Марина Снежная

РОЛЬ ДЛЯ ПОПАДАНКИ

ГЛАВА 1

Ксения

От третьего выпитого коктейля в голове шумело, а ритмичная музыка ночного клуба казалась слегка приглушенной. Устроившись у барной стойки, я меланхолично поглядывала в сторону танцпола, где моя подруга Танька Барсукова зажигала сразу с двумя парнями.

Заказав у бармена еще один коктейль — в этот раз «Лонг Айленд» — я проигнорировала очередной призыв машущей мне неугомонной блондинки, и поморщилась. Ну вот зачем я сюда приперлась? А все потому, что Танька и мертвого уговорит!

Поняв, что гора к Магомету не придет, подруга оставила танцпол и присоединилась ко мне.

— Ну ты чего такая кислая? Смотри, какие ребята потрясные! — она метнула игривый взгляд в сторону молодчиков, с которыми только что танцевала. — И явно не прочь хорошо провести время!

Я метнула на нее косой взгляд.

— Лично я здесь для того, чтобы напиться. А ты, если хочешь, иди зажигай дальше.

— Вот честно, не пойму я тебя! — искусственно увеличенные до неприличных размеров губы Таньки попытались поджаться, но это получилось плохо. — Самые завидные парни универа за тобой бегают, а ты куксишься!

— Не начинай, а? — я закатила глаза. — Сама знаешь, из-за чего эти гады за мной бегали. Поспорили, кто быстрее в постель затащит признанную недотрогу.

— Это тебе Катька Сорокина растрепала? Ты меньше ее слушай! — подруга прищурила глаза с громадными накладными ресницами. — Она тебе просто завидует! Может, поначалу, и из-за этого Артур и Денис к тебе подкатывали, но потом втюрились по уши. Совсем с ума сходят, друг другу вон морды постоянно бить пытаются!

— Пусть хоть совсем поубивают друг друга, — безразлично отозвалась я. — Все равно гады, даже если так! И вообще, эти мажоры с самого начала не вызывали у меня особой симпатии. На ничего большее, чем дружба, со мной могли и не рассчитывать.

— Кого ж ты ждешь тогда? — фыркнула Танька. — Принца, что ли?

— Нормального мужика! — взорвалась я.

— Ну и запросики у тебя! — хохотнула подруга. — Где ж ты в наше время нормального найдешь? Да еще когда сама ненормальная!

Вот на последнее я обиделась.

— И почему это я ненормальная? — воинственно поджала губы, благо, они у меня самые обычные, и получилось без труда.

— Да хотя бы потому, что умудрилась до двадцати лет девственницей проходить! И это притом, что мужики на тебя всегда слюни пускали! И что только находят в тебе? — последнее прозвучало завистливо. — Уж прости, подруга, но на топ-модель ты не тянешь! Не уродина, конечно, но и красоткой не назовешь. Правда, мужики так почему-то не считают, — страдальческий вздох и новый завистливый взгляд.

Я хмыкнула. Для Таньки это было больной темой. Сама она отчаянно пыталась соответствовать принятым сейчас стандартам красоты. Изводила себя в тренажерном зале до седьмого пота, уговорила родителей дать ей денег на увеличение груди, выбелила волосы, увеличила губы и нарастила ресницы. Результат, по ее мнению, того стоил. Мужики, определенно, стали обращать на нее больше внимания. Ровно до того момента, пока рядом не появлялась я, отчего она старалась не знакомить меня с теми, на кого имела виды. Поражаюсь тому, что Танька до сих пор со мной дружит, а не отсеялась, как прочие подружки, замечавшие столь странный эффект.

И ведь и правда непонятно, что такого во мне находили! До параметров модели не дотягиваю, чуть ниже среднего роста, лицо симпатичное, но не более. Да и еще в последнее время, чтобы отпугнуть мужиков, коротко остригла свои каштановые волосы и выкрасила в рыжий с воинственными зелеными и красными прядями. Одевалась тоже, скорее, как парень, чем девушка. Но тем не менее, стоило какому-то Танькиному знакомому побывать в моем обществе минут пять — и все, я замечала в его глазах особый огонек.

Как-то мы напоили одного такого незадачливого кавалера, и он попытался объяснить на наши расспросы, что ж мужики находят во мне особенного. Ответ мало что прояснил. Едва шевеля заплетающимся языком и глядя на меня влюбленными глазами, тот парень — кажется, его Антон звали — сказал:

— Понимаешь, Ксюх, есть в тебе что-то такое… э-э-э… харизма, что ль… Вот чем больше с тобой общаешься, тем сильнее понимаешь! Необычная ты какая-то… Светлая, теплая… Смотрел бы и смотрел… Будто светишься изнутри! И притягиваешь к себе так, что после тебя на других и глядеть не хочется… Они какими-то тусклыми и серыми кажутся.

Мы тогда с Танькой посмеялись и решили, что парень допился до невменяемости, раз такой бред несет. Но помимо воли, слова его все-таки запомнились. Да и подтверждение их видела постоянно, отчего уже на стенку лезть хотелось! Не то чтобы я была мужененавистницей, но постоянные петушиные бои рядом сильно раздражали. Хотелось нормальных отношений, а не навязчивого внимания и попыток подкупить дорогими подарками и пускания пыли в глаза.

Хотя, положа руку на сердце, даже не это главное. Я просто не любила никого из тех, кто донимал своим вниманием. Даже симпатии малейшей не чувствовала. А делать вид, что это не так, лишь из-за того, чтобы было как у всех, претило. Уж лучше быть одной, чем растрачивать себя на тех, кто не вызывает никаких чувств! Так считала я и с чем в корне была не согласна Танька, то и дело пытавшаяся свести меня с кем-то. По-моему, она имела и еще один мотив так поступать. Думала, что когда я влюблюсь и завяжу серьезные отношения, перестану представлять для нее угрозу. Да я и сама начинала считать, что со мной что-то не так, и от этого грузилась еще больше. Ну почему у других людей все просто, а я надумываю себе проблем?

— Знаю я, что тебе надо, чтобы перестала депрессировать, — хлебнув коктейль, приготовленный для нее барменом, объявила Танька.

— И что же? — едко поинтересовалась я.

— Переспать с кем-нибудь. Просто так, без обязательств. Ты слишком грузишься по поводу девственности, носишься с ней. Так и до старости прождать можно! Вот увидишь, как только переспишь с кем-то, посмотришь на жизнь иначе! Развлекайся, пока молодая и красивая! — пьяно захихикала она.

— Сильно сомневаюсь, что это решение всех моих проблем, — ухмыльнулась я, хотя в последнее время и сама часто задумывалась над этим. А то стыдно даже сказать кому-то, что в таком возрасте до сих пор еще невинна.

— Не попробуешь — не узнаешь, — философски заявила Танька и. допив коктейль, встала на ноги. — Ладно, я танцевать! А ты не сиди тут, как сестрица Аленушка у озера, а иди подцепи кого-то. И бери быка за рога!

Вот как у нее все просто! Даже позавидовать можно!

Я криво улыбнулась и развернулась в сторону зала, критически оглядывая присутствующих мужчин. Не будь я уже изрядно навеселе, выбросила бы из головы дурацкий совет. Но сейчас он невольно упал на благодатную почву. Может, и правда, в этом корень моих проблем? Избавлюсь от уже и самой поднадоевшей девственности, и жизнь станет легче и веселее!

Только не попросишь же первого встречного помочь с решением столь деликатной проблемы! А обоих мажорчиков я сама же отшила вчера, запретив даже подходить ко мне. Да и мысль о том, чтобы попросить об этом кого-то из них, после того как узнала, что они на меня спорили, вызывала отвращение. Нет уж, лучше первый встречный, с которым никогда больше не пересекусь!

Но чем больше я разглядывала находящихся в клубе мужчин, тем сильнее понимала — нет, мне столько не выпить. Не то чтобы они все были страшными и безобразными. Просто раз уж это произойдет в первый раз, хотелось кого-то особенного. Того, кто хоть какую-то симпатию бы вызвал! Иначе, боюсь, в самый решающий момент струшу и сбегу.

— Ищете кого-нибудь? — послышался рядом вкрадчивый, словно обволакивающий голос, и я невольно вздрогнула.

По коже пронеслась целая вереница мурашек. И даже не знаю, приятным было это ощущение или нет. Сердце невольно участило темп, что со мной происходило нечасто. Обычно меня трудно вывести из равновесия.

Медленно повернулась. Рядом на высоком стуле сидел парень не старше двадцати пяти лет. И чем больше я на него смотрела, тем сильнее понимала, что имел в виду бедолага Антон, когда говорил о харизме. Вроде бы внешность и не самая выигрышная, даже странная. Представьте себе высокого тощего блондина с хищными чертами лица и раскосыми, как у азиата, глазами. Одет совершенно неприметно: белая футболка и джинсы. В общем, впечатления от его внешности сомнительные. Не принц, это точно! Но чем больше я смотрела в узкие темные глаза, тем сильнее понимала — отвести взгляд не могу. И сама не понимала, почему. Энергетика парня, попросту бешеная, не позволяла этого сделать.

Он казался загадкой, которую хотелось разгадать. Понять, в чем его секрет, раз настолько выделяется из числа остальных. А еще поразило то, что чем дольше его разглядывала, тем навязчивее становилось ощущение, что вижу не впервые. Хотя готова поклясться, что это не так!

Позабыв о недавних планах по избавлению от девственности, пялилась с неприлично отвисшей челюстью на блондина-азиата.

— Вы кто? — наконец, издала нечто, напоминающее писк.

Должно быть, вопрос звучал странно и совершенно не подходил для непринужденной беседы у барной стойки, но я не могла сейчас мыслить адекватно.

Парень улыбнулся, отчего у меня снова по коже пробежали мурашки.

— Я кажусь тебе знакомым?

И как он догадался? Нервно сглотнув, осторожно ответила, хватаясь за бокал с коктейлем, как утопающий за соломинку:

— Возможно. А это так? Мы с вами встречались раньше?

Радует уже то, что хоть произнести внятно смогла.

— Да, — лаконично ответил он, продолжая буравить взглядом, от которого все больше становилось не по себе.

— И где же? И когда? — сдув со лба длинную ассиметричную челку, резко контрастирующую с выстриженным ежиком на затылке, спросила.

— Если хочешь, обо всем расскажу. Но не здесь. Давай пойдем куда-нибудь в тихое место, где нам никто не помешает, — мягко сказал он.

А я поймала себя на том, что его предложение отчего-то встревожило. И притом, отказать язык не поворачивался. Уж слишком заинтриговал парень! Первый, кто вообще вызвал у меня подобные эмоции. К тому же, разве я не сама искала кого-нибудь на ночь с вполне определенной целью? И если уж искать кого-то особенного, то этот, как по мне, подходит идеально. Более чем! Только почему сердце еще больше участило темп, а интуиция подает тревожные сигналы?!

— Может, для начала хотя бы скажете, как вас зовут? — хрипло спросила.

— Айдар, — он улыбнулся и кивнул в сторону бармена. — Еще коктейль?

Он что напоить меня хочет? — мелькнула паническая мысль. Да еще и имя вызвало непонятную реакцию. Я и правда его где-то уже слышала. Черт! Да что происходит вообще?

— Нет, пожалуй, мне уже хватит, — пробормотала. — И думаю, пора домой.

Айдар так резко накрыл мою руку своей, что я вскрикнула. А потом закусила нижнюю губу, чувствуя, как глаза непроизвольно расширяются. От прикосновения его ладони будто током шибануло. Хотя, скорее, легкими электрическими разрядами, не приносящими боли, но вызывающими весьма странные ощущения. Так, будто что-то во мне узнавало его на уровне инстинкта.

Пребывая в каком-то ступоре, я не сопротивлялась, когда Айдар властно сказал:

— Пойдем! — и, не выпуская моей руки, помог встать со стула и повел к выходу.

От выпитых ранее коктейлей мир вокруг казался полуреальным, а присутствие рядом загадочного парня лишь усугубляло мое состояние. Может, это все сон, и скоро я проснусь и обнаружу себя в собственной постели?

На краткий миг сумела взять себя в руки и оглянуться, отыскивая Таньку. Та одобрительно показала мне большой палец и помахала рукой. И до меня дошло, что она поняла все неверно. Решила, что вняла ее совету и подцепила мужика на ночь. Проклятье! Как мне сбросить это пугающее оцепенение?

Айдар будто почувствовал, что готова сорваться с крючка, и обвил за талию. Из меня сразу словно выпустили воздух, и я обмякла в его руках, ощутив себя еще более пьяной. Лишь мозг посылал панические сигналы, призывающие сопротивляться тому, что происходит. Будь я трезвой, возможно, и получилось бы вырваться. Но сейчас разум отказывался помогать.

Почти на руках вытащив меня из клуба, Айдар поймал такси и погрузил в него мою не способную к сопротивлению тушку. Еще сильнее стало не по себе, когда он сам назвал водителю адрес съемной квартиры, которую мы делили с Танькой.

— От-ткуда в-вы?.. — начала было спрашивать, но Айдар прижался губами к моему уху и выдохнул:

— Ш-ш-ш, все вопросы потом, — и я просто не смогла больше издать ни звука.

Откинувшись на спинку сиденья, прикрыла глаза и отключилась. То, как мы доехали и как Айдар втащил меня в подъезд, я благополучно пропустила. Очнулась, лишь когда он поставил на ноги перед дверями квартиры, придерживая одной рукой. Попыталась что-то сказать, но в буквальном смысле прикусила язык, когда из-под его ладони полыхнул свет, а в следующее мгновение замок щелкнул, и дверь распахнулась сама.

Ощущая во рту солоноватый привкус крови, я всхлипнула, охваченная почти что ужасом. Разум, подпитываемый страхом, позволил снова взять контроль над телом. Я попыталась оттолкнуть пугающее существо, находящееся рядом, и бежать. Куда угодно, лишь бы подальше от него! От того, кто, без сомнения, не является обычным человеком! И мне сейчас даже не хотелось узнавать, кто же он на самом деле. А только держаться от него подальше!

Но Айдар чутко уловил мое настроение и, зажав рот одной рукой, второй подхватил и втащил внутрь, не обращая внимания на сопротивление. Сильный, гад! Несколько раз лягнула его куда дотянулась, но, казалось, мои удары не оказывают на него ни малейшего воздействия.

Звук хлопнувшей за спиной двери показался стуком крышки гроба.

Обрела способность говорить, только когда меня швырнули на диван в гостиной.

— Ч-что в-вам от меня нужно? К-кто вы т-такой, черт возьми?!

— Мне жаль… — он состроил скорбный вид. — Ты всегда мне нравилась больше остальных. Но кажется, я постиг замысел Высших. В живых из нас должен остаться только один.

— Как-ких еще Высших? — у меня кровь застыла в жилах, когда я поняла, что он еще и псих. Притом, весьма опасный, учитывая фокус, проделанный с дверью! — И кого это «нас»?!

— Бедная Лилана, — он театрально закатил глаза. — Наверное, ужасно ничего не понимать и даже не знать, за что умрешь.

— Ум-мру? — в глазах потемнело от подступившей животной паники. — И почему вы так странно меня назвали? Я Ксения, между прочим! Никакая не Лилана! Может, вы с кем-то меня перепутали?!

Попыталась соскочить с дивана, но неведомая сила отправила обратно. Притом этому гаду даже не понадобилось прикасаться ко мне. Он стоял в двух шагах и смотрел на меня, а его раскосые глаза казались сейчас особенно жуткими. Глаза моей смерти!

— Повторяю… Мне очень жаль, — мягко сказал он. — Но без твоей смерти ничего не завершится. Остальные уже мертвы. Тебя я оставил напоследок. Никогда не говорил тебе, но ты должна знать… Я всегда питал к тебе… скажем так, некоторую слабость.

Он шагнул к дивану и склонился над моей съежившейся фигуркой. Со вздохом коснулся волос, провел по лицу и очертил пальцами контуры губ.

— Хотя бы объясните, что все это значит! Вы обещали… Там, в баре… что ответите на мои вопросы, — я дернулась, сбрасывая его руку и отчаянно пытаясь потянуть время.

Кто знает, может, найду лазейку, которая позволит переубедить его? Уговорить, что убивать меня вовсе необязательно. Но для этого я должна знать подробности его сумасшествия. Что происходит в этой больной голове?

Айдар тонко улыбнулся и, напоследок погладив по волосам, что я стойко вытерпела, устроился в кресле напротив.

— Хорошо, я отвечу на твои вопросы. Думаю, могу отдать тебе дань уважения хотя бы таким образом. И повторяю, мне очень жаль, что так получилось.

— Почему вы назвали меня Лиланой? — от адреналина, хлынувшего в кровь из-за грозящей мне опасности, я даже протрезвела и обрела способность мыслить более-менее здраво.

— Такое имя дали тебе Высшие, когда создавали нас.

Проклятье! Да он точно псих!

— Кто такие Высшие? — задала новый вопрос, стараясь не показывать даже взглядом реакцию на его слова.

— Я знаю о них не так много. Как и мы все. Только то, что они наши создатели и контролируют проводимый эксперимент.

— Какой еще эксперимент?!

— По выявлению лучшего из нас. Награда, что ожидает в конце, стоит всего, через что нам пришлось пройти до сих пор.

— Да о чем вы говорите?! — не выдержала я. От его ответов возникало лишь еще больше вопросов.

— Полагаешь, мир, в котором ты живешь сейчас, единственный? Нет, моя дорогая. Он лишь крохотная песчинка в вереницах миров, созданных Высшими. Мы стали новым экспериментом взамен тех, что проводились раньше.

Я смотрела на него, уже боясь что-либо спрашивать, понимая, насколько сильно попала. Да он двинутый на всю голову!

— Вначале Высшие назначали таких, как мы, богами для контроля над различными вереницами миров. Но результат показал нестабильность. Многие настолько вжились в роль богов, что это стало опасным для сохранности системы. Боги воевали между собой, наказывали недостаточно преклоняющихся перед ними разумных существ, едва не уничтожили все. Так что Высшие изменили подход. Теперь мы должны жить в подвластных мирах, находясь в телах обычных людей, но ничего не помня о своей истинной сути. Да еще более высокий результат получают те, кто выбрал не слишком удачное тело. Добиться чего-нибудь, родившись в бедной семье или будучи ущербным — не лучшее ли доказательство того, что ты способен на большее, чем остальные? Когда после смерти очередной оболочки возвращаемся в Обитель, к нам приходит осознание своей личности и память обо всех прежних воплощениях. Мы анализируем то, что видели во время жизни смертными, даем прогнозы и вносим предложения, нужно ли напрямую вмешиваться в происходящие в тех мирах процессы. Ну и Высшие проводят подсчет всего, что мы сделали за жизнь, как действовали, чего достигли. Они сказали, что по результатам эксперимента, который закончится тогда, когда они посчитают нужным, будет выявлен лучший из нас. Он обретет функции бога этой вереницы миров. Остальные станут его помощниками и продолжат сбор данных обычными методами.

— И сколько же все это длится? — спросила, когда он умолк, и боясь, что решит, что настало время переходить к делу.

— Больше трех тысяч лет, — он поморщился. — Знала бы ты, как я устал постоянно воплощаться в уязвимых смертных! С каждым разом это становится все труднее. Знать о своем могуществе и соглашаться на роль муравья!

Ну и самомнение у этого белобрысого азиата! Неудивительно, что для него убить человека — то же, что насекомое прихлопнуть! Обиднее всего, что в этот раз таким насекомым стану я.

— Если лучшему все равно понадобятся помощники, то зачем тебе всех убивать? — протянула, надеясь, что удастся пробудить в нем хоть какую-то логику.

Губы Айдара растянулись в снисходительной улыбочке.

— Потому что я первым из всех понял, в чем на самом деле состоял замысел Высших.

— И в чем же?

Эх, боюсь, что мне ответ не слишком понравится… И я не ошиблась!

— Мы можем хоть до посинения продолжать перевоплощаться в смертных. Высшие же терпеливо ждут, когда осознаем истину. Должен остаться только один. Тот, кто докажет, что он сильнее и способен на решительные меры. Контролеров над одной вереницей взаимосвязанных миров не может быть несколько — они просто перегрызутся. Всегда между нами будут зависть и конкуренция. Так что в итоге один из нас должен устранить с дороги остальных.

— С чего ты взял, что именно в этом был их замысел? — осторожно спросила.

— Я готов рискнуть, — в раскосых глазах полыхнул жуткий огонек, и до меня дошло неутешительное осознание.

Он настолько верит в свой шизофренический бред, что и правда считает себя доведенным до ручки. Устал перевоплощаться и лезть из кожи вон, доказывая свое превосходство. Предпочтет тем или иным способом покончить с экспериментом Высших. И сейчас на его пути лишь одна преграда — я. По каким критериям он меня причислил к таким же существам, к каким относит себя, остается лишь догадываться. Скорее всего, увидел в баре, и я его заинтересовала. Больной ублюдок!

— Довольно слов! — он поднялся, и у меня сердце ушло в пятки.

Когда же в его руке неизвестно откуда появился длинный кинжал, подсвеченный голубоватым светом, я завизжала. Вернее, попыталась, поскольку из горла не просочилось ни звука. Неужели Айдар и на такое способен?! Полностью парализовать жертву?

Попыталась сопротивляться, и тело даже начало подергиваться. Но я катастрофически не успевала взять его под контроль до того, как эта сволочь подойдет.

— Мне придется убить тебя, Лилана, — склонившись надо мной, шепнул он, приблизив лицо вплотную к моему. — Притом, к сожалению, два раза.

О чем этот мерзавец говорит, черт возьми?!

— Чтобы убить таких, как мы, недостаточно просто поразить тело, — в ответ на невысказанный вопрос протянул он, опять погладив меня по щеке. Я же от потрясения сейчас не могла даже стряхнуть ее. — Когда я убью это смертное тело, твоя душа вернется в истинную оболочку. И только тогда мне удастся довершить дело до конца. Прости, но иначе не получится. И поверь, мне это делать не слишком приятно. С другими было легче, — он вздохнул и коснулся губами моего рта.

Вот этого я уже не стерпела и впилась зубами в его нижнюю губу. Айдар отпрянул, в раскосых глазах полыхнула злость.

А в следующую секунду грудь пронзило болью — такой сильной и резкой, что я не смогла даже вздохнуть.

Со всех сторон накатила темнота, погружая в вязкую пустоту, где не было ни звуков, ни запахов, ни образов…

Это длилось, казалось, всего мгновение. А потом я вновь распахнула глаза, чтобы, еще до конца не осознавая, что происходит, увидеть себя в какой-то капсуле, подсвеченной голубым. Больше всего это напоминало обстановку на космическом корабле или в лаборатории будущего. Ряд длинных капсул, таких же, как та, в которой лежала я. Всего двенадцать. Все, кроме моей, раскрыты, и сквозь прозрачный купол своей я видела, что лишь одна из них пуста. В остальных лежали люди. Мужчины и женщины. Абсолютно обнаженные. С подсоединенными к ним датчиками, ведущими к общей огромной панели на потолке, напоминающей карту звездного неба. Что-то вроде компьютера.

Разум, пытающийся осознать, что происходит, отстраненно отметил, что тела повреждены. У каждого в районе сердца зияла кровавая рана. И только когда крышка моей капсулы начала подниматься, а я увидела над собой Айдара, одетого в серебристый облегающий костюм, нахлынули воспоминания.

Перед глазами лихорадочно замелькали события сегодняшнего вечера, а еще начали накатывать странные образы, будто и не мои вовсе.

— Мне жаль, но у тебя не будет времени полностью осознать себя и вспомнить, — послышался ненавистный голос.

Над моей обнаженной грудью занесся знакомый кинжал. В голове пронеслись панические мысли: «Проклятье, это все правда! Весь тот бред, что рассказывал этот псих!» И еще одна мысль, принадлежащая будто и не мне: «Поторопись! Прыгай в первое попавшееся тело! Не время выбирать!»

Панель над капсулой, к которой все еще были подключены мои датчики, ярко полыхнула, на мгновение отразив мое лицо. Вернее, лицо существа, лежащего в капсуле. Рыжеволосой девушки с правильными чертами и огромными кошачьими зелеными глазами. Могу понять Айдара, почему он неровно дышал к своей товарке по несчастью и ее единственную не смог хладнокровно убить сразу! Девушка поразительно красива! Но все это мелькнуло отстраненно, пока разум почти помимо воли давал команду магическому компьютеру.

Я даже не удивилась, откуда знаю, что и как делать. Каким-то образом понимала, что обычно все происходит не так и перед тем, как выбрать себе тело, мы тщательно изучаем данные и внедряемся еще на стадии зародыша. Так положено, чтобы осознавать себя именно как этот человек и не помнить ничего из прошлого. Мозг зародыша просто не в состоянии вместить все воспоминания и это происходит само собой. Лишнее отсекается.

Но сейчас нет времени! И я дала лишь один параметр. Пусть это будет женщина такого же возраста, как и мое предыдущее тело. Плевать, в каком мире это произойдет!

На пуск я мысленно нажимала уже в тот момент, когда тело пронзал кинжал Айдара. Душа уносилась в неизвестном направлении, а я торжествовала. Радовалась тому, что желаемого проклятый предатель так и не добился. Моя душа останется живой, оболочка же в капсуле восстановится. Вот если бы я осталась там, мне пришел бы конец. Смерть в родном теле, пока в нем душа, безвозвратна.

Теперь же Айдару придется изрядно потрудиться, чтобы отыскать меня. Выбор нового тела был хаотичным и непредсказуемым. Ему придется просеять кучу миров и существ, чтобы догадаться, где я нахожусь. Ведь в этот раз я даже не буду новорожденным ребенком, а просто займу чье-то место.

Чье оно будет — не знаю и сама. И это немного пугало. А еще то, что до конца воспоминания Лиланы так и не вернулись. Я просто не успела осознать себя до конца до того, как вмешался Айдар. И внутренне осталась, фактически, Ксенией Орловой — обычной девушкой из мира под названием Земля. Студенткой-второкурсницей, учащейся на юридическом, но всегда мечтавшей стать актрисой. Подумала иронически, что вот мне и представится такая возможность. Сыграть несвойственную мне роль, выживая в чужом мире, который может оказаться каким угодно…

ГЛАВА 2

Элисса

Вхождение в новое физическое тело оказалось не слишком приятным. Вместо того чтобы сделать полноценный вдох, я захлебнулась водой.

Проклятье! Я что тону?!

Запаниковала и, пытаясь вынырнуть на поверхность, ощутила, как нога запуталась в чем-то на дне и не позволила этого сделать. Воздуха в легких не осталось совершенно, и от удушья закружилась голова.

Как глупо! — мелькнула последняя мысль. Чудом успеть сбежать от Айдара, чтобы тут же опять оказаться в капсуле. Ему даже искать не пришлось…

А потом сознание окончательно оставило.

Новое пробуждение оказалось немногим лучше предыдущего. Легкие и горло буквально разрывало на части от попыток протолкнуть наружу воду. Я лежала на боку, поддерживаемая чьими-то сильными руками, и меня выворачивало наизнанку. Кашляла, судорожно втягивала воздух и извергала наружу содержимое желудка.

Рядом послышался брезгливый женский возглас:

— Фу, как это отвратительно! Дамиен, ты не проводишь меня к дому? Думаю, твой друг здесь и без нас справится.

— Я-то справлюсь, — послышался суховатый голос прямо надо мной. — Но не мешало бы вызвать лекаря. Сообщите ардаре Катрине о том, что случилось.

— А что случилось-то? Зачем бабушку тревожить? — фальшиво удивилась пока невидимая мне девушка. Я все еще была слишком занята собственным плачевным состоянием, чтобы осмотреться и оценить ситуацию. — Эта неуклюжая дура просто оступилась на мосту и упала!

— Мне показалось по-другому, — иронично заметил тот, кто сейчас был для меня опорой и поддержкой в прямом смысле. То бишь продолжал удерживать мою бедную тушку. — Что кое-кто слишком сильно ее толкнул, когда проходил мимо.

— Вам показалось, лирн Олмер, — теперь женский голос источал яд, а у меня в мозгу тревожно тенькнуло.

Это что меня и здесь прямо-таки мечтают поскорее на тот свет отправить?!

— Ну, не ссорьтесь! — вмешался еще один мужской голос. — Беатриса, Леонс, определенно, нет никакого повода для конфликта!

— Тут ты прав, Дамиен! — презрительно фыркнула девушка, которую я уже заочно возненавидела. — Из-за такого пустяка, как это жалкое создание, и правда, нечего ссориться. Проводи меня к дому. Лирн Олмер, а вы, как разберетесь с этим… — последнее прозвучало особенно брезгливо, и я поняла, что таким нелестным словом характеризовали меня, — присоединяйтесь к нам!

Тут поток исторгающейся из меня жидкости, наконец, иссяк, и я попыталась повернуться. Сильные мужские руки, почувствовав перемену, помогли принять сидячее положение.

Сквозь застилающие глаза слезы, невольно выступившие из-за недавних неприятных ощущений, я разглядела совсем еще молодое лицо. Парень вряд ли был старше меня самой. От силы двадцать лет. Кожа смугловатая, золотисто-русые волосы в художественном беспорядке обрамляют приятное лицо с мужественным подбородком. Глаза медово-карие, что настолько гармонировало с остальным обликом, что я невольно залюбовалась. Он весь казался каким-то солнечным, светлым. Притом привлекательность его не была слащаво-приторной. Широкие плечи с рельефно выделяющимися даже сквозь одежду мускулами, да и недавние мои ощущения от его поддержки, показывали, что передо мной настоящий мужчина. Сильный, уверенный в себе, хорошо развитый физически.

А еще я почувствовала нечто странное, когда физическая оболочка, пока еще не в полной мере ставшая моей, отреагировала на него не совсем адекватно. К щекам прилил румянец, сердце заколотилось как бешеное, и желания охватили прямо-таки противоположные друг другу: смущенно потупиться и в то же время продолжать любоваться этим незнакомым парнем.

Проклятье! Похоже, моя новая оболочка испытывает к этому малому влечение. И это мне не нравилось! Не успела толком понять, что к чему, а все осложнилось совершенно лишними эмоциями.

Сердясь на саму себя, а вернее, на девушку, место которой я бесцеремонным образом заняла, усилием воли отвела глаза от солнечного красавчика и глянула на других участников событий.

Неподалеку стояли парень и девушка примерно нашего возраста. Мозг соображал все лучше, и потому я отметила кое-какие важные детали. Их одежда. Она больше напоминала моду минувших эпох моего мира. На мужчинах камзолы, обтягивающие штаны и высокие мягкие сапоги. Причем на солнечном мальчике, как я мысленно окрестила того, кто сидел рядом, одежда была скромнее, чем на втором. Темно-зеленый, без всяких изысков камзол, рубашка с отложным воротничком тоже довольно простого кроя. Кстати, они были мокрыми. Стало понятно, благодаря кому я все-таки не отправилась на тот свет, к старине Айдару.

На втором же парне, с пепельными волосами, собранными в хвост, и с небольшими, глубоко посаженными светло-зелеными глазами, камзол был бежевым, с узорами в виде зеленых листьев, а кружева на рубашке прямо-таки вычурные. Типчик этот мне сходу не понравился! Особенно если вспомнить его недавнюю фразу про пустяк, не стоящий внимания, или что-то вроде того.

Так, соображай и анализируй! — мысленно скомандовала себе. Чем быстрее я вольюсь в новую обстановку, тем для меня же лучше. Как там его называли? Кажется, Дамиен. А к солнечному мальчику обращались двойственно. Дамиен звал его по имени — Леонс; девушка же — более официально — лирн Олмер. Уже кое-что! Позже нужно будет выяснить, какое положение они все здесь занимают. Ну, и я среди них. Хотя не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять — мой статус тут ниже плинтуса. И это далеко не радует! Только выбирать не приходится.

Пока в голове метались все эти мысли, я перевела взгляд на девушку, с неприязнью смотрящую на меня. Довольно хорошенькая, со светлыми волосами, собранными в изысканную прическу. Но готова поклясться, что цвет ненатуральный. Явно осветляет с помощью каких-то местных средств. Этим она напомнила мне подругу Таньку, но я сразу отогнала эти ассоциации.

Несмотря на явное желание привлекать мужчин с помощью усовершенствования внешности, они отличались как небо и земля. В Тане всегда ощущалась душевность, незлобивость. Эта же змеюка та еще! Сразу видно! Карие, с зеленоватым отливом глаза, подведенные чем-то для большей выразительности, не оставляли в этом сомнений. Ее бы воля — я бы сегодня точно утонула в пруду, рядом с которым мы все находились!

Платье на ней было длинное, в меру пышное, молочно-белое в синий цветочек, с оголенными плечами и пышными рукавами почти до локтей. Беатриса, — вспомнилось, как обратился к ней Дамиен. Крыса, — тут же срифмовала я и сочла это вполне подходящим прозвищем. Ее спутник вызывал схожие чувства и ассоциации.

— Чего уставилась? — прищурилась Крыса, которой мои взгляды явно не пришлись по душе.

Тело помимо воли отозвалось униженной покорностью, заставляя потупиться, что мне ой как не понравилось. Это что мне досталось в управление какое-то забитое безотказное существо?! Ну нет, пора это менять! Не собираюсь я позволять себя унижать этим двум крысам, и, что-то мне подсказывает, не только им!

— Да вот, размышляю, — хрипло из-за все еще саднящего горла отозвалась, вспомнив о подслушанном разговоре. — Что может грозить за попытку убийства? — и, превозмогая себя, я опять подняла глаза.

Увидела, как щечки Крысы покрылись пунцовыми пятнами. Ага, похоже, все-таки испугалась и задумалась о последствиях!

— Да что ты несешь?! — прошипела девица, судорожно стискивая кулаки.

— Хочешь сказать, это не ты меня столкнула вон с того моста? — я кивком указала на единственный мостик, находящийся в зоне обзора, где, очевидно, и совершались недавние события.

Крыса явно была ошарашена и возмущена тем, что я вообще осмелилась предъявлять ей какие-то обвинения. Некоторое время судорожно открывала и закрывала рот, потом презрительно бросила:

— Это была обычная шутка! Утонуть тут весьма проблематично. Пруд из-за засухи стал совсем мелкий. Если ты даже в луже умудрилась едва не утопиться, винить в этом можешь только себя!

С этими словами, не желая больше тратить время на столь недостойный объект, она взяла спутника под руку и горделиво двинулась к виднеющемуся в отдалении большому дому. Я только сейчас его заметила и мысленно присвистнула.

Ничего себе домина! Целая усадьба! Похоже, раз мы здесь живем, то назвать нас бедными однозначно нельзя. Впрочем, я вполне могу быть если не служанкой, то какой-нибудь компаньонкой или чем-то в этом роде. По крайней мере, если судить по платью, — подумала, оглядев свое мокрое одеяние. Скромное и уныло-серое, с небольшим вырезом в районе ключиц, но с такой же по пышности юбкой, как у Крысы.

— Как вы, лирна Элисса? — подал голос все еще сидящий рядом солнечный мальчик. — Сами идти сможете?

В некоторой растерянности уставилась в его приятное лицо и снова ощутила, как тело реагирует предательской мелкой дрожью. Видимо, парень трактовал это иначе и встревожено нахмурился.

— Нужно поскорее доставить вас в дом и переодеть в сухое! А то еще заболеете! Сейчас жара, конечно, но рисковать не стоит.

С этими словами, недолго думая, он поднялся и подхватил мое несопротивляющееся тело на руки. Возражать сил не хватило — похоже, Элисса, как, оказывается, зовут хозяйку новой оболочки, пребывает в полной прострации от близости объекта симпатии. Впрочем, судя по всему, парень он неплохой, раз единственный из всей компании озаботился моим плачевным состоянием. Можно будет наладить с ним контакт и потихонечку расспросить о том, как здесь все устроено. Пока же лучше помалкивать и пореже позволять себе такие вспышки, как недавно с Крысой.

— Рад, что вы, наконец, решились возразить своей кузине, — неожиданно опять заговорил солнечный мальчик, несущий меня по аллее к дому.

Кузина, значит? Я с трудом сдержала удивленную гримасу. Эта стерва моя двоюродная сестра? Тогда почему же обращается со мной как с дерьмом? Ведь я занимаю такое же положение, как она! Но открытие заставило воспрянуть духом. Я вовсе не обязана безропотно сносить унижения от этой твари!

— Она и правда хотела меня убить? — осторожно спросила. — А то я мало что помню. Наверное, от потрясения.

— Не думаю, что убить, — покачал головой Леоне. — Скорее, в очередной раз поиздеваться.

В очередной раз?! Внутри заклокотал гнев. Похоже, Крыса постоянно так измывалась над бедной девушкой!

— Но к счастью, мы с Дамиеном шли за вами, так что отреагировали вовремя.

— ВЫ отреагировали, — уточнила я. — Не похоже, что ваш друг так уж стремился помочь. Наверное, слишком боялся намочить свои кружева, — добавила насмешливо.

Леоне не стал это комментировать, лишь посмотрел с некоторым удивлением. Видимо, таких слов в адрес кого бы то ни было прежняя Элисса себе не позволяла.

Судя по тому, что возле дома никакая суета не наблюдалась, два крысеныша и не подумали сообщать кому-то о случившемся. Но Леоне, нахмурившись, остановил пробегавшего мимо слугу и велел сообщить некой ардаре Катрине, что с ее внучкой произошел несчастный случай и нужен лекарь.

Так, еще кое-что прояснилось. Главная тут — наша с Крысой бабка, раз докладывают о чрезвычайном происшествии именно ей. Интересно, а родители мои где? От попыток разобраться в ситуации разболелась голова. Но слишком важно было поскорее адаптироваться в новом мире. Осталась ли возможность получить воспоминания этого тела? То, что я понимаю язык местных, уже хороший знак. Несомненно, знания мне достались от прежней Элиссы. Но что еще я могла получить от нее?

Откуда-то нахлынул четкий ответ: слияние все еще не завершилось. Не зря ведь некоторые реакции тела я не могу контролировать. Души прежней девушки, определенно, уже нет, но в мозгу хранятся воспоминания, которые я должна совместить со своими. Черт! И откуда я это знаю?!

Бросило в жар. Похоже, часть сознания Лиланы все-таки успела пробудиться, и она делает, что может, помогая мне выжить. Вернее, помогая себе в моем лице. Проклятье! С ума можно сойти! Еще недавно жизнь была простой и понятной, теперь же вокруг творится невесть что. И как со всем этим справиться?

Внезапно ощущения тела, ставшие чересчур болезненными, заставили оторваться от размышлений. Меня трясло все сильнее, внутренности буквально выкручивало. Так, будто тело пыталось отторгнуть чужеродную субстанцию. Особенно же болела голова.

Похоже, это тоже последствия слияния. Элисса уже взрослый человек, потому вторжение в тело проходит тяжелее, чем если бы душа Лиланы переместилась в маленького ребенка. А вдруг я могу даже умереть?!

В ужасе закусила губу, пытаясь вновь взять контроль над телом. Словно сквозь слой ваты, слышала встревоженные голоса вокруг, но сама толком не соображала, что происходит. Даже обрадовалась, когда сознание отключилось, давая кратковременную передышку.

ГЛАВА 3

Не знаю, сколько времени провела между жизнью и смертью. Хотя, возможно, большей угрозой для меня было превратиться в овощ с выжженными мозгами. Разум однозначно терпел перегрузку, пока наши с Элиссой сознания сливались в одно. В голове непрерывно мелькал целый калейдоскоп образов, сводя с ума и не давая времени на анализ того, что вижу.

Иногда, когда на краткий миг возвращалось ощущение реальности, я видела себя лежащей на постели в какой-то комнате. А над собой лица мужчин и женщин, что-то говоривших или делавших. Но я в тот момент не понимала, кто они и чего хотят. Все силы уходили на борьбу с болью, раздирающей голову на части.

Нет, определенно, если бы знала, что меня ждет такая пытка, сто раз бы подумала — а стоит ли прыгать в неизвестность! Или лучше умереть быстрой и относительно легкой смертью от кинжала Айдара. В данный момент я склонялась ко второму, хоть и понимала, что такие пораженческие настроения от переносимых мучений. А окажись я снова перед выбором, предпочла бы пусть даже призрачный шанс на выживание.

Но всему рано или поздно приходит конец. Пришел он и моему жуткому состоянию. Как-то, снова открыв глаза, с удивлением поняла, что боли больше нет. Лишь слабые, едва уловимые отголоски, которые, скорее, можно считать фантомными. Надеюсь, и они со временем исчезнут! А еще ощущалась слабость. Такая, что я едва смогла отвести глаза от балдахина, возвышавшегося надо мной, и покоситься на окружающую обстановку.

Трудно сказать, какое было время суток — тяжелые темные портьеры были плотно задвинуты, а единственным источником света в помещении служил канделябр с тремя свечами, стоящий на столике у стены. Около него в двух креслах сидели две женщины. То, что я здесь не одна, заставило напрячься и прикрыть глаза так, чтобы было незаметно, что уже не сплю. Услышать разговор домочадцев будет нелишним. Тем более что слившееся сознание позволило обрести воспоминания прежней хозяйки тела. И я прекрасно знала, кто эти женщины.

Одна из них, с книгой на коленях, которую сейчас не читала, вызывала у бедняжки Элиссы глубинный, инстинктивный ужас. Воспринималась не иначе как хищник, в любую минуту готовый наброситься на беспомощную жертву. Весьма привлекательная внешне, хоть и несколько мрачноватая, что делало ее на вид старше. Темноволосая, с пронизывающими карими глазами и правильными чертами лица. Я уже знала, что одевалась она всегда в темные, наглухо закрытые платья с глухим воротом и длинными рукавами. Даже в жару, которая царила в последний летний месяц. Причем Элисса никогда не замечала, чтобы эта женщина, являющаяся ее бабушкой и главой клана Кармад, потела или испытывала дискомфорт из-за подобных мелочей.

Единственными украшениями строгого наряда служили тяжелая золотая цепь главы рода, перстень-печатка — еще один атрибут власти, и обручальное кольцо — память о покойном муже. Вообще бабушкой назвать женщину, на вид не старше тридцати пяти лет, язык не поворачивался. Но я уже знала, что маги в этом мире имели преимущества перед обычными людьми. Да и вообще продолжительность жизни здесь несколько больше — примерно до ста пятидесяти. Но если обычные люди подвергались старению, то маги почти до самой смерти оставались внешне молодыми. Только за год-два до кончины начинались признаки увядания, но зато они приходили резко и стремительно. Так, что в считанные месяцы из цветущего молодого создания маг обращался в древнего старца.

Даже не скажу, что предпочтительнее — стареть медленно или вот так, в раз измениться до неузнаваемости. Впрочем, Элисса магом не была. По крайней мере, пока. Магический дар мог пробудиться до двадцати пяти лет, а этому телу, как и моему предыдущему, было двадцать. Элисса втайне мечтала, что дар у нее пробудится, и это поможет стать сильнее и давать отпор обидчикам. Наивная девочка! Насколько успела понять, проблема была в самом ее характере — смирном и покладистом. Сломать такое существо оказалось нетрудно, с чем отлично справились дорогие родственнички!

Подкатил ком в горле, стоило вспомнить, что этой девочке пришлось пережить за свою недолгую жизнь. Начать хотя бы с того, что ей не повезло родиться незаконнорожденной в семье аристократов.

Здесь, кстати, знать разделялась на две категории. Первая называлась арды — высокопоставленное дворянство, создающее собственные кланы. Глава ее носил титул ардар. Притом женщина тоже могла стать главой клана, что подтверждалось примером моей бабки Катрины. Правда, для этого женщина должна была родиться магом и не иметь братьев с даром. Все эти условия были соблюдены, и Катрина Кармад возглавила клан. Кстати, ее сын, отец моей кузины Беатрисы, ард Димитр, родился совершенно обычным. У его жены — пухленькой русоволосой женщины с каре-зелеными глазами, которая сидела сейчас в кресле напротив ардары Катрины, дар был, но небольшой.

Вообще с магией тут носились как с писаной торбой. Чем больше магов под началом клана, тем он считался могущественнее. Так что еще и поэтому Элисса мечтала о том, чтобы он в ней пробудился. Считала, что тогда начнут больше ценить. У Крысы дар, кстати, тоже еще не проснулся, но она была всего на полгода старше Элиссы, так что и у нее все впереди. Но разумеется, при равных обстоятельствах предпочтение отдадут ей, как законнорожденной. И если дар в Беатрисе пробудится, она после смерти бабки вполне может стать новой ардарой Кармад.

Но вернемся к осмыслению реалий этого мира. Вторая категория дворянства — лирны, менее родовитые, являлись вассалами определенных ардов. Кстати, то, что меня называли лирной, не случайно. Я незаконнорожденная, но признана родней, и потому должна носить, пусть и менее громкий, но аристократический титул. Солнечный мальчик, который так мне понравился, лирн по праву рождения, сын одного из вассалов отца Дамиена. Так что по положению он ниже своего друга и Беатрисы. От души ему посочувствовала, что приходится пресмыкаться перед такими ничтожествами. Хотя, надо отдать должное Леонсу, он держался с достоинством и помыкать собой не позволял.

Насколько знаю, они с Дамиеном выросли вместе, и его отец — лирнар Гюстав Олмер, был наставником по воинскому искусству у обоих мальчиков. Он возглавлял службу охраны у ардара Нартрана — отца Крысеныша. Кстати, клан Нартранов еще более влиятелен, чем Кармады. Неудивительно, что бабка жаждет породниться с ними через Беатрису. Собственно, с этой целью Дамиен и гостит в нашем поместье.

Не замечала между этими двумя особого интереса друг к другу, но спелись они отлично. Может, из-за сходства характеров. Оба премерзопакостнейшие личности! На их фоне Леоне смотрелся еще более выигрышно. Благородный, сдержанный, доброжелательный даже по отношению к столь презренному существу, каким считалась Элисса. Может, потому девчонка и влюбилась в него по уши!

Дамиен с Леонсом уже второй год летом приезжали к Кармадам. И чем больше Элисса узнавала парня, тем сильнее сохла по нему. Лелеяла мечты о том, что он обратит на нее внимание как на девушку, предложит выйти замуж и заберет из этого ада. Но Леоне, пусть и проявлял дружелюбие, дышал к ней ровно.

Да и неудивительно! Я ужасалась тому, во что превратили бедную девочку! Ведь внешне недурна, даже привлекательнее Беатрисы. Среднего роста, стройная, миниатюрная, с густыми темными волосами, которые собирала в уродливый пучок, с неплохими формами, что, впрочем, трудно оценить под теми платьями, что ей приходилось носить.

Но не зря говорят, что главное в женщине не красота, а уверенность в собственных силах, умение себя подать. Элисса этого совершенно не умела. Постоянная забитая покорность, отражающаяся на лице и во всем облике, опущенный, потухший взгляд, не позволяющий оценить красоту синих глаз. Неуклюжая, какая-то деревянная походка, понурые плечи.

Оказываясь среди других людей, она сразу съеживалась и зажималась, будто боялась, что ее в любой момент ударят. Даже в те редкие моменты, когда улыбалась, делала это нервно и натянуто, готовая тут же сменить улыбку на извечную скорбную гримасу. И вот как подобное создание может понравиться такому парню, как Леоне? Элисса и сама это понимала, пыталась при нем не слишком тушеваться, но получалось плохо. Да и постоянные придирки и насмешки со стороны Беатрисы и охотно подключившегося к травле Дамиена давали свое.

Я поражалась тому, как она вообще держалась все это время. Ведь такое пренебрежительное отношение наблюдалось не только со стороны родственников, но и слуг и наставников, что учили их с кузиной всему необходимому девушке из благородной семьи.

Мать же Элиссы умерла при родах. О ней вообще старались не вспоминать. А если и вспоминали, то не иначе как о позоре семьи. Кто был отцом девушки, не знал никто. Покойная Габриэлла Кармад так и не открыла этого никому. Говорила лишь, что он сражался на войне с горными альвами, которая разразилась незадолго до рождения Элиссы. И что она не станет женой никого другого, будет хранить верность любимому. Похвально, конечно, но при этом Габриэлла даже не подумала о том, чем такое аукнется ее ребенку. Она-то отмучилась, а вот девочке пришлось отвечать за грехи матери!

Когда им с Беатрисой было по семь лет, бабушка самолично вручила старшей внучке подарок — пучок розог, и заявила, что на ней лежит ответственность за то, чтобы помочь воспитать порченую родственницу как подобает. Чтобы Элисса не вздумала идти по стопам матери, когда подрастет. Она разрешила Беатрисе и наставникам использовать физические наказания по отношению к младшей внучке. Разумеется, калечить и слишком усердствовать запретила, но от этого было не легче.

С того дня жизнь маленькой девочки превратилась в ад. Злобная по натуре Беатриса с удовольствием взялась за процесс воспитания. За малейшее неповиновение или то, что она считала неуважением, следовало неминуемое наказание. Уже не говоря о моральных издевательствах, на которые Крыса оказалась не менее щедрой. Нужно ли удивляться, что им в итоге удалось превратить девочку в боящееся и слово лишнее сказать, запуганное существо?

В тот день, когда Беатриса столкнула ее в пруд, Элисса решила для себя, что с нее хватит. И вместо того чтобы выплыть, камнем пошла на дно, воспринимая смерть как освобождение.

Что ж, каждая из нас получила то, что хотела! Элисса покинула мир, который боялась и ненавидела, а я обрела новую жизнь. Но разрази меня гром, я не собираюсь оставлять все как есть! Эти гады сильно пожалеют, что так измывались над несчастной девочкой!

С трудом заставила себя отогнать неприятные воспоминания, которые уже воспринимались как мои собственные, и сосредоточиться на тихом разговоре двух женщин.

— Если честно, поражаюсь, ардара Катрина, почему вы уже третий день бдите у ее постели, — покачала головой тетка Олирра. — Вполне достаточно было бы слуг. Да и лекарь регулярно наведывается. Говорит, что вроде бы Элисса идет на поправку.

— А я не понимаю, чему вы удивляетесь, дорогая невестка? — уголками губ улыбнулась бабушка. — Это бедное дитя все же моя внучка!

Захотелось фыркнуть от негодования. Интересно, с какого перепугу она вообще об этом вспомнила? Тетя метнула на свекровь недоверчивый взгляд, по-видимому, подумав о том же. Как и все остальные, кто лично знал ардару Катрину, она не питала иллюзий по поводу ее человеколюбия. Более хладнокровной и жестокой стервы найти трудно! Она и Беатрисе фору даст! Поймав взгляд Олирры, бабушка ухмыльнулась.

— Дорогуша, тебе бы тоже не мешало умение расставлять приоритеты. И использовать из ситуации и людей все, что они могут дать. Не будь девочка важна для клана, я давно бы избавилась от этого позорного пятна. Отдала бы на воспитание простолюдинам или в храм Созидательницы.

Я с трудом сдержала негодование. Жрецы и жрицы богини, в которую верят местные, напоминали укладом жизни монахов с Земли. Они должны были блюсти целибат, держать себя в строгости и тяжким самоотверженным трудом чтить Созидательницу. В общем, отдать меня в храм — то же самое, что похоронить в монастыре. А такая участь нисколько не прельщала! Смирение и покорность никогда не были мне присущи.

— Но чем это ничтожество может быть нам полезно? — поморщилась тетка. — Более жалкого создания трудно отыскать!

Вот же гадина! Я подавила желание запустить в нее каким-нибудь из пузырьков с лекарствами, стоящими на прикроватном столике. Но удержалась и продолжила изображать спящую.

— Причин держать ее при себе несколько, — невозмутимо отозвалась ардара Катрина, бросив беглый взгляд в мою сторону.

