешивал коктейли, жонглируя бутылками с дорогими напитками. Когда мы вошли, он кивнул, давая понять, что увидел нас.

Я плохо знала друзей Минди. Они были из того же социального слоя, что и она: дети бизнесменов, родившиеся с золотой ложкой во рту. Я понимала, что никогда не стану своей среди них. Даже если построю собственный бизнес с нуля.

Но они были достаточно тактичны, чтобы не напоминать мне об этом.

Вот и сейчас при моем приближении на лицах девушек и парней появились улыбки.

— Привет, — одна из них протянула мне руку, — давно не виделись.

Я вспомнила ее имя. Ливи Стоун. Дочь конгрессмена. Хозяйка малинового Астон Мартина и ювелирного салона на Пятой Авеню.

Рядом с ней сидел загорелый блондин, словно сошедший с обложки «Плейбоя» — Стэн Хартли, наследник владельца знаменитой Лос-Анджелеской студии звукозаписи, Мартина Хартли.

Напротив — Марша Делорис. Внебрачная дочь аргентинской кинозвезды и автогонщика из Филадельфии.

Ее обнимал шатен, вальяжно раскинувшийся на сиденье. Кажется, его звали Коул. И, кажется, его предки владели заводами на Западном побережье.

Едва я уселась, Минди сунула мне в руки бокал с «Маргаритой».

— Это правда, что ты работаешь на Алекса Рэнгольда? — Марша подалась вперед, делая большие глаза.

Я оглянулась на Минди. Та покачала головой. Что бы она ни сказала своим друзьям, они не знали всей правды.

— Да, — я пригубила коктейль, стараясь сохранить спокойствие, — но в этом нет ничего сверхъестественного. Я просто администратор.

— Черт, скажите, кому заплатить, чтобы меня взяли к нему секретаршей?!

— Эй, — ленивое выражение сползло с лица Коула. Он перевел на Маршу предупреждающий взгляд: — Детка, разве ты не со мной?

Она фыркнула:

— Речь идет об Алексе Рэнгольде! Он король бизнеса. Я бы сделала все, чтобы получить эту должность.

— Включая и его самого, — хихикнула Ливи. — Он горячий!

— А, так вот почему ты меня бросила, — Стэн закатил глаза. — Предпочитаешь парней постарше?

— Алекс всего на пару лет старше тебя. И я не бросала тебя, это ты уехал в Калифорнию на два года!

— Готово! — раздался голос Адама. — Ну, кто будет первым?

Перед нами появился поднос, на котором ровными рядами стояли коктейльные шоты, наполненные разноцветной субстанцией. У самого дна она была ядовито-зеленой и постепенно светлела к краю, становясь бледно-желтой.

Кто-то включил музыку. Воздух наполнили довольные возгласы и звуки техно.

— Я! — вызвалась Минди. — За что пьем?

Она обвела нас прищуренным взглядом.

— За Надю и ее новую должность, — подсказал один из парней.

— Отлично!

Одним глотком Минди опрокинула шот и потянулась за следующим. Не делая перерыва, она заглотила второй. Но, прежде чем пальцы моей подруги сжались на третьей стопке, Адам накрыл ее руку своей.

— Эй, тебе станет плохо, — он покачал головой, глядя на Минди.

— Со мной все будет хорошо! — она оттолкнула его и выпила третью стопку со злобной усмешкой.

— Та-а-ак, — протянул парень, — кажется, нам пора немного потанцевать.

Он утащил девушку в центр студии, подальше от стола и напитков. Вслед за ними отправились Марша и Коул.

Я проводила подругу обескураженным взглядом. Такое поведение не вязалось с улыбчивой и доброжелательной Минди. Но задуматься над этим я не успела. Ливи подалась ко мне, упираясь локтями в столешницу, и заговорщицким тоном произнесла:

— Расскажи мне все об Алексе Рэнгольде! Мы не раз сталкивались на деловых вечерах и просто в кругу знакомых. Но он никогда не приходит один и никогда никого не подпускает к себе ближе, чем требует этикет.

— Думаешь, она знает о нем что-то, чего не знают журналисты желтой прессы? — хмыкнул Стэн, опустошая свой шот и закидывая в рот кусочек французского сыра.

— Ну? — Ливи уставилась на меня.

Я пожала плечами.

— Ну, кажется, он не умеет дружить…

— Я не собираюсь быть его другом! — она откинулась на спинку сиденья. — Я хочу попасть в его спальню!

— О боже, — простонал Стэн, поднимаясь, — вы не могли бы обсуждать это без меня?

Он направился к барной стойке, оставив нас с Ливи вдвоем.

Я опустила взгляд. Мои пальцы нервно сжались на стопке, и меня охватило почти непреодолимое желание напиться. Потому что в этот момент я поняла: если такая роскошная девушка, как Ливи Стоун, не смогла привлечь внимание Алекса, но мне не стоит даже пытаться. Он не заметит меня. Раздавит, как асфальтоукладочный каток, и молча двинется дальше. Без угрызений совести и без сомнений.

Сказано — сделано.

Не знаю, как так получилось. Может, виновата нервная напряженность последних дней и мои навязчивые мысли об Алексе. Или атмосфера богатства и безнаказанности, царившая в доме у Минди. Или Адам, мешавший потрясающие коктейли. Или сами коктейли, которых с каждым бокалом хотелось все больше и больше…

Несколько раз я пыталась отказаться от новой порции спиртного, но у друзей Минди обязательно находился повод для тоста. Они больше не смотрели на меня, как на аутсайдера. Я больше не была бедной подружкой Минди, я стала одной из них — успешной и богатой (почти). И мне это льстило.

Потом мы зажгли камин и под хит Бейонсе жарили в нем маршмеллоу на бамбуковых шпажках, поливая коллекционным вином.

Потом взрывали хлопушки, под визг девчонок и хохот парней. Нам на головы сыпались конфетти, и мы танцевали до головокружения под этим разноцветным дождем.

В общем, спустя какое-то время я обнаружила, что нетвердо стою на ногах, а предметы вокруг расплываются. И это почему-то развеселило меня.

— Черт… — я рухнула за стол и попыталась сфокусировать взгляд на экране новенького Айпада. — Мне нужно идти…

— Нет-нет, — рассмеялась Минди, удерживая меня, — еще рано! Только час ночи.

— Ты не понимаешь… ик…

— Ну, ты зануда!

Выхватив Айпад из моих рук, она навела на меня камеру. Мало что соображая, я просто глупо улыбалась, пока меня не ослепила фотовспышка.

— Эй! — я прикрылась рукой. — Зачем ты меня снимаешь?

— Ты смешная, — она щелкнула еще несколько раз с разных ракурсов. Телефон плясал в ее непослушных руках. — Вот, смотри.

Минди сунула Айпад мне под нос. Я ничего не увидела, кроме размытого разноцветного пятна в центре экрана и непонятных всполохов на заднем плане.

— Господи, убери это, — теперь уже смеялась и я.

— Не-е-ет, мы оставим это фото на память.

Обняв меня одной рукой, Минди включила переднюю камеру и запечатлела наши пьяные и довольные лица.

Внезапно, она оттолкнула меня и вскочила, настороженно озираясь по сторонам.

— Что такое? — я поднялась вслед за ней, тяжело опираясь на стол.

— Этот мудак здесь, — прошептала подруга. — Где Адам? Адам избавится от него…

Теперь уже и я начала вслушиваться в шум, доносившийся с террасы, куда ушла остальная компания. Догадываясь, о ком она говорит, схватила стакан с водой и залпом сделала несколько нервных глотков.

Руки дрожали. Я поперхнулась, вода выплеснулась мне на подбородок, потекла вниз и залила блузку на груди.

Одну из тех, что я купила за деньги компании. Собираясь сегодня к Минди на вечеринку, я не придумала ничего лучше, чем надеть вещи, купленные по протекции Алекса.

— Мне надо убраться отсюда, — прохрипела, отчаянно пытаясь заглушить кашель. — Это была плохая идея, прийти сюда… Очень плохая…

— Надя?..

Голос, который я еще не забыла, который помнила слишком ярко, заставил меня разжать пальцы.

Стакан выпал из ослабевших рук, но не разбился. Большая загорелая ладонь подхватила его у самого пола.

Ноги все-таки подвели. Я качнулась, почти заваливаясь на него, но он легко поймал меня, как стакан перед этим. С координацией движений у Джейсона всегда было отлично.

Прижал так, что моя грудь расплющилась о его куртку. Задрав голову, я посмотрела ему в лицо. В лицо человека, который не так давно вырвал мое сердце и раскромсал на части.

— Что ты здесь делаешь? — пролепетала заплетающимся языком.

Вот он стоит передо мной. Улыбается той самой потрясающей улыбкой, от которой у меня в животе бабочки трепетали. Я вижу его впервые со дня нашего разрыва… И я в таком виде! Пьяная, с размазанной косметикой и в мокрой блузке.

Он снова улыбнулся. Лучезарно, во весь рот. И меня охватило забытое чувство. Желудок нервно сжался, заставляя вспомнить прежние ощущения.

Я попыталась оттолкнуть Джейсона, но вместо этого снова упала в его объятия.

— Я любила тебя! — ударила его в грудь кулаком. Он накрыл мою руку своей. В тот момент мне хотелось высказать ему все претензии, что скопились у меня на душе. И они нашли выход. — Зачем ты так со мной… поступил?

Его беззаботный смех заставил меня вздохнуть. Поток слов тут же иссяк. Я просто застыла, впившись глазами в лицо Джейсона. Его красивые черты захватили меня, увлекая в наше общее прошлое.

Я любила смотреть на него. Часами смотрела на его лицо, занимаясь любовью, обнимаясь и смеясь. Получая почти физическое наслаждение от того, что могу его видеть.

Да, у нас были тяжелые времена, но по большей части он делал меня счастливой.

Я тряхнула головой, отгоняя воспоминания.

— Почему ты здесь? — голос дрогнул, выдавая мое состояние.

Я уткнулась лбом в грудь Джейсона, пряча лицо от его взгляда.

— Мне сказали, что ты здесь, малыш. И я подумал, что могу подвезти тебя домой. Или ты предпочтешь поехать ко мне?

Его пальцы аккуратно сжали мой подбородок. Он нагнулся, и его губы пленили мои. Всего на секунду. Но эта секунда перевернула все у меня внутри.

— Я подумал, что мы могли бы начать все заново, — пробормотал он мне в губы тем самым бархатным тембром, от которого к моим щекам приливала кровь.

— О, нет, братан, — резкий голос Адама разрушил иллюзию.

Я почувствовала тяжелую руку у себя на плече. Адам рывком отодвинул меня себе за спину.

— Что случилось с Рейчел? — поинтересовался он холодно.

— Это тебя не касается, — таким же тоном ответил мой бывший парень.

Минди обняла меня за плечи и с вызовом уставилась на Джейсона.

— Что тебе нужно от нее? Ты о ней даже не вспоминал, пока не узнал, что она работает на Рэнгольда! — она ткнула в него пальцем. — Ты просто хочешь использовать ее снова, бессердечный ублюдок!

— Давай без драмы, — Джейсон перевел взгляд на меня. — Мы можем поговорить? Я хочу отвезти тебя домой — не больше.

Нет, я не должна позволять ему снова играть со мной. Баламутить забытые чувства. Это может плохо закончиться.

— Мне пора, — пробормотала, выскальзывая из объятий Минди и направляясь к выходу.

— Подожди… — начал Джейсон.

— Даже не думай об этом, — Адам остановил его, загородив дорогу. — Оставь Надю в покое.

— И что ты мне сделаешь?

Я слышала их диалог, но не обернулась. Мне не хотелось смотреть, как они рисуются друг перед другом. Все, чего я хотела, это поскорее убраться оттуда.

Я споткнулась, вываливаясь на крыльцо. Ночной холод тут же накрыл меня, но он и прочистил мозги, все еще плававшие в тумане.

Охваченная сомнениями, я развернулась и посмотрела на закрытую дверь. Потом спросила саму себя:

— Уверена, что хочешь вернуться?

Я не знала, чего хочу. Но именно в этом был смысл.

Там, за дверью, остался Джейсон. Парень, которого я когда-то любила и, кажется, до сих пор не забыла. Парень, с которым я провела много чудесных минут. Который растоптал мои чувства.

И сейчас он хотел начать все сначала.

Если я вернусь в дом, то не смогу устоять. Он меня соблазнит. А это очень и очень плохо…

Глава 19

Я глянула на Айпад, который каким-то образом оказался в моей руке. Ощутила вес сумки в другой руке. Потом опустила взгляд вниз, чтобы убедиться, что не прихватила случайно чужую вещь.

Нет, это была моя сумка.

— Отлично, — пробормотала, шагая с крыльца.

Проходящая мимо дама с ретривером на поводке осуждающе глянула на меня.

О да, я была пьяна. И шаталась. Краем мысли я понимала, что в таком состоянии вряд ли доберусь до дома. Но об автобусе не могло быть и речи, тем более что ближайшая остановка находилась на соседней улице.

— Такси! — осенило меня. — Черт… хватит комментировать вслух!

Остановившись на тротуаре, я поднесла телефон к глазам. Зажмурила один глаз, надеясь, что второй сможет сфокусироваться на объекте. Экран был включен на полную яркость, и это заставило меня болезненно щуриться, пока я неуклюже пыталась прокрутить список контактов.

Собственные неловкие движения раздражали. Я понимала, что напилась. В отличие от тела, мой разум был почти в норме, но руки и ноги не слушались. И это начинало злить.

Ткнув не туда, я активировала случайный звонок.

— О, черт!!! — начала тыкать непослушными пальцами по экрану, надеясь сбить звонок до того, как произойдет соединение.

Но не успела. Экран сообщил: звонок подключен.

Теперь я не могла отключить телефон. Кто же звонит в полпервого ночи и бросает трубку? Слишком глупо и слишком по-детски.

Стоя посреди улицы на нетвердых ногах и покачиваясь, я с опаской поднесла телефон к уху.

— Привет…

— Надя?

Шумно выдохнув, я прикрыла глаза.

Дилан. Слава богу, это всего лишь Дилан.

— Прости, не хотела звонить тебе. Это вышло случайно.

— С тобой все в порядке? — его голос из расслабленного в один момент стал собранным и деловым.

— Да, все нормально. Не беспокойся. Я просто… это ерунда…

За моей спиной раздались шаги. Кто-то еще вышел из дома Минди.

— Ладно, пока, — я собралась отключить телефон.

— Надя, я тебя отвезу.

Голос, раздавшийся позади, заставил меня застонать.

— Нет, Джейс, не надо. — Я старалась, чтобы голос звучал твердо и трезво. — За мной сейчас приедут.

— Кто?

— Дилан, мой парень, — с легкомысленной улыбкой помахала телефоном перед носом у Джейсона.

И быстро, насколько позволяло мое состояние, пошла вперед.

Джейс остался стоять, больше не пытаясь остановить меня.

Поднеся Айпад к уху, я поморщилась и в полголоса проговорила:

— Извини, неловко вышло. Увидимся.

— Что происходит?

Дилан все это время оставался на линии и, понятное дело, все слышал. Но я успела нажать отбой раньше, чем мой язык в очередной раз подставил меня.

— О, боже… я пьяная, — сообщила заговорщицким шепотом сама себе. — Только тс-с-с!

— Надя, не убегай от меня.

Снова он!

Я застонала, когда знакомые руки обхватили меня, останавливая и разворачивая лицом к их владельцу. Закрыла глаза, не желая видеть его. А потом знакомые губы, теплые и мягкие, пощекотали мою шею, прежде чем накрыть мои губы.

Я растворилась в этом поцелуе. Буквально. Сдалась под действием алкоголя и нахлынувших воспоминаний. Закинула руки на плечи Джейсу и прижалась к нему всем телом. Как раньше. Переживая почти те же самые чувства.

Его язык наполнил мой рот, и я позволила ему это, желая почувствовать то, что чувствовала с ним в разгар нашего счастья. Желая снова ощутить себя в комфорте и безопасности за его крепкой спиной.

Сейчас это было мне особенно нужно. Особенно после той суматохи, что случилась со мной за последнее время.

— Я отвезу тебя домой, детка, — пробормотал Джейс, подхватывая меня под руки. — Моя машина стоит на парковке.

Я позволила ему наполовину вести, наполовину нести меня по тротуару в сторону автостоянки. И уже могла разглядеть его желтый Бьюик, когда телефон в моей руке завибрировал входящим звонком.

Я попыталась глянуть, кто это был, но Джейсон опередил меня. Сжав мое запястье, он посмотрел на экран, потом на меня. Я перевела взгляд на имя, светившееся на экране.

— О, черт, это Алекс, — простонала, чувствуя, что попала в ловушку.

— Алекс Рэнгольд?

Джейсон прищурился.

— Ты знаешь других Рэнгольдов? — огрызнулась, отталкивая его.

Он выдернул Айпад из моей руки и резко отступил. Я бросилась на него, пытаясь отнять телефон, но он удержал меня свободной рукой, не позволяя приблизиться.

— Отдай! — закричала, чувствуя, как на глазах появляются злые слезы. — Ты не понимаешь! Я потеряю работу, если…

Не обращая внимания на мои потуги, он просто принял звонок.

— Алло? Здравствуйте сэр, это…

— Нет! — я махала руками в воздухе, надеясь выхватить телефон. — Повесь трубку! Это мой босс!

Но Джейсон увернулся, подставляя мне свою спину.

— Нет, сэр, она прямо здесь. Я отвезу ее домой, а то она хорошенько надралась.

— Хорошенько надралась! — простонала я, чувствуя приближение катастрофы. — Я никуда с тобой не поеду! Я вызову такси!

— Не волнуйтесь, сэр. Я о ней позабочусь… Джейсон Арчер, сэр.

Рука, удерживающая меня, внезапно ослабла, и я по инерции налетела на Джейса. Он со спокойным видом тут же обнял меня и вернул телефон.

Первым делом я глянула на экран. Но звонок был уже сброшен.

— У тебя есть его прямой номер? — удивился Джейс, подталкивая меня к машине.

— Как видишь.

Этот момент я почти ненавидела его за то, что он сделал. Как он вообще посмел вмешиваться в мою жизнь? В мои дела! Он потерял это право, когда расстался со мной.

— Вы так близки? — его брови взмыли вверх, а взгляд стал колючим.

— Тебе-то не все равно, с кем я близка? — я вырвалась из его рук. — Это мой босс! Ты даже не представляешь, что сейчас сделал!

— Садись, — он открыл пассажирскую дверцу.

Кусая губы, я спрятала телефон в сумку и огляделась.

Мы стояли посреди пустынной улицы, освещенной единственным фонарем на несколько десятков метров. Дорога сливалась с темнотой, на пасмурном небе не было ни звезды, и тут, как назло, посыпался снег.

Ехать в одной машине с Джейсоном не хотелось. Но, похоже, альтернативы у меня не было.

— Ладно, — я забралась в салон, всем видом показывая, что делаю ему одолжение.

В конце концов, я слишком устала и слишком пьяна, чтобы продолжать бессмысленный спор.

Спустя полчаса желтый Бьюик подкатил к моему дому. Я всю дорогу спала под мерное гудение автомобиля, но резко очнулась, когда машина остановилась.

Джейсон припарковался и едва успел разблокировать замки, как дверь с моей стороны распахнулась. Я буквально выпала из салона в заботливо подставленные руки.

Мужчина с широкими плечами, затянутый в дорогой костюм, подхватил меня, не давая встать на ноги.

— Вау! — выдала я, когда он поднял и прижал меня к себе, удерживая навесу.

Моя голова упала ему на плечо.

— Где ее телефон? — прозвучал надо мной голос Алекса. Абсолютно бесстрастный, почти равнодушный, но полный скрытой угрозы.

— В сумке, — пробормотала, пытаясь разлепить веки. — Все в порядке, поставьте меня…

Его руки даже не думали отпускать. Наоборот, они будто сжались сильнее.

— Я просто подвез ее, сэр, — поспешил заверить Джейсон. — Она не думала, что…

— А ты не думал предложить ей свою куртку? — Алекс перебил его жестким тоном. — Или не заметил, что она замерзла?

Черт… я только сейчас заметила, что дрожу и что моя кожа покрылась мурашками от холода.

— Ладно… — пробормотала, утыкаясь лицом в горячую шею босса.

— Ну, сэр, мы почти все время были в машине, так что…

Но Алекс, похоже, не собирался тратить время на Джейсона.

— Дай ее сумку, — оборвал он холодно.

— Конечно, сэр…

Неся меня на руках, Алекс с невозмутимостью танка направился к дому.

Точнее, я думала, что к дому, потому что лежала, расслабившись, в его объятиях, и закрыв глаза. Голова кружилась, перед веками мельтешили какие-то мушки, но, в общем, мне было очень уютно и хорошо в его руках.

— Ты можешь стоять? — дыхание Алекса пощекотало мое ухо.

Его голос был мягким, таким же, как в тот раз, когда он спасал от ожога мою руку. Кажется, в тот момент мы были ближе, чем когда бы то ни было. Ближе, чем когда он ласкал меня на столе…

— М-м-м…

Язык не хотел шевелиться.

Я наслаждалась теплом Алекса и ароматом его дорогого одеколона с древесными нотками. Но вот он ослабил хватку, и мое тело заскользило вниз, пока ноги не коснулись бетона.

Я открыла глаза. Вопреки моим ожиданиям, мы стояли не у входной двери, а рядом с серебристым спорткаром.

Алекс поддержал меня, придерживая одной рукой за спину, а второй стащил с себя пиджак.

— Все в порядке, — я покачала головой, — мне это не нужно. Честно.

Но стук зубов выдал меня.

— Не спорь.

Его пиджак лег мне на плечи, обволакивая теплом и восхитительным ароматом. Я почти навалилась на Алекса, удивляясь, как меня развезло. Он аккуратно разогнул мои пальцы и забрал сумку. Черт, я только теперь поняла, что все это время сжимала ее. А потом распахнул дверь машины, втянул меня внутрь и закрыл на заднем сиденье.

Все произошло за считанные минуты. Я не успела ни осознать, ни воспротивиться. Оказавшись в теплом салоне, просто удовлетворенно вздохнула и прислонилась к роскошной коже.

Через минуту я поняла, что Алекса все еще нет. Подняв голову, я начала озираться и заметила его на тротуаре. Он разговаривал с Джейсоном.

Я ничего не слышала, но напряженные плечи Алекса и его хмурый взгляд заставили меня занервничать. Потом Джейсон, точно через силу, кивнул, и Алекс, больше не глядя в его сторону, направился к машине.

Он занял водительское кресло.

— Эм-м… — я сосредоточилась на том, что хотела сказать, — что вы здесь делаете?

Собственный голос царапнул мой слух, но этот вопрос не давал мне покоя с той минуты, как я осознала себя в руках Алекса.

— Дилан. Он сообщил мне, что с тобой не все благополучно.

— Так это он вам позвонил… — мысленно поставила себе галочку. Дилан предатель, ему нельзя доверять…

— Не совсем. Он беспокоился о тебе, и он знает, что от меня бесполезно что-либо скрывать. Я все равно все узнаю.

