Александра Руда (Ведана Рута)

Идеальный ген

1. Выигрыш

Матильда Ренко не любила мечтать. С раннего детства она поставила себе цель и с тех пор прилагала все усилия к тому, чтобы ее достичь. На мечты времени просто не оставалось.

Родители Матильды, добрые, хотя и недалекие люди, счастьем считали хороший урожай да мир в большой семье потомственных фермеров. Однако их младшая дочь всегда смотрела только в небо, и ненавидела возиться с землей. После того, как на седьмой день рождения девочка заявила, что мечтает основать собственную компанию грузовых космических перевозок, а, в дальнейшем, и клан имени себя, родители забеспокоились. За семь прошедших лет они уже поняли, что Матильда, что-то решив, прет вперед, словно комбайн с заклинившей панелью управления. Остановить невозможно, остается только разбегаться по сторонам.

Уже десять поколений клана Ренко владели четвертью сельскохозяйственной планеты Ситечко, бесперебойно поставляя продукты питания высшего качества чуть ли не всей Федерации. У клана имелся даже собственный космодром! Фермер — профессия прибыльная и почетная, вот только жить приходится на тихих планетках, вдалеке от шумных мегаполисов и оживленных трасс. После того, как на генную модификацию в Федерации Пятидесяти Планет (ФПП) был наложен строжайший запрет, а требования к качеству продуктов питания повышены, пришлось вернуться к старинным методам хозяйствования. Конечно, стоимость продуктов, а, значит, и прибыль клана, тут же выросли.

Теперь члены клана могли себе позволить ежегодный развлекательный межпланетный круиз, строительство собственного суперсовременного космодрома для прямых контактов с закупщиками и поставщиками и даже университет. Потому что нечего Аграрной Академии Ситечко продолжать узнавать клановые секреты!

Глава клана, Беральд Ренко-I, ведал всеми делами. Именно он определял, с кем вести дела, кому где учиться, работать, когда и где отдыхать. Родители Матильды были Ренко-145, то есть стояли далеко не на вершине клановой иерархии. Впрочем, их все устраивало. Как и пятерых братьев и сестер Матильды.

Объявив о своей мечте, упорное дитя принялась за ее осуществление. Проводила в комнате обучения целые сутки, штудируя образовательную программу с таким упорством, что за год прошла целых пять курсов.

На восьмой день рождения Матильда попросила родителей подарить ей деньги и купила себе доступ к библиотеке Кайли, планеты с самой лучшей космической академией.

После этого поступка Матильда удостоилась встречи с самим главой Ренко. Он всегда замечал необычных детей и умело использовал их таланты на пользу клана. Вот только с Матильдой у него вышел прокол. Девочка согласилась на все — обучение за счет клана и последующую работу на космодроме — но, как оказалось, лишь для вида. Вот только узнал об этом Беральд слишком поздно.

В десять лет Матильда переселилась к двоюродному дяде, который работал при космодроме таможенником. Любознательная малышка обаяла всех техников, за пять лет добилась получения диплома младшего механика и сдала экзамены на аттестат зрелости.

Матильда не любила вспоминать о том, скольких усилий и слез стоило уговорить родителей подписать разрешение на получение общефедерального, а не только планетарного, удостоверения личности. Но, как только это было сделано, девушка покинула Ситечко, устроившись временным работником на один из кораблей, принадлежащих другой планете. Парень, которого она заменила, лежал в местном госпитале, страдая от какого-то вируса. Тогда Матильда решительно воспользовалась родственными связями, ведь без старшего брата и его лучшего друга, работающих в том же госпитале, ей бы никогда не удалось провернуть дело с бегством с Ситечко.

После того, как Матильда устроилась на Кайли, согласившись работать только за еду, жилье и возможность учиться, главе клана оставалось только кусать локти. Целеустремленная девица со множеством талантов возвращаться на родную планету (и попадать под его власть) не собиралась.

Больше десяти лет слились для нее в бесконечную череду тяжелых дней. Она освоила множество специальностей, связанных с кораблями, прошла путь от бессловесного помощника до главного механика. И ни разу за эти годы ей не захотелось вернуться. Или поменять мечту на что-то более достижимое. Она работала и училась как проклятая, и, наконец, купила себе старый, чуть не рассыпающийся, транспортник. Конечно же, в кредит, однако начало будущей великой транспортной компании было положено.

Почти год ушел на то, чтобы настроить транспортник, который девушка ласково назвала «Сырком» — за корпус, изъеденный ржавчиной. Фермерское прошлое всегда давало о себе знать именно в подборе ассоциаций. Тут-то Матильде и пригодились все навыки многочисленных ремонтных профессий, которыми она овладела на пути к собственному кораблю.

Пилотом и навигатором девушка была, откровенно говоря, посредственным. Впрочем, летать по давно установленным трассам довольно просто, главное — не отходить от установленных алгоритмов. Потом Матильда освоилась, закончила несколько экспресс-курсов для пилотов, и жизнь наладилась.

Работа, работа и работа.

И раз в году, на свой день рождения, Матильда Ренко позволяла себе расслабиться и забыть обо всем. Получив традиционную посылку с родной планеты — продукты от родителей, вязанные вещи от бабушки, письма с уговорами вернуться от главы клана — девушка отправлялась в казино на планете Хот, которая не принадлежала ни одному из союзов, ни одной из федераций. Казино на планете Хот — самое злачное место в Галактике, для того, чтобы погрузиться в хмельной дурман и не думать ни о чем.

Сегодня Матильда играла в карты. Долгие перелеты она проводила либо за учебой, либо за логическими играми, поэтому не теряла цепкости ума даже будучи слегка пьяной. Поэтому вышла в финал небольшого турнира, надеясь не только получить удовольствие от схватки с хорошим противником, но и выиграть хорошую сумму денег, которая поможет приблизить покупку еще одного транспортника.

И, наконец, финал. Противник — тоже женщина, однако уже потерявшая сдержанность и хладнокровие. Она постоянно облизывала пересохшие губы, ее руки дрожали, волосы слиплись от пота. Даже удивительно, как она умудрилась дойти до финала!

— Я пойду до конца! — прошипела она Матильде. — Ты проиграешь! На кону вся моя жизнь! Поднимем ставки!

Женщина швырнула на стол пластину с чипом.

— Элитный питомник, — провозгласил крупье, считавший данные, и обратился к Матильде. — А у Вас?

Выпитый алкоголь толкнул девушку к ужасному поступку.

— Грузовой корабль, — буркнула она, отцепляя от своего личного браслета чип с документами на транспортник.

Глядя, как чип скользит по зеленому сукну, Матильда мгновенно протрезвела и собралась. Проклинать себя она будет позже, теперь же необходимо выиграть. Как сказала противница? На кону жизнь? Верно!

* * *

Матильда проснулась на койке в своей каюте. Память тут же услужливо подбросила подробности вчерашнего вечера, а голова взорвалась запоздалой болью. Мигренью организм Матильды реагировал на сильные нервные переживания, а вчера пришлось пережить ту еще встряску.

— Идиотка, — сказала Матильда, глядя в зеркало на свою помятую физиономию. — Кретинка! Дура! Все! Ближайшие два года никаких праздников! Чуть было не спустила в унитаз всю свою жизнь!

Кстати, о жизни!

Вчера, в результате напряженного противостояния, Матильда стала обладательницей элитного питомника. Да, фермерское прошлое тянется за ней, как проклятие! Хозяйкой чего она стала? Будет кроликов разводить или пуховых коз? Гоночных ящеров?

Пытаясь пригладить пальцами торчащие во все стороны короткие темно-русые пряди, Матильда налила себе тонизирующий напиток и выползла к пульту управления, давая искину (искусственному интеллекту корабля) команду показать происходящее рядом. Каждое утро по стоянке грузовых кораблей шатались неприкаянные, которых горячая Хотская ночь лишила либо работы, либо груза, либо корабля. На их несчастье можно было хорошо заработать, этим и собиралась заняться Матильда.

Однако вместо этого поперхнулась напитком, уставившись на происходящее возле ее трапа.

Там, на коленях, возле самого силового поля, защищающего корабль, стояли четыре фигуры. Рядом с ними топтался полицейский космопорта, единственного места, где на Хоте существовали закон и относительный порядок. Чуть поодаль столпились активно жестикулирующие зеваки.

Матильде совсем не нравилось пристальное внимание. Много лет она работала на свою репутацию и отдать ее на растерзание Хотским посетителям не собиралась. Поэтому выскочила наружу, желая поскорее разобраться во всем происходящем.

— Госпожа Ренко? — обрадовался полицейский. — Почему Вы не впускаете своих рабов вовнутрь? Они так простояли всю ночь!

— Моих — кого? — пролепетала Матильда.

Зеваки подтянулись ближе.

— У меня нет рабов, я гражданка ФПП!

— Они, — полицейский кивнул на четырех… хм… мужчин, продолжавших стоять на коленях, — утверждают, что ваши рабы.

— Чушь какая! — возмутилась Матильда.

Сразу после выигрыша она сбежала на корабль и совершенно точно не могла нигде приобрести себе рабов! Конечно, она знала, что рабство кое-где разрешено, а в некоторых местах вообще процветает, но она-то все свои дела вела только с честными торговцами родной Федерации, и прослыть рабовладелицей — это прямой путь к краху ее транспортной компании!

— Госпожа вчера выиграла в карты элитный питомник, — проговорил, не поднимая на Матильду глаз, мужчина с иссиня-черными прямыми волосами, доходящими до пояса. — Элитный питомник «Осси». Это мы. Элитные рабы для эскорта, досуга и разведения.

Ноги Матильды подкосились, и если бы ее не поддержал полицейский, она бы там и упала. Рядом с элитными рабами для разведения.

Полицейский побрызгал в лицо девушки жидкостью из специального баллончика. Перед глазами неожиданной рабовладелицы перестали плавать мушки.

— Я думала вы — кролики, — слабым голосом сказала она. — Или, на худой конец, скаковые ящеры… Я не знала, что есть питомники для людей!

— Мы не совсем люди, — мягко сказал черноволосый. — Мы — рабы.

— Да какая разница! — махнула она рукой. — Для разумных! Так… мне надо подумать… А вы не стойте здесь, идите, присядьте на… трап, что ли!

— Вы пришли в себя? — уточнил полицейский. — В таком случае, я передаю рабов под Вашу ответственность. Надоело их стеречь, знаете ли!

Матильда поняла намек и похлопала по карманам куртки, отыскивая завалявшиеся кредитки. Хоть какая-то польза есть от того, что рухнула вчера спать в том же, в чем и была.

— Извините, что доставила Вам проблем, — она сунула в ладонь полицейского кусочек пластика.

Видимо, номинала кредитки было достаточного, потому что полицейский заулыбался и признался:

— Да ладно, что уж там. Как хозяйка их привела, так они всю ночь у нас в офисе и просидели, я только недавно их сюда пригнал. Я про всю ночь на коленях немного… преувеличил.

Матильда криво улыбнулась и достала еще одну кредитку.

— Вы толпу разгоните? — поинтересовалась она.

И так понятно, что нажиться на чужих проблемах не удастся, со своими бы разобраться!

Бросив нервный взгляд на рабов, Матильда вбежала на корабль и рухнула в свое кресло, послав сигнал вызова лучшему другу, с которым когда-то начинала свой трудовой путь. Иван Сахаров теперь был преуспевающим адвокатом, но по-прежнему вел все дела Матильды.

— Мотя, — заспанное лицо Ивана появилось на экране. — У нас три часа ночи! У меня завтра два суда!

— Ваня!!! — закричала Матильда. — Я в полной заднице!!!

Ваня потер лицо ладонями и велел:

— Рассказывай.

Пока Матильда жаловалась на жизнь, Иван покинул спальню, где продолжала мирно спать супруга, привыкшая к ночным звонкам клиентов, сделал себе кофе, считал посланную с чипа информацию с документами из питомника и даже посмотрел на планшете законодательство ФПП.

— Ты действительно в заднице, Мотя, — подтвердил он. — Как гражданка ФПП ты не имеешь права ни продать этих рабов, ни дать им вольную, потому что владеть ими ты вообще не можешь! Но, так как владелицей ты стала случайно, то теперь ты несешь за этих лиц полную ответственность. Потому что по нашим законам они идут в категории «недееспособные».

— Видел бы ты их! Такие бугаи! В каком месте они недееспособные? — буркнула Матильда.

— Это тебе, Мотя, проверять, — хохотнул Иван. — Они — личностно недееспособные, потому как рождены рабами. Ты же не выпустишь комнатную собачку в лес к волкам? Да и закон тебе это не позволит, потому как за издевательство над животными положен штраф.

Матильда уронила голову на скрещенные руки и застонала. Очень хотелось побиться лбом обо что-нибудь, но пульт управления было жалко.

— Не дрейфь, прорвемся, — мягко сказал Ваня. Так пятнадцать лет назад он в трущобах Кайли утешал девчонку, скулившую от боли в натруженных мышцах и от рези в голодном желудке. — У тебя есть два варианта. Либо отказаться от гражданства ФПП и стать, к примеру, жительницей Вольного союза, где рабство очень даже приветствуется…

— А мои планы? А торговые связи? Кредит, наконец! Да и Беральд никогда не подпишет мое прошение об отказе от гражданства!

— … Либо, — продолжил Ваня, прекрасно знавший отношения Матильды с главой клана, — ты становишься опекуном этих четырех недееспособных, приспосабливаешь их к жизни и сдаче экзаменов на личность…

— Тратишь на них время и деньги, которых у меня и так нет, — вздохнула Матильда.

— … И становишься героиней, спасшей от рабства несчастных угнетенных, которая, преодолевая преграды и трудности, ведет их к нормальной жизни! — воодушевленно сказал Иван. — Если разрешишь присоединиться, половина расходов мои.

— Хм? — задумчиво почесала нос Матильда.

— Я создам нужный шум в сетях, — сказал Ваня. — Мы только выиграем от этой ситуации. Ну так как? Согласна?

— Перекидывай мне все, что я должна знать об этом опекунстве, — кивнула Матильда.

В друге она не сомневалась. Не только адвокат наденет на себя геройский плащ и поднимет свою популярность, Матильде тоже никто не мешает обратиться в профсоюз малых транспортных компаний за помощью. Как-никак, теперь она мать-кормилица четверых «детишек»!

Матильда допила свой тоник и отправилась знакомиться с питомцами.

2. Питомцы

— Что с нами будет? — прошептал Рик, когда новая хозяйка скрылась в корабле.

Натаниэль откинул на спину длинные черные пряди и потянул паренька к трапу. Он-то знал, что пока разрешают сидеть, нужно этим пользоваться. Жизнь раба, особенно раба, сменившего хозяина, непредсказуема.

— Что будет, что будет… — пробормотал Кирилл, запуская руки в пышную кудрявую рыжую шевелюру. — Избавятся сейчас от нас. Хорошо, если хотя бы в нормальный бордель продадут, а не извращенцам.

Рик, шестнадцатилетний паренек, который стал последним приобретением госпожи Осси, тихонько всхлипнул в плечо Натаниэля. Тогда вся налаженная жизнь бывшего элитного питомника уже катилась в пропасть. Старая госпожа разбилась во время нелегальных гонок, а ее дочь окончательно отдалась игромании. Ладно бы еще выигрывала, но нет, количество рабов все время уменьшалось, помещения питомника продавались, а младшая госпожа с оставшимися рабами моталась по различным злачным местам, надеясь выиграть. Иногда ей везло, и тогда мужчины получали передышку. Чаще — не везло, и тогда проигрыши госпожи им приходилось отдавать своим телом и кровью, в зависимости от пожеланий заказчика.

Натаниэль и Большой Бу смирились быстро. Кирилл, выкупленный старой госпожой из соседнего питомника, сопротивлялся дольше. На выставках ему прогнозировали большое будущее, и сдаваться просто так он не хотел. Кирилл то уговаривал молодую госпожу одуматься, носил ей каталоги с моделями, то сам просчитывал выгодные генетические линии. Потом от ее имени рассылал предложения, а ответы подсовывал как бы невзначай, в те моменты, когда госпожа Осси была счастлива от выигрыша. Он ведь стоил дорого, очень дорого! Потом решил своим телом помочь госпоже отвлечься от карточного стола, и это стало ошибкой рыжеволосого раба. От игр госпожа так и не отвлеклась, но Кирилла отказалась продавать наотрез, находя в его объятиях утешение.

А потом госпожа Осси избила любовника едва не до смерти. Почему — Кирилл так и не сказал, замкнулся в себе и стал ждать смерти. Натаниэль знал, что рабы с таким настроением долго не живут, но сил вытягивать Кирилла из черной меланхолии у него не было.

Рика госпожа приобрела во время перелета на Хот. Мальчишка из династии корабельных рабов всю жизнь жил рядом с родными и ни разу не покидал большой пассажирский лайнер. От него избавились только потому, что дочка капитана без памяти влюбилась в мальчишку. Вечером, перед судьбоносной для Рика игрой, капитан отловил наследницу в двигательном отсеке, где она пыталась изнасиловать перепуганного раба. Он-то знал, чем ему грозит близость со свободной, особенно с той, которая обручена с суровым старпомом! В ту же ночь Рика проиграли госпоже Осси.

А через два дня он перешел во владение новой хозяйки.

Большой Бу сел рядом с Натаниэлем и тяжело вздохнул.

— Меня, наверное, пиратам продадут, — грустно сказал он.

— А если мы за тебя попросим? — наивно предложил Рик.

Он уже успел понять, что суровый огромный мужчина на самом деле безобиднее плюшевой игрушки. Но вот как объяснить новой хозяйке, что Бу скорее годится в няньки, чем в воины?

— Попросим, — хмыкнул Кирилл. — Малыш, лучшее, что ты можешь для себя сделать — это молчать и не высовываться.

Рабы молча прижались друг к другу, делясь дружеским теплом. Что им еще оставалось?

— Эй, вы! — из шлюза выглянула новая хозяйка. — Заходите.

* * *

Матильда прошлась по рубке, рассматривая своих питомцев, выстроившихся перед ней в странных позах. Ладони сцеплены на затылке, локти подняты, ноги расставлены, все мышцы напряжены.

— Эм… слушайте, а почему вы так стоите? — спросила она, обратившись к черноволосому. Ей он показался наиболее вменяемым из всей четверки.

— Поза для торгов, госпожа, — ответил он.

— Каких торгов? — сначала не поняла Матильда, а потом возмутилась. — Не собираюсь я вас продавать. А-а-а-а, черти со всеми демонами преисподней! Я не знаю, как мне с вами обращаться! Слушайте, давайте без вот этих «госпож». Меня зовут Матильда, никаких тупых сокращений имени я не терплю. В ближайшем будущем мне от вас избавиться не удастся, но я буду очень стараться. И вот что. Кормить просто так я вас не собираюсь. Вот вам планшет, напишите, что вы умеете делать, пока я разберусь со своими делами. Вопросы есть?

— Госп… Матильда, — виновато пробасил Большой Бу. — Я не умею писать.

— А читать? — даже не надеясь на положительный ответ, спросила Матильда.

— Нет.

— А что ты умеешь?

— Женщин ублажать, — сказал Большой Бу.

Матильда, закрыв глаза, досчитала до десяти. Потом представила будущий офис своей транспортной компании. Это видение всегда ее успокаивало, но только не в этот раз.

— Ты где-нибудь видишь женщин, которых нужно ублажать? — излишне ласково спросила она у гиганта. Интересно, сколько он ест?

— А вы, госп… — начал было Большой Бу.

— Даже не думай! — рявкнула Матильда.

На крупных мужчин она насмотрелась еще на родной ферме. Да и сама, чего уж скрывать, не была мелкой. Пользующиеся популярностью на планетах ФПП хрупкие изящные девушки всегда вызывали жалость у ее здоровых восьмидесяти килограмм. Что поделать, фермерские гены — это фермерские гены. Зато крепкое и выносливое тело помогло Матильде выжить в самое страшное время с пятнадцати до двадцати лет; в те времена им с Ваней иногда в течении двух-трех дней приходилось делить одну пачку порционной синтетической вермишели на двоих. Хрупкая девушка загнулась бы еще на этапе бега с учебы на работу, максимум — на стадии «с работы на вторую работу».

В общем, от Большого Бу веяло незримым присутствием Беральда Ренко, который, хоть и обладал меньшим ростом, но был так же светловолос и голубоглаз. И мускулист. А главу клана Матильда побаивалась до сих пор, поэтому ни разу за все годы даже близко не подлетала к Ситечко.

Здоровяк понял, что он раздражает новую хозяйку, и отступил, попытавшись спрятаться на спину черноволосого.

— Так! — Матильда раздраженно переплела пальцы. — Мне не нужен от вас секс! Мне нужно, чтобы вы хотя бы отрабатывали свое проживание на моем корабле, а в идеале — да, я иногда верю в волшебную страну! — приносили прибыль! Поэтому вон ваша каюта, одна на всех, тут вам не круизный лайнер, сели, заткнулись и придумали, какая от вас может быть польза!

Тоненький, как камышинка, мальчишка с платиновыми волосами, тихонько спросил:

— А чем вы вообще занимаетесь, капитан, мэм?

Ого! Неужели все не так плохо, как Матильде представлялось? Она внимательно осмотрела паренька, и, боясь спугнуть птицу надежды, спросила:

— А ты что, из корабельных рабов? Кажется, это у вас всегда такие волосы интересные… От реактора двигателя, что ли, да?

— Да, капитан.

— И как тебя занесло в эту компанию? — Матильда ликующе потерла руки, уже прикидывая, куда она приспособит пацана. Вот это куш — корабельный раб! Механик, пилот, навигатор… Они же в прямом смысле слова с молоком матери впитывают в себя знания!

— Так получилось, капитан.

— А жизнь-то налаживается! — пробормотала Матильда, указывая мальчишке на кресло пилота. Не то чтобы она мечтала о втором члене экипажа, но на всякий случай рабочее место не демонтировала. Пригодилось. — Пока я знакомлюсь со своим новым членом экипажа, вы пишите, мальчики, пишите. Работать будут все. Работать постоянно. Но не в постели, ясно?

— И зря, — тихо сказал Кирилл, но Матильда услышала.

— Я не поняла, что за бунт? — преувеличенно удивленно спросила она. — Ты что там сказал, Рыжий? Это транспортная компания, а не бордель!

Натаниэль незаметно ущипнул Кирилла и попытался спасти ситуацию:

— Госп… Матильда, Кирилл имел ввиду, что это наши основные умения, и именно ими мы сможем отработать наше содержание наиболее эффективно. И даже прибыль принести.

— Кто, как и чем будет отрабатывать, решаю я, — Матильда скрестила руки на груди и мрачно уставилась на свой выигрыш. — Здесь я капитан. И только мое слово имеет значение. А вас, придурков, мне еще нужно в светлое будущее выпинать, так что заткнулись и послушно делаем то, что я скажу.

Натаниэль не понял, что новая хозяйка имеет в виду под «выпинать в светлое будущее», но потянул парней за собой, позволив себе бросить завистливый взгляд на Рика, который счастливо вертелся в пилотском кресле.

Иван позвонил, когда Матильда заказала новые антигравитационные койки в каюту питомцев, пополнила запасы продуктов с учетом двух прожорливых (по умолчанию) мужчин, одного растущего организма и одного гиганта. Также она успела выяснить, что Рик — только механик, и корабль не водил даже на симуляторе. Теперь Матильда сидела, тупо уставившись в планшет, и думала, что делать дальше.

— Ну что, Мотя, освоилась с приобретением? — спросил отвратительно довольный жизнью Ваня. Будто его не разбудили час назад, и на Кайли не стояла глубокая ночь. — Я тут накидал черновик пресс-релиза, посмотри и исправь, если надо.

— Теперь я понимаю, зачем им опекун, — Матильда устало потерла виски. Голова раскалывалась, и обезболивающее не помогало. Девушка понимала, что это все нервы, но пока успокоиться не могла. — Ты посмотри, что они написали! «Лучше всего умею делать куннилингус». Ваня, что такое куннилингус?

Иван хрюкнул, а потом и вовсе неприлично заржал.

— Мотя, ну ты даешь! Это когда мужчина ласкает женщину. Языком. Между ногами. Мотя, только не говори, что…

Краска залила лицо Матильды. Уши заполыхали.

— Конечно, я знаю, что такое куннилингус! В смысле, я слова не знала, а так-то я знаю!

— Да-да, конечно, — протянул Ваня противным сомневающимся тоном. — Предлагаю выяснить у твоего… кто это такой умелец? — адвокат развернул присланный файл. — Будевин? Хм… Ноги широко придется расставлять, я так думаю… Вот и выяснишь у Будевина, то ли ты подразумеваешь под куннилингусом или нет. На практике.

— Я… я… я… против сексуальных отношений между членами экипажа! — выпалила Матильда, беспомощно оглядываясь. Ее взгляд остановился на Рике. Он делал вид, что изучает схему двигателя «Сырка», но красное лицо, на котором двумя росчерками выделялись серебряные брови, четко давало понять, что разговор он слушает. — И вообще, не смущай ребенка!

— Где ты видишь ребенка, Мотя? — продолжал веселиться Иван. — В его возрасте ты уже год выживала на Кайли, тряся перед работодателями своим аттестатом зрелости! Эй, Рик, а ты умеешь делать куннилингус?

Паренек сполз по креслу вниз, стараясь исчезнуть из поля зрения камеры терминала. Ваня с удовольствием смеялся, а Матильда терпеливо ждала, пока он закончит веселиться.

— Мотя, я тебе на правах старого и мудрого друга советую — перенимай опыт ведущих транспортных компаний. Там члены экипажа обязательно спят друг с другом. Считается, что это укрепляет командный дух и развлекает во время долгих перелетов. Ладненько, давай к делу. Я тебе на счет переведу кое-какую сумму, скажешь, сколько еще понадобится. Ты примерно через месяц будешь на Кайли? Обучи питомцев тому, что стоит говорить перед камерами, информацию я тебе на неделе скину. Устроим пресс-конференцию, шумиху вокруг твоего — и моего — благородного поступка, все дела… Я пока подготовлю общественное мнение, а ты занимайся своим бизнесом и ребятами. Прорвемся, Мотя.

— Прорвемся, — со вздохом ответила Матильда, возвращаясь к планшету со списками умений.

Наиболее полезным оказался Натаниэль. Он имел за плечами законченные курсы домашнего эконома, чуть поднатаскать — и будет бухгалтером. Из непостельных навыков Кирилла значилось умение варить кофе и смешивать различные коктейли. Но Матильда старательно избегала любых вредных привычек, к которым отнесла и кофе. Но хуже всего дело обстояло с Будевином, значившимся также как Большой Бу. «Лучше всего умею делать кунилингус и всячески удовлетворять женщин». Написано Натаниэлем со слов самого Бу. И вот что с ним делать? Купить обучающие программы для дошкольников?

Новоиспеченная опекунша вызвала парней из каюты и сообщила:

— Теперь вы не рабы, а недееспособные, не личности и не граждане. А я ваш опекун. Моя задача — ввести вас в общество после сдачи всех необходимых экзаменов и прочего, не знаю, что там еще. Второй опекун — адвокат Иван Сахаров, он как раз будет заниматься всеми формальностями. А вы начнете вливаться в нормальную жизнь уже сейчас. Натаниэль назначается корабельным бухгалтером, вот тебе планшет с документами, личностный браслет пока не заслужил. Примешь доставку из магазина. У меня очень болит голова, и если меня кто-то потревожит, пусть пеняет сам на себя. Через два часа в кухонном блоке должен быть готов обед. Вопросы есть?

Бывшие рабы ошеломленно переглядывались и молчали. Матильда снова досчитала до десяти и ушла к себе.

Рухнув на койку, владелица великовозрастных питомцев принялась раскладывать по воображаемым полочкам происходящее, собираясь подумать над этим как следует. Но как следует насладиться тишиной ей не дали.

— Да? — злобно рявкнула Матильда на робкий стук в дверь.

— Госп… Опекун… Матильда, — наконец определился с обращением Большой Бу. — Я могу вам помочь.

— Это вопрос или предложение? — Матильда представила, как она медленно режет Большого Бу на веревочки, немного отлегло.

— Это… — видимо, сзади Бу подтолкнули, так как он набрался духу и выпалил: — Я умею делать обезболивающий расслабляющий массаж. Можно?

— Что-то в твоих умениях я такого не встречала, — озадачилась Матильда.

— Ну… это часть удовлетворения женщин. Расслабляющий массаж переходит в возбуждающий, а потом…

— Давай без «потом», — сдалась Матильда, усаживаясь на кровати. — Только расслабляющий массаж.

— У вас есть какой-нибудь крем или лосьон? — спросил Бу. — Ложитесь на живот, госпожа.

Через несколько минут Матильда поняла, что поспешила с отказом от сексуальных связей с опекаемыми парнями. Потому что если Бу хоть в половину так же хорошо занимается сексом, как делает массаж, то она упускает очень, очень, очень много.

С этой мыслью Матильда погрузилась в сон. Голова больше не болела.

3. Комиссия

Что может быть лучше здорового крепкого сна? Только хорошая еда.

С готовкой, как выяснила Матильда, у бывших рабов тоже было все в порядке. Во всяком случае, приготовить из элементарных продуктов элементарные же блюда — рисовую кашу с молоком и сахаром — они смогли.

Троица сидела за столом напротив Матильды и напряженно следила за тем, как она обедает. Ее аппетиту чужие взгляды совершенно не мешали. Поэтому она жевала и, наконец-то, рассматривала своих подопечных.

Натаниэль, невероятный красавец. Впрочем, все они, даже не питомнический Рик, были красивы. Все же элита, не просто так! Черные прямые волосы Натаниэля спускались шелковой волной до пояса. Смуглая кожа, точеные черты лица, идеальные брови и густые-густые ресницы. Карие глаза, чуть полноватые губы. Умный, настороженный взгляд.

Ярко-рыжий, веснушчатый, будто поцелованный солнцем, Кирилл. Тугие завитки из пышной шапки волос падают на лоб, скрывая взгляд. Четко очерченные губы то и дело сжимаются, то ли пытаясь сдержать дрожь, то ли кривую ухмылку. Кирилл Матильде не понравился. Она быстро определяла подобных ему хитрых засранцев себе на уме и старалась не вести с ними дел. А тут такой «подарочек» на ее собственном корабле!

Большой Бу — светловолосый, высоченный и широченный, голубые глаза глядят на Матильду с детским любопытством. Просторная рабская туника не скрывает бугрящиеся мускулы.

— Кстати… А где Рик? — встрепенулась Матильда.

— Возле двигателя, — ответил Натаниэль с таким видом, мол «вы же сами его записали в члены команды».

Матильда подскочила и помчалась в машинное отделение. Рик сидел на полу рядом с маневровым двигателем и раскладывал в ряд извлеченные из него детали.

— Ах ты ж паршивец! — взвыла Матильда, понимая, что сегодня с Хота они уже не улетят. Она узнала тот самый У — образный соединительный штифт, который она собиралась мучить до посадки на Кайли, а потом с почетом выкинуть на свалку. Трогать его строго не рекомендовалось, потому что вставить обратно было уже невозможно.

— У вас тут… — начал было Рик, но Матильда схватила его за ухо и стала тыкать носом в разложенные детали, словно щенка в лужу.

— Я разрешала тебе трогать двигатель? Отвечай, разрешала или нет?

— Нет, — проскулил Рик. — Но вы же сами…

— Что я сама? Что я сама? — бушевала Матильда. Остальные рабы сгрудились у входа в машинное отделение и не вмешивались. — Я сказала тебе разобрать двигатель? Я это сказала? А ну, смертник, повтори, что я тебе сказала?

— Что я член экипажа! — Рик уже плакал. Его мечта о том, что рабская жизнь закончилась и он теперь — совсем как свободный! — может заниматься кораблем, разлетелась на осколки. И это было куда больнее, чем трепка от хозяйки. Рика и побольнее били.

— Где там было про двигатель? — продолжала спрашивать Матильда. — Где, я спрашиваю?

— Не было-о-о-о…

— Тогда за каким чертом тебя сюда понесло? — разъяренная капитан выпустила ухо мальчишки и от души пнула его по заду. Рик растянулся на полу, проехав по деталям животом. — Я запрещаю без моего прямого приказа что-либо трогать на корабле, ясно всем? Кухня, санузел и каюта — это все! И если хоть одна шаловливая ручонка потянется куда-нибудь глубже, чем нутро пищевого комбайна, оторву эту руку по плечо и скажу, что так и было!

Кипя от ярости, Матильда загнала парней в каюту и отправилась к ремонтному доку, планируя покопаться там на постоянной распродаже. Разобрать проигранный, украденный или контрабандный механизм и продать его на детали — почетный бизнес на Хоте. С владельцем ремонтного дока не ссорились даже в том случае, если среди деталей находили что-то свое. Молча выкупали и все. А что? Надо внимательнее следить за своей собственностью!

Стоило девушке покинуть корабль, как ее начала грызть совесть. Наверное, зря она так накинулась на Рика, мальчик хотел как лучше. Но, с другой стороны, это ее корабль! Ее драгоценный «Сырок», созданный почти с нуля (или даже с минуса, учитывая его состояние во время продажи) собственными руками! И тут какая-то белобрысая мелочь влезла в него руками!

— Эй, эй, эй! — Матильду приобняли за талию. — Ти-ти, я тебя зову-зову… Ты в каких облаках витаешь?

Матильда заскрипела зубами. Вот уж кого она не хотела встретить!

Зейн Карат был ошеломительно красив и так же ошеломительно порочен. А еще он был мерзавцем, хуже того, он был мерзавцем, перед обаянием которого не могли устоять ни мужчины, ни женщины. Зейн не скрывал, что его отец — генномодифицированный раб из питомника, которого придирчиво выбрала его мать. Элден Карат, прославившаяся как навигатор еще до рождения единственного сына, прокладывала трассы для трех Зейновых кораблей, и только благодаря ей его небольшая флотилия первой поспевала на дележ разнообразной космической добычи.

С Зейном Матильду связывал бурный роман. Лет пять тому назад она влюбилась в черноокого красавца с первого взгляда, случайно устроившись на его корабль старшим механиком. Матильда, которую даже не коробила собачья кличка Ти-ти, бегала за Зейном хвостиком, жадно ловя любой его взгляд. В постели Карат был настолько же великолепен, как и в финансовых махинациях. Щедро позволял получить желаемое, чтобы потом забрать в два раза больше.

Ее любовь закончилась в одночасье. При выплате зарплаты Зейн зажал премиальные за найденный и разграбленный подчистую линкор Несущих Истину, которому не повезло в гипер-прыжке. Религия принесла обитателям линкора интерьеры не хуже королевских. Только драгоценные деревянные панели команда флотилии отдирала со стен целых три дня!

Согласно контракту, процент от подобного мероприятия полагался каждому члену команды. А вот Матильде его не дали — Зейн оценил свои сексуальные услуги куда дороже, чем причитающуюся Ренко сумму. У Матильды хватило ума расстаться с Зейном по-хорошему, а после небольшого шантажа «я не скажу фанатикам, кто ограбил резиденцию их кардинала» ее счет пополнился волшебным образом.

Зейн периодически попадался Матильде на трассах или в портах. Он вел себя так, словно между ними не случилось разногласий, предлагал дружеский секс и даже периодически подкидывал клиентов.

Карат целомудренно поцеловал Матильду в щечку, при этом одной рукой огладил ее ягодицы, а другой ласково сжал грудь.

— Слышал, ты обзавелась рабами? — шепнул он, приласкал мочку уха языком, скользнул легким поцелуем на шее.

У Матильды против воли потеплело в животе.

— Надо же, как быстро слухи расходятся, — пробормотала она, выкручиваясь из Зейновых объятий. Ему явно что-то было нужно, а, значит, сохранять трезвое мышление было просто жизненно необходимо. — Это не рабы, это мои подопечные. Я же гражданка ФПП, у нас рабство запрещено. Выучу их писать-читать и выпущу на волю.

— Ерунда какая, но, впрочем, как знаешь. Возьмешь от меня партию рабов для перевозки?

— Нет, — категорично заявила Матильда.

— Ти-ти, не отказывайся сразу, ты ведь еще не знаешь, сколько я тебе предложу…

— Все равно. Я с рабством не связываюсь.

— Ну, да, ну да…

— Зейн, нет!

— Ти-ти, не отказывайся, — в чарующем баритоне Зейна появились опасные нотки. — Ты единственная, кто летит отсюда на Тиронгу. Я согласен доплатить.

— Нет.

Карат преувеличенно тяжело вздохнул.

— Это твое последнее слово?

Матильда кивнула.

— Я хотел по-хорошему, — Зейн притянул девушку к себе и чмокнул ее в нос. — Не обижайся потом на меня, Ти-ти.

— Что ты задумал? — прошипела Матильда.

Карат развел руками и поспешил удалиться, не обращая внимания на все попытки его остановить.

Настроение, и так не очень хорошее, совершенно упало. Матильда сцепила зубы и заставила себя пойти в док. Никому она не позволит играть себе на нервах! И не поступится своими убеждениями!

Перебирание деталей и беседы с механиками разных кораблей немного примирили Матильду с действительностью, она уже начала прикидывать выгоды от наличия на борту четырех мужчин, а особенно Большого Бу, как вдруг личностный браслет завибрировал.

— Капитан, мэм, — на виртуальном экране появилось лицо Рика.

— Откуда ты знаешь мой номер? — гаркнула Матильда. Неужели он умудрился влезть в файлы управления? Голову открутить паршивцу!

— Это не важно, мэм. У нас проблемы. Тут какая-то комиссия пришла, требуют их впустить внутрь.

— Какая еще комиссия? — удивилась Матильда. — У меня все документы в порядке, груз я еще не брала…

— Я не знаю, мэм, там пока Натан с ними общается… Что делать, капитан?

— Никого не впускать! — велела Матильда. — Я скоро буду.

Конечно, можно было бы и пройтись, погрузив купленное на антигравитационную тележку, но Матильда волновалась и раскошелилась на таксо-кар. Что за комиссия, и что им скажет Натаниэль, еще несколько часов назад бывший бесправным рабом? И самое главное — это проделки Зейна или распоряжение властей? От этого многое зависит.

Около корабля действительно стояла комиссия. Трое женщин в чопорных костюмах государственных служащих, уже знакомый полицейский и зеваки — куда уж без них. У шлюза суровой глыбой застыл Большой Бу, а Натаниэль что-то пытался объяснить женщине с самой кислой физиономией. Остальные дамы молча пожирали его похотливыми взглядами.

— Я Матильда Ренко, капитан «Сырка». Что происходит? — Матильда ввинтилась в толпу, таща за собой тележку с деталями.

— Мы — служба опеки, — представилась кислая тетка. — Нам поступил сигнал, что вы издеваетесь над своими подопечными.

Служба опеки? Откуда на Хоте, столице беззакония, служба опеки? Однако продемонстрированные гало-удостоверения не оставили сомнений. Действительно, служба опеки из посольства ФПП.

— Я — издеваюсь? — Матильда лихорадочно соображала, что делать. Неужели кто-то из этих гаденышей, впечатленный расправой над Риком, позвонил в посольство? Но зачем? И как? — Каким это, интересно, образом, я над ними издеваюсь?

Она вперила в Натаниэля гневный взгляд, он пожал плечами. Бу развел руками.

— Мы должны все проверить и зафиксировать нарушения, — кислая тетка развернула на планшете форму акта.

Перед глазами Матильды замелькали цифры потерь. Через неделю ее ждали на Тиронге, и задержка грозила серьезной неустойкой. Попадать в жернова бюрократической процедуры для кошелька Матильды было смерти подобно.

— Перекиньте мне на браслет ваши полномочия, — попросила она. — Мне нужно посоветоваться со своим адвокатом.

Получив данные, Матильда толкнула тележку в сторону Бу и вбежала внутрь.

— Звонок Ивану! — крикнула она Искину, отталкивая что-то пытающегося ей сказать Рика.

— Чего тебе, — прошептал Ваня, не включая камеру. — Я на суде.

— Ко мне служба опеки нагрянула… Я кинула файлы.

Ваня отключился. Через пять минут, за которые Матильда едва не сгрызла все ногти, пришло сообщение: «Они в своем праве, но вспоминай, кому ты перешла дорогу. Просто так эти клуши из посольства носа не высовывают. Подкупай, а то застрянешь».

— А чтоб у тебя все двигатели разом сдохли, — ругнулась Матильда, набирая на браслете номер Карата. — Зейн, что это за шуточки?

— Ти-ти, — расплылся он в улыбке. — Какие шуточки? Все предельно серьезно! Ты же законопослушная гражданка ФПП! Ты в курсе, кстати, что ты обязана предоставить каждому подопечному каюту не меньше… черт… где же эти нормы? Короче, там и каюта прописана, и сумма карманных денег, и даже количество трусов. Ти-ти, ты купила своим мальчикам трусы? А какой модели? Помнится, я тебе в брифах очень нравился. О, нашел. Ти-ти, видишь, как я о тебе забочусь, принимай файл с обязанностями опекуна.

— Чтоб ты подавился, — пожелала ему Матильда, заканчивая звонок.

Комиссию пришлось впустить внутрь. Дружелюбно скалясь, Матильда наблюдала, как дамочки ходят по кораблю, не столько составляя акт, сколько рассматривая ее подопечных. И тут Матильду посетила идея. Она поманила пальцем Кирилла и прошептала:

— Скажи-ка мне, Рыжий, а сможете ли вы, знатоки в удовлетворении женщин, так обаять этих дамочек, чтобы они от нас отстали?

— Сможем, — совершенно пустым голосом ответил Кирилл. — Я знал, что вы будете торговать нашим телом.

— Идиот, какая торговля! Если мы тут застрянем надолго, то хуже будет всем. Я отказалась перевозить партию рабов, и мне устроили подлянку.

— А почему же отказались, госпожа? — голос Кирилла так и сочился ядом. — Решили, что нас вам хватит?

— Потому что мой корабль единственный, который летит на Тиронгу. Пока заказчик найдет еще один транспортник, кое-кого успеют выкупить. Большая часть — это должники казино, проигравшиеся в ноль. Тиронга на шахты берет всех и не спрашивает. А, да что я тебе объясняю…

— Мы сделаем что нужно, госпожа, — Кирилл не потеплел ни на грамм. Впрочем, Матильде не было дела до его переживаний. Ей надо было избавиться от комиссии и как можно быстрее улетать с планеты, пока Зейн не придумал что-то еще.

— Тогда используйте каюту, грузовой отсек и вообще что угодно, лишь бы они отсюда убрались без акта.

Пока Кирилл шептался с Натаниэлем, Матильда забрала тележку с деталями, поманила за собой Рика и направилась в машинный отсек.

— У нас есть два часа. Корабль должен быть готов к взлету. Вот тебе недостающие детали.

Губы Рика задрожали. Матильда с трудом подавила в себе желание схватить мальчишку за плечи и потрясти как следует. Надо же, какая нежная фиалка!

— Принимайся за работу, — велела она, указывая на кучу запчастей.

— Вы же запретили…

— А теперь разрешаю.

— Но…

— Никаких но! — Матильда погрозила Рику кулаком и вернулась в рубку.

Там никого не было. Из каюты парней раздавалось ласковое журчание голоса Кирилла и смущенное хихиканье одной из дамочек. Интересно, а где остальные? Матильда пожалела, что камеры у нее стоят только в грузовом отсеке. Хм…

А там романтический полумрак. Дамочка из комиссии, судорожно вцепившись в планшет, пятилась от Большого Бу, который раздевался, танцуя под неслышимую музыку. Зрелище было завораживающим. Огромное, мускулистое тело двигалось плавно и гибко, словно сытый хищник потягивается на солнце. Матильда не могла отвести взгляда от предельно эротичной игры мускулов, а уж когда Бу сбросил штаны, под которыми ничего не было, то едва не побежала в грузовой отсек, чтобы провести ладонями по упругим ягодицам, проследить пальцем дорожку волос, которая сбегала от пупка вниз, к мужскому органу, наливающемуся кровью.

Он поднимался медленно и величественно, а вот дамочка была готова упасть в обморок. Но, конечно же, Бу ей этого не позволил. Он опустился на колени и склонил голову. Облизнулся. Протянул руки к женщине, ласково, едва касаясь, погладил ее ступни, пальцы…Что-то сказал, осторожно снял с нее туфельки…

Как ему удалось сделать это так, что Матильда едва сдержала стон возбуждения? Маленькая женская ступня утонула в огромной ладони, пальцы великана ласково поглаживали выступающие косточки щиколотки…

Капитан вскочила и помчалась к двигателям. Им нужно вылетать. Нужно ремонтировать двигатель, а не пялиться на то, как по ее просьбе соблазняют девиц. И не слушать постанывания из каюты. И, все же, где Натаниэль?

Встрепанная пунцовая рабовладелица плюхнулась рядом с Риком, занимавшимся правым маневровым, немного понаблюдала за его работой.

— А ты девственник, Рик?

Мальчишка залился краской и выронил деталь.

— Да, мэм. Лидия… она хотела, чтобы мой первый раз был только с ней, но капитан следил…

— Что за Лидия?

— Это дочь капитана «Звездной радуги».

Матильда узнала название одного из самых шикарных пассажирских лайнеров.

— Надо же! Ты оттуда?

— Да, мэм. Лидия запретила меня трогать, а потом она вернулась с учебы и… клянусь, я не давал ей повода, все время проводил возле двигателей, мы все знали, что капитан нашел ей жениха… Но она… она все равно… а потом капитан меня продал… Я даже не успел попрощаться с мамой и братьями…

— Что за бред, — проворчала Матильда, берясь за инструменты. — Твой бывший капитан — дурак. Можно подумать, от его любимой дочурки убыло бы! А теперь ты в ее глазах мученик, отец — злодей, а жених… Что жених, кстати?

— Старпом. Он неплохой, строгий и ответственный.

— Но, наверное, не очень-то и молодой. — Матильда дождалась кивка и продолжила. — Вот поэтому я и удрала с планеты. Мне еще в десять лет опротивел принцип целесообразности для клана в ущерб своим интересам. Мой старший брат мечтал стать врачом, а стал ветеринаром на крупнейшей свиноферме. Вроде занятия похожи, но все же не то. И только потому, что врачей в нашей больнице было достаточно, и Беральд решил, что ветеринар полезнее. И погубил в моем брате гениального хирурга. Или педиатра. Или… не знаю, кого, но свиней Фринди ненавидит и ветеринар с него хреновый.

— Но, мэм, даже если бы Лидия не была дочерью капитана, ей бы все равно запретили со мной… ммм… общаться. Она же свободная, а я — раб.

— Общаться бы запретили, — согласилась Матильда. — Но сексом заниматься можно и молча. Кстати, не забывай, что ты уже не раб.

Рик протестующе засопел, покосился на Матильду, но промолчал.

— Но без моего разрешения никуда не лезь! — на всякий случай повторила запрет Матильда. — И как ты мне дозвонился?

— Но, мэм, на каждом корабле есть функция связи членов экипажа с капитаном. Вы же сами дали мне место в экипаже, поэтому Искин и не возражал, когда я отправил запрос.

— Мда… — стыдно признаться, но она напрочь забыла об этой возможности! Когда долго летаешь в одиночку, многие ненужные вещи просто вылетают из памяти!

Дальше они работали молча, пока в отсек не заглянул Большой Бу. Лицо у него имело то самое выражение довольства собой и миром, которое появлялось у всех удачно позанимавшихся сексом мужчин.

— Комиссия устранена, — отчитался он.

— Отлично, — обрадовалась Матильда. — Значит, улетаем, пока еще какая-нибудь напасть на мою голову не свалилась!

Они с Риком проверили двигатели, мальчишка — настоящее сокровище, умелый и толковый, Матильда решила поднатаскать его немного и начать доверять мелкий ремонт без ее контроля. Вот так с ходу признать умения паренька она не могла, да и в груди пекла ревность. Наверное, так себя чувствуют матери на свадьбах. Вроде и дочь будет счастлива, а все равно грустно. Я ж с тобой ночей не спала, по детальке собрала… в смысле, поила-кормила-воспитывала.

— Садись, — велела Матильда Рику. — Будешь вторым пилотом.

Она не стала говорить ему, что первый раз выступает в роли настоящего капитана, командующего подчиненными. Во время перелетов Матильда иногда играла с Искином на симуляторе полета, примеряя на себя роль капитана большого космического лайнера с полноценной командой.

— Пассажирам пристегнуться к койкам!

— Капитан, мы их еще не установили, — робко заметил Рик.

Вот же ж! Она забыла это проверить.

— Проклятие, — сказала Матильда, выпадая из образа сурового космического волка. — Пойдем, займемся. Эти, наверное, даже не знают, с какой стороны к этому делу подойти.

Однако «эти» даже не думали о койках. Кирилл пытался промокнуть мокрой рубашкой кровавые раны на спине и ягодицах обнаженного Натаниэля, а Бу отмывал пол от красных потеков.

— Что здесь происходит? — просипела Матильда. Рик молча закатил глаза и рухнул на пол.

— Ничего необычного, — криво усмехнулся Кирилл. — Чему вы удивляетесь? Если отдаешь тело раба, нужно быть готовым к тому, что оно вернется не совсем… в товарном виде.

— Что ты несешь? — растерялась девушка. — Бу вон довольный.

— А Натану не повезло.

— Это кто его так?

— Глава комиссии.

— Простите, госпожа, — прохрипел Натаниэль, пытаясь подняться. — Она сказала, что всегда мечтала… Чтобы вот так… И ей за это ничего не было…

— Ничего не было? — рассвирепела Матильда. — Я ее за решетку засажу! Пойдет в рудники мечтать!

— Госпожа… — Натаниэль все же встал, покачнулся и ухватился за койку.

— А ну ляг! — взвизгнула Матильда и помчалась за портативным медкомплексом.

На достойную медицинскую капсулу ей не хватило денег, но медкомплекс вполне справлялся со всякими мелкими ранками, получаемыми в процессе работы. Но что, если мерзкая кислая тетка отбила Натану почки? Медицинские познания Матильды не распространялись дальше элементарной первой доврачебной помощи. Без сдачи этого экзамена ей бы просто не выдали пилотскую лицензию.

Пока медкомплекс сканировал состояние Натаниэля, Матильда нервно грызла ногти, а потом решилась:

— Сейчас отвезем его в госпиталь.

— Не нужно, госпожа, — попросил Бу.

— Вас обвинят в издевательствах, и мы опять застрянем на планете, — спокойно проговорил Кирилл. — Тогда все это будет зря.

— А если он умрет?

— Не беспокойтесь, — сонно проговорил Натаниэль. Лекарства, которыми его напичкал медкомплекс, уже начали действовать. — Мы из питомника. У нас идеальные гены. Нас убить не так-то просто.

Матильда вышла в рубку и потерянно села в капитанское кресло. Кирилл приводил в себя Рика, а Бу ласково погладил девушку по голове.

— Все будет хорошо, госпожа. Не впервой.

— Да что ты такое говоришь! — взорвалась Матильда. — Не впервой? Я понимаю, что вы были рабами, но сейчас вы под моей защитой! А я не смогла… не уберегла… сама вас толкнула в руки этим извращенкам! И не называй меня госпожой!

Голос Матильды сорвался, она застонала и разрыдалась впервые с семнадцати лет. Бу поднял ее на руки и принялся баюкать.

И зачем ее только понесло в то казино?

4. Зейн

— Что происходит?!

Матильда дернулась, и Бу молча опустил ее на пол. Искин принял звонок Вани, и теперь адвокат с интересом разглядывал композицию «Бу и Матильда».

— Мотя? Ты плакала? — с ужасом спросил Иван. — Что этот с тобой сделал?

— Не он, — Матильда вытерла щеки. — Комиссия… Я попросила парней ее нейтрализовать, вот они и… Глава комиссии избила Натаниэля! Избила, понимаешь! До крови. Ваня!!! У меня только портативный медкомплекс, может, там какие-то серьезные повреждения…

— Спокойно. Чем избила? Это важно!

— Плеткой из проволоки, — подсказал бесшумно подошедший Кирилл.

— Значит, почки не отбила, только кожу хорошо попортила. Это не страшно, — хладнокровно сообщил Ваня.

— Откуда ты знаешь? И вообще, откуда у меня плетка? Или эта с… стерва принесла ее с собой?

— Натан сделал в кладовке из подручных материалов.

Матильда молча хватала ртом воздух.

— Успокойся, — велел Ваня. — Многие люди любят такие игры, а уж если ты заперта в дипкорпусе на планете всевозможных грехов, которые нельзя попробовать из-за боязни уронить честь посольства, то безнаказанно это сделать сам Бог велел.

— Ваня, ты что??? — прошептала Матильда. — Ты в своем уме?

— Конечно. Я адвокат по бракоразводным делам, Мотя. Поверь, я и не такое видел. Муж одной клиентки приобрел у антикваров швабру и любил жену этим предметом насиловать. Так что плетка из проволоки еще не худший вариант.

— Какой ужас. У меня такое чувство, будто я попала в какое-то Зазеркалье.

— Это всего лишь наш реальный мир, — холодно сказал Кирилл. — Не вы ли сегодня таскали за ухо Рика?

— Я не в обиде, — поспешил пискнуть откуда-то сбоку мальчишка.

— А что, он к двигателям полез? — поинтересовался Ваня. — Странно, что она всего лишь за ухо его оттаскала, когда я полез, мне чуть руку ваша опекунша не сломала.

Матильда покраснела и огрызнулась:

— Зачем они тебе, раз все равно не из того места растут.

— О, вижу ты уже пришла в себя. Это хорошо. Мотя, я куплю нашим парням медицинскую страховку, я сделал им документы временно недееспособных неграждан ФПП. Личностные браслеты закажешь сама, но только на планете ФПП. К тому моменту открою парням счета. Ноту протеста в посольство я уже подал, отдел опеки нам не комиссии, а денег должен, как самоотверженным опекунам. Так что не волнуйся, в ближайшем будущем к тебе не сунутся. Им разобраться бы, кто их так подставил на выполнение обязанностей, и запросить в бюджете денег. Прорвемся, Мотя.

— Прорвемся.

Матильда какое-то время задумчиво смотрела в погасший экран, а потом крутанулась на кресле и сказала:

— Народ, установите койки и закажете себе всякое нужное типа бритв и трусов. Одежды нормальной, посуды нормальной. Доступ к опекунскому счету я дам Натаниэлю… Когда проснется, вместе и закажете. А мы с Рыжим пойдем искать груз на Тиронгу.

Лицо Кирилла особой радости не выразило.

— Да-да, пойдешь как миленький, а то только критиковать можешь.

— Разве? — поднял он бровь.

— Я таких, как ты, поганцев хорошо знаю, — убежденно произнесла Матильда. — Вечно ходите, нос воротите. Так, это все пустое. У нас задача — набить грузовой отсек, и ты в поиске клиентов будешь принимать самое непосредственное участие.

— Опять подложите под какую-то девицу?

— Милый мой, знал бы ты, на что я иногда иду ради груза… — вздохнула Матильда. — От успешности грузоперевозок зависит наша жизнь, мальчики. Не найдем груз, будем голодать вместе.

— А разве можно подопечных заставлять голодать? — с издевкой спросил Кирилл.

— О, еще как! Вы же не дети. Я вас ввожу в реальный мир, а он вас просто так кормить не будет. Процесс адаптации начался, я уже предупреждала. Идем.

Кирилл плелся за Матильдой и всем своим видом выражал невероятные муки. Капитану очень хотелось треснуть рыжего по затылку, но она сдержалась, решив поднакопить претензий и уж потом вывалить все сразу.

Не удивительно, что ее так вывело из равновесия избиение Натаниэля, но подзатыльник она совершенно не считает чем-то плохим. Наверное, все из фермерского прошлого, в котором взрослые, не задумываясь, отвешивали одинаковые беззлобные тумаки собственным детям, нашкодившей собаке или теленку, сбежавшему из загона. Любя и воспитывая. Но вот хладнокровное избиение ради удовольствия… Брр, до чего же есть люди… не люди.

Браслет завибрировал. Сцепив зубы, Матильда остановилась и приняла звонок.

Зейн, обнаженный, валялся на кровати. Своего тела он не стеснялся, потому что глупо стесняться совершенства. Одежду в своей каюте он принципиально не носил и частенько вел в таком виде переговоры с достаточно близкими людьми. Да и вызов принимал на камеру каюты, а не браслета. В случае важного звонка сразу можно было переключиться на браслет, который транслировал только лицо. Однажды Матильда решила пошалить и ласкала Зейна, пока он договаривался о такой-то важной поставке. Карат с честью выдержал испытание, не изменившись в лице даже когда она принялась ласкать языком его возбужденную плоть. Но потом…

Матильда не заметила, как он отключил звонок, ловко извернулся, оп — и она уже лежит на спине, ноги разведены, а Зейн, словно машинально, гладит ее через трусики.

— Кажется, я говорил, что не стоит мне мешать, Ти-ти. — Он отодвинул тонкое кружево и осторожно погрузил палец во влажную глубину. — Говорил?

— Да, — простонала Матильда. Думать было совершенно невозможно, ведь он знал, как нужно двигаться внутри так, чтобы максимально быстро довести ее до пика.

— Говорил, — кивнул головой Зейн и погрузил внутрь еще один палец, большим поглаживая сверхчувствительный бугорок. — А ты?

— А я-а-а…

— А ты не послушала. — Он вынул пальцы, поправил трусики.

Матильда не удержалась и захныкала.

— Жестоко? — Зейн облизал пальцы. — М-м-м… Сладкая моя. Жестоко, да, а ты была не жестока? Ну-ка, открой ротик, закончишь то, что начала…

— … Ти-ти! — ворвалось в сознание Матильды, вырывая ее из воспоминаний. — О чем думаешь?

Улыбка Зейна была порочно-искушающей.

— О том, как бы тебе подгадить, — ответила Матильда. — Ты напустил на мой корабль комиссию!

— Ну ты же утверждала, что являешься законопослушной, почему бы это не проверить? — пожал плечами Зейн. — Как тебе моя новая стрижка?

Матильда против воли скосила глаза к низу его живота. Была у Зейна мания — раз в несколько месяцев менять интимную стрижку. Испробовав стрелочки, сердечки, елочки и прочие формы, он стал экспериментировать с цветами, потом — с украшениями. Теперь он… У Матильды отвисла челюсть. Он отпустил там волосы и заплел несколько косичек!

— Пришлось купить специальную маску для ускорения роста волос, — поделился Зейн, наслаждаясь реакцией Матильды и приближая камеру к своему причинному месту. — Это плетение называется «рыбий хвост».

— Прикольно, — одобрил Кирилл, заглянувший через плечо Матильды. — Мне такое же отпустить?

Он положил голову на плечо девушки. Его волосы щекотали шею Матильды. Она почувствовала, как еще глубже проваливается в Зазеркалье.

— Ни в коем случае, — сказала она. — Выбрить наголо!

Зейн прищурился.

— Не верю своим глазам! Ты уже попробовала всех своих мальчиков или только рыжего? И как он тебе?

Матильда не удержалась от маленькой мести. Она сладко улыбнулась и промурлыкала.

— Конечно, лучше. Ты всего лишь рожден от питомникового раба, а он — настоящий генетический шедевр, к тому же правильно обученный. Ты, Зейн, идеален лишь наполовину.

У Карата так потемнело лицо, что Матильда испугалась. Не переборщила ли она? Что делать, если он затаит обиду и начнет ей пакостить по-крупному? Ведь она ударила по самому ценному — мужскому самолюбию.

— Лучше, говоришь, — прошипел он. Глаза метали молнии, на скулах ходили желваки. Но Зейн быстро взял себя в руки. — Ты возьмешь мой груз?

— Нет.

— Жаль, — Зейн отключился.

Матильда тут же повернулась к Кириллу и предупредила:

— Еще раз влезешь в мой разговор — пожалеешь.

Развернулась и направилась к «толкучке», решительно настроенная сегодня получить любой груз и вообще вести себя так, будто ничего, совершенно ничего необычного в ее жизни не происходит.

— Мне кажется, Матильда, ты бесишься от того, что этот красавчик тебя бросил, — сказал Кирилл ей в спину.

— Во-первых, я не бешусь. Во-вторых, чего бы ты не добивался своими репликами, лучше прекрати. А в-третьих, это я его бросила.

Интересно, как хозяйка терпела Кирилла? Что-то для раба он сильно наглый. Или это на него так смена статуса повлияла? Опьянение от свободы?

Какое-то время они шли молча, но Матильда была настороже. Мало ли что сейчас обдумывает Кирилл! Судя по всему, он невзлюбил ее с первого взгляда и теперь отыгрывается за все сразу.

* * *

Натаниэль открыл глаза, выныривая из дремы. На корабле царила тишина. Спина совсем не болела, но чувство тревоги не давало расслабиться.

Он поднялся, слегка пошатываясь, вышел к рубке, а потом побрел к кухонному блоку, откуда послышался смешок Рика. Бу заметил Натана первым:

— Ты встал, Нат?! Но зачем? Госпожи… эээ… Матильды нет, лежал бы. Мы бы тебе планшет принесли, чтобы ты не вставал. Ты должен купить бытовые вещи.

— Где Кирилл? — спросил Натаниэль.

— Ушел с капитаном, — сказал Рик. — Они пошли клиентов искать.

— Бу, — Натаниэль оперся о стол. — Как ты мог ее отпустить! Кирилл же… Он нестабилен! А что, если у него окончательно сорвет крышу после сегодняшнего?

Большой Бу развел руками. Рик беспомощно посмотрел на Натаниэля.

— Ты хочешь сказать, что он может ее убить?

— Я не знаю, что он может, — признался Натаниэль. — Но вся его генетическая линия была признана психически неустойчивой, Кирилл не попал под ликвидацию только потому, что старая хозяйка его сильно любила.

— Давай позвоним капитану! Я могу!

— И что ты ей скажешь? — спросил Бу, удерживая готового сорваться с места Рика. — Дорогая госпожа, рядом с вами, возможно, хладнокровный психопат, который может свернуть вам шею? Как ты думаешь, сколько она еще пробудет нашей опекуншей после такого заявления? Хочешь обратно в рабство?

— Не думаю, что она захочет от нас избавиться, — возразил Натаниэль. — Мне Матильда не показалась такой же сучкой, как все эти… с которыми Осси водилась в последнее время.

— Но то, что мы ей не нужны, это факт.

— Факт, — согласился Натаниэль. — Возможно, этот факт и даст нам хоть какую-то возможность нормально пожить.

Бу замолчал. Он знал, что Натаниэль мечтает о другой жизни. Той, где он может сам принимать решения, сам выбирать себе женщин, а главное — сам растить своих детей. Бу в рабской жизни устраивало почти все, он не особо любил что-то решать и брать на себя ответственность, а вот Натаниэлю не сиделось тихо. Он сам уговорил старую хозяйку позволить ему закончить курсы финансового управления, сам возился с финансами и разбирался со всеми делами. Если бы хозяйка не погибла, через несколько лет мог бы быть проданным в какое-то поместье в качестве эконома.

— Что будем делать? — спросил Рик.

— Молчать, — пожал плечами Натаниэль. — Надеюсь, у Кирилла хватит ума ничего не затевать.

Рик услышал звонок и помчался его принимать. Бу и Натаниэль, не сговариваясь, пошли за ним. Мало ли что.

Камера показала красивого, холеного мужчину в одних шортах. Он валялся на кровати, покрытой дорогим меховым пледом.

— Эй, вы, — сказал он, обращаясь ко всем сразу. — Питомцы. Ти-ти, в смысле, Матильда — моя. Только попробуйте протянуть к ней свои ручонки. Кастрирую.

— А вы, собственно, кто? — с прохладцей спросил Натаниэль.

— Зейн Карат. — Он окинул Натаниэля оценивающим взглядом. Увиденное ему явно не понравилось. — Ты чего голышом расхаживаешь?

Натаниэль пожал плечами. Что-то говорить агрессивно настроенному типу он не собирался.

— Матильда моя, — повторил Зейн.

Натаниэль потянулся и отключил звонок.

— Кто это такой? — спросил Бу, глядя, как Рик уверенно входит во всегалактическую сеть.

— Зейн Карат, владелец трех кораблей. Капитан работала у него четыре с половиной года назад. Она это не скрывает, вот, в доступных файлах указано.

— Давненько, — сказал Бу. — И что, он за ней все это время бегает?

— Как бы там ни было, подождем возвращения Матильды, — сказал Натаниэль. — Мало ли какие отношения их связывают. Еще же и Иван Сахаров.

— Я боюсь, — сказал Рик. — Вдруг мы что-то сделаем не так, и все прекратится. Она сказала, что я полноценный член экипажа, что мы теперь не рабы! А вдруг…

— Не думай об этом, — посоветовал Бу. — Только хуже сделаешь. Главное — не думать и спокойно принимать все, что будет. Мы все равно ничего не изменим.

— Как раз изменим! — паренек подскочил с кресла и возбужденно заметался по рубке. — Изменим, мы же теперь не рабы, понимаешь?

Рик не заметил, что его последние слова услышала Матильда, звонок которой автоматически принял Искин.

— Рик, ты чего? — И только сейчас парни обратили на нее внимание. — Да, вы не рабы. Натаниэль, а ты почему встал?

— Что-то случилось, Матильда? — скрывая волнение, спросил Натаниэль.

— Пока ничего, — Матильда покосилась на Кирилла, с нарочито безучастным видом стоявшего рядом. — Вы все себе заказали?

— Пока нет, — ответил Рик. — Натаниэль только проснулся.

— Зейн Карат звонил, — сказал Бу.

Матильда скрипнула зубами.

— Вот гад! Если явится, не пускайте его на корабль. Чего хотел?

— Сказал, что вы его.

— Ага! — возликовала Матильда. — Заволновался, значит. Отлично. Да не его я. И уже давно. Просто у Зейна вечно свербит в одном месте.

Парни молча смотрели на крайне довольную Матильду. Их не впервые использовали как повод для вызывания ревности, но все равно почему-то стало обидно.

5. Толкучка

После звонка на корабль Матильда, полностью довольная собой и окружающим миром, заскочила в мелкий магазинчик, торгующий всем подряд специально для космолетчиков, и купила Кириллу приличную одежду. Он надевал ее с таким видом, будто он — король и вынужден облачиться в обноски, и делает это только ради своих подданных.

— Хорош кривиться, — не выдержала Матильда.

— Эта рубашка мне совсем не идет, — манерно проговорил Кирилл. — Если хотела меня приодеть, проконсультировалась бы со знающими людьми. У тебя ни вкуса, ни стиля.

Матильда представила, как запирает Кирилла с Зейном в одну каюту. Интересно, чей яд окажется более сильным?

— Да что ж ты молчал, когда я выбирала?

— А мне слова не давали, — нагло заявил Кирилл.

— Сейчас тебе его тоже не давали.

— А я сам взял.

Матильде очень захотелось купить бутылку водки, выпить ее, а потом разбить тару о рыжую голову. Но она сдержалась, заставив себя вместо этого запланировать обучение Кирилла таким образом, чтобы избавиться от него как можно быстрее. А еще лучше, после Тиронги отвезти оговоренный ранее груз и на Кайли скинуть Кирилла Ване. Подарочек с подвохом, пусть адвокат на нем тренирует свою выдержку. И не забыть поставить на браслете обратный счетчик, «До момента избавления от Рыжего осталось…»

Приободренная этой мыслью, Матильда вошла в здание толкучки, игнорируя бурчание Кирилла. Он что-то говорил на самом краю слышимости, рефлекторно заставляя прислушиваться, но Матильда полностью сосредоточилась на добывания груза, ей было не до детских обидок.

Толкучкой служил большой зал неподалеку от грузового порта. Здесь в поисках груза и, при необходимости, членов экипажа, собирались мелкие перевозчики, недостойные получения официальных крупных заказов. Также на толкучке постоянно циркулировали слухи, сплетни, домыслы и прочая кулуарная и нужная для работы информация. Матильда отметилась у дежурного администратора, уплатила взнос и потянула за руку Кирилла, с независимым видом стоявшего у входа.