Я даже дыхание затаила. Но обошлось. Похоже, не заметила, что я не сплю.

— Ну, во-первых, до того как станет окончательно понятно, маг она или нет, глупо разбрасываться ресурсами. Маги, тем более, настолько покорные воле семьи, никогда лишними не будут. А о том, чтобы она стала именно такой, я позаботилась.

У меня по спине пробежал холодок, а на душе стало еще более гадко. Теперь понятно, почему Элиссу с самого детства усердно ломали! Вовсе не из-за садистской жестокости бабушка поступала именно так. Всего лишь холодный расчет. И от этого особенно больно и мерзко.

Черт! Я и правда начинаю воспринимать проблемы Элиссы как свои собственные. И из-за свинского отношения единственных близких людей нестерпимо больно. Вместо того чтобы стать для беззащитной сиротки опорой и поддержкой, они ее попросту гнобили каждый день ее жизни. Что ж это за люди?! Звери и то добрее к своему потомству!

Бабушка, между тем, продолжала:

— Во-вторых, есть вероятность, что она заинтересует не последнего человека в Даралском королевстве. А в свете того, какая борьба за власть скоро разразится, это будет не лишним. Король Маркэль уже стар. Сто сорок шесть лет — не шутка. Конечно, пока признаков старения нет, но думаю, это вопрос ближайшего времени.

— Но наш род не является достаточно близкой к королю династией, — удивилась Олирра.

— Зато род Нартранов является, — спокойно откликнулась ардара Катрина. — У короля нет наследников. Так что, когда он умрет, они имеют все шансы занять престол. Я делаю ставку именно на них. Собственно, потому и готова сделать все возможное, чтобы породниться с ними.

— Беатриса с Дамиеном вроде бы нашли общий язык, — неуверенно сказала Олирра.

— К сожалению, Аделард Нартран еще не решил окончательно, какой союз ему будет выгоднее. С нами или кем-то другим. Мои люди в его окружении держат меня в курсе событий. Так вот, с тех пор как полгода назад в Дамиене пробудилась магия, Аделард весьма высоко оценивает шансы сделать именно его наследником престола. И желает, чтобы сын женился на девушке с даром. Это поможет укрепить власть на начальном этапе. Уже не говоря о том, что так больше шансов получить потомство с магическим потенциалом. А наша Беатриса, к сожалению, пока темная лошадка. Непонятно, пробудится ли в ней магия. Рисковать Аделард не захочет. Да и вообще, этой осенью он отправляет сына в Академию Альдарил для развития магического потенциала. Там же у мальчика появится возможность найти достойную спутницу жизни. Мы не можем упустить его из рук, понимаешь?

— К чему вы клоните? — тетя явно занервничала. Как-то резко разговор свернул с обсуждения меня на ее дочь.

— К тому, что я пригласила к нам темного мага для проведения ритуала пробуждения силы, — бабушка говорила буднично, но отразившийся на лице Олирры ужас лучше всего показывал, что она к этому так просто не относится.

И ее можно понять! Помимо обычного способа пробуждения силы, который происходит сам по себе в положенное время, есть еще искусственный. Притом весьма опасный, заканчивающийся смертью в тридцати случаях из ста. Похоже, бабка готова рискнуть жизнью Беатрисы ради того, чтобы не потерять шанс возвысить положение клана! И разумеется, Олирре, как матери, этого бы не хотелось.

— Вы не можете так поступить с собственной внучкой! — побелевшими губами пролепетала она.

— К счастью, у меня есть еще одна, — жестко улыбнулась Катрина, кивая в мою сторону. — И это третья причина, по которой жизнь девочки пока важна. Если с Беатрисой ничего не выйдет, у нас будет запасной вариант. Разумеется, о браке с Дамиеном тут речь не идет. Он не захочет женить сына на незаконнорожденной. Но оставаться совсем без наследников рода тоже не вариант. И Элисса нужна. Мой сын, к сожалению, после перенесенной болезни стал бесплоден. И ты об этом знаешь. Счастье еще, что Беатриса появилась на свет до того, как с ним произошло такое несчастье.

— Я все понимаю… — выдавила Олирра. — Но насколько необходим этот брак?

— Необходим, — отрезала бабушка. — Ты хоть понимаешь, что нас ждет в случае успеха? Твоя дочь станет королевой! Наш же клан окажется ближайшим к королевской династии. К тому же, — ее голос смягчился, — маг, за которым я послала, очень искусен. Пожалуй, лучший в своем деле. На его счету не было ни одной смерти во время подобных ритуалов.

— Неужели вы говорите о… — глаза тети округлились, она даже осеклась.

— Да, моя милая. Я говорю о Лориане Тирмиле. Том, кто мог бы стать моим зятем, если бы эта упрямая идиотка все не испортила! — Катрина поморщилась.

— Постойте… — Олирра судорожно вздохнула. — Так вот о какой второй причине вы говорили?

— Именно. Элисса поразительно похожа на мать! Возможно, это сходство вызовет в Лориане определенные чувства, — ее глаза загорелись. — Представь, какой это козырь для любого клана! Правая рука главы Академии, самый сильный темный маг в королевстве породнится с нашим кланом! Но разумеется, полной уверенности, что девчонка ему понравится, нет, — несколько остудила она свой пыл. — Так что это лишь вероятность. Но и ее стоит использовать.

— Если ардар Тирмил будет проводить обряд, то тогда и правда шансы хорошие, — уже гораздо спокойнее сказала тетя. — Но как вам удалось убедить его приехать? Он ведь после отказа Габриэллы отвергал все предложения погостить. Даже несмотря на давнюю дружбу с Димитром.

— Упирала на то, что на кону жизнь Беатрисы. Мол, если за дело не возьмется он, шансов на благополучный исход меньше. Твой муж в письме слезно молил его помочь и спасти дочь.

— Надо же! А мне Димитр не сказал ни слова, — обиженно поджала губы женщина.

— Это я его попросила держать пока язык за зубами, — кратко сказала бабушка, и Олирра покорно кивнула.

Она, как и все прочие, беспрекословно признавала власть Катрины. Главе клана не перечат, тем более такой, как эта женщина. Безжалостной и коварной. Она найдет способ заставить сильно пожалеть тех, кто проявит непослушание.

— Когда должен приехать ардар Тирмил? — спросила Олирра.

— Он точно не сказал, но пообещал, что до середины августа явится. Так, чтобы в случае успеха Беатриса смогла уже в этом году поступить в Академию.

Эта новость тоже обескуражила тетку. Ее попросту ставили перед фактом, что скоро придется расстаться с единственной дочерью. Наверное, при иных обстоятельствах стало бы ее жаль, но уж слишком свежи в памяти воспоминания Элиссы! То, как эта женщина относилась к маленькой девочке, которая ни в чем перед ней не виновата. Мелькнула даже мысль, что хотела бы, чтобы обряд прошел неудачно. Но я тут же устыдилась. Нет уж, уподобляться Крысе не стану!

Но вот слова Катрины о некоем темном маге, которому меня прочат в невесты, сильно озаботили. Обычно темная сторона магии была наиболее сильной в тех, кто озлобился на весь мир, ожесточился или от природы имел скверный нрав. Так что характер у этого Лориана явно не сахар. А если еще учесть, что моя мать когда-то ему отказала, а я на нее похожа, может захотеть отыграться за прежние обиды. Меня невольно в дрожь бросило, и я не смогла этого скрыть. Впрочем, похоже, собеседницы были поглощены друг другом и на меня обращали мало внимания.

Через несколько минут тетя ушла, оставив Катрину дальше бдеть у одра больной. Но не успела за ней закрыться дверь, как на меня устремились холодные темные глаза, смотрящие с легкой насмешкой.

— Все хорошо расслышала? — послышался обманчиво мягкий голос.

Я не сумела скрыть изумления и распахнула глаза. Неужели она с самого начала знала, что я не сплю?

— Д-да, — выдавила, видя, что бабушка ждет ответа.

— Тем лучше. Не нужно будет инструктировать тебя отдельно. В твоих интересах — сделать все, чтобы Лориан Тирмил тобой заинтересовался. Тогда жизнь твоя изменится в лучшую сторону, это я тебе обещаю!

В этом я была далеко не уверена. Перейти от одних садистов к другому — не лучшая перспектива! А вот что стало бы для меня поистине спасением — Академия Альдарил.

Это место находилось на большом острове, на ничейной территории, и семьсот лет назад было основано представителями главных рас этого мира, которые то враждовали между собой, то вступали во временные альянсы. Но все разногласия оставались за пределами Академии. По крайней мере, нападать на остров с целью захвата не стал бы никто. Слишком мощная магия ее защищала. Да и мирные соглашения были подписаны на крови и закреплены магически. Тот, кто их нарушит, навлечет на себя и своих потомков вечное проклятье. Впрочем, вечным оно вряд ли будет. Долго нарушители точно не проживут.

Да и обучение рядом с теми, кто может в любой момент стать врагом, имеет свои плюсы. Можно узнать слабые и сильные места противника, найти будущих союзников и прочее. Уже не говоря о том, что только на этом острове рождались драконы, становящиеся грозным оружием или полезным приобретением в руках магов. Так что существование Академии Альдарил было выгодно всем расам, оставившим след даже в ее названии.

«Аль» — от альвов. По сути, те же эльфы, но в этом мире они назывались иначе. Притом, они имели разновидности. Водные жили на архипелаге неподалеку от единственного материка этого мира. Архипелаг состоял из нескольких десятков мелких островов и пяти крупных. У альвов тоже были кланы, возглавляемые ардарами. И так уж получилось по природному разделению, что их было столько же, сколько крупных островов. Мелкими же владели лирны, тоже являющиеся вассалами ардов, как и у нас. Королевские династии менялись со смертью правителей. Собирался совет кланов, и он же избирал короля из числа пяти действующих ардаров. Еще были горные альвы — воинственный народ, живущий на западе Даралского королевства и частенько затевающие с нами стычки. Впрочем, в последние пятнадцать лет конфликты были мелкими и незначительными. Лесные же альвы жили на востоке — в бескрайних лесах, где были полноправными хозяевами.

Часть из названия Академии «дар» — соответственно, произошла от народа людей — самого многочисленного в этом мире. Даралцы — жители Даралского королевства, к коим принадлежала теперь и я.

Ну, и окончание «ил» — от названия расы людей-рептилий — «илитов». Они тоже имели разновидности, но в это углубляться пока не хотелось. И так голова шла кругом от попыток систематизировать полученные от Элиссы знания.

Главное, то, что если во мне пробудится дар и я смогу развить его с помощью преподавателей Академии, то обрету независимость от клана. Прежняя Элисса, разумеется, не смогла бы ею воспользоваться. Ее психику долго и усердно ломали, чтобы она воспринимала распоряжения родственников как непререкаемый закон. Но я не Элисса! И меня такое положение вещей не устраивает.

Как маг, я могу поступить на службу в любой другой клан или еще как-то устроить свою жизнь, оказывая магические услуги. И напрямую указывать мне родственники не будут иметь права. Только вот, поняв, что я задумала, бабка ни за что не разрешит мне поступать в Академию, даже если откроется магический дар. И потому особенно важно себя не выдать. Продолжать играть роль безропотной овечки, преданной семье. Так что, как ни хотелось сказать дорогой родственнице что-то едкое, я смиренно опустила взгляд.

— Я сделаю все, что от меня зависит, ардара Катрина.

— Рада это слышать, — послышалось насмешливое. — Как ты себя чувствуешь, дитя? — почти что ласково спросила она.

— Уже лучше, благодарю вас.

— Отлично. Тогда я распоряжусь, чтобы тебе принесли чего-нибудь поесть. Ты три дня практически ничего не ела. То, что в тебя силой запихивали, тут же извергала обратно. Наверное, совсем ослабла.

Я услышала негромкие шаги по направлению к кровати, и ко лбу прикоснулась прохладная рука. Едва подавила желание ее сбросить, словно мерзкого паука. Но сдержалась и даже заставила себя слабо улыбнуться.

— Жара уже и правда нет, — сказала Катрина. — Выздоравливай, девочка!

Она убрала руку и двинулась к двери, когда я остановила ее робким:

— Может, мне тоже стоит пройти обряд?

Подняв глаза, увидела, как бабушка резко обернулась, с удивлением уставившись на меня так, будто увидела говорящую лошадь. Элисса ранее никогда не проявляла инициативы в разговоре, лишь отвечала, когда к ней обращались. Похоже, я сильно промахнулась! Черт! Но вопрос слишком важен для меня, так что придется рискнуть. И я попыталась выкрутиться с наименьшими потерями.

— Если я не привлеку ардара Тирмила сразу, то возможно, находясь в Академии, это получится, — кротко сказала, полуприкрыв веки, чтобы взгляд казался подобающе покорным.

— А ты не так глупа! — усмехнулась бабушка. — Но неужели не боишься риска?

— Ради процветания нашего клана я готова пойти на жертвы, — самой стало противно от такого подобострастия, но сейчас важно, чтобы она мне поверила.

— Хорошая девочка! — одобрительно сказала Катрин. — Что ж, поживем-увидим. Будем надеяться, что на такой риск идти не придется. Лориан и правда был безумно влюблен в твою мать. Был готов даже покрыть ее грех и жениться, когда она носила тебя в чреве. Эта дура попросту прогнала его. Но ты ведь такой ошибки не совершишь, правда?

— Я сделаю все, что вы хотите, ардара Катрина!

Как хорошо, что у Элиссы была привычка опускать глаза при разговоре! Иначе бы вряд ли удержалась от того, чтобы не выдать взглядом все, что думаю об этой гадине, подсовывающей внучек тем, кого считала выгодной партией, не считаясь с желаниями самих девушек!

— Умница! — опять похвалила бабушка. — Кстати, портнихи для тебя готовят новый гардероб. Тебе его доставят в ближайшие дни. Когда прибудет Лориан Тирмил, ты должна быть во всеоружии. Служанку к тебе тоже приставят, чтобы помогала с прической и всем остальным.

Надо же! Похоже, я и правда сильно нужна бабке! Раньше меня намеренно обряжали пугалом, чтобы знала свое место. Личной служанки тоже не было, и одевалась и причесывалась я сама. Собственно, я бы не расстроилась, если бы так продолжалось и дальше, но похоже, выбора нет. Нужно улыбаться так, что аж челюсти сводит, и благодарить бабку за оказанную милость. Разумеется, о том, чтобы охмурять темного мага, и речи не шло. Наоборот, сделаю все, чтобы ему не понравиться настолько, чтобы плевался при виде меня! Так, чтобы у Катрины не было иного выбора, кроме как согласиться на ритуал и в случае успеха отправить в Академию.

Тут мелькнула неутешительная мысль. А что если дар так и не проснется? Вдруг во мне его вообще нет?

Что ж, тогда задумаюсь об ином выходе. Но из поместья Кармадов в любом случае нужно убираться. Куда угодно! Везде будет лучше, чем в этом гадючнике! Эти соображения немного утешили. Уже похоже на какой-то план, который постепенно обретет очертания. Пока же я намерена по мере сил изображать из себя пай-девочку и водить за нос не ожидающих от меня подставы родственников.

ГЛАВА 4

Следующие два дня я безвылазно находилась в своей комнате, отлеживалась и набиралась сил. Единственной моей компанией был приходивший утром и вечером старый лекарь-травник, живущий в поместье на такие вот непредвиденные случаи, и обещанная бабушкой служанка.

Последняя мне не понравилась сразу. Взгляд цепкий и холодный, почтительность в обращении фальшивая до приторности. Что-то мне подсказывало, что помимо прямых обязанностей она выполняет еще и роль соглядатая. При ней следовало быть осторожной и не показывать произошедших во мне перемен.

Лекарь был не так опасен. Элисса знала его с детства, и он единственный, кто не относился к ней как к дерьму. Старичок в основном проводил время в подвальном помещении, где делал снадобья, мази, порошки и прочее, что охотно покупали простолюдины, живущие на территории ардарата. Он не был магом, но в своем ремесле достиг изрядных успехов. Да и требовал значительно меньше за услуги, потому его здесь и держали. Мага-целителя из ближайшего города звали лишь в крайних случаях. Лекарь во время одного из своих визитов сообщил, что ко мне того тоже звали, но сделать он ничего не смог. Заявил, что причина моего состояния не физическая. Все равно содрал с Кармадов кучу денег за беспокойство и отбыл восвояси. Очередное подтверждение того, насколько здесь ценятся маги. Даже бабушка при всей стервозности не встала в позу.

У нее самой, насколько знала Элисса, были небольшие способности стихийника и темного мага. Но не такие, чтобы восприниматься значительной фигурой в этом качестве. Кстати, девушка, в тело которой попала, не так уж ни на что не способна, как я думала. У нее оказалась склонность к лекарскому ремеслу, и она его неплохо перенимала. Старичок, которому только в радость было поговорить с кем-то о любимом деле, охотно учил юную лирну. А началось все с того, что ему поручили дать обеим барышням необходимый минимум по лекарскому делу. Это входило в тот круг знаний, что следовало изучить благородным девицам.

Беатриса, ожидаемо, лишь отбывала повинность, присутствуя на этих занятиях. Ей больше нравились танцы, игра на фортепиано и прочее, что позволяло выигрышно себя подать. Элисса же лекарским делом заинтересовалась и занималась дополнительно. Разумеется, с согласия бабки. Тут ничего не происходило без ее одобрения. А та считала, видимо, что если в Элиссе не пробудится магия, то хоть таким образом станет приносить пользу. Лекарь уже немолод, всякое может случиться. А покорной, забитой внучке даже платить не нужно. Но сейчас это давало мне шанс устроиться в жизни, если придется срочно драпать отсюда. Лекари везде нужны, даже не маги!

Жаль, что у старого Самдора было еще много других дел, так что долго с ним поболтать не получалось. Я вынуждена была развлекать себя сама, а делать тут совершенно ничего. Отоспалась же я на год вперед, наверное, и несмотря на слабость, надолго отключиться уже не могла. Так что, скрепя сердце, обратилась к служанке — девице по имени Линетта, чтобы принесла что-то почитать.

Вообще к книгам в этом мире относились с изрядным пиететом. Печатных станков еще не изобрели, соответственно, книги были рукописные и дорогие. Разрешалось читать в основном в библиотеке, где были необходимые условия хранения. По крайней мере, Элиссе не позволяли выносить что-то оттуда. Но в этот раз ардара Катрина милостиво сделала исключение. И с ее позволения Линетта принесла мне книгу.

Но едва я развернула кожаный переплет, инкрустированный золотом и полудрагоценными камнями, как от разочарования едва не взвыла. «Заветы Созидательницы». Это что-то вроде местной Библии. Притом написано таким пафосным стилем, что плеваться хотелось. Но все равно я выдавила улыбку и попросила служанку передать бабушке благодарность. Сама же, оставшись одна, едва не заскрежетала зубами. Намек более чем прозрачный. Если облажаюсь с темным магом, меня ждет храм Созидательницы. И лучше уже сейчас начинать всерьез изучать священную книгу. Вот же стерва! И все равно, за неимением других развлечений пришлось читать, что дали.

Нужно ли говорить, что на третий день, когда лекарь официально разрешил выходить из комнаты, я едва не прыгала от счастья. Проснулась ранним утром, когда родственнички наверняка еще сладко спали. Не став вызывать служанку, напялила одно из унылых платьев, составляющих гардероб Элиссы, собрала волосы в пучок и бегло оглядела себя в зеркале.

Странно было видеть вместо себя прежней совершенно другого человека. Да еще память Элиссы наслаивалась и тоже отмечала нечто для себя новое. Некоторое время я озадаченно пыталась понять, что не так. Потом дошло. Изменились взгляд и осанка. Глаза приобрели живой блеск, и я невольно отметила, что они у Элиссы и правда очень красивые. Синие, яркие, выразительные, опушенные густыми темными ресницами. Ей даже подводить их не надо, и так прямо-таки завораживают. Темные волосы и белая кожа только подчеркивают эффект.

Если бы не чуть вздернутый носик, черты лица были бы абсолютно правильными. Но и так девушка была очаровательной, даже несмотря на нелепый наряд. Мое прежнее тело на Земле значительно уступало новому, хотя я не знала пока, радоваться этому или нет. Так что, может, и хорошо, что приходилось носить такое убожество. В этом легче не привлекать к себе внимания. Впрочем, с последним раньше Элисса прекрасно справлялась благодаря повадкам запуганной лани.

Сейчас же, глядя на себя в зеркало, я закономерно опасалась, что могу невольно выдать произошедшие изменения взглядом или жестами. Интересно, походка тоже изменилась? С каждой секундой я ощущала себя все увереннее, и прежние повадки давали о себе знать. Так, у меня в прошлой жизни была привычка сдувать с глаз длинную ассиметричную челку, и я и сейчас то и дело порывалась это сделать. Или вызывающий прищур во время общения с кем-то, кто мне неприятен. Нужно такие моменты пресекать и следить за собой.

Намеренно сгорбилась, как делала это Элисса, потупилась, из-под ресниц глянув на собственное отражение. Так-то лучше! Вот теперь больше похожа на прежнюю хозяйку тела. Пока не попаду в Академию или не уберусь отсюда куда-нибудь еще, не должна вызывать подозрений!

Пользуясь тем, что до завтрака еще часа два, я решила выйти в сад. После пятидневного заточения в собственной комнате потребность подышать свежим воздухом была непреодолимой. У Элиссы даже было любимое место в саду — там, где меньше вероятность встретить кого-то. Заброшенная беседка неподалеку от каменной ограды, которой по каким-то причинам перестали уделять должное внимание. Ей на смену сделали белый мраморный павильон в центре сада, окруженный кустами роз. Там любили бывать Беатриса с Крысенышем и Леонсом. Элиссу редко приглашали присоединиться, а если и делали это, то стоило насторожиться. Заканчивалась такая милость очередной порцией издевательств.

То и дело озираясь по сторонам, чтобы убедиться, что мое продвижение осталось незамеченным, я почти добралась до места, когда услышала приглушенный стон. Насторожившись, замерла, и дальше продвигалась еще осторожнее, прячась за деревьями. Благо, в этой части сада они так разрослись, что это не составляло труда.

Услышала новый стон и, увидев в просвете между деревьями очертания старой беседки, поняла, что звуки исходят оттуда. Некоторое время колебалась, стоит ли туда идти. Но мысль о том, что кому-то плохо и он нуждается в помощи, пересилила. И я подобралась ближе. Осторожно заглянула в проем беседки, увитой плющом, и тут же щеки ярко вспыхнули.

Моя помощь однозначно никому не требуется! Похоже, не только я сегодня поднялась спозаранку. В беседке находились двое, и их занятие не поддавалось двусмысленному толкованию. Те стоны, что я слышала, издавала женщина — судя по платью и чепчику, какие носят простолюдинки — служанка. Заставив ее упереться в одну из стен беседки, сзади яростно вколачивался мужчина. Последнего я узнала по не слишком густой пепельной шевелюре, стянутой в хвост на затылке. Крысеныш, похоже, уделяет внимание не только потенциальной невесте, но и прислуге!

Усмехнувшись, я уже хотела ретироваться, но как назло, под ноги попала сухая ветка, и треск в окружавшей тишине прозвучал оглушительно. Служанка взвизгнула и, вырвавшись из рук Дамиена Нартрана, кинулась прочь, напоследок бросив на меня испуганный взгляд. Девица была мне знакома. Горничная арды Олирры. Замужем, между прочим! Не за кем-нибудь, а за управляющим поместья. Ее, конечно, отчасти можно оправдать. Муж — редкостный зануда, старше чуть ли не вдвое, и на редкость безобразен. Видать, вышла за него ради денег. И решила утешиться с молодым аристократиком. Но выбрать Крысеныша?! Похоже, я его недооценила. Тот еще Казанова!

Дамиен тоже меня заметил и поспешно привел в порядок одежду. Наверное, я не сумела скрыть насмешки во взгляде, поскольку он нахмурился и горделиво вскинул голову.

— Что вы здесь делаете, лирна Элисса? — сухо бросил, даже не снизойдя до попыток оправдаться.

Впрочем, к чему? Даже если я расскажу обо всем Беатрисе, на планы бабки выдать ее за него замуж это никак не повлияет. И он, если не дурак, прекрасно понимает ситуацию.

— Просто гуляла, — смиренно потупившись и играя роль смущенной увиденным девицы, произнесла я. — Извините, если помешала, ард Нартран.

Он досадливо поморщился и двинулся к выходу из беседки. Но уже проходя мимо, резко обернулся и пристально вгляделся в лицо. Я с трудом сдерживала улыбку, поглядывая на него из-под полуопущенных ресниц.

— Вы как-то изменились, лирна Элисса, — наконец, пробормотал он.

— Может, подурнела из-за болезни, — пролепетала, съеживаясь в привычном жесте бывшей хозяйки тела. Не хватало еще, чтобы из-за этого гада все пошло прахом!

— Скорее, напротив, — последовал задумчивый ответ.

— Вам показалось, — чересчур резко, чем следовало, бросила и демонстративно двинулась в противоположную сторону.

Не удержавшись, вскоре обернулась. Дамиен стоял на том же месте, продолжая буравить мою спину взглядом. Черт! Только этого не хватало! Неужели что-то подозревает? Или, что еще хуже, я заинтересовала его не только как объект для злых шуточек. Но с чего вдруг? Раньше вообще не воспринимал Элиссу как женщину!

Тут же бросило в жар. А что если та непонятная привлекательность для противоположного пола, что доставила мне немало проблем в родном мире, не была свойством тела? Исходила от души. Каким-то образом обычные люди чувствовали отличие таких, как я и Айдар, от них самих. Ощущали бешеную энергетику, что их невольно притягивала. Если так, я крупно попала! Ведь мне никак нельзя, чтобы темный маг, которому желают меня сбагрить, почувствовал интерес. Уже не говоря о Крысеныше! Такого «счастья» и подавно не надо!

Хотя, положа руку на сердце, настолько уж отталкивающим он не был. По-своему привлекательный, пусть и не классический красавчик. Но натура у него мерзкая. Злобный, эгоистичный и высокомерный типчик, считающий, что статус наследника ардарата дает ему право считать менее родовитых грязью. Такие люди не нравились мне никогда, и учитывая мое нынешнее двойственное положение в семье, менять взгляды было бы странно. Для таких, как Крысеныш, даже в случае возникновения интереса я могла стать разве что постельной игрушкой. Браки они заключают с позиции выгоды, а не чувств.

Лориан Тирмил, кстати, тоже вполне может не посчитать меня достойной статуса жены. Он все же ардар, пусть его клан и не так влиятелен. Но не сомневаюсь, что за поддержку Кармадам бабушка согласится отдать ему меня и в качестве любовницы. Хотя она явно рассчитывает на большее, учитывая, насколько сильные чувства темный маг питал к ее дочери. И тот, и другой расклад меня не устраивал! Становиться пешкой в чужой игре не желаю. И сделаю все, чтобы этого избежать!

Проходя в столовую к завтраку, я терзалась еще одной проблемой. Что в результате слияния сознаний произойдет с чувствами Элиссы к Леонсу? Не станут ли они моими? Так что, усаживаясь за длинный стол, где уже сидели остальные домочадцы, сразу отыскала взглядом солнечного мальчика. С облегчением перевела дух. Никакого участившегося сердцебиения и румянца на щеках, как при первой встрече. Похоже, с этой напастью удалось справиться!

Но вместе с тем я поймала себя на том, что разглядываю парня с интересом. Даже без реакции, вызванной чувствами Элиссы к нему, я находила его заслуживающим внимания. Леонс мне нравился, и это ощущение было для меня непривычным. В прежней жизни никто не вызывал подобной симпатии. Но в любом случае следовало узнать его получше. Если Элисса не обманывалась в его хороших качествах, из Леонса мог бы получиться неплохой союзник. Все же быть совершенно одинокой в чужом мире, без малейшей поддержки — не сахар. Друг не помешает. О большем я даже не думала. Влюбиться в моем шатком положении было бы верхом глупости!

Заметив, что я его разглядываю, Леонс слегка вскинул брови и улыбнулся. Я скомкано улыбнулась в ответ и опустила взгляд в тарелку. Из роли выходить пока не стоит.

Завтрак проходил за привычной, пустой и ничего не значащей беседой, в которой лично я не принимала участия. Лишь исподтишка разглядывала окружающих. Олирра — преувеличенно радушная и заглядывающая в рот ардаре Катрине. Дядя Димитр — вялый и молчаливый, чье опухшее лицо выдавало, что и вчера вечером не обошелся без привычных возлияний. После того как перенес серьезную болезнь и стал бесплоден, он сильно изменился. Стал невоздержан в выпивке и замкнут. Беатриса привычно кокетничала с Дамиеном и пила мерзкое пойло из смеси трав.

Кстати, о последнем следует сказать особо. Единственный рецепт из уроков лекаря, который она взяла на вооружение. При регулярном его употреблении улучшался цвет кожи, блеск глаз и волос. Беатриса, повернутая на своей внешности, взяла себе за правило пить эту гадость вместо завтрака. Элисса когда-то ради интереса попробовала и впредь зареклась. Да и она не придавала такого уж значения собственной привлекательности.

Крысеныш вел себя за столом, кстати, непривычно. Почти не участвовал в разговоре, отвечал невпопад, и то и дело бросал взгляды в мою сторону, что сильно тревожило. Отдувался за них обоих Леонс, сыплющий любезностями и остротами. Так что дамы остались довольны.

По окончанию завтрака ардара Катрина предложила молодежи погулять в саду, пока они, старики, займутся делами. Говоря о себе как о старухе, она явно напрашивалась на комплимент, что не преминул отвесить Крысеныш, наконец, очнувшийся от прострации. Бабка благосклонно улыбнулась ему и двинулась прочь из гостиной. Вообще, говоря о делах, она нисколько не лукавила. Ардара Катрина много времени проводила с управляющим, разгребая финансовые отчеты и решая текущие вопросы. Олирра тоже не оставалась в стороне — на ней был контроль за слугами и хозяйственные проблемы. И только дядя Димитр обычно бездельничал или пил.

Несмотря на мою неприязнь к Беатрисе и Дамиену, отнекиваться от совместной прогулки я не стала. Отличный повод познакомиться с Леонсом поближе! Обычно, когда я составляла им компанию, кузина уводила Крысеныша за собой, а мы с солнечным мальчиком следовали на почтительном расстоянии. И уже потом, сделав несколько кругов по садовым аллеям, возвращались к павильону, и начиналась общая беседа. Элисса радовалась кратким моментам, когда могла побыть наедине с любимым, хотя ему ее общество вряд ли доставляло удовольствие. Она буквально язык проглатывала, находясь с ним рядом, не могла и двух слов связать. Ему приходилось отдуваться за обоих. Конечно, из вежливости он старался не показывать, что испытывает дискомфорт, но я бы на его месте такое точно чувствовала.

Предложив мне локоть и позволив опереться на него, Леонс неспешно двинулся следом за идущей впереди парочкой.

— Вы всех нас напугали, лирна Элисса, — вежливо сказал он. — Надеюсь, теперь болезнь окончательно отступила.

— Да, я чувствую себя отлично, — улыбнулась ему, глядя на безукоризненный профиль. Потом, решив, что если буду вести себя как прежняя Элисса, о расположении этого парня не стоит и мечтать, насмешливо добавила: — Хотя, сильно сомневаюсь, что кто-то и правда был обеспокоен моим состоянием.

Он сбился с шага и бросил на меня удивленный взгляд. Расправив спину и лукаво поглядывая на него, я пожала плечами.

— Ну, разве что вы. Слегка. Из врожденной доброты к ближнему.

Некоторое время Леонс пристально изучал меня, потом ухмыльнулся.

— А вы изменились! Как бы это кощунственно ни звучало, болезнь пошла вам на пользу.

— А может, я всегда была такой? — я подмигнула. — Просто умело притворялась.

— В таком случае в вас погибла гениальная лицедейка, — поддержал шутливую пикировку Леонс.

— Еще не погибла, — фыркнула я. — А вообще, почему бы и нет? Довольно занятное ремесло.

Лицедеями тут называли актеров, которые в этом мире в основном колесили по стране бродячими труппами. Хотя в городах были и постоянные театры. Особенно славился королевский, куда брали лишь лучших.

— Впрочем, — добавила я, прикусив на мгновение нижнюю губу, и нагло сплагиатила известное изречение* {(примечание: имеется в виду афоризм У.Шекспира: «Весь мир театр, а люди в нем актеры»)}, слегка его перефразировав: — весь наш мир в какой-то мере тоже подмостки, на которых каждый играет свою роль.

— Меткое замечание, — задумчиво сказал солнечный мальчик, поглядывая на меня со все большим интересом. — Но для чего это лично вам? Притворяться перед собственной родней тем, кем вы не являетесь?

— Легче изобразить из себя того, кем тебя хотят видеть. Особенно если ты сирота и полностью зависишь от людей, которым, по сути, на тебя плевать. А то и хуже! Кто желает сделать тебя лишь орудием в собственных целях.

Леоне помрачнел.

— Да, ваши родственники порой ведут себя по отношению к вам не лучшим образом. Мне жаль!

— То, что нас не убивает, делает сильнее, — блеснула я очередной остротой из собственного мира.

Леоне опять вскинул брови и одобрительно хмыкнул:

— Вы не устаете поражать, лирна Элисса! Жаль, что раньше вы не считали меня достойным доверия и не говорили начистоту.

— Ну, после того как вы спасли мне жизнь, я посчитала это возможным. Я и правда вам очень благодарна, лирн Леоне. И была бы рада узнать вас получше. Если, конечно, сами того захотите.

— Буду счастлив!

Хотелось надеяться, что он говорит искренне.

Заметила, что Крысеныш то и дело озирается и бросает на нас хмурые взгляды. С трудом подавляла совсем уж детский порыв показать ему язык и продолжала общаться с более приятным объектом:

— Вы ведь тоже сирота, лирн Леонс?

— Можно просто по имени и на «ты», — тут же предложил парень.

— Тогда и меня можешь звать Элиссой. Без всяких титулов, — улыбнулась в ответ.

Он же задумчиво сказал:

— Да, ты права насчет того, что в этом мы похожи. Свою мать я не знал. Отец ничего о ней не рассказывал, несмотря на все мои просьбы. Он вообще довольно замкнутый человек и откровенничать не любит. Или, быть может, пережитые потери его таким сделали. Другие мои родственники по тем или иным причинам погибли, в том числе его младшая сестра, с которой они были близки. Ну, и моя мать тоже, думаю, умерла, раз он воспитывал меня один. Впрочем, воспитывал — это громко сказано. Когда мне исполнилось три года, он принес вассальную клятву ардару Нартрану и переехал в его поместье. Сначала был одним из командиров его военных отрядов, потом возглавил личную охрану. Меня же отдали в свиту наследника. Дамиен всего на год меня старше, так что с малых лет мы росли вместе. Отец учил нас обоих воинскому мастерству, но в остальное время я почти с ним не общался. Так что моей семьей в определенной степени стала семья Нартранов.

— Ард Дамиен не кажется мне образцом добродетелей, — осторожно сказала, желая прощупать почву. — Наверное, нелегко было постоянно находиться с ним рядом.

— Всякое бывало, — неохотно признал Леонс. — Скажем так, Дамиен по-своему привязан ко мне, относится как к брату. Но уж слишком в нем сильно стремление во всем превосходить.

— Хочешь сказать, что если ты делал в чем-то большие успехи, он проявлял недовольство?

Он усмехнулся.

— Можно и так сказать.

— И ты предпочитаешь уступать ему, чтобы не провоцировать конфликт?

— В этом мы с тобой отличаемся, — возразил Леонс. — Если Дамиен желает видеть во мне не только вассала, но и друга, то должен принимать меня таким, какой я есть. Когда у нас в первый раз возник конфликт на этой почве, я сообщил, что покину владения Нартранов, даже если отец будет против. Сказал, что желаю быть воином, а не лизоблюдом и подхалимом.

— И что ответил Кры… то есть Дамиен? — поспешно исправилась я.

— Я уже говорил, что он все-таки ко мне привязан. Так что с тех пор, даже если чем-то недоволен, предпочитает не бравировать своим положением. Не хочет потерять друга.

— А он тебе и правда друг?

— Хочется надеяться, — пожал плечами Леонс. — И он не так плох, как тебе кажется. Просто избалован и с раннего детства был окружен людьми, внушающими ему, насколько он выше прочих. В подобных условиях трудно не приобрести некоторую заносчивость.

С такой точки зрения я на ситуацию не смотрела, и все же что-то мне подсказывало, что Леонс несколько идеализирует друга. Хочет видеть в нем не только плохое, но и хорошее. Как по мне, Крысеныш — злобная и завистливая тварь! И то, что не пожелал отпускать от себя Леонса, скорее, обычный расчет. Где еще он найдет такого благородного и верного друга, к тому же, как я поняла, неплохого воина? Подобными людьми не разбрасываются! Теми, кто рядом не потому, что может получить от тебя какие-то блага, но перейдет на другую сторону, стоит ветру поменяться. А теми, кто останется преданным несмотря ни на что. Рано или поздно Леонсу придется разочароваться, и остается надеяться, что удар окажется не слишком силен.

— В Академию Альдарил, насколько поняла, ты отправишься с ним?

— Да. Отец посчитал это правильным.

— Но ведь дар у тебя проснулся раньше?

— Так и есть, — отозвался Леонс. — Полтора года назад.

— И ты мог бы уже давно учиться в Академии?

— Отец с детства внушал мне, что долг — прежде всего. А мой долг — служить своему сюзерену. Он хочет, чтобы я занял при Дамиене то же место, какое он сам при старом ардаре Нартране.

— А ты сам чего хочешь?

Некоторое время он молчал, обдумывая мои слова, потом улыбнулся.

— Знаешь, я как-то не задумывался об этом раньше.

— Так задумайся, пока не поздно! Ты вовсе не обязан жить по указке отца. В Академии у тебя будет время лучше узнать себя и то, чего хочешь от жизни.

В этот момент послышался раздраженный голос Дамиена:

— Мы собираемся к павильону. Леонс, ты чего отстал?

— Мы следуем за вами по пятам, — откликнулся тот, насмешливо изогнув брови. — К павильону, так к павильону. Ты что, сегодня не с той ноги встал?

Дамиен что-то пробурчал и ускорил шаг, волоча за собой явно растерянную Беатрису.

— Что это с ним? — спросила я.

— Понятия не имею, — пожал плечами Леоне. — Он сегодня с утра какой-то странный.

Я обеспокоенно смотрела вслед нервно шагающему впереди Дамиену, порой злобно озирающемуся на нас. И мысли мелькали неутешительные. Подобные взгляды были слишком хорошо мне знакомы по прошлой жизни. Помню, как Артур и Денис — мои университетские поклонники — точно так же смотрели друг на друга, стоило мне появиться поблизости. Не хватало еще, чтобы Крысеныш пополнил эту когорту! Хотя, может, его поведение объясняется чем-то другим? Злится, что из-за меня сегодня остался неудовлетворенным? Мысленно усмехнулась. Поделом ему! Пусть вон кузину лучше обхаживает. Она из кожи вон лезет, чтобы обратить на себя его внимание.

— Похоже, его не слишком радует перспектива породниться с Кармадами, — как бы между прочим заметила. — По крайней мере, не видно, чтобы Беатриса его привлекала в качестве невесты.

— Ошибаешься, — возразил Леоне. — Вообще Дамиену плевать на то, кого ему выберут в спутницы жизни. Лишь бы не была похожа на обезьяну. Жене он верность хранить не собирается, — он осекся, сообразив, видать, что затронутая тема не слишком подходит для невинных девичьих ушек.

— Все нормально, — поспешила заверить. — Я не настолько уж далека от реальности, как кажется.

— Знаешь, с тобой стало так легко общаться, что я даже забываю, что передо мной девушка из благородной семьи, а не кто-то из приятелей, — хмыкнул он.

— И это хорошо! — я широко улыбнулась. — Не нужно церемоний. Предпочитаю называть вещи своими именами.

Он опять посмотрел несколько ошарашено. Видимо, перемены, произошедшие с Элиссой, показались уж слишком разительными. Но еще я интуитивно почувствовала, что они ему нравятся. Так что перспектива со временем приобрести в лице Леонса Олмера друга вполне даже вероятна. Главное, ничего не испортить!

— Пойдем догоним их, а то Дамиен скоро шею себе свернет, — насмешливо сказала я, когда Крысеныш в очередной раз глянул на нас, и лицо его показалось совсем уж зверским.

— Ты права. Видимо, сегодня общество твоей кузины ему почему-то не доставляет никакого удовольствия, — хмыкнул Леоне. — Спасем беднягу!

— В этом я его вполне понимаю! — не удержалась от сарказма. — Но хочу тебя попросить кое о чем. Обращайся со мной в их присутствии как раньше. Пока еще не время показывать им, что я вовсе не безропотная овечка.

— Как скажешь! — подмигнул парень. — Но мне бы хотелось увидеть лицо твоей кузины в тот момент, когда поймет, какая ты на самом деле.

— Мне тоже, — мстительно протянула я. — И такой момент обязательно настанет!

ГЛАВА 5

После прогулки Беатриса, изо всех сил пытающаяся перетянуть внимание Крысеныша в свою сторону, предложила парням составить нам компанию во время урока танцев. Часть воспоминаний Элиссы заставила поморщиться. Девушка терпеть не могла эти уроки. Семейная пара, учившая музыке и танцам, как и все прочие наставники, расхваливала успехи Беатрисы и принижала мои. То бишь, Элиссы. Впрочем, я теперь воспринимаю ее как себя, так что не суть.

Перелистывая в голове воспоминания, я прекрасно понимала, чем вызвано то, что вторая внучка ардары Катрины пасла задних на этих занятиях. Под градом насмешек и удары розгами за промахи не особенно расслабишься! Неудивительно, что танцевала Элисса, как деревянная, и при виде тощего господина Фадра и его жеманной женушки впадала в ступор. Еще с фортепиано худо-бедно научилась обращаться, но не больше. В итоге на нее попросту махнули рукой, поняв, что даже наказание не поможет. И последние два года на занятиях девушка скромненько сидела в уголочке и наблюдала за тем, как учат кузину.

Досадно! Сама я, будучи Ксюшей Орловой, танцевать любила и умела. Даже в школе ходила на кружок бальных танцев. Так что хотелось опробовать на практике, насколько земные в этом плане отличаются от местных. Но если вдруг проявлю столь странное для Элиссы рвение, а тем более если начну делать успехи, подозрения навлеку точно. В общем, от занятия я не ждала ничего хорошего и предвкушала два часа скуки.

Дамиен и Леонс, разумеется, охотно согласились поприсутствовать. Заняться им здесь все равно особо нечем. Разве что охотой, верховыми прогулками и тренировками с оружием. Но стояла такая жара, что это вряд ли могло доставить кому-то удовольствие.

В классной комнате нас — точнее, Беатрису и парней — почтительно встретили наставники. Кокетка с чересчур большим ртом, смотревшимся довольно вульгарно из-за яркой помады, госпожа Фадр, поулыбалась мужчинам и привычно устроилась за фортепиано. Ее муж, чье худосочное тельце смотрелось особенно нелепо в облегающих штанах и туфлях с пряжками, придающими ему сходство с цаплей, начал показывать элементы танца, называемого минаром. Он сейчас пользовался популярностью у аристократов и состоял из трех частей: первая и последняя выполнялась с переменами партнеров и различными сложными комбинациями, вторая же парная. Во время танца, разумеется, эти части чередовались, пока играла музыка. Непосвященный во все эти премудрости сто процентов запутается и собьется.

Увидев, что я пристроилась в уголочке и чинно сложила руки на коленях, неожиданно запротестовал Крысеныш:

— Думаю, участие лирны Элиссы будет нелишним!

Послышалось фырканье Беатрисы:

— Если бы ты видел, как она двигается, то вряд ли бы такое сказал, дорогой Дамиен. Эта неумеха будет только мешать! Уж лучше пусть музицирует, а госпожа Фадр составит нам компанию.

Кокетка бросила жеманный взгляд, показывая, что очень даже не против. Но Крысеныш нахмурился и заявил уж вовсе такое, за что его пришибить захотелось при всей моей нелюбви к наставникам:

— Не хватало еще танцевать с прислугой!

Жеманница стушевалась и отвела взгляд. Ее муж продолжал приторно улыбаться, но как-то натянуто. Леонс попытался сгладить ситуацию:

— Думаю, мы и втроем справимся.

— Не справимся! — отрезал Дамиен, явно вознамерившийся вытащить меня из моего закутка.

При иных обстоятельствах я бы обрадовалась возможности включиться в занятие, что мне нравилось. Но не когда партнером выступает столь неприятный тип! Ну что ж, — мстительно улыбнулась. Придется до конца не выходить из роли Элиссы. Скоро Крысеныш сильно пожалеет, что решил навязать всем свою волю! Причем меня даже не спросил, а хочу ли участвовать.

Намеренно деревянной походкой подошла к нему и увидела, как на губах белобрысого появилась самодовольная улыбка. Он по-хозяйски сграбастал мою руку и встал в первоначальную позицию напротив меня, так, что соприкасались лишь наши вытянутые руки. Леонс, пожав плечами, сделал то же самое с пунцовой от ярости Беатрисой. Она ведь, несомненно, рассчитывала, что Крысеныш достанется в партнеры ей. Тоже мне счастье! Охотно бы поменялась!

— В танцах партнеры должны смотреть в глаза друг другу, — недовольно сказал Дамиен, видя, что я даже глаз на него не поднимаю.

— К сожалению, я не настолько хорошо танцую, — с фальшивой кротостью отозвалась. — Мне придется следить за своими ногами.

Не удержавшись, все-таки метнула на Крысеныша быстрый взгляд и нахмурилась. Смотрел он явно не так, как полагается благородному арду при общении с приличной девушкой. Пялился прямо-таки бесцеремонно, скользя взглядом по моим губам и груди. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что творится в его тупой головенке! Поймав мой возмущенный взгляд, он тут же уставился в глаза и как-то хрипловато воскликнул:

— Не замечал раньше, насколько у вас красивые глаза, лирна Элисса!

Хотелось сказать, что была бы счастлива, если бы не замечал и дальше, но сдержалась и намеренно потупилась. Услышала недовольное сопение Крысеныша. Наверняка он ждал хоть какой-то реакции на свой комплимент. Ну, пусть ждет дальше! Я не напрашивалась, и поощрять не собираюсь. Уже видела, чем это заканчивается! Свиданиями в заброшенной части сада, где местный ловелас не особенно церемонится со своими партнершами.

Между тем, госпожа Фадр заиграла первые такты, и все пришло в движение. Ее муж подсказывал, какие па нужно сделать, и комментировал происходящее. Крысеныш шипел и пыхтел, когда я неуклюже наступала ему на ноги. Но терпел. Интересно, надолго ли его хватит? — подумала с ленивым любопытством.

После трех повторений первой связки я ее прекрасно запомнила, но ошибки продолжала совершать, вызывая удрученные возгласы наставника и презрительное фырканье Беатрисы. Поймала веселый взгляд Леонса, подмигнувшего мне, и украдкой ему улыбнулась. Похоже, он прекрасно понял, что я попросту издеваюсь над партнером.

Пытка длилась не менее часа, после чего Дамиен сдался и прихрамывающей походкой двинулся к тому месту у стены, где недавно сидела я. Я пожала плечами и двинулась в противоположном направлении, чего он явно не ожидал. Видать, хотел, чтобы села рядом. Светло-зеленые глаза недовольно прищурились, тонкие губы поджались, превратившись в сплошную полоску.

Сделав вид, что ничего не заметила, я стала наблюдать за Леонсом и Беатрисой, у которых прекрасно все получалось. Невольно залюбовалась тем, с какой непринужденностью оба двигаются. Представила себе, как этот танец должен эффектно смотреться в роскошной бальной зале, когда танцует сразу множество пар. Надеюсь, однажды мне удастся это увидеть воочию!

Окончание занятия Крысеныш встретил с облегчением. Теперь все намеревались переодеться к обеду и встретиться в столовой. Я не стала выходить за остальными, не желая, чтобы Дамиен снова ринулся в атаку. Подождала, пока закроется дверь за наставниками, вышедшими последними, и поднялась.

Оказавшись в середине зала, закрыла глаза и, прокручивая в голове музыку, заскользила в танце, легко повторяя изученные связки. Выяснилось, что не все так плохо у Элиссы с пластикой, и я была права, когда считала, что ее неудачи объяснялись банальным страхом! К тому же наслаивались ощущения прежнего тела, которое обожало это занятие. Я с удовольствием скользила по паркету, представляя, что танцую с каким-нибудь придворным красавчиком во время своего первого бала. На губы поневоле наползала улыбка. Надо же, а я, оказывается, не чужда романтических мечтаний! Хотя, думаю, любая девушка порой мечтает почувствовать себя принцессой на балу.

Я настолько погрузилась в танец, что заметила возвращение Крысеныша только когда послышались негромкие аплодисменты. Чертыхнувшись, развернулась в сторону звука и застыла столбом. Блондин стоял, прислонившись к дверному косяку, и пристально меня разглядывал. И улыбочка его ой как не понравилась!

— Оказывается, вы великолепно танцуете, лирна Элисса, — вкрадчиво заметил Дамиен.

— Только с подходящим партнером или, за неимением оного, без него, — огрызнулась с досадой, хоть и понимала, что не стоило бы.

— А я, значит, неподходящий? — прищурился Дамиен, и улыбка его стала натянутой.

— Осмелюсь напомнить, что вы здесь для того, чтобы присмотреться к моей кузине, как потенциальной жене, — холодно откликнулась. — Так что да, неподходящий!

Решительно направилась к двери, намереваясь пройти мимо, но он ухватил за руку и притянул к себе. Лицо приблизилось практически вплотную к моему, так что я могла различить каждую крапину в светло-зеленой радужке. Ощутив, что дыхание парня стало прерывистым, а руки скользнули теперь уже к талии, затрепыхалась.

— Немедленно отпустите! — прошипела, яростно уставившись на него.

Глаза Крысеныша вспыхнули азартно и предвкушающе, ноздри хищно раздувались.

— И как я раньше не замечал, насколько ты красива?

— По-видимому, у вас что-то с глазами произошло! — процедила, лихорадочно соображая, что же делать. — Я нисколько не изменилась. Так что все лишь в вашей голове! Или вы слишком долго обходились без женщины, раз уже на всех подряд бросаетесь?! Чему я, кстати, была сегодня утром свидетельницей, — ехидно добавила.

Надеялась, что это его разозлит, и мысли свернут в другую сторону, но не тут-то было. Зеленые глаза полыхнули еще ярче.

— Какая ты горячая, оказывается! Дерзкая, непокорная! Понятия не имею, как тебе удавалось так долго водить всех за нос, но рад, что, наконец-то, сумел разглядеть.

— Покорная я с родственниками. Вы не один из них!

Черт! Ну вот как я могла так проколоться?! Если этот гаденыш расскажет обо всем той же Беатрисе, та немедленно побежит к бабке. А у той хватит ума связать два и два. Понять, что отпускать меня от себя несколько преждевременно. Как и верить в мою лояльность семье!

— Это можно исправить, — вкрадчиво сказал он и прижал к себе еще крепче. Его губы скользнули по моему виску. Я ощутила, как затрепетали волосы под горячим, прерывистым дыханием. Дамиен опустился ниже и шепнул в самое ухо: — Я могу поставить ардаре Катрине условие. Соглашусь на брак с Беатрисой лишь в том случае, если ты отправишься с ней в качестве компаньонки. Последнее, разумеется, официальная версия. Я намерен видеть тебя рядом с собой в другом качестве. И так и будет! Вот увидишь. Деваться тебе будет попросту некуда!