— Вот как… — мои глаза закрылись, когда его дорогая машина заурчала как большой кот. — Я хотела вызвать такси, но случайно нажала не на тот контакт. На самом деле, со мной все в порядке, я не нуждаюсь в няньках.

— А твой бывший парень?

Резкие нотки в голосе босса заставили меня удивленно открыть глаза. Я увидела его лицо в зеркале заднего вида. Абсолютно бесстрастное, без намека на эмоции. От его жесткого взгляда неприятно кольнуло внутри.

— Джейс предложил подвезти меня, только и всего, — сообщила, не понимая, с чего вдруг оправдываюсь перед ним. И отвернулась. — Когда-то я очень любила его…

— А сейчас?

Некоторое время я смотрела в окно и молчала. Алекс ждал. Я знала, он не даст уйти от ответа, такой уж он человек. Ему нужно знать все о своих подопечных.

Наконец, мои губы разжались.

— Не знаю. Может быть… Я думала, что нет, но когда он поцеловал меня… то вспомнила, как была счастлива с ним. И как больно он сделал мне. Очень больно. Я не могу это забыть.

Вздохнув, я сцепила пальцы в замок.

— А зачем было так напиваться?

Кажется, Алекс решил устроить мне допрос с пристрастием.

— Сэр… вы когда-нибудь совершали глупые поступки просто потому, что они совершаются? Не планируя, не анализируя и не думая, что будет завтра…

— Нет. У меня достаточно других способов, чтобы заявить о себе. Но ты, похоже, решила, что недостаточно популярна среди богатых бездельников? Хочешь стать своей среди них?

Было так непривычно и странно разговаривать с ним на подобную тему. Он отчитывал меня, будто отец неразумную дочь. И где-то на дне расслабленного мозга шевельнулась ленивая мысль: у него нет ни малейшего права меня упрекать. Я справляюсь с работой, а моя личная жизнь не в его компетенции. Тем более, его слова обижают моих друзей!

Я даже открыла рот, чтобы это сказать, но не успела. Алекс снова заговорил. Резко, отрывисто:

— Если думаешь, что нужна им, то ошибаешься. Им нужны твои связи. Теперь у тебя есть деньги, статус и власть, почему бы с тобой не дружить? Это все, что они видят в человеке, и это для них превыше всего.

Я замотала головой, не желая слушать эти слова. Но они врезались мне в мозг.

— Нет! Не Минди! Она не такая как все.

— Да, она милая. Ее отец хороший человек, несмотря на свою эксцентричность. Но друзья определяют ее характер. Она была твоим наставником в колледже и до сих пор продолжает поддерживать, это похвально. Но я сомневаюсь, что она видит тебя в качестве друга. Точнее, у вас с ней разные понятия о дружбе. Для нее это нужные связи, полезные знакомства, все, что поможет в делах и карьере. Она не понимает, что может быть как-то иначе. Но ты-то ведь знаешь, что дружба это не деловое соглашение, это нечто более личное. И на эту территорию нельзя пускать всех подряд.

Он замолчал, и я почувствовала, как машина остановилась.

Алекс повернулся ко мне. В его глазах танцевали снежинки.

— Я знаю, о чем говорю, — сказал он, не отпуская мой взгляд. — Я принадлежу к их социальному слою, но никого не пускаю ближе, чем нужно для дела. Моя жизнь это работа. Холодный, бесчувственный бизнес. Это единственное, что имеет смысл для меня. Всегда имело.

Он говорил, а я смотрела, как двигаются его губы, и чувствовала, как внутри разгорается желание. Мне хотелось качнуться вперед, впиться в него поцелуем и заставить заткнуться. Запустить язык ему в рот, почувствовать, как его руки притянут меня, сожмут до хруста костей… Прямо здесь, на заднем сиденье…

Глава 20

Сглотнув, я сбросила наваждение. Слова Алекса эхом отдавались в моей голове.

— Вы уверены? — спросила чуть хрипло.

Мне казалось невероятно важным услышать ответ на этот вопрос.

Алекс молчал.

Не выдержав, я заглянула ему в глаза, надеясь увидеть правду. Но он откинулся на спинку кресла, и я увидела, как заходили желваки на его щеках. Напряжение чувствовалось в каждой черточке его лица, в каждой морщинке, даже в пальцах, лежавших на руле с обманчивой расслабленностью.

И я поняла.

Он пытался сохранить расстояние между собой и другими. В данном случае, между мной и собой.

Выдохнув, я огляделась. За окном высился незнакомый многоэтажный комплекс. Куда бы Алекс меня не привез, но это точно был не мой дом.

— Где мы?

— У меня дома. Сегодня ты переночуешь здесь, заодно оценишь комнату, которую для тебя приготовили.

— З-зачем?

Меня охватило волнение.

— Я не оставлю тебя в таком состоянии.

Непослушными руками я нащупала ремень безопасности, но пока с ним возилась, Алекс успел покинуть салон. Холодный воздух сообщил о том, что он вышел.

Дверь с моей стороны распахнулась. Ни слова не говоря, Алекс нажал кнопку на фиксаторе, убрал с меня ремень, а потом протянул раскрытую ладонь.

Я с опаской вложила в нее свои пальцы. Он сжал их, и между нами проскочила искра. Электрический разряд пополз вверх по моей руке, одновременно разогревая все тело и устремляясь в самую середину.

— О нет… не сейчас… — простонала я, зажмуриваясь, когда он вытащил меня из машины.

Он был так непростительно близко, а я — непростительно пьяной. Я не хотела смотреть на него, видеть в его глазах темную страсть и в результате снова остаться ни с чем. Я не должна позволять ему делать это со мной…

Но его близость, близость сильного мужского тела и запах только добавили масла в огонь. Я хотела Алекса. Хотела этого мужчину — своего босса. И сейчас готова была пожертвовать всем, ради возможности ощутить его в себе.

Оказавшись на улице, я попыталась снять пиджак и вернуть. Но вместо этого взвизгнула, потому что земля резко ушла из-под ног.

— Что вы делаете?!

Алекс подхватил меня на руки, и я вцепилась в его плечи, млея от близости.

— Мне нравится, как ты выглядишь в моем пиджаке, — произнес он, прижимая меня к себе.

А потом двинулся к дому.

— Я могу идти сама.

Я знала, что Алекс услышал меня, ведь я сказала это почти ему в ухо. Но он ни на миг не замедлил шага. Казалось, мой вес ничуть не беспокоил его.

А вот мое тело совсем перестало слушаться мозг. Или мозг самовольно устранился от своих прямых обязанностей.

На какое-то время я будто выпала из реальности, а когда очнулась, то поняла, что мои руки обнимают Алекса за шею, пальцы ласкают его напряженный затылок, а язык…

Черт, я сидела у него на руках и, мурлыкая, облизывала его ухо…

И мне это нравилось! Алкоголь, все еще бродивший в крови, снял барьеры и разрушил границы между «хочу» и «нельзя».

За нами захлопнулась стеклянная дверь. Алекс внес меня в просторный холл с приглушенным верхним светом, и я услышала его тяжелый вздох, отразившийся от мраморных стен. Он пронес меня мимо оторопевшего швейцара, мимо поджавшей губы консьержки прямо к приветственно распахнутым дверям лифта.

Вошел внутрь и нажал самую верхнюю кнопку.

Оторвавшись от уха, я начала целовать Алекса в шею, слегка покусывая и посасывая загорелую кожу, пахнущую парфюмом. И меня раздражало, что он никак не реагирует на мои приставания. Его хладнокровность меня подстегнула, как хорошая плеть.

— Поцелуйте меня… давай, Алекс Рэнгольд, поцелуй меня… — бормотала я заплетающимся я зыком в перерывах между попытками оставить на шее босса засос. — Конечно, я не так хороша, как Алиссия… но и ты не будь таким букой.

Но он по-прежнему игнорировал меня.

Разозлившись, я стала кусать сильнее, втягивая в себя его кожу, чтобы оставить след. Я ждала, что он возмутится, остановит меня или хотя бы что-то скажет.

Но Алекс не сделал ни того, ни другого. Вместо этого он вынес меня из лифта и поставил на ноги перед роскошной дверью, затянутой в кожу и черное дерево.

— Ваша квартира?

Я обозрела дверь затуманенным взглядом и громко икнула.

— Да.

Удерживая меня одной рукой, он наклонился. Твердая выпуклость прижалась к моему животу. Это длилось всего мгновение, но мне хотелось удержать этот контакт, углубить его. И я закинула ногу Алексу на бедро, прижимаясь плотнее.

Я ждала, что Алекс меня поцелует. Даже закрыла глаза и запрокинула голову, подставляя сложенные в трубочку губы. Но вместо этого услышала звон ключей.

Дверь распахнулась.

— Серьезно? Я буду здесь ночевать?

Алекс нагнулся, чтобы поднять меня, и я обняла его за плечи.

А потом мой язык опять замолол без участия мозга.

— Сэр, вы соблазните меня в своей спальне или прямо в прихожей?

— Вот твоя комната, — выдал он напряженным тоном.

— М-м-м…

В данный момент мне это было не интересно. Мои губы снова начали покусывать его горячую кожу. Мои пальцы шарили по его груди, попутно натыкаясь на пуговицы и сражаясь с ними.

К тому времени, как Алекс внес меня в комнату, что должна была стать моей, я расстегнула его рубашку до линии пояса, и запустила ладони под ткань.

— Стоп, — прошептал он. — Я не…

Мои ноги коснулись пола. Но я не могла думать о чем-то другом кроме твердых, четко очерченных мышц, по которым сейчас гуляли мои пальцы.

— Когда ты находишь время на тренировки? — пробормотала, исследуя его пресс ладонью и ничуть не смущаясь того, что обращаюсь к боссу на «ты». Смешно говорить на «вы» с мужчиной, которого мысленно уже сотни раз поимела.

— Надя, в шкафу есть пижама.

— Мне она не нужна.

Кажется, он услышал мое желание. Иначе, как объяснить то, что он с сосредоточенным видом начал стаскивать с меня свой пиджак.

Обрадовавшись, я вытащила полы его рубашки из-под ремня.

Алекс бросил пиджак на край кровати, а потом натянул мою блузку мне на голову. Я с готовностью откинулась, позволяя ему раздеть меня. Но что-то пошло не так.

— Надя, я не могу…

Его голос звучал придушенно.

— Можете. Вы делаете это все время. Представьте, что сегодня я одна из ваших… девочек по вызову.

Он не оттолкнул меня, когда я расстегнула «молнию» на его брюках, а потом запустила пальцы в ширинку и обхватила бархатную кожу его ствола. Просто его руки накрыли мои и осторожно убрали, а затем он спокойно поправил одежду.

Я уставилась на него в замешательстве.

— Почему нет? Я думала, что ты… что вы хотите меня?

— Не сейчас.

— Почему? Я что-то не то делаю? Так научите меня!

Он покачал головой и откинул одеяло, показывая жестом, чтобы я забиралась в постель.

— Ты не хочешь этого, Надя. Это алкоголь за тебя говорит. Но утром ты возненавидишь себя, и меня заодно, если я позволю тебе сделать это. А я не хочу каждый день видеть на твоем лице то выражение, что видел вчера.

Я послушно улеглась на подушки, позволяя ему стащить с меня туфли, чулки и юбку. Он был так невероятно заботлив, раздевая меня, что мои глаза наполнились слезами.

— У меня не было никакого выражения, — соврала я.

— Думаешь, я не знаю, что означают молчаливые слезы и стеклянный взгляд? Прошло много времени с тех пор, как я позволял себе нечто большее, чем просто секс. Но я помню, что это значит. Надя…

Он сел рядом и погладил меня по голове. Я доверчиво потянулась за его теплой ладонью.

— Я должен остановиться. Знаю, что должен. Это правильно. Но я не могу. Я хочу тебя, но не так. Не тогда, когда ты не понимаешь, что делаешь. Только слабые и сбитые с толку охотятся на слабых и растерянных. Ты сильная девочка, и я хочу тебя сильной.

Я опустилась щекой ему на ладонь.

— Я не сильная. Я устала, — пробормотала, чувствуя на губах соленую влагу.

— Нет, ты сильная. Просто забыла об этом.

Вздохнув, я перевернулась и уставилась в потолок. Слезы текли из моих глаз, скапливались на висках и капали на подушку.

— Я не хочу, чтобы меня снова отвергли. Я не хочу оставаться одна. Не сегодня. Джейсон заставил меня почувствовать… — я замолчала, пытаясь справиться со спазмом, перехватившим дыхание. — Я просто не хочу быть одна. Это слишком жестоко…

Последние слова я почти прошептала.

Алекс поднял большой палец и вытер мои слезы.

— А когда ты завтра проснешься одна, в чужой кровати, зная, что мы занимались сексом и что я ушел? Как ты себя будешь чувствовать? Ты проснешься в одиночестве и будешь все помнить.

— Пусть.

— Нет, мне лучше уйти сейчас.

Еще одна слеза скатилась по моей щеке. На этот раз злая.

— Хорошо. Тогда уходи.

Я оттолкнула его руки и отвернулась, демонстрируя Алексу затылок. Попыталась подавить рыдания, но они оказались сильнее меня. А потом совсем близко раздался вздох, и кровать рядом со мной прогнулась под весом мужского тела.

Рука Алекса легла мне на плечо.

— Послушай, — услышала я сдавленный голос, — мы можем пойти на компромисс, хорошо?

Я не ответила.

Я не видела, как мы можем пойти на компромисс — не с его послужным списком. Ни с моим. Тем более, мой контракт делает невозможными все отношения между нами.

Мои мысли прервал шелест ткани, а потом Алекс заставил меня повернуться на спину.

Он сидел без рубашки, демонстрируя моему взору крепкое поджарое тело, одно из лучших, что я когда-либо видела. Твердые грудные мышцы, похожие на две плиты, переходили в четкие кубики пресса. На сильных руках выделялись стальные мышцы, будто вырезанные из камня. От его вида у меня во рту пересохло, и последние связные мысли вылетели из головы.

— Сегодня я буду с тобой, — сказал он хриплым голосом и провел кончиками пальцев огненную линию по моей груди. — Без стыда, без сомнений, без обязательств. Пока ты не скажешь «хватит». Тогда я уйду.

Я нервно выдохнула.

— А… а как же контракт?

Пальцы Алекса проникли мне под спину и расстегнули застежку бюстгальтера.

— Забудь о нем. Сейчас ты не на работе. Представь, что я, — он коварно усмехнулся, задирая бюстгальтер вверх, — твой мальчик по вызову. На эту ночь. Можешь делать со мной, что захочешь.

Мои глаза расширились, когда Алекс наклонился к моему соску. Горячий импульс пронзил мое тело до глубины души, когда он взял его в рот. Я застонала, а он руками сжал мои груди, продолжая ласкать соски пальцами и губами.

Но этого было мало. Я хотела видеть Алекса обнаженным. Хотела почувствовать, как его тело прижимается к моему. Мне просто необходимо было ощутить его вес на себе и внутри себя.

— Разденься… — выдохнула, выгибаясь ближе к нему. К его губам присоединился язык, посылая тысячи ярких импульсов в мою кровь. — Пожалуйста…

Алекс послушно оторвался от меня. А потом я услышала звон пряжки ремня и скольжение ткани по коже.

Снова прогнулась кровать.

Я хотела что-то сказать, но его ладонь запечатала мне рот, а над ухом прозвучало тихое:

— Ш-ш-ш, не двигайся и ничего не говори.

Я позволила Алексу отвести мои руки за голову. Он заставил меня ухватиться за прутья, из которых была свита спинка кровати.

— Вот так, — от его низкого голоса на коже затанцевали мурашки, — держи и не отпускай.

Он вытянулся рядом со мной, раздвигая мои колени руками. Теплый влажный палец коснулся моего клитора и начал двигаться ленивыми кругами, прежде чем погрузиться в набухшие складки. А потом он лизнул мой сосок и втянул его в рот, посасывая в такт движениям пальцев.

Алекс играл со мной. Его движения были медленными и дразнящими, они заставляли меня извиваться всем телом, умоляя о большем. Но большего он не давал, дозируя каждое прикосновение. Он будто поставил цель свести меня сегодня с ума…

Мне хотелось запустить пальцы в его темные волосы. Мне не хватало контакта. Но помня его слова, я только выгнулась назад, подставляя грудь под его поцелуи.

Язык Алекса заработал быстрее. Теперь он посасывал и кусал, причиняя удовольствие на грани боли. Его пальцы быстрее задвигались внутри меня, подводя к апогею. И мое тело начало плавиться от этих ритмичных толчков.

Крупная дрожь пронзила меня, стекла разрядами по моей коже. Вспышка жара образовалась внутри живота и наполнила лоно. Горячие пальцы внутри меня работали все быстрее и быстрее. Его рот играл с моими сосками, язык кружил вокруг них, то всасывая до легкой боли, то отпуская. И эта боль, смешиваясь с подступающим наслаждением, возносила меня все выше и выше. Все ближе и ближе к тому, чего я желала.

Из моего горла вырвался хриплый стон. Все тело выгнулось и завибрировало, в ожидании апогея. Забыв о приказе, я вцепилась Алексу в волосы, мои внутренние мышцы сжались, дыхание перехватило.

— О, да… — стонала я, сама насаживаясь на его пальцы. — Пожалуйста!.. Еще!.. Не останавливайся…

Он усилил толчки. Прикусил мой сосок, и острая боль пронзила меня одновременно с оргазмом. Напряжение, что росло во мне, рухнуло, будто плотина. И я взорвалась.

Это было так… так необычно и сильно… как никогда.

Все еще чувствуя содрогания внутренних мышц, я откинулась на постель. Мокрая от пота, дрожащая. Почти протрезвевшая.

Теперь мне было стыдно. Я боялась смотреть Алексу в глаза и потому трусливо зажмурилась.

— Открой глаза, Надя.

В его мягком тоне скрывался приказ, не подчиниться которому я не могла. И я послушно уставилась на него, мысленно проклиная себя.

Глава 21

Алекс поднялся и сел рядом, глядя на меня сверху вниз. Он был абсолютно спокоен, точно скала. Даже то, что сейчас произошло, не смогло поколебать его вечного хладнокровия.

Я почувствовала, как его взгляд скользнул по моей груди, спустился по животу и задержался на темном треугольнике между бедер, прежде чем вернуться к моим глазам.

— Ты прекрасна, — констатировал Алекс.

И, легко коснувшись, провел костяшками пальцев по моей щеке.

Что-то новое в его голосе заставило меня податься к нему.

Он не сопротивлялся, когда я обвила руками его шею и медленно притянула к себе. Не оттолкнул, когда я потянулась к его губам. Просто его лицо окаменело, взгляд снова стал непроницаемым, а тело под моими руками напряглось, точно перед ударом или броском.

Я застыла, чувствуя разлитое между нами напряжение. Кажется, поцелуи в губы это не то, что интересно Алексу Рэнгольду…

Какие бы причины не привели его к этому, я не хотела в них разбираться. Как и бередить его старые шрамы, рискуя сломать тот хрупкий мостик, что пролег между нами.

Но этой ночью он мой, сам так решил. Без стыда, без сомнений, без обязательств. Пока я не скажу «хватит». А я пока не сказала.

И плевать, что будет потом.

Скрывая нахлынувшие чувства, я опустила голову к его шее. Мягко коснулась губами, двинулась вниз, целуя каждый сантиметр горячей кожи.

Мои поцелуи сместились с груди на живот. Язык заскользил по кубикам пресса.

Дыхание Алекса стало громче. Он начинал терять контроль, и это меня подбодрило.

Я обвела его пупок языком, а потом сжала руками сильные бедра.

Шумно выдохнув, он поднялся с кровати. Его напряженный член оказался так близко от моего лица, что я могла бы достать его кончиком языка, если бы захотела.

Вместо этого я глянула в лицо Алексу снизу вверх.

Он смотрел на меня с непонятным выражением в глазах. То ли это было смятение, то ли раскаяние, я не могла понять и не пыталась.

Но я хотела попробовать его на вкус. Я хотела услышать, как он выдохнет, когда в его ледяной броне появится брешь.

Не отпуская его взгляда, я потянулась и облизнула головку, чуть солоноватую от выступившей капельки смазки. Алекс судорожно втянул воздух в себя.

— Это… это не входит в сделку, — сообщил он сдавленным тоном.

Я послала ему коварную улыбку:

— Плевать. Ты сам сказал: я могу делать с тобой, что хочу. А я хочу это.

Дразня его, как он меня, я скользнула по гладкой поверхности языком. Раз… второй… третий… Наслаждаясь вкусом и ощущением его твердой плоти.

А потом он сжал волосы у меня на затылке, беря власть в свои руки.

Возбужденная дрожь охватила мое тело, когда Алекс начал направлять мои усилия. Я жадно сосала, одновременно лаская его член руками, вбирая в себя все глубже и глубже, насколько могла.

— О боже, Надя, ты должна остановиться…

Его стон был музыкой для меня.

Алекс склонился ко мне, заглядывая в лицо. Ловя мой взгляд. И я увидела в его глазах искру удовольствия.

Он смотрел на меня все это время, не отрываясь. И я позволяла ему проникать в меня глубже, чем кому бы то ни было до него.

Его толчки усилились, глаза закрылись, а со стиснутых губ начали слетать полузадушенные стоны.

— Хватит, — услышала я хриплый вздох, — я сейчас…

Но я не позволила ему отстраниться. Наоборот, прижала сильнее. Сдавила губами и языком, чувствуя, как увеличивается головка и как теплая сладковатая струя наполняет мой рот.

Я хотела ему это дать. Самую интимную вещь, что способна сделать женщина для своего мужчины. Я не знала, что он прячет под своими ледяными доспехами, но хотела сорвать их с него. Обнажить душу и увидеть, что там внутри.

Алекс излился в меня. Весь. До последней капли. Я сглотнула, не чувствуя ни малейшего отвращения. В тот момент это казалось мне естественным и правильным, как и то, что мы здесь творили.

Затем поднялась, и наши взгляды столкнулись.

Долгую минуту Алекс смотрел на меня, и в его глазах мне почудился треснувший лед.

Но это был все тот же Алекс. Невозмутимо-спокойный, непробиваемый хладнокровный делец. Он не мог стать другим за мгновение, и я это знала.

Но мне так хотелось поверить в чудо.

Подняв руку, я проследила края его губ кончиками пальцев. Медленно потянулась к его лицу и застыла, увидев, как знакомое отчуждение всплывает в его глазах.

Он снова собирался закрыться. Отгородиться. Замкнуться. Не оставляя ни шанса.

Но когда я прикоснулась губами к его щеке, то почувствовала, что он немного расслабился. Скрывая улыбку, я начала двигаться вверх по линии его челюсти, щекоча губы отросшей щетиной, пока не прижалась всем телом. Тогда он вздохнул и обнял меня. Осторожно, точно боялся сломать.

— Ложись, — произнес своим бархатным голосом, в котором скрывалась команда, — я хочу чувствовать твое тело.

