Школота 2

Пролог

— Тебе говорили, Школота, что ты полный мудила? Просто конченный, абсолютный…

— Заткнись, Картер, без тебя тошно.

— Тошно ему? Надо же… У тебя было все, малолетний дебил. Свой город, баронское звание, любящие жены, армия… И ты проебал это с таким треском, как… Знаешь, я даже и не вспомню, кто бы мог еще так облажаться. У нас даже императоры старались просирать наследство не столь эпично. А ты…

— Ща въебу, если не заткнешься.

Черный драный кот презрительно сморщил морду, но все же замолк. Он прекрасно помнил, что молодой, татуированный с ног до головы, парень никогда не отличался любовью к ближнему. И если обещал вломить, то запросто мог осуществить угрозу. Школота, что с него возьмешь. Тем более, когда настроение настолько паскудное, что так и хочется пустить кому-нибудь кровь.

Как там говорил приемный папаша-призрак? “Добро пожаловать во взрослую жизнь, Вовочка. Здесь тебя будут драть во все щели каждый, кто хоть чуть-чуть сильнее. Так что — умей рвать глотки в ответ, или жопу твою развальцуют под британский флаг”.

И ведь не врал барон Мюнхгаузен, сука. После того, как его бренную тушку сожрало зверье, папочка обзавелся просто чумовым даром предсказывать неприятности. Вот и накаркал…

Глава 1

(интерлюдия)

Обычно в начале второй-третьей-фиг знает какой книги серии автор тратит время на то, чтобы рассказать новому читателю о прошлых событиях. Кто кого любил, резал, забижал и всячески рвался к мировому господству. В итоге автор: а) нагоняет объем, б) выносит мозги тем, кто уже в курсе темы. И попутно ничего не объясняет новым читателям, потому как въехать за пару абзацев в старые события вряд ли представляется возможным.

Поэтому мы поступим проще. Тем, кто не в теме, посоветуем открыть Школоту первую. Там все есть: трах, кишки, развиздораздило. В деталях.

Кто же ждет продолжения, получит именно его.

И пусть будет именно так. Ибо нехер…

(интерлюдия кирдык)

Торговать дурью — прибыльно. А когда за твою дурь платят просто ломовые деньги — прибыльно с приставкой “бля буду”. Вот и господин Сигиус считал, что в жизни неплохо устроился. Это разного рода дебилы суетились под клиентом, пытались взобраться повыше и пернуть с пирамиды на подчиненных погромче. Но, одетый в строгий костюм и похожий на высохшую воблу с пенсне, господин Сигиус подобного рода идиотизмом не страдал. На кой хер ему лезть в императоры, если он их сам создает? Продвигает, тасует, кредитует. А кто держит долговые обязательства, тот зачастую держит за яйца любого политика или генерала. Главное, чтобы соблюдался баланс между твоими тайными силами и количеством должников, которых можно привлечь в случае, если один взбрыкнет. Ну и не давать им сговориться между собой, а то как-нибудь ночью нагрянут в гости с повесткой, перетряхнут все вверх дном, повесив попутно хозяина на ближайшем дереве. Вот для того, чтобы избегать подобных неприятных казусов, и нужны были деньги. А лучшие деньги в империи приносила дурь. Причем не какая попало, а отборная, которую бодяжили некроманты. Дурь, из которой можно было клепать омолаживающие эликсиры, разного рода составы для ускоренной регенерации и медитативные настои, очень востребованные во всех университетах страны. Хлопнул колбочку, открыл книжку с забубенными артефакторными схемами и после утреннего будунища готов зарисовать новое открытие. Что поделаешь, если на трезвую голову все эти закорючки просто в черепушку не уложить, постоянно вываливаются.

И все было хорошо у господина Сигиуса, пока с южных Пустошей какими-то чертями не притащило нахального молодого урода, покрытого наколками на зависть любому некроманту. Пришел, поставил раком весь Тагатус, навел на замаскированное гнездо некросов вояк, после чего дождался финальной потасовки и под шумок слинял куда подальше с товаром, за который уже было уплачено, между прочим. Теперь у уважаемого тайного кукловода ни эликсиров, ни звонких монет. Одна фига.

Ладно бы с ним, проколы бывают. Пусть кто-то из залетных вздумал порушить отлаженный бизнес. Так ведь для таких случаев есть отличные специалисты, способные любого под лед спустить и проблемы на месте порешать. Но наглец не только остался до сих пор жив, но еще попутно замочил посланных за ним мастеров-мокрушников, засел в дикой чащобе и теперь оттуда нагло демонстрирует хер любому, кто пытается вразумить урода. Типа — вы ко мне с армией? А я своих карманных монстров в поле выведу и постою с подветренной стороны. Потому как вызывальщики со страху обосрались и ветерком теперь запах приносит.

Поэтому подождал чуток господин Сигиус, подождал и заехал в гости к герцогу Виндзорскому. Чтобы на две умных головы решить, как случившуюся проблему помножить на ноль. Заодно поправив финансовое и прочее положение.

— Обидно, но приходится признать очевидное. Наш прекрасно выстроенный план провалился. С треском.

— И пятью трупами генералов, которые пытались организовать хунту, — согласился с гостем герцог Виндзорский, одно время претендовавший на императорский трон, но быстро сменивший приоритеты в преддверии революции. — Вместо спокойной передачи власти вновь собранному Законодательному Собранию летом мы получили бардак на всю зиму, два неудавшихся дворцовых переворота и политический хаос, который только-только удалось вернуть в управляемое русло. Сколько денег пришлось потратить, чтобы поставить правильных людей на нужные позиции!.. Я, честное слово, периодически ловлю себя на желании лично содрать шкуру с вашего прыткого молодого человека. Он мне уже слишком дорого обходится.

— Умножьте все свои потери в десять раз и поймете, почему у меня каждое утро изжога при одном упоминании его имени… Но я о другом. Если вы начинаете какой-то проект, то всегда должен быть запасной план. И желательно — не один. Поэтому вопрос стоит просто. Что мы будем делать в свете новых фактов? Зимой у нас были связаны руки, мы старались не заработать, а хотя бы сохранить жизни и влияние. Но сейчас вроде бы как главный пожар удалось притушить и старая проблема снова напоминает о себе. Что будем делать? Солнышко пригревать начало, скоро весенняя распутица пойдет. Но после нее дороги просохнут и до этого момента уже желательно иметь подготовленных людей и продуманную компанию.

Хозяин особняка открыл лежавший рядом тяжелый фолиант, нашел нужное место и ткнул в центр карты наманикюренным ногтем:

— Сколково. Город районного значения, почти сто лет как выпавший из-под влияния империи. Населен разного вида полуразумными монстрами, зарос магически измененным лесом почти на три дня пути. С севера эта территория упирается в горный кряж, где засели остатки недобитых гномов. С запада и востока частично каменные отроги и непролазные буреломы. Нормальные дороги только с юга. Одна полноводная река, которая с гор проходит через Сколковские владения, сам город и вот здесь впадает в другую… Река не судоходна, много порогов и пара мелких водопадов. Для военных действий имперской армии крайне неудобное место.

— Наша армия уже туда ходила. Посмотрела на зверье, застирала штаны и убралась обратно, участвовать в выборах Законодательного Собрания. Причем чуть ли не каждая рота перекуплена одной из финансовых группировок, поэтому собрать их воедино будет крайне сложно.

Герцог усмехнулся:

— Этого и добивались. Сейчас нам штыки опасны. Поэтому пока их временные хозяева грызутся между собой, можно не опасаться удара в спину. Но в целом вы правы, как боевую единицу текущие армейские части можно в расчет не брать. Болтаются рядом со столицей и ладно. Кстати, та же проблема с пограничным департаментом. У них дыр в бюджете и на местах столько, что с трудом от соседей отбиваются. Очень уж все эти беглые бандиты оживились после смерти императора. Каждый мечтает или обратно трон хапнуть, или просто рыбку в мутной воде половить… Поэтому давайте пока определимся с главным. Я не про утраченные эликсиры. Я про город. Нужен ли он нам целым и невредимым, или стоит вообще спалить все к чертям вместе с лесом и забыть как страшный сон?

Господин Сигиус призадумался. Кардинальное решение проблемы могло стоить куда как меньших денег, но нужно ли это?

— Я бы все же прибрал Сколково к рукам. Нам точно известно, что зверье дома не уничтожило. Там теперь живет много мастеровых, кто начал поставлять первую продукцию на продажу по соседним ярмаркам. Кроме того, уже мелькнуло несколько артефактов из бывших запасов. Изгнанные из горного королевства гномы отремонтировали коммунальные сети, поговаривают о вновь подключенном магическом источнике. Если сменить власть, то город может стать подлинным бриллиантом в наших руках. Поэтому я за то, чтобы попытаться захватить Сколково. И уж если это не получится, тогда можно перейти к крайним мерам.

— Значит — наемники. И пятая колонна, — подвел итог герцог Виндзорский. — Местных из столицы подключать смысла нет. Но обученных людей можно найти. Хоть у соседей, хоть вообще в других мирах, с кем порталы работают. Поселенцев в город проверяют, но вряд ли каждого до исподнего трясут. Значит, можно хотя бы шпионскую сеть аккуратно там развернуть. Ну и попутно решить, на кого именно будем делать ставку. Ведь за эти полгода молодой человек успел не только по нашим больным мозолям пройтись.

Гость хищно усмехнулся и кивнул:

— Да, мальчик успел отметиться… Тогда предлагаю использовать три ударные силы. Первое — гномье королевство. Их король очень недоволен, что огромная куча народу удрала из-под его тяжелой длани и теперь зарабатывает звонкую монету южнее. Граница у них общая. Дураков твердолобых пока достаточно, кто еще пошатнувшемуся престолу верен. Стравить их с монстрами будет просто.

Герцог сделал пометку на лежащем рядом листе бумаги:

— Есть там контакты. Да и напугать бородатых властителей можно легко. Если они будут и дальше ушами хлопать, то скоро рядом с троном останутся лишь одни бездельники-лизоблюды, а все работяги сгребут пожитки и съедут.

— Дальше я предлагаю подключить некромантов. Не как основную ударную силу, их слишком мало. Но как костяк для отрядов наемников. Хитрые, злобные, мечтающие поквитаться. С этими сам свяжусь, есть у меня нужные адреса. Буквально завтра займусь… Заодно через них и наймом займемся, чтобы никто с нами связать не мог.

— Согласятся? Одно дело втихомолку разного рода зелья на продажу готовить и рабами торговать. И совсем другое в реальной войне мелькнуть.

— Пообещаем долю в управлении Сколково. Нам лично там отсвечивать будет некрасиво. А если черепушки сядут в городском совете и попутно Лес под себя подомнут, то получат отличное убежище от возможных атак церковников и прочих недовольных.

Медленно цедя вино, герцог Виндзорский думал, прикидывал варианты. Затем поморщился:

— Если они получат реальную власть, нам будет очень трудно держать их в подчинении. Запрутся на захваченной территории, выковыривай их потом оттуда. Вместо одного безумца получим целую толпу.

— Торговля. Все черные кланы завязаны на торговлю. Без нашей помощи они там под пнями и корягами сдохнут. Только мы даем им возможность продавать изготовленную продукцию и принимаем заказы на разного рода предметы роскоши и рабов. Стоит взбрыкнуть, как я отпущу поводок, и те же священники перекроют им любую возможность свободно дышать. Да и не одни некросы в Сколково будут заседать.

— Хорошо. Согласен. Это вторая сила. Наемники вместе с командирами из черепушек. Кто еще?

— Ушастые. — Сигиус положил себе на тарелку несколько кусочков буженины, попробовал угощение и довольно осклабился: — Эльфы очень редко вмешиваются в наши дела. Но пообещай им доступ к магическому источнику и артефактам — как тут же прибегут. Есть у них такой пунктик. А против зачарованного Леса именно ушастые смогут выступить наиболее эффективно. Яды, магия, черти в ступе — что угодно, лишь бы нейтрализовали заросли между степью и городом. Ну и если перехватят управление на себя, то еще лучше. Лес сожрет эту проклятую армию монстров и не поморщится. Нам останется лишь отловить пацана и свернуть ему шею.

Третий крестик черным пауком вспух на листе бумаги и герцог подвел итог:

— Решено. Три ударных силы, которые должны быть готовы для атаки Сколково сразу после весенней распутицы. Попутно можно попробовать выманить часть персонажей из их логова. Если мы проредим врагов до того, как начнется основное наступление, шансы на успех всей операции будут очень высоки. Теперь давайте обсудим будущие проценты в добыче. Что мы отдадим тем же наемникам, а что оставим себе?

И два комбинатора начали делить шкуру пока не убитого медведя.

***

По коридору прогремели тяжелые шаги и дверь в спальню распахнулась. В проем сунулась безразмерная зубастая харя, весело ухмыляясь:

— Эй, барон, хватит дрыхнуть! Я тебе подарок принесла.

Лежавший между двух обнаженных женщин молодой парень приоткрыл глаз, пошарил рукой рядом и запустил подушкой в гостя:

— Жуть, я же просил в воскресенье утром меня не будить в такую рань! Всю неделю как последний гандон с городскими проблемами прыгаешь, так и на выходных еще доебутся… Я сплю! Пошла на… Не, туда не пойдешь, опять всех егерей перетрахаешь и у нас граница будет неприкрыта… Иди, короче, куда тебе там по своим монстрячим делам нужно.

— Легко! — еще шире осклабилась зеленая морда размером с легковушку. — Только ты просил по неотложным и самым-самым срочным делам тебя даже с бабы снимать. Вот, снимаю…

— Что, опять война? — с трудом выбравшись из переплетения рук и ног, Школота сел на край кровати и протер глаза.

— Не, зачем сразу так кардинально!.. — Жуть в последнее время начала самообразовываться и теперь пыталась вставлять пробегавшие мимо малопонятные термины куда придется. А то умные все кругом, суки, слова лишнего не скажи. А ведь она, как-никак, а целый главнокомандующий армией монстров. — С войной пока у нас тихо, народ с прошлого охренения отойти не может. А вот шпиона мои мальчики тебе отловили. Держи.

На пол брякнулась большая клетка, сплетенная из тонких деревянных прутьев. Правда, прутики были не простые. Вздумаешь погрызть, ядом в ответ так прыснут, что взвоешь.

Набросив на плечи халат, украшенный многочисленными татуировками парень подошел поближе, присел и с интересом посмотрел на добычу. Затем подобрал валявшуюся на полу подушку и забросил обратно на кровать:

— Слышь, Маша. Нам тут прихлебателя снова попутным ветром занесло.

— Ева, сколько у меня лимит с понедельника? — сонно спросила платиновая блондинка.

Лежавшая с краю фигуристая эльфийка натянула на себя одеяло и нечленораздельно буркнула:

— Сколько хочешь, только заткнитесь! Солнце еле встало, а они бубнят.

Вторая любимая жена Школоты юркнула под другую половину одеяла и четко обрисовала свое мнение о незванных гостях:

— Володя, иди ты на хуй с дурными шутками. Имей совесть. До трех ночи ты меня раком ставишь, а с утра решил еще мозги отодрать, блядь. Бери там свой подарок и жабу эту анаболическую, да пиздуйте в кабинет. Там вас хотя бы не слышно будет.

Для Маши это было целое выступление. Начальник контрразведки вместе с Евой пытались повлиять на супруга в плане матерного разговорного. Поэтому за каждое словечко платили сами себе штрафы, за счет которых потом устраивали разные праздники местным детям. Правда, если обе женщины больше почти не употребляли ненормативную лексику, то Школота забил конкретный хер на любые хитрые подходы и продолжал при случае жечь глаголом.

— Так, Жуть. Бери ящик, пойдем ко мне. Проснемся и обсудим, что за чудо ты добыла…

***

В огромном кабинете у монстра было любимое место в углу. Там на полу возлежал огромный пушистый ковер, а рядом пристроился небольшой шкафчик, в котором позвякивали разнообразные бутылки с выдержанными винами. Оказывается, если распробовать бухло как следует, то для души потом хочется чего-нибудь из урожая двадцатилетней давности, а не сивушную бурду, которой раньше грусть-печаль заливали.

Хозяин дома и города устроился в любимом кресле, накапал травяного чая из баклажки и сделал первый глоток. Все же доктор и алхимик Пилюриус за прошедшие полгода не только почти перестал закладывать беспробудно за воротник, но еще вспомнил кучу полезных рецептов, начиная от антипохмелина и заканчивая конским возбудителем. Чашечку выцедишь с утра и весь день эдакая звенящая ясность в башке. Только со вкусом еще бы поколдовать чуток. Сейчас-то Школота уже притерпелся, а поначалу сблевнуть хотелось.

— Так, где вы это чудо заграбастали?

— На тропе от ярмарки. Первый кордон его трогать не стал, пустил следом пару егерей. Те убедились, что шпион не случайно к нам по кустам пробирается, да и сграбастали мерзавца. Кстати, мы запах по базе пробили, вроде мелькал такой же.

— Мелькал, как не мелькать. Это чудо-юдо с нами от некросов драпало. Но вот когда мы в Сколково собрались на постоянку остаться, хвостом лишь мелькнуло и сдриснуло… Слышь, Картер, ты как? Что можешь озвучить в свое оправдание?.. Кстати, не тушуйся, наша Жуть со звериными диалектами неплохо шурупит, любого клыкастого понимает и при случае может построить.

Сидевший в клетке большой черный кот грустно почесал лапой драную и уляпанную репьями шкуру, после чего потупился и еле слышно буркнул:

— Я… Это…

— Это, это. Мешок ты пыльный. Я ведь помню, как ты пел после побега от Фашида. Типа — мне дом нужен, чтобы молочком поили. Чтобы своим хозяином перед кошками яйцами звенеть и хвастать. А как до реальной потасовки дело дошло, так испарился. Херак — и все, нет нашего Картера, будто и не существовало! Вон, Маша в будке сидела и лишь патронов просила побольше, чтобы отбиваться. А ты съебался… Но это дела прошлые. Как говорится, дезертировал и хуй с тобой, золотая рыбка. Но нахера вернулся?

Покрытый шрамами котяра долго молчал, собираясь с духом ответить на столь неприятный вопрос. Жуть уже долакала свою ведерную бутылочку, Школота закинулся второй чашкой, а мохнатая морда все пучила глаза в пол. Но в конце-концов решилась:

— Знаешь, оказалось, что я трус. Полный… Вроде бы с тобой и под обстрелом был, и потом тех же некромантов загибали. Ну, как. Ты загибал, а я рядом там по травке ныкался… А когда сюда, в лес подались, я подумал…

Кот замолк. Но Школота не собирался облегчать ему жизнь и лишь фыркнул:

— Думатель наш, мыслитель. И что подумал, что ой-ой, в какую задницу мы прем? Что тут зубастые, клыкастые, несколько армий за сто лет сожрали и нас на один зуб?

— Ага… Особенно когда в лес зашли, а от него просто давит… Так, будто кто-то тебе в спину и под хвост злым взглядом буравит. И запахи… Это сейчас тише стало, а вот тогда у меня шкура дыбом стояла все время, как на дорогу втягивались… Ну я от греха подальше и свалил…

Убрав чашку, Володя подошел, распахнул клетку и вытряхнул оттуда Картера на пол. Клетку отдал Жути — подотчетная херь, однако — после чего вернулся к себе в кресло и повторил:

— Знаешь, твой побег я понимаю. Когда видишь, как тебя вот-вот будут убивать, то любому разумному хочется лыжи смазать и вхерачить куда подальше, чтобы аж рога развевались… Мне непонятно — какого ты сюда пришкандыбал? Перед тобой ведь весь мир открыт. Ошейник снят, ни к какому хозяину ты не привязан. Сел на товарняк и в другую сторону империи упиздовал. Ась?

Сидя под пристальными взглядами Школоты и Жути, Картер набрал побольше воздуха и начал изливать душу. Видно было, что ему трудно, но молчать больше кошак не мог:

— Я ведь как вернулся в Тагатус, так шишку там держал. Рыжего на побегушках оставил. Кошки все мои были. Про разоренное гнездо некромантов на всех углах говорили. Потом еще и про то, что ты Сколково себе подгреб. Ну я и хвастал, что вон у меня какой хозяин крутой, всем дает просраться… Но время шло, стали вопросы задавать. Типа, наместником ты себя объявил, да только никаких контактов с хозяином больше не видать. И как-то все это пованивает… Разок предъяву бросили, другой. А потом вломили мне за наглость. И я сдачи толком дать не смог… Представляешь? Оказалось, что боюсь я за свою шкуру. Шибко боюсь… Сломал меня Спирохета проклятый. Как разум лишний в голову влил, как своими эликсирами опоил, так начал я варианты далеко вперед просчитывать. И если раньше тупо кишки разматывал, то сейчас больше за свою шкуру боюсь. И трясусь по любому поводу… Поэтому когда меня обратно в дерьмо сбросили, то сел я ночью на крыше и задумался… Вот скажи, Володя, как это у тебя получается? Ты же такую гору смог свернуть, столько всего провернул и теперь в своем замке главный. Целый город развиваешь, науку, производства двигаешь. Гномов у тебя дохрена, бородатые коротышки по всей округе деревни отстраивают и шахты копают. Вояки имперские у тебя чуть не лучшие друзья, собственных генералов в расход пустили, потом водкой заполировали и свалили куда подальше. Ты даже вон с этой страхолюдиной якшаешься, а ее днем где увидишь и обдристаешься с перепугу.

— Еще раз про страхолюдину мяукнешь — пизды получишь, — довольно рявкнула со своего угла Жуть. Было видно, что придралась к сказанному исключительно для порядка, но сама похвала понравилась.

— Даст, за ней не заржавеет. А насчет дружбы и прочего… Понимаешь, Картер. Я стараюсь быть честным. Со всеми. С соседями, с друзьями, с врагами. Если где облажался, то так и говорю: сорян, братцы, обсдался. Давайте вместе думать, как херню исправить. А если кто мне гадит и улыбается при этом, так честно и объявляю, что мудаку сейчас все руки-ноги повыдергиваю, чтобы такого не повторялось.

— Но в тот же лес ты ведь пошел не зная, чем закончится? Ведь не было у тебя еще понимания, как оно сложится? На голом кураже. Я ведь помню.

Школота вздохнул и постарался объяснить прописные истины коту:

— Было такое, да. В жопе мы сидели в тот момент. На руках груз чужой наркоты, золотишко и полу-инвалидная команда, которых кормить-поить надо и как-то защищать. А за спиной шобла разнообразных охотников и старый пердун-император, мечтавший из меня потроха вытащить. Поэтому и пошел сюда, что других вариантов не проглядывалось. Страшно было — ой, до сих пор мороз по коже. Но если тебе надо что-то делать, то ты можешь очком лом перекусывать, но ножками топаешь и проблему решаешь. Или тебя грохнут… Высшая лига, Картер, это полный пиздец. Оказывается, я теперь в таких ебанутых замесах и раскладах болтаюсь, что приходится сутками разные серьезные науки грызть, мышцу качать, баронство отстраивать. Уже почти шесть тысяч разумных тут обретается… Или семь? Если последний приплод монстров вспомнить, то да, семь. И это без крестьян мелкой россыпью по деревням… И если я болт забью, то припрутся на все готовое разные мудаки и снова ошейник в зубы вхерачат. Каждому. Поэтому страшно, не страшно, а только зовешь кого из советников и спрашиваешь, насколько высоко прыгать нужно…

Володя замолк, затем стремительно сдвинулся в угол комнаты и добыл из-за портьеры маленького черного котенка с белым “воротничком” и “носочками” на всех четырех лапах.

— Ага, спалился. Слышь, чудо в перьях, что я говорил на днях? Кого в кабинете отловлю, тому хвост и уши обдеру. Было?

Котенок даже не пытался дергаться в крепких руках. Ученый, зараза. Понимает, что если господин барон реально осерчает, то устроит мохнатому по-настоящему паршивую жизнь, как уже бывало. Или в Лес загонит, чтобы кикиморы проштрафившимся перчика под хвост насыпали. Или тупо прикажет на кухне вкусняшек больше не давать. Страшный человек, однако.

— Так, будем считать, что этот залет вы ночной охотой в пятницу покрыли. Заблудшую крысу толпой задавили и мордо-феям дали прокашляться, а то вздумали у нас под окнами песни орать. Поэтому плюс на минус дает ноль, но рожу твою я запомнил. Шкандыбай, заодно передашь весточку, что завтрак давно пора подавать… Ну и с папашей можешь своим поздороваться.

Отпущенный котенок презрительно фыркнул в сторону Картера и умотал в приоткрытую дверь. Ошарашенный котяра проводил чудо взглядом и переспросил:

— Точно мой?

— Твой. Ты же выводок прислал. Почти всех роздал по городу, но трое прижились и шкодят тут по мере сил. Всех ни в хуй не ставят, пытаются из себя наглых и борзых изображать. Хотя пока границы объявленные почти не нарушают, поэтому не злобствую… Лес говорит, что они пока жрут на будущее, маломерки еще. Но скоро начнут расти и до размеров местной рыси запросто вымахают. А рысь тут лишь чуть-чуть Жути поменьше, тот еще телок. Вот тогда непонятно, как с ними придется отношения выстраивать. Не пороть же, в самом деле…

Посчитав, что беседа вроде как подошла к логическому концу, Школота поднялся и подвел итог:

— Слышь, мохнатый, у меня закон простой. Если кто провинился или где обгадился по-крупному, ему дается единственный шанс. Если хочет, конечно. Поэтому у тебя выбор. Можешь проваливать в теплые края, найдешь себе другого хозяина. Или остаешься тут, но уже без дезертирства. Найду, чем загрузить. Но пахать придется без дураков, по двадцать четыре часа в сутки.

Картер еще раз поскреб шкуру и ответил:

— Наверное, это в самом деле мой последний шанс. Шанс стать снова нормальным котом, которому не стыдно в глаза другим смотреть. И кто не струсит, если даже придется со смертью сцепиться… Или струсит, но все равно пойдет и сделает, что должно. Как ты… Старый я уже хозяев менять. Ты меня из кабалы освободил, с тобой и останусь.

***

Вечером этого же воскресенья Володя стоял у распахнутого окна и зябко поеживался под порывами налетающего ветерка. Выглянувшая из ванной комнаты Маша неодобрительно сморщила носик и спряталась обратно: дураков нет жопу морозить. Сейчас закончит любимый супруг херней страдать, протопит комнату заклинанием-другим, тогда можно и под бочок.

Скользнувшая неслышной тенью Ева встала рядом, разглядывая россыпь звезд на небе. Эльфийка к взбрыкам погоды относилась философично, а холод в комнате ей совсем не мешал разгуливать голышом. Зима закончилась, весна уже днями снег почти весь по чащобам разогнала, можно пробуждению природы радоваться. Что по сравнению с пережитыми морозами ветерок?

— Что задумался, Во-лодь-я?

Школота побарабанил пальцами по подоконнику, покосился на дремлющих под крышей фей и спросил в ответ:

— Как думаешь, у нас все хорошо? В Сколково и по округе?

— Вроде да. Чужаков не видно, город растет. Народ работает, довольны большинство. Детей в школы начали отдавать, ты в обучение и медицину вкладываешься. Артефакты на ярмарке чуть с руками не оторвали, хотя цены были кусачими.

— Да, да… Даешь больше стране угля, разного и дохуя… Тихо кругом, врагов не видать, друзья только успевают новые интересные проекты предлагать. Год не прошел, как я сюда провалился, а уже весь в шоколаде… Но вот чуйка моя говорит, что стоим мы на пороге огромной просто жопы. Такой, которая накроет целиком и Лес, и Сколково, и всю округу. Пиздык — и все в дерьме по маковку…

— Чуйка? Это как?

— Это когда ты собрался на охоту за кроликами, потом почесал ебальник и прихватил с собой пулемет с огнеметом. Вышел за порог, а за околицей у тебя зомбиленд и некросы толпой бегают, остатки соседей доедают. Ты их мочишь сотнями, а они лишь прибывают… Вот такая у меня чуйка, Ева. Поэтому давай мы сегодня просто спать ляжем, без половых свершений. А с утречка начнем думать, почему такие херовые предчувствия и как именно мы сможем соломки подстелить, дабы ебальник в кровь не разбить при падении…

Глава 2

Его величество подгорного королевства и всех прилежащих окрестностей мрачно сидел на отделанном драгоценными камнями троне и размышлял о ближайшем будущем. Которое буквально что кованым сапогом собиралось постучаться в двери.

А ведь как хорошо было раньше? Мама с папой подсуетились вовремя, заплатили, где нужно, парочку самых борзых и шустрых конкурентов отравили, в многочисленных гильдиях и разнообразных советах титьками и золотишком потрясли — опа, сыночек один из ключевых кандидатов на почетное место. И как только корону хапнул, сразу же друзьям-товарищам, включая разнообразных кредиторов, план развития на ближайшие годы. Включая распил государственного бюджета, выгодные контракты и попутно прессование недовольных. Налоги подкрутили, конкурентов обанкротили, барахлишко распродали, личную копилочку набили. Лепота…

Попутно еще законы чуток подправили, потратившись на месячную пьянку для бородатого электората. Теперь выбирать нового короля можно лишь в случае его смерти. И если преемника не оставит. А на должность преемника уже сынок дрессируется, учится правильно речи произносить и морду кирпичом делать.

Казалось бы, вообще семья в шоколаде. С нужными людьми союзы заключили, правильных персонажей на ключевые посты поставили, денежные потоки согласовали и разделили. Живи и радуйся. Так нет, приперся с юга проклятый ЕбДык, перебаламутил всю округу. Видите ли у него новый босс, который готов любых нищебродов у себя поселить, лишь бы кайлом махали. И на родовитость со связями плюет с высокой колокольни, попутно внося смуту в промытые гномьи головы. Куда годится — если ты работаешь, то получаешь зарплату, беспроцентные ссуды, право на свое дело и попутно личный герб мастерового. И все это — буквально в месяце пешкодрала. А на повозке или гремящей таратайке и того быстрее.

Хотел, хотел его величество стукнуть кулаком по столу и повесить ЕбДыка. Вот только проклятый коротышка на переговоры пришел с таким ультиматумом, против которого плясать — себе дороже. Приволок пару зубастых тварей, способных сожрать любого, на кого пальцем покажут. Попутно пригрозил разбудить армию монстров, что дремала в самых глубоких подвалах. Чудо еще, что удалось выпихнуть всю эту нечисть вместе с бедняками, кто решился поменять привычное ярмо в королевстве на малопонятное будущее в зачарованном Лесу. А как зима подошла к концу, так туда же на юг умотало еще полторы тысячи мерзавцев, забывших о своей прямой обязанности кормить и поить непосредственное руководство. Неблагодарные паскуды, что еще скажешь.

С одной стороны — вроде как и хорошо, больше никаких недовольных в подземельях не осталось. Самые смутьяны и борогозы свалили вместе с семьями в проклятое Сколково. Но с другой стороны, свалили-то как раз те, кто в шахтах и на производствах ишачил и хоть что-то умел. Бесталанных и прихлебателей разномастных не звали. Им вроде как и здесь было неплохо. До той самой поры, как работяги лыжи смазали. Теперь выходит, что руководящие и управляющие прожорливые кадры остались, а руководить и мозги ебать больше некому. Сдриснули все, паскуды не… Так, повторяемся.

Королевское величество хмуро глянул шпаргалку заготовленной речи и поскреб пузо. Значит, с неофициальными рабами ситуация понятная. Низы увидели перспективу сытой личной жизни, после чего снюхались с бежавшими родственниками и друзьями, да свалили вместе с тающим снегом. Хуже другое. Почти треть гномов горбатилась по всему континенту, выполняя любую грязную и кровавую работу, за которую платили. И опять же, среди разнообразных наемников сейчас брожение и шепотки. Потому что действительно умелых и знающих эмиссары Сколково потихоньку перекупают, выплачивая им не урезанные имперские расценки, а предлагая ту же ставку, как обычным ветеранам или даже чуть больше. Если у тебя хорошая репутация, умеешь правильно шпалер в руках держать — то все шансы наняться в охрану новых торговых караванов, что потянулись от магического Леса по всей округе. Плюс выслуга. Плюс через пять лет службы по контракту можешь осесть где-то поблизости, выкупив землю или открыв собственный магазинчик либо таверну. Одним словом, из бравых головорезов или мастеров шабашить на стройках половина так же переметнулась к диссидентам, забив безразмерный болт на вопли короля “помоги Отчизне, блядь подколодная!”

Мдя. Вот и ломай теперь голову, как поступить, если удачное финансовое предприятие “Подгорное королевство” в момент финансового и кадрового кризиса неожиданно решило дать дуба. Еще вчера ты с золота жрал и грозился когда-нибудь имперцам люлей прописать, а сейчас их эмиссара принимаешь и жопу ему тщательно вылизываешь. О-вэй, куда только катится мир…

Прибывший от Законодательного Собрания важный чиновник долго плел словесную паутину, вспоминая старые заслуги, совместные победы и прочий бюрократический мусор. Но ближе к первой допитой бутылке чуток утомился и начал вещать уже по делу. А предложение от новых финансовых воротил одряхлевшей империи было простым и понятным, как лом. Большой, тяжелый лом, которым предложили вломить соседу, вздумавшему набраться сил и хапнуть чужие бабки. Это скоропостижно давший дуба император пытался все баланс кнута и пряника выстраивать, личные связи все отлаживал, пенек старый. Новые шустрые ребята мыслили куда более агрессивно:

— Сколково мешает всем. Точнее говоря — не сам город, он может стать приятным бонусом для новых хозяев. А вот власти, что вздумали сейчас захапать магический Лес и протянули загребущие лапы по всей округе. Эти власти нас не устраивают. Совершенно. Понятно?

— Более чем.

— Тогда мы предлагаем поучаствовать в кардинальном решении вопроса. Через два месяца конец весны. Все дороги просохнут, болота станут проходимыми, наши люди приведут наемные отряды. От королевства, ваше величество, ожидаем всемерную поддержку войсками. Оружие мы предоставим. У нас все равно большая часть регулярной армии расползлась, поэтому на складах полно стреляющего барахла, которым вполне можно любому монстру шкуру попортить. Так что — мы вам шпалеры и пушки, вы же гномов, способных ударить с севера и пройти победным маршем до стен Сколково.

— А потом?

— Потом в городе будет основан триумвират. Один представитель ваш. Один от наемников, там уже правильные товарищи готовы подключиться золотом и штурмовиками. Ну и один от Законодательного Собрания. В три мудрые головы будем управлять и доходы делить.

— Справимся? Вроде как ваша армия разбежалась именно после того, как с монстрами лоб в лоб встретилась?

— Справимся. Монстры не вечны и средства против них имеются. Так что все будет четко и без дураков. Скорее всего, вам придется идти по трупам, даже не успев поучаствовать в главной заварухе. Ушастые специалисты обещают посодействовать в кардинальном решении проблемы.

— А если?..

— Никаких если. Королевство живо до сих пор лишь по одной причине. Империи выгодно, чтобы вы были независимы и сильны. Ну, в отведенных рамках. Поэтому вас не добили во время последней войны. Не нравится? Тогда мы закроем границу и больше никаких товаров, кредитов и поддержки. Попутно вышлем обратно всех гастарбайтеров, что зашибают деньгу далеко от дома. К лету вы взвоете. А к следующей зиме сдохнете. Без еды, товаров и каких-либо перспектив. Если еще раньше Сколково не захватит, позарившись на шахты… Итак?

Ответ был понятен. Именно поэтому его величество сидел сейчас на троне и готовился толкать речь перед мрачными компаньонами. Благо еще, что гвардия не разбежалась, привыкнув получать неплохое денежное довольствие. Придется отработать. Тем более, если у соседа большая часть зубастой нечисти сдохнет. Подмять под себя Сколково, наложить лапу на недавно отстроенные мастерские и торговые связи. Зайти, сесть в городе по-хозяйски и ухмыльнуться: “Что, суки, не ждали? Сбежать надумали? А вот хер вам!”

Значит, так и будет.

Откашлявшись, король нахмурил брови, дождался относительной тишины в зале и начал:

— Братия и сестрия! Граждане великого королевства! Вынужден сегодня сообщить вам о хитром злобном плане проклятого Сколково, что мечтает отнять нашу свободу! Потому как враг силен, а мы булки расслабили и отмахивались от проблем в надежде на все хорошее. Так вот, хорошего не будет. Потому как полная засада кругом и загнемся, если не начнем шевелиться… Поэтому хватит бутерброды жрать в задних рядах и слушать меня! Воевать пойдем, чтобы заблудшие души вернуть обратно, золотишком разжиться и землицу прирезать, сколько успеем. Ну и попутно поднять знамя наших предков на невиданную высоту!.. Прошу взять папки с приготовленными расчетами и начнем обсуждать, сколько каждый из кланов получит в результате военного похода…

***

Сегодня рядом со священной рощей в Сколково посторонних не было. Когда в кучу собирается больше тысячи мордо-фей — лучше держаться подальше. Этим зубастым коротышкам что в пустоголовку влетит — так потом хлопот не оберешься. Последними словами обложат, гнилыми фруктами забросают, а то и вовсе устроят светопредставление: встанут в эдакий круг и начнут целенаправленно тебе на голову дерьмо сгружать. И кто только научил маленьких уродов!..

Школота сидел на сплетенном из крепких ветвей кресле с высокой спинкой и объяснял основы политики одному из крылатых созданий, кто сдуру попытался было что-то вякнуть против хозяина Сколково. Подцепив бедолагу за кривые задние лапы, парень аккуратно размахивался и долбил башкой по земле, попадая то слева, то справа от внушительного булдыгана:

— Еще раз повторяю!.. Да что ж такое, опять мимо… Так, пов-то-ря-ю… Мимо… Ладно, что там с идиотом? Глазки пучит? Пучит, мудило. Но вроде живой… Слышь, крылатый, считай, сегодня тебе повезло. Наверное, настроение у меня хорошее. Десять раз промахнулся. Еще раз обсдашься, с первого раза бестолковку о ближайшую стену расхерачу. Понял? Тогда вали, проблюйся… Итак…

Володя посмотрел на неподвижно замерших фей перед собой, оценил строгость рядов, мертвую тишину и собачью преданность, которую демонстрировали зубастики после столь показательной накачки. Расслабились они, как же. Последний из крохотных гаденышей знает, кто тут фишку держит и может всю кодлу к ногтю прижать. Достаточно только бровь нахмурить чуток, как любого в полете лиана сшибет, а тушку потом трава в подлеске оплетет, растворит и косточки прикопает. Школота — он добрый. Временами. Но если кто действительно берега попутал, то с карой быстро и неотвратимо. Херак — и все, пошел на удобрения.

— Значит, ситуация у нас простая, парни. Соседи какое-то дерьмо готовят. Причем конкретное такое. Поэтому, объявляю частичную мобилизацию. Это значит, что вы получаете официальные звания. Раньше были просто распиздяями на государственной службе, халявой обжирались. Теперь времена изменятся. Каждый из кланов обязан предоставить сотню бойцов раз в месяц. Менять — по усмотрению старших. Самых бодрых, быстрых и умных. Умных я сказал, а не клоунов!.. Так. Значит, весь Лес будет поделен на участки. Приграничные, тыловые, дачные рядом с городом. В приграничных районах вместе с лесовиками оборудуете зоны подскока. С запасами еды, воды, теплой одеждой. Чтобы ночами дуба не давали. Задачи у вас две. Первое — это связь. Связь остается за вами. Лес может передать какие-то сообщения, но это заметно для тех же эльфов. Ну и в случае арт-обстрела и прочей гадости Лесу будет не до того, чтобы записочки передавать. Поэтому связь — ваша епархия. Умри, но сообщение доставь… Второе — это помощь в разведке егерям. Вы — их глаза и уши на верхних ярусах. Вы — их помощники. Поэтому не морду морщить, а приказы выполнять, и без того, чтобы дурочку изображать. Сказали — сделали. Быстро и качественное. Понятно?

Почти две тысячи морд синхронно кивнули.

— Отлично. Каждый клан, кто пойдет на государственную службу, получит право на свое личное жилище в пределах города. Свой просторный дом или сарай, кому как больше понравится. Чтобы от непогоды укрыться, поесть нормально и отдохнуть после службы. Сотня бойцов получает довольствие бесплатно, включая необходимое снаряжение. Клану выплачивается за них звонкой монетой, золотой в месяц. На эти деньги можете покупать, что хочется. Кроме того, для государственных кланов налоги на почтовую службу снимаются полностью.

Крылатые сдержанно загомонили. Феи уже несколько месяцев как подшабашивали для частников, таская мелкие посылки или письма по всей округе: в ближайшие деревни и городок, который имперцы начали строить южнее. С заработанного платили честные десять процентов в казну и были довольны жизнью. Мало того, в случае любой обиды, которая могла случиться с крохотными почтальонами, за зубастых заступались более серьезные монстры, горевшие желанием навести порядок. Пару раз какие-то идиоты пробовали не заплатить или отнять чужую посылку, так Татушка мигом организовала карательные выезды, вломив провинившимся от души. Как говорится — хорошо, когда за тобой стоит организованная сила, способная сожрать половину империи, а другую тупо затоптать от переизбытка чувств.

Но то, что несчастные десять процентов снимают и официально признают фей государственными служащими — это серьезно. Это почетно. Это неплохо по деньгам. И это дает возможность превратиться из мелких недоразумений, срущих на голову прохожим, в одно из военных подразделений армии Сколково. Круче которой только ее хозяин…

— Последнее. Завтра утром Жуть примет глав кланов, кто согласен поступить на службу. Покажет здания, примет от вас гербы. Почетное вручение личных знамен после того, как примете присягу. Праздничный сабантуй — завтра вечером. Вопросы?.. Свободны. Если кто не вкурил с первого раза, обращаться к нашему зубастому фельдмаршалу…

Через полчаса Володя сидел все там же, но уже в другой компании. Чуть сбоку попивала чай Маша, слушая и делая пометки в распахнутом блокноте. Жуть лежала на пузе, прищурив глаза от яркого солнца, но не пропуская ни одного слова. А прямо перед Школотой замер Фашид, отливая зеленой кожей и распространяя кругом слабый запах хвои. Лес долго не мог определиться, кого бы использовать в качестве своего представителя на разного рода совещаниях и переговорах. Одно время в зале совета даже восседал в кадке кактус, протянувший тонкие корни наружу. А потом неожиданно получилось так, что оживший зомби переквалифицировался из дворника во вполне себе серьезного и уважаемого представителя магического разумного лесного массива, окружившего Сколково. Чем плохо? Пусть умерший и возрожденный человек больше не помнит, кем он был раньше. Зато теперь вполне адекватно может высказать, что нужно Лесу, переварить в более понятные термины сказанное ему и попутно передвигаться по всему городу и округе, не затыкаясь больше на проблему возможной коммуникации. К любому корешку подцепится где надо, либо автономно соберет информацию и потом сольет в общую мыслящую систему. Да и к Фашиду сам Школота относится теперь более-менее спокойно, без личной неприязни.

— Слушай сюда, восставший из могилы… Я считаю, что клевать нас будут со всех сторон. Поэтому выстраиваем как минимум две линии обороны. Во-первых, дороги оборудуем так, чтобы их легко было перерезать. Значит, мосты на всех въездах. И мосты через болотца, ручьи с обрывистыми краями и прочим. Раз-два — и егеря мостики обваливают, не дав никому возможность войти внутрь. А вне дорог — колючая лоза заплетает все в несколько слоев, плюс деревья и кустарник плотно прорастает, плюс поверху лианы ловчие, чтобы тех же эльфов или кого слишком шустрого спеленать махом. Причем — в случае любой опасности это предполье должно действовать самостоятельно. Нас могут спалить к херам, какой-нибудь гадостью засыпать — но враг не должен легко прорваться через первую линию даже с огнеметами. Понятно?

— Сроки? — тихо ответил Фашид. Он ничего не записывал. Тонкие побеги присосались к ногам и теперь все сказанное сразу же переправлялось в несколько мест Леса, позволяя сохранить критически важную информацию и попутно увеличить скорость обработки. Это у короткоживущих все бестолковые мысли в одной голове помещаются и туда-сюда мечутся. У Леса этот процесс протекает по другому и куда как медленнее.

— Месяц. Максимум два. Дальше. Снег тает, воды полно. Отвести излишки, заболотить подходы за первой линией обороны. Крестьяне наши не освоили еще те поляны, что рядом с деревнями, поэтому пока приграничье для них делаем закрытой зоной. Охота и грибочки — это одно. Но чтобы посевов там не было. До сенокоса еще дожить надо.

— С болотами справимся.

— И раз уж о воде речь зашла, то я несколько карстовых пещер в стороне от Сколково магией на днях отполирую, будут хранилища для чистой воды. Через мох прогнать все, что из речки берем, туда залить. Тоже за месяц управимся. После чего любые потребности в воде — только через фильтрационную систему. Войскам — только из тех прудов и подготовленных хранилищ, где вода как минимум неделю простояла и проверялась не один раз. Побережемся…

Совещание затянулось до вечера, но теперь Школота был уверен, что Лесу удалось растолковать основной план перевода чащобы на полувоенные рельсы.

***

Если вам кто-то говорит, что быть вампиром хорошо — оторвите ему голову. Потому что дурак совершенно не понимает, сколько серьезных проблем тащит за собой один-единственный укус.

Первым делом — против вас ополчатся соседи, которые совершенно не желают бесплатно делиться кровью. Жлобы несчастные. Нет, они обязательно настучат про вас церковникам, а те примчатся при поддержке городских властей с кольями наперевес. Ну и попутно отберут вашу недвижимость, выскребут наличные с банковских счетов и заодно устроят распродажу разграбленного имущества.

Во-вторых, вам придется болтаться где-нибудь по слабо освоенным закоулкам государства, чтобы лишний раз не попадаться патрулям на глаза. Не любят вояки и прочие официальные лица, когда кто-то пытается выстроить свою тайную власть на их территории. Вот и изображаешь из себя что-то незримое, шарахаешься от каждой тени.

Ну и в-третьих, существует конкуренция и между самих кровососов. Потому что каждый хочет жить долго, кушать сладко, пинать кучу рабов или просто обращенных, дабы работали и обеспечивали хозяина благами цивилизации. Поэтому подставить ближнего среди вампиров — это чуть ли не одна из первостепенных задач. Попутно и от себя угрозу уничтожения отведешь.

Братья Гурф в этом отношении были не исключением. Сидели на одном из хуторов, контролировали как могли округу и изредка заглядывали в соседний городишко. Но потом пересеклись с другой кастой угнетенных, после чего ситуация резко изменилась. Оказалось, что толпу любителей черной магии и разного рода некрофильских извращений вполне можно использовать себе во благо. Крышевать, помогать решать сложные вопросы, выступая при этом тяжелой ударной силой. Попутно учить полезным вещам из заупокойных наук. Так год за годом братья превратились сначала в хозяев серьезного бизнеса, а потом почти что легализовались, осев в одном богатом поместье, откуда протянулись тонкие нити сотканной паутины. Конкурентов и собратьев клыкастых задавили, используя возможности новых покупателей разнообразных алхимических зелий. Толстые пыльные талмуды позволили отработать рецептуру вполне популярных продуктов, которые или омолаживали, или открывали новые горизонты в сексуальных игрищах. И золото потекло рекой.

При этом Гурф прекрасно понимали, что от совсем официальной власти лучше держаться как можно дальше и не претендовать на что-то слишком выдающееся. Ценили новые контакты, внаглую людей не жрали и если бы не излишняя бледность с зубастым оскалом, то запросто могли бы попасть в местный высший свет. А что? Попам жертвуют каждый месяц, воякам и полиции отстегивают положенную мзду. Так что — люди с понятиями, не беспредельщики какие-то.

Вот с братьями Гурф и встречался господин Сигиус лично. Благо, работали вместе уже давно. Очень давно.

— Я считаю, что проблему надо решить. Раз и навсегда.

Сидевший во главе стола мужчина, похожий на воблу, раздраженно уставился на собеседников и зло поджал узкие губы. Казалось бы, что тут сложного? Согласиться с предложением и начать действовать. Но нет, выкобениваются.

— Проблему пытались решить дважды, — холодно отозвался один из братьев. Различать их не получалось ни у кого. Высокие белобрысые близнецы носили одинаковые костюмы, стриглись схоже буквально до волосинки, да и двигались почти синхронно. Кто-то из злопыхателей шептал, что у Гурф мозг одни на двоих, вот и существуют как единое целое. — Сначала вы посылали наемных убийц. Затем пригнали целую армию. И каждый раз получали лишь проблемы.

— А еще кое-кто забыл, что именно этот пацан навел вояк на нашу с вами лабораторию! И я до сих пор так и не получил обещанные мне эликсиры!..

Близнецы помолчали, затем все же решили чуть понизить накал страстей:

— Значит, мы займем официальное место в городском совете Сколково. И нас не будут больше преследовать ни церковники, ни официальные власти империи. Так?

— На территории баронетства. Мало того, можете там хоть рассадник вампиров устроить, лишь бы не лезли к соседям.

— Наши братья из некромантов возглавят наемные ударные отряды, которые вместе с гномами уничтожат монстров и захватят город. Так?

Господин Сигиус с трудом сдержался и, давя бешенство, прошипел в ответ:

— Именно так.

Все же эта парочка до безумия занудлива. Но зато после того, как многократно обжует каждую деталь, выполняет взятые на себя обязательства на все сто процентов. Только дотерпеть бы до этого момента.

— Кто платит? Наемники стоят дорого.

— Деньги напополам со мной. Кроме того, с севера ударят гномы. На вас южные проходы. И эльфы отравят всю округу, чтобы монстров в живых не осталось.

— Мало… Нам придется вложиться в атаку большой суммой. Чем компенсируем?

Гость долго молчал, прикидывал, что-то чиркал на лежавшей перед ним бумажке. Но все же в итоге решился:

— Когда возьмем город, построим лабораторию на месте. Согласен так же делить доходы с новой продукции пятьдесят на пятьдесят. С рецептурой не подведете?

Теперь наступила пора подумать вампирам. Они прикрыли глаза, незримо между собой посовещались и ответили:

— Согласны. Некоторые записи разоренного гнезда у нас есть. Через полгода-год восстановим весь ассортимент… Значит, на нас половина затрат на найм бойцов, пропитание для них и выплата последующих премиальных.

Господин Сигиус расслабился. Похоже, обсуждение все же сдвинулось с мертвой точки. А доходы? Если Сколково прибрать к рукам, то все артефакты и прочие интересные штуки с лихвой покроют затраты. Кроме того, имея возможность варить зелья в неограниченных количествах он отобьет свое на объемах. Даже в империю ничего заливать не нужно, по соседним мирам полно желающих.

— Доставка до места на мне. Несколько товарных составов и повозки уже зафрахтованы. Вот список бирж наемников, где можно взять нужных людей. И вот чеки на пятьдесят тысяч. Этого более чем достаточно, чтобы снарядить нужную армию. Думаю, свою половину вы также готовы выплатить.

Выложенные на стол бумаги с магическими печатями произвели на вампиров впечатление.

— Сто тысяч для наемников? Мы что, собираемся захватывать всю империю?

— Мы собираемся уничтожить одного молодого мерзавца, попутно захватив власть в Сколково и посадить своих людей там. И сделать мы это должны гарантированно. Второго прокола я не потерплю.

Над столом повисло тяжелое молчание. Затем один из братьев медленно подался вперед и прошептал:

— Для этого мы соберем всех некромантов, которые есть в империи. Но половины с продажи зелий нам мало. Мы хотим половину и с торговли артефактами. Сколково не зря считают центром магической промышленности. Мы хотим в этом долю.

К утру после долгих криков, споров и матерщины господин Сигиус согласился отдать десять процентов артефакторной торговли под гарантии личного участия вампиров в будущей войне. Что поделаешь, действительно серьезные союзники в предстоящей драке понимали, что без них атака легко превращается в дурную авантюру. Вот и выкручивали руки, сволочи…

***

С гномами Школота разобрался быстро. Он всего лишь обрисовал фронт работ на второй линии обороны, назвал расценки за будущие работы и пообещал премию за срочность. После чего остаток времени лишь отбивался от желания бородатых превратить каждый бетонный дот и огневую точку в полномасштабную стоэтажную крепость. Насчет крепости пообещал подумать, предложив сначала закончить эту задачу, а потом уже… Ну и попутно подсунул заказ на три больших лагеря под возможных беженцев, которые нужно было возвести чуть в стороне от лесных деревень. Если в самом деле враги начнут давить всю округу, то соседям вряд ли поздоровится. Может, кто и решится убраться от греха подальше под защиту барона. А он уж обеспечит необходимым.

Попутно согласовали отделку двух новых амбаров для продуктов и глубокого хранилища для разного рода снаряжения. Золото текло под проекты рекой, но Володя не скупился. Он лишь назначил ответственных и сказал, когда собирается проинспектировать уже готовые постройки. На этом и разбежались.

Поздно вечером Маша закончила составлять списки для проверки потенциальных шпионов из недавно приехавших, одновременно накидав несколько сообщений для верных людей по всей округе. Любимый супруг подбросил пару забавных идей, которые следовало обкатать вживую.

Кроме уже существующей сети соглядатаев у соседей стоило подсадить одного-двух персонажей, кто будет ворчать на проклятый Лес и ждать на огонек гостей. Пусть не мучаются в поисках недовольных, а получат готовых. Благо, возможные кандидатуры уже есть. Кого-то можно завербовать, кого-то использовать втемную.

В самом же городе стоило создать целую группу подпольщиков с опорой частично на гномов и частично на недавно приехавших. Ведь в самом деле, почему это какой-то выскочка умудряется собирать сливки со Сколково, когда вполне добропорядочные и умные граждане вынуждены всего лишь обретаться на второстепенных ролях. Ведь на должности городского самоуправления ставят лишь по прямому указанию Школоты. Непорядок! Надо, надо с этим что-то делать… Попутно сгребем действительно недовольных в одну кучу. Ну и постараемся отловить тех, кто хочет ударить в спину здесь, на месте.

Интересные идеи у Володи, однако. И откуда только придумал такое! Обронил лишь, что в его истории подобным образом разгромили вражескую шпионскую организацию давным-давно. И название интересное — “Трест”. Но полезный опыт тем и хорош, что его надо всячески использовать.

Выбравшись из-за стола, Маша от души потянулась и спросила у заглянувшей на огонек Евы:

— Слушай, а мы не перегибаем палку? Может наш любимый просто в солдатиков не наигрался, вот его и плющит? Все эти склады, запасы, линии обороны…

Эльфийка неожиданно помрачнела и ответила, без тени улыбки разглядывая подругу:

— Я тоже поначалу считала, что это блажь. А потом подумала и вспомнила… Во-лодь-я часто действует на каких-то внутренних ощущениях, на предсказании близкого будущего. Поступает правильно там, где любой другой на основе накопленного многолетнего опыта облажается. Потому что наш супруг обладает даром чуть-чуть заглядывать за горизонт. Или хотя бы чувствовать, что там впереди всех ожидает. Именно поэтому я последние дни собираюсь обделаться от страха, когда “это самое” наступит. Потому что если он всего лишь балуется, то мы вложимся в долговременные проекты и часть лежащих мертвым балластом средств заморозим в стройках и крепостях, что гномы собираются как грибы по всей округе навтыкать. Но вот если наш любимый действительно что-то разглядел в тумане будущего, то нас ждет не жопа, нет. Нас ждет что-то намного хуже…

Глава 3

— Деньги, деньги, всем нужны деньги…

Взобравшись на самый верх башни ратуши, Школота сидел в окошке, свесив ноги вниз, щелкал семечки и разглядывал раскинувшийся под ним город с остроконечными черепичными крышами. Заходящее солнышко играло жаркими лучами, ветерок доносил запах свежей листвы, где-то в саду дрались за корку хлеба мордо-феи, умудряясь щедро пересыпать свои вопли русским матерным. Все же у босса-боссов местные монстры перенимали все, что могли.

