Вернер Тим

Заклинатель дирижаблей 3. Горизонт

Тим Вернер

Заклинатель дирижаблей 3. Горизонт

— Ненавижу! — выдохнул еще раз Джей и ударил кулаком по приборной панели.

Натану показалось, что с осколками стекла из нее вылетело несколько гаек. Он впервые видел крушащего собственный дирижабль Джея, и зрелище это было не для слабонервных. Это при том, что Натан видел многое. Он уже даже лыбящегося Айзека видел.

Джей топнул ногой с такой силой, будто пытался проломить палубу, и как будто в ответ по ним дали очередной залп снизу. Моби накренился, палуба вздулась, Натан пошатнулся. Айзек, сидящий на полу у кормовых окон и сжимающий бутылку пива, отставил руку подальше — чтоб не облиться.

“Подыхать — так хоть в сухих штанах”, — интерпретировал его жест Натан. Тоже верно.

Какой хренотенью Джей оббил Моби, Натан так и не выяснил, но Моби держался молодцом. Любую другую посудину уже давно продырявили бы, но не этого монстра, который теперь и дирижаблем не назовешь.

Монстр дергался от ударов, но уверенно шел вперед.

Джей снова ударил по панели. И снова, и снова.

— Тактика выжженной земли, - со знанием дела сообщил Айзек.

— Заткнись! — рявкнул Джей и еще раз ударил панель. Но радовало, что на Айзека уже начал обращать внимание. Еще немного — и на Натана обратит. Осталось, чтоб не убил, когда заметит.

— То есть? — спросил Натан у Айзека.

— Так не доставайся же Моби никому, — разъяснил тот, — иной причины бить Моби, кроме как разломать его, я не вижу.

— А всегда должна быть причина? — мрачно спросил Джей, ударил ладонями в панель, а лбом — в стену над ней. Да так и остался — стоять лбом в стене.

— Ну, да, — ответил Айзек, ответил не сразу и немного растерянно, мол, что за дурацкие вопросы. А потом добавил. — Видишь, босс, теперь он стену ломает.

Джей медленно развернулся к нему, уставился совсем недобро, и Натан привычно поспешил вклиниться.

— Так, — сказал он, шагнул, чтоб оказаться между ними, — Айзек, заткнись. Джейкоб, подбери сопли.

Джей перевел убийственный взгляд на него.

“Давай, начинай уже слушать, — мысленно взмолился Натан. — Сейчас ты охренеешь от моего заявления. А чтоб толком охренеть, тебе надо для начала прийти в себя”.

Полное имя очень злило Джея, и Натан решил использовать его, чтобы выбить клин клином. Потому что если Джей не соберется — им крышка. Им в общем-то уже крышка, спасти их может только чудо, и теперь именно этого Натан от него ждал. Чуда.

А избивая приборную панель, чуда не сотворишь.

***

Когда Натан впервые увидел, что Джей сделал с Моби, у него перехватило дыхание. Джей вышел на связь после очередных месяцев отсутствия с коротким сообщением: “Жду на Соляном холме”. Айзек долго смотрел в окно, бессмысленно хлопал глазами, и Натан был уверен, что сейчас он изо всех сил старается не заявить, что не нужно ехать к холму и вообще встречаться с Джеем, потому что Джей — это опасно. В Айзеке боролись сейчас его разумная часть и часть человеческая. Разумная обычно всегда побеждала. Кроме тех редких случаев, когда дело касалось Джея.

А может, Айзек просто бессмысленно таращился в окно, а Натан приписал ему свои собственные чувства. Он знал, что не нужно ехать, но все равно поехал.

Джей стоял на вершине у пришвартованной к вышке машины.

И машина была прекрасной. И даже блестела в солнечных лучах, опять каким-то чудом пробившихся к Джею. Казалось, его дирижабль отлит из металла. Казалось, он больше предыдущего Моби. Казалось, он не дирижабль — монумент, статуя, стальная крепость.

— Надо было сразу мишень на этой штуке нарисовать, — сказал Айзек. — А то вдруг не будет слепить всех вокруг, когда солнце спрячется.

Джей двинулся им навстречу, но все еще находился слишком далеко, чтоб услышать. Впрочем, Айзека никогда не смущало, что Джей может слышать его комментарии. Скорее, даже наоборот.

Джей сделал несколько шагов к ним, вынырнул из тени Моби, солнце теперь коснулось и его — потрепало по волосам, которые вновь внезапно оказались совсем не кромешно черными — с теплой рыжиной. Мягкими. Опять же — человеческими. В Джее было мало человеческого, наверное, потому оно так бросилось в глаза.

— Тряпочкой накроем, если что, — ответил Натан и подумал, что это здесь, вдали от воздушных путей солнце такое яркое. Не будет оно вечно преследовать Джея. Значит, и блестеть эта хренотень тоже вечно не будет. Подумал, что Джей намеренно назначил встречу здесь, где больше света, — чтобы впечатлить. А в тени Моби будет все той же серой громадиной, что и раньше.

Люлька только крытая. И странная конструкция под люлькой. В которую Джей явно чего-то напихал. И которую теперь непонятно как Моби поднимет. Или он и в двигатель что-то напихал?

— Смотри, Джей голову по случаю помыл, — отметил Айзек, и теперь Джей точно его услышал. Айзек, вероятно, потому и не заговорил про голову сразу — ждал, пока Джей подойдет.

— Натан, у тебя Айзек шутит, — пожаловался Джей, глаза его сияли, а голос возбужденно дрожал. Он был горд собой и чудовищем, которое сотворил. Гребаный Франкенштейн. Или как там звали того, из сказок про монстров.

— Айзек не шутит, — поднял палец Айзек, — Айзек констатирует.

— Ну, как вам? — спросил Джей, остановился в шаге от них, обернулся к Моби.

Натан рассмотрел левый бортовой номер на люльке. Ровненький, красивый, будто всегда там был.

— Документы на эту херню у тебя есть? — деловито уточнил у Джея.

Тот тут же протянул ему три айдишки. Корочки были теплыми: Джей сжимал их в ладони, ожидая вопроса.

— Ого, — хмыкнул Натан, открывая их по очереди и бегло изучая. — Ты смотри! Я все еще капитан. А ты у нас… Пилот, значит… Как-как? Джейкоб?

Натан поднял взгляд и насмешливо уставился на Джея. Странно впервые узнавать чье-то имя, когда уже не первый год называешь его иначе. И звучит это имя глупо. И совершенно человеку не подходит.

— Отгребись, — обиделся Джей и выдрал айди из рук. — Тебя имя мое заинтересовало? Не Моби?

Натан снова покосился на вершину холма. Опознать в новой машине Моби было еще сложнее, чем смириться с новым именем Джея. Тут все было наоборот: название прежнее, дирижабль — совсем другой. Натан ни за что на свете не узнал бы в этой сияющей байде своего кита. И все же это был он. Нет, сам Натан ничего не чувствовал. Но Джей смотрел на машину так, что сомнений остаться не могло: это Моби.

Его Моби.

— Просто имя дурацкое, — пояснил Натан, вновь уставившись Джею в глаза.

— Мать говорила, что библейское, — тот пожал плечами. — Правда, хрен его знает, что это значит.

— Книга такая была, неуч, — сообщил Натан. — Список правил, чего делать нельзя. И думается мне, ты все эти правила к херам нарушил еще во младенчестве.

— А мать знает, что ты здесь? — неожиданно спросил Айзек. — В нескольких километрах от ее дома? Что ты вообще жив?