Я послушно упала на простыни. Его ладони мягко прошлись по моему телу от коленей вверх, по моей груди и до основания шеи. Он лег рядом со мной. Его лицо было в нескольких дюймах от моего. Наше дыхание смешалось.

Я смотрела ему в глаза, чувствуя нарастающее напряжение между нами. Чувствуя, что хочу его, как и прежде. Или, может, сильнее. Я желала его больше, чем кого бы то ни было.

— Скажи, ты хочешь, чтобы я трахнул тебя? — спросил он своим обманчиво-мягким тоном.

Алекс озвучил мои грешные мысли, глядя мне в глаза с убойной серьезностью. Будто мы с ним подписывали важный контракт, сидя в конференц-зале.

— Да, — ответила я хриплым шепотом.

Это было все, о чем я могла думать сейчас.

Он перекатился на меня. Его член коснулся моего входа, надавил на влажные складки.

— Скажи это вслух.

Его глаза сканировали мое лицо, отмечая малейшие изменения.

— Я… — сглотнула, облизав пересохшие губы. — Я хочу… чтобы ты трахнул меня…

— Алекс, — добавил он.

— Алекс, — покорно повторила я.

— Я должен знать, что в твоих мыслях не будет кого-то другого.

Он начал мягко входить в меня, медленно расширяя. Моя плоть поддалась, принимая его. Я выгнулась, подалась бедрами навстречу, желая заполучить его целиком, почувствовать, как он наполнит меня до краев. Я нуждалась в том, чтобы он наполнил меня.

— Подожди, — он удержал меня и немного отодвинулся. — Мы забыли кое о чем.

— Презерватив? — перед глазами мелькнули квадратики серебристой фольги. — Тебе нужен презерватив?

— Я хочу чувствовать тебя. Скажи, ты еще принимаешь таблетки?

— Да…

Его ладони скользнули вдоль моих рук, сжали запястья и заставили поднять их над головой.

— Господи, помоги мне, — услышала я сдавленный шепот, — но я не хочу останавливаться.

— И не надо…

Алекс качнулся, врываясь в меня мощными, размеренными ударами. Я застонала, почувствовав его так глубоко. Не было ничего лучше кроме его жесткой плоти, обжигающей меня изнутри. Все на свете перестало иметь значение. Был только он и я, и страсть между нами.

Его взгляд коснулся моих губ. Я увидела, как черты Алекса заострились, когда он ускорил темп, наполняя меня пьянящими толчками. Он нагнулся, целуя мою щеку, мою скулу, мой подбородок — все, что угодно, только не губы.

Мои руки и ноги сжались вокруг него. Ощущения переполняли меня, они становились все чувственнее, все острее. Застонав, я повернула лицо, так что мои губы словно бы невзначай прикоснулись к уголку его губ.

Он вздрогнул. Его черты искривились, точно от боли. Теперь он вбивался в меня с маниакальным упорством. Как отчаявшийся человек, мечтающий хоть на миг забыться или забыть. Я стала его отдушиной. Его возможностью уйти от реальности. Со мной он мог скинуть свою вечную маску.

Если бы захотел.

Мое тело пело под ним и звенело от каждого прикосновения. Кожа стала чувствительной. Наслаждение — болезненно-острым. Мы оба покрылись потом и хрипло дышали, продолжая врываться друг в друга.

— Пойдем со мной, детка, — выдохнул он мне на ухо.

И двумя резкими толчками довел до оргазма.

Я закричала. Мое тело разлетелось на сотни осколков.

Алекс уткнулся мне в шею и застонал. Потом рухнул сверху, содрогнулся всем телом и излился в меня, ставя точку в этом забеге.

Немного отдышавшись, он приподнялся на локтях и серьезно посмотрел на меня сверху вниз. Я ответила слабой улыбкой.

— Это было… здорово, — сказала и закрыла глаза.

Секунду спустя почувствовала, как он нагнулся и поцеловал меня в лоб.

— В следующий раз будет лучше…

Я напряглась в ожидании продолжения, когда его слова достигли моего мозга.

Но Алекс больше ничего не сказал.

Молча лег рядом, перевернулся на бок и прижался ко мне со спины. Потом я услышала:

— Спи, Надя. Тебе нужно выспаться и отдохнуть.

— А ты?

Я попыталась развернуться и посмотреть на него, но он не позволил.

— Я немного побуду с тобой, но потом уйду. Меня ждут кое-какие дела.

— Хорошо…

По крайней мере, он не сорвался с постели сразу после оргазма, как рассказывала Минди. Это давало надежду.

Я улыбнулась, медленно погружаясь в сон.

— И еще. Завтра, когда проснешься, помни, что я не твой принц и не герой любовных романов. Я не способен на сильные чувства и никогда не смогу дать тебе то, что ты заслуживаешь. Я плохой человек, Надя, очень плохой. Если бы я был хорошим, то не стал бы трогать тебя. Я бы дал тебе возможность уйти еще в нашу первую встречу. Но я не могу. Что-то в тебе манит меня. Я хочу тебя слишком сильно. Для таких, как я, в аду есть особое место. Завтра ты проснешься и поймешь, что между нами ничего не изменилось. Все осталось как прежде. Кроме того, что я воспользовался твоим состоянием. Прости за это… за все. Пожалуйста, помни об этом, когда проснешься.

Глава 22

Утро принесло головную боль, стыд за свое поведение и желание поскорее убраться с чужой территории.

Когда я проснулась, в квартире никого не было. Точнее, это был огромный пентхаус, занимавший весь верхний этаж. Богато обставленный по последнему слову моды и техники. Мне не нужно было бродить по нему, чтобы понять это. Достаточно осмотреть комнату, в которой спала, прилегающую ванну, гардеробную и коридор, ведущий в общую кухню. Из кухни был выход в прихожую, ту самую, через которую Алекс вносил меня на руках.

На стойке для завтраков меня ждали чашка горячего кофе, тост и пачка аспирина. Рядом с чашкой лежала записка.

«Надя, когда проснешься, позвони Дилану. Он отвезет тебя домой. Надеюсь, ты не будешь делать глупости и проведешь остаток дня без вреда для здоровья.

P. S. В понедельник ждет много работы.

Алекс»

Потрясенная, я проглотила кофе, не чувствуя вкуса.

Из зеркала в ванной на меня глянула растрепанная деваха с размазанной тушью и помятым лицом.

Меньше всего хотелось, чтобы Алекс увидел меня в таком виде.

Я вернулась в комнату, кое-как натянула одежду, которую кто-то аккуратно развесил на плечиках в гардеробной. Потом достала телефон и несколько минут тупо пялилась на номер Дилана.

Но не решилась.

Мне не хотелось, чтобы кто-то знал, где я ночевала.

В конце концов, включив GPS, я определила, где нахожусь и ближайшую автобусную остановку. Она оказалась не так далеко.

Через два часа я была уже дома, подавленная и притихшая. Отключила телефон, чтобы никто не тревожил меня. Заказала пиццу и весь день провела под одеялом, смотря старые фильмы.

В понедельник я пришла на работу, не зная, что думать. Алекс спас меня от проблем. Он бросил все, чем занимался, и примчался, чтобы вырвать меня из жадных когтей Джейсона.

Джейс был ошибкой, которую не стоило повторять. Алекс удержал меня от того, чтобы совершить ее снова. За это я была ему благодарна.

И все же меня мучила совесть.

Я помнила, что случилось в ту ночь. Конечно, кое-какие подробности были скрыты в хмельном тумане, но я помнила, что почти заставила Алекса заниматься со мной любовью. И помнила, что он не хотел.

Я подтолкнула его своими слезами. Он занимался со мной любовью из жалости.

Эта мысль не давала мне покоя с той самой минуты, как я проснулась в квартире Алекса и прочитала его записку.

Я давала себе слово, что буду держаться подальше от босса, а вместо этого набросилась на него. Сомневаюсь, что ему было легко. Он привык к тому, что женщины гроздьями вешаются на него. Что они придумывают разные способы, чтобы забраться к нему в постель и в душу. И я поступила ничуть не лучше. Повисла на нем, как ополоумевшая фанатка.

Он пытался проявить благородство. Пытался остановить меня. Но когда я начала плакать, он не смог уйти, не смог обидеть меня отказом.

Стоя в холле в ожидании лифта, я пыталась справиться со своими эмоциями.

Я помнила, как Алекс застывал всякий раз, когда думал, что я хочу поцеловать его в губы. И дело было вовсе не во мне. Что-то случилось в его жизни однажды. Что-то такое, что он не может забыть. И не может перешагнуть, открыться для настоящей близости. Он просто отключает чувства, как проститутка, во время секса — и все.

Кто-то подошел и встал за моей спиной. Я несколько раз нервно нажала на кнопку вызова, но лифт и не думал спускаться.

— Черт… что могло задержать эту штуку? — пробормотала, чувствуя, что мне становится жарко.

Мысли об Алексе и ночи, проведенной с ним, заставили мой лоб покрыться испариной.

Алекс Рэнгольд был богом в постели. То, как он касался меня, как двигался — все для моего удовольствия. Он словно слышал мои тайные желания и тут же осуществлял их. Мало кто из мужчин способен думать в постели о чем-то, кроме собственного удовольствия.

Для Алекса мое удовольствие было главным.

Вспоминая об этом, я поняла, что хочу его снова. Хочу войти в его офис и сорвать с него одежду. И плевать, что это неправильно.

Мои соски напряглись и обозначились под тканью блузки. Я слизнула капельки пота с верхней губы.

— О, Господи… у меня проблемы…

Достав из сумки папку, я начала обмахиваться ею, чтобы немного остудить жар на щеках.

— Вы что-то сказали? — откликнулся мужчина, ожидавший лифт вместе со мной.

Его голос неприятно дрожал. Он думал, что я сошла с ума. И он был прав.

Это Алекс сделал меня такой.

Воспоминания о его последних словах всплыли наружу, и моя грудь сжалась от нахлынувших эмоций.

Он думал, что облажался, потому что не смог уйти. Думал, что воспользовался моим состоянием, и я буду его ненавидеть за это. Поэтому он просто отключил чувства и дал мне то, что я хотела — его. А потом выкинул это из головы и занялся делами, как он всегда поступает.

Я не знала, что делать с этим. Мои чувства и разум оказались на грани войны.

Двери лифта наконец-то раскрылись. Облегченно вздохнув, я шагнула в кабинку.

В приемной меня ждала Алиссия. Я успела только выйти из лифта и оглядеться по сторонам, как услышала ее голос:

— Надя, у нас проблемы.

Я застыла, прижав сумку к груди, на полпути к своему столу.

Алиссия подошла ко мне с угрюмым видом и двумя чашками кофе. Одну чашку она поставила на стол, а потом сжала свободную руку в кулак и уперла в бедро.

Я удержалась от желания потрогать красный след, оставленный на моей шее Алексом. Свитер с высоким горлом надежно его скрывал. Вместо этого я с напускным спокойствием прошла к своему столу, села и положила сумочку в ящик. Потом выпрямилась и, стараясь придать лицу безмятежное выражение, поинтересовалась:

— Что на этот раз?

Было ясно, что карьера актрисы явно не для меня.

— Ты знаешь, что я проверяю транзакции по кредитным картам, верно? — спросила она.

— Эм… да…

Алиссия поджала губы.

— А у тебя нет строгих указаний, ездить только с Диланом или в соответствующем такси, а не на общественном транспорте?

Облегченный выдох снял моей спины напряжение. Слава богу, речь всего лишь о том, что я приехала сюда на автобусе.

— Да, но я опаздывала на работу, и у меня не было времени ждать машину…

Она меня перебила:

— Вчера Дилан ждал твоего звонка. Когда ты не позвонила, он позвонил мистеру Рэнгольду. Затем мистер Рэнгольд позвонил мне и заставил проверить твои транспортные расходы. А мне не нравится, когда мистер Рэнгольд звонит по моей личной линии. Это послало к черту весь выходной! Клянусь, Надя, ты первый человек, которого я ругаю за то, что он не пользуется своим положением.

— Прости, это так глупо… — Я покраснела, потом попыталась оправдаться: — Но такси куда опаснее автобусов. В смысле, что там приходится быть в машине один на один с незнакомцем. Да, в автобусе тоже встречаются сумасшедшие, но там и свидетелей много.

Алиссия ухмыльнулась и покачала головой:

— Просто… сделай его счастливым. Тогда ему не нужно будет преследовать меня, вызывая у меня приступ паники, в результате которого я упустила многомиллионную сделку.

Мое сердце екнуло и заплясало.

Но Алиссия имела в виду совсем не то, что пришло мне на ум.

— Ладно, ладно, — я отвернулась, пряча лицо, и сделала вид, что занята компьютером.

Взгляд упал на чашку кофе, сваренного для босса. И мой желудок перевернулся.

Поднявшись, я взяла чашку и направилась в кабинет Алекса. Несмотря на то, что происходило со мной, я очень хотела его увидеть. Хотела сесть напротив него за стол, подпереть подбородок рукой и смотреть, как он работает, периодически отпивая из чашки. Целый день.

— И еще, — Алиссия остановила меня. — В субботу ты сделала крупную покупку в Мидтауне.

Я оглянулась, чувствуя себя ребенком, которого отчитывают за провинность.

— Это были платья, — пояснила, краснея. — Для офиса.

— Я так и подумала. Просто на тебе нет ничего нового, вот я и спросила.

Она отвернулась к компьютеру, потеряв ко мне интерес.

Я же постаралась вернуть себе хладнокровие. Потом глубоко вдохнула и вошла в кабинет, как в воду нырнула.

Алекс сидел за столом, в ореоле света, что лился на него из окна. Его пиджак был снят, и под голубой рубашкой обозначились четкие мышцы. Я знала, как великолепно выглядит его тело без всякой одежды, и мне захотелось потрогать его руками.

Напряженно глядя ему в лицо, я подошла и поставила чашку на угол стола. Мои пальцы дрожали.

Алекс поднял глаза, и я моментально в них утонула. Что-то шевельнулось у меня в душе, что-то глубокое, не имеющее отношение к либидо.

— Доброе утро, — выдохнула полушепотом.

Желая выглядеть беззаботной, отбросила волосы с лица и улыбнулась.

Взгляд Алекса на секунду припечатал меня.

Затем он сказал:

— Алиссия прислала мне отчет по твоим расходам. И предоставила квитанции. Как у прочих моих администраторов, твои покупки фиксируются и проверяются. Но, в отличие от своих предшественниц, ты тратишь недостаточно. У тебя нет многих вещей, что должны быть по статусу. Сегодня в полдень мы пойдем за покупками.

Мое сердце сначала сжалось, а потом пустилось галопом вскачь.

Черт возьми, я забыла про платья!

Его взгляд упал на мою шею, и я поняла, что воротник не закрывает следы поцелуев.

— Это недоразумение, — пролепетала, краснея. — Я все исправлю.

Глаза Алекса вспыхнули голодным огнем. Он сжал челюсти и сложил руки на столе, опустив взгляд.

Он боролся со своими желаниями. Я тоже. И я надеялась, что он будет крепче, чем я.

Если бы я могла, я бы накинулась на него прямо сейчас. И плевать, что за дверью Алиссия!

— Ты не купила платья для вечера, как я понимаю? — произнес он уверенным тоном.

— Ну… — Я стушевалась под его взглядом и поправила свитер. — Я собиралась, но…

— Надя!

Его ноздри раздулись от гнева. Отвернувшись от меня, он вернулся к компьютеру.

— В полдень!

Это прозвучало как приговор.

Ровно в двенадцать Алекс появился рядом с моим столом. Как всегда безупречный и непробиваемый.

Я как раз набивала последнее письмо и собиралась отправить его заказчику. Но Алекс не собирался ждать, пока я закончу. Он просто схватил меня за руку и выдернул из-за стола.

— Поехали!

— Ладно-ладно!

Я успела нажать кнопку «отправить».

— Украшения придут сегодня в семь вечера, — сообщила вдогонку Алиссия, не отвлекаясь от монитора.

— Хорошо, — Алекс задержался у ее стола. — Тебе нужен обед?

Она подняла взгляд на него.

— Когда вы вернетесь?

Он посмотрел на меня. Его оценивающий взгляд прошелся по моему телу, заставляя мои щеки предательски вспыхнуть. И я почувствовала тепло внизу живота.

— Пожалуй, мне хватит пары часов, — констатировал Алекс.

Алиссия глянула на часы.

— Тогда все в порядке, я могу обойтись без обеда до вашего возвращения, сэр.

Но он уже не слушал ее.

Мне пришлось бежать, чтобы поспевать за его размашистым шагом.

Алекс втолкнул меня в лифт. Через минуту мы вышли в вестибюле, но он по-прежнему крепко сжимал мою руку.

Отпустил только на улице. Открыл стеклянную дверь, пропуская меня вперед, и провел рукой по нижней части моей спины.

Черный автомобиль с распахнутой задней дверью ждал у обочины. Там же стоял и Дилан. Подойдя к нему, я виновато шепнула:

— Прости, что я вчера позвонила тебе.

Он взглянул на Алекса, который в этот момент садился в машину с другой стороны, и прошептал:

— Это ты прости, что я ему рассказал. Но я не мог иначе.

— Все в порядке, — я отмахнулась от его беспокойства. — На самом деле он меня спас. Бывший парень объявился.

— Ага, то-то я вижу, — он подмигнул и щелкнул себя по шее, намекая на мое украшение.

Он решил, что это Джейс наградил меня лиловым засосом. И я не стала разубеждать его. С пунцовым лицом молча села в машину.

Глава 23

Спустя полчаса мы с Алексом вошли в магазин, в котором я не была еще ни разу. Продавщица, похожая на манекенщицу, неторопливо двинулась в нашем направлении. Но вот ее взгляд коснулся Алекса, и в глазах вспыхнуло узнавание, а на губах расцвела улыбка.

— Здравствуйте, мистер Рэнгольд, — пропела она, приближаясь. — Приятно вас видеть.

— Нам нужно несколько вариантов коктейльных платьев и деловых костюмов, — ответил мой босс скучающим тоном.

— Разумеется.

Ее изучающий взгляд перешел на меня.

— Что-нибудь и для вас? — спросила она у Алекса.

— Нет, не сегодня.

— Жаль. — Дама указала вглубь магазина: — Тогда нам туда.

Каким-то незаметным образом она втиснулась между нами. И Алекс отнесся к этому абсолютно спокойно. Больше того, они заговорили между собой так, словно меня вообще не было рядом.

— Что ты думаешь о ней? У нее отличная фигура.

— Я думаю, лучше всего подчеркнуть ее грудь и бедра.

— Да. Что-то низкое, чтобы подчеркнуть изящество шеи, или что-то короткое и с разрезом, чтобы показать ноги.

— О да, у нее длинные ноги, — проворчала женщина, скептично рассматривая меня.

Под ее взглядом я чувствовала себя как дорогая свинья, наряженная на ярмарку.

— Могу я вам предложить чай, кофе, напитки? — леди обратила свой взгляд на Алекса и призывно улыбнулась ему.

Алекс выжидательно посмотрел на меня.

— Мне ничего не нужно, — ответила предельно вежливым тоном.

Он тоже покачал головой.

— Что ж, — дама все еще улыбалась, — присаживайтесь. Я вернусь через пять минут с образцами из последней коллекции.

Когда она ушла, Алекс откинулся на спинку кожаного дивана и закинул лодыжку себе на колено.

— Почему ты не сделала то, что я сказал? — заговорил он, не приглашая меня сесть рядом. — Почему не вызвала Дилана в воскресенье?

Я осталась стоять, чувствуя себя маленькой девочкой, которую отчитывает строгий отец.

— Я не хотела смущать вас, — выпалила, не подумав.

— Вот как? — его идеальная бровь удивленно приподнялась. — И чем же, позволь узнать.

— Не хотела, чтобы Дилан знал, что я у вас ночевала. Вдруг это… — замялась, подбирая слова, — отразится на вашей репутации.

Теперь уже обе брови Алекса полезли на лоб.

— Но вы не подумайте! — я поспешно предупредила возможный вопрос. — Я ни о чем не жалею.

Это была маленькая ложь, но он ее заслужил.

— Что ж, я рад, — произнес он абсолютно спокойно после минуты молчания.

И вновь замолчал.

Я не знала, что думать. Не знала, что думает он. Что у него на уме?

А вдруг та ночь была для него минутной слабостью, и сейчас он не знает, как сказать мне об этом?

Эта мысль билась в моей голове, не давая думать о чем-то другом.

Меня отвлекла продавщица.

Она вернулась с ворохом платьев и улыбнулась мне:

— Итак, вы решили, с чего начнем?

Если Алекс и планировал что-то сказать, то он не успел.

* * *

Последующие часы превратились для меня в одно сплошное мучение.

Алекс смотрел на меня тем самым взглядом, каким он всегда смотрел в документы. Анализируя, подмечая нюансы, оценивая крой и стиль в хладнокровном машинном режиме без намека на восхищение или желание. Он забраковал кучу замечательных вещей из-за крошечных складочек под грудью. Сказал, что если бы моя грудь была чуть побольше, то проблем бы со складками не было. И я, не выдержав, предложила набить бюстгальтер ватой.

Это, конечно, звучало по-детски и глупо. Но я уже готова была на что угодно, лишь бы двигаться дальше.

Продавец, охваченная воодушевлением и понукаемая угрюмым видом клиента, несла все новые платья. Это был бесконечный поток тканей, фасонов, расцветок. Красный, синий, фиолетовый, полосатый, «утиная лапка» — у меня уже рябило в глазах. Некоторые выглядели настолько ужасно, что я только судорожно мотала головой, не желая их даже примерять. Горизонтальные полосы не сделали бы меня стройнее, как обещала продавец, и я не собиралась ей это доказывать!

К сожалению, у меня не было права голоса. Меня просто никто не слушал. Здесь платил Алекс — и только его слово имело значение.

А этот гад заставил меня перемерить каждую тряпку. И мне казалось, что он делает это в отместку.

— Да, в этом ты смотришься дико, — лениво отмечал он, а мои руки тряслись от желания сжаться на его шее.

— Я же сказала! — бормотала я, пытаясь справится с бушующими эмоциями.

Изредка попадалось то, что нравилось нам обоим, и тогда он говорил:

— Повернись, медленно. Дай мне посмотреть. Подними руки. Пройдись.

В такие моменты мне хотелось, чтобы его глаза горели от удовольствия и желания. Но они оставались холодными. Рациональными. Это я нагревалась. Это мое тело под его оценивающим взглядом становилось более чувственным и чувствительным.

— Еще повернись.

Мне казалось, что я слышу в его голосе особые нотки. Глубокие, хриплые. И мое дыхание учащалось, а низ живота наливался тягучим теплом.

А потом Алекс сухо говорил «да» или «нет» и отправлял меня обратно в примерочную.

После третьего такого спектакля я решила отстраниться от происходящего и действовать так же холодно, как и он. Какой смысл изводить себя? Похоже, он совсем не планировал сорвать с меня платье и затащить в раздевалку. Для него это был еще один бизнес-проект. Как и те, что лежат на его столе.