Вот же сволочь озабоченная!

— За кого вы меня принимаете? — гневно воскликнула и все-таки вырвалась из объятий. — Никогда на такое не соглашусь!

— А кто тебя спрашивать будет, дорогуша? — ухмыльнулся Крысеныш, не делая, впрочем, повторной попытки стиснуть в объятиях. — И, думаю, ардара Катрина сочтет такую цену вполне приемлемой.

Вот тут ты ошибаешься! — хотелось торжествующе выкрикнуть. У бабушки на меня другие планы! Тут же похолодела. Если темный маг останется ко мне равнодушен, а дар во время ритуала не пробудится, она вполне может так и поступить. Отдать Крысенышу в качестве довеска к Беатрисе, раз ему в голову пришла такая блажь.

Проклятье! Глядя в ехидное лицо белобрысого, ощутила, что не нахожу слов для ответа. Попятилась в коридор, желая поскорее убраться подальше от этого мерзавца. Потом развернулась и вскрикнула, заметив в отдалении белую как полотно Беатрису. По ее лицу и глупец бы понял — она все слышала! Но прежде чем Дамиен развернулся и тоже увидел невольного свидетеля нашего разговора, Беатриса стремительно скрылась за поворотом.

Похоже, я встряла по полной! Кусая губы от досады, понеслась в свою комнату, чтобы обдумать ситуацию в спокойной обстановке. А оказавшись там, рухнула в кресло и обхватила голову руками. Успокоиться никак не получалось. Сердце стучало как бешеное, тело колотила мелкая дрожь. Как же скверно все складывается!

Может, не затягивать, а бежать этой же ночью? Только куда? Элисса всю жизнь прожила в поместье и знала о реальном мире лишь из книг и рассказов окружающих. У нее даже сбережений никаких не скопилось, ведь жила на полном обеспечении родственников. Драгоценностей, что можно было бы продать, тоже нет. Вполне может статься, что едва сбежав, угожу из огня да в полымя. И родственники, несомненно, станут искать. Нет, определенно, сгоряча ничего предпринимать не следует!

Может, не будь я в таком удрученном состоянии из-за того, что вдруг осознала всю безнадежность ситуации, повела бы себя иначе. Но сейчас, когда в комнату вошла Беатриса и сухо потребовала:

— Оголи спину, тварь! — ощутила, как привычное поведение этого тела берет верх над моими желаниями.

Прежде чем хоть что-то успела осознать, уже стояла на коленях, спустив платье с плеч и повернувшись спиной. Опомнилась лишь, когда кузина обрушила на мою спину первый удар розги. Вскрикнув, попыталась вскочить, но оказавшаяся неожиданно сильной рука ухватила за шею сзади и заставила остаться на месте.

— Похоже, давно тебя не учили уму-разуму! — прошипела кузина. — Как ты посмела посягнуть на то, что принадлежит мне?!

За этим замечанием немедленно последовал новый удар, а потом еще и еще. Я могла лишь корчиться на полу в стремлении защитить хотя бы лицо и живот, пока меня нещадно избивали. Я была так потрясена происходящим и подавлена, что не находила в себе сил сопротивляться. Или сказывалась привычка, выработанная у Элиссы годами. Терпеть и покорно подставляться под удары.

В какой-то момент потеряла сознание, а когда очнулась, Беатрисы в комнате уже не было. Морщась от боли, с трудом поднялась на ноги и подошла к двери. Уставилась на свое бледное отражение с каким-то затравленным выражением в глазах, и оно вызвало досаду и злость. Как я могла позволить этой гадине проделать со мной такое?!

Меня трясло после пережитого, зубы стучали. Я развернулась спиной к зеркалу и закусила губу от представшего зрелища. К застарелым следам от розог прибавились свежие ссадины и кровоподтеки, являя собой наглядную демонстрацию того, что представляла собой жизнь Элиссы до моего появления. И в этот момент, прогоняя предательские слезы, поклялась себе, что это последний раз, когда подобное прошло для Беатрисы безнаказанным. Я больше не беспомощная жертва! Хочет войны?! Она ее получит!

Подошла к комоду, где в отдельной шкатулочке лежали лекарственные снадобья, которые Элиссе не раз приходилось использовать. Обработала спину мазью и легла на кровать животом вниз. Пока спину жгло и снадобье впитывалось в кожу, продумывала план мести. Скорее, унизительной, чем болезненной, что для моей заносчивой кузины, считающей себя выше других, окажется куда более действенным.

А еще неожиданно поняла, что выход у меня все-таки есть. Я была не права, когда желала держаться подальше от темного мага. Он единственный, кто сможет избавить от проклятых родственничков. А уже когда увезет отсюда, найду способ сбежать, прихватив его денежки или драгоценности. Причем никаких угрызений совести испытывать не буду. Он тоже всего лишь захочет меня использовать, и вряд ли станет испытывать жалость или сочувствие. Если хочу выжить в этом чужом мире и не сломаться, должна избавиться от излишней щепетильности!

Принятое решение успокоило и придало уверенности. Теперь, по крайней мере, я знала, что делать, и увидела выход из западни, в которую бедная Элисса угодила еще с рождения.

ГЛАВА 6

Ночью в лаборатории старого лекаря, ожидаемо, не было ни души. Дверь не запиралась — совершенно незачем. За воровство в поместье Кармадов карали слишком строго, чтобы кто-то рискнул пойти на него. Просто-напросто отрезали руку, а в случае повтора — вешали. Ардар в этих землях был верховной властью, потому даже с судом не заморачивались. Да и снадобья лекаря, которыми, не знаючи, можно и отравиться, точно не то, что понадобилось бы ворам.

Я же ориентировалась в лаборатории почти так же, как ее хозяин. Усмехнувшись, взяла засушенные листья нужного растения, завернула в платок. Потом в уже готовое снадобье, стоящее на полках, добавила другой ингредиент. Надеюсь, дело выгорит, и никто о моем участии не догадается. От забитой Элиссы никто такого не ожидает!

Дальше все с теми же предосторожностями пробралась на кухню и нашла шкафчик, где хранились компоненты для любимого пойла драгоценной кузины. Добавить туда прихваченную из лаборатории травку было делом нескольких секунд.

Воровато озираясь, вернулась в свою комнату, чувствуя, как сердце гулко стучит в груди. Фух! Кажется, обошлось! Никто меня не увидел. На краткий миг мелькнули сомнения — может, не стоило этого делать? Но саднящая спина заставила скривиться в мрачной улыбке. Предпочитаю жить по принципу: око за око, а не подставлять всем и каждому вторую щеку. Плохо это или хорошо — тут уж каждый решает для себя. Я же считала, что зло должно быть наказано. Да и наказание не столь уж суровое по сравнению с тем, что пришлось пережить бывшей хозяйке этого тела. Беатриса, конечно, вряд ли поймет, из-за чего на нее обрушились неприятности, но я-то знать буду! И факт свершившейся мести будет приятно согревать душу.

Утром мне доставили новый гардероб. Не скажу, что очень уж впечатляющий. Но по сравнению с тем, что имелось сейчас, вполне ничего. Втайне надеялась, что среди вещей окажутся и дорогие украшения, которые можно продать в случае побега. Но нет. Несколько аксессуаров, конечно, были, но за них приличных денег не получишь. Обычная бижутерия. Изящная и хорошо сделанная, но обмануться мог разве что полный идиот.

Подумав, решила, что пока нет необходимости менять стиль. Лориан Тирмил еще не приехал. А провоцировать усиленное слюноотделение Крысеныша не стоит. Так что с помощью Линетты облачилась в одно из старых платьев, чем ее явно удивила. Впрочем, высказывать свое мнение служанка не стала и молча разложила вещи в шкафу.

Я же, предвкушая будущую потеху, двинулась к столовой. Вчера к обеду и ужину так и не вышла, сообщив, что неважно себя чувствую. И теперь закономерно пришлось выслушивать вежливые вопросы родни и Леонса с Крысенышом о самочувствии. Пробормотав, что мне лучше, села на привычное место и поймала злорадный, торжествующий взгляд Беатрисы. Крохи сомнения, что все-таки гнездились в глубине души, растаяли бесследно. Эта гадина никаких угрызений совести по поводу вчерашней экзекуции не испытывает. Так что получит по заслугам! Иначе, что-то мне подсказывает, повторяться случившееся будет с неутешительной регулярностью.

Украдкой поглядывая на стоящий перед Беатрисой стакан с пойлом, я принялась за еду. Почти не чувствовала вкуса овсянки с медом и фруктами и не прислушивалась к разговорам за столом. Все внимание сосредоточилось на том, как мелкими глотками Крыса отпивает из стакана. Даже не отреагировала на несколько шпилек, брошенных в мой адрес этой стервочкой. Только опускала глаза и смиренно молчала.

Но наконец, завтрак закончился, и Беатриса предложила парням отправиться на верховую прогулку. В мою сторону она даже не глянула, и я поняла, что мое присутствие не предусматривалось. Впрочем, я не огорчилась. Элисса не любила ездить верхом и лошадей боялась, я же и вовсе никогда этим не занималась.

С содроганием думала о том, что некоторые маги здесь летают на драконах. Это наверняка еще страшнее, чем ездить на лошади. Вряд ли сама бы на такое решилась! Кстати, о драконах. Из тех крупиц знаний, что были доступны Элиссе на эту тему, мне известно, что они — существа магические. И выбирают себе хозяина раз и на всю жизнь. После его смерти погибают сами. Каким образом это происходит, неизвестно, но между драконом и наездником устанавливается особенная связь, позволяющая последнему управлять животным ментально.

Притом драконы умеют перемещаться в подпространстве и потому на зов хозяина реагируют практически мгновенно. И в обычное время, если не нужны наезднику, живут на острове Равновесия. Том самом, где расположена Академия Альдарил. Человек же или иное живое существо в подпространстве попросту погибнет. Так что переносить таким образом хозяина дракон не может. Впрочем, летает он быстро, и доставляет наездника, куда ему нужно, по воздуху.

В подчинении у клана Кармадов три хозяина драконов, и обычно они доставляют переписку или выполняют другие поручения. Во время же военных конфликтов драконы служат неплохим подспорьем армии. Плохо то, что другие кланы тоже стараются заполучить такие ценные кадры в свое распоряжение. Должно быть, зрелище схлестнувшихся в небе драконов — просто устрашающее!

Но что-то я отвлеклась. Листья душинки — занятного растеньица, весьма действенного в составе мазей для суставов, но дающее странный эффект при внутреннем применении, должно уже было подействовать. Крысеныш, галантно предложивший руку Беатрисе и провожающий ее к двери столовой, поморщился, когда девушка что-то сказала ему. Когда же она еще и приблизила лицо, кокетливо хлопая ресничками, и добавила что-то доверительное, бедолага прямо-таки отпрянул. Не выдержав, поднес ко рту платок.

Ошарашенная его реакцией Беатриса замерла на месте, непонимающе глядя на него. Ну еще бы, сама она вряд ли чувствует, какое амбре теперь исходит у нее изо рта. Больше всего этот запах напоминает смесь коровьего навоза и гниющей плоти. Да… Травка коварная! Притом, если не нейтрализовать эффект в течение суток, еще и язык онемеет. И кузина не сможет разговаривать в течение нескольких дней, пока не пройдет отек. Впрочем, последнее лекарь вряд ли допустит. По специфическому запаху поймет, в чем дело, и даст нейтрализующее снадобье. То самое, в какое я добавила еще кое-что интересное. Стоило немалого труда, чтобы изобразить на лице не злорадную улыбку, а удивление.

— Ч-что случ-чилось? — кузина даже заикаться стала, видя, что оба парня шарахнулись от нее как от прокаженной.

Ответить правду они из вежливости не решились. Но Дамиен пробормотал:

— Знаешь, мы сегодня с Леонсом хотели потренироваться на мечах. А то уже давно этим не занимались. Так недолго и форму потерять. Давай отложим верховую прогулку до другого раза.

Говоря все это, он с немалым трудом сдерживал порыв снова поднести платок ко рту. Я подошла ближе и подлила масла в огонь, кротко сказав:

— Кузина Беатрисса, хотите, я попрошу кого-то принести вам зубной порошок? Наверное, ваш закончился.

Вот понимаю, что слегка рисковала, но не удержалась. Крыса ошарашено уставилась на меня, потом, что-то сообразив, дохнула на ладонь и поднесла к носу. Ее глаза в ужасе расширились. Щеки вспыхнули румянцем стыда. Оглядев собравшихся, она пробормотала нечто неразборчивое и кинулась к выходу. За ней последовала арда Олирра. Бабушка же, по-прежнему не понимая, что происходит, обратилась к Дамиену и Леонсу:

— Что произошло?

Те переглянулись. Помявшись, солнечный мальчик деликатно сказал:

— Видимо, арда Беатриса что-то не то съела.

Ардара Катрина вскинула брови и поднялась.

— Ладно, пойду разберусь. Димитр, а ты развлеки, пожалуйста, наших дорогих гостей.

— Да мы и сами справимся! — усмехнулся Крысеныш. — Лирна Элисса, не хотите составить нам компанию на тренировке? Когда за состязанием наблюдает прекрасная дама, даже меч кажется легче.

— Сожалею, ард Дамиен, — потупилась я. — Мой долг — находиться рядом с несчастной кузиной. Я должна убедиться, что с ней все в порядке. Гнилые зубы, знаете ли, порой доставляют немало неприятностей.

— Гнилые зубы? — переспросил Дамиен и гадливо передернул плечами.

Удовлетворенная его реакцией, я проследовала к двери, радуясь, что бабушка не слышала моих слов, а дяде Димитру было плевать на происходящее. Он мучился похмельем и страдальчески морщился, не обращая внимания на окружающих.

Проходя мимо комнаты Беатрисы, я заметила входящего туда лекаря. Поколебавшись, проскользнула за ним в дверь. В помещении увидела заламывающую руки кузину, сидящую на диване.

— Мама, это такой позор! — то и дело восклицала она. — И что Дамиен обо мне подумает?!

— Подумает, что ты заболела, — мягко сказала тетка, пытаясь ее успокоить. — Не волнуйся, дорогая! Господин Самдор тебе поможет.

Она стоически терпела исходящий изо рта дочери смрад. Бабка же держалась на некотором отдалении и с трудом скрывала брезгливую гримасу.

— Ну, наконец-то! — буркнула она при виде лекаря. — Вас только за смертью посылать!

— Я поспешил сюда, как только мне сообщили, — виновато развел руками старик.

— Ладно, — поморщилась ардара Катрина. — Осмотрите девочку и скажите, что с ней.

Меня, похоже, воспринимали просто как предмет мебели, поскольку никак не отреагировали на то, что тут торчу. Что ж, тем лучше! Могу беспрепятственно наслаждаться спектаклем.

Старик подошел к Беатрисе, и арда Олирра, как мне показалось, с облегчением позволила ему занять свое место. Сама же устроилась поближе к ардаре Катрине. Я же скромно встала в уголочке, изображая сочувствие и тревогу за кузину. Бабушка скользнула по мне взглядом, но ничего не сказала. Лекарь с заметным облегчением произнес:

— Думаю, я знаю, что произошло. Скажите, вы не принимали каких-то трав сегодня или вчера вечером?

— Как обычно! — всхлипнула Крыса, у которой, похоже, начиналась истерика. — Пила целебный отвар.

— Скорее всего, туда случайно попала одна травка. Называется душинка. При приеме внутрь вызывает неприятный запах изо рта. Но не переживайте, она не опасна для жизни. И все же чем раньше я дам вам снадобье, нейтрализующее эффект, тем лучше.

— Так давайте ваше снадобье! — истерично закричала Беатриса. — Хотя даже после этого не знаю, как посмотрю в глаза Дамиену! — и она разрыдалась, скорее, от злости и досады.

— Думаю, ард Дамиен с пониманием отнесется к тому, что произошло, — произнесла Олирра, с жалостью глядя на дочь.

— Но это же так унизительно! — опять взвыла Крыса. — Он теперь и смотреть на меня не захочет!

— Захочет, — жестко оборвала ее причитания бабушка. — Он прекрасно понимает все выгоды этого брака. Ни о каких романтических бреднях тут речь не идет!

Такая отповедь заставила Беатрису поутихнуть. И все же я видела, как болезненно она переживает свое унижение. Ну, еще бы, кузина так стремится быть привлекательной в глазах мужчин! Что уж говорить об этом стремлении в отношении того, кого воспринимает как будущего мужа и средство собственного возвышения. А тут такой конфуз! Хотя, скорее всего, Крысеныш только посмеется над произошедшим. Ни о каких чувствах к Беатрисе с его стороны и речи не идет. Он сам дал это понять. И бабушка права — если не найдет лучшей кандидатуры, Крыса его вполне устроит. Но каждый раз теперь, глядя на него, кузина будет вспоминать сегодняшнее унижение, и ее самомнение от этого изрядно пошатнется.

— А ты чего пялишься?! — слегка пришедшая Беатриса, наконец, заметила меня и немедленно нашла, на ком сорвать злость. — Небось, радуешься?!

— Чему, кузина? — стараясь изумляться как можно натуральнее, пролепетала я. — Я просто хотела удостовериться, что с вами все в порядке. Если хотите, я уйду, чтобы не доставлять вам беспокойство.

— Прекрати орать на бедную девочку! — неожиданно встала на мою защиту ардара Катрина. — Она не виновата в том, что ты каждый день травишь себя каким-то пойлом!

Беатриса заткнулась и беспомощно посмотрела на мать в поисках поддержки.

— Ардара Катрина права, — осторожно сказала Олирра. — Может, не стоит больше пить тот отвар?

Спорить Крыса не стала, лишь дергано кивнула. Да после сегодняшнего она, наверное, сто раз подумает, прежде чем обычный чай выпить, не то что отвар! То и дело подносила ладонь ко рту, дышала на нее и морщилась. И когда вернулся лекарь со снадобьем, безропотно приняла его. Выпила практически залпом и с надеждой уставилась на старичка.

— Когда подействует?

— Подождите хотя бы полчаса, арда Беатриса, — вежливо отозвался он.

Я же мысленно ухмыльнулась. Зря она так жаждет эффекта! Вряд ли он ей понравится! Ардара Катрина не стала дожидаться и ушла, велев держать ее в курсе. Тетя же уложила дочь в постель, словно та и правда была больной, и уселась рядом с кроватью на стул. Лекарь находился тут же, пристроившись подле меня у стены. Вполголоса рассказывал мне о душинке и том, какой она оказывает эффект. Я благоразумно не стала говорить, что прекрасно об этом знаю из тех книг, что он советовал мне прочесть в нашей библиотеке. Элиссе ремесло травника было и правда интересно, потому она изучила все, что нашлось в книгах Кармадов на эту тему. Знал бы старик, как ученица воспользуется его уроками, пришел бы в ужас! Хотя сама Элисса никогда бы на такое не решилась.

Когда послышалось громкое бурчание, исходящее из живота Беатрисы, лекарь оборвал свою речь. Кузина залилась краской от нового унижения и яростно уставилась на старика.

— Ты голодна, доченька? — спросила Олирра, поняв это по-своему.

— Нет, — буркнула она, и кишечник издал новые рулады.

— Чем вы меня напоили? — взвизгнула кузина, в то время как звуки из живота становились все громче и неприличнее.

— Это нейтрализующее снадобье, — произнес господин Самдор. — Обычно оно не оказывает такого бурного эффекта. Но человеческий организм индивидуален. Возможно, ваш реагирует именно так. Не беспокойтесь, через пару дней все пройдет.

— Пару дней?! — завопила Беатриса.

Олирра принялась ее утешать, потом хмуро глянула на лекаря:

— Вы уверены, что все в порядке?

Старик встал, подошел к постели и осмотрел больную. Пощупал округлившийся живот, в котором явно происходили какие-то процессы, выражающиеся выделением газов.

— Запах изо рта исчез, значит, снадобье подействовало, — произнес он. — А эти временные явления пройдут. Советую вам не сдерживаться, так будет только хуже.

Впрочем, сдержаться Беатриса не смогла бы при всем желании. Когда громкий неприятный звук, а следом и запах разнесся по комнате, я решила, что с меня хватит. Едва сдерживая смех, пожелала кузине скорейшего выздоровления и, поймав яростный взгляд, удалилась.

Решив пойти в библиотеку, спустилась вниз и заметила поджидающих там Дамиена и Леонса.

— Как арда Беатриса? — участливо поинтересовался солнечный мальчик. — Мы вот решили подождать известий, только потом идти на тренировку.

— Очень благородно с вашей стороны проявлять такое участие к моей бедной кузине! — проворковала я, потупив взор. — Но вы сами можете к ней зайти и осведомиться о самочувствии. Ей уже лучше.

Потом, чувствуя, как разбирает смех, стоило представить как Крысеныш нагрянет в газовую камеру, которую сейчас больше напоминает комната кузины, двинулась, как и намеревалась, в библиотеку. Дамиен увязался было следом, но его окликнул Леонс:

— Ты куда? Сам же хотел выяснить, все ли в порядке с ардой Беатрисой!

Тот буркнул что-то нечленораздельное, но послушался. А я покачала головой, осознав, что на самом деле торчал он тут, чтобы выловить меня. М-да, надо бы как-то пресечь этот интерес! Но как?

Поскорее бы явился темный маг, тогда хоть что-то станет ясно! Стоит тому начать оказывать мне знаки внимания, как ардара Катрина лично позаботится о том, чтобы никто этому не мешал. В том числе и Крысеныш. Даже если тот выдвинет свое глупое условие, его желание будет мало что значить. Его отец не дурак и отказываться от такого союзника, как Лориан Тирмил, ради минутной прихоти сыночка не станет.

Недомогание Беатрисы продлилось двое суток, после чего она полностью поправилась. По крайней мере, физически. Все делали вид, что ничего особенного не произошло. Парни вели себя безукоризненно вежливо. Но порой загорающиеся в глазах насмешливые искорки выдавали их с головой. Крыса же переживала это крайне болезненно. Не могла вести себя с Дамиеном так же непринужденно как раньше, злилась, то и дело срывалась на слугах и мне.

Однажды снова едва не дошло до рукоприкладства. Мы находились наедине в комнате для занятий, ожидая наставницу по этикету, когда кузина начала придираться за какую-то мелочь. А потом вдруг ни с того ни с сего вскочила и накинулась за меня. В этот раз я не стала безропотно стерпеть и перехватила занесенную для пощечины руку. Не знаю, что увидела Беатриса в моем взгляде, но это несколько остудило ее пыл.

Потом она внезапно отскочила от меня как ошпаренная, в глазах вспыхнуло озарение. Беатриса судорожно выдохнула:

— Это ведь ты, да?!

— Не понимаю, о чем вы, кузина, — сухо сказала, не в силах сейчас изображать притворную покорность.

— Ты подстроила тот случай с отваром! Точно! Ты ведь разбираешься в травах!

— У вас весьма богатое воображение, — я улыбнулась уголками губ. — В любом случае, доказательств у вас нет. Ваше слово против моего.

Она, чуть справившись с собой, презрительно фыркнула:

— Вот именно! Поверят мне!

— Все будет зависеть от того, кто ардаре Катрине будет более полезен, — перестав корчить из себя жертву, уже без обиняков проговорила я, чем вызвала у Беатрисы ступор.

Она смотрела на меня так, будто увидела перед собой ожившего мертвеца или что похлеще. Я же жестко продолжила:

— Давай начистоту, кузина! Если в тебе не откроется магического потенциала, твоя ценность для клана окажется весьма условной. И ардара Катрина сделает ставку на меня. Даже без магии я для нее окажусь более ценной, чем ты. Что я имею в виду, говорить не стану. Скоро сама увидишь. В любом случае мы обе заинтересованы в том, чтобы наш клан возвысился, — тут пришлось слукавить, но мне важно было, чтобы хотя бы в этом не возникло сомнений ни у Беатрисы, ни у прочих родственников. — И лучше действовать сообща. Поверь мне, я не собираюсь метить на твое место. Нужен тебе Дамиен Нартран — да пожалуйста! Мешать не стану. Именно это ведь тебя так бесит, не так ли? Ты видишь его интерес ко мне?

Крыса, по-прежнему пребывающая в шоке, молча переваривала услышанное. Потом осторожно кивнула, глядя на меня как-то по-новому. С уважением и даже опаской.

— Пусть даже я ему нравлюсь, но отец никогда не разрешит связать судьбу с незаконнорожденной. Ты и сама должна это понимать. Кроме того, меня прочат кое-кому другому. Но если будешь мне вредить, — я холодно улыбнулась, — нарвешься на ответные действия.

Она отшатнулась от меня снова.

— Ты не Элисса!

А вот эти ее слова заставили замереть столбом теперь уже меня. Натянуто рассмеявшись, я спросила:

— Да ну? И кто же я?

— Не знаю, — неуверенно проговорила кузина и поежилась.

Поняв, что нужно срочно спасать ситуацию, я приняла смиренный вид бывшей хозяйки тела и пролепетала:

— Простите, кузина, я позволила себе лишнее. Просто накопилось в душе за все эти годы, вот и выплеснулось наружу.

Не знаю, поверила она или нет, но смотрела так же настороженно. Я продолжала стоять, склонив голову, и всей позой изображая смирение. Привычное поведение Элиссы, похоже, вернуло Беатрисе самообладание. Она тряхнула головой, будто отгоняя наваждение. И все же вернуться к прежней модели поведения по отношению ко мне не решилась. По крайней мере, так скоро. Подозрительно окинув взглядом, буркнула:

— Ладно. Но надеюсь, впредь такое не повторится.

Я промолчала, но похоже, ответ и не требовался. Появившаяся же наставница по этикету и вовсе разрядила обстановку.

Во время занятия я ругала себя на чем свет стоит, что не сдержалась. Расскажет Беатриса все матери и бабушке или смолчит? Трудно сказать. Хотя, буду надеяться, что поверит в то, что я была просто доведена до ручки постоянными издевательствами, вот и сорвалась. И надеюсь, что в эту версию поверит и ардара Катрина, если Крыса все-таки не удержит язык за зубами.

ГЛАВА 7

Темный маг прибыл через четыре дня. Ранним утром, когда в доме бодрствовали в основном слуги. Не считая меня, которая почему-то сегодня поднялась ни свет ни заря. Всю ночь мучили кошмары, и общее состояние было настолько тревожным, что в итоге не выдержала и встала. Пользуясь тем, что с утра нет такой духоты, сделала небольшую зарядку.

В прежней жизни спорт я любила. Регулярно ходила в фитнес-клуб, бегала по утрам. Так что вынужденное безделье, когда самая большая нагрузка — прогулка в саду, воспринималось тяжело. По вполне понятной причине в занятиях по танцам я больше не участвовала, верхом тоже не ездила. Вообще в последние дни предпочитала проводить время в одиночестве, чтобы избежать назойливого внимания Крысеныша и обострения конфликта с Беатрисой. Хотя от общения с Леонсом не отказалась бы, но прекрасно знала, что Дамиен тут же уцепится как клещ. Проклятый Казанова никак не желал отступаться и бросал такие плотоядные взгляды, что неловко становилось! Подозреваю, заметили это все. Но старшие родственники пока никак не комментировали. Хотя, подозреваю, бабка намотала это на ус и уже размышляет, как такое можно использовать в своих целях.

Покончив с зарядкой, я наскоро приняла водные процедуры. Кстати, в поместье оказалась нормальная канализация. Из допотопного крана лилась как холодная, так и горячая вода. Притом без всякой магии, а благодаря подогреваемым котлам. В общем, жить можно. Накинув халат и просушивая полотенцем волосы, вернулась в комнату и застыла у окна, от нечего делать созерцая тихое подворье.

Мирная утренняя картинка разрушилась достаточно резко, когда с неба на землю спикировал самый настоящий дракон. Я даже вскрикнула и разинула рот, словно полная идиотка. Нет, я знала о наличие в этом мире подобных существ, но увидеть их воочию оказалась все же не готова!

Зверь достигал четырех метров в длину, не считая длинного шипованого хвоста, и трех в высоту. Желто-зеленая бронированная чешуя покрывала животное с ног до головы. Последняя представляла собой настолько устрашающее зрелище, что я поежилась. Громадная пасть с несколькими рядами острых зубов, шесть высоких гребней, идущих параллельно друг другу наверху. За них и держался наездник, которого я, потрясенная созерцанием дракона, заметила не сразу.

Дракон предупреждающе взрыкнул, когда к нему кинулись два воина охраны, заметивших прилет гостя. Те шарахнулись в стороны, с опаской остановившись в нескольких шагах. Наездник успокаивающе потрепал зверя по затылку, и тот угомонился. Опустился на лапы так, чтобы человеку было удобнее спуститься. Оставалось лишь восхищаться тому, как он управляется с этим чудовищем.

Только когда по знаку наездника дракон взмыл вверх и исчез в вспыхнувшем в небе радужном туннеле, я отвела от него завороженный взгляд и сосредоточила на человеке. Отсюда трудно было разглядеть его детально. Отметила лишь строгий черный костюм, золотую цепь на груди — символ верховной власти в своем клане, и темные волосы, обрамляющие бледное лицо, черты которого трудно было различить. Не слишком высокий, но выше среднего роста. Скорее, жилистый, чем атлетический, но по манере держаться было понятно — тому, кто схлестнулся бы с ним в поединке, пришлось бы изрядно попотеть.

Мелькнула догадка, заставившая поежиться — что если это и есть тот, от кого зависит моя дальнейшая судьба? Но делать преждевременные выводы не стала. Это вполне мог оказаться один из драконьих наездников, работающих на клан Кармадов.

Но все сомнения разрешились, когда полчаса спустя в мою комнату явилась Линетта с сообщением от ардары Катрины:

— Прибыл ардар Тирмил. Хозяйка велела вам быть во всеоружии, когда спуститесь к завтраку.

— Поняла, — я с трудом выдавила улыбку, сердце сжалось от волнения.

Настал момент, что решит мою дальнейшую судьбу. И вот вроде бы настроила себя на нужный лад за прошедшие дни, но когда роковая минута наступила, поневоле нервничаю!

Но ничего не оставалось, как заняться тем, что велела бабушка. В этот раз появляться в старых унылых платьях не резон, так что придется воспользоваться новым гардеробом. Некоторое время критически поизучав ассортимент, я выбрала голубое с синей вышивкой на рукавах и лифе. По всей юбке шел узор из мелких синих цветочков. Наличие декольте казалось непривычным после того, что носила здесь Элисса. Оно слегка приоткрывало ложбинку между грудями. Впрочем, до вульгарности не доходило. Вид вполне невинный и вместе с тем соблазнительный. Из аксессуаров я выбрала черную бархотку с большим синим камнем, имитирующим сапфир. В уши надела серьги, подходящие к созданному образу.

Служанка завила мои длинные, доходящие до бедер волосы в локоны и сделала красивую прическу, в которой часть прядей была присобрана, а другая свободно струилась по плечам и спине. Глядя в зеркало на свое отражение, я мысленно усмехалась. Наверное, Элисса пришла бы в восторг, увидев себя в таком виде. Ну прямо фарфоровая куколка с огромными синими глазищами и пухлыми розовыми губками! Что чувствовала по этому поводу я — трудно сказать. Никогда не любила такой стиль, предпочитая рваные джинсы и футболки. Представила себе, что явилась бы в привычной одежде перед новыми родственниками, и издала смешок. Ступор был бы обеспечен!

Но веселое настроение вскоре сменилось вернувшимся волнением. Интересно, понравится ли темному магу эта пустоголовая кукла, которой я кажусь в новом облике? Или чтобы его заинтересовать, нужно нечто большее? Что ж, придется изучить реакцию Лориана Тирмила во время знакомства и тщательно проанализировать! Разберусь по ходу дела! — заключила, поняв, что бесполезно думать об этом сейчас. Может, при более близком знакомстве я и сама захочу держаться от него подальше, несмотря на принятое ранее решение. Если окажется злобным маньяком, плевать на все, но откажусь от мысли спасаться с его помощью!

В положенное время вдохнула в грудь побольше воздуха, снова бегло глянула на свое отражение в зеркале, нацепила на лицо легкую улыбку и вышла из комнаты.

В столовой уже собрались все домочадцы, и нового человека я заметила сразу, едва переступила через порог. Бесцеремонно пялиться на него возможности не было, поскольку на меня тут же устремились всеобщие взгляды. Пришлось играть роль Элиссы и смущенно потупиться, пока шла к столу. Только подойдя к своему месту, подняла глаза и увидела, что мужчины, как и положено, поднялись, ожидая, пока я сяду.

Ардара Катрина с учтивой улыбкой обратилась к новому гостю:

— Ардар Тирмил, хочу вам представить и вторую мою внучку. Лирна Элисса. Дорогая, — сказала уже мне, — это ардар Лориан Тирмил, декан Темного факультета Академии Альдарил и правая рука знаменитого лирна Говрейна.

Последний был бессменным ректором Академии на протяжении девяносто пяти лет и считался самым сильным светлым магом из ныне живущих. Эта мысль мелькнула лишь мельком, поскольку все мое внимание сосредоточилось на Лориане Тирмиле, буравящем меня таким холодным и жестким взглядом, что сердце моментально ушло в пятки.

Трудно описать ощущения, что вызывал этот человек. От ардары Катрины тоже исходило нечто подобное — опасность, будто бы предупреждение, что от этой особы лучше держаться подальше. Но при виде Лориана Термила эти эмоции усиливались вдвое, а то и втрое. Так, будто его окружала незримая темная энергия, подавляющая и замораживающая. Хотелось отпрянуть и поежиться.

Заметила, что находящийся рядом с ним Крысеныш ведет себя непривычно скованно. Ему тоже не по себе от присутствия поблизости этого человека. И тем не менее, это не мешало Дамиену бесстыдно оглядывать мой новый облик. В зеленых глазах читались восхищение и затаенная страсть. Но на Крысеныша я глянула лишь вскользь, поскольку темно-фиолетовые глаза мага, взявшие в плен, не отпускали, заставляя пялиться на него как кролик на удава.

Я нервно сглотнула и пробормотала:

— Очень приятно познакомиться, ардар Тирмил.

Хотелось поскорее покончить с неловким моментом. Он сдержанно кивнул и тоном, способным заморозить океан, бросил:

— Взаимно, лирна Элисса.

После чего все, наконец, уселись и принялись за завтрак. Мои же руки настолько дрожали, что пришлось какое-то время держать их на коленях, пока это не прекратилось. Иначе бы даже вилку не смогла поднять. Все самонадеянные планы о том, что темного мага можно использовать в своих целях, обвести вокруг пальца и оставить в дураках, показались уверенностью ребенка в том, что переплывет море на самодельном плоте. Именно так я ощущала себя рядом с этим мужчиной. Всего лишь ребенком в присутствии взрослого. Властность, сила и мощь, исходящие от него, подавляли и деморализовывали.

Понадобилось не меньше двух минут, пока я, наконец, взяла себя в руки и принялась за еду. О том же, чтобы участвовать в общем разговоре, не могло быть и речи. Не смогла бы ни слова вымолвить в присутствии Лориана Тирмила. К счастью, никто и не ждал от тихой и молчаливой Элиссы участия в беседе. Немного утешало то, что такой же подавленной выглядела и Беатриса, со страхом поглядывающая в сторону темного мага. Видно, не на меня одну он произвел угнетающее впечатление.

Вообще свободно, без натянутости, с ним общался, пожалуй, только дядя Димитр, как это ни странно. Но прислушиваясь к беседе, я поняла, почему. Они были друзьями детства. Димитр знал Лориана с тех пор, когда тот еще был обычным мальчишкой, влюбленным в его сестру, а не грозным и опасным темным магом.

Ощутила нечто странное по этому поводу. Невольную зависть из-за того, что сама не имела возможности узнать этого человека другим. Мысль показалась такой странной, что привела в замешательство. Пользуясь тем, что после момента знакомства Лориан Тирмил больше ни разу не посмотрел в мою сторону, я украдкой разглядывала его.

Наверное, этот мужчина мог бы считаться привлекательным, если бы не чересчур мрачное выражение лица. Высокий лоб, круто изогнутые брови, прямой аристократический нос, твердо-очерченный рот, ярко-выраженные скулы. Но взгляд с холодным прищуром, сжатые губы и нахмуренный лоб портили впечатление. Возникало ощущение, что этот мужчина не доверяет никому и сознательно отгораживает себя от окружающих каменной стеной. Такой, какую вряд ли кто-то сможет преодолеть. И чем больше я смотрела на него, тем сильнее понимала, насколько наивными были мечты бабушки сделать его пешкой в своих играх. Он из тех, кто сам задает правила, и вряд ли имеет слабости, которыми можно воспользоваться. Я видела, что бабушка обескуражена не меньше меня. Видимо, раньше он таким не был, и для нее стали неприятным сюрпризом изменения в нем.

Темный маг вызывал во мне противоречивые чувства. Разум оценивал однозначно и выносил вердикт — держаться от него как можно дальше. И в то же время что-то другое говорило иное. Странно. Нелогично. Может, даже глупо. Но чем больше я наблюдала за этим мужчиной, тем сильнее он интриговал. Лориан Тирмил волновал, вызывал такие эмоции, на какие я раньше не считала себя способной. Одновременно пугал и притягивал.

Поймала себя на мысли, что хотела бы, чтобы надежды ардары Катрины сбылись и этот человек заинтересовался мной. Не потому, что это сулило какие-то выгоды, а совсем по другой причине, которую даже толком не могла сформулировать. Просто что-то он зацепил во мне. Какие-то потаенные струны души, о которых и не подозревала. И вместе с тем Лориан Тирмил отталкивал своей непостижимостью, силой, холодностью. Я не могла представить себе женщину, что не терялась бы на фоне этого мужчины. Но ловила себя на мысли, что хотела бы стать такой женщиной.

Чтобы отвлечься от выводящих из равновесия странных мыслей, начала прислушиваться к разговору за столом. Да и нелишним это будет, чтобы получше узнать Лориана.

— Как здоровье почтенного лирна Говрейна? — осведомилась ардара Катрина. — Говорят, он сильно сдал.

— К сожалению, так и есть, — темный маг еще больше помрачнел. — Полгода назад начался процесс старения. Думаю, вы понимаете, что это означает.

Она вздохнула.

— Жаль. Но это неизбежно даже для магов. Уже хорошо, что он пробыл с нами так долго. Сто пятьдесят четыре года не шутка. Я помню его еще с тех пор, как наивной адепткой переступила порог Академии. Такой светлый человек!

— Так и есть, — вздохнул Лориан, и впервые его черты смягчились.

Я затаила дыхание, чувствуя, как сердце участило темп. Даже глаза словно посветлели, когда он вспомнил о человеке, вызывающем у него симпатию. Впрочем, длилось это недолго. Всего пару секунд. Но их хватило, чтобы вызвать жгучее желание, чтобы и на меня когда-нибудь посмотрел так же. Черт! Мысленно обозвала себя идиоткой и отпила чай, чтобы скрыть смятение.

— Значит, ему осталось не больше года, — встрял в разговор Димитр. — И правда, жаль старика! Наверное, на тебя сейчас переложили большинство его обязанностей в Академии?

— Практически, — темный маг улыбнулся краешками губ. — Но меня это не напрягает. Я люблю свою работу.

— Думаю, после кончины лирна Говрейна вы главный кандидат на его место? — будто бы невзначай спросила ардара Катрина.

— Это зависит не от меня, — суховато бросил Лориан. — Решать будет король.

Память Элиссы услужливо подсказала, что, действительно, выдвигал кандидата на роль ректора Академии даралский правитель. Конечно, его выбор должно было одобрить большинство преподавательского состава.

— Разумеется, — сахарным голосочком отозвалась женщина.

Ее глаза блеснули, и я поняла, что она ищет еще один способ подобраться к темному магу. Вынудить его поддержать Нартранов, пообещав, что тогда у него появится больше шансов занять пост ректора Академии. Естественно, только если бабушка будет уверена, что Крысеныш породнится с нашим кланом.

— Вы так долго у нас не были, ардар Тирмил, — задушевно продолжила она. — Совсем забыли старых друзей!

— Слишком много работы, — холодно откликнулся темный маг.

И в этот самый момент его взгляд все-таки скользнул в мою сторону. Задержался лишь на пару секунд, одарил ледяным безразличием и тут же сменил направление. Я же все это время даже дышать не могла. Потом медленно выдохнула и ощутила жгучую обиду. Ну вот что я ему сделала, что смотрит как на пустое место? Даже вежливой улыбки не попытался изобразить. Впрочем, если проецирует на меня те чувства, что стал питать к матери Элиссы после ее отказа, неудивительно! Похоже, сходство с Габриэллой Кармад сыграло лишь во вред.

Наверное, это заметила и ардара Катрина. В глазах ее отразилась досада, которую она постаралась скрыть за маской светской любезности.

— Но в этот раз я не смог отказать в просьбе другу, — смягчил свой ответ Лориан. — Так что отложил дела на несколько дней. Но думаю, затягивать с проведением ритуала не стоит.

— Сколько на это потребуется времени? — напряженно спросила тетя Олирра. — И как все будет проходить? Простите, я не до конца разбираюсь в этом!

— Понимаю ваше беспокойство за дочь, — тонко улыбнулся темный маг. — Но постараюсь сделать все возможное, чтобы ритуал прошел удачно.

— Говорят, у вас не было ни одного смертного случая, — встрял теперь уже Леонс, с интересом смотрящий на Лориана.

— Никогда нельзя быть уверенным на сто процентов, — суховато откликнулся Лориан, не став хвастаться своими достижениями.

— И сколько раз вы уже проводили такой ритуал? — робко спросила Беатриса.

Вопрос волновал ее настолько, что даже справилась со страхом, все еще читающимся во взгляде. И неудивительно! На кону собственная жизнь. Я поежилась, понимая, что, скорее всего, мне тоже придется пройти через это.

А может, ну его?.. Обойдусь как-нибудь без магии! Вернее, подожду, пока она пробудится естественным путем. Если, конечно, вообще пробудится. Зачем идти на риск? Ведь и так понятно, что сердце этой ледышки мне не растопить! Последнее подумалось с горечью, и я отругала себя за подобные эмоции. Да плевать! Никогда за мужиками не бегала и не собираюсь этого делать впредь! И что хуже всего, даже несмотря на такие мысли, я не могла отвести взгляд от Лориана Тирмила. Так, будто он меня приворожил. Чертыхнувшись, заставила себя вновь сосредоточиться на разговоре.

— Около тридцати, — ответил на вопрос девушки темный маг. — Обычно люди предпочитают ждать, пока магия пробудится естественным путем. Это безопаснее. Так что хорошенько подумайте, стоит ли идти на риск.

Беатриса с тоской посмотрела на ардару Катрину и вымученно улыбнулась.

— Нет, я уже все для себя решила. А как… — голос ее сорвался, но она тут же продолжила: — Как все будет проходить?

— В течение трех дней вы должны пить снадобье, которое я вам дам. Оно настроит разум на нужное состояние. Так, чтобы легче было погрузить в транс, когда придет время. Затем я введу вас в иную реальность, где придется пережить не самые приятные минуты. Но не переживайте, я постоянно буду рядом и вмешаюсь в случае необходимости.

Не похоже, что это сильно ее успокоило, но Беатриса пробормотала слова благодарности.

— Надеюсь, вы захватили достаточно этого снадобья, — внезапно проговорила ардара Катрина, и я поймала ее жесткий взгляд. — Поскольку ритуал пройдут обе мои внучки.

Воцарилась тишина. В ней очень отчетливо прозвучал мой судорожный вздох. Грудную клетку словно сдавило клещами. Похоже, бабушка просчитала ситуацию и все решила за меня. Пошла ва-банк, так сказать! Заметила, как в глазах Лориана промелькнули ледяные искорки, когда он спросил:

— Снадобья, разумеется, хватит, но советую все-таки хорошо подумать.

— Все уже решено, дорогой ардар Тирмил, — сладко улыбнулась бабушка. — Так что, возможно, вы этой осенью будете принимать в Академию сразу двух адепток из рода Кармад.

— Я против! — раздался сорвавшийся на визг голос Крысеныша.

На него посмотрели с недоумением.

— Ардара Катрина, я прошу вас уделить мне немного времени наедине. Хотел бы кое-что сказать вам, — справившись с голосом, уже спокойнее сказал он.

Бабушка иронически приподняла брови, но кивнула.

— Хорошо, ард Дамиен, после завтрака мы сможем с вами поговорить.

Вот же черт! Нетрудно догадаться, какое предложение сделает ей Крысеныш!

Я кусала губы, беспомощно поглядывая то на своего непрошеного защитника, то на покрывшуюся пунцовыми пятнами Беатрису, то на невозмутимого мага, равнодушно взирающего на происходящее. Похоже, об опасности он предупреждал лишь для галочки. На самом деле ему глубоко плевать на нашу с Беатрисой судьбу. Хотя, конечно, предпочел бы обойтись без смертельного исхода — все же удар по его репутации.

— Что ж, — сказал он, выпив глоток чая и отставляя чашку, — когда примете окончательное решение, сообщите. Если обе девушки будут участвовать в ритуале, уже сегодня вечером им лучше начать принимать снадобье. А теперь, прошу прощения, я хотел бы немного отдохнуть с дороги.

— Конечно, ардар Тирмил, — улыбнулась ему ардара Катрина. — Надеюсь, отведенные покои вас устраивают? Нет каких-то особых пожеланий?

— Благодарю, все замечательно, — сказал он и поднялся.

Пока он уверенной неспешной походкой шел к двери, на него пялились все. С самым разным выражением. Катрина — несколько озадачено, будто пыталась разгадать важную для нее загадку. Олирра — с беспокойством. Димитр — с задумчивостью. Беатриса — со страхом. Крысеныш — со злостью и завистью, смешанными с опаской. Леонс же в этот момент смотрел на меня с искренним сочувствием. Я отмечала это краем глаза, но продолжала наблюдать за темным магом, надеясь, что мои собственные чувства остаются для всех тайной.

Только когда старый друг вышел, Димитр меланхолично произнес:

— М-да, старина Лориан сильно изменился с нашей последней встречи.

— Думаю, если бы не эти изменения, он не стал бы таким сильным темным магом, — отозвалась бабушка.

— Неужели все темные маги такие? — не выдержала я, и на меня посмотрели как на заговорившую корову.

Но тем не менее ардара Катрина снизошла до ответа:

— Магический потенциал может развиваться с годами. Но для этого нужны упорные тренировки или сильные потрясения, дающие всплеск силы определенной направленности. Когда мы знали Лориана Тирмила раньше, он подавал надежды как светлый маг и огненный стихийник. Темной магии было незначительное количество. Но в его случае сначала участие в войне, потом некоторые другие потрясения… — она сделала многозначительную паузу и продолжила: — привели к всплеску темной энергии. Именно этому он впоследствии и уделил основное внимание, достигнув немалых успехов. Что касается моральных качеств темных магов, то да, обычно они не склонны к излишней чувствительности. Но это не значит, что совершенно лишены эмоций. Просто их проявления несколько иные. Темные маги думают в первую очередь о собственных интересах. Сантименты и благородные порывы им зачастую чужды.

Я смущенно поблагодарила ее за ответ, который вызвал глухую тоску. Стоит ли питать еще какие-то иллюзии по поводу этого мужчины? Жестокий и эгоистичный тип. Явно не мечта романтичной барышни! Впрочем, я никогда и не была таковой. Но и моральные уроды меня не привлекали. Так чем же привлек этот? Или чувствую в нем то, что он прячет настолько глубоко в душе, что никому не добраться? Того светлого мага, каким был когда-то. Возможен ли обратный процесс?

Хотя проблема в том, что Лориану Тирмилу это и не нужно. Способен ли он вообще на проявления нежности, доброты к кому-либо? Или даже к женщинам, которые вызывают эмоции, относится чисто потребительски? Берет то, что они могут ему дать, и не более? Разумеется, ответа на эти вопросы не было. Да и вообще, есть ли смысл рассуждать об этом, если я явно не отношусь к таким женщинам? Лучше всего в моем случае — забыть о так взволновавшем мужчине и жить своей жизнью. Но получится ли это, если во мне откроется магия, и я окажусь в Академии рядом с ним?

ГЛАВА 8

Не в силах делать вид, что ничего особенного не происходит, я отправилась в свою комнату. После переноса в другой мир она стала моим единственным убежищем, где чувствовала себя относительно спокойно. Так недолго и затворницей стать! — мрачно усмехнулась, думая о том, что раньше не могла долго сидеть в четырех стенах. Выходные обязательно проводила в поездках на природу или с друзьями, по вечерам тоже меня редко можно было застать в квартире. Тут же жизнь сводилась к ограниченному периметру, где каждое движение и действие оценивало множество глаз, и я вынуждена была играть несвойственную роль.

Тяжело постоянно быть в напряжении, и я не знаю, сколько еще выдержу. Так что своего вердикта ждала с нервным нетерпением. Пусть хоть что-то определится, наконец! Тогда уже пойму, как лучше действовать. Продолжать ждать у моря погоды или все-таки рискнуть и бежать.

Стук в дверь заставил подобраться. Я села в кресле в более подобающей леди позе, опустив ноги на пол, и выкрикнула разрешение войти. Даже не удивилась, увидев ардару Катрину. Лишь пристально уставилась в ее лицо, надеясь прочесть на нем свой приговор и быть готовой к нему. Но бабушка отлично владела собой. На ее губах играла ничего не значащая улыбка, в глазах не отражалось никаких эмоций.

— Надеюсь, я тебе не помешала, дорогая? — из чистой вежливости спросила она. Мы обе прекрасно понимали, что мое мнение ее не интересует.

— Нет, ардара Катрина, — кротко отозвалась.

Она окинула меня цепким взглядом, потом села в кресло напротив и чинно сложила руки на коленях.

— Я имела весьма интересный разговор с ардом Нартраном.

Весь мой вид изображал вежливый интерес, но вопросов я задавать не стала. Демонстрировала готовность принять любое решение бабушки.

— Он касался тебя, милая, — помолчав, продолжила она. — И был несколько неожиданным. Впрочем, я замечала, что в последние дни Дамиен частенько на тебя поглядывает. Но не подозревала, что интерес настолько силен. Он предложил сделку. Согласие жениться на Беатрисе, если в качестве довеска ему отдадут тебя.

Я была готова это услышать, но все равно губы непроизвольно скривились.

— Вижу, тебя это шокировало не меньше моего, — улыбнулась бабушка понимающе. — И разумеется, я тоже высказала молодому человеку всю недопустимость такого предложения.

С некоторым удивлением я воззрилась на нее, но тут же поняла, что радоваться несколько преждевременно.

— Впрочем, — сказала ардара Катрина, — если все будет оформлено пристойно, предложение не настолько уж скомпроментирует тебя. К примеру, если станешь считаться компаньонкой Беатрисы.

Бабушка уставилась на меня так пристально, что я поняла — показать сейчас настоящие чувства — подписать себе приговор. Она не так глупа, чтобы не заметить изменений в младшей внучке. По поводу своих актерских способностей я не заблуждалась. И теперь проверяет, насколько резонны подозрения. Вздумай я возражать, моя судьба будет решена! Именно это я прочла в жестоких карих глазах, с фальшивой благосклонностью смотрящих на меня.

— Я приму любое ваше решение, — со вздохом сказала. — Пусть все мое воспитание противится такому повороту. Но если ради семьи так нужно… то я готова.

Стоило немалых усилий выдержать роль до конца, но когда лоб ардары Катрины разгладился, я украдкой перевела дух. Похоже, поверила!

