Эми Мун

Не отпустить тебя

Пролог

Лишь потеряв, ты понял что любил,

Что жизнь мгновение

И что она ничтожна.

И сердцем понял, что так не хранил,

Теперь в глазах тоска

И пустота возможно.

Но умирать еще ты не готов,

Хоть камень в сердце

Так его терзает.

Он будет фениксом среди своих оков,

Сгорит в костре

И вновь восстанет.

(Мира Тихая.)

* * *

Утро в Семицветах началось как обычно.

ГРОХОТ!!! С потолка посыпалась штукатурка, а стены расцвели новым узором трещин. Два побитых жизнью гобелена не выдержали экзекуции и с шуршанием сползли на светлые плиты пола. Несколько секунд спустя ноздрей едящих, разговаривающих, спорящих и прочих "-щих" достиг невероятный, просто фантастический по своему содержанию и структуре запах. В нем было все. Нет, не так. В нем было ВСЕ!!! Вонь выгребных ям причудливо переплеталась с изысканным ароматом цветущих роз, периодически являя невольным дегустаторам сего творения цитрусово-терпко-тухло-нежные нотки, а венчала все это безобразие пряная вишенка. Народ притих.

— Ребятки! Я создал! Я созда-а-ал…, - из распахнувшейся двери погреба-лаборатории вывалился Макс Травознавец. На самом деле его звали Максимильян, но на это давно плюнул даже Совет Гильдии. И не помогало тут ни уважение к возрасту, ни к мастерству. Макс навсегда застыл для общества на отметке «двадцатилетний, свой-в-доску парень», и мало кого волновал тот факт, что мужику стукнуло хорошо так за сорок.

Он был в неизменном, заляпанном демон знает чем халате, имевший некогда гордое звание «целительский», а ныне — «страдающая за правду накидка» сумасшедшего (самую малость!), но лучшего в городе, а возможно и на всем континенте алхимика. Цвет его волос давно стал тайной за семью печатями, ибо от постоянных экспериментов они приобретали то рыжий, то светлый, порою сизый и прочие оттенки. На тощей шее болталась связка амулетов, карманы топорщились от весьма необходимых вот прямо в этот момент вещей, а из-за очков, криво сидящих на довольно выразительном, можно даже сказать гордом носу, блестели живые, вечно молодые и хитрые карие глаза. Бородка, как всегда, была до невозможности аккуратна и цветом под стать волосам.

— Опять??? — прогнусавила Ира Искра, изо всех сил прижимая надушенный платочек к хорошенькому носику наманикюренными пальчиками. Ее подружки охали и закатывали накрашенные глазки. Неразлучное трио как всегда было в полном составе. Искра, Марара Айс, и Карина Звонкая. Девчонки хоть куда, но желательно на подиум. Рыжая, блондинка и чернявка были магичками в области огонь, холод и звук. Всегда отштукатурены и одеты так, будто сейчас в гильдию ввалятся не менее дюжины принцев и наперебой будут обещать райские кущи где-нибудь на Островах Сирен.

Народ со второго этажа бодро оставлял все свои дела и вылетал из комнат. Алекс Сталь вывалился из крайней каморки, на ходу поправляя темно-серые, свободные штаны, заправленные в излюбленные берцы из мягкой кожи. Легкая кожанка куда-то пропала, а черная майка была подозрительно измята. Мастер Оружия прибывал в очень скверном расположении духа и, судя по всему, прикидывал, какое подвластное ему оружие сейчас лучше материализовать — цепь и охотничий нож. Светло-пшеничные, выбритые по бокам, волосы, выбились из небрежного пучка, а глаза сверкали гневом неудовлетворенного самца. Собственно самцом он и был. И дело даже не во внешности, а в удивительной харизматичности, доставшейся негодяю от предков Боги знают за какие заслуги. Алекс почесал трехдневную щетину и уже открыл было рот, чтобы высказать все, что думает о Максе и что хотел бы с ним сотворить в теории, а после и продемонстрировать на практике, как подтянулся Март Яблочко.

Все звали его просто Март, ибо кто по неосторожности упоминал вслух, пусть даже не относящееся к нему лично название несчастного фрукта, рисковал схлопотать стрелу точно в район седалища. Для начала. Чем насолил пятилетний мальчуган местному регистратору даровитых в магии ребятишек, оставалось домыслами. Фактом же являлось довольно милое, но совершенно не подходящее мужчине его статуса прозвище.

Посему яблоки в гильдии отсутствовали в любых своих проявлениях. Ибо не стоит провоцировать. Как и сын, Март был мастером Оружия, но иного вида. Мужчине достались лук и копье, а так же по совместительству кресло Главы Совета гильдии. Март флегматично щурил точно такие же, серебристо-серые глаза, периодически смаргивал слезу стрельчатыми ресницами, а темные брови были сложены в изломанную линию. В принципе на этом семейное сходство заканчивалось. От папки Алекс получил только вид магии да глазки бесстыжие. Ну и характер немножко.

— Макс, колбы твои так! — гаркнул Март — Что за парфюмные эксперименты?

— Я созда-а-ал, — Травознавец победно поднял руку и раскрыл широкую ладонь.

По гильдии пронесся общий вздох. Философский камень! Неужели смог? Глаза Марта зажглись деловым огоньком. Глава прям-таки прочувствовал всеми костьми, как в нем просыпается бизнесмен.

— Было, было, помню, — из комнаты Совета выплыла Мия Небесная. Платье, изобилующее кружевом до тошноты, колыхалось на пышных, аки кучевые облака, телесах. Изящная головка на красивой шее была гордо откинута. Пепельные волосы уложены в идеальную прическу, а голубые глаза скептически прищурены. Еще одна из совета. Воздушная магичка. Такая же непостоянная и изменчивая, как и ее стихия.

— Губу не раска…

Тут пламенную речь Мии прервало тихое "ш-ш-ш" и сверкающий всеми цветами радуги, многогранный камень почернел и трухой рассыпался между пальцев застывшего алхимика. Макс проследил действия обманчивого булыжника не верящим взглядом, а затем с воплем рухнул на колени.

— Балаган! — тряхнула гривой Мия, демонстрируя сегодняшнее светско- аристократическое настроении, — Окна откройте!

Алекс развернулся и потопал туда, откуда прибыл. Гильдия засуетилась. Миша Шрам и Хейв Темный поволокли стенающего Макса к бару с целью привести в чувство стаканчиком — другим горячительного напитка. Миша и Хейв были, можно сказать добровольными попечителями алхимика. Шкафоподобный Шрам владел магией превращения. Его ипостасью был бурый медведь. Хейву досталась школа Тьмы, с которой готичного вида парнишка довольно быстро нашел общий язык.

Пожалуй, единственной фигурой, не проявляющей никакой видимой заинтересованности в происходящем, остался Лерис Фантом. Не покривив душой можно сказать, что из всей разношерстной братии Фантом выделялся больше всех. Ну, хотя бы потому, что никто до сих пор не знал он это или она. В гильдии даже делали ставки, достигающие порой невероятных высот, и всячески пытались вывести Лериса или Лерис на чистую воду. Да вот только куда там.

Во-первых: Лерис или не умел или не хотел разговаривать, общаясь исключительно и только по делу иллюзорными письменами, а это, как не крути, магия экстра-класса.

Во вторых: одежда Лериса скрывала абсолютно всю его фигуру. Жара, холод — Фантому было плевать. Единственное отличие — полосатый шарф, когда погода совсем уж не радовала. Бесформенная темная байка, с накинутым капюшоном, лицо скрывает белая маска, прячущая от постороннего взора даже глаза. Штаны — черные милитари, и видимо на размер или два больше, чем надо, но аккуратно подогнанные по длине. На ногах спортивные ботинки. Кисти затянуты в перчатки, оставляющие на виду только две фаланги пальцев. На правой руке в несколько слоев, поверх манжета байки блестел дымчатыми шариками браслет. Довеском Фантом постоянно таскал с собой посох, украшенный все теми же неопознанными минералами.

Лерис не проявлял интереса ни к женщинам, ни к мужчинам. Дни напролет сидел в своем уголке и аккуратно прихлебывал чай. Часть лица, которую должны были наблюдать любопытствующие, тотчас окутывало темным туманом, стоило маске ненадолго оторваться от положенного места. Все, что удалось собрать о нем согильдейцам, было постыдно мало.

Фантом теоретически предпочитал чай, любой, но без сахара. Хотя чаще пил черный. Был невысокого роста и не крепкого телосложения. Во всяком случае, плечи его были довольно узкими, а пальцы тонкими, с красивыми, но обстриженными под корень бледно-розовыми ногтями. Любил читать, не отдавая предпочтения ни одному их жанров, а самое главное — был очень, очень сильным магом и владел уникальной школой, совмещающей в себе все известные виды магии. Фантом черпал свою силу напрямую из первозданного источника энергии, что было крайне опасно и несколько невозможно.

Так уж получилось, что все живые существа мира Аргории были чувствительны к магии. Но чистая энергия и материальное не могут существовать безопасно бок о бок. Поэтому своеобразной перемычкой, позволяющей физическому телу находиться в пригодной для жизни форме, была душа, а регулятором восприимчивости — самосознание. Так, души животных были «глухим» фильтром. Звери, птицы и остальные божьи твари хоть и имели чувства и какую-никакую память, но магией пользоваться не могли. Это же касалось людей, которые по тем или иным причинам от рождения были ущемлены в разумном плане до определенной планки. Остальные же имели возможность использовать энергию, но и тут был свой пункт. У большинства населения способности были весьма слабого действия. Из разряда «умение активировать предмет заряженный магией» ну или как максимум воздействием сил вырастить большее количество урожая, чем у соседа. И лишь счастливчики способны были использовать магию, как боевую мощь.

Искра, например, с детства обладала взрывным характером — ей досталась сила огня. Алекс просто обожал рукопашную и железо — ему посчастливилось овладеть оружием. И так далее. Фантом же как будто мешал всю магию в кучу и выдавал просто немыслимые по своему виду заклятия.

При желании он мог бы померяться силами со всем Конклавом, а потом выбить себе местечко среди Верховного Совета. Но вместо этого сидел в их гильдии и пил, демон его забери, чай! Вызывало недоумение так же и то, что верховные магистры не уделял столь экстравагантной фигуре должного внимания. А если положить руку на сердце — откровенно игнорировали.

Почему Фантом не делал всего, чего мог бы, почему он отказывался от некоторых выгодных заданий, почему почти всегда сдерживал свою магию — никто не знал, а Фантом не горел желанием объяснять. По-хорошему он и жить-то не должен, однако жил, пускай и однообразно. Он жил (вопрос «где?» также оставался без ответа), а гильдия гадала. В конце-то концов, это мальчик или девочка? Он даже отзывался на любое обращение, подразумевающее пол. Вот гад!

Что же касается самой гильдии, то, как и Фантом, Семицветы были своего рода уникальным явлением в городе Флер, который был выбран столицей Антанты. Союза нескольких областей под руководством дюжины сильнейших магов.

Обычно, желающие усилить свои способности обращались в гильдии, изучающие тот или иной вид магии. А вот Семицветы являли собой сборную солянку, специализируясь не на чем и на всем сразу. С одной стороны это давало некоторые преимущества в получении заданий, с другой их же и отбирало. Всегда было проще нанять опытного мага Воды из Водной гильдии, чем обращаться не пойми к кому. Козырем было то, что чаще всего давали комбинированные поручения, которые маг одной школы не мог выполнить самостоятельно. Приходилось идти на поклон к соседям. Вот тут и поднимала голову бюрократия. Пока главы гильдий договорятся, пока определят исполнителей и составят договор, отвечающий кодексу двух, а то и трех гильдий, пока разберутся с оплатой, пока, пока, пока… А Семицветам подобные перипетии были чужды. Команда формировалась мгновенно и без лишних вопросов. Так что, когда требовалось исполнить не сложное по своей сути поручение, эта гильдия были впереди планеты всей.

Вступить можно было после нехитрого собеседования. Возраст от пятнадцати лет. Впрочем, в гильдии был даже свой мини детсад. Дети парочек, обретших любовь под сводами трехэтажного, немного пошарпанного, но очень уютного дома из светло-желтого песчаника с шикарной лоджией на втором этаже.

Глава 1

— Нет, милые, повысим ставки, — несколько жеманно и, как всегда, ритмично, пропела Карина, — Кому суждено проиграть — к Фантому идет. Его чай выпивает. До дна!

Ее оппоненты в лице Искры, Шрама и Алекса на секунду задумались, осмысливая информацию. Реакцию Лериса предугадать было нельзя. Начало увлекательной игры «Подойди к Фантому и…» положил самоуверенный красавец Миколош Цвет, гильдейский природник. Однажды он решил-таки постоять за правду своих слов. В одну из попоек очаровашка-брюнет заявил, мол нутром чует, что Лерис — это она. А чуйка его ни разу не подводила. И плевать, что интуиция проснулась после литра крепчайшего эля, как плевать и на то, что до его всевидящего нутра особо упорные даже сходили к весьма известной гадалке. На вопрос кто или что есть Фантом, карты выдали несусветную дичь, а шар предсказаний вообще сломался. И кажется — насовсем.

Так вот. Путем кропотливых манипуляций Миколош на максимуме своих возможностей воссоздал такой букет, что не стыдно было бы и самой Сонаре Изящной преподнести. Расправив плечи и гордо вздернув подбородок с ямочкой, он вихляющей (будь проклят эль!) походкой двинулся в сторону читающего Фантома. Водрузив свое творение на стол, он в эпитетах рассыпался о своем восхищении способностями Леррис(а?), о его мастерстве и прочем, и прочем. Постепенно сводя диалог к теме о, несомненно, прекрасных, но чуточку замкнутых девушках, и его трепетном отношении к сим особам. Его изумрудные глаза выражали крайнюю степень благодушия с капелькой обожания. Вся женская часть гильдии завистливо кусала губы и тихо ненавидела ни в чем неповинного Фантома. Не отрываясь от книги, Лерис лишь слегка махнул рукой, точно отгоняя назойливую муху. Парня отшвырнуло волной воздуха к противоположной стене, и впечатало в один из гобеленов. Странно, но отделался он парой синяков. Букет же превратился в симпатичных голубеньких бабочек, и разлетелся по всей гильдии на радость детишкам и влюбленным.

С тех пор любящие драйв иногда испытывали судьбу, то есть Лериса. Ничем серьезней вывихов и синяков этот хмырь не награждал, ибо Кодексом запрещено калечить согильдейцев в неравных схватках. Но чаще Фантом оставался равнодушен, а если уж его совсем доставали — просто подымался и уходил. Иногда очень и очень надолго. За это «счастливчик» сильно получал от Совета гильдии. Хорошие маги должны быть всегда на подхвате.

— Лады, — хлопнул по резной столешнице Алекс, — Я готов рискнуть.

Миша и Ира синхронно кивнули.

— Сдавай Звонкая, твой черед, — озвучил очевидное он, — Играем три круга

Карты быстро легли рубашками вверх. Партия в «МагПокер» началась. Постепенно их стол оброс болельщиками. Борьба была напряженной, а ее величество Фортуна изменчивой. Алекс, вначале уверенно метивший в лидеры, начал сдавать позиции. Сочувствующие на перебой советовали стратегию. Парень раздражено отмахивался, зыркая потемневшими от азарта и нетерпения глазами на своих противников, которые, кажется, сговорились. О пламенной нелюбви Алекса к Фантому знали все.

— Готовься милый, — вскрыла свои карты Ирина, — испить чайку!

На стол легли четыре огненных элемента и один Шанс. Алекс сжал кулаки так, что в гильдии отчетливо стал слышен хруст костяшек. Кстати, а почему он стал вдруг слышен? Да просто в помещении наступила гробовая тишина. Глаза сидящей напротив Карины превратились в два блюдца, да и Миша с Искрой не стесняясь таращились за его спину. Алекс медленно повернул голову и поднял глаза. Белая маска равнодушно глядела на него черными провалами глазниц. Фантом стоял в одном шаге, склонив голову чуть на бок, а в руках у него была чашка. Полная чашка с чаем, которую Лерис услужливо протягивал ему.

Ни секунды не колеблясь, Алекс подскочил и взял предложенное угощение, отчаянно борясь с искушением плеснуть напитком в бездушную маску. Все затаили дыхание. Фантом сам (!) выполз из своего угла, и проявил участия в праздной жизни магов!

И тут несчастный сосуд подозрительно хрустнул, а в следующее мгновенье разлетелся на сотню осколков, выплескивая содержимое на одежду изумленного Алекса.

Кто-то на втором этаже заржал.

— Ах ты! — разъяренный самоубийца схватил Лериса за грудки и занес было руку для удара.

— Алекс! — Март оказался как раз вовремя, — Прекратить! Живо ко мне. Оба!

Фантом демонстративно смахнул невидимую пылинку с плеча и как не в чем не бывало прошествовал к лестнице, которая вела прямиком в комнаты Совета. Алекс топал за ним, надеясь, что тот споткнется и сломает себе шею. А уж он, так и быть, снимет этот белый ужас с хладного трупа. Без особых усилий распахнув тяжелые двери, украшенные потускневшими кованными вставками, Фантом почтительно склонил голову перед Советом.

Март восседал во главе стола. По правую руку находились Мия и Глория Скала. Вопреки разности их школ — Воздух и Земля, небольшая Мия и массивная Глория питали друг к другу весьма крепкую дружескую привязанность. По левую расположились Шао Ток и Елисей Уайт. А вот эти двое особо не ладили, хотя магия школы Электро и школы Света не очень и перекликались. Шао задумчиво разглядывал фигуру Фантома своими черными миндалевидными глазами. Его красивые, высокие скулы были украшены обновленными клановыми татуировками, а черные жесткие волосы заплетены в косу. Белокурый Елисей, сцепив пухлые ладошки вместе, всем видом демонстрировал свое недовольство от вынужденного соседства с Током. Уайту хотелось поскорее вернуться обратно в библиотеку и продолжить свои научные изыскания. Какую тему на этот раз он облюбовал, пока оставалось секретом. На все вопросы Елисей лишь невинно хлопал белыми ресницами и прищуривал светло-голубые глаза.

— Алекс! Объясни, какого лешего вам неймется? — с места в карьер начал Март.

— Да ладно, — раздражено рыкнул тот, — Ничего такого не делали.

— Сколько раз говорил вам, бестолочи, не доставайте Лериса! А ты, — Март обратил свое внимание на молчаливого участника дискуссии, — проигнорировать не мог?

Фантом равнодушно повел плечами. Алекс тихо ругнулся. Рядом с этим чудиком он чувствовал себя постоянно на взводе. Что-то в хлипкой фигуре Фантома его беспокоило, но он никак не мог понять, что именно. И это раздражало.

Март выстукивал по столу рваный ритм. Надо бы придумать наказание для этой парочки. Совместное задание — идеальный вариант. Но Фантом мог просто отказаться. И заставить его не представлялось возможным. Вот ведь, навязал же Конклав на его голову эту бесполую проблему. Почему именно Семицветы, м? Этот вопрос преследовал Марта уже лет пять как.

— Раз вы так чудно поладили, — медленно проговорил глава, — есть для вас работенка.

Мия щелчком пальцев отправила одну из множества листовок, разбросанных по столу в сторону штрафников. Пергамент с тихим шелестом приземлился аккуратно на стол перед Фантомом. Наклонив голову, тот бегло глянул на заявку.

Исполнитель гильдия ________

Мэрия горда Ривер запрашивает у Конклава двух магов.

Предпочтение в специализации: Мастер оружия, маг стихий

Цель: в вышеуказанном городе раз в трое суток пропадают молодые люди в возрасте от двадцати до двадцати пяти лет. Тела находят полностью обескровленными. Похищения происходят ночью в неустановленное время. Охрана действия не возымела. Число жертв на момент подачи заявки: 2 мужчин, 2 женщины

Оплата на человека: 1500 золотых, аванс 10 % от указанной суммы

Число/подпись

Фантом беспокойно встрепенулся.

«Согласие дано, — письмена заискрились в воздухе, — Пойду в одиночку»

— Ах, как мило! — прошипел Алекс, уязвленный до глубины души, — Смотри не надорвись.

Март спрятал улыбку. Сработало. Сыновья безразмерная гордость показала свои зубки. Теперь Алекс точно составит компанию Фантому. Из принципа. Эти двое бодались чаще прочих. За что парень недолюбливал Лериса оставалось неизвестным. Нет, ну все ему не слишком сильно доверяли, но со временем успокоились. А вот строптивый сын своих замашек не оставил.

— Нет, Лерис, там работы на двоих. Разделитесь. Возьмешь на себя основную часть. Алекс останется прикрывать.

«Справлюсь без него, — упрямо продолжал настаивать Фантом, — Он будет лишним!»

Глаза Алекса потемнели. Предупреждая гневную тираду сына, Глава твердо и нажимом произнес:

— Ты не сможешь быть сразу в нескольких местах. О преступнике ничего не известно. Алекс идет с тобой и точка!

Дело дурно пахло. Что за сумасшедшему понадобилось вдруг столько крови? Для каких целей? За Алекса Март не переживал. Фантом костьми ляжет, но не подвергнет напарника лишней опасности. Пару раз согильдейцы составляли ему компанию. Для того, чтобы в итоге заниматься рутинными поручениями, в то время как Лерис тащил все задание на себе и близко не позволял напарникам подвергаться хоть какому-нибудь риску.

Фантом только рукой махнул, мол делайте, что хотите.

— Отлично! — Март вписал крупным, ровным почерком название гильдии, а затем провел над пергаментом именным перстнем. Надпись вспыхнула и чернила поменяли свой цвет на темно-золотой. Свиток тут же отправился в ящичек для почты.

Глава глянул на карту, висевшую сбоку. Поднялся и закрепил магическую метку, напротив города-заказчика.

— Конклав будет уведомлен сегодня же. Поторопитесь взять билеты на ближайший поезд.

«Сделаю», — тотчас отозвался Лерис и, поклонившись, направился к двери.

Алекс бросил на него презрительный взгляд через плечо, а после отправился хлопотать на счет снаряжения и целебных зелий.

Глава 2

Нырнуть в переулок, потом вверх по черной лестнице в соседний двор, выйти на оживленную улицу, свернуть в трущобы. Прохожие не обращали внимания на сутулую фигуру в маске. Спешили мимо. Экстраординарные наряды — это не то, чем можно было шокировать равнодушных ко всему жителей столицы. Маги особенно усердно старались обозначить свою уникальность. Чего только не придумывали.

Перед глазами опять вырос забор. Путать следы было скорее привычкой, чем необходимостью. Когда голова была перегружена мыслями, ноги жили отдельной жизнью. Петляли по самым глухим местам, оттягивая неприятный момент разговора с Мастером. Потому что как не готовься, все равно страшно! И зубы позорно выбивают чечетку, не смотря на твердую уверенность идти до конца.

Интуиция давно шелестела о грядущих переменах. И сегодняшнее задание махнуло им стартовым флагом. Мелькнула малодушная мысль, что утром следовало бы остаться дома. Наивно конечно. Все равно бы поступил приказ отправляться в Ривер. Агенты Тайного Совета следили за каждым мало-мальски кровавым событием.

Неприметная дверка в столь же неприметном переулке. За эти пять лет она стала такой родной, почти домашней! Сколько еще людей когда-то считали этот уголок домом? Пальцы вспыхнули нежно голубым пламенем, которое перетекло на выщербленную временем деревянную поверхность и сложилось в едва видимый витиеватый узор небесного лотоса. Скрипнув, дверь чуть приоткрылась.

— Я дома, Мастер! С плохими новостями, наверное.

На встречу вышел полностью седой мужчина. Подтянутая, крепкая фигура и четкие движения выдавали в нем хорошо тренированного бойца, мускулы перекатывались под иссушенной смуглой кожей.

— Выкладывай, — глухо проговорил он.

Маска была бережно уложена на полку, байка развешена рядом.

— Сейчас. Ах, хорошо!

Тонкие пальцы ловко выбрали горсть шпилек из прически. Тряхнув рассыпавшимися волосами, девушка глубоко вздохнула. Теперь бинты. Привыкнуть к ним она так и не смогла.

— Не пойму, зачем такие предосторожности, — по привычке буркнула она, — Не пятый размер же!

— Но и не первый.

Лерис, а вернее Лера ничего не ответила. Конспирация штука такая. Особенно под носом у тех, кто тебя знает. А помнит ли? Но, это уже был другой вопрос.

— Мне и Алексу выдали задание. Я отбрыкивась от его компании, но Март настоял.

Не давая голосу выдать внутреннее волнение, она без запинки пересказала суть заявки. Но не задать следующий вопрос просто не могла.

— Скажите, это…оно?

— Интересно, по каким причинам послали вас двоих?

Лера мысленно скривилась. Мастер был тем еще прохвостом и частенько закалял ее терпеливость недомолвками и молчанием.

— Да опять они возню затеяли, — неохотно буркнула она, — Ставку сделали, на мой чай. Ну, я Алекса и напоила. От души да по всей одежке.

Старик покачал головой.

— Я свяжусь с магистрами. А ты пока можешь отдохнуть. Поговорим за ужином.

Лере оставалось покорно вздохнуть и направится в свою комнату. В любом случае ее догадка сегодня будет или подтверждена или опровергнута. Пара часов не сыграют решающей роли.

Несмотря на неприметный фасад, дом внутри был очень даже уютным. Небольшая гостиная с мебелью из темного дерева. Стол, два кресла перед маленьким камином, книжные полки у стены. Окна было почти под самым потолком, невзрачные и махонькие. Но магические светильники давали вдоволь света. Кухня в соседней комнате, через нее же выход в закрытый дворик, там происходили тренировки. Туалет и ванна у лестницы, ведущей на второй этаж, где располагались их с Мастером спальни.

Скинув вещи и переодевшись в халат, девушка взяла полотенце и отправилась принимать водные процедуры. Добрая порция воды на голову обычно помогала привести мысли в порядок. А на трясущиеся поджилки можно просто не обращать внимания. Все равно отступать от намеченной цели было слишком поздно. Не для того было потрачено семнадцать лет жизни, что бы вот так взять и сбежать как последняя трусиха.

Трубы тоненько запели, выпуская воду на волю. Лера подошла к резному сундучку на туалетном столике и задумалась. Ей надо успокоиться. Значит, сегодня подойдет лавандовое масло. Девушка выхватила нужный пузырек и щедро отмеряла целых пятнадцать капель. Приятный запах защекотал ноздри. Не плохо. Вздохнув полной грудью, она погрузилась в ласковую воду. Вытянула ноги и закинула их на край ванной.

Заставив себя сосредоточиться на физических ощущениях, Лера ждала, пока горячая вода сделает свое дело. Сработало. Тело постепенно расслаблялось. Мысли уже не походили на неконтролируемый водоворот, а плавно и медленно, подобно широкой реке, текли в голове.

Тренировки, тренировки. Сколько она себя помнила. Ну, почти сколько она себя помнила. Тренировки для тела, для разума, для магии. Ни на секунду не забывать о своей цели. Помнить, идти вперед. Ценить принесенные жертвы и быть готовой присоединиться к ним.

Как муравьи, которые строят своими телами мост через широкое, липкое кольцо смолы. Она один из этих муравьев. Однажды, все закончится. Если очень повезет — на ней.

Шиар. Возможно, его когда-то звали по-другому, но история не сохранила этого факта. Безумца окрестили именем одного из легендарных демонов тьмы. К сожалению, не просто так. Раз в сто-дести лет множество жизней шло на прокорм сумасшедшей твари. Во всем мире не оставалось ни одного безопасного места. От мага не возможно было укрыться и единственное, что спасало жителей Аргории от полного уничтожения — это ограниченный аппетит монстра. Едва нажравшись, он снова исчезал.

Глупо было спрашивать Мастера. Наверняка это начало жатвы. Несчастные юноши и девушки только первые колосья. Шиар еще не вполне проснулся, но его безумие сводит с ума слабых духом магов.

А еще этот Алекс! Мысли о нем заставили Леру тихо зарычать. Нашелся тоже, чаеман! Сколько можно ее допекать? Ну, ни капли не изменился. Растащило ввысь и вширь, а мозгов не прибавилось. Кретин самовлюбленный!

Неприятные воспоминания, как одна всем известная субстанция, поперли наверх.

Вот он беззастенчиво тискает очередную одноразовую постельную грелку в одном из закутков библиотеки, совершенно не обращая внимания на проходящую мимо девушку. Его пассию тоже мало волнует постороннее присутствие. Ослепительная блондинка провокационно двигается, комкая майку на мускулистой спине. Алекс поворачивается, смотрит на Лерис с вызовом и недовольством. По всему видно — дай только повод и он с удовольствием рискнет своей шеей.

Вот Алекс с похмелья буквально лежит на столе. Лоб плотно прижат к запотевшей кружке с элем. Густые пряди волос золотыми ручьями рассекают темное дерево стола. Нечего было так надираться на концерте.

Лера тоже была там. Разумеется безбилетником. На крыше стадиона, почти у сцены. Немного магии и ее вторжение было надежно скрыто, а исполнители — смотреть на них не к чему. Она лежала на еще теплой от солнца крыше и, закинув руки за голову, наслаждалась музыкой и зажигающимися звездами. А после, уже покидая гостеприимное местечко, случайно наткнулась на пьяного в дым Алекса. Пошатываясь и громко рассказывая о своем последнем задании, он вел под руку очаровательную и не менее пьяную леди, заботливо укрытую его кожанкой. Скрепя сердцем и наступая на горло собственной гордости, Лера проследила за ними, оберегая от встреч с не совсем дружелюбными личностями. Покалечат еще идиота, а с девушкой так вообще неизвестно что сотворить могут. А на утро Алекс находился вот в таком жалком состоянии. Проходя мимо, Лера ощутила на себе злобный взгляд. Ха! Как будто это она вчера ему спиртное заливала.

Вот Алекс разрывается между двумя прекраснейшими двойняшками. Девушки незнамо как оказались на вечеринке, посвященной концу года. На лице Алекса жадность и растерянность. Выглядит смешно. Лера даже в какой-то момент заинтересовалась, какой же «счастливице» выпадет шанс проснуться не в своей постели. Вот незадача, обе ушли! Лера едва не расхохоталась, глядя на позеленевшее от негодования лицо парня. Не все тебе, дружок, масленица. Ложка громко звякнула, ударившись о край фарфоровой чашки. Алекс быстро повернулся и с прищуром посмотрел на нее, намереваясь не иначе как испепелить взглядом. К концу вечера он вроде не специально сильно толкнул ее стол, опрокинув содержимое чайника. Остановился и сложил руки на груди, всем видом показывая готовность к мелкой стычке. Сама удивляясь собственному спокойствию, Лера поднялась, и, обогнув его по широкой дуге, покинула гильдию, оставляя взбешенного Алекса вариться в собственном соку негодования.

Провокации, подколки, двусмысленные фразы, нарочно сказанные так, что бы она их слышала. Первый год это забавляло. Потом стало утомлять, а теперь и вовсе бесить. Алекс стал чаще прочих получать ее маленькие «дружеские» тычки. Но это только подхлестывало парня. Он язвил и злословил больше прежнего.

Исчезнувшее напряжение опять сковало мышцы стальным обручами. Тьфу, ты! Стальными! Да она при слове «сталь» готова была рычать и шипеть как взбешенная кошка. Негодяй, и тут подгадил. Испортил все впечатление от приятной ванны. А теперь еще и на задание с ним. Нянчись, Лерис, с дорогим деточкой. Ты ведь в двух местах быть не можешь. Плевала она на слова Марта, если нужно — будет. Но согласилась только потому, что эта поездка для Алекса была едва ли не большей костью в горле, чем для нее. Почему бы не позлить напоследок избалованного мальчика? Пусть вспоминает крошку Фантома «добрым» словом. Хорошее то быстро забывается, а вот тот, кто тебя бесит… О! Того будешь помнить до гробовой доски.

Но пора было приводить себя в порядок. На скорую руку вымывшись и завернувшись в пушистое полотенце, девушка протерла запотевшее стекло. Иногда руки крутило от желания сорвать эту демонову маску, швырнуть ее на пол и впиться взглядом в беспечные серебристо-серые глаза. Узнает? Нет? А если да, то что почувствует? Заговорит или потеряет дар речи? Лера энергично затрясла головой. К демонам! Ее желания — это желания маленькой девчонки, а не взрослого человека. Долой их!

Переодевшись, она пошла в кухню. Мастер уже сидел за столом, его тарелка была пуста. Лера молча положила себе еды и принялась воевать с мясом и гарниром. Противник не сопротивлялся и быстро капитулировал, исчезая с тарелки.

— Магистры склоняются к правдивости твоих слов, — нарушил тишину старик, — Случаи массовых убийств превысили допустимую планку.

Девушка подавилась листиком салата. Вот как, даже без прелюдий. Сразу перед фактом поставил. Впрочем, ожидать сентиментальных нежностей и утешений от старого бойца не приходилось. В разговорах Мастер был краток, расчетлив и холоден, как удар хорошо заточенного клинка. Поначалу было непривычно, но потом она приноровилась. Тем более это избавляло от ненужных надежд и иллюзий по поводу будущего.

— Значит, скоро все закончится, — безразлично пожала плечами она. Пожалуй, даже слишком безразлично. Но свои чувства перед Мастером показывать бесполезно, в крайнем случае, она просто тихо-мирно поревет ночью в подушку.

— Пойду, соберу вещи, — Лера отодвинула полупустую тарелку, салат все-таки победил.

— Тренировка по расписанию, не забудь! — крикнул ей старик и ушел во дворик.

Да, по расписанию, хоть солнце погасни. А тренировка — тренировка должна состоятся! В конце концов имеет она право поворчать? Не каждый день приходят сообщения о том, что тебе пора столкнуться нос к носу с самой большой и древней проблемой Аргории. И стать частью ключика к ее решению. Посмертно.

Глава 3

Алекс наблюдал за колдующим над телами жертв Фантомом. Надо признать, этот мистер-на-все-руки знал свою работу. Фантом суетился, осматривал со всех сторон, только что на изнанку не выворачивал. Использовал как знакомые, так и непонятные и, как подозревал Алекс, самопальные, заклинания поиска. Ни одной зацепки! Трупы были чисты и незапятнанны магией, как первый снег.

Фантом присел на табурет и глубоко вздохнул. Камушки браслета под пальцами щелкали и перекатывались. Сухие, безжизненней звуки порядком действовали на нервы, которые были и так не к черту. Мало того, что пришлось больше суток трястись с этим чудом в маске на поезде, так и в гостинице остался только одноместный дешевый номерок. Хорошо хоть Лерис сразу же утопал в непонятном направлении, высветив краткое «Буду утром»

— Может, хватит? — почти крикнул Алекс, — Я тебе этот браслет знаешь, куда сейчас засуну?

«Месье знает толк в извращениях?»

Алекс поперхнулся. Определенно, с Лерисом творилось что-то странное. Это он так шутит что ли? Фантом шутит?

— Очень остроумно, — проворчал он, — И откуда ты такой веселый взялся?

Фантом принялся нервно мерять шагами помещение.

«То есть, откуда взялись они, тебя интересует меньше?»

Надо же… Это был не совсем тот вариант событий, на который рассчитывал Алекс. Их диалог выходил за рамки обычного. А если добавить к этому беспокойную перебежку из угла в угол, подрагивающие пальцы, постоянное кручение браслета на запястье, то этого было достаточно, чтобы понять — Лерис очень волнуется.

— По крайней мере, о них хоть что-то известно, — Алекс постарался, что бы его голос звучал примирительно. Любопытство пересилило неприязнь и ему отчаянно хотелось узнать о загадочном спутнике чуть больше.

Фантом остановился. Поднял было руки для «ответа», а потом вдруг как-то сгорбился и только покачал головой. Алекс скрипнул зубами от досады — не получилось. Ничего, у них еще есть время. По крайней мере, будет, что рассказать в гильдии.

«Ждем нового нападения» — изящные буквы растаяли в воздухе. Хлопнув дверью, Лерис удалился, предоставив Алексу самому разговаривать с начальником охраны. Парень, не стесняясь, от души ругнулся. Мэр будет в восторге от таких новостей.

Тем временем Лера быстрым шагом удалялась от здания суда, где по совместительству в подвале находился морг. На душе был полный раздрай. Сомнений не оставалось — началось. Глядя на бледные, безжизненные тела ей вдруг отчаянно захотелось уткнуться Алексу в плечо и просто постоять так, чувствуя рядом живое человеческое тепло. Просто прижаться, обнять крепко-крепко, хоть на пару секунд. Вот до чего паршиво бывает — соглашаешься спрятаться под мышкой у последнего раздолбая гильдии.

Она даже позволила себе поговорить с ним по-человечески. Боги, как же ей порой этого не хватает — просто поговорить. Хорошо хоть опомнилась вовремя. Тоже мне, агент ноль ноль восемь. Намек на информацию о ее личность был толст, словно хряк-победитель на деревенской ярмарке.

Лера села на резную скамейку в центральном саду и принялась разглядывать прохожих. Они шли по своим делам, просто гуляли или беседовали. В общем жизнь кипела и это, как ни странно, успокаивало. Мир после нее не рухнет, буду рождаться дети, расти, влюбляться, создавать семьи и рожать своих детей. И это прекрасно и стоит того, к чему ее так старательно готовили. Пальцы сами перебирали дымчатые бусины ее личного кусунгобу*

— Долго сидеть тут будешь? — Алекс плюхнулся на лавку рядом с ней.

Она вздрогнула. Как нашел? А она-то хороша! Даже не заметила! Расслабилась, расслабилась. Выговор тебе, Лерис Фантом. Девушка отвернула голову.

— О чем раздумываешь? — как бы невзначай поинтересовался Алекс.

«О тщетности бытия, не видно, что ли?» — все, гулять, так гулять! Пять лет она честно терпела, а теперь имеет полное моральное право отвести душу хотя бы раз, а Алекс подходит для этого как нельзя кстати. Не убудет от магистров!

Довести Алекса до ручки и при этом от души поиздеваться, это ли не счастье? Старая обида не прошла, и порой болела, точно заживающий синяк. Тихонько и почти незаметно, но каждый раз давала о себе знать, стоило ей взглянуть в эти беззаботные серебристые глаза.

Да этот чудик ему еще и хамит! Оставил его принимать ушат дерьма от мэра, а сам в парке видами любуется? Тщетность бытия, значит? Алекс завелся с пол оборота. Ярость бросилась в голову, оттесняя любопытство на задний план. Да плевал он, кто перед ним, хоть сам верховный магистр Конклава. Сейчас он этому чучелу подпортит лицо так, что маску тот до конца жизни будет вынужден носить, без перерывов на обед. Из воздуха материализовался охотничий нож, привычно ложась костяной рукояткой в ладонь.

— Тебе конец, Лер-р-рис, — прорычал блондин, сверкнув потемневшими глазами, и резко выбросил вперед свободную руку, с целью блокировки противника.

Противник оказался шустрее. Резко нырнув под несостоявшийся захват, Фантом отсалютовал ему средним пальцем и бодро рванул в сторону гостиницы.

— Стой тварь! — Алекс кинулся следом, гигантскими скачками настигая тщедушную фигурку.

Нет, этот упырь определенно пользовался магией. То подпускал едва ли не на расстояние вытянутой руки, то вырывался вперед. Прохожие с удивленными криками отскакивали от странной парочки. Кажется, они уже успели оббежать город несколько раз. Алекс начинал задыхаться, но безграничная злость, подогреваемая оскорблениями от Фантома, сама несла ноги вперед.

Лера едва не повизгивала от счастья, слушая за собой тяжелые шаги и базарную ругань. Эти салочки доставляли ей ни с чем несравнимое блаженство. Лучше самой ароматной ванны, самого вкусного пирога, что умел готовить Мастер. Она с упоением гоняла Алекса по всему городу, иногда высвечивая ругательный «допинг». Без магии воздуха он, конечно, настиг бы ее в два счета. Ну, может не в два, но в три точно. Все-таки комплекцией и выносливостью парень весьма ее превосходил. Парень, ха! Скорее уж мужчина, в свои почти двадцать шесть. Но присущее ему раздолбайство портило всю картину. Ух ты, отстает. Похоже выдохся. Лера притормозила.

И тут же была свалена на землю мощным броском. Гад! Обвел вокруг пальца и так удачно использовал рывок усиленный магией! Секундное замешательство и Алекса отбросило на пяток метров назад. Девушка вскочила на ноги, пальцы сами сколдовали удушающее заклинание.

«Еще раз посмеешь и ты труп!» — высветила она, а потом развернулась и быстро пошла в сторону гостиницы.

Алекс ошеломленно потряс головой, автоматически потирая горло. Все мысли были там, в том крохотном отрезке времени, когда ему удалось обмануть Фантома. Будь он проклят, но эта женщина! Женщина! Сталь по праву считался весьма перспективным Мастером Оружия. Хорошие бойцы всегда должны чувствовать тело, как свое, так и противника. И вот сейчас…

Ткань не могла его обмануть! Слишком тонкая талия, слишком худая спина, слишком гибкие движения и слишком аппетитная задница. Он почувствовал ее сильные мышцы под слоем материи, но груди почти не было. Ключевое слово почти! Рука успела скользнуть вверх и упереться в мягкий, упругий холмик. Ах, какое тело! Тренированное, подтянутое. Как же соблазнительно она вздрогнула под его исследующими движениями!

Кровь сама прихлынула к скулам. Алекс еще раз встряхнулся. Стоп! Если она носит маску и общается письменами, значит с внешностью определенно не все в порядке. Может несчастный случай? Или плата за силы? Раздумывая, он не спеша брел следом за ушедшей девушкой. По крайней мере, он надеялся, что это девушка.

Лера бросала все моральные силы, чтобы не сорваться на бег. Предательство! От Алекса еще ладно, но она сама! Ух, до сих пор кожа хранит память всех его движений! Сильная рука крепко обвивает талию, лишая возможности двигаться, вторая расположилась повыше и широкой ладонью прижимает к разгоряченной, вздымающейся от бега груди. Жар моментально передался ей, охватив огнем шею, скулы, уши. Кажется, даже маска покраснела.

Всей спиной она чувствовала его крепкий торс, напряженные мышцы рук и плотно прижатые к ее пятой точке бедра. А еще… Ох, чтоб тебе Алекс пусто было — приятную тяжесть мужского тела почти лежащего на ней. Это было ново, странно, восхитительно и пугающе одновременно. Точно она смотрела с огромной высоты вниз. Жар усилился. Как никогда хотелось снять эту чертову маску. А если он понял? Проклятье! Она готова была поклясться, что он понял! Столько удивления, растерянности и какого-то непонятно откуда взявшегося удовлетворения было на его лице. Точно хищник почуял добычу и приготовился к атаке.

Судорожно сжимающиеся легкие и колющая боль в боку вернули ее с небес на землю. Все-таки бежала. Хватит, шутки закончились. Надо придумать связную ложь, что бы запутать не в меру любопытного парня.

Когда Алекс зашел в номер, Фантом уже попивал свой чай. По комнате плавал приятный аромат мяты и лесных ягод. Алекс плавно обошел стол и сел напротив. Уж что-что, а с женщинами он умел находить общий язык. Сейчас в ход пошло все его очарование. Голос, взгляд, движения — все предназначалось только для Лерис. Его догадка нуждалась в подтверждении.

— Не думал, что мне сегодня доведется обнимать такое очаровательное тело, — без предупреждения начал он. Голос звучал проникновенно и мягко. Обычно пара таких фраз и девочки сами выпрыгивали из юбок.

«Или такую очаровательную иллюзию» — белая маска все так же смотрела мимо.

— Что? — растерялся Алекс. Нет! Он не мог обмануться! Но Лерис очень сильна, или силен? А, проклятье! Уверенность таяла, как снег под весенним солнцем.

«Я позволяю тебе чувствовать то, что ты желаешь. Исходя из твоих слов — женщин у тебя не было давненько» — письмена истекали ехидством.

Алекс резко поднялся. Последняя фраза больно цапнула сердце. Этот хмырь прав. Мария, закатив грандиозный скандал, съехала неделю тому назад. Сам виноват, нечего было подпускать одну симпатичную официантку к шее. Подумаешь, потискал красотку на заднем дворике полчаса. Зачем же сор из избы выносить? Сейчас сбросить напряжение пришлось бы весьма кстати. Мария была горячей штучкой и постоянно искала новых впечатлений. А ее пышные формы радовали не только глаз, но и все остальное.

Фантом допил чай и ушел, высветив на прощанье знакомое «Буду утром». Алекс хмуро посмотрел ему в след. Пусть валит. А он сможет насладиться прелестями одиночества. Хотя, зачем одиночества? Вчера милая консьержка весьма недвусмысленно отвечала на его намеки, и в какой-то момент Алексу показалось, что раскручивает на секс не он, а его. Если дама настаивает, то грех не воспользоваться. Но проклятье! Как на зло, его не покидало ощущение в своих руках гибкого и сильного тела, яростно пытающегося освободится.

Быстро притворив за собой дверь, девушка выдохнула. Похоже — поверил. Во всяком случае — засомневался. Ну влетит ей от Мастера так влетит. Пошалила, называется. Она не спеша шла, поглядывая по сторонам, нужно было выбрать новое место для ночлега. Ноги сами принесли ее к конюшне на окраине. Сгодится! Ночевать с Алексом под одной крышей? Нет, увольте.

Аромат сена и тихое дыхание лошадей создавало умиротворяющую атмосферу. Но ей было не до медитаций. В ушах все еще звучал ласковый, тихий голос с легкой хрипотцой от воспоминаний о котором вдоль позвоночника пробегали мурашки. Нет, на такое должны вестись только необремененные интеллектом дамы, а у нее полно своих забот. Буквально заставляя себя не думать вообще, она, наконец, задремала.

* * *

Кусунгобу — японский ритуальный прямой тонкий кинжал длиной 29,7 см. С помощью этого кинжала осуществлялось ритуальное самоубийство (харакири).

Глава 4

Алекс проснулся от тычка в плечо. Рефлексы сработали мгновенно. Девушка рядом завизжала, а Фантом только плечами повел, стряхивая цепь, которая в ту же секунду развоплотилась, оставив после себя слабый туманный след.

«Прикройся»

Ругнувшись, Алекс принялся искать боксеры. Лерис отошел от кровати, не проявлял к его проблеме ровным счетом никакого внимания. Посмотрел в окно.

«Быстрее! Мало времени!» — спустя несколько секунд поторопил его Фантом.

— Предупреждать надо! — раздраженно буркнул Алекс. В последние дни он расслабился. Лерис мотался по всему городу днем и ночью. Что, где, с кем? Алекс в эти подробности посвящен не был. В конце концов он плюнул на неугомонного напарника и просто устроил себе отдых для души и тела. Больше конечно для последнего.

«Членом меньше думать надо» передразнил его тот «Впрочем, скоро тебе пригодится все твое обаяние. Такая женщина, закачаешься»

И он вышел. Алекс едва успел проститься со сговорчивой консьержкой, ссылаясь на дела и придурка-напарника.

Спустя полчаса они стояли перед входом в особняк.

«Жертва тут, еще жива. Я не могу пробить барьер, эта сумасшедшая замкнула энергию на себе. Убьем — погибнет девушка. Надо уговорить ее снять экран. Зовут Ингара де Соль, маг Звука»

Фантом быстро направился к закрытой двери.

«Держи орудие соблазнения» — в руку лег ароматный букет темно-бардовых роз.

Алекс был собран и спокоен. В другое время он бы засунул этот веник Фантому за шиворот с напутственными словами и подзатыльниками, но сейчас времени на пустые перебранки не было.

Фантом притаился сбоку, жестом предлагая постучаться в гости. Тяжелое металлическое кольцо в виде изгибающихся грифонов с увесистым шаром в когтях, громко стукнуло о потемневшую металлическую пластину.

Несколько томительных минут и дверь им открыла хозяйка особняка.

Алекс задохнулся. Если все выгорит, он Фантома живьем закопает. Женщина была высокой, с пышной седой шевелюрой. Пожалуй, на этом все приятное заканчивалось. Дама походила на скелет, обтянутый желтой, морщинистой кожей и замотанный в остатки хламиды. Передняя челюсть заметно выдавалась вперед, а глазки были маленькими и совершенно безумными.

— Да? — проблеяла мумия человека.

— Цветы для хозяйки, несравненной Ингары, — как можно обольстительней проскрипел Алекс.

— Ах, как неожиданно! Да что же мы! Заходите, заходите! — как-то по-птичьи засуетилось существо.

Алекс скосил глаза и увидел, как Фантом ткнул пальцем на дверь, а затем выразительно покрутил у виска. Парень тихо кивнул, мол — понял уже и, не раздумывая, шагнул в полутемное помещение. Лерис скользнул следом.

— Вы не представляете, сколько сил! Я вся на нервах, это так волнительно, волнительно! Еще кофе? — старуха уже пол часа пичкала их засохшим печеньем и залитым холодной водой кофе. Фантом жался на противоположном конце стола и делал вид, что он тут в качестве мебели, а вот Алексу выпала честь сидеть бок о бок с «гостеприимной» хозяйкой. Осторожные попытки вывести ее в нужное русло не увенчались успехом. Она прыгала с темы на тему, как кузнечик, путаясь, сбиваясь с мысли и начиная заново.

— Вы так прекрасно выглядите! — пошел ва-банк Алекс, — Я полагаю, у Вас, как истинной леди, есть свой маленький секрет…

Старуха замолкла. Фантом застыл, незаметно подгребая поближе посох. Алекс послал ей самый преданный и полный обожания взгляд, а потом подался веред, сокращая расстояние между их лицами до нескольких дюймов и тягуче закончил:

— … Ингара…

Он вложил в это слово всю страсть, на которую был способен. К горлу подкатила тошнота, но Алекс силком заставил губы разойтись в оскале ослепительной улыбки.

— Ах, юноша… — просипела жертва обольщения, — Вы так горячи! Пойдем, малыш, пойдем скорее, сладкая Ингара научит тебя маленьким хитростям. Она знает! О! Знает! Он сказал ей! Сказал!

Фантом не двинулся с места, но Алекс и без того понял — лишняя провокация не к чему. Скорее всего, он последует за ними спустя некоторое время.

Старуха вела его вниз, сжимая руку когтистыми, длинными пальцами. Иногда невзначай задевала острым бедром и кокетливо хихикала. Алекс стоически терпел. Нет, определенно это худшее испытание за всю его жизнь. Против тройки бешенных оборотней и то легче было выйти, чем терпеть этот ходячий ужас.

Ноздрей коснулась слабая вонь. По мере их продвижения она усиливалась, заставляя глаза слезиться, а желудок беспокойно ворочаться от подступающих спазмов. Ингара остановилась перед дверью в одно из помещений и мелодично пропела что-то на непонятном языке. Дверь вспыхнула алым. Не успело свечение погаснуть, как ее сбило с ног, а потом скрутило в компактный тюк. Из-за угла показался Фантом, камни браслета тускло светились.

«Подожди, сейчас»

Закончив заклинание паралича, он взмахнул обеими руками и по затылку Алекса пронесся легкий сквозняк. Вонь отступила. Не размениваясь на лишние разговоры, Лерис открыл дверь.

Юная девушка была прикована к изгвазданному столу. Жертва была без одежды и, похоже, без сознания. Видимых повреждений не было видно. Алекс сглотнул. Кровь. Она была повсюду. На полу, стенах, потолке, в разнообразных емкостях. Уже почерневшая и еще свежая. Вот, что создавало такой запах.

«Развяжи ее. И прикрой чем-нибудь»

— Без тебя бы не догадался, — огрызнулся Алекс, — Может, свою байку снимешь?

Комната создавала гнетущее впечатление, напоминая древний и весьма запущенный подвал для пыток. В углу стоял письменный стол. Огромное количество свечных огарков громоздилось по оба края, напоминая низкую, щербатую изгородь. В центре обосновалась куча пергаментов, свитков и книг всевозможных размеров. Фантом тут же принялся изучать эти «записки сумасшедшего».

— Интересно, она всегда такая была или от старости свихнулась? — задумчиво проговорил Алекс, бережно укутывая девушку своей курткой. Громкий судорожный вздох стал ему ответом. Фантом стоял, понурив голову и упираясь руками в столешницу. Алексу даже показалось, что он вот-вот хлопнется в обморок.

— Эй, подумаешь, одна сумасшедшая…

«Не одна! Скоро их будет много! Шиар…» — безмолвные и отчаянные, письмена таяли в воздухе.

Алекс застыл на месте. Нет! Не может быть! Всего сотня лет прошла… Как дубиной по затылку — прилетело осознание, что все его беззаботное будущие превратилось в пшик. Значит, слухи не врали.

Но секундное отчаянье так же резко сменилось острой решительностью. Пусть так! Он будет драться! Конклав не сидит на месте, маги совершенствуют свои умения и, возможно, с новыми заклинаниями у них будет шанс!

Алекс упрямо закусил губу, на скорую руку перекраивая ближайшие планы. Отец взбесится — к гадалке не ходи. Не важно. Он имеет право быть добровольцем. Скорее всего, набор начнется до объявления о чрезвычайном положении. Сколько у него есть? Месяц? Два?

Остаток дня Алекс запомнил смутно. Они с Лерисом все время были на ногах. Отнесли девушку лекарю, разобрались с мэром и полицией. О Шиаре пока не заикались. Нечего сеять панику, для начала должен узнать Конклав.

К вечеру он совершенно выбился из сил, но заснуть не мог. Лерис, против обыкновения, никуда не ушел, а примостился на тюфяке в углу, тихо перебирая бусины браслета. Его маленькая фигурка в полумраке выглядела до боли жалкой и потерянной. И почему-то напоминала… Алекс отвел глаза, прогоняя давнее воспоминание.

— Как ты ее нашел? — спросил, чтобы хоть как то разбавить гнетущую тишину.

«Мной было поставлено пару ловушек, что-то вроде паутины. Сработало»

Вот как, смог удерживать ловчую сеть несколько дней. Хорош. Если он будет выступать против Шиара, то шансы на успех возрастут.

«Без тебя она бы не выжила. Спасибо»

Алекс невесело рассмеялся. Сил чему-то удивляться совсем не оставалось. Он чувствовал себя опустошенным не только физически, но и морально.

— Надо же, как неожиданно — похвала от самого Фантома, — равнодушно пробормотал он.

«Мои силы не безграничны» — сверкнуло в воздухе, — «Спи, ты слишком устал»

Ладони Лериса вспыхнули нежно-фиолетовым. Век коснулись невидимые, мягкие пальцы и повели вниз. «Сонное заклятье, заботливый какой» — успела проскочить мысль, прежде чем Алекс погрузился в сон.

Глава 5

— Ты не имеешь права мне запретить!

— Идиот! — мужчина грохнул кулаком по столу. Зло и бессильно, — Шиару ты на один зуб! Он тебя одним плевком уроет!

— Посмотрим! — прорычал Алекс и быстро вышел.

— Алекс! Я запрещаю…

Но отчаянный крик разбился о хлопнувшую дверь. Нужно было успеть забрать сумку. Он сообщил о своем решении, но ждать, пока «знакомые» отца выкрутят руки и увезут к демону на рога, Алекс собирался. Взвинченный папаша не побрезгует любым способом его остановить.

После их задания прошло два месяца. Фантом исчез, едва ли не сразу после того, как объяснил все Марту, который, впоследствии, и уведомил Конклав. В качестве доказательства были предоставлены записки Ингары.

Слухи распространялись быстро. Аргорию охватила эпидемия паники, но скатиться в хаос не позволяла железная хватка Конклава. Менталисты работали на износ, один за одним предупреждая массовые нервные срывы, стражи жестко пресекали любой беспорядок, в каждом населенном пункте был введен комендантский час.

Но волна безумия набирала обороты. То там, то здесь происходили кровавые инциденты. Убийства становились все изощреннее и жестче. Пока, наконец, не пришла ужасная весть. Деревня Стоун на севере. Убиты были все. От стариков до грудных детей. С нее началось опустошительное шествие Шиара. На сегодняшний день было уничтожено три деревни и один город. Маршрут безумца был как всегда абсолютно хаотичным. Но в области поисковых заклятий за последнюю сотню лет был достигнут внушительный прогресс. И на место предполагаемого нападения уже был собран отряд из сильных магов и алхимиков, а население спешно эвакуировано. От гильдии Конклав потребовал присутствия Марта и Травознавца.

Мысли вернулись к Лерису. Трусливая тварь. Он должен был сразу понять, то Шиара тот боится до смерти. По всему видно было. Как у него вообще мысль возникла, что Фантом решит сражаться? Жалкая, никчемная шкура, любящая только свой помойный чай. Да и плевать на него.

Сумка с вещами дожидалась в одной из ячеек центрального хранилища. Домой Алекс идти не рискнул. При свидетелях в гильдии отец не стал применять силу. Но непременно уже поднял на уши кого следует. Времени было в обрез.