— Думаешь, ей это интересно? — выгнул бровь Джей.

— Это семья, — напомнил Айзек, — семью надо ценить, если она есть. Поверь мне.

— Оценил уже! — фыркнул Джей. — Тоже еще во младенчестве. Как раз, когда все правила нарушал. И после того. Долго еще ценил. Наценился. Не хочу больше.

— Ну и придурок же ты, — покачал головой Натан и добавил. — Джейкоб.

— Идите в жопу! — возмутился Джей. — Я вам тут Моби привез, новый корабль с новыми документами, а вы...

Отмахнулся и направился к дирижаблю.

— А я говорил, — сообщил Айзек.

И Натан впервые не понял, что именно и когда он говорил. Но решил не уточнять.

Вместо этого зачем-то оглянулся туда, где стояли дома. Место, где вырос Джей. Место, где вырос Эндрю. Домов отсюда видно не было, но Натану все казалось, что сейчас к ним придут люди. Что будут кричать, может, даже тыкать оружием. Что будут требовать Джея и компенсацию.

Люди обросшие, огромные — это у них генетическое, как уши у Айзека, — небритые и годами немытые. От них всегда несет перегаром, они всегда хотят компенсацию, норовят начать драку и вгрызться тебе в горло. Руки у них мозолистые, под ногтями — черное, на грубых ботинках налеплена грязь. Налеплена так, что кажется, будто это не ноги вовсе — это корни, которыми они вросли в землю.

И страстно ненавидят любого, кто посмеет от земли оторваться.

Натан прекрасно понимал нежелание Джея показываться им на глаза. Но мать думает, что он погиб. А мать — это ведь важно. Насколько помнил Натан. И вряд ли смог бы себе признаться в том, что на самом деле ему почему-то хочется, чтоб Джей вернулся домой и там остался.

Странное желание примерно того же свойства, как тогда, в скалах, когда Натану очень хотелось никогда его не найти.

***

Потом Натан понял, что попросту заранее чувствовал, в какую жопу Джей попадет и его вместе с Айзеком за собой затащит. Это у него, можно сказать, хобби. Хотя, если совсем начистоту, виноват не Джей — сам Натан. В конце концов, он старший. И в конце концов, все еще капитан. Джей только сделал из Моби нечто сверхъестественное. Но именно Натан должен был понять, что ничто сверхъестественное в этом мире не может просуществовать сколь-нибудь долго и при этом безнаказанно.

Странно еще, почему Айзек об этом не предупредил. Понятное дело, его не слишком волнуют вопросы людского бытия. Но это же такой повод, чтобы потом заявлять: “А я говорил!”.

Все оставшиеся до верной смерти считанные минуты.

***

И даже когда началось, ни Натан, ни Айзек, ни, естественно, Джей, не поняли, что вот оно — началось.

Натан тогда вышел из бара раньше остальных — у него наметилась ночная встреча с Лайлой, которая какое-то время обреталась в его доме и даже пыталась намекнуть на то, чтобы выгнать Айзека. Потому что Айзек, видите ли, пугает ее.

— Так Айзек всех пугает, — отвечал Натан, — привыкай.

Но она не привыкла. Тем не менее, пыталась сжиться с Натаном, чем он вовсю по ночам и пользовался.

И что было дальше в баре, Натан не знал.

Айзек пришел домой поздно, задумчивый и не один. Джея зачем-то притащил с собой. И не успел Натан удивиться столь внезапному визиту, как Айзек разъяснил:

— Твой монстр избил всех. Вот, разбирайся.

И принялся расшнуровывать ботинки. Пальцы слушались его плохо, и на расшнуровку иной раз уходило не менее пяти минут. Помочь Айзек никому не разрешал, а ботинки с зиппером принципиально игнорировал.

“Зипперы ломаются”, — говорил он.

“Скажи честно: ты ловишь от этого кайф? — спрашивал Джей. — От того, какой ты слабый, но не сломленный?”

Он и сейчас прокомментировал бы, но Натан уже включил грозный взгляд, и Джей слабо возмутился:

— Ничего не всех!

Подумал и неуверенно добавил:

— Бармена не трогал...

— Что произошло? — спросил Натан у Джея, потому что от Айзека сейчас толку было мало. Он это явно дал понять, развязывая шнурки столь демонстративно.

— На Айзека наехали, когда я вышел отлить, — мрачно сообщил Джей. — Я вернулся и… слово за слово… Ну, ты понимаешь…

— Не понимаю, — признался Натан. — Айзек, я тебе сейчас ногу вместе с ботинком откручу! Что произошло? Там же все свои были! Это же наш бар! Какой идиот еще не понял, что ты — с нами?

Айзек поднялся, распрямился, потряс ногой, все так же демонстративно сбрасывая ботинок, и сказал:

— Кажется, босс, они как раз знали, что я — с вами.

— Внятнее, Айзек! — отчеканил Натан, потому что теперь толку было мало от Джея: он чувствовал себя виноватым, потому продолжал демонстративно дуться.

***

Айзек как раз направился за новой бутылкой, когда его задели плечом.

— Эй! — возмутился Айзек, разворачиваясь к обидчику. Обидчик тоже развернулся, а за его спиной тут же вырос еще один. Айзек видел их где-то, точно знал: это свои. Потому не отреагировал на агрессию поначалу: попросту ее не распознал. Ну, бухие парни. Ну, задели малехо. Делов-то.

— Оно еще и разговаривает, — сказали ему. — А я думал, оно только слушать обязано. Смотри, какие уши отрастило.

— Ты чего? — спросил Айзек, все еще отказываясь верить в происходящее. Где это видано, чтоб на него, на Айзека, который Айзек, который с Натаном, который ходит на Моби, чтоб на него в открытую нависали свои? За спиной, ясное дело, о нем говорили многое. К этому он привык. Но вот так, настолько прямо и тупо — это казалось нереальным.

— А ты чего? — спросили его. — Стоишь, глазами хлопаешь. Страшно? Без шизанутых друзей — страшно?

— Считаю до трех, и вы за это время исчезаете, — предупредил Айзек. — Раз, два…

На “три” его ударили. От первого удара он уклонился легко — снова запустились скоростные реакции. Только увидел, как тяжелая туша обидчика по инерции пролетела мимо. От второго тоже увернулся, но тот прошел по касательной и оказался для Айзека весьма ощутимым. Целился урод то ли в грудь, то ли в живот, Айзек развернулся — и кулак свистнул в сантиметре от него, но плечом толкнули так мощно, что Айзек отлетел, ударившись о ближайший столик.

Он тут же нырнул под этот самый столик, проехался на спине под ним, выскочил с другой стороны и метнул в развернувшегося мудака пепельницу, а во второго, который только восстановил равновесие, — бокал. Теперь его естественно решили побить и те, чьи приборы улетели.

А к моменту, когда подошел Джей, еще пару столиков.

Джей ничего не сказал: Джей подхватил первый попавшийся под руку стул и метнул в ближайшего к Айзеку мудака.

— Ну, и понеслось, — завершил Айзек.

— Что понеслось? — мрачно уточнил Натан.

— Оно, — ответил Айзек, уставившись на Джея.

Натан больше не уточнял — он примерно представлял себе Джея в гневе и совершенно не завидовал тем, кто попал под его руку. И даже не удивился тому факту, что Джей избил превосходящего по численности противника. Натан видел Джея пару раз, когда тот был зол. И видел его глаза перед прыжком со сьютом.

Будь вас хоть десяток, хоть два, существу с такими глазами лучше под руку не попадаться.