— Так, Рыжий, ты будешь стоять здесь и делать умное лицо. Вот это, — она сунула ему в руку лист бумаги, — направление нашего маршрута. Ловишь заказчиков и убеждаешь их в том, что им крайне необходимо нанять именно наш транспортник для перевоза их драгоценного груза.

— А если я…

— Никаких если! — отрезала Матильда. — Хочешь вести себя как последний кретин — веди. Но не в рабочее время.

Кирилл обхватил ее руками, прижимая к себе.

— Ты забыла, Матильда? Я же питомничий раб. Моя работа — в постели.

— Ты бывший раб, — проговорила Матильда, не пытаясь выбраться из его объятий. Почему-то в них было уютно. — И твоя работа теперь такая же, как и моя. Грузы, перевозки, клиенты.

— Я ее не выбирал точно так же, как и не выбирал быть постельной игрушкой. А ты выбрала, и тебе нравится заниматься этим. А меня, как всегда, спросить забыли.

— Рыжий, ты дурак, — сказала Матильда устало. — Да, сейчас у тебя нет выбора. Но я, черт возьми, хочу сделать так, чтобы у вас всех был выбор. А для этого мне нужны деньги. Деньги на нормальную, а не рабскую, одежду. На нормальную, не химическую, еду. На учебные программы. И от того, что ты выделываешься, легче мне не становится. Найди клиента на Тиронгу, получи процент от заказа, купи себе курс в той профессии, которую хочешь именно ты. Хочешь быть и дальше постельной игрушкой — пожалуйста. Только я не позволю тебе скатиться до дешевого борделя. Выучись на элитного куртизана, получи лицензию и окучивай богатых старушек. Прекращай ныть и займись своей жизнью.

Кирилл внезапно оттолкнул от себя Матильду, да с такой силой, что она чуть не упала. Лицо его было каменным.

— Я найду клиента.

— Вот и славно. Я тоже зря времени терять не буду.

Матильда спокойной походкой отправилась к группке знакомых перевозчиков. Но на самом деле внутри клокотали эмоции. День выдался слишком богатым на события и переживания.

— Матильда! — ей распахнула объятия Ирка-контрабандистка, бывшая пиратка, решившая на старости лет пожить спокойной жизнью честной владелицы маленького грузовика. Ее многочисленные дети (имена которым Ирка давала по порядку рождения) и еще более многочисленные внуки продолжали славное противозаконное дело, пользуясь советами матриарха семейства.

Кроме успеха в контрабанде Ирка славилась своими любовными похождениями. Каждый раз она влюблялась со всем пылом, но быстро охладевала к мужчине, оставляя себе на память очередного ребенка. На ее корабле постоянно бегали и бесились дети — как ее, так и ее команды, состоявшей исключительно из женщин. Кроме этого, детям для счастливого детства были положены домашние животные, которые усиленно плодились. Да уж, Ирка четырех новых постояльцев и не заметила бы! И уж точно никогда бы не стала переживать.

Контрабандистка обладала почти сверхъестественным чутьем и никогда не ввязывалась в заведомо провальные авантюры, за что ее особо ценили все соратники. И не совершала тяжелых преступлений, за которые космическая полиция ее начала бы по-настоящему преследовать.

Бывшая контрабандистка охотно пользовалась всеми достижениями современной медицины, позволявшей обычному человеку спокойно доживать до двухсот лет. В свои сто с хвостиком она выглядела хорошо если на сорок пять.

— Оюшки, какой самец, какой самец! — проговорила Ирка, рассматривая Кирилла. — Это из твоих рабов?

— Бывших рабов, — Матильда сразу поняла, что именно стало новостью номер один на толкучке.

— Да какая разница, главное — это же элитный самец! Слушай, есть деловое предложение. Меняю своего принца на твоего рыжего.

— Какого принца? — удивилась Матильда.

— Да два месяца назад была на Мидееве, там собираются богатые придурки и играют в рыцарей и принцесс, изображают из себя жителей двухтысячелетней давности, только с современной сантехникой и медициной. Благо, там даже драконы водятся. Платья, замки, турниры, все дела. Моя Пятая как раз удачно разжилась сивильским шелком, я повезла его продавать. И решила на турнир посмотреть. Ну и… украла победителя. Вместе с конем. Коня, правда, пришлось продать потом. А принц оказался выше всех похвал. За нами, кстати, по космосу принцессы гонялись, спасти его хотели. А я выступала в роли злой, но очень любящей драконихи.

— Не догнали, да? — смеясь, спросила Матильда.

— Да куда им, курицам. Яхточки, конечно, все из себя дорогущие, современные, чуть ли не позолоченные. Да только опыта — пшик. Я им даже поддавалась, все равно не догнали. Да… Принц мне наскучил. Ты не думай, фуфло тебе впаривать не буду. Он настоящий, сынок владельца астероидного пояса с танталовыми шахтами. Можешь его потом, как наиграешься, папочке продать. Дорого.

— Я не занимаюсь работорговлей.

— Назовешь это выкупом, какая разница.

— Спасибо за предложение, но нет, — улыбкой смягчила свой отказ Матильда.

— Нет так нет, — легко согласилась Ирка. — Говорят, Зейн бесится.

— Интересно, есть ли хоть какой-то факт из моей жизни, который не обмусоливают на толкучке, — пробормотала Матильда.

— Да ты что! — ахнула Ирка. — Это же такая новость! Тильда-праведница рабами обзавелась! — Матильда краем уха слышала, что ее так называют, и даже в глубине души гордилась прозвищем. — Это же еще больший скандал, чем когда ты Зейна бросила! До сих пор некоторые смертнички ему это вспоминают.

— Не кинул бы он меня на деньги, я б его не бросила, — буркнула Матильда.

Ирка засмеялась.

— А скажи, он хорош в постели? — кивнула контрабандистка на Кирилла.

— Да не знаю я! Они только утром появились, когда б я успела!

— Ну ты даешь! — протянула Ирка. — Детка, может, это будет для тебя сюрпризом, но… Мне бы часа хватило, чтобы попробовать всех по очереди, и пятнадцати минут — чтобы всех сразу. Это так, для снятия первой пробы. Чтобы очередность установить.

Матильда покраснела.

— Со всеми сразу?..

Ирка хлопнула ее по плечу.

— Тильда-праведница… Я тебе перешлю кое-какое видео, примешь во внимание.

— Не хочу, — окончательно смутилась Матильда.

— Ерунда. Захочешь, как только увидишь.

— Ира, но одному всего шестнадцать!

— Оюшки, сладкий мальчик! Это же, — Ирка причмокнула, — нектар, пища богов! У рабов, между прочим, возраст использования с четырнадцати начинается.

— По законам ФПП… — начала Матильда.

— По законам ФПП нужно только получить аттестат зрелости, — перебила ее Ирка. — Доказать, что обладаешь установленным государством массивом знаний и можешь сам себя обеспечить. Именно этим я воспользовалась, когда выпихнула из дома своего одиннадцатилетнего Третьего. Надоел он мне, шебутной, как папаша. Он тогда всю галактику пересек, нашел папашку, теперь вместе куролесят. А ты — шестнадцать лет! Ему только и надо, что со своей койки в твою перейти, чай, не заблудится.

Матильда подумала, что Кирилл и Ирка составили бы идеальную парочку. Если Ваня откажется принять его к себе, будет запасной вариант.

Контрабандистка как будто прочитала ее мысли.

— Так я придержу пока принца для тебя? — спросила она и достала планшет. — Смотри, какой красавчик!

Ирка запустила видео, на котором принц ласкал себя.

Принц и правда оказался красавчиком. Белокурые локоны, голубые глаза, пухлые, так и просящие поцелуя, губы… Тренированное тело бойца — победу на турнире дают не за красивые глазки.

— Прелесть, скажи? Сначала смущался, отказывался, а теперь… М-м-м… Смотри, смотри, какой член. Толстый, крепкий, длинный. Знаешь, как он им орудует? Лучше, чем мечом, хотя ручка меча — или как оно там называется — тоже ничего, мы пробовали. Если хорошо смазать, то удовольствие… острое, да!

— Ир, я не хочу это слушать! — Матильда заставила себя отвернуться, хотя от вида ласкающего себя принца внизу живота потеплело и навело на несвоевременные мысли о длительном воздержании.

— Тильда, лапочка, для своего возраста ты слишком серьезная. Жизнь одна, и ее нужно тратить на приятные вещи.

— Я и трачу, — рассеянно сказала Матильда. Кирилл разговаривал с какой-то богато одетой дамой, и это страшно напрягало. С одной стороны, нужно дать ему шанс проявить себя, с другой стороны…

— Капитан, вы летите на Тиронгу? — от вопроса, заданного вкрадчивым, мурлыкающим тоном, Матильда едва не подпрыгнула. Уж больно знакомым он был.

— Зейн! — прошипела она. — Ты меня преследуешь?

— Вовсе нет, — невинно распахнул глаза Карат. — Я искал человека, который летит на Тиронгу, и это оказалась ты.

— Я не возьму рабов!

— Кто говорит о рабах! Ты возьмешь одного пассажира?

— Тебя, что ли? — Матильда смерила Зейна скептическим взглядом.

— Именно! — улыбнулся он.

Ирка рядом вздохнула, пожирая Зейна замаслившимися глазами.

— Нет.

— Я не раб, Ти-ти. И плачу деньги.

— У тебя три, ТРИ!!! Собственных корабля, Зейн, садись в любой и лети куда хочешь! — «а лучше всего к черту», — подумала Матильда. — Мы расстались четыре года назад, почему вдруг ко мне такой интерес?

— Вовсе не вдруг, я тобой всегда интересовался, но ты была слишком занята, чтобы это заметить.

— Я и сейчас слишком занята.

— Ти-ти, возьми меня пассажиром.

— Нет.

— Возьми.

— Нет.

— Три тысячи кредитов ФПП.

У Матильды отвисла челюсть. Сумма была огромной. Полгода выплат за кредит!

— Ты с ума сошел? — осторожно поинтересовалась она. — Говорят, сейчас все лечат.

— Не сошел он с ума, — бесцеремонно заявила Ирка. — Он ревнует. Ты от него ушла и занималась исключительно бизнесом. А сейчас рядом с тобой четыре красавчика крутятся.

— Вас я вмешиваться не просил, — разозлился Зейн.

Ирка пожала плечами.

— А я не позволю тебе дурить голову Матильде! Ты сам упустил свое счастье, грызи теперь локти и не мешай девочке жить.

Зейн скривился, но отошел. Связываться с языкастой язвой Иркой он не хотел.

— Ничего не понимаю, — призналась Матильда. — Почему это он вдруг воспылал ко мне такой любовью?

— Милочка, ты единственная женщина, которая его бросила. Это для него оказалось таким новым ощущением, что до сих пор переварить не может. Но одно дело, когда ты была одинокая, страдающая по нему…

— Я не страдала!

— Зато он мог себя утешать мыслью, что ты страдаешь! Так вот. Другое дело, когда весь Хот судачит о твоих красавчиках. С которыми ты — о ужас! — будешь летать вместе и совершенно определенно не будешь страдать.

— У него же наверняка есть женщина, почему он ко мне прицепился!

— Женщин много, а ты одна, — Ирка щелкнула Матильду по носу. — Тильда-праведница существует в единственном экземпляре, цени это.

— День откровений, — пробормотала Матильда. — За что мне это?

— Почаще высовывайся из своей раковины, еще не то узнаешь, — подбодрила ее Ирка. — А что за груз тебе Зейн предлагал? Пойду, перехвачу.

— Успеха, — Матильда с волнением следила за Кириллом, который договаривался уже со второй дамой.

Не выдержав, капитан подошла к нему, делая вид, что она совершенно доверяет Рыжему и абсолютно, вот ни капельки, не волнуется.

— А это капитан, — Кирилл представил ее даме, оказавшейся заказчицей. — Сейчас она подпишет с вами договор.

— Конечно, — кивнула дама, не отводя от Рыжего откровенно похотливого взгляда. — Конечно.

Он наклонился и поцеловал ее ладонь, нежно провел пальцем по запястью.

— Вы же не против добавить к сумме пять процентов? Иначе я никак не смогу вам позвонить. Капитан у нас суровая.

Матильда открыла рот, но потом его закрыла и достала планшет.

— Добавлю десять, — сказала заказчица. — И ты мне вышлешь свою голограмму. Обнаженку.

— Увы, — искренне огорчился Кирилл. — Моя капитан категорически против такого. Мы только перевозим грузы, никаких голограмм с телами… Она, — заговорщицки понизил он голос, — считает это порнографией, за которую, увы, карают. Нашего капитана зовут Тильда-праведница.

Откуда он узнал? Матильда покраснела от возмущения.

— Но я буду думать о вас весь перелет… — хриплые нотки в голосе Кирилла заставляли даже мысли Матильды сворачивать в сторону от грузовых перевозок, а уж заказчица так вообще была готова расплыться лужицей.

— Хорошо, — прошептала она, почти не соображая, что делает.

Пискнул ее личностной браслет, перекидывая на планшет Матильды данные для составления договора.

С невозмутимым выражением лица капитан Ренко заключила сделку, попрощалась с заказчицей и потащила Кирилла за собой на улицу.

— Груз от Корпорации Зинегро? Как ты умудрился его получить? — пораженно спросила она.

— Исключительно с помощью личного обаяния, — Рыжий выдернул руку из ее захвата. — Не понимаю твоего возмущения. Ты хотела, чтобы я нашел груз — я его нашел.

— Я не возмущаюсь, — Матильда запустила руки в волосы. Резко потянув себя за пряди, она убедилась, что не спит. — Я в шоке. Это же совсем другой уровень! Это же… Да имея такого заказчика мы шагнем вперед!

— Спасибо Кирилл, — кривляясь, сказал Рыжий.

— Спасибо я тебе скажу только тогда, когда за грузом закроется наш шлюз и мы взлетим с планеты, предупредила Матильда. — Поверить не могу… Что она делала на толкучке?

— Шла за твоим Зейном, — сказал Кирилл. — А я ее перехватил и доказал, что я лучше.

— Мы еще и груз Зейна перехватили, — констатировала Матильда.

Нет, это однозначно не сон. Только реальность может быть такой страшной.

6. Пассажир

На Хот спустилась ночь. Большой Бу, внезапно обнаруживший в себе гениального грузчика, помогал размещать товар. Его количество было больше вместимости грузового отсека «Сырка», однако, благодаря талантам Бу и технической помощи Рика его удалось распихать во все возможные места, включая третью каюту, кладовку и даже кухонный блок. Коридоры сузились в несколько раз, но отстоять санузлы Матильде удалось. Что-то она не могла представить, как пользуется с парнями одним туалетом! И душем!

Подписав все документы и самолично проверив крепления каждого из генераторов для шахт Тиронги, Матильда без сил упала в капитанское кресло. Такой вымотанной что физически, что эмоционально, она давно не была. С одной стороны, надо было побыстрее убираться с планеты, пока Зейн не примчался ругаться, но с другой… для вылета на космическую трассу нужно было несколько часов вручную пилотировать корабль. Вот если бы у нее был свой навигатор, можно было бы проложить трассу максимально удобно. Полеты на общедоступных трассах, расчеты для которых можно купить в специальном бюро, всегда сопряжены с опасностью столкновения или нападения пиратов. Летающих без навигаторов мелких кораблей было предостаточно, чтобы общедоступные трассы напоминали дорогу, по которой гонят стадо бычков. Тесно, шумно и опасно.

Нет, лучше остаться здесь на ночь. Все документы подписаны, как бы не бесился Зейн, сделать он ничего не сможет. А потом… Потом надо будет так составлять маршруты, чтобы ни в коем случае с ним не пересекаться. Карат не любит ФПП, значит, в ближайшее время ей придется летать только там. В деньгах она, конечно, потеряет, зато будет возможность познакомить парней с Федерацией, гражданство которой они рано или поздно получат. Опять же, безопасность тоже дорого стоит.

— Матильда, — Натаниэль ходил бесшумно, как и все рабы. Только бледность и широкая туника до колен напоминали о его ранениях. Когда Матильда с Кириллом вернулись, Натаниэль встретил их таким взглядом, словно они, как минимум, выжили в безнадежном сражении. Но ничего не сказал. А Матильда похвалила Рыжего и приказала готовиться к приему груза. — Что мы делаем дальше?

— Спать ложимся, — зевнула Матильда. — Завтра утром стартуем.

— Вы будете спать одна? — спросил Натаниэль.

Матильде захотелось побиться головой об пульт управления. Разве она недостаточно четко сказала, что не собирается заводить с ними сексуальных отношений? Однако, бросив косой взгляд назад, девушка осознала, что неспроста Натаниэль подошел с этим вопросом. Рыжая моська стояла в тени дверей каюты парней.

— Нет, конечно, — протянула Матильда. — Сама? Как ты мог подумать такое? При наличии вас четверых я теперь в одиночестве спать не буду.

— Понятно, — мягко сказал Натаниэль. Лицо его не выражало ничего, кроме внимания и уважения. — С кем вы сегодня спите?

— Не знаю пока, — Матильда подавила зевок. — Я придумаю и позову. Ждите.

Отправилась к себе, приняла душ, заблокировала дверь и свернулась в привычный клубочек на кровати. Пусть ждут, хе-хе.

Матильда проснулась ближе к полудню от настойчиво вибрирующего браслета. Несколько раз она сбрасывала вызов, не в силах даже открыть глаза, но игнорировать одновременно и потребности организма и звонок оказалось тяжеловато.

Она приняла вызов не потрудившись открыть глаза. И так знала, кто звонит.

— Спишь, значит, — прошипел Зейн.

— Именно. А ты мешаешь.

— Включи камеру, — велел он.

— Неа, — она потянулась, застонав от удовольствия. Вчера она так устала, что даже не ворочалась во сне, и теперь размять мышцы было очень приятно.

Услышав ее стон, Зейн, конечно же, нарисовал в своем воображении ужасную картину ее полного морального падения.

— Один или два? — как-то у Матильды сломался грузовой шлюз, его пневмопровод шипел точно так же.

— Один, — ответила она, потрясла головой, заставила себя встать и еще раз потянуться. Спать бы еще и спать, так нет же, неймется некоторым. — Я буду по нарастающей пробовать. Сначала по одному, потом в парах, потом в тройках… Впрочем, это не твое дело. Не думаю, чтобы ты звонишь для того, чтобы узнать, с кем я сегодня спала.

— Ты украла мой груз!

— Вранье, — возмущенно ответила Матильда. — Груз на Тиронгу, а ты сам сказал, что я единственная, кто туда летит. Не потому ли ты пытался спихнуть мне свою партию рабов?

«Или потому, что тебе надо было освободить место для генераторов», — закончила про себя девушка.

— Зейн, не понимаю. Пришла заказчица, мы заключили договор на доставку груза, все! И это повод звонить мне с самого утра?

— Уже полдень.

— Я очень устала, знаешь ли. Так что для меня это раннее утро.

— Представительница Зинегро пришла на толкучку ко мне!

— Ты сам себя слышишь? — Матильда посмотрела на себя в зеркало. Видала она и покойников, которые лучше выглядели. — Если бы она пришла к тебе, то и искала бы тебя. А так она подошла к зоне отправки на Тиронгу. Естественно, Рыжий подумал, что она заказчица. У тебя есть другое объяснение?

— Они пришла ко мне. А я в это время был занят с тобой. И вообще, она подошла не к зоне, а к твоему наглому мальчишке!

Что да, то да. Ярко-рыжий подтянутый и нарядный Кирилл выделялся среди космолетчиков в лучшую сторону. Они-то, в основном, обладали более рыхлыми фигурами, заработанными во время долгих перелетов. Да и общая любовь к удобным комбинезонам в толпе выливалась в однообразное серо-черное пятно.

— Это ты мальчишка, Зейн, — резко ответила Матильда. — И ведешь себя, как ребенок, которому не купили новую игрушку. Если бы она искала тебя, то нашла бы тебя, и нечего сваливать с больной головы на здоровую!

Матильда отключилась и направилась в ванную. Как ни странно, пикировка с бывшим любовником ее взбодрила.

В рубке ее уже ждали все парни, а на сооруженном из хлама, вытащенного из кладовки, столике — завтрак.

— О, спасибо, — Матильда плюхнулась на пол, потому что столик был невысоким. — Кто это у нас такой умелец?

— Все вместе, — ответил Натаниэль после небольшой паузы.

— Да ладно вам, я не буду ругаться, — махнула рукой Матильда. — Если бы вы к двигателям или к пульту управления полезли — это другое дело. Ну, что вы так на меня смотрите?

Парни переглянулись. Взгляды их, действительно, были недобрыми.

— Вы нас обманули, капитан! — первым не выдержал Рик. — Сказали, что кого-то позовете, а сами… Мы всю ночь не спали!

Гадость определенно удалась.

— Вот не надо говорить за всех, — заметила Матильда. — Рыжий паршивец сто процентов спал, как младенец.

— А он как раз и… — начал было Рик, но после тычка под ребра заткнулся.

Настроение Матильды взлетело до высшей точки.

— Я не потому не спал, — огрызнулся Кирилл, предательски смутившись. — Бу храпел очень.

— Ну-ну, — сказала Матильда. — Так, Бу и Натан — проверяйте груз в последний раз. Рик, начинаем предполетную подготовку. Кирилл… Ну, раз ты не спал, бедняжка, иди ко мне на кровать, только не забудь пристегнуться.

— Поверить не могу! — деланно восхитился рыжий. — Я первый удостоен чести попасть в постель нашей новой хозяйки… простите, опекунши!

— Именно, — кивнула Матильда. — Это тебе приз за то, что так вывел Зейна, что он никак не успокоится. Койка моя-то значительно удобнее ваших, и не храпит никто.

Корабль был уже готов взлететь, когда за пределами силового поля появился человек и замахал руками.

— Да чтоб тебя подняло да бросило! — разъярилась Матильда, посылая вызов. — Чего тебе, Карат?

— Нам нужно поговорить, — ответил Зейн.

— Так позвонил бы!

— Да, конечно! Чтобы ты опять отключилась? А так тебе совесть не позволит взлететь и, возможно, сжечь меня выхлопом. Я не уйду.

— А-а-а-а! Твою ж мать! — заорала Матильда. — За что мне все это? За что?

Рик испуганно сжался в кресле.

— Впусти этого придурка внутрь, — велела капитан. — Гад такой, увидит, как меня доставать!

Как только Зейн вальяжной походочкой появился в рубке, Матильда задраила шлюзы и стартанула. Карата расплющило по полу, впрочем, он не один раз демонстрировал Матильде то, с какой легкостью переносит перегрузки, так что она не волновалась. Тем более, что взлетала она достаточно плавно, жалея двигатели.

— Ты что творишь? — отдышавшись, завопил Зейн.

Матильда крутанулась на кресле и торжественно произнесла:

— Добро пожаловать на борт «Сырка», уважаемый пассажир. Экипаж корабля надеется, что полет доставит вам удовольствие.

— Ты меня похитила!

— Правда? — округлила глаза Матильда. — Вон груз, который ты так жаждал. Впереди — Тиронга. Вот я, ты же поговорить хотел. Говори.

Зейн молча сжимал кулаки. Рик совсем слился с креслом. Остальные парни, видимо, смирно лежали на койках, ожидая команды отстегнуться.

— Дай я позвоню матери, пока еще связь есть, — мрачно сказал Карат. Набрал на панели управления длинный код и постарался выглядеть не таким злым.

— Мама, я улетел с Хота! Любимая моя Матильда пригласила меня погостить на ее корабле.

Элден молча перевела взгляд на Матильду. Та поежилась.

Как многие матери единственных сыновей, Элден крайне отрицательно относилась к его увлечениям. Одно дело — девушки для секса без обязательств, другое — такие как Матильда, которые долгое время живут вместе с любимым сыночком, и, расставаясь с ним, оставляют о себе недобрую память.

— Ты все-таки решился, — произнесла она таким тоном, будто уже выбрала крематорий для торжественного сжигания Матильдиных останков.

На что решился, Матильда решила не спрашивать, но натянула на лицо милую улыбку.

— Не то, чтобы решился, но нам с Ти-ти стоит лучше узнать друг друга…

— За тот год, что она провела в твоей постели, ты ее плохо узнал? — замогильным тоном вопросила Элден.

— Мама! Побудешь пока капитаном, хорошо?

— Как долго? — Элден, не отрываясь, смотрела на Матильду, взглядом обещая ей много чего плохого.

— Не знаю, — признался Зейн. — Люблю-целую, пока! — Карат какое-то время молча смотрел на потухший экран, а потом бодро спросил: — Ну, где твоя каюта?

— Ишь, какой шустрый, — усмехнулась Матильда. — Там место уже занято, будешь спать с остальными парнями.

— То есть ты меня мало того, что похитила, так еще и в свою постель не пустишь? — возмутился Зейн.

— Я тебя не похищала. Ты хотел поговорить — я предоставила тебе такую возможность, — пожала плечами Матильда. — А теперь не отвлекай меня.

И она полностью погрузилась в пилотирование.

* * *

— Здравствуйте, мальчики! — осклабился Зейн, входя в каюту. — Теперь мы летим вместе. Вы же не забыли, что Матильда — моя? Если что, я напомню.

Большой Бу сел на койке и покосился на Натаниэля, как обычно, передавая ему слово.

— Хорошо, — спокойно сказал Натан. — Верхняя койка над Бу свободна. Я — Натаниэль.

— А где Рыжий? — сразу же вычленил главное Зейн.

— В каюте Матильды, — не счел нужным скрывать Натаниэль.

Карат заскрипел зубами. Он так и думал! Раз Матильда решила прервать свое одиночество, то только ради такого, как яркий рыжий! Он слишком долго ждал, когда Ти-ти одумается и вернется. Не одумалась. Можно и дальше тешить себя мыслью, что, если бы не то… или если бы не это… Но Зейн не любил себя обманывать и осознавал, что Матильда совсем не собирается возвращаться. Зачем он ей, если у нее есть «Сырок». О страстном желании своей любовницы иметь собственную транспортную компанию Зейн знал и именно поэтому решил не платить ей те злосчастные комиссионные. Чтобы она не ушла, получив необходимую для первого взноса за корабль сумму.

Кто ж знал, что это станет концом их отношений?

У Зейна было много женщин. Очень много. Были и красавицы, и обыкновенные, и даже откровенно страшные. Были те, кто спал с ним ради удовольствия. Спали, потому что были влюблены. Спали ради денег. Ради интереса. Даже из-за спора.

Поначалу он не обратил внимания на Матильду. Просто очередная влюбленная в него девица. Самая обыкновенная, сам бы он никогда не обратил на такую внимания. Однако его заинтересовало ее обожание издалека. Как правило, девицы вешались ему на шею, навязывались, готовили целые многоходовки только ради одного его благосклонного взгляда.

А Матильда его любила, но не подходила. Иногда ему казалось, что возня с двигателями или посиделки с пилотами интересовали ее куда больше, чем он. Сначала Зейн думал, что это такая игра в холодность. И с таким он сталкивался неоднократно. Но, узнав Матильду ближе, Карат понял: ее действительно больше интересовали умения и знания, чем он.

Да, она отдавалась ему в постели со всем пылом. Да, она его любила. Да, ей с ним было очень хорошо. И да, она его бросила после того, как он отказался заплатить ей положенный процент.

Потому что будущая собственная транспортная компания была ей куда важнее, чем Зейн Карат. Потому что свою мечту она любила куда больше.

Она сообщила, что увольняется, на первой же станции после разграбления корабля фанатиков. Без слез, без криков и упреков. Потребовала у Зейна расчет, недрогнувшей рукой провела личностным браслетом над капитанским чипом и ушла. Ни разу не обернувшись. А потом связалась с его бухгалтером, которому Карат дал разрешение выплатить Матильде положенную сумму. Но с ним самим так и не связалась.

Конечно же Зейн и не думал за ней бежать или уговаривать. Женщин в галактике миллиарды, на любой вкус.

Но мысли почему-то регулярно возвращались к Ти-ти. К ее самой обыкновенной крепкой фигуре потомственной фермерши. Коротким темно-русым волосам. Ногтям без маникюра, рукам с пятнами масла. И фанатичной целеустремленности.

Элден не любила Матильду. Ее нюх свекрови сразу распознал в девушке опасную конкурентку на внимание Зейна. Когда Матильда ушла, мать Зейна вздохнула с облегчением.

Вот только облегчение это было недолгим.

Потому что Зейн так и не смог забыть свою Ти-ти. Встречался с ней на станциях, иногда откровенно использовал свои связи, чтобы она задержалась подольше, если вдруг он не успевал с ней где-то пересечься. Матильда считала, что он ей мелко пакостит, и Элден не раз бывала свидетельницей их разговоров на повышенных тонах. Конечно, откуда девчонке догадываться, что в ремонтном доке затягивают ремонт не потому, что Зейн мечтает, чтобы она потеряла в деньгах, а чтобы он смог успеть прилететь. И заглянуть ей в глаза в поисках какого-то одному ему известного чувства. Которого никак не находил.

Зейн помнил, что Матильда празднует свой день рождения на Хоте. И приготовил подарок — кольцо. Когда Элден увидела коробочку с логотипом известного ювелира, то не сдержалась. Она была хозяйкой на трех кораблях, она была единственной женщиной в жизни Зейна, а он… Неужели он не понимал, что Матильде нужна собственная флотилия, а не Зейнова?

Мать никогда не давила на Карата, уважая его мнение. Да и тяжело давить на парня, который в двадцать лет уже получил капитанский диплом и подобрал себе команду в свой первый собственный корабль. Его люди были готовы идти за Зейном хоть на край вселенной, и не только из-за его улыбки.

Скандал из-за кольца вышел знатным, стороны остались при своем мнении. А потом Матильда выиграла рабов, и Зейн как с цепи сорвался.

Что и привело его к койке в крохотной каюте на четверых.

Если бы Зейн не был так зол на Матильду, которая сошла с ума и поступила с ним как Ирка-контрабандистка со своим принцем, если бы его мозги могли думать о чем-то другом, кроме как о Рыжем в постели упрямой, но, чего уж скрывать, желанной женщины, то он бы согласился с мнением матери, что эта фермерша его погубит.

Но Зейн Карат думал лишь о том, как бы провести пять дней до Тиронги с максимальной пользой для себя и своих планов по покорению Матильды.

7. Постель

После нескольких часов пилотирования, когда Матильда вышла на трассу, ее неожиданно предложил сменить Зейн. И пообещал позаниматься с Риком.

Честно признаться, Матильда была несколько ошарашена такой милой версией Зейна. Она не догадывалась, что он успел пообщаться с Натаниэлем и Бу и сделал свои выводы. Бывшие рабы, готовые лечь под кого угодно, Зейну не соперники. Потому что женщины — все женщины — любят, чтобы их добивались, чтобы за ними ухаживали и чтобы их искренне, а не по приказу, хотели. Конечно, и Натан, и Бу, предложи им Матильда, сразу бы перебрались в ее каюту и обслужили по высшему разряду. Но в том-то и дело, что обслужили. А Зейн готов подарить ей настоящую страсть.

Правда, опасения внушал Кирилл. Карат хорошо помнил его оценивающий, холодный взгляд. Этот, если надо, не только извернется, но и гадость подстроит. К тому же, не стоило забывать, что Рыжий уже в постели Матильды. А вот Зейна оттуда выставили.

Поэтому Карат решил идти от противного. Если Рыжий — мерзавец, то он будет добрым и ласковым. И для начала стоит перетянуть на свою сторону мальчика-ромашку, на которого Матильда посматривала если не с материнской, то с сестринской нежностью. Зейн прекрасно знал этот тип неискушенных в жизни корабельных рабов, всю свою жизнь проводивших возле механизмов. Хозяин решал, когда и на ком им нужно было жениться, когда родить, что есть и когда спать. Платиноволосые рабы почти не появлялись на людях. Мальчишка, потерявший в один миг привычный мир, стал для Зейна прекрасным объектом. Привязать его к себе — и Матильда в кармане.

Размяв затекшие плечи, Матильда несколько раз предупредила Зейна что, если он осмелится сделать какую-то пакость, то выбросит его в открытый космос без спасательной капсулы. И потому, что для нее ее работа перевозчика важнее всего на свете, и потому, что спасательной капсулы у нее просто нет. Милая версия Зейна напомнила, что в его интересах тоже удачно долететь до Тиронги. К тому же, они так и не поговорили.

Матильда почувствовала раскаяние за свой импульсивный поступок. Каково Зейну, привыкшему к удобству своего корабля, оказаться на ее, хоть и любимой, но все же «лоханке». Без вещей, в компании бывших рабов. Велев парням подобрать Зейну все необходимое из закупленного на Хоте, девушка отправилась к себе. И не увидела, как в глазах Карата промелькнул опасный огонек.

Итак, Ти-ти чувствует себя виноватой. И волнуется за него. А тут он, гордо и стойко сносящий все лишения. Это же прекрасно! Удовлетворенный своей маленькой победой, Зейн принялся учить Рика.

В каюте Матильду ждал Кирилл, развалившийся на ее койке совершенно обнаженным. Он увлеченно читал что-то с планшета, и на появление хозяйки каюты не обратил внимания.

А Матильда застыла у входа. Единственное, на что ее хватило — это запереть за собой дверь.

Кирилл был рыжим везде. И это было… неожиданно волнующе.

Сексуальный опыт Матильды был не таким уж и большим. Девственности ее лишил Иван, не по любви или большому желанию, а потому что она поняла, что через постель можно добиться большего. Почему-то престарелые мастера своего дела хотели передавать свой опыт не только среди двигателей или навигационных карт, но и среди подушек. Ване пришлось по-рыцарски обеспечить Матильду незабываемым первым разом. Он расстарался, даже снял номер в хорошем отеле, купил розы и вино, был нежен и внимателен. После ночи их отношения вернулись к чисто дружеским.

Своих «всесторонних» учителей Матильда не запоминала. Они давали ей главное — знания, учебные материалы, практический опыт. На все это у нее не хватало денег, а расплата телом — далеко не худший вариант. Телу-то что сделается? Потерпеть десять минут в постели даже легче, чем, скажем, загонять овец на стрижку или первый раз самостоятельно чинить прыжковый двигатель, когда от напряжения и волнения трясутся руки, а по спине течет противный холодный пот.

Ваня, пробивающийся в жизни, как и она, всеми доступными методами, тоже считал, что чистоплюйство и гордость возможны лишь для тех, кто может себе позволить смотреть не только в завтрашний день, но и в следующий месяц, а то и год, с уверенностью в наличии жилья, еды и работы.

Как только Матильда устроилась работать на свой первый корабль, торговля телом прекратилась. Честно говоря, тогда она даже иногда скучала по тем временам. Работать «девочкой куда пошлют» значительно тяжелее, чем раздвигать ноги. Кем только она не была! И механиком, и помощником пилота, и менеджером по клиентам, и товароведом, и грузчиком (кто считает, что управлять грузовым каром, особенно при работе с хрупкими вещами, легко, пусть сам попробует!). Однажды она даже была помощником капитана, вечно пьяного веселого Одноногого Джека, бывшего космодесантника. Он мотался по галактикам, то подвозя знакомых, то транспортируя какую-то мелочевку. Но наиглавнейший интерес — прилететь на какую-то планету, где существует куча неисследованных баров, и там пить, вспоминая былые славные времена.

А Матильда, фактически, управляла всеми его делами.

После работы на Джека, она поняла, что уже готова. Оставались мелочи — раздобыть побольше денег, потому что тех крох, которые она успела скопить, для первого взноса за старый потрепанный корабль, не хватало.

Поэтому Матильда устроилась к Зейну, а уж он открыл для нее дверь в мир постельных удовольствий.

После ухода от Карата она купила корабль и впряглась в работу. Наконец-то на себя. До мужчин ли ей было?

И вот, на ее кровати лежит рыжий, совершенно идеальный, самец. Матильда неприкрыто пожирала его глазами. Розовый член среди рыжих кудряшек смотрелся конфетой, которую так и хотелось попробовать.

Матильда не любила волосатых мужчин, но на Кирилле поросль смотрелась мило. Девушке захотелось проверить, такое ли мягкое на ощупь, как на вид, рыжее гнездышко для мужской плоти?

— Нравлюсь? — спросил Кирилл.

— Да, — почему-то хриплым голосом ответила Матильда.

— Пользуйся, — он отложил планшет и поудобнее распластался на кровати.

И этим полностью убил все возбуждение.

— Да пока обойдусь, — фыркнула Матильда и ушла в душ.

Когда она вернулась, Кирилл лежал на боку у стенки, подперев рукой голову. Низ живота он целомудренно прикрыл простыней.

— Со мной что-то странное происходит, — сказала ему Матильда, укладываясь рядом. Она была только в футболке и трусиках — если он не стесняется, по зачем ей это делать? — Я совершаю поступки, которые от себя не ожидала.

Кирилл молчал. Но во взгляде появилась заинтересованность.

— Зачем я улетела с планеты с Зейном? Зачем пустила тебя в свою кровать? Если скажешь какую-то пошлость, выгоню!

— Пошлости не будет, — серьезно сказал Кирилл.

— Я столько лет жила счастливо, и на тебе! Все планы летят псу под хвост! И что мне делать с Зейном на своем корабле?

— А что он делает сейчас?

— Рика пилотированию учит.

— Ну пусть и учит, — пожал плечами Рыжий. — О чем переживать?

— Он хочет со мной поговорить!

— Этого я должен бояться, а не ты. Это ж я по морде получу в итоге разговора. Каким бы итог ни был.

— Я ему не позволю! — вскинулась Матильда.

Кирилл только скептически приподнял правую бровь и демонстративно зажал рот обеими руками.

— И с вами что делать? — продолжала сокрушаться она.

— Пользоваться возможностями. Груз нашли, разместить помогли… Ты же сама говорила, что Зинегро — новый уровень. Натан тебе завтраки готовит, Бу массажи делает…

Матильда помолчала. С этой точки зрения все выглядело не так уж и плохо.

— Как у тебя все просто! — в сердцах сказала она. Ей хотелось сделать что-нибудь необычное, чтобы наесться сумасбродствами по уши и с чистой совестью вернуться к размеренному существованию.

— А зачем усложнять? — спросил Кирилл. На это у нее не было ответа.

Они лежали молча.

Странно, Кирилл ничего не делал, но его присутствие с каждой минутой ощущалось все острее. Матильда против воли вслушивалась в его тихое дыхание, и, казалось, оно шевелит волосы на ее голове. Все волосы. И, если честно, не только на голове. И казалось, что вот-вот он прикоснется, от этого мурашки стройными стадами топали туда-сюда.

— Прекрати! — не выдержала она.

— Что? — искренне удивился Кирилл. — Я ничего не делаю!

— Ты… ты… ты… дышишь! — нашлась Матильда.

— Знаешь, — в зеленых, с рыжими брызгами, глазах, появились смешинки, — у меня было много разных хозяек. Но ни одна еще не обвиняла в том, что я дышу!

— Может, потому что я не хозяйка? — огрызнулась красная от смущения Матильда. — У тебя есть какие-то ментальные способности?

— Нет, конечно! Рабам нельзя их иметь, а я из питомника! У меня идеальные гены, и все идеально соответствует межгалактическим стандартам производителя!

— Хорошо-хорошо, не возмущайся!

Кирилл, видимо, решил, что уже достаточно побыл хорошим, поэтому вкрадчиво, наклонившись к макушке Матильды, спросил:

— А что тебе кажется? Что я внушаю?

— Я просто так спросила!

— Угу, — голос его так и сочился сарказмом.

— Правда!

— Конечно-конечно!

Матильда зарычала, повернулась к Рыжему и вдруг, совершенно неожиданно для себя, впилась в его губы поцелуем.

Кирилл помедлил какую-то долю секунды, а потом ответил. Решительно, даже резко, его язык ворвался в ее рот, сплетаясь в извечном танце с ее языком. Потом, не давая Матильде опомниться, прикусил ее нижнюю губу, провел по ней языком, посылая тысячи мурашек по всему телу. Пальцами пробежался по позвонкам. Матильда почувствовала себя ковриком в детском игровом центре. Нажимаешь на кружок — он загорается. Так и ее тело вспыхивало там, где прикасались пальцы Кирилла.

«Что я творю?» — остатками трезвого сознания подумала Матильда. — «Он же мне на шею сядет!»

Однако воображение подкидывало совсем другие картинки. Кирилл действительно сидит на ней сверху, а она, чуть приподняв голову, ловит ртом его налитый член. Ой, не рассмотрела же, есть на нем веснушки или нет!

Она вцепилась в рыжие волосы, потянув мужчину на себя, заставляя прижаться, обхватила его ногами и вжала в свое тело. Внизу живота разгорался пожар, она чувствовала, как к трусикам прижимается возбужденная мужская плоть.

Кирилл не делал ничего, кроме поцелуев и нежных поглаживаний совсем не эрогенных зон: руки, ключицы, бока, шея. Но от каждого прикосновения Матильда вздрагивала и теснее прижимала его к себе.

— Матильда, — прошептал он, — Матильда, пожалуйста, отпусти меня!

— Нет! — вскрикнула она, обхватывая для верности руками. — Нет!

— Ты же пожалеешь потом!

— Нет!

Кирилл приподнялся на четвереньки, но Матильда повисла на нем и не стряхивалась. После нескольких попыток, во время которых она целовала его шею и пыталась дотянуться до губ, Рыжий сдался. Прижал ее к себе и ловко перевернулся. Девушка оказалась сверху и была вынуждена расцепить ноги.

— Все, — сказал Кирилл, заводя руки за голову. — Я в этом безобразии не участвую.

Матильда на миг замерла. Конечно, она знала, что Рыжий еще тот гаденыш, но всей глубины его гадства даже не подозревала.

— Что значит — не участвую? — возмутилась она.

Всю ее жизнь именно мужчины брали на себя в постели ведущую роль. Даже Зейн, когда изображал из себя полное подчинение, не мог удержаться. А этот лежит и только тяжело дышит.

— То и значит, — ответил Кирилл. И сжал губы.

Матильде одновременно хотелось его и ударить, и заплакать, и…

И…

И…

Она решительно отодвинула край трусиков, приподняла член, направляя, и погрузила в себя.

Кирилл коротко выдохнул и прикусил нижнюю губу. Но не шевелился.

Матильда принялась сама приподниматься и опускаться, ища свой ритм. Откинулась назад, опираясь о его ноги, покачала бедрами. По телу рыжего прошла дрожь.

Ага, вот что тебе нравится! Матильда улыбнулась про себя и продолжила качаться туда-сюда, постепенно ускоряя темп. Рыжий потянулся к ее бедрам, но потом заставил себя остановиться, схватился за простынь.

Ах так!

Матильда сняла футболку, провела по грудям ладонями, приподняла их, слегка сжала. Рыжий в ответ закрыл глаза. Пришлось наклониться, потереться возбужденными сосками о его тело.

— Скажи, как ты вчера удовлетворял ту девицу из комиссии? — хрипло спросила Матильда.

— Никак, — выдохнул Кирилл. — Она еще девственница… Массаж ног делал…

— Вот оно как… И как давно у тебя не было женщины?

Кирилл сцепил зубы.

— А у меня не было мужчины четыре года, — поделилась Матильда. — И сейчас я хочу секса. Безудержного.

— А я тебе… что… не даю?..

Матильда зарычала.

— Это ты называешь давать?

— Я это… никак… не называю.

— Гаденыш!

Матильда села рядом на кровать. Внутри все скрутилось и дрожало, требуя удовлетворения. Член Кирилла стоял, блестящий от женской смазки. Мышцы рефлекторно сокращались. Матильда погладила его рыжие кудряшки, избегая прикосновений к напряженному орудию.

— Мягкие, — проговорила она.

Погладила поджавшиеся яички.

Наклонилась, лизнула ярко-красную головку. Смесь их вкусов — сладковато-пряная, ароматная.

Кирилл сдавленно замычал.

— Войдешь в меня? — спросила Матильда. Эта игра ее увлекала.

— Нет!

Пощекотала языком головку, поцеловала уздечку.

— Нет!

Обхватила губами, пососала.

— НЕТ!!!! — так отчаянно закричал Кирилл, что в дверь замолотили.

— Ти-ти, чем вы там заняты? — спросил Зейн.

— Издевательствами, — крикнула Матильда.

— Можно присоединиться?

— Нет! — хором ответили они с Рыжим.

— Тогда я вам просто буду мешать, — решил Зейн и принялся скрестись в дверь. Звук получался удивительно мерзкий.

Матильда спрятала лицо в ладонях. Все вдруг показалось ей глупым и ненужным.

Она даже всхлипнула от обиды и неудовлетворения.

8. Драка

Кирилл молча смотрел на съежившуюся на краю койки Матильду и чувствовал полное моральное удовлетворение. Его никогда не спрашивали, хочет ли он ту или иную женщину. Не спрашивали, хочет ли он увидеть своих детей — просто брали сперму для богатой и свободной или приводили к нему рабыню, которую он обязан был удовлетворить. Его сдавали в аренду на девичники или вечеринки, где выпившие люди обоих полов могли его тискать в свое удовольствие, а он должен был только улыбаться и возбуждаться по приказу.

Когда Осси покатилась по наклонной, он понял, что даже жизнь в питомнике лучше скитаний по станциям и притонам, когда свое тело нужно было отдавать не холеным богачкам, а кому попало. Он долго боялся, что подцепит какую-то заразу, потому что у Осси не хватало денег даже на свою медицинскую страховку. К счастью, после передачи прав на питомник их проверили в обязательном порядке. Просто чудо, что они вчетвером остались здоровы!

И теперь, если верить Матильде, они почти свободны. А, значит, имеют право на свои желания.

Кирилл впервые отказал женщине. Хотя его распирала радость от собственной смелости, внутри точил червячок сомнения. Что она теперь сделает? Изобьет? Оставит без еды? Запрет в темной каморке? Кирилл знал, какими изощренными иногда бывают наказания!

Но Матильда только и спросила, тоненьким, дрожащим от обиды голоском:

— Почему ты так?

— Я просто тебя не хочу, — в этот момент Кирилл чувствовал себя покорителем неизведанной галактики.

— А это что? — она ткнула пальцем в почти увядший член.

— Голая физиология, — пожал он плечами. — А желание возникает вот здесь, — Кирилл постучал себя по лбу.

— Сразу, значит, сказать нельзя было! — разозлилась Матильда, натягивая футболку. — Да что же это такое! У Зейна крыша совсем поехала?

Под дверями уже не скреблись, а тоненько скулили. Это здорово действовало на нервы.

Матильда распахнула дверь, здорово приложив ею Рика по лбу.

— Что это за концерт? — рявкнула она. — Рик?

— Это я его попросил, сказал Зейн. — У меня бы не получился такой противный звук.

— Да чтоб вас всех! — Матильда окончательно потеряла над собой контроль, затопала ногами, а потом умчалась в машинный отсек.

Как же хорошо! Тихо, равномерно гудят двигатели. Мигают зеленым лампочки индикаторов. А главное, рядом — ни одного мужчины. Вот оно счастье!

— Когда у меня будет собственная транспортная компания, в ней будут работать только женщины! — сообщила Матильда правому маневровому. — Ирка-контрабандистка умная женщина, будем учиться у лучших.

Матильда долго сидела, прижавшись к кожуху двигателя, планировала и размышляла. А потом, незаметно для себя, уснула.

* * *

Когда Матильда убежала в машинный отсек, Зейн, выкрикнув нечто нецензурное, ринулся в каюту и мощным ударом свалил Кирилла на пол.

Прибежавшим на крик Рика Натаниэлю и Бу с трудом удалось оттащить Карата и прекратить избиение Рыжего. Тела бывших рабов были спортивными, но их форма поддерживалась для женской услады, опыта в драках они совершенно не имели. Зато Зейн прошел отличную школу боев без правил. Сначала он дрался с теми, кто называл его маменькиным сынком. Потом, сбежав от матери и устроившись на первый попавшийся корабль, с его командой, решившей использовать красивого паренька в качестве девочки. Потом попал на арену нелегальных боев, заработал там деньги и с триумфом вернулся к матери. Потом он выбил даже зачатки неуважения и непокорности у собственной команды. И продолжал держать себя в отличной форме.

Поэтому Кириллу досталось знатно. Но он бы не был собой, если бы, сплюнув кровь и криво усмехнувшись разбитыми губами, не заметил издевательским тоном:

— Что, тебя взяли на борт ради нашего воспитания? Матильда ручки свои марать не хочет?

— Ты! — рванулся к нему Зейн, но Большой Бу держал его крепко. — Ты! Оскорбил! Мою! Женщину! Плевать мне на твое воспитание, но если ты будешь причиной хоть одной ее слезинки, умоешься кровью.

Кирилл погонял во рту кровь, прицелился и весьма метко плюнул в лицо Зейну. Тот окончательно взбеленился, вырвался из захвата Бу и опять накинулся на Рыжего.

На этот раз Зейна пришлось связать, используя для этого порванные простыни. Неизвестно, как отнесется к этому Матильда, но вид лежащего без сознания Кирилла вынуждал идти на крайние меры. Вряд ли капитана обрадует труп на корабле!

К счастью, Натаниэль умел управляться с медкомплексом. Пока он занимался Рыжим, Рик под руководством матерящегося Зейна переводил полет в автоматический режим, а Большой Бу отмывал каюту капитана от крови и пытался навести там хоть какой-то порядок.

О самой Матильде вспомнили только через час. Рик вооружился чашкой с горячим чаем, пледом и тарелкой с наскоро приготовленным ужином и отправился к девушке. Остальные, даже Зейн, мудро решили ей пока на глаза не показываться.

* * *

Матильду разбудило легкое прикосновение. Она открыла глаза и увидела Рика, заботливо укрывающего ее пледом.

— Оставь, — зевнула она. — Если я тут продолжу спать, то потом все тело болеть будет. Сколько времени прошло?

— Около часа, — ответил Рик.

— И какие новости?

— Зейн избил Кирилла.

— О! Надо же. А что еще хорошего случилось?

— Вот, ужин.

— Замечательно, — Матильда потянулась, разминая мышцы, а потом схватила Рика за ухо. От неожиданной боли он вскрикнул. — Кто капитан «Сырка»?

— Вы, мэм.

— Кого слушаются все члены экипажа?

— Вас, мэм!

— Чьи приказы ты должен исполнять?

— Ваши, мэм, — уже стонал Рик.

— Так какого черта ты, маленький паршивец, скулил у меня под дверью? Кто тебе Зейн? А? Отвечай!

— Никто, мэм.

— Если ты еще раз осмелишься послушать Зейна в чем-то еще, кроме обучения, отведаешь вербовой каши, ясно? — Матильда отпустила ухо Рика и взяла чай.

— Ясно, мэм, — он какое-то время прижимал красное ухо к голове, легонько его поглаживая, а потом спросил: — А что такое вербовая каша, мэм?

— А, это нас так на Ситечко воспитывали. Верба — дерево такое, прутья гибкие, крепкие. Как по ягодицам влупят, так долго будешь помнить. Очень удобно — верба везде растет, как нужно, хворостину выломал и поучил кого надо.

— Вас били, мэм? — поразился Рик. — Вы же не рабыня!

— Ну и что? — пожала плечами Матильда. — Много ты знаешь о жизни фермеров нашего клана! Никакого модного гуманизма и пестования детишек. Там, где детворы и физической работы много, не до церемоний.

Поев, она подобрела и решила, что пора прекращать свое добровольное заключение в машинном отсеке. Да и с повреждениями Кирилла стоило разобраться.

— Что с ним? — спросила она у Натаниэля, пристально следившего за работой медкомплекса.

Натан молча подал ей распечатку.

— Вот же ж… ребра ему сломал, гад! Зейн!

— Он в вашей каюте, Матильда.

— Зейн!

— Он не может прийти, — сказал Бу.

— Почему? — удивилась девушка. — Вы его побили?

— Нет, связали.

— Ого!!! — Матильда побежала к себе.

Запелёнутый в простыню, бешено вращающий глазами Зейн с кляпом во рту выглядел до того потешно, что Матильда сначала хохотала до боли в животе, а потом камерой браслета наделала кучу голограмм с разных ракурсов.

— Какой ты милый, — пропела она, присаживаясь на койку и целуя Зейна в лоб. — Я сейчас кляп достану, но будешь ругаться, попрошу Бу вставить его назад. Понял?

Карат мрачно кивнул. Отплевался от мокрой тряпки, поскрипел зубами, а потом сказал:

— Ти-ти, выходи за меня замуж.

— Это точно Зазеркалье, — пробормотала Матильда когда к ней вернулся дар речи. — Однозначно, Зазеркалье. Или театр абсурда. Зейн, ты надо мной издеваешься?

— Нет, — буркнул он. — Я честно хотел сделать тебе предложение. Красиво, с цветами и рестораном, но ты сначала меня похитила, а потом твои придурки меня связали!

— Ну так подождал бы, пока развяжут, встал хотя бы на одно колено… — Матильда одернула свою застиранную футболку, в которой — кажется, сто лет назад — собиралась лечь спать после тяжелого пилотирования. — Да и я не одета…

— Как-то так события развиваются, что я решил — чем быстрее скажу, тем лучше. Мало ли что будет завтра. Проклятье, Ти-ти, если бы я знал, во что это все выльется, я бы на тебе еще пять лет назад женился!

— Ну, знаешь… — обиделась Матильда. — Я, конечно, не опытная в этих делах, но, мне кажется, предложение вообще не так нужно делать!

Зейн хотел огрызнуться, но усилием воли сдержался.

— Там на моей койке лежит куртка. В кармане — коробочка с кольцом. Возьми.

Матильда сжала кулаки, так от обиды хотелось придушить лежащего перед ней мужчину. Еще и кольцо сама возьми! Романтики в этой галактике совсем не осталось, хочешь — обеспечивай ее сама. Воруй принца, доставай кольцо! Обидно.

— Бу! — позвала она. — Забирай Зейна, только развязать его не забудьте. И Рика мне позови. Кстати, Зейн. Ты денег должен, за лечение Кирилла. Как прилетим на Тиронгу, пришлю тебе счет за лекарства.

Судя по лицу Зейна, он с куда большей охотой оплатил бы Кириллу почетное погребение, а еще с большей охотой — отдал бы, даже с доплатой, на самые тяжелые работы в шахту. Но Карату хватило выдержки оставить мысли при себе, а Матильда сделала вид, что не заметила его выражения лица.

Рик прошел в капитанскую каюту и вопросительно уставился на Матильду. Она же заблокировала двери и улеглась на койку.

— Я сплю у стены, и только попробуй ночью стянуть с меня одеяло.

— Но… — Рик отчаянно покраснел. — Я девственник… Может, лучше Натаниэля позовете, капитан?

— Я хочу спать, — отрезала Матильда. — Просто спать.

— Я вам настолько не нравлюсь? — ударился в другую крайность Рик.

Матильда уткнулась лицом в подушку и застонала. Если она выдержит этот полет, то вполне сможет отправлять резюме на должность директора сумасшедшего дома.

Рик быстро разделся, лег и замер. Матильде очень хотелось сказать ему «спасибо, что не дрожишь», но организм, измученный всеми событиями, отключился раньше, чем она смогла подобрать наиболее язвительный тон.

9. Катастрофа

Спать с Риком оказалось на удивление удобно. Он не храпел, не перетягивал на себя одеяло, не укладывал на соседку конечности, и, более того, легко подстраивался под ее позу, не мешая абсолютно.

Утром Матильда проснулась выспавшаяся и довольная. И обнаружила, что лежит, уткнувшись носом в шею Рика, обхватив его рукой и даже закинув на его ногу! При этом паренек спал совершенно спокойно. Какое-то время Матильда решала, стоит ли тихонько отползти и сделать вид, что ничего не было, или все же пусть Рик привыкает? Еще одной койки у нее не было, спать с Зейном нельзя категорически, а то воспримет это как сигнал к действию, Кирилл после вчерашней выходки ей противен, Бу слишком большой, а Натан серьезный. Остается только Рик.

Интересно, а есть ли у него утренний стояк? Зейн, помнится, этим явлением очень хвастался, и любил подмять под себя сонную и недовольную Матильду. Ему легче было отдаться, чем объяснить, что не хочется. Наглец довольно редко учитывал чужие желания, и это было еще одним фактором устойчивого сопротивления Матильды обаянию Карата. Вкусив прелести свободной жизни, она не хотела возвращаться в мягкие оковы подчинения властному мужчине.

Матильда осторожно потащила с Рика одеяло. Еще немного, и она увидит интересующее ее явление. Но Рик вздохнул и пробормотал:

— Отстань, Ник!

Игривое настроение сменилось недоумением. Рик что же, предпочитает мужчин? А как же уверения в девственности? Или он девственник только в отношении женщин? Кто их, корабельных рабов, знает, может они так сбрасывают сексуальное напряжение. Детей им иметь можно только с разрешения капитана, противозачаточные импланты не ставятся, вот и получается…

Рассуждения Матильды прервал тревожный писк с пульта управления, дублирующийся на личностный браслет. Она перемахнула через Рика и рванула в рубку. Мгновением позже появился Зейн, спавший, естественно, обнаженным, и упал во второе кресло.

— Ненавижу подобный звук. Что тут?

— Сигнал о помощи, — Матильда быстро считывала показания.

— Передай управление! — рявкнул Зейн, и Матильда чисто рефлекторно повиновалось.

— Не туда смотришь, дура, — Карат отчаянно выворачивал штурвал, маневрируя между обломками… космического лайнера? — Сейчас бы тебе обшивку попортило и радары сбило.

Несколько раз «Сырок» ощутимо тряхнуло — Зейн не привык к габаритам корабля и допускал ошибки. Но все равно Матильда с восхищением следила за его работой. Сама она такой скоростью реакции не обладала, пилотом воистину нужно родиться. Следование простым алгоритмам движения, маневрирование между столпившихся кораблей в конце и начале трассы да бегство от астероидного пояса — вот и все ее умения.

Отогнав транспортник подальше от места катастрофы, Зейн нервно почесал подбородок, изучая данные. Миг — и Искин вывел на экраны маленькую спасательную шлюпку.

— Что случилось с лайнером? Это «Аврора», скорее всего… Пассажирский…

— Не знаю, — задумчиво сказал Зейн. — На пиратский налет не похоже, те бы собрали все до крохи. На захват заложников — тоже, смысл взрывать целый корабль.

— Это не элитный лайнер, — кивнула Матильда. Она всегда старательно собирала данные о тех, кто путешествует по общим трассам. Элитные и первоклассные транспортники пользовались услугами навигаторов, а вот дешевые рейсы летали так же, как и Матильда, внося данные о своем маршруте, что являлось обязательным для кораблей на общей трассе. Да и смысл прятаться? На такие корабли даже пираты не нападали, разве что уж совсем обедневшие и отчаявшиеся. Взять особо нечего, пассажиры бедные, разве что в рабство продать, но до рабских рынков отсюда слишком далеко, а людей попробуй довези! Невыгодно.

— Это реактор основного двигателя рванул, — тихо сказал Рик, стоявший, как оказалось, за спинкой Матильдиного кресла. От неожиданности она подскочила. Интересно, сколько он тут простоял? И удержался же на ногах при маневрировании! Впрочем, корабельные рабы должны быть к такому привычны. — Мы такое изучали. Наверное, давно диагностику не делали или срок службы закончился.

— Дешевка, — презрительно сморщил нос Зейн.

Матильда молча на него покосилась. Не все владеют тремя собственными кораблями. Она сама после расставания с Каратом летела на Кайли как раз на похожем корабле, устроившись туда работать «за проезд». Но решила не заострять на этом внимания.

— Вот что интересно, — продолжал Зейн, пальцами вращая изображение спасательной шлюпки на голо-экране. — Шлюпка-то активирована. Но сигнал SOS не подает.

— Может, пассажир не знал, как его включить? — ляпнула Матильда и покраснела. Глупость же, аварийную кнопку тяжело не заметить даже ребенку, а если в шлюпку посадили младенца, то родители бы о таком не забыли. Пришлось срочно исправлять свою глупость — Ну, к примеру, там негуманоид!

— Негуманоид на дешевом корабле? Ну-ну, — скептически сказал Зейн. — Ладно, пока не откроем — не узнаем. Сможешь ее притянуть?

У стыковочного шлюза «Сырка» был довольно сильный грави-захват. Им можно было как прочно прикрепить грузовой прицеп, так и поймать и притянуть объект размером от спасательной шлюпки до небольшого корабля. Захватом Матильда владела отлично, поэтому на вопрос Зейна кивнула.

— И оденься, кстати, — сказала она. — Мало ли кто там.

— На себя посмотри, — огрызнулся Зейн, но в каюту ушел.

Оставив Рика наблюдать за автоматической пристыковкой пойманной шлюпки, Матильда надела комбинезон и достала маленький лазерный пистолет, на который, как капитан, имела право. Мало ли, мало ли…

Команда столпилась у шлюза, а Зейн и Большой Бу вскрывали шлюпку — изнутри ее так и не разблокировали.

Внутри оказался человек, сжавшийся в уголке и обхвативший колени руками. Длинные золотистые волосы рассыпались по плечам.

— Нет-нет-нет-нет!!! — Матильду охватило дурное предчувствие. Очень дурное предчувствие. — Закрывайте шлюпку и отправляйте обратно!

— Что?! — на нее дружно уставились все парни.

— Мне не нужен еще один мужчина!

— Откуда ты знаешь, что это мужчина? — спросил Зейн.

— Чувствую, — буркнула Матильда, вздохнула и смирилась с грядущими неприятностями. Очередными.

Когда спасенного извлекли, выяснилось, что дурное предчувствие было право. Мало того, что это был обнаженный мужчина, так он еще и оказался эльфом!

Эльфы — результат генетического эксперимента одной свихнувшейся на сказках гениальной — и хуже всего — баснословно богатой дамочки. Ее последовательно выгнали из всех планетарных государств, на которых генетические эксперименты уже давно запретили. Даже на Поясе Девы, где находились крупнейшие центры по разведению рабов, генетики занимались лишь улучшением породы исключительно естественным путем, скрещивания достойные особи.

Пятьдесят лет назад случилось восстание генномодифицированных, которое здорово потрепало не только мелкие государства, но даже и ФПП. После этого эксперименты над разумными были строжайше запрещены, а потом эта мода докатилась и до продуктов питания, позволяя родной Матильдиной планете, и не только ей, процветать.

Но создательницу эльфов запреты не остановили. Она обосновалась на каком-то астероиде, где была заброшенная военная база, почему-то не прибранная пиратами к рукам. И принялась творить. Десять лет назад на суд пресыщенной публики были представлены первые эльфы — ангельской красоты длинноухие создания. Кроме красоты эльфы имели еще и ментальные блоки, поставленные лучшим психиатром галактики. Это гарантировало владельцу раба его вечную преданность и послушание.

Конечно же, правительствам это не понравилось, и на научную базу совершили налет «неизвестные лица», уничтожившие почти всех эльфов. А также, как тогда казалось, и их создательницу.

Однако эльфы продолжали появляться то тут, то там, не смотря на все усилия правоохранительных органов.

И теперь эльф появился на старом транспортнике «Сырок» под душераздирающий стон Матильды.

Услышав этот стон, эльф упал на колени и сжался, закрыв голову руками.

Матильде захотелось выпрыгнуть в открытый космос. Только придурочного эльфа на борту не хватало!

— Поговорите с ним, — попросила она.

Мужчины дружно сделали шаг назад.

— Ты же капитан, — издевательским тоном произнес Зейн. — Принимай нового члена экипажа.

Матильда, проклиная про себя всех существующих богов многочисленных религий, опустилась перед эльфом на корточки и осторожно похлопала его по плечу.

— Эй, эй… Как тебя зовут?

Эльф осторожно выглянул из-за занавеси волос.

— Тебя здесь никто не обидит. Я — Матильда, а ты?

— Шель, — голос у эльфа оказался под стать всему остальному, красивый, певучий.

— Вот и отлично, — Матильда попыталась встать, но эльф схватил ее за руку. От неожиданности она покачнулась, но шагнувшему к ней Зейну отрицательно помахала головой. Эльф держал крепко, но нежно. И дрожал всем телом.

— Рик, — Матильда снова присела рядом с эльфом и погладила того по голове. — Одеяло принеси.

Завернутый в одеяло так, что наружу торчал лишь нос, Шель осторожными шагами прошел в каюту Матильды, следуя за капитаном как новорожденный жеребенок за матерью.

Располагайся, — велела она. — Там санузел, завтрак сейчас парни приготовят… Ты хорошо себя чувствуешь?

Эльф кивнул. Как ни хотелось Матильде узнать, каким образом он попал в спасательную шлюпку, она понимала, что сейчас не время для расспросов.

Прикрыв за собой дверь, она вернулась в рубку и упала в кресло. Зейн облетал место катастрофы в поисках «черного ящика» и других спасательных шлюпок. Натаниэль готовил завтрак, Рик, конечно же, торчал в рубке, а Бу копался в хламе, вытащенном из кладовки, пытался устроить эльфу еще одно спальное место. С одной стороны, у них имелась еще одна каюта со стандартными двумя койками, но с другой — туда настолько плотно упаковали груз, что даже дверь не смогли закрыть. Приходилось как-то выкручиваться.

— Если команда так и будет увеличиваться, нам может не хватить одежды, — сказал Натаниэль, расставляя тарелки на самодельном столике.

— Сплюнь через левое плечо, — нервно приказала Матильда. — Не могу понять, за что мне это? Столько лет летала, никого не трогала, работала, и тут — на тебе!

— Природа стремится к равновесию, — авторитетно заявил Зейн. Ел он нескромно много, и Матильда решила попросить Натана тщательно распределить продукты так, чтобы до Тиронги их хватило на всех. Там, конечно, цены даже выше чем на Хоте, но кто знает, может, им по дороге встретится патрульный катер, на который можно будет с чистой совестью перекинуть эльфа и попросить за него положенную законом награду. — Ты столько лет была без мужчины, что теперь на тебя высыпалось все причитающееся.

Рик фыркнул, Бу захохотал, а Натаниэль улыбнулся краешками губ. Матильда мельком подумала, что бы сказал о найденыше Кирилл, пребывающий сейчас в медикаментозном сне.

— Я бы, конечно, предпочел, чтобы я был у тебя один, но мы же взрослые люди, я понимаю, — продолжал Зейн, стянув с тарелки Матильды ломтик бекона. — Я разрешу тебе держать питомцев и после того, как мы поженимся. Но спать с тобой буду только я!

— Вы выходите замуж, мэм? — удивился Рик.

— Нет, — Матильда даже не смотрела на Зейна. — Это кое-кто делится с нами своими влажными мечтами, которые в реальность никогда не превратятся.

— Ти-ти, не забывай, что ты меня похитила. Значит, нечего притворяться, ты ко мне неравнодушна!

— Конечно, нет! Я испытываю к тебе разнообразные чувства, но среди них нет ни одного, хоть отдаленно напоминающего «Зейн, я хочу с тобой отношений». В основном это всевозможные оттенки желания тебя заткнуть или придушить.

— Тогда почему я на твоем корабле?

Бывшие рабы с интересом наблюдали за сценкой, радуясь бесплатному представлению.

— Это была ошибка! Глупость! Я поддалась влиянию момента! Ты меня уже так достал, что хотелось сделать что-то… что-то такое, чтобы ты пожалел о своей приставучести!

Непробиваемый Зейн покачал головой.

— Это твое подсознание, Ти-ти. Оно захотело быть рядом со мной.

Матильда в ужасе содрогнулась. Если он прав, то нужно просить у Вани контакты какого-нибудь опытного мозгоправа, пусть поработает с ее подсознанием. Потому что сознание категорически не хотело быть с Зейном!

Зейн прикончил завтрак и довольно заключил:

— Так что сегодня я сплю с тобой.

— И не надейся, — сказала Матильда, возвращаясь к своему креслу. — Рик, иди делом займемся. Натан, у меня к тебе поручение, Бу, поможешь ему.

Матильда собрала в отдельную папку все видео и снимки с места катастрофы, включила специальные позывные, которые сообщат любому пролетающему мимо кораблю космополиции или рейнджеров о необходимости связаться с «Сырком», и открыла план полета.