— Не будем спешить с ответом арду Нартрану, — задумчиво произнесла бабушка. — Вот если в тебе не откроется магического дара, тогда, скорее всего, придется поступить именно так. К сожалению, Лориан Тирмил пробудет здесь недолго, и ты попросту не успеешь заинтересовать его в достаточной мере. В Академии было бы больше шансов. Но в любом случае, отказывать категорически Дамиену я не собираюсь. Если с Тирмилом не получится, ты станешь дополнительным способом воздействия на Нартрана.

— Ардара Катрина, — осмелилась сказать я, — вы считаете, что шанс с ардаром Тирмилом у меня есть? Мне показалось, он даже внимания на меня не обратил.

Бабушка снисходительно усмехнулась.

— Темные маги хорошо умеют скрывать чувства. Да, он весьма неплохо делал вид, что ты не произвела на него впечатления. Настолько, что я даже в какой-то момент поверила. Но как думаешь, куда он пошел вскоре после того, как поднялся в свои покои? И это вместо того чтобы отдохнуть с дороги.

— Понятия не имею, — недоуменно проговорила.

— В любимое место Габриэллы — заброшенную беседку в саду. Когда мои дети были еще юными и Лориан гостил у нас, они любили проводить там время. То место наполнено для него воспоминаниями. Приставленный следить за ним слуга сообщил мне, что он все еще там. Так что не стоит упускать удобного момента…

Я пораженно молчала, осмысливая услышанное, а сердце отчего-то забилось сильнее. Неужели бабушка права, и еще далеко не все потеряно? Пусть и что-то внутри отзывалось горечью при мысли о том, что Лориана могло заинтересовать во мне лишь сходство с матерью. Следующие слова ардары Катрины заставили вздрогнуть:

— Ты отправишься туда немедленно. Постараешься еще сильнее освежить старые воспоминания, — добавила она иронично.

Все во мне взбунтовалось от такого циничного подхода, но разумеется, свое мнение я оставила при себе. Покорно кивнула и сказала, что сделаю все возможное. Бабушка удовлетворенно улыбнулась и вышла. Я же чертыхнулась и вскочила. Идти в беседку и унижаться, пытаясь строить из себя юную соблазнительницу, совершенно не хотелось! Так и представляю презрительный взгляд, каким Лориан одарит в ответ! В последнем я нисколько не сомневалась. Что бы ни думала бабушка, этот мужчина на такие уловки не поддастся!

Но в то же время что-то будто тянуло туда, к нему. Хотелось снова увидеть бледное аристократичное лицо, заглянуть в пронизывающие темно-фиолетовые глаза, кажущиеся почти черными. По телу растекалась непонятная истома при одной мысли об этом.

Мотнув головой, будто отгоняя наваждение, я решила, что можно просто поговорить с ним. Попытаться узнать поближе. Как человека. Надеюсь, бабка не приставит соглядатая, что станет следить за самой встречей. А если и станет, плевать! В конце концов, она должна понимать, что у Элиссы нет никакого опыта общения с мужчинами.

Это решение слегка успокоило, хотя сердце продолжало биться как-то рвано и неровно. Посмотрев в зеркало и с неудовольствием глянув на покрасневшие щеки и лихорадочно блестящие глаза, заставила себя принять более спокойный вид и выскользнула из комнаты.

Проходя мимо гостиной, услышала звуки фортепиано и мелодичный голос Беатрисы. Похоже, развлекает парней музыкой, и это радует. Крысеныш сейчас занят и за мной не увяжется. Бесшумно миновала опасное место и вышла из дома.

По дороге думала о том, что теперь понимаю, почему беседка заброшена. Габриэлла стала самым большим разочарованием ардары Катрины, и она даже ее любимое место постаралась придать забвению. Элисса же непонятным образом почувствовала связь с ним и искала там утешения в трудную минуту. Насчет же Габриэллы…

Вот хоть убей, совершенно не понимаю эту женщину! Ладно, оступилась, согрешила до брака. Это еще могу понять. Но ведь ей же представился шанс покрыть свой грех! И предложил это не худший мужчина. Скорее, даже наоборот. Так почему она прогнала его? Предпочла позор респектабельной жизни, пусть и с нелюбимым. Ведь папочка Элиссы даже не попытался принять участие в судьбе Габриэллы и ее дочери! Хотелось бы посмотреть в лицо этому мерзавцу и высказать все, что о нем думаю! Запудрил мозги девице, влюбил в себя, заделал ребенка и слинял. Скорее всего, обещал вернуться, раз она так категорически отвергла другого ухажера. И что в итоге? Поломанные жизни, поломанные судьбы. А отдуваться теперь приходится мне! Я тяжело вздохнула.

Подходя к беседке, непроизвольно сбавила шаг и постаралась не привлекать к себе внимания. Сквозь просветы между деревьями, окружающими беседку, заметила темную фигуру, сидящую внутри. Лориан Тирмил пребывал в отстраненной задумчивости, будто прислушиваясь лишь к собственным мыслям и ощущениям, позабыв о том, что окружает. Я колебалась, не зная, стоит ли вот так вторгаться в его личное пространство. Боюсь даже представить, как он на это отреагирует!

Холодный голос продолжающего смотреть в другую сторону мужчины разорвал тишину:

— И долго будете там стоять?

Проклятье! Как он меня заметил? Или почувствовал каким-то магическим способом, о котором я понятия не имею? Слишком мало знала об этом аспекте жизни. Но стоять за деревьями и дальше после того, как меня заметили, было глупо. И я вышла из укрытия. Лориан повернул ко мне голову. На его губах играла ироничная улыбка.

— Простите, я не хотела вам мешать, — выдавила, застывая у входа в беседку и не решаясь пройти дальше. — Не знала, что вы здесь…

Надеюсь, солгала достаточно убедительно, а то впору сквозь землю провалиться!

Видя, что он молчит и с непроницаемым видом разглядывает смущенную меня, решилась продолжить:

— Я люблю бывать в этом месте. Оно успокаивает. Вам оно тоже пришлось по душе?

Некоторое время казалось, что темный маг не ответит. Но все же нехотя произнес:

— Раньше оно было другим. За ним лучше следили.

— Это место для вас наполнено какими-то важными воспоминаниями? — осмелев, спросила, проходя и усаживаясь неподалеку. Слишком близко не осмелилась, понимая, что тогда аура мужчины будет просто подавлять.

— Скорее, хотел понять, остаются ли они до сих пор важными, — бросил Лориан Тирмил равнодушно. — К счастью, перестали.

Сердце екнуло. И что это может значить? То, что он окончательно избавился от былых чувств? Видя, что еще немного — и он точно уйдет, не желая продолжать разговор, я выпалила:

— Вы ведь знали мою мать?.. Скажите, какой она была? Здесь не любят о ней говорить. И я почти ничего не знаю.

Лориан Тирмил снова изучающе глянул на меня, потом медленно проговорил:

— Вы на нее очень похожи.

— Я не говорю о внешности, — возразила, не удовлетворившись ответом. — Каким человеком она была?

Темный маг задумчиво улыбнулся, будто погружаясь в собственные воспоминания.

— Очень живая и непосредственная. Эмоциональная. Искренняя. Габриэлла всегда действовала порывами сердца, и это в ней привлекало больше всего. Не лукавила и не пыталась казаться лучше, чем есть, говорила правду в лицо. Ардара Катрина считала это недостатком, но ничего не могла поделать. Дочь оказалась не менее сильной и упрямой по характеру, чем она сама.

— Мне говорили, что вы просили ее руки, — замерев от собственной наглости, сказала я. Но слишком важно было вывести его на откровенность, понять, что творится в душе. — Значит, любили ее?

— Любил, — он пожал плечами. — Но это уже в прошлом. А теперь, надеюсь, вы простите меня, лирна Элисса, но я хотел бы отдохнуть с дороги.

Лориан поднялся и двинулся к выходу из беседки, но его догнал мой новый вопрос:

— После отказа вы ее возненавидели?

Он замер. Потом, не оборачиваясь, сухо сказал:

— Не думаю, что готов это обсуждать.

— Со мной? — уточнила я. — Или вообще?

Лориан резко развернулся и посмотрел с некоторым недоумением. Похоже, не ожидал такой настойчивости.

— А вам не говорили, что вы чересчур бесцеремонны? — насмешливо прищурился.

— Никогда, — я невинно захлопала ресничками. — А это так?

Он хмыкнул.

— Тогда скажу прямым текстом, чтобы больше к этому не возвращаться. Да, когда-то я испытывал к вашей матери сильные чувства. Но сделал все, чтобы от них избавиться. И придя сюда, убедился, что старые воспоминания уже не имеют надо мной власти. Ну что, я удовлетворил ваше любопытство, юная лирна? Если да, то надеюсь, вопрос исчерпан.

— Этот да, — невозмутимо отозвалась, невинно улыбаясь. — Но есть другие.

— И вы полагаете, что я стану на них отвечать? — приподнял брови Лориан, явно поражаясь моей навязчивости.

— Этого требуют элементарные правила вежливости, — отозвалась с вызовом.

— Боюсь, я не из тех, кого слишком заботят эти правила, — усмехнулся темный маг. — И мое терпение уже на исходе, лирна Элисса!

— Вы всегда такой? — я покачала головой.

— К счастью, вам недолго придется терпеть мое общество, — саркастично сказал он.

— И все же ответьте на еще один вопрос.

— Смотря какой, — он разглядывал меня с холодным прищуром, будто пытаясь проникнуть в голову. — Обещать не буду.

— Вы сейчас пытаетесь мысли прочесть? — стало не по себе от того, что он может и правда это делать.

— К сожалению, такое недоступно даже магам, — хмыкнул он. — И в любом случае, вряд ли ваши мысли представляют для меня интерес.

— Считаете пустоголовой? — осведомилась я.

— Если позволите, промолчу, — насмешливо откликнулся темный маг.

Вот ведь хам! И правда, о хороших манерах имеет весьма смутное представление. Или, скорее, плевать на них хотел!

— Из чистого любопытства, — продолжил он. — Что же вы такого хотели спросить? И попрошу побыстрее. А то эта беседа начинает утомлять.

До чего же невыносимый тип! И что я в нем только нашла привлекательного? Теперь начинала уже по-настоящему злиться. И бабка еще считала, что он может клюнуть на крючок? Бесчувственная ледышка, для которой все окружающие — пыль под ногами!

— Хотела расспросить подробнее о ритуале, который мне придется пройти, — сухо произнесла. — А не о вашей драгоценной особе, как вы, вероятно, подумали!

Издевательский огонек в глазах темного мага лишь усилился.

— Все, что вам следует знать, я уже изложил за завтраком, отвечая на вопрос арды Беатрисы. Боюсь, больше вы просто не поймете.

— Вы так считаете? — процедила, неприязненно буравя взглядом заносчивого типа.

Похоже, он один из тех, кто считает, что женщина не способна ни на что большее, кроме как пироги печь и детей рожать. А таких я терпеть не могла!

— Уж простите, — он развел руками, продолжая улыбаться, — но трудно поверить, что вы разбираетесь в тонкостях магических ритуалов.

— Судите по внешности? — я независимо тряхнула головой, отчего кукольные локоны спружинили о плечи, напоминая о том, что он сейчас перед собой видит. Может, этот облик и ввел его в заблуждение? — Считаете, что красивая женщина — обязательно глупа?

— Вы считаете себя красивой? — скептически отозвался он, за что его захотелось пришибить. Вот последнее уже совершеннейшая грубость! Да как он смеет?! — А вы еще и «скромны», как вижу! — продолжал насмехаться темный маг. — Ко всем прочим «достоинствам»!

— Ладно, забудьте! — вскочив на ноги и пылая от негодования, я ринулась к выходу, наплевав на то, что он продолжает стоять на пути.

Даже захотелось побольнее пихнуть его, устраняя с дороги. Но эта сволочь успела посторониться. А я, выбежав из беседки, еще и зацепилась за сухую ветку, попавшую под ноги. Уже теряя равновесие и во всех деталях представляя картину неминуемого унижения, почувствовала, как сильные руки подхватывают и помогают восстановить равновесие.

— Осторожнее, лирна Элисса, — послышался издевательский голос над ухом.

— Вас забыла спросить! — прошипела, поднимая на него разъяренный взгляд.

В какой-то момент ощутила, что что-то в нем неуловимо меняется. Взгляд стал другим, в нем появились странные искорки. Даже лицо будто бы смягчилось. Но это длилось лишь несколько секунд, после чего оно вновь стало невозмутимым и слегка насмешливым. Лориан отпустил меня и даже снизошел до иронических извинений:

— Прошу простить, если был не слишком любезен!

— Можно подумать, вы и правда об этом сожалеете, — буркнула, но с удивлением ощутила, что уже не так сильно злюсь.

— Чтобы вы в это поверили, даже готов ответить на ваш вопрос, — опять явно насмехается, но я с независимым видом кивнула.

С преувеличенно учтивым видом он посторонился, снова пропуская в беседку. Я прошла и опустилась на скамью. Испытующе уставилась на него.

— Что это за снадобье, которым вы будете потчевать меня и Беатрису? — деловито осведомилась, решив, что ни за что больше не покажу перед ним эмоций. Буду вести себя так же, как он.

Опять этот снисходительный взгляд, намекающий на то, что вряд ли я пойму, о чем речь.

— Уже ведь говорил. Оно приводит мозг в нужное состояние сознания. Так, чтобы легче было осуществить переход.

— О переходе чуть позже, — прервала я. — Хотелось бы знать ингредиенты снадобья.

— Они вам о чем-то скажут? — пробормотал Лориан с видом вселенской усталости. Так, словно ему приходилось общаться с умственно неполноценной. Но поймав мой недобрый взгляд, снизошел до того, чтобы перечислить.

Я молча слушала, анализируя получаемую информацию. Потом, когда маг закончил, озвучила свои выводы:

— Принцип действия понятен. Кайрин — легкий наркотик, расширяющий сознание, делает мозг податливым для воздействия извне. Тарас — травка, что нейтрализует зависимость и мешает воспринимать реальность неадекватно. То есть оставляет лишь нужный магу эффект. Ольтанка нормализует давление и сердечный ритм, предотвращая возможные побочные эффекты.

Несколько удивленный вид Лориана пролился бальзамом на душу. Маг явно не ожидал от меня такой осведомленности. Травки-то довольно специфические, известные не каждому. Увлечение лекарским делом Элиссы снова оказалось нелишним, что радовало.

— А вы многое знаете о травах, — пристально разглядывая меня, сказал темный маг.

— Так и есть. С детства этим увлекаюсь. Наш лекарь-травник взял меня в ученицы, — холодно откликнулась, чтобы он не понял, насколько приятны его слова. — Как видите, в кругу моих интересов не только наряды и развлечения! — добавила с легкой издевкой. — Но продолжим, чтобы не отнимать дольше необходимого ваше драгоценное время, — последнее прозвучало и вовсе саркастично. — Итак, насколько понимаю, раз понадобился такой эффект, вы будете оказывать влияние на разум.

— В определенной степени, — медленно проговорил он. — Хотя, скорее, помогу вам добиться того эффекта, какого обычные маги по собственной воле достигают лишь путем упорных тренировок. Отправлю ваше астральное тело в путешествие по иной реальности. Там, где ему придется мобилизовать все потаенные резервы, чтобы выжить.

По спине пробежал холодок. Вспомнилось, чем закончилось прошлое астральное путешествие, и где я в результате оказалась.

— В какую еще иную реальность? — хрипловато спросила, силясь не показать излишней нервозности.

— Мир голодных духов. Так его называют. В нем обитают призраки и демоны, — в этот раз в тоне Лориана не звучало издевательских ноток. Мужчина был полностью серьезен. — Шутить с подобными силами опасно, потому вам стоит хорошенько подумать, нужно ли вам это.

— Как будто у меня есть выбор! — невесело отозвалась.

Поймала недоуменный взгляд темного мага и внезапно решилась. Была не была! Попробую заполучить его в союзники. В любом случае, откровенность он оценит больше, чем попытки запудрить мозги. В этом успела убедиться за время нашего недолгого общения. Именно эти качества ему когда-то нравились в матери Элиссы. И я собиралась продемонстрировать их даже не потому, что хотела вызвать симпатию. А просто потому, что желала, чтобы он хотя бы меня уважал.

— Скажите, как вы почувствовали, что я подошла к беседке? — будто бы невзначай сменила тему.

Если он и удивился, то виду не подал.

— Раскинул магический щуп. Привычка. Маги довольно часто так делают, особенно те, кому приходилось воевать. Проверяют окружающую обстановку, прежде чем позволить себе расслабиться.

— Понятно, — кивнула ему. — Нечто подобное и подозревала. А сейчас вы не могли бы его раскинуть? За нами никто не наблюдает?

— Настолько, чтобы слышать разговор, нет, — усмехнулся Лориан, и я облегченно выдохнула.

Решившись, сказала:

— Хотите знать, почему для меня так важно пройти ритуал пробуждения силы?

— Да не особенно, — сыронизировал он, но под моим мрачным взглядом посерьезнел. — И почему же?

— Если ардара Катрина решит, что от меня нет проку, то отдаст в качестве постельной грелки Дамиену Нартрану. Именно этого он потребовал в обмен на согласие жениться на Беатрисе. А мне такого поворота совершенно не хочется.

Повисла долгая пауза, во время которой темный маг переваривал услышанное. Потом он медленно произнес:

— Проку какого рода?

Что ж, пойду ва-банк! И будь что будет!

— Она считает, что мое сходство с матерью привлечет вас. И вы захотите взять меня в жены. Только, уж простите, быть чьей-либо игрушкой я не намерена!

Ну вот! Пусть не считает, что я так уж жажду его внимания!

— Да и уже поняла, что вас в этом качестве вряд ли привлеку. Но мне придется некоторое время водить ардару Катрину за нос. Изображать, что из кожи вон лезу, лишь бы вас соблазнить. На самом деле, единственное, что мне нужно — избавиться от опеки родственников. Академия позволит добиться неплохого положения и без их покровительства.

Понять, о чем сейчас думает Лориан Тирмил, не представлялось возможным. Его лицо больше напоминало мраморную маску. Хотя глаза сверкали так, что смотреть было больно, и стоило немалых усилий не отводить взгляд. Многое зависит от того, поверит или нет. И захочет ли помочь, чтобы наказать ардару Катрину за ее желание сыграть на его слабостях.

— А что вы намерены делать, если магия в вас не проснется? — наконец, откликнулся Лориан.

— Тогда мне останется лишь бежать куда глаза глядят, — я пожала плечами. — В любом случае, становиться любовницей Крысеныша не собираюсь.

— Крысеныша? — он усмехнулся.

— Простите. Дурацкое прозвище, которое я дала Дамиену Нартрану, — чуть смутилась я.

— Боюсь даже представить, какое вы могли бы дать мне, — иронично сказал он.

— Я и не собиралась давать вам прозвище, — еще больше смутилась.

— Рад это слышать.

— Так что? Вы поможете мне? — помолчав, спросила, с надеждой глядя на него.

— В чем? — обронил он небрежно.

— Пройти ритуал как положено. Невзирая на вашу личную антипатию!

Похоже, переборщила. Показалось, что аура темного мага сгустилась еще больше.

— Вы полагаете, я мог бы поступить иначе? — холодно осведомился он.

— Нет, но… Вдруг вы пожелали бы отомстить мне, раз уж моей матери не получилось, — так же холодно откликнулась.

На скулах мага заиграли желваки.

— Думаю, разговор окончен, — процедил он.

Черт! Похоже, я все испортила!

Чувствуя звон в ушах и слабость, заставила себя подняться и двинуться к выходу. Вслед внезапно донеслось ледяное:

— Я бы и так сделал все необходимое, чтобы ритуал прошел успешно. Вам не было нужды просить об этом. Не из благородных побуждений, разумеется. На кону моя профессиональная репутация.

— Я и не питала иллюзий насчет ваших мотивов! — прошипела, бросая взгляд через плечо. — Но надеюсь все-таки, что немного благородства в вас есть, и вы не станете рассказывать моей бабушке о том, что услышали от меня.

— Разумеется, — от тона темного мага мурашки шли по коже. — И надеюсь, если все-таки попадете в Академию, будете попадаться мне на глаза как можно реже.

— В этом не сомневайтесь! — зло бросила и ринулась прочь.

Ну до чего же мерзкий тип! Отвратительный! Высокомерный, заносчивый, грубый! Только почему так болезненно сжимается сердце от его последних слов? Настолько, что слезы непроизвольно набегают на глаза и хочется разрыдаться в голос. Едва смогла сдержать их до того, как оказалась в своей комнате, и только там позволила себе маленькую слабость.

ГЛАВА 9

Следующие три дня, пока Лориан Тирмил потчевал нас туманящей мозги гадостью, мы с ним общались друг с другом подчеркнуто холодно и вежливо. К разговору в беседке больше не возвращались, но осадок остался. Моя злость уже прошла, и по здравому размышлению я поняла, что, пожалуй, погорячилась тогда. Его реакцию можно было понять. И если бы он сделал первый шаг, с чистым сердцем бы простила.

Но куда там! Сомневаюсь, что темный маг вообще задумывался над этим. Скорее всего, выбросил из головы сразу же. И мне бы выбросить. Да не тут-то было! Почему-то для меня имело значение, что сволочь бесчувственная обо мне думает. Но разумеется, я ни за что этого не покажу!

Крысеныша же я подчеркнуто игнорировала. Даже аргумент появился — мол, оскорблена до глубины души его предложением. Он злился, пытался навязываться, но в итоге счел себя обиженным и начал вести себя еще хуже, чем раньше, до моего вселения в тело Элиссы. Видимо, решил показать, что может быть и по-плохому. Они с Беатрисой спелись на этой почве и постоянно отпускали в мой адрес какие-нибудь шпильки. Но грань кузина переходить не осмеливалась. Недавний случай не прошел для нее бесследно. Хватило ума понять, что может нарваться на ответную реакцию.

Единственный, с кем я общалась с удовольствием, был Леонс. Мы с ним сильно сблизились за последние дни и подолгу беседовали, предоставив Дамиену и Беатрисе вариться в собственном котле. И чем больше я узнавала этого парня, тем сильнее понимала — трудно найти кого-то более достойного. Вот ведь повезет какой-нибудь дурочке!

Иногда я и сама задумывалась: а чем черт не шутит? Может, это мой шанс разом избавиться от всех проблем в новом мире? Такой мужчина, как Леонс, стал бы надежной опорой и защитой. И он мне даже нравится. Но решила не спешить. Сам он вел себя со мной дружелюбно, но не давал понять, что желает чего-то большего. Не хотелось бы испортить едва зарождающиеся отношения, которые могут перерасти в настоящую дружбу.

Как я ни пыталась храбриться, но мысль о скором ритуале волновала изрядно. Что если именно на мне везение Лориана Тирмила даст осечку? И я окажусь тем самым исключением со смертельным исходом? Думать об этом было страшно. Одно дело — рисковать, зная, что можешь на что-то повлиять сама. Другое — целиком и полностью быть зависимой от чужого, не лучшим образом к тебе расположенного человека. Но выбора особого не было.

В «день икс» первой пришлось проходить испытание Беатрисе. Мне бабушка разрешила поприсутствовать там вместе с ней. Тетке же категорически запретила. Понимала, что та может что-нибудь испортить, если подумает, что дочери грозит опасность. А вмешательство в ритуал чревато последствиями не только для Беатрисы, но и самого мага. Так что слабонервных, да и вообще лишних с точки зрения ардары Катрины, людей выдворили из гостиной.

Я сама сидела ни жива ни мертва, устроившись в одном из кресел неподалеку от бабушки, и наблюдала за действиями Лориана Тирмила. Беатриса, бледная как полотно, улеглась на диван. Сам маг сел на стул рядом с ней и взял за руку. Не знаю, чего ожидала. Того, что вокруг выставят зажженные свечи и начертят какие-нибудь каббалистические символы. Или еще что-то в том же роде, что соответствовало моим представлениям о магических ритуалах. Но все оказалось до банальности обыденно. Никаких специальных атрибутов и нагнетания атмосферы.

Единственное — портьеры задвинули наглухо, создав в комнате приглушенное освещение. И Лориан перед ритуалом снова напоил Беатрису снадобьем, каким потчевал все это время. Может, владей я магией, увидела бы некие флюиды, витающие в воздухе, или что-то вроде того. Но сейчас просто наблюдала за магом, в упор смотрящим на девушку. Ответный взгляд кузины был испуганным и напряженным. Впрочем, уже минуты через две он затуманился, мышцы лица расслабились. А вскоре она и вовсе словно бы уснула. Хотя, подозреваю, что погрузилась в транс.

Лориан тоже закрыл глаза, и его лицо стало настолько сосредоточенным, что между бровями залегла глубокая складка. Интересно, что он делает? Оказывает какое-то ментальное воздействие? Похоже на то, словно он Беатрису загипнотизировал.

Моргнула, различив слабое сияние в районе переносицы кузины. Или показалось? В горле пересохло, когда поняла, что вовсе даже не показалось. И сияние начало постепенно охватывать все ее тело. У Лориана же светилась лишь рука, которая соприкасалась с ладонью Беатрисы.

Я вздрогнула, когда в один момент тело девушки выгнулось чуть ли не дугой, а потом сияние исчезло, оставшись лишь в месте соприкосновения ладоней. Кузина почти сразу обмякла и будто бы перестала дышать. По крайней мере, я не улавливала движения грудной клетки.

— Она что умерла? — еле слышно прошептала, посмотрев на бабушку.

Та недовольно зыркнула в мою сторону:

— Нет. А теперь помолчи. Нельзя, чтобы что-то его отвлекло, — так же тихо ответила она, и я устыдилась своего порыва.

Потом вспомнила слова темного мага об астральных путешествиях и сама поняла, что произошло. В какой-то степени Беатрису и правда сейчас трудно назвать живой. Ее душа отделилась от тела и непонятно где блуждает. Хотя наверняка с физической оболочкой остается связь, и кузина в любой момент может вернуться. Вернее, маг ей поможет это сделать.

Следующие минуты показались вечностью. Не знаю, сколько прошло времени. Но точно не меньше часа. Лориан Тирмил оставался пугающе неподвижным, лишь лицо в некоторые моменты становилось еще более напряженным.

А вот Беатриса… У меня кровь застыла в жилах, когда ее тело внезапно сильно задергалось, лицо же исказила болезненная гримаса. Я видела самые настоящие раны, царапины и укусы, ни с того ни с сего появляющиеся на открытых участках кожи. Вполне возможно, что под платьем было то же самое.

Жуть какая! Что с ней происходит в том мире, куда отправил темный маг? И почему это отражается на физическом теле?!

Когда же Беатриса задергалась, словно в эпилептическом припадке, а на ее губах выступила кровавая пена, мне пришлось вцепиться ногтями в собственные ладони, чтобы сдержать крик.

Все закончилось внезапно. Вот на щеке Беатрисы появляется рваная рана, будто ее только что грыз дикий зверь. А в следующий миг возникает сияние, охватившее ее всю, и повреждения исчезают бесследно. Кузина в последний раз дернулась, обмякла и открыла глаза. В них стоял самый настоящий ужас, как будто она до конца не осознавала, где находится.

Лориан Тирмил, наконец, отпустил ее руку и сухо сказал:

— Все закончилось. Вы в безопасности.

Она перевела на него становящийся все более осмысленный взгляд, и в нем полыхнуло возмущение.

— Как вы могли?! Как?! Почему ничего не сделали? — закричала кузина, резко садясь. Ее всю трясло от эмоций.

Эта яростная вспышка озадачила. Я не могла понять ее причины. Что такого совершил темный маг, за что она его упрекает? Но тот явно не собирался оправдываться, глядя на девушку с холодным равнодушием.

— Поздравляю, магический дар в вас открылся! Но вы пока не умеете управлять им. В Академии вам с этим помогут. А теперь лучше всего будет отправиться в свои покои и отдохнуть.

Беатриса хотела что-то еще сказать, но потом беспомощно поджала губы и спустила дрожащие ноги с дивана. Бабушка, все это время просидевшая мраморной статуей и ничем не проявившая эмоций, поднялась и вывела ее из комнаты, где препоручила заботам арды Олирры. Сама же вернулась и вопросительно уставилась на темного мага, продолжающего сидеть на стуле, ни на кого не глядя.

— Вам нужно время на отдых? — деловито осведомилась она.

— Это лишнее, — последовал безразличный ответ. — Давайте поскорее покончим с этим. Так, чтобы завтра с утра я смог вылететь отсюда.

— Как скажете, ардал Тирмил, — кивнула бабушка и уставилась на меня.

Все внутри оборвалось. Я осознала, что прямо сейчас мне на собственной шкуре придется испытать то же самое, что и несчастная Беатриса. И это нисколько не радовало. А еще возникал резонный вопрос: если маг устал во время предыдущего ритуала, сможет ли так же успешно провести и второй. И, между прочим, рискует он при этом моей жизнью!

— Вы уверены, что прямо сейчас сможете провести еще один ритуал? — не выдержав, просипела я, глядя на невозмутимого мага чуть ли не как на палача.

Он насмешливо изогнул бровь.

— Если передумали, я не настаиваю. В любом случае задерживаться еще на день здесь я не собираюсь. Так что или сейчас, или никогда. Вернее, вы можете обратиться к другому темному магу в любой удобный для вас день.

— Я не сказала, что передумала, — выдавила, понимая, что тогда риск лишь возрастет. У этого, по крайней мере, больше удачных результатов, чем у кого бы то ни было. — Просто переживаю о последствиях.

— Чтобы истощить мои силы, нужен, по меньшей мере, десяток таких ритуалов, — снисходительно сказал Лориан и призывно махнул рукой. — Ну же, лирна Элисса, идите сюда! Я вас не съем.

Еще и издевается, сволочь! Причем улыбку намеренно сделал немного хищной, опровергая собственные слова.

Под пристальными взглядами вернувшейся на свое место бабушки и самого мага я доковыляла до дивана. Уставилась на обивку, пытаясь отыскать следы крови. Ведь ясно же видела на теле Беатрисы раны, пусть они и исчезли, стоило ей очнуться! Но никаких следов на диване не было, и это озадачивало. Можно ли вообще верить собственным глазам в этом магическом мире?

— У Беатрисы шла кровь, — наконец, решилась заговорить. — Почему раны исчезли?

— Во время астрального путешествия она, действительно, получила несколько ран, — как ни странно, снизошел до ответа маг. — Но их появление на физической оболочке — результат самовнушения. В некотором роде иллюзия.

— А такая вот иллюзия может привести к смерти? — с сомнением протянула я.

— Может. Если не выдернуть астральную оболочку вовремя, и она сочтет, что умерла в том мире, то шок может оказаться настолько велик, что приведет к фатальным последствиям и здесь. Именно поэтому некоторые подопытные и погибают при проведении таких ритуалов. Маг упускает нужный момент и не вытаскивает вовремя.

— Но вы… — голос сорвался, но я тут же продолжила: — вы же успеете, да?

Все это я говорила, уже укладываясь на диван и пытаясь скрыть, насколько у меня трясутся руки и ноги. Получалось плохо. Показалось, что взгляд Лориана Тирмила смягчился.

— Разумеется, — сказал он очень уверенно, и меня слегка отпустило.

Когда же он взял за руку, самообладание заметно укрепилось. Не знаю, почему, но прикосновение его горячей ладони к моим ледяным от волнения пальцам придало сил.

— Хорошо, — попыталась улыбнуться. — Я вам доверяю.

В его глазах что-то промелькнуло, но это было так мимолетно, что не готова поклясться.

— Весьма опрометчиво с вашей стороны доверять темным магам, — улыбнулся он, но хотелось верить, что это всего лишь шутка. Издевается в своей привычной манере. Он почти сразу посерьезнел: — Теперь выпейте это, — протянул мне свободной рукой флакончик знакомого зелья, — и постарайтесь расслабиться. Смотрите мне в глаза и не сопротивляйтесь тому, что будет происходить.

Я опять напряглась и инстинктивно сильнее сжала его руку. Уставилась в глаза мага с затаенным страхом и мольбой. Проглотила содержимое флакона и откинула голову на диванную подушку.

Уже через несколько секунд окружающий мир смазался и показался нереальным. Остались лишь темно-фиолетовые глаза, стремительно чернеющие и затягивающие в свою глубину. Кажущиеся страшными и губительными, как бездна, в которую падаешь и у которой нет ни конца ни края. Но даже отвести от них взгляд не могла, как и вообще пошевелиться. Похоже, Лориан Тирмил задействует внушение, погружая в транс и подчиняя собственной воле. Попыталась ему противиться и ощутила боль в голове, резко отдающуюся в висках. Поморщилась и перестала это делать. В конце концов, чем быстрее все закончится, тем лучше. Неизбежного не избежать. Не успела об этом подумать, как мир закружился, и я рухнула в темноту, где вообще не было звуков и красок.

Ощущение падения, схожее с тем, какое наверняка чувствуют те, кто несется на оборвавшемся лифте вниз. Давящее, дезориентирующее. Причем вокруг не было видно совершенно ничего, словно я ослепла. Чувство времени тоже покинуло, и я не могла сказать, сколько неслась в этой темноте неизвестно куда.

Когда мир снова обрел краски, они сначала показались невыразимо яркими, почти слепящими. Но стоило проморгаться, как поняла — они намного тусклее, чем в привычной реальности. Будто приглушенные, серые. Небо свинцовое, темное, угрожающе нависающее над землей. Солнечный свет с трудом пробивается сквозь марево облаков, будто ему приходится преодолевать преграду. И пейзаж вокруг донельзя унылый: земля, почти лишенная растительности. Единственное, что здесь росло — что-то вроде темно-коричневых кактусов, унизанных шипами. Причем были они разного размера и формы. Некоторые почти с полноценные деревья, разветвленные. Гигантская долина простиралась насколько хватало глаз. Ни гор, ни холмов. По крайней мере, в обозримом пространстве.

Что за странное место? Вспомнились слова о мире голодных духов, и я поежилась. В таком мрачном местечке и правда стоило ожидать появления каких-нибудь злобных призраков.

— Где я? — произнесла, озираясь.

Непонятно к кому вообще обращалась, поскольку была здесь совершенно одна. Пусть и каким-то непостижимым образом улавливала чье-то присутствие. Не опасное, а напротив, дарящее ощущение надежности. Наверное, его дарило прикосновение мага к моей физической оболочке.

Подумав о том, что здесь находится только астральное тело, я непроизвольно оглядела себя. Странно, но бесплотной я не казалась. Видимо, это и правда особый мир, где даже духи обретают плоть. Жутко, конечно!

Когда кто-то тронул сзади за плечо, я взвизгнула и отскочила в сторону. Развернулась и облегченно выдохнула, поймав насмешливый взгляд Лориана Тирмила. Он тоже выглядел живым, пусть и будто бы потускнел. Так, словно этот мир выпивал все яркие краски. Наверное, я кажусь такой же тусклой. Не успела обрадоваться тому, что он меня не бросил и шагнуть к нему снова, как улыбка мага сменилась озадаченной гримасой. Он рассматривал меня с недоумением:

— Почему вы так выглядите?

— Как? — не поняла я.

Сначала решила, что он об этой серости, искажающей восприятие. Потом запоздало дошло. Моя одежда ничуть не напоминала платья, привычные Лориану Тирмилу. Я перенеслась сюда почему-то в рваных джинсах и короткой футболке с изображением оскаленной волчьей головы. Представляю, как это, должно быть, странно воспринималось мужчиной, живущим чуть ли не в средневековье. Потом мелькнула еще одна мысль, заставившая похолодеть, и я быстро ощупала голову. Черт! Похоже, внешность моя тоже далека от той, какую он ожидал увидеть. Перед темным магом стояла Ксения Орлова, а не Элисса Кармад.

— Не знаю, почему моя астральная оболочка решила принять такой облик, — сделала вид, что сама не понимаю, откуда взялись эти изменения.

— Вообще-то неопытные маги не могут менять здесь облик. Предстают такими, какими привыкли себя воспринимать, — задумчиво проговорил Лориан.

Меня бросило в жар. Не хватало еще вот так по-глупому попасться! Интересно, как поступают местные с такими, как я? Теми, кто самовольно занимает чужое тело. И бывали ли у них прецеденты раньше? А если бывали, то как поступали с такими личностями? Проводили опыты, как на лабораторных крысах, или сжигали на кострах? Я нервно сглотнула.

— Наверное, я исключение, — натянуто улыбнулась, сдувая со лба длинную челку. — А что тот облик, какой я приняла, настолько страшный?

— Скорее, странный, — откликнулся темный маг.

Ради эксперимента я представила себе тот образ, какой мельком увидела в капсуле в обиталище магических созданий Высших. С удовольствием отметила, как меняется тело. Правда, хватило ума вообразить себя одетой в нечто вроде белой древнегреческой туники, а не голой, какой увидела Лилану сама.

— Так лучше? — дерзко улыбнулась, наслаждаясь видом вытянувшейся физиономии Лориана.

— Как вы это сделали? — напряженно спросил он.

— Из всякого правила есть исключения, — ухмыльнулась я. — Наверное, я именно такое. Могу принимать не только свой облик.

К счастью, проверять мои возможности дальше он не стал. А то сильно сомневаюсь, что получилось бы перевоплотиться в кого-то другого. Эти же образы мое тело воспринимало как родные, видимо, потому и получалось. Но шокировать мага мне однозначно понравилось!

— Так какой предпочтете меня видеть? — уточнила, превращаясь в привычную ему Элиссу.

— Без разницы, — поморщился он. — Но не советую тратить силы на эти фокусы. У вас более важная задача. И силы еще понадобятся.

— Какая задача? — я тут же потеряла всякое желание валять дурака.

— Выжить здесь, — он уже полностью обрел невозмутимость.

— Разве это трудно? Я не вижу вокруг никакой опасности! — осторожно заметила, озираясь.

— Ошибаетесь. Ваше появление наверняка уже кто-то почуял. Скоро явятся.

— Кто? — нервно сглотнув, выдавила.

— Варианты могут быть разные, — настал его черед ухмыляться при виде моего замешательства. — Но не переживайте. Если появится реальная угроза для жизни, я вмешаюсь.

— А как мне действовать в ином случае? — сипло спросила.

— По обстоятельствам, — будто насмехаясь, буднично произнес он. — Смысл в том, чтобы в экстремальной ситуации в вас пробудилась магия. Когда вы без физического тела, это происходит легче. В том-то и смысл ритуала.

— А если она не пробудится? — решилась задать немаловажный вопрос.

Ответа не последовало. Вместо этого Лориан начал плести в воздухе нечто, напоминающее сеть из причудливых плетений. Причем нити были черные. Сеть окутала его коконом и, на краткий миг вспыхнув, сделалась едва различимой глазу.

— Что вы сделали?

— Поставил темный щит. Оградил себя от местных обитателей, — ответил он.

— А я? — последнее прозвучало как писк.

И вот чувствую, что ответ мне точно не понравится!

— Вам, дорогуша, придется справляться собственными силами.

— Но я же не умею щиты ставить! Даже если пробудится магия, как смогу это сделать?! — возмутилась я.

— Этого от вас и не требуется. Произойдет выплеск силы, и он на какое-то время отпугнет местных. Я же вас вытащу отсюда.

Вот теперь я в полной мере поняла, почему не все подопытные во время ритуала выживают! Маг запросто может не успеть воспользоваться моментом и вытащить того, кого угораздило согласиться на это безобразие. Черт!

Так, ладно, нужно успокоиться! Шанс на то, что в Элиссе есть магия, все-таки есть. А Лориан Тирмил находится достаточно близко, чтобы вмешаться, если станет совсем туго. Не все так плохо! Этому гаду просто нравится меня пугать!

Когда далеко на горизонте появилась черная точка, я напряглась и стиснула челюсти. Точка постепенно приближалась, и становились видны очертания. Тварь, несущаяся ко мне, была серокожей, с шишковидными наростами на лысом черепе и темными провалами глаз, внутри которых светились недобрые красноватые искорки, двумя дырками вместо носа и тонкой полосой губ. Тельце худосочное, совершенно голое и будто бы незавершенное. Ни сосков, ни пупка, ни признаков половой принадлежности. Просто серая аморфная масса, очертаниями напоминающая человека, но с непропорционально худыми и длинными конечностями.

Не успела я подумать, что в принципе, оно не настолько уж страшное, и не выглядит силачом, с которым не смогу справиться, как существо разинуло рот. Из моего горла вырвалось неприличное ругательство моего мира. Сейчас даже плевать было, что подумает Лориан, услышав непонятные слова, сказанные на незнакомом языке. Огромный зияющий провал в пол-лица открыл два ряда острых, похожих на стальные шипы зубов.

— Что это за тварь? — крикнула магу, наблюдающему за приближением существа даже со скукой. Ну еще бы, сам окружен защитным щитом! Сволочь такая!

— Дух. Не самый опасный. Пятого уровня. По градации самые опасные — с первого по третий.

— Боюсь даже представить, какие они, — пробормотала, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. — И что мне делать?

— Доверьтесь инстинктам, лирна Элисса, — посоветовал маг, пока чудище приближалось, а я все больше паниковала.

Да пошел он! Советчик хренов! — решила я, когда дух приблизился на расстояние пары шагов и потянулся ко мне длинной конечностью. Кинулась бежать, не разбирая дороги и проклиная стоящие вокруг кактусы, на которые порой натыкалась. От шипов, оказавшихся чрезвычайно острыми, на коже выступила кровь. Теперь понятно, откуда у Беатрисы были раны. Или не только из-за местных растений?! Раны ведь были самые разные. Последняя мысль настолько не порадовала, что я едва не зарычала.

Глянула через плечо на оставшегося на прежнем месте Лориана Тирмила и возмутилась еще больше. Почему не вмешивается?! Меня же сейчас убьют! Дух неумолимо догонял. Магия же никак не желала пробуждаться и приходить мне на помощь.

Я ускорила бег, досадуя на то, что почему-то не могу парить над поверхностью, как эта тварь, несмотря на то, что тоже лишена физического тела. Или тоже ограничения для новичков? Последняя догадка подтвердилась, когда темный маг взмыл в воздух и полетел за нами, нагоняя духа и меня. Я было обрадовалась, надеясь, что поможет. Но нет, он просто полетел рядом, наблюдая за тем, как я выбиваюсь из сил.

Ощутив, как цепкая рука хватает за талию и вздымает в воздух, заорала так, что в ушах зазвенело. А потом почувствовала, как в плечо впиваются острые зубы, вырывая целый кусок мяса. Боль была самая настоящая. Такая сильная, что я захлебнулась собственным криком, напрасно пытаясь высвободиться.

Не знаю, каким образом все-таки удалось вывернуться и ударить чудище в челюсть. Но помогло. Оно меня выронило, заставив плюхнуться на землю и больно ушибить коленку. Порадовало хотя бы то, что в этом мире духи материальны, и я могу оказывать на них воздействие. Вот оружие какое-нибудь добыть бы, и тогда еще вопрос — кто кого?

Воинственный пыл заставил лихорадочно заозираться, пытаясь найти что-то подходящее. Как ни странно, нашла! Здесь, на мое счастье, были камни. Подобрав один из них, швырнула прямо в глотку снова кинувшемуся на меня существу. То не успело отреагировать и подавилось, начало судорожно выкашливать из себя чужеродный предмет. Я же, охваченная боевым пылом, подбежала и отвесила несколько пинков проклятой гадине.

— Сзади, — послышался чуть насмешливый голос Лориана Тирмила, и я развернулась.

Тут же боевой задор сменился ужасом. На подмогу собрату спешили еще три такие же твари. Справиться с ними тем же способом я вряд ли смогу. К тому же первая, воспользовавшись моей заминкой, успела изрыгнуть из себя камень и снова готовилась атаковать. Единственное, что оставалось — ринуться прочь!

И я побежала. Со всех ног, запрещая себе даже думать о том, что не могу больше так быстро бегать. Смогу! Иначе они меня просто растерзают!

Не знаю, сколько продолжалась адская гонка, пока твари то догоняли меня и вырывали целые куски от тела, то отставали, получая удары в уязвимые места. Но в какой-то момент я увидела впереди реку. Вот же невезуха! Сворачивать в сторону? Но они меня окружили, будто предчувствуя такой поворот событий, и куда ни кинься, ждала не самая завидная участь. Нарвусь прямо на чьи-то цепкие пальцы! Темный маг же, зараза такая, парил в воздухе неподалеку и не вмешивался, наблюдая за моими действиями. Сколько он еще ждать будет?! Разве непонятно, что никакая магия не пробудится?!

Так, ладно, об этом гаде подумаю позже! Как и о разных извращенных способах его убийства! Впереди более насущная проблема — река, которую точно не переплывешь в длинном платье Элиссы. И как еще в нем столь резво бежала, непонятно. Не зря говорят: жить захочешь, и не так раскорячишься! Но все же интересно, получится ли на ходу облачиться во что-то другое?

На миг зажмурилась, представив себе любимый купальник — черный, спортивный, в котором ходила в бассейн. Ощутив, что бежать стало легче, радостно поняла, что получилось, и укорила себя лишь за то, что не подумала об этом раньше. На вскинутые брови Лориана Тирмила глянула лишь мельком. Плевать! Пусть считает кем угодно, для меня сейчас главное выжить! Даже если придется щеголять полуголой перед чужим мужиком.

И я стремглав кинулась в воду. Когда же духи за мной не последовали, издала ликующий вопль. Видимо, вода служила границей их владений. О том, что ждет за ней, пока старалась не думать. Главное, переплыть!

— А фигурка у вас неплохая, — послышалось ироничное над головой, и я чуть ли не с ненавистью глянула на летящего над водой мага. — И выбор одежды весьма занятный.

— Да пошел ты! — прошипела тихо, не сдержавшись, но надеясь, что не услышит. — Лучше бы помогли! — сказала уже громче. — Неужели непонятно, что магия не пробудится?!

— Еще неясно, — возразил он. — Вы пока не достигли предела физических сил. И так справляетесь, — хмыкнул он. — И признаться, даже удивлен такой стойкостью. Ваша кузина не продержалась и двух минут, пока ее рвали на части духи десятого уровня. Встреча с ними вас, кстати, ожидает по достижении берега.

Последнее насторожило. Хотя, если учесть, что по градации те, что гнались за мной, сильнее, это дает шанс на то, что смогу справиться.

— И что представляют собой эти самые духи десятого уровня?

— Обычные ожившие мертвецы. Тупые и неповоротливые, — последовал ответ, от которого у меня кровь застыла в жилах. — Правда, нападают толпами. Если окружат, вряд ли сможете отбиться.

От последнего мне и вовсе дурно стало. Я даже перестала плыть, всерьез раздумывая, уж не остаться ли в кажущейся безопасной речке. Интересно, долго ли смогу держаться на поверхности? Чтобы скрыть замешательство, спросила о другом:

— Вы говорите, что Беатриса не выдержала и двух минут. Но ведь прошел почти час, пока она открыла глаза.

— В этой реальности время идет иначе, — откликнулся темный маг и как бы между прочим спросил: — И долго вы намерены принимать водные процедуры?

— А что? — независимо вскинулась я.

— Да ничего… — протянул он, глядя на что-то поверх моего плеча.

Ой как мне этот взгляд не понравился! Настолько, что я тут же развернулась и едва не заверещала совсем уж неприлично. Ко мне приближалось нечто наподобие русалки с головой крокодила. Притом справа виднелись кончики еще трех хвостов, таких же, как у этого монстра. Наверное, я побила все рекорды по плаванию — настолько стремительно преодолела оставшееся расстояние.

— Что это вообще было?! — сдавленно спросила, когда немного отдышалась на берегу и сумела приподняться на дрожащих локтях.

— Дух шестого уровня. Живет только в воде.

— И на том спасибо! — я слабо улыбнулась. — А Беатрису вы, по всей видимости, сразу сюда переправили? К менее опасным созданиям.

— Случайно получилось, — отозвался он, но я ничуть не поверила.

Хотя не факт, что была бы рада встрече с живыми мертвецами в начале этого безумного марафона. Впрочем, по всей видимости, и ее мне не избежать. Я мрачно смотрела в сторону холма, откуда спускалась целая толпа медленно бредущих существ. И что самое обидное, суша, на которой я оказалась, представляла собой лишь небольшой остров, огибаемый рекой. То есть если зомби разделятся и окружат, я и правда никуда не денусь!

Заставила себя подняться и, чтобы лишить бесцеремонно разглядывающего мое тело мага дальнейшего удовольствия, представила рваные джинсы и футболку. В них и бегать удобнее. Интересно, а оружие я могу воплотить? Попыталась представить тесак, каким обычно разделывала мясо, но не срослось. Стало интересно, под силу ли это Лориану, и я хмуро спросила об этом. На что услышала ответ, сказанный подчеркнуто скучающим тоном:

— Похоже, вы не до конца понимаете принцип того, как здесь все устроено. Ваша одежда и облик — это тоже лишь иллюзия. Вы можете принимать ее и даже наделять некоторыми преимуществами. К примеру, облегчать вес тела, получая возможность парить в воздухе, как это делаю я. Результат опыта и сноровки. Но убить иллюзорным мечом никого не сможете. Хотя, как уже говорил, со временем соответствующую иллюзию даже могли бы создать. Иное дело — с помощью магии.

Он вскинул руку, из-под которой снова заструились какие-то плетения, принимающие очертания меча. Совершенно черный клинок, искрящийся сполохами молний.

— Магический меч, созданный из темной энергии, — тоном лектора, демонстрирующего изучаемый объект, произнес. — На поддержание его уходит достаточно много энергии, так что в реальном мире предпочтение стоит все же отдавать обычному оружию. Здесь же при столкновении с демонами или духами высших уровней подобное жизненно необходимо.

— А я так смогу? — робко спросила, с восхищением глядя на магическое оружие.

— Для начала вам следует подумать о пробуждении дара, — иронично напомнил он, развоплотив оружие. — И чем бегать от опасности, не лучше ли поскорее достичь нужного состояния сознания?

— Предлагаете самой кинуться в объятия живых мертвецов? — я содрогнулась при одной мысли об этом и поднялась на ноги. — Нет уж! Разве что совсем другого выхода не останется!

И я двинулась вдоль реки, опасливо косясь на приближающихся со стороны холма мертвецов.

— А вот это уже поопаснее будет, — пробормотал Лориан, тенью следующий рядом.

— Что? — полная самых худших предчувствий, я проследила за его взглядом и увидела летающую тварь, похожую на птеродактиля, пикирующую на меня с неба. — И что у нее за уровень? — спросила еле слышно.

— Третий.

— Это значит, что мне не справиться? — обреченно спросила.

Темный маг не счел нужным ответить. Да и в следующий момент я могла думать лишь о том, как увернуться от летящей на меня сверху твари. Но ее скорость оказалась феноменальной! Послышался леденящий душу крик, и я даже не сразу поняла, что издаю его сама. Острый клюв разорвал кожу на спине, проникая внутрь тела. Я захлебнулась собственной кровью, хлынувшей через горло. И в ту же секунду ощутила, как по телу проносится волна нестерпимого жара, от которого кровь словно вскипела.

Яркая вспышка, охватившая того, кто пытался меня убить, превратила существо в живой факел. Оно выдернуло клюв и с криком боли полетело прочь. Я же больше ничего уже не видела. Чувствовала, как из обожженного тела уходит жизнь, и молилась лишь об одном — пусть это поскорее закончится. Я больше не могу терпеть настолько сильную боль!

А потом вновь ощущение падения в пустоту. Охвативший меня всю благословенный холод, исцеляющий ожоги, заживляющий раны.

В следующий момент я открыла глаза на диване в гостиной, с трудом вообще воспринимая реальность. Первое, что сделала, придя в себя — впилась ногтями в руку Лориана Тирмила чуть ли не до крови. Скотина! Садист чертов!