Но это понимал Натан — Натан по части выживания был спецом. Ему, с его происхождением и телосложением пришлось довольно быстро научиться жопой чуять, куда можно лезть, а куда — ни в коем случае, потому что убьют. А тем громилам пока пару костей не переломаешь, ничего не поймут. Интересно, сколько чего переломал Джей.

— Убил кого-нибудь? — Натан развернулся к нему.

— А я знаю? — удивился тот, но Натану показалось, что знает, просто не хочет признаваться. Что было совсем нехорошо.

Щека у Джея была в крови, костяшки пальцев — тоже. Глаз заплыл на следующее утро. Тогда же появилась и легкая хромота.

— Ни на минуту нельзя оставить, — устало вздохнул Натан, осознавая, что это — только начало. Что неприятности теперь впереди. Это он тогда осознал правильно. Только недооценил масштаб.

Тем более потом стало не до оценок, потому что за спиной неожиданно возникла Лайла в чем мать родила и с притворной радостью воскликнула:

— Ой! А у нас гости!

Был у нее тогда такой очередной способ качать свои права на Натанову жилплощадь: мол, если я здесь живу, то и чувствовать себя должна как дома. А значит, могу светить голыми сиськами, где и когда пожелаю.

Натану, вероятно, полагалось страшно ревновать. Натан не ревновал, просто поражался идиотизму. И чуток злился.

Он выругался про себя, развернулся и принялся заталкивать шизанутую бабу обратно в комнату. Спиной чувствуя на ней стеклянный взгляд Айзека и голодный — Джея.

“Не тронь мою самку, примитивное существо”, — послал ему мысленный сигнал, в дверях обернулся и натолкнулся на гадкую ухмылку.

— Пиво в холодильнике, — бросил он и захлопнул за собой дверь.

Ночь любви тогда получилась малость невнятная.

Натан все пытался понять, что за беспочвенный наезд на его парней, чем это чревато, и в какие проблемы может превратиться. А потом, удостоверившись, что Лайла спит и больше не рванет к гостям сверкать сиськами, закутался в халат и вышел. Искать этих алкашей, пока еще кого не убили.

***

Грохнул очередной залп, Моби снова тряхнуло, что-то под люлькой страшно заскрипело, и Натан на секунду задержал дыхание. Но ничего не отвалилось, и Натан выдохнул. Джей — тоже. Медленно развернулся к нему, мрачно сказал:

— Подобрал, дальше что? — и слабо ухмыльнулся. — Сплетем из подобранных соплей защитный экран?

— Теперь слушать сюда, мудак! — Натан шагнул к нему, уставился прямо в глаза. — Я сам еще не понимаю, что у меня в голове, но когда я тебе это выдам, только попробуй, сука, не сотворить мне чуда!

— Знаете, — ровно сказал Айзек, отрываясь от бутылки, — я в принципе не способен удивляться, но вот сейчас что-то внутри проскочило. Формулировка, Натан…

Он не договорил. По Моби дали еще один залп, Моби пошатнулся и Натан чуть не упал. Джей ухмыльнулся заметнее. Его всегда забавляло, как плохо стоят на ногах товарищи, когда Моби выполняет какой-нибудь особо резкий маневр. Моби резкие маневры выполнял часто: то, что Джей из него сделал, было способно на многое. И определенно уже давно переплюнуло все пределы дирижаблих возможностей.

Но Натан надеялся, что он прав. И что дело вовсе не в Моби, который просто — послушная машина. У которой есть свой предел.

Уйти от десятка жэшек — как пить дать. А вот уйти от организованной и заранее спланированной погони пока не получалось. Их уже не пытались остановить: их пытались уничтожить. Потому что такое добро, как Моби, не нужно никому. Моби нарушает баланс. Моби просто нужно убрать.

И ненормальная попытка абордажа, на которую они решились после, говорила лишь о том, насколько сильно это им нужно. Совершенно бредовая затея.

Собственно, чему удивляться?

Когда рядом Джей, все вокруг бредово.

Кажется, Натан начал понимать, почему.

Осталась одна проблема: как эту херь внятно сформулировать, чтоб и эти недоумки поняли.

***

— А вы знаете, что мы сделали доброе дело? — осведомился Айзек, когда погоня только началась, после самого первого удара в люльку.

— Не припомню, — пробормотал Натан, косясь на побледневшего Джея.

— Мы их сплотили, копов и наших, — пояснил Айзек. — Как любая внешняя угроза.

По Моби снова выстрелили, тот дернулся, а вместе с ним дернулся и Джей. Процедил:

— Сейчас я им покажу внешнюю угрозу!

И ударил по кнопкам.

Натан догадывался, что где-то в заднице у Моби спрятана пара пушек. Оказалось, что не пара. И не только в заднице.

Он не видел, сколько и чего сейчас выстрелит, но по тяжелой дрожи, прошедшей по всему Моби понял — много чего. Хорошо, если Джей там атомную бомбу нигде не спрятал. С другой стороны, откуда ему взять бомбу?

С третьей, это же Джей.

Он может все.

“Вот эта уверенность — что Джей может все — она нас и погубит, — подумал Натан. — Уже погубила”.

Джей занес ладонь над кнопками, Натан перехватил его запястье. Прошипел:

— Замри!

Джей отмахнулся, как от мухи — отбросил на добрый метр. При желании мог и дальше. И о борт приложить. Но Джею было не до того. Он снова ударил по кнопкам. Моби вздрогнул, тяжело бухнуло. Натан метнулся к окну. Две жэшки горели. Остальные — уходили назад, перестраиваться.

А Джей снова давил на кнопки. И Натан мог лишь догадываться, что произойдет теперь — слишком много кнопок. Слишком не похожа эта приборная панель на все, что он видел раньше. И в который раз слишком поздно ругал себя за то, что не изучил вопрос ранее.

— Кретин! — прорычал Натан, когда Джей дал очередной залп, на этот раз — кормовыми. — Ты же в них стреляешь!

— А они?! — процедил Джей, покосившись так, что Натану захотелось вот прямо сейчас нацепить сьют и спрыгнуть к чертовой матери отсюда. Внизу, конечно же, ждали копы. Полноценная операция по захвату Моби непременно предусматривала и поддержку снизу. Но хрен с ними, с копами. Сейчас рядом с Джеем было страшнее.

Но он не прыгнул, заорал в ответ:

— Это были предупредительные, мудак!

Выбрось они белый флаг после первых выстрелов, все могло бы пойти нормально. Арестовали бы их. А Моби — забрали бы копы. И может, он послужил бы потом какой-нибудь благородной цели. Но Моби выстрелил в ответ. И теперь, что это за несусветная хренотень, рассмотрели все. И копы, и свои. И обе стороны очевидно поняли, что проще уничтожить Моби, чем уничтожить друг друга в борьбе за него.

— Считай, что я тоже их предупредил, — сказал Джей. А Айзек напомнил хором с ним:

— Предупредительные делают в воздух, а не по корпусу. Они стреляли в корпус. Думаешь, случайно промахнулись?

— Теперь ты с ним?! — завопил Натан. И отвесил Джею подзатыльник. От бессилия. Или в подсознательной попытке поскорее закончить все это — Джей с одного удара мог если не убить, то вырубить точно.

— Да я здесь причем?! — обиделся Джей, в очередной раз весьма неожиданно превращаясь из смертельно опасной сущности в большого небритого ребенка. — Как всегда! Айзек виноват, а бьют все равно меня!

— Обычно виноват Айзек, а бьешь ты, — мстительно ответил Натан.