— Введем круглосуточные дежурства, — поделилась она с Риком своими соображениями. — Так мы вдвое быстрее долетим до Тиронги, ночью не придется уменьшать скорость до минимальной, чтобы в случае опасности успеть проснуться и перехватить управление. Только надо спросить у Зейна, согласится ли он дежурить. — Матильда хотела сказать, что предпочитает спать с Риком и отдать ночное время Зейну, чтобы днем он отсыпался и меньше мозолил глаза, но вспомнила утро и решила поинтересоваться: — Кстати, кто такой Ник?

— Мой брат, — удивленно ответил Рик. — А что? Нас трое — Рик, Ник и Дик.

— Да, — засмеялась Матильда. — У вашего капитана явно плохо с фантазией.

Рик хихикнул.

— Да, это точно! Я раньше об этом не задумывался! Моего отца зовут Мик, а маму — Кат.

Парень вспомнил родителей и загрустил.

— Не переживай, — приободрила его Матильда. — Станешь полноправным гражданином, найдешь работу, выкупишь своих родных на волю.

* * *

Как ни странно, Зейн согласился заступить на ночную вахту. Более того, он сделал это с радостью, признавшись, что спать в тесной каюте с соседями просто отвратительно. К тому же, ночные вахты позволят ему следить за «моральным обликом» Матильды и, в случае чего, мешать ей «некультурно» отдыхать.

Матильда на это заявление только хмыкнула. Звукоизоляция каюты, конечно, никуда не годится, но и «некультурно» отдыхать она тоже не собиралась. Просто чтобы не дразнить лишний раз Зейна, способного от ревности превратить полет в окончательный кошмар. И так он еле сдерживается, очень это заметно, поэтому Натаниэль с Бу стараются держаться от него подальше. Только Рик, как молодой щенок, хвостом виляет! Но Зейн честно взялся его учить и посоветовал Матильде разобраться с эльфом.

Матильда заглянула в каюту. Шель, все так же завернувшись в одеяло, сидел в углу. Она чуть-чуть потопталась на пороге и пошла советоваться к Натаниэлю.

Натан уже успел распланировать меню на все дни полета плюс два запасных и теперь задумчиво составлял список необходимых на Тиронге закупок.

— Цены тебе нет! — обрадовалась этому Матильда. — Как будем в порту, куплю тебе любые обучающие программы, какие захочешь! Народу на корабле увеличилось, и старпом необходим.

Карие глаза Натаниэля блеснули.

— Вы хотите сделать меня старпомом?

— А ты против? Извини. Я не права. Кирилл мне говорил, что вам нужен выбор, а я как-то забыла об этом…

— Что вы, Матильда! Это большая честь для меня. Я действительно мечтал заниматься чем-то подобным.

— Я рада, — искренне сказала Матильда. Помолчав, спросила: — Что мне с эльфом делать, а? Ты что-нибудь о них знаешь?

— Кроме того, что из них выбивают все человеческое и оставляют только рабское — ничего. Нас пугали иногда… что вызовут того эльфийского психиатра, чтобы сделал нам коррекцию. Это страшная угроза, на самом деле. Так, даже рабами, мы оставались собой, а они… Не знаю, Матильда. Но вреда он не причинит, это точно.

Матильда несколько раз стукнулась лбом об его плечо. Если учесть последние события, то пора избавляться от этой привычки, а то шишка станет ее вечной спутницей. Будет гореть во лбу как фонарик.

— Воспринимайте это все как тренировку, — посоветовал Натаниэль. — Вы ведь хотите свою компанию, придется работать с разными людьми…

— Я и так неплохо с ними работаю.

Натаниэль помялся и осторожно сказал:

— Вы извините, Матильда, но, судя по вашей реакции в последние дни, вы не очень готовы к стрессам, связанным с человеческим фактором.

— Много ты понимаешь! — разозлилась на критику Матильда. Тоже мне — пять минут как не раб, и уже критикует!

— Понимаю, — тихо, но твердо сказал Натаниэль. — Когда была жива старая госпожа Осси, я ей помогал и наблюдал за ее работой. Суть-то одна и та же, приходят клиентки, им нужно угодить и получить за это как можно больше денег. Так вот, старая госпожа не вышла из себя даже когда дочка президента одной влиятельной компании заказала себе на день рождения Кирилла и уже всем успела похвастаться, какой замечательный и сексуальный рыжий мальчик будет ее развлекать. А Кирилл перед самой вечеринкой отравился.

«Наверняка, гаденыш, специально», — подумала Матильда.

— Ему было очень плохо, даже вызывали помощь из центрального госпиталя. Если бы на вечеринке не было Рыжего, у госпожи Осси были бы серьезные проблемы. Рыжий у нас один, пришлось лететь в питомник-конкурент, там умолять и подлизываться и арендовать-таки еще одного рыжего. Госпожа Осси была спокойна и деловита. Вам тоже стоит этому научиться.

— А Кирилла наказали? — поинтересовалась Матильда.

— Конечно. Чтобы не тянул в рот что ни попадя. Нас госпожа Осси наказывала током, чтобы не портить кожу.

— Никогда этого не пойму, — пробормотала Матильда, поблагодарила Натаниэля за рассказ и заставила себя пойти разговаривать с эльфом.

10. Найденыш

Матильда села рядом с эльфом на пол и тоже подтянула колени к груди.

— Всего несколько дней назад моя жизнь была прекрасной, — начала она. — Я работала на собственную транспортную компанию, выплачивала кредит за корабль, налаживала связи в космоторговле и вообще жила так, как хочется. А потом я совершила главную ошибку в жизни — пошла на свой день рождения в казино на планете Хот и выиграла там рабский питомник. Не знаю, успел ли ты парней рассмотреть, потом познакомишься. Четыре раба, вот только по законодательству Федерации Пятидесяти Планет, гражданкой которой я являюсь, это уже не рабы, а мои подопечные, за которых я несу полную ответственность. Ты представляешь, сколько жрут три взрослых мужика и подросток? Я вчера подсчитала, на какой срок откладывается выплата по кредиту и покупка еще одного корабля, и мне плохо стало! Но куда уж деваться… Не могу же я их выкинуть или перепродать, жалко. К тому же Рик весьма полезен… А еще Зейн, наглая морда, вбил себе в голову, что нужно меня вернуть. Даже жениться надумал. Вот зачем ему это, а?

— Он вас хочет, госпожа, — так внезапно ответил Шель, что Матильда от неожиданности стукнулась головой о стену.

— Это его проблемы! — возразила она, потирая затылок. — И не называй меня госпожой, я — Матильда, без всяких сокращений. Что, правда, хочет?

— Да. Я такое чувствую. А вот вы его не хотите. Почему? Он же красивый.

— И наглый, и беспринципный, кинул меня на деньги, и еще у него мама, которая меня ненавидит… Много причин…

Эльф вдруг встал, сбросил с себя одеяло.

— Я красивый. Меня все хотят.

Матильда с интересом принялась рассматривать Шеля.

Безусловно, он был красив. Не мужественной, «самцовой» красотой Зейна, не яркой красотой Кирилла или силой Бу, не спокойной идеальностью черт Натаниэля или юношеским обаянием Рика. Нет, он весь был как… действительно, как ожившая сказка, готовая воплотить все твои фантазии. И не граничившим с неестественным изяществом, шелковым водопадом золотистых волос, острыми ушами или мягкостью контуров лица, а самим ощущением, исходившим от всей фигуры эльфа. Матильда смотрела на поджарый живот с аккуратной ямочкой пупка, на золотистую полоску волос, сбегающую вниз к аккуратному треугольничку, на красивый даже в расслабленном состоянии член с нежно розовой головкой. Чуть темная кожа мошонки была гладенькой, так и манила прикоснуться, покачать яички в ладони, почувствовать, как возбуждается член, а два шарика становятся более плотными, подтягиваются к верху…

Матильда позавидовала самой себе. Надо же, после стольких лет одиночества, после стольких пустых ночей, или, того хуже, противных ночей ради дневного обучения, в ее жизни появился кто-то, кто утешит, кому не безразличны ее проблемы, кто всегда поможет и не потребует ничего взамен…

— Мне помогает Ваня, а не незнакомый эльф, — прошептала Матильда и выпала из странного состояния, больше похожего на транс. — Да что же это такое!

Она вскочила на ноги и отвесила эльфу такую пощечину, что его голова мотнулась.

— Ты что, а? Загипнотизировать меня решил, мерзавец? Да что же это такое, что не мужик, то сволочь!

— Нет, нет, — Шель упал на колени, прижался лбом к ее ступням. — Простите… Это моя особенность… Я могу эманировать, пока не связан с хозяином… Я был создан таким, понимаете, для воплощения мечты… я не специально, простите… умоляю, пощадите, я не специально… не бейте, госпожа, простите, умоляю.

Перепуганная Матильда дергала ногой, пыталась отобрать у сбрендившего эльфа свою конечность, которую он покрывал судорожными поцелуями.

— Не бейте, госпожа, не надо, прошу…

— Помогите! — закричала Матильда.

В распахнувшуюся дверь влетел Зейн, за ним — Натаниэль. Рик и Бу только опасливо заглянули.

Натаниэль удержал рванувшегося к эльфу Зейна.

— Тихо, тихо… Нам всем нужно успокоиться! Матильда, спокойно, спокойно… Матильда, посмотри на меня!

— Не нужно меня гипнотизировать! — завопила Матильда. — Один уже вот пытался…

— Матильда! — ледяным тоном сказал Натаниэль. — Посмотри на меня! Немедленно!

Матильда отвела взгляд от что-то истерически шепчущего Шеля и посмотрела на Натаниэля. Бу помогал ему удерживать Зейна, а сам черноволосый сохранял спокойствие.

— Матильда, представь, что это капитан принадлежащего тебе корабля, — велел Натаниэль. — И он потерял, не по своей вине, твой лучший корабль и очень дорогостоящий груз. Мужчина совершенно разбит, за его спиной — жена-инвалид и пятеро детей. А ты владелица компании, Матильда, помни об этом, от тебя и твоего решения зависят человеческие жизни!

— Ясно, — вздохнула Матильда. — Зейн, оставь нас, пожалуйста. Натаниэль…

Парень понятливо кивнул и сел на край койки. Бу утащил Зейна.

Матильда опустилась на корточки, погладила Шеля по голове.

— Шель, Шель, тебя никто больше не будет бить, обещаю. Шель, я просто удивилась, понимаешь… Успокойся, на моем корабле никто никого не заставляет что-то делать, и я никого не бью…

Шель вскинул на нее неверящий взгляд. Чертов эмпат, почувствовал толику лжи!

— Ладно, — она села на пол, уже не пытаясь отобрать у него свою ногу. — Я Рика побила. Ну как побила, пнула и ухо выкрутила пару раз. Лезет же, паршивец, куда не надо. В мой двигатель, понимаешь! Я его по детальке собирала, а Рик влез! Без спроса! Мало того, что влез, так еще и разобрал! Сломал У — образный штифт! А он еще один полет выдержал бы точно! Да убить за такое мало!

Матильда осеклась. Натаниэль страдальчески закатил глаза. Речь получилась не очень успокаивающей.

Ладно, откровенничать — так до конца.

— А еще я пыталась заставить Кирилла со мной переспать.

У Натаниэля поднялась одна бровь.

— А он отказал!

Поднялась вторая бровь. Кажется, черноволосый был в полном шоке.

— Вот ты, Шель, говоришь, тебя все хотят. А меня — наоборот! Даже бывший сексуальной игрушкой раб не захотел! Хотя у него стоял, знаешь, как хорошо у него стоял? Натаниэль, что такое? Что за взгляд? Ну, говори же!

— У нас всегда хорошо стоит, — усмехнулся Натаниэль. — Матильда, у нас — идеальные гены, а, значит, стоит тоже идеально!

— А толку! — возмутилась Матильда. — А толку? Ну, стоит! Тебя вместо секса избили, Рыжий отказал… Один Бу…

— Подглядывали, Матильда, а?

— Проверяла! — отрезала Матильда.

— Вас хочет Зейн, — тихо сказал Шель. — Он был готов меня убить, я почувствовал. За то, что я вас расстроил…

— Ага, — буркнула Матильда. — А Кирилла он чуть не убил, потому что тот со мной не переспал. И хочет… Не знаю, что уж ты там чувствуешь, а Зейн гоняется за мной, потому, что я ему отказала. А когда мы жили вместе, так это ему совсем не мешало зажимать любую мало-мальски привлекательную девушку! Не считаясь с моими чувствами! Да и сейчас он не считается, притащил кольцо и думает, что я тут лужей от счастья растекусь!

Шель встал, погладил Матильду по спине. Ласково, без какого-то эротического подоплека. Осторожно привлек к себе на плечо ее голову. Прикрыл ее ладонь своей.

— И тут кто кого успокаивает? — пробормотала Матильда.

— Как бы там ни было, — оптимистично сказал Натаниэль, — но истерики прекращены.

— Дурдом. У нас тут дурдом. Ты, Шель, в нашу компанию просто отлично вписываешься. Добро пожаловать.

Натаниэль засмеялся. Его смех бархатной тканью прошелся по коже Матильды. Вот это были настоящие эмоции, она это чувствовала. Да и тяжело остаться безучастной, когда рядом искренне веселится красивый парень.

— Меня заперли в шлюпке, потому что я — контрабанда, — сказал Шель. — Знал только капитан.

— Теперь понятно, как ты выжил — во время аварии шлюпка всегда автоматически катапультируется. Контрабанда, — Матильда покачала головой. — Ты же живой человек!

— Помните, Матильда, что я вам сказал при нашей первой встрече? — Натаниэль грустно улыбнулся. — Мы не люди.

— Уже люди. С детскими правами, правда, но все в ваших руках.

— А со мной что будет? — робко спросил Шель.

— Отдадим тебя первому встречному катеру космополиции, — пожала плечами Матильда. — Говорят, где-то есть приют для таких, как ты.

Шель вздохнул, но ничего не сказал.

* * *

Остаток дня прошел на удивление спокойно. Натан подобрал Шелю одежду из той, что осталась после налета Зейна, который потребовал полного обеспечения «пленнику любви». Кирилл выполз из каюты с опухшим лицом, туго перетянутыми ребрами, но такой же язвительный и невыносимый, как и прежде.

Проблема, ожидаемо, возникла с Шелем. Он категорически отказывался идти спать в мужскую каюту. Категоричность, правда, выражалась по-эльфийски. Он сидел в углу Матильдиной каюты и на все уговоры отрицательно мотал головой. Зейн попытался извлечь его оттуда силой, но Шель неуловимо текуче избавлялся от его захвата. Предложение обвязать его простыней-путами (которыми связывали Зейна, и которые Натаниэль хозяйственно припрятал) и вытащить за ноги, Матильда отвергла, объявив, что отныне на корабле зона «Без насилия, но с капитанским произволом».

Пришлось эльфу стелить на полу.

— Один на один с ним не останусь! — заявила Матильда и потащила на кровать Рика, отказавшись от услуг Бу, хотя он настойчиво предлагал.

— Если что — кричи, — великодушно разрешил Зейн, располагаясь на ночное дежурство с удобствами. Среди файлов на личностном браслете у него нашлась порнуха, и он, не скрывая своих намерений, собирался ее смотреть, чтобы «некоторым было стыдно за свою холодность». Некоторые не прониклись, но выделили Зейну пачку влажных салфеток.

Перед сном Матильда долго ворочалась. В голове крутились обрывки невнятных мыслей, и то и дело вспоминалась попытка подсмотреть утреннее возбуждение у Рика. Почему-то Матильде до жжения в руках хотелось посмотреть на его член. И потрогать его. Интересно, какого он размера?

Обзывая себя развратницей, Матильда пыталась переключиться на что-нибудь другое, например, на обнаженного Кирилла, которого она не только видела, но и пробовала. Или на Зейна, знакомого ей во всех подробностях. Но нет!

Матильда резко села на койке. Рик спокойно сопел, Шель дышал тихо, но девушка сомневалась, что он спит.

— Шель, — едва слышно шепнула она.

— Что? — совершенно не сонным голосом тут же отозвался он.

Что? А что, на самом деле?

— Ничего, — стушевалась Матильда, укладываясь обратно.

Эльф молчал.

Напряжение сгустилось в воздухе так плотно, что Матильда стала задыхаться.

И вдруг Шель запел. Тихо-тихо, но каждое слово песни на незнакомом языке словно успокаивало душу и сердце Матильды. Было ли это нейролингвистическое программирование, или что-то иное, она не знала, да и не хотела знать. Главное — это обеспечивало спокойный сон.

* * *

Их с Риком разбудил стон. Отчаянный, надрывный, полный такой муки, что хотелось завыть.

— Свет! — крикнула Матильда.

На полу корчился и стонал Шель. Его лицо свело судорогой от боли, руки и ноги рефлекторно подрагивали. Матильде стало страшно.

— Что с ним? — едва не стуча зубами, спросила она у Рика.

— Не знаю, — пискнул он. — Может это что-то… особенное? У нас про эльфов всякие ужасы рассказывали… А вдруг он умрет, капитан?

При мысли о том, как она будет объяснять полиции наличие на корабле мертвого эльфа, Матильду затошнило.

Она сползла с кровати и заставила себя сделать шаг к страдальцу.

— Осторожно, — прошептал Рик. — Вдруг он укусит?

Неожиданно Матильде стало смешно.

— Он же не собака, чтобы кусаться.

Судя по выражению лица Рика, он причислял Шеля к хищникам пострашнее собаки.

Матильда потрясла эльфа за плечо.

— Шель… Шель, очнись…

Он открыл глаза, перестал стонать, но дрожь так и не прекратилась.

— Что с тобой?

— Мне… так… плохо… — с трудом выдавил он. — Мне… так… больно…

— Может, медкомплекс принести? — предложил Рик.

— Нет… болит… не тело…

— А если у него опухоль мозга? — не унимался Рик. — Или какая-то команда на уничтожение? Не зря же его перевозили в запертой капсуле!

— Заткнись, — так ласково проговорила Матильда, что паренек действительно замолчал.

— Больно… больно… — твердил Шель.

— Что делать, скажи!

— Не знаю… простите, госпожа…

Матильда беспомощно посмотрела на Рика.

— Давай его на койку затащим, что ли…

Рик оказался удивительно сильным, почти без натуги поднял Шеля. Они разместили его поудобнее, накрыли одеялом — эльфа ощутимо морозило.

— Госпожа, не бросайте меня, госпожа! — взмолился Шель, хватая Матильду за руку. — Не бросайте меня, госпожа!!!

— Не брошу, что ты, не брошу, — Матильда вытянулась рядом, обняла его и принялась успокаивать, гладя по лицу, шее, груди. — Все будет хорошо, все будет хорошо, Шель. Спокойно, я тебя не дам в обиду.

— Мне страшно, госпожа…

— Шель, ты помнишь? Я — капитан этого корабля. Я защищу тебя. Обещаю.

— Госпожа! Я — ваш? — Шель сел и умоляюще уставился на Матильду. — Ваш?

Девушка беспомощно покосилась на сидящего на постели Рика. Тот предположил:

— Наверное, ему необходимо чувствовать свою принадлежность к кому-нибудь. Он же создавался рабом.

— Мой, — смирилась Матильда с неизбежным.

Она-то все удивлялась, как становятся преступниками! Что за оправдания у некоторых из них — «я случайно»!

Теперь поняла. Вот и онаслучайно стала рабовладелицей. Пусть ненадолго, но все же.

Как ни странно, слово «мой» оказало на эльфа живительный эффект.

— Тогда докажите это! — Шель стащил с себя футболку и принялся развязывать штаны. — Возьмите меня!

— В к-к-к-каком смысле — возьмите? — растерянно спросила Матильда.

Шель молча снял штаны и трусы. Пока Матильда хлопала глазами, его член налился и поднялся.

— Теперь ясно, — сказала она и покосилась на Рика. Тот сидел с открытым ртом и даже, кажется, забыл, как дышать. — Шель, ты завтра об этом пожалеешь, правда. Я не твоя хозяйка, я не госпожа, а всего лишь владелица маленького старого транспортника. Завтра тебя заберет полиция, и все наладится. Найдешь себе какую-нибудь эльфиечку…

— Возьмите меня.

— Может, я выйду? — робко спросил Рик.

— Куда? — схватила она его за рукав. — Чтобы сюда прискакал Зейн, и все опять полетело в черную дыру?

Шель опрокинул Матильду на постель. Опираясь на руки, он заглянул ей в глаза и умоляюще попросил:

— Возьмите меня!

Теперь Матильда поняла, как чувствовал себя Кирилл. С одной стороны, вот оно — прекрасное мужское тело, на которое реагируешь просто на уровне инстинктов. С другой стороны — не хочется.

— Я в санузле буду, — сообщил Рик. — Позовете, когда закончите.

— О, Господи, — Матильда закрыла руками лицо. — Стыдно-то как! Еще при детях я сексом не занималась!

Рик подошел к койке, нежно прикоснулся губами к ее щеке.

— Я не ребенок, — сказал он, — это раз. Мои родители, не поверите, мэм, регулярно занимались сексом. И мы дружно сидели в санузле, если другого выхода не было. Так что я привык.

Матильда очень хотела попросить Рика остаться — мало ли что взбредет в голову странному эльфу.

Парень понял ее колебания.

— Хотите, я щелочку в двери оставлю? Если что, позовете.

Матильда кивнула и осталась наедине с возбужденным результатом достижений селекционно-генетической мысли.

11. Шель

Она смотрела в глаза Шелю, а он смотрел в ее. Радужка у него была светло-зеленая, будто трава ранней весной. Он улыбался, нежно, совсем не предвкушающе, как можно было бы ожидать от того, кто чуть ли не силой заставил тебя лечь с собой в постель. Медленно, не разрывая контакта глаза-в-глаза, он потянул ее футболку наверх. Так неторопливо, что Матильде захотелось помочь ему справиться с этим простейшим делом, но она почему-то не осмелилась. Потом также медленно он провел рукой от задранной до подмышек футболки вниз, к трусикам. И потянул их вниз. Аккуратно раздвинув ее ноги, сел между бедер.

Наклонился, провел языком от лобка до груди, потом назад. Ласка была приятной и немного щекотной. Шель поднес ее руку к губам, лизнул ладонь, потом покрыл цепочкой поцелуев кожу от запястья до плеча. Ловко приподнял Матильду, стащил футболку одним движением. Лизнул шею, за ушком, спустился, лаская, вниз по телу, поцеловал ямку пупка. Поднял ее ногу, поцеловал каждый пальчик, и опять скользнул языком снизу вверх.

Ласки непривычные, если не сказать — странные, но Матильде нравилось. Почему-то приятно было чувствовать себя чем-то вроде наивкуснейшего леденца.

Медленно, удерживаясь на руках, он скользнул грудью по ее телу — от бедер вверх, вверх, пока не встретился своими губами с ее.

Матильду целовали по-разному. Грубо, жестко, ласково, страстно, равнодушно… Но вот так, когда дыхание переходит в дыхание, когда посредством губ сливаешься ближе, чем во время самого откровенного секса — впервые. Она плыла, растворялась в этом поцелуе, беспорядочно гладила спину Шеля, путалась пальцами в его шелковистых волосах, прижимала его к себе крепче…

Легкими касаниями губ эльф двинулся от ее губ к подбородку, по шее, уделил внимание каждой груди, ниже, ниже, приподнял бедра Матильды и накрыл ртом ее лоно. Лизнул, аккуратно раздвинул пальцами губки, проник языком внутрь и замер. А потом начал двигать им то медленно, то быстрее, то ударял им по горошине клитора, то ласково проходился по всей промежности. Возбуждение затопило Матильду, дыхание сбилось, она инстинктивно подалась бедрами вперед. Сжала пальцами подушку изо всех сил, потому что желание вцепиться Шелю в волосы и прижать к себе теснее стало почти непреодолимым.

Дождавшись ее первого стона, эльф поднялся и поцеловал Матильду. Просто прикоснулся к губам, видимо, не зная, согласится ли она пустить его язык, скользкий от ее интимных соков, в рот. Но Матильду такие сомнения не мучили, целовался Шель как никто, и терять это удовольствие она была не намерена. Она приоткрыла рот, углубляя поцелуй но вдруг Шель отстранился.

— Посмотрите на меня, — попросил низким, тягучим тоном, раздвигая ее бедра и медленно входя внутрь.

Снова — глаза-в-глаза.

И от этого ощущение проникновения стало значительно острее.

Матильда во время секса, как правило, закрывала глаза. Сначала — потому что ей было противно смотреть на похотливые рожи наставников. Потом — просто привыкла. Зейн утверждал, что она многое теряет, но с этой привычкой не боролся. Главное — ему хорошо, и ей хорошо.

Но теперь она поняла, что он имел ввиду. Смотреть, как острый, возбужденный блеск глаз сменяется поволокой страсти, видеть, как скользит по виску капля пота, как трепещут крылья носа, судорожно втягивая воздух, как дрожат приоткрытые губы и по ним то и дело проходится кончик языка — действительно ни с чем не сравнимое удовольствие.

Шель опирался на руки, соприкасаясь с Матильдой только бедрами. Иногда мотал головой, откидывая мешающие пряди, но они прилипли к потной шее, разметались по плечам, свисали вниз, щекоча грудь Матильды. Она вцепилась в его предплечья, оставляя царапины, постанывала тоненько, умоляюще. Почему он двигается так неторопливо? Жар сжигал ее косточки, требовал высвобождения, а оно все не наступало!

— Я — ваш? — выдохнул Шель.

— Мой! — не сдержавшись, Матильда заколотила по его рукам и груди. — Мой, да, ну же! Быстрее!

Эльф не послушался. Матильде уже казалось, что сердце вырвется из грудной клетки. А этот… мучитель… продолжал и продолжал удерживать ее на самом краю.

— Ваш?

— МОЙ!

От резкого его движения, задевшего какую-то точку, Матильда вскинулась и тут же упала, забилась в оргазме невероятной силы. Шель наклонился, подхватил ее тело под лопатки, прижал к своему, заглушил ее крик своим поцелуем. От переизбытка чувств у Матильды потекли слезы. Она успела прошептать на самых последних крохах сил:

— Спасибо… — и отключилась, совершенно опустошенная, не чувствуя больше ничего.

* * *

— Капитан, мэм… Капитан…

Матильда с трудом открыла один глаз, пытаясь понять, на каком она свете.

— Мэм… Вы меня задушите… — просипел Рик.

Чувствительность тела возвращалась постепенно. Разобравшись в своих ощущениях, Матильда поняла, что лежит, почти полностью расположившись на Рике. К тому же, она так неудобно подперла макушкой его подбородок, что вообще удивительно, как он мог дышать и говорить!

Но мало того! Со спины на Матильду навалился Шель. Бедняга Рик был придавлен фактически двойным весом.

Матильда мельком взглянула на личностной браслет. Пять часов по условному корабельному времени. До вахты еще спать и спать. Она уперлась ногами в койку, отодвинула к стене Шеля. Он что-то пробормотал, но не проснулся.

— Извини, — она слезла с Рика.

— С вами спать хуже, чем с братьями, — сердито сказал он. — Только и радости, что вы голая!

— Вот и спал бы на полу, чего тебя на койку потянуло? — не осталась в долгу Матильда.

— Вы меня позвали, — сообщил Рик.

Хоть убей, Матильда этого не помнила.

— Да? — недоверчиво спросила она.

— Да. Когда я пришел, вы вроде бы спали, а потом так: «а где Рик?». Я лег рядом, и вы опять отключились.

— Хм… Знаешь, я себе еще никого в постель не требовала, — призналась она. — Ты первый.

— Я рад, — кисло ответил Рик. — Только давайте будем тогда уж вдвоем спать, а? Тяжело мне…

— Конечно, — Матильда попыталась устроиться поудобнее, что было весьма затруднительным. Койка, конечно, у нее достаточно широкая, корабль изначально принадлежал семейной паре. Но все же на троих не расчитана. С этими мыслями Матильда уснула.

Утром она ждала сцены ревности от Зейна, однако он вел себя как обычно. Зато Кирилл, ходящий следом за Матильдой, Шеля прокомментировал:

— Что, Матильда, завела себе собачку? А когда ты в туалет идешь, он с тобой?

— Под дверями сидит, — Матильда даже не разозлилась. Ее и саму крайне волновало подозрительное поведение эльфа. Вчера он сидел в каюте, сжавшись в комочек, а сегодня не отходит ни на шаг. Уединение в санузле ей пришлось выбивать силой.

— Поэтому и запретили генетические эксперименты, — сказал Зейн. — Потому что природа не терпит вмешательства в ее дела. А в мозгах этих созданий еще и психиатры покопались. Давайте его в грузовом отсеке запрем?

Матильда покосилась на застывшего за спинкой ее кресла Шеля. Лицо его было совершенно спокойным и умиротворенным. Предложение Карата, конечно, соблазнительное, но она обещала, что на ее корабле насилия не будет.

— Никого нигде мы запирать не будем. — Матильда смерила оценивающим взглядом Кирилла и добавила: — До тех пор, пока все ведут себя прилично.

— У меня еще ребра не зажили, — фыркнул Рыжий. — И вообще, не надо на меня смотреть как на главного злодея.

— Ты до него не дотягиваешь, — опустила планку его самомнения Матильда. — Но должность моей главной головной боли ты уже занял.

— Ух ты! — Кирилл принялся перечислять. — Я — главная головная боль, Рик — главная подушка, Натаниэль — главный умник, Бу…

— Главный прожора, — подсказал Рик.

Бу обиженно запыхтел, но промолчал.

— Зейн — главный отвергнутый, а Шель — главный щенок. Гениально ты себе команду подбираешь, Матильда! Восторг!

Сказать ответную гадость Матильда не успела, потому что на связь с «Сырком» вышел полицейский катер. После того, как капитан обрисовала ситуацию, она отпустила шлюпку дрейфовать рядом с кораблем, чтобы полиция могла пристыковаться на ее место. Шлюпку тут же притянул грави-захват катера. Стандартный полицейский катер был способен удержать до пяти шлюпок, а капсул — не меньше пятнадцати.

— Капитан Ренко? Майор Доусон, космическая полиция Тиронги. — Они обменялись рукопожатиями.

Рик перекинул на планшет полицейского аналитика все материалы по катастрофе «Авроры». Еще один полицейский проверял документы на груз. После того, как он обменялся кивком с майором, тот покачал головой:

— Странно, капитан Ренко, в межгалактических базах вы не числитесь, значит, довольно законопослушны. Но что на вашем борту делает Зейн Карат?

— Я тоже законопослушный, — показательно обиделся Зейн.

— Очень относительно, господин Карат, очень относительно. Вы не первый раз летите на Тиронгу, так что уже вся полиция имела возможность ознакомиться с вашим личным делом.

— Я служила на корабле Зейна, а теперь он служит на моем, — сказала Матильда.

— На самом деле, я ее жених, — конечно, Карат не мог промолчать.

— Я тебе отказала!

— Это пока!

— Ясно, — перебил их перепалку майор Доусон. — Буду знать.

Зейн скривился. Теперь вся полиция Тиронги будет знать, что ему отказали. Конечно, такой новостью они не смогут не поделиться с космическими рейнджерами, а те разнесут по галактике. У него оставались сутки, чтобы или заставить Матильду принять его предложение, или придумать нечто такое, чтобы выкрутиться из ситуации с наименьшей потерей для репутации, а еще лучше — с прибылью.

— Майор, что дальше будет с эльфом? — спросила Матильда. — Может, я могу перекинуть ему на какой-нибудь счет деньги или еще как-то помочь?

— Мы передадим его рейнджерам, а уже они отвезут его в спецприют. Не беспокойтесь, эльфы признаны потерпевшими в результате незаконных научных экспериментов и им выплачивается пенсия от Галактического Союза.

— Отлично! — обрадовалась Матильда и повернулась к эльфу. — Счастливо, Шель, было приятно с тобой познакомиться.

— Нет, — сказал Шель и скрестил руки на груди. — Я никуда не пойду.

Сердце Матильды подпрыгнуло, а в кишках похолодело.

— Что значит — никуда не пойду? Шель, тебе не место на космическом корабле, ты должен прожить нормальную жизнь! Тебя в приюте всему обучат, ты получишь гражданство, возможности…

— Нет, я никуда не пойду.

— Шель! Отправляйся с майором Доусоном! — велела Матильда настолько строго, насколько смогла. — Ты помнишь, что я тебе говорила? Я — капитан на этом корабле и тут только я принимаю решения!

Эльф упал на колени, схватился руками за щиколотки Матильды, прижался лбом к ее туфлям и замер.

— Оторвать? — спросил Зейн.

— Ни в коем случае! — вмешался майор. — Капитан Ренко, я могу с вами поговорить? Наедине.

Матильда посмотрела на свою команду. Натаниэль и Рик демонстрировали вежливое равнодушие, Бу о чем-то оживленно переговаривался с полицейским аналитиком, Кирилл и Зейн даже не скрывали, что нужно будет приложить усилия, чтобы заставить их убраться из рубки. Про вцепившегося в нее Шеля и речи не шло.

— Нет у меня секретов от этих мерзавцев, — мрачно сказала Матильда. — Мы одна команда, так что, если вы хотите сообщить мне о неприятностях, говорите открыто.

— Простите, мэм, но я должен это узнать… Вы спали с эльфом.

Матильда покраснела, но ответила:

— Спала. Точнее, я не хотела, но он… не то чтобы заставил, но вел себя так… в общем, пришлось…

Кирилл хмыкнул. Матильда поняла, что кого-то все-таки придется запереть в грузовом отсеке, только чтобы не слушать его язвительные комментарии. То, что их будет в достатке, она даже не сомневалась.

— Как вы знаете, эльфы не только генетически модифицированные люди, но также разумные, подвергшиеся психокоррекции. К покупателю их перевозят в полусне, ограничивая контакты с остальными людьми. Полагаю, что после катапультирования, искин шлюпки запустил стандартную процедуру медпомощи, и из тела эльфа были выведены наркотические вещества. Стресс, новое окружение, количество людей рядом запустили заложенные механизмы и потребовали от него пройти процесс привязки к хозяину.

— Э-э-э… я теперь его хозяйка? — выдавила Матильда, подавляя желание схватить Шеля за блондинистые патлы и постучать его лбом об пол.

— Именно.

Девушка схватилась за голову.

— Скажите, он это сделал специально? — «Если специально, выкину его в открытый космос!»

— Нет, что вы! Он не волен над заложенными в психику блоками, — успокоил ее майор. — В принципе, он мог пройти привязку с любым на вашем корабле, но выбрал вас как… не знаю, как «альфа-самца» что ли. Фактически у вас не было выхода.

— Отлично, — сказала Матильда таким траурным тоном, что даже майора, по служебным обязанностям эмоционально непрошибаемого, проняло.

— Ну, не переживайте так, — попробовал он ее утешить. — Судя по документам, у вас есть уже четверо подопечных, будет пятый…

— Да, но от этих я могу избавиться, как только они получат документы гражданина, а с этим что делать? Это же навсегда, да?

Майор сочувствующе кивнул.

— Представьте, что вы обзавелись психически больным недееспособным родственником. Вам нельзя надолго расставаться. Капитан, я сброшу вам на браслет имеющиеся у меня данные о психологии и физиологии эльфов.

— У них еще и физиология другая… — едва не заплакала Матильда. — Мне что, новый медкомплекс покупать?

Доусон пожал плечами.

— Это вам с медиками нужно обсудить, я в таких тонкостях не разбираюсь. Предлагаю подписать протокол и все необходимые акты, чтобы легализовать вашего эльфа.

— Отцепись, — приказала Матильда эльфу. Тот помотал головой и прижался крепче. В такой позе ей пришлось ставить отпечатки пальцев на документах, принимать на свой браслет многочисленные акты и формы.

Шель отпустил ее ноги только после того, как полицейский катер скрылся с радара.

— Пошел вон! — прошипела Матильда. — Если покажешься мне на глаза до ночи, убью! Вот и делай после этого добро! Отныне пролетаю мимо всех спасательных шлюпок, даже если там будут младенцы!!!

Пыхтя от ярости, она ходила по рубке кругами. Хотелось сделать что-то гадкое.

— Зейн! Я никогда не выйду за тебя замуж! Натаниэль, запри Кирилла в грузовом отсеке!

— Меня-то за что?! — возмутился тот.

— За все плохое и хорошее! Остаешься без обеда и ужина!

— Я что теперь, мальчик для битья? — вопил Кирилл, которого Натаниэль осторожно тащил к грузовому отсеку. — Назначь на эту роль Рика, ему подойдет больше!

— За что мне это? — Матильда плюхнулась в капитанское кресло и закрыла глаза. — Я же, вроде, не нагрешила на такое количество наказаний!

— Матильда, мэм, — пробасил за ее спиной Бу. — Я понял, чем хочу заниматься!

— Очень вовремя, очень! И чем же?

— Я хочу стать полицейским!

— Эта идея тебе пришла в голову после пятиминутной беседы? Я же видела, как ты общался с… сержантом, кажется.

— Нет, эта идея мне пришла в голову давно. А у сержанта я спрашивал, какая у них зарплата. Я хочу себя полностью обеспечивать и вам деньгами помогать. Я слышал, что в семье так и поступают, да?

Матильда подумала о своей семье, которая ограничивалась посылкой с продуктами раз в год, о Ванином отце, вычеркнувшем сына из своей жизни после того, как нашел себе новую жену взамен умершей. Потом вспомнила Ирку-контрабандистку, отправлявшую сыновей в свободное плавание сразу же после получения ими личных документов (а то и раньше, если повод подвернется) и трепетно помогавшую дочерям. О бдительной матери Зейна, которая (Матильда была в этом уверена) шлет сейчас ей проклятия.

— В семье поступают по-разному, Бу, — со вздохом сказала Матильда. — Но я рада, что ты определился.

Несколько часов прошли тихо. Рик сидел в своем кресле и штудировал учебники по летному делу, а остальные не показывались на глаза. Матильда знала, что они собрались в грузовом отсеке и дружно смотрят на планшете какой-то фильм. Оставалось надеяться, что это не Зейнова порнуха, которой он щедро поделился. Секса и связанных с ним проблем Матильде уже хватило с головой. Самое главное — привязанный эльф уже не может эмпатически влиять на хозяина, о чем ей любезно напомнил на прощание майор Доусон.

Осторожно открылась дверь каюты, Шель бесшумно вышел из нее и сел на пол за креслом Матильды. Она его не видит, значит, прямой приказ он выполнил.

12. Тиронга

— Зейн убил наши движки!

Определенно, этот способ побудки не был в топе лучших, но вот из сна вырывал мгновенно.

Уже на бегу в машинное отделение Матильда спросила у Рика:

— Откуда ты знаешь?

— Услышал, — сообщил парень, проснувшийся тридцатью секундами раньше. — Нас на этот звук учили реагировать в любом состоянии.

От охлаждающего кожуха основного двигателя шел пар.

Зейну, прибежавшему в машинное чуть позже, оставалось лишь наблюдать за тем, как слаженно, понимая друг друга с полуслова, работают Матильда и Рик. Помимо воли он позавидовал — ему бы таких техников! Куда Матильда лезет в собственники компании, зачем губит свой талант! Когда она ушла с его корабля, старший механик рыдал от горя. И как же красива она, увлеченная своим делом, с аппетитной попкой в простых трусиках, в футболке, то и дело обтягивающей грудь без бюстгальтера! Как же отличается от манерных девиц, которые гроздьями на него вешаются. Да, еще пять лет назад Зейн считал это высшей мужской доблестью — завалить как можно больше красавиц, помахать им рукой и улететь на следующую станцию, чтобы потом с удовольствием слушать сплетни о своих похождениях. Считал он так пять лет назад, но не сейчас…

Матильда оказалась единственной девушкой, которая задержалась в его постели и, что он понял гораздо позже, в жизни. Да и на какой срок — почти год! Она ничего не просила, радовалась мелким подаркам, удовлетворяла в постели и… он ее потерял! Идиот, даже стеснялся показываться рядом с Матильдой какое-то время, потому что она, видите ли, недостаточно изысканна, недостаточно красива и недостаточно заглядывает ему в рот!

Мимо Зейна просочился Шель. Полностью одетый, расчесанный, до отвращения красивый. И пожирающий Матильду преданным взглядом. Сегодня ночью, слушая, как она выгоняет эльфа из своей постели, Карат осознал, что его предложение Ти-ти не примет. Не сейчас, когда вокруг нее крутятся такие красавцы. Но вот когда она от них устанет, Зейн получит шанс. Пусть она поймет, насколько выгодно отличается самостоятельный, обеспеченный мужчина от этих… родственников с психическими заболеваниями. То, что Матильде скоро надоест их кормить, Зейн не сомневался. Если она в один миг разорвала длительные отношения из-за неполученного процента, то нахлебникам вообще ничего не светит.

К тому же, у Зейна был союзник, пусть даже сам Кирилл об этом и не знал. Но Рыжий вел себя так отвратительно, что Карату оставалось только ждать, когда терпение Матильды лопнет.

Решив, что на «Сырке» ему делать больше нечего, Зейн увеличил скорость до максимальной, торопясь попасть на Тиронгу. Дела не ждут, нужно исправлять ошибку и искать пути к сотрудничеству с Зинегро. Но он никак не думал, что это приведет к поломке двигателя! К счастью, увидев бегущую к машинному отделению Матильду, он успел отдать команду на прекращение движения.

Когда Матильда и Рик закончили срочный ремонт, то девушка повернулась к Зейну с таким выражением лица, что у него по позвоночнику проскользнул холодок.

— Ты нас всех чуть не угробил! — прорычала она.

— Это моя ошибка, — повинился Зейн. Под злым и одновременно разочарованным взглядом Матильды он чувствовал себя очень неуютно. — Я и подумать не мог, что…

— А спросить? Зейн, я не спорю, ты отличный пилот, ты хороший капитан, но, черт возьми, ты никакой механик! Если я еще удивлялась тому, как могла взорваться «Аврора», то теперь понимаю!

Зейн чувствовал себя мальчишкой, который попался на серьезной шалости и теперь его распекает мама. Это ощущение ему очень не нравилось, поэтому он задавил чувство вины и вскинул голову:

— Но все же обошлось! Зато мы уже почти на Тиронге, осталось выйти с трассы и приземлиться. Кто будет пилотировать?

— Ты и вправду такой непробиваемый или притворяешься? — вздохнула Матильда. Зейн внутренним взором увидел, как стремительно катится вниз его рейтинг. — Я тебя больше и близко не подпущу к моему кораблю!

Зейн поймал взгляд Шеля на вошедшего в машинный отсек Натаниэля. А эльф-то не так прост, — подумалось ему. — Может, привязку к Матильде он прошел, движимый инстинктами, но сейчас совершенно сознательно будет отсекать от госпожи всех конкурентов на внимание.

О да, Зейн очень хорошо знал такой взгляд! Его обычно кидали друг на друга его девушки, прежде чем вцепиться друг другу в волосы. Так его мать смотрела на любую претендентку на его руку и сердце (кроме Матильды, на которую она смотрела куда кровожаднее). Так его механик, добивающийся покупки очередной штуковины для улучшения двигателя, смотрел на других претендентов на траты из капитанского бюджета.

Судя по всему, Матильда прибежит к нему, Зейну, еще раньше, чем он мог надеяться! Отлично!

— Завтрак готовить? — спросил Натаниэль.

Этот простой вопрос вывел Матильду из состояния тихой ярости и вернул способность здраво мыслить.

— Готовь, — вздохнула она. — Позовешь, мы с Риком пока тут поработаем.

* * *

Пискнула, заканчивая готовку, мультифункциональная печь. Натаниэль принялся раскладывать по тарелкам завтрак. Внешне спокойный, уравновешенный, мудрый, хотя больше всего на свете ему хотелось хорошенько намять бока Кириллу, который не хотел понимать, что это их шанс на достойную жизнь, стукнуть Бу, который большую часть времени проводил, лежа с планшетом на койке и мечтая о своих будущих подвигах, встряхнуть Рика, мало того, что пользующегося уважением Матильды, так еще и пролезшего в ее кровать! А эльфа, которому Натаниэль не доверял, вообще хотелось отправить вместе с Зейном куда подальше, лучше всего — на другой край Вселенной!

Матильда ему нравилась. Она была живой, настоящей. Она видела в них людей, а не обезличенные тела, с которыми удобно развлекаться. Она…

Она прошла мимо, цапнув с тарелки кусочек поджаренного бекона и случайно легонько толкнула его бедром. Натаниэль вздрогнул, просыпал кашу мимо тарелки.

Матильда, наверное, после выходки Кирилла с отказом от секса, обиделась и перестала воспринимать их как мужчин. Чем еще объяснить то, что она, совершенно не смущаясь, дефилирует по кораблю в трусиках и футболке?

Натаниэль спал с множеством женщин и вполне отдавал себе отчет в том, что Матильда отнюдь не самая красивая из них. Но, во-первых, она свободная и смотрит на них как на свободных. А во-вторых, она молодая, привлекательная своей естественностью и настоящей женственностью, девушка. Которая расхаживает по кораблю в таком виде, что заставляет скрежетать зубами от желания не только Зейна.

Лучше бы она ходила вообще голышом, право слово! Почему-то футболка и трусики смотрелись куда эротичнее нарядов от лучших дизайнеров, уж Натаниэль в этом разбирался.

— Не смотри, — прошелестело над его ухом.

Обернувшись, Натаниэль вздрогнул. Рядом стоял Шель и улыбался очень недобро.

— Она моя, — сказал этот странный тип со свернутыми мозгами. — Моя.

Натан пожал плечами:

— Хорошо, мне же лучше. Знаешь, что случилось с тем, кто последний утверждал, что Матильда — его? Вон, Зейн. А коробочка с его кольцом валяется где-то в каюте капитана. Без шанса быть даже открытой.

Шель поджал губы и отправился подпирать стенку каюты Матильды.

Натаниэль расставил тарелки на самодельный столик и пошел вправлять мозги Кириллу. Благо, Зейн сидел в пилотском кресле, а Рик копался в машинном отсеке. Никто не помешает поговорить по душам.

— Если мы ничего не сделаем, эльф нас выживет, — сказал он.

Рыжий тут же перестал изображать из себя смертельно больного и нахмурился. Даже Бу оторвался от планшета и сел на койке.

— Ты же знаешь, я в этих гаремных иерархических разборках не участвую, — лениво протянул Кирилл, но взгляд — цепкий, серьезный — выдал его заинтересованность.

— Тут не гаремные разборки, — сказал Натаниэль. — Потому что у Матильды нет гарема, но мы претендуем на то, чтобы быть ее командой. Пока мы ей не особенно нужны. Эльф это уже просек, как и то, что не будет нас — ему достанется все внимание. Он считает Матильду своей.

— В чем проблема? — спросил Бу.

— В том, что он, угнездившись в ее постели, может напеть Матильде что угодно. Не мне вам рассказывать, какими податливыми становятся женщины в постели!

— Пока она спит с Риком.

— Пока, — веско произнес Натан. — И спит, а не занимается сексом. Рик в любом случае тут останется, механиком или еще кем-то. А мы?

— Она же, вроде, несет за нас ответственность, — неуверенно проговорил Бу.

— Не только она, а еще и адвокат Иван Сахаров. Специалист по бракоразводным делам. Если Матильда отдаст нас ему, подумайте сами, насколько он будет лоялен к нашим желаниям? Готов поклясться, будем следить за неверными мужьями или подставлять жен, изображая из себя любовников. И это в лучшем случае. Матильда хочет как можно быстрее довести нас до получения гражданства, а вот хочет ли этого Иван? Спорим, что ушлый адвокат обрадуется рабам, пусть даже мы и будем считаться просто «подопечными».

— Почему ты решил, что он — ушлый? — спросил Бу. — Матильда ему доверяет.

— Потому что они, судя по всему, поднимались вместе. Только у адвоката — дом, жена из хорошей семьи и громкие процессы, а у Матильды — разваливающийся транспортник в кредит, — сказал Натан.

— Поражаюсь твоей информированности, — криво улыбнулся Кирилл.

— Она дала мне доступ на свой планшет, — пожал плечами Натаниэль. — Я разбирался с документами по грузу. Глупо было бы не воспользоваться такой возможностью.

— Что ты предлагаешь? — спросил Кирилл. — Я не хочу опять быть мальчиком-зайчиком!

— Если понадобится — будешь. Но уже по своему выбору и ради своего будущего. Но пока, думаю, такие жертвы не понадобятся. Для начала стоит дождаться, когда Зейн нас покинет, а потом убрать из ее каюты эльфа.

Кирилл задумчиво оттянул упругую спиральку пряди волос.

— Есть у меня одна идея, — внезапно сказал Бу. — Должна сработать.

* * *

«Сырок», благодаря бдительному дежурству Рика в машинном, молитвам Матильды и пилотским умениям Зейна, благополучно добрался до главного космопорта Тиронги.

После приземления Матильда открыла шлюз и сказала:

— Уважаемый пассажир, спасибо, что разделили с нами это путешествие! Экипаж «Сырка» убедительно просит убраться отсюда поскорее и кольцо свое забрать!

— Капитан «Сырка» как-то нелюбезно вела себя с уважаемым пассажиром все путешествие, — ответил уважаемый пассажир. — Так что, в качестве компенсации за моральный ущерб за все причиненные неудобства, включая факт моего пребывания на борту, прошу принять кольцо.

— Не дождешься, — прошипела Матильда, выходя из роли вежливой стюардессы.

— Почему же не дождусь? Ты даже представить себе не можешь размеры запасов моего терпения.

— Зато мои ты полностью исчерпал, — сказала Матильда. — Зейн, по-хорошему прошу, давай останемся друзьями!

Зейн улыбнулся той самой улыбкой, сражающей любую женщину наповал.

— Друзьями? Нет, Ти-ти, мы будем с тобой супругами, клянусь своим кораблем.

Матильда скептически скривила губы, но в дальнейшую перепалку вступать не стала.

— Бу, проводи нашего гостя. Думаю, один из его кораблей уже где-то здесь.

Она вернулась к своему креслу, выкинув Зейна из головы. Пора связываться с заказчиками.

— Натаниэль, я звоню в Зинегро. Рик, подготовь список всех необходимых деталей, отправим заказ, тут барахолки нет, придется за новье платить.

Пока Натаниэль и Бу сдавали груз сотрудникам Зинегро, Матильда позвонила Ване.

— Ты сейчас упадешь, — сказала она, пересылая файлы. — У меня теперь есть собственный, официальный эльф. Шель, покажись, я же знаю, что ты у меня под креслом сидишь.

У Ивана отвисла челюсть. Какое-то время он молча таращился в экран, пытаясь обрести дар речи.

— Где ты его взяла???

— Подобрала на трассе, — мрачно ответила Матильда. — Он ко мне привязался и все… Полиция сказала — это навсегда.

Ваня сжал ладонями лоб, что у него всегда являлось признаком глубочайшей задумчивости.

— Еще что? — спросил он.

— Зейн настаивает, чтобы я вышла за него замуж. А еще мы привезли груз Зинегро, надеюсь, это не последний раз, когда Корпорация с нами сотрудничает.

— Вышли менеджерам Зинегро тяжелую артиллерию — своих мальчиков, — посоветовал Иван. — Я перезвоню, когда разберусь с новыми документами. Прорвемся, Мотя.

Матильда бросила взгляд на изображения с внешних камер. Кирилл уже «работал» с главным менеджером, а тот бросал на парня крайне плотоядные взгляды. Вот менеджер как бы невзначай скользнул рукой по спине Рыжего, задел ягодицы. Лица Кирилла Матильда не видела, но, судя по тому, как он не менее «случайно» провел рукой по груди менеджера, стоило надеяться, что все в порядке.

— Может, он меня не захотел, потому, что его мужчины привлекают?

— Нет, — сказал Рик со своего места, и Матильда подпрыгнула. Неужели она произнесла эту мысль вслух? — Он гетеросексуал. Но может удовлетворять и мужчин тоже. Их же в питомнике мог заказать кто угодно, мне Натан рассказывал.

— Ясно, — пробормотала Матильда и связалась с Арно. Когда-то они жили рядом, Арно с друзьями снимал такую же крохотную квартирку, как и Матильда с Ваней и еще несколькими людьми. Так как у Матильды непосредственных соседей было куда больше, кроватей не хватало, и они спали посменно, согласно рабочему графику. Иногда Матильда приходила ночевать на свободное место в квартире Арно. Теперь он стал важным человеком, устроился в отдел кадров шахт корпорации Зинегро. И уговорил шахтеров не отправлять посылки семьям разными перевозчиками, а собраться и заказать услугу у Матильды.

Девушка подозревала, что с грузом не все так просто. Если, отдавая почту в руки кому попало, шахтеры еще боялись и скромничали, то в ее случае, с гарантией доставки, они набьют коробки контрабандными браслетами из особого Тиронгского камня. Эти браслеты имели просто-таки волшебное воздействие на организм, снимая головные боли и вообще нормализуя кровообращение. Согласно контракту, шахтеры имели право выкупать некоторое количество браслетов по себестоимости (на той же Кайли они стоили огромных денег) и отправлять родным. Вот только перевозчики взяли дурную привычку посылки вскрывать и браслеты прикарманивать. Пользоваться официальной почтой — дорого, поэтому предложение Арно воспользоваться капитаном, за которого лично он ручается, шахтеры восприняли с воодушевлением. И, как полагала Матильда, набили ящики посылок редкостями под завязку.

Для нее же главным было разрешение таможни на вылет, а все остальное волновало мало.

— О, Матильда! Ты что-то с опережением графика, мы еще не все подготовили, — сказал Арно.

— Ничего страшного, у нас ремонт, так что собирайте посылки не торопясь, — успокоила его Матильда. — Звони или сюда, кто — то из экипажа примет сообщение, или напрямую на браслет.

— Ты себе команду набрала? — удивился Арно. — Надо же!

— Пришлось, — вздохнула Матильда. — Расту, понимаешь ли.

— В добрый путь, — по-доброму улыбнулся приятель.

Матильда посидела немного, наблюдая, как парни заканчивают разгрузку, а Кирилл с менеджером уже просматривают что-то в планшете, и решила:

— Если Рыжий опять уломает Зинегро на груз, куплю настоящую медицинскую капсулу. Портативный медкомплекс не справится. Чую я, ждет нас продолжение веселых времен.

— Почему вы так думаете, мэм?

— Потому что у меня на корабле пятеро мужиков в замкнутом пространстве. Я даже знаю, кто с кем первый подерется.

— Кто же? — заинтересовался Рик.

Матильда щелкнула его по лбу.

— Давай так. Ты напишешь свой вариант, я — свой, и после первой драки обменяемся?

Паренек рассмеялся и согласился.

* * *

Представители Зинегро вызвали Матильду на деловую встречу. Кирилл, благодаря которому поступило это предложение, молча смотрел, как капитан мечется по рубке, заламывая руки. Натаниэль с Бу готовили в освободившейся кухне «праздничный обед», Рик скандалил с курьером, доставившим не тот заказ, а Шель сверлил злобным взглядом Кирилла. Все были при деле.

Матильда остановилась и безумно посмотрела на Кирилла. Открыла рот, но он не дал ей сказать ни слова:

— Нечего надеть, да?

— Да! А… Откуда ты знаешь?

— Матильда, я сопровождал на званые вечера и разные встречи десятки женщин. У вас всегда одна и та же проблема — нечего надеть!

— У меня три комбинезона, один совсем рабочий, второй обычный, третий — типа нарядный, комплект одежды для прогулок по планете, пижама и все! Мне ДЕЙСТВИТЕЛЬНО нечего надеть! Я опозорюсь, опозорюсь!

— Встреча только послезавтра, завтра купишь себе одежду, — успокоил ее Кирилл. — Тем более, что тебе все равно пополнять наши запасы.

— Я не умею правильно одеваться!

— Я помогу, Матильда, — мягко сказал появившийся Натаниэль. — Праздничный ужин готов.

— Поможешь? — воспрянула духом Матильда.

— Да, конечно. Мы все достаточно хорошо в этом разбираемся, но Кирилл вряд ли выдержит с тобой поход по магазинам.

— С Матильдой пойду я, — заявил Шель.

— И Натаниэль, — кивнула головой Матильда. — Отлично.

Эльф отнюдь не считал, что это отлично, но промолчал. Только обменялся с Натаниэлем красноречивыми взглядами. Матильда этого не заметила. Она уже залезла в сеть и рассматривала варианты делового костюма.

— Ого, — сказал Рик, заглядывая через ее плечо. — За цену этой юбки можно купить пять пусковых шкивов.

Матильда уныло кивнула. Потом долгое время сидела, обхватив руками голову, и молчала.

Мужчины молчали тоже, не понимая ее настроения и боясь сделать что-то не так.

— Я послезавтра иду на встречу с Зинегро! — Матильда вскочила на кресло и подняла вверх руку со сжатым кулаком. — Я! Иду! На! Встречу! С Корпорацией! Да! Да!

С кресла она чуть не свалилась, но ее успел поймать Кирилл. Пока он шипел от боли в ребрах, Матильда поцеловала его куда придется и заявила:

— Я тебя люблю, Рыжий!

13. Пиво

— Ты это что только что сказала? — в наступившей тишине хрипло спросил Кирилл.

— Эм… — Матильда оглядела притихших парней. — Вы что, ребята? Я просто счастлива, и Кирилл, собственно, создал мне повод для счастья. И это… ну да, я сказала, что я люблю его, но это не как типа «давай поженимся», а просто… ну, что такое?

— Рабов не положено любить, а создавать повод для счастья — это их работа, — сказал Рыжий.

Хорошее настроение Матильды тут же скатилось ниже нулевой отметки на парковочной площадки космодрома.

— Ты не раб, — выплюнула она и спряталась в каюте, напоследок изо всей силы хлопнув дверью.

— Идиот! — не сдержался Натаниэль. — Боги, Кир, почему тебе нужно все портить, а?

— Почему же портить? — промурлыкал Шель. — Он все делает правильно.

Вот уж чьей поддержки Кириллу не хотелось!

— Давай я его стукну, — предложил Бу.

— Не стоит, — тяжело уронил Натан. — Толку-то. У него как не было мозгов, так и не появится.

Даже на лице Рика Кирилл прочитал разочарование.

— Да пошли вы, — психанул он. — Вы все были рабами только неделю назад!

— Уходи, — сказал Рик тихо. — Иди, Кирилл, прогуляйся по парковке. По сторонам посмотри… Иначе я тебя ударю.

— Попробуй, — усмехнулся Рыжий. — Ты вообще продался за возможность служить постельной грелкой. Поверь, мальчик, это ни к чему хорошему тебя не приведет. Появится новая грелка — и тебя выкинут.

Рик, тонкий, взъерошенный, подошел к Кириллу вплотную. Неожиданно Рыжего осенило, что «ребенок» не такой уж и ребенок. Он уже был ростом почти с элитного раба, и это в шестнадцать-то лет. К тому же, Кир осознал, что корабельных рабов поколениями создавали как лучших для космоса. И что идеальные гены Рика и его милый характер опаснее, чем эльф со всеми его психологическими заморочками. Криво усмехнувшись, Рик проговорил:

— Постельные грелки, может, и выкидывают. А вот друзей и членов экипажа — вряд ли.

Проклятье, а ведь он был прав. Неприятно, болезненно, но прав.

Рик спал с Матильдой потому, что ей так было удобнее, а ему, привыкшему к тесноте рабской каюты — привычнее. Кирилл вспомнил, как после появления Рика у госпожи Осси, паренек спал под мышкой Натана. Тогда Рыжему было не до размышлений, но сейчас этот факт предстал перед ним со всей своей отрезвляющей очевидностью.

Матильда сама шутила: «с тобой, Рик, даже подушки не надо», а он притворно сердито бурчал «сегодня вы мне синяк под ребрами локтем оставили, мэм, спите спокойнее». Они работали вместе, они шутили вместе… Нет, Рик явно не первый претендент на вылет из корабля.

Привычно не показывая волнения, Кирилл фыркнул:

— Оставляю вас тут с влажными фантазиями наедине. А я, пожалуй, действительно пойду прогуляюсь.

— Через три часа начнем искать, — предупредил Натан, а Рик согласно кивнул, едва не лопаясь от важности. Пока капитан в печали, он ее заменяет и вполне может принять такое решение.

Кирилл вышел и побрел куда глаза глядят, петляя между припаркованных кораблей. Большинство из них выглядели куда хуже «Сырка». Прислушиваясь к разговорам, Кирилл понял, что они пережидают полицейскую операцию по зачистке соседнего сектора галактики, а парковка на космодроме Тиронги одна из самых дешевых. Часть недовольных действиями космических рейнджеров методично напивалась, оплакивая разрушенный нелегальный бизнес. Часть — наживалась на скорбящих, продавая теперь запрещенный в том секторе товар. Несколько раз Кириллу пришлось шарахаться в сторону, таким плотным было ядовитое облако курящегося наркотика.

— Эй, красавчик! — окликнули его от одного корабля. Там стояла девица, вроде в обычном комбезе космолетчиков, но до того обтягивающем все ее формы, что прям удивительно, как ткань еще не треснула на груди или бедрах. — Ищешь развлечений?

Кирилл продемонстрировал руку без личностного браслета. Что говорить, он уже знал:

— Кэп лишила браслета в наказание. Так что я пока пас.

— Что, не дал? — участливо спросила девица.

Кирилл сокрушенно кивнул головой.

— Зачем я ей, у нее и так двое в постели!

— А разнообразие? — искренне удивилась девица. — Вот мне не хватает. Я — Тори, капитан «Развалюхи».

— Кир. За что вы так свой корабль?

Тори махнула рукой.

— Он мне уже «Развалюхой» достался, от бабки. Вместе с командой. Так что я очень заинтересована в разнообразии!

Кирилл окинул заинтересованным, мужским взглядом фигуру Тори.

— Пива? — улыбнулась она. — А то становится как-то жарковато.

* * *

Матильда злобствовала недолго. Обижаться на Кирилла — то же самое, что обижаться на проведшего ритуал привязки Шеля. Бедные парни с напрочь сломанной психикой.

Искин доложил капитану, что Рыжий покинул корабль. Рассудив, что с едва поджившими ребрами он ни во что серьезное не ввяжется, Матильда вернулась в рубку. Собрав своих мальчиков, она занялась покупками. Ваня перекинул на счет питомцев приличную сумму, и девушка планировала купить каждому собственный браслет и обучающие программы. Дешевых планшетов на Тиронге была уйма — шахтеры частенько их разбивали, поэтому покупка оказалась выгодной. Потом они с Натаниэлем принялись подбирать медкапсулу, Бу влез с предложением успокаивающего массажа головы и шеи, потом кому-то пришла идея поиграть в карты на дежурство по кухне… Вечер прошел весело.

В тот самым момент, когда Натаниэль сражался с Матильдой, пытаясь вынудить госпожу приготовить завтрак, в корабль ввалился Кирилл. Зацелованный до засосов, еще больше, чем обычно, взлохмаченный и довольный, как обожравшийся кот.

— Матильда, есть идея! — заявил он. — Давай купим пиво!

Капитан покрутила у виска пальцем.

— Ты пил? — прямо спросила она.

— Нет, я же еще на заживляющих уколах. Так, глотнул для вида, — Кирилл сел на пол между ней и Натаниэлем и продолжил развивать свою идею: — Ты не поняла, Матильда. У тебя есть знакомые на планете. А у моей… приятельницы — корабль, забитый ящиками с контрабандным пивом, которое некуда девать. И нам его весьма дешево продадут.

— А почему сами владельцы пива его не реализуют?

— Потому что им запрещен выход за территорию космопорта, и найти покупателей они не могут. Это нелегалы, которые тут зачистку пережидают.

— Хм… — Матильда задумчиво постучала пальцами по личностному браслету, а потом набрала Арно.

— Пиво? — обрадовался он. — Да я только за! Мы тут с другом на пару небольшой бар держим, выкупили комнатку в шахтерском общежитии. Дело оказалось несколько более популярным, чем мы ожидали, так что запасы слишком быстро оскудели. А цена?

— Предлагай свою цену, — сказала Матильда, — тебе виднее. Ты же меня не обманешь, правда?

— Да ни в жизнь! Обижаешь, Матильда. Сейчас скину прайсы.

— О цене нам лучше договариваться вместе с Натаном, — многозначительно произнес Кирилл. А забирать груз — с Бу. Там капитану корабля требуется разнообразие.

— Сами разбирайтесь, — Матильда перекинула данные из браслета на свой планшет, временно перешедший в собственность Натаниэля. — А то потом будешь кричать, что я вас, несчастных рабов, заставляю спать с непонятными женщинами, которых вы не хотели!

— Не будет, — спокойно сказал Натаниэль. — Ручаюсь. Сейчас пойдем?

— Да, пока она еще горяченькая.

* * *

Тори была готова взвыть от отчаяния. Ее первый самостоятельный полет! Столько времени потрачено на уговоры бабки, с каким трудом она раздобыла пиво, чтобы доказать свою самостоятельность, какие надежды возлагала на этот рейс!

Команду бабка сменить не позволила, и Тори пришлось лететь с теми, кто помнил ее еще малюткой, писающейся в подгузники. Они, конечно, выполняли команды своего капитана, но с таким видом, будто она показывает им фантик от конфеты, утверждая, что это крылья феи. «Да-да, детка, конечно». Тори была уверена, что бабка знала о готовящейся зачистке, и специально отправила желающую самостоятельности внучку именно в этот сектор. Нет, сама Тори, наверное, попыталась бы прорваться, но старпом, главная нянька, посадил корабль на захолустную Тиронгу. Власти радостно приветствовали оплату за парковку, но за пределы космопорта постояльцев выпускать отказались. Не хотят, видите ли, лишних осложнений!

На парковке каждый развлекался как мог. Тори проклинала свое воспитание, но ни к наркотикам, ни к высокоградусной выпивке так и не притронулась. Бабка утверждала, что, если хочешь стать капитаном — имей трезвую голову. Всегда.

Но мало того. Бабка, тетки, мать, сестры — все привили Тори вкус на мужчин. Бабка вообще принцев похищала, на самцов рангом пониже даже внимания не обращала. Большинство из тех, кто вынужденно простаивал рядом с «Развалюхой», не годился даже на дружеский секс, не говоря уже о большем. Не с членами команды же спать! Хоть и выглядят они такими же молодыми и полными сил, как бабка, но… они же ей когда-то попу подтирали!

И вот, словно в награду за все перенесенные лишения, Тори увидела Его. Рыжего, молодого, ослепительно красивого, прилично одетого, трезвого и скучающего. Идеального мужчину, словом.

Рыжий не подкачал. Секс с ним стал лучшим в жизни Тори. Внимательный, заботливый, раскрепощенный партнер. Что может быть лучше? Расслабившись после двух оглушительных оргазмов, девушка пожаловалась парню на жизнь. Вредная бабка не передала внучке свои торговые контакты, а возвращаться с пивом — попасть под шквал насмешек всей семьи! Кир пообещал помочь в решении проблемы.

И не обманул.

Когда он возник на трапе «Развалюхи» не один, а с двумя самыми прекрасными мужчинами, которых когда-либо видела Тори, она поняла, что сегодня сорвала джек-пот. Черноволосый был красивее даже бабкиного принца!

— Мы пришли выкупить пиво, — сказал черноволосый. — Вот цена, берем всю партию.

— Это слишком дешево! — ахнула Тори, поглядев на экран планшета.

Черноволосый улыбнулся.

— Может, поторгуемся, — предложил он.

Тори, уже готовая разлиться лужицей только от одной его улыбки — и от того, что наглый рыжий уже поглаживал ее бедра — кивнула.

— Только плохие девочки торгуются, — прошептал Кир и прикусил мочку ее уха.

— Я плохая девочка! — подтвердила Тори. Неужели сейчас сбудется ее самая заветная мечта о жестком сексе? Она никому ее не озвучивала, боялась, что эта информация дойдет до вездесущей бабки, в отношениях предпочитающей сладкую романтику.

Конечно, Тори не знала, что во время секса многоопытный Кирилл внимательно отслеживал ее реакцию на каждую ласку и теперь для него не осталось ни одного секрета в ее желаниях. А по дороге от «Сырка» к «Развалюхе» он поделился этой ценной информацией с друзьями, предупредив, что второй раунд его ребра уже не выдержат.