* * *

Девушка рассеяно оглядывала пустые улицы маленького провинциального городка Роузлэнд. Единственное, чем он был приметен — розы. Много, повсюду, самые разные. Собственно это было ясно из названия. Умереть среди роз, как романтично! Жителей давно увезли. Вчера прибыл отряд, посланный Конклавом. Шансов у него, конечно, не слишком много. Об этом знали все, но деликатно помалкивал. Единственный плюс в том, что души магов экстра-класса питали Шиара лучше, чем обычных людей и середнячков в плане магии. Посему и насыщение происходило быстрее. Впрочем, тому было без разницы, кем закусывать.

Теперь оставалось самое трудное. Подобраться к Шиару очень близко и так, чтобы не умереть. Лера рассеяно водила пальцами по подоконнику. Скоро, уже скоро. Она чувствовала возмущение магического потока. Шиар был словно черная дыра, искажающая и пожирающая энергию. Да, муравьи и смола. Красивое определение. Точное…

— Твой дружок здесь, — Мастер как всегда подошел неслышно.

— Что? — задумчиво протянула она, упорно не желая возвращаться в реальность.

— Здесь Алекс Сталь, — терпеливо произнес старик.

Девушка ругнулась. Кто его просил? Так и остался упрямым, самоуверенным мальчишкой! Да Шиар его в порошок сотрет, даже взглядом не удостоив. На сердце заскребли кошки. Хоть Алекс ее и бесил, но он не должен умирать вот так. Это неправильно!

— Какого хрена? Он еще молод! Мастер, уберите идиота подальше, а? Поранится еще.

— Ты помнишь правила. Мы в дела посторонних не вмешиваемся. К тому же, у нас не осталось времени.

— Но…, - Лера не успела закончить мысль, как в нескольких кварталах от их дома послышались крики. Огненный цветок взметнул свои лепестки вверх и потух, чтобы его место заняли электрические разряды, бьющие из земли в небо. Патруль нашел свою цель. Шиар явился и скоро от этого городка останутся руины.

— Скорее! Пока он занят!

Они сорвались с места.

* * *

Алекс быстро приближался к своей цели. Из-за переполоха, устроенного Шиаром на него не обращали внимания. Призвав гончих смерти, темный разделил магов на несколько отрядов. Теперь приходилось сражаться еще и с этими бестиями. Нельзя, что бы твари оставались в живых.

Утолив первый голод, Шиар перешел к игрищам. Кровавым и безумным. Чем ближе Алекс подбирался к нему, тем сложнее было себя контролировать. В голове гудело от попыток удерживать свое сознание ясным.

Парень завернул за угол и попятился. Цель стояла к нему спиной, как раз добивая очередную жертву. Кто-то из огненной гильдии. Черные вязкие нити, исходящие из посоха, опутывали несчастного, высасывая все жизненные силы. Рядом валялось еще несколько бездыханных тел.

Алекс крался вдоль развалин дома, тихо ступая по мощенной мостовой. Шаг, еще один, еще немного… Пальцы крепко сжимали скрученную в несколько колец цепь. Темный маг сжал кисть свободной руки и послышался противный хруст. Тело жертвы стало выворачивать и скручивать, точно кто-то невидимый выжимал его, как мокрую тряпку. Безумная волна радости и дикого удовлетворения затопила сердце. Алексу захотелось подбежать к изломанным останкам, вдохнуть пряный запах еще теплой крови, попробовать ее на вкус… Парень заскрипел зубами, пытаясь побороть навязанный морок.

Безумец резко обернулся и Алекса вышибло из укрытия на середину улицы. Шиар не спеша направлялся к очередной жертве. Невидимая рука давила на грудь, выбивая воздух из легких. С каждым шагом мага давление усиливалось, точно его швырнули под пресс. Перед глазами заплясали цветные пятна, а ребра отчетливо захрустели. Страха не было, только жалость от того, что не успел хотя бы нанести первый удар.

— Эй, Шиар! Не надоело еще детишек калечить? — звонкие, насмешливые слова разрезали тишину улиц.

Давление прекратилось. Алекс отчаянно хватал ртом воздух, откашливаясь и держась за грудь. Собравшись силами он поднялся и взглянул на говорившего. Лерис! Он здесь! Да нет же, она! Такой голос мог принадлежать только девушке. А дальше все произошло очень быстро. Шиар молниеносно вскинул руки, сложив пальцы для очередного заклинания. Но Фантом оказалась быстрее. Одним смазанным рывком оказавшись рядом с безумцем, она ткнула в его грудь посохом. Камни на браслете вспыхнули ярким светом. Бледные, призрачные нити побежали от ее руки, по древку и к вставкам на навершии. Новый всполох и светлая паутина расползлась по груди Шиара. Алекс рванулся к обездвиженному магу, забыв про сломанные ребра.

И тут же был сбит с ног каким-то стариком.

— Нельзя! — рявкнул тот, — Сейчас ты ничего не сможешь сделать!

Вокруг подымался ветер, закручиваясь вихрем, в центре которого находились две замершие фигуры. Алекс глядел, не в силах оторвать взгляд от происходящего. Байка Фантома трепетала, ветер сорвал капюшон, явив заплетенные в косу волосы. Пошатнувшись, Лерис упала на колени, не выпуская посоха из рук. Шарики на браслете со звоном разлетались один за другим на мелкие осколки. Магия, удерживающая маску ослабла, и та свалилась на землю.

Сердце ухнуло вниз, а потом, подпрыгнув, заколотило в грудную клетку — Лерис! Лера!

* * *

— Эй, ты кто?

Зеленые глазенки глядели удивленно и совсем бесстрашно. Девчушка была маленькой, с пухлыми щечками и выгоревшими волосами рыжеватого цвета. Совсем такого же, как медовая карамель тянучка. До безобразия изношенное платьишко едва прикрывало сбитые коленки.

— Ну, тут… мой мяч. Он за ограду улетел, — Алекс смутился. Это был чужой сад, наверняка перед ним дочь владельцев дома — я заберу и уйду. Ладно?

— Ладно. А как тебя зовут? — продолжала допытываться незнакомка, пока он шарил по кустам.

— Алекс, — буркнул тот.

— Алекс? Мне нравится!

И девочка посмотрела на него так восторженно, что Алекс вдруг смутился. Нравится ей! Подумаешь… Но глаза почему-то липли к земле, а щекам было горячо.

— А тебя как? — выдавил он.

— Лера, — с готовностью отозвалась она, — Давай дружить?

Алекс удивленно окинул ее взглядом.

— У тебя разве нет друзей?

— Нет, — грустно вздохнула Лера, — я здесь совсем недавно. Тетя не пускает меня на улицу, говорит, что я маленькая еще. Пожалуйста! Тут ужасно скучно…

Девочка выглядела обиженно и одиноко. И смотрела на него с такой надеждой, что Алексу стало ее жаль.

— Ну, хорошо. Я приду завтра вечером, и мы поговорим немного. Через ограду. Идет?

Она радостно закивала.

Так началось их знакомство. Оказалось, что Лера младше его почти на три года. Сюда ее отправили из соседней деревушки. У Леры проснулся дар иллюзиониста, а в приюте, где девочка жила с трех лет, не было учителей по этому профилю. Дальние родственники отыскались тут, в столице и согласились присматривать за девочкой на время оформления ее в новый приют. По словам Леры, тетка была этому не сильно рада. Своих бы детей досмотреть. Новоявленные же брат и сестра вообще не воспринимала ее как родственницу и попросту игнорировали.

Их знакомство плавно переросло в дружбу. Для своих лет Лера была сообразительной и живой девочкой. С удовольствием пересказывала Алексу сказки, которые ей довелось услышать от «самой-самой доброй и хорошей тетушки Янины», воспитательницы в их группе. Алекс же в свою очередь рассказывал ей о том, как готовится стать Мастером Оружия. Воодушевление и безразмерная гордость за него в глазах девочки была очень приятна. Она не уставала слушать, и часто просила повторить снова и снова. Общение с ней нравилась мальчику. Не надо было ничего доказывать или меряться с силой. Лера и так признавала в нем безоговорочного лидера и верила каждому его слову. Он наслаждался чувством полного главенства и ее искреннего, безусловного восхищения.

Пока однажды, из-за собственной трусости не лишился ее обожания.

В тот день тетка смилостивилась и выпустила Леру погулять с Алексом. Дети бежали наперегонки по солнечным улицам. Алекс как всегда выигрывал. Завернув в тихий переулок, они, наконец, остановились.

— Ты очень быстрый! — ее слова звучали восторженно. Кажется, Лере было чуждо чувство зависти.

Он хотел ей ответить, но…

— Эй, Алекс! Что это за малявка с тобой?

К ним подходило пятеро ребят. Алекс насупился. Его дворовые друзья. Ну как друзья, с одним из них он совсем не хотел водиться.

— Малявка, малявка! — подхватили остальные.

Лера беспомощно глядела на друга. В глазах читался страх и надежда, что Алекс не оставит ее в беде.

— Мы сейчас на пристань. Идешь с нами? Или будешь играть в песочнице с этой козявкой? — продолжал глумиться его соперник.

Алекс прибывал в нерешительности. С одной стороны, терять авторитет среди мальчишек ну никак не хотелось. С другой — бросить Леру сейчас было очень… подло. Он молчал, взвешивая все за и против.

— Алекс водится с девчонками, поглядите! С девчонками! Нашел себе подружку!

Мальчишки обидно засмеялись, обступая их кольцом.

— Она мне не подружка! — слова сами сорвались с языка.

В глазах Леры блеснули слезы. Она попыталась что-то сказать, но видимо совсем растерялась и, развернувшись, хотела уйти, но Жан схватил ее за руку. Девочка рванулась, и тот резко разжал пальцы. Вскрикнув, Лера упала, больно ударившись коленками о землю. Но тут же вскочила и, со слезами на глазах, бросилась прочь. Алекс остался на месте, стараясь заглушить в себе неприятное чувство стыда и беспомощности. Мальчишки улюлюкали и кричали ей вслед обидные словечки.

— Ну что, идешь? — ухмыльнулся Жан.

И Алекс отступил. Пошел вместе с ними, надеясь, что скоро ему станет все равно. В самом деле, это же Лера! Ну, подуется немного, а потом непременно простит. Она же с него глаз не сводит. Отойдет. Но к вечеру малюсенькое зернышко сомнений пустило росток в его сердце. И даже завтра днем, от души помолотив Жана по самому пустяковому поводу, ему не стало легче. Выдержки хватило на два дня. Однажды ноги сами принесли к ее дому. Перед глазами то и дело возникал отчаянный, полный немой мольбы взгляд девочки.

Тетка, открывшая дверь, сказала, что Леру наконец-то забрали в приют. В какой она не знала, да и знать не желала. Дверь захлопнулась перед носом у растерявшегося Алекса.

Хватая ртом воздух, как рыба, выкинутая на берег, мальчик уселся на каменные ступеньки. В груди расползлась мерзкий холод, как будто сердце вдруг пропало, а вместо него образовалась пустота. Этим днем он как во сне шатался по городу, пытаясь понять, что ему делать дальше. Расспросил вернувшуюся мать о городских приютах. Снова и снова пробовал искать ее сам, но не нашел. Лера исчезла из его жизни. А гнетущее чувство потери и вины сопровождало еще долгие годы.

Глава 6

Прозрение хлыстом ударило по и без того натянутым нервам. Умирает! Светлые нити утратили свою яркость, от Шиара по ним протянулась тьма, постепенно отвоевывая себе участок за участком. Дымчатые шарики продолжали разлетаться на куски. Из носа девушки хлынула кровь, а кожа пальцев почернела.

— Лера!!!

Алекс буквально отшвырнул от себя старика. Уклонившись от последовавшей атаки, он кинулся к ней. Цепь взметнулась в воздухе серебряной летной и обвилась вокруг плеч девушки. Алекс дернул подругу детства на себя что было сил. Паутина заклинания распалась и Шиар рухнул на колени, но быстро поднялся. Алекс заслонил собой обездвиженное тело. Он ее не отпустит просто так! Он уже не тот маленький мальчик.

Опомниться темному магу не дала подоспевшая подмога. Бойцы буквально теснили ошарашенного Шиара, заставляя отступать. Тот вел себя странно, словно колдовство Леры оглушило его. Он тыкался во все стороны, как слепой котенок, еле отмахивался от атакующих заклинаний и совершенно не делал попыток напасть на отряд. Покружив некоторое время по улице, он в конце концов остановился, упер посох в землю и, гортанно зашипев, исчез в обступившем его черном мареве.

Алекс бросился к девушке, около которой сидел старик. Не успел он открыть рот, как мужчина тихо произнес:

— Заткнись, если хочешь, чтобы она жила.

К ним подбежали другие. Среди магов был и отец. Его глаза обещали все кары неба и ада, но устраивать скандал перед всеми Март не стал, а потом и вовсе перевел взгляд на девушку. Жгучую злость смыло возрастающим удивлением, и мужчина уже приготовился разобраться в ситуации, но старик успел раньше:

— Мы тут в качестве добровольцев. Не успели найти штаб, наткнулись на Шиара.

Алекс поспешно кивнул, упреждающе взглянув на отца. Тот нахмурился, подобный поворот дел его явно не устраивал

— Позже объяснишься, — понизив голос, прорычал он.

Вместе они транспортировали едва живую Леру во временный лагерь магов, где ею занялся Макс. Старик забрал себе приметный посох и Травознавец так и не понял, кто перед ним пытался испустить последний вздох. Пока алхимик колдовал над своей пациенткой, Март отвел старика и Алекса в сторону.

— А теперь объясните мне, какого демона? — глава пристально разглядывал стоящего напротив старика.

— Много вам знать не нужно, ради вашей же безопасности, — спокойно произнес тот, — Довольно с того, что он, — тут старик кивнул на Алекса, — сунул нос туда, куда не следует. Какие последствия ожидают Лерис, сказать не могу.

Кулаки зудели от желания двинуть по морщинистой физиономии.

— Сунул нос, куда не следует?! Она могла погибнуть!

— Она и должна была погибнуть! — прорычал старик, — Погибнуть, чтобы остановить Шиара! Чтобы тысячи остались живы! И она это знала! Ее согласие было получено в добровольном порядке! А теперь…

Он лишь махнул рукой. Алекс не мог поверить своим ушам.

— Знала?! Хрень собачья!

Старик смерил его таким взглядом, что будь нервишки слабее, Алекс бы почувствовал себя последним дерьмом на свете. Но страшные глазки и нахмуренные бровки давно перестали быть для него авторитетом. Дерьмом себя Алекс не ощутил, а вот желание потренировать хук слева возросло. Март задумчиво потер подбородок.

— И что теперь?

— Не знаю, — пожал плечами старик, — Мне нужно уведомить о произошедшем определенный круг лиц. Раз юноша так любезно обломал все планы, то Лерис остается на его попечении. Если выживет, конечно. Я дождусь любого исхода, а после покину ее. На время.

— Значит, рассчитывать от Вас на более детальную информацию не приходится? — прямо спросил его Март.

— Нет. Ваше дело сейчас позаботится о Лерис и сделать все, чтобы наш разговор не покинул пределы этого компании. Главное, что вы должны знать, люди, тренировавшие ее, заинтересованы в смерти Шиара не меньше вашего. Этого достаточно.

Старик развернулся и пошел в сторону жилых домов, а Март переключил свое внимание на него. Алекс скрестил руки на груди. Второй пробирающий до костей взгляд он выдержал точно так же, как и первый. И на предстоящий выговор ему было плевать. Март это тоже знал.

— Тупость и отвага наше все, да, сын?!

Голос звенел, как натянутая тетива. Был бы у отца ремень, точно попытался бы применить в воспитательных целях. Даром, что никогда не бил.

— Это мой выбор! И я бы поступил так снова!

Март со свистом втянул воздух и перевел тему.

— Выходит, ты знаешь эту… девушку?

— Да, только не видел ее лет так семнадцать. Мы с ней… дружили, в некотором роде. Потом она пропала. А я пытался ее найти. И вот…

Алекс не хотел сейчас рассказывать отцу всю историю. В его душевные терзания была посвящена только мать. Но ее вскоре не стало, и мальчишка остался один на один со своими мыслями и переживаниями. Время постепенно заглушало чувство вины, и Алекс все реже и реже вспоминал о ней. До сегодняшнего дня.

— Ладно, пойдем, проверим твою подругу.

* * *

Было мутно и пусто. Будто она плыла в плотном, вязком киселе. В голове толклись огрызки мыслей. Странно, она часто слышала, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами, но единственно, о чем получалось думать — это жив ли Алекс. Круторогий, упертый баран, который своим бараньим мозгом решил, что сможет подобраться к Шиару незамеченным. Без прикрывающих разум и тело заклинаний, без магической брони. Самоуверенный, глупый мальчишка…

Шиар. А он, оказывается, был красивым. Когда-то. Гармоничность идеального лица обезоруживала. Внешность ослепительная и прекрасная на столько, что она на секунду усомнилась в правильности своих действий. Иссиня-черные волосы, бледная, почти мраморная кожа, строгие черты, будто вырезанные умелым скульптором, и пустые, абсолютно бездонные глаза, в которых плескалось безумие. Именно они черными крючьями вспороли вуаль очарования. А потом… Потом Лера просто сделала то, к чему готовилась семнадцать лет.

Было почти не больно. Только странное ощущение раздвоенности в конце. Она была Лерой и была Шиаром. Была жертвой и была палачом. Чувствовала хаос, окутывающий его плотным коконом. Ей хотелось крови, смерти, криков ужаса. И ей хотелось жизни, любви, счастья и мира. Она упорно пробивалась в центр этого водоворота безумия, отчаянно стремилась достигнуть дна. Достучаться до спящей глубоко под покровом тьмы души. Разбудить, заставить взглянуть на творимый им ужас, понять, почему он решился на такое.

И в качающейся перед глазами круговерти вдруг возникло еле заметное пятнышко. Крохотный ориентир среди черно-серой хляби. Это придало сил! С упорством горного тролля она рванулась вперед, на последнем издыхании устремляясь к источнику света в этом царстве мрака и отчаянья. Ее сердце ликовало. Смогла! Смогла!

Но до искомого дотянуться так и не удалось. Накопленные в течение многих лет эмоции прорвали силовой контур и устремились прочь. Это было так удивительно. Словно сотня и сотня светлых, крохотных бабочек отделялась от тела и разлеталась кто куда. Радость, счастье, надежда, восхищение, удивление, обожание… И любовь. Горячая, сладкая, томная, спокойная — разная. Любовь к друзьям, к родителям, к своему делу… К избраннику. В груди стало тесно. Поток воспоминаний свободной рекой хлынул в голову. Самые ценные, трепетно хранимые глубоко в сердце. Первая любовь. Чистая, искренняя, бескорыстная, светлая. Когда ты готов отдать самого себя без остатка, не требуя ничего взамен. Бабочки-искры разлетались во все стороны, а ее с новой силой потянуло к светлому пятну. Оно разрасталось и обретало очертания. Было уже так близко, что только руку протяни, но вдруг все пропало. А взамен пришла боль.

Ее ломало, выворачивало на изнанку, жгло пламенем и сковывало лютой стужей. Хотелось кричать, но голос пропал. Плакать — но не было глаз. Она была обездвижена, скованна по рукам и ногам незримыми, острыми цепями, и это приносило еще большие страдания. Лера не могла сказать, сколько она пробыла в таком состоянии. Секунду? Час? Годы? Понемногу, мучительно медленно агония отступала, оставляя за собой пустоту и безразличие. Сначала появилось ощущение глаз и девушка, наконец, попыталась открыть веки.

Боги всемогущие, как же сложно! Хуже, чем на последнем испытании, когда ей пришлось сойтись в поединке с Мастером.

Проморгавшись, она обвела глазами окружающее пространство. Жива… Что?! Жива? От удивления и дикой, истинно животной радости прибавилось сил. Девушка даже сумела повернуть голову

На нее смотрели до боли знакомые глаза. Светлые волосы были в полнейшем беспорядке, точно их хозяин недавно вскочил с кровати. И она поняла! Догадалась, что причинило ей боль. Кто причинил. Голос вернулся.

— Алекс… Ты идиот, — прошептала Лера пересохшими губами, прежде чем потерять сознание.

* * *

— Вижу, расстались вы не самым приятным… образом, — флегматично прокомментировал Март.

— Семейное, — огрызнулся Алекс

Не то, чтобы шок, но с толку сбивало определенно! Память услужливо подкинула все их мелкие стычки и препирательства. Заботливо отсчитала каждую пикантную ситуацию, и Алексу очень захотелось стукнуться лбом об что-нибудь твердое. Но он же не знал! Даже не догадывался! Она должна была это понимать!

Лера, Лера. Теперь перед ним была не та маленькая девочка. Нет, он, конечно, понимал, что она изменилась. Все же взрослеют. Алекс еще раз оглядел девушку. Куда девались пухлые розовые щечки? Скулы стали выше, четче. Черты лица приобрели резкость, но в то же время остались женственными. Пушистые темные ресницы отбрасывали тени на бледные щеки, волосы потемнели, придавая медово-карамельному цвету насыщенности. Она никогда и близко не была красавицей, но ее внешность притягивала, заставляла задерживать взгляд на лице и выискивать причину, побуждающую смотреть снова и снова. Может, свежая, гладкая кожа, не знающая косметики? Чувственный изгиб губ? Или эта маленькая родинка, красиво расположившаяся на щеке?

Точно ножом, по сердцу резанул момент двухмесячной давности. Гибкое, стройное тело в его руках. Но грудь. Даже под одеялом видно, у девушки минимум полтора в размере, а тогда… Болван, она же, скорее всего, использовала бинты!

— Пойду, позову Травознавца, и этого ее Мастера, — вздохнул Март, глядя на своего непутевого сына.

Алекс уселся на стул. На душе было странно. Да, пожалуй это слово подходит больше всего. Огромное облегчение от того, что она все же очнулась, смешивалось с плохим предчувствием неуместности своего поступка. А учитывая туманные высказывания того старика, к этому добавлялась тревога о дальнейшей судьбе девушки.

Немного поразмыслив, Алекс решил поступить так, как поступал практически всегда. Пустить все на самотек.

Глава 7

— Мастер, пожалуйста! Не упоминайте Алекса! Ну не виноват парень, что родился без мозгов! И Март тут вообще не причем.

Но взывать к человечности голема во плоти было бесполезно. Мастер равнодушно водил над ней каким-то по счету считывателем ауры и плевать хотел на мольбы разной степени жалости. Даже в глаза не посмотрел. Но и Лера сдаваться не собиралась. От одной мысли, что Алекс и Март могут попасть в Убежище становилось дурно. Гостевых комнат им там явно не предложат.

— Мастер…

Лера послушно дала изъять каплю крови из пальца, потом рассталась с локоном волос, продемонстрировала куцые остатки былой магической силы и все ныла, ныла, ныла…

— Лерис!

Донылась. Но злость — уже хоть что-то.

— У меня нет ни малейшего желания акцентировать внимание магистров на твоих знакомых.

— Я могу принести клятву…

— Обязательно. Но не я решаю, что делать дальше! Ясно?!

Куда уж яснее. Лера опустила глаза, но пасть духом окончательно ей не дали. На одеяло полетел амулет крови. Она покосилась на увесистый медальон.

— Клятва.

Сейчас? Но зачем?

— Ты со мной не поедешь.

Сказал — как в прорубь с головой макнул. Лера задохнулась от неожиданности и осознания, что пусть на определенный срок, но ей даруют самое ценное — свободу. Возможность попробовать на вкус нормальную жизнь. Крохотную каплю, мизер, но роскошней подарка нельзя было и вообразить!

До кости проколов палец о центральный шип, она зашептал клятву молчания. А потом протянула багровый камень Мастеру. Руки позорно дрожали.

— Свои вещи найдешь в семьдесят первой ячейке центрального хранилища. Замок будет настроен на тебя. Активирующее слово — Фантом. Постарайся сильно не высовываться. Если будет нужно, тебя найдут.

Мужчина сложил артефакты в сумку и направился к двери. Ее слабое «Я буду ждать» разбилось о равнодушное молчание.

Старик, не прощаясь, прошел мимо Алекса, который ожидал своей очереди на аудиенцию. Как только девушка очнулась, Травознавец строго настрого запретил любые посещения, волнующие Леру. Макс охал, ахал и не переставал трещать, что никогда не видывал таких случаев. Девушка лишилась почти всех жизненных сил, и он лишь чудом исхитрился вновь разжечь огонь из малой искорки, что еще теплилась в теле. К тому же Лера потеряла возможность пользоваться магией, как надеялся Макс — временно. Ей придется заново учиться постигать магическое искусство.

Алекс подошел к двери, занес руку для того, чтобы постучать, но притормозил и крепко сжал пальцы. Ему было не по себе. Чувства, которые казалось, покинули его, на самом деле просто дремали, выжидая своего часа. И вот — его шанс все исправить, объяснить, что он был просто мелким пацаном, который не смог в нужный момент защитить свою подругу. Не потому, что не хотел, а потому, что струсил. Она уже взрослый человек, в который раз напоминал он себе, и у него есть все шансы просто поговорить и … просто поговорить.

Глубоко вздохнув, он коротко стукнул.

— Да, войдите, — послышался ее голос. Такой знакомый и незнакомый одновременно.

Алекс открыл дверь. Девушка сидела на кровати. Выглядела бледной и слегка взволнованной, но бросаться ему с криком благодарности на шею не собиралась. Как и впадать в истерику.

Силком передвигая ноги, он проковылял ближе. Стул оказался очень кстати.

— Я…, - Алекс откашлялся, — Я рад, что тебе лучше.

Паршивое начало. Но в голове звенела пустота.

— Спасибо, — равнодушно пожала она плечами, — но кажется, в этом я должна благодарить тебя.

Ее голос звучал не весело. Девушка опустила глаза, разглядывая лоскутное одеяло.

— Наверное, я не должен был вмешиваться, но…

— Не стоит об этом, — Лера махнула рукой, — я бы поступила так же. Это моя вина. И Мастера, который не смог тебя удержать.

— Ты не злишься? — ощущение натянутости и неправильности их разговора все усиливалось. Почему то резко захотелось сделать несколько добрых глотков эля. И ее напоить. Может быть, тогда на бледном лице появится хоть какая-нибудь эмоция?

— Я недовольна, но исключительно сложившейся ситуацией, к тебе она не имеет никакого отношения, — девушка задумчиво крутила один единственный шарик, оставшийся от браслета, — Ты успел в последнюю секунду.

Тут она коротко взглянула на него и добавила:

— Тебе всегда везло в последний момент, имела возможность наблюдать.

Алекса бросило в жар, он сразу припомни, сколько раз Лерис, то есть Лера, имела возможность наблюдать его с… хм, девушками. Повисла неловкая пауза. Что же. Наверное — пора.

— Знаешь, я давно хотел поговорить о том случае в детстве. Я…

Но Лера лишь хмыкнула, не дав ему закончить.

— Алекс! Мы были детьми! Это было давно.

Алекс подавился заготовленными словами. Не такой реакции он ожидал!

— Что, вот так просто? Были детьми?

— Не вижу смысла усложнять.

Честность в ее глазах была кристальней горного родника. А еще надежно скрывала острые льдинки прошлых воспоминаний. Но они действительно были лишь детьми. И все на этом. Пускай уже выдохнет и перестанет сверлить ей в черепе дырки, своим настороженным взглядом. Они выросли. Она выросла. Ее детство закончилось там, в тихом переулке столицы. И самый ценный урок был преподнесен именно тем, кого она боготворила всей душой, а доверяла даже больше, чем полностью. Надо полагаться лишь на себя и верить лишь себе. И только. Урок был жестоким, неожиданным, но от того запомнился лучше прочих. А извинения, что ж отрадно, что он помнит, но они несколько… запоздали.

Алекс замолчал. Он не совсем это хотел услышать, но что именно хотел — и сам не знал. Опять все как-то ни так! Раздражение вспыхнуло с новой силой. И правда, с какой стати ему оправдываться?

— Ладно, — скрипнул он зубами, — Я рад, что мы поговорили.

В воздухе повисла гнетущая тишина. Алекс начинал реально закипать. Проклятье! Он помнил ее совсем не такой. Совершенно не такой! Его Лера была доверчивой и послушной девочкой, которая ловила каждое его слово и следовала туда, куда он вел и еще поразительно легко прощала все его промахи. А девушка перед ним, с ее внешностью, но не та! В повзрослевшей Лере чувствовалась сила, непокорность. Мягкость ее взгляда исчезла, глаза смотрели твердо, прямо. И это… бесило. Тревожило. И опять воспоминания. О ней, о Фантоме. Как часто он встречал его, то есть ее молчаливое неодобрение. Эта чашка чая, дурацкие гонки по всему Риверу и сотня других мелочей.

Их затянувшееся молчание прервал появившийся Март.

— Лера, мы скоро уходим отсюда. Ты пока под нашей ответственностью. Останешься в гильдии. Представим тебя как…

— Сестра исчезнувшего Фантома, например. Хочу узнать о нем больше информации, поскольку и для меня Лерис был загадкой. Вот и пришла в гильдию, в которой он состоял. Что скажете?

— Сойдет, — согласился Март, — а жить ты будешь у Алекса.

— Нет! — синхронно прозвучало с обеих сторон. Алекс уставился на девушку, а та даже головы не повернула. Он крепче стиснул кулаки. Отчаянно захотелось дать ей подзатыльника. Для начала.

— Это не обсуждается! Лера если ты боишься, что он будет к тебе приставать…

— Что-о-о? — удивленно протянула девушка, а потом внезапно громко расхохоталась, — Его? Боюсь? Да это последнее, чего я буду бояться!

— Да отец, она совершенно не в моем вкусе, — ядовито заметил Алекс.

— Еще бы, — развязно подмигнула ему Лера, — К разряду доступных шлюх я себя не отношу!

— Доступных шлюх? — стул с грохотом покатился по полу, — Ах ты маленькая заноза!

Алекс чуть не попятился, когда на его рефлекторный выпад Лера вихрем слетела с кровати. Раз — и перед ним девица в боевой стойке. Ощупывает глазами, как пальцами, кулаки на изготовку. Эта ненормальная с ним драться собралась?! Образ милой девочки Леры издал посмертный хрип и растворился в небытие.

— Остыли, оба! — Март встал между ними.

Лера равнодушно дернула плечом и шагнула в сторону. Алекс открыто ухмыльнулся. Так-то! Воплей много, а на деле сразу глазки в пол.

— Алекс, — обернулся к нему отец, — По твоей милости все закрутилось, будь добр отвечать за свои действия.

Ох, он бы ответил! Матерно. Эта фурия за пол часа ему всю кровь испортила. А отец ее в квартирантки навязывает! Но больше всего злило, что мало-мальски весомого предлога для отказа никак не находилось.

Лера внешне выглядела спокойней. Но только внешне. Внутри проснулся маленький вулкан. Если он рассчитывает, что перед ним прежняя восхищенная и бесхребетная дура, то сильно ошибается. Она прекратила свое существование. В тот самый момент, когда содранные в кровь коленки и сердце запылали болью. А пять лет наблюдения за ним окончательно привели мозги в порядок. Девицы сомнительного прошиба, пьянки и бестолковое прозябание в гильдии привели к закономерному выводу — раздолбай!

— Местечко, где провести ночь я себе в состоянии обеспечить!

— Да кто на тебя позарится? — хохотнул Алекс.

— В отличие от некоторых, — выразительный кивок, — я не плачу за ночлег натурой!

У бедняги даже глаз задергался. Прелесть!

— Хватит! — вклинился Март, — Ты, — взгляд на сына, — будь добр закрыть рот. А ты, — настала очередь Леры прикусить язык, — в любом случае нуждаешься в просмотре. На первое время. Всем все ясно?!

Ясно аж глаза режет. Но проглотив едкий ответ, Лера постаралась изобразить подобие смирения.

— На первое время, — напомнила она и демонстративно прошествовала мимо рассерженного Алекса, — но нахлебницей я быть не собираюсь.

— Как угодно, — отмахнулся Март, — Алекс?

— Если это необходимо, — сдавленно прорычал он, — А потом она свалит туда, откуда вылезла.

— Ты не представляешь, как мне бы этого хотелось, — с чувством проговорила Лера, — А теперь попрошу. Мне надо переодеться.

Глава 8

Магистры были недовольны. Нет, они не высказали бурного протеста его, более чем смелому решению и не швырнули в лицо горсть обвинительных фраз. Но Третий чувствовал флер напряжения в сгустившемся воздухе. Подмечал малейшие изменения на восковых, застывших в неподвижности лицах. Как не старайся, эмоции нельзя изжить полностью. Он вот не смог.

— … считаю ее бесполезной и не способной послужить нашей цели. Опорные потоки повреждены без возможности восстановления…

Речь давалась легко. Пусть лично он не считал Леру бесполезной в полном смысле этого слова, но как оружие она перестала существовать. Все, что делало ее магию уникальной, разрушилось и восстановлению не подлежало. Даже краткосрочный контакт с темной энергией Шиара не проходил бесследно. А Леру и вовсе чудом увернулась от цепких лап Забвения.

— … на ауре можно видеть характерные следы чужеродного влияния…

Именно это беспокоило Третьего больше всего. Когда он увидел их впервые, то ощутил примерно то же, что и при сообщении Леры об убийствах в городе Ривер. Беспомощность и желание отмотать время на долгие и долгие годы назад. Но тогда у них не было выбора. А теперь есть.

— … мой вывод: девушка не представляет ни интереса, ни опасности для Убежища. Заклятье частичной амнезии не рекомендуется в виду ущербности магического потока и двух действующих клятв на крови.

Магистры переглянулись.

— Можешь быть свободен. Через два дня доклад в письменном виде для архива.

Третий поклонился и вышел, оставляя позади зал Совета и застывшие фигуры семи магов. Ничего неожиданного не случилась. И девушку вряд ли оставят в покое, но как именно решит действовать Совет предсказать было трудно.

Он свернул в коридор, ведущий к библиотеке. Одно из любимых помещений Леры. Если она не наматывала круг за кругом на арене, то часами могла шелестеть страницами книг. Посредственное физическое здоровье и такой же дар в области магии компенсировались завидным упорством. Именно это ее качество заставило обратить внимание пусть и на крепкого, но середнячка. Или все произошло гораздо раньше? Когда в Убежище появилась маленькая худышка с зелеными, не по детски серьезными глазами.

А может когда он на руках тащил обморочную от недостатка крови девицу в лазарет? Лера до жути боялась болотных кровососок. И поэтому стащила из лаборатории целую банку, а потом украсилась ими, как новогоднее деревце лентами. Третий наткнулся на нее случайно. Лера валялась на полу, а кровососки жирными кляксами рассыпались рядом. Глядя на худенькое, в синюю крапинку тельце, он за долгое время испытал… Нет, не жалось. Скорее ее отголосок. Но и его хватило, чтобы взвалить дуреху на плечо, а не оставить приходить в себя на холодных каменных плитах.

И когда пришло время распределения кураторов по группам, Третий с неудовольствием отметил, что совершенно не хочет быть наставником девушки. Обучение предполагало частые спарринги с Мастером, а он своих учеников не щадил. Подобные проявления привязанности были недопустимы. Каждый из набранных ими детей мог стать оружием против Шиара. Такова была цель их организации — остановить безумца. Любыми способами. Все остальное априори считалось лишним. Имена, эмоции, семейное положение…

Много сотен лет назад несколько сильных магов объединились, чтобы противостоять монстру. Их изыскания и эксперименты привели к созданию Убежища и накоплению тех знаний и связей, коими магистры располагают сейчас. Иногда их действия были не гуманны, почти всегда — опасны. Однако конечным результатом стала надежда всех живущих рано или поздно перестать дрожать за свою жизнь, или жизнь потомков.

И для этого, за два десятка лет перед пробуждением Шиара, Убежище начинало готовиться нанести свой удар. Агенты находили детей, одаренных магией иллюзии. Только они способны были выдержать все проводимые ритуалы. Но лишь один из них удостаивался сомнительной чести стать живым оружием против Шиара.

К несчастью среди всех воспитанников именно Лера оказалась наиболее подходящей кандидатурой. Ему ничего не оставалось, как смириться с неизбежностью, но Судьбе было угодно преподнести девушке второй шанс. В виде смазливого, наглого мальчишки, который, как оказалось, был связан с ней общим прошлым.

До определенного момента это не слишком влияло на их работу. Лера не питала ложных восторгов по поводу этого… Алекса.

Третий поморщился. Ему бы сейчас не в библиотеку, а на арену. И выбрать в спарринг партнеры кого-нибудь светловолосого. Но как бы не чесались кулаки — вмешательство наглеца было поразительно удачным. Лера практически полностью справилась со своей задачей и к тому же осталась жива.

Решение о ее дальнейшей судьбе созрело моментально. Он сильно рисковал, оставляя девушку на поруки Алекса и его отца, но они были единственными, кто сейчас мог дать ей хоть какую-нибудь защиту. А он должен находиться тут. И внимательно следить за каждым вздохом магистров.

* * *

— Мое мнение остается неизменным. Проект «Фантом» необходимо довести до конца.

Семеро мужчин уже несколько часов пытались прийти к единому мнению. Сложившаяся ситуация была нетипична и нуждалась в детальном разборе. На первый взгляд подопечная Лерис действительно больше не представляла интереса. Но магистры не спешили сбрасывать ее со счетов.

— Шиар не подает признаков активности, — возразил другой, — Даже если бы мы и хотели…

— Значит, его необходимо расшевелить!

Возмущенный шепот наполнил просторную залу. Идея была абсурдна! Но магистр не собирался просто так отступать.

— У нас есть уникальная возможность осуществить контролируемый вызов и получить при этом ценнейший опыт.

— Каким образом? — откликнулось сразу три голоса.

— При помощи этого.

Крючковатый палец ткнул в мерцающее изображение ауры. Несколько уродливых черных пятен кучно изрешетили область ближе к правому краю.

— Подопечная носит в себе остатки чужеродной энергии. Полагаю, с нашей помощью, владелец узнает об этом и захочет забрать ее обратно.

Опять шепот. На этот раз заинтересованный.

— В таком случае стоит вернуть Лерис в Убежище. Надо приказать агентам…

Но мужчина повел рукой, останавливая говорившего.

— Нет необходимости. Напротив. Третий оказал нам услугу, дав подопечной свободу. Состояние девушки должно быть как можно более эмоционально-ярким. Это станет дополнительной приманкой для Шиара. Пусть поживет обычной жизнью. Заведет друзей, возможно — любовника. Да, это было бы не плохо. А мы пока просчитаем все риски и подберем самые эффективные заклятья вызова.

Мужчины переглянулись. Они не испытывали ни радости, ни сожаления касательно сложившейся ситуации. И окажись слепок ауры чист, подопечная Лерис была бы вычеркнута из жизни Убежища. Но теперь ей предстояло закончить свою работу.

— Что на счет Третьего? Мне кажется, он проявил недопустимую лояльность.

— Скорее счел подопечную обузой.

— Согласен. Наказание не целесообразно. Третий имеет безупречный послужной список…

И беседа затянулась еще на час.

Глава 9

— Это — твой… дом, — как-то странно произнесла девушка.

— А ты мастер замечать очевидные вещи? — огрызнулся Алекс.

В последнее время это было его любимым занятием. Потому что общаться спокойно с этой нахальной язвой было просто невозможно! В процессе взросления Лера отрастила не только сиськи, но и острый, как бритва язык. А так же обзавелась потрясающим умением выбешивать его на ровном месте! Дерзила, подначивала, спорила — в общем делала все, чтобы к концу путешествия он мечтал ее утопить в первой попавшейся луже.

И самое паршивое — игнорировать ее было совершенно невозможно! Они постоянно цапались. По любому поводу.

— А ты, похоже, мастер гадить там, где ешь, — вернула шпильку она.

— Нормальная холостяцкая берлога.

— М-м-м, много видел холостяцких берлог? — фраза прозвучала ну просто очень двусмысленно.

Алекс развернулся и в одно движение прижал ее к стене. Нагнул голову, заглядывая в глаза.

— Лера, ты догово-р-р-ришься, — прорычал он.

— Убери клешни, чудовище, — девушка с брезгливым видом тряхнула плечами, — давай, добей меня окончательно. Покажи мою комнату.

Еще и комнату ей!

— На коврике спать будешь спать.

— Ай-ай, где ж теперь тебе бедному по пьяни валяться! — всплеснула она руками.

Алекс только с шумом выдохнул, стараясь успокоиться.

— На верху, в конце коридора. Шуруй.

Лера быстро взбежала по лестнице. Да, работы тут будет просто невпроворот. Отмыть такой свинарник. Сам дом был очень даже, напоминал их жилище с Мастером, только просторней. Гостиная больше, и комната есть для отдыха на первом этаже. А на втором еще и чулан имеется. И балкон тут! Как раз рядом с ее комнатой. Но состояние помещения… Плачевное. И это еще комплимент! Всюду грязь, полы затоптаны, ковер в гостиной изгваздан Боги знают чем. И мусор, мусор, мусор. Разбросанные вещи, пепел из камина так и сыпется, по углам паутина. А окна, ой! Серые занавески и пыльное стекло.

Нет, она терпеть это не будет. Раз уж ей суждено тут жить, пускай и временно, то так и быть, разберет весь этот бедлам на радость мальчику.

А пока надо сходить за вещами, которые Мастер оставил в одной из ячеек центрального хранилища. Жаль, что с нынешним уровнем магии она не могла открыть дверь своего прошлого жилища. Придется теперь поломойкой поработать…

— Скоро буду, — крикнула она, не заботясь, слышит ли ее хозяин и хлопнула дверью.

* * *

Пакеты с необходимым для генеральной уборки оттягивали руки. И еда была куплена. Что-то подсказывало, что у Алекса с этим напряженка. Завтра она займется делом. Только его комнату трогать не будет. Вот еще. А пока нужно хоть с кухней немного разобраться.

На душе было тепло и солнечно. Мастер позаботился о ней, оставив в ячейке не только вещи, но и денег на первое время. Этого хватит, что бы протянуть неделю-другую, не прося у Алекса подачек. А там, глядишь, и способности чуть восстановятся. Лера мысленно вздохнула. Нет, она не жалела об утраченных силах, но чувствовать себя опять слабой было не слишком приятно.

— Я пришла, — девушка толкнула дверь. Дверь не поддавалась. Она громко постучала. Бесполезно. И почему это ее не удивляет. Аккуратно поставив пакеты на ступеньки, она внимательно осмотрела препятствие. Дверь ей не сломать. Магически защищена. Может, через сад удастся проскочить?

Но разведка не принесла результата. Глухо. Нет, при желании можно высадить стекло, но где гарантия, что не напорешься на руну паралича? Хотелось швырнуть пакеты на землю и с чувством выругаться. Вот и первая насмешка над ее беспомощностью. Вместо того, чтобы одним движением пальца испортить замок вместе с охранкой ей придется ждать «гостеприимного» хозяина.

Минуты постепенно складывались в часы. На улице давно зажглись фонари, а прохожие постепенно разбредались. Стало заметно холодать. Лера куталась в байку и меланхолично жевала грушу. Еще пол часа и порог этого прекрасного домика украсит лужа. И ей будет не стыдно! По улице раздался звук нетвердых шагов.

— О, квартирантка, — произнес насмешливый и немного пьяный голос, — Извиняй, забыл.

— Не удивлена, — прошипела она сквозь зубы. На «поругаться» не было ни сил, ни терпения.

Физиология на страже мирной жизни. Алекс открыл дверь, открыл рот, но что было дальше, Лера не узнала. Продукты полетели на стол, а она уборную. А потом наступило такое облегчение, что она готова была простить всем и все на свете.

Настроение поскандалить сдулось еще на подступах у дому. Одинокая фигурка на ступенях вызвала никому не нужный приступ жалости, а еще дурацкие воспоминания о маленькой девочке, каждый вечер ждущей его у высокого кованого забора. А когда девица пулей метнулась в сторону ванны, Алекс и вовсе махнул рукой. Ругаться, пока оппонент сидит на горшке было как то… глупо. Как и его выходка. Никакого удовлетворения. Одна жалящая во все места совесть. Бестолково потратившись на месте, он все же отправился к себе. Утром они, скорее всего, снова поцапаются. Глядишь и полегчает.

Глава 10

Приятный запах выпечки защекотал ноздри. К нему добавился аромат хорошо сваренного кофе. Лучшей мотивацией отодрать голову от подушки и придумать было нельзя. Алекс с кряхтением уселся на кровати. М-да, видок у него должно быть тот еще. Кое-как собрав волосы и найдя майку посвежее, он все же спустился вниз. Но едва шагнул за порог кухни, как тут же и застыл.

Потому что показывать ТАКОЕ утром нельзя не одному нормальному мужику! Короткие черные шортики обтягивали упругую попку. Два кругленьких, выпуклых полушария так и просились приложить их ладонью. А потом схватить эти мягкие булочки, сжать и… Алекс нервно сглотнул. Взгляд сместился ниже. На стройные, затянутые в гольфы ножки. Которые бы очень неплохо смотрелись на его плечах. В паху почувствовалась согласное шевеление.

— Долго стоять будешь? — не оборачиваясь, спросила она. Холодный тон отрезвляющей пощечиной привел в чувство. Тьфу, ты, распустил слюни как юнец, впервые увидевший женщину. Подумаешь, задница, он и не таких краль в постель укладывал. И бедра у них были пошире и сиськи побольше.

— И тебе с добрым утром, — хмуро оповестил он. Вид чистой, до стерильного блеска кухни настроения почему-то не прибавил. И даже наоборот.

— Утром? Помилуй, уже день на дворе, — Лера соизволила повернуться, — Паршиво выглядишь.

— На себя посмотри, — огрызнулся он, — И вообще, какого хрена ты трогала мой творческий беспорядок?

Девушка только вздохнула, а потом поставила перед ним пышный омлет и кофе, приправленный щепоткой корицы. К перечисленному добавилось блюдце с куском пирога.

— Твой творческий беспорядок даже крыс отпугивал, — ровно проговорила она, возвращаясь к плите.

— Видишь как полезно, крыс нет…

Более чем съедобный завтрак магическим образом наполнил утро яркими красками. Алекс принялся уплетать угощение. Пожалуй, польза от нее все-таки имеется. Он давно не ел домашней пищи. Как и отец, готовить Алекс не любил совершенно, предпочитая перекусывать на ходу. А кофе? Откуда она знает, что он любит такой кофе? Помнится, Лера всегда пила только чай.

— И мозгов нет, — резюмировала она, — если бы не твоя магия, ты бы уже давно здоровье на такой пище угробил.

Что правда, то правда. Тело Мастера Оружия разрушалось медленнее, чем у других.

— Откуда про корицу узнала? И про кофе нужной марки?

Девушка посмотрела на него с видимым сожалением.

— Пачки пустые валялись, кроме тебя пить их не кому. А твоя пышка предпочитала или соки или алкоголь.

Пышка? Это она про Марию что ли?

— Ты что, следователь?

— Еще чего. Нет, ну если ты красишься алой помадой, то поправь меня, — она села напротив и лукаво посмотрела ему в глаза, а потом продолжила мягким, вкрадчивым голосом, — Я тебя не осуждаю, правда.

Алекс поперхнулся кофе и вскочил на ноги. Девушка только фыркнула.

— Расслабься, уже и пошутить нельзя. Когда успел стать таким занудой?

Парень не знал, смеяться ему сейчас или наподдать ей по заднице. Шутница выискалась.

— Не знаю как ты, но мне надо в гильдии появиться, — как ни в чем не бывало, продолжила она, — Пора устраивать спектакль «Пропажа таинственного Фантома»

* * *

Лера смотрела на собравшуюся гильдию. Гильдия смотрела на нее. Проклятье, общественное внимание это явно не то, что ее привлекает. Определенно. Девушки таращились, оценивая ее внешность и одежду. Парней одежда интересовала меньше, а вот фигура и все та же злополучная внешность больше. Да, о книге — по обложке.

— … временно она состоит в нашей гильдии. Лера владеет школой… — Март запнулся. С магией вышла промашка и Лера поспешила закончить фразу.

— Иллюзия.

По рядам бывших-будущих согильдейцев пронесся шепот.

— Совершенно верно. А теперь, разбрелись все. Живо. И задания, в комнате совета новые заявки. Мия объяснит.

Часть людей рванула прямиком на второй этаж. Другая часть отошла и, разбившись на группы, принялась оживленно дискуссировать. Ой, и что же было темой для разговора? Лера могла угадать с трех раз.

— Иллюзия? — спросил ее Март.

— Да, это моя изначальная способность, — тихо ответила она.

Март скептически на нее посмотрел.

— Я знаю, что вы видели. Но для того, чтобы развить мои, э-э-э, таланты до того уровня, подходит не любой маг. Только иллюзионист.

— Понятно. Ладно, чувствуй себя как дома, — и глава направился к своему кабинету.

Да уж, как дома. Это было бы смешно, если б не было так грустно. Она глубоко вздохнула. Так, надо расслабиться и самое главное правило — нападение лучшая защита. Девушка присела за стол и подтянула себе стакан с соком. Проклятье, нет, она любила сок, но вот бы сейчас мятного чайку, нервы успокоить.

— Значит, сестра Фантома ты? — на распев произнесли у нее за спиной, — И ваши имена… Похожи так.

О, а вот начинать знакомство с их компании совершенно не хотелось.

— Странно, я думала у магов Звука со слухом порядок. И да похожи, не вижу проблем, — процедила она, глянув через плечо на незабвенное трио красоток.

Карина запнулась, пальцы Иры вспыхнули алым, а от Марары протянуло холодком.

— Откуда же узнала ты про Звук? — любопытно и с некой обидой произнесла Звонкая.

— У тебя хорошо поставлен голос, красиво. Да и Лерис говорил, — оп, девушки переглянулись. Напряжение стало спадать. Без приглашения, они расселись рядом. Ах, любопытство сгубит еще не одну кошку!

— Говорил? О нас? Что? А какой он? — на перебой затараторили они.

— Вот про то какой он или она я у вас хотела спросить, — флегматично протянула Лера, — Всегда было интересно, сестра у меня или брат.

Рядышком как бы невзначай «грели уши» все кому не лень.

— Это не возможно! — воскликнула Искра, — Ты же жила вместе с ним!

— Неправда, — Лере отчаянно захотелось рассмеяться, ну театр одного актера право слово, — Он навещал меня. Иногда. Общался только письменами. Денег подкидывал. И все.

— А ваши родители?

— Нет у нас родителей, — резко ответила она.

Что — что, а в тактичности упрекнуть ребят было сложно. В этом направлении тема больше не развивалась.

— Ну, а как же ты жила? — спросила Марара.

— Говорю ведь, Фантом помогал. На вопрос он мне брат или сестра высвечивал, что он моя семья и у нас одни родители, вот и все. Теперь вот пропал куда-то, а я сюда пришла. В надежде узнать больше.

— Ну а сама ты откуда? — не унималась Искра, — И что он про нас говорил? М?

— Э-э-э, да на окраине жили. Тут недалеко, — уклончиво ответила девушка, — Про вас говорил, что вы ничего такие ребята, дружные, только достаете часто, — Ох, проклятье! Ну не мастер она комплиментов! Время переводить стрелки, — Я же поэтому и пришла! Раз он о вас упоминал, может и вы чего знаете? Ну, на задания то вы ходили же! Или нет?

Настала очередь согильдейцев отбиваться от вопросов.

— Да нет, ничего такого… Ну что ты… Самим интересно, — забубнили со всех сторон.

Лера тихо выдохнула, когда почувствовала, что соскочила с щекотливой темы. Разговор плавно перетек на ее персону. Интересы, взгляды, изучение магии. Тут уже было проще. Благодаря тому, что она прочла чуть ли не всю библиотеку Симецветов, подстраиваться под любое направление беседы было не очень сложно. Она смогла поболтать о моде с энергичным трио, поддержать философские взгляды Дэнис Скрол, главного книжного червя среди собравшихся, поспорить с Шрамом о важности силы и выносливости в ипостаси медведя, и прейти к соглашенью, что по скорости рефлексов мишка уделает большинство других хищников.

Для каждого находилась пара словечек. Она в который раз благодарила судьбу, что весьма пристально следила за семицветниками и выучила их характеры и повадки. Ведь затем и находилась в гильдии — впитывать энергию жизни вокруг себя. Теперь эта информация сыграла ей на руку. Напряжение отпускало. И единственным, кто так и не подошел к ней был Алекс.

Около занозы водила хороводы вся гильдия. Даже малышня облепила, как мешок со сладостями. Было бы ради чего! Никудышные заклинания иллюзий, позорно малый срок действия. Да за такое надо гнать взашей, но каждая кривокрылая бабочка встречалась одобрительным гвалтом. И эта улыбка, блестящие глаза и легкий румянец… Бесит! Рядом с ним фурия фурией, а для других, значит, мурлычем нежно?! Эль плеснул через край кружки и потек по столешнице. Вскочив на ноги, Алекс поспешил на выход. Еще несколько секунд в этом помещении и его стошнит от всеобщих восторгов и умиления. Маленькая заноза… Ничего, он сегодня тоже намерен развлечься!

Глава 11

Когда она собралась домой, Алекса нигде не обнаружилось. Неуверенно потоптавшись на пороге, девушка поспешила к своему временному пристанищу. Может, он решил пойти без нее. Но на известие, что она временно остановилась у Алекса, все отреагировали довольно спокойно, не задавая лишних вопросов. Согильдейцы часто квартировали вместе, для экономии.

На этот раз она озаботилась о ключе. Толкнув дверь, она едва удержала ругательства. Из спальни наверху доносились вполне характерные звуки и стоны. Да, определенно, заснуть сегодня будет проблемой.

Девушка покрепче стиснула зубы. Не дождется! Быстро взбежав по лестнице, она заскочила в комнату и взяла пару баек по теплее. Уж что, а ночлег она себе найдет. Слушать под боком вопли и вздохи распаленной парочки не было ну вот вообще никакого желания. Когда она выходила из комнаты звуки затихли и послышалось тихое бормотание.

Спустившись вниз и прихватив остатки завтрака, она вышла на улицу и полной грудью вдохнула свежий воздух, стараясь утихомирить желание вернуться и устроить какую-нибудь пакость. Вот гаденыш! Впрочем, а чего она ждала? Галантного шарканья ножкой и образцовых манер? От Алекса? Невесело хохотнул, она зашагал в сторону центра. Сумерки уже сгущались, а искать ночлег впотьмах было не просто.

Он сразу понял, что она пришла. Тихий хлопок входной двери пробился сквозь кряхтение девицы. Ухватив в горсть светлые локоны, он задвигался сильнее. Ему нужен не писк, а нормальные стоны! Это его дом и его жизнь, а кое-кто пусть довольствуется ковриком в гостиной. Но дальнейшие действия Леры стали полной неожиданностью. Она поднялась в комнату. Тут он даже притормозил, чем вызвал у девушки под ним явное неудовольствие.

— Ну же милый, притопи немного, — игриво вильнула бедрами она. Алекс только цыкнул.

Но вопреки ожиданиям Лера не осталась в доме и пяти минут. Послышался хлопок входной двери и его окутала тишина, нарушаемая лишь томными сопением девицы.

Алекс соскочил с возмущенной любовницы и бросился на балкон. И совсем не вечерний ветерок заставил кожу изойти мурашками. Ушла. Внутри гаденько екнуло. Беспомощная девушка одна на пустынных улицах ночного города. А райончик-то не самый безопасный. Рядом порт. Десяток ночных таверн, заполненных пьяным сбродом…

Смазливая бабенка в постели больше не представляла интереса. Ему бы броситься на поиски квартирантки, но глупое упрямство держало на привязи крепче стальной цепи. Ночь прошла, как в дурмане.

Когда утром дверь снова распахнулась, он уже почти созрел бежать в казармы стражей и требовать самое ядреное заклинанье поиска. Но стоило увидеть девушку, Алексу самому захотелось исчезнуть на край света. Прихрамывая и держась за бок, Лера проковыляла в кухню. Висок украшала внушительная ссадина.

— Что с тобой?

От слабости и беспомощности в собственном голосе стало не по себе. Девушка удостоила его безразличным взглядом.

— Уличная потасовка.

Алекс едва за голову не схватился. Повел себя как вздорный, обиженный ребенок! И вот результат!

— Потасовка?!

— Ну да, видишь ли, если выбирать между дракой и удовольствием всю ночь слушать стоны твоей, прости, язык не поворачивается ее назвать женщиной, твоей партнерши. То мой выбор очевиден. Он фактически написан у меня на лбу! — тут девушка указала на ссадину, а потом надолго приложилась к кувшину с питьевой водой

Алекс встряхнул головой. О, Боги! Совершенно противоположные понятия — Лера и драка! Немыслимо. Он чувствовал стыд и удивление одновременно. А еще, кажется, восхищение. Что само по себе вызывало новый приступ удивления и стыда. И так по кругу.

— Надеюсь, ты просто вырвалась и убежала, — пробормотал он.