После двух часов и пятидесяти забракованных платьев я чувствовала себя несчастной. Лучше бы я сидела в офисе, распечатывая бумажки.

— Как насчет этого? — с раздражающе идеальной улыбкой продавец протянула мне шелковое платье.

В отличие от меня, она по-прежнему выглядела свежей и яркой, и, вероятно, в мечтах слышала звуки кассового аппарата с каждым платьем, которое я примеряла.

— Попробуй, — Алекс отпил эспрессо.

— Можно меня не спрашивать, — буркнула я, выхватывая платье из рук продавца. — Вы прекрасно знаете, что он скажет его надеть.

Я бросила на Алекса мрачный взгляд. Это было уже за гранью смешного. В этом бутике вряд ли осталась хоть какая-то тряпка, которую я еще не успела примерить.

— Тебе нужна не я, а Вивьен, — вспомнила я легендарную «Красотку».

Алекс ухмыльнулся, явно получая от происходящего какое-то извращенное удовольствие.

— Реальная жизнь против фильма. Почувствуй себя Красоткой.

В его тоне звучал сарказм.

Я вновь потащилась по направлению к примерочной.

— Ты будешь благодарна мне, когда все закончится, — донесся вдогонку голос Алекса. И на этот раз он звучал очень чувственно.

Да он издевается надо мной!

Я вздохнула так громко, что он услышал. Это было агрессивно-пассивное «Блин!»

Скользнув в платье, я поняла, что сама не справлюсь с застежкой. «Молния» располагалась на спине, причем начиналась гораздо ниже линии талии.

— Просто чудесно! — пропела продавец, застегивая на мне платье. Она поправила шелк, который обнял меня точно вторая кожа. — Смотрится потрясающе. Вам повезло. Это очень популярный фасон, разошелся за несколько дней. Остался только самый маленький размер, но я решила, что он вам подойдет.

— Отлично, — ответила я сухо.

Но платье-футляр и в самом деле было великолепно.

— Надя, не переживай, в Нью-Йорке есть куча других магазинов, — сказал, посмеиваясь, Алекс.

Да, он определенно наслаждался моими мучениями.

Я вышла из примерочной с остекленевшим взглядом и повернулась с грацией робота.

— Помедленнее, Надя, дай мне посмотреть.

Звякнул фарфор. Это Алекс поставил свою чашку на блюдце.

Подчиняясь приказу, я замедлила движение. Но ему этого было мало.

— Нет, Надя, я хочу, чтобы ты двигалась естественно.

Что-то в его тоне изменилось. Но я не могла понять, что именно. Я покорно следовала его инструкциям, чувствуя, как по всему телу пробегают покалывающие мурашки.

— Иди сюда, — тихо сказа он.

И от его завораживающего голоса волоски на моей коже поднялись дыбом.

Я шагнула к нему, и в этот момент почувствовала себя податливой, сексуальной и невероятно женственной. Больше, чем когда-либо в жизни. Я была шелком, что струился с моих плеч.

Алекс взял меня за руку и заставил остановиться прямо перед ним. Мне казалось, что от меня фонит сексуальными флюидами, и он чувствует это. Не может не чувствовать!

— Мы возьмем это, — сказал Алекс, не спуская глаз с моих губ.

Потом его взгляд скользнул ниже.

— А остальные я отложил, — добавил он. — Запишите их на мой счет. Я выпишу чек.

— Конечно, сэр.

Рука Алекса легла мне на бедро. Потом неторопливо скользнула вверх, повторяя изгибы фигуры. Оставаясь все таким же серьезным, он достиг бюста. А потом положил ладонь мне между лопаток, вынуждая шагнуть к нему еще ближе.

Его дыхание коснулось моего лица, когда он смотрел на меня вверху вниз. Свободной рукой он взял меня за руку, словно собирался вальсировать.

Тень улыбки скользнула по его губам.

— Я смотрю на тебя сейчас, но не вижу ничего, кроме воплощения элегантности. Я бы не смотрел дважды, если бы видел тебя сейчас в первый раз. Я бы предположил, что ты всю жизнь находилась рядом с деньгами. Что ты родилась с ними.

Алекс шагнул в сторону, заставляя меня двигаться вместе с ним.

— Положи руку мне на плечо, Надин.

Я сделала, как он сказал.

Шаг. Еще шаг. Поворот…

Это и в самом деле было похоже на танец. Только без музыки. В магазине одежды.

Но для Алекса это не имело значения.

— Но я встретил тебя, когда ты была одета в тряпки с чужого плеча. И все твои достижения были лишь на бумаге. Ты не была связана никакими правилами и этикетами, ты излучала немного диковатую естественную красоту. Ты хваталась своим интеллектом и школьными почестями. Это было смешно и мило. Но ты показала мне кое-что, чем я не мог не восхититься. Смелость. Упрямство. Движение к цели. Сейчас я вижу, как две эти женщины соединились в тебе. И знаю теперь, что ты выживешь в мире бизнеса и прогнешь его под себя. Я знаю, что ты хочешь уйти, когда закончится испытательный срок. Но я хочу, чтобы ты осталась. Я хочу, чтобы ты выбрала эту работу. Чтобы ты выбрала меня.

Глава 24

Алиссия ушла в шесть вечера, как обычно. Но прежде чем попрощаться, она провела в кабинет Алекса низенького лысеющего человечка, державшего под мышками два пухлых портфеля.

Вернувшись, она отсалютовала мне:

— Оденься на вечер повеселее, чтоб выглядела как кукла, а не обитатель хосписа. — Потом скептично хмыкнула и добавила: — Слава богу, что это не я.

Я хмуро посмотрела ей вслед. А десять минут спустя пришло сообщение на мессенджер. Конечно от моего несносного босса.

А. Р.: «Зайди ко мне».

— Пожалуйста! — закончила я за него, раздраженно подпрыгнув, и бросила ручку.

В кабинете Алекс был не один. Он сидел за круглым столом в стороне от основного рабочего места. С другой стороны стоял его гость. Оба портфеля лежали перед ним на столешнице, и их содержимое поблескивало в тусклом свете, лившемся из окна.

Алекс смотрел на стол тем самым задумчивым взглядом, каким иногда смотрит в свой монитор. А вот незнакомец, услышав мои шаги, оглянулся.

Приблизившись, я поняла, что разложено на квадратах черного бархата, занимающих стол. Мой шаг невольно замедлился, рот приоткрылся.

— Сэр? — я бросила на Алекса взволнованный взгляд. — Вы меня звали.

— Да, — он поднял глаза на меня, не меняя их выражения. — Ужин это важное официальное мероприятие. Вы будете представлять наш офис, отнеситесь к этому со всей серьезностью, на какую способны.

Его голос звучал сухо, официально, и я ощутила гложущую тоску.

Алекс продолжал:

— У нас есть платье, теперь нужно его подчеркнуть. Идите, мисс Майерс, наденьте его, чтобы у нас была живая модель. Это в туалетной.

Мой взгляд заторможенно переместился с одного куска бархата на другой. Россыпи сверкающих бриллиантов, некоторые в сочетании с рубинами, сапфирами и другими драгоценными камнями. Золотые браслеты, кольца, серьги, ожерелья… Была даже брошь или две…

Если когда-то я и хотела ограбить ювелирный салон, то сейчас было самое время.

От волнения даже руки вспотели.

— Разве мы не должны это все примерять в магазине, сэр? — хрипло выдавила, заставляя себя оторваться от этого зрелища и двигаться к туалетной комнате.

— Мистер Гремидж знает, что заработает больше, если придет ко мне, — ответил Алекс. — Поторопитесь, мисс, у меня еще много дел.

— Пожалуйста, — автоматом добавила я.

Справившись с платьем, я вернулась, села в пустое кресло за круглым столом и снова уставилась на завораживающий блеск драгоценностей. До этого дня я могла видеть подобное только в кино и уж точно никогда не мечтала, что однажды смогу хотя бы притронуться к этой красоте.

Солнце уже зашло за верхушки соседних зданий, и кабинет наполнили резкие тени. Мистер Гремидж — тот самый лысеющий мужчина — установил несколько ярких ламп в центре стола, чтобы лучше оттенить мерцающие богатства перед нами.

— Что бросается в глаза?

Алекс сосредоточенно покосился на мою грудь, прежде чем снова глянуть на стол.

Я перевела взгляд с одного ожерелья на другое. Одно из них было с крупным бриллиантом в виде подвески и тремя меньшими с каждого боку. Я ткнула в него.

— Это.

Мистер Гремидж тут же обошел вокруг стола, поднял ожерелье и надел мне на шею.

— Нет. Слишком маленькое, — Алекс нахмурился, глядя на стол. — Остается много пустого места. Нужно что-то, что закроет весь вырез.

— Вы сами выбрали это платье, — пробормотала я, прикрывая рукой верхнюю часть груди.

Декольте у платья и в самом деле было слишком открытым. И если бы моя грудь была больше, это выглядело бы безобразно вульгарным.

— Полностью согласен, мистер Рэнгольд, — поспешил ответить Гремидж, снимая с меня забракованное ожерелье.

Конечно, он согласен! Чем больше ожерелье, тем больше он получит денег!

— Могу я предложить вот это великолепное колье? Бриллианты с рубинами.

Все повторилось заново. Гремидж продемонстрировал ожерелье, потом надел его на меня. Алекс, откинувшись в кресле, наблюдал прищуренным взглядом. Точно товар на рынке оценивал.

Гремидж собрал мои волосы и поднял наверх, открывая шею и плечи. И подвинул мне зеркало.

Крупные бриллианты и рубины подмигивали мне на свету, кружась вокруг моей шеи словно огни. Они идеально сочетались с глубоким малиновым цветом платья.

Но чего-то все-таки не хватало.

Я приложила руку к груди прямо под центром колье.

— Было бы лучше, если бы здесь что-то болталось, сэр.

Алекс нахмурился:

— Повернись.

Несколько минут он разглядывал меня, анализируя что-то в своей голове. А я наслаждалась прохладной тяжестью ожерелья.

Наконец, мой босс произнес:

— Да, я согласен. Мистер Гремидж?

Тот отпустил мои волосы и заглянул в портфель:

— У меня здесь кое-что есть. Вы бы предпочли бы рубин, бриллиант или их комбинацию?

— Думаю, нужно что-то такое, что будет плотно обнимать шею и спускаться к груди.

— Я вас понял.

Взгляд Алекса вновь прикипел к моей шее, а потом скользнул ниже, цепляясь за обозначившиеся под тканью соски. И мои щеки вспыхнули жаром.

Не от стыда. От желания, нахлынувшего так внезапно, что я испугалась.

Алекс ласкал меня своими глазами и обжигал, оставаясь при этом совершенно спокойным. Вот как он так умудрялся?!

— А вот и мы.

Гремидж вернулся, нарушая момент. Он продемонстрировал очередное украшение.

— Да, — смилостивился Алекс, лениво скользнув по нему, — что-то такое.

— Думаю, у меня есть то, что вам нужно!

Он принес очередной образец. Приложил к моей шее, одновременно поднимая волосы вверх. И Алекс сразу сказал:

— Великолепно.

Я глянула в зеркало и ахнула. Это действительно было великолепно. Маленькие и средние бриллианты перемигивались с рубиновыми каплями. А само ожерелье спускалось на грудь аккуратной косынкой из замысловатого золотого кружева.

— Еще тонкий браслет в том же стиле и пару простых «гвоздиков», — констатировал Алекс, разглядывая меня. — Этому ожерелью не нужна свита.

— У вас прекрасный вкус, сэр. Это изделие является единственным в своем роде. Работа нового мастера, пока не известного, но я думаю, что за ним большое будущее.

Продолжая заливаться соловьем, Гремидж снабдил меня несколькими вариантами браслетов и серег. Но я не могла оторваться от ожерелья. Мне казалось, стоит отвести взгляд — и оно исчезнет с моей шеи. Даже если бы это были поддельные камни и серебро, а не золото, это бы не уменьшило его красоты.

Может быть… однажды… у меня будет такое. Свое.

— Тебе нравится? — тихо спросил Алекс.

Я улыбнулась ему, не скрывая эмоций. Моя голова кружилась от радости. От ощущения своей красоты. Не важно, как меня воспринимали другие. Сейчас я чувствовала себя на миллион долларов!

Давно, очень давно мне не было так хорошо, как сейчас.

— Очень, — выдохнула, прикасаясь к ожерелью кончиками пальцев. — Когда я была ребенком, то наряжалась в одежду и украшения мамы. Папа приходил за мной, и я представляла, что он мой водитель, а я важная леди и собираюсь на церемонию награждения или обед с известными людьми. Папа надевал старый пиджак и шляпу и стучал в дверь, подыгрывая мне. Это было… я чувствовала себя настоящей принцессой… Понимаешь? А сейчас это ожерелье, платье и все остальное словно пришло ко мне из той сказки…

Я нежно провела пальцем по кромке из драгоценных камней. Мои глаза зажгло от непролитых слез, стоило лишь вспомнить об отце и о тех минутах счастья, что я смогла сохранить в своей памяти.

— Я могу еще немного посмотреть?

Алекс обернулся к Гремиджу, стоявшему без дела возле стола:

— Мы берем это.

Гремидж начал собирать свои вещи.

Я же продолжала смотреть на себя, пока не решила, что мне нужен больший угол обзора. Я хотела сохранить этот образ себя, запомнить, как запомнила детские игры с отцом. Чтобы потом, годы спустя, рассказывать внукам, доставая воспоминания их темных хранилищ памяти, любовно отряхивая от пыли и вытаскивая на свет…

С позволения Алекса, я вошла в туалетную комнату. Там было зеркало во всю стену, которое отразило меня.

Драгоценности сверкали и переливались, приковывая взгляд.

Я провела руками по талии, там, где платье сжималось, образуя фигуру в виде песочных часов — предмет моей зависти и восхищения у других женщин. Оставалось только надеть белые шелковые перчатки — и ждать, что в любую секунду принц постучит в мою дверь, чтобы забрать на бал.

В кабинет я вернулась с глупой улыбкой на губах. И ничего не могла с этим поделать. Ощущение сказки не желало меня покидать.

Алекс стоял у окна, развернувшись ко мне лицом. Он повернулся, когда я вошла, и вцепился в меня острым взглядом. Глубокая тень не давала прочитать выражение его лица, но напряженная поза была лучше слов.

Он снова был в своем замороженном состоянии. Снова пытался доказать всему миру какой он холодный, бессердечный ублюдок.

Но мне было все равно. Ничто не могло нарушить моего счастья.

— Я словно принцесса из «Диснея»! — я от всей души улыбнулась Гремиджу. — Спасибо! Но мне определенно нужны каблуки.

Хихикнув, я закружилась по кабинету.

— О да, мисс, — сдержанно улыбнулся Гремидж, — вы похожи на прекрасное видение.

— Золушке лучше побеспокоиться о том, что будет после полуночи, — внезапно заговорил Алекс, глядя в окно. — И не стоит позволять сиянию бриллиантов затмевать тот свет, что сияет внутри.

— Хорошо сказано, сэр. Как вы желаете оформить сделку?

— Как покупку. У вас есть мой счет.

— Отлично, сэр.

Мистер Гремидж разложил все драгоценности по портфелям. Я подождала, пока он выйдет из кабинета, потом подошла к Алексу и встала рядом.

От него веяло холодом, а лицо было похоже на застывшую маску.

— Покупка?

Он даже не глянул в мою сторону. Молча вернулся к столу и сел. Только тогда я услышала равнодушное:

— Да. Ожерелье тебе очень идет. Думаю, оно должно быть твоим.

Мое сердце замерло, а через секунду бешено заколотилось. И холодный пот выступил на моей коже. Я, точно во сне, прижалась спиной к подоконнику, не веря в то, что услышала.

— Нет… Нет, нет и нет. Ни за что! Эта вещь стоит целое состояние! Я согласна надеть драгоценности на ужин, но принять насовсем не могу! И это не компьютер, который можно оставить себе, убедив свою совесть, что он нужен для работы!

Мой голос взлетел, выдавая панику.

И внезапно что-то изменилось. Изменился взгляд Алекса. Стал мягким, глубоким.

— Твои глаза сияли ярче алмазов, когда ты надела ожерелье, — усмехнулся он, поднимаясь и приближаясь ко мне тихим, крадущимся шагом. На его лице блуждало странное выражение. Смесь восхищения, сожаления и еще чего-то, что я не смогла уловить. — Это зрелище стоит того, чтобы его повторить.

— Нет, — мои губы дрожали, — это точно не так!

И, вопреки моей воле, слезы брызнули из моих глаз и потекли по щекам. В горле образовался комок.

Никто никогда не говорил мне подобных слов.

— Пожалуйста, — шепнула я, чувствуя, что теряю себя, — не надо. Я и так чувствую себя обязанной тебе. Но это слишком. Ты словно покупаешь меня…

— Именно это я делаю.

Глава 25

Он действительно это сказал, я не ослышалась. Но Алекс — это такой Алекс. Было бы странно услышать от него что-то другое.

Мне пришлось собрать всю силу воли, чтобы ответить, твердо глядя ему в глаза:

— Я не могу это принять. И вы не можете заставить меня это сделать.

— Могу, — он улыбнулся краешком рта, — но не буду.

Его взгляд скользнул по моим губам. Подняв руку, Алекс коснулся моей щеки и нежно провел по скуле вниз, проследил линию челюсти.

Это была нехитрая ласка, но меня пронзила электрическая волна. Вспыхнули и побежали по коже мурашки. Жар внутри разгорелся за долю секунды, угрожая захватить с головой. Горячей волной нахлынули воспоминания прошлой ночи. Ощущение тяжести его тела. Восхищение в его глазах, когда он входил в меня…

Сейчас он смотрел на меня точно так же.

Не сдержавшись, я положила ладонь ему на грудь. Мне просто необходимо было дотронуться до него, удержать этот миг.

Он отступил, покачав головой.

Это был отказ. Бескомпромиссный, без права на апелляцию. Но я опять поступила по-своему.

Я знала, он хотел меня так же, как я хотела его. Но он привык вести сам, привык указывать партнерше что и как делать. Если я буду убегать, он примет это за вызов и начнет догонять. Но когда я сама делаю шаг навстречу, он спешит ускользнуть.

Алекс Рэнгольд боится открытых чувств. Боится признать свои чувства и признаться в них.

Не сдаваясь, я сделала еще шаг и положила ему на грудь обе руки.

Мы оба должны сделать выводы из прошлой ночи. Можно обманывать себя сколько угодно, но Алекс мне нужен. Не миллиардер, не богатый сноб, не хладнокровный и жесткий бизнесмен. Нет. Мне нужен тот Алекс, которым он был вчера. Когда нес меня на руках. Когда целовал. Когда укладывал спать.

Тот Алекс, который целовал меня до беспамятства и доводил ласками до безумства. И тот, что танцевал со мной в магазине одежды.

Тот, который сказал: «Я хочу, чтобы ты осталась. Чтобы ты выбрала меня».

Мне нужна была его сила и страсть.

Не отводя взгляда от его похолодевших глаз, я позволила своим рукам бездумно скользить по его груди. Его мышцы напряглись, но он промолчал. Тогда я шагнула вплотную, так, что наши бедра соприкоснулись. О да, это был грязный метод, я сама не узнавала себя. Но разве важны какие-то правила, когда любишь?

Алекс был возбужден. Я чувствовала бедром его твердую выпуклость. Но он сохранял хладнокровие. Ни один мускул не дрогнул, когда я потянулась вперед и коснулась губами его подбородка.

Щетина пощекотала мне кожу.

Я вдохнула аромат его дорогого одеколона, подумала и лизнула в краешек плотно сомкнутых губ.

Я боялась, что он отпрянет. Оттолкнет меня.

Но вместо этого плотина сломалась.

Алекс схватил меня за шею. Властно, почти грубо. Притянул к себе и крепко прижал.

На секунду наши взгляды столкнулись. А потом на меня обрушился его поцелуй.

Сквозь собственный стон я услышала короткий взвизг молнии. А еще спустя мгновение платье с тихим шелестом слетело с меня, сдернутое твердой рукой.

Алекс бросил платье на стул. Его руки прошлись по моему телу, прежде чем нырнуть в трусики. У меня перехватило дыхание. Я была уже мокрой. Бесстыдно, бессовестно мокрой.

Пальцы Алекса легко погрузились в меня, и я задышала чаще, постанывая сквозь стиснутые губы.

Мои собственные пальцы лихорадочно расстегивали его рубашку.

Рука Алекса работала все быстрее, заставляя меня буквально насаживаться на нее. Он покусывал мою мочку, а я стонала уже в голос, шаря руками по его обнаженной груди. Скользнула вниз. Нащупала ремень. Расстегнула и сдернула прочь.

Моя рука нырнула ему в ширинку. О да, он был уже готов для меня. Теплая упругая плоть, покрытая бархатистой кожей. Я крепко сжала его и услышала, как изменилось дыхание Алекса. Теперь оно было таким же рваным, как и мое.

Большими пальцами Алекс зацепил мои трусики и дернул вниз. А потом закинул мою ногу себе на бедро. Влажная головка скользнула вдоль моей щели, заставляя меня раскрыться навстречу. И от желания у меня голова закружилась.

— Ты правда этого хочешь? — в его глазах бушевало настоящее пламя.

— Да! О, да!

Он качнулся вперед. Его член вошел в меня с убийственной медлительностью, давая прочувствовать каждый сантиметр невыносимо желанной плоти.

— О боже…

Мои глаза закатились. Мир остановился на мгновение.

Алекс подхватил меня под ягодицы, приподнял и насадил на себя. Я закинула ноги ему на талию и скрестила лодыжки.

Это было так восхитительно. Непередаваемо остро и чувственно.

Алекс вместе со мной повернулся к столу. И опустил меня на него. Мой зад уперся в прохладное дерево. Алекс склонился ко мне. Его губы нашли мою шею, бедра вдавились в меня, заставляя издать долгий стон.

Я царапала его спину, пока он вонзался в меня. Твердый и яростный. Я сжимала его ногами, отвечая на каждый удар. Я хотела выбить из его головы все мысли, чтобы он не думал, не помнил ни о чем, кроме меня и кроме моего тела.

— Алекс… — я задыхалась. — Да, Алекс!..

И он отпустил контроль.

Я цеплялась за влажные от пота плечи Алекса, он таранил меня. Его дыхание было таким же рваным и тяжелым как мое. Стол подо мной содрогался и с противным визгом ерзал по полу. Стул с платьем упал. Алекс терся грудью о мои чувствительные соски при каждом движение.

— Еще! — прошипела я сквозь зубы.

С каждым ударом напряжение росло и росло.

Его член врезался в меня как таран. Я была уже на краю. Уже вот-вот…

Моя голова откинулась назад, когда он сделала очередной удар. И я взорвалась на части.

Удовольствие обрушилось на меня. Я задрожала в экстазе, вонзая ногти в спину Алекса.