Он выдернул ладонь, но я уже вскинулась, метя ногтями теперь уже в глаза. Маг легко перехватил и удержал. Его глаза смотрели спокойно и невозмутимо, что еще больше бесило.

— Поздравляю, магия в вас пробудилась, — вот и все, что он сказал в ответ на мою вспышку ярости.

Потом поднялся и двинулся прочь из комнаты, вежливо кивнув на прощанье ардаре Катрине. Та удовлетворенно улыбнулась, глядя на трясущуюся после пережитого меня.

— Рада за тебя, девочка! Теперь нет никаких препятствий против отправки тебя в Академию. Постарайся сделать все, чтобы добиться расположения этого мужчины. Думаю, ты сама удостоверилась, насколько он может быть полезен нашему клану.

Как же хотелось сказать что-то едкое в ответ! Но я сдержалась. Ничего, бабушка, недолго тебе осталось распоряжаться моей жизнью!

Я справилась с собой и устало произнесла:

— Я все для этого сделаю.

— Вот и молодец! А теперь, пойдем, я помогу тебе добраться до твоих покоев. Сегодня у нашей семьи большой праздник, — добавила она, улыбаясь еще шире. — Сразу в двух моих внучках открылся магический дар. И если все и дальше пойдет как надо, мы скоро станем одними из самых влиятельных в королевстве.

Ага, мечтай! Я мысленно усмехнулась и оперлась на ее руку, сама уже думая о том, что собой представляет местная Академия и чем она отличается от универа, в котором я училась в прежней жизни.

ГЛАВА 10

Вскоре после проведения ритуала отбыли восвояси не только маг, но и Дамиен с Леонсом. До начала занятий в Академии оставалось полторы недели, и парням нужно было подготовиться. Как и нам.

В поместье царило оживление, пока счастливая из-за благополучного исхода тетя Олирра помогала Беатрисе готовить гардероб. Шились новые наряды, собиралось все, что может понадобиться во время учебы. Я в этом не принимала никакого участия. Ардара Катрина и так проявила неслыханную щедрость, снабдив меня новыми вещами. Да и как-то заявила во время обсуждения животрепещущей для нас с кузиной темы, что вообще-то Академия и так выделяет все необходимое. В том числе и одежду. Там положена униформа, и вряд ли Беатрисе удастся часто щеголять соблазнительными нарядами.

Я была абсолютно довольна услышанным. И пусть бабушка и сказала, что на острове, помимо Академии, есть большой город и несколько поселений, так что обычная одежда тоже может пригодиться, особо на этот счет не заморачивалась. Соблазнять никого я не собираюсь. Не за тем так стремилась попасть в это учебное заведение, чтобы бездарно потратить студенческие годы на развлечения и любовные интрижки.

Нет уж, я намерена хорошо учиться, чтобы мои перспективы избавиться от опеки родственников изрядно возросли! Беатриса же… Да флаг ей в руки! Пусть основной упор делает на охмурение Крысеныша, я только порадуюсь, что эти двое нашли друг друга. Хотя мысль о том, что такие ничтожества могут оказаться на верхушке власти в королевстве, вызывала тревогу. Но это еще вилами по воде писано. Другие арды из влиятельных кланов явно не захотят так просто уступать дорогу Нартранам. Поддержка Лориана Тирмила могла бы сильно поднять позиции кого-то из сторон, но тут бабушку ждет большой облом. Не светит ей ничего с темным магом!

Да и я намерена держаться от него подальше, как он того и хотел. Пусть и после отъезда Лориана ни дня не проходило, чтобы я о нем не думала. Настырный образ мрачного субъекта с пронзительным взглядом темно-фиолетовых глаз никак не выходил из головы. Я досадовала на себя за это, пыталась отвлечься на что-то иное, но помогало мало. Сама не понимала, что со мной, но надеялась, что избавлюсь от этого наваждения.

Попасть в Академию с той части материка, где жили Кармады, можно было двумя путями. Первый — долгий и утомительный. Сначала пришлось бы ехать в карете до ближайшего порта около недели, а потом еще столько же плыть на корабле до острова Равновесия. Второй — короткий, но экстремальный. На драконах.

Едва я узнала о такой перспективе, пришла в ужас. Уж лучше тащиться в карете, а потом на корабле! Вспоминала устрашающую пасть чудища, прилетавшего сюда с Лорианом Тирмилом, и дурно становилось. Да и не факт, что сам полет вызовет приятные эмоции. Экстремалкой я не была.

Но решение принимала не я, а бабушка, которая рассудила, что на драконах, в сопровождении магов, служащих нашему клану, будет гораздо безопаснее. На дорогах ситуация не всегда благоприятная. Можно нарваться на разбойников или еще какие-то проблемы. Наши же с Беатрисой робкие попытки отмазаться от «безопасного» пути были решительно пресечены. То, что кузина в этом оказалась солидарна со мной, слегка утешило. Будет не так обидно показаться трусихой, когда придет время отлета. Впрочем, это же и сподвигло не показывать настоящих эмоций. Никто из нас не желал ударить в грязь лицом в присутствии другой.

Провожать будущих адепток Академии Альдарил ранним утром в день отлета вышла вся семья. Слуги тоже толпились неподалеку, хотя сомневаюсь, что этих людей так уж заботило, что мы улетаем. По-моему, единственными среди них, кто был искренне расстроен нашим отбытием в Академию, были наставники. Теперь в их услугах больше не нуждались, и придется искать другое место.

Тетя Олирра рыдала в приливе эмоций и тискала Беатрису, которая стойко это терпела. Ард Димитр зевал и больше напоминал зомби, что по внешнему виду, что по степени эмоциональности. И как вообще его смогли поднять в такую рань? Он пробормотал несколько маловразумительных слов в духе: не посрамите честь семьи, и встал в стороне. Ардара Катрина, как обычно, особых чувств не проявляла и давала конкретные наставления. Говорила о том, что нам нужно делать, когда долетим до места, просила регулярно писать о том, как идут дела.

Я с нетерпением ждала, когда уже сцена прощания закончится. Стояла в новом темно-вишневом платье и плаще, с туго стянутыми в пучок волосами, и поглядывала то на толпящихся вокруг людей, то в небо, откуда должны спуститься драконы. По поводу плаща и прически посоветовала бабушка. Она говорила, что высоко в небе всегда холоднее, потому лучше надеть плащ. А насчет прически и так несложно догадаться. Под порывами ветра так легче будет сохранить более-менее приличный вид. Кстати, Беатриса советам вняла лишь наполовину. Поверх платья плащ накинула, а вот прическу пожелала сделать более сложную, с очаровательными локонами и завитками. Я злорадно представила, что от этого останется после полета, и ухмыльнулась.

Наконец, в небе появились две темные точки, стремительно приближающиеся к земле. И вот тут-то я разом избавилась от прежнего нетерпения. Уж лучше и дальше торчать здесь и наблюдать за царящей вокруг показухой, чем взбираться на одно из жутких чудовищ! Впрочем, чему быть, того не миновать…

С тревожно колотящимся сердцем наблюдала за тем, как на освобожденное пространство опускается два громадных ящера с наездниками на спинах. Некстати вспомнился птеродактиль, с которым пришлось столкнуться в мире голодных духов. Тоже крылатая рептилоидная тварь, как и драконы. Что если они выйдут из-под контроля наездников и сбросят нас с кузиной? Черт! Лучше об этом не думать, а то точно не залезу в седло! Я и на лошади едва-едва с грехом пополам научилась ездить, а тут нужно дракона осваивать.

Животным явно не нравилось скопление народа. Они порыкивали и недобро поглядывали на окружающих. Наездники пока держали ситуацию под контролем, но затягивать точно не стоит. Ардара Катрина бесстрашно приблизилась к опасным существам, отдала распоряжения наездникам и махнула рукой нам с Беатрисой.

Собравшись с духом, я поплелась туда, хотя каждый шаг давался с трудом.

У Беатрисы началась истерика, когда слезший с одного из драконов мужчина попытался подсадить ее в седло. Глядя на это, я заставила себя взять эмоции под контроль и с каменным лицом взобралась на спину другого.

Дракон повернул ко мне громадную голову, и я нервно сглотнула, уставившись в ярко-желтый глаз с вертикальным зрачком. Помня о том, что животные обычно чувствуют эмоции, я постаралась подавить страх и даже погладила дракона по загривку. Он был на удивление теплый, а не холодный, как можно было подумать. И враждебности не проявил, почти сразу отвернувшись и, как мне показалось, с насмешливым интересом уставился на то, что происходило рядом с его собратом. Я тут же подумала: насколько они разумны? О чем и спросила у наездника, севшего передо мной и посоветовавшего покрепче ухватиться за его пояс.

— Гораздо разумнее, чем может показаться, — охотно отозвался он.

Этот наездник, кстати, был совсем еще молодым мужчиной, не старше двадцати восьми лет. Или, по крайней мере, на вид так казалось. У магов ведь изменения во внешности не столь очевидны до самой смерти. Рыжеволосый, с живыми карими глазами и открытой улыбкой. В общем, мы с Родериком, как он представился, сразу нашли общий язык, и вскоре уже непринужденно болтали. Пока неподалеку велась борьба со слезами и соплями Беатрисы, нашлось, чем себя занять. Как оказалось, Родерик даже не лирн, а обычный простолюдин, которому открывшийся дар дал возможность поступить в Академию и неплохо устроиться в жизни. Он женат, имеет двух очаровательных дочек и полностью доволен своей судьбой. Связь с драконом при этом — важная составляющая его существования.

— Он словно часть меня, — рассказывал Родерик. — Это трудно объяснить. Но когда Патрик, — он погладил дракона по спине, и тот заурчал, как кошка, — меня признал, границы мира словно расширились. Когда мне грозит опасность или я нуждаюсь в нем, он откликается сразу. Находит меня, где бы ни находился. Иногда позволяет видеть его глазами и сливаться с ним разумом. Удивительное ощущение, когда ты чувствуешь себя другим существом, тем более таким могущественным и сильным!

— А по какому принципу драконы выбирают тех или иных людей? — с любопытством спросила, невольно почувствовав, что тоже бы хотела иметь такого друга. Не питомца или ездовое животное, а именно друга!

— Трудно сказать. Когда я учился в Академии, нам говорили, что драконы просто чувствуют, кто им подходит. Энергия такого человека им жизненно необходима, она вплетается в их собственную. Вы еще узнаете больше и об этом, и о многом другом, лирна Кармад.

Я с глубокомысленным видом кивнула. Желание учиться в магической Академии крепло с каждой секундой. И не только для того, чтобы избавиться от родственников. Сколько нового и удивительного там можно узнать!

Наконец, после того как старичок-лекарь дал Беатрисе успокоительное зелье, ее удалось усадить на дракона. Но она так судорожно уцепилась за наездника, что я от души посочувствовала бедолаге. Эдак она ему ребра переломает к концу полета! Если сейчас так паникует, то что же будет в воздухе? Впрочем, я и сама не уверена, что отреагирую адекватно, когда мы поднимемся в небо.

— Он ведь не сбросит меня? — не удержавшись, спросила.

— Нет, конечно, — успокоил Родерик. — Дракон выполняет волю наездника беспрекословно. И если тот велит ему доставить груз или человека, сделает это со всей осторожностью. Так что вам нечего беспокоиться!

— Рада это слышать.

— К тому же, — улыбнулся наездник, повернув голову и посмотрев на меня через плечо, — вы ему нравитесь.

— Правда? — улыбнулась я в ответ. — Это он вам сам сказал?

— Я чувствую его эмоции, — пояснил Родерик. — Да и сказал тоже. Говорит, что у вас хорошая энергия. Теплая.

Окончательно перестав бояться дракона, который больше не казался кровожадным чудовищем, я снова погладила его. И к моему удивлению, он и на мое прикосновение отозвался урчанием.

— Вот видите! — рассмеялся наездник.

Я тоже рассмеялась. Но тут же засыпала Родерика новыми вопросами:

— Значит, драконы совсем не страшные?

— Ну, я бы так не сказал, — хмыкнул наездник. — Видели бы вы их в бою! Жуткое зрелище! Да и в мирной жизни с ними нужно быть осторожными. С кем-то другим, помимо наездника, они могут повести себя агрессивно. Если почувствуют угрозу или энергия человека им не понравится. Потому обычно наездники отпускают их восвояси, когда непосредственно не нуждаются в услугах.

— Понятно, — я решила, что без крайней необходимости не стану рисковать. В присутствии Родерика Патрик ведет себя мирно, но кто знает, что было бы в ином случае.

У меня дыхание перехватило, когда мы все-таки взмыли в воздух. Инстинктивно посильнее уцепилась за пояс Родерика, но уже скоро страх сменился пьянящим восторгом. Ощущение полета было настолько удивительным, завораживающим, что я чувствовала себя в какой-то эйфории.

И почему раньше боялась?! Ведь это настолько потрясающе! Даже хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. И плевать, что в небе и правда оказалось холоднее, чем на земле, а ветер свистел в ушах. Все это мелочи! Главное — осознание, что летишь среди облаков, будто птица, имея возможность созерцать проносящуюся внизу красоту лесов, долин и холмов этой неведомой земли. Подумать только, я могла бы никогда такого не испытать, если бы бабушка не настояла на полете на драконах! Пожалуй, мне есть за что быть ей благодарной!

Пока мы летели, Родерик, перекрикивая вой ветра, говорил о том, что находится внизу. Даже заставил дракона снизиться над столицей королевства — Даралом и позволил мне увидеть шпили высоких башен королевского дворца, запруженные народом улицы, самые различные здания, парки, памятники и фонтаны. Сердце моей новой родины, где во дворце доживает последние дни нынешний король Маркэль из династии Дармайл.

Старику уже сто сорок шесть. И я испытывала к нему невольную жалость, а вовсе не подобающее высокому статусу почтение. Знала из воспоминаний Элиссы о том, что у всего есть обратная сторона медали. Благодаря чужим интригам и желанию заполучить трон он лишился всех своих сыновей и дочерей. Подстраивались несчастные случаи, действовали с помощью ядов и наемных убийц. Последний его сын погиб на войне с горными альвами, причем и тут подозревали умысел кого-то из влиятельных ардаров королевства.

Почему сам старый король до сих пор жив? Вот этот вопрос заслуживает особого внимания! В мире магии не все так просто. И если уж кого-то облекают верховной властью, избавиться от него нелегко. Есть особые артефакты, говорят, подаренные представителями разных рас в незапамятные времена самой богиней Созидательницей. Королевская корона — не просто драгоценная побрякушка, а уникальная вещь, благодаря которой устанавливается магическая связь со всеми представителями подчиненного правителю народа. Тот, кто попытается его убить или даже приказ кому-то такой отдать, погибнет страшной смертью. Притом навлечет проклятье не только на себя, но и на весь свой род.

В день, когда на голову новому правителю надевают корону, из нее вылезают шипы, пронзающие кожу и активирующие связь с артефактом через кровь. И пока этот человек или правитель иной расы жив, никто не вправе оспаривать его власть. Вот только о детях и других родственниках нового короля речь не идет. И они являются вполне устранимой с пути помехой. А передать власть наследнику король имеет право лишь на пороге смерти.

Многие ардары жаждут, чтобы династия Дармайлов, правивших уже почти тысячу лет, сменилась другой. Те же Нартраны. Есть еще несколько кланов, метящих на то же место. И вот теперь у этой своры волков появился реальный шанс добиться цели. Королю осталось недолго, наследников нет. Едва он умрет, разразится настоящая грызня за власть. Я с содроганием думала об этом, не симпатизируя никому из претендентов на трон. Сколько крови прольется, сколько горя это принесет обычным людям, которым придется сражаться за кого-то из них! А если еще внешние враги воспользуются междоусобицей, чтобы под шумок оттяпать часть территории, начнется еще одна война. В общем, от души желаю, чтобы король Маркэль прожил как можно дольше!

Миновав столицу, мы понеслись в сторону моря, вид которого тоже заворожил. Глядя на плывущие по волнам корабли, ловила себя на мысли, что была бы не против и морской прогулки. Надеюсь, как-нибудь удастся и это осуществить, и что у Элиссы не окажется морской болезни.

Впереди показалось множество клочков суши — несколько десятков островов. Самых крупных было пять, остальные мелкие. Я догадалась, а Родерик подтвердил, что это архипелаг — владения водных альвов. И что до острова Равновесия уже рукой подать. Он находится чуть в стороне от них, но является независимой территорией.

— Это привлекает на остров тех, кто не желает подчиняться какой-либо власти, — объяснял наездник. — В том числе и не слишком ладящих с законом личностей. Но те живут в отдельных поселениях и хлопот стараются не доставлять. К тому же город, примыкающий к Академии, охраняет гарнизон, да и местные стражи порядка не дремлют. Их отбирают из горожан и адептов Академии, пожелавших подработать во время учебы или остаться на острове по ее окончанию.

А я подумала о том, уж не станет ли это выходом и для меня. Остаться на острове, куда не дотянутся руки клана Кармад.

Все мысли улетучились, когда я увидела саму Академию Альдарил, кажущуюся белокаменным дворцом в окружении зелени деревьев, каких-то строений и полигонов самого различного вида. Сердце невольно забилось сильнее. Это место станет моим домом на целых четыре года!

Заметила, что территорию Академии окружает две стены. Исходящие от них искры давали понять, что защита еще и магическая. Почти все постройки, кажущиеся жилыми, находились между второй и первой стенами. А вот сама Академия и полигоны размещались в центре. Родерик пояснил, что там непосредственно учебный корпус, библиотека, столовая и квартиры преподавателей. Адепты же живут за первой стеной, но в течение дня вход на территорию Академии беспрепятственный. А вот ночью туда без разрешения потыкаться не стоит. Одно из правил, которые мне еще предстоит усвоить.

Я думала, что мы полетим непосредственно к учебному корпусу, но нет. Остановились на большом открытом пространстве перед запертыми массивными воротами, от которых тоже исходили искры. Причем, хоть сейчас был уже день, вернее, вторая его половина — полет занял почти шесть часов — адептов, столпившихся перед ними, пока не пропускали.

— В первый день занятий несколько иные правила, — охотно ответил на мой вопрос Родерик. — Да и занятий самих по себе не будет. Ожидается торжественная церемония приема первокурсников, распределение по группам и заселение. Другие курсы из-за этого предпочитают прибывать на учебу на следующий день. Так что те, кого вы сейчас видите — это адепты, с которыми вам предстоит учиться.

Хотела расспросить более подробно, но не успела. Драконы начали снижаться на специально отведенной для этого площадке. И я с грустью подумала, что незабываемый полет закончился. Неизвестно когда еще доведется испытать нечто подобное. Искренне поблагодарила Родерика за проявленное дружелюбие и спустилась на землю. С непривычки ноги вначале держали нетвердо, но я быстро оправилась. Чего нельзя было сказать о Беатрисе. Лицо кузины отливало зеленью, взгляд остекленевший, прическа больше напоминала воронье гнездо. Ее всю шатало. Я невольно поправила собственные волосы, но помимо нескольких прядок, выбившихся из прически, она не слишком пострадала.

Заметила, что к нам поспешили несколько человек в черных камзолах с зеленой эмблемой Академии. Они приняли наши с Беатрисой вещи, притороченные к драконьей упряжи сзади, и в ответ на мой робкий вопрос сказали, что их доставят по назначению прямо к месту, где нас поселят. Возражать было глупо, как и самой возиться с вещами. Так что я пожала плечами, тепло попрощалась с Родериком и Патриком и направилась к кузине. Ее вид сейчас невольно вызвал сочувствие, и я даже утратила привычную неприязнь к девушке.

— Ты как? В порядке?

— Разве не видно, что нет?! — вызверилась она, и моя симпатия мгновенно растаяла. — Это было ужасно! — продолжила она выказывать недовольство таким тоном, словно я лично была в чем-то виновата. — Посмотри только, что у меня за вид?! — вытащив из кармашка на поясе зеркальце, она гневно уставилась на свое отражение. — Я не могу в таком виде появляться на людях! — кузина топнула ножкой. — Немедленно организуй, где я могу привести себя в порядок!

Я даже опешила. И почувствовала, как внутри всколыхнулась злость. Похоже, Беатриса считает, что безответная Элисса станет для нее в Академии чем-то вроде бесплатной прислуги! Вот уж нет! Пора показать истинное лицо и лишить кузину напрасных иллюзий. Теперь уже можно!

— С чего вдруг ты отдаешь мне распоряжения? — нарочито спокойно откликнулась. — Я тебе не служанка. Мы тут в равном положении, дорогая кузина. Так что если тебе что-то нужно, справляйся собственными силами. А я пойду познакомлюсь с нашими будущими коллегами.

И, демонстративно проигнорировав разинутый от гнева и изумления рот и вытаращенные глаза Беатрисы, проследовала мимо к толпе галдящих молодых людей и девушек. Некоторые поглядывали на нас, и я постаралась улыбнуться как можно более располагающе. Становиться одиночкой в Академии я не собиралась, так что намеревалась поскорее завести друзей. Общение же с кузиной намерена свести к минимуму.

Услышав за спиной недовольное сопение, бросила взгляд через плечо и увидела, что Беатриса идет следом, на ходу поправляя прическу и растерянно озираясь. Похоже, ей здесь не по себе. И весь апломб слетел мгновенно, стоило понять, что она не на каких-то особых правах. Что ж, если будет вести себя нормально, прогонять не стану! Сейчас же сделала вид, что не заметила ее, и продолжила свой путь.

ГЛАВА 11

Лориан

В последнее время Лориан заходил в кабинет ректора Академии Альдарил с затаенной грустью. Насколько отличался этот разом постаревший и покрывшийся морщинами седовласый человек от того, каким он знал его долгие годы.

Этот старик со светлым и теплым взглядом голубых глаз отчасти заменил ему отца. С родным Лориан никогда не был близок и, может, потому его смерть пережил как-то равнодушно. Мать же умерла, еще когда он был ребенком. Вместо того чтобы уделять единственному сыну как можно больше внимания, покойный ардал Тирмил частенько сплавлял его на попечение друзей семьи — Кармадов. Собственно, они и стали для него действительно близкими. По крайней мере, Димитр и Габриэлла. Каждое лето, с тех пор как Лориану исполнилось семь, он проводил в их поместье, и то время воспринималось как самое счастливое в жизни.

Темный маг поморщился и отогнал некстати полезшие в голову воспоминания. Наверное, осознание смертности Далиана Говрейна настроило на сентиментальный лад. Особенно остро воспринималась предстоящая утрата в свете того, как старик пытается продолжать активную деятельность. Не желает, чтобы кто-то видел, насколько ему трудно сохранять привычный темп жизни. А к концу дня едва с ног не валится.

Лориан, как мог, старался перекладывать на себя его обязанности, ввиду чего и сам был недалек от переутомления. Впрочем, трудности он всегда преодолевал стойко, и никто бы не догадался о его состоянии по внешнему виду.

— Как ты сегодня? — поздоровавшись, спросил темный маг, устраиваясь в уютном кресле напротив письменного стола ректора.

Вообще в этом кабинете он бывать любил. Настолько уютная атмосфера тут царила. Даже будучи во взвинченном состоянии, здесь как-то успокаиваешься, настраиваешься на продуктивный лад. В чем тут дело, Лориан сам не мог понять. Обычный кабинет, захламленный деловыми бумагами, старинными книгами и свитками. Порядок здесь был далеко не идеальный, в отличие от его собственного, где каждая вещь лежала на своем месте. Но тем не менее, тут Лориан ощущал себя иначе, чем где бы то ни было. А может, эта аура передавалась кабинету от его хозяина.

За всю свою жизнь темный маг не встречал более доброго и светлого человека, чем Далиан Говрейн. При этом того трудно было назвать простаком или мягкотелым. В нем чувствовался стержень, из-за которого старик пользовался немалым уважением. Он мог, не переходя на личности, окоротить самого дерзкого смутьяна одним лишь взглядом или спокойным словом. Рядом с ним вообще было неловко проявлять гнев или раздражение.

Возможно, дело в направленности силы Далиана. Пожалуй, трудно было найти более могущественного светлого мага, чем он. Но Лориан давно заметил, что сила порой — прямое следствие внутренней сути. Стоит хотя бы вспомнить, как в нем самом пробудился мощный темный источник, когда он озлобился на весь мир. Со временем эмоции поутихли, но сила не ушла. Стала частью его самого и теперь уже сама во многом диктовала направление мыслей и даже некоторые действия. И он не раз ловил себя на понимании, что Далиан Говрейн — единственный, кто мог держать в узде темную сторону его души. Что будет, когда старика не станет? Во что Лориан превратится? При мыслях об этом ему становилось не по себе, и он старался их отгонять.

— Все замечательно, Лориан, — улыбнулся Далиан своей заразительной, на редкость обаятельной улыбкой. В чем-то даже мальчишеской.

Она настолько непривычно смотрелась на старческом лице, что к горлу Лориана снова подкатила горечь.

— К завтрашней церемонии приема новых адептов все готово? — перешел на решение деловых вопросов ректор.

— Да, — тоже настроился на деловой лад Лориан. — Всего должно прибыть шестьдесят три юных мага. Досье каждого внимательно изучено и в соответствии с этим произведено распределение на группы.

— Ты принес списки? — спросил Далиан, и темный маг молча протянул принесенные с собой бумаги.

Когда ему сообщили, что ректор вызывает, на всякий случай захватил их, решив отдать на подпись. Он ожидал, что Далиан, доверяя ему, подпишет, не глядя, но вместо этого старик начал внимательно изучать списки. Это удивило и слегка насторожило.

— Что-нибудь не так? — осторожно спросил.

— Все в порядке, — подняв глаза, ректор снова ему улыбнулся. — Вижу, в этом году у нас прямо засилье детей монарших особ! Ты объединил их в одну группу?

— Решил, что так будет правильно, — поморщился Лориан. — Пусть формально в Академии соблюдается равенство всех адептов, но детишки аристократов, а тем более таких влиятельных, ведут себя с остальными, как с грязью. Да ты и сам знаешь. Из-за этого постоянно возникают конфликты. Так что пусть принцы и принцессы варятся в собственном котле.

— Но я вижу, что к ним ты добавил и кое-кого попроще? — протянул ректор.

— Они входят в их ближний круг. Думаю, привыкли уже к замашкам своих покровителей. Но если у вас есть возражения, я могу перераспределить адептов.

— Нет, все в порядке, — откинувшись на спинку стула, Далиан забарабанил пальцами по столешнице. — Более того, ты как нельзя более удачно выделил этих юных магов в одну группу. За ними нужен особый пригляд, потому, я считаю, туда следует приставить лучшего куратора. Того, кто не станет потакать капризам и прихотям детишек, но в то же время сможет их защитить от возможных проблем с другими адептами или иных неприятностей.

То, как при этом сверкнул взгляд ректора, заставило Лориана нахмуриться. Он не хотел верить возникшей в голове догадке.

— Полагаю, Саури Тар с этим прекрасно справится, — предложил он кандидатуру одной из преподавательниц. — Она достаточно сильная и спуску никому не даст.

— Я говорил не о ней, — мягко возразил ректор. — О тебе.

Неприятные догадки подтвердились. Лориан ощутил легкое раздражение. Вот только кураторства ему не хватало! Да у него и без обязанностей няньки дел выше крыши! Видимо, Далиан без труда все прочел по его глазам, поскольку успокаивающе улыбнулся.

— Понимаю, это несколько неожиданно. Ты не брал кураторство уже пять лет. Но уж слишком специфическая группа подобралась! Другие, боюсь, не справятся.

Лориан мысленно досчитал до десяти, унимая протест, вызванный все усиливающимся раздражением и накопленной усталостью. Только потом сказал:

— Я могу назвать, по меньшей мере, четырех преподавателей, которые справятся с этим не хуже.

Следующая реплика Далиана заставила Лориана заткнуться и уставиться в недоумении:

— Но только тебе я настолько доверяю, чтобы доверить их безопасность. Если бы не мое нынешнее состояние, сам бы взял над ними кураторство. Но боюсь, уже не потяну, — он тяжело вздохнул, и Лориан, как никто, знал, чего стоило этому человеку признать свою слабость.

Некоторое время темный маг осмысливал услышанное, потом медленно проговорил:

— Видимо, есть еще что-то, что я должен знать?

Ректор кивнул, и взгляд его стал настолько серьезным, что Лориан еще больше напрягся.

— Информация конфиденциальная, и о том, что ты сейчас узнаешь, не должен знать никто. Повторяю: абсолютно никто. Без всяких исключений.

— Полагаю, ты знаешь меня достаточно, чтобы знать: я не из болтунов, — с укоризной произнес темный маг.

— Знаю. Но предупредить все-таки должен. Будь это моя тайна, я бы без колебаний доверил ее тебе. Но она не моя.

— Даже так? — пробормотал Лориан, немало заинтригованный.

Еще и старик тянул с объяснениями, задумчиво глядя то на визави, то на листок со списком группы, которая, как темный маг чувствовал, неминуемо станет его головной болью. Наконец, затянувшееся молчание прервалось, но некоторое время после того, как слова были сказаны, Лориан не мог издать ни звука. Настолько был ошарашен.

— Среди тех, кого ты включил в эту группу, есть законный наследник короля Маркэля. Ребенок покойного принца Орелина.

— Что? — только и смог вымолвить темный маг спустя минуту. Потом все же заставил себя продолжить: — Но ведь у Орелина не было детей!

— Маркэль предпочел, чтобы так думали. Но на самом деле это не так. Ребенок воспитывался вдали от дворца, и никто, даже он сам, не знает правды о себе. Ты должен понимать, почему король на это пошел. Стоило кому-то узнать, что есть еще один наследник, как за его жизнь никто не дал бы и ломаного гроша! Маркэль объявит имя преемника только перед смертью, когда самолично передаст ему корону. Так он застрахует его от покушений.

Лориан справился с изумлением, но новость изрядно выбила из колеи. Хотя, скажи ему такое кто-либо другой, решил бы, что это неподтвержденный слух или глупая шутка! Но Далиан не из тех, кто стал бы говорить подобное, не будучи уверенным в правдивости. Да и ректор дружил с королем Маркэлем с детства. Если кому-то тот бы и доверил эту тайну, то только ему.

— Кто из них? — выдавил темный маг, в упор уставившись на старика.

— Этого, прости, я не могу сказать даже тебе, — извиняюще, но твердо откликнулся ректор. — Как и все, узнаешь в свое время. Маркэлю осталось недолго, но он надеется, что его наследник успеет окончить Академию. Ты же должен позаботиться о безопасности всей группы, не выделяя кого-то одного. Так, кстати, и подозрений не навлечешь. В свою очередь, обещаю тебе, что поговорю с Маркэлем, чтобы уже сейчас подготовили бумаги о твоем официальном назначении на пост ректора. Тебе останется лишь вписать дату, когда меня не станет.

— Не обижай меня попытками подкупа! — брови темного мага свелись к переносице. — Я бы и так помог. Не потому, что так уж переживаю о том, что прервется династия Дармайлов. Если честно, мне без разницы, кто сядет на трон после смерти Маркэля. Но меня об этом просишь ты. Мой друг. И этого достаточно.

— Спасибо, — улыбнулся ему Далиан. — Но я все равно сделаю так, как сказал. Не могу представить кого-то иного, кто справился бы с моими обязанностями лучше тебя. И если буду знать, что оставляю Академию в надежных руках, умру со спокойной душой.

Лориан проглотил подступивший к горлу ком и ничего не смог сказать. Вместо этого принял из рук Далиана уже подписанный документ, где под списком группы под номером один он значился как куратор. Пробежав глазами имена адептов, попытался угадать, кто же из них тот, кто окажется для всего королевства темной лошадкой. Будто прочтя его мысли, ректор с едва заметной улыбкой спросил:

— Пытаешься определить, кто из них?

— Почему бы и нет? — ухмыльнулся в ответ темный маг. — Учитывая, что тут есть женщины и представители иных рас, помимо человеческой, большая честь отсеивается.

— Не спеши с выводами, — насмешливо возразил ректор. — Я ведь не сказал, что наследник обязательно мужчина.

Лориан замер и вскинул глаза.

— Хочешь сказать, что это женщина?

— Я просто хочу сказать, что такое тоже вероятно. Кроме того, не стоит отсеивать представителей иных рас. Ты сам знаешь, что бывает при смешении крови. И даже если на первый взгляд в чужаке ничего нет от человека, это еще ничего не значит.

Вот последнее и вовсе ввело в ступор!

— Неужели Орелин имел связи с альвийками или илитками? Но ведь… — тут же осекся. Вспомнилось, что принц в свое время немало попутешествовал. Он сам был в его свите вместе с Димитром Кармадом. — Но тогда у влиятельных кланов будет основание опровергнуть волю Маркэля, — наконец, справившись с изумлением, сказал он. — Мол, чужак на даралском троне — это неприемлемо.

— Не чужак, а полукровка, — уточнил ректор. — И ты сам знаешь, чем можно ответить на такие возражения. Достаточно собрать консилиум ученых и магов.

Разумеется, Лориан знал. Как и каждый, кто имел представление об особенностях различных рас и изучал это в пределах академической программы. Смешение крови человека с альвами или илитами давало странный эффект. В первом поколении мог родиться как нелюдь, так и чистокровный человек. Причем первый ничем не будет отличаться от чистокровных сородичей, за исключением того, что потомство у него сто процентов будет человеческое. А вот полукровка-человек возьмет от иной расы разве что улучшенную регенерацию и ускоренную реакцию, но не больше. Продолжительность жизни будет, как у обычных людей. И потомство, соответственно, тоже будет вполне обычное. Так что даже если Маркэль объявит наследником альва или илита, его дети родятся людьми. Конечно, если супругом будет человек. Но на этом уже настоит общественность.

И чем дольше Лориан размышлял над этим, тем больше понимал — такое вполне вероятно! Где надежнее укрыть ребенка, чем там, где станут искать меньше всего? Но если так, то вторая сторона, что воспитала наследника, должна быть в курсе. Интересно, как они воспользуются ситуацией, когда на даралский трон взойдет кто-то из их народа? Но это он уже вторгается в дебри, которые на данный момент не должны заботить. Его задача — сделать так, чтобы наследник дожил до момента передачи власти. А в идеале — стал достаточно сильным, чтобы им потом не могли управлять, как марионеткой. Воспитать не только мага, но и достойного правителя. Потянет ли? Лориан не знал, но перед трудностями сдаваться не собирался.

— Хорошо, я сделаю все возможное, — наконец, сказал он, поднимаясь с кресла.

— Я и не сомневался, друг мой, — тепло улыбнулся Далиан и протянул ему руку.

Они обменялись рукопожатиями, после чего пребывающий в задумчивости темный маг отправился к себе в кабинет. Там ждала еще куча дел, которые следовало закончить в преддверии нового учебного года. Но едва войдя в кабинет и усевшись за стол, на котором царил идеальный порядок, Лориан понял, что все мысли лишь о том, что он сегодня узнал.

Помимо воли взгляд снова и снова возвращался к списку. Он пытался разгадать загадку: кто же из адептов вверенной ему группы станет новым королем или королевой Даралии. Не выдержав, достал из сейфа папки с досье и отобрал десять нужных. Потом вернулся за стол и начал изучать по второму кругу. Не так, как делал это прежде, объединяя в группы, бегло и по диагонали. А придирчиво, не упуская ни одной детали. И чем больше изучал, тем сильнее понимал — оказаться искомым может каждый из них. Даже тот, кто вызывает меньше всего подозрений.

— Вот этот, например, вряд ли, — пробормотал темный маг, глядя на досье с надписью «Дамиен ард Нартран».

Сын одного из самых могущественных ардов королевства. Пожалуй, главный претендент на трон в случае гибели династии Дармайлов. Будь он законным наследником, его отец бы не строил многочисленные козни, а просто ждал скорой смерти нынешнего короля. Или?.. Лориан иронично вскинул брови. Принц Орелин пользовался успехом у женщин и вполне мог наставить рога Аделарду Нартрану. Отомстил, так сказать, за интриги в адрес своей семьи. Хорошая была бы шутка, если бы перед смертью король Маркэль объявил, что на самом деле Крысеныш… тьху, прибилось же прозвище, данное младшей внучкой Кармадов!.. Но речь сейчас не об этом. А о том, что не стоит исключать даже такого поворота. Спрятать наследника под носом у злейшего врага, да еще заставить продвигать его на трон. Если так, Маркэль наверняка торжествует, видя, что план сработал и предчувствуя будущее унижение старого Нартрана!

Лориан открыл другое досье и прочел имя «Луиза арда Самир». Вот еще занятная особа. Наполовину горная альвийка. Дочь одного из самых влиятельных ардаров Запада — его владения как раз находятся на границе с горными альвами. В королевстве чуть больше двадцати лет назад живо обсуждали эту шокирующую историю. То, как ардар Самир добыл себе в качестве трофея принцессу горных альвов, а потом женился на ней. Учитывая, с каким презрением те относятся к людям, для гордой девицы это было настоящим унижением. Но ардар Самир плевать хотел на ее желания.

По сути, альвийка жила в его клане на положении пленницы. Он показывал ее гостям в качестве диковинной зверушки и заставлял прилюдно оказывать ему почести. Говорят, чтобы сломить сопротивление, фактически истязал, пока не сделал из альвийки запуганное существо, боящееся и рта раскрыть в присутствии мужа. После этого ее уже не так усиленно стерегли, и она стала выполнять роль хозяйки дома, не устраивая бунтов и истерик.

Плодом этого брака и стала Луиза. В принципе, принц Орелин тоже бывал в доме Самиров, и не исключено, что альвийка оказалась не настолько уж сломленной. Решила отомстить мужу единственным доступным способом — родить ребенка от другого. Но разумеется, это лишь домыслы. Объяснение, как эта девчонка могла бы оказаться наследницей трона.

Под третьим и четвертым номерами значились близнецы — принц и принцесса водных альвов. Из правящей ныне династии Лараль. Антхея и Алойз. О них известно не так много помимо деталей официальной биографии. И исключать из подозрений не стоит. Помнится, принц Орелин был очарован их матерью во время своего путешествия по архипелагу. Вообще, красота водных альвов редко кого оставляла равнодушным. И они относятся к людям куда уважительнее, чем другие альвы. Не такие заносчивые и высокомерные, как лесные и особенно горные.

В группу Лориана попали и двое илитов, тоже дети королей, пусть и не наследники. И с ними, пожалуй, стоит ждать особенных хлопот. Лишь несколько месяцев назад закончилась война между черными и красными илитами, к которым и принадлежат эти двое.

Литир Гар-аль — второй сын короля черных илитов. Судя по досье, агрессивный и вспыльчивый юноша, бурно реагирующий на малейшее неуважение или выпад в свой адрес. С ним вместе в Академию поступили и сыновья двух знатных семей, входящих в его свиту, но их Лориан счел за лучшее не включать в группу. Такие горячие головы лучше разделять. Правда, ничто не помешает им общаться после занятий, и темный маг уже предчувствовал, чего можно от этого ждать.

Оймера Игран-аль — дочь короля красных илитов. Девица тоже обладает взрывным темпераментом. Среди пятерых детей короля она единственная девочка, потому к ней всегда было особое отношение. В результате выросло существо, привыкшее считать себя центром мироздания, взбалмошное и капризное. Эх, трудно же будет перевоспитывать! Лориан страдальчески скривился.

Может ли кто-то из них быть ребенком Орелина? Да легко! У илитов куда менее строгие нравы, чем в Даралском королевстве. И там не считается зазорным жить в свое удовольствие. Чужие дети охотно признаются. Правда, на трон может взойти только тот, в ком и правда есть королевская кровь. Это проверяется магически, как и у даралцев. При передаче короны в случае близкого родства вспыхивает яркое свечение.

Еще один королевский отпрыск — принц лесных альвов Виатор ард Рагаль. Законный наследник. Впрочем, его отец еще довольно молод для альва — едва до сотни лет дошло, так что наследует он не скоро. Если вообще доживет до того времени. В жизни ведь всякое бывает. Хотя, если окажется, что именно Виатор — сын Орелина, то собственный трон ему обеспечен.

Следующая подопечная — Беатриса арда Кармад, наследница одного из влиятельнейших кланов королевства. Хотя в одну группу с остальными темный маг включил ее по просьбе Димитра и ардары Катрины. Те мечтают выдать ее за Дамиена Нартрана. Лориан согласился по старой дружбе. Все же когда-то эти люди приняли его как своего, он рос в их доме.

Оставшиеся двое попали в список исключительно потому, что входили в ближайшее окружение двух предыдущих адептов. Темный маг был искренен, когда высказывал ректору свои мотивы по поводу их распределения. Но теперь ловил себя на мысли, что и этих не стоит исключать из подозрений.

Леоне лирн Олмер — сын обычного вассала при ардаре Нартране. Тоже, между прочим, темная лошадка. Толком никто не знает, что случилось с его матерью. Гюстав же поспешил сплавить его с рук, отдав на попечение Нартранам. Сделал, по сути, живой игрушкой маленького Дамиена. Правда, у парня хватило силы духа, чтобы стать не слугой и мальчиком для битья, а почти что равным своему господину. По крайней мере, вел он себя с ним не как тот, кто ниже по положению. И видно было, что Дамиен его уважает. Мог ли король Маркэль допустить, чтобы из его внука сделали верного пса Нартранов и подвергали унижениям — это уже другой вопрос. Не стоило исключать, что опять же — прятал там, где не стали бы искать.

Последняя в списке заставила Лориана надолго зависнуть. Элисса лирна Кармад.

Как бы он ни делал вид, что относится к ней так же ровно, как к остальным, обманывать самого себя невозможно. Девчонка его волновала. Причем сходство с бывшей возлюбленной к этому имело мало отношения. Скорее, наоборот, отталкивало. И дело не в том, что Лориан возненавидел Габриэллу после отказа выйти за него замуж. Он при всем желании не смог бы ненавидеть ее.

Да, было больно. Почти нестерпимо. Настолько, что иной раз жить не хотелось, и он даже искал смерти на полях сражения или выполняя рискованные поручения. Хуже всего стало, когда узнал, что она умерла во время родов. Тогда вообще словно утратил часть собственного сердца. Тот свет, что еще оставался в душе. Пока Габриэлла была жива, оставалась хрупкая ниточка, связывающая Лориана с тем пылким и светлым юношей, каким был когда-то. Когда же ее не стало, осталось место лишь для тьмы.

Понадобились долгие годы, прежде чем образ Габриэллы потускнел и перестал тревожить. Раны зарубцевались, хотя иной раз все равно давали о себе знать тупой, ноющей болью. Тем сильнее оказались раздражение и протест, когда перед глазами возникло живое напоминание о прошлой любви. Девочка была настолько похожа на Габриэллу внешне, что его это поразило.

Впрочем, вряд ли кто-то догадался о чувствах темного мага в тот момент. Держать лицо он умел великолепно. К большинству людей вообще относился ровно, без приязни или ненависти. Редко что-то могло его задеть или зацепить по-настоящему. Но это сходство вызвало инстинктивную неприязнь к девочке. Так, словно она в чем-то была виновата перед ним.

Наверное, тем и объяснялась резкость, с какой общался с ней в беседке, куда отправился за тем, чтобы удостовериться, что прошлое больше над ним не властно. И именно там Элисса открылась с совершенно неожиданной стороны. Показала себя не жалкой копией и напоминанием о прошлом, а личностью. Притом сильной и заслуживающей уважения. И это открытие задело куда больше, чем ему бы хотелось. Он впервые за долгие годы почувствовал интерес к женщине. Не обычный плотский, какой без малейшего труда удовлетворял с кем-то из девиц в Кардасе — городе поблизости от Академии, а интерес другого рода. Такой, при котором притягивает не только тело, но и сама личность женщины.

Разумеется, Лориан немедленно начал с этим бороться, едва осознал. Нет уж! Он давно решил, что никогда больше не позволит себе привязаться к кому-то настолько, чтобы это могло разрушить его упорядоченную жизнь. Быть зависимым от чувств, от расположения к тебе другого человека — это не для него! И тем не менее, Элисса притягивала к себе будто магнит. Настолько, что предпочел поскорее убраться подальше от нее, надеясь, что тогда сможет совладать с чувствами и достигнуть былого равновесия.

Она была необычной, иногда странной и приводящей в тупик неожиданными поступками или словами. К примеру, когда выложила начистоту планы ардары Катрины на его счет, над которыми он лишь посмеялся. Или тем, как вела себя в мире голодных духов. То, как храбро сражалась до последнего, даже когда шансы стремились к нулю. Это поневоле восхищало и внушало уважение. А особенно сочетание недюжинной силы духа и слабости, желания поддержки, когда цеплялась за его руку и, глядя своими бездонными синими глазами, говорила, что доверяет ему. Проклятье! Он тогда едва сумел скрыть, какое сильное воздействие это на него оказало. Пришлось собрать все силы, чтобы ничем этого не проявить.

Наверное, он даже желал, чтобы в Элиссе не открылась магия. Тогда бы их пути разошлись навсегда, и со временем он смог бы выбросить ее из головы. Но судьба словно издевалась над ним, сначала сделав все наоборот, а потом еще и бросив карты таким образом, что ему придется стать ее куратором. И как в таком случае держаться от девчонки подальше?!

Лориан сцепил зубы, потом витиевато выругался. Особенно испортилось настроение, когда подумал о том, что ведь и Элисса вполне может быть наследницей трона. Принц Орелин со свитой гостил в доме Кармадов за несколько месяцев до того, как стало известно о беременности Габриэллы. Он сам в то время был уже на границе с горными альвами, вызвавшись добровольцем в качестве мага-целителя. И знал о происходящих вокруг Габриэллы событиях лишь из посланий Димитра.

И ведь вполне могло случиться, что девушка влюбилась в принца настолько, что даже пожертвовала честью. Орелин умел кружить головы женщинам, этого у него не отнять. А возможно, у них даже было все серьезно, и он обещал жениться. Все же Габриэлла из влиятельного рода, и это не было бы мезальянсом. Вот и отказала впоследствии Лориану, надеясь стать женой принца.

Хотя нет… К тому времени как он сделал предложение, уже стало известно, что Орелин погиб, попав в окружение врага. Тогда погибли многие, кого Лориан знал лично. Сам он не оказался в их числе лишь чудом, будучи раненым в прошлом сражении и потому отвезенный в тыл. По той же причине спасся и Димитр. Иначе они оба, скорее всего, разделили бы судьбу принца, в свиту которого входили. Когда же очухались от ран, стало известно, что война закончилась. Обе стороны были настолько ослаблены, что предпочли не продолжать и подписать мирный договор.

И Габриэлла вряд ли лукавила, сказав ему тогда, что предпочтет всю жизнь хранить верность тому, кого полюбила, пусть даже это навлечет на нее позор. Такой уж она была. Неистовой, упрямой, категоричной в суждениях. Уж если любит — беззаветно и навсегда! Уж если ненавидит — то с той же силой!

Ее дочь обладает не менее сильным характером, но к счастью, разумнее матери. Вместо того чтобы протестовать против произвола родни, предпочла выжидать удобного момента и сделать по-своему, разрушив их планы. Умная девочка! И неординарная. То, что она вела себя с родственниками как покорный ягненок, на самом деле им не являясь, он не воспринимал как лицемерие. Девочка выживала, как умела, и он мог себе представить по тому, что видел, насколько нелегко ей пришлось у Кармадов. Будь она расчетливой лицемеркой, попыталась бы все-таки его охмурить. Пусть даже для того, чтобы заручиться могущественным союзником.

Но нет! Элисса предпочла быть честной и прямо попросить о помощи. И это его обезоружило. Наверное, именно в тот момент и перестал видеть в ней лишь красивую куклу, похожую на Габриэллу. Увидел, пожалуй, чересчур много такого, чего предпочел бы не видеть. Уж слишком сильно это зацепило! Слова же о том, что ее могут сделать любовницей юного Дамиена Нартрана, и вовсе вызвали эмоции, какие он считал навсегда утраченными. Почти что ревность.

Лориан в раздражении откинул досье и мотнул головой. Ему придется справиться с никому ненужной слабостью. Во второй раз наступать на те же грабли он не собирался. Будет вести себя с девицей как с подопечной и ученицей, не больше. Если же она окажется дочерью принца Орелина, и вовсе следует выбросить ее из головы. На роль мужа наследной принцессы целая очередь выстроится. И становиться одним из своры, желающей урвать кусок власти, он точно не намерен.

ГЛАВА 12

Элисса

Компания из нескольких десятков адептов подобралась самая разношерстная. Большинство было обычными людьми. Кто-то одет победнее, кто-то побогаче. Но были и представители других рас, что невольно приковывали внимание. И думаю, даже прежняя Элисса смотрела бы на них едва ли не с разинутым ртом. Одно дело — знать теоретически об их существовании, другое — видеть воочию.

Особенно поразили илиты, отличающиеся от людей в первую очередь цветом кожи. Всего различали четыре разновидности этой расы: черные, белые, зеленые и красные илиты. И нетрудно догадаться, почему их назвали именно так. Кожа в буквальном смысле была таких оттенков. Причем сама она лишь на первый взгляд казалась обычной. Если присмотреться, становилось ясно, что больше напоминает кожу рептилий. И вдоль линии волос на голове это становилось видно особенно отчетливо. Там чешуйки были крупнее и отличались более насыщенным цветом. Да и сами волосы были, мягко говоря, странными. Тугие толстые жгуты, внешне похожие на дреды. Только вот дредами в прямом смысле не являлись. Все это придавало представителям этой расы вид неформалов — не хватало только соответствующего прикида.

Я даже усмехнулась, подумав о том, как бы они выглядели в земных нарядах. Но у илитов одежда мало отличалась от той, что носили в Даралском королевстве. Разве что платья женщин были с менее пышными юбками, более облегающие. Да и расцветки поярче.

Еще одной особенностью илитов были вертикальные зрачки, что смотрелось жутковато и вкупе со всем остальным наводило ассоциации с рептилиями. Впрочем, они и были гибридом рептилий и людей. Слышала, у них даже деторождение происходит не так, как у обычных людей. На протяжении четырех месяцев илитка вынашивает яйцо, потом его откладывает. Плод в нем развивается еще два месяца, причем нуждается в особой заботе и постоянном присутствии кого-то рядом. При соблюдении всех условий на свет появляется маленький илит. Только вот довольно часто случается, что что-то идет не так, и ребенок погибает еще внутри яйца. Так что количество детей у илитов не настолько уж велико, и они считаются самой большой ценностью.

Альвов я тоже легко распознала по особой форме ушей. Чуть оттопыренные, с острыми кончиками. Причем горные, лесные и водные имели характерные черты, благодаря которым спутать их друг с другом проблематично. Горные сильно напоминали азиатов. Узкие глаза, широкие скулы. Разве что по росту превосходили типичных азиатов Земли. Взгляд, которым они смотрели на окружающих, не оставлял сомнений в том, что считают себя выше остальных. Держались обособленно, собравшись небольшой группкой из четырех особ, откуда с презрением и даже гадливостью наблюдали за происходящим. Тщательно демонстрировали, что делают всем огромное одолжение, соглашаясь учиться рядом со всяким сбродом. Нужно ли говорить, что горные альвы мне сразу и категорически не понравились!

Из лесных присутствовал только один. Вот он полностью соответствовал сложившемуся у меня стереотипу об эльфах! Смазливый, светловолосый, голубоглазый, стройный и гибкий, с луком за плечами. Внешне казался немного высокомерным, хоть и не до такой степени, как горные. Он не отделялся от других адептов, но в разговоры с ними не вступал. Стоял, как мраморное изваяние, скрестив руки на груди.