— Айзек виноват не был, — ровно и даже немного задумчиво напомнил Айзек.

— Да вы вообще никогда не виноваты! Оба! — рыкнул Натан. И процедил. — Детский сад!

По ним снова ударили. Моби вздрогнул, Натан пошатнулся, Джей машинально придержал его под локоть. Пробормотал:

— Не умеешь летать, не берись.

— Иди нахер, — буркнул Натан и выдрал локоть. — Айзек, к корме. Докладывать ситуацию. Джей — к приборам. Попробуем уйти.

— И как ты это себе представляешь? — спросил Айзек и хлопнул глазами. — Если Джей в эту самую корму реактивный двигатель, конечно не встроил…

Натан с надеждой глянул на Джея. Но тот только тяжело вздохнул.

— Пушек он натолкал, а двигатель не додумался, — обреченно сообщил в пространство Айзек и побрел к корме.

— Плохая идея отправлять Айза туда, — напряженно произнес Джей, внимательно наблюдая за бредущим по покореженой палубе Айзеком.

— Бунт? — привычно уточнил Натан. — Снова прем против команды капитана?

— Там просто холодильник с пивом, — пояснил Джей. — Выжрет же все.

— Шутник хренов, — процедил Натан и с трудом удержался от второго подзатыльника.

— Жэшки идут клином, раз, два… шесть, — доложил Айзек. — С боков подгребают еще. Плохо видно.

— Натан, боковые окна, — скомандовал Джей.

— Да ты охренел! — изумился Натан. Джей периодически забывал, кто тут главный.

— Причем давно, — отметил Айзек. — А я говорил.

— Айзек, углы и расстояние, — Джей не обратил на комментарии внимания и с нажимом повторил. — Натан, окна.

Натан тихо выругался, шагнул к окну и замер. Сначала увидел несколько посудин, которые уверенно шли на них. Так уверенно, что не сразу было ясно, они окружить хотят или тупо протаранить. Потом рассмотрел встроенные Джеем и торчащие сейчас во все стороны пушки. Их было много, очень много, и что-то в этом было неправильным.

— Трое справа, — сказал Натан, — двое идут прямо, третий гребет сверху. Сорок градусов… Нет, стой, сорок пять.

Пушки шевельнулись, две центральные медленно поднялись. Джей ударил по кнопкам. Бабахнуло. Моби тряхнуло. Натан метнулся ко второму окну.

— Двое. Снизу… — Натан рассмотрел дирижабли и с тихим отчаянием добавил. — Придурки…

Этих он знал хорошо и лично. Как наверняка и многих других, которые связались с копами, лишь бы угробить Моби.

Моби стал слишком крутым для них. Для них всех. Моби был чудом. А чудес они не любили. Натан и сам их не любил. Но вот, связался на свою голову с заклинателем.

Еще один залп, и Джей дал полную тягу. Натан снова чуть не упал, сплюнул под ноги, со стороны Айзека подозрительно звякнуло что-то стеклянное, но Натан сделал вид, что не услышал. Куда больше его интересовал вопрос пушек. Что-то связанное с ними засело в голове, но он никак не мог извлечь из нее это что-то.

— Сколько пушек ты сюда встроил? — спросил он.

— По три на борт, две на корме, — ответил Джей, напряженно глядя вперед. Сейчас Натан вроде как должен был стоять рядом и помогать прокладывать курс, но Джей справится с курсом и без него. Надо просто понять, куда его прокладывать. А уж проложить Джей сможет.

Только — как понять?

Пару минут времени — тут даже у Айзека не надо спрашивать, и так ясно. Они перестроятся и вернутся. Они лупят со всех сторон, странно, что еще с грузовиков бомбы не фигачат. Пару минут, чтоб проложить новый курс. Чтоб найти где-нибудь по дороге еще один хренов водопад с хреновой пещерой.

Но мысли разбегались. Возвращались к пушкам. И зачем-то циклились на водопаде.

— Если пойти над лесом, — сказал Джей, — можно спрыгнуть там. Прочесать лес трудно. Шанс уйти есть.

— Примерно тридцать процентов вероятности, — отметил Айзек, и Натан не понял, это он спорит с Джеем или соглашается. Если соглашается, дело дрянь. Впрочем, дело в любом случае дрянь.

— Знаешь, Джей, — сказал Натан, подпер спиной борт, сунул руки в карманы и уставился вверх. Подумал, что не надо было делать кабину крытой — так почти не видно неба. А смысл ходить по небу, если ты его не видишь? — Устал я прыгать…

Джей наконец оторвался от приборов, обернулся и уставился на Натана пристально, внимательно, так, что прыгнуть все-таки захотелось.

— Ты не спорь сейчас со мной, — попросил Натан. — Я правда не хочу прыгать.

— Поддерживаю капитана, — отметил Айзек.

— Ух ты! — удивился Натан. — Теперь ты, значит, меня поддерживаешь, сволочь переменчивая?

— Я за здравый смысл, — пожал плечами Айзек, — у кого здравее, того и поддерживаю.

— Не делай больше так плечами, — серьезно предупредил его Джей. — Это выглядит жутко. Как будто они сейчас вывалятся и заживут своей…

— Тихо, — оборвал его Натан. — Время, господа. Поругаетесь потом. Давай, Джей, какие варианты, кроме прыжка? Нет? Айзек?

— Можем выпить пива, — предложил Айзек. — Времени у нас достаточно. Такими темпами, как они стреляют, на нашу обшивку им не меньше получаса нужно будет…

— Стоп, — сказал ему Натан, развернулся к Джею, взял того за плечи, заглянул в глаза. — Джей. Послушай меня.

Джей смотрел на Натана, но явно никак не мог собраться и послушать. Впервые Натан видел его растерянным. И думал, что это — самое страшное, что он видел в жизни.

Потому что это было до того, как у Джея случилась истерика, и он принялся разносить Моби изнутри.

И до того, как Айзек заулыбался.

— Ты хочешь, чтобы мы спрыгнули, потому что мешаем тебе на борту. Ты хороший парень, переживаешь за нас, потом — за Моби. Потому сейчас просто представь, что мы уже спрыгнули. И вперед, заботься о Моби. Делай свою магию. Ищи водопад с пещерой, ищи что-нибудь.

Вот же приелся, чертов водопад.

Водопад и пушки.

Джей развернулся спиной, уперся ладонями в приборную панель и замер.

— Ты знал, что за ним пещера, Джей? — спросил Натан. — За водопадом? Ты спланировал тот маневр с Моби заранее?

Джей, может, и ответил бы, но тут снова тряхнуло — выстрелили по корме.

— Айзек! Почему не следишь? — возмутился Натан.

Айзек тяжело вздохнул, лениво поднялся, глотнул пива и выглянул в окно. Сообщил:

— Пять в ряд. Целятся в пушки.

— Если долго целиться в пушки, — начал Натан, — то пушки начнут…

Джей ударил по кнопкам еще раз, Моби в очередной раз тряхнуло.

— Вот это и начнут, — кивнул себе Натан, — Айзек, дай пива, а? Одну бутылку, одну! Джею нельзя, он еще водопад не нашел.

— Тут нет водопада... — почти шепотом ответил Джей.

— Мы спрыгнули, — Натан взмахнул рукой перед его лицом. — Вжух! И нас нет. Куда бы ты повел Моби?

— Я бы пошел к Горизонту, — Джей резко выпрямился и развернулся к Натану. Смотрел с легким вызовом, и Натану снова было очень не по себе, потому что за вызовом во взгляде Джея обычно скрывалась насмешка. Но не сегодня.