— Очень плохая девочка? — низким, волнующим тоном уточнил черноволосый.

— Очень, — облизнула пересохшие губы Тори.

— А где мы сможем наказать плохую девочку так, чтобы никто не помешал? — спросил светловолосый гигант.

При мысли о том, как он перехватит своей лапищей ее за талию и бросит на кровать, у Тори ослабли ноги.

— В моей каюте.

Кирилл уже знал туда дорогу. Он указывал путь, а гигант поднял девушку, перекинул ее через плечо и понес, по дороге награждая шлепками упругую девичью попку.

Тори возбужденно попискивала, но даже не делала вид, что брыкается.

— Плохая девочка продаст нам пиво по предложенной цене? — спросил Натаниэль когда они вошли в каюту.

— Нет! — протянула Тори. — Заставьте меня это сделать!

— Мы можем заставить продать еще дешевле, — намекнул Натан. — Но, наверное, тебе это не понравится.

— Я… я… — от картинок, которые появлялись в воображении, Тори почти стонала. — Заставьте меня так жестко, как сможете!

Кирилл хмыкнул. Их обучали разным постельным играм, наивная Тори, выросшая под крылом властной бабки, даже представить себе не могла, насколько жесткими могут быть развлечения. Впрочем, им этого было и не надо. Ей достаточно и мелочи.

Одним движением Бу разорвал на девушке комбез. Специальная ткань, патентованная как сверхкрепкая, поддалась мгновенно. Бу приподнял девушку, а Кирилл с Натаном, действуя в четыре руки, быстро стащили с нее всю одежду.

Быть обнаженной среди окруживших ее одетых мужчин показалось Тори одновременно и смущающим до полыхающих ушей и возбуждающим до напрягшихся сосков. Кирилл наклонился и принялся целовать грудь девушки, одновременно до легкой боли сжав ее ягодицы. Бу потянул Тори за волосы, заставляя запрокинуть голову.

— Итак, подписываем договор? — спросил Натаниэль.

— Нет! — простонала Тори, потому что в этот момент Кирилл прикусил ее левый сосок, а правую грудь захватил в ладонь Бу.

Натан поцокал языком, покачал головой и вдруг сильно хлопнул ее по возбужденной груди.

— О-о-о, — простонала Тори. Как же это было приятно, просто неимоверно.

Еще хлопок — но уже по бедрам, еще… Бу держит крепко, не давая извиваться в попытке уклониться от ударов, а Кирилл ласкает, кажется, во всех местах одновременно. Так нежно, так сладко, и волны возбуждения сталкиваются с волнами боли, и внизу живота скручиваются в такой обжигающий узел, что дышать невозможно. Тори вцепилась руками в плечи рыжего, дышала хрипло, словно кролик на удава смотрела на совершенно спокойного, холодного Натаниэля. Его холодность заводит еще больше — ведь все знакомые парни не могли устоять перед обнаженной Тори, вон, даже Кир не в силах оторваться от ее тела. А этому черноволосому совершенно все равно.

— Подпишешь? — спросил он.

— Нет!

— Хм…

Он положил ладонь на лобок Тори, а потом резко вонзил в ее истекающее влагой лоно сразу несколько пальцев. И сильно, с нажимом обвел клитор.

Тори забилась в оргазме, остро-сладком от поцелуев и легкой тянущей боли от захваченных в горсть волос.

Миг — и она лежит на своей койке, а Кир с Натаном подтягивают ее колени к груди, бесстыдно широко разводя ноги. Чувство беспомощности оказалось таким сладким! Ведь с ней могли сделать все, что угодно, и никто, никто, даже бабка, не придет на помощь! Как же хорошоооо!

Светловолосый гигант опустился между ее ног и начал ее целовать, ласкать языком и пальцами, не давая отойти от спазмов предыдущего оргазма.

— Считай вслух, — велел Натан.

— Как? — выдохнула Тори, едва понимая, что он говорит.

— Вот так. Десять, девять…

— Восемь… о — о-о-о… семь… шесть… семь…

Бу замер, заставив ее умоляюще застонать.

— Ты ошиблась, — строго сказал Натаниэль. — Заново.

— Десять… девять… — волны возбуждения, невозможность пошевелиться и холодный, суровый Натаниэль совершенно отключали мозг. — Девять… Нет, нет, пожалуйста, не останавливайся!

— Ты наказана. Заново.

— Десять… девять… воооосемь, семь… ше… шесть… пя… ооо… пять… четыре… я не могу… пожалуйста…. Три… два… А-а-а-адин!

Оргазм разрывал ее на мелкие кусочки, но навалившийся сверху Натаниэль и руки Бу не давали девушке пошевелиться, и волна гуляла по телу туда-сюда, не имея возможности выплеснуться наружу. Разве что только криком, но этого было мало, очень мало…

— Подпиши, — Тори открыла глаза и увидела планшет. Дрожащей рукой она поставила подпись и отпечаток пальца.

Единственное, чего ей хотелось — свернуться клубочком и спать, спать, спать! Она не могла ни о чем думать кроме того, насколько ей хорошо.

* * *

Под «Развалюхой» уже стоял грузовой кар с Риком за рулем. Паренек болтал с мужчиной в комбезе с надписью «Развалюха». Космический торговец вел себя слишком по-хозяйски. Натаниэль мысленно застонал. Это, видно, нянька, приставленная к неопытной девчонке. Придется разбираться еще и с ним.

— Трое на одну — не много ли? — окинул мужчина парней недовольным взглядом.

— Сколько заказывали, — ответил Кир и улыбнулся.

— Ты, рыжий, тут уже второй раз, что — так девочка понравилась?

— Возвращался за заказом, — пояснил Кирилл. — Что ж вы ее на голодном пайке-то держите, нас троих едва хватило!

— Не ваше дело, — веско сказал мужчина. — Я старпом «Развалюхи», малец сказал, что вы за пивом?

— Награда за хорошую работу, — Натаниэль протянул планшет старпому.

— Дорого берете, за работу-то, — отметил тот. — Эй, громила, начинай ящики выносить, автопогрузчика у нас нет.

— Мы трое — из элитного питомника, — равнодушно пояснил Натан. — Так что за работу мы берем столько, сколько положено. По прейскуранту. Кир, помоги Бу разобраться с грузом. Я сейчас присоединюсь.

Пока Кирилл считал пиво, Рик тоже таскал ящики. Худой, но очень сильный. Впрочем, жизнь корабельных рабов с рождения не сладкая, хочешь — не хочешь, а мышцы в работе накачаешь.

— Ого. Не было у нас тут элитников, — мужчина окинул Натаниэля подозрительным взглядом.

Тот откинул волосы и показал за левым ухом серийный номер. Подделать его было совершенно невозможно. Хотя в некоторых борделях рисовали похожие, чтобы цену повысить, но отличить подделку можно было невооруженным взглядом. Хозяева питомников маркировали свой товар согласно общим правилам, принятым среди рабовладельцев. Да и родители детей от питомничьих рабов тоже знали номер производителя и детям сообщали. Чтобы в будущем не было проблем, скажем, с близкородственными связями. Поэтому Натаниэль и надеялся отыскать своих детей, хотя бы взглянуть на них со стороны. Получить гражданство, дать объявление в сеть… Если он приобретет достойную профессию, станет хорошо зарабатывать, пообещает помогать деньгами — кто знает, может, ему даже разрешат видеться хоть с кем-то!

— Мы сегодня прилетели, — пояснил Натаниэль, когда мужчина пробежался по номеру пальцами и убедился — не подделка. — Наша хозяйка в качестве оплаты принимает что угодно.

— У нас больше ничего нет! — предупредил старпом. — Так что и не рассчитывайте!

Натаниэлю стало смешно, но он просто кивнул с равнодушным видом.

Надо же, он и не думал, что роль раба иногда будет настолько полезной. Как быстро снялись все вопросы, а то старпом бы пиво не отдал! Вон как заметно расслабился, стал перешучиваться с остальными членами команды, которые подтянулись посмотреть. Раба за человека не считают, поэтому Натаниэль незаметно прислушивался к трепу. С погрузкой ребята сами справятся, а вот узнать сплетни и новости может быть полезно. Матильда обещала платить положенный процент за каждый заказ, а Зейн подтвердил — не обманет. Только не после того, как сама на этом обожглась.

Натан видел рабочий счет капитана (к личному, понятное дело, у него доступа не было). Она уже отделила от него пять дополнительных — капитанский, старпома и три «разнорабочих». На счет Рика пришла зарплата, на счет Кирилла — процент за Зинегро. Интересно, сколько он получит за пиво?

Когда парни ехали домой, Рик с интересом спросил:

— Ну, как оно было?

— Слабенькая девочка, — сказал Кир.

Натан промолчал. Он не обсуждал женщин с другими. Разве что если возникала необходимость обсудить что-то по работе, но вот сплетничать не любил.

— Ага, — хохотнул Бу. — Потекла от пары легких шлепков. «Жестко, жестко», — передразнил он. — Я уж было испугался, что придется работать в полную силу.

— Это как? — полюбопытствовал Рик.

— Лучше тебе не знать, — Кирилл щелкнул паренька по носу. — Это страшно.

— Угу, — потянулся Бу. — Лучше еще трижды пиво погрузить. Потом отлеживаешься и ненавидишь всех.

Любительницы острых ощущений особенно часто заказывали Бу. У госпожи Осси даже была для него специальная медкапсула. Дамочек прельщало то, как мускулистый великан покорно принимает «наказание». Или, наоборот, нежно-болезненно хлопает их по ягодицам своей огромной ладонью.

Рик вздохнул.

— Тяжело вам было.

Кирилл хмыкнул.

— А тебе — легко? Все мы хлебнули…

— А кое-кто, — негромко произнес Натан, — хочет, судя по поведению, хлебать и хлебать.

Дальше ехали молча.

14. Зинегро

Разместив пиво в грузовом отсеке — работали все, даже Матильда — они без сил повалились на свои койки. Стояла уже глубокая ночь, а завтра Натану предстояли закупки всего необходимого на корабль и подбор наряда для Матильды. Вряд ли на шахтерской планете был достаточный выбор деловой женской одежды, но Натаниэль собирался совершить невозможное. Капитан на встрече должна выглядеть превосходно!

Матильда даже не стала спорить с Шелем, укладывающимся на пол в ее каюте, хотя Зейн и освободил койку. Она просто подгребла под себя Рика и заснула, хотя еще днем намеревалась категорически потребовать от Шеля переезд в мужскую каюту.

Утром ее разбудил звонок на терминал, который Искин перевел на личностной браслет.

— Привет, Тильда-праведница!

— И тебе, Ира, — Матильда с трудом разлепила глаза. Мышцы ныли. Вчера, пока парни совершали пивные подвиги, она просидела в машинном, копаясь в двигателе в крайне неудобной позе и проклиная Зейна на все лады.

— Спишь, значит, — догадалась Ирка-контрабандистка по голосу, потому как видео для межзвездного звонка было доступно только на терминале пульта управления.

— Сплю, — согласилась Матильда.

— Пиво всю ночь грузила?

— Да… — Матильда осеклась. Лежавший рядом Рик вопросительно поднял брови. — А откуда ты знаешь?

— Так твой Рыжий со своей бандой мою девочку вчера раздели. В прямом и переносном смысле.

— Проклятье, — простонала Матильда. Рик уже встал с койки сам и под неодобрительным и ревнивым взглядом Шеля помог встать капитану.

Одернув футболку, Матильда потопала в рубку, переводя звонок на терминал.

— Кирилл, — рявкнула она, постучав пяткой в дверь мужской каюты. — А ну бегом сюда!

Вместе с Рыжим, естественно, вышли и остальные.

— Оюшки! — сказала Ирка, глядя на красавцев в одних трусах. — Оюшки. Матильда, ты что же, еще и эльфом обзавелась?

— Угу, — пробубнила Матильда. — Так что там с пивом?

— Да ничего, — весело сказала Ирка. — Мне позвонил Джон, старпом «Развалюхи», сказал, что внучку мою затрахали до потери груза.

— Все было добровольно, — сказал Натаниэль, включая планшет. — У меня есть подтверждающие документы, аудио и видеозаписи.

У Матильды отвисла челюсть.

— Ира, я клянусь, я не знала…

Ирка с уважением смотрела на Натана.

— Молодец, мальчик! — сказала она. — Не хочешь ко мне на работу устроиться?

— Нет, большое спасибо. Нынешняя меня вполне устраивает, — вежливо ответил Натаниэль. В одних трусах, с косой, растрепавшейся после сна, с планшетом, прижатым к голой груди, он все равно выглядел так же серьезно и представительно, как на важных переговорах.

Ирка печально шмыгнула носом.

— Матильда, ты же помнишь, что у меня есть принц? Через неделю будет два новеньких или даже три, я тут узнала, что великосветские скачки на Орту — Морту устраиваются, собираюсь наведаться. Меняю! Более того, украду тебе принца по заказу! Какого хочешь, мне каталог гостей скачек удалось прикупить. Могу перекинуть, выберешь. Нет, слушай, акция! Меняю двух принцев на одного Рыжего и трех на этого черноволосого умника.

— А я? — обиделся Бу.

Контрабандистка прищурилась.

— На вес.

— Мне не нужны принцы, — нетерпеливо сказала Матильда. — Своих мужчин хватает, даже с избытком. Что там с пивом?

— Да ничего, на самом деле. Девочке полезно — и здоровый секс, и потеря в деньгах, все стимулирует шевеление извилин.

— Тогда почему ты звонишь мне в такую рань? Не верю, что у тебя нет временщика*! (*специального устройства, переводящего время на всех планетах в значение условных суток корабля-носителя).

— Так специально же! — удивилась Ирка. — Правда, я надеялась, что они у тебя совсем голышом спят… Ну да ладно, все равно зрелище стоит платы за звонок. Хотя я по делу, вообще-то. Так у тебя, оказывается, есть контакты продавцов на Тиронге, готовых купить пиво оптом?

— Есть, а что? Разве у тебя нету?

— Такие вещи лишними не бывают, — поучительно сказала Ирка. — Договорись со своим контактом на партию алкоголя, я перекину тебе данные. Процентом не обижу!

— Натан, — сказала Матильда, — разбирайся. В терминале есть данные, позвонишь Арно. А я спать.

Натаниэль кивнул, почесывающий платиновые патлы Рик потащился готовить завтрак, а Бу предложил:

— Может, массаж? Вы как-то двигаетесь скованно…

— Красавчик, сколько берешь за массаж? — встряла Ирка. — Готова заплатить.

— Заплатишь, заплатишь, — зевнула Матильда. — Натан, сформируй там расценки на массаж. Ира, как пересечемся, договоришься с Бу.

Уже за дверями каюты Большой Бу спросил:

— А деньги за массаж будут моими?

— Конечно, — удивилась Матильда. — Ты же его будешь делать. Конечно, мне будет идти процент как капитану.

Бу задумался.

— Интересно, сколько массажей мне нужно будет сделать, чтобы накопить на обучение в полицейской школе? Или… даже академии!

— Читать сначала научись, — посоветовала Матильда, поудобнее укладываясь на койке.

* * *

Столица Тиронги, собственно, Тиронга, она же — единственный город на планете, состоящей из шахтерских поселков, вмещала в себе космопорт, офисы шахтных управлений, госпитали, бордели и два крупных торговых центра, не считая мелких магазинчиков и бесчисленных пабов, баров и просто рюмочных.

Ходить по магазинам с Натаниэлем оказалось сущей мукой. Мелкие лавочки он сразу отверг и сосредоточил свое внимание на торговых центрах. Из жалкого ассортимента женских моделей поза-поза-поза-прошлого сезона он умудрился создать образ, в котором Матильда себя не узнала.

— Если изменить прическу, то… — размышлял вслух Натан, обходя Матильду по кругу перед зеркалом. — А ну, Шель, я там видел заколки у кассы, принеси красную.

Эльф, выступавший все это время ассистентом, молча пошел к кассе. Целый день он был тих и задумчив и беспрекословно слушался Натаниэля.

Натан скрепил заколкой волосы Матильды сначала так, потом эдак, и, наконец, удовлетворился увиденным.

— Все! — выдохнул он.

— Вы прекрасны, госпожа, — улыбнулся Шель.

— Сколько раз я тебе говорила — не называй меня госпожой! — прорычала Матильда.

— Много, госпожа.

— Все! Я больше не могу! Идем в какой-нибудь ресторан из приличных. Если я чего-нибудь сейчас не съем, то кого-нибудь покусаю!

Уже сидя за столиком и жадно грызя хлебные палочки, Матильда сказала:

— Надо бы тебе, Шель, пройти курсы телохранителей, все равно таскаешься за мной следом, так хоть польза будет.

— Я их прошел, — спокойно ответил Шель.

— Э-э-э… когда?

— Нас готовили как любовников, компаньонов и телохранителей, — меланхолично ответил эльф. — Госпожа, нас покупают очень богатые люди, и им необходим тот, кому они смогут доверить всего себя.

— Вот уж счастьем меня привалило, — вздохнула Матильда. — Скажи, а у меня вообще есть шанс, что ты, скажем, останешься на корабле, когда я пойду к женскому врачу?

— Нет.

— А если я решу пойти в гости к любовнику?

Глаза Шеля опасно блеснули, но, кажется это заметил только Натаниэль.

— Нет.

— Будешь третьим?

— Да.

— Замечательно, просто замечательно, — пробормотала Матильда. — А если я решу выйти замуж? Что мне тогда с тобой делать?

Шель пожал плечами.

— Когда решите, тогда и разберемся, госпожа.

Натаниэль подождал, пока Матильда наестся и выпьет полбутылки вина, своим парням она его не дала, заказав им по соку, и сказал:

— Матильда, я не могу понять, почему вы мне так доверяете. Доступ к счету, закупки, оформление груза.

Капитан махнула рукой, жест этот получился несколько смазанным.

— А куда мы с тобой денемся, вот скажи мне, Натаниэль? К тому же, у тебя в глазах ум плещется, как рыбка, плю-юх. Зачем тебе меня обманывать? Мирно проживем те несколько месяцев, которые мне понадобятся, чтобы вывести вас в люди, и мирно расстанемся. А вздумаете меня обижать, Ваня вас быстренько вернет в рабское состояние, да на рудники какие-нибудь отправит. Или… Вот что, если разозлите меня, отвезу вас на Ситечко, это моя родная планета. Я задолжала главе клана. Беральд будет очень рад получить работников с идеальными генами. Днем будете на полях вкалывать, а ночью плодить маленьких Ренко. Скукота, должна я тебе сказать.

Она налила себе еще вина. Натаниэль уже успел его понюхать и определить, что это дешевое, бьющее в голову пойло под качественно сделанной этикеткой.

— Может, вам не стоит столько пить?

— Стоит! — твердо возразила Матильда. — Еще как стоит! За то, что я пережила за последнюю неделю, стоит! Правда, я обещала себе, что больше пить и гулять не буду, но, черт возьми! Я себе обещала и с себя обещание сниму! А вы оба проследите, чтобы я завтра проснулась и не обнаружила рядом новых рабов!

— Проследим, — пообещал эльф таким тоном, что Натаниэль заподозрил — если Матильда каким-то очередным чудом и обзаведется кем-то еще, то Шель тихонько его укокошит и сплавит через аварийный шлюз.

Напившись, Матильда вела себя тихо. Не лезла в игорный зал, не приставала к ним на виду у прохожих, просто гнусаво и фальшиво пела какие-то длинные песни про горькую судьбу-злодейку и несчастную любовь. И даже не требовала, чтобы ей подпевали. По сравнению с некоторыми пьяными женщинами — просто идеал.

На корабль Шель нес ее на спине. Матильда сладко посапывала, а Натаниэль в этот момент радовался наличию преданного эльфа. Матильда вовсе не воздушная фея, и тащить ее на себе несколько километров — задача, пусть и выполнимая, но не очень приятная.

* * *

Матильда проснулась и какое-то время лежала, прислушиваясь к ощущениям. Признаться, она очень боялась, что после вчерашнего вина у нее будет ломить голова и тошнить, но ничего такого не чувствовала. Как она попала на корабль — не помнила, но пришлось признать перед самой собой, что иметь рядом сильных мужчин все же приятно. Иногда.

Под ее рукой мелко трясся, сдерживая смех, Рик.

— Чего ты? — хрипло проговорила Матильда. Во рту было очень неприятно.

— А, кэп, вы проснулись? Я книжку читаю, смешная. Не хотел вас будить, простите… Хотя… через полчаса все равно придет Натаниэль. Вам нельзя опаздывать на встречу. Кстати, я вам сделал ночью укол, медкомплекс порекомендовал.

— Понятно, — Матильда сползла с кровати, продирая глаза, споткнулась об эльфа и упала прям на него. Шель скорректировал ее полет так, чтоб она не ушиблась и чтоб была возможность прижать ее к себе потеснее.

— Женщина с похмелья — отвратительное зрелище, — проговорила Матильда куда-то ему в грудь. — К тому же, у меня изо рта воняет. Отпусти меня.

— Давайте я вас до душевой кабинки отнесу?

— Давай ты молча меня отпустишь и не будешь лезть? — внесла встречное предложение девушка. — Не зли меня, Шель!

Он покорно помог ей подняться и спросил:

— Мне готовить тонизирующий напиток или не лезть?

— Готовь, — благосклонно согласилась Матильда. Она изо всех сил скрывала свое волнение, но уже достаточно проснулась, чтобы осознать, что через несколько часов она пойдет на встречу с представителями Корпорации Зинегро! А что будет, если она провалится?

Наверное, будь она одна, накрутила бы себя до полного помешательства. Но перед парнями приходилось держать лицо, поэтому в офис компании она вошла как уверенная в себе владелица транспортной компании. За ее плечами, словно ангел и демон, шли черноволосый, смуглый и серьезный Натаниэль, и прекрасный воздушный блондин-эльф, с мечтательным видом оглядывающий все вокруг. Но стоило заглянуть ему в глаза, как мороз шел по коже от пристального, холодного взгляда сторожевого пса, готового любого разорвать за хозяйку.

— Матильда Ренко, капитан «Сырка». Мне назначено, — сказала девушка администратору бизнес-центра.

Тот с уважением покосился на ее сопровождающих.

— Вас ожидают в переговорной на пятом этаже, сейчас проведут.

Помощница, юная девушка, с таким любопытством пялилась на парней, что подвернула ногу на высоченном каблуке и чуть не упала. Натаниэль, прекрасный и внимательный, подхватил ее под локоток, ослепил улыбкой, поправил ей пиджачок… Взгляд девушки поплыл, стал масляным, язычок прошелся по нижней губке.

Шель за левым плечом фыркнул. Но Матильда одобрительно кивнула. Она-то знала, насколько важно поддерживать отношения с младшим персоналом, источником проверенных сведений и сплетен.

— У вас эльф! — первое, что сказала вице-президент Корпорации, после положенных приветствий. — Из лимитированной серии «Леголас»! О!

Из лимитированной серии, надо же! Везет ей на всяких элитных мужчин.

— Где вы его взяли? — жадно спросила вице — президент.

— Сам на голову свалился, — ответила Матильда. — У меня есть все справки из полиции.

— Ах, да! Мне докладывали… Это в результате аварии «Авроры», да? Какая жалость, какая жалость…

Вице-президент настолько откровенно загрустила, что Матильда насторожилась. А не ей ли везли эльфа? Сколько процентов вероятности, что обычный человек разбирается в сериях эльфов?

— Итак, капитан Ренко. Корпорация Зинегро готова предложить вам долгосрочный контракт взамен на маленькую услугу. Вы отдаете мне вашего эльфа на сутки. Обещаю вернуть в целости и сохранности.

Шель за плечом Матильды напрягся, прикоснулся дрожащими пальцами к ее спине. Но ничего не сказал.

— Странные условия договора, — удивилась Матильда. — Когда нас приглашали сюда на переговоры, никто не знал о наличии у меня эльфа!

— Это да, но… — вице-президент бросила взгляд на Натаниэля. — Мы можем поговорить с вами, капитан, наедине? Как женщина с женщиной.

— Выйдите, мальчики, — со вздохом сказала Матильда.

Натаниэль, прижимая к себе планшет, повиновался, но эльф остался. Пришлось к нему обернуться.

— Выйди, — приказала Матильда. — Сейчас же!

И шепнула едва слышно:

— Я не дам тебя в обиду.

Эльф услышал, его лицо разгладилось, он легонько поклонился и вышел.

— Итак, — Матильда расположилась в кресле напротив вице-президента. — Я вас слушаю.

— Кристина, — холеная дамочка протянула руку. Рукопожатие у нее было вялое. — Капитан, признаю, с вами хотел поговорить менеджер по работе с кадрами, раз вас уже наняли для перевозки почты, было бы глупо упустить такую возможность и не добавить посылок еще и от наших сотрудников. Но, когда я узнала, что у вас есть эльф, признаться, заинтересовалась. Это такая редкость в нашем секторе галактики! Эльф, прошедший привязку, подчинится любому приказу хозяйки. Как женщина, вы должны меня понять… Здесь, среди мужланов, так тяжело без… без нормального удовольствия! Отдайте его мне, ненадолго, и контракт ваш!

— Простите, но я не торгую членами своей команды, — вежливо отказалась Матильда. Внутри жадность сражалась с принципами, но те были сильнее. Раз оступишься — и все. — У Шеля нет хозяйки, я гражданка ФПП, и рабов не держу.

— И кто же он? — насмешливо искривила губы Кристина.

— Мой подопечный с психическим расстройством. У меня и справка есть, а также медицинская страховка и все необходимые для недееспособного негражданина документы. Если Шель захочет провести с вами ночь, и даже не одну, я возражать не буду. Но приказать… нет!

— Прочитайте условия контракта, — вице-президент подтолкнула к Матильде планшет.

Та покачала головой.

— Нет. С таким условием — нет.

Кристина постучала пальцами с длинными, ярко-алыми ногтями по подлокотнику.

— Вы же понимаете, что в моих силах запретить вам следующую посадку на Тиронгу?

Матильда развела руками.

— Корпорация Зинерго очень влиятельна, не спорю, но все же вы не владельцы планеты.

— Соглашайтесь, капитан, — еще раз предложила вице-президент. — Более чем выгодный контракт в обмен за какую-то мелочь!

— Это не мелочь, — Матильде вспомнился Кирилл, и это придало ей моральных сил. — Шель вправе сам принимать решения относительно своей сексуальной жизни.

— Хорошо, — вдруг согласилась Кристина. — Позови его.

Личностного браслета у Шеля еще не было, Матильде пришлось встать и выглянуть в коридор.

Она скорчила гримасу в ответ на взволнованный взгляд Натаниэля и поманила Шеля пальцем. Он вошел и замер за ее плечом.

— Шель, — расплылась в улыбке вице-президент, — мы тут без тебя не можем решить одно важное дело… Твоей госпоже грозят серьезные неприятности в том случае, если ты не согласишься недолго у меня погостить. Но решение за тобой, только за тобой. Но ты же понимаешь, что можешь стать источником проблем для госпожи, да?

Шель молчал.

Матильда тоже.

— Ну же! — потеряла терпение Кристина.

— Я принадлежу госпоже, — разжал губы Шель. — Как она пожелает, так и будет.

— Она оставила этот вопрос на твое усмотрение.

— Я принадлежу госпоже.

— Очень жаль, но сотрудничество у нас не получится, — крылья носа Кристины гневно раздулись, но больше ничем она себя не выдала.

— Это жизнь, — философски проговорила Матильда. — Было приятно познакомиться.

Они молча прошагали несколько кварталов от бизнес-центра, причем Матильда все ускоряла и ускоряла ход. Потом остановилась, взмахнула руками и повернулась к парням.

— Нет, ну вы подумайте! — возмущенно воскликнула она. — Контракт в обмен на человека! Вот еще работорговлей я не занималась!

— Зато у вас теперь есть деловой костюм, — попытался найти что — то хорошее Натаниэль.

А Шель молча опустился на колени и припал лицом к новым туфлям Матильды.

— Ну вот, начинается! — смущенно пробормотала она, пытаясь его поднять. — Шель! Ты что? Плачешь? Эй!

Она беспомощно уставилась на Натаниэля.

— Что с ним?

Тот улыбнулся, доброй и солнечной улыбкой:

— Вы не отдали его, Матильда. Для нас, бывших рабов, это очень ценно.

— Я с вами с ума сойду, — пробормотала Матильда. — Совсем сойду! Сделай заказ на каюту с мягкими стенами! Шель, прекращай слюнявить мои новые туфли! Если уж тебя так накрыло, можешь отнести меня на руках до корабля, все равно я зверски натерла ноги!

15. Лорелей

Ремонт двигателя был закончен, почта погружена, а Тори, уныло шляющаяся вокруг «Сырка» в надежде хоть словечком перемолвиться с Кириллом, под конвоем из старпома и кока «Развалюхи» отправлена на свой корабль.

— Начинаю проверку систем корабля, — Рик вчитывался в показания. — К взлету готов.

«Пожалуйста, пожалуйста!» — Матильда в капитанском кресле скрестила пальцы. — «Мы сейчас взлетим, и все будет хорошо!»

Звонок на терминал.

— О, не-е-ет! — взвыла Матильда, но ответила.

— Ильда! — огненно-рыжая, веснушчатая девица с двумя забавно торчащими косичками помахала Матильде рукой. — Я смотрю на радаре — не ты ли? Что, взлетать собираешься?

— Лора, привет! — искренне обрадовалась Матильда. С этой отчаянной девчонкой они познакомились у одного и того же наставника. Старый развратник очень любил молоденьких девчушек, но честно делился своими знаниями. Матильда вскоре от него ушла, а вот Лорелей стала его женой… ненадолго. В наследство от почившего супруга ей достался старенький почтовый катер. Следующий муж оставил ей корабль побольше. Еще один — неплохой счет в банке. Похоронив уже шестерых мужей, Лорелей приобрела прозвище «Рыжая вдова» и компанию пассажирских перевозок. Не смотря на зловещую славу, мужчины слетались к ней, как мухи на сладкое. — Да, взлетаю, а что?

— Если не спешишь, предлагаю устроить девичник, — Лора многозначительно подвигала бровями.

Матильда задумалась, почесала подбородок.

— Видишь ли, я обещала себе только работу и никаких развлечений.

— Ильда, мы виделись с тобой муж и два любовника назад! И ты не уделишь мне несколько часов? Работать, работать… А жить когда? Кстати… а что это за милый мальчик рядом с тобой?

Как же хорошо, что остальные парни лежат, пристегнувшись, в каюте! Иначе Лорелей напросилась бы в гости, а там все могло закончиться… неизвестно как, но ясно, что не очень хорошо для Матильдиных подопечных.

— Ты купила корабельного раба? Молодец, давно пора! Так что, встречаемся? Я тебе такое расскажу! Не поверишь!

— Мы можем лететь достаточно быстро, — сказал Рик. — Двигатель в порядке, детали новые…

— Я в курсе, — рыкнула Матильда, понимая, что обстоятельства против нее. К тому же, Лорелей могла иметь влиятельного любовника, который поможет приструнить вице-президента Зинегро. Да и ее рыжина навела девушку на кое-какие мысли. — Отставить взлет.

— Буду на планете через пять минут, позвоню. Поцелуйчики!

Матильда покопалась в сейфе в своей каюте, нашла наличку и объявила парням:

— Сегодня — свободный вечер! Вот в счет ваших будущих заработков. Только об одном прошу, Кирилл, не ходите к Тори! Она же потом не отцепится, а меня Ирка затерроризирует!

— Пить, драться и сквернословить можно? — поинтересовался Рыжий.

Матильда закатила глаза. Бу, что-то выговаривая Кириллу, потащил того к шлюзу.

— Я на корабле останусь, — сказал Рик. — Мало ли что.

— Я бы тоже хотел, — вздохнул Натаниэль. — Но придется проследить за этими двумя.

— Тяжело быть гиперответственным, — посочувствовала ему Матильда. — Но на тебя вся надежда. На Кайли пусть гуляют сами, там, если что, Ваня вытащит. А отсюда нам нужно улететь чистенькими, Кристина бдит.

Натаниэль серьезно кивнул. Он попросил Матильду зачислить его в штат экипажа «Сырка». Девушка обрадовалась — она сама хотела ему предложить должность финансиста, но ждала этого шага. Одно дело — выполнять обязанности, потому что поручено, другое — по собственному желанию. Они даже немного поторговались о размере зарплаты. Натаниэль поставил себе слишком низкую планку, а Матильда возмутилась. Она, конечно, бедна, но не настолько, чтобы платить унизительные гроши. К тому же, она купила Натаниэлю новейшие учебные программы (стоимость которых он скрупулезно высчитал из своей будущей зарплаты, отчего сумма на его счету ушла в минус) и планировала на Кайли полностью загрузить черноволосого поручениями.

* * *

Пассажирский транспортник «Пятерочка» — в честь пятого мужа Лорелей — привез шахтеров на смену и завтра утром стартовал на Хот, куда особо отличившихся на трудовом фронте, в качестве поощрения, везли на корпоратив.

Матильду и, конечно же, следующего за ней хвостом Шеля, встретил у трапа старший помощник капитана. Пройдоха Ганс достался Лоре от первого мужа. Матильда предполагала, что он же и помог молодой супруге быстро стать вдовой. Судя по обмолвкам Лоры, Ганс имел должность бессменного любовника и советчика как в выборе мужей и временных любовников, так и в способах их устранения.

Ганс провел гостей в покои капитана. О такой роскоши (хотя сам космобус занимался бюджетными перевозками) Матильде оставалось только мечтать. Кабинет, гостиная, спальня! А в спальне не койка, пусть и семейного типа, а самая настоящая роскошная кровать! Нет. Кроватища.

На кровати, со всех сторон подпертая подушками, восседала Лора.

— Ты беременна? — вылупилась на нее Матильда.

Лорелей хихикнула.

— Говорила же, что не поверишь! Да! Я беременна, рожать через месяц!

— Поздравляю! — искренне порадовалась за подругу Матильда. — А летать для ребеночка не вредно? Перегрузки там всякие…

— Что ты, есть специальные кресла для беременных, даже капитанские, с прямым подключением к Искину… Ильда, я уже говорила, как тебя уважаю?

— Говорила, кажется, — Матильда присела на край кровати, борясь с чисто женским желанием прикоснуться к беременному животу. — Но можешь повторить.

— Ты первая, не считая моей мамы, спросила, не от кого ребенок, а озаботилась самочувствием!

— От кого — это твое личное дело, — сказала Матильда. Ей было немного неловко за искреннее уважение Лоры. На самом деле, спросила она про вред ребенку потому, что и сама подумывала рано или поздно обзавестись малышом. Не сейчас, конечно, ее финансовое положение здорово пошатнулось, да и с парнями хлопот много, но когда-нибудь…

— От питомничного раба, — сказала Лорелей. — Я этого и не скрываю. Все, что нужно для ребенка — идеальные гены, он передал. И все что нужно для меня — отсутствие его в моей жизни, тоже. Доченька будет только моя. Как и я у мамы. Потому что самое главное в этой жизни — не доверять мужчинам!

Матильда погладила Лору по руке. Она знала печальную историю ее матери. Дочь она действительно родила, накопив денег на питомничного производителя. И мирно и счастливо жила до тех пор, пока не влюбилась в одного проходимца, скрывшегося со всеми их деньгами как раз накануне необходимой матери Лоры медицинской операции. Именно поэтому Лоре пришлось пробиваться в жизни с помощью тела. Мужчин она с тех пор не ставила ни во что.

— Признаться, я была уверена, что ты родишь от Ганса, — честно сказала Матильда.

— Он полностью стерилен. К тому же, я бы никогда не допустила такой глупости! Вот ты молодец, купила себе эльфа! Идеальная преданность, идеальное послушание… Где взяла? Я бы тоже не отказалась.

— Он в моей жизни появился случайно, — Матильда рассказала Лоре историю с крушением «Авроры». А потом увлеклась и пожаловалась на четырех питомцев, на настырного Зейна, который теперь не давал о себе знать и тем самым настораживал.

Незаметно около кровати появился столик с закусками и легким вином для Матильды и соком для Лоры.

— Правильно ты Зейну отказала, — сказала Лорелей. — Знаю я его, у него не мать, а глава палаческой службы какая-то. Мужа не уморишь, наследство не получишь, только и следи, как бы тебя саму не придушили где-нибудь в уголке.

Матильда вспомнила злобный взгляд Элден и зябко передернула плечами.

— Я не поэтому ему отказала, хотя мать у него, конечно, та еще стерва.

— Умная стерва, — уточнила Лора. — Это самое опасное сочетание.

Девушки помолчали. В тишине им было уютно, они понимали друг друга без слов. Так и сидели, держа друг друга за руки.

— Роди от эльфа, — при прощании посоветовала Лора. — Не вижу ни одной причины против. У него идеальные гены, он всегда рядом и сможет воспитывать ребенка так, чтобы и тебе не мешать, и чтоб малыш был поблизости. К тому же, никогда не ослушается твоего приказа. Скажешь ему: корми ребенка так-то, и будет кормить. Мне мама уже столько советов накидала, ужас. И один противоречит другому!

— Кстати, — вспомнила Матильда. — Ты знаешь серийный номер своего отца?

— Конечно, — кивнула Лора. — А тебе зачем?

— У меня есть такой же рыжий на корабле. Вы с ним похожи… Мало ли, вдруг он твой брат.

— Это вряд ли, он же у тебя элитник, у моей матери в свое время на такое денег не хватило. Мой отец из простого питомника.

— Но все же… — Матильда покопалась в файлах на браслете и вывела на экран номер Кирилла. — Сравни.

Лора внимательно вчиталась, шевеля губами, потом прикрыла пальцами одну часть номера, другую…

— У нас один исток, — наконец, сказала она. — И это хорошо на самом деле. Потому что мой дед когда-то был признан неидеальным и продан в дешевый питомник, а от него родился уже мой отец. Видишь, — она набрала номер на своем браслете и поднесла его поближе, чтобы можно было сравнить цифры и буквы. — Вот эти первые — исток генетической линии, у нас совпадают. Прадед один и тот же, эта буква обозначает целенаправленное усиление какого-то гена, в нашем случае это рыжина. Вот тут идут расхождения, его дед продан в питомник выше, вот еще несколько букв усиления генов, я не знаю которых, посмотришь в сети, кодировки генов общедоступные, не засекречены. А вот мой дед, отдан на разведение для желающих. Вот это знак бабки и отец, опять же, ученые культивировали рыжину. А у твоего Кирилла, видишь, опять другие гены доминируют. Мой номер короче, потому что я — свободная, главное — знаю свою генетическую линию, чтобы, если что, близкородственной связи не случилось. А твой — смотри, это мать, это усиление генов, это сам Кирилл. Разобралась?

— То есть, вы все же родственники?

— Очень дальние. Не говори своему рыжему, хорошо? Рабы очень за своих цепляются, они же, по сути, и не знают, что такое семья, любые крохи подбирают.

— А почему ты сказала, что хорошо, что у вас один исток?

— Потому что исток был хорош, не могу не признать. Но вот дальше… Мать раздобыла кучу информации по этой генетической линии, уже потом. В общем, она признана психически нестабильной.

— Отлично! — сказала Матильда с тем самым энтузиазмом, когда терять уже нечего и остается только бросаться в бой.

— Ты не расстроилась? — заглянула ей в глаза Лора. — Извини, но ты должна знать…

— Я не расстроилась, что ты! Просто получила еще одно подтверждение тому, что мой корабль превратился в летающий дурдом. Приятно, знаешь ли, чувствовать себя правой.

— Если что… — Лора поколебалась, но все же предложила. — Если что, скидывай Кирилла мне. Все же, я ему сестра… в какой-то мере. Разберусь. И команда у меня больше твоей, скрутим, случись что.

Матильда вздохнула.

— Мне один умный человек сказал, что нужно учиться разбираться со своими подчиненными даже в том случае, если они психи. Вот и буду тренироваться на Кирилле и на Шеле. Так сказать, бесплатный тренинг на дому.

— Ой, я тебя прошу, — закатила глаза Лора. — Поверь мне, как бы ты не тренировалась, люди все равно найдут, чем тебя удивить! Иногда такое придумают, что стоишь и глазами хлопаешь. У меня на этом рейсе один стюард взял из прачечной трусы пассажира, надел их на голову и в таком виде бегал по коридорам. Почему? А он сам не знает, почему! Пришла, понимаешь ли, ему такая идея в голову, он взял ее и осуществил.

Давясь от смеха, Матильда поцеловала Лору в щечку и пошла к «Сырку». «Пятерочка» стояла на пассажирском поле, по дороге до грузовой парковки Матильда собиралась поразмыслить над услышанным. Поэтому, когда над ухом раздалось вкрадчивое:

— Значит, Кирилл психически нестабилен? — она подпрыгнула и чертыхнулась.

Про незаметного Шеля девушка успела напрочь позабыть.

— На твоем месте, — порекомендовала она, дождавшись, когда сердце вернется к привычному ритму, — я бы молчала. Потому что кто из вас больший псих, я не знаю, но друг друга вы явно стоите.

* * *

На корабле, вопреки тайным опасениям Матильды, царили тишь и порядок. Она-то, наученная горьким опытом, ожидала чего угодно. Кирилл мог взбрыкнуть и в первый законный выходной привести девочек. Имел полное право, между прочим.

— Все нормально, капитан! — Рик отвлекся от ролика о сравнительных характеристиках двигателей, который с удобством смотрел на огромном экране терминала пульта управления.

Матильда почему-то умилилась его нехитрым удовольствиям.

— Вот и славно, — она чуть было не села рядом. Она знала этот канал и сама частенько коротала время подобным образом. Ей нравился симпатичный владелец небольшого корабля — курьера, который снимал свои эксперименты на камеру. Он ставил на свой катер различные двигатели, замерял их показатели, а затем, после тестирования, разбирал, комментируя технические нюансы и фиксируя все на видео. Производители выстраивались в очередь, предлагая свою продукцию, да еще и приплачивали ему за рекламу. Эххх. Будь Матильда чуточку красивее и умела бы, как Мистер Движок, беспрестанно трепать языком на камеру, тоже бы что — то такое снимала. Но — увы… И Рика к этому делу не привлечешь, иначе идею подхватят, и все начнут эксплуатировать своих корабельных рабов. А остальным ее красавцам (подшефным) устройство корабля не интересно. Обидно — обладать таким сокровищем и не знать, куда его применить.

С испортившимся настроением Матильда решила сделать неприятное дело. Собрала разложенную на полу в своей каюте постель Шеля и перенесла ее в «мужскую» каюту.

Эльф ничего не сказал. Матильда ожидала каких-то возражений, но нет. Может, он не понял?

— Ты будешь спать здесь, — ткнула она пальцем в свободную койку. — Я — там. — Шель молчал. Пришлось уточнить. — С Риком. — Он только кивнул.

Странно.

— Шель, ты здоров?

— Да, госпожа.

— А почему не возмущаешься?

— А вы родите от меня ребенка?

Вопрос поставил Матильду в тупик. Да, эльф слышал советы Лоры, но разве можно о таком спрашивать? Вот так, в лоб? Да она знает его всего несколько дней, какой ребенок?

— Нет, — сказала Матильда.

Тут уж Шель повел себя ожидаемо. Он плавно опустился на колени, обхватил ноги Матильды. Кажется, она уже стала к этому привыкать, потому что даже не дернулась, хотя желание сбежать подальше осталось.

— Почему? — спросил он, умоляюще глядя на Матильду пронзительными зелеными глазами. — Вы же слышали, я из лимитированной серии. У меня все показатели отличные. Я умею ухаживать за детьми!

— Э-э-э… Вас и этому учили? — удивилась Матильда.

— Я сам научился. Мы помогали нянькам с малышами.

— С какими малышами?

Эльф тяжело вздохнул.

— Госпожа, как вы думаете, откуда я взялся?

Матильда почувствовала себя крайне стеснительным родителем, внезапно обнаружившим, что всегалактическая сеть не справилась с обязанностями всесторонне и в мельчайших подробностях просветить ребенка в вопросах секса.

— Ну… тебя создали, — промямлила она.

— Я появился из инкубатора, — сказал эльф.

— Это же запрещено, — вякнула Матильда.

Шель посмотрел на нее таким взглядом, что капитан сочла за лучшее заткнуться.

— Я и мои собратья — инкубаторские, — эльф прижался щекой к ногам Матильды и закрыл глаза. — Я не знаю, кто наши родители, но уверен — они из самых лучших питомников. Нашей создательнице нужны были идеальные гены, в которые она вносила свои изменения на зародышевом этапе. И потом она постоянно с нами что-то делала, что-то колола, чем-то облучала… Иногда было очень больно, очень… Некоторые умирали, а остальные становились такими… совершенными. Создательница очень любила себя окружать нами, мы работали пажами, учились готовить, подавать, ухаживать, защищать… Она переодевала нас в странные костюмы и заставлять сражаться на мечах или танцевать…

— Сколько тебе лет, Шель?

— Двадцать, госпожа… Нас продают после восемнадцати, для увлечений создательницы мы становимся слишком старыми. Она любит развлекаться с мальчиками помоложе.

— Но полицейский мне говорил, что у тебя на психике блоки, ритуал привязки… Как же так, а ваша создательница, врачи, няни?

— Госпожа, блоки активируют перед самой продажей, — объяснил эльф. Он запрокинул голову, умоляюще посмотрел на Матильду. — Вы родите от меня ребенка? Он будет абсолютно здоров, нас готовили и к этому… И у него не будет моих особенностей, они не передаются по наследству! Госпожа…

— Я не хочу сейчас ребенка, Шель, — максимально мягко ответила Матильда. — Сам подумай, у меня пять нахлебников и корабль в кредите! Куда еще ребенка?

— А если… — от надежды на его лице Матильде стало страшно, — если я буду работать?

— Кем? — спросила она.

Шель вскочил на ноги, принялся раздеваться. От его плавных, полных сексуальности, движений внизу ее живота потеплело, руки зачесались от желания прикоснуться к идеальному телу, провести рукой от темных сосков по кубикам пресса вниз.

— Ночь со мной стоит дорого, — чувственно протянул он. — Что вам нужно для рождения ребенка? Новый корабль? Будет.

Матильда сглотнула, беспомощно покачала головой, наткнулась взглядом на ошарашенного Рика с вытянувшимся лицом. Конечно, устраивая представление, Шель даже не подумал закрыть дверь в каюту!

— Я думал… — пробормотал Рик. — Мало ли… Извините, мэм…

— Вот что, — резко сказала Матильда. — Хочешь торговать своим телом — торгуй. Но меня в это не вмешивай! На новый корабль я и сама себе заработаю!

Она прошла мимо Шеля, замершего куклой с внезапно севшей батарейкой, заперлась в своей каюте и упала лицом в подушку. Ни видеть, ни слышать никого не хотелось.

16. Избиение

Долго вылежать Матильда не смогла. Поворочалась какое-то время, а потом пошла в рубку, решив посмотреть с Риком ролики.

Но парнишки в кресле не оказалось. Постучав, Матильда заглянула в мужскую комнату. Тоже никого. Мучимая дурным предчувствием, она подкралась к машинному отсеку, откуда доносилось бубнение, и осторожно приоткрыла дверь.

На полу лежал Рик, а Шель сидел сверху, прижав руки парнишки коленями.

— …не позволю! — задыхаясь, выкрикнул Рик.

— Я могу свернуть тебе голову одним движением, — задумчиво проговорил Шель. — Что ты сделаешь против обученного телохранителя? Единственное, что меня останавливает, что госпожа расстроится.

— Я уже расстроилась, — объявила Матильда, распахивая дверь. — Нет, я зла как тысяча чертей. Что здесь происходит?

Эльф соскочил с Рика и упал на колени.

Паренек со стоном попытался подняться, но ему удалось только сесть. Губа у него была разбита, из носа тоже капала кровь.

Бешенство охватило Матильду, да такое, что перед глазами заплясали разноцветные пятна. Первый и единственный раз такое бешенство охватывало ее в пятнадцать лет, когда она готовилась к сдаче экзаменов на общефедеральные документы, а один из ее старших братьев презрительно сказал, что «такой курице место только на кухне». На общесемейном застолье, между прочим, на которое собрались семьи от 140 до 150! Тогда Матильду оттащили от брата только с откушенным куском его уха. Больше над мечтами и планами Матильды никто из родственников не смеялся.

Она подскочила к эльфу и отвесила ему оплеуху.

— Да как ты посмел! — заорала она. — Да как у тебя рука поднялась! Ах ты ж тварь ненормальная! Тебя подобрали, приютили, а ты такое творишь!!!

Она принялась пинать его ногами и дергать за волосы. Шель не сопротивлялся, закрыл глаза и только морщился при особо сильном ударе.

От избитого эльфа Матильду оттащили Бу и Натаниэль, а Кирилл — с огромным удовольствием — вылил на нее ведро ледяной воды.

Брыкающуюся и пытающуюся напоследок плюнуть на Шеля Матильду унесли в каюту и закутали в одеяло так, что торчала одна голова.

— Весело у нас тут, — сказал Кирилл, глядя на то, как Натаниэль безжалостно окунает лицо Матильды в полную раковину воды, а Бу пытается ее удержать в коконе. — Теперь знаю, насколько ты страшна в гневе, постараюсь не злить.

— Отпустите, — отфыркивалась Матильда. — Я уже успокоилась.

— Точно? — переспросил Натаниэль и на всякий случай окунул ее еще раз.

— Да точно! Руки прочь!

Капитан прошлепала к своей койке и уселась, откинув мокрое одеяло. С волос текла вода, после истерики наступил откат. Выглядела она сейчас как жалкий мокрый котенок.

— Что Рик? — спросила Матильда, клацая зубами.

Натаниэль что-то шепнул Бу, и тот ушел греметь посудой на кухне.

— Все с ним в порядке, уже лежит под медкомплексом, — ответил Кирилл. — Там такая ерунда, что даже капсулу ради этого включать не хочется. А вот эльфа ты хорошо отделала.

— А с ним что?

— Не знаю, лежит без сознания в машинном.

— Проклятье, — Матильда попробовала встать, но покачнулась от нахлынувшей слабости. — Натаниэль, пожалуйста, распакуйте медкапсулу для эльфа. Кто ж знал, что она так быстро понадобится. Черт, это я, конечно, дала лишку.

Поддерживаемая под локоть Кириллом, Матильда дотащилась до машинного и плюхнулась рядом с Шелем.

Он хрипло, со стонами дышал, одежда была залита кровью из разбитых губ и сломанного носа.

Матильде стало стыдно. Как бы там ни было, она же знала, что эльф псих! А она чем лучше? Он ведь даже не пытался прикрыться!

— Шель, — прошептала она.

Эльф открыл глаза, несколько раз моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Госпожа, — в уголке губ надулся и лопнул кровавый пузырь.

— Шель… прости меня…

Эльф закрыл глаза. То ли потерял сознание, то ли не хотел даже на нее смотреть.

Лютая ненависть к себя и стыд за содеянное охватили все существо Матильды. Она сжалась на полу в комочек, не обращая внимания на парней, погрузивших Шеля в медкапсулу, на кружку горячего чая, поставленную перед ней Бу.

Она всю жизнь, всю свою жизнь шла к цели — собственной транспортной компании. Вот она, пожалуйста. С членами экипажа, людьми со своими слабостями, плюсами и минусами. И что? Неделя в роли руководительницы, и она уже срывается так, что избивает Шеля до полусмерти! Кто доверит грузы капитану, не умеющему держать себя в руках? Да если бы она такое учудила с любым наемным работником, то ее уже бы паковали во флайер полиции! А репутация была бы погублена навсегда. Может, прав Зейн в том, что капитанство — не ее стезя? Пока она летала сама, все было хорошо, а стоило появиться кому-то рядом, все испортилось.

— Мэм, — рядом сел Рик. — Капитан…

Она стряхнула его руку со своего плеча, медленно вынырнула из пучины самоуничтожения.

— Как ты?

— Нормально, — сказал Рик, взъерошил короткие платиновые волосы, грустно посмотрел на Матильду. — Мэм, это я виноват в том, что произошло… Я первым накинулся на Шеля, ударил его. Он не хотел меня бить, мэм, и только когда я попробовал сломать ему руку, повалил на пол.

— О, Господи… — простонала Матильда. — Зачем ты к нему полез?

— А чего он, — насупился паренек. — Чего он постоянно вас доводит? С ребенком этим прицепился, и вообще! Он вскрывал вашу каюту и собирался лечь спать под койку! Чтобы вы его не увидели!

Матильда какое-то время изумленно смотрела на Рика. До нее медленно доходила ситуация.

— Рик, ты что же… ревнуешь?

Он насупился, спрятал взгляд.

— Я сплю с вами, мэм. И каюту для этого мне вскрывать не нужно!

Матильда обхватила голову руками и спрятала лицо между коленей.

— Иди отсюда, — глухо сказала она Рику.

— Но, мэм…

— Иди отсюда!

Сколько она так просидела в одиночестве — неизвестно, но тело успело затечь, и Матильда не удержалась от стона, когда потянулась за остывшим чаем. После принятого решения ей значительно полегчало. Она прилетит на Кайли, продаст корабль и позвонит Зейну. Примет его предложение, кого-то из парней оставит Ване, Рика Карат точно разрешит взять с собой, эльф тоже не обсуждается… Как же Шелю в глаза теперь смотреть?

Бесшумно подошел и сел рядом Кирилл.

— Вот не надо сейчас надумывать себе кошмары, — сказал он ворчливо. — И принимать поспешные решения — тоже. Завтра встанет твой эльф из капсулы как новенький. Подумаешь, пара переломов, Зейн твой меня похуже поколотил и ничего. У нас идеальные гены и здоровье. Поверь, мы и не такое переживали.

— Слабое утешение, — хмыкнула Матильда.

— Какое есть. Вообще, к тебе Натан хотел пойти, развести психологию. Но я не пустил. Вы с ним слишком много думаете. Нас — и эльфа в том числе — побоями не удивишь. Хозяйка вправе хоть на кусочки порезать, надо при этом улыбаться и говорить «спасибо, госпожа».

— Не могу понять, ты что же, хочешь, чтобы я себя еще больше возненавидела? Думаешь, я мало себя ругаю?

— Матильда! — Кирилл легонько хлопнул ее по лбу. — Я не хочу, чтобы ты себя ненавидела. Я хочу, чтобы ты поняла, что в произошедшем нет ничего сверхъестественного. Тем более, что у нас теперь аж две медкапсулы есть!

— Я несправедливо на него накинулась, — сказала Матильда. — И я не ваша хозяйка!

— Для меня — нет. Но для эльфа ты — свет в окошке. Если побила, значит, так надо. Вот увидишь, завтра он еще страдать будет, что ты могла ножки об его твердое тело поранить, и не стоит ли ему есть побольше, чтобы быть помягче?

— Это какое-то Зазеркалье, — сказала Матильда. — Так же неправильно. Неправильно!

— Что правильно, что неправильно, решают сами люди. Вон эта, забыл, как ее, внучка твоей подружки, отдала нам партию пива за бесценок. Сама же говорила, что благодаря этому у нас медкапсулы появились! Правильно ли то, что она отдала нам пиво за несколько оргазмов? Я думаю — да, и ее бабушка думает, что да. А вот старпом считает, что нет. Или то, что эльф достался тебе, а не стерве из Зинегро.

— Она бы его не била.

Кирилл горько рассмеялся.

— Ты такая наивная иногда, Матильда. То, что бы она с ним делала, значительно хуже, уж поверь мне. Я на таких насмотрелся и напробовался их «любви» от и до. Прекрати рефлексировать, короче. И корабль не продавай, и замуж за Зейна не стоит выходить.

У Матильды от удивления челюсть отвисла.

— Откуда ты знаешь, о чем я думала???

— Оттуда, — Кирилл снова постучал ее по лбу. — У тебя на лице все написано. Фу-у-ух, — он сделал вид, что вытирает пот. — Тяжело с вами, правильными девочками.

Матильда грустно кивнула. Ей самой с собой было тяжело, а уж как остальным — тяжело представить.

— Не начинай, — Кирилл дернул ее за ухо.

— Что — не начинать?

— Не начинай опять думать. Это вредно. О! Есть идея!

Он властно развернул Матильду к себе и поцеловал. Точнее, впился в ее губы требовательным резким поцелуем.

А потом началось безумство. Кажется, Матильда потянулась к нему и рванула рубашку на груди. Кажется, ее собственная одежда слетела почти со скоростью света. Кажется, они, так и не разомкнув губы, упали на пол. Кажется, она кричит: сильнее, резче, быстрее! И Кирилл, с совершенно шальными глазами, вбивается в ее тело, быстрее, сильнее, до боли сжимает ее плечи, а она обхватывает его ногами, задавая ритм и колотя пятками по ягодицам, стоит ему только чуть замедлиться. Кажется, она даже впивается зубами в его плечо, рычит, вцепляется в его волосы, едва не снимая с него скальп.

И Кирилл, дождавшись ее оргазма, мощного, быстрого, с коротким рыком кончает сам, на какой-то миг теряет концентрацию и падает сверху, выбивая воздух из ее груди. Потом перекатывается, не выходя из нее, укладывает Матильду на себя поудобнее и замирает, машинально перебирая ее короткие волосы.

А Матильда всхлипывает, и со слезами из нее выходит ненависть к себе.

* * *

Натаниэль следил за показаниями медкапсулы, в которой спал Шель. В принципе, этого не нужно было делать, но надо же было чем-то себя занять. Он действительно хотел пойти утешать Матильду, но рыжий прохвост успел раньше. Что он ей наговорит? И, главное, чем это закончится?

В промежуточном звене, то есть в сексе, Натаниэль был уверен. Женщина в расстроенных чувствах — прекрасный объект для соблазнения. Но Кирилл не думает о последствиях. Вдруг после этого Матильда еще глубже погрузится в самобичевание? А ему лишь бы член пристроить!

Завтра утром вылет, и к этому моменту и Матильду, и Рика нужно привести в порядок. Потому что график! Пока парни шатались по парковке, Натаниэль внимательно слушал разговоры космоторговцев, потом уговорил Кирилла и Бу подсесть в один круг. Пока друзья играли в карты, Натан успел перемолвиться по делу то с тем, то с тем. И теперь у него появилась идея, но для этого необходимо вовремя появиться на Кайли. А для этого нужен капитан и помощник в хорошем состоянии.

Натаниэль заглянул в машинное. Матильда ревела на груди Кирилла, а тот валялся на полу с удовлетворенной рожей.

Бу кромсал капусту на кухне, нашинковал уже, кажется, несколько килограммов.

— Надо же что-то делать, — объяснил он Натаниэлю.

Рик сидел, скукожившись, в своем кресле.

— Что она со мной сделает? — испуганно спросил он у Натаниэля.

Тот почувствовал себя нянечкой в питомничном «малышатнике».

— Ничего она с тобой не сделает. А то ты не успел в ней разобраться. Матильда вспыльчивая, но отходит быстро. Спать иди, завтра взлет.

— И где мне спать? — дрожащим голосом спросил Рик.

— В мужской. Сегодня ты свой шанс упустил, и с Матильдой спит Кирилл.

На скулах Рика заходили желваки.

— Ясно, — выдавил он. — Конечно, куда мне до него…

Натаниэль поймал его за волосы и потянул, заставив запрокинуть голову до предела.

— Думай, малыш, думай. Сегодня ты уже одну ошибку совершил. Лимит до прилета на Кайли вычерпан. Тебе нужно быть милой, ласковой кошечкой, а не зубастым щеночком. Поэтому завтра утром ты будешь ластиться, мурлыкать и извиняться за все. И вести себя будешь идеально! А если в твою бестолковую голову придет еще какая-нибудь самоубийственная идея типа накинуться на Шеля или ревновать к Кириллу, ты идешь ко мне, и я ее выколачиваю, понятно?

Таким Натаниэля Рик видел впервые, поэтому лишь испуганно заморгал, только сейчас поняв, почему его слушаются и опасаются остальные рабы.

В ту ночь, когда они летели на Хот, всех рабов пассажиров скинули в одну большую каюту. Как-то так получилось, что через полчаса у их четверки были лучшие места. И позаботился об этом именно Натаниэль.

Рик вдруг понял, что, если он попробует стать зубастым щеночком, то мгновенно окажется в лапах огромного клыкастого волкодава, который с внимательной, мудрой улыбкой мгновенно перегрызет ему шею. Только потому, что милый щенок нарушил его планы.

— Вот и отлично, — удовлетворенно вздохнул Натаниэль. — Спать, Рик!

Ослабевшую от истерики, оргазма и слез Матильду Кирилл принес в каюту и уложил на койку. Сам расположился рядом, укрыл их обоих одним одеялом и заснул с чистой совестью.

Спать с Кириллом было не так удобно, как с Риком, но видеть платиноволосого Матильда сейчас не могла, а в человеческом тепле нуждалась. Поэтому, немного повертевшись, заснула, прижавшись спиной к боку Кирилла.

* * *

Открыв глаза утром, Матильда увидела Шеля, сидевшего на краю ее койки. Выглядел эльф хорошо, хоть и сидел слишком ровно, скованный медицинским корсетом.

— Шель, — прошептала Матильда, потом схватила его ладонь и прижала к своей щеке. — Прости меня. Пожалуйста. Прости.

— Конечно… Матильда.

— Ого… — удивилась она. — А где же твое вечное «госпожа»?

— Я не хочу, чтобы вы думали, что я вас прощаю потому, что вы моя госпожа. Я вас прощаю потому, что мы все, бывает, ошибаемся.

Он поймал взгляд Матильды и улыбнулся. Она с облегчением поняла, что Шель действительно ее простил, и что он действительно чувствует себя если не хорошо, то нормально.

— Мы приготовили завтрак, госпожа, — вернулся к привычному поведению Шель. — У нас же взлет. Рик уже проверил трассу.

— Да, — соскочила с кровати Матильда. — Проклятье, Шель, отвернись, я же совсем голая! Чертов Кирилл, мог бы хотя бы футболку на меня надеть!

Выпалив это, она испуганно покосилась на эльфа. Еще сцен ревности ей не хватало! Но Шель сидел, честно зажмурившись, и недовольства на его лице не было.

Конечно, Матильда не знала, что утром Натаниэль провел серьезный инструктаж со всеми разом и с каждым по отдельности.

«Сырок» оторвался от Тиронги и вышел на трассу.

Шель привычно сидел за креслом Матильды, Кирилл и Бу, матерясь, ползали по грузовому отсеку — во время взлета в одной из посылок что-то взорвалось, испортив соседние упаковки. Теперь, сверяясь со списком, приложенным к каждой посылке, парни разыскивали разлетевшиеся вещи и заново их перепаковывали.

Матильда и Рик перекидывались рабочими фразами, вдвоем управлять кораблем куда проще.

А Натаниэль, выполнивший свою часть работы, отсыпался после всех треволнений. И снилась ему Матильда, почему-то сидящая на трапе с ребенком. Длинные пшеничные волосы малышки трепал ветер от взлетающего рядом корабля.

17. Капуста

На «Сырке» была объявлена капустная диета. Взволнованный событиями Бу всю ночь резал капусту, которую Натаниэль закупил с излишком. Один из начальников шахтоуправления в свободное от забот время занимался огородничеством. Он пришел вместе с Арно за пивом просто от нечего делать, узнал, что Матильда родом из Ситечко и принялся горячо обсуждать с ней посадки, удобрения и некачественные семена. Матильда, хотя в своей личной жизни практическое фермерство ненавидела, болтала об этом с удовольствием. Ностальгия — приятное чувство, особенно если знаешь, что тебе больше никогда не придется проводить свое время на поле!

Натаниэль слушал, слушал, а потом предложил купить капусты. Потому что свежие витамины, выращенные заботливыми руками — то что нужно в длительном перелете. Польщенный признанием своих талантов, огородник-любитель согласился. На сбор урожая был отправлен Бу, чем добросовестно и занимался, пока Матильда ходила на встречу в Зинегро.

Закончив пилотирование и оставив Рика на вахте, Матильда отправилась в кухонный отсек за чаем и замерла, уставившись на гору нарезанной капусты.

— Это еще что такое? — спросила она слабым голосом, тыча пальцем на стол.

— Капуста, — ответил Шель, досадующий на то, что не успел предугадать и приготовить Матильде чай, чтобы ей не пришлось самой это делать.

— Я вижу, что капуста, Шель. Но почему ее… так много?

— Это я нарезал, — виновато признался Бу. — Матильда, в грузовом отсеке мы закончили.

— Дурдом, дурдом, — проговорила капитан. — Бу, но зачем?

— От волнения. Этой ночью.

Матильда покраснела.

— И тебя зацепило, бедненький мой! Прости, пожалуйста.

Шель свирепо посмотрел на Бу. Роль «бедненького» по праву принадлежала ему, Шелю. Большой Бу, помня о наказах Натаниэля, на эльфа в ответ даже не взглянул, хотя дать тому по физиономии очень хотелось.

— И что же мы теперь будем с этой горой делать? — спросила сама у себя Матильда. — Кирилл! Где ведро, из которого ты меня вчера поливал?

— Сейчас принесу. А зачем?

— Будем капусту квасить. Я научу.

После того, как ведро капусты унесли к главному двигателю, рядом с которым было очень тепло, обнаружилось, что гора почти не уменьшилась.

— Давайте выкинем, пока Натан не видит? — предложил Бу.

— Я тебе выкину! За нее деньги заплачены! — возмутилась Матильда. — Найди самую большую кастрюлю, будем пирожки с капустой жарить. И печь. О! надо еще натушить и налепить вареников! Их можно заморозить и есть!

— Мы что же, до Кайли будем питаться одной капустой? — ужаснулся Кирилл. — Мы же замычим!

— Скорее, заблеете, вы ж мое стадо!

До позднего вечера парни лепили вареники. Матильда ловила их взгляды, направленные на Бу, и чувствовала, что великан будет следующим посетителем медкапсулы. Впрочем, она была не против, потому что за день готовки и ей капуста осточертела. А ею же еще питаться и питаться!

— Нужно купить на кладовку замок, — сказал Натаниэль. — И выдавать продукты под роспись, пока все капустное не доедят!

— Лучше бы ты, Бу, полы помыл, если руки чесались, — вздохнула Матильда.

— Не подумал, — признался герой дня.

От ночной вахты на сегодня Матильда отказалась.

— Мы все слишком устали, да и не особо спешим, — сказала она.

— Вообще-то, спешим, — сказал Натаниэль.

— Та-а-ак. И чего я не знаю?

— Через полторы недели на Кайли будут нелегальные бои без правил, — сообщил Натаниэль. — Главный приз — новый транспортник.

— И что? — пожала плечами Матильда. — Они каждый год устраиваются. Туда, во-первых, пароль нужен…

— У меня есть, — спокойно перебил ее Натаниэль.

— Во-вторых… Что? Откуда у тебя пароль?

— Матильда, мы стояли на грузовой парковке рядом с теми, кто пережидал зачистку сектора. У меня есть не только пароль, но и список претендентов на победу. Никто из них не сравнится с Бу… или с Шелем.

— Нет! — категорично сказала Матильда.

— Матильда…

— Нет, и это даже не обсуждается! Я уже говорила Шелю, и вам повторю: на новый корабль я себе заработаю сама!

— Пожалуйста, мы что же, мешаем? Я предлагаю выиграть корабль не вам, а нам, — сказал Натаниэль.

В рубке повисла тишина. Парни и Матильда смотрели на Натаниэля с одинаковыми вытянутыми от удивления лицами.

— То есть… — прокашлялся Кирилл. — Как это — нам?

— Вот так. Мы будем совладельцами. И корабль будет входить в транспортную компанию Матильды. Это же наш шанс, понимаете?

— Нет, — сказал Бу. — В смысле, Нат, если хочешь, чтобы я с кем-то подрался, то я готов. Но про корабль я не понял.

— Бу, мы свободные. Свободные, понимаешь? Значит, нам нужны деньги. На учебу, на одежду… на все! Или ты предпочитаешь, чтобы нас кормила Матильда? Как рабов?

— Эй, не преувеличивай, — возмутилась Матильда. — Вы не рабы, а мои подопечные. К тому же Ваня обещал, что мне за вас даже какие — то деньги заплатят.