Дремавший рядом барон Мюнхгаузен поправил призрачную треуголку, затем потянулся и решил выбраться из стены целиком и полностью. Завтра в гости обещал наведаться очередной кордебалет, стоило привести свои палаты в порядок, чтобы не ударить в грязь лицом перед полюбившимися ему примадоннами. Кстати, приемный сынок не обманул, выделил настолько щедрое содержание, что бывший хозяин Сколково умудрялся менять фавориток чуть ли не каждый месяц, осыпая каждую дорогими подарками.

— Если будешь строить крепостной вал вокруг всего Леса, тогда можем в бюджет не уложиться. А пока запасов более чем хватит.

— Баланс всегда должен быть в нашу пользу, иначе разоримся рано или поздно. А у меня в планах нет такого, чтобы на паперти побираться. Поэтому есть мысль… Помнишь, я тебе про одного хитрована в Тагатусе рассказывал? Картер у него кошку с подворья увел.

— Жучара, который с некросами шашни водил?

— Ага. Как-то умудрился соскочить. Может, что лишнего про священников знал, которые монашками торговали. Может просто на глаза инквизиторам не попался, когда город трясли… Так вот. Хочу я через него еще разок некросов нахлобучить. Потому как очень уж мне кажется, что золотишка у них должно быть много. И это самое золотишко я лучше оберну в запасы оружия и продовольствия, чем они спустят на развратных девок и прочие радости жизни.

— Некромантов? Обмануть? Еще раз?! — восхитился Мюнхгаузен. — Да они тебя грохнут, как только лицом к лицу встретятся! Ну, или хотя бы попытаются. Память-то у них длинная.

Аккуратно ссыпав шелуху в специально приготовленный пакетик, Володя усмехнулся и свистнул, подзывая пролетающую мимо фею. Сунув ей медную монетку, отправил еще за порцией семечек, после чего развернулся к папаше-призраку:

— А при чем тут я? Я вообще ни сном, ни духом. С ними будет якшаться человечек со складов. Сам понимаешь, когда сидишь на хлебной должности, всегда есть желание продать что-нибудь тебе лично не нужное. Так что пусть возрадуются наши братья по черепушкам. Я, как полный обалдуй, во всех этих эликсирах нихера не понимаю. Иначе давно бы уже продал, так ведь? По сотне за бутылку, если не дороже… А раз не продал, то валяются они на складе, пылятся. Вот и предложим сделку любителям в мертвечине ковыряться. Тысячу золотом за пузырек просить не станем. Но две-три сотни загнем.

Барон поправил камзол, что-то прикинул в голове и усмехнулся:

— Это да. Вроде как десять склянок еще осталось, остальное на всякие полезные медицинские штуки уже перегнали.

— Десяток? — Школота расхохотался. — Ты издеваешься? Да я не меньше сотни продавать буду! А то и больше! Пусть бабло собирают, черепушечники! Я так думаю, они просто мечтают, чтобы их поимели в совершенно эпических размерах!..

***

— И что нам с этим делать?

Сидевший за огромным столом эльф брезгливо подцепил двумя руками исписанный лист бумаги, помахал им в воздухе и бросил обратно на поднос.

Были времена, когда в родовом замке одновременно собирались сотни лучших бойцов, державших в страхе весь континент. Но после того, как проклятые короткоживущие освоили огнестрельное и магическое оружие, а потом и взрывчатку, притащив образцы через порталы от соседей — времена для ушастых повелителей лесов и полей наступили паршивые. Если в кустах еще как-то удавалось поддерживать паритет, то вот в полях даже лучшие лучники откровенно сливали в случае столкновений проклятым уродам, кто превратил высокое искусство войны в банальный мордобой и мясорубку. Ну скажите, о каком состязании умов и военных школ может идти речь, если ты закончил разведку местности, учел направление ветра, угол наклона ближайшего холма, посадил засадной полк в ближайшем лесочке, замаскировал ловушки для конницы перед выстроившейся пехотой… А по тебе тупо вломили из мортир или полевых пушек, выкосив шрапнелью две трети войска, остатки затем добив штыками. Пусть каждая стрела в цель, но при таких дурных раскладах большая часть эльфов тупо сточилась после двух кровопролитных войн. Кроме того, напалм очень плохо счищается со священных деревьев. Поэтому потеряв две трети территории и больше половины населения, ушастые утерлись и заключили долговременные мирные соглашения с соседями. Оказалось, что торговать и поставлять в элитные бордели скучающих эльфиек куда выгоднее, чем переть лбом на шпалеры и пулеметы. Кусок свинца в башку стоит куда дешевле, чем воспитание хотя бы одного благородного недоумка. Вот и пыжимся теперь древностью рода и прочими финтифлюшками лишь между собой, стараясь лишний раз не злить быстроживущих. А то их уже как тараканов. Сдуру могут снова на огонек заглянуть.

— А что это? — поинтересовался сидевший рядом с хозяином замка командир егерей. Аэру в свое время успел повоевать с людьми, но умудрился вернуться домой живым, а не сдохнуть где-то на чужбине. После чего собрал таких же более-менее соображавших и теперь своей командой участвовал в охотах на беглых рабов или изредка брался за разные тихие тайные операции, которые очень хорошо оплачивались, но о которых в приличном обществе старались не вспоминать.

— Это как раз для тебя… Есть один кусок вонючей дряни, которого по недоразумению называют господин Сигиус. Торгует разными запретными эликсирами некромантов, продает артефакты в другие миры. Одним словом, крайне неприятный и желчный тип. Который никак не успокоится после одного громкого провала.

— Когда в Тагатусе гнездо пустоголовых вычистили?

— Да. И когда посланный им Легосрас был убит в магическом Лесу рядом со Сколково. А ведь я говорил твоему учителю, что лучше держаться от людей подальше. Потому что от них одни лишь неприятности.

Аэру помрачнел. Да, дошли до него слухи о смерти любимого наставника. Умным был и хитрым профессионалом, много разного смог передать тогда еще молодому егерю. Но вот не уберегся. Переиграли даже могучего зубра тайных операций.

— И что предлагает этот самый господинчик?

— Предлагает поквитаться. Пишет, что есть шанс выманить нового хозяина Сколково ближе к нам, на побережье. Якобы для торговой сделки. И обставить все можно так, что комар носа не подточит. Настоящие купцы. Настоящее приглашение. Настоящая сделка. Только мы будем знать место, время и состав гостей. Что позволит или перехватить мерзавца на подъезде, или после купли-продажи. Заодно деньгами разживешься, если хочешь поучаствовать.

Протянув руку, Аэру взял письмо, пробежал глазами и кивнул:

— Берусь. Дело даже не в оплате, которую нам обещают и возможной добыче. Хочу нарезать ремней со спины того, кто убил моего друга. Тем более, что за убийство этого человека нас похвалят, а не станут гонять по оврагам, как обычно.

— Хорошо. Тогда вот тебе конверт с обратным адресом, занимайся. Потом расскажешь, как все прошло.

***

Все хотят сытно жрать, драть шлюх и при этом успевать получать почетные грамоты лучших граждан столицы. Другие персонажи просто не попадают в Законодательное Собрание. Хотя, местные остряки уже переиначили навязшие на зубах слова в Закусь. Потому что в любой паршивой газетенке только про эту контору и говорят. А учитывая, сколько рекламных денег вбухано каждым из кандидатов в восхваление себя, красивого, то скоро последняя поломойка посреди ночи сможет наизусть продекламировать список членов Закуси, включая всех помощников, прихлебателей и прочих уродов, взобравшихся на вершину государственной пирамиды.

Раньше было куда как проще и легче. Был император, который раз в пять-десять лет менял фаворитку. Было три ключевых министра и куча писарей, про которых обычные граждане даже не догадывались. Но эта троица умудрялась как-то разруливать почти все ключевые проблемы, которые император милостиво сгружал им на загривок. Но старик дал дуба, позволив шустрым ребятам перевернуть все с ног на голову, превратив сакральные процедуры управления государством в блядский цирк. Хотя настоящие хозяева мордой лица торговать так и не стали, выпустив порезвиться других, молодых и дерзких. Их все равно по копейке за пучок, в любой момент можно списать.

Герцог Виндзорский еще раз проверил написанный текст и задумался. То, насколько его временный соратник бодро взялся за решение Сколковской проблемы — пугало. Вся эта пена, что набилась в Собрание, все эти горлопаны и возомнившие себя столпами мира купчишки — это временно. Настоящие кукловоды всегда в тени. Большие деньги не любят шума. Ни журналисты, ни их хозяева зачастую даже не подозревают, кто именно дергает за те или иные ниточки. Кто оплачивает слухи, сплетни, дает ход различным скандалам. И кто в самом деле управляет золотыми реками, текущими по индустриальным жилам континента. Священники, военные, некроманты, вампиры, эльфы и прочие жители многочисленных мегаполисов — все это лишь материал в руках умелого скульптора, который создает собственную финансовую империю. Деньги и власть — вот два ключевых пункта, которые позволяют править миром. Власть опирается на связи и негласные соглашения, а деньги являются мерилом успешности и дают финальную оценку той или иной комбинации. И вот в последние дни уровень риска для отлично сбалансированного и отлаженного механизма управления публичной политикой и продажными марионетками начал внушать опасение.

Еще год назад герцог подумывал лично взобраться на трон. Но вовремя сообразил отойти в сторонку, и поэтому толпа черни не затоптала его при штурме имперских покоев. Затем была кропотливая работа по продвижению своих ставленников на новые места, скупке наиболее перспективных кандидатов и лавированию между другими акулами, потянувшимися на запах добычи. Сейчас удалось обеспечить большую часть вложений, застраховаться от возможных проблем, включая даже революцию. Казалось, что вот он, новый путь, найденный путем проб и ошибок. Еще чуть-чуть, еще немножко — и можно запустить собранную заново машину политических игрищ, зарабатывая барыши на лоббировании выгодных законов, продаже лицензий и торговле наработанными связями.

И в этот хрупкий механизм со своими буквально гангстерскими методами пытается вломиться Сигиус. Сушеная вобла никак не может простить залетному мальчишке поражение. Даже не то, что ты потерял в деньгах приличную сумму, нет. Для временного компаньона важен сам факт унижения, сам факт проигрыша. Вот и бесится, пытается поставить телегу впереди лошади. Ну кто мешает подождать несколько лет, навести мосты с правильными людьми, сесть на продаже тех же артефактов по всей империи? Если Сколково действительно возродит старые промыслы, то это уже не золотое дно, а буквально россыпи бриллиантов, которые можно будет грузить ведрами. Ведь замкнутый сам на себя анклав рано или поздно вынужден будет начинать торговлю с окружающим миром. А кто из имперцев предоставит нужные разрешения, оформит бумаги и организует аукционы? Кто? Ребята, вы шутите? Разумеется, это будет герцог Виндзорский. Но не сам лично, что вы. А его доверенные лица. И все — без стрельбы, трупов за банковской стойкой и воплей “это ограбление!”.

Но Сигиус не желает ждать. Он хочет лично прибрать к рукам доходное место, вот и рвет с места в карьер. Только торговец дурью не учитывает одну маленькую проблему. Дело в том, что Сколково ожило при помощи татуированного отморозка. И весь накопленный опыт политика и интригана буквально кричал Виндзору, что в случае действительно больших проблем магический город скорее превратится в пепелище, чем пойдет на поводу грубой силы. Потому как уже пробовали на зуб и лишь клыки растеряли.

Однако, раз компаньону нужно, то пусть готовит драку. И, опять же, сцена полностью в его распоряжении. А мы как-нибудь на вторых ролях или подтанцовке. Чтобы в случае неудачи сделать реверанс и переобуться прямо в воздухе. Что? Спонсировал армию и резал крестьян? Да ладно вам, я в это время лечил почки на водах. Куда как раз собираюсь отъехать. Вот даже письмо приготовил. Застудился на охоте, однако. Придется взять крохотный тайм-аут. Формально присмотрю за тем, как эльфы собираются устроить показательную порку на побережье, а в действительности позволю Сигиусу лично возглавить штурмовые колонны.

Тем более, что треть нужных людей в будущем городском совете все равно уже расписана за теплыми местами. Так что при любом раскладе герцог не останется в проигрыше. Разве что не все вкусные куски упадут в руки немедленно. Но он умеет подождать. Зато и жив до сих пор, а не превратился в удобрения, как любимый наемный убийца компаньона. А ведь какие надежды подавал, какие рекомендации небрежно на стол выкладывал при любом разговоре. И все, кровавым фаршем по пням и колодам разлетелся…

Значит, на воды. Попить минералочку, погреть косточки в серных ваннах. И со всем почтением расстелить для смелых и решительных ковровую дорожку. А куда именно она приведет, покажет лишь время. Может на трон, а может и на плаху. Главное, билеты вовремя на шоу продать. А уж с новым королем или палачом для несостоявшегося монарха всегда потом можно договориться…

***

Господину Сигиусу икалось. Судя по всему, какая-то сука его недобрым словом поминала. Кое-как поборов желание выплюнуть собственный кадык, мужчина попытался сосредоточиться на только что услышанном:

— Еще раз. Значит, мой товар готовы перепродать еще раз. Так?

— Так. Братья договорились с жуликом со склада. Урод хочет сдриснуть с города, пока его делишки не вскрыли, вот и выставляет эликсиры на продажу.

— Сотня золотом за пузырек — это же слишком дорого! Старое гнездо продавало экстракт по десятке!

Стоявший перед Сигиусом мрачный некромант лишь скривился:

— Это было год назад. И потом цена доходила до пятисот при поставках заказчикам. Но дури давно нет, запасы все выхлебали и требуют еще. Ценник взлетел как минимум в два раза. Нам же со склада готовы отдать сто одну бутылку. Причем одну в подарок забесплатно для проверки качества.

Похожий на высохшую глисту господин Сигиус скрипнул зубами. Очень уж ему не понравилось, что бывшие соратники в деле зельеварения узнали настоящие цены. И наверняка уже сосчитали, сколько именно он сумел прибрать к рукам, пока гонял по своим каналам некромантские эликсиры. Но еще больше Сигиуса бесило то, что о новой сделке он узнал последним. А если со склада упрут не сто бутылей, а куда как больше? И перепродадут сами? А ведь это его партия, он за нее свои кровные уже выплатил год назад.

— Я пришлю своего доверенного человека, чтобы присмотрел за сделкой. Думаю, завтра он уже будет в городе.

Закутанный в серый грязный балахон некромант захихикал:

— Боюсь, он вряд ли сможет встретиться с жуликом. Разве что парни ему расскажут, как все прошло. Но ты не волнуйся, все будет в полном ажуре.

— В смысле? От Тагатуса до Сколково всего лишь два дня на курьерском автомобиле. Как специалист по железке доберется, так сразу и отправим. Заодно качество проверит, не разбодяжили ли на складе.

— Ага. Вот только встреча будет не завтра. И даже не послезавтра. Встреча идет прямо сейчас.

Господин Сигиус перестал икать и с толикой вполне оправданного недоверия спросил:

— То есть, вы где-то набрали десять тысяч золотом, чтобы выкупить украденный у нас товар?

Бритый налысо мордоворот важно расправил плечи и фыркнул:

— Десять? Это крошки… Сто штук не хочешь?.. Мы же не только нашу дурь берем. Там еще артефактов разных будет гора… Говорю еще раз: сторож с парой подельников хочет большой куш хапнуть, чтобы потом удрать куда подальше и до пенсии о деньгах не волноваться. Вот и притащит все, что сумел тихой сапой к рукам прибрать и на складе в кучу сгрести. Поэтому мы с ребятами кубышки чуток вскрыли, золотишко продемонстрируем для болванчиков. И как только барахлишко проверим, то ублюдков в расход, прямо на месте. Ну и сегодня к вечеру уже будем все в шоколаде.

Сигиус прикинул возможные миллионные барыши на сделке, задавил желание набить наглому хаму рожу и лишь сумрачно попытался оставить последнее слово за собой:

— Вам виднее. Эликсир возьму по три сотни за банку, как договаривались. По артефактам торговаться будем отдельно. И не забудь, что клыкастые деньги брали под наемников, а не для этих купи-продай штучек. Если не дай бог что-то пойдет не так, придется вам всей кодлой по всей империи кубышки потрошить…

***

— Хера себе, да он зеленый!.. А вы не верили, что там в Лесу нормальные люди просто не выживают…

На поляне рядом с деревьями скучковалось человек пятнадцать в разномастных балахонах. На встречу не удержались и приехали целых три лидера мелких некромантских кланов с охраной, да еще на единственном выезде из небольшой рощи в кустах шебуршилось человек пятьдесят с разномастным оружием. Но засада вела себя прилично, пропустив торгашей без каких-либо эксцессов и старалась до поры до времени не отсвечивать. Вот если мордовороты руководства облажаются и чадящий грузовик вздумает обратно рвануть, тогда да, тогда покрошим всех в мелкий салат. А пока ждем и мечтаем о будущей добыче.

На сделку со стороны Сколково на старом чадящем таратае приехала симпатичная троица. За главного выступал высокий худой мужчина с зеленой кожей и бурыми спутанными волосами. На подхвате у него суетились две бабы неопределенного возраста с тем же болотным отливом лица, россыпью мелких язв на открытых участках тела и вонючими тряпками, которые болтались на них, как на пугалах.

— Слышь, умник, а они не заразные?

— Не, — флегматично пробубнил завхоз, глуша двигатель криво слепленного грузовика и выползая из кабины наружу. — Рабыни это мои, из местных. Чтобы не гнили, нужно у крестьян разные мази и прикорм покупать, а у меня пока свободных денег нет. Как разживусь, так и подшаманю. Пока же чахнут помаленьку. Это как цветы долго по жаре не поливать. Потом спрыснул — и снова листочки расправили.

— Наверно, ты навозом их спрыскиваешь, — сморщился один из старших некромантов и нетерпеливо махнул рукой: — Давай, показывай!

Все так же медленно и неторопливо торгаш откинул задний тяжелый борт, взобрался туда и приоткрыл крышку одного из больших ящиков. Покосился на сгрудившихся рядом бритых налысо “быков” и спросил:

— Короче, я выгреб все. Вышло даже чуть больше, сто десять бутылок. Какую вам на пробу давать, чтобы в качестве убедились?

— Мы платить будем только за сотню.

— Да не проблема. Вот, ловите пока.

Вниз полетела небольшая стеклянная склянка с плотно запечатанной крышкой. После чего ящик громыхнул крышкой и жуликоватый завхоз спрыгнул обратно на траву.

— Э, а остальное?

— Сгружайте. Я эти корыта даже не подниму один. И вон те коробки с артефактами так же забирайте. Потом золото обратно в грузовик забрасываете, я пересчитываю и защиту с артефактов снимаю. Все, сделка закрыта.

Переглянувшись, начальство общества любителей некрофилии дало отмашку. Бойцы сгрузили чуть в сторонку лишнее стреляющее железо и начали аккуратно перебрасывать товар поближе к своим машинам. Пока накачанные братки пыхтели и ворочали тяжелые ящики, боссы ждали результатов проверки, которой занимался плюгавенький хмырь с кучей колбочек в раскрытом кофре. Позвенев мензурками и капнув толику продукта на язык, специалист сипло выдохнул и отчитался:

— Наша дурь, отвечаю! Узнаю запах! Даже чуток настоялось, пока без дела у дикарей на складе пылилась.

— Остальные будешь смотреть?

— Крышки откройте, я просмотрю содержимое. Образец цвета у меня есть, любую разбавленную бутылку будет сразу же видно.

Тем временем обратно в грузовик уже забрасывали тяжелые мешки с золотом. Там их парочка рабынь приоткрывала, совала внутрь нос и все так же флегматично затягивала обратно завязки и оттаскивала поближе к кабине. Один из стоявших рядом с распахнутым бортом главарей даже удивился:

— Ты что, пересчитывать не будешь?

— На первый взгляд все правильно. Да и вы вряд ли меня будете обманывать… Я ведь хоть и уезжаю из Сколково, но друзей там остается много. Как волна уляжется, всегда можно будет старые связи поднять и еще что полезное выкупить напрямую. А без меня вы фиг что там или на рынке получите.

— Типа страховки?

— Ага. Типа того…

Некромант улыбнулся. Ну что за прелесть эти деревенские лохи. Нет, если бы в самом деле клан решил поддерживать выгодные отношения, то зеленого идиота бы и пальцем не тронули. Вот только через полгода все Сколково будет принадлежать совсем другим людям и любые старые знакомства утратят какую-либо ценность. Поэтому радуйся, бывший завхоз, своей удаче. Радуйся, а мы подождем активации артефактов и тогда уже окончательно рассчитаемся.

Через полчаса беготня вокруг эликсиров завершилась и настала пора разбираться с машинерией.

На травку вытащили по несколько образцов непонятных механизмов, каждый из которых был завернут в промасленный пергамент и поблескивал латунными трубками на ярком весеннем солнце.

— Это что?

— Там разное всякое. Для шахт горнодобывающие амулеты, чтобы породу размягчать. Потом для связи, когда можно в одну коробку говорить и на другом конце империи слышать. Еще для лечения, для очистки воды и прочего. Девяносто штук, как и условились. К каждому внутри бумага прилагается, как пользоваться. Делали для военных, поэтому любой разберется, какие ручки крутить.

После кратковременного шуршания любопытствующие головорезы закивали: да, у каждого из амулетов действительно нашлись листок-другой с достаточно четко пропечатанным текстом и картинками. Убив еще полчаса на пересчет амулетов, некроманты застыли в ожидании финала представления.

— Девяносто, подтверждаем. Эликсиры у нас. Золото у тебя. Давай насчет защиты разбираться.

— Да, да, конечно… А, вот еще. Это адрес мой. Если что будет нужно, туда пишите или в гости заезжайте. Это на побережье. Там как раз домик мне должны для продажи подготовить. Вот, адрес, значит…

Некроманты совершенно расслабленно глазели на идиота, который сунул руководству смятый клок бумаги.

Обе рабыни с кислыми рожами грызли яблоки, которые достали из карманов, а их зеленомордый хозяин кряхтя забрался обратно в грузовик и выволок поближе к краю небольшую коробку. Откинул крышку, повозился внутри и скомандовал:

— Сейчас я генератор включу, он амулеты активирует. Подождать с полминуты, пока прогреются, и можно проверять любой. Связь ту же или еще что…

— Давай, ждем, — усмехнулся самый разговорчивый из боссов, убедившись, что стоявший чуть в стороне боец уже перехватил поудобнее шпалер. Проверим агрегаты, как без этого. А потом три раза выстрелим и остатки незадачливых торговцев в ближайшие кусты свалим. Конечно, можно было бы заставить могилу самим копать или попросить от грузовичка отойти подальше. Но мало ли какие еще дурные секреты в машине спрятаны. Вдруг дернется, рубильник какой замкнет и похерит сделку. Так что лучше чужими мозгами кузов забрызгать, чем рисковать зря. А под контроль лесных брать — бесполезно. У них там одна плесень в башке, никакой некромант с ними справиться не может.

В коробке зажужжало, после чего грузовик окутался легкой дымкой. Одна из рабынь выбросила под ноги огрызок яблока и неожиданно ловко перебросила себя в кузов. Вторая же распахнула дверь кабины и забралась внутрь. Сам же завхоз потянул за цепочку откинутый борт и закрыл его, не обращая внимание на удивленные взгляды покупателей.

— Эй, парень! А с артефактами-то что?

— С железками? А без понятия. Вы просили — я привез. Дальше сами…

И зеленомодрый довольно улыбнулся, разглядывая ошарашенные и злые лица напротив. Отлично получилось. Пока кто-то разводил лоха, тот заговаривал зубы, чтобы завершить обмен без единого выстрела и к обоюдному удовольствию.

— Ах ты сука!

Баюкавший ствол боевик поймал цель на мушку и выстрелил. Яркий росчерк огненного разряда ударился в пелену, заставив ее помутнеть на секунду, и рассыпался красными искрами по всей округе.

— Да он под щитом! Блокируйте урода! Не дайте ему уйти!

На поляне началась суета. Но вот только исполнить команду сразу не получилось. Неожиданно поднявшаяся трава опутала ноги некромантов и не давала сделать ни шагу. Кто неудачно дергался и падал на землю, оказывался спеленут подобно младенцу. В защитный купол ударило еще несколько выстрелов, но грузовик уже хлопнул чадным клубом дыма, взревел мотором и медленно пополз вперед, в сторону ближайших кустов. Вцепившиеся в поручни фальшивые завхоз с рабыней строили провожавшим рожи и демонстрировали руками разнообразные неприличные жесты. Они еще что-то кричали, но за ревом машины слов было не разобрать.

Когда до края поляны осталось совсем немного, из кустов высунулась раскрашенная в камуфляж клыкастая рожа монстра, затем ближе к дергающимся фигурам улетел тяжелый шарик гранаты.

— Ложись! — заорал кто-то из боевиков и еще стоявшие повалились на землю. Черт с ним, с травой, тут бы осколок не словить.

Но граната еще в воздухе беззвучно лопнула, сверкнула слабая вспышка и каждый из некромантов перестал понимать, где у мироздания верх и где низ. В головах зашумело, многим захотелось спешно справить нужду, даже не снимая штанов. Когда через десять минут в бестолковках чуть-чуть подуспокоилось, на поляне уже не было ни монстра, ни грузовика, ни липовых торгашей. Только чуть-чуть пованивало солярным выхлопом, который щедро забивала вонь от обгадившихся бойцов.

***

Вечером Татушка докладывала Школоте о проведенной операции. Фашид, изображавший жуликоватого завхоза под руководством грибных Лесных спор, скромно сидел в углу и отмалчивался.

— Скажи спасибо ЕбДыку, хорошо машинку доработал. Как в кусты сунулись, так колеса поджали и на гусеницы опустились. Прошли заболоченное место, будто по тракту прокатились. Потом на дорогу выбрались, снова на колеса встали и домой. Больше времени грим смывали и перышки в порядок приводили. Ну и правильно, что заранее на поляну травку подсеяли. Надолго ее не хватило, но сработала лучше любой волчьей ямы.

— Как средство из запасов барона? — Володя прислушался к шуму, долетавшему через распахнутое окно. Припаханные монстры Жути таскали мешки с золотом в подвал.

— Страшная вещь. Вроде никто не погиб, но валялись все, как подкошенные. Даже стрелять в спину перестали.

— Это да. Если умеешь читать древние свитки, то всегда можно найти что-то забавное с опорой на новый опыт. Отличная штука для разгона недовольных. Бах — и лишь толпа обосранцев перед тобой. Проблема лишь в сложности плетений, каждую гранату приходится штучно зачаровывать и уходит на нее куча времени. И работает лишь на небольшой территории без каких-либо магических защит. Против имперских вояк уже не сработает, там почти в каждом отряде блокиратор простейший есть.

Закончив расспросы, Володя довольно ухмыльнулся и объявил:

— Так, по итогам всем участвующим выдам премию. А на будущее будем готовиться к возможному ответу некро-идиотов. Если мы их действительно на столь приличные деньги просадили, то с ребят спросят смотрящие по всей строгости. Ведь вместо эликсиров у них была лишь зачарованная обманка и пустые железки, которые на складах лишь место занимали.

— Их на переплавку можно было ЕбДыку отдать, — подала голос Черная Вдова, игравшая вторую рабыню в вылазке.

— У него этого барахла под потолок. Вояки здесь наклепали старья сто лет назад, до сих пор разгрести не можем. Корпуса и руководства по эксплуатации приготовили, а ни кристаллов под них, ни мастеров-магов, чтобы машинерию запустить, так и не организовали. Поэтому скажем спасибо жуликам, которые собирались вас грохнуть и на чужой жадности разжиться. Металлолом сгрузили, стеклотару с водой продали, золотишко с черепушек стрясли. Теперь чуток дыхание переведем и попутно подумаем, к кому еще с тортиком можно в гости сходить. Еще как минимум один склад под потолок пыльным барахлом завален. Глядишь, еще у кого наличные руки жгут. Вот и поможем…

Глава 4

Братцы Гурф разглядывали друг друга через заставленный посудой стол и молчали. Все же, когда ты древний вампир и чувствуешь свою вторую половину уже какое столетие подряд — нет смысла зря открывать рот. Но сегодня говорить особенно не хотелось. Потому что…

— Нас поимели в особо циничной, извращенной форме.

Старший еще раз покосился на лежащий рядом отчет и поморщился. Он родился на пять минут раньше братца, поэтому давно не отзывался на полузабытое имя, полученное от мамы с папой, а больше откликался на статусное определение в паре. Младший с этим уже смирился, хотя в детстве иногда и пытался показать норов, устраивая с братом баталии. Но сегодня второй вампир решил лишний раз не отсвечивать и дать возможность главному махинатору сполна испить чашу поражения. Рвался баблом разжиться и влегкую чужого эликсирчика хапнуть? Тогда держи результат и кушай полной ложкой.

— Но ты посмотри, как ловко все провернули. Из Леса травы на поляну подсеяли. Никакой магии, никакой ворожбы. Всего лишь дрянь, в нужный момент вцепившаяся в боевиков. Все, преимущество в свободном передвижении ликвидировали. Затем этот чертов амулет с защитой. Пальба впустую, только зря боеприпасы пожгли. Еще один наш козырь побили. Засаду тупо обошли по болоту. Оставили нам лишь груду бутылок с затхлой водой и наложенными чарами искажения, да железяки, которыми можно разве что дверь подпирать от сквозняка. И получили за это звонкую монету…

— Которую нам выделил Сигиус для найма отрядов в других мирах.

— Именно… Но все же в одном хозяин Сколково прокололся…

Выбравшись из-за стола, Старший нагнулся, положил руки на задницу и выразительно пошлепал ягодицами:

— Если даже я сдуру подставился и кто-то может меня отодрать, то этот кто-то очень рискует. Потому что я такого дерьма не забываю… Если раньше этот самый Школоло подгадил всего лишь одному крохотному клану некромантов и пустил их в расход, то сейчас война переходит из разряда бизнеса в разряд личных отношений. А я личные оскорбления предпочитаю смывать только кровью…

Младший оценил степень взбешенности братца и неожиданно для себя почувствовал давно уже забытое удовольствие от подзатянувшейся жизни. Похоже, у них появился достойный противник, кому будет интересно свернуть шею.

— Думаю, золото мы вернем. Чуть позже, как доберемся до городишки. Но с наемниками надо что-то решать и прямо сейчас. Как поступим?

Перестав изображать из себя трахнутого пидораса, Старший взгромоздился обратно на стул и признал очевидное:

— Как-как, через-херак… Придется в подвал идти и кубышку распечатывать. У нас там где-то полмиллиона золотом уже припрятано. Вот сотню из закромов и достанем. Сегодня же вечером посылаем гонцов по соседям. Нужно полное отребье. Дешевое и жадное до грабежей. Пока гномы будут штурмовать город и вместе с эльфами травить Лес, наша погань пускай грабит деревни и округу, лишая сколковцев возможной поддержки. Затем по пробитым дорогам пройдем внутрь и додавим остатки сопротивления.

— Может кого посерьезнее закупим? Если все монстры не передохнут, от швали толку будет мало. Их тупо сомнут.

— Черепушки выступят главной ударной силой. Пятьдесят кланов, в каждом как минимум по одному серьезному некроманту и по два-три ученика. И это не считая прихлебателей, которые за своих повелителей давно готовы хоть в костер, хоть на плаху. Так что будет кому приказы отдавать наемникам, и кому в случае любых проблем черной магией трупы плодить. А если мы каких гвардейцев вздумаем прикупить, то деньги точно не отобьем. Это нам всего накопленного не хватит…

После чего Старший поковырялся вилкой в салате, вздохнул и бросил столовые приборы обратно в тарелку.

— Вот ведь паскуды, настроение на завтрак испортили. Пойду, доем ублюдков. Чтобы другие знали, что их ждет в случае провала простейшей операции.

— Отмой лишь сначала, от болванов до сих пор попахивает.

— Да я только их главаря с двумя помощниками. Боевиков лучше в штрафбат сослать. Пусть залет отрабатывают… Но все равно, сволочи. Такое хорошее настроение было во время планирования и так лихо все поменялось… Ладно-ладно, я хоть и добрый, но память у меня длинная. Еще поквитаемся…

***

На верхушке шкафа сидел Картер и бухтел. Не, шкаф был зачетный, Школоте его слабали в одной из деревень, где жил неплохой краснодеревщик. Как и огромный обеденный стол, шесть тяжелых стульев с резными спинками и кучу еще разного по мелочи. И к мебели у кошака никаких претензий не было. Тем более, что именно с верхотуры шкафа было очень удобно обозревать окрестности, дремать там подальше от болтавшихся иногда под ногами шкодливых котят, а еще пытаться учить жизни босса-боссов, который явно собирался ввязаться в очередную авантюру.

— Значит, боевиков своих на побережье брать отказываешься. Напрочь.

— Ты дурак, плешивый? Кто туда зеленых егерей пустит? Это мы с тобой понимаем, что они всего лишь местных мухоморов обожрались и цвет сменили. А соседи будут орать на всех углах про заразу и охапки хвороста для костров тащить. Поэтому Татушка, Вдова и прочие мои потрошители пусть лучше с Жутью бойцов гоняют. Пригодится еще.

— Но Маша с Евой вроде как пока еще бледнолицые, — фыркнул Картер, присматриваясь к выложенным на центральном блюде кускам колбасы. Понятно, что с копченостей брюхо может болеть. Но ведь вкусная, зараза.

— Маша как раз с инспекцией по округе метнется, хвосты подтянет. А то зашебуршились разные недобитки, опять в нашу сторону слухи поползли, будто зажрались на чужой доброте, не делимся. Когда кто из мудаков сунется власть делить, нужно точно различать своих козлов от чужих. Чтобы своих укрыть в Лесу, если совсем плохо станет. А чужих отдать на заклание.

— А эльфийка?

— А на ней весь город, включая шоблу мастеровых, школы, больницу и прочие развлечения. Потому как любая война — это зло, кровь, кишки и падение уровня жизни. А мне надо, чтобы горожане не разбежались после первого же серьезного инцидента на границах. Как и те же гномы, которых ЕбДык пытается в свою веру обратить.

Кошак выпучился:

— У бородатого вера появилась?

— Само собой. Он верит в звонкое золото, крепкое пиво и счастливую жизнь, которую ему обеспечивает господин барон. За что готов любому в рыло засадить. И засадит… Поэтому пусть и других коротышек под себя формует. Чтобы помогли в правильный момент отпор дать. Ну и разные стреляющие безделушки на них. Так что — все для фронта, все для победы.

— Ага, ага… Это ты на будущую войну уже половину некромантского золота засадил.

Решившись, Картер спрыгнул сначала на полку с цветами, которая красовалась рядом с шкафом, затем на пол и двинулся ближе к столу, попутно высказывая накопившееся:

— Помню, ты уже ляпнул “легко пришло, легко уйдет”. Но ведь золото с неба само не падает. Тот же Фашид с девушками жизнями рисковал. Могли бы там в лесочке и остаться навсегда.

— Ну, меня же не пустили к самому веселью.

— Главнокомандующий должен руководить войсками, а не шашкой махать, — фыркнул котяра и с важной мордой взобрался на стул, поближе к колбасе. — Но рачительный хозяин припасы не транжирит. Вдруг когда еще наличные пригодятся?

— Наличные в казне. А эти деньги на срочные нужды. Кстати, сервелат на них же закупили, так что не еби мне мозги!.. Склады зерном чуток заполнили, с Тагатуса форму выгребли, которая интендантам больше не понадобилась. Теперь нормальные штаны, куртки и сапоги есть для горожан совсем недорого. И тех же шпалеров две сотни хапнули с целым вагоном заряженных банок.

Приподняв голову повыше, Картер принюхался и изобразил на роже смущение:

— Во-во, еще и стволы увел из под носа у погранцов. Как бы те не подали жалобу на тебя в столицу.

— Спать надо меньше. Их заказ уже год как маринуется, а тыловики не чешутся. У меня война на носу, а пузатые даже заявку составить толком на склады не могут. Приходится самому подсуетиться… Но ты прав, одному в путешествие отправляться не с руки. Поэтому я решил компанию чуток пополнить.

От подобного заявления мохнатый лентяй даже забыл про колбасу:

— Это кого ты имеешь в виду, барон недоделанный?!

— Чинук хочет со мной проветриться. Он зеленью не отливает сейчас, неплохо поднатаскался в стрельбе и прочем ухорезстве. Так что как раз в качестве телохранителя сойдет.

— Фух, тогда…

— Ну и ты. Чтобы не жаловался потом, будто героических свершений не хватает. Или лишу сладкого. В смысле — копченого. Сечешь?

Картер поперхнулся на секунду, а потом вздыбил шерсть и заорал возмущенно:

— Это произвол! Ты собираешься палеными артефактами на чужой территории торговать, а шкуру спустят с меня!

— Отобьешься. Потому как вместе магические побрякушки толкать будем. Ну, или вместе и в ящик сыграем… Так что, топай на кухню, зови молодняк, я им задачу на ближайшие пару дней нарежу. А сам подумай, что в котомочку сгребешь в дорогу. Потому как деликатесов особенно по гостиницам не обещаю. И постарайся уложиться в десять кило, любой вес сверху на своем горбу попрешь.

Выкатившись из комнаты кошак высказал что-то совершенно непереводимое и с гордым видом побрел к лестнице. Школота же схомячил кусок колбасы и довольно осклабился:

— А хорошо быть бароном. Припахал каждого и можно пузо набивать. И хрен этой наглой мохнатой роже сервелат на халяву достанется, самому мало…

***

С господином Сигиусом удалось разминуться буквально на пару часов. Хотя, герцог Виндзорский так и задумывал. Ну не хотелось ему лишний раз мелькать ебалом перед будущей тайной операцией. Хер его поймет, как сложится. Может, местные власти станут эльфов на ближайших столбах вешать за учиненный бардак. Поэтому — любитель некромантской дури сам по себе, а один из уважаемых политиков из соседнего государства всего лишь прибыл как частное лицо для поправки здоровья. Поэтому телефонный звонок по новомодному девайсу на указанный номер и пара слов для поддержки компаньона, который явно начал подозревать что-то недоброе.

— Я слышал, что наши друзья чуть-чуть подиздержались на скачках, мой друг.

— Подиздержались? — на другом конце провода Сигиус в бешенстве чуть не укусил трубку: — Да эти дебилы просрали все деньги, которые у них были!.. Правда, обещают покрыть из личных доходов, но…

— Бывает, неприятности иногда случаются. Я оставил распоряжения перед отъездом. Мой управляющий пришлет с нарочным еще пакет с подписанным обеспечением, этого хватит на первое время… Сам же я буду здесь, можете в любой момент связаться для уточнения наших финансовых вопросов.

В ухо герцогу с полминуты доносились лишь скрипы на линии и шумы, которые производил где-то ближе к столице компаньон. Затем в трубку проскрипело:

— Это отличная новость, спасибо. Да, наши друзья уже все подготовили и скоро купят того борзого щенка, о котором мы так мечтали. Думаю, вы сможете увидеть его уже вместе с новым тренером.

— Отлично, так и сделаю. Ладно, я пойду пить микстуры, звоните, если будет что-то новое.

Прекрасное изобретение. Просто прекрасное. Во-первых, ценник за каждый звонок пока зашкаливает, а платить из своего кармана господин Сигиус терпеть не может. Поэтому позвонит только в случае действительно серьезных проблем. И во-вторых, кто сказал, что герцога так легко будет найти в этот момент? Ведь он вполне может отсутствовать по личным делам. Например, на конной прогулке. Или вообще, в случае хорошей погоды отправится на яхте в недельное путешествие. Потому что свою часть работы уже давно сделал, все нужные распоряжения отдал заранее и отобранных людей в правильных точках рассадил. Гномов настропалили, деньги из имперского бюджета для наемников выскребли, от любого личного участия открестились и теперь всего лишь пьем минералочку. Для профилактики. А настоящее дерьмо пусть разгребают другие.

***

— Контракт на военные действия! Все захваченное идет в пользу отряда! По золотому в неделю на рыло! Хавчик за счет нанимателя, как и доставка до места! Все бабы — ваши! Бухай в свободное время сколько хочешь! Карается только дезертирство и неподчинение командиру отряда!

На бирже наемников царил ажиотаж. Неизвестные мутные персонажи вербовали таких же мутных бандитов для локальной войнушки. Причем сразу оговаривали, что морды бить и кишки выпускать можно только в строго ограниченном месте, зато там — резвись, сколько хочешь. Платили гроши по местным меркам, но и требовали с будущих кандидатов минимум. Поэтому разномастных уродов наниматели высасывали из кабаков буквально как гигантским пылесосом. Старожилы лишь внимательно слушали зазывал и крутили пальцем у виска.

— Соджи, не подпишешься под это?

— С какой стати? Типичная карательная экспедиция. Не у нас дома, а черте-где. Обратную доставку никто не гарантирует. Сначала дадут возможность местное население загнуть как следует, навести шороху, потом введут строевые части и угрохают всех, кто еще будет жив. Поэтому и ценник жлобский.

— Но вроде морды знакомые мелькают. В прошлый раз ребята неплохо отожгли по их просьбе.

— Тогда платили десятку в неделю, давали аванс и проверяли кандидатов на стрельбище. Если восемь из десяти не выбивал на ста шагах, то пинком под зад и свободен. А сейчас даже наркоманов конченых готовы вербовать, лишь бы толпу побольше сколотить. Не, на такую тухлятину подписаться — себе дороже.

Битые жизнью и бесконечными контрактными войнами мужики солидно кивали в ответ и соглашались:

— Это да, Соджи дело говорит. Дерьмом от найма за версту несет. Так что пусть шваль разную под себя выгребут, следующим работодателям придется уже раскошелиться по-настоящему. И в кабаках места больше будет, а то из-за дурного молодняка даже проституток на всех не хватает.

А со сцены тем временем продолжали драть глотку:

— Город и деревни на разграбление! Рабов сколько каждый сможет хапнуть! Лучшие колдуны для защиты от любой напасти! Записывайтесь, нам осталось сформировать лишь последнюю сотню! Отличная работа для настоящих солдат!

Братья Гурф могли быть довольны. Они действительно получили лучшее отребье, которое только можно было найти у соседей. Три тысячи головорезов, мечтающих воплотить в жизнь самую кошерную идею любого наемника: воруй, убивай, еби гусей. И тебе за это еще заплатят.

Держись, Сколково, мы уже готовы заглянуть на огонек!

***

Рано утром Володя проверил самобеглую телегу, которую ЕбДык подшаманил перед долгой поездкой, подозрительно принюхался к одному из баулов, откуда просто шибало в нос копченостями, но затем решил лишний раз не прессовать Картера и развернулся к провожавшим в далекую дорогу женам.

— Так, Бим и Бом на хозяйстве, Маше шпионам яйца прикрутить, чтобы не расслаблялись, на Еве общее руководство. Жуть пусть рядом с границей лишний раз не шароебится, у нее для этого егерей хватает. Бдить, ночами не спать и папаше моему хер продемонстрировать, а не новый кордебалет. Пусть после старого член залечит, учудил призрак ебанутый, мандавошек на винт намотал. А все бахвалился еще, что к нему никакая зараза не липнет… Все вроде. Советы роздал, ночью любимых женщин трахнул, можно на лыжи вставать и отправляться.

— Аккуратнее давай. Докси до кромки Леса проводит, дальше уже сами. Станция не доезжая Тагатуса, колеса там пристроишь. В поезде из купе лишний раз не высовывайся, мало ли. Ну и на месте по борделям не отжигай, до дома потерпи.

Школота усмехнулся, обнял грустную Машу и легонько шлепнул ее по оттопыренной попке:

— Не плачь, подруга, бери пример со стальной Евы. Та если и страдает, то ничем не показывает. Только Картера пнула вечером так, что бедолагу потом феи с крыши отдирали и валерьянкой отпаивали… Так, бабло с собой. Письма рекомендательные с собой. Артефакты для продажи упакованы и под личиной железяк замаскированы. Короче, готов. Давайте присядем на дорожку и можно отчаливать.

Посидев пару секунд на ступеньке таратая, Володя поднялся, чмокнул обоих жен и залез внутрь пошарпанной кареты на паровом ходу. Нет, можно было хоть самодельный единственный танк для поездки использовать, но зачем привлекать лишнее внимание. Поэтому специально марафет снаружи не наводили, даже лишний раз кое-где гвоздиком поцарапали.

Маша начертила в воздухе знак оберега и погрозила напоследок пальцем:

— Еще раз, хозяйку магазина античных диковинок зовут Мама Би, а не Баба Бля. Не ляпни там еще раз сдуру. И не забывай, что на побережье имперцев не любят. Хотя, там никого не любят. Поэтому считай, что наебать тебя попытается каждый.

— Помню, помню. Уже плешь проели с этими хитрожопыми соседями. Не волнуйся, я просто буду считать, что домой вернулся. У нас тоже все друг друга за лохов держат. Так что окунусь в привычную атмосферу… Чинук, заводи шарманку. Покатили, а то до обеда будем прощаться.

Сидевший в углу кареты Картер осторожно выглянул в окно, вздохнул и фыркнул себе под нос:

— Я сделал одну единственную ошибку. Открыл рот, когда тебя к Пилюриусу привели. Молчал бы, не имел бы проблем. А теперь — геройствовать.

— Так оставался бы дома, я бы понял, — Володя попрыгал на подпружиненной подушке и откинулся на обитую плюшем спинку. — Хм, неплохо блатные аристократы устроились. У нас даже в мерсах такого комфорта хер найдешь… Что ты там о проблемах вещал?

— Говорю, успеем мы еще радостей хватануть без меры. С твоими-то замашками и любовью находить неприятности на загривок, — отозвался кот. Затем свернулся калачиком с явным намерением поспать и бросил напоследок: — А дома сидеть смысла нет. Мудаком я мог бы и в Тагатусе остаться. Ходил бы, лизал жопу рыжему. Но только не прет меня больше ссаться от любой тени. Попробую хоть крошку гордости обратно заполучить.

— Это дело. Поводов для гордости я тебе обеспечу полную тачку. Или две. Смотря сколько отгрузят забесплатно. А то слишком уж в письме с приглашением патоки намешали. Так нас ждут, так видеть хотят. Аж кушать нормально не могут.

— Врут, — зевнул Картер в ответ и закрыв глаза проворчал: — Разбуди, как обедать соберешься. На голодное брюхо я воевать отказываюсь.

***

В подгорном королевстве гремели барабаны, ревели трубы и развевались знамена. Его на всю голову ебанутое величество проводил смотр войск и орал радостно с трибуны марширующим внизу войскам:

— Не посрамим! Покажем этим дохлякам, кто тут хозяин! Вернем сраных диссидентов! Заставим батрачить, как раньше! А то съебались, суки такие! А вот я им!.. Даешь!..

Пузатые гномы старательно тянули носок, гремели подкованными сапогами по брусчатке и невпопад ревели в ответ:

— Да здравствует король!

Вот только за спиной монарха шептались совсем о другом:

— Слушай, может хватит одних и тех же по кругу гонять? Заподозрит же, боров проклятый.

— Не, он уже с утра шары заливает, ему главное, чтобы верещали в ответ погромче. Но еще разок пройдутся и можно сворачивать лавочку.

— Сколько всего желающих собрали?

— Как обычно. Три строевые бригады по пятьсот обормотов в каждой и почти пять тысяч для тылового обеспечения.

— Хватит?.. Может, чуток из писарей в полки выдавим, на передний край?

— Не волнуйся, когда дело до реальной потасовки дойдет, они сами под знамена запросятся. Потому что с пьяни наше величество подмахнуло главный указ. Теперь деньги за войну платить будут только за реальные боевые. В окопах посидел сутки, в атаку сходил — значит заработал. А всем остальным фига. В казне дыра, амуницию за кредиты закупали. Поэтому войска будут жить с того, что награбят. И шабаш.

С трибуны тем временем продолжало раздаваться:

— Вперед, на врага! Втопчем уродов, спалим рассадник скверны дотла!

Один из чиновников помахал для галочки флажком и закручинился:

— Завтра начинаем выдвигаться и потом опять месяц дристать под кустами. Со жратвой бардак, как всегда. Пока до этого Сколково допрем, половину барахла по дороге растеряем. Ну и потом по дремучим закоулкам еще шарахаться. Приличных-то вояк так и не дождались домой. Кто вообще подальше свалил, кто к этому новоявленному барону переметнулся. Не удивлюсь, если они же еще стрелять в нашу сторону станут, отщепенцы.

— Пулю поймать не так страшно. Прострелят оттопыренную жопу, отправят домой лечиться. А вот с обосранными штанами под дождем в кустах мокнуть — это да, это противно. И ведь не отмажешься, тотальная мобилизация.

А мимо трибун в очередной раз топали все те же парадные расчеты, сипя сорванными голосами:

— Да здра… Фух, что-то подзаебались уже! Когда этот гребаный парад закончится?

***

— Я буду очень рад купить у вас еще такую же статуэтку, госпожа Би! Все же умели в древности делать действительно достойные вещи! Сейчас такое даже в лучших музеях не найти…

Эльф вежливо поклонился, аккуратно подхватил шкатулку с покупкой и вышел из магазина. Вслед за ним выбрался и сопровождавший его слуга, нагруженный разнообразными свертками.

Аэру занимался шопингом. Нет, само собой, он не был идиотом и не собирался в антикварной лавке оставлять следящие заклятья или еще какую глупость, на которую так падки молодые охотники за головами. Что вы, как можно раньше времени обозначить свой интерес к будущей жертве.

Все делается на другом, более качественном уровне. Перекупленный нищий на перекрестке. Специально откормленный голубь, облюбовавший крышу чуть в стороне. Разносчики свежей воды, мелькавшие рядом с гостиницами. Вряд ли нужный персонаж озаботится действительно качественной маскировкой. И заказчик обещал уведомить, когда господин барон отправится в путь, есть у заинтересованного лица возможность отследить поездку будущего барашка на заклание по дорогам империи. Поэтому команда эльфа всего лишь готовилась к будущему захвату, не мозоля глаза посторонним. Ну а сам Аэру зашел в магазин, чтобы лично осмотреть территорию и проверить, не осталось ли каких лакун в разработанном плане.

Конечно, никто не станет атаковать Школоту в этом сарае. Там наверняка есть тайный ход и слуги постараются заступиться за ценного покупателя. Поэтому атака будет произведена на выходе из широкого проулка, где тушка получит несколько сонных игл, затем спеленутое тело упрячут в повозку, после чего без шума и пыли Аэру со своими людьми затеряется в толпе. Был человек, заходил в магазин, но в гостиницу не вернулся. Бывает…

Тем временем Мама Би взвесила увесистый мешочек с золотыми монетами и пристроила его под прилавок. Хорошо день заканчивается. Продать длинноухому подделку по цене настоящей древней безделушки — это просто отлично! А главное, к концу месяца обещал заглянуть на огонек один молодой барончик, хапнувший отцовское наследство. Лоботряс где-то расковырял папашину нычку и достал несколько вполне работоспособных артефактов. Судя по путанному описанию, там должны быть вполне интересные вещицы. Если их объявить редкостями еще до-имперской эпохи, то ценник вполне получится задрать раз в десять. Это же целая гора наличных, а на деньги у Мамы Би был просто отличный нюх. Не зря она в этом бизнесе уже какое десятилетие подряд и обросла необходимыми связями по всему побережью. И мало того, не смотря на сбыт разнообразных подделок, до сих пор ни один из обманутых клиентов не предъявил претензии. Потому что знает, кому можно впарить откровенное барахло, а кому лучше выставить настоящую диковинку, стоившую зачастую жизни не одной поисковой партии охотников за сокровищами.

И лишь вечером, укладываясь спать, дородная мадам нахмурила брови и попыталась зацепить промелькнувшую мимо мысль. Что-то эдакое, на грани сознания. Будто укололась о розовый шип, поправляя букет, и почти сразу забыла о подобной мелочи. Но в ее деле мелочи зачастую определяют будущие финансовые потери. Так что же сегодня случилось такого днем, что нюх на неприятности никак не желает угомониться?

Цветочник снова вымогал скидку, старый жмот. Это привычно. Молоко чуть подскисло, но сама виновата, брала на распродаже. Три вещицы удачно пристроила, наличные уже в банк под охраной отправила. Вечером урвала несколько минут, посидела на веранде, полюбовалась морским закатом. Три безделушки… Три…

Мама Би наконец сообразила. Эльф. Ушастый ублюдок, купивший поддельную статуэтку. А ведь он даже взглядом не показал, что распознал подделку. Но она почувствовала, насколько небрежно он сунул под мышку шкатулку с покупкой. Будь там действительно изделие древнего мастера, к фигурке относились с куда большим почтением. Значит, покупатель приходил вовсе не ради новинки в спальню или на каминную полку. Но и по сторонам не зыркал. Тогда — какого черта изнеженный мудак шлялся к ней в магазин? Вопрос…

Сделав себе зарубку на будущее, Мама Би решила с утра бросить весточку старому башмачнику, через которого местная воровская община принимала заказы и торговала собранной между прочим информацией. Пусть раскроет глаза и уши. Мало ли. Может, старую женщину собираются обнести промежду прочим, а она привыкла платить за защиту местным и забыла о возможных гастролерах. Надо подстраховаться. Потому что не похож был эльф на полного придурка, спустившего двадцать золотых за паршивую безделушку. Совсем не похож, сука…

Глава 5

В половине первого пополудни с северо-запада, со стороны моста имени Всех Блаженных, в Дарры прибыл молодой человек лет восемнадцати с черными татуировками в виде человеческих черепов на пальцах рук. Причем выражение страшной рожи было на каждом пальце уникальным и одинаково паскудным. Никаких дубликатов под копирку. Все же Школота считал эдакий шик одной из своих визитных карточек. Более серьезные татуированные полотна на груди и спине демонстрировались только в узком семейном кругу.

Стоит признаться, что прибытие столь уважаемого господина на курьерском поезде в местную жемчужину пляжного отдыха и лечебных вод не сопровождалось ни парадным оркестром на перроне, ни толпой журналистов. Что поделать, люди слепы в обозрении своего ближайшего будущего и не могут предвидеть даже конец света в отдельно взятой местности. Даже безмозглые животные способны удрать подальше из дома, который через пару минут от сложится под ударом землетрясения, но люди будут цепляться за свой угол до последнего, расточая хулу в сторону бросивших их домашних любимцев.

Но, стоит признать, если бы жители Дарры могли заглянуть чуть-чуть вперед и узнать, какие именно развлечения их ожидают из-за одного-единственного пассажира, они бы уже драпали организованными колоннами от греха подальше.

Итак, яркие весенние лучи согревали привокзальную площадь, на которую выгрузился Школота, его верный Чинук и мрачный черный Картер, которого под конец укачало от безмерных количеств сожранного сервелата. Главарь миниатюрной банды с интересом разглядывал окружающие виды, после чего отметил наметанным взглядом притулившегося в конце длинной хаотичной очереди извозчика с печалью на мятом похмельном лице, призывно свистнул и изобразил на удивление интернациональный жест — потер пальцы между собой. Мужичок тут же преобразился, под нарастающую матерщину объехал конкурентов и подал экипаж к потенциальному клиенту.

Стоявший рядом другой представитель племени “Эх-прокачу” набычился и попытался воззвать к разуму туриста:

— Почтенный, у нас тут вообще-то по очереди обслуживают!

— Обслуживать ты какого-нибудь гомика в подворотне будешь, спустив портки. А вот лучше скажи, сколько до “Светлых ангелов” за извоз берешь?

— Четверть серебряка туда всегда было! — насупился записанный в пассивное народонаселение извозчик.

— Во! А этот милый бородач за половину цены меня с ветерком докатит… Чинук, барахло никакое не забыли? Тогда пихай в телегу нашего смурного зверя и поедем.