Ну, и еще немного не по себе от того, что только что они, кажется, решились на общее самоубийство. А как еще назвать Горизонт?

Джей всмотрелся в глаза еще пристальнее, заглянул еще глубже, увидел, кажется, в них это самое “не по себе” и с наконец прорезавшейся насмешкой уточнил:

— Так как? Вжух считается? Мне действовать?

Натан протянул руку в сторону Айзека. Не глядя, поймал бутылку, скрутил ей крышку и сделал большой глоток. Помолчал, ответил неспешно, задумчиво:

— Ну… Лично мне терять нечего. Баба от меня ушла, копы в дом вломились, рожу — засветили.

— А у меня и не было ничего, — пожал плечами Айзек.

— Не. Делай. Так, — с нажимом повторил Джей.

— А пиво мы захватили, — неожиданно закончил Натан.

— Как удачно, — подытожил Айзек.

— То есть… Горизонт? — неуверенно уточнил Джей.

— Горизонт, - подтвердил Айзек и хлопнул глазами. А Натан отсалютовал бутылкой.

— Вы гребанутые, — диагностировал Джей. — На всю голову. Совсем. От вас нужно спасать этот мир.

И решительно взялся за рычаги — спасать от них мир. От всех троих.

А Айзек улыбнулся.

— Айзек улыбается, — упавшим голосом проговорил Натан. — Нам конец.

***

После не слишком удавшегося сеанса любви Натан выполз на кухню — искать этих двоих и возмущаться. Но на кухне было тихо и пусто. Пусто было и на втором этаже. А потом сверху что-то бухнуло, и Натан со вздохом полез на чердак. Оттуда — на крышу.

Айзек лежал на спине, забросив руки за голову и глядя в небо. Бессмысленно хлопал глазами. Не шевелился, молчал. Джей сидел рядом и допивал очередную бутылку.

И Натан подумал, что их так и тянет наверх, к небу. Даже пиво, как нормальные люди, на кухне выпить не могут.

Уроды, что с них возьмешь.

Он постарался снова разозлиться, но злиться было не на кого. Только на себя. Что связался с ними.

— Айзек, — сказал он, — спину простудишь.

— Ты считаешь, что это ощутимо ухудшит мое здоровье? — заинтересовался Айзек.

Натан подумал, что Айзек понемногу оживает. То ли алкоголь его оживляет, то ли удавшаяся драка, последствия которой еще расхлебывать и расхлебывать. То ли Джей рядом. В любом случае — Айзек становится живее.

— Здоровья у тебя еще на десяток собутыльников хватит, — похвалил его Джей, мотнул головой, и Натан осознал, что Джей уже порядком пьян. Пить с Айзеком на равных не мог никто. Джей пытался. Он был таким — всегда пытался сделать то, чего не может никто.

И всегда вступался за Айзека.

Как оказалось.

— Он по-другому на звезды не может смотреть, — объяснил Джей Натану. — Шея болит.

— А вам, юноша, уже пора домой, — переключился на него Натан.

— Ну ма-ам… — протянул Джей и неожиданно тоже бухнулся на спину. Крыша опасно скрипнула, и Натан подумал, что с потолка, вероятно, посыпалась штукатурка. Джей, глядя в небо и моргая почти так же бессмысленно, как Айзек, припечатал. — Не хочу домой.

Натан подумал, что Джею, должно быть, очень одиноко в его квартире. Он там заперт — один на один с собой. А рядом с Джеем никто долго не выдержит, даже он сам.

— Ладно, — отмахнулся Натан, подошел, сел рядом с ними, достал бутылку из ящика, открыл.

— Женщина спит? — спросил Айзек.

— Если Джей не разбудил, когда падал тут… — ответил было Натан, но тут же возмутился. — Эй! Хорош зубы заговаривать! Что произошло в баре?

— А правда, что люди летали к звездам? — язык у Джея сильно заплетался, он и сам это осознавал, и для наглядности вопроса ткнул пальцем вверх.

Ну, да. Ответят они. Натан вздохнул.

— Да, — сказал со знанием дела, — только это им ничего не дало. Звезды — горячие, мертвые и… И мне действительно интересно, кто именно наехал на нас в баре.

— Я бы хотел полететь к звездам, — совсем уже невнятно пробормотал Джей. Рука, которую он все это время держал поднятой, тыча пальцем в небо, безвольно упала на его же лицо. Джей глухо чертыхнулся в руку, но так и остался лежать.

— Сколько он выпил? — спросил Натан у Айзека.

— У него стресс, — сказал Айзек. — Он в баре собрался, а теперь — разобрался.

— И как нам это разобранное тело с крыши убрать? Я его не потащу.

— Пусть полежит, шеф, — сказал Айзек, и Натану вновь послышались в его голосе едва ли не отеческие нотки.

— Он на тебя плохо влияет, — отметил Натан.

— Я знаю, — легко согласился Айзек. — Я даже говорил. Что дальше будем делать?

— Я завтра разберусь, — Натану стало неожиданно тяжело думать. Захотелось, как эти придурки, пить на крыше, таращиться на звезды, и ничего больше.

— Ты что-нибудь еще знаешь о тех полетах? — спросил Айзек, и Натан понял, что стоило ему расслабиться, как думать начал Айзек. И сейчас, кажется, пытался изобрести космический корабль.

— Знаю, что это невозможно, — ответил Натан, — не сейчас. Звезды дальше, чем кажутся. Сначала нужно хотя бы землю суметь облететь. А мы даже за Горизонт выйти не можем.

— Раньше тоже был Горизонт? — уточнил Айзек.

— Не-а, — мотнул головой Натан, — раньше и Континента не было. Были куски суши, куски моря, летай, куда хочешь, делай, что хочешь. Всего хватает. И все друг друга любят. А в море — киты…

— А с тобой что? — спросил Айзек и даже сел, пристально уставился в глаза. — У тебя отчего стресс?

— Да ни от чего, — отмахнулся Натан. Вздохнул и исправился. — От всего… И с Лайлой как-то все не так. Придется мне с ней прощаться. Тебе Лайла нужна?

— Нет, — ответил Айзек после легкой заминки. Натан поднялся, подхватил пустую бутылку и направился к спуску на чердак. Спрыгнул вниз, пренебрегая лестницей и думал уже закрывать дверцу, как услышал голос Джея. Куда более трезвый, чем был только что.

— А мне, значит, не предложил…

— Кэп — собственник, — заявил Айзек. — Понимает, что у меня нет шансов. А у тебя есть.

— Почему у тебя нет? — удивился Джей, и Натан в очередной раз удивился: он действительно не замечает проблем Айзека? Он правда не видит? Джей, конечно, тот еще мудак, но так издеваться он бы не стал, не над Айзеком. Значит, это не такой тонкий юмор. Значит, для него Айзек действительно выглядит нормальным.

Делает ли это самого Джея ненормальным? То есть — еще более ненормальным, чем Натан его считал?

— Ты отличный парень, — Джей продолжал гнуть свое. — Умный, при деньгах... Да я уже и говорил тебе раньше. Что ты хороший человек.

— Ты сказал это, чтоб избавиться от меня и угнать дирижабль, — напоминал Айзек.

— Но это не значит, что я врал, — отвечал Джей, а Натан все думал.

В очередной раз пытался понять, что именно не так с Джеем. Что именно в нем вызывает настолько сильное ощущение неправильности, ненормальности. Казалось, будто вот оно, на виду, нужно просто это рассмотреть, а Натан в упор не видит. Почему это так важно?