Лера скептически выгнула бровь.

— Убежала? С какой стати? Их было двое! Один правда со спины подошел, крыса трусливая, — поморщившись, она тронула затылок, — Но когда я оклемалась, бежали уже они.

Стоять на месте было выше его сил.

— Пойдем, — решительно сказал Алекс, хватая ее за руку и утаскивая в сторону ванной.

— Эй, ты чего? — но вопреки его ожиданию руку она так и не убрала.

— Окажу первую помощь, раз уж я накосячил, — и он принялся рыться в аптечном сундучке в поисках лекарств, — показывай боевые раны.

Лера только вздохнула. Уселась на край ванной и задрала майку, открывая гематомы на боку и спине. Алекс сжал зубы. Синяки имели весь спектр цветов. От багровых до фиолетовых. Ногами били, сволочи… Кровь бросилась в голову и жгучая злость затопила сердце до отказа. Найдет этих уродов и порвет голыми руками! Отпинает до полусмерти, но вобьет в тупые головы парочку умных мыслей. Перед глазами дрожали алое марево, но пальцы легко порхали по обнаженной коже. Мягкой и тонкой. Плавные дуги ребрышек, холмики позвонков, опять ребрышки… гладил бы и гладил…

Лера замерла. Кровь бросилась к щекам, а внизу живота что-то дрогнуло. Его прикосновения были такими… нежными. До мурашек, до сбившегося дыхания. Она чувствовала, какие теплые и сильные у него пальцы, как тщательно он обводит поврежденные участки, не упуская и миллиметра. И боль пропала. Осторожные касания были мощнейшим анестетиком. Если бы она стояла сейчас, то попросту бы рухнула. Лера изо всех сил старалась успокоиться, но получалось из рук вон плохо. Да что же это такое! Она отчаянно искала оправдание собственным ощущениям.

— Готово, — его голос почему-то хрипел, — Лера! Что с тобой? Плохо?!

Ах, вот как он истолковал ее внешний вид. Замечательно, не хватало еще опозориться.

— Да, м-м-м… наверное. Перед глазами плывет. Сейчас я от… Ай, пусти!

Вынужденно вцепившись в мужскую шею, она даже не дышала, пока Алекс тащил ее в комнату. На руках! Сам! Да что это на него нашло?

— Я… я бы дошла, ох, — ее бережно сгрузили на кровать. И хорошо. Потому что ей сейчас вдруг очень захотелось уткнуться носом во все ту же шею и как заядлой наркоманке сделать пару жадных вдохов.

— Как это произошло?

А вот садиться рядом не надо! И придвигаться так близко тоже! Но непонятный ей самой восторг заглушил слабенький голос разума. А пристальный взгляд темных глаз урезал способность общаться до состояния пережравшего браги тролля.

— Я… Хм… Просто случайно. Да, случайно получилось. Как обычно.

Алекс продолжал сверлить ее нечитабельным взглядом. Губы сжаты, брови в кучу. Усилием воли Лера вернула мыслям ясность. Резкая боль в боку этому очень поспособствовала.

— Слушай, — она все-таки чуть-чуть отодвинулась, — Я… я понимаю. Ты привык один, а тут навязали соседку. Потребности никуда не деть и все такое… Просто — предупреди в следующий раз, хорошо? Днем найти ночлег проще…

Слушать ее путаную речь было дико. Она и правда считала себя тут лишней. Оно конечно, так и было, но… Но ему вдруг отчаянно захотелось ответить на этот призрачный шаг в сторону перемирия. Ну не задалось у них с самого начала, бывает. И синяки все эти косвенно на его совести! А она тут вроде и руку дружбы протягивает. Точнее мизинчик, но и он сгодится.

— Давно нужно было разобраться с этим проходным двором. Если что, будешь моим прикрытием.

Робкая улыбка, а ему как три мешка золота бесплатно вручили. И на душе сразу легко, светло и птички чирикают. Губы сами разъехались в ответной улыбке.

— Что ж, — прокашлялся Алекс, — Давай отдохни по человечески. А я пока в гильдию.

Глава 12

Едва он переступил порог дома, как услышал протяжный стон. Первая же мысль как обухом по голове. Решила ему отомстить?! С нее станется, хитрая бестия. Перед глазами задрожало марево, а руки сами сжались в кулаки. Он открыл было рот, чтобы оповестить бранью о своем присутствии, как последующий за этим вскрик заставил его с лязгом захлопнуть рот. Чувство ярости быстро ретировалось, уступив место тревоге и липкому страху.

Боги, этот слабый крик резал сердце на части хуже ножа. В нем была такая боль и отчаянье, внутри все перевернулось в каком-то сумасшедшем водовороте. Не помня себя, он взбежал на второй этаж и распахнул дверь ее комнаты.

Девушка металась по кровати, комкая простыни. Тело выгибалось и дрожало, в попытке сбросить оковы сна, а прокушенные губы бессвязно шептали непонятные фразы. Алекс бросился к кровати.

— Лера! Лера! Очнись! Очнись же! — его крики не возымели ровным счетом никакого действия. Он беспомощно оглянулся в поисках того, что может ему помочь. Остывший чай! Должно сработать. Не секунды не раздумывая, Алекс вывернул полную кружку на нее. Девушка со свистом втянула воздух и широко распахнула глаза. В какой-то момент ему показалось, что они черного цвета, но наваждение тут же схлынуло. Да нет же, обычные. Зеленые.

— Алекс? — хрипло выдохнула. Приподнялась на встречу, ну он ее в охапку и сгреб.

— Что стряслось? — спросил, притягивая поближе.

— Что стряслось? С кем стряслось? — похоже, она была еще не совсем в себе. Жалась к нему, как цыпленок мокрый, и в глазах сонный туман.

А до него как-то резко дошло, что на ней одна маечка тоненькая и трусики. Стройные ножки через его колени перекинуты, а под темной тканью горошинки сосков видны. Дыхание так и перехватило. Он уже давно мальчиком быть перестал. И голые девичьи коленки, особенно такие круглые и гладенькие, вызывали вполне мужской интерес. Словно в издевку, перед глазами мелькнул образ упругой попки в черных шортах. И простых объятий сразу же стало подозрительно мало.

Алекс сдавленно вздохнул, стараясь ее не спугнуть. Это же просто Лера! А ему вчера нужно было не пихать той девчонке денег на такси, а воспользоваться разовой встречей по полной программе. Тихо-тихо Алекс нашарил кончик сбитого одеяла и потянул на себя. По напрягшимся мышцам понял, что до нее стала доходить пикантность ситуации.

— Ты сильно кричала, — пробормотал он, набрасывая ей на плечи ткань и стараясь разрядить обстановку, — И шпарила слова на странном наречии.

Девушка укуталась по самую макушку. Хорошо, что щеки и так были румяные спросонок, алеет тут перед ним, как маков цвет. Час от часу не легче, то он ей синяки лечит, то уже голой на кровати тискает. Впрочем, по растерянному виду Алекса было понятно, что пошлостей у него в голове и близко не было. Ну, хоть это приятно. И да, кажется, все-таки ей что-то снилось. Медленно, словно нехотя, картинки сновидения восстанавливались в памяти. И чем их было больше, тем сильнее подкатывал к горлу дурнота.

— Лера? — встревоженно проговорил парень.

— Мне… Да. Мне снилось. Я была…, - слова давались с трудом, — Шиаром. Видела его глазами. Чувствовала то, что чувствует он. Сначала… Я пыталась бороться. Но безумие слишком сильно. Оно затягивает… так затягивает! Точно трясина. Болото… Без дна, без надежды…

Вид у Леры снова стал отрешенным. Алекс быстро встряхнул ее за плечи.

— Эй! Приди в себя! Это сон!

— А? — встрепенулась та, — Да, точно. Просто сон.

В комнате повисла тишина.

— Спасибо что разбудил, — вновь проговорила она, стараясь не глядфеть на парня, — мне нужно…

— Да, конечно, — он вскочил на ноги, — если что, зови.

И Алекс быстро вышел из комнаты

Звать она его не стала. Так и просидела весь вечер, не показывая носа наружу. Ей бы совета спросить, да не у кого. Мастер пропал, а с тайным Советом связываться самой — так она вроде не самоубийца… хотя, это как посмотреть. Лера старалась вспомнить подробности сна. Кошмарные ощущения, эх, знать бы где сейчас Шиар. Не нападает пока и на том спасибо. И все же, с чего бы ее так накрыло? Может это остатки чужеродной магии, которые она ненароком захватила, когда ее заклинание так неделикатно прервали? Другого мало-мальски внятного объяснения на ум не шло.

Девушка слонялась по комнате, прислушиваясь к происходящему в доме. Алекс шуршал то в комнате, но на первом этаже. Пару раз через дверь спрашивал, все ли у нее в прядке, и, получив подтверждение, уходил. Правда, однажды ей показалось, что он еще несколько секунд стоит под дверью, словно решая, зайти или нет. Но, может, ее просто подвел слух?

В душевном смятении она начала было упражнения по развитию устойчивости подвижных иллюзий, но быстро забросила. Осознание собственной ущербности совсем не та эмоция, которая может поднять настроение. Плюнув на тренировку, она уселась за стол и принялась составлять список дел, которые необходимо провернуть в ближайшее время.

Итак. Первое место делили поиск работы и уборка Авгиевых конюшен, ой, простите дома, Алексова дома. А, все одно — синонимы, видят Боги. Второе: собрать все имеющиеся в наличии слухи и упоминания о Шиаре. Пригодится. Она пятой точкой чувствовала — ее бездействие лишь краткая передышка. Третье: возобновить тренировки. Особый упор сделать на развитие магического потенциала. Четвертое… Тут она на мгновенье задумчиво прикусила кончик карандаша, но решительно опустила его на бумагу Разобраться в… (зачеркнуто), понять почему… (зачеркнуто), проверить… Ой все! С нее, кажется, сошло семь потов, но, демоны бы ее побрали, она даже мысленно не могла произнести терзающий ее вопрос. Девушка глухо застонала и, обхватив голову руками, распласталась на столешнице.

Понять, почему она так реагирует на Алекса! Фух, ну и пытка, честное слово. Лучше бы она и вправду магией сейчас занималась. Ладно, нужно действовать по списку. И для начала работа и уборка, а там, глядишь, и с четвертым пунктом проблемы отпадут. Трудотерапия — великая вещь!

С чувством выполненного долга она легла спать.

Глава 13

Проснуться от вкусных запахов — определенно к этому легко привыкнуть. Зевая до хруста в челюсти, Алекс спускался вниз. Не доходя пары ступенек, парень замер и принялся яростно протирать глаза. М-да, видимо — порядок заразная штука. Этим утром чистотой могла похвастаться не только кухня, но и гостиная. Правда, кто-то спер ковры и занавески. Но в остальном… Окна сверкают, отбрасывая дрожащие солнечные зайчики на пол, который к слову тоже блестит. Его что, вымыли с мылом? Паутина со стен убрана, так же, как и разбросанные вещи, мусор и прочий хлам. Камин почищен? Отлично! Можно будет разжечь огонь в кои-то веки. Даже старый диванчик и кресла смотрятся обновлено. Будь он проклят, но девчонка определенно знает толк в уборке. И в готовке. Некстати в голове заскреблась мыслью, что все его «подружки» даже пальцем не пошевелили, чтобы убрать там что-то или приготовить. Впрочем, они то и не задерживались особо. За исключением Марии. Но ту бардак хоть и раздражал, но портить свой маникюр ради столь мелкой цели она считала нецелесообразным.

В приподнятом настроении он вошел на кухню. Девушка привычно хлопотала у плиты. Демон, все-таки ноги у нее просто шикарны!

— Проснулся, враг всея чистоты? — поинтересовалась она, поворачиваясь к нему лицом, — как у тебя еще дом на фундаменте держится? Чистая свалка!

Если позавчера паршиво выглядел он, то сегодня эстафетную палочку перехватила Лера. Темные круги под глазами и бледность делали ее похожей на сирую, убогую вампиршу после десятилетней голодовки.

— Хреново выглядишь, — посочувствовал Алекс.

— А то, — наиграно весело отозвалась девушка, — Разобрать этот срач знаешь ли не легкое дело!

— Да ты что! — парень уселся за стол в ожидании завтрака, — Не в бардаке дело.

— Не в нем, — легко согласилась она, но от дальнейших комментариев воздержалась.

Алекс молча наблюдал, как перед ним возникает внушительная стопка ароматных дрожжевых блинчиков, маленькие колбаски, обжаренные до хрустящей корочки и привычный кофе. Рядом с девушкой возник чай. Ну, кто бы сомневался!

— Ковры пропали, — отстраненно произнес Алекс. Слюнные железы работали с такой скоростью, что еще секунда — и он захлебнется на радость кулинарке.

— Ковры на заднем дворе, сохнут. Еле отчистила, — девушка пригубила чай и блаженно прикрыла глаза. Ромашковый запах плыл по комнате, приятно контрастируя с остальными ароматами.

— И занавески?

— И они, — Лера о чем-то сосредоточенно раздумывала, не спеша поддерживать их (в кои-то веки!) мирную беседу.

Мысленно махнув на все рукой, Алекс быстро расправился с угощением.

— Помой посуду, пожалуйста, — как бы между прочим произнесла девушка.

Перемирию пришел Шиар-капут. Алекс откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди в показушном жесте.

— Еще чего, — фыркнул он. Чтоб он слушался эту вздорную девчонку? Ни за что! А завтра попросит его пыль протереть и носочки зашить? Вот еще! Последней женщиной, которая могла заставить его хоть что-то сделать по дому была его мать.

Девушка отставила чашку и внимательно оглядела его с ног до головы. На лице не читалось ни единой эмоции, только глаза смотрели с болезненным любопытством. Точно они впервые встретились. При очень неприятных обстоятельствах.

— Алекс, ты взрослый мужчина. Неужели тебя реально устраивал этот свинарник? Я же не попросила звезд с неба. Элементарно — помыть за собой посуду. С этим и ребенок справится.

— Тебе это надо ты и разгребай, — покривил губы он, — Я не просил тут чистоту наводить и пирожки печь. Мне хватало периодического найма уборщиц.

На секунду Лера прикрыла глаза, а после глянула так… Стало не по себе. Ни капли злости! Только разочарование напополам с брезгливостью. Девушка поднялась, собрала посуду и молча вымыла ее, аккуратно расставив на сушилке. Развернулась и направилась к выходу.

— Ты куда? — он был, по меньшей мере, обескуражен. Ни скандала, ни нравоучений. Ни-че-го.

— В гильдию, — ее голос был сух и спокоен. Если девушка и испытывала негативные эмоции по поводу его выходки, то отлично держала лицо.

— Подожди, я… с тобой! — обругав себя за неловкую и откровенно жалкую фразу, он направился следом.

Всю дорогу девушка молчала. На любые его вопросы давался короткий, однозначный ответ, не располагающий к дальнейшей беседе. Это бесило до жути. Ее вежливость, отстраненность непробиваемое равнодушие. Если и можно было опустить его до самого плинтуса, то мелкая зараза прекрасно с этим справилась. Подойдя к воротам гильдии, он уже ощущал себя последним козлом, сволочью и бесчувственным му… мужчиной. Из-за демоновой посуды! А самое паскудное — он ничего не мог сделать. По всему выходило — девушка и не собирается затевать с ним ссору, делая вид, что утренний инцидент исчерпан и обсуждению не подлежит.

* * *

Двери тихо скрипнули, пропуская магов внутрь. Легкое покалывание в ступнях возвестило о том, что они свои и приняты Бесплотным Стражем. Тонкая работа, однако. Совет две недели в полном составе чертил пентаграмму и плел сложное заклятие, по своей сути напоминающее ажурную сетку из силовых линий. А народ развлекался и отпускал сальные шуточки, глядя как пятерка магов ползает на карачках по всему главному залу. Шутили разумеется шепотом, во избежание травматизма.

Лера отстраненно оглядела собравшихся, кивком и вежливой улыбкой приветствуя согильдейцев. Две трети столиков пустовали. Маловато народа. Опять пошла волна заявок. Вот так всегда — то густо, то пусто. Ну и славненько, может, найдется и для ее обломанных зубок простенькое зданьице? Уж лучше она надорвется, но терпеть этого… Она едва слышно зашипела. Пирожки… чтоб они ем поперек горла встали! И чего она ожидала от избалованного мальчика с золотыми косичками? Картинных восторгов и клятвы в вечной дружбе? Ха! Очень смешно. Признаться, ее бдительность и была слегка ослаблена его недавней заботой. Уж слишком взволнованно билось его сердце, когда парень прижимал ее к груди, вырвав из цепких лап ледяного кошмара. Да и глаза глядели с откровенным страхом за ее скромную персону. Но у всех бывают минуты помутнения рассудка, а вот сегодня все стало на свои места. Пожалуй, Алекса стоит поблагодарить. Холодный душ для души был то, что надо. Взбодрил, разозлил и смыл розовые очки.

Лера направилась прямиком на второй этаж, посмотреть обновления. И чего он за ней увязался? Девушка покосилась в сторону молчаливого парня. Вон какой сосредоточенный, губы плотно сжаты, между бровей залегла глубокая морщинка. Быстрее бы отделаться и уехать на пару дней. Авось ей полегчает.

В комнате совета присутствовал только Елисей. Все остальные отправились в Конклав, по поводу недавних волнений, связанных с Шиаром. Рассеянно вслушиваясь в трескотню светляка, девушка рылась в стопках с объявлениями. Так, вот эта — тоненькая. Сразу нет, слишком сложно и рассчитано на троих, а то и четверых, зато оплата нормальная. Вот эта. Побольше — хм, для двух, но достаточно сильных. Ага, вот эти, самый сор — мелкие и плохо оплачиваемые.

Она поморщилась, разбирая потрепанные листики. Мастер оружия, Воздушный, Вода, Целитель…Вот, иллюзионист! Всего пол сотни золотом?! Ох, понятно, почему гильдия иллюзий не берется за это дело. Мелковато даже для Семицветов. Зато пойдет для нее. Поприсутствовать на фестивале Семи Богов в поселке Вайтрокк и обеспечить несложные иллюзорные действия по украшению окраинной сцены и поддержанию ее в заданном виде до конца праздника. Заказ поступил от местной церквушки. То, что нужно. Заодно и потренируется! Ловкие пальцы выдернули листок из ее рук.

— Эй! — возмущение таки прорвалось наружу, — Это не по твоей части!

Алекс быстро пробежался глазами по тексту

— Поедешь одна? — он вернул лист, разглядывая ее так пристально, что мурашки станцевали чечетку вдоль позвоночника.

— Ну да, — пожала плечами она. Надо же с чего то начинать.

— Я с тобой, — моментально отозвался парень. Вот же прицепился, как банный лист к ж… хм, к плечику!

— Помощь мне не нужна, я не настолько убога, что бы провалить эту ерунду!

Алекс сверкнул глазами и стал быстро перебирать мелкие заявки. Полминуты спустя он повернулся к ней, сжимая в руке светлую бумажку с красной печатью. Его лицо оставалось все таким же сосредоточенным и хмурым.

— Их местным стражам требуется Мастер Оружия, для поддержания порядка. Я еду с тобой.

Ей хотелось расхохотаться или огреть Алекса чем-нибудь тяжелым. Вот же упрямый баран!

— Опека мне твоя на хрен не сдалась, — процедила она, выискивая взглядом предмет быта потяжелее. Глаза Алекса вспыхнули недобрым огнем. Все-таки сегодня ссора определенно имела место быть, возможно, даже с членовредительством.

— Перетерпишь как-нибудь! Тебя сейчас и кролик одной лапкой ушатает! — обрубил парень.

— Ты про себя что ли? Ну, давай пушистый, рискни!

— Это я-то кр-р-р-олик по-твоему?! — вибрирующим от злости голос заставил поджилки слабенько, но дрогнуть.

— А то кто? Сношаешься со всем, что движется и гадишь там, где ешь! Да ты просто альфа кролей! — хохотнула девушка, не спуская глаз с надвигающегося на нее Алекса.

От такой наглости у него перехватило дыхание. Цепь сама легла в руку. Погоди же мелкая язва! Сейчас он ее надежно спеленает, бросит на стол и припомнит и про опеку, и про кролей, и про… все остальное! В глазах у девушки читался вызов и капелька страха. О да, милая, сейчас из капли разольется океан!

— Остыли детишки! — одним магическим пасом Елисей живо напомнил, кто тут главный кроль… Вернее главный, просто главный. Два тела рассерженно сопели скованные по рукам и ногам световым коконом усмиряющего заклятья, как раз на тот случай, когда надо растащит противников, не поломав при этом им костей.

Дождавшись, когда оба перестанут дергаться и перебрасываться ругательствами адресованными друг другу, маг нейтрализовал путы и широким росчерком подмахнул две заявки.

Глава 14

Серебристая цепь мягко, но крепко держит тонкие запястья.

Гибкое тело приятно контрастирует своей очаровательной бледностью с темным деревом стола. Девушка перед ним неподвижна, надежно скованная и распластанная послушным оружием. Ее фигуру скрывает полупрозрачный пеньюар, едва достающий до нежных бедер. Стройные ножки чуть согнуты в коленях и слегка разведены, словно она уже готова для самых откровенных игр.

Не торопясь он подходит ближе, взгляд скользит по изящным щиколоткам в серебристых браслетах цепей, выше, к красиво очерченным коленкам, манящим бедрам, обрисованной мягкой тканью тонкой талии, и приподнятым холмикам груди, по нежной шее, на которой так и хочется оставить свою метку… Язык встрепенулся во рту, облизывая пересохшие от желания губы.

Словно угадав его мысли, девушка томно вздыхает и чуть поворачивает голову, глядя на него из-под полуопущенных ресниц. Нижняя губа слегка закушена от предвкушения его ответных действий. Сейчас главное не спешить, насладится ее покорностью и теплом до отказа, заставить умолять взять ее, снова и снова и лишь потом одарить жесткой, животной милостью. Сердце стучит тяжело и нетерпеливо, жаркой пульсацией отдавая прямиком в пах. Руки ложатся на шелковистую кожу голени, нежно и медленно скользят выше, достигая местечка, прикрытого тканью. Ловкие пальцы пробираются между нежных складок. Легкое нажатие на чувствительный бугорок и из груди девушки вырывается первый стон-вздох. Ох, милая, это лишь начало. Очень скоро ты будешь стонать в полный голос. Стонать сильно, громко, радуя его слух до тех пор, пока голос не будет сорван. Руки возвращаются к прежнему маршруту, и он отчетливо осознает ее разочарование. Губы растягивает самодовольная ухмылка.

Ткань собирается складками, открывая маленькие завитки аккуратного треугольничка. Поддаваясь ласкающим движения, ползет выше, высвобождая из плена мягкий, теплый животик, который он тут же нежно целует, напоследок быстро прихватив зубами и пройдясь по месту укуса языком. Сладкая девочка! Мышцы под его ладонями чуть вздрагивают, а тело пленницы выгнулось ему навстреч. Второй стон уже вдвое громче прежнего.

Пожалуй, такое приглашение игнорировать не стоит! Он одним махом оказывается над ней, резко разведя ее ноги коленом максимально широко. Перезвон цепных колец и еще один стон звучат одновременно. Кончики пальцев достигают груди, невесомо очерчивая край ареолы. Одним движением он рвет и стряхивает на пол мешающую ткань. Припадает губами к твердой бусинке соска. Сейчас у них одно дыхание — частое, хриплое, полное обжигающей страсти. С трудом он заставляет себя двигаться дальше. Ее сладкий ротик, с которого иногда срываются такие дерзкие словечки, тоже нуждаются во внимании. Он подымает голову и тонет в изумрудном омуте потемневших от желания глаз, ловит губами ее вздохи, чувствует дрожь ее жаждущего тела. Она такая послушная, податливая и жаждущая удовлетворить любую его прихоть. Их бедра невозможно тесно прижаты друг другу, но недостаточно и это сводит с ума! Она сводит его с ума!

— Лер-р-р-а… — его глухой стон перемежается с рычанием.

— Кро-о-олик!

Кролик?!

Алекс подбросило вверх. Судорожно вцепившись в одеяло, он старался привести дыхание в норму. Боги… Что за дичь ему только что приснилась?! Организм ниже пояса был с этой мыслью категорически не согласен. Рука мелко дрожала, когда он убирал выступивший на лице пот. Чудесно! Лера, цепь, стол, кролики и эрекция, которой можно вынести главные ворота замка Верховного Конклава. Чтоб он ее? На столе? Или вообще хоть где-нибудь? Чушь какая-то. Наверное — это все полнолуние или … ну… возмущения магического поля, раз снится такое. Нужно срочно найти симпатичную кролицу. Демоны!

Алекс со стоном упал на постель. Девицу… Надо. Найти. Девицу. Срочно! Симпатичную, не обремененную моралью и желательно предпочитающую пожестче. А то он уже сам себя побаивается. Парень улегся на бок и бездумно уставился в гостиничное окно. Сон сбежал, а вот последствия остались. Эта невозможная девчонка испортила ему не только день, но и ночь.

* * *

— Лерис, сегодня у тебя итоговый бой. Поэтому выложись по полной!

— Слушаюсь Мастер!

Мужчина кивает и отступает в тень. Она удивленно моргает. Куда пропал? Не видно ни ложа Совета, ни стен арены. Только участок песка, освещенный сверху ровным дневным светом. Встряхнувшись, она шагнула в круг. Мышцы подрагивают от нетерпения. Вокруг подозрительно тихо. Скрип песка возвестил о том, что она не одна. Молниеносный разворот на звук и… Челюсть пришлось ловить ближе к земле. Из тьмы широким шагом выступил ее соперник.

Кролик… Прямоходящий, белый кролик с определенно мужским телосложением и карикатурно-мультяшной мордашкой. Наверное, глаза у нее сейчас квадратные.

Когда первоначальный шок прошел, девушка мысленно присвистнула. Крупный ей попался… экземпляр! Выше на голову, телосложение ближе к изящному, чем к мощному, но приличный разворот плеч приятно гармонирует с узким тазом. Под короткой снежно-белой шерсткой бугрятся упругие переплетения мышц, от чего кажется, что по его поджарому телу пробегают светлые, блестящие волны. Из одежды только черные спортивные шорты до колен, плотно облегающие крепкие бедра. Интересно, а дырочка для хвостика есть? Кролик весело фыркнул, не иначе как прочитав ее мысли.

Она сглотнула и заставила себя встретить взгляд противника. Серебристые глаза смотрели хитро и пристально. Как же это все знакомо… Этот взгляд и фигура…Но мысль ускользнула в последний момент и девушка вернулась к созерцанию. Уши соперника были собраны широкой резинкой под цвет шорт, одно из них стояло торчком, а другое преломилось посередине, добавляя опасной твари поистине конфетного очарования. Темные напульсники плотно охватывали широкие запястья, создавая дополнительный усиливающий каркас. Кролик хрустнул шеей, качнув головой из стороны в сторону, переплел длинные пальцы в замок и вывернул руки, разминая запястья. Как странно, кисти шерстяные, но вполне человеческие, а вот ступни истинно кроличьи…

И тут на нее обрушился абсолютно безболезненный, но сильный толчок в грудь. Громко вскрикнув от неожиданности, она отлетела к противоположному краю освещенной арены. Коварная скотина воспользовалась ее замешательством и уделала с одного удара! Подняться девушка не успела. Мощный прыжок и пушистый боец упал на нее. Не ожидая подобной выходки она на секунду зажмурилась, а когда открыла глаза то перед лицом, на расстоянии всего лишь каких-то нескольких сантиметров оказалась довольная рожа… Алекса? Он кролик?! Упираясь локтями по обе стороны от ее головы и надежно зафиксировав запястья, он почти лег на нее, крепко придавив своим весом ее беспомощное тело.

— Попала-а-ась, — пропели нагло ухмыляющиеся губы.

— Алекс, не…

Его поцелуй был голодным и жестким. Моментально задохнувшись, она открыла рот, и его язык бесцеремонно ворвался внутрь, на правах успешного захватчика смело исследуя новую территорию. Мистическим образом с них разом исчезла вся одежда. От этого стало настолько жарко, что ей показалось — от двух тел струится раскаленный воздух. Между ног сладко пульсировало, парень крепко вжимался в нее всем телом, ритмично и протяжно потираясь бедрами. Она хорошо ощущала серьезность его намерений, но приступать к активным действиям он не спешил, давая ей время принять неизбежное. Их обнаженная кожа соприкасалась, скользила друг о друга, вызывая мучительно-томные спазмы внизу живота. Девушка застонала, выгибаясь навстречу самоуверенному победителю и признавая свое полное поражение. Сейчас. Только они вдвоем, на теплом песке и пошло все к Шиару на кулички.

Почувствовав молчаливое согласие, парень восторженно зарычал и склонил голову, ловя губами мочку ее уха.

— Лера!!! — что есть силы, гаркнул он.

Ее подбросило на кровати. Она не одна! Не разобравшись толком, девушка схватила подушку и метко швырнула ее в непрошенного гостя.

— Твою ж, налево! — прошипел незнакомец знакомым голосом, Снаряд был ловко перехвачен и обезврежен.

— Алекс?!

— Кого-то еще ждала? — огрызнулся тот, прижимая подушку к груди как плюшевую игрушку.

— Это становится болезненной тенденцией, просыпаться от твоих окриков, — поморщилась она, подгребая к себе вторую подушку на манер парня.

— Не кричала бы на всю гостиницу, не пришел бы, — раздражение в его голосе сменилось беспокойством, — Тебе опять что-то снилось?

— Да, — рассеяно ответила она, — крол…, к-хм. Кровь. Да, точно. Она.

В темноте послышался тихий вздох.

— К целителю бы сходила, — мягко заметил он. Обаятельный же, когда хочет…

— Нельзя, — помотала головой Лера, — скорее всего я от Шиара набралась черной энергии. Представляешь, какой переполох подымиться, когда мой кастрированный магический резерв визуализируют? Весь Конклав сбежится… И вообще, Алекс, как ты тут очутился? Я что, дверь оставила открытой?

— Окно ты оставила открытым, вот я и воспользовался.

Повисло молчание.

— В такие моменты чувствую себя виноватым за… вмешательство, — устало прозвучало из темноты.

— Брось. Лично я тебе спасибо должна сказать. Приятно пожить обычной жизнью, знаешь ли. Пусть и с нулевыми умениями.

Оба снова замолчали. Но напряжение, висевшее черной тучей после недавней ссоры, исчезло без следа. И каждый из них тихонько радовался наступившему перемирию.

— Ладно, — освобожденная от лишнего веса кровать облегченно скрипнула, — Досыпай. Только, — он хмыкнул, — не шуми больше.

Девушка улыбнулась:

— Так рассвет почти. Пойду лучше заварю чай.

Алекс притормозил у дверей. Хм, ему так-то тоже не очень хотелось спать. Особенно после произошедшего.

— На кофе расщедришься?

— Куда я денусь, — вздохнула она, — через десять минут внизу.

Глава 15

После очень раннего завтрака оба пришли к соглашению, что не плохо бы осмотреть фронт работ. В Вайтрокк они приехали затемно, и сразу же заселились в местную гостиницу, не успев толком оглядеться.

— Знаешь, местный жрец мог бы предложить и более щедрую оплату, — заметил парень, внимательно рассматривая улицы, и прикидывая в уме примерную схему поселка, которой был не совсем уж и маленьким.

— Там требования мизерные. Устойчивые иллюзии всякой мишуры, — пожала плечами Лера, — Намагичу цветов всяких-разных, тканей. Меня больше волнует, как долго я смогу поддержать заклинания. Надеюсь, они не до утра гулять будут. Кстати, а давай заглянем в храм? Давно не была.

— Как хочешь.

Они свернули в переулок и направились к возвышающемуся собору. Алекс заходить не стал. Не то чтобы сильно не любил храмы, но считал, что и без них Боги услышат и увидят, то, что захотят.

— Не задерживайся. Я тут окрестности осмотрю, — напутствовал он Леру. Кивнув, та скрылась за тяжелыми деревянными воротами.

Храм встретил ее оглушающей тишиной. Свечи перед статуями Семи Богов догорели, оставив после себя лужицы застывшего воска. Девушка окинула взглядом скульптуры. В предрассветном полумраке белый мрамор будто светился, притягивая к себе взгляд. Лица божеств были сокрыты, ибо за давностью лет никто не мог сказать, как выглядели те, кто сотворил этот мир. Но кое-что оставалось незыблемым. Их символы. Игнис — бог света и солнца, держал в руках неглубокую пиалу. В ней когда-то пылал огонь, дарованный им всем народам на заре времен. На шее у его супруги Сайлун, покровительницы теней и луны, блестел амулет в форме семилучной звезды. Дети главных божеств расположились по обе стороны от центральной пары. Близнецы Каори и Соэль, владыки земли и воды, стояли обернувшись друг к другу. Соэль лил из тонкогорлого кувшина воду в грубую каменную чашу, что держал Каори. Шайан, покровитель оборотней и зверей удерживал в руках витой лук и колчан к нему, У Эфиры, воздушной богини, за спиной распахнулись белоснежные крылья, а младшая Лилиара, повелительница всего, что произрастает в мире Аргории, сжимала в тонких пальцах цветок небесного лотоса.

Когда еще Лера носила маску, то любила приходить в храм Флер, слушать размеренные молитвы жрецов, наблюдать за прихожанами. Могла так просиживать часами, размышляя о своем. Время уединения текло быстро.

Девушка зашла за колонну, пытаясь отыскать витрину со свечами. Погруженная в свои мысли и убаюканная тишиной и умиротворенностью, она не заметила, что в храме кроме нее появились посторонние.

— Нам нужна еще одна девка до полуночи, — долетел до нее глухой голос. Девушка замерла.

— Успеем, сегодня будет тьма народу. Вся стража занята — лучше не придумаешь. Босс уже заждался, ползучие ему всю плешь выели.

Дыхание перехватило. Ползучие! Змеиный народ Х’ашши с Морского гребня. А значит перед ней работорговцы. Только в единственной части Аргории сохранился мерзостный обычай использовать мыслящих в качестве скотины. Особенно Х’ашши невзлюбили людей. Причины неприязни давно канули в веках, но предубеждения остались. Вот и тешились чешуйчатые гады тем, что исподволь поощряли работорговлю среди жадных до денег человечков.

Лера спешно соображала, как ей поступить. Голоса тихо переговаривались, поминая чью-то мать, скупость Х’ашши, какого-то Носатого, его посудину, задницы Семи Богов и прочие непотребства. Пригнувшись, она аккуратно выглянула из-за колонны. Далеко стоят! И как назло на открытом пространстве. Вооружены. Один из них, похоже, маг. Пальцы нет-нет, да и вспыхивают серебристым.

Она шустро нырнула в спасительную тень колонны и чуть не подпрыгнула от неожиданности. Из узкого прохода чуть сбоку от ее убежища, отчетливо раздавались чьи-то шаги. Наемники еще не обратили на это внимания, а вот она, похоже, влипла. Пара секунд и ее раскроют. Девушка плавно перетекла к противоположной стене и устроилась за углом, готовая оглушить нежданного гостя. Темная фигура вынырнула из проема и Лера едва успела затормозить. Жрец! Зажав опешившему служителю рот, она уволокла его в тень. Перебранка в зале не прекращалась. Лера облегченно выдохнула. А после отпустила мужчину, знаком приказав тому молчать. Жрец таращился на нее, как на явление Богов народу, но исправно выполнял приказ.

— Святейший, — зашептала она, — Вам надо срочно доложить страже. Эти двое — работорговцы! Я слышала их разговор!

Мужчина быстро глянул на нежеланных визитеров.

— А вы-то кто? — спросил жрец.

— Я тут проходом. Из-за праздника, — нетерпеливо пояснила Лера, — Бегите же! Я их постараюсь обезвредить!

— Ладно-ладно, — шепнул служитель, — Только… погляди, они же сюда направляются!

Лера обернулась и в тот же миг на нее обрушилась тьма.

* * *

Первое, что она почувствовала это сокрушающая боль в затылке. Девушка слабо застонала. Жрец… Ах, святейший, раздери его демон! Выходит, он заодно с этим отрепьем. Лера дернулась и попыталась разлепить глаза. Движение отозвалось оглушающим фейерверком боли. Ей еще и по ребрам прошлись… Прекрасно. Бить бессознательное тело, это же так весело!

— Пей, — ей сунули под нос какую-то емкость. Девушка послушно пригубила. Вода. Пахнет не очень и на вкус просто — мрак! Ну, да минералочки с Искристых родников ей вряд ли предложат… На удивление полегчало. При помощи таинственного самаритянина Лера села и, в конечном счете, разомкнула очи. Хм, подвал. И почему она не удивлена? На грязном тряпье к стенам жмутся еще две фигуры. Девушка обернулась. Ее доброй феей оказалась молоденькая и до безобразия красивая девушка. Почти девочка. Беловолосая, и глаза синие, как море. Ну просто эталон жриц Эфирии. Лера прочистила горло.

— Привет, — оригинальность сказанного зашкаливала.

— Привет, — тихо ответила девочка-девушка, — Ты последняя?

— Эм, похоже на то, — осторожно согласилась Лера. Она реально последняя. Последняя дура, которая попалась на раз-два.

— Значит, сегодня вечером нас увезут, — грустно подытожила синеглазка.

— На Морской гребень полагаю?

Девушка закивала.

— Так, милая э-э-э…

Девушка ее потуги оценила и истолковала вполне верно.

— София.

— Очень приятно — Лера. Софиюшка, расскажи-ка мне в двух словах — что за дерьмо тут происходит, и как так получилось? А?

Путаясь и постоянно оглядываясь на дверь София поведала грустную и, в общем-то, довольно обычную историю. Местный жрец оказался падок на легкие деньги. Приход маленький, народ в последнее время скуповат, вот и решил приблуда подзаработать. Сдать в арену работорговцам подвалы для хранения живого товара.

Обставили дело с шиком и блеском. На темницу наложили вполне сносные антимагические руны, магией земли провели подземный ход в чащу леса, где потом по реке и спускали пленных к морю, а после кораблем доставляли прямиком в чешуйчатые лапы Х’ашши. Людей набирали по окрестностям, через определенные промежутки времени и весьма осмотрительно. Все это София урывками слышала от пленителей. Про себя рассказ вышел и того короче — отстала от экскурсии в соседнем городе. Заблудилась. Забыла наказ маменьки «не идти с незнакомыми дядями», ну вот и попалась.

Гремя кандалами, как заправское приведение, Лера ходила туда-сюда и размышляла, что ей делать дальше. Только бы Алекс в беду не попал. Сунется ведь к служителю, с вопросами где подруга, что в храм заходила, а они его… От внезапно свалившейся на нее догадки по телу прошла болезненная судорога страха. Они же запросто убьют его! Партия рабов готова, к чему возиться с мужиком? Да еще и с мастером оружия! Нужно срочно выбираться отсюда. Срочно! Ох, Алекс, миленький, только бы на рожон не полез!

Прошло около часа. Она исшерстила их клетушку вдоль и поперек, ободрала все ногти, извозилась хуже крысы, но не нашла и намека на возможность выбраться из этой западни. Мысли об Алексе цепким репьем засели в голове.

От лестницы, ведущей из подвала, послышался шум и суетливая возня. Лера облилась холодным потом от макушки до пят, неужели ее воинственный кроль попался? Увидев вошедших в камеру, она облегченно выдохнула, чем вызвала недоумевающий взгляд у Софии.

— Руки, — скомандовал один из бандитов, видимо главарь. Во всяком случае, одет он был побогаче остальных.

На запястьях щелкнули браслеты с уже знакомыми рунами блокировки. Девушка прикидывала в уме, есть ли шанс, что ей достался полудохлый браслет, который могут сломать и ее простенькие заклятья. Робкая проба своих сил закончилась продирающей до костей болью во всем теле. В мысленных ругательствах Лера переплюнула всех сапожников, пиратов, деревенщин и прочих личностей. Охранники ее прокола не заметили, и то хлеб. Не надо им знать, что мага сцапали. Пускай и такого хилого.

— Шевелитесь, сучьи дети, — рявкнул один из мордоворотов. Наемники подозрительно нервничали. Что-то тут было не чисто.

Гонимые пинками и увесистыми оплеухами, они вошли в узкий темный проход. Внешне девушка старалась придать себе как можно более покорный вид, но внутри напряглась до предела. Попытка сбежать даже не обсуждалась. Лучше сдохнуть, но не достаться змеиному народу, ибо есть вещи похуже смерти.

Через минут пятнадцать показался выход. Шествовавший впереди охранник погасил блуждающий огонек. Они вышли на небольшую поляну, окруженную со всех сторон деревьями. К наемникам присоединилось еще пять человек. Как итог — восемь работорговцев, двои из которых маги, и четверо пленников. Шансы выжить при бегстве скатились в тартарары.

— Гребаный святоша, — в пол голоса бурчал один из охранников, — Сцыкло недоделанное.

— Заткнись, Хвост, — осадил его главарь.

— Не ну днем-то…

— Заткнись!

Диалог на этом завершился. Значит, жрец боится. А вот чего… или кого? Лера очень надеялась на последний вариант. Для себя же девушка решила попытаться бежать у реки, а потому терпеливо следовала указанным маршрутом.

Перед лодкой их построили. Охранники возились на берегу, подготавливаясь к отплытию. Только она улучила подходящий момент и дернулась в сторону обрыва, как один из работорговцев упал. Краем глаза она заметила, как нож, торчащий из его груди, белой дымкой растаял в воздухе. Алекс!

Глава 16

— Маги! Свет, огонь! — вскрикнула девушка, указывая на самых опасных противников. А потом начался хаос.

— Лежать! — рявкнула Лера на встрепенувшихся пленников. Видно, было в ее голосе что-то такое, что заставило людей рухнуть на землю без лишних разговоров. Она рванулась наперерез светляку, по пути отправив в нокаут вставшего на пути наемника. Заодно и оружие добыла. Как не старалась бить быстрее, но на удар в пах и локтем в челюсть ушло много времени. От мага к ней метнулись серебристые жгуты. Она едва успела увернуться. Плечо опалило болью. Задел, гад. Алекс в это время пытался разделаться с огненным, метавшим в него фаерболы со скоростью дятла, отбивающего дробь на дереве. Судя по прекратившимся хлопкам и громкому хрусту — операция «обезвредить» прошла успешно. Раздался громкий девичий визг. Проклиная все на свете, Лера кошкой прыгнула обратно.

Два здоровых лба тащили упирающуюся Софию в лодку. Умно, бежать — так с жемчужинкой за пазухой. Клинок встретился с мечом наемника. Увернувшись от одного, она попала под прицел другого. Сначала нога почувствовала тычок, а затем пришла боль. В долгу девушка не осталась, отыгравшись по схеме — рука за ногу. Противник взвыл дурным голосом, хватаясь за травмированное плечо. Второй вдруг резко изменился в лице и бросился к лодке. Не успел. Цепь свистнула над ее головой и плотно обвила горло беглеца. Что было дальше, Лера не стала смотреть. Внимание вновь привлек недобитый наемник. От души врезав тому в живот, а после ногой по морде, девушка принялась выискивать мага. Два одиночества встретились и устремились друг к другу. Не успела она проделать и половину пути, как с гневным рыком:

— Куда прешь?! — ее отпихнули в сторону. А вот сейчас обидно стало. Пока Алекс скакал белым кроликом перед разъяренным светляком, пытаясь найти брешь в его обороне, девушка постаралась обхромать того сзади. Маг был не дурак, и ее коллекция увечий пополнилась глубоким ожогом в области ключиц. Перед глазами поплыло от боли. Алекс глухо зарычал, а где-то вдалеке опять заверещали пленные.

Собрав всю силу в кулак, она бросилась в смертельные объятья к светленькому. Не ожидав такого напора, он отвлекся, чем несказанно порадовал Алекса. Цепь удавкой затянулась на шее.

— Алекс, — прохрипела она, — хоть одного оставь. Допросить!

Тот свернул кровожадным взором, но вместо сломанной шеи обвил цепью мага так, что тот стал похож на стальной кокон. Пока Алекс разбирался со светлым, главарь не терял времени даром. Дротик прошил парню предплечье и тот, зашипев сквозь зубы, сгруппировался для новой атаки. В руке парня блеснул нож, и он быстро сократил дистанцию для ближнего боя. Не вмешиваясь более в «мужской разговор» по причине крайней недееспособности, девушка поковыляла к перепуганным невольникам. Те сбились кучей под кустом. Не успела Лера раскрыть рта, как они дружно взвизгнули, явно напуганные происходящим за ее спиной. Тело сработало на рефлексах. Лезвие ножа глубоко увязло в животе подкравшегося работорговца. Тот охнул и мешком свалился на землю. Девушка брезгливо поморщилась. Вот любят же с тыла заходить…

Резким разворотом и усиленным ударом в солнечное сплетение Алекс, наконец, добил шкафоподобного детину. Очень хотелось свернуть ему шею, но Лера права — надо оставить в живых парочку этих уродов.

Стоило подумать о девушке, жгучая смесь страха и восхищения затопила сердце. Полезла в самую гущу, бестолочь маленькая, но как же хороша… Алекс огляделся в поисках новых жертв. Но их не было. И только тогда он позволил себе то, о чем мечтал по дороге в этот гадюшник — бросился к девушке, успокаивающей перепуганных людей.

— Лера…, - он присел на корточки перед ней, и аккуратно поддел пальцами подбородок. Бегло оглядел повреждения и материализовал охотничий нож. Сволочи! Где там эта тройка живчиков?! Сейчас он им на живую исполосует морды в лоскуты! За каждый порез и синяк на нежной коже.

— Алекс! — она быстро вскочила на колени и схватила его лицо в ладони. Прикосновение ее пальчиков к небритым щекам послало теплую волну вдоль позвоночника. Алекс тихонько выдохнул и привлек к себе найденную пропажу.

— С тобой не заскучаешь, — неловко пошутил он.

— Весь праздник Шиару под мантию, — пожаловались ему в плечо, — и денег не заплатят…

Алекс облегченно рассмеялся.

— Плевать на деньги. Давай, пора выдвигаться обратно.

До поселка он ее тащил на руках, не слушая разнообразных доводов о своем намерении идти самостоятельно. В конце-концов, когда она уж очень его достала, Алекс пообещал заткнуть ей рот своими носками. Скрепя сердце, она замолкла. Но, стоит отметить, что эта своеобразная галантность была приятна. Ее еще ни разу не носили вот так. Разве только с арены, после тренировок. Но тогда она была не то, что не в состоянии ходить, дышала с трудом. София всю дорогу кидала на Алекса заинтересованные взгляды, а Лера ловила себя на мысли, что явно поторопилась со спасением девицы.

В Вайтроке их потрепанный отряд встретили, как героев. За жрецом тут же отправилась небольшая, вооруженная до зубов делегация. А ее с Алексом отпустили отдыхать в гостиницу. От лекарских услуг они оба отказались. Комната, в которой их разместили, была одна и напоминала слегка почищенный чулан. Праздник мэр отменять не собирался, а гостей приехало достаточно.

За окном шумел народ, а она лежала на узкой койке и занималась ничего неделаньем. Даже книги не было, а вставать лекарь не рекомендовал. Ранение ноги оказалось чуть более серьезным, чем она думала. Блуждающий взгляд зацепился за Алекса. Неудачно так. Потому что отцепиться уже не получилось.

Парень приводил в порядок цепь. Пальцы неторопливо скользили по всей длине, любовно перебирая каждое звено. Голова опущена, пряди падают на лицо, которое всегда изменяло свое выражение, стоило Алексу коснуться оружия. Становилось сосредоточенным и вдумчивым. Притягательным.

Она нервно сжала край одеяла. Ей вдруг отчаянно захотелось, чтобы он так же прикоснулся к ней. Повел вдоль позвоночника, по плечам и вниз, к кончикам пальцев, а потом обратно и вверх, по шее, к закушенным от замершего дыхания губам. Алекс поднял глаза, и Лера чуть не застонала. Темные, зрачок на всю радужку, только узкая серая каемка по краю. Щеки обожгло пожаром. Тихий хлопок и от цепи осталась лишь туманная дымка. Алекс медленно выпрямился и подался вперед.

Девушка застыла. Если он сейчас пересядет к ней, если просто обнимет за плечи, то… Громкий стук в дверь разорвал волшебство момента в клочья. Лера позорно спряталась пол одеяло, мечтая открутить неожиданному визитеру голову, а после тихо-мирно сгореть со стыда. Кровать напротив скрипнула. Алекс пошел открывать.

— Привет, — прошелестел тоненький голосок.

Лера поморщилась. Софиюшка решила пойти в наступление. Ну что ж, флаг ей в руки.

— Привет. Ты что то хотела?

Конечно, она хотела! И все тут присутствующие прекрасно знали чего именно.

— Да, я… Хотела поблагодарить! Ты так сражался…

Если внешне Алекс выглядел расслаблено, то внутри он напоминал сам себе закипающий чайник. Только что чуть не сглупил! Но когда он почувствовал на себе пристальный взгляд. И увидел как она на него смотрит… Завелся от одного движения темных ресниц. Заметил прикушенную губку и совершенно точно захотел нырнуть под одеяло к соблазнительной девочке и осыпать поцелуями каждый синячок и ссадинку. А потом подмять под себя и провести тест на скрипучесть местных кроватей. И звукопроницаемость стен.

С трудом, но он отогнал заманчивый бред. Ему просто нужно сбросить пар. И шикарный вариант для ночного приключения тут как тут. Алекс прислонился к косяку и скрестил руки на груди, ненавязчиво демонстрируя хорошо проработанные мышцы. Глаза девчонки вспыхнули синими огнями.

— Не я один, — улыбнулся он.

В подтверждение кровать за его спиной скрипнула.

— Была бы чрезвычайно благодарна, если бы вы переместились любезничать в другое место, — сухо проинформировала Лера.

— Мой номер не далеко, — поспешила встрять девчонка.

И он почти согласился. Фактически уже шагнул вперед, но замер, так и не закончив движение. Оставить Леру одну? И самому остаться без нее… Это было невозможно, но привлекательность Софии рассыпалась прахом. Перед ним стояла просто малолетняя девчонка с белыми волосами.

— Милая, а тебе сколько лет?

Кажется, девушка не ожидала такого вопроса.

— Девятнадцать…

— Неужели? А метка, подтверждающая совершеннолетие есть?

Синеглазка замялась.

— Знаешь, в другое время плевал бы я на законы. Но формально срок моего задания не истек. Так что проблемы со Стражами мне не нужны. Без обид.

Девочка поджала губы, и, взметнув роскошными кудрями, упорхнула.

— Если ты переживал, что она чиста и непорочна, то зря, — Лера приподнялась на локте, прижимая к себе одеяло.

— Я знаю. От малышки просто веет сексуальностью. Похоже, кто-то из ее дальней родни согрешил с сукубой.

— Или инкубом.

— Или так.

Они замолчали.

— Ты бы мог пойти, — неуверенно начала девушка.

— Как-нибудь, — проворчал Алекс, устраиваясь на койке, — Но не сегодня.

Потому что этой ночью ему просто хотелось побыть рядом со своей занозой. Слушать ее спокойное дыхание и перебрасываться в темноте ничего не значащими фразами. Смешно, первый раз он спит с девушкой в одной комнате, но разных кроватях. Но демоны его забери, сдвинуть их он был бы очень даже за… Ужасная мысль, что смотреть на нее как на подругу детства он уже не сможет, вынудила Алекса перевернуться на другой бок и плотнее смежит веки. Или ему нужно просто отдохнуть.

Ночь прошла без происшествий. Если не считать пьяной драки под их окном. А утро порадовало наградой от мэра за заслуги перед Вайтрокком. Уезжали они довольные и при деньгах.

Глава 17

Алекс подбросил на руке увесистый кошель.

— Лерчик, ты как хочешь, но наше чудесное возвращение надо отметить!

Девушка удивленно вздернула брови, но предпочла проигнорировать насилие над своим именем. В конце-концов он же ласково ее назвал, пусть и смешно.

— Отметить?

— Точно, — рассеянно отозвался Алекс, поглядывая по сторонам. Последние лучи уходящего солнца золотили шпиль главной ратуши, и маг-кристалы в прозрачных колпаках фонарей потихоньку начинали источать слабое сияние.

— Если поднажмем, успеем на торговый ряд до закрытия, — решил он, — И да, я угощаю!

— Вот еще, — насупилась Лера, — я и сама…

— Помню, помню. Сама можешь заплатить. Я в курсе, деньги то вместе получали. Но Лера, ты несколько дней меня завтраками и ужинами кормила, со своего кармана заметь!

— Я за квартиру не плачу…

— Зато в порядок ее привела, почти полностью! Знаешь, сколько нынче стоит подобный труд? Лера, ну давай не будем спорить по такому поводу, — уговаривая ее, Алекс ощущал непривычные чувства. Еще ни разу ему не приходилось настаивать на угощении. Большинство его бывших довольно охотно воспринимали подарки и различные кафе-рестораны.

Девушка сдалась. Ладно, в честь возвращения ее имени из ласкательно-смешного в обыкновенно-привычное.

— Имей ввиду, я чувствую себя неловко! — буркнула она.

— Это пройдет после первой бутылки, — засмеялся Алекс.

Бутылки?!

— Эм, Алекс… Я как-то в спиртном не очень, знаешь ли.

Он даже затормозил.

— Только не говори, что ни разу не напивалась!

— Нет, — честно призналась она. А когда ей было? Только тренировки да чаепития в гильдии.

— Обалдеть! Ничего, все бывает впервые, — расплылся в улыбке Алекс.

Через три часа они очень удобно и со вкусом расположились на ковре у камина. Тот весело трещал дровами, наполняя теплом небольшую гостиную. Парень расстарался на славу. Уж в чем и можно обвинить Алекса, но только не в скупости. Возможно, ему даже стоит научиться экономии. Слегка. Или просто он решил не ударить в грязь лицом. Своим долгом она посчитала приготовить быстрый ужин, подходящий под белое полусухое десятилетней выдержки.

Алекс хлопнул пробкой и разлил вино по бокалам. Надо же, оказывается, у него были бокалы. В самом верхнем угловом ящике.

— Ну, Лера, за твое первое прегрешение, — весело подмигнул Алекс. Настроение было просто сказочным. А запах вкусной пищи сделал сердце открытым, как аптека лекаря 24/7 и мягким, словно талый воск.

— Значит, убийство десятка-другого человек за грех не подходит? — невинно поинтересовалась она, прихлебывая прозрачную жидкость.

Алекс поперхнулся. Нет, конечно, она не в монастыре жила и хвалебные оды Богам вряд ли пела, но что бы вот так… Заметив его растерянный взгляд, девушка рассмеялась.

— Ладно тебе, Алекс. Можешь не верить, но мне почти всегда везло. Теоретически я могла бы, но на практике всегда удавалось спихнуть негодяев в руки Стражей. Хотя однажды я поддалась искушению…

— Когда? — полюбопытствовал он, накладывая себе мяса.

— Грустная история, в самом деле, — девушка задумчиво созерцала огонь, не притрагиваясь к пище, — Мужик девушек силой брал. Извращенец чертов. На месте преступления и застала. Не сдержалась, в общем, и… Нет, не хочу об этом.

Алекс пожал плечами. Безусловно, он сочувствовал несчастным жертвам, но за свою карьеру, пусть и не богатую, ему попадались откровенно грязные дела. И убивал он чаще, чем хотелось бы. А потому душа давно покрылась защитной коркой, и на задания он смотрел просто как на задания. Выследить, обезвредить тем или иным способом, а потом получить награду. Вот и все.

— Ладно, тогда расскажи мне про себя. Все-таки живем вместе, а, я о тебе совсем ничего не знаю.

Девушка с сомнением покосилась в его сторону.

— Думаешь, меня отпустили на свободу под честное слово? Две клятвы крови, Алекс. Придумал, куда мой труп спрячешься в случае чего?

Вино все-таки пошло носом. Лера заботливо постучала ладошкой между лопаток. Крепенько так.

— Ну ты… даешь, — и вдруг само выскочило, совершенно неожиданно, — Прости меня. За тот случай в детстве.

Сказал и сам смутился. Извинялся уже вроде, а вот опять с языка слетело. Наверное, потому что понимал — их первый разговор дурацким получился. Весь комом от первого и до последнего слова. И никому легче не стало. Но пробовать он все равно будет! Пока в зеленых глазах не исчезнет последняя тень осуждения.

Лера опешила немножко. Растерянно прокусила губку и очень уж сосредоточенно в камин уставилась, как будто там саламандры брачный танец устроили. Алекс тоже молчал. И мысленно клеймил себя придурком. Нужно было подождать, пока она сделает хотя бы пару глотков. Может алкоголь чуть размягчил бы застарелую корку обиды?

— Мы были детьми.

Ну вот опять! Но его возражения умерли, не успев оформится в речь. Лера снова смотрела ему в глаза. Но теперь уже по-другому. Не с показным безразличием, явно отдающим фальшью, а мягко и спокойно. И как гора с плеч свалилась. Неужели простила? Так быстро? Без скандалов и упреков длиной в несколько часов? Сам себе поверить не мог.