— Все равно, — отмахнулся Натаниэль. — Мы взрослые люди, не знаю, как вы, но мне бы хотелось обеспечивать себя самому. Чтобы, получив гражданство, не начинать с нуля.

— Идея, конечно, хороша, — пришлось признать Матильде. — Но, Натаниэль, это бои без правил! Там и убить могут!

— Я справлюсь, — сказал Шель. — Меня не убьют.

— Я попробую, — был более самокритичен Бу.

— Я тебя потренирую, — предложил эльф. — Натаниэль, мне нужны все данные о противниках.

— У меня только десятка фаворитов. Но это даже к лучшему, на вас никто не поставит, поэтому…

— Мы можем еще здорово выиграть на тотализаторе, — подхватил Кирилл.

— Эй! Мальчики, а меня никто не хочет спросить? — возмутилась Матильда. — Я против.

— Вы же сами сказали, что хорошая идея, мэм, — удивился Рик.

— Хорошая — в теории. Но на практике я ее не хочу проверять!

— А я вас и не прошу, — сказал Натаниэль. — Мы же имеем право распоряжаться собой? Вы же сами утверждали, что мы не рабы.

— Ну… да, — Матильда поняла, что ее загнали в угол.

— Поэтому я никого не заставляю. Просто предложил, парни сами решат, стоит этим заниматься или нет!

— Сами решат, как же! Бу только и делает, что каждое твое слово ловит! — проворчала Матильда. — Шель, слышишь, я тебе запрещаю!

— Хорошо, госпожа, — кивнул эльф. Как-то подозрительно быстро он согласился, но Матильда не нашла к чему придраться. — И Рику запрещаю!

— Но, кэп! — взвыл паренек. — Это не справедливо!

— А вот тут я в полном своем праве! — довольно произнесла Матильда. — Ты, конечно, не раб, но и не совершеннолетний, даже будь ты с детства свободным. Так что пока не получишь документы, никаких боев без правил! И близко не подпущу!

— Но, капитан! Даже посмотреть, да? Это месть, да? За вчерашнее?

— Да какая месть! — вскочила Матильда. — Какая месть? Дурак ты! Я тебя защитить хочу!

— Да-а-а, а сами в пятнадцать лет из дома сбежали!

— У меня документы были! Вот получишь свои, тогда и выделывайся!

— Вы все считаете меня малышом! — продолжал возмущаться Рик. — А я не малыш! Ну и что с того, что я девственник! Зато я работаю с шести лет!

— Тебя волнует, что ты девственник? Хочешь поговорить об этом? — участливым тоном спросил Кирилл.

Рик так посмотрел на Кирилла, что Матильде стало страшно.

— Все, хорош, парни! Рик, девственник ты или нет, меня это не волнует. — Если быть честной с собой, то, наверное, все же волнует. — К боям без правил твоя сексуальная жизнь отношения не имеет. А вот возраст и боевые навыки — очень даже.

— А у тебя их нет, — припечатал Шель. — Совсем.

Губы Рика задрожали. Он больше ничего не сказал и убежал в машинное.

— Я с вами с ума сойду, — проговорила Матильда. — Хоть один день может пройти спокойно или нет?

Все дружно покосились на Натаниэля. Он пожал плечами.

— Наверное, нет.

— Я подумаю, чем вас занять, — зловеще пообещала Матильда. — Пока капустой занимались, никаких скандалов и разборок не было!

* * *

Рик заглянул в каюту, когда Матильда уже лежала и копалась в библиотеке на планшете. Ей срочно требовались книги по управлению персоналом, но те, что были, не годились. К сожалению, ни одна не давала ответа на вопрос, как справиться с командой психов, если капитан тоже от них недалеко ушла.

Шель лежал на полу. Его постель, как и он сам, возникли в каюте Матильды совершенно незаметно. Выгонять несчастного избитого эльфа у девушки рука не поднялась.

— Я, — Рик прокашлялся, — где сегодня сплю?

— Если перестанешь обижаться, что не беру на бои без правил — со мной, — Матильда поняла, что иногда шантаж то, что нужно.

Рик посопел, потом все же вошел в каюту, провожаемый неодобрительным взглядом эльфа.

— Ну и ладно, — буркнул он, залезая под одеяло.

Матильда долго читала книжки по управлению персоналом. Шель уже давно заснул, и Рик сопел спокойно. Ничего умного в голову не пришло, кроме самого популярного решения всех капитанов космических кораблей — физическая активность. Но, если разрешить парням тренировки, они подумают, что Матильда поддерживает их идею с боями без правил. А если не разрешить, они будут драться просто потому, что энергию и агрессию некуда девать. Не заставлять же их ящики в грузовом отсеке перетаскивать с места на место!

Матильда выключила планшет и улеглась поудобнее, надеясь, что во сне в ее голову придет какая-нибудь гениальная идея. Но заснуть не удалось.

— Поцелуйте меня, мэм, — прошептал Рик. — По-настоящему.

— Ты что? — удивилась Матильда. — Не терпится? Сходи в ванную, самоудовлетворись. Или подожди до Кайли, там бордели на любой вкус.

— Я не хочу в ванную. И не хочу в бордель. Капитан, как же вы не понимаете! Я вас хочу!

— О, Господи! — едва слышно выдохнула Матильда. Главное — не разбудить Шеля, а то все это закончится очень плохо. — Рик, я спать хочу.

— Я прошу только поцелуй, ничего больше.

— Ну, да, да…

— Или вы боитесь, что не остановитесь?

— Не бери меня на слабо, я не девчонка.

— Боитесь. Ведь я же вам нравлюсь, капитан, признайте это! Своими глупыми представлениями о моем возрасте вы только делаете нам обоим хуже!

Матильда молча попыталась столкнуть Рика с койки. Тщедушный с виду паренек снова продемонстрировал свою силу, на пол не упал, более того, умудрился перехватить руки Матильды, уложить на ее бедра свою ногу и прижаться к ее губам своими.

Матильда сдалась и закрыла глаза. Хочет целовать — пусть целует, но она в этом не участвует!

Рик неумело, но нежно исследовал ее губы своим языком. Это было немножко щекотно, но расходясь по нервным окончаниям, щекотка превращалась в легкое, какое-то игривое, возбуждение. Рик прижимался мягкими губами к ее щекам, уголкам губ, подбородку. Приятно, ласково, робко. Эти поцелуи напомнили Матильде ее первую ночь с Ваней. Тогда они тоже дико смущались, гладили и целовали друг друга так осторожно, будто боялись, что партнер вот-вот шарахнет током.

Это воспоминание как будто повернуло какой-то рубильник в организме Матильды. Она приоткрыла губы, высвободила из захвата Рика руки и погладила его по спине, по ягодицам. Платиноволосый подавился воздухом, замер. Его возбужденная плоть уперлась Матильде в бедро.

Девушку затопила нежность. Он был таким милым, таким сексуальным в своих робости и неприкрытом желании. Матильда поцеловала Рика по-настоящему, с языком, возбуждаясь от несмелых ответных движений, от узкой, но сильной ладони, скользившей по ее телу, но так и не решавшейся приподнять футболку.

Какой там один поцелуй! Матильде хотелось большего! Хотелось взять в руки его член, погладить — и посмотреть, как Рик отреагирует на эту ласку. Пока же парень инстинктивно терся о ее бедро, сжимал грудь, продолжая целоваться. Если сначала он повторял движения за Матильдой, то теперь осмелел, захватил в плен ее язык, посасывал его, легонько прикусывал губы, щекотал языком небо, скользил по зубам.

Матильда сама задрала футболку, положила его ладонь на свою грудь, сжала его пальцы на соске.

— Потри его, — прошептала она. — Не бойся.

А сама осторожно приспустила его трусы, погладила упругие ягодицы. Как же неудобно он к ней прижимается, никак до члена не добраться! Приласкала мошонку, пощекотала основание мужского органа. Рик вздрогнул, его ладонь сжалась. Застонав, он сильно толкнулся в ее бедро и кончил.

Горячее семя выплеснулось на бедро, трусики Матильды и даже чуть выше.

Рик обмяк, тяжело дыша. Потом всхлипнул.

— Я совсем никчемный, да?

— Нет, это у всех молодых и неопытных так, — утешающе сказал сверху Шель.

Матильда, увидев его возвышающуюся над койкой фигуру, взвизгнула от неожиданности.

— Ты давно так стоишь?

— С тех пор, как вы возиться стали, — сообщил эльф.

Девушка почувствовала, как ее заливает краска стыда. Пришлось усилием воли взять себя в руки. С таким количеством парней на квадратный метр пора уже прекратить смущаться.

— И чего молчал? — неожиданно зло спросила она. — Присоединился бы уже тогда!

— Легко, — Шель изящно влез на койку, примостился у стены.

— Я с ним не буду! — возмутился Рик.

— Тогда иди на пол, — предложил Шель.

— Сам иди!

— Заткнитесь оба! — велела Матильда. — Я буду спать.

Шель скользнул рукой под одеяло, прикоснулся к ее трусикам между ногами.

— Вы возбуждены, — сказал он.

— И что? Значит, хорошие сны приснятся!

— Он вас не смог удовлетворить, — озвучил очевидное Шель.

Рик запыхтел, но ничего не сказал. Что возразить против правды?

— Шель, — ласково попросила Матильда. — Заткнись.

Он замолчал, но руку от ее трусиков не убрал. Отодвинул ткань, прошелся пальцем по мокрым складочкам, аккуратно раздвинул их, потеребил клитор. Матильда выдохнула, раздвинула ноги.

— Что он делает? — спросил Рик хрипло.

Ответить Матильда не смогла, с трудом удержав стон. Шель тем более не признался. Он легонько ладонью давил на лобок, в то время как пальцы то ныряли внутрь, то играли с ее складочками, зажимая их, аккуратно проводя ногтем по чувствительной коже внутренней стороны бедер.

Тогда платиноволосый наклонился и принялся целовать Матильду, гладить ее груди, живот, шею. Нежные, неопытные ласки так тесно переплелись с умелыми, сильными, что Матильда достигла пика очень быстро. Она вскрикнула, дернулась, сжимая бедра. Шель фактически выхватил ее из-под Рика, прижал к себе, ловя губами стоны, пережидая судороги наслаждения.

— Можно? — спросил он.

— Да-аа, — выдохнула Матильда.

Все так же не снимая трусиков, он вошел в нее, лежащую на левом боку, поднял согнутую правую ногу повыше для более глубокого проникновения. Несколько движений — и Шель покрывает ее лицо поцелуями, вздрагивая от пережитого удовольствия.

— Спите, моя сладкая госпожа, спите, — шептал он, — спите, я буду охранять ваш сон.

18. Полет

Утро началось не слишком хорошо. Во-первых, кожу, на которую попало мужское семя, стянуло и она чесалась. Во-вторых, трусики тоже подсохли и довольно неприятно терлись о нежную кожу. В-третьих, Матильда спала в очень неудобной позе, отлежала руку и шею. В-четвертых, ей в рот попали волосы эльфа. А в-пятых, Рик и Шель шепотом переругивались.

В общем, у Матильды были все поводы, чтобы разогнать мужчин и занять ванную, приказав Рику как можно быстрее совершить все гигиенические процедуры и увеличить скорость корабля. Сама она вдоволь постояла под горячей водой, радуясь, что старая модель транспортника оснащена именно водяным, а не ионным, душем. Пусть рециркуляция признана неэкономной, но так приятно ощущать на коже струи воды!

Быстро слопав необычайно вкусную тушеную капусту с мясом, Матильда уселась за составление графика занятий, стараясь равномерно чередовать периоды физической и умственной нагрузки. На сидящего рядом Рика она внимания не обращала, а вот он периодически бросал на нее взгляды и тут же краснел.

Матильда уже привычно злилась сама на себя. Что вчера вечером на нее нашло? Почему она допустила такое? Почему не выбросила Рика и Шеля из своей койки сразу? Ах, если бы ее мама, почтенная матрона Ренко-145, узнала, что ее дочь занимается сексом сразу с двумя! Вот бы у нее лицо было! Хотя, нет… Вот бы ее братья, не менее почтенные отцы семейств, узнали, что можно заниматься сексом вчера с одним, сегодня с двумя другими! То есть, они-то, конечно, об этой возможности знают, но им остается только мечтать. На территории клана Ренко, был всего один бордель, который обслуживали дамы, весьма далекие от образа веселых разбитных путан. Бордель служил для удовлетворения потребностей прилетающих на Ситечко покупателей сельхозпродукции, а также — для разнообразия генофонда соклановцев. За каждого «чужого» ребенка Беральд Ренко очень хорошо доплачивал из общей кассы, поэтому желающих устроиться в бордель было предостаточно.

— Наш душка Рик стал мужчиной? — поинтересовался за спиной Матильды Кирилл.

Рик так отчаянно покраснел, что Рыжий расхохотался.

— И как оно, Матильда?

— Это разве твое дело? — спросила она. — Иди куда шел.

— Да я никуда не шел, я тут уже минут пятнадцать за вами наблюдаю. Так интересно. И все же, Матильда, тебе понравилось?

— Что ей могло понравиться? — спросил Шель. — Он кончил за тридцать секунд, даже войти не успел.

Рик стал пунцово-малиновым, вскочил и убежал в каюту. Шель и Кирилл заржали. Матильда встала и каждому отвесила оплеуху.

— Зачем над Риком издеваетесь, придурки? Можно подумать, у вас не так в первый раз было!

— Конечно, нет! — удивился незнанию Матильды Кирилл. — У нас в питомнике была специальная женщина, она нас лет в двенадцать принимала, и мы проходили, так сказать, первое боевое крещение.

— В двенадцать лет? — ахнула Матильда.

— Ага. Есть, знаешь ли, такие извращенцы, молоденьких любят, — Кирилл помрачнел. — Так-то за это срок дают, а рабов не жалко. А потом еще тренировки были. Если быстро кончаешь, током наказывали. Он следов не оставляет, но больно очень.

— У нас тоже так было, — кивнул Шель. — Только первый раз у всех с создательницей был, даже у девушек.

Матильда прикрыла ладонью рот. То, что они рассказывали… Это было как-то немыслимо…

— Они от зависти смеются, — объяснил Натаниэль, привычно возникающий в месте наибольшего напряжения. — Своя койка, любимая девушка, никто не торопит, не бьет за несоблюдение правил…

— Любимая девушка?

Кирилл зафыркал.

— Услышала самое главное.

— Да хватит вам уже! — покачала головой Матильда и подошла к двери в «мужскую» каюту, в которой прятался Рик. — Эй, выходи, у тебя вахта!

— Извините, капитан, — на лице Рика блестели капли воды, видимо, умылся, прежде чем выйти. Глаза были красные, губы искусанные. Матильда сделала вид, что ничего не заметила.

— Если у тебя вахта, то, будь добр, не покидай рубку, — сказала она строго.

Рик удрученно кивнул.

Собрав всех парней, Матильда объявила:

— Каждому на планшет я сбросила расписание — с утра до вечера вы будете заняты! Потому что ваши глупости мне надоели! На Кайли мы летим как можно быстрее, чтобы успеть хорошо приготовиться к боям без правил. Себе я беру ночные вахты.

— Что? — вскинул голову от планшета Рик. — Почему?

— Потому, что я капитан! — «И потому, что я не знаю, что мне делать с тобой в койке». — Если вопросов нет, то я — спать, а вы занимайтесь.

Шель зашел в каюту вместе с Матильдой.

— Научите меня пилотировать, госпожа, — попросил он.

— Зачем? — удивилась Матильда.

— Хочу быть вам полезен.

— Нет, — покачала она головой. — Шель, а чем ты сам хотел бы заниматься?

Он покачал головой.

— Не знаю.

— У тебя впереди вся жизнь, еще решишь, — успокоила его Матильда.

— Можно я лягу рядом с вами?

— Только без всяких глупостей! — нахмурилась девушка. — Я действительно хочу выспаться! Чем ближе мы к Кайли, тем сложнее лететь. Кораблей становится все больше, не хотелось бы стать причиной столкновения.

— До Кайли еще неделя.

— В режим входить нужно уже сейчас, — объяснила Матильда, укутываясь в одеяло.

— Я часто думал о том, какая у меня будет хозяйка, — сказал Шель, укладываясь рядом и принимаясь перебирать волосы девушки. — Мы все думаем об этом. Потому что иногда к нам на базу привозили «сломанных».

— Как это?

— Это когда человек вроде бы еще живет, а на самом деле не живет вовсе. Живой робот. Его «я», ум, душа — называйте как хотите — уходят куда-то глубоко-глубоко в свой мир. Иногда хозяева делают с нами что-то такое, отчего даже особая психика не спасает.

— Что? — в ужасе шепнула Матильда.

— Точно не знаю, — сказал Шель. — А то, о чем догадываюсь… Не стоит вам знать о таком…

Он помолчал.

— Я часто думал о будущей хозяйке, но даже представить не мог, что попаду к вам. К не-хозяйке. И что у меня будет возможность прожить жизнь обычного человека…

Руки Шеля обладали какой-то магией, потому что Матильда уснула под мерное перебирание ее прядей.

* * *

Натаниэль подошел к Шелю после того, как закончилась их с Бу тренировка. Они валяли друг друга в грузовом отсеке, в котором было достаточно места.

— У него есть шанс? — спросил Натаниэль, кивая в сторону великана. Тот без сил сидел, прислонившись к ряду посылок.

Шель пожал плечами, промокая пот полотенцем. Выбившиеся из косы пряди прилипли к шее и спине.

— Не знаю. Я видел бои без правил только на экране, когда нас учили на телохранителей. Он крупный, ловкий и очень сильный. Шанс есть.

— А у тебя?

— Госпоже нужен новый корабль, и этот корабль у нее будет. А потом она родит мне ребенка.

— Что? — поперхнулся Натаниэль.

Шель улыбнулся. Матильда, увидев эту улыбку, не узнала бы своего эльфа — настолько хищной и ненавидящей она была.

— Родит мне ребенка, — растягивая слова, повторил он. — Что, Натаниэль, считаешь себя самым умным? А госпожа моя, понял?

— Ты уже все распланировал, как я посмотрю, — справившись с собой, проговорил Натаниэль.

— Конечно, — спокойно ответил Шель. — Это мой шанс на достойную жизнь, и я его не упущу. А если ты будешь мешать… Что милый мальчик-игрушка может сделать мне? Я сражался за жизнь еще с зародышевого состояния.

Натаниэль и Шель скрестили взгляды. Да, определенно, Матильде не стоило их видеть в таком настроении. Хотя она, как никто другой, могла их понять.

У нее была цель, к которой она шла всю жизнь, выстояв против клана, победив нищету и переступив через себя.

У мужчин была мечта, недосягаемая мечта всех рабов о свободной жизни. И теперь она, эта жизнь, была совсем рядом. И они собирались приложить для ее достижения все усилия.

— Я тебе не враг, — сказал Натаниэль.

— Почему же? — усмехнулся Шель. — Зачем делить на пятерых то, что я могу получить только для себя?

— Понятно, — сказал Натаниэль. — Надеюсь, у тебя ума хватит не волновать Матильду?

— А у тебя? — спросил эльф вместо ответа.

* * *

Несколько дней на корабле царила тишь да гладь. Матильде бы радоваться, но каждая минута мира волновала ее все больше. Она дошла до того, что, после ночной вахты, в течении дневного отдыха несколько раз вскакивала и кралась проверять, чем занимаются ее подопечные. Они честно следовали программе, придраться было не к чему.

Но, с учетом продолжающейся капустной диеты, это все выглядело еще более подозрительным.

Когда до Тиронги осталось меньше суток пути, Матильда не выдержала. Вахты стали значительно тяжелее, а теперь ей вообще предстояло вести корабль аж до космопорта. Рик, при всех своих многочисленных корабельных талантах, пилотом был нулевым. Капитан собрала парней в рубке управления и потребовала:

— Признавайтесь?

— В чем? — искренне удивились они хором.

— Вы слишком хорошо себя ведете!

— Так повода к плохому поведению нет, — объяснил Кирилл. — С Риком вы теперь не спите, да и вообще ни с кем не спите.

— А что, то, с кем я сплю, является поводом к плохому поведению?

Натаниэль наступил на ногу Кирилла и безмятежно спросил:

— Что вас беспокоит, Матильда?

— Боюсь, что полоса затишья закончится бурей.

— Конечно, закончится. Бурей будут бои без правил. Мы копим силы.

— Хм… — Матильда обвела пристальным взглядом всех мужчин. — Смотрите мне!

— Куда смотреть? — спросил Кирилл, получил дружеский пинок под ребра от Бу и согнулся пополам, пытаясь вдохнуть.

— Свободны, — рыкнула Матильда. — Не мешайте, этот отрезок трассы самый сложный.

Уже при подлете к Кайли пришлось признать, что так легко ей еще не леталось. Как правило, после приземления она несколько часов приходила в себя, но только не в этот раз.

То Бу аккуратно разминал ей плечи, то Шель приносил чай и перекусить (ненавистные уже вареники с капустой все еще не закончились), то Рик подменял ненадолго, позволяя отлучиться в туалет без опасения, что оттуда ее вырвет писком приборов. Какая же прелесть — своя команда!

Поэтому по приземлении Матильда не только отзвонилась Ване, но и переговорила с почтовой службой, попросив известить получателей о прибытии посылок.

После этого она упала на койку и радостно засмеялась. Все, она дома! Кайли уже давно стал ей куда дороже Ситечка, хоть и пережила она здесь очень тяжелые времена.

— Матильда? — постучав, в каюту заглянул Натаниэль. — Я договорился об участии в боях без правил и узнал о сумме взноса для участников.

Услышав цифру, Матильда застонала, тем не менее, (почти) недрогнувшей рукой перевела деньги на счет устроителей боев. На ее личном счете после этой трансакции остались жалкие крохи. Пожалуй, хватит только на ящик водки после того, как парни проиграют. Матильда не признавалась, но в положительный результат совсем не верила.

— Натаниэль, организуй, пожалуйста, выдачу посылок. Узнай у почтовой службы, куда грузовой кар подогнать, а там, думаю, разберетесь.

— Матильда, — Натаниэль шагнул в каюту, закрыл за собой дверь. — Матильда…

Она удивленно подняла брови. Чего он хочет?

Натаниэль присел на корточки рядом с койкой. Их глаза оказались на одном уровне.

— Матильда, — прошептал он. — Один поцелуй, хотя бы один поцелуй… Можно?

Девушка утонула в его карих глазах, дарящих уверенность и защиту. Потянулась к губам. Прикоснулась к ним, мягким, податливым.

Натаниэль позволял вести в поцелуе, но подстраивался под каждое движение, как лучший партнер по танцам. Впервые Матильда задумалась о том, каково было бы заняться с ним сексом? Кирилл слишком напористый и — если по их полуторному разу можно судить — эгоистичный. Рик… ну, Рик это мальчишка, который после первого фиаско так и не рискнул еще раз хотя бы прикоснуться к Матильде. Шель… ей пока было сложно разобраться в эльфе и его поведении. Иногда проскальзывало в нем что-то такое… темное и страшное.

Поцелуй с Натаниэлем похож на многослойный десерт, когда сладкие, кислые, пряные слои перемешиваются и создают во рту непередаваемый и уникальный вкус.

Матильда провела по его волосам, отстранилась, понимая, что у нее буквально секунда на размышление — продолжить или остановиться.

И вдруг краем глаза заметила в дверях Шеля. Внутренности заледенели от того, с какой ненавистью он смотрел на них обоих.

19. Ваня

— Шель? — осторожно сказала Матильда. — Что с тобой?

Эльф справился с собой, но было поздно. Матильда никогда бы не достигла успехов в торговле, если б не умела читать по лицам.

— Почему вы целуете его, госпожа?

Матильда придержала за плечо Натаниэля, который хотел подняться.

— А почему, собственно, я не могу его поцеловать? Захотелось — взяла и поцеловала. Какие проблемы?

— Никаких, — выдавил Шель.

— Не лги мне, — твердо сказала Матильда.

— Вы… госпожа… Почему вы целуете его, а не меня? — выкрикнул эльф. — Я вас люблю!

Он закрыл руками лицо и сполз по стене.

— Вот что, — сказала Матильда, — я понимаю, когда у тебя начинаются особые заморочки, связанные с тяжелым прошлым, но вот сцен мне устраивать не стоит. Ты не расстроен, Шель, ты в ярости.

Эльф сидел молча, от его скорчившейся фигуры веяло горем.

Но Матильда не поддалась. Она хотела отдохнуть, а не утешать. Поэтому она встала и решительно открыла двери.

— Страдай отсюда, — велела она. — Быстро. Нечего мне портить настроение!

Эль одним слитным движением поднялся на ноги. Он действительно был не расстроен, в зеленых глазах плескалась злость.

— Нет уж. Я не уйду. Вы думаете, я вас оставлю этому?..

— Думаю, — согласилась Матильда. — Я единственная, кто имеет право думать на этом корабле. Не нравится — тебя никто не держит.

— Вы же знаете, что я не уйду.

— Уйдешь, — сказала Матильда. — Ваня сейчас ищет психиатра, способного снять привязку. Потому что периодически кражи эльфов случаются, и вскоре они появляются с другими хозяевами. Вполне довольные жизнью. Да, совсем убрать этот блок никто не сможет, но вот перенастроить — да.

Шель по-настоящему испугался. Даже не так, он ужаснулся. Краски сползли с точеного лица, губы побелели. Он упал на колени, прижался лбом к босым Матильдиным ногам.

— Нет, умоляю, госпожа, нет!

— Тогда имей ввиду, Шель, я ненавижу сцены ревности. То, что ты со мной два раза занимался сексом, не дает тебе право ни на что. Если я хочу целоваться с Натаниэлем — с ним целуюсь. А ты, если не нравится, молча идешь и моешь, к примеру, грузовой отсек. И если я узнаю, что ты в мое отсутствие поднял на кого-то из моих подопечных руку — мигом вылетишь в психлечебницу, и пусть они там сами разбираются, что с тобой делать. Никаких сцен ревности, понял?!

— Госпожа! — взвыл Шель. — Госпожа, умоляю!

— Мне не нужны ссоры на корабле, — строго сказала Матильда.

— Но… Когда Рик бросился на меня, вы наказали меня же! Госпожа!

— Я же извинилась! — от вернувшихся угрызений совести Матильда разозлилась еще больше. — Рик — мальчишка, а ты-то должен понимать, что происходит!

— А что происходит? — спросил Шель, поднимая голову. На щеках блестели дорожки слез. — Вы отталкиваете меня, госпожа! Вот что происходит! Это я понимаю, да! Рик — мальчишка, Натаниэля вам просто захотелось, Кирилл сам…

— Закрой рот! — разъярилась Матильда. — Ты еще осуждать меня будешь? Отталкиваю я его! Да вы все свалились мне на голову и что-то постоянно требуете! Внимания, секса, денег! У меня была своя жизнь, замечательная, полностью устраивающая меня! Натаниэль единственный, кто не треплет мне нервы!

— Это потому, что он хочет выжить всех нас, чтобы вы только ему достались! — закричал Шель. — Как вы этого не поймете? Только я буду вам верен! Всегда! А он добьется своего, переступит через вас и пойдет дальше! Как вы думаете, зачем он тащит Бу на бои без правил? Чтобы тот дурачок выиграл ему корабль! А вы бы спали с ним за это!

Матильда размахнулась и отвесила Шелю пощечину.

— Я отказалась выйти замуж за самостоятельного Зейна, у которого три собственных транспортника, а ты подозреваешь, что я буду спать с бывшим рабом за единственный корабль? Кем ты меня вообще считаешь? Мне все равно, чего добивается Натаниэль, в данный момент он единственный, кто ведет себя нормально, а это все, что я от вас прошу!

Матильда обвела тоскливым взглядом каюту.

— Господи, как же вы мне все надоели! — Она сунула ноги в ботинки, накинула куртку и выбежала с корабля, бросив напоследок: — Разбирайтесь сами, как знаете, раз такие умные!

Когда зашипел, закрываясь за Матильдой входной шлюз, Натаниэль сел на койку и устало спросил:

— Ну, и чего ты добился своей выходкой?

— Если бы не госпожа, я бы тебя убил, — Шель сел в угол, обхватил колени руками и несколько раз стукнулся затылком об стену. — Отступись. Она моя.

— Не рассчитывай на это, — покачал головой Натаниэль. — Пока она — наша. И помни, что она действительно может сдать тебя в лечебницу.

* * *

На Кайли у Матильды была собственная квартира. На ее покупке настоял Ваня, убедив, что человеку кроме корабля нужно место, куда можно вернуться. До сегодняшнего дня Матильда не понимала, зачем она повелась на его уговоры и купила себе жилье. В престижном доме, недалеко от парка и озера, в котором можно поплавать, хотя на пятнадцатом этаже был огромный спортзал для жильцов, с бассейном и даже горкой для скалолазания. Всего тридцатый этаж! Эту квартиру продавал один из Ваниних клиентов, специально поставив минимальный порог цены — половина вырученных денег должна была достаться его бывшей супруге, и увенчанный ветвистыми рогами муж собирался сделать все, чтобы досадить ей как можно больше. Судя по информации от частного детективного агентства, жена с любовником на квартирные деньги собирались слетать на курорт. Теперь им светил разве что шикарный пикник у моря, никаких романтических ночевок в роскошных отелях и аренды яхты.

Матильда стала обладательницей квартиры через десять минут после того, как клиент решил выставить квартиру на продажу. Именно столько времени ей понадобилось, чтобы долететь от Ваниного дома, где она гостила, до его офиса. Две комнатки, кухня, санузел и балкон. Три года Матильда эту квартиру сдавала, но недавно съемщики очень удачно съехали. Ваня нанял уборщицу, которая привела квартиру в идеальный порядок. Матильда подумывала поселить в квартире кого-то из подопечных, например, отдать Рика учиться на механика для получения официального диплома. Или избавиться от Кирилла, пусть тут хоть бордель устраивает.

Но теперь, закрыв за собой дверь и растянувшись на большой кровати, Матильда поняла, чего ей не хватало последние недели. Тишины. Покоя. Одиночества.

На кухне нашлись консервы и крупы и даже концентрат любимого Матильдой тонизирующего напитка.

Она приготовила и съела ужин — никакой капусты! — разделась догола и принялась наслаждаться жизнью.

— Все эти самцы, — объясняла она крану, нежась в пенной ванне, — могут идти далеко-далеко. Устроили петушиные бои, нужен — не нужен. А то я не знаю, что я им всем нужна только как билет в счастливое будущее. Но, почему-то, меня не тянет выяснять отношения и вопить «Ах, Кирилл, как ты мог мне отказать! А как ты мог потом воспользоваться моей слабостью и отиметь? Ведь у меня такие глаза, такие груди, такие ноги! Меня нужно хотеть просто так, а не пользуясь случаем!». Тьху ты! Считают себя самыми несчастными, а ведь единственная пострадавшая — это я!

После ванны, достав бутылку домашнего вина, присланной родными и запертой в кладовке, от которой у квартирантов не было ключа, Матильда устроила танцы под медленную народную мелодию из Ситечко.

— Танец сбора урожая! — объявила она, приложившись к бутылке и находя нужную композицию на инфокристалле. — Жаль, что моя планета сугубо мирная, я бы с удовольствием станцевала танец охотников за головами!

По окончанию танца Матильда услышала аплодисменты.

— Ваня! — сказала она, оборачиваясь на звук. — Тебя учили стучать? А вдруг я тут… хм… сексом бы занималась?

— Удрав из корабля с пятью самцами? — улыбнулся Иван, скидывая на пол пиджак и развязывая галстук. — Ну, нет! Я же знал, что ты будешь пить вино и танцевать. Правда, не думал, что голышом, но не могу сказать, что этим недоволен. Я даже рад, зрелище того стоило. Потанцуем?

— Раздевайся тогда, — сказала Матильда без капли смущения. Ваня изучил ее тело во всех подробностях еще тогда, когда лечил подхватившую лихорадку девчонку народными методами. На современную медицину денег у них не хватало, приходилось сбивать температуру обтираниями и заворачиванием в мокрую простынь. — Будем танцевать танец, призывающий плодородие и удачу в делах!

Закончив танец поцелуем, друзья упали на кровать, не разжимая объятий.

— Они меня достали, Ваня, — пожаловалась Матильда. — Я сегодня просто убить их хотела… Я эльфа до поломанных ребер избила, ногами! Ваня! Куда я качусь?

— Да все нормально, — возразил адвокат. — У вас с ними одновременно трудности переходного возраста. Ты привыкла к постоянному одиночеству и тому, что отвечаешь только за тебя. Они привыкли к рабской жизни, и свобода их пугает до дрожи. Плюс ко всему, ты одна, а их пятеро.

— Ваня! — взмолилась Матильда. — Забери их у меня!!! Хотя бы парочку! Не могу я, они же меня до полного сумасшествия доведут!

— Неа, — ухмыльнулся он. — Не заберу. Тебе пора выйти из улиткиного домика и шагнуть в широкий мир. А они тебе в этом помогут.

— Я не хочу!

— Пфф-ф-ф. Мотя, ты же никогда не была трусихой! Смотри, сколько событий случилось с момента твоего загула на Хоте! О, я же тебе подарок принес, потом покажу, не хочу сейчас вставать. Что-то я устал за сегодня… У тебя на корабле, кстати, траур. Там думают, что ты их совсем бросила, а мой визит восприняли как апокалипсис. Типа ваш мир разрушен, вы переходите под начало демонского адвоката, бвахаха!

— А ты что? — заинтересовалась Матильда.

— А я им раздал личностные браслеты и ушел. Пусть размышляют о жизни, им полезно.

Матильда хихикнула, а потом серьезно сказала:

— Спасибо тебе.

Ваня улыбнулся и притянул ее к себе на грудь.

— Ох, Мотя, Мотя… Ты единственная женщина, с которой я мог быть совершенно счастлив…

Матильда притихла. Ваня никогда не рассказывал о своей личной жизни. Его жену, настоящую утонченную леди Веру, Матильда очень хорошо знала. Вера происходила из рода аристократов Кайли, старой фамилии с древними корнями. Почему она вышла замуж на Ваню, Матильда не знала. Она однажды вернулась из полета, ее, как обычно встретил Ваня и отвел в шикарный дом.

— Я женился, — сказал он буднично. — Тут мой тесть живет, и жена. Пока свое не купили.

Тогда Матильду словно ударило под дых. Ваня был единственным по-настоящему близким для нее человеком, и, как это не эгоистично звучало, делить его с другой женщиной ей не хотелось.

— Адвокату нужна достойная жена, — сказал Иван, пока Матильда приходила в себя. — Вера — та, кто мне нужен.

Тогда Матильда только кивнула и вошла в дом, представленная как «Это Матильда. Она святое».

Сейчас, после сцен ревности Шеля, Матильда думала, смогла бы она делить своего мужа с какой-то другой, святой, женщиной? Наверное, нет. А Вера восприняла это как должное.

Насколько Матильде было известно, Иван никогда не изменял жене. Но, когда Матильда попробовала прекратить их традицию отмечать успешные дела танцами голышом, он так возмутился, что она больше никогда об этом не заговаривала.

И вот сейчас такое признание.

— Ты несчастлив с Верой? — осторожно спросила Матильда, вслушиваясь в мерный стук его сердца.

— Она та жена, которая нужна успешному адвокату. Но совсем не та жена, которая нужна мне. Мотя, если бы не заботы о твоих питомцах, я бы, наверное, за последние недели умом тронулся. Вера сделала аборт.

Матильда ахнула. Если у нее ребенок в приоритетах совсем не стоял, находясь под графой «когда-нибудь», то для Вани полная семья являлась чуть ли не смыслом жизни. Когда-то он нарисовал себе в воображении картинку — успешный отец-адвокат, прекрасная мать и двое детей, которым потом перешло бы дело — и старательно ее воплощал в жизнь. Тяжело представить, каким ударом для него стал поступок Веры.

— А почему? — спросила Матильда, все еще надеясь, что все не так плохо, как кажется. — Она сделала генетический скрининг, и у ребенка что-то нашли?

— Нет, он был полностью здоров. Я потом… подкупил врача, он отдал мне результаты исследований… эмбриона. Вера не думала, что я узнаю… Совершенно случайно услышал, две служанки сплетничали… Одна увозила Веру из медицинского центра. Стерва, специально такое время выбрала, когда я был по уши в деле. Понимаешь, Мотя, я же ей говорил, как хочу ребенка. И она соглашалась, понимаешь? Соглашалась! Мы же вместе ездили, противозачаточные импланты снимали! А она придумала сказать, что не получается. Бывает так, когда оба здоровы, но не получается… А сама… Пошла его и убила! Молча! Пошла и убила!

Ваня вдруг хрипло, без слез, зарыдал.

— Потому что… это испортит фигуру… в следующем сезоне… новая коллекция модельера… выходит… Променяла платье на ребенка… Мотя, как же так? Как же так, а?

Матильда молча гладила друга по плечам, животу, голове.

— Я на нее смотреть не могу… И развестись не могу… Что мне делать, а?

Дождавшись, когда Иван успокоится, Матильда предложила:

— Ваня, а давай я тебе ребенка подкину?

— Ты что, Мотя! Я не хочу, чтобы ради меня ты своей мечтой жертвовала! Я же знаю, что ты пока его не хочешь…

— Нет, я же не сказала — рожу! Я сказала «подкину». Большой Бу, он читает с трудом, добрый, как пятилетний малыш, и мечтает стать полицейским. Вот и воспитай в нем правоохранителя, а там, глядишь, он передумает и станет адвокатом.

Воображение Матильды пасовало перед картинкой «Бу в костюме и галстуке», но после всех событий она уже научилась верить в то, что что невозможное возможно.

— Хорошенький малыш, — фыркнул Ваня, и Матильда поняла, что хорошее настроение к нему потихоньку возвращается. — Он же на боях без правил драться собирается!

— О, уже доложили?

— Да, Натаниэль юридическими тонкостями озаботился. Толковый парень, очень. В этом году, кстати, бои вызвали небывалый ажиотаж. Очень надеюсь, что Бу там не покалечат.

— Я вообще была против этой идеи!

— Нет, ну отчего же? Раб от свободного отличается тем, что рабу все дают. Выполнил то-то — получи то-то. Наши парни должны привыкнуть к тому, что в реальной жизни «выполни-получи» имеет очень непредсказуемые результаты. Так что пусть попробуют, мало ли… Бу — красавчик, на тотализаторе сыграем, все плюс. Да, надо поискать выходы на устроителей боев, подумать, что можно из этого извлечь… Кстати, женская часть тоже будет, не хочешь попробовать свои силы?

Матильда ущипнула Ваню за бок. Адвокат за собой следил отлично — под атласной ухоженной кожей красиво переливались скульптурно вылепленные мышцы. Маникюр, педикюр, элегантная прическа… А внутри все тот же паренек, который ночами читал книжки по юриспруденции, обгрызал перед экзаменами ногти на нервной почве и забывал расчесаться. Только показывает он этого паренька лишь Матильде.

— Нет, ну а чего? — смеялся он. — С твоим счастьем — выловить баснословно дорогого эльфа посреди космоса — можно и корабль выиграть!

— Нет уж, не надо… Я уже выиграла четырех рабов, поймала эльфа…

— Третий случай — счастливый!

— Оставлю его на потом.

Матильда уже стала засыпать, пригревшись на теплой груди Вани, как браслет завибрировал. Номер незнакомый. Неужели что-то с грузом, и ее разыскивает почтовая служба?

— Матильда Ренко.

— Капитан, мэм…

— Ну? — недовольно рявкнула Матильда.

— Капитан, — проблеял Рик, — вы где? Мы волнуемся.

— О, уже браслетами научились пользоваться, — отметил Ваня, поднимая руку Матильды и переводя камеру на себя. — Не волнуйтесь, мальчики, Матильда со мной.

Девушка зевнула и свободной рукой потянулась за одеялом.

— Завтра верну в целости и сохранности, — сказал Иван и чмокнул Матильду в макушку. Рик отключился.

— Слушай, вот зачем ты это сделал? — спросила Матильда, укрыв их обоих. — Они же всю нашу обнаженную композицию во всех подробностях рассмотрели.

— Ну и хорошо. Пусть не думают, что ты в слезах переживаешь о их поведении. На самом деле ты прекрасно проводишь время. Давай спать, а? У меня завтра ранним утром встреча с клиентом…

— У меня запасных рубашек нет, — предупредила Матильда.

— У меня целый гардероб в офисе. Я же чертов успешный адвокат по бракоразводным делам, который не может развестись с собственной женой, потому что это ударит по его репутации! Проклятье… Вспомнил на ночь глядя. Расскажи мне что-нибудь, чтобы отвлечься.

— А расскажу-ка я тебе про пиво, — начала Матильда. — Пиво, секс и появление у меня на корабле двух медкапсул.

20. Разговоры

Ваня ушел, не разбудив Матильду. На подушке остался легкий запах его туалетной воды, а на кухне — чашка с недопитым кофе.

— Разбаловался адвокат, — проворчала Матильда, кидая чашку в мойку. — За собой со стола убрать не может!

Ваня как будто ждал, что о нем вспомнят, и тут же позвонил.

— Спишь? Уже полдень! Я вышел на устроителей боев, я молодец, да? Так вот, на твоих двоих никто не ставит, если мы продержим втайне, что Шель — эльф, то…

— Подожди! — вскрикнула Матильда. — Как — Шель?!

— От тебя две заявки ушло. Бугай и Найденыш, а что?..

— Я перезвоню, — рявкнула Матильда и набрала Рика. — Натаниэля сюда! И эльфа! На терминал звонок выведи, чтобы я обоих видела! И кинь мне, наконец, все ваши номера!

— Матильда, — спокойно поприветствовал ее Натаниэль.

— Госпожа, — склонил голову Шель.

— Я вас прибью, чертовы заговорщики! Каким образом Шель оказался в числе участников турнира? Я же тебе запретила!

— Госпожа, но вы просто сказали: «запрещаю». Откуда я мог знать, что вы именно это имели ввиду?

Матильда заскрипела зубами.

— Натаниэль, хоть ты не играй словами!

— Матильда, но вы лично провели оплату за двоих участников…

Сказать, что она была не в курсе, что за двоих, и признаться, что она даже не заметила подробностей платежа?

Мудро решив не отвечать, Матильда отключилась и перезвонила Ване.

— Я не знала, что эльф участвует.

Ваня зафыркал от смеха.

— Главное, чтобы это и остальные участники не знали. Эльфы — одни из лучших бойцов, и все они наперечёт. Отлично, Мотя, все отлично. Не выпускай их до начала боев из корабля. И вообще, лети на «Сырок», как бы они без твоего присмотра не натворили глупостей.

— На «Сырке» квашеная капуста, — вздохнула Матильда.

— Я тебе доставку еды организую, — не поддался на ее грустный взгляд Ваня. — Давай-давай, отпуск закончился.

Матильда попробовала найти достойную причину отказа, не нашла и смирилась.

— Что я им скажу?

— Зайди и поздоровайся. И, прошу тебя, никаких извинений, раскаяний и прочего! Ты — начальница, а значит, всегда права!

— Как-то это сильно на отношения госпожа-раб похожи.

— Есть такое дело, — согласился Иван. — Но! Ты им зарплату платишь, и у них есть выбор. Например, попроситься под мое крыло. Но они не такие дураки, так что повторяй «я всегда права» и не отлынивай от обязанностей.

* * *

На корабле Матильду встретили настороженно. Ее подопечные выстроились в почетную шеренгу и молча пожирали ее глазами.

— Привет, — сказала Матильда. — Кирилл, Бу и Шель, мне нужно с вами поговорить. Прошу по очереди в мою каюту.

— Бить будешь? — поинтересовался Рыжий, скрывая за усмешкой волнение.

— А есть за что? — Матильда вопросительно посмотрела на Натаниэля. Тот покачал головой. — Не буду. Но разговор действительно серьезный.

Матильда села на койку и подумала о том, что уже пора оборудовать кабинет. Может, третью каюту сделать не жилой, как она собиралась, а кабинетом? Парни на условия проживания не жалуются, пусть и продолжают спать вместе.

— Слушаю, — Кирилл встал напротив.

— Кирилл, хочешь ли ты быть членом моего экипажа?

— А какие есть варианты?

— Стать членом экипажа и получать зарплату плюс бонусы, продолжать оставаться подопечным, получая бонусы за заказы, как сейчас, или же перейти под руководство Ивана. Там тоже есть варианты, но это он должен озвучить тебе сам.

— Хм… А ты хочешь от меня избавиться? Только честно?

Матильда задумалась.

— Ты знаешь, пожалуй, нет. С тобой весело, — сделала она неожиданный для самой себя вывод.

— Значит, я буду членом экипажа, менеджером по работе с клиентами. Кажется, у меня это неплохо получается, верно?

— Что есть, то есть, — согласилась Матильда, берясь за планшет. — У тебя в личностном браслете чип, в нем — доступ к деньгам. Твои бонусы за грузы я уже перекинула. До боев без правил у нас выходные, потом ищем груз и улетаем.

Кирилл кивнул, а потом вкрадчиво спросил:

— А ты позволишь мне быть не только членом экипажа, но и твоим членом тоже?

Матильда закатила глаза.

— Ты там с остальными договорись сначала. Я очень… многочленный капитан.

Рыжий подошел к койке, раздвинул коленом ноги девушки, навис, подталкивая улечься.

— Договариваться я умею… Ты же это уже поняла, правда? Скажи, какой груз и куда тебе найти — я это сделаю.

— А сейчас ты что делаешь? — Матильда серьезно размышляла о том, чтобы назначить Кирилла на должность главного капитанского члена. Пусть он и невыносимо вредная зараза, зато его не жалко, если вдруг Шель вздумает разборки учинять. Натаниэль пугал своим серьезным отношением, Рик еще бестолковый малолетка, который жизни-то не видел, а Бу… Кстати!

— Соблазняю, — признался Кирилл низким, волнующим голосом, но мысли Матильды уже приняли совсем другое направление, поэтому она уперлась ему в плечи, оттолкнула и села.

— Давай чуть позже, а сейчас позови ко мне Бу.

Матильда предложила Бу то же самое, что и Кириллу, но великан замялся.

— Я хочу быть полицейским, — вздохнул он. — Разве могу я стать полицейским, если буду работать у вас на корабле?

— Сначала тебе нужно научиться хорошо читать и писать, потом сдать экзамены на общеобязательный уровень знаний. И только тогда поступать в полицейскую школу. До этого события еще несколько лет, если не больше.

— Натаниэль экзамены собирается сдавать не позже, чем через год.

— В любом случае, — Матильда не стала говорить, что Бу далековато до уровня Натаниэля, — этот год тебе нужно чем-то заниматься.

— Тогда я буду просто вашим подопечным, — решил Большой Бу. — Делать массажи, грузить товары… За процент, как вы и говорили. Не вижу я себя космоторговцем, вы уж простите.

— А почему ты не хочешь остаться на Кайли под опекой Вани?

Бу вздохнул.

— Я не люблю менять хозяев… простите, Матильда. Понимаю, что вы не хозяйка, но смысл-то один и тот же. Меня продавали несколько раз, я не Кирилл, чтобы легко подстраиваться под очередного… хозяина, опекуна, начальника — без разницы. Тут хотя бы все уже знакомо, да и Натаниэль рядом, если что — подскажет.

— Натаниэль тащит тебя на бои без правил, где ты можешь быть покалечен… Или даже убит!

— Нат делает все правильно, Матильда. У него есть план, а если Нат что — то планирует, оно происходит так, как нужно Нату.

— В данном случае не уверена, — покачала головой Матильда. — Вряд ли Натаниэль до этого связывался с подпольными играми.

— Матильда, мы с госпожой Осси полгода путешествовали по галактике. Поверьте, Нат времени зря не терял. Только… наверное, не стоит вам об этом знать.

— Значит, на парковке Тиронги он встретил кого-то из своих знакомых? То-то я сразу заподозрила неладное! Кто бы просто так выдал коды связи с устроителями боев без правил!

— Мэм, вам не стоит об этом говорить с Натаниэлем, — предупредил Бу. — Он действительно хочет добыть нам корабль. А если не корабль, то хотя бы деньги. Он… я знаю его три года, Матильда, и все это время он мечтает о другой, не рабской жизни. Он не будет подставлять вас или нас, но сделает все, чтобы добиться гражданства.

— Хорошо, что хоть подставлять не будет, — вздохнула Матильда.

— Он не подлец, — твердо сказал Бу.

Матильда внесла с помощью планшета нужные изменения, а потом, отложив устройство, спросила:

— Бу, а почему ты ни разу не пытался со мной переспать?

— Э-э-э… — озадачился Бу. — А надо? Вы только скажите.

Матильда подняла руку, останавливая уже начавшего раздеваться великана.

— Просто интересно. Скажи честно, я не обижусь. Ты тоже меня не хочешь, как и Кирилл?

— С чего вы взяли, что Кир вас не хочет? Он же, кажется, с вами занимался сексом.

Матильда покраснела и тут же одернула себя. Если уж взялась обсуждать такую деликатную тему, то не смущайся!

— Мне не понравилось, — сказала Матильда. — Уж раб с элитного питомника мог бы и получше расстараться! Первый раз он вообще мне отказал, а второй у нас это заняло несколько минут, и то я была в крайне нервном состоянии! Поэтому я и считаю, что он меня не хочет.

Бу беспомощно посмотрел на дверь, столь явно надеясь, что в каюту кто-то войдет и избавит его от этого разговора, что Матильда рассмеялась.

— Хочет он вас или нет, решайте с ним, мэм, я не могу говорить за другого человека, — дипломатично выкрутился Будевин. — А я… понимаете, я вообще не по этим делам…

— Что? — поразилась Матильда. — Ты — гей?

— Нет, хотя, как и всякий элитник, могу. Нас и этому учили. Просто… не люблю я секс. Я им перезанимался уже, на всю жизнь хватит. Если надо, то, конечно, все сделаю, но просто так… Зачем, если в жизни есть куча других, более интересных занятий?

— Ну-у-у… — Матильда вспомнила свое четырехлетнее воздержание после расставания с Зейном (откровенно говоря, у нее были редкие случаи быстрого секса с некоторыми случайными космолетчиками, но они забывались буквально на следующее утро). — Наверное, ты прав.

— Я только на корабле это понял, — поделился Бу. — Так-то меня с двенадцати лет никто не спрашивал, хочу или не хочу.

— С двенадцати? — ахнула Матильда.

— Я же крупный, к тому же хозяйка у меня была… Хорошо, что меня в четырнадцать купили и на другую планету перевезли, а то бы не выжил, наверное. Потом всю жизнь, буквально каждый день… Да и не по разу. Надоело.

— А я тебе еще даму с комиссии подсунула!

— Ой, мэм, это ерунда. Это же для дела надо было, я бы им еще несколько раз отдался, чтобы они отстали. Ведь теперь у меня есть жизнь без принуждения к сексу! И планшет! И читать я учусь… Только, извините, никак не хочу связывать свою жизнь с транспортником.

— Ну и правильно, — сказала Матильда. — Я рада, что ты понял, чем хочешь заниматься, а чем — нет. Побудешь подопечным, без проблем. Не зови пока Шеля, хорошо?

После того, как Бу ушел, Матильда задумчиво прошлась по каюте. Парни просто наелись секса. Вот оттуда и все их странности. Кирилл пошел в разнос, пользуясь свободой выбирать. Бу это не нужно, и Натаниэлю, судя по всему, тоже. Даже жалко как-то. Она вспомнила тяжелые черные пряди, струящиеся по спине Натаниэля, глубокие темные глаза, идеальное тело с едва заметными полосками шрамов от плетки. Все же медкомплекс — это не капсула, и результативность лечения ниже.

— Натаниэль, — крикнула она, выглядывая в рубку. — Зайди-ка сюда… С планшетом.

— А я? — спросил Шель, сидевший на полу у двери.

— А ты… Натаниэль тебе перекинул предполагаемых соперников? Я не хочу, чтобы ты пострадал. А еще лучше, позвоните вместе с Бу Ивану, спросите, что он вам посоветует, может, надо вам какой-то специальный витаминный напиток купить или одежду для боя. Мне нужно решить с Натаниэлем кое-какие финансовые дела.

Натаниэль, сидя на койке, молча смотрел, как Матильда мечется туда-сюда, от иллюминатора до двери и назад.

— Что случилось? — наконец, не выдержал и спросил он.

— Ты меня хочешь? — выпалила Матильда. — Без всяких этих ваших заморочек! Просто, как девушку, хочешь или нет? Не как госпожу, не как опекуншу, не как капитана! Нет, Натаниэль, не нужно думать, просто и честно ответь!

— Хочу.

— Врешь!

— Хочу.

— Нет, ты врешь! Я видела, что ты думал! Ты себе там как-то успел подсчитать, что это будет правильный и выгодный для тебя ответ. Вот и сказал.

— Нет, Матильда, вы же просили — без заморочек и не думать.

— Я тебе не верю!

— Доказать?

— Доказать? — фыркнула она. — У вас выучка элитных рабов, вы можете доказать что угодно!

— В таком случае, — спокойно сказал Натаниэль, — я могу идти? Решение финансовых вопросов было только предлогом?

— Именно! Нет, постой. А как же тот поцелуй вчера?

— Вы в себе сначала разберитесь, Матильда, а потом меня допрашивайте, — с заметным холодком ответил Натаниэль. — Что бы я вам не сказал, вы не меня услышите, а только свою обиду… неизвестно на что.

— Неизвестно на что? Неизвестно на что? — задохнулась от возмущения Матильда. — Ну, знаешь!

— Я — знаю. А вы?

Натаниэль вышел. Брошенная ему вслед подушка шлепнулась о закрытую дверь.

Шель не дождался, пока его позовут, и вошел почти сразу же. Матильда как раз лупила подушкой по койке, вымещая на ней всю злость… непонятно на кого и неизвестно на что.

— Что случилось? — спросил эльф, не рискнув приблизиться.

— У нас финансовые проблемы, — нашла Матильда более-менее подходящий повод. — А меня это всегда бесит.

— Мы слишком дорого вам обходимся?

— А ты как думаешь? — огрызнулась девушка, не уточняя, что дороже всего они обходятся ее нервам. — Ладно, разберемся. Шель, кем ты хочешь работать на моем корабле?

— Пилотом, — не медля, ответил эльф. Значит, уже думал об этом.

— Почему именно пилотом?

— У меня хорошая реакция и выносливость, — объяснил он. — Мне кажется, это самое важное. На пилота долго учиться?

— Не то, чтобы долго, если на мой корабль, но нужно будет посидеть на планете немного. Теоретические занятия, практика на тренажерах… Я училась три месяца, а потом просто самостоятельно повышала свою квалификацию. Если для крупных транспортников, то учиться дольше, для пассажирских перевозок — еще дольше, а про военное обучение я вообще молчу.

— Три месяца… С учетом денежных проблем… Курсы очень дорогие?

— Порядком. Но ты, по идее, должен получить какие-то деньги из программы по защите эльфов, тем более, что на твое проживание и питание фонды не тратятся. Надо будет у Вани спросить… вы, кстати, с ним поговорили?

— Да, он сказал, что с нами свяжется специальный человек, который во всем этом разбирается. Бой через два дня. Длится несколько суток подряд, без перерыва.

— То есть как — без перерыва?

— Много участников, их определяют по группам, потом победителей групп переводят в группу выше рангом и так далее. Конечно, у нас будут перерывы, пока дерутся остальные участники, но никто точно не знает, когда вызовут именно тебя. Поэтому с собой стоит взять энергетиков и допинг.

— А это разрешено?

— На боях без правил? Конечно. Есть только одно условие — драться только в шортах, голыми руками и ногами. Как драться, чем себя стимулировать — без разницы.

— Мне сказали, что эльфы считаются одними из лучших бойцов.

— Это так. Я же говорил вам, госпожа. Мы не только генно — модифицированы под бойцов — ведь сказочные эльфы были непревзойденными воинами, но и тренировались чуть ли не с рождения. Я не обманывал, когда говорил, что могу быть телохранителем.

— Почему тогда эльфов не выставляют на бои без правил?

— Что вы, госпожа! Мы слишком дорогие для этого. Намного дешевле купить десять опытных наемников, чем одного, самого дешевого эльфа. Тем более, эльфа из моей линии!

— Шель, почему ты решил пойти на эти бои? Я же запретила, и ты это прекрасно понял.

— Потому что вам нужен корабль. И мне нужен корабль, потому что он нужен вам.

— Да, я помню. А еще ты хочешь ребенка.

— Госпожа, — Шель подошел к Матильде, обнял ее, положил свой подбородок на ее макушку. — Мы можете меня ненавидеть, презирать, злиться… Но мы с вами связаны. Я не хочу другую госпожу, потому что я люблю вас.

— Не лги! — Матильда попробовала его оттолкнуть, но Шель не позволил.

— Я не лгу, Матильда. Это правда. Я люблю вас. Вы не только красивая девушка, вы — прекрасный человек, и вас тяжело не полюбить. Неужели вы думаете, что Зейн гоняется за вами по всей галактике только потому, что вы ему отказали? А Иван готов принять ваш звонок в любое время суток и броситься на решение ваших проблем только из-за старой дружбы?

— Не смей трогать Ваню, — зловеще проговорила Матильда. — Вы все его недостойны.

— Да, — согласился Шель. — Но это не значит, что я не могу вас любить так же сильно, как и он.

— Шель, ну что за ерунду ты несешь? Зачем? Ты хочешь меня успокоить, заставить думать о том, чего нет? Ты психически сломленный, ты обязан меня любить.

Эльф усадил Матильду на койку, сел перед ней на корточки, сжал ее ладони, заглянул в глаза.

— Я — психически изломанный, госпожа. Но не сломленный. Нет. И я не обязан вас любить, я только обязан быть вам верным и слушаться приказов. А любить… это чувство такое непредсказуемое, что его боятся трогать. Ведь некоторые своих любимых убивают во имя своей великой любви. Я люблю вас как обычный мужчина обычную женщину.

— О, что ж за день сегодня такой, — Матильде захотелось плакать. Что они все как сговорились! — Шель, давай оставим разговоры о твоей любви на потом. На какое-нибудь очень далекое потом, потому что сейчас я им совершенно не верю.

— Я вам докажу, — спокойно сказал эльф.

— Уходи, — сказала Матильда. — Иди, готовься к бою, а после него поговорим, хорошо?

Она какое-то время валялась на кровати, а потом приняла звонок Вани.

— Я у тебя на корабле переночую, — сказал он. Адвокат жевал сэндвич и куда — то шел по длинному коридору. — Надо разобраться с документами и деньгами на наших питомцев, а у меня на это время есть только ночью. И еще мне нужно поговорить с Рыжим… Да и… — тут Ивана кто-то окликнул, он махнул Матильде рукой и отключился.

Матильда встала, умылась и пошла к терминалу. Больше всего на свете она ненавидела такие периоды, когда нечего делать. Искать груз? А вдруг Бу или Шель будут так сильно избиты, что потребуется госпитализация? А вдруг они все-таки выиграют корабль? Тогда придется задержаться еще и на оформление, а потом искать уже совсем других заказчиков. Бесцельно просматривая объявления Пятого Космопорта Кайли, Матильда случайно наткнулась на кое-что интересное. Она взглянула на Рика, сидящего в соседнем кресле и улыбнулась. Деньки предстоят горячие.

— Рик! — Матильда тронула паренька за плечо. Он вздрогнул, остановил на планшете обучающий ролик и снял наушники. — Я нашла тебе занятие!

— Какое? — с некоторой опаской спросил он. Горящее энтузиазмом лицо капитана его испугало.

— Будешь учиться! Один из моих наставников открыл экспресс-курсы повышения квалификации механиков.

— Вы полагаете, что ему есть чему меня научить?

— Рик, не будь таким снобом, — Матильда тащила платиноволосого за руку. — Ты всю жизнь прожил на одном корабле, а потом перешел на мой. Ты действительно считаешь, что ты ас в механике?

— Но, капитан! Нас учили работать на всех двигателях! Корабельный раб должен быть готов к тому, что его продадут в другое место! Кто же купит механика, который ничего не знает?

— Не умничай, — велела Матильда. — Курсы всего неделю, если тебе ничего интересного не расскажут, то стрясем с них двойную стоимость. Во всяком случае, объявление это обещает.

— Двойную стоимость? — заинтересовался Рик. — А мне процент перепадет?

— Кирилл тебя испортил, — сказала Матильда.

— Это Натаниэль меня научил.

— А. Его слушай, он в финансовых делах разбирается. Перепадет тебе процент, перепадет.

21. Мечта

Старый механик, бывший наставник Матильды, Григорий Пономаренко, был одним из тех немногих учителей, которых девушка действительно уважала. Во-первых, он был непревзойденным мастером своего дела. Во-вторых, никогда даже не намекал на оплату сексом. В-третьих, и после окончания обучения поддерживал учеников советами. Наверное, жизнь Матильды сложилась бы немного по-другому, если бы она попала сразу к нему, но Григорий не брал новичков.

У проходной для персонала космопорта Матильда насильно вернула увязавшегося с ними Шеля на корабль, приказав разобраться с обещанным Ваней специалистом и не отвлекаться от подготовки к бою на всякую ерунду.

Экспресс-курсы находились за Пятым Космопортом около ремонтного дока.

— Хорошо живет, — оценила престижность расположения мастерской Матильда. — Представляю, сколько аренда стоит.

— Так он не только учит, но еще и ремонтирует, — сразу же оценил увиденное Рик. — Все помещения рабочие.

Они шли по проходу между ангарами, в которых кипела деятельность. Охранник на входе послал их именно сюда, и Матильда надеялась, что не заблудится. Шесть лет назад Григорий не имел таких площадей, ездил по заказчикам на стареньком флайере, наполненном инструментами, и откладывал каждую копейку. Теперь понятно, на что копил.

— Матильда? Ренко-145? — окликнули Матильду.

С внутренней дрожью она обернулась. Так ее могли звать только соклановики.

— Простите? — вежливо улыбнулась она. Приближающегося мужчину, торопливо вытирающего руки, она не узнала.

— Вы же Матильда, я я не ошибся? Вы звезда нашего клана!

Матильда вежливо улыбнулась.

— Я Бернар Ренко-I, младший сын главы клана.

— Очень приятно, — Матильда пожала руку сыну ненавистного Беральда, стараясь удержать лицо. — Так уж и звезда!

— Конечно, ваше лицо все знают, — кивнул Бернар.

Внешне на отца он совершенно не походил — все Ренко обладают темно-русыми волнистыми волосами и коренастыми фигурами, а этот был высокий и худощавый, к тому же имел темные волосы. Покопавшись в памяти, Матильда припомнила сплетни, что от Беральда родила одна из капитанов, расплатившись ночью за заключение весьма выгодного контракта. Сына она подкинула Беральду, когда ребенок уже подрос. Почему — Матильда не знала, но помнила, что существование сына оказалось для безукоризненного главы клана досадным сюрпризом. Тогда под ним зашаталось кресло, а жена не разговаривала целый месяц. Собственно, поэтому Матильда и помнила ту историю — по шепоткам женщин, активно обсуждающих эту пикантную историю. Мальчику, тем не менее, в семью приняли.

— И что вы хотели? — спросила Матильда.

— Да ничего, — растерялся Бернар. — Обрадовался, увидев землячку. Тут наш корабль на ремонте, не хотите подойти? Вся команда — Ренко.

— Нет, спасибо, — вежливо отказалась Матильда, хотя во рту стало кисло. Соклановцев она не любила и опасалась.

— После вашего… — сын Беральда замялся.

— Побега с планеты, — подсказала Матильда.

— Да. Отец решил, что нам стоит иметь свои корабли и своих пилотов. Мы теперь сами доставляем продукцию заказчикам.

«И, конечно же, были бы очень рады еще одному транспортнику и опытному капитану с лицензией», — поняла Матильда. Она уже успела рассмотреть корабль соклановцев — старый, еще старшее ее «Сырка», транспортник. Да, купить корабль не так уж и легко, а пробиться в грузовые перевозки и того тяжелее. Вряд ли Беральду так просто отдали возможность самому возить грузы. Экологически чистые продукты попадали под особую статью, и именно поэтому Матильда никогда с ними не связывалась.

— Удачи в торговых делах, — пожелала она. — Извините, я спешу.

Она заторопилась к кабинету Григория, надеясь, что это не похоже на бегство.

— А почему… — начал было Рик, но капитан прорычала «Заткнись», и парень решил за лучшее не задавать никаких вопросов.

Пономаренко сразу же узнал Матильду, вышел из-за стола и распахнул объятия.

— Мотя, — обрадовался он. — Что тебя привело в мою скромную мастерскую?

— Да ладно вам, наставник, — фыркнула Матильда. — Скромную! Это в каком месте она скромная?

— В моем кабинете, — рассмеялся он. Кабинет у Григория действительно был обставлен крайне непритязательно. Такое ощущение, что мебель в него притащили со свалки. — О! Матильда! — его голос посуровел. — Ты что, купила себе корабельного раба?

Пономаренко всю жизнь прожил на Кайли и рабство ненавидел.

— Погодите, наставник! — испугалась Матильда тому, что он ей укажет на порог, не дождавшись объяснений. — Я его не покупала. Я его… хм… — нужная версия быстро нашлась, — избавила от рабства. Теперь я его опекун, а Рик работает на моем «Сырке» механиком. Чтобы он мог получить гражданские документы, ему нужен диплом. Вот, нашла объявление про ваши курсы. Вы могли бы помочь?

— Хм… — Григорий внимательно рассмотрел Рика, потом поднял его руку и щелкнул по личностному браслету пальцами. — Правду сказала. Даже браслет ему купила, молодец.

— У меня еще четверо таких на корабле, — вздохнула Матильда. — Урожайный выдался полет. Только механик из них, увы, всего один.

— А остальные?

— Трое — из элитного питомника, а один — вообще эльф.

— Эльф? Мотя, а эльфа ты где взяла?

— Выловила в космосе.

Григорий недоверчиво перевел взгляд на Рика.

— Да, в спасательной шлюпке, — подтвердил он. — Может, слышали про крушение «Авроры»? Эльф оттуда.

— Потрясающе, — сказал Григорий. — Ну что ж, малыш, пойдем посмотрим, чему ты научился на своем корабле.

— Наставник, так вы его берете?

— Конечно. И даже бесплатно. Когда ты улетаешь?

— Не раньше, чем через неделю, а может и позже.

— Отдашь на это время мальчонку мне?

— Капитан, мэм… — испугался Рик и схватился за ее руку.

— Не волнуйся, — сказала Матильда. — Просто Григорий спит всего пять часов в сутки, а остальное время работает. Хотел бы ты пробежать такой марафон длиной в неделю?

— О, да!

— Пришли кого-нибудь с его вещами, — велел Григорий. — Если что, он тебе позвонит, да, малыш?

Рик кивнул, полностью захваченный открывающимися перспективами. Через минуту они с Григорием в ближайшем ангаре уже копались в каком-то двигателе.

Матильда, довольно улыбаясь, пошла обратно на корабль. Теперь она знала, как избавиться от квашеной капусты — подарить ее Пономаренко в качестве благодарности за заботу о Рике. Помнится, он очень уважал такое. Почему-то на Кайли квашеные овощи было невозможно найти, и любителям приходилось готовить их самостоятельно.

— Матильда! — ее догнал Бернар. Он переоделся и в обычной одежде выглядел довольно симпатичным. — Вы не откажетесь выпить со мной чашку кофе?

— Откажусь.

— А…

— Откажусь. Бернар, ничего личного, но с Ситечко я не хочу иметь никаких дел.

— Я вас понимаю, но неужели вам даже не интересно, как живут ваши родные? Я с удовольствие расскажу.

— Не интересно. Потому что в их жизни не изменилось ничего. Разве что увеличилось поголовье что родных, что животных. Бернар, я переписываюсь с родителями, — правда, раз в год, но ему этого знать не следует. — Поэтому новостями вы меня не удивите.

— Матильда, я капитан корабля, разве нам, двум капитанам, не о чем поговорить.

— Нет, — отрезала Матильда.

Бернар схватил ее за руку.

— Послушайте, Матильда, я влюбился в вас сразу же, как только увидел!