А вот водные альвы, которых было двое, наоборот, вели оживленную беседу с остальными адептами, чем сразу мне понравились. Парень и девушка, настолько похожие друг на друга, что и дураку стало бы понятно — родственники. Скорее всего, брат и сестра. Бросалась в глаза очень белая кожа с серебристым отливом, что завораживающе смотрелось на солнце и придавало им поистине сказочный вид. Тонкие черты лица, острый подбородок, огромные лучистые глаза, напоминающие цветом лунные камни — голубовато-серебристые, с яркими искорками внутри. Волосы тоже были светлые, с легким голубоватым отливом, что лишь гармонировало с остальным обликом. Удивительные существа!

Заметила, что парень более общительный, чем девушка, которая в основном улыбалась и иногда бросала короткие фразы в ответ на чье-то обращение. Он же сразу стал душой собравшейся вокруг него компании, особое внимание уделяя симпатичным девицам. Я мысленно хмыкнула. Похоже, тот еще Казанова! И не считает зазорным охмурять представительниц других рас.

Из людей же самой необычной была девушка, одетая в мужской костюм, с мечом в ножнах и перевязью метательных ножей. Прямо-таки амазонка! И, пожалуй, имелось в ней некоторое внешнее сходство с горными альвами. Черты лица, скулы. Даже легкая раскосость глаз присутствовала, пусть и не в такой степени, как у чистокровных. Можно даже было сделать предположение, что она полукровка, но я не стала бы биться об заклад.

Вообще девушка была очень красивая. Темноволосая и темноглазая, похожая на изящную фарфоровую статуэтку с мраморно-белой кожей и стройной фигуркой, что мужская одежда только подчеркивала. Но нечто неуловимое в выражении лица, скорее, отпугивало, чем привлекало. Возникало ощущение, что всех, кто ее окружает, она считает чуть ли не врагами. Может, поэтому никто из поглядывающих на нее с интересом парней так и не решился подойти и заговорить. Она стояла в стороне и цепким взглядом окидывала окружающих. Так, словно изучала будущих противников. Девушка меня заинтриговала своей необычностью. Даже всерьез начала раздумывать, уж не подойти ли к ней и не заговорить.

Пристроившаяся рядом со мной, обиженно сопящая Беатриса прервала мои размышления, завязав разговор:

— Интересно, почему еще нет Дамиена?

Видать, решила спустить недавний конфликт на тормозах и сделать вид, что ничего особенного не случилось. Это еще больше показывало, насколько она сейчас не в своей тарелке. Дома такого бы не потерпела!

— Понятия не имею, — безразлично откликнулась я и все же направилась к привлекшей мое внимание девушке.

Беатриса что-то недоуменно крикнула за моей спиной, но я проигнорировала. Я и правда не желала поддерживать отношения с кузиной. Если повезет, в Академии мы попадем в разные группы и будем встречаться редко. На то же, что по этому поводу думает она, плевать! И так столько крови попортила с момента моего появления в этом мире. Терпеть ее и дальше я не собиралась.

Заметив мое приближение, амазонка едва заметно подобралась. Так, словно в любую минуту ожидала подвоха. Темные глаза без малейшего дружелюбия буравили меня. Невольно стало не по себе. Настолько, что мелькнула мысль: а не совершаю ли ошибку. Но повернуть сейчас назад было бы глупо, тем более что своим маневром я невольно привлекла к себе внимание других адептов. А из их реплик стало понятно, что к амазонке пытались подходить и до меня, но она всех послала куда подальше.

— Привет, — подойдя к девушке, как можно дружелюбнее сказала и улыбнулась. — Меня зовут Элисса Кармад. Давно уже здесь?

На меня посмотрели так, словно увидели перед собой таракана или вошь. Потом последовал ответ, больше похожий на выплеснутое в лицо ведро ледяной воды:

— Разве я давала повод считать, что ваше общество мне будет приятно?

Вот же заносчивая засранка!

— Ну, раз так, то не смею дальше нарушать одиночество вашего величества, — стараясь сохранить остатки собственного достоинства, иронично произнесла я и отправилась восвояси.

Увидела, как многие прячут ухмылки. Беатриса же была явно рада моему унижению и скалилась во весь рот.

— Ну что, получила? — с довольным видом спросила она, когда я встала на прежнее место. — И зачем вообще подходила к этой странной девице? Видно же, что ее нельзя назвать благородной! Ни одна уважающая себя женщина не наденет мужскую одежду, а тем более не возьмет в руки оружие! Кто ее после такого замуж захочет взять?

На это у меня было другое мнение, но я промолчала. Защищать заносчивую особу желания не возникло. В этот момент, к счастью, появление новых адептов отвлекло внимание остальных от сконфуженной меня. Тоже прибыв на драконах и оставив их на площадке, к нам приближались старые знакомые: Дамиен и Леоне.

Намеренно игнорируя Крысеныша, я приветливо улыбнулась солнечному мальчику и помахала рукой.

— Леонс, иди к нам!

Заметила, как скривилось лицо Крысеныша, но даже ради правил приличия не проявила внимания и к нему. Впрочем, за меня это сделала Беатриса, сладким голосочком пропевшая:

— Ард Нартран, как же я рада, что и вы к нам присоединились!

Официальное обращение явно было не случайным, а призвано было показать остальным собравшимся, к какому кругу она принадлежит и с кем водит знакомство. Тоже мне, показушница!

Отвернувшись от приближающихся к нам парней, я случайно глянула на амазонку и поразилась изменению в ней. Маска презрительной невозмутимости сменилась чем-то иным, отчего мне стало еще больше не по себе. Не хотелось бы, чтобы когда-то она посмотрела так на меня! Больше всего это напоминало взгляд ведущей охоту кошки, в поле зрения которой появился беспечный голубь. И что самое странное, этот взгляд был устремлен на Крысеныша.

Неужели он ей понравился? — мелькнула мысль, которую я сходу отмела. На тех, кто вызывает симпатию, так не смотрят. Тут явно что-то иное. Впрочем, почти сразу тот странный взгляд с лица амазонки исчез, и вряд ли кто-то, кроме меня, его заметил. Хотя в этом, пожалуй, ошибаюсь. Обратила внимание, что пока все смотрели на новых действующих лиц, кое-кто, как и я, наблюдал за темноволосой девушкой. И то, что это оказался красавчик водный альв, несколько озадачило. Хотя в его случае можно было не сомневаться, чем вызван интерес. Вот он как раз смотрел на нее так, как смотрят на того, кто вызывает определенного рода симпатию. Интересно, с этой колючкой ему что-то светит? Будет любопытно понаблюдать за тем, как водный Казанова станет осаждать неприступную крепость.

— Давно вы прилетели? — вопрос Леонса заставил вздрогнуть и оторваться от разглядывания этих двоих.

— Всего несколько минут назад, — улыбнулась я ему как самому дорогому другу. — Как же я рада тебя видеть!

— Взаимно, — так же открыто улыбнулся он.

Послышалось недовольное покашливание Крысеныша, и я снизошла до того, чтобы бросить на него взгляд.

— Видимо, правилам приличий вас обучали крайне избирательно, — бросил он.

— Как и вас, — дерзко отозвалась, отчего его глаза яростно засверкали. — Уж вам ли упрекать меня в недостойном поведении?

Крысеныш прищурился, но комментировать это не стал, проигнорировав вопросительные взгляды Беатрисы и Леонса. А ведь они до сих пор не знают о его предложении, сделанном ардаре Катрине! Поколебавшись, стоит или не стоит раскрывать им глаза на это, я решила, что пока нет. В мои планы не входит вносить разлад между Дамиеном и Беатрисой. Скорее, наоборот.

— Что бы между вами ни произошло, может, лучше оставить это в прошлом? — предложил Леонс осторожно. — Вам ведь предстоит четыре года учиться бок о бок.

— Время покажет, — уклончиво сказала я.

— И долго мы тут будем торчать? — недовольная, что внимание парней обращено на меня, тоном капризной девочки протянула Беатриса.

— Можно поспрашивать остальных, — улыбнулся ей Леонс. — А заодно воспользоваться случаем познакомиться с ними. Он вопросительно глянул на нас. — Пойдемте поближе к другим адептам?

— Что-то эта идея не кажется мне хорошей, — скривилась кузина. — Мало ли, с каким сбродом по незнанию можно завести знакомство! Уж лучше сначала понять, кто из них этого достоин.

Настал мой черед кривиться. Вот ведь зазнайка!

— Что ж, тогда оставайся здесь, — безразлично сказала. — Ард Нартран, думаю, с удовольствием составит тебе компанию. А мы с Леонсом пойдем знакомиться с другими адептами.

И, не дожидаясь ответа от не слишком довольных спутников, ухватила солнечного мальчика под локоть и увлекла к толпе. Те адепты, к которым мы подошли, к счастью, оказались не такими враждебными, как амазонка, и вскоре мы уже непринужденно болтали. Как оказалось, ворота должны открыть минут через десять, так что ждать осталось недолго. К сожалению, со всеми познакомиться не получилось. Завязавшийся разговор прервался безобразной сценой, тут же привлекшей к себе всеобщее внимание.

К амазонке, продолжающей с независимым видом торчать отдельно от остальных, направлялась компания черных илитов. Эти трое парней настолько напомнили мне чернокожих из нашего мира, что я мысленно улыбнулась. Волосы-жгуты, похожие на дреды, вполне соответствовали этому образу. Их заводила, чьи антрацитно-черные глаза сверкали недобрым блеском, намеренно громко обратился к девушке:

— Как ты посмела взять в руки оружие, женщина?

— А тебя это каким-то образом касается? — процедила амазонка.

— Это оскорбляет мой взгляд, — ухмыльнулся черный илит. — И потому ты сейчас сложишь оружие у моих ног, встанешь на колени и попросишь прощения за свою дерзость. К тому же я не разрешал тебе обращаться ко мне на «ты»!

Губы девушки искривились в недоброй усмешке.

— Насколько помню, я тоже не позволяла обращаться ко мне фамильярно. Так что лишь ответила в том же тоне. Что касается твоего, — она особенно подчеркнула это слово, — требования, тебе придется заставить меня это сделать! И поверь, осуществить это будет непросто.

— Ты мне угрожаешь, женщина? — вертикальные зрачки илита сузились еще больше и сверкнули так, что у меня по спине невольно пробежал холодок.

— Всего лишь предупреждаю, — лицо девушки не выражало совершенно никакого страха.

— Позвольте мне проучить ее, мой принц, — пылая негодованием, произнес один из илитов, стоящих за спиной главаря. — Негоже вам пачкать руки об эту грязную тварь!

Тут в разговор вмешалось новое действующее лицо — красная илитка, довольно хорошенькая, пусть и вид ее был необычен для моего глаза. Насмешливо улыбаясь, она встала рядом с амазонкой и произнесла, видимо, имея к черным илитам свои счеты:

— А что, второй сын короля черных илитов в одиночку даже с женщиной не справится? Всегда знала, что мужчины вашей расы те еще воины!

Трудно было не понять, что назревает серьезный конфликт. Черные уже едва ли не шипели, хватаясь за оружие. У красной илитки его не было, но она, будто не замечая опасности, продолжала дерзко смотреть в лицо принцу. Амазонка же сохраняла полнейшую невозмутимость, по-видимому, готовая к любому развитию событию. Я заметила, что сквозь толпу пробирается водный альв, явно намеренный вмешаться. Леоне тоже двинулся в ту сторону.

Но они оба не успели. Один из черных илитов не выдержал и, выхватив меч, кинулся на красную илитку. Его главарь не успел отреагировать, зато сделала это амазонка. Как она так быстро умудрилась выхватить метательный нож и швырнуть в противника, оставалось поражаться. Рука с мечом, пронзенная у плеча, повисла плетью, заставляя выронить оружие. Второй илит попытался ринуться следом, но тут уже вмешался водный альв, добежавший до места событий и тоже выхвативший меч. Послышался лязг скрестившихся клинков. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы из-за спин собравшихся не раздался звучный властный голос:

— Всем опустить оружие! Иначе об учебе в Академии можете забыть!

Подействовало! Продолжая шипеть от ярости, илиты неохотно вернули оружие в ножны.

Толпа же расступилась, пропуская мужчину в черном дублете с эмблемой Академии — красным драконом на золотом фоне — на груди. Темноволосый, с короткой стрижкой и аккуратной бородкой, сероглазый. Когда он подошел ближе, стали заметны едва различимые следы шрамов на лице. Представив себе, как это, должно быть, выглядело вначале, я поежилась. Учитывая, на какие чудеса тут способны целители, становилось понятно — раз уж они не смогли убрать шрамы до конца, зрелище было жуткое. Да и с глазами было что-то не то. Не могла сама объяснить, почему так казалось. На уровне ощущений что-то.

Внезапно ощутила, как мир едва заметно колеблется, а зрение перестраивается. Даже дышать перестала от изумления — впервые после ритуала магия проявилась в реальной жизни. До того, как ни старалась, я не могла вызвать ее по собственной воле. Но теперь видела разноцветные сполохи вокруг всего, что меня окружало. И теперь стало понятно, почему что-то в лице мужчины показалось странным. На месте одного глаза полыхал яркий зеленый свет. И откуда-то я даже знала, что это означает. Глаз был воссоздан магически. На лице и теле тоже было много такого же свечения. Когда-то над ним изрядно постарался сильный целитель. Вероятно, этот мужчина в прошлом попал в серьезную переделку, раз его пришлось так кропотливо восстанавливать.

— Начальник охраны Академии Альдарил — лирн Николас Мирдар, — представился подошедший. — В дальнейшем нам с вами не раз придется пересекаться, так что советую сразу усвоить. Конфликтов на территории Академии я не потерплю, по какой бы причине они ни были затеяны. Меня не интересует, кто прав, кто виноват. Пострадают обе стороны. А теперь я запишу имена зачинщиков и передам вашим будущим кураторам. На первый раз разбираться с вами будут они.

— Вы хоть знаете, с кем говорите? — высокомерно бросил принц черных илитов, выступая вперед.

— Со щенком, который мешает мне выполнять свою работу, — спокойно откликнулся начальник охраны. А я, с трудом скрыв улыбку, подумала о том, что он мне нравится. — Полагаю, вы и были главным зачинщиком. Ваше имя?

— А если я его вам не скажу? — насмешливо спросил принц.

— Тогда вам придется покинуть пределы Академии прямо сейчас, — равнодушно отозвался мужчина.

Некоторое время черный илит колебался, яростно раздувая ноздри, потом процедил:

— Вы имеете честь говорить с принцем Литиром Гар-аль! И поверьте, оскорблений в свой адрес я не прощаю. Когда-нибудь вы сильно пожалеете о том, что разговаривали со мной в таком тоне!

— Как-нибудь переживу такое несчастье, адепт Гар-аль, — чуть снисходительно улыбнулся начальник охраны. — Остальные? — он бросил тяжелый взгляд на стоящих за спиной принца двух черных илитов.

Те с мрачным видом назвали имена. Заметив, что один из них зажимает поврежденное плечо, Николас бегло осмотрел рану:

— Ничего серьезного. Обвяжите чем-нибудь. После церемонии целитель Академии окажет вам помощь.

Илит был явно возмущен тем, что им не занялись немедленно, но начальник охраны просто отвернулся, не став ждать возражений. Двинулся к другим участникам событий.

Красная илитка попыталась возмущаться, когда он подошел к ним с амазонкой:

— Они первые начали! Мы только защищались!

— Я уже сказал, — покачал головой Николас Мирдар, — меня не интересует, кто начал конфликт. Отвечать будут все участники. Ваше имя, адептка?

— Принцесса красных илитов Оймера Игран-аль, — горделиво вскинула подбородок та.

— Сколько здесь принцев и принцесс, однако! — сыронизировал начальник охраны. — Вы, сударыня, тоже, случаем, не принцесса? — обратился он к невозмутимой амазонке, рядом с которой стоял такой же невозмутимый водный альв.

— Мое имя Луиза арда Самир, — равнодушно отозвалась она, не отреагировав на подколку.

— Дочь ардара Самира? — уточнил начальник охраны, с чуть большим интересом оглядывая ее.

— Да, — никак не показав своего отношения к этому разглядыванию, лаконично сказала девушка.

Николас кивнул и посмотрел на альва.

— А вы, адепт?

— Боюсь, что я как раз исключением не буду, — он обаятельно улыбнулся. — Принц водных альвов Алойз ард Лараль.

В толпе послышались шепотки, а кое-где и смешки. Видать, другим адептам тоже показалось занятным, сколько среди них оказалось монарших особ! Я и сама немного удивилась. Надо же, в какой компании придется учиться! Хотя, не скажу, что испытывала радость по этому поводу. Если уж дети ардов — напыщенные снобы, то чего ждать от отпрысков королей? Впрочем, принц Алойз, пожалуй, не безнадежен. Держится довольно просто для принца. И то, что он вступился за незнакомую девушку, лишь еще больше подняло его в моих глазах. Леонс, не успевший к месту событий, хмуро наблюдал за происходящим. Видно было, что он считает несправедливым, что наказывать будут всех.

— Что ж, — подытожил начальник охраны, — я передам вашему куратору информацию о случившемся. Он примет решение о наказании.

— Пусть только попробует! — не удержался опять черный илит.

— Боюсь, вы кое-чего не поняли, молодой человек, — снизошел до него Николас. — В Академии Альдарил нет разделения на принцев, ардов и простых смертных. Здесь есть только адепты и наставники. И вам придется забыть о том, к чему вы привыкли. Никто носиться с вами и подтирать вам сопли не станет! Если же что-то не устраивает, вы всегда можете покинуть остров.

Явно не привыкший к такому обращению принц опешил и заткнулся, пытаясь подобрать ответ. Так и не смог, потому окинул начальника охраны яростным взглядом и отошел в сторону. Я же мысленно хмыкнула и подумала, что как раз мне такой расклад нравится. То, что в Академии нет разделения на аристократов и плебс.

В этот момент я едва не поперхнулась воздухом, когда проходящий к воротам Николас Мирдар случайно глянул в мою сторону. То, как резко он остановился, побелев так, словно привидение увидел, поразило до глубины души. Взгляд его полыхнул так ярко, что я поневоле не выдержала и отвела глаза. Когда же осмелилась их снова поднять, начальника охраны в поле видимости не было.

Черт! Что это было? Может, просто показалось? Но еще долго не могла отойти от ощущения этого взгляда. Потрясенного, пристального, изучающего.

Так, ладно, сейчас у меня и без того есть о чем подумать. Со странной реакцией на меня Николаса Мирдара разберусь позже. Тем более что не успел он скрыться за воротами, как те распахнулись и раздался гулкий звон, будто приглашающий к действию. Толпа адептов заколебалась, потом подалась вперед, навстречу новой жизни. Я двинулась следом за всеми, чувствуя, как бешено колотится сердце в предчувствии чего-то неизвестного и волнительного.

ГЛАВА 13

Возле здания Академии наверху ступеней стояли преподаватели и сам ректор. Вдоль открытого пространства, куда впустили студентов, выстроились люди в таких же дублетах, какой мы видели на начальнике охраны. Они стояли безмолвно и неподвижно, словно статуи, но нетрудно догадаться, что при малейшем беспорядке вмешаются.

Адепты, несколько оробев, собрались перед ступенями, ожидая слов ректора. Я, как и все, с любопытством оглядывала как его самого, так и будущих наставников. Далиан Говрейн — единственный, кто выглядел стариком, и я прекрасно понимала, почему. Этому усталому седовласому мужчине с пронзительным светлым взглядом осталось жить не больше года. И, даже не зная этого человека, я ощущала сожаление. От всей его фигуры исходило что-то умиротворяющее, теплое, что невольно располагало к нему. И улыбался он нам всем так по-отечески, что недавняя нервозность куда-то ушла. Возникло ощущение защищенности, того, будто очутилась дома. В поместье Кармадов такого я не чувствовала.

Пожалуй, впервые за время моего пребывания в новом мире я сумела расслабиться по-настоящему. Накатывали какие-то возвышенные эмоции, что настраивали на движение вперед. Заметив, что остальные тоже, как зачарованные, смотрят на ректора, поняла, что и они испытывают схожие чувства.

С трудом оторвав взгляд от Далиана Говрейна, мельком оглядела мужчин и женщин, стоящих за его спиной. Кто-то улыбался новым адептам, кто-то изображал безразличие или суровость. Глаза поневоле отыскали Лориана Тирмила, и щеки сами собой вспыхнули. Он тоже в этот самый момент смотрел на меня. И понять, о чем думает, не представлялось возможным. Темно-фиолетовые глаза казались ледяными, лицо — абсолютно непроницаемым. Правда, он почти сразу перевел взгляд на кого-то другого, и я вздохнула с облегчением. Поежилась, уверившись в мысли, что лучше держаться от этого человека подальше. Тем более что он и сам высказывал такое желание.

Чтобы скрыть смятение, сосредоточилась исключительно на речи Далиана Говрейна, который начал с того, что рассказал об истории создания Академии. Пусть я и знала об этом из пояснений ардары Катрины и обрывков воспоминаний Элиссы, говорил он так увлекательно, что трудно было не заслушаться. Покончив с легендой о том, как представители всех рас этого мира создали Академию, старик произнес:

— Переступая порог этого места, вы должны забыть о старых распрях и неприязни. Здесь равны все. И оценивать вас будут не по титулам и достижениям предков, а по тому, на что способны вы сами. В конце каждого семестра будут подводиться итоги учебы. Самым успешным адептам будет платиться стипендия, размер которой зависит от уровня успеваемости.

Вот это замечательная новость! Пусть Кармады и снабдили нас с Беатрисой кое-какими деньгами, но их кот наплакал. Бабушка считала, что в Академии они нам ни к чему, здесь мы будем на полном обеспечении. Да и если я планирую отказаться от помощи родственников, собрать начальный капитал будет нелишним. Еще один повод из кожи вон лезть, чтобы освоить учебную программу.

— Тем, кто не сможет дотянуться хотя бы до посредственного уровня, к сожалению, придется с нами расстаться, — продолжал между тем ректор. — Кроме того, мы очень внимательно следим за дисциплиной, и даже хорошие баллы в учебе не станут основанием для того, чтобы оставить вас в Академии, если станете часто нарушать правила. За этим будут строго следить ваши кураторы и служба охраны Академии.

Заметила, как принц черных илитов скривился и недобро покосился на Николаса Мирдара, стоящего среди своих подчиненных. Интересно, рискнет повторно лезть на рожон?

— Теперь расскажу немного о том, как будет проходить процесс обучения. Всех вас разделят на группы по десять — одиннадцать человек. Жить вам также предстоит вместе. За первой стеной находятся дома, в которых вас поселят. Туда уже доставили ваши вещи в соответствии с распределением. На время учебы группа станет для вас настоящей семьей, потому чем раньше вы найдете общий язык, тем лучше. Иногда будут проводиться состязания между группами, чтобы проверить усвоенный материал, и чем слаженнее станете действовать, тем больших результатов достигнете.

М-да, надеюсь, в моей группе не будет деток высших аристократов, иначе, боюсь, ни о какой слаженности и речи быть не может! Хотела бы я знать, по каким критериям они распределяли адептов.

— Столовая находится в главном корпусе. В течение дня и до 20.00 доступ туда для адептов свободный. Потом же ворота закрываются, и зайти на территорию учебной части можно будет лишь по специальным пропускам. Получить их вы сможете у кураторов в случае необходимости. К примеру, если захотите по вечерам посещать библиотеку.

Кто-то из адептов фыркнул, показывая, что вряд ли найдется много желающих просиживать в библиотеке. Ну и тем лучше для меня! Меньше конкурентов! Сама я собиралась вытребовать для себя такой пропуск.

— Доступ на территорию за первой стеной более свободный, но даже туда вы не имеете права приводить кого-то без одобрения кураторов. Да и это опасно в первую очередь для них. Сейчас магическая защита временно отключена, чтобы первокурсники попали сюда беспрепятственно, но в обычное время это не так. Любой чужак, пересекший без разрешения территорию Академии, окажется под воздействием магических ударов. На вас же самих поставят отличительный знак, благодаря которому защитная магия признает за своих. В город вы тоже можете выходить беспрепятственно. Если, конечно, не получите запретов на это от своего куратора. Но надеюсь, всегда будете помнить о том, что не должны посрамить честь Академии и вести себя достойно.

Сделав паузу, ректор продолжил:

— Теперь о факультетах, существующих в Академии. Разделение условное, поскольку у некоторых адептов может наблюдаться склонность к разным видам магии. И при желании они могут учиться на нескольких. На первом же курсе разделения и вовсе нет. Вы будете получать начальные знания по всем направлениям, чтобы определить, на что вообще способны и к чему у вас наибольшая склонность. По окончанию первого курса выберете специализацию, в которой наиболее сильны, и будете зачислены на определенный факультет. Уже со второго курса начнете получать углубленные знания по выбранному направлению. И, повторяю, желающие могут одновременно посещать занятия других факультетов, составив индивидуальный график. Хотя сильно распыляться я бы вам не советовал. Лучше добиться совершенства в одной-двух областях, чем нахвататься по верхам во многих. Таким образом, до конца четвертого курса вы постигнете все, что смогут дать наши преподаватели, и получите диплом. Думаю, говорить не нужно, насколько ценятся выпускники Академии и каких высот могут достичь. Теперь о факультетах. Мы сочли целесообразным разделить их на три, в зависимости от направленности. Светлый, темный и стихийный. Темная магия наиболее применима в воинском искусстве. Самые разрушительные заклинания именно в ней. Кроме того, там есть специфические области, с которыми нужно быть крайне осторожными. Но и их вам стоит освоить, чтобы иметь возможность противостоять другим магам, что решили бы применить такие грязные методы. Речь о некромантии и демонологии.

Крысеныш оживился, у него даже глазки заблестели. Видать, именно в темной магии он видел свое будущее! Представив, что может натворить такое злобное создание, я нахмурилась. Ректор, будто прочитав мелькнувшие у меня мысли, добавил:

— Те, кто в реальной жизни захочет применить такие знания, должны учесть, насколько сложно контролировать эти силы. Неопытный или недостаточно сильный маг, скорее всего, погибнет, пытаясь использовать их против кого-то. Так что не советую увлекаться подобными вещами. Обо всем этом более подробно вы узнаете на занятиях. Кроме того, темная магия дает возможность управлять чужим разумом и задействовать внушение. Разумеется, при применении особых техник и не с каждым. Об этом тоже вы узнаете в свое время.

Я передернула плечами и опять непроизвольно глянула на Лориана. Теперь резона бояться этого человека стало еще больше. Его ведь считают самым сильным темным магом. По крайней мере, в Даралском королевстве. Хотела бы я сама заниматься темной магией? Вряд ли. Как-то меня не тянуло на общение с трупами и демонами.

— Позвольте вам представить декана Темного факультета и моего главного заместителя — ардара Лориана Тирмила, — проговорил ректор, а темный маг выступил вперед и кивнул в знак приветствия.

Адепты смотрели на него с настороженностью и любопытством. Видать, тоже слышали о нем раньше. Да и к темным магам в королевстве всегда было особое отношение. Их боялись и старались держаться осторонь.

Когда Лориан снова встал в строй других преподавателей, Далиан Говрейн продолжил:

— Светлый факультет даст вам возможность изучить совершенно противоположный вид магии. Светлый маг способен защититься от темных заклинаний гораздо эффективнее самого опытного стихийника. Есть особые контрзаклинания и методы защиты, о которых вы тоже будете говорить на занятиях. Кроме того, на этом факультете вы будете изучать целительство, травоведение и прочее, что может пригодиться в практике светлого мага.

Вот это по мне! Не зря ведь Элисса изучала лекарское ремесло. Думаю, с предпочтениями я определилась! Правда, увидев декана Светлого факультета, несколько поумерила восторги. Ректор представил ее как Саури Тар, и она меньше всего соответствовала моим представлениям о том, какой должна быть светлая магичка. Белая илитка с хищными чертами лица, в мужском облегающем костюме, подчеркивающим пышную грудь и широкие бедра, со светлыми дредами, собранными в высокий хвост. Ее взгляд был каким угодно, только не добрым. Властным, уверенным, чуть насмешливым.

— Ну и, наконец, Стихийный факультет. Управление стихиями земли, воды, воздуха и огня. Не факт, что маг-стихийник сумеет контролировать сразу все. Такое бывает крайне редко. Обычно проявляется склонность к одной-двум стихиям. Но изучить возможности каждой стоит всем, чтобы знать, на что способен тот или иной стихийный маг и как от него можно защититься.

Декан стихийников — лирн Родгер Старос оказался довольно колоритным и вызывающе некрасивым. Если вспомнить высказывание про то, что мужчина должен быть немногим привлекательнее обезьяны, то он в полной мере его иллюстрировал. Среднего роста, с непропорционально длинными и мощными руками и короткими кривыми ногами. Нос мясистый и приплюснутый, брови густые, нависающие над глубоко-посаженными темно-карими глазами. Из-за рыжеватого цвета волос сходство с орангутаном лишь усиливалось.

Пока адепты разглядывали его, Далиан Говрейн произнес:

— Наверняка у каждого из вас уже есть предпочтения. То, к какому направлению вам бы хотелось примкнуть. Но к сожалению, далеко не всегда желания соответствуют реальным возможностям. Для того-то на первом курсе вы и познакомитесь со всеми направлениями. Сейчас ваша сила хаотична и вы не можете ее контролировать. Разумеется, изучать собственные возможности можно и самостоятельно, но поверьте, это гораздо сложнее. Да и ошибок с опытными преподавателями вы допустите куда меньше. Так что в ваших интересах как можно внимательнее относиться к наставлениям, что будете получать на занятиях.

А вот это неприятный сюрприз! Что если светлой магии у меня окажется так мало, что полноценного целителя не получится? И, более того, проявится склонность именно к темной, что вызывает не слишком приятные эмоции? Тяжело вздохнув, я решила, что будь что будет. Время покажет, что спрятано в Элиссе и что мне придется развивать.

— Ну а теперь я озвучу, кто в какую группу попал и какого куратора к вам приставили, — сказал ректор, и я напряглась. Впрочем, как и остальные адепты.

Некоторые, кто успел пообщаться у ворот, оживленно зашептались, явно желая попасть в одну группу. Я же подумала о том, что, пожалуй, единственный, с кем однозначно хотелось бы учиться — Леонс. Скрестила пальцы, надеясь, что случится чудо и мое желание сбудется.

— Всего вас шестьдесят три, поэтому мы разделили на шесть групп. В каких-то будет десять человек, в других одиннадцать. И, повторюсь, на ближайшие четыре года вы будете жить с ними под одной крышей, так что желательно найти друг с другом общий язык. Куратором первой группы назначен Лориан Тирмил.

Когда темный маг снова выступил вперед и подошел к ректору, мне стало не по себе. Эх, ну и не повезет же тем, кто попадет под его начало! Спуску не даст никому! Видимо, об этом подумала не только я, потому что взгляды адептов стали хмурыми и напряженными. Ректор же, будто не видя, какую реакцию вызвал первый куратор, начал зачитывать имена:

— Дамиен ард Нартран.

Я не смогла скрыть ухмылки при виде кислой физиономии Крысеныша, с опаской уставившегося на куратора. Он и в доме Кармадов явственно демонстрировал, насколько ему не по себе в присутствии Лориана. Теперь же придется смириться с тем, что тот станет решать его судьбу в Академии.

— Тех, кого я буду называть, прошу подойти ко мне, — ректор ободряюще улыбнулся Крысенышу, и тот с неохотой выступил вперед, встав у подножия лестницы.

— Ближе, адепт Нартран, — мягко сказал Далиан Говрейн. — Подойдите к вашему куратору.

Двигаясь какой-то дерганой походкой, Крысеныш поднялся наверх и встал напротив Лориана. Тот вытащил из кармана какой-то артефакт и сухо бросил:

— Протяните правую руку запястьем вверх, адепт.

Дамиен с опаской сделал требуемое и вскрикнул, когда алый камень коснулся кожи.

— Потише, вы же как-никак мужнина! — иронично заметил куратор, отчего Крысеныш густо покраснел.

Оторопело посмотрел на запястье, где возникло что-то вроде татуировки-браслета со знаком Академии и цифрой один. Видимо, в зависимости от группы знак будет немного отличаться. Наверное, это и есть то, по чему магическая защита Академии будет распознавать нас как своих. Я полагала, нам дадут что-то вроде значка, который можно носить на себе. Хотя такой предмет можно украсть и использовать в своих целях. А так никто при всем желании воспользоваться не сможет. Лишь сам адепт.

— Идите к остальным, адепт Нартран, — велел подопечному Лориан Тирмил, и тот с облегчением устремился вниз по ступеням.

— Луиза арда Самир, — произнес ректор имя второго несчастного.

Амазонка, горделиво вскинув голову, без колебаний шагнула вперед и поднялась к куратору. Даже не пискнула и не поморщилась, пройдя ту же процедуру, что и Дамиен. От этого Крысеныш окончательно стушевался и теперь буравил девушку неприязненным взглядом. Наверняка для его непомерного чувства собственного величия было нестерпимо, что женщина оказалась сдержаннее и достойнее перенесла процедуру, чем он. Сама я решила, что тоже постараюсь не кричать. Надо сразу показать себя сильной.

— Антхея арда Лараль.

Прекрасная водная альвийка, провожаемая восхищенными взглядами адептов-парней и завистливыми — девушек, несмело поднялась по лестнице. Почему-то я напряглась, ожидая, что взгляд Лориана тоже выразит восхищение при виде этой сказочной красоты. Но глаза темного мага остались такими же холодными, и я слегка расслабилась. Вскрика при нанесении магической татуировки девушка не сдержала, но никто и не подумал насмехаться над этим. От нее другого и не ожидали.

Следующим вызвали водного альва:

— Алойз ард Лараль.

И я поняла, что они точно родственники. Одинаковые фамилии. Значит, принц и принцесса. Заметила, что водный альв явно рад тому, что оказался в этой группе. Хотя, сомневаюсь, что из-за куратора. Вон как поглядывает на бесстрастную амазонку! Весело им будет под одной крышей, однозначно! Я мысленно усмехнулась.

— Литир Гар-аль.

Черный илит поморщился, демонстрируя, что такому соседству совершенно не рад. Как и Алойз, он стойко выдержал процедуру и вернулся к остальным. Я же подумала о том, уж не специально ли в одну группу собрали монарших особ. Решили сделать элитную, что ли? Если так, то тем лучше! Значит, я туда точно не попаду, что очень даже радует. Уже сейчас понятно, какая грызня там начнется! У каждого амбиций и гонору выше крыши. Гадючник, а не группа!

И теперь ясно, почему куратором там поставили Лориана Тирмила. Вряд ли кто-то другой смог бы справиться с такими подопечными. Хотя деканша Светлого факультета тоже, пожалуй, спуску бы им не дала. Надеюсь, она мне в кураторы не достанется! Как-то не вызывала у меня эта женщина особой приязни. Впрочем, если выбирать между ней и Лорианом, предпочту все же ее. Уж слишком сложные чувства у меня к темному магу.

Подумав, решила, что раз он правая рука ректора, то наверняка видел списки и раньше, и позаботился о том, чтобы я к нему в группу не попала. Так что волноваться нечего. Можно тихонько позлорадствовать, глядя на собирающуюся разношерстную компанию, которая наверняка потреплет высокомерному темному магу немало нервов.

— Оймера Игран-аль, — послышалось новое имя.

Ну вот! Мои предположения оправдались. Всех принцев и принцесс собрали в одну группу. Красная илитка возмущенно засопела:

— Я не желаю быть в одной группе с черным илитом!

На нее зашикали, но она упрямо вздернула подбородок, уставившись на ректора.

— Как уже говорил, — мягко сказал тот, — в Академии вам придется оставить в прошлом былые конфликты.

— И все равно я не собираюсь быть с ним в одной группе!

— Как будто мне так уж хочется находиться в одной компании с ней! — не выдержал черный илит.

— Молчать! — резкий и властный окрик заставил обоих вздрогнуть и втянуть головы в плечи. Лориан Тирмил, аура которого стала еще более давящей, чем раньше, обводил тяжелым взглядом обоих. — Если полагаете, что вы здесь на особом положении, то сильно заблуждаетесь. Не согласны соблюдать правила Академии — убирайтесь прямо сейчас!

— Ну зачем ты так резко? — пожурил его ректор. — Думаю, они со временем поймут, как у нас тут все устроено.

— Им придется это понять уже сейчас, — отрезал Лориан. — Или убираться восвояси. Считаю до трех. Если по окончанию счета адептка не будет стоять рядом со мной, ее выдворят за ворота. — И, не обращая внимания на потерявшую дар речи, пылающую от ярости красную илитку, он начал считать: — Один… Два…

Девушка сочла за лучшее выполнить требование, хотя и буравила темного мага испепеляющим взглядом. Черный илит насмешливо фыркнул:

— Ну и вот зачем было выделываться?

— Вашего мнения по этому поводу никто не спрашивал, адепт Гар-аль, — послышался холодный голос темного мага, и принц заткнулся. Хотя его явно распирало от эмоций.

Красная плитка завопила, когда алый камень прижался к ее коже.

— Вы мне руку обожгли! — зашипела, тряся запястьем.

Ее реплику попросту проигнорировали, отдав команду:

— Возвращайтесь на место.

Пыхтя, как паровоз, красная плитка сошла вниз, бормоча что-то себе под нос. Я только головой покачала. Неужели непонятно, что Лориан Тирмил не из тех, кто будет терпеть капризы? Зачем напрашиваться на грубость и позориться перед остальными адептами? Хотя для тех, кто привык, что с ними носятся как с писаной торбой, трудно принять другое обращение.

— Виатор ард Рагаль.

Лесной альв, которого я заприметила еще у ворот, молча взошел по лестнице. Интересно, он тоже принц или высший аристократ, раз его включили в эту компанию? Парень казался отстраненным и спокойным, словно его совершенно ничто не заботило и не удивляло. Хотя не стоило забывать пословицу про тихий омут и чертей. Темная лошадка, в общем. Получив татуировку, он вернулся к остальным, не обращая внимания на то, что члены группы буквально сканируют взглядами. Тоже, видать, пытаются понять, чего от него ждать.

— Беатриса арда Кармад.

Радостный визг кузины, не сумевшей сдержать эмоций от того, что ее зачислили в элитную группу, заставил поморщиться. И куда все ее манеры делись?! Едва не вприпрыжку понеслась к куратору. Ну еще бы! Оказаться не только в компании Крысеныша, которого мечтала охмурить, но и принцев и принцесс. Представляю, насколько теперь усилится и так непомерное самомнение Беатрисы! Впрочем, снисходительная улыбка, которой я провожала ее, померкла тут же, едва произнесли следующее имя:

— Леоне лирн Олмер.

Ну почему?! Единственный нормальный парень, которого я узнала в этом мире, оказался в компании напыщенных аристократов! Он ведь даже не ард! За что такая несправедливость? Леоне, впрочем, ничем не выдал своего отношения к распределению. Получил магическую татуировку на руку и вернулся к нам. Не успела я выразить ему сочувствие, как едва не прикусила язык от потрясения, услышав:

— Элисса лирна Кармад.

— Проклятье! — вырвалось у меня.

Нет, ну это точно издевательство какое-то! Даже то, что Леоне все-таки будет со мной в одной группе, не могло перекрыть всего остального. Мало того что попала в компанию тех, кто считает себя выше других и станет показывать это при любом удобном случае, так еще и в кураторы достался тот, кого меньше всего хотелось видеть в таком качестве!

— Смелее, адептка Кармад! — иронично произнес Лориан Тирмил, отчего мои щеки покрылись пунцовыми пятнами.

Когда я шла по лестнице, чувствовала себя всходящей на эшафот. Вскрикнула, ощутив сильную боль в запястье от прикосновения артефакта. Но почти сразу она исчезла, а по коже растеклись узоры татуировки. Не поднимая глаз на куратора, я развернулась и обреченно двинулась вниз. Приподнятое настроение, с каким входила в ворота Академии, улетучилось бесследно.

Так что все то время, пока объявляли кураторов и адептов других групп, стояла, ничего не видя и не слыша. Осмысливала свою дальнейшую судьбу, которая казалась совершенно безрадостной. Далеко не сразу удалось преодолеть накатившую хандру, но потом я на себя даже рассердилась. Чего расклеилась? Разве кто-то обещал, что будет легко и просто?

Нет уж, не собираюсь я сдаваться при первой же возникшей проблеме! Иначе не стоило и начинать всего этого. Я вскинула голову и тут же натолкнулась на внимательный взгляд Лориана Тирмила. Нарочно не стала опускать глаза, а наоборот, постаралась выдержать как можно дольше. Темный маг чуть вскинул брови, но к моей радости, отвернулся первым. Я же продолжала смотреть на него, пытаясь понять, что заставило этого человека передумать. Он ведь собирался держаться от меня как можно дальше. Что ж, надеюсь, ответ на этот вопрос со временем получу. Пока же ничего не остается, как стойко переносить то, что свалилось мне на голову.

ГЛАВА 14

Остальные кураторы первым делом повели подопечных туда, где тем предстоит жить. Из доносящихся до нас реплик стало ясно, что после этого они намерены провести детальную экскурсию по Академии. Показать и рассказать, как тут и что. Наш же, спустившись с лестницы и подозвав группу, сухо заявил:

— Мне некогда тратить время и нянчиться с вами. Потому сейчас бегло покажу, где здесь библиотека, столовая и расписание занятий. А затем отведу к вашему дому.

Разумеется, никто не стал никак это комментировать. Иного от доставшегося нам куратора и не ожидали. Видно было, что для него мы обуза, от которой предпочел бы избавиться. Да и находиться долго в компании мрачного темного мага — удовольствие сомнительное. Так что, может, и хорошо, что скоро от него отделаемся!

Он не дал даже нормально рассмотреть величественное убранство Академии, где оставили свой след минувшие эпохи. Пришлось быстро идти, едва ли не бежать по коридорам, чтобы успевать за ним. Как и обещал, показал столовую — громадное помещение с длинными столами, за каждым из которых могло разместиться не меньше четырнадцати человек. Сообщил, что она работает с семи утра до семи вечера и на этом посчитал миссию выполненной. Даже не поинтересовался, не голодные ли мы. Черствый сухарь! Я тоскливо глянула в сторону стойки с раздачей, где можно было взять себе еду. Но ничего не оставалось, как отправиться следом за уже спешащим прочь Лорианом Тирмилом.

В библиотеку мы даже не зашли. Он просто указал рукой на массивные двустворчатые двери на первом этаже и сообщил, что она там, а также, что нам нужно выкроить время, чтобы взять там учебники. График же занятий оказался размещен в холле прямо у входа. Сочтя, что показал достаточно, темный маг поспешил к выходу, не слушая недовольного бурчания за спиной. Похоже, не только я сожалела о том, что в столовой не удалось задержаться.

— Интересно, он всегда такой? — услышала за спиной раздраженное сопение красной илитки.

— Боюсь, что да, — хмыкнул в ответ водный альв. — Но ничего, как разместимся в доме, сами осмотримся.

— Я бы лучше отдохнула! — вздохнула его сестра. — Так устала…

— Ну же, сестренка, не вешай нос! — жизнерадостно воскликнул Алойз. — Воспринимай это как увлекательное приключение. Сама же жаловалась, что никуда не выбиралась с наших островов!

— Я же не знала, что это будет так! — простонала она. — Тут даже воды нигде нет, чтобы окунуться и восстановить силы.

— Воды как раз много! — возразил услышавший это Леонс, идущий справа от меня. — Мы же на острове. Наверняка тут поблизости есть пляжи.

Я бегло оглянулась и заметила, как водная альвийка отчего-то зарделась и потупилась, когда солнечный мальчик к ней обратился.

— Да, вы правы, — пробормотала и не решилась дальше жаловаться.

Я мысленно хмыкнула. Похоже, Леонсу тут тоже скучать не придется. Осмотрев остальных, увидела, что Крысеныш держится поблизости от Беатрисы и, судя по их искривленным физиономиям, они делятся друг с другом мнением по поводу всего происходящего. Черный илит с видом оскорбленной добродетели шел впереди всех, сразу за куратором, и буравил злым взглядом его спину. Луиза и лесной альв держались последними, причем отдельно друг от друга. Похоже, оба по натуре одиночки. В очередной раз подумала о том, что ужиться нам будет непросто. Слишком разные по характерам, каждый со своими причудами.

Мы миновали двор Академии и снова вышли через ворота, у которых недавно торчали. Свернув налево, двинулись туда, где среди зеленых насаждений виднелась самая настоящая улочка с белыми аккуратными домиками. Похоже, это и есть студенческий городок. Заметив живописный пруд и небольшую рощицу, водная альвийка оживилась. Похоже, намерена быть здесь частой гостьей.

Большинство домов не выглядели обитаемыми, но это и неудивительно. Адепты других курсов наверняка съедутся только к вечеру. У некоторых же толпились знакомые фигуры. Кураторы успели разместить своих подопечных, и те теперь осматривали территорию.

Интересно, куда заведет нас темный маг? Наверняка из вредности на самую окраину! Но нет, где-то на середине пути мы остановились у выкрашенного в зеленый цвет заборчика, за которым обнаружили кучу дорожных сумок. Видимо, сюда успели притащить наши вещи. Дом оказался ничем не хуже и не лучше остальных. Двухэтажный, окруженный маленьким садом. Не знаю, почему, но мне здесь как-то сразу понравилось. Возникло ощущение чего-то уютного и родного. Пока я умиленно разглядывала домик, за спиной послышалось недовольное:

— Неужели нас поселят в этой лачуге?!

Кто бы сомневался, что подобное выскажет красная илитка! Принцесса была искренне уверена, что ее должны поселить как минимум во дворце. Беатриса от нее не отставала и тоже выказывала негодование. Крысеныш брезгливо кривил губы и красноречиво поглядывал на темного мага, уже взошедшего на крыльцо и прикладывающего ладонь к замку. Он будто не замечал реакции подопечных. Хотя, скорее, плевать на нее хотел.

— Замок здесь магический, — сказал он достаточно громко, чтобы все заткнулись. — Из адептов войти сюда сможете только вы. Для того чтобы впустить кого-то постороннего, придется самолично открывать дверь. Все увидели, как я это делаю?

— Да, — послышался нестройный хор голосов.

— Ко мне обращаться ардар Тирмил, — не оборачиваясь, подсказал мужчина.

— Да, ардар Тирмил, — повторили все, хотя некоторые едва зубами не скрежетали, говоря это. Похоже, они охотнее бы обматерили темного мага, чем проявляли к нему почтение.

— Все за мной! — отдал следующее распоряжение куратор, первым войдя в дом.

Мы двинулись за ним, озираясь по сторонам. Как я и ожидала, роскошью жилище не поражало. Здесь было все необходимое, не больше. Но уютно, светло и чисто. Сразу за дверью начиналась просторная гостиная. Вдали ее виднелась распахнутая дверь кухни, которую несложно было узнать по характерным предметам мебели. Темный маг махнул рукой в сторону кресел и дивана гостиной, и мы поспешили рассесться. Потом продолжил инструктаж:

— Спальни находятся на втором этаже. Их четыре. Две трехместные и две двухместные. Мне плевать, кто и где поселится. Сами разберетесь.

— Мы должны будем жить с кем-то посторонним? — едва не задохнулся от возмущения черный илит. — Да вы хоть понимаете, что это оскорбление?!

— В чем оскорбление? — недобро прищурился Лориан.

Вот ведь ничему черного илита жизнь не учит! Так и нарывается на неприятности!

— Я принц! — прошипел Литир. — Мало того, что меня поселили в жалкой лачуге! Так я еще и должен тесниться с кем-то в одной каморке?! Да туда наверняка даже мои вещи с трудом поместятся!

— Полагаете, это мои проблемы? — осведомился темный маг. — Если вы взяли с собой больше вещей, чем изнеженная придворная дама, сами и разбирайтесь с тем, где их приткнуть.

Сравнение явно взбесило черного илита, но натолкнувшись на холодный взгляд темно-фиолетовых глаз, он все же сдержался. Зато активизировалась красная илитка.

— Он ведь прав! — взвизгнула она, чем вызвала немалое удивление черного илита. Похоже, от нее поддержки ждал меньше всего. — Вы должны были учесть разницу в положении! И то, что отпрыскам королевских кровей нужны особые условия!

Ответом ей послужило ироничное хмыканье темного мага.

— Боюсь, адептка, с этой проблемой вам придется разбираться самой. Хотите требовать особых условий, договаривайтесь с остальными. Этот дом — ваш общий. Как делить в нем территорию, думайте сами.

— Тогда и думать нечего! — гордо вскинула голову принцесса. — Я занимаю отдельную комнату, а лишние кровати из нее можете забрать куда-то.

— С чего это вдруг? — возмутился черный илит. — С таким же успехом я могу занять отдельную комнату!

— А ничего, что вы тут не одни? И никто вам не давал права распоряжаться? — не выдержала водная альвийка. — Между прочим, мы с братом тоже из королевской семьи. Но не настаиваем на особых условиях.

Лориан Тирмил посмотрел на нее одобрительно и вкрадчиво произнес:

— Кстати, здесь есть тот, кто занимает более высокое положение, чем вы, но ведет себя куда достойнее.

Все недоуменно переглянулись, взгляд же темного мага как бы между прочим остановился на скромно сидящем в уголочке лесном альве.

— Чем же он выше? — фыркнула красная илитка, тоже проследившая за его взглядом.

— В отличие от вас, он не просто один из отпрысков королевской семьи, а наследник престола лесных альвов, — скупо пояснил Лориан.

Воцарилось молчание, во время которого все с разными чувствами разглядывали парня. Тот чуть поморщился, и я поняла, что предпочел бы не афишировать свое положение. Это невольно располагало, и я даже улыбнулась ему. Альв тоже слегка обозначил улыбку, потом впервые за все время подал голос:

— Не имею никаких возражений, чтобы поселиться с кем-то еще.

Черный илит скривился, но по его лицу было понятно — дальнейших возражений не последует. Зато Оймера не унималась:

— А куда тогда мы поселим слуг?!

— Слуг? — приподнял бровь Лориан, насмешливо глядя на нее.

— Ну да… — уже не так уверенно откликнулась девушка. — Ведь нам же должны их выделить, раз не разрешили взять с собой из дома! Кому-то же нужно нас здесь обслуживать. Убирать, стирать и прочее.

На лице куратора появилась саркастическая улыбка.

— Боюсь, вам придется справляться со всем самим.

— Что?! — в этот раз возглас вырвался почти у всех.

Промолчали только я, Леонс, Луиза и принц лесных альвов. Остальные были, похоже, в ужасе от такой перспективы. Темный маг, словно не замечая потрясения подопечных, лениво произнес:

— Вообще-то дома адептов регулярно убирают специально приставленные для этих целей люди. Они же берут одежду в стирку. Но раз уж вы требуете для себя особого отношения, я, так уж и быть, вам это право предоставлю. Чтобы поскорее поняли, что такое дисциплина и что требовать чего-то здесь лишь по праву рождения вы не можете. На протяжении месяца поддерживать дом в чистоте будете своими силами.

— Это возмутительно! — взорвался черный илит.

— Два месяца, — последовала спокойная реплика.

Оймера пискнула что-то, но сочла за лучшее не накалять обстановку. А то дело не ограничится и двумя месяцами.

— Каждую неделю я буду проверять, как вы справляетесь, — пообещал Лориан. — И если сочту, что чистота не идеальная, поверьте, теперешние трудности покажутся вам цветочками!

Не знаю, как остальные, но я охотно в это поверила. Уж слишком предвкушающим стало лицо темного мага! Сама я, впрочем, не считала его требования чем-то из ряда вон выходящим. В своей прошлой жизни прекрасно справлялась с уборкой, готовкой и прочим, что требовалось. Только терзали смутные сомнения, как это станут делать белоручки, явно дома и за холодную воду не бравшиеся.