Алекс залпом осушил пол бокала. Понюхал остаток. Это точно вино? В голову ударило с первым глотком. А как еще объяснить дикое желание схватить девочку в охапку и прижать к себе. Потискать, погладить, поцеловать… Нет, только не это!

— К-хм, — опять закашлялся, — Я… понимаю. И все же…

Лера улыбнулась. И кровь застучала в висках уже не от смущения.

— Играл в игру «да-нет»?

Стало жарко. Конечно, играл. Сначала кокетливое «нет», а потом громкое «да-да-да» Готов сыграть снова. С ней. Много, очень много раз. Странно, когда он целый бокал выпить успел?!

— Э-м-м…

— Задавай вопросы, а я постараюсь ответить. Может не совсем полно, но зато безопасно.

Алекс энергично закивал. В основном для того, чтобы хоть так впихнуть мозг обратно в черепную коробку.

— Тогда спрашивай, — девушка потянулась и взяла с тарелки бутерброд. К счастью его чересчур резкие телодвижения ее не смутили.

— Тебя ведь не в приют забрали? Твоя тетка так сказала, когда я пришел после…, - Алекс запнулся, говорить о прошлом было уже легче, но все еще неловко, — после того как струсил и не смог защитить тебя.

В глазах девушки отражалось танцующее пламя. Но голос прозвучал без единого упрека.

— Да, это был не приют, хотя, по своему устройству он и напоминал это заведение. Только по достижению совершеннолетия нас не отпускали в вольное плаванье, — Лера улыбнулась, заставив его сердце пропустить удар в предвкушении чего-то важного, — Они все равно бы взяли меня Алекс. Родители без вести пропавшие, ребенок, по сути, никому не нужен. Как я узнала позже, ищейки следили за мной еще до того, как мы познакомились. Просто подвернулся удобный момент увезти обиженную девочку без скандала и сопротивления с ее стороны. Ведь можно наобещать всего, чего угодно. Так что ты в любом случае не смог бы ничего поделать. Тем или иным способом, но моя судьба была предопределена.

— Понимаю, — тихо проговорил он, — А потом? Что было потом?

— Тренировки, занятия, выбор самых подходящих. Просто представь себе военный лагерь и ты все поймешь.

— Значит, есть еще Фантомы?

— Нет. Я одна подошла под нужные критерии. Фантом лишь мое прозвище. Индивидуальное.

— И как тебя выбрали?

— Больно, — ее голос дрогнул.

— Не понял, — напрягся Алекс, — что значит — больно?

— Тебе нельзя знать способов и техники отбора. И не проси. Скажу лишь, что отбирали не по физическим или магическим умениям. Важно было… другое. Тем не менее, все уже позади и после многих лет я стала Фантомом. Вот так.

Парень плеснул им вина. Такой ответ его вообще не устроил, но большего требовать он не собирался.

— Ладно, почему Семицветы? Зачем? Ведь на задания ты почти не ходила! С такой то магией. Могла и озолотиться, выполняя сложные поручения.

— М-м-м, озолотиться не могла, — качнула головой девушка, — Вернее, теоретически да, но на практике — нет. Лимит используемой энергии жестко нормировался. И вот почему: моей целью был, так скажем, сбор ваших положительных эмоций. А такая разношерстная и в то же время дружная, не похожая ни на что компания просто золотой рудник семейки Голден. На вас уходили основные силы. Короче, если говорить образно, я — лукошко, ваши чувства — ягодки. И этими ягодками надо было накормить Шиара до смерти.

— Поэтому и находилась почти все время в гильдии, — догадался парень, — чтобы урожай был максимальным.

— Умница, — просияла она, — и, предупреждая вытекающий из этого вопрос: мне подходила не какая-нибудь компания. Выкачка эмоций без последствий для доноров дело долгое и весьма кропотливое. Настроить долгоиграющие магические связи, да так, чтобы никто ничего не почувствовал, поддерживать их… Задания — это всего лишь для отвода глаз. Ну и для сканирования обстановки.

— Почему не накормили до тебя? Ваша организация ведь не один день существует.

— Не один, — согласилась Лера, — но Шиар очень прожорлив, и не все выживают при встрече с ним. Быстрее он успевает убить. Но мне повезло, ты его замечательно отвлек, позволив подобраться близко. А мой страх за твою неразумную тушку затормозил его на те секунды, которые были необходимы для настройки обменного заклятья.

— Ты боялась за меня? — под сердцем защекотало легкое перышко. Приятно так.

— И прибить хотела. Алекс, миленький, ну о чем ты думал, когда полез на него с голой, прости, попой? Видно Шиара очень удивила эта отчаянная храбрость, раз он не раскатал тебя в ту же секунду по брусчатке, а решил посмотреть, что же это за такой отчаянный самоубийца, — в ее словах не было ни капли иронии. Только мягкий упрек.

— Он спиной стоял!

— Шиар не смотрит глазами. Запомни. Он чувствует. Его привлекают все темные эмоции. Страх, ярость, обида, ненависть и прочее… Понимаешь?

— Да. Я так хотел его убить, когда крался между рухнувших стен, — задумчиво проговорил он.

Первая бутылка отдал свой долг, и была отставлена в сторону. Алекс взялся за вторую.

— А маска? Из-за меня?

— Не только, — глаза девушки ярко блестели, а неуверенные движения выдавали хмельное состояние, — Лукошко, оно… просто лукошко. Безликое. Предмет интер… интерьера. Что бы никто не захотел вдруг… оберегать или не дай Боги взять себе домой. Сломалось? Сделают новое, а старое выкинут.

— И ты была согласна?! Жить так, без человеческих отношений?

— Если этим можно остановить гибель тысяч и тысяч людей, то да. А сам? Помнится, кое-кто в добровольцы вызвался. И как тебя Март отпустил?

— Мне двадцать пять и отпрашиваться на прогулку уже не надо, — тихонько хмыкнул Алекс.

Слова Леры были логичны. И не правильный! Она должна была умереть, что бы жили другие. Глухая ненависть шевельнулась в груди. Все в нем отчаянно отторгало такой вариант развития событий.

— Я видел, что твой браслет…

— Стоп. Прости, но это сразу нет. Никаких рассказов о моих вещах и типе магии. Секрет фирмы. Давай другое… спрашивай.

Алекс улыбнулся, поглядывая на слегка окосевшую девушку. Однако как быстро ее взяло. Да — отсутствие практики на лицо. На такое симпатичное лицо с разрумянившимися от вина и тепла щечками, блестящими глазами и заалевшими, чувственными губами. В голову опять полезли мысли совершенно иного плана. Так, хватит! Больше терпеть он просто не может!

— Иди сюда.

— Куда? — она беспомощно захлопала глазами. Не размениваясь на дальнейшее словоблудие, Алекс перехватил ее ладошку, ловким движением убрал бокалы и подтянул девочку к себе, устраивая рядом и обнимая. Мышцы под его руками напряглись.

— Эй! Ты чего? — возмутилась Лера. Слабенько так и даже вырваться не попыталась. На него не смотрела.

— Лукошко хочу ободрить. Хорошее, знаешь ли, лукошко оказалось. Все равно не правильно так с ним было обращаться, — он старался говорить тихо, обтекаемыми фразами, чтобы не спугнуть. На его счастье девушка совсем расслабилась, позволяя объятья. Алекс поерзал, чуть согнув ногу, с той стороны, с которой сидела девушка. Реакция собственного тела на ее близость последовала молниеносно.

Не сдержавшись, он ткнулся носом в карамельную макушку. Вкусная какая! Легкий аромат весенних цветов и чистый запах женского тела. Ногу пришлось согнуть еще больше.

— А ты, — подала голос Лера, — что было с тобой?

— Ничего особенно запоминающегося, — признался он, — Кроме смерти матери. Я тогда двенадцатилетним пацаном был.

— Мне жаль, — тут же отозвалась она, в подтверждении слегка стискивая его талию.

— И мне, — он до сих пор тосковал о маме, но с Лерой говорить об этом было не очень трудно, — Она заболела, а целители спасти не смогли. Обычная, невеселая история. После этого я к отцу на некоторое время перебрался, а потом сам жить начал. Этот дом мой. Куплен на деньги, оставшиеся от продажи маминого, плюс сбережения. Странно, но там оставаться я просто не мог.

Лера изогнулась и удивленно глянула на него, так и не разомкнув объятий. Их лица оказались непростительно близко.

— Твои родители не жили вместе? — выдохнула она.

Алекс едва сдерживался, что бы вместо ответа не впиться жадным поцелуем в манящие губы. Что он творит? Совсем с ума сошел. Нет, хватит! Он же не конченый ублюдок, так воспользоваться положением девушки. Не нужно было хлестать столько вина.

— Нет, — хрипло ответил он, — Разошлись, когда мне было семь.

Девушка ласково коснулась его плеча, и Алекс мысленно застонал. Еще пара секунд и он за себя не ручается!

К его великому облегчению девушка опять устроилась под боком. Так они и сидели, глядя на огонь и потягивая вино. Когда с ужином было покончено, Лера первая выпуталась из объятий и, потянувшись, произнесла.

— Прекрасный вечер! Давно так не сидела… То есть никогда конечно, — нерешительно улыбнулась она и принялась собирать посуду.

Опять мыть собралась. Уборщица она ему что ли? Устала наверное, хочет отдохнуть… А, демоны с принципами этими глупыми. Девочка права, он уже взрослый.

— Я сам помою.

Лера посмотрела на него с легким удивлением, но потом ее улыбка стала шире.

— Ты очень поможешь. Признаться, меня ужасно клонит в сон.

— Это от вина. Хотя выпила ты от силы пол бутылки.

Он проследовал на кухню и вывернул кран, набирая теплую воду в мойку. Свежая губка легко скользила по тарелкам и столовым приборам, взбивая пышную мыльную пену. Хм, не так уж и страдает его эго. Даже как-то приятно помочь…

Какой демон ее под руку пихнул, Лера не знала. Но глядя на широкую спину в черной боксерке она просто не могла устоять…

Алекс вздрогнул всем телом и застыл, когда теплые ручки обвили его торс, а между лопатками прижалась горячая щека. Сердце тяжело ухнуло в груди и забарабанило о ребра с удвоенной силой. Парень застыл каменной статуей самому себе, боясь шевельнуться. Потому что если он двинет хоть пальцем, хоть на дюйм повернет голову, то вечер резко станет намного приятнее.

— Спасибо, — шепнули ему в спину. А потом все исчезло. Легкие шаги по лестнице дали понять, что девушка отправилась к себе.

Он с шумом выдохнул и только сейчас сообразил, что в крепко стиснутом кулаке что-то есть. Алекс достал руку из воды и разжал пальцы. О край мойки звякнула покореженная вилка. Да, Лера, а вот это уже было на грани фола. Закрылась бы ты на ключик, от греха подальше…

Глава 18

Утро она умудрилась проспать. Проморгавшись, Лера в мгновение ока слетела с кровати и в спешке принялась искать форму. Которая отсутствовала, конечно. Осознание того, что это не казармы Убежища, принесло немыслимое облегчение. А жизнь-то, оказывается, прекрасна! Рискни она задержаться хоть на пол секунды в казарменной койке, ее бы ждал минимум пяток ударов палками, а затем спарринг с Мастером. Без поблажек. Лера передернула плечами. Или ей кажется или в комнате похолодало?

Быстро одевшись, она спустилась вниз. На кухонном столе стояла чашка Алекса. Помытая. Девушка мысленно присвистнула. Может, еще разок с ним выпить? Глядишь, и подметать научится. Со стороны внутреннего дворика послышался глухой удар. Потом еще один. А следом за ним целая россыпь дробных постукиваний. Весьма заинтригованная, она пошла на звук.

Но стоило двери перед ней распахнуться, как Лера попятилась обратно вглубь кухни. На небольшой площадке заднего двора тренировался Алекс. Девушка облизнула пересохшие губы. Парень был в одних спортивных штанах. Возмутительно низкой посадки. Алекс стоял к ней полубоком, и не мог видеть, с каким нездоровым интересом она осматривает его мускулистую, блестящую от пота спину и… Лера нервно моргнула, глядя на черную ткань, под которой угадывались очертания крепкой мужской задницы. Боги, что за извращенец придумал такой провокационный пошив! Или это она извращенка?

Ничего не подозревающий Алекс сделал резкий выпад, и цепь серебристой молнией вспорола утренний воздух. Деревянный манекен, стоявший от парня в нескольких метрах, тут же обзавелся смертельно прекрасным украшением-удавкой. Алекс прыгнул назад, делая сальто через голову. Босые ступни бесшумно впечатались в короткую, изумрудную траву. Стремительный рывок и "противник" с глухим треском завалился вперед.

Как зачарованная она тоже сделала шаг из своего укрытия. Алекс моментально обернулся.

— Доброе утро, — цепь последний раз блеснула в лучах восходящего солнца и исчезла, а парень направился к ней. Только не это… Она еще не готова оторвать свой взгляд от созерцания… к-хм, штанов. Лера мысленно отвесила себе оплеуху. Да что происходит, в самом деле!

— Привет… В смысле, да. Доброе.

Алекс замер в нескольких шагах от нее и слегка нахмурился. Руки скрестились на груди в фирменном алексовском жесте. Лучше бы он стоял к ней спиной. По крайней мере, она бы не таращилась на шикарную мужскую грудь. Крепкую, с отлично проработанными, упругими мышцами. Не перекачанную и не слишком жилистую, а идеальную по всем параметрам.

С трудом она оторвалась от созерцания этого предмета скульптурного искусства и нашла-таки в себе силы посмотреть ему в глаза. Легкий ветерок играл с растрепанными светлыми прядями. Бисеринки пота алмазной крошкой блестели на загорелом лбу.

— Лера? — в голосе Алекса явно звучало сомнение, а брови медленно поползли вверх. Да, выглядит она сейчас как совершенная идиотка. Только слюны по подбородку не хватает. Нужно что-то срочно придумать, что бы сохранить лицо.

— Знаешь… Наверное, мне не стоит пить.

Парень как то странно помрачнел.

— Вот как? — едко процедил он, — Пришла к выводу, что для тебя это слишком неправильно? Знаешь, а под бокальчиком вина с тобой хотя бы можно было нормально пообщаться.

"И пообжиматься" — добавила она про себя. Лера молча подошла к стойке с тренировочным инвентарем и вытащила оттуда дзе-шест*

Привычно взвесила в руке, погладила пальцами золотистое, отполированное до блеска дерево. Такая безобидная на первый взгляд вещь, но один точный взмах — и ты уже корчишься от боли зарываясь пальцами в рыхлый песок арены. Любимое оружие Мастера.

— Пять ударов палкой и спарринг с Мастером в полную силу, — пробормотала она, — Мне никогда не удавалось продержаться больше чем пятнадцать минут.

Когда она повернулась к Алексу, парень уже не выглядел так воинственно.

— Что ты имеешь ввиду? — настороженно спросил он.

— Размышляю вслух, как быстро смогу уложить тебя на лопатки.

Лера весело усмехнулась и покрутила в пальцах дзе-шест. Теперь Алекс хотел ее придушить еще больше. Мало того, что фактически прямым текстом сказала, что жалеет о вчерашнем вечере, так еще и на драку нарывается. А он, придурок, приятное ей захотел сделать. Порядок в кухне оставил. И это после бессонной ночи наполненной фантазиями, которые как на зло крутились исключительно около этой… Алекс сжал кулаки до хруста в пальцах. Да, сейчас кое-кто реально окажется на лопатках. Он легко выхватил из держателей танбо* Оплетенные полосками кожи рукоятки удобно легли в ладони. Если повезет, и он сможет расширить свой резерв до третьего оружия, то однозначно выберет парное.

— Надевай защиту, — выплюнул сквозь зубы.

— Да… минутку…

Лера сделала шаг к стойкам с защитой, но в следующую секунду резко присела и попыталась свалить его с ног банальной подсечкой.

Резки прыжок в сторону и тонбо угрожающе выдвинулись вперед.

— Ц-ц-ц, подло Лерчик. Очень-очень подло.

Девушка оскалилась. Но он-то видел, что его маневр, так же как и прозвище пришлись ей не по вкусу. Хм…

— Лерчик-Перчик, — передразнил он, — Хотя пикантности в тебе маловато…

Кажется, его уловка сработала. Девушка кинулась на него, совершенно позабыв о защите. Небрежным движением Алекс выбросил ногу вперед, чтобы одним ударом по бедру завершить смехотворное состязание, но тут же получил болезненный тычок под локоть. Хитрая заноза в последний момент изменила траекторию движения и лишь чуть-чуть не достала до нервного узла.

Возмущенный и разозленный, Алекс отшатнулся.

— Что думал купить меня детской дразнилкой, Лексик-Персик.

Он кто?! Персик?! Пальцы стиснули рукоятки танбо. Алекс чувствовал, как начинает закипать. Эта бестия обладала потрясающим умением выводить его из себя парой фраз.

— Сладкий мальчик-персик. Мягкий и пухлый, — продолжала нежно ворковать мелкая язва, незаметно, как она думала, принимая, стойку для бокового удара. Ладно, так и быть — он подыграет.

Лера прыгнула не него как раз в тот момент, на который он рассчитывал. Но вместо пробитого предплечья противника, получила глухой блок с последующей отдачей по плечу. Девчонка недовольно зашипела и ринулась в новую атаку. Упорная!

Они гоняли друг друга по всей лужайке. Нападали, отступали и снова менялись ролями. Лера дралась отчаянно, но они оба понимали, что она устает гораздо, гораздо быстрее.

Хлесткий удар с разворота и Лера не успела закрыться вовремя. Отлетев к самому забору, девушка скрутилась калачиком и… заплакала.

Разогретая боем кровь мгновенно превратилась в острые кубики льда.

— Лера! — на негнущихся ногах Алекс бросился к лежащей ничком девушке. Руки тряслись, когда он быстро и нежно ощупывал ее тело на предмет переломов.

— Лера, девочка, где болит? Родная слышишь? Скажи, где бо…, - воздух покинул легкие вместе с мощным ударом о землю. Довольная Лера гордо восседала сверху. Дзе-шест упирался ему в подбородок. Абсолютно сухие глаза девчонки сверкали торжеством. Алекс был готов разразиться базарной руганью. Его, как сопливого мальчишку, обвели вокруг пальца!

— Никогда не верь своему противнику, — назидательным тоном провозгласила она, — иначе… Ой!

Рывок и вот уже наглая врунишка валяется на спине, удивленно хлопая глазами. Вытянутые над головой руки спутаны цепью.

— Никогда не празднуй победу, если противник дышит, — подражая ее тону передразнил он, — иначе… Твою ж!

Ноги, он не спутал ей ноги! Чем Лера и воспользовалась. Они покатились по траве, пыхтя и изворачиваясь, как драчливые подростки.

— Пусти!

— Разбежалась!

— Руки!

— Не дождешься!

— К-хм, к-хм, — раздалось за их спинами.

О, где ее магия! Лера отчаянно мечтала провалиться сквозь землю. Поза, в которой застал их Март, была не то что пикантной, а развратной по самое не могу. Трактат о телесной любви срочно нуждался в редактуре. Руки обрели свободу и Лера резво отскочила от парня на безопасное расстояние. И почему отцу Алекса надо было заявиться именно этот момент?

Март же поглядывал на них так, словно только что услышал цветастые брачные клятвы. Умиление в его глазах просто зашкаливало.

— Вижу, я не вовремя…

— Что ты хотел, отец, — буркнул Алекс. На нее не смотрел. Вот и ладненько. Может к тому времени щеки перестанут так отчаянно пылать?

— В Семицветах шерстят агенты из Конклава, — мигом растерял всю свою умильность Март, — Вроде рутинная проверка, но не нравятся мне вопросы, которые они задают. Держи.

Алекс взял протянутый свиток. Задание. И разумеется для них с Лерой. Еще и задним числом!

— Дуйте в порт. Вот билеты. Возите с собой теплые вещи. Работа плевая, но нудная.

Пока Алекс читал задание, его брови тихонечко собрались в кучу и вознамерились сбежать ближе к затылку. Заинтригованная таким финтом, Лера мигом позабыла о своем смущении.

— Пасти… коз? Отец, ты серьезно?!

Девушка бочком подобралась к закипающему Алексу и деликатно заглянула в развернутый листок.

Хм, действительно козы. У одного из фермеров на западном побережье кто-то ворует из отары дорогущую новомодную породу. А потом незадачливый хозяин находит в прямом смысле рожки да ножки.

— Глянь-ка на оплату, — ткнула она пальцем в самую нижнюю строчку.

— Сыр?!

Март даже чуточку отступил. Алекс был не просто зол, он был в ярости!

— Я охотился на виверн, дрался с оборотнями, ты посылал меня на защиту Лакшери от взбесившейся нежити! Но пасти коз? За сыр?!

Нужно было срочно что-то предпринимать, а иначе Алекса бы хватил удар. Она осторожно коснулась бугрящихся мышц предплечья и как можно проникновеннее возразила.

— Алекс, это сыр марки БлюГранд. За каждый его кусочек тебе отвесят серебра в размере один к одному.

— Ну, чуть меньше, — возразил Март, окидывая ее пристальным и задумчивым взглядом, — цены несколько упали в этом сезоне.

Алекс еще раз внимательно перечитал задание. Злость лопнула как бракованный воздушный шарик, не оставив после себя ни клочка недовольства. Но, демоны его раздери, он совсем не был уверен, что именно помогло обуздать гнев. Тонкие, ласкающие его руку пальчики или понимание, что в дерьмовой обертке оказалась на редкость дорогая конфетка.

— Ладно, козы так козы, — буркнул он, — Давай билеты!

* * *

Дзе-шест — легкий, гладкий деревянный шест, длина (наиболее часто 128 см) зависит от вида боевого искусства, толщина (24–30 мм) — от школы и личных предпочтений.

Танбо — короткий (50–60 см) деревянный боевой шест. Чаще всего используется как парное оружие в различных видах боевых искусств в Японии.

Глава 19

— Так… Надеюсь, в этой дыре есть приличные кровати.

Алекс осматривал раскинувшуюся перед ними деревеньку с видом императора, которому дерзнули предложить переночевать на сеновале. Прохладный ветер игриво шевелил выбившиеся из пучка прядки, а солнце запуталось в блондинистой шевелюре, превратив ее в сияющее, белое золото.

— Нормальное поселение, — буркнула Лера, пряча озябшие руки под мышки, — Между прочим, еда не сама в столице появляется.

Парень хмыкнул, но спорить с ней не стал. Дорога до Миголта прошла спокойно. Кораблик оказался резвый, команда учтивая, а каюты вполне комфортные. Под железным аргументам — "отоспаться" Лера умудрилась почти на все время избежать компании Алекса. До сих пор при воспоминании о тяжести его тела щеки вспыхивали огнем, а бедра так и хотелось сжать посильнее.

В порту им быстро удалось найти извозчика, в виде живенького, сговорчивого торгаша. Упитанный круглый жеребчик легко катил тяжелую телегу, а возница плотно присел ей на уши. Лера стала невольным слушателем всех местных сплетен, пока хитрый напарник отдыхал на мягких тканевых тюках. В итоге у нее до сих пор звенело в ушах, в то время как Алекс был свеж и готов пасти хоть всех коз Аргории разом.

— Пойдем, поищем нашего сыровара, — вздохнула она.

Заказчика они нашли быстро. Еще бы, в такой то маленькой деревеньке! Встретил их громкий лай сторожевых псов и зычный окрик.

— А ну, прокля-я-ятые!

Мистер Ливс оказался нетипичным представителем златоимущих. Те, кто сумел освоить технику производства этого сыра просто не могли зарабатывать мало, но мужчина поразительно ловко сочетал экономию и удобство. Бархатными гобеленами стены не завешивал, но домик был наполнен уютом и теплом.

— Пропадают, прокля-я-ятые, вот только эти и пропадают! А как, демон его поймешь… Раз и нету! Сколько пастухов не ставлю, никто ничего не видит! — вздыхал мистер Ливс, пока она с Алексом молча таращились на обеденный стол. Дородная хозяйка выставила на него столько блюд, что впору было приглашать всю их гильдию вместе взятую. Еще и Конклаву бы осталось.

— Отужинайте маленько, — красивым грудным контральто пропела хлебосольная женщина. Лера подавила нервный смешок. Маленько, как же… Но что и говорить — было приятно.

После безуспешной попытки попробовать хоть половину, на стол была помещена карта, где мистер Ливс отмечал пропажу своих блеющих драгоценностей.

— Тут и тут, и еще тут было. И вот, — тощий палец тыкал в места, помеченные неровными жирными крестиками.

— Карту мы возьмем с собой, — решил Алекс. Лера согласно икнула и втихомолку потерла живот. Н-да, кто-то, оказывается, очень любит не только чай, но и сдобную выпечку.

— Так, как скажете, — покладисто согласился хозяин, — Одежду вам моя Леока справила. По утречку пригонят отару, мы их сдоим и опять можно на лужок гнать.

Комнаты им выделили под самым чердаком. Алекс смотрел на две деревянные дверки, расположенные друг напротив друга и ловил себя на мысли, что чем-то этот расклад ему явно не по душе. Лера уже собралась было нырнуть в свою норку, но он преградил ей путь.

— Пойдем. Составим примерный план на завтрашний день.

Девушка уныло посмотрела в сторону своей комнаты, но послушно поплелась за ним. Ее вымученное согласие неожиданно взбесило. Да что такое? Будто бы не с ней он еще двое суток назад обменивался колкостями и ударами. Перед глазами мелькнуло воспоминание румяной, разозленной девушки. Руки скованны, волосы растрепаны, а в глазах огонь, готовый спалить его без остатка. Волна жара толкнулась в грудь и тут же устремилась к паху. Алекс чуть не зарычал от неудовлетворения, но, вовремя спохватившись, лишь скрипнул зубами.

— Давай-ка, определимся, куда отгоним этих наших рогатых подопечных.

Карта плюхнулась на прикроватный столик, а он плюхнулся на кровать. Лера откровенно проигнорировав его приглашающий жест присесть рядом, быстро оглядела фронт предстоящих работ и ткнула пальцем в левый верхний край.

— К Игольчатым Скалам. Тут все началось, да и нападений больше всего. Доброй ночи.

И она покинула комнату, стараясь не зацикливаться на том, как пристально и тяжело смотрит ей вслед Алекс.

* * *

Утро ее встретило хмурым небом и не менее хмурым Алексом. Пожелав ей доброе утро сквозь стиснутые зубы, парень, не дожидаясь, ее ушел на поиски хозяина. Царивший внутри раздрай, как жадный болотный студень, встрепенулся и снова упорно пытался сломить все ее хлипкие моральные преграды. Умом Лера понимала, что ведет себя не совсем адекватно. Казалось бы, чего проще сделать вид, что ничего не было. Да и что собственно было-то? Ну, выпили вина, потренировались немного… с огоньком. С кем не бывает? Семицветники, не состоящие в парах, и похлеще развлекались. Тогда почему же она мечется заполошным кроликом, портя жизнь и себе и Алексу, который видимо не сном ни духом.

В сотый раз пережевывая опостылевшею мысленную жвачку, Лера спустилась вниз. Румяная и свежая Леока вознамерилась было запихнуть в нее завтрак под названием «спасение для роты голодных солдат», но аппетит исчез вместе ночной тьмой и возвращаться не планировал.

Белоснежное рогатое облако оказалось на заднем дворе. Вместе с мистером Ливсом и Алексом.

— Игольчатые скалы. Хорошо-хорошо. Трава там сочная, густая. Только вы уж аккуратней…

Пока хозяин делала последние наставления Алексу, Лера тихонько прибрала в руки рюкзачище, в который, видимо, Леока впихнула несъеденный завтрак и побрела к мужчинам.

— Ну, Боги вам в помощь, — осенил их благословенным знамением мистер Ливс.

Они вместе с Алексом перехватили поудобней выданные пастушьи посохи и погнали мекающее стадо в сторону будущего пастбища.

Отара была не очень большой, но пока они добрались до места назначения, то умаялись вусмерть. Козы породы Ганд оказались на редкость себе на уме. Брели куда хотели, и пренебрежительно блеяли на каждую попытку хоть как-то организовать козий строй. Лера тихо радовалась, что гонять на дойку этих упрямых скотин надо только раз в сутки.

Выбрав лужайку поглуше, они натянули по всему периметру сторожевые маячки. Теперь любительницы вольных прогулок могут покинуть это место разве что вперед копытцами.

Когда все дела были переделаны, желудок решил напомнить, что пренебрегать завтраком была не самая умная затея.

— Может… поедим?

Ее неловкое предложение было встречено небрежным пожатием плеч. Алекс опять возился со своим оружием. Наверное, цепь и охотничий нож были единственными вещами, которые пользовались его безоговорочной любовью.

В ошибочности своих суждений она убедилась через пол часа. Поесть Алекс любил ничуть не меньше. Абсолютно не стесняясь, он выгреб из котелка две трети рагу по томански, и уселся напротив. В серебристых глазах читался откровенный вызов.

Скандалить она не стала. Все равно еды было хоть отбавляй. Но следом произошло то, что Лера не могла снести молча. Этот троглодид покусился на ее булочку!

— Тебе жратвы мало? — скрипнула зубами она, — Иди и возьми в рюкзаке!

Ну, хоть что-то! Конечно, злость не совсем то, чего бы ему хотелось, но пока Алекс наслаждался и этим. Все лучше, чем наблюдать рядом с собой пришибленную, рассеянную мышку.

— Зачем, когда мне все приносят на блюдечке? — хрустящая корочка осыпалась ароматной крошкой, — О-о-о, с ягодной начинкой!

Глаза девушки потемнели.

— Знаешь, мне кажется, это задание тебе очень подходит, — зашипела Лера. Алекс вздернул бровь и показательно откусил еще.

— Потому что ты настоящий козел, — закончила девушка.

Хлоп и полное отчуждение железной решеткой лязгнуло между ними. Глупая попытка встряхнуть напарницу потерпела сокрушительное фиаско. Вот что у нее за манера сразу прятаться в непрошибаемую раковину? Так и хотелось подойти, стиснуть ее до хруста тонких косточек и крепко поцеловать…

Не дожеванная булочка острым комком рухнула на дно желудка. Алекс вскочил на ноги и буквально отбежал к самой кромке леса.

Это уже переставало быть смешным. Пусть хоть весь мир рухнет, но после возвращения домой, он берет себе отпуск. Который от и до проведет в чьей-нибудь постели. Потому эту ходячую занозу трогать нельзя! Она его подопечная! И… И… И согильдеец в конце концов!

А он никогда, ни-ког-да не спит с девчонками из гильдии. Как бы не были хороши при этом их ножки. И попка… И щечки, которые он, демон его раздери, может заставить пылать всего лишь одним сочным поцелуем.

Подавив страдальческий стон, Алекс силой заставил себя мыслить в более продуктивном направлении. Нужно было срочно чем-то себя занять и перестать видеть мир глазами самца болотной сумчатой мыши во время гона.

День и вечер прошли тихо и быстро. За все время она не обменялась с Алексом и парой слов, предпочитая делать вил, что Алекс это так, блуждающий мираж. Вроде есть, а на самом деле нет. Парень очень способствовал поддержанию выбранного ей образа. Ошивался около мирно пасущихся коз и больше не доставал.

Когда наступило время ночевки, Лера засобиралась по выработанной привычке взять вторую смену.

— Разбудишь в два после…

— Нет.

Коротко и точно, как удар охотничьего ножа.

— Я дежурю вторым.

И, не размениваясь на дальнейшее словоблудие, Алекс полез в приготовленный спальник. От такой вопиющей наглости она даже не нашлась что ответить. А когда вышла из состояния стазиса, то парень уже укрывался меховым пологом.

— Может, хватит корчить из себя героя?

— Спокойной ночи.

Она чуть не взвыла. Да что он за человек-то такой? Едва удержавшись, чтобы не подойти и не пнуть меховой кокон, Лера, отправилась к наблюдательному пункту. Хочет зевать поутру до хруста в челюсти? Пожалуйста! Ей все равно. Нашел, когда включать заботливого пай-мальчика. Лучше бы булочку ее не трогал. И вообще, держал рот на замке. Лера сердито хмурила брови и старалась не очень думать о том, что его поступок отозвался в самой глубине сердца щекотным теплом.

Потянулись долгие минуты бдения. Чутко прислушиваясь к ночным шорохам, она не спуска глаз с белых островков, рассеянных по лужайке. В лунном свете они напоминали пушистые облачка, которые устали бежать по небу и спустились на землю передохнуть.

Одна козочка, две козочки, три… Зевок. Лера с трудом подняла ставшие вдруг невероятно тяжелыми веки, чтобы тут же опустить их обратно. Еще секундочку. Одно самое маленькое-малюсенькое мгновенье. В следующий раз ей удалось приоткрыть только один глаз. Все хорошо. Козочки спят, лужок спит, Алекс спит, она спит… А одно облачко тихо плывет в сторону леса…

Внутри что-то щелкнуло. С неимоверным усилием она заставила себя открыть второй глаз и сфокусировать взгляд на происходящем. Коза! Прет сквозь охранные маячки, как будто их и нет!

Сонный дурман схлынул, оставляя после себя дичайшую головную боль. Стараясь держаться в тени и не слишком шипеть от взрывной пульсации под черепом, Лера двинулась вслед за беглянкой. Та прямым курсом брела к небольшой группке валунов, расположенных у самой кромки леса. И этих булыжников еще вечером там не было!

Лера не успела подобраться ближе. С тихим скрежетом камни вдруг пришли в движение и отрастили… пасть?!

Она все-таки застонала, хватаясь за виски. О нет, только не это!

— Стой! Стой! — ее крик иглой вклинился в ночную тишину, прерывая беззвучный сонный напев. Земля под ногами задрожала.

— Ой, дура…, - тихо пискнула Лера. И имела ввиду совсем не козу.

— А… Где… Лера?!

— Алекс! Беги-и-и!!!

Глава 20

Ее истошный крик поглотил грохот разверзшейся земли. Гремя бронированными пластинами, на поверхность выбрался каменный дракон. Роговые гребни угрожающе топорщились, а оранжево-янтарные глазки пылали гневом хищника, которому помешали хорошенько закусить.

— Крррыххх!!!

От рычащего скрежета заложило уши. Путаясь в собственных ногах, Лера бросилась наперерез опасной твари, но дракон оказался быстрее. Огромная лапа опустилась точно на то место, где лежал спальник.

— Алекс, не-е-ет!!!

— Ах ты тварь!

Длинная цепь отразила лунные блики. Дракон опять заскрежетал и небрежно тряхнул широкой мордой, сбрасывая с себя досадную помеху.

Чтобы не лишится рук, Алекс был вынужден разжать пальцы. Сладкие грезы, где он исследовал губами такое желанное и такое недосягаемое тело, неожиданно прервались грубой реальностью в виде огромной четырехногой скалы с зубастой пастью невероятного размера.

Когтистая лапа замахнулась для сокрушительного удара, и дракон собрался было броситься в новую атаку, но неожиданно между ними возникла хрупкая, растрепанная фигурка.

— Стой! Нет, нет! Фу!

Сердце сделало кульбит и рухнуло в пятки. Безотчетный страх взъерошил своими липкими пальцами волосы на затылке. Что она творит?!

Но девушка его опередила, буквально влетев в протянутые руки. Загородила собой и даже на носочки привстала в попытке скрыть полностью.

— Не трогай! Нельзя его трогать!

Лера вся тряслась, плотно прижимаясь к нему спиной. Цепкие пальчики с силой впивались в майку, не давая ему отстранится. Страх уже не просто шевелил волосы, а драл их с корнем. Грудь и живот девушки были абсолютно беззащитны! Бугристая морда дракона ощерилась иглами зубов.

— Крррыххх!

И тварь медленно двинулась в их сторону. Алекс пытался вырваться, но Лера вцепилась в него хуже клеща и совершенно не пыталась уклониться от смертельной встречи с ходячей скалой.

— Мой! Он мой! Понял? Мое! Нельзя!

Ему бы надо было ее вырубить. Отключить безболезненно и быстро, а потом подхватить эту ненормальную на руки и бежать как можно дальше. Но вместо этого он каменным истуканом стоял на месте. Похоже, он и сам ненормальный. А иначе Алекс не мог объяснить, почему упругие ягодицы, прижатые в опасной близости к его паху, слишком резко стали волновать кровь больше, чем одна из самых опасных тварей Аргории.

Дракон же плевать хотел на его не вовремя взбесившиеся гормоны. Чудовище опять заскрежетало, но вместо того, чтобы одним укусом покончить с двумя глупыми человечками, вдруг улеглось на пузо и жалобно вякнуло.

— А ты иди! За-завтра покушаешь! Д-давай-давай!

Девушку колотили судороги. От чего попка ерзала и терлась совершенно провокационным образом. Судорожный вздох рывком вырвался из горла. Его кинуло в жар. Не возможно было придумать более дурацкого момента для возбуждения. Дракон повертел головой, словно выискивая что-то. Опять вякнул и… ушел под землю. Мгновение назад на развороченной полянке лежала огромнейшая, живая груда острых камней, и вот уже перед ними пустое пространство. Только свежевспаханная земля и парочка сломанных толстым хвостом деревьев напоминали о присутствии смерти во плоти.

Лера осела там же где и стояла. Ее трясло. Разрозненные мысли живенько собрались в один узел и Алекс, что есть духу, бросился к оставленным вещам. Рюкзак был сплющен в блин ударом широкой лапы, но то, что ему было нужно, оказалось цело.

— Вот, давай девочка, пей.

Прижав к себе дрожащую девушку, он буквально силком заставил ее хлебнуть из фляжки.

— Са-самогон! — закашлялась Лера, — Алекс!

Кажется, она начинала приходить в себя.

— Еще глоточек, ну. Знаю в моем обществе тебе пить зазорно, но сейчас надо!

— Что? Зазорно? Ты о чем? — залепетала она, но глоток все же сделала и снова закашлялась.

— Сама же пить со мной больше не хотела, — пробормотал Алекс, заботливо подпихивая узкое горлышко к приоткрытым губам.

— Я? Но… Ой, да не сунь ты мне эту гадость! Я тогда проспала! Из-за вина проспала! А в казармах за это наказывали. С перепугу чуть в окно не сиганула… Дай фляжку!

Но Алекс, вместо того, чтобы отдать драгоценный алкоголь, сам от души приложился к горлышку.

Болван. Глоток. Идиот. Глоток. Дебил. Фляжку все-таки выхватили.

"Пять ударов палкой и спарринг с Мастером в полную силу" почему он не придал значения ее словам? И где там эта демонова фляжка?!

Вырывая друг у друга несчастный сосуд, они расправились с содержимым на раз-два. Девушка громко икнула и посмотрела на него осоловелыми глазами.

— К-козы… Разбе-е-ежались…

Боги, как все-таки быстро она пьянеет! Лера запиналась уже совсем не от колотящих ее судорог.

— Сам соберу. Пойдем, уложим тебя.

Она цеплялась за его руки, как утопающий за соломинку. Бешенная доза адреналина, приправленная крепким алкоголем сделала свое черное дело и теперь земля под ногами не казалась такой уж ровной, а окружающие предметы четкими. Но сейчас Лере было на это плевать. Да и на все остальное тоже. Ее внимание целиком и полностью было сосредоточено на тепле от сильной руки, обнимающей за талию.

Он мог погибнуть. Мог! Лера готова была собственноручно выдрать свой язык и выцарапать голосовые связки. Ну зачем она кричала? Пусть бы эта тварь сожрала козу. Да хоть все стадо! А потом тихо-мирно исчезла под толстой шкурой матушки Земли. А они утром сообщили бы о драконе природникам. Пускай сами возятся с опасной, но защищенной Сводом Законов зверушкой. Так нет же, надо было ей рот разевать… Мелкая дрожь опять провела вдоль позвоночника когтистой лапкой.

— Давай девочка, ложись.

Наверное, это было нагло, но сейчас Лера была не готова отказаться от его живого тепла. Вцепившись в широкие плечи, она потянула парня за собой. На удивление он не только не сопротивлялся, а даже обнял и прижал к себе.

— Ну все, тише-тише. Дракончик закопался в землю. Тут никого нет. Давай спать, а? Хочешь сказку?

Алекс понимал, что несет какой-то бред. Но, кажется, у него во фляжке был не просто самогон, а самогон-оборотень. Едва попав в желудок, он тут же превратил всю кровь в себе подобный алкоголь. Уткнувшись лицом во взлохмаченную макушку Алекс глубоко вздохнул. Божественно! Сумасшедший, ни с чем не сравнимый аромат. Руки жили отдельной жизнью, поглаживая и сжимая льнувшую к нему девушку. Жаркое нетерпение отдавало покалыванием в области паха и Алексу вдруг стало малость плевать на собственные правила и установки. В шею, под судорожно ходящий кадык, ткнулся маленький носик. Проворные пальчики скользнули по затылку, своей неумелой лаской заставляя горло сжаться в попытках удержать стон.

— Холодная, — пробормотал Алекс, чувствуя, как последние крохи контроля кончаются в муках, — сейчас согрею…

О да, он согреет! Опрокинет на спину, придавит собой и трением высечет искры между двух обнаженных тел. А потом они превратятся в пламя, которое сожрет их обоих.

— Ме-е-е!!!

Лера дернулась и отпрянула. Алекс не стал удерживать. Не потому, что не хотел пугать. Желание найти и прибить блеющую гадину буквально подбросило его вверх. Движение по направлению к стаду далось тяжело. Между ног топорщился шатер, а каждый шаг отдавал тянущей болью. Алекс цедил сквозь зубы ругательства и буквально силком заставлял тело работать во имя созидания, а не против.

— Белобрысая, (цензура)! Тварь рогатая, (цензура)! Обе (цензура) козы, чтоб их демоны (цензура)! Какого хрена?

Сбивчивый шепот растворялся в шелесте листвы. Легкий ветерок слегка остудил плавящийся от похоти и злости мозг, и Алекс сумел пинками загнать мысли в нужное русло. А коз в стадо. И если бы в паху до сих пор не ныло от возбуждения, то он бы даже посмеялся. Нет, правда. Второе задание и все как под копирку. Беззаботное начало резко сменялось на полную задницу, из которой шансов выбраться было гораздо меньше, чем остаться там навсегда. А в качестве приза за успешное преодоление трудностей — обломанный кайф. Алекс еще раз от души выматерил и ту белобрысую недосукубу, которая приперлась к ним в комнату, и козу, что своим отвратительным визгом спугнула его девочку.

Видимо здравый смысл слишком устал, ибо думать о Лере в контексте — "моя" оказалось столь приятно, что возбуждение сделало поворот на сто восемьдесят и радостно двинуло обратно. И он вместе с ним. Едва ли не на цыпочках подобравшись к спальнику, Алекс одним гибким движение очутился внутри.

Актриса из девочки оказалась так себе, но он сделал вид что поверил ее натужному сопению и напряженно-неподвижному положению тела. Нахально обняв безмолвную соседку (молчит — значит согласна!) Алекс уткнулся носом в шелковистые локоны, и, неожиданно для себя же самого, заснул.

Глава 21

— Молодцы.

Сухость отцовской похвалы была бы обидна, если бы Алекс не заметил, как легко подрагиваю его пальцев. Метка отлепилась от карты только со второго раза, а кончик ручки оставлял на хвостиках заглавных букв чуть видимые узелки.

Март даже не спросил, как им удалось отпугнуть дракона. Видимо, все его усилия были направлены на то, чтобы сохранить лицо перед советом. Который, в отличие от Главы, не скрывал растерянности и ужаса.

Лера тоже прибывала в подавленном состоянии. Каждый взгляд в ее сторону заставлял девушку вздрагивать, еще ниже опускать голову, словно бы от стыда за их удивительное спасение.

— Вот и все, — глухо объявил Март, когда заполненный свиток исчез в ящичке для почтовых отправлений, — Природники извещены. Через пять стандартных рабочих дней можете забрать премию за обнаружение и сохранение редкого вида. Свободны.

Лера пулей выскочила из кабинета, и ему ничего не оставалось, как направиться следом. Но когда он вышел в коридор, девушки уже и в помине не было.

Алекс внимательно осмотрел каждый гобелен и вазон, но очевидно Лера в прятки играть не собиралась. Быстрый топот ножек прозвучал где-то внизу и затих под глухой хлопок входной двери.

Догонять беглянку он не стал. Им обоим надо было сейчас побыть в одиночестве.

Не обращая внимания на верещание Зои о том, что пить с утра «но-но-но», Алекс забрал свой честно заработанный эль и направился прямиком в библиотеку.

И если раньше этот лабиринта знаний посещался им исключительно ради желания потискать очередную подружку, то сейчас Алекс преследовал совершенно противоположную цель.

Дверь скрипнула, и в нос ударил запах книжной пыли и бумаг. Темные стеллажи были забиты фолиантами и свитками до потолка, к которому, как уродливые гирлянды, крепились различные жутковатого вида твари. Елисей был плохим, но очень старательным таксидермистом. Все дамочки, коих Алекс приводил сюда, при виде несчастных монстриков в буквальном смысле прыгали к нему в руки. А он тащил их в какой-нибудь глухой закуток.

Дэнис Скролл, их негласная библиотекарша, нашлась на своем законном месте. У окна, в окружении башен и башенок из книг. Густая шапка черных волос была в полнейшем беспорядке, а очки балансировали на кончике остренького носика. Бедняжка опять разбирала тот бедлам, который развел за собой Елисей.

— Дэн, привет!

— Привет Алекс, — не отрываясь от сортировки, отозвалась девушка, — Бар на первом этаже.

— У меня все с собой, — хмыкнул парень, — Ну, почти. Позарез нужна какая-нибудь книжка про драконов.

Дэн обернулась. Глазки-косточки вспыхнули и пробежались по его фигуре, выискивая не иначе как крылья серафима.

— Книжка… Ха! Ну ладно.

И девушка исчезла между стеллажами. А он в который раз отметил потрясающую особенность Дэн не лезть в чужую жизнь. И это было как нельзя кстати. Интуиция громким шепотом советовала разобраться самому.

Если раньше ему казалось, что Лера ведет себя замкнуто, то сейчас девушка выглядела и вовсе пришибленно. Вряд ли виной тому была их совместная ночевка. Его девочке удалось незаметно сбежать под самое утро и тем самым избавить себя от неловкого пробуждения в обнимку. А вот когда он заикнулся о ночном происшествии — тут-то все и началось. «Э-э-э», «о-о-о», «а-а-а» и прочие междометия не прояснили ситуацию. Лерочка ушла в глубокий игнор, тем самым лишь подпитывая его любопытство. И вот, куда оно его привело.

— Какая-нибудь книжка! Держи!

Дэн плюхнула свою добычу на стол. Фолиант больше походил на чемодан, но Алекса это не смутило. Присев за стол, он споро принялся за дело. Дэн пристроилась где-то с краешку стола, и опять погрузилась в сортировку.

Первая страница чемоданоподобной книги оказалась содержанием.

Так… Водные, воздушные… Вот и земляные! Хорошо. Общие сведения, анатомия, способности, бла-бла-бла… А вот! Способы ликвидации. Должно подойти.

Алекс осторожно перелистнул желтые страницы.

Убористый почерк витиеватыми фразами вещал о безысходности. Резистентность ко всем видам магии, здоровье конское, а выносливости на целый табун. Продолжительность жизни — тут уж совсем неприлично… И одна лишь несчастная дева, невинная, аки монашка из Храма Отречения, способна повелевать тва…

Алекс подавился элем. Буквы перед глазами прыгнули и рассыпались черным прахом, погребая под собой все недавние планы и мечты. Внутри воронкой закручивалась сосущая пустота, а он все пялился на одну единственную строчу, уже понимая, что это — все! Конец! Потому что если собственные принципы на счет девушек в гильдии ему худо-бедно, но удалось обойти, то это одно единственно слово прозвучало как приговор. Девственница.

Глава 22

Она сбежала. Да вот так — трусливо и совсем не по-взрослому. Но терпеть понимающие взгляды каждого из совета и не понимающий Алекса было выше всяких моральных сил. Перед глазами мелькали дома, вокруг суетились люди, а Лера с гордо задранной головой, не разбирая дороги, неслась вперед. Пару раз в спину били возмущенные сигналы маг-авто, дважды ей посоветовали разуть глаза, и, по крайней мере, столько же обозвали дурой.

Последнее было особенно актуально. Как спасительный маячок, в поле зрения мелькнул небольшой скверик. Резкий разворот, еще один крик о ее скудном уме и вот она жмется на резной скамейке, укрытая со всех сторон густым плащом зелени.

Сердце прыгало в груди раненой птичкой. Мученический стон повис в знойном воздухе, припечатанный звонким шлепком ладоней в лицо.

Да, да, да! Она — девственница. И что с того?! Не было у нее времени на все… это. Лера опять застонала. Брехня. Было. Шестнадцать девчонок и только пять парней. Способности иллюзиониста чаще проявлялась у детей женского пола. Но даже такой перекос в объемах не мешал ее бывшим товаркам по несчастью познавать прелести взрослой жизни. И не только с ровесниками.

Да, интим никто не поощрял. Но и не запрещал. Строго следили лишь за двумя вещами: отсутствие последствий и недопущение абсолютно никакого насилия. Поэтому ее аскетичный образ жизни был сугубо доброволен. И, пока хихикающие девчонки буквально на пальцах делились впечатлениями о совершенных победах, она до спертого дыхания гоняла себя на Арене. И вот результат! Радость от спасения быстро исчезла, оставляя лишь ощущение, будто ее выставили голой на площади.

Но как бы то ни было, воспоминания о прошлом слегка отвлекли. Одно за одним воскрешая в памяти лица своих товарищей, Лера почувствовала, как тугая пружина внутри чуть ослабла. Теперь они бы ее не узнали, даже столкнувшись нос к носу. Филигранное заклинание частичной амнезии на страже секретов Тайного Совета. А взамен потерянной памяти — шанс на нормальную жизнь. И Лера только очень надеялась, что никто из них не попал в те поселения, которые опустошил Шиар.

Более или менее успокоившись, она покинула свое убежище и направилась домой. Мысли о Алексе подавлялись жестко и беспощадно. Ей нужна еще хотя бы ночь, чтобы окончательно прийти в себя, а заодно набраться смелости признаться себе в совершенно недопустимом поведении касательно Алекса. И отработать план, позволяющий в дальнейшем избежать совместных заданий. Потому что если и дальше так пойдет, то следующий каменный дракон сожрет их обоих.

День полного облома. Так окрестила сегодняшнюю дату она, увидев за обеденным столом самого Главу Семицветов. Март аппетитно закусывал свежей выпечкой и прихлебывал чай. Рядом стояла кружка и для нее.

— Угощайся, — его предложение было подкреплено нежным хрустом румяной корочки.

Провокация. В чистом виде. Лера не страдала сребролюбием, а вот за пирожок с начинкой из ягод шик-та готова была продать душу.

Март отсутствующим взглядом смотрел в окно, пока она устраивала булочный геноцид. Вместе с сытостью пришло умиротворение. Видимо, мужчина добивался именно этого.

— Спасибо тебе за Алекса, — неожиданно просто и без прелюдий произнес он, — И еще — твой стыд напрасен. Всему свое время. В Совете сидят взрослые люди, и смешков в спину можешь не опасаться.

— Мне двадцать два, — сухо сообщила Лера, глядя куда угодно, только не на мужчину, — С нынешними, к-хм, нравами это как минимум странно.

— Моей Эльвире, матери Алекса, было двадцать, когда наши отношения стали более близкими. Но дело даже не в этом. Лера пойми, ты спасла жизнь моему сыну. Я не представляю своей жизни без Алекса. Он невероятно дорог мне. Не только как родная кровь, но и как напоминание о жене.

В негромком голосе звучало столько любви, что она не могла не удивиться.

— Но ведь вы развелись!

Стрельчатые ресницы дрогнули. Прикрыли глаза, словно пряча все еще свежую душевную рану.

— Эту ошибку я не прощу себе до самой смерти. И после нее. Но когда тебе чуть за тридцать, и на пальце сверкает перстень главы гильдии, то кажется, что дом и быт — худшее что можно придумать. Вокруг столько молодых, свежих девушек, которые только и мечтают…

Мужчина осекся. Ресницы опустились еще ниже, стыдливо прикрывая вереницу разгульных воспоминаний.

— Сейчас я бы и сам от себя прошлого ушел, — криво усмехнулся Март, — еще и по морде бы съездил. Но моя Эльвира никогда не устраивала сцен. Раз — и я холостяк. Эйфория, безудержный разгул и… разочарование. Только слишком поздно.

И мышь под веником не сидела так тихо, как это умудрилась сделать она. Лера почти не дышала, боясь спугнуть момент откровения. Март никогда не стучал себя кулаком в грудь, доказывая свою мужественность. Ему хватало одного взгляда, чтобы мужчины начинали смотреть в пол, а женщины этот же самый пол устилать ровными штабелями. И тем невероятней было видеть его таким беззащитным. Со своими печалями и болью, грузом прожитых лет и сожалением о невозможности исправить совершенные ошибки.

— Сколько бы я не пытался, Эльвира отвергала мои попытки снискать прощения. И через некоторое время стало понятно — почему. Она знала, что обречена. А я узнал, что прощен, только когда моя жена отсчитывала последние вздохи. Ее благородное сердце не могло допустить связи с умирающей. Но знаешь что? Она ошиблась. Пусть это был бы год, пол года, да хоть один день! Но это был бы наш с ней день.

Скатерть была большой и Лера могла не бояться, что Март заметит, как сильно она сжимает пальцы, отгоняя ненужные слезы. Ее жалости мужчина не искал.

— Каждое задание Алекса — испытание моей выдержки. Когда этот смельчак отправился добровольцем в Роузлэнд, думал — сойду с ума. И прости, но зная, что вы наткнетесь на дракона, я не пустил бы туда Алекса даже под прикрытием десятка девушек…

Поток слов иссяк так же неожиданно, как начался. Март опять мучал взглядом кухонное окно, а Лера исподтишка поглядывала на собеседника. Совершенно другими глазами. Первая проседь в темном ежике волос, глубокие складки у губ и сеточка морщин у таких знакомых, серебристо-серых глаз. Наверное, много сил нужно на то, чтобы дать своему ребенку свободу, не смотря на безграничную любовь и такое же безграничное стремление обезопасить от всех и вся.

Через непродолжительное время, наполненное тишиной и взаимными размышлениями, Март все-таки поднялся

— Когда этот охламон вернется, передай, что вплоть до празднования Дня Гильдии видит вас у стола заявок я не желаю. И как вы умудряетесь простое задание превратить в гонки на выживание?

Лера только плечами пожала. Она и сама бы хотела знать. Когда подтянутая фигура Главы скрылась за входными дверями, она отправилась к себе. После разговора на сердце стало значительно легче. И только настырненькое желание слышать, что в доме присутствует хозяин, пробовало на зуб растревоженные нервы. Но вместо него с приходом ночи вернулись кошмары.

* * *

Размашистые движения. Резкие. Грубые. Злые. Хриплое дыхание вперемешку с протяжными стонами. Алекс закрыл глаза и сильнее сжал девичьи бедра. Ее подвывания бесили. Сбивали настрой, не позволяя получить то, ради чего он оказался в этом третьесортном отельчике.

Он толком ничего не помнил. Ни как ушел из гильдии, ни как подцепил одноразовую бабенку, которая готова была сбросить свои трусики, не отходя от барной стойки. Девчонка, ее имени он тоже нихрена не запомнил, издала противный скулеж. Бурный оргазм сотряс маленькое тельце. Он мог бы собой гордиться, отыметь партнершу до конвульсивных судорог и закатившихся от удовольствия глаз. Но вместо этого настрой окончательно упал. Вытащив себя из распластанного на смятых простынях тела, Алекс молча собрался и покинул номер. Девушке было все равно. Она свое получила. Дважды. А вот он не заработал ничего кроме омерзения.

Короткое ругательство растворилось в ночном воздухе. Девственница. Одно слово жирным штампом заклеймило все его планы. Быстрее Шиар принесет публичные извинения, чем он уложит в койку ту, что еще ни разу не делила ее с мужчиной. Потому что это геморрой. Это, мать ее, ответственность, которая ему и нахрен не сдалась.

Он всегда выбирал опытных. За десять верст оббегал невинных малышек, потому что в их головушках могли с легкостью найтись залежи розово-сахарных фантазий о первом и единственном принце на белом коне. А принцем Алекс точно не был, и даже с конем рядышком не стоял.

Ветер холодным студнем облизнул все еще потное тело. Мускусный запах дешевых духов настойчиво будил головную боль. Плотнее запахнув кожанку, Алекс зашагал в сторону дома. В следующий раз он поставит партнершу на четыре точки опоры. И заткнет ей рот. На всякий случай.