Мгновение спустя и он застонал, прижавшись губами к моему уху. Просунул руки под меня, вдавил в свое тело и так держал, вздрагивая во мне. Уткнувшись лицом в мою шею, сделал еще пару толчков и затих.

В кабинете не было ни звука, если не считать нашего дыхания. И руки Алекса все еще сжимали меня.

Я чувствовала спиной жесткую поверхность стола. Но боялась шевельнуться и нарушить момент.

Но вот Алекс меня отпустил. Выпрямился и, ни слова не говоря, посмотрел на меня. В его глазах еще плавали отголоски испытанного удовольствия.

Я не знала, о чем он думает. Но хотела бы знать. Сейчас, в этот момент, я отдала бы половину жизни, чтобы узнать его мысли.

Не знаю, чего я ждала. Может быть легкой ласки, нежного поцелуя…

Вместо этого Алекс взял меня за руки и поставил на ноги. Затем абсолютно бесстрастно спросил:

— Тебе нужна помощь, чтобы одеться?

Я перевела взгляд на трусики, валявшиеся на полу, и вспыхнула до корней волос.

— Нет, — ответила, сдавленно улыбаясь. — Сама справлюсь.

— Уверена?

Он смотрел на меня, но лицо его было пустым.

— Да.

— Отлично. Украшения пока останутся у меня. Сомневаюсь, что в твоей квартире есть надежный сейф.

Я смотрела, как он застегивает штаны. Спокойный, уверенный, непробиваемый как стена. Будто ничего не случилось. Будто он не врывался в меня минутой назад…

Закончив с ремнем, Алекс принялся за рубашку.

Лучше бы он обозвал меня шлюхой или ударил. Было бы не так больно, как от его равнодушия.

— Нет, — выдавила я, собирая свою одежду, — у меня нет сейфа. А если б и был, мне нечего в нем хранить.

Он кивнул:

— Я так и думал. Иди, прими душ.

Алекс вернулся в рабочее кресло и включил монитор, оставив меня стоять посреди кабинета. Стараясь сдержать свою боль, я смяла платье. И замерла, переминаясь с ноги на ногу, не зная, что делать дальше.

Мне казалось, что я немного узнала его. Заставила раскрыться. Шагнуть мне навстречу.

Неужели это была ошибка?

— Алекс, — позвала я, испытывая желание провалиться сквозь землю. Но нужно было остаться и выяснить все до конца.

— Приведите себя вы порядок, мисс Майерс. — раздался холодный тон. — И возвращайтесь к работе.

Он продолжал щелкать мышью, даже не посмотрев на меня.

Если мужчина, которого я любила, хотел унизить меня или поставить на место, что ж, у него получилось.

Что ж, Надя, это будет хорошим уроком! Не стоит верить в сказки про Золушку и прекрасного Принца. Не стоит ждать, что трахнув тебя, Алекс Рэнгольд воспылает любовью.

Да, мне нужно выбросить всю эту романтическую муть из головы и как можно скорее. У меня есть работа, а в перспективе деньги и связи.

Как он сказал?

«Возьми все, что я дам, и используй с умом».

Что ж, похоже, он прав. Именно так я и сделаю. Запру сердце на замок, вырву, выкорчую из него свою слабость. И выжму из Алекса Рэнголда все, что он сможет дать.

Так я твердила себе, ковыляя в ванную комнату. Так пыталась себя убедить и склеить разбитую душу. Но вопреки моему желанию, слезы ручьем текли по щекам, смывая тушь.

Приняв душ, я трясущимися руками привела одежду в порядок. Зеркало отразило мой бледный вид, искусанные губы и растрепанные волосы. Пришлось потратить еще двадцать минут, чтобы наложить макияж и сделать укладку.

Тональный крем скрыл круги под глазами, румяна добавили свежести. Я тронула тушью ресницы, мазнула блеском по губам и, удовлетворенная собственным видом, вышла из душа.

Алекс не оглянулся на звук моих шагов. Даже не поднял голову, когда я прошла мимо него.

Это было больно. Очень больно. Но я не позволила этой боли мной управлять. С гордо поднятой головой, я вышла в приемную.

Глава 26

Время до благотворительного ужина прошло для меня словно во сне. Я продолжала машинально выполнять свои функции, но внутри у меня словно что-то умерло.

Ни Алекс, ни Алиссия, казалось, этого не замечали. Они были полностью заняты подготовкой к мероприятию. Для них это была еще одна ступенька в развитии компании. Еще одна достигнутая цель.

Я тоже ждала этот день, но по другой причине. Мой срок приближался к концу. Я настраивала себя, что после ужина приму окончательное решение. Но какое именно — не могла сказать до сих пор.

Я все еще не могла выбрать, остаться мне или уйти. С одной стороны была сложная, интересная карьера и много всего, что я узнавала, работая на Рэнгольд Коммуникейшн. Это работа мечты, к которой я столько времени безнадежно стремилась.

С другой стороны был Алекс. Мы почти не общались после того случая в его кабинете, но кто бы знал, как я хотела его. Каждый раз рядом с ним я испытывала душевные муки. Я хотела прикоснуться к нему, вдохнуть его запах или просто смотреть.

Иногда мне казалось, что он страдает от того же недуга. Когда я случайно касалась его или он касался меня, я чувствовала, как напрягаются все его мышцы. Видела, как черствеет его лицо, а глаза наполняются голодным огнем.

Но ни один из нас больше не делал шаги навстречу. Алекс как одержимый нырял обратно в дела, ограждаясь от всего мира и от меня в том числе. А я несла свою боль глубоко в сердце, никому, даже ему, особенно ему, не позволяя узнать о ней.

Пока однажды на моем компьютере не возникло сообщение:

А. Р.: «Зайди».

Всего одно слово. Ничего необычного. Но волна возбуждения прошла через меня и выступила на коже бисеринками пота. Дрожащими руками я поправила блузку и поднялась.

Я пыталась взять себя в руки, но не могла. Пришлось выпить воды, чтобы вернуть себе немного уверенности.

Так и вошла в его кабинет, желая и одновременно боясь совершить ту же ошибку.

Алекс стоял у компьютера. Услышав меня, он кивнул, не отрывая глаз от экрана, и сухо заговорил:

— Мне нужно снять напряжение. Вызови кого-то из списка, только быстро. У меня нет лишнего времени.

Сглотнув, я перевала взгляд на его ширинку, где топорщился твердый бугор. И застыла с открытым ртом, не в силах что-то ответить.

Алекс раздраженно дернул головой. Его глаза встретились с моими, и вдруг он смутился. Наверно, впервые в жизни.

Он забыл, что сегодня Алиссии нет…

И тогда я вспомнила, что говорила о нем Минди. То, во что не хотела верить. О девочках, что приезжают к нему на сессии. О том, что он платит партнершам за секс. И сразу стало скучно, противно.

Ему было все равно, кто перед ним. Он просто хотел засунуть свой член во что-то теплое и мокрое.

Но я не хотела стать для него одной из бесчисленной череды безликих партнерш. Я хотела другого.

Полностью опустошенная, я повернулась на ватных ногах и направилась на свое рабочее место. Эмоции нахлынули на меня, пробуждая мерзкое, почти забытое ощущение. Ощущение, что меня использовали.

— Я извиняюсь, — сказал он позже тем вечером. — Не подумал.

— Все в порядке, — я ответила дежурной улыбкой, хотя внутри все кипело от боли. — Не беспокойтесь об этом.

— Надя…

Алекс некоторое время смотрел на меня, но я молчала, делая вид, что занята. И он молчал.

Затем, сунув руки в карманы, он направился к лифту. Я понятия не имела, куда он идет, и он не сказал.

А через день от него пришло странное сообщение.

А. Р.: «Я хочу тебя. Больше чем кого-либо. И знаю, что ты тоже хочешь меня. Нам нужно это обсудить».

Вот, значит, как. Он хочет меня. И думает, что я по первому зову брошусь в его кровать. Или на стол?

Немного подумав, я написала:

Н. М.: «Мой контракт с Рэнгольд Коммуникейшн запрещает завязывать с начальством личные отношения».

Он ответил:

А. Р.: «Мы заключим новый контракт. Личный. Или допишем несколько пунктов в действующий».

Это было уже что-то новенькое. Он решил и мое имя вставить в тот список?

Охваченная гневом с долей азарта, я отстучала:

Н. М.: «И что будет входить в мои новые обязанности, сэр?»

Ответ пришел через секунду, будто Алекс все это время ждал мой вопрос:

А. Р.: «Удовлетворять меня так, как я того захочу, и самой получать удовольствие. Я знаю, твои трусики уже мокрые. Так что иди сюда».

Я нахмурилась. Черт, откуда он знает? Мои трусики и в самом деле намокли. Этот невозможный мужчина меня подавлял и этим же возбуждал. Мне нравилось чувствовать себя слабой рядом с ним, покорной, податливой. Чувствовать его силу и мощь. Но черт меня задери, если я позволю ему это узнать!

Стиснув зубы, я написала:

Н. М.: «Я знаю, ваш член стоит. Так что идите сюда. Захватите с собой цветы, шампанское и шоколад, и приготовьтесь читать Шекспира».

Я ждала бурную реакцию на свою выходку. Но ничего не случилось. Он не ответил.

Несколько раз мессенджер показывал, что Алекс начинает набирать сообщение, но я так ничего и не получила. Видимо, мои требования так его потрясли, что он не может подобрать слов, чтобы выразить свои мысли.

На этом можно было закончить и вернуться к рутинным делам. Но вместо этого я решила ему помочь.

Н. М.: «Можно зайти с другой стороны. Угадайте, во что я сегодня одета?»

Ответ возник почти сразу:

А. Р.: «Розовая блузка, черная юбка с разрезом, черные туфли ужасного качества, которыми ты ноги натерла до волдырей, волосы стянуты в узел и нет макияжа».

И тут же еще одно:

А. Р.: «Прости за грубость. Я сегодня на автопилоте».

Хмыкнув, я написала:

Н. М.: «Мне жаль вашу девушку, сэр. Вряд ли она заслуживает подобное отношение».

С замиранием сердца я ждала ответ.

И он появился спустя минуту.

А. Р.: «У меня нет девушки и нет времени на подобную ерунду».

Я закатила глаза и вернулась к работе. Хотя, надо признаться, меня польстили его слова. Он, глянул на меня только мельком, когда я принесла утренний кофе, но заметил, запомнил, во что я одета! Для большинства парней это недосягаемый финт. Кроме того, он даже заметил пластыри на моих пятках! Разве это не говорит о внимании?

Но как человек, настолько внимательный к своим близким, может быть настолько жестоким? Заботиться делами и ранить словами?

Я не могла это понять. В Алексе будто уживались два совершенно разных человека. Один заботливый, внимательный, открытый, а другой бессердечный, грубый, жесткий и даже жестокий эгоист.

Пока я над этим размышляла, пришло еще одно сообщение.

А. Р.: «Так что насчет твоих трусиков? Они все еще мокрые?»

Несколько секунд я пялилась в экран, спрашивая у себя, насколько реально то, что я вижу. А потом рассмеялась.

Алекс Рэнгольд неисправим.

Я смеялась так громко, что даже Алиссия неодобрительно глянула на меня. Но мой невозможный босс явно ждал ответа, так что я решила его не разочаровывать.

Н.М.: «Хотите узнать насчет моих трусиков? А я хочу свое шампанское и шоколад. Ах да, и Шекспира. Без него ничего не получится!»

А. Р.: «У тебя отличная грудь. Я мог бы дразнить ее прямо сейчас».

Н.М.: «Это не входит в мои обязанности, сэр».

А. Р.: «Я готов заключить новый контракт. Взаимовыгодный. Иди сюда и мы это обсудим».

— Он издевается?! — забывшись, я произнесла это вслух.

Алиссия вновь глянула на меня:

— В чем дело? У тебя какие-то проблемы?

— Нет, все отлично.

Не хотелось рассказывать, что ее босс в этот момент испытывает неудобства из-за стояка и что это я виновата в его проблемах.

Но мысль, что он хочет меня, была весьма возбуждающей.

Снова пришло сообщение.

А. Р.: «Я зашел слишком далеко?».

Н. М.: «Есть немного».

А. Р.: «Извини, не хотел оттолкнуть».

Н. М.: «Я не обиделась, хотя и должна».

А. Р.: «Что я должен сделать, чтобы получить тебя? Я согласен заключить контракт на твоих условиях».

Я покачала головой. Он непробиваем. И не слышит никого, кроме себя.

Н. М.: «Все зависит от того, что я получу взамен».

А. Р.: «Меня. Всего целиком. Прямо сейчас».

Н. М.: «Заманчивое предложение, сэр. Но вынуждена отказаться. Дела! В финотделе ждут квартальный отчет».

Я решила первой закончить этот бессмысленный разговор. К тому же было довольно поздно, а я еще не сделала все, что запланировала на сегодня.

До конца дня от Алекса не было ни одного сообщения. Даже во время обеда он держался на расстоянии. И я не искала общения. Перед глазами стояли его слова о новом контракте.

Он не предложил мне стать его девушкой, завязать отношения, встречаться как все нормальные люди. Нет, он хотел заключить контракт на мое тело, не принимая во внимание то, что хочу я.

Алекс предлагал секс, ограниченный условиями контракта. Я же хотела его любви.

Не в силах держать все в себе, я рассказала все Минди.

— Вот что ты паришься? — ответила та. — Я бы на твоем месте, не задумываясь, подписала личный контракт. Внесла бы туда пару пунктов и подписала! А потом бы уже решала, что дальше. Алекс боится живых отношений, он считает, что контракт защищает его. А ты хочешь сорвать с него эту защиту.

Она была абсолютно права.

Вечером, перед уходом домой, я сидела, уткнувшись в компьютер, и не услышала шагов Алекса, пока он не оказался прямо передо мной. В руках он держал папку для бумаг.

— Ты еще здесь? Так поздно? — нахмурившись, он посмотрел на часы.

Я с удивлением поняла, что уже почти девять!

— Я уже ухожу, — улыбнулась ему дежурной улыбкой. — Немного задержалась из-за отчетов.

Глава 27

Он постоял, думая о чем-то своем, и вдруг положил папку на стол.

— Вот, — придавил ее ладонью и в упор взглянул на меня. — Изучи на досуге.

— Что это?

— Личный контракт, который я тебе предлагаю. У тебя есть право внести или вычеркнуть пункты, которые для тебя неприемлемы. Можешь задавать любые вопросы.

Это было слишком неожиданно. Но каким-то шестым чувством я уже знала, что так и будет. Алекс не умеет отступать, для него не существует слова «нет».

— Когда я должна дать ответ?

— Через два дня, не больше.

— Я могу отказаться?

Он моргнул. Кажется, ему в голову такое даже не приходило.

— От подписания? Нет, если хочешь остаться моим админом.

Открыв папку, я пробежала глазами ее содержимое. Там было почти все то же самое, что и в первом контракте, только намного жестче. И еще несколько пунктов, регламентирующих сексуальные отношения, начиная от выбора белья и сексуальных игрушек, и заканчивая беспрекословным подчинением. Он даже не поленился расписать, что именно будет входить в мои новые обязанности.

— Это ультиматум?

— Это необходимость. Моя работа требует напряжения, и я не могу думать о чем-то еще, кроме того, о чем должен. Твое присутствие отвлекает меня. Твоя недоступность лишает выдержки. Все будет намного проще, если мы переведем наши отношения на новый этап.

— Отношения? — от удивления я вздернула брови. — С каких это пор отношения строятся по контракту?

— Называй это как хочешь. Но в нашем конкретном случае контракт просто необходим. Мне нужны четкие рамки, я хочу знать, где проходят твои личные границы, а не ломать голову, пытаясь выяснить твое настроение или предпочтения.

— А что насчет моих желаний? Что если я хочу не просто секса, а чего-то большего? Что если мне нужны чувства?

— Чувства не входят в мое предложение. Но там будет много других плюсов, поверь, Надя, это не самый плохой вариант.

Мое сердце упало.

Он сказал именно то, что я больше всего боялась услышать.

И все же, я не намерена была отступать просто так. У меня еще был шанс побороться.

Я постаралась вернуть себе хладнокровие и уже совершенно спокойным, деловым голосом произнесла:

— Хорошо, сэр. Перечислите все плюсы, которые я получу, если приму ваше предложение.

Алекс помедлил секунду.

— Ты получишь меня.

Я холодно усмехнулась:

— Ты поставишь меня в список на среду? Или на вторник?

В его глазах мелькнуло недоумение.

— Какой список?

— Не говори, что не понимаешь о чем я. Я не смогу подписать это… пока буду знать, что в любой момент могу войти и застать тебя с другой. Для меня это неприемлемо.

— Ах вот ты о чем… — Он задумчиво потер подбородок. — Хорошо, я принимаю твое условие. Больше никаких списков. Но взамен я хочу иметь тебя как хочу и когда хочу. И не тратить время на пустые ухаживания.

— Вот как. Тогда тебе стоит внести в договор, когда и как часто ты будешь меня трахать.

Это было грубо, но мой голос даже не дрогнул.

И все же моя выдержка оказалась не бесконечной. Я пыталась сдержать слезы, но они обожгли мне глаза. Я смахнула непрошеную влагу и встала.

— Кажется, ты не испытывала с этим проблем в прошлый раз.

— В прошлый раз я была с тобой по собственному желанию, а не по приказу, — отрезала я. — Это большая разница, сэр, чтобы вы знали.

Глаза Алекса потемнели. В них появился знакомый огонь.

— Хочешь сказать, тебе не понравится немного принуждения?

Его изменившийся тон заставил мое сердце забиться сильнее. Я представила его с обнаженным торсом, босого, в одних штанах, как он держит меня за волосы, направляя и заставляя, и меня окатило жаркой волной.

Наверно, я хотела бы попробовать что-то такое в качестве эксперимента. Но с человеком, который любит и ценит меня.

— Дело не в сексе. Дело в ограничениях, которые ты хочешь надеть на меня. Этот контракт — поводок, который ты будешь крепко держать в руке. Я права?

— Это не так.

— Да ну.

Я сунула ноут в сумку и задвинула ящик. Смахнула с лица непослушную прядь и с вызовом уставилась на Алекса.

— Ты с первого дня решаешь все за меня. Где жить, что есть, что носить. И, насколько я помню, мое личное мнение не учитывается. Я просто должна выполнять, что мне сказали, как собака.

Я сгребла со стола чертову папку и сунула в карман сумки.

— Дилан ждет внизу, чтобы отвести тебя домой, — произнес Алекс так, словно моя тирада не произвела на него ни малейшего впечатления. — Я приказал подготовить машину.

— Дилан может засунуть эту машину себе в задницу! Мне все равно. Я еду на автобусе, и ты не можешь мне запретить. Я тебе не рабыня!

Проскочив мимо него, я бросилась к лифту.

Если он нагонит меня и снова начнет настаивать на том, чтобы отвезти меня домой, я буду громко ругаться. На весь вестибюль!

Алекс ненавидел привлекать к себе внимание, но в ту минуту я была на взводе, а потому ничего не имела против хорошей сцены.

Однако он не подошел. И я не знала, остался ли он стоять у стола или ушел обратно в свою берлогу. Я смотрела прямо перед собой и, когда лифт открылся, вошла в кабину, не оглядываясь.

На тротуаре ждал черный седан с открытой дверью. Увидев меня, Дилан поднялся.

— Не сегодня, — сказала я, проходя мимо. — Увидимся завтра.

— Надя, пожалуйста, позволь мне отвезти тебя домой. Мистеру Рэнгольду это не понравится…

— Я рассчитываю на это, Дилан. Поцелуй жену за меня.

Я продолжала целенаправленно идти в сторону остановки. В тот момент я еще не была готова сказать Алексу «да» или «нет». Но я собиралась хорошенько изучить его чертов контракт и внести свои пункты.

Возможно, он по-своему прав. Возможно, в мире больших денег иначе нельзя.

Но его маниакальная страсть держать все под контролем душила меня.

Этот мужчина где-то внутри просто испорченный маленький мальчик, который привык получать все, что захочет. Он не привык к слову «нет». Но если он хочет меня, ему придется меняться.

Глава 28

Дверной звонок прозвучал в десять утра. Я едва успела выйти из душа. Набросив халат, включила домофона:

— Кто там?

— Мисс Майерс, это Тина из салона. Мистер Алекс нанял меня вам в помощь.

— Эм-м…

— Я помогу вам подготовиться к вечеру.

Тяжело вздохнув, я сказала:

— Хорошо. Поднимайтесь.

И нажала кнопку, чтобы впустить ее в здание.

Как всегда Алекс все решил за меня, не советуясь.

Открыв дверь, я вышла из квартиры. Высокая, изящно сложенная женщина в черных брюках и такой же рубашке поднималась по лестнице. В руках она держала небольшой черный кейс, а следом шел Дилан, неся в руках сумки и чемоданы, которых бы хватило на месячный отпуск в Европе.

Увидев меня, Тина прищурилась без тени улыбки.

— Вы уже приняли душ?

Немного бестактный вопрос.

Я пожала плечами:

— Как видите.

Мои волосы все еще были влажными.

— Отлично, тогда начнем.

— Но разве это не слишком рано?

Дилан пронес ее сумки в квартиру мимо меня.

— Ничуть. Я хочу, чтобы все было на высшем уровне. Ваш мейк-ап, волосы, ногти. Если думаете, что мне хватит пары часов, то глубоко заблуждаетесь.

Она еще раз придирчиво осмотрела меня.

— Я мастер своего дела, а вы старый холст, с которого я должна срезать потрескавшуюся краску и нанести новый рисунок.

Тина вошла в мою квартиру.

— Спасибо, вы очень любезны, — пробурчала я ей в спину и растерянно оглянулась на Дилана.

Тот остановился передо мной с обеспокоенным взглядом.

— Ты в порядке?

Я подмигнула ему:

— Что со мной станется?

Дилан облегченно улыбнулся:

— Что бы ты ни сделала с мистером Рэнгольдом, ты отымела его по самые уши. Он вышел из здания сразу после тебя, но у него было такое лицо, — он округлил глаза. — У тебя есть яйца, малышка!

— Ничего личного, Дилан. Это просто работа. Отличная работа с большими перспективами, которые я не хочу потерять. Но так же я не хочу потерять и себя. И не хочу становиться дрессированной собачкой.

— Ты права, — Дилан засмеялся и покачал головой. — Не думаю, что он привык считаться с чужими желаниями.

— Наверно, все богатые люди такие.

— Думаю да. Среди них редко бывают душки.

Когда мы вошли, Тина сидела в гостиной. На кофейном столике уже были разложены палетки с сотней оттенков теней, консиллеров, тональных кремов, румян и помад. На диване лежали парикмахерские инструменты и косметика для волос. Посередине стоял стул, принесенный с кухни, и ждал меня.

Увидев меня, Тина выпрямилась.

— Давайте начнем. У нас не так много времени, чтобы тратить его впустую. К тому же у меня на сегодня еще два клиента.