— Что ж, все эти вопросы вы решите и без моего участия. А теперь напоминаю, что занятия начинаются в восемь утра, и за опоздание я буду наказывать лично. И радуйтесь, что сегодняшнее происшествие у ворот на первый раз оставлю безнаказанным! — напомнил он и о недавних событиях, обведя глазами участников.

— Впредь такое вам с рук не сойдет! — и продолжил посвящать нас в распорядок жизни в Академии. — В воскресенье у адептов свободный день. В город выходить не запрещаю, но к полуночи вы должны быть дома. Пока я за вас отвечаю, будете жить по моим правилам, — сухо добавил он, заметив, что возмутиться в этот раз захотелось водному альву. — Кроме того, этот артефакт, — маг вытащил из кармана ту самую вещицу, с помощью которой оставил на нашей коже татуировки, — связывает вас со мной. С его помощью я смогу узнать, где вы находитесь, а также почувствую, если кому-то будет угрожать опасность. Подобными же артефактами связаны и другие группы с их кураторами. Но надеюсь, лезть на рожон вы не станете, поскольку я очень не люблю, когда меня отвлекают от важных дел!

Посчитав, что сказал все, что нам следовало знать, Лориан Тирмил поднялся.

— А теперь обживайтесь!

Его уход сопровождало напряженное молчание.

Но едва дверь за куратором закрылась, грянул взрыв. Почти все наперебой кричали о том, как будут распределять комнаты. Солидарны при этом были лишь в одном — том, что парни должны размещаться с парнями, девушки — с девушками. Соответственно, комнаты поделили поровну. Но вот насчет того, кто с кем поселится, спорили до хрипоты.

Как ни странно, самым желанным соседом по комнате стал тихий и сдержанный Виатор — принц лесных альвов. Впрочем, Крысеныш, разумеется, готов был поселиться с Леонсом, оставив принцам трехместную спальню. Только это не устраивало черного илита. Он, видимо, считал, что чем больше людей в одном помещении, тем это менее предпочтительно. Среди девушек тоже возникли споры. Красная илитка же вообще заявила:

— Я возьму эту, — она пренебрежительно махнула рукой в мою сторону. — Мне все же нужна служанка.

— Она моя кузина, так что прислуживать будет мне, — не согласилась с ней Беатриса.

Я даже опешила от такой наглости, потом решительно сказала:

— Скорее, рак на горе свистнет, чем я стану кому-то из вас прислуживать!

Поговорка про рака явно не была им известна, но смысл уловили. Обе насупились, крайне недобро на меня поглядывая. Всеобщий гвалт прервал зычный окрик Леонса:

— Так, а ну прекратите! Эдак мы точно ни до чего не договоримся. Предлагаю самый разумный в этой ситуации вариант. Пусть рассудит жребий!

Некоторое время все молчали, переваривая предложенное, потом закивали.

— Хорошая мысль! — одобрительно сказал Алойз, хлопнув Леонса по плечу.

— Тогда нужно найти бумагу и перо. Напишем наши имена и перемешаем.

Требуемое обнаружили в помещении, находящемся чуть дальше кухни. Больше всего она напоминала классную комнату. Там были письменные столы, полки для книг — сейчас пустые, и прочее, что могло пригодиться для этих целей. Видимо, здесь нам полагалось выполнять домашние задания. Обнаружив шкатулку с письменными принадлежностями, мы выгребли содержимое и бросили туда бумажки с именами.

Начали с распределения девушек. Тянуть жребий поручили Виатору, как самому беспристрастному. Вначале распределялись места в спальне на двоих. Лесной альв, которому явно хотелось поскорее покончить со всем этим и убраться от нас куда подальше, вытащил первую бумажку:

— Элисса Кармад.

Надо же, я оказалась первая! С замиранием сердца ждала имени соседки, молясь, чтобы это не оказались Беатриса или Оймера. Даже нелюдимую Луизу можно выдержать, только бы не эти две избалованные девицы!

— Антхея Лараль, — назвал Виатор второе имя, и я не сдержала радостного возгласа.

Водная альвийка улыбнулась мне, тоже явно довольная. И мы, не сговариваясь, устроились рядышком, ожидая, как распределятся парни. По поводу девушек, тут теперь вопросов не возникало. Луиза, Беатриса и Оймера поселятся вместе. Вот ведь серпентарий собрался! Интересно, как скоро они друг дружку съедят?

Виатор зачитал имя первого «счастливчика» из парней, которому достанется трехместная спальня. Ради справедливости решили в этот раз изменить очередность жеребьевки.

— Дамиен ард Натран.

Парни даже дыхание затаили, ожидая продолжения.

— Алойз ард Лараль.

Крысеныш пожал плечами, показывая, что соседство не вызывает у него особых эмоций. А вот водный альв счастливым не выглядел. Когда же назвали последнее имя, сокрушенно вздохнул.

— Литир Гар-Аль.

М-да, не повезло бедняге! Зато Леонсу достался Виатор. Парни внимательно оглядели друг другу и, похоже, остались довольны компанией.

Но если я считала, что споры на этом закончатся, то сильно заблуждалась. Вместо того чтобы отправиться за вещами и начать размещаться в выделенных комнатах, пришлось заняться распределением обязанностей по дому.

— Думаю, тут все очевидно! — напыщенно заявил черный илит. — Убирать, стирать и прочее в том же роде — женская обязанность. Вот пусть девушки и разбираются между собой!

Ага, сейчас! Уж лучше бы молчал! На него обрушился такой шквал возмущений со стороны женской части группы, что он даже опешил.

— Ну, ладно, — примирительно сказал, — тогда есть другое предложение.

Разумеется, оно оказалось ничем не лучше первого:

— Ясно же, что обязанности слуг должны выполнять те, кто ниже по статусу. Среди нас двое лирнов, вот их…

— А по физиономии схлопотать не хочешь? — недобро прищурился Леонс.

Похоже, он куда быстрее других адаптировался в новых условиях. И возможность не склонять головы даже перед принцами, что даровали правила Академии, ему очень нравилась.

— В любом случае, не может быть и речи, чтобы принцы и принцессы занимались грязной работой! — встряла Оймера. — Литир прав.

Они посмотрели друг на друга куда благосклоннее, чем при первой встрече. Куда только подевалась неприязнь между черными и красными илитами, что были недавними противниками в войне? Как оказалось, у них куда больше общего, чем они думали.

— Выполнять работу будут все, — подал голос Виатор, и прозвучало так уверенно и властно, что возражать ему не осмелились.

Вообще я заметила, что лесной альв говорит мало, но зато по делу. Да и держится с достоинством, что вызывает невольное уважение. Будь он заинтересован в этом, легко мог бы стать лидером нашей разношерстной группы. Но похоже, Виатор к подобному не стремился.

— Назначим дежурства, — проговорил он. — Спальни убирать будут те, кто в них поселится. Общие же комнаты — дежурные. Стирать, разумеется, каждый станет для себя сам.

В принципе, трудно поспорить со справедливостью его слов, и никто возражать не стал. Пусть илитам хотелось иного, но раз даже наследный принц согласен выполнять унизительные обязанности, пришлось смириться с реальностью. Еще некоторое время потратили на распределение дежурств, а потом с чистой совестью отправились размещаться по комнатам.

Наблюдая за возней остальных одногруппников, я в полной мере понимала, что стать одной командой мы вряд ли сможем. Уж слишком разные! Но радовало то, что среди нас имелись все-таки нормальные люди и нелюди. Те же водные альвы, Леоне и Виатор. Собственно, как-то так получилось, что в их компании я и отправилась в библиотеку, едва закончили разбирать вещи. За исключением лесного принца. Тот предпочел оставаться один, не примыкая к кому-то. Интересно, почему? Поймала себя на мысли, что он меня заинтриговал. Хотелось бы узнать его получше. Надеюсь, такая возможность представится.

После того как перенесли книги домой, торчать в четырех стенах не захотели. Алойз предложил всем прогуляться по острову и изучить окрестности. Особенно уговаривал Луизу, но та предпочла остаться дома и потренироваться в метании ножей. Она уже успела соорудить импровизированную мишень в саду и теперь готовилась приступить к своему занятию. Алойз со вздохом отступил, хоть и долго еще косился на стройную фигурку девушки, пока мы уходили со двора. Зато к нам присоединились те, кого я предпочла бы оставить дома — Беатриса и Дамиен. Илиты, к счастью, отправились на поиски своих и знакомиться с соседями. Виатор вообще куда-то пропал, и оставалось догадываться, куда направился.

Да, кстати, еще забыла упомянуть о форме, которую полагалось носить в Академии. В платяных шкафах мы с Антхеей обнаружили аккуратно сложенные платья — по два для каждой, и что-то вроде тренировочных костюмов. Ткань была магически зачарована и подстраивалась под любой размер. Думаю, у остальных тоже нашлись такие же подарочки. Если вспомнить рассказы бабушки, то на территории Академии полагалось носить только такую одежду. Впрочем, дома и при выходе в город можно облачаться и в свое. Лориан Тирмил на этот счет ничего не говорил, но думаю, просто забыл о такой мелочи. Слишком хотел поскорее от нас избавиться. Интересно, чем он сейчас занимается? Поймав себя на том, что думаю о том, о чем не следует, нахмурилась и поспешила принять участие в оживленном разговоре, завязавшемся между Леонсом и Алойзом.

Чем дольше мы бродили по окрестностям, тем больше я ловила себя на мысли, что мне здесь нравится. Это место напоминало тропический рай. Теплый климат, повсюду буйство растений, радующих глаз яркими красками. От вторых ворот Академии расходились три дороги, что, как мы узнали, пройдя поочередно по каждой, вели: в город, к морю и к лесу. Город тоже понравился. Оживленный, многолюдный, достаточно чистый. Мы даже зашли в какую-то харчевню и пообедали там, оставшись довольными качеством еды и ценами.

Остаток дня провели на пляже, наслаждаясь ярким солнцем и бирюзовыми волнами. Алойз и Антхея, ничуть не стесняясь, разделись до нижнего белья и погрузились в воду. Видимо, у водных альвов с этим проще. Впрочем, когда альвийка заметила, как поглядывают на нее Крысеныш и Леоне, тоже вошедшие в воду, то несколько смутилась. Но на берег не вылезла, лишь заплыла подальше.

Я бы и сама последовала ее примеру, но понимала, что то, что сойдет с рук женщине другой расы, не прокатит для меня. Вон Беатриса и на альвийку смотрит с неодобрением и качает головой. Единственное, на что я решилась, это снять туфельки и помочить ноги в воде, расхаживая у берега. Для себя же решила, что как-нибудь наведаюсь сюда в одиночку и вдоволь поплаваю.

Впрочем, даже невозможность окунуться в воду не смогла разрушить овладевшего мной умиротворенного настроения. Природа невольно успокаивала, уносила прочь все тягостные мысли. Я подставляла лицо легкому морскому бризу, наслаждалась солнцем и прикосновением волн к обнаженным ступням. А все проблемы и будущие трудности казались не такими важными и уж точно преодолимыми.

ГЛАВА 15

Утро первого учебного дня началось с сирены. Иначе не назовешь громоподобный звук, разнесшийся по тихому в столь ранний час студенческому городку. Буквально подорвавшись на месте, я некоторое время осоловело оглядывала небольшую комнатку в персиковых тонах, где на кровати напротив сидела не менее ошеломленная принцесса водных альвов. Растрепанная после сна, протирающая глаза и явно пытающаяся понять, где вообще находится.

— Похоже, это был сигнал подъема, — подавив зевок, хмуро сказала я и с неохотой вылезла из постели.

Об этой части распорядка дня в Академии Лориан Тирмил тоже благополучно позабыл нам рассказать. Эх, как жаль, что в этом мире нет наручных часов! А те, что есть в доме, висят только в гостиной.

Мелькнула мысль, что можно было бы устроить пробежку или сделать зарядку. Но кто знает, как к этому отнесутся окружающие. В поместье я не видела ни одного человека, который бы так делал. Так что, скорее всего, тут это не принято. Мужики, конечно, тренируются с мечами, но в специально отведенных местах. Женщинам же, видать, положено заплывать жиром и не отсвечивать. Эх… Хотя пока моему новому телу это не грозит. Элисса — худосочная и стройная, хотя мышцы не мешало бы подтянуть.

Пока я размышляла над всем этим, Антхея сориентировалась быстрее и заняла крохотную ванную комнату. Радовало то, что к каждой спальне прилагалась отдельная, иначе бы ссор по утрам было не избежать. Представила себе, как будут делить первоочередность Беатриса, Луиза и Оймера, и поневоле ухмыльнулась. Впрочем, приподнявшееся настроение улетучивалось по мере того, как водная альвийка продолжала сидеть в ванной. Да что она там делает так долго?! Я уже успела вытащить форму и приготовить учебники согласно графику занятий, который мы вчера все же удосужились посмотреть. А ее водное высочество так и не появлялось! Потеряв терпение, я забарабанила в дверь.

— Антхея, ты там надолго?

Вчера водные альвы милостиво разрешили называть их просто по именам, так что я имела полное право обращаться к принцессе столь фамильярно. Я еще подумала о том, что с соседкой по комнате мне повезло. Теперь же была в этом не настолько уверена. Послышался заметно взбодрившийся голос:

— Еще немножечко!

Она что издевается?! И так уже минут пятнадцать плескается!

Через пять минут дверь ванной все же открылась, и оттуда выпорхнула сияющая и жизнерадостная Антхея.

— Прости, пожалуйста, — виновато сказала она. — Мы, водные альвы, много времени проводим в воде.

Пробормотав что-то вроде того, что ничего страшного, я для себя решила, что в следующий раз она первая в ванную точно не пойдет. Это решение лишь окрепло, когда на меня сверху полилась не теплая, а холодная вода. Антхея, похоже, плескалась до тех пор, пока горячая вообще не закончилась.

Чертыхаясь и проклиная все на свете, я наскоро покончила с водными процедурами, привела себя в порядок и выскочила из ванной комнаты. Вид довольной, напевающей себе что-то под нос альвийки еще более усилил раздражение. Не став ничего говорить, я начала одеваться.

Форма порадовала строгостью и простотой. Она явно не была предназначена для соблазнения парней, а настраивала на мысли об учебе. Чем-то напомнила мне платья, что носила в поместье Элисса, только поэлегантнее и исключительно черного цвета. Единственное, что оживляло одежду — красно-золотистая эмблема Академии, какую я уже видела на костюмах охранников.

Волосы я, не став заморачиваться, собрала в строгий пучок и посмотрела на водную альвийку. Та уже тоже была готова, но уделила своей внешности куда больше внимания. Роскошные снежно-белые волосы с голубоватым отливом водопадом струились по плечам и спине, присобранные у висков двумя жемчужными заколками. Даже в этом скромном наряде принцесса смотрелась сказочно! Мелькнула мысль, что рядом с ней я кажусь серой мышью, но она меня не огорчила. Я здесь не для того, чтобы красоваться, так что плевать!

Когда мы спустились в гостиную, я первым делом глянула на часы, висящие над каминной полкой. Половина седьмого. Значит, разбудили нас ровно в шесть. До начала занятий еще полтора часа. Времени, чтобы дойти до столовой и позавтракать, хватит с головой. Но похоже, никто особо не спешил идти в учебный корпус. Со второго этажа доносилась ругань девчонок, которые, похоже, никак не могли поделить жилое пространство. Крысеныш и черный илит с мрачным видом сидели на кухне и пили кофе. Судя по запаху, отвратительное. Но чего ожидать, если наверняка сами готовили!

Выглянув в окно, заметила во дворе еще четырех ребят. Луиза делала какие-то упражнения, за что я невольно ее зауважала. Похоже, плевать она хотела, кто и что подумает. Леонс и Виатор тренировались с мечами, а Алойз наблюдал за ними, комментируя очередные выпады. А заодно украдкой косился на девушку.

Услышав за спиной шаги, обернулась, но тут же снова уставилась на происходящее за окном. Рядом встала Антхея и с мечтательным видом уставилась на поединщиков.

— Он замечательно двигается, правда?

— Кто? — я с недоумением повернула голову.

Хорошо двигались оба. И лесной альв явно превосходил по скорости Леонса, пусть и сдерживался, приноравливаясь к противнику. Иначе бы тренировочный поединок закончился куда быстрее. Даже мне, мало знакомой с подобными вещами, это было очевидно.

— Да, Виатор весьма искусен в этом деле. Сразу видно, — пробормотала, но Антхея покачала головой.

— Я про Леонса. Для человека он двигается поразительно быстро.

— Просто Виатор ему поддается, — возразила я.

Антхея поджала пухлые губки и неодобрительно глянула на меня.

— Возможно, слегка. Но с лесными альвами редко кто вообще может сражаться на равных.

— Ас водными и горными разве не так? — удивилась я.

— Каждый хорош в чем-то определенном, — стала просвещать меня водная альвийка. — В воде с нами не сравнится никто, но на земле мы не намного сильнее обычных людей. У горных же преобладает выносливость. Да, они быстрее людей, но лесным в скорости уступают. Думаю, Леоне мог бы сражаться на равных с горными. По крайней мере, в скорости.

— Я не знала о таких деталях, — с интересом протянула. — Вижу, Леоне тебе понравился, — тут же лукаво добавила.

Она вспыхнула и поспешно отпрянула от окна, будто ее застали за чем-то неподобающим.

— Пойдем лучше кофе для всех сделаем.

Делать кофе для всех мне не слишком хотелось, но из солидарности с альвийкой я кивнула. Крысеныш при нашем появлении оживился и даже соизволил пожелать доброго утра.

— А вы чего не тренируетесь? — спросила я, чтобы хоть что-то сказать.

— Тренироваться в компании простых людей? — скривился черный илит, явно намекая на Леонса и Луизу. — Много чести!

Дамиен отвечать на вопрос не пожелал, но Литир, осклабившись, его выдал:

— А этого Алойз сразу в лепешку раскатал! Не продержался и минуты!

Крысеныш бросил на него неприязненный взгляд, но ничего не сказал.

Впрочем, дальше беседа проходила вполне мирно. Особенно когда Антхея приготовила довольно хороший кофе, сообщив, что обожает этот напиток и у них его готовят по особому рецепту. Вскоре к нам присоединились и остальные. Я заметила, что Беатриса и Оймера друг на друга дуются и даже говорят сквозь зубы. Снова порадовалась, что не пришлось жить с этими змеями.

— Форма здесь просто жуткая! — всю дорогу до учебного корпуса жаловалась красная илитка. Да и вообще ей категорически тут не нравилось, что она непрерывно озвучивала.

Я заметила, что домики, которые еще вчера стояли бесхозными, теперь заполнены народом. Адепты старших курсов со снисходительными усмешками и любопытством поглядывали на нас, проходящих мимо. Правда, когда в поле зрения попался какой-то лесной альв с рыжевато-русыми волосами, стянутыми лентой, он отреагировал иначе. Немедленно оставил трех других адептов, с которыми общался у одного из домов, и приблизился к Виатору.

— Ваше высочество, — он низко поклонился, глядя на нашего спутника чуть ли не с благоговением. — Позвольте засвидетельствовать вам свое почтение!

Виатор окинул его цепким взглядом и сдержанно кивнул.

— Я здесь такой же адепт, как и вы, так что церемонии ни к чему.

Лесной альв почтительно улыбнулся, признавая его волю, но даже когда принц прошел мимо, провожал почти что щенячьим взглядом.

— Надо же, как у вас преклоняются перед наследниками престола! — не удержалась я от комментария.

Виатор сделал вид, что не услышал. Алойз же с улыбкой сказал:

— У лесных альвов всегда были сильны традиции. В этом плане у нас, водных, куда свободнее.

— Да и ты не наследный принц! — не удержался от едкого замечания Крысеныш, который, похоже, сильно переживал поражение в поединке.

Алойз нисколько не обиделся, лишь пожал плечами.

— И ничуть об этом не жалею, — заявил он. — Иначе бы не смог жить в свое удовольствие. Нашему с Антхеей старшему братцу приходится несладко. Куча дурацких ритуалов и условностей!

— Да и за девицами не так легко было бы ухлестывать, — беззлобно поддел его Леонс.

— Ну, не без этого! — ухмыльнулся водный альв.

— Боюсь даже спросить, сколько побед ты одержал на любовном фронте, — продолжил он дружескую пикировку. Похоже, солнечный мальчик и принц водных альвов сразу нашли общий язык.

— Как-нибудь расскажу! — подмигнул ему Алойз. — Когда поблизости не будет невинных девичьих ушек.

Беатриса и Оймера фыркнули, но обе кокетливо захлопали ресничками, поглядывая на принца. Луиза же сухо изрекла:

— Не вижу повода для гордости. Скорее, наоборот. Невоздержанность и легкомыслие — не лучшие качества для благородного мужчины.

— Зато у меня куча других достоинств, — улыбнулся Алойз, немедленно оказавшись рядом с амазонкой. — Вот когда узнаете меня поближе…

— Не имею такого желания, — оборвала она, яростно сверкнув темными глазами. — Держитесь от меня подальше, принц!

С этими словами она прибавила шаг и, уж не знаю, умышленно или нет, оказалась рядом с Крысенышем и Беатрисой. Алойз театрально вздохнул и с пафосом произнес:

— Удар в самое сердце!

— Сомневаюсь, что оно вообще у вас есть, — буркнула Луиза и неожиданно ошеломила всех, обратившись к Дамиену. — Ард Нартран, вы бы не хотели составить мне компанию во время следующей тренировки? Я не слишком хорошо владею мечом. В основном пользуюсь метательными ножами. Вы кажетесь мне самым достойным на роль учителя.

Моя челюсть натуральным образом отвисла. Впрочем, не только моя. Да и сам Дамиен был немало ошарашен. Но отказать, когда просьба так явно щекочет его чувство собственного превосходства, попросту не смог.

— Разумеется, буду счастлив, — он вежливо улыбнулся, как-то по-новому оглядывая девушку.

В женском платье она явно чувствовала себя неуютно, но старалась это скрывать. И оно ей, несомненно, шло, подчеркивая доселе скрываемую женственность. Невольно посмотрела на Алойза и увидела, что привычная веселость слетела с него как шелуха. Он хмуро наблюдал за происходящим, утратив хорошее расположение духа. Впрочем, это длилось не больше нескольких секунд, и почти сразу маска легкомысленного весельчака снова заняла место на его аристократичном лице.

Я же задумчиво посмотрела на Луизу. Что-то здесь однозначно не так! Ей явно несвойственно подобное поведение, но она отчаянно старается понравиться Крысенышу. Зачем? Ну не влюбилась же на самом деле! Как-то в это не верится. Особенно если вспомнить, что интерес к нему возник только после того, как услышала имя. Даже не предполагаю, какие цели может преследовать эта странная нелюдимая девушка.

За завтраком ничего особенного не произошло. Разве что немногие присутствовавшие в столовой лесные альвы сочли своим долгом почтительно поприветствовать наследного принца. Это, как я заметила, шипом вонзалось в сердце тщеславного черного илита. Ему казалось, что его самого чествуют не настолько хорошо. Впрочем, так оно и было. Другие черные илиты ограничивались уважительными кивками, быстро втянувшись в новые правила. То, что адепты в стенах Академии абсолютно равны, многим пришлось по душе. Но видимо, у лесных альвов и правда слишком сильны традиции. Только вот, в отличие от Литира, Виатор не получал никакого удовольствия от почтительности подданных. Скорее, наоборот, желал бы не выделяться.

Наблюдая за одногруппниками, другими адептами и наставниками, я не сразу поймала себя на мысли, что высматриваю среди них кое-кого определенного. А когда поняла, досадливо поморщилась. Ну почему столь грубый и неприятный тип, как Лориан Тирмил, никак не хочет улетучиться из головы? Как же это напрягает! Сама не понимала, что со мной происходит, но этот человек впился в мозг, как заноза. Постоянно все мои мысли в итоге сводились к нему.

Вот и сейчас, наблюдая за тем, как другие кураторы подходят к подопечным и напоминают о том, какие занятия им предстоят и как себя вести, досадовала на то, что наш так вопиюще пренебрегает своими обязанностями. Ну вот где его носит? А вспомнив о том, что на вечернее посещение библиотеки требуется разрешение куратора, всерьез задумалась о том, что есть повод поискать темного мага самой. Ужаснулась этим мыслям и поспешила прогнать прочь.

Так, лучше буду думать о занятиях! Первой парой у нас стоит «Теория и история магического искусства». Вот об этом и буду думать. Вообще в первый день адептов-первокурсников сильно напрягать не стали. Поставили всего два занятия. Вторым, кстати, значатся «Основы темной магии», так что, вполне возможно, преподавать его нам будет куратор. Опять поймав себя на том, что думаю о Лориане Тирмиле, мысленно чертыхнулась.

В общем, едва дождалась начала занятий и первой впорхнула в нужный кабинет. Учитывая, что численность групп небольшая, помещение тоже не поражало размерами. Так что когда мы заняли места за индивидуальными мини-партами, создалось впечатление заполненного народом пространства. Преподавателю полагалось стоять за кафедрой у доски. Совсем как в моем родном универе. Подумала о том, что соскучилась по прошлому, и тяжело вздохнула. Вернуться туда вряд ли удастся! Там меня считают мертвой.

Интересно, что подумала Танька, найдя в нашей съемной квартире мое пронзенное ножом тело? А родители? Как им пришлось? И все из-за проклятого честолюбца, пожелавшего примерить на себя роль бога!

Поежилась, представив себе, что Айдар сейчас ищет меня по всем доступным мирам. Не хотелось бы снова с ним столкнуться! Я ведь даже не знаю, на что он еще способен. Насколько понимаю, Землю он посещал в своем настоящем облике, а не вселяясь в чье-то тело. Каким образом, трудно сказать. Память Лиланы вернулась лишь крохами, да и то я мало что понимала. А жаль! Знание того, на что способен враг, сильно увеличило бы шансы выжить при новой встрече. Ну да ладно.

Единственное, что сейчас могу сделать — развить способности, от природы присущие этому телу. И кто знает, возможно, это поможет уцелеть! Насколько помню, силы Айдара несколько ограничены. К примеру, телепортироваться он не может, как и местные маги. Ему пришлось брать такси и везти меня обычным путем. Это уже плюс. Попасть в Академию, защищенную магически, вряд ли сумеет.

Мелькнувший в голове образ пронесся яркой вспышкой, на миг отключив от реальности. Увидела пространственные туннели, какими пользовались магические создания для переноса в разные миры. Они строго фиксированные и имеют ограниченное число выходов в разные части того или иного мира. Похоже, кое-что полезное из памяти Лиланы все-таки осталось!

Значит, я права! Сила Айдара здесь ограничена. Магические способности, несомненно, есть, но вот большие ли — загадка. Насколько понимаю, после неудач подопечных в роли богов Высшие ограничили силу своих созданий. Точно! Опять мелькнул обрывок знаний. Высшие обещали тому, кто окажется самым достойным, вернуть силу, какой обладали их прошлые избранники. Прочие останутся на том же уровне и будут помощниками счастливчика. Я воспрянула духом, осознав, что Айдар не столь уж непобедим в мире, где магия — обычное дело. У меня все же есть шанс уцелеть! Да и вряд ли он так быстро меня найдет.

Разнесшийся сигнал сирены, уже знакомый по утреннему пробуждению, оторвал от посторонних мыслей. Что ж, настало время получать новые знания! И я намеревалась использовать его по максимуму.

ГЛАВА 16

Преподаватель «Теории и истории магического искусства» сильно удивил. Не своими талантами или выдающимися ораторскими способностями. Отнюдь. Удивил он тем, что оказался обычным человеком средних лет, с глубокими залысинами и заметным лишним весом. То, что он не маг, становилось понятным с первого взгляда. Маги стареют не постепенно, как простые смертные, этот же выглядел на свой возраст. По земным меркам ему можно было дать около пятидесяти. Хотя тут, конечно, люди живут дольше. Но в любом случае, спутать его с магом не представлялось возможным. Странно, что я не обратила на этого человека внимания во время официальной церемонии. Впрочем, если он стоял в задних рядах преподавателей и не был назначен чьим-то куратором, то это вполне объяснимо. Не то чтобы я была как-то настроена против учителя, не являющегося магом, но почему-то считала, что в Академии такого быть не может.

Заметила, что остальные адепты озадачены не меньше моего. На вошедшего грузного мужчину смотрели с сомнением. Словно не замечая реакции, он встал за кафедрой и приветливо улыбнулся.

— Доброе утро, адепты! Позвольте представиться. Томас Кард. Титула у меня нет, так что можете ко мне обращаться «господин Кард». Я заведую здесь архивом, а также читаю лекции по некоторым теоретическим дисциплинам. Надеюсь, мы с вами найдем общий язык. Особой вредностью я не отличаюсь. Достаточно будет того, что станете приходить на мои занятия, чтобы на экзамене могли рассчитывать на нормальную оценку. В любом случае, то, что будете изучать на моем предмете, позже закрепите практически уже с другими преподавателями. И в ваших интересах иметь и теоретические знания, которые помогут понять, что и для чего предназначено в магических действиях.

Первое оцепенение прошло, и, как и стоило ожидать, кое-кто из нашей элитной группы посчитал себя задетым тем, что к нам приставили не мага. Пусть даже для выкладки теоретических дисциплин. Нетрудно догадаться, у кого хватило «ума» прямо высказать преподавателю свое мнение. Литир Гар-аль, окинув Томаса Карда презрительным взглядом, произнес:

— Хотите сказать, что у Академии настолько туго идут дела, что нормальных преподавателей уже не хватает?

Мужчина едва заметно вздохнул, стараясь сохранять невозмутимость. По его взгляду было понятно, что ему не раз приходилось выдерживать подобные нападки.

— Моих знаний вполне достаточно, чтобы дать вам все необходимое, — терпеливо сказал он.

— Возможно, их достаточно для того, чтобы обучать плебс, — высокомерно вскинул голову черный илит. — Мы — другой случай. Каждый из нас… вернее, — он демонстративно скривился, посмотрев на меня и на Леонса, — почти каждый занимает крайне высокое положение среди сородичей. И потому мы нуждаемся в соответствующем обучении. Уж простите, вы на роль наставника принцев и детей ардаров влиятельных кланов не тянете, — последнее прозвучало насмешливо-снисходительно. — Так что я требую, чтобы нам предоставили другого преподавателя!

— Сожалею, — сухо откликнулся Томас Кард. Я же невольно восхитилась его самообладанием и терпением. Сама бы точно уже сорвалась и выставила наглого мальчишку вон из аудитории. И пусть потом до посинения сдает экзамен по этой дисциплине! — Ваш куратор лично составлял списки преподавателей для вашей группы. И, так уж случилось, что по данному предмету выбрал меня. Думаю, вы сможете лично высказать ардару Тирмилу свое мнение по этому поводу. Но позже. Уже после занятия.

Наверное, не поставь преподаватель его на место при всех, черный илит сдержался бы. Но заметив ухмылки на некоторых лицах, начал закипать. Принцу явно трудно было смириться с переменой в отношении к нему окружающих. Так что даже имя куратора не произвело на него надлежащего впечатления.

— Предпочту обсудить это прямо сейчас! — отрезал он, нагло развалившись на стуле и положив ноги на парту. — Выслушивать наставления какого-то простолюдина, в котором даже магии нет, я не собираюсь! Требую другого преподавателя!

— Да уймись ты! — закатил глаза Алойз, но илит его проигнорировал.

Остальные с разным выражением лиц ожидали, чем все закончится. Сама я была целиком и полностью на стороне преподавателя. Но мое мнение разделяли не все. Крысеныш, Беатриса и Оймера одобрительно поглядывали на Литира и корчили презрительные гримасы в сторону Томаса Карда.

— Вы вправе внимать тем знаниям, какие я стану вкладывать в ваши головы, или нет, — пожал плечами преподаватель. — Это ваше личное дело, адепт.

— Обращаться ко мне следует «ваше высочество», — осклабился черный илит. — Иначе я сочту это оскорблением. И вам придется дорого заплатить за него!

— Как вам будет угодно, — отозвался на это Томас Кард и явно решил дальше игнорировать проблемного ученика.

Вытащив из кожаной папки, принесенной с собой, стопку бумаг, он начал с того, что объявил перекличку. Разумеется, и тут Литир не удержался, чтобы не взбунтоваться. Когда назвали его имя, попросту промолчал. Преподаватель бросил на него беглый взгляд и хмыкнул, что заставило илита оскалиться в недоброй гримасе.

— Что ж, теперь я, по крайней мере, знаю, с кем имею честь общаться, — беззлобно сказал Томас Кард. — Адепт Гар-аль, полагаю.

— Ты точно нарываешься на неприятности, свинья! — взрыкнул принц, вскакивая и приближаясь к кафедре. Одним быстрым движением он смахнул бумаги, лежащие на ней, и с вызовом уставился на преподавателя. — Ну и что ты мне сделаешь, плебей?! Магией поразишь? — издевательски добавил. — Хотя… постой! Ты же на это не способен!

— Вот урод! — пробормотала я, всерьез раздумывая над тем, чтобы вмешаться. Но пока надеялась, что господин Кард справится и сам.

— Я прошу вас покинуть мое занятие, — все так же спокойно, даже не меняя выражения лица, проговорил преподаватель. — Вы слишком возбуждены, так что вряд ли сможете нормально воспринимать учебный материал. Не мешает охладиться.

— Я сейчас сам тебя охлажу, толстяк! — ощерился черный илит, его зрачки еще больше сузились. — Ты хоть вызов на поединок принять способен? Или подожмешь хвост?

Он оскалил зубы, демонстрируя два удлиненных клыка, в которых, как я знала, находились ядовитые железы. Поежилась, хоть и понимала, что перед поступлением в Академию илитов должны были заставить сточить яд. А в следующий раз железы наполнятся им только через три месяца. И илиты должны регулярно проходить здесь такую процедуру. Только вдруг яд сточили не до конца или у принцев при поступлении какие-то особые привилегии? Проверять на практике как-то не хотелось. Кроме того, люди-рептилии по силе и ловкости значительно превосходят простых смертных. Тем более что преподаватель даже на самого посредственного воина не тянул.

— Видимо, по-хорошему вы не понимаете, адепт Гар-аль, — холодно сказал господин Кард, и я поняла, что илит его все-таки довел.

— И что же будет по-плохому? — нагло спросил Литир. — Попытаетесь высечь розгами? — он фыркнул и расхохотался.

— До подобных наказаний в нашей Академии не опускаются, — возразил преподаватель. — Но тратить дальше время на попытки вразумления несдержанного юнца я не собираюсь. С вами будет разбираться тот, кого для этого приставили.

— Побежите жаловаться Тирмилу? — пренебрежительно бросил черный илит. — Так и знал, что сами ни на что не способны! Кишка тонка!

Томас Кард устало вздохнул и нажал на какой-то камень, прикрепленный сбоку кафедры. Потом скрестил руки на груди и стал чего-то ждать. Озадаченный этим Литир попытался опять вызвать его на эмоции:

— И что дальше? Чего заткнулся?!

Преподаватель смотрел куда-то сквозь него и явно не собирался поддаваться на провокации. Мы все с интересом ждали, что будет дальше. То, что это нечто вроде тревожной кнопки, я догадалась. Вполне возможно, что сейчас появится служба охраны Академии, и черный илит получит по полной.

Только вот на зов господина Карда явились не подчиненные Николаса Мирдара и не он сам. Спустя пять минут в аудиторию вошел Лориан Тирмил собственной персоной. Злой и недовольный настолько, что черный илит мгновенно отшатнулся от кафедры, будто сметенный ударной волной. Я и сама, хоть и находилась дальше, ощутила грозовую атмосферу, исходящую от темного мага.

— Что здесь происходит? — шипящий голос куратора в наступившей тишине показался громовым.

— У одного из ваших адептов есть возражения насчет выбора преподавателя, — пояснил господин Кард. Кстати, единственный, на кого грозный вид Лориана не произвел никакого впечатления. — К сожалению, мои доводы показались ему неубедительными, и я вынужден был привлечь к решению проблемы вас.

— Так, значит? — недобро прищурился темный маг, мигом догадавшись о том, кто явился причиной срыва занятия и уставившись на черного илита немигающим взглядом.

Тот попытался храбриться, вскинув подбородок, но получилось неубедительно.

— Да, я считаю, что вы должны были подобрать нам другого преподавателя! Этот человек недостоин этого! — слово «человек» прозвучало особенно презрительно.

— Вот даже как… — улыбка, появившаяся на лице темного мага, заставила содрогнуться не только меня.

Литир нервно сглотнул и облизнул пересохшие губы, а я заметила, что язык у него не как у обычного человека, а чуть раздвоенный на конце. Жуть какая! Впрочем, долго размышлять над анатомическими особенностями илитов не довелось. Следующие слова Лориана Тирмила заставили напрячься:

— Господин Кард, могу ли я просить вас о возможности поменяться занятиями? Свое я хотел бы провести немедленно. А вы сможете провести ваше чуть позже.

— Не имею никаких возражений, — улыбнулся уголками губ преподаватель. — Позовете, когда будет необходимо.

— Непременно, — Лориан тоже ему улыбнулся и посмотрел с искренним уважением, что немало меня изумило. — И прошу прощения за поведение моих адептов. Обещаю, что впредь подобное не повторится, — сказав это, он так глянул на черного илита, что тот поежился. Было понятно, что ему сильно не поздоровится, если из-за него обещание будет нарушено.

Томас Кард собрал с пола раскиданные Литиром бумаги, сложил их в папку и молча вышел из аудитории.

— Все за мной! — рявкнул темный маг таким тоном, что все буквально подпрыгнули на местах. Я вскочила прежде, чем вообще поняла, что делаю — так властно прозвучала команда.

Уже стоящие на ногах адепты переглядывались, как и я, недоумевая, что хочет делать Лориан. Почему мы должны куда-то идти, а не слушать лекцию прямо здесь? Или у него имеется отдельная аудитория, где предпочитает проводить свои занятия? Тем не менее, что-либо спрашивать никто не решился. Мы нестройной толпой побрели за куратором, недобро поглядывая на Литира, который затеял все это безобразие, а теперь горделиво вышагивал в отдалении от остальных.

В коридорах Академии было пустынно. Другие адепты и преподаватели наверняка были на лекциях. Только мы шли незнамо куда, полные самых нехороших предчувствий.

— Всем переодеться в тренировочную форму и ждать меня у ворот, — бросил нам Лориан Тирмил у выхода из здания. — Я присоединюсь чуть позже. На все про все у вас пятнадцать минут. И если кто-то слиняет, может сразу собирать вещи и готовиться к отчислению из Академии!

Ему никто не ответил, но лица у всех стали еще более недоуменными. По дороге к дому мы бурно обсуждали, что все это может значить. На Литира поглядывали неприязненно, но тот делал вид, что его нисколько не заботит наше мнение.

Не желая еще больше провоцировать куратора, мы управились в рекордные сроки и в назначенное время ждали у ворот. Темный маг появился через пару минут, с небрежно перекинутыми через запястье серыми камушками на шнурках, довольно грубыми на вид. Но то, что это артефакты, было понятно сразу. От них исходило легкое свечение, видимое даже обычным зрением. Игнорируя наши любопытные взгляды, Лориан отдал команду:

— Все за мной!

Двое стражей у ворот, доселе с ленивым интересом поглядывавшие на нас, отчего-то хохотнули, покосившись на артефакты темного мага.

— Ну, держитесь, детки! — растянул губы в улыбке один из охранников, и эта реплика лишь усугубила нехорошие предчувствия.

Мы со все возрастающим недоумением шли за уверенно шагающим впереди куратором, который вывел нас за территорию Академию и двинулся в сторону Кардаса. Правда, город мы миновали и пошли вдоль каменной стены, пока не оказались за пару километров от нее. На открытом пространстве у подножия холма остановились, повинуясь жесту Лориана.

— Встать в строй! — скомандовал, словно мы были солдатами.

Переглянувшись, попытались выстроиться в подобие шеренги, на что темный маг поморщился. Когда мы, наконец, закончили, Лориан несколько раз прошелся вдоль строя, разглядывая каждого так, словно пытался дырку просверлить. Большинство предпочли опустить глаза и не нарываться, ожидая, что будет дальше.

— Значит, осознание своей избранности ударило в голову? — протянул он, нехорошо прищурившись. — Считаете обычных людей недостойными даже рядом находиться?

То, что обращался куратор не только к Литиру, заставило меня нахмуриться.

— Вообще-то мы в этом не участвовали! — рискнула я высказаться, но сразу осеклась. Ответный взгляд куратора буквально вымораживал все внутри.

— Бездействие порой говорит о вашей позиции не менее красноречиво, — сухо сказал он. — Вместо того чтобы остудить пыл зарвавшегося нахала, вы предпочли сидеть и наслаждаться зрелищем, не так ли? Похоже, кое-кто еще не понял, что теперь вы друг с другом связаны. Поступки одного будут сказываться на всех. Так же, как бывает на поле боя, когда от действий каждого члена отряда зависит жизнь товарища.

— Мы не на войне, — пискнула Беатриса.

— Но вполне можете там оказаться, — парировал Лориан. — Похоже, вы еще не поняли, что быть магом — не только привилегия, но и ответственность. Во время войн одаренные обязаны прикрывать обычных воинов и противостоять магам противника. Причем речь не только о мужчинах. Во время последней войны с горными альвами я знал немало магичек, воевавших в связке с мужчинами или оказывавших им целительскую помощь на поле боя. Любая ошибка кого-то из вас, трусость или неподчинение приказу может дорого стоить не только вам лично, но и тем, кто окажется рядом. А еще подумайте о том, на что способны сами по себе, без своих магических возможностей? И кому придется прикрывать ваши спины, когда магический резерв истощится. Считать себя выше кого-то, оскорблять, даже не удосужившись узнать человека — признак недалекого ума и непомерного самомнения, зачастую ничем не обоснованного! Молчание же, когда рядом с вами происходит нечто подобное — пожалуй, еще худшее. Признак трусости и бесхребетности!

Слова Лориана уязвили. Причем не только меня. Я видела это по лицам остальных. Куратор же продолжал:

— Лично я горжусь тем, что такой человек, как Томас Кард, работает со мной бок о бок. И если бы вы удосужились хоть немного поинтересоваться его историей, прежде чем смотреть свысока, осознали бы постыдность своего сегодняшнего поведения и без моих слов!

— Что же он такого сделал? — буркнул Литир, все еще хорохорящийся.

— Чуть больше двадцати лет назад Томас Кард был одним из самых сильных светлых магов. Свое предназначение он видел в целительстве и достиг в этом немалых успехов. В первую же очередь этот человек думал о других, а не о себе. Что и стоило ему в итоге слишком дорого. Кард оказался в отряде, высланном с заданием на вражескую территорию. Вызвался добровольцем, чтобы в случае необходимости оказать помощь воинам. Отряд попал в засаду и лишь чудом вырвался из оцепления. Многие были тяжело ранены, и их пришлось оставить на верную смерть. Томас Кард пожелал остаться с ними, а не уйти с теми, кто был в силах это сделать. Он исцелил всех, кого смог, выжав магический резерв до капли. Но именно благодаря ему несколько десятков человек, которых посчитали смертниками, продержались до прихода подкреплений и сохранили жизнь. Сам же он лишился магии и стал обычным человеком. Думаете, он хоть раз пожалел о том, что сделал? Поступил бы иначе, зная о таком исходе? Ошибаетесь! Сделал бы то же самое, не задумываясь. Вот такие маги заслуживают искреннего уважения! И даже лишившись дара, являются теми, кто и правда может многому научить. Сомневаюсь, что сопливый мальчишка, вся заслуга которого состоит в том, что он родился в королевской семье и получил искру магии, имеет право говорить, что считает такого человека недостойным!

«Сопливый мальчишка» пыхтел и сопел, яростно сверкая глазами, но было видно, что делает это из чистого упрямства. История Томаса Карда зацепила его не меньше, чем нас всех. Я же и правда испытывала жгучий стыд из-за того, что не вмешалась, когда илит унижал преподавателя. Сколько раз сама осуждала равнодушие людей, что спокойно проходят мимо чужого несчастья или несправедливости! Что в итоге? Оказалась такой же. Ничем не лучше! Знала, что это неправильно, но предпочла промолчать.

— Сегодня я хочу проверить, на что вы способны сами по себе, без применения магии. Впрочем, даже ее имея, управлять даром вы пока не умеете, так что она вам вряд ли поможет. А заодно это испытание станет для вас уроком. Тем, что за действия каждого из членов команды отвечать будут все. Чем скорее вы поймете, что от вас будет зависеть не только собственная судьба, но и судьба кого-то другого, тем лучше.

— И что за испытание? — осторожно поинтересовался Алойз.

— Не думаю, что лично для вас оно окажется сложным, адепт Лараль, — сухо откликнулся Лориан. — Но вот для менее подготовленных членов группы станет. Вам же придется за этим наблюдать и делать выводы. Осознать, к чему приводят необдуманные поступки.

ГЛАВА 17

Темный маг начал с того, что распределил между нами серые камушки на шнурках.

— Это магические утяжелители, которые используют во время обучения. Вес можно поставить любой, на усмотрение преподавателя. Разумеется, при распределении я буду исходить из ваших физических возможностей. Адепткам Кармад и адептке Самир, как слабейшим, достанется всего десять тагров* {(примечание: тагр — мера веса, примерно равная килограмму)}.

— Всего?! — придушенно воскликнула я, прерывая преподавателя.

Таскать на себе десять килограммов в теперешней физической форме казалось тем еще испытанием. Впрочем, смотря что надо делать. Если садист-куратор просто решил нас этим озаботить в течение дня, еще можно стерпеть. Но что-то мне подсказывало — не зря он притащил нас на этот холм! Эх, надеюсь, плохие предчувствия не оправдаются!

— У вас есть возражения, адептка Кармад? — бросил в мою сторону безразличный взгляд темный маг, а я мысленно обозвала его чурбаном бесчувственным и пробормотала:

— Нет.

Что-то мне подсказывало, что вздумаю сопротивляться — вес только прибавится.

— Отлично.

Беатриса же ошарашено хлопала глазами, похоже, не вполне понимая, что вообще происходит. Что касается Луизы, ее явно взбесило то, что причислили к слабейшим. Но весь протест выразился в раздувающихся ноздрях и сверкающих гневом глазах. Лориан же продолжил распределение груза, не обращая внимания на нашу реакцию:

— Адепту Олмеру и адепту Нартрану — по двадцать тагров. <Кн><иг><оед>.<нет>

Парни, разумеется, сделали вид, что для них такое не представляет труда. И даже напротив, несущественная мелочь.

— Илитам и альвам достанется больше. Адептке Лараль и адептке Игран-аль, естественно, не столько, сколько мужчинам. Думаю, двадцати пяти тагров хватит. Остальным — по сорок.

Объявив решение, он самолично настроил артефакты и всучил нам. Я с опаской надела инструмент пытки на шею и тут же почувствовала, будто поправилась на десять килограммов. Тело утратило привычную легкость, на плечи начала давить невидимая тяжесть. И это ведь только десять кило! Что же чувствуют остальные? Но пока стоишь на месте, это можно выдержать. Да и организм постепенно привыкал к новому весу. Дав нам на адаптацию минуты три, Лориан Тирмил объявил:

— Ну, а теперь объявляю задание: вам нужно двадцать раз взобраться на холм и спуститься с него до того места, где мы сейчас стоим. И пока все не закончат, никто отсюда не уйдет. Если понадобится, будете тут ночевать. Сойти с дистанции, разумеется, нельзя. Обмороки и симуляция приступов на меня не действуют, — жестко произнес он, красноречиво поглядывая на Беатрису, от которой такого вполне можно было ожидать. — Все будут ждать, пока симулянты очухаются и продолжат выполнять задание.

— А если это не будет симуляция? — хмуро спросила Оймера.

— Если понадобится, вызову целителя, — равнодушно бросил Лориан. — Но это не освободит вас от выполнения задания. Как только оправитесь, продолжите.

— Зачем все это?! — покачал головой Леонс. — Нет, я не возражаю против выполнения. Но может, освободите девушек?

Беатриса, Оймера и Антхея взглянули на него с неподдельной благодарностью, но куратор мигом оборвал их надежды:

— На поле боя врага вы тоже попросите пожалеть тех, кто окажется в отряде слабым звеном? Как думаете, что он на это скажет?

— Но мы не на поле боя, — солнечный мальчик покачал головой.

— Считайте это репетицией, — на этого непробиваемого, похоже, никакие наши доводы попросту не действовали! — Заодно и посмотрим, как каждый из вас поведет себя в нестандартной ситуации. Будете знать, чего ждать друг от друга. Это полезно в первую очередь вам.

— А как же другие занятия? — робко вставила Антхея.

— Думаю, если не удастся провести занятие сегодня, мы с господином Кардом договоримся о замене. А других занятий у вас сегодня нет, — похоже, расписание он все же не поленился изучить! На наше несчастье.

Поняв, что не отвертимся, мы все развернулись лицом к холму, оценивая дистанцию. В общей сложности каждый подъем и спуск занимали полкилометра. Таким образом, нам придется двигаться с утяжелением не меньше десяти. Да я даже в прежней жизни столько не бегала! Как сделать это в неприспособленном к физическим нагрузкам теле Элиссы, боюсь представить!..

— Начали! — послышался хлесткий окрик Лориана Тирмила, и мы неохотно тронулись с места.

Впрочем, поначалу все казалось не так плохо. Парни без труда вырвались вперед и не проявляли особого недовольства. Наоборот, еще и красовались друг перед другом и нами. Мол, какие они сильные и выносливые! Луиза бежала наравне с мужчинами, но и не думала выделываться. Соблюдала правильный ритм дыхания и не обращала ни на кого внимания. А вот Оймера и Антхея, вопреки мнению, что представительницы их расы выносливее людей, держались наравне со мной и Беатрисой. Хотя у них и утяжеление было больше.

Единственное, что радовало меня саму, так это то, что в нашей компании я не оказалась самой слабой. Вот кузина выдохлась практически сразу. Уже на втором подъеме дышала тяжело и прерывисто. Едва доплетясь на третьем спуске до куратора, внимательно наблюдающего за нами и считающего количество преодоленных заходов, она попыталась воззвать к его жалости:

— Я больше не могу! Мне плохо!

— Вы уже слышали мое мнение по этому поводу, — даже не глянув в ее потное раскрасневшееся лицо, проговорил он. — Вперед, адептка Кармад!

— Как вы можете так поступать с девушкой?! Ни один благородный ард не станет вести себя подобным образом! — возмутилась она.

— Можете считать меня неблагородным, — ухмыльнулся темный маг.

Пробормотав что-то себе под нос в адрес куратора, явно нелицеприятное, Беатриса поплелась догонять остальных. Я же твердо решила, что умирать буду, но о пощаде гада бесчувственного не попрошу!

На пятнадцатом заходе сдулись даже парни, пусть и с дистанции не сходили. Но теперь и не думали красоваться. Не бежали даже, а шли, с трудом переставляя ногами. Нужно ли говорить, что девчонки, за исключением Луизы, к этому времени не преодолели даже десятого подъема. Луиза была на тринадцатом, о чем объявил Лориан Тирмил, называвший цифры всякий раз, как кто-то из адептов равнялся с ним.

И не запутается ведь! Как только умудряется за каждым уследить? Но это еще больше доказывало, что схитрить не получится. Мы и правда не уйдем отсюда, пока задание не выполнят абсолютно все.