Уже выкатывая с площади, Володя рассмеялся и хлопнул по плечу запечалившегося водителя кобылы, который не посмел при всех протестовать против озвученной стоимости проезда:

— Не грусти, братишка! Что я, ваши приколы не знаю? Вы тут цену ломите просто безбожную, лишь бы нагреть приезжающих. Отойди пару шагов в сторону, ценник упадет раз в пять, если не больше. Что, не так?

— Ну, не в пять, но от площади-то шагать придется, — попытался выкрутиться извозчик, но Школота уже переключился на другое.

— Лучше скажи, сколько обычно просят за то, чтобы весь день по городу кататься и на ближайшие приличные пляжи заглянуть. Наверняка такая услуга есть в списке.

— Серебряк платят, — отозвался мужик, затем помялся, вздохнул и с трудом добавил: — Или пол-серебряка, если человек очень хороший. Полную серебряную монету берут за рысаков и цыган с гармоникой, чтобы с песнями катить.

— У вас и цыгане есть? — восхитился говорливый пассажир и заржал: — Наверное еще и гадают желающим? Под гармошку?

— Не, с гаданием только по лицензии, с этим у нас строго. Это вам налево, в северные кварталы. Разные маги и предсказатели там обитают. И за исполнением законов следят строго. Если кто вздумает без бумажки чего отчебучить, так мигом в каталажку и оттуда на галеры, веслами ворочать.

Школота пихнул в бок Чинука, разинувшего рот на достопримечательности, и прокомментировал:

— Видал, какой орднунг? Песни петь можно и так, особенно если в одно рыло засосал прилично горячительных. А колдовать — только по лицензии. Чтобы авторитет других жуликов не подрывать… Кстати, а бордели где, южнее? Вряд ли эти святоши захотят блуд рядом с собой лицезреть.

— Да, развлечения у нас на юге, ваша правда. В центре больше власть сидит, священники и всякие учебные заведения. Кстати, на юге еще порт. А от него и до магов сплошь лечебницы и курорты тянутся. Для семейного и приличного отдыха. Хотя иногда подзагулявших господ приходится от веселых девушек вывозить. Как прошлым летом урожай безмерный винограда собрали, так цены на вино и обвалились. Народ упивается по этому поводу просто безобразно. Уже пару раз даже экипаж мне умудрялись заблевать… Но я все почистил!

Окончательно придя в отличное расположение духа, Школота лишь фыркнул на последнее замечание и озвучил свое деловое предложение:

— Слушай, ты мне нравишься. Вроде нормальный парень, а не эти набыченные уроды, которые тебя в конец очереди оттеснили. Короче, слушай сюда. Предлагаю тебе тот самый серебряк каждый день за извоз. С утра у гостиницы, вечером будешь свободен. Если вдруг мне взбредет в голову куда на ночь глядя шарахнутсья, заплачу отдельно. И возить будешь так, чтобы в какую клоаку не попали с гоп-стопом, но и круги наворачивать не надо. Меня интересует хороший сервис без всяких жлобских приколов.

Хозяин потрепанного экипажа на секунду призадумался, потом заорал на встречный транспорт и сунулся наперерез, разворачиваясь прямо посреди потока.

— Если господин не обманет, то мы с радостью готовы хоть неделю, хоть две поработать! Это да, это с радо… Куда ты лезешь?! Не видишь, нам в проулок надо? Что?!.. Сам такой!

Еще через минуту коляска уже плавно катила в другую сторону, разбрызгивая редкие лужицы, оставшиеся после вчерашнего дождя.

— Это я чуть запамятовал! До “Ангелов” тут покороче чуть-чуть будет, да. Сейчас направо, потом через старые мосты и почти на месте. Хорошая гостиница, кстати. А если пару медяков портье на входе в кулак сунуть, то и место козырное для меня выделит в тенечке и совсем рядом. Даже ждать не придется, чтобы я домчал по первому зову.

— Запамятовал, бывает. Не проблема… За парковку всегда деньги просят, знакомое дело. Ну и подумай, если где там перекусить продать могут, то с лита-другого в день не обеднею. Накину на расходы… Чинук, ну ты хоть бы рот закрыл, честное слово. Да, это не Тагатус и даже не столица империи. Тут люди побогаче и любят дома всякой херью украшать. Но если ты на каждого купидона будешь глаза пучить, любой местный жулик поймет, что в гости приехала деревенщина. Вон, бери пример с Картера. Блюет себе на мостовую потихоньку и плевать ему на местные красивости… Кстати, гений лошадиного управления, как хоть тебя зовут?

— Ара меня зовут, уважаемый. В честь одного из древних богов мама с папой нарекли. Это потом новая церковь своих притащила и старых добрых небесных покровителей задвинула в угол. Но мы из местных, из старожилов, за свои корни держимся.

— Да?.. Что же, имя хорошее, звучное. Поэтому я тебе еще серебряк выдам сейчас, а то мой кот явно разок остатки обеда сгрузил куда не следует. Так что будет тебе компенсация… Да, Картер, как-то твои подвиги я представлял чуть-чуть по-другому. Эх ты, бедолага. Лучше бы на торчащие хуи купидонов пялился…

***

Генерал Ши-Зу мог бы нацепить на себя корону и объявить себя королем. Или каким-нибудь герцогом. Все равно, в том захудалом мире, куда он перебрался вместе с верными егерями и их семьями, вряд ли кто мог действительно противопоставить что-то серьезное огнестрельному оружию и слаженной военной дисциплине. Тут с бронзой еще только-только возиться начали и армии обычно напоминали просто банду оборванцев, которых громить сплошное удовольствие. Но так как Ши-Зу плевать было на титулы и прочие статусные побрякушки, поэтому он продолжал отзываться на привычное “господин генерал” и потихоньку выстраивал жизнь небольшой общины, влившись в местные реалии. Надо отметить, что с вождями и прочими зародышами аристократии общий язык нашли на удивление быстро, предоставив с одной стороны защиту небольшому островному государству, а с другой дав возможность пользоваться благами цивилизации за вполне умеренную плату. Например, трех неплохих врачей здесь носили буквально на руках и готовы были ублажать любым способом. Еще бы, за неделю управились с начавшейся эпидемией, а потом привели в порядок здоровье наиболее уважаемых членов сообщества, использовав для этого не успевшие разрядиться артефакты.

— Мой генерал!

Вежливо постучав в распахнутую дверь, в комнату заглянул ординарец.

— Да?

— Вы просили сообщать о разных непонятных шевелениях среди наемников.

— Наемники?.. А, действительно. Старый пердун запросто мог потратиться на них, лишь бы подгадить. Что, император не поверил в мою смерть?

— Нет, тут другое. Кто-то сгреб с рынка целую кучу бузотеров, чтобы устроить карательную акцию. И подряжают, судя по сплетням, против молодого человека, которого мы должны были ловить дома.

Ши-Зу сначала удивился, затем призадумался. Помним-помним, эдакий непонятный выскочка, который прибрал к рукам бывший военный город-завод, затем даже вроде бы померился силами с имперской армией. Генерал не забывал собирать слухи с бывшей родины, чтобы подстраховаться от возможного удара в спину. Похоже, парень действительно серьезно развернулся и прошелся по чужим мозолям, если ради него заварили такую кашу.

— Вроде как в Сколково делали раньше артефакты?

— Да. Причем наш ведущий аналитик успел перехватить заметку в одной из газет, что в заново возрожденном городе часть артефактов снова стали продавать. Что-то со складов точно мелькало на ярмарках.

— Тогда парень влип… Жаль, у нас нет выхода на него.

— Я только что закончил разбирать почту. Есть еще весточка от нашего человека из Дарры. Он как раз пытается договориться о покупке лечебных артефактов или подзарядке старых. И прислал с духами отражений сообщение, будто хозяина Сколково видели в городе. Он был в списке возможных продавцов редкостей и поэтому попался на глаза.

Наш человек в приморском городе. Хотя, это еще тот вопрос, чей это человек. Один из создателей контрразведки во враждебном империи государстве. Подковерная война с ним сначала переросла в эдакий вооруженный нейтралитет, а потом в подобие дружбы. Особенно такие связи начинаешь ценить, когда сам уходишь в вольное плавание и уносишь ноги подальше от престола. Но в профессионализме этого кадра сомневаться не приходилось. И если он отметил, что хозяин Сколково попался ему на глаза, то это именно так. Наверняка уже перепроверил — что за персонаж мелькнул у него на горизонте, откуда приехал, кто с ним и чем дышат.

— Знаешь что. Пусть это и затратно, но пошли в Дарры весточку. Коротенько дай знать, что против молодого барона готовят полномасштабную военную операцию. И что если он захочет вместе с артефактами и мастерами перебраться в более спокойное место, мы будем рады принять. Нам такие специалисты отнюдь не помешают.

***

Под выгрузку наемников использовали один из старых порталов, который стоял на краю Пустошей. Конечно, пришлось заплатить и успокоить пограничную стражу и разнообразных чиновников от военного министерства, что вся эта толпа наглых и хамоватых уродов проследует строго в указанном направлении, не запустив загребущие лапы никуда более. Кроме того, были предоставлены многочисленные верительные грамоты, которые нарисовали в бесчисленных комиссиях Закуси (не к ночи помянутого Законодательного Собрания). И теперь вся эта толпа катила на грузовиках к месту будущей дислокации.

Кстати, порядок среди шоблы удалось навести буквально за один вечер. Пара некромантов устроили показательную экзекуцию, выдернув из толпы тех, кто вздумал непочтительно и медленно выполнять отданные новыми командирами приказы. Сдохшие в диких муках бедолаги моментально настроили оставшихся бойцов на серьезное отношение к собственной жизни и ближайшему будущему, после чего братья Гурф помахали платочками вслед пылившей колонне и отправились на посиделки с примчавшимся господином Сигиусом. Человек-ходячая-вобла не удержался и решил лично проконтролировать первый этап операции.

По итогам беседы братья единогласно посчитали вечернее время бездарно просранным. Окончательно зациклившийся на личной мести и артефактах идиот мечтал лишь о том, как будет загибать несчастное Сколково. А вот вампиры для себя потихоньку уже начали перекраивать первоначальные планы. Ну, что там с городом будет, это еще отдельная тема. Сумеют гномы вместе с наемниками вломить остаткам монстров или нет — это вилами на воде написано. Зато если дела пойдут криво, то какой смысл гробить даже паршиво подготовленную армию в бессмысленных штурмах? Куда как проще наложить лапу на ослабевшее королевство гномов и тот кусок имперских земель, которые как раз окружают магический Лес. Торговать рано или поздно старые либо новые хозяева Сколково захотят, а если перекрыть все свободные дороги, то легко можно встроиться в цепочку перепродавцов артефактов. И дальше уже будет видно, как именно танцевать. Главное, не бежать на встречу паровоза с желанием его забодать. Лучше пустить чужой состав под откос, разграбить вагоны и потом самому заняться выгодными перевозками.

А Сигиус пусть и дальше воюет с ветряными мельницами и бухтит под нос, что уж эльфы точно с малолетним бароном посчитаются. Тем более, что эльфы тоже поняли, что продешевили и теперь уже забрасывают удочки к старым клыкастым знакомцам. Типа, убить идиота мы всегда сможем. Но может вам он нужен с переломанными костями для опытов? Уступим за вполне разумную цену.

Про разумность можно поспорить, но приобрести в личную собственность урода, обгадившего уже не одну вечеринку, это заманчиво. Очень даже заманчиво… Превратить в ходячего зомби и потом продать еще раз Сигиусу. Главное, с ценой не продешевить…

***

Трое ушастых долгоживущих сидели на берегу горной речки и аккуратно разбирали поклажу. Все же доставленные реактивы были настолько ядреными, что даже эльфу хватило бы капли, дабы навсегда перестать радоваться жизни и отправиться в гости к далеким предкам, выхаркивая по пути остатки легких.

— Когда отрава сработает?

— Если бы не спешка, мы бы травили чужой Лес год или больше. Тогда бы еще лет через пять он бы окончательно и с гарантией загнулся. Но приказ не позволяет выполнять работу как надо, придется поэтому все содержимое выливать сразу… Ну и тогда ударная доза через три дня дойдет до места.

— Три дня на доставку, еще сутки на то, что подействует. После чего вся живность вместе с деревьями сгниют буквально за сутки.

— Примерно так… Но все равно, испортить такое произведение искусства… Это как хрустальным молотом пытаться расколоть череп старому врагу, пойманному в плен. Даже если твой молот разлетится на тысячу осколков, гаденыш все равно сдохнет. Но никакого эстетического удовольствия от казни не получишь…

— А гномы? Они как раз через пять дней начинают атаку.

— Половина из них хапнет остатки этой дряни и загнется от болячек чуть позже. Как и наемники с некромантами, которых сгребли вампиры себе в помощь. Но только черепушки выживут почти все. Магия у них вполне похожа на ту, что используется в этом оружии. Затем еще часть населения по округе загнется и через месяц все веселье закончится.

Самый молодой и любопытный из троицы задал еще один вопрос, переводя дух после долгой дороги в предгорья:

— Так если империя тут зачахнет, может мы сумеем кусок обратно себе забрать? Вряд ли наемники смогут удержать власть. Их местные вояки в любом случае постараются зачистить. Драка, смута — нам только на руку.

— Вполне возможно. Поэтому завтра едем дальше и там уже начинаем распространять слухи и сплетни про безумный мор, который освободили новые хозяева Сколково. Как у некросов дела пойдут — неизвестно. Но перебаламутить округу нам нужно качественно. За что заплачено и что в своих планах старейшины семей наверняка уже учли… Так, хватит облака разглядывать и травкой любоваться. Давайте дело сделаем, стоянку позже развернем.

Осторожно отстегнув защелки, эльфы сдвинули многослойную берестяную обертку и спустили четыре пористых обрубка в реку, привязав каждый веревкой к ближайшему дереву. Убедившись, что вода окрасилась еле заметным белесоватым налетом, выше по течению тщательно помыли руки, притопили там же опустевшие торбы и уже ненужные тряпки. Затем замаскировали следы своего присутствия и молчаливыми тенями исчезли в лесу. Им предстояла еще долгая дорога через перевал на восток, на встречу с резидентом.

***

— Какие гости к нам! Мы так рады, так…

Братья Гуфф даже не пытались скрыть паршивое настроение. Тут толпа обдолбанных мудаков никак до места будущей военной операции добраться не может, задирая по дороге некромантов-командиров, а самое главное чмо никак на месте усидеть не может и приперлось делиться мудрыми советами. Взять бы эти советы и…

Господин Сигиус так же не светился от счастья и перекошенную морду лица не собирался маскировать фальшивой улыбкой. Он сразу взял с места в карьер и начал шипеть и брызгать слюной, словно ему яйца защемили:

— Вы выбиваетесь из графика! Еще вчера должны были встать на южной границе Леса, а сегодня двинуться на охват на запад и восток, занимая деревни.

— На восток после реки одни болота до горного кряжа. Там делать нечего, — попытался высунуться со своим мнением Младший, но главный инвестор военной кампании лишь отмахнулся:

— Значит, посты там выставить! Иначе вся эта шобла пройдет мимо вас и вы даже не заметите побег!.. Почему так медленно? Почему мне приходится вас подгонять?! Гномы уже вышли на исходные и завтра с утра пойдут в атаку. А здесь даже конь не валялся!..

— Гномы?.. — вампиры довольно закудахтали: — И кто же это вам сказал, что бородатые недоумки уже готовы?.. А, наверное это они вам сообщили, отчитались… Да, пыль в глаза коротышки умеют пускать, этого не отнимешь…

— Я что-то не понял…

— Да, трудно быть таким доверчивым… Господин Сигиус, ваши любимчики всего лишь выдвинули три мотоколяски поближе к Сколково. А основная толпа еще ковыляет. Сегодня у нас что, среда? Так вот не раньше субботы ждите их на месте. Плюс еще время на то, чтобы лагерь развернуть, тылы подтянуть и приготовиться. Если они в понедельник будут способны изобразить атаку, то мы очень удивимся. Кстати, в отличие от докладов, мы предпочитаем опираться на свою агентуру. И наши глаза и уши умеют пользоваться телеграфом. Поэтому точные сведения получаем куда быстрее, чем вы свои сказочки… А черепушки, в отличие от… Некроманты к пятнице перекроют южный тракт, выставят заставы на восточных болотах и выдвинутся к западной границе, занимая деревни и ярмарку. Городишко мы уже захватили, кстати. Как там он называется? Липово?.. Так вот, временный штаб будет там. И атаку мы начнем именно в понедельник, согласно намеченного плана.

— Долго. Ублюдки в лесу успеют приготовиться.

— Ублюдки как раз дохнуть начнут. И зараза через Лес дойдет от северных границ до южных, к нам поближе. Так что мы пока будем заслоны выставлять и возможное бегство пресекать. И деревни потрошить, да… А если бы нам дали нормальное финансирование, то набрали бы не сброд, а действительно кадровых наемников. С которыми бы уже вполне быстро и без затей сегодня входили в Сколково…

Сигиус сморщился еще больше. Но снова обжевывать финансовую проблему не стал, хотя можно было причесать зубастых против шерсти, припомнив авантюру с покупкой амулетов и эликсиров. Вместо этого он подхватил свою тросточку, отправился к выходу из комнаты, но на пороге все же не удержался, глянул через плечо и бросил напоследок:

— Места в совете захваченного города будут разделены согласно приложенных усилий. Если вы не вернете мой груз и позволите гномам выполнить всю грязную работу за вас… Тогда не удивляйтесь, если так и останетесь сидеть в Липово. Потому что больше вас никуда не пустят…

Про то, что эльфы сегодня-завтра захватят проклятого пацана, даже говорить не стал. Это будет его персональная победа и удача. Нехрен сюда непричастных примазывать. Пусть в атаке на Лес дохнут. Заодно гонор порастеряют.

***

Насчет гномов братья Гуфф не соврали. Шесть с половиной тысяч штыков медленно пылили по северном тракту, который спускался до кромки Леса, затем огибал чащобу по западной границе, чтобы добраться до своего южного аналога. Прямая дорога через Сколково была уже сто лет закрыта и туда никто здравомыслящий даже не совался.

До места намеченного разворачивания основных сил и средств оставался еще день. Но этот день надо было еще пройти. Проковылять. Прошкандыбать, проклиная судьбу и окружающий мир.

Если три гвардейские бригады худо-бедно еще справлялись с марш-броском, лишь матерясь сквозь поднятые клубы пыли, то вот тыловые части загибались без привычного комфорта и отдыха. Его сраное величество гнал всю толпу вперед, не обращая внимания на стоны и жалобы. Его сраному величеству хотелось как можно быстрее покрыть себя боевой славой, пройти по телам сдохших монстров и наложить лапу на лакомый кусок. А ради этого придется жопу с мягкого креслица приподнять, сапожками погреметь и на солнышке голову под шлемом погреть. И никаких вам грузовиков, суки, грузовики под завязку забиты оружием, припасами, палатками и прочим барахлом, которое в спешке собирали по разворованным складам. И если где-то слишком много спустили налево, то значит и спать таким неудачникам на голой земле. И никак иначе.

Но не смотря на весь бардак, на потерянное имущество, на сбитые с непривычки ноги — армия Подгорного королевства шла и шла на юг. Пусть треть грузовиков забарахлила еще на половине пути, их пришлось разгружать и тащить на сцепке. Пусть все эти ружья, скатки, котелки и мешки с крупами теперь взгромоздили на тыловиков, которые периодически подталкивали застрявших в очередной канаве многоколесных монстров. Плевать — злее будут. Главное — только вперед.

Высунув красную с перепоя рожу в окно, король посмотрел вперед, где вдалеке маячили знамена гвардейцев. Затем обернулся и посмотрел назад, где змеился хвост нагруженных под завязку гномов. Потом чихнул от поднятой пыли и спрятался обратно в карету, где его ожидала очередная фаворитка и открытая бутылка. Армия идет. Король командует. Добыча на расстоянии протянутой руки. Зашибись. Это надо отметить.

Сколково. Мы идем…

***

— Что ты хотела нам показать?

На маленькой полянке собралось почти все руководство независимого баронства: Ева, Докси, Пилюриус и Маша. Жуть стояла на краю поляны и внимательно что-то разглядывала в журчащем мимо ручье. Монстриха жестом подозвала к себе остальных и мрачно буркнула:

— В воду не суйтесь! Вот, смотрите сюда, на куст. Видите нижние ветки?

Первой проблему разглядела Ева. Но для эльфийки было бы странным, если бы не заметила чернеющие листья и теряющие кору ветки.

— Это что, какая-то зараза убивает Лес?!

— Мы в предполье. До Леса еще почти миля. И хвала Школоте, что он сюда егерей загнал, они первыми заметили… Да, это какая-то отрава.

Осторожно присев на корточки, старшая жена молодого барона принюхалась. Затем прикрыла глаза и забормотала про себя:

— Кислое с перчинкой, осенний привкус и серая дымка при горении… Нет, это не из ядов послецветия… И не из старых запасов, которыми империю травили во время прошлых войн… И…

Медленно поднявшись, Ева аккуратно сделала пару шагов назад и позвала за собой Жуть:

— Всем подальше от ручья… Это упоротая плесень. Очень редкая дрянь, которую собирались использовать мои родственники как оружие отчаяния. Если бы имперцы стали их добивать, как хотели, то такой дрянью отравили бы всю округу. Сдохли бы сами, но половина людских королевств отправилась бы тоже в ад… Проникает везде, обычно разносится с водой. Убивает от прикосновения, от вдоха, от питья. Единственное, очень не стойкий к природному воздействию яд, разлагается через месяц. Если месяц не трогать, то позже уничтоженную территорию можно снова занять. Правда, там все придется засаживать заново, земля превращается в труху и требуется заново вносить удобрения и перегной. Ну и все растения со зверьем дохнет в первые дни контакта с отравой.

Командир армии отскочила почти на центр поляны и оттуда прогудела:

— Егеря пользуются водой только из фляг, наполняем их в городе. Еда так же оттуда. Но за предпольем начинаются наши болота, а это — вся северная граница. Если твоя плесень через реку идет, то скоро вся первая линия обороны будет заражена.

Маша посмотрела на смертельно опасный ручей, затем на остальных и добавила:

— С юга наемники подходят. Из Липково гонец был. Кто из наших в городке сидел, снялись с семьями и к нам подались. Сам городишко уже захвачен. И толпа прет такая, что они с юга вообще всю округу вытопчут.

В общую копилку добавила Докси:

— Мои дальние разъезды видели гномов. Три группы разведчиков уже за соседними кустами брюхо чешут, а следом подходит армия. Точно еще не считали, но явно больше двух тысяч.

Ева побледнела еще больше и повернулась к молчавшему Пилюриусу:

— Я не знаю, как можно плесень уничтожить. Это такая зараза, с которой даже мои родственники бороться не умеют. Эти запасы остались с очень старых времен. Видимо кто-то прилично заплатил, чтобы подобную дрянь использовали против нас.

На что лекарь посмотрел на север, откуда тек ручеек, затем на юг, после чего подытожил:

— Эта гадость уже от реки тянется. Значит, там больше всего дряни… А река идет через весь Лес насквозь. И через Сколково, в том числе… С юга наемники. С севера гномы. Нашей чащобе жить осталось пару дней. И даже если мы успеем связаться со Школотой, вряд ли он что-то сумеет сделать… Ну что, бабоньки. Могу вас поздравить. Мы теперь точно знаем, как выглядит настоящий пиздец…

Глава 6

Когда вы желаете чего-нибудь “эдакого”, то надо очень-очень постараться правильно для мудака сверху сформулировать список пунктов в тех самых пожеланиях. Потому что дядька наверху вредный, бесконечными воплями снизу задерганный, поэтому если у него руки и доходят вершить добро, то делает это на отъебись. Ну, или как ему левая пятка подскажет. Хотя, чего злиться. Они один, а нас, ушлепков, до усрачки развелось.

Поэтому когда Картер говорил о своем желании вершить подвиги и всячески геройствовать, то представлял себя верхом на белом коне, с шашкой в лапе и орущим во всю харю: “Руби гадов!”. Или хотя бы сразу перескочив всю эту кровь-кишки-развиздораздило, а ты уже в бинтах, в гареме, тебя кормят с ложечки и попутно отсасывают. Иначе — нахер весь этот героизм?

Но, как мы уже заметили, коту никто не подсказал о гнусном характере мудака, исполняющего желания. Хотя, вроде бы уже взрослый, должен был догадаться. Поэтому, когда утром Школота поставил боевую задачу, Картер первую минуту молча пучил глаза и пытался переварить услышанное. Потом попытался было раззявить пасть, чтобы погромче высказать свое неудовольствие, но господин барон перехватил глотку кошака твердой рукой и тихо прошипел на ухо:

— Хоть звук услышу — придушу, как последнего вредителя! У нас тут полная гостиница местных соглядатаев, а ты собираешься концерт устроить… Значит, мы на боевом выходе. Поэтому исполняем приказы молча, быстро, качественно. Любые мнения о том, что у отца-командира кукушку сорвало — это уже по возвращении домой. Ну, или давай в последний раз определимся, с кем ты. В самый последний. Считай, я тебе дикое одолжение делаю. Либо ты с нами, либо пиздуй отсюда и не мешайся под ногами.

После того, как железная хватка на шее ослабела, Картер попытался продышаться, смахнул лапой выступившие слезы и прошептал:

— Кто же спорит, господин главнокомандующий… Но мог бы хоть вежливо приказ отдать, а не как обычно…

— Так что решил?

Кошак бесшумно спрыгнул на пол, покрутил башкой и вздохнул:

— Да куда я теперь, нахер, с подводной лодки… Сделаю. К ночи все будет в полном ажуре.

Вот так одни бойцы-командиры жрали деликатесы в гостинице и готовились к вечерней прогулке по Дарре, а другие бедные-несчастные лапками топали по запутанным трубам ливневой канализации города, запоминая все повороты и готовясь предоставить карту исследованной территории. Хочешь быть героем? Меси гавно, парниша…

Извозчик был счастлив. Все же заполучить такого жирного и не привередливого клиента — это просто улыбка фортуны. С утра у гостиницы пристроился на уже оплаченном месте, беляшик-другой схомячил — и вот они, гости дорогие. Сели, покатили в какой-нибудь приличный ресторан. Там позавтракали, рюмку-другую опрокинули — теперь можно и просто по городу поболтаться. Полюбоваться на центральные районы, посмотреть особняки, выставленные на продажу. Либо к магам в гости заехать, там часто дни открытых дверей проводят для потенциальных заказчиков. Зайдешь в дом белобородого кудесника, посмотришь на всякие диковины. Причем молодой барон оказался неплохим знатоком разных забубенных сущностей, периодически умудрялся зацепиться с колдунами языком на час-другой. Затем вежливо раскланивался, иногда прикупив что-то из предложенного и отправлялся обедать. После обеда — прогулка на пляж или в платную водолечебницу. Грязью пятки попарить, в баньке расслабиться или еще как здоровье поправить. Ну и обратно.

Вот и сегодня исколесили почти половину города, после чего остановились у одной из оружейных лавок. Приказав ждать, Школота вместе с Чинуком проследовали внутрь, раздув самомнение до непомерных величин. Покрутились перед застекленными витринами, пощелкали вхолостую запальным замком у древнего мушкета. Потом обсудили цены на новинки и взяли на пробу маленькую зарядную банку под ручную мортирку. За южными кварталами было несколько мест, где местная аристократия и прочие прожигатели жизни любили пострелять из домашних коллекционных безделушек. После чего откланялись.

И лишь отъехав подальше, стали ржать, словно ненормальные:

— Не, ты его пистолеты видел? Там золота больше, чем металла! А обойма вмещает всего два заряда, да и то ослабленных!.. А шпалер армейский? Он к армии имеет такое же отношение, как я к евнухам! У него даже прицел не установлен! А банка эта? Они стопор туда молотком забивали, не иначе! Один раз отстрелял и на выброс… Ну, жулье… И ценник… Да у нас шпана из мастерских себе для развлечения самопалы лучше делает! И это обычные подмастерья, про гномов и не говорю…

Чинук вытер глаза, всхлипнул и добавил то, что поразило телохранителя прямо в самое сердце:

— А еще у него метательные ножи… Парадные… Из жести… С тупыми лезвиями… Типа — носить на балы, на перевязи, умы дамочек смущать…

— Дебилы, — согласился с верным бойцом Школота и скомандовал извозчику: — Так, на сегодня я устал смеяться без перерыва, давай в гостиницу. Передохну чуток… На утро после завтрака подтягивайся, мы как раз перекусим и поедем по магазинам. Развеемся…

Ну не чудо клиент? Еще пяти вечера нет — а уже свободен! И по блядям не таскается, брезгует. Как-то обмолвился, своего гарема более чем достаточно. Серьезный господин, не фуфло какое-нибудь. Хоть и молод…

***

Выглянув на балкон, Младший покрутил носом и спрятался обратно в комнату. Все же Липово — это не просто дыра, а дыра в кубе. Ни тебе нормальных поваров. Ни каких-либо развлечений приличных. Даже баб нормальных найти не удалось. Только кривые и косые на всю морду. Да и населения в городишке в лучшем случае треть от того, что было до прихода наемников. Как верещали оставшиеся, буквально за сутки до подхода основных сил кто-то пустил слух про будущих мародеров и более-менее вменяемые снялись с места и слиняли в Лес, где их якобы ждали. Остались лишь те, кто толком работать не любил, занимался “подай-принеси-сука-криворукая”. Ну и теперь пытался воспользоваться моментом, заняв освободившуюся жилплощадь.

Вообще-то вампирам на эти телодвижения было насрать. Потому как за порядок отвечали некроманты, а те устроили собственный шабаш на захваченных территориях. Попутно спустили с поводка вооруженное быдло, выполнив данное обещание. Поэтому теперь во всех захваченных деревнях и единственном пыльном городишке творился полный пиздец. Наемники грабили местных, трахали все, что шевелится. А что стояло столбом, застыв от ужаса, то двигали и трахали с особым цинизмом.

Но проблему досуга для самых главных отцов-командиров эта вакханалия так и не решала.

— Может, в самом деле в Сколково сунемся? Там все же хотя бы зачатки цивилизации, — поморщился от долетающих с улицы воплей Младший. На что брат на секунду оторвался от раскладываемого пасьянса и поинтересовался:

— Жить надоело? Сегодня только-только чащоба дохнуть начала, все это зверье как раз наскипидаренное по буреломам носится, от боли пни грызет и друг другу кишки разматывает. И ты предлагаешь туда сунуться? Ровными рядами по неразведанным дорогам, через засады и ловушки? Ну-ну… Так, куда бы короля пристроить?

— Тогда поехали в Тагатус. Пока суть да дело — как раз успеем дух перевести и расслабиться. Ну надоело мне с этими быдланами под одной крышей куковать. Удивительно, как только некросы их давить еще не начали. Это же какой-то…

Младший даже подобрать слово не смог. На что выслушал столь же флегматичный ответ:

— В Тагатусе нас ждут просто с распростертыми объятиями. Особенно храмовники. Одно дело инкогнито проездом мелькнуть и совсем другое с наглой рожей в какой кабак завалиться. Потерпи неделю. Через неделю гномы подопрут Сколково с севера, наши головастики пройдут по трупам с юга. И получим мы новое место жительства на блюдечке с голубой каемочкой… О, вот и короля пристроили… Кстати, позови сотника. Надо его еще разок пнуть, чтобы они телеграфистам обеспечили реальную защиту, а не на словах. Потому что телеграф в наше время — это сила. И я никак не могу дождаться, пока нам не пришлют весточку о решении одной нахальной проблемы в Дарре. Одной молодой, но очень нахальной…

Переглянувшись, близнецы захихикали:

— А господин Сигиус почему-то считает, что эльфы продадут пленника именно ему. И не понимает, что наша поддержка в будущей смуте им куда важнее, чем лишние пара золотых монет. Вот старый дебил…

***

Поздним вечером Аэру заслушивал очередной отчет от наблюдателей. Пока ситуация развивалась именно так, как планировалось. Клиент под колпаком, ведет себя вполне адекватно, прожигая накопленное золотишко по своему разумению. Кстати, на удивление здравомыслящий молодой человек оказался. По шлюхам не бегает, бухло почти не употребляет, в основном знакомится с городом, приценивается к недвижимости и отмокает в элитных банях. Ну и закупает разного рода безделушки, на какие глаз упадет.

— С вечера сидят в гостинице, портье предупредили, что завтра едут к антиквару, поэтому после завтрака из хранилища достанут их товары.

— Отлично. Глаза им не мозолили?

— Никак нет, скользящая слежка, в основном работали с крыш.

— Тогда передай дежурной смене, пусть проверят пути отхода и сбросят весточку в порт. Завтра к обеду мы должны с грузом прибыть на шхуну.

— Что-то еще?

— Нет. Отдыхать. Выходим на финишную, надо расслабиться…

Эльф покрутил в голове еще раз комбинацию и не нашел слабых мест. Клиент продает привезенные артефакты, с золотом возвращается назад. В проулке его принимают, пакуют и вывозят через оплаченную дыру в таможне на судно. До заката уже выходят в море, после чего спокойно добираются домой.

Была дурная мысль тряхнуть еще старуху, но после здравого размышления Аэру порыв жадности задавил. Смысл гнаться за разовыми образцами продукции, если заводы скоро достанутся новым хозяевам. Да, формально в новом совете Сколково ушастых не будет. Но без них производство артефактов не восстановить. Нужных специалистов сейчас даже в Имперском Университете нет. Так, бракоделы одни. Поэтому формально пусть щеки надувают посаженные в ратушу болванчики. А реальными сделками и продажей действительно ценных вещей станут заниматься совсем другие люди. Точнее — нелюди. Хотя часть пирога придется отдать некромантам. Но без них многие интересные новинки просто не собрать. А гномы пусть и дальше клепают свои дурацкие железки. Толку от них — только дым и вонь…

Потянувшись, командир группы захвата ощутил, что устал. Все же мотаться по городу, организовывать слежку и готовить отлаженный механизм группы боевиков к предстоящей операции — это не языком в сенате болтать. Тут надо думать, уметь комбинировать и учитывать тысячу и одну деталь, каждая из которых может сорвать блестяще спланированную акцию. Но зато сейчас вполне можно допить чай и лечь отдыхать, отбросив все мысли. Завтра вечером он уже будет по дороге домой с упакованной добычей в трюме. Главное — не волноваться и все получится.

Но Аэру никогда не волновался. Он был профессионалом и не позволял себе столь нерационально транжирить нервные клетки…

***

Пролетка не спеша катила по проспекту, двигаясь вслед за таким же медленно фланирующим экипажем. Вот только впереди гремящее колесами средство передвижение явно везло подзагулявших богатеев в кроватку, обдавая всех встречных-поперечных перегарным выхлопом. А Школота с утра лишь всосал кружку местного травяного настоя, залив им изрядный кусок мяса. И теперь созерцал окружающий мир без привычного желания схохмить. Сидевший рядом Чинук уже почти не пялился по сторонам, прижимая к груди тяжелый чемодан с образцами на продажу. Отмытый утром Картер умял в одно рыло миску сметаны и поэтому больше не матерился о тяжелой геройской судьбе, озаботившись вылизыванием яиц. Но даже легкая накатившая меланхолия не помешали Володе позавидовать ребятам, затянувшим что-то про удалого поручика:

— Во дают! С вечера водки укушались, потом кучу бабла просадили в рулетку или еще какую хрень, затем остатки наличных спустили на блядей и до сих пор угомониться не могут!.. Хотя, если это не местные, а почетные гости города, то имеют полное право. Вряд ли их ждет дома жена и обездоленные дети, с мечтой как можно быстрее проломить любимому супругу черепушку.

Довольный жизнью и заработками кучер тут же выдал справку:

— Не, не местные, правильно угадали! Это наши купцы строителей поят. Те приезжают с планами по облагораживанию земель дальше на юг. И должны планы к местности привязать. Если учитывать интересы инвесторов, то надо покупать землю как можно дальше от побережья. А если принять подарки от купцов, то выкупят участки, где ценник зашкаливает. Вот их неделю уже и потчуют. Как только подписи нужные поставят — так халява и закончится.

— Хера себе! — восхитился Школота, — какие ты слова знаешь! Инвесторы, участки, коррупционные схемы!.. Где наблатыкаться успел?

Водитель кобылы важно выпятил грудь и похвастал:

— Так я с подачи родителей образование в местном университете получал! Как раз по градоуправлению и инвестициям!..

— Отлично! И какой результат?

— Ну, результат… Вот, хотя бы на остатки семейных финансов лошадь купить смог… Но ничего, еще годик-другой подкоплю и снова на рынок вернусь. У меня — грандиозные планы!.. Сами поучаствовать не желаете?

Володя только отмахнулся:

— Не, парень, у меня даже скакуна с телегой нет. Так что мне копить раз в пять дольше, чем тебе. Вот, батино наследство пристрою, дальше будет видно.

Из толпы, текущей полноводной рекой по тротуарам, к упившимся строителям выпорхнула молодая девушка. Она сунула им несколько бумажек, что-то быстро прощебетала и соскочила обратно на мостовую. Один из гуляк попытался хлопнуть ее по заднице, но не удержался в коляске и чуть не вывалился наружу. Остальные с большим трудом успели его перехватить в начале полета и с воплями начали затаскивать обратно.

Девушка же подскочила к Школоте, сунула ему в руки рекламку и выпалила на одном дыхании:

— Лучшие красотки только в нашем варьете! Каждый вечер новая программа! Прима Лили с сольными номерами! Не проходите мимо, господа хорошие!

В отличие от первого экипажа, здесь пассажиру повезло больше. Легонько хлопнув милашку по выдающимся задним формам, Володя помахал вслед цветной бумажкой и проорал:

— Будем, обязательно будем! Пусть готовят вип-ложу! И официанток посмазливее!

После чего Школота снова устроился на сиденье, обмахнулся буклетиком и осклабился. Солнце, теплый ветерок, высоколиквидный груз, за который скоро отсыплют гору золотых — что может быть лучше? Разве что вечерком отметить сделку и спустить часть монет, разглядывая молодых и голодных до денег женщин легкого поведения. И все — в пределах нормы. Музыкальный театр, господа! Бляди по отдельному прейскуранту!

Аэру полюбовался, как клиенты заходят в магазин Мамы Би, отправив возницу подальше, после чего подал знак остальной группе захвата. Теперь в проулок никто посторонний не войдет. А барончик выйдет исключительно в виде груза для транспортировки в далекий лес. После того, как Аэру с его спины нарежет ремней в память о погибшем друге и учителе, воющую от боли тушку выставят на аукцион. И продадут.

Усмехнувшись, эльф поудобнее устроился на краю крыши и приготовился ждать. До начала атаки осталось совсем немного.

***

Мама Би улыбалась дорогому гостю во все свои акульи зубы. На широком прилавке перед ней громыхнул чемодан, после чего молодой человек откинул крышку и начал выкладывать оттуда железки.

— Как и обещал, уважаемая госпожа Би, у меня есть кое-что на продажу. Вы таки даже не представляете, сколько интересного я привез… Например, вот эта вещица, столетней давности. Позволяет убирать любые неприятные запахи в помещении. Незаменима на кухне или складе, где допустили порчу товара перед инспекцией.

Хозяйка антикварного магазина распахнула пасть еще побольше и начала в голове прикидывать, сколько именно получится содрать с каждой партии таких милых безделушек.

— Или вот еще. Это уже новодел, но сделан по старым технологиям. Музыкальная шкатулка. Ставите записанную заранее музыку, заводите пружину и слушаете любимые вальсы или марши… В коробочке для примера три таких диска, завода хватает на пятнадцать минут проигрывания. Скопировать пластинку с музыкой не получится, артефакторная привязка. Но зато могу прислать специалистов, которые побывают на любом приличном концерте и пополнят коллекцию. После чего мы сможем продавать новинки без каких-либо потенциальных конкурентов. Отстегнуть исполнителям за качественное выступление и потом стричь купоны.

Первоначальная сумма в голове мамы Би удвоилось.

— Эти две вещицы просто можно выставить как антиквариат. Красивые статуэтки, подзаряжаются днем от лучей солнца. Затем ночью светятся разными огнями, изображая эдакое цветовое шоу. Вот регулятор яркости. На слабом уровне хватает на всю ночь. Делали штуковины лет триста назад, каким образом завалялись у меня на складе — без понятия. Мы их лишь чуть почистили и отполировали.

— Вижу, что полировали. Клиенты могут ворчать, что мы пытаемся спихнуть им новодел.

— Нахер таких клиентов посылать не пробовали? Обычно глотку дерут лишь дешевки, кто купить что-то приличное не может. А настоящие ценители за подобную статуэтку не меньше сотни золотом выложат и не поморщатся.

— Возьму по пятьдесят.

— Мадам, вы делаете мне смешно. Я еще даже не начал торговаться, а вы уже портите все удовольствие от будущего процесса. Сотня за каждую. Или я буду грустить и слать печальные телеграммы родне, которая по какому-то недоразумению рекомендовала вас как настоящего специалиста… Так. Ну и сюрприз, чтобы мы стали больше доверять друг другу.

Услышав ключевое слово “сюрприз”, Чинук повторил многократно тренированное и заученное действие. Секунда — и на сидевшего в углу громилу охранника уставился своими дырами обрез. Мама Би не успела даже моргнуть, как ее телохранитель превратился в окаменевшую статую. Лишь глаза выпучились и с тревогой внимательно стали ловить каждое движение гостей. Ну еще бы, калибр у ружбайки был такой, что внутрь черной дырки легко можно было сунуть кулак. Короче — страшная вещь. С подобной дурниной громы обычно разбирались с грабителями банков. Дернул спусковой крючок — и весь кассовый зал как будто свинцовой метлой вычистило. А по тому, как Чинук держал волыну, было видно, что он ей явно умел пользоваться.

На второй секунде уже в руках Школоты материализовался небольшой пистолет, ствол которого парень уткнул в мокрый от пота лоб хозяйки:

— Слышь, ты, клуша старая. Колись, кому меня сдала?

— Я…

— Ты, ты, лахудра кривозубая. Нас уже несколько дней водят по городу. А прямо сейчас вся эта кодла сидит в проулке и сторожит, когда мы с баблом обратно двинем. И что-то мне червячок сомнения в ухо шепчет, что без тебя тут точно не обошлось… Итак, кто тебе заплатил за мою голову?

Помявшись, женщина попыталась воззвать к разуму гостя:

— Слушай, стала бы я портить отношения с бывшими наемниками! Если с твоей головы упадет хотя бы волос, меня же из под земли достанут! Что Мараэлла, что Докси.

— Может, ты так решила на пенсию бодро слинять. За меня много обещают. Раз — и куда-нибудь в другой мир, с концами.

— Ебанулся совсем? Я и так неплохо живу… Нет, я собираюсь с тобой и этим самым Сколково вместе дела вести. Деньги зарабатывать. Твоя анти-вонючая штука и музыкальная шкатулка — это же золотое дно! Сам подумай, нахер мне какие-то неприятности, если деньги буквально сами в руки идут!

— Резонно. Но вопрос тот же самый. Что такое стряслось, что твой магазин решили использовать для охоты на меня?

Мама Би постаралась абстрагироваться от упертого в лоб ствола и перебрала все события за последние недели. Затем с натугой выдавила:

— Эльф заходил. Я думала, что он из залетных, к гоп-стопу готовится. Но, похоже, ошиблась. Очень уж неприятное ощущение после себя оставил.

— Какое?

— Ходячей смерти. Такие мастера на мелочи не размениваются.

Школота нахмурился, прикинул разные варианты и опустил пистолет.

— Ушастые, значит. А что, вроде как сходится. И за мной по крышам они в основном скакали. И здесь своими накидками прикрылись… Пидарасты долгоживущие, все им неймется…

Затем полюбовался, как Мама Би осторожно переводит дух и усмехнулся. Причем от улыбки у хозяйки магазина мурашки табунами помчались по коже.

— А еще мне тут по дороге забавную рекламку сунули. На которой буковки были пару минут. Были, были и осыпались… Про то, что против меня лично уже целую армию двинули. И что все сообщения на телеграфе в мой адрес перехватывают. Так что — обложили качественно. Ну и эти ребята снаружи — вишенкой на торте…

— Но я-то не при чем! Никогда с ушастыми дел не имела и иметь не собираюсь!

— У тебя где-то протекло. Про нашу встречу знала лишь ты, мои жены и твое окружение. Ищи крысу, мамаша… Кстати, насчет крыс. Дырка у тебя в канализацию есть?

Дородная мадама обвела взглядом любимый магазин, потом набрала побольше воздуха и заголосила:

— А убытки мне кто покрывать будет? Ты представляешь, что тут останется, если…

Школота все с той же ухмылкой приподнял пистолет и выстрелил. Пуля сшибла с головы Мамы Би парик. Но сам выстрел был почти не слышен — так, легкий хлопок. Похоже, гномы постарались и доработали свою игрушку для разного рода тайных операций.

— Значит, я с моими компаньонами ухожу через дырку. Это не обсуждается… Про компенсацию чья бы корова мычала… Но, так как я честный человек и при этом еще и барон, поэтому данное слово сдержу. Образцы продукции остаются у тебя. Как и обе статуэтки. Надумаешь с нами отношения развивать — свяжешься чуть позже. А пока мне нужно с хвоста этих ушастых уродов стряхнуть.

Погладив блестящую при свете ламп лысую голову, женщина поморщилась и сдалась. Если гость с такой легкостью готов всадить пулю в любого, то зачем рисковать? С него станется, опустит ствол на несколько сантиметров ниже и подарит тебе третий глаз.

— Вход сейчас открою. Но сразу предупреждаю, смазывали давно, будет слышно. Если снаружи действительно профи, они могут понять, в чем дело.

— Разберемся. Проход в сторону порта, затем развилка. Так?

— Так… Подожди, откуда ты знаешь?

— У меня свои методы изучать окружающую территорию, — Школота погладил недовольно заворчавшего кота, после чего добыл из чемодана бутылку, в которой бултыхалось какая-то мутная жижа. — Вот, держи. Подарок. Шепнули мне, что у тебя с прической проблемы. По столовой ложке после еды утром и вечером. Как допьешь — то волосы снова полезут, как будто заново родилась. Но долго не держи, действовать будет еще месяц, не больше. Можно сказать, от сердца отрываю…

После чего из все того же бездонного чемодана были добыты несколько запасных обойм для пистолета, куча железок и пара зарядных банок. Железки после привычных манипуляций превратились в эдакие укороченные “томпсоны” — легкие штурмовые шпалеры, столь любимые разного рода бандитами и бойцами специальных подразделений. Боеприпасы эти малыши жрали, как не в себя, но позволяли за несколько секунд создать просто дикую плотность огня на выбранном куске окружающего мироздания. Самое то для скоротечного боя в ограниченном пространстве.

— Чинук, подари телохранителю обрез, он для нас сейчас будет бесполезен. А здоровяк хотя бы разок возможных гостей приласкает… Так, госпожа коммерсант, можете открывать свою халабуду. Пора нам уходить, не прощаясь.

***

Услышав еле различимый скрип, Аэру насторожился. Звук был странным. Не типичным для обыденного звукового городского фона. А все, что выбивается из привычного и знакомого — это явно не к добру…

— Мастер, очень похоже, что там что-то открывают. Петли дверные скрипят, не иначе.

— Откры… Эти козлы в канализацию намылились! — эльф серой молнией слетел с крыши. — Вперед! Надо перехватить! Тут по всему кварталу официальных спусков нет, заранее замуровали! Быстрее, уйдут, сволочи!

Мда, вот тебе и планирование. Вся операция к псу под хвост!

Пара бойцов швырнула впереди себя заготовленные плетения воздуха, вбив решетки на окнах внутрь магазина. Но когда попытались метнуться следом, им навстречу прогремели два выстрела, разорвав эльфов на клочки. Такое впечатление, что изнутри поставили многоствольную пушку с картечью и шарашили по всему, что попадалось на глаза.

Остальная группа захвата не стала рисковать и обрушила огонь на дымящиеся проемы. Когда внутри несколько раз полыхнуло тяжелыми разрывами, эльфы продолжили атаку. Теперь в них уже никто не стрелял. Но когда Аэру проскользнул в магазин, то увидел лишь разгорающийся огонь, груды перебитых товаров и свороченную вбок тяжелую стойку. Ни хозяйки, ни ее телохранителя не было. Явно успели удрать через задний ход. Жаль, прямо сейчас не поквитаться, время поджимает. Благо еще, что один из следопытов уже нашел криво опустившуюся крышку люка, в который удрали барон с приспешниками.

Подцепив доски крюком на веревке, охотники сдернули последнюю преграду и посыпались вниз. Там они успели выпустить вперед поисковую тройку, обшаривая глазами узкий каменный коридор. Прежде, чем Аэру с остатками бойцов спустился вниз, в канализации еще раз громыхнуло и осколки посекли неудачников, не успевших нырнуть в жидкое дерьмо под ногами. Школота не стал устанавливать столь очевидную ловушку сразу на спуске, но озаботился воткнуть пару гранат и датчик движения на выходе в общий коллектор. Все же не зря Картер облазил всю округу. И не зря заметивший слежку господин барон приволок ночью часть боеприпасов в нужное место. Жизнь — она такая, либо ты сам под нужную позицию раскорячишься, либо тебя без спросу раком поставят.

А так — пока счет пять — ноль в пользу сколковцев. И попробуй еще нас поймать в лабиринте труб, который худо-бедно уже изучен и подготовлен для настоящего веселья.

Эй, ушастые, вы где? Мы идем искать…

Глава 7

Гонки по канализации продолжались уже три часа. За это время Школота с Чинуком использовали половину закладок, заботливо припрятанных на черный день, угробили еще семерых ушастих ублюдков и теперь отсиживались в облюбованном Картером тихом месте ближе к порту. Одним из ключевых требований к лежке Володя выдвигал возможность подцепиться к чужим телефонным коммуникациям. Кошак проклял все, но сумел найти нужное место. Правда, сначала хозяин объяснил, где подобного рода диковинки могут быть и как их лучше всего искать. После чего с третьего захода Картер добыл искомое. А самое главное, что вход в нужное место был замаскирован естественными напластованиями разнообразной дряни. Поэтому даже следопыты эльфов вряд ли смогли найти укрывшихся беглецов. Тем более, что для обрубания хвостов даже магией пользоваться не пришлось. Вполне достаточно текущей мимо реки из городских отходов.

— А ведь знал, знал, — прохрипел Школота, устраиваясь поудобнее на куске брезента. — Поэтому с телеграфом и не стал связываться. Слишком привычно и легко контролируемо. Особенно, если против тебя кто из богатых буратин играет. Могут и сообщение перехватить, и вообще дезу подсунуть. Так что не удивлен, что ушастые бляди на этот канал связи сели. Но даже если вообще обмен шифрованными сообщениями в наш район запретить, то есть другие варианты. Стереотипность мышления — это зло, на этом погореть можно.

Чинук тем временем закончил вытирать разбитый лоб и подставил голову под перевязку. Как ни странно — влетел бравый телохнаритель не под вражескую пулю, а просто в темноте умудрился башкой забодать одну из провисших труб. Счастье еще, что черепушка у парня оказалась крепкой и отделался лишь легким испугом да небольшим кровопусканием. Кстати, на первую тряпку с кровавыми мазками поймали последних из самых бодрых охотников. Бросили в угол, а на противоположной стороне пристроили мину-ловушку. Ради нее Володя не пожалел последний датчик движения, настроив на объекты крупнее кошки. Когда пара эльфов добрела до одного из ответвлений, куда вели следы, то у идиотов хватило остатков мозгов не лезть к тряпке напрямую. Сообразили, что в куче мусора беглецы могли гранату пристроить. Еще бы, одного из хитрожопых могикан так и успокоили, подорвав растяжкой в мутной воде. Но соображаловка для эльфов — это одно, а направленный взрыв после срабатывания датчика — это уже совсем другое. Итого — семь плюс пять дают в сумме дюжину. И теперь командиру загонщиков придется выискивать другие способы охоты. То, что бойцы у него остались, это наверняка. Вопрос лишь в том, сколько и куда сунутся после устроенной Школотой кровавой бани.

— Так, с тобой закончили, отдыхай. А я пока займусь сбором информации.

Из изрядно похудевшего кейса Володя добыл небольшую коробку, ловко подцепил к ней связку проводов и начал колдовать над протянутым по стене толстым кабелем.

— Плюс и минус, здесь коротыш может быть. Вот у нас несущая линия, а вот доступ к коммутатору. Теперь давай наушничек напялим и посмотрим, куда можно вклиниться… Так, это, судя по всему, выход на милых барышень. Надо же, часть каналов открыты. Значит, можно послушать, что в мире делается…

Парень замер, прислушиваясь к голосам, которые стали раздаваться в надетой на одно ухо чашке самодельного наушника. Все же комбинация знаний из индустриального мира вместе с разнообразными магическими хаками порождает таких монстров сознания, что просто хоть стой, хоть падай. Лошара Джеймс Бонд от зависти удавится.

Через двадцать минут Школота снова повозился с проводками и теперь уже попытался дозвониться до нужного ему абонента на другом конце страны. Благо, телефонию протащили уже почти через всю империю и во многих крупных городах появились многочисленные телефонные станции для состоятельных граждан. Вот на такой подстанции и сидел нужный человечек, которому с телеграфа передавали крупицы информации, которые он должен был в случае необходимости зачитать неизвестному клиенту после названного пароля.

На человека-попугаем Володя потратил еще десять минут. После чего убрал всю шпионскую машинерию и с выражением некоторого охуения на лице начал рассказывать о событиях в мире:

— Похоже, парни, мы в полной жопе. И не только в этом захолустном Дарре, но и дома… Телефонистки все в слезах и соплях. Какие-то мудаки умудрились на закате заглянуть в гости к магам и рванули у них защиту. Причем не в одном доме, а в нескольких кварталах. Шандарахнуло так, что все артефакты и амулеты по городу сдохли. Фонит со страшной силой, любые хитрые штучки дохнут или взрываются в руках владельцев. Я так понимаю, наши ушастые бляди пошли ва-банк. Они подозревают, что мы из Сколково притащили кучу древних безделушек, которые можем попытаться использовать для защиты и нападения. Вот и подстраховали, разом обнулив нам эти возможности.

Чинук, похожий в своих повязках на бравого Чапая, икнул:

— А я ведь предлагал набрать на складе всякого разного… Вот бы влипли.

— Ага. Все нос морщил, чего мы это тяжести в грузовом вагоне везем. И чего потом по засранным коридорам это раскладываем… Если бы не гранаты и банки с зарядами, нас бы зажали в каком-нибудь углу еще в обед. А так — причесали мудаков против шерсти и не поморщились… Но это только начало. В порту пожар, корабли все заперты, никто не может войти-выйти. Попутно взлетело на воздух депо паровозное. Поэтому железная дорога на карантине, часть гарнизона ищет террористов. Ходят слухи, что пути минировали. Ну и попутно полиция носится по городу с нашим описанием. Типа — есть множественные показания, будто это именно мы решили Дарры раком поставить.

— Зашибись! — восхитился Картер, только-только сумевший дочистить лапы до удовлетворительного состояния после путешествия по лучшим избранным местам канализации. — Значит, на паровозе хер удрать. На корабле — тоже хер с маслом. Остается пешком, а для этого наверняка придется как-то обходить кордоны, которые понавтыкают на всех выездах. И чего дальше?

— Дальше будем бодаться с долгоживущими. Явно их шаловливых ручек дело. Когда поняли, что наскоком нас не добыть, устроили шухер и теперь ждут, когда мы под выстрел выползем.