Когда я села на стул, она несколько минут внимательно вглядывалась в меня, потом задумчиво изрекла:

— Мистер Рэнгольд сказал, что хочет подчеркнуть вашу естественную красоту, а не спрятать ее за макияжем. Я его понимаю.

Она оглянулась на свои инструменты и краски.

— Дилан, где платье?

— Оно все еще в машине, мэм.

— Так принеси его!

— Да, мэм.

Он поставил статуэтку, которую крутил в руках.

— Услужливый парень, — пробормотала Тина, подбирая тона к моей коже. — Лучше, чем прежний водитель. Надеюсь, он задержится у Алекса подольше, чем все остальные.

Я встрепенулась.

— Как долго вы работаете на мистера Рэнгольда?

— О, нет. Без обид, но я бы никогда не стала работать на этого человека. Его замашки сводят меня с ума. У меня есть свой салон красоты. Обычно я не занимаюсь клиентами, для этого у меня есть обученный персонал. Но говорить «нет» мистеру Рэнгольду чревато для бизнеса. А вот сотрудничество с ним открывает почти все двери. Вы понимаете, о чем я?

Я кивнула. Конечно я ее понимала, да еще как!

Вернулся Дилан, неся чехол с платьем.

— Кто-то вызвал эвакуатор, я еле успел, — сообщил он с виноватым видом. — Мне нужно найти парковочное место, а перед домом все заняты.

— Иди, — она отмахнулась от него.

Все, что ее интересовало, это платье.

Осторожно раскрыв молнию, Тина достала платье так, словно оно было реликвией, на которую она собиралась молиться.

— Идеально! — пробормотала она, примеряя его ко мне. — Абсолютно идеально! У вас отличный вкус.

Я хмыкнула:

— Я была просто моделью. Мистер Рэнгольд сам выбирал.

— Что ж, во вкусе ему не откажешь. — Она закусила губу, рассматривая палетки. — Мой опыт подсказывает, что нужно использовать смелую гамму. Чтобы по-настоящему обыграть яркость платья и сделать твой взгляд выразительнее. Хм…

Она скрестила руки и обернулась, глядя сумки.

— Где аксессуары?

— Не знаю. Они остались у мистера Рэнгольда…

— Нет, они здесь.

Тина вернулась к столу, где стоял ее кейс. Только тогда я поняла, что это был сейф.

— Заперто… — она положила его на диван. — Что ж, придется ждать Дилана.

Он ворвался в комнату через двадцать минут, потный и злой. С раздражением хлопнул дверью.

— Пришлось поругаться с одним мудаком за место. Я нашел его первым, но он пытался подрезать меня. Подлый маленький…

— Надеюсь, все закончилось хорошо?

Я удивилась, когда Тина мне подмигнула. Это было совсем на нее не похоже.

— Да, но этот козел начал кричать! Я еле сдержался, чтобы не выйти из машины и не надавать ему…

Оборвав себя, Дилан подошел к столу и схватил бутылку воды.

— О, даже не сомневаюсь, он бы испугался тебя, — хмыкнула Тина. — А теперь, когда ты уже здесь, открой сейф.

Она указала на черный кейс.

Дилан склонился над ним, вводя цифры кода. Щелкнул замок, и крышка поднялась, открывая лежавшие внутри бархатные мешочки с драгоценностями.

— Замечательно. — Глаза Тины загорелись, когда она вытащила браслет. — Стильно и просто. Отличный выбор.

Она открыла следующий мешочек и осторожно вытащила его содержимое.

— Боже мой! — она нежно держала в руках ожерелье. — Алекс сошел с ума. Вы счастливая девушка!

— Ух ты, — выдохнул Дилан, подходя ближе, чтобы лучше рассмотреть. Он посмотрел на платье, потом снова на ожерелье. — Иногда лучший способ добиться результатов это отказ. Никогда не видел, чтобы мистер Рэнгольд был настолько щедр к своим админам! Ты его зацепила.

— Возможно, Алекс просто хочет, чтобы его админ выглядел на вечере лучше всех, — сказала Тина, прикладывая ожерелье к моей груди. — Мисс Майерс теперь лицо фирмы.

Ее взгляд метнулся между ожерельем и моим лицом.

— Черт, все было не так! — воскликнула я. — Я не знала, что он собирается это купить. Я пыталась его остановить!

Тина замерла.

— Он это купил? Все драгоценности?

— Да!

— И ожерелье?

— Охренеть… — не выдержал Дилан.

Я была с ним полностью согласна.

Неодобрительно поджав губы, Тина убрала драгоценности обратно в сейф.

— Не нужно так нервничать, Дилан, — произнесла она менторским тоном. — Очевидно, Алекс видит в этой девушке то, чего не видел в других. Черт, даже я вижу в ней что-то, чего ни разу не встречала в его гламурных подружках. А ведь я знаю ее пять минут! — и она мне подмигнула.

— Не чувствуй себя неловко, детка, — Тина продолжила, обращаясь уже ко мне. — У Рэнгольда деньги растут из ушей. Вам кажется, что это большая покупка, но для него это мелочь, которую он не заметит. Твой босс владеет несколькими островами в Тихом океане и люди платят ему за них арендную плату. Так что ему даже не помешает спустить немного деньжат.

— Что есть, то есть, — хмыкнул Дилан. — Но я бы не советовал хвастаться этим. Не стоит наживать врагов, Надя. Не говоря уже о краже…

— Хорошо. — Тина снова усадила меня на стул. — Давайте начнем с прически. Я предлагаю убрать волосы вверх и выпустить пару прядей. Тогда будут видны и серьги, и ожерелье, а пряди подчеркнут линию шеи. Это будет великолепно.

Глава 29

Тина приступила к работе. Ее руки мелькали над моей головой, пальцы выплетали из волос сложный узор.

Дилан совершил марш-бросок на кухню и вернулся оттуда с горячим кофейников в руках.

— Эй! Это мой кофе! — возмутилась я.

— А это мои маффины, — заявил он, усаживаясь на диван и открывая коробку с кексами.

— Не двигайся, — одернула Тина, — иначе все испортишь!

Дилан, как мог, разрезал маффины на четыре части, разложил на тарелке и принес нам.

— Лишний холестерин, — отказалась Тина.

Я же схватила сразу несколько штук.

— Ни в чем себе не отказывай, детка, — подмигнул Дилан.

— Между прочим, я еще не завтракала, — парировала я. — И вообще, мне нужно хорошо питаться. Мистер Рэнгольд на этом настаивал!

Закончив с прической, Тина перешла к макияжу.

— Естественность прежде всего, — бормотала она, накладывая тон на мое лицо. — Нужно уравновесить лицо, ожерелье и платье, чтобы они гармонировали между собой. Мистер Рэнгольд мог бы добиться больших успехов в индустрии моды, у него определенно есть вкус.

Тина раскрашивала мое лицо с такой же легкостью, с какой только что укладывала пряди волос. Тон, бронзатор, хайлайтеры. Я не видела, что она делает, но с каждой минутой изумление на лице Дилана становилось все больше и больше. Он даже придвинулся к нам, следя за каждым движением кисти.

Закончив, она сжала губами пластмассовый кончик кисти и придирчиво уставилась на меня.

С минуту в гостиной царила напряженная тишина. Было слышно даже как в кухне тикают часы на стене. Но вот ее губы разжались. Тина улыбнулась:

— Вуа-ля!

И Дилан восхищенно присвистнул:

— Вот это да! Ты стала выглядеть как кинодива, Надя! Мэм, вы волшебница.

— Нет, — Тина покачала головой, — никакого волшебства. Я только подчеркнула ее естественные линии.

Она начала собирать свои инструменты. Но внезапно остановилась и повернулась ко мне.

— Надин, к тридцати годам твои детские щеки исчезнут, и ты станешь потрясающей красавицей. Поверь, у меня глаз на такое наметан. Мужчины будут без ума от тебя. И тогда тебе не понадобится никакой макияж.

— Он ей и сейчас ни к чему, — заметил Дилан, нахмурившись. — Надя и так красавица.

— Ей двадцать лет, — ответила Тина ровным голосом, — и она выглядит на двадцать. Никто не воспринимает двадцатилетних всерьез. Но стоит придать немного остроты скулам, подчеркнуть брови, сделать взгляд глубже — и вот уже всем кажется, что ты старше и увереннее в себе. Общественное мнение очень изменчиво. Оно хочет видеть женщин вечно молодыми, но в то же время ему не интересна молодежь. Они хотят смотреть на вас и видеть только картинку. Никому не интересно, о чем вы думаете.

Дилан сердито качал головой. А я прекрасно понимала, о чем она говорит. Ведь мне пришлось это испытать на себе.

— Кстати, мне двадцать два, — мои губы растянулись в улыбку.

— Это не имеет значения. — Тина сунула мне в руки платье и подтолкнула к дверям в спальню. — Все, иди, одевайся. Мы уже отстаем от графика.

— Я понимаю, почему мистер Рэнгольд выбрал вас, — хмыкнула я, — Вы такая же, как и он. Напористая.

Когда я вошла в спальню, мой взгляд зацепился за контракт, лежащий на кровати. Почти всю ночь я изучала его. Страницу за страницей, строку за строкой. В основном он мало чем отличался от предыдущего. То же условие проживать вместе, те же ограничения, те же требования. Только теперь к ним добавился новый пункт. Сексуальные отношения. Не замутненные никакими чувствами.

Я должна стать любовницей по контракту. Сопровождать Алекса на всех мероприятиях, создавать видимость отношений. Молча принимать все, что он будет давать: внимание, деньги, одежду, аксессуары. Но при этом быть для него доступной по ночам и в любой момент, когда он захочет.

Раньше, когда это не было предметом контракта, я бы с радостью бросилась к нему в постель. Впрочем, я так и сделала. Но теперь меня преследовало неприятное чувство.

Алекс собирался платить мне за секс, как за работу. Фактически, секс становился еще одной моей обязанностью. И я не знала, как к этому относиться.

Но в то же время я знала Алекса и другим. Внимательным и заботливым другом. Нежным любовником. Смеющимся над глупой шуткой, радующимся новому дню… Я знала, что не хочу его потерять. Особенно так, из-за собственных страхов и неуверенности.

Я видела другое лицо Алекса Рэнгольда и уверена, что той ночью, в его квартире, он был настоящим. Но тот Алекс прячется в свою скорлупу, и этот контракт как доспехи, защищающие его от меня.

Я не могу позволить ему уйти. Не могу его потерять…

Переодевшись, я постаралась взять себя в руки. Сейчас нужно думать совсем о другом, о предстоящем благотворительном вечере. Все остальное — потом.

Едва я вышла в гостиную, Тина и Дилан поднялись мне навстречу.

— Теперь украшения.

— Надя, ты всех сразишь, — бормотал Дилан, машинально поедая кусочки маффинов один за другим. — Они не будут знать, что их убило.

— Ты мне льстишь.

— Ничуть, — Тина поправила несколько прядей и сбрызнула мои волосы лаком. Затем глянула на часы. — Немного отстаем, но это не страшно. Дилан, открой бутылку шампанского, она лежит в синей сумке.

— Шампанское? — удивилась я.

— Тебе нужно немного расслабиться. Ты слишком напряжена.

— Не думаю, что мистер Рэнгольд это одобрит.

— Не переживай. Один бокал еще никому не мешал.

Я действительно нервничала. Поэтому не стала сопротивляться.

Внезапно посерьезнев, Тина уставилась на мою грудь.

— На тебе лифчик, — изрекла она обвиняющим тоном.

Дилан покраснел. Он резко отвернулся. Видимо, чтобы не смотреть, и направился к сумкам.

— Эм-м… да, — промямлила я. — Но он без бретелек. Его не видно.

— Снимай. Он тебе совершенно не нужен. Давай, тебе всего двадцать, когда еще ходить без лифчика, как не сейчас? У тебя идеальная грудь, ей не нужна поддержка.

— Но…

— Доверься мне. Я знаю, что говорю.

Она схватила меня за руку и потащила в спальню.

— Я не могу!

— Можешь! Ты еще мне спасибо скажешь за это.

Не слушая моих протестов, она расстегнула молнию и сняла с меня бюстгальтер. Потом застегнула платье и развернула меня лицом к себе.

— Ну вот, теперь намного естественнее. Bellissimo! — Тина звонко чмокнула свои пальцы, сложенные пучком.

— Я чувствую себя голой, — пробормотала я, глядя в зеркало. — Может, так и естественнее, но все будут видеть, что я без белья.

— Все будут видеть тебя! И это именно то, что нам нужно: тебе, мне, Алексу. Но в первую очередь именно тебе. Я знаю женщин, которые платят огромные деньги за то, чтобы их грудь выглядела так же естественно без лифчиков и корсетов. Грех скрывать такую красоту.

Она заставила меня опустить руки, которыми я пыталась прикрыться.

— И не смей сутулиться!

Я застонала, когда Тина потащила меня обратно в гостиную. Там Дилан вручил мне бокал.

— Выпей один сейчас, — распорядилась она, — один в лимузине и один в самолете. Тебе это просто необходимо. У меня такое чувство, что ты не знаешь, во что ввязалась.

— В смысле? — спросила я в замешательстве.

— Он здесь! — паника в голосе Дилана заставила меня остолбенеть.

Он бросил свой телефон в карман и посмотрел на меня:

— Идем, Надя… Нет, выпей сначала, тебе это нужно.

— Он рано, — усмехнулась Тина, наблюдая за мной. — Наверно боится, что ты испугаешься и сбежишь.

Судорожными глотками я опорожнила бокал. Тина была права, от нервозности меня уже начинало потряхивать.

— Все, нужно идти, — Дилан подхватил меня под руку. — Давай, Надя, соберись. Где твоя обувь?

— В коробке.

— И где она?

Я оглянулась на комнату, чтобы простонать:

— Господи, какой тут бардак…

— Это оно? — Тина уже несла нам коробку с туфлями.

— Да, то, что нужно!

Дилан набросил мне на плечи шелковую пелерину, шедшую в паре с платьем, а потом нагнулся, помогая влезть в туфли на каблуках. Я вцепилась в его плечо, балансируя на одной ноге.

Закончив, он подтолкнул меня к дверям:

— Иди, мне нужно пару минут, чтобы привести себя в порядок.

— Ты не пойдешь со мной? — меня охватила внезапная паника.

Я не могла остаться сейчас без поддержки. Дилан был нужен мне. Он стал моим молчаливым сообщником, и его мысли по поводу Алекса Рэнгольда были почти идентичны моим.

— Мы с Тиной будем в отдельной машине. Не переживай, все хорошо.

Он еще раз окинул меня внимательным взглядом.

— Все отлично. Иди, он ждет.

— Давай, детка, представь, что ты Золушка, а внизу ждет твой принц, — Тина помахала мне из гостиной. — Считай, это твой первый бал, а я фея-крестная. Я буду сегодня наслаждаться вместе с тобой.

Внезапно из динамика домофона раздался голос Алекса:

— Надя, это я.

И меня охватило волнение. Горячая волна прошла сквозь меня, взбаламучивая мысли и чувства. И отхлынула, оставляя меня растерянной и несчастной.

Потому что если я не подпишу тот чертов контракт, то больше никогда не услышу этот глубокий бархатный тембр. Никогда не увижу, как тлеет желание на дне его глаз. Не смогу провести руками по его великолепному телу и никогда не окажусь снова в его объятиях.

— Черт, он совсем тебя запугал, — Дилан осуждающе покачал головой, прежде чем нажать кнопку и открыть дверь парадной.

— Я иду, — услышали мы.

— Хочет проверить меня? — хмыкнула Тина, потягивая шампанское. — Не доверяет.

В отличие от меня, она оставалась абсолютно спокойной. Даже с тенью небрежности на лице.

Мое сердце трепыхнулось и замерло, когда дверь в квартиру открылась. Я забыла, что нужно дышать.

Алекс Рэнгольд стоял на пороге и смотрел на меня…

Глава 30

Сегодня на нем был смокинг. Он подчеркивал его идеальное тело: широкие плечи, сильные руки, узкую талию. Бриллиантовые запонки сверкали на манжетах рубашки, а начищенные ботинки сияли из-под сшитых на заказ черных брюк с безукоризненными стрелками.

Алекс был гладко выбрит, а его короткие волосы торчали вверх с той легкой небрежностью, которую может сотворить только гениальный стилист. Глаза, полуприкрытые тяжелыми веками, смотрели на меня так, словно в это минуту он испытывал шок.

Наши взгляды столкнулись. В глазах Алекса вспыхнул уже знакомый огонь. Он шагнул мне навстречу медленно, плавно, как хищник.

— Ошеломительно, — обошел вокруг меня, едва ли не принюхиваясь. — Ты впечатляешь!

Я улыбнулась, чувствуя, как на меня действует этот взгляд. Алекс был так близко, что я ощущала его тепло.

Он остановился передо мной.

— Спасибо, — выдохнула я хриплым голосом, глядя в его лицо.

— Ты на пятнадцать минут раньше, — Тина влезла в наш разговор. — Твоя девочка разнервничалась, пришлось заставить ее глотнуть шампанского.

Алекс моргнул, его брови медленно сошлись на переносице. Он отошел на шаг, осмотрел меня сверху донизу, а потом обернулся к Тине.

— Я должен был убедиться сам, что у нее все в порядке. Это ее первый выход в качестве моего админа.

— Мы готовы, сэр, — сообщил Дилан.

Алекс еще раз прошелся по моей фигуре и остановился на клатче, который я сжимала в руке:

— Надеюсь, ты взяла с собой расческу и средства для укладки?

Я поймала его взгляд, брошенный в сторону спальни. Он смотрел на контракт, разбросанный по кровати. Для Тины и Дилана это была просто куча бумаг, но Алекс нахмурил лоб, его челюсти сжались так, что на скулах выступили желваки. Он точно знал, что это было. И знал, что я изучала его, внося свои пометки.

Вернувшись ко мне, его взгляд стал другим. Оценивающим.

— У меня есть все, что ей нужно, — ответила за меня Тина, — и еще две девушки, на случай, если что-то пойдет не так, включая дырку на платье. Хотя, я не думаю, что возникнут проблемы. Но все же, ей стоило бы похудеть на размер.

— Нет. Она идеальна.

Алекс направился к двери, мы последовали за ним. Но на площадке он вдруг сказал:

— Подожди!

Я остановилась, а он снова обошел вокруг, двигаясь на расстоянии в несколько дюймов. Запах его дорогих духов щекотал мое обоняние. Он казался таким желанным, что мне пришлось закрыть глаза. Я так и стояла, смакуя его, пока не услышала недовольный голос:

— Ты еле стоишь на каблуках. Если надумаешь падать, я хочу быть уверен, что поймаю тебя.

Алекс протягивал мне руку.

Краем глаза я задела Дилана и Тину. Те были явно удивлены.

У меня не было времени думать об этом. Когда Алекс взял меня за руку, мое тело пронзил электрический разряд, заставляя меня задохнуться.

Дрожа и пытаясь сохранить этот момент в памяти, я позволила Алексу помочь мне спуститься по лестнице. Внизу уже ожидала процессия из нескольких черных машин. Впереди стоял роскошный лимузин с хромированным радиатором, сделанным в стиле пятидесятых годов.

Алекс подвел меня к этому монстру, усадил на кожаное сиденье, а сам обошел машину и сел с другой стороны. Едва за ним захлопнулась дверь, как он тут же нажал кнопку, поднимая разделитель между нами и водителем.

— Это необходимо? — нервно заметила я.

Алекс, усмехнувшись, протянул мне бокал шампанского:

— Необходимость в уединении и комфорте.

И плеснул себе из графина в стакан темной жидкости на два пальца.

Он был так близко, что я не могла отделаться от мурашек, щекочущих мое тело. Слишком близко, чтобы я могла спокойно дышать.

— Я не ожидал, — произнес он, — не ожидал, что ты настолько красивая. Знаешь, я почти хочу отменить все это, не хочу делиться тобой.

Я потягивала шампанское, пряча улыбку за бокалом. Но это не мешало размножаться бабочкам в моем животе.

Алекс умел быть милым, когда ему это нужно. Но все, что сейчас он говорил — шло от сердца. Он действительно это чувствовал.

Жаль только, что он слишком редко позволяет себе приподнять этот ледяной панцирь и показаться людям таким, какой есть.

— Ты изучила контракт? Мы можем обсудить вопросы, если они у тебя возникли.

Его тихий проникновенный голос заставил меня задрожать. Слишком близко, слишком интимно…

— Да, я хочу обсудить возможность говорить «нет» когда мне захочется, — произнесла я со всей серьезностью, на какую была способна в этот момент.

Пальцы Алекса медленно перебирали мои.

— Ты смогла бы сказать мне «нет»? — прошептал он, и его ладонь поползла мне на плечо.

Он провел большим пальцем по моей шее. Моя кожа покрылась мурашками.

— Я хочу иметь такую возможность.

— Надя, не будь ребенком. Мы два взрослых человека, которые уже были вдвоем и выяснили, что подходят друг другу. Но если вдруг ты решишь, что больше не нуждаешься в близости — мы это обсудим. Контракт это предусматривает.

— Тебе не нужен контракт, чтобы обсуждать это со мной. И ты это знаешь!

Он наклонился вперед, притягивая меня к себе. Его губы коснулись моего плеча, скользнули вверх, мягко ощупывая чувствительную кожу на шее.

— Я хочу тебя прямо сейчас…

— А я должна сказать «нет», — прошептала я с закрытыми глазами, чувствуя, как второй рукой Алекс ведет вверх по моему бедру. И с готовностью раздвинула ноги, открывая ему доступ. — Потому что ты испортишь прическу…

— Это «нет» не засчитывается.

— В том-то и дело!

Я застонала, когда Алекс погладил меня через трусики. Его пальцы закружили над клитором, делая меня бесстыдно мокрой.

— Ты устанавливаешь правила, но это нечестно. Не все сферы жизни подчиняются планам.

— Я не так жесток, как ты думаешь.

Отодвинув трусики, его пальцы нырнули вовнутрь. Я задохнулась, чувствуя, как они погружаются в меня раз за разом. Алекс смотрел мне в глаза, порочно и сыто, не давая отвести взгляд.

Удовольствие пульсировало в крови. А в ушах стоял соблазняющий его голос:

— Я хочу, чтобы ты была моей, Надя. Я хочу твою подпись как подтверждение согласия.

— А как насчет всего остального? Что останется мне? Я даже не смогу найти парня, который по-настоящему полюбит меня! Я стану твоей цепной собакой без малейшего права на будущее и личную жизнь.

— Я не хочу, чтобы ты искала кого-то другого! — прорычал он, и его пальцы задвигались быстрее.

Я застонала, хватая его за плечи.

— У меня есть потребности, — прошептала сквозь стон.

— Я удовлетворю все твои потребности. Каждую! Скажи, что тебе нужно — и я внесу это в наш договор. Но никаких других мужчин в твоей жизни не будет, пока там есть я!

— Я не хочу…

— Хочешь!

— Нет!

— Ты врешь сама себе, Надя. Сейчас ты хочешь меня так, как никого никогда. Просто признайся в этом.