Ноги почти бежали по брусчатке и мысли бежали следом. Проклятье, ну как же так… Девственница! Не могла найти себе мужика?! Холодная мерзость в груди ощерилась сотней шипов. Но ему было слишком хреново, чтобы обращать на это внимание. Планы по совращению можно пинком задвинуть в самый дальний и пыльный ящик. Но разве он мог предположить, что острая на язык заноза, преподнесет такой сюрприз? Спасенная жизнь и добровольное воздержание. Жгучий коктейль из глубокой благодарности и острого отчаянья…

Чуть не влетев носом в собственную дверь, он, наконец, вернулся на грешную землю. Где к его великой печали грешниками оказались не все!

Но дом встретил его до ужаса знакомыми криками. Проклиная все на свете, Алекс рванул наверх.

Глава 23

Десять дней ада. Регулярных, выматывающих кошмаров, которые без жалости терзали отупевший от недосыпа мозг. Она шарахалась от собственной тени и боялась подходить к зеркалу. Потому что однажды увидела там не привычное отражение, а безумные, черные глаза в плотном узоре кровавых слез. Алекс не проронил ни слова, собирая в ведро осколки. И так же молча вытащил ее забившуюся в угол тушку, и отнес в комнату. На эту проклятую постель, что так стремительно превратилась в пыточный стол. И, может быть, Лера давно бы скончалась, однажды захлебнувшись собственными криками и кровью из прокушенного языка, но ее палач был слишком терпелив. Дурные сны не всегда были наполнены ужасами всех форм и мастей. Иногда это была безысходная, черная тоска. Лера бесконечно долго скиталась по серому, разрушенному войной городу и слушала леденящий вой убитых горем людей. Все бродила и бродила, не имея возможности найти выход…

— Тебе надо показаться Травознавцу, он поможет.

Лера вздрогнула и оторвала взгляд от окна. Последние лучи заходящего солнца дрожали в витражных стеклах, разноцветным саваном устилая пол и стены. Алекс хмурился. А над большой чашкой чая клубился легкий пар. Ей бы умильно вздохнуть, видя такую заботу, но сердце билось где-то под горлом, а воздуха в легких катастрофически не хватало.

— Нельзя, — выцедила она сквозь постукивающие зубы. Алекс сдвинул брови сильнее. Он тоже это знал.

— Я рядом, — дежурная фраза, которой он каждый раз отмечал начало ее маленького арамгедона. Может сегодня не спать? Нет. Вчера она проделала тот же самый трюк и теперь на веки словно подвесили по булыжнику.

Чашка бряцнула о стол. Парень направился было к двери, но тут она не выдержала.

— Стой! Останься… Пожалуйста, — голос заискивающе дрогнул, и Лера захлопнула рот.

Все, баста! Плевать, как она будет выглядеть, но ее выдержка испустила последний вздох. Алекс же наоборот, облегченно вздохнул. Еще в самом начале он предложил спать рядом. На всякий случай. Но Лера испугалась этого едва ли не больше, чем нового кошмара и торопливыми фразами попыталась донести свою не согласность. Прикосновения Алекса действовали как удар тока по оголенным нервам. Она на всю жизнь запомнит эту проклятую ночевку в спальнике. Лежа в стальных объятьях шикарного, мужского тела Лера судорожно молилась о том, чтобы у нее хватило сил удержаться от желания разбудить Алекса сочным поцелуем. А потом устроить разнузданные игрища прямо под ночным небом на зависть всем собравшимся козам.

От мягкого прикосновения к плечам воздух из легких окончательно пропал. Но она позволила уложить себя на постель. И даже обнять. Томной слабости внизу живота было плевать на ее усталость. Не имея сил к сопротивлению, Лера развернулась и ткнулась носом в беззащитно открытую шею. Алекс вздрогнул, но руки на ее талии сомкнулись крепче.

Терпкий, по-особенному вкусный запах его кожи подействовал на ее сильнее, чем ведро валерьянки на кошку. Бессовестно млея от близости странно-молчаливого парня, Лера из последних сил пыталась не замурлыкать. Ужасы предстоящей ночи сами собой отодвинулись на задний план. Потому что на передний, как император всего и вся, уверенно ступил Алекс.

Вдруг по шее пробежались чуткие пальцы. Запутались в растрепанных волосах и мягкими, круговыми движениями плавно заскользили от затылка до темечка. Лера едва успела проглотить тихий стон. Утром, скорее всего, от нее останется безвольное, мычащее от удовольствия желе. Но это будет утром, а пока… Окончательно наплевав на собственные установки, она еще теснее прижалась к теплому, невероятно уютному телу и прикрыла глаза… А когда открыла, за окном уже сверкал день.

С постели ее подбросило. Абсолютная легкость в голове кричала, что сегодня ей не просто удалось поспать, а еще и выспаться! Чудеса!

Алекса рядом не оказалось, но шум воды в ванной подсказал, где он мог находиться.

Безумная радость хмельным элем била по мозгам. И поэтому, едва заметив выходящего из душа парня, она не раздумывая бросилась ему на шею.

— Алекс! Мне не снилось! Ничего! Совсем!

Смеясь, она, обнимая застывшего парня. Его торс был холодным и мокрым, а руки безвольно свисали вдоль туловища, но подобные мелочи ее совершенно не заботили. Кипучее облегчение так и просилось наружу.

Но счастье быстро пошло на убыль, когда она увидела отрешенный, совершенно пустой взгляд.

— Алекс?

Он мотнул головой и отступил, увеличивая расстояние между ними. Нехорошее предчувствие сдавило горло колючей удавкой.

— Алекс… Ты… Тебе снились кошмары?!

— Нет.

Хриплый голос звучал словно из-под земли. Да и сам парень слишком напоминал ходячую нежить. Хорошее настроение лопнуло как мыльный пузырь. Алекс молча обогнул ее и заперся в своей комнате. А ей осталась неловкая тишина и смутное беспокойство, что все как-то не так.

За весь день он попался ей на глаза лишь несколько раз. Надоедать разговорами Лера не рискнула и уже было приготовилась было заснуть одна, надеясь, что период кошмаров миновал, но в окружении того же молчания на пороге возник Алекс.

Эта ночь стала повторением предыдущей. И следующая тоже. Крепкие объятья, нежный массаж головы и спокойный сон до глубокого утра. А днем полное отчуждение. Односложные ответы и минимум контактов. Градус взаимного напряжения рос и неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не наступил день Гильдии.

Глава 24

— Нет девочки, я точно не пойду, — она нервно мяла край бумажной салфетки и с тоской посматривала в сторону выхода.

— Но Лера! Это праздник для всех! День основания гильдии. Будет просто шикарная вечеринка! — трио, как пестрые попугайчики, наперебой щебетали полные восторгов слова.

Их с Алексом задание, и последующее за этим долгое отсутствие быстро обросло легендами. Ускользнуть незамеченной не удалось, и, в итоге, пришлось объясняться. Разговор плавно перетек на предстоящий праздник. На который идти не было ни малейшего желания. Собственно о чем она и хотела лично сообщить Марту.

— Я знаю милые подруги. Ей нечего одеть! — трагически пропела Карина.

Лера выдохнула и повесила голову. Пора сдаваться. Они уже ее час мучают, бессовестные.

— Да, мне нечего одеть, — все что угодно, лишь бы отцепились.

— Не беда! — тут же отозвалась Ира, — Девочки, мы просто обязаны превратить эту гусеничку в чудесную бабочку!

Лера и пикнуть не успела, как ее подхватили и поволокли в сторону такого желанного ей выхода. Слабое дерганье в сторону дома было задавленно тонной железных аргументов, почему этого делать не стоит. А попытка возразить, что ее ждет наверняка голодный Алекс была отбита безапелляционным "Если хочет жрать, пусть топает на праздник!"

Ее учили боевым искусствам и магии. Но как противостоять тройному словесному напору не объяснял никто. Лера позорно капитулировала и выкинула белый флаг. Заодно с пригоршней золота. Право платить за себя самостоятельно ей все-таки удалось отстоять.

* * *

— Нет! Нет, я передумала! — ее щеки полыхали, а руки неосознанно пытались одернуть подол юбки, — Я же не одета, а… а раздета! Что обо мне подумают?

Трио дружно рассмеялось. Их было не смутить короткой юбкой или чересчур смелым декольте. До поры до времени и Лера про себя так думала, а вот в последний момент включила задний ход.

— Да наши парни просто слюнями захлебнуться, вот увидишь! А то постоянно в этих ужасных штанах и майке-боксерке. Кошмар!

Искра быстро распахнула дверь, а коварная Марара толкнула не ожидавшую подвоха Леру вперед. Едва не свернув ноги на непривычных каблуках и, стараясь выглядеть как можно естественней, девушка ступила в помещение.

На их компанию тут же обратили внимание стоящие рядом согильдейцы.

— Ирочка, шикарно выглядишь, — пробасил Шрам. Бедняга уже пол года сох по знойной красотке. Но Ира так просто не сдавалась. Держала на расстоянии, но и не отпускала.

Стараясь сильно не спотыкаться, Лера продефилировала к свободному стулу у буфета и уселась, попутно заказав чай. К черту конспирацию, ей необходимо прийти в себя. Она буквально ощущала на себе взгляды мужской части гильдии.

Застыв на высоком табурете, как суслик на пригорке, Лера так же настороженно косилась вокруг, готовая при первой же возможности дать деру.

Предательницы девчонки быстро разбежались кто куда, оставляя ее на растерзания хищным взглядам собравшихся. И Лере ничего не оставалось, как делать вид, что ее очень интересует пестрое убранство помещения. И вон те бумажные фонарики, а еще цветы… О, на гобелене с русалками новая заплатка? Однако прозябать в одиночестве ей долго не пришлось. К вящему ужасу Леры на соседний табурет плавно скользнул Марк Рысь.

— Привет, — мурлыкнул парень и широко улыбнулся, демонстрируя вполне заметные клыки. У чистокровных оборотней они никогда не исчезали полностью.

— Привет, — сглотнула Лера.

— Как дела?

Были бы во много раз лучше, если бы она сейчас сидела не на этой ужасной тумбе в коротко, едва прикрывающем зад платье, а на собственной кровати и в любимых пижамных штанах. А по затылку гуляли чуткие, теплые пальцы. Мурашки табуном пронеслись по прямой, как палка, спине.

— Нормально, — осторожно ответила Лера и на всякий случай улыбнулась.

Парень расцвел ответной улыбкой.

— Поговаривают, вы с Алексом наткнулись на дракона…

Лера очень надеялась, что Ира достаточно старательно мазала тональником ее лицо. Красные щеки были сейчас совершенно не уместны.

Марк истолковал ее молчание по-своему.

— Прости, наверное, не самая приятная тема, да? — о, еще какая! Лера энергично кивнула, — Может тогда побеседуем о более… м-м-м, насущном? Ты ведь без пары сюда пришла?

И горячая, мужская ладонь накрыла ее руку. Чего ей стоило усидеть на заднице ровно, Марк вряд ли догадывался. Глядя на русоволосого, стройного красавчика Лера никак не могла понять, хочется ли ей бежать без оглядки или все-таки остаться и посмотреть, что будет дальше. Ухаживание со стороны парней ей было в новинку.

Провидению угодно было решить за нее. Лера чуть не вскрикнула, когда над головой раздалось лаконичное:

— Проблемы, Марк?

Все-таки она одернула руку. Холодный тон Алекса мог повторно заморозить лед. Марк вызов принял.

— Решил провести этот вечер с прекрасной, свободной девушкой. А что?

— Ничего. Кроме того, что девушка не свободна.

— Ой ли? — с размаха подключилась к их дружеской беседе Лера. Все-таки соскочив с табурета, она едва не потеряла равновесие. Хмурый взгляд Алекса припечатал сверху. На мгновение даже стало стыдно за то, что она решила посетить гильдию самостоятельно. Но он спал! И к тому же на столе была оставлена записка. Да и, в конце-то концов, она что, на привязи сидеть должна?

— Идем домой, — окоротил ее мысленный бунт Алекс.

— Нет! — хором ответили Марк и Лера.

Их маленькая перебранка не могла остаться не замеченной. Пара заинтересованных взглядов грозилась перерасти в десяток.

— Идем. Домой, — серебристо серые глаза стремительно темнели, — Или я несу тебя на плече.

Руки инстинктивно вцепились в нежно мятную ткань юбки. Алекс не шутил. А это значит, что еще несколько секунд промедления и цвет ее трусиков станет достоянием общественности.

— Мешки на плечах таскай, — оскалился Марк, — А она со мной!

Лера видела, как пальцы, еще вчера так ласково касавшиеся ее волос, теперь сжимаются в крепкие кулаки. Как на запястьях выступает темный узор вен, а мышцы вздуваются, четче выступая под тканью темной футболки.

— Пойдем выйдем, — почти не размыкая челюстей процедил Алекс.

Да что за муха его укусила! Затолкав поглубже собственное чувство гордости, Лера буквально повисла на твердокаменной руке.

— Домой так домой. Марк… Эм, увидимся, хорошо?

— Хрена с два вы увидитесь, — многообещающе прорычал Алекс. Зрачки оборотня вытянулись в вертикальную полоску.

— Конечно, увидимся, сладенькая. Сразу после того, как я разберусь с одним зарвавшимся придурком.

Вот сейчас ей стало точно не до праздника. Мордобои в гильдии бывали, но Лера и подумать не могла, что подобное может произойти из-за нее!

Но облиться холодным потом с ног до головы она не успела. В их искрящем во все стороны обществе появился новый участник.

— О, Марк! Огонь твоих зеленых глаз столь ярок… Он меня привлек.

Карина подплыла к ним подобно изящной каравелле в бирюзовой пене кружев. Многочисленные браслеты игриво звякнули, когда девушка протянула бокал с вином замявшемуся парню. Лере же досталось легкое подмигивание.

Алекс не растерялся. Клещами сжав ее локоть, он развернулся и зашагал в сторону выхода. И ей ничего не оставалось, как поковылять следом.

Что и говорить, праздник удался! Посидела за барной стойкой и хватит! А все потому, что один неуравновешенный тип решил, что ее место в углу на коврике. И не важно, что она и сама не хотела идти! А может, потом захотела! Ему-то какая разница? И чем дальше ее тащили от сверкающей огнями гильдии, тем сильнее начинало жечь где-то в районе груди.

Глава 25

На полпути девчонка все-таки взбрыкнула. Зашипела рассерженной кошкой, пытаясь освободиться. Но ему было плевать. Маленькая заноза утратила право голоса ровно в том момент, когда он увидел, двух воркующих голубков за барной стойкой. Облезлый кошак имел наглость прикасаться к тонким наманикюреным пальчикам своей плешивой лапой. А девчонка смотрела на него так, словно видела перед собой восьмое чудо света.

Алекс прикрыл глаза, воскрешая в памяти эту точку невозврата. Одна гребаная секунда и все стало на свои места.

Четыре ночи он сходил с ума. Прижимал к себе желанное, до сердечных судорог тело и каждую секунду вспоминал, почему именно ему нельзя развести этой малышке ноги и устроится между ними. А утром, пока его сладкий, сонный грех дышал глубоко и спокойно, он буквально за шкирку отдирал себя от кровати и на одной силе воли ковылял в душ, чтобы ледяные струи воды вернули ему хоть каплю здравого смысла.

Но уже на вторую ночь, зарываясь носом в мягкие, карамельные волосы он понимал — ему конец. На третью факт непорочности лежащей рядом девушки практически не волновал, а на четвертую в паху скручивало так, что едва дождавшись рассвета, он сбежал в душ. И там, как подросток, довел себя руками в каких-то позорных несколько движений.

От воспоминаний, о чем именно были его бесстыдные фантазии, штанах почудилась теснота. Алекс мысленно ругнулся. Это было ненормально! Абсолютно бредово, но член стоял колом при одной только мысли о доверчивой, притихшей под его рукой малышке. С дуру он предпринял еще одну отчаянную попытку забыться в чужих объятьях, но на этот раз сбежал быстрее, чем все успело начаться. Едва почувствовав, как по шее скользит слюнявый язык партнерши, Алекс понял — у них ничего не выйдет. Единственным плюсом было то, что терзавшее тело и душу возбуждение ненадолго отступило. Ровно до тех пор, пока на глаза не попалась причина его появления. И он опять заперся в комнате, опасаясь, что по взгляду Лера догадается, какие мысли и желания изводят его сутки напролет.

И может быть он сумел бы найти в себе силы еще немного оттянуть неизбежное, если бы сегодня маленькой занозе вдруг не вздумалось погулять. Как одержимый Алекс нарезал круги по дому, ожидая, что его наваждение вот-вот вернется. Записка обещала ее недолгое отсутствие, но все оказалось ложью.

Он не планировал сегодня никуда идти. Впервые праздник не вызывал совершенно никакого энтузиазма, и пропустить его казалось чем-то обычным. Но нарастающая ломка ввиду слишком долгого отсутствия его личного наркотика просто-напросто вышвырнула Алекса из дома. Матеря, на чем свет стоит, и себя и запропастившуюся девицу, он пришел в гильдию.

Распахнувшиеся двери поставили крепкую точку в том хаосе, что творился у него в душе.

Сначала он даже ее не узнал. Мимоходом пробежался глазами по незнакомой стройной девушке у барной стойки, и стал искать дальше. А через пару секунд дошло. Медленный, осторожный взгляд на стройные ножки, вверх к короткому пышному подолу-колокольчику, по изящной, открытой шейке, которую ему так хотелось сжать пальцами и… "Мое" стукнуло сердце, а разум послушно смолчал. Оттащил за поводок все ограничения и запер их в клетке. А ключ выкинул.

Карина появилась как нельзя кстати. Еще пару минут и Алекс бы подправил кошачью морду о брусчатку. Но теперь это уже не важно. Главное — дотерпеть до дома. А иначе он завернет в первый попавшийся переулок и кое-кого изнасилует. Очень-очень нежно изнасилует.

Когда перед глазами замаячило знакомое крыльцо, нервы были готовы лопнуть от напряжения. Впихнув найденную пропажу в коридор, он с наслаждением хлопнул дверью. Да так, что звякнули стекла. И, только когда за спиной щелкнул замок, Алекс разжал пальцы. Девушка шарахнулась от него в сторону.

— Совсем охренел?! Какого демона? — шипела Лера, но отступать не забывала.

Потому что сейчас ее откровенно трясло. Выражение лица Алекса ничего хорошего не предвещало. Сгущающийся сумрак вечера подчеркивал мертвенную бледность кожи и хищные, заострившиеся черты.

— Это я тебя хотел бы спросит, Лера, — к дрожи добавились ледяной мурашки. Лопатки уперлись в стену, и она, было, метнулась в бок, но движение преградила впечатанная в стену рука. Вторая хлопнула рядом. Намертво зажав ее в живом капкане, Алекс навис сверху.

— Алекс пусти, — жалобно пискнула она.

— Пустить? Что-то ты не очень вырывалась, когда тебя лапал этот облезлый кошак. Понравилось?

Лера отрицательно завертела головой.

— Тогда какого демона ты смотрела ему в рот? Клыки пересчитывала?!

И пусть у нее тряслись коленки, но возмущение дало о себе знать.

— Говорят, целуется класно! Глядишь, и мне бы перепало! — выпалила она.

Потемневшие глаза Алекса нехорошо блеснули.

— Перепадет. Вот прямо по полной… программе!

С оглушительным звоном лопнула та нить, что еще хоть как-то сдерживала рвущиеся на волю желания. Запустив пятерню в собранные, карамельные волосы, Алекс набросился на ее рот. Захватил в плен дерзкий язычок, прикусил сладкие, испачканные ягодным блеском губы. Тягучая волна жара окатила с ног до головы и бурным потоком устремилась в пах.

И он не стал больше скрываться. Прижался так тесно, как мог, давая почувствовать чего хочет и насколько сильно. И от ее первого тихого стона окончательно сорвало крышу.

Когда жесткие требовательные губы прижались к ее, когда на затылке очутились его невероятные пальцы, а запах, такой родной и влекущий заполонил собой все легкие, Лера поняла — все. Пропала. И это была последняя ее здравая мысль. А дальше все началось безумие.

С лихвой перекрывая отсутствие опыта старанием, она вторила каждому его движению и упивалась теми хриплыми вздохами, что рывками покидали его горло. Придавив ее собой, Алекс вытворял с ее языком невероятные вещи. И должно быть она действительно сошла с ума, раз вполне заметная эрекция, плотно прижатая к ее бедру не вызвала ничего кроме еще большего жара и невыносимого желания тереться о сильное, крепкое тело как блудливая кошка. Тихий стон съели жадные губы, но Алекс вдруг крупно вздрогнул и отстранился.

Это был ее последний шанс. Лазейка, использовав которую она могла бы выразить свое несогласие пощечиной или старым добрым бегством. Но вместо этого Лера уцепилась за его майку и рывком притянула обратно.

— …!

Короткое ругательство сорвалось с губ, прежде чем он вновь распластал на стене свою девочку. Жадно огладив все выпуклости и изгибы, захватил в горсть аппетитную попку. Рывок вверх и шикарные ножки скрестились на его талии. Идеально! Отодвинуть бы в сторону ее трусики и с размаху усадить на себя, но остатки здравого смысла забраковали этот вариант.

С ловкостью акробата взлетев по лестнице и пинком распахнув дверь, Алекс ввалился в собственную комнату. На задворках сознания мелькнула мысль, что недавняя уборка была очень кстати. Мелькнула и пропала. Под спиной малышки оказалась кровать, а он навалился сверху.

Цепкие пальчики запутались в волосах и потянули. Требовательно и мягко. Подчиняясь, он откинул голову, подставляя горло. Вереница быстрых поцелуев, судорожный, жадный вдох и легкая щекотка носика. Сладкая награда за послушание! А теперь его очередь.

Резинка чулочков — как последняя отметка на пути к желанной цели. Развратные фантазии, получив команду «фас», догрызли остатки самообладания. Его малышка на четвереньках. Попка высоко приподнята, ножки широко раздвинуты, а на теле ни одного демонового куска ткани. Кроме чулок. Да, он хочет ее в чулках. А потом без них…. А еще в платье, белье, юбке, корсете, все подойдет! Боги, да у них просто тьма вариантов.

Отлепив губы от нежной шейки, Алекс скользнул ладонью между ее ног.

— Когда-нибудь ласкала себя? — хрипло, в самое ушко. Девочка едва заметно вздрогнула.

— Да… Нет… Чуть-чуть…

— Чуть-чуть не считается. Сейчас исправим.

Алекс был фокусником, не иначе. Трусики исчезли, лиф с груди съехал и все это за какой-нибудь один вздох. Горячие губы обхватили сосок, а пальцы уверенно нырнули между разведенных бедер. Тихо всхлипнув, она подалась навстречу.

— М-м-м, какая мокрая…

Его тихий, но полный удовольствия шепот со снайперской точностью добил последние остатки смущения. И первое же движение между чувствительных складок разнеслось по телу волной огненной дрожи. Вот теперь она застонала в полный голос. Это и близко не стояло с ее жалкими попытками приласкать себя. Неумелые прикосновения и непонятный стыд, сводили на нет все возбуждение. Но Алекс знал, что надо делать. Каждое движение в его исполнение было идеально-правильным. Прекрасным. Необходимым именно в этот момент. И разве у нее был шанс продержаться долго? Мышцы живота дрогнули. Судорожно вцепившись в мужские плечи, она застыла, чтобы в следующее мгновение взорваться громкими стонами и сладкой, тягучей дрожью.

— Моя умница, — легкий поцелуй в нос, — Хочу тебя, — а следующий в губы, — Не могу больше…

Терпения осталось ровно на «снять одежду». Алекс сам не понимал, как умудрился не сорваться, когда малышка так сладко кончала от его пальцев. Виртуозно избавившись от последней преграды он навалился сверху и, не давая опомниться ни ей ни себе, резко толкнулся вперед.

Лера не вскрикнула. И даже не вздрогнула. Уткнувшись ему между шеей и плечом просто застыла, пока он судорожно гладил растрепавшиеся волосы.

— Прости, девочка моя, прости…

Сбивчиво шептал он куда-то в лохматую макушку. Следующее движение было медленным и плавным. Малышка робко подалась на встречу, позволяя проникнуть глубже.

И как бы Алекс не старался, но осторожные покачивания бедер моментом уступили место быстрым, голодным толчкам. Он уже не мог не о чем думать, кроме как о восхитительных, тугих мышцах, плотно охватывающих его член со всех сторон. И он рвался к ней, вламывался снова и снова, лихорадочно целовал губы, лицо, шею и грудь, успевая шептать бессвязный, жаркий любовный бред. Вспышка удовольствия, накрывшая его, была мощнее любого фаербола. Он до крови прикусил губу, чтобы не закричать от нахлынувшей разрядки. Тело само совершало последние, судорожные движения, выплескивая все до капли. Алекс просто рухнул на девушку, не в силах больше удерживать вес.

Кажется, она не возражала. Кое-как перекатившись на бок, он устроил Леру на своем плече и рвано выдохнул. Если говорят, что во время оргазма можно увидеть звезды, то он, похоже, разглядел всю галактику. В мельчайших деталях. Через несколько минут способность связно мыслить стала потихоньку восстанавливаться.

— Малыш, ты как?

Лера медленно моргнула. В голове все еще свистал ветер, а тело ныло от причудливой смеси наслаждения и боли.

Да уж. И ее скудного опыта хватило, чтобы понять, между ног у Алекса полный порядок. В отличии от нее. Лера неловко поерзала.

— Мне бы в душ…

Ну вот смысл теперь смущаться? Ан нет, голос дрожал, как у юной магини перед вступительным экзаменом в гильдию.

— Погоди немного.

Алекс соскочил с кровати и, ничуть не смущаясь своей наготы, отправился в сторону выхода. Проводив задумчивым взглядом аппетитно сверкающие ягодицы, Лера откинулась на подушку и тихо перевела дух.

Отлично. Началось все с похода в гильдию, а закончилось постелью. Н-да, сколько раз говорила себе — не зарекайся. Но стоит ли обманываться? Это было потрясающе. И сожаления не было ни капли. Только… Лера собиралась с силами. Лучше разобраться в самой себе прямо сейчас. Пока не так больно. Итак. Во-первых, Алекс давно известен своей любвеобильностью, поэтому питать ложных иллюзий не стоит. Вполне возможно, что утром она услышит «Ну, это… Вчера было шикарно, но…» А если и не утром, то очень скоро. От этой мысли стало горько, но… она знала, на что шла. Отсюда следует — во-вторых: выходит он лучший кандидат для кратковременных отношений, не станет сильно тосковать, когда ей наверняка придется доделать то, с чем она не справилась. И пусть ей после разрыва будет плохо, зато хорошо теперь. Это слегка приободрило. Да, пожалуй, все что не делается — к лучшему. За стеной послышались торопливые шаги. В поле зрения появилась мужская фигура.

— Вот, давай я помогу, — тихо проговорил Алекс.

Ох, хорошо, что сейчас ночь, иначе она непременно сгорела бы со стыда. Но такое проявление заботы с его стороны было весьма приятно. Лера слегка согнула ноги и чуть приподняла одеяло. Влажная, прохладная ткань коснулась ее кожи.

Алекс бережно вытер ее, и забрался на кровать, вновь прижимая к себе девушку. Внутри все выворачивало от потребности что-то сделать, только что именно он никак не мог сообразить. В голове царил Предвечный Хаос. Множество мыслей играли с ним в пятнашки, не давая словить и толком обдумать хотя бы одну. Как себя правильно вести? Может поговорить? Или лучше молчать? Или поцеловать? Нет, только не целовать! Она же подумает что ему надо еще. Нет, ему конечно очень, невероятно сильно надо еще. Еще и еще. Его девочка такая сладкая. Такая сумашедше-узкая и отзывчивая… Проклятье! Да он бы не слезал с нее сутки напролет! Во всех позах, во всех местах… Вечно готов сходить с ума от ее протяжных стонов, исследовать губами и руками гибкое, идеально подходящее ему тело. Каждым толчком утверждать свое единоличное право владеть ею. Полностью и без остатка. Она — только его! Никому не отдаст! Никогда! Горло перегрызет каждому, кто хоть пальцем…

Девушка тихонько засипела от недостатка воздуха. Алекс вздрогнул и чуть ослабил хватку. Молчаливо извиняясь за нечаянный всплеск эмоций, он аккуратно прижал ее ближе и чисто по привычке запустил пальцы в растрепанные волосы.

И это было верным решением! Тихонько вздохнув, она чуть прижалась к его ладони, очевидно вспоминая про массаж. Небольшую хитрость, которой он надеялся отпугнуть кошмары. Стимуляция нескольких определенных точек помогала добиться стабилизации нервной системы и как следствие подарить спокойный сон. И он был до чертиков рад, когда это сработало. Значит, сработает и сейчас.

Его девочка едва слышно постанывала от наслаждения, когда он со всей переполняющей сердце нежностью воплощал свой план. Но к его великому счастью и сожалению, совсем не долго. Лера уснула быстро. И украла его сон. Но это ничего. Ведь ему всю ночь было можно обнимать сопящую малышку и, один за одним, красть невесомые поцелуи с ее мягких губ.

Глава 26

Он разлепил глаза. Над головой был привычный потолок, под спиной — своя кровать, а рядом… А рядом никого не было. Алекса буквально подбросило. Какого хрена?! Где она? Холодный озноб пробежался по коже, оставляя за собой следы-мурашки. Он быстро выскочил в коридор и только на лестнице сообразил, что из кухни доносятся соблазнительные ароматы и позвякивания посуды. Заглянув в ванну и схватив первое попавшееся полотенце, которое тут же было обмотано вокруг бедер, он стремительно вошел в кухню.

— Лера! Вот почему тебе не спится в такую рань?!

Девушка развернулась к обиженному и взвинченному любовнику.

— Ну, извините! Не знала, что ты готов стать папочкой, — как-то грустно произнесла она.

Алекс непонимающе заморгал. Папочкой? Папочкой! Да, вчера ему все-таки удалось облажаться! Он подошел к Лере и крепко обнял. А девочка то не промах, сама обо всем позаботилась. Вот почему так рано встала — бегала к алхимикам.

— Прости милая, — выдохнул он, поглаживая ее по спине, — Я должен был сообразить.

Она только тихо вздохнула. Этот звук был определенно не тем, что он хотел услышать. Что же это? Не может быть, неужели жалеет? Он нервно сглотнул и отстранился, глядя как рассеяно она крутит в руках вилку.

— Лера…

Девушка только отвернулась.

— Лера, посмотри на меня! — он ухватил ее за плечи и опять заставил повернуться.

Та неохотно подняла глаза. О, нет! Почему это она так смотрит? Хреново, все очень, очень хреново. Алекс ощутил холодный, липкий страх, пробирающийся в самую душу. Он не готов потерять ее сейчас! Только не после того, что между ними произошло.

— Ты… жалеешь? — слова драли горло наждачной бумагой.

Лера печально улыбнулась. Странный какой. О чем жалеть? Все было потрясающе. Но, он должен знать. Все равно ведь рано или поздно придется объясняться.

— Ни сколько! — от этих слов парень заметно расслабился, — Но на твоем месте я бы не предавала произошедшему… особого смысла.

— Что? — с ума сойти! Это карма, сто процентов. Скольких девушек он отшивал после первой ночи? Похоже, настал его черед. И от кого? От той, что так незаметно, но уверенно отвоевала в его сердце чуть ли не всю территорию!

Вздохнув, девушка подошла почти вплотную и ласково очертила ладошкой рельеф груди. Алекс быстро перехватил ее руку, да так и остался стоять, сжимая запястье чуть подрагивающими пальцами.

— Эта ночь была прекрасна, правда, — тихо проговорила Лера, вглядываясь в напряженное лицо парня, — Но ты должен знать, Шиар все еще жив, и я жива. А значит, те, кто обучал меня, почти наверняка придут для того, что бы напомнить мне о необходимости завершить начатое.

Алекс с шумом втянул воздух сквозь сжатые зубы, испытав одновременно и облегчение и страх. Но уже другого рода. Он дернул девушку на себя, сокращая и без того малое расстояние, а после схватил ее, и утянул за собой на стул, вынуждая сесть на его колени.

— Не отдам, — голос звучал тихо, но весьма убедительно.

Лера слабо усмехнулась. Все такой же самоуверенный и красивый! Светлые волосы рассыпались по обнаженным плечам, губы сжаты в упрямую линию, а серебристые глаза из-под чуть нахмуренных бровей смотрят уверенно и серьезно.

— Они не станут спрашивать, — почти прошептала она, касаясь ладонью его щеки и оглаживая губы подушечкой большого пальца, — просто прикажут и я пойду, потому что это моя обязанность. Как бы не хотелось остаться.

Парень нервно вздохнул, крепче прижимая ее к себе.

— Ты все сделала. Теперь моя, — пробормотал он, ловя губами ее пальцы. Серебристые глаза темнели, напитываясь горячим желанием. Лера первая отвела глаза.

— Если бы сделала, то сейчас бы не сидела тут. Шиар придет, я знаю. Эти… кошмары. А вдруг они вернуться? Наверное, он просто выжидает или ищет, не знаю. А значит…

— Нет, — прервал ее Алекс, забирая лицо в теплые ладони, — Моя девочка! — Их губы почти касались, дыхание смешивалось, — Только моя!

Поцелуй вышел жадным и быстрым, точно парень боялся, что она сейчас передумает и снова начнет ему расписывать очевидные вещи. По опыту она знала — спорить с ним бесполезно. Алекс был жутким собственником и доказывать сейчас, что его новую игрушку могут просто взять и отобрать, было бессмысленно. Ну и ладно. В конце-концов имеет же она право на кусочек счастья? Хоть пару деньков? Сам ведь вскоре пресытится и оставит ее.

Пальцы зарылись в светлые волосы, лишая его возможности отстраниться. Алекс не возражал, скорее наоборот, его руки скользнули под майку и уверенно двинулись к груди. Быстро достигли намеченной цели и легко вырвали из горла первый стон. Один ноль. Но нет, она тоже кое-что может! Лера двинулась ладошкой вниз, и повела по кромке полотенца, ненавязчиво перебирая ткань пальчиками. Парень ответил ей восторженным урчанием. Счет сравнялся. Ненадолго.

Если вчера их близость была пропитана страстью и нетерпением, то сейчас они занимались любовью нежно и неторопливо. Алекс с удовольствием позволял ей изучать его и свое тело, мягко, но уверенно подталкивая в нужном направлении. Он полностью контролировал ситуацию и умудрялся непостижимым образом держать ее на грани наслаждения, давая в полной мере прочувствовать каждое мгновение их удивительного соперничества. Его опыта хватало на двоих с лихвой, и вскоре Лера отстраненно отметила, что уже не он задает темп, а она сама двигается, поощряемая тихим шепотом и стонами любовника.

Алекс же в это время наслаждался самой прекрасной картиной, которую только можно вообразить. Обнаженная, разрумянившаяся девушка, с потемневшим от желания взглядом сейчас сидела у него на коленях и двигалась так восхитительно легко и грациозно, что он едва себя сдерживал. Нет, нет, только не так, как вчера. Вчера он даже был рад настолько бурной реакции своего тела. Это позволило не мучить Леру качественно-долгим, выматывающим сексом. А сейчас он желал наслаждаться ею во всей красе и как можно дольше. Но эта чертовка оказалась такой желанной и горячей, что он вновь почувствовал себя подростком, только вкусившим прелести плотской любви. Контроль над собой давался с большим трудом.

Лера больше не могла выносить того размеренного темпа, который задал Алекс. Каждое движение окатывало восхитительной дрожью с ног до головы, жар концентрировался внизу живота, сворачивался в тугой клубок, вынуждал тело желать двигаться резче, сильнее. Этому зову просто нельзя было сопротивляться. Еще быстрее, еще. Кончики пальцев стало покалывать крохотными иголочками, а пульс скакал как сумасшедший. Ей хватило несколько сильных толчков. Мышцы живота скрутило сладкой судорогой и обжигающий клубок огня, наконец, распался, горячей волной пройдясь по каждой клеточке.

— Алекс!

Этот восхитительный стон-выдох его имени добил окончательно. Подхватив ее под бедра, Алекс буквально насаживал девушку на себя. Пара толчков — и вот уже он сам рычит, стискивая зубы. Разрядка была ничуть не слабее предыдущей.

Он восстанавливал дыхание, прижимая к себе расслабленную девушку. Ничего сейчас не хотелось. Только сидеть вот так, ощущая Леру рядом с собой. Чувствовать, что он все так же внутри ее и, кажется, всех все более чем устраивает. Алекс ненавязчиво поглаживал нежную кожу, проходился пальцами вдоль чуть выступающих позвонков, обрисовывал плавные изгибы бедер и талии, накрывал ягодицы, ласково сминая их ладонью, и повторял все заново.

Девушка пошевелилась и тут же теплые ладони накрыли его щеки.

— Давно хотела сказать, — ее глаза смотрели нежно, но все так же печально, — ты потрясающе самоуверен.

Ох, демоны! Упрямая девчонка. Все равно никак не выкинет эти дурацкие мысли из своей хорошенькой головушки. Алекс слегка нахмурился.

— Лера, у меня только что был офигенный секс, и судя по твоим стонам — у тебя тоже. И даже сейчас ты не можешь расслабиться и не думать о всякой ерунде!

— Ерунде?! — ох, начинается. Завелась с одной подачи, — Я просто хочу, что бы ты услышал меня ушами, а не жо…

Ее нагло заткнули поцелуем. Она честно вырывалась и делала сердитые глаза, первые несколько секунд. А дальше… Хм, дальше все как то само пошло. Как удачно, что он еще не вышел после первого раза. Сейчас она остро ощущала ритмичную пульсацию глубоко внутри нее. Алекс был более чем готов повторить утренние нежности на бис. Как же это взаимно.

— Я знаю что… делать, — задыхаясь, прошептал парень, лаская пальцами твердые вершинки груди.

— Что-о-о? — простонала она, пытаясь возобновить движения. Внутри все немилосердно ныло, требуя утоления самого изумительного голода на свете. Ее попытки были пресечены нежно, но уверенно. Игнорируя разочарованный стон, Алекс ухватил ее за подбородок, заставляя взглянуть на него:

— Не выпущу тебя из кровати до тех пор, пока ты соображать не перестанешь, — тихо прорычал он, глядя на нее потемневшими от страсти глазами.

И, подхватив ее на руки, парень быстро направился в сторону спальни.

Глава 27

Из кровати он выбрался ближе к вечеру довольный и гордый собой. Обещание было исполнено в лучшем виде. Его упрямая амазонка сейчас крепко спала, утомленная жаркими любовными играми, которые продолжались весь день почти без передышки.

Голова слегка кружилась. Но не от усталости, а скорее от счастья. Ну и от голода. Он так увлекся изучением и обучением своей девочки, что напрочь позабыл о еще одной первичной потребности человека. Прошлепав босыми ногами на кухню, Алекс замер. Взгляд сразу упал на сиротливо валяющееся полотенце, служившее ему фиговым листочком часов этак десять назад. Так-так-так, что вечер грядущий нам готовит?

Вечер готовил не доготовленное Лерой рагу, старые гренки и, в общем-то, все. Что ж, придется довольствоваться сухпайком. Алекс подошел к хранилищу и выудил оттуда прохладное яблоко и оперся на стол. Сочный хруст возвестил о спелости плода. Вгрызаясь в ароматную мякоть, он обвел глазами кухню. Готовить он не умел, а позориться перед Лерой не хотелось. Аромат горелой пищи — совсем не то, чем хочется будить любимую женщину…

Алекс застыл, так и не дожевав несчастный фрукт. Это что… Это он сейчас что такое подумал? Любимую женщину? Любимую?! На секунду сердце замерло, а потом, радостно дрогнув, забилось легко и быстро. Наверное, он сейчас выглядит как идиот. Сидит на столе, с куском яблока во рту и улыбкой необремененного интеллектом дуралея.

Лера. Губы чуть дрогнули, вновь пробуя на вкус ее имя. И сейчас он почувствовал себя самым счастливым мужиком на свете, а стоило памяти подкинуть сладкое воспоминание податливого его ласкам тела и прекрасного в своей чувственности лица девушки, как в паху почувствовалось приятное напряжение. Лера. Та, которую он упустил так много лет назад, та, которую он нашел совсем недавно. Та, рядом с которой, он был готов кричать всему миру о переполнявших его чувствах. Смешная, дерзкая, озорная, ласковая, страстная. Любимая. Кажется, до этого он никогда не любил. Терял голову от желания, увлекался, уважал, но не любил. А может все же любил? Ее одну, много лет, с самого зеленого детства, но сам этого не понимал? Не поэтому ли так тосковал тот мальчишка, слоняясь без дела по городу, раз за разом возвращаясь к дому с высоким кованым забором? Искал ее, на площади, на причале, в приютах, среди толпы. Сердце сжималось всякий раз, стоило увидеть похожую девочку и болезненно отстукивало удары, когда очередная надежда сгорала, оставляя за собой горький пепел.

Да, пусть она стала задиристей, но так ведь нежным барышням не выжить в тех условиях, в которых пришлось существовать, а внутри, он был уверен на все сто, все та же девочка. Как она смотрела на него! Как охотно отзывалась на любую ласку! А он… Сходил с ума рядом с ней, готов был не выпускать из объятий ни на секунду. Всего было мало, только одна мысль билась в голове — еще! Еще поцелуев, касаний, стонов, слов, объятий… Еще!

Алекс машинально проглотил не дожеванный кусок, ошеломленный этим чудесным открытием. Влюбился! Разве это можно понять вот так внезапно? Но, наверное же, да. А иначе, почему внутри такая железная уверенность в правильности своих мыслей?

Алекс решительно встряхнулся. Жажда немедленных действий наполнила сердце. Лера считает его раздолбаем? Пусть так, он докажет, насколько сильно она ошибается. Раньше и в самом деле не было стимула что-то менять в своей жизни, а сейчас… Сейчас этот самый стимул сладко посапывает у него в кроватке, и видят Боги — хрен он ее кому отдаст.

Занятый своими мыслями он не сразу понял, что в дверь настойчиво барабанят. Алекс сердито повел плечами — кого еще нелегкая принесла? И что за наглость? Еще разбудят его девочку!

Он быстро направился в прихожую, на ходу подвязывая волосы. Надо бы майку найти… А, плевать, штанов достаточно! Входная дверь звякнула, являя взору непрошенного гостя. Алекс едва удержался, чтобы брезгливо не поморщится. Мария! Какого она тут делает?! Облокотившись на косяк, он скользнул равнодушным взглядом по аппетитным формам бывшей подруги.

— Привет малыш!

Алекс сухо кивнул, отвечая на приветствие.

— Может — в дом пустишь? Или я так и буду стоять на пороге? — проворковала девушка, кокетливо причмокнув алыми губками.

— Какими судьбами? — проигнорировал ее вопрос он.

Лидо Марии на секунду приняло оскорбленное выражение, которое она тут же сменила на привычно призывное.

— Да вот, поговорить хотела…

— Тогда до свиданья, — он уже почти захлопнул дверь, как коварная девица ловко поставила ножку в черной туфельке, мешая завершить начатое. Алекс стиснул зубы, не ломать же ей лодыжку, в самом деле.

— Ну? — нетерпеливо спросил он

— Зайка, ты что, не один? — Алекса чуть не стошнило. Зайка, малыш, пупсик — раньше его это забавляло, а теперь откровенно выбешивало. А вот Лера, она могла произнести его имя сотней различных интонаций. Насмешливо, вызывающе, ласково и та-а-ак страстно, что кровь моментально вскипала, бросаясь в голову и несколько ниже…

— Пупсик? — удивленно протянула Мария.

— Да, не один, — кашлянув, подтвердил он, — На этом все?

Девушка растеряно хлопнула длинными ресницами, но быстро взяла себя в руки

— Не смущайся, котенок, я все понимаю. А давай-ка, мы для начала войдем с тобой в дом, ты вежливо попросишь свою подругу, а я после все компенсирую. В двойном размере. Сделаю все, как ты любишь, — влажный язычок провокационно прошелся по верхней губе.

Вопреки ее ожиданиям глаза Алекса потемнели вовсе не от страсти

— Убир-р-райся, — низкий вибрирующий голос ясно давал понять — терпение хозяина на исходе.

Девушка даже отступила на один шаг. Да что это с ним? Еще пару месяцев назад он бы из штанов выпрыгнул прямо тут, на месте. А сейчас? Такое чувство, что он и правду готов спустить ее с лестницы! Оставался последний козырь.

— Мне жить негде, — голубые глазищи в миг наполнились слезами, — хозяйка, сволочь, выставила! Всего лишь день просрочки!

Жалобный всхлип завершил слезливую картину. Тут даже у Шиара должно было сердце дрогнуть, даром, что у мага его попросту нет.

Алекс странно на нее глянул и, наконец, соизволил ответить:

— Жди тут.

Дверь захлопнулась. Мария довольно улыбнулась, сейчас незадачливая соперница вылетит как пробка из теплой постельки, или где он ее там имел, а она насладится разочарованием и обидой на девичей мордашке, а после классным сексом с потрясающим любовником. Признаться, сама же погорячилась тогда, устроив сцену ревности, по сути, на пустом месте. Подумаешь — засос, она и сама не очень-то стремилась надевать пояс верности, просто делала все аккуратно и тихо. А вот парень расслабился, надо же было его взбодрить. Но по пришествию времени стало откровенно скучно. Ей не хватало страстных ласк Алекса и их смелых экспериментов. Ничего, они быстро наверстают упущенное. К тому же и о жилье с пропитанием думать не надо… Дверь скрипнула, и девушка подхватила сумку, готовая к предстоящему спектаклю.

— Держи, — ей сунули позвякивающий кошель, — Сотни тебе хватит, что бы снять гостиницу на неделю и найти подходящую работу.

— А-а-а, — от такого оскорбления у Марии просто пропал дар речи, — ты что, за шлюху меня держишь?!

— Могу забрать, — отчеканил Алекс, явно не смущенный происходящим, — твои щенячьи глазки на меня не действуют. И отношения возобновлять я не планирую. Удачи тебе в поисках.

Дверь снова хлопнула, оставляя ошеломленную красавицу наедине со своими мыслями. Мария глубоко дышала, стараясь успокоить ярость и обиду, полыхавшие внутри. Ну, Алекс, ну сука… Кобель недорезанный! Ничего, она ему устроит! Девушка развернулась и гордой походкой направилась в сторону ближайшего постоялого двора. Жар в груди сменился лютой стужей. Уж она-то отыграется, придет только время. Да так, что век помнить будет.

Тем временем Алекс стоял за закрытой дверью, гипнотизируя взглядом лакированное дерево. Ушла. Он слышал удаляющиеся шаги. И судя по твердости походки — зла как сотня демонов. Ничего, давно стоило оборвать с ней все связи. Как же удачно, что она тогда свалила. А он-то дурак, даже расстроился в начале, было бы из-за кого! Замечательное настроение было знатно подпорчено нежеланной визитершей. Только бы эта фурия не вздумала точить зуб на Леру. Алекс медленно сжал кулаки. Не дай Боги девушка все слышала! Знать о визите бывшей пассии ей совсем не обязательно. Очень тихо он поднялся на второй этаж, аккуратно приоткрыл дверь и… спит! Он перевел дыхание и, уже не таясь, вошел в комнату.

Лера безмятежно спала, крепко прижимая к себе его подушку. Он не мог не провести рукой по мягким, спутанным волосам. Улыбка сама тронула губы. Такая расслабленная, милая, нежная. Так и хотелось схватить ее в охапку, зацеловать с ног до головы, а после повалить на постель и не выпускать всю ночь, и весь день. Короче неделю или две. Девушка во сне сладко потянулась, будто пытаясь продлить невесомую ласку. Алекс наклонился и тихо коснулся ее губ. Пусть отдыхает, а он пока вернется на кухню. Может все-таки удастся найти в себе хоть каплю кулинарного таланта?

Глава 28

— Вставай соня, — ласковый чмок в нос, — Подымайся, — нежной атаке подверглись щеки, — Какая упрямая…, - настала очередь лба и скул, — Ну все, держись, — последними пали губы.

Контрольный поцелуй был уже далеко не таким целомудренным. Лера изо всех сил симулировал сон, но исправно отвечала на ласку. И, похоже, перестаралась. Кровать прогнулась под весом парня и ее немедленно схватили, взяли в плен горячих и очень настойчивых рук, и ног, и губ, и… всего остального. И через пять минут ей действительно пришлось держаться. За его плечи. Правда недолго, быть пассивной участницей пробуждения девушка не имела не малейшего желания.

— М-м-м, какой приятный способ сказать «Доброе утро»…, - сбивчиво шепнула она, когда Алекс соизволил отпустить ее, блестяще исполнив поставленную задачу. После произошедшего сна не было уж ни в одном глазу.

— Добрый день, милая. Но я более чем готов приятно удивлять тебя так каждый день, — хмыкнул парень, приподымаясь на локте и притягивая ее ближе, — и утро, и вечер, и ночь… Еще могу приятно желать «приятного аппетита», приятно говорить «до свидания» и «привет», приятно помогать в домашних хлопотах. Короче, могу приятно скрасить твою жизнь…

— Ты — маньяк! — делано возмутилась девушка.

— Только рядом с тобой, — со смехом ответил парень, пропуская сквозь пальцы ее спутавшиеся волосы, — И вообще — требую сатисфакции! Я, между прочим, пострадавшая сторона!

— Ты?! — от такой наглости она даже не смогла сразу подобрать ответную колкость

— Ну да, — продолжил философствовать Алекс, — в приличном обществе не показаться: одно твое прелестное, но неверное движение, слово, взгляд и все — готова ответная реакция, вот и остается — или дома сидеть или тебя в спальне закрыть. А еще лучше закрыться в спальне вместе с тобой. Так вернее будет.

Попытка избежать предполагаемой участи путем немедленного бегства провалилась. Ее снова схватили, от души потискали, открыто и вслух наслаждаясь физическим превосходством, а после сунули в руки одежду и выпихнули принимать ванну, с угрозой — что если она задержится более чем на десять минут, то он будет вынужден принять участие в водных процедурах. Разумеется, с весьма приятными намереньями.

Когда она вошла на кухню, ее ждал еще один сюрприз. Лера старалась сохранить маску хладнокровия, но глаза упорно лезли из орбит. Он что, завтрак приготовил?! На столе красовалась стопка аккуратных, свеженьких бутербродов с зеленью. Ее рецепт между прочим. Но вчера у них не было зелени, и ветчины, и сыра. Выходит, Алекс с спозаранку еще и в продуктовую лавку сбегал? Н-да, не иначе в лесу дракон сдох…

— Долго стоять будешь? — спародировал он когда-то сказанную ей фразу

— Пока не удостоверюсь, что у меня прошли галлюцинации, — девушка перевела завороженный взгляд на парня и вдруг покраснела. Он стоял прислонившись плечом к стене, такой уютный, совсем домашний. Волосы были забраны в небрежный хвост, пряди морщили и выбивались из прически, красиво обрамляя лицо, из всей одежды на нем были только темные спортивные штаны, но больше всего ее поразил взгляд Алекса. Проникновенный и ласковый, еще немножко удивленный, будто он сам не верил, что снизошел до кухонных дел. Парень оторвался от стенки, и приблизился к ней, молча взял за руку и потянул вглубь кухни за собой, все так же молча уселся на стул и пристроил ее у себя на коленях.

— Придется тебя кормить, — улыбнулся он, — а то ты простоишь до следующего года.

Девушка смущенно кашлянула и поерзала, устраиваясь удобней. Нерешительно протянула руку и взяла угощение. Хм, выглядит неплохо.

— Смелее, он не обидит, — Алекс демонстративно подцепил двумя пальцами хлеб и откусил небольшой кусочек, который тут же проглотил, — может, кулинар из меня так себе, но с ножом я обращаться умею.

— Я успела заметить, — справившись с первоначальным шоком, она принялась за еду, — М-м-м, да у тебя все задатки стать шеф-поваром. Не желаешь сменить профессию? Только представь — ты, в белоснежном фартуке и колпаке, с половником в одной руке и ножом в другой. Такой вид!

Алекс рассмеялся.

— Уже на ролевые игры потянуло? Согласен стать на время кем угодно, но исключительно для тебя и в пределах нашего дома.

От услышанного Лера вздрогнула. Наш дом… Когда это он успел таковым стать? Бедняга просто бредит, не будет ничего «нашего». Ни дома, ни отношений, ни… семьи. Для нее во всяком случае. И почему от этого так больно?

Реакция малышки на его слова не осталась незамеченной для Алекса. Определенно, не то, что он хотел. А ведь специально оговорился, сделал акцент на слове «наш». Надеялся, что Лере доставит это удовольствие. А вышло наоборот. Еще пять секунд назад он так желал поделиться своим открытием, вывести разговор к этой теме и рассказать, насколько она дорога ему и каким он был идиотом. А сейчас… В мысли закралось сомнение. А она? Она его любит? Окрыленный своими ощущениями Алекс даже не задумывался, что это может быть не взаимно. Сердце глухо стукнуло. Нев-за-им-но. А ведь может. Она хочет его, это несомненно. Но любит ли? Алекс быстро взял себя в руки — он это проверит. Не знает пока — как, но выяснит, а с признаниями повременит, не хотелось бы ее спугнуть.

— Спасибо, — между тем тихо проговорила Лера и попыталась слезть с его колен. По девушке было видно, что она тоже почувствовала возникшую напряженность.

— Не так быстро, — он сильнее стиснул руки, — сейчас я доем и мы отправимся в одно местечко.

Девушка глянула на него с любопытством.

— Куда?

— Узнаешь, когда придем, — уклончиво ответил он. Отлично, заинтересовалась, сейчас это то, что нужно, — Знаешь, обычно отношения начинаются со всяких там кафешек-прогулок…

— Да ты что?! — хихикнула мелкая язва.

— Лер-р-р-а, нарываешься! — Алекс был задет до глубины души, но, к сожалению, задет по делом.

— Все-все, — его нос был примирительно поцелован, — просто это все странно…

— Меньше слов, больше дела, — напутствовал ее начинающий романтик, — Давай, пудри быстрее носик и остальные части тела и выдвигаемся.

Через пятнадцать минут они вышли из дома. Алекс мысленно добавил к списку достоинств девушки умение быстро собираться. Минусом было то, что собственно ответить на трудный для большинства женщин вопрос «что одеть?» она могла за пять секунд. Гардероб Леры был прост до безобразия. Посему к списку «Влюбить окончательно и бесповоротно» добавился деликатный пунктик — затащить амазонку в магазин женской одежды, да так, что бы она думала, что сама этого захотела.

День стоял солнечный и тихий. Теплый сезон почти закончился, но холод показывал свои коготки только ночью, оставляя после себя утром слабый иней и холодную росу, которая высыхала за несколько часов. Алекс уверенно взял курс на центральную площадь. Его любимое кафе еще должно быть открыто. Смеясь и переговариваясь, они прошли мимо невзрачного навеса, в глубине которого сидела одинокая, неприметная фигура. Ни один не обратил на нее внимания.

Как только парочка скрылась из виду, Мария позволила себе выругаться и от всей души пнуть рядом стоящую корзину. Жалобно хрустнув прутьями, та отлетела к стене. Так это ее соперница? Недоразумение в спортивных ботинках и со всклоченной шевелюрой? Ладно бы еще на мордашку смазливая была, так нет! Вполне заурядная! Еще и жилистая, не то, что у нее — все как надо и в самый раз. Девушка прекратила шагать туда-сюда и задумалась. Лезть на амбразуру? Нет, вчера попытка с треском провалилась. А если подождать? Мария готова была спорить, эта деревенщина не продержится в постели Алекса и нескольких дней. А как только исчезнет — тут и она. Вся такая гордая, возвышенная, но готовая, так и быть, дать еще шанс. И на этот раз будет действовать умнее, настолько, чтобы Алекс голову потерял. А потом, когда он как следует влипнет, она отыграется за ту сотню с процентами.

Глава 29

Одно время Лера очень боялась засыпать, то сейчас точно так же боялась просыпаться. Потому что всякий раз, когда еще сонное сознание не обнаруживало тяжелой руки, перекинутой поверх талии, ее просто подбрасывало от безотчетного ужаса. Оставил! Ушел!

Первые звоночки прозвенели уже на третье их совместное утро. Которому предшествовал по-настоящему волшебный день. Кто бы знал, что под любимым местечком Алекс подразумевал не барешник с элем и жареными сосисками, а вполне себе уютный ресторанчик, в котором можно было и неплохого вина выпить и молочный коктейль заказать.

Потягивая через трубочку сладко-белую, политую шоколадным сиропом вкусность, Лера старалась держать себя в руках, но треклятое сердце просто заходилось в агонии счастья и нежности. Он постоянно прикасался к ней. Переплетал пальцы, спешил забрать капельку шоколада из уголка губ или как будто невзначай погладить ее коленку под столом. Наверное, если бы они сидели вместе, а не напротив, то уйти бы ей голодной по причине бесконечных поцелуев. Хотя… Возражать она бы не стала!