Закрыв саквояж, Володя вздохнул и продолжил:

— Но это местные корки, с ними мы справимся как-нибудь. Будь возможность, тупо бы неделю-другую подремали в подземелье, дождались затишья и слиняли. Хуже другое… Сколково окружено. Гномы и толпы наемников взяли Лес в кольцо. Деревни и Липово захвачены, местное население на ближайших осинах развешивают. Грабежи и хер пойми что по всей близлежайшей округе. Имперские власти хотели было сунуться, но пока выжидают. Куча разного рода финансистов проплатили команду “сидеть смирно” ближайшим войскам, а те и рады стараться. В столице просто дохера образовалось желающих наложить лапу на наши склады и сам город. Все ждут, когда оккупанты закончат давить последние очаги сопротивления и начнут передел имущества.

— Подожди! — спохватился кот. — Там ведь у нас егеря и монстров целая армия! И собственные бородатые коротышки с разным железом!

— А против них опять же ушастые пустили мор по реке. Какую-то дрянь вылили и теперь вся округа мертвая. Деревья черные, крошаться от любого толчка. Дохлое зверье по всей округе и мертвечиной воняет… Именно поэтому вояки и не полезли в заваруху. Дают возможность наемникам на своей шкуре всю херню прочувствовать. Ну и потом прибрать к рукам остатки барахла. Если будет чего прибирать…

После очень долгой паузы Картер прокашлялся и просипел:

— Тебе говорили, Школота, что ты полный мудила? Просто конченный, абсолютный…

— Заткнись, Картер, без тебя тошно.

— Тошно ему? Надо же… У тебя было все, малолетний дебил. Свой город, баронское звание, любящие жены, армия… И ты проебал это с таким треском, как… Знаешь, я даже и не вспомню, кто бы мог еще так облажаться. У нас даже императоры старались просирать наследство не столь эпично. А ты…

— Ща въебу, если не заткнешься.

Кот захлопнул хлебальник, а Володя достал пистолет, проверил количество патронов в обойме и тихо прошептал:

— Я ведь человек добрый и хороший. Мухи зря не обижу, честное слово. Но вот одно обещаю… Найду всех выблядков, кто это устроил. Всех и каждого. И убью их собственными руками. Каждого… Они у меня кровью блевать будут и ползать с переломанными конечностями. А я буду у них кишки выдирать, на палку наматывать и факелом яйца им жечь, чтобы ползли бодрее… Каждую тварь найду и поквитаюсь…

***

Три гномьих полка выстроились на границе Леса для атаки. Перед этим самые креативные из тыловиков попытались сунуться поперед батьки в пекло, изображая разведчиков. Типа — гвардейцам и так всего слишком много. И палатки поставили, и жратву у интендантов выбили. И вроде как насчет премиальных после победы договорились. Не слишком ли много о себе возомнили? Чем мы хуже? Раз-два и в дамках. И с результатом под королевские очи. Победителей ведь не судят? Вот и ломанулись по дороге штук двадцать самых на голову ударенных. Может в самом деле решили, что раз ближайшие кусты почернели, то все зверье попутно в зарослях сдохло. А может свои же тыловые крысы пообещали кишки размотать, потому что с разворованных складов пять тысяч рыл получили лишь драную мешковину и гнилые сухари вместо официально заложенных припасов и обмундирования.

Но как сунулись, так на минах и подорвались. Бумкнуло прилично. Первым взрывом разметало крохотный мосточек, переброшенный через ручеек. А вторым направленным шрапнелью причесало тех, кто на дороге сгрудился и рты раззявил. Так вломило, что трупы даже вытаскивать не стали.

После того, как его величество проорался, армия Подгорного королевства стала готовиться к полномасштабной атаке. Подтянули несколько пушек, развернули знамена. Прикинули примерно направление движения. Правда, по утоптанному тракту больше желающих ломиться не было. Поэтому решили медленно и аккуратно прогуляться ножками. Кустики — их ведь и обойти можно. Зато целее будешь. Ну и самых головастых со следящими артефактами впереди себя пустить. Если где какую заразу аборигены пристроили, то обнаружим и обойдем. Или уничтожим издали, от греха подальше.

С таким бравым настроем полторы тысячи увешанных железками гномов начали втягиваться в молчащий Лес. Тыловые пять тысяч в это время препирались на тему, кто пойдет следом. Потому как первая же кровавая оплеуха резко уменьшила желание совершать подвиги.

Ближе к вечеру удалось продвинуться примерно на пару километров. Головные отряды с мачете в руках в командах менялись не переставая, чтобы дать возможность измочаленным бойцам перевести дух. Поваленные деревья, ямы на каждом шагу, колючий кустарник, который заплел всю округу похлеще колючей проволоки. И многочисленные мелкие ручьи, с топкими берегами. Казалось, будто до намеченного ориентира рукой подать, а на просеку до него уходил час или больше. Сверху жарило солнце, в безветренном воздухе лишь разносились злые голоса гномов и нарастающий мат. Невысокие деревья подлеска и кусты высохли и почернели, крошась от любого прикосновения. Вездесущая серая пыль поднималась при каждом шаге и забивала глаза, нос и рот. Но стоило не поглядеть вовремя под ноги и прошляпить очередную тонкую мутную водную нитку, как сапоги разъезжались на глине и нагруженный тяжелыми железками солдат кувыркался в жижу, чтобы оттуда прореветь спятившим оленем:

— Да сколько можно! Как эти суки тут вообще живут! Давайте спалим к херам эти колючки!

Пробовали. Но сдохшее дерево не желало гореть и лишь чадило мутным вонючим дымом, заставляя надсадно кашлять. В итоге плюнули, но все с тем же гномьим упрямством перли вперед, пытаясь пробиться поглубже. Оставалась еще дурная надежда, что где-то получится набрести на поляну-другую, чтобы устроить привал и подготовиться к ночевке. Но жители Леса заранее озаботились нуждами незваных гостей и не оставили в предполье ни одной лазейки. Друзья по дороге прекрасно пройти смогут. Остальным же вместо хлеба и соли бочку говна за шиворот. И радуйтесь…

Трое егерей неслышными тенями возникли рядом с редкой цепью монстров, рассредоточенных на позициях. Мордо-феи уже успели аккуратно на большой высоте облететь вражеские расстроенные ряды и отметили на карте, где наблюдали наибольшее скопление гномов. Пора было отправить подарки, чтобы отбить всякое желание сидеть на болотных кочках.

— Все готово? Тогда начинайте обстрел, чтобы крылатые успели результаты оценить.

Огромная зеленая рожа довольно осклабилась и повернулась к подчиненным.

— Квадрат пять, шесть. Бегло. По десять снарядов. Херак!

Последнее произносилось резко, помогая рукой разрубить невидимую веревку. Именно так высказывался Школота, когда тестировал собранные магические минометы. Слово монстрам понравилось и теперь ни Маша, ни Ева не могли выдрать его из устоявшегося лексикона вояк.

Развернутые у боевых расчетов широкие трубы выплюнули первые снаряды, похожие на дыни-переростки. У каждого из боеприпасов с хвоста сиял яркий клубок магического пламени. Стоило проколоть “дыню” с правильного конца и миниатюрное подобие ракеты отправлялось в полет. При помощи трубы лишь задавали относительно правильное направление движения, а дальше уже кому как повезет. Выгоревший магический вышибной заряд активировал взрыватель и мина разлеталась тысячей осколков от удара о любую преграду. Кроме мелких кусков железа внутри лежали еще многогранные сюрпризы, которые отлично могли заминировать место взрыва, максимально затруднив передвижение пехоты по этому участку. Попробуй еще найди проклятую железную колючку, которая при любом положении выставляла вверх острый шип, легко протыкающий любую обувь.

Проблема с самодельной артиллерией была одна — снарядов удалось наклепать не так много, как хотелось бы. Но для иных гостей Жуть под руководством босса приготовила еще много других развлечений. А вот для относительно неплохо подготовленных гвардейцев гномьего короля решили подарков не жалеть.

Минометный обстрел накрыл больше половины неприятеля. Снаряды взрывались над головами, задевая за сухие ветки или тонкие стволы деревьев. Шрапнель косила пехоту, поднимая волну паники. Когда после двух залпов наступила небольшая пауза, среди кустов и спутанных остатков травы валялось больше сотни убитых и еще столько же раненных. Вопли боли и ненависти, текущая кровь, липнущая грязь и враг, которого не видно. Поднявшаяся было стрельба быстро стихла, потому что в ответ проклятые монстры не сделали ни одного выстрела из шпалера или завалящего лука. Лес молчал, как будто вымер. И только гномы среди чужих черных палок медленно отползали обратно. Кое-как перевязанных раненных тащили на спинах, убитых цепляли за поклажу и волокли по земле, будто мешки с землей. Когда продрались подальше от места обстрела, раненных добавилось. Многие повредили ноги неизвестно откуда взявшимися железками.

А потом мордо-феи уточнили данные первого обстрела и в спины незваным гостям влепили еще один залп, уже с напалмом. Чтобы слабо организованное отступление превратилось в повальное бегство. Действуя строго по утвержденной господином бароном методичке:

— Если переебать разок, то противник может не просто остаться на ногах, а даже еще огрызаться будет. Поэтому надо ударить разок так, чтобы с ног слетел. А потом с ноги, с оттягом — и по хлебальнику. Чтобы зубы в разные стороны. И вот лишь после этого можно считать, что атаку вы сорвали, готовы приступать к следующему пункту плана.

Вот и воплотили в жизнь. Чтобы в самом деле зубы с кишками в разные стороны, да еще и прожарились напоследок. Кушайте, друзья-приятели, не обляпайтесь!

— Ваше ве… ве… величество…

Король сфокусировал глаза на гонце, вцепился кулаком в чужую окладистую бороду и медленно выбрался из кресла, уцепившись в замершего гнома для верности. Великий победитель проклятых монстров, гроза и ужас соседей, а так же полководческий гений шарашил вино с самого утра. Потому как ощущал что-то эдакое нехорошее в воздухе. Ощущал и пытался сидевший в нутре страх спрятать хотя бы от самого себя. Все же вид мертвого черного Леса пугал куда сильнее, чем это представлялось дома. А очередная бутылка худо-бедно поднимала боевой дух, позволяя с большим оптимизмом смотреть вокруг. Главное — только не вперед. Там в наступивших сумерках таилась сама смерть.

— Что стряслось? Мы встретили противника?

— Да, ваше величество. Вошли с ним в боевое столкновение.

— Отлично! Гвардия разбила врага?

— … Можно и так сказать… Да, их отогнали, сорвав вражеское наступление.

— Замечательно! Слышите вы все? Вот как надо воевать! Один удар — и все эти монстры бегут! Что они могут противопоставить нашей выучке!

Не смотря на несколько литров вина, булькающих в брюхе, язык у короля пока еще не заплетался. Сказывался долгий опыт употребления горячительных напитков и тренированная печень.

— Значит, мы их погнали! Великолепно… Что удалось захватить? Какую-нибудь местную крепость или другие укрепления?

— К сожалению, в лесу ничего нет. Дикари не строят что-либо, так и живут в норах.

— Мда… Где же тогда мои солдаты смогут передохнуть ночью?

— Они возвращаются обратно в лагерь.

Отпустив бороду, король задумался. Сказанное с огромным трудом пыталось уместиться в голове. Победа — и возвращаются?

— Не понял. Зачем возвращаются?

— Чтобы набраться сил. Враг отброшен, завтра получится окончательно захватить всю освобожденную территорию. Пока же необходимо пополнить припасы и перегруппировать силы.

— Перегр… Зачем?! Три полка отлично подготовленных гвардейцев! Куда их группировать?

— Дело в том, что… Мой король… Что…

Гонец скуксился. У венценосного жирдяя могло испортиться настроение. А рубить голову тем, кто доставил дурные новости, это было чуть ли не традицией с давних времен.

— Хватит сопли жевать! Что с моими солдатами?!

— Один полк временно выбыл из сражения. Половина убиты и остальные раненные. Кто не пострадал, заменяют потери в двух других полках.

Вот теперь сказанное отлично влетело в башку, чтобы взорваться там подобно гранате.

— Полк?.. Целиком?..

Твою мать!.. Один день. Всего лишь первый день атаки на Лес и треть реально боеспособных войск как корова языком. Хуяк — и можете праздновать, ваше величество. А ведь гномы еще даже до города не добрались.

Развернувшись в сторону, король начал блевать. Выпитое вино вылетало из него подобно пене из огнетушителя. Когда первая часть содержимого желудка оказалась на траве, толстяк трясущимися руками вытер рот и все еще согнувшись спросил у пересравшегося от страха гонца:

— А чем это воняет оттуда? Такой сладковатый запах, будто зверье шашлыки жарили?

— Это при отходе в лагерь часть отряда попала под огненный дождь. Половина раненных сгорела, ваше величество. Уцелели лишь те, кто смог доковылять самостоятельно. Тяжелых мы вытащить не успели.

Теперь короля вывернуло еще раз. И полоскало еще полчаса, повторяясь снова и снова, при каждом дуновении ветра с юга. Ужинать владыка Подгорного королевства так и не смог.

Развернутый лагерь спешно ночью переволокли дальше, чтобы обезопасить себя от возможной атаки. Утром отобрали добровольцев и еще двое суток острожно выносили из подлеска погибших. Стремительную атаку на Сколково решили отложить до лучших времен. Нужно было придумать другой план ведения военных действий. Куда как менее затратный по живой силе.

***

Братцы вампиры стояли у подножия старой колокольни на краю крохотной деревни и мрачно разглядывали поле перед собой. На поле почти тысяча наемников делила награбленное и попутно морально готовилась к выступлению в поход.

— Я одно не пойму, почему барон и его прихлебатели бросили крестьян нам на растерзание? Вот никак не поверю, что они не знали. Ведь самые преданные успели не только удрать лично, но и семьи с имуществом вывезли.

Младший поглядывал на заходящее солнце, медленно растущие сизые тени от предметов и морщился от долетавших пьяных криков: наемникам дали небольшую передышку, позволив отдохнуть перед действительно серьезным делом. Но весь этот бардак нервировал вампира и он упорно пытался вынести мозги брату.

Старшему надоело слушать нытье и он отозвался в привычной манере:

— Завалил бы ты хлебало, раз не понимаешь… Остались те, кто местный. А пришлые все, типа торгашей и шпионов, те как раз и сдернули. Но нам все едино. Деревни наше, городишко тоже наш. Теперь, когда банда мародеров все ценное хапнула, им придется идти дальше. Здесь поживиться больше нечем. А обещанное золото и прочие радости, они в лесу. Вот пусть и собираются. С утра как раз шары продерут, некроманты их и погонят.

— Давно пора, а то сидим тут, ждем неизвестно чего.

— Почему же — неизвестно? Как раз вполне известно. Вон, ближайшие к нам кусты почернели, значит зараза прошла всю чащобу насквозь и сюда дотянулась. Живых внутри уже не должно остаться. Самое время наступать.

В насмешку над его словами за ближайшими деревьями взревели два мотора и сквозь черные хрупкие заросли выкатились металлические коробки на прикрытых броневыми щитками колесах. Торчащие в приземистых башенках стволы роторных пулеметов закрутились, довернули до удивленно замершей толпы и стеганули по наемникам жалящими очередями. Огненные плети сначала мазанули по краям стихийной барахолки, после чего прошли до центра, встретились там и начали плясать уже без какого-либо порядка.

Трое некромантов, сидевших сбоку, успели сцепить руки, истерично скороговоркой проорали заклятье и швырнули бурый клубящийся кусок магического заклятья на броневики. Но моровое поветрие лишь бессильно мазануло по железным бортам и рассыпалось безобидными брызгами. Похоже, мастерившие убойную технику специалисты сумели защититься от подобного рода неприятностей.

Один из стрелков обиделся на подобное “угощение” и перевел огонь на бритых налысо парней в серых балахонах. Очередь разрезала двоих, будто пилой, и воткнулась в третьего, заставив его несколько секунд трястись словно в лихорадке под ударами пуль. Затем перекачанное накопленной энергией тело взорвалось, залив жгучей дрянью всю округу.

Второй же броневик замер на миг, после чего чуть приподнял нос и всадил следующую очередь уже в сторону отцов-командиров. Поняв, что дело плохо, Старший сгреб Младшего за шкирку и рыбкой нырнул внутрь колокольни. Толстые каменные стены должны были защитить от свинцового дождя. Расстроившись, что его гостинцы не понравились, пулеметчик продолжил крошить наемников, кто не успел свалиться в ближайшую канаву или спрятаться за ворохом награбленного.

Не прекращая вести огонь, броневики попятились обратно в кусты. И когда в их сторону полетели первые ответные выстрелы из шпалеров, железные коробки уже почти скрылись в зарослях.

Осатаневшие от такого наглого нападения бойцы некромантской армии устроили форменное огненное шоу на прощание. Они расстреляли весь кусок леса, куда исчезли враги. Попутно проредили всю округу. И прекратили пальбу лишь тогда, когда закончились боеприпасы.

Вечером вампиры подбили итоги и призадумались:

— И как это понимать? Три с половиной сотни покойничков на пустом месте. Не считая пятерых некросов. Трое хотя бы что-то родить попытались, а двое так и стояли раззявив пасти… А мы ведь надеялись, что их силы хватит не только наемникам яйца крутить, но и монстров угандошивать… Это что же — ошиблись?

Наконец Младший осторожно предположил:

— Слушай, а ведь если бы ублюдков было больше. Не две этих сраных телеги, а пять или даже десять… Они бы нас в землю бы вколотили… Мне кажется, это была атака отчаяния. Те, кто выжил, решил напоследок подгадить… Как думаешь?

Старший долго разглядывал карту с многочисленными отметками, затем бросил карандаш на стол и зло ответил:

— Без понятия. Доля правды в твоих словах есть. Но проверить сможем только завтра. Если мы действительно гадов перетравили, то с утра пройдем до города, как по маслу. А если они как-то извернулись, то вся эта любительщина накроется огромной пиздой. Потому что штурмовать дебри и потом по кустам отлавливать разбежавшихся монстров можно еще сто лет и без внятного успеха. У нас просто людей на такое не хватит…

— А что же тогда делать?

Подтянув к себе раскрытую бутылку, вампир отхлебнул и подвел итог неудачному дню:

— Что-что, гнать баранов вперед. Разведка боем, по другому мы правду не узнаем. Если там всего два сарая на колесах, мы их толпой задавим. А если больше, то нам не придется оплачивать обратный проезд наемникам. Потому что их вместе с черепушками сожрут нахер… И понять это можно только завтра утром. Сунув башку в пасть тигру. И никак иначе…

Дохлебав остатки вина, Старший в ярости швырнул бутылку в стену, проводил взглядом разлетевшиеся осколки и погрозил кулаком в окно:

— Ну, суки длинноухие! Если окажется, что ваша дурь нихера не работает, я же с вас такую неустойку стрясу, что до конца своей никчемной жизни сраться от ужаса будете! Я вам устрою, любители загребать жар чужими руками! Вы у меня еще…

Сидевшая на краю крыши мордо-фея осклабилась, бесшумно развернула крылья и исчезла в темноте. Командованию осажденной крепости требовалась свежая и точная информация. А весть об утреннем наступлении точно относилась к разряду срочной и крайне важной. Надо успеть предупредить своих, чтобы как следует подготовились. Потому как чужих ублюдков по округе шарашится еще слишком много и вместо любимых развлечений в Сколково приходится мотаться по всей округе. Быстрее бы уже прибили пидорасов и вернулись к нормальной мирной жизни.

Пролетая над выставленным некромантами дозором, фея облегчила кишечник и наподдала. Ничего, завтра у нее будет день отдыха, сможет устроиться где-нибудь на высоком дереве с комфортом и посмотреть представление. А там неделя-другая и вся эта шваль закончится. И не таких Лес сжирал. Справится…

Глава 8

Варьете в полдень было пустым, тихим и больше походило на бледную тень собственного ночного пьяного угара. В тонких солнечных лучах, пробившихся через дыры занавесок, плясали многочисленные пылинки. Потертые сиденья грозились в ближайшее время исторгнуть из себя обивку и пружины. На сцене валялись груды вечерних платьев, которые приволокли из чистки и теперь ждали кладовщика, чтобы развешать на плечики и оставить вонять плохо просушенной материей до вечернего представления.

Это здание и люди в нем жили ради ночных дурных барышей. Когда изрядно поднабравшаяся публика переползет из ресторана поближе к сцене, где будут греметь каблуками дородные девицы, задирая вверх ноги. Старый хозяин заведения умудрился в своей жизни сделать две удачные покупки, которые до сих пор позволяли ему неплохо зарабатывать. И пусть кабаре потихоньку ветшало и грозило лет через пять тупо развалиться, но пока из него можно было давить денежные соки — из него и давили. Стальным прессом.

Первой удачей была покупка лицензии на развлекательную деятельность. Тридцать лет тому назад в районе не было ни одного ресторана или другой точки пьяного досуга. И поэтому кабаре сумело сначала снять сливки с желающих оттянуться, а потом использовало закрепившуюся славу и эксплуатировало сложившуюся толпу почитателей. Городские власти оценили объем налогов, полученных с точки, после чего взвинтили цены на новые лицензии за облака. И поэтому конкуренты кучковались ближе к дешевым окраинам Дарры, а здесь, в центре, ночами блистали огни одинокого “Титаника”, дарившего желающим тонны разврата.

Второй удаче была покупка в кабалу примы Лили. Молодая вертихвостка успела удачно повертеть задницей перед сильными мира сего, после чего влезла в какую-то дурную историю с кражей семейных драгоценностей и неудачной попыткой оженить на себе кого-то из родственников мэра. После чего дамочке закрыли доступ в высшее общество, а ради куска хлеба подвернулась только сцена “Трех Семерок”. Подмахнув не читая бумаги, красотка оказалась в полной зависимости от нового хозяина. Надо отдать ему должное, он поступил мудро. Дамочку не обижал, в кровать к себе или друзьям не тащил и аккуратно продвинул после обучения на ведущие роли в своем шоу. Пусть мадам больше не могла изображать из себя благородную бесприданницу на балах зажравшейся знати, но старые связи сыграли в плюс и теперь на ночные пьянки под вопли артисток слетался почти весь бомонд. Ужраться в Семерках и вернуться домой с триппером в придачу считалось вполне нормальным. Мамы и папы за такое великовозрастных балбесов разве что журили. Тем более, что папы зачастую с отпрысками отжигали на пару. Так смазливое личико с пикантной историей сделало из Лили еще и звезду местного пошиба.

Ну и где богатые буратины, там и бабки, которые текут рекой. И за ночь за обслуживание клиентов сгребали в несколько раз больше, чем за продажу билетов в вип ложи.

Единственная проблема, с которой столкнулось варьете, это дряхлость хозяина. Дедушка уже был старенький, смотреть на танцы его не тянуло. А молодой сынишка, которому сдали бразды правления, больше интересовался бегами и блядьми в дешевых притонах. Куда и спускал большую часть заработанного. А раз хозяевам стало насрать на руку их кормящую, то и заведение верным курсом направилось к будущему краху.

Именно сюда и двинул Школота. Потому что в рекламке вполне четко было прописано: с кем, когда и как можно встретиться. Ну и пожрать не помешает. Конечно, в ресторанах часто подают говно вместо нормальной жратвы, но это говно хотя бы можно жевать, в отличии от проплывающего субстрата в канализации. А ресторан в “Трех Семерках” работал с утра, помогая страждущим поправиться после загульной ночи или дать возможность артисточкам ближе к обеду похлебать бульончика и с тоской посмотреть на засохшие кексы, выставленные в витрине. Когда у тебя в кармане жалкие гроши, то волей-неволей будешь сидеть на жесткой диете.

В углу большого зала обедал господин Смиз. Бывший начальник контрразведки одного из приморских государств. В старые времена он неплохо успел пошуметь в разных городах и весях огромного континента, но потом решил не доводить дело до реальных неприятностей и организовал себе пышные похороны. Затем ушел на покой, всплыл под видом эдакого буржуа в Дарры и прикупил небольшую торговую компанию. Морские перевозки, собственная курьерская служба и попутно мелкооптовая контрабанда как в Империю, так и другие миры через максимально засекреченную сеть порталов. Денег на пенсию хватало с лихвой, поэтому Смиз больше развлекался, чем гнался за золотом. Ну и помогал при случае старым знакомым, торгуя информацией или оказывая изредка услуги. С тем же генералом Ши-Зу они прошли путь от холодной профессиональной вражды до приятельских отношений. Тем более, что оба отошли сейчас от дел и каждый занимался решением исключительно личных проблем. Господин Смиз больше боролся со скукой. А генерал пытался превратить своих вояк в новую аристократию в чужих краях, слиняв туда подальше от уже покойного императора и его наследников.

Отправив приехавшему на воды молодому барону приглашение о встрече, Смиз совершенно не ожидал, что эту самую встречу организуют в столь вызывающем стиле. Потому как одно дело втихую на тайной квартире и совсем другое смотреть на ствол, который направили тебе в лоб.

— Дамы и господа!.. Хотя, чувак с яйцами здесь один, поэтому: дамы и господин! Прошу прощения за наш визит, но мы постились последнее время и теперь очень хочется перекусить. А место приличное в этом квартале лишь одно. Но, как люди с толикой благородной крови, будем рады компенсировать вам это небольшое неудобство.

Молодой парень с татуированными руками убедился, что замерший в углу Смиз не собирается геройствовать, убрал пистолет и весело улыбнулся. После чего махнул стоявшему у входа в ресторан головорезу с огромным ружьем и повернулся к перепуганным танцовщицам:

— Леди, мы не причинам вам вреда. Только перекусим, скажем пару ласковых этому джентльмену и отбудем домой. Кстати, а что это вы пустой бульон хлебаете? Это что, правило такое — артисты должны быть голодными? Вы же на сцене в обморок упадете… Эй, где в этой ресторации шеф повар и прочие работники поварешки? Официанты где?

Первой из ступора вышла Лили, за свою карьеру успевшая несколько раз вляпаться в вооруженные ограбления и прочие развлечения богатых бездельников:

— А официанты будут лишь к вечеру! Сейчас, мистер, самообслуживание! Но повар есть, даже двое… Позвать?

— Ага. Главное, из зала не выходить. Потому что я буду очень расстроен, если кто попытается улизнуть к телефону и станет вызывать полицию и прочих служителей закона. Эти идиоты предпочитают сначала стрелять, а потом задавать вопросы. А если здесь начнется пальба, то явно пострадают непричастные… Ясно излагаю?

Кудрявые женские головки тут же закивали: само собой понятно! Вон какая ружбайка у бритого, если шарахнет, то чьи-то мозги точно раскрасят ближайшую стену.

Выбравшись из-за стола, Лили процокала каблучками, перегнулся через стойку раздачи и неожиданно сильным голосом гаркнула внутрь кухни:

— Эй, трусы несчастные! Это не нас грабить пришли! Это люди пообедать хотят! Давайте сюда, пока клиенты не рассердились!

Володя оценил задравшуюся юбку и симпатичную задницу без нижнего белья, после чего перевел взгляд на испуганного пацаненка в белом колпаке:

— Где второй?

— Печь растапливает, — пискнул поваренок.

— Ладно, поверю… Что у вас есть из нормальной еды? Чтобы мясо, гарнир и прочее.

— Отбивные, котлеты из говядины, рыбная солянка и тушеные баклажаны.

— О, жизнь налаживается… А на первое?

— Борщ и уха. Но уха вчерашняя, я бы не рекомендовал. А вот борщ только дошел, как раз готов.

— Правильный борщ? Чтобы ложка стояла?

Приободрившись, пацаненок изобразил обиду:

— Мы не босота, а серьезное заведение. Готовка у нас на высшем уровне!

Стоявшая рядом Лили подтвердила:

— Это да, вечерами у нас господин полицмейстер любит ужинать. Поэтому повара стараются.

Достав из кармана золотой, Школота бросил его поваренку и скомандовал:

— Значит, тащи все вот на этот стол. Борщ, котлеты, отбивные, рыбу и овощи. Короче, все тащи… И еще, девушки пусть себе тоже чего закажут, а то у них глаза голодные, а это полная жопа, когда столь красивые мордашки смотрят на тебя и слюни глотают. Так что — сначала мечи на стол нам, а потом им. До ночных плясок все усвоится без проблем. Чинук, помоги дамам.

Телохранитель прикрыл за собой дверь, подошел к стойке раздачи и щедро сыпанул золотом из раскрытого кошелька. На звон монет нарисовался второй повар, чуть постарше, и работа закипела. Через минуту перед усевшимся за крайний столик Школотой уже стояла огромная тарелка с борщом, миска со свежей зеленью и графинчик с морсом. Черного мрачного кота Володя пристроил на соседний стол и скомандовал:

— Моему боевому агенту сметаны жирной, сливок и рыбки. Но без костей, а то подавится, бедолага.

Чинук же в окружении расслабившихся девушек уже вовсю раздавал улыбки, передавал тарелки и помогал сдвигать столики в кучу, организуя эдакий сабантуй. Когда Школота доел борщ, толпа танцовщиц уже вовсю щебетала, хихикала и уплетала за обе щеки выставленные угощения. Как вишенка на торте, прямо перед ними на подносе горкой возлежали желанные кексы.

Господин Смиз подчистил подливку кусочком хлеба, отправил его в рот и покосился на незваного гостя. Школота же дожевал кусок отбивной и положил рядом с собой смятую рекламную брошюру:

— Вы хотели меня видеть. Я пришел.

— Мне казалось, что мы могли бы встретиться в более спокойной обстановке. Но буквально за ночь вы перевернули город вверх ногами и я бы предпочел вообще вас не видеть.

— Я? Вы приписываете мне чужие подвиги. Это ушастые поставили раком ваше захолустье. Я всего лишь сидел в канализации, куда меня загнали, и там отбивался от охотников за скальпами.

— Возможно. Но бардак получился знатный.

Закончив со вторым, Володя пригубил морс и задал вопрос в лоб:

— О чем хотели поговорить?

Смиз вздохнул и начал объяснять. Похоже, с этой неожиданно бодрой парочкой иначе не расплеваться.

— Мой знакомый предлагает вам поддержку. Вам и мастерам из Сколково. Против вас сейчас выступает целая коалиция, которая задавит рано или поздно. Поэтому господин Ши-Зу готов предоставить вам новое место жительства и портал для перехода.

— Ага. А оплату захочет получить артефактами. Или попросит процент в реализации нашей продукции… Что, вполне адекватно. Я его понимаю. Но предпочту вернуться домой и навести там порядок сначала. А вот потом через вас или напрямую свяжусь с бывшим генералом и мы обсудим вопросы взаимовыгодного сотрудничества.

Бывший контрразведчик удивленно посмотрел на молодого нахала и уточнил:

— Домой? Через кольцо осады? С надеждой разгромить гномов, эльфов и некромантов? Серьезно?

— Абсолютно. Кстати, готов оплатить вашу личную помощь в том, чтобы я смог вернуться максимально быстро домой. Это возможно?

Махнув, Смиз подозвал маячившего у кухни поваренка и потребовал чего покрепче. Такую просьбу нужно было обдумать, а что может быть лучше для размышлений, чем хороший коньяк.

— Возможность есть. Проблема в том, что я не уверен в нормальной работоспособности аварийного пути эвакуации.

— Что за путь?

— Портал. С возможностью навести его на любую точку силы в пределах империи. Проблем две. Я не знаю, как правильно его перенацелить. И у меня нет достаточно энергии для его работы.

Володя отказался от предложенного коньяка, выхлебал свой морс и улыбнулся совершенно неприметному человеку со столь интересными возможностями:

— Давайте посмотрим. Где и как встретимся?

— Без меня. Мне еще легендировать эту встречу, чтобы власти не сжевали. Я лучше вам дам все нужные координаты заброшенного дока, где сделана захоронка. Карта есть? Я покажу… И надо подумать, как вы туда проберетесь, власти в самом деле озверели и мечтают снять с вас шкуру.

— Власти пусть отсосут, руки у них коротки, — Школота посмотрел на карту, после чего озвучил возникшую у него идею: — А этот портал, он вам очень важен? Если мы его нечаянно испортим, вы не обеднеете?

Смиз развеселился:

— Портал испортить? Да это просто набор камней! У меня таких наборов штук двадцать, я их держу на складе и не знаю, как избавиться. Специалистов по ремонту и настройки не осталось.

— Понял. О цене за угробленное имущество договоримся. И, кстати, есть у вас возможность ушастым сбросить весточку? Так, чтобы на вас не вышли?

Моментально став серьезным, Смиз кивнул:

— Можно. И если вы их еще разок кровью умоете, я вам скидку сделаю. А то есть желание с ублюдками поквитаться, да возможностями не располагаю.

Через десять минут стороны достигли взаимовыгодного соглашения. После чего довольный жизнью Школота поднялся из-за стола и задал последний вопрос:

— Слушайте, я только одного не понял. И это не про наши проблемы, а так, в общем… Сюда шли через зал, я по сторонам смотрел и охеревал… Это что — одно из лучших варьете в городе? Это же гадюшник!

— Хозяевам на свою контору пофиг. Вот и загибается.

— А вы чего сложив руки сидите? Это же прекрасное место, золотая жила! Вложить чуть-чуть и превратить его в элитное царство разврата. Дополнительные кабинеты, новые девушки, технику воткнуть и компромат для вербовки собирать. Какие перспективы!

Господин Смиз даже поперхнулся от неожиданности:

— Мне-то зачем?

— Чтобы того же полицмейстера в кулаке держать. И прочих сильных мира сего. А если раскрутиться, то за возможность на премьеру попасть многие душу продадут и без принуждения.

— А хозяева?

— Старика на пенсию, заслужил. А младшему устроить скоропостижную кончину на очередной бляди. Или на рояльной струне повесить. Вот не удивлюсь, если на нем куча долгов перед местными жуликами. Расписки выкупить, заведение под себя прибрать, а придурка на рею.

Озадаченный бывший шпион удивился:

— Вам-то какая радость в этом?

— Я люблю женщин. Разных. Красивых и не очень. Умных и простушек. Любых. И когда бедных девушек по контракту держат буквально в рабстве и еще голодом морят, то возникает желание чуть-чуть подправить перекособоченное мироздание. Восстановить справедливость, как я ее понимаю.

Школота прихватил обожравшегося Картера, раскланялся с повеселевшими девушками, которым Чинук каждой подарил по паре золотых, помахал рукой поварятам на кухне и отбыл обратно в канализацию. Нужно было подготовиться к прорыву домой. Благо, господин Смиз предоставил всю необходимую информацию и рассказал, где именно в заброшенных доках находится тот самый портал.

А экс-контрразведчик тем временем расплачивался за обед и всерьез раздумывал, не прикупить ли рояльную струну. Для восстановления попранной мировой справедливости. Ну и вообще, в хозяйстве может пригодиться.

***

Вокруг Сколковских просторов царило напряженное затишье.

На севере окопались бородатые гении стремительных атак. Похоронив погибших, они еще разок попытались прокатиться по дороге на слепленном на скорую руку пепелаце, увешав его ради большей футуристичности кучей ржавых щитов. Типа — защита от шальной пули. С огромным трудом перебравшись через разрушенный мосточек, агрегат покатил вперед, добрался до очередного фугаса и разлетелся мелкими клочьями по всей округе. После чего король приказал ограничиться наблюдением и стал медитировать на тему: а как дальше быть, если живых и мертвых в Лесу не видно, но какие-то паскуды столь эффективно мешают победному продвижению вперед.

Кроме изжоги и заболевшей от бесконечных возлияний печени, других успехов пока не было.

Вампиры накрутили хвосты некромантам, те отыгрались на наемниках и утром по холодку попытались пройти по южному тракту в сторону города. Сидевшая на одном из деревьев мордо-фея с удовольствием посмотрела на последующее бесплатное представление. Жуть вместе с Машей и Евой не стали Сколковских гномов выставлять бодаться против соотечественников, а вывели своих мастеров огня и меча против чужих бандитов. Поэтому коротышки дождались, когда колона вместе с частью некромантов втянется поглубже, после чего подорвали укрытые в канавах бочки с напалмом. Дорогу буквально выжгло вместе со всем содержимым. Даже стрелять не пришлось. Три сотни наемников и десяток некросов превратились в груду прожаренного мяса. Хоп — и вторая армия засела рядом с чащобой, чтобы помедитировать над своим будущим. Да, патрули и засадные группы активно следили, чтобы из Леса никто нос не смог показать. Вот только никто и не собирался на свободное место выглядывать. Оказалось, что аборигенам даже в отравленных оврагах неплохо живется. И это ставило под сомнение успех какой-либо военной операции против Сколково. Ну не дохли они, суки! Не дохли и делиться нажитым не собирались! Такая вот несправедливость.

Закончив пить чай, герцог Виндзорский продолжил любоваться прекрасным видом, который открывался с борта арендованной яхты. Учитывая новости, которые ему доставлял особо доверенный слуга, возвращаться обратно в дом отдыха не стоило. Прогулки, минеральные воды и прочие радости могли подождать. Потому что в номере дожидалась уже кипа телеграмм, а телефон буквально раскалился от бесконечных звонков. Господин Сигиус рвал и метал, столкнувшись с риском просрать всю военную кампанию. Похоже, что главное убер-оружие, на котором строили основной расчет, не сработало штатно. Вроде бы Лес сдох, превратившись в груду сухих черных палок. Но вот сидевшие в нем жители умудрялись давать сдачи. Причем так, что ни один из захватчиков внутрь так пробраться и не сумел. И до сих пор не известно, сколько именно живых защитников осталось с оружием в руках. Выживших вполне хватало, чтобы держать все проходы под неусыпным контролем и огрызаться на любую попытку незваных гостей сунуться внутрь.

В такой ситуации выслушивать вопли взбешенного компаньона и принимать спешные решения — себе дороже. Обязательно аукнется. Поэтому герцог аккуратно переместил пятую точку из ванны с минеральной водой на посудину, которая болталась уже поверх соленой воды. Ну и с не ослабевающим интересом любовался эпопеей с поимкой страшного и ужасного молодого барона, записанного местными властями в террористы. Правда, совершенно непонятно, каким образом один человек мог буквально за пару часов причинить столь тотальные разрешения Дарры, попутно заминировав все железные дороги на десятки миль от города. Но шоу радовало глаз, газеты взахлеб писали об очередных облавах, стрельбе в нищих кварталах и воплях магов, которые неожиданно обанкротились. Трудно сохранять выдержку и спокойствие духа, когда все твои амулеты на продажу и прочая алхимическая хрень дает дуба в один момент, попутно взрываясь и круша с такой заботой и любовью выстроенный особняк. После применения неизвестного колдовства, половина северных районов Дарры лежали теперь в руинах. И поэтому участь Школоты в случае его пленения была бы очень незавидной. Сначала бы его четвертовали, потом остатки разодрали на тысячу мелких кусков, затем собрали вместе и на этой куче прыгали бы еще неделю, вымещая злобу.

Правда, герцог Виндзорский куда как лучше обычных обывателей представлял, чьи уши торчат за случившимся. Потому как у Сколково подобного рода оружия точно не было. Ну не умели имперцы сто лет назад клепать подобного рода страшные бомбы. А вот эльфы, паскуды долгоживущие, подобного рода гадостью во времена старых мордобоев уже отметились. Да и не полез бы умный человек на барона, будь у него в самом деле подобная дубина. Шарахнет по столице и рядом с ней — и адью, остатки цивилизации. Скатимся в каменный век.

Развернув свежую газету, мужчина стал просматривать заголовки. Говорят, что ушлые ребята уже даже на тотализаторе ставки принимают, как долго парню получится бегать от полиции и магов. Поставить на барона, что ли? Есть такое подозрение, что и в этот раз выкрутится. В самом деле, пару золотых назло Сигиусу. А потом еще и прихвастнуть при случае, если ставка сыграет. Чтобы посмотреть, как человек-глиста зелеными пятнами покроется от ненависти…

***

— Я не должен бегать по крышам! — хрипел Картер, вцепившись в деревянную балку. — Если шпионы бегают по крышам, это провал!

Шагавший перед ним Володя помахивал подобранным кленовым листочком и лениво сплевывал с высоты двадцатиэтажного дома вниз, на груды мусора. Когда Смиз говорил про заброшенный корабельный док, он забыл добавить, что здесь когда-то строили броненосцы и прочих повелителей морей, с прицелом на гигантоманию. Поэтому теперь лучшим способом добраться до нужной точки был проход по стропилам, которые когда-то поддерживали обвалившуюся крышу. И по этим узким деревяшкам сейчас топала троица авантюристов.

— Знаешь, Картер, для меня это новость, что ты высоты боишься. Ты же кот, ты по крышам бегаешь, чтобы бабу догнать и завалить.

— Где ты здесь видишь крышу, бля! — продолжал возмущаться кошак. — Это какая-то драная паутина, по которой даже многоножки не рискнут пробираться.

— Расслабься. У вас, хвостатых, девять жизней. Даже если наебнешься, то еще чуток останется.

Продвинувшись на пару сантиметров вперед, Картер еще крепче вцепился когтями в деревяшку и фыркнул:

— Наверное, я маленьким все растратил. И сейчас у меня одна-единственная жизнь осталась, которой точно не поздоровится при падении… Все, я дальше не пойду. Ну его к ебеням, такое приключение.

Остановившись на секунду, Школота обернулся, задумчиво посмотрел на кота и предположил:

— Мне кажется, выблядки ушастые неплохо стреляют. Заметят они тебя быстро. И подстрелят раза со второго. Максимум с третьего. Так что тебе или ползти жопой вперед, чтобы вернуться обратно в канализацию. Или ползти за нами, в надежде, что мы тебя до утра будем ждать… Ну или попроси Чинука. Может он тебя возьмет. Ты все равно ему дорогу преграждаешь…

Телохранитель не стал выделываться, а тупо хлопнул Картеру ладонью по ушам. Бедолага от боли схватился лапами за голову, а Чинук подцепил хвостатого за шерсть и пошел следом за боссом, помахивая усатым, будто сумочкой. Картер от этих взмахов туда-обратно над бездонной пропастью настолько перепугался, что лишился голоса и лишь утробно всхлипывал с каждым взмахом. Кстати, верный оруженосец барона совершенно высоты не боялся. После того, как зачарованная роща подправила ему здоровье и вернула к жизни, Чинук стал относиться к возможной смерти намного спокойнее. Как к будущей данности. Придет его время — умрет. Но пока руки-ноги двигаются, так чего волноваться? Балки сухие, дождя давно не было. Если даже сковырнется ненароком, так всегда успеет руками ухватиться и зацепиться. Ну а то, что при этом кошака придется бросить, так это проблемы Картера.

Возобновив свое путешествие, Школота добавил:

— Кстати, вовремя мы из клоаки выбрались. Хер с ним, с запахами. Но пустоголовики из полиции наконец-то решились туда сунуться и нас поискать. Видимо, очень уж всех допекло, раз готовы башкой рискнуть. А вот ушастые вряд ли следом поскачут. И запросто нас могут на поверхности перехватить. Так что этой тропкой мы до места дойдем, а уже там ребятишек и встретим. Чтобы сказать последнее прости-прощай.

— Так портал дохлый же? — удивился Чинук, продолжая вышагивать следом и доводя кота до истерики мотанием туда-обратно.

— Тут нам с тобой, друг мой верный, очень повезло. Потому что мой приемный папаша, чтобы ему новых девочек из кордебалета еще сотню-другую перетрахать, мой папаша однажды умудрился своей занудливостью проклевать мне мозги напрочь. На тему хитрожопой книги, где было понаписано куча разного, а он никак ее понять не мог. То есть буковки читал, в слова складывал, а смысл в голову никак не помещался. Про свободную портальную систему и кучу грозных предупреждений на тему: “Не влезай, сука, убьет нахуй!”.

— В Сколково же нет портала.

— Именно. Потому что у нас было государственное производство, артефакты фонили и все такое. Но вот технологию обкатывали. Там идея простая, как у той же супер-пушки, при помощи которой Докси на Пустоши запуляли. У портала две половинки всегда. Обе включили, дырку между ними сделали. Энергии жрет море, стабильность низкая, затраты чумовые. Когда между разных миров такое лабают, там начинают действовать какое-то шибко могучее колдунство, связанное с планетами, звездам и прочей херней. Типа, в особых местах и при особых условиях можно к соседям просочиться. А на планете с этим сложнее. Но из каждого правила есть исключение. Сама земля копит определенный заряд, который можно раз лет так в пятьдесят использовать. Берешь портал-недомерок, наводишь его на место силы, откуда магия прет столбом, типа это будет якорь. Дергаешь рычаг и у тебя минута-другая, чтобы проскочить в дырку. Потом кутак-хуяк, лавочка еще на пятьдесят лет закрылась. Я при помощи поискового амулета эту херь чую. С трудом, но есть такое, будто свербит где-то вдоль позвоночника. И поэтому шансы на прыжок у нас есть. Эрегированный магический кол у нас посреди Сколково торчит давным давно и падать не собирается. Наведемся. Остается лишь остатки имущества по округе рассыпать, рубильник пнуть и вернуться в родные пенаты. А то у меня там пидорасов толпа по округе шароебится, никак не успокоится. Так что хватит уже гулеванить. Контакты навели, новый рынок продаж на будущее застолбили, пора и честь знать.

Добравшись до конца балки, Школота начал спускаться по кривой лестнице вниз, в сереющие сумерки гигантского дока. И лишь когда ступил ногами на твердую поверхность, выдал финальное:

— Кстати, а почему бы папе подарок не сделать? В качестве благодарности, что в меня знания сумел впендюрить. Куплю ему эти злосчастные “Три Семерки”. Прима с шикарной упругой задницей уже есть. Пусть отжигает. Мы такой шалман забабашим, местные олигархи от зависти удавятся! Все равно местному шпиону особо светиться нельзя. Так что будем для него официальной крышей. Для взаимовыгодного сотрудничества… Да, Чинук. Брось Картера, теперь он на своих лапах сам сможет шкандыбать. А то изображает из себя Мать Терезу, страдалец хитрожопый.

***

По узкой улице мчались три грузовика. Скрипя резиной срезали углы, долбали бортами о каменные стены и неслись так, словно за ними гнались все полицейские Дарры. Хотя, набившимся внутрь эльфам на копов было насрать. А вот шанс упустить добычу — это да, за это отцы-командиры отвертели бы головы на раз-два. Без дураков.

Сидевший в кабине первого драндулета Аэру сжимал в руках рукоятку небольшого метательного топорика. Мастер тайных убийств и специальных операций был зол. Очень зол.

Сначала его чуть не угробили в сраной забегаловке Мамы Би. О, старуха заработала себе на очень болезненную кончину, но чуть позже. Пока надо было отловить прыткого барончика. Так что бабка подождет немного.

Но вот с пацаном все оказалось куда как сложнее. Похоже, Аэру недооценил гада, как и его учитель, взявший год тому назад контракт на убийство. Мало того, что хитрожопый засранец умудрился в канализации выбить несколько поисковых и штурмовых групп. Так он до сих пор умудрялся исчезать от развернутых сетей. Местные осведомители, подзаборная шпана, городские власти — все роют копытом землю и пытаются найти гада. И бестолку. Мало того, даже оправившиеся от нанесенного удара маги накрутили разного рода хрень, которой заплели город и набили битком канализацию. Это обычному патрульному ты можешь попытаться отвести глаза или проскользнуть мимо в гриме. От колдунов так просто не скроешься. И хер. Обнаружили старую лежку, с матерной надписью на стене, вот и все успехи. Сначала барон как под землю в канализацию провалился. А сейчас тупо исчез.

Чудо еще, что через прикормленного человечка удалось перехватить слух про заброшенный док. Где вроде как видели кого-то чужого, по описанию худо-бедно подходящего под нужного персонажа. Вот и мчались эльфы туда, высунув языки от усердия, собрав всех, кого успели выдернуть из засад по городу. Ловили последний шанс.

Сорок бойцов рассыпались вдоль стены и начали быстро просачиваться внутрь. Окружать даже не стали пытаться: не было ни времени, ни ресурсов для этого. Придется идти в лоб, на пулеметы.

Замелькали еле видимые в вечернем сумраке тени. Скрипнула гнилая доска, зашуршали камешки. Им в ответ сухо щелкнул из дальнего угла выстрел и голова одного из эльфов разлетелась на куски. Аэру выстрелил в ответ, заметил отблеск защитного полога и нырнул за ближайшую кучу мусора. Похоже, повезло. Это явно те, за кем пришлось столько времени бегать, высунув языки. Теперь никуда не денутся.

Школота сидел на камушке и флегматично выцеливал возможных противников. Почти как в тире, разве что мишени бегают. Стоявший рядом Чинук азартно палил из своей ручной базуки. Надо же было прихватить с собой именно это чудовище. Каждый выстрел, будто из пушки, аж в голове звенит. При этом точности никакой, лишь груды щебня в мелкую крошку превращать. Правда, польза от гремящей железяки все же была. Эльфы пока старались не соваться на ближнюю дистанцию, лишь тусовались в отдалении, меняя позиции и постреливая в ответ. Блестевший зелеными всполохами артефакт у ног успешно держал защитный полог, заставляя чужие пули и огненные сгустки рикошетировать. Без него давно бы уже дырок в брюхе навертели.

Бам! Да твою-ж мать, Чинук, так и оглохнуть недолго!..

Володя читерил. От ушастых просто за версту несло ненавистью и желанием поквитаться. Достаточно было аккуратно почувствовать чужие эмоции и ты начинал ощущать, как именно себя ведет очередная вражина. Куда хочет скакнуть, откатиться, откуда попытается тебя выцелить. Поэтому изредка Школота приподнимал свой понтовый шпалер и делал выстрел. Один. Но в цель. И за эти пять минут перестрелки можно было уже ставить шестую зарубку на прикладе. Жаль только, что банка единственная, остальное все в дело пошло. Поэтому еще один бедолага, да и можно будет сворачиваться.

Хлоп — готов, сердешный. Глаза с ушами остались, а нижней челюсти с шеей больше нет. Отбегался. Ну и нам пора.

Заметив, как проклятую троицу начало окутывать малопонятное свечение, Аэру закричал:

— Подавитель врубайте! Немедленно!

— Последний заряд, — попытался было возразить помощник, но командир группы захвата в бешенстве вломил ему в рыло и лично нажал кнопку на маленькой коробке. Артефакт дикой древности, в единственном экземпляре из личной коллекции Совета Старейшин. Уничтожал любую магию вокруг себя, попутно сжирая накачку зарядных банок для шпалеров. Но без дальнобойного оружия эльфы обойдутся, мечей и прочего колюще-режущего полно с собой, а вот попытку открыть портал следовало пресекать немедленно.

Под засеребрившимся защитным куполом распахнулась черная дыра, в которую Школота сначала зашвырнул кота, а потом шагнул следом вместе с Чинуком. Обернувшись к взбешенному эльфу, помахал ладошкой, и портал схлопнулся. В тот же миг рассыпался и защитный артефакт, подарив своему владельцу несколько критически важных секунд для эвакуации. После чего, лишившись магических ограничителей, сработали взрыватели на гостинцах, которые барон оставил в доке, щедро разложив по всем укромным местам, куда в случае перестрелки наверняка бы попытались попрятаться гости. И десяток картечных разрывов ударили по врагам, прошивая стальными шариками их тела. Магия-шмагия — это да, это для утонченных уродов привычно. А вот как вам обычный порох и оружие террористов? Раз уж назвали таковым, то и хлебайте полной ложкой.

Но Аэру этого уже не видел. Близкий взрыв убил эльфа, бросив измочаленное тело на залитые кровью обломки. Похоже, для наемных убийц эльфов хозяин Сколково создал свою собственную традицию: дохнуть в шаге от заветной цели.

Ну и правильно. А то заебали всякие. Отдыхать культурно мешают…

Глава 9

Бывший хозяин Сколково сидел на самой верхотуре личной башни и, удобно устроившись на парапете, медитировал. Солнышко светит. Мордо-феи птичек гоняют. Расслабились, суки, пользуются затишьем на фронтах, чтобы опять херней пострадать. Маша с Евой что-то на площади обсуждают с собравшимся народом. Горожане нападение соседей и наемников восприняли на удивление спокойно. Пару шпионов гвардейцы Жути пустили под нож, так на это внимание даже не обратили. В остальном — работают, куют потихоньку оружие победы и помогают беженцам, которых пристроили в развернутых в лесу лагерях. Но сколько еще это затишье продлится — неизвестно.

За спиной призрака неожиданно хлопнуло, в каменную кладку вхерачился Картер, брошенный крепкой рукой. А еще через миг на небольшой площадке через дырку портала пробрались довольный жизнью Чинук и следом молодой барон. Хлопнуло еще раз и на башне снова стало тихо, спокойно, солнечно.

Будь Мюнхгаузен человеком, как раньше, он бы от столь бодрого пришествия долгожданных гостей навернулся бы с парапета за нефиг делать. А так — лишь отлетел с перепугу на пару метров, затем опознал примелькавшиеся родственные рожи и возрадовался:

— О, блудилы нарисовались! А мы вас уже заждались! Как турне прошло?

— Удачно, папа. Похоже, мы тебе личный театр-кабаре хапнем в ближайшее время. Как только выблядков по кустам дочистим, так и двинем уже всем семейством… Чинук, бросай железку, концерт окончен.

Телохранитель с явным сожалением аккуратно положил дымящийся шпалер и погремел сумкой, висевшей сбоку:

— Может вернемся? У меня еще две банки не расстреляно.

— Мало тебя по дерьму гоняли? Ну, так не волнуйся. Как разберемся с бардаком и планированием, я тебя лично первым в атаку пущу с кинжалом в зубах. А пока — барахло бросаем и в баню. Пока всех Дарровских мандавошек с себя не смою — меня нет…

Барон Мюнхгаузен принюхался и отлетел еще на пару метров:

— Слушай, а кордебалет так же воняет? Или все же нормальный?

— Открой журнальную подписку про театральную жизнь, где ты себе блядей выбираешь. И поищи там Лили из “Трех Семерок”. Прима с голой задницей. Вроде ты даже на ее фото дрочил.

– “Семерки”? Это надо будет поискать, да, надо будет… — призадумался на секунду призрак, затем засуетился: — Так, баню мы сейчас, мигом. А ты бы все же пару слов народу сказал. А то вон, жен твоих тиранят вопросами.

Школота высунулся наружу, оценил толпу на площади и заорал, радостно размахивая руками:

— Братцы родимые! Я вернулся! Жив-здоров и преисполнен желания полюбить ближнего своего в особо извращенной форме! Короче, контракты подписали, связи наладили, ушастым мудакам вломили и готовы продолжить в том же духе!.. Предлагаю сейчас ографиниться, кому нужно, а вечером я обязательно речь толкну про текущее политическое положение!.. Но сперва — баня. Или меня супруги убьют самолично…

Маша, первая разглядевшая довольную рожу на башне, сначала улыбнулась радостно, потом нахмурилась и похлопывая кулаком по ладони пообещала, не обращаясь к кому-либо конкретно:

— Ну, кобелина, живой вернулся! А его уж трижды похоронили… Давай, спускайся, муж любимый. Я тебе таких люлей задолжала…

Ева вздрогнула, потом покосилась на толпу, в которой каждый отлично услышал сказанное. Раздались сдавленные смешки и народ начал расходиться. Потому как огребать за похождения вместе с бароном желающих что-то не нашлось. Пусть вечером поведает о ближайшем будущем. А пока — чем дальше от семейных разборок, тем лучше…

Еще через час Володя добрался до спальни, вымытый до стерильного хруста. Одежду даже чистить не стали, а тупо отправили в печь.

Окинув взглядом мрачных жен, Школота закрыл дверь и слабо улыбнулся:

— Знаете, наверное я полный мудак, если так и не смог с вами связаться все это время. Но зато я понял главное. Те дни, что в Дарры обсуждали уничтожение Сколково и радовались новостям, я думал о том, как люблю вас. И что, если не дай бог потеряю, то сотру этот сраный мир до основания. Тупо выжгу, не оставив ничего живого… И теперь готов понести заслуженную кару, которую строгий, но справедливый суд готов вынести обвиняемому.