А подниматься на проклятый холм, который уже возненавидела, становилось все труднее. Ноги казались неподъемными колодами, воздух со свистом вырывался из саднящих легких, перед глазами плясали цветные пятна. Жарко было так, что за глоток воды душу можно было продать. Но похоже, о воде для нас садист-куратор даже не подумал.

Я с ужасом понимала, что двадцать раз точно не сделаю. Скорее, дух испущу на очередном подъеме. Что уж говорить о Беатрисе, которая отстала от остальных и едва добегала седьмой заход. Мы с Антхеей были на девятом, а опередившая нас красная илитка почти достигла десятого. Но все без исключения выглядели не лучшим образом.

Черного илита же, из-за которого мы в это вляпались, ненавидели все! Я видела, какие взгляды на него бросают. Сам же Литир угрюмо смотрел себе под ноги, прекрасно понимая, что о нем думают остальные. Если эта напыщенная илитская сволочь еще раз устроит нечто подобное, думаю, его свои же ногами отпинают! И я в том числе.

Нет, ну почему я тогда смолчала?! Ведь можно было избежать такого! Впрочем, что-то мне подсказывало, что повод для издевательств в любом случае нашелся бы. Видимо, Лориан Тирмил поставил себе целью перевоспитать доставшихся ему на попечение мажоров. И плевать хотел, что среди них затесались невинные люди. Такие, как мы с Леонсом, например.

Первым добежал Виатор, и мы завистливо уставились на него, понимая, что нам до этого момента еще далеко. Лесной альв облегченно сбросил с себя артефакт и передал куратору. Тот снял утяжеление и лениво повесил вещицу на запястье.

Пока Виатор валялся на траве, приводя в порядок дыхание, добежал и Алойз. Я к тому времени была на тринадцатом круге, а Беатриса кулем валялась где-то посередине холма, не в силах подняться. Оймера и Антхея опередили меня на два захода. Крысеныш и Леоне, подбадривая друг друга, добегали восемнадцатый. Они как-то сразу начали держаться вместе, и думаю, это немного облегчало задачу. Я невольно позавидовала. Сама не отказалась бы от чьей-то поддержки. Сейчас же чувствовала себя совершенно одинокой и несчастной. Хотелось разреветься от бессилия, но я каким-то чудом удерживалась на грани. Луиза, пусть и храбрилась, но тоже выдохлась. На семнадцатом круге уже едва плелась.

Черный илит добежал третьим и уселся поодаль от остальных, угрюмо буравя взглядом то спину куратора, то наши измученные тушки.

— Я не смогу больше! — внезапно разрыдалась Оймера и рухнула на холм неподалеку от Беатрисы. — Что хотите со мной делайте!

Антхея попыталась ее поднять, но и сама упала рядом, судорожно дыша. Уже на вершине холма Луиза оступилась и покатилась вниз, вызвав у многих встревоженный вскрик. Алойз сорвался с места первым и кинулся к ней. Пока он лихорадочно ощупывал девушку на предмет повреждений, к месту событий подоспел темный маг.

— Ничего не сломала? — спокойно осведомился он.

— Только ушиблась, — угрюмо бросил водный альв. — Вам не кажется, что это уже слишком?!

— Если ничего серьезного, пусть поднимается и продолжает, — проигнорировал последнюю его реплику Лориан и двинулся к прежней позиции.

Теперь ему в спину с ненавистью смотрел уже Алойз. Потом вдруг, упрямо вскинув подбородок, процедил какое-то ругательство и поднял девушку на руки. Она слабо запротестовала:

— Я и сама могу…

— Не можешь! — рыкнул на нее водный альв. — Помолчи лучше!

И сам едва держащийся на ногах, он двинулся опять на холм, помогая Луизе преодолевать дистанцию. Протащив девушку оставшееся количество заходов, он спустил ее с рук и приблизился к темному магу. С вызовом глянул на него.

— И не говорите, что это не считается! По условиям все должны преодолеть положенное количество подъемов и спусков. А уж каким образом, оговорено не было!

— Я и не собирался возражать, — чуть улыбнулся темный маг. — И рад, что хоть кто-то в вашей команде догадался помочь слабейшему.

Обескураженный Алойз замер. Впрочем, как и остальные. Все оказалось так просто? Лориан Тирмил именно этого и добивался? Сплотить нас настолько, чтобы мы не только следили друг за другом и предохраняли от неправильных действий, но и помогали, были на самом деле единой командой!

Виатор поднялся почти в ту же секунду и молча пошел к лежащей на холме Беатрисе. Подхватил ее с земли и двинулся дальше. Девушка благодарно всхлипнула и обняла его за шею. Черный илит, поколебавшись, ко всеобщему удивлению, приблизился к Оймере. А ведь еще недавно они глотки друг другу были готовы перегрызть! Девушка с сомнением глянула на него, но позволила взять себя на руки.

Антхея с трудом поднялась и побрела дальше сама. Впрочем, когда Крысеныш и Леонс дошли до конца, солнечный мальчик немедленно поспешил к ней. На руки он брать ее не стал — был слишком измотан для этого, но позволил опереться на себя. Так они и проследовали дальше.

Когда ко мне неуверенно двинулся Дамиен, я хотела было гордо отказаться от помощи, но, с тоской глянув на кажущуюся нескончаемой дистанцию, сдалась. Парень обвил мою талию рукой, и я ухватилась за его плечи, практически повиснув на нем. Он и сам едва на ногах держался, и я справедливо опасалась, что не выдержит нагрузки, и мы свалимся вдвоем. Но нет. Крысеныш упрямо стискивал зубы и шел вперед. Даже моя неприязнь к нему несколько поубавилась. Похоже, он не такое уж ничтожество, как я полагала.

— Спасибо тебе, — шепнула, когда мы, наконец, последними преодолели дистанцию.

Он глянул как-то странно, потом отчего-то смутился и пробормотал что-то неразборчивое. Даже когда отошел, я то и дело ловила на себе его взгляды. Впрочем, сейчас не могла думать о мотивах Дамиена или кого бы то ни было еще. Слишком устала морально и физически!

Все уже сидели на траве, отдыхая от недавних испытаний. Я тоже опустилась на землю. Даже не сразу догадалась снять с себя утяжелитель. Куратору пришлось ко мне подойти и потребовать это сделать. Сняв же, ощутила себя так, будто заново на свет родилась. Легкость показалась невероятной! Блаженно улыбнулась и протянула темному магу артефакт. Показалось, что он куда дольше необходимого удержал мою руку, когда забирал утяжелитель. Но мне вполне могло это показаться. Сейчас не могла адекватно воспринимать реальность.

— Можете пойти домой и привести себя в порядок. Потом в столовую, а после обеда на занятие господина Карда, — отдал распоряжение куратор, отойдя, наконец, от меня.

Ему никто не ответил, лишь некоторые кивнули с безразличным видом. Похоже, тоже еще не отошли после перенесенного. И единственное, чего им хотелось — бездумно лежать или сидеть на траве и отдыхать. Хмыкнув, Лориан Тирмил отправился восвояси, предоставив нас собственной участи.

Лишь спустя десять минут Леонс неохотно махнул рукой в сторону Академии.

— Пойдемте, что ли? Не до вечера же здесь торчать!

Послышались страдальческие стоны, но никто возражать не стал. Все прекрасно понимали, что если ослушаемся распоряжения Тирмила, нас опять может ждать нечто подобное.

Алойз, помогая подняться сестре, бросил Литиру:

— Еще раз начнешь выпендриваться, я тебя самолично прикопаю!

— А силенок хватит? — буркнул черный илит, но развивать тему не стал, увидев зверские взгляды остальных адептов.

Алойз галантно протянул руку и Луизе, но девушка смерила его холодным взглядом и отвернулась. Похоже, временная слабость прошла, и она вернулась к привычному поведению. Водный альв покачал головой, но комментировать это не стал. Взял сестру под руку и первым двинулся по дороге к Академии. Ко мне же подошел Крысеныш, и я заметила, как вспыхнули недобрыми огоньками глаза Луизы. Не знаю, как поступила бы в следующий момент, но девушка опередила:

— Ард Нартран, не поможете мне подняться?

Алойз, уже немного отошедший, резко обернулся и нахмурился. Остальные с любопытством наблюдали за тем, как Дамиен, поколебавшись, сменил траекторию движения и направился к амазонке. Со мной же рядом оказался Виатор и подал руку. Несколько растерявшись, я механически приняла ее, и ощутила, как в следующее мгновение оказалась на ногах. А сильный он все-таки!

Уставившись в ясные голубые глаза, невольно отметила, что они очень красивые. Ощутив некоторую неловкость от близости парня, поспешила отвести взгляд. Ожидала, что Виатор, сочтя свой долг выполненным, сразу отойдет. Он ведь предпочитал держаться в отдалении от всех. Но сегодня, похоже, день сюрпризов, когда каждый демонстрирует остальным нечто новое. Виатор предложил опереться на его руку, и я в замешательстве так и сделала. Хоть и чувствовала себя немного неловко.

Услышала неподалеку недовольное сопение и поймала ненавидящий взгляд Беатрисы. Впрочем, ее можно было понять. Сначала Крысеныш предпочел уделить внимание Луизе, теперь тот, кто еще недавно таскал ее на руках. Наверняка уже напридумывала бог знает чего и стала строить планы по поводу красавчика-альва!

В общем, думаю, не только я терзалась противоречивыми мыслями, пока мы шли к Академии. Еще более не по себе становилось от того, что Виатор даже не пытался заводить разговор. Просто молча шел рядом, соприкасаясь со мной рукой. На губах же его порой появлялась загадочная улыбка, которая лишь еще больше приводила в смятение. Можно только догадываться, что происходило в голове этого парня. А спросить напрямую я почему-то не решалась.

ГЛАВА 18

Вот еще одна загадка! Николас Мирдар, о чем-то переговаривающийся со стражниками у ворот, едва я оказалась в поле зрения, осекся и уставился так, что не по себе стало. Поежилась, теряясь в догадках, чем же с первой встречи привлекла его внимание. Неужто настолько понравилась? Но взгляд мужчины, которого интересую в этом плане, я знала прекрасно. Начальник охраны Академии смотрел по-другому, и в то же время ничего плохого я не ощущала. Хотя сам этот интерес уже настораживал. То, причин чего не понимаешь, поневоле внушает настороженность. Правда, заминка в его речи продлилась не больше трех секунд, потом он снова сосредоточил внимание на подчиненных. Но поклясться готова, что когда проходила мимо него через ворота, он опять на меня пялился.

— Очень интересно, — протянул Виатор, продолжающий шагать рядом.

— Что именно? — вздрогнув, уставилась на него.

— Да так… — уклончиво сказал он и отпустил мою руку.

Да что ж такое-то?! Почему все вокруг полны тайн и загадок? Впрочем, тут я преувеличиваю. Далеко не все. И надеюсь, со временем разгадаю и остальных!

Приводить себя в порядок пришлось в рекордные сроки, иначе обед мы бы благополучно пропустили. Пришлось бы им пожертвовать, чтобы не опоздать на перенесенное занятие Томаса Карда. Что-то подсказывало, что это сулило бы новые неприятности. Так что я первой метнулась в ванную, прекрасно зная, что иначе повторится то, что было с утра. Наскоро приняла душ и уступила место соседке, предупредив, что ждать не стану, если через пять минут не выйдет. Измученная водная альвийка спорить не стала, лишь страдальчески поморщилась. Никуда идти ей явно не хотелось. Но, как и я, сегодняшний урок усвоила хорошо. С нашим куратором шутить не стоит!

Ожидая Антхею и укладывая влажные волосы, я поймала себя на мысли, что снова о нем думаю. И даже начинаю оправдывать то издевательство, какое он нам устроил. Уж слишком заметен результат! Даже самые упрямые извлекли из случившегося урок, что явно пойдет им впрок. Сплотили ли нас общие трудности? Несомненно! Но вот надолго ли? Насчет этого я не питала особых иллюзий. Так что, скорее всего, испытание не последнее. И в свете этого возникает насущная задача. Надо приводить себя в форму! Есть ли тут уроки физической подготовки? Судя по расписанию занятий, нет, но в то же время, больше трех пар за день не стоит, а значит, есть время на самосовершенствование. Этот вопрос я решила прояснить как можно скорее.

В этот раз, когда в аудиторию вошел немолодой мужчина с грузной фигурой, никто и не подумал бросать в его адрес оскорбительные взгляды или реплики. Напротив, смотрели с уважением и даже чувством вины. Но вместо того, чтобы обсудить недавнее происшествие, Кард сделал вид, что ничего не было. Одарив всех дружелюбной улыбкой, приступил к перекличке. Покончив с ней, объявил тему первого занятия:

— Итак, сегодня мы обсудим сущность магии и ее возникновение в нашем мире.

Не удержавшись, я подняла руку и задала вопрос:

— Вы сказали «нашем». А есть и другие?

Очень интересно было узнать, известно ли здешним магам о том, что я выяснила на собственной шкуре.

— Иные реальности, несомненно, существуют, — откликнулся мужчина, ничуть не обидевшись на то, что я его прервала. — К примеру, мир голодных духов и демонов, куда люди могут попасть в состоянии особого транса. Подозреваю, что есть и другие измерения, но к сожалению, наших сил не хватает, чтобы исследовать это на практике.

Похоже, он не понял, что я имею в виду. И стоит ли уточнять? Не думаю. Навлекать на себя подозрений не следует. Сделала вид, что удовлетворилась ответом.

— Как вы знаете, наш мир был создан некой высшей сущностью, называемой Созидательницей. В великом ничто было создано уникальное и очень сложное магическое плетение, давшее начало всему живому. Само по себе оно было способно развиваться и экспериментировать с различными формами материи. Так постепенно появился не только сам мир, но и растения, животные, а позже и разумные существа. Именно энергия, исходящая от пронизывающих все живое нитей плетений, создала каналы, благодаря которым можно подключиться к источнику силы. Впрочем, есть и другая версия, не предусматривающая участия богов. Хотя она не поддерживается официальной наукой. Но вы должны иметь представление и о ней. Некоторые ученые считают, что магические потоки — непременная часть самого мира, причем необязательная. Мир мог бы существовать и без них. И что никакого разумного плетения, способного развиваться и изменять все сущее, нет. Все можно объяснить с точки зрения физических законов.

Сама я мысленно улыбнулась. Эти ученые как раз ближе к истине. В моем родном мире, определенно, не было никаких магических потоков. Или они крайне слабые. Соответственно, и магия не развивалась так, как в этом мире.

— Что являет собой дар, благодаря которому некоторые существа могут подключаться к магическим каналам? Наверное, что-то вроде еще одного органа чувств, наравне со зрением, слухом и обонянием. Большинство живых существ, к сожалению, лишены подобного свойства и не могут воспринимать мир таким образом. Так что считайте, что вам повезло.

Лицо преподавателя чуть омрачилось, и я поняла, что собственная ущербность его все же тревожит. Да и немудрено! Одно дело — жить, не зная, что может быть иначе. Другое — видеть мир в ярких красках, а потом лишиться этой возможности. Это как ослепнуть в одночасье. Даже приноровившись к новому существованию, всегда будешь помнить о том, что когда-то было иначе. А особенно — находясь постоянно среди тех, кто обладает этой возможностью. Остается поражаться силе духа этого мужчины, что не только не сломался, но и помогает другим развить в себе магические способности.

— Магически одаренные люди всегда занимали особое место среди сородичей. Даже в первобытные времена, когда наши предки толком не знали, с чем сталкиваются. Сила проявлялась хаотично, и не было четких представлений, как ее развивать. Многие маги приходили к этому интуитивно, развивая в себе разного рода таланты. Но с усложнением общественной структуры, возникновением письменности и зарождению науки знания накапливались и систематизировались. Создавались первые школы магии и разграничивались направления. И разумеется, не будем тешить себя иллюзиями, что то, что есть сейчас — предел. Как и любая наука, магия развивается и совершенствуется. Создаются новые заклинания. Некоторые маги всю жизнь посвящают именно этому, пусть и порой не создают больше одного нового плетения. Уж слишком много тонкостей и подводных камней в этом деле. И результат может быть непредсказуемым. Играть с такой могущественной силой, как магия — то же самое, что со стихиями природы. В один момент это может обернуться против самого мага. Но как бы то ни было, сейчас в арсенале магической науки немало такого, что в неумелых руках способно даже уничтожить мир. И разумеется, самые опасные заклинания находятся под запретом и их использование карается смертью. Вам, конечно, они преподаваться не будут. Что касается того, какие знания сможете получить в Академии, остановлюсь немного подробнее. На первом курсе изучите необходимый минимум по каждой школе магии, а уже дальше определитесь с направленностью и сможете углубить познания. Не стоит забывать, что кое-что останется для вас чистой теорией. Ведь не имея связи с магическими каналами определенного рода, вы не сможете воспользоваться той силой, что они могут дать. О направленности магии вам уже рассказывал многоуважаемый лирн Говрейн в день вашего зачисления в Академию. Принято различать темную, светлую и стихийную магию. Внутри этих направлений есть собственное разделение. Подробнее будете изучать непосредственно на данных дисциплинах. Скажу лишь, что направленность силы не является чем-то незыблемым. Она может меняться, возрастать или угасать. Тут многое зависит от самого мага. Что он желает развивать, а что предпочтет задвинуть в задний угол.

— Почему так происходит? — заинтересовался Леонс. — Разве нельзя вначале изучить один вид магии, достигнуть в нем хороших результатов, а потом приступить к другому? И таким образом стать специалистом в нескольких областях.

— К сожалению, при подключении к разным магическим каналам происходят самые непредсказуемые реакции, — пояснил Томас Кард. — Одни хорошо уживаются друг с другом, иные, напротив, вступают в противоборство. В итоге вместо того, чтобы обретать больше силы, маг становится слабее, если пробует развить связь с противоположными каналами. Разумеется, такое возможно, но маг будет посредственным что в том, что в ином направлении, и выше определенного уровня не поднимется. Так что в идеале лучше развивать что-то одно, максимум — два направления, не противоречащие друг другу. Впрочем, если в вас есть зачатки связи с каким-нибудь каналом, совершенно он не исчезнет, даже если будете развивать другой. Просто останется в виде искры, тлеющей в глубине магического резерва. И при желании когда-нибудь вы сможете к нему вернуться.

— А какие виды магии лучше сочетаются? — спросил Алойз.

— Близкие по направленности. К примеру, водная магия никогда не сможет сочетаться с огненной. Они будут глушить друг друга. Точно так же воздух и земля. Уже не говоря о темной и светлой. Но вот со стихиями последние сочетаются неплохо. К примеру, темный маг может владеть еще и огненной стихией. Или любой другой. Но повторяю, чем больше внимания уделяется развитию одного канала, тем меньше становится связь с другим. Это учтите. Стихийная магия для темного и светлого мага может быть вспомогательной, но не больше.

— А какие маги считаются самыми сильными? — встрял и черный илит. Видимо, тема лекции его увлекла, и он решил отбросить ненужные эмоции.

— Все относительно и зависит от уровня мастерства. К примеру, сильный стихийник в состоянии справиться с темным или светлым магом. Но вот если сила последних достигнет определенного предела, то ни один стихийник не сможет им противостоять. Грубо говоря, потенциал темных и светлых магов больше. Только вот достигнуть его труднее, чем стать хорошим стихийником. Не все готовы идти этим путем и сдаются на полпути, предпочтя развивать куда более легкие в освоении стихийные техники. Выбор каждый делает сам.

— А как можно определить, зачатки какой магии у нас есть? — спросила я.

— Только опытным путем, — развел руками преподаватель. — Когда приступите к практическим занятиям, сами это поймете. Что-то будет вам даваться, что-то нет. Хотя, при определенных обстоятельствах магически одаренный может выплеснуть сырую силу или обнаружить в себе соответствующие способности самопроизвольно. Тут все индивидуально и зависит от возраста, в котором пробудился дар. Как правило, в первые два года после пробуждения магии бывают стихийные всплески, которыми трудно управлять. Если не знать определенных техник, взять силу под контроль тяжело. Но я не говорю, что невозможно. Повторяю, все индивидуально.

— Скажите, а переход на магическое зрение тоже происходит стихийно? — смущенно задала я новый вопрос.

— В первое время да, — ободряюще улыбнулся преподаватель. — Но приучить себя делать это по собственной воле достаточно легко. Нужно лишь освоить несложные психотехники, которые я дам вам в конце занятия. Если хотите, конечно.

— Хотим! — вразнобой отозвалось несколько голосов.

Кард довольно хмыкнул.

— Рад видеть такое рвение! Тем более что эта способность — пожалуй, одна из самых важных для мага.

— Почему? — удивился Литир.

— Назову лишь пару возможностей, что она дает. С помощью магического зрения вы можете определить, обычный перед вами человек или наделенный даром. И будете начеку, если поймете, что второе. Аура мага гораздо плотнее и больше обычной. Кроме того, когда маг начинает плести заклинание, пусть даже скрывает внешние проявления, по его ауре идут сполохи силы соответствующей направленности. К примеру, черные свидетельствуют о том, что будет применяться темное заклинание. Зеленые — светлая магия или целительство. Стихийные тоже имеют свой цвет. Огонь — оранжево-красный, вода — насыщенно синий, воздух — серебристо-белый, земля — желто-коричневый. Зная это, вы, даже не определив само заклинание, успеете вовремя среагировать и подготовиться к ответу при магических атаках. Разумеется, действительно сильные маги умеют маскировать ауру и даже сполохи на ней при применении заклинаний своей направленности. Но такие встречаются нечасто. Есть еще одно полезное свойство магического зрения. Вы можете увидеть магические следы и даже, что уже является высшим пилотажем, определить рисунок ауры любого живого существа. Опять же, на такое способен далеко не каждый. Лишь тот, кто в совершенстве развил в себе магическое зрение. Такие маги весьма ценятся, к примеру, в качестве дознавателей. Даже если иные способности у них развиты слабо, они пользуются немалым уважением. Ведь осмотрев место преступления и изучив рисунок аур, могут определить преступника. Так что не пренебрегайте этим умением. Особенно если окажется, что ваш магический резерв невелик и развить его до желаемого состояния проблематично.

— Значит, даже изначально сила у каждого одаренного не равна? — задумчиво протянула я.

— Верно. Как и любые другие физические возможности, данные при рождении. Кто-то обладает хорошим здоровьем, силен и крепок. Кто-то — слабый и болезненный. Но не стоит отчаиваться или впадать в уныние. Главное, определить свои сильные стороны и основной упор делать на их развитие. И, предупреждая следующий вопрос, хочу сказать, что опять же, размер вашего магического потенциала вы сможете постичь лишь опытным путем. Во время практических занятий.

Кард еще некоторое время рассказывал обо всех этих вещах, которые я сочла бы бредом, случись услышать такое в прежней жизни. Теперь же с волнением и даже трепетом осознавала, что это не розыгрыш и не сказка. Магия действительно существует! И мне повезло иметь в себе искру, что позволит развить уникальные возможности! Сама же решила, что приложу все силы, чтобы достичь в этом успеха.

Заметила, что другие одногрупники смотрят на преподавателя с не меньшим воодушевлением. Когда же он диктовал нам психотехники, развивающие магическое зрение, тишина стояла такая, что полет мухи был бы слышен. Скрипели перья по бумаге, и каждый, думаю, представлял, что именно он вскоре сумеет всех поразить. Интересно, надолго ли хватит их энтузиазма, когда столкнутся с первыми трудностями? Судя по тому, что говорил Кард, далеко не каждый способен даже магическое зрение развить до хорошего состояния. Уже не говоря о другом!

По окончанию занятия адепты потянулись из аудитории. Я же задержалась, желая задать Карду еще один вопрос. Вообще-то его полагалось задавать, скорее, нашему куратору, но что-то мне подсказывало, что он в восторг не придет, если стану отвлекать такими мелочами. А Кард внушал невольное расположение и симпатию. И вряд ли пошлет куда подальше.

— Извините, могу я задать вам вопрос не по теме занятия? — спросила смущенно, встав рядом с кафедрой, где преподаватель складывал бумаги в папку.

— Конечно, адептка… э-э-э… Кармад, кажется.

— Да, — я кивнула и, набравшись смелости, спросила: — Скажите, а в Академии уделяется внимание физическому развитию адептов?

Преподаватель глянул несколько удивленно:

— А разве ардар Тирмил вас не посвятил в это?

— Нет, — я опять ощутила раздражение.

Ну вот почему нам достался куратор, который вечно забывает о чем-то упомянуть?! Ведь наша адаптация в Академии — его прямая обязанность!

Заметив мою реакцию, Кард покачал головой.

— Он так загружен, что я вообще поражаюсь, как еще время нашел для кураторства. Так что не судите строго!

Я несколько смутилась. Преподаватель же продолжил:

— Фактически, сейчас ардар Тирмил переложил на себя половину обязанностей ректора. Помимо своих непосредственных. Да, и думаю, это не тот вопрос, по которому вас не могли бы просветить другие. Если коротко, то против физических нагрузок адептов в свое время выказывалось немалое неудовольствие. Якобы, маги — не воины, и не обязаны тренироваться таким образом. Тем более что среди адептов много женщин, для которых это и вовсе необязательно. В итоге решили, что это дело добровольное. Назначили кое-кого из стражей в помощь адептам, что пожелают развивать физические навыки в свободное время. Обычно те, кто хотят поддерживать физическую форму, по утрам бегают на полигоне и там упражняются. А после учебных предметов есть дополнительные занятия по владению мечом и другими видами оружия или рукопашным техникам. Так что, если вас это интересует, можете к ним присоединиться. Адепты старших курсов и стражники, что с ними занимаются, смогут вам рассказать обо всем детальнее.

— Спасибо! — обрадовалась я, хоть и подозревала, что после сегодняшних нагрузок начать прямо с завтрашнего дня было бы излишне самонадеянно. Но через пару суток обязательно примкну к тем адептам!

— Ну где ты там застряла? — встретило меня недовольное за дверью, где, как оказалось, все ждали моего появления.

И то, что обратился ко мне с непонятной претензией не кто иной, как Крысеныш, заставило немедленно ощетиниться:

— А я что обязана отчитываться в своих действиях?

— Мы вроде как команда, — едко откликнулся Дамиен. — Так что обязана!

С этими словами он бесцеремонно ухватил меня под локоть и повел за двинувшимися в том же направлении остальными. Я была настолько ошарашена его наглостью, что даже не сразу отреагировала. А потом выдернула руку и окинула убийственным взглядом. Он что считает, что после того как помог на холме, получил право считать меня своей собственностью?!

— Мы собираемся отпраздновать первый день занятий, — объявил Алойз, обернувшись. — Сейчас решаем, кто отправится за выпивкой и закуской. Ты как, не против?

— Нет, — обескуражено сказала, слегка остывая.

Потом улыбнулась. В принципе, расслабиться и правда не помешает! Тем более что это всех еще больше сблизит. Лишь бы кое-кто не стал руки распускать! Я неприязненно покосилась на Дамиена, продолжающего идти рядом. Заметила, что Луиза и Беатриса тоже не особенно довольны его вниманием ко мне, и покачала головой. Тоже мне любовный квадрат! Было бы из-за кого! Сама я с удовольствием отсеялась бы из этой геометрической фигуры.

Виатор же, которого я по-прежнему совершенно не понимала, поглядывал на нас со снисходительным интересом и чему-то улыбался. Нет, определенно, сегодня надо воспользоваться случаем, подпоить его и узнать, что скрывает! Если, конечно, не подпоят меня саму, такую хитроумную! Фыркнув, улыбнулась своим мыслям. Крысеныш воспринял это на свой счет и снова ухватил под руку.

— Прекрати меня лапать! — прошипела, но он лишь сцепил пальцы крепче и приблизил губы к моему уху.

— Уже забыла, что я имею на это право?

— С чего это? — возмутилась я. — Бабушка ведь отвергла твое предложение!

— И ты, и я прекрасно понимаем, что ее решение было не окончательным, — его глаза хитро прищурились.

Сказать, или нет, что я плевать хотела на то, что решит бабушка? Подумала, что пока не стоит. Еще слишком шатким было мое положение в Академии! Кто знает, может, связи Кармадов простираются настолько далеко, чтобы выпереть меня отсюда под благовидным предлогом? Но и терпеть домогательства Дамиена Нартрана я не собиралась!

— Вот когда она сама мне об этом скажет, тогда и подумаю, — я демонстративно выдернула руку и прибавила шаг, поравнявшись с Леонсом, Алойзом и Антхеей, оживленно обсуждающим, какое вино лучше брать.

ГЛАВА 19

Как ни странно, веселье удалось. На время оставив сословные и другие разногласия, мы просто наслаждались жизнью. Вино, выбранное Алойзом, тоже оказалось на высоте. Похоже, принц водных альвов не поскупился на угощение. Явно дорогое, пилось легко и приятно. Так что я даже отошла от первоначального решения не злоупотреблять. Сама не заметила, как осушила сначала один бокал, потом второй. Да и настроение как-то сразу поднялось. Еще и закуски, приготовленные мной самолично из купленных парнями продуктов, пошли на ура. Все-таки пригодился опыт из прошлой жизни! Готовить я умела и любила, пусть и обычно на приготовление чего-нибудь особенного времени не хватало. Но уж если выпадала возможность пошаманить на кухне, отрывалась на все сто. Так и сейчас, поэкспериментировав с местными продуктами, сделала из них аналог того, к чему привыкла на Земле. Все оценили по достоинству и не уставали нахваливать.

— И где, интересно, ты научилась так готовить? — с подозрением спросила Беатриса, отправляя в рот очередную порцию салата, который особенно пришелся ей по душе.

— Да нигде, собственно, — стараясь не показывать замешательства, откликнулась. — Просто на досуге изучала поваренную книгу. Несколько рецептов из нее запомнила.

Ответ, похоже, удовлетворил, и подозрение в глазах исчезло. Да и вообще главным занятием кузины были попытки перетянуть на себя внимание Дамиена. А сделать это оказалось непросто, учитывая, что не меньшие усилия прилагала к этому сидящая по другую руку от него Луиза. Эта троица расположилась на диване, где Крысеныш чувствовал себя чуть ли не султаном. Наклюкался он изрядно, так что теперь пьяно ухмылялся и посматривал то на одну, то на другую девушку. Поначалу пытался и меня затащить в эту сомнительную компанию, но я предпочла устроиться в кресле у камина, откуда удобно было наблюдать за всеми. После отказа Дамиен сменил тактику и попытался вызвать во мне ревность. Об этом свидетельствовало то, что то и дело украдкой поглядывал, чтобы проверить, как я реагирую на происходящее. Поняв, что меня мало заботит его популярность у женского пола, обиделся и на данный момент демонстративно игнорировал.

Центром компании был Алойз, непрестанно сыплющий остротами и веселыми историями. Леонс тоже по мере сил участвовал в беседе, поглядывая на захмелевшую Антхею, скромно сидящую рядом с ним и братом. То, какие взгляды друг на друга бросали эти двое, не оставляло сомнений во взаимной симпатии. Но ни тот, ни другая переходить к более активному сближению не спешили. Чего нельзя было сказать об илитах! Эти двое голубков отсели от остальных и о чем-то мило ворковали. Объяснить это чем-то иным, кроме действия коварного вина, я попросту не могла. Качала головой, наблюдая за всей этой идиллией, и улыбалась. Настроение было самое благодушное. Я иногда вставляла какие-то реплики, смеялась шуткам Алойза и Леонса и потягивала вино.

Единственный, кто не вписывался в компанию, был Виатор. За весь вечер он произнес от силы два слова и, по-моему, даже вина толком не выпил. Лишь вид делал, грея в руках бокал. Его голубые глаза загадочно поблескивали, когда он посматривал то на одного, то на другого члена группы. Стоял, прислонившись к каминной полке, неподалеку от меня, и понять, о чем думает, не представлялось возможным.

Улучив момент, лесной альв и вовсе вышел из гостиной и скрылся за входной дверью. Поколебавшись, я тоже поднялась. Поймала прищуренный взгляд Крысеныша, немедленно потерявшего интерес к беседе с девицами, но лишь презрительно отвернулась и покинула дом вслед за Виатором. Надеюсь, Дамиен за мной не увяжется! Я намеревалась поговорить с альвом по душам и не желала, чтобы кто-нибудь помешал.

Захватив по дороге одну из початых бутылок вина и два бокала — свой и оставленный Виатором, вышла за дверь. Свежий прохладный воздух дохнул в разгоряченное лицо, и я с наслаждением подставила его легкому ветерку. Хорошо-то как! Над головой бескрайнее темное небо, усеянное мириадами звезд. Слышен шелест листвы в саду, отдаленные голоса и смех веселящихся, как и мы, адептов из соседнего дома. С грустью посмотрела на серп второй луны, выглядывающий из-за туч. Ночное светило в очередной раз доказывало, что мир не тот, к какому я привыкла. Но похоже, он даже начинает мне нравиться.

За Виатором не пришлось идти далеко. Он сидел на ступенях крыльца и тоже рассматривал звездное небо.

— Не помешаю? — негромко спросила, подходя и устраиваясь рядом.

— Нет, — он бросил на меня испытующий взгляд и, поколебавшись, взял протянутый бокал.

Я налила нам обоим вина и отставила бутылку.

— Можно задать тебе нескромный вопрос? — спросила после минутной паузы, во время которой мы неспешно отхлебывали приятный напиток.

— Попробуй, — он улыбнулся уголками губ. — Но если он будет слишком нескромный, не обещаю, что отвечу.

Уже шутит! Это хороший знак. Я немного расслабилась и, внимательно изучая аристократичный профиль альва, произнесла:

— Почему ты держишься в отдалении от всех? Не нравится компания?

— А тебе?

Я поморщилась. Никогда не любила ответы вопросом на вопрос.

— Я первая спросила, — буркнула. — Да и почему ты считаешь, что мне не нравится?

— А это не так? — прозвучало насмешливо, и я смутилась, осознавая, что в какой-то мере он прав. Но неужели так заметно, что я не в восторге от того, что оказалась именно в этой группе?

— Просто я не вписываюсь в компанию детей королей и влиятельных аристократов.

— Но ты ведь выросла в доме ардов, насколько понимаю, — заметил Виатор.

А я с неудовольствием заметила, как он ловко перевел разговор на меня.

— Именно потому и остро сознаю наше различие, — сказала начистоту, надеясь на ответную откровенность. — Всю жизнь мне давали понять, что равной не считают.

— Для человека, которому с детства навязывали подчиненное положение, ты ведешь себя слишком свободно, — проницательно сказал лесной альв. — Да и вообще ты довольно занятная особа!

— Чем же? — чтобы скрыть замешательство, я сделала большой глоток. Похоже, это меня собираются выводить на чистую воду.

— Ты явно что-то скрываешь, из-за чего проявляешь осторожность в общении с другими. И предпочитаешь ни с кем не сближаться, пусть и внешне пытаешься этого не показывать.

— Судя по всему, мои попытки провалились с треском! — усмехнулась я.

— Не думаю. Просто от меня подобное не скроешь.

— Почему? Ты такой знаток людских душ? — сыронизировала я.

— Не по своей воле, — последовал странный ответ, лишь усугубивший мой интерес.

— Ты жаждешь узнать подноготную остальных, но сама открываться не готова, — его новые слова обескуражили. — Потому я ответил тебе именно так. Чтобы почувствовала себя на моем месте.

Некоторое время я беспомощно хлопала ресницами, испытывая неловкость. А ведь он прав! С чего я решила, что имею право лезть ему в душу, если у самой куча скелетов в шкафу?

— Извини, что потревожила, — пробормотала, делая движение, чтобы подняться.

Но тонкие пальцы альва обхватили запястье, удерживая в прежнем положении.

— Я не хотел тебя обидеть. И не против продолжить общение.

А вот эти его слова смутили! В голубых глазах отражалось звездное мерцание, и они невольно завораживали. А искренний интерес, светящийся в них, вызывал смущение.

— Я вовсе не пытаюсь что-то скрывать от других, — первым нарушил он молчание, давая возможность немного прийти в себя. — Просто когда окружающие узнают о моем даре, это их сильно напрягает. Наверное, еще и поэтому я предпочитаю держаться в отдалении. Легче не привязываться ни к кому, чем потом терпеть разочарование.

— О твоем даре? — мало что поняв из его речи, проговорила я. — О чем ты говоришь?

— Сила пробудилась во мне лет в пять, — отпустив, наконец, из плена своего взгляда и уставившись прямо перед собой, задумчиво произнес Виатор.

— Так рано? — удивилась я.

— Да, такое тоже бывает. Хоть и происходит редко, — он грустно усмехнулся. — Мое детство закончилось слишком быстро.

— Но почему? Даже если в тебе пробудилась сила, чем это могло помешать?

— Дело в особой направленности дара. Встречается он нечасто даже среди моих сородичей. И налагает определенные обязательства и надежды окружающих. Груз не оправдать чьих-то ожиданий — тяжкая ноша. Особенно для пятилетнего ребенка. Я говорю о связи с природой, — пояснил он на мой невысказанный вопрос. — И о побочном эффекте этого — умении видеть сущность вещей, читать чужие души и видеть подноготную тех, кто окружает. Поверь мне, это не так хорошо, как кажется. Особенно когда не можешь этого контролировать и закрываться. В те первые годы я осознал много неутешительного. То, насколько внешнее не соответствует внутреннему. Видел за улыбками и подобострастием зависть и неприязнь, корыстолюбие и даже ненависть. И чем больше развивался дар, тем сильнее становилось чувство одиночества.

— Мне жаль, — сказала я, чтобы хоть что-то сказать.

Хотя так до конца и не поняла, что он имел в виду. Ведь это же замечательно — видеть людей насквозь! Можно уберечься от чужих козней и знать, чего ожидать от каждого и стоит ли приближать его к себе. Видя, что Виатор умолк и думает о чем-то своем, решилась снова подать голос:

— Ты узнал что-то плохое о ком-то из наших, что предпочитаешь держаться в отдалении?

— Дело не в этом, — он очнулся от собственных мыслей и улыбнулся. — Просто, наверное, это уже вошло в привычку. Хоть и понимаю, что такое поведение можно посчитать высокомерием.

— А может, стоит рискнуть и все же поверить хоть кому-то? — серьезно предложила я. — Тяжело жить без друзей, — собственные слова отдались и в моем сердце.

Я и сама не раз задумывалась об этом. Смогу ли бороться со всем миром в одиночку? И пусть пока не могла кому-то доверять настолько, чтобы рассказать всю правду, понимала важность дружеской поддержки. Только сильно боялась ошибиться в выборе. И наверное, была бы рада иметь такой дар, как у Виатора.

Впрочем, что мешает спросить у него обо всем, что хотелось бы знать? Что-то подсказывало — раз был настолько откровенен, в помощи не откажет! Мысль о том, что Виатор изначально понял, что меня гнетет, потому и затеял этот разговор, заставила замереть. Неужели он и впрямь читает меня, как открытую книгу? Неприятное ощущение… Я даже поежилась. Теперь, похоже, начинаю понимать, о чем говорил Виатор. То, почему люди, узнав о его даре, предпочитают держаться осторонь.

Но ведь он мог об этом не говорить! Так почему сказал правду? Неужели для него настолько важно завоевать мое доверие? Так, ладно, будем искать ответы на вопросы постепенно… Не все сразу. Постаралась справиться с царящим внутри смятением и спросила:

— И что ты можешь сказать о тех, с кем нам придется жить рядом целых четыре года? Ты ведь уже пришел к каким-то выводам?

Он улыбнулся, и я поняла, что вопрос глупый. Несомненно, пришел. Я осторожно продолжила:

— Вот, к примеру, Луиза. Никак не могу ее понять. То всех отталкивает, то пытается сблизиться с Дамиеном. Для чего ей это? Как-то не верится, что он и правда мог ей понравиться.

Виатор посерьезнел и покачал головой.

— Несчастное существо. Настолько озлобленное и одержимое целью, что стала для нее одновременно спасением и тяжкой ношей, что ради ее достижения готова на все.

— Не понимаю, — я нахмурилась.

— Я не вижу четких картин прошлого и будущего, — пожал плечами Виатор. — Лишь отголоски душевных порывов. Улавливаю взаимосвязи, приведшие к определенному результату. Остальное — уже домыслы и мои собственные выводы. Так что вряд ли смогу прояснить все. Могу лишь сказать, что девочке пришлось несладко в жизни. В детстве же перенесла серьезное потрясение. С одной стороны, оно сделало ее сильнее, с другой — зацикленной на злости и ненависти. Она не доверяет никому и невольно сама отталкивает тех, кто мог бы исцелить ее душу. Из-за этого страдает сама и заставляет страдать тех, кому небезразлична.

Я обескуражено переваривала услышанное. Глядя на эту гордую, сильную и независимую девушку, трудно было поверить в то, о чем говорит лесной альв. Ну не выглядела она несчастной жертвой обстоятельств!

— А ее интерес к Дамиену? — пробормотала. — С чем он связан?

— Уже сказал. В чем именно состоит цель Луизы, я не знаю. Но он имеет к этому прямое отношение. И она сделает все возможное, чтобы добиться своей цели.

Как-то прямо даже жалко стало Крысеныша! Что-то мне подсказывало, что ничего хорошего ему не светит, если Луиза добьется того, к чему стремится.

— Делаю вывод: от нее лучше держаться подальше, — задумчиво проговорила. — От Беатрисы и Дамиена тоже, наверное.

— Насчет последних, трудно сказать однозначно, — возразил Виатор. — Да, они эгоистичные и зацикленные на собственной персоне. Но вина тут, скорее, лежит на их родителях, что привили определенные качества и модель поведения. Они, в сущности, еще куски мрамора, из которых можно высечь все, что угодно. То же самое можно сказать про обоих илитов. Наш куратор выбрал с ними правильную тактику. И, вполне возможно, по окончании учебы сумеет вылепить из них что-то стоящее. Правда, нервов они еще потреплют немало и ему, и окружающим.

С этим я была полностью согласна! У самой возникали те же мысли. Интересно, а что Виатор думает по поводу остальных? Совпадают ли его выводы с моими? Что и не преминула озвучить:

— С Алойзом вроде понятно. Весельчак, дамский угодник, привык жить на полную катушку. Леоне — благородный и хороший парень. Антхея тоже ничего, пусть и слишком изнеженная.

Виатор хмыкнул.

— Поверь, не все так однозначно!

Он выдержал паузу, во время которой я с нетерпением смотрела на него.

— Алойз крайне неуверенный в себе молодой человек.

— Что? — наверное, глотни я сейчас вина, точно бы поперхнулась. — Это с чего такой вывод?!

— Его манера поведения — всего лишь защитная маска, надетая именно с целью скрыть это. Из кое-каких наблюдений могу сделать вывод, что в юные годы пережил нечто такое, что сильно поколебало его самооценку. Для него было легче сделать вид, что это не так, и доказывать всем обратное, чем выказать слабость. Что касается Антхеи, то ты в целом права. Скромная и мало приспособленная к жизни девушка, которую готовили к роли разменной монеты в большой политике. К тому, что нужно быть покорной воле отца и того, кто станет в дальнейшем мужем. Сейчас ей весьма не по себе, ведь в Академии придется открывать те качества, что усиленно подавлялись ранее. Ну, а Леоне… Поверь мне, в нем тоже есть место противоречиям, сомнениям и протесту. Вот ему-то как раз приходилось изо всех сил выгрызать себе место под солнцем, отыскивая свою нишу и стараясь при этом не потерять себя. И его отношения с Дамиеном весьма сложны. Слишком на шаткой грани находятся. Леоне не то друг, не то слуга. С учетом характера Дамиена не сделать крен ко второму достаточно сложно. А Леоне слишком горд, чтобы смириться с подчиненным положением. Подозреваю, что по окончанию Академии он вряд ли останется на той же роли.

И правильно! — невольно подумала я. Солнечный мальчик заслуживает куда большего, чем быть цепным псом Крысеныша.

— А я? Что ты можешь сказать обо мне? — спросила с затаенным страхом.

Сердце дрогнуло и ухнуло куда-то вниз, когда Виатор после паузы заговорил:

— Вот в тебе как раз разобраться довольно трудно. И это поневоле интригует. Я даже толком не могу сформулировать свои ощущения. Возникает двойственное чувство, когда пробую заглянуть внутрь тебя. Так, словно ты чужая в собственном теле. Пытаешься соответствовать какой-то роли и в то же время не утратить себя настоящую. Еще вижу сполохи в душе, что обычно бывают лишь на грани жизни и смерти. Так, словно ты уже пересекала эту черту и, разумеется, перенесенное оставило свои следы. В твоей душе живет страх. Очень сильный и давящий. Ты стараешься спрятать его даже от себя самой. Не можешь с ним справиться в одиночку, и в то же время не готова просить кого-то о помощи. А еще свет этой самой души… — он умолк, будто пытаясь подобрать слова, чтобы лучше выразить свои ощущения. — Она отличается от всего, что я когда-либо видел. Так, как может отличаться яркий солнечный свет от огонька свечи. Его чувствуют даже те, кто не обладает способностью видеть то, что вижу я. И этот свет невольно притягивает. Думаю, ты не раз уже такое замечала!

У меня пересохло в горле, а альв, сидящий напротив, пугал все сильнее. То, как много он сумел увидеть, по-настоящему тревожило. И думаю, он ждал ответной откровенности. Того, что я объясню ему эту загадку. Полагаю, именно для того и затеял весь разговор. Как ученый, который столкнулся с интересной задачей, что оказалась ему не по зубам.

— Прости, что-то я замерзла, — сдавленно проговорила, поднимаясь.

Понимала, что самым позорным образом сбегаю, но ничего не могла с собой поделать. Чувствовала себя уязвимой рядом с Виатором. Уязвимой и будто обнаженной. Не телом, а душой. Странное ощущение!

— Я не враг тебе, Элисса, — услышала за спиной тихое. — И готов помочь, если понадобится. В одиночку тяжелее справиться с чем бы то ни было.

— Спасибо, — только и смогла пробормотать.

Ощутила на плечах теплые руки, ободряюще сжимающие, и невольно остановилась. Гнетущее чувство постепенно исчезало. Впервые за время своего пребывания в новом мире я ощутила, что больше не одна. Может, Виатор прав, и стоит рискнуть и довериться кому-то, чем нести груз в одиночку? Только вот зачем это ему самому? Просто ради желания разгадать тайну?

Словно прочтя мои мысли, лесной альв шепнул в самое ухо:

— Думаю, ты сама до конца не осознаешь, какую силу имеет твой свет. Он не только притягивает, но и исцеляет… Пробуждает жизнь даже в таком окаменевшем сердце, как мое.

Ничего больше не говоря, он убрал руки и прошел к двери, не став дожидаться меня и будто давая выбор. Я обескуражено смотрела ему в спину, ощущая, как щеки заливает румянец. И как это понимать?! Неужели я вызвала чувства у этого странного парня? Только вот как реагировать на такое, не знала.

Как сомнамбула, двинулась в дом, откуда слышались смех и возгласы друзей, затеявших какую-то новую забаву.

***

Воздушный полог, скрывающий темную фигуру у забора, медленно развеялся. Мужчина, пристально наблюдавший за домом и парочкой на крыльце, задумчиво посмотрел на закрывшуюся дверь и вздохнул. Погруженный в собственные мысли, побрел в сторону ворот, не замечая, что не только он сегодня выступал в качестве невидимого наблюдателя. Скрытый за пологом темноты, за ним устремился еще один человек. Лориан Тирмил хмурился, глядя в спину начальника охраны Академии. Пытался объяснить себе интерес мужчины к одной из его подопечных, и выводы ему не нравились.

Странные взгляды Николаса Мирдара на Элиссу Кармад темный маг подметил еще во время официальной церемонии в день поступления девушки в Академию. Начальник охраны буквально глаз с нее не сводил. Так, будто это было выше его сил. И вот сейчас тоже.

Заметив, в каком направлении идет Мирдар, Лориан последовал за ним, хотя раньше намеревался просто выйти за ворота Академии. На всякий случай накинул темную завесу, которую нельзя было обнаружить даже магическим щупом. Сам не понимал, что заставило его так сделать. Ведь, в конце концов, прямая обязанность Николаса Мирдара — охранять территорию. И нет ничего странного, что он совершает обход. Только вот смущало какое-то отстраненное и вместе с тем взволнованное выражение на лице начальника охраны. Он будто не замечал ничего вокруг, его просто тянуло туда, куда шел сейчас. Да и то, что накрыл себя воздушной завесой, насторожило. Для сильного темного мага ничего не стоит преодолеть ее, самому оставаясь незамеченным, что он и сделал.

То, что Мирдар остановился у дома вверенной Лориану группы, лишь усилило подозрения. Что ему нужно от девчонки? Именно она интересовала начальника охраны, это несомненно! Достаточно было увидеть, как он подобрался, когда Элисса вышла на крыльцо следом за лесным альвом. Вначале Лориан заподозрил личный интерес. Девушка достаточно красива, чтобы понравиться даже такому нелюдимому отшельнику, как Николас Мирдар. Но нет! Смотрел он не так, как смотрят на желанную женщину. Как-то по-другому.

А потом внезапно захлестнула мысль, заставившая все внутри похолодеть. Николас Мирдар. Верный пес принца Орелина, учившийся с ним еще в Академии и с тех пор всегда находившийся за его спиной. То, что он не погиб во время памятной битвы, где нашел смерть наследник даралского престола, объясняется лишь волей случая. Обожженный магическим огнем, сверзившийся с падающего вниз поверженного дракона и переломавший себе руки и ноги, он не мог даже пошевелиться, когда рядом шла жуткая бойня. Лишь потом его вытащили с поля боя вместе с другими ранеными. Далиан Говрейн совершил настоящее чудо, буквально вытащив Мирдара с того света. Пусть и понадобилось несколько месяцев для окончательного восстановления.

Пережитое потрясение сильно сказалось на этом человеке, сделало замкнутым и нелюдимым. Он так близко и не сошелся ни с кем, когда Говрейн предложил ему занять пост начальника охраны. Работу выполнял хорошо, но видно было, что определенной цели и смысла жизни у него нет. Мирдара даже отношения с женщинами особенно не интересовали. Если и посещал городские бордели, то весьма редко. Уже не говоря о чем-то большем. И в свете этого еще более странно выглядит внезапный интерес к юной адептке!

В способность этого разочарованного в жизни человека влюбиться с первого взгляда как-то мало верилось. Слова же ректора про ребенка принца Орелина, затесавшегося среди его адептов, наводили на вполне понятные подозрения. Верному человеку наследника престола могло быть известно нечто такое, чего не знали остальные члены свиты. И если это так…

Лориан мотнул головой, чувствуя, что отчего-то не желает, чтобы его подозрения подтвердились. Того, чтобы Элисса Кармад оказалась законной наследницей даралского престола.

Стоит ли поговорить с Мирдаром начистоту? Поразмыслив, Лориан решил, что вряд ли это что-то даст. Язык за зубами начальник охраны держать умеет. И далеко не дурак. Должен понимать, что найдется немало желающих избавиться от ненужной наследницы. И если он невольно перенес преданность к бывшему хозяину на его дочь, то, скорее, позволит себе глотку перегрызть, чем кому-то расскажет правду. Единственное, что остается, незаметно следить за ним и выжидать. Тем более что в одном их цели совпадают — защитить Элиссу от возможной опасности.

Лориан оглянулся на оставшийся в отдалении домик, окна которого горели ярким светом. Сердце пронзило какой-то щемящей тоской. Поймав себя на мысли, что и сам был бы не прочь оказаться сейчас там, рядом с этой девушкой, досадливо поморщился и прибавил шаг. В нем достаточно силы воли, чтобы справиться со своей слабостью.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

Content

Марина Снежная
РОЛЬ ДЛЯ ПОПАДАНКИ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19