Ну, и еще в очередной раз осознал, какая Джей все-таки хитрая задница — прикинулась бухой вхлам, чтоб не обсуждать инцидент с дракой. А Айзек ему подыграл. Две хитрые задницы и ни одного честного человека рядом.

Ни одного человека.

“Ни одного человека”, — мысленно повторил себе Натан и спустился с чердака, оставляя звезды нелюдям.

Звезды и остатки бухла.

***

Они шли над морем, жэшки держались на почтительном расстоянии. Моби расстрелял почти всю батарею, но в жэшках об этом не знали. Их просто вели — и хвост преследователей все увеличивался. Стреляли теперь снизу. Там, в воде, выстроенные в боевом порядке суда, тоже вступили в гонку.

Айзек сунулся было в люк, чтоб изучить ситуацию, и если б Джей не отшвырнул его к борту мощным броском, а ногой не влупил бы по этому самому люку, закрывая, может, и не было бы у них больше Айзека.

— Совсем придурочный?! — рявкнул Джей.

Айзек медленно поднялся, потирая ушибленное плечо. Смотрел на Джея прямо, бессмысленно и, как казалось Натану, недобро. Собственно, обычный взгляд Айзека, просто слишком долгий.

— Что? — поднял бровь Джей и ухмыльнулся. — Решил самоубиться по-быстрому? Хрен тебе, пришелец. Страдай со всеми.

— Я бесчувственный, — напомнил Айзек. — Я не смогу страдать.

— Повезло, — хмыкнул Джей. Сел на пол, откинулся на стену и уставился вверх. Проговорил мечтательно. — Говорят, за Горизонтом может быть другая земля. Другие люди.

— Или вода, — напомнил Айзек. — Тонны соленой воды, мы будем месяцами лететь над ней и передохнем от голода и жажды. Только сначала тебя съедим. Ты самый большой.

— Это если там в принципе возможна жизнь, — отметил Натан. — Горизонт не просто так никто не проходил. Может, нас расплющит к херам на входе. Или засосет в какую-нибудь воронку. А потом расплющит.

— А потом нас съедят киты, — предположил Джей, — которые в океане.

— Киты — ископаемые, — напомнил Айзек.

— Натан тоже, — пожал плечом Джей, — и ничего. Существует.

— Айзек, — сказал Натан, — давай съедим Джея прямо сейчас? Или хотя бы вырубим? У тебя еще остались те транквилизаторы в пистолете?

— Мало, — коротко констатировал Айзек, и Натан только сейчас понял, что Айзек — единственный, кто твердо знает, что идет на самоубийство. Потому что сколько бы доз у него ни было, скоро они закончатся. Как и остальные лекарства. Джей, кажется, тоже это понял и резко вскинулся. Уставился на Айзека примерно тем же взглядом, каким обычно таращился на всех Айзек. Айзек отвернулся, изучая обстановку за кормовыми окнами. Вот теперь ему неожиданно приспичило ее изучить.

— Хватит меня жалеть, — сказал он наконец, не отрываясь от окон. — Жалейте нас всех. У нас проблемы.

— То есть, кроме тех, о которых мы уже знаем? — уточнил Натан. Джей принялся грызть ноготь на большом пальце. Натан хлопнул его по руке, Джей послушно опустил руку и начал грызть ноготь на другой.

— Айзек, говори быстрее, а то наш придурок себе пальцы съест! — потребовал Натан.

— Перестраиваются, — сообщил Айзек, — и тянут тросы.

— Суки! — возмутился Натан. — Уже и самоубиться спокойно не дадут!

— Нам, может, и дадут, — равнодушно отметил Айзек. — Мы им не нужны. Им нужен Моби. Джей, зачем ты сделал дирижабль, который всем нужен?

— Простите... — тихо сказал Джей, продолжая грызть ногти и напряженно изучать стену.

— Да ма-ать же вашу! — застонал Натан. — Один улыбается, второй просит прощения... Соберитесь, кретины!

— Незачем! — заорал на него Джей. — Незачем собираться уже! — и въехал кулаком в приборную панель.

— Истерика, — сообщил Айзек, будто без него не было видно. — Лучше отойди, кэп.

— Некуда! Идти! — продолжал выкрикивать Джей, избивая панель. — Мы сдохнем тут! В гребаном Горизонте! Из-за меня! Из-за! Меня!

Натан сделал шаг назад, потому что Айзек был прав, как всегда. Сейчас лучше отойти. А что Джей сломает все, что не могут сломать снаружи, так пусть ломает. В Горизонте Моби уже не пригодятся никакие приборы и механизмы. Они там отказывают. Все. Напрочь. Или сходят с ума.

Кто его знает... Что происходит в Горизонте, остается в Горизонте.

И отрицать, что Джей во всем виноват, тоже не было смысла. Джей был во всем виноват. Изначально. Он был необычным. Он сделал Моби необычным. Копы и сами того не понимали, но охотились они не на Моби — на Джея. Они подсознательно желали убрать нечто им незнакомое, нечто чужое и чуждое, ошибочно принимая за это чуждое построенную Джеем из Моби машину смерти.

Бояться на самом деле стоило Джея.

—  Да-да, — протянул Айзек. — Конечно, все из-за тебя. Все всегда из-за тебя, весь мир вращается вокруг тебя... Это какой-то комплекс, мне кажется...

Но даже так у него не получилось переключить внимание Джея на себя.

— Хренова! Железяка! — выдыхал он по слову на удар. — Ненавижу! Тебя!

И Натан понял: это он не Моби говорит — себе. Слишком прочно они срослись, слишком давно стали одним целым.

И наконец поймал эту чертову мысль.

Самое смешное, что она была всегда.

С того самого момента, когда зависнув над открытым люком грузовика, перед самоубийственным прыжком, Джей поднял на него взгляд, и Натан увидел это во взгляде. Иное, чужое. А может, еще раньше — он точно не помнил, когда впервые сравнил Джея с Айзеком. Когда впервые решил, что и этот — не совсем человек.

Что мешало всерьез схватиться за эту мысль? Ее бредовость, вероятно.

Но теперь нужно было хвататься хоть за что-то, и кроме этой бредовой мысли у них не осталось ничего.

***

Наутро после драки Натан отправился в бар, выяснять, что к чему. Но до бара не дошел — замер, разглядывая его через улицу. Нечего ему было в тех развалинах делать.

Разнесли к чертям — вот так это можно было назвать. Выбитые окна, выломанная нахер дверь, следы крови на раме, следы крови на петлях.

“Та-ак... — мысленно протянул он. — Всё плохо. Одно хорошо. Что Джей со мной дружит. И что я не обижаю Айзека”.

Правда, когда Джей с тобой дружит, под твоим началом ходит, ты еще и за поступки его отвечаешь. И если перед своими ответить Натан всегда готов, то перед копами — увольте.

А копы были здесь. Изучали остатки бара, фотографировали, что-то искали. Зачем-то эти уроды из бара решили копов привлечь. Значит ли, что Джея теперь сдадут с потрохами? И его, Натана, и Айзека за компанию. Но — зачем?

Если есть вопросы, их надо решать не так. Натан привык решать не так. Кто бы из своих это ни сделал, его же остальные заклюют. Если только…

Натан решительно развернулся и направился к дому. Срочно сваливать. Срочно.

Потому что никто на такое не решится в одиночку. Потому что Натан только что осознал — привычные меры их не возьмут. Ни Натана, ни Айзека, ни тем более Джея. Они слишком сильны вместе. Моби слишком силен.