Женщины переглянулись, после чего Маша распустила завязки халата и скомандовала:

— Плевать на слова. Давайте в койку. Там на месте и разберемся…

***

Утро началось с кофе. Или чего-то похожего на кофе. Жижа коричневая? Да. По мозгам по утрам шибает? Еще как. Стоит просто безумные деньги? Ой, и не говорите. Правда, семечки псевдо-кофейные выцарапывают из кислых плодов, похожих на арбузы. И несколько грядок в болоте рядом со Сколково еще с древних времен заложены. Поэтому для особых ценителей вполне хватает. Тем более, что монстры эту кислятину не жрут. Вот и выходит: выглядит, вштыривает, ценником по башке околачивает — значит, будет кофе.

Итак. Утро. Кофе. Сдоба. Яркое солнышко и семейные посиделки, на которых кроме Школоты с женами кучковались папаша-призрак, Жуть с мордой-чемоданом, Чинук с любимым шпалером, гений медицины Пилюриус и Фашид в качестве мебели и ретранслятора умных мыслей магической рощи. ЕбДык развалился в углу на диванчике и задумчиво вычесывал стружки из отросшей бороды. Картер на встречу забил, объявив себя раненым на всю голову во время эпического драпа и теперь где-то отсыпался, попутно обожравшись на кухне. Докси, как командир егерей и разных самопальных партизан, обещала прибыть чуть позже с самыми последними сведениями о текущей обстановке. Ее верные боевые подруги Татушка и Черная Вдова сопровождали босса-ухореза и грозились выбраться из чащобы не раньше следующих выходных. Гроздь мордо-фей на карнизе дремали в качестве украшения и гонцов, если вдруг старшему командному составу понадобится разослать свои шибко умные и спешные директивы.

— Про себя рассказал. Контакты на продажу барахла у нас есть. Желающие поучаствовать в разных развлечениях еще подтянутся, как поспокойнее станет. Бате кордебалет присмотрели. Ну и чуток ушастых мордой по дерьму повозили. Но с ними еще будем разбираться. За все хорошее. А теперь расскажите про ваши дела. По воплям в газетах — мы уже сдохли, разложились на вонючее дерьмо и смердим на всю округу. Это так? Или брешут?

Первой в разговор влезла Жуть, дожевавшая кусок огромного торта и теперь сыпавшая крошками вокруг при каждом слове:

— Когда эльфов будешь ебошить, меня с собой возьми. Я к нашей любимой Еве со всем уважением, но эти пидорасы реально подгадили! Это же надо было такую паскудную гадость в речку влить.

— Что хоть за параша?

Подцепив лежавший на краю листочек, Ева пробежалась по ей же написанному тексту глазами и дала краткую выжимку:

— Упоротая плесень. Биологическое оружие со старых войн, когда еще даже империи и в проектах не было. Мои родственники использовали его как средство устрашения после глобальных неудач. Тогда выбор был — или всех под нож пустят, или оставят в рамках огрызков территории, которую не успели захватить у эльфов. И вот уже лет двести, как нигде не мелькало.

— Ага, а тут достали из загашника. Видимо, крепко мы кому-то поперек глотки встали.

— Возможно. В любом случае — очень неприятная штука. Никакими средствами не разрушается, уничтожает любые живые объекты. Одна радость, что не размножается и через месяц дохнет. Иначе этот мир давно бы уже превратился в черную труху после прошлых игр с гадостью.

Школота нахмурился:

— Я так понял, нам это в реку влили выше по течению. Плесень спустилась и заполнила весь Лес. Так?

— Не совсем, — отозвалась Маша, подтаскивая поближе к себе вазочку с малиновым вареньем. После бурной ночи женщину потянуло на сладкое: — Нам очень повезло, что Лес разумен. И когда у него северные болота стали дохнуть, то тут же предпринял меры. Рефлекторно… Пустил основной поток воды по кругу, через систему болот и медленных проток, перекрыв центральное речное русло. Поэтому поначалу вся эта дрянь нас окольцевала, уничтожив предполье. И в итоге так там и осела. Практически Сколково сейчас по кругу на пять-шесть миль от края забито мертвым сухостоем. Кстати, когда гномы сунулись в первый раз, они успели не только от нас по башке получить, но и еще надышались. И теперь из боевых частей, участвовавших в нападении и разведке, не осталось ни одного живого. Гниющие трупы.

— Хера себе, — Володя посмотрел на кусок мяса поверх хлеба, после чего положил бутерброд обратно на тарелку. — Значит, сердцевина у нас уцелела. За счет родников, глубоко залегающей воды и сделанных запасов. А потом что?

— А потом тебе пускай Фашид скажет. Я из его тарабарщины поняла лишь одно, что мы каким-то чудом мимо полной задницы просквозили.

Зеленый псевдо-зомби кивнул:

— Именно так. Плесень и разумность нашего Леса имеют общие корни. Их в одно время волшебники выводили. Поэтому после первой атаки наши древние братья сумели зародить в чужом оружии ростки протосознания и договорились о сосуществовании. Конечно, можно было просто дождаться, когда через месяц Тьма вымрет окончательно, но она успела бы отравить еще как минимум половину оставшейся территории и попасть в глубокие водоносные слои. Большая часть населения бы выжила, но Сколково пришлось по итогам эвакуировать.

Володя чуть подался вперед и стало видно, что за прошедшее время он из балбеса и разгильдяя потихоньку превратился в человека, способного быстро воспринимать новую информацию и делать правильные и полезные для себя и друзей выводы.

— Значит, сухостой у нас теперь часть общего хозяйства? Мы можем там ходить, собирать грибы и ягоды с куста жевать?

— Ближе к осени. Пока Лес прорастает на эту территорию, одновременно разнося споры плесени по остальным участкам.

— А мы к себе троянского коня не запустим? Типа — херак, оружие сдетонировало и угробило всю округу окончательно.

— Нет. Лес дает гарантию, что подобное не случится. Это как гриппом переболеть. Теперь у тебя есть антитела от подобной заразы и ты еще раз не свалишься с температурой. Хотя формально антитела — это инородная часть для нормального организма и у условно здоровых их не должно быть.

Все разом повернулись к Пилюриусу, который успел отвоевать у Маши часть варенья и теперь с упоением звенел ложечкой, размешивая свою порцию в чашке с круто заваренным чаем.

— Чего это вы? Я не виноват, если Фашид меня расспросами долбал несколько вечеров, пересказывая это все бамбуку-переростку. Вот и нахватался разных медицинских терминов.

Легонько шлепнув по столешнице ладонью, Школота подвел итог:

— Значит, давайте закругляться. А то уже скоро обед, а я до сих пор ситуацию до конца не вкурил. Первое. Смерть нам не грозит. Мало того, если вдруг кто на нас дернется, Лес может этой самой плесенью любую армию на своей территории схарчить на раз-два. Так?

— Так, — хором ответили заседающие.

— Получить прививку такой заразой могут лишь желающие. Типа монстры, егеря или еще кому понадобится. Жрать черные кусты всем не обязательно. Так?

— Так, — сольно выступил Фашид, как самый понимающий. — Все наши жители могут безопасно пользоваться любыми дарами, хоть горожане, хоть деревенские. Продукцию, которую будем поставлять на продажу, надо через специальную процедуру пропускать, чтобы она также стала безопасной.

— Ага. Заодно от возможного воровства собственных ресурсов избавимся. Спер грибочков без спроса — дал дуба… Принято… Теперь последнее. Что с нашими, кто по деревням и в Липово жил?

— Эвакуировали всех, — отчиталась Маша. — Успели до начала нападения. Мало того, забрали с собой всех, кто не хотел под чужаками оставаться. Сейчас наемники практически долбают лишь идиотов, кто в нашу сторону плевался и кричал, что вот вернутся имперские прихлебатели, вот тогда и наступит счастье. Жрут счастье полной ложкой и кровавыми слезами умываются. Загибают их там конкретно.

Решившись, Володя откусил кусок бутерброда, прожевал и озвучил финал:

— Но вся эта толпа по кругу так и шараебится. А из столицы мудозвоны разные до сих пор баблом и прочей швалью помогают блокаду держать. И если мы пойдем тупо в атаку, то умоемся кровью. Выходит, у нас патовая ситуация. Сидеть можем долго, не оголодаем. Но ни торговли, ни нормального развития. Атаковать — сыграем на руку врагам. Ни совой о пенек, ни пеньком о сову — в любом случае херня выходит. Ничего не путаю?

Отцы-командиры Сколково пригорюнились. Правду господин барон говорит. Вроде как выкарабкались из полной задницы, но свет в конце туннеля не наблюдается. И что с этим делать?

— Все. Теперь в целом понял. Значит, как наша любимая Докси с последними вестями прискачет, пусть меня найдет. Я же хочу в башню наведаться, в архив. Была там одна хрень, о которой вспомнил во время беготни по канализации. Надо почитать… Ну и вечером праздник необходимо в городе устроить. Объявить о завершении первого этапа войны, успешном отражении вражеской подлой атаки с вручением наград отличившимся. Будем поднимать моральный дух и раздавать ништяки. Перед контрнаступлением всегда это полезно.

— Наступление? — Ева по очереди посмотрела на каждого, затем даже заглянула под стол, вдруг там Картер заныкался и нашептывает боссу, потом переспросила: — Я одна такая дура и что-то не понимаю? Что я пропустила?

Школота поднялся, потуже затянул пояс на богато украшенном халате и ухмыльнулся:

— Вы пропустили мое возвращение. Я ведь на всю голову отмороженный. И очень не люблю, когда меня и моих любимых обижают. Так не люблю, что наизнанку вывернусь, но в ближайшее время найду способ дать пиздюлей всем и каждому, кто не успеет удрать быстрее собственного визга. А кто удерет, тех мы с егерями отдельно отловим и показательно четвертуем… Я слово дал, что после нашего последнего китайского предупреждения имя Сколково будут произносить с трепетом любые враги и благоговением все остальные… А теперь нехер меня отвлекать, Чапай думать будет, как это сделать. Вы лучше медальки изобразите и поздравительные грамоты и открытки лабайте. Вон, ЕбДыку делать нехер, яйца чешет. Пусть включается…

***

Говоря про тотальную осаду и затяжное ведение войны, Володя не ошибался. Пусть у противника не оказалось сил, способных войти в Лес и загнуть его обитателей. Но зато вполне хватало мудаков, которых рассадили по опорным точкам и опоясали большую часть Сколковских владений. Фактически кольцо осады зияло гигантскими брешами лишь на востоке, где тянулся горный кряж. Там должны были шустрить эльфы, но ушастые уебки слиняли по своим делам по ближайшим имперским городкам и отжигали теперь там, баламутя народ и готовя всеобщее восстание. Получить или нет — это хер его знает, но любой бардак на территории противника — это всегда во благо. Вот и старались, насрав на нарезанные задачи по угнетению Школоты. Ведь его должны были на побережье в плен взять? Что? Не срослось? Тогда ебите тех, кто облажался, а нам пора идти банк грабить под шумок…

Гномы хлебнули пиздеца полной ложкой первыми. Его величество даже протрезвел, когда подсчитал итоги начального этапа победоносной компании. Из полутора тысяч гвардии осталось семь сотен, причем из них половина или ранена, или умудрилась дрянью надышаться и теперь сипит да ходячим трупом прикидывается. Тыловым крысам повезло больше, в атаку из них рвались лишь самые шизанутые. И благополучно в тех самых атаках и сгинули. Теперь оставшиеся почти пять тысяч сидят в наспех выкопанных палатках, клянут судьбу и ждут, когда можно будет дезертировать. Потому что война — она неправильная. Город проклятый не захватить. Монстров не уничтожить. Бывших удравших работяг к станкам и в забой снова не припахать. Выходит — все намеченные планы накрылись мохнатой пиздой. И чем дольше тут в поле сидишь, тем пизда все мохнатее.

Братцы вампиры решили, что настала пора переобуться в воздухе. Потому как на юге и западе проклятого черного Леса ситуация была столь же паршивой. С десяток разграбленных деревень, откуда в итоге слиняли все обобранные и трахнутые аборигены, опустевший Липово и злые на весь свет наемники. Пока еще они старались лишний раз пасть не разевать, опыт карательных мероприятий от командиров некромантов был слишком наглядным. Но уже шептались, да. По углам и за спиной. На тему — а какого хера мы тут торчим? Где обещанные золото-брульянты? Где бухло рекой и бабы с бешенством матки? Где победный марш и развевающиеся знамена? Пока лишь сраные пулеметы, лупящие прямой наводкой, да река напалма, приготовившая знатный шашлык из штурмового батальона.

Поэтому Старший и Младший подсуетились, пробросив разные интересные предложения через голову господина Сигиуса другим богатым и хитрожопым господам из Законодательного Собрания. Типа — а кому землю, землю задаром? Плодородную, бесхозную, в шаговой доступности от транспортных коммуникаций. И если столичные жучилы на это дерьмо и не купились, то вот организовать эдакую распродажу новых участков, зачищенных от бывших хозяев — так это только свиснуть! Уже и акции земельного фонда пошли в продажу, уже реклама в газетах и сообщения про уничтоженную язву ползучей революции под названием Сколково. Барон взорвался при попытке провести очередной теракт в Дарры, Лес сдох, монстров больше никто не видел. Нищие оборванцы, которые болтались рядом с опасной территорией, согнаны от греха подальше. Осталось лишь построить светлое будущее на отдельно взятом участке имперской территории. Налетай, болваны, дачные наделы под застройку задешево!

Единственный, кто возражал, это был человек-глист. Господин Сигиус высох еще больше, посинел, покрылся сеткой вен и визжал буквально по любому поводу. Похоже, потерянные магические эликсиры и куча вбуханного в проект золота лишили его былого здравомыслия. Превратившись в склочного старика, он требовал, чтобы народ пер грудью на амбразуры и наконец-то поквитался с мерзавцами, которые засели по лесам и болотам. Правда, остатки мозгов Сигиус сохранил. Поэтому лишь матерился, да грозил разными карами. А вот деньги больше не платил. Чем еще больше стимулировал вампиров заниматься махинациями с земельными участками. Похоже, жуликоватые братцы решили тупо слинять при первой удачной возможности, прихватив с собой самые ценные некромантские кадры. А остальные — пусть как могут, так и выпутываются. Тем более, что в ближайшем Тагатусе уже во весь голос заявляют, что пора бы и навести порядок. Хер с ними, с дачами. Тут под боком все еще две тысячи наемников непонятно чем занимаются. Того и гляди, снимутся с разграбленных мест и в гости нагрянут. Надо бы их как-то на ноль помножить. Или хотя бы обратно домой выпнуть… Так что — пора, пора задуматься о будущем. Хер с ними, артефактами, лапу уже не наложишь. Сколково оказалось даже не зеленым виноградом на ветке, а сраным дикобразом, который всадил весь пук игл прямо в распахнутую чужую пасть. Так что, пока еще какой херни не произошло, надо выдергивать конечности из завалов дерьма, хватать остатки верных черепушек и линять. Наркота и разного рода дурь — наше все. А с шизанутыми монстрами пусть Сигиус лично разбирается.

Короче, в отличие от живущего тихой и относительно мирной жизнью Сколкова, вокруг творился форменный бардак. Народ суетился, копал окопы, делил награбленное и демонстрировал обнаженную задницу в сторону зарослей. Правда, благоразумно делал это как можно подальше. Потому что иногда с той стороны кто-нибудь из егерей флегматично нажимал на спусковой крючок и от шутника оставались только сапоги. Остальное после попадания заряда из шпалера разносила мелкими клочками по окружающим загаженным кустам.

— Еще один пошел на удобрения, — удовлетворенно говорил егерь и ложился дремать дальше. Ответной пальбы можно было не опасаться. Отучили. Как только какой урод из пулемета шарахнет или вообще толпой начнет деревья пулями утыкивать, так гномы по указанным координатам кинут три-четыре напалмовых боеприпаса и все. Сразу тишина и спокойствие.

Так и жили. Втихаря друг другу фиги показывали и не пытались через границу Леса высовываться. Ни внутрь, ни наружу. Во избежание…

***

Награждение и объявление о достигнутом переломе в тяжелой войне прошло на удивление бодро. Слухи о возвращении Школоты воодушевили народ, ну и сам Володя потом с трибуны еще добавил. Какой там нахер Троцкий — молодой барон так зажигательно орал с трибуны, что еще пять минут и весь город как один пошел бы в атаку. Поэтому предложение обмыть первую удачу и почествовать тружеников фронта и тыла поступило как нельзя вовремя. К полуночи загулявший народ начал рассасываться по домам, особо устаравшихся развозила городская стража, погрузив на тележки. Трибуну и развешанные украшения убирать не стали. Мало ли, вдруг хозяин города через день-два снова на баррикады позовет.

Когда рано утром Докси вернулась в Сколково, она долго с удивлением разглядывала засыпанную конфетти брусчатку, плакаты “Мама-Родина зовет, сука!” и прочую патриотическую атрибутику. Добравшись до центральной площади, командир егерей полюбовалась горой сложенных в углу пустых пивных бочек, после чего подкатила к Фашиду, который флегматично ворочал метелкой:

— Слушай, зелень полуразумная, а что здесь было-то?

— Пьянствовали, — флегматично ответил бывший контрабандист. — Школоло чудом из поездки вернулся, стресс снимал.

— И как?

— Гномы спасовали в попытке его перепить. Мне кажется, он жулил в полный рост. Не может обычный человек столько за один раз высосать и в живых остаться.

— Мда? Может, он просто особенный?

— Может быть. Но зато чуток расслабился. А то все грозился лично рвать на куски каждого, до кого дотянуться успеет.

Докси кровожадно усмехнулась. Да, похоже, Школота в своем репертуаре.

— Отличная новость. Правильный настрой. И как оно после пива?

— Видимо, оставит часть уродов тебе. Ну а остальных — лично в расход пустит… Подвинься, у тебя под ногами еще куча мусора.

Шагнув в сторону, женщина вздохнула:

— Ладно, раз руководство упимшись, то пойду отдыхать и ждать, когда с докладом позовут.

Фашид поднял на зеленую потрошительницу глаза и хмыкнул:

— Ты чем слушала? Говорю же тебе — наш босс как огурчик в башне у папаши заседает с раннего утра. Ведро коричневой бурды высосал и побежал архивы копать. Так что топай в крепость с отчетом, как раз будешь вовремя.

Дворник-любитель не соврал. Докси нашла Школоту в центральном зале библиотеки. Обычно закрытые накрепко широкие тяжелые двери были распахнуты, а над пустыми столами громоздились прозрачные магические куски текста, сплетенные в сложную запутанную паутину. Сидевший под этой абстрактной мешаниной Володя кормил кусками яблока мордо-фею, которая готова была лопнуть, но никак не желала отказываться от халявного угощения.

— Господин барон, прибыла для доклада о текущем положении на фронте! — отсалютовала Докси и поискала, куда бы пристроиться.

Хозяин Сколково покосился на гостью, хлопнул в ладони и все раскрытые архивные записи растаяли в ярком солнечном свете. Затем на их месте развернулось марево, которое чуть поколебалось и превратилось в масштабную карту окрестностей.

— Давай, только в темпе. Как гонцы сообщили, явных проблем вроде не наблюдается?

— Ага. Мы на оборудованных позициях затаились. Враги у себя окопались. Если какой болван мелькнет лишний раз, так и прямой дорогой к предкам отправляем. Но пока в вооруженном равновесии.

— Гномы что, домой не собираются? Это некросы худо-бедно хоть какую-то недвижимость под себя подмяли. А коротышки так в поле и сидят.

— Сидят. Королю назад нельзя, свергнут. И вперед не может. Вот и мучается, бедолага, определиться никак не может.

Заслушав краткий отчет, Школота добыл из-под кресла бутылку вина и предложил мастеру диверсионных операций:

— Будешь? А то одному синячить как-то тоскливо. Папаша же сквозь землю провалился, побежал одну догадку проверять. Когда еще вернется. Да и собутыльник из него так себе. Больше проливает, чем внутрь умудряется пропихнуть.

— Что отмечать будем?

— Будем отмечать, что ваш главнокомандующий — полный дундук. Я, то есть. Какие-то безумные планы психической атаки придумывал, а решение лежало на поверхности.

Подняв налитую кружку, Докси сделала первый глоток, посмаковала напиток и уточнила:

— Значит, моим бойцам не придется дохнуть под огнем пулеметов? Типа, мы одной левой всех загнем и без больших потерь?

— Если меня горожане не убьют за идею, то да. Имеем все шансы.

Покрутив головой, женщина так и не нашла других свободных стульев в зале, поэтому нахально сбросила ноги босса, которые тот водрузил на табурет и заняла освободившееся место. Затем сделала еще глоток и объявила:

— Мне твоя парочка уже всю плешь проела. Типа, я слишком независимая и себе на уме. Типа, ты ну никак хвост не накрутишь. Поэтому грозятся расширить состав гарема, если старшое руководство сумеет доказать свою реальную гениальность. Чтобы превратилась в забитую младшую жену.

— В смысле?

— Короче, я тебя всячески уважаю, но в супер-способности и дикое везение пока не верю. За тебя больше другие горбатятся и проблемы решают. Ты же, молодой засранец, отдыхаешь и груши хером околачиваешь. Мы тут с налетчиками бодались, а кое-кто водку в санатории жрал и кота по злачным местам выгуливал. Поэтому… Если ты действительно войну сумеешь закончить так, чтобы я с воспитанниками кровью не умылась, то обещаю засунуть свое мнение себе же в жопу поглубже и встану раком. Дабы продемонстрировать всю глубину раскаяния.

Услышав это, Школота сначала подавился вином, потом прокашлялся и заржал. Он хохотал, вытирая слезы и с огромным трудом пытался выдавить из себя:

— Кота… Выгуливал… По канализации… С эльфами… Вместе… Вот же сука, Докси, ты меня угробишь!.. Так, ловлю на слове. Раком — это мне нахер, я свой член по возвращении домой чуть не стер подчистую, демонстрируя свое раскаяние. Еще одной бабы мне в гареме точно не надо, надорвусь и сдохну. А вот продемонстрировать тебе сияющие вершины моего интеллекта — это я с радостью. И, кстати, учись. Ты на руководящей должности, а все как коза наскипидаренная по болотным кочкам ебошишь без передышки. Бери пример с Жути, даже та у меня чуток мозгов поднабралась. Правильный хозяин должен напрягать подчиненных и делегировать им ответственность. Чтобы они воронкой кверху грядки пололи, при случае плодились и размножались, предоставив старшим возможность жить и полной грудью жизни радоваться.

Скептически хмыкнув, зеленокожая экс-карательница спросила:

— Так что ты такое обнаружил?

Над столом развернулось прозрачное изображение куска бумаги с картинкой: перевернутая миска висела над деревом.

— Ты знаешь, почему тысячи лет назад местные колдуны озаботились созданием порталов и прочей херни к соседям?

— Откуда? Меня учили убивать, а не даты из учебника зубрить.

— Оказывается, давным-давно местные аборигены получили пиздюлей от чужаков. Ящерицы в гости пожаловали. На разных летающих штуках и с вполне себе крутым оружием. Плотоядные ящеры.

— Зачем?

— Завтракать, обедать и ужинать. Зачем еще… У себя дома они все вкусное схарчили, вот и ломанулись к соседям. Людишки пытались их копьями тыкать и из арбалетов в спину отстреливать, но против любых партизан авиация рулит. Поэтому армии разогнали, народ в колонны построили и стали их жрать. Пачками.

— Бля, — опечалилась столь печальному факту древних времен Докси. — И что тогда придумали наши? Ведь, если люди выжили, значит как-то извернулись?

— Это да. Во-первых, колдуны сумели почти все попрятаться. А может, просто не мылись толком, вот их и не стали в первую очередь хавать. Зато вся эта магическая шатья-братья быстро навертела проходы по другим мирам и стала звать на помощь наемников. Пока те гадили где получится, ломали голову над решением для быстрой победы. Ну и придумали.

— Не тяни Картера за яйца, колись.

— Ты знаешь… Скажи пожалуйста, нравилось ли тебе на Трубе кататься? — Увернувшись от пролетевшего мимо стакана, Школота рассмеялся: — Вижу, помнишь! Короче, намудрили наши предки и наложили на небеса эдакую энергетическую паутину. Которая в бараний рог сжимает любой крупный предмет, если тот пытается под облаками шароебиться. Всякие очень быстро летящие штуковины проскакивают, а вот самолеты, дирижабли и прочий хлам дает дуба. Поэтому когда ебанаты рептилоиды с неба пачками посыпались, то приглашенные наемники закидали трупами наиболее опасных ублюдков и додавили хвостатых до победного. Те, кто из людей выжил, основал большую часть местных государств. Правда, от перегрузки часть порталов навернулась, но знания худо-бедно сохранили, поэтому до сих пор умники всякие подобным балуются. А вот полетать, как птица, уже не получится. Кстати, драконы тогда же сдохли. Потому что огнем плеваться — это круто. Но когда тебе крылья в трубочку сворачивают и жопу на морду натягивают, то вся твоя крутотень заканчивается.

— Бля! — теперь уже восхитилась Докси. Оказывается, устраивать тотальный пиздец и мочилово бабушки и дедушки умели не хуже, чем их молодые дарования. — Шикарная история. Надо будет как-нибудь книжку почитать про это.

— Легко. Больше пяти тысяч кусков текстов и преданий в библиотеке. Можешь хоть учитаться. Заодно классифицируешь и в кучу сгребешь… Короче, сраных рептилоидов угандошили и настал у нас тут мир во всем мире. Правда, часть хвостатых явно по дыркам слинять сумела. У нас дома, откуда я родом, народ периодически ублюдков расшифровывает… Так, это все лирика. Зато есть и полезный выхлоп.

— Какой?

— А о нем нам поведает любимый папа. Не правда ли? Как, убедился?

Выбравшийся из стены библиотеки призрак в некотором очумении завис рядом и закивал башкой, словно китайский болванчик:

— Я это видел! Действительно видел! Но как, как ты смог о подобном догадаться?

Школота медленно встал, еще раз посмотрел на висевшую рядом карту округи и погрозил кулаком россыпи красных точек вокруг Леса:

— Ну что, суки, не ждали? А ведь я обещал, что дам просраться всем и каждому! Ждите, папочка только вазелинчику припасет побольше и устроит вам последнюю брачную ночь. Экспресс в могилу вот-вот отправится с первого пути! Просьба занять свои места, мы отправляемся!

Глава 10

Через час Докси вместе с двумя любимыми женами Школоты и биг-боссом уже продирались по запутанному подземному ходу, обдирая по ходу кучи паутины и матерясь на каждом шагу:

— Слушай, Во-лодь-я, я так копилку забью золотыми через полчаса по самую верхушку! Ну сколько можно, сука ты молчаливая, у меня уже синяки по всему телу!

— Уже на месте, расслабьтесь. А то нежные шибко стали. Вон, с Докси пример берите, та башкой чуть опорную балку не снесла, но выражалась исключительно про себя.

— Убью, нахуй, — отозвалась злая как черт командирша егерей. — Это я просто язык прикусила, а то бы…

— Так. Папик, с той стороны никаких сраных сюрпризов нет? Взрывчатки там или заклятья какого?

— Не, — нарисовался призрачный барон Мюнхгаузен, — это же склад бывший. Сначала вино держали, потом наши самые обкурившиеся умники сюда барахло стаскивали после неудачных экспериментов. Кстати, большую часть на растопку пустили. А последнюю дрянь как засунули, так никто и не приходил.

— А чего сюда?

— Так тут выверт какой-то от основного магического потока. Типа, время почти не действует. Еще одна петля выше, там у нас холодильники и продукты лежат. А этот здесь. Слишком глубоко, чтобы туда-сюда таскаться.

— Ну да, ну да, а лифт построить — это для тебя было влом… Хотя, если это склад для провальных экспериментов, может и правильно, что дырку сверху не стали бурить. А то бы как ебнуло, так сразу фонтан радости посреди Сколково… Так, вот это дергаем, это повора… Маша, помогай, а то не провернуть, паскуду заржавевшую.

В итоге совместными усилиями нужный рычаг все же опустили и толстая дубовая дверь медленно распахнулась. Сунув нос внутрь, Школота убедился в отсутствии каких-либо подлых ловушек и запустил вперед Чинука со стопкой факелов. Еще через минуту в ярко освещенной большой практически пустой комнате вся веселая компания разглядывала странную штуку, стоявшую прямо посередине.

— Слушай, а оно походит на хрень с картинки, — наконец первой подала голос Докси.

— Именно. Ты у меня не только глотки кромсать умеешь, но еще и соображаешь быстро. Встречайте, мои хорошие. Перед вами образец летающего диска сук-рептилоидов, которых много-много лет назад качественно выебали ваши предки.

— Репти-чего? — удивилась Маша.

— Гости это были, — ответила за супруга Ева, брезгливо собирая с себя остатки паутины. — На ящериц похожие. Приперлись откуда-то, стали местных жрать. Ну, колдуны на это обиделись, что-то там колданули, потом наемникам золотишка отсыпали и вырезали всех, кто удрать домой не успел.

— Правильно. Но сначала небо закрыли от любых летающих штук. Потому что эти самые хвостатые с вот таких тарелочек на аборигенов бомбами кидались. Только кто вздумает бунтовать — херак по затылку и все, сразу любая буза закончилась, — закончил краткий экскурс в историю Володя.

— Понятно. Значит, исторический артефакт. Наследие веков минувших, — решила повыделываться Маша. Но Школота ее не поддержал.

— Милая моя, позволь тебе объяснить одну крохотную вещь. Крохотную, но очень важную… Если перед тобой в окопе сидит толпа пидорасов с пулеметами, да еще при поддержке некромантов, то у тебя есть два пути для атаки. Первый путь, это подтащить артиллерию, засыпать все снарядами и потом идти вперед, теряя бойцов. Шансы на прорыв есть, но потери все равно будут очень существенными.

Докси скривилась:

— У нас столько пушек и снарядов нет. В смысле, бум-бум дряни понаделать можно. Да и напалма в бочках уже нахимичили полно. Но это все суррогаты. Для обстрела не получится использовать.

— Именно. Поэтому предлагаю второй вариант. А именно…

Подойдя поближе к трехметровой перевернутой “суповой миске”, Володя подцепил небольшую крышку, просунул руку в образовавшееся отверстие и вставил слабо светящийся кристалл внутрь. Затем отошел в сторону, потянув из дырки тонкий провод и посмотрел на крохотный пульт с двумя кнопками.

— Значит, делаем раз…

Нажав одну кнопку, Школота ухмыльнулся. Непонятный девайс тихо загудел, затем стал медленно подниматься вверх. Когда “блюдце” поднялось до половины между полом и потолком, парень нажал вторую кнопку и так же медленно опустил устройство обратно на пол.

— Сейчас над всей планетой висит магическая сеть, которая крошит любой летательный аппарат. Но дело в том, что для нормальной работы этой сети нужно, чтобы все узлы вибрировали с определенной частотой. Чтобы был резонанс. Иначе вся магия развалится. Подпитывается эта дрянь от мощных источников силы, которые создает сама планета. Если у тебя есть дар, то ты можешь прислушаться и в магическом диапазоне услышать эдакое подобие звона. Будто кто-то струны перебирает. В Университете умники это называют “музыкой высоких сфер”.

— Ой, я же про это читала! — удивилась Маша, которая в момент демонстрации от греха подальше спряталась за спину остолбеневшей Евы. — Мне это на занятиях рассказывали. Только профессор не знал, что это и зачем.

— Ага. А в Сколково догадались. Благо, архивы были под рукой и безбашенных экспериментаторов хватало. Вот они и придумали, как собрать кастрюльку.

Убедившись, что аппарат больше не парит в воздухе, Докси подошла поближе и осторожно потрогала пальцем обшивку:

— Это что, бумага?

— Не, материя. Пропитана чем-то, чтобы не портилась на открытом воздухе. Но, в целом все собрано из говна и палок. Рейки для каркаса, в центре там седушка должна быть. Магический простейший движок и пульт управления.

— Ну, хорошо. Значит, делает ж-ж-ж и ползет вверх. Чтобы там его в комок смяло, — Докси выпрямилась. Потом посмотрела на довольную рожу Школоты и засомневалась: — Не, тут что-то не так. И про сраную Трубу ты не зря спрашивал.

— Объясняю для тех, кто с первого раза не врубился… Магическая паутина гробит любой предмет больше кошки, если он летит по небу и не звенит согласно “музыке сфер”. Если ты играешь точно так же, как вся паутина в тот же самый момент времени, то тебя не тронут. Так вот, давшие дуба гении из Сколково придумали, как подобрать эти звуки и как их возвращать назад. Специальный ретранслятор тут стоит. Музыка может измениться, но ничего перенастраивать не надо, все равно тебя никто не тронет, отзеркалим любую новую комбинацию.

— И?

— Внутри два движка. Один — вертикалка. Тащит вверх или вниз. Только аккуратнее надо, чтобы не перестараться. Взлетел выше птичек или опустился обратно. А еще кольцо с направлениями. Работает как магнит. Цепляется на любой выбранный крупный силовой узел паутины и тащит всю халабудину туда. Одним словом, можно летать, как душе угодно: влево, вправо, вперед, назад. Используешь оба движка и гоняешь похлеще драконов под обкуркой.

Народ проникся. Стоял и смотрел на непонятную хрень, которая якобы могла назло небесной магии парить под облаками. И не навернуться оттуда, как это сделали все другие до этого.

— Значит, у нас есть это… И оно может летать… Может быть…

— Именно. Грузоподъемность у него копеечная, около двухсот кило или меньше. Надо мерить. Другую штуку рассчитывать сейчас некогда. Надо лишь скопировать херь и сделать еще хотя бы двадцать-тридцать блюдец. Затем цепляем под нее бомбу с напалмом, организуем вечерний налет и повторяем до той поры, пока вся эта падаль в округе не поджарится окончательно.

Молчавший Чинук засомневался:

— Знаешь, гномы вряд ли в эту штуку полезут. Они высоты боятся. А если вес у наездника должен быть маленьким, где мы таких карликов наберем?

— Вот именно поэтому мне придется убеждать горожан, что я не совсем свихнулся и действительно хочу обойтись малой кровью… У нас вроде толпа малолетних лоботрясов была, кто барогозил вместо учебы. Отобрать из них самых смелых, подучить и выпустить в атаку. Мордо-фей вместо корректировщиков и штурманов. Главное — кольцо оцепления прорвать. А недобитков потом зубастики Жути дожрут.

Ева “отморозилась”, подошла к Володе и отобрала у него пульт:

— Знаешь, это слишком! Одно дело, когда взрослые на убой идут, потому что по-другому нельзя. И совсем другое — детей посылать на смерть! И даже не в нормально защищенном броневике, а в этом…

Зло даванула кнопку, “блюдце” рвануло вверх, с хрустом ударилось об потолок и посыпалось обратно на головы кусками деревяшек и обрывками материи.

— Ну вот, сломала игрушку, — обиженно протянул Школота, выскочив вслед за остальными в коридор. — Не, чертежи у меня есть, но ломать-то зачем?..

***

После двух часов ругани молодой барон вынес ультимативное решение. Через глашатаев собрали народ и с трибуны Володя объявил:

— Значит так, господа горожане и горожанки… Короче, есть способ дать просраться всей той мрази, что нас пытается за глотку взять. Всем тем, кто всю округу разорил, нормальных соседей с мест согнал и нас пытается отравить уже какой день подряд. Но способ рискованный. И очень, очень специфический… Честно скажу, я других вариантов сейчас не вижу. Мы можем просидеть в осаде еще и десять лет, но нас тупо будут давить и не пускать наружу. И где-то через три-четыре года мы что-то там изобретем. Или придумаем. Или еще чего… А может и не осилим.

— Не тяни, барон! — заорали из толпы. — Мы в тебя верим! Что надумал-то?

— Мы все живем в Сколково. Те, кто был тут раньше, создал этот город. Горячую воду в дома, освещение, отопление. Всякие ништяки нам оставил. Артефактов наклепал столько, что можно всю империю ими завалить… Эти же люди придумали летающие штуки, которые с небес не падают. Но в качестве пилотов для них подойдут лишь те, кто весит очень, очень мало… Как те же пацанята, что весной с ратуши на веревке катались, протащив ее на соседние крыши… Я говорю о том, что в качестве лучших из лучших мне придется позвать ваших парней. Или плюнуть на эту идею и искать другие варианты.

На площади стало тихо-тихо. Народ несколько охренел от услышанного и теперь пытался допетрить, как это все понимать. Неожиданно с одного из столбов, стоявших по краю площади, долетел звонкий голос:

— Это что, мне тогда за веревку всыпали, а теперь за эти полеты еще добавят? — Взобравшийся на самый верх фонаря мальчишка удивленно разглядывал столпившееся на трибуне руководство города.

— Не, парень. Если все пойдет как задумано, ты получишь премию, боевые награды и мое личное прощение на будущие шалости на год вперед. Слово даю! Но только если твои родители согласятся на эту авантюру.

Через полчаса народ уже разогрелся в спорах и хотел сойтись первый раз стенка на стенку, но какой-то бородатый крепыш с голосом-сиреной неожиданно оборвал прения:

— Эй, соседи, а чего мы раньше времени бузить-то собрались? Барон правильно говорит, головастые люди город отстроили и штук всяких напридумывали. Вон как мы бодро всех врагов по морде отлупили, до сих пор сунуться к нам бояться!.. Давайте не пороть горячку. Пусть власть нам эту летающую фигню сделает. Потом опробует. И тогда уже каждый решать будет, стоит ли оно чего полезного… Мне бы кто в деревне год назад сказал, что можно горячую ванну хоть каждый день принимать, я бы его послал куда подальше за такую дикость. А сейчас у меня любимая жена моется и рада-радешенька… Может и эта штука тоже поможет нам по облакам лазать и сверху супостата долбить? Так что, я пока сам лично хреновину руками не пощупаю, не готов решение принимать. Увидеть хочу чудо-юдо. И лично убедиться, как оно…

Школота довольно улыбнулся и заорал с трибуны, успокаивая толпу:

— Сегодня у нас вроде как пятница? Значит, в понедельник агрегат для испытания будет готов. Вот тогда и заценим!..

Затем обернулся, нашел взглядом Жуть, которая сидела на ступеньках и с подозрением поглядывала вверх и скомандовал:

— Короче, тебе персональное задание. Чтобы утром в понедельник Картер был тут. Как штык. Потому что если он куда затихариться сможет и не найдешь, я тебя лично запущу.

— Пиздец коту, — ответила монстриха и довольно осклабилась. — Мало ему было радостей с эльфами херачиться, так теперь еще в покорители воздуха заделается…

***

— Есть ли у вас план, полковник Фикс?

Бравый вояка, стоявший на вытяжку перед представительной комиссией, забитой генеральскими лампасами, лишь кисло поморщился:

— План? Есть ли у меня план? Да у меня целый мешок этих планов в сейфе лежит! На любые ситуации! На внезапную атакую графств, на ответное контрнаступление, на высадку чужаков через порталы, на стремительный рейд на сопредельные иномирные территории с их разграблением!.. У меня полно всяких планов, кроме того самого, чтобы ставить к стенке свое собственное население!.. Я — всего лишь командир пограничной бригады на Пустошах. Это не моя ответственность, разбираться с бардаком в тылах. Для этого есть полицейские силы и при покойном императоре карательные отряды. Мое дело — границу охранять, а не собственные города штурмовать!

— Полковник! Нас не интересует ваше мнение!

Генералы внушали. Их было много. Каждый из них больше походил на жирного борова, чем на бравого вояку. Ну и в силу страха за собственные задницы вся эта шобла теперь драла глотку, чтобы заставить одного мудака плюнуть на устав и здравый смысл, после чего с песнями и плясками мчаться в качестве пожарной команды спасать всю местную столичную камарилью.

— Полковник! Родина в опасности! Эти ушастые окончательно распоясались не только на побережье, где их худо-бедно все же прижали к ногтю. Проклятые подстрекатели шляются по всему континенту и баламутят народ! От столицы и до самых восточных границ неспокойно. А нормальных боевых частей практически в тылах не осталось. Распропагандировали к херам, чтоб этим мудакам в руководстве икалось… Так вот, полковник. Берите приказ, возвращайтесь в полк и готовьтесь выступать через две недели сначала на Тагатус, а затем на восток. В каждом городе, согласно плана, будете оставлять гарнизон из проверенных местных кадров и роту усиления из пограничников. Ваша задача — зачистить территорию от нежелательных элементов, навести порядок и с оставшимися частями вернуться в столицу для доклада.

— Роту? В каждом крупном городе? У меня в полку три батальона, в каждом батальоне три роты. Итого девять рот. Половина занята на охране границы, остальные отдыхают, пополняют использованное имущество и готовятся к замене ушедших в поле секретов. Если даже я оголю границу полностью, с девятью ротами я никак не смогу взять под контроль тридцать городов, которые отмечены в вашем плане. И это не считая потерь в случае боев в городской застройке. Я..

— Полковник Фикс!!! Вам что, не понятен полученный приказ?! Взяли его в зубы, кругом и выполнять! Немедленно!!!

Вылетев из кабинета, словно пробка из бутылки, бравый полковник с трудом перевел дух, по стеночке добрался до лестницы и, громыхая подкованными сапогами, скатился вниз. Блядь, что за херня происходит в столице? Нет, и раньше тут был полный бардак. Но чтобы такое?!..

Можно сказать, что полковник в молодости совершил одну единственную ошибку. Это когда его папа с мамой спросили, хочет ли жениться на Сарочке и обрести семейное счастье, то молодой выпускник военного училища вздрогнул, вспомнил габариты соседки на выданье и твердо ответил, что еще слишком молод для подобного рода кабалы. После чего был скандал, крики про разрушенные семейные планы, недополученное чужое приданное, отлучение от родного особняка и прочая херня. Мама и папа очень понадеялись, что молодость быстро пройдет, нищенская зарплата лейтенанта в столице заставит передумать и вернет заблудшего сынка обратно. Там как раз его ждут с покаянием и Сарочкой в придачу. Но Фикс закусил удила, ошибку признавать не захотел, пришел в штаб и потребовал, чтобы его направили на хорошее место службы. Потому как училище закончил с отличием и просто мечтает служить Родине.

В штабе таких бравых и блатных было хоть жопой ешь, поэтому лейтенанта спровадили в пограничную службу. Дураков среди вояк мало, поэтому вакансий там дохрена и больше. Пиздуй, братец, Родина тебя не забудет.

Каждые пять лет Фикс возвращался в столицу на переаттестацию. С ворохом грамот, рекомендательных писем и прочей макулатуры, которая почему-то ценилась в жопе мира, но совершенно не котировалась в штабных кабинетах. На идиота с интересом смотрели, затем вручали очередные погоны и пинком под зад отправляли обратно. Благо, соседи постоянно чего-то шебуршились, разнообразные банды пытались таскаться через кордон туда-обратно и хороший служака на страже закона и правопорядка совсем не мешал. Наоборот, он честно тянул лямку, держал разные безобразия под присмотром и не давал уровню бардака превышать некие приемлемые рамки.

Так Фикс дослужился до полковника. Худо-бедно обзавелся местными связями, заслужил реальный авторитет на Пустошах. Соседи вояку за столько лет уже оценили и лишний раз даже не пытались гадить в его вотчине. Потому как заглянуть с ответным визитом за ним никогда не заржавеет. Очередному графу или бандитскому пахану надо — с погранцами на языке пулеметов разговаривать? Да ну вас в баню, с такими приколами!.. Поэтому люди аккуратно таскали через порталы разные ништяки, вежливо раскланивались с нарядами на пропускных пунктах, платили отступные за дурной скот, который иногда забредал на сопредельные территории. Ну и как-то сосуществовали в очерченных рамках, надеясь, что самые большие боссы на верхах не учудят новую войнушку. После прошлой до сих пор еще не всех павших закопали, до сих пор в степях кости находят.

Мама с папой на вконец обуревшего отпрыска давно забили, вместо Сарочки подобрали младшему брату другую перспективную кандидатуру, после чего всем кагалом удачно промотали полученное состояние и сгинули в какой-то мутной катастрофе. То ли сгорели в особняке скопом, то ли навернулись в карете с моста над быстрой горной рекой. Фикс особенно не интересовался. Ему оставалось еще семь лет до полной выслуги и можно уходить на покой. Единственный железобетонный закон, который действовал в пограничной страже, это был закон о выслуге. Как только у тебя прозвенел будильник, можешь повесить мундир на вешалку и отбыть на заслуженную грошовую пенсию.

Паинькой Фикс не был, поэтому на черный день у него чуть-чуть уже скопилось. Так что на крохотное ранчо в Приграничье вполне хватит. Заведет коров, будет торговать мясом и попивать пиво вечерами, разглядывая закат. Найдет себе какую-нибудь местную вдовушку, может успеет еще настрогать пару-другую отпрысков. И со счастливой улыбкой на устах даст дуба в собственной кровати, а не заполучив пулю в городских боях во славу Законодательного Собрания.

Но вот — не свезло. Ультимативный вызов в столицу и разнос, устроенный генеральскими лампасами. Неделя на возвращение домой, а там думай, как из всей этой херни выбираться…

Есть ли у вас план, полковник Фикс? Бля, да у меня этих планов, включая спешную эмиграцию!..

***

Школота сидел на скамеечке и с интересом смотрел, как бородатые коротышки заканчивают обклеивать материей новый летающий диск. “Блюдце” собирали по чертежам, которые Володя сумел расшифровать на основе архивных записей. В мастерской теперь пахло свежей стружкой, краской, лаком и табаком. ЕбДык сидел рядом и периодически пускал колечки из любимой трубки, не забывая изредка покрикивать на подчиненных и отеческим напутствием поддерживая должный уровень трудового энтузиазма. Впрочем, гномы к воплям руководства относились похуистично, выполняя работу как всегда качественно и без дурнины, в силу природных особенностей характера.

— Слушай, дружище. А вот скажи мне, есть ли у тебя идеи, куда расти дальше в Сколково? Вроде как хозяйство ты тут отладил, разных штук накошмарил, помощников вырастил. Еще чуть-чуть и заскучаешь. Если уже не заскучал.

— В испытатели этой херни не полезу, — тут же отозвался гном.

— Не, про леталки и речи нет. Я про другое… Вот скажи. На севере сидит толпа родственников. Так?

— Ошибаешься. Там из нормальных разве что гвардейцы, да и те почти все сдохли в атаке на Лес. А остальное — гнилье первостатейное, клейма ставить негде.

— А в Подгорном как? Ведь не все нормальные успели оттуда удрать в свое время?

— Это да, народу там еще полно осталось. Если бы шоблу рядом с троном зачистить, то вполне можно порядок навести. Только мы с другими бородатыми воевать не будем, не проси.

Рассердившись, Школота ткнул ЕбДыка локтем в бок и зашипел от боли. С тем же успехом можно было пихаться с куском скалы. Коротышка на своих слесарных забавах окончательно заматерел и просто бугрился мышцами.

— Да похер мне на выблядков, что короля на войну подбили, это уже списанный материал. Разберемся и без тебя. Вопрос в другом… Если сейчас короля заминусуют, что будет? Кто на его место сядет?

ЕбДык задумался. Он даже успел докурить трубку, прежде чем ответил.

— Я все кланы перебрал, кто может претендовать. Не будет единого кандидата. Если из воюющих сейчас никто не вернется, то драка за трон будет страшная.

— Значит, будет бардак, братоубийственная война в шахтах, затем какого-нибудь мудака пропихнут наверх и все по новой. Опять эльфы или еще какие хитрожопые бабла вольют и нам снова всю эту парашу хлебать полной ложкой.

— А я при чем?

— Ты? А ты у нас вполне подходящий кандидат, чтобы эту херню закончить.

Аккуратно положив трубочку на скамейку рядом с собой, ЕбДык упер руки в бока и начал хохотать. Он ржал так заразительно, что даже работавшие над “еропланом” мастера остановились и уставились на босса.

— Эй, господин барон, что с ним?

— Я попросил его мерку с головы снять, а он смеется.

— Мерку? А зачем?

— Ну, как я ему корону Подгорного королевства правильно подберу? Мерка нужна.

— Корону? Так король вроде бы еще жив.

— Это который у нас на границе траву уже жрет? Сегодня жив, завтра помрет с голодухи. Или траванется чем, не знаю пока, какая гадость с ним приключится. А трон пустовать не должен. И вот — мой кандидат.

ЕбДык вытер слезы, хотел еще хохотнуть, но увидел глаза других гномов и подавился воздухом. Потому смотрели на него работяги — оценивающе. И очень-очень внимательно.

— Эй, чтоб ветер вашу трубу качал! Делом займитесь! Аппарат через час должен быть готов, чтоб к утру просохнуть успел!.. А ты, Школота, не шути так больше, не надо.

Парень поднялся со скамейки, ободряюще похлопал гнома по плечу и громко сказал, чтобы все слышали:

— Да ладно. Я просто подумал, если королевство осиротеет, то кому столь важное дело можно доверить? А насчет мерки — ты подумай. Если забыл, друзей спроси. Может, они подскажут… Ладно, сегодня суббота. Завтра агрегат под крышей подержите, не надо пока его под солнышко таскать. А в понедельник утром и опробуем.

И, оставив ЕбДыка в совершенно раздраенных чувствах, Володя свалил.

***

Дома господин барон вышел на задний двор, где на гигантских многоножках его уже ждала веселая компания егерей: Докси с неразлучными Татушкой и Черной Вдовой, а так же два десятка бойцов в полном облачении. Часть торчала на деревьях или взобралась на крыши сараев. Благо, лесным многоножкам было посрать, где устроиться подремать. А вот заменить столь необычных “скакунов” на что-либо другое — проблематично. Твари могли переть со скоростью гоночного автомобиля по любым буеракам, жвалами легко перекусывали сдуру попавшуюся на дороге нечисть, да еще запросто тащили на себе наездника и под две сотни кило грузов. Жаль только, что было их мало и чтобы вырастить одну такую чудо-кобылку нужно было потратить лет сорок. Жуть в свое время не озаботилась, поэтому все доступные многоножки были переданы егерской службе и использовались лишь в особо важных рейдах. Бронирование слабовато, любая шальная пуля — и на месяц-другой лечиться, отращивать утерянные конечности. А уж если кто из шпалера приложит, то скорее всего бедолажку угробит. Жалко.

— Все готовы? Тогда выдвигаемся.

Оседлав своего скакуна, Школота подал жест рукой и вся кавалькада перевалила через забор, чтобы рвануть на север. Через пять минут они покинули пределы Сколково и уже в лесу набрали крейсерскую скорость. Ближе к рассвету отряд проскользнул мимо остатков гвардии Подгорного королевства и окружил королевскую палатку.

Его величество спал плохо. Уже какую ночь подряд мучили кошмары. Вино закончилось, с провизией было совсем паршиво. Война превратилась в непонятное сидение в стороне от проклятого Леса. Да и днем больше приходилось размышлять на тему, когда кто-нибудь решится и всадит нож в спину. От гвардии осталось чуть больше пяти сотен головорезов. Львиную часть из них пришлось развернуть на дороге домой, чтобы отлавливали дезертиров. Из тыловиков штук двадцать уже повесили, поэтому остальные сидели в драных палатках и копили злобу.

Но день шел за днем, а какого-либо решения найти не удавалось. Вернуться назад, чтобы взойти на плаху? Бр-р-р, какая нелепость! Идти в атаку? Ведь под ружье еще можно сгрести всех бывших прихлебателей? Тысяч пять наберется, наверное. Но толку от них?

Неожиданно в глаза ударил яркий свет и король подскочил на кровати, спросонья пытаясь закрыть лицо:

— Что?! Где?! Откуда?! Куда?

— Вашество, вы бы шары продрали и в сознание вернулись. А то больше на попугая походите…

Кое-как проснувшись, король посмотрел внимательнее и покрылся холодным потом. Напротив на раскладном походном стульчике сидел молодой человек в зеленом костюме с нашитыми поверх кусками веток и листьев. За спиной у него стояли три женщины с зеленой кожей и злыми прищуренными глазами. Было очевидно, что стоит незваному гостю шевельнуть мизинцем, как проклятые амазонки раздерут несчастного гнома на куски.

— Э… С кем имею честь?

— Барон Школота. Хозяин Сколково. Того самого Сколково, которое вы все пытаетесь штурмовать… Не утомились?

— Я?.. Э..

Величество запнулся и глубоко задумался. Судя по тишине вокруг, охрана или спит, или уже отправилась к праотцам. Орать? Смысла не имеет. Хотели бы убить — уже бы валялся с перерезанной глоткой. Тогда — зачем пришли?

— Слушай, борода-два уха. Меня в последнее время несколько напрягает количество незваных гостей под ближайшим забором. Выйдешь утречком поссать, только портки снимешь — обязательно чья-нибудь рожа высунется и весь благостный настрой порушит. Поэтому, решил чуток с вами подразобраться.

— Утром? Поссать? — король совершенно ошалел.

— Ага. Значит, мое предложение предельно простое. Насколько я понимаю, назад вас не ждут. А то бы давно уже обратно свалили. Видимо, наобещали там всякого. Так?

— Не ждут, — закручинился гном.

— Во. Мне вы тоже нахер не вперлись. Некросы с ушастыми пидорасами спят и видят, как бы вас на мясо пустить. Получается, что здесь у тебя сплошь одни убытки. Херовые расклады.

— Как есть — херовые, — согласился король.

— Поэтому делаю тебе деловое предложение. И делаю его один раз. Предлагаю вам новое место. Чистое, без конкурентов. Ни одна разумная скотина там не помешает. Живи и радуйся. Мало того. На новой территории никто не посмеет оспаривать твою корону. Потому что в трудные времена весь народ как один обычно старается сплотиться вокруг предводителя. Так?

— Так, — осторожно кивнул бородач.

— Значит, поступаем очень просто. Я открываю портал, ты со всей своей армией пиздуешь в светлое будущее. И живи там, радуйся.

— А ты?

— А я поднимаю свою армию и начинаю изничтожать под корень всех, кто не спрятался. Помнишь, как вас в лесу пидорасили? Вижу, помнишь, не трясись. Так вот, это была разминка. Я попросил братву шибко не усердствовать, сам хотел поучаствовать. На лихом танке, с шашкой наголо. Поэтому терпели, силу копили, меня по телеграфу вызванивали. Где же наш Школота, сука, пиздохается, мы тут до чужого мяса добраться хотим… Так что минута тебе на размышление. Либо в светлое будущее, либо с утречка я платочком махну и вся та черная хернина, что у меня предлесье загадила, обрушится на ваши головы. Чем закончится, знаешь?

Короля передернуло. Он помнил, как раненные гвардейцы гнили у него на глазах, выхаркивая собственные легкие и подыхая в страшных муках. Именно после этого никого из гномов нельзя было даже под страхом смерти погнать на штурм. Пуля — это не больно. Раз — и готово. А вот так…

— Я готов. В будущее. Только штаны надену…

Среди пары высоченных костров сияло багровое кольцо открытого портала. Туда перепуганной толпой ломились тыловые бригады деморализованной гномьей армии. Четыреста гвардейцев остались прикрывать отход, решив пожертвовать собой. Остальные вслед за королем похватали любое барахло, какое успели, и теперь драпали в светлое неизвестное будущее. Где-то далеко в предрассветных сумерках мелькали гигантские многоножки, изредка приподнимая головы и издавая жуткий стрекот. Казалось, что всю местность вокруг заполонили эти невероятные чудовища, готовые сожрать любого, кто замешкается.

Стоявший в стороне Школота флегматично грыз яблоко и изредка сплевывал себе под ноги косточки. Любопытная до всего нового Татушка спросила:

— А что, других так же можно спровадить?