А еще Лера была точно уверена, что кто-то наложил на всю планету заклятье ускорения времени. Она моргнуть не успела, как солнце уже окрасило собой воды залива. Они сидели на пристани и любовались самым чудесным закатом на свете. Да, прямо как пишут в любовных романах, обнявшись и молча. Но видимо Алекс просто берег ее голос. Потому что как только они вошли в дом…

— Доброе утро малыш, — хриплый шепот прозвучал над ухом, стоило ей начать вспоминать жаркие подробности их отношений, — Скажу сразу — мне нравится ход твоих мыслей.

— Да? Значит, сегодня мы будем перебирать вещи на чердаке… Ох!

Легко опрокинув ее на спину, Алекс навис сверху. Серебристые глаза сонно щурятся, вся правая щека в отпечатках подушки, а на голове полный бардак. Резинка опять где-то потерялась и белое золото волос пребывало в изумительном беспорядке.

— Чердак, хм-м-м… Малыш, врать это очень, очень плохо. За это шлепают по попке.

Лера затаила дыхание. Дважды два пять, небо зеленое, вода сухая, а солнышко — это фонарик… Честно-честно!

— Я не вру…

— Ц-ц-ц, — вот как он может три звука превратить в ласкающее слух нечто?! Лера облизнула губы, — Ты всегда так тяжело дышишь, когда думаешь о нас, так мило облизываешься и твоя грудь…

В бедро уперлось твердое и губы снова пересохли. Вместе с горлом.

— Что… грудь?

— Остренькая.

Ее стон был неприлично громким для утра. Алекс отлично знал, как ярко она реагирует на щипки. Тонкая грань между болью и удовольствием — он чувствовал ее идеально.

— Сейчас ты очень мокрая внизу, — тихий шепот прямо в пересохшие губы напитывал тело волнующей истомой, — и это знание… Оно заводит меня с пол-оборота.

Тихий вскрик утонул в глубоком поцелуе. Серия глубоких, тягучих толчков вперемешку с нежными ласками и яркая вспышка удовольствия выбила ее из реальности на несколько секунд. Громкий стон кончившего вместе с ней любовника слышался как сквозь вату. Цепляясь друг за друга, они еще некоторое время приходили в себя. Уткнувшись куда-то ей в ухо, Алекс дышал тяжело и часто. А Лера то путалась пальцами в светлых прядях, то гладила ходящие ходуном плечи и влажную от пота спину.

— М-м-м, заклятие паралича, пожалуйста. Хочу провести в тебе вечность…

И ее ласково куснули за мочку. Рассмеявшись, она слегка толкнула Алекса. Очень неохотно он скатился в сторону и улегся рядом. Покрывало давно валялось на полу, но как показала практика, смущение и Алекс были словами антонимами. Или же ее просто нагло и очень успешно соблазняли. Тела Мастеров Оружия были априори хороши благодаря частым тренировкам, но Алекс не стал останавливаться на малом и прямым курсом стремился к великому.

Ну вот, опять она давится слюной, рассматривая растянувшегося на боку парня. Лера с трудом заставила себя взглянуть в хитрющие и очень довольные глаза.

— Малыш, ты опять облизываешься. Еще немного, и наши планы на сегодняшний день могут рухнуть.

Ну вот… Это его бархатно-нежное «малыш» Слышать его дни напролет уже не просто желание, а необходимость.

— И какие же у нас планы?

— Пора бы посетить гильдию.

Он видел ее смятение. Только бы слепой не заметил, бегающий взгляд и на порядок побледневшие щечки. Мышцы вдоль позвоночника напряглись, но больше он ничем не выдал своего раздражения. Пропустил его через себя как пропускал уже демонову прорву раз. Любой намек по поводу его далеко идущих планов на их отношения воспринимался девушкой подобным образом. Попыткой спрятать голову в песок и сделать вид, будто ничего не происходит.

Хватит. Он дал ей достаточно времени свыкнуться с мыслью о серьезности его намерений. Три шикарных недели они были предоставлены сами себе. В сексуальном плане было достигнуто полное взаимопонимание, но этого было мало. Пришло время двигаться дальше. Сегодня семицветники узнают об их отношениях. Тем более почта была просто завалена письмами от отца и некоторых согильдейцев. Шрам беспокоился больше прочих. С Михаилом их связывала давняя дружба и только подкрепленная крепким словцом просьба «не беспокоить» возымела действие.

— Обязательно сегодня? — рискнула оттянуть неизбежное Лера.

— Малыш, если мы не появимся, делегация от семицветников заявится сюда лично. Во главе с моим отцом.

Девочка вздохнула.

— Пожалуй, ты прав. Может и задание найти получится.

Алекс проглотил гневный комментарий по поводу ее постоянных попыток финансовой самостоятельности. Спокойно, не все сразу. Малышка еще научится принимать заботу, а не только ее дарить.

Но сегодня его терпению все же не суждено было остаться в целости и сохранности. Оно дало трещину ровно в тот момент, когда на полпути к гильдии Лера вдруг отпустила его руку. Раскололось напополам, как только расстояние между ними ненамного, но увеличилось. И рассыпалось пылью, стоило струсившей девице тихо произнести убийственную фразу.

— Может, пока не стоит афишировать наши… отношения?

Глава 30

Она сделала вперед еще несколько шагов, прежде чем поняла — Алекс вдруг отстал. Не подозревая, что ее ждет через несколько мгновений, Лера обернулась. Сердце испуганное екнуло и упало в обморок. Парень прожигал ее черными как ночь глазами. И на его лице застыло очень, ну просто очень знакомое выражение.

— Прости что? Кажется, я не расслышал… Не афишировать?!

Ой-ой. Самое время вспомнить, как быстро она умеет бегать. Но ноги так и остались стоять, не слушая воплей разума. И Алекс воспользовался ее замешательством. Схватив за локоть поволок в сторону ближайшей подворотни.

К стене ее прижали так, что Лера могла спиной сосчитать каждый камень. Но она даже пикнуть не посмела.

— Давай кое-что проясним, хорошо?

Выцеженные сквозь зубы слова искрили и дрожали от нарастающего напряжения. Ее согласие в принципе было не важно.

— Ты — моя девушка. Моя. Девушка. И скрывать этот факт я не намерен. Ни перед кем. Тебя что-то не устраивает? Беспокоит? Смущает? Давай! Выскажи это и мы вместе подумаем над проблемой. Только прекрати вести себя как…

Алекс со свистом втянул воздух, проглатывая последнее слово. А она даже не подумала настаивать на завершении фразы. Сейчас ее больше волновало то, что перед ней стоял совсем не тот легкомысленный, ищущий удовольствий парень, которого она знала. Перед ней стоял мужчина. По настоящему расстроенный, но при этом нашедший силы не сорваться на грубость. Мужчина, который превратил три прошедших недели в один длинный, чудесный праздник. Полный бесконечной нежности и искренней заботы, горячей страсти и стопроцентного внимания к ее желаниям. Одно за одним, она вспоминала каждую мелочь, сделанную или сказанную им и жаркий румянец стыда все сильнее жег щеки. И сейчас ей совсем не хотелось огрызаться или язвить. Но и молчать не было смысла.

— Да, ты прав. Я скажу.

Он смотрел все так же пристально и тяжело. Плотно сжимал губы, но руки прекратили давить на плечи.

— Я веду себя как трусиха. И понимаю это. Но по-другому не могу. У меня никогда не было отношений. Я никогда не думала, что они вообще будут! А теперь… Мы вместе три недели. И за эти три недели я прожила больше, чем за всю жизнь! Но моя свобода — сколько ее осталось? И сколько дней еще я могу быть… интересна тебе?

Несколько коротких предложений, но как трудно было их произнести. Особенно последнее! Но с каждым ее словом серебристые глаза светлели. Черная горечь и гнев сменялись бархатной нежностью. Ее плечи окончательно получили свободу, а вот лицо было забрано в мягкий плен ладоней.

— Малыш, — Лера прикрыла глаза, наслаждаясь медленными движениями больших пальцев, — Я понимаю, тебе не просто, но ты ее одна, слышишь? Я и вся гильдия станет на твою защиту. Если понадобится, то мы перетянем на свою сторону и Конклав. Тихо, — указательный палец запечатал губы, — Не смей мне говорить о долге. Ты его выполнила. И имеешь право на свободную и счастливую жизнь…

Алекс говорил ободряющие фразы и при этом чувствовал себя просто отвратительно. Ведь это был его шанс на признание, который он так бездарно упускал! Она первая сделала крохотное движение на встречу. Почти в открытую призналась, что ее беспокоит возможность разрыва. Сколько она может быть ему интересна? Вечность! И еще столько же сверху. Потому что просыпаться и чувствовать рядом ее, мягкую и сонную, уже зависимость, а баловать и заботиться стало так же естественно, как дышать. Потому что Лера удивительно гармонично вошла в его дом и жизнь, и впервые мысли о долгом совместном будущем вызывают не дискомфорт, а радостное предвкушение. Да, они иногда спорят. Ругаются из-за разбросанных носков или чьей-то излишней щепетильности в вопросах уборки, но их споры утихают так же быстро, как и начинаются. А к разбросанным носкам очень часто добавляется одежда.

Но теснившиеся в груди чувства не находили выхода. Сейчас Лера оказалась куда смелее его, не стесняясь открыто заявить о своей неуверенности. А вот он мучительно подбирал слова, хотя давно знал, что есть только три единственно верных. Которые он никак не решался произнести.

Алекс потянул встревоженную девушку на себя и крепко обнял. Лера спрятала носик на его шее и сама обхватила за талию.

— Малыш, мы сейчас идем в гильдию. Вместе, — он ласково провел рукой по мягким волосам, — Для меня это важно. Позволь мне надеяться, что и для тебя тоже.

Лера засопела. Носик ерзал по шее. Теплый и щекотный. Он любил его целовать.

— Идем, — выдохнула и резко отступила на шаг, — Но нам сегодня перемоют кости в режиме жесткой стирки с двойным отжимом.

— Пусть завидуют, — узкая ладошка опять затерялась в его собственной, — Но молча.

И Лера больше не пыталась ее вырвать. Ни когда они подходили к гильдии, ни когда десяток удивленных взглядов устремились им навстречу.

* * *

Хрустящие клубни креш-травы не вызывали аппетита, а симпатичный официант, который забыл свои глаза в ее декольте не просто раздражал — бесил! Марии очень хотелось запустить в мальчишку бокалом, но даже за сок в этом заведении драли возмутительную цену. И она бы ни за что не сунулась сюда без тупенького кошеля на ножках, но именно с этой веранды был самый лучший обзор на гильдию.

Блюдо уже остыло, а Мария на него так и не посмотрела. Кусок в горло не лез! Первую неделю она даже не дергалась, полагая, что время все сделает за нее. Но каким же неожиданным и неприятным сюрпризом стало лицезрения двух нежно воркующих на крыльце голубков. Парочка явно собиралась на прогулку и была занята исключительно друг другом. Алекс заботливо поправлял безобразно собранные волосы девицы, а нахалка липла к нему и заглядывала в глаза как голодная собачонка. Мария обломала два ногтя, сжимая руки в кулаки. Но как-то сумела уговорить себя подождать еще несколько дней. Но и через несчастные семьдесят два часа ничего не изменилось. Те же сопливые нежности и поцелуи в каждой удобной подворотне. И наблюдая издали за этими двумя, Мария уже не могла точно сказать, чего в ней больше презрения к девчонке или зависти к ней же. И вот на третью неделю ее ждал еще один удар. Алекс решил представить свою замухрышку гильдии!

— Могу ли я составить очаровательной девушки компанию?

Из кипучего омута бессильной ярости ее вырвал чей-то приятный голос. Не дожидаясь разрешения, напротив устроился мужчина средних лет.

Мария по привычке оценила его внешность и качество ткани, из которой был пошит неброский темно синий костюм. Напускная скромность отлично подчеркивала состоятельность.

— Попытайтесь, — игривый взмах ресниц и легкая полуулыбка тоже была частью привычки. Выработанной специально для таких мужчин. Но незнакомец даже бровь не повел.

— Вы невероятно очаровательны. И что же такая прекрасная девушка делает тут одна?

Мария скептически оглядела собеседника. Его голос звучал так же эмоционально, как если бы мужчина отвешивал тысячный комплемент за день.

— Хотите составить мне кампанию?

— Возможно, — и это "возможно" абсолютно точно подразумевало под собой «нет», — А может быть, хочу сделать Вам подарок.

Еще один внимательный взгляд заставил Марию открыто нахмуриться. Происходящее нравилось ей все меньше

— Какой именно?

— Шанс отомстить.

— Не понимаю, о чем Вы, — произнесла она и хотела было удалиться, но мужчина сделал невозможное. Темный лед глаз сверкнул так, что ей не хватило духа сдвинуться хотя бы на дюйм.

— А Вы подумайте на досуге. И если придете к выводу, что выбранный вами мужчина должен быть только Ваш, влюбленный до беспамятства и готовый по настоящему на все, то вот, — серый, как пепел, прямоугольник визитки лег ровно по центру столика, — пишите по этому адресу. Не пожалеете. Всего доброго.

И мужчина ушел, не соизволив даже глянуть, что стало с его визиткой. В иное время за такое хамское отношение владельца, несчастная бумага нашла бы свое пристанище в мусорке, но сейчас Мария очень пристально рассматривала каллиграфические завитушки букв и цифр. Господин Грэй, Южный округ, переулок Зельеваров 8. Ничем непримечательный обывательский райончик. Не портовые трущобы, но и не элитный сектор.

Девушка ноготком подтолкнула к себе визитку и, немного подумав, сунула ее в клатч. Значит — шанс отомстить? Обидно было бы им не воспользоваться!

Глава 31

Мягкие струи воды барабанили по макушке и плечам. Закрыв глаза, Лера старалась расслабиться и насладиться водными процедурами. Выкинуть все лишнее из головы и просто постоять под душем, чувствуя нежную щекотку тонких ручейков. Но беспокойная память раз за разом ухитрялась ее провести. Она почти ощущала шероховатые, но удивительно мягкие и родные руки. Они неторопливо скользили по телу, взмыливая прозрачный травяной гель, обрисовывали тяжело ноющую грудь и легко сминали ягодицы, оглаживали бедра. А над ухом раздавалось возбуждающе-частое дыхание или тихий, вкрадчивый шепот. Милые нежности разбавлены откровенной пошлостью, шутливые слова серьезностью… Алекс умел сочетать не сочетаемое.

Он вообще много чего умел… Фантазия щедрой рукой подкинула серию таких образов и ощущений, что Лера до отказа выкрутила холодный вентиль.

И ведь пора бы уже привыкнуть к этой остро-сладкой грани их отношений. Только куда там! Она вообще, кажется, разучилась привыкать. Особенно это касалось реакции согильдейцев на их отношения. Похоже, народ поголовно пребывал в шоке от вида "занятого" и довольного этим Алекса. Трио красоток атаковало ее по всем фронтам, выспрашивая секреты успеха. Лера отбивалась, как могла, но это был заведомо неравный бой. Барменша Зои слегка разъяснила ситуацию, шепнув ей ненароком, что одно из железных правил Алекса — не заводить романов в гильдии. Было железным. Лера тихо млела от таких вестей, но очень глубоко внутри.

Сам же Алекс поступил гораздо проще. Как только к нему сунулись с расспросами, он всех послал к Шиару в одно место весьма извращенными выражениями. Любопытствующие сразу прониклись красотой витиеватых эпитетов и больше не беспокоили.

Один Март, казалось бы, оставался равнодушным к происходящему. Но на его лице нет-нет да т всплывало такое удовлетворение и предвкушение, что Лера всерьез опасалась — сейчас он подойдет к ним и станет требовать внуков. Немедленно и в количестве не менее двух штук.

Лера еще раз ополоснулась под контрастным душем и начала энергично растираться.

Сегодня Алекс предложил ей поужинать в ресторане. Весь день трио консультировало ее на счет дресс-кода. А после с гиканьем поволокло в ближайший магазин, где совместными усилиями было подобрано короткое платье приятного лавандового оттенка из архагского шелка. Воздушные складки ткани отлично обрисовывали формы, а поясок под грудью смотрелся очень интересно.

Пытаясь не попасть кисточкой в глаз, Лера старательно, но главное с удовольствием, трудилась над макияжем. Выглядеть еще более привлекательной для своего мужчины — ей этого хотелось! Понемногу и незаметно для нее самой, гардероб перестал отдавать сплошной чернотой и серостью, а на полках в ванне появились новые баночки и флаконы. Духи, краска, крема для лица и тела… Иногда она с удивлением осматривала эту орду, но остановиться было все тяжелей. Ох, право было трио, что это есть погибель женских душ.

А может уже не совсем трио? Ведь всякий раз очутившись в гильдии, Лера неизменно попадала в яркие коготки девчонок. И в почтовом ящике стола через некоторое время стали появляться не только строгие бумажные конверты, но и разноцветные открытки с, может иногда чуть глупыми или бесполезными, но бесконечно теплыми строчками. Предложение принять участие в очередной акции. Или устроить набег на скидки. Пижамная вечеринка (вот где Алекс рьяно протестовал) Или просто смешная фразочка или картинка.

В какой то момент она втянулась, и уже не стесняясь закладывала в ящик весточку о том, что в лавке артефактора на Центральном проспекте грандиозная распродажа амулетов. Они тогда славно погуляли… У Алекса теперь есть интересный оберег. Волчий клык на серебряной цепочке. В кость инкрустирована половинка камня сердца, а вторая у нее… Лера улыбнулась и тронула кулон в виде цветка самира. В место сердцевины блестел фиалково-розовый камень. У Алекса же он сменил цвет на льдисто-синий, с серебряными прожилками. Очень необычно! Но хватит воспоминаний. Нельзя заставлять себя ждать! Тихонько мурлыкая под нос какую-то песню, она продолжила свое занятие.

Алекс прислушивался к шуму воды в ванной. Очень скоро он затих, намекая на то, что Лера закончила водные процедуры. Не представлять, какой вид скрывает тонка перегородка двери было невероятно сложно. Обычно они мылись вместе. Завершали горячий раскованный секс заботливой лаской. Или начинали утро с бодрящего, но не в плане температуры воды, душа. Горячая, нежная девочка в его руках. Иногда послушная, иногда дерзкая, но всегда желанная до каменной эрекции и ватно-мягкого сердца. Восхитительные стоны его имени и затуманенные страстью любимые глаза.

С шумным вздохом Алекс откинул голову на спинку дивана. Шестая неделя чистого кайфа. Бесконечного наслаждения ее близостью. Дни пролетали один за одним, а ему все мало. Разумеется, он не терял голову. Краткий, но продуктивный разговор с отцом позволил сделать некоторые выводы. Первое — Март очень доволен выбором сына. Второе — он поднимет все связи для обеспечения безопасности девушки. Третье — сам тоже будет приглядывать, и, не дай Боги, его сын начнет дурить, то… Алекс едва заметно усмехнулся. Отец явно был взволнован. Как неожиданно! Ну и четвертое — он, конечно, не настаивает, но был бы рад приглашению на семейный ужин.

И оно обязательно последует. Сразу после того, как он разберется с тем последним, что осталось между ним и его любимой.

Дверь ванной скрипнула и отворилась. Обернувшийся на звук он застыл.

— Лера…, - одними губами прошептал Алекс

Девушка смущенно улыбнулась и постаралась одернуть короткий подол. Алекс глядел на нее как голодный на свежеиспеченную булочку.

— Девочка моя, — умоляюще кашлянул он, нагло разглядывая ее ноги и декольте, — ради всех Богов — не подходи!

Брови Леры поползли вверх.

— Хм, я конечно не мисс Аргория, но неужели так плохо?

— Нет, малыш, все слишком хорошо. Но если ты подойдешь ближе тридцати сантиметров, то в ресторан мы не попадем. А попадем… Хм, сюда на диван, для начала А потом на второй этаж. И в ванну заглянем… пару раз!

— Я верю в твою выдержку, — усмехнулась она и уверенно шагнула вперед.

Синхронно с ней двинулся и Алекс. Протянув руку, он привлек к себе возлюбленную и склонил голову, ловя улыбающиеся ему губы. Взять себя в руки и отстраниться было нереально тяжело.

— Ты съел мою помаду, — смущенно пробормотала она, зачарованная серебристым мерцанием потемневших глаз.

— Я бы тебя съел, родная, — хрипло прошептал он, — Идем, иначе я за себя не ручаюсь.

Проходя мимо зеркала в прихожей, она против воли бросила взгляд на отражение. Да уж, смотрятся они эффектно. Особенно Алекс. Просто ходячая приманка для противоположного пола. Черные замшевые туфли с вязью теснения по бокам чуть прикрывают темно-серые штаны из плотной материи, низко посаженные на бедрах. Ворот шелковой черной рубахи слегка распахнут, открывая обзор на идеальные дуги ключиц и скульптурную шею. Светлые волосы в контрасте с черной одеждой кажутся почти белыми. Он связал их в низкий хвост, но одна прядь выбилась и теперь свисала вдоль лица, подчеркивая высоту лба и резкий разлет скул. Настроение стало портиться от мысли о том, что другие женщины будут обращать на него внимание. Лера нахмурилась. Ревностное чувство кольнуло под сердце, да так и осталось сидеть в нем острой занозой.

— Алекс, все же куда мы идем?

Маг-такси, подъехавшее за ними к самому крыльцу, выглядело на редкость великолепно. Блестящее, словно только что с конвейера. Вдоль гладких черных боков мерцали заряженные под завязку накопители.

— Увидишь. Прошу.

И, словно заправский аристократ, он вежливо распахнул перед ней дверцу в салон.

Лера осторожно присела на светло бежевую обивку сиденья. Алекс захлопнул дверь и обойдя машину сзади, забрался с другой стороны.

— Поехали.

Беспристрастный голем-таксист, уверенно вывернул машину по направлению к центральной дороге.

Чем дальше они ехали, тем беспокойней становилось у нее на душе. Обычные жилые кварталы сменились на районы побогаче, потом еще и еще… Когда машина мягко затормозила у ресторана Виорриэль, Лера с полной уверенностью засобиралась назад.

— Уезжаем.

— Нет.

Таксист беспокойно заворочался, не умея выбрать, какая из двух команд важнее.

— Лера, — парень глядел на нее с осуждением.

— Нет, Алекс! Это слишком…

— Дорого?

— Дорого. Вычурно. Нерационально. Выбирай любой вариант.

Парень упрямо сжал губы. Серебристые глаза стремительно меняли цвет от светлых к темным.

— Так. Я пригласил тебя на свидание. И ты согласилась. Еще вопр-р-росы?

Лера отрицательно замахала головой, напуская на себя самый смиренный вид. Злить Алекса в ее планы не входило. И да, было приятно.

— Вот и отлично. Идем.

Из машины ее выволокли совсем не элегантно. Алекс завелся сильнее, чем должен был. И она никак не могла понять причины.

Просторный холл встретил их щебетанием искристых огнехвосток и журчанием миниатюрных водопадов, бьющих по обе стороны украшенных живыми цветами стен. Не иллюзия. Реальность! Она с трудом сдерживалась, чтобы не вертеть головой как наивная сельская дурочка. Одна из птичек порхнула на плечо Алексу и осторожно клюнула аккуратную серьгу-колечко.

— Ты ей понравился, — прыснула Лера.

Алекс ухмыльнулся и погладил переливающийся пламенем хохолок. Пичужка тут же разлилась трелью. Алое горлышко дрожало от усердия, а длинный хвостик развернулся сверкающим веером.

— Кыш пернатое, — Лера шутливо замахала рукой, — это мой парень.

Алекс едва успел удержаться, чтобы не броситься к своей возлюбленной с немедленным требованием «А ну-ка повтори!» Ее парень! Ее! Она назвала его не кем-нибудь, а своим парнем! Еще бы это было не так, после месяца фактически без отрыва друг от друга. Но как же приятно было слышать, а не просто знать.

Он осторожно пересадил птичку на ближайшую лиану. Обиженная самочка жалобно пискнула.

— Не удивлюсь, если мне сегодня испортят платье… Ой!

Самец огнехвостки, с белым пятнышко на груди, порхнул к ней на пояс. Цепкие коготки крепко сжимали ткань. От хохолка до кончика хвостика прошла дрожь, заставляя перья вспыхнуть под светом магических гирлянд-кристаллов. Самец вопросительно чирикнул и солнечным зайчиком юркнул на ее плечо. Нежный перезвон наполнил зал.

— Так, так, — ухмыльнулся Алекс, разглядывая удивленную девушку, — а вот и соперник нарисовался. Давай-ка, нахал, это — моя девушка.

Их взгляды встретились и Лера вспыхнула. Алекс молча снял надувшегося самца и пересадил на ту же лиану, где ворковала оставленная самочка. Птички, завидев друг друга, встрепенулись и запели. Ободренный самец прыгнул ближе, а самочка благосклонно развернула хвостик.

Подхватив спутницу под руку, Алекс повел ее к терпеливо ожидающему администратору.

Подождав пока сладкая парочка скроется в недрах залы, Мария рискнула покинуть убежище. Пусть соперница наслаждается, пока может. Недолго осталось! Алекс будет ее! Девушка злобно обвела взглядом холл. Под испепеляющий взгляд попалась пара милующихся огнехвосток. Резкий взмах и птички с громкими криками разлетелись в стороны. Девушка мстительно ухмыльнулась и направилась в сторону входа. Ее столик находился чуть дальше, за колонной.

Лера точно была уверена, что попала в Сады семи Богов. А как иначе объяснить изысканную обстановку, вкуснейшие блюда, но главное — самого удивительного мужчину Аргории, что сидел сейчас напротив и смотрел на нее так… Не в силах выдержать пристальный взгляд темнеющих глаз, она растерянно уставилась на фарфоровую тарелку.

— Лера? Ты не устала?

Легкая хрипотца в голосе Алекса отозвалась томной слабостью во всем теле. Именно так он говорил, когда обыденные прикосновения вдруг сменялись интимными. И когда обнимал ее, дрожащую, ошалевшую от так и не ставшего привычным наслаждения, щедро подаренного им несколькими мгновениями ранее. Она не знала других мужчин, но от чего-то была уверенна, что только Алекс мог быть таким страстным и нежным одновременно. Словно в его ласках кроме похоти таилось много большее. То, чему она еще никак не могла поверить.

— Нет, — голос дрогнул, — То есть немного. Чудесное место! Просто…

— Знаю, знаю. Ты не привыкла, — соблазнительная улыбка заставила ее нервно облизнуть губы.

— Поедем? — предложил он.

Она с жалостью оглядела зал. Вечер прошел просто великолепно.

— Но десерт еще не принесли…

— И не принесут. Его должны доставить домой.

Лера подавилась воздухом. Он все рассчитал. Безусловно, она знала, что рестораном свидание не ограничится, но фантазия Алекса не переставала удивлять.

— Ладно, — пробормотала она, — только мне нужно отлучиться. На минутку.

Он понимающе кивнул.

Лера быстренько ретировалась в сторону дамской комнаты. Слегка заплутав среди колонн и поворотов, она все же нашла искомое. В уборной было пусто. Настенные светильники горели ровным магическим пламенем, лишь изредка бросая всполохи на стены, задрапированные атласно-золотой тканью. Лера тихо выдохнула. Комната походила на все что угодно, только не на отхожее место. Стараясь сильно не цокать каблучками по мраморной плитке пола, она подошла к широкому зеркалу, расположенному над белоснежными раковинами.

Девушка, отразившаяся на гладко-серебристой поверхности, была ей не знакома. Счастье, плещущее в ее глазах, готово было вылиться через край. Нетерпеливое предвкушение добавило румянца щекам и краски приоткрытым от удивления губам. Лера машинально поправила волосы, убранные в высокую прическу.

Оторваться от зеркала ее заставил тихий хлопок двери. Эйфория лопнула, словно мыльный пузырь. А она-то что здесь делает?

Плавно покачивая бедрами, к умывальнику прошествовала бывшая пассия Алекса. Лера искоса следила за каждым ее движением. До чего же… аппетитная. Пышные бедра и бюст, тонкая талия, грива белокурых волос струится по спине крупными локонами. Эффектная была пара, что и говорить. Глухое, тяжкое раздражение надавило на грудь когтистой лапой. Она всегда ощущала нечто подобное, стоило увидеть Алекса в обнимку с одной из представительниц противоположного пола, но сейчас все ее эмоции словно обострились. Воздуха стало слишком мало. Мария же выглядела абсолютно безмятежно и в целом довольно. К раздражению добавилось недоумение. Растерянная своими ощущениями она не сразу поняла, что девушка разглядывает ее уж слишком пристально. Собравшись морально, она ответила на изучающий взгляд. Ярко-алые губы искривила мелькнувшая усмешка.

— Смотрю, Алекс решил воспользоваться старыми связями.

От нетипичной фразы она даже растерялась. Почувствовав ее замешательство, девушка продолжила:

— Он выполнял одно поручение по заказу ресторана. Владелец был настолько впечатлен, что сверх оплаты открыл для него годовую скидку. Вот мальчик и таскает сюда… барышень.

Последнее слово звучало слишком двусмысленно. Да, барышень. Не обремененных моралью.

— Откуда такая осведомленность. Часто тут бываешь?

В глубине сапфировых глаз полыхнуло ледяное пламя. Лера ощутила удовлетворение. Язвить она не умела, предпочитая словесной дуэли мордобой, но трио основательно поработало над этим пробелом в ее жизни.

— В отличие от некоторых, я здесь появляюсь исключительно, когда сама пожелаю.

— Да, так любой скажет, — ей уже ничего не хотелось, только развернуться и уйти. Что собственно она и собралась сделать.

— Подожди! — легкое прикосновение к плечу и рефлексы сработали автоматически. Девушка жалобно вскрикнула, дернув вывернутой кистью. Лера отпустила.

— Больные, — сквозь зубы прошипела красотка, баюкая руку у груди, — И ты, и твой Алекс. Только него в придачу кобелиный нрав! Не удивляйся, если после пылких признаний застукаешь с другой! Он умеет делать сюрпризы.

Круто развернувшись, блондинка покинула помещение. Чуть погодя она вышла следом. До столика Лера шла, словно в тумане. Он умеет делать сюрпризы… Полная ненависти фраза звенела в ушах назойливой мухой. Алекс сидел к ней спиной. На мгновение замедлив шаг, она все же собралась с духом и, стараясь выглядеть невозмутимо, пошла к их столику. Заслышав ее шаги, он встал, привлек к себе и шепнул на ухо.

— Поехали.

Глава 32

Маг-такси уже ждало их у входа. Едва машина тронулась, как она очутилась в объятьях Алекса. Уткнувшись ему в шею, она глубоко вздохнула. Аромат чистого мужского тела, приправленный легким парфюмом, кружил голову не хуже вина. Он прижал ее еще крепче, а после и вовсе перетянул к себе. Универсальное средство. Ей так нравилось сидеть у него на коленях. Чувствовать себя защищенной в нежном кольце сильных рук. Оказывается это очень необходимое ощущение.

Неприятная встреча с блондинкой как-то сама тускнела под ласкающими движениями горячих ладоней. Лера подняла голову, и первая потянулась за поцелуем. И он не заставил себя долго ждать. И вновь страсть схлестнулась с нежностью, заставляя ее раствориться в упоительном ощущении близости. Но он первый сомкнул губы, вырвав из ее легких разочарованный выдох.

— Малыш, — его грудь вздымалась тяжело и часто, — еще чуть-чуть и мы продолжим вечер прямо тут.

— Пикантно, — голова все еще кружилась от недавнего поцелуя, — Думаешь, голем будет против?

От мелькнувших перед глазами образов, Алекс почувствовал, как в брюки становятся тесными в районе ширинки. Его Лерочка в платье, всего и делов-то чуть-чуть сдвинуть трусики и приспустить лиф. Как будто ему впервой заниматься сексом на заднем сиденье авто. Искушение было так велико…

— Не будет, малышка. Но нас ждет десерт.

Девушка улыбнулась, но в ее глазах мелькнуло разочарование. Нет, они обязательно пошалят, но сейчас у него были иные планы.

Когда они подъехали к дому Лера насторожилась. В окнах первого этажа угадывалось еле заметное, мерцающее свечение. Но она точно помнила, что перед их уходом все светильники и камин были точно потушены. Или нет? Пока Лера размышляла, а не подкрадывается ли к ней часом склероз, Алекс галантно изъял ее растерянную персону из авто и повел к крыльцу.

Дверь распахнулась настежь и она так и застыла, не завершив очередного шага. Вспыхивающая, огненная дорожка маг кристаллов вела из прихожей прямиком в гостиную. А там… Приятный полумрак был разбавлен светом от растопленного камина. Ковер перед ним украшал пестрый ворох подушек от мала до велика. Некоторые из них могли похвастать светящейся, зачарованной вышивкой.

Лера судорожно вздохнула.

— Алекс, признайся, ты ограбил подушечную фабрику, да? — свистящим шепотом произнесла она, — А… а потом и оранжерею?

Цветы тоже присутствовали. Много цветов.

— А еще совершил дерзкий набег на винный магазинчик, — прошептал хриплый голос ей на ушко, — так что не удивляйся, если в подвале ты найдешь парочку другую бочонков с первосортным элем. Ах, да. И в кондитерскую заглянул.

Разворот на сто восемьдесят градусов и… она пропала. Утонула в бездонном взгляде серебристых, с проволокой глаз. Попалась в нежный капкан крепких рук. Сдалась в плен его невероятного, особенного запаха и звука чарующего своей легкой хрипотцой голоса. Дыхания не хватало, горло сжималось не то от желания рассмеяться, не то расплакаться. Но тоже от счастья.

— Значит… и сладкое будет? — прошептала она, не отрывая взгляда от его соблазнительных, невероятно заманчивых губ. К демонам еду! Кому нужен этот глупый сахар, когда самый сладкий и желанный в мире десерт прямо перед ней.

— Проголодалась?

Очаровательная улыбка просто выбила почву из-под ног. И если бы не его руки…

— Ты даже не представляешь, насколько, — хриплость собственного голоса осела на щеках румянцем. Светлые глаза Алекса потемнели. Похоже, ее фразу истолковали верно.

— Готов утолить твой… голод. Всегда, — от последних слов ноги окончательно подогнулись. Колотящееся о ребра сердце не дало даже произнести короткое «Ах», когда парень подхватил ее на руки и шагнул к мягкой полянке перед камином.

Она чувствовала себя по меньшей мере хрустальной принцессой, настолько бережно Алекс опустил ее на подушки.

— А вот и десерт, — как из воздуха, в его руках очутилась креманка с мороженым. Кто бы сомневался! Алекс за рекордно короткий срок выучил все ее предпочтения на пять с плюсом. Даже цветы, украшающие комнату, были в вазонах, а не в вазах, что уж говорить о ее любимом лакомстве, щедро сдобренным шоколадным топпингом и сочными ягодками Шик-Та.

— Открывай ротик.

Крохотные волоски на шее встали дыбом. Лера была уверена, что если бы сейчас Алекс зачитал ей устав храма Отречения, то и там бы она услышала интимный подтекст. Обмирая от собственной распущенности, она тихо произнесла:

— М-м-м, эксперименты… Я за.

Пальцы сжали креманку так, что хрусталь грозил вот-вот осыпаться блестящей крошкой. Одни Боги знали, что ему стоило сдержаться и не повалить это краснеющее чудо на подушки. А потом и в самом деле заняться экспериментами. Например, опытным путем установить зависимость вкусовых качеств мороженного от места на девичьем теле, с которого оно будет слизано. Алекс сделал несколько незаметных дыхательных упражнений. Если и дальше так пойдет, то его планы имеют все шансы рухнуть. Рядом с его девочкой железная выдержка превращалась в хрупкий мыльный пузырь за считанные секунды.

— Именно так, родная. Надо же когда-то попробовать покормить тебя с ложечки.

Первая партия лакомства отправилась в пункт своего назначения. Блаженно прикрыв глаза, Лера издала восхищенное «Ум-м-м» Второй кусочек отправился за первым.

Наверное, он сходил с ума. А как иначе объяснить ту дикую агонию, охватившую тело. От несущегося по венам возбуждения вело голову. Они даже не касались друг друга, а сердце уже готово было выскочить из груди и сплясать на полу чечетку. А потом смирно застыть, в надежде, что его подберут и обогреют. Мягкие губы собирали с ложечки каждую белую капельку, а он не мог оторвать от них взгляда. Проклятье! Это же просто преступление — так провокационно есть мороженое! Все, отныне никаких кафе, а иначе он сдохнет от ревности, зная, что на это прекрасное, и без сомнения интимное зрелище может полюбоваться другой мужчина. Ложечка звякнула о хрусталь, и Алекс с удивлением обнаружил, что лакомства больше нет.

— Ой, — кажется, Лера тоже это увидела, — А ты?

А он сейчас получит сердечный приступ. Вместе с кровоизлиянием в паховую область. Спина взмокла от перенапряжения. Каждая мышца походила на камень. Особенно это чувствовалось между ног.

— И для меня есть кое-что.

Ох, если бы она только знала, что это за «кое-что». Но черная рубашка пропала и вместе с ней исчезли разумные мысли. Это было заманчивее песен сладкоголосых серен и прекраснее сияния над скалами Северного моря. Лера зачарованно разглядывала пляску теней на обнаженном мужском торсе и была совершенно точно уверена, что это зрелище ей не надоест никогда.

Но Алекс собирался услаждать отнюдь не ее взор. Невидимые крючки на платье были обнаружены и ловко расстегнуты.

— Девочка моя, — подавился воздухом Алекс.

Это что — белье? Вот в этом она проходила весь вечер?! Никаких ресторанов! И никаких дружеских шопингов. Завтра он завяжет языки троих модниц в морской узел. Это же надо насоветовать купить такой разврат! Шикарный, сногсшибательный разврат… Пожалуй стоит приобрести еще пару комплектов. Для личного пользования. Полупрозрачное, кружевное, воздушное нечто. Скрывающее то, что нужно, но дающее пищу таким фантазиям…

Алекс облизнул пересохшие губы. Будь он проклят, но это белье подразумевало только один вариант интимной стрижки. Он чувствовал себя мальчишкой, который уже угадал, что за подарок его ждет, но все еще медлил с избавлением от обертки. Пальцы легли на полупрозрачную ткань и осторожно потянули в низ.

— Лера-а-а…

Стон вперемешку с хрипом разодрал горло маленькими коготками. Абсолютно гладкая, шелковистая кожа. Не единого волоска не прикрывало идеальных изгибов мягкой плоти. Его Лера была прекрасна в своей незащищенности. Розовая и нежная, как маленький бутончик цветка, блестящий от росы.

Девушка смущенно прикрыла глаза. Гладкие ножки дернулись, стараясь укрыть место своего соединения от его глаз, но разве бы он позволил?

— Ты прекрасна, родная, — пробормотал он, — А теперь мой десерт.

Его поцелуй как всегда медленно лишал ее всякой силы воли, а ласка груди разожгла в крови настоящую огненную бурю. Лера вспыхнула мгновенно и была более чем готова ощутить его внутри, но дальше произошло такое…

— Алекс! Ой, Алекс! А-а-а… О-о-о!

Упругий язык настойчиво раздвинул мягкую плоть, и мир вокруг Леры перестал существовать. Остались только светлая макушка между ее раскинутых ног и сводящая с ума ласка. Он облизывал, целовал, прикусывал, проникал в нее пальцами, каждым движением посылая по телу все новые и новые волны сладкой дрожи.

Смущение вспыхнуло и сгорело, возрождаясь, как феникс из пепла, страстью. Запустив пальцы в растрепанные золотые пряди, она вздрагивала и стонала, предчувствуя свое скорое удовольствие. Неутомимый язык скользил вверх вниз. Играл с пульсирующей от желания плоть. Всего лишь несколько дерзких движений и тугая огненная спираль внутри развернулась, отправляя ее куда-то за границы этой реальности, прямиком к звездам.

Ошеломленная силой своего удовольствия и способом, которым оно было доставлено, Лера не сразу поняла, что две особенно яркие звезды — это блестящие, самые прекрасные глаза на свете.

— Кажется, я только что превратился в сладкоежку, — прошептал Алекс ей в губы. Лера потянулась за поцелуем. Чувствовать свой вкус было так необычно и откровенно, что не успевшее схлынуть возбуждение всколыхнулось с новой силой.

Недолго думая, она смело погладила твердую выпуклость на его брюках.

— Я тоже так хочу…

Мир перед ним качался как на лодке. А ее тихое, но уверенное заявление, добавило к бушующему вокруг шторму еще несколько баллов. Голова соображала чертовски туго. О, с какой бы радостью он исполнил ее желание, но этим вечером все должно идти так, как задумал он.

— Свой десерт ты уже получила, родная. Но если хорошо попросишь…

Вжикнул замок ширинки и болезненное давление слегка ослабло. Ненадолго. Плен ткани был заменен на плен тесной, все еще содрогающейся от удовольствия плоти. Он наполнял ее до сумасшествия медленно, заставляя почувствовать каждый дюйм своей длинны. Девушка страдальчески застонала. Стройные ноги обхватили его бедра и Лера выгнулась, нетерпеливо стремясь навстречу. Войдя до упора, он замер. Сгреб в охапку растрепанные локоны и заглянул в глаза.

— Я люблю тебя.

Зеленые глаза широко распахнулись. Приоткрытые губы дрогнули. Но в последний момент произошло то, чего он боялся. Неуверенность и страх напомнили о себе мерзким холодком вдоль позвоночника. Зажав ее ротик ладонью, Алекс торопливо добавил.

— Молчи и… И просто знай. Я люблю тебя. До помешательства. Люблю.

А потом он двинул бедрами. Еще и еще раз. Взгляд девушки расфокусировался. Ресницы затрепетали и опустились, и только тогда он рискнул убрать руку. Очень скоро он и сам перестал соображать что-либо. Развязка приближалась семимильными шагами. Комнату наполнил дуэт их стонов и вскриков.

Резкий толчок и в следующее мгновенье он просто не смог удержаться на краю.

— Любимая. Лера. Моя, — последними, судорожными движениями он пытался захватить ее с собой. Он так и не понял, что помогло ему в этом. Брошенные с надрывом, самые сокровенные слова, или собственный финиш. Его девочка так часто кончала от ощущения его разрядки.

Алекс тяжело дышал, уткнувшись лбом в подушку. Оглушительный грохот сердца, разгоняющего по венам хмельную кровь, не сразу дал услышать слабенький, сбивчивый шепот.

— Я… я люблю тебя. Кажется, всегда любила…

Силы вернулись как по мановению волшебной палочки. Ему сейчас было нужно, просто необходимо видеть ее глаза, чтобы удостовериться, что сумасшедший оргазм не повлек за собой слуховые галлюцинации.

— Любишь? — вытолкнул из себя он, жадно разглядывая порозовевшее личико.

Лера отвела глаза. Боги, как тяжело признаться под этим пристальным, жадным взглядом! Лучше бы он, как и прежде, не смотрел! Но Алекс смотрел. А она уже сдала себя больше чем с потрохами. И разве можно и дальше молчать о терзающих душу чувствах. Да у нее сердце скоро лопнет!

— Люблю. Сколько бы времени не прошло.

Ну вот, она это сделала. Призналась, снимая все блоки и защиту. Не только ее тело — душа была обнажена и открыта как никогда. И вздумай он сейчас посмеяться, то убил бы ее окончательно и без шансов на воскрешение.

Но он не стал смеяться. Не единого намека на торжество и пренебрежение не было в этих распахнутых, темных от невозможно-расширенного зрачка, глазах. На мгновение ей показалось, что он даже боялся едва ли не сильнее, чем она.

— Ты…, - лицо было схвачено в плен теплых, подрагивающих ладоней. Большой палец нежно очертил губы, — Ты всегда была и будешь только моей… А я твой.

Поцелуй был медленный и нежный. Они вместе открывали новый этап в собственных, таких длинных, но еще совсем коротких отношениях.

— Можно ли считать, что я хорошо попросила. Ну, на счет десерта…, - лукаво шепнула девушка, когда Алекс буквально силком отодрал себя от ее сочных, искусанных губ.

Похоже, где то среди небожителей решили, что ему сужено выиграть джек-пот в личной жизни.

— Я в твоем распоряжении, любимая. В любое время дня и ночи.

Лера счастливо рассмеялась. Обняла руками и ногами и игриво куснула за шею. Сладко причмокнула. Алекс рывком поменял их местоположение. Эта ночь обещала быть незабываемой.

Глава 33

Ее разбудил солнечный лучик, что пробрался сквозь задернутые шторы, и теперь нахально светил ей прямо в глаз. Лера сонно поморщилась и с трудом подняла голову. Они так и уснули на полу перед камином, в ворохе теплых одеял и подушек. Алекс пока крепко спал, и вид у него был самый расслабленный и безмятежный. Лера осторожно пошевелилась, пытаясь выбраться из под его руки, что по хозяйски покоилась на ее попе. Он что-то заворчал и подгреб под себя ее подушку. Девушка с улыбкой наблюдала за сонной возней своего… любимого? Даже про себя произносить это слово было жутко. И прекрасно. Она с нежностью прикоснулась к светлым растрепанным прядям. Вчерашний вечер и ночь словно подарили ей крылья. И сейчас она испытывала острую потребность лететь на торговый ряд, купить там свежего мяса, самых спелых клубней креш-травы и специй, чтобы сделать так любимое им рагу по-томански. А на десерт сладкие блинчики с фруктовой начинкой.

Желудок заурчал в предвкушении пира. Только бы успеть до того, как Алекс проснется. Лере безумно хотелось порадовать своего мужчину. По привычке она мысленно исправилась. Алекс не ее, но тут же стыдливо покраснела. Да сколько, в самом деле, ей надо доказательств!

Так быстро и тихо она не собиралась с тех пор, как жила при казармах Убежища. Еще раз взглянув на спящего Алекса, она тихо выскользнула за дверь.

Как только фигура девушки скрылась за поворотом, Мария покинула свой наблюдательный пункт на маленьком балкончике гостиницы. Однако быстро. Удача на ее стороне. Она, конечно, морально настроилась, что караулить, пока эта парочка не расстанется, придется весь день, а может и не один, но видно удача на ее стороне. Девушка открыла шкаф и вынула оттуда заветную бутылочку. Потом подошла к хрустальной шкатулке, стоящей на столе и осторожно вытащила из ее недр свернутый в колечко рыжеватый волос. За него пришлось расплатиться вывихнутой кистью. Эта девка, конечно, не догадывалась, что природа наградила ее не только кукольным личиком, но и ловкими пальцами. Удачное сочетание для попрашайки-карманницы. Поэтому незаметно снять с плеча соперницы упавший волосок не составило труда.

Мария пропихнула свою добычу в узкое горлышко и резко взболтнула бутыль по часовой стрелке. Через секунду она, как и обещал мистер Грэй, увидела легкий розоватый дымок, который, впрочем, быстро развеялся. Зелье было готово к употреблению. Так. Ровно пять глотков, остальное на тело. На вкус это оказалось чистой мерзостью. Хуже прокисшего молока, но пересилив себя Мария, исправно выпила нужное количество. Потом аккуратно намазала шею, лицо и руки. Закончив с приготовлениями, она вышла из номера и заторопилась по хорошо знакомому адресу.

Алекс проснулся от настойчивого стука в дверь. Рука инстинктивно дернулась в бок. Сон слетел, как только он понял, что в их импровизированной постели не хватает очень важного элемента.

— Любимая, — сквозь зубы выдохнул он, — придушу.

Стук повторился, и он вынужден был подняться. Вот какого демона Лере не спится по утрам? Надо будет объяснить беспокойной малышке, что больше чем еду в тарелке, он бы хотел видеть возлюбленную. Под, над или рядом с ним. А уже потом они бы вместе могли приготовить завтрак.

Обмотав простынь вокруг бедер, Алекс пошел открывать. Как удачно, сейчас он слегка поорет на не прошеного визитера, а после спокойно пояснит возлюбленной свою точку зрения. Открыв дверь, он захотел сейчас же ее захлопнуть. Опять она!

— Алекс, подожди!

И снова ножка, только уже в красной туфельке.

— Уходи.

— Да подожди ты! Я честно только поблагодарить. И деньги вернуть! Боги, неужели надо сразу спускать меня с лестницы?

Он распахнул дверь. В руках у Марии действительно был кошель.

— В общем, спасибо что помог. Не хочу ходить в должницах. Нашла себе работенку, и вот…

Девушка протянула ему кожаный мешочек. Голубые глаза смотрели с ожиданием и легким укором, словно ее, и правда, несправедливо обидели. Ну что ж, если Мария решила расстаться друзьями, то почему бы и нет.

Парень протянул руку и в нее упал кошель. Он попытался перехватить его другой, Не вышло. Кожаный мешок прилип к ладони намертво.

— Что за…

Штучка-липучка? Детское шутливое заклятие? Да что за балаган?

Но Мария не стала смеяться. Она шагнула вперед и впилась в его губы жадным поцелуем. На мгновение ему почудился привкус кислого молока, а потом голова странно потяжелела…

— Котик, сладкий, поцелуй меня.

Перед глазами плыл розовый туман, а в центре его стояла самая прекрасная девушка на свете. Его Лера. Она смотрела на него так… Алекс почувствовал, как все внутри потянулось к ней. Он должен ее поцеловать. Обязан. Она ведь просит… О, конечно он это сделает!

Действие заклинания-шутки исчезло, и его руки вновь стали свободны. Он обнял ее и прижал к себе. Поцелуй вышел жадным, страстным и неправильным. Алекс обмирал от восторга и в то же время где-то далеко, на самом краешке сознания алыми вспышками пульсировало ощущение опасности. Он не мог от него избавиться, так же как не мог прекратить ласкать и целовать свою возлюбленную.

Девушка толкнула его внутрь, и они ввалились в дом. Алекс подхватил ее на руки. Алые вспышки стали чаще. Не то, все это неправильно. Его ощущения и чувства все словно и не его одновременно! Но розовый дым наполнял комнату, пробирался в ноздри и слепил глаза. Мысли сделали кульбит и опять вернулись к девушке на его руках. Его Лера такая легкая… Или нет? Она тяжелая? Да точно! Тяжелее чем он думал вначале, когда подхватывал ее под мягкую попку. Которая, кажется, стала больше?

Он застонал от пронизывающей боли в голове и попытался отстраниться. Но Лера не позволила это сделать. Простыня упала на пол, и он рухнул на колени перед диваном. Девушка перед ним раздвинула ножки и быстро задрала подол платья, под которым ничего не было. Лера без белья? Как такое возможно? Голова просто раскалывалась. Он продирался сквозь розовую вязкую муть, сам не до конца понимая, зачем он это делает. Его словно рвали на части адские гончие с алыми, вспыхивающими глазами. Пальцы ласкали нежные складочки, в то время как ему больше всего хотелось отдернуть руку. Или не хотелось?

Где-то в далеко послышался хлопок двери а после дробный стук. Он уперся взглядом в пол и заметил около самых ног золотистый клубень. Креш-трава. Откуда? Бессмысленно блуждая взглядом по комнате, он наткнулся на два темных кросовочка. Поднял голову и увидел Марию. Зеленые глаза смотрели на него с такой болью, что сердце гулко заухало. Что она здесь делает и почему ее глаза… Девушка круто развернулась и бросилась прочь.

— Пупсик, хочу тебя! — шепнула Лера, притягивая его голову к себе. На ее губах играла торжествующая улыбка, — Забей на эту неудачницу.

Пупсик… Забей… Образ Леры перед его глазами вдруг поплыл, словно расплавленный свечной воск. Застонав, он двумя руками оттолкнулся от дивана и рухнул на пол, неудачно ударившись локтем. Неожиданная боль подействовала на него словно ушат холодной воды. На диване, с задранной до пояса юбкой и бесстыдно раскинутыми ногами сидела… Мария. Во рту стоял отвратительный привкус кислого молока, а на пальцах чувствовалась странная влага. Как во сне он поднес дрожащую руку к глазам. Мокро. Он ласкал ее между ног. И все это видела… Из груди вырвался стон отчаянья и боли. Лера! Все это видела его девочка!

— Ах ты… сука! — Алекс не сразу смог материализовать цепь. Девушка взвизгнула, увидев, как он выкинул вперед руку, и бросилась к распахнутым настежь дверям. Со второго раза получилось ее схватить. Мария рухнула как подкошенная.

Он потянул опасно мерцающую цепь, подтаскивая девку ближе. Сил почти не было. Его лихорадило, словно на него наслали Черную хворь. Розовый туман еще клубился по углам комнаты, норовя заполнить собой все помещение и опять сделать из этой дряни его девочку.

— Подождешь пока здесь, — прохрипел Алекс и, шатаясь, направился к выходу. Не доверяя ослабленной магии, кое-как нащупал замок входной двери и активировал на полный блок. Все. Больше эта гадина его не интересовала. Нужно было как можно быстрее отыскать Леру.

* * *

Она не помнила, куда именно бежала. Как тогда, в далеком-далеком детстве, ноги просто несли ее вперед, будто и в самом деле можно было сбежать от пронзительной, выворачивающей нутро боли. Сердце исчезло. Вместо него в груди бился тугой ком раскаленных шипов. Царапал, рвал душу в клочья, каждым ударом выбивая из нее капельки влаги, что горько соленой пеленой застилали глаза.

Он умеет делать сюрпризы… умеет… умеет! Ядовитый шепот прямо в уши. И ей бы оглохнуть, и ослепнуть. Потерять память, только чтобы в груди вместо колючей гадости обратно появился несчастный кусок плоти, чтобы уметь дышать как раньше, а не заталкивать в сопротивляющиеся легкие жгучий воздух.

Коленки саднило призрачной болью. Семнадцать лет назад кровоточащие ссадины разукрасили кожу. И сердце. Но маленькая девочка тогда была слишком маленькой. И ее чувства были такими же. Неокрепшими, юными. Оставляющими шанс на жизнь. Которую сегодня отняли. Вырвали с мясом, растоптали, стерли в пыль, оставляя пустую оболочку мучительно отсчитывать каждый вдох.

Сюрпризы… Будь они прокляты… Сюрпризы.

— Девушка, девушка! Вы обронили!

Лера отлепила глаза от брусчатки и повернулась. Губы искривились, выпуская наружу сухой, каркающий смех. А вот и ее лекарство. Горькое и такое необходимое. Еще вчера она вспоминала о нем с затаенным ужасом, а сегодня готова ползти следом и вылизывать подошвы ботинок своих благородных палачей. Только бы забрали. Только бы дали шанс закончить все и растворится в воздухе всех миров без остатка. Чтобы навсегда. Никаких мыслей и никаких чувств.

Знак небесного лотоса качался на серебряной цепочке. Тонкие нити сплетались в хрупкий на вид кулон. Который был тверже любого алмаза.

— Да, это… мое, — пальцы слушались плохо, но она почти с первой попытки сумела застегнуть на шее амулет. Холодная волна пронеслась от макушки до ног, смывая любое поисковое заклятие. Изменяя кружево ауры настолько, что несколько сотен первоклассных ищеек могут часами бить в бубны и вычерпывать резерв досуха, но ее следов не обнаружит никто.

Лера глубоко вздохнула и расправила плечи. Мистер Грэй терпеливо ждал. Сильно же припекло магистров, раз уж они отправили за ней самого главу поискового отряда. А впрочем плевать. Чем хуже их дела, тем лучше ей. Тянуть не имело смысла.

— Вы выглядите расстроенно, — тонкие губы мужчины улыбались, голос звучал мягко и доброжелательно, — Могу ли я предложить Вам прогулку? Свежий воздух развеет печали.

— Уверена, это так.

Плотное темно синее сукно не могло пропустить холода ее пальцев. Зато не скрывало дрожь. Но господина Грэя волновала лишь доставка объекта в пункт назначения. Мужчина вел ее по кривым клочкам какого-то района, все больше углубляясь в его дебри.

Глядя перед собой невидящими глазами, Лера шла и как в старой детской сказке, оставляла за собой след. Вереницей черствых хлебных крошек падали под ноги воспоминания. Она давила их и давила, переступала одно за одним, но их поток был бесконечен. И только одно могло положить ее мучениям конец.

Глава 34

Еще ни разу в жизни Алекс не чувствовал себя настолько беспомощным куском дерьма. Даже когда семнадцать лет назад сбивался с ног, рыская по столице в поисках маленькой девочки с медово-карамельным цветом волос. Тогда он был слишком мелким, и его глупая детская головенка еще не понимала, чего именно он сам себя лишил. Тоска, страх, желание все исправить — сущая мелочь по сравнению с тем адом, в котором сейчас он сгорал заживо.