— Не смешите меня, — девушка возмущенно вырвала руку и ускорила шаг.

— Я серьезно! Я столько лет слышал о вас! Вы всегда казались мне самой необыкновенной девушкой на свете! Переиграть моего отца может не всякий! А вы не только улетели с планеты, у вас есть собственный корабль! Вы стали капитаном без чьей-либо помощи! А когда я вас увидел, понял, что вы не только необыкновенная, но еще и очень красивая!

— Господи, — вздохнула Матильда, — почему же мне так везет на придурков, а? Отстань от меня, пожалуйста!

Бернар задумался, а потом предложил:

— Матильда, а вас заинтересует договор с кланом Ренко на…

— НЕТ! — завопила Матильда. — Не заинтересует!

— Хорошо, хорошо, только не кричите! — Бернар, дождавшись, пока она успокоится, внезапно толкнул девушку к стене ремонтного дока, перехватил ее руки и впился поцелуем в ее губы.

Озверевшая Матильда ударила его коленом по яйцам, потом, когда он согнулся, ребром ладони по шее и добавила пинком по почкам.

— Как же я вас с папашей ненавижу! — прошипела она.

— Я… всегда… мечтал… о такой… — прохрипел Бернар.

Матильда закатила глаза и потопала к магазину, где купила шоколадных конфет, чтобы хоть как-то подсластить свою жизнь.

* * *

Над документами они с Ваней корпели до до поздней ночи, а потом сил хватило только на то, чтобы упасть на койку. Шель, конечно же, примостился на полу, и адвокат не мог этого не отметить:

— Что, собираешься блюсти нравственность Матильды? — поинтересовался он, свешиваясь с койки.

— Нет, — с каменным лицом ответил эльф. — Я всегда тут сплю.

— И как оно, слышать, как твоя госпожа занимается сексом с кем-то другим?

— Ваня! — Матильда толкнула друга в бок.

— Я не только слушаю, я еще и присоединяюсь, — ответил эльф.

— Ого! — восхитился Иван. — Серьезно? Мотя, я тебя не узнаю! И как оно, участвовать в групповушке?

Матильда отчаянно покраснела и спрятала голову под подушку.

Иван пощекотал ее шею.

— Мотя, не прячься. Знаешь, я всегда мечтал заняться групповым сексом. Но по молодости денег не хватало, а теперь репутация не позволит. Мотя! Давай потрахаемся!

— Ваня, у тебя совсем крыша полетела? — спросила Матильда. — Ну правда, совсем? Что за странные предложения?

— Почему они странные? — удивился Ваня. — Разве ты не знаешь, что принять участие в групповухе — одно из тайных желаний каждого мужчины? Мотя, прошу по-дружески, мне не с кем больше осуществить мечту! Если я появлюсь в борделе, об этот тут же узнают журналисты! Особенно после организованной мной пиар-компании, в которой мы выступаем благородными спасителями угнетенных рабов. Как-то не вяжется благородный облик с походом в бордель верного мужа.

— Вот-вот, Ваня, ты жене рога собираешься наставить!

— Ничего подобного. Технически, это я тебе рога наставляю, потому что ты появилась в моей жизни значительно раньше Веры, да и люблю я тебя, а не ее. И кого я еще могу о таком попросить, а?

— Ладно я, но Шель? Он не…

— Я согласен, — перебил Матильду эльф.

— Что? — вылупилась на него девушка. — На что ты согласен?

— На групповой секс с тобой и Иваном.

— Ну уж нет! Видела я, как ты смотрел на Натаниэля только потому, что мы невинно поцеловались. А Ваня для меня самый близкий человек, очень не хотелось бы, чтобы ты на нем потом сорвался.

— Госпожа, — Шель сел на койку, серьезно посмотрел на Матильду, на притихшего Ваню, — я не дурак. У меня идеальные гены, даже если вы не доверяете моей сообразительности, хотя бы мое происхождение должно дать вам понять, что я способен усвоить базовые для нашего и вашего существования вещи. И то, что в них входит Иван, я прекрасно понимаю. И то, что вы его хотите, а он вас хочет, я чувствую. Так почему бы и не заняться тем, что он предлагает?

— Ну… я не знаю… — замялась Матильда, а потом вдруг разозлилась сама на себя.

Почему она себя так ведет, ведь уже давно не девочка. Ваня действительно для нее самый близкий человек, и в каких только видах он ее не наблюдал! Сейчас у него тяжелый период, и она действительно может его утешить и подарить удовольствие. А Шелю, если он посмеет на Ваню бросить хоть один кривой взгляд, все кости переломает, благо ему сопротивляться привязка не позволит. Так почему бы и нет?

Поймав полный надежды взгляд Вани, Матильда наклонилась и поцеловала друга.

— Значит — да? — уточнил Ваня, когда она остановилась, чтобы перевести дыхание. — Мотя, ты уверена в том, что сейчас соглашаешься трахаться одновременно со мной и Шелем?

— Да, — Матильда стащила футболку, вдруг почувствовав себя легкой, как воздушный шарик. — Согласна! Приступаем!

Она наклонилась и стала целовать Ваню так, как уже давным-давно никого не целовала. Пожалуй, последний раз она это делала как раз в середине отношений с Зейно, когда стесняться уже перестала, тело любовника изучила, а страсть полыхала, как пожар на сухом поле. Губы, щеки, шея, прикусить мочку уха, пройтись языком по лихорадочно бьющейся жилке, скользнуть к ключицам.

В это же время Шель ласкал ее спину, каким-то неведомым образом находя там эрогенные зоны. А уж когда он опустился и прикоснулся языком к копчику, Матильда выгнулась и застонала. Вот уж не знала, что это ее так возбудит!

Услышав ее стон, Ваня бережно переложил девушку на спину и принялся целовать ее грудь, сжимая, легонько пощипывая, теребя пальцами один сосок, а другой слегка покусывая. Ване всегда нравилась ее грудь, пышная и мягкая, как у многих крепких девушек. И то, что он делал с ней сейчас, вполне подходило под определение «дорвался».

Не в силах сдержать стоны, Матильда вцепилась в его волосы, растрепав безукоризненную укладку преуспевающего адвоката. А когда Шель, закончив ласкать ее живот, раздвинул бедра девушки, прижавшись губами к ее истекающему влагой лону, то и вовсе в порыве чувств так дернула Ваню за пряди, что ему пришлось оторваться от своего увлекательного занятия, чтобы перехватить руки Матильды над ее головой. Чтобы девушка не обижалась, он нежно поцеловал каждый ее пальчик, потом пососал их, запуская в рот то по одному, то по два, а потом, когда Матильда, широко открыв глаза, в судороге выгнулась на кровати, легонько провел ногтем по ее ладошке.

Каким образом Матильда оказалась на четвереньках, она не помнила, пребывая в посторгазменной истоме. Нежное нажатие на подбородок — и в ее приоткрытый рот ткнулся член Ивана. Адвокат уже стоял на ногах, позаботившись, чтобы девушке было удобно ласкать его ртом.

Сзади пристроился Шель. Кончик его возбужденного достоинства был прижат ко входу в Матильду, но эльф не двигался. «Чего он ждет?» — недовольно подумала Матильда, покачав бедрами туда-сюда. Легкий смешок дал понять девушке, что эльф знает, чего она хочет, но пока не намерен давать желаемое.

Оральные ласки Матильда любила. Может быть потому, что ее ими никогда не заставляли заниматься, и по-настоящему изысканное удовольствие от этого вида любви ее научил получать Зейн, сам великий любитель довести женщину до оргазма именно языком. Поэтому она радостно облизнула шелковистую головку, скользнула языком по стволу, поцеловала яички и вернулась обратно. Ваня застонал, а когда она глубоко погрузила в свой рот член, даже вскрикнул. Он сжал руки на ее плечах, двигая бедрами, подсказывая, какой ритм ему нравится больше всего.

Подождав, пока Матильда полностью увлечется процессом, Шель вошел в нее быстрым движением, точно поймав нужный момент. И они втроем задвигались в одном ритме, скручивающем спирали возбуждения до упора, чтобы потом высвободить их по очереди, заключив любовников в единую цепь удовольствия.

Отдышавшись, Матильда обнаружила, что без сил валяется на животе, свесив голову вниз. Над ней, тяжело опираясь на руки и шумно дыша, с трудом стоял Ваня. На головке его слегка поникшего члена виднелась последняя капелька, которую девушка не успела слизнуть. А Шель ласково гладил ее ягодицы и бедра.

— Ну, что? — хрипло спросила Матильда. — Исполнение мечты не разочаровало?

— Ох… — Ваня плюхнулся на пол. — Охо-хо… Ну должна же была хоть одна моя мечта исполниться так, как надо… Я бы повторил, на самом деле, но…

— У тебя завтра утром встреча, — подхватила Матильда.

Ваня сокрушенно кивнул.

— Но вы же еще не скоро улетаете, — воспрянул он духом, осторожно поднялся и спросил:

— Ты как, до душа дойдешь или принести мокрое полотенце?

— Где-то на тумбочке салфетки должны валяться, — лениво сказала Матильда. — Шель, переверни меня, а? И на подушку положи. Совсем шевелиться не хочется.

— Вот поэтому и нужна групповушка, — сказал Ваня, кидая эльфу пачку влажных салфеток. — Чтобы мужчины потом могли нормально поухаживать за своей женщиной. Сомневаюсь, что мне хватило бы сил и за салфетками сходить, и тебя перевернуть. Двигайся, я ложусь. Мы вместе спим или как?

— Да как-то стыдно Шеля выгонять, — пробормотала Матильда уже с закрытыми глазами. — Но ты, Ванька, куда шире Рика, так что не крутись и не пинайся, а то сам на пол пойдешь.

Шель привычно лег у стенки, поцеловал Матильду в щеку и натянул на них троих одеяло. Девушка уже спала, закинув на Ваню ногу.

22. Соклановцы

Разбудил всю компанию Рик, постучавший в дверь каюты. Судя по грохоту, стучал он уже не первую минуту, и уже перешел к пинкам.

— Что за шум? — подняла голову с подушки Матильда. Огляделась и удивленно спросила: — А где Ваня? Уже ушел?

— Тут я, — раздалась с пола. — Вы, засранцы, меня с койки на пол столкнули! Пришлось на постели Шеля спать. Который час?

— Десять, — жизнерадостно отозвался из-за двери Рик.

— Вашу мать! — взвыл Ваня, вскакивая. — Вот я баран! У меня в семь звонил браслет, я отключил звук и продолжил спать! Я опоздал, а, проклятье, пятнадцать пропущенных звонков!

— Капитан, к вам капитан «Ласточки Ренко» господин Бернар Ренко-І. Требует встречи.

— Пошли его на… — сказала Матильда. — Для всех родственничков меня нет и не будет. Погоди-ка… А как его корабль называется?

— «Ласточка Ренко», — ответил Рик.

Матильда захохотала. Да, с фантазией у ее соклановиков плохо.

В санузле Ваня отдавал распоряжения помощникам и, судя по сдавленным проклятиям, пытался одновременно бриться.

— Ты слышал стук в дверь? — спросила Матильда, потянувшись и едва не замурлыкав под умелыми пальцами Шеля, разминавшими ее плечи.

— Конечно, — ответил он. — И вибрацию браслета Ивана. Но вы ничего не говорили на счет побудки, вот я вас и не трогал.

— И правильно, — решила Матильда. — Ване стоило выспаться… Тем более, что мы его с кровати столкнули.

— Не столкнули, — возразил Шель. — Он сам с нее слез. Вы коленом случайно по его члену ударили. От такого кто угодно в другое место спать пойдет.

— Вот же ж, — расстроилась Матильда. — Надо будет извиниться. Все-таки койка у меня маловата для такого количества народу, Рик у́же, и ему не перепадало.

— Что, еще валяетесь? — Ваня вышел из ванной, тряся мокрыми волосами.

— Ну, мы не успешные адвокаты, так что можно и поваляться, — ответила Матильда. — А у тебя что?

— Я сказал, что в моих услугах возникла срочная жизненная необходимость у одного клиента, вот и задержался. Впрочем, я помощникам что, зря зарплату плачу? Вроде нормально они отработали, приеду проверю…

Его слова опять перебил стук в дверь.

— Капитан, он не уходит, — доложил Рик. — Говорит, что ваш корабль принадлежит ему, и он имеет полное право в него войти. И только вежливость не позволяет.

— Что за черт? — Матильда вскочила и принялась одеваться. — С каких пор МОЙ корабль вдруг стал принадлежать клану Ренко? Ваня?

— Вот и жизненная необходимость, — печально сказал Иван. — Неужели я сглазил? Матильда, тебе сейчас же нужен муж!

— Да на кой мне муж! — завопила Матильда. — У меня корабль отбирают!

— Мотя! Заткнись и слушай! — жестко приказал Иван. — Сейчас же выбери из своих мальчиков кого-то потолковее, пусть выступит твоим мужем в ближайшее время. Шель, ты телохранитель.

— А почему не муж?

— Где ты видел мужа-эльфа? — рявкнул Иван. — Не время ревновать. Рик, скажи, что Матильда сейчас выйдет!

— Натаниэль! — прыгая в одной штанине, выскочила в рубку Матильда. — Будешь моим мужем!

Натаниэль, конечно же, уже наблюдавший за развитием событий, только поднял брови, а Кирилл прокомментировал:

— Вот так и делаются предложения в мире, потерявшем романтику.

— Когда свадьба? — спросил Натаниэль.

— Уже была, — ответил Иван. Он снова принял облик преуспевающего адвоката, и Матильде только и оставалось, что подивиться скорости происходящих с ним метаморфоз. — Пойдемте.

Бернар пришел не один. Скорее всего, пятерка сопровождающих была всей его командой. Матильда прикинула расстановку сил и успокоилась. С этими вчерашними фермерами справится даже один Бу, а Ваня тонким слоем размажет их законами по покрытию стоянки.

— Что за переполох с утра пораньше? — недовольно спросила она. — Бернар, тебя в гости не звали, а уж остальных и подавно!

— Тильда, ты меня разве не узнаешь? — спросил один из пришедших.

— Нет, — откровенно призналась Матильда. Парень был однозначно Ренко, а вот кто?

— Но как же… Я ведь твой кузен, Зигмунд! — растерялся один из Ренко.

— Да хоть родной брат, — пожала плечами Матильда. Она-то и к родным особых чувств не испытывала, а уж к двоюродным и подавно. Слишком далеки они были друг от друга, что в интересах, что в расстоянии. Но, родных братьев Матильда, пожалуй, узнала бы. Они раз в год обменивались с родителями фотографиями, и блудная дочь клана все же имела представление и о внешности, и о количестве ближайшей родни. Кузен Зигмунд к такой родне не относился, во всяком случае, его на фотографиях Матильда не помнила.

— И что вам всем здесь нужно? — спросил Натаниэль.

— Матильда, мне нужно переговорить с тобой наедине, — сказал Бернар.

— И для этого ты притащил сюда всю эту толпу? — насмешливо спросила Матильда.

— Я очень надеюсь, что до использования «всей этой толпы», как ты выразилась, дело не дойдет, — ответил сын Беральда. — Нам нужно поговорить.

— Не думаю, — сказал Натаниэль, и Матильда почувствовала, как он обнимает ее за талию и бережно прижимает к себе. — Если вы хотите что-то сказать моей супруге, то говорите в моем присутствии.

— Супруге? — вытаращился Бернар. — Разве ты замужем, Матильда?

— Еще как, — ответила она. — Почему я не могу быть замужем, собственно?

— Бернар хотел тебе это предложить, — бесхитростно сказал Зигмунд, чем заслужил разъяренный взгляд капитана. — Представляешь, как бы это подняло вашу — и нашу тоже — семью по клановой иерархии!

— Плевать мне на клановую иерархию! — Матильда покосилась на невозмутимого Ваню. Провидцем он заделался что ли?

— Но на законы тебе не наплевать, правда? — спросил Бернар. — По закону твой корабль принадлежит клану. Если не отдашь и не согласишься с нами работать, он подлежит конфискации.

Пока Матильда, судорожно глотая воздух и не в силах обрести дар речи от возмущения, цеплялась за Натаниэля, Ваня включил планшет и занудным голосом сказал:

— Прошу привести в доказательство ваших слов подтверждение финансового участия клана в покупке и содержании корабля.

— Она из клана Ренко, какие могут быть еще доказательства?

— Согласно правовому статусу гражданки ФПП, она не принадлежит клану, так как является членом отдельной ячейки общества.

— Мой отец не давал ей разрешения выйти из клана! — выкрикнул Бернар.

— У Матильды Ренко имеются документы полноправной гражданки общефедерального значения, — напомнил адвокат. — Соответственно, она имеет право строить свою жизнь так, как считает нужным.

Сын главы клана заскрипел зубами. Получив эти документы, Матильда переиграла Беральда по всем фронтам. Единственное, что он мог сделать ей в отместку — не подписать прошение об исключении из клана. Но, формально, Матильда в некоторых вопросах была полностью свободна.

— Ее супруг не принадлежит к клану, поэтому, — Ваня развел руками. — У вас нет вообще никаких прав. Ни на что.

— Документы покажите! — потребовали соклановцы.

Адвокат помахал в воздухе планшетом, на экране которого виднелась фотография Натаниэля.

— Сначала вы покажите ваши, подтверждающие требования и дающие право на такую наглость.

Родственнички переглянулись, попрощались и ушли.

— Боюсь, они на этом не успокоятся, — вздохнула Матильда. — Ваня, что мне делать? На самом деле замуж выходить? Не хочется как-то… Я и так Беральда ненавижу, а если из-за его сыночка еще и замуж придется выйти…

— Спокойно, — ответил Иван. — Замуж выходить не нужно, наличие мужа — это лучший способ отвадить от тебя наглых фермеров. Если что, Натан, ты сможешь дать особо ретивым по морде?

— С удовольствием, — усмехнулся Натаниэль.

— А что с их притязаниями?

— Я подготовлю все документы, и они чихнуть побоятся, — пообещал Ваня, чмокнул Матильду в щечку и помчался на работу.

* * *

После завтрака молчание первым нарушил Натаниэль.

— Матильда, может, вы все же расскажете нам про своих родственников? — спросил он. — Надо же как-то подготовится к тому, что может ожидать в будущем.

— У меня много родственников, — сказала Матильда мрачно. — Целый клан. Он владеет четвертью сельскохозяйственной планеты Ситечко. Я оттуда удрала в пятнадцать лет и ни разу об этом не пожалела. Глава клана до сих пор не может этого пережить. Вот и вся история.

— Очень краткое содержание предыдущих серий, — прокомментировал Кирилл. — А этот твой родственничек с чего вдруг воспылал такой любовью?

Матильда вздохнула.

— Я его вчера видела в мастерской, и он сказал, что всегда мной восхищался и мечтал о такой, как я.

— Да вы, Матильда, сердца направо и налево разбиваете! А еще спрашивали, хочу ли я вас, — простодушно сказал Бу.

— Ого! — восхитился Кирилл, не обращая внимания на толчок под ребра от Натаниэля. — И что ты ответил?

— Что не хочу. Матильда, я что-то не то сказал?

Девушка закрыла лицо руками. Ох, как стыдно-то!

— Не переживайте, — Натаниэль присел рядом, обнял ее за плечи. — Вполне естественно, находясь в замкнутом помещении с кучей мужчин, выяснить их намерения.

Матильда сбросила его руку. Она не ребенок, чтобы ей требовалось утешение и оправдание ее действий!

— Я действительно хотела узнать, хочет ли меня Бу, потому что я тоже его хотела! — решительно сказала она. — Да, Бу, хотела, потому что ни разу в жизни не спала с таким великаном, и мне интересно — как оно!

— Ну, если интересно… — Бу поднялся из-за стола. — Пойдемте в каюту.

— Нет! Ты же сказал, что не хочешь, зачем мне тебя принуждать?

— Ну не то чтобы не хочу, если надо, то все смогу в лучшем виде…

Кирилл засмеялся. Натаниэль покачал головой, а Шель смотрел на Бу злым взглядом.

— Давайте оставим этот разговор, — попросила Матильда. — И вообще, займитесь-ка делом!

Подавая подчиненным хороший пример, капитан села за терминал и углубилась в изучение профессиональных новостей.

Через несколько часов ей позвонил Григорий.

— Мотя, а Рик у тебя?

— Нет, — удивилась Матильда. — Он должен быть у вас, на учебе.

— Да, я его послал с поручением, но он уже давно должен был вернуться. Я звонил ему за последние полчаса раз десять, но мальчик не отвечает!

Сердце Матильды рухнуло куда-то вниз. Несколько мгновений она сидела, прижав руки к груди.

— Рик пропал? — пересохшими губами прошептала она.

— Попробуй ему позвонить. На капитанский вызов он обязан ответить.

Матильда дрожащими пальцами набрала номер. Но ответил на звонок не Рик, а… Бернар!

— Мне следовало догадаться… — простонала Матильда. — Что ты сделал с моим механиком?

— Ничего такого, — сын Беральда повернул руку с браслетом Рика, показал паренька. Закипая, Матильда рассмотрела разбитые губы, затекший от удара глаз, хорошо, хоть нос не сломали.

— Вы его избили!!! — воскликнула она. — За что?

— Он не хотел с нами идти, но пришлось. Если тебе дорог твой механик, приходи к нам на корабль, — сказал Бернар.

— Ты понимаешь, что я могу вызвать полицию и охрану космопорта? — спросила Матильда.

— Конечно. Но разрешение на вылет у нас есть, тридцать секунд — и мы уже в небе. И тогда своего парня будешь забирать на Ситечко.

— Ты мерзавец, — сказала Матильда. — Весь в папочку!

— Родная кровь — не водица, — ухмыльнулся Бернар.

— И что вам мешает взлететь, стоит мне пересечь ваш шлюз? — спросила Матильда.

— Ничего, но я даю слово чести, что хочу просто с тобой поговорить. Наедине. Без мужа.

— Бернар, чего ты добиваешься? На планету я не вернусь, это позволит Беральду при прохождении паспортного контроля этот самый мой паспорт аннулировать. Наш разговор я записываю. — Спасибо Ване за идею! После того, как он привез парням браслеты, настоятельно рекомендовал Матильде записывать все разговоры, чтобы потом хитроумные подчиненные не говорили «не было такого, вы не давали это поручение». Пригодилось. — Так чего ты хочешь?

— Просто поговорить, — не сдавался Бернар. — Иначе твой механик совершит увлекательное путешествие на Ситечко, посетит, так сказать родные места своего капитана.

— Я не отпущу свою жену без телохранителя, — сказал подошедший сзади Натаниэль. — Это даже не обсуждается. Если вы не согласны, то можете улетать. Механика мы найдем, а вот на вас повесят похищение человека и вывоз на другую планету. С торговой лицензией попрощаетесь навсегда.

Бернар задумался.

— Хорошо, — неохотно ответил он. — Телохранителя можно. Я кидаю координаты нашего корабля, а то пока найдете его на парковке…

— Звони Ивану, — сказала Матильда Натаниэлю. — Вот же козлина! Ну ты подумай! Дал Бог родственничков! Шель, идем. Набьем им морды и заберем Рика. Они у меня узнают, как связываться с Матильдой Ренко-без-всяких-номеров!

* * *

Найдя «Ласточку Ренко», Матильда со злорадством отметила, что место для парковки у соклановиков куда хуже, чем у нее. И до грузового выхода нааамного дальше. Не особо-то им Беральд денег выделяет, хотя мог бы и раскошелиться!

У трапа околачивался Зигмунд. Увидев Матильду с Шелем, выходящих из курсирующего по огр. парк. спецтакси, он бросился к ним и зашептал:

— Я был против, с самого начала против!

— Я это учту, — пообещала Матильда. — Когда буду громить ваш корабль, тебе достанется меньше всего.

— Ты так серьезно настроена, — испугался Зигмунд.

— Ну а ты что думал? Похищать моего человека, угрожать мне — и я это так оставлю? Вы совсем страх потеряли на своей отсталой патриархальной планете!

Входила Матильда на корабль спокойно и даже с улыбкой. Обо всем они с Шелем договорились еще по дороге.

— Привет, Бернар-самоубийца, — поприветствовала его Матильда, входя в крошечную рубку управления. — Рик, как ты?

Пареньку связали руки, и его крепко держал один из Ренко. С ножом у горла.

— Нормально, — выдавил платиноволосый.

— Бернар, зачем нож? — спросила Матильда. — Как-то это совсем не похоже на мирные переговоры.

— Это чтобы ты не совершала глупостей, — пояснил сын главы клана. — А то мало ли.

— Я глупостей совершать не буду, — пообещала Матильда, проходя и усаживаясь в кресло капитана. Онемевшие от такой наглости соклановики молча проводили ее взглядами.

— Итак, — она подперла подбородок ладонью, — что вы скажете?

— Я предлагаю тебе, Матильда, развестись с мужем, выйти замуж за меня и продолжать летать, но только с грузами клана.

— Все? — спросила девушка и демонстративно зевнула. — И что вас вообще заставляет думать, что я соглашусь? Любовь к клану? Так я его не люблю. Твоя, Бернар, неземная красота? Так мой муж красивее во много раз. Деньги? Так у меня их достаточно. Что?

— Отец сказал, что, если ты не выйдешь за меня замуж, твоей семье не поздоровится, — самоуверенно ответил Бернар.

— Даже таааак? — протянула Матильда. — Я до последнего надеялась, что Беральд до такого не опустится! Ему власть совсем крышу сорвала? Ладно, видимо он забыл, что бывает с теми, кто становится у меня на пути. Шель!

Стоявший до этого незаметно в тени в тени эльф мгновенно превратился в вихрь, который разметал незадачливых похитителей по рубке. Тот, который держал нож, даже не успел сообразить, что случилось. Пока он летел на пол, получив удар в челюсть, нож уже разрезал веревку Рика.

Паренек бросился в объятия Матильды.

— Я за тебя очень волновалась, — сказала она, погладив по мягким платиновым волосам.

Потом подошла к Бернару, которого Шель держал в болезненном захвате:

— Передай отцу, что если он хоть что-то сделает моей семье, то у меня хватит сил устроить то же самое на планете. Желания у меня предостаточно. Понял?

— Шлюха, — выплюнул Бернар. — Я к тебе со всей душой…

Хрясь — и сын клана взвыл, а его рука теперь торчала под каким-то немыслимым углом.

Завибрировал браслет, и на мониторе появился Ваня. Мрачный, но сосредоточенный.

— Дай-ка мне этого придурка, — сказал он.

Хрясь. Вой — это Шель вставил руку Бернара обратно в сустав.

— Вам закрыт доступ на Кайли, — сказал адвокат. — Навсегда. И есть одна минута, чтобы улететь. Иначе вас арестуют, а имущество конфискуют.

— Вся моя команда без сознания, потому что нас избили! — завопил Бернар. По его лицу текли слезы боли, отчаяния и унижения.

— Меня это не волнует, — холодно сообщил Ваня. — Как и полицию. Матильда, на которую вы набросились сами, не вышла за пределы самообороны. Это все.

— Прощай, неудачник, — улыбнулась Матильда раздавленному сыну главы клана. — Передай мое послание своему папаше.

23. Ночь

День боев без правил наступил как-то совершенно неожиданно — во всяком случае, для Матильды. В ночь перед событием она от волнения не могла заснуть. Чтобы не мешать остальным, она сообщила, что будет ночевать в своей квартире — чтобы Шель и Бу, переселенный в третью каюту, могли выспаться спокойно.

На сами бои она не собиралась, признавшись, что смотреть на это выше ее сил. К счастью, эльф успел рассказать об особенностях своего организма до того, как от переживаний Матильдина голова полностью перестала соображать. Оказывается, когда Матильда его избивала, он специально расслабился и подставлялся так, чтобы она могла причинить ему как можно больше боли. Потому что ему казалось, что госпоже так хочется. А во время драки он будет максимально собран, и тело не будет получать подсознательные сигналы «сломайся, сломайся».

Пометавшись по квартире, Матильда споткнулась о собственную же сумку, рухнула на пол, да так и осталась лежать. Она ничего не могла сделать, кроме как непродуктивно ругать себя за беспомощность и мягкотелость. Ну что ей стоило жестко запретить Натаниэлю даже думать об идее добыть корабль!

С самого раннего детства Матильда руководила своей жизнью, но сейчас от нее не зависело ничего. Вообще ничего! Шель и Бу будут сражаться, Ваня и его знакомый провели масштабную подготовку к этому событию, Кирилл наделал кучу ставок, выгреб под это дело все деньги, заработанные парнями, еще и у Вани занял. Сам же адвокат вечером позвонил Матильде и убедительно попросил, чтобы она не поддавалась панике и не отменяла все мероприятие. Дескать, женщины только и рады все начать, но обломать на полпути. Матильда, которая именно это и собиралась сделать, собрала вещи, приказала парням хорошо отдохнуть и сбежала в квартиру, чтобы тут без помех предаваться страданиям.

Завибрировал браслет. Матильда лениво скосила взгляд на экран. Ну, конечно же, заботливый Натаниэль!

— Матильда, впустите меня, пожалуйста, — вежливо попросил черноволосый.

— Не пущу! — заявила Матильда. Спелись они с Ваней, спелись!

— Тогда я буду стоять здесь, пока не пустите, — пожал плечами Натаниэль и опустился на колени. Прямо перед входной дверью в дом.

Матильда прикинула, что скажут жильцы стоэтажного небоскреба, с какой скоростью появится полиция, как быстро они выяснят, кого ждет Натаниэль, и в каких размерах ей выпишут штраф за нарушение общественного порядка. И Ваня не поможет, сам же это и затеял!

Скрипя зубами, она нажала кнопку на домофоне. Стоило на пороге появиться Натаниэлю, как она на него накинулась:

— Вам с Иваном не кажется, что вы слишком много на себя берете?

— Нет, — коротко ответил Натаниэль.

— Нет? Нет? А мне кажется!

— Вам кажется, — совершенно спокойно ответил наглый подчиненный.

— Это шуточки в стиле Кирилла! — обиженно заявила Матильда. — Тебе они не идут.

Натаниэль едва заметно улыбнулся.

— Откуда вы знаете, может быть, это как раз мой стиль, который перенял Кирилл?

— С тобой невозможно разговаривать, — сдалась Матильда и отправилась обратно на уже нагретое местечко на полу, прижавшись щекой к деревянным доскам. Помнится, Ваня этому особенно радовался — как же, не пластик, настоящее дерево! Матильда еще успела подумать, насколько неприятно лежать и предаваться размышлениям на пластике, как перед ее глазами остановились узкие ступни с аккуратными пальцами. Натаниэль присел рядом, скрестил свои идеальные ноги в лодыжках.

— Я никогда не обращала внимания на мужские ступни, — сказала Матильда. — А они, оказывается, красивые.

Она протянула руку и пощупала стопу Натаниэля. Смуглая кожа, мягкая и шелковистая.

Парень не смог сдержать смешок.

— Красивые ступни не у всех.

— Я понимаю, — отозвалась Матильда. — Не нужно мне рассказывать про ваши идеальные гены. И про то, как некоторым клиенткам нравится их целовать…

— Лизать, — поправил Натаниэль.

— Я же просила!

— Подумал, что вы, наверное, не знаете, что можно сделать…

— Не знаю, и знать не хочу!

— Вы уверены? — от провокационного тона Натаниэля по телу Матильды прошлась горячая волна.

Почему-то вдруг вспомнилось, как Зейн иногда целовал ее ноги, начиная от пальчиков и заканчивая выступающими тазовыми косточками. И как это было приятно, и насколько быстро заканчивалось. А вот Натаниэль, если его попросить, действительно покажет, что же можно сделать для того, чтобы ощутить все разнообразие ласк для ног.

Но нет! Она не даст так легко сбить себя с курса! Она знает, что только дай волю, обученные искусству любви питомничные рабы покажут все свои умения.

А ей не хотелось ничьих умений. Она хотела лежать на полу и страдать! В конце концов, имеет право? Или нет?

В последнее время она и так много страдала, и вообще, как-то совсем расклеилась. Именно поэтому на нее сыплются неприятности. Потому что она свернула с единственно верного пути!

— Сейчас мы будем искать клиентов! — заявила она Натаниэлю. — Что бы там не получилось с боями, мой корабль всегда при мне, и я его нагружу!

— А если Шеля поместят в госпиталь? Он не сможет долго обходиться без вас! — напомнил Натан ей причину, по которой Матильда все это время бездействовала.

— Значит, пусть его подлатают по-быстрому, потом уложим в капсулу и улетим! А за Бу оставим присматривать Ваню.

Натаниэль покачал головой, но свое мнение решил оставить при себе.

Но стоило Матильде протянуть руку за планшетом, как ожил браслет. Звонил Зейн. Раз звонок принял браслет, а не терминал, значит, Карат прилетел на Кайли. И скучать Матильде уже некогда.

— Ти-ти! — улыбнулся Зейн в экран. Он, по привычке, лежал голый, но на этот раз так прикрылся простыней, что это зрелище непроизвольно пробуждало фантазию. Хотя что там делать фантазии, когда Матильда прекрасно помнила, помнила сокрытое под простыней и как этим Зейн пользуется. А так же удовольствие, которое он способен подарить…Стоп! — Ти-ти, ты что, на полу лежишь?

— Угу, — ответила Матильда, присматриваясь к картинке на экране. Судя по тщательно разложенным складкам, к сцене Зейн тщательно готовился. Ага, даже тело маслом смазал, чтобы оно выгодно подчеркивало в уютном свете настольной лампы все мышцы. — Отдыхаю. Мне Натаниэль сделал массаж ног, знаешь, никогда не думала, что этим можно до оргазма довести…

По лицу Зейна пробежала тень, губы на миг сжались. Но он тут же овладел собой и улыбнулся.

— Ти-ти, ты не передумала? Все также против предложения стать моей женой?

— Конечно, — Матильда перевернулась на спину, поймала мрачный взгляд Натаниэля, которого совершенно определенно присутствие Зейна на Кайли не радовало.

— А если я подарю тебе корабль? Новехонький!

Матильда застонала.

— Ты тоже на бои отправляешься?

— Что значит — тоже? — нахмурился Зейн. — Кто еще?

— Думаешь, тебе единственному в голову пришла идея купить меня за корабль? Правда, ты еще скромный, кое-кто другой условием не только руку и сердце поставил, но и ребенка.

— Сколько претендентов? — рыкнул Зейн.

— А еще, — мстительно продолжала Матильда, не отвечая на вопрос, — объявились мои дорогие соклановцы и тоже хотят заполучить меня в жены.

Карат, хорошо осведомленный о любви Матильды к родине, облегченно выдохнул.

— Но им-то ты отказала?

— Зачем? Я соскучилась по родному клану, по неспешной, размеренной жизни на экологически чистой планете… К тому же моим мужем хочет стать сын главы клана, это большая честь.

Зейн не смог сдержать злость и несколько ругательств. Хорошо, что «Ласточка Ренко» уже улетела, а то им бы не поздоровилось. Карат отрицал свою причастность к откровенному пиратству, но Матильда не сомневалась, что при необходимости возьмет старый транспортник на абордаж без малейшего угрызения совести.

— Ти-ти, — прошипел он, — мне плевать на сына главы клана! Если для тебя это так важно, я сегодня же оформлю документы на официальное признание Федерацией клана Карат! Выйдешь за главу, это лучше какого-то сына!

— Это все, что ты хотел сказать? — осведомилась Матильда. — А то у меня тут на очереди еще массаж… неохваченных частей тела. Глубокий массаж, если ты понимаешь, о чем я.

Судя по лицу Зейна, он не только понимал, но и хорошо представил Матильду, стонущую от страсти. А так же мысленно убил и расчленил на мелкие кусочки Натаниэля.

— Ти-ти, ты будешь моей. Это все, что я хотел тебе сказать.

Матильда издевательски рассмеялась и отключилась. А потом спросила вслух:

— Что мне с ним делать, а?

— Выйти замуж? — предложил Натаниэль.

— Не хочу.

— Не за него, а за кого-нибудь другого… Иван вам не зря говорил, что наличие мужа отпугнет претендентов.

— Да было бы за кого, — пробормотала Матильда. — Единственный человек, за которого я бы действительно вышла замуж — это ты…

Осознав, что она сказала, Матильда села и уставилась на Натаниэля. Может быть, он не услышал, может быть, он не понял, может быть…

Но взглянув на лицо Натаниэля, которое одновременно выражало радость, неверие и робкую надежду, она поняла, что дело плохо. Совсем плохо.

— Э-э-э… Натаниэль, не хочу, чтобы ты превратно понял… Я собираюсь выходить замуж по большой любви, а ты очень хорош в управлении финансами… На тебя можно положиться… И вообще, нечего так на меня смотреть! Ты даже еще не гражданин, и документов для подобных действий у тебя нет! Нет!

Но Натаниэль уже подвинулся к Матильде и прижался к ее губам. Просто прижался, ничего не делая, мягко касался и молчал. А потом прошептал, щекоча щеки дыханием:

— Это лучшее, что я слышал в своей жизни. Спасибо.

И опять замер.

Напряжение, сгустившееся в комнате, щекотало нервы. Сердце гулко стучало. Матильда потерялась в темных омутах его глаз, чувствуя, как ее засасывает куда-то, как сладко начинает кружиться голова, а по телу бегут мурашки. Казалось, все волоски встали дыбом и потянулись к Натаниэлю.

И вдруг он начал ее целовать. Страсть вспыхнула в теле Матильды, сжигая ее, требуя, чтобы она приникла к Натаниэлю всем телом, каждой клеточкой, слилась с его горячей кожей, почувствовала в себе. Ни один мужчина не возбуждал ее настолько сильно — и так неожиданно. Нет разговоров о «хочу» или «не хочу», нет сомнений, нет ничего, кроме безоглядного желания отдаться его умелым рукам, снимающим с нее футболку, стягивающим брюки.

Когда сам Натаниэль успел раздеться, она не заметила, полностью увлеченная его поцелуями, движениями его пальцев, скользящих по краю белья. Сначала он очертил контур бюстгальтера, заставив соски напрячься и затвердеть, потом — резинку трусиков, сначала внизу живота, а потом по ставшей необычайно чувствительной коже внутренней стороны бедер. Мужчина подхватил ее на руки, отнес к кровати. Подчиняясь ее рукам, лег сверху, продолжая ласкать ее шею, руки, нежную кожу запястья. Какое же это наслаждение — ощущение его тела! Натаниэль прижался губами к венке на шее, ощутил языком пульс и спустился ниже, оставляя после себя кожу, горящую, словно на нее пролили кипяток.

Желание бушевало в Матильде, билось о стенки ее тела, изливалось влагой между ног, вырывалось стонами и вскриками. Запрокинув голову, девушка поймала ускользающую мысль о том, какую потрясающую власть имеет притяжение между мужчиной и женщиной. Пожелай Натаниэль сейчас чего угодно, она бы исполнила с удовольствием.

Но все, чего он желал — целовать, ласкать, нежно прикусывать кожу. Длинные распущенные волосы скользили по телу Матильды вслед за его движениями, даря изысканную ласку. Она ловила их в ладони, сжимала, гладила себя, пытаясь повторить то необыкновенное чувство ускользающей ласки.

Натянутые, словно струна, нервы, казалось, звенели в ожидании только одного. Натаниэль слегка изменил позу, Матильда не видела, так как глаза застилали слезы от переизбытка чувственного удовольствия, но почувствовала — он мягко переложил ее ноги со своей талии на бедра. А потом коснулся пульсирующего клитора, но не пальцем, не языком, а горячей шелковистой головкой члена. Прижал, отпустил, проскользил между влажных губок, опять прикоснулся, а потом вошел внутрь.

Это простое, знакомое, и, казалось бы, совершенно привычное движение, как будто взорвало Матильду изнутри. В состоянии полного исступления она вжимала себя в тело Натаниэля, водила руками по его спине, ягодицам, голове, двигала бедрами в извечном танце.

Они чувствовали друг друга языками, руками, каждой клеточкой тела, принимая и возвращая удовольствие. Кровь огненным потоком бежала по сосудам, кончики пальцев горели, в голове тяжело бухал молот.

В какой-то момент Вселенная затихла, прислушиваясь к хриплым стонам, а потом качнулась и взорвалась, заставив кричать от непереносимого, сжигающего, как новорожденная звезда, удовольствия.

Прижимаясь к груди Натаниэля, Матильда плакала, выплескивая остатки удовольствия. Мужчина молча сжимал ее в объятиях, его пальцы слегка дрожали, Матильда чувствовала эту дрожь спиной, к которой он прижимал ее ладони.

— Не выйду, — прохрипела она сорванным от крика голосом.

— Что? — тихо спросил Натаниэль.

— Я не выйду за тебя замуж, — говорить было тяжело, но необходимо. — Потому что так не бывает, понимаешь? Не бывает и все. Это сон. Завтра проснемся, и все встанет на свои места. Понимаешь?

— Понимаю, — Натаниэль перекатился на бок, одной рукой прижимая к себе девушку, а другой пытаясь освободить волосы, запутавшиеся между ее пальцами. — Я все понимаю. Завтра проснемся и решим. А теперь спи. Завтра будет новый день.

Завтра будет совершенно новый день. Новой Матильды, которая только что увидела взрыв Вселенной, и теперь ей нужно это осознать, как-то свыкнуться с этим фактом и научиться с этим жить.

24. Сила

Матильда проснулась от бормотания визора в соседней комнате. Она надела футболку и трусики и заглянула в гостиную. Натаниэль сидел на полу, прислонившись к дивану, и внимательно наблюдал за трансляцией боев без правил, которые были настолько подпольными, что их можно было даже посмотреть по визору! Ах да, Ваня вроде говорил, что устроители собираются перевести бои на легальное и даже поддерживаемое государством положение.

Матильде очень хотелось узнать, что там, но усилием воли она удержала свое любопытство. Вот так спросишь, потом сядешь смотреть, потом не оторвешься до вечера, а потом получишь в распоряжение прекрасные, яркие кошмары.

Да и разговаривать с Натаниэлем не хотелось. Матильда вовсе не ругала себя за то, что переспала с самым серьезным членом команды, но как теперь вести себя, совершенно не знала. И Натаниэль, и Шель настроены более чем серьезно. Пока она держалась в стороне от черноволосого, можно было делать вид, что она ничего не замечает. Но теперь… Каждый из мужчин будет перетягивать ее в свою сторону.

К тому же нельзя забывать — впрочем, такое и не забудешь! — что с Натаниэлем она пережила самый потрясающий оргазм в своей жизни. И теперь Матильде было страшно. Потому что всю свою жизнь она бежала от любой зависимости, и попасть под власть секса, будь он трижды прекрасным, ей хотелось меньше всего.

Стоило Матильде отвлечься от своих мыслей, наслаждаясь завтраком, как личностной браслет завибрировал, перенаправляя письмо с терминала. Увидев отправителя, Матильда сначала изумилась, а потом нахмурилась. Уже много лет родители писали ей раз в год, и внеочередное письмо означало только внеочередные неприятности.

Продравшись сквозь многословные упреки, Матильда поняла, что ненавистному Беральду Ренко никак не сидится спокойно. Потому что, получив жалобу сыночка, он не воспринял всерьез предупреждение Матильды и решил надавить на ее родителей. Конечно, не напрямую, потому что это подставило бы под удар его кристально-чистую (не считая внебрачного сыночка) репутацию, но и нескольких намеков хватило, чтобы вся семья всполошилась.

Все мысли о любовных переживаниях вылетели у Матильды из головы. Она помчалась одеваться, бросив на бегу:

— Натан, ты со мной на корабль, или остаешься смотреть?

Естественно, Натаниэль тоже отправился на корабль, по лицу капитана поняв, что что-то стряслось.

У Матильды был код официального вызова Беральда, который он не скрывал и держал специально для связи с торговцами или главами других кланов. Но звонка от блудной дочери клана он явно не ожидал. На лице Беральда столь явно отразилось удивление, что Матильда ощутила злорадство. Что, не думал, что она так быстро отреагирует? А вот на тебе!

— Матильда! — воскликнул Беральд. — Надо же, после стольких лет! Что случилось?

— А то ты не знаешь! — прошипела Матильда. — Зачем было в наши отношения вовлекать моих родителей?

— В какие отношения? О чем ты говоришь?

— О твоем сыне!

— Котором?

— Бернаре.

— Матильда, Бернар даже не на Ситечко! Расскажи мне, пожалуйста, все сначала.

Матильда задумчиво потерла подбородок. Беральд в своем удивлении действительно выглядел искренним. Переглянувшись с Натаниэлем, она все же рассказала главе клана обо всем произошедшем, не утаив и сцену избиения.

— Замечательно, — процедил Беральд. — Просто замечательно. Молодые идиоты. Матильда, не знаю, поверишь ли ты мне, но я здесь не при чем. Это инициатива самого Бернара и, скорее всего, моего старшенького, который спит и видит, как бы меня подсидеть. А еще один корабль — это очень весомый плюс. Мне же устраивать с тобой вражду просто не выгодно. Да и недальновидно. Я подозревал, что ты заведешь себе знакомства из… как бы это сказать… тех слоев общества, с которыми простым фермерам лучше не сталкиваться.

— Значит, я смогу вернуться на Ситечко? — поинтересовалась Матильда. Нет, ностальгия ее не замучила, просто стало интересно.

— Возвращайся, — пожал плечами Беральд. — Не обещаю этим не воспользоваться. Но, как бы я ни хотел получить опытного капитана со своим кораблем, вмешивать твоих родителей или других родственников я не буду. Соклановцы такого не простят. А с сыновьями я поговорю.

— Спасибо, — кивнула Матильда и замялась. Как заканчивать разговор с Беральдом, который оказался вовсе не таким чудовищем, как ей запомнился? Помог Натаниэль, все это время стоявший за ее креслом:

— Мы с женой очень благодарны вам за разумный подход к делу. Очень надеюсь, что клан Ренко больше не будет мешать нашей спокойной жизни.

Беральд внимательно рассмотрел Натаниэля.

— Признаю, у Бернара не было ни одного шанса, — сказал он. — Теперь, Матильда, я еще больше жалею, что умудрился выпустить тебя из рук. Такой шикарный генофонд нашему клану не помешал бы. Где ты его нашла?

— Очень невежливо разговаривать так, будто меня нет рядом, — заметил Натаниэль.

— Хм… Я-то был уверен, что ты просто ее подстилка, — Беральд скривил губы в насмешливой ухмылке.

— Не стоит провоцировать конфликт, — спокойно ответил Натаниэль. — Меня на такое не возьмешь, я же не ваш бестолковый сын, не способный видеть дальше собственного носа. Или мне стоит сказать — члена? Увидел Матильду, и сразу вся кровь от мозга отлилась.

Беральд покраснел от ярости, но удержался от ругательств. Попрощался сквозь зубы и отключился, демонстративно не удостоив Натаниэля больше ни одним взглядом.

— Круто ты, — сказала Матильда Натаниэлю. — С виду такой тихий, а сам главе клана хамишь.

Парень пожал плечами.

— А почему бы и нет.

— Действительно, почему бы и нет, — пробормотала Матильда. — Жаль, что он так быстро отключился, опять буду думать, как там наши там наши бойцы…

— Там и Иван, и Кирилл, — напомнил Натаниэль. — Если бы что-то серьезное случилось, нам бы позвонили.

Матильда покрутилась на кресле, повздыхала. Потянулась рукой к браслету… и не позвонила, а приняла звонок и перевела его на терминал.

На экране появился разъяренный Зейн.

— Ты выставила эльфа! — прорычал он. — Как ты могла?!

— Не понимаю, — удивилась Матильда. — А почему я не могу выставить своего бойца?

— Ти-ти, это же эльф! А ты его на бои без правил! Это же расточительство! Если он тебе настолько не нужен, то продала бы его мне! Да кому угодно бы продала, но такое… Не ожидал от тебя.

— Ну вот такая я неожиданная! — ответила Матильда. — Чего ты злишься? Это же мой эльф, если его там как-то испортят, то это мои проблемы, верно?

— Он злится потому, что его боец не устоит перед Шелем, — сказал Натаниэль.

Матильда вопросительно посмотрела на Зейна. Судя по его лицу, Натаниэль угадал, но признаваться в этом Карат не собирался.

— Я волнуюсь об имуществе моей будущей жены, — выкрутился он.

— Шель не мое имущество, — напомнила Матильда. — И он выставился сам, это его решение. И ответственность за него пусть несет сам.

Зейн так тяжело вздохнул, что Матильде на мгновение стало его жалко.

— Не знаю, что еще сделать, — сказал он. — Ти-ти, когда ты перестанешь на меня злиться, а? Давай начнем все сначала! Хочешь, я на свидание тебя приглашу, цветы подарю… Я люблю тебя, и хочу, чтобы ты стала моей женой.

— Извини, но я уже тебе ответила, Зейн. Мое решение неизменно.

— Даже если я подарю тебе корабль?

— Даже если ты подаришь мне корабль, я, во-первых, его не приму, а во-вторых, не продамся.

— А на свидание пойдешь?

— Нет.

— Ти-ти, я предлагаю тебе последний раз.

— Я все равно отказываюсь.

— Ты пожалеешь, — пригрозил Зейн и отключился.

Не успела Матильда обдумать разговор, как позвонил Рик.

— Капитан, спасите меня, — прошептал он.

— Ты прячешься? — заволновалась Матильда. — Что случилось? Тебя опять похитили?

— Нет, но… Мэм, меня тут домогаются!

— О, Господи! — воскликнула Матильда. — Кто?

— Старший механик ангара!

— Скажи ей…

— Это он!

— Так скажи ему…

— Мэм, он размером с Бу! Я боюсь ему хоть что-то против сказать!

— Так пожалуйся Григорию!

— Я пожаловался, капитан, а он сказал, что личные проблемы нужно уметь решать самому.

— Узнаю наставника, — сказала себе под нос Матильда. — Рик, не переживай. Сейчас я приду и разберусь.

— Ну вот, — подытожил Натаниэль. — А ты переживала, что весь день будешь волноваться о Шеле и Бу. Как видишь, и других причин для волнения хватает.

— Лучше бы их не было! — кипела от ярости Матильда. — Как этот старший механик посмел домогаться Рика!

— Сердцу не прикажешь!

— Так не домогаться же! Конфет бы ему подарил, или… я не знаю, как положено за молоденькими мальчиками ухаживать!

— Может быть, он и дарил конфеты, — заметил Натаниэль. — Мы же не знаем всей подоплеки.

— Ты защищаешь этого механика? — возмутилась Матильда.

— Я просто прошу подойти к решению вопроса взвешенно, — сказал черноволосый. — Или ты осуждаешь однополую любовь?

— Я никакую любовь не осуждаю. Но вот насилие — очень даже, — рычала Матильда, несясь к мастерской Григория.

— Рику стоит учиться самому решать такие проблемы.

— На то я и капитан! Разве ты не понимаешь — я несу за вас ответственность!

Натаниэль хотел что-то ответить, но промолчал под пристальным взглядом Матильды. Видимо, верно оценил ее боевой настрой и решил не нарываться.

Рик ждал капитана у дверей. При виде Матильды его лицо просияло такой радостью, что ее сердце дрогнуло.

— Веди, показывай, кто тебя обижает, — велела Матильда, обнимая Рика за плечи.

Старший механик по имени Егор обладал действительно внушительной фигурой, недотягивающей, конечно, до размеров Бу, но совсем немного. Увидев Матильду, обнимающую Рика, он бросил работу и набычился.

— Я — капитан Матильда Ренко, — представилась девушка. — Нам нужно поговорить наедине.

— Не нужно, — буркнул Егор. — Этот гаденыш малолетний вам пожаловался, да? И вы, небось, примчались его защищать, да? А то, что он специально провоцирует, Рик забыл упомянуть?

— В смысле — провоцирует? — нахмурилась Матильда.

— В прямом! Вертит тут своей попкой, прям напрашивается!

— Я ничем не вертел! — заявил Рик.

— А в одном полотенце кто по коридору ходил?

— Я из душа вышел! Что я, виноват, что одежду в комнате забыл?

— А…

— Послушайте, Егор! — вмешалась в перепалку Матильда. — Конкретно вам Рик что-нибудь говорил? Он конкретно перед вами… как вы говорите — попкой вертел?

— Да!

— Нет! — возмутился Рик, и его голос сорвался. — Я залез в двигатель с головой, он же сам меня попросил, потому что я самый худой и могу достать, там отвертка упала! А он пристроился сзади и давай оглаживать!

На ресницах паренька повисли слезы. Этого Матильда уже выдержать не смогла. Размахнувшись, она отвесила Егору пощечину.

— Как вы смеете! — прошипела она. — Насильник!

— Да я не сделал ничего! — заревел он. От того, чтобы кинуться на Матильду, его удержала только толпа зрителей, побросавших работу и с интересом наблюдающих за перепалкой. Судя по лицу, Егор уже пожалел, что отказался от приватного разговора. — Что, я не имею права продемонстрировать свое восхищение?

Матильду затрясло от ярости. Через скольких таких главных механиков, показывающих свое «восхищение», ей пришлось пройти в свое время! И не откажешь же — сразу вылетишь из мастерской!

— Это… это… — задыхаясь, произнесла она. — Это же…

Натаниэль обхватил ее за талию и прошептал в ухо:

— Успокойся, Матильда. Ты капитан.

Матильда несколько раз глубоко вздохнула.

— Рик, ты говорил Егору, что тебе неприятны его знаки внимания?

— Да, мэм.

— Егор все равно продолжал лапать твое тело?

— Да, мэм.

— Есть свидетели? — спросила Матильда.

Рабочие ангара переглядывались, но молчали.

— Боитесь, да? — горько спросила она. — Конечно, ведь это старший механик, как же, ведь у него власть, а Григорий не вмешивается в личные отношения. Кто был его последней жертвой? Ты? — она указала на миловидного парня чуть старше Рика. — Или ты? — Рыжеволосая девушка испуганно помотала головой и поспешила спрятаться за чьей-то спиной. — Или ты?

— Это действительно их личное дело, Матильда, — произнес хозяин мастерской. Он протолкался через зрителей и встал напротив Матильды. — Как ты помнишь, я в такие дела никогда не вмешиваюсь. Не можешь себя защитить — это только твоя проблема, и ничья другая. Твой мальчишка два дня рыдал, но только на третий осмелился хоть что-то сделать. Разве с таким подходом он сможет чего-то добиться в жизни?

— Почему вы считаете, что просьба о помощи — это слабость? — спросила Матильда. — Рик — не один. Он должен просить помощи, если не справляется! Для этого у него есть капитан и друзья. Вы понимаете? Он сможет добиться всего, чего хочет, потому что у него есть те, кто поддержит! Господи, да я бы полжизни отдала, чтобы мне в такой ситуации кто-то помог!

— Когда ты пришла ко мне, то могла набить морду любому, кто не так на тебя взглянет, — заметил Григорий. — И тебя совершенно не смущала разница в весе!

— Но до этого… До этого… Вы даже не подозреваете, через что мне пришлось пройти?

— Почему не подозреваю? Ты думаешь, что одна такая? Матильда, это нормально! Зато посмотри, чего ты добилась! Ты прошла путь от нищей девчонки до владелицы собственного корабля.

— Да, я — прошла. А сколько тех, кто сломался?

— Значит, они не стоили своей мечты.

— Вы не правы, — сказала Матильда. — Вы не правы. Рик — гениальный механик. От того, что он попросил меня помочь пресечь насилие, он не перестанет быть гениальным механиком.

— Матильда, а ты бы вступилась за него, если бы он не был гениальным механиком? Если бы он не был тебе нужен? — спросил Григорий.

— Конечно, — без капли сомнения ответила Матильда. — Ведь он член моей команды.

— А был бы он членом твоей команды, если бы не был гениальным механиком?

— Ох, Григорий, как мало вы знаете о членах моей команды… Если я беру на себя ответственность за человека, то несу ее.

— Зря. В этом мире каждый сам за себя. Иначе не выжить.

— Мы не дикие звери, — возразила Матильда. — Забирай вещи, Рик. Мы уходим.

— Нет, капитан, — вдруг сказал Рик. — Я остаюсь… я не могу вас подвести и сбежать с середины обучения… Я был неправ, когда позвонил вам. Я должен был справиться сам.

— Нет! Не должен был! Рик, послушай…

— Господин Григорий прав, мэм. Это раб может бежать к хозяину прятаться, а свободный человек…

— Свободный человек не должен поступаться своим достоинством, — рассердилась Матильда. — Полученный сертификат не стоит насилия. Ничего не стоит этого, поверь мне.

— Если… Григорий говорит, что везде так. Я…

— Так не везде! Не везде! Везде так только там, где мелкие душонки пользуются своей мелкой властью, чтобы поиздеваться над более слабыми.

— Но я хочу стать сильным.

Матильде хотелось схватить Рика за руку и утащить за собой. Хотелось рассказать, что она ложилась под кого-то исключительно по собственному решению, а если не хотела — дралась до крови, до потери сознания, уходила из мастерских и курсов. Она сознательно меняла свое тело на знания, но никогда не ложилась под насильников добровольно.

— Я принял решение, мэм, — сказал Рик, и его голос почти не дрожал. — Я стану сильным.

— Но не так же! — воскликнула она с отчаянием в голосе. — Не так же!

— Да не буду я трогать вашего мальчишку, — сказал Егор. — Оно мне надо — проблемы лишние.

— Матильда, тебе пора идти, — тронул ее за плечо Григорий. — Тебе здесь больше нечего делать.

Матильда окинула отводящих взгляды механиков презрительным взглядом и пошла к выходу, боясь, что разрыдается прямо у них на глазах.

25. Принцы

Матильда и Натаниэль молча сидели в кафе. Девушка задумчиво водила ложечкой по почти растаявшему мороженому, Натан с отрешенным видом пил сок.

— В космосе все намного легче, — сказала Матильда, отставляя мороженое. — Летишь себе да летишь. А тут… Иногда я людей просто ненавижу. Впрочем, хватит страдать. Рик сам решил и пусть сам расхлебывает. И чего тогда звонил, спрашивается?

— Испугался, — сказал Натаниэль. — А когда ты пришла, понял, что не один. И поэтому остался в мастерской. Вот если бы ты сказала, что это все ерунда, разбирайся сам, то… не знаю, что бы тогда с ним было. Зато теперь он уверен, что ты его не бросишь.

— Мог бы в этом увериться еще тогда, когда Шель избил моих соклановцев.

— Вот именно — Шель. А сегодня била ты. И не побоялась. Ради него. Это дорогого стоит.

Матильда всплеснула руками, опрокинула вазочку с мороженым и от души выругалась.

— Надеюсь, это последняя неприятность за сегодня, — сказал Натаниэль, ловко ловя салфетками растекающуюся жидкость. — Матильда, что с лицом?

Матильда молча ткнула пальцем на вход в кафе. Туда заходила Ирка-контрабандистка, одетая в длинную юбку совершенно невообразимого цвета, крошечный топик и многочисленные бусы. За ней на ремешке шел принц в ошейнике. В шикарной белой рубашке с рюшами и в обтягивающих штанах. Высокие сапоги подчеркивали мускулистые ноги.

Возможно, где-то в квартале для творческих людей или на каком-то фестивале это смотрелось бы уместно, но вот в кафе возле входа в космопорт для рабочих — дико.

Все разговоры смолкли. Посетители дружно уставились на Ирку, а она просто расцвела от внимания, даря воздушные поцелуи знакомым. Завидев Матильду, которая безуспешно пыталась сползти под стол, Ирка направилась к ней.

— Тильда, привет! Я тебе принца притащила! Как он тебе?

Белокурый красавец подмигнул девушке и порочно облизнул губы. Матильда закрыла лицо руками и застонала. Спасибо, дорогая Ирка, за такую славу на все кафе!

— Забирай, бесплатно, у меня еще два есть! Один даже на боях без правил сражается.

— Ира, мне не нужен принц! — просипела Матильда, полыхая лицом и ушами. — Я же тебе уже говорила!

— А мне его куда девать? — удивилась Ирка. — Он уже сделал ребенка моей дочке, я им уже наигралась. А у тебя и так мальчиков много, одним больше — ты и не заметишь.

— Ира, — простонала Матильда, — отпусти принца на волю!

— Так он не хочет, паршивец! — Ирка плюхнулась на жалобно крякнувший стул, махнула официанту. — Ему понравилось жить, ублажая женщин. А на воле его папенька ждет, горит желанием сыночка к семейному делу пристроить. Женщин любить-то оно полегче будет, чем бизнес вести, правда, Пупсик?

Пупсик, сидевший у Иркиных ног, кивнул.

— Ира, зачем мне дармоед? — спросила Матильда. — Нет, я не хочу тебя обидеть, спасибо за предложение, но…. Действительно, зачем он мне? Внучке какой-нибудь отдай.

— Я к тебе со всей душой, — вздохнула Ирка. — Не хотят мои внучки пользоваться Пупсиком, брезгуют, паршивки, после меня! Представляешь? А ты мне не родственница… Слушай, я с ним приданое даю!

— Не нужен мне принц даже с приданым, — твердо сказала Матильда. — Пусть работать идет. Да и не люблю я вот такое… сидение на коленях.

— Ну, для тебя он может и не сидеть, это я так люблю, смотри. — Ирка стянула с тарелочки Натаниэля печеньку и на ладони протянула ее принцу. Тот осторожно губами взял ее, а потом поцеловал каждый пальчик контрабандистки.

Матильду передернуло. Собачка, а не человек!

— Ну, так что, берешь принца? — спросила Ирка.

— Нет, и не настаивай!

— Оюшки, — вздохнула любительница принцев. — Хочется же его в добрые руки отдать, а где тут добрые руки найдешь? Кроме твоих. Кстати, как поживает твой рыжунчик?

— Прекрасно он поживает, — проворчала Матильда.

— А в постели он такой же огненный? — поинтересовалась Ирка. — А этот черноволосый красавчик как?

— Ира! — простонала Матильда.

— Ладно, не обижайся. На самом деле я волнуюсь, у меня там принц сражается, а я тут… У него, конечно, денег немеряно, на любую пластику хватит, но все равно. Жениться на мне хочет, представляешь? Жениться! На мне! Решил явить себя во всей мужской красе, будто мне это нужно. А, кстати, Зейн что? Говорили, ты вроде его похитила, и у вас все на мази.

— Почему по космосу все сплетни разлетаются быстрее, чем корабли? — риторически вопросила Матильда. — Ничего у нас не на мази, но я его и вправду похитила. Случайно.

— И что, он на тебе женился? Мне Элден жаловалась. Ты в курсе, что нажила себе непримиримую врагиню? И за то, что Зейн тебя так любит, и за то, что ты ему отказала, обидела мальчика. Тьху. Вот поэтому я всех своих быстренько выталкиваю во взрослую жизнь. Это ж смех один, так за сыночка держаться!

— Зейн на Кайли, — мрачно ответила Матильда. — Выставил бойца и хочет мне корабль подарить.

— Вот она — разница между мужчинами, — вздохнула Ирка. — Я своим внучкам это постоянно говорю. Смотрите на поступки! Мой принц ради моего сердца сам сражается, а твой Зейн выставил вместо себя наемника.

— Он не мой.

— Вот поэтому он и не твой.

— Ир, но это глупо. Зейн — владелец трех кораблей, достаточно обеспеченный человек, зачем ему самому идти на ринг? Чтобы доказать мне — что? И зачем?

— Затем, что в современных мужчинах совершенно угас инстинкт охотника и рыцарство, — поучительно сказала Ирка. — Хотя на наши слабые сердца это так действует! Ты думаешь, почему я мальчиков себе тягаю только с определенной планеты? Пусть они все богатенькие идиоты, которым делать нечего? Потому что они там сражаются за своих дам сердца! И это так греет, ты себе просто представить не можешь, насколько греет! Я, может, и живу только ради этого чувства!

— Неужели? — удивилась Матильда.

— Именно. Я всего уже добилась. У меня есть корабли, дети, внуки, деньги. И теперь я живу ради чувств. Правда, Пупсик?

Пупсик потерся головой о бедро Ирки, а та ласково потрепала его по кудрям.

— А я еще не добилась того, чего хочу, — ответила Матильда, поднимаясь. — Поэтому времени на принцев у меня нет.

— Жаль. Ты, если подружку какую-нибудь встретишь, расскажи ей про моего принца. Так же хочется отдать его в добрые руки!

* * *

Поздно ночью Матильда пыталась решить задачку для навигаторов. Навигацию она потихоньку учила, и, в принципе, могла сдать на лицензию на полеты между самыми знакомыми планетами. Однако, стоило ей взяться за прокладывание маршрута из Кайли в какую-нибудь незнакомую точку, то она тут же начинала «плавать» в знаниях. Недаром же в космической академии навигаторов учили целых шесть лет! Однако Матильда не сдавалась и кропотливо училась дистанционно. Чем менее популярна планета, тем больше нужен навигатор, и тем больше платят тем, кто туда летает. Правда, для отдаленных перелетов нужен и транспортник побольше, чтобы хорошенько набить его товарами, но рано или поздно он у Матильды будет. Вот тогда-то и пригодятся навигаторские умения.

Завибрировал браслет.

Матильда помедлила, пытаясь успокоить бешено забившееся сердце.

Натаниэль, который сидел в кресле Рика и тоже учился, тревожно сжал губы.

— Да? — хриплым голосом ответила Матильда.

— Корабль твой, — устало сказал Ваня. — Поздравляю.

— А Шель? А Бу? Как они?

— Бу в госпитале, а Шель… он в критическом состоянии, Мотя. Сейчас его хоть немного стабилизируют, чтобы можно было перевозить…

Матильда прижала ладони к губам, сдерживая крик.

— Какие прогнозы? — спросил Натаниэль.

Ваня пожал плечами.

— Бой только закончился. Я оформлю документы на корабль, а потом скину вам координаты госпиталя. Там же и Бу, но у него, вроде, все более-менее, во всяком случае, смерть не грозит. Мотя, успокойся, сейчас только твоих слез не хватало. Парни знали, на что шли, и Шель твой еще в полуфинале мог отступиться.

Матильда молча кивнула. Сказать ей было нечего. Не радоваться же новоприобретенному кораблю!

— Если Шель не выживет, я корабль продам, — сказала она Натаниэлю. — А все деньги пожертвую на приют для эльфов.

— Выживет он, — отозвался черноволосый. — У него есть стимул. Не ты ли ему обещала за корабль ребенка? Любой выживет ради такого.

— Я не обещала! Это он мне предложил, но я ничего не обещала! Какой ребенок! Я к этому не готова!

— Вот, как раз Шель вылечится…

— Натаниэль, ты ревнуешь, да?

— Нет, Матильда, — криво улыбнулся он. — Я не ревную. Я в ярости. Если бы я мог завоевать тебе корабль, если бы я мог! Я бы это сделал без всяких условий о детях! Я бы это сделал просто так! Но я не могу…

— Перестань! — оборвала его Матильда. — Ты прекрасно разбираешься в финансах. Так что ты корабль можешь не выиграть, а заработать. И нечего тут.

— Извини.

Пиликнул браслет, принимая карту от Вани. Матильда сорвалась с места, Натаниэль за ней.

Пока таксофлайер летел к госпиталю, они не обменялись ни единым словом. Матильда смотрела на ночные огни города и думала о том, что еще ни разу в жизни не неслась в госпиталь к кому-то. Только видела это в фильмах. Ваня, к счастью, обладал богатырским здоровьем, с подругами-космолетчицами они пересекались довольно редко, а на корабле Зейна серьезных травм не случалось.

Получив пропуска в регистратуре госпиталя, Матильда с Натаниэлем отправились сначала в палату интенсивной терапии, куда привезли Шеля.

Там в коридоре обнаружился Ваня, сидящий прямо на полу, сразу с двумя планшетами, да еще и разговаривающий по браслету. Увидев их, он махнул рукой и прошептал:

— Идите к Бу, к эльфу пока не пускают.

В травматологии был аншлаг. Взмыленный медперсонал бегал из палаты в палату, в коридоре не хватало мест для ожидающих, а на лестничной площадке уже кто-то дрался. Если бы не помощь Натаниэля, который расталкивал снующих туда-сюда посетителей, Матильда до палаты Будевина вряд ли бы добралась.