— Не, те редкостные мудаки, просто так не уйдут. Их давить придется. А эти — они же доверчивые, что телята. Рассказал им про буку, пальчиком погрозил, старыми ужастиками простимулировал — вот и ломанулись. Как только представили, что плесенью их всех поголовно накормят, так и обделались. Чувствуешь, какая вонь стоит? У половины портки угвазданы… Да и порталов у меня больше нет. Был один, односторонний и бракованный. Вот его и использовали.

— А здоровяки, которые в оцеплении?

— Из них пара-тройка знакомы ЕбДыке, я с ними позже потолкую. Похоже, единственно нормальные из всей этой шоблы. Очень жаль, что еще кучу таких же дурак-король зазря на смерть послал. Они же в целом неплохие ребята. Упертые, но верные. Приказы выполняют, какое-никакое понятие о чести имеют. За своих вон, готовы сдохнуть, но оружие не сложат. Так что подождем. Как раз остатки уже видно у засранцев.

Докси отстегнула с пояса флягу, отхлебнула, затем покосилась на босса и протянула:

— Что-то у меня нехорошее подозрение, господин барон.

— Это какое именно?

— Что я про своего главнокомандующего многое не знаю. Похоже, ваши жены мне не врали, когда разрисовывали ваши таланты в самых фантастических красках. Еще чуть-чуть и мой скепсис существенно поубавится. Я-то думала, что мы просто прирежем мудака и вернемся домой. А вы фактически вражескую армию к какой-то неведомой матери спровадили.

— Да, я такой, — Володя довольно ухмыльнулся и бросил огрызок под ноги. — Ты подожди, мне еще их остатки надо заагитировать, вот тогда будет вообще кучеряво.

Через полчаса портал схлопнулся и Школота взобрался на ближайшую телегу, брошенную впопыхах удрапавшей гномьей армией. Посмотрев на рассыпавшиеся булыжники, барон начал вещать:

— Братцы, у меня для вас две новости и обе хорошие. Во-первых, у меня порталов больше нет. Этот был какой-то дефективный, хер знает куда направленный. Так что вашего бывшего короля вы уже вряд ли когда увидите. Упиздовал, да и хуй с ним, мудилой. Только проблемы нормальным гномам умудрился собрать со всей округи. У эльфов отсасывал, жопу имперцам подставлял ради кредитов, да еще вас загнал в местные болота, чтобы вы там окончательно сдохли и не смогли его повесить на ближайшем дереве, как эта блядь продажная заслуживала.

Построившиеся в боевые порядки остатки гвардейцев мрачно молчали.

— Новость вторая. Мне с вами воевать нахер не сдалось. Короля вашего спровадил, его прихлебателей с ним же. Теперь домой вернусь, буду некросам кактус в жопу вкручивать, чтобы прониклись. А вы можете вернуться к себе на север. Что тут забыли?

Настороженная тишина была ответом. Но Володя не унывал.

— Значит, мое предложение такое. У меня там в Сколково есть кое-кто из таких же бородатых. Хотят родню проведать, домой съездить повидаться. Поэтому завтра они там грузовик-другой с подарками сгребут и как раз выдвинуться. Послезавтра как раз мимо проезжать будут. Ну, где-то к обеду, вряд ли раньше. Если хотите, я могу им пару-тройку машинок с прицепами дать. Могут и вас с собой прихватить. Заодно чего пожрать-попить с собой погрузят. Вы как, не возражаете? Или будете здесь сидеть, пока не надоест?

В толпе гномов начали шушукаться. То один, то другой вкладывал меч в ножны, пихал в бок соседа и спрашивал:

— Слышал? Барон-то с нами воевать не собирается. Чего делать будем? Может, в самом деле — домой?

Подождав еще чуток, Школота набрал побольше воздуха и закончил:

— Значит так. Я предлагаю вам мир. С собой привез разной медицины: бинты там, мази и прочее. Если кому подшаманить надо — можете пользоваться. Вон та куча, там все сгрузили. Там же еще чуток круп и вяленого мяса. Советую дождаться караван, с нашей стороны никакой заразы больше не будет. Ну а если кому очень-очень хочется умереть не за хер собачий, то пусть к колючкам поближе подойдет и в ближайшем болоте искупается. Там эльфийской заразы до сих пор дохера и больше. Сдохнет героем… Все, заебался я глотку драть. Докси, дай твоего пойла, нехуй коньяк в одно рыло сосать…

Через пять минут егеря вместе с командующим оседлали своих многолапых лошадок и умотали обратно в Лес, оставив жалкие остатки бывшей гномьей армии в полном раздрае.

***

Посреди бескрайней степи из фиолетовой травы скучковались обосранные беженцы. Его величество взобрался на ближайшую груду камней и задвигал оттуда пламенную речугу:

— Вы видели? Видели? Они нас испугались! Так испугались, что решили откупиться! Нам отдали целый мир! Огромный мир, свободный от людей, эльфов и прочей мрази! Теперь это все — наше! Наша земля, наши горы, наши богатства! Теперь, под моим мудрым руководством, мы пойдем в светлое счастливое будущее!

Стоявший в задних рядах толстяк поправил спадающие штаны и с тоской в голосе спросил другого гнома:

— Это что значит, нам самим работать? Слуги-то все дома остались!.. А жрать что будем? Я с собой только кубок для вина прихватить успел. А тут ни вина, ни каши…

Откуда-то издалека долетел вопль местного тиранозавра. Как и обещал Володя, он подарил гномам целый неосвоенный мир. Вместе со всеми его плюсами и минусами. Пользуйтесь, суки, заслужили.

Глава 11

В понедельник с утра довольный собой Володя бодро топал к площади, уже забитой до отказа народом. Семенившие рядом Ева с Машей обсуждали последние новости и пытались выпытать у мужа детали вчерашнего грандиозного скандала.

Дело в том, что мотавшийся где-то в ночь с субботы на воскресенье Школота решил нагло продрыхнуть все свободное время. И тупо послал все дела и заботы на три известные буквы, забив на любые домашние обязанности. Но когда в обед к ним домой вломился ЕбДык, рассвирепевшего гнома не получилось остановить никакими увещеваниями:

— Где эта сука! Я его своими руками задушу, бля! Дайте мне этого мудилу! Где этот пожиратель артефактов!

Дремавший на пуфике Картер сдуру попытался вставить свои пять копеек:

— Ты чего орешь, коротышка лохматая? У нас дома не ру…

Гном тупо сгреб кошака за шкварник и вышвырнул через распахнутое окно на улицу:

— И тебя посчитаю, блядь мандавошистая! Я всех тут посчитаю! Я так посчитаю…

Толпа мордо-фей спланировала с карниза и подхватила очумевшего Картера. Согласно последним инструкциям Жути, хвостатый обязан был дожить целым и невредимым до понедельника любой ценой. Поэтому зубастые крылатые выблядки облепили усравшегося после незапланированного полета кошака и уволокли на кухню в крепость, отпаивать сливками. Гном же тем временем вышиб двери в спальню к Школоте и заорал на своего босса:

— Я тебе верил, как родного брата почитал, а ты… Ты…

Володя с трудом продрал глаза, покосился на растрепанного гостя и сипло попросил:

— Слушай, там рассольчик в банке, подтащи поближе. Тебе же не трудно?.. Пока через дебри обратно с егерями херачили, весь коньяк на радостях выжрали. Башка — как барабан…

ЕбДык посмотрел на парня, затем подал ему пятилитровый жбан, сел на край кровати и пригорюнился:

— Вот что я тебе плохого сделал, а?

— Ты о чем, сердешный? — спросил Володя, отдуваясь после первых глотков.

— Пока я спал, эти чучмеки меня всего обмеряли, у местных швей камзол заказали, башмаки и вот это…

ЕбДык протянул Школоте черную как сама тьма корону, украшенную мелкой россыпью кроваво-красных рубинов.

— О, бля. Да у тебя обновка.

— Обновка? Это ты их с панталыку сбил. Пришел, наобещал всякого…

Допив остатки рассола, Школота ожил и сел рядом с гномом, спустив ноги на пол:

— Слушай, я тебя что-то толком не понимаю. Вот смотри. Когда надо было дело сделать, ты скатался к родным, прессанул мудачье на троне и вывез остатки монстров и работяг с королевства. Исполнил — просто чудесно. Было?

— Было, — нехотя сознался ЕбДык.

— Дальше. По всем местным злачным местам и закоулкам письма разослал, телеграммы отбил, с народом побазарил. Кто из наемников поприличнее и кому надоело дерьмо в империи хлебать — все к нам приехали. Работают или служат. И опять же, с твоей подачи, под твое честное слово. Сделал?

— Сделал, — еще больше помрачнел гном.

— Ну так чего мрачный такой? Я для тебя ни капли вашей подземной крови не пролил. Всю эту толпу блядскую в другой мир спровадил, чтобы там барагозили и нам больше не мешали. Мало того. Четыре сотни гвардейцев домой вернутся, будут честно новому королю служить. Что, плохо это?

— Не знаю. Может и хорошо… Но…

— Никаких но!

Поднявшись, Школота прошел к окну, распахнул его и вдохнул свежий теплый воздух. Полюбовавшись шикарным видом, повернулся к незваному гостю и спросил:

— Слушай, а может, водки будешь? Давай в загул уйдем? До завтра. С утра башка будет трещать, но и насрать. Но зато хоть оттянемся.

— Загул? А с этим что делать? — ЕбДык потряс короной.

— Носи. Местные тебя выбрали своим представителем, радоваться надо.

— Так ты же меня на севера спроваживаешь!

— Я? Я всего лишь спрашиваю, как проблему решать будем. Если королевство без присмотра оставим, там опять все просрут. Нужно своего правильного перца на трон сажать. Вряд ли вам какая ассамблея нужна или другая говорильня. Вы же все на монархии повернуты, ретрограды херовы.

Медленно поднявшись, гном побрел к дверям. Постоял, посмотрел на выбитые двери, затем обернулся:

— Ведь как знал, что ты эту подляну мне подбросишь. Типа — кто может, на том и возят. Раз с делами здесь разобрался, то Подгорное на меня сплавишь запросто. Отличная идея, да…

— Я дорогу построю. Шестиполосную. Гладкую, как зеркало. Будешь тут сидеть и лишь на выходные в горы наведываться. Сделаешь себе байк невъебенный и вжик — уже там. Надоело, всех нахер послал и ко мне, обратно. Как тебе идея? Король по понедельникам, например. А остальное время — нехай ебутся сами.

— Дурак ты, Школота. Посмотри, тебя меньше месяца дома не было и какой пиздец. А ты предлагаешь целое королевство хер знает на кого бросить… В пизду мне твоя дорога не сдалась. Поеду я. Как раз братцы караван с подарками собирают.

Володя сделал вид, что обиделся:

— Да ладно тебе, чего переживаешь? Скатайся, выбери кого поголовастее, на него титул спихни и возвращайся. Ведь наверняка найдешь кого, чтобы не подвел.

— Ты не понимаешь. Меня — выбрали. Это все равно что если бы ты в Дарры остался и оттуда по телефону всем ценные советы раздавал. Типа — сюда воюй, здесь отсасывай, туда бабки отстегивай… Так что мне теперь от этого дерьма до старости лет не отмазаться…

— Мне кажется, ты слишком серьезно к этому подходишь… Посмотри на меня, брат. Я ведь тоже не особо горел желанием в бароны записываться. Но — пришлось. И что, до сих пор плачу? Хуй вам всем! Я бодрый, здоровый и веселый по чужим гробам прыгаю и за собой Сколково тащу. Так что и тебе желаю — гони хандру прочь. Нехер киснуть, жизнь радовать перестанет. А тебе еще раком целое королевство ставить.

Но ЕбДык лишь обреченно махнул широкой рукой и ушел, шаркая ногами.

К вечеру воскресенья караван из пятидесяти грузовиков с прицепами упылил на север. А сейчас утром Ева с Машей пытались узнать у Школоты, чем закончилась прощальная встреча с гномом:

— Вы что, так и не обнялись на дорогу?

Володя лишь отмахнулся. Он-то прекрасно помнил, как отловил мрачного коротышку вчера и сунул ему в ладонь крохотную коробочку артефакта связи:

— Брат, помни лишь одно. Как бы не было паршиво, ты всегда можешь меня позвать. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы тебе помочь. А если будет совсем паскудливо, только намекни и мы вдвоем уедем куда подальше. Похер на этих жен, некромантов, ублюдков-соседей и все проблемы. Вдвоем. В другой любой мир. Будем жить в свое удовольствие, пить пиво от пуза, ловить рыбу и страдать херней, пока окончательно не состаримся. Или не повзрослеем.

ЕбДык коробчку спрятал в карман, затем вздохнул, ткнул крепким кулаком парня под ребра и пробурчал:

— Похоже, ты уже повзрослел, взвалил на себя дикую кучу проблем и тащишь, надрываясь, а у меня все детство в жопе играет. Но я подумаю над твоими словами. Крепко подумаю…

И уехал.

***

На площади за огороженными веревочками стоял матерчатый диск трехметрового диаметра. Рядом в широкой клетке сидел Картер и таращил ошалелые глаза на толпу вокруг. Горожане расступились, пропуская господина барона с супругами поближе к непонятной хреновине и снова сомкнулись сразу за ограждением.

— Мой любезный друг. Ты проявил невиданные чудеса героизма, когда спасал меня от эльфов в сраном Дарры. Без тебя мы бы там гробанулись с Чинуком сто раз. Но — ты не позволил, нет. Просто грудью встал на защиту… Короче, надо помочь уже не просто мне, а всему Сколково. Без тебя — никак.

Кот повернул морду на хитрожопого пидораса, затем посмотрел снова на творение спятивших артефакторов. Посмотрел на Школоту, затем на “тарелку”. И окончательно закоматозил.

— Братья и сестры! — рявкнул Володя, своим воплем заставив толпу отшатнуться на пару шагов назад. — Вот эта штука может управляться человеком. Испытывать будем на нашем верном и одном из храбрейших представителей — на Картере. Но именно на таких летательных аппаратах самые бесстрашные ребята смогут поставить окончательную точку в дурной войне, которую развязали против нас продажные имперцы вместе с некромантами и прочей швалью. Первое испытание проведем прямо сейчас. Затем я сделаю несколько полетов. Ну и после буду ждать вашего общего решения.

Клетку вместе с кошаком погрузили в середину диска, где было устроено подобие сиденья и торчал единственный рычаг. Закрепив прутья ремнями, Школота провел быстрый инструктаж для все еще очумевшего Картера:

— Значит, второй движок отключен. Можешь только вверх и вниз. Двигай палкой аккуратно, без рывков, потому как в этой артефакторной машине дури — до жопы. Запросто на Луну упиздуешь. Поэтому — потихоньку вверх, затем так же потихоньку вниз.

— Сам не хочешь?

— Сразу после тебя. Балласт как раз догрузили так, чтобы мне потом можно было попробовать. Под максимальную нагрузку рассчитали.

— А если меня стошнит?

Володя поостерегся гладить кота, слишком у того вид был недружелюбный, лишь улыбнулся в ответ и пообещал:

— Я тебе сметанки по возвращении дам. И колбаса уже дожидается. Так что не грусти. А если плохо будет, не беда, отмоем потом…

После чего открыл лючок, вставил туда напитанный магической энергией кристалл, захлопнул крышку и шагнул в сторону.

— Мы готовы, Картер. Можешь начинать.

Один из домов на дворцовой площади принадлежал Докси с подругами. Егеря использовали его то как штаб для своих нужд, то как место отдыха, чтобы чуток расслабиться после очередного головоломного похода по дебрям. Сейчас вся веселая троица сидела на балконе и с интересом с высоты наблюдала за бесплатным представлением.

— Ха, а я грозилась, что его убью. Боюсь, Картер угандошит нашего барона раньше. Если вернется, — рассмеялась Докси.

— Думаешь, навернется? — с подозрением покосилась на ясное голубое небо Татушка.

— У меня подозрение, что наш биг-босс не до конца уверен во всех этих хитрожопых закорючках. Вон, даже папа-призрак предпочитает по верхам не шарашиться, а все между домов скользит, если по делам куда шкандыбает.

— Но феи-то летают.

— Они с курицу размером. Да и та же Труба, чтоб она взорвалась когда-нибудь, и та какими огромными херовинами кидается. Но у нас ведь здесь не пушечный снаряд, а “воздушное средство передвижения с магическими движителями”, — передразнила Школоту Докси. — Вот и движется. Только как-то странно. Уже пять минут и…

В этот самый миг “блюдце” хрюкнуло, взвизгнуло двигателем и рвануло вверх быстрее молнии. Видимо, Картеру остопиздело сидеть в клетке и он тупо рванул рычаг вверх. Бзи-и-у-у-у… И все. Только охеревшие зрители на площади и заоравшие от восторга мордо-феи по карнизам. Ни летательного аппарата. Ни кошака. И тишина…

Картер вернулся назад через десять минут. Его болтало вверх-вниз рывками. Но с каждым прыжком агрегат опускался все ниже и ниже. Под конец он задрыгался в метрах десяти над брусчаткой, после чего одна из самых отчаянных мордо-фей сумела заскочить в открытую кабинку и аккуратно чуть-чуть дожала палку управления вниз. После этого “блюдце” аккуратно опустилось на то же самое место, откуда стартовало. Школота мгновенно открыл люк, вытащил артефакторную батарею и смахнул со лба пот:

— Вот же бля, каскадер недоделанный. Но — силен, силен… Что, товарищи, будем качать первого покорителя воздушного океана?

— Су-у-у-ки-и-и! — заорал в ответ кот, вцепившись в клетку лапами и оскалив пасть. — Как я вас всех ненавижу!..

Народ зааплодировал в восторге. Стоявшая рядом Маша громко спросила Володю:

— Что он говорит? Вроде как радуется?

— Да, очень! Недоволен, что больше ему не разрешаю, еще хочет. Ну да ладно, давайте вернем его на кухню, пусть получит заслуженное… И ведь не заблевал ничего, как грозился… Все, Картер, все. Считай, заработал на внеочередной орден. Большое дело сделал.

— Пидорасы! — продолжал надрываться кот, совершенно не смущаясь, что его понимает лишь паскуда-экспериментатор. — Я не гном, я тебе это точно не забуду! Ты у меня еще наплачешься!..

— Так, героя вынимаем аккуратно, вот петелька на клетке, палочку сюда и транспортируем! Вежливо и с почетом!.. Аплодисменты герою, заслуженные аплодисменты!.. И где наши гномы-механики, надо балласт убирать и стопоры снимать. Моя очередь. Заодно и батарейку поменяю на полную…

***

Когда Школота устроился на сиденье и проверил, насколько удобно двигаются рычаги управления пепелацем, стоявшая рядом Ева еле слышно спросила его:

— Может, нахер такой героизм? Придумаем что-нибудь другое? Что такое пять или десять лет в осаде, если ты разобьешься?

Володя сквозь шум толпы больше угадал, чем услышал ее слова, улыбнулся в ответ и ткнул пальцем в старшую жену:

— Не печалься, моя хорошая. Чтобы меня угробить, надо очень постараться. Вон, бери лучше пример с Маши. Стоит и улыбается.

Маша лишь прижала к себе бледную эльфийку и сквозь кривую ухмылку выдавила:

— Я дома все скажу, мудило безбашенный. Но если угробишься, заставлю Пилюриуса оживить и лично еще раз убью. Медленно и мучительно…

— Я вас тоже люблю… Так, граждане! От винта, разойдись чуть-чуть! Я все же вешу чуток побольше, поэтому агрегату будет не так легко бабочкой порхать. Ну и начнем, пожалуй…

Еле-еле тронув рычаг вертикального взлета, Школота замер на мгновение и прислушался к собственным ощущениям. Магический двигатель еле слышно загудел, заставив всю конструкцию завибрировать. Ладонь качнула шарик на рычаге еще чуть-чуть и “блюдце” нехотя оторвалось от брусчатки, взбираясь наверх сантиметр за сантиметром. Добавив немного скорости, господин барон взобрался на высоту второго этажа, повисел там чуть-чуть и медленно опустился назад. Посмотрев вокруг ошалелыми от удивления и счастья глазами, решительно махнул рукой и уже куда как стремительнее взмыл вверх.

— Еб вашу мать! — донеслось от взлетевшей “тарелки”.

Толпа с восторгом и криками наблюдала, как аппарат скользит в вышине, выписывая замысловатые кренделя. Наверное, жители думали, что босс демонстрирует фигуры высшего пилотажа, но Школота лишь пытался освоиться с управлением. Но наконец у него стало худо-бедно получаться и еще через десять минут криво-косо, но “блинчик” смог притереться обратно на площадь, чтобы плюхнуться на брюхо и закончить второй испытательный полет. Мокрый как мышь гений нестандартных решений освободился от ремней, после чего его выдернули с сиденья и начали качать. Впервые за столько лет человек смог доказать, что небеса снова доступны для смелых.

Докси допивала остатки морса, не в силах больше материться. Похоже, вопя от возбуждения она окончательно сорвала голос. Сипя, погладила отбитый о перила кулак, посмотрела на подруг и пообещала:

— Знаете, никому раньше в своих ошибках не признавалась, но вам скажу. Как вся эта херня устаканится и барон домой вернется, я ему признаюсь. Ошибалась, как есть — ошибалась на его счет. Рискует разумно, но и от реальных проблем не бежит, за чужие спины не прячется. Кошаком проверил, что вся эта херня работает, что не слетит сверху кучей ошметков. А потом сам лично машинку оседлал и рискнуть жизнью не побоялся… Бля, да за таким можно и в штыковую атаку идти.

Татушка лишь печально ответила:

— Жаль, мы с Вдовой каждая уже себе вторую половинку нашли. А то бы попросились следом за тобой в гарем к нашему соколу ненаглядному. Детки от него должны быть замечательные…

Школота же тем временем ковал железо, пока горячо. И убеждал горожан разрешить ему сформировать первый летный отряд из молодых сорванцов под личную ответственность. Первый парашют для тренировки уже ждал на краю города, где гномы заканчивали строить прыжковую вышку. Потому как война-войной, но людей Володя терять не желал категорически. Пусть враги дохнут за свои идеалы. А мы их всех прикопаем, на могилке спляшем и будем дальше жить-поживать и добра наживать. И никак иначе…

***

Когда разного рода умники жеманно цедят: “из говна и палок”, они подразумевают что угодно, кроме озвученных продуктов. Потому как пальцем тыкать в такое — фу, весь лоск обсыплется.

Но Школоте было похер на кого угодно. Он ощущал, что счет идет на минуты. Раз гномы свалили, то слухи про это уже пошли по всей округе. Еще день-два и сидевшие южнее мудаки вампиры зашевелятся. А если гадов упустишь, то гонять их потом по всей округе — это будет то еще развлечение.

Поэтому оставшиеся дома гномы стахановски мастерили из бруса и тонких реек основной каркас, отдавая остов будущего блюдца дальше. Там городские швеи при помощи других жителей спешно обклеивали тонкой материей будущее убер-оружие и размещали затем под навесами рынка на просушку. Благо, ветерок там гулял всегда. Взбодрившийся папаша уже растиражировал схему сборки артефакторных двигателей и теперь присматривал, чтобы лучшие мастера города собирали железки из подвалов как следует. Благо, мощных силовых батарей для летающего ужаса в запасниках было с избытком, небольшие кувшины с напалмом уже заканчивали готовить в арсенале, а за качеством следили с невероятным тщанием родители тех самых сорванцов, которые как раз сигали с парашютной вышки, осваивая новое развлечение.

Володя успевал на своем многоногом скакуне везде, мелькая из конца в конец Сколково подобно черной молнии. Он решал возникшие проблемы, стимулировал желающих, убеждал сомневающихся и попутно с Жутью и егерями уточнял вражескую диспозицию. К вечеру, когда основная нервотрепка закончилась, вернулся домой и вызвал Докси.

— Так, моя хорошая. Можешь наизнанку вывернуться, но чтобы через сутки я получил самые свежие данные. Мордо-фей зацепи, кикимор болотных, зверье какое — но я должен точно знать расположение наемных отрядов, их командования и зубастых братцев. Плюс, как и договаривались, диверсионные группы должны перекрыть дороги на запад и на юг. На реке заслон уже выставлен. Я хочу, чтобы вся эта шобла иномирная так здесь и сдохла. Вся, до последнего падальщика, который вздумал польститься на наши земли.

— Как информацию передать? Бойцы для рейда готовы, я уже к полуночи буду с охраной на южной границе. Но мотать скакунов-многоножек туда-обратно смысла нет. Они прошлой ночью неплохо выложились, надо восстановиться.

— Фашида с собой возьми. Он корни на месте пустит, местной роще по их внутренней системе все что надо сообщит. А я уже тут получу краткую выжимку. И, об одном прошу. Запрещать тебе лично в рейд идти смысла нет, все равно по-своему сделаешь. Но если вы сдуру там в драку ввяжетесь или кого взбаламутите, то пощады не жди. Сильно обижусь… Сегодня ваша задача — отработать так, чтобы ни одна живая или мертвая душа о вашем существовании и не догадалась. Резать глотки будем позже, когда в стане врага наступит паника. Но облажаться во время ночного рейда — это пацанов под удар подставить. Наемники не тупые, мигом напружинятся. И будут палить во все, что мимо мелькнет. А диску деревянному любая плюха из шпалера — это приговор.

— Обещаю, все сделаем чисто. Ни одна собака не брехнет, ни один вампир не шевельнется.

***

Паровоз тащился подобно беременной улитке. После того, как старый император столь неожиданно крякнул, государство как-то разом перекособочило. То есть желающих порулить нашлось вагон и тележка, но вот работать на благо дяди большая часть чиновников резко расхотела. Вместо этого занялись политическими игрищами, интригами, продвижением себя любимых на кучу вновь образовавшихся постов и пытались урвать любые финансы, до которых могли дотянуться загребущие руки. Все это закономерно сказалось на качестве работы многочисленных производств, так или иначе связанных с государственным управлением. И железные дороги не были исключением.

Да, регулярные рейсы еще ходили, но задержка в полчаса-час для проходящих составов уже не была чем-то необычным. Цены на билеты начали кусаться, паровозные бригады усыхали, теряя лучшие кадры. Вполне могло статься, что уже весной придется кардинально перекраивать расписание, которое было незыблемым минимум лет пятьдесят.

Сидевший в маленьком купе господин полковник мрачно разглядывал залитый солнцем пейзаж за окном. Через три дня есть шансы добраться до Тагатуса, чтобы там перевести дух и принять окончательное решение. Потому что Фикс прекрасно понимал, что бригаду никуда на убой не поведет. Нафига ему это? Терять людей ради химеры? Страну трясет после финансового переворота, новые власти толком не могут навести порядок. Плюс ушастые соседи, которые активно пытаются ловить рыбку в мутной воде. Сунуться туда погранцам — это как самому башку под нож гильотины пристроить. Ни опыта зачисток, ни умения вести городские бои, ни желания устраивать карательную операцию. Ведь придется принимать крайне непопулярные решения, пачкаться кровью. И при любом итоговом результате из него сделают козла отпущения. Не справился? Шагай к расстрельной стенке. Смог удержать империю от развала? Пшел прочь, чтобы не вздумал претендовать на лавры победителя. И вообще, кровавых палачей у трона не держат…

Так что — Тагатус. Нужные люди. Надежные документы. И проездом через бригаду куда подальше. Вроде как был слух, что бывший генерал Ши-Зу верных людей по крупицам собирает. Может, получится к нему податься. Хотя и очень жаль парней, кто останется на его месте. Сожрут бедолаг. И разрушат все такими трудами на границе отстроенное…

Вот и сидел полковник Фикс, мрачнея с каждым часом. Но выхода пока — не видел. Никакого…

***

Оба вампира отдыхали на веранде, медленно бултыхаясь в креслах-качалках. Скрип-скрип. Туда-сюда. Меланхолично и без перерыва.

Перед ними только что профланировали все две сотни некромантов, которые так или иначе тянули командирскую лямку в толпе наемников. Согласно официальному распоряжению, нежить сгребли в кучу, дабы дать новые ценные указания. Остальным наемникам пригнали три грузовика со спиртным и закусками, объявив выходные. Судя по воплям, долетавшим с окраин Липово, народ уже начал активно отмечать. Но старшему командному составу на это было плевать.

Младший приоткрыл папочку, куда заботливо складывал доносы, и поморщился:

— Братец, а наш великолепный план с тотальным драпом может провалиться. Вот, пишут уже не в первый раз, что среди черепушек нехорошее брожение. Злые они, что вместо горы артефактов и кучи всяких бонусов получили лишь сплошную головную боль. Да и в нашу сторону уже косятся. Потому как мы далеко, а им приходится в войсках болтаться и посты проверять. А сраные снайперы из Леса не спят. И стараются выцеплять именно головастиков. За все время этой странной войны мы уже пятьдесят семь некросов потеряли.

— Надо будет, я их всех здесь в болотах закопаю. Но пусть не трясутся, сегодня уже через старших пойдет информация о будущей эвакуации. Завтра тайные сборы, послезавтра уходим. Наемники как раз шары продерут после пьянки. Раз — и сюрприз. Никого из отцов-командиров нет. А то достали уже бухтеть про уставщину и отсутствие перспектив.

— Думаешь, сумеем все провернуть?

— Легко. И что-то ты мандражишь не по делу, — Старший покосился на раскрытую папку и фыркнул: — Там что-то чуть больше двух тысяч оборванцев в окопах. Некроманты ради возможности вернуться домой порвут их даже без помощи Сколково. Но при любом раскладе, мы все равно вывернемся. Даже если из Леса попытаются нанести по нам удар. Машина готова, самое ценное уже упаковано.

— Кстати, про Лес. Утром вроде мелькали их мерзости зубастые. Разведывали.

Поднявшись, Старший потянулся, затем заботливо расправил складки на модном сюртуке и презрительно сплюнул в угол веранды:

— Пересрались. Увидели, что мы войска двигаем, вот и засуетились. Думают, готовим решающий бой. Типа, ударный кулак формируем. Так что пусть бегают, срут кирпичами. Я в любом случае в этот гадюшник не полезу. Хватит, что бородатых причесали.

Второй вампир тоже поднялся и спросил, закрывая папку:

— Кстати, что там за муть в сообщениях с северной границы? Про какое-то нападение и прочее?

— Ты же читал?

— Утренние сводки просмотреть не успел, парад готовил.

— А… Плохо там. Наши враги окончательно свихнулись, выгребли кучу плесени из болот и залили этой дрянью армию гномов. Вся территория загажена, трупы валяются пачками. Какие-то жалкие огрызки рванули домой, но вряд ли доберутся. Сдохнут по дороге. А кусок земли между Сколково и Подземным королевством теперь еще лет триста никто заселить не сможет.

Младший от неожиданности даже выронил бумаги на стол:

— Плесенью? Всю округу?! Так ведь эти смертники могут и на нас так же рвануть!

— Ой, братишка, что-то ты совсем с башкой не дружишь… Между Липово и южной границей два часа на грузовике, если не больше. Дорога перекрыта засадами, наемники выступают в качестве живого буфера. Если даже кто-то сможет сунуться в лоб на пулеметы и кого-то угробит, мы к этому времени уже будем пересаживаться в Тагатусе на поезд… Истеришь безмерно, с чего бы?

Худой вампир мрачно бросил на кипу бумаг злосчастную папку и огрызнулся:

— Не нравится мне что-то все это… А что — пока и сказать внятно не могу. Вот уберемся домой, там и расслаблюсь.

***

Осунувшийся Володя стоял перед широко развернутой картой и внимательно разглядывал мешанину значков. Свои отряды, диверсионные группы, слепленный на скору руку легко бронированный монитор на реке. Вроде бы ничего не упустили. Повернувшись к столпившимся рядом, уточнил:

— Как парни, справляются?

— Облетали все диски, один пришлось разобрать, движки барахлили. Остальные пятнадцать без нареканий.

— С парашютами все по минимуму освоились?

— Да.

— Боеприпасы?

— Погрузка будет закончена через пятнадцать минут.

— Значит, пусть отдыхают, в полночь стартуем… Кстати, фонарь приготовили?

Зависший чуть в стороне папаша-призрак чуть поморщился, но ответил:

— Зеркала отрегулировали, два набора артефакторных батарей проверили. Пробный запуск прошел без каких-либо неожиданностей.

Мюнхгаузен мог бы и фыркнуть, что про будущий ночной маяк Школота спрашивал уже два раза, но предпочел не поднимать градус нервозности. Все же операция ночью предстояла очень необычная и крайне опасная. Мало того, молодой барон отлично понимал, что в случае реальных проблем ему проще самому в ближайшем нужнике утопиться, чем смотреть потом горожанам и рассказывать о погибших мальчишках. Вот и потряхивает его.

— Так, Докси через Фашида отрапортовала, что стрелки готовы и все войска на позициях. Значит, остается лишь ждать… Приказываю — оставить одного на дежурстве рядом с рощей, вдруг что еще сообщат. Остальным отдыхать. В одиннадцать ночи поднимаемся, проверяем наших птичек и в полночь атакуем…

Маша сидела на вытащенном в сад кресле и разглядывала огромный цветочный куст, который торчал из кадки. Неизвестно, каким образом Лес умудрился эту штуку вырастить, но цветы могли говорить, слушать и представляли разумную зеленую биомассу в тех случаях, когда Фашид куда-либо отлучался. Сейчас цветы свернули лепестки и дремали в наступивших сумерках.

Хрустнула ветка, женщина подняла ладонь и не глядя помахала гостье. Если бы Ева хотела подойти незаметно, то появилась бы рядом подобно привидению. Эльфийка могла двигаться абсолютно бесшумно. Но — не стала пугать подругу.

— Присаживайся. Похоже, сон тебя не берет.

— А Володья свалился, словно подрубленный. Вымотался.

— Это да… Но если его задумка сработает, мы вывернемся из той задницы, куда нас пытались всем миром засунуть.

— Лишь бы не гробанулся… Сколько столетий никто под облака не поднимался. До сих пор поверить не могу. А он вместе с пацанами помотыляет.

— Что поделать. Мы знали, за кого замуж идем. Самый непоседливый и упрямый ублюдок, которого когда-либо в своей жизни видела.

— А если…

Маша положила ладонь на руку Еве и оборвала ее:

— Никаких если. Он — удачливый. Самый удачливый мудило по всей империи и за ее пределами. Так что давай лучше помолчим, помолимся всем богам за всех наших, кто через два часа пойдет в атаку. И потом будем готовить посадочную площадку для возвращающихся.

Начальник контрразведки сама бы с удовольствием умотала вместе с Докси рвать чужие глотки. Но — фельдмаршалы в атаку не ходят. Достаточно того, что ее стараниями удалось слить дезинформацию вампирам о том, как якобы разгромили гномов. Да и Еву никто не пустит на передовую. На ней городской быт. Война-войной, но людей надо кормить, поить, следить за порядком и поддерживать мирную жизнь. Умирать за жителей будут отлично подготовленные армейские части. Егеря, монстры, гномы со своими шайтан-броневиками. И Школота с пацанятами, которые чуть не передрались за право участвовать в ночном налете. Четырнадцать летунов отбирали при помощи лотереи из сорока вызвавшихся и прошедших тренинг. Но всем, кто тянул билетики, было обещано зачисление в будущие авиационные части. Теперь у Сколково будут свои герои, покоряющие небесную высь. Главное, чтобы пережили будущую авантюру. Без должного обучения, на одном энтузиазме — и в бой…

— Давай помолимся, подруга. Это все, что нам сейчас остается.

***

В тронном зале Подгорного королевства было шумно. Перед опустевшим троном ожесточенно таскали друг друга за бороды уважаемые гномы. Народ выяснял, кто из присутствующих наиболее достоин занять столь желанное место. До этого с утра вспоминали родословную каждого из кандидатов, затем драли глотки на тему возможных промахов в прошлом, перекрикивали друг друга в надежде как можно ярче расписать будущие плюшки для избирателей. Короче, всячески старались произвести впечатление. На галерке сначала было пустовато, но к вечеру народ начал прибывать. И когда в зале закипела драка, на трех верхних ярусах уже яблоку негде было упасть.

— Мочи их, мочи! Дави Карловских! Они штольни три года назад притопили, какой из них король?!

— А ваши тухлятиной торговали! Сами дристали по углам, да еще полгорода с собой прихватили!

— Сука, ну кто так бьет?! Коленом, коленом наподдай!

Зрители потихоньку разогревались, но предпочитали пока отношения выяснять лишь словесно. Это внизу уже вовсю ломали скамьи о спину соседа, а сверху лишь кидались ореховой шелухой, распивали очередной пузатый графинчик пива и делали ставки на будущего победителя. В принципе, для обычных жителей ничего толком не изменилось с уходом прошлого короля. Как горбатились на вот этих сытых и мордастых, так и продолжали ишачить. Кто посмелее, те съехали на юг. Кто поумнее, убрался переждать смутное время в империю. Остались те, кто не мог бросить семью и оказался слишком тяжел на подъем. Львиная часть уродов-мироедов свалила воевать, но вместо них теперь выбрались на верх те, кто раньше считался пятым помощником третьего ответственного за ночной горшок его величества. Судя по вчерашней телеграмме, величество где-то наебнулся, но горшок и прихлебатели остались. Вот и прыгали вокруг трона, в надежде…

С чудовищным грохотом распахнулись запертые высокие двери в тронный зал и внутрь, чеканя шаг, начали входить увешанные оружием бородачи.

— Ой, мамочка, — пискнули сверху. — Гвардейцы вернулись…

Действительно, расчищая себе дорогу алебардами к трону шагали угрюмые гвардейцы — опора престола, последняя надежда любого коронованного хозяина подземных владений. Часть бойцов от дверей легкой рысью просочилась вдоль стен и теперь вся всклокоченная шобла выборщиков оказалась заперта в виде эдаких двух “мешков” — с левой и правой стороны. Лязгнуло железо, солдаты застыли, подняв острые лезвия.

По пустому проходу к трону прошел ЕбДык. Следом за ним семенило штук двадцать гномов-мастеровых. Они с интересом смотрели на затихшие галереи, откуда на них таращились друзья и знакомые. Кому-то даже успели приветливо помахать и послать воздушный поцелуй.

ЕбДык тем временем сел на трон, поправил блеснувшую кровавыми точками рубинов корону, окинул всю округу тяжелым взглядом и буркнул:

— Ну что, суки, не ждали? А я пришел!.. Так, эту падаль, что мебель ломала, в карцер. Утром решу, что с ними делать: повесить скопом или в рудники загнать пожизненно. А остальным любимым родственничкам объявляю. Согласно решению гвардии и выборных представителей Сколковских гномов, теперь я ваш король. Вот так вот…

С верхнего яруса глиняным снарядом вниз ухнул пустой пивной кувшин, удачно финишировав на темечке одного из бывших кандидатов. Затем все тот же пискливый голос в мертвой тишине озвучил:

— Эй, Тридо, гони монету! Ты проиграл. Из нижних-то никто на трон не сядет. Отпрыгались. Место-то уже занято.

Это точно. Чтобы сковырнуть ЕбДыка с насиженного места надо было задействовать что-то реально убойное. Потому что упрямый гном никогда не отдавал того, что попало к нему в руки. Хоть бутыль с самогоном, хоть королевство. Нехуй, самому мало.

Глава 12

Летающие блюдца шли эдаким клином, выпустив вперед головную машину со Школотой за штурвалом. Все поверхности тарелочек снизу были замазаны серо-бурой краской, позволяя уменьшить видимость на фоне ночного неба. Позади каждой кабины пристроили крохотный ночничок с зеленым огоньком, который служил ведомым ориентиром — за кем держаться. Кроме этого, барон не поскупился и установил для каждого из пилотов простейший переговорный артефакт. Видимо, прекрасно понимал, что связь во время боя нужна как воздух. Говорить можно было при нажатии кнопки, пристроенной под правую ногу, слушали же общую волну все одновременно.

— Поднимаемся чуть выше, уже подходим к границе, — скомандовал Школота и косяк тарелочек начал карабкаться вверх, к далеким облакам.

Сидевший внизу монстр фыркнул, затем толкнул лапой лежащего рядом в засаде егеря:

— Летят. Пора…

Укутанный в зеленую лохматку боец поднес к губам металлический свисток и ультразвуковой сигнал разлетелся по округе. Встрепенулись другие зубастые твари, приданные в качестве средств усиления каждому из егерей, защелкали кресала. Потянулась цепочка огней на зажженных стрелах и вот тугие луки выплюнули свои подарки в сторону разведанных позиций наемников. Докси не зря с подругами лично проверила каждый окоп. Теперь по местам сосредоточения вражеской силы ударили ярко горящие стрелы, подсвечивая бомбардировочной авиации будущие цели.

— Рассредотачиваемся, занимаем позицию. Гасим скорость. Перекличка по готовности, — продолжал командовать Школота, тщательно выговаривая слова. Пацанов наверняка и так потряхивает, поэтому никакого ажиотажа. Медленно и аккуратно. Как тренировались и отрабатывали в библиотеке, разглядывая карту будущего налета.

— Первый готов… Второй… Третий…

И так до четырнадцатого.

— Сброс. Двигаемся вперед, занимаем строй следом за мной. Скорость — малая.

Освободившиеся от тяжелой ноши блюдца подскочили вверх, рыскнули по вертикали, затем медленно пошли вперед, аккуратно снижаясь. Школота летел как и раньше первым, служа эдаким маяком для остальных. Через двадцать секунд строй снова собрался и начал забирать аккуратно влево, чтобы развернуться и лечь на обратный курс.

Внизу же как раз линии окопов, взбудораженных ночным обстрелом, достигли первые гостинцы. Стокилограммовые кувшины раскалывались, разбрызгивая вокруг себя вонючее напалмовое содержимое, затем срабатывал зажигательный кристалл и оказавшихся под ударом наемников окатывал огненный вал, сжирающий чужую плоть. Если бы Школота и его отчаянные летуны не были так высоко, то запросто бы услышали дикий вопль, разлетевшийся над землей.

— Хорошо орут, — удовлетворенно подметил егерь и легонько прихлопнул монстра по загривку, заставляя спрятаться в их собственном глубокой стрелковой ячейке: — Не маячь. Там народ сейчас окончательно шары продерет и начнет нам в ответ шарашить. Чисто из попытки хоть как-то поквитаться.

Вторя его словам со стороны кровавого марева донеслись гулкие хлопки выстрелов и кромку Леса начали кромсать первые разрывы зарядов шпалеров. Не успевшие поджариться наемники пытались хоть как-нибудь ужалить невидимого врага.

А Школота тем временем уже добавил скорость и летел строго на север, в сторону тонкой сияющей спицы, вонзившейся в небо. Установленный на крыше цитадели прожектор выступал в качестве визуального якоря, помогая авиации вернуться на аэродром кратчайшей дорогой.

Ополоснув лицо, Володя сменил мокрую насквозь рубаху и спросил у зависшего рядом папаши:

— Как оно?

— Отлично слетали. Кактус говорящий доложился, что егеря подтвердили почти все попадания. С той стороны орут, воняют паленым мясом и палят в белый свет, как в копеечку. Народ готов еще раз подсветить цели.

— Это в третий заход. Мы же пока на Липово. Надо наподдать главным мерзавцам. Изделия подцепили?

— Да. Парни сейчас оправятся, пять минут передохнут и вы можете снова вылетать.

План контрнаступления был прост, как бревно. Раз у противника три ключевые опорные точки, то следует главный и неожиданный удар нанести именно по ним.

Первый — по кромке леса, откуда могут заметить или предупредить клыкастых командиров. Это уже сделано.

Второй налет планировали на занятый чужаками городишко. Там, где грузовику ехать несколько часов, блюдца допрут за двадцать минут. И подарки в этот раз не напалмовые бомбы, а более серьезные штуки, поднятые из глубоких Сколковских подвалов. Каждый из артефакторных зарядов был способен создать вокруг себя крохотное солнце, сжигая и камень, и дерево, и живых, и мертвых. Стоили подобного рода изделия старых мастеров безумных денег по нынешним временам, но Школота не собирался экономить. Денег еще дохера, а вот врагов желательно ухлопать качественно. И напалм в плотной городской застройке не был бы столь эффективен, как при бомбежке окопов на передовой. Все равно, местного населения в Липово больше не осталось. Самые тупые оптимисты уже или дали дуба, или все же удрали от развеселой бандитской вольницы.

Ну и третьим пунктом стоял еще один перевалочный лагерь у западной границы, до которого любые новости должны были доползти как до жирафа — с фатальным опозданием.

Три цели. Три вылета. Три раза придется подергать судьбу-злодейку за яйца. Потому что стоит какому-нибудь укурку обратить внимание на небеса, как несчастные фанерные блюдца полетят под обстрелом огненными кляксами. Одна лишь надежда на укоренившуюся привычку смотреть под ноги и игнорировать затянутое легкими облаками небо.

— Тогда выдвигаемся. Пора…

***

— Зря мы местный банк дебилам на откуп отдали.

Младший сидел за столом, где разложил кучу бумаг и теперь подбивал итоговый баланс неудачного военного похода. Война-войной, а дебит с кредитом всегда были основой основ. Ну и еще мудрые люди говорили, что война это деньги, деньги и еще раз деньги. Нет желтых презренных кружочков — и любая военная авантюра провалится, как бы хорошо ее не пытались продумать и подготовить армейские чины. Ну а влезать в очередную кровавую мясорубку без шансов на этом нажиться — поищите дураков в другом месте! Поэтому отданный на разграбление городской банк до сих пор заставлял вампира недовольно морщиться и коситься на брата. Пусть там была не гора золота, но курочка по…

Мордо-феи не могли подниматься на дикую высоту, куда забрались Школота с молодыми летунами. Поэтому для наведения на цель использовали две группы егерей, которые выставили заранее утром банки с маслом, а ночью их подпалили. И теперь сверху отлично просматривались две тонкие стрелочки, указывавшие место штаб-квартиры противника. На пересечение этих линий и вывалили львиную часть убер-зарядов. Остальное рассыпали по кругу, стараясь накрыть максимально большую площадь. После чего все так же гуськом выстроились вслед за пляшущей в воздухе тарелкой Школоты и двинулись обратно, в Сколково.

А внизу тем временем воцарился форменный ад.

Каждый заряд при падении создавал огненную кляксу, в которой пылали подобно бумажным любые строения, таял камень и вспыхивали сухой соломой люди. Здание городской управы, облюбованное вампирами и превращенное в штаб, сначала подпрыгнуло от первого разрыва, а затем просто исчезло во множестве вспышек, поглотивших живое и мертвое. Маленькая площадь, на которую выходили окна управы и где проводили еще совсем недавно парад, превратилась в пятиметровую дымящуюся воронку, щедро сыпанув остатками брусчатки вместо шрапнели. Взрывы стихли, но пожар лишь начал набирать силу. И когда Школота обернулся над Лесом назад, то увидел далеко на горизонте гигантский костер, вздыбивший багровые жгуты вверх.

— Нихера мы Дрезден устроили, — удивился барон, после чего добавил скорости и передал остальным: — Возвращаемся домой, держать строй и расстояние. Не пихайтесь, мы еще не все закончили, мяса на всех хватит…

Третий налет прошел не так гладко как намечалось. Во-первых, две тарелки пришлось оставить дома, они начали поскрипывать и от греха подальше Школота прямым приказом поставил их на капремонт. Затем над целью попытался зарядить дождик и поэтому подползали к последней опорной точке наемников ниже, чем хотелось бы. Горящие стрелы егерей отметили основное расположение войск противника, но цепочка окопов была слишком уж растянутой, поэтому отбомбились больше по центру. И уже при возвращении еще один диск медленно начал ползти вниз, бултыхаясь с края на край. Убедившись, что управление у пилота как-то слушается, Володя приказал ему сажать машину вертикально вниз и ждать эвакуацию. Благо, летели уже над своими землями, а там почти на каждой кочке сидели наскипидаренные мелкие твари, готовые оказать любую помощь пострадавшим. Когда вся эскадрилья приземлилась на импровизированном аэродроме, Маша уже ждала с докладом:

— Из чащобы передали, что Кашука встретили, сейчас провожают до ближайшей деревни. К вечеру будет дома.

Смахнув пот с лица, Школота облегченно выдохнул:

— Значит, с почином. И без потерь, что самое главное… Так, сейчас проведу краткий разбор полетов, всех похвалю. Затем парням вкусняшек гору выдать и по домам. До завтрашнего утра они честно заслужили отдых.

— Сделаем, — откозыряла Маша и испарилась, будто ее и не было.

Оставшаяся маячить рядом Ева подозрительно прищурилась:

— А ты чего бледный такой? Укачало?

— Знаешь, там в трактате мелким почерком было написано, что на границе мощных магических потоков движки могут сбоить. Вот рядом с Липово я и почувствовал, как у меня кресло под ногами пытается провалиться вниз к ебаной матери. Как удержался — непонятно. Так что нужно будет еще составить карту района, до куда мы дотягиваемся, а куда лучше ножками. Ну и отдельно головастиков где-то искать, чтобы считали более мощные агрегаты, а так же возможные зоны полетов. Похоже, тупо из конца в конец империи ты не просквозишь, будет у нас что-то похожее на железную дорогу. От одного магического выхлопа до другого.

Ева чуть позеленела и нежно взяв парня за грудки, легко вздернула его над землей:

— Значит, ты мог гробануться? И молчал, паскуда?

— С парашютом? Хер вам всем, а не покойничек!.. Отпусти, задушишь… И сама понимаешь, без меня парни бы черта с два отбомбились удачно. Я их все три ходки на поводке буквально держал. Зато теперь ждем утра и начинаем раскручивать шарманку как следует.

Вернув супруга на землю, Ева расправила складки на одежде и деревянно усмехнулась:

— Действительно, как можно главнокомандующего на глазах восхищенной публики в дерьмо рожей совать… Но ты нам с Машей теперь должен. Серьезно должен, конспиратор херов. И я еще подумаю, как расплачиваться будешь.

— Яволь, — отмахнулся Школота и на еле гнущихся ногах побрел в сторону выхода с поля. — Докси можешь отмашку давать, партизанить самое время. Ну и этим монгольским водолазам с железной табуреткой тоже…

***

Оказалось, что среди гномов бывают полные ушлепки с точки зрения вменяемости. То есть если ты клепаешь ружья и пушки — это нормально. Если мастеришь броневик и потом на нем катаешься вдоль границы, шараша из пулеметов по наемникам — так это отлично! А вот если ты хочешь плавать на лодочке и рыбу ловить, то здесь бородатая родня начнет крутить пальцем у виска. Потому как прорывы грунтовых вод в шахтах — самое страшное дело после обвалов. И поэтому с водой у гномов отношения напряженные. То есть пользоваться в случае “иначе пиздец” — они могут, но без фанатизма.

Поэтому когда пятеро молодых и рьяных объявили, что хотят склепать эдакий речной монитор, дабы пиратствовать на всем протяжении Леса и ниже по течению до Тагатуса — их сначала объявили больными бешенством. И даже побили пару раз. Но парни уперлись, задобрили одну из мордо-фей и та протащила господину барону писульку с просьбой о личной аудиенции. Школота сначала никак не мог понять, зачем ему тратить ресурсы на непонятную хрень, но потом посмотрел на карту раз, другой и довольно осклабился:

— Эй, гении парусного флота, а ваше корыто с какой скоростью может по волнам бегать?

— Если все правильно поставить, да два двигателя с артефакторной подпиткой, да…

— Так, сейчас нахуй все пойдете, строем. Отвечать четко и без жевания соплей: знаю, не знаю. Если знаешь — цифру давай. До Тагатуса за сколько доплывете?

Самый молодой и наименее закомплексованный тут же вскочил на вытяжку и рявкнул в ответ:

— На экономном ходе двое суток. Если движки напрягать и горючку не жалко, то сутки!

— О как… А от Тагатуса до границы примерно еще раза три так же. Значит, в случае полной жопы на краю Пустошей, мы за четыре-пять дней можем туда корытце перебросить… А это уже тема… Чертеж есть?

На стол легли широкие бумаги: фас, анфас, профиль и в разрезе с разными деталями. Володя покосился на кучу оформительских завитушек по краям чертежей и неодобрительно проворчал:

— Вы собираетесь закладывать основу нашего будущего военно-речного и морского флота. Красивости убрать нахер. Потом, в картинах будете в оформлении изгаляться. Типа — я при закладке первого броненосца. Или — я и парад победы… Так, сама посудина меня устраивает, а вот с остальным выходит жопа. Смотрите сюда.

Поставив в центр одного из чертежей большой стакан, Школота сунул туда же ложку и начал объяснять, пытаясь вспомнить, что же он читал в детстве про всякие Цусимы и прочие Моозуны.

— Смотри. Вот это башня, закрытая по кругу и сверху от возможного попадания осколков, гранат и прочей дряни. Это пушка. Заряжаем пушки изнутри. Башня вращается. Если сделать как у тебя, чтобы стволы смотрели только вперед, получается шнягя. Надо корабль доворачивать для обстрела врага. А если башню будем вращать, то что? То имеем шанс влупить так, так и вот так. Ставим по башне на носу и корме, вот у нас два ствола на любой борт для раздачи пиздюлей супостатам… Дальше. По три маленькие башенки по бортам, в них пулеметы воткнем. Потому что любой вражеский десант и прочие мелкие цели будем давить пулеметным огнем.

— Так мы хотели за бортиком стрелков посадить, чтобы они…

— И лягут твои стрелки при первом же залпе в ответ. Не, только бронированные точки. Это — закон! Я своих людей терять не собираюсь… Ну и вот здесь делаем сдвижную крышу и размещаем минометную батарею. Крыша вжик, с минометов накрыли берег, крышу закрыли и все в шоколаде…

Когда пятерка бородатых вывалилась обратно, то назначенный командиром самый бодрый смог выдохнуть лишь одно:

— А барон-то у нас — голова! Мы думали, что в смертоносном оружии что-то понимаем, а по сравнению с ним — дети малые.

— Голова, — прогудели остальные и двинулись в мастерские, чтобы предъявить подписанную грозную бумагу. Теперь бравая пятерка получала отдельное финансирование, доступ к складам Сколково и право вербовать работников на будущие верфи. Которые еще надо было заложить.

Вся эта история приключилась за два месяца до отъезда Школоты в Дарры. Но зато сегодня ночью первый экспериментальный броненосец уже стоял на якоре на границе с Лесом и ждал отмашку. Насколько сумела разнюхать разведка, как раз ниже по реке наемники оборудовали наблюдательный пост, перебросив с берега на берег тяжелую цепь. Видимо, надеялись перехватывать возможных беженцев. Но судоходства не было, поэтому уроды просто сидели, пили брагу и периодически шлялись по округе, изображая патрулирование. Вот на этих мальчиков для битья Володя и нацелил свою речную посудину. Заодно проверят, как заложенные идеи сработали. Корытце-то вышло — всего лишь крупная баржа с пришпандоренными огневыми точками. Но мало ли, вдруг сработает?

***

Когда чуть-чуть рассвело, вся армия под командованием Жути пошла в атаку. Ставка делалась на один сокрушительный удар и максимальное использование разграбленных на складах артефактов. Как потребовало руководство в лице барона, земля должна гореть под ногами наглых захватчиков. Вот и будет гореть.

Напротив ключевых узлов вражеской обороны сосредоточили по несколько минометов и легких пушек. Теперь вся эта артиллерия долбила по намеченным целям, не жалея скудный запас снарядов и мин.

По дороге на юг и запад выкатились две тройки броневиков. Эти железные чудовища бодро протарахтели поближе к наемникам и влупили по заметавшимся ублюдкам из всех стволов.