Они забрали небо себе, и теперь остальные сговорились это небо отобрать, отвоевать, пусть не самым честным, но единственным возможным образом.

Моби давно был притчей во языцех, кошмаром любого блюстителя порядка и, как Натан теперь понял, любого из его коллег. И те пошли на крайние меры. Если копам нельзя сдать Моби — Джей ведь мастер по части спрятать дирижабль в придорожных кустах — то сдадут владельцев. Если владельцев не за что взять — устроят провокацию.

Дома Натан набрал Тейла.

— Я не должен с тобой говорить, дорогуша, — тихо протараторил тот в трубку, — но ты хороший парень, потому скажу. Отдай им машину. Люди говорят, вы охренели. Люди говорят, вас надо убрать. Очень скоро за вами придут. И… Я тебе так скажу дорогуша: иди и сдайся. Копы пойдут на переговоры с тобой. Выйдешь сухим. Люди говорят, ты это умеешь. Твоих придурков уже не отмазать. Сдай придурков и машину. И все еще устаканится.

— Скажи мне, Тейл, — попросил Натан. — Ты сейчас по бумажке читаешь или это импровиз?

— Дурак ты, Натан, — обиделся Тейл и отключился.

— Айзек! — позвал Натан, оглядевшись. — Хренов огромный дом… Айз! Где тебя носит?

Айзек вышел к лестнице.

— Собирайся, быстро, — скомандовал Натан. — Надо уходить.

— Лайла… — начал Айзек.

— Ох, че-ерт… — протянул Натан. Лайла в свете последних событий как-то вылетела у него из головы.

— … кажется, решила тебя бросить, — завершил Айзек, — вот записка.

— Да? — обрадовался Натан. — Как вовремя!

— У меня действительно проблемы с пониманием человеческих эмоций, — пробормотал себе под нос Айзек и развернулся.

— Только быстро, Айз, — попросил Натан, развернулся и дернулся, потому что с кухни вышел Джей. С утра Джей был еще более устрашающ, чем обычно. И смотрел еще более недобро.

— Айзек! — позвал Натан, не отводя от него взгляда. — Лайла ушла после того, как с этим чудищем столкнулась?

— Никто со мной не сталкивался, — пробормотал Джей, — я вообще только что проснулся. Это ничего, что я здесь на ночь остался?

— Знаешь, — вздохнул Натан, — я бы предложил тебе остаться и на дольше, но кажется, нам всем пора отсюда сваливать.

— Как иронично, — мрачно ответил Джей.

— Пребывание в моем доме хорошо на тебя влияет, — отметил Натан, — уже выучил слово “иронично”.

И тут в дверь постучали.

Джей двинулся было к ней, но Натан перехватил его под локоть. Прошипел:

— Через черный ход, кровожадное ты создание! Я за Айзеком!

— Хрена с два, — Джей выдрал руку. — Я вас с Айзеком не брошу.

— Никто никого не бросает, Джейкоб! — строго сказал Натан и ткнул пальцем в сторону черного хода. — Быстро! Заводи машину.

— Вот узнаю твое полное имя… — пробормотал Джей и двинулся прочь. Натан взбежал вверх по лестнице, неожиданно ощутив, что бежать — легко. Что все — легко. Будто тяжелый груз свалился с плеч.

Безысходность облегчает любую ношу, подумал он. Даже ту ношу, которую не замечаешь на себе, пока эта самая безысходность не грянет. А как грянет — уже не думаешь ни о чем, уже нет времени думать.

Уже просто бежишь.

***

— Водопад, Джей, — сказал Натан, ухватив его за рукав, чтобы сфокусировать внимание на себе. Ну, и чтоб устоять, потому что Моби трясло уже всерьез. — Ты понимаешь, что дирижабль физически невозможно там развернуть?

— Серьезно? — мрачно спросил Джей. — Опять? Сейчас?

— Это важно! — рявкнул Натан. — Ты знал?

— Айзек, — позвал Джей, не отрывая напряженного взгляда от вцепившегося в рукав Натана. — Айзек, кажись, капитан окончательно шизанулся…

— Так давно, — пожал плечами Айзек.

— Не делай… — начал Джей.

— Отвечай на вопрос! — Натан схватил его двумя руками и встряхнул. Ну, как встряхнул. Попытался. Но этого хватило, чтоб глаза у Джея стали такими большими, что Натан даже удивился. Он думал, они просто не могут становиться такими. По-человечески изумленными.

— Не знал, — неуверенно ответил Джей и снова растерянно покосился на Айзека.

— Поговори с ним, Джей, — неожиданно посоветовал Айзек. И когда Натан уже обрадовался было, что этот ушастый умник его понял, добавил. — Нам похер, ему приятно.

Умник всегда рассуждал логично. Слишком логично, чтобы понять Натана сейчас. Оставалось надеяться, что Джей не такой умный.

— Заткнись, — бросил Натан Айзеку. — Джеюшка, соберись и послушай. У нас сейчас есть только моя мысль. И мне нужно ее до тебя донести. Ты знал, что там пещера, Джей? Это важно! Не лично мне — объективно важно. Прекрати изображать крайнюю степень загадочности и ответь сейчас честно — ты знал? Ты все спланировал заранее?

Джей вздохнул. Растерянно скользнул взглядом по внутренней обшивке Моби, будто тот мог ответить за него. Потом, так и не найдя поддержки у обшивки, вздохнул, перевел взгляд на Натана, твердо ответил:

— Нет.

— Это хорошо, — выдохнул Натан. — Хорошо… Сколько пушек у тебя на Моби?

Джей выгнул бровь. Ответил с неуверенной опаской:

— Восемь...

— Сколько они весят? — спросил Натан. Отпустил его наконец, и Джей невольно шагнул назад, под его напором. А Натан продолжил задавать вопросы. И с каждым вопросом делал шаг, и с каждым вопросом Джей отступал, пока не уперся спиной в борт. — Общий вес пушек? Вес нижней пристройки? Грузоподъемность Моби? Как летает Моби, Джей? Тип двигателя? Ну?

— На какой из вопросов мне отвечать? — пробормотал он совсем растерянно.

— Тип двигателя, — повторил последний вопрос Натан.

Джей молчал.

— Ты нихренашеньки не знаешь! — провозгласил Натан и широко улыбнулся. Джей снова покосился на Айзека и пробормотал:

— Тебе этого не понять, потому что ты бесчувственный, но мне сейчас реально стремно.

— Ты до сих пор не понял? — удивился Натан. — И ты, Айз? Это что? Я теперь у нас самый умный?

— Самый гребанутый, — поправил его Джей, осторожно взял за плечи и отодвинул. — Что я должен был понять?

— Капитан сейчас скажет бред, — сообщил Айзек. — Я понял, и это — бред.

— Ты — Заклинатель дирижаблей, Джей, — напомнил Натан, — и это не просто кличка. Ты установил такие пушки, что Моби, наш Моби, с ними просто не взлетел бы. Его подняли не механизмы — его поднял ты. И развернул у водопада его тоже ты. Чтобы Моби шел вперед, тебе не нужны никакие хреновы механизмы, ни рычаги, ни лампочки-кнопочки. Тебе просто нужно верить в то, что он пойдет.

— Это какая стадия? — спросил Джей, снова покосившись на Айзека.

— Переговоров, — подсказал тот.

— Угу, — кивнул Джей, — Натан, ты сейчас не хочешь принять…

— Да заткнись ты! — простонал Натан и снова встряхнул его за плечи.