Каждая секунда, как маленькая смерть. Болезненный проигрыш в отчаянных попытках отыскать и вернуть обратно. Как одержимый он стучался во все двери, ногтями и зубами цеплялся за любую, даже самую крохотную подсказку. Но все усилия были тщетны. Поиски оканчивались ничем, а Конклав трусливо ссылался на преждевременную панику. Меньше недели — подумаешь! Алекс едва удержал себя в руках, слушая этих напыщенных, разожравшихся магов. И если бы не отец, вытряс каждого из их уютных, мягоньких кресел и швырнул вниз с парадной лестницы, чтобы их жирные задницы пересчитали каждую долбанную ступеньку. Чтобы по уши окунули свои лощеные морды в грязь и захлебнулись в ней нахрен. Бесполезные, ряженые в мантии шуты…

Ярость судорогой скрутила мышцы, и стакан в руке хрустнул. Как завороженный Алекс уставился на причудливый узор из алых пятен и прозрачных многоугольников. Осколки стекла вперемешку с кровью пачкали светлый ворс ковра. Его малышка… Она будет расстроена! Опять надует губки и посмотрит на него с осуждением. О, этот ее молчаливый упрек. Как тоненькая стрела, всегда попадающая точно в цель. Алекс мог устоять против нескольких противников сразу, но против ее глаз никогда. Надо скорее все убрать. А потом плеснуть на рану целебной настойки, и бежать в спальню. У него сегодня большие планы на свою сладкую малышку. И бинты на руке в них не входят.

— Решил истечь кровью?!

Голос отца хлесткой пощечиной вернул его с небес на землю. Морок схлынул, оставляя на память боль в обрезанных пальцах и давящую тяжесть неприглядной действительности.

Иногда его накрывало. Вот прямо как в омут с обрыва. Вдруг мерещилось, что сейчас раздастся любимый голос и тонкие ручки обхватят талию, а между лопаток прижмется мягкая щечка. Он забывался, погружаясь в сладкие иллюзии собственных обманов. Приползая домой с очередных поисков, мог обнаружить себя стоящим не под душем, а на одном из портовых пирсов. Потому что Лера любила бывать там. А он любил зарываться пальцами в мягкие локоны, когда девочка так доверчиво укладывал голову ему на плечо. Мог очнуться в их любимом кафе от удивленного: «Вы будете делать заказ?» или прийти в себя среди ее разбросанных вещей.

Травознавец списывал все на последствия от приворотного зелья. Шипел и плевался не хуже базарной хабалки, припоминая Алексу его фееричное появление в гильдии, ослабевшего от поисков и полубморочного из-за отравления. Угрожал насильно отправить на реабилитацию, но как, демон его раздери, можно валяться в лазарете, когда каждая минута, не потраченная на поиски, была равносильна пытке.

— Алекс, приди в себя!

Март почти бегом спустился со второго этажа. Все это время отец жил с ним. Просто пришел в первый же день и, не спрашивая, занял пустующую комнату. Алекс тогда смолчал. Потому, что оставшись в одиночестве точно бы свихнулся. Но сейчас слова выскочили из горла прежде, чем он успел захлопнуть рот.

— Прийти в себя?! Как мило! С ролью заботливого папаши ты давно опоздал!

Это было подло. И больно. Он не просто надавил на больное место, он ударил туда раскаленным добела ножом. Но отец оказался сильнее. На его лице не дрогнул ни один мускул и только глаза вдруг потемнели от всколыхнувшейся мути старой тоски, и голос зазвучал на пол тона ниже.

— Я помню. И все же прошу тебя успокоиться.

Совесть услужливо обвилась вокруг шеи тонкой колючей проволокой и сдавила его так, что нечем стало дышать. Всего один раз они коснулись темы распада их семьи. Но и этого хватило за глаза. Март сожалел. Отчаянно и безвозвратно. И несколько рубленых, скупых фраз сказали больше, чем многочасовые молитвы о прощении. Не раз и не два женщины пыталась пробраться в его дом, но там уже обитала хозяйка. Миниатюрный портрет его матери строго по центру каминной полки.

— Прости.

Все, что ему удалось вытолкнуть из себя. Но отец кивнул. Он понимал, каково это, потерять девяносто девять и девять десятых процента своего сердца.

— Пойдем, рану стоит обработать. И пришли новые запросы от стражей. Тебе надо появиться в суде, как пострадавшему лицу.

— Я сверну ей шею прямо перед присяжными, — пообещал Алекс. Вид скулящей, осунувшейся стервы вызывал настолько глубокое отвращение, что избавиться от прямоходящей гадины хотелось сильнее, чем сделать очередной глоток воздуха.

— Мария получит свое.

О да, получит еще как! Зелье приворота были вне закона. А неизвестные досель рецепты — вдвойне.

Стук в дверь застал их ровно в тот момент, когда Алекс делал последний узел на закрепляющей повязке. Март выгнул бровь, показывая, что он никого не ждал. Алекс был с ним солидарен. Бинты на ладони не помешали крепко сжать костяную рукоятку ножа. Привычным движением отец проверил крепость тонкой тетивы. Слова были излишни. Они действовали по давно отработанной схеме. Алекс пошел встречать визитера, а Март занял удобную позицию для точного, и часто единственного выстрела.

— Кто?

Голос, раздавшейся из-за двери показался ему одновременно и ангельским пением и похоронным маршем.

— Шевелись, если хочешь, чтобы она жила.

Глава 35

Алекс впитывал каждое слово как губка. Пропускал через себя, раскладывал и разбирал с дотошной точностью прожженного артефактора. На хмурый взгляд сидящего напротив гостя ему было, откровенно говоря, плевать. Если ломишься в чужой дом — будь готов, что вместо хлеба и соли тебе предложат нож под горло и стрелу между глаз. Особенно если взаимное доверие колеблется на уровне минусовых отметок.

— У нас есть времени ровно до первой ночи новолуния, — подвел итог Мастер. Свое имя старик так и не назвал, — Ритуал пройдет в полночь. И на нем будет присутствовать весь магистрат.

Отец точно так же хмурился, разглядывая подробную карту Убежища. Название не вполне точно отображало суть строения. И как же смягчила свой рассказ его отважная девочка, назвав это место «военным лагерем» Это был далеко не лагерь. Тюрьма — вот где Лера провела семнадцать лет жизни. Затерянная в неприступных горах восточного побережья, оснащенная жесткой системой охранных заклятий и множеством лабиринтообразных переходов. Даже при условии поддержки элитной стражи Конклава и десятка опытных магов сверху, шанс на успех был бы сомнительным.

Но старик настаивал, что предложенный им способ позволит проникнуть внутрь. Одна из воздушных шахт могла стать лазейкой в эту нерушимую крепость. Но для того, чтобы до нее добраться нужно было, как минимум, обзавестись способностью бегать по отвесным скалам, словно по мощеной дороге. Без всяких заклинаний. Антимагические руны исчертили стены Убежища вдоль и поперек. И лишь на момент ритуала их собирались ослабить.

— Ваш тайный Совет — сборище психов, — Алекс бросил на отца предостерегающий взгляд, но тот разглядывал прямого, как палка старика, — Вызвать Шиара… Бред! Это не комнатная собачка, которая прибежит по щелчку пальцев.

— Прибежит, — ощерился Мастер, — И быстрее, чем ты успеешь моргнуть. В Лерис осталась часть его силы. Первоначальная привязка была нарушена. Грубо, бездумно!

— Мне надо было смотреть, как она умирает?! — взвился Алекс.

Мастер глубоко вздохнул и на мгновение прикрыл глаза.

— Ты поступил так же, как поступил бы я, имей на это право, — неожиданно мягко возразил он, — Но тогда у нас не было выбора. Зато есть сейчас. Я убежден, что те жалкие остатки сил, которыми обладает Лера, не могут сыграть решающей роли в уничтожении мага. Но Совет вдруг решил заняться экспериментами. И провести фактически бесполезный и на сто процентов опасный вызов. Нам предстоит непростая задача, но выполнив ее, могу гарантировать, что девушка перестанет быть для организации интересной. Возобновление привязи возможно лишь единожды. Переплетение магических потоков не выдержит повторного вмешательства.

— А не проще было бы предупредить сразу? — Март опять зашелестел бумажными листами карты, — Раз уж в вас проснулось человеколюбие.

— Совет не афиширует свое существование, но это не значит, что он не имеет нужных связей. И если Вы думаете, что смогли бы спрятать ее, то зря. Рано или поздно, но девушку нашли бы. Это раз. Второе — кроме опасности для жизни, ритуал может помочь ее же и сохранить. Метки чужеродной магии необходимо выжечь. Иначе со временем ее влияние может оказаться губительным.

Слова старика звучали логично. Фантом появился в гильдии с рекомендательным письмом от Конклава. А потом это сборище мудрейших мира сего дружно прикидывалось идиотами, стоило на законных основаниях потребовать усилить поиски. И ее кошмары… Выходит, они лишь начало.

— Пойду собирать вещи, — нарушил воцарившуюся тишину Алекс, вставая из-за стола. Дальнейший разговор был бесполезен. Даже если это ловушка, то от приманки он не смог бы отказаться и под угрозой смерти.

Сердце тихонько заныло, когда он вошел в собственную комнату. В их комнату. Которую он теперь посещал как можно реже. А ночи вообще проводил на диване в гостиной. Потому что просыпаться каждые полчаса и искать ее — это слишком больно. Март сделал вид, что не заметил его спонтанного переезда. А Алексу стали понятны причины, побудившие отца оставить из всех вещей матери только миниатюрный портрет и брачное кольцо. Которое он вместе со своим собственным связал одной цепочкой и надел на шею.

И Алексу казалось, что точно такая же зачарованная цепь незаметно спутала его по рукам и ногам и привязала к Лере. Не разорвать не вырваться. И тем труднее было раз за разом отметать в сторону до едкой горечи обидный вопрос — как она могла? Как могла поверить такой грубой, откровенно фальшивой провокации? Не устроила скандал, не усомнилась, что происходящее как минимум глупо — мужчина лезет под юбку другой, зная, что вот-вот будет застукан, а просто ушла. Сбежала, не дав шанса ни ему, ни себе.

— Между вами все серьезно?

Алекс стиснул зубы. Медленно обернулся, и посмотрел на стоящего в дверном проеме Мастера.

— Это имеет значение?

Голос звучал на удивление ровно, не смотря на всеобъемлющее желание вытолкать старика вон и с размаха хлопнуть дверью перед его крючковатым носом.

— Имеет. Меньше всего мне хочется, чтобы ты вдруг начал пороть горячку, когда ее увидишь. Достаточно того, что Лерис вдруг решила усложнить мои планы.

В груди тяжело бухнуло. Раз, другой, третий… И во рту вдруг стало слишком сухо.

— Усложнить?

— Именно. На полпути она удумала сбежать. Поэтому сейчас содержится в качестве пленницы. Что доставляет ряд неудобств. Например, мне запрещены с ней всяческие контакты.

Мышцы спины потянуло от растущего напряжения.

— Решила сбежать? Почему?

Старик передернул плечами.

— Спросишь у нее сам. А пока запомни покрепче, если мы не успеем попасть в интервал между второй и первой частью ритуала — ей конец. Так что будь хорошим мальчиком, запихни свои эмоции поглубже в задницу и слушайся каждого моего вздоха.

Глумливый взгляд блекло голубых глаз подстрекал к перепалке. Но Алекс даже не подумал открыть рот. Провокация была слишком дешевенькой.

Не дождавшись ответа, старик удовлетворенно кивнул.

— И еще одно. Грабьте хоть главную городскую сокровищницу, но добудьте свиток портала. Уходить придется быстро. В любом случае.

Глава 36

Темные иглы камней щерились острыми выступами. Обрывы, трещины, отвесные прямые площадки, на которых не мог зацепиться даже ползучий мох — восточные скалы были просто находкой для самоубийц.

Сюда бы опытного мага Земли, но область перед ними была густо усеяна охранными заклятьями. Любое магическое воздействие как сигнальный фейерверк. Преодолеть каменную преграду можно было лишь благодаря своим физическим возможностям.

Резкие порывы ветра толкали то в бок, то в спину. Подстрекали сделать шаг. А еще лучше сорваться на бег. Лишь бы очутится хоть на пару десятков метров ближе. Но Алекс продолжал разглядывать серые хребты гор.

Спокойно. Вдох, выдох. Без суеты. Они движутся точно по графику. Никаких сбоев и никаких трудностей. Не считая наемников, отправленных с целью если не убить их, то как минимум задержать. Отсутствие старика было давно обнаружено. И, не захвати он с собой парочку блок-амулетов, бегать бы им на перегонки с ищейками магистров. Но еще в начале путешествия Алекс надел на шею тусклую серебряную цепочку с кулоном в виде небесного лотоса. И в то же мгновение стал невидим для любого заклятья поиска. Магистрат преуспел на поприще маскировки и обмана. И торговли. Звон монет одинаково приятен и в пустынных горах и в шумной столице.

Еще раз внимательно оглядев горную гряду, Алекс направился к стоянке. Отец и старик остались там обсуждать последние детали плана. Первая ночь новолуния будет уже завтра и хоть зубами, но он выгрызет проход к убежищу и вырвет оттуда Лерис. А потом прячет так, что в жизни никому не найти. Только он и она. И, демон его забери, едва за ними щелкнет последний замок, как он сию же секунду потребует компенсацию за каждую потраченную нервную клетку. За то недоверие, коим был так несправедливо награжден, и за сумасшедший, выворачиваются нутро страх потерять ее снова.

* * *

Карцер. Два шага вдоль и один поперек. Все тот же пожелтевший от времени маг кристалл над самой дверью. Пыльный и крохотный. Изученные до последнего камешка стены и пол. Каждый из учеников побывал тут минимум однажды. Год от года обучение становилось все жестче, а правил больше. Ей не повезло пять раз. Это шестой. И как всегда — по собственной глупости.

Сухая горечь песком скрипела на зубах. Или это пыль от соломенной подстилки? Губы дернулись в злой усмешке и снова сложились в плотную линию. Совету не нужна была захлебывающаяся в кашле и соплях пленница. Воздух был подогрет, пол застрелен и даже еда сытнее той, что они получали обычно. А плохо их не кормили никогда.

Совет сделал все, чтобы она не страдала физически. А бонусом предоставил ей потрясающую возможность окунуться в самоуничтожение мысли и домыслы. И она окунулась. По самую макушку. Да так, что от разрывающей душу боли захотелось лезть на стены.

Ее пробило уже к вечеру того же дня. Вуаль обиды стала светлеть и сквозь решето горького кружева взошли первые ростки сомнений. В груди жгло неимоверно, но через силу она заставляла себя вспоминать отвратительную сцену снова и снова. И чем больше работали мозги, тем гаже становилось на сердце.

Ни одной мало-мальски весомой причины для его поступка! Месть, желание вернуться к бывшей, глупый розыгрыш — все выглядело бредово. В отличие от выверенных действий лучшей ищейки Совета. Вовремя подойти, утешить, сунуть в руки демонов амулет. И быстрее, быстрее. Пока не дошло. Но господин Грэй мог бы не торопиться. До нее дошло, когда стало слишком поздно. Когда отчаянная попытка сбежать обернулась затянутым до хрипа тюремным ошейником и аккуратно подрезанным сухожилием на ноге. Ковылять можно, бегать — уже нет.

Масляный блеск темных глаз и тонкая полуулыбка отсекли последние сомнения. Но ее выкручивало не от осознания собственной тупости, не от боли в ноге или нехватки воздуха, а от животного, изматывающего до трясучки страха. За Алекса. Так подло брошенного на растерзание… чему? Магии, зелью, артефакту? Какой еще дрянью могли его накачать, чтобы продемонстрировать самый голубиный, бережно лелеемый ею кошмар. Вынудить на немыслимый по своей глупости поступок — оставить без поддержки того, за которого готова была отдать жизнь. Вот и мерило ее чувствам. От первого щелчка судьбы поджать хвостик покрепче к брюшку и сыграть в обиженку. На радость потирающим ладошки магистрам.

Засов бряцнул и прохладный воздух подземелья ворвался в камеру.

Лера уселась на соломенном тюфяке и хмуро глянула на гостя. Помяни демонов к ночи…

— Вставай.

Мышцы слушались трудно. Не то от долгого пребывания в тесном пространстве, ее то от мелких судорог, ледяной волной пробежавшейся от макушки до ног.

Что с ней собрался делать Совет, Лера не знала. Но догадывалась. И у всех этих догадок имелся лишь один исход. Летальный.

Борьба была бесполезной, уговоры — бессмысленными. Она варилась в этой кашле семнадцать лет и кровью и потом выдолбила в своем сознании одну простую истину — цель оправдывает средства. Даже если для уничтожения Шиара надо будет прирезать дюжину другую невинных детишек, магистры это сделают. Что уж говорить об одной хромоногой бестолочи.

Может поэтому она не удивилась, когда ее привели в зал, оформленный в лучших традициях жертвоприношения. Темно-бордовые бархатные гобелены, круглые колонны, темные плиты пола, а посередине мраморный алтарь. Широкая светло серая тумба красноречиво свидетельствовала о своем предназначении.

Для полного соответствия образу оставалось только украсить жертву шелком и драгоценностями. Но как раз с этим заморачиваться не стали. Как есть в засаленных одеждах и далеко не первой свежести ее прикрутили к холодной столешнице.

Сердце кувыркались в груди, как сумасшедший акробат над пропастью. Зал перед глазами плыл и качался, не давая рассмотреть сосредоточенные лица магистров. Семь сильных магов. Преданных до фанатизма собственному делу. Они что-то говорили ей о попранном долге и возможности искупить свою ошибку, но слова долетали до ушей через раз. Это было еще хуже чем при последнем испытании.

Тогда она точно знала, что уж жизнь то ей оставят. Лишат ли памяти или потребуют служить в Убежище до кончины — не важно, главное — позволят жить. А сейчас она была в этом до отвратительного не уверена.

И все же… как бы ни был не бился в припадке инстинкт самосохранения, но захлестнувшая разум паника не смогла выбить мыслей о Алексе. Вопреки всему они множились пропорционально учащающейся дрожи. Первая встреча. Совсем маленький Алекс наперевес с мячиком. В почти белых всклоченных волосах запутался жухлый листик, чумазая мордашка, а у нее тепло-тепло в груди и странно. Первая встреча в гильдии. Март тянет ей обратно рекомендательное письмо от Конклава, а он зашел по вопросу организации вступительных проб. Нет, ее не обожгло старой обидой и не захотелось вдруг швырнуть в него стоящей на столе чернильнице. Она даже почти не удивилась. В том числе и когда Алекс назвал Марта отцом. Просто опять вернулось то давно забытое, и как ей казалось изжитое чувство. Странное трепыхание в груди. Но теперь болезненное и холодное.

Их разговоры и их ссоры. Прикосновения и взгляды. Разделяющие и сближающие моменты… Только эти воспоминания удержали измученное сознание от срыва в бездну паники, когда тьма и тени выползли из-за гобеленов и дымными нитями потянулись к ней. Закружились, затрепетали перед алтарем и под мерные строки заклинания вдруг уплотнились, складываясь в, до ужаса, знакомую фигуру.

Абсолютно черные, без белков, глаза. Треснувший в безумной ухмылке рот. Как бешенное животное Шиар громко потянул носом и оскалился, полностью обнажая острый ряд зубов. Тьма в его глазах вздыбилась, заструилась по коже изломанной сеткой вен. Потянулась к ней черными нитями, через глазные яблоки вгрызаясь прямо в мозг и… Кажется она закричала. Взахлеб, до кровоточащих голосовых связок и ободранного горла и множество голосов закричало вместе с ней. Реальность закрутилась каруселью, сворачиваясь в дрожащую, черную воронку, опрокинулась с ног на голову и Лера рухнула с огромной высоты прямиком в узкий колодец без дна. Только слезы из глаз и шум в ушах, среди которого последней насмешкой судьбы ей на секунду почудился самый любимый и родной в мире голос, иступлено кричащий ее имя. А потом наступило Ничто.

Глава 37

Хлеб. Это определенно был он. Мягкий, как перинка, и пахнущий пряными травами. Слюна затопила рот до отказа. Лера едва слышно застонала и попыталась приподнять голову хотя бы для того, чтобы не захлебнуться. А где голова, там и остальное. Потихоньку полегоньку ей удалось принять вертикальное положение. А заодно убедиться, что она, по крайней мере, существует. Или же мертвецы тоже подвержены головной боли и боли вообще.

Но разлепив на мгновенье глаза, Лера быстренько захлопнула их обратно. Все. Приехали. Пора примерять рубашку с длинными рукавами. Потому что или она свихнулась или… свихнулась. Ей не приходилось видеть, на что похоже жизнь после смерти, но Лера готова поклясться, что точно не на… это!

Но не щипки за руку не вытертые до рези глаза, не изменили окружающий пейзаж. Бескрайние поля хлеба… Солнечные лужайки огромных пластов сыра, и нежно розовые валуны ветчины. Гирлянды сосисок на скрученных из колбасы деревьях, а под ними гигантские раковины, забитые россыпью съедобных морских даров. Пяточки огромных, как мельничные жернова пирогов и тортов… Еда была повсюду!

Лера потеряла ноющие виски. На всякий случай еще раз пощипала руку и, решившись, подковырнула крохотный кусок хлебной перины и бросила на язык.

— …!

Крепкое словцо растворилось в наполненном аппетитными запахами воздухе. Точно хлеб! Треклятый демонов хлеб, вкусный до желудочных колик! Пальцы жадно ухватили полную горсть лакомства, но Лера вовремя одумалась. Не сейчас! Отрадно, что смерть от голода ей не грозит, но проблем от этого меньше не становилось.

Кое-как поднявшись на ноги, она похромала вперед. Нужно осмотреться. И, еще не понятно как, но выбраться отсюда! Провести остаток своих дней в этом раю для чревоугодников ей не улыбалось. Потому что от этого места мурашки по коже, и до одури хочется видеть в небе солнце, а не апельсиноподобное нечто, но главное — Алекс… Ох, ее Алекс… Лера закусила губу и ускорила шаг. Но боль в лодыжке была сущей мелочью по сравнению с той, что намертво засела в сердце.

— Лера-а-а!!!

Громкий крик толкнул в спину и нога все-таки подломилась. Ей бы бросится вперед. Прыжками, на четвереньках, ползком, да хоть как-нибудь! Но она неловко осела на задницу, и только до боли заломила пальцы, наблюдая, как с каждой секундой к ней приближается самый горячо желанный мираж во Вселенной.

Голос пропал вместе с душевными и физическими силами. Даже руку протянуть — слишком трудно. И страшно. Потому что исчезнет. Растает. Пропадет. Оставив ей агонию одиночества и отчаянья.

— Лера, Лера! Девочка моя!

Рывок, и ее распластали на мужской груди. В нос ударил запах крови и подпаленной ткани. И его собственный. Родной и бесконечно любимый.

— А-А-Алекс… Алекс! Ты! Ты! Здесь…

Малышка что-то залепетала. Вцепилась в плечи, мяла изодранную в хлам форму, а он никак не мог поверить — нашел! Прогулялся по бритвенной острой кромке безумия, но отыскал ту, ради которой готов был шагнуть за край и вернуться обратно.

— Это правда ты, правда?

Горячие ладошки гладили по щекам. А его вдруг прошило абсолютно бредовой мыслью, что отросшая за несколько дней щетина может быть ей неприятна.

— Правда, я, — два осторожных поцелуя точно в центр чуть огрубевших от тренировок, но все равно таких нежных ладоней, — Правда.

Но следующая ее фраза убила наповал.

— Алекс, прости! Это я! Я виновата! Прости!

Женские слезы — не самое приятное зрелище, но когда видишь ненавистные капли текущие из любимых глаз… Сто процентное попадание во все болевые точки разом. И контрольный нож под ребро, аккурат в бешенное стучащее сердце. И хочется вылезти из кожи вон, голыми руками сорвать с небосклона все звезды, но только бы заменить горечь на радость.

— Все хорошо малыш, Ну что ты, — бормотал в перерывах между краткими поцелуями побледневшего личика, — все хорошо.

— Не хорошо! Нет, не хорошо! Что это было? Магия? Артефакт? Или все-таки…, - и опять это недоверие в глазах. Неискоренимое и живучее, как сорняк. Да он сыт им по горло!

— Зелье!

Малышка в его рукав вздрогнула. И отшатнулась бы, но он не позволил. Сжал до писка, впиваясь в нее пальцами и взглядом.

— Это было зелье, — уже спокойней, без рыка и обвинений, — Приворот. Сильный, но обратимый.

К счастью. И, уже зная, о чем она подумает в следующую секунду, добавил:

— Ничего не было.

Глаза Леры виновато забегали.

— Я могла бы догадаться…,- почти шепотом. Ну как нашкодивший ребенок, видят Боги.

— А я мог бы защитить, — парировал Алекс, но его упрямица опять покачала головой.

— Это невозможно. Но то, что ты сейчас здесь… Как?

Он уложился в несколько фраз. Ни одной лишней буквы не было добавлено сверху. Потому что ей не к чему знать, как долго и опасно они ползли по непреступным скалам. Как чуть не задохнулись в обваливающейся шахте и почти заработали букет проклятий, нарвавшись на запутанный клубок мощнейших заклинаний. Но все равно опоздали. Чудом прорвались в зал, чтобы увидеть торжественные мины семерых сморчков и окутанную тьмой фигуру Шиара. А еще ее. Извивающуюся и кричащую. Он слабо помнил, как сорвался к ней. Не слушая ни криков отца, ни тем более Мастера. Активировав всю защиту разом, безжалостно вычерпал ее до дна, с легкостью отдавая на растерзание наисложнейшие артефакты и заклятия. Не оставил ни крошки, покупая билет в один конец. И ведь почти сумел. Но безумец оказался быстрее. Молниеносный поворот головы и Алекс рухнул в черную бездну его глаз.

И все вокруг перестало существовать. Алекс барахтался в непроглядной мути, не соображая где верх, а где низ. Одна часть рассудка билась в истерике, захлебываясь ураганом напирающих вопросов, а другая цепко держалась за одну единственно важную мысль. Найти. Сдохнуть, но зацепиться за хоть какой-нибудь ориентир, потому что внутри несгибаемым стержнем засела железобетонная уверенность — она недалеко. Где-то совсем рядом, в нескольких шагах. Только бы понять, как и куда их сделать.

Злость на собственное бессилие росла пропорционально раздирающему на части желанию отыскать свою пропажу и вцепиться в нее мертвой хваткой. Вытащить отсюда, унести прочь и никогда больше не выпускать из рук. И когда он уже готов был рычать от невозможности получить желаемое, когда перед глазами задрожало алое марево подступающего сумасшествия, реальность в очередной раз сделала кувырок, и он ощутил себя тут. В этом долбанном пряничном мирке.

Затихнув в его объятьях, Лера сосредоточенно обдумывала сказанные слова. А ему до дрожи в пальцах хотелось найти ту тварь, из-за которой его девочка поджимает ножку, как раненая птичка. Найти и добротно переломать ему обе ходилки. Так, чтобы не один целитель не помог.

— Надо бы осмотреться, может…

Окончание фразы растворилось в воздухе, Она и пикнуть не успела, как перед носом оказалась мужская спина. Алекс в полголоса ругнулся, и выхватил из ножен оружие. До демонов хреновое открытие — отсутствие возможности воспользоваться магией.

Ей не кричали надрывное «Беги». Алекс не мог не заметить ее балансировок на одной ноге, да и куда бежать-то? Загородить собой — максимум и Лера бы поступила так же, если бы оказалась быстрее. Теперь же оставалось пытаться разглядеть причину его беспокойства, под выцеженные сквозь зубы обещания связать и выпороть. И когда ей удалось это сделать…

Широкая спина перед ней превратилась в непробиваемый гранит. Алекс опять зашипела ругательства. А у нее резко ослабела здоровая нога. К ним приближался Шиар.

Глава 38

До отвращения знакома хламида, идеальное в гармонии мужественности и миловидности лицо. Глаза, правда, вроде нормальные. И еще руки почему-то выставлены ладонями вперед. Но кого интересуют эти мелочи, когда воплощение самого безумия и мрака движется на них. Семенит мелким шагом и что-то приговаривает.

Грохот взбесившегося сердца заполнил мир жуткой барабанной дробью. Они беззащитны. Нет магии, нет нормального оружия и вдобавок ко всему она, хромоногая обуза. Но внутри уже закипала волна отчаянного упрямства. Сильного, вбитого в подсознание годами изматывающих тренировок, и отшлифованного моральным давлением.

Пальцы сжались в крепкие кулаки. Тело рефлекторно приняло боевую стойку, и бешеная доза адреналина разнесла в пух и прах вспыхнувшую в ноге боль. Вывернувшись из-под живого щита, она сама шагнула вперед, прикрытая лишь собственным желанием выгадать Алексу хоть секунду лишнего времени.

— Я не причиню вреда!

Короткая фраза как команда к атаке, швырнула ее вперед. Но здравый смысл очнулся мгновением позже. Ровно с крепкой рукой, что ловко и быстро перехватила ее под локоть. Лера дернулись, но не более. В голове защелкали очевидные факты. Шиар не нападает. Шиар стоит, подняв руки в пораженческом жесте, и Шиар говорит! Последнее было особенно нереально. Рваный смех и шипение, это все что слышали от него немногие оставшиеся в живых.

Нахмурившийся Алекс попытался было опять запихнуть ее себе за спину. Еще чего! Ее стойкое сопротивление было отмечено убийственным взглядом.

— Я не причиню вреда, — вновь затянул шарманку маг, — Клянусь звездами, небом и всем что под ним. Да услышат мои слова духи трех миров.

Шок — лучший способ дезориентировать противников. Шиар проповедует древний культ шаманов северного полуострова Чакур?!

— Предки твои да услышат, — пробормотал она завершение ритуальной клятвы. Черные, но уже просто глаза Шиара вспыхнули огнем. Алекс что-то заворчал.

— Прекрасная маыс, — в порыве эмоций мужчина прижал руку к груди. А она испытала очередной шок. Шиар способен на чувства? — Боюсь, мои предки отвернулись от своего неразумного сына. И все же — вы здесь. И это значит, что мою ошибку можно исправить.

— Плевать на твои проблемы, — прорычал не впечатлений обходительностью Шиара Алекс, — Или ты выпускает нас отсюда или…

Широкое лезвие ножа угрожающе накренилось. Но вопреки ожидаемому эффекту, маг даже ступил вперед. Пристально взглянул предполагаемому палачу в глаза.

— В храбром сердце живет сильное чувство, — медленно, как будто для себя, — Я мог бы понять… Только оно дает столь прочную связь.

Опора под ногами дрогнула. Великолепно! Не хватало только землетрясения. Хлеботрясения. Шиар разом помрачнел.

— Времени мало. Но на часть вопросов я умею ответить.

Алекса мало волновал тот факт, что в эту секунду перед ними стояло самое опасное существо всех времен и народов. Или кто-то очень похожий на него. Так же как и их вполне человеческая беседа. У него были вопросы. Но только два.

— Что это за место и как отсюда выбраться?

— Это моя тюрьма, — скорость и твердость сказанных слов подтверждали их правдивость, — Плата за ошибку, совершенную в тяжелое для моего народа время.

— В каком смысле?

Нет, он ее точно выпорет! Вот как только они спасутся, так сразу перегнет через колено и… А на свидетелей плевать.

— Война, — кратко отозвался маг.

— Но полуостров часть Антанты. Последний конфликт там был как раз во время становления границ. Полторы тысячи…, - Лера запнулась.

Мертвенная бледность прировняла лощеную морду к гипсовой маске. Лишь чудом мужчина остался стоять на ногах, но это усилие стоило ему вздувшихся вен на висках и крупных капель пота.

— Полторы? Не может быть…

На секунду Алекс почувствовал острый укол жалости. Но это быстро прошло. На вторую, самую важную часть вопроса маг так и не ответил.

— Так долго, невообразимо, немыслимо…, - но, оборвав самого себя, Шиар вдруг замолк. Несколько глубоких вдохов и его речь прекратила походить на лепетание. Только стиснутые до белых костяшек пальцы и все еще бледное лицо, выдавало глубину испытанного им потрясения.

— Первые скверные вести, — кривая улыбка-оскал исказила его лицо, — Я догадывался, но не хотел верить. Впрочем, не важно. Нет, должно быть, ваша Антанта уже потом поглотила ослабленную страну. Наш полуостров подвергся нападению соседей с запада. Вероломному и беспощадному. Мой город первым принял на себя удар. Его держали в осаде. Долго.

Хлебное плато вновь задолжало. На этот раз сильнее. Все, с него хватит! Алекс угрожающе двинулся вперед.

— Мы голодали, — поспешно воскликнул Шиар, — Моя семья, маленький сын и жена, умирали от голода! Я не мог видеть их страдания. Эти тонкие, почти прозрачные ручки, и синие змейки вен… Под конец ребенок уже не плакал, и почти не приходил в себя. И моя любимая тоже… Я искал любые способы добыть пищу, брался за всякую работу, но нас таких были тысячи и тысячи. Стены города не пускали врагов, а они в свою очередь караваны с провизией. И однажды, когда отчаянье было слишком глубоко, когда мой сын отказался принимать даже воду, я решился на страшный шаг. Духи дали мне способность творить миражи, но сотворить плод и мясо из воздуха я не мог. Зато имел доступ к книгам, которые помогли бы вызвать демона и заключить сделку.

— Бред, — рыкнул Алекс. Для подобных сущностей переход в этот мир был закрыт. По легенде запечатан Богами, а на деле они вряд ли существовали вообще. Но мужчина печально опустил голову.

— Если бы оно было так. Но когда те, кто дорог тебе больше жизни, вот-вот отправятся к предкам… Ритуал был до смешного прост. И сложен. Все эти обряды и загадки, головоломки и заклинания были просто мишурой для отвода глаз. Одна фраза на древнем языке, несколько символов собственной кровью на обычном алтаре в любом храме, и чистейшее, искреннее желание просить не за себя, но за другого. Он явился ко мне. Соткался из воздуха, темный и похожий на меняющее форму облако. Не имея рта, говорил прямо у меня в голове, смотрел без глаз, но не на лицо, а точно в центр души. И сказал, что понимает меня. Что знает о голоде все и намного больше, потому что тоже голодал.

Вот тут Алекс почувствовал нарастающий озноб. Демон имел ввиду совсем не пищу.

— Я не должен был его вызывать, — обреченный голос упал до хриплого шепота, — но осознал это слишком поздно. Демоны всегда хитрее. И ослабленный, трясущийся за семью шаман им не соперник.

Очередное дрожание под ногами и небосклон над головой стал стремительно выцветать. Апельсиновое солнце покрылось пятнами, а облака из пастилы расползались белесыми каплями. Речь Шиара ускорила темп.

— Договор был заключен. Но опробовать дарованное всесилие я не успел. Как и не успел увидеть моих…, - дрожащей рукой мужчина прикрыл глаза, с силой провел вниз, стирая пот и выражение боли, — временное пользование телом слишком пространное условие для того, в чьем мире понятия времени совсем иное. А мой запрет на причинение вреда живым — всего лишь слова, ведь демон, управляя телом, использовал дарованные мне силы, но не свои собственные. Вы не первые, появившиеся тут. Восемь человек…

— Восемь до меня. Те, что успели, — пробормотал Лера.

К счастью Шиара не стал требовать подробностей. Или понял, что за время его заточения, люди не сидели без дела, либо верно истолковал выражение его лица, которое мрачнело так же стремительно, как пейзаж вокруг.

— Я их чувствовал, спешил встретить, в отчаянной надежде найти выход, но они не хотели слушать моих слов. Путь сюда сквозь, я полагаю, кокон чужеродной силы, тяжелое испытание. Не каждый рассудок способен это вынести. Они кричали про убийства, проклинали меня и исступленно нападали снова и снова, а потом…

Следующий толчок был такой силы, что Лера уцепилась за его куртку в поисках равновесия. И тут же вскрикнула.

— Алекс! Я исчезаю!

Полупрозрачные пальцы выцветали от кончиков и выше. И то же происходило с ним. Хватит! Время исповеди вышло!

— Все-все! — поспешил воскликнуть Шиара. В отличие от них с Лерой маг оставался вполне материальным, — У меня есть мысль, как выбраться отсюда! Причиной заключения договора была моя любовь к собственной семье и такой же сильный страх ее потерять. Думаю, именно последнее чувство привлекло тварь. В моменты своего бодрствования, и как я полагаю активности демона, я размышлял над тем, что может быть его слабым местом. И, увидев вас, могу почти наверняка утверждать, что сильнейшая эмоциональная привязка поможет устоять против чужой воли.

— Почти наверняка?! — взвился Алекс.

— Увы, я не могу сказать точно! — Шиара нервов косился на Леру, тоже заметив, что она исчезает гораздо быстрее, — Сейчас демон пытается поглотить вас так же, как остальных. Я не знаю, с чем придется столкнуться, когда вас выкинет обратно, но и здесь вы оказались не просто так. Он просто не сумел справиться с вами за один раз, и теперь попытается снова. Но если путь отсюда будет найден, то образуется свое рода брешь, которой смогу воспользоваться и я. А без меня демон не сможет существовать. Ведь только поэтому он поместил меня сюда. В это безумное место, созданное по его воле.

Сжимающие его куртку пальчики пропали. Лера беззвучно охнула, голос исчезал вместе с ней.

— Держитесь друг за друга! — крик полный отчаянья и надежды доносился как сквозь вату. Алекс вдруг почувствовал, что его, как котенка за шкирку тянет куда-то вверх, прямиком к черной бездне, разрастающейся вместо апельсинового солнца, — Не давайте ему шанса разделить вас! Вы должны…

Он так и не услышал последних слов, что кричал ему бледный, взбудораженный мужчина. Безумный мир растворился в уже знакомом бесконечном мареве. Его закружило, понесло вперед как пищику бурным селевым потоком. Волны паники от дезориентации и собственного бессилия захлестнули с головой, и он бы непременно захлебнулся, если бы не мысли о Лере. С упорством матерого осла он снова и снова возвращался к ним. Держал так крепко, как только мог. И, через демонову прорву времени, а может короткую секунду, муть вокруг его опять начала светлеть. И его снова вышвырнуло куда-то. Каменные плиты были не такими мягкими, как хлебное плато, но Алексу было плевать.

— Лера-а-а…, - стон, переходящий в сип острым когтем подрезал голосовые связки. Бесконечная пустота вокруг не исчезла, она оказалась внутри. Вместо вырванного на живую сердца.

Глава 39

— Алекс…, - треснувшие до живого мяса губы искривились в болезненном оскале. Крупные багровые капли медленно сочились из носа и глаз. Стекали по впалым щекам и тонкой шее. Пропадали в ткани, прилипшей к изможденному телу майки.

Не помня себя, Алекс бросился вперед, к лежащей ничком девушке. Руки ходили ходуном, когда он пытался как можно бережней приподнять истерзанное тело. Перед глазами все качалось и плыло. Кажется, они очутились в том зале, где проходил ритуал. Но ни отца, ни магистров… Да и плевать на них! Раненая девочка в его объятиях — это и только это было важнее всего.

— Малыш, что произошло… Как же так…

Но стоило коснуться ее торса, как его жалкое бормотание застряло в горле. Под оглушительный грохот сердца Алекс посмотрел на собственные пальцы. Мокрые. Красные. Осторожно подцепив край черной майки, он потянул ее вверх. И с каждым ударом сердца, ему было все труднее делать вдох. Синее месиво из ран и кровоподтеков. Срезанные пласты кожи.

— Боги…

Наспех ощупав ременную перевязь, Алекс подавился стоном отчаянья. Отсеки для целебных зелий были пусты.

— Помоги мне… Помоги, — тонкие, сбитые в кровь пальчики отчаянно цеплялись за майку. А его, как огненной плетью поперек хребта. Чем помочь?

— Потерпи, малыш. Сейчас, сейчас.

Алекс лихорадочно оглядывался кругом и, демон его раздери, никак не мог сообразить, куда ее нести и что делать. Абсолютно пустое помещение, и тишину нарушают лишь их рваные вздохи и треск факелов.

— Алекс…

Как зачарованный, он перевел взгляд на девушку.

— Я… я знаю. Нас учили. Нужно поделится жизненной… жизненной силой. Вот.

Кое-как нащупав его ладонь, Лера вложила в нее твердое. Эту рукоятку он знал лучше, чем свои пять пальцев. До последнего изгиба и шероховатости. Кончик его собственного охотничьего ножа описал дугу и уперся ровно в подвздошную область.

— Один надрез, — давясь кровавой слюной, прохрипела она, — И заклинание. Два слова «Тье Амина». Все.

Жгучая надежда прокатилась по венам потоком живительной силы. Всего один надрез! И пара слов, так мало!

— Это легко, — вторила скачущим мыслям девушка, — Ты обещал защитить. Помочь. Обещал!

Требовательная нотка резанула по ушам.

— Ты должен помочь, — тихий голос окутывал, лишал воли. Но в мягком облаке упрека ему чудился лезвие в сто крат опасней, чем то, что упиралось сейчас в грудь, — Ты не помог тогда, семнадцать лет назад, но сейчас можешь это исправить. Мне так больно…

Нож надавил сильнее. Но лишь чуть-чуть. Она ждала его шага. А он… Он непонятно почему медлил. Один надрез и короткое заклинание. Такая малость! Безделица. Его любимая права. Он бросил ее тогда. Поддался глупой детской провокации. Не защитил, а ведь должен… Он должен! Но это короткое слово горчило на языке хуже испортившегося эля. Назойливо скреблось под черепной коробкой, пока он смотрел в зеленые, полные нетерпеливого ожидания глаза. В которых не было боли. Ни одной, демоновой крошки боли!

Горячая волна крошечных молний прошила его снизу доверху. Скручивающей судорогой пронеслась по позвоночному столбу и взорвалась в голове ослепляющей вспышкой белого пламени. Выжгла фаерболом раздутое до невероятных размеров желание помочь любым способом, и разорвало в клочья застилающую разум пелену самобичевания.

Одним слитным движением он вскочил на ноги и с силой отшвырнул нож в сторону. Звон железа и рассерженное шипение слились в один нарастающий гул. Лера взвилась в воздух с неподобающей для раненого прытью, и зелень глаз мгновенно затопило чернотой.

— Пошел в …! — рыкнул Алекс.

Демон оскалился. Тонкую фигуру окутало тьмой, и вместо девушки перед ним разросся бесформенный сгусток мрака. Жуткая тварь молниеносно бросилась вперед и в тот же миг под Алексом разверзлась бездна.

* * *

Полет с кровати был не долгим, а приземление болезненным. Уткнувшись лбом в ковер, Лера тихонько застонала. Опять кошмар… Впрочем, кошмаром это назвать было трудно. Ей снилось…. Снилось… Приняв вертикальное положение Лера как следует протерла глаза. Еще недавно свежие воспоминания стремительно тускнели, и единственное, в чем она была уверена — сон был не из приятных. Однако расцарапанных рук она не наблюдала, да и горло не першило от криков. Может, все же не кошмар, а просто дурное сновидение? В конце концов, каждый человек проходил через подобное. Наверное.

Лера осторожно потеряла ноющее бедро и огляделась. Когда они успели переместиться в комнату? Помнится, их вечер закончился перед камином в гостиной. Хотя не удивительно. Однажды она задремала в ванной. Так ее не то, что умудрились вытянуть не разбудив, так еще и полотенцем обсушили.

Вновь осмотревшись, она пришла к закономерному выводу, что Алекс уже встал. Вторая половина кровати пустовала. Опять решил побаловать ее завтраком в постель?

Вспомнив его первые блинчики, в которых сахара было больше чем муки, Лера мечтательно улыбнулась. Конечно, она их съела. До крошки. И у нее не слиплось, хотя шансы были очень и очень приличные. Зато ее новоиспеченный шеф повар сиял как пригоршня золотых. С той поры ей через раз доводилось пробовать результаты кулинарных потуг Алекса. Постепенно шЫдевры меняли букву «Ы» на «Е». Алекс был весьма прилежен, а она терпелива.

Лера против воли принюхалась. Горелым вроде не пахло. Значит или бутерброды или омлет. Уже очень недурной кстати и почти пышный.

Бесшумно вскочив на ноги, она схватила первую подвернувшуюся под руку майку. Ходить в неглиже по дому она еще не наловчилась. Хотя Алекс на это неоднократно намекал. И даже подарил несколько комплектов белья, которые и под одежду то было надевать совестно. Первое время.

Майка сползала на одно плечо, зато размер был как раз до середины бедра. И запах… Лера глубоко вздохнула забранную в горсть ткань. В животе проснулась огненная стайка бабочек. Запах Алекса был просто фантастически шикарным. Хоть стони от счастья и виляй хвостом, как учуявшая свою половинку оборотница.

Лера облизнула пересохшие губы и решительно направилась к двери.

Алекс, и правда, оказался на кухне. Вот только не около плиты, а за столом. Развалившись на стуле, он попивал эль и его взгляд… Пол под ногами вдруг превратился в холодное крошево острых льдин. Волна озноба пробежалась по телу и вонзила острые когти глубоко в сердце.

— Уже проснулась? Славненько…

Его губы на мгновение искривились в надменной ухмылке.

— Алекс? — голос предательски дрогнул. Она видела его разного. Злого, довольного, озадаченного… Но такого холодного и отстраненного — никогда.

— Утром я получил письмо.

Достав из кармана смятый листок, он шлепнул его на стол. И отдернул руку с таким выражением, будто прикоснулся к величайшей мерзости на свете.

— Ты хотя бы получше пряталась, любимая.

Буквы скакали и прыгали, но кое-как ей удалось слепить из них слова. Любовное послание. От какого-то Марка. Мозги ворочались и скрипели, как рассохшееся колесо телеги. Марк, Марк… Рысь, что ли?! Но причем здесь он?

Пока она невидящим взглядом пялилась на узкую полоску бумаги, Алекс вскочил на ноги. Стакан с элем качнулся и полетел на пол. Холодные брызги окатили ступни, но она даже не вздрогнула. Как утопающий отчаянно ищет точку опоры, точно так же она искала в его взгляде понимание. И не находила.

— Это…. Это ложь! Я никогда…

— Захотела организовать себе запасной выход да, малыш?! — крепкие пальцы сжали подбородок, — Или решила, что одного в постели тебе уже мало?! Что ты там плела про эксперименты, а? Поэкспериментировать захотелось?!

От промелькнувших перед глазами картин желудок связался в морской узел.

— Не-е-ет… Нет!

— Нет, значит? — процедил свозь зубы Алекс, — Хорошо же…

Пальцы пропали, но ее облегченный вздох был преждевременным.

— Говоришь — ничего не было? Брехня! Меня устроит только клятва.

На протянутый ей нож она смотрела как на благодать Семи Богов. Костяная рукоятка и широкое лезвие. Алекс предлагал ей не какой-нибудь кухонный тесак, а собственное оружие.

— Один надрез и простая клятва. Тье Амина. И если ты не врешь, то кровь будет обычного цвета.

Боль в рассеянном запястье она даже не почувствовала.

— Тье Ам…

Каким чудом ей удалось захлопнуть рот прежде, чем его покинул последний звук, Лера не поняла. Так же как и кому из Богов возносить хвалы за вовремя поднятый взгляд. А может все семь божественных рук отвесили ей добротных затрещин? Тогда она бы попросила повторить. Потому что даже слепой мог заметить ту жажду, что клубилась на самом донышке серебристых глаз. Жадную, багрово-черную. Липкую и мерзкую, как старая свернувшаяся кровь.

Нож выпал из ослабевших пальцев. Резкий шаг назад, но спина уперлась в твердую поверхность, ровно там, где раньше была дверь.

— Сгинь!

Выплюнула в исказившееся злобой лицо. Демон зашипел. Хлопок и мир посыпался осколками разноцветных стекол. А иномирная тварь, растеряв человеческие очертания, бросилась к ней и утопила в ненавистном омуте без дна и берегов.

И опять это хаотичное мельтешение перед глазами. Отвратительное ощущение полной дезориентации. Но как бы не орал от паники перегруженный событиями рассудок, кроме безответного страха в ней росла такая же безответная потребность найти Алекса. Прикоснутся хотя бы на мгновение, а потом хоть полыхай все огнем.

Руки слепо шарили вокруг. И если бы в этом Ничто можно было издавать звуки то Лера бы непременно вскрикнула, когда ее пальцев коснулись другие. Крепкие и горячие.

Легкое прикосновение мгновенно трансформировалось в крепкий захват. Бездна обрела ориентиры и они понеслись вниз. В ушах завыл ветер. Но крепкие объятия были лучшей страховкой и защитой.

Белесый туман под ними обрел плотность. Не смотря на скорость падения, приземление было безболезненным. В отличие от тисков, в которых она оказалась, стоило слегка прийти в себя.

Внимательный, полный недоверия и надежды взгляд пробрался до самых костей. Лера ответила не меньшим вниманием.

— Моя, — выдохнул Алекс.

Приглушенный поиск и барахтанье его малышки были благополучно незамеченным. Ему просто жизненно необходимо было удостовериться, что это не очередной обман.

Но радость встречи была не долгой. Темное марево перед ними начало густеть. Собираться в дрожащую не имеющую четких очертаний кляксу. Голову наполнил визгливый шепот, тысячи тысяч голосов сплетались в одно, настолько мерзкое и неправдоподобное, что еще немного и барабанные перепонки взорвались бы от перегрузки.

— Отдай, — как ржавым лезвием по стеклу, — Отдай!!!

Лера затрясла головой. Вцепилась в него мертвой хваткой и даже попыталась заслонить. Глупая. Его девочка слышала тоже, что и он.

«Нет»

Демон услышал. Студенистая масса заволновалась. Плюнула в них сгустками непроглядного мрака, но они растворились, не успев достигнуть цели. Алекс всей кожей ощущал его ярость. И бессилие. Демон мог сколько угодно беситься и ором кипятить ему мозг, но на этом его силы заканчивались.

Бесстрашно глядя на обрастающую щупальцами и воронками кляксу, Алекс сжимал в своих руках самое важное, и разделить их не могли бы даже все семеро Богов.

— Он слабеет, — пробормотала вдруг Лера, — Я чувствую.

И правота ее слов была подтверждена быстрее, чем он представлял. Непроглядная тьма вдруг стала покрываться серыми хлопьями. Щупальца засыхали в тонкие нити, трусливо втягивались обратно и визжащие голоса слабели, переходя в протяжные, наполненные мукой стоны.

Но вместо жалости он испытывал лишь огромное желание никогда больше не видеть этой мерзости. Чтобы не только мир, но и они могли вздохнуть спокойно.

С каждым мигом демон ослабевал все больше. Черные хлопья сажи отрывались от мелко вздрагивающего тела. Истончались, растворялись в воздухе, обнажая так хорошо знакомую фигуру. Застывшие руки пленника дрогнули. Ломаным движением он коснулся лица, сбрасывая клочья мрака. Блуждающий взгляд запнулся о них и маг шумно вздохнул

— Получилось, — не то восторг не то вопрос. Робкий, но со стальным зерном уверенности внутри, — У Вас получилось!

Глава 40

Белесый туман колыхался и плыл под ногами. Деликатно обвивался вокруг ног, намекая на то, что это странное не имеющее четких границ место точно не для них. Маг ошарашенно крутил головой. Все еще не мог поверить, что они вышли победителями из самого необычного сражения которой только можно вообразить.

— Как у вас получилось? Что произошло?

Лера передернула плечом. Кратко, уложившись в несколько слов описала произошедшее с ней. Мираж миражом, а вот рана на запястье никуда не делась. Алекс был весьма недоволен. Судя по нахмуренным бровям и желвакам на скулах, в данный момент он выбирал не слишком матерный вариант воспитательных бесед. Мужчина задумчиво пожевал губу, бросая на них нечитабельный взгляды.

— Фраза, которую требовал демон, начинались со слова «Тье»?

Лера осторожно кивнула.

— Отдаю, — перевел мужчина, — Второе значит энергия или жизнь. Это древний язык моих предков. Так звучала и моя клятва.

Логично. Вряд ли демону нужны были ее ботинки.

— Все это замечательно, — вступил в их беседу Алекс, — но на вторую часть вопроса я все еще жду ответ. Как отсюда выбраться?

На ее возмущенную мину внимания он конечно не обратил. Любопытство было Алексу чуждо, особенно в таких вот ситуациях. Маг поспешил их успокоить.

— Теперь все просто. Демон изгнан. Или уничтожен. Я не могу утверждать… Не важно. Он исчез и в моих силах вернуть вашу энергию обратно в тела.

— Можешь себя не сдерживать.

Не слишком вежливо, но ему действительно до жути надоело это дикое место. Но Лера как всегда поспешила сунуть свой милый носик куда не просят.

— Подожди! Я хочу знать, почему он нас не тронул? И как получилось, что мы тут оказались вдвоем, а не я одна? Почему?

А еще Алекса невероятно сильно раздражала вот эта гаденькая ласковая улыбочка, адресованная его девушке!

— Все просто, отважная маыс. Ваша связь прочна, как серебряные цепи, что держат под небом наш мир. Любовь, вот слабость того, кто алчет зла. Как я и надеялся, она связала и укрыла вас нерушимым щитом.

Щечки Леры вспыхнули, но девочка сильнее перехватила его за пояс.

— Будто мало было тех, кто испытывал подобное среди…

— Среди его жертв, — помог мужчина, — Не мало. Но сколько среди них подобно тебе и мне умели творить миражи? И сколько были подвергнуты… ритуалу? Заклятью? Что сумели найти люди в попытке остановить демона?

— Это целая подготовка, — поежилась Лера, и тут же насторожились, — Я не говорила о том, что владею магией иллюзии!

— Без этого ты бы не сумела проникнуть в мою тюрьму. Наши силы одинаковы и тянутся друг к другу. А за тобой прошел и твой мужчина.

— И этот мужчина хочет повторить путь в обратном направлении, — не сдержался Алекс, — Лера, не известно, что сейчас происходит с нами там, — неопределенный кивок вверх, — пора возвращаться.

— Твоя тревога напрасна. Тут нет времени и в вашем мире не прошло и крупицы мгновения. Но прежде чем вы вернетесь, я бы просил о последней милости.

Маг поднял ладонь и в ее центре заклубился рой мельчайших, как пыльца феи, искорок.

— Этим я не искуплю того зла, что было допущено, не с умыслом, но лишь по глупости, продиктованной отчаяньем. И все же. Мое тело не перенесет исчезновения демона. Властвуя над временем, он не давал ему стареть. Теперь же все прошедшие года обрушатся сверху беспощадной лавиной. Смерть меня не страшит. Я тысячу раз заслужил ее. Однако же моя энергия, то, что отмеряли мне предки, сохранилась. И благодаря своим умениям, я могу собрать ее и передать вам. Подпитать ваши жизни, распределив поровну или же вернуть под это небо одного ушедшего. Лишь волос, кость или обрезок ногтя — вот что понадобится для воскрешения.

Короткий обмен взглядами и решение было принято единогласно.

— Мы выбираем второе.

Похоже, мужчина насчитывал именно на этот ответ.

— Мне нужно временное хранилище. Вещь из кости или камня.

Не думая, Лера вытащила из-под майки амулет. Тот самый, что она однажды купила в лавке артефактов. С камнем сердца. Магистры сочли его безделушкой. Впрочем, он ею и был. Маг оживился.

— Алтыыр. Оберег всех, кто нашел свою половину. А вторая часть?

Алекс не без затаенной гордости продемонстрировал свой. А заодно сделал парочку мысленных заметок. Первая касалась одной трусливой, но очень любимой малышки и ее недомолвок по поводу истинного значения амулета, а другая предполагала срочное восполнение пробелов в собственных знаниях. Отец не раз капал ему на мозги необходимостью пройти высшие магические курсы. Что ж, он был прав.

Тем временем маг повел рукой. Камни амулетов вспыхнули и поменяли цвет на молочно-белый.

— Когда придет время, просто соедините их. Повинуясь свей природе, они сольются в одно. А после растолките камень в чаше, где уже находится часть от тела усопшего.

Отступив от них на шаг, мужчина развел руки в стороны и шепнул несколько фраз. Туман под их ногами заволновался. Пришел в движение, уверенно карабкаясь все выше и выше по ногам.

— Не умею прощаться, — голос мужчины надломился, — Берегите себя. И… Мое имя — Нуолан. Нуолан из рода Омек. Не Шиар.

Фигура в темном балахоне поблекла и растворилась в белесом мареве. Алекс сильнее сжал льнущую к нему девушку. Бережно, как пушинку, туман подхвати их и понес куда-то вверх. Пришло время разбираться с теми, по чьей милости они очутились тут.

Глава 41

Алекс смотрел на так хорошо знакомую ему дверь и испытывал странное чувство нереальности происходящего. Наверное, из-за того, что последние недели так привык жить в режиме крайнего нервного напряжения, что теперь никак не мог заставить себя выдохнуть.