Дождавшись, когда перепуганная и деморализованная ночными налетами толпа побежит как можно дальше от Леса, им вслед выпустили сначала мордо-фей. Каждая из зубастых летающих микрогоргулий тащила в лапах крохотную гранату. Маленькую для того, чтобы подбить тот же броневик или развалить дот. Но для того, чтобы осыпать драпавших подобного рода “плодами” сил у мордо-фей хватало. А ведь это — кусок взрывчатки и куча мелко рубленного железа. Которые взрываются под ногами, выкашивая отступающих.

И лишь после того, как жалкие остатки двухтысячной армии наемников рванули по всему растянутому фронту, егеря врубили артефакторные глушилки, которые сдохли за пару секунд, посадив в ноль вокруг себя все накопители энергии. Все заряженные под завязку шпалерные банки превратились в бесполезные куски железа. Бабах — и твое оружие больше не стреляет. Совсем. И ты остаешься один на один с толпой прикрытых броней монстров, которых Жуть вывела на ударные позиции и послала довершить начатый разгром. Приказ Школоты был однозначным — пленных не брать. И теперь вал оскаленных тварей тупо смел чужаков, разрывая их на куски и устилая разорванными телами свой путь. Осада Леса была завершена с максимальной жестокостью.

Когда Татушка въехала в любимую деревню, где до налета проводили ярмарки, то там уже местные встречали освободителей с хлебом-солью. Причем настолько расстарались, что даже успели сколотить виселицу и вздернули остатки местной комендатуры. Командир штурмового отряда оценила красивости, засунула в рот изрядный кусок каравая и довольно улыбнулась:

— А хорошо получилось. Наглядно… Кстати, уже к вечеру наши мастеровые подъедут, помогут с починкой. Надо все в порядок приводить. И односельчане подтянутся, кто эвакуировался.

Бледные и умотанные пережитой оккупацией жители лишь облегченно перекрестились. Все же бросать свое добро не хотелось, вот и хлебнули дерьма полной ложкой. Хорошо еще, что егеря периодически мелькали по округе и помогали убрать от чужих загребущих лап все женское население. Поэтому здесь отделались буквально малой кровью.

Доев угощение, Татушка спросила:

— Вы как, в порядке сами, с продуктами нормально? Или тоскливо совсем? Мне вот показалось, что тесто мешали из совсем дешевых сортов муки.

— Так, сожрали все ироды. По домам шаром покати.

— Понятно… Ладно, господин барон заранее запасы делал, закупал в Тагатусе и по другим местам. Я сейчас весточку отошлю, за ночь на ближайших складах караван соберут, утром завтра уже будет еда, одежда и прочее. Что мы, соседям не поможем?

В ближайшие деревни рядом с Лесом возвращалась мирная жизнь.

***

Солнышко только-только показало краешек из-за горизонта. Над рекой стелились клочья серого тумана, прело пахло гнильем у берега и вчерашними отходами, вылитыми рядом с постом. Выбравшийся на свежий воздух наемник пристроился на краю обрывистого косогора, приспустил штаны и пустил желтую струю вниз. Полюбовался рекой, туманом, потом медленно повернул голову налево и попытался понять — а это что за…

Монитор спустился медленно по течению, затем лязгнули задние клюзы, загремели тяжелые цепи. Из подвижной огневой единицы “Аврора” превращалась в заякоренную. Зато — не придется каких-либо упреждений брать.

Оба заранее развернутых орудия вломили по небольшой сарайке, изображающей одновременно и казармы, и эдакий раздавшийся в ширину дот. Наверное, строители хвалили себя, мудрых и знающих, дополнительно укрепив стены и попытавшись изобразить нечто вроде земляного вала вокруг. Типа — из шпалеров попробуй еще расковыряй нас, мы — крутые. Но против серьезного калибра все эти потуги выглядели смешно.

Первый разрыв снаряда сравнял все земельные работы, второй не попал в стену, зато тюкнул грузовик, стоявший чуть сбоку. Полетели в разные стороны куски колес и горящие доски бортов. Вслед первым выстрелам завыли мины, огненной цепочкой проскакавшие вспухшими разрывами по лагерю наемников. Пара вполне удачно финишировала на крыше сарая, пробив ее и рванув внутри. Из охваченной пламенем казармы-дота тараканами полезли окровавленные люди, чтобы попасть под кинжальный огонь трех пулеметов. Треск выстрелов не умолкал до той поры, пока среди хаоса и огня не осталось ничего живого.

На мониторе задробили стрельбу, включили вентиляторы для откачки попавшего внутрь дыма. Согласно ультимативному приказу Школоты, никто из смешанной команды “Авроры” даже носу наружу не показывал. Как предупредил барон, если кто из гномов или механиков сдуру поймает пулю, то получит такой нагоняй, что мало не покажется. Босс лично оживит бедолагу, чтобы затем показательно четвертовать. Вы — элита речного флота! Ваша задача — огнем и мечом в железных доспехах разить супостата. А дочищать руины — это работа егерей. Вон они, уже на баркасике подгребли поближе и высаживают десант.

Через полчаса посыльная мордо-фея рванула к Лесу. Еще одна точка сопротивления подавлена и без потерь с нашей стороны.

Тяжелую цепь, которая перегораживала русло, опустили. Монитор выгреб свои якоря обратно и все столь же неторопливо запыхтел дальше. Ближе к Тагатусу было одно место, где река делала крюк и можно было дотянуться оттуда до проходящей мимо дороги. Вот там и постоим. Мало ли, вдруг какие ублюдки успеют лыжи смазать, а это непорядок. Господин барон сказал — пленных не брать. Значит — не брать…

***

К следующему утру мордо-феи, измочаленные бесконечными перелетами туда-обратно, собрали всю необходимую информацию о развитии контрнаступления. Школота на дико рычащем мотоцикле как раз промчал по дороге до южной границы и теперь с интересом разглядывал тотальный пиздец вокруг. Нестерпимо воняло горелым мясом. Валялись обугленные куски тел. Чуть дальше кто-то заботливый сложил небольшую пирамидку из оторванных голов. Полюбовавшись натюрмортом, господин барон ткнул в бок Жуть, которая с довольной харей поводила носом и полной грудью вздыхала загаженный воздух:

— Слышь, любитель жаркого, это твои оторвались?

— Пленных не брать. Закон.

— В этот раз — да. Но головы-то нахера? Можно было тупо угробить.

— Сам просил, чтобы я с бойцами разные полезности изучала. Искусство там, литературу. Вот, стараются.

Школоту переклинило:

— Мдя? Это я просил?..

— Ага.

— Хм… Скорее, ляпнул что-то, а ты приняла как руководство к действию. Ладно, успехи какие по итогам? Кроме вот этого…

— Картины нравятся. Особенно когда жратва изображена. А с литературой не очень. Ты детям там сказки наговаривал, чтобы в школах читали не только местные предания. Так “Колобок” зашел — на ура. Каждый представляет себя на месте лисы. С остальным пока туго.

— Хорошо, как посвободнее станем, придумаем еще чего-нибудь… В целом у нас что по итогам здесь?

Жуть перестала плотоядно облизываться, браво выпятила зеленую безразмерную грудь и отрапортовала:

— Мелкие посты егеря с поддержкой уже вырезали. Здесь и по дороге к Липово прикончили одну тысячу и сто трех ублюдков. Живых нет… Про западных точно не знаю, не успела уточнить.

Разглядывая угвазданный в кровавых ошметках сапог, Школота мрачно добавил:

— Там тоже кучеряво. Почти тысячу уконопатили. Плюс нашу любимую деревушку с кабаками и торговыми рядами в первую очередь заняли. Сейчас уже туда караван со жратвой и бывшими беженцами едет. Ну и гномов чуток с горожанами, чтобы помогли начать дома восстанавливать и порядок наводить.

— А жабы твои бородатые, которые на плавающей кастрюле умотали? У них как?

— Вот завидуешь ты, что флот пока под моим прямым управлением. А я говорил, говорил тебе — учись плавать. Как сможешь реку туда-обратно прошарашить, так еще и адмиралом сделаю.

— Я что, дурная? От истоков до моря и обратно? — возмутился монстр.

Обернувшись на верного боевого генерала, Володя заржал в голос, выпуская накопившееся напряжение:

— Ты что, спросить не могла? Какое туда-обратно, ты что? Поперек речку переплыть, по-пе-рек!.. Ой, ну ты даешь… Короче, сдашь норматив и можешь вешать дополнительные погоны. Но, это если только хочешь. Там пока младший из коротышек неплохо отжигает. Дарди. Меньше других закостенел, на ходу подметки рвет. Сейчас командует “Авророй”, можно вырастить до серьезного господина в эполетах. Будет с палубы орать на провинившихся матросов и пиратствовать нам на счастье.

— За пиратство в империи — виселица. Без вариантов.

— А мы южнее пойдем, к соседям. Если кто только в нашу сторону пернуть посмеет… Вон, как парни браво ту опорную точку размолотили. Сам не видел, но мне весточку прислали, что холм в результате обстрела вместе с крепостью-недоноском срыли до основания.

Над головой захлопали крылья и на подставленную руку плюхнулся зубастый гонец:

— Хозяин! В Липово тебя ждут! Все некросы сидеть, наши ждать приказ… Уф, устала…

Усадив мордо-фею на плечо, Школота взобрался обратно на мотоцикл и рванул стартер. Жуть с изрядной долей сомнения покосилась на уходившую вдаль дорогу, затем на четверых бульдогов-переростков, выполнявших функцию ближней охраны:

— Некросы там откуда?

— А ты посмотри вокруг. Ни одного тела в балахоне нет. Мы всех наемников угробили, а вот черепушки слиняли до начала атаки.

— Так их надо в расход, ты же приказал пленных не брать!

— В расход просто, если с дистанции и пулеметами. А вблизи против ублюдков бодаться — кучу своих положим. А второй приказ тебе еще раз процитировать? Бойцов беречь! У меня других нет… Так что поеду я, посмотрю на бардак и остатки городишки. Заодно оценим, как именно мы там эти супер-бомбы испытали.

— Я следом, — тут же отозвался монстр и махнул лапой. Затарахтел грузовик, переделанный под личное авто, но Школота уже попылил вперед. Очень ему было интересно разобраться с новой проблемой, которая неожиданно нарисовалась в Липово.

***

Буквально за пару дней ЕбДык навел железной рукой порядок в Подземном королевстве. Бывших прихлебателей и прочий бомонд в цепях отправили на рудники, в самые паскудные и опасные забои. Чтобы трудом искупили все накопившиеся грехи. Остальным гномам было объявлено, что порядок чуток изменился. А именно.

Каждая гильдия, способная выдать минимальную добычу полезных ископаемых или каких-либо продаваемых на рынке товаров, получала право выдвинуть в общий совет одного представителя. Совет король выслушивал раз в неделю, оценивая любые предложения и рекомендации как по работе государства, так и вообще по решению любых бытовых и прочих проблем. Срок выступления докладчиков ограничили, но даже это было невиданным новшеством — чтобы коронованная особа хоть как-то обращала внимание на шепотки снизу? Да никогда раньше!..

При этом власть и все полномочия оставались в руках ЕбДыка. Он назначал своих представителей на ряд новых постов. Пограничная и таможенная стража. Образование. Медицина. И еще список на пятнадцать пунктов. Каждый из директоров, поставленный на эту позицию, отвечал перед королем лично башкой за выполнение нарезанных задач. Если справлялся успешно и не было каких-либо косяков, то кроме зарплаты из государственной казны счастливчику перепадала хорошая премия. В случае кумовства, воровства или просто скудоумия и тупизны — голова превращалась в украшение на городских воротах. Радикально, но действенно. Именно поэтому на эти опасные места хитрожопый народ особо не рвался, что позволило ЕбДыку выбрать наиболее верных и головастых гномов.

Ну и этим утром король выдал последний ворох приказов, которые тут же глашатаи разнесли по всем ярусам подземного государства:

— Согласно мирному договору со Сколково, каждый желающий может навещать родню и приезжать как к соседям, так и к нам в гости. Любые товары, доставленные в качестве подарков или на продажу, не облагаются налогом по закону “одного мешка”.

Народ чесал бороды и довольно хмыкал. Знакомое дело. Если гном может поднять набитый барахлом мешок, то это его личное имущество. Прошлое руководство гайки-то подзавинтило, ввело запрет на подобные шутки. Новый же король решил вернуться к истокам. Может, оно и лучше. Когда ты торгуешь грузовиками, один мешок большой роли не сыграет в деньгах, а зато почтенным гномам послабление возвращает самоуважение.

— Эльфы объявлены в королевстве вне закона. За попытку заводить с ними знакомства, вести коммерческие дела или устраивать прочий подрыв устоев — смертная казнь вредителю, семья же высылается без права возвращения. Потому как твари ушастые нас травили и вместо себя под чужие топоры подставили. Такому прощения нет и не будет.

Это заявление встретили одобрительным гулом. Да, проклятые уроды крепко поднасрали. Похоже, без их участия и войны бы не было.

— Подготовить склады резерва для приема продовольствия и запасов на ближайшее время. Первый караван с продуктами будет уже завтра и все его содержимое сразу же отправится в лавки для продажи. Второй караван пойдет на склад. И так будем поступать до осени, согласно подписанного договора с бароном Школотой. Собранные за продажу деньги пойдут на ремонт и восстановление нашего обветшавшего хозяйства.

Гномы встретили это объявление аплодисментами. Учитывая паршивое состояние казны, на рынке особенно сейчас не разгуляешься. Сушеных лягушек уже за деликатес продают. Так что нормальная еда — это серьезно. Это показывает, насколько королю не плевать на его подданных. А то, что сосед из своих резервов выделил изрядный кусок и не пожадничал — так мы не забудем, отработаем. И в ноги поклонимся, что не стал добивать подземный народ, получивший из-за дурнины прошлых руководителей столь жестокую плюху.

— Последним объявляем, что все выданные кредиты и прочие кабальные займы остаются на совести бывшего владыки, поэтому требовать их возврат следует с него и его прихлебателей. Подземное королевство больше никаких обязательств перед мироедами не несет. Ибо нехуй. Подпись — ЕбДык первый.

***

От Липово не осталось ровным счетом ничего целого. Оплавленный огромный пятак в центре с дырами от воронок и обгорелые бревна вместо домов вокруг.

На остатках площади плотной толпой собрались некроманты. Все сто двадцать одна черепушки в драных и грязных балахонах. Остальные погибли во время налета и точной стрельбы егерей, которые не дали собранной наспех колонне вырваться из огненного мешка на юг. Теперь эта жалкая кучка повелителей мертвых стихий с фатализмом смотрели, как вокруг них мелькают тени монстров, бдительно патрулировавших периметр. Твари поближе не лезли, дураков в армии Жути не было. Но и некросам было понятно, что выпускать их никто не станет. Или сверху опять какой огненной гадостью приголубят, или пушки с пулеметами подтащат. Судя по всему, с наемниками уже разобрались, теперь их черед.

Неожиданно издалека долетел треск мотоциклетного двигателя и по остаткам дороги к оплавленному пятну прискакал черный драндулет, на котором восседал молодой парень. Остановив свою шайтан-машину, Школота выключил мотор, слез и начал приседать, ругаясь в голос:

— Блядь, все же покойный батюшка-император был слишком добр, слишком! Вместо нормальной дороги такое уебище слепили! И ведь не удивлюсь, что на бумаге обещали ровное как зеркало дорожное полотно. Но поперли, поперли бабло, не иначе. Придется самому вопросом озаботиться. А то я так без жопы останусь.

Размявшись, Школота подошел чуть ближе и с интересом посмотрел на отпрянувших назад некросов:

— О, вот и наши братцы-кролики. А ведь я с вами знаком. Одна стерва в таком же платьишке пыталась меня ухерачить в свое время. Но только я ее на колеса намотал, вот и вся ее сраная магия-шмагия.

— Барон, барон! Это сам барон! — зашелестело в грязной толпе.

— Эй, вы, бритые! Знаете, кто я?

Володя сложил руки на груди и некроманты с интересом стали разглядывать многочисленные татуировки на пальцах гостя.

— Он что, из демиургов? Откуда у него столько знаков? Мы один череп можем наколоть лишь за великое свершение, а у него все руки украшены?.. Кто про него что слышал?..

Школоте надоело ждать, пока народ угомонится и он повысил голос:

— Я — хозяин Сколково. Того самого Сколково, которое вы вместе с эльфами и наемниками пытались угробить. Только пупок у вас развязался. Ушастым я еще пизды дам, теперь с вами надо разобраться… Какие будут предложения?

Вперед из толпы выбрался худой и желчный мужик, больше похожий на цаплю, сидевшую на жесткой диете:

— Что вы его слушаете, братья? Мочить урода надо! Вот так, смотрите!

В сторону Школоты полетел черный клубок, но Володя лишь небрежно отмахнулся и чужое заклятье развеялось по ветру.

— Фу, напугал. Ты бы еще поссал в мою сторону, может, лучше бы получилось… Хотя с других маны нажрал, вижу, аж распирает тебя. Наверное, втихую цедил, чтобы никто не видел и не возмущался…

Некроманты подались в сторону от урода, который без разрешения крысил чужие магические ресурсы. Видимо, даже в среде черепушек такое считалось полным зашкваром.

Школота покачал головой, затем щелкнул пальцами и мужик взорвался кровавыми брызгами, уляпав все вокруг:

— Вот так. Нехер чужое без спросу жрать… Ну и защиты у вас против простейших заклинаний нет. Любители… Эх…

Все оставшиеся сто двадцать морд охнули и преклонили колено, как один:

— Демиург, бля!.. Здесь мы не пляшем…

Когда Жуть докатила до остатков Липово, то увидела там задумчивого босса, который сидел на мотоцикле и медитировал.

— Угробил гадов? — спросил монстр, на что Володя фыркнул в ответ:

— Да ты что! Это же такие шикарные чебурашки! И — мои, до последнего мозгоклюя… Я из них таких церберов натаскаю тебе в помощь — ух!.. Мы еще заставим любого врага слезами умыться, слово даю…

Жуть лишь выпучилась в ответ, но потом осторожно выглянула из-за плеча руководства и оценила ровные ряды черепушек, которым уже выдали похлебку, сварганенную в качестве дополнительных порций после ужина армии Сколково.

— Говоришь, слушаться будут?.. А знаешь, если мы еще с них всякие ништяки добудем и нахапанные богатства… Ведь это — вся шобла, со всей Империи!.. Да, хорошее решение.

— А то. Осталось теперь лишь придумать, как эльфов в бараний рог согнуть. И можно считать, что первый экзамен на взрослую жизнь мы сдали.

Глава 13

Железо надо ковать, пока оно… Дальше Школота уже не загадывал, лишь пытался разгрести стремительно навалившиеся проблемы, дабы не накрыло с головой.

Во-первых, некромантам был поставлен ультиматум. Желающие переходили под прямое командование господина барона и в будущем будут использованы в его личных проектах. Но — беспрекословное подчинение. Никакой вольницы. Никаких “мама не велела”. Никакой дурнины на тему “я крутой некрос, я вашу трубу шатал”. Мало того, каждый из черепушек обязан предоставить развернутое сочинение о том, как докатился до жизни такой. Которое затем будет аккуратно подшито в личное дело, факты проверены различными способами и вынесено решение. Если кто-то живодерствовал без меры или еще как подорвал светлое имя темной нечисти, того заставят прогуляться к стенке. Но в остальном — перспективы роста и прочие ништяки от признанного демиургом босса — будут без задержек.

Под этим соусом Липово объявили карантинной зоной, развернули из подтянувшейся армии двойной периметр и на месте руин затеяли глобальную стройку. Завалы расчистить, погибших захоронить, новые просторные бараки возвести и оборудовать временный лагерь. В нем позже уставшие, но отмытые в отстроенных банях некросы, будут писать свои сказки о прошлом и будущем.

Часть егерей и монстров заступили в качестве охраны. Благо, зубастые подчиненные Жути некромантов чуяли за версту, ориентируясь на ауру, а не запахи или еще какие проблемные методы опознавания. Поэтому про побег — лучше и на заикаться. Да и черепушкам намекнули, что за любую паршивую овцу в стаде отвечать будет десяток, на которые всех поделили. Так что — смотрите сами.

Хотя Школота не беспокоился, что со стороны новой паствы возникнут какие-то реальные проблемы. Самые отмороженные дали дуба вместе с вампирами, а те, кто остались — это рабочие лошади. Знают пока еще мало, народу угробили не так много. Можно использовать. Мозги частично у них уже промыты, поэтому вложить в них доброе и светлое получится куда как проще, чем в тех же крестьян или гномов. Те слишком самостоятельные и себе на уме.

Во-вторых, среди армии провели частичную демобилизацию и освободившиеся силы бросили на восстановление порушенного хозяйства. Господин барон даже одно время поворчал, что слишком радикально разобрался с дармовой рабочей силой. Можно было кого-то из наемников заставить ишачить на стройках. Когда он озвучил это вслух, стоявший рядом Фашид флегматично заметил:

— А в чем проблемы? Занести их за границу Леса, завтра к утру у тебя будут зомби. Кого из головастых поставь командовать и поливать не забывай. Все же потроха из зелени, в сухом климате засохнут.

— Это что, всех можно?

— Не, кого поджарили. А наструганных на куски только хоронить.

— Так… Слушай, брат мой ситный, выдергивай сюда старост деревень и по паре егерь-монстр. Ну и мордо-фей чуток каждому отсыпать. Беженцы как раз сегодня домой возвращаются. За ночь мы им работников наштампуем, пусть командуют. Заодно связь с главным штабом через крылатых.

И на следующее утро в трудовой армии появилось чуть больше пяти сотен зомби, готовых за полив из лейки ишачить как проклятые. Таскать, разгребать, копать, круглое волочить и квадратное катать куда прикажут. Правда, первое время от них изрядно пованивало паленым мясом, но потом природа взяла свое, остатки кожи покрылись зеленой травкой, а безмозглые болванчики вовсю были задействованы на ремонтных работах.

Ну и в-третьих, Школота докатил до своего речного монитора, после чего загрузил туда мотоцикл, бобиков-охранников и роту зубастого спецназа вместе с Докси. Остальных вернул домой, на помощь зашивавшимся в работе Маше и Еве. Вывести обратно из Леса огромную толпу народа и худо-бедно наладить быт по новой — это вам не шутки, тут соображать надо. Вот Володя и свалил все тяготы и заботы на крепкие женские плечи. Сам же помотал в Тагатус — разгребать очередную глобальную кучу дерьма. Империя с шалящими эльфами ведь никуда не делась. Ну и должок перед кукловодами не выплачен. Придется в процессе поучаствовать. Очень уж Школота не любил быть должным кому-либо.

***

Господин полковник переночевал в гостинице, сунулся в местный штаб и разузнал накопившиеся локальные слухи.

Слухи были странные. Поговаривали, что уничтоженное на корню Сколково неожиданно осталось живо-здорово и вломило по нагибателям кованым сапогом. Из далекой чащобы примчался мотоциклист, привез целый список заказов, сгрузив их купцам. За все обещано заплатить звонкой золотой монетой, которая в нынешние смутные времена ценилась куда как серьезнее, чем обесценившиеся бумажные деньги. Продовольствие, одежда, хозбыт грудами. Купцы в ажитации и мечутся с радостными воплями, готовя к отправке товары.

На границе зашевелились недовольные соседи. Телеграф успел прислать несколько депеш на тему: “Вы бы там, козлы зажравшиеся, порядок навели! Нам только беженцев от охваченной войной страны не хватает!”. Выходит, что если сдернуть несчастную бригаду, то запросто можно потерять изрядный кусок территории. Все эти бесконечные графы и прочие бандиты запросто постараются наложить лапу…

— Да вы охуели в конец! — донеслось с конца перрона, по которому в глубоких думах расхаживал Фикс. Полковник как раз решал, стоить ли драпать в эмиграцию прямо с Тагатуса следующим паровозом, или все же побарахтаться чуток и заехать домой. Чисто — любимые безделушки собрать в кучу.

Заинтересовавшись шумом, Фикс подошел поближе и с изрядной долей удивления стал смотреть на развернувшееся представление. С этой стороны перрон продолжался до военных блокгаузов, в которых хранили разного рода имущество. Пара дополнительных железнодорожных веток и место для погрузки-выгрузки всякого разного. И теперь на путях перед распахнутыми воротами огромного склада жалкой кучкой сгрудились пяток интендантов с весьма бледными рожами. А перед ними в три ряда стояло неизвестное воинство с предводителем в черном костюме псевдо-военного кроя.

— Это чья подпись, сука? А? Только вякни, что не твоя!

— Господин барон, так ведь…

— Деньги выплачены сполна, крыса тыловая! Значит, я должен забрать свой товар. И меня не ебут твои проблемы.

— У нас ревизия через неделю! Как я недостачу покрою?! — заорал толстяк в мундире, который с трудом застегивался на безразмерном пузе. — Когда мы договаривались, я не знал…

— Ты, падаль, бабло взял в надежде, что меня вместе со Сколково в землю закопают. Типа — форс-мажор, судьба твоя такая. Но просчитался, вот ведь нежданчик… Короче, я считаю до трех. На счет три или мои ребята получают все согласно списку, или я вас всех прямо тут к стенке и поставлю. Убьют быстро, одно счастье… Хотя могу собачкам отдать, они тебя сжуют медленно.

Остальные четверо бухгалтерских червей упали на колени и заорали хором:

— А мы при чем? Он же налево сам торговал, с нами даже не делился! А мы все выдадим, все по списку и сверху даже! Только не убивайте!..

Толстяк тем временем сквозь слезы увидел полковника и завизжал, подобно поросенку на бойне:

— Господин Фикс! Господин Фикс! Помогите! Тут имущество для пограничной службы изымают! А я…

Вздохнув, бравый военный медленно пошел вперед. Похоже, его несостоявшаяся эмиграция могла закончиться прямо сейчас. Больше ста головорезов вместе с командиром-беспредельщиком — это сильно. Да и бойцы — как один, все на подбор. Или крепкие мужики, увешанные оружием. Или стоявшие на задних лапах твари росточком больше двух метров, облаченные в броню и сжимавшие в лапах устрашающего вида топоры. Помнится, на одной из пьянок уходивший на покой лейтенант в ресторане рассказывал, как бог миловал сцепиться со Сколковскими. Вышли на поле, посмотрели на чужую армию, обосрались от одного только вида и запросили мир. Так там хотя бы армия на армию, а тут одиночка против прекрасно вымуштрованных убийц.

— Чем могу помочь? — поинтересовался полковник, встав чуть в стороне от молодого человека. Тот посмотрел на незнакомца, затем улыбнулся и протянул руку:

— Барон Школота, хозяин Сколково. С кем имею честь?

— Полковник Фикс, командующий пограничной бригадой. Чей склад вы сейчас собираетесь потрошить, кстати.

— Я? Да ни коим образом. Всего лишь получаю заказанное ранее. Вот список, кстати. И, хочу отметить, за каждую железку уплачено сполна золотом.

Начав просматривать бесконечные строки, полковник приподнял сначала одну бровь, затем другую и под конец лишь хмыкал:

— Ну и аппетит у вас, господин барон. Две сотни шпалеров от Кохха, лучшей выделки. Оптика на них. По десять зарядных банок. Десять станковых пулеметов. Четыре безоткатных орудия. Амуниция, котелки, строительные материалы. Даже пилы с топорами не забыли… Хотите сказать, что у нас на складе это все есть?

— Разумеется. По факту бумагу составляли.

— А я своим новые сапоги выбить не мог… Мда… Но подпись есть, это точно. Только вот ведь проблема какая. Это же государственное имущество. Расхитителю светит петля. Но вы-то с какой стати пытаетесь лапу наложить?

— Петля? Это позитивно… Давайте отойдем на минуту. Но сначала я распоряжусь.

Отобрав исписанный рулон обратно, Школота повернулся к Докси, которая выполняла при нем сейчас роль адъютанта:

— Так. Толстяка повесить. За казнокрадство. Этих четверых за жопу и через два часа все по списку должно быть в грузовиках. Машины уже вон подъезжают, водителям заплачено. Как закончим, пойдем в порт, на “Аврору” перебросим. И домой…

— А после того “как”, остальных четверых тоже вздернуть? — кровожадно улыбнулась командир егерей.

— Не. Если все вернут, то пусть живут. Нехай с ними вояки бодаются… Итак, господин полковник, на пару слов.

Фикс смотрел на пляску толстяка на веревке и думал, что жизнь — штука интересная. Жирдяя не было жалко нисколечки, заслужил свое. Но вот чтобы здесь и сейчас столкнуться с поведением, которое обычно демонстрировали лишь каратели его императорского величества? Мда. Похоже, он что-то не знает.

— Вы лучше скажите, как оно сейчас в округе? А то я был несколько занят, воевал.

— Воевали? Вроде как от вас с заказами уже человек приехал утром рано. Лабазы шумят, на отправку кучу барахла готовят.

— Это да, ремонтировать надо кучу всего. Деревни рядом со мной пожгли, Липово так вообще пришлось по бревнышку раскатать. Даже не знаю — то ли буду там город отстраивать, то ли просто перевалочную базу большую воткну. Очень уж место удачное, как раз можно несколько дорог в одну точку свести.

— Значит, отбились?

— Ага. Наемников угрохали всех, часть в качестве зомби подняли и отправили работать. Некросов самых дурных спалили к чертям, остатки пока объяснительные пишут. Если какой слишком дурной крамолы за ними не найдем, то и их к делу пристрою.

Полковник недовольно поджал губы:

— Церковники будут недовольны. Очень.

— Вот уж на мнение ряженых продавцов опиума мне насрать с самой высокой колокольни. Как монашек черепушкам продавать и с ними наркотой бодяжить — так первые. А как с кого шкуру за проделки снять, так пальцем только в отверженных тычут. Так что разберусь я и церковниками, и с прочими… Лучше расскажите, как оно вокруг?

Вздохнув, Фикс кратко охарактеризовал происходящее:

— Жопа вокруг. Эльфы партизанят, промышленники деньги стараются припрятать куда подальше, империю трясет, словно больного лихоманкой. Думаю, к зиме мы как-то дотащимся, а вот по холодам запросто можем развалиться. Совсем.

— …! — Школота распахнул от удивления рот, затем обернулся на своих бойцов, которые сновали подобно муравьям и набивали грузовики. Затем снова крутнулся к полковнику:

— Подождите, вы же из погранцов. Значит, худо-бедно с другими вояками наверняка контакты имеете. Мы ведь тогда бортами разошлись, армию не тронули. Должны быть нормальные силы и люди, кто порядок способен поддержать.

— Увы, желающих рулить много, но в крови и дерьме копаться никто не хочет. Хапнуть и свалить, вот и вся суть Законодательного собрания с прихлебателями. После смерти императора вся эта пена и вылезла на поверхность.

— А вы? Что, все сделанное бросите нахер?..

Фикс хотел сначала окрыситься в ответ, но потом из него будто выпустили воздух и он поник:

— А что я? Всего лишь служака в дыре, на краю мира. Со мной никто из генералов разговаривать и не станет. Хотя, у них и войск-то не осталось. Распропагандировали всех. Богатые в столице почти все так или иначе из армейцев охрану себе сообразили. А государства как такового и не осталось по итогам. Одна видимость.

Сунув руки в карманы, Володя стал покачиваться с носка на пятку, поскрипывая сапогами. Он о чем-то размышлял и мрачнел с каждой минутой. Затем вытащил правую руку и помахал кому-то за спину. Рядом материализовалась Докси:

— Босс?

— Скажи мне, верная моя ухорезка, что ты можешь вспомнить про господина полковника. Кратко, по делу, как ты умеешь обычно.

— Характер нордический, предан короне и покойному императору. Отец солдатам. За свою бригаду дрался всегда до последнего. Данное слово ценит превыше любого золота.

— Значит, наш человек… Фикс, спрошу еще раз. В лоб. Потому как я на всю голову ебанутый и политесам не обучен. Вот тебе, взрослому мужику, не обидно проебать все и вся? Отдать страну на разграбление каким-то говнюкам, которые лишь о личных шкурных интересах заботятся. Не жалко?

Фикс молчал. То, что ему выговаривает какой-то малолетний сопляк — бесило. Но ведь правду говорит, паскуда, рожей в собственное дерьмо тычет.

— Я, барон крохотного куска земли, сумел раком поставить и твое Законсобрание, и эльфов, и гномов, и наемников с некромантами. Я всех или убил, или под себя прогнул. И не потерял при этом ни одного бойца. Слышишь меня, вояка? Ни од-но-го!.. А несколько тысяч врагов на удобрения пустил, Подземное королевство в друзья заполучил и попутно теперь лапу наложу на всю округу рядом с Лесом. Раз из столицы на меня решили забить болт, то я теперь буду свое графство строить или еще чего нибудь. Мое. Где люди и нелюди у меня будут жить, богатеть и на херах любую суку из-за забора вертеть… Ты же чего, собираешься драпануть вслед за промышленниками, кто из империи труп смердящий мастерит? Типа — возьмите меня, бывшего золотопогонника, буду швейцаром у вас двери в ресторацию открывать для новых хозяев жизни. Так?

— Да пошел бы ты!.. — но Школота уже завелся и буквально рычал в ответ:

— Я?! Да я-то пойду! А таких, как ты, тысячи и тысячи у меня дома на чужбине в безымянных могилах закопали! Потому что в свое время руки опустили и по течению их понесло… Ты же вояка, блядь! Ты всю жизнь государство защищал!.. Вон, смотри, баба молодая, тебе в подметки по опыту не годится, а даже подыхая за императора готова была глотки рвать! И сейчас она у меня командует всеми войсками специального назначения. Все егеря на ней, все силовые акции на границе и в чужих землях. Она — живой пример, как надо до конца идти, а потом сдохнуть, возродиться и снова вперед!..

Докси чуть потупилась и прошептала:

— Школота, ты бы чуть полегче, а то полковника удар хватит. Вон он, уже все красный…

— Да хоть зеленый! У него целая бригада в подчинении, а он сопли жует! На складах жучье барахло его распродает, а он стоит рядом и сапогом песочек колупает… Страна в жопу катится, а все лишь руками разводят и на столицу кивают… Что, сил нет сраный гадюшник зачистить?

— Мы не каратели, мы пограничники! — Фикс попытался гордо выпятить подбородок, но стушевался под насмешливыми взглядами молодого парня и его зеленокожего адъютанта.

— Мудаки вы там все в командовании, вот вы кто. А самое обидное, что под таким руководством нормальные парни на границе и передохнут… Короче, явно мы ошибаемся на твой счет. Нет у тебя характера, одно гавно внутри…

Этого полковник уже выдержать не мог. Он вцепился в черную плотную рубаху, дернул на себя барона и зашипел в ответ:

— Ты на кого ссать против ветра вздумал, щенок?! Я двадцать пять лет границу держал на замке каждый день! У меня вся шпана из-за ленточки срется, если только брови нахмурю! И меня еще поносить?!

— А что с тобой делать? Могу вот так пальцем ткнуть…

Получив болезненный укол под ребра, мужчина отшатнулся. Посмотрел вокруг налитыми кровью глазами и шагнул назад еще раз. Докси уже положила руку на висевшую на поясе кобуру, а четыре огромных пса с интересом разглядывали наглеца, посмевшего тронуть их господина. Стоит ему только шепнуть — полетят от Фикса клочки по закоулочкам.

— Полковник. Похоже, что-то в тебе еще осталось. Какие-то крошки былой гордости. Делаю тебе предложение. Один раз. Если сомневаешься или вздумаешь куда слинять — солью, как дерьмо в сортире. Хочешь валить — да не задерживаем. Видел таких. И могилки видел. Нет на чужбине никому радости, особенно если ты на деньгах не повернут. Тем мудакам везде хорошо. А нам — только дома. Мой дом сейчас — здесь. А тебе — определяться надо, где хочешь, чтоб похоронили. И как именно: как безродную собаку или с военными почестями…

Потихоньку затих звон в ушах, утихла головная боль. И уставший от неопределенности в самом ближайшем будущем мужчина мрачно спросил:

— Чего хочешь?

— Предлагаю порядок дома навести. У себя я подчистил, теперь стоит всю империю метелочкой оприходовать.

— Бригады на это не хватит. Думал уже.

— А мы люди простые, мы не гордые. К соседям заглянем, у них бойцов наймем. Гномов подрядим. Пустоши в ружье поставим. Не волнуйся, желающих зажравшимся ублюдкам пиздюлей прописать — это очередь за горизонт будет. Главное — желание. Будет желание, будут возможности. Обещаю…

Фикс сидел на ступеньке одного из грузовиков и пил морс. Настроение было совсем поганым, но при этом как-то в глубине его уже больше не грыз червяк. Не было больше той изматывающей душевной боли, когда смотришь вокруг — а свет не мил… Нет, в целом в душе еще болтались отголоски страха: как же мы все это чинить будем?! Но при этом он уже понимал, что сеанс грубой психотерапии оказался вполне действенным. В самом деле — кому он нужен в прибрежных карликовых государствах или в других мирах? Его место здесь. Рядом с его парнями.

— Итак, я все свое взял. Вот тебе списки оставшегося имущества на складах. Выставлю караулы, поднимай своих, пусть срочно выдвигаются и забирают, что нужно. На месяц боев вполне достаточно укомплектоваться. А там по ходу продвижения будем шерстить недостающее.

— Границу предлагаешь открыть?

— У меня на реке корытце стоит. Вполне себе приличная штука, чтобы прямо сейчас в гости скататься. Там по карте как раз видно, что на реке у них какой-то центр большой. Сейчас телеграфируем, пусть местные паханы собираются на переговоры. Подпишешь просьбу?

— Цель?

— Пусть они сейчас границу держат. Никаких шараханий туда-обратно. И готовят нам в поддержку легкую кавалерию, люди понадобятся. Мы за это расплатимся. Таможенными послаблениями, артефактами и прочим. Так что — пусть хотелки готовят, обкашляем. Попутно пинай штабистов местных, пусть готовят карты империи, через своих людей выдергивают верных парней и готовятся к визиту. Как только мы здесь спину прикроем, так и поедем в столицу.

— Найти-то людей найдем. Но нужен человек с опытом, кто поможет. Из старых генералов, боевых. Жаль, Ши-Зу погиб, он бы смог потянуть или кого порекомендовал.

Почесав затылок, Школота переспросил:

— Ши-Зу? Это который императора в свое время прикрывал?.. У меня для тебя две новости. И обе хорошие. Жив наш генерал, в бега лишь подался. И у меня есть с ним контакт… Так что, попробуем мы его самого или его людей выдернуть. Старая правильная гвардия куда как лучше, чем эта плесень, оккупировавшая столицу. Ну и заодно ушастым вмажем, решим проблему окончательно.

В этот момент полковник поверил, что у авантюры может быть шанс на удачу. Потому как под еще не поднятые знамена будущей победы начинают собираться правильные люди. Которые в самом деле умеют держать данное слово и рвать глотки врагам без пощады. С такими в одном строю можно и в штыковую.

***

Пятьдесят магов, а так же магистров различных артефакторных наук, сидели ровными рядами перед сценой, на которой выступал неприметный господин Смиз. Убеленные сединами господа ловили каждое сказанное слово, даже не пытаясь перешептываться. Слишком серьезные вещи объявлял позвавших их на встречу человек.

— Полицейский департамент закончил расследование атаки террористов на наш любимый город. Дарры в целом оправился от удара, но убытки казна вам возмещать не желает. Кивают на эльфов, кто устроил этот бардак… Вместе с тем, ваше имущество пострадало. Ваш бизнес оказался разрушен. Городские власти буквально плюнули на людей, которые столько лет приносили в казну львиную часть доходов. И как с вами поступили? Как с какой-то босотой подзаборной.

Одетый в серый костюм докладчик достал из кармана распечатанное письмо и помахал им в воздухе:

— Мой компаньон, барон Школота и хозяин Сколково, очень опечален этим недоразумением. Он заявляет, что хотя и не несет прямую ответственность за ваши потери, но считает неправильным, что в результате охоты ушастых на него пострадали невиновные и знающие специалисты. Поэтому господин барон предлагает следующее. Каждый, кто поможет Сколково в охоте на эльфов, получит возможность за десятую часть цены отремонтировать свои дома. Будут присланы лучшие мастера, которые по вашим планам возведут любые чертоги. Учитывая, что в Сколково сейчас одни из лучших строителей и мастеровых от Подземного королевства, а так же со всей империи, качество будет гарантировано.

Глянув в листок, Смиз продолжил.

— Так же на пять лет любому магу и артефактору будут предоставлено право для своих нужд закупать древности и новинки, производимые господином бароном. Что такое Сколково нужно объяснять? Нет? Отлично… На продажу — будете иметь преференции, а за десятую часть — покупать себе лично. Хотя сразу предупреждаю, лучше не наглеть и не пытаться обмануть Школоту. Если кто начнет химичить, то запросто лишится его благорасположения… Я бы не стал, честное слово. Зато представьте — вы сможете оснастить личные лаборатории буквально за копейки такими раритетами, которых и на рынке давно с огнем не сыскать. Я вот зачитаю, хотя для меня это тарабарская грамота… Фильтрационные кубы для абсолютной очистки. Небьющиеся реторты, устойчивые к любым кислотам и прочим агрессивным жидкостям. Записывающие разговорные книги для ведения экспериментов. Суккубы-лаборанты, привязанные только к хозяину. Ну и тут еще список на пятьдесят пунктов, копии я вам передам по завершению беседы.

По залу пронесся легкий стон. Стоимость одной такой безделушки зачастую оценивалась в тысячах золотых. А если прикинуть, какую скидку предлагает барон, можно в самом деле собрать в заново отстроенном доме шикарную лабораторию и прогреметь среди соседей новинками магического производства.

— Кроме того, господин Пилюриус, бывший декан имперского университета, собирается основать магическую частную гильдию. Члены гильдии получат различные бонусы в изучении разных новинок, собственный научный журнал и возможность публиковать результаты своих изысканий для ознакомления почтенной публики. Далее…

Через полчаса Смиз промочил горло водой и начал закругляться.

— Итак. Вот здесь на столе лежат буклеты с вашими именами. А так же один золотой на каждом из буклетов. Кто не хочет помогать соседям в приведении эльфов в чувство и не готов поквитаться с ушастыми мерзавцами, может забрать монету в качестве компенсации и возвращаться домой. Кто готов потрудиться ради своего будущего блага, берет буклет и завтра утром в “Трех Семерках” я жду для подписания контракта. На время охоты каждый маг будет состоять на полном довольствии. Питание, реактивы, артефакты — за счет заказчика. Но это все вы можете прочитать в буклете. Сейчас же прошу вас определиться с решением…

Через полчаса на столе не осталось ни одной бумажки и сиротливо поблескивали золотыми боками пятьдесят монет. Когда твой сосед запросто может заполучить разные диковинки, надо быть полным идиотом, чтобы отказаться от подобной возможности и пропустить конкурента вперед.

***

— Генерал, вам срочное донесение!

Адъютант застыл в дверях, поедая начальство глазами.

Ши-Зу неодобрительно покосился на верного помощника, затем аккуратно поставил на подоконник лейку и протянул руку. Ведь просил не называть его больше старым званием, так нет, все не уймется.

— От кого?

— Барон Школота, полковник Фикс и еще тринадцать подписей военнослужащих рангом поменьше. Все из Приграничья.

— Да? Это уже интересно…

Пробежав глазами текст телеграммы, переданной по хитрым тайным каналам между мирами, Ши-Зу сначала не поверил прочитанному. Поднял глаза на адъютанта, а тот застыл соляным истуканом. И ведь наверняка знает, о чем речь, сам же слова в предложения складывал при расшифровке.

Империя. Бремя честного человека. Спасение основ государства. Егеря и личная карательная гвардия императора… Они там что, с ума посходили?

— Какие последние вести из покинутого дома?

— Бардак, мой генерал. Эльфы выбрали отличный момент, чтобы взбаламутить страну и пытаются теперь расшатать ее изнутри. Скорее всего, следом будет интервенция и попытка вернуть утраченные территории.

— Кто у руля сейчас?

— Собрание. Промышленники и банкиры. Согласно последним сводкам аналитиков, идет активное разворовывание остатков казны и попытка подготовиться к бегству за границу.

— Значит, крах… И эти… Кстати, что по барону удалось узнать?

Адъютант тут же распахнул кожаную папочку и начал скороговоркой:

— Атака на Сколково отбита. Наемники уничтожены полностью, старый король гномов со свитой изгнан куда-то в другие миры. Новая власть в Подгорном королевстве заключила мирный союз. Остатки некромантов арестованы и будут использоваться в личных интересах барона. Епископат высказал свое неудовольствие, на что им матерно объяснили, как именно будут вешать попов на ближайших осинах. Больше претензий церковь к барону на данный момент не имеет.

— О как… Потери во время войны у барона?

— Ноль.

Генерал замер.

— Сколько?!

— Ноль. Ни одного человека или монстра не погибло. Мало того, наша агентура на местах отловила слух, будто наемников уничтожили при помощи неизвестных летательных средств.

Слепо нашарив стул, Ши-Зу сел и начал обмахиваться бумажкой вместо веера:

— Это как понимать?.. Мальчишка выпотрошил две вражеские армии, отбился от неизвестной заразы, которая столетия назад поставила империю на колени. И не потерял при этом ни одного бойца?.. И полковник Фикс с ним. Я его знаю, это упертый твердолобый пограничник, который ради императора и Родины матери любого контрабандиста грыз зубами. Вся та вольница, что бегала южнее нас, считала Фикса чумой и проказой одновременно. Если он присоединился, это уже серьезно. Он гниль за версту чует… Но я ничего не понимаю…

— Мой генерал. Может быть, лично встретиться? Там кодировано указано, что через неделю они возвращаются обратно в Тагатус после инспекционной поездки. Мы как раз успеем пробросить туда портал из неприкосновенных запасов.

— Портал? Ради какой-то встречи?

Адъютант потупился:

— Но, они же собираются наводить порядок. И просят вашего совета и участия, по возможности.

Аккуратно сложив бумагу, Ши-Зу убрал ее в карман рубашки и мрачно приказал:

— Через посредников пойдем. Сутки до куста контрабандистов, оттуда еще двое суток их тропами. Как раз ближе к границе и выберемся. Оттуда до Тагатуса. Успеваем… Лирра остается за старшего. Со мной только ближний круг и один из магов. Выход завтра утром.

Посмотрев, как помощник буквально испарился из дверного проема, генерал вздохнул:

— Все домой хотят. Да, здесь хорошо. Дикость, в рот заглядывают, почти за богов почитают. Но домой хотят все. Черт бы тебя побрал, Школота, с этим союзом возрождения империи.

***

Если бы Школота знал, что его так недобро поминают, он бы икал. Но Володе было некогда.

Дело в том, что после выбивания из складских крыс своего кровного барон чуток помедитировал и отослал грузовики сразу домой, чтобы зря не захламлять “Аврору”. Лишь добавил туда боеприпасов и пару пулеметов. Чисто для того, чтобы лежало на всякий пожарный. Затем сутки они колобродили в Тагатусе с полковником, который развил на удивление бурную активность, подключая к будущему походу нужных людей и хороших знакомых. Попутно связались с батальоном и приказали одной роте выдвинуться в город для получения амуниции и оружия. Четверо интендантов со слезами на глазах заверили, что все до последнего патрона будет вручено бравым пограничникам и никаких дурных “я потеряла” не ожидается. Только после этого пованивающее тело повешенного борова разрешили снять и похоронить без лишней помпы.

Разобравшись с первыми неотложными делами, загрузили бочки с топливом и рванули на всех парах вниз по течению. Там, в городке под названием “Звезда Юга”, их уже ждали местные боссы, дабы выслушать незваных послов с крайне заманчивыми предложениями.

И когда уверенно резавший волну корабль уже нацелился заходить в широкое устье чужого порта, из воды на поверхность вздыбилась длинная широченная шея, украшенная зубастой головой.

— Бля, — восхитился Школота, разглядывая местное Лох-Несское чудо-юдо. — Да у него хавальник побольше, чем у Жути!

— Ар-р-р-р! — ответил юден и бодро направился на встречу знакомиться. Похоже, кто-то из местных графов тупо не посадил зверушку на цепь. Вот только “Авроре” от этого будет никак не лучше. Когда у твоего противника морда размером больше орудийной башни, невольно возникает желание рвануть куда подальше и, желательно, по суше.

— Бля, — пригорюнился Володя, разглядывая усатую чужую харю. — А ведь я хотел по хорошему… Дебилы кочевые, да… И конченые…

Зверь же лишь набирал скорость…

Глава 14

— Оно нас сожрет, — мрачно попытался сделать предсказание Дарди, выступавший в роли капитана “Авророй”.

— С чего бы?

— Здоровое. И шкура вон какая. Наверняка снаряды будут отскакивать.

— Эх, учишь вас, учишь, — Школота отобрал кусок пирога, который никак не мог дожевать стоявший рядом на палубе матрос, и запустил сдобу в сторону наглой морды: — Лови, родимая!

Тварь распахнула пасть и тут же рявкнуло головное орудие. Может быть наводчики на “Авроре” и не были снайперами, но мазать с тридцати метров в распахнутую утробу они не стали. Лязгнули зубы, внутри башки речного монстра бумкнуло и вокруг полетели остатки головы, зубы и куски мозгов. Проходя мимо медленно всплывшего кверху брюхом тела, пулеметчики так же не отказали себе в удовольствии всадить по паре очередей в поверженного противника.

— Вот. А вы боялись… Но животину жалко. Кто-то решил попонтовать, а вместо этого угробили столь ценный экспонат…

Зайдя в порт, Школота в жестяной рупор заорал так, что на пристани народ присел от неожиданности:

— Какая паскуда на меня зубастого червяка спустила? А? Покажите мне его!.. Хотя нет, лучше покажите, где его корабли и его дом! Я хочу поквитаться!

Матросы вместе с грузчиками как один ткнули пальцем в конец мола, где возвышалось аляписто раскрашенное здание, рядом с которым болталась на волнах парусная лоханка. Развернувшись бортом к указанной цели, “Аврора” замерла и открыла огонь. Через пять минут дым отнесло в сторону, показав гору обломков и щепки на воде вместо яхты. Школота вернул приветствие в привычной ему манере.

— Боюсь, аборигены не оценят, — усмехнулся полковник Фикс, с интересом разглядывавший представление.

— У меня полные трюмы снарядов и патронов. Если кто-то вздумает высказывать претензии, я эту сраное сборище лачуг по кирпичам разберу и в пыль сотру. Так что пусть только дернутся.

— Мда. Если меня называют чумой приграничья, то как будут называть тебя?

— Меня зовут Школота. Им этого достаточно.

***

Оказывается, быть призраком — это не просто прикольно, но еще и удобно. Если вам приспичило куда-то там яйца забросить для отдыха, то как поступает богатый или очень богатый персонаж? Он арендует литерный, прет без остановок и через три-четыре дня тыгдык-ту-ту — доползает до заветных пляжей. Отлежав бока и заполучив мешки под глазами от беспробудного пьянства.

Что делает призрак, если ему нужно прибыть в правильное место? Как ни странно, должен поступить так же. Если только у него нет знакомых, которые черти-каким образом способны организовать крохотный булавочный портал из одного конца империи в другой. Или даже к соседям.

Главное — иметь правильных знакомых. А барон Мюнхгаузен таких знакомых имел. Точнее — знакомую. Маму Би. Которая после телефонного звонка в нужное время похимичила над жаровней, посыпала правильных травок и затем присела в книксене приветствуя гостя:

— Рада встрече, господин барон!

— Без чинов, я тут практически инкогнито. Наладить пошатнувшиеся отношения после несколько экзальтированной поездки сына.

— Ну что вы, он так же произвел неизгладимое впечатление! Правда, вроде как городские власти хотят запретить ему следующий визит.

— Ваши напыщенные идиоты, которые умудрились посраться со всеми магами одновременно? Эти да, эти могут… Ну да ладно. Реактивы готовы?

Дородная матрона озабоченно погладила бородавку на носу и все же решилась уточнить:

— Все готово, как вы и просили… Но я лишь хочу узнать… Если вдруг случится какая-либо неприятность и вы пострадаете… Надеюсь, наследник ко мне не будет иметь какие-либо претензии?

— Вы о том, что я обрету некоторую плотность и в меня могут всадить пулю-другую? Хе, не волнуйтесь. Это всего лишь магический дым или его подобие. Мне будет разве что обидно и неприятно, но в остальном это мне не навредит.

— Тогда — прошу сюда…

Мюнхгаузен в свое время распробовал один забавный рецепт. Если высосать сложную алхимическую дрянь, то призрак обретал некоторое подобие тела, которое с удовольствием мог использовать для личных нужд. По-крайней мере, трахать прим из кордебалетов это ему отнюдь не мешало. А когда надоедало втыкаться в стены, делал глубокий выдох и снова развоплощался. Чудеса современных технологий, подсказанных Школотой и Пилюриусом.

Через полчаса наряженный в модный камзол с золотым шитьем бывший хозяин Сколково и действительный почетный пенсионер устроился в нанятой огромной карете и двинул по делам. За беспокойство Маме Би уже давно все было уплачено и с лихвой, сейчас же призрак собирался наведаться банк для того, чтобы в карманах звенело, а затем намеревался оттопыриться. Если приемный сынок лишь чуть-чуть заставил Дарры вздрогнуть, то Мюнхгаузен собирался поразить в самое сердце.

***

Единственная приличная гостиница в Звезде Юга была забита под завязку. Все местные разнообразные доны, бароны, герцоги, графья и прочие самопровозглашенные правители диких земель очень хотели лично посмотреть на гостя, который в телеграмме намекал на будущие интересные проекты. Правда, кто-то втихую бухтел, что с имперцами общаться — это себя не уважать. Но на них не обращали внимания. Уродов в любой семье хватает, особенно среди контрабандистов, пиратов, жуликов разного пошиба и бывших прихлебателей имперской семьи, вздумавшей в свое время устроить зачистку нежелательных элементов. После чего вся эта шелупонь и рванула за границу, теряя тапки.

Загремели сапоги по проходу и в середину зала вломилась целая колонна вооруженных до зубов монстров, которую возглавлял молодой человек со злым выражением на лице. Затормозив четко посередине, он посмотрел вокруг и спросил:

— Бляди подзаборные, вы что, вконец охуели?

В зале наступила мертвая тишина. Подобного рода “здравствуйте” звучало неожиданно ново и свежо в местных стенах.

— Не поняли? Я про то, что пришел с миром, с деньгами и проектами под будущее развитие, а меня пытались на входе в порт тупо потопить к херам!.. Чья зубастая хуйня в речке болталась? Кто хозяин?

На задворках толпы началось шевеление и в первые ряды вытолкнули маленького мужичка с грудой золотых украшений на уляпанной жиром жилетке:

— Это мой охранник! А в чем проблемы? Я его держу, чтобы яхту не угнали!

— Охранник? А на меня ты его натравил чисто из интереса, на слабо проверить? Так могу поздравить, пиздец твоей собачке. Грохнул я ее… Ну и сарай твой на набережной вместе с парусным плотиком разъебал в качестве компенсации. Чисто, чтобы нервы успокоить.

— Речного змея?! Убил?.. Да я…

Школота достал из кобуры пистолет, направил в лоб скандалисту и нажал на курок. Для мордобоя в помещениях Володя зарядил карманный карамультук облегченными зарядами, но одного выстрела вполне хватило, чтобы башка разлетелась брызгами вокруг. Тело постояло чуть-чуть, пуская фонтанчики крови в потолок, потом завалилось на спину.

— Итак, господа. Давайте определимся… Чучмеки бывают двух видов. Первые — они разумные. Они — правильные. Они умеют договариваться, с контрабандой без меры не наглеют и херней на пустом месте не страдают. С такими без проблем общается полковник Фикс, который присутствует сегодня в моем посольстве в качестве консультанта и представителя пограничной стражи… Другие чучмеки берегов не знают, бычат не по делу и подставляют не только себя, но и соседей. И срать они хотели на общие интересы и совместную выгоду. Именно такого мы наблюдаем в данный момент. Вместо того, чтобы выпить, закусить и начать вместе зарабатывать кучу золота, эта паскуда решила позвенеть яйцами и обосрать нашу общую малину. С этим понятно?