— Хватит меня трясти, — Джей сбросил с себя руки и толкнул его в грудь. — Хватит меня бить, трясти и убеждать в том, что я какая-то ненормальная хрень. Ненормальная хрень у нас Айзек.

— Во-во, — поддакнул тот.

— Да вы похожи! Неужели не видите? Вы же, мать вашу, друзья! Вы и этого не видите, да? А знаешь, чего ты еще не видишь, Джей? Ты не видишь Айзека так, как его вижу я! Как видят все! Ты видишь его по-своему. Ты все видишь по-своему, потому что ты — особенный.

— Натан... — Джей вздохнул, неожиданно обмяк, откинул голову назад, с глухим стуком ударившись затылком о борт, прикрыл глаза. — Я не могу признать то, чего нет. И сотворить чуда не могу, потому что не могу. Я просто люблю, блин, дирижабли! Это — всё!

— Ладно, — Натан поднял руки и отступил. — Ладно. Будь по-твоему. Я ошибся. Люби дирижабли. Все оставшееся нам время. Но в последнюю секунду ты будешь думать о том, что так и не попробовал. Когда на подходе к Горизонту все отключится. Когда они пришвартуются, вытащат нас на тросах и расстреляют к хренам собачьим. Моби, нас. Всех.

— Обоснуй, — неожиданно потребовал Айзек. — Обоснуй свой бред.

— Генетические аномалии бывают разные, не только такие, как у тебя, — Натан пожал плечами. — Черт, да я лично знаю троих уродов, которые ни на кого не похожи! У одного пальцы длинные и гнутся во все стороны, второй под водой дышать минут десять может.

— Третий — я? — уточнил Айзек.

— Ты умный, Айз, — проникновенно напомнил Натан, — ты быстрый. Твой мозг работает, как самый охрененный в мире компьютер. Да, есть недостатки, которые надо компенсировать. Но что если бывают другие отклонения? Где недостатки — иные? Ты пойми, это все объясняет!

— А у него что работает? — спросил Айзек.

— Да не знаю я! Моби у него работает! Может, он магнитными полями управляет, может, воздушными потоками, это только он знает, но ему сейчас лучше об этом не задумываться. Ему вообще лучше не думать...

— Как будто он умеет думать, — вставил Айзек.

— ...ему нужно просто поверить!

— Эй! — возмутился Джей. — Я же здесь стою!

Айзек перевел на него совиный взгляд, помолчал и сообщил:

— Босс прав. Ты должен сделать чудо.

— И ты? — устало спросил Джей и обреченно пробормотал куда-то в пространство. — Оба…

Развернулся к изувеченной панели, уперся в нее ладонями и опустил голову. Тяжело и глубоко вздохнул, и вместе с ним вздохнул Моби. И все пропало. Пропал звук, пропала дрожь, пропало движение. Пропало само пространство-время. Искривилось. Застыло.

Свет отливал синим, и его было чертовски мало — они застыли в полумраке смутными силуэтами.

— Горизонт, — прошептал Натан. Айзек вскочил, уставился в заднее окно. Жэшки были размытыми и вдалеке, но уверенно шли за ними. Три, на тросах. Еще три — за ними. Чтобы потом за эти самые тросы вытащить из Горизонта и своих, и Моби.

— Джей, — сказал Айзек. — Они близко.

— Да не могу я! — простонал Джей, не поднимая головы. — Не могу поднапрячься и выдать нахрен чудо! Я бы хотел! Вы думаете, я бы не хотел?! Да я бы ими вас завалил к чертовой матери! Чудесами! Но я не могу! Не умею!

Натан осторожно подошел и положил руку ему на плечо. Тихо сказал:

— Ты не переживай, пацан. Вытащишь — нормально. Не вытащишь — фиг с ними. Хуже ведь не будет, так?

— Можно не уходить вглубь, — неожиданно сказал Айзек, отлип от окна, тоже подошел, остановился у другого плеча, поднял руку, дотронулся до локтя — до плеча ему было далеко и неудобно тянуться. — Если пойти по Горизонту вдоль, через пару сотен километров будет граница. Свалить в другую страну — это, конечно, не к звездам и китам, но для начала неплохо.

— Я не хочу в другую страну, — пробормотал Джей. — Я хочу к китам.

Поднял голову и открыл глаза. И Натан облегченно вздохнул — там, в глубине взгляда, снова сидело оно. То самое темное и иное, которое просто обязано было их вытащить.

— Так иди, Джеюшка, — проникновенно сказал Натан. — Куда хочешь — иди. Мы с тобой.

— Ага, с вами пойдешь, — процедил Джей. — Один без ширева прожить ни дня не может, второй — без холодильника своего. Грабли уберите. И нахер от меня. Подальше.

Оба послушно отступили.

— И еще раз тронете, — добавил Джей, не оборачиваясь, — грабли переломаю.

А потом осторожно взялся за рычаги. Медленно потянул на себя. Вдохнул, выдохнул. Отпустил, разминая ладони, снова обхватил. Тихо сказал:

— Ладно, малыш, надо уходить.

И Моби вздохнул. Еле слышно. Едва заметно.

— Твою мать! — завопил Натан, подпрыгнув. — Айзек, ты это слышал? Нет, ты слышал?!

Айзек уставился на него, моргнул. Потом разрешил:

— Валяй. Говори.

— А! Я! Говорил! — радостно выдохнул Натан.

— Давай! — прошептал Джей и толкнул оба рычага вперед.

Моби пошел.

— Хочу видеть их лица! — завопил Натан. — У-у, как я хочу видеть их лица сейчас!

— Теперь нам точно крышка, — сообщил Айзек. — Если Моби им раньше мешал, то насколько он им будет мешать теперь? Когда они поймут, что ему и Горизонт не страшен?

— Придется от него избавляться, — хмыкнул Натан и тут же поспешил добавить. — Шучу! Шучу, Джей!

***

Джей улыбнулся.

Синий туман пронзили солнечные лучи. Моби тихо заурчал, неспешно развернул нос и уверенно двинулся вдоль Горизонта. Айзек сполз по стене и нашарил рукой еще одну бутылку. Натан бухнулся на пол там, где стоял. Дрожащими пальцами достал из кармана самокрутку и сунул в зубы.

Щелкнул зажигалкой, ожидая, что Джей сейчас возмутится, мол, не курить на борту его ручного монстра, но Джей не обратил внимания. Он смотрел вперед, слегка прищурившись, будто пытался что-то разглядеть в тумане, будто хотел проложить новый курс, но Натан знал: ему не нужно прокладывать никаких курсов. Он может идти по солнечным лучам.

Он и пойдет.

Вернет их с Айзеком к их холодильникам и шприцам, а сам рванет сквозь Горизонт. Туда, где есть другие люди. И киты.

Натан покосился на Айзека, тот несколько секунд сверлил его бессмысленным взглядом, потом развернулся к Джею и сказал:

— Поворачивай. Джейкоб, поворачивай.

— Эй! — возмутился Джей. — Я Джей!

— Поворачивай, — ровно повторил Айзек, — заглянем за Горизонт. Потом вернемся. Мне хватит лекарств на пару дней.

— И пиво мы захватили, — напомнил Натан.

— Ну, положим, не вы, а я, — напомнил в свою очередь Джей, покосился на Натана, снова совсем по-детски улыбнулся и решительно двинул рычаг в сторону.

Моби пошел на разворот.

Content

Вернер Тим Заклинатель дирижаблей 3. Горизонт

Тим Вернер Заклинатель дирижаблей 3. Горизонт