Заглянув в его палату, она ахнула. Маленькая, на две койки, палата была переполнена — там рядочком стояло четыре медкойки, на которых вяло переругивались участники боев без правил.

— Матильда! — забинтованное тело на второй слева койке приветливо помахало девушке ногой — обе руки были на растяжках. — Вы пришли! Вы видели, как я бился?

— Конечно, — соврала Матильда, подошла к Бу, погладила его по торчащей из-под простынки пятке. — Бу, ты просто молодец!

В палату заглянула медсестра:

— О, хоть тут без драк, — облегченно выдохнула она. — Это же кошмар какой-то, они и тут продолжают выяснять отношения! Если вы родственники, поднесите браслет к тому зеленому окошку на койке, вам перекинут диагноз.

— Иван вас записал моим опекуном, так что вам доступна вся медицинская информация о моем состоянии, — сказал Бу. — Матильда, а как я этого урода в третьем бою сделал, видели, да?

— Ты глупо подставился, — сказал Натаниэль. — Бу, у тебя растяжка и пластика лучше большинства твоих соперников! Почему ты это не использовал?

— Использовал, но у них же опыт, Нат! Ты видел, как в шестом раунде тот сопляк меня свалил? Что я мог сделать?

— Это лучше у Шеля спрашивать, — ответил Натаниэль. — У меня опыта в драках еще меньше, чем у тебя.

— А что с Шелем? — помрачнел Бу. — Я как раз полуфинал смотрел, когда пришла моя очередь ехать в госпиталь. Шель тогда уже был совсем плох…

— Он выиграл, — коротко ответила Матильда.

— Серьезно? — Бу от избытка чувств чуть было не подскочил на койке, но скривился от боли.

— Шель — это ваш эльф? — подал голос боец справа от Бу.

— Да.

— Почему вы его выставили на ринг? Это же эльф! Все ахнули, когда его увидели! Это же эльф, мэм, как вы могли?

— Не ваше дело, — окрысилась Матильда.

— Если бы я знал, что будет эльф, я бы не выставлялся, — хрипло сказал крайний слева мужчина. — Даже захудалый эльф нас всех сделает, а этот явно из какой-то элитной серии. Вот был бы у меня эльф…

— И что? — с интересом спросил Бу.

— Я бы на него девок ловил, — поделился мечтами левый. — И сам бы их имел! И эльфа!

— Мэм, не слушайте этого дурака, — поспешил перебить мечты своего соседа Бу. — Спасибо, что пришли. Наверное, меня через пару дней отправят домой долечиваться.

— Спасибо тебе, — сказала Матильда. — Бу, ты был… прекрасен. Я восхищена тобой. Но больше… давай мы больше не будем идти на такие авантюры, а?

— Что вы! Матильда, я впервые почувствовал себя мужчиной! Мужчиной, а не игрушкой! Понимаете, это такое чувство… такое! Я не жалею, Матильда, и вы не жалейте… и… пожалуйста, когда Шель придет в себя, не ругайте его. Мужчина должен сражаться за благополучие своей женщины, и мы сражались за вас.

— Я… — у Матильды перехватило горло. — Я… спасибо, Бу.

К тому моменту, когда Натаниэль довел Матильду до отделения интенсивной терапии, она успела успокоиться.

— Команда идиотов, — сказала она, утирая слезы. — Мы друг друга стоим.

— Да, — улыбнулся Натаниэль. — Ты кидаешься защищать Рика перед огромной тушей, парни не жалеют себя, чтобы добыть корабль… Это семья, правда, Матильда? Когда все друг за друга.

— Семья, — сказала Матильда. — Специфическая.

Ваня, услышав их голоса, поднял голову.

— Ты как? — спросил он у Матильды.

— Не очень, — честно ответила она. — А ты?

— Я… Ты знала, что твой эльф — псих?

Матильда грустно улыбнулась:

— Да, знала. У меня даже справка есть, а что?

— Я ему говорил еще перед полуфиналом, чтобы он остановился. У него были такие соперники, Мотя! Профессиональные, высокооплачиваемые. Но он отказался. В полуфинале он победил наемника Зейна. А потом напился стимуляторов и выдержал финал. Честно, не знаю, как у него сердце не остановилось, столько дряни мы в него влили. Он дрался весь переломанный! Я сам чуть не поседел. Ты смотрела бой?

Матильда зябко обхватила себя руками.

— Нет. Вообще ни одного не видела.

— Не вздумай это парням сказать, — предупредил Ваня.

— Конечно.

— Вы к Шелю Ренко? — спросила подошедшая медсестра.

Матильда кивнула. Что-то сказать не позволил возникший в горле ком.

— Как он? — спросил Натаниэль.

— Угрозы жизни уже нет, — сказала медсестра. — Но оправится он не скоро. К нему можно войти, если хотите, только он в капсуле.

— Я пойду, — сказала Матильда. — Ваня, спасибо за все.

— Прорвемся, Мотя.

— Натаниэль, возвращайся на корабль, — велела Матильда. — Туда должен вернуться Кирилл, разберешься, что у нас с деньгами.

— Все хорошо у вас с деньгами, — улыбнулся Ваня. — Никто не ждал эльфа, и мы выиграли приличную сумму… правда, на лечение Шеля уйдет… много уйдет.

— Я тебя подожду, — сказал Натаниэль.

В палате, в огромной реанимационной медкапсуле, плавало в мутной жидкости плохо различимое тело с трубкой во рту.

— Что я здесь делаю? — спросила сама себя Матильда. — Ну, пришла, ну, посмотрела, он-то об этом знать не будет, а мне кошмары обеспечены.

Поискав внутри себя хоть какие-то чувства, Матильда вдруг обнаружила, что она полностью перегорела. Не чувствует ничего, совсем ничего.

Поэтому она развернулась и ушла, оставив Шеля и дальше плавать в регенерирующей жидкости.

* * *

— Ты мне совсем не нравишься, — заявил Кирилл Матильде, когда они с Натаниэлем вернулись на корабль. Сам рыжий был счастлив и доволен жизнью. — Ну, побили Шеля, так что теперь? Жить же будет. Зато у нас есть новехонький корабль.

— Я просто устала, — сказала Матильда. — Перенервничала.

— Да ты даже трансляцию не смотрела! — заявил Кирилл.

— Откуда ты знаешь? — вяло удивилась девушка. — Натаниэль сказал?

— Нет, я тебя знаю, — хмыкнул Рыжий. — Ты, небось, весь день провела в муках и раскаянии, а Натан, пользуясь нашим отсутствием, тебя всячески утешал. Теперь моя очередь!

— Отстань! — Матильда сбросила руку Кирилла со своей талии. — Я день провела не в муках и раскаянии! Я ходила в мастерскую к Григорию, там Рика обижают… И отказалась от принца! И…

Кирилл состроил грустную мордашку.

— То есть ты совсем не переживала за Бу и Шеля? Для них это будет ударом. Особенно для твоего полностью свихнувшегося эльфа. Ты знаешь, что его отговаривали от участия в полуфинале? К финалу он уже совсем никакой был, но выгрыз победу только ради тебя, а тут выясняется, что ты не о нем переживала, а с принцами разбиралась! Ай-ай-ай! Но, если ты разрешишь сегодня спать с тобой, я им об этом не скажу.

— Это ты зря, Кирилл, — сказал Натаниэль, отрываясь от планшета, к которому кинулся сразу же, как они вошли на корабль. — Нашел кого шантажировать.

— Я сегодня сплю одна, — заявила Матильда. — Говори Шелю что хочешь, Кирилл. Стоило бы, конечно, как-то наказать тебя за попытку шантажа, но мне не до этого. Я устала и хочу спать.

— Ты все испортил! — обиженно бросил Натаниэлю Кирилл, но их дальнейшую перепалку Матильда слушать не стала.

Войдя к себе в каюту, она замерла от удивления. На койке, даже не раздевшись, спал Рик, трогательно обняв подушку.

— Рик, — Матильда осторожно потрясла его за плечо, — что ты тут делаешь?

— Сплю, мэм, — пробормотал он. — Я больше не буду ночевать у Григория… Вы же меня не выгоните?

— Ты хотя бы разденься.

— Я так устал!

— Я тоже, но это не повод! — сказала Матильда. — Давай, давай!

Не открывая глаз, Рик принялся стягивать с себя одежду, а Матилда отправилась в душ. Вернувшись, она обнаружила Рика, спящего со штанами в руках.

— Что мне со всеми вами делать? — вздохнула она, накрывая себя и Рика одеялом.

Кошмары ей не снились. Да и спалось просто замечательно. Если бы еще Рик не разбудил ее утром, пытаясь выбраться из ее объятий, чтобы успеть на учебу, было бы вообще хорошо.

26. Дела

Раз уж утро началось так внезапно, Матильда решила не разлеживаться, а приступать к делам. Ее ждали посещения нескольких инстанций, в которых ей нужно было доказать, что она, владелица нового корабля, живая и полноправная. Корабль — слишком большая ценность, чтобы доверять его кому ни попадя. Раньше, когда оформление кораблей разрешали проводить по удаленной связи, случались различные казусы. Поэтому теперь, если хочешь владеть транспортным средством легально, будь добр, явись в надлежащий кабинет и оформи все официально.

На Кайли, славящейся лучшей космической академией в ФПП, процедуру проверки проходили в управлении Первого космодрома. Матильда отправилась туда с Кириллом, который прилип к ней, словно намазанный термоклеем. Натаниэль тоже хотел, но его оставили на хозяйстве.

В таксофлайере Кирилл, не стесняясь своего любопытства, по-детски восторженно крутил головой по сторонам.

— Когда нас возили на вызов, нужно было сидеть смирно, — объяснил он Матильде. — Мы же в своей жизни фактически ничего не видели. И вот теперь-то…

— Кирилл, — почти без надежды попросила Матильда, — пожалуйста, веди себя прилично.

— А то что? — хитро поинтересовался он.

— А то то, — вздохнула капитан. — Не знаю, что. Но придумаю, если ты меня опозоришь.

Кирилл поправил кудряшки в пышной шевелюре так, чтобы пряди упали на глаза. Улыбнулся, чувственно облизнул губы.

— Разве я могу тебя опозорить? Нет, я буду паинькой!

— Мне уже страшно, — поежилась Матильда.

Рыжий весело сверкнул глазами. Он явно наслаждался жизнью.

— А на новом корабле у меня будет собственная каюта? — спросил он. — Или мы опять будем ютиться все вместе?

Матильда пожала плечами.

— Я знаю только класс и марку транспортника, а что там внутри — нет. По идее, все типовое… Кают должно хватить на всех. В крайнем случае, закажем переоборудование. Если денег хватит.

— А почему их не должно хватить? — удивился Кирилл.

— Потому что я еще не получила счет за лечение Шеля. Страховка такие расходы точно не покроет. Как бы я не влезла в еще большую долговую яму, чем до этого. И за «Сырок» кредит так и не выплачен.

— Почему мы должны тратить деньги на эльфа? — возмутился Кирилл. — Я читал в сети, что в приютах пострадавшим от генных экспериментов медицинские услуги оказывают бесплатно.

— Потому что Шель, во-первых, под моей опекой, а, во-вторых, он выиграл мне корабль. Самое меньшее, что я могу для него сделать — это оплатить лучшее лечение, которое могу себе позволить.

— А еще в сети написали, что всех наемников либо уже позабирали из госпиталя, либо они лечатся за свои деньги, — не унимался Кирилл.

— Шель не наемник! — резко ответила Матильда. — Кирилл, пожалуйста, перестань меня доводить, а? Шель не только член нашей команды, он сделал совершенно невозможное — добыл мне еще один корабль. Ты даже представить себе не можешь, сколько времени мне бы понадобилось ишачить, чтобы заработать хотя бы на первоначальный взнос на транспортник такого класса! Новый транспортник!

— Не делал он ничего невозможного, — уперся Кирилл. — Эльфов создавали в том числе и для драк. Подумаешь — ему достался слишком сильный противник! Это нормальный риск!

— А ты рожден для удовлетворения женщин, — напомнила Матильда. — Так что, мне теперь тебя отправлять удовлетворять клиенток ради денег? А если найдется та, которая захочет тебя избить или затрахать до потери сознания, так это же нормальный риск.

Кирилл резко помрачнел.

— А ведь это одно и то же, — сказала Матильда. — В любом случае страдает тело.

— Нет. В моем случае любое понятие о гордости втаптывается в грязь, — хмуро ответил Кирилл.

— Вот как ты заговорил! Гордость! А у Шеля тоже есть своя гордость!

— Он пошел на бои без правил не ради корабля! — взорвался Рыжий. — А ради того, чтобы ты ему родила ребенка. Ребенка, которого он будет воспитывать! Ради семьи! Да ради такой возможности я бы тоже сразился хоть с богом, хоть с дьяволом, только вот проблема — я не умею. Все, что я могу — удовлетворять женщин! И ни мне, ни Нату не добиться…

Голос Кирилла сорвался. Он отвернулся к окну, не желая показывать Матильде свое лицо. Она только видела, как на скулах ходят желваки да как крепко сжаты кулаки.

— Я ничего ему не обещала, — тихо проговорила девушка.

Рыжий презрительно фыркнул.

— Даже я смогу тебя на такое уговорить, если постараюсь, — сказал он. — Нат усилий приложит меньше. А уж проклятый эльф с бонусом в виде корабля… Сразу предупреждаю — на меня, как на няньку, можете даже не рассчитывать!

— Я и не рассчитываю, — буркнула Матильда — И вообще… моя и ваша жизнь так быстро меняются, что планировать что-то дальше недели я даже не рискую.

— Потому что ты не Натан, — криво усмехнулся Кирилл. — Можешь мне поверить, этот жук уже давно все распланировал.

Матильда только развела руками, раздумывая, стоит ли спросить у Натаниэля, что же он там напланировал? Скорее всего, он улыбнется понимающе, нежно и мудро и ничего не ответит. Но мало ли…

После оформления принадлежности корабля (Кирилл вел себя на удивление прилично, наверное потому, что застрял еще у входа в здание с симпатичной секретаршей), Матильда записалась на курсы, собираясь получить необходимые для управления новым кораблем знания. Конечно, можно было бы и самой разобраться, но позориться перед парнями не хотелось. Да и Рика стоило потренировать.

Официальные полетные курсы для тех, кто совмещал в себе одном все командные функции, тоже находились на первом космодроме. Там, конечно же, все знали о том, что некий эльф выиграл корабль, но вот для кого? Поэтому полюбопытствовать сбежались многие. Главный вопрос, который задавали без смущения — как Матильда могла пожертвовать ЭЛЬФА на бои? И как он теперь себя чувствует? И нельзя ли его выкупить.

Во время этого допроса Матильда страшно жалела, что Кирилл так и остался на улице. Сейчас бы его умение лихо улыбаться и срезать собеседников острым словом очень бы пригодилось. Но пришлось выкручиваться самой.

Поэтому из здания управления космопортом девушка уходила в крайне плохом настроении. Огрызнувшись на какой-то вопрос Кирилла, Матильда залезла в таксофлайер и направила его обратно.

На пафосном Первом космодроме останавливались большие пассажирские лайнеры, Второй пользовался популярностью людей победнее, Третий и Четвертый отдали под грузовые перевозки, а вот на Пятом собирались мелкие предприниматели типа Матильды. Именно там она собиралась искать команду на «Сырок».

Подумать только, ее мечта о собственной транспортной компании начинает сбываться. Не зря Ирка-контрабандистка верит в карму. Появление парней с многочисленными проблемами компенсировалось новым — новым! — кораблем.

Но как же выбрать команду? Матильда сосредоточенно шагала по парковке к кораблю, решая сложную моральную дилемму. «Сырок» родной, любимый и до винтика изученный, отдать в чужие руки? Может, лучше набрать толковую команду на новый корабль? Его, если что, не так жалко. В смысле, жалко финансово, но не морально. А «Сырок» — это же часть души!

Когда Матильда заходила на «Сырок», ни одного сомнения у нее уже не оставалось. Пришла пора двигаться дальше, а старый корабль — это уже прошлое, каким бы замечательным оно ни было. Она, Матильда Ренко, всегда смотрела только в будущее, поэтому не даст своим переживаниям сбить себя с верного пути!

Поэтому она села в капитанское кресло и разослала объявления. Кирилл пошел делиться с Натаниэлем впечатлениями и, заодно, помогать тому разбирать кладовку и третью каюту. Натана никакие переживания не останавливали, поэтому он с утра принялся чистить корабль и инвентаризировать вещи, показавшиеся ему нужными.

Матильда посмотрела на гору «условно нужного» барахла, сваленного Натаниэлем в центре рубки, и удивилась. Надо же, каким количеством имущества она обзавелась за четыре года полетов! А казалось, что у нее почти ничего нет! Интересно, по каким щелям это все пряталось? Хм-м-м… интересно, а это что?

Разобраться с вещами ей помешал звонок Зейна. Выглядел Карат на удивление плохо, валялся на кровати просто так, а не в специальной позе, к тому же в футболке и шортах, что уже было признаком надвигающегося апокалипсиса.

— Ты что, вчера пил? — спросила Матильда вместо приветствия.

Зейн осторожно кивнул, оберегая голову от резких движений.

— То-то ты мне вчера не позвонил! — поняла девушка. — Неужели горе от поражения заливал?

Карат неопределенно повел плечами.

— Знакомых вчера встретил, да и… ты права, горечь от поражения тоже. Твой эльф вышиб моего наемника в полуфинале. Видела же, да?

— Я не смотрела, — призналась Матильда. — Ни одного боя.

— Даже в записи? — изумился Зейн.

— Даже в записи.

Он какое-то время молчал, а потом серьезно произнес:

— Не вздумай рассказать это свои бойцам, особенно пришибленному на голову эльфу. Он этого не оценит.

— Сама знаю, — сказала Матильда.

— Если бы ты знала, Ти-ти, сколько денег я отдал за того наемника, и что? Пшик. Лучше бы тебя цветами заваливал… несколько лет подряд.

— Вот именно, — поддакнула девушка.

— И что теперь? — спросил Зейн. — У меня нет шансов, да?

— У тебя их и не было, — напомнила Матильда. — Даже если бы ты меня цветами заваливал.

Зейн тяжело вздохнул.

— Ти-ти, неужели ты думала, что так просто от меня избавишься? Сейчас — допустим — тебе хорошо с твоими мальчиками. Но рано или поздно ты же захочешь большего.

— Почему ты думаешь, что этого «большего» они мне не смогут дать? — поинтересовалась Матильда.

— Они же рабы, — презрительно скривился Зейн. — Рабы, Ти-ти, у них нет никакого понятия о нормальной жизни. Кто ты для них? Нянька-опекунша. Не будете вы равными, никогда не будете. Я бы еще понял, если бы ты собиралась связать свою жизнь с этим… как его… твоим адвокатом, короче. Вы — равны. А эти подкидыши… Знаешь, почему моя мать не выкупила себе моего отца? Потому что он заглядывал ей в рот — «да, госпожа, как скажете, госпожа». Это не мужчина. А тебе, моя дорогая, нужен мужчина. Настоящий мужчина, а не член на ножках.

— Мой, как ты сказал, член на ножках, мне корабль подарил, — язвительно отозвалась Матильда.

— Да, но… Представь, тебя нет. Что он будет делать с этим кораблем? — спросил Зейн. Увидел замешательство Матильды, грустно кивнул своим мыслям и посоветовал подумать над его словами.

После звонка Карата Матильда ни о чем не успела подумать. Потому что ей позвонили с родной планеты.

Вопреки ожиданию — и высветившемуся номеру — на экране появился не Беральд, а молодой мужчина.

— Старший сын? — сама у себя спросила Матильда. — Адалерт… нет, Арбелар… нет…

— Абелард, — напомнил сын главы клана. — Матильда, ты…

Девушка заинтересованно подперла рукой щеку и посмотрела на Ренко ожидающим взглядом.

— В общем, отец настоял, чтобы я извинился перед тобой, — очень мрачно и без капли раскаяния сказал Абелард, косясь куда-то в сторону. Скорее всего, там стоял суровый Беральд. — Это я запугивал твоих родных. Хотел, чтобы ты вернулась и вышла замуж за моего брата.

— А перед моими родителями ты извинился? — спросила Матильда. — Они, можно сказать, подвиг совершили — уже второй раз за год мне написали!

— Позже извинюсь, — еще больше помрачнел Абелард. — Отец настаивает, чтобы я это сделал публично. Типа преподать урок всем, кто захочет заполучить тебя вместе с кораблем.

— У меня теперь их два, — внешне равнодушно произнесла Матильда. — Вот, вчера себе совершенно новый транспортник среднего класса приобрела.

— Два! — взвыл Абелард. — Новый! Вот, отец, а ты был против! Я же говорил! Говорил! Если бы этот идиот Бернар…

На мониторе терминала появился глава клана. Лицо у него просто лучилось печалью.

— Ты точно не хочешь вернуться, Матильда? — спросил он без особой надежды. — Даже если я тебе предоставлю отдельный статус? Хочешь, например, стать послом клана на другие планеты?

— Нет, — отказалась Матильда. — Мне нравится торговать, и этим я и буду заниматься. А дипломатия — не мое. Меня люди бесят.

Беральд развел руками.

— Мне лишь остается корить себя за то, что не рассмотрел вовремя, какой ты самородок.

Матильда постаралась скрыть, что ей это очень польстило.

— Так вы не будете трогать моих родителей? — уточнила она. — И братьев с сестрами?

— Нет, даю слово, — поклялся глава клана. — И мои сыновья тоже обещают не предпринимать никаких действий, не посоветовавшись со мной. Правда, Абелард?

— Правда, — кисло сказал наследник.

К счастью, на этом общение с соклановцами для Матильды закончилось.

Но не успела она перевести дух, как позвонила Ирка.

— Тильда, слышала, ты команду набираешь? — спросила она. — Хочешь совет умудренной жизнью капитанши? Съезди к Шестому или Седьмому и размести в их внутренней сети свое объявление. У курсантов Академии как раз недавно был выпуск, желторотиков никто не нанимает, ради опыта они будут работать просто за еду!

— А они мне корабль не разобьют? — с опаской спросила Матильда.

— Детка, они хоть и без опыта, но знают и умеют куда больше тебя. Вспомни, сколько лет их учат.

В словах Ирки был резон, как ни обидно это признавать. Да и молодые выпускники точно стоят дешевле, и гонора у них поменьше, чем у потенциальной будущей наемной команды.

Поэтому Матильда поблагодарила Ирку и поехала к Шестому космопорту. Кирилла она не взяла, постаравшись улизнуть с корабля как можно незаметнее. Пусть оттачивает свои навыки на прожженных жизнью девушках с Пятого, а не вводит в смущение молоденьких выпускниц.

Матильда разместила объявление о наборе целой команды, рассудив, что так она справится с наймом персонала быстрее. К тому же сразу увидит, насколько можно доверять нанимаемому капитану, определив это по его людям.

Приняв звонок от Вани, срочно требующего логотип новой транспортной компании, Матильда помчалась к дизайнерам. Набросок у нее был заготовлен уже давно, но она никому его не показывала из-за какого-то суеверного опасения, что это испортит ее планы.

«МатРе» с ярким цветком в облаке. Да! Скоро придут специальные работники и нанесут логотип на оба ее корабля! Надо еще вышивку заказать на комбезы… Электронную подпись… Еще куча дел!

В хлопотах прошел день. Под вечер, когда Матильда присела в кафе поужинать, пришло извещение из госпиталя. Бу можно забрать домой, а вот Шеля из реанимации перевели в обычную капсулу, и он скоро должен проснуться.

Торопливо проглотив все, что было на тарелке, Матильда понеслась в госпиталь. Сначала зашла к Бу, предупредила, что она здесь и не собирается его бросать. А потом пошла к Шелю.

Бледный до синевы эльф спал в капсуле, укрытый термопростыней. Матильда села рядом на специальное кресло для посетителей и положила голову на край капсулы. Тронула шелковистые волосы Шеля, спутанные, но чистые. Как только он проснется и сможет держать голову, надо будет ими заняться. Почему-то Матильде не хотелось, чтобы кто-то из медперсонала расчесывал и заплетал эльфа.

Девушка прикоснулась к жилке на его шее, почувствовала ее успокаивающее биение. Да так и заснула.

* * *

Матильду разбудили осторожные прикосновения губ к ее ладони. Открыв глаза, она встретилась с нежным взглядом Шеля. В зеленых, словно молодая трава, глазах плескалась радость и ласка. Интересно, когда он проснулся? Матильда не сомневалась, что какое-то время он просто смотрел на нее, повернув голову, и только потом поцеловал.

— Госпожа, — едва слышно сказал он. — Вы пришли… Вы ждали, когда я проснусь!

— Тссс! — Матильда положила палец на его губы. — Я не знаю, можно ли тебе говорить! Как же так, Шель? Мне все говорили, что ты самый сильный боец, а ты! Нет, не отвечай, глупый вопрос, да.

— Опыта в таких боях мало, — все же ответил эльф. — Я…

— Ты идиот! — вдруг вспылила девушка. — Самый настоящий! Зачем было доводить себя до такого состояния! Сутки в реанимации в лучшем госпитале! Да это же… Тебя вырвали из лап смерти! А если бы не смогли? Как бы я с этим жила?! Господи, Шель, ну как ты мог! Ради корабля, ради… ради чего? Не стоит железка твоей боли! Ты же мог отказаться еще в полуфинале!

— Я не хотел вас разочаровывать…

Матильда хлопнула себя по лбу.

— Ты не смей так больше поступать, понял? — сказала она и вдруг заплакала. Вспомнилось ей, как в регенерирующей жидкости плавало тело Шеля, подумать страшно, что бы могло случиться!

— Госпожа… я не стою слез…

— А кто стоит? Кто? Шель, ты… поправляйся скорее. В новый корабль я без тебя не зайду, ясно?

Эльф только улыбнулся. А потом закрыл глаза. Все же он был еще слишком слаб.

Матильда наклонилась, поцеловала его — просто прикоснулась губами к губам, ненадолго задержавшись.

Только вот нежности в этом легком поцелуе было больше, чем в длительном процессе занятия любвью.

Не зная, что делать со своими чувствами, Матильда попросту сбежала, провожаемая пристальным взглядом эльфа.

27. Команда

Бу прощался со своими соседями по палате так, будто они вместе не сутки пролежали, а как минимум неделю.

— Они мне завидуют, — самодовольно сказал Бу, когда Матильде удалось прервать трогательные объятия целыми конечностями и выволочь великана в коридор.

— Потому что ты уходишь, а они остаются? — поинтересовалась она.

— Нет, потому что меня забирает домой мой капитан! — пояснил Бу. — И что мое лечение продолжится. Большинство наемников наниматели оставили в госпитале — расплатились и все.

— Ты не наемник, — напомнила Матильда.

— Я с членами экипажа не лежал, поэтому как у них, не знаю. Но… я так понял, это очень круто, когда тебя нанимают не на разовую акцию…

— Бу, ты же в курсе, что мужчин в моем экипаже и так переизбыток? — осторожно поинтересовалась капитан. Еще не хватало, чтобы жалостливый великан начал уговаривать принять на «Сырок» какого-то избитого коллегу!

— Конечно, мэм, я все понимаю! — истово закивал Бу. — Я просто рассказываю. Мэм, а… можно купить пива?

— Можно, конечно, но зачем? — удивилась Матильда.

— Парни из палаты сказали, что нужно отметить успешное окончание боев и выписку.

— О! — Матильда достала из кармана личностной браслет Бу, который тот снял перед боями. — Натаниэль перевел тебе деньги, которые ты выиграл. Они на тебя ставили, и заработанный процент можешь тратить на что хочешь. Но только не на алкоголь. Потому что мне врачи дали инструкцию к твоему лечению, и туда входят манипуляции в медкапсуле, а не выпивка.

— А конфеты? Я могу купить конфет?

Матильда кивнула, и они поехали в супермаркет. В нем Бу оттянулся по полной, купив около тридцати килограммов всяких сладостей.

— Зачем так много? — вздыхала Матильда, загружая коробки в таксофлайер и с печалью думая о том, что их придется еще переносить в космодромовский таксо-кар. Бу виновато крутился рядом, но нагружать его едва сросшиеся кости категорически не рекомендовалось.

— Давайте позвоним Нату, он нас встретит на входе… — предложил он.

— Нет уж. Меня не было целый день, хочу нагрянуть внезапно. Ради этого я и конфеты потаскаю.

Бу вздохнул.

— Да не сделает Кирилл ничего страшного, поверьте!

Матильда засмеялась.

— Вот и проверю.

* * *

Кирилл действительно не сделал ничего страшного, во всяком случае, на корабле. Потому что его там не было.

— Надо установить время возвращения на корабль, — недовольно пробурчала Матильда. — Где рыжего носит?

— Он за Риком пошел, — сказал Натаниэль. Теперь была его очередь носить сладости.

— Что-то случилось? — заволновалась Матильда.

— Не знаю, — признался Натаниэль. — Мне, во всяком случае, Рик не звонил. Матильда, там на терминал пришли резюме, я не стал без тебя смотреть.

* * *

К двум ночи Натаниэль уже не скрывал волнения, то и дело поглядывал на браслет, разрываясь между желанием позвонить Кириллу и запретом Матильды это делать. Она же терпеливо ждала звонка из полиции. По ее мнению, такое долгое отсутствие парней означало только то, что Кирилл все же доигрался, да еще и мальчишку за собой потащил.

Бу гипнотизировал коробки с конфетами, заявив, что без друзей он их открывать не будет. Матильда просматривала резюме желающих наняться на «Сырок».

— Что у вас произошло с Шелем? — не выдержал Натаниэль.

— В смысле? — удивилась Матильда. — Все нормально, он будет еще несколько дней лежать в специальной капсуле, а потом заберем его домой долечиваться. А что?

— А то, что ты делаешь все, чтобы не думать о Шеле! — сказал Натаниэль. — Даже если ради этого нужно думать о том, что случилось с Кириллом!

Матильда не справилась с лицом — что это еще за приступы ясновидения? И как от них защититься?

— Ага, — с мрачным удовлетворением произнес Натаниэль. — Я угадал!

Матильда заскрипела зубами, но промолчала. Как… почему он может одной фразой упорядочить то, что происходит у нее в голове? Но делиться с Натаниэлем чувством нежности, которую она вдруг испытала к Шелю, тоже не правильно.

— Я о Шеле не думаю, меня куда больше волнуют собственные чувства. Отдать «Сырок» кому-то в руки так жалко! Я вот читаю резюме и понимаю, что они все недостойны моего транспортника. Пусть он старый, пусть неказистый, но для меня он…

— Понимаю, — сочувственно кивнул головой черноволосый.

— И я понимаю, — добавил Бу. — Я был так влюблен в свою первую учительницу секса. Какое-то время даже не мог возбудиться на других. Потом привык, но ее всегда буду помнить.

— Нашел с чем сравнивать! — разозлилась Матильда. — Корабль и… и… учительницу секса!

— А что такого? — не понял Бу. — Ты летаешь, а я женщин удовлетворяю. Тоже профессия.

С этим поспорить было трудно, но Матильда все же оставила за собой последнее слово.

— Напоминаю, что это уже не твоя профессия! — сказала она.

Бу открыл рот, но что-либо сказать не успел, потому что в корабль ввалились Кирилл и Рик. Рыжий поддерживал парнишку, который едва перебирал ногами.

— Что случилось? — ахнула Матильда. Ее ноги отяжелели, а во рту пересохло. Сердце испуганно подпрыгнуло к горлу, а потом провалилось в пятки. — Он ранен?

Подскочивший к парням Натаниэль присмотрелся к Рику, а потом с отвращением произнес:

— Да он пьян! Точнее, они оба пьяны!

Матильда отмерла. Ей очень хотелось стукнуть Кирилла чем-нибудь тяжелым. Она даже не сомневалась, что зачинщиком непотребства был именно он.

— Капитан! — Рик с трудом поднял голову. — Я остался верен вам, капитан!

— О, Господи! — возопила Матильда. — Ты что же, потащил Рика в бордель?!

— Нет, — Кирилл скинул свою ношу на руки Натаниэлю и оскорбленно выпрямился. — Я никогда не буду покупать любовь! Потому что любовь не купишь! А платить деньги за подделку не собираюсь! Мы просто пошли в бар… Рик сегодня диплом получил, Нат, представляешь?! Мы думали, что ты будешь первым, а мальчишка тебя обскакал! Вот мы решили это отметить, а потом к нам девочки подсели, то, се…

Кирилл попробовал махнуть рукой, но его повело.

Матильда, вне себя от злости, подскочила к рыжему и принялась трясти его за плечи.

— Да что ты себе позволяешь! — рычала она. — Зачем ты напоил Рика?

— Стоп! — сказал Кирилл. — Не тряси. Сейчас стошнит!

Матильда отпрыгнула от парня подальше. Пошатываясь, он быстро скрылся за дверями мужской каюты.

— Натаниэль, уложи Рика на кровать и вколи ему с помощью медкомплекса какой-нибудь антитоксин, и поддерживающее печень, и… не знаю, что там надо еще.

— Хорошо, — Натаниэль, судя по непрошибаемому спокойствию, ничего плохого в сложившейся ситуации не видел.

А Матильда села за терминал и принялась методично уничтожать все мужские резюме. Пьянки, гулянки, драки… Нет, Ирка права! Только женские экипажи! Так есть хоть какой-то шанс увидеть свой «Сырок» целым!

* * *

Матильду разбудил пристальный взгляд, от которого даже лицо зачесалось. Она открыла глаза. На краю ее койки сидел Рик, трезвый и глубоко несчастный.

— Уже полдень, мэм, — сказал он виноватым голосом. — Там кандидатки на собеседование пришли.

— Угу, — Матильда потянулась и зевнула.

— Простите меня, — вдруг всхлипнул Рик. — Я так виноват… Я больше не буду!

— Прекрати, — поморщилась Матильда. — Я вовсе не злюсь. К тому же… вряд ли у тебя был шанс противостоять Кириллу, раз уж он задумал тебя напоить.

— Я не хотел, правда, не хотел… Но…

— Рик, все хорошо, — Матильда растрепала платиновые волосы. — Урок я усвоила и на новом корабле введу устав с наказаниями за подобные проступки. А сейчас… поздравляю с дипломом!

Она поцеловала паренька в щеку.

— Теперь подучи хорошенько необходимый для сдачи экзамена на совершеннолетие минимум, и… Представляешь, что? Ты получишь все документы!

— И смогу на вас жениться? — спросил Рик.

Матильда закатила глаза. Что ж им всем так это нужно?

— Получи сначала документы, а потом посмотрим, — уклончиво ответила она. Пусть у парня будет стимул. — Пойдем смотреть претенденток.

Рик внезапно обхватил Матильду руками и притянул к себе, положил голову на ее плечо и замер, щекоча ее шею своим дыханием.

Матильда погладила его по спине, ощущая под тонкой тканью футболки мышцы, появившиеся от тяжелой физической работы, а не от прокачки тела в спортзале.

— Рик, — мягко сказала она, — сегодня вечером у нас будет время. А сейчас нас ждут люди. К тому же, милый мой, не сильно задирай дипломированный нос. С завтрашнего дня мы вместе идем на курсы. Нужно хорошенько разобраться в новом корабле. Ты же помнишь, что мне не на кого больше положиться, кроме как на тебя?

— Шель хотел стать пилотом, — напомнил Рик, поднимая голову и нехотя выпуская Матильду из объятий.

— Шель сейчас в госпитале, и когда его отпустят на домашнее лечение — неизвестно.

— А вы можете перенести начало занятий? Записать нас в другую группу? — спросил Рик. — Шель и правда расстроится, капитан. Для него это важно.

— А почему ты так за Шеля переживаешь? — с подозрением спросила Матильда.

Рик хитро улыбнулся.

— Потому что вы тоже за него переживаете.

— Я за всех вас переживаю, — не поддалась на провокацию Матильда. — Даже за Кирилла. Все, Рик, за работу.

Девушки, пришедшие на собеседование, вовсе не скучали. Их развлекал Кирилл. Хотя Матильда запретила ему пользоваться какими-либо средствами для облегчения похмелья, рыжий выглядел прекрасно. А в окружении космолетчиц так вообще сиял.

— Кирилл, — строго произнесла с трапа Матильда, — заканчивай флирт. У тебя есть работа — найти груз на два корабля.

— Капитан, — сногсшибательно улыбнулся рыжий прохвост, — не переживайте. Я просто проверил девушек и должен сказать, что они вам совершенно не годятся.

Глядя, как вытянулись от удивления лица недавних выпускниц, Матильда не смогла сдержать смешок. Но потом строго спросила:

— Почему ты так решил? Может, потому что разбираешься в кораблях?

— Нет, — сказал за спиной Матильды Натаниэль, до этого спокойно наблюдавший за флиртом Кирилла, — он неплохо разбирается в людях. Мы отправили восвояси уже две группы соискательниц.

— Как вы посмели? — разозлилась Матильда. — Капитан здесь пока что я, и только я могу принимать подобные решения!

Натаниэль согласно кивнул.

— Мы и не спорим. Но ты сама дала мне функции финансиста. Поверь, я могу определить, может ли человек принести нам деньги или нет. Матильда, в учебнике по управлению персонала написано, что первоначальные собеседования проводит вовсе не глава компании.

Матильда глубоко вдохнула. Потом выдохнула.

— И чем же вам не понравились конкретно эти девушки? — спросила она.

Кирилл принялся перечислять, по очереди указывая на девушек:

— Вот эта хочет быть капитаном, но не способна как следует отдать приказ или взять на себя ответственность. Вот эта хочет не навыки свои совершенствовать, а найти себе хорошего мужа и спрятаться под его крылом. Значит, «Сырок» без такой возможности ей не интересен. Вот эта — типа механик, но ты посмотри на ее руки! С новым двигателем справится, но вот копаться в «Сырке» ей не позволит маникюр.

Матильда посмотрела на длинные ярко-красные ногти скривившейся от ярости шатенки.

— Мы… мы с тобой по-хорошему разговаривали, а ты специально все секреты выведал! — дрожащим от обиды голосом воскликнула та, которая хотела быть капитаном.

Кирилл же послал ей воздушный поцелуй и скрылся внутри корабля.

— Увы, — развела руками Матильда, — я не могу вас нанять!

— Я закончила космическую академию с одними «отлично»! — «капитан» чуть не плакала. — У меня по управлению тоже было «отлично», а этот ваш…

— О, Кирилл — это как раз тот, которым «отлично» по управлению не испугаешь, — рассмеялась Матильда. — Он навыки на практике проверяет. Каждый день, паршивец, совершенствуется.

— Но я же не буду управлять им!

— Благодари всех богов галактики за это, — сказала Матильда. — Я могу дать тебе шанс. Найди толковую команду и возвращайся.

К вечеру Матильда объелась шоколадных конфет, которыми щедро поделился Бу, и все же нашла подходящую команду на «Сырок». Девушек одобрили сначала Кирилл и Натаниэль, потом Рик погонял механика по знаниям, а Матильде осталось только утвердить решение.

Но все же день выдался тяжелым. Она никогда еще не набирала себе подчиненных и никак не думала, что это будет так утомительно. Самое тяжелое — отказывать тем, кто смотрит на тебя жалостливыми глазами и кривит губы в попытке сдержать слезы. Выпускникам работа действительно была очень и очень нужна, и если бы не циничный Кирилл, Матильда бы довольно быстро сдалась.

Наверное, ей стоило быть благодарной своей тяжелой жизни. Пусть учеба в академии так и осталась мечтой, зато все полученные навыки она тут же отрабатывала на практике, но не на безопасных тренажерах под присмотром куратора, который и подстрахует, и поможет, а с наставником, который и подзатыльник отвесить может, и штраф выписать. Зато к покупке собственного корабля Матильда уже могла самостоятельно справиться почти с любой проблемой.

После ужина Матильда прихватила Бу, которого хотела показать врачу, и поехала в госпиталь проведать Шеля.

После осмотра — доктор похвалил идеальные гены и здоровье Бу, которые помогли ему так быстро восстановиться, Матильда оставила великана болтать с приятелями, а сама пошла на прием к лечащему врачу Шеля. Честно говоря, она волновалась перед встречей, уж очень настойчиво специалист зазывал ее на беседу.

— Ваш подопечный просится домой, — сказал ей пожилой специалист, неодобрительно хмуря брови. — Ему нужно еще как минимум три дня лежать в капсуле интенсивного лечения, и это при том, что он обладает практически фантастической регенерацией! Уверен, что вы не сможете обеспечить ему надлежащий уход! Я вообще поражен, как вы могли выпустить его на бои! Это же уникальный материал!

— Для меня Шель не материал, — вежливо перебила доктора Матильда. — Для меня он человек, имеющий право принимать решения. Если он захотел участвовать в боях, то на каком основании я ему могла запретить?

— На основании того, что вы опекун.

— Давайте прекратим этот бессмысленный разговор, — сказала Матильда. — Ваша позиция понятна — я едва не загубила уникальное создание. Но прошу принять во внимание, что вы имели доступ к его телу и могли заняться всесторонним изучением. Ведь, как я понимаю, к остальным эльфам доступ получить практически невозможно.

— Увы, это так, — вздохнул доктор. — В приюте свои врачи, а рабов лечат семейные терапевты. Но, госпожа Ренко, вы должны понимать, что механизм принятия решений у эльфа несколько иной, чем у обычного человека. Ради своей хозяйки он пойдет на что угодно. Постарайтесь больше не допускать подобных авантюр. Ни один наемник — да и не один здравомыслящий человек — не позволил бы себе принять все те стимуляторы, которые принял Шель. А все потому, что у него нет инстинкта самосохранения, понимаете? Эльфы — лучшие телохранители не только потому, что их тренируют едва ли не с рождения, а потому что у них не случается задержки в критической ситуации, когда инстинкт самосохранения вступает в конфликт с чувством долга наемного телохранителя. Ради достижения цели эльф сделает все. Абсолютно все. А вы… у вас в руках опасная игрушка, которой вы не можете как следует распорядиться. Все покупатели получают к своим питомцам инструкции. К сожалению, это секретный документ, получить доступ к его полной версии правоохранительным органам пока не удалось. Но даже из имеющихся отрывков понятно, что с покупкой стоит обращаться умело. Вы хоть представляете себе количество психологических вмешательств, которые переживает каждый эльф?

— К чему вы ведете? — прямо спросила Матильда.

— Я настоятельно рекомендую вам отдать Шеля в приют, — сказал доктор. — В том случае, если вы не согласитесь, у меня есть право настоять на медицинской и психиатрической комиссии, которая докажет, что вы не сможете управляться с эльфом, и его жизнь в ваших руках будет сплошным страданием.

— Даже так? — удивилась Матильда, вызывая Ивана. — Ваня, у нас проблемы. Шеля хотят отобрать.

Ваня отложил вилку, проглотил еду, вытер салфеткой губы и тоскливо спросил:

— А они не могут этого захотеть после того, как я поужинаю, а?

Матильда молча повернула браслет в сторону доктора. Адвокат скривился и велел:

— Ничего не подписывай, я скоро буду.

— Вы совершаете ошибку, — сообщил доктор.

— Это вы совершаете ошибку, — сказала Матильда. — Если вам так необходимо улучшить жизнь Шеля, то для начала спросите у него самого, чего ему хочется.

— Вы не понимаете! У него в голове прошиты такие блоки…

— А желание иметь ребенка в этих блоках прописано? — поинтересовалась Матильда.

— Нет, — растерялся доктор.

— А он хочет ребенка. От меня. Более того, он выиграл корабль не потому, что я приказала, а потому что он хочет обеспечить семью домом. А также он собрался на курсы пилотов, чтобы зарабатывать деньги. Что из вышеперечисленного ненормально?

— Ненормально то, что это хочет эльф! Согласно отчетам, в приютах у проживающих там несчастных подобные мысли возникают только после определенного психиатрического курса лечения!

— А у моего, как видите, они возникли совершенно самостоятельно, — сказала Матильда.

— Он опасен! — воскликнул врач. — Опасен! Я вызываю полицию.

28. Девственность

После этих слов Матильда вскочила со стула и помчалась в палату к Шелю.

Эльф лежал под колпаком капсулы и читал книжку. Увидев Матильду, он сначала обрадовался, а потом, рассмотрев ее выражение лица, резко посерьезнел. Дернулся, откинул крышку капсулы, не обращая внимания на писк датчиков, попытался встать.

— Лежать! — рыкнула Матильда, садясь рядом с капсулой.

— Что случилось, госпожа?

Матильда немного подумала и решила сказать правду:

— Тебя отобрать хотят.

Шель побледнел чуть ли не до синевы.

— Как? — выдохнул он. — За что?

— Не знаю. Доктор сказал, что ты опасен.

— Вы ему верите, госпожа? — тихо спросил Шель.

— Нет, конечно, — твердо сказала Матильда. — И я тебя никому не отдам. Сейчас Ваня приедет, он им покажет!

Шель прикоснулся к руке Матильды, помедлил, а потом решительно переплел свои пальцы с ее.

— Для меня главное — что вы не хотите меня отдавать. А остальное ерунда.

— Я совершенно точно не хочу тебя никому отдавать, — от всего сердца сказала Матильда.

За взгляд, которым одарил ее Шель, можно было даже свернуть горы.

Они молча ждали, пока в палату кто-то придет, но ни доктора, ни полиции не было.

Через полчаса пришла медсестра, которая сказала, что Шеля выписывают, все необходимые предписания будут высланы на браслет Матильды, а адвокат попросил подождать его возле регистратуры госпиталя. Доктор на глаза так и не показался.

— Ничего не понимаю, — призналась Матильда, когда они уселись на стулья для ожидающих. Шель хоть и крепился, но ходить ему было еще тяжеловато. Поэтому он только вздохнул и положил голову на плечо Матильды.

Все объяснил Ваня, явившийся буквально через несколько минут.

— Любишь ты, Мотя, влипать в неприятности, — сказал он, протягивая Матильде стаканчик с горячим молоком. — Надо же было попасть именно на того доктора, который мечтал о собственном эльфе!

— Во-первых, это не я влипла в неприятности, а Шель, это же он попал к этому доктору, — заметила Матильда. — Во-вторых, ты нас отбил?

— Конечно! — возмущенно проговорил Ваня. — За кого ты меня принимаешь! Нам даже платить за лечение Шеля не придется, потому что клиника решила простить нам этот долг в качестве извинения за неправомерные действия врача.

— Шель, — испугалась Матильда с опозданием, — как ты себя чувствуешь? Ваня, нам срочно нужно поехать в другой госпиталь! Вдруг этот врач что-то не так сделал!

— Да все он так сделал, — отмахнулся Ваня, отпивая кофе из своего стакана. — Доктор же Шеля себе забрать планировал, так что все сделал в лучшем виде.

— А зачем он ему? — спросила Матильда. — Для опытов?

— Для секса, — ответил Ваня. — Хотя, может, и для опытов тоже, но главное — для постели.

Шель тяжело вздохнул.

— А как ты заставил доктора во всем признаться? — спросила Матильда.

— Профессиональный секрет, — хитро улыбнулся адвокат. — Открою его за еще один тройничок!

— Ваня! — возмутилась девушка.

Иван пил кофе, держал паузу и коварно щурился, глядя, как Матильда медленно закипает.

— На самом деле, у меня всегда готовы к вызову члены бригады для освидетельствования, — сказал он как раз в тот момент, когда возмущенная подруга уже была готова выложить все, что накипело. — В практике всякое случается. Так что психиатр, травматолог, нарколог, судмедэксперт и врач общей практики, имеющие соответствующую лицензию, сегодня неплохо заработали. Вообще-то я, конечно, их брал для экспертизы Шеля, но… Этот подонок планировал запугать тебя, потом написать соответствующий акт и забрать Шеля к себе. Типа поместить в специальный санаторий, а на самом деле…

— Нужно как можно быстрее улетать, — сделала вывод Матильда. — В космосе на Шеля никто посягать не будет.

— Мне очень жаль, что я доставляю вам столько проблем, — сказал эльф.

— Не говори ерунды, — отмахнулась Матильда. — Это окружающие люди доставляют нам проблемы.

Ваня встал и протянул Шелю руку.

— Не геройствуй, — укорил он в ответ на отрицательное покачивание головой. — В глазах Матильды ты не упадешь.

Они уже вышли из госпиталя, когда Матильда остановилась и хлопнула себя по лбу.

— Бу! Я забыла про Бу! Как стыдно-то!

Она набрала номер Бу, но он, смущаясь, попросил оставить его в клинике. Потому что «празднует с парнями», и «разбивать компанию» ему неудобно. Матильда, вздохнув, попросила, чтобы он не напивался до непотребного состояния.

— Вчера Кирилл напоил Рика, — пожаловалась она Ване, пока они летели к космодрому. — А еще каких-то девиц нашел и хотел, чтобы те с Риком переспали.

— Он отказался? — заинтересовался Ваня.

— Да.

— Ну и правильно. Пьяным заниматься сексом — это гадко. Кстати… Мотя, я про тройничок серьезно. Мне понравилось, очень! Пока ты здесь, давай повторим, а? Потом ты улетишь, а я опять превращусь в скучного правильного адвоката, который живет с нелюбимой, но идеальной, женой.

— Не нужно давить мне на жалость! — сказала Матильда. — Ваня, с каких пор тебе так хочется совместного секса?

— Да с тех самых, как мы с тобой первый раз переспали, — признался Иван.

Матильда от изумления замерла с открытым ртом.

— Но… но… ты так ловко это скрывал! Я была уверена, что мы просто друзья!

— Мы не просто друзья, мы близкие друзья, — сказал Ваня. — Или… нет?

— Ближе тебя у меня никого нет, — признала Матильда.

— Матильда, ты прекрасная женщина, — сказал Иван. — И прекрасна во всем. От того, будем мы с тобой спать или нет, мои чувства к тебе совершенно не изменятся и останутся такими же, как и много лет назад. Но раз уж ты завела себе целый гарем, и раз уж у нас в сексе полная гармония, почему бы не добавить в жизнь немного удовольствия?

Матильда задумчиво потерла подбородок, потом посмотрела на напряженно следящего за разговором Шеля.

— Шель не в форме для тройничка, — наконец, сказала она. — Рик неопытный, Бу пьянствует с наемниками, Кирилла в такое дело я пускать не хочу… слишком ты мне дорог, чтобы разбавлять тебя этим паршивцем. Натаниэль… Не думаю, что он согласится.

— Согласится, — хрипло сказал Шель. — Ради того, чтобы привязать вас к себе — согласится.

— А ты поэтому согласился? — поинтересовалась Матильда.

— Нет, я просто хотел доставить вам удовольствие.

— Так почему ты считаешь, что Натаниэлю это не важно?

— Нашла у кого спросить, — хмыкнул Ваня. — Да эти двое друг друга терпеть не могут. Сейчас Шель тебе так перекрутит все мотивы поведения Натана, что ты от него шарахаться станешь.

Шель промолчал с равнодушным выражением лица, но Матильда знала, что Ваня прав.

Когда таксо-флайер приземлился перед входом в Пятый, Ваня вздохнул:

— Мне все понятно. Выздоравливай скорее, Шель, без тебя тройничок не состоится.

— Бу-бу-бу, — рассмеялась Матильда и чмокнула Ваню в губы. — Пусть это тебе послужит утешением.

— Слабое какое-то утешение, — пожаловался Ваня. — Прорвемся, Мотя.

— Прорвемся, — ответила она, и таксо-флайер взмыл в небо, унося адвоката к его идеальной жене, которая, конечно же, никогда не согласится на тройничок.

* * *

Уложив Шеля в медкапсулу, Матильда пошла к себе, встала под душ да так и замерла, наслаждаясь ощущением бьющих по телу струй. Сколько она так простояла? Наверное, не меньше получаса, раз Рик забеспокоился и вошел в ванную.

Постучав по непрозрачной стенке душевой кабинки, платиноволосый спросил:

— Мэм, все в порядке?

— Да, — ответила Матильда. — А что?

— Там Кирилл рвется к вам спинку потереть, — честно признался Рик. — Я его не пустил и дверь в каюту заблокировал.

— Правильно! — сказала Матильда, выключая воду. Ей захотелось пошалить, поэтому из кабинки она вышла совершенно обнаженная, наслаждаясь восхищенным взглядом Рика. — Вытрешь меня?

— Да-да, — сказал парень и потянулся за полотенцем. Матильда скосила взгляд вниз и едва сдержала улыбку. Какая же малость нужна некоторым для возбуждения.

Вытирал Рик ее осторожно и неумело, пламенея щеками и ушами. Иногда ему не удавалось справиться с собой, и пальцы сжимались на полотенце так сильно, что Матильда удивлялась, как оно еще не порвалось. Почему-то эти неумелые движения, тяжелое дыхание, подрагивающие пальцы Рика возбуждали Матильду настолько сильно, что она начала подумывать о продолжении прямо в ванной.

— Кажется, все, — хрипло выдохнул Рик. — Я… мне надо под душ, мэм.

— Конечно, — Матильда потрепала его по щеке. Паренек вздрогнул от прикосновения и потянулся за ее ладонью. — Приходи скорее, мне без тебя не спится.

Рик торопливо кивнул. Возбуждение явно доставляло ему неудобство, и ему хотелось избавиться от него как можно быстрее.

А Матильда легла на койку так, чтобы, при выходе из душа, взгляд Рика первым делом натыкался на ее бесстыдно раздвинутые ноги.

Пожалуй, она сама не могла объяснить себе, что на нее нашло. Может быть, разговор во флайере как-то подтолкнул к мысли о том, что Рик обожает ее без всяких корыстных мыслей? Место в экипаже корабля он получил первым и совершенно заслуженно. От того, будет ли он спать с Матильдой или нет, его положение совершенно не зависит. Как и его отношение к ней. А может ей просто нравился его взгляд, полный преданности и доверия, без всяких психологических блоков? Да, он хочет на ней жениться, но это не самоцель, как у тех же Шеля или Натаниэля. Просто в глазах Рика все пары должны быть женаты, другого в своей жизни он не видел.

К тому же, Кирилл прав. Рик первый, кто приблизился к получению настоящих гражданских документов. И с завтрашнего дня им предстояло вместе учиться на курсах.

Додумать Матильда не успела. Рик вышел из ванной и замер. Его взгляд прилип именно к тому месту, на которое Матильда и рассчитывала. Все же профессионал в художественном лежании на постели, Зейн, прав: правильная поза — залог половины успеха.

— А-а-а, — выдавил Рик, пытаясь заставить мозг работать, — что это вы делаете, мэм?

— Лежу, — ответила Матильда, с удовольствием наблюдая, как увеличивается выпуклость в трусах Рика.

Парень держал штаны с таким видом, будто это был спасательный круг.

— Я думал, мы будем спать, — жалобным голосом проговорил он. — Я вот разделся…

— Ложись, — сказала Матильда, как бы невзначай скользнув ладонью по груди, животу и бедру.

Рик сглотнул.

— Да, — сказал он. — Ложусь.

Уронив штаны, он на деревянных ногах подошел к койке и снова замер, глядя на Матильду.

— Я, — Рик облизнул пересохшие губы, прокашлялся, — я… я, наверное, спать так не смогу… мэм.

— Почему же? — притворно удивилась Матильда.

— Потому что… я… я хочу вас так, что сейчас просто умру! — выпалил он.

— Не нужно умирать, — Матильда протянула к нему руки. — Иди ко мне, Рик.

Рик издал звук — нечто среднее между вскриком и стоном — и бросился к девушке. Навис над ней, опираясь на руки.

— Но я ведь… ничего не умею, — прошептал он почти с отчаянием.

Матильда приподнялась, чтобы удобнее было снять с него трусы, поцеловала его грудь, провела языком влажную линию от соска с соску.

— Расслабься, милый, — мурлыкнула она. — Все получится.

Обхватив Рика ногами, она повалила его на койку, перевернула так, чтобы он оказался на спине. Он совершенно не сопротивлялся, податливо реагируя на каждое ее движение. В широко распахнутых глазах читалась такая гамма чувств, что Матильда побоялась в ней утонуть. Поэтому она принялась целовать его лицо, заставив закрыть глаза. А потом села сверху, направив член внутрь себя с помощью руки.

Рик ахнул и распахнул глаза, невидяще уставившись в потолок. Матильда принялась двигаться, сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Рик сжал пальцы на ее бедрах, закусив губу, он всхлипывал при каждом движении Матильды.

Вдруг он с такой силой сжал бедра Матильды, что она вскрикнула от боли. Резко подал бедра вверх и застонал, забился в оргазме. А потом замер, лишь иногда сотрясаемый дрожью.

Матильда осторожно слезла с Рика, легла рядом, обняла и прижала его голову к своей груди.

Держала его долго, дожидаясь полного успокоения. Рик зашевелился, поднял голову.

— А как же вы, мэм? — спросил он.

— Иногда удовольствие дарить куда приятнее, чем получать, — сказала Матильда поучительно. — К тому же, мне тоже понравилось.

— Я… я хотел бы что-то сделать… но… не могу, мне шевелиться тяжело, — признался Рик.

— Так не шевелись, давай спать, — предложила Матильда.

— А вы не обидитесь? — уточнил паренек.

— Нет.

— Точно?

— Совершенно. Спи.

Утром Матильде пришлось будить Рика. Обычно парень вставал легко, но только не на этот раз. Открыв глаза, он сонно спросил:

— Мне приснилось, или вчера что-то было?

— Было, — сказала Матильда. — А сегодня нам на курсы, так что бегом, бегом! И так проспали!

Натаниэль уже приготовил завтрак и даже вызвал таксо-кар. Увидев выходящего из каюты Рика, он приподнял бровь.

— Смотрю, малыш, тебя вчера знатно отлюбили?

Рик покраснел и кивнул.

— А ты хотя бы смог Матильде доставить удовольствие? — тут же влез Кирилл.

— Не твое дело, — пропела Матильда.

— Очень даже мое! Если мальчишка не справился, я могу его сегодня обучить. На тебе, — заявил Рыжий.

— А если справился? — поинтересовалась Матильда.

— А если справился, то помогу улучшить умения. Опять же на тебе.

— Я против, — сказала девушка. — И вообще, ты заказчиков груза нашел? «Сырок» может лететь хоть сегодня.

— Пока не нашел, — скривился Кирилл. — Матильда, ты иногда бываешь такая противная! Зато сразу видно, что Рик тебя не удовлетворил.

Матильда решила, что на сегодняшнее утро ей Кирилла достаточно, поэтому махнула на него рукой и обратилась к Натаниэлю:

— Сегодня должны прийти работники из компании, логотипы нанесут. Проследи за этим. И за Шелем тоже. И… а где Бу?

— Еще не вернулся, — сказал Кирилл.

— Но я ему звонил, все в порядке, — добавил Натаниэль.

— Ясно.

— Вот! А на меня бы ругалась, — возмутился Кирилл. — А как Бу, так сразу «ясно»!

— Со всеми вами все ясно, — отрезала Матильда, схватила со стола бутерброд, забежала в третью каюту, в которой размещались медкапсулы, помахала рукой Шелю и потащила Рика на учебу.

* * *

Натаниэль проводил Матильду с улыбкой, хотя на самом деле ему хотелось схватить так и лучащегося счастьем мальчишку за волосы и хорошенько приложить его лицом об стену. Почему он? Почему? Почему после той ночи в квартире Матильда на него даже не смотрит? Что он сделал не так?

Несколько раз резко выдохнув, он вошел в каюту к Шелю. Настроение эльфа тоже было далеко от радужного.

— Что я пропустил? — спросил он.

— Ничего, — рыкнул Натаниэль, нажимая на капсуле нужные кнопки.

— На мне не срывайся, — миролюбиво предложил Шель. — Что, ты так и не попал в постель Матильды?

Натаниэль криво усмехнулся.

— Зато в нее попал Рик.

— Он с ней все время спит, — прикинулся дурачком эльф.

— Ты понял, о чем я.

Шель вздохнул.

— Матильда считает, что ты не согласишься на тройник, — сказал он. — А Ваня, оказывается, любитель.

— И ты просто так делишься этой информацией? — не скрыл удивления Натаниэль.

— Я не хочу воевать, — сказал Шель. — Пока не хочу. Пока для нее идеал мужчины — это Иван, нам с тобой ничего не светит. Предлагаю объединиться. Если он решит бросить жену, то у нас не останется никаких шансов. То есть, у тебя-то он будет, а я привязан к ней навсегда.

— Ты можешь обратиться к психиатру, — серьезно сказал Натаниэль. — Жить без выбора — это не жить вовсе.

— Я не хочу, — сказал Шель. — Я насмотрелся на людей. С Матильдой хочется жить. Мой единственный шанс остаться с ней — никогда не снимать блоков. Стоит мне обратиться к врачу, как она тут же радостно вытолкает меня из своей жизни просто потому, что посчитает, что мне нужен другой шанс. А мне он не нужен.

— Я тоже от нее не отступлюсь, — сказал Натаниэль.

— Единственный наш соперник — Иван. Нам нужно держаться друг друга, потому что если она выбросит нас из своей жизни, то вернуться мы не сможем. Посмотри на ее отношения с родителями или Зейном.

Натаниэль протянул Шелю руку, помогая встать из капсулы.

29. Корабль

Через два дня Шель уже достаточно оправился, чтобы перестать шататься при каждом шаге. Ночевал он по-прежнему в медкапсуле, но днем пытался делать кое-какие реабилитационные упражнения, предварительно обсудив это с Матильдой и врачом космопорта.

Капитан вместе с Риком пропадали на курсах. Парень полностью взял на себя механическую часть, позволив Матильде сосредоточиться на управлении и полетах. Приходя домой, они падали и отключались от усталости.

На третий день Кирилл поймал Матильду в ванной. Она обнаружила рыжего, когда вышла из душевой кабинки и потянулась за полотенцем.

— Что ты здесь делаешь? — удивилась — и разозлилась она на Рика: зачем впустил?

Кирилл подал полотенце и серьезно сказал:

— Ты так занята, что пришлось ради разговора принимать крайние меры. Я нашел груз для «Сырка», даже целую цепочку. После четвертой планеты девочкам придется справляться самим, но, думаю, к тому моменту они уже разберутся, что к чему.

Матильда против воли почувствовала зависть. Надо же! У нее получалось создать цепочку разве что в урезанном виде — «забрать груз — привезти на другую планету — там забрать груз — привезти и искать новый», а Кирилл за три дня нашел столько заказов!

— Мы на межпланетной связи не разорились? — спросила Матильда.

— Нет, Натан все одобрил и просчитал, — сказал Кирилл. — И зарплату, и проценты, и амортизацию… Не знаю, что еще, но цифр много.

— Повезло мне с вами, — призналась Матильда.

— В таком случае, сегодня нам нужно перебираться на новый корабль, — сказал Кирилл. — А «Сырок» отправлять в полет.

Матильда задумалась, а потом, не откладывая, позвонила на курсы и перенесла занятия.

— Идем смотреть на корабль, — объявила она. — Кирилл, предупреди, пожалуйста, всех парней. Бу еще не ушел?

Будевин все дни проводил в госпитале, возвращаясь едва не позже Матильды.

— Он сегодня тут, сказал, что большинство его приятелей вчера выписали.

— Отлично! — Матильда открыла стенной шкаф и достала оттуда парадный комбинезон, который надевала лишь в исключительных случаях. Первый и последний случай был при покупке «Сырка».

* * *

Матильда с парнями высадилась около Третьего Космопорта, именно там стоял новый корабль. Шли они к нему в окружении почетного сопровождения из любопытствующих. Все, кто имел хоть какое-то отношение к космической торговле, знали, что являлось призом в боях без правил, и кто его выиграл тоже знали. А вот теперь увидели — для кого.

Белоснежный транспортник с уже нанесенным логотипом торговой компании Матильды Ренко был настолько прекрасен, что у девушки перехватило горло. Какое-то время она просто молча им любовалась, не в силах поверить, что этот красавец теперь ее. Потом подошла к шлюзу, приложила к датчику личностной браслет. Створки с едва слышным шипением раздвинулись, и капитан Ренко сдала первый шаг в свой новый дом.

А потом обернулась и протянула руку Шелю.

— Мы должны это сделать вместе.

Он кивнул и осторожно сжал ее ладонь.

Момент был настолько торжественным, что даже Кирилл молчал (наверное, не обошлось без вразумляющего тычка от Натаниэля, но это уже не так важно).

Дойдя до рубки, Матильда не выдержала, села на пол и расплакалась от счастья. Шель присел рядом, обнял ее и прижал к себе, зарывшись носом в ее волосы.

— Я так благодарна тебе, — сквозь слезы сказала ему Матильда. — Ты даже не представляешь, насколько благодарна! Это просто… воплощение мечты, понимаешь?

— Конечно, — тихо сказал Шель. — Потому что для меня вы, госпожа, воплощение мечты.

Натаниэль сел напротив, скрестив ноги, и по-доброму улыбнулся.

— Теперь понимаешь, Матильда, что ты для нас сделала? — спросил он. — Когда ты сказала, что мы не рабы, а твои подопечные, свободные люди с перспективой стать полноправными гражданами, мы чувствовали себя так, будто такой корабль нам на головы упал. Незабываемое чувство.

Матильда вытерла слезы, прерывисто вздохнула. Да, это чувство действительно незабываемое. Она набрала Ваню.

— Я на корабле, — сказала она. — Он прекрасен! Как бы я хотела, чтобы ты был рядом!

— Буду, — прошептал адвокат, — сегодня вечером. А сейчас я занят, прости.

— Так, — Матильда вскочила на ноги. Минутка слабости прошла. — И мы займемся делом!

Следующие полчаса все вместе исследовали корабль и делили каюты. Себе Матильда взяла двойную капитанскую — об общего коридора сначала шел кабинет, а потом спальня. В нее капитан собиралась заказать не койку, а настоящую большую кровать. Чтобы никому не было тесно. Даже если в любимый Ваней тройничок каким-нибудь образом попадет Бу.

Матильда настояла, чтобы каждый, даже Шель, взял себе отдельную каюту. Потому что человеку нужно свое личное пространство. Кирилл, конечно же, поинтересовался, можно ли водить в каюту девушек. Как же смешно у него отвисла челюсть, когда Матильда сказала: «конечно»!

— Как мы назовем корабль, Шель? — спросила Матильда, когда весь экипаж собрался в рубке.

— Вы спрашиваете это у меня, госпожа? — удивился эльф. — Почему?

— Потому что, фактически, это твой корабль, — сказала Матильда. — Ты за него едва жизнью не заплатил.

— «Надежда», — сказал Шель. — Да. Именно так.

Остальные парни с названием согласились.

— Ну-с, — Матильда включила панель управления. — Попробуем взлететь?

* * *

До вечера они таскали вещи с «Сырка» на «Надежду», которую переставили к нему максимально близко. Честно признаться, первый полет дался Матильде тяжело. До нервной дрожи. Однако два дня полетов на симуляторе под наблюдением инструктора не прошли даром, и ей удалось не только не опозориться, но и вполне пристойно поднять и посадить транспортник.

Потом Матильда заселяла на «Сырок» новую команду. Потом принимала доставку с покупками, в том числе и огромную кровать.

Когда этот волнительный день закончился, Матильда и парни собрались в рубке. Она была значительно больше, чем в «Сырке» и совмещала в себе не только рубку управления, но и кают-компанию и столовую. Поэтому Матильда пошла на лишние траты — купила множество подушек и яркие ковры и свалила это все в кучу. А потом поставила рядом низенький столик, который парни соорудили еще тогда, когда кухня была забита грузом от Зинегро.

— Здесь мы будем расслабляться и наслаждаться жизнью! — заявила она. — Я видела такое на одном из кораблей, мне понравилось.

Открылся шлюз, и в рубку вошел Ваня. Он принес с собой несколько бутылок дорогого вина и большой торт.

— Отмечаем! — радостно сказал он. — Вижу, место уже готово! Мотя, ты молодец! Шель, как ты себя чувствуешь?

— Ему пить нельзя, — тут же предупредила Матильда.

— Да в общем-то, он мне не пьяным нужен, — хохотнул Иван, усаживаясь рядом с Матильдой. — Здорово ты придумала с этими подушками!