Он был прав. Я почти ненавидела и его, и себя в этот момент.

— Пожалуйста…

Лимузин внезапно остановился.

Алекс выругался про себя, потом заглянул мне в лицо:

— Ты почти?

Его большой палец потер мой клитор, доводя меня до кульминации.

Удовольствие росло, напряжение становилось все сильнее. Но я не могла кончить. Что-то мешало. Я не могла расслабиться, ожидая, что кто-то вот-вот откроет дверь.

— Нет, — выдохнула я, отталкивая его руку.

И буквально в тот же момент, как Алекс отстранился, дверь распахнулась.

Порыв холодного воздуха остудил мое разгоряченное лицо.

Глава 31

Алекс первым покинул машину. Мне понадобилось время, чтобы успокоиться и привести себя в порядок. Но это было не так-то просто.

Возбуждение не желало отступать, продолжая стучать мне в виски бешеным пульсом. И теперь меня мучил вопрос: почему я не могла кончить? Что со мной не так?

Оказавшись на улице, я глубоко вздохнула. Мне нужно было расслабиться, но Алекс стоял слишком близко, чтобы я могла это сделать.

— Извини, — шепнул он мне на ухо, глядя на людей, застывших вокруг нас. — Не подумал.

Я подняла взгляд и уперлась в блестящий бок самолета. На нем во всю длину фюзеляжа красовалась алая надпись. Но, вопреки моим ожиданиям, там было написано вовсе не «Рэнгольд Коммуникейшн», а «Рассвет».

— Эм… это самолет компании? — уточнила я.

— Нет. Не люблю пользоваться чужими вещами. Компания предоставляет руководству все типы транспорта, но я предпочитаю свой личный.

— Ну вот, теперь все в сборе, — раздался позади голос Тины.

Я даже не заметила, как она подошла.

За ее спиной Дилан помогал выбраться из седана двум девушкам. Вероятно тем самым, о которых она говорила.

Все еще немного потрясенная, я позволила Алексу проводить меня в салон.

Внутри самолет был отделан белой кожей с тиснением в виде орнамента. На каждом подголовнике лежала красная лента с вышитой эмблемой.

— Что это? — я провела пальцем по золотому рисунку.

— Мой семейный герб.

— У твоей семьи есть герб? — кажется, удивить меня больше этого не может уже ничто.

— Да.

Я опустилась в одно из кресел, Алекс занял место напротив меня. Теперь нас разделял только столик.

— И это семейный самолет?

— Нет. Как я уже сказал, я не пользуюсь чужими вещами, тем более общими, — сообщил Алекс резким голосом и перевел взгляд в окно. — И с некоторых пор не общаюсь с семьей. У нас нет ничего общего, кроме крови. Ни общих владений, ни взаимных интересов.

В эту минуту я могла бы поклясться, что он страдает. Его лицо замкнулось и потемнело, словно он сдерживал гнев или боль. Казалось, он борется с чем-то внутри себя, пытаясь не дать этому выплеснуться наружу.

Мне было не привыкать чувствовать враждебность по отношению к близким. Иногда нас ранят именно те, кого мы любим, кому доверяем. То же случилось между Алексом и его семьей, то он так закрылся? Кто причинил ему боль?

Я ничего не знала о его семье, не знала, живы ли его родители, есть ли у него брат или сестра. Я просто смотрела, впитывая в себя каждое изменение на его лице. И мне хотелось стереть с него следы переживаний. Я хотела сказать ему, что он может поделиться со мной. Что я разделю любое бремя, которое он несет.

Я уже почти протянула руку, чтобы накрыть его ладонь.

Но тут самолет вздрогнул и покатился вперед.

Алекс выдохнул, откидываясь в кресле и закрывая глаза.

Не время. Сейчас не время для откровений.

Полет оказался коротким. Мы приземлились в частном аэропорту, откуда второй лимузин доставил нас в отель. Там уже ждала Алиссия. Пока Алекс давал ей последние указания, Тина поправила мои волосы и макияж.

Но вот Алекс повернулся ко мне и протянул руку:

— Готова?

— Готова к бою? А как же, — пробормотала себе под нос.

— Ты всегда должна быть готова. И помни, ты всегда будешь под огнем. Тебе придется столкнуться с людьми, для которых ты будешь добычей. Они попытаются надавить на тебя, получить нужную информацию любыми путями. В ход могут пойти соблазнение, обещания, даже обман. Женщины более хитрые и осторожные в этих делах, я не стану притворяться, будто понимаю, что происходит в их головах. А вот мужчины действуют напролом. Многие из них попытаются перетянуть вас на свою сторону. Люди будут считать, что могут предложить вам больше, чем предложил я. Поэтому никому никогда не давайте никаких обещаний. Лучше вежливо откажитесь и отойдите. Некоторые из них прирожденные манипуляторы.

Было уже далеко за полдень, когда мы покинули холл отеля. Наш путь лежал во внутренний двор, к бассейнам с чистой прохладной водой и великолепным ландшафтам, сделанным рукой эксклюзивного дизайнера. Здесь же на газоне, поросшем шелковистой травой, стояла изящная беседка, оплетенная ползучими розами. Оттуда доносились голоса, тихий шорох, прерывистый смех.

В центре беседки оставалась пустая зона, где стоял микрофон. Рядом на раскладных стульях расположился струнный квартет. Две скрипки, виолончель и контрабас. Две женщины в концертных платьях и двое мужчин в черных костюмах наигрывали что-то из Вивальди. Вокруг стояли круглые столики с зажженными свечами, а вдоль стен красовались напольные вазы с охапками цветов.

Когда мы вошли, головы всех присутствующих повернулись к нам. Уровень шума заметно снизился.

— Мистер Рэнгольд! Рад, что вы смогли прилететь! — мужчина лет пятидесяти вышел вперед, протягивая руку.

— Мистер Ричардс, — Алекс пожал его руку с невозмутимым лицом. — Это Надин Майерс.

Он представил меня.

— Здравствуйте, мисс Майерс, — Ричардс протянул руку мне. — Приятно познакомится с вами.

— Спасибо, — я пожала его мясистые пальцы. — Мне тоже.

— Позвольте мне сопроводить вас к вашему столику.

Он направился вглубь беседки, уверенно лавируя между столов.

— Надеюсь, путешествие было не слишком утомительным?

— Нет, все нормально, — ответил Алекс.

— Замечательно. Вы останетесь на ночь в отеле или…

— Мы вернемся сегодня вечером.

— Как пожелаете. — Ричардс остановился перед столиком почти у самого микрофона. — Пожалуйста, дайте мне знать, если вам что-то понадобится.

Алекс проигнорировал эти слова. Он снял с моих плеч палантин и накинул его на спинку одного из стульев.

— Хочешь оставить сумочку? — спросил у меня. — Ее никто здесь не тронет.

Я покосилась на клатч. Он отчаянно мне мешал, но я не знала, куда его сунуть.

— Думаю да. С такой командой, как у Тины, мне вряд ли понадобится блеск для губ.

Я положила клатч на стул. Но едва выпрямилась, как почувствовала руку Алекса на нижней части моей спины. Его ладонь заскользила вверх, прослеживая изгиб поясницы, пока я не оказалась прижатой к сильному телу.

— Боишься, что меня украдут? — прошептала я.

К нам уже направлялись мужчина и женщина.

— Перестраховываюсь. Я не так часто боюсь потерять что-либо.

— Алекс! — подошедший мужчина выглядел лет на сорок. Он остановился перед нами с улыбкой. — Рад тебя видеть. Ты же помнишь Джоди, мою жену?

— Конечно. Это Надин. Надин, это Мартин Марено, один из крупнейших игроков в нашей сфере.

Алекс говорил все это с совершенно бесстрастным лицом.

А Джоди уже смотрела на меня с блестящими от любопытства глазами:

— Дорогая, ты восхитительна. Я уже влюблена в это платье!

— О, спасибо, — немного смутившись, я опустила руки вниз.

Лучше бы крутила в руках тот злополучный клатч, а не мяла подол.

Мимо нас проплыл человек с подносом, на котором стояли заполненные бокалы.

— Шампанского? — Алекс посмотрел на меня.

— Да, пожалуйста.

Тина права, мне срочно нужно расслабиться.

Алекс подал мне один из бокалов, добавив официанту:

— А мне скотч со льдом.

— Конечно, сэр.

Официант поспешил прочь.

— Так где же вы нашли друг друга? — Джоди снова повернулась ко мне.

Ее муж перебил:

— Девочки, почему бы вам не пообщаться вдвоем, пока мы с Алексом обсудим пару вопросов? Как только женщины начинают говорить, любой конструктивный диалог превращается в птичий базар.

Я потрясенно уставилась на него. Не мог же этот уважаемый человек такое сморозить? В его устах это звучало крайне унизительно и глупо. Но он подтвердил свои слова резким смехом.

Рука Алекса сильнее сжалась вокруг меня. Он притянул меня ближе. Видимо, его мысли совпадали с моими.

— Идем, Надин, не будем мешать мальчикам играть в свои игры, — Джоди, казалось, ничуть не обеспокоили комментарии мужа.

— Не увлекайся, — шепнул Алекс на ухо, сжимая мою талию.

— Так как же ты смогла охмурить самого желанного холостяка во вселенной? — моя собеседница пошла в атаку, едва мы отошли на пару шагов.

И тут же к нам потянулись ее подруги. Великолепные светские львицы, лощеные и высокомерные. Завсегдатаи модных клубов и первых строчек таблоидов. Бриллианты сверкали на их шеях, в прическах, в ушах и на пальцах. А лица украшал боевой раскрас, почти такой же, как собиралась сделать мне Тина.

— Джоди, кто это? — спросила одна из них.

— Надин, — я протянула ей руку.

Женщина едва коснулась кончиков моих пальцев, глядя мне через плечо. Ее глаза искрились желанием. И я точно знала, на кого она смотрит.

— Это Моника, — представила Джоди.

— Как вы познакомились с Алексом? — промурлыкала Моника.

У нее оказался чувственный грудной голос.

Пламя в ее глазах покрылось льдом, когда она перевела взгляд на меня. И задержала его на ожерелье.

— На самом деле я работаю на него. — Мне было неловко под этим пристальным взглядом. — У меня испытательный термин. Но, насколько я знаю, он всегда ходит на мероприятия со своими админами.

— Это я уже слышала. Наверно именно поэтому он никогда не появляется на публике с Шарлиз, — произнесла она тоном, намекающим на скандал.

— Да, он ни разу никуда с ней не ходил, — добавила Джоди. — Бедняжка везде появляется одна и говорит, что Алекс работает.

— И теперь мы знаем с кем, — Моника поджала губы, глядя на меня.

— Я не так давно в «Рэнгольд Коммуникейшн».

Эти женщины действовали сообща. Одна задавала вопросы и ловила информацию, вторая пыталась вывести меня из себя. Мне не нравились мотивы ни той, ни другой.

Я оглянулась в поисках путей отступления.

— Не подскажете, где туалет?

— Собираешься улизнуть? — ухмыльнулась Моника, и они с Джоди перекинулись понимающими взглядами. — Ладно, я видела, как пришли Паттерсы. Пойду, поздороваюсь с Люси, перекинусь с ней парой слов. Приятно было пообщаться, Надин.

Моника помахала ручкой и поплыла вперед, покачивая бедрами.

Джоди улыбнулась мне:

— Не обращай внимания. Она гонялась за Алексом много лет. Но в конце концов ей пришлось выйти замуж за банкира, который теперь держит ее в кулаке. Он ужасно ревнив!

Она подняла брови и округлила глаза, всем видом показывая, что сейчас я услышу горячую сплетню. Или, может, она намекала, что мне следует пожалеть Монику?

Я так и не поняла ее намеков.

— Эмм… да… — покачала головой с умным видом. — Так где же уборная?

— Ох, забыла совсем. Я тебя проведу. К тому же здесь куча знакомых, с которыми я должна переброситься словом.

Глава 32

Мы пересекли открытую зону с микрофоном. Джоди направо и налево здоровалась с людьми, которых я не знала, и они провожали меня долгими взглядами. В глазах мужчин светился интерес. Он вспыхивал, стоило им лишь посмотреть на мою грудь, обтянутую малиновым шелком. А вот женщины наблюдали за мной либо с любопытством, либо с враждебностью. Словно видели во мне врага номер один.

Были и те, кто вообще не смотрел в мою сторону. Но именно с этими людьми я бы с удовольствием завязала разговор.

Наконец, Джоди вывела меня из толпы к дверям уборной. Она все щебетала что-то насчет того, что мы обязательно должны поболтать. Я вежливо улыбалась, мечтая исчезнуть. И невольно думала, что сопровождать Алекса Рэнгольда на таких вечерах это не только огромный плюс, но и минус.

Спустя десять минут я вернулась к нашему столику. Но не успела присесть, как рядом выросла незнакомая женщина.

Нет. Не так.

Роскошная женщина!

Ее великолепное тело обтягивало узкое платье, а пышная грудь едва не вываливалась из слишком смелого выреза. Длинные ноги, золотистая кожа, роскошная грива платиновых волос. И необыкновенно яркие голубые глаза, осененные наращенными ресницами.

Она выглядела потрясающе. Но лицо хмурилось, а взгляд был недружелюбным.

Незнакомка оценивающе хмыкнула:

— Итак, вы новый администратор?

Мои брови взлетели вверх. Ни «здрасте» тебе, ни «привет».

— Да, я работаю на мистера Рэнгольда.

— Это то, что ему нужно, да? Кукольное личико и безотказная…

Она резко оборвала себя, но я поняла, что за слово едва не выскочило из ее рта.

Это заставило меня почувствовать холодную ярость.

— Я не расслышала вас, — произнесла с ледяным спокойствием, глядя на нее снизу вверх.

Женщина презрительно фыркнула:

— Алекс больше не заботится об интеллекте сотрудников. Вероятно, вы вошли и сразу упали на колени, чтобы отсосать ему, да? Те из нас, кто имел хоть две мозговые клетки, были заменены смазливым лицом!

— Вынуждена вас расстроить, — я улыбнулась ей самой обворожительной улыбкой, на какую только была способна. — У нас было обычное собеседование. Как и у всех других.

Но мои ладони вспотели, а сердце колотилось от той ядовитой зависти и ревности, что исторгала эта красотка.

— Сомневаюсь. Его невеста была бы намного спокойнее, если б делами Алекса занимался кто-то вроде меня, а не ты.

Ее слова ударили наотмашь, сдавили, лишили дыхания.

Я уже не слышала, что она говорит. В голове аварийной сиреной вновь и вновь вспыхивало только одно.

Невеста! У Алекса есть невеста!

Господи… какая я дура…

Ну к конечно, такой мужчина, как он, просто не может быть один.

И все же, я нашла в себе силы, чтобы выдержать этот удар и достойно ответить:

— Видимо, мистер Рэнгольд считает иначе.

Я не стала унижаться и объяснять, что при первой встрече я выглядела просто ужасно. Что одежда с чужого плеча не могла привлечь ко мне внимание Алекса. Что я зацепила его чем-то другим, а не смазливым личиком и безотказностью.

Другими словами, единственное, что у меня тогда было, это мозги. Но разве она поверит?

Я решила воспринимать ее слова как комплимент моей внешности. Сомнительный, но комплимент.

— Надя?

Я обернулась.

Алекс стоял совсем рядом в компании двух мужчин. Он смотрел на меня внимательно, но в то же время немного хмуро.

Я улыбнулась ему.

Подойдя, он обнял меня, привычным жестом положив руку мне на спину.

— Ты в порядке?

— У меня был интересный разговор с одной из соискательниц вакансии админа.

— Хм… любопытно. Не помню, чтобы прежде мои админы находили что-то интересное в таких разговорах. И что она сказала?

Сейчас его лицо лучилось от душевной нежности, и мне внезапно пришла мысль, что Алекс действительно мог бы стать для меня принцем из сказки.

— Она сказала, что я получила работу, потому впечатлила тебя своими сосательными способностями и лицом.

В его глазах мелькнуло что-то опасное.

Алекс вывел меня из-за стола, даже не извинившись перед собеседниками за прерванный разговор. Мы вышли из беседки на прохладный ночной воздух.

— И это тебя забавляет? — спросил мой босс, морща лоб.

— Ага. Или ты не помнишь, как я выглядела на собеседовании?

Он остановился возле большого дерева и повернулся ко мне.

— Да, ты была неподражаема.

— Ну вот. Эта дама сделала мне комплимент. Я встречала таких и раньше, так что с легкостью могу их игнорить.

Его глаза наполнились тоской. Он погладил мое лицо большим пальцем. И мне вдруг захотелось прижаться к его телу, положить голову на плечо и забыть обо всем хотя бы на пару минут.

Но между нами оставался один нерешенный вопрос, и я не знала, как об этом спросить.

В конце концов, я собралась с духом и как бы между прочим сказала:

— Люди ждут от тебя, что на подобных мероприятиях ты будешь присутствовать с невестой. А не с админом.

Мой голос немного дрогнул. То ли от его близости, то ли от волнения.

Взгляд Алекса блуждал по моему лицу.

— Мне плевать, что они ждут, — хрипло выдохнул он.

— А я? На меня тебе тоже плевать?

Его взгляд изменился.

— О чем ты?

— Я была с тобой. А ты был помолвлен. У тебя есть невеста, Алекс. Я понимаю, тебе плевать на такую замухрышку, как я. На мои чувства. Но подумай о ней. О женщине, с которой ты собрался связать свою жизнь. Это… это подло… Как она себя чувствует?

Лицо Алекса внезапно ожесточилось. Он сардонически ухмыльнулся:

— Моя так называемая невеста самое меньшее, о чем я волнуюсь. К тому же она предпочитает женщин.

— Н… но… почему ты с ней?

— Бизнес. И Шарлиз хороший друг. Было время, когда я нуждался в поддержке, и она оказалась единственной, кто понял меня. Сейчас у нас есть контракт, который дает нам видимость пары. Это защищает нас от посягательств со стороны. Никто не мечтает окольцевать меня и потащить к алтарю, все уверены, что я и так окольцован.

— И… как долго вы с ней?

Он наклонился ко мне. Его губы были так близко, что я, зачарованная, не могла отвести глаз.

Алекс убрал прядь с моего лица.

— Три года. И прежде чем ты спросишь, я скажу: я не собираюсь разрывать эту сделку до ее выполнения. Контракт обширный и сложный, он затрагивает различные сферы жизни и бизнеса. Наш брак это слияние двух мега-компаний. Но это не значит, что я не свободен и не могу жить своей жизнью.

— Ужасно… — прошептала я. — А дети? А любовь?

Алекс выглядел мрачным. Он погладил мои губы подушечкой большого пальца.

— Я не хочу детей и не ищу любви. Моя жизнь прекрасна и без этого. Я знаю, чего ожидать от завтра — и мне достаточно.

— Но так нельзя… Это… это неправильно. Все хотят, чтобы их любили…

— Я не хочу. И если у тебя мелькнула такая мысль, то ненужно, забудь о ней. Я не нуждаюсь ни в жалости, ни в любви.

От разговора нас отвлекла приближающаяся пара. К нам неторопливо шел высокий седовласый мужчина, удивительным образом походивший на Алекса. А на его руке почти висела, прижимаясь, девушка моего возраста.

Но, в отличие от меня, у нее была неестественно большая грудь, выпиравшая из декольте, слишком узкий нос и слишком полные губы. Комплект дополняли татуаж бровей, наращенные ресницы и ногти, и капризное выражение на лице.

— Отец.

Голос Алекса заставил меня оторваться от девушки и перевести взгляд на мужчину.

Тот тоже посмотрел на меня. Его прищуренные голубые глаза скользнули, раздевая и ощупывая меня.

— Привет, Алекс. И кто же твоя симпатичная гостья?

— Это мисс Майерс. Она работает на меня.

Отстраненный прохладный тон заставил меня бросить на Алекса недоуменный взгляд. Мой босс стоял с бесстрастным выражением на лице, под которым угадывалась жгучая боль.

— Мисс Майерс? — его отец посмотрел мне в глаза с легкой улыбкой. — А имя у прекрасной феи имеется?

— Надин.

— О, чудесное имя для чудесной девушки. А я Роберт. Можете называть меня так. Не люблю все эти формальности.

Он шагнул ко мне с протянутой рукой. Я, ничего не подозревая вложила свои пальцы в его ладонь. Но вместо того, чтобы просто пожать мне руку, Роберт поднес ее к своему лицу и коснулся моих костяшек губами.

Он продолжал смотреть на меня. И в его глазах понемногу разгорался огонь. Жажда и одержимость. Желание обладать.

Пауза становилась неловкой, как и ощущение его губ на моей руке.

Не придумав ничего лучше, я постаралась мило улыбнуться:

— Приятно познакомиться, — и забрала свою руку из его хватки.

— Может, представишь нам свою спутницу? — произнес Алекс с внезапным презрением.

— Конечно. — Роберт повернулся к девушке и положил руку ей на талию. — Это Лулу. Она согласилась составить мне компанию этим вечером.

— А что насчет моей матери?

— Вряд ли ее обрадует знакомство с Лулу. — Роберт улыбнулся и подмигнул мне, объясняя: — Мы с Анной разводимся. Иногда так бывает.

Я ответила дежурной улыбкой.

Мне хотелось уйти, но рядом был Алекс. Взвинченный, напряженный Алекс, и я чувствовала, что должна остаться, чтобы помочь ему. Поэтому я шагнула ближе к нему, под его руки, чтобы он сам обнял и прижал меня к себе.

— Я знаю, что ты здесь делаешь, сынок, — в голосе Роберта звучала насмешка, — и знаю, чего ты хочешь. Поверь, мы с тобой не слишком отличаемся. Но твоя юная фея об этом еще не знает. Ведь так?

Я почувствовала, как Алекс напрягся. Услышала, как скрипнули его челюсти.

С минуту я боялась, что он броситься на отца. Но вместо этого, он сделал шаг назад, развернулся и стремительным шагом направился прочь.

Я поспешила за ним.

Вместе мы пересекли лужайку, прошли мимо чужих столиков и остановились возле нашего. Алекс сел и указал мне на стул:

— Сядь.

Приказ, прозвучавший в этом коротком слове, ошеломил меня.

Вокруг беседки ходили люди. Они болтали, смеялись, общались в ожидании ужина. И им не было дела до чьих-то проблем, кроме собственных.

— Вы в порядке? — тихо спросила я, заглядывая Алексу в лицо.

Он хмыкнул:

— Отлично. Просто отлично. Если не считать того, что родной отец хочет увести контракт у меня из-под носа.

Это была не вся правда. Я чувствовала, что дело не только в этом.

— Значит, отец ваш главный конкурент в этой сделке?

— В сделке года, Надя, а может и всей моей жизни. Чтоб ты понимала, я готовился к ней с первого дня моего назначения на пост гендиректора.

— Но зачем ему это?

— Доказать мне, что я еще не готов стать президентом компании, или самому себе, что ему не пора на покой.