Маг Нуолан не лгал, утверждая, что в реальном мире время осталось стоять на месте. Он пришел в себя ровно в тот момент, с которого перестал воспринимать реальность. И сразу же их чудесное возвращение было встречено лязгом оружия и шипением магии. Которое, впрочем, скоро и закончилось, потому что демон, вернее оболочка, являющаяся его сосудом, изволила с тихим хлопком рассыпаться в прах. Только череп, как гнилой желтый орех стукнул о пол и раскололся на несколько частей.

Проверять, споют ли им дифирамбы или добьют за компанию, Алекс конечно не собирался. Но без нормальных охранных заклятий и с хромающей девочкой наперевес, добраться до отца и активировать уже демонов телепорт был весьма сомнителен. Он, конечно, попытался, но… Что ж, дифирамбов слышать не довелось, но и казнить на месте их не стали. Вместо этого магистры, заинтригованные столь скоротечной кончиной Шиара, устроили им настоящий допрос с пристрастием. Прямо в том же зале.

Его первоначальное желание послать обнаглевших сморчков вслед за демоном, было остановлено мягким «Все нормально», и бережным пожатием в районе локтя. Алекс был категорически не согласен с данным утверждением, и даже потребовал клятвы о неприкосновенности, но добился лишь нечитабельных взглядов окруживших их магов, а еще повторного сжатия собственного локтя. На этот раз сильнее.

В итоге Лера выложила им все как на духу. Кроме одного. Амулеты были надежно спрятаны под их майками. Наверняка его девочка тоже чувствовала едва заметное тепло, исходящее от кулона. Но благоразумно не упомянула про последнюю просьбу Нуолан из рода Омек. И правильно. Не известно, какие мысли бродили под лысыми черепушками магистров. И кого бы они собрались оживить, заполучив в руки столь драгоценный дар. Судя по тому, как бережно собирался прах и осколки черепа бедного шамана, его вполне могли вернуть, для получения ценнейших сведений по вызову демонов.

Потом было пять изнурительных дней и ночей, сдобренных все теми же распроститься и обследованиями. Алекс чувствовал себя несчастной жабой, по злой судьбе попавшей в лапы к юным любителям медицины. Его вполне законное возмущение игнорировалось, а попытки продемонстрировать свое отношение к происходящему были пресечены мягким намеком, что их статус гостей может быть с легкостью изменен на более незавидный. Лера, как могла, старалась его успокоить. Мастер, который переметнулся обратно под тощее крылышко своего начальства, один раз обмолвился, что у Совета всегда существовала одна цель — уничтожение Шиара, то есть демона, а все остальное магистров не интересует. Поэтому если его и Леру сочтут неопасными, то можно смело использовать свиток и телепортироваться хоть к демону на рога.

Так оно и случилось. Свиток они конечно не использовали в целях экономии, но беспрепятственно покинули мрачные стены Убежища, едва только Совет торжественно объявил об их освобождении. Предварительно стребовав клятву на крови, подразумевающей молчание о произошедшем и об их организации в частности. Серьезная такая клятва. Еще ни разу ему не доводилось наблюдать за столь сложным и скрупулезно подготовленным ритуалом. А тем более в нем участвовать. И все же желание убраться отсюда было так велико, что он без заминки шагнул в центр пентаграммы и произнес заученные слова. Так же как отец. Мастер не изъявил желания присоединиться.

Путь назад был отмечен периодическими припадками мании преследования, но в целом прошел без проблем. По карте они добрались к ближайшей железнодорожной станции, а дальше поезд домчал их до столицы всего за каких-нибудь два дня.

Сразу по приезду отец отправился в Гильдию. О настоящей причине его отлучки знал только Совет и Травознавец. И то в общих чертах. А вот он, подхватив свою пропажу, свистнул маг-такси и дал указание следовать прямым курсом к дому.

И вот сейчас, стоя перед собственной дверью, он испытывал какой-то стопор. То ли запоздалая реакция на произошедшее, то ли демоны знает что.

Лера послушно переминались рядом. Молчала. Она вообще всю дорогу вела себя на редкость замкнуто. И даже почти не ела, чем вызывала дикое желание усадить на колени и кормить, как маленькую. С приговоркой про маму, папу и прочих родственников.

Как всегда, мысли о насущном привели в чувство. Еда в поезде была, мягко говоря, так себе. Лера наверняка голодна.

Сжав теплую ладошку крепче, он приложил ключ-камень к замку. Три шага, легкий хлопок двери и шумный выдох в пахнущую карамелью и медом макушку. Они дома!

Теперь он мог позволить себе все, что так хотел сделать. Вынужденно ограничивал себя в Убежище, не желая делать из их чувств развлечение для охраны, а по пути назад учитывал присутствие рядом отца и то смущение, что появлялось в любимых глазах, стоило прижать девочку к себе крепче.

Но теперь….

Мысли исчезли, когда нежные губки прижались к его собственным. Обвив его шею руками, Лера первая сделала шаг в чрезвычайно правильном направлении. Неожиданно и до сумасшествия приятно. Пожалуй, в медлительности порой бывает толк. Прижав своего найденыша к стенке, Алекс поспешил ответить.

Как и однажды, в самый первый и чудесный вечер, он целовал любимую в прихожей уже их общего дома. Но в этот раз нежно и медленно. И точно так же, подхватив на руки, отмерил пятнадцать ступеней вверх и несколько шагов до комнаты. Но сейчас не стремился поскорее избавить малышку от одежды. А просто лег рядом, целуя и трогая собственное отыскавшееся счастье. Каждым проглаживанием и прикосновением убеждаясь, что нет, это не сон. Они вместе. И так должно быть всегда.

— Алекс, — тихий шепот между поцелуями. Зеленые глаза потемнели, напитались страстью и желанием перейти от целомудренных ласк к более существенным. Она всегда загоралась в его руках потрясающе быстро. Чувственная и отзывчивая до помутнения рассудка. Болезненная пульсация в паху тянула покориться настойчивой просьбе. Дать себе и ей почувствовать реальность этого мира очень приятным способом. И у него была на этот счет идея.

— В ванну, малыш.

Хриплый, низкий голос вибрирующей волной пощекотал нервы. Это было то, что нужно. Ощутить крепкое, горячее тело под своими ладонями. Вцепится ногтями в напряженные плечи, и почувствовать его всего. Дыхание, вкус, движения… Чтобы толчками выбил из все еще тревожного сердца все сомнения и страхи, чтобы в капкане железных объятий найти ускользающее спокойствие. И убедить себя и его что все кончилось. Теперь действительно и бесповоротно.

Цепочка из одежды отметила их путь в ванную комнату. Кажется, они что-то свернули по пути. Не важно! Толкну ее под душ, Алекс двумя точными движениями врубил приятно горячую воду. Белые клубы пара заполнили помещение. Щекотные струйки побежали по телу, подхлестывая и без того невыносимое желание. Облизнула ноющие от поцелуев губы, Лера потянулась за новой лаской. Но у ее мужчины были другие планы. Резкий разворот на сто восемьдесят и рывок за бедра. Ладони встретились с темно синей плиткой стены. Чуть приподнявшись, Лера призывно выгнулась в пояснице. Сзади так сзади. Хоть как, только быстрее! И тем неожиданней был звонкий шлепок.

— Ай!

Повернуться ей не дали. Беспардонно перехватив ее за шею, Алекс для симметрии припечатал и другую ягодицу. Громко, обидно и… приятно.

— Еще хоть один раз ты выкинешь подобный фортель…,- шлепок и с прикушенных губ сорвался шумный вздох, — Найду и…

Шлеп! Ее стону вторило бессвязное ругательство.

— Выпорешь? — кое-как прохрипела Лера.

— Выдеру, — шепот в самое ухо послал вдоль позвоночника волну огненных мурашек, — Так, что передвигаться будешь от стенки до стенки…

Хлоп!

— … мелким шагом!

Она подавилась воздухом, когда межу ног толкнулось твердое. Крепкая хватка с шеи исчезла. Плавными движениями проникая внутрь, он покрывал поцелуями плечи и спину. Бесстыдно оглаживал бедра, снова и снова задевая чувствительный бугорок между растянутых складок, пощипывал грудь, невероятно точно зная как именно сжать пальцы, чтобы наслаждение было убийственно острым.

Нагло игнорируя ее требовательные всхлипы и постанывая, Алекс двигался медленно-медленно, приправляя сладкую пытку пикантными укусами-поцелуями. Нет, ей нельзя будет в ближайшем времени носить одежду с открытым горлом. О-о-ой, и плечами!

И когда выносить его ласки стало уже не возможно, когда она готова была вырваться из его объятий, чтобы перехватить инициативу, Алекс дал ей то, чего так отчаянно не хватало.

Несколько резких, глубоких толчков и мир расцвел искристыми пятнами. Сладкая дрожь зародилась внизу живота и пронеслась по телу сокрушающей лавиной. Ее протяжный вскрик, подхватил глухой мужской стон. Перехватив ее за бедра, Алекс впечатал себя в нее невозможно плотно, и быстрая пульсация твердой плоти растеклась внутри нее желанным теплом.

Распластанная на стене в совершенно развратной позе, Лера хватала ртом пропитанный паром и сексом воздух. Широко раздвинутые ноги дрожали и, если бы не Алекс, что по прежнему удерживал ее собой и на себе, лежать бы ей на дне ванной, и наблюдать качающийся во все стороны потолок.

— Как же я соскучился по твоим стонам, малыш…

Ласковый поцелуй в затылок заставил ее счастливо зажмуриться.

— А я по тебе… М-м-м…

Алекс качнулся назад, покидая ее тело. Опять разворот и ладони скользят не по холодному камню, а по горячему, но такому же твердому торсу и шее. Длинные растрепанные пряди липли к коже. Очень осторожно она освободила их от плена промокшей резинки и с наслаждением запустила пальцы в густую, шелковую массу.

Пока девочка так приятно играла с его волосами, Алекс тоже не терял времени даром. Любимый носик был поцеловал по крайней мере дюжину раз. Хотелось бы еще столько же, но время было переходить банным процедурам. Купание было как всегда пенным и горячим.

Лера откровенно дразнилась. Вымыть себя не дала, предпочитая сделать все самой. И как! Он едва сдерживался, глядя, как маленькие ладошки скользят по нежной коже. Мнут возбужденную грудь и ныряют между бедер. Туда, где наверняка уже все готово к повторению их близости.

В итоге малышка доигралась. Плюнув на желание дотерпеть до спальни, он снова прижал свою девочку к стенке, но на этот раз так, чтобы видеть ее глаза.

Кончили они одновременно, цепляясь друг за друга руками и взглядами. И только после этого он перенес обессилившую малышку на кровать.

— Я знаю, что нам делать с подарком, — вдруг тихо произнесла Лера, когда он уже было решил, что малышка задремала.

— И что же?

Этой темы они еще не касались. Одна жизнь. Огромный и вместе с тем такой же тяжелый выбор. Кому повезет? Кто достоин? И почему именно этот, а не другой? Множество вопросов и ни одного ответа.

— Твоя мама.

Горло перехватило сухим спазмом. Мама. Он гнал от себя эту мысль. Не считал себя вправе давать ей привилегию из-за родства, потому что знал — это ее разочарует. Она бы не захотела. Всегда была доброй и справедливой. Самой лучшей.

Лера поняла его смятение. Отыскала ладонь и некрепко сжала.

— Можно выбирать бесконечно. Всем хотелось бы второго шанса. Но вернуть каждого невозможно. Так же как и выбрать самого- самого. Мы будем неправы в любом случае. Так почему бы не она? Ты люблю ее, и твой отец… он до сих пор страдает.

— Ну-ка, — Алекс поднял голову, чтобы посмотреть на девушку, — с чего это ты решила, что он страдает?

Лера смущенно дернула обнаженным плечиком.

— Он… эм, намекал. Да по глазам же видно!

— И когда это он тебе успел намекнуть?

Девочка сбивчиво рассказала о внезапном госте, встретившись ее сразу после их «сырно-драконьего» задания. Алекс же только хмыкал. Отец не делал ничего просто так. И не стал бы трепаться о наболевшем с первым встречным. Шестым чувством или пятой точкой, но Март уже тогда ощущал, что Лера задержится в этом доме надолго. Навсегда.

Алекс откинулся на подушки, обдумывая сказанные девушкой слова. Слишком заманчиво, но…

— Нужен волос, ноготь или кость, — повторил он условие мага, — а все что у нас есть, щепоть праха в урне.

По древней традиции усопших предавали священному магическому огню, который не оставлял от тела ничего кроме пепла.

— Может, осталось хоть что-нибудь? Локон волос на память. Ведь делали же раньше так, да? Может спросить?

Он не ответил. Нежно чмокнул карамельную макушку и крепче прижал к себе. Они оба знали ответ.

Глава 42

Есть моменты, которые особенно ярко отпечатываются в памяти и совершенно не тускнеют, сколько бы времени ни прошло.

Хоть ей было всего лишь три года, но Лера и сейчас могла бы пересказать, во что была одета встретившаяся ее тетушка Янина. Их воспитательница, заменившая всем обездоленным родную мать. Не помнила лиц своих родителей, зато сохранила и пронесла через года добрую улыбку немолодой женщины и ее приветственное «ах, до чего миленькая!»

Их первая встреча с Алексом. Она отчаянно жалела, что не надела синее, самое свое лучшее платье и очень хотела, чтобы неожиданный, но такой интересный гость поговорил с ней хотя бы еще чуть-чуть.

Разбитые коленки и независимо вздернутый подбородок Алекса, обидный смех мальчишек. Добрый незнакомец, обещающий сделать ее самой-самой сильной. Он тогда купил ей целых две порции мороженного, ванильного с сиропом из ягод шик-та, а потом забрал у тетки, как и обещал. Задумчивый взгляд Мастера, когда ее определили к нему в ученицы. Кажется, он был не слишком доволен.

У нее было много подобных воспоминаний, а сегодня на нитку памяти добавилось еще одно.

Бледное, напряженное лицо Марта, когда Алекс рассказывал, что за камень лежит перед ними на столе. Темные, до черноты глаза, сжатые в одну нить губы. И длинные пальцы, нервно выстукивающие по лакированной столешнице рваный ритм.

А еще прядь светлых волос, что несколькими минутами ранее мужчина достал из маленькой миниатюры, на которой была изображена улыбающаяся молодая девушка. Так похожая на Алекса.

И пусть Март отчаянно желал подтвердить правоту сказанных слов делом, но решено было для начала найти какое-нибудь укромное место, без лишних глаз и ушей. Лера была и смущена и горда одновременно, когда мужчина попросил ее быть в этот момент с ними.

Через три дня, на юге от столицы, одна из диких бухточек Кораллового моря стала местом, где произошло невиданное ранее событие.

Лера прятала замерзший нос в меховой воротник куртки, и рассеяно прислушивалась к перепалке между двумя мужчинами. Они шипели друг на друга уже четверть часа. Март наотрез отказывался подпускать их ближе, чем на пару десятков шагов. Потому что никто не знал, как поведет себя камень при разрушении. Возможно, оставит вместо себя воронку в несколько шагов, или выезженную до спекшегося песка землю. Алекс думал о том же и ни в какую не соглашался оставлять отца одного. Все-таки упрямство, это у них семейное. Но на стороне Марта был еще и опыт. В конце-концов раздраженный до нельзя Алекс быстрым шагом направился к ней.

— Укроемся за скалами, — буркнул он и потащил ее в сторону. Все ясно. Впихнул-таки Марту свой амулет защиты. Хотя на них и так было охранных заклятий, как на капусте листьев.

Как только они нырнули в укрытие, послышался громкий стук камня о камень. И все. Ни каких вспышек, взрывов или чего то подобного. Первым высунулся Алекс, а следом за ним и она. Март темным изваянием застыл у берега, и даже издалека было видно, как ссутулились широкие плечи. Ничего не произошло. Алекс скрипнул зубами.

— Шаман хренов. Что б ему…

Но вдруг осекся и весь подался вперед. Шепнул что-то ругательно-восторженное и Лера была с ним солидарна.

Никогда она не видела настолько прекрасного зрелища! Как будто много широких, искристых лент соткалось прямо из воздуха и потянулось к месту, где находился камень. Они мерцали мягким теплым светом, уплотнялись и сливались в светлую и определенно женскую фигуру. Яркая вспышка и сотня крошечных искр брызнула во все стороны. Лера ойкнула, а Алекс резко отвернулся. Процесс воскрешения не предполагал восстановления одежды.

Март опешил лишь на секунду. А потом схватил появившуюся женщину в объятья и буквально вжал в себя. И все гладил и гладил светлые волосы. Наверное, что-то говорил, но шум волн и ветер надежно скрывали его слова. Женщина в его руках вздрагивала. Беспокойно осматривалась, но не вырывалась.

Лера и сама пребывала в шоке. Что уже говорить о Марте или Алексе. Осторожно тронув сжатую в кулак руку, она тихонько произнесла.

— Твой отец ее курткой укрыл…

Алекс вздрогнул. Посмотрел на нее. А глаза какие! Вдоль позвоночника табуном пронеслись мурашки.

— Пойдем, — шепнул побелевшими губами. И, ожидая ее согласия поволок обратно. Лера не сопротивлялась, хотя чувствовала себя чудовищно третьей лишней. Ну вот с какого бока она там? Эльвире, матери Алекса, сейчас точно не до посторонней девицы сомнительного происхождения.

Но весь душевный сумбур превратился в пшик, стоило увидеть очень удивленный, но все равно ласковый взгляд. И слабую улыбку.

— Ох, Алекс…

В грудном, мягком голосе звучало неверие и восторг. Еще бы. Мальчик-то подрос. И сейчас возвышался над своей родительницей точно так же как и отец, на полторы головы ввысь.

Алекс осторожно протянул руку и тронул светлую прядку. Молча. Лера тоже молчала, усилено прикусывая губы. Не разреветься бы! Между тем теплые янтарные глаза посмотрели в ее сторону.

— А это…

— Лера. Моя невеста.

Способность связно выражаться сделала ручкой и ускакала в закат. Лера пробулькала что-то нечленораздельное и выдавила улыбку. Вот так двумя словами ее загнали в угол. Возразить совесть не позволит, устроить разборки тем более. Марту совсем не до них и искать в его лице справедливости сейчас бесполезно. Да и в любое другое время тоже. Уж слишком благосклонно посматривал он в сторону их парочки. И Эльвира, кажется, решила последовать его примеру.

Пока в голове натужно ворочались малые и великие мысли, Алекс по-хозяйски подгреб ее ближе и поспешил соскочить с темы.

— В сумках есть теплая одежда и обувь.

Чудеса чудесами, но стоять под пронизывающим холодным ветром то еще удовольствие.

— Да, точно. Идемте, — прокашлялся Март. Пусть ее упрекнут в трусости, но смотреть на него Лера почему то не могла. Ей хватало и голоса. Хриплого и звенящего, как натянутая до предела тетива.

Подхватив Эльвиру на руки, мужчина размашистым шагом двинулся в сторону оставленного на гальке багажа.

— Значит невеста? — зашипела Лера, безуспешно пытаясь выдернуть руку из загребущей лапищи новоявленного женишка.

— У тебя потрясающий слух, малыш.

Он еще и улыбается! Наглец!

— А меня спросить забыл?! Милый.

— Обязательно. Когда сделаю предложение по всем правилам. Колечко с каким камнем предпочитаешь?

— Звездный сапфир, — прорычал она название самого дорогого и редкого минерала, — Вот возьму и откажусь!

Алекс тихонько рассмеялся.

— Согласишься.

— С чего бы?

— Ты меня любишь.

Лера надулась. Ну да, любит. Но это не повод вот так вот ставить ее перед фактом.

— И я тебя люблю, малыш. Безумно.

Приобняв ее плечи Алекс легонько коснулся губами макушки. Лера ответила ему хмурым взглядом, но тут же была обезоружена ответным, полным любви и нежности, и как контрольное заклятье — очаровательная улыбка. И вот как на такого можно долго злиться? Лера прижалась ближе и перехватила Алекса за талию.

Да и вообще, сегодня слишком особенный день. И портить его надуманным недовольством она точно не собиралась.

Эпилог

Лера перевернулась на один бок, потом на другой. Подгребла по живот подушку, закинула ногу на одеяло. И все равно все не так! Сердито выдохнув, она рывком села на постели. Пустой и холодной. Опять.

Ну это уже не лезло ни в какие ворота! С нее хватит! Затеплив настольный светильник, Лера на цыпочках пробежав к шкафу. На верхней полке, в самом-самом дальнем закутке хранилась одна вещица как раз для подобных случаев.

Осторожно достав небольшую коробочку, она открыла крышку и извлекла на свет искомое. Задумчиво повертела перед глазами. Так. Осталось разобраться, как это надевать и желательно не зависнуть с разгадкой сего таинства до самого рассвета.

Когда борьба с крючками и тканью была недолгой. Лера гордо выпрямила спину и крутанулась на месте. Идеально. В маленькое зеркальце не рассмотреть толком, но корсет сидел как влитой. Чашечки отлично поддерживали грудь, а шнуровка была затянута как надо. Еще раз проверив крепления для чулков, Лера заодно поправила газовую, коротенькую юбочку, что едва прикрывала попу. Все. Она готова. Время кое-кому отдавать долг. Супружеский.

Бесшумно выскользнув из комнаты, она стала спускаться вниз. Белоснежная полупрозрачная ткань щекотала бедра. И к тому же очень выгодно оттеняла загар, которые еще держался от самого их медового месяца на островах Сирен. Лера облизнул пересохшие губы. Вообще очень странно, что она умудрилась загореть. С учетом их активности по ночам, днем ей хотелось только одного — спать.

Лера осторожно глянула вниз. Светлая макушка Алекса была прилежно склонена над россыпью книг и конспектов. Ее муж готовился к поступлению на Высший магический спецкурс. От первого слова и до последнего — эта мысль была столь же восхитительна, сколь и непривычна.

Алекс — ее муж. Ее. Муж. Невероятно. Впрочем, такой же невероятной была их свадьба. У нее оказалось целых три свидетельницы. Жрец богини Селун пребывал в тихом шоке. Но выбрать из трио одну Лера просто не могла. И не хотела. Девчонки от подобной идеи пришли в восторг и тут же договорились о повторении шалости. Так что ей предстояло отбыть в свидетельницах еще минимум на трех свадьбах. За букетом невесты была открыта целая охота. Однако неожиданно для всех, он спланировал прямиком в руки стоящей в сторонке Денис Скролл. Которую едва не снесла волна конкуренток. К концу торжества Лера заметила, как девушка беседует с одним из новичков. И судя по их милому воркованию, примета таки имела шанс на осуществление.

Праздник удался настолько, что в первую брачную ночь они с Алексом просто вырубились, едва упав на постель. Вот так неромантично и банально. Но все эти подготовки, застолья, попытки выкрасть невесту или хотя бы часть ее наряда. Ни того не другого Алекс не допустил. Хотя ей иногда очень хотелось посидеть где-нибудь в тишине и спокойствии.

Свадьба вышла шумная, но на это и был расчет. И когда в середине тожества появился Март, под ручку с некой темноволосой женщиной, то никто особо не заострял внимания, что обычно сдержанный мужчина смотрит на нее до невозможности влюбленными глазами, а жених и невеста очень рады видеть на своем торжестве незнакомку.

Их тайна несла в себе не только радость, но и трудности. В основном бюрократического толка. Но Март быстро достал для Эльвиры новые документы, а так же простой, но весьма качественный амулет иллюзии, меняющий цвет волос и глаз. Только очень сильное заклятье нейтрализации чар могло разрушить морок.

— Я скоро приду, малыш, — бросил Алекс, не оборачиваясь.

Вот и все! Ни разу ей не удавалось подкрасться так, чтобы он не услышал. Прекратив изображать из себя привидение, Лера подошла и положила руки на крепкие плечи.

— Что-то похожее я слышала пару часов назад.

— Еще несколько вопросов, — пробормотал он, не отрываясь от пометок на исписанном вдоль и поперек конспекте, — Магический потенциал… теория Первородного… Надо бы повторить.

Лера мысленно вздохнула. Если Алекс за что-то брался, то делал это основательно. Без поблажек и перекуров. И это тот раздолбай, которого она знала? Плохенько, выходит, знала… Но весь гранит науки не перегрызть. И она решительно обошла склонившегося над учебниками мужчину.

Три … два…

О, а вот и должная реакция. Даже пальчики на ногах поджались. Туман сотен премудростей в его глазах стремительно таял, пока Алекс медленно ласкал ее взглядом.

— Сразу решила перейти в наступление, малыш?

Подвинув в сторону кипу книг, Лера плавно скользнула на стол. Выбранная ею поза была совсем не развратной, однако позволяла оценить изящество и тонкость кружев, из которых были изготовлены трусики.

— Все верно, любимый. Ну так…, - она демонстративно отставила руку, разглядывая брачное колечко. Со звездным сапфиром, — Как на счет супружеских обязанностей?

Еще один взгляд. Уже под завязку полный желания и предвкушения.

— Я взрастил монстра.

— И на нем женился.

— Туше.

И Алекс подхватил ее на руки. Стремительный подъем вверх и вот под ней долгожданная кровать. А дальше… Дальше можно было сказать лишь то, что ее наступление было не просто удачным, а даже крайне удачным. Правда, заснули они все-таки поздно. Или рано? Не важно.

Главное, ее обнимал любимый мужчина. Который завтра совершенно точно сдаст все вступительные пробы. А она встретит его дома. С праздничным ужином и новым сюрпризом. И пусть ее дар иллюзии, из-за произошедшего, навсегда останется на прежнем уровне, но Леру это уже беспокоило. Она верила Алексу. Они вместе, они семья, а значит все трудности им по плечу.

* * *

Бонус

* * *

— Эльфенок, — губы скользят по нежной, пахнущей ванилью и яблоками, коже, — Сладкая моя, — руки гладят плавные изгибы мягкого тела, мнут роскошную грудь и бедра, — Маленькая…

Она и правда была маленькая. Как раз до его груди. Март помнил, как при первой встрече едва сдерживал смех, узнав, что эту цветочницу в пестром сарафане и с толстой золотой косой зовут Эльвира. Он тогда зашел купить веник для очередной своей бывшей, а тут — Эльвира! Более неподходящего имени и придумать было нельзя. Только не для обладательницы наивно-янтарных глаз и роста пяти фунтов в прыжке. Эльвира — это женщина вамп. Стервозная леди с ярко алым маникюром и встроенным оценочным аппаратом вместо сердца, а не девчонка, которая зажимает ушки, услышав слово «хрен» и краснеет от мало-мальски заинтересованного взгляда. Аппетитная, фигуристая… и неискушенная. Он просто не мог устоять. Так же как и не мог называть ее Эльвирой. Брякнул про Эльфенка, а ей понравилось. Смешная…

— Эльфено-о-ок, — шепот в маленькое ушко и легкий укус. Пушистые реснички дрогнули. Уже просыпается.

Ему нравилось будить ее так. Наблюдать, как она распахивает янтарные глазищи и улыбается ему. И ведь в самое сердце улыбка эта запала. Сонная и чистая. Уже после первой их ночи, которая случилась гораздо позже, чем он планировал изначально, Март понял, что не отказался бы видеть ее каждое утро. Они тогда быстро съехались. А потом и поженились, хотя Эльфенок не трепала ему нервы про девичью честь. В хорошенькой золотоволосой головушке было на редкость мало заморочек. Никаких дебильных истерик, запретов на дружеские посиделки, требований денег на новое шмотье или подарки. Его молодая женушка была просто идеальна. От постели до интеллекта. Даром что обыкновенная продавщица цветов. Одна беда — в мужья ей достался придурок.

— Март.

Теплые пальчики скользнули по обнаженным плечам. Взъерошили волосы на затылке, безуспешно пытаясь словить короткие пряди. Эльфенок все еще не привыкла к его новой прическе. Не верила, что он просто взял и подстригся. А он именно так и поступил. Потому что давно было плевать, волосы какой длинны ему подходят больше всего.

— Вставай, Эльфенок, — он легонько пощекотал мягкую щечку, — Время завтракать. А потом у нас есть кое-какие дела.

Молодая женщина в его объятьях сладко потянулась. Пару раз моргнула, стряхивая с ресниц остатки сна, и глянула в окно.

— Уже так поздно? Но почему ты не в гильдии?

— У меня отгул, — пробормотал куда-то ей в висок. Потерся носом и глубоко вдохнул. Обалденный запах!

— И вчера отгул? И день назад?

— Все могут короли, — нет, если он и дальше будет тискать это сонное мягкое тельце, то позавтракают они ближе к ужину. Неохотно, но Март отстранился. Хотя разочарованный вздох любимой почти вернул его обратно.

— Мужчина, куда пропал Март, не подскажите? — поджала губы Эльфенок.

На языке так и вертелось «Он сдох» И слава Богам. Потому что ублюдкам, вроде него прошлого, не место рядом с такими женщинами. Щелчком пальцев проказница-память воскресила вереницу уродливых воспоминаний. Его раздутое от гордости самомнение. Смешные утверждения — нагулялся и остепенился. Верен жене. Семья — это святое! Да чтобы он, хоть взгляд в сторону? Ну-ну…

Скептическое хмыканье друзей оказалось пророческим. Его хваленая верность приказала долго жить спустя жалких четыре года. На одной из «чисто мужских посидело» к ним прилипла пара разбитных девчонок. Одна все под руку лезла. Сочная, смазливая. Юбка на заднице так и трещит. И ведь как пацан повелся! Но вместо кайфа — убогий, безвкусный оргазм и полная бадья мерзости в душу.

Испугался он тогда знатно. Думал — поймет. Глаза прятал, работой прикрывался, дома паинькой себя вел. У совести собственной прощение выторговывал жалкими оправданиями и подарочками ничего не понимающей жене. Оступился, бывает. Демон попутал, или кто-то еще. Выпил лишнего, вот и понесло не в ту степь. Ну и что, что всего три бокала. Эль был крепким.

И проскочило ведь. Алекс тогда заболел, Эльфенок все над ним тряслась. А ему тошно было от благодарных слов за помощь и заботу. До сих пор тошно…

Март улыбнулся и помог Эльфенку встать. Любимая не заметит в его глазах отголосков прошлого. Все это давно спрятано за семью печатями. И восьмая сверху для надежности. Потому что это дерьмо — только его ноша.

Молодая женщина надулась, недовольная прерванной лаской, но послушно направилась к ширме, через которую был перекинут халатик. Молочная кожа в лучах утреннего солнца источала мягкое свечение, крутые бедра соблазнительно покачивались. Эльфенок определенно дразнилась. Шелковая тряпочка выскользнула из пальчиков и очутилась на полу. Ой, как неловко! Надо бы поднять.

Март медленно выдохнул. Приучил же спать голышом на свою голову… Хотя будь она в обносках, и это бы не остудило его пыл.

— Эльфенок, твоя попка, безусловно, весомый аргумент…, — он ловко уклонился от полетевшего в него тапочка, — Но ровно в полдень нам нужно быть в одном месте.

Подобрав войлочный снаряд, он вернул его владелице. И конечно помог надеть, напоследок облапав тот самый весомый аргумент. Он его обожал. И Эльфенок об этом прекрасно знала.

— Ты крадешь мои обязанности! — всплеснула руками она, когда увидела, что и сколько он приготовил на завтрак.

А еще он украл у нее дохрена лет счастливой жизни. Разбил любящее сердце и сплясал на нем в грязных сапогах. Это только от первой измены его так выворачивало. Дальше — легче. Появился азарт. Но из семьи уходить Март категорически отказывался. Дома было хорошо и уютно, а походы налево — это так, пощекотать нервы время от времени. Но любая ложь однажды становится явью. Молодой глава гильдии слишком лакомый кусочек для охотниц за обеспеченными мужиками. И одна из них решила пойти на пролом.

Эльфенок тогда не плакала. И даже выслушала все его лживые «никогда» и «ни за что» только не позволяла к себе притронуться несколько месяцев. И почти не говорила. Игнорировала. Это слегка вправило мозги. Но не достаточно. Остатки совести поорали и заткнулись, на губах его жены появилась первая улыбка, а штанах опять засвербело.

После небольшого затишья все пошло по накатанной. Второй раз традиционно было легче. Простит, никуда не денется. Третий… Сама виновата, нечего корчить из себя недотрогу. Четвертый… Пятый…

Он вел себя как полный мудак. Эгоистичный ублюдок, который думает, что весь мир комнатной собачкой крутится у его ног, а женщины только и мечтают прыгнуть в руки. И поэтому одна отгородившаяся от него ледышка должна быть благодарна, что он пока не вышвырнули обручальное кольцо в сточную канаву. Последний год их брака были чистой формальностью. Он мог не появляться дома неделями. Эльфенок же не уходила только потому, что ее родители жили слишком далеко, да и тревожить их не хотелось. Но, в конце концов, когда он зашел, чтобы забрать какую-то мелочь, на пороге дома его встретила жена. Маленькая, бледная и решительная, она без приветствий заявила о желании подать на развод.

Кусок блинчика застрял на подступах к желудку. Давненько его так не накрывало. Чтобы от и до. Но Март внимательно слушал щебетание молодой женщины и даже не покривился, когда горячий чай огненным комом прокатился по гортани и протолкнул, наконец, несчастный кусок теста дальше.

— И все-таки, что за такое важное дело, раз ты решил пожертвовать на это еще один день? Вчера почтовый ящик так и трещал. Пришлось даже открыть, — смущенно закончила она.

И от этого ее смущения в голосе захотелось кулаком об стену грохнуть. Чтобы костяшки в мясо и боль до самого позвоночника. Это он локти изо дня в день грызет, чтобы «свой» дом в «их» превратить. А Эльфенок по-прежнему себя квартиранткой считает. Разве что постель с ним делит и то потому, что хочет себя полностью живой почувствовать. А он отказаться не в состоянии. Первый раз даже в мозгах переклинило. Ничего вспомнить не мог. Просто она ночью все бродила по кухне, ну Март и вышел глянуть, что случилось. А потом щелк — Эльфенок на столе, а он в ней. Кончили тогда, как подростки, оба.

Март аккуратно отставил пустую чашку.

— Скоро всеобщее заседание Глав гильдий. Мия десятый раз речь переделывает. Нужно было попросить Елисея, но его манера письма витиевата до отвращения. Не думай об этом. Сегодня у меня встреча с агентом. Давно пора сменить жилье.

Опасное предложение. Но тянуть дальше не имело смысла. Эльфенок предполагаемо насторожилась.

— Сменить? Почему?

Никакой лжи. Даже во благо. Огненным клеймом он выжег себе это правило в сердце и мозгах. Но и правду преподнести можно по-разному.

— Район в центре. Шумно, суетно. Соседи тоже не ахти. Мелкие аристократы с замашками магистров верховного Конклава. И к тому же свой нос сунут, куда не надо. Окраина столицы избавит от проблем.

А еще позволит осуществить мечту его женщины. Дом с большим садом, и просторным холлом, где можно оборудовать цветочную лавку. Эльфенок был похож на легендарных эльфов не только цветом волос. У нее прорастал даже железный прут, воткнутый в землю, а какие получались букеты… Фантастика!

— Ну а я-то тебе зачем?

— Сама знаешь, я не мастер выбирать недвижимость. Вот видишь, — он развел руки, — К чему привели два месяца кропотливых поисков.

Да агенты знатно поработали, чтобы спихнуть ему этот домик, который невозможно было ни снести, ни продать. А ему лишь бы кровать и крыша над головой. Разве что статус обязывал жить не в убогом районе, а более или менее цивилизованном.

Эльфенок чуть-чуть расслабилась. Но как же это было невыносимо! Отчаянно мечтать разделить с ней не только постель, но и жизнь. Может быть, она его и простила, может и поддалась на ухаживания и соблазнение, но бежать ослепшей от любви дурочкой под его покровительство? А тем более замуж? Нет, второй раз эту ошибку она повторять не собиралась.

Эльфенок и жила бы у Алекса, но хвала Богам, там уже обитала Лерис. Девушка, чье появление повлекло за собой цепь событий, которые привели к невероятному, безумному, но такому горячо желанному результату. Смерть самого опасного существа Аргории и новая жизнь для любимой.

Совершенно не желая мешать молодой парочке, Эльфенок вынуждена была согласиться пожить у него. Чем Март и воспользовался в полной мере.

— Сегодня к нам должен зайти Алекс с Лерой. Мы же собирались отметить его успешное окончание первого семестра обучения, — будто угадала его последнюю мысль она. То, как мягко было произнесено имя девушки, говорило очень о многом. Лера понравилась Эльфенку сразу и бесповоротно. Можно сказать — с первого взгляда. Ему тоже симпатизировала эта внешне бойкая, но на деле ранимая девушка. К счастью Алекс совершил свою ошибку в далеком прошлом, и скакать по тем же граблям что и отец не собирался. Лера могла бы и не бросать ревнивых взглядов за его спиной. Сын даже бровью не вел в сторону других девушек. А свою жену на руках готов был носить.

— Мы успеем. И нет, даже не думай на счет готовки. Лера приготовила какой-то супер вкусный торт по супер секретному рецепту. А горячее будет из ресторана.

Эльфенок миролюбиво подняла ладошки вверх.

— Тогда я в ванну.

На полпути по лестнице ему был адресован многозначительный взгляд. Или Эльфенок просто посмотрела на часы за его спиной… Но Март предпочитал думать что все-таки первое. В общем, он тоже решил принять ванну. А заодно, как джентльмен, помочь даме своего сердца. Помог качественно. Они даже почти не опоздали.

То, что домик надо брать в любом случае, он понял по старательно опущенным глазкам и чересчур безразличному виду.

Не смотря на середину холодного сезона, сад выглядел роскошно. Достаточно места для теплиц и клумб, деревья и кустарники ухожены. Первый этаж так же отвечал всем требованиям. Они легко могли огородить перемычкой место под цветочную лавку, которой, кстати, в этом районе не наблюдалось.

Выразив мнение о завышенной цене, Эльфенок удалилась к ожидающему маг-авто. Она, безусловно, была права. Но агент оказался ушлым малым и понял, для кого на самом деле организован показ. Как и то, что отнюдь не цена является определяющим фактором.

— Через пять дней я хочу ознакомиться с полным пакетом документов. Думаю не надо напоминать, что печать комиссии по Эфиру и Тонким Материям входит в обязательный перечень заключительного договора.

Агент рассыпался в заверениях о компетентности их шараги и наивысшей клиентоориентированности. На его крысиной мордочке сверкало почти настоящее дружелюбие. Только уголки рта так и ползли вниз. Лишние расходы эта братия, мягко говоря, не любила. Но Марту было все равно. Покупать чье-нибудь семейное проклятье или не упокоенного родственника, гремящего цепями на чердаке, он не собирался.

Всю дорогу назад Эльфенок помалкивал. Крутила в руке кулончик-оберег, и смотрела в окно. Он не решился лезть. Сейчас его жизнь до жути напоминала кропотливый труд алхимика. Каждое решение взвешивалось несколько раз, легкая на первый взгляд беседа представляла собой точно выверенную вязь слов. Он не мог позволить ей усомнится в себе. Допустить даже крохотной мысли, что ее жизнь может быть снова изгажена. Да, это было трудно. Но не труднее двенадцати лет проведенных в аду. Впрочем — нет, больше. Ворота его собственной преисподней широко распахнулись с первой же провальной попыткой вернуть бывшую жену.

Эйфория от холостяцкого образа жизни со временем пошла на убыль. Каждая новая женщина надоедала быстрее предыдущей. Их внимание стало утомлять, ужимки — бесить, а внешность и вовсе слилась в одну уродливую маску, с алчными глазами и насквозь фальшивой улыбкой.

Захотелось чего-то чисто. Искреннего и родного. Сонная улыбка по утрам. Милые знаки внимания, будь то конфетка в виде сердечка, обнаруженная в кармане, или короткая записка на почтовый ящик гильдии. Восторженные глаза сына, когда он демонстрировал ему простейшие упражнения на меткость. И лепет малыша о желании стать Мастером Оружия. Совсем как папа.

Но дома его не ждали. Да и не было уже того дома. Он пыжился от гордости, когда отказался от причитающейся ему доли в пользу бывшей семьи, а потом узнал, что Эльфенок продала их дом и разделила деньги напополам. Одна часть пошла маленькому Алексу на счет, а за вторую была куплена халупка ближе к окраине. Когда он в первый раз увидел эту развалюху… Хотелось схватить Эльфенка за похудевшие плечики и орать. Долго и громко. И трясти, как тряпичную куколку. Ее поступок оказался больнее града прощальных пощечин, которые он заслужил, но не получил.

Конечно, ничего такого не произошло. Это было ее право и вообще — он к сыну пришел. Но Алекс не захотел с ним проводить и минуты времени. Громко заявил о своем нежелании больше видеть «этого урода» и угрожающе сложил ручки на груди. Тогда Март опешил настолько, что просто ушел, чувствуя себя побитой псиной, которой послали вдогонку смачного пинка. Мелькнула даже крамольная мыслишка отобрать ребенка у матери. К счастью степень его мудачества не достигла таких высот. Но и любовь сына было уже не купить подарками и льстивыми словами. И точно так же заупрямилась Эльфенок, когда он попытался выпросить для себя второй шанс.

А потом все как снежной лавиной пошло. Одна попытка, вторая, третья… Как он за ней ухаживал! И с тыла заходил, и в лобовую бросался. Уговаривал и срывался на скандал. Давил на финансовую составляющую и соблазнял заманчивыми перспективами полноценной семьи. Каждая неудача лишь сильнее разжигала желание добиться своей женщины.

Дошел до того, что без нее свет не мил стал. Бесился от каждого возвращено подарка и отказа провести с ним вечер. Никакого интима, просто свидание. Да хотя бы прогулка! Но часы их встреч были жестко регламентированы. Он сходил с ума от отчаянья. Пытался брыкаться и не приходить в указанное время. Но потом его ломало так, что в следующий раз, как миленький, Март тащился к одноэтажному, просевшему от старости, домику. Мысленно клеймил Эльфенка бессердечной и с ужасом осознавал, что сам, собственными руками сделал ее такой. Уверенность в их совместном будущем таяла быстрее снега на солнце. Как нищий он жадно ловил малейшие крохи благосклонности. Вымученное согласие Алекса сходить с ним в музей Оружия и Брони. Пришлось довеском взять несколько его друзей. Сухие строчки от Эльфенка, что в пятницу она свободна не на два часа, а на два с половиной.

Других женщин за женщин воспринимать перестал. На одной переклинило. От желания взять хотя бы поцелуй крышу рвало. Однажды не выдержал. Схватил в охапку. Прижал к себе и впился в любимые губы, так что дыхание исчезло. Жрал этот поцелуй, как голодный. Со всех боков ее гладил и мял. В себя пришел, когда понял что у Эльфенка щеки мокрые. Он тогда перед ней на колени рухнул. Прижался лбом к животу и все, что наболело, выплеснул.

Она выслушала от и до. А потом уйти попросила. Одним словом сердце на куски посекла. Недели две он свое горе на дне кружки утопить пытался. Но самое страшное было еще впереди.

— С Вас пять золотых и четверть серебра, пожалуйста, — деревянный голос голема таксиста был как нельзя кстати. Хотя в будущем нужно будет озаботиться о собственном водителе. Проконтролировать от момента выплавки тела, до закладки последней охранной руны. А затем своими глазами взглянуть на каждый магический накопитель и скоростной контур. Машина для его Эльфенка будет самой безопасной и комфортной.

Но сонм буйствующих мыслей не отражался в его глазах и голосе. Март помог выбраться ей из машины и под ручку повел домой. Любопытную морду в одном из окон соседнего дома предпочел не заметить. Но рука так и чесалась показать соответствующий жест. Эта молодящаяся дамочка среднего возраста утомила его еще на первом году проживания. Пришлось прибегнуть к жесткой, но доходчивой форме отказа.

Дверь захлопнулась и Эльфенок с наслаждением расстегнула цепочку амулета. Темные волосы начали светлеть, а глаза меняться от карих к янтарным.

Когда последний локон вернулся к своему исходному цвету, Эльфенок облегченно вздохнула. Иллюзия ей не нравилась, но была необходима. А ему вот все равно. Хоть черная, хоть рыжая. Лишь бы она.

Март ласково чмокнул золотистую макушку.

— Предлагаю быстренько покончить с еще одним неприятным делом.

Темные бровки жалобно искривились, но молодая женщина согласно кивнула.

— Давай.

В спальне, в одном из зачарованных отсеков сейфа хранился особый артефакт. Март достал замотанный витым шнурком сверток алого бархата. Аккуратно перенес на рабочий стол и развязал узел.

В складках ткани прятался черный, размером с его ладонь каменный прямоугольник и толстая серебряная игла. Сам бархат был расписан стабилизирующей пентаграммой.

Расположив артефакт согласно контрольных точек, он дождался активации рун. Эльфенок тут же протянула руку и отвернулась. Она не любила иголки. Он тоже. Но исключительно из-за необходимости каждый день колоть маленький пальчик.

Острие вошло под кожу быстро и неглубоко. Одна крохотная бусинка крови, и не каплей больше. Потом аккуратно приложить палец к артефакту и готово. Руны зажглись сильнее и камень начал считывать ауру владельца крови.

— Еще целых два месяца, — тихонько вздохнула она, пока Март сосредоточенно обрабатывал поврежденное место.

— Разовый слепок малоинформативен. Травознавцу нужна динамика. Годовой разрез самый точный. Ты не из продуктовой лавки вернулась.

— Но я чувствую себя хорошо! — сразу же сдалась она.

Март покачал головой. Доверяй, но проверяй. И все же как, однако, человек жаден… Еще чуть больше года назад он бы все отдал за пару крохотных мгновений рядом со своей женщиной. А сейчас дрожит от мысли, что однажды проснется один. А еще эта болезнь… Когда он узнал о ней было слишком поздно. Для всего.

Ему написал Алекс. Письма от сына приходили редко, но хотя бы уже иногда. Март вскрыл белый конверт немедленно, а в следующее мгновение бежал вниз, пропуская по пять ступеней к ряду.

Мама в центральном лазарете. Приезжай.

Дорога к ней показалась вечностью. Он так хотел быть наивным идиотом и думать, что Эльфенок просто вывихнул ножку или порезался сильнее обычного, вот только с этой мелочью в центральный лазарет не принимали. Догадки одна страшнее другой заставляли сердце то грохотать как сумасшедшее, то замирать. Кажется, он наорал на регистратора, пока тот копался в своих записях. К ее палате не бежал — летел, отпихивал в сторону любое препятствие, а когда переступил порог…

Умер. Она еще жила, а он уже мертвый сидел рядом и баюкал в ладони прозрачную, холодеющую ручку. Слушал тихий шепот. Смотрел на бледную, едва видимую улыбку, и дергающимися губами пытался произнести хоть одно правильное слово. А в мозгах головоломка складывалась. И почему к себе все никак не подпускала. И зачем по врачам то и дело ходила. Он-то, идиот, думал, что с простудой, а ее моровая сушь изнутри грызла. Жестокая, смертельная болезнь. Растет, как паразит, годами сидеть может. Никакими заклятьями не выгнать. А в конце неделя — две и вместо человека — живой скелет.

Потом Эльфенок уже не приходила в себя. А первые лучи рассвета забрали себе ее дыхание. Он даже не пытался скрыть слез. Вцепился в нее, холодную и неподвижную, и все никак отпустить не мог. И если бы не Алекс… Существовать он остался ради сына. То еще было испытание. Их отношения, как натянутая тетива лука, дрожали и звенели на все лады. Мальчик пошел характером в него. Да и гибель матери переживал так же тяжело. Редкий вечер обходился без скандала. А потом грянул пресловутый переходный возраст, помноженный на интерес к женскому полу…

Март внутренне поежился, вспомнив, как однажды вернулся с командировки, и обнаружил в доме гостью. Девчонка разгуливала по их гостиной, как по своей собственной, и совершенно не смущалась, что из одежды на ней одни трусы. В ответ на вежливую претензию «какого хрена?», ему достался оценивающий взгляд и подмигивание. Алекс появился чуть позже. К счастью в штанах. И хоть бы извинился!

Девку само собой Март отправил куда по дальше. А обнаглевший сын получил содержательную отповедь. На которую ответил такой же эмоциональной речью. Тогда Март впервые за все время позволил себе произнести фразу «Что бы сказала твоя мать?» Алекс покраснел, побледнел, выдал новую порцию брани и пропал из дома на три дня. Больше ни одна особь женского пола в их доме не появлялась.

Но со временем стало легче. Он начал брать сына на задания. Они неплохо сработались, но в конце-концов парень вырвался на вольные хлеба. Захотел жить отдельно. Март отпустил. Сам когда-то бежал прочь из душного плена родительской опеки. Едва стукнуло восемнадцать, рванул в столицу. Алекс же обитал хотя бы под боком, в гильдии.

Камень на столе вспыхнул белым светом и выкинул в воздух детальное изображение ауры. Больше всего оно походило на миниатюрное северное сияние, пронизанное жилками и линиями. Преобладали здоровые теплые тона. Нить жизненного потока была плотной и насыщенной. Никаких истончений или темных пятен. Но Март внимательно рассматривал каждый дюйм мерцающего полотна. Несколько лет назад целители нашли управу на моровую сушь. Если только обнаружить болезнь не позже тридцати полных суток с момента ее возникновения. Эльфенок пока не знает, но раз в месяц ей придется сканировать ауру. Разумеется, даже баснословно дорогой, новомодный считыватель не решит всех проблем, но сделает жизнь спокойнее.

— Я же говорила, что все хорошо.

Легкое поглаживание расслабило напряженные плечи. Каждый раз трусил. И посмеялся бы, только и близко не до смеха.

Той же иголкой Март ткнул в нужные символы на прямоугольнике. Аура затрепетала и растворилась в черном камне. Когда придет время, Травознавец составит подробную выборку изменений и на основе этого даст прогноз. Хотя уже сейчас Максимильян ворчал, что обследовать надо не Вирину, так по документам звали теперь Эльфенка, а самого Главу гильдии. На предмет прогрессирующей паранойи и расстройства мировосприятия.

Ловко перехватив пискнувшего Эльфенка за талию, Март клонился и чмокнул курносый носик.

— Ты у меня умница. Дай-ка потреплю за пухлую…, - бок слегка ущипнули, — Ох! За щечку! Пошлая ты женщина!

Но рук с круглой попки не убрал.

Время до вечера пролетело незаметно. Они едва успели достать все необходимое для ужина, как дверной замок щелкнул.

— Предлагаю начать с торта, — вместо приветствия объявил Алекс, демонстрируя довольно внушительный сверток. Лера смущенно шикнула и пихнула своего мужа локтем.

— Здравствуйте.

— Да-да, здравствуйте, — послушно повторил хороший мальчик, — Так мы начнем с торта? Я почти умер от голода, пока Лерчочка его готовила.

В глазах девушки заискрились крошечные молнии.

— Ты подкрепился, когда вылизывал кастрюлю!

— Пальцем. Один раз.

— Зато каждым!

Глядя на то, как сын помогает снять пальто своей женщине, и, слушая безобидную пикировку, Март в который раз убеждался, что с не ошибся, выделив Леру среди прочих девушек. Их пара была особенной. С огоньком. Но, не смотря на свою языкастость и упрямство, девушка нуждалась в Алексе, как в сильном защитнике и опоре. Это было очевидно. И для Алекса в том числе.

— Дети! Наконец-то!

Со второго этажа к ним спустилась королева эльфов. Вишневое платье в пол, волосы по спине золотым каскадом… Хотелось взвалить красавицу на плечо и скорее тащить в берлогу. После ужина он, пожалуй, так и поступит.

Приветственно обняв гостью, Эльфенок отпустила пару комплиментов по поводу ее платья. Лере действительно шел мятный цвет. Да и фигура в принципе позволяла носить все, что угодно.

Пока женщины обменивались любезностями, Алекс кивнул в сторону крохотной гостиной.

— Мастер объявился, — бросил в полголоса.

И вечер моментально перестал быть беззаботным. В голове защелкали возможные варианты развития событий.

— Как узнал?

— Лера от него письмо получила. Обычное приглашение. Видел, что хочет встретиться, хоть и трусит слегка.

— И?

— С ней вызвался, — Алекс уселся на свободный стул и ослабил ворот темной рубашки, — Лера, как обычно, уперлась — сама. Не пустил. В общем, теперь этот Мастер теперь зовет себя Дэйк. Живет здесь и собирается открыть пекарню в районе порта.

— Все?

— Да. Вряд ли он рад был видеть меня, но вот Леру точно. Это было… Заметно. Вроде говорят как на деловом собрании, одними фактами, да-нет, кто-где, а видно, что оба рады. Мастер оставил Убежище. Магистры вылезли из своего подполья. Занялись тренировкой наемников.

Алекс замолк. Заметил, что к ним собираются присоединиться женщины. Беспокоить мать новостями он не собирался. По тройственному сговору ей была предоставлена крайне смягченная версия прошлых событий. К счастью ее это устроило.

Ужин прошел отлично. Еда оказалась очень даже, а торт действительно был невероятно вкусным. Эльфенок сразу же потребовала рецепт. Разговор перешел на кулинарные темы. Но поддерживая беседу, Март, тем не менее, решил лично наведаться к Мастеру-Дэйку. Это будет лучше, чем строить домыслы.

Время было еще очень демократичным, когда парочка засобиралась домой. Заметив, что мать более или менее освоилась в новых условиях, Алекс отстранился на прежнее расстояние. Март был уверен, что не просто так. Молчаливое одобрение сына поддерживало его и влияло на любимую.

После того, как гости покинули дом, Март помог Эльфенку убрать со стола. Раньше, когда он жил тут один все домашние хлопоты были на домработнице. Сейчас же присутствие посторонних стало не желательно. Да и Эльфенок, занимаясь мелкими хлопотами, чувствовала себя лучше.

— Этот дом — ты решил его купить.

Пальцы сжали стекло сильнее, но он продолжил раскладывать на тарелки на сушилку.

— Решил.

— Для меня.

Обернулся. Эльфенок натирала бокалы с таким усердием, будто хотела избавить хрусталь от гравировки. Уложив тарелку на место, он подошел ближе. Полотенчико замелькало с утроенной силой.

— Для тебя, — разжал холодные пальчики, — но я был бы счастлив, — отправил бокал и полотенце на стол, — если бы там нашлось местечко для нас.

Круглые плечики задрожали. В сбивчивом шепоте послышались ненавистные «сама» и «не надо» Схватив ее личико в ладони, Март заставил смотреть на себя. Страх. Он сейчас тоже боялся. А еще, кажется, совершенно устал ждать.

— Мы живем вместе почти год. Ничего не изменится, если дом станет больше. Ты сможешь выращивать цветы. Делать букеты. Возится с клумбами. Да что угодно! Тебе ведь это нравится! На подоконнике кактусы по второму разу цветут! Тебя чувствуют. А там, представляешь, что будет? Эльфенок…

— Я не знаю, — янтарные глаза потемнели, заблестели влагой, — Это… неправильно!

— А как правильно? Скажи!

Молчание. Вот-вот слезы покатятся. Громко выдохнув, он прижал любимую к себе.

— Ты так близко. И далеко. Разговариваешь со мной, ешь со мной, спишь… Но этого мало! Когда ты… ушла, я перестал жить. А теперь не могу начать. Помоги мне Эльфенок. Давай сделаем правильно вместе. Просто попробуем снова.

Она сопела. Комкала рубашку на спине, а Март ждал. Гладил золотой шелк волос и молчал, безуспешно пытаясь успокоить заходящееся стуком сердце.

— Снова… как муж и жена?

— Если позволишь, — еле выдавил. Два слова, а по спине пот ручьем.

— Не хочу платья. И гостей.

Сначала он не понял. Слова звенели в ушах простым набором звуков. А когда дошло… Март чуть не расхохотался. Громко и легко, как умел смеяться несколько вечностей назад. Но вместо этого подхватил своего Эльфенка на руки и поцелуем заверил свое согласие на свадьбу хоть в белье.

* * *

— Лилиана.

— Нет.

— Генриетта.

— Ужас.

— Адамантина…

— Так. С меня хватит. Где ты нашла эту ужасную книгу?

— Елисей дал. Почему сразу ужасную? Очень хорошо звучные имена!

— Я ему эту книгу засуну в… М-м-м, уговорила, на полочку поставим. Манипуляторша. Дай еще животик потрогать.

— Ты мне все платье смял.

— Это компенсация!

— За что?! Это мне — мне компенсация нужна! У нас дочка родится, а через два месяца внук!

— Компенсация за прослушивание невозможных имен, нашу красавицу назовем Бэлла. А внука Алекс уже давно должен был сообразить. Чего тянули…

— А Лера такая хорошенькая, вся цветет. Наш сын ее любит очень. И она его…, - всхлип, — Боги, я стала плаксой!

— Люблю свою плаксу, — поцелуй, — безумно люблю… Девочка моя…

— Март?

— М-м-м?

— Я… тоже тебя люблю. Всегда любила. Давай назовем нашу дочку Бэлла?

Content

Эми Мун
Не отпустить тебя

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Эпилог

Бонус