— На ковре неудобно сексом заниматься, — сказал Кирилл, глядя, как Иван достает из своего чемоданчика упаковку бумажных стаканчиков.

— Угу, — Бу уже распаковал торт и принес из кухни тарелки. — Об ворс кожа стирается, больно. А если потом еще нужно работать, то вообще плохо. А есть еще такие дуры, потом в душ тянут. Им-то что, они целехонькие, а от гелей для душа так щиплет, что хоть вой. А скрабы с морской солью, ууу. Помнишь, Нат?

— А? — отозвался Натаниэль, витавший в облаках.

— Скраб с морской солью помнишь?

Черноволосый передернулся.

— Такое забудешь!

— Мне тогда повезло, что она рыжего не хотела, — сказал Кирилл. — Поэтому, Матильда, уж не знаю, какие у тебя мысли на счет этого лежбища, но мы тебе официально заявляем — заниматься на них сексом не будем.

— Ты за себя говори, — вмешался эльф. — Если госпоже захочется тут, то я…

— Что ты всегда и на все готов, мы уже знаем, — резко сказал Кирилл.

— Зачем вы ссоритесь? — тихо спросил Рик. — Ведь сегодня праздник. Тебе, Кирилл, обязательно все нужно испортить, да?

— Так, стоп! — велел Ваня. — Меряться своими хвостами потом будете. Не при мне. Потому что сами понимаете, кто тут самый главный самец.

Натаниэль и Шель переглянулись. Матильда заметила это переглядывание, но что оно означало, не поняла, решив стрясти признание с парней позже.

— Итак, тост! — сказал Иван, поднимая стакан. — За Матильду!

— За Матильду! — дружно провозгласили остальные.

— Спасибо, — Матильда растроганно всхлипнула. — Спасибо вам всем. Без вас бы ничего этого не было.

— Значит, — Ваня ловко наполнил стаканчики, — теперь за нас!

— Да! За нас!

Браслет Матильды завибрировал.

— Надо же, — удивилась она, прочитав сообщение и рассмотрев фото с внешней камеры, — Зейн притащился. Я думала, он уже улетел давно.

— Спросила бы меня, — сказал Кирилл. Он вымазался в креме и выглядел забавно. — Я видел парней из его команды, они покупали выпивку, значит, до завтра точно никуда не полетят.

— Ого, ты уже экипаж корабля Карата знаешь? — удивился Рик.

— Запомни, малыш. Противника нужно знать в лицо!

Матильда в это время смотрела видео, на котором Зейн размахивал роскошным букетом, пытаясь вызвать ее наружу.

— Запусти его, — велела она искину.

— Правильно, — одобрил Ваня. — Пусть еще раз убедится, что ему ничего не светит. Да и мы тут, если начнешь плавиться под взглядом жгучих страстных очей, остановим.

— Почему это я должна начать плавиться? — обиделась Матильда. — Я Зейну отказала уже давно.

— Ваша женская верность — очень специфическая штука. У меня сегодня случай в суде был, умерла богатая женщина, — сказал Ваня, отсалютовав бутылкой появившемуся из шлюза Зейну. — Так ее наследство пытались разделить шесть мужей и один любовник.

— Может, наоборот? — удивилась Матильда. — Подвиньтесь, освободите место Зейну место! Ну же, парни!

— Нет, как раз так и есть — шесть мужей и один любовник за все это время. То есть, объективно говоря, это она любовнику с мужьями изменяла. Все никак не могла найти идеал супруга, разводилась и обратно к любовнику бежала.

— Интересные у вас тут разговоры, — заметил Карат, протягивая Матильде букет и целомудренно целуя ее в щеку. — Поздравляю с новым кораблем, капитан. Вам пилот, случайно, не нужен?

— Случайно? Вполне может быть, — осторожно сказала Матильда. — А что? У тебя есть лишний?

— У меня есть я! — с пафосом ответил Зейн. — И я готов наняться. Буду работать за еду и твои улыбки.

— Нет, пилот нам не нужен, — отказалась Матильда. — Особенно на таких условиях. И особенно, раз этот пилот — ты!

— Ти-ти, почему ты не хочешь дать мне шанс? — взмолился Зейн. — Вон господин адвокат подтвердит, даже в суде дают супругам шанс.

— Все дело в том, что мы не супруги, — ядовито ответила Матильда. — И второй шанс ты получил, когда я тебя пригласила прогуляться на моем корабле до Тиронги. Ты его профукал.

— Ничего себе — профукал! Да я тебе кольцо подарил и эльфа спас!

— За эльфа — спасибо, я очень тебе благодарна. Но наших личных отношений это не касается.

— Ти-ти…

— Хватит, хватит! — вмешался Ваня, подавая стаканчик Зейну. — У нас праздник! Карат, тебе же уже сколько раз было сказано: нет. Если бы ты был ее бывшим супругом, я бы, как адвокат, уже подал заявление в полицию, чтобы тебе выдали предписание не подходить к ней ближе, чем на сто метров!

— Как адвокат или как любовник? — прищурившись, спросил Зейн.

Иван не потерял ни капли хладнокровия и дружелюбия.

— Как адвокат. Как любовник, пожалуй, я бы тебе морду набил. Если бы Мотя попросила.

— Нечего марать свои белые ручки, — вмешался Кирилл. — У нас есть, кому набить морду Зейну. Правда, Бу?

— Именно, — веско сказал Бу.

— А почему не Шель? — поинтересовался Зейн, принюхиваясь к вину. — Надо же, какое дорогое, и из такой посуды! Не стыдно?

— Пришел тут и хаешь! — обиделась Матильда. — Вот бы и принес на новоселье подарок! Пей молча. А не Шель, потому что у него ума хватает на подначки Кирилла не вестись.

Рик покраснел. У него силы воли противостоять Кириллу не хватило и за свою пьянку он до сих пор стыдился.

— А я бы Зейна побил не из-за Кира! — сказал Бу. — А просто ради Матильды.

Карат одним глотком опустошил стакан и деланно противным голосом спросил:

— А что, у самого Кирилла кишка тонка? Помнит, чем наша прошлая стычка закончилась?

— Убирайся, Зейн, — тихо сказала Матильда. — Не стоит портить мне праздник. Уходи по-хорошему, пока я, на самом деле, не попросила кого-нибудь выкинуть тебя отсюда. Трап длинный, катиться будешь долго.

— Извини, — кажется, Карат проникся. Во всяком случае, его лицо посерьезнело и взгляд стал виноватым.

После его ухода Матильда доела торт, краем уха слушая, как парни решают, что бы еще докупить на корабль. Теперь у каждого были деньги, парням хотелось купить СВОИ вещи, но глаза разбегались. Ваня с умным видом советовал. Он еще помнил, как выбрался из нищеты и с каким азартом покупал свои первые качественные туфли и костюм.

— А у Матильды совсем личных вещей мало, — заметил Рик. — Даже лишних деталек на корабле было больше. Крошечная коробка с самым необходимым!

— Потому что это Матильда, — Ваня обнял ее за плечи. — Она все деньги тратила на «Сырок». У нее даже мягкой игрушки ни одной нет.

— Зачем мне мягкая игрушка? — удивилась Матильда.

— Правильно, зачем? У нее есть Рик, — ухмыльнулся Кирилл.

— Не завидуй, — отбрил Рик.

— У всех женщин есть мягкие игрушки, — высказал свое мнение эксперт Бу. — Точнее, во всех женских спальнях, что я бывал. А один раз видел такого… не знаю, что за существо, но размером с меня! У той дамочки даже специальная служанка имелась, которая это чудовище пылесосила, потому что роботу такое ответственное дело доверять нельзя. Нат, Нат, ты где? Ну, Нат! О чем ты думаешь?

— Вспоминаю, — улыбнулся Натаниэль. — Мы как-то с Микаэлем у этой дамочки были. Она говорит: давайте играть! Вы типа жертвы, а я охотница, буду гоняться за вами с завязанными глазами. Вот вам по колокольчику на шею. В общем, гонялась она за нами минут пять, а потом наткнулась на своего зверя, который в углу комнаты сидел на специальном диванчике. А тот на нее упал! Не знаю, что там служанка пылесосила, но пыльным он был просто кошмарно. Мы, пока его поднимали, все обчихались. Но ты бы видел саму хозяйку! Она была в такой ярости, что приказала принести ножницы. И мы всю ночь эту игрушку, вместо секса, на кусочки резали.

Все засмеялись.

— Да уж, — немного обиженно произнес Бу, — это занятие поинтереснее секса будет! Повезло тебе!

Привалившись к плечу Вани, Матильда, улыбаясь, слушала смешные истории, которые случались с парнями. Вот это уже больше походило на праздник!

Когда вино было выпито, а торт, в основном стараниями Бу, съеден до крошки, Ваня объявил отбой.

— Нам, рабочим людям, приходится рано утром вставать, — объяснил он. — Показывай, Матильда, где твоя каюта.

Апартаменты Ваню удовлетворили. А огромная кровать в спальне порадовала.

— Это очень хорошо, что ты ее купила, — сказал он, усаживаясь на край лежбища и расстегивая рубашку. — Такой сексодром просто не может простаивать. А это значит, что ты наконец-то, перестанешь проводить одинокие ночи.

— Да я их перестала проводить, когда парни мне на голову упали! — возмутилась Матильда. — Ты что, забыл?

— Не забыл. Но, зная тебя, могу предположить, что ты наивно думала, что это временно. Покупка кровати — это свидетельство принятого решения. Я рад за тебя, Мотя. Одинокие ночи — это самое ужасное, что может случиться со взрослым человеком. Поверь мне.

— У тебя жена есть.

— Есть, — безрадостно согласился Ваня. — Но от этого мои ночи не стали менее одинокими. Секс у нас с ней, конечно же, есть, но… понимаешь, я же спал с тобой в одной кровати. И вполне могу различить одинокую ночь, пусть даже и с сексом, и ночь, наполненную человеческим теплом.

Раздевшись догола, адвокат пошел инспектировать ванную, а Матильда задумчиво остановилась перед распахнутым встроенным шкафом. Странно, но ее почему-то задели слова о том, что у нее почти совсем нет личных вещей. Футболки, штаны, несколько комбинезонов, белье… Может, купить себе несколько платьев? Воздушных таких, и босоножек. Чтобы идти с… Натаниэлем?.. по улице, и чтобы прохожие оборачивались, восхищаясь красивой парой.

Красивой, ага.

Матильда совершенно не обольщалась относительно своей внешности. Никаких утонченных черт наследницы древней фамилии, как у Веры. И никакого умения подать себя так, чтобы фермерское происхождение не читалось на лице большими буквами. Девушка посмотрела на себя в большое зеркало на дверце шкафа. Пригладила встрепанные волосы. Какое воздушное платье, когда вся ее коренастая, крепкая фигура так и кричит: пахать на тебе надо!

— Комплексуешь? — неслышно подошел Ваня. Матильда перевела взгляд на его отражение. Как ему удалось настолько измениться за это время? — Ну и зря. Самое главное у женщины, впрочем, как и у мужчины, не здесь, — он положил ладони ей на грудь, — а здесь, — обхватил голову. Думаешь, Зейн за тобой бегает ради твоей неземной красоты? У него красавиц, сама знаешь, пруд пруди. Но жениться он мечтает на тебе. Даже не смотря на то, что его мамочка тебя активно не любит.

— Откуда ты знаешь?

Ваня улыбнулся.

— Ты никогда не скрывала имени своего адвоката. Мадам Карат связывалась сегодня со мной и предлагала довольно большую сумму за то, чтобы ты перестала преследовать ее сына.

— Я? — возмутилась Матильда. — Я его преследую? Надеюсь, ты ей сказал, как все обстоит на самом деле?

— Мотя, я похож на дурака? Если человек не верит, что ее сын не отстает от тебя даже после прямого отказа, и готова платить, кто мы такие, чтобы не взять эти деньги?

— А если Зейн узнает? Ваня, мне стыдно брать за такое деньги!

— Стыдно… — Ваня улегся на кровать, закинул руки под голову. — Вот поэтому ты такая бедная. Гордость, Мотя, на хлеб не намажешь.

— У меня пока есть что на хлеб намазывать, — резко ответила Матильда. — Ваня, я не хочу, серьезно.

— Как скажешь, — зевнул друг. — Мое дело предложить.

Вернувшись из душа, Матильда обнаружила, что Ваня спит, а над ним с задумчивым видом стоит Шель.

— Я пришел, потому что Иван хотел тройничок, — сказал эльф. — Но он спит.

— Давай аккуратно его уложим, — попросила Матильда. — Да и укрыть его стоит как следует, на корабле прохладно.

— Где я буду спать? — спросил Шель после того, как так и не проснувшегося Ваню уложили на краю огромной кровати, и Матильда бережно укутала его одеялом. Сегодня она купила несколько больших одеял, чтобы всем хватило. Рик, конечно, вел себя в кровати прилично, одеяло на себя не стягивал, но мало ли… мало ли кто еще окажется в ее постели! Последнее время личная жизнь Матильды была настолько разнообразной, что она решила подстраховаться.

— В своей каюте, — ответила Матильда, располагаясь рядом с Ваней. — Раз тройничок у нас отложился, то и…

— Я понял, — кивнул Шель, но Матильда успела заметить промелькнувшую в его глазах злость. Но эльф никуда не денется, а вот Ваню, стоит им улететь, она не увидит еще долго.

— Мотя, — выдохнул Иван, когда она подкатилась к нему под бочок. — Как с тобой хорошо…

30. Неприятности

Утром Ваня полностью проявил свой вредный характер.

— Вставай, вставай, нас ждут дела! — распевал он, щекоча Матильде пятку.

— Отстань! — она кинула в друга, в котором сейчас бы никто не признал преуспевающего адвоката, подушкой. — Это у тебя дела, а я хочу спать!

— Вставай, вставай!

Матильда дернула ногой и едва не попала Ване в челюсть.

— Вот так всегда, — вздохнул он. — Я к тебе со всей любовью, а ты ногой по морде. Мотя, тебе нужно «Сырок» в полет отправлять.

— Откуда ты взялся на мою голову, такой правильный! — проныла Матильда, но вспомнила, что ее еще ждут курсы. Поэтому пришлось Ваню все-таки поблагодарить за побудку.

— Когда вы планируете улетать? — спросил Иван за завтраком, который, как обычно, приготовил Натаниэль.

— Через пару дней. Мы с Риком как раз закончим занятия, а Кирилл найдет на «Надежду» груз. Кстати! — Матильда оглядела команду и ухмыльнулась. — А почему это Кирилл спит в то время, как его капитан уже на ногах? Непорядок! Натаниэль, у нас есть ведро?

— Нет, мы его оставили на «Сырке», — сказал Бу, который следил за переноской вещей — ему, как и Шелю, все еще нельзя было поднимать тяжелое.

— Что это такое? — нахмурилась Матильда. — На корабле даже ведра нет! Натаниэль, прошу, сегодня разберись с покупками.

— Вот! Это то, о чем я тебе говорил! — поучительно поднял вверх палец Ваня. — Ты уже приняла решение, поэтому про ведро для побудки Кирилла забыла, а кровать купила.

— Какое решение приняла госпожа? — нахмурился Шель.

— О своей личной жизни, — пояснил, не поясняя, Ваня.

Парни дружно посмотрели на Матильду.

— Мы чего-то не знаем? — тихо спросил Натаниэль. — Чего-то важного?

— Ваня! Прекрати пугать моих ребят, — сказала Матильда. — Рик, собирайся, сначала пойдем разберемся с командой «Сырка», пусть летят, а потом на курсы. Если поторопимся, все успеем.

— А поцелуй? — спросил Ваня. — Я молодец, с риском для жизни тебя будил!

Матильда чмокнула его в нос.

— Это и все? — возмутился адвокат.

— Ну, если бы ты получил легкие…

— Средние!

— … телесные повреждения, то и за ущерб мог бы спрашивать больше. Уж прости, но валюта побудки обесценена. Потому что меня, скорее всего, Рик бы вовремя разбудил. Или Шель.

— Как грустно жить, — вздохнул Ваня.

Как только он ушел, Матильда все же пошла будить Кирилла. Он спал очень забавно, свернувшись в комочек, как котенок.

— Подъем! — Матильда осуществила свою маленькую месть и вылила на рыжего ледяную воду из кружки.

Кирилл вскочил, очумело хлопая глазами.

— Что за… Матильда! За что?

— А почему ты спишь? Вам пора заниматься грузом для «Сырка».

— А завтрак? — Кирилл зевнул во весь рот и взлохматил кудряшки.

— Ты его проспал.

— Матильда, — рыжий так тяжело вздохнул, будто на его плечах держался весь мир, — тебе вчера удовольствие не доставили, да? Почему ты на мне срываешься? Давай я почищу зубы и сделаю тебе хорошо, а? И тогда всем вокруг будет хорошо!

— Кирилл! — рыкнула Матильда. — Надень трусы и марш за грузом!

— Это произвол, — успел вякнуть Кирилл, но получил кружкой по спине и ускорился.

А Матильда направилась к терминалу, гадая, на самом ли деле у нее плохое настроение? И, если оно все-таки плохое, не потому ли, что Ваня вчера уснул? Нет, она не чувствовала себя обиженной или раздраженной, но, может, зря к Кириллу так цепляется?

— Натаниэль! — позвала она, заглянув в каюту к черноволосому. Тот сидел на койке, что-то сосредоточенно считая с помощью планшета. — Как по-твоему, я сильно Кирилла обижаю?

Натаниэль покосился на кружку в ее руках и засмеялся:

— Недостаточно.

— Ты уверен?

— Абсолютно, — заверил он.

— Вот именно, — сказал проходивший мимо Бу. — Все уже встали, а один Кир в кровати валяется. Это нам должно быть обидно. Сейчас выйдет из душа и пойдет лопать завтрак, который не он приготовил.

— Это что же, заговор против меня? — удивился Кирилл, выходя из санузла. — За что? Вам жалко бутербродика, да? Или яичницы? А, я понял! Вы все такие злые, потому что Матильда вам сегодня не дала!

— А я и не просил, — буркнул Бу.

— А ты за компанию злой, — отмахнулся Кирилл.

— Почему у тебя все причины сводятся к сексу? — спросила Матильда с любопытством. — Почему ты не рассматриваешь вариант, например, что мне приснился плохой сон? Или что я, наконец-то решила ввести на корабле дисциплину, а ты первый, кто в ней нуждается?

— Потому что секс — базовая потребность человека, — объяснил Кирилл. — Как видишь, я не только сплю, но еще и учебники читаю. Удовлетворение базовых потребностей капитана крайне положительно сказывается на всех членах ее команды. Натаниэль, ты слышал? Это ты недоработал, кстати!

— А почему именно Натаниэль? — удивилась Матильда.

— Ну, он же у нас отвечает за обеспечение всего и всем.

— Я бы так не сказал, — заметил Натаниэль. — Матильда, у тебя есть ко мне какие-то замечания?

— Нет, — буркнула Матильда. — Хватит разговоров, мальчики, занимаемся делом.

Однако благому намерению помешал звонок. Матильда ответила и очень удивилась — чего-чего, а вот вызова от Веры она не ожидала. Разговаривать по браслету в высших кругах считалось неприличным, поэтому Матильда перевела звонок на терминал и уселась в капитанское кресло. Жена Вани с идеально прямой спиной сидела на диване в идеально обставленной гостиной. Стоит ли говорить, что платье на ней тоже сидело идеально, а из идеальной прически не выбивалось ни волоска?

После церемонных приветствий, Вера спросила:

— Мой муж ночевал у вас?

— Да, — Матильда не видела смысла скрывать. — У меня новоселье.

— Когда вы улетаете?

— Через два дня, — ответила Матильда. — А что?

— Иван, как я понимаю, летит с вами?

— Что? — искренне удивилась Матильда. — Не знаю, он ничего не говорил. Но, если нужно, то, конечно, пусть летит. У нас есть свободная каюта.

— Свободная каюта? — тонкие губы Веры на мгновение скривились, но она очень быстро вернула на лицо маску холодной доброжелательности. — Матильда, я знаю, что он спит с вами.

Матильда удивленно подняла бровь. Посвящать Веру в подробности интимных отношений с ее мужем она не собиралась. Да и что она могла сказать? Когда-то твой муж лишил меня девственности, мы близки настолько, что не боимся показаться друг другу даже в самых унизительных ситуациях, и совсем недавно у нас совершенно внезапно случился секс втроем?

Вера не дождалась ответа. Нервно разгладив юбку, она спросила:

— Матильда, зачем он вам? Отпустите его, прошу! Он же мой муж!

— Но я его не держу, — ответила Матильда искренне. Она сочувствовала Вере, честно говоря, не представляя, смогла бы она выдержать ситуацию, когда у мужа есть женщина, на звонки которой он отвечает в любой момент суток, дела которой ведет и с которой делится всеми событиями жизни. Секс? Что секс? Бу прав, не секс самое главное в жизни, а доверие.

— Вам так кажется, — через маску добропорядочной леди просочилось волнение. — На самом деле, он постоянно думает о вас и постоянно нас сравнивает, и не в мою пользу!

— Он сам так сказал? — поразилась Матильда. Этого от Вани она не ожидала.

— Нет, не сказал, но я и так знаю! — Вера прижала руки к груди. — Матильда, прошу, я не представляю, как пережить, если он меня бросит!

Матильда вздохнула и подумала о том, что Ване нужно прочистить мозги. Не дело так с женой обращаться, она же страдает.

— В нашем кругу, — продолжала Вера, — мужья не бросают жен! Надо мной будут смеяться все знакомые! Меня перестанут приглашать в салоны на заседания женских клубов!

Все сочувствие к Вере тут же испарилось.

— Это все, что вас волнует? — спросила Матильда.

— Это моя жизнь! — горячилась Вера. — А вы ее разрушаете!

— Я могу разрушить только свою жизнь, — резко ответила Матильда. — Ваша мне не принадлежит. Точно так же, как и не принадлежит жизнь Вани. Если он что-то решил, поверьте, это не потому что я об этом попросила. Он взрослый, самостоятельный человек. Если вас не устраивает ваша семейная жизнь, делайте что-то, но меня в это не вмешивайте!

— Так и вы не вмешивайтесь! — крикнула Вера. — Извините, мне не стоило вести себя так резко…

— Послушайте, Вера, — мягко сказала Матильда, — то, что касается вас с Иваном, решайте с ним, а не со мной, хорошо? Мне вам сказать нечего!

Вера царственно кивнула и вежливо попрощалась. А Матильда тут же набрала Ваню. Адвокат принял звонок на терминал в собственном кабинете. Его стол был завален бумагами, которые он сортировал на несколько стопок.

— Что, Мотя? — спросил он, не отвлекаясь от своего занятия.

— Мне звонила твоя жена, — наябедничала Матильда. — Просила, чтобы я тебя отпустила. И чтобы ты со мной не улетал.

— А я собирался? — от удивления Ваня даже оторвался от бумаг.

— Она считает, что да.

— Идиотство какое, — пробормотал он. — Зачем мне куда — то лететь, если тут у меня все клиенты? Стал бы я бросать бизнес, на который угрохал столько сил.

— Ваня, поговори с ней, — попросила Матильда.

Адвокат обхватил голову руками и замер, невидяще глядя на стопки.

— Что, ей нужно ехать на какой-то прием, и она боится, что я откажусь ее сопровождать, а над ней смеяться будут?

— Не знаю, — дипломатично ответила Матильда. — Ваня, действительно, разберись ты с ней, а? Что бы ты ни задумал, у меня ты всегда найдешь поддержку любому своему поступку, но все же… Она твоя жена, помнишь?

— Я тебе завидую, — тоскливо проговорил Ваня. — Летаешь себе и не думаешь о том, что люди скажут.

— Еще как думаю! — возразила Матильда. — Я очень ценю свою репутацию!

— Деловую репутацию, — уточнил адвокат. — Твоим клиентам важно, чтобы ты вовремя доставила груз, в целости и сохранности. А с кем ты в этот момент спишь, как спишь или не спишь, это никого не волнует.

— Да ладно! Мой разрыв с Зейном не обсуждал только ленивый!

— И на твоем бизнесе это сказалось? Нет, даже на пользу пошло. Эх… Не ждите меня сегодня… Но завтра я приду, хорошо? Погреюсь в искренних эмоциях. Мотя, я вижу выражение твоего лица, но, прошу, не отказывай мне! Ты улетишь, а я останусь дальше копаться в этой грязи.

— Которая приносит тебе очень неплохие деньги, — напомнила Матильда.

— Да, — согласился Ваня. — Именно поэтому я и занимаюсь своей работой. Прорвемся, Мотя.

— Обязательно прорвемся!

* * *

День пролетел в хлопотах и переживаниях — Матильда, глядя, как стартует «Сырок», не смогла удержаться от слез. Рик погладил ее по спине, а потом обнял сзади, положил голову на ее плечо. Он тоже волновался — как новая механик справится со старыми двигателями? Он их, конечно, перебрал и довел почти до совершенства, но мало ли!

Не успела Матильда войти на «Надежду», как навстречу выскочил Кирилл, размахивая планшетом.

— Матильда, нам нужно срочно готовиться к полету! Срочно! Я такой груз нашел, такой груз! Вот, смотри, даже договор есть, тебе осталось только подписать!

Матильда с интересом начала читать, но уже на третьей строчке едва не выронила девайс из рук.

— Пирожные «Кайлиньская роза»? Ты серьезно?

— Да! Их нужно доставить на Мидееву! Там какой-то фестиваль очередной, и местные заказали две тонны пирожных!

От суммы в конце договора у Матильды глаза на лоб полезли.

«Кайлиньская роза» была уникальным лакомством, секрет которого хранился в строжайшей тайне. Стоило одно пирожное столько, что его не пробовал даже Ваня, сетуя, что его клиенты еще не того уровня, на приемах которого подают «Розу». Матильда видела его только на картинках в сети.

— Как тебе удалось добыть этот заказ? — спросила она, глядя на Кирилла, как на чудо природы.

— Это мы с Бу. Он же в госпиталь не просто так ходит, подрабатывает там массажем. К нему напросилась одна дамочка, очень они на нежные лапищи Бу падки. Пока он ее разминал да гладил, выяснил, что она владелица той самой кондитерской, где делают эти пирожные. Позвонил мне, а там уж я расстарался.

— Ничего не понимаю. Мульти-миллионерша ходит на массаж к никому неизвестному парню, даже без медицинской лицензии? В самый обычный госпиталь?

— Ну, конечно, а что тут такого? — совсем не удивился Кирилл. — Рабство-то у вас запрещено, это, во-первых. Значит, ваши дамочки могут себя побаловать элитниками только на других планетах. Во-вторых, ты бы видела, сколько баб сейчас в том госпитале крутится! Вам же, женщинам, подавай сильных самцов, охотников, завоевателей! А вокруг них сплошные прилизанные клерки в выглаженных костюмах. А там сейчас бойцов куча, и все до внимания охочи. И, главное, без последствий. Они же все вот-вот разлетятся искать себе новых нанимателей.

— Я вам обоим премию выпишу, — пообещала Матильда. — Натаниэль! Ты выяснил, что нужно купить для перевозки этого хрупкого груза?

— Нет пока. Госпожа Розита хочет встретиться завтра с нами, обговорить все подробности. Договор-то стандартный, но вот сама перевозка…

Матильда спустилась в грузовой отсек и оглядела его критическим взглядом.

— Зови всех, — велела она Натаниэлю. — Устроим тут генеральную уборку. Ведро и моющие купили?

Натаниэль кивнул. Лицо его не выражало особого энтузиазма, но он, как обычно, промолчал. Но за него все сказал Кирилл, который таскался за Матильдой следом, то ли желая, чтобы его еще раз поблагодарили, то ли ожидая награды прям сейчас.

— Как? — взвыл он. — Да мы еще не возили тут ничего!

— Во-от! Поэтому нужно избавиться от заводской пыли!

— А Бу еще нет, это что же, он полы мыть не будет?

— Бу занят окучиванием богатеньких клиенток, ты же сам сказал.

— А можно я тоже пойду, кого-нибудь поокучиваю? — с надеждой спросил Кирилл.

— Нет, — мило улыбнулась Матильда. — Можешь считать, что вид твоей рыжей шевелюры действует на меня умиротворяюще. Ты же сам сегодня утром рассказывал про удовлетворение базовых потребностей капитана. Вот и удовлетворяй.

— О, да! — голос Рыжего стал опасно бархатистым. — Удовлетворять — это ко мне. Это я могу. Как тебя удовлетворить? Открой мне свои секреты, Матильда.

Завороженная взглядом зеленых глаз с мелькающими в них рыжими бесенятами, Матильда шагнула к Кириллу.

— Я могу подарить тебе рай, — прошептал Кирилл, медленно проводя пальцем от виска девушки, по щеке, очертил подбородок, скользнул по шее, легонько ногтем проследил границу ворота блузки.

Он не отводил взгляда и что-то шептал, но его слова сливались в приятный рокот, который хотелось слушать еще и еще. Матильде вдруг очень сильно захотелось снять с себя футболку, прижаться губами к губам Кирилла, прильнуть к его телу, обнять его не только руками, но и ногами. Как она жила все это время без его ласк? Почему не понимала, что только он может подарить ей истинное удовольствие?..

Поток бессвязных мыслей прервал тоже поток, но уже ледяной воды. Матильда взвизгнула. Возвращение в реальность было очень болезненным. Она обхватила себя руками и с удивлением обнаружила, что стоит в одном бюстгальтере. Как и когда она сняла блузку, почему стащила джинсы вместе с трусиками и откинула их вместе с туфлями (на курсы она одевалась пристойно, стараясь не щеголять там в привычном комбинезоне — все же владелице торговой компании не стоит все время выглядеть как механику)? Было такое ощущение, что последние несколько минут просто вылетели у нее из головы. Низ живота пульсировал болью неудовлетворенной страсти… нет, не страсти, а самой настоящей похоти. Проморгавшись от воды, она подняла взгляд. Рядом с пустым ведром стоял Бу с сочувствующим выражением лица.

Оглядевшись по сторонам, Матильда обнаружила всю команду в сборе. Натаниэль и Рик удерживают разъяренного Шеля, Кирилл без сознания валяется на полу, а из разбитой губы стекает струйка крови.

— Он жив? — спросила Матильда каркающим голосом.

— Жив, — сказал Бу. — Ребята остановили Шеля до того, как он ему свернул шею.

— А зря, — буркнул эльф. — Отпустите меня, я его не трону.

Бу накинул на плечи Матильды блузку.

— Рик очень мило краснеет, да? — светским тоном спросил он.

Матильда недовольно махнула головой. Пальцы не слушались, поэтому она просто запахнула на себе легкую ткань. На ногах она стояла просто чудом. В голове трещало.

— Что это было, Натаниэль?

— Давай я тебя отнесу в каюту, — предложил черноволосый. — Там поговорим.

— Я тоже хочу знать, — резко сказал Шель, понимая, что к нему на руки Матильда не пойдет — побоится растревожить едва сросшиеся кости.

— Потом, все потом, — Натаниэль, несмотря на вялое сопротивление Матильды, подхватил ее на руки.

Усадил на кровать, сходил за полотенцем, бережно промокнул волосы. Кожа Матильды горела и требовала ласки.

— Я… не хочу так, — сказал Натаниэль, — но тебе станет легче, если мы займемся сексом.

— Нет! — крикнула Матильда, сжимаясь в комок, обхватывая колени руками, пытаясь хоть как-то защититься от внешнего враждебного мира. — Меня уже сегодня трахнули, судя по всему, в мозги и очень жестоко.

— Так и есть, — печально произнес Натан. — Кирилл в этом мастер, из нас больше никто так не умеет. Ты думаешь, как он достал этот заказ на «Розу»? Одна ночь — и госпожа Розита уже готова отдать нам такой шикарный заказ. Особенно, если ее перед этим Бу подготовил.

— Да, Кирилл говорил, что они хорошо вдвоем работают. Но ты же вроде утверждал, что из вас больше никто такого не умеет.

— Бу прекрасно делает массаж. Когда женщина в расслабленной неге, ей что-то внушить гораздо проще.

— Меня никто не расслаблял.

— Сегодня у тебя выдался день не из легких, психологическая защита ослабла. Сначала жена Вани, да-да, я же видел, что тебя взволновал ее звонок. Потом «Сырок» улетел. Курсы. Известие о заказе. Да и не ожидала ты от Кирилла подлости.

— Зачем ему это было нужно?

— Ревность? — Натаниэль пожал плечами. — Для нас то, насколько часто мы востребованы, имеет… имело… большое значение. Если тебя редко берут в постель, то хозяйка может продать в питомник рангом пониже. А это означает куда худший уровень жизни. От некоторых привычек, вбитых в голову, очень тяжело избавиться. Матильда, тебе действительно станет легче, если…

Матильда молча легла на кровать и расставила ноги, решив отнестись к происходящему как к медицинской процедуре.

Натаниэль, видимо, воспринимал это точно так же.

Он положил ладонь на ее лобок, приласкал клитор, который тут же отозвался болезненной пульсацией. Запустил в нее один палец, потом второй. Оставшимися гладил влажные губки, нежно из сжимал, все ускоряя движения пальцев внутри.

Разрядка была быстрой и особого удовлетворения не принесла.

Натаниэль снял с нее бюстгальтер, укрыл одеялом, погладил по голове.

Матильда не почувствовала, как пришел Рик, забрался к ней под бок, обхватил обеими руками, прижал к себе.

— Никому вас не отдам, капитан, — сказал он ей в волосы. — Я защищу вас от всего. Вы только подождите, когда я повзрослею, пожалуйста.

31. Питомник

Утром Матильда проснулась в хорошем настроении. Вчерашнее вспомнилось смутно, словно подернутое дымкой. Ничего не болело, а в голову пришла идея купить в кабинет диван. Чтобы, отвечая на звонки, важно на нем сидеть.

Представив себя, всю такую солидную, Матильда рассмеялась и довольно потянулась, случайно кого-то пнув. Повернув голову, девушка обнаружила сладко спящего Рика, которому ее пинок совершенно не помешал. Матильда погладила его по спине и с удивлением для себя обнаружила, что его худоба сменилась просто юношеской щуплостью. Ну да, в еде она их не ограничивала, и Рик ел не меньше Бу.

Обычно спавший достаточно чутко Рик не отреагировал и на поглаживания. Интересно, чем они вчера занимались, что он так устал?

Быстренько приняв душ и накинув одежду, Матильда вышла в коридор и ахнула.

Корабль сиял, отмытый буквально до стерильной чистоты, а парни, судя по тишине, спали.

В грузовом отсеке был вымыт даже потолок, хоть сейчас комиссию приводи.

Наслаждаясь почти забытой тишиной, Матильда сделала себе тонизирующий напиток и села в капитанское кресло, включила терминал и отыскала в сети контакты элитного рабского питомника, который специализировался именно на работе с генетическими линиями (только натуральное скрещивание!). Пересчитав время, Матильда поняла, что у них на планете сейчас разгар рабочего дня, и решила не откладывать дело.

На звонок ответил парень такой чарующей красоты, что даже сердце Матильды, уже прилично натренированное присутствием рядом красавцев, дрогнуло.

— Чем могу помочь? — приятным, но деловым, тоном осведомился он.

— Мое имя — капитан Матильда Ренко. Недавно я случайно обзавелась рабом, — Матильда продиктовала длинный набор цифр и букв, идентифицирующий Кирилла. — Заметила за ним кое-какие странности, а мне инструкции не выдали. В вашем питомнике мне могут помочь?

— Вы читали расценки на наши консультации?

— Да, конечно, и готова их оплатить в любом размере, — поспешно сказала Матильда. Никаких денег не жалко, лишь бы узнать, что в следующий раз Кирилл не вскипятит ей мозги, пытаясь уложить в постель или чего-то добиться. Можно было бы, конечно, избавиться от проблемы, перекинув ее Ване, но почему ее лучший друг должен страдать из-за нее?

— Соединяю со специалистом, — улыбнулся парень.

Буквально сразу же на экране появился седой мужчина, находившийся в самом обычном кабинете. Матильда против воли почувствовала разочарование. Она-то ожидала увидеть какого-то безумного ученого, в защитном медицинском костюме, в каком-нибудь антураже с кучей непонятных приборов.

— Меня зовут Никон Феодоракис. Приятно познакомиться, капитан Ренко. Насколько я понял, вы владелица раба с номером, — он протараторил идентификатор Кирилла без единой ошибки, не подглядывая в компьютер. — Его имя Кирилл, не так ли?

— Да, — изумленно сказала Матильда. — А… откуда вы знаете?

— Видите ли… Кирилл из нашего питомника, — сказал Никон. — Именно мы занимались разработкой его линии. Как правило, мы продаем детей в возрасте трех лет, когда уже понятно, пошло ли их развитие так, как нам требовалось, или же нет.

— А если нет, вы их убиваете? — испуганно спросила Матильда.

Феодоракис снисходительно улыбнулся.

— Конечно, нет. Это слишком нерационально. Продаем в питомники низкого класса. Лучшие, понятно, остаются у нас.

Матильда кивнула. Она уже успела ознакомиться с расценками на сперму или яйцеклетки рабов, принадлежащих питомнику Спанидис. На эти деньги лучше купить себе флайер.

— Мы отслеживаем наших питомцев, — сказал Никон, сжал тонкие губы, побарабанил пальцами по столу. — Должен вам признаться, Кирилла мы не успели перехватить. Впрочем, мы готовы выкупить его у вас за любую цену.

— Погодите! Что значит — не успели перехватить? Это как-то связано с его… способностями?

Феодоракис помрачнел.

— Вы уже с ними столкнулись, я правильно понимаю?

— Да, именно поэтому я вам и позвонила, но никак не думала, что Кирилл родился именно в вашем питомнике. Я очень плохо разбираюсь в идентификаторах рабов, мне объяснили только основы. Как я поняла, линию Кирилла усиливали по рыжине, но тогда как так получилось, что он… эээ… гипнозом владеет?

— Действительно, нас очень интересовал именно рыжий цвет волос, — согласился Никон. — Но… капитан Ренко, вы представляете количество человеческих генов?

— Много, да? — спросила Матильда. В этом она не разбиралась совершенно, знала только, что гены — это то, что передается ребенку от отца с матерью и делает всех членов клана Ренко похожими друг на друга.

Никон подавил смешок.

— Да, много. Очень много. Поэтому, заметив у прапрапрабабки Кирилла некие ментальные умения, их тоже решили усилить. Моим предшественникам показалось это довольно занимательным. Тогда еще не были запрещены генетические эксперименты, если вы понимаете, о чем я. Но наш питомник всегда строго выполняет законы.

Матильда кивнула. Еще бы, если там крутятся такие деньжищи, нарушать закон может быть опасно. Купит какой-нибудь толстосум жене выбранную яйцеклетку, а та — генетически измененная! Скандал будет страшный.

— Я слышала, что линия Кирилла считается нестабильной, — сказала Матильда.

Феодоракис тяжело вздохнул.

— Мы надеялись предотвратить эти слухи, — сказал он. — Для этого выкупали всех представителей линии… Поймите, Матильда, это не вина нынешнего руководства компании. Мои коллеги, увы, не учли, что усиление ментальных навыков может привести к такому результату.

— Какому такому? — потеряла терпение Матильда.

— Я не могу вам сказать точно, — признался Никон. — Большинство представителей этой линии мы успели купить до того, как их нестабильное состояние стало причиной проблем. Вы продадите нам Кирилла? Если вас интересуют рыжие, мы можем предложить вам несколько вариантов, в подарок. Матильда, судя по всему, вы владелица транспортной компании…

«Надо же, — подумала Матильда, — уже успел разыскать в сети информацию обо мне! Ну да, ему же нужно знать, на что давить».

— … вы должны понимать, насколько это выгодное предложение, — продолжал Феодоракис. — Мы покупаем у вас раба и дарим другого.

— А что будет с Кириллом? — спросила Матильда.

— Ничего, — излишне равнодушно пожал плечами Никон. — Будем его изучать.

— Ясно. И все же, чего ждать от Кирилла?

— Чего угодно. Возможно, вы слышали о цыганах?

— Конечно! — воскликнула Матильда.

Нет в галактике ни одного космолетчика, который не слышал бы о цыганах! Вечные странники, летающие на таких раздолбанных колымагах, что даже удивительно, как они еще поднимались в воздух! Цыгане почти никогда не приземлялись на планеты, но вот на космических станциях или обитаемых астероидах они были завсегдатаями. Когда на станцию врывалась разноцветная толпа, обреченные обитатели даже не пытались запираться или прятаться, все равно это не помогало. Цыгане облапошивали доверчивых и недоверчивых жителей, пополняли припасы и улетали, оставив после себя ощущение праздника и веселья. Только благодаря этому цыган любили, а некоторые даже привечали. В конце концов, что такое деньги против унылого существования в космосе? Зато от гостей можно было узнать сплетни со всей галактики.

— Значит, вы понимаете, что Кирилл сможет вами управлять как этого захочет?

«Кто ж ему даст, — подумала Матильда, — тут желающих на управление целая очередь».

— Вы понимаете, что он может?

— Не понимаю, — призналась Матильда. — Пока вы только угрожаете. Как бы там ни было, Кирилла я продавать не буду.

— Это пока, — вздохнул Никон. — И я вас не пугаю, а предупреждаю. Капитан Ренко, наш питомник всегда готов выкупить у вас Кирилла. Мы очень заботимся о своей репутации.

— Понятно. Спасибо за информацию, господин Феодоракис. Я подумаю. Всего доброго.

Матильда задумчиво почесала голову и позвонила Ване.

Тот уже не спал, сидел в кабинете с чашкой кофе и сравнивал данные с двух планшетов.

— Ваня, а как в сети отражаются мои парни? — спросила Матильда. — Если искать по идентификаторам.

— Как рабы, — тут же ответил Иван. — Но, чтобы получить право на такой поиска, нужно хорошенько раскошелиться. А что случилось?

— Вчера Кирилл выдал очередной номер. Я нашла в сети контакты питомника Спанидис, позвонила. Кто ж знал, что именно там родился Кирилл! Они предлагали его выкупить. Вот мне и стало интересно, как он отражается в сети для тех, кто имеет доступ к данным.

— Как раб, а ты — как его, и остальных тоже, владелица. Пока они не получили гражданских документов и состоят под нашей опекой, их защищает другой закон, согласно которому их данные в сеть вообще не поступают. Точно так же, как и данные любого ребенка до того, как он получит документы совершеннолетия. Тебе нужна помощь?

— Нет, просто хотела знать. Ваня, не беспокойся, все в порядке.

— Ну да, конечно. Окружила себя психами и говоришь — не беспокойся.

Матильда рассмеялась.

— Ваня, поверь, лучше мои психи чем один нормальный Зейн.

— Я сегодня приду, — почти угрожающе произнес Иван. — Прорвемся, Мотя.

Матильда выключила терминал и пошла к себе. Нужно будить парней.

Но у входа в каюту она наткнулась на Кирилла, скорчившегося у двери.

— Черти что, — выругалась Матильда. — Кирилл, что ты здесь делаешь?

— Я случайно услышал ваш разговор по терминалу, — сказал он, поднял залитое слезами лицо и посмотрел на Матильду. — Если вы меня продадите, они меня… ликвидируют. Все знают, что случается с выбраковкой. Ликвидируют.

— Раньше надо было думать, — с мстительным удовольствием произнесла Матильда. — Когда ты вчера меня раздеваться заставлял. Ты же слышал, что сказал Ваня, да? Я могу вылететь за пределы ФПП и продать тебя тайком. Питомнику выгодно это не афишировать, может, они мне даже справочку какую-нибудь сляпают, для отдела опеки. Мол, заболел редкой рабской болячкой и умер.

— Вы так не сделаете, — без особого убеждения сказал рыжий. — Вы не такая.

— Кирилл, я прилетела на Кайли, удрав со своей планеты без копейки в кармане. К моменту, как мы познакомились, у меня уже был свой корабль. Откуда ты знаешь, какая я? Поверь, если будет стоять выбор между тобой и моими целыми, незамутненными внушением, мозгами, я выберу их даже не сомневаясь. И совесть мучать не будет, даже если тебя ликвидируют у меня на глазах, — жестко сказала Матильда.

Кирилл искал в ее глазах хоть каплю лжи или хотя бы сомнения, но не нашел. Матильда действительно была готова сделать так, как обещала. Даже если его убьют у нее на глазах.

— Я понял, — сказал Кирилл тихо.

— Вот и отлично, — кивнула Матильда. — Иди умывайся, нас ждет встреча с госпожой Розитой.

* * *

Целый день Матильда вела себя так, будто ничего не случилось. Периодически ловила на себе встревоженные взгляды Шеля и Натаниэля, но делала вид, что ее это совершенно не волнует. Встретилась с владелицей кондитерской, которую приятно поразила чистота на корабле. Приняла груз и специальные холодильники для его хранения, купила у навигаторов расчеты для специальной трассы, позволяющей довезти пирожные как можно быстрее. Попрощалась с Ваней, потрясенным заказом Матильды до глубины души, и, конечно же, пожелал счастливого пути, попросив звонить при первой же возможности.

Приказала всем занять места на своих койках, пристегнувшись ремнями, сама села в капитанское кресло, и они с Риком начали предполетную подготовку. В третье кресло сел Шель, внимательно следивший за их работой. От идеи стать пилотом он не отказался, и Матильда купила ему сегодня простейший курс по управлению кораблем. Пусть попробует, если получится, то тогда уже они будут решать. Матильда была совершенно уверена в том, что пилотом нужно родиться, а не становиться им, как она, по необходимости, или как Шель — по желанию быть рядом с госпожой. Конечно, она водила корабль, но до изящной виртуозности настоящих пилотов или хотя бы до Зейна ей было ой как далеко.

Стоило «Надежде» оторваться от земли и набрать высоту, как на пределе доступа на терминал позвонил Бу.

— Матильда, я сделал нечто очень-очень плохое, — сказал он, не включая камеру.

— Проклятье, — сказала Матильда, тормозя двигатели. — Что на этот раз у нас стряслось?

— Я остался на Кайли, — виноватым голосом сказал Бу.

— Как на Кайли? — завопила Матильда, глядя на монитор. Данные четко показывали, что в каюте Бу есть человек. — А кто тогда с нами летит?

«Неужели Ваня все же решил удрать от своей жены и работы?» — мелькнула мысль, пока Матильда неслась в каюту Бу. Рик остался следить за приборами — «Сырок» бы такое резкое торможение не пережил, но и за новыми, толком неизученными двигателями стоило присмотреть.

За Матильдой бесшумной тенью следовал Шель. В каюту они заглянули одновременно.

— Это еще кто такой? — спросила Матильда, оторопело глядя на незнакомого мужчину.

— Илиас, — сказал Шель.

Илиас вскочил с койки и поклонился Матильде.

— Илиас? — Матильда посмотрела на Шеля. — То есть ты тоже участвовал в этой авантюре?

— Нет, — спокойно выдержал ее взгляд Шель. — Я с ним дрался. Это мой противник в финале боев.

— М-да, — сказала Матильда, поворачиваясь к пассажиру. — Вот это новости.

— Мэм, — крикнул Рик, — тут центр контроля полетов волнуется. Что делаем?

Матильда вернулась в кресло:

— Бу, ты еще здесь?

— Да, Матильда. Я не вернусь. Я оставил письмо, прочитайте, пожалуйста. Я… спасибо вам за все!

— Бу! Будевин! — кричала Матильда, но великан уже отключился. Грязно выругавшись, она позвонила Ване. — Бу остался на Кайли.

— Ясно, — сказал адвокат. — Займусь.

— Летим, — велела Матильда, клацая зубами от злости. — Когда вернемся, тогда я уже Бу прибью. Господи, вы что все на голову-то больные, а?

— Я — нет, — обиженно сказал Рик.

— Ты просто еще не вырос, — буркнула Матильда. — В этой обстановке мы с тобой тоже сойдем с ума, я уверена.

Глубокой ночью, когда корабль лег на курс, вся команда собралась в рубке. Письмо Бу передавалось из рук в руки, а сама Матильда сидела на подушках, подперев ладонью подбородок, и рассматривала Илиаса.

Он был просто глотком свежего воздуха в царстве непроходимых красавчиков. Самый обыкновенный мужчина, боец с мускулистым телом. Тяжеловатый подбородок, крупный, мясистый нос, светлые глаза, волосы неопределенного темного цвета, длиной до плеч. Чуть смугловатая кожа, то ли загорелая, то ли такая от природы.

В своем письме Бу писал, что ему понравилось подрабатывать массажем, и это поможет ему накопить денег на обучение в полицейской школе. Смысла болтаться по космосу он не видел, но боялся об этом сказать, зная, что для Матильды космос — смысл жизни. Бу клялся, что обязательно сразу же свяжется с Ваней, помня, что не имеет никаких документов, а Иван является его официальным опекуном.

В последнем абзаце он умолял Матильду простить его и приютить Илиаса, с которым он подружился во время работы в госпитале. Боец выложил все деньги, чтобы пройти курс лечения, потому что Шель его уделал разве что не до смерти, а наниматель тут же разорвал контракт.

— С каких пор Бу научился так писать? — мрачно спросил Кирилл.

— Поставил программу на планшет, перевел слова в текст, — фыркнул Рик.

— Госпожа капитан, я не доставлю вам проблем, — сказал Илиас. Голос у него был хриплым. — И драться ни с кем не буду, я не драчун, а наемник.

— Я это все понимаю, — сказала Матильда. — Но назови мне хотя бы три причины, по которым я не могу выбросить тебя сейчас в открытый космос.

— Первая — вас обо мне попросил Бу, — спокойно ответил Илиас. — Вторая — вам придется постараться, чтобы меня выбросить.

— Тебя Шель уже один раз победил, — напомнила Матильда.

— Тогда я не сражался за свою жизнь, — возразил наемник. — И, в-третьих, я могу вам пригодиться. Я один из лучших бойцов в галактике.

— И самый скромный, — фыркнула Матильда. — Зачем мне боец? Я мирная торговка.

— Никогда не знаешь, что пригодится, — философски пожал плечами Илиас.

— Натаниэль, подсчитай, сколько стоит перелет. Благотворительностью я заниматься не собираюсь.

— У меня нет денег, — сказал Илиас.

— Ничего, будешь должен, — припечатал Матильда. — Все, ужин и спать! Кстати, включите Илиаса в очередность дежурств по кухне.

От этой идеи наемник был явно не восторге, но ему хватило ума промолчать.

Рик остался на вахте, а Матильда отправилась спать, потянув за собой Шеля. Ей хотелось расслабиться, и она эгоистично надеялась на массаж.

32. Решение

Выйдя из ванной, Матильда обнаружила на своей кровати не только Шеля, но и Натаниэля.

— Очень интересно, — сказала Матильда, останавливаясь в дверях. — Очень. Кажется, здесь Вани, любителя тройничков, нет. Тогда почему в моей постели двое?

— Нам показалось, что ты устала, — сказал Натаниэль.

— Госпожа, позвольте вам кое-что показать, — попросил Шель. — Вам понравится.

— Ты уверен?

Парни одновременно кивнули.

— Закройте глаза, госпожа, — шепнул Шель в ухо Матильде. Она вздрогнула — эльф перемещался бесшумно и быстро, и это иногда пугало.

Шель завязал на ее голове какую-то прохладную ткань. Открыв глаза, Матильда обнаружила, что ничего не видит. Более того, плотная повязка прикрывала и уши, поэтому слышимость тоже ухудшилось. Потянуться руками к лицу ей не дали, мягко заведя их за спину. Кто-то из парней подхватил ее под ягодицы, отнес и бережно уложил на живот, сняв полотенце.

А потом в четыре руки они принялись гладить и разминать ее спину, ноги и руки. Матильда только покряхтывала и иногда шипела, когда кто-то увлекался и делал ей больно. Закончив со спиной, они перевернули Матильду и продолжили.

В какой-то момент все ощущения как будто пропали. Парни перешли от активных движений к нежным, едва ощутимым поглаживаниям. Тело плыло в теплом молоке дурмана, глаза не открывались, хотя повязка уже спала. Матильду охватило такое блаженство, что сил не было даже сказать спасибо.

А потом ее лизнули, прикусили сосок. В ощущении неги это было подобно удару молнии. Матильда распахнула глаза, но нет — парни продолжали свое дело в полной сосредоточенности, будто бы ей все привиделось.

Не в силах справиться с отяжелевшим телом, Матильда снова закрыла глаза.

Миг — и уже два ее соска попадают в плен горячих ртов.

— Мальчики, — пробормотала Матильда, не открывая глаз. — Что вы делаете?

— Массаж, — ответил Шель. Его голос прерывался. — Как вы себя чувствуете?

— Отлично, продолжения не требуется.

— Ну уж нет, — голос Натаниэля был хриплым от едва сдерживаемого желания. — Это как-то не честно. Почему вы не даете нам возможность показать все, на что мы способны?

— М-м-м, — говорить Матильде не хотелось, поэтому она решила довериться их рукам. Разборки и завтра можно устроить. Если захочется. — Можно открыть глаза?

Вместо ответа Натаниэль наклонился и приник к ее губам. Поцелуи то нежные, то требовательные, кружили голову. То, что творил его язык, не поддавалось описанию. Тягучая, огненная нужда в ее теле становилась все сильнее, но… чем, интересно, занимается Шель? Почему он не хочет прикоснуться к ней, к ее торчащим, сжавшимся от возбуждения, соскам, к коже, жаждущей прикосновения. Не выдержав, Матильда начала извиваться на кровати. Скольжение простыни по телу после массажа, ставшему до предела чувствительным, не могло ей помочь.

Она застонала, и Натаниэль отстранился, напоследок проведя языком по ее губам.

Теперь поцелуи ей дарил Шель. Медленно, но настойчиво, ласково и одновременно так, словно дорвался до источника воды в пустыне. Он ловил ее желание, растягивал возбуждение, доводя его до одного ему известного предела.

А Натаниэль целовал нежную кожу ее запястий, нежно скользил губами по сгибу локтя, придерживая дрожащее тело Матильды сильной рукой. Она пыталась податься вперед, широко разведя ноги, цеплялась за руку Натаниэля, желая спустить ее со своего живота ниже, к невыносимо пульсирующему лону. Да, в какой-то момент он спустился — но только для того, чтобы продолжать свои поцелую на ее бедрах.

Волны наслаждения проходили по ее телу от рта, который ласкал Шель до бедер. Казалось, ласки сталкиваются и сплетаются в горячем объятии внизу живота.

Матильда вцепилась в плечи Шеля, с силой оттолкнула его и всхлипнула:

— Пожалуйста, пожалуйста… Умоляю… войдите в меня… прошу…

Когда член Натаниэля погрузился в ее тело, она закричала от удовольствия. Продолжая держать Шеля за плечи, она опустила его на себя, и он губами нашел ее сосок и стал его ласкать, глубоко втягивая в себя.

Сила оргазма потрясла. Кажется, она потеряла сознание от яркой вспышки наслаждения. Коротко, даже как-то жалобно, вскрикнул, кончая, Натаниэль. Упал рядом с ней, положил ее на бок, запустил руку в растрепанные волосы Матильды, не давая ей возможности уклониться от поцелуев.

Шель прижался к ней сзади, поднял ее ногу и вошел, положив ладонь ей на лобок и лаская пальцами клитор. Девушка могла только стонать, прижимая к себе Натаниэля и обхватив его для верности ногой.

Второй оргазм налетел на нее сокрушающей волной, заставив изгибаться и кричать в сладких спазмах. И даже когда все закончилось, она еще какое-то время лежала и всхлипывала, переживая отголоски удовольствия.

— Если бы ты знала, сколько ночей я мечтал о тебе, — прошептал Натаниэль. — Если бы ты знала, какой драгоценностью для меня был твой подарок в квартире, тогда, перед боями. Если бы ты знала, сколько сил мне требуется только для того, чтобы, лишь тебя завидев, не прикоснуться к тебе хоть пальцем. Ты нужна мне, ты нужна мне вся, целиком, от кончиков пальцев на ногах до кончиков волос.

Матильда, пребывая на зыбкой грани между явью и сном, не вслушивалась в его шепот. Ее тело требовало только отдыха и покоя, думать совершенно не хотелось.

Утром обнаружилось, что Матильда спала в весьма интересной позе — на плече Натаниэля, но уложив обе ноги на Шеля. Судя по тому, как сладко сопели оба, их это вполне устраивало. Да и Матильду, честно говоря, тоже. Она чуть поерзала затылком, выбирая удобную позу. Плечо Натаниэля могло быть и помягче. Не просыпаясь, он положил руку ей на живот и погладил. Эта сонная ласка ее растрогала, поэтому заснула она еще в лучшем настроении, чем проснулась минуту назад.

Следующее пробуждение случилось из-за шепота, больше напоминающего шипение.

— Уйди, разбудишь, — шипел Шель.

— Не уйду! — в голосе Рика дрожали обида и злость. — Значит, пока я там на вахте, вы капитана соблазняете!

— Тихо ты!

— Я уже проснулась, — зевнула Матильда, села и потянулась. Шель с мужским интересом в глазах проследил за движением ее грудей, а вот Рик смотрел так, будто она отобрала у него последний кусочек хлеба и теперь его ест прямо на его глазах. — Почему с утра скандал?

— Никакого скандала нет, — Натаниэль встал, потер плечо, которое отлежала Матильда, сел, обхватив ее одной рукой. — Рик просто пришел поспать и возмутился, что его место занято. Он очень устал.

— Много шума из ничего. Кровать я купила достаточно большую, чтобы и ты поместился. Ложись. Э-э-э… стоп! А кто в рубке?

— Илиас, — ответил Рик. — У него есть диплом пилота, я проверил. Он согласился отработать свой перелет таким образом. Да и ему самому не терпится побыстрее попасть на Мидееву. Там же будет турнир, на который мы везем пирожные, он запишется в участники или оруженосцы, сам не знает.

— Вижу, ты плодотворно провел утро, — сказала Матильда и еще раз потянулась. Тело пело от удовольствия и было легким, как пушинка.

— А вы — ночь, — сдержать обиду у Рика не получилось.

— Перестань дуться и ложись, — велела Матильда. — Вижу, душ ты уже принял. Я сейчас.

Когда она вернулась из санузла (стояла под душем она так долго, что уже сама себе стала казаться русалкой), то в скульптурной группе на кровати наметились некие изменения. Рик спал, завернувшись в плед и прижавшись к боку Натаниэля. Матильда вспомнила, что паренек рассказывал: ему очень сложно спать одному, выросшему в тесноте рабской крохотной каюте, где теснилась вся его семья. Натаниэль читал что-то, лицо у него было задумчивым. А Шель сервировал столик. Парни даже и не подумали одеться, Матильда хмыкнула про себя, надеясь только, что Бу предупредил Илиаса о порядках, точнее, беспорядках, царящих на корабле.

Натянув футболку и трусики, она села на кровать и потянулась за чашкой со своим любимым тонизирующим напитком.

— Ну, — сказала она, сделав несколько глотков, — признавайтесь, когда вы спелись, и чем мне это грозит.

— Ничем, — сказал Натаниэль, откладывая планшет. — Для Шеля ты — основа жизни, а я тебя люблю. Нужно же как-то сосуществовать вместе.

— А мне вы что предлагаете?

— Наслаждаться жизнью, — сказал Шель.

— Ясно, — сказала Матильда, аккуратно съела завтрак и потом спросила. — А с Риком что делать будем?

— А что с ним делать? — удивился эльф. — Если он вам дорог, пусть остается в нашей кровати. Он же еще совсем ребенок, сдаст экзамен на гражданство и пойдет своим путем.

Из-под пледа вынырнул взъерошенный Рик, который, как оказалось, вовсе не спал, а прислушивался.

— Вот не нужно решать за меня! — мрачно и твердо сказал он. — Мне капитан не меньше дорога, чем вам. И на счет ребенка… Мне завтра будет семнадцать, между прочим! Ты всего на три года меня старше! И у меня уже есть диплом, а ты кто?

Натаниэль молчал, его пальцы тихонько постукивали по планшету. Он явно был не настолько спокоен, как пытался казаться.

— Так, тихо! — велела Матильда, сделав выводы из происходящего. — Мальчики, вы у меня очень опытные, тут я поспорить не могу. А давайте-ка попробуем заняться сексом все вместе, а?

Шель и Натаниэль косо посмотрели на насупленного Рика.

— Понимаешь, Матильда, — начал было Натаниэль, но она оборвала его взмахом руки.

— Не понимаю. Если что-то у него не получится, так научите. Натаниэль, не верю я в то, что тебя никогда не ставили в пару с новичком.

— Я не хочу так, — заявил Рик, встал с кровати, похожий в своем пледе на древнего принца в плаще. — Если нужно доставить вам удовольствие, мэм, я предпочту, чтобы вы этому научили меня сами. А этих… учителей… мне не нужно!

— Рик, я тебе сейчас предлагаю заняться сексом, — сказала Матильда, хитро прищурившись. — Ты отказываешься?

— Да! — с вызовом сказал Рик. — Именно! Я хочу заниматься с вами любовью, мэм, но чтобы это не выглядело как… не знаю, как, но это должно быть не так!

Подхватив плед, Рик всхлипнул, закусил губу и выбежал из каюты.

— Сейчас я пойду проверю, как там Илиас, — сказала Матильда помрачневшим парням, натягивая джинсы. — К моему возвращению чтобы в моей спальне и духа вашего не было. Ясно? Дверь я перенастрою, чтобы у вас не было соблазна проникнуть сюда без разрешения.

— Но… — сказал Шель, а у Натаниэля сделалось такое лицо, будто бы он испытывает невыносимую боль.

— Не “но”, — тихо, но веско произнесла Матильда. — Никаких но! Вы, мои дорогие, почему-то вздумали решать за меня. Например, кто будет в моей спальне. Или как мы будем заниматься сексом. Да, я не спорю, мне очень понравилось. Но… Никто, кроме Вани, не будет принимать за меня решение, ясно вам? Спелись? Прекрасно! Можете спать вдвоем, но без меня.

Выйдя в рубку, Матильда разрывалась между желанием кого-то убить и разреветься, однако ее привел в себя вид Кирилла, сидящего под ее креслом. Лицо у него было подозрительного желто-зеленого цвета.

Илиас в кресле второго пилота делал вид, что он полностью поглощен чтением данных на мониторе.

— Так, — сказала Матильда, подходя к Кириллу. — Так. И что же произошло? Кирилл, тебя тошнит?

Он осторожно кивнул головой.

— У меня есть два варианта: либо ты чем-то отравился, может, даже специально, либо Илиас принес к нам на корабль какую-то заразу.

— Ничего подобного! — оскорбился новый пассажир-пилот. — Я только из госпиталя, можно сказать — стерилен снаружи и изнутри, в меня столько всякой дряни врачи влили, что ничего не могло выжить.

— Кирилл! — по-настоящему заволновалась Матильда, присаживаясь рядом с рыжим. — Я не буду тебя продавать, честное слово, я это сказала от злости. Нет, если ты, конечно, опять что-то такое учинишь, я от тебя избавлюсь, например, отправлю в госпиталь, помогать Бу массаж делать. Ваня присмотрит и капризничать не даст. Но не нужно так переживать и пытаться покончить жизнь самоубийством!

— Скажи ей, — сквозь зубы, — попросил Кирилл Илиаса.

— Он не собирался травиться, — сказал тот. — Просто попросил покрутить его на кресле, как на карусели. Долго и быстро. Вот его и укачало.

Матильда не нашлась, что ответить. Поэтому она удовлетворилась подзатыльником. Конечно же, после этого Кирилла все же стошнило.

— Это все-таки дурдом, именно так нужно было назвать корабль, — сказала Матильда тоскливо. — Никогда бы не подумала, что человек в двадцать три года может учинить нечто подобное!

— Если у него детства не было, то, конечно, может, — откликнулся Илиас. — Капитан, я перекинул вам на терминал свои документы, Рик сказал, что от пилота вы не откажетесь.

— Прежде чем я буду смотреть документы, ответь мне на несколько вопросов, — попросила Матильда, глядя, как Кирилл ползает с тряпкой по полу. — Ты был рабом?

— Нет.

— У тебя есть какие-то психологические блоки или наследственные способности типа гипноза?

— Нет.

— Тебя мама родила только для себя?

— Нет.

— Хм… Какой-то ты подозрительный для этого корабля.

— Капитан, я родился в семье потомственных наемников, моя мама была элитной телохранительницей, не генномодифицированной, а обычной женщиной, но из хорошего рода. Она сбежала от родных и подалась в боевую школу. Элитной она стала потому, что в светском этикете разбиралась лучше собственных нанимательниц. С отцом она познакомилась во время одной заварушки, он работал на врагов тогдашней нанимательницы и пытался похитить охраняемую мамой персону. Мать не позволила. Через пару лет они встретились, уже не связанные никакими контрактами, и поженились. Нас у них трое, все мальчики. Воспитывали нас по очереди, кто не нанят, тот детьми и занимается. Сейчас родители имеют собственную школу наемников, а мои племянники от старшего брата готовятся продолжать династию. Детство у меня было нормальное, во всяком случае, крутиться на креслах меня не тянет.

— Ты еще более подозрительный для этого корабля, — сказала Матильда, принимаясь за изучение его документов. — В нашем обществе ты явно не выживешь. Или сбежишь, или с ума сойдешь.

Илиас пожал плечами.

— Если вы меня наймете, поставив условие, чтобы я сошел с ума, сойду.

— А, нет, — передумала Матильда. — Если так вопрос стоит, то, конечно, ты сюда отлично вписываешься. Сходить с ума по заказу — это уметь надо!

— Матильда, — Кирилл, пока она разговаривала с Илиасом, не только вымыл пол, но и сам успел принять душ. — А ты из спальни всех выставила, или только Шеля с Натаном? Я могу на что-то рассчитывать?

Матильда молча закатила глаза. Подумав, спросила:

— Илиас, ты тоже хочешь со мной переспать?

Илиас окинул фигуру Матильды задумчивым взглядом:

— Вы ничего, капитан, но особого желания не испытываю. Я только из госпиталя вышел.

— Шель тоже, но ему это не помешало, — заметила девушка.

— Ну так я же не Шель, у меня не было того, кто бы мне оплатил регенерационную капсулу. А обычная медкапсула не так эффективна. Так что я сейчас несколько не в форме. А потом — кто знает, но в очередь под вашей дверью я становиться не буду.

— Отлично! — обрадовалась Матильда. Неужели у нее хоть с кем-то будут нормальные рабочие отношения? — Так, твоя вахта будет ночной, хорошо?

Илиас без возражений передал ей управление кораблем.

* * *

Жизнь на «Надежде» текла своим чередом.

Кирилл и Натаниэль заняли половину рубки, выстраивая схемы операций купли-продажи. Они нарисовали планеты, выписали на каждой возможные товары, стрелочками указали маршруты. К этому занимательному действу периодически подключались Матильда и Илиас.

Шеля и Рика Илиас натаскивал в пилотском деле. Периодически все парни тренировались в спортивном уголке. То ли специально, то ли так получалось, но в кровать Рик приползал едва живой, падал под бочок Матильды и тут же отключался. Разбудить его на утреннюю вахту было тяжеловато.

Натаниэль не встречался с Матильдой взглядом, но очень заметно осунулся, под глазами залегли круги от недосыпа. А вот Шель смотрел на нее глазами побитой собаки, провожая каждое ее движение. Матильда общалась с ними только по делу.

В иллюминаторе, разрастаясь, наплывала Мидеева, романтическая планета планета принцесс, принцев и турниров.

КОНЕЦ первой книги

Content

Александра Руда (Ведана Рута)
Идеальный ген

1. Выигрыш

2. Питомцы

3. Комиссия

4. Зейн

5. Толкучка

6. Пассажир

7. Постель

8. Драка

9. Катастрофа

10. Найденыш

11. Шель

12. Тиронга

13. Пиво

14. Зинегро

15. Лорелей

16. Избиение

17. Капуста

18. Полет

19. Ваня

20. Разговоры

21. Мечта

22. Соклановцы

23. Ночь

24. Сила

25. Принцы

26. Дела

27. Команда

28. Девственность

29. Корабль

30. Неприятности

31. Питомник

32. Решение