Алекс говорил зло и отрывисто, но замолчал, когда подошедший официант начал расставлять салаты. Тем временем беседка заполнялась людьми, а возле микрофона появился мужчина во фраке.

Но у меня оставался еще один вопрос.

— Что он имел в виду, когда говорил, что я чего-то не знаю?

Лицо Алекса передернулось, точно от боли.

— Забудь. Это тебя не касается. Просто держись от него подальше, так будет лучше… для всех.

Резко поднявшись, он направился в сторону уборной, а я осталась сидеть, глядя ему вслед широко раскрытыми глазами.

Интуиция подсказывала: все не так просто. Алекс скрывает какую-то тайну и не хочет, чтобы я узнала ней. А вот его отец, наоборот, не прочь познакомиться ближе.

А еще между этими двумя очень натянутые отношения. И дело не только в разводе родителей. Все намного серьезнее.

Наверно, мне не стоило лезть в их дела, но было уже слишком поздно. Я любила Алекса и хотела ему помочь. Мне было плевать, какие жуткие тайны он пытается скрыть от меня. Я готова была принять его любым, со всеми недостатками. Лишь бы он снова стал тем Алексом, в которого я влюбилась.

Глава 33

— Подожди меня здесь, — Алекс на секунду сжал мою руку. — Я хочу поговорить кое с кем.

Посчитав, что этого достаточно, он покинул беседку, оставив меня одну.

Я нервно вздохнула. За ужином мы не перекинулись и парой слов. Точнее, я общалась с женщиной слева, он мужчиной справа. Один раз я попросила его подать мне вина, и он едва взглянул в мою сторону.

И вот теперь я сидела одна, не зная, что делать. Ни Тины, ни ее девушек нигде не было видно. Не то чтобы я нуждалась в их присутствии, но в окружении незнакомых людей мне было не по себе. К тому же меня тревожило поведение Алекса. А еще я банально устала и хотела домой.

— Неужели мой сын оставил тебя одну? — знакомый голос заставил развернуться.

Ко мне уверенной и в то же время неспешной походкой приближался Роберт. Подойдя, он одарил меня обворожительной улыбкой.

— Мне сказали, он весь вечер глаз с тебя не спускал.

— Я новичок в таких делах, — ответила как можно нейтральнее. — Вероятно, он переживал, чтобы я не потерялась.

— Неужели? — его внимательный взгляд прошелся по мне. — Что ж, может быть. Ты очень красивая, такая может и потеряться.

— Спасибо.

Комплимент был сомнительным. Я поплотнее стянула шаль на плечах.

— Вижу, Алекс был с тобой очень щедр. Мой мальчик, я тоже не привык скупиться, если женщина отвечает взаимностью. Чувствуешь себя особенной, не так ли? Дорогая одежда, эксклюзивные драгоценности, свита из визажистов… Думаю, раньше ты о таком не могла и мечтать.

Он издал низкий смешок, и его рука невзначай коснулась моей.

Роберт продолжал:

— Но я знаю Алекса. Он вовсе не душка и подчас может быть откровенно жестоким. Он умеет ранить, не так ли? Я знаю это, потому что знаю его всю мою жизнь.

— Я вас не понимаю, — пробормотала, пытаясь незаметно отодвинуться.

— О, я не имею в виду ничего дурного. Алекс отличный стратег, наша компания только выиграла, когда он стал генеральным директором. Но что касается женщин, то у него всегда были… проблемы. Он не создан для отношений. Не жди от него чего-то особенного, и тогда не будешь разочарован.

— Я просто его сотрудник.

— Что ж, это радует. В отличие от моего сына, я знаю, что нужно женщине. Я покупаю своей малышке то, что ей нравится и когда нравится. И не жалею денег на личное счастье. С возрастом приходит… опыт.

Он провел пальцем по моей руке до локтя.

Это было так неожиданно, что я вздрогнула и, нахмурившись, глянула на него.

Вывод был очевиден: старый Рэнгольд флиртовал со мной. Знал, что я пришла с его сыном — и флиртовал. Это было омерзительно.

Стараясь сохранять спокойствие, я медленно произнесла:

— То, что у меня есть грудь, еще не значит, что я идиотка, мистер Рэнгольд. Если бы вы знали, что нужно женщине, вы бы не развелись.

Я понимала, что нужно уйти. Просто развернуться и уйти. А не накалять и без того двусмысленную ситуацию. Но слова Роберта заставили меня остаться на месте.

«Не жди от него чего-то особенного и не будешь разочарован»…

Почему он сказал это именно так? Подразумевал свое разочарование?

Может, все дело в помолвке Алекса? Почему-то я подумала именно о ней. Вряд ли Роберт в восторге от невестки-лесбиянки.

Но обсуждать свои домыслы с ним я не собиралась. Наоборот, на языке крутилось совсем другое:

— Алекс сложный человек, но он искренний. Может слишком прямолинейный, но честный. И в отличие от других, ему нет нужды покупать себе женщин.

Теперь Роберт смотрел на меня иначе. Пристально, изучающе.

— А ты бойкая птичка, своего не упустишь. Только Алекс никогда не станет добычей, он хищник. Не боишься, что использует тебя и выбросит?

Мне стоило усилий хладнокровно сказать:

— Я ему доверяю.

Я ушла с высоко поднятой головой, хотя мои ноги так и норовили подкоситься.

Только что я почти открыто нагрубила Роберту Рэнгольду. Одному из самых богатых и влиятельных людей на этом вечере. Вряд ли он молча это проглотит. И вряд ли последствия мне понравятся.

Наверно, стоило вернуться и извиниться. Но у меня не было ни малейшего желания это делать. Как ни крути, а отец Алекса был мудаком. И я не собиралась извиняться за правду.

Я шла к автостоянке, когда кто-то окликнул меня. Это был Алекс. Он приближался мощной, целеустремленной походкой уверенного в себе человека. Но выражение его лица не сулило мне ничего хорошего.

Пришлось остановиться. Я сложила руки на груди, пытаясь согреться. Ночью похолодало.

— Кажется, я сказал тебе оставаться на месте, — недовольно бросил мой босс.

И начал снимать пиджак.

— Эм… — я не знала что ответить, чтобы не разозлить его еще больше. — Не стоит…

Но позволила ему накинуть пиджак мне на плечи. И даже стянула его у горла, наслаждаясь теплом и запахом Алекса.

— Лимузин уже в пути.

Алекс отвел меня в сторону, подальше от мягких огней, освещающих дорогу, и остановился под дубом.

— Я ждала тебя возле беседки, но… — я покосилась на людей, идущих мимо нас к автостоянке, — твой отец подошел.

Он промолчал. Его лицо оставалось в густой тени, и я не могла разглядеть его выражение. Я не знала, о чем он думает, и это заставляло меня нервничать.

— Боюсь, я была с ним не очень вежлива, — покаялась, прижимаясь спиной к стволу дуба. — Но и он явно с кем-то меня перепутал. Он предлагал мне деньги или что-то в этом роде… И просто был грубым. Прости, если мое поведение задело тебя.

— Я слышал.

Внезапно нагнувшись, Алекс скользнул губами по моей скуле.

— Что ты имеешь в виду?

Закрыв глаза, я наслаждалась этим прикосновением, желая, чтобы оно продолжалось как можно дольше.

— Я видел, как он подошел к тебе. Прости, я должен был сразу вмешаться. Но…

— Что между вами происходит?

Вместо ответа Алекс мягко обнял меня за шею. Его большой палец скользнул по моим губам, и я услышала тихий голос:

— Ты еще такая невинная. О многом даже не догадываешься. Тебе не нужны контракты и правила, ты живешь, как душа просит, и не знаешь, как можно жить иначе. Я завидую тебе. Ты замечательная женщина, Надя, и твоя внешняя красота это всего лишь оправа, а не главное достоинство. В тебе есть кое-что более важное. Но именно это «кое-что» внушает мне страх.

Его большой палец прошелся по моей щеке, когда он склонился ниже. Губы Алекса коснулись моего лба, а затем кончика носа. Я ждала, надеялась, что сейчас он меня поцелует…

Но Алекс только на долю мгновения прижался своей щекой к моей и тут же оторвался, чтобы обнять меня.

— Я слышал, как ты защищаешь меня. Спасибо.

Не зная, что ответить, я тоже обняла его. Обхватила руками за пояс, радуясь ощущению твердых мышц.

— Не только я. Есть много людей, которые тебя любят.

— И кто же? — он хмыкнул.

— Например, Дилан. Ты лучший босс, который у него был. И он всегда на твоей стороне, с первой минуты.

— Да, я знаю. Дилан тоже сокровище. И ты ему очень нравишься. Он едва не отчитал меня, как мальчишку, за то, что я плохо обращаюсь с тобой.

— О, так ты знаешь его имя? — я рассмеялась. И, не удержавшись, провела руками по его спине.

У Алекса в кармане завибрировал телефон.

— Лимузин здесь, — сказал он, бросив взгляд на экран. — Идем? Я очень хочу вернуться.

Я кивнула.

Всю дорогу Алекс смотрел на меня со странной смесью тоски и желания, но не делал попыток приблизиться, потому что на этот раз мы ехали не одни. Это одновременно и возбуждало, и разочаровывало. Хотеть друг друга и держаться на расстоянии. Безумно желать и не иметь возможности даже дотронуться.

Тина и ее девочки что-то щебетали, но я их не слышала. Я видела только Алекса, слышала только его, буквально дышала им. И молила про себя, чтобы это мучение побыстрее закончилось.

Наконец, самолет приземлился в Нью-Йорке.

— Вы хотите, чтобы я отвез мисс Майерс домой? — спросил Дилан с опухшими глазами.

Он был на ногах уже восемнадцать часов и не имел ни минуты для отдыха.

— Нет, не нужно. Доставьте Тину и ее помощниц, куда они скажут, и можете быть свободны.

Мы с Алексом остались в лимузине. Когда дверь закрылась, меня охватило волнение. Новая волна жара прокатилась по телу мелким покалыванием и сосредоточилась внизу живота. Господи, как я хотела его в тот момент! Наверное больше, чем когда-либо в жизни.

Пару секунд Алекс смотрел на меня, будто что-то решая. Потом взял телефон, соединяющий с водителем.

— Остановитесь возле дома мисс Майерс и подождите, пока я выйду. Дверь открывать не нужно.

— Да, сэр, — услышала я ответ.

Бросив трубку, Алекс притянул меня к себе. Его губы заскользили по моей шее, руки по спинке платья, нащупывая застежку. Он рывком стянул его мне на пояс, ничуть не заботясь о сохранности, и моя грудь выпала на свободу.

Только охнула, когда Алекс толкнул меня на сиденье. А потом жадный рот накрыл мой сосок. Я застонала, цепляясь руками за широкие плечи. Алекс что-то промычал, потом оторвался на секунду, чтобы сказать:

— Сними его к черту!

— Да, сэр, — бесстыже мурлыкнула я и выскользнула из платья, заодно сняв и трусики.

— Умница.

Он дернул меня за бедра, подтягивая к себе. Мое тело послушно скользнуло к нему, ноги раздвинулись.

— Великолепно, — пробормотал он, окидывая меня новым взглядом. Его глаза задержались на моем лице. — К черту все правила.

Резко нагнувшись, он подхватил мои бедра и впился губами в ноющую плоть.

— О, боже! — из меня вырвался вскрик.

Я вцепилась руками ему в волосы, когда язык Алекса коснулся меня. Он действовал быстро, не давая ни мгновения на передышку. Кружил вокруг клитора, посасывал его, проникал внутрь так быстро и глубоко, как только мог. Мое тело напряглось, внутри завязалась тугая пружина. Дыхание стало коротким, прерывистым.

— Алекс! О, Алекс, — попискивала я, чувствуя приближение оргазма.

Не выдержав, еще шире раздвинула бедра, отдаваясь ему целиком.

И в этот момент удовольствие поглотило меня. Оргазм заставил разлететься на сотни кусков.

Мое тело выгнулось, чтобы тут же обмякнуть.

Собственный крик еще стоял в ушах, когда я услышала Алекса

— Не могу больше ждать, — прорычал он, задыхаясь. — Соси мой член!

— Да, сэр, — я ответила без тени стыда.

С возбужденной улыбкой схватила его за молнию, пока он спешил расстегнуть пуговицы на рубашке. Обхватила рукой бархатистый ствол, уже готовый для меня. Пощекотала головку кончиком языка. А потом вобрала в себя так глубоко, как только смогла.

— О, Надя… — почти простонал Алекс, скидывая рубашку.

Он схватил меня за волосы, заставляя сделать несколько глубоких движений, а потом оттолкнул. Его губы нашли мои, скользнули по горлу вниз, пока я стаскивала его штаны к самым лодыжкам.

— Хотелось бы, чтобы у нас была кровать, — пробормотал он, утыкаясь мне в шею и покрывая кожу страстными поцелуями. — Прости, но я очень долго терпел.

Он поднял меня и заставил встать на колени. Я уперлась руками в спинку сиденья. Его бедра прижались к моим ягодицам, и я почувствовала, как он наполняет меня. Жесткий и твердый. На всю длину.

Я издала громкий стон.

Руки Алекса накрыли мои груди. Пальцы нашли соски. Мы начали двигаться в едином ритме, все убыстряясь. И я, закрыв глаза, сама насаживалась на его член.

— Да, Надин, это то, что нам нужно…

Алекс заставил меня развернуться. Мы скатились с сиденья на пол, и он оказался сверху. Задрав мои ноги, закинул себе на плечи. Толкнулся в меня тяжело. Я охнула, почувствовав, как он касается матки.

Поза была не слишком удобной, но Алекса это не трогало. Он трахал меня так же целеустремленно, как и делал все, к чему прикасался. Он проникал все глубже, вырывая из меня крики и стоны.

— Скажи мне, — выдохнул, глядя мне в лицо каким-то безумным взглядом.

И его твердая грудь потерлась о мои тугие соски.

— Возьми меня, Алекс, — простонала я, когда волны удовольствия начали накатывать одна за другой.

Лимузин остановился, а Алекс нет. Он начал вонзаться в меня быстрее, сильнее, жестче. Его тяжелое дыхание звучало в унисон с моим.

— О, боже! — простонала я, сжимая его ногами.

Внутри меня возник маленький взрыв, который обещал поглотить целиком. Наслаждение достигло своего пика.

— Да, Алекс, о, да, трахни меня!

Мой голос срывался. Я задыхалась, выпрашивая эту милость. Я была уже на краю, но мне хотелось еще и еще.

— Да, детка, — прорычал Алекс мне в ухо. — Давай! Сделай это!

Его приказ прорвал последний заслон.

Я разлетелась на части. Оргазм накрыл меня сладкой пульсацией. Я втянула воздух в легкие, издавая еще один долгий стон, когда волны кульминации одна за другой стали пронзать меня.

Алекс содрогнулся во мне. Мы замерли в изнеможении, прижимаясь друг к другу. Я хотела, чтобы он оставался во мне еще немного. Мне нужно было его тепло. Его крепкие объятия, сильные руки, горячие губы…

— Не бросай меня, Надя… — внезапно прошептал он мне на ухо. — Я готов пойти на компромисс. Я могу сделать тебя счастливой, только скажи, как…

Теперь Алекс был в роли просителя. От его слов, от тона, которым они были сказаны, у меня сдавило горло. Но я не была готова давать ответ здесь и сейчас.

— Я подумаю об этом, — честно ответила я и крепко обняла его.

Он сел и посмотрел на пол, прежде чем помочь мне подняться и сесть на сиденье. Он помог мне одеться, а потом привел в порядок свою одежду.

— Я доверяю твоим таблеткам, — тихо сказал он, не глядя на меня. — Я не делал этого ни с кем другим в течение десяти лет. Не заставляй меня сожалеть об этом.

Я поняла, что он имеет в виду. Секс без защиты.

— Не беспокойся, — я постаралась говорить уверенно. — Я еще не готова стать матерью. В моей жизни полный беспорядок, к тому же я слишком молода для этого.

Он долго смотрел на меня, а потом мягко провел кончиками пальцев по моему лицу.

— Готова?

Мы вышли на холод.

Алекс проводил меня до двери дома и замер, словно не зная, что делать дальше. Стоя передо мной, он коснулся моей щеки тыльной стороной ладони. Его взгляд, полный тоски, был прикован к моим губам.

— Увидимся завтра.

— Хорошо…

Я ждала, что он меня поцелует. Но он развернулся и направился к лимузину, спрятав руки в карманы брюк.

Глава 34

Все это время я задавалась вопросом: что с ним случилось? Почему он так маниакально старается держаться подальше от других девушек, от меня? Почему ищет только удовлетворения своим физиологическим потребностям, но не душевным? Чем его так отталкивают любые попытки проникнуть дальше?

Вернувшись в квартиру, я поняла, что уже скучаю по Алексу. Прошла в спальню, и на глаза попался контракт, все еще лежащий на кровати. Белые листы с черными строчками, пестревшие моими пометками.

Вспомнился последний взгляд, который Алекс бросил на меня перед тем, как уйти. И я задохнулась от воспоминаний: растрепанные волосы, скрученные простыни, переплетение тел…

Я больше не могла быть правильной. Не могла быть рациональной.

Я хотела того, что хотели все девушки Нью-Йорка: Алекса Рэнгольда, самого недоступного мужчину в мире. И он был таким вовсе не из-за невесты.

Черт! Да он даже ей был недоступен!

Он был замкнут в своей башне из слоновой кости. Могущественный, несгибаемый. Он скрывался от мира за своими контрактами и костюмами.

Я хотела раздеть его, содрать всю мишуру и найти под ней человека. Мне было все равно, чем за это придется платить, и как сильно я пострадаю.

Я хотела узнать настоящего Алекса Рэнгольда. И я бы пожертвовала своим телом, а возможно, даже душой, чтобы сделать это.

В пятницу я, как всегда, вошла в офис. Затаив дыхание и сжав ремешок сумки вспотевшими ладонями, прошмыгнула мимо охраны. Сегодняшний день должен был стать моим последним рабочим днем в этой компании. Если я так решу…

Странно, что Алекс ничего не сказал об этом вчера. Ни единого слова. Даже не намекнул. Весь день он вел себя как обычно: тот же немногословный, полностью погруженный в работу трудоголик. Он даже ни разу не оторвался от монитора, чтобы взглянуть на меня, когда я приносила кофе или бумаги.

Стараясь не нервничать, я действовала в обычном режиме, отработанном уже до рефлексов. Сделала кофе, прихватила папку с контрактом и вошла в кабинет. Молча поставила кофе на стол, рядом положила папку.

Алекс молчал, уткнувшись в компьютер.

Только когда я была на полпути к выходу, послышался шелест бумаги.

Он открыл папку, я была в этом уверена! Мой выдох показался мне громом среди тишины.

За остаток дня Алекс не сказал мне ни слова. Когда я приносила кофе, он не поднимал глаз. Когда он проходил мимо моего стола, то даже не смотрел в мою сторону, словно не узнавал. Ни сообщения в мессенджере, ни по е-мейлу…

Ничего. Полное игнорирование.

К концу дня я уже вся извелась. Я не знала, чего мне ждать.

Что если Алекс уже передумал? Что если я ему не нужна?

Эти мысли сводили меня с ума.

В восемь часов Алиссия встала, обернула шарф вокруг шеи и тщательно застегнула куртку.

— Еще один день в раю закончился, — она устало улыбнулась мне. — Увидимся в понедельник?

— Я… не знаю. Может быть, — моя улыбка вышла кривой. Слишком уж я пыталась скрыть за ней неуверенность.

— О, верно. Переговоры! — она подмигнула мне. — Он даст тебе то, что ты хочешь, поверь. Он хочет, чтобы ты осталась. Иначе не стал бы тратить время и деньги, чтобы чему-то тебя научить. И он не стал бы искать для тебя более подходящую должность.

— Более подходящую? — пискнула я.

Мое лицо вспыхнуло.

— А ты думала, что выпускник университета достоин только кофе подносить да разбирать бумажки? — она послала мне многозначительный взгляд. И обвела рукой вокруг себя: — Ты стоишь больше, чем все это. Думаешь, я ничего не вижу? Не отступай, бери все, что можно и даже больше. Алекс может себе это позволить. Люди все время пытаются обмануть друг друга. Использовать. Выехать за чужой счет. Это нормально. Это жизнь. Ты либо принимаешь ее правила, либо тонешь. И только от тебя зависит, где ты будешь завтра: на крыше мира или на дне. Я давно это поняла и бьюсь за свою жизнь каждый день. Ты будешь дурой, если откажешься и уйдешь. Не позволяй мужчине расслабиться — и он даст тебе все, что ты хочешь.

Я вздохнула, не совсем согласная с ее тирадой. Но не стала ничего отвечать. Слова Алисии смутили меня, особенно это «бери все, что можно». Но это было ее виденье мира, и я не хотела ее переубеждать. К тому же, в какой-то степени она была права.

Люди всегда использовали друг друга, используют и будут использовать. Так устроено общество и сам человек.

Но мне хотелось немного больше.

Когда за Алиссией закрылся лифт, я поймала себя на том, что начала нервно постукивать ручкой по столу.

Меня изводила одна единственная мысль: должна ли я сама пойти к Алексу и узнать свою судьбу? Неизвестность буквально съедала меня заживо.

Я пыталась набраться решимости и даже уже начала вставать, когда он сам появился возле меня.

Коротко выдохнув, села обратно.

Алекс обошел мой стол. В руках он держал синюю папку. С минуту его пристальный взгляд буравил меня, а потом папка полетела на стол.

— Я ухожу, — произнес он бесстрастно. — Дилан отвезет тебя домой, это не обсуждается. Он ждет внизу.

— Да, сэр, — ответила я пришибленным голосом.

— Увидимся в понедельник.

Он направился к лифту, а меня охватило волнение.

Мои руки немного подрагивали, когда я взяла папку. Что ж, это то, чего я хотела — не так ли? Быть с Алексом на моих условиях. Но сейчас я готова была согласиться на любые условия, лишь бы остаться с ним.

Почти не дыша, открыла папку. Я ожидала увидеть копию контракта, но там лежал оригинал, исчерканный моей рукой.

Я достала его. Бумажный лист затрепетал в моей руке, когда я прочла:

«Я готов довериться твоему внутреннему компасу. Не обещаю, что смогу, но обещаю, что буду пытаться. В понедельник обсудим детали. Приходи подготовленной.

А. Р.»

Мои губы сами собой растянулись в улыбку. Алекс пошел на компромисс! И готов довериться мне. Готов пойти на мои условия.

А мое условие было только одно: никаких контрактов, никаких правил. Просто взаимные желания и ожидания. И удовлетворение потребностей друг друга по мере их возникновения.

Да, я понимала, что это не идеальное решение, но ведь и жизнь никогда не была идеальной. Но все же, с чего-то нужно начинать отношения. Так почему бы не с взаимного доверия?

Я закрыла папку и почувствовала прилив надежды.

Алекс Рэнгольд впустил меня в свою душу.

Мне осталось только раздвинуть границы.

КОНЕЦ.

Content

Рита Мейз
Алекс. Покорить доминанта

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34