Публика замерла, настороженно ожидая продолжения. Похоже, стрельба закончилась, пистолет вернулся на свое место и гость уже улыбался, а не горел желанием мочить всех и каждого. Поэтому народ осторожно выдохнул и нечленораздельным мычанием подтвердил, что да, чучмеки дурные — они бывают, что с этим поделаешь.

— Вот!.. Значит, я предлагаю расставить окончательно все точки перед налаживанием взаимовыгодных отношений. Если здесь серьезные, уважаемые люди, то мы наверняка найдем как согласовать совместные интересы. И мне не придется отдавать приказ монитору разворачивать орудия в сторону Звезды Юга и мешать в щебень все эти жалкие лачуги… Мало того, это шелупонь безмозглую в поисках лишней монеты можно называть чучмеками. Здесь же наверняка собрались совсем другие люди, которые готовы вложить капиталы в будущее предприятие и которых стоит назвать уважаемыми инвесторами и хозяевами этих земель… Это так?

Народ зашевелился куда активнее. После того, как гости продемонстрировали крутизну своих яиц и попутно продемонстрировали, что клыки у них круче, чем у любого аборигена, настала пора как-то худо-бедно начинать общение без дешевых понтов и воплей “да кто ты такой?”. Чревато, знаете ли, на Школоту бычить. Похоже, у него злобы и наглости на окружающий мир куда больше, чем у полковника Фикса. Тот хотя бы отловленных контрабандистов пачками не расстреливал.

— Тогда предлагаю поступить следующим образом, господа. В зале душно. А рядом с портом есть отличная площадь. На ней мои люди уже устанавливают навесы и раскладывают угощения. Отличные вина и закуски на любой вкус. Предлагаю переместиться туда и там продолжить конструктивное обсуждение. Угощение за мой счет!

***

Фасад кабаре “Три семерки” был затянут лесами. Рабочие сгрудились на самом верху, с интересом разглядывая суету под ногами. Как стало известно, сегодня должен был приехать новый хозяин заведения. Старый владелец умотал куда-то на острова, продав шарашку целиком, вместе с девочками и поварами в ресторане. А наследника нашли в портовых доках повешенного на рояльной струне. Как шептались знающие люди, молодой человек промотал почти все состояние и оказался не в силах выплатить накопившиеся долги. Вот с ним и разобрались.

Ко входу подкатила огромная карета, которую волокла восьмерка угольно-черных рысаков. Сидевший на облучке кучер в ливрее ювелирно притормозил экипаж и дверцы оказались как раз напротив расстеленной ковровой дорожки. Прислуга молниеносно выстроилась вдоль и на багрово-красный бархат вступил барон Мюнхгаузен. Поправив ярко-желтую треуголку, он задал голову наверх, оценил общий размер строения, потом видимость начатых работ и хитро усмехнулся. Да, слабоваты ребята пыль в глаза пускать. Уж он-то теперь толк знает, как именно нужно заказчика принимать. Благо, в Сколково при его непосредственном участии уже не одно здание построили. А уж ремонт любимой цитадели принимал лично.

— Господа, здравствуйте! Я, ваш новый хозяин. И буду рад, если мне все тут покажут…

На пороге серой кляксой застыл господин Смиз. Бывший контрразведчик и шпион ощущал некую робость. Уж очень радужные планы он связывал с новыми компаньонами. А похожий на попугая гость в раззолоченных одеждах на серьезного человека походил мало. Хотя, кто этих богатеев и эксцентричных меценатов знает?

Через час Смиз кардинально изменил первоначальное мнение. То, что расточавший похвалы и комплименты старый барон очаровал девушек и прочий обслуживающий персонал — это мелочи. То, что он пообещал кардинально изменить систему оплаты и не задерживать премии — тоже большой роли не играло. Когда начался детальный разговор о будущем заведения, Мюнхгаузен показал норов и акулью хватку, взяв быка за рога.

— Я хочу, чтобы “Три семерки” превратились в лучшее заведение на всем побережье. Лучшее — это значит, чтобы ни один из конкурентов даже приблизиться не мог к нам по качеству! Кабаре — сто баллов из десяти возможных. Циркачи и фокусники для еженедельных представлений — самые-самые! Магические иллюзии, лекции интересных умников из университетов, студенческие клубы и прочее. Наше заведение будет опорной точкой местной культурной жизни и никак иначе!.. Но за каждый потраченный грош я спрошу по всей строгости. Золото мне достается не просто так, за него приходится глотки рвать. Поэтому рассмотрю любые рекомендации по лучшим кандидатам на пост управляющего и его помощников. А так же бухгалтера, шеф-поваров в ресторане и остальной персонал. Старых разгонять не планирую, но им придется работать. По зарплате и плюшкам не обижу. Это устраивает?

— Вполне, — кивнул Смиз.

— Далее. Вас мы хотим попросить взвалить на себя всю работу с контрагентами по портальным переходам. Локальный рынок достаточно узок, его надеемся отдать на откуп местной магической гильдии. Мы же намереваемся выходить на соседей. Омолаживающие эликсиры, лекарства от любой заразы, защитные амулеты, новые виды вооружений. Одним словом, если у вас появится идея, смело ее озвучивайте. Если даже не сможем реализовать сейчас, обязательно возьмем на заметку. Доходы делим на четыре части. Одна часть вкладывается в совместное предприятие, со штаб-квартирой в Дарры. Вторая часть уходит в Сколково, на развитие инфраструктуры. Еще четверть нам с сыном и последняя доля — ваша. Выплата золотом или любой валютой прибрежных государств.

Смиз подобрался. Он думал, что ему дадут процент-другой, а тут предлагают впрягаться в полную силу ради безбедного существования. Даже не безбедного, а просто неприлично богатого.

— Интересное предложение.

— Само собой. Мы с компаньонами ведем себя честно. И стараемся всегда договариваться о взаимовыгодном сотрудничестве… Последнее. Вот план поставок артефактов на первое время. Будет чуть-чуть лихорадить, пока в империи порядок не наведем, но к весне обязаны выровняться. Даже если метрополию совсем переклинит, устроим или доставку бронированными экспрессами, или по воздуху начнем перебрасывать выполненные заказы.

— По воздуху? — бывший шпион удивился. — Это как?

— Мой сынок нашел способ вернуться обратно на небеса. Благодаря этому удалось нанести сокрушительный удар захватчикам. За осень и зиму доработаем технологию до конца и будем монополистами в перевозках на новых летающих кораблях. Пассажирский транспорт и экспресс-доставка элитных товаров.

Откинувшись на спинку стула, Смиз с немым удивлением смотрел на полупрозрачного барона Мюнхгаузена. Когда для магов зачитывал список “ништяки разные”, то ловил себя на мысли об некоторой абсурдности ситуации. Да, Сколково давным-давно где-то на задворках империи мелькало в отчетах военных и мутных слухах о новых полезных безделушках. Сейчас же он получил первое подтверждение, что новые хозяева восстановленного города время зря не теряют и шагают вперед так, что за ними и не угонишься. Получается, сказанному можно верить, как минимум. А это значит, что подмять соседские рынки под разные артефакты и магические товары, это не для красного словца. Это реальный бизнес-план и прицел на очень серьезную работу. И доходы…

— Господин барон, я весь внимание. И готов приложить все силы для того, чтобы эти планы воплотились в жизнь.

— Отлично. И, само собой, мы не собираемся излишне афишировать ваше участие в проектах, если вам это неприятно. С другой стороны, если возникнет желание, при нашей поддержке вы получите любой статус, который посчитаете нужным. Вряд ли теперь будет необходимость прятаться по углам и опасаться каждого шороха. Набирайте силовиков, муштруйте охрану. Мы в этом поможем, пришлем кадры. А там и до получения титула недалеко…

Поздно вечером Мюнхгаузен закончил инспектировать будуар вместе с Лили. Кровать полтора часа камасутры выдержала, хотя балдахин все же свалился.

Теперь барон отдыхал, потягивая вино, а довольная жизнью девушка пристроилась рядом и задумчиво разглядывала своего полу-прозрачного кавалера.

— Что-то хочешь спросить? — потянулся Мюнхгаузен, допивая янтарную жидкость.

— Обижаться не будешь?

— С какой стати? Я не из ваших паршивых городских нуворишей, кто только и умеет языком дерьмо месить. Я военный, люблю правду и точность в отношениях. Спрашивай.

— Когда нас разгонят?

Поставив пустой бокал на стоявший рядом резной столик, барон хмыкнул:

— Слухи пошли, да? Типа, приперся хер с горы, ломает налаженную жизнь… Так?

— Да. Конкуренты уже сватов засылают. Типа — вместо кабаре будет торговая компания, девочек в официантки или вообще на панель.

— Вот даже как. Суки… Знаешь что, завтра утром сюда подъедут милые такие ребята, которых мне Мама Би рекомендовала. Раньше они выбивали долги и проигравшимся ноги ломали. Сейчас решили остепениться и будут в качестве вышибал и инструмента для решения разного рода спорных моментов. Потому что мы явно с новым театром многим поперек глотки встанем. Так что ты мне тихонько пальчиком ткни в уродов, кто клевету и грязь на мое честное имя решил лить, а я разберусь…

Лили подумала и кивнула. Про Маму Би слышала, уважаемая леди в антикварном бизнесе, которая не гнушалась при случае водить знакомство как с богатым городским бомондом, так и людьми самого дна. Если господин барон готов через нее вербовать головорезов для того, чтобы расчистить себе дорогу, то почему бы не помочь свести счеты с конкурентами?

— Так вот. Никого разгонять и на панель продавать я не собираюсь. Натура у меня не такая.

— Слышала. Девочки из других театров о вас очень хорошо отзывались.

— Вот видишь. А ты — “разгонять”!.. Так вот, мы только-только начинаем разворачиваться. Будет и большая труппа, и своя новая сцена. И страховка для артистов. И премии за отличную работу. Все будет. Надо лишь первые пару-тройку месяцев перетерпеть. Подъемные завтра уже все получите, заодно новые контракты. Каждый примет решение — хочет ли он работать в будущем лучшем заведении Дарры и всего побережья, или другое место поищет. Я же обещаю лишь одно: своих людей не обижаю и за них горой стою. Как и мой сын.

— Господин Школота? Который у Сколково чужие армии уничтожил?

— Именно, — гордо вздернул подбородок Мюнхгаузен. — Мой воспитанник. Моя кровь и моя школа!.. Причем не просто в землю вколотил, а еще ни одного из подданных не погубил при этом!.. Официальный приказ — своих не терять. Любые артефакты, любое оружие, любая помощь. Лишь бы люди и монстры остались целы… Умница он у меня, да…

Налив еще вина, призрак протянул девушке второй бокал и продолжил:

— Значит, театр расширим. Кабаре, цирковые представления, фокусники и все, что душе угодно. На наши премьеры народ будет штурмом пробиваться, обещаю. Нравится?

Лили пригорюнилась:

— Я рада, конечно, но меня еще на год максимум хватит. Я уже старая по местным меркам.

— Пф, нашла о чем грустить. Лучше скажи, ты всю жизнь собираешься на сцене провести? Или о чем-то большем мечтаешь?.. Хочешь, будем спектакли ставить, там ведущие роли возьмешь? Или вообще с танцами закончишь и пойдешь в качестве управляющего столь сложным организмом? Я ведь из кабаре и прочего только картинки в журналах разглядывать умею. А тут надо руку на пульсе держать… Получишь должность, зарплату, уважение. Девочек сама будешь муштровать. Новые представления придумывать. Есть куда расти и куда развернуться…

— Меня все равно в высший свет не примут, считают, что я порченная, — по щеке покатилась крохотная слезинка.

Барон насупился, встал рядом с кроватью и пророкотал:

— В меня веришь? Готова в самом деле в семью вступить, которая за тебя любого в бараний рог согнет? Но и потребует служения общим интересам без остатка!..

Уронив бокал с вином, Лили сначала отпрянула в страхе от преобразившегося и ставшего грозным призрака, но затем спустила на пол изящные ножки, оправила прозрачный пеньюар и прошептала:

— Если господин барон готов принять клятву от безродной танцовщицы, то я обещаю… Обещаю…

Обняв заплакавшую девушку, Мюнхгаузен прошептал на ушко:

— А твой сраный высший свет мы разгоним, если понадобится. Свой сделаем, новый. Тоже мне, нашла проблему. Только сыночку намекнуть, что наших обижают, тут камня на камне от закостенелых ретроградов не останется!.. Не расстраивайся, нас ждет прекрасное будущее. И самое главное, именно в наших руках построить его так, как хочется…

После того, как неизвестные мордовороты отправили в больницу мелькавших поблизости недоброжелателей, распускавших сплетни про господина барона и его театр, в городе вспомнили недавние теракты, затем пальбу в канализации и вздрогнули. Похоже, вся эта семейка предпочитала решать проблемы проверенным древним способом: нет человека, нет неприятностей. С такими бодаться — себе дороже. Умные люди сделали правильные виды и послали приглашения Мюнхгаузену на чай. Глупые же лежали на больничных койках и не отсвечивали. Так в Дарры пришел мир.

***

Школота вещал, подняв огромный рог, заполненный крепким самогоном. Если бы не здоровье, дарованное артефактом, он бы уже валялся под столом, как часть самых слабых участников грандиозной попойки. Но — сил в достатке, перспективы Новых Васюков впечатляют, народ внимает — надо переть вперед бурым танком, пока не опомнились.

— Господа, предлагаю выпить за новую столицу южных провинций, за город, в котором мы воплотим все самое лучшее и передовое! Кто-то скажет, что здесь и сейчас лишь глинобитные лачуги? Ну и что? Это всего лишь повод снести их и построить отличные каменные здания! Вместо залитых помоями улиц протянем проспекты! Отгрохаем загородные усадьбы! Протянем железнодорожную ветку и стряхнем с себя пыльное наваждение прошлых веков! Черт возьми, почему вы должны ютиться в халупах? У меня в каждом сортире в Сколково освещение, отопление и горячая вода из крана течет. Почему вы не хотите жить так же в комфорте и достатке?

— Хотим! — заорали в ответ.

— Тогда за чем дело стало? Я, Школота, даю слово оказать всю необходимую помощь! Мастера для строительства, материалы, нужные ресурсы! Чтобы для лучших соседей и не постарался?.. Давайте только разберемся с ублюдками, кто мешает нашему общему существованию! Ведь сидят, сидят козлы в столице империи, козни строят! Вас за дикарей считают, торговлю зажимают! Только на свой карман работают, мироеды проклятые! Народ зажимают, государство к банкротству ведут… И явно из-за их спин торчат чьи-то длинные уши… Как вы думаете, какие паскуды гадят, кто это козни строит и нормально жить мешает?

— Эльфы! — взревели в один голос господа контрабандисты. — Эти суки нам постоянно палки в колеса вставляют! Еще старому императору кляузничали, в бизнес нос совали! А еще некромантов подбивали, чтобы наши караваны грабили!

— А я о чем?! Некромантов приструнил, с этим не волнуйтесь, эту проблему уже решил. Теперь надо бастардов лесных построить и порядок навести!.. Поэтому как сосед соседа прошу, не окажите в любезности… Границу придержите, чтобы ни одна ушастая сука в бега не подалась!.. А я с полковником в столицу скатаюсь и дам всем просраться, как следует. Поможете?

— Да о чем речь! По-соседски — запросто!..

Ранним утром народ поправился, оценив мощь чудодейственных рассолов, которыми щедро поделился Школота. Хлебнул поллитра — и голова как хрустальный фужер — аж звенит и чистотой сияет. Тут же подмахнули меморандум о взаимопомощи. Докси отрядила два десятка инструкторов, которые за неделю должны были отобрать наиболее боеспособных головорезов для будущего рейда в империю. Попутно воткнули стационарную магическую разговорную станцию для связи со Сколково. Пусть шумело и трещало, но говорить было можно. И в ближайшее время местные ждали в гости представительную архитектурную делегацию, которая совместно разработает план будущей перестройки Звезды Юга в жемчужину степей. Так же предлагалось обсудить закладку новых верфей для грузовых кораблей, разведку полезных ископаемых и их добычу с переработкой, а так же еще сотни перспективных проектов, которые превратят захудалых заштатных графов с бывшими пиратами в финансистов, фабрикантов и прочих уважаемых и состоятельных джентльменов, шагнувших из момента первоначального накопления капитала к его умножению и вложению в новую светлую жизнь.

Устроившись снова на палубе “Авроры” Володя устало растер лицо и вздохнул:

— Бля, как же я заебался… Думал, нахер пошлют. Ведь большую часть обещанного они так же могут получить в другом месте.

— С чего бы? — удивилась Докси, успевшая прошвырнуться по городишку и скупившая все приличные драгоценности, на которые упал взгляд. Кто там был раньше их хозяином и какими малопонятными тропами украшения попали в местную анархическую вольницу, девушку совершенно не волновало. — Ты представь, что сидят шпанята, между собой за жизнь толкуют. И вдруг к ним приезжает из соседнего района крутой мужик на пальцастой тачке. И говорит: эй, народ, а что вы тут сопли жуете? Давайте лучше ларек построим, начнем тут фишку держать и деньги зарабатывать. Что, кто-то откажется?

— Ларек? Тачка? Докси, ты где этого нахвататься успела?

Командир егерей печально усмехнулась:

— Тебе лучше не знать, в каком дерьме я успела покувыркаться в свое время в столице. А гопота — она везде одинаковая. И если ты показал кому-то красивые игрушки, то народ пойдет за тобой. Потому что ты разговариваешь с ними как с равными. Ты предлагаешь им что-то реальное. И у тебя есть репутация. Которую ты подтвердил при первой же попытке на тебя наехать. Другие в них пальцем тыкали и смеялись над манерами и происхождением. Ты же предлагаешь вместе превратиться в местную элиту, которую признают затем все соседи. Это многого стоит. Ты к ним с уважением и четким планом на будущее, они к тебе так же. Ну и за теплый сортир с освещением в поместье спасибо сказать не забудут.

Подошедший полковник откозырял и извинился:

— Прошу прощения, что прерываю, но куда подарок девать?

— Подарок?

— Зверя ты ухлопал, но у него детеныш остался. Маленький пока, с бочонок размером. Но уже зубастый. Хозяина ты хлопнул, зверюга осталась. Вот и презентовали.

Школота заинтересовался, подошел к огромному корыту, которое стояло на палубе и заглянул внутрь. Полюбовался и расплылся в улыбке:

— Ой ты мое чучело хвостатое! Ой ты мое золотце… Ну, Жуть порадую. Выкормит нам собаку речную на погибель супостатам! Зуб даю, мы еще всю округу не один раз напугаем!..

— Хр-р-р! — донеслось в ответ из корыта…

***

Мама Би с некоторой оторопью разглядывала чек в руках. Поднимала глаза, задумчиво шевелила губами, вспоминала доходы за этот и прошлый месяц. Затем снова разглядывала количество нулей на бумажке и пыталась найти хоть какое-нибудь оправдание уже принятому решению.

— Ведь это мой магазин. Привычный, родной… И клиентура… И переезд — это же куча нервов!.. Да и с какой стати? Всю жизнь почти тут провела…

Охранник сунул голову в двери и спросил:

— Хозяйка, коробок сколько брать? Или подождем, когда грузчики со своими приедут?

— Грузчики? Ты хочешь, чтобы я этим грязным поцам доверила упаковывать имущество?! Нет, хрен им моржовый, а не мои раритеты… Значит, сделаем так. Объявим распродажу. Помещение и остатки скопом сбагрю соседям, те давно на мой угол облизываются. В прошлый раз обещали заплатить в три раза больше, чем я мечтала. Чуть ценник еще подниму и отдам… Все равно зал в новом магазине будем обставлять заново. И всякие полезности из кладовки сама переправлю…

Похоже, Мама Би лишь для проформы изображала тяжкие думы. На самом деле она уже готова была открыть новый антикварный магазин в будущем торговом центре на главной улице города. Как раз напротив модного театра, спешно приводимого в порядок. Если столь уважаемый клиент готов щедро спонсировать твой бизнес и предлагает скидку на разные диковинки, то стоит ухватиться за предложение руками и ногами. А то как-то уже пылью покрылась, нехорошо. Ну и попутно всякие полезности доделать. Тайный проход в канализацию, несколько закладок оружия и провианта. Скрытую телефонную и телеграфную линии в подсобку. И личную маленькую типографию, в которой начнет печатать красочные буклеты. А еще господин барон обмолвился о том, как неплохо будут смотреться аукционы древностей, на которые наверняка слетятся все толстосумы с округи.

— Решено. Завтра с утра настоящие ценности перевозим. На следующей неделе мебель и барахло. Ну и через месяц закончим ремонт в новом здании… Кстати, Брай, ты весной интересовался, нет ли у меня знакомых, кто взял бы братьев на работу охранниками. Считай, что я объявляю о вакансиях. Если твои лоботрясы не только пиво могут сосать литрами, то место они получат. Но — головой отвечаешь!

Верный телохранитель и мастер на все руки вытянулся во фрунт и гаркнул:

— Я их в ежовых рукавицах держать буду! Не волнуйтесь, хозяйка, все будет в лучшем виде!

— Тогда вот тебе десять золотых. Выплатишь им аванс и чтобы завтра как штык тут были. Начнем собираться потихоньку…

Аккуратно убрав чек “в благодарность за оказанную помощь”, Мама Би прикрыла глаза и прошептала:

— У барона будет лучший театр на побережье. А у меня — лучший антикварный магазин. Единственный и неповторимый.

Похоже, семейка из Сколково действительно собиралась перетряхнуть Дарры до основания…

***

Генерал Ши-Зу стоял на пристани Тагатуса и с недоумением разглядывал странный корабль, который бодро разрезал волны и собирался скоро швартоваться. Высокие борта, угловатая бронированная рубка. Оружейные башни на носу и корме. Округлые колпаки по бокам с гордо торчащими оттуда рылами пулеметов. Ничего подобного он раньше не видел.

Сооружение венчал гордо стоящий на верхнем мостике гном, наряженный в темно синий сюртук и безразмерную фуражку с золотым якорем прямо по центру. Похоже — капитан. Но ведь это абсурд — чтобы бородатый коротышка — и капитан? Хотя, какие-то на всю голову отмороженные гномы болтались на своих гремящих лоханках по реке, но это когда еще было?..

Наконец причальная команда подхватила концы и споро их закрепила на тумбах. Двигатель еще чуть попыхтел и замолк. По сходням вниз спустились трое, из которых Ши-Зу узнал одного: полковник Фикс. Старый знакомец отсалютовал и начал знакомить беглого генерала с остальными:

— Прошу любить и жаловать: барон Школота, нынешний хозяин Сколково. И его адъютант, госпожа Докси, командующий силами специального назначения.

— Это какие именно силы? — полюбопытствовал Ши-Зу, на что девушка мило улыбнулась и расшифровала:

— Егеря и диверсионные отряды. Воплощаю полученный раньше опыт в личной карательной службе почившего императора.

Стоявшие за спиной генерала бойцы втянули животы и расправили плечи. Про карателей все были наслышаны. Фактически — пожарная команда умершего правителя для решения любых вопросов максимально эффективными и кардинальными средствами. Если барон смог такие кадры под себя прибрать, это рекомендует его как как лучше любых слухов и сплетен.

— Очень приятно, — в свою очередь раскланялся Школота и огорошил встречающих вопросом: — Вы не знаете, где тут поблизости аптека есть, чтобы прикупить бочку-другую слабительного?

— Ы..?

— Мне тут морского барбоса подарили, а команда сдуру не уследила и закормила зверя рыбой и деликатесами. Теперь бедолагу пучит. Надо дать ему просраться и эту проблему хочется решить в самое ближайшее время.

Мда. Не так представлял себе генерал начало будущего похода на столицу. Не так…

Глава 15

Красивый импозантный мужчина отложил в сторону кипу газет и задумался. Герцог Виндзорский неожиданно ощутил, что привычная ему власть как-то незаметно пытается выскользнуть из крепких рук. Он уже давно вернулся домой, в поместье под столицей. Успел потратить вечер на дурную сцену с окончательно спятившим Сигиусом, который на фоне разгрома наемников явно поехал шифером. Почерневший от злобы человек-глиста орал на бывшего компаньона и обвинял его во всех грехах. В итоге пришлось выводить при помощи охраны и советовать больше не появляться на глаза.

Но самое интересное заключалось в другом. Начало осени выдалось тихим. В столице продолжали делить власть и деньги богачи из Законодательного Собрания. Страну трясло от мелких пакостей, которые устраивали эльфы. На северной границе ушастые уже в открытую брякали оружием и намекали, что вот-вот вернут себе оттяпанные ранее земли. Где-то замелькали сообщения о забастовках и выступлениях недовольных крестьян, у которых пытались закупать собранный урожай по демпинговым ценам. Одним словом, веселье нарастало, еще чуть-чуть и можно аккуратно выставлять свою кандидатуру на роль спасителя Отечества. Экстренные перевыборы, мундир канцлера и максимальные полномочия. Пару-тройку толстосумов посадить, после чего можно заключать сепаратный мир с эльфами, договариваться о кредитах с соседями и спускать пар у перегретого котла. Всего лишь последний шажок.

Но еще со вчерашнего утра герцога начали беспокоить новости с юга. Новости были какие-то неправильные. Дурные, он бы сказал.

Во-первых, объявили о создании Комитета Спасения, куда принимали лишь военных, ремесленников и прочих мелких торгашей с выборными представителями фермерских общин. Никого из благородных не брали. Этот чертов Комитет уже распространил по всем газетам воззвание “За нашу Родину без мироедов”, где большую часть запланированных герцогом новшеств нагло присвоили и выдавали за собственную программу. Тут и фиксированный рабочий день, и минимальный уровень заработной платы, и стабильная местная валюта, обеспеченная золотым резервом, а так же еще куча разного. Было видно, что над текстом работали вполне адекватные и умные головы. Поэтому воззвание произвело вчера вечером эффект разорвавшейся бомбы и теперь вся империя бурлила, обсуждая его.

Во-вторых, в нескольких крупных городах полиция при поддержке местных гарнизонов провела военизированные операции, накрыв часть ячеек эльфов. Откуда у погонников появилась эта информация, совершенно непонятно. Но вот результат — это да. Это внушает. Газеты уже разразились хвалебными статьями на тему “Остановим ушастый терроризм!”

И в-третьих, сегодня утром молнией почти по всем листкам промелькнуло о начале стремительного похода из приграничья появившейся буквально из воздуха армии-освободительницы. Казалось бы, в до сих пор существующей стране такое не должно происходить! Это — нонсенс, абсурд, чтобы вояки вместо выполнения приказов из столицы начинали играть в политику! Но — вот, черным по белому: “кавалерия при поддержке егерей и бронетранспортеров выдвинулась из Тагатуса по железной дороге и взяла под свой контроль следующие города…”. Восточные земли вообще присягнули одними из первых Комитету, введя там прямое управление и суды трибунала. За любой саботаж и попытку нарушить работу жизнедеятельности важных промышленных объектов — виселица. Переводы между банками ограничены десятью золотыми в день. Местным богатеям открытым текстом намекнули, что их будущее зависит от того, насколько они поспособствуют наведению порядка в империи. После чего перепуганных и не успевших удрать олигархов посадили под домашний арест и шерстят архивы на предмет возможных шашней с эльфами и прочими врагами народа. Кстати, на основе этих же архивов приходят потом к людям, кто до смерти императора неплохо проявил себя на управленческих должностях и позже был выгнан на улицу без содержания. Хотите вернуться и наладить жизнь для себя и близких? Вот вам приличная зарплата и защита от любых посягательств со стороны каких-либо недовольных.

Мда… Если герцог не попытается переломить ситуацию прямо сейчас, то к зиме запросто может случится так, что последнему из Виндзоров придется драпать за границу, похоронив любые надежды не только на пост канцлера, но и вообще на возможность делать деньги в этой стране. Очень уж радикально южане и Пустоши начали свои порядки наводить. Так и на плаху можно ненароком загреметь…

***

Если бы кто сказал господину Сигиусу, что у него появилась идея-фикс, он бы удивился. Вы что, какая такая идея? Просто Сигиуса переполняла злоба и ненависть к одному конкретному молодому ушлепку, который сначала походя разрушил его отлаженный нарко-бизнес, а теперь тупо не желал подыхать.

Лучшие наемные убийцы? Сжевали. Причем показательно и теперь никто из профессионалов даже не пытается браться за подобный контракт. Жить хотят все…

Армия вторжения? Закопали и не поморщились. Да еще и в газетах опубликовали фото, как остатки зомби-наемников отстраивают порушенное. Попутно объявлено, что за поруганные честь и достоинство с эльфов спросят. Потому как именно их объявили заказчиками учиненного беспредела…

Гномы и вампиры с некромантами? Бородачи положили мохнатый хуй на полученные старым королем кредиты, послали куда подальше всех заинтересованных. Окопались у себя в горах, любых недовольных встречают пулеметным огнем. Получают продовольствие и военную поддержку от соседа, с которым буквально еще недавно собирались воевать до последнего солдата. Просто разительные и невозможные перемены! Мало того, часть коротышек в качестве пожарной команды прибрала к рукам ближайшие поселения и всячески поддерживает выскочивший из небытия Комитет Спасения. Броневики, вооруженные до зубов головорезы и прямые намеки на то, как будет давиться любое неподчинение новой власти.

Про некромантов с клыкастыми братцами и речь не идет. Главарей угробили, остатки черепушек сидят в концлагере. Правда, странно как-то сидят. Похоже, именно благодаря их доносам удалось прищемить хвост части эльфов, которые суетились по округе. Очень уж точно полиция зашла по нужным адресам. А ведь еще не так давно мальчики в балахонах ушастым толкали дурь ящиками. И вот — такой удар в спину…

Насчет переметнувшихся храмовников господин Сигиус даже не удивлялся. Эти — как флюгер, всегда держат нос по ветру. И как только мелькнуло, что продавцов религиозных обрядов могут раскулачить по итогам собранного компромата, как тут же епископат объявил о полной поддержке нового курса на обновление страны. Какие там некроманты, вы что, свою бы жопу спасти!

Вот и выходит, что против богомерзкого пацана воевать придется одному Сигиусу. Лично… Кстати, надо не забыть еще посчитаться с вздумавшим играть в собственные игры герцогом. А то обнаглел, паскудник, с охраной выпроваживал. Ну да ладно, не у него одного есть нужные люди и связи. Рано, рано еще Сигиуса списывать. Вы все еще кровью умоетесь и не один раз. Потому что это всего лишь начало партии, а фигур припрятанных в рукаве еще немало. Мы еще с вами поквитаемся…

***

Школота сидел на башенке броневика, свесив ноги по обе стороны пулемета. Казалось, что у парня в сторону местной мэрии торчит эрегированный железный хер. Символично, однако. Потому что очередной город реально трахнули в самой извращенной форме.

Сначала сюда вломились псевдо-казаки под управлением егерей и офицеров, лично отобранных новым командованием из Комитета Спасения. Телеграф, почта, банки, центральные управляющие службы: блокировать и взять под контроль. Все, как учил дедушка Ленин. Кстати, его учение местные развили моментально до четких директив, воспользовавшись накопленным опытом карательных служб и прочих бузотеров, кого вытащили из нафталина. Похоже, мумифицированный император был еще тот затейник, на разные случаи кадры готовил.

Дальше по железной дороге подтянули пару составов с регулярными частями, сформированными частично из пограничников и тыловых гарнизонов. Ну и как вишенка на торте — на новую захваченную территорию прибыли старшие офицеры, дабы разрулить бардак, наподдать сомневающимся и вернуть жизнь в нормальное русло.

Прогремели по железу сапоги и рядом нарисовалась Докси. Зеленокожая ухорезка постоянно поддерживала связь с домом, пообещав женам Школоты лично проследить за жизнью и здоровьем босса. Попутно успевала выполнять обязанности адъютанта и заботливой мамы, пресекая питание всухомятку и какие-нибудь авантюры, в которые Володя мог ввязаться по широте душевной.

— Заправляемся, через час готовы двигаться дальше.

Школота посмотрел на огрызок яблока, которое почти доел, затем сунул его в пакет с мусором и глубокомысленно заметил:

— Мне иногда кажется, что сожранный артефакт позволил мне делиться удачей с окружающими. По другому я объяснить происходящее не могу. Смотри, выдернули генерала в помощь и он теперь тащит на себе управление и все военные вопросы на местах. Его имя — как знамя для любых имперских офицеров, народ за ним готов хоть на пулеметы грудью идти… Потом отжали под себя бывшую ревизионную службу и у нас сейчас толпа финансистов, которые слепили уже несколько программ по восстановлению экономики и экстренным мерам на переходный период. И таких людей — все больше. Еще месяц-другой и мы империю не просто из жопы вытащим, мы ее в нормальное государство преобразуем.

— Сначала надо столицу дочистить. Там сейчас вся эта шелупонь ошивается.

— Вторая станция отсюда, кстати. Уже на подходе… Главное, чтобы они разбежаться не успели.

Оскалив зубы, Докси фыркнула:

— Да куда они денутся! Все, все голубчики там! Среди железнодорожников наши люди, они четко следуют отданным указаниям. Всех желающих везут в столицу, а вот обратно — только через наши фильтрационные пункты. Кстати, воззвание очень неплохо себя показало. Народ мечтает о сильной империи без тех явных перекосов, которые были раньше. Поэтому и помощников много везде. Поэтому и мудаков чистим, аж пух и перья летят.

Поднявшись, Школота отряхнул колени и мрачно погрозил пальцем:

— Очень ты у меня кровожадной стала. Очень… И, кстати, на должность императора не пойду, даже не просите. Нахуй мне этот дикий головняк не вперся. Со своим бы городом и округой разобраться.

— Округа — это уже уровень графства.

— Вот и хватит мне. С лихвой… А то знаю вас. Сдуру голову в ярмо сунешь — и пиздец…

Уже спустившись, Школота хлопнул себя по лбу:

— Кстати, ты там про Трубу сраную жалобилась, что никак она тебе покоя не дает. Типа — сидит толпа удодов, кто только рычаги дергать умеет. А как это работает — уже и забыли. Только и умеют, что бедными девушками в белый свет стрелять… Короче, я тут подумал. Не нравится тебе экстремальный транспорт — можешь его разобрать. Не сломать, слышишь? А демонтировать и к нам доставить. С одной стороны, может что полезного с него добудем. С другой — конкурентов для будущего воздушного сообщения в зародыше придавим. Устраивает?

— Ну хоть персонал расстрелять я могу?

— Зачем? — удивился Володя. — Расстрелы и празднования у нас будут в столице. А технари-то чем не угодили? Отбери самых головастых, если такие сдуру на этой синекуре остались. Предложи им нормальную работу. У нас поле непаханное по развитию технологий… А остальные — пусть работать нормально идут. Хватит, халява закончилась. Государство больше дармоедов содержать не станет. И так уже почти надорвались…

***

— Предлагаю объявить в империи военное положение! Взбунтовавшиеся войска объявить вне закона и потребовать их возвращения в места прежней дислокации! Верные Законодательному Собранию части подготовить для отражения агрессии. Обратиться за помощью к соседним государствам, чтобы получить необходимые материалы и поддержку карателями, если это понадобится. Ситуация на грани краха, мы не можем…

В огромном зале заседала толпа облеченных властью. Толстые и тонкие, маленькие и большие. Все они сейчас выглядели одинаково испуганно и пытались понять, как бы удачно соскочить с вагона, который неожиданно полетел под откос. Будь возможность, вся эта шобла удрала бы еще утром, но на железнодорожной станции объявили забастовку и первый экспресс будет только завтра. Вот и заседают, блестя испуганными глазками, пытаются придумать хоть что-нибудь.

Сидевший на балконе герцог Виндзорский зло поморщился и поискал взглядом нужного ему человека. Где эта зараза шляется? Скоро его выступление, надо толкать программную речь и предлагать благодетеля на пост канцлера, а ублюдка где-то носит. В сортир удрал, спасаясь от нервной дрисни? Су-у-ука… Он ему…

Внизу громыхнула дверь и истошный вопль полетел под высоким потолком:

— Комитетчики в столице, господа! Комитет прислал войска, они выгружаются уже на центральном вокзале! Дикари с юга на лошадях уже на проспекте! А с платформ броневики сгружают! Комитетчики здесь!

В зале воцарился хаос. Народ ломанулся к выходу, наплевав на любые внешние проявления хоть каких-то приличий. Бежали по упавшим, дрались за возможность вырваться первым наружу, прыгали по головам. Докладчик превратился в понурого снеговика, оплыв за трибуной и снулыми глазами разглядывая драпающих представителей Собрания. Видимо, понимал, что соваться следом прямо сейчас смысла нет — затопчут.

— Вот же…

Герцог покрутил в голове варианты и решил, что изображать героя в данный момент смысла нет. Надо исчезать. Документы на другое имя давно готовы. Переждать в снятом небольшом доме смуту, дождаться восстановление регулярного железнодорожного сообщения и тихо исчезнуть. Как оно будет потом — это на досуге стоит обдумать. На нем ни чужой крови, ни явных провалов после смерти императора. Наоборот, можно потом из-за границы покозырять верным служением престолу. Главное — испариться, будто его и не было. Тем более, что львиная часть капиталов так и крутится вне страны, поэтому недостатка в деньгах он иметь не будет. А должность канцлера… Черт с ней. Может, возглавит какое-нибудь правительство в изгнании. Или наоборот, изобразит ярого патриота и попытается вернуться назад с претензиями на приличный пост. Нужны же будут новой власти управленцы, как без этого. Пока же — по коридору и на выход через неприметную дверцу. Это идиоты пускай ломятся через парадные ворота. А он…

Прилично одетый мужчина выстрелил герцогу в спину из револьвера с толстым набалдашником глушителя на конце ствола. Подошел к упавшему телу и всадил еще две пули в голову. Извините, господин хороший, ничего личного. Всего лишь частный заказ.

Убедившись, что клиент отбыл в края вечной охоты, убийца проверил карманы, собрал все найденные бумажки и мелочь в пакет, после чего двинулся дальше по коридору. Тот самый тайный выход был известен и ему. Оставлять же на теле несостоявшегося канцлера бумажку с надписью “с наилучшими пожеланиями от Сигиуса” не стал. Это в контракт не входило.

***

Бардак в столице закончился примерно через неделю. Худо-бедно отловили почти всех уродов, изображавших из себя бывшее правительство вместе с генералами. Егеря с полицией дочистили схроны эльфов, повесив парочку не успевших удрать домой. В газетах напечатали про завершение смуты и объявили о работе нового кабинета министров. Кстати, временно должность канцлера была передана генералу Ши-Зу, а он уже пообещал, что весной пройдут нормальные всеобщие выборы, которые позволят сформировать имперскую Думу из лучших представителей страны. Попутно из опалы выдернули несколько человек, в свое время изгнанных императором за попытку отстаивать собственное мнение по поводу управления государством. Вполне возможно, что именно один из этих персонажей и получит в итоге должность канцлера и кучу геморроя в придачу. Потому как хоть несколько охуевшую империю удалось удержать на грани гражданской войны и тотального бардака, но конца работе по разгребанию накопившихся проблем видно не было.

Полиция доложила, что Генеральный штаб со всеми своими лампасными обитателями планировал использовать боевые газы против столицы, дабы сорвать возможное наступление. Жертвы среди мирного населения заранее были объявлены несущественными. Когда это всплыло, всех генералов выдернули из рядов арестованных и препроводили к ближайшей стенке. Полковник Фикс полюбовался на перекошенные от страха рожи и отодвинул стоявшего за гашетками солдатика:

— Позволь, рядовой, такое надо лично заканчивать. Если уж начали дома порядок наводить и плесень вычищать, то следует это делать до конца. Как положено…

Остальные заключенные восприняли приговор о каторжных работах с радостью. Потому что кто знает эту Чуму Приграничья. Может и в их сторону пулемет развернет.

Поздно вечером неслышные тени перемахнули через высокий забор и быстро побежали в сторону укрытого ночной мглой особняка. Брошенные перед ними бляшки артефактов мигнули, выжигая защитные и охранные плетения, поэтому вторжение штурмовой группы для хозяина и его охраны было совершенно неожиданным. Надо отдать должное, телохранители Сигиуса дрались до последнего, но совершенно ничего не смогли противопоставить отлично подготовленным егерям и десятку монстров, которые прошли сквозь них, как раскаленный нож через масло. Только трупы по углам и пятна крови на вощеном паркете.

Человека-глисту оставили сидеть в кресле, предварительно обыскав и отобрав пару мелких смертоносных игрушек. Когда Школота вошел в большую комнату, Сигиус прищурил глаза и зашипел:

— Ну конечно, кому же еще не лень ночью вламываться в чужой дом!

— Читать умеешь? Вот копия приговора, подписанного верховным прокурором. Тут и работорговля, и организация наркотрафика, и сбыт запрещенных магических устройств к соседям. А так же руководство организацией некромантов, которые по твоему прямому приказу грабили и убивали очень долгое время… Приговор внизу, крупными буквами. Чтобы не напрягался.

— По-ве-сить… Это что же, меня за чужие прегрешения собираются убить?

— Ты не поверишь, — устало усмехнулся Школота, опираясь на стоящий рядом стол. — Аристократический ценз никто отменять не собирается, но любая бронь за криминальные развлечения с вас снята раз и навсегда. Служишь на благо стране — можешь с гордостью герб демонстрировать и в замке балы закатывать. Гадишь своим же — ну, пеньковый галстук на шею и сплясать в последний раз.

— Вы не посмеете, плебеи! — опять зашипел Сигиус, вцепившись руками в подлокотники массивного кресла. — Я еще для императора зелья поставлял! Я был верным его соратником! И для государства сделал куда больше, чем вы даже представить себе можете!

— Ага, знаем. Досье на тебя в имперском архиве отдельную полку занимает. Очень занимательное чтиво… Ладно, время позднее, а тебя надо будет еще до тюрьмы доволочь. Там утром и вздернут, лишив всех титулов и привилегий.

— Не сметь так со мной общаться, щенок! Да я тебя!..

Приподняв правую руку, Сигиус попытался слепить крохотный файрболл для атаки, но Школота лишь плюнул в его сторону и в грудь старика ударил черный клуб дыма, моментально впитавшись в тело. Великий махинатор затрясся, захрипел и начал рассыпаться буквально на глазах, превратившись в горку пепла. Все же некромантские техники и внутренняя мощь Володи превышали жалкие потуги на защиту мелкого любителя поиграться с колдовскими чарами.

— Жаль, легко отделался… Ладно, его остатки в мешок, сдадим для отчетности. Сюда дознавателей, пусть аккуратно все препарируют. Архивы, личные бумаги, ценности по описи. Все, как велел господин прокурор. Я же свою работу закончил.

***

Вообще-то визит к эльфам Школота планировал сначала с помпой. Типа, ворваться верхом на белом коне в заветную чащобу, залить все к херам напалмом и потом еще на трупах попрыгать.

Но потом почитал отчеты полиции и сформированных заново карательных групп с широчайшими полномочиями, оценил эффективность проведенных зачисток и пыл потихоньку угас. Да, формально ушастые соседи еще могли попытаться затеять войнушку и действительно отжать кусок северных территорий, пролив кучу своей и чужой крови. Но вот только после того, как имперцы причесали засланных боевиков против шерсти, а скрупулезно зафиксированные и обработанные доклады некромантов позволили вскрыть и уничтожить долгие годы кропотливо пестуемую террористическую сеть — то картина вырисовывалась совсем другая. Без пятой колонны в тылу даже куцые войска империи крыли закостенелых соседей как бык овцу. Одно дело бить исподтишка и совсем другое бодаться с пушками и пулеметами.

Поэтому отбив телеграмму, Школота поехал в гости с подарками и желанием закончить надоевшую ему войну одним ударом. Раз и навсегда.

Сразу за покосившимися пограничными столбами разворачивались грузовики, опрокидывали борта и вываливали свой страшный груз. Отрубленные головы катились по земле, подпрыгивали и валились в канавы и ямы на поле. Со стороны леса стояла тонкая цепочка эльфов и с ужасом смотрела на эту дикую картину. Наконец последняя машина разгрузилась и уехала, оставив на дороге одинокого мотоциклиста. Тот медленно слез со своего черного “коня”, сделал несколько шагов вперед и стал ждать, когда до него доберется чужая делегация.

Посмотрев на взбешенные лица эльфов, Школота повернул кверху правую ладонь и разжал пальцы. Над рукой заструился серый клубок, дергаясь и пытаясь дотянуться тонкими короткими щупальцами до стоявших напротив долгоживущих:

— Знаете, что это? Упоротая плесень. Та дрянь, которой вы пытались травануть меня, мою семью и друзей в Сколково… Но чуток просчитались. И теперь эта зараза слушается лишь меня. Мало того, все жители моих пределов теперь меченые и могут вернуть подарок обратно его создателям в любой момент. Это я к тому, если кто захочет барона грохнуть от греха подальше, так найдется кому на огонек заглянуть… Вы мне, суки, должны. За все. За разграбленные земли. За погибших гражданских, кого наемники уничтожили. За все дерьмо, что пытались в империи устроить. За охоту, которую развернули за мной в Дарры… Короче, у меня к вам столько претензий, что должна быть очень веская причина оставить вас в живых…

Бледные эльфы боялись даже лишний раз вздохнуть. Чудовищная зараза, остановившая столетия назад кровопролитную войну, могла в любой миг ударить по их лесам и полям, превратив когда-то богатые земли в могильник.

— Молчите? Тогда я скажу… Будем считать, что вы получили право топтать землю благодаря моей милости. Я устал убивать. Устал разного рода аристократическим выблядкам объяснять, что такое правила приличия и как надо себя вести в воспитанном обществе… Мне проще с бандитами общий язык найти и заставить их соблюдать взятые на себя обязательства, чем с вами, пидорасами без памяти. Видимо, мозги за столько лет дерьмом забиваются, вот до вас и не доходит.

— Мы не воевали с империей, — попытался было подать голос старший группы переговорщиков, но Школота спрятал серый клубок и оборвал его:

— Конечно. Вы лишь били в спину. Войной это назвать сложно. Название другое — терроризм. А с террористами мы поступаем просто. Вот все, что осталось от засланных агентов. Наверное, кто-то сумел удрать, но конец для всех будет един. Принятый вчера закон гласит: любой эльф на территории государства является персоной нон-грата. Вам запрещено появляться в империи, торговать или вести какие-либо дела с ее гражданами. Если ушастый будет обнаружен на наших землях, он будет казнен немедленно. Это — первое… Если кто-либо из вас попытается еще раз сунуться ко мне, к моим друзьям или близким, я сдержу данное обещание. Я забуду о своем миролюбии и приду сюда с огнем и мечем еще раз. И не успокоюсь, пока последний из долгоживущих выблядков не будет уничтожен раз и навсегда… Вы меня поняли, паскуды?

Эльфы молчали. Вокруг Школоты начала медленно сгущаться темная дымка и он еще раз спросил, с трудом сдерживая рвущийся из груди рык:

— Я спрашиваю, вы меня поняли?!

— Да, мы все поняли!..

— Тогда собирайте это дерьмо и проваливайте… И дайте мне только повод. Всего лишь крохотный повод. И я вернусь. Я, блядь, так вернусь, что небеса упадут на землю и раздавят вас к ебаной матери!..

Повернувшись, парень подошел к мотоциклу, взобрался на сиденье и толкнул стартер. Двухколесный монстр взревел и понес седока прочь от понуро стоящих эльфов. Все эти главы древних домов в прошедшее мгновение убедились, что их мечта о возрождении великого государства от моря до моря рассыпалась, столкнувшись с ненавистью одного единственного человека. Которому вполне по силам в самом деле раз и навсегда уничтожить любого носителя древней крови…

***

В столичном университете наблюдался аншлаг. Все профессора с помощниками и толпы студентов сгрудились в центральном зале, ожидая выступление приглашенного докладчика. Согласно объявленной повестке дня, для светил науки обещали сообщить что-то невероятное. Учитывая наступившую после смерти императора бескормицу, многие уже плотоядно потирали руки и шептались о новых фондах, блестящих перспективах и прочих радостях. Ведь обновленной империи наверняка понадобятся грамотные люди. А где самые-самые? Конечно — в университете!

На сцену легко взбежал сухонький старичок в модном дорогом костюме, затормозил на краю и лучезарно улыбнулся. От его улыбки ректора чуть не хватил инсульт прямо на месте:

— Мамочка, это же Пилюриус!

Верный алхимик Школоты помахал рукой присутствующим, после чего спустил штаны и показал пальцем на свой член.

— Дамы и господа, кто желает отсосать прямо сейчас?

Народ в полном охуении замер. Желающих не наблюдалось.

— Так и понял, ничего в альма-матер не изменилось с момента моего изгнания… — Натянув штаны обратно, Пилюриус вытер ладони салфеткой и бросил ее в стоящую рядом мусорку. После чего продолжил: — Времени у меня не так много, поэтому просто сделаю объявление. Согласно решению министерства образования, финансирование университета будет проводиться на новой основе. Если кафедра предоставит какую-либо реальную наработку с экономическим обоснованием ее применения и возможной выгодой при серийном производстве, эта кафедра получит необходимые деньги. Любой проект по обучению студиозусов будет утверждаться на год вперед лишь в том случае, если абитуриенты продемонстрируют свои базовые знания в артефакторике, магических строениях и прочих полезных вещах. Поддержка университета просто за то, что вы находитесь в столице, закончена. Желающих хорошо кушать ждут в других городах нашей необъятной родины, где полно вакансий учителей и практиков в промышленных гильдиях. Халява закончилась… Ну, а кто совсем бесталанный, вполне может поискать спонсора. Мой босс говорит, что у него на родине специалисты в глубоком горловом минете пользуются популярностью…

Закончив, Пилюриус отбыл так же стремительно, как и появился.

Заколдобившийся ректор лишь бормотал, словно заевшая пластинка:

— Блядь, надо было сосать. Надо было сосать… Ведь какая сука злопамятная, а?!

***

Сидевший на скамеечке Картер перестал вылизываться и с подозрением покосился на Володю, который медленно сел рядом и прищурился на заходящее солнце. На улице уже подмораживало, но здесь, рядом с крылечком было еще вполне неплохо. Безветренно, тихо и благолепно.

— Как же я заебался, Картер. Ты бы только знал… Сраные полгода в такой нервотрепке, что буквально чудом с катушек не слетел…

Кошак опустил лапу, подумал и решил поддержать беседу. Долгий молчаливый конфликт надо было как-то разрешать. А дуться на человека, который в Сколково биг босс — это глупо. Если его в самом деле переклинит, может и сливок лишить.

— А чего жалуешься? Канцлер с Думой тебе титул пожаловали. Стал у нас графом. Земли от Леса до Тагатуса, от гномов и до восточных баронств твои. Деревни отстроили, ярмарку позавчера провели заново. Зомбаков послали железку тянуть с юга на север, до самого ЕбДыка. Планов просто громадье, а ты мрачный.

— Наверное, это возрастное… Когда из детского садика в школу идешь, такое же происходит. Еще вчера кашу жрал, в горшок ссал и соседку по башке совочком долбал. А сегодня надо за партой сидеть, буквы зубрить и учителя слушать. И такая хуета на десять лет минимум. В младшем возрасте — считай, что пожизненное впаяли.

— И?

— И назад не отыграть. Все, Картер. Хуй вырос, в горшок не влезает. Один раз на сцене выступил, аплодисменты сорвал, и теперь до гробовой доски ебошить как не в себя.

Кот фыркнул:

— Путаник ты, Школота. Жизнь налаживается, на тебя только что не молятся, а ты все бухтишь.

— Я повзрослел, мой мохнатый друг. И допер, что теперь придется отвечать не только за себя, а еще за херову кучу народа. И если где облажаюсь, то пиздец будет глобальным…

Потянувшись, Картер сумрачно ответил:

— Мне бы твои проблемы… Представляешь, а котята меня за героя теперь считают. Как с тобой эльфов в Дарры трахнули и потом на ебаном блюдце слетал, так они ко мне и переменились. Шкодят все так же и слушаются слабо, но если рявкну, то как шелковые. И все хотят тоже подвигов и побольше… Что посоветуешь?

Школота погладил кота, после чего улыбнулся и предложил:

— Подвигов — это запросто. Давай ты с ними в Тагатус съездишь? Послезавтра как раз туда очередной караван по делам отправляется. Вломишь рыжему, построишь там всех по струнке. С мамашей познакомишь отпрысков. Ну и продемонстрируешь, кто теперь главный. Не зассышь?

Картер презрительно посмотрел на молодого графа и с ленцой ответил:

— Я? После твоего эксперимента с боданием облаков я больше ничего не боюсь… Но если еще раз вздумаешь меня куда запускать, ночью точно в тапки нассу. Так и знай…

— Понял, буду иметь в виду. Ладно, пошли домой. ЕбДык грозился завтра с грандиозной попойкой завалиться, надо печень подготовить. И подарки собрать новому подгорному королю.

— Я самогон не пью, — тут же пошел в отказ кот.

— Не, к тебе без претензий, сливки, молоко и сметана в любом количестве. Главное, не лопни на радостях… Ну и шпану свою хвостатую подтягивай. Пусть видят, в каком крутом обществе ты дружбу водишь. Чтобы своим детям потом хвалились невъебенным батей, первым покорившим небесный океан…

Эпилог

— Помнишь, что я говорила?

Обнаженная Ева стояла рядом с кроватью и внимательно смотрела на замершего в дверях супруга.

— Э?.. Что-то про… Слушай, я еще вчера весь день с ЕбДыком был в дрова. Может подскажешь, о чем речь?

— Я говорила, что за все твои развлечения ты нам с Машей должен. По-настоящему должен, без дураков.

Школота покосился на вторую жену, которая возлежала на безразмерном ложе и признался:

— Да, было такое. Слово готов сдержать.

— Вот и держи… Мы тут подумали и решили… Вдвоем семейное хозяйство тяжело тащить. Поэтому принимай пополнение. И вздумай только нос наморщить!..

Из ванной выскользнула Докси, благоухая тонким ароматом духов. Подошла поближе, потрогала пальцем медленно встающее естество биг босса и хихикнула:

— Кто бы мог подумать, что я стану графиней. Пусть даже младшей…

— Выходит, опять меня женили?

— Выходит так, Школота… Но ты не расстраивайся, я девушка строгих нравов и к тебе со всеми нерастраченными чувствами. Можно считать, что буду замаливать накопившиеся грехи. А то сомневалась в своем командире, никак не могла поверить в его выдающиеся таланты, за что и буду сейчас наказана… Осилишь?

Подметавший мостовую Фашид прислушался к приглушенным стонам и крикам, долетавшим сверху из прикрытых окон, покачал головой и лишь буркнул себе под нос:

— Интересно, если он лет через пять до императора вырастет, то все Сколково в гарем загонит или кого-то оставит? И дернул же меня черт устроить охоту за тем дурным артефактом…

Поправив передник, бывший контрабандист поймал ритм и в такт воплям продолжил орудовать метелкой. Раз-два, левой-правой. Хотя, чего ворчать? Дело молодое. Надо радоваться, что у новоиспеченного графа хватает сил и на загул, и на многочисленную семью. Главное, чтобы продолжал в том же духе. Хозяйство-то разрастается. Вон, одному Фашиду уже и сил не хватит улицы убирать. Зомби попросить, что ли?..

А сверху тем временем над городом летело и в такт скрипели кровати в других домах:

— Да, да, Школота! Не останавливайся! Мы так долго этого ждали! Жги!..

Content

Школота 2

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог