Анна Терешкова

Избранные Ориона

ПРОЛОГ

С замирающим от ужаса сердцем я стою около одного из высоких окон университета. Вижу стоящих, идущих и просто разговаривающих студентов. И вижу это черное существо: потрескавшееся тело, в котором пульсирует и рвется наружу кровавый огонь, глаза, горящие злостью и мраком, ощущаю его жажду крови. Это чудище перемещается от одного к другому, заглядывает в их лица, втягивает их запах. Но его никто не видит!

Никто, кроме меня!

Тело все сильнее дрожало от страха при каждом движении существа. Сердце пропускало удары, в горле встал ком, стоило глазам монстра наткнуться на мой взгляд, взгляд, который видел его. И только на секунду на том, что сложно назвать лицом, отразилось удивление, но это было лишь секундное явление. Воздух сотрясся рычащим криком, прежде чем тварь бросилась в мою сторону.

ГЛАВА 1

3 октября 2020 года, Pоссия, Москва, Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова.

— Я слышал, ее тело было похоже на мумию, — громким голосом зашептал парень с моего курса. — На мумию! Представляете? — шепотом воскликнул Никита, краем глаза наблюдая за реакцией остальных притихших в аудитории одногруппников.

К слову, это излюбленное дело нашего рыжика, приукрашивать сплетни с большим размахом.

— Да ладно, — с толикой недоверия опешили слушатели, обступившие парня небольшим кружком.

— Нет! — возразила Настя, привлекая внимание слушателей к себе.

Вечный оппонент Никиты, кстати, тоже рыженькая, правда, в ее случае поработала не матушка природа, а парикмахер из салона красоты.

Как только эти двое сцепятся, уж лучше быть подальше, иначе есть большая вероятность заработать мигрень и тычки в спину на ближайшую неделю от одной или другого, проще говоря, чью сторону не примешь.

— Я случайно услышала разговор преподов, — хитро улыбнулась Настя, пальчиком подманивая ребят приблизиться.

«Ага, как же, случайно, — фыркнула я. — Эта бесстрашная только и делала, что бегала по всему универу и сплетни собирала, так что случайно — это когда на ногу кому-то наступают, а когда стоят возле кабинета, завязывая невидимые шнурки на замшевых туфлях, и просовывают ухо в приоткрытую дверь — это уже неслучайно».

— Они говорили, что в ее остекленевших глазах застыл дикий ужас! — зловеще прошептала Настя. — На них даже смотреть было страшно, будто они в любой момент переведут свой мертвый взгляд на тебя! Тело Набиной выглядело как потрескавшийся раскаленный уголь. Такое чувство, словно ее сожгли, вот только Марину убил совсем не огонь… — заговорщически продолжила Сойлина.

Возбуждение буквально выплескивалось из нее.

— Жуть какая, — хрипло протянула Алена, прячась за главного сплетника.

— Да ладно? — поморщился Никита, съежившись, — А что?

— Понятия не имею, — простенько пожала плечами Настя. — Они и сами толком не знают. Говорят, что на ее теле были странные символы. Подозревают, Марина попала в какую-то секту, и те натворили дел.

Слушатели однозначно были разочарованы. Они уже понадеялись, сейчас откроется великая и страшная тайна загадочной смерти, а тут облом. Вот за этот облом Сойлина и выгребла пару подзатыльников.

— Может, у Софии спросить, Марина ведь была ее соседкой, — услышала я тихий шепот Никиты.

В голосе парня прозвучали настороженные нотки.

Компашка сокурсничков покосилась в мою сторону, а я старательно изображала: сижу, слушаю музыку в выключенном телефоне и переписываю лекцию. Видимо, не слишком старательно изображала, потому что отворачиваться никто не собирался.

Пришлось тяжело вздохнуть, снять наушники и раздраженно окинуть каждого поочередно недобрым взглядом, покрутить пальчиком, мол, «моськи свои отвернули, знать не знаю, что случилось, и не хочу». Вот после этого жеста на меня злобно вытаращились, но в итоге отвернулись.

— Да ну ее, она и сама со странностями, — лениво протянула Настя, подбив рукой рыжие кудри.

«И это говорит человек, который беззазорно обсуждает чью-то смерть перед другими, да еще и так жутко», — мысленно зашипела.

Ненормальные! Заняться больше нечем? Лучше бы за мозги взялись, да лекции писали, а не совали свои длинные носы, куда не просят. Я об этом забыть хочу как можно быстрее, а с их разговорами мне скоро 3D кошмары сниться будут.

В итоге до окончания всех лекций из головы не выходил разговор этой кучки студиозов, обожающих всякие загадочно-мистические штучки. От меня теперь и так шарахаются все, кто мимо проходит. Даже в комнату никого не подселяют, желающих не нашлось. А ведь моей вины в этом нет, я с ней толком и не общалась. Марина была замкнутой и скрытной, единственные слова, которыми мы обменивались, это «привет», «пока». Пара реплик о насущном и то не всегда.

Но человеком она была хорошим и не лишена друзей за стенами универа. Я частенько заставала ее за телефонными разговорами. Во время них Марина всегда соглашалась кому-то в чем-то помочь. Никогда не отказывала.

А наши одногруппнички только и делают, что гадкие предположительные сплетни одни хуже других по универу распускают.

Однако у меня вся эта история интереса не вызывала, а вот пугала до чертиков. Я на нервной почве с ежедневным недосыпом и так стала непонятные вещи замечать. Про странные и слишком реалистичные сны вообще молчу. Не хочу закончить свои дни в смирительной рубашке!

Сосредоточившись на предстоящем романтике со своим парнем Максом, ненужные мысли я отогнала на задний план. По сути дела, за мной было принято решение устроить романтик, но на самом же деле Макс вызвался помочь с прикладной математикой. Вот только какая уж тут учеба, когда на мне шелковый пеньюар, а?

Все должно пройти идеально. Единственная вещь, которая меня слегка нервировала — это большая коробка с вещами Марины. Комендантша все обещает, что ее родители приедут, заберут оставшиеся вещи, и так уже несколько дней. В итоге просто накрыла коробку белой скатертью, чтобы глаза не мусолила.

До прихода Макса оставалось минут двадцать, мне же последние штрихи: капелька ароматных духов от Dior, поправить прическу, макияж и застегнуть подарок бойфренда на шее, золотую цепочку с кулончиком в виде сердечка.

Я так нервничала, что выронила драгоценность из рук и та залетела под тумбочку. Дотянуться не удалось, пришлось встать на четвереньки, чтобы попытать удачу снова.

Но вместо кулона нащупала непонятную стеклянную вещицу, по ощущениям напоминающую лед. А когда сжала ее в руке, намереваясь вытащить, ладонь пронзила резкая боль.

Выругавшись, резко разжала пальцы, бросив находку к коленям. На правой ладони тут же проступили кровавые точечки в форме спирали.

Выдвинув ящик комода, достала салфетку, приложив ее к ладони. Стекляшка напоминала вытянутый прозрачный кристалл с золотым отливом. Осторожно, чтобы снова не пораниться, отправила его на тумбочку. Он был совершенно гладким, ни единого выступа или острия. Поэтому возникает вопрос: каким макаром я поранилась?

Но об этой мысли я позабыла, как только зазвенел телефон. Наверняка Макс уже был на подходе!

Рванула к письменному столу, где оставила мобильник и просто вросла в пол. Кровь в жилах стремительно похолодела. Номер вызываемого абонента не был неизвестен, однако с ним я никогда не разговаривала, по крайней мере, по телефону.

«Марина Набина» высветил сенсорный экран. У меня так и не дошли руки удалить ее контакт.

Аpмия мурашек скопом пробежалась по телу. Я даже почувствовала, как волосы на голове зашевелились, и перепугалась гораздо сильнее, учитывая, что это ощущение было похоже на то, словно тебе в затылок кто-то выдохнул. Правда, когда обернулась, никого, кроме своего перепуганного отражения в окне, я не увидела.

Нервы мои, кажется, на пределе, хотя у кого они будут в порядке, когда ему мертвец звонит?

А потом вместо страха пришла ярость. Здравый смысл взял верх над неродившейся истерикой, давя ее в зародыше.

Меpтвые не возвращаются!

Неужели у кого-то хватило мозгов выкрасть телефон Марины и позвонить мне? Это ж насколько нужно быть моральным уродом?

Схватив телефон, незамедлительно приняла вызов.

— Слушайте меня внимательно! — зашипела в трубку. — Лучше не попадайтесь мне на глаза, иначе я лично фехтовальной шпагой ее номер вам на рожах выцарапаю! С такими заскоками к психиатру валите! — повысила я голос до крика.

На другом конце кроме шума помех больше ничего не было слышно. Я уже собиpалась повесить трубку, когда услышала:

— Они… почуяли…

Сердце пропустило удар, воздух отказывался поступать в легкие, а холодок прочно сковал оцепеневшее тело.

Я мало говорила с Мариной, но этих нескольких слов было достаточно, чтобы понять: сейчас именно ее голос звучал в трубке.

— ОНИ ПОЧУЯЛИ ТЕБЯ! — прогремел динамик телефона.

С криком отшвырнула мобильник в сторону. Из-за подкосившихся со страху ног налетела на прикроватную тумбочку, с которой упал тот самый кристалл. Резко обернувшись, проследила за покатившимся камнем, боковым зрением заметив движение за окном. А это, как ни посмотри, нереально, учитывая, что моя комната находится на третьем этаже!

На глаза навернулись слезы, стоило неизвестному снова мелькнуть за стеклом. Медленно повернувшись, в ужасе замерла, уставившись в кроваво-красные глаза, пристально за мной наблюдающие, и снова тишину комнаты оглушил мой перепуганный крик.

Прижимаясь спиной к стене, беглым взглядом пыталась найти, куда это существо исчезло.

— Ч-то э-это за х-хрень б-была? — приглушенно зашептала заикаясь.

Оставаться в комнате и выяснять это у меня не было никакого желания. Рванув с места, помчалась к двери, где врезалась в Макса, стоило выбежать в коридор.

— Wooou! — схватили меня в охапку, — Сонь, ты чего? — засмеялся блондин. — Так не терпелось меня увидеть?

Вместо ответа всхлипнула, крепче прижавшись к Максу.

— София, что стряслось? — встревожился бойфpенд, отстранив меня на расстояние вытянутых рук. — Соня! — потребовал он ответа.

— Макс, я, кажется, свихнулась, — всхлипнула с новой силой. — Мне Марина позвонила, — выдавила, стараясь не сорваться на безудержные рыдания.

Только стояли мы в коридоре, а на мне кроме пеньюара больше ничего не было, так что палевно очень, учитывая, что парням в женские комнаты после десяти нельзя.

— И? — не понял Макс моей истерии.

— Марина, говорю, позвонила, — с нажимом повторила я. — Марина Набина! — в страхе зашептала, указав взглядом на комнату.

Руки Макса на моих плечах лишь на секунду напряглись, но после, сразу же расслабились. А мелькнувший страх в глазах сменился раздражением.

— София, да это просто идиоты развлекаются, — уверенно произнес он, легонько погладив меня по щеке. — Не переживай, я выясню, кто звонил, и лично их телефоны им в глотки затолкаю, — заверил бойфренд. — Послушай, они могли переименовать твои контакты, понимаешь? — привел Макс веский аргумент.

Такой вариант посещал мои мысли, и я бы даже поверила…

Однако как бы они смогли подделать голос?

А та фигня за окном! Я, может, и не рассмотрела то страшилище полностью, но это точно был не человек, не только по внешнему виду: черной тени с красными глазами.

Ощущения…

Чувство было такое, словно мне в глаза смотрела сама смерть.

— Давай телефон, посмотрим, кто звонил на самом деле, — вталкивая меня обратно в комнату, предложил бойфренд.

Идти внутрь совершенно не хотелось, но раз Максим рядом, бояться нечего. Оставив кожаную сумку в бежевом кресле, он отыскал брошенный мною телефон в углу комнаты. Я с трепетом наблюдала, как Макс начал пролистывать разблокированный сенсор. Его лицо при этом помрачнело, а потом и вовсе приняло скептичное выражение.

«Неужели ему номер звонившего знаком? Ну и кто будущий смертник?» — злорадненько подумала я.

— Сонь, я понимаю, другие идиотизмом страдают, им просто живется скучно. Но ты-то чего шутить изволила? — шумно выдохнул он. — Решила присоединиться к общему фанатизму? — Макс не пытался скрыть презрения в голосе.

— Ты это о чем? — старалась говорить спокойно, однако голос предательски дрогнул.

— У тебя в принятых только я, — продемонстрировал парень экран телефона.

Я даже вперед шагнула, чтобы лучше рассмотреть.

Принятые звонки: Макс. И все!

Выхватила телефон и начала пролистывать журнал. Макс, видимо, тем же самым занимался, но, как и я, ничего не нашел.

А может, это он удалил?

Да нет, вот это точно бред. Он бы не стал. Вероятнее всего номер вызова удалился, когда я телефон на пол швырнула. Такое ведь возможно… или нет?

— Максим, клянусь, она действительно звонила! — воскликнула я. В голосе отчетливо зазвенела злость. — Ты же меня знаешь, я бы не стала придумывать такое ради шутки.

Макс задумался, по выражению его лица было понятно — верит.

— София, ты сейчас на нервах, тебе могло показаться, — мягко произнес он, крепко сжав меня за плечи. — Ты же пару дней практически не спала.

«Игрой воображения это сложно назвать, слишком реально и долго оно длилось, — непроизвольно поморщилась. — Я же не сумасшедшая и вполне могу отличить реальность от вымысла или иллюзии».

Впрочем, объяснений все равно нет, так что лучше забыть об этом и не накручивать себя.

Улыбнувшись Максу, согласно кивнула.

А дальше меня ждал настоящий облом. Он и вправду помогал мне с прикладной математикой и только. В итоге пришлось натянуть спортивные штаны, закутаться в кофточку и пялиться в учебники.

Полагаю, он все еще дуется. Но если бы на его: «Я люблю тебя», ответила тем же, это была бы ложь. Слишком уж легко и безэмоционально он произносит признание, в искренность которого хочется поверить каждому человеку.

Но бывает, слова, что так сильно нам нужны, зачастую произносят люди, от которых нам совершенно ничего не нужно.

И сейчас я ему не верю. Хотя очень хочется.

Несмотря на все уговоры побыть сегодня со мной, поскольку страх пережитого пока все еще теплился в душе, Макс ушел за полночь. Я же не смогла заснуть до самого утра, вздрагивая от каждого шороха и скрипа. Благо сегодня воскресенье и в универ идти не нужно.

А стоило лучам рассветного солнца выглянуть из-за горизонта, все тело так стремительно накрыла жуткая усталость и головокружение, что я еле успела дойти до кровати, чтобы без чувств свалиться прямо на нее и не расшибить себе голову об прикроватную тумбочку.

ГЛАВА 2

Сквозь пелену бессознательности чувствовала, как кожу обдавало жаром. Это снова происходило, и сопротивляться не в моей власти. Загадочная реальность, что преследует меня несколько месяцев, не давала право выбора.

Эти сны с каждым разом становились все более красочными, будто наяву. Я так отчетливо ощущала, как прикасалась к вещам, ощущала их холод и тепло.

Но тело было мне не подвластно. Я могла лишь созерцать и чувствовать.

Вот и сейчас… чувствую и вижу, как иду в уже знакомое место. Ощущаю прохладу земли босыми ступнями, вижу опадающие листья, чувствую на коже легкое дуновение прохладного ветерка, но тело все равно почему-то горит.

Темно-красное шелковое платье переливалось в свете ярко освещающей мой путь луны. Золотая цепочка с двумя ключиками на ней тихонько отдавалась звоном колокольчиков при каждом моем шаге. Наконец, узкая тропинка лесной чащи закончилась, всего в паре метров показался небольшой домик, спрятанный среди густой листвы деревьев и кустарников.

Крыши в нем не было, а сам дом уже был старым и обветшавшим. Окна треснуты, входная дверь покосилась, на деревянном пороге зияли дыры. Однако я шла именно к нему. Для кого-то это, может, просто старая развалюха, но для меня — наше тайное убежище.

Сквозь густую чащу крон деревьев, проникающий свет создавал причудливые тени, а цветочная пыльца, разносимая ветром, походила на мерцающие крупицы.

Ступив на порог дома, прикоснулась к грубой древесине, открыв скрипнувшую дверь. Здесь была всего одна комната. В ней находился пустой шкаф с покосившимися полками, небольшой столик с подсвечником для семи горящих в нем свечей и прикроватная разломанная тумбочка.

Пол был прогнившим, поэтому в некоторых местах оброс мхом, стены обвивали цветущие лианы, а одна сторона дома совсем выломана, ее место заняло большое пышное дерево, простилающее свои ветви внутрь комнатки. В центре стоял широкий каменный постамент, а на нем лежал парень, рассматривающий черную розу под льющимися на него лучами луны.

Стоило ему услышать мои шаги, как интерес к прекрасному цветку пропал, и он медленно поднялся, принимая сидячее положение. Волосы по плечи цвета спелой пшеницы с золотым отливом немного растрепались, пара прядей длинной челки упала ему на лоб. Красивые тонкие черты лица, четко очерченные скулы, бледно-голубые глаза, в которых читалась грусть, на губах слабая улыбка.

— Ты пришла? — неуверенно произнес он.

Сердце застучало гораздо быстрее, стоило услышать его голос, увидеть лицо.

— Я не могла не прийти. Ты же звал меня, — мягко улыбнулась Солу, уверенно шагая к постаменту. — Я всегда вернусь к тебе, заберу боль и грусть, терзающие сердце моего возлюбленного, — коснулась его щеки, нежно поглаживая пальчиками кожу.

Свет от языков пламени свечей придавал комнате таинственный и чарующий вид, отбрасывая в стороны танцующие тени.

— В этот раз я долго ждал, — от боли, что прозвучала в ответе, сердце неприятно кольнуло. — Но ожидание стоило того, — хрипло произнес Сол, коснувшись губами моей ладони.

И не сводя при этом ласкового взгляда с лица, протянул черную розу. Лепестки цветка переливались, словно черный жемчуг, а восхитительный аромат дурманил своей сладостью.

— Красивая, — вдохнула я аромат розы.

— Ее красота не сравнится с твоей, — проникновенно заговорил Сол, большим пальцем очертив контур моих губ.

Пленительные глаза, цветом сравнимые лишь с ясно-голубыми небесами, заставляли забыть обо всем. Моим телом, как и голосом, в этом странном мире сновидений управляет кто-то другой. Но я слышу и ощущаю, и с каждым таким незабываемым сном мне становится страшно. Я боюсь затеряться среди красочных иллюзий.

Это место кажется спокойным и родным… правильным.

Здесь, рядом с ним, я чувствую себя самой собой, и в то же время испытываю страх, ведь эти чувства могут оказаться не мои. Эти ощущения заставляют трепетать, я чувствую к нему безудержную любовь. Любовь, ради которой готова разрушить мир, уничтожить каждого, кто посмеет причинить ему вред. Растоптать жизни тех, кто попытается нас разлучить.

— Что случилось, любовь моя? Ты чем-то огорчена? — на лице Сола пролегла тень тревоги.

— Нет, — солгала ему, подарив улыбку, исполненную любви.

Касаясь теплыми пальцами шеи, он провел рукой по спине, заставляя приблизиться к нему вплотную, да так, что жар сильного тела я ощутила даже через шелковую ткань платья. Продолжая сладостную игру, Сол нежно провел пальцами по бархатистой коже руки, прикоснулся к запястью губами.

— Не хочу возвращаться, — нарушила я тишину.

— Но ты должна? — прошептали вопрос мне на ушко.

Горячее дыхание защекотало кожу, вызывая волну трепета.

— Должна, — выдохнула в ответ.

— Тогда я буду ждать, пока ты вернешься, — тихо произнес Сол, почти касаясь моих уст.

Мягкое касание губ постепенно заставляло забыть обо всем. Подавшись вперед, прикоснулась к его губам, нежно целуя. Он легонько провел языком по моей нижней губе, чтобы тут же пленить головокружительным поцелуем.

Обняв сильную шею руками, я со всей силы прижалась к горячему телу парня, пытаясь забрать часть его тепла и себе. Поцелуй становился все жарче. Прикосновения заставляли забыть о том, что в моем теле находится кто-то еще. Что эти чувства не мои. Но как только я вижу его, как только чувствую его тепло, мне хочется, чтобы все это было моим. Чтобы та другая исчезла. А его всепоглощающая любовь принадлежала мне одной. Любовь, ради которой не страшно оказаться врагом всего мира.

Тесные, невыносимо жаркие объятия выбивали почву из-под ног. Запустив пальцы в мои волосы, Сол заставил запрокинуть голову назад. Влажные губы прикоснулись к шее, вызывая наслаждение. С губ срывались тихие стоны, каждое его движение заставляло тело трепетать от удовольствия. Губы продолжали прокладывать дорожку поцелуев все ниже к ключицам, пальцы провели по контуру декольте, опаляя кожу и вызывая новую волну трепета.

Еще немного, и наши тела сольются воедино… еще немного…

ГЛАВА 3

Нарастающий звон и посторонний шум заставили вздрогнуть.

Я резко распахнула глаза, все еще ощущая на своем теле горячие руки Сола. Лицо пылало, ладони слегка дрожали, а глаза щипали слезы.

Тем, кто нарушил идиллию сновидения, оказался телефонный звонок. На сенсорном экране высветился пропущенный вызов от моей лучшей подруги Светы.

— Если бы я не проснулась, не могу даже представить, чем мог закончиться этот сон, — пробормотала, потирая разболевшиеся виски. — Хотя, наверное, знаю, это и заставляет сгорать со стыда. Что за эротические фантазии?! — повысила голос, уткнувшись лицом в подушку. — И главное не с моим парнем, а с другим! Сказывается неприступность Макса? — услышала я свой приглушенный голос.

Что же это, черт возьми, такое?

Даже сейчас кожа продолжает пылать, в горле все пересохло, а тело не прочь вернуться в сон и продолжить начатое. Я же ни о чем таком не фантазирую, мне вообще кажется, что эти сновидения принадлежат кому-то другому, хотя, на сны это мало похоже. Те чувства и ощущения слишком реальны!

Усевшись на кровати, взяла подушку, уткнулась в нее лицом и, что было сил, закричала. Крик оказался приглушенным, так что ко мне в комнату не прибегут с воплями: «Кого убивают?!».

От собственного надрыва горла отвлек новый звонок. Вздрогнув, покосилась на вибрирующий и играющий моей любимой мелодией телефон, но, выдохнув с облегчением, приняла вызов.

— Утречка, Свет, — сонно зевнула я.

— Час дня, а ты до сих пор в кровати валяешься? — послышалось недовольное бурчание в динамике.

— Я «легла» на рассвете, — снова зевнула. — Всю ночь заснуть не могла.

— Неужели романтик с Максом удался? — как-то невесело поинтересовалась подружка.

«Ага, как же, удался», — мысленно фыркнула.

— Так ты ему все-таки призналась?! — повеселела Светка, но следующий вопрос прозвучал слегка раздраженно и даже зло. — Как все было?

— Как? — переспросила я, стараясь, чтобы голос не звучал слишком удивленно. — Ну не знаю, сначала прошлись по моделированию сплошных сред, потом линейное программирование, оптимизация и исследование операций…

— Эй! — недовольно зашипела подруга, прервав поток моих объяснений. — Нафиг мне твоя прикладная математика, ты мне про свиданку расскажи, вы отношения свои консумировали? — затараторила она.

Перед глазами снова всплыл сон: нежные и сильные руки, влажные губы, пленительные глаза. И все это заставило вновь залиться краской стыда.

«Возможно и консумировали, но я-то понятия не имею, продолжились ли действия после моего пробуждения или нет, да и с личностью парня вышла накладочка», — нервненько помыслила я.

— Светик, заканчивай со своими сомнительными терминами. У меня мурашки по коже, — раздраженно ей ответила.

— Нормальный термин, даже культурный, между прочим, — обиделась подруга. Я тяжело вздохнула. — Ну, так что?

— Ничего. Совсем. Макс ушел приблизительно в час ночи, и все, чем мы занимались, было перечислено. Я не признавалась ему. Не могу признаться в том, чего не чувствую, ты же знаешь.

Наши отношения длятся лишь полтора месяца, но за это время он неоднократно просил признаться ему в любви, однако слова просто застревали в горле. А мое «Ты мне нравишься» Макса не устраивает.

Что, собственно, и приводит в ярость. Любовь с первого взгляда бывает только в сказках или слащавых любовных романах. В жизни все совсем не так. А если и бывает, такая симпатия остается невзаимной или в скором времени приносит лишь разочарования.

Разве можно по-настоящему полюбить за столь короткое время, при том, что видимся мы с ним достаточно редко? Учеба отнимает все свободное время, как у меня, так и у него.

Но должна сказать, редкие встречи были волшебными. Макс умеет ухаживать и заставлять девичье сердце биться чаще.

— Скукотища, — послышался разочарованный голос в динамике, прервав поток моих мыслей.

Могла бы выдвинуть что-нибудь пооригинальнее.

— Может, сама судьба подсказывает, что парой нам быть не суждено? — с горечью произнесла я.

— Ты о своих странных предчувствиях? — фыркнула подруга.

Я прямо представила, как она закатывает к небу глаза.

Прижав телефон плечом к уху, расчесала волосы пальцами. А за воспоминание, как в мои волосы запускал руки Сол, дала себе мысленный подзатыльник. Голова слегка болела, невыносимая усталость раздражала, такое чувство, что меня кто-то все время пинал. Ненавижу побитое состояние.

— Слушай, Сонь, может, он гей? — съязвила Светка, явно потешаясь с собственного умозаключения.

«Ну, приехали, что еще за догадки такие?» — мысленно скрипнула зубами.

— Вы уже полтора месяца встречаетесь, а он тебя до сих пор в щечку целует. Была бы ты уродиной, я бы еще могла понять…

Эта фурия снова за свое. И чего людей делить на классы? В каждом ведь есть свой шарм и очарование. Вот только у Светки свои понятия идеальной обертки. А сейчас зачастую встречаешь прекрасное тело, но изуродованную душу. Правда, ее это мало заботило, и причитать она не закончила:

— Но ты же красо-о-отка, — протянула подруга. — Стройная, фигуристая, мордашкой хорошо вышла, длинные черные волосы, мозгами не обделена! Характер у тебя не сахар, конечно, — я фыркнула. — Но в остальном идеал для мужика, чего ему не хватает, а? Вывод напрашивается один. Гей! — уверено заявила Светка. — А быть может, он из тех, кто добивается заветных слов от глупеньких девушек, делает пометочку в блокнотике и бросает нерадивых девиц, — съязвила она.

— Макс просто ценит отношения, — попыталась оправдать бойфренда.

— Пока он отношения ценить будет, ты состаришься, — ехидно заметила подруга. — Бросай его и найди себе нормального мужика. Могу, кстати, подсказать одного, я, правда, и сама не прочь его заграбастать, но в силу твоего состояния уступлю.

— Да ты просто ангел, — холодно зашипела в динамик. — Но вынуждена отказаться.

— Сначала послушай, а потом отказываться будешь, — огрызнулась она. — У практикантов появился новый препод. Зовут Глеб Хоравский. Выглядит лет на тридцать. И настоящий плейбой с обложки. Сонь, я таких красивых мужчин еще не видела. Он будто не от мира сего.

«Не от мира сего мне уже всего хватает», — внутренне съежилась, тут же отогнав вчерашние события прочь.

— Иссиня-черные волосы в сочетании с ярко-голубыми глазами, спортивное тело, — тем временем продолжали пускать слюни на другом конце динамика. — Улыбка у него просто сногсшибательная. На него уже половина девчонок универа нацелилась.

— Вот и флаг им в загребущие ручки, — с наилучшими пожеланиями ответила.

Интересно, с чего бы это нового препода нанимать? А что случилось с Виктором Петровичем?

— Планы на сегодня есть? Давай в клуб сходим, — оживилась Света, начав напевать незатейливый мотивчик.

Клуб сегодня явно не для меня, не хочу своим видом народ распугивать.

— Сегодня никак. Мне нужно в библиотеку. Просижу там до самого закрытия, — вымучено выдохнула я, придав голосу наигранного разочарования. — Но ты можешь развлечься за нас обеих.

— Ладно, — бодренько и на удивление быстро согласилась одногруппница. — Но завтра ты не отвертишься, поняла?

— Вешаю трубку, — насмешливо произнесла в ответ.

— Эй!.. — прокричала та напоследок, прежде чем разговор прервался.

Я слишком устала, чтобы выслушивать ее укоры. Да и не мешало бы привести себя в надлежащий вид.

Ограничившись душем, сделала укладку и легкий макияж. Из одежды предпочла удобные джинсы, водолазку с небольшим декольте и кроссы. Все же в библиотеке засяду надолго, поэтому удобная одежда и обувь подойдут как нельзя лучше. Оглядев себя в зеркале, удовлетворенно кивнула и, перебросив через плечо сумку, вышла за дверь комнаты.

Вчерашние события казались просто плохим сном. Единственное, что не давало забыть об этом окончательно — это странная рана в форме спирали. Ладонь слегка опухла, а точечки превратились в сплошной рисунок. И руку пришлось хорошенько обработать мазью, прежде чем перевязать бинтом.

Уткнувшись в плеер, включила недавно закачанные треки, бодреньким шагом направляясь к станции метро «Проспект Вернадского». Общежитие «Дом студента» одно из ближних к университету. До метро тоже каких-то пара минут. Так что в универе я была спустя полчаса.

Да и по поводу учебы это была не совсем правда. Все задания я уже давным-давно выполнила, предпочитаю не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. А в библиотеку я решила наведаться за парочкой книг по психологии, особенно если они будут с уклоном на игры разума.

Обложив себя книгами, присела за один из широких столов библиотеки, начав пролистывать белые странички, вдыхая запах бумаги и чернил. В наушниках играла успокаивающая музыка, композиция неизвестного автора игры на фортепиано. И все казалось довольно спокойным, пока взгляд, пробегающий по чернильным строчкам, не наткнулся на странную фразу: «То, что мы видим, не всегда оказывается реальностью. Но если то, что кажется иллюзией, смотрит тебе в след, вероятнее всего… они почуяли тебя».

В голове против воли всплыл вчерашний звонок от Марины и тот крик, который доносился из динамика телефона. По спине пробежался неприятный холодок, замерев где-то на уровне сердце, ладони вспотели, в горле встал ком.

— С-совпадение, — произнесла охрипшим и дрогнувшим голосом.

Быстро захлопнув книгу в коричневом переплете, отшвырнула ее в сторону, после чего просто оцепенела на месте.

Когда заходила в библиотеку, здесь было около сотни людей. А сейчас в помещении царил легкий мрак и могильная тишина. Между стеллажами и столами в слабых лучах света мерцали крупицы пыли. Ни единой живой души, оглушительная тишина давила на слух слабым звоном, словно я потеряла возможность слышать.

Пустое помещение стремительно потемнело, небо затянули черные тучи, закрывая собой солнце. С замиранием сердца встала со стула и медленно осмотрелась. Никого. Все просто исчезли. В неестественной тишине отчетливо был слышен стук собственного сердца. Оно колотилось все быстрее и быстрее, будто птица, запертая в клетке.

Делая осторожные шаги по мраморному полу, направилась к стеллажам, но и там не было ни души.

— Они почуяли тебя, — раздался женский шепот, эхом разлетаясь под сводами библиотеки.

Между стеллажами мелькнула тень, не та, которая присуща каждому, а что-то физическое, имеющее человеческую форму, но человеком не являющееся.

Сорвавшись на бег, помчалась вперед, но тень возникла уже на другом конце прохода стеллажей.

— Кто здесь?! — зло крикнула я, стараясь сохранить остатки самообладания.

Голос в тишине показался оглушительным. Однако ответ мне давать никто не собирался.

— Они почуяли твою кровь, — снова послышался отражающийся от всех стен шепот.

— Марина? — опешила я.

Это ведь ее голос? Или просто игра моего воображения?

Тень начала мелькать все быстрее, замыкая меня в круг книжных стеллажей. Страх против воли сковывал тело, словно лед реку, и как бы ни старалась сохранить спокойствие, то, что сейчас происходит, не может быть иллюзией. Это не мое воображение. Я нахожусь в месте, откуда за доли секунд исчезли люди. Я слышу шепот, отчетливо понимаю слова. Я вижу мелькающую тень, напоминающую черную рваную ткань.

— Орион, — еле слышно прозвучал шепот.

— Орион? Что еще за Орион? Созвездие? Охотник?

Если произнесу это вслух, точно получу статус сумасшедшей, но что если Марина стала призраком и пытается связаться со мной?

— Господи, о чем я только думаю?! — в изнеможении прошептала. — Я наверняка сплю. Это просто сон, кошмарный сон, — попыталась себя убедить.

Рука непроизвольно потянулась к лицу, пальцы ущипнули нежную кожу щеки. Скрипнув зубами, продолжала неотрывно следить за мелькающей тенью.

Во сне не чувствуют боль. А я ущипнула себя так, что даже прослезилась. Это реально!

— Найди Орион, — продолжил звучать шепот.

— Что еще за Орион? Кто ты такая? Почему преследуешь меня? — во все горло закричала, стараясь не сорваться на истерику.

Тень исчезла так же быстро, как и появилась, ветер, разгулявшийся по библиотеке, стих.

— М-марина? — еле слышно прошептала я.

Шепота больше не было слышно. Неизвестность пугала куда больше, чем мелькающая тень. Уж лучше пусть стоит перед глазами, чем прячется где-то в темных закоулках помещения.

Сердце пропустило удар, когда затылка коснулось чье-то дыхание. Сжав ладони, собрала всю смелость в кулак и резко обернулась. Никого! Облегченный выдох эхом разлетелся по библиотеке.

— Я просто заберу свою сумку и свалю отсюда как можно дальше, — приняла верное решение, медленными шажочками двигаясь к столу, при этом старалась не озираться по сторонам и смотреть исключительно себе под ноги.

Но возникшее на пути препятствие заставило вскрикнуть от ужаса, превратив мое тело в каменное изваяние, страшно было даже дышать.

Передо мной стояла Марина в том облике, в котором ее описывала Настя!

В нос ударил резкий запах ржавого металла и серы. Черное как смоль потрескавшееся тело, на груди вырезан странный символ в виде нескольких скрещенных треугольников с круглыми и продолговатыми углами, обведенные овалом, а на шее такая же спираль, как на моей ладони.

Схватив меня за локти, Марина резко приблизилась чуть ли не впритык. Вскрикнув от боли, увидела, как ткань кофты начала распадаться в том месте, где она сжала ладони, словно ее облили кислотой.

— Они почуяли тебя, — прозвучало отдаленное эхо. Ее губы не двигались, я будто бы слышала ее в своей голове. — Спрячь кристалл! — приказала она, медленно опустив руку к моей перевязанной ладони.

Сквозь слезы я заметила на ее лице удивление. Словно она почувствовала ту самую спираль, недавно образовавшуюся у меня на коже.

— Найди Орион, только они могут спасти тебя, София, — хрипло прошептала Марина, приблизившись к уху.

Подувший, непонятно откуда взявшийся ветер унес с собой рассыпавшуюся как песок девушку. На руках остались следы от ее пальцев, кофта в тех местах выглядела пропаленной. Я дышала часто и быстро, словно пробежала марафон. Слезы застыли в глазах, руки дрожали, ноги подкосились. Облокотившись о стеллаж, медленно опустилась на колени. Ладонь пульсировала, сквозь бинт проступила кровь, четко обрисовав спиралевидный знак.

— Девушка, вам плохо? — прозвучал мягкий баритон, на плечо легка тяжелая ладонь.

Вздрогнув всем телом, резко обернулась.

На лице мужчины было беспокойство. А внезапно вернувшиеся голоса оглушали после стольких минут мертвой тишины. Оглядевшись вокруг, наткнулась на любопытные взгляды студентов. Ребята стояли и перешептывались. В помещении горел яркий свет от включенных ламп, что странно, ведь сейчас день. Несколько мгновений назад я стояла в пустой библиотеке, но вот ее снова заполнили люди.

Что за чертовщина здесь происходит?!

— Девушка, что с вами? — обеспокоенно спросил мужчина, напомнив о своем присутствии.

Вскинув голову, растеряно уставилась на говорившего: высокий, черноволосый красавец с голубыми глазами. В руках кожаный портфель и небольшая стопка зачетов. Это, наверное, тот преподаватель, о котором мне рассказала Света.

— Я в порядке, — с трудом выдавила из себя реплику.

Отказавшись от помощи мужчины, поднялась сама. Ожогов на кофте не осталось, словно их и вовсе не было. Студенты, косившиеся в мою сторону, начали расходиться. Видимо, поняли — продолжение концерта отменяется. А стоило взгляду скользнуть в сторону окон, я просто выпала в осадок.

Вечер?! Почему вечер? Я же не больше трех часов в библиотеке провела.

— Уверены, что с вами все в порядке? — не унимался мужчина. — Выглядите напуганной, — подметил он.

Напуганной я была вчера. А сейчас просто в ужасе!

— Нет, все хорошо. Извините за беспокойство, — попыталась виновато улыбнуться.

К сожалению, по тому, как скривилось лицо незнакомца, я ему явно не улыбалась.

— Это та, что была соседкой Набиной? — послышалось со стороны перешептывание.

— Ага, точно. Жуть какая. Что это с ней?

— Не обращайте на них внимания, — громко проговорил мужчина, снова коснувшись моего плеча.

— Я не обращаю, — вынуждено солгала. — Как только найдется новый интересный повод посплетничать, они потеряют интерес к смерти Марины Набиной.

— Вы, должно быть, София Лувил, — очаровательно улыбнулся брюнет.

И вправду красавчик.

— Я новый преподаватель, Хоравский Глеб Леонидович, — подтвердили мою догадку.

— Рада знакомству, — сухо ответила.

В данный момент я не была способна выдавить из себя еще одно подобие улыбки, да и первое ему не очень-то понравилось.

— Успехов вам в работе, — вежливо пожелала ему и, развернувшись, направилась к столу, где оставила сумку.

Но пока шла, спиной чувствовала, как новенький профессор прожигает меня взглядом, а когда забрала свои вещи и слегка обернулась, его уже и след простыл.

Свой след я в библиотеке тоже оставлять напрочь отказывалась, поэтому стремительно покинула помещение.

Образ Марины все еще стоял перед глазами. Ее обжигающие болью прикосновения, слова, сводящие разум с ума.

Где я тогда оказалась? Почему уже вечер? Неужели те минуты оказались часами? Возможно, просто уставший разум сыграл со мной невообразимую злую шутку, я ведь всю ночь не спала, была на нервах. Поэтому вырубилась в библиотеке и то, что увидела, являлось всего лишь кошмарным сном.

Я всегда была слишком впечатлительной, поэтому смерть соседки сказывается очень плачевно. Схожу пару раз к университетскому психологу и во всем разберусь. Главное слова подбирать такие, чтобы меня потом в домик с мягкими стенами не упрятали. Хотя, если подумать, может, пару неделек на реабилитации не помешает?

— Соберись! — приказала себе.

Светка была права, мне нужна хорошая встряска, развеяться, отвлечься. И больше не думать о произошедшем.

В этот момент мне очень захотелось встретиться с Максом. И как по волшебству я увидела его на террасе возле северного крыла универа. Я так обрадовалась, что рванула к нему на всех парах. На лице все еще была улыбка, когда рука успела ухватиться за дерево и остановить порыв приблизиться к Максу со стоящей рядом блондинкой. Ею оказалась звезда нашего университета, Алина Шикова.

Ее мать владелица самых популярных и модных магазинов Москвы. Брендовые шмотки, дорогая косметика. Отец — владелец крупной компании. Она — богатенькая дочка, которой положили к ногам весь мир.

Только почему эта «звезда» стоит рядом с моим парнем? Они вели себя не просто как друзья, Алина то и дело гладила его по руке или легонько хлопала по плечу, когда он что-то ей говорил. Не говоря уже о поцелуе, который за этим последовал.

Рука непроизвольно потянулась к телефону, трясущиеся пальцы набрали номер. А я продолжала следить за тем, как Макс прижал палец к губам Алины, заставляя ее замолчать. Сердцу в груди стало тесно и больно.

— Привет, Сонь, — донеслось веселое из динамика.

— Привет, Макс. Как дела? — я старалась говорить как можно непринужденнее, но голос предательски дрогнул.

— Да все норм, слушай, Сонь, я немного занят, давай наберу тебя через несколько часов, — все тем же тоном продолжил Макс, приобняв Алину за талию.

— Занят? — еле слышно спросила. — Где ты сейчас?

Только не лги!

— С парнями из группы, лабораторка оказалась сложнее, чем мы думали, — солгал Макс. — Я наберу тебя позже.

Это была, может, и не пощечина, но хороший подзатыльник, либо удар под дых. А если честно, то все вместе. С парнями из группы, значит? Не знала, что они выглядят как Шикова.

Значит, у парней твоих ноги от ушей, наряжаются они в женские брендовые шмотки, парики носят. До разума быстро дошел факт измены. Да и занят Макс сейчас филейной частью Алины. Девица то и дело прикрывала ладошкой рот, чтобы я вдруг не услышала смех.

— София?

Так вот в чем причина его частых «Прости, занят учебой». Интересно, сколько у него таких Алин? Кажется, шутка Светы оказалась правдой. Стоит лишь вспомнить его уж больно нетерпеливые просьбы по поводу признания. О нем и раньше ходили слухи, что Макс часто менял девушек, но я не верила. Предпочитала делать собственные выводы. Ну вот, сделала. Красивый снаружи — внутри гнилой!

Не зря же у меня было странное предчувствие. Стоило раньше прислушаться к интуиции.

— В этом нет необходимости! — я даже не пыталась скрыть презрение, которое отчетливо прозвучало в голосе.

— Не понял.

— Я позвонила лишь для того, чтобы сказать — не попадайся мне больше на глаза, — произнесла ровным, лишенным всякой окраски голосом.

— О чем ты?

— Если до тебя еще не дошло, скажу доступней. Я тебя бросаю!

На другом конце динамика образовалась гробовая тишина. Я видела, как улыбка с лица парня сползла, а вместо нее появилось растерянное выражение, в то время как Алина больше не стала сдерживать смех.

Еще несколько минут до слуха доносились его злобные крики и ругань. Телефон я отключила сразу же и просто ушла прочь.

— Лучше бы он геем оказался, чем бабником. Козел! — зашипела в пустоту и, сорвав с шеи подарок бывшего, бросила его на землю.

Единственным утешением было то, что Максим мне нравился, но влюбиться я не успела. А тот факт, что я увидела его с другой, быстренько отрезвит и развеет чувства. И все же удивительно, как это я наставленными рогами за ветки не цеплялась?! Правильно говорят, розовые очки бьются стеклами внутрь.

Проклиная бывшего, забрела за часть здания универа, где был расположен небольшой парк. В это время суток он всегда пустовал. А мрак разгоняли два фонарных столба, установленных возле лавочек. Но даже так, сейчас это место показалось каким-то странным. Ни единого дуновения ветерка, мелкий срывающийся дождь, еще секунду назад окроплявший землю, внезапно исчез, ни отдаленных голосов, ни других звуков, словно время тут остановилось.

— Снова чудится?

Протерев ладонью часть деревянной лавочки, решила ненадолго присесть, когда в метрах пятидесяти увидела двоих.

— Ну вот, я не одна, — фыркнула на собственную игру воображения.

Лиц рассмотреть не смогла, но фигуры четко были видны. Двое мужчин стояли друг напротив друга и просто молчали. Их позы говорили о том, что сейчас здесь начнется потасовка. Мне еще для полного счастья не хватало стать свидетелем чьей-то драки.

Я уже поднялась с лавочки, намереваясь удалиться от места действий подальше, когда услышала грозное и разъяренное:

— Где кристалл?!

ГЛАВА 4

Из-за этого вопроса по телу пробежался неприятный холодок. Резко обернувшись, уставилась на незнакомцев округлившимися от удивления глазами. Бесшумно двигаясь вперед, я немного приблизилась к разговаривающим мужчинам. Теперь я вполне могла разглядеть их с расстояния пяти метров. Тот, кто задал вопрос, оказался молодым парнем, приблизительно моего возраста. На нем была красно-синяя клетчатая рубашка, кожаная черная куртка, темно-синие джинсы и такого же цвета ботинки.

Каштановые волосы, глаза ярко-зеленого и голубого цвета. Я даже несколько раз моргнула, но цвет глаз не изменился. Один глаз ярко-зеленый, другой голубой. И они были настолько яркими, что во мраке вечера горели как два неона. Лицо незнакомца искривлено злостью и ненавистью, однако этот факт не уродовал его внешности.

Противником первого оказался мужчина постарше, в бежевом деловом костюме. Светло-русые волосы, неприметное лицо, можно даже сказать странное или уродливое. И только сейчас я заметила, что светлый костюм забрызган красным, и это точно была не краска…

Кровь! Темно-бордовая, уже засохшая кровь, такая же, как и на его руках.

— Я спрашиваю, где кристалл?! — свирепо процедил парень. — Тебе все равно не уйти отсюда живым, демоново отродье! За убийство охотницы тебя ждет расплата! Ты ответишь за ее смерть!

А мне стало любопытно: почему на эти крики сюда еще никто не пришел? Полиция, например. Этот парень орал так, что оглохнуть можно было. А фраза «За убийство охотницы тебя ждет расплата!», наверняка должна привлечь внимание посторонних.

Вместо каких-либо ответов тихий смех согнувшегося мужчины перерос в дикий истерический гогот.

— Глупый мальчишка! — сквозь смех взревел мужчина. — Она предала вас, примкнула к рядам Астарота! Именно она создала тот разлом. Охотница выбрала свой путь, ее выбором было встать на нашу сторону, — продолжил громыхать голос неизвестного. — Вся вселенная содрогнется, когда наш предводитель получит силу, принадлежащую ему по праву! Не я был тем, кто забрал жизнь охотницы! ТЫ служишь тем, кто забрал жизнь проводника! — ядовито выплюнул он.

— Закрой пасть! — в тон ему ответил брюнет. — Думаешь, я поверю словам демона?! Я знаю, кто забрал жизнь Марины! Ты! — разъяренно прорычал парень, приняв боевую стойку.

А меня от упоминания имени «Марины» не шуточно передернуло. Это же простое совпадение, и речь сейчас идет о совершенно разных людях?

— Лучше быть отродьем, чем служить, как пес, людишкам! — зло выговорил мужчина, сплюнув под ноги оппоненту. — Вы, высшие, служите и защищаете гнусных, лживых, жестоких, прогнивших людишек, уродливые качества которых можно перечислять до бесконечности, цена которых меньше, чем у скота! У них нет ни души, ни сердца, они хуже даже низших демонов! — скривился он от отвращения.

Неожиданностью стало появившееся из руки парня оружие. Короткий меч молниеносно обрушился на противника. Я понятия не имела, откуда он его достал, эта сталь словно материализовалась из воздуха. А странный тип даже глазом не повел, просто остановил его удар своей рукой!

Ткань рукава тут же разорвалась, а вместо ожидаемой человеческой руки я увидела черную шипастую конечность. Темно-карие глаза мужчины вспыхнули кроваво-красным. Ткань его одежды превратилась в дождь из лоскутов некогда делового наряда, заляпанного кровью. Теперь перед парнем стоял не странный тип, а страшное существо в три раза больше него самого.

Продолговатые руки, на которых было по семь когтеобразных пальцев. Мощные конечности ног, развернутая грудная клетка, длинный толстый хвост с иглой на конце. Черное как смоль тело.

В страхе я наблюдала, как парень сорвался с места и нанес чудищу удар вторым коротким мечом. В этот раз удар отсек руку монстра, взвывшего от боли. Его мечи тускло отсвечивали голубоватым светом или даже бледно-бирюзовым. Посередине стали, ниже рукояти, вспыхнули спиралевидные знаки все с тем же странным свечением.

Мгновение назад перед парнем стоял мужчина, а теперь человек превратился в уродливого монстра! Такое вообще возможно?

Когда брюнета отшвырнули в сторону, я подумала это конец, однако ошиблась. Он двигался настолько быстро, что уследить за его движениями было крайне сложно. Я только и успела увидеть, как он метнулся к чудищу, резко развернулся и насквозь пронзил взревевшего монстра.

Из-за оглушительного рева тело забила крупная дрожь, телефон из онемевших рук выпал и отлетел в сторону, но чтобы поднять его с земли мне нужно было выйти из-за дерева, за которым я пряталась.

Встав на четвереньки, попыталась дотянуться, но чертов брелок, за что-то зацепился, а я дотягивалась к телефону лишь кончиком пальца. Если еще немного высунусь, меня заметят. Однако я еще не совсем спятила, чтобы выдать себя этим… этим, да черт его знает кому! Свидетелей, как правило, убирают очень быстро.

Последнее, что увидела, это монстра, растворяющегося в черном пламени. А новую попытку поднять телефон, я снова провалила.

Молиться, чтобы телефон остался незамеченным? Чтобы не включили, не смогли разблокировать и узнать, кто тут появляется не в то время и не в том месте?

Огонь уже сжег конечности существа и тот снова истошно завопил. В эти же секунды я сорвалась с места и со всей скорости сверкающих пяток рванула прочь от места событий. Я бежала так быстро, как только могла, и остановилась только возле метро. Вся моя поездка до дома проходила в прострации. И если вчера я боялась оставаться в комнате одна, то сегодня была в ужасе.

Трижды проверив замки на двери комнаты, я метнулась к коробке, где лежали вещи Марины. В другой ситуации я бы к ним даже не притронулась, но сейчас вытрусила все содержимое на пол и стала рыться в ее вещах. Я потратила несколько часов, но совершенно ничего не нашла. Это были обычные вещи, как у любой другой студентки. Одежда, книги, канцелярские принадлежности, тетрадки — короче, бытовой хлам. И ничего, что могло хоть как-то прояснить ситуацию.

Возможно, речь шла все же о другой Марине, и кристалл, который я нашла, не имеет ничего общего с тем, чему я стала свидетелем.

К слову, вспомнив об этом, метнулась к тумбочке, где предположительно оставила находку. Прозрачный камень спокойно лежал в ящике, где я его и оставила. Обычный камень, может, это не просто стекло, а какой-то дорогой, драгоценный? По мне, так обычная стекляшка.

Единственное изменение, которое я заметила в кристалле, это маленькая капля красного цвета внутри, принявшая форму самого кристалла, только уменьшенной версии. Кристалл внутри кристалла. Это просто вещь, неживой предмет, но эта капля мерцает, словно в ней есть жизнь. Должно быть, в прошлый раз я просто не заметила этого. Не мог же он измениться за те часы, пока я отсутствовала?

В данный момент это мало что значило, главное понять, что там произошло?

Убийство?

Стоит вызвать полицию!..

Но если расскажу им увиденное, меня клеймят обезумевшей. Тот мужчина стал монстром, а значит, это не убийство, в смысле, не человеческое убийство.

«Спрячь кристалл», — вспомнились слова Марины.

Спрятать эту стекляшку? И куда мне ее прятать?

Пока я размышляла над возникшей дилеммой, кристалл в руке вспыхнул ярким заревом, приобретя вид инея, как тот, что появляется на окнах зимой. Белый свет причудливыми узорами сосредоточился вокруг кристалла, ставшего еще более прозрачным и еле ощутимым на моей ладони.

И сбросив стеклянную оболочку, камень просто взял и растворился в моей ладони. А на месте, где раньше была рана, теперь мерцала черная спираль, постепенно тускнея и превращаясь в подобие татуировки.

— Какого дьявола это было?! — взвизгнула я, подальше выставив от себя ладонь. — Исчез в руке? Это он на мои мысли так отреагировал? — тихо и с опаской зашептала я, словно меня мог кто-то услышать.

Около часа я рассматривала свою ладонь, аккуратно касаясь прямо-таки горячего рисунка.

А дальше-то что? Вот об этом «что» я размышляла всю ночь.

Почему это случилось именно со мной? Что я сделала не так? Или же почему я единственная, кто может это видеть?

Там, в саду за университетом, была только я, поэтому не могу сказать с уверенностью, что это не мог увидеть кто-то другой. Но в библиотеке все было по-другому. Помещение, в котором находилась по меньшей мере сотня, просто опустело и так же внезапно заполнилось людьми, а день сменился вечером. И тут возникает вопрос: я лунатик или просто спятила?

— Видимо, все же спятила, — вырвался усталый и одновременно злой вздох. — Завтра воскресенье, так что в понедельник первым делом отправлюсь к университетскому психологу, и будь что будет, — твердо решила я.

Мне пришлось потратить много времени, чтобы упаковать вещи Марины обратно в коробку. С опустошенной головой я готовилась ко сну, стараясь не шарахаться от собственной тени или посторонних звуков. Я старалась больше ни о чем не думать, а если что-то и закрадывалось в мысли, быстренько выгоняла наваждение суровыми пинками.

Но даже этот факт не смог помочь мне заснуть. В темноте я простояла возле окна до тех пор, пока на горизонте не появились первые лучи солнца. Мне было страшно и одиноко. Всю ночь ощущать, будто над тобой кто-то стоит, чувствовать, как кто-то смотрит на тебя, вглядываться в горящие огни города и бояться перевести взгляд ближе, чтобы не наткнуться на зеркальную поверхность окна и не увидеть в его отражении того, чье присутствие я все время ощущала.

И возможно, мне стоило просто как следует поплакать, но глаза оставались сухими. Слезы горю не помогут и сомневаюсь, что после изрядной истерики и ручья выплаканных слез мне полегчает.

Покалывание в ногах и занывшие мышцы спины слегка отвлекли от грустных мыслей. Поход до кровати оказался очень болезненным, босые ступни словно шли по иглам. Тело благодарно запело, стоило оказаться на мягкой перине. Мышцы расслабились, накатившая усталость наконец догнала работающий мозг, и я провалилась в глубокий сон.

* * *

Луну, которая обычно освещала узкую лесную тропинку, закрыли черные тучи. Ветер пронизывал до костей, пугающе завывая, словно раненный зверь. В этот раз я стремительно бежала вперед к тому самому дому. Узкие кремовые туфли натерли ноги в кровь, и каждый быстрый шаг вызывал новую волну боли, однако я ни на секунду не остановилась.

Платье цвета слоновой кости, украшенное драгоценными камнями и вышивкой, было слишком длинным и тяжелым, поэтому существенно замедляло бег. В левой руке чувствовалась ноющая боль от удара, когда я зацепилась за подол платья и ударилась о ствол дерева. Длинные локоны выбились из прически и теперь падали на лицо.

Страх!

Я чувствую жуткий страх, он липкими щупальцами сковывал душу. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, когда за рощей показался тот самый домик. Вбежав в открытую дверь, стремительным шагом направилась к единственной здесь комнате.

Сол сидел на том самом каменном постаменте, хмуро всматриваясь в затянутое черными тучами небо.

— Сол! — воскликнула я, бросившись в объятия парня.

— Мак? — в его голосе послышалось удивление, но руки тут же крепко обняли. — Любовь моя, чем ты так напугана?

Вместо ответа я сильнее прижалась к возлюбленному, вдыхая аромат духов, исходивший от его тела. Страх, одолевавший меня до этого, немного утих, но горечь все еще осталась, продолжая давить нарастающей паникой.

— Мак, прошу тебя, — мягко произнес он.

Слегка отстранившись, Сол прикоснулся к моему лицу, заставляя посмотреть ему в глаза. Такие родные, небесного цвета глаза.

Но плохое предчувствие только усилилось. А стоило почувствовать тонкий запах лекарственных трав, сердце пропустило удар. Дрожащей рукой я расстегнула первые пуговицы черной шелковой рубашки. Плечо и грудь возлюбленного были перевязаны, и ткань чуть ниже ключиц пропиталась кровью.

— Сол… — с трудом выдохнула я, глотая слезы. — Я знала… чувствовала, что-то произойдет. Очнулась от кошмара… увидела… как тебя убили, — еле слышно прошептала, прикоснувшись дрожащей рукой к бинтам.

— Ты же видишь, со мной все в порядке, стрелок промахнулся, — беззаботно улыбнулся он. — Это просто царапина.

Ложь!

Знает же, что я все равно пойму. Знает — и все равно пытается скрыть от моих глаз то, что никому и никогда не удастся.

— Любовь моя, — ласково произнес он, погладив по щеке.

— Они узнали о тебе, — убито произнесла я. — И попытаются снова, — указала взглядом на рану.

— Знаю, — холодно ответил Сол.

— Почему нас не могут оставить в покое? Зачем разлучать?! — прокричала что было сил. Звонкий голос эхом разнесся по заброшенной хижине. — А ты… твое спокойствие меня убивает! Почему не злишься?! — продолжила восклицать. — Они снова хотят нас разлучить, раз за разом происходит одно и то же! — Злые слезы прокладывали влажные дорожки, скатываясь по щекам. — Ты должен сражаться. Защищай себя! — приказала ему, ударив Сола по здоровому плечу.

— Ты знаешь, почему я не могу этого сделать, — виновато ответил он, смахнув мои слезы.

— Может, в этот раз все будет по-другому? — спросила с надеждой в голосе. — Может, в этот раз судьба сжалится над нами и больше не станет терзать сердца, обратит на нас свой взор и позволит остаться вместе? — тихонько зашептала, прижимая ладонь Сола к влажной от слез щеке.

— Судьба никогда не смилуется над нами, — лишенный всякой окраски голос звучал будто приговор. — Судьба, что подобна проклятию, — горько произнес он, вытащив серебряную заколку, украшенную мелкими рубинами, из моих волос. Локоны струящимся водопадом рассыпались по спине и плечам. — Но в этот раз я изменю нашу судьбу…

— Ты просто собираешься умереть вместо меня! — гневно выпалила в ответ.

— Я лишь изменю твою судьбу, Мак! — впервые за все время Сол повысил голос.

И прежде чем опомнилась, меня заключили в крепкие объятия. Я вырывалась до тех пор, пока совсем не выбилась из сил. Знала, что причиняю ему боль, и рана может снова открыться, но ничего не могла с собой поделать. Не хочу принимать ту судьбу, которую он выбрал. Не хочу, чтобы он платил своей жизнью за мою!

— Сол…

— Еще не время, — перебил возлюбленный. — Останься со мной. Позволь ощутить тепло твоих рук, сладость губ, чувствовать шелк твоих волос, нежность тела. Хочу вечно тебя любить.

— Разве ты не знал? — улыбнулась ему. — Я уже давно принадлежу тебе телом и душой, Сол, — прошептала, коснувшись губ любимого мимолетным поцелуем.

Вечернее платье было небрежно брошено на поросший мхом дощатый пол. Длинный плащ Сола лежал на каменном постаменте, усеянный лепестками черных роз. Они покрыли собой все вокруг, принося волшебный и пленительный аромат.

Рука любимого нежно прикоснулась к лицу, пальцы провели линию от шеи к груди, вызывая легкий трепет. Невесомые поцелуи покрывали разгоряченное тело. Прикосновения заставляли забыть обо всем на свете. Мои собственные чувства и чувства той, которая сейчас лежала в объятиях Сола, смешались.

Мне разбили сердце, гордость втоптали в грязь, а здесь царствует любовь. Только сегодня я забуду обо всем. Забуду где я. Буду ощущать лишь его прикосновения.

Ласки становились более настойчивыми и властными.

Прокладывая дорожку поцелуев от шеи к груди, Сол накрыл розовый сосок губами, заставляя выгнуть спину от удовольствия. Тихие стоны, срывающиеся с губ, уносил ночной ветер.

Запустив пальцы в волосы Сола, сильнее прижалась к сильному телу. Его ладонь нежно провела по внутренней стороне бедра, вызывая дрожь. А жаркий поцелуй заглушил непроизнесенную мольбу.

Оторвавшись от моих губ, при этом продолжая ласкать грудь рукой, он неотрывно следил за моим лицом. Сейчас его внимательный взгляд смущал и заставлял сердце бешено колотиться. Но я без промедления отдалась бушующему чувству наслаждения, что он дарил. Сол рядом со мной, я могу прикоснуться и ощутить его близость, я рядом с любовью всей моей жизни…

ГЛАВА 5

Глаза заслепило ярким солнечным светом. Я недовольно поерзала на кровати, стараясь вернуться обратно в сон, но сновидение больше не приходило. Окончательно проснувшись, резко села на кровати и вскочив на ноги, помчалась в ванную.

В отражении зеркала появилась растрепанная девушка с темно-синим цветом глаз. Яркий румянец оттенял бледность кожи. Мои губы выглядели как обычно, не похоже, что их целовали по-настоящему.

— Каким бы реалистичным ни был сон, это по-прежнему всего лишь сон, — иронично улыбнулась собственному отражению.

После прохладного душа самочувствие значительно улучшилось, но аппетита все равно не было, поэтому я решила ограничиться кружкой черного кофе.

Перед глазами продолжал стоять образ Сола. С той доброй улыбкой, с любовью в глазах, готовый в любую секунду заключить в теплые объятия.

Тряхнув головой, отогнала подальше странное наваждение. И чем предаваться бессмысленным предположениям, решила поискать информацию в сети. Однако чудо интернета не выдало ничего существенного. В статьях говорилось, что во сне можно увидеть будущее или прошлое, а так же найти ответы для настоящего. Правда, вникать в это не стала, к моей жизни это точно не имеет никакого отношения.

Мне казалось, тело все еще чувствует прикосновения Сола. И даже разум начинал твердить, что это нормально, чувствовать к нему любовь, вот только возникает вопрос: чью? Я не хочу жить чужими чувствами, существовать чужими снами.

Отложив мысли о Соле на другое время, решила поискать информацию иного направления.

Но этот поиск занял целый день. Гугл не уставал выдавать всякую всячину, касающуюся призраков, монстров, демонов, нечисти. Я также не забыла пробить сведения о своей недавней находке и Орионе.

Инфы было так много, что после восьми часов клацанья и прокручивания компьютерной мышки началась настоящая мигрень. Говоря о призраках, мнения по этому поводу расходились как в море корабли. Достаточно многие верили в их существование и даже утверждали, что видели, другие смотрели на это скептически. Я отношусь к последним. Поверю лишь увиденному или тому, что можно объяснить и доказать с научной точки зрения.

Хотя большинство людей, даже замечая странности, игнорируют их. Я же предпочитаю думать так:

— Тебя не тронет то, во что ты не веришь, — произнесла вслух для большей убедительности.

Про кристалл, что оставил на моей ладони спиралевидный знак, а потом и вовсе исчез в руке, вообще никакой информации. Об Орионе как о созвездии ничего нового. Оно по-прежнему остается самым красивым и ярким созвездием из всех существующих.

Существует так же миф о полубоге и охотнике Орионе. В древнегреческой мифологии знаменитый охотник, отличавшийся необычайной красотой и таким ростом, что его иногда называли великаном. О его происхождении, поступках и брачных узах все крайне запутано, и версий, в общем-то, много. Хотя, если быть точнее, я не думаю, что Марина говорила о полубоге Орионе. Здесь должно быть что-то другое.

А вот от историй о демонах меня все время передергивало. Особенно когда мышка сама по себе переключила web-сайт.

Передо мной открылась страница в черно-красных тонах. Где заглавная строка гласила:

«Асуры — чистокровные демоны и полукровки».

Существа с человеческим обликом, обладающие огромной силой. Их разделяют на три категории:

Первые — это полукровки. Дети от союза асуры и человека. Вторые — испившие кровь первородной ветви, то есть человек, вкусивший кровь чистокровной асуры, тем самым заполучив часть ее сил себе. Третьи — это первородные ветви, чистокровные демоны, лишь они могут стать сосудами для священных артефактов и получить мощь древних духов.

Асуры из первой и второй категории подчиняются нерушимому закону, запрещающему убивать людей. Но демоны, выбранные артефактом, не следуют этому правилу. Именно поэтому их считают опасными для людей и самих асур.

В мире осталось всего десять артефактов, именуемые так же печатями. И каждый артефакт может выбрать себе только одного избранного, а так же…

— Что-то я совсем ничего не понимаю, — пробубнила себе под нос, пролистывая страничку.

Неожиданно громкий стук в дверь заставил вздрогнуть. Прикидываясь дополнительным интерьером мебели, старательно изображала отсутствие хозяина комнаты.

Мне сейчас действительно страшно, но говорить с кем-либо не хочется. Стоит увидеть лицо Светки или Глеба с подготовительных, во время которых мы с ним неплохо поладили, я просто не сдержусь и выложу им обо всем, что случилось. Но поступи я так — мои друзья сочтут меня ненормальной и сдадут в ближайшую психиатрическую клинику.

Вот только за дверью были не они.

Когда я услышала голос Макса, вообще с ноутом попыталась срастись. Этот индивид не уходил около пятнадцати минут, при этом слышалась невнятная речь, говорящая, что мой гость пьян в стельку.

К слову, речь шла о том, какая я бессердечная сука, и вообще далека от современного мира. Мол, свободные отношения нынче в почете. Развлекаться могу и с другой, но люблю-то я тебя.

Прежде чем я решила выйти и объяснить этой сволочи, как он не прав, и что для начала неплохо было бы предупредить о роде наших отношений, Макс стал громко орать о том, что такая, как я, совершенно его не достойна. А дальше последовал отборный мат и что-то бессмысленное о его недавно купленной машине.

В итоге эта пьянь свалил только после иссякнувшего «богатого» словарного запаса и беспощадного избиения моей двери. Я же предпочла не заморачиваться и вернуться к тому, на чем остановилась.

Но так как Гугл не выдал ничего нового, мои мысли снова занял все тот же пьяный индивид.

— Он, значит, мне рога наставляет, да еще и убеждает, что это в порядке вещей, а я бессердечная? — злобно прошипела в пустоту. — Рано или поздно мы все же столкнемся в универе. Но если посудить здраво, мне сейчас не о своих развалившихся отношениях нужно думать. После всего увиденного, встреча с бывшим это пустяк, — тяжело выдохнула, закрыв ноутбук.

Время уже перевалило за десять вечера, однако спать совершенно не хотелось.

В мыслях творился полный бардак, и разобрать все по полочкам кажется невозможным. Я и раньше замечала странности, но предпочитала старательно их игнорировать. Но в последние месяцы необъяснимого стало слишком много, да и виноваты в них глупые сплетни, которые бродят по универу.

— Эх… нельзя быть такой впечатлительной, — сонно зевнула, потянувшись на кровати.

Стоило немного успокоиться, сама не заметила, как уснула.

* * *

В этот раз я не шла к домику, спрятанному в чаще леса. Пришедшее сновидение отличалось от обычных. Оно несло тревогу и обрывки картинок, словно испорченная кодирующаяся пленка.

Горькие слезы, душераздирающий крик, обрывки сражения. Вся земля пылала огнем, поверженные солдаты усеяли своими телами кровавое поле боя.

Я стояла посреди этого побоища рядом с умирающим возлюбленным. Синее небо окрасилось лиловым, будто небеса отражали залитые кровью земли, возвещая о погибели тысячи жизней.

Горечь поражения, боль утраты разрывали сердце и душу. Нескончаемый поток слез, неутихающая ярость. Ненависть к миру съедала изнутри.

Прикосновение и касание холодных губ…

* * *

Проснулась я в холодном поту. В горле пересохло, глаза щипали слезы, на душе все еще остался осадок горечи, который испытала во сне.

Что это было? Сол погиб?!

Эта мысль заставила кровь в жилах похолодеть. А непонимание того, почему я так яро реагирую, выбивало из колеи.

Отбросив в сторону одеяло, пошатываясь, побрела в ванную. Пока набиралась горячая вода, я смотрела на свое отражение в зеркале, будто оно могло дать ответы на интересующие меня вопросы.

— Это был тот же Сол? — услышала свой дрогнувший голос. — Не понимаю.

В ванной я провела больше получаса. А когда, наконец, немного пришла в себя, сообразила, что опоздала в универ.

Я уже имела бесстрашие проспать лекцию Григория Романовича и дорого за это поплатилась, а именно тремя лабораторками, которые должны выполнять по меньшей мере восемь студентов, но в наказание горбатиться мне пришлось одной. Полагаю, в этот раз он придумает что-нибудь изощреннее.

В общем, весь путь до универа была как на иголках, но вместо триста третьей аудитории, направилась в кабинет университетского психолога, Дианы Александровны, на первом этаже. Взбучки от Романовича мне все равно не избежать, как говорится, перед смертью не надышишься.

Собравшись с духом, решительно постучала в дверь. На что последовало уставшее и раздраженное: «Войдите».

Замечательно! Мне как раз для полного счастья не хватает диалога с расстроенным психологом.

— Доброе утро, Диана Александровна, — тихонько поздоровалась я.

— Присаживайся, — указала молоденькая женщина рукой на стул с высокой спинкой, не удостоив меня даже взгляда.

Поскольку Диана продолжала что-то быстро записывать в толстый блокнот, я решила просто молча присесть на указанное место.

В этом кабинете я нахожусь впервые. Он был очень просторным, интерьер выполнен в светло-бежевых тонах. На стенах висели дипломы и грамоты. Широкий коричневый стол, несколько кресел цвета слоновой кости, живые растения.

Сама же хозяйка данного кабинета являлась мечтой каждого мужчины. Стройная, пышногрудая брюнетка с маленьким красивым лицом, полными губами и ярко-карими глазами. Да и на вид ей было около тридцати пяти.

Однако то, как мужчины ведут себя рядом с ней, довольно странно. Она, конечно, красивая, но не в ноги же ей за это кланяться, а они прямо-таки штабелями перед ней падают.

— Простите, — не выдержала гнетущего молчания. — Я София Лувил, — представилась, отгоняя от себя посторонние мысли.

Ручка в ее руке тут же была отложена в сторону, а сама докторша резко подняла голову, вперив в меня строгий и слегка удивленный взгляд.

— Соседка Марины Набиной? — уточнила брюнетка.

— Да.

Диана понимающе кивнула, строгий взгляд сменился доброжелательной улыбкой.

— Тебе следовало зайти ко мне раньше.

— Для этого не было причин, — отрицательно покачала головой. — Я не была близка с Мариной.

— Полагаю, теперь причина все же нашлась? — незамедлительно поинтересовалась докторша, с любопытством рассматривая мое лицо.

Я нерешительно кивнула.

— Расскажи мне все, что тебя беспокоит, — мягко продолжила она.

«Легко сказать… мне бы для начала самой понять происходящее», — некстати пронеслось в мыслях.

Взглянув на Диану из-под полуопущенных ресниц, заметила на себе все тот же пристальный и внимательный взгляд, но в этом взгляде было что-то еще, от него становилось не по себе.

Острое желание выложить ей все, что знаю, подавила титаническим усилием воли. Одно неверное слово, особенно если буду стоять на своем, и завтра меня ждут не лекции, а смирительная рубашка с кучей разноцветных таблеточек.

— Как я уже говорила, мы не были близки с Мариной, — нерешительно начала. — Понимаете… по университету ходят разные сплетни, в них фигурирует и мое имя, поскольку мы были соседками. Меня это не особо заботит, я на злословие внимания не обращаю. Но, кажется, здесь что-то не так, — попыталась объяснить как можно осторожнее.

— Что ты имеешь в виду? — уточнила докторша, подавшись чуть вперед.

Но вместо ответа последовал тяжелый вздох.

Все-таки это была плохая идея. Я понятия не имею, как правильно все преподнести. И это несмотря на то, что сейчас от этой женщины телесно ощущается теплота и сочувствие. Быть может, все пройдет гладко? Тогда следует упомянуть и про странные сны.

— Последние несколько дней я плохо сплю, — доверительно сообщила ей. — Возможно, из-за этого мой разум сыграл со мной злую шутку. Иногда я начинаю слышать голоса, странный шепот. Вижу то, что не поддается логическому объяснению, — осторожно продолжила, нервно заламывая пальцы.

— Все это слышишь и видишь только ты?

Диана сохраняла абсолютное спокойствие.

— Не уверена, — пожала плечами. — Я вполне понимаю, где реальность, но это не похоже на галлюцинации или лунатизм, — тихо ответила. — И я не принимаю никаких лекарств, — быстро добавила.

— Вот как, — задумчиво протянула докторша. — Может быть, мы продолжим наш разговор с кружкой ароматного чая? — предложила Диана, поднявшись с кресла.

— Благодарю, но я воздержусь, — вскочив следом, выставила ладони в отрицательном жесте.

От взгляда, которым она уставилась на правую руку, где появилась та странная спиралевидная татуировка, у меня мурашки по коже пробежались.

Быстро сжав ладонь в кулак, опустилась обратно на стул. Только после этого жеста докторша перестала прожигать мою руку взглядом.

— На чем мы остановились…

— Прошу прощения, Диана Александровна, думаю, мне пора вернуться на лекции, — перебила я всполошившуюся женщину.

— Не переживай, лекции могут подождать, я обо всем позабочусь! — воскликнула она, натянуто улыбнувшись.

А плохое предчувствие подступило нежданно-негаданно.

Понятие не имею, что сейчас происходит, но все мое внутреннее чутье просто-таки орет о том, что отсюда нужно убираться как можно быстрее. Особенно после того, как татуировка невероятным образом начала нагреваться!

Забрав сумку, решила покинуть кабинет, но от резко открывшейся двери и оглушительного грохота, собственно, ею о стену, я невольно вздрогнула, сжавшись на стуле.

— У нас проблемы! — злобно воскликнул мужской голос за моей спиной.

И вот после этого, нет, не слов, а голоса, в голове мгновенно зародилась мысль резко вскочить и выпрыгнуть в окно. Этаж первый, так что опасности сломать себе шею нет.

А собственно, к чему такие трудности?

Да к тому, что голос принадлежал вчерашнему парню со странными клинками и глазами. Тому самому, который убил невесть что!

До окна метра полтора, сомневаюсь, что я успею добежать до него, открыть и перелезть через подоконник.

— Александр! — холодно прошипела Диана. — Тебя стучаться не учили? Не видишь, у меня здесь посетитель?! — разозлилась брюнетка, выразительно указав на меня взглядом.

Вместо ответа от убийцы демона заиграла мелодия, и не какая-нибудь, а рингтон моего мобильного телефона, который я установила на Макса! Как раз сейчас образовавшуюся гнетущую тишину прорезал слащавенький голосок:

— Возьми трубочку, тебе звонит любимый.

Дальше играет незатейливая мелодия и опять:

— Возьми трубочку, тебе звонит любимый.

— И так со вчерашнего дня! — ядовито выплюнул незнакомец. — Подписан «Макс», но черт его знает, какой именно, в универе их как грязи! — продолжил беситься Александр. — Да и не факт, что телефон студентке принадлежит!

— А принять вызов не судьба? — раздраженно бросила Диана, стараясь не шипеть.

Получилось кстати плохо… в смысле, говорить, шипеть она умела, да что там, любая гадюка обзавидуется.

— Тут блокировка стоит! — огрызнулся он. — Дмитрий отказался в нем копаться, вот и слушаю эту бредовую темку весь чертов день…

Александр на секунду замолчал, послышался глубокий вдох-выдох, видимо, пытался успокоиться, впрочем, ему это явно не удалось.

— Да и какого черта я должен этим заниматься? — хмуро отреагировал он, швырнув мой телефон на стол.

На меня этот индивид совсем внимания не обращал, что очень радовало.

От двери Александр отошел, так что была не была — двум смертям не бывать, а одной не миновать.

— Должно быть, твой парень волнуется, может, ответишь? — прозвучало прежде, чем я успела подняться.

Вздрогнув во второй раз, перевела на слабо улыбающуюся докторшу испуганный взгляд.

«Как она узнала? — пронеслась скорбная мысль. — По выражению лица или по тому, как меня всю трясет?».

После замечания Дианы я заметила, как брови парня удивленно поползли вверх, а стоило резко отвернуться, меня тут же удостоили злобным взглядом, я его не видела, но ощутила всем своим телом — меня пытаются мысленно придушить.

— Эй!

Подпрыгнув на месте, просто по инерции повернулась в сторону Александра, встретившись с ним глазами.

Парень оказался очень хорош собой, на вид лет двадцать пять — двадцать семь. Мужественные черты лица. Четко выраженные скулы и подбородок, прямой нос, красиво очерченные губы, темные волосы. А глаза…

— Одинаковые? — удивленно произнесла, прежде чем поняла, что сказала это вслух.

Александр отшатнулся, явно обескураженный моим замечанием.

Я же, воспользовавшись ситуацией, схватила телефон, сумку и рванула к двери. Но не тут-то было, стоило оказаться у заветного выхода, как на моей руке сомкнулась сильная ладонь.

«Меня убьют? — пронеслась испуганная мысль. — Я стала очевидцем его действий. Как правило, ненужных свидетелей убирают быстро! Не зря же он мой телефон пытался разблокировать, наверняка пытался выяснить кто владелец».

Вчера он расправился с человеком, который превратился невесть во что. Какой же силой нужно обладать, чтобы справиться с тем монстром?..

Нет.

Правильный вопрос, кем нужно быть, чтобы убить такого монстра?

— Алекс, не навреди ей! — встревоженно прокричала Диана.

Эти двое явно хорошо знакомы. Полагаю, она в курсе того, чем занимается этот парень.

— Пусти! — во все горло закричала, со всей силы стукнув Александра сумкой.

Учитывая, что в ней лежат тяжелые книги и весят они где-то килограмма три, из моих учебников получилось неплохое оружие. Но этот тип только выругался, и снова схватил за руку, стоило мне переступить порог.

— Алекс, осторожней! — возопила сообщница, двинувшись в нашу сторону.

— Не прикасайся! — закричала я пуще прежнего.

— София, успокойся, мы не причиним тебе вреда! — попыталась успокоить меня Диана.

Сумка вместе с телефоном полетели на пол, я со всей силы колотила парня свободной рукой, до тех пор, пока и ее не заключили в стальную хватку. Но стоило взгляду Александра наткнуться на знак спирали, выражение лица приняло ошалелый вид.

Воспоминания услужливо напомнили о его вчерашнем вопросе.

Возможно, разыскиваемый им кристалл, тот, что каким-то необъяснимым образом исчез в моей ладони!

Тогда этот символ означает, что кристалл внутри меня?

Получается, чтобы его изъять мне теперь руку отрежут? Ведь я понятия не имею, как вынуть камень из собственного тела!

А знак тем временем стремительно накалялся, мне казалось еще чуть-чуть, и сейчас из ладони вырвется жуткое пламя. Однако когда руку окружило странное скопление мерцающих частиц, к моему лбу со спины кто-то дотронулся.

Очевидно, пока придавалась размышлениям, прибыло подкрепление.

Холодная ладонь неизвестного мгновенно потеплела, погружая мое сознание в пугающую темноту.

ГЛАВА 6

Перед глазами возникла знакомая обстановка разрушенного временем домика. Руки любимого крепко обнимали со спины за талию, голова покоилась на моем плече, а теплое дыхание щекотало шею.

Однако как бы Сол ни старался казаться спокойным, его напряжение я чувствовала будто свое собственное.

— Мак, стоит ли нам забыть друг о друге? — нарушил умиротворяющую тишину Сол, при этих словах он только сильнее меня обнял, словно боялся услышать положительный ответ. — Возможно, тогда ты будешь жить.

— Зачем говоришь о том, чего не хочешь? — нахмурилась в ответ, обернувшись к возлюбленному. — Мои воспоминания о тебе не заберет даже смерть.

— Прости, — на губах Сола появилась виноватая улыбка. — Я бы отдал все на свете, лишь бы ты была счастлива, Мак, — зашептал он, прикоснувшись губами к моему виску и, развернув к себе, уверенно добавил: — Я отдам все на свете.

— Ты отдашь не больше, чем я, любовь моя, — ласково ему улыбнулась, поцеловав холодную ладонь Сола. — Твоя рана еще болит?

— Нет.

Легонько проведя пальчиками по перевязанной груди, заметила, как поморщилось его лицо.

— Лжец, — укоризненно покачала головой.

— Не волнуйся, я буду в порядке, — заверил Сол и, нежно улыбнувшись, накрыл мои губы неспешным поцелуем.

Лучи полной луны проникали в расщелины старой крыши, освещая серебряным светом небольшую комнатку. Сегодняшняя ночь была на удивление тихой, бушующий ветер наконец утих и лишь изредка шуршал опавшими листьями.

Однако в мыслях продолжали вертеться воспоминания тревожного сна. Я старалась забыть ту ужасную и болезненную картину. О чем же она была? О прошлом или будущем?

— Ты слишком напряжена, — хмуро отреагировал Сол, осторожно коснувшись моего плеча.

— Кошмар тому виной, — честно призналась, изо всех сил пытаясь подавить страх. — Я видела…

— Мак, не накручивай свою прелестную голову ерундой, — спокойно перебил Сол. — Что бы ты ни увидела, я не позволю этому случиться, даже если придется выступить против целого мира. Нас ничто не сможет разлучить. Слышишь?

Я согласно кивнула.

Кивнула, несмотря на то, что те нотки лжи, которые проступили в его голосе, больно резанули по сердцу.

Почему этот сон не выходит у меня из головы? Он определенно связан с нашими судьбами, но к какому моменту это событие относится?

Неужели грядущее невозможно изменить?..

* * *

Очнуться я в принципе не надеялась. Думала, те ребята убьют меня и прикопают за ближайшим кустом где-нибудь в лесу. А я так и останусь в своих головокружительных снах, наедине с фальшивой реальностью.

Голова жутко раскалывалась, ладонь с проклятым символом слегка подрагивала. Но, несмотря на факт моего пробуждения, я решила еще некоторое время прикинуться бессознательным трупиком с единственной целью — услышать разговор похитителей.

И, как оказалось, послушать действительно было что. Два голоса узнала сразу, они принадлежали докторше и тому истребителю нечисти. Другие два — незнакомы.

— Почему в последнее время у нас куча неприятностей, а? — пронзительно взвизгнула незнакомка, наверняка заставив собравшихся поморщиться, ну меня так уж точно.

— Тише, Жасмин, — заговорил спокойный мужской голос. — Ей нужно отдохнуть.

На пару секунд в помещении повисло молчание, видимо, «Ей» это было адресовано мне.

— Я, конечно, все понимаю, но, Дмитрий, эта девица тоже виновата! А ты, Алекс, почему стоял и ждал, пока она тебя поджарит?

Какая же она все-таки шумная.

— Если бы я не подоспела вовремя, от тебя бы осталась кучка пепла! — снова заголосила Жасмин, совершено не заботясь о том, что я могу проснуться.

Значит, это ее руку я почувствовала тогда в кабинете. Но как ей удалось заставить меня потерять сознание?

— Эй, на задании трудности? — послышался язвительный голос Дианы. — Решила тут злость на всех сорвать? Или очередной ухажер не оправдал ожиданий? — продолжила глумиться докторша.

Не менее язвительный выпад со стороны Жасмин не заставил себя ждать, а голос набатом разлетелся по всему помещению:

— Нарываешься, суккуб?!

К тому же, если прислушаться, комната должна быть очень просторна, здесь от каждого слова эхом несет.

«Погодите! Как она ее назвала? Суккуб?! Демонесса, соблазняющая мужчин? — опешила мысленно. — В какой, мать его, дурдом я только что угодила? Мало мне странных снов, похожих на прошлое, всей этой чертовщины с Набиной, похищения, так тут еще и это!».

— Обе угомонитесь! — впервые за весь разговор Дмитрий повысил голос. — А ты, Жасмин, не преувеличивай, Алекс гораздо сильнее всех, кто здесь находится, и тебе об этом прекрасно известно. К чему твоя истерия?

— Достаточно. У нас появились проблемы поважнее, — спокойно подметил Алекс. — Дмитрий, из других отделов ордена ничего не слышно? Может, кто-то упустил новоприбывшую? — раздражение парня звучало в каждом сказанном слове.

— Я уже проверил — таких нет, — отрицательно ответил мужчина. — Она определенно одна из нас, — задумчиво протянул он. — К тому же у нее на руке печать избранной охотницы ордена Орион. Но девочка, по всей видимости, не знает о той силе, которую может получить.

В эти секунды я даже дыхание затаила. Орден Орион — о нем говорила Марина. Но что еще за печать избранной охотницы? Это они про татуировку на ладони, за которой исчез кристалл?

— Нужно сообщить о ней главе ордена, пусть сами решают, как с ней поступить, — возмутилась Жасмин, притопнув ногой. — Мы ничего о ней не знаем, кроме ее соседства с Набиной. Я уже начинаю думать — исчезнувший кристалл украла именно она, не зря же падший сказал о ее предательстве. Да и этот символ говорит сам за себя!

— Закрой рот! — процедил Алекс. — Тебя там не было!

— Как и тебя! — огрызнулась девица. — Сейчас в ордене творится черт знает что, а после смерти Марины разломы стали появляться чуть ли не на каждом шагу! До сих пор думаешь — это совпадение?! — с яростью выпалила Жасмин.

— У нас нет доказательств, — возразил Дмитрий, призывая остальных замолчать. — Для начала нужно понять, как поступить с Софией.

— А что тут думать? Свяжись с орденом, пусть сами решают, все равно кроме как мегамозги изображать они больше ни на что не способны, — продолжала возмущаться девица. — По словам Дианы, София понятия не имеет о печати, а значит, и о своем происхождении.

— Диана, осмотри ее, — строго приказал Дмитрий. — Я свяжусь с главой ордена.

После его слов трупом прикидываться расхотелось. Для полного счастья еще не хватало быть облапанной этой странной дамочкой, к тому же в присутствии двух мужчин.

Прежде чем ко мне успели прикоснуться, я как ошпаренная вскочила на ноги. Однако в лежачем состоянии я не чувствовала головокружения, а вот сейчас ощутила его в полной мере.

Врезавшись спиной в стену, попыталась восстановить равновесие. Помещение, как я и предполагала, оказалось довольно большим и было похоже на какой-то подпольный склад.

Диану и Алекса я уже видела, а вот Жасмин и Дмитрия смогла рассмотреть только сейчас. На азиатке были надеты светло-голубые джинсы, бордовая кенгуруха и в тон сникерсы. Короткие черные волосы под стрижку каре, да и возрастом не старше меня.

Дмитрию на вид около сорока. Мужчина оказался очень высоким и широкоплечим. Темно-карие, почти черные глаза внушали страх. Четкие черты лица под стать аристократу, одежда классического стиля — черный деловой костюм.

Итого четверо против одного.

— Успокойся, — примирительно начала Диана. — София, мы не причиним тебе вреда, — и сказано это было таким тоном, будто с душевнобольной разговаривает.

Впрочем, я только сейчас заметила — окон в этом помещении нет. Как же тут успокоишься, когда тебя в какой-то бункер притащили?

— Где я? — подавив разыгравшийся страх, придала голосу как можно больше уверенности.

— В университете, — ответил Дмитрий, но заметив мой недоуменный взгляд, продолжил: — Это помещение находится под университетом, о нем никто не знает. Никто, кроме таких, как мы.

— Таких, как вы? — уточнила, надеясь на более развернутый ответ.

— Таких, как мы, — подчеркнуто повторил мужчина, явно намекая и на мою персону.

— То есть, и меня в свой дурдом записали? — искренне возмутилась, делая осторожный шаг в сторону.

— Эй, ты откуда такая взялась, а? — раздраженно бросила Жасмин, испепеляя меня недовольным взглядом.

— Жасмин, пойди прогуляйся, — шикнула на нее Диана.

Послав докторше уничтожающий взгляд, девица вальяжной походкой удалилась в другой конец помещения.

«Тоже мне, пошла, прогулялась», — мысленно фыркнула.

Небольшая часть комнаты была загромождена старинными предметами: сломанными мечами, щитами, статуэтками, письменами, свитками и шкатулками. Стены подпирали множество шкафов с книгами и документами, пара диванов и кресел темно-коричневого цвета окружали несколько соединенных между собой стеклянных столов. А вот от обилия компьютерной техники, любая шпионская организация обзавидуется.

В углу над тремя сенсорными столами находилось пять больших экранов, где мелькали непонятные мне комбинации цифр, графики, надписи и видео в реальном времени.

Пара принтеров бесшумно что-то распечатывали. На компьютерных полках лежали наушники со встроенными микрофонами, коммуникаторы и куча другой мелкой техники.

«Чем же они, черт возьми, тут занимаются?!», — опешила я.

— Хотите сказать, все это находится под университетом, — демонстративно обвела взглядом помещение, скептично выгнув бровь, — и никто даже не догадывается? — недоверчиво продолжила, с подозрением поглядывая на собравшихся.

— Именно, — подтвердила Диана. — Об этом месте знаю только те, кому доступна засекреченная информация.

Чудненько, стало быть, если они все-таки решат избавиться от ненужного свидетеля, о том, где искать пропавшую студентку никто и не узнает.

— Я отсутствовала на лекциях, меня будут искать, — предупредила их.

— Не переживай, я обо всем договорилась. У тебя на сегодня отгул, — «обрадовала» докторша.

Значит, искать никто не будет.

— Не стоит бояться, тебя никто не тронет… здесь, по крайней мере, — проявил участие Алекс, пытаясь успокоить.

Уловить сочувствующие нотки в его голосе не составило труда, однако я не совсем понимала к чему оно.

— София, тебе известно об ордене Орион? — дружелюбный тон Дмитрия не очень-то располагал.

Но в ответ я все же отрицательно покачала головой.

— Тогда откуда у тебя этот знак? — тем же тоном продолжил мужчина, указав в сторону моей руки.

В воспоминаниях всплыл момент из библиотеки. Тот жуткий момент с представшей передо мной Мариной и ее слова «Найди Орион». Возможно, она имела в виду орден Орион, о котором говорят эти люди?

— София, мы сможем помочь, только если ты будешь с нами предельно честна, — в голосе Алекса послышались мягкие, успокаивающие нотки.

— Откуда мне знать, что вы не такие, как то существо, которое ты… убил? — дрогнувшим голосом спросила, устремив на парня настороженный взгляд.

— Будь мы падшими, диалог бы с тобой сейчас не вели, — послышалось недовольное бормотание Жасмин.

Резонно, конечно, но не факт.

— Послушай, София, ты можешь оказаться той, кто способна получить силу, превышающую человеческое понимание, — со знанием дела произнесла Диана.

В этот раз даже постаралась говорить как с нормальным человеком, а не пациентом психбольницы.

— Зачем тянуть неизбежное? Скажите уже ей, что она не…

— Жасмин! — синхронно повысили голос докторша и Дмитрий.

Вздернув подбородок, девица послала обоим откровенно неприязненный взгляд и, резко поднявшись с дивана, направилась к сенсорным мониторам.

— Почему вы ей рот закрываете? — хмуро отреагировала, чувствуя, как случается нечто непоправимое.

— У этой барышни язык без костей, — процедил Алекс.

— Кто б говорил, — фыркнула азиатка, не оборачиваясь.

— София, попытайся вспомнить, когда ты впервые заметила нечто странное, — вернула мое внимание Диана.

Марина предупредила — только Орион сможет помочь. Тогда, быть может, им стоит довериться?

ГЛАВА 7

— После смерти Набиной ходили слухи одни бредовее других… о том, как именно она умерла. А пару дней назад я увидела ее, — тихо ответила, устремив взгляд на Алекса.

— Как это увидела? — с искренним изумлением переспросила Жасмин.

И ее неподдельное любопытство разделили все присутствующие.

— Сначала был звонок, — дрогнувшим голосом продолжила. — Мне позвонили с ее номера, я подумала, кто-то решил подшутить, но нет. Голос принадлежал Марине. В трубке закричали: «Они почуяли тебя!». После этого я увидела за окном странную тень. А на следующий день я находилась в библиотеке полной студентов, но через несколько часов все просто исчезли, будто десятки людей испарились в мгновение ока. Тогда и появилась Марина. Ее тело напоминало… потрескавшийся уголь… — с трудом выговорила, поморщившись от накатившей тошноты и, прежде чем продолжила, несколько раз глубоко вздохнула: — На шее такой же знак, как и на моей ладони. Она снова повторила, «Они почуяли твою кровь». Меня пытались о чем-то предупредить. Марина упомянула орден Орион, сказала, только они смогут мне помочь, — закончила я на одном дыхании.

— Возможно, ты пила ее кровь? — неожиданно осведомилась Жасмин, и с такой настороженностью и серьезностью в голосе, что я от изумления открыла рот.

— Ты в своем уме?!

— Я-то? — удивилась девица. — Разве это мне мертвецы мерещатся?

— По-твоему я похожа на какую-нибудь извращенку или психопатку? — огрызнулась, стараясь не сорваться на крик.

Да они точно ненормальные! Кем эти ребята себя возомнили? Охотниками на вампиров?

— Знаю, как звучит вопрос Жасмин, но это не шутка, — серьезным тоном произнесла Диана, делая шаг в мою сторону.

— Я не пила ничью кровь! — громко воскликнула, начиная отступать от психов.

Единственной моей ошибкой было прикасаться к той стекляшке, которая, по всей видимости, принадлежала Марине.

— Я случайно наткнулась на странную вещицу. Она была похожа на прозрачный, продолговатый кристалл с золотым отливом, — пояснила, вспоминая точный вид камня.

Вытянувшиеся от удивления лица «новых знакомых», очень насторожили. Жасмин так вообще в каменное изваяние от шока превратилась.

— Кристалл был гладкий, но я все равно как-то умудрилась порезаться, а потом он вообще у меня в ладони растворился! — срывающимся голосом воскликнула.

Да и повторила я это исключительно для себя. Быть может, в тот раз мне просто померещилось? Недосып, например, сказался?

Хотя кого я пытаюсь обмануть?

— Это вы можете объяснить? — с надеждой посмотрела на Диану.

Так как эти индивиды продолжали прикидываться статуями, я начала серьезно нервничать. Чувство тревоги сковывало как лед реку. А предчувствие, что надвигается нечто опасное, ощущалось прямо-таки телесно.

Продолжая меня напрочь игнорировать, ребятки начали играть между собой в гляделки.

— Я лично встречусь с главой ордена, — бросил Дмитрий на ходу и тут же стремительно покинул комнату.

— Предполагалось, объяснения будут не только с моей стороны. Я вам — вы мне, так? — напряженно произнесла, сопровождая слова жестом.

Выражения лиц оставшихся сразу же изменились, особенно Жасмин. Сейчас азиатка смотрела на меня как на восьмое чудо света, докторша наоборот отступила на пару шагов назад. А прочесть Алекса оказалось сложнее, он был напряжен, но в остальном абсолютно спокоен.

— В чем дело? — хмуро отреагировала я, всерьез начиная выходить из себя.

— Мы решили — это Марина оставила на Софии знак, как на потенциальном носителе артефакта, но, видимо, ошиблись, — без тени улыбки проговорила Диана, переведя на Алекса растерянный взгляд.

— Чистокровная асура, избранная последним существующим артефактом, — выдохнула Жасмин, плавно приближаясь.

У нее восхищение в голосе, а мне заорать во все горло хотелось, но, к сожалению, воздух накрепко застрял в легких, и вместо крика получился сдавленный писк.

Асура? Разве не о них я читала, перед тем как отправиться к Диане? Так значит, та страница, которую моя компьютерная мышка переключила сама собой, тоже проделка Марины?

Меня так трясло, что я реально опасалась свалиться в обморок.

Совсем недавно об этом читала, но в данный момент мой мозг просто-напросто отказывался включать функцию памяти.

Что же там было?

Асуры — чистокровные демоны и полукровки. Не люди! Или только на половину, но факта демонического происхождения это не меняет. Какой-то артефакт-печать фигурирует. Эта идиотская стекляшка, поселившаяся в моей руке, должно быть, и есть то, что они зовут артефактом.

А дальше?

Они спрашивали: пила ли я кровь?

Подвиды, нет, категории, на которые делятся асуры: полукровки от союза человека и асуры, испившие кровь первородной ветви и чистокровные, избранные священным артефактом.

К первым двум не было приписочки с предупреждением, а вот третьи представляют опасность даже для своих!

— Их послушать — так теперь я оказывается и не человек вовсе, — пробормотала себе под нос, окончательно решив, что эти ребята явно в соре с собственной психикой.

Они реально верят в эти бредни?

Пока мысли пытались найти разумный отголосок, у меня затряслись поджилки. Да все тело било крупной дрожью, правда, не от страха или ужаса, а просто-напросто от безудержного смеха.

Плывшая ко мне Жасмин резко остановилась, недоуменно взирая на мой истерический хохот. Докторша от греха подальше отошла еще на несколько шагов. Даже на лице Алекса появилось удивление.

Они думают я асура? Пф-ф-ф!

— Уважаемые, это же массовый психоз. Мы живем в веке технологий, на дворе через три месяца, две тысячи двадцать первый год наступит, откуда взяться демонам? — продолжила сквозь слезы смеха.

— Стандартная реакция, — еле слышно прокомментировала Жасмин.

Однако эта реплика не ускользнула от моего слуха.

— Какая, к черту, стандартная? — с леденящей вкрадчивостью переспросила.

Веселое настроение тут же улетучилось, на смену ему пришла холодная решимость поскорее выбраться из этого дерь… кхм… абсурдного положения.

— Пытаетесь убедить меня в том, что вы не люди? На демонов вы не очень-то смахиваете, — раздраженно одернула девицу. — Не хватает рогов, копыт, хвостов, младенцев к трапезе, жертвенных девственниц или чем там демоны обычно занимаются? — вперила я в собравшихся яростный взгляд.

Но если припомнить, асур описывали как существ с человеческим обликом, которые обладают огромной силой. Тогда кем был тот мужчина? Из человека он превратился в уродливое существо.

— Ты же видела меня в тот вечер, — утвердительно произнес Алекс, словно мысли прочел. — Мужчина, убитый мной — был падшим демоном, не таким, как мы, он не асура, просто низший, пробравшийся в наш мир через потусторонний разлом, — объяснил он достаточно доходчиво, но к его великому сожалению я ни слова не поняла.

— Было темно, понятия не имею, что видела, — незамедлительно солгала.

— Понимаешь, — настоял на своем Алекс, догадавшись об ответной лжи. — И если не втолкуешь это в свою глупую голову — и дня не проживешь наверху, — предупредил он на полном серьезе.

От этих его слов или, скорее, интонации, звучавшей в голосе, сразу как-то нехорошо стало. Особенно когда вспомнила про ту тень с красными глазищами за окном.

— Артефакт еще не полностью соединился с твоей душой, — продолжил Алекс, будто видел меня насквозь. — Когда это произойдет, жизни, которую ты знала — не станет. Новый охотник появляется как рожденная звезда в небе, и все демонические отбросы используют ее подобно карте. Через пару дней каждое магическое существо на этой планете будет знать, что родился новый охотник, охотник, выбранный печатью! — от его зловещего голоса у меня мурашки на коже выступили. — За тобой начнут охоту. И только тебе решать: стать добычей или охотницей.

— Эй, Алекс, ты бы поосторожней с ней, — зашептала Жасмин, с опаской покосившись в мою сторону. — Она все-таки одна из десяти, — предупредила азиатка, продолжая нести полную ахинею касаемо моего происхождения.

— Думаю, если не продемонстрировать ей хоть что-то необъяснимое с научной точки зрения, это будет продолжаться до бесконечности, — тяжело вздохнула Диана, сбрасывая туфли.

— Зачем вы раздеваетесь? — изумилась я, когда за обувью последовал и пиджак.

— Они брендовые и очень дорогие, к тому же мои любимые, не хочу, чтобы испортились, — лениво протянула женщина.

А дальше случилось нечто!

Ее глаза вспыхнули янтарным, зрачки стали вертикальными. Слегка поморщившись, Диана выгнула спину, из которой медленно, но верно появились перепончатые черно-серебряные крылья. На босых ногах, вернее, пальцах, мгновенно выросли длинные красные когти, идентичные тем, что появились на руках. Женщина, или, скорее, то, чем она стала, положила руки на бедра и одарила мое ошарашенное выражение насмешливым фырком.

— Она суккуб, — решила просветить Жасмин. — Демон похоти. И единственная причина, по которой мы терпим эту выскочку, высасывающую жизненную силу людей, ее польза как информатора, — брезгливо продолжила азиатка.

— Может, мутация? — непроизвольно сорвалось с моего языка. — Или галлюциногенный газ?

— Да она издевается, — протяжно зашипела Диана. — Милочка, у тебя со зрением проблемы? Можешь потрогать! — оскорбленная моими словами, она стремительно начала приближаться.

Вот только этим чудом природы я предпочла бы «любоваться» издалека.

От ее наступления меня нешуточно передернуло. Да что там передернуло, я вся тряслась от страха.

— Не подходи! — закричала во весь голос, выставив перед собой ладони, будто это могло меня уберечь.

Впрочем, к моему превеликому ужасу, дальше мутанта начала изображать моя ладонь, из которой с каким-то странным звоном и запахом серы вырвалась черная тень, принявшая облик Марины. Воздух в комнате неестественно потяжелел, хрустальная люстра начала мигать, после чего взорвалось несколько лампочек.

Так как Набина стояла ко мне спиной ее лица я не видела, зато искривленное страхом выражение докторши рассмотрела очень отчетливо. Тогда-то меня и осенило.

Эта тень меня защищает!

Я была жутко напугана, когда демонесса начала приближаться, и в эти же секунды Марина встала на мою защиту.

— И в мыслях не было причинять ей вред! — дрожащим голосом клятвенно заверила Диана, пятясь назад.

— Сгинь, отродье! — с рычащими нотками загромыхал голос Набиной.

Яростно зашипев, Диана вздрогнула как от удара кнутом, резко отпрянув в сторону.

— Почему принимаешь облик погибшей охотницы? — в голосе Алекса отчетливо прозвучала злость, презрение и ненависть к той, что стояла перед ним.

«Как так? Значит, это не призрак погибшей Марины? — изумилась я, поежившись от пробежавшего по спине холодка. — Если это не она, кто тогда?».

— Вы зовете меня печатью, — словно прочитав мои мысли, заговорили голосом Набиной. — Эта асура была последней, кто держал меня в своих руках, — безэмоционально объяснили нам. — Прими я облик своей избранной, получился бы нонсенс. Я почти достиг ее сердца. Скоро смогу самостоятельно избавиться от этого образа.

— Эй! — рявкнула я. — Ты же во мне растворяться собрался, с хозяйкой тела пообщаться не хочешь? — скрыть истерические нотки в голосе не получилось.

Когда Марина повернулась на мой возмущенный возглас, я сообразила, что ляпнула несусветную глупость. От ее черного, потрескавшегося лица по всему телу пробежалась армия мурашек.

— Тебя пугает этот образ, мой сосуд? — сухо уточнил артефакт.

— А тебя нет? — раздраженно поинтересовалась. Но сообразив, кому задала вопрос, мысленно дала себе подзатыльник, да и на ответ я особо не рассчитывала. — Стоп! Мой сосуд? — чуть ли не прорычала, уничтожая это существо злобным взглядом. — Да кто тебе позволит?!

— Я один из дюжины священных печатей, подчиняюсь лишь своему избранному. Ощущаю лишь твои чувства, своих у меня нет, — бесстрастно пояснил артефакт, совершенно игнорируя мои слова. — И в полночь седьмой ночи мы станем едины.

Это было последнее, что я услышала, прежде чем образ Набиной растворился в воздухе серой дымкой, а потом и вовсе метнулся в мою сторону, исчезая за знаком на ладони.

— Жуть какая, — сдавленно, оттого шепотом пискнула Жасмин, нерешительно двинувшись в сторону стеклянных столиков.

— У меня вся жизнь перед глазами пронеслась, — еле слышно выдавила докторша, вернув себе человеческий вид.

— В следующий раз не будешь свои прелести демонстрировать, — ядовито выплюнула азиатка, послав той гневный взгляд. — Из-за твоей тупости и нам могло достаться.

— Теперь мы можем сказать с уверенностью: София — чистокровная асура, избранная одним из десяти священных артефактов, — устало произнес Алекс, опустившись на диван.

— Значит, Марина действительно украла артефакт, — расстроенно произнесла Жасмин. Но что-то уж больно фальшью несло. — Почему она предала орден?

— Это еще нужно доказать. Нам известно лишь то, что Марина была последней, у кого находилась печать, — холодно процедил Алекс, послав девице предостерегающий взгляд.

— Погодите, — решила напомнить о своем существовании. — Получается, меня преследовал не призрак Марины, это был артефакт?

— В демонов ты не веришь, а в призраков запросто? — хмыкнула Диана, набросив на плечи свой любимый пиджачок. — И да, с тобой всегда был артефакт. С того самого момента как ты прикоснулась к нему и он вкусил твою кровь. Все, что ты видела и чувствовала, проделки и манипуляция духа.

Манипуляция? То есть тень за окном, звонок, библиотека, та информация — мне все это артефакт устроил. Какая-то стекляшка пугала меня до сердечного приступа нарочно? А как насчет снов? Это тоже дело рук артефакта?

— Правда это странно, — задумчиво протянула докторша. — Духи, которых я знаю, вели себя иначе. По крайней мере уж точно не звонили своим будущим сосудам, притворяясь мертвыми соседками. Да и об ордене он знать не мог. Хотя, возможно, у духа остались воспоминания прошлого сосуда.

Получается твердого объяснения тому, что со мной происходило — нет. Это мог быть и не артефакт. Тогда назревает вопрос: кто же?

ГЛАВА 8

— Но почему дух выбрал Софию? — нарушила образовавшееся молчание Жасмин, отвлекая меня от размышлений. — По сути дела из сотни тех, кто этого жаждет, только десять подходят на роль избранного. Может, Марина почувствовала в ней скрытую силу, поэтому и выкрала печать? Все-таки она была проводником ордена.

— Твоя версия уж слишком притянута за уши, — скривился Алекс. — Марина, как делала это всегда, могла сообщить советникам о новом избранном, — конкретизировал он.

— Может, прервете свою занимательную беседу? — недовольно спросила, встав перед Алексом. — Вы можете вытащить из меня эту штуковину? — указала взглядом на ладонь. — У меня нет никакого желания становиться асурой.

— Через неделю процесс будет необратим, — «порадовал» Алекс. — Однако детальная информация находится только у советников ордена.

— Послушай, у тебя есть возможность получить огромную силу. Зачем избавляться от такой власти? — недоумевала Диана.

— Власть, чувство силы и превосходства — то, чем грешит все живое и разумное. Чем больше власти и силы, тем больше разрушений, — сухо проговорил Алекс, не сводя при этом с меня внимательного взгляда. — Наша задача, как охотников, истреблять тех, кто пытается разрушить мир. Пока человечество живет в неведении, мы рискуем своими жизнями, защищая людишек, способных уничтожить эту планету гораздо быстрее и изощреннее, чем любой падший, — криво усмехнулся он. — Без нас все здесь превратится в обугленный кусок камня, населенный чистокровными демонами вместо людей. Если мы потерпим поражение, от человечества останется лишь пыль.

Душераздирающая речь, ничего не скажешь, но меня их дела не касаются. Да и прока от такой, как я, все равно, что с козла молока. В мои способности не входит вот так запросто отращивать себе крылья, как это делает суккубушка, и глазками так устрашающе стрелять я тоже не умею.

— Послушайте, я понятия не имею о вашем роде деятельности, — попыталась подобрать правильные слова. — Не умею то, что можете вы. Мне это не нужно, я лишь хочу вернуться к своей прежней жизни. Вам ведь нужен этот артефакт? Просто заберите его и поселите в ком-нибудь другом.

— Ты права только в одном, — спокойно произнесла Жасмин, присев рядом с Дианой. — Другие ожидают своей очереди десятилетиями, чтобы получить возможность прикоснуться к священному артефакту или вкусить крови первородных. Чистокровные асуры обладают огромной магической силой. А вот такая полукровка, как я, вынуждена эту способность развивать самостоятельно.

— Особое исключение у нас Алекс, — взяла слово докторша. — Он рожденный асура и темный маг. У него вообще нет человеческих корней, впрочем, как и у любого чистокровного, — простенько пояснила Диана, пока моя челюсть неприлично отвисла от упоминания «темный маг».

Конечно! Где водятся демоны, суккубы-мутанты, всякая мистическая чертовщина обязательно должны быть маги!

— В смысле тот, который всякие Вуду привороты вытворяет? — не удержала проснувшееся любопытство.

И это самое любопытство сейчас било через край, а вот здравый смысл орал, чтобы заткнулась и задавала поменьше вопросов, за которые потом придется расплачиваться молчанием. А человек обычно молчит со сложенными ручками на груди, пока его ногами вперед выносят.

— Не Вуду привороты — магия, — лениво поправил Алекс, но завидев все то же непонимающее выражение на моем лице, добавил: — Маг, а не шаман.

Не хотелось его разочаровывать, однако после его слов мало что изменилось.

— Я управляю стихиями, — снизошел до объяснения парень.

Стихиями — это значит: водой, огнем, землей и ветром, если я не ошибаюсь. Аватар собственной персоной! Надеюсь, до демонстраций дело не дойдет, иначе артефакт опять выйдет на прогулку. Впрочем, пусть идет на все четыре стороны. Это благодаря ему я теперь себе нервный срыв заработала.

— И при желании ты можешь призвать дождь или ураган? — все же не удержалась от вопроса.

— А как же, от одной его прихоти в Сахаре снег выпадет или Атлантический океан высохнет, — усиленно закивала головой докторша.

— Да быть не может!

— Конечно, не может, — фыркнула Диана, ехидненько посмеиваясь. — Для таких чудес у Алекса попросту не хватит сил. С природой в перетягивание каната не сыграешь.

«Стерва! — мысленно прошипела. — Думает сейчас самое время для шуток?».

— По артефакту милочка соскучилась? — поинтересовалась охотница, стряхнув невидимые пылинки с плеча ее пиджака. — Открывай рот, только когда соберешься сказать что-то полезное, — предупредила вздрогнувшую Диану Жасмин и, обернувшись ко мне со снисходительной улыбкой на губах, продолжила: — Каждая асура обладает силой, в том числе и ты способна управлять жизненными потоками и энергией, что находится вокруг нас, — пояснила азиатка. — Ты, как и Алекс, чистокровная. Значит, способна создавать оружие из энергоматерии.

Хоть убейте, мне не интересно! Буду много знать, скоро состарюсь.

— Не часто тебя здесь увидишь, — прозвучал мужской голос из-за спины. — С заданием разобралась? Мне, знаешь ли, после тебя на предыдущем прибираться пришлось, Жасмин.

Этот голос принадлежал Антону Белицкому, очередной звезде нашего универа. Парень всерьез возомнил себя местным Аполлон. Да вот только он полнейшая сволочь и бабник.

Брюнет с голубыми глазками и рельефным телом остается богом универа, даже имея сомнительную репутацию. А если учесть, что он ввалился в место, о котором, в кавычках, никто не знает, значит, либо такой же охотник, как и они, либо другое ненормальное существо.

— Только тебя здесь и не хватало, — раздраженно выдохнула докторша.

— Дианочка, красавица моя, неужто все еще злишься? — притворно-ласково замурлыкал этот плебей.

— Хочешь без энергии остаться, милости прошу в крепкие объятия, — с издевкой ответила женщина, разводя руки в стороны.

— Пожалуй, воздержусь, — хмыкнул Антон. — А в чем, собственно, дело? — поинтересовался он, все так же продолжая игнорировать мое присутствие.

С этим хохлом у меня была отдельная история. Ведь он закадычный приятель Макса. Однако для него я всегда была невидимкой, вплоть до момента, когда он попытался меня соблазнить, чтобы показать Максу, какая я шлюха. Не свезло пареньку, его пафос я быстро обломала, чем, собственно, и заслужила вечное презрение великого и ужасного Антона Белицкого.

— А ты, погляжу, все такой же недальновидный идиот, — выступила вперед, перестав прикидываться мебелью.

Качок вздрогнул, медленно повернулся, останавливая на мне ошалелый взгляд.

— На что уставился? — язвительно осведомилась, но при этом на губах играла самая невинная улыбка, на которую я только была способна.

— С-софия?! — изумление в голосе Антона прозвучало искренне.

— А раньше, произнося мое имя, ты не заикался, — ехидненько подметила, сложив руки на груди. — Рот прикрой, гланды простудишь, — продолжила насмехаться.

— Какого черта, ты здесь делаешь? — злобно процедил Антоша, угрожающе двинувшись в мою сторону.

К слову, я действительно надеялась, что он все-таки подойдет. Тогда появится артефакт и самую малость приспустит его куда-нибудь к плинтусу. Но эффектному падению Белицкого помешал Алекс, преградивший ему дорогу. К моему невезению он понял замысел, должно быть, поэтому на его губах играла еле заметная хитрая улыбка.

— Отойди в сторону, Алекс!

— Не припоминаю, чтобы мы перешли на «ты», — шумно выдохнул мой защитник.

Или, вернее, защитник Антона?

Ведь он преградил дорогу не ради моей защиты, а ради того, чтобы артефакт из Белицкого всю дурь не вышиб.

— Тронешь ее, и тебя орден на британский флаг порвет, если, конечно, успеют раньше печати. Наша суккубушка уже имела честь поздороваться с десятым священным артефактом. Сказала, благодаря ему, всю киношку о своей жизни за считанные секунды просмотреть успела, — прыснула Жасмин.

Диана, кроме как зарычать в ее сторону, еще и подзатыльником наградила, но тут же попятилась назад, когда на руках Жасмин заискрилось странное голубое свечение.

— О чем речь? — не мигая взревел Антон. — Вы почему перед посторонней языками чешите? — продолжил негодовать качок.

— В данной ситуации посторонний ты, Антоша, — мурлыкнула докторша. — Ты же здесь новенький, нужно уважать старших по званию.

— Ты что, не чувствуешь? — устало выдохнула Жасмин.

Поскольку Антон просто продолжал на меня злобно таращиться, Жасмин не выдержала и равнодушно снизошла до объяснения:

— София Лувил — избранная десятым священным артефактом, дуболом ты несчастный.

— Быть не может! — выдавил он, скривившись.

— Проблемы со слухом появились? — покачала головой охотница. — Повторю для особо «одаренных». София — асура, избранная последней печатью, — и более тихо пробормотала: — И кристалл, по всей видимости, выкрала Марина.

В голосе девушки просквозили обиженные и слегка разочарованные нотки, но кому именно они предназначались, я не поняла. Зато Антон в это время продолжал стоять, подражая немой статуе.

— Заснул, что ли? — Жасмин удивленно выгнула бровь, помахав перед его лицом рукой.

— По-моему, он перебарщивает, — снисходительно усмехнулась я.

— Эй, Антош, приди в себя и не забывай дышать, тебе еще рано возвращаться к общему истоку, контракт ведь полгода осталось отрабатывать, — поддержала мое мнение Диана.

— Контракт? — не поняла о чем идет речь.

— Верно, — кивнул Алекс. — Новоприбывшие охотники заключают с орденом годовой контракт. Они уничтожают падших и нечисть. При этом оплата по договору невысокая. Но когда контракт будет отработан, ты сможешь работать уже на себя. Получаешь заказ от ордена, выполняешь его и по мере силы противника получаешь крупную сумму на свой счет, — спокойно пояснил он, направившись к разбросанным на столе бумагам.

— То есть вам платят за убийство демонов?

— А ты думала, мы за душевную благодарность людей горбатимся?! — фыркнула Жасмин. — Мы, конечно, не люди, но живем в человеческих телах, а значит, и живем как они, получаем общественный статус и средства к существованию. Или мы, по-твоему, в волшебных лампах живем? Нам, как и тебе, нужно оплачивать счета, платить за обучение и еду, — раздраженно добавила охотница. — Не знаю, что ты там себе напридумывала, но поскорее выбрось это из головы.

— Асуры, даже при использовании сил, внешне практически не отличаются от людей, — вступила в разговор Диана.

Угум, не считая странного изменения цвета глаз, как тогда у Алекса. Да и мечи в его руках из ниоткуда появились.

— Это полный бред, — забормотал Антон, закончив изображать каменное изваяние. — Такая, как ты, и вдруг избранная печатью?

— Проснулся, наконец, — повеселела Жасмин.

Убийственный взгляд, который ей Антоша послал, девушку ничуть не испугал, наоборот, позабавил.

— Мда-а-а, — протянула Диана, укоризненно качая головой. — Для того, кто метил на восьмой артефакт и получил фигу, узнать, что девчонка заполучила десятый — удар ниже пояса, я полагаю.

Диана, конечно, попыталась преподнести это с серьезным выражением лица, но улыбка до ушей все испортила.

— Что сказали в ордене? — стушевался Белицкий.

— Еще не в курсе, — пожал плечами Алекс, собрав разбросанные документы в аккуратную стопку. — Дмитрий отправился к главе ордена, должен скоро позвонить.

— Как тебе удалось заполучить печать? — снова обратил на меня свое внимание Антон.

Качок старался говорить спокойно, но яд чувствовался в каждом произнесенном им слове. От общения с ним я тоже счастья не испытываю, поэтому и любезничать не собираюсь. Да и отвечать не было никакого желания, но завидев на себе выжидающий взгляд, раздраженно бросила:

— Становиться охотником в мои планы не входило, печать решила за меня. Я лишь хочу, чтобы из меня вытащили артефакт.

— Дура, что ли? — раздраженно поинтересовался плебей.

— На себя глянь, глыба стероидная, — ядовито выплюнула в ответ.

Качок оскорбление пропустил мимо ушей, но, прежде чем собрался продолжить действовать мне на нервы, в помещении раздался звонок мобильного телефона.

— Помяни черта, — выдохнул Алекс, продемонстрировав экран мобильника, на котором высветилось имя Дмитрия.

— Руку на отсечение даю, они скажут держать Софию здесь, пока не будет созван «великий», чтоб им облысеть, совет, — иронично произнесла азиатка. — Целый день умы ордена будут решать судьбу последнего существующего артефакта, и только потом к нам снизойдут с приказом, — продолжила высказывать предположение Жасмин, при этом всю свою речь она бурно жестикулировала руками.

— Что сказал советник Вернин? — перешел Алекс сразу к делу.

Поскольку далее он лишь слушал, я начала заметно нервничать. А стоило ему отключить принятый вызов, вообще дыхание затаила.

— Я угадала? — усмехнулась Жасмин.

Переведя на меня тяжелый взгляд, Алекс спокойно ответил:

— Советники приказали привести Софию в штаб.

— Да ладно, — подскочила на ноги охотница.

— Чему ты удивляешься? — походкой от бедра Диана прошествовала к компьютерной установке. Набрала пару комбинаций, кивнула каким-то своим мыслям и, скосив насмешливый взгляд на Жасмин и Антона, продолжила: — София — избранная последним духом, а не какая-то второсортная асура. Конечно же, с ней захотят встретиться лично и немедленно. Привилегия чистокровных, так сказать, — хмыкнула суккуб, ловко пробежавшись пальцами по сенсорной клавиатуре.

— Нам лучше поторопиться, не стоит заставлять орден ждать, — предупредил Алекс, направившись к выходу. — Жасмин, ты с нами, София, поторапливайся, — скомандовал охотничек.

ГЛАВА 9

Ехать в неизвестный штаб с этими… «людьми» категорически не хотелось. Однако против воли пришлось повиноваться, ведь от кристалла только они смогут меня избавить. Так что, поджав сердито губы, поплелась следом за новыми знакомыми.

Мы прошли через узкий коридор, потом еще несколько поворотов, поднялись по небольшой лестнице, а дальше тупик. Прежде чем я успела задать вопрос, Алекс что-то нащупал на стене, несколько раз нажал на странные выступы и, через несколько секунд стена отъехала в сторону, а мы оказались в первом секторе универа возле мраморной лестницы, ведущей на второй этаж.

Охотники молча и быстро направлялись к выходу, я, соответственно, следом, а что мне оставалось? Про тайные ходы универа расспрашивать? Я и в обычных коридорах всегда умудрялась заблудиться, что уж тут говорить про тайные.

Когда мы вышли к главному входу универа, меня снова ждал вечер. Очевидно, без сознания я пролежала довольно долго, и мне уже порядком надоело встречать сумерки лишь спустя пару часов дня.

Стараясь не отставать от охотников, свернула следом за ними на парковку, где Алекс снял сигнализацию с джипа Grand Cherokee. И вот тут мне стало совсем немного любопытно: это ж сколько они зарабатывают, а?

Завидев мой удивленный взгляд, Жасмин хмыкнула.

— Александр у нас один из тех, кто очень хорошо выполняет приказы. Любимец ордена, — едко заметила девушка.

Кроме как понимающе кивнуть мне больше ничего не оставалось. Я так понимаю, все охотники вписываются в элитную веточку нашего универа… если выживают.

— Залезай, — скомандовал Алекс, придерживая дверь возле переднего пассажирского сиденья.

Молча подчинившись, уселась в удобное кресло шикарного салона. Подождала, пока за мной закроют дверь, и шумно выдохнула, стараясь успокоиться.

Боюсь даже представить, что предпримет этот их орден.

— Не нервничай ты так, — тихо пробурчала Жасмин. А я начала реально опасаться, не читают ли мои мысли без спроса. — Сейчас артефакт реагирует на твои чувства, — просветила она. — С тобой ничего не случится, можешь мне поверить, дух будет защищать твою жизнь всю следующую неделю.

— А что будет, когда время выйдет? — непроизвольно вырвалось.

За свой длинный язык и любопытство мысленно себя отругала, а Жасмин, как назло, соизволила ответить:

— Ты станешь едина с печатью, в ордене появится последняя хранительница духа. Тогда уже ты будешь защищать артефакт.

— Этому не бывать, — холодно отозвалась. — Я хочу, чтобы из меня вытащили артефакт.

— Да-да, — раздраженно закивала Жасмин. — Но никто из нас понятия не имеет, возможно ли это, и что с тобой будет после того, как кристалл будет извлечен. Ты не просто от татуировки избавишься, артефакт уже начал сливаться с твоей душой…

— Хватит, — мрачно перебил охотницу Алекс. — Не стоит говорить о том, чего не знаешь. Когда приедем в орден, советник ей все объяснит, — отрезал он, заведя мотор.

По тону, с которым это было сказано, и сердитому лицу азиатки, я поняла, что разговор окончен. Машина плавно тронулась с места, выезжая на дорогу. Алекс сосредоточено вел машину, в то время как Жасмин что-то просматривала в собственном телефоне.

А мне только и оставалось, что переваривать информацию.

«Я — асура. Не человек — демон, — мысли в голове прозвучали словно приговор. — Да хоть убейте, но принять этого не смогу! Они наверняка ошиблись!».

Несмотря на то, что обстановка в машине не изменилась, и Алекс с Жасмин продолжали меня игнорировать, я чувствовала на себе косые взгляды.

«Чтоб вам на всю жизнь такими остаться! — зло подумала я».

Моя жизнь летит ко всем чертям. Почему этой избранной должна быть именно я? Что во мне такого особенного? Я хорошо учусь только потому, что зубрежкой с утра до ночи занималась. В спорте могу похвастаться фехтованием и рукопашным боем, последнее для самообороны изучала и только.

Я неплохо умею находить общий язык с людьми, но вряд ли это послужило той самой причиной.

Они борются с нечистью, уничтожают их. Разве я смогу так?

Что если орден не сможет или не захочет извлечь артефакт? Я ведь и без него видела весьма странные вещи. А благодаря духу теперь видят и меня.

И все равно никак не могу понять, почему они считают меня чистокровной асурой? Артефакт сделал из меня хранителя. Но я же не могла перестать быть человеком только по этой причине?

Разве не нужно испить крови первородных, чтобы получить их силу? Однако я определенно этого не делала. А ведь это единственный способ! Артефакт лишь выбирает себе сосуд, но не делает человека демоном.

Тогда почему? Почему они продолжают стоять на своем? Во мне нет никакой магии, я не могу управлять жизненными потоками и энергией, о которой они говорили, и уж тем более создавать оружие из энергоматерии!

— У-у-у, — в изнеможении простонала.

— Успокойся, — с недовольством шикнул Алекс.

Подняв голову, злобно зыркнула на этого бесчувственного сухаря, и продолжала сверлить его взбешенным взглядом, несмотря на то, что у парня заметно задергалось веко.

«Не нравится, значит? — мысленно прошипела. — Вот и вы мне не нравитесь!».

Атмосферу в машине можно было ножом резать, но это длилось лишь до тех пор, пока мы не начали подъезжать к невероятному строению. Я даже в открытое окно выглянула, чтобы во все глаза полюбоваться мириадой огней суперсовременного многофункционального комплекса, являющегося частью единой системы бизнес центра «Москвы-Сити» на Пресненской набережной.

— Дух захватывает, — выдохнула я.

Это первое, что приходит в голову, когда видишь такую невероятную ночную красоту с небоскребами.

Мы проехали башню «Меркурий» потом «Эволюцию», интересное строение, напоминающее по форме ДНК. Алекс не стал заезжать на подземную парковку, машину охотник остановил возле высоченного здания со стендом имени компании. Огромными синими неоновыми буквами значилось: «Ikintoxo Industries».

Пока Алекс о чем-то разговаривал с мгновенно появившимся мужчиной в черном деловом костюме, я как ребенок вертела головой туда-сюда. Тысячи разноцветных огней, удивительные высотки самых разных форм и построек, созданные из стекла и металла. Сады и небольшие парки. Торговые комплексы, рестораны, офисы, жилые комплексы, бассейны и закрытые клубы. Вот что представлял собой город.

Я в Москве уже год, но мне так и не удалось здесь побывать. Как-то раз хотела записаться на экскурсию, но подготовка к поступлению в университет заняла все свободное время.

— Ты здесь впервые? — полюбопытствовала Жасмин, пристально за мной наблюдая.

— Так очевидно?

— У тебя сейчас глаза от восторга вывалятся, — снисходительно прокомментировала мое поведение азиатка. — Заметила что-нибудь необычное?

Левая бровь вопросительно поднялась вверx.

— Москва-Сити, город в сердце огромного мегаполиса, красиво, но не думаю, что здесь может быть что-то сверхъестественное, — ответила ей, правильно поняв суть вопроса.

— Как дите малое, — раздраженно выдохнула Жасмин.

Хоть и раздраженно, но я услышала веселые нотки в ее голосе, значит, не так уж и раздражена, как хочет показаться на самом деле.

— Прочти название башни, — настояла охотница.

Я снова подняла голову к вывеске. «Ikintoxo Industries» гласило оно. Красивое, с черными переливами на фоне темно-зеленой башни. Над входом в само здание виднелся узор-криптограмма серебряного цвета. Но крылья у нее не выросли, значит, ничего необычного.

Хотя если подумать, мы ведь прибыли увидеться с советником ордена.

— Ну? — напомнила о своем присутствии Жасмин.

— Сдаюсь, — подняла ручки к верху.

— Охотники Ориона никогда не сдаются, — суровость ее тона удивила. — Хорошенько присмотрись. Магия не скроется от взгляда асуры.

Скептично выгнув бровь, перевела сосредоточенный взгляд на здание. Однако гипнотизирование оного ничего не дало. И когда подумала, что стоит сдаться, уловила внезапно возникшее свечение. Криптограмма медленно сформировалась в созвездие Ориона, а название башни приняло зеркальное отражение, тем самым изменив порядок букв. Теперь вместо «Ikintoxo» на вывеске появилось «Oxotniki», как если бы прочла слово наоборот.

— Если увидишь криптограмму, принявшую созвездие Ориона, значит, это место как-то связано с нашей организацией, — пояснила Жасмин, довольно хмыкнув.

— На самом деле эта компания прикрытие для ордена? — изумилась ее словам.

— Да. Такое есть в каждом уголке планеты, — подтвердила охотница. — Обычные люди не смогут это увидеть, если, конечно, намерено не показать.

— Чего застряли? Идти не собираетесь? — крикнул Алекс. А мужчина, с которым тот разговаривал, уже ушел. — Мне нужно отлучиться по делам. Жасмин, сопроводи Софию к советнику Вернину.

— Не задерживайся, — сердито поджала губы азиатка. — Ты же знаешь, я не очень-то лажу с нашим великим, — и, обернувшись ко мне, добавила. — Не отставай.

Мы вошли в холл башни с высоченными потолками, где простилались зеркальные мраморные полы. Внутренний дизайн состоял в основном из золотыx и серебряныx тонов. В середине находился треугольный фонтанчик по типу «Афимол». Несколько эскалаторов поднимали и опускали снующий народ.

Алекс ушел в противоположную нам сторону, а вот мы повернули к одному из лифтов с зеркальной поверхностью.

Меня начало трясти еще до того, как Жасмин нажала кнопку вызова. А стоило дверям отрыться, сердце застучало словно сумасшедшее. Это не потому, что я боюсь высоты, нет, просто предстоящая встреча пугала до чертиков.

Охотница это поняла и силком втащила в лифт, нажала на сорок седьмой этаж, провела пластиковой карточкой по небольшому сенсору, отошла в угол и облокотилась о поручень.

— Одного из членов совета ордена Орион, к кому мы, собственно, направляемся, зовут Вернин Тимофей Антонович, — нарушила молчание Жасмин. — Выглядит он лет на пятьдесят, но, думаю, ему гораздо больше, учитывая, что он бывший ученик одного из основателей ордена.

— Тебе он не нравится? — решила я поддержать беседу.

— Он хитер, расчетлив и жутко раздражает. Никогда не знаешь, что у этого старикашки на уме, — фыркнула охотница. — Лично у меня от одного его вида мурашки по коже бегают, и это учитывая, что я убиваю демонов, — поежилась она.

— Во-о-от, спасибо, — прошипела в ответ, послав охотнице недружелюбный взгляд.

Разве не видит? Я и так вся на нервах, а вместо того, чтобы сказать «все будет хорошо», она мне тут о своих подозрениях вещает. Совершенно никакого такта!

Стало слишком душно, головная боль нагрянула нежданно-негаданно, да и ладонь периодически покалывала.

— Не переживай, я буду рядом, даже если меня пинком попытаются выгнать, — подмигнула Жасмин, соизволив, наконец, обратить на меня внимание. — Эй, ты в порядке?

— За сегодня, это самый идиотский вопрос, — хмуро отреагировала в ответ. — Мне нужно в уборную.

— Потерпи немного.

Голос у нее, конечно, обеспокоен, да только на лице полный пофигизм.

Через несколько секунд, лифт прибыл на нужный этаж, а вышли мы в длинный коридор, в конце которого было что-то вроде турникета.

— Тебе туда, — указала она в противоположную сторону. — Я сообщу о нашем прибытии и вернусь за тобой.

Молча кивнув, ушла в указанном направлении.

Уборную нашла сразу, и уже там медленно подойдя к раковине, подставила руки под холодную воду, после приложила охлажденные ладони к щекам.

Глубокие вдохи и выдохи помогли немного унять боль в желудке, которая отозвалась громким урчанием. И только сейчас я поняла, что даже не помню, когда последний раз что-то ела. Так и до обморока недолго.

Голова продолжала раскалываться, зато жар вроде бы прошел, а вот головокружение только усилилось.

Покопавшись в сумке, достала расческу, приведя в порядок слегка растрепанные волосы.

Хотя даже после этого собственное отражение в высоком зеркале мало радовало. Темные круги под глазами из-за недосыпания, припухшее лицо, искусанные губы, бледная кожа. Нынешний вид не спасали ни темно-синие выразительные глаза, ни длинные густые черные волосы.

— После месяцев упорной учебы я выглядела намного… живее, чем сейчас, — убито пробормотала, поджав губы.

Ополоснув лицо холодной водой, и промокнув его салфетками, я вышла из уборной, направившись по коридору к лифту.

Но стоило пройти несколько метров, как в глазах начало чуть ли не двоиться. Воздух казался каким-то спертым и тяжелым. Такая резкая перемена самочувствия не сулила ничего хорошего.

Придерживаясь рукой за светло-бежевую стену, медленно двигалась вперед.

Слух уловил странный шум, а шедший навстречу мужчина в черном деловом костюме с каким-то странным ожерельем на шее расплывался перед глазами. Хотя нет, он просто двигался как-то странно или, правильнее будет сказать, как-то странно двоился. Когда расстояние между нами сократилось до двух метров, я наконец сообразила, в чем, собственно, причина.

Но слишком поздно!

Вздрогнув всем телом, прижалась к стене. Кроваво-красные глаза окинули пристальным взглядом. Сердце пропускало удар за ударом, потому как приближался ко мне демон!

То странное двоение, что я видела, вероятнее всего, его причина в ожерелье, хотя оно больше походило на ошейник с замком посередине, которое, по всей видимости, не давало демонической сущности вырваться из человеческой оболочки. Металл вспыхивал синим пламенем всякий раз, когда двоение повторялось.

Страх и панику усмирить не удалось, и я уже была не прочь грохнуться в обморок.

Здесь демон! Стоит прямо передо мной, а вокруг ни души. Закричать? Да я бы с удовольствием, только от страха горло свело спазмом, дышать было сложно, не то что кричать. А этот уродец, демонстрируя внушительные клыки, скалился на всю клыкастую пасть, целенаправленно приближаясь.

Артефакт «осчастливить» своим присутствием и не подумал. Алекса и Жасмин не пойми где черти носят, а ведь они должны были почувствовать падшего, который разгуливает по компании ордена! Или все работает совсем по-другому?

— Не… — с трудом выдавила, выставив перед собой руку, — подходи!

Крик оказался жалким и тихим, что только добавило веселья демону. А в следующее мгновение он странным образом сжался и попятился назад.

Сил обернуться и лицезреть появившегося духа не было. Да и на ногах я не удержалась. Пошатнувшись, уже было подумала о жестком знакомстве с полом, как вдруг меня придержали за плечи, оградив от падения.

В прошлый раз прикосновение артефакта причинило боль, но сейчас руки были просто по-человечески теплыми, запах не серы, а приятных свежих духов, мужских, кстати.

ГЛАВА 10

— Эй, шавка, где хозяина потерял? — грубо одернул демона ледяной голос.

Эта реплика, точнее, голос мгновенно привел в чувство. Подняв голову, увидела светловолосого парня. Хотя нет, волосы у него были серебряными или даже цвета снега. Резкие черты лица, серые глаза прожигали падшего злобным взглядом.

— Прошу прощения, я не хотел напугать ее, — как-то сдавленно ответил демон.

«Как же, не хотел он! Да меня, по всей видимости, еще и сожрать собирались! — обвинительно прокричала».

Мысленно, конечно. Но все же.

— Ты все еще здесь? — непроницаемый голос негромко разнесся по коридору, а в следующую секунду грянуло убийственное: — Прочь!

Кланяясь чуть ли не до уровня плинтуса, падший быстренько ретировался, в то время как меня продолжали придерживать за плечи, прижимая к теплой груди.

Спохватившись и развернувшись к нему лицом, уперлась ладонями, резко отстранившись, но головокружение никуда не делось, так что, когда меня качнуло в сторону, парень мягко придержал за локоть, помогая восстановить равновесие.

— Ты в порядке? Сильно испугалась? — улыбнулся он, но голос был обеспокоенным.

— Я… нет, — выдавила с трудом. — Он же демон, почему здесь?.. — сформулировать мысль до конца не удалось.

— Работники, — просто ответил незнакомец. — У них на шее клеймо, без приказа хозяина они не смогут воспользоваться силой или причинить вред.

Это не особо утешает, с учетом, что я себе чуть нервный срыв не заработала. Но возможно, поэтому дух не появился? Не почувствовал опасности?

— София! — голос Алекса за спиной заставил подпрыгнуть на месте.

Обернувшись, встретилась взглядом с запыхавшимся охотником. Вид у него был встревоженный и довольно злой. А по сути дела злиться должна именно я. Ведь это меня до обморочного состояния напугали, в то время как Алекс бродил непонятно где!

Вот с этими мыслями, я стремительно подошла к парню и что было сил, заколотила его по груди кулаками.

— Где ты был? — возмущенно прошипела, старательно сдерживая злые слезы.

— София? — от такого напора Алекс просто онемел на месте.

— Здесь падшие разгуливают, а тебя нет! — сорвавшимся голосом прокричала. — Вы говорили довериться вам! Говорили, что я буду в безопасности!

Ну вот, здравствуй, нервный срыв. Плакать я не планировала, но слезы против воли защипали и без того припухшие глаза. Гневно уставившись на застывшего охотника, снова ударила того по груди, а после просто вцепилась в его рубашку дрожащими пальцами и, опустив голову, всхлипнула.

— М-мне жаль, — запнулся Алекс и, легонько сжав за плечи, заставил посмотреть себе в глаза. — Я пришел, как только освободился. Но где Жасмин?

— Докладывает о нашем прибытии, — сухо ответила, отступив на шаг. — Мне нужно было отлучиться в уборную, Жасмин сказала, что вернется за мной, но вместо нее я наткнулась на падшего. Никто не сказал, что эти «работники» не смогут мне навредить, поэтому я до смерти перепугалась, — пояснила ему.

— Вот как.

На скулах парня играли желваки, губы сложились в тонкую линию, а взгляд красноречиво говорил — Жасмин не поздоровится.

— Давно не виделись, Алекс, — нарушил образовавшееся молчание незнакомец. — Ты разве не должен быть на задании?

— Выполнил, — коротко ответил он. — А ты почему здесь?

— Советник Вернин приказал явиться всем печатям, — шумно выдохнул блондин и, переведя на меня внимательный взгляд, полюбопытствовал: — Кто твоя спутница?

— Идем, — скомандовал Алекс, проигнорировав вопрос незнакомца.

Меня цапнули за руку и поволокли в направлении турникета. А я только сейчас вспомнила, что не поблагодарила блондина за помощь. И обернувшись, собиралась это исправить, но слова застряли в горле, ибо улыбка, которая играла на его губах, заставила поежиться.

Оставив эту затею, повернулась к Алексу, быстро передвигая ногами, чтобы самостоятельно идти рядом.

Мы подошли к тому самому проверочному пункту, где охотник, воспользовавшись пластиковой карточкой, провел ею по сканеру. Металлические поручни опустились и меня снова поволокли следом.

Повернув за угол, вышли в просторный холл. В глаза сразу же бросились высокие двухстворчатые красные двери, ведущие, должно быть, в кабинет, и такой же красный широкий стол, за которым сидела темноволосая секретарша, внимательно вглядываясь в монитор компьютера.

Но стоило ей заметить наше приближение, девушка плавно поднялась со своего места. А наличие черных глаз без белка и ошейника с замком, навело на мысль, что перед нами, опять-таки, не человек.

— Господин Эртэнский, советник Вернин ожидает вас, — сообщил шипящий голос.

Но Алексу на слова секретарши было абсолютно фиолетово, он даже не взглянул в ее сторону, а стремительно направился к двухстворчатой двери и без стука вошел, затащив меня следом.

Мы оказались в таком же светлом помещении, как и холл, в котором осталась не удостоившаяся чести общения с охотником демоница.

В этом кабинете было чище, чем в больничной палате, а белизна помещения просто ослепляла. Хотя такой дизайн смотрелся очень стильно и креативно. Белые кожаные кресла, длинный стеклянный стол с разложенными на нем бумагами и ноутбуками. В стороне стоял небольшой диванчик с кофейным столиком. Высокие окна открывали потрясающий вид ночного городка.

С высоты птичьего полета панорама смотрелась еще невероятнее, чем внизу. Словно земля соревновалась с небом в количестве и яркости мерцающих огней.

— Сюда, — нарушил тишину Алекс, указав в направлении стеклянной белой двери.

Я не сразу ее заметила, она просто сливалась с остальным фоном помещения. Ручки у нее не было, но дверь тут же въехала в стену, стоило нам приблизиться.

Придерживая за талию, Алекс подтолкнул меня внутрь помещения, где витал запах бумаг и чернил. Комната оказалась огромной и, если бы не современная техника, вполне бы сошла за старинный музей.

Высокие резные стены сделаны под книжные шкафы, на которых расположилось множество книг и свитков весь форм и цветов. Застекленные витрины хранили необычные предметы, начиная от оружия, драгоценностей, писем и другой утвари.

Мой взгляд привлек треснувший меч из бледно-голубой стали, красивые кинжалы с инкрустированными разноцветными камнями на рукоятях. Ожерелье из красного металла, украшенное черными жемчужинами. Странная белая чаша или, скорее, кубок необычного плетения.

Также тут находились голографические колонны с меняющимися на них изображениями по мере того, как высокий мужчина, в лице которого я узнала Дмитрия, пробегал пальцами по голубоватому сенсору. Основная компьютерная установка была гораздо мощнее и больше, нежели та, что под универом. За сенсорными столами работали незнакомые мне люди, выполняя указания охотника.

Возле высокого окна на небольшом подъеме стоял широкий письменный стол, забросанный множеством бумаг, свитков, книг и прочего рабочего инвентаря.

В другом конце помещения находилось что-то вроде отдельного застекленного кабинета, и там среди незнакомцев я заприметила Жасмин. Азиатка весело переговаривалась с людьми, а я безудержно свирепела. Она тут языком чешет, а я только что чуть инфаркт в свои двадцать два не заработала.

Этот кабинет напоминал комнату отдыха. Стильный интерьер, дорогая техника, удобная мебель. Широкий плазменный телевизор, на котором транслировалась игра двух парней в виртуальных очках, пребывающих в игровой реальности.

В центре этого необычного помещения находилась еще более невероятная вещь. На небольшой круглой колонне лежал раскрытый фолиант, а над ним пульсировал и вращался голубой шар или, скорее, сфера в виде планеты. Желтые страницы книги периодически самостоятельно переворачивались, при этом сфера вспыхивала, а на ней появлялись и гасли множество разноцветных точек.

Я невольно залюбовалась планеткой, поэтому не сразу заметила появившегося рядом мужчину лет эдак сорока в коричневом деловом костюме.

— Вы должно быть София Лувил. Очень рад встрече, — голос с небольшой хрипотцой приятно действовал на слух, но внезапный поклон заставил невольно сделать шаг назад, при этом я чуть не наступила на ногу блондину, который ранее спас меня от падшего в коридоре.

Хотя «спас» несколько преувеличено, если учесть, что эти самые работники не могут навредить без прямого приказа.

К тому же, пока я таращилась на шар, очевидно, пропустила и его появление.

Блондин тем временем дружелюбно улыбнулся и повернул меня к выпрямившемуся из поклона мужчине, только вот руки с моих плеч незнакомец убирать не собирался. И хотя прикосновение не было неприятным, оно вызывало дискомфорт.

Избавиться от его навязчивой близости мне помещал Алекс, точнее, он меня опередил, грубо сбросив руки блондина. В ответ на это действие он хмыкнул, но в глазах читалась неприкрытая угроза.

Тут и дураку понятно — несмотря на общее дело, эти двое враждуют.

— Позвольте представиться, я Вернин Тимофей Антонович, второй советник организации ордена Орион, — элегантно склонился мужчина.

В этот раз во избежание зрительной перепалки между блондином и Алексом я не отступила.

— Хотите ча… — начал, было, мужчина, но я перебила.

— Хочу, чтобы меня лишили артефакта! — слегка повысила голос.

Я пришла не для того, чтобы вести чайные церемонии.

На лице советника появились смешанные чувства: искреннее удивление и, кажется, раздражение. То ли оттого, что перебила, то ли от моей просьбы.

Впрочем, все кто прежде слышал мое желание, реагировали в точности, как и Вернин. Даже на непроницаемом лице блондина явственно отразился шок, что, собственно, повеселило Алекса.

— Но почему вы хотите избавиться от такого дара? — изумился советник и перевел быстрый взгляд на незнакомца позади меня.

— Предлагаю перейти в конференц-зал и все обсудить, — быстро он среагировал на немой приказ мужчины. — Не стоит обсуждать такие вопросы при посторонних.

Краем глаза заметила притихших работников, те даже не пытались сделать вид, будто заняты своими делами. От этих пронзительных взглядов стало как-то не по себе.

— Пройдемте, госпожа Лувил, — деловито произнес советник Вернин.

Но стоило двинуться в направлении стеклянной двери, через которую мы сюда с Алексом собственно и пришли, меня остановили:

— Нам сюда, госпожа Лувил, — указал мужчина в противоположную сторону, а именно к одной из книжных стен, где двери как раз-таки не было.

Блондин, имени которого я все еще не ведала, бесцеремонно подхватил меня под локоть и повел за советником. А тот в свою очередь прижал ладонь, от которой исходил мягкий белый свет к камню. Небольшая часть стены начала исчезать кирпичик за кирпичиком, книга за книгой, открывая проход в комнату, залитую лазурным светом.

— Прошу, — указал он рукой вперед.

Я обернулась к Алексу в надежде увидеть ободряющий взгляд, но охотник так и не сдвинулся с места, оставаясь стоять там же, где и раньше.

«То есть, он с нами не пойдет?», — от этой мысли по спине пробежал противный холодок.

Высвободившись из рук незнакомца, я резко шагнула назад.

— Алекс? — вопросительно выгнула бровь.

Хоть наше знакомство и состоит всего из нескольких часов, с ним я чувствую себя гораздо увереннее и спокойнее, чем с этими двумя.

— Господину Эртэнскому не обязательно присутствовать… — несколько скупо начал советник, но я категорично отрезала:

— Обязательно!

— Госпожа Лу…

— Либо Алекс идет с нами, либо я немедленно возвращаюсь домой! — снова перебила, не обращая внимания на недовольную гримасу советника.

Рука охотника приободряюще легла мне на плечо, призывая немного успокоиться, впрочем, это не подействовало.

— Тебе не причинят вреда, — заверил он.

«С трудом в это верится!», — хотелось ему ответить.

Сощуренные глазки-бусинки, которыми меня сейчас предостерегающе сверлил советник Вернин доверия ой как не вызывали.

— Тогда твое присутствие не помешает, — более спокойно настояла.

— Как скажете, госпожа Лувил, — мужчина старался говорить вежливо, однако нотки раздражения услышала отчетливо. — Прошу, — он повторно указал на открывшуюся арку.

Одобрительно кивнув, Алекс вошел вместе со мной в комнату, освещенную лазурными и голубыми тонами. Мы будто оказались в огромном аквариуме. Все стены, потолок и даже пол были из стекла, за которым находился подводный мир. Множество рыб и других морских обитателей мирно плавали в кристально чистой воде среди растений, небольших замков, сундуков и прочих украшений.

— Дух захватывает, — улыбнулась я.

Но красотой довелось любоваться недолго. Алекс, придерживая за талию, повел меня дальше. За углом оказалась еще одна дверь, в которую мы, собственно, и вошли.

ГЛАВА 11

Помещение являло собой самый обычный просторный кабинет. Светло-бежевые стены, овальный длинный стол, на подобии тех, что используют в конференц-зале, и десять стульев, четыре из которых занимали незнакомцы.

Двое из них приблизительно такого же возраста, как и советник Вернин. Первый полноватый, казалось, черный пиджак и белая рубашка того и гляди лопнут по швам от внушительного брюшка. Зачесанные назад каштановые волосы, на лбу пролегли глубокие морщины.

Второй мужчина оказался полностью седым, хотя его лицо было несколько моложе советника Вернина и полноватого незнакомца. В глазах при нашем появление появилось любопытство, на губах улыбка, адресованная мне.

Рядом в расслабленной позе сидела блондинка с пронзительными ярко-зелеными глазами. Красивые черты лица, густая грива волос спускалась курчавыми прядями к пояснице. Губы девушки растянулись в насмешливой улыбке, а левая бровь скептично поползла вверх.

Напротив нее четвертый стул занимал парень лет девятнадцати-двадцати с темно-русыми волосами, карие глаза с живым любопытством осматривали меня с ног до головы.

Однако теперь под пристальными взглядами я не чувствовала себя неловко, хотя на мгновение появилось резкое желание спрятаться за Алекса, лишь на мгновение. Гордо подняв голову, я прошла к столу, отодвинула стул, повесив на спинку свою сумку, после с невозмутимым спокойствием присела и, положив руки на стол, сцепила их в замок, внимательно осматривая всех присутствующих. Алекс занял место рядом со мной, блондин напротив, а советник предпочел остаться стоять во главе стола.

— Позволь представить собравшихся, — начал Вернин, — это советник Луцкий и его помощник Глеб Семенович, — указал он на седого и полноватого мужчин. — Напротив вас Александр Керченский, — представили серебряноволосого. — С Александром Эртэнским вы уже знакомы. А эти молодые люди Анна Полинская и Артем Химис, — закончил советник.

— Привет, — махнул паренек рукой.

На что с моей стороны получил сдержанный кивок.

— Знакомьтесь, София Лувил, — деланно произнес советник, обведя каждого пристальным взглядом.

— Так, значит, последний избранный наконец объявился, — хмыкнула Анна. — Думала, это будет кто-то более… внушительный, — задумчиво протянула девушка, продолжая сверлить меня насмешливым взглядом.

Хотя нет, она смотрела так, словно вместо обещанной дорогостоящей побрякушки ей принесли ржавые железки. Что ж находиться в вашем окружении я тоже не пылала желанием. Как только советник избавит меня от печати, я с большим удовольствием не стану более мелькать пред вашими нечеловеческими взорами!

— София должна быть достаточно сильна, раз ее выбрал артефакт, она вполне способна выдержать мощь духа, — весело заговорил тезка Алекса.

— Да ну, — язвительно фыркнула Анна. — Данталион, а про меня ты так не говорил, — поморщила девушка носиком. — Обидно, знаешь ли.

А вот по лицу совсем не скажешь.

— В таком случае тебе не стоило строить из себя невинного агнца, Белиал, — безразлично пожал тот плечами.

«Данталион? Белиал? Это что, имена демонов? — опешила я. — Нет! Ничего не хочу знать! Ничего! Абсолютно! Нужно поскорее отсюда выбираться».

— Простите, — резко поднялась на ноги. — Я… мне… из меня нужно вытащить артефакт, — постаралась сформулировать мысль.

И снова эти изумленные физиономии. Честно, уже порядком достало.

— Верно! — жестко подтвердила их удивление. — Я хочу избавиться от печати, мне не нужна сила духа, я вообще угодила в это по чистой случайности, из-за сожительства с вашей охотницей. И нет! — повысила голос, когда советник Луцкий открыл рот. — Я понятия не имею, какая это честь, привилегия, дар или как вы это называете, и знать не хочу!

Образовавшееся напряжение можно было ощутить физически, но накаленную обстановку решил разрядить Артем, разразившись громким смехом. Хорошее настроение охотника разозлило. Ему весело, а вот мне было совсем не до смеха.

— Стыдно признаваться, — сквозь смешок произнес он. — Но пять лет назад я был в точности как ты. Только тогда мне было всего пятнадцать, — продолжил охотник, улыбнувшись. — Я был еще тем сорванцом, но когда меня признал артефакт, я чуть заикаться не начал, особенно после встречи с падшим, — признался Артем.

— Баал, ты это серьезно? — тонкая бровь блондинки удивленно поползла вверх.

И снова имя демона.

— Меня в отличие от тебя, Белиал, к такому не готовили, — огрызнулся он. — Артефакт мне как снег на голову свалился. Несмотря на то, что я обладал сущностью короля, я себя первый год даже защитить не мог… не говоря уже о близких, — тяжело вздохнул Артем, а последнюю фразу проговорил почти еле слышно.

— Вот как, — без капли сочувствия протянула Белиал.

Не знаю почему, но от меня не укрылась та боль, появившаяся в ее глазах. Будто слова Баала ее ранили. Хотя продлилось это недолго, уже спустя пару мгновений Анна расслабилась, словно отогнала от себя горькое наваждение воспоминаний.

— Мне тут любопытно стало, что здесь забыл Алекс? — усмехнулась Белиал, переведя на моего провожатого ехидный взгляд. — Он, конечно, один из первых в наших рядах после дюжины артефактов, но на собраниях, где присутствуют печати, посторонних никогда не было.

— Это желание Софии, мы не могли ей отказать, — натянуто улыбнулся тезка Алекса.

— О-о-о, — понимающе кивнула охотница, окинув вышеперечисленных снисходительным взглядом. — Уже нашел себе покровительницу, а ты быстрый, — со смешком проговорила Белиал.

Предостерегающий взгляд со стороны Алекса не произвел на Анну ровным счетом никакого эффекта, та просто продолжала язвительно усмехаться.

— Послушайте, — сдержано начала, напоминая о своем существовании. — Я пришла сюда с единственной целью — избавиться от печати. И решение не изменю.

Шумно вздохнув, Белиал поднялась со своего стула, обошла стол и, встав рядом с Алексом, приказала:

— Уступи леди место.

Правое веко охотника нервно дернулось, уголки губ дрогнули, однако он ничего не сказал, спокойно поднялся, отвесил Анне шуточный поклон и пересел на ее место.

А вот я бы для начала поинтересовалась, где она здесь леди увидела?

— Слушай меня внимательно, София, — опустившись на стул, холодно произнесла Белиал. — Ты, очевидно, не понимаешь одну очень важную вещь. Если из тебя вытащат артефакт, ты умрешь, — впервые за это время ее лицо было абсолютно серьезным.

— Умру? — по инерции повторила, вздрогнув всем телом словно от удара.

— Если уж быть совсем точной, тебя убьют, — исправилась охотница. — Дюжина избранных отличается от других асур. Ты же понимаешь? — почти вплотную приблизилась Белиал. — Печатью может обладать лишь чистокровная асура — не человек.

Жасмин, Дмитрий, Диана и Алекс упоминали об этом, но тогда я не воспринимала их слова всерьез. Тогда… но теперь то, с каким лицом сейчас говорила Анна, заставило кровь в жилах похолодеть.

— О чем ты? — переспросила, все еще отказываясь верить. — Я читала об асурах… — на мгновение замолчав, попыталась вспомнить о чем именно там говорилось, — полукровки, испившие кровь и те… кто стал асурой, будучи избранным артефактом!

— Понятия не имею, где ты откопала информацию касающуюся асур и артефактов, но она не верна. Печать не сделала из тебя асуру, благодаря чистокровному рождению дух и избрал тебя, — спокойно пояснила Анна.

Верно, я солгала, не только им, но и самой себе. Попросту надеясь, если буду и дальше отрицать то, что заподозрила в самом начале, меня обойдут стороной.

— Так вот зачем вы вызвали меня в офис? — перевел Артем раздраженный взгляд на советника Вернина.

— Из дюжины печатей только ты, Альберт и Анна не знали о том, кем родились, — деловито подметил он, в то время как Артем бросил в сторону хмыкнувшей Анны удивленный взгляд.

— Ты не знала? — уточнил он.

Однако Белиал лишь пожала плечами.

— Мы решили, что именно вы поможете Софии осознать происходящее лучше, чем кто-либо другой, — впервые за все время вступил в разговор советник Луцкий.

— Если я родилась такой… — слова давались с большим трудом. — Значит, мои родители… — безжизненно продолжила, но сказать мысль до конца так и не смогла.

— Тебе не родные, — закончил за меня советник Вернин. — По информации, которую мы получили, твой отец овдовел до того, как он со своей супругой оформили все документы по удочерению. Однако спустя какое-то время Олег Иванович возобновил процесс и удочерил тебя из приюта. Конечно же, он не осведомлен, о твоем происхождении.

Еще бы! Иначе стал бы он удочерять… монстра?!

— Но тогда почему я раньше не видела падших? Почему сейчас?

— У каждого это происходит по-разному и в свое время. Те, кто жил в незнании, обычно позже понимают, что в них течет сила, которая не подвластна обычному человеку. Причин действительно много, и одной из них может оказаться артефакт, — объяснил Артем. — Так было и у меня. Я только в пятнадцать понял, что со мной что-то не так, вначале думал, что спятил. Пятнадцать — это все еще ребенок, взбалмошный подросток с переходным возрастом и кучей проблем, — горько улыбнулся он.

Даже представить не могу, что ему, должно быть, пришлось пережить.

— Простите за опоздание! — раздалось хмурое за моей спиной. — Ну и атмосферка у вас, по ком несем траур?

— Ты как всегда «вовремя», Фенекс, — едко подметила Анна, откинувшись на спинку стула.

— А ты как всегда приветлива, Белиал, — в тон ей ответил незнакомец.

Высок и узок в плечах, черные волосы коротко острижены, серо-голубые пронзительные глаза. Симпатичное лицо молодого человека оставалось хмурым до той поры, пока взгляд не обратился в мою и Алекса сторону.

— Посторонняя и Алекс, — вкрадчиво констатировал он. — Что я пропустил?

— Это Виталий Кубир, имя духа Фенекс — он маркиз среди печатей, — представил Артем незнакомца.

— Имя моего духа Белиал, Артема Баал, они короли среди печатей, — взяла слово Анна. — Данталион герцог, — указала охотница в сторону Александра. — А это София Лувил, последний известный нам артефакт.

Фенекс на несколько секунд задержал на мне изучающий взгляд, а после скупо кивнул и тихо добавил:

— Я уже было подумал, этот артефакт прибрал к рукам Астарот.

— Полагаю, этого достаточно, — поднялся со своего места советник Луцкий. — Из вас не очень удачные информаторы вышли, — жестко произнес мужчина.

Укоризненное и сердитое лицо советника, с которым он обратился к «новым знакомым», моментально приняло дружелюбное выражение, стоило его взгляду обратиться ко мне.

— Началось, — пробурчал Виталик. — Только пятичасовой лекции мне и не хватало.

Слова Фенекса присутствующие проигнорировали и даже внимательные лица состроили, будто бы то, что сейчас произойдет, они услышат и увидят впервые. Мне же кроме как последовать их примеру больше ничего не оставалось.

Свет в кабинете слегка померк, а на стеклянной поверхности стола начали появляться сенсорные проекции.

Первой оказалась книга, на каждой перевернутой странице были изображены странные символы и рисунки, а тексты, похоже, написаны латынью.

— «Lemegeton Clavicula Salomonis», — прочел советник Луцкий проявившуюся над проекцией надпись.

— «Малый ключ Соломона» — услышала я собственный голос.

Мужчина улыбнулся, а я изумленно уставилась на книгу. Не припомню, чтобы когда-либо изучала латынь, поэтому как смогла перевести, понятия не имею.

— «Малый ключ Соломона» или «Лемегетон» — один из наиболее известных гримуаров, содержащий сведения о христианской демонологии и Гоетии. Гримуар состоит из пяти частей: «Гоетия», «Теургия Гоетия», «Арс Алмадель», «Арс Паулина» и «Арс Нотория», — продолжил советник снабжать информацией.

— В нашем случаи речь пойдет только о «Гоетии», — обернулась ко мне Анна. — Хотя название этой части «Малого ключа Соломона» впоследствии стало именем нарицательным, применяемым для обозначения всей средневековой магической традиции вызывания демонов и составления талисманов на основе их печатей и подписей, — пожала охотница плечами.

— Верно, — кивнул советник Вернин и продолжил: — «Гоетия» содержит перечень семидесяти двух духов, а также описание магического круга, треугольника и основных орудий, которые использовал в своей магической практике легендарный царь и маг Соломон.

— По легенде, царь Соломон заключил в Медный Кувшин семьдесят два демона, запечатал его секретной печатью и бросил в глубокие воды, — устало произнес Виталик, сверля меня неприязненным взглядом.

Видимо, в повторном прослушивании данной лекции Фенекс винит меня.

— Однако вавилонские жрецы достали сосуд и распечатали его, выпустив «демонов» на свободу, предварительно создав семьдесят две великие печати, каждая из которых имела власть над соответствующим «духом», — продолжил за Виталика Артем, дальше подключилась Анна:

— Им пришлось это сделать, поскольку Великая Печать Соломона была утеряна, и не было возможности совместного управления духами кувшина. Считается, что семьдесят две Великие Печати были вверены соответствующим хранителям, на плечи которых легла обязанность следить за устойчивостью мира.

Советник Луцкий скептично оглядел выступивших, после кивнул каким-то своим мыслям и начал менять сенсорные проекции. Сперва десять непонятных знаков, после уже известный мне кристалл.

— По выражению твоего лица, можно смело сказать, что ты ничегошеньки не поняла, — весело подметила Белиал. — Все это мы ведем к тому, что эти кристаллы и есть печати, которые управляют духами. Мы те немногие хранители, на плечи которых легло бремя защиты этого мира, — просветила охотница.

В то время как я старалась держать лицо и оставаться в сознании.

— Из семидесяти двух печатей осталось только десять, — пустился в объяснения Артем. — Вернее, мы знаем только о десяти, по предоставленной нам информации остальные были уничтожены. Благодаря тому, что мы чистокровные асуры, в наших силах сдерживать мощь великих духов.

— Три короля: Белиал, Баал, Заган. Четыре герцога: Данталион, Астарот, Агарес, Зепар. Два маркиза: Ориас и Фенекс, — перечислила Анна. — Все эти духи из Гоетии. Девять печатей, у тебя десятая. Этот артефакт за последнюю тысячу лет не подавал признаков активности, кто бы к нему ни прикасался. И вот ты здесь.

— Неужели все это действительно существует? — я оторопело уставилась на собравшихся.

— Она безнадежна, — раздраженно бросил Фенекс. — Существует! А теперь будь добра назови уже имя!

— София, — перевела на него удивленный взгляд.

Неужели не запомнил?

— Да не свое, а печати своей, — скорбно произнес Виталик. — Поторопись и назови имя, у меня еще куча работы.

— Я не знаю, — тихо ответила.

— Не знаешь? — округлил глаза охотник. — Тогда выясни!

— Вот почему я не люблю опоздавших, из-за них все приходится повторять по несколько раз, — смерила пронизывающим взглядом Фенекса Белиал.

— Ты хочешь избавиться от артефакта, — ровным голосом произнес Виталик.

Какой проницательный.

— Твое право, — коротко бросил он.

— Знаешь, мы ведь не зло, хоть и добром не являемся. Нас можно назвать равновесием этого мира, — проникновенным голосом произнесла Анна. — Мы охотники ордена Орион и хранители великих духов, — гордо добавила она.

— Ты внесешь свою лепту в создание лучшего мира, сможешь остановить тех, кто хочет его разрушить, — спокойно пояснил Артем. — К прежней жизни ты никогда не вернешься, София. Твоя кровная сила будет проявляться сильнее, и чтобы контролировать ее, тебе нужна помощь таких, как мы, — без тени улыбки закончил Баал.

— С момента, как в нас открываются силы, процесс старения идет медленнее, чем у людей, мы не болеем, для сна нам требуется всего несколько часов, — пробубнил Виталик, сцепив руки в замок. — Ты можешь сделать свою жизнь и окружающий тебя мир лучше, что в этом плохого? — сейчас он говорил намного дружелюбнее, чем раньше.

Вот только на фразе «процесс старения идет медленнее» я от удивления разразилась кашлем, поперхнувшись воздухом. Это что же получается, асуры живут дольше людей?

— Но защищая людей и этот мир, мы ставим на кон свои жизни, — вдруг заговорил до этого молчавший Алекс.

Именно! Охотники сражаются с падшими и могут лишиться жизни в одном из поединков.

— Эй, Алекс, мог бы и промолчать, — убито протянул Александр. — Софию никто не заставит в ближайшее время уничтожать падших. К тому же, пока печать не соединилась с душой, дух будет ее защищать, — раздраженно продолжил он.

И такое чувство будто ждал, пока тот заговорит, чтобы вступить с ним в спор.

— Могу я кое-что спросить?

Оба советника положительно кивнули.

— Падший… которого ранее уничтожил Алекс возле университета, почему он сказал, что Марина предала вас? — осторожно спросила, следя за их реакцией.

И как ожидала, эта тема оказалась весьма напряженной, казалось, у каждого есть собственная версия случившегося.

— Мы все еще ведем расследование и пока не можем с уверенностью сказать, что Марина Набина предала орден. Она была незаменимым сотрудником, — ответил Вернин более резко, чем требовалось.

— Возможно, Марина попала под влияние асур-отступников, — выдвинул свою версию Артем.

— У мертвеца трудновато разжиться информацией, где он накосячил, знаешь ли, — грубо обронил Виталик. — Единственное, что тебе нужно усвоить, это то, что ты погибнешь, если откажешься от печати. Не только мы охотимся за падшими и отступниками, но и они за нами.

— Нас не так много София, а враг становится сильнее, — с явной неохотой продолжила Белиал. — В конечном счете, всех попросту вырежут, и мир будет обращен во тьму.

Если Анна пыталась меня припугнуть, ей это удалось с лихвой.

— До истечения отведенного вам печатью времени есть неделя, подумайте, как следует, прежде чем принять важное решение, к тому же, подготовка к извлечению кристалла займет не меньше шести дней, — положил руку на мое плечо советник Вернин и слегка похлопал как бы приободряя.

— Сегодня было сказано достаточно, — приблизился ко мне Луцкий, его помощник, который все это время просто молча просиживал штаны, тут же подскочил на ноги. — Надеюсь, вы, госпожа Лувил, примите правильное решение.

Оба мужчины, более не задерживаясь, покинули кабинет, так же мгновенно ретировался и Виталик, окинув меня напоследок хмурым взглядом.

— Алекс, полагаю, мне не нужно говорить тебе, что вся услышанная тобой информация не должна покинуть стены этого кабинета, — ровным голосом произнес Вернин.

— Вы уже сказали, — хмыкнул охотник. Но после недовольного взгляда мужчины Алекс кивнул. — Я вас понял.

— Что касается вашей безопасности, София…

— Я этим займусь, — вызвалась Анна, перебив мужчину.

На что я и Алекс подозрительно переглянулись.

— Если у вас возникнут вопросы, а я уверен, что так и будет, обращайтесь к госпоже Полинской, она снабдит вас всей необходимой информацией, — заверил Вернин.

Правда при этих словах он та-а-ак красноречиво посмотрел на Белиал, что тут и дурак догадается: меня снабдят информацией, которая будет полезна ордену.

— Если хотите, можете осмотреться.

ГЛАВА 12

В зале заседаний никто задерживаться не стал. Советник Вернин вообще изъявил желание покинуть офис, а мы направились в комнату отдыха, где Жасмин оставалась в гордом одиночестве до нашего прибытия.

— Почему без меня ушел? — приглушенно возмутилась азиатка, наивно полагая, что кроме Алекса ее никто не услышит.

А вот охотник говорить шепотом и не собирался, громко и обвинительно воскликнув:

— Ты чем занималась? Приказа вздумала ослушаться? Тебе следовало лично сопроводить Софию к советнику!

— Второсортные охотнички так раздражают, — фыркнула Белиал, сверля ее укоризненным взглядом.

Игнорируя перепалку охотников, опустилась на мягонький диван. И только сейчас почувствовала, как онемение в ногах начало отходить. Во всем теле резко накатила тяжесть. Единственное, чего сейчас хотелось, это свернуться калачиком и ни о чем не думать.

Но кто же мне позволит?

— София, ты узнала, какой печатью обладаешь? Что за имя носит дух? А ранг? Решилась пополнить ряды дюжины? — посыпался шквал вопросов со стороны Жасмин.

Эта барышня порядком достала, ее голос и даже лицо сейчас раздражало.

— Жутко хочется его увидеть, призови артефакт…

— Послушай, — тихо, но убийственно зловеще начала я. — Может, оставишь меня в покое? У меня нет никакого желания отвечать на кучу твоих вопросов. Если советник Вернин сочтет нужным, ты обо всем узнаешь лично от него, — более спокойно продолжила, с большой неохотой поднявшись на ноги.

— Жасмин, возвращайся в универ, если появятся новости, я сообщу Дмитрию, — в приказном тоне проговорил Алекс.

Кивнув охотнику и окинув меня напоследок неприязненным взглядом, Жасмин покинула комнату отдыха, после и сам офис.

— Я приставлю к тебе две боевые тени, — нарушила Анна образовавшееся молчание. — Они часть меня, так что достаточно сильны. Не пугайся их, тени не причинят тебе вреда, но может возникнуть легкое неудобство при их перемещении.

Боевые тени? Неужели как та, что была у меня за окном в общежитии? Тогда кому она принадлежала?

— Спасибо, — отрешенно ей кивнула, все еще размышляя над возникнувшим вопросом.

— Могу провести для тебя экскурсию, — улыбнулся Данталион, коснувшись моей руки.

— Я поймаю такси и вернусь в общежитие, — спокойно ответила, ненавязчиво высвободив ладонь из цепких пальцев охотника.

— Будет лучше, если я тебя подвезу, — возразил Алекс.

Препираться не хотелось, к тому же, в данный момент с ним я чувствую себя в большей безопасности, чем если бы ехала одна.

— Будь осторожна, София, — доброжелательно пожелал Баал, широко улыбнувшись.

А с этим парнем мы могли бы стать отличными друзьями. Его искренние улыбки придают уверенности, он показался добрым и понимающим.

— Постараюсь, — впервые за это время я кому-то искренне улыбнулась, что отметил и сам Артем.

— Не переживай, мы все будем неподалеку, если тени Белиал засекут врага, печати не останутся в стороне, — заверил Данталион.

От их заботы ощущаю неловкость, ведь я собираюсь отказаться от артефакта.

— Пойдем.

Алекс ничего не говорил, даже когда мы ехали в машине продолжал сохранять молчание. К разговору я была не расположена, да и спросить не знала о чем, вопросов накопилось слишком много, поэтому просто отвернулась к окну и наблюдала за пробегающей уличной картинкой.

Яркие городские огни, люди, безмятежно снующие из стороны в сторону. Мелькающие магазинчики и бутики, рестораны и кафешки, завлекающие посетителей отведать вкусной еды.

Интересно, когда охотники сражаются с падшими, кто-нибудь из людей видит это? Не могут же они совсем ничего не замечать?

В общем, эту мысль я и озвучила.

— Во время стычек с падшими мы используем энергетическую завесу. Без нее любой сможет увидеть демона и оказаться, грубо говоря, в комнате с мягкими стенами или же в полицейском участке, доказывая, что видел пришельцев, а это собственно, повлечет за собой первый вариант, — хмыкнул Алекс. — Если же человек увидит бой охотника и падшего в завесе, то, выйдя за ее пределы, совершенно обо всем забудет.

— Правда?

— Да. В последнее время падшие все больше стали являть себя людям. И те, кто их видел, были поглощены и убиты ими. В мире по ту сторону от людей, — подчеркнул охотник, — действуют другие правила, иерархия у нас тоже своя. Есть советы, отвечающие за обе стороны, они регулируют правила, решают конфликты. Верхушка обычного человеческого общества также имеет в своих рядах асур, но их имена держатся в секрете от охотников второго и третьего рангов, — пояснил Алекс.

Что ж, это вполне ожидаемо.

— Как вы отличаете человека от асуры? — задала следующий интересующий вопрос.

— Со временем ты научишься это чувствовать. Конечно, орден использует более быстрый метод выявления — артефакт. Та книга со сферой планеты над ней, которую ты видела в кабинете советника Вернина своего рода ДжиПиЭс, он отслеживает и показывает местоположение сильных асур. Единственное неудобство это то, что имен он не выдает. Мы вычисляем место, а после наблюдаем за определенным участком. Рано или поздно они допускают ошибки, и вычислить их не составляет труда.

— А как насчет меня? — перевела на Алекса любопытный взгляд.

— Ты не использовала силу, — улыбнулся он. — Поэтому тебя бы в ближайшее время мы вычислить не смогли. Однако кто-нибудь из наших мог увидеть знак на твоей ладони и доложить об этом в орден. Спираль на теле носят только избранные, это знак того, что ты связана с артефактом.

— Но на твоем оружии тоже были символы, — вспомнила я.

— Да, охотники создают их сами, таким образом пытаясь запутать врага, не каждый падший рискнет напасть на избранного, — подмигнул Алекс.

— Умно. А как насчет глаз?

— Это мы, к сожалению, контролировать не можем, — пожал он плечами. — Если ты полукровка, как я, или избранная духом — твои глаза будут разного цвета. Это своего рода подтверждение твоей второй сущности. У меня стихий, у тебя древнего духа, — пояснил охотник.

Их мир словно отражение нашего, или, скорее, наоборот, мир, в котором живут люди — всего лишь отражение чего-то более великого. Они видят мир гораздо шире. Сражаются за свои принципы и идеалы, ставят на кон собственные жизни, защищая спокойствие ничего не подозревающего человечества.

— Возьми трубочку, тебе звонит любимый! — прервал мои размышления дотошный рингтон телефона.

Вытащив из сумки мобильник, с яростью отклонила вызов, быстро нашла контакт Макса и удалила, занеся его в черный список.

Вот бы так и в жизни, взял и удалил вместе с воспоминаниями то, что тебе причиняет боль. В телефоне его номера больше нет, но из собственной памяти так быстро стереть не получится.

— Твой парень? Почему не ответишь? — осторожно поинтересовался Алекс, бросив в мою сторону мимолетный взгляд.

— Между нами все кончено, — устало выдохнула я. — У него есть другая, к тому же, рядом со мной он будет в опасности, — тихо ответила, отвернувшись к окну.

Пусть голос и прозвучал безразлично, но боль от предательства во взгляде скрыть не удалось, ее-то Алекс и увидел в отражении окна, когда я наткнулась на его лицо.

— Пожалуйста, следи за дорогой, не хочу еще для полного счастья попасть сегодня в аварию, — с укором произнесла.

Прокашлявшись, охотник резко отвернулся, сосредоточив все свое внимание на вождении.

Продолжать разговор не было смысла, мне и эти полученные познания месяц усваивать предстоит. Так мы и прибыли к общежитию в полном молчании.

Я опасливо осмотрелась по сторонам, глубоко вдохнула и выдохнула.

— Не переживай, тени Белиал сейчас проверяют окрестности, ты не одна, — попытался успокоить Алекс, приободряюще похлопав по плечу.

— Спасибо, что подвез, — вымучено ему улыбнулась.

Алекс кивнул, а я нерешительно открыла дверь и вышла. Как только выбралась из тепленького салона машины, прохладный ветер заставил поежиться. Махнув на прощание охотнику, помчалась в общежитие.

И лишь захлопнув за собой входную дверь родименьких «апартаментов», смогла выдохнуть с облегчением. Еще несколько минут я подпирала стену коридора, пока восстанавливала дыхание от пробежки. И только после, бросив сумку на кресло, вошла в комнату, где переоделась в мягкую спортивную одежду и закуталась в теплый халат.

Несмотря на теплоту помещения, меня пробирал озноб. Тяжесть во всем теле накатила с новой силой. Желудок громко урчал и ругался, напоминая нерадивой хозяйке, что его давно не кормили. Поэтому первым делом следовало хотя бы перекусить. Пока электрический чайник кипятил воду, достала ореховое печенье и пару слоеных трубочек с отрубями. Это, конечно, не ужин, но лучше, чем ничего, меня сейчас и под дулом пистолета не вывести из комнаты. Так что перебьюсь тем, что осталось.

После пары кружек жасминового чая и съеденного печенья немного полегчало. Но воспоминания все время возвращали к пережитому ужасу. Взгляд то и дело падал на телефон, я постоянно ловила себя на мысли позвонить отцу и расспросить его о том, что узнала. Но всякий раз вспоминала слова Артема и желание пропадало.

Отец не в курсе о том мире, в который угодила его невезучая дочь. И я понимаю, почему он не рассказал о приюте. Ведь не кровные узы делают нас семьей, а любовь и забота, которыми мы были окружены. Но что теперь делать мне?

Если избавлюсь от печати, в конечном счете меня убьет какой-нибудь падший или отступник. А если соглашусь принять их сторону, моя жизнь больше никогда не станет прежней, я буду нести угрозу своим близким.

— Прежней? — услышала иронию в собственном голосе. — Разве она когда-либо станет прежней? У меня был бы шанс, если бы у ордена было устройство быстрой амнезии, причем так, чтобы на всю Москву сработало, — зло процедила сквозь сжатые зубы.

Несбыточные мечты вконец испортили настроение. Свернувшись клубочком на кровати, прикрыла глаза. В носу неприятно закрутило, набежавшие слезы сдерживала из последних сил.

— Нельзя впадать в уныние, — приказала себе. — Лучше подумать и решить, что делать дальше.

И вот когда первые мысли вертелись на языке, я резко подскочила на ноги, услышав громкий стук в дверь. Слезы высохли мгновенно, на смену им пришло беспокойство, а после и злость.

Если там снова пьяный бывший, живым он отсюда не выйдет!

Но стоило сделать шаг, как тут же замерла на месте, приглушенно вскрикнув. Тень, падающая на стену, значительно выросла, будто во мне два метра роста, после раздвоилась, а дальше и вовсе растворилась в свете лампы!

Вспомнив о помощниках Анны, выдохнула с облегчением. Но наткнувшись на очередную тень, чуть на месте не подпрыгнула и только после поняла, что эта принадлежит мне.

— Так и заикой недолго стать, — в изнеможении пробормотала, швырнув в собственный силуэт подушкой.

— София! — раздался громкий голос Анны.

— Белиал? — удивленно прошептала я, двинувшись к двери.

Что привело ее сюда?

«Не переживай, мы все будем неподалеку, если тени Белиал засекут врага, печати не останутся в стороне», — вспомнились слова Данталиона и сразу как-то поплохело.

Я в два шага оказалась возле двери, резко ее открыла и, ухватив оторопевшую охотницу за руку, быстро втянула ее в комнату.

— Их много?! — сорвавшимся голосом спросила, хотя и старалась говорить как можно спокойнее.

— Кого? — не поняла Анна, растирая запястье. — Ну и хватка у тебя, — раздраженно пробурчала блондинка.

— Падших! — слегка повысила голос.

— И что с ними? — переведя на меня напряженный взгляд, Белиал вопросительно приподняла бровь.

— Демонов спрашиваю много? — воззрилась я на нее.

— Конечно, много, — отмахнулась охотница и, сбросив ботинки, направилась в комнату. — А ты думала раз, два и обчелся?

— Неужели в одиночку справишься? — удивилась ее спокойствию.

— С чем?

Издевается?

— С демонами, чтоб тебя! — вспылила я. — Ты с ними в одиночку справишься? Разве помощь остальных печатей не понадобится?

Глаза охотницы на мгновение озадаченно округлились, а после, понимающе кивнув, блондинка подошла к столу и, не стесняясь, начала открывать шкафы и ящики.

— Ты что делаешь?

— У тебя валерьянка есть? — последовал серьезный вопрос.

— Валерьянка? — опешила я. — И каким макаром тебе валерьянка поможет? Демонов что ли отпугивает?

— Она не для демонов, — невозмутимо ответила охотница, продолжая копаться в моих вещах. — Она для тебя.

— Для меня? — выпала я в осадок.

— Ага, — утвердительно кивнула Белиал. — Сейчас залью в тебя пузырек-другой, может, успокоишься, перестанешь скатываться к состоянию истерии.

Я так и осталась стоять с открытым ртом, удивленно хлопая ресницами.

— Если здесь нет падших, тогда какого черта… — замолчав, попыталась успокоиться, глубоко вдохнув и выдохнув. — Зачем ты пришла?

— Так ты подумала, я примчалась спасать твою шкурку? — усмехнулась охотница. — А по первому взгляду и не скажешь, что лицемерка, — насмешливо продолжила Анна.

После моего непонимающего взгляда та, фыркнув, продолжила:

— Вступать в ряды дюжины ты не собираешься, но не против нашей защиты. Разве не в курсе, что это опасно, кто его знает, какой демон за тобой явится.

Вот и причина, по которой Белиал вызвалась обеспечить мне охрану. Вернее, обеспечить ее отсутствие.

— Я не просила меня защищать, — позволила себе благосклонный взгляд.

— Но и не отказалась от помощи, — резюмировала Анна.

— Орден защищает не столько меня, сколько артефакт.

— Посмотри на себя, — грубо бросила охотница, проигнорировав мое замечание. — Скоро свихнешься и в итоге сама себя угробишь, — Белиал небрежно бросила мою сумку возле своих ног и уселась в кресло. — Ты перестанешь испытывать страх, если научишься себя защищать, — продолжила она более миролюбиво. — Каждый из нас знаком с этим чувством, может, и сейчас с ним живет. Но мне помогло.

— Что?

— Осознание того, что при желании я могу развить свои силы настолько, что ни одна падшая шваль не сможет меня даже коснуться, — злорадно улыбнулась блондинка. — А теперь одевайся, — скомандовала она.

— Зачем?

— Работу никто не отменял, нужно выполнить задание, — пожала та плечами.

— И зачем тебе понадобилась я? — настороженно смотрю на поднявшуюся охотницу.

— Сейчас из дюжины никого поблизости нет, мои тени действительно уловили слабое присутствие падших, так что я решила взять тебя с собой, на расстоянии я тебя защитить не смогу, — пояснила Анна. — Пошевеливайся.

— Твоя работа заключается в уничтожении падших, — это был не вопрос, но Белиал все равно отстраненно кивнула. — Мне там не место.

— Я ведь сказала, тени уловили слабое присутствие падших…

— Если они слабы, артефакт справится и без твоей…

Когда меня со всей силы впечатали в стену, я вскрикнула не столько от боли, сколько от неожиданности.

Договорить не успела, как с руки Анны сорвалась пылающая красным пламенем цепь. Обжигающая сталь, принявшая форму ладони, цепко упиралась в ключицу, казалось еще немного и железо проломит мне кости.

Хватка слегка ослабла и резкая боль отступила. А Белиал вальяжной походкой приблизилась почти вплотную. Лицо охотницы исказило раздражение, а ярко-зеленый левый глаз окрасился в алый.

— Слушай меня внимательно, София, — ядовито выплюнула она. — Тот факт, что в тебе сидит одна из десяти печатей, силы тебе не придаст. Даже если артефакт вырвется на твою защиту, он будет занят падшим, в то время как другой пойдет по твою душу, — прищурилась Анна, в то время как цепь начала приносить уже нешуточную боль. — Раз уж решила, что жизнь тебе не мила, могу лично ее забрать, — оскалилась блондинка.

От тона, которым это было сказано, меня слегка передернуло.

«Асуры, избранные артефактом, не подчиняются закону не убивать», — милостиво напомнила память.

— Спасибо, обойдусь без твоей помощи, — остервенело прошипела. — Ни к чему устраивать здесь шоу, думаешь, после встречи с падшими меня может напугать созданное энергоматерией оружие или твой кровожадный оскал?

Меня по-прежнему пугает одна мысль о предстоящей встрече с падшим. Но сейчас передо мной пусть и не человек, но и не бездумный монстр, крошащий людей как салфетки.

— Клин клином вышибают, — в тон мне ответила охотница, весело улыбнувшись.

— Сработало, а теперь… отвали! — огрызнулась я.

— Как грубо, — наиграно скривилась Белиал.

Легкий взмах руки и цепи более не пытались сломать мне парочку костей, однако охотница не стала рассеивать материю.

— Не знаю как ты, но сомневаюсь, что остальные узнавшие о том, что они не люди были на седьмом небе от счастья! — раздраженно проговорила, оправив помявшуюся водолазку. — Я двадцать два года жила как человек. А теперь что, по-вашему, я должна делать? — не получив ответа, пришлось продолжить: — Не вижу ничего предосудительного в желании сохранить собственную жизнь, Белиал! Этот мир прекрасно существовал и без моего вмешательства. И даже если откажусь от печати, он продолжит существовать.

— От мира ничего не останется, если нас перебьют как скот, София, — холодно проговорила Анна, снова усевшись в мое кресло. А огненная цепь медленно парила вокруг охотницы. — Не думаю, что перегнула палку. Это, как ты говоришь, просто желание сохранить свою жизнь и мир, в котором я живу. Нам нужна твоя печать. Если ты откажешься, неизвестно, сколько еще нам предстоит ждать появление нового носителя. Ты поймешь, о чем я говорю, когда у тебя на глазах появится разлом. И то, что оттуда выйдет, пострашнее обычного падшего.

— Разломы?

— Да. Разлом в пространстве, потустороння дверь или демонический портал, ведущий на другую сторону, называй как хочешь. Это что-то вроде тени этого мира. И в той обители таится зло, которого этот мир еще видел, — мрачно выговорила Белиал, а после тяжело выдохнула, окинула меня уставшим взглядом и добавила: — Никто не сможет заставить тебя принять печать. Ты должна желать этого больше всего на свете, только тогда сможешь получить полноценную силу духа. Только лишившись страха, сможешь управлять ею так же легко, как дышишь.

— Зачем ты рассказываешь мне это? — подозрительно прищурилась я. — Продолжали бы и дальше повторять: если откажешься от печати — умрешь.

— Потому что это правда, — отмахнулась Анна. — Советник Вернин приказал показать тебе все прелести жизни избранной десятки, — фыркнула девушка.

— Метод кнута и пряника, — понимающе кивнула.

— Но я не стану этого делать.

Очередной легкий взмах руки охотницы заставил огненные цепи развеяться мириадами сверкающих искр.

— Как ты это делаешь? — не удержалась я от вопроса.

— Использую энергию духа, — смутно пояснила Белиал, а заметив мой все еще горящий любопытством взгляд, лукаво продолжила: — С силой артефакта, с твоей кровной энергией ты бы смогла творить невообразимые вещи. Взять в пример тех теней, что я к тебе приставила. Ты знала, что по одному твоему желанию они могут принять любой человеческий облик?

«Откуда бы я это узнала? Решила тут «магией» повыпендриваться, чтобы зародить во мне интерес? — мысленно усмехнулась. — А только что убить грозилась».

— Алекс рассказывал о возможностях чистокровных, — решила поделиться.

— Наш Саша отличается от остальных, можно сказать, он один такой в своем роде, — проворковала блондинка, бросив на меня уж очень странный взгляд. — За пару часов или дней тебе все равно не усвоить всего. Хватит с тебя на сегодня расспросов. Поторопись и собирайся, отвертеться не получится, — победно улыбнулась охотница, когда я вынуждена была согласно кивнуть.

Окинув напоследок наряд Анны, решила не выделяться и выбрать из собственного гардероба вещи темных тонов, ибо на ней были надеты черные кожаные легинсы, такого же цвета майка с глубоким вырезом и кожаная куртка.

Выбрав черные джинсы, темно-синюю рубашку и джемпер такого же оттенка, обернулась к все еще расслабленно сидящей девушке. Та явно не собиралась выйти и дать мне переодеться.

Спрятаться в ванной я передумала, заметив ехидную улыбку Белиал. И без особого стеснения сбросила теплый халат, спортивный костюм и надела принесенные из шкафа вещи. После завязала волосы в высокий хвост и направилась в коридорчик.

— Передумала? — скептично выгнула бровь, обернувшись к незваной гостье.

— Что ты, — хмыкнула Анна, поднявшись на ноги.

ГЛАВА 13

У входа в общежитие меня ждал новый сюрприз, когда охотница подошла к спортбайку черного цвета, взяла темно-синий шлем и протянула его мне.

— Да ты издеваешься, — сквозь зубы процедила, во все глаза рассматривая стального монстра.

— Передумала? — милостиво поинтересовалась она, надев шлем.

— Что ты, — продолжила в том же тоне.

— Тогда поторопись, — раздраженно протянула Белиал, бросив мне второй шлем.

Поймала по инерции, зло уставилась на Анну и, стараясь не шипеть, спросила:

— Может, такси или на автобусе?

— Садись на байк, если не хочешь бежать следом.

Острый порыв огреть ее этим самым шлемом подавила с трудом. Глубоко вздохнула и, надев экипировку безопасности, уселась позади Анны.

— Держись крепче.

Мотор спортбайка взревел, трогаясь с места. Как я и подозревала, поездочка получится с ветерком, ибо она не стеснялась выжимать огромную скорость. Огни города превратились в мелькающие всполохи, звуки различались только шумом проезжающих машин.

А когда мы проехали уже где-то двадцатый светофор зеленного, я поняла — это неспроста. До самого конца пути мы ехали только на зеленый свет, словно светофоры состояли только из одного цвета. И скорость охотница сбавила, лишь подъезжая к огромному зданию из светлого кирпича.

Этим зданием оказался известный ночной клуб «Фараон». Очередь, которая тянулась к двустворчатым дверям с пятью огромными амбалами в роле секьюрити, была, наверное, метров в двадцать.

Отобрав у меня шлем и оставив его рядом со своим на байке, Анна направилась в противоположную сторону от начала очереди. Говорить ей о том, что она перепутала направление, не стала, думаю, и так понятно, что у такой, как Анна, точнее, у такой, как Белиал, есть свои привилегии. Да и речь шла о работе, мы ведь сюда пришли за этим, верно?

Огромных габаритов мужик прошелся по Анне сальным взглядом, расплылся в подобии приветственной улыбки и прогремел:

— Сладкой ночи, леди! Давненько вы нас не навещали.

Белиал презрительно фыркнула, положила руки на бедра и с издевкой произнесла:

— Моя работа посложней твоей будет, да и от вашего заведеньица с сомнительной репутацией каждый раз передергивает, Бобби.

Я невольно отступила на шаг назад, когда лицо мужчины расплылось в глумливой ухмылке, да так расплылось, что лыба на пол-лица демонстрировала череду громадных острых зубов. Анна не то что невежливо ответила, она пыталась унизить, еще и с брезгливым выражением на лице. Я уж подумала, сейчас ее по стеночке размажут, но нет, охранник только рассмеялся.

— А это кто? — воззрился на меня громила.

— Новенькая, — сухо ответила Белиал.

— Что ж, приятного вечера, дамы, — пропустили нас внутрь, распахнув увесистые двери.

В этом клубе мне не довелось побывать и знаю о нем только по рассказам бывшей «подружки». В дорогом заведении повсюду развешаны расписанные узорами высокие зеркала в золотых рамах, бархатная обивка на каждом шагу. Помимо основного зала с танцполом и красными диванчиками есть еще второй этаж и отдельные помещения для отдыха. Небольшие фонтанчики и высокие живые растения.

За барной стойкой работают самые известные бармены Москвы, устраивая невероятные шоу. Клубная музыка известных ди-джеев на всю громыхала в неоновом зале клуба.

— Нам сюда, — кивнула Белиал в сторону красного коридора, который находился в противоположной стороне от всего, что я перечислила.

— Зачем мы пришли в клуб? Падшие не прочь потанцевать? — язвительно поинтересовалась. — Я была уверена, что ты притащишь меня на какое-нибудь заброшенное кладбище или в другое подобное место.

— Я, по-твоему, за зомби охочусь? — скептично выгнула бровь охотница.

— А они существуют? — не удержалась от вопроса, хотя понимала, как он звучит.

После серьезно-утвердительного кивка Анны я чуть с полом не поздоровалась, но вовремя ухватилась за бортик и предотвратила падение.

— Правда? — подозрительно сощурилась я, заметив, как дрогнули уголки ее губ.

— Нет, конечно, — фыркнула блондинка, окинув меня насмешливым взглядом.

Выскочка! Она с Дианой сговорилась, что ли?

— Хотя мертвецы вполне реальны, — помедлила охотница.

— И как это понимать?

— Упыри, — просто ответила Анна.

На сей раз удивляться или спотыкаться на ровном месте я не собиралась, как, впрочем, и верить ее словам.

— Ну и где бледненькие отдыхают? — решила ей подыграть.

— В темных подворотнях, охотясь и разрывая своих жертв на куски, — ледяным голосом проговорила Белиал. От ее выражения у меня холодок по спине пробежался. — Вампиры омерзительные существа, как внешне, так и внутренне. Неконтролируемые монстры, утоляющие свой вечный голод. Те, кто не подчиняются правилам и законам нашего мира, подлежат уничтожению. Упыри подчиняются лишь одному инстинкту — убивать. Несмотря на немаленькие габариты эти твари очень быстры и сильны как демоны. Новичкам с ними не справиться.

Значит, такие монстры и вправду существуют, Анна не лжет.

Когда мы вышли за поворот, у черной, как смоль, двери стоял высокий парень с ошейником на шее.

Злобный взгляд лишь на мгновение скользнул по Белиал, а после он без лишних вопросов склонился перед охотницей и распахнул дверь, за которой оказалась лестница, ведущая глубоко вниз.

— Что за правила и законы? — задала вопрос, решив продолжить разговор.

— Совет ордена устанавливает правила для иной стороны мира, — без промедления ответила Анна, начав спускаться вниз. — Самые простые: не показывать людям свою настоящую сущность, не использовать на их глазах силу без завесы и не убивать их. Те, кто не подчиняются этим правилам, получают статус трупа. Однако нарушения по первым двум правилам могут быть рассмотрены на заседании старейшин, а нарушители оправданы и получить второй шанс, а вот за нарушение третьего — смерть без суда и следствия, — серьезным тоном сообщила Белиал. — И неважно: избранный ты или охотник второго и третьего ранга, если советники узнают, что ты в свое удовольствие лишил человека жизни, тебя постигнет та же участь. Естественно, это касается только охотников.

— Вот как.

Тогда как насчет Марины? Падший утверждал, что охотницу убили ее собственные соратники, те, на кого работает Алекс. Советник Вернин, советник Луцкий, причастны ли они к смерти Набиной? Или демон лгал?

— Анна.

— Что? — взявшись за ручку двери, обернулась охотница.

— Как думаешь, кто на самом деле убил Марину? — я внимательно всматривалась в лицо Белиал, стараясь уловить изменение в мимике, но заметила лишь гнев в глазах.

— Догадки без улик не имеют силы, — спокойно ответила она. — Марина была непростой личностью. Черт знает, что творилось в ее голове, но наши взгляды на жизнь и его устройство не совпадали.

Хм… неожиданный поворот.

— Это могли сделать те, на кого вы работаете? — осторожно уточнила я.

Анна нахмурилась.

— Не стоит тебе влезать в это, София, — в голосе охотницы зазвенел металл. — Для начала стань частью моего мира, а уже потом будешь совать свой миленький носик, куда тебя не просят, — туманно продолжила Белиал.

Мне сейчас тонко намекнули, что моя догадка может оказаться верна и в смерти Марины, а точнее, в ее убийстве могут быть замешаны советники?

— У тебя есть дела поважнее смерти незнакомки, — скупо обронила охотница и, повернув ручку, распахнула дверь.

Место, в котором мы оказались, напоминало подпольный игровой клуб. Дым от сигар резал глаза, множество столов, где посетители играли в карты, кости и другие виды настольных игр. В стороне около круглой арены с высокими металлическими решетками стояло немалое количество людей, наблюдающих за поединком между двумя огромными демонами.

Толпа ревела, слышались одиночные выкрики типа: «Добей его уже!», «Я на тебя ставку сделал, урод, отыгрывай мои деньги!».

Черные изуродованные тела падших, горящие ненавистью красные глаза, и те же самые ошейники, что и на работниках в офисе ордена.

Эти демоны бились насмерть. Падший с шипастым жалом на конце длинного хвоста проткнул своего противника. И тот, упав навзничь, захлебывался густой черной кровью, пока его тело сгорало в темно-синем пламени.

Половина толпы ликующе взревела, другая часть, плюясь, не сдерживалась в крепких выражениях.

Несмотря на то, что это падшие, мне стало противно. Они используют демонов как развлечение!

Обернувшись к Белиал, заметила в ее глазах клокотавшую ярость и отвращение. Видимо, охотнице были чужды местные развлечения. Отвернувшись от арены, Анна двинулась к барной стойке, где стоял человек в длинном темном плаще с глубоким капюшоном, скрывавшим его лицо.

— Выставленный Урхом демон снова проиграл, — подал голос незнакомец. — Пришла к информатору, Белиал? — поинтересовался он. Анна коротко кивнула. — Кто твоя спутница?

— Сейчас у нее нет имени, — сухо отозвалась охотница.

— Безымянная, значит, — задумчиво протянул незнакомец.

На меня внимательно посмотрели, слегка отодвинув капюшон назад. Но я смогла увидеть лишь смутные очертания и горящие фиолетовым цветом глаза, его лицо по-прежнему было скрыто темной дымкой.

«Магия?» — предположила я.

— Заган здесь? — заслонила меня собой Белиал.

Незнакомец на ее жест только фыркнул и кивнул, отвечая на вопрос охотницы.

— У тебя что-нибудь есть для меня?

На этот раз последовал отрицательный кивок и скупое:

— Заходи через пару дней.

— Непременно.

Подтолкнув меня вперед, Анна двинулась в сторону светлых колонн. Я, молча, следом, напоследок обернувшись к мужчине в капюшоне, оказалось, он тоже пристально за мной наблюдал.

— Кто он такой?

— Темный маг, — пояснила Белиал, разыскивая кого-то в толпе. — Он не такой, как Алекс, с ним стоит держать ухо востро, — предупредили меня. — Подожди меня здесь и никуда не уходи, — скомандовала охотница.

Я и возразить не успела, как Анна исчезла из моего поля зрения.

— Просто идеальное решение оставить меня одну в окружении обитателей другой стороны! — прошипела я, облокотившись о колонну. — Зачем вообще взяла с собой?

Мне оставалось лишь настороженно наблюдать за снующим народом. С виду обычные люди, а на деле человеческие мифы и персонажи фэнтезийных романов. Не хочу я становиться частью их мира, вот только мысль, что меня убьют, как только печать покинет тело, очень напрягала.

Да и от этого места не по себе, чувствовалось странное давление, а сигаретный дым продолжал резать глаза.

— У них нет вентиляции? — пробормотала, двинувшись к небольшому окошку.

Этого оказалось недостаточно, чтобы скрыться от назойливого тумана. Глаза искали выход из ситуации и наткнулись на светло-серую дверь. К ней, закрывая нос, я и пошла, пока во что-то не врезалась.

Опустив взгляд, увидела девочку в черном деловом костюме. На вид ей было около двенадцати лет, а костюмчик смотрелся очень миленько и комично. Потирая ушибленный нос, та подняла на меня глаза. Я даже отшатнулась, встретившись с полным злости, источающим ненависть взглядом.

Она была похожа на фарфоровую куклу. Красивая светлая кожа, румянец на щеках, ярко-алые губы. Большие зеленые глаза, обрамленные пушистыми ресницами. Длинные светло-русые кучерявые волосы спадали на спину девочки. Маленькая и хрупкая. Действительно похожа на ангелочка… похожа, но…

— Куда прешь? — выдал, собственно, ангелочек. — Не знаешь простых правил приличия? Если кого-то сбиваешь, потрудись извиниться! — меня с ног до головы окинули уничтожающим взглядом.

«Здесь нет людей, — любезно напомнили мысли. — Она может оказаться падшим или другим опасным существом!».

— Ты немая? — с усмешкой спросила девочка.

— Нет, — сухо отозвалась я. — Прости, не видела тебя.

— Что-то я ноток раскаяния не слышу, — едко заметила она.

«Я под защитой Белиал», — хотелось мне сказать.

Печать на ладони слегка потеплела, и эта идея отпала сама собой. Появилось странное чувство защищенности.

Решив, что лучше просто уйти, я так и поступила, направившись к двери. В спину донеслось грозное «Эй!», но было проигнорировано. Повернув ручку, вышла на долгожданный свежий воздух, жадно хватая его ртом, глубоко вдыхая и выдыхая, и так несколько раз, пока не закружилась голова.

Я оказалась на заднем дворике. Небольшой участок пустынной земли. В стороне стояло несколько контейнеров, а дальше сеточная решетка, за которой кроме темноты больше ничего не было видно. И это было странно, ведь мы спустились достаточно глубоко вниз, тогда как же я смогла выйти на открытую местность?

Сильный порыв ветра заставил съежиться и оставить этот вопрос на другой раз.

К тому же все мое внимание привлек высоченный, широкий в плечах и закутанный в огромный плащ человек, вышедший из той мглы.

Тяжелым шагом неизвестный двинулся в мою сторону. И только когда тот достаточно приблизился, я смогла рассмотреть огромную клыкастую пасть, из которой вырывались клубы пара, горящие кроваво-красные глаза…

Падший!

Существо стремительно сократило между нами расстояние, но, словно не заметив замершую в оцепенении меня, направилось к двери и даже уже взялось за ручку, когда то, что сложно назвать лицом резко повернулось в мою сторону.

Я вовремя прикрыла рот рукой и смогла сдержать крик, в эту же секунду тени вырвавшиеся из моей собственной, быстро заслонили собой, будто стеной. Прозрачные дымки пошли рябью, когда существо приблизило свое скрывающееся под капюшоном лицо ко мне. Послышались глубокие вдохи, словно он принюхивался. Но уже через мгновение повернулся к двери и стремительно за ней скрылся.

Полупрозрачные дымки медленно растворилась, вернувшись на прежнее место. Должно быть, это те тени, которых Белиал приставила для моей охраны. Что ж, со своей задачей они справились на ура.

Немного отдышавшись, я поспешила вернуться обратно, все же столкнуться лоб в лоб с демоном на глазах у Анны куда лучше, чем один на один, не зная как защититься.

Вбежав в помещение, я резко зажмурилась от яркой вспышки, однако слух уловил громкие крики и грохот. А после и воочию увидела творившийся хаос и настоящий погром.

Посетители бросились врассыпную, пытаясь укрыться от падшего, что недавно вошел в помещение. Демоны, ожидающие своей очереди к поединку, оказались на свободе, со всей ненавистью нападая на своих хозяев и зрителей.

Взглядом попыталась отыскать Белиал, но охотницы нигде не оказалось. Я изо всех сил старалась не паниковать, но стремительно направляющийся падший, выбил всю уверенность. Не успела я добежать до барной стойки, как демон больно ухватил за волосы и рывком впечатал меня в пол.

В глазах моментально потемнело. Воздух болью застрял в легких, в ушах звенело. А голова в буквальном смысле могла расколоться как орех, из-за того, что этот урод давил ее своей ножищей.

Когда печать на ладони стремительно потеплела, намереваясь явиться на мою защиту, я накрыла ладонь второй рукой.

— Не появляйся! — во все горло прокричала.

Знак стремительно раскалился, да так, что оставил на второй ладони сильный ожог. Однако дух не ослушался приказа.

Если артефакт сейчас себя явит, произойдет то, о чем говорила Анна. Пока дух будет разбираться с одними, другие разорвут меня на части. А если и выживу, на меня объявит охоту каждая живая и мертвая тварь!

— Но ведь я сейчас и вправду умру! — еле слышно прохрипела.

Боковым зрением увидела темного мага, того самого с которым разговаривала Анна. Он стоял, лениво опираясь о барную стойку, и наблюдал за тем, как демон пытается раздавить мне голову.

Поражаться поведению незнакомца я не стала, боль становилась невыносимой, но своими криками я решила никого не радовать, поэтому стиснув зубы до боли, попыталась дотянуться до разбитой бутылки. А ухватившись за горлышко, со всей силы вонзила ее в ногу демона.

Взвыв от боли, падший отпрянул в сторону, дав мне возможность подняться. Кинжал, лежащий возле стойки, я заприметила перед тем, как меня повалили на пол, поэтому туда, собственно, и бросилась в попытке завладеть хоть каким-то оружием.

А демон, выдернувший осколок стекла из ноги, бросился следом за мной, но путь ему преградил другой несчастный, на которого тот и набросился. Однако жертва падшего оказалась сильнее, и уже через несколько минут он сгорал в черном пламени.

ГЛАВА 14

— Смогли пробраться в такое место, — лениво протянул чертов маг.

Я злобно уставилась на сволочь, которая наблюдала за моей несостоявшейся гибелью, но порыв моего гнева ничуть его не испугал.

— Считал, ты в состоянии справиться самостоятельно, если учесть компанию, с которой ты сюда заявилась, — самодовольно пояснил свое безучастие незнакомец.

Это оправдание такое? Мол, я в тебя верил?

— Где Анна? — спросила, растирая горло. — Белиал, где она? — исправилась я, почувствовав замешательство мага.

— Вероятнее всего, закрывает разлом, — пожал тот плечами.

Так она сюда за этим пришла? Или…

От размышлений отвлек сильный взрыв, потом еще один. Демонов стало куда больше чем раньше.

— И откуда только набежали? — опешила я.

В то время как один из столиков своим телом снесла та самая девочка, на которую я наткнулась. Несколько падших тут же двинулись в ее сторону. А маг самозабвенно продолжал наблюдать, как один из них поднял ее, ухватив за горло.

Помощи ей было ждать неоткуда. Пусть не человек, но ведь ребенок! На ней нет ошейника, и если бы она была демоном, уже давно бы сбросила оболочку и сражалась в истинной форме. Это просто ребенок, возможно, асура, маг или другое существо, но ведь ребенок!

Ноги сами собой двинулись в ее сторону, не обращая внимания на орущую логику.

Благодаря урокам фехтования я была достаточно неплохо натренирована, двигалась быстро и проворно, однако против падшего это ничто. Я понимала насколько плачевно мое состояние. По сути дела, сейчас я просто человек, силой асуры никогда прежде не пользовалась, энергоматерией и подавно. Но все же взяла и набросилась на второго демона собравшегося нанести ей удар в спину, пока первый продолжал держать за шею.

Несколькими выпадами нанесла глубокие раны кинжалом, на этом все.

— Да-а-а, этим ребятам понадобится зубочистка, когда они нас сожрут, — сорвался с губ истеричный смешок.

Тот стол, который сбила девчонка, я проломила. Вернее, меня швырнули в него как куклу, будто бы я ничего не вешу. Боль электрической цепочкой прошлась по всему телу, крик сдержала, слезы нет. И пока пыталась разглядеть что-то за черными пятнами, надо мной навис падший.

Из последних сил замахнулась и воткнула кинжал в глаз демона. Тот дернулся и отскочил. И вдруг над нами пронесся резкий порыв ледяного воздуха, молниеносное движение, и голова падшего покатилась по полу. Другой уже начал растворяться в черном пламени. А девочка резким взмахом руки отвела в сторону длинный прозрачно-красный меч, оставивший на полу дугу из бордово-черной крови.

Оружие напоминало шотландский клеймор, больших размеров меч. Он был даже больше ее самой! На стали ниже рукояти мерцала спираль. Такой же знак светился возле колена за разодранными штанами. Разноцветные глаза, один зеленый, другой розовый.

Она охотница! И не просто охотница, одна из десяти печатей!

— Я Заган, мерзкие отбросы! — брезгливо обронила девочка. — Такие слабаки решили выступить против королевской печати?!

— Судьба бывает крайне жестокой, — прошептала я. — Ребенок не должен охотиться на демонов.

— Эй, ты! — раздраженно бросили в мою сторону. — У тебя с головой порядок?

Я уж было хотела кивнуть, подумав, что она видела, как демон пытался разломить мне череп, но откровенно насмешливые нотки в последнем вопросе дали понять — это не порыв беспокойства.

— Зачем полезла спасать, если о себе толком позаботиться не можешь?

Довольно неуклюже поднявшись на ноги, поскольку они плохо меня слушались после случившегося, я спокойно ответила:

— Хотела помочь ребенку.

Подвальное помещение почти полностью опустело, остались лишь раненные, несколько мужчин в форме охранников и явившийся Артем Химис! Ему я действительно обрадовалась и уже было хотела рвануть навстречу, как в горло уперлось острие меча.

— Очевидно, ты новенькая, в силу этого повторю только один раз. Охотникам первого ранга следует выказывать уважение печатям! К слову, я еще и твою жизнь спасла, — язвительно выдала «куколка», снисходительно так на меня поглядывая.

— Премного благодарна, — гулко сглотнула, аккуратным движением отодвинув от себя меч.

Поведение неблагодарной охотницы первого ранга, то есть меня, заставило лицо малышки вспыхнуть от гнева, но прежде чем ее меч пронзил мне горло, дорогу ей преградил Артем.

— Какого черта ты забыла в этой дыре?! — выпалил он, совершенно не сдерживая ярость.

Всего за каких-то несколько дней я пережила самые страшные моменты в жизни. Каждая клеточка моего тела ныла от боли, ноги еле держали «удачливую» хозяйку. Голова раскалывалась так, будто ее зажимали стальные тиски, не говоря уже о бардаке вместо слаженных мыслей. В данный момент хотелось просто закричать во все горло и вдоволь поплакать. Я не намерена слушать чьи-то претензии, когда упрекать за сложившуюся ситуацию следует точно не меня.

— Баал, — осипшим голосом позвала его по имени печати, учитывая, что произошло с магом, здесь не знают настоящих имен охотников. — Ты опоздал, — только и сказала, шмыгнув носом.

Суровое выражение Артема смягчилось, в глазах появилось сочувствие. Это послужило неким толчком. Подавшись вперед, уткнулась носом в грудь парня, но слезы продолжала старательно сдерживать.

— Кто тебя сюда привел? — спросил он, обнимая и поглаживая меня по волосам.

— Белиал.

— Испугалась? — я честно кивнула. — Сильно ранена?

— Не сильно… синяки, ссадины, может, пару ребер сломано, а еще печать сопротивлялась, оставила подарочек в виде ожога, — недовольно забурчала в ответ.

Меня легонько отстранили, окинули с ног до головы скептичным взглядом и с укором произнесли:

— Это, по-твоему, не сильно?

— Баал, подружку не представишь? — напомнила о своем существовании Заган.

— Это София, — обернулся Артем, продолжая удерживать меня за плечи.

Предположу, отпусти он меня, я прямо тут на полу и улягусь.

— Она последняя из десяти, — приглушенным голос пояснил Баал.

Заган вовремя остановила порыв прокричать чрезмерно удивленное «Она?!». Такая реакция, кстати, начинает самую малость раздражать. Я, конечно, не рвусь пополнить их ряды спасителей мира, но все же…

— Почему печать тебе навредила? — нахмурился Артем, переведя тему разговора в интересующее его русло.

— Дух пытался вырваться, но я не позволила, поэтому меня и обожгло, — объяснила ему. — Покажись он ныне собравшейся публике, на меня бы наверняка все демоны скопом накинулись, — поморщилась я, старательно выгнав эту картину из воображения.

— Какая сообразительная, — с понимающим видом кивнула Заган.

Интересно, как ее зовут на самом деле?

— Чем думала Белиал, когда притащила несостоявшуюся печать к сборищу демонов? Я начинаю склоняться к тому, что цвет ее волос выел остатки мозга, — язвительно выпалила девочка.

— Разлом закрыт, — послышался далеко нерадостный голос Анны. — Баал, будь так добр, выясни, какого черта делает северное подразделение? Почему не следишь за своими охотниками? — сердито поджала губы Белиал, не скрывая раздражения и злости.

— Я уже отправил группу разобраться с этим, — сухо отозвался Артем. — А ты потрудись объяснить, какого черта здесь делает София?

За время нашего знакомства он впервые открыто выражал к кому-то свою неприязнь.

— А что мне оставалось? У вас у всех возникли неотложные дела, когда у меня три задания, нетерпящих отлагательств, — разозлилась Анна. — Не могла же я оставить ее одну в общежитии.

— Зато здесь оставила, — невзначай добавила Заган, подлив масла в огонь.

— Что-то никто из вас не рвался закрывать разлом. Если бы король севера выполнял свою работу как следует, он бы и не появился! — отрезала Белиал, бросив убийственный взгляд в сторону Баала. — Я успела в последний момент, перед тем как появились отступники!

Только сейчас я заметила, что с ее руки капает кровь.

— Одному все же удалось вырваться, но я успела его устранить, — мрачно выговорила охотница.

Так она получила эту рану, когда закрывала разлом?

— Отступники? — прищурилась Заган. — В таком месте?

— Кто они такие? — решилась я на вопрос.

— Предатели, — перевела на меня Заган тяжелый взгляд. — Асуры-отступники, те, кто смешал свою кровь с демонической. Эти твари довольно сильны, настолько, что смогли с минимальными отклонениями сохранить человеческий облик, — пояснила она. — Правда, такие вот эксперименты переживают единицы, и, к нашему несчастью, двое из десяти печатей входят в их число, — невзначай добавила охотница, пожав плечами.

— Это не оправдывает тебя, Белиал, — вернулся Артем к недавнему спору, прежде чем я успела задать вопрос.

— А вот я считаю, София здесь вовремя оказалась.

Я, как и остальные, в изумлении уставилась на Белиал. Меня здесь чуть не прикончили, а для нее это плюс?

— Наглядный пример того, что с тобой будет, если избавишься от печати, София. В одиночку тебе не выжить, — мрачно изрекла Анна, окинув меня каким-то странным взглядом.

Тело против воли меленько задрожало. Почувствовав это, Артем сильнее сжал мои плечи, как бы успокаивая.

— Собираешься избавиться от печати? — отстраненно пробормотала Заган. — Ненормальная, что ли?

Сил объяснять и спорить просто не осталось. Поэтому я молча проглотила выдвинутый диагноз, а вот Артем послал охотнице более чем остервенелый взгляд.

— В таком случае я согласна с Белиал, — уверенно кивнула девочка.

— С каких это пор ты с ней соглашаешься, Заган? — скептично вскинул бровь Артем.

— А ты так не думаешь? — ее искреннее удивление привело в замешательство. — Воспоминания сказываются или, быть может, скрытая вина? — прищурилась малышка.

— Заткнись, Заган, это здесь ни при чем, — грубо обронил охотник.

Предупреждающий взгляд парня девочка проигнорировала, но продолжать не стала. Однако Артема не на шутку разозлила ее выходка, хотя я и понятия не имею, что подразумевала Заган под «виной» или «воспоминаниями», но Баал не на шутку разозлился.

— Сомневаюсь я, что кто-то из нас захочет стать ее нянькой, — недовольно продолжила она, все так же игнорируя клокочущую во взгляде Артема злость. — Или ты собрался охранять Софию всю ее жизнь, двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю? — цинично проговорила мелкая хамка.

Не будь это правдой, я бы разозлилась. Никто не станет рисковать своей жизнью ради моей. И что касается охраны двадцать четыре часа в сутки, я бы такого просто-напросто не выдержала, быть под постоянным присмотром это жутко.

— Да после этой демонстрации любой будет в шоке. София еще не приняла решение, зачем все усугублять? — обозлился Артем, переводя свирепый взгляд с Белиал на Заган.

— Своему подразделению спасибо скажешь. Это они не сдержали разлом, — в тон ему ответила Анна.

— Тебе не следовало приводить ее сюда, — парировал охотник.

— Что-то ты совсем разошелся, — заметила Заган, внимательно наблюдая за поведением Артема.

И то, что она видела, ей явно не нравилось.

— Куда же подевалось твое хладнокровие, Баал? — нахмурилась малышка, с укором поглядывая в мою сторону.

На ее замечание Артем только презрительно фыркнул.

— Белиал права, — примирительно начала я.

— София? — удивленно выгнул бровь охотник. — Тебе не нужно… — продолжил он, но я перебила.

— Это была наглядная демонстрация моих способностей. Я постараюсь принять решение как можно быстрее, — произнесла со всей серьезностью.

— Раз тут разобрались, пожалуй, откланяюсь, — усмехнулась Анна. — Оставляю Софию на вас, ребятки.

— Эй, Белиал! — гневно прокричала Заган.

Но на крик девочки Анна лишь помахала рукой из-за спины.

— Чертовка! — зашипела та вдогонку.

Вначале я предположила, что сегодняшние события дело рук Анны. Думала, она таким образом, решила запугать меня и подтолкнуть к принятию печати. Однако теперь понимаю, что ошибалась. Анна не стала бы рисковать своей жизнью, чтобы что-то мне доказать.

— Заган…

— У меня дел по горло! — огрызнулась девочка, не дав Артему договорить.

— Твоя охрана куда эффективнее теней. К тому же мне нужно разобраться с отрядами. Разлом не смогли предотвратить не только здесь, — приглушенно заговорил охотник. — Сменю тебя утром.

— Чем они, черт возьми, занимаются? — возмутилась Заган.

— Это я и собираюсь выяснить.

— Прошу тебя, Заган, лишь до тех пор, пока не истечет отведенное мне печатью время!

Гордость в нынешнем обстоятельстве это роскошь, ей в данной ситуации не время и не место, жизнь куда важнее.

— Очень тебя прошу, — со всей искренностью произнесла.

Заган нахмурилась, буравя меня и улыбающегося Артема недовольным взглядом изумрудных глаз.

— Возьмешь на себя мои ночные патрули, — сдалась девочка, шумно выдохнув.

— По рукам, — тут же согласился Артем.

— Отвези Софию к Диане, пусть обработает ее раны. После можете возвращаться в общежитие.

— Только давай без приказов, — поморщилась охотница.

— Это просьба, — незамедлительно исправился Артем.

ГЛАВА 15

Он провожал нас взглядом до тех пор, пока машина с шофером Заган не скрылась за переулком.

— Не слишком пользуйся добротой Баала, — сердито поджала губки Заган.

— Я и не думала, — постаралась ответить спокойно, но возмущенные нотки в голосе все же проскользнули. Когда это я пользовалась? — Разве Артем не ко всем так относится?

— Нет, — фыркнула она. — Баал действительно добр, но его доброта к чужакам ограничивается спокойным разговором и возможно согласием на ту или иную просьбу, если в ней он сможет получить собственную выгоду. Ты совсем другое дело.

Вопросительно приподняв бровь, уставилась на нее в немом вопросе.

— У Баала была младшая сестра, — помедлила охотница. — Ее убили после нескольких месяцев, как Артем получил печать. Он не смог ее защитить и сам наверняка бы погиб, если бы его не спас Агарес. Он один из первых завербованных печатей.

Артем упоминал, что первый год даже себя не мог защитить, не говоря уже о других. Должно быть, тяжело ему жить с чувством вины.

— Агарес… он герцог среди печатей, — вспомнила я.

— Верно, — кивнула Заган, довольная моими познаниями. — А среди простых смертных Агареса знают как Владимира Орисона, — невзначай добавила охотница.

— Один из крупнейших акционеров? Тот самый Владимир Орисон? — изумилась я. — Он избранный асура?

— Да. Агарес помогает многим из нас. Но излечить душевную травму Артема ему не удалось. Внешне ты чем-то похожа на сестру Баала, — тихо продолжила она. — Даже слишком. Возможно, он видит ее в тебе, поэтому так относится.

— Можешь не волноваться, я не причиню ему вреда, — попыталась заверить охотницу, на что последовало сердитое:

— Твоя охрана может каждому из нас дорого обойтись, София.

Возразить мне было нечего. Заган абсолютно права. Каждый, кто приблизится ко мне, будет в опасности.

Сколько демонов смогло почувствовать во мне избранную асуру? Сколько сейчас следят за нами? Неужели у меня нет другого выбора, кроме как стать охотницей? Всю оставшуюся жизнь сражаться и рисковать жизнью ради тех, кто даже не подозревает о существовании другой стороны мира?

— Осторожней! — прикрикнула Заган на резко затормозившего шофера.

— Простите, госпожа, внезапно красный загорелся, — пролепетал… демон!

«Конечно! Куда ж без них?», — застонала я от досады.

Дальше пришло немалое удивление. Легкий взмах руки и с пальцев Заган сорвался мерцающий голубоватый туман. Дымка стремительно просочилась в окно, метнувшись в сторону светофора, на котором тут же загорелся зеленый.

Я определенно была права. Анна проворачивала тот же трюк, когда мы ехали к клубу «Фараон».

— Можно вопрос? — перевела я на девочку внимательный взгляд.

— Давай, — пожала та плечами.

— Как тебя зовут?

— Заган, — незамедлительно ответила охотница. — У тебя проблемы с кратковременной памятью? — искренне поинтересовалась она.

— Я не об имени печати, — сдержанно пояснила, стараясь не шипеть.

— Наташа Мидон, — представилась Заган, с насмешкой наблюдая за моими потугами сохранять спокойствие.

Мидон? Знакомая фамилия, где-то я уже слышала… Погодите!

— Ты дочь главы благотворительного фонда Рональда Мидона? — ошарашенно воскликнула.

— И? — сохраняла та непроницаемое выражение.

— Да так… — нервно ей улыбнулась.

«Еще одна богачка», — шумно выдохнула я.

Помимо крупной корпорации, благотворительные фонды ее семьи разбросаны по всему миру. Они делают жизнь людей лучше. Фонд Мидон дает надежду тем, кто в ней отчаянно нуждается. А я еду в одной машине с единственной наследницей Рональда Мидона.

— Заканчивай так пялиться, раздражает, — цыкнула Наташа, заметив на себе мой пристальный взгляд.

— Твой отец действительно хороший человек.

— Знаю, — хмыкнула Заган.

Но ее улыбка вышла довольно грустной. Сомневаюсь, что Наташе удается видеться с отцом так часто, как ей бы того хотелось.

— Прибыли, — возвестил объект моих кошмаров.

В этот раз машина затормозила плавно. Демон немедля поспешил открыть дверь для Наташи, и пока он был занят своей госпожой, я решила выбраться самостоятельно, только вот дверь открылась раньше, чем я успела схватиться за ручку.

Однако стоило увидеть лицо Алекса, выдохнула с облегчением.

— Мне Баал позвонил, — сходу начал Алекс, помогая выбраться из машины. — Что у вас произошло? — встревожился охотник, оглядывая мой потрепанный вид.

— Белиал, как обычно, приносит всем неприятности, — ответила за меня Наташа. — А подразделение Баала отлынивает от работы. Бездельники профукали разлом и чуть не выпустили отступников.

— Снова? — процедил сквозь сжатые зубы Алекс. — Ты-то как? — еще больше обеспокоился охотник.

Я слишком устала даже для того, чтобы пустить слезу. В ответ лишь неопределенно пожала плечами.

— Ей немало досталось, — подметила Наташа.

— Со мной все в порядке, — попыталась их заверить.

— В порядке? — удивленно выгнула тонкую бровь Заган. — А на шею Баалу бросилась как к возлюбленному, — поддела она, ехидно улыбаясь.

— Последствия пережитого шока, — хмуро отреагировала я. — И не к возлюбленному, а к другу, — поправила ее.

— Как скажешь, — отмахнулась она, словно от надоедливой мошки.

И не дожидаясь меня и Алекса, потопала ко входу в универ.

— Маленькая зара… — пришлось оборвать себя на полуслове, проглотив собравшееся сорваться с языка ругательство.

Алекс вопросительно приподнял бровь, но вместо ответа получил лишь вымученную улыбку.

— Рад, что ты в порядке, — приободряюще похлопал он по плечу. — Пойдем, Диана должна осмотреть твои раны.

Согласно кивнув, поспешила вслед за охотником.

Мы прошли тем же ходом, через который ранее и покидали тайную базу. Наташа уже во всю о чем-то спорила с Жасмин и Дианой. Благо здесь были только они и Дмитрий. Антон, очевидно, ищет новую «жертву» отношений.

— Духи, София! — прервав спор с охотницей, воскликнула Диана, заметив мое с Алексом появление. — Девочка, выглядишь так, будто тебя бульдозер переехал!

— Скорее, демон, — лениво отозвалась я.

— Нужно обработать раны, — спохватилась суккуб, бросившись к одному из шкафов.

С чего это вдруг она такая внимательная? Притворная забота отталкивает больше, чем откровенное безразличие. А на нынешнее поведение докторши, видимо, повлияла Наташа. Диана уж очень настороженно косится в ее сторону, попеременно копаясь в небольшой аптечке.

— Присядь, — указала она взглядом в сторону дивана, поставив металлическую коробочку на стеклянный столик. — Тебя печать обожгла? — удивленно выгнула бровь Диана, с осторожностью прикасаясь к ране.

— Я не дала духу появиться, когда демон пытался раздробить мне голову, — судорожно выдохнула, стараясь не морщиться от боли.

— Еще мелко отделалась, — фыркнула Наташа, недовольно шикнув на Жасмин. — Печать могла тебе всю руку обжечь, лишь бы защитить свой сосуд, — продолжила она. — Однако теперь мы знаем, что контроль над печатью у тебя довольно хороший, раз уж дух послушался тебя в такой опасной ситуации.

— Чего не скажешь о регенерации, — недовольно подметила Диана, накладывая швы на разбитый лоб.

— Регенерация? — не поняла ее замечания.

То есть смысл мне понятен, речь идет о регенерации клеток, но при чем тут я?

— У асур процесс заживления поврежденной ткани идет гораздо быстрее, чем у людей. Нас вообще сложно ранить. Для этого нужно действительно постараться, — объяснила Жасмин, непринужденно пожав плечами. — Но так как твои силы проявились недавно, придется подождать, пока они окрепнут.

«Ну, точно, мутант», — некстати пронеслось в голове.

— Готово, — обрезав последний стежок, возвестила Диана.

— София, ты все еще не приняла решение? — осторожно спросил Дмитрий.

Я отрицательно покачала головой.

— Вот как, — понимающе кивнул он. — Что ж, тогда вынужден откланяться, работа не ждет.

— Не переусердствуй, — соблазнительно улыбнулась ему Диана.

Неловко прокашлявшись, Дмитрий кивнул Алексу и тут же испарился за дверь.

— Что? — раздраженно прошипела женщина, заметив на себе любопытный взгляд Жасмин.

— Решила приударить за охотником? — хитренько улыбнулась та.

Проигнорировав вопрос Жасмин, суккубушка ретировалась к чайному столику, все свое внимание уделяя исключительно приготовлению чая, а не тихому хихиканью охотницы.

— Алекс, я могу поговорить с тобой… наедине? — обратилась к нему, стараясь говорить спокойно.

— Ты можешь говорить и при мне, у нас нет секретов, — тут же отозвалась Жасмин, напрочь позабыв о Диане.

Натянуто ей улыбнувшись, продолжила в том же тоне:

— Прости, но это личное.

Сегодня я слишком устала, и на дополнительные пререкания с кем-либо меня просто не хватит. Да и с чего это я должна перед ней отчитываться? У меня был действительно хреновый день, лучше меня сейчас никому не трогать.

— Вы с Алексом успели стать близкими друзьями? — напряглась девушка. — Это твое «личное» можешь обсудить только с ним?

— Да, Жасмин, только с Сашей, — продолжила сохранять спокойствие.

В мою сторону бросили неприязненный взгляд, но и Алекса охотница не обделила.

Я что-то не припомню — разве эти двое вместе? По их общению можно смело сказать — всего лишь работают в одной команде. Если, конечно, Жасмин не питает к Алексу тайное влечение, иначе стала бы она рогами упираться?

— Отойдем, — кивнул в сторону охотник.

Оказавшись в самом конце помещения, я замешкалась. Этот разговор наверняка услышат все присутствующие, слух у асур должно быть гораздо выше человеческого.

И в какой-то момент Алекс мою нерешительность понял. С выставленной перед собой руки сорвалось пару кругообразных свечений, создав вокруг нас мерцающий купол, переливающийся как мыльный пузырь.

— Завеса, — объяснил он. — Нас никто не услышит. Можешь смело говорить.

— Я все еще намерена освободиться от печати, — нерешительно произнесла.

— София… — начал было Алекс, но я перебила:

— Прошу, сперва выслушай. Я жила как обычный человек, усердно училась, строила планы на будущее, а все эти события выбили у меня почву из-под ног. Не хочу всю жизнь охотиться на монстров, я не умею, просто не готова к такому… Не готова работать на возможных убийц Марины.

— О чем ты? — нахмурился он, слегка приблизившись.

— Я предположила, что в смерти Марины виноват кто-то из советников. По словам демона, Марину убили те на кого ты работаешь…

— Демоны лгут, — резко перебил Алекс.

— Быть может… нет. Белиал, тонко намекнула, что я могу оказаться права.

— У Белиал с самого начала были тяжелые отношения с советниками, она вообще мало с кем может поладить. Я не сомневаюсь в преданности совета. По сути дела, это орден работает на нас. Без охотников они лишь кучка престарелых и самовлюбленных дедуганов, — с усмешкой ответил Алекс.

— Я пытаюсь рассуждать логически. Демон, которого ты убил, знал, что его участь решена. Он рассказал о Марине, прекрасно понимая, как ты будешь мучиться, узнав, что тебя предали.

— Зачем ты говоришь это мне? — и снова шаг в мою сторону.

— Просто… думаю, я могу тебе довериться, — тихо ответила ему. — К тому же мне показалось, Марина была дорога тебе, — честно ответила, стойко выдержав изучающий взгляд охотника.

— Мы друзья детства. По сути дела, Марина заменила мне семью, — в голосе Алекса послышались горькие нотки.

— Я — не человек. Этого мне и вправду не изменить, однако становиться избранной не собираюсь, — виновато произнесла и уже собралась было уйти, как Алекс ухватил за руку.

— Сегодня в твоем теле была печать, а ты все равно чуть не погибла. Представляешь, что будет, когда ее не станет? — повысил он голос.

Догадаться не сложно. Но если стану охотницей, я больше никогда не смогу увидеть отца. Рядом со мной он будет в смертельной опасности. Любой демон, за которым я не услежу, или который проследит за мной, узнает мое слабое место. Я не подвергну отца такому риску.

— Разве я не могу научиться пользоваться врожденными способностями без помощи печати? — выдвинула последний аргумент.

Ноющая головная боль, переросла в настоящую мигрень. К горлу подступил ком, внезапная тошнота вызвала головокружение. Стало слишком жарко, словно все тело в огне.

— Даже если избавишься от печати, ты все равно останешься избранной, София. За тобой не перестанут охотиться, наоборот, все только усугубится, — как-то зловеще ответил Алекс.

— Но попытаться же можно? — голос охрип и сорвался.

«Что это такое?», — резко отшатнулась, но странное кольцо черного пламени двинулось следом.

— София? — послышался обеспокоенный голос. — Эй, что не так? — встряхнул меня за плечи Алекс.

— Не знаю… я как-то странно себя чувствую, — дрогнувшим голосом ответила, вцепившись в его рубашку.

Горло начало жечь с невероятной силой, хотелось расчесать кожу в кровь. Перед глазами все поплыло, а после и вовсе потемнело. Последнее, что я почувствовала, как теряю равновесие и падаю.

ГЛАВА 16

Бешено колотившееся сердце, грозило вырваться из груди.

— Быстрее! — приказала коню, пришпорив того хлыстом.

Жеребец во всю мощь скакал вперед. Мчался как ветер, который беспощадно бушевал среди высоких деревьев, срывая с ветвей пожелтевшую листву. Слезы, застилавшие глаза, лишали возможности четко видеть дорогу, поэтому в какой-то момент Астрис резко встал на дыбы, сбросив меня со спины.

Колючие кустарники, преградившие нам путь, не оставили выбора, кроме как оставить жеребца и броситься сквозь эту чащу в одиночку. С глаз продолжали капать беззвучные слезы, я прилагала все усилия к тому, чтобы не рухнуть на колени, закричав во весь голос.

Смертоносная стрела… она беспощадно пронзила его грудь. Я видела в тот момент взгляд Сола, устремленный в мои испуганные глаза. Взгляд, где жизнь на секунду остановилась. Он нарушил данное обещание! Предал меня. Позволил судьбе одержать над собой верх!..

Узкая тропинка, ведущая к разрушенному дому, показалась лишь спустя час. Холодный ветер пронизывал до костей. Путь, по которому мы неоднократно прогуливались рука об руку, наслаждаясь красотой природы, потерял все свои краски. Сейчас мне казалось, лес, окружающий наш тайный островок мира, превратился в изгородь иссушенных деревьев и колючих кустарников, сквозь которые пришлось продираться с силой, не заботясь о полученных ссадинах и царапинах. Словно сама судьба мешала мне увидеть Сола… в последний раз.

Эта мысль разрывала сердце… только бы успеть!

Наконец, вдалеке показался разрушенный домик. Отдышавшись лишь несколько секунд, я бросилась к крыльцу, на негнущихся ногах вошла в комнату.

Сол сидел на полу, облокачиваясь о каменный постамент. Половина светло-кремовой рубахи была окрашена в бордовый цвет. Металлический запах крови наполнил собой всю комнатку. Бледное, почти серое лицо, тяжелое дыхание, светло-голубые глаза, казалось, совсем стали бесцветными, но на губах появилась слабая улыбка, стоило ему услышать мои шаги.

— Я хочу изменить нашу судьбу, — послышался обессиленный и хриплый голос, словно в любую минуту каждый его вдох может стать последним. — Я верю, что своим поступком изменил нашу историю, Мак, — улыбнулся он, протянув в мою сторону руку.

— Мы могли найти другой выход, — еле слышно ответила, сдерживая срывающийся плач.

Медленно опустившись перед ним на колени, я дрожащей рукой прикоснулась к окровавленной рубахе. Стрела, пронзившая грудь Сола, лежала в стороне, на острие наконечника застыли капли крови.

Я старалась не сорваться, но кровоточившая рана сломала последнюю брешь. Горькие, обжигающие слезы прокладывали влажные дорожки по бледной коже лица.

— Сол… — судорожно всхлипнула. — Зачем ты это сделал? Неужто твоя любовь ко мне угасла?

Я с ужасом смотрела на собственные окровавленные ладони.

— Ничто в этом мире не заставит меня разлюбить тебя, Мак.

Его рука нежно прикоснулась к моей щеке, вытирая капающие слезы.

— Ты не имел права забирать мое, — зло выкрикнула в ответ, сжав его ладонь в своих руках. — Наши чувства одинаковы.

— Настала моя очередь встать на пути судьбы, Мак.

Голос Сола стал еле слышным.

— Теперь ты будешь счастлива, любовь моя, — ликующе произнес он.

— Разве я могу быть счастлива в мире, где нет тебя? — убито прошептала, крепче сжав его ладонь. — Мое сердце пронзила стрела — не твое. Я погибну, когда в твоих глазах погаснет жизнь.

— Мак, прошу… — обессиленно произнес Сол, — улыбка, что пленила мое сердце, подари мне ее в эти последние минуты…

* * *

Резко распахнув глаза, приняла сидячее положение. Головная боль тут же отдалась сильной пульсацией в висках.

— Очнулась? — послышался голос Наташи.

Сновидение все еще стояло перед глазами. Последние слова Сола, его хриплое, еле слышное дыхание.

Глаза против воли защипали горячие слезы, плотно сжатые губы пытались сдержать подступающий плач. Я неотрывно смотрела на собственные ладони, которые казалось, до сих пор испачканы кровью Сола.

— Он умер?! — одними губами произнесла, не веря в собственные слова.

— София! — вырвал меня громкий голос из размышлений. — Приди в себя. Ты в полном порядке, — голос Наташи звучал на удивление мягко.

В порядке? А так ли это?

Чувство такое, словно в моем сердце образовалась дыра, будто стрела, пронзившая сердце Сола, зацепила и мое.

Неужели я больше его не увижу?

— Это к лучшему? — спросила, обращаясь исключительно к себе.

— Эй, ты все еще не очнулась? — нависла надо мной Заган.

Кстати, почему я у себя в комнате?

Стоило об этом подумать, и воспоминания любезно предоставили обрывки вчерашних событий.

— А я уже было понадеялась, что все это просто один жуткий кошмар, — криво усмехнулась, спрятав лицо в ладонях.

— В твоем теле находился яд, — объяснила Наташа, плюхнувшись рядом со мной на кровать. — Должно быть, кровь одного из демонов попала тебе в рану, — продолжила она, оправив темно-синюю кофточку на черно-жемчужных пуговках.

В правой руке Заган держала кружку дымящегося чая, цветочный аромат которого наполнил всю комнату дразнящим ароматом.

— Ты принесла меня сюда? — спросила не подумав.

Поперхнувшись чаем, охотница уставилась на меня крайне раздраженным взглядом.

— Я, по-твоему, кто — Кинг-Конг? — последовал риторический вопрос. — Силы у меня, конечно, много, но со своим ростом сюда твою бренную тушку я могла приволочь разве что по земле, — хмыкнула Наташа. — Алекса благодари, это он принес тебя в комнату, он же и дал противоядие. Чего-чего, а этого я бы точно не сделала.

— Почему?

— Потому что противоядие Алекс тебе дал по принципу рот в рот, — невозмутимо пояснила Заган. — А теперь вставай и одевайся, уже начало одиннадцатого.

Взглянув на часы, резко вскочила с кровати, но тут же согнулась пополам от боли и, осев на колени, уткнулась лицом в матрас.

Каждая клеточка тела ныла от боли, словно на мне живого места нет.

— Да не дергайся ты так, — забурчала Наташа, вложив в мою руку кружку того самого ароматного чая. — Выпей, это облегчит боль и поможет быстрее восстановиться.

— Что это?

— Тебе лучше не знать.

Опасливо покосившись на кружку дымящегося чая, перевела на охотницу вопросительный взгляд.

— Пей! — скомандовала она. — Хуже уже не станет, и можешь не спешить. Мы сообщили в университет, что ты попала в небольшую дорожную аварию, видок у тебя в самый раз для нашей байки, так что выговор не получишь.

— Вот уж спасибо, — процедила сквозь сжатые зубы.

— Из-за приказа не высовываться печать слишком поздно начала бороться с ядом, — устало пояснила Наташа. — Ты асура, не использовавшая ранее свои силы. Будь поосторожнее со своим телом. Пока оно не может бороться с такими увечьями, как яд падших, София. По сути дела, ты сейчас незавершенная конструкция. Яд демонов действует только на недавно пробудившихся, со временем твое тело научится самостоятельно бороться с ним. Твое тело станет гораздо сильнее… но позже.

— Ты слишком… — я запнулась подбирая правильное слово, — взрослая для своих лет, Наташа… к слову, сколько тебе, — спросила, вспомнив, что этого факта не знаю.

— Тринадцать, — гордо сообщили мне.

Она выглядит гораздо младше своих лет. И все же в таком возрасте стать охотницей и бороться с демонами, подвергая свою жизнь опасности, это просто жестоко.

— Что еще за взгляд такой? — заворчала Заган, недовольно прищурившись. — Прибереги свою жалость для себя!

— Я не специально, — виновато ответила.

Все верно. Наташа сделала свой выбор и четко идет к поставленной цели. Мне следует поступить так же. За оставшиеся дни, пока рядом есть охрана, необходимо узнать как можно больше о собственной защите. Если потребуется, я буду умолять Алекса научить меня использовать врожденные силы.

Потратив около часа на сборы, мы наконец покинули общежитие, где, как и обещал, нас дожидался Артем.

— Утречка, — приветливо улыбнулся охотник.

— Скорее, дня, — поправила его Заган. — Сменю тебя вечером, — быстро добавила она и, не дожидаясь ответа, скрылась в салоне ожидающей ее машины.

— Она всегда такая? — задумчиво протянула я, наблюдая за тем, как черная иномарка стремительно скрылась из виду.

— По большей части, — со смешком ответил Артем. — Пойдем?

Согласно кивнув, мы направились к станции метро.

Весь путь до универа Баал поддерживал нейтральные темы разговора и ни разу не упомянул о падших, печати или о том, что могло бы напомнить о вчерашних событиях. Впрочем, он больше пяти раз поинтересовался моим самочувствием, на что получал мое однотонное «Я в порядке».

Также выяснилось, что он младше меня на два года и обучается на первом курсе факультета государственного управления.

— Я приставил к тебе несколько теней, — сообщил Артем перед уходом.

И клятвенно заверил, что в случае опасности незамедлительно примчится спасать.

Правда, от сплетен спасти меня никто не в силах. По универу уже начали ходить слухи, что авария, в которую я якобы попала, связана с мистическими событиями, ко всему прочему студенты с богатой фантазией не забыли приплести и случай в библиотеке. В конечном итоге, все указывало на факт сожительства с Мариной.

Знали бы они о реальности происходящего и — больше бы не стали шептаться о моей поехавшей крыше.

В аудитории среди одногруппников было точно так же, даже препод косые взгляды бросал, что уж тут говорить о студентах. Света была единственной, кто не обращал внимания на глупые сплетни. В мою защиту подруга грозилась выцарапать глаза всем, кто снова станет указывать на меня пальцем или письменными принадлежностями.

— Ты правда в порядке? — шепнула Светка.

В ответ молча кивнула.

— А что с Максом?

— Все кончено, — сухо отозвалась я.

Что послужило причиной нашего расставания, ей так и не удалось выяснить. Однако Света предположила, что в этом могут быть виноваты сплетни. Разубеждать подругу в обратном я не стала. Не хочу в ответ услышать «Я же говорила».

Под конец лекции мне стало откровенно плохо. Все тело покрылось испариной, воздух казался тяжелым и терпким. Ладони дрожали, а спираль вспыхивала бледно-золотым.

От греха подальше руку убрала в карман, так как понятия не имела, может ли Света видеть то же, что и я. Но поскольку она вполне ясно и осознанно спросила меня о татуировке, возможно, и это свечение могла заметить, чего допустить никак нельзя.

После того как в висках стукнуло двадцать четыре раза (да, после десятого удара я начала считать), боль немного утихла. И все же я еле дождалась окончания лекции, чтобы выбежать из аудитории в прохладный коридор.

— Сонь? У тебя что-то болит? — встревожилась Света, выбежав вслед за мной. — Хотя, должно быть, у тебя все болит, ты ж в аварию попала, — виновато добавила она.

— Голова закружилась, — глубоко вздохнула я, облокотившись о стену.

— Тебе следовало взять отгул, — укоризненно покачала головой подруга.

Вздрогнув всем телом, обернулась на быстро мелькнувшую черную тень, стремительно принимающую человеческую фигуру.

— София?

Проследив за моим перепуганным взглядом, Света удивленно вскинула бровь и слегка нахмурившись, предложила:

— Может, в медпункт?

Она не видит? Или просто принимает за чью-то?..

Нет, такое за нормальную человеческую тень сложно принять, разве что ее обладатель под два метра ростом и по ширине сравним со шкафом.

— София! — послышался злобный окрик за спиной.

— Только его сейчас не хватало, — вымученно пробормотала себе под нос.

ГЛАВА 17

Проигнорировать объект противного голоса не удалось. Макс со всей силы развернул меня к себе, да так, что тело пронзила новая волна боли.

— Почему ты порвала со мной?

Бывший старался говорить спокойно, то есть расстроено, как и полагается тому, чье сердце «разбили», да только получалось скверно.

— Отпусти, — сдержанно его попросила.

Как и предполагала, он не послушался, пришлось вырываться самостоятельно.

— Объяснись! — в приказной манере рявкнул Макс.

Удивленно выгнув бровь, озадаченно уставилась на обнаглевшего типа.

Объясниться с ним, значит, нужно? А по аристократической роже ему не съездить? Очевидно, у всех, кто принадлежит к «золотой веточке» нашего университета, просто-таки необъятное эго.

— Я не приму твоего отказа! — раздраженно отрезал он.

Проходящие мимо студенты стали оборачиваться, некоторые решили притормозить и поглазеть на бесплатный цирк.

— Я достойна большего…

«Не того, кто с самого начала намеренно рушил отношения, увиваясь за каждой встречной юбкой», — мысленно добавила.

Правильно. Причину нашего расставания не знает даже Макс. Что ж, пусть напряжет извилины.

— Мой ответ не изменится.

— Большего? — ядовито выплюнул он и, брезгливо скривившись, продолжил: — А я, значит, мелкая рыбина? Что, нашла кого посостоятельней?

— Не твое дело, — зло прошипела в ответ.

И, намереваясь уйти, повернулась к нему спиной, но не тут-то было. Железная хватка Макса стиснула запястье, рывком притянув меня к себе.

— Ты же это не серьезно! Я знаю — ты любишь меня, — выпалил он, растянув губы в насмешливой улыбке.

Окинув бывшего презрительным взглядом, резко выдернула руку из захвата.

— Не припоминаю такого признания в твой адрес.

Печать угрожающе потеплела, явно намекая на то, что от объекта моей ненависти может оставить мокрое место.

— Может, хватит? — весело подметили в стороне.

От голоса совратительницы чужих парней я вся внутренне сжалась. Шикова, облаченная в черные узкие джинсы и кремовую тунику, стояла около высокого окна, с любопытством и насмешкой наблюдая за ссорой «голубков».

— Макси-и-им, — протянула Алина, — что бы ты ни делал, ничего не изменишь, — обиженно надула губки змеюка. — Ты проиграл в тот момент, когда Лувил тебя отшила. Признаться, я сама была в шоке.

Надо же, звезда в шоке!

— Проиграл? — изумленно переспросила.

— Ох, бедняжка, ты же ничего не знала, — состроила та жалостливую мордашку. — Раз уж спору пришел конец, я могу раскрыть карты, — хитро улыбнулась Алина.

Макс при этом выглядел злее черта.

— Видишь ли, мы заключили пари. Как известно, Макс большой любитель похвастаться своими победами. Вот я и предложила ему спор. Банальщина, но все же, — пожала плечиками змеюка подколодная. — Он должен был влюбить тебя в себя за один месяц, при этом обходиться как джентльмен, не посягающий на девичью честь до свадьбы. Отчет к окончанию пари начался после того, как ты согласилась на официальные отношения. Естественно, это признание должно было быть настоящим, искренним, жарким и записанным на камеру, — простенько проговорила Алина. — До окончания спора оставалось каких-то пара дней, — Шикова бросила в сторону раздраженного Макса издевательский взгляд. — Мне любопытно, где он прокололся?

Через пять дней у нас с Максом действительно был бы месяц, как встречаемся. Прежде чем я согласилась на отношения, несколько недель он просто ухаживал за мной, в итоге я согласилась, решив, что он искренен.

— Совсем уже озверели?! — заорала Светка. — Вы что, моральными уродами рождаетесь? Так скучно живется в своем золотом мирке, что решили снизойти со своими мерзостями к простым смертным? — прошипела подруга, угрожающе придвинувшись к Шиковой.

— Ты о том золотом мирке, в который так отчаянно рвешься сама? — ехидно засмеялась Алина.

Змеюка и не подумала отступить, продолжая смотреть на Свету брезгливым взглядом. Не знаю, что сейчас произошло, но улыбка, которой одарила ее Алина, заставила подругу стыдливо опустить голову и отойти в сторону. Будто Шикова имела на нее тако-о-ой компромат, отчего Света молча стушевалась.

— На кону стояла его любимая машинка, — сообщила блонда, продемонстрировав мне ключи Макса. — Не переживай, милый, я хорошо о ней позабочусь, — промурлыкала Алина.

И тут меня осенило! Момент после нашего разрыва, когда Макс пришел ко мне пьяный в стельку. За отборной руганью шла непонятная речь о его машине, тогда я этому не придала никакого значения, но теперь все встало на свои места.

— В следующий раз будь более осмотрительной, кто знает, быть может, твой нынешний возлюбленный тоже заключил со мной пари, — язвительно ухмыльнулась Шикова и, плавненько развернувшись, походкой от бедра ретировалась с места событий.

В то время как я так и осталась стоять, словно молнией пораженная.

Вот вам и очередная блистательная сплетня. Правда, главной героиней новой темы перешептываний все еще остаюсь я.

— Черт, а ты обошлась мне очень дорого, — выругался Макс, возвращая мое внимание к собственной персоне. — Может, отплатишь?

Я ошарашено уставилась на самодовольного типа. Светка так вообще рот от изумления открыла.

— Что за удивленное выражение? — хмыкнул бывший и, приблизившись вплотную, проворковал: — Совсем недавно ты сама пыталась затащить меня в постель.

Глумливая реплика отдалась звонкой пощечиной, лицо покраснело от ненависти к этому уроду и стыда к самой себе.

Резко замахнувшись, со всей силы, врезала кулаком по все еще ухмыляющемуся лицу Макса. Послышался отчетливый хруст, из сломанного носа тут же побежала кровь. И, несмотря на то, что костяшки пальцев обожгло болью, на моем лице не дрогнул ни один мускул.

Громкий мат прорезал весь притихший коридор, и пока Макс закрывал руками лицо, я со всей силы размахнулась и заехала ему в пах, вложив в этот удар всю свою боль, обиду и ненависть.

Изо рта парня вырвался нечленораздельный звук, схватившись за ушибленное место, он с перекошенным лицом рухнул на колени. От зрителей мужского пола послышалось болезненное «У-у-у» и насмешливое «Трех очковый» от одной из студенток.

Света продолжала оставаться в странном ступоре, но в следующий миг ее место заняла я. «Подруга», спохватившись, бросилась к Максу, встревоженно осматривая покалеченного парня.

— Макс, ты как? — жалобно протянула она и, обернувшись в мою сторону, гневно выпалила: — София, ты совсем уже? Зачем человека калечить? Он же не виноват!

Порыв подойти и вырвать ей все лохмы, выкрашенные в бело-желтый цвет, вовремя подавила.

— Максик, потерпи, я вызову скорую, — встревоженно проговорила «подружка», поглаживая его по лицу.

Ранее я все никак не могла понять, почему она так яро хотела, чтобы я рассталась с Максом. Светка всегда принижала его в моих глазах, при любом удобном случае пыталась познакомить с каким-нибудь красавчиком и очень злилась, когда ее труды оказывались напрасными.

А дело вот оно в чем.

Светка в него влюблена, и Макс этим бесстыдно пользуется. А ведь она не один год моей подругой называлась. Но на деле лишь врала, да ядом плевалась.

Что ж, мне ее даже жаль. Розовые очки лишают возможности увидеть, как обстоят дела на самом деле, и в итоге бьются стеклами внутрь.

Когда с губ сорвался смешок, Светка и Макс перевели на меня непонимающие взгляды.

— Какая же ты все-таки дрянь, — презрение в голосе скрывать не стала. — На протяжении трех лет подругой прикидывалась, тебе самой от себя не противно? — на риторический вопрос, ответа я не ждала, просто развернулась и пошла прочь.

Вот так в два счета лишилась парня и подруги, и ни один из них на самом деле таковым не являлся.

Я всегда была осмотрительной, с осторожностью подпускала к себе людей. Когда же успела оступиться? Почему не прислушалась к одолевающим меня сомнениям?

Очевидно, не смогла свыкнуться с мыслью, что все в конечном итоге меня предадут, однако теперь, пожалуйста, пожинай плоды своей тупости!

Но, несмотря на упорное «Я в порядке!», сердце болело все сильнее. Подбородок подрагивал, глаза щипали слезы, а в горле встал ком.

— Соберись! — приказала себе.

Со злостью вытерла лицо и, гордо вскинув подбородок, устремила взгляд вперед. Но я и шагу ступить не смогла, оцепенев на месте. Неестественная тишина моментально превратилась в белый шум, отдаваясь звоном. Я будто бы оказалась в трехмерном измерении какой-нибудь игры или фильма, где кто-то нажал на паузу.

Единственной, кто мог двигаться, была я. Все студенты, которые до этого куда-то спешили или просто стояли, общаясь, превратились в подобие статуй. Они не двигались, время здесь остановилось. Некоторые так и замерли в шаге или в жестикуляции движений. Меня окружал коридор статуй!

Нехорошее предчувствие накрыло лавиной. Стук собственного сердца казался оглушительным.

Осторожно приблизившись к парню, замершему в движении бега, провела рукой перед лицом. Никакой реакции. Но стоило его коснуться, тут же резко отпрянула назад от удара странной черной молнии.

Искрящиеся нити будто защищали замершего студента.

Отступив на пару шагов, с затаенным дыханием облокотилась о прохладную стену. Через несколько секунд перед глазами появились тени. Черные, напоминающие густой клубящийся туман, пытающийся сформироваться в подобие человеческой фигуры.

В них я почувствовала частичку силы Артема и понимала — они не тронут, но из-за резкого приближения, рефлекторно выставила ладонь со спиралью, громко приказав:

— Стоять!

Тени задребезжали, мгновенно оцепенев на месте. Продолжая выставлять перед собой руку, внимательно осмотрелась, все оставалось прежним, никакого движения со стороны. Однако если тени себя показали, значит, поблизости демон!

— Отведите меня к Баалу, — попросила чуть сорвавшимся голосом.

Одна из теней принявшая человеческую фигуру, отрицательно махнула головой.

— Почему нет? — возмущенно спросила, даже вперед шагнула.

Ответа не последовало, видимо, здесь пройдут вопросы, на которые можно кивнуть «да» или «нет».

— Вы меня защищаете? — решила уточнить на всякий случай.

Тень кивнула, другие переместились на середину коридора.

— В университете демон? — и снова утвердительный кивок. — Много? — с трудом выдавила я.

Из-за положительного кивка по спине пробежал неприятный холодок.

Артем сейчас сражается с ними в одиночку. Но почему все студенты замерли и не двигаются? Из-за завесы Баала? Помнится, Алекс говорил — все, кто попадет под созданный магический купол, забудет увиденное, стоит только покинуть его полог. Тогда откуда этот лес статуй?

А главное, почему демоны нагрянули в университет?

— Они пришли за мной? — ответ на собственный вопрос сообразила быстро, и тени это подтвердили. — Мне нужно к Баалу!

Однако мне не позволили преодолеть и половины коридора, тени выстроились в ряд, преграждая путь.

— Прочь с дороги! — процедила сквозь сжатые зубы, выставив перед собой ладонь.

Печать, подчиняясь мысленному приказу, вспыхнула золотым светом, заставляя клубящийся туман отступить назад, но когда исходившая от метки сила начала обжигать и разрушать упертых теней, руку пришлось убрать.

Не могу же я уничтожить тех, кто оберегает меня.

— Слушайте, — раздраженно бросила, — я могу помочь. У меня есть артефакт, и если призову его, Баалу станет значительно легче истребить нагрянувших демонов!

На этот раз возражений не последовало, однако они по-прежнему стояли, не двигаясь с места.

— Я найду Баала с вашей помощью или без, но с вашей будет гораздо быстрее, — упрямо отчеканила, прожигая уверенным взглядом стоящую ближе всех тень.

Несколько минут показались целой вечностью, прежде чем прислужники Артема стремительно помчались вперед. За ними я поспевала с трудом, так как мне необходимо было осторожно пройти мимо студентов и не зацепить их, чтобы не получить новый электрический разряд.

Через несколько поворотов мы поднялись на третий этаж. Обстановка здесь ничем не отличалась от той, что была рядом с аудиторий: зловещая тишина и застывшие студенты.

Прежде чем свернуть в северный коридор, я резко остановилась и готова была поклясться, что заметила движение!

Обернувшись, увидела опирающуюся на подоконник змеюку, она же Шикова. На губах заиграла злорадная ухмылка, ноги сами двинулись в ее сторону. Знаю, сейчас не время и не место, но когда у меня появится еще такой соблазнительный шанс?

— Пожалуй, самую малость подправлю тебе макияж, — ядовито прошипела, достав из сумки черный маркер.

— Прокляну! — взвыла Алина, прежде чем рука успела вывести первую грифельную линию.

Отпрыгнули мы друг от друга одновременно, да и взгляды красноречиво говорили о конфузе данной ситуации.

— Демон? — настороженно произнесла, делая плавный шаг в сторону.

— Какой я тебе демон, мегера! — окрысилась белобрысая, гневно сверкая глазами.

И стоило ей резко взмахнуть рукой, как рядом возникло непонятное существо. Оно смутно напоминало огромного волка размером с легковушку.

Зверюга угрожающе придвинулась, продемонстрировав внушительный арсенал острых клыков, мощные когти царапали мрамор будто бумагу. Вздыбленная черная шесть отдавала красноватым отливом, в глазных провалах пылал темно-зеленый огонь. И это существо было готово напасть по первому приказу Шиковой.

Предотвращая бой, который в свою очередь могу и проиграть, выставила вперед ладонь со вспыхнувшей печатью.

— Ты асура? — опешила змеюка, отступив назад. — С каких пор…

Лицо девушки искривилось, принимая неестественно заостренные черты, глаза странным образом растянулись в стороны и почернели, а зрачки налились ярко-желтым цветом. Аккуратный розовый маникюрчик превратился в острые закругленные когти.

Мне стоило немалых усилий заставить себя стоять на месте и не отшатнуться, ибо сейчас Алина выглядела похлеще своей животины.

— С рождения, — придала голосу как можно больше уверенности. — Убери свою дворняжку, ты ведь знаешь, что означает этот символ, верно? — демонстративно указала взглядом на собственную ладонь. — Один приказ и артефакт не пощадит даже тебя, — усмехнулась ей.

В действительности мне пока мало что известно о другой стороне мира, и Шикова этого не знает. Однако, основываясь на недавних событиях и примере знакомого суккуба, могу сказать одно — такие, как она, боятся таких, как я.

Мои подозрения подтвердились, когда Алина вернула своему лицу нормальный человеческий вид, а псина развеялась, подобно туману.

— Я не нарушала закон! — раздраженно прошипела змеюка. — Ты меня вынудила обернуться!

— Так это моя вина? — снисходительно поинтересовалась, резко шагнув в ее сторону.

— Н-нет, — с трудом и явным нежеланием выдавила белобрысая опустив взгляд.

А кулаки сжала с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

— Тебе следует быть более осмотрительной, вдруг кто-то из верхушки ордена узнает, — вкрадчиво произнесла, небрежно похлопав ее по плечу.

— Приму к сведению, — процедила Шикова.

Я уже было собралась уйти, когда в спину прозвучал недовольный вопрос:

— Что за странная завеса?

Я бы и сама не прочь это узнать.

— Она не дает мне покинуть университет!

— Ничем не могу помочь, завеса не моих рук дело, — сухо ей ответила.

— В универе падшие?

Я кивнула.

Почувствовав слабый ветерок позади себя, слегка обернулась, наткнувшись взглядом на своих провожатых.

— Тени Баала? — удивленно вскинула бровь Шикова.

Я непроизвольно поморщилась, когда морда этой змеюки расплылась в счастливой улыбке.

— Мне любопытно, зачем статуей прикидывалась, если впервые столкнулась с такой завесой? Включила метод: обезьянка увидела, обезьянка повторила? — издевательски поинтересовалась, любуясь погасшей искоркой счастья в глазах.

Так-то лучше.

— Надеюсь, твоя зверушка и сражается так же устрашающе, как выглядит, — подметила, повернувшись к ней спиной. — Не вздумай сбежать, я пригоню тебе парочку падших, избавишься от них, — прокричала на ходу.

В спину донеслось отборное ругательство, шипение и какой-то странный набор букв, сопровождающийся рычанием той самой зверушки.

Значит, пришлю не парочку.

— У меня вопрос, — повернула голову в сторону теней Баала. — Вы ведь способны принять мой облик? — вспомнила я о том, что рассказала Анна.

Одна из теней незамедлительно кивнула.

— Когда представится возможность, двое из вас скроют меня от падших, как это делали тени Белиал, а третий примет мой облик и приведет демонов к той девчонке и ее зверю, понятно?

В этот раз ответа от них не последовало, однако я знала — они подчинятся.

ГЛАВА 18

Мы выбежали из-за угла как раз в тот момент, когда произошел мощный взрыв. Взрывная волна отбросила меня в стену с такой силой, что на несколько секунд перед глазами все почернело.

Тряхнув головой, не без труда медленно поднялась, придерживаясь за стену.

В стороне, окруженные толпой демонов, сражались Артем, Алекс и еще один парень помладше.

— Давайте! — приказала я.

В этот же миг передо мной материализовались две тени Баала, скрывая от взора падших, а третья приняла мой облик. Привлекая внимание демонов, выставила в их сторону ладонь, когда от печати начал исходить ярко-золотой свет.

Как и предполагала, шестеро из них рванули за убегающей фальшивкой, в то время как скрывающие меня тени отступили. Однако я не предвидела того, что один из падших сразу же атакует.

Все случилось слишком быстро.

Прежде чем я успела предпринять какие-либо меры, путь ему преградил незнакомый паренек, оказавшийся рядом в считанные секунды.

Прозвучал громкий выстрел, голову демона пронзила черная пуля из серебряного пистолета, который держал в руке незнакомец. От оружия исходили всполохи черных электрических зарядов, ведущие к тонкой цепочке, прикрепленной к курку револьвера и запястью парня.

Стоило ему обернуться в мою сторону в пол-оборота, как я смогла рассмотреть миловидного темноволосого паренька с разноцветными глазами. Правый каре-зеленый — левый темно-синий.

Один из десяти печатей!

— С-спасибо за помощь, — запоздало поблагодарила его, когда он направился к Алексу.

— София! — гневно прокричал Артем.

Я отшатнулась назад, словно отброшенная его злобным взглядом.

— Зачем ты…

Выставив ладонь вперед, заставила Баала остановиться.

«Помоги мне! — мысленно приказала, обращаясь к духу печати. — Падшие… они убью меня, если ты не явишь себя! — продолжила я. — Образ, что сейчас в моих мыслях, прими его!».

Яркая золотая вспышка заставила надвигающихся демонов отпрянуть назад. В то время как передо мной появились очертания рваной тени, принимающей все более четкий образ. Теперь это была не Марина, перед врагами стоял Орион — охотник из мифов.

Образ, который я знала из легенд: каре-золотые глаза, волосы цвета спелой пшеницы до плеч, мускулистый и крепкий мужчина, превышающий в росте обычных людей. Он был необычайно красив, с правильными, можно сказать, идеальными чертами лица. Облаченный в белый короткий хитон и золотую кирасу. На ногах плетеные сандалии, в левой руке щит — в правой огромный меч.

Стоило демонам почувствовать печать, как они всем скопом рванули в мою сторону. Однако мне не нужно было отдавать приказы своему защитнику.

Первую волну удара Орион выдержал, даже с места не шелохнувшись, во время второй к печати присоединились охотники.

— Зачем вмешиваешься? — прокричал Артем, не оборачиваясь.

— Потому что могу! — воскликнула в ответ. — Если кто-то из вас пострадает, Заган мне этого никогда не простит!

На губах Алекса появилась слабая улыбка, незнакомый паренек был полностью сосредоточен на уничтожении врагов и лишь Артем продолжал раздраженно что-то бормотать себе под нос, попеременно кромсая падших длинными клинками.

— Те демоны… куда ты их увела? — спросил Баал, резко стряхнув кровь с клинка.

— Знаешь студентку Шикову? — уточнила я, не сводя взгляд с Ориона.

— Она пятая во главе ковена, — от упоминания Алины Артем скривился, словно от зубной боли.

— Ведьма, что ли? — опешила я.

— Именно, — фыркнул Алекс. — И достаточно сильна, чтобы призвать фамильяра.

Так та зверюга и есть фамильяр?

— Алина согласилась помочь с парочкой падших, — нагло солгала, однако мою ложь, кажется, распознали.

— Альберт! — обернулся Артем к пареньку.

— Понял, — незамедлительно ответил тот, без лишних слов сообразив приказ Баала.

А заключался он, видимо, в том, чтобы подогнать отсеявшихся демонов к Ориону.

— Парочку? — усмехнулся Алекс, вернув мое внимание. — Их же за тенью штук шесть увязалось.

— Много? — на секунду забеспокоилась я.

— Она справится, — насмешливо ответил охотник.

Шикова, конечно, стерва каких поискать, но смерти я ей не желаю.

— Что за?.. — оборвал себя на полуслове Артем, во все глаза наблюдая за действиями Ориона.

Впрочем, его изумление разделяли и остальные. Я была единственной, кто не понимал причины их удивления, поскольку ни разу не видела ни одну печать в действии.

А Орион беспощадно продолжал крушить падших, будто те сделаны из песка, виртуозно орудуя мечом, нанося врагам смертельные раны.

— Откуда такая мощь? — выдохнул Альберт, бросив в мою сторону настороженный мимолетный взгляд.

— Ни одна из наших печатей, не действовала таким образом, — задумчиво отозвался Баал. — Он настолько силен без тела избранного? — задал вопрос охотник, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Это плохо? — перевела я на охотника печати внимательный взгляд.

— Не уверен, — пожал он плечами. — Любопытно, что будет, когда печать и тело избранного всецело объединятся? Если он обладает такой мощью, ты могла бы стать сильнейшей среди нас, — тихо проговорил Баал. — Стать либо спасением этого мира, либо его погибелью, в случае если дух завладеет твоим разумом.

Последняя реплика Артема заставила вздрогнуть всем телом словно от удара.

Я снова перевела взгляд на Ориона. За все время боя ему нанесли лишь несколько царапин, в то время как он расправился почти со всеми падшими.

Резкий выпад со стороны артефакта, и щит с острыми краями снес голову одному из демонов. У боевого двуручного меча, которым он орудовал, появилась вторая рукоять. Стоило ему ухватиться мощной ладонью за вторую, он словно разорвал меч пополам, круша врагов уже двумя клинками.

— Он действует по собственному усмотрению? — опешил Альберт. — Чье имя он носит? — обернулся ко мне охотник, однако ответа не получил.

— Алекс, оставайся с Софией, проследи за ее печатью и падшими. Зепар проверь нижние этажи, — отдал приказы Артем. — Я помогу ведьме.

Значит, шесть падших для нее и фамильяра слишком много?

— Сделаю все в чистом виде, — отозвался Алекс.

Зепар, отстреливая вставших на пути демонов, скрылся за поворотом коридора, в противоположную сторону которого ушел Баал. А Алекс тем временем присоединился к Ориону, уничтожая падших которые пробивались сквозь оборону артефакта.

Мне оставалось лишь наблюдать в стороне, поскольку собственного оружия у меня не было, да и позаимствовать мне его никто не собирался. К тому же, сейчас из меня вышел бы плохой боец. Впрочем, и ряды падших уже существенно опустели.

Последних двух Алекс добил ударом ноги наотмашь с разворота, пронзив их головы встроенными в подошву ботинка лезвиями.

Казалось бы, бой окончен и победа за нами, однако напряженная стойка Алекса говорила об обратном.

— Что? — не выдержала я.

— Убери печать! — приглушенно приказал он.

Я удивленно вскинула бровь, уставившись на охотника в немом вопросе.

— У нас гости, — зло процедил Алекс. — Пожаловали отступники.

По спине пробежал липкий холодок, замерев где-то в области сердца.

Мне не доводилось пересекаться с отступниками. Однако Анна была ранена одним из них, и это несмотря на то, что охотница является одной из сильнейшей тройки печатей-королей.

— Прикажи печати скрыться! — повысил голос Алекс.

От злобного окрика охотника я непроизвольно вздрогнула. Но тут же спохватилась и, обернувшись к Ориону, мысленно приказала ему исчезнуть. Но с удивлением отметила, что мой приказ проигнорировали.

— София!

— Подчиняйся приказу, Орион!

— Орион? — хрипло переспросил дух. — Не стоит называть меня чужим именем, — брезгливо поморщился он.

Мое недоумение разделил и Алекс, когда печать приглушенно прорычала в мою сторону. В злобном оскале на искривленном лице мне продемонстрировали внушительные клыки.

Это стало последней каплей. Мало того, что демон использует мое тело, будто съемную квартиру, так еще недовольную морду тут корчит.

— Живо испарился! — с леденящей вкрадчивостью прошипела я.

На сей раз дух приказу внял и рассеялся словно, тонкой мерцающей нитью вернувшись в печать на руке.

— В городе творится, черт знает что, теперь еще отступники права территорий нарушают, — мрачно выговорил Алекс. — Один… — зашептал он. — Два, нет, их трое, — продолжил шептать охотник.

Внезапная расслабленность Алекса слегка удивила. Предполагается, что эти ребята очень опасны и вообще сущее зло, тогда почему его поведение в край изменилось? Выглядит так, словно встречает старых, но не особо хороших друзей.

— Приближаются, — предупредил охотник, слегка закрыв меня собой. — Веди себя спокойно, — приказал он.

Из-за поворота, подобно теням, вышло трое. Двое парней и девушка.

На незнакомке красовалось белоснежное короткое платье, и это учитывая, что сейчас хоть и не сильно холодно, но уже октябрь. На ногах надеты белые полусапожки, серебряные волосы спускались волнистыми локонами ниже поясницы, алебастровая кожа и стального цвета глаза. Бледно-розовые губы растянулись в снисходительной улыбке, стоило ей заприметить на себе мой пристальный взгляд.

Она была той, к кому фраза: «Белая ворона», относилась в буквальном смысле этого слова, хотя вариант «Снежная королева» ей тоже к лицу.

Рядом стоял высокий шатен с ярко-алым цветом глаз. Левую сторону его лица уродовал глубокий шрам. На парне были надеты простые синие джинсы и небрежно заправленная рубашка. Да и выглядел он не особо заинтересованным в нынешней ситуации.

Когда я перевела взгляд на того, кто стоял во главе прибывших отступников, сердце пропустило удар.

Волосы цвета спелой пшеницы с золотым отливом короче, чем я привыкла видеть обычно. Красивые тонкие черты лица, четко очерченные скулы, бледно-голубые глаза с застывшим в них безразличием, губы, сложенные в тонкую линию.

И он даже не взглянул в мою сторону!

— Решил напасть в открытую, Астарот? — непроницаемый голос Алекса, эхом разлетелся по коридору.

— А ты как всегда видишь в нас врагов, Алекс, — печально вздохнул отступник и, не скрывая во взгляде угрозы, добавил: — Мы же все-таки одной крови.

— Не стоит оскорблять меня и моих товарищей! — выплюнул охотник. — В нас нет той грязной крови, что течет в твоих венах. Мы не порочим свои тела кровью падших!

— Чего у тебя не отнять так это вежливости и такта, темный маг, — брезгливо процедил красноглазый, бросив быстрый взгляд нам за спины.

А смотрел он, собственно, на возникшего рядом Зепара.

Когда он сражался с демонами, его лицо практически ничего не выражало. Но сейчас выражение лютой ненависти заставило меня отшатнуться от мальчишки. Яростный взгляд был направлен исключительно на Астарота.

— Вздумал глумиться? — с презрением произнес Алекс. — О вежливости и такте говорит тот, чей командир взял в заложники весь университет?

Астарот обвел помещение быстрым взглядом и, пожав плечами, ответил:

— Я использую улучшенную версию завесы, Алекс. Никто не сможет к ним прикоснуться. И, несмотря на то, что вы забрали одного из моих союзников, — вперил он насмешливый взгляд в Альберта, — я не предпринял попыток отомстить, разве нет?

— Ублюдок! — яростно прорычал мальчишка.

— Прикуси язык, Зепар! — остервенело зашипела незнакомка.

— Успокойся, Альбина.

Ее порыв приблизиться Астарот остановил жестом руки.

В то время как я продолжала стоять, оцепенев на месте. Ладони вспотели, тело бросало то в жар, то в холод. Мне казалось, стук бешено бьющегося сердца, должны были услышать все присутствующие.

Почему тот, кто всякий раз является в моих снах, здесь?

В последнюю нашу встречу он был при смерти. Жизнь в его глазах стремительно угасала. Он ведь ушел, разве нет? Тогда почему сейчас он стоит передо мной? Я сплю?

Оставшиеся от ногтей кровавые следы на ладонях эту догадку опровергли.

Хочу спросить его! Хочу позвать по имени!

И прежде чем мысли решились на это, тело опередило разум:

— Сол! — выкрикнула я, сделав несколько шагов в сторону Астарота. — Это же ты, верно? — голос против воли продолжал срываться.

Я чувствовала всеобщее замешательство, видела изумленные лица Алекса, Альберта, Сола и его спутников. Когда глаза Астарота, наконец, встретились с моими, ведь до этого он не смотрел мне в лицо, я увидела, пусть лишь на мгновение, но увидела! Тоску в его взгляде, раскаяние, удивление, смешанное с облегчением.

— Не понимаю… почему ты здесь?! — отчаянные нотки в голосе скрыть даже не пыталась. — Ответь мне, Сол!

— Ты ее знаешь? — подняла брови блондинка, окинув меня брезгливым взглядом.

— София, что ты делаешь? — жестко произнес Алекс, ухватив меня за руку, и одернул назад.

Глаза защипали слезы, прокладывая влажные дорожки по щекам. Короткий шаг в мою сторону, вернее, он сделал шаг, но словно врезался в невидимую преграду, которая мешала ему решиться подойти. Привычная грусть, которую я увидела во взгляде, больно резанула по сердцу. В горле встал ком, в груди невыносимо щемило.

В мыслях царила полная неразбериха. Я словно затерялась в этих невообразимых чувствах, не понимала, как отличить свои от чужих, или, быть может, прошлое от настоящего?

Как отличить прошлое, которое явилось в мое настоящее?

— Сол, это же ты, верно?! — повысила голос, снова намереваясь приблизиться.

Резкий рывок, и я оказалась прижата к груди Алекса. Боковым зрением заметила, как напряглось тело Астарота, а грусть в глазах сменилась дикой яростью.

— Ты говорил… мы снова встретимся, — всхлипнула я, уткнувшись в грудь Алекса. — Но ты не пришел…

Присутствующие по-прежнему находились в ступоре. Они не понимали того, что сейчас происходило.

Но я наконец-то поняла. Те чувства, которые казались чужими, на самом деле были всецело мои. Они принадлежали другой мне, той, что жила когда-то очень давно.

— Астарот, кто она такая? — перевела на него Альбина ледяной взгляд.

Вырвавшись из объятий Алекса, я стала стремительно приближаться к Солу. Но его последующие слова послужили невидимой преградой. Слова, которые отозвались болезненной пощечиной:

— Прости, малышка, но я тебя не знаю, — произнес он с насмешкой в голосе.

— Не… знаешь? — собственный голос узнала с трудом.

— Понятия не имею, что вы за игру затеяли, — начал красноглазый, — но мы сюда пришли по делу.

Потеряв ко мне всякий интерес, Астарот перевел взгляд на Алекса.

— Марина забыла кое-что передать, — усмехнулся он. — Как видишь, проводница не всегда выполняет свою работу на совесть. Приходится самому забирать то, что принадлежит мне по праву.

— Она была убита! — выплюнул Альберт. — Просила извиниться за предоставленные неудобства!

Мое тело плохо слушалось, ноги будто вросли в пол. Чувство опустошенности высушило слезы. Мысли хаотично перебирали ответы в надежде, что найдется хоть один, тот, который поможет понять, почему он так поступает.

Быть не может, но неужели я ошиблась?

— А ты, я погляжу, совсем страх потерял, да, Астарот? — спокойно отреагировал Алекс.

— Нам нужен артефакт, — ленивым баритоном протянул шатен.

— Тебе, Ориас, память отшибло, или думаешь, мы артефакты без сосуда как талисманы носим? — издевательски выгнул бровь Альберт. — Хочешь артефакт, рискни напасть на орден.

— Я слышал, у Марины была соседка, — то, каким тоном Астарот это произнес, заставило меня поежиться. — Предполагаю, девушка приняла артефакт за побрякушку и оставила себе. Сейчас мои тени рыскают в поисках Софии Лувил и очень скоро ее найдут.

В голосе Астарота слышалась неприкрытая угроза. Он ищет меня. Нет. Он ищет девушку, у которой предположительно находится артефакт.

Но почему же он не помнит? Я ведь не сошла с ума? Он выглядит в точности как Сол.

— Я знаю, ты узнал меня. Узнал во мне Мак, — уверенно произнесла, без страха заглянув ему в глаза.

Все взгляды снова обратились ко мне. Я не знаю причины, по которой он продолжает отпираться, но ему меня не обмануть. Не удавалось тогда, не удастся и сейчас.

— Как для охотницы она чересчур со странностями, — раздраженно фыркнула Альбина.

Теперь голос этой девицы казался еще более мерзким.

— Ты обозналась милочка, моего возлюбленного Астарота зовут Влад, — промурлыкала она, пробежавшись пальчиками по его плечу.

Я с трудом перевела взгляд на эту дрянь и внезапно заметила кулон, мирно покоившийся на ее шее. Золотая тоненькая цепочка с двумя ключиками на ней. Тот самый кулончик, который был на мне в прошлом.

В тот момент меня словно закоротило. Тело затрясло от безудержной ярости, ненависть, она будто непреодолимая мгла тянула в свой омут.

— Это, — указав остервенелым взглядом на кулон, — принадлежит мне, — процедила я, злобно оскалившись.

С чувством боли смешалось острое желание разнести здесь все к чертовым демонам. А эту белобрысую подстилку закатать в ближайший бетон.

Очевидно, мое желание она ощутила физически. Сделала резкий шаг вперед, выставила в стороны руки. В ладонях Альбины сквозь всполохи темно-сиреневого пламени материализовались двухлезвийные секиры.

— Я не отдавал тебе приказа, — холодно произнес Влад, бросив в ее сторону предостерегающий взгляд.

— Алекс, Зепар! — окликнул их Артем.

Охотник появился наперевес с избитой Шиковой. Потрепали ее, конечно, знатно, но моя совесть на данном этапе отправились в глубокую спячку.

Альбиноска, проигнорировав слова Астарота, сделала несколько шагов в мою сторону, умело вращая увесистые секиры.

«Оружие одолжи!», — мысленно воззвала я к печати, и о-о-о чудо, на сей раз мне подчинились с первого раза.

В руках сквозь всполохи золотого пламени материализовались клинки из многослойной стали, на эфесе красная филигрань, по лезвию змеились символы на древней латыни. Прекрасное оружие, что вскоре окрасится в багровый.

Прежде чем мои и ее союзники успели опомниться, Альбина сделала резкий выпад и бросилась в мою сторону, нанося тяжелый удар обеими секирами.

Увернуться от первого удара не составило труда, она двигалась предсказуемо и опрометчиво, в лоб. Острая сталь вонзилась в стену, дав мне шанс атаковать. Мощный удар с разворота ногой в живот отбросил противницу назад.

Я двигалась легко и быстро, знала, как атаковать, куда ударить, чтобы обездвижить, видела наперед ее движения, словно телом и разумом управлял кто-то другой.

— О-о-о, так она одна из десяти, — хмыкнул Астарот, пристально за мной наблюдая. — София Лувил, я полагаю?

И только сейчас я осознала, что выдала себя с потрохами. Отступать было слишком поздно, к тому же, как выяснилось спустя пару минут, к моему превеликому разочарованию дралась альбиноска лучше меня, да и магию умело использовала. Огненный фаербол, сформировавшийся у нее над ладонью, несколько раз вспыхнул, меняя окраску пламени с красного на черный, и только после этого помчался в мою сторону.

Увернуться от магической атаки мне удалось, но от секиры нет.

Бок обожгло острой болью, кофта в том месте стала липкой от расплывшегося алого пятна крови. Однако закончить бой и принять поражение я даже не подумала. Краем глаза заметила двинувшихся в нашу сторону Алекса и Артема, прежде передавшего Шикову Альберту. Но охотников остановила странная мерцающая завеса и глумливая улыбка Ориаса.

— Девочки сами разберутся, — оскалился он, заведомо зная, кто одержит победу.

И это явно была не я.

— Ориас, неужели ты все еще не понял? Твой герцог против моего короля не сможет выстоять, — в тон рыжему ответил Баал.

Материализовавшееся в его руке древко копья увивала металлическая лента. Наконечник — клинок имел вид заточенного с одной стороны широкого фальшиона. От обуха наконечника отходил параллельный шип. Резкий выпад, и оружие со свистящим звуком разрезало слабо осязаемую стену вдребезги.

— Не двигайся, — приказал Ориасу Артем. — Иначе я позволю копью вдоволь напиться твоей крови, — без тени улыбки предупредил он.

После нескольких удачных выпадов мне наконец удалось ранить вражескую подстилку. На ноге и бедре девицы появились кровоточащие раны.

«Я один из семидесяти двух духов, — раздался рокот в мыслях, — даже в нынешнем положении ты сильнее простой полукровки, в твоих руках мое оружие, — подчеркнуто сообщил дух».

Но полностью осознать его слова и обрадоваться хорошей новости он не позволил, жестко продолжив:

«Однако мой сосуд потерпит поражение. Страх забрать чью-то жизнь лишит тебя твоей собственной. Не отняв ее у противника, победы тебе не одержать!».

Споткнувшись от его слов на ровном месте, пропустила атаку со стороны альбиноски. Вовремя скрещенные мечи послужили неким щитом, предотвратив новую рану от секиры, однако мощного столкновения со стеной избежать не удалось. В глазах на мгновение потемнело, но хруст сломанной руки я услышала очень отчетливо, да и вогнать мне в голову секиру, белобрысой не позволил Артем, принявший удар на свое копье и мгновенно атаковавший в ответ.

Стерву нехило свернуло пополам, и та кубарем покатилась к ногам Влада, там же она и потеряла сознание, истекая кровью. Однако Астарот даже не взглянул в ее сторону.

— Больно, — приглушенно простонала, пытаясь отогнать обморочное состояние и сфокусировать взгляд на Владе.

Но увидеть я смогла лишь его удаляющуюся спину, прежде чем он полностью исчез за плотной завесой белого тумана.

— София! — встряхнул меня за плечи Алекс. — София!

Сил сопротивляться обмороку больше не осталось, сознание медленно, но верно погрузилось в зыбучую темноту.

ГЛАВА 19

— Ну же, Мак, — обессиленно произнес Сол, — я хочу увидеть ту прекрасную улыбку, что пленила мое сердце.

— Разве могу я улыбаться, зная, что твое сердце бьется последние минуты? — безжизненно ему ответила.

Видя, как жизнь в любимых глазах постепенно угасала, мое сердце разрывалось на части.

— Нам стоит улыбнуться этой жизни, Македа, — поднеся мою ладонь к своим губам и легонько коснувшись пальчиков поцелуем, произнес он с ликующими нотками в голосе.

— Ты умираешь, Соломон, — шепотом ответила, позволив ему стряхнуть одинокую слезу, скатившуюся по моей щеке.

— Но в этот раз я обыграл судьбу, она не получила твою жизнь, моя прекрасная Македа. Кто знает, быть может, в следующей жизни, мы сможем вновь переродиться и вместе быть до самого конца.

Сладкие слова обволакивали как нежный шелк. В них было столько веры, что невозможно не поверить.

— Из каждой нашей прожитой жизни мы оставляли себе лишь имя и свою любовь, — в голосе послышались горькие нотки. — Мы перерождались уже множество раз, столетие за столетием. От самого начала нашей первой встречи, великий царь Соломон, — наконец, ему улыбнулась.

— С самой нашей первой встречи, моя прекрасная царица, — мягко произнес он в ответ и после недолгого молчания хрипло попросил: — Твой кулон… ты можешь вернуть его мне?

Рука непроизвольно потянулась к шее, где была застегнута цепочка с кулончиком в виде двух ключиков.

— Ты сказал — это ключи от твоего сердца и мира, которыми теперь обладаю я, Соломон.

— Я верну тебе их, как и всегда, — пообещал он. — Эти ключи не могут принадлежать другой, только тебе, любовь моя.

— Ты снова дал обещание, — согласно кивнула, сняв с шеи цепочку.

В глазах Сола уже погасли краски, он не видел моего лица, не видел капающих слез. Грудь вздымалась очень слабо, осталось совсем немного времени.

Я старалась сдержать срывающийся плач, как вдруг в наступившей тишине послышался его слабый, но такой же приятный на слух голос, а звучали слова стихов, которые он когда-то написал для меня:

— Положи меня, как печать, на сердце твое,

Как перстень, на руку твою:

Ибо крепка, как смерть, любовь…

Его слова эхом разносились по заброшенному особняку, где время словно остановилось, а тишина прислушивалась к каждому его вдоху:

— Люта, как преисподняя, ревность,

Стрелы ее — стрелы огненные,

Она пламень весьма сильный…

С последним выдохом прошептал Сол.

— Большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее, — закончила за него, тихо всхлипнув.

Полную луну и звезды затянули черные тучи. Моросивший дождь проникал в расщелины крыши, окропляя наши тела. На его губах играла мягкая улыбка, лицо было расслабленным, а выражение умиротворенным, словно он видел счастливый сон. Но жизнь покинула тело, осталась лишь оболочка… душа уже воспарила ввысь.

Вложив в безвольную ладонь Сола кулон, я прикоснулась к еле теплым губам поцелуем. После прижалась к его груди, чтобы в последний раз ощутить все еще теплые объятия.

* * *

Боль в висках нарастала сильнее. Сознание и мысли, как разбросанный пазл, пытались собрать себя в единую картину.

В тот момент, когда я увидела Сола в реальности, кто-то словно щелкнул переключатель. Сложилось впечатление, будто режиссер неумело смешал два фильма, где основой сюжетной линией стали мои нынешние воспоминания и те, из далекого прошлого.

Они не были игрой разума или манипуляцией духа. Влад и я — реинкарнации когда-то живших правителей.

Великий царь Соломон, считавшийся магом и обладателем кольца, управляющего семидесятью двумя демонами Гоетии. И царица Савская, Македа, чье имя означает «огненная». Женщина, которую Соломон любил больше жизни.

Тысячелетие за тысячелетием наши души рождались вновь, сохраняя в себе обрывки памяти и чувств. Однако в этой жизни что-то пошло не так. Эмоции, принадлежащие мне нынешней и прошлой разрывают на части, пытаясь сосуществовать вместе, пытаясь стать одним целым.

Боль, страх, злость, отчаяние, непонимание, тоска, ярость. Хотелось дать этим чувствам волю, но я сдерживалась из последних сил. Вряд ли истерика или ручьи слез помогут привести мысли в порядок.

К тому же, показывать свои слезы Алексу, сидевшему рядом со мной на кровати, и Альберту, расположившемуся в кресле, не хотелось. Ребята терпеливо ждали, пока я соберусь с мыслями, ждали, пока приду в себя.

Но все мои старания не могли удержать рвущуюся на свободу злость.

Почему Сол сказал, что не помнит? Почему солгал? А та белобрысая стерва? Как она смеет носить кулон, по праву принадлежащий только мне?!

— Главное держи себя в руках, — осторожно и тихо начал Алекс. — Твоя печать сейчас не стабильна. Ты можешь разнести все здание в щепки и нас заодно, — предупредил он.

Замечанию охотника вняла, глубоко вдохнула-выдохнула, успокаивая разыгравшуюся ярость. Поскольку печать на ладони действительно странно себя вела. Золотой свет спирали вспыхивал черным, а рука покрылась жуткими темно-бордовыми, почти черными трещинами.

— Что с артефактом? — охрипшим голосом спросила, стараясь не поддаваться панике.

— Ты использовала оружие печати, а не свою энергию. Сила духа слишком велика для твоего тела, она могла разорвать тебя на части. Сейчас проходит восстановление разорванных импульсов, которые повредила сила артефакта, — пояснил Альберт, смерив пронизывающим взглядом.

Эта жуткая картина против воли предстала в мыслях, где я выступаю в роли мыльного пузыря. Стало по-настоящему страшно.

— София, ты же понимаешь, рано или поздно тебе придется рассказать о случившемся, — сдержано произнес Алекс, но почему-то отвел взгляд.

— Ты знакома с Владом Ириным? — настороженно спросил Альберт.

Под внимательным взглядом парней было неуютно. Такое чувство, будто они пытаются уличить меня во лжи.

— Ты назвала его другим именем, — напомнил Зепар. — Спутала со знакомым?

Существование нам подобных они воспринимают нормально, а реинкарнацию нет? Или никто так и не понял?

— Да, я знакома с ним, — честно ответила. — Вернее, была знакома в прошлом, — добавила, пытаясь подобрать более доступные к понимаю слова. — Есть ли такое понятие как прошлая жизнь? Она ведь существует? — задала прямой вопрос.

К моему удивлению охотники не просто помрачнели, они были в ярости, хотя и пытались скрыть внезапные вспышки гнева.

— Ты знала Влада в прошлой жизни? — уточнил Алекс.

— Не просто в прошлой, я знала его в каждой. Столетиями мы перерождались, преодолевали временной порог и снова находили друг друга, и так жизнь за жизнью, — сдержанно объяснила.

— Это малоизученная тема, поскольку о прошлой жизни помнят единицы, — задумчиво пробормотал Альберт, откинувшись на спинку кресла. — Но чья именно ты реинкарнация?

— А вот это самая интересная часть, — криво усмехнулась. — Македа, царица Савская.

Не сиди охотники сейчас, точно бы повалились на пол. Да у них прямо-таки лица посерели.

— Сол… — с трудом выговорил Алекс, — только не говори мне, что он реинкарнация царя Соломона, — попросил он, не веря в собственные слова.

— Да.

Альберт сидел как молнией пораженный, при этом умудрялся смотреть на меня, будто я полоумная, не хватало только пальцем у виска покрутить. Алекс некоторое время молчал, но гнев выдавали играющие на скулах желваки и побелевшие костяшки пальцев на сжатых кулаках.

Я с ногами на кровать запрыгнула, когда эти двое одновременно вскочили и начали что-то бормотать себе под нос.

— Госпожа судьба решила над нами поглумиться? — осипшим голосом произнес Альберт. — У нас и без того куча проблем с печатью Астарота. Так он еще и реинкарнация мага, который владел великим кольцом Соломона, — взвыл парнишка. — Нет, хуже, он и есть этот чертов маг! — обреченно выдохнул Зепар.

— Его реинкарнация, — тихонечко поправила я. — Он более не владеет той мудростью и силой, которой обладал раньше, — решила проинформировать охотников, но пояснение пропустили мимо ушей.

— Орден встанет с ног на голову, — едко подметил Алекс.

— Да их просто инфаркт хватит! — глухо отозвался Зепар, плюхнувшись обратно в кресло.

— А разве они не асуры? Быстрая регенерация там, жизнь без болезней, — полюбопытствовала я, но меня снова посчитали за часть интерьера.

— Собираешься им доложить? — нерешительно спросил Зепар.

Ответ Алекса я была тоже не прочь услышать. Но стоило охотнику перевести на меня мрачный взгляд, это желание резко пропало. Догадка пришла сама собой, ее-то я и озвучила:

— Влад враг ордена — отступник. А я та, кого советники хотят завербовать, — глухо пробормотала. — Если до недавнего это было большой проблемой, то сейчас проблема приобрела угрожающий масштаб. Союзникам не разрешено любить врагов, — криво усмехнулась я.

— София…

— Не нужно, — перебила Альберта. — Мои чувства к Солу никуда не делись.

— Ты можешь ошибаться, — попытался возразить парнишка.

— Он солгал. Я видела это в его глазах. Сол вспомнил меня, уверена, вспомнил гораздо раньше, чем я его. Но по какой-то причине решил сделать вид… хотя его причина очевидна, — в каждом моем слове слышались горечь и тоска.

— Послушай, — прикоснуться к своей руке я Алексу не позволила, как, впрочем, и договорить:

— Вам не следует мне доверять, — предупредила их. — Несмотря на тот спектакль, что устроил Сол, сейчас я готова броситься его искать, где бы он ни был.

— Прекрати! — грубо встряхнул за плечи Алекс. — София, ты не Македа, лишь ее реинкарнация! Именно остатки воспоминаний Македы все еще испытывают чувства к Соломону. Не ты! Эта жизнь принадлежит только тебе, важны лишь твои чувства.

Моя злость исчезла так же быстро, как и появилась. Я понимаю, что Алекс имеет в виду, но проснувшиеся воспоминания слишком яркие, так просто их не разделить, они словно открытая рана, для исцеления которой требуется время.

— Я это понимаю, Алекс, мне просто нужно привести мысли в порядок.

— У тебя нет на это времени, — отрезал Альберт. — Если ты права, и Влад в курсе того, кто он, у нас серьезные проблемы.

— Он так ужасен? — настороженно спросила.

— Этот тип жесток, хладнокровен и презирает людей лютой ненавистью, — яростно произнес Зепар, и, не обращая внимания на мой ошарашенный взгляд, продолжил: — Он найдет способ подчинить себе оставшиеся девять печатей. Случись такое, и мир, который мы знаем, перестанет существовать. Он изменится, и это будет далеко не райское место.

— Астарот перестроит его по своему усмотрению, — продолжил нагнетать обстановку Алекс. — В чем я уверен точно, так это дальнейшее существование людей в эти планы не входит.

— Может, тогда этот мир станет лучше? — отстраненно пробормотала и тут же ошалело захлопала ресницами. — Это не я! — в панике добавила, убеждая не столько парней, сколько себя. — Я не совсем так думаю.

— С этим ничего не поделаешь, чувства Македы и Соломона стары, как этот мир. Их любовь жила и продолжает жить тысячелетиями, — со звенящим раздражением в голосе процедил Алекс.

— И почему мне кажется, если об этом станет известно советникам, эм… у меня фантазии не хватает, чтобы представить свою дальнейшую участь, — непроизвольно поежилась.

— Орден найдет способ тебя убить, — подтвердил мои худшие опасения Алекс. — Если не смогут подчинить себе, значит, найдут способ избавиться от тебя, это основная работа советников. Они без капли сочувствия и жалости пожертвуют одним сосудом, чтобы не дать Астароту свершить свои планы. Ты обязана научиться противостоять прошлым чувствам, София, иначе…

Охотник замолчал, в продолжении не было необходимости, все и так предельно ясно.

— Знаешь, для нескольких дней это перебор, — вымученно выдохнула. — Я все еще пытаюсь осознать, что не являюсь человеком, а теперь и реинкарнация Македы к общему дурдому добавилась.

— Как и сказал Зепар, у тебя нет времени осознавать недавние события. Твой единственный вариант — это принять или отвергнуть факт происходящего. Но у второго смертность выше.

— А ты умеешь утешить и подбодрить девушку, — поморщилась я, укоризненно посмотрев на Алекса.

— Прости, но по-другому нельзя. Это мой способ не дать тебе погибнуть.

— Тогда научи меня использовать мою силу, — предложила ему. — Этим ты изрядно продлишь мою жизнь.

— Восстановление займет какое-то время, — указал красноречивым взглядом на мою почерневшую ладонь Альберт. — Сейчас ты не сможешь использовать энергию.

— Будучи трупом, я ею точно уже воспользоваться не смогу. Мне ведь удалось подчинить оружие артефакта. Без какой-либо помощи!

— Не ровняй оружие духа к своей силе. Если продолжишь и дальше управлять чистой энергией артефакта — умрешь. Печать тебе подчинилась только потому, что эмоционально ты была не стабильна. А за использование кровной силы каждый из нас платит цену, София, — на одном дыхании выпалил Алекс. — Пока ты не научишься идеально ее контролировать, будешь испытывать боль. Это раздирающее изнутри чувство сведет тебя с ума!

От его слов по спине пробежался холодок. Бывали дни, когда в мысли закрадывалось безумное желание обладать какой-нибудь сверхспособностью или магией. Но я никогда не задумывалась, какую бы цену заплатила за этот дар, будь это реальным. В моем случае это возможно, но вот платить придется болью. Правда ли это дар? Больше на проклятие смахивает.

— Вы и сейчас испытываете боль? — осторожно спросила.

— Иногда, — сухо отозвался Альберт, бросив безразличный взгляд в сторону окна. — Это зависит от силы, которую ты вкладываешь в атаку или защиту, чем она выше, тем сильнее боль.

— Да вы просто святые, — вырвалось горестное. — Продолжаете испытывать мучения, защищая тех, кто о вас ни сном, ни духом…

— Мы просто ставим на их место близких нам людей, — голос Альберта был не менее горестным, чем мой.

— В этом мире есть те, кого не жалко защитить, поставив на кон собственную жизнь, верно? — еле заметно улыбнулась, заглянув в глаза Алекса.

Альберт непроизвольно кивнул.

— Найти свое предназначение и цель в жизни, думаю, только так можно ощутить себя значимым и свободным, — задумчиво начала, поднявшись на ноги. — Я хочу найти свою цель, Алекс. Если не научусь управлять силой — меня попросту убьют. В этой ситуации выбор не велик. Я предпочту боль смерти.

На этот раз в слова я вложила всю свою уверенность и отступать более не намерена.

— Ты должна будешь полностью мне довериться, — устало произнес Алекс. — И выполнять все, что я тебе скажу! — добавил он более резко.

— Как скажешь, — согласно кивнула, пряча победную улыбку.

— О произошедшем… — продолжил охотник спустя несколько минут молчания. — Орден рано или поздно узнает, что вы реинкарнации, и довольно-таки проблемные. До этого момента мы должны быть уверены, что они не воспримут тебя как угрозу. Случившееся видели только я и Альберт, Баал решил — Альбина напала на тебя по приказу Астарота, чтобы отнять кристалл. О настоящей причине пока никто не должен знать.

— Я могила, — заверила его и тут же поморщилась от собственной реплики.

О могилках и прочей загробной жизни лучше не думать и вообще всеми силами избегать.

— Кстати, что с универом? — настороженно спросила, вспомнив о «статуях-студентах».

— Во время боя обвалилась крыша, есть пострадавшие, но, к счастью, все остались живы, — успокоил Альберт.

— А как Шикова? — тем же тоном продолжила.

— За нее можешь не волноваться, она быстро восстановится, — усмехнулся Алекс.

А вот мстить, чувствую, будет очень медленно и долго.

— Нужно сообщить нашим об Астароте, пусть знают, что он может оказаться реинкарнацией царя Соломона. Им нужно быть начеку, усилить патрули и разделить поисковые отряды для новичков.

— А из тебя вышел бы неплохой капитан, — улыбнулась Алексу.

— Не люблю запарные вещи, — отмахнулся он и, подойдя к зеркальному шкафу-купе, открыл дверь, — Пусть этим занимаются королевские печати.

— Королевские? — переспросила по инерции. — Это которые Баал, Заган и Белиал? — вспомнила я.

— Они самые, — фыркнул Альберт.

Поднявшись с кресла, охотник направился к высокой светло-коричневой двери.

— Значит, Анна, Наташа и Артем королевского происхождения? — полюбопытствовала, чем, собственно, остановила Альберта.

Все же в ордене своя иерархия.

— Кровь у них красная, — со смешком ответил Зепар. — Но вот демоны, которыми они повелевают, являются королями.

— То-то они слишком надменны, — с понимающим видом кивнула.

— А вы, я погляжу, поладите, — заметил Алекс и, достав с полочки черный пакет, поставил его на прикроватную тумбочку. — Приведи себя в порядок, Заган принесла для тебя сменную одежду, — указал он взглядом на тумбочку.

Правда, при упоминании о Наташе Алекс не только поморщился, но еще и потер затылок. Наверняка охотница выразила недовольство по поводу того, что ей приходится со мной нянчиться.

— Здесь была Наташа? — послала ему виноватый взгляд.

К слову, а здесь это где?

Комната, по всей видимости, была гостевой, выполнена в светло-лазурных тонах. Рядом с двуспальной кроватью, на которой я очнулась, прикроватные тумбочки, возле двери шкаф-купе, у окна трельяж. Ничего лишнего, собственно, это и навело на мысль, что определенного хозяина у здешних апартаментов нет.

— Эм…

— Ты у меня дома, — правильно понял мой немой вопрос Алекс. — Это место безопасно. Астарот знает, что десятая печать у тебя, он найдет способ забрать ее, хотя в данном случае ему нужно просто попросить, — укоризненно покачал головой охотник, в то время как я понуро опустила голову. — Сюда ему не пробраться, я целый год усовершенствовал барьеры, делая их сильнее.

— Обнадеживает, — тихо пробормотала, двинувшись к окну. — А в какой части города мы находимся?

— В Юго-Западном административном округе, это Северное Бутово, — бросил Алекс из-за спины и ретировался за дверь.

— Поторопись, ванная там, — кивнул Альберт в сторону белой двери, — У нас еще куча дел, — предупредил он напоследок, покинув комнату вслед за Алексом.

Пришлось приложить немало усилий, чтобы поторопиться со сборами, так как восстановление все еще продолжалось и, несмотря на то, что сломанная рука уже срослась, болевые ощущения и жуткая усталость приносили немалый дискомфорт.

Холодный душ немного освежил и помог остудить голову. Правда, в последствии вещи натягивала стуча зубами и отогреться удалось, лишь когда сушила волосы феном.

ГЛАВА 20

— А ты на удивление быстро, — подметил Альберт, стоило мне появиться на пороге гостиной.

— Сам же сказал, что времени нет, — спокойно ответила и, устремив взгляд на Алекса, решила поинтересоваться: — Я тут подумала… вас ведь могут наказать за укрытие возможного врага.

— Мы не марионетки и не подчиняемся слепо ордену, — хмуро отреагировал Алекс. — К тому же, с некоторых пор у меня появились подозрения касательно совета. Я собираюсь найти виновного в смерти Марины, кем бы он ни был, и отправить ублюдка прямиком в преисподнюю.

— И все же…

— Лучше побеспокойся о себе, — перебил Альберт. — Мы в состоянии постоять за себя.

С этим не поспоришь.

— Орден поручил нам доставить тебя к одному из основателей, — несколько помедлил охотник.

А выражение, с которым это было произнесено, очень насторожило.

— Этот древний старикан и советников до нервного тика доводит, так что гости мы у него не частые, — добавил Зепар.

— Он — асура? — перевела осторожный взгляд на молчавшего Алекса.

— Нет, — отрицательно покачал он головой. — Метаморф.

— Мета… что?

— Метаморф, — сдержанно повторил Алекс. — Бессмертное создание древних истоков и Хранитель Душ. Не знаю, сколько ему в действительности, но кто-то говорил, что видел его портрет рядом с третьим основателем, а портрету уже далеко за пятьсот лет.

— Пятьсот?! — опешила я.

— Последние двести лет он проводит погибших охотников на другую сторону. По крайней мере, он так говорит, — деловито добавил Альберт.

— Так призраки все же существуют?

Пора бы уже перестать удивляться всему, что они говорят.

— Неупокоенные души. Иронично звучит, с учетом того, что все думают, будто у демонов нет души, — насмешливо бросил Алекс. — Для нас призраки не особо опасны. Не хочешь проблем — тогда просто не стой у них на пути, старайся поменьше уделять внимания, и докучать они не будут.

— Думаю, их злит именно безразличие со стороны живых, — задумчиво сказала, переведя взгляд на притихшего Альберта.

Интересно, а сколько лет Зепару?

— Семнадцать, — сообщил парнишка, ну точно мысли прочел!

Видимо, я так красноречиво его рассматривала, что этот вопрос у меня вырисовался прямиком на лбу.

— Альберт оказался на стороне ордена не так давно, — похлопал того по плечу Алекс и, поднявшись с кресла, добавил: — Поговорим об остальном по дороге, у нас мало времени.

— Мы куда-то направляемся? — спохватилась я.

— В Некрополь, — невозмутимо ответил Альберт.

— Н-некрополь? — споткнулась не только словесно, но еще и в буквальном смысле. — Это который мертвый город? Кладбище, что ли?

А ведь я совсем недавно говорила себе не думать о могилках и прочей загробной жизни.

— Тебя что-то смущает? — не понял Алекс моего нервного состояния.

— Кроме кладбища? — скептично выгнула я бровь. — Дайка подумать… могилы, призраки, демоны, древний метаморф!

— Я понял, — виновато улыбнулся охотник. — И тем не менее, он находится в Некрополе.

— А может, пригласить его в мир живых… для разнообразия? — с надеждой спросила.

— Он не оценит. А если вдруг все же решится, поселим его рядом с тобой, — произнес Альберт с сарказмом.

Перспектива жить под боком у древнего метаморфа меня не радовала, правильнее будет сказать — эта идея пугала. И раз такое дело, значит, отправимся в город мертвых. Подумаешь призраки, пф-ф-ф.

Когда Алекс привел нас в соседнюю комнату, я решила, о Некрополе охотники пошутили, но не тут-то было. Повернув статуэтку белого ангела на книжной полке, Саша и Альберт вошли в открывшуюся потайную дверь. То есть принцип появившегося прохода был такой же, как и в офисе советника Вернина. Книжные полки просто растворились, впуская в тускло освещенную комнату хозяина квартиры.

Опасливо переступив порог, вошла следом за парнями, а там кроме непонятного треугольного каменного столика на высокой ножке больше ничего не было.

— Эм… в моем представлении Некрополь выглядит несколько иначе, — подметила я, с любопытством рассматривая каменный постамент.

— Отсюда и переместимся, — простенько ответил Альберт, посмеиваясь с моих округлившихся от удивления глаз.

— Портал? — уточнила, с трудом воспринимая собственные слова.

— Портальные руны, — поправил Алекс, проведя ладонью над каменным постаментом.

Я во все глаза наблюдала, как темно-красное пламя, сорвавшее с его ладони, прорисовало огненные символы на каменной поверхности. Невидимая, но ощутимая воздушная рябь, которая последовала за этим, слегка испугала. Чувство, будто сквозь тебя кто-то прошел.

— Он проверяет установленные над домом энергетические барьеры, — объяснил действия охотника Альберт. — А это портальная руна, — продемонстрировали мне стеклянный камень, напоминающий огненный опал, с выцарапанным на нем красивым символом.

А я-то подумала этот постамент и есть портал, оказывается, нет.

— Если с помощью этого камня можно перенестись откуда угодно и куда угодно, — задумчиво начала я. — Тогда почему мы пришли сюда? Из-за барьера?

— Сейчас увидишь, — туманно ответил Альберт.

А лукавая улыбка, с которой он говорил, не предвещала лично для меня ничего хорошего.

— Встретимся на восточной границе, — кивнул Алекс Зепару, поймав брошенный им камень.

Стоило Альберту встать рядом с постаментом, Алекс быстро прижал меня к своей груди. Я ни возмутиться, ни удивиться не успела, во все глаза уставившись на окутавшую нас рябь серебра. Вспышка! Нет, подобие взрыва внутри купола, в котором оказался Альберт, заставил вскрикнуть и сильнее прижаться к охотнику, потому как яростное и мощное темно-зеленое пламя вырвалось наружу, норовя сжечь все, к чему прикоснется.

Странная аномалия длилась секунды, но зрелище на всю жизнь запомню. А когда до меня дошло, что и я сейчас так же переноситься буду, волосы на голове зашевелились от ужаса.

— Я пешком пойду! — закричала, вырываясь из сильных рук Алекса.

— Пешком долго, на машине тоже не быстро, руна лучший выход, — улыбнулся он моему испугу.

— Лучший выход из мира живых! — согласно кивнула.

— Ты ничего не почувствуешь, — со смешком проговорил парень, крепче удерживая за руки.

— Конечно, не почувствую, это ж мгновенная смерть, — с убийственной иронией возмутилась я.

— Камень не причинит тебе вреда, — заверил Алекс, обняв рукой за талию. — На открытом пространстве портальной руной можно свободно воспользоваться, но в квартире или в общественном месте это проблематично, сама видела.

— Такое сложно не заметить, — буркнула в ответ, начиная меленько дрожать.

— Обычные люди тоже могут видеть эту вспышку. В этом и проблема, тут завеса не поможет. А теперь если хочешь, можешь закрыть глаза.

— Нет уж, предпочту смотреть в глаза этому огненному монстру, — проговорила, стиснув зубы.

Уголки губ Алекса дрогнули в улыбке. Веселье охотника я разделять отказывалась, мне так страшно не было даже перед падшим, а вот перед этой огненной фурией очень!

Стоило ему сжать в ладони сверкнувший камень, и я сама теснее прижалась к Алексу, будто это могло оградить меня от ревущего пламени. Огненные змеи, охватившие его руку, молниеносно поглотили нас целиком.

Однако внутри эта стихия не казалась такой уж жуткой. Скорее, пламя напоминало фейерверки, а появившиеся спиралевидные символы начинали быстро вращаться, непонятным для меня образом искривляя пространство.

Наше перемещение напоминало удар молнии. Секунда, и я стою посреди зеленой пустоши, а рядом в расслабленной позе Альберт, поглядывая на наручные часы.

— Быстрее, чем я ожидал, думал, придется долго ее уговаривать, — насмешливо протянул Зепар, внимательно следя за моим поведением.

— Ты прав, гораздо быстрее, чем тебя в первый раз, — незамедлительно резюмировал Алекс.

Вот теперь я стояла и довольно улыбалась, в то время как паренек насупился и сверлил Алекса обиженным взглядом.

— Как себя чувствуешь?

Виноватые нотки, послышавшиеся в голосе охотника, меня насторожили. Я непонимающе заморгала, с опаской прислушиваясь к ощущениям.

— Нормаль… м-м-м, — промычала, прижав ладонь ко рту.

Неожиданно нахлынувшая тошнота, словно в центрифуге побывала, застала врасплох.

— Секунду назад все было хорошо, — прохрипела я, стараясь дышать медленно и глубоко.

— В первый раз у всех заторможенная реакция, — лениво отозвался Зепар, но тут же притих, стоило увидеть хитрый взгляд Алекса.

Парнишка, игнорируя мое позеленевшее лицо, продолжал что-то просматривать в появившейся голографической панели из наручных часов. Когда на лице Алекса снова заиграла виноватая улыбка, я уже было хотела сказать все, что думаю о его честности, но мое состояние резко пришло в норму.

— По выражению твоего лица могу предположить, отпустило?

А ведь на мое лицо Зепар даже не взглянул!

— Где мы? — начала оглядываться по сторонам, и, как только повернулась назад, моему взору открылась часть огромного кладбища.

Только находилось оно за еле заметной бело-прозрачной стеной.

— Граница восточной части Хованского кладбища, — ответил Альберт, направляясь к одинокому склепу. — По ту сторону барьера третья территория, мы сейчас на четвертой.

— Я думала у Хованского кладбища всего три территории: центральная, западная и северная, — сообщила о своих познаниях, рассматривая странную мерцающую завесу.

— Ты не одна так думаешь, — с намеком просветил Алекс. — Этот барьер заставляет приблизившихся к границе людей разворачиваться и топать в противоположную сторону.

— А Некрополь, я так понимаю, под землей, — обреченно выдохнула.

От веселых улыбок охотников скривилась.

— Давайте поторопимся.

Понуро опустив голову, поплелась следом в указанном направлении. Дверь в старый склеп открыли нормальным человеческим путем, повернув ручку. Внутри было жутко пыльно и тесно, а в центре красовался черный саркофаг, или предположительно черный, под толстым слоем пыли было сложно разобрать, но, тем не менее, именно к нему мы и направились.

Алекс без лишних слов повернул кинжал, который держала неизвестная скульптура женщины на крышке ее вечного захоронения. Каменный гроб тут же с громким шипением отъехал в сторону, открывая нам ведущую вниз лестницу.

Первым в темноту неизвестного начал спускаться Зепар, Алекс, проявив смекалку, подал мне руку, за которую я с благодарностью ухватилась.

Ступеней через тридцать мне отрылась умопомрачительная картина!

Каменная лестница, по которой мы спускались, парила среди бледно-голубого клубящегося тумана. Вверху, под поросшим острыми камнями сводом, медленно вращалась огромная белая пентаграмма.

Призраки!

Здесь повсюду парили призраки! Полупрозрачные белесые души приближались к белой пентаграмме, но та, искрясь слабыми молниями, отгоняла непрошеных обитателей.

Впереди простилался огромный город, состоящий из склепов, статуй и надгробий. Плененные временем и поросшие странными темно-синими растениями камни. Одинокие высохшие деревья мерцали ближе к корням, это свечение тянулось через всю покрытую мхом землю словно вены, а конечным пунктом было большое дерево с густой кроной цветастых листьев.

И во всей этой мистической и волшебной атмосфере, в мертвой тишине слышались приглушенные одиночные крики и шепот, холодивший в жилах кровь.

И в отличие от меня охотники выглядели скорее раздраженными и недовольными, чем напуганными.

— Жульничаешь!

От этого оглушительного вопля я на месте подпрыгнула, чуть не свалившись с последних ступеней.

— Что это, черт возьми, было? — сдавленно, от того шепотом, спросила.

— Хранитель Ивалис, — приободряюще улыбнулся Алекс и, обратно взяв меня за руку, крепко сжал ладонь.

— Снова с кем-то в шахматы играет, — фыркнул Зепар, возобновляя шаг.

Я быстро оглянулась по сторонам, «с кем-то» это явно не здесь. Тут же кроме мертвецов больше никого нет, да и разве призраки могут касаться предметов?

Продолжая опасливо озираться по сторонам, вплотную прижалась к охотнику, медленно перебирая ногами, чтобы не споткнуться о торчащие из-под поросшей мхом земли корни.

Жители загробного мира тенями мелькали между склепов, пролетая сквозь стены, сухие стволы деревьев и каменные надгробия. Те, кто был ближе к нам, не упускали возможности приблизиться и попытаться напугать.

Зепару и Алексу эти прозрачные Касперы были побоку, а вот мне нет. Заметив мои округлившиеся от страха глаза, приведения виртуозно скалились, кривлялись и даже прозвучало миловидное «Бу-у-у!», от скрюченной старушки. При этом ее лицо так обезобразилось, что у меня начало нервно дергаться веко.

— Ты мне сейчас пальцы сломаешь, — шепнул Алекс, нагнувшись к моему уху.

— У тебя регенерация быстрая, — незамедлительно напомнила, отмахнувшись от его слов.

Тихий смех охотника эхом разлетелся по холодному Некрополю.

— Не шуми, — недовольно буркнул Альберт, поднимаясь на небольшой холм, где, собственно, и росло то необычное дерево. — Хранитель Ивалис, где вы? — приглушенно вопросил Зепар.

— Мы здесь по приказу ордена, — на громкий голос Алекса Альберт отреагировал новым недовольным бурчанием.

— Правильно, давай, созови сюда весь загробный мир, — причитал парнишка, обходя широченный ствол дерева, не уступающий по объемам толщине гигантской секвойи.

— Хранитель Ивалис, — раздраженно позвал Алекс. — Вы снова прячетесь?

Мне не понравилось, когда он отпустил мою руку, но и цепляться, как ребенок, я за него не стала, пятясь к стволу «деревца».

— Хранитель Ивалис, не могли бы снизойти со своего пьедестала к нам, смертным? — прошипел Альберт, пнув лежащий камень.

Пока охотники пытались отыскать, по всей видимости, игривого старичка тире бессмертного метаморфа, я вплотную подошла к дереву, и с облегчением выдохнула, облокотившись о почему-то теплую кору.

По непонятной мне причине, призраки это дерево облетали стороной, поэтому со спины точно не подкрадутся.

Обернувшись к Алексу, проследила за тем, как он, что-то отбросил на небольшом деревянном круглом столике, больше напоминающем бревно. А когда краем глаза уловила движение, по всему телу пробежалась армия мурашек.

— А-алекс, — испуганно пискнула я, ибо ко мне начал приближаться какой-то совсем неправильный призрак.

Другие это место стороной облетают, а этот особо любопытный сейчас плыл прямиком ко мне!

Провалы вместо глаз зияли черными пламенными кругами, тело покрывало всего около сорока процентов кожи, остальное же обглоданные кости. Тихо завывая, призрак стремительно сокращал между нами расстояние.

От страха у меня начали подгибаться ноги, горло сжало спазмом. Охотников поблизости не оказалось, и спасать меня, видимо, никто не собирался.

— Ты главное не делай резких движений, — прозвучало гнусавое над ухом.

Со слезами на глазах медленно обернулась, чтобы тут же завопить во все горло. А все потому, что говорило со мной дерево, вернее, лицо, появившееся в его стволе.

— Какая голосистая, — подметило «дерево», поморщившись.

— Хранитель Ивалис, вы чем там занимаетесь? — недовольно взвыл Зепар, стряхивая со своего плеча руки барышни-призрака.

— А чем, по-твоему, может заниматься тысячелетний старик, живущий в мертвом городе уже больше двух столетий? — скрипучим голосом в свою очередь возмущенно возопил хранитель.

Я бы сказала, чем он тут занимается, но решила поберечь здоровье и собственную нежную психику.

— Души на другую сторону переправляю! — заворчало «дерево», отвечая на собственный вопрос.

— Может, выйдете к нам? — улыбнулся Алекс.

— Может, и выйду, — обиженно пробормотал старик.

ГЛАВА 21

Обижаться хранитель, видимо, долго не умел, уже через несколько минут сопящего недовольства начал выбираться из своего укрытия. Кора с треском разошлась в стороны, выпуская маленького старичка. Маленького в прямом смысле этого слова, он мне только до пояса доставал.

Янтарные глаза на морщинистом лице хитро сощурились. Поправить взъерошенную копну пшеничных волос он даже не попытался, зато смахнул с кремового костюма крошки оставшейся коры, но это явно не помогло, так как почти весь его наряд порос травинками. А уши напоминали эльфийские, только на продолговатых кончиках росли маленькие стебельки.

— Хранитель Ивалис, это София Лувил, последняя печать, — представил меня Альберт.

— Не печать, а носитель сей печати, — укоризненно покачал головой старичок, исправляя паренька, и что-то невнятно забурчал, когда Зепар недовольно закатил к верху глаза. — Молодежь уже нынче не та, — пожаловался пустоте хранитель. — Старших совсем не уважают, традиции не чтут, безобразничают, наводят беспорядки, — с хрипотцой в голосе продолжил он жаловаться подлетевшему призраку. — Люди позабыли, что такое добро! Совсем разучились дарить и делиться им с другими. Не видят вокруг себя мир, дышащий волшебством.

— Совершенно с вами согласен, хранитель, — миролюбиво улыбнулся Алекс, но взгляд был серьезным.

— Ишь ты, согласен он, — фыркнул старичок, а после, повернувшись к призраку, задумчиво добавил: — А так-то верно, этот всегда со мной согласен.

— Я София, рада знакомству, хранитель Ивалис, — улыбнулась ему, решив, что пора представиться лично.

— Иваныч я, — махнул рукой дедуля.

Этот старичок разительно отличался от тех советников, которых я повстречала ранее. В нем не было той надменности или чувства превосходства над другими. Он излучал доброту, чем окончательно расположил к себе. А вот подлетевшие с двух сторон призраки все так же вызывали у меня лишь холодок по спине и желание отсюда сбежать.

— Кыш отседова, кому сказал! — возмутился Иваныч, — Не пугайте мне девочку! — притопнул ногами хранитель.

К словам хозяина этого мертвого города прислушались буквально на минутку, а после их слетелось столько, что у меня нервная икота началась. Несколько сотен призраков полукругом приблизились поглазеть на живых гостей Некрополя.

Попятившись назад, споткнулась о небольшой выступ в холме и, не удержавшись на ногах, шлепнулась на мягкое место.

— Эх, — шумно выдохнул Иваныч, встав рядом со мной.

Теперь он был на одном уровне с моим лицом, что значительно упрощало общение, правда, в данный момент из меня и слово сложно было вытащить. Вот хоть казните на месте, но ведь это же призраки. Самые настоящие, страшные, между прочим.

— Они… — начал старик отчужденным голосом, — всего лишь одинокие души. Не стоит их бояться, София. Нужно только присмотреться к тому, что внутри этой обезображенной событиями и временем оболочке, — голос хранителя умиротворенным эхом разнесся по всему городу мертвых.

А со сказанными словами старичок взмахнул руками, с которых тут же сорвался слабый голубоватый ветер. Одна легкая взрывная вспышка, и все призраки один за другим превратились в небольшие темно-синие светлячки. Своды города сейчас заполняли сотни мерцающих огней-призраков. Невероятное зрелище живого звездного неба захватывало дух. Будто бы смотришь в зеркально-чистое озеро, над которым кружились сотни маленьких светлячков, осыпая мертвую воду голубой сверкающей пыльцой.

Страх отпустил вместе со словами хранителя, оставалось просто восхищаться и наслаждаться красотой парящих душ.

— И совсем не страшно, — улыбнулся Иваныч.

Не улыбнуться в ответ было невозможно. Рядом с этим необычным метаморфом мне казалось — мир не такой жестокий и мрачный. Нужно только научиться смотреть не поверхностно, а немного глубже на то, что тебя окружает.

— А теперь, — хранитель протянул руку, за которую я с благодарностью ухватилась, поднимаясь на ноги, — расскажи мне, носитель последней существующей печати, чего ты хочешь?

На первый взгляд простой вопрос, но он слегка выбил меня из колеи.

Чего я хочу? Разве меня привели сюда не потому, что совет ждет моего решения? Я ведь должна сказать, согласна ли стать частью этого неизвестного и опасного мира. Времени, отведенного мне печатью, осталось не так много, прежде чем я и артефакт станем единым целым, и тогда обратного пути уже не будет.

— А-а-а, — неожиданно понимающе закивал старик. — Сейчас тебя волнует не печать, а тот отголосок прошлого, который стоит за твоей спиной, словно вторая душа.

После слов метаморфа я резко обернулась, пытаясь увидеть ту самую вторую душу. Увы, то, что видел старичок, было скрыто от моих глаз. Повернувшись обратно к хранителю, я вопросительно приподняла бровь. Напряженное состояние Алекса в этот момент не укрылось от цепкого взгляда Ивалиса, единственный, кто выглядел абсолютно спокойным в данную минуту, был Альберт.

— Почему не привели девочку к Агаресу? — прищурился хранитель, обратившись к охотникам.

— Орден приказал привести Софию к вам, — спокойно ответил Альберт, игнорируя вернувшуюся к нему девушку-призрака.

— Глядите-ка, какой правильный, — скривился старичок. — С каких это пор ты, малец, беспрекословно подчиняешься ордену? Разве душевное состояние твоего товарища не важнее? — угрожающе притопнул метаморф.

Правда, со стороны это выглядело забавно.

— Агарес, как и Соня, помнит о своей прошлой жизни, — огорошил меня хранитель. — Чтобы девочка приняла правильное решение, нужно разрешить все головоломки.

— Агарес? — не выдержала я. — Владимир Орисон?

— Да, он, как и ты, помнит о прошлой жизни, — кивнул парнишка.

— Почему раньше не сказали? — всерьез разозлилась, окинув Алекса разочарованным взглядом. — Вы представить не можете, какой кавардак сейчас творится у меня в голове!

— Орден приказал…

— Хватит повторять! — перебила я Зепара. — Вам нужен артефакт, выбравший мое тело как сосуд, тогда будьте добры выполнить то, что нужно мне!

— Глядите-ка, а девчушка с характером, — хмыкнул хранитель, кивнув стоящему рядом призраку мужчины в форме морского флота.

Я уже было хотела возразить, что давно не ребенок, но, вспомнив о годах Иваныча, решила промолчать.

— Если вы понятия не имеете, зачем орден приказал привести меня сюда, тогда я хочу видеть Агареса, — выпалила, даже не отшатнувшись от возникшего рядом кивающего призрака той самой старушки, пытавшейся довести меня ранее до инфаркта.

— Совет приказал проверить совместимость Софии с артефактом, — после недолгого молчания ответил Алекс. — До карнавального бала осталось шесть дней, в это же время срок печати истекает в полночь. Орден хочет быть уверен, что к тому времени ты будешь на стороне Ориона, зная имя своей печати.

— Ты же говорил, что не доверяешь ордену, — стремительно приблизилась чуть ли не впритык к лицу охотника.

— Я говорил, что не доверяю советникам, орден тут ни при чем, как ты можешь видеть, — быстрый взгляд в сторону метаморфа и снова на меня, — даже главы основателей Ориона не придерживаются политики властвующих советников, включая меня, — ответил Алекс, не отрывая от меня взгляда. И ведь даже не отстранился, наоборот, последнее слово скользнуло прямиком по моим губам, так что отстраниться пришлось именно мне.

— Так Луцкий хочет, чтобы я убедил Софию в необходимости стать единой с демоническим артефактом? — в голосе хранителя впервые послышались металлические нотки. — Полагает, раз я убедил когда-то Анну, владеющую печатью Белиала, получится и на сей раз?

— А? — искренне удивилась я, думая, что ослышалась. — Анна не хотела принимать печать? Как так? — я даже вперед подалась, прямо-таки жаждая услышать ответ.

— У нее была трудная жизнь, полная слез и горя, — забормотал старик. — Но раз она умолчала, я не вправе говорить, — отрезал он.

— А у кого она не трудная? — эхом раздался тяжелый вздох со стороны.

— Анна? А ты как здесь оказалась?

— Орден прислал, — сухо ответила охотница.

— Всегда так, как что кому нужно, так сразу ко мне посылают, а как проведать старика, так всех сразу ветром сдувает, — запричитал Иваныч обиженным голосом.

— Да будет вам, хранитель Ивалис, зачем же себя стариком называть? — хитро прищурилась Анна, плавной походкой от бедра направляясь к метаморфу. — Вы — верный слуга другой стороны, можете принять любой облик. Личину невинного ребенка, прекрасного юноши, статного мужчины или старца. Время для вас лишь цифра, оно никогда не коснется Хранителя Душ.

— О чем ты говоришь? — не удержала разыгравшееся любопытство.

Анна легонько провела пальчиками по морщинистой щеке старика, послав мне загадочную улыбку, а тот, кто лишь секунду назад был дедулей Иванычем, буквально перестал им быть. Белая дымка на мгновение окутавшая старика явила нам мальчика лет восьми. Янтарные раскосые глаза, копна пшеничных волос по плечи, кремовый костюмчик уменьшенной версии все с теми же травинками. И лишь по выражению лица и глаз можно было догадаться, что перед нами лишь облик ребенка.

— Уверена, что ты пришла сюда по поручению ордена? — хмыкнул мальчишка, лукаво усмехнувшись.

— Обижаете, хранитель, — надула губки охотница, — Я бы не пропустила встречу с вами.

— О том и говорю, — тяжко вздохнул он. — Пытаешься завлечь Софию на нашу сторону волшебными забавами? — поинтересовался детский голосок.

— Ну что вы, господин Хранитель Душ, я всего лишь хотела полюбоваться вашим ангельским личиком, — улыбнулась Белиал, потрепав метаморфа за розовые щечки.

Радости Анны лишили, когда новая белая дымка окутавшая мальчика, показала нам взрослого юношу.

— Ну вот, — недовольно поджала губы охотница.

— У тебя, я погляжу, много свободного времени, — укоризненно произнес хранитель.

А я, чтобы не грохнуться в обморок от таких чудо-превращений, ухватилась за локоть Алекса, Альберт вовремя поддержал за талию, вернув пошатнувшееся тело, готовое прилечь на травке, в вертикальное положение.

— И как такое прикажите принять за чистую монету? — сипло пробормотала я.

Опомнившись или, вернее, вспомнив о моем существовании, Анна наконец обернулась в мою сторону.

— Тебе лучше привыкнуть к факту, что этот мир гораздо больше, чем тот, который знаешь ты, — расщедрилась на совет охотница.

— Как вы это делаете? — не мигая, спросила я, искренне надеясь, что метаморф больше не будет менять облик, мне и двух хватило выше крыши.

— Как делаю? — задумчиво постукивая указательным пальцем по подбородку, задал самому себе вопрос Ивалис.

— У Хранителя Душ нет временного обличия, — напряженно пояснил Альберт. — Он меняет возраст в зависимости от тех, кого провожает на другой берег. Или прикидывается приятелем-подростком, — скривился Зепар.

— Все еще злишься? — еле заметно улыбнулся метаморф.

— У меня, что ли, дел больше нет? — отвернулся охотник.

Завидев мой вопросительный взгляд, Анна не без ехидства решила просветить:

— Наш господин хранитель иногда выбирается из своего мертвого царства, в одно время он был другом Альберта, когда этот неуправляемый ребенок получил печать.

— Хватит разглагольствовать! — прикрикнул на нее Зепар.

— Имеешь в виду Иван…ыч… — я на секунду замолчала. Как-то неловко называть молодого парня этим именем, но по лицу метаморфа поняла — ему совершенно безразлично, — принял облик подростка, чтобы подружиться и помочь Альберту? — продолжила мысль.

— И он это прекрасно знает, просто наш малец злится, что его слегка обманули, — потрепав Зепара по волосам, милостиво подметила Анна.

— Нарываешься? — насупился Альберт, прожигая то Анну, то Иваныча угрюмым взглядом.

Быстрым ловким движением Белиал ухватила паренька, зажав его голову локтем, удерживая и слегка прижимая к груди. А Зепар, краснея то ли от злости, то ли от смущения, пытался вырваться подобно дикому зверьку.

— Моя печать сильнее твоей, да и опыта больше, — со смешком пояснила охотница. — Не угрожай тем, кому заведомо проиграешь.

— Ну, ты…

— У нас не так много времени, — устало напомнил Алекс, перебив Альберта.

— Да, как скажешь, — проворковала Анна, выпустив отпрыгнувшего от нее охотника.

А я решила сделать заметочку и расспросить об этом Альберта немного позже.

— Что ж, возвращаясь к нашим баранам, — бодренько продолжила Белиал, усевшись рядом с опустившимся на траву метаморфом. — Касательно артефакта…

— Не ты ли мне рассказывала, о благах сей печати? — перебила я Анну, сложив руки на груди. — Что ж сама-то от нее отказывалась?

— А ты посиди пять лет в психушке, убеждая себя, что не спятила. Уговаривая собственное отражение в зеркале верить словам окружающих. Изо дня в день повторять себе одну и ту же фразу: это просто твое воображение, ничего из того что ты рассказываешь не существует, — съязвила Белиал.

На это я не нашлась что ответить, ведь и сама совсем недавно думала: у меня явно поехала крыша.

— Мне было пятнадцать, когда приемные родители упекли меня в психлечебницу. Биологические родители погибли, когда мне было три года, по крайней мере, так значится в документах, — иронично улыбнулась Анна.

— Сочувствую, — искренне сказала, но охотница от моих слов отмахнулась.

— После удочерения я и начала видеть вещи глазами асуры, видеть то, что скрыто от человеческого глаза. Чем больше я доказывала свою правоту, чем больше говорила: «я не сумасшедшая», тем сильнее все от меня отдалялись. За те пять лет, проведенные в мягком домике, добрым дядям-психиатрам удалось убедить меня в собственном бурном воображении, — тихим, холодным, можно даже сказать с отвращением в голосе пробормотала охотница и с более живой мимикой на лице продолжила через несколько секунд: — Только видеть монстров я не переставала, просто решила для самой себя, что неизлечимо больна. Я игнорировала все увиденное, улыбалась и притворялась нормальной. Пока однажды мое бурное воображение не попыталось меня убить. Тогда-то я и повстречала своего первого охотника Ориона. И каково же было удивление мужчины, стоило мне посоветовать ему срочно обратиться в психиатрию, я не почувствовала облегчение, даже когда меня убедили, что я в своем уме и вижу реальные вещи. Как робот продолжала считать их такими же психами, как и себя.

— Но ты все же решилась стать одной из них, — подметила я. — Почему?

— Пришлось, — хмыкнула девушка. — Когда меня приняла печать, я продолжала убеждать себя: они ненормальные, все мной увиденное иллюзия. Но когда явившегося по мою душу демона увидели обычные люди, я пересмотрела свой диагноз. Правда, в отличие от меня, покинув завесу, они все забыли. А я, собрав вещи, ушла из дома, решив, что лучше находиться с такими же сумасшедшими, как и сама.

— Мы не сумасшедшие, просто другие, — тихо поправила я Анну.

— Рада слышать твое «мы», — хитро улыбнулась охотница.

— Я не могу изменить того, кем родилась, но это не означает, что согласна пополнить ваши ряды, — упрямо заявила.

— София! Неужели ты все еще не понимаешь? Тебя убьют, если откажешься от печати.

— Я смогу научиться пользоваться собственными силами, — попыталась ее убедить, на что та, закатив глаза, снова возмущенно заорала:

— Без артефакта на это уйдут годы, а у тебя меньше недели, понимаешь? Твое время истечет на карнавальном балу! Советники на ушах стоят, думая, как заставить тебя принять печать, — продолжила упорствовать Белиал.

Слова Анны заставили червячок сомнения зашевелиться с новой силой. Годы? Чтобы научиться управлять своей силой мне потребуются годы тренировок?!

Стоило перевести осторожный взгляд на Алекса, как внутри все оборвалось. Анна сказала правду. Но кто же меня учить все это время будет? Эти ребята изображают мою охрану только потому, что я все еще не дала свой ответ. Но стоит этому времени выйти, как они отвернутся от меня.

От этих мыслей стало жутко. Не просто жутко, у меня словно почву из-под ног выбили.

— А все из-за присутствия противников ордена Орион на этом вечере, — тяжело выдохнул Альберт, устало потирая разболевшиеся виски.

— Противники? — не поняла я, пытаясь сосредоточиться на разговоре.

— Сейчас все больше появляется тех, кто придерживается мнения Влада. Им надоело защищать тех, кто и сам себя неплохо истребляет, — отстраненно проговорил Алекс.

— На балу будут присутствовать жители другой стороны. Событие организовывается один раз в пять лет, и каждый раз оно заканчивалось чей-то смертью, — просветила Белиал. — В орденах творится полная неразбериха, и с каждым днем, неделей, месяцем положение только усугубляется, мы уже и сами смотрим друг на друга как на врагов, подозревая в предательстве.

— То есть советники опасаются моего предательства? — сообразила я. — Думают, я перейду на сторону врага?

— Да, — коротко ответила Анна.

— Это абсурд! — возразила, сердито поджав губы. — Я и сторону ордена принимать не хочу, а уж ваших врагов и подавно.

— Орден может приказать насильно запереть тебя где-нибудь и дождаться пока твое тело примет печать, — от слов Белиал я невольно вздрогнула.

— Не посмеют, — хмуро отреагировала я.

— На войне все средства хороши, София, — в тон мне ответила Анна. — Охотники, заключившие контракты с орденами, могут работать на самих себя по истечению времени уговора. С недавних пор это касается и хранителей печатей. Тебе всего лишь нужно продержаться год.

— Если я приму решение… если соглашусь отбросить старую жизнь и присоединиться к вам, приняв печать, окончательно перестану быть человеком, — тихо ответила я.

— Так ты поэтому отказываешься пополнить ряды ордена? — под изумлением Анна не очень-то умело скрыла понимающие нотки.

А осознание собственных слов заставило меня отшатнуться.

Я действительно боюсь перестать быть человеком. Мне страшно от мысли стать такой же, как и подручные Влада. Боюсь, что эта печать изменит меня, сделает той, против кого Алекс и остальные сражаются. Пусть я и не родилась человеком, но я им жила последние двадцать два года!

Именно эти мысли я и озвучила.

— Мы не допустим этого, — уверенно заявил Алекс.

— Откуда вам знать? — возразила я. — Откуда знать, что я не встану на сторону Влада? Что, если я это сделаю против собственной воли, вдруг та другая я, пересилит меня нынешнюю?

— Другая ты? — перевела на меня непонимающий взгляд охотница. — С чего тебе вставать на сторону Влада?

Алекс и Альберт одновременно тяжело вздохнули, при этом смотрели на меня недовольно и раздраженно, а я только сейчас поняла, что сболтнула лишнее.

— В чем дело? — прищурилась Анна, угрожающе надвигаясь на нашу троицу. — Выкладывайте, или силой заставлю сказать. Какое отношение ты имеешь к Владу?

— Я и Влад… в прошлой жизни, вернее, во всех своих прошлых жизнях мы знали друг друга, — попыталась я объяснить, и с каждым моим словом лицо охотницы неестественно вытягивалось от удивления.

— София и Влад реинкарнации царя Соломона и царицы Савской, — не выдержал Альберт.

Несколько минут Анна переводила ошарашенный взгляд с меня на остальных охотников, включая хранителя. Она молчала, а вот выражение лица и взгляд говорили, что нас сейчас будут убивать.

— И давно вы об этом знаете? — как-то подозрительно спокойно спросила Белиал.

— После нападения Влада, — честно ответил Алекс, и прежде чем Анна разразилась гневной тирадой, продолжил: — Ты же понимаешь, почему я не доложил об этом в орден?

Охотница понимала, именно поэтому поубавила свой пыл.

— Как вы были связаны? — только и спросила Анна.

— Мы любили друг друга, — сдавленно ответила ей. — Любили настолько, что помнили об этом в каждой последующей жизни, — с болью в голосе продолжила я. — Мы помнили и понимали, что являемся реинкарнациями великих правителей. Наши чувства никуда не исчезали, но нам никогда не удавалось остаться вместе. Я всегда отдавала за него свою жизнь, а в последний раз это сделал Сол.

— Значит, сейчас, все повторяется? — уточнила Анна, намекая, помнит ли Влад о прошлой жизни.

— Мы не знаем, — ответил за меня Алекс. — Если он помнит, то умело это скрывает.

— Он помнит! Я видела это в его глазах!

— Вот как, — понимающе кивнула Белиал, переведя взгляд на Алекса. — Правильно сделал, что не открыл это ордену.

— Тогда бы они использовали Софию совсем по-другому, — скривился Альберт.

— Орден сделает из меня оружие в сражении с Владом, — догадалась я. — Если он помнит и испытывает то же самое, что и вторая часть меня, не сможет дать мне погибнуть. Владу пришлось бы сдаться на милость советников, и все было бы кончено. Но откажись он, орден просто избавится от меня, как от возможной предательницы и проблемы.

— Верно мыслишь, — деловито подметила Белиал. — Когда советники узнают, а они узнают, и поверь мне, это произойдет довольно скоро, им будет плевать, согласна ли ты стать частью Ориона. Тебе же лучше принять печать и научиться защищаться. Орден что-то замышляет и мне это не нравится.

— Мой единственный выход принять печать? — спросила, не узнав свой безжизненный голос.

— Принимая печать, ты впускаешь в свое сердце и душу древнего духа, — выступил вперед хранитель, приближаясь ко мне с каждым сказанным словом. — Управляешь им, подчиняешь своей воле, контролируешь, не даешь поработить себя тьмой, которая заперта в его силах, — продолжил Ивалис, пристально заглянув мне в глаза. — Приняв печать, ты всю свою жизнь будешь бороться с тьмой внутри себя. С тьмой, которая каждую секунду будет пытаться подчинить тебя своей воле.

От этих слов я зябко поежилась, уж больно жутко прозвучали эти слова, но я еще не понимала, что следующие слова хранителя ввергнут меня в ужас.

— Вы не помогаете! — одернула его Анна.

— Но когда я сказал эти слова тебе, ты была благодарна за правду, — мрачно заявил метаморф, и Белиал тут же отступила. — София, — снова обернулся ко мне хранитель, — Когда истечет время, отведенное тебе печатью, вы станете едины. Так же этот процесс можно ускорить, если ты прикажешь демону назвать свое имя. Но всего этого можно избежать. Однако извлечение печати невероятно болезненная вещь и пережить ее не каждый сможет. Сейчас твоя душа и дух уже переплели нити кровной энергии. Ты испытаешь страшную агонию, боль будет подобна тому, как если бы с тебя сдирали кожу. Словно вырывают часть души.

Мрачные слова метаморфа громким набатом разлетелись по всему Некрополю, даже Анна, поежившись, отступила еще дальше. Она была явно удивлена такой переменой завсегда добродушного Хранителя Душ. Алекс и Альберт стояли молча, никто не стал возражать или опровергать слова метаморфа.

— Пытаетесь меня запугать? — ровным голосом спросила.

— Я лишь предупреждаю. Готовлю к неизбежному, если решишься избавиться от печати, София, — в тон мне ответил Ивалис.

— Значит, меня будет ждать смерть уже в двух случаях, — язвительность тона уступила место обычной иронии. — Не окажусь достаточно сильна — умру при извлечении. Смогу пережить изъятие печати — погибну от рук падших, стоит мне остаться одной. Не велика перспектива.

— Есть еще и третий вариант, — уверенным голосом заговорила Анна. — Прими печать, научись защищать себя и будешь жить.

— Не вы ли говорили, что даже с печатью я могу погибнуть в сражении с падшими. Учитывая статус недавнего носителя, — внутри дернулось раздражение, и сдерживать его становилось все сложнее.

— Когда станешь едина с духом, шансы на выживание значительно возрастут. А риск расстаться с жизнью всегда будет существовать, даже в обычной человеческой жизни. Ничто в этом мире не вечно, Соня, — мягко, но уверенно ответила Белиал.

— У тебя еще есть время все хорошенько обдумать, — вернув себе личину старца, пробормотал хранитель. — А сейчас предлагаю вам наведаться к Агаресу.

— К слову об этом, — протянула я, переведя взгляд на Алекса. — Ему можно доверять?

— Да, — коротко кивнул он, а завидев мой неудовлетворенный его малоинформативным ответом взгляд, решил объяснить более обширно: — Владимир все еще является охотником ордена, но он как раз из тех, кто выполнил договор и сейчас может свободно распоряжаться своей силой. Агарес не принимает ничью сторону, наблюдает и в случае необходимости вмешивается в ситуацию.

— Агарес никогда не примет сторону Влада и его приверженцев, — добавила Белиал. — Он законченный альтруист, не изменяющий своим принципам. Можно даже сказать, советники его несколько обходят стороной, — уклончиво ответила блондинка.

— В таком случае, я бы хотела с ним поговорить, — решительно кивнула.

Никто не был против моего желания, а перед тем как покинуть царство мертвых, Иваныч тонко намекнул:

— Когда в твоем сердце поселится тревога, ты всегда можешь прийти сюда. В этом месте неожиданно для самой себя ты можешь найти ответы или найти путь к принятию сложного решения.

А я думаю, Иванычу просто хотелось поговорить с более живыми личностями, чем мертвые души.

Улыбнувшись старцу, я поспешила следом за охотниками, и в этот раз шла совершенно спокойно, не шарахаясь от пролетавших рядом призраков. А стоило выбраться в мир живых, хотя не совсем живых, учитывая, что Некрополь расположен глубоко под землей Хованского кладбища, как я обнаружила покрывающий землю поздний вечер.

ГЛАВА 22

Полная луна заливала могилы ярким светом. В тишине слышался скрип ветвей и шелест крон одиноких деревьев, отзывающихся на провокации слабого ветра. Неестественный холод пробирал до костей, сейчас это место выглядело каким-то призрачным и жутким. Казалось, вот-вот из могил восстанут мертвецы, заполоняя собой мир живых.

— Замерзла? — нарушил могильную тишину Алекс.

Прежде чем я успела ответить, парень снял с себя черную куртку на молнии и набросил ее мне на плечи.

— Пытаюсь понять, почему меня избегает солнце, — забормотала я.

— Ты это о чем? — удивленно выгнула тонкую бровь Белиал.

— Я уже не помню, когда последний раз нормально встречала вечер. Стоит на пару часов увидеть дневное время суток, как что-то происходит, и все вокруг поедают сумерки и темнота.

— А-а-а, — понимающе протянула блондинка. — Время в Некрополе течет совсем по-другому.

— Мы же там не больше часа провели, — недоумевала я.

— Некрополь существует сам по себе, его время никому не подвластно. Ты можешь думать, что находилась там несколько часов, когда на самом деле время на поверхности бежало гораздо быстрее. Или же пробыть в мертвом городе как тебе кажется долгое время, а здесь пройдет лишь пара минут, — объяснила Белиал, а я все равно ничего не поняла. — Не заморачивайся, — отмахнулась охотница. — В Некрополь не стоит наведываться слишком часто, иначе есть вероятность остаться там навсегда.

Желания возвращаться в город мертвых у меня не было, разве только если со мной будет кто-то еще.

— Вы отправляйтесь к Агаресу, а я в орден. Постараюсь убедить советников, что все идет так, как они запланировали. Но у вас не так много времени, решите все в кратчайшие сроки, — поделилась мыслями Белиал.

— Ты уж постарайся, а мы разберемся с остальным, — фыркнул Альберт, и тут же встал в оборонительную позицию, стоило Анне недобро прищуриться.

— Как разберусь со всем, лично займусь твоим воспитанием, — пригрозила охотница.

— Лучше к Иванычу перееду, — парировал охотник.

— Тогда пакуй чемоданы, — милостиво согласилась Анна.

— Свяжись со мной, как закончишь в ордене, — ухватив Альберта за шиворот, раздраженно произнес Алекс.

Кивнув и напоследок окинув Зепара хитрым взглядом, не забыв при этом наградить и меня странной улыбкой, Анна исчезла в огненном росчерке. А я только сейчас вспомнила, каким путем мы сюда добирались.

— Может, все-таки воспользуемся человеческим транспортом? — застонала я, когда увидела в руке Алекса портальный камень.

— Прости, но так быстрее всего, а времени у нас не так много, — виновато ответил охотник, приобнимая меня за талию. — Скоро привыкнешь.

— Это уж вряд ли, — уткнувшись в грудь Алекса, забормотала я.

В следующее мгновение нас окутало яростное пламя, перенося в указанное охотником место. В этот раз тошнота накатила гораздо быстрее, и, несмотря на быстрое ее отступление, состояние было отвратительным.

— Свет в доме горит, но я не чувствую Агареса, — насторожено произнес Альберт.

А я, подняв голову, пыталась рассмотреть слабоосвещенное высокими фонарями двухэтажное здание из красного кирпича.

— Где это мы?

— Никольский переулок, — коротко ответил Альберт, приблизившись к дому.

— Защитный барьер дома целый, — приглушенно заговорил Алекс.

Вытянутая рука парня полыхнула белесым пламенем. Вокруг нас появился мерцающий переливами синего и зеленого свет, словно северное сияние, стоило Алексу прикоснуться к воздуху.

— Идемте, Зепар, защищаешь Софию, — приказал охотник, не оборачиваясь.

— Понял, — согласился Альберт. — И еще, я чувствую неподалеку темную ауру, может, падший или кто-то из низших.

— Знаю, я заметил, — повернув ручку двери, ответил Алекс.

— Значит, мне не показалось, — прошептала я, шагая следом за парнями. — Я уже было подумала, у меня паранойя началась, и везде демоны мерещатся, — бубнила себе под нос, опасливо оглядываясь по сторонам.

Стоило нам оказаться внутри, как в нос ударил запах гари, гостиная, коридоры в другие комнаты и лестница, ведущая на второй этаж — все было сожжено. И совсем недавно. Обгоревшая мебель продолжала тлеть, от всего исходил жар.

— Снаружи дом выглядит нормальным, никаких признаков пожара, — заметила я, закрывая нос и рот рукавом куртки.

— Магическое пламя сжигает только то, что нужно асуре, — поморщился Алекс, переступив через остатки сгоревшего комода. — Барьер не поврежден, значит, Агарес впустил того, кто все здесь уничтожил.

— Или он сам это сделал, — добавил Альберт, пнув рассыпавшийся некогда диван.

— Как это сам? — переспросила по инерции.

— Защищаясь, — объяснил Альберт, приблизившись к все еще целой лестнице. — Здесь был бой.

— Агарес жив и не скрывает своего присутствия, он неподалеку, — непроницаемый голос Алекса эхом разлетелся по гостиной.

А мне отчего-то стало жутко. Он и сам не совсем понимал, что здесь произошло. Лицо мрачное, брови сошлись на переносице, тело напряжено, словно он в любой момент готов атаковать невидимого врага, и Альберт всецело разделял настроение охотника.

— У меня такое чувство, будто я насекомое, угодившее в паутину, — пролепетала, всматриваясь в потолок.

Второй этаж может обвалиться, потолок выглядел неестественно выпуклым и… почему это у него двенадцать остекленевших белых глаз?

— Ребята мне кажется или…

— Ложись! — приказал Алекс, увернувшись от толстой когтистой лапы паукообразной твари.

Вскрикнув, выставила перед собой руки в попытке защититься. Альберт в мгновение ока оказался рядом, закрыв меня собой, вот только ударивший сбоку монстр нанес слишком сильный удар. Я вышибла своим телом стекло и вылетела на улицу, проехавшись по асфальту.

Зепар, попытавшийся выпрыгнуть следом, был затянут обратно вязкой белой нитью. А над окнами второго этажа показалась еще одна тварь.

— Черт! София, беги! — заорал парнишка.

Ринувшись с места, помчалась в переулок, из глубины которого послышался женский крик. Я уже было подумала это я вопила, когда увидела девушку, сидевшую на земле, с нависающим над ней таким же паукообразным существом.

Не сбавляя бег, ухватила с земли прут решетки, валяющийся возле заборчика. Оббежав вопящую девицу, резко развернулась, со всего размаху врезав металлическим прутом по глазам твари. Монстр протяжно зашипел, а я на автопилоте ухватила за руку незнакомку, потащив следом за собой вглубь переулка, где виднелся слабоосвещенный фонарями выход.

Девица рыдать и орать перестала, просто вцепилась в мою ладонь железной хваткой и, стараясь не спотыкаться, с округлившимися от ужаса глазами мчалась вперед. К сожалению, с ней убежать далеко не удалось, монстры настигли буквально через минуту.

Спину обожгло болью, когда нас отшвырнуло в сторону. Барышня истерично закричала, стоило тварям приблизиться. Разинув клыкастые пасти, существа издали истошный вопль, да такой, что у меня в глазах задвоилось, а ушные перепонки грозили разорваться.

Охотники остались в доме Агареса, оружия у меня не было. И помощи ждать было неоткуда. Я помнила, что говорили Алекс и Альберт. Нельзя использовать чистую силу печати как свою, но сейчас у меня нет выбора.

«Мне нужно оружие», — мысленно воззвала к печати.

Реакция духа на сей раз была заторможенной, но уже в следующее мгновение в руках сквозь всполохи золотого пламени материализовались клинки из многослойной стали, на эфесе красная филигрань, вдоль стали простилались символы на древней латыни. Оружие явилось именно в тот момент, когда чудища ринулись в атаку.

Выставив блок, быстрым движением отсекла небольшие конечности, расположенные у плоской головы существа.

Ладони покрылись мелкими порезами, но благодаря адреналину, бушевавшему внутри, боль оказалась вторичной.

Увернувшись от вязких белых нитей, с разворота нанесла удар по спине твари, воспользовавшись ею как опорой, перескочила и вонзила меч по самую рукоять в голову второго монстра.

Существо громко взвыло, повалившись на землю, но я оказалась зажата вторым чудищем. И прежде чем из моего горла вырвался крик, в нескольких сантиметрах от лица блеснула сталь. Хватка зверя ослабла, удерживающий меня монстр повалился на землю, а за ним показался высокий темноволосый мужчина.

Разноцветные глаза дали ясно понять, кто пришел мне на помощь. Один из десяти, и, по всей видимости, он тот самый Владимир Орисон, которого мы искали.

— Вы Агарес? — решила на всякий случай уточнить.

— А ты слишком слаба, чтобы вступать в схватку с Арахнами, — невозмутимо заявил мужчина.

— Я тоже несказанно рада встрече, — нервно ему улыбнулась и, обернувшись к притихшей девушке, спросила: — Ты в порядке? — протянула ей руку в попытке помочь подняться.

— Чу… чудовище! — завизжала та во все горло.

Резко обернувшись, посмотрела на тлеющие тела существ.

— Они мертвы, — успокаивающе сообщила, сделав шаг в ее сторону.

— Не приближайся ко мне!!! — пуще прежнего закричала незнакомка, бросившись наутек из переулка.

А я так и осталась стоять в полусогнутом состоянии с протянутой рукой, хлопая растерянно ресницами и маленько обалдев от такого поворота событий.

Но вопящая дамочка вдруг утихла и как вкопанная остановилась, стоило ей выйти за границу переулка. Выглядела она потерянной, обернулась к нам, окинула невидящим взглядом и спокойно ушла.

— Завеса, — сообразила я, поморщившись от боли в боку. — И часто вас так благодарят?

— В основном всегда, — пожал плечами охотник, ему до реакции девицы ровным счетом не было никакого дела. — Ничего, привыкнешь.

— Воздержусь, — снова поморщилась, только теперь от ран на руках.

— Человек ко всему привыкает, может, неосознанно, может, потому что нет выбора, — басисто произнес Агарес.

— Я что, похожа на чудовище? — скептично выгнула бровь.

— Когда видишь, как кто-то сражается с монстрами, и его невольно приписываешь к этой категории. Обычному человеку не победить такого зверя, — указал он взглядом на оставшиеся черные пятна.

— Монстры сражаются с монстрами, — криво усмехнулась я. — Какая ирония.

— Судя по тому, что я видел, ты одна из десяти печатей. Какое имя носит твой дух? — уж слишком осторожно был задан вопрос.

Однако ответ все еще тот же.

— Мне неизвестно его имя.

Бровь мужчины удивленно поползла вверх.

— Ты…

— Не из ордена, — правильно поняла его недосказанный вопрос. — Но они знают обо мне, — решила предотвратить следующий.

— Любишь прогуливаться в темных переулках? Или искала меня? — перечислил варианты мужчина. — Тебе что-то нужно?

— Поговорить, — коротко ответила и поспешила добавить: — Меня привели… — запнувшись, вспомнила об Алексе и Альберте. Парни до сих пор не появились, а значит, они все еще в особняке Агареса. — Послушайте! В вашем доме…

Я и договорить не успела, как охотник сорвался с места, помчавшись прочь из переулка в направлении особняка.

В дом я вбежала как раз в тот момент, когда Владимир вытаскивал Альберта из белого кокона.

— Вот так, дыши, — придерживая парня, приговаривал Агарес. — Помоги Алексу! — скомандовал он.

— Сейчас, — спохватилась, пытаясь разорвать пальцами клейкие нити кокона. — Не получается!

— Голыми руками у тебя ничего и не выйдет. Используй энергию или ждешь, пока он задохнется? — грубо бросил охотник, не оборачиваясь.

С ладони, которую он приложил ко лбу Зепара, исходило бледно-голубое свечение, медленно проникающее в кожу паренька и расползающееся по всему его телу, словно исцеляя.

— Я…

— София не умеет использовать кровные силы, — откашлявшись, прохрипел Зепар.

На скулах Агареса заиграли желваки.

— Дальше я сам, помоги ей, — вяло кивнул охотник, медленно принимая сидячее положение.

Но прежде чем Агарес смог приблизиться, кокон вздулся, изнутри разрывая нити синим пламенем, от которого я тут же отпрянула. А с трудом выбравшийся из клейкой паутины Алекс первым делом отыскал взглядом Альберта и, убедившись, что с тем все в порядке, перевел взгляд на меня.

— Ты как?

— Цела, — кивнула в ответ.

— Мог бы предупредить, что у тебя здесь паучье гнездо обосновалось, — недовольно цыкнул охотник, взявшись за предложенную руку мужчины.

— Я не ждал гостей, — пожал плечами Агарес. — Да и о гнезде понятия не имел, в особняке не был пару дней, видимо, обустроились, пока я отсутствовал. Смею предположить, это маленький подарок от Астарота.

Это сделал Сол?

— Он и за тобой охотится, — резюмировал Зепар, отряхнув с плеч паутину.

— Мы не сошлись во мнениях, — не стал он отрицать очевидного.

— Охотники охотятся за охотниками. Веселый расклад у вас получается, — тихо подметила, помогая Зепару подняться на ноги.

— Они отступники, — резко исправил Альберт.

— Как скажешь, — не стала спорить.

От одного упоминания о Владе лицо этого паренька искривляется так, будто перед ним стоит сам дьявол.

— Зачем пожаловали? — поинтересовался мужчина, направившись в соседнюю комнату.

Ею оказалась кухня, видимо, единственное место с мебелью, которую огонь не испепелил дотла.

— Нужно поговорить, — ответил Алекс, отказавшись от предложения присесть напротив хозяина пострадавшего особняка.

— Я все сказал ордену, — и без того хмурое лицо мужчины сейчас исказилось злостью. — У меня больше нет никаких долгов, я им ничем не обязан!

— Мы здесь не по поручению ордена, — поспешил сообщить Алекс, опровергая предположение Агареса, на что тот искренне удивился.

— Нет? Зачем же тогда?

— А вы не очень-то смахиваете на святошу, — еле заметно улыбнулась, присев на более-менее чистый стул, не испачканный сажей.

— После нападения я обычно не в настроении, — в тон мне ответил охотник, окинув очень внимательным и оценивающим взглядом. — Так зачем вы здесь?

— Хранитель Ивалис говорил — вы помните о прошлой жизни, — стоило мне начать, как брови мужчины сошлись на переносице. — Я такая же. Но с одним отличием, я помню обо всех прожитых жизнях. Но если подумать, они отличались лишь местом и семьей, в которой я рождалась. А конец всегда был один и тот же — смерть. Я не доживала и до тридцати.

— Судьба Софии тесно переплелась с Владом. Эти двое реинкарнации царя Соломона и царицы Савской, — пояснил Альберт, опустившись рядом со мной на стул. — И если Влад сохранил в своей памяти мудрость и знания Соломона, нам не поздоровится. Месяца не пройдет, как он погрузит столицу в хаос, а после и весь мир… оба мира.

— Орден осведомлен? — только и спросил охотник.

— Пока нет, — сухо ответил Алекс.

— Скажите, какой была ваша прошлая жизнь?

Прежде чем ответить, Агарес слегка помедлил, собираясь с мыслями.

— Противоположная этой. Я был плохим человеком. Причинял вред другим, извлекал выгоду, оставляя семьи в нищете. Забирал жизни невинных.

— Но в этой вы помогаете другим.

— Искупаю вину, — криво усмехнулся охотник. — И буду это делать до конца своих дней. В новой жизни мне достались не только воспоминания прошлой, но и всепоглощающее чувство вины. Я ощущаю то, что чувствовали мои жертвы, и это разрывает мою душу. Они все еще приходят в мои кошмары, — опустошенно пояснил Агарес.

— Но вы бы могли отбросить эти чувства…

— Нет, — отрицательно покачал головой Владимир. — Поверь мне на слово, душевная боль, что преследует меня, гораздо ужаснее физической. Для некоторых перерождение это шанс достичь несбыточной мечты, цели или искупить вину прошлой жизни. Повторить пройденный путь гораздо болезненней, чем начать новый. Поскольку ты знаешь, как он закончится, а проигрыш лишь прибавит горечи и сожалений.

— Я и Сол… мы испробовали сотни дорог, но конец все равно был один и тот же. Только в последней жизни он отдал свою жизнь за меня, а не я за него, как делала это всегда, — произнесла срывающимся голосом. — Будто проклятие… сможем ли мы избежать трагедии в этот раз?

— Ты уже ответила на свой вопрос, — на удивление мягко произнес охотник.

— Разве? — искренне удивилась.

На губы мужчины скользнула полуулыбка, во взгляде появилось сочувствие.

— Тот факт, что все повторяется, не проклятие, а возможность все изменить. Дороги были разными, но путники не менялись. Тебе и Владу просто не суждено быть вместе. Небеса вам это доказывали столетие за столетием. Чем сильнее вы будете тянуться друг к другу, тем трагичнее станет ваша судьба. Разве в нынешней жизни ты не почувствовала, что твоя история уже изменилась? Те чувства, которые принадлежали прошлой тебе, сейчас лишь их отголосок, неприятно царапающий сердце. Будь это по-другому, сейчас ты была бы не здесь.

— Разумом я это понимаю, но сердцем…

— Сомнения это нормально. Как только ты выберешь путь, противоположный Владу, судьба изменится. Возможно, тебе стоит встретить человека, который заставит твое сердце биться чаще, возможно, нужно лишь присмотреться к тем, кто тебя окружает, быть может, он ближе, чем ты думаешь, — улыбнулся Владимир. — Прости, но большим помочь не могу.

— Все в порядке, вы подтвердили то, о чем я и сама задумалась.

— Что касается твоей печати, — резко сменил тему Агарес. — Уверен, об одной маленькой, но весомой детали новоприбывшей никто не сообщил, — окинул он Алекса и Зепара тяжелым взглядом. — Орден не позволит тебе отказаться от печати. Так как дух уже избрал себе носителя, новый для него появится только после твоей смерти, — осторожно закончил охотник, по-прежнему внимательно наблюдая за моей реакцией.

А ее как таковой особо и не было. Я уже устала удивляться от всего, что они говорят и делают. Однако тот факт, что Алекс скрыл это от меня, вызвал злость.

— Как интересно, — язвительно протянула, окинув его недружелюбным взглядом.

— Твой выбор не должен был основываться на угрозах, — попытался Зепар оправдаться за обоих.

Не должен был?! Это он так пошутил? Да я же только и слышу что, «Избавишься от печати — умрешь!», это, по их мнению, без угроз? Ну да, просто эмоционально душили, играя на моей психике!

— То, кто ты есть, София, тебе не изменить, — сказал Агарес то, что и сама прекрасно понимала. — Поэтому лучше потрать отведенное печатью время на преодоление своих страхов. Себя и своих близких защитить, не имея силы и власти, будет очень сложно, почти невыполнимо. Посмотри на это как на шанс, а не тяжелую ношу.

Скорее, безвыходное положение.

— Я подумаю над этим, — сдержанно ответила, поднявшись на ноги. — Уверена, у вас много работы, а мы отнимаем время. Благодарю за помощь.

— Конечно, — кивнул охотник и, обернувшись к Алексу, раздраженно добавил: — В следующий раз используй телефон, его не для украшения изобрели.

— Будто бы ты ответил на звонок охотника ордена, — фыркнул Алекс, направившись к двери.

На этой ноте мы и попрощались с носителем одной из десяти печатей.

Интересно, действительно ли изменится наша судьба, если я и Сол выберем разные дороги? Быть может, он уже выбрал путь, противоположный моему, а я лишь пытаюсь его нагнать?

Уверена, он помнит меня, и, может, причина, по которой отвергает, кроется именно в этом? Сол решил дать нам шанс на новую жизнь?

— Что дальше? — обернулась к Алексу, отогнав посторонние мысли.

— Тебе нельзя возвращаться в общежитие. Астарот найдет способ добраться до тебя. Сейчас самое безопасное место это орден, — задумчиво ответил Алекс.

— Нелепо звучит, если учесть, что они убьют меня, как только я избавлюсь от духа, — невозмутимо ответила.

Ухватив меня за руку и резко развернув к себе, тот с уверенностью заявил:

— Этого не случится!

— Ты так уверенно говоришь, что хочется поверить, — еле заметно улыбнулась, но попытку освободить руку не предприняла.

— София…

— Я не позволю убить себя так просто, — ответила решительно. — С печатью или без, я буду бороться за свою жизнь. Но мне будет жаль, если мы станем врагами.

— Я…

— Ты не можешь знать этого наверняка, — отрицательно покачала головой и слегка сжала ладонь Алекса, заставляя его замолчать. — Политика ордена идет вразрез с моими принципами. Уже то, что они попытаются найти мне замену для духа посредством моего убийства, делает их моими врагами. Эти артефакты не принадлежат советникам или основателям Ориона. Духи заперты в сосуды для того, чтобы они не поработили наш мир. Однако это не орден вынужден стать их вместилищами, а мы. Мы боремся с тьмой демонов. Именно вы рискуете жизнями, защищая человечество. Мы не оружие и не марионетки, которыми можно помыкать. Прости, что говорю это, но Влад… уверена, это одна из причин его ухода от правления основателей. Но я не говорю, что сейчас он поступает правильно…

— Тебе не нужно этого говорить, я все понимаю, — кивнул Алекс, слабо улыбнувшись.

— Ты ошибаешься на счет Астарота, — зло выговорил Зепар и резко прошел между нами заставив рассоединить ладони. — Не знаю, каким он был в прошлой жизни, но в нынешней этот человек преисполнен жестокости и ненависти ко всему, что его окружает. Не испытывая жалости и сочувствия, он сломит любого ради собственной выгоды. Не обольщайся на его счет. Ты же видела — он нашел ту, кто греет ему постель и слепо следует, куда бы Астарот не направился.

Я и слова сказать не успела, как Зепар исчез в огненной вспышке, когда Алекс в последний момент прижал меня к себе, оградив нас энергетическим щитом.

Не думаю, что Альберт хотел причинить мне боль своей последней репликой, он ведь просто констатировал факт… но все же…

— Могу я узнать, что случилось между Зепаром и Астаротом? — осторожно спросила, отстранившись от Алекса.

Прежде чем ответить, охотник возобновил медленный шаг и, тяжело выдохнув, ответил:

— Он его морально сломал. Пять лет назад Астарот резко изменился, его словно подменили. Тогда-то он и покинул орден, а вместе с ним и Зепар. Альберт доверял Владу, мы все доверяли. Он был незаменимым членом команды и, несмотря на печать герцога, мы все следовали за ним. Однако после ухода Астарота все изменилось. Печати отдалились друг от друга, в ордене стали происходить столкновения между охотниками. А Зепар оказался тем, кого Астарот попытался превратить в бесчеловечное оружие. Он заставлял его творить ужасные вещи, тренировал так, что на парнишке и живого места не оставалось, и в итоге намеревался пожертвовать его жизнью, когда проникновение в секретный архив ордена провалилось. Я был тем, кто спас Альберта. Но мне потребовалось три года на то, чтобы в его глазах снова отражалась жизнь. Мне с трудом удалось вернуть ему человечность и не дать духу полностью завладеть телом.

— Быть не может, чтобы он мог такое совершить, — потрясенно прошептала одними губами.

— Знаю, тебе сложно в это поверить, но Зепар прав, человека, которого ты знала, больше нет. Прошу, будь осторожна в разговорах с Альбертом, упоминание об Астароте причиняет ему боль. Иногда дух все еще властвует над его телом, а напоминание о пережитом лишь усугубляет и без того слабый контроль.

— Мне очень жаль, — произнесла со всей искренностью.

— Это не твоя вина.

— Знаю, но…

— Все в порядке.

Рука Алекса приободряюще легла на мое плечо.

— Сегодня был тяжелый день, тебе следует отдохнуть. Нам нужно вернуться в жилой комплекс ордена. Не переживай, ты не будешь там одна, — поспешил он успокоить, почувствовав мое напряжение. — У каждого охотника первого и второго круга там расположены комнаты. Анне придется потесниться, поживешь пока с ней.

— Уверена, этому она не обрадуется, — приуныла я.

ГЛАВА 23

Как объяснил Алекс, под зданием комплекса располагались тренировочные полигоны, занимающие почти половину городка глубоко под землей.

— Проходите, — пропустила нас Белиал в свою комнату. — У меня есть работа, так что сегодня поспишь одна. Комната на двоих, но у меня нет соседки. Постельное белье на верхней полочке, — указала охотница на светло-серый шкаф. — Пижама на кровати, душ там, — кивнула она в сторону. — Твои вещи мы заберем завтра. Ах, да, — спохватилась Анна, — я принесла тебе из здешнего кафетерия мясное рагу и легкий греческий салат. Знаю, у тебя нет аппетита, но тебе следует поесть.

— Отнюдь, я очень голодна, спасибо тебе за заботу, — благодарно ей улыбнулась.

— Хорошенько выспись и ни о чем не думай, дай мыслям сегодня отдохнуть, — напутственно посоветовала охотница, прежде чем откланяться.

— Моя комната по соседству, если что стучи, — вышел на порог Алекс. — Прислушайся к словам Белиал. Я собираюсь выполнить свое обещание, завтра на рассвете начнем тренировку.

— Спасибо, Алекс.

— Отдыхай.

Решив последовать совету Анны, я отбросила одолевающие меня размышления. Поужинала, за что мой желудок был мне безмерно благодарен. Приняла горячую ванну и, обустроив свой ночлег, забралась под теплый плед, рассматривая стену, увешанную большой картой и алыми нитями, тянущимися от одного пункта к другому.

Сама комнатка была небольшой. Две односпальные кровати, пара этажерок, шкаф, небольшой столик и ванная. Да и комната совсем не обжита, видимо, Белиал бывает здесь редко.

Я так устала, что не заметила, как уснула, и проснулась лишь от настойчивого звона, будто в голове раздавался бой часов.

— Снова двадцать четыре? — сонно протянула. — Ты отсчитал еще одни сутки, — осознала происходящее.

Как и тогда, в универе, должно быть, и раньше было, но я, видимо, не придавала этому значения или была без сознания.

— Осталось пять дней, — уж слишком равнодушно я прошептала.

Окончательно проснувшись, привела себя в порядок и, позавтракав с Алексом в кафетерии, мы направились к одному из тренировочных полигонов, где тренировалось несколько охотников второго ранга, как сообщил мой провожатый.

Автоматическая стеклянная дверь въехала в стену, впуская нас внутрь. Этот зал походил на бомбоубежище, только он защищал не от внешнего мира, а наоборот, внешний мир от сил, которые использовали охотники во время тренировок. Окон здесь не было, впрочем, как и везде, находились-то мы под землей. Металлический потолок с множеством длинных ламп, бетонные стены и пол. В конце помещения находилось несколько мишеней, ближе к выходу ровным рядком располагалось холодное оружие.

— Смотри, — указал Алекс на двух парней в конце зала.

Из пола медленно поднялась стеклянная перегородка, отгораживая участок зала от основного. Охотники, принявшие боевые стойки, будто ожидали нападения, а через несколько секунд появились проекции демонов, вступившие с ними в бой.

— Голограммы поддерживает сила артефакта, и запрограммированы они на энергию асур. Этот бой вполне реален. Их атаки могут нанести серьезные, и даже смертельные раны, — пояснил охотник.

— Смертельные? — небольшой страх, появившийся после объяснения Алекса, я старательно попыталась подавить.

— Тебе пока рано проходить такого уровня тренировку. Однако и на азах мы не станем задерживаться, тебе придется схватывать все на лету.

— Но… хорошо, — вынужденно согласилась с его категоричным взглядом. — Начнем тренировку, — продолжила я более воодушевленно.

— Для нас использовать свою и окружающую энергию так же естественно, как дышать. Ты должна не просто ее чувствовать, но и видеть. Наша сила подчиняется нашим желаниям.

— Разве для этого не нужны заклинания? — полюбопытствовала я.

— Заклинания? — скептично выгнул бровь охотник, еле заметно улыбнувшись.

Сдается мне, я сейчас сказала глупость.

— Может, тебе и волшебную палочку выдать? — послышался насмешливый голос Жасмин за спиной. — Возомнила себя Гарри Поттером? — добавила она, подхватив длинное копье.

— Им самым, — буркнула я.

— Зачем пожаловала? — сложил руки на груди Алекс, всем своим видом показывая, что присутствие данной особы здесь нежелательно. — Я думал, ты на задании.

— Решила немного размяться, — пожала та плечами.

Прозвучало как-то не очень убедительно. Думаю, мы обе знаем, зачем она здесь.

— К слову, мне тут любопытно стало, с чего это вдруг ты решил ее обучать? Разве этим не должны заниматься печати? — недовольно произнесла охотница, ловко вращая в руках копье. — Ты мог отказать советникам.

— Это было мое решение, не ордена, — опроверг ее предположение Алекс и, потеряв всякий интерес к Жасмин, сосредоточил все свое внимание на мне. — Вернемся к тренировке.

Я успела только кивнуть, когда в следующее мгновение лишь чудом увернулась от огненного шара, прилетевшего со стороны азиатки.

— Хорошая реакция, — удивленно протянула охотница.

— Жасмин! — повысил голос Алекс, испепеляя ту разъяренным взглядом.

— А что такого?

— Ты бессмертная, что ли?! — отрывисто выкрикнула я, сделав шаг в ее сторону.

— Нет, но исцеляюсь быстро, — последовал язвительный ответ.

— Сделаешь так еще раз и будешь исцеляться о-о-очень долго, — обронила, не скрывая угрозы. — Заканчивай со своими дурацкими выходками. Этим привлечешь его негатив, а не внимание, — посоветовала ей.

Бровь Алекса удивленно поползла вверх, в то время как лицо Жасмин после моей реплики покраснело от злости. И только та хотела двинуться в мою сторону, как оказалась лежащей на полу, удивленно хлопая ресницами.

— Что охотник третьего ранга забыла на полигоне второго? — нависла над ней Наташа. — Ты мешаешь, — холодно она продолжила.

— С этим маленьким «ангелочком» лучше не спорить, — еле слышно прошептала, поежившись от жуткого взгляда Заган.

Быстро поднявшись на ноги, Жасмин, что-то невразумительно шипя, покинула тренировочную. А Наташа, подхватив брошенное охотницей копье, приблизилась к нам.

— Заган, какими судьбами? — настороженно ее спрашиваю.

— Орден прислал проведать, как у тебя дела. Меня попросили помочь с тренировками.

— Правда? — подозрительно щурюсь. — Орден прислал? — уточнила, внимательно заглянув ей в глаза.

— Хранитель Ивалис, — хмыкнула Наташа, сообразив, о чем именно я думала.

— От помощи печати не откажусь, — согласился с ней Алекс.

— Будто это играет ключевую роль, — фыркнула Заган и снисходительно продолжила: — Да ты просто не осмелишься атаковать Софию в полную силу. Горе-учитель.

На выпад Наташи Алекс промолчал, лишь уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.

— Многие из нас не проходили тренировок, мы получали опыт в реальных сражениях, — пояснила Наташа, бросив копье Саше, а тот в свою очередь ловко его поймал. — Да и новичкам проще тренироваться, когда им угрожает опасность.

Это было очевидно, но для пущей убедительности все же решила уточнить:

— Собираешься нападать по-настоящему?

— Да, — невозмутимо ответила Заган. — Раны и боль будешь получать серьезные, так что советую тебе приложить массу усилий. У нас нет времени растягивать обучение.

— С этим соглашусь, — ответила, не скрывая досады.

— Для начала я хочу узнать, сколько раз ты пыталась воспользоваться кровной силой, с тех пор как выяснила, кем являешься?

Над ее вопросом мне не нужно было задумываться, ведь я ни разу не пыталась использовать собственные силы. Ни в подпольном клубе, ни в универе, я всегда полагалась на силу печати.

— Все ясно, — губы Заган сложились в тонкую линию. — Тогда этот же вопрос относительно силы духа.

— Я… чаще, чем требовалось, — понуро опустила голову.

— С этого момента тебе запрещено использовать силу духа, — резко обронила охотница.

— А?

— Чем больше используешь его силу, тем сильнее становится ваша связь, а это значит, боль при извлечении артефакта тоже усилится. Теперь полагайся на свои собственные силы.

— Вот как. Хорошо.

— Что касается энергии…

Над ладонью Наташи стали появляться небольшие энергетические линии, будто тонкие нити, заряженные электрическими частицами, да и переливались они всеми существующими красками.

— Это… энергия?

Я даже вперед шагнула, чтобы поближе рассмотреть этот невероятный вихрь, вращающийся в ладони охотницы.

— Ты видишь, — констатировала Заган. — Что ж, это упрощает задачу, — кивнула она довольно. — Подставь руку, — скомандовала Наташа.

Я просто по инерции выполнила ее приказ, а в следующую секунду этот энергетический шар перекочевал в мою ладонь.

— Что чувствуешь?

— Т-тепло, — запнулась я, как завороженная наблюдая за всполохами нитей.

— Что еще?

— Эм… тебя? — удивленно на нее воззрилась.

— Верно, в этой энергии заключена частичка моей души. Не позволяй другим ощутить свою силу таким образом. Это может тебе навредить.

— Но я не видела ничего подобного, когда ты сражалась в подпольном клубе или Алекс на территории универа, — вспомнила немаловажную деталь.

— Чистая энергия против падших сама по себе мало на что способна, если ее не преобразовать в природную стихию или не поместить в оружие, — пояснил Алекс, а вместе с тем решил продемонстрировать.

В его руках появились небольшие энергетические сферы, энергия, что находилась в левой руке, полыхнула алым, из искр появилось пламя. Молниеносная атака и обе мишени в конце зала получили точное попадание. От той, в которую попало пламя почти ничего не осталось, другая мишень, которую поразила чистая энергия, лишь слегка треснула.

— Наглядный пример, — тихо прокомментировала я, опасливо покосившись на парящую над ладонью сферу.

— Твоя очередь, — обернулась ко мне Наташа.

Легкий взмах ее руки заставил парящую энергию испариться.

— Призови энергию, — и, предотвращая вопрос, который я собиралась задать, быстро пояснила: — Почувствовать ее не сложно, как и призвать. Труднее преобразовать. Нет точных указаний в том, как управлять энергией, ты просто чувствуешь ее и направляешь. Ощути силу, которая течет в твоем теле. Представь, как она формируется в твоих руках. Она неотъемлемая часть тебя. Все равно что воздух, которым ты дышишь.

— Проще сказать, чем сделать, — шумно выдохнула и, прикрыв глаза, сосредоточилась, выставив перед собой ладони.

«Энергия — неотъемлемая часть меня, — мысленно повторила. — Как воздух, которым дышу».

Глубокий вдох. Почувствовать на коже теплые колебания формирующейся энергии. Увидеть ее форму, цвет. Направить.

— Моя сила подчиняется моим желаниям, — прошептала я, устремив взгляд на руки.

Нестабильная сфера, образовавшаяся над ладонями бледными нитями, медленно, но верно набирала силу. Тонкие ниточки стали объемнее, краски ярче, теплое дуновение вращающейся энергии жарче.

На этом восторг не закончился. Стоило поднять взгляд, как все помещение заполнилось разноцветными всполохами.

— Это…

— Окружающая нас энергия, — пояснил Алекс, заметив мой взгляд. — Когда используешь собственную, видишь и ту, что тебя окружает.

— Не радуйся раньше времени, все это простая элементарщина, — оборвала Заган поток моего восхищенного: «Ай да я, ай да умница!».

— Перейдем к следующему этапу, — направилась Наташа к оружейному уголку. — Для начала научишься вливать энергию в готовое оружие, для создания собственного у тебя пока силенок маловато, на это потребуется время.

— Как скажешь, — не стала с ней спорить, рассматривая оружие.

— В подпольном клубе я заметила, как ты двигалась во время сражения с падшим. Занималась фехтованием?

— Четыре года, — подтвердила ее догадку.

— Шпаг у нас нет, меч тебе не подойдет. Как насчет пары клинков? Их будет не сложно носить с собой.

— Сгодится, — согласилась на ее предложение, ухватившись за рукояти оружия.

— Как только начнешь направлять энергию в клинки, ощутишь боль. Поэтому сперва давай разогреемся, — подхватила Наташа идентичное моему оружие. — Начнем!

И вот с этим «Начнем!» меня со всей силы впечатали в стену. С глухим хрипом я рухнула на колени, мысленно сдерживая готовую сорваться с языка отборную ругань.

— Какого… черта? — сипло прохрипела, хватая ртом воздух.

Только и смогла слегка закрыться от удара, а как та сорвалась с места и атаковала, я не уследила.

— Слишком медленная реакция, — вынесла вердикт охотница.

— Это, по-твоему, «разогреемся»? — прошипела я, медленно поднявшись на ноги. — Ты энергию использовала?

— Конечно, — с невозмутимым видом кивнула Наташа.

Алекс в изнеможении прикрыл лицо рукой, в то время как я пыталась найти подходящее слово, способное описать сложившуюся ситуацию.

— Эй, Заган, орден тебе спасибо не скажет, если она тут помрет, — как-то устало произнесла появившаяся Анна.

— Ты же на задание полчаса назад как отправилась, уже закончила работу? — скептично выгнула бровь охотница, подозрительно прищурившись.

— Новеньких припахала… — без тени улыбки сообщила Белиал.

Мда. И чем она от Заган отличается?

— Ты выбрала довольно жестокую манеру тренировок, — подметила Анна, окинув меня насмешливым взглядом.

— У тебя позаимствовала, — фыркнула Наташа и, обернувшись ко мне, встала в боевую стойку.

Эй-эй, дайте хотя бы дух перевести!

— София, в нынешнем положении тебе никогда не победить Заган, если будешь атаковать ее в лоб. Бей в слепые точки, — расщедрилась на совет Белиал.

— У меня таких нет, — последовал язвительный выпад со стороны Наташи.

Мне, в общем-то, и возможности пойти в нападение не оставили. Я только и смогла, что защититься от острых лезвий.

— Продолжим, — наступая, заявила охотница.

— Заган! — прикрикнула Анна, встав у нее на пути. — Ты слишком усердствуешь. Я сама займусь ее подготовкой. Не хочу объяснять советникам, почему после твоей тренировки у нее не будет хватать конечностей, — раздосадовано пробормотала Белиал, а у меня мурашки по телу выступили.

— Будто после твоих уроков охотники на своих двоих тренировочную покидают, — резюмировала Наташа и ехидно улыбнулась, заметив, как я поежилась.

Да что с ними не так?

— Знаете, я не против любых тренировок, но только в том случае, если покажете, как преобразовать энергию в оружие. Сражаться человеческими возможностями против той, кто использует отнюдь не людские способности, глупо, — злобно зыркнула на невинно хлопающую ресницами Заган. — Я понимаю — падшие не играют по правилам. Но простое избиение моей бренной тушки, вряд ли поможет мне набраться сил. Разве что подымет уровень регенерации. С учетом того, что после каждого столкновения с полом или стеной я буду исцеляться. Да и обычными боевыми приемами демонов не одолеть.

— Знала, что ты так скажешь, — довольно закивала Анна, уж очень подозрительно улыбаясь. — Держи.

Брошенную вещь поймала по инерции, но для чего был нужен карпульный шприц, а это был именно он, не поняла. Металлический предмет с карпулой внутри переливался странной жидкостью фиолетового цвета.

Удивленно выгнув бровь, перевела на Анну настороженный взгляд.

— Вколи себе, — простенько так приказала охотница.

— Ты же понимаешь, какой за этим последует вопрос? — угрюмо интересуюсь.

— Знаешь, пожалуй, разделю ее любопытство, — сложила руки на груди Наташа.

Прежде чем Анна ответила, шприц из моих рук отобрал Алекс.

— С каких пор Савьен оставляет отпечаток магической ауры на своих товарах? — на лицо охотника легла тень тревоги.

— Заметил все-таки, — хищно улыбнулась Белиал. — Это не для тебя, — попыталась охотница отнять металлический предмет, но Алекс не позволил. — Экстракт делали при мне, да и опробовать я его уже успела, — пояснила она, сдавшись под напором охотника.

— Воздействие? — нетерпеливо продолжил допрос Алекс.

— Блокирует боль, — ответила та с усмешкой. — Не полностью, но для первого использования энергии будет достаточно.

— Ты ее убить собралась? — разозлился охотник, сжав шприц так, что тот жалобно скрипнул.

Не понимая, к чему он клонит, уставилась на него в немом вопросе, и пояснение Алекса не заставило себя ждать:

— Тело будет убеждать разум, что ему не больно, но как только экстракт испарится, ты испытаешь эту боль одним мощным ударом. Не чувствуя болевой полог, не поймешь, когда следует остановиться.

— Одна минута, — спокойно ответила Белиал. — Интервал в одну минуту. Я использовала на своих новичках.

— Я против, — продолжил упираться Алекс.

— Это не тебе решать, — тяжело выдохнула Наташа, заметив мой полный решимости взгляд.

— Алекс…

— Ты можешь не выдержать, — перебил он, еще крепче сжав шприц, стоило прикоснуться к его руке.

— У меня нет времени, — напомнила ему. — Немного веры и все получится, — улыбнулась охотнику и, приложив немного усилий, все же забрала экстракт.

И прежде чем Алекс выдвинул новую гипотезу того, что со мной может случиться, или более веский аргумент, воткнула шприц в руку, не без страха нажав на шток, вводя экстракт в тело.

Последовавшие за этим несколько минут тишины показались вечностью, однако никаких существенных изменений я не заметила. Легкое покалывание во всем теле исчезло так же быстро, как и появилось.

— Как себя чувствуешь? — осторожно поинтересовалась Наташа, коснувшись моего плеча.

— Ничего особенного, я в порядке, — пожала плечами.

— Славно, — кивнула Белиал, забрала уже пустой карпульный шприц и, положив его в небольшой мешочек, спрятала в кармане черной куртки. — Начнем, пожалуй. Я это позаимствую, — сказала Анна, протянула руку и указала взглядом на оружие, что держала Наташа.

— Для начала хватит и одного, — оставил меня Алекс с одним клинком. — Тебе не нужно демонстрировать нам энергию, сразу направляй ее в оружие. Понемногу вливай в металл.

— Клинок это продолжение тебя, поддерживай энергию постоянно, — взяла слово Белиал. — Собьешься и потеряешь концентрацию — оружие потеряет полученную силу, — пояснила Анна, медленно шагая вокруг меня словно хищный зверь, готовящийся напасть. — Препятствовать тренировке может только боль и страх, боли ты не почувствуешь, от страха должна избавиться самостоятельно. От этих тренировок будет зависеть твоя жизнь, София. Помни, за что ты борешься. Ты нападаешь, я защищаюсь. Начала!

Заган, включив на телефоне таймер, кивнула, давая понять, что отсчет времени пошел.

Прикрыв глаза, изо всех сил сосредоточилась. Повторяя все то же, что делала ранее. Глубокий вдох-выдох. Ощутить на коже теплые колебания формирующейся энергии. Увидеть ее форму, цвет. Направить в клинок, наполняя его силой.

Бледные тонкие ниточки стали объемнее и ярче, теплое дуновение распалилось жаром. Металл оружия слегка отсвечивал золотистым свечением, еще немного и энергия его переполнит…

— Время! — раздался громкий голос Заган, из-за чего я чуть не потеряла концентрацию. — Прекрати!

Но вместо того, чтобы остановиться, только усилила поток энергии, почувствовав, как жар разливается по всему телу, а на лбу и висках выступили бисеринки пота.

— София! — шагнула в мою сторону Наташа, но была остановлена выставленным ей навстречу кликом.

— Со мной все нормально, — попыталась ее успокоить и крепче сжала рукоять, стараясь унять дрожь в руке.

— Немедленно прерви поток энергии! — заорал Алекс. — Переполнив клинок силой, ты не сделаешь его непобедимым оружием, а лишь приблизишь к разрушению!

Ничего приблизительного к разрушению клинка я не заметила. Кроме жара и потяжелевшего оружия более ничего не изменилось.

— Вы же сами видите, ничего катастрофического не произошло. Может, на меня этот экстракт действует по-другому? Я чувствую себя как и прежде… только жарко… слегка, — приврала самую малость.

— Это странно, — нахмурила брови Анна. — Ты удерживаешь энергию уже больше минуты, когда так заупрямился один из моих учеников, продержав энергию на несколько секунд дольше, его руки покрылись ожогами третьей степени. Только управлял он огненной стихией.

— П-правда? — запнулась я, нервно сглотнув.

— Зрелище еще то было, — отчужденно протянула Белиал, внимательно рассматривая клинок в моих руках.

— Время! — гаркнула Наташа, тряся перед нами мобильником.

— Может, это потому, что я носитель печати? — предположила, игнорируя взбешенную охотницу, к которой подключился и Алекс, буравя меня тяжелым взглядом.

— Возможно, — поддержала мои слова Анна.

— Тогда мы можем продол…

— Нет, — отрезала Анна, перебив мой ликующий порыв. — Для начала…

Я и моргнуть не успела, как эта блондинистая зараза вколола мне в плечо другой шприц.

— Сдурела?! — сокрушилась я, во все глаза уставившись на задумчивую мордашку Белиал.

— Нейтрализатор, — непринужденно пояснила она. — Для начала выясним твой предел. Этот экстракт действует быстрее предыдущего.

После ее слов Наташа и Алекс разом напряглись. И это напряжение длилось до тех пор, пока я не заговорила спустя пару минут:

— Пена со рта у меня не идет, кровь с ушей и глаз тоже. Я по-прежнему чувствую себя прекрасно, — спокойно уверила их.

— Странно как-то, — не унималась Белиал.

Охотница, сложив руки на груди, задумчиво постукивала указательным пальцем по подбородку.

— Чем ты теперь недовольна? — не поняла ее заминки.

— Давайте продолжим, там и узнаем, — тем же тоном ответила Анна.

Кивнув, начала медленно вливать в клинок энергию, как делала это до того, как меня прервали.

— Пошла вторая минута, — сообщила Заган, внимательно наблюдая за протекающей энергией. — Ты ничего не чувствуешь?

— Ничего, что могло бы угрожать моей жизни, — отрицательно кивнула.

— Какого черта? — недоуменно пробормотала Анна, приблизившись ко мне чуть ли не вплотную.

— Две минуты, — снова сообщила время Наташа. — И это без экстракта, блокирующего боль. Может, он еще не полностью нейтрализован?

— Невозможно, — резко обронила охотница. — Усиль поток энергии, — приказала Анна.

— Не увлекайся, Белиал, — шагнул вперед Алекс, предостерегающе глядя на охотницу. — Савьен мог просто ошибиться в количестве…

— Я с Савьеном не первый год сотрудничаю, он не ошибается, — перебила его Белиал.

— Вероятнее всего, София, просто сильнее телом и духом, чем твои ученики, — выдвинула новое предположение Заган. — Не забывай, асуры, избранные артефактом, отличаются от других.

— Усиливай энергию, — упрямо скомандовала Анна, отмахнувшись от слов Наташи.

Сконцентрировалась, выполняя ее приказ. Чувствуя, как вес оружия снова увеличился.

— Атакуй!

Без лишних слов сделала резкий выпад и обрушила клинок на Анну, вовремя выставившую блок. Второй выпад, занесла руку для удара и чуть не задохнулась от резкого укола боли в груди, из-за чего выронила оружие, громко звякнувшее об бетонный пол.

— София? — спохватился Алекс, тут же оказавшись рядом, бережно поддерживая за локоть.

— Клинок стал тяжелее, я просто не рассчитала силу, — вынужденно солгала. — Попробую снова.

— Боль при тренировках обыденное дело для каждого охотника, — серьезным тоном выговорила Белиал. — Тебе незачем ее скрывать. Если хочешь загнать себя в могилу, можешь тренироваться до тех пор, пока боль тебя не убьет, мешать не стану. Или же ты можешь прислушаться к нашим советам, обрести силу и получить хороший шанс остаться в живых, — распознала та мою ложь.

— Я смогу выдержать!

— Не сомневаюсь в твоей решимости, однако ты обещала меня слушаться, — напомнил Алекс, встав на сторону Анны.

Непоколебимый взгляд охотника не оставил выбора, кроме как согласиться с его словами.

ГЛАВА 24

Последующие несколько часов, под бдительным присмотром Алекс и Анны, я вела поединок с Заган. Но в действительности мне ни разу не удалось ее даже коснуться, не то что ранить.

На наш занимательный урок пришло поглазеть немало охотников. Еще бы, ведь не каждый день увидишь, как тренируют новую обладательницу печати, противница которой сильнейшая из десяти. С учетом того, что Заган начала развивать свои силы раньше, чем научилась ходить. Поскольку была единственной, кого готовили к принятию древнего духа с самого ее рождения.

— Я сменю тебя, — решил присоединиться к тренировке Данталион, пришедший вместе с Артемом посмотреть на мои незначительные успехи.

Одного взгляда было достаточно, чтобы понять — мне не оставят и шанса на победу. Но как только Анна включила таймер, я атаковала первая.

Стремительный выпад, удар, в помещении раздался скрежет соприкоснувшейся стали. Разворот, подсечка не прошла, снова удар, еще один и еще.

Я тренируюсь уже почти три часа, делая лишь небольшие перерывы, чтобы превозмочь боль от использования энергии, каждая клеточка моего тела ноет от усталости, голова раскалывается, на ладонях появились кровавые мозоли. Но я все равно продолжаю усердно тренироваться.

Хотя бы одну, маленькую и незначительную, но я хочу одержать победу!

Выпад, череда ударов, отступаю и намерено не выставляю блок во время атаки Данталиона. Его клинок со свистом полоснул по одежде, в то время как острие моего оружия уперлось ему в горло.

Только сейчас в глазах Александра отразилось удивление. А образовавшуюся в помещении тишину разбавили аплодисменты Анны.

— Интересный ход, — хмыкнула охотница. — Ты просчитала его движения и намеренно не закрылась от атаки, зная, как сместить траекторию удара, остаться невредимой и одолеть противника, — расщедрилась на похвалу и пояснение моих действий Белиал.

— Занимательный был бой, — одобрительно кивнула мне Наташа, после чего окинула Александра насмешливым взглядом.

Поединок с Данталионом оказался легче, чем с Заган. Если Наташа была полностью сосредоточена на бое, неотрывно следила за моими движениями и просчитывала каждый ход, атакуя в полную силу, то Александр полагался лишь на силу ударов, да и поединок вел как-то уж слишком расслаблено.

Он специально поддался?

Нет…

Будь это так, тогда не выглядел бы таким удивленным. В отличие от Заган, Данталион недооценивал своего противника, за что и получил поражение.

— Ты хорошо постаралась, — довольно улыбнулся Алекс, приобняв за талию, так как стоило немного расслабиться и меня начало слегка шатать.

— Сделаем перерыв в несколько часов, Алекс отведет тебя в комнату, — похлопала меня по плечу Анна. — Я оставила на столе отвар, выпьешь до последней капли, а ты проследишь, — перевела она взгляд на охотника. — Он облегчит боль и поможет быстрее начать процесс регенерации. Прими душ и смени одежду. Буду ждать тебя на парковке. Нужно забрать вещи из общежития. После продолжим тренировку, — расписала мои последующие часы Белиал, на что мне оставалось лишь согласно кивнуть.

Всю дорогу до комнаты Анны Алекс бережно поддерживал еле идущую горе-ученицу. А мне просто хотелось лечь на пол и не шевелиться, однако, собирая в кулак остатки все уползающей воли, я упрямо передвигала ноющими конечностями и смогла выдохнуть с облегчением, лишь когда меня усадили на кровать и напоили сладковато-горьким отваром.

— Я подожду за дверью, не спеши.

— Спасибо, — вымученно ему улыбнулась.

Сперва решила несколько минут полежать на кровати, позволяя напряженным мышцам расслабиться и отдохнуть. И только после этого приняла душ, сменила одежду и, прихватив с собой длинный кинжал с ножнами, позаимствованный у Анны, вышла за дверь, где меня ждал Алекс.

Сбор вещей в общежитии не занял много времени, ведь забрала я только самое необходимое. А что касается учебы, орден любезно позаботился и об этом, оформив для меня недельный «отпуск по семейным обстоятельствам».

— Это все? — забросил Альберт последнюю сумку в багажник машины Алекса.

Он вместе с Артемом и Анной сейчас проверяли общежитие на наличие отступников и падших.

— Эм… ноутбук! Я забыла забрать ноутбук, — спохватилась, намереваясь вернуться в комнату, но меня перехватил Альберт.

— Я заберу, садись в машину.

Благодарно кивнув, открыла дверь, но сесть в салон мне так и не удалось. Вернее, замерев, я осталась стоять на месте из-за мелькнувшей рядом со мной тени. Черная дымка сформировалась на другом конце улицы, а я во все глаза уставилась на тень, ту самую, что повстречала за окном комнаты, когда впервые обнаружила артефакт.

Однако раньше кроме как трястись от страха я больше ни на что не была способна. Сейчас же эта тень не казалась такой пугающей, более того, я видела исходившую от нее знакомую энергию, ведь столько дней жила рядом с Мариной.

Будто увидев, что я это осознала, тень приняла облик самой Набиной. Сейчас на другом конце улицы стоял ее призрак!

— Марина, — прошептала я.

Стоило захлопнуть дверь и направиться к ней, как она исчезла и появилась около другого здания. Это повторилось еще несколько раз, что, собственно, и навело на мысль — Марина меня куда-то ведет! Но когда я оказалась недалеко от метро, она просто растворилась! Побродив по улице, пытаясь увидеть, ощутить ее энергию, я вышла к проезжей части. Однако мои поиски оказались тщетными.

Я уже было собралась вернуться назад к общежитию, чтобы не получить взбучку от охотников, как заметила знакомую фигуру.

— Это помощник советника Луцкого? — задумчиво пробормотала, наблюдая за быстро идущим мужчиной. — Куда он так торопится?

Любопытства ради или интуиции, я, быстро шагая, шла по другую сторону улицы, преследуя Глеба Семеновича. Тот, не оборачиваясь, продолжал стремительно идти вперед, прижимая к груди небольшой черный саквояж. А в какой-то момент он скрылся на несколько секунд за грузовиком и исчез! А тот самый саквояж оказался в руках высокого мужчины.

— Он что, воспользовался портальным камнем? — недоумевая, предположила я.

Но что более важно, почему он передал саквояж, который так опасливо прижимал к себе, будто его могли украсть, новому преподу лаборантов?!

Поскольку Хоравский свернул за угол дома, мне пришлось быстро перебежать дорогу и помчаться следом, но стоило шагнуть в переулок, возникло чувство, будто я прошла сквозь воздушную стену, напоминающую завесу. К тому же, улица, на которую словно опустись сумерки, и стоящие в конце тупика несколько крупно сложенных мужчин с кровавыми глазами это подтвердили.

— Более красноречивого: «Не суй свой нос в чужие дела», я еще не видела, — тихо проговорила, делая плавный шаг назад.

Как поступить?

Если выйду за черту барьера, возможно, за мной они не последуют. Хотя чего им стоит убить меня средь бела дня посреди толпы?

Шаг назад помешал сделать ощутимый грохот. Что-то тяжелое спрыгнуло на землю за моей спиной, тонко намекая — путь к отступлению перекрыт, и по сравнению с незвано-прибывшими, компания демонов смотрелась очень даже симпатично.

— Кажется, я угодила в ловушку, — недобро протянула, отступая к стене. — Три демона и два уродливых существа, мордами напоминающие летучих мышей, — прокомментировала увиденное.

Упыри? Это о них говорила Анна?

Продолговатые черно-серые тела размером с легковушку, верхняя часть покрыта чешуей, две конечности, соединенные с перепончатыми шипастыми крыльями. А небольшие пасти только с виду таковыми казались. Стоило одному из предполагаемых упырей ее разинуть, издав рык-шипение, и я увидела несколько рядов острых как бритва клыков.

«Да без шансов!», — подсказала логика.

— Что мне делать? — еле слышно прошептала, в то время как твари начали наступать.

Выставив дрожащую руку вперед, мысленно потянулась к печати, но та больно обожгла, ясно давая понять — оружия мне не получить.

— Только не сейчас! — в ужасе прошептала.

У меня с собой лишь кинжал Анны, но погоды он точно не сделает. Разве что сыграет роль зубочистки, когда эта клыкастая братия мной перекусит.

«Имя, — послышалось спокойное в мыслях. — Спроси мое имя, иначе погибнешь».

— Угрожаешь мне? — ошарашенно прошипела.

«Ты истратила слишком много сил. Спроси»…

— Заткнись! — резко перебила голос духа. — Черта с два, я поддамся на провокацию. Мне просто нужно наполнить кинжал энергией, — быстро заговорила, выхватив из-за спины оружие. — Нужно лишь провести энергию в металл. Я асура, сила у меня в крови, — старалась успокоить расшатавшиеся нервы. — Сконцентрировалась! — приказала себе.

Стоило энергии появиться в руках, как твари скопом помчались в мою сторону.

— Не успею, — выдохнула я и, приготовившись к удару, зажмурилась.

Однако его не последовало, лишь отчетливый хруст, будто что-то сломали.

— Если не хотите сдохнуть, лучше бы вам не тянуть к ней свои лапы, — послышался злобный и до боли знакомый голос.

Распахнув глаза, ошалело уставилась на Влада, он сжимал сломанную руку падшего, что тянулась к моей шее.

— Сол…

— Прочь! — грянуло убийственное, и твари отступили, пятясь назад. — В этой жизни меня зовут Владислав, София, — обернулся он с легкой улыбкой на губах.

— Неважно, какое имя нам давали при рождении, друг для друга мы всегда оставались Солом и Мак, — эти слова вырвались неосознанно. — Но ты прав, — продолжила, набравшись храбрости. — В этой жизни мы другие, ты тот, кто хочет превратить этот мир в руины, а я эгоистично спасти собственную жизнь.

— В желании сохранить собственную жизнь нет ничего предосудительного, — отшвырнув от себя падшего, сдержанно ответил Влад.

— Ты солгал мне… уже дважды, — ровным голосом произнесла, не сводя с него пристального взгляда.

И хоть разумом я понимала, что передо мной стоит совершенно другой человек, сохранивший лишь отголосок памяти Соломона, сердцем я хотела верить, что его чувства все еще сильны.

— Сол…

Вздрогнув всем телом словно от удара, я оцепенела на месте, боясь пошевелиться от той боли, что стрелой пронзила сердце. Перед глазами все расплылось, являя смутные очертания уже знакомого разрушенного домика. В ушах стоял звон, сквозь который пробивался тихий шепот.

А слова уж слишком сложно разобрать.

Это мольба?

Боль, сжимающая сердце, становилась нестерпимой, она будто разрывала изнутри. Его лицо… почему так больно от взгляда на него?

О чем же я забыла?!

«Молю Судьбу и Небеса! — тихий шепот перерос в оглушительный крик. — Я вас молю, не дайте повстречаться в новой жизни с ним. Мои воспоминания, любовь, Македу, именем которой он меня зовет — заберите все! Позвольте нам прожить в неведении кто мы. Подарите шанс на разные пути. Тот шанс, что даровала раз за разом нам судьба, позволь воспользоваться им в последний раз! Я все забуду, я изберу иной от его жизни путь! Молю о шансе… найти нам новую любовь, познать тепло семейной жизни и встретить старость, не погибнув молодыми. Я вас молю, Судьба и Небеса!».

Тяжело дыша, прижала руку к груди, стараясь унять дрожь. К горлу подступил ком, глаза наполнились горькими слезами.

Как… как я могла забыть?

— София? — послышался голос Сола, из-за чего сердце болезненно сжалось с новой силой.

Я и слова вымолвить не успела, когда Влад взял мою руку, а в следующую секунду последовала вспышка портального камня и сильное дуновение ветра.

— Крыша? — огляделась вокруг.

— Тут нам не помешают поговорить, — сделал он шаг навстречу, отчего я отступила на два.

Я наконец-то вспомнила последний миг о прошлой жизни. Когда Сол отдал за меня жизнь, я испытала нестерпимое горе и душераздирающую боль. Боль, которую Сол испытывал всякий раз, когда я погибала. В тот момент я поняла — милосерднее для нас обоих отпустить друг друга. Судьба никогда не мучила нас, она вновь и вновь милостиво давала шанс исправить наш печальный конец.

Я осознала это лишь тогда, ведь отдавая свою жизнь за Сола я не чувствовала боль, только радость от того, что он оставался в живых. Поэтому я молила небеса забрать мои воспоминания, дать возможность жить нам обоим.

Но Сол помнит, впрочем, как вспомнила и я.

— Судьба сыграла с нами злую шутку. Я уж было решил — твои воспоминания никогда не вернутся, — ликующие нотки в его голосе заставили отступить еще на один шаг.

Не стоит радоваться тому, чему никогда не сбыться.

— Ты притворился, что не знаешь меня.

— Алекс не должен был узнать, если бы верный пес ордена…

— Тебе стоило и дальше притворяться, — перебила его порыв оправдать свой поступок. — Не судьба повинна в том, что я тебя забыла, об этом я ее молила.

— О чем ты… говоришь? — растерянно произнес Влад, даже отшатнулся назад, будто получил пощечину.

— Мои воспоминания не должны были вернуться! И до сего момента я думала, ты был тем, кто решил дать нам шанс отпустить прошлое и двигаться вперед, Влад. Но это была я. Ты же видел, у нас не будет счастливого финала, — пояснила, не скрывая ни тоску, ни сожаление.

— Думаешь, я тебе поверю? — с болью в голосе произнес отступник. — Скорее рухнут небеса, чем я поверю в то, что ты сможешь жить без меня, Мак! Ты, правда, сможешь?

— Да, Сол, я смогу, — тихие слова были полны уверенности.

— Нет! — яростно выпалил он. — Без меня никогда не смей чувствовать себя живой! Без меня ты должна чувствовать, словно умираешь! — гневно выпалил Влад, с силой ухватив за плечи.

— Мы оба испытывали это чувство бесчисленное множество раз, пора остановиться, — осторожно коснулась его лица. — Нам не суждено быть вместе, и чем быстрее ты это поймешь, тем быстрее обретешь шанс найти новую любовь.

— Ты можешь остаться на моей стороне, — заверил Влад, словно не слыша моих слов. — Если дело только в ордене, я могу избавить тебя от артефакта. В моих силах извлечь кристалл, не причинив тебе при этом боли.

— Так вот что тебе нужно — артефакт? — спросила его, охваченная внезапным подозрением.

— Я хочу помочь.

— Но мне не нужна твоя помощь, Влад! — вырвалась из цепкого захвата, отступив на несколько шагов.

— Мне потребовалось много времени, чтобы найти тебя, Мак, — в его голосе послышалась холодная отстраненность.

— Меня зовут София, — исправила его.

А он, не замечая этого, продолжил:

— Пять лет назад, когда мне все же удалось отыскать тебя, ты прошла мимо, бросив в мою сторону лишь мимолетный чужой взгляд, будто на обычного прохожего взглянула, — губы Влада искривились горькой улыбкой.

Пять лет назад? Разве не в это время он стал отступником, предав орден?

— В тот момент я понял — ты не помнишь меня, — продолжил он. — Выглядишь все той же прекрасной Македой, но воспоминания о прошлой жизни ты забыла. Я снова и снова появлялся перед тобой, в надежде, что в один прекрасный момент ты бросишься в мои объятия. Все эти годы я терпеливо ждал. Однако мое ожидание не оправдалось… — Влад на секунду замолчал, будто с мыслями собирался, и произнес то, чего я никак не ожидала услышать: — Тогда мне пришлось самому помочь тебе вернуть утраченные чувства. В противном случае ты сочла бы меня сумасшедшим, расскажи я тебе кто ты. Но ты все та же прекрасная Македа, — ликующе произнес Влад, намереваясь приблизиться.

— Но чувства и имя другие, — выставила вперед кинжал, заставив его замереть на месте. — Не вмешайся ты, и я бы никогда тебя не вспомнила. Ты не должен был так поступать! — сорвалась на крик.

— Я должен был тебя вернуть, — мягко проговорил отступник.

Не обращая внимания на выставленное в его сторону оружие, он снова начал приближаться, продолжил, даже когда острие кинжала уткнулось ему в грудь.

— Но я не вернусь, — в отчаянии ответила, вынужденно опустив руку, в которой держала оружие. — Не вернусь к тому, кто без малейших колебаний собирался пожертвовать подростком! Ты превратил жизнь Альберта в ад!

До последнего я убеждала себя, что этим кем-то был не Сол. До момента, когда увидела пустоту в его глазах.

— Это была вынужденная жертва. Но как ты и сказала, не состоявшаяся, — глухо отозвался Влад.

— Что же такого прячет орден? Ведь ради этого ты не побоялся загубить жизнь человека, верившего тебе!

— То, что не принадлежит основателям. Я собираюсь создать мир, в котором никто не сможет причинить вред ни тебе, ни мне. Тогда нам не нужно будет расставаться, — и снова эта пугающая пустота в глазах.

— Ты делаешь это не ради меня, даже не ради себя. Ты пытаешься отомстить судьбе, Влад. Бездумно пытаешься разрушить мир, чтобы доказать свою силу. Это безумие, а не любовь. Разве не понимаешь? — повысила сорвавшийся голос, с силой сжав его ладонь.

— Это говоришь не ты, Мак, — раздражение и злость, прозвучавшие в словах, заставили отпустить его руку. — Оболочка, в которой переродилась твоя душа, мешает тебе увидеть истину. Твои воспоминания и чувства еще не полностью вернулись. Пройдет время, и ты поймешь.

Он просто одержим Македой. Прошлым…

И в этой одержимости было что-то странное, будто кто-то навязчиво подталкивает его на эти слова и действия.

— Ответь мне на один вопрос, — осторожно начала. — Марина Набина, кто ее убил?

Мучительно долгие секунды отсчитали всего ничего, прежде чем он ответил мрачным тоном:

— Это был не я.

— Но ты знаешь убийцу?

— Да.

Спрашивать имя было бесполезно, я поняла это по его глазам. Да и разговор завел нас в тупик.

— Алекс… — неожиданно начал Влад. — Ты что-то к нему чувствуешь, я прав?

— Не понимаю о чем ты, — вынужденно солгала, оказавшись в замешательстве.

Развивать данную тему у меня не было никакого желания.

— Ответь мне, Мак, — потребовал он, наступая.

От его взгляда у меня мурашки по коже пробежали. С каждым его шагом я отступала назад, отступала до тех пор, пока не споткнулась о низкий парапет, чуть не свалившись с крыши, но вовремя восстановила равновесие. Однако подошедший впритык отступник мое равновесие сильно пошатнул, но цепкие пальцы не позволили упасть, крепко впившись в руки.

— Разве забыла? Ты можешь принадлежать только мне. Именно благодаря тебе я был окружен светом, творил благие дела. Но стоит тебе отвернуться от меня, и я покажу тебе всю черноту тьмы. Уничтожу все и всех, кто дорог Софии, пока настоящая Мак снова ко мне не вернется.

— Ты безумен, — выдохнула обреченно.

— Любовь делает нас безумцами, — усмехнулся он. — Так или иначе, я получу тебя обратно, даже если придется забрать силой.

С этими словами он впился в мои губы жестким и властным поцелуем, не давая возможности сопротивляться, ведь удерживая за руки, склонил над краем крыши.

Дотянуться до кинжала я не успела, но ощутила энергетическую вспышку, из-за которой Влад резко оторвался от моих губ и рывком прижал к себе, отшагнув от края парапета.

— Думаешь, жестокостью и запугиваниями сможешь вернуть ту, которая канула в прошлом? — зло выговорил Алекс, испепеляя Влада ненавидящим взглядом. — Отпусти Софию!

В глазах Астарота не было страха, однако приказу Алекса он подчинился, но истинную причину, по которой меня оттолкнули в сторону, поняла только с появлением Альберта и громким звуком выстрела. Пуля не достигла цели, Влад с легкостью увернулся, намереваясь дать отпор. В этот момент я закрыла собой Альберта, и острие меча замерло в нескольких сантиметрах от моего тела.

— Отойди, Мак, — с леденящей вкрадчивостью прошипел отступник.

— Я… не позволю навредить ему, — резко обронила, стараясь унять дрожь в ладонях.

— Тебе лучше уйти, — послышался предостерегающий голос Артема.

Взгляды, которыми обменялись эти двое, меня очень насторожили, но кровопролития не последовало.

— Я буду ждать тебя, Мак.

Это было последнее, что он сказал, перед тем как шагнул с крыши и скрылся в огненном росчерке портального камня.

— Ты в порядке? — встревожился Зепар, стоило мне осесть на колени.

— Нет, — честно призналась, мотнув головой.

ГЛАВА 25

Выговор по поводу моей вольной прогулки в неизвестном направлении мне не устроили, видать, выглядела настолько разбито, что дополнительной взбучки не требовалось. А нашли меня по остаточной энергии, которую, как сказал Артем, я всюду оставляла.

О том, что видела призрак Марины, я умолчала, как и о помощнике советника Луцкого, передавшего саквояж Хоравскому. Все-таки Диана ошиблась, это не было манипуляцией духа. Все, что я видела и чувствовала, подстроила Набина: телефонный звонок, ее появление в библиотеке, тень за окном, информация в ноутбуке.

Мне хотелось поделиться этим с Алексом, но для начала необходимо было все как следует взвесить и обдумать.

— Пора остановиться, — перехватил Алекс мою руку, занесенную для удара.

Отрицательно мотнув головой, я старалась отдышаться.

После нашего возвращения в комплекс ордена, я тренируюсь уже почти десять часов подряд. Естественно, Алексу это не нравилось. Он просто не понимал, что эта тренировка хоть как-то отвлекает от множества донимающих меня мыслей, сомнений, гнева, слов Влада, продолжающих звучать в моей голове!

— Боль от тренировок не сравнится с той, которую я испытываю от полученных воспоминаний, — еле слышно пробормотала.

— Что бы сегодня между тобой и Владом ни случилось, это того не стоит, — укоризненно произнес охотник, стоило мне свалиться на пол.

— Он спас меня, а после «убил», — туманно пояснила сквозь горькую улыбку.

Неловко смотреть Алексу в глаза, после того как я спросила у Влада о Марине. Он ее не убивал, но знает убийцу, а имя выяснить не смогла.

Почему все так сложилось?

В прошлых жизнях наша любовь была безграничной. Такой сильной, что мы находили друг друга даже переродившись. Но эту любовь всегда сопровождали печаль и боль. В наших историях нельзя было написать: «И жили они долго и счастливо». За возможность быть с ним я отдавала жизнь. Случайно передав эту роковую эстафету.

Почему же мы не смогли быть вместе? Назвать это судьбой? У многих печальная участь, разница лишь в том, что наша повторялась. Мы ничего не могли с этим поделать, такова моя и его история. Быть может, нас в нашей первой жизни кто-то проклял? Ту власть, счастье, любовь, что у нас были, мир, лежащий у наших ног. А может, это проклятие наслал на нас Соломон, когда получил кольцо, повелевающее демонами?

Но все до смешного проще. Нам просто не суждено быть вместе. Насколько же мы были наивны и глупы. Сражались за любовь, которую нам никогда не получить.

— Знаешь, я даже заплакать не могу, — вымучено произнесла, понуро опустив голову. — Все это время он меня искал, а я жила в неведении благодаря мольбе из прошлого. Возможно, если бы вспомнила раньше, Влад не стал тем, кто хочет разрушить мир, не жертвовал бы теми, кто ему доверял…

«Не скрывал убийцу Марины», — мысленно добавила.

— Твое присутствие ничего бы не изменило, София. Так сложилась цепочка событий, — тихо проговорил Алекс, приобняв меня за плечи.

— Цепочка событий, да? — произнесла одними губами.

Следующие три дня я безвылазно находилась в тренировочном зале, совершенствуя технику боя и управление энергией. Один раз даже попыталась прибегнуть к энергоматерии и создать собственное оружие, но кроме болевого разряда и ожогов на руках больше ничего не получила, ну разве что нагоняй от Наташи, выговор от Анны и недовольное рычание от Алекса.

До бала оставалось два дня, а результат моих навыков поднялся не на тот уровень, который бы мне хотелось получить. По крайней мере, я увеличила время использования энергии без особо причинения себе вреда и несколько раз проходила сражение с проекциями. Смогла показать неплохой результат в жесткой обстановке, где реагировать приходилось очень быстро.

На следующий день Альберт, Алекс и Анна устроили мне настоящий бой, взяв на одно из своих заданий. Трое охотников расслабленно стояли в сторонке, пока двое упырей пытались мной перекусить. После нескольких минут боя Анна расщедрилась на кучу советов, но те только отвлекали и не давали действовать самостоятельно.

Как только я хотела поступить по-своему, Анна тут же сбивала с толку.

— Да помолчи ты! — рявкнула в ее сторону, собственно, из-за чего пропустила удар когтистым крылом монстра.

Проехавшись по земле, не сдержала вырвавшуюся ругань, ибо руки были разбиты в кровь. Соответственно, клыкастые стоять и ждать, пока их перекус поднимется на ноги, не стали. В последнюю секунду успела выставить перед собой клинок, в который и вгрызлась одна из тварей вместо моей шеи.

Приложив усилие, резко дернула рукой вверх, разрезав пасть упыря.

— Не позволяй повалить себя на землю, иначе можешь проиграть, — последовал очередной совет Белиал.

— Приму к сведению, — прокряхтела я, поднявшись на ноги.

— Сзади, — зевнула Наташа.

— Уверена, они бы с ними одной левой разделались, — пробормотала себе под нос, увернувшись от атаки.

— Заканчивай уже, хватит с ними играть строя из себя беззащитную охотницу, — недовольно протянула Заган, но на губах играла хитрая улыбка. — Ты что, к боли пристрастилась? Долго еще этот цирк разыгрывать будешь?

— О, меня раскрыли, — медленно выровнялась, отряхнув с одежды грязь.

— Так она заметила? — хмыкнула Анна.

Вчера после боя с проекциями, я направлялась в комнату, но заметила несколько охранников с огромным контейнером и проследила. Оказывается, эти проекции зеркальное отражение реальных монстров, которые находятся взаперти под тренировочными. Благодаря урокам фехтования я довольно внимательна, поэтому запомнила, как они двигаются, как нападают, как загоняют жертву. Побеждая проекцию, ты побеждаешь реального зверя.

— Поторопись, я голодная, — нетерпеливо сообщила Заган.

Сжав рукояти клинков покрепче, двинулась в атаку. Наносить удары в лоб бесполезно, чешую, которой покрыта верхняя часть туловища, очень сложно пробить, поэтому их стоит обездвижить отсечением конечностей, а после пронзить сердце.

Несколько выпадов, быстрые движения клинков и лезвия окрасились пурпурной кровью монстров. Занеся над головой клинки, я одновременно вонзила их в тела упырей и резко повернула рукояти, добивая чудищ.

— Хорошая работа, — одобрительно кивнула Белиал. — Эти твари охотились тут несколько дней, убили уже троих, — пояснила она, с презрением взглянув на рассыпающиеся тела упырей. — Возвращаемся, остальным займутся чистильщики.

Об этих ребятах я узнала недавно. Они работают с полицией, прокурорами и военными, подчищая за охотниками. Уничтожают все улики сверхъявственной стороны. Оповещают людей о гибели родных и друзей, что оказались не в том месте и не в то время, и выплачивают компенсацию, своего рода помощь от «государства».

* * *

Остаток вечера я планировала отдохнуть, но сон все никак не шел. Поэтому вместо метаний по подушке решила прогуляться по местному парку. Впрочем, бродить туда-сюда впоследствии быстро наскучило, и я присела на ажурную лавочку.

За все это время от Влада ничего не было слышно. А мне не давали покоя его слова. В том, что он выполнит свою угрозу, я не сомневалась. Но что более важно — это предстоящий бал, на котором он непременно объявится. К тому же меня беспокоил мой шпионаж за помощником советника. Почему он оказался там, что было в саквояже и почему его передали Хоравскому? Марина хотела, чтобы я увидела ту состоявшуюся сделку?

— Будешь мыслить так глобально, голова лопнет, — послышался над ухом голос Алекса.

— Ты напугал меня, — вздрогнула от неожиданности. — И вообще, с чего решил, будто я о чем-то думала?

— Сидишь здесь с таким лицом, будто проблему всего мира решаешь, и ты не заметила, как я подошел, — пожал плечами охотник, присев рядышком. — Поделишься?

После недолгого раздумья, я решила рассказать Алексу о том, что видела и слышала, включая слова о Марине.

— Подозреваешь Луцкого? — нахмурил брови охотник.

— Марина неспроста привела меня туда.

— В месте, где убили Марину, я почувствовал демона, его и выследил впоследствии и, хотя не добился нужного ответа, я понимал, что в этом замешаны те, кто имеет гораздо больше власти, нежели я. Однако не знал причины, которая забрала ее жизнь.

— Почему Марина не пришла к тебе? — недоумевала я.

— Видимо, она знала, что ее убьют, и могла преждевременно связать свою душу с твоей печатью, поэтому ее видишь только ты, — предположил Алекс.

— Надеюсь, она снова передо мной появится. Тогда я смогу спросить ее.

— Я разберусь со всем, о чем ты мне сообщила. Но прошу тебя ничего не предпринимать, если ты решилась избавиться от печати, тебе не следует вмешиваться в дела ордена. К тому же, нам поступила информация, что приверженцы Влада готовятся напасть на орден во время бала. Тебе следует сосредоточиться на своих тренировках.

— Кто сообщил?

— Не только в наших рядах предатели, в его тоже парочка затесалась, — усмехнулся охотник.

Но раскрывать их личности Алекс явно не собирался.

— Что будешь делать, когда найдешь убийцу Марины? — решила сменить тему.

— Поступлю так же, как он поступил с ней, — ответил он не задумываясь.

— Месть, значит, — задумчиво протянула, нахмурив брови.

— Не одобряешь? — в глазах охотника появилось сожаление.

— Не думаю, что у меня есть право навязывать тебе свои принципы. Если месть поможет тебе обрести спокойствие и чувство удовлетворения, тогда тебе стоит это сделать. Но в одном я уверена точно — этого не будет. Месть не то чувство, за которым стоит следовать.

— Значит, такова моя судьба.

— Ты уже должен был понять, что судьба не решает за нас. Мы просто выбираем созданные ею дороги.

— Я тебя понял, — улыбнулся Алекс, потрепав меня по волосам, как маленького ребенка.

— Эй, — притворно возмутилась.

— О твоем решении сообщу Вернину перед началом бала, — последовал моему примеру охотник, сменив тему.

— Спасибо.

— Какой бы выбор ты ни сделала, я поддержу тебя, — уверенно он произнес, осторожно погладив меня по щеке.

— Правда?

— Да, — ответил Алекс серьезным тоном. — Если не хочешь принимать печать, не делай этого. Я лишь беспокоюсь о том, как ты перенесешь извлечение артефакта.

— Это правда настолько болезненно?

— Я знаю лишь об одном охотнике, который решился избавиться от печати. Пять лет назад, брат Марины.

— Брат Набиной?! — изумленно переспросила, даже с лавочки подскочила.

— Да. Он погиб впоследствии через пару недель, — в его голосе отчетливо послышалась тоска и горечь.

— Как?

— Угодил в гнездо к Арахнам. Это довольно редкие твари и вьют они гнезда в основном в лесах, если их намерено не перенести в чье-то жилище. Марина пыталась выяснить подробности его смерти, но ничего существенного не нашла.

Дело обретает все новые повороты и кучу дополнительных вопросов.

— В тот день Влад и напал на орден.

Что же творится в этой организации? Охотники погибают, а дела об их смертях не раскрыты. Другие становятся отступниками. Даже новый препод лаборантов и тот отступник! И какого лешего он в нашем универе забыл? Советник Луцкий и его помощник могут оказаться предателями. А я, по всей видимости, угожу в гнездо Арахны, когда избавлюсь от печати.

Быть может, и смерть Марины кроется в гибели ее брата? Хотя маловероятно, прошло уже пять лет. Но Влад неспроста напал на орден именно во время извлечения печати. Он хотел забрать артефакт?

— Голова сейчас взорвется, — простонала я, спрятав лицо в ладонях. — Слишком много вопросов, а ответы искать негде.

— Найдем их постепенно, — проявил участие Алекс. — Пойдем, провожу тебя до комнаты.

* * *

До бала оставался всего день. И этот день, как и предыдущие, я провела в тренировочном зале, громя проекции демонов, Арахн и упырей.

— Что это с ней? — послышался голос Анны. — Смотреть страшно.

— Она такая с самого утра, — шумно выдохнул Алекс. — Избавляется от посторонних мыслей, — пояснил он.

— От мозгов так тоже можно избавиться, — съязвила охотница. — Что ее так беспокоит? Хотя… завтра истечет время, отведенное ей печатью, — задумчиво проговорила Анна и более бодро продолжила: — Эй, София, может, поединок?

Следовало изначально заподозрить неладное. Пусть и удалось несколько раз ранить Белиал, меня она чуть в отбивную не превратила. Я слишком поздно заметила, что использовала она силу духа, а вовсе не кровную энергию. Последним своим ударом меня красочно нокаутировали, после чего, собственно, я и потеряла сознание.

…А очнулась лишь на следующий день под вечер.

— С добрым утром, — пропела моя мучительница.

— Ты хотела сказать «вечером», — поморщилась от головной боли.

— На вот, выпей, полегчает, — примирительно начала охотница.

— Ты меня вчера нарочно вырубила? — приняла протянутый стакан с коричневатой жидкостью и в который раз поморщилась от нового укола головной боли.

— Иначе ты бы себя в гроб загнала, — фыркнула блонда. — Какая по счету это была проекция? С твоим-то уровнем сражения, и что даже не заметила, как к твоей энергии присоединилась сила духа?

— Что?

— Очевидно, нет, — укоризненно покачала она головой. — Это из-за вышедшего времени?

— Ты знала, что брат Марины избавился от печати? — сходу задала мучавший меня вопрос и, поднявшись на ноги, устремила на Белиал выжидательный взгляд.

— Его звали Кристофер, и да, я знала.

— Разве его смерть не показалась тебе странной? — продолжила свой допрос.

— Так ты поэтому вчера проекции громила? Слишком много вопросов в голове? — удивленно выгнула тонкую бровь Белиал.

— Именно. А ответов нет, и меня это злит, — ответила, не скрывая раздражения.

— Через несколько часов ты избавишься от печати и обо всех вопросах забудешь, — просто пояснила Анна. — А сейчас, давай приведем тебя в божеский вид. Скоро начнется бал, — резко сменила тему охотница и, не заботясь о моих желаниях, затолкала в ванную.

Около часа она изображала лучшую подружку, кружа вокруг меня, завивая волосы, нанося макияж и помогая надеть вечернее платье в пол темно-красного цвета с плавным переходом к подолу в более светлый оттенок.

— Так, теперь это, — протянула Анна две связки ремней, где были закреплены кинжалы в ножнах.

— Прости, конечно, но куда, по-твоему, я должна это привязать?

Более ничего не говоря, Белиал не обращая внимания на мой возмущенный возглас, подняла подол платья к коленям и отдала его мне.

— Придержи, — скомандовала она и закрепила ремни чуть выше щиколоток. — Их незаметно, — подвела меня Анна к зеркалу.

Оружия действительно не было заметно. Ткань платья облегала грудь и талию, а от бедер, ближе к коленям расходилась полами.

— Туда без оружия идти нельзя. И последнее, вдень в ухо, — протянула охотница маленькую гарнитуру телесного цвета. — Это микронаушник, но действует он и как микрофон, так мы сможем общаться между собой. А это подарочек от меня, — надела Анна на мое запястье браслет с белыми камнями. — Готово! — удовлетворенно кивнула охотница, подхватила под руку и поволокла из комнаты.

ГЛАВА 26

Самый большой зал столицы — Гостиный двор, его аркады, украшенные полуколоннами ионического ордера, кажутся бесконечными и производят впечатление уже несколько столетий. Именно здесь, в этом величественном здании и будет проходить бал для жителей иной стороны мира.

Все случится через несколько часов. Пока развлекающиеся господа и дамы будут попивать элитное шампанское и вино, между делом ведя занимательные беседы и кружа в вальсе, я сделаю шаг к тому, чтобы перестать носить «звание» избранной древним духом.

— Волнуешься? — тихо спросил Алекс, легонько коснувшись моей руки, от чего я непроизвольно вздрогнула.

— Да, — честно ответила.

— Ты уверена в своем выборе? — задала вопрос Белиал, поравнявшись с нами.

Уверена ли? Я приняла решение и собираюсь его выполнить, но правильно оно или нет, покажет время.

— Что ж, давайте присоединимся к балу, — только и сказала охотница, похлопав меня по плечу.

Не став нас дожидаться, Анна, облаченная в иссиня-черное платье, походкой от бедра вошла в открывшиеся перед ней двустворчатые высокие двери.

— Помнишь, о чем я говорил? — шепнул Алекс, подставив локоть. — Какой бы выбор ты ни сделала, я буду рядом.

Мой внимательный взгляд повлек за собой скептичный вопрос:

— Что? Не веришь?

— Дело не в этом, — отрицательно покачала головой. — Не думаю, что могу принять это. Ты не обязан, — горькие нотки в голосе скрыть не удалось.

— Это сугубо мое желание, — заверил Алекс. — Не только ради тебя, я ведь спать по ночам не смогу, зная, что оставил тебя на произвол судьбы. Считай это моим личным капризом защитить прекрасную леди.

— Отлично! — со смешком ответила. — Не пожалей об этом потом. Я не позволю тебе забрать свои слова обратно, — взяла его под руку.

Но не успела сделать шаг, как меня резко притянули к себе и прижались к губам осторожным, но настойчивым поцелуем. Поцелуем, которому я не стала сопротивляться. Нежный, исполненный чувственности и заставляющий забыть обо всем.

— Награда за твое усердие и храбрость, — прошептал мне в губы охотник, улыбнувшись, в то время как я растерянно хлопала ресницами.

— Разве не я должна благодарить за помощь?

— Верно, — задумчиво согласился Алекс. — В таком случае буду ждать свою награду после бала, — он решительно кивнул и, накрыв мою ладонь своей, уверенной походкой повел в светлый зал.

Стоило оказаться на пороге огромной бальной залы, как слух на мгновение оглушила музыка, громкие и тихие смешки, звон бокалов, разговоры. Гости, разодетые в смокинги, фраки и вечерние платья. Их было не меньше тысячи.

На входе двое официантов протянули нам карнавальные маски. Как оказалось, в этих масках были все приглашенные на бал, кто-то держал их в руках, кто-то все же решил надеть. На мужчинах черные, на женщинах белые.

— Поверить не могу, что здесь нет ни одного человека, — шепотом проговорила, надев маску.

— Это лишь верхушка айсберга, скрытая от людских глаз, — усмехнулся Алекс и маску предпочел не одевать.

Зато гостям, мимо которых мы проходили, было очень любопытно поглазеть на спутницу охотника, сила которого приравнивается к десяти печатям.

— Политики, знаменитости, бизнесмены, военные, аристократы, здесь много кого можно найти, — приглушенно перечислил Алекс.

— Союзники и враги ордена под одной крышей. Никогда бы не подумала, что такое возможно. Хотя о чем это я, нападения нам не избежать, — скорбно произнесла.

— Скажем так — это уже традиция, и мы в который раз должны доказать силу организации. Будь начеку, не все здесь знают, что ты обладательница артефакта, — предупредил охотник.

— Знаю. Печати сейчас исполняют роль охраны, поэтому мне стоит быть как никогда внимательной и осторожной, — прокомментировала недавние слова Анны.

— Вернин явится, как только прибудет верховный совет. А до этого момента, почему бы нам не насладиться вечером?

Я взялась за протянутую ладонь и позволила Алексу увести меня ближе к балконам, где оказались Баал и Данталион, который предпочел белый фрак, нежели черный смокинг моего провожатого и Артема.

— Прекрасно выглядишь, — улыбнулся Александр, поцеловав мою руку.

Мне казалось, он злится за тот случай в тренировочной, но сейчас охотник ведет себя непринужденно.

— Сегодня вы все ослепительны, — улыбнулась в ответ.

Я искренне надеюсь, что сегодняшний вечер не омрачится кровопролитием, однако интуиция говорила об обратном. И хотя все выглядят достаточно расслабленными, в воздухе витает напряжение.

— Явились последние приглашенные, — довольно громко прокомментировал Данталион устремив взгляд мне за спину.

Впрочем, говорил он как обычно, просто в помещении с появлением Влада и его свиты: Ориаса и Альбины, стало слишком тихо.

— Данталион, Баал, проверьте северное крыло, группа охотников не выходит на связь, — раздался в наушнике голос Фенекса.

— Понял, сейчас будем, — приглушенно ответил Баал.

Из печатей в зале сейчас находились только Анна, Наташа, Владимир, Влад и Рома, но последние двое являлись отступниками. Альберта поблизости не было видно, очевидно, патрулирует, как и Виталик.

— Ты как? — сжал мою руку Алекс.

— Не знаю, — отстраненно ответила. — После разговора с Владом я во многом изменила свою точку зрения, — тихо добавила, наблюдая как он приближается вместе с Ориасом и Альбиной.

И все же желание узнать, что же он хотел получить в архиве ордена не дает мне покоя.

— Вижу, ты приняла мой подарок, — широко улыбнулся Влад, окинув мой наряд довольным взглядом. — Красный тебе к лицу.

Игнорируя испепеляющий взгляд Алекса, Влад ухватил мою руку и прижал к тыльной стороне ладони холодные губы, лишь на секунду задержав поцелуй.

— Благодарю, платье пришлось как раз кстати, — сдержано улыбнулась, титаническим усилием воли делая вид, что совсем не удивлена, и вообще все так, как и должно быть.

«Какого черта?! Разве его не Анна приготовила?» — мысленно взвыла, почувствовав себя совсем неуютно.

Вероятнее всего его доставили курьером, содержимое коробки в любом случае проверили и, увидев внутри обычное платье, отправили в указанное место.

— Сегодня нам следует хорошенько повеселиться, — проворковала Альбина, всем телом прильнув к Астароту. — Ведь это возможно только на нейтральной территории.

Угрозу в голосе эта дрянь даже не пыталась скрыть.

— Потанцуй со мной, — соблазнительно улыбнулась отступница и, не дожидаясь ответа, потащила Влада в центр зала.

А рыжий, послав мне на прощание глумливую ухмылку, подошел к темноволосой женщине в маске.

— Ты… — начал Алекс, слегка раздраженно.

Но договорить ему не дала, сообразив, о чем он хочет спросить.

— Я не знала, что это подарок от Влада. Поверь мне на слово, радости это не принесло, — сухо отозвалась, взяв предложенный официантом бокал шампанского.

— Вижу, ты разрешила проблему с воспоминаниями прошлого, — от внезапного голоса хранителя Ивалиса вздрогнула, поперхнувшись пузырящимся напитком.

А метаморф решил посетить бал, будучи ребенком — один из обликов, которые мы видели в Некрополе.

— Ваша излюбленная манера начала разговора — это испуг собеседника? — раздраженно интересуюсь, аккуратно вытерев капающий напиток с подбородка.

— Я прав? — проигнорировал мой вопрос хранитель, сжав тонкие пальчики на бокале, который забрал с подноса.

— Здесь нет детского шампанского, — с издевкой хмыкнул Алекс, отобрав у мальчишки бокал.

Одно мгновение и перед нами стоял взрослый юноша.

— Как и детей, — резюмировал Ивалис, взяв другой бокал, что держал официант, ничуть не смущаясь того, как он побледнел.

Видать, от метаморфов низших демонов передергивает сильнее, чем от охотников ордена.

— Я почти не вижу сомнений в твоих глазах. Что послужило…

— Другой путь, — сухо перебила хранителя, бросив на Алекса мимолетный взгляд. — Я решила не отбрасывать те чувства, что были между мной и Солом. Я приму их. Буду хранить воспоминания как что-то хорошее. Однако я не могу позволить Владу совершить то, что он замыслил. Но и ордену не могу позволить причинить ему вред, только за то, что он ушел с правильного пути. Это своего рода прощальный подарок от Македы. Пусть глупо и наивно, пусть и веду себя как беспомощное дитя, но я хочу помочь ему.

— Ты ошибаешься. Дитя не беспомощно, оно исполнено надежды. Надежды на светлое будущее, София. Но боюсь, Влад слишком глубоко погряз во тьме. Он добровольно позволяет духу овладеть своим телом, душой и сердцем, глупо полагая, что в любой момент может взять контроль в свои руки, — с горечью в голосе пояснил Ивалис.

— Хотите сказать, его не спасти? — не поверила его словам.

— Нельзя спасти того, кто этого не хочет. А то, что задумал Владислав, не оставит ему шанса на спасение, — опустошенно продолжил метаморф, а взгляд на мгновение наполнился тоской.

— Это связано с архивом ордена? — осторожно уточнила. — Что в нем находится?

— Эта информация доступна только основателям и советникам, — Ивалис даже поморщился от собственной реплики.

— Помимо Влада? — иронично спросила.

— Ты ведешь себя не как девушка, задумавшая избавиться от артефакта и убраться как можно дальше от ордена, — одарили меня снисходительным взглядом.

— Значит, задаю слишком много вопросов? — сообразила я.

— Ты задаешь их, решив вернуться на обычную, человеческую сторону мира, — прямо ответил хранитель.

Мне не обязательно быть избранной или частью их войска, чтобы попытаться выведать, что же такого скрывает Орион.

— Вы правы, — согласилась с ним, решив на время отложить данный разговор.

— Не откажете прекрасному юноше в танце? — протянул руку Ивалис, галантно склонившись, тем самым меняя тему и отвлекая меня от размышлений.

— Конечно, — согласилась на его предложение, получив одобрение со стороны Алекса.

Вложив пальчики в ладонь метаморфа, позволила увести себя в центр зала, где мы присоединились к танцующим парам. Правда, после нескольких секунд танца, я резко остановилась.

— В чем дело? — встревожился хранитель.

— Да так, увидела знакомое лицо, — тихо проговорила, наблюдая, как Хоравский ведет в танце знаменитую ведущую новостей. — Я видела его в день, когда забирала вещи из общежития. Он получил саквояж от помощника советника Луцкого.

— Уверена? — проследил за моим взглядом Ивалис.

— Определенно.

— Он отступник, насколько мне известно, — нахмурил брови метаморф.

— Я узнала об этом совсем недавно и не понимаю, почему помощник советника…

— А сама как думаешь? — перебил меня Ивалис, окинув долгим внимательным взглядом.

Я размышляла над этим не один день. Что-то здесь точно не так. Разве это не слишком беспечно: встречаться с отступником средь бела дня? Этот саквояж точно доставили Владу, неспроста же он там оказался.

— Если советник Луцкий не идиот, а мне он показался довольно рассудительным, тогда его пытаются подставить. Или же идиот его помощник, который ничего не смыслит в тайных сделках и слежке, — пожала плечами.

— Не стоит сейчас кому-либо об этом рассказывать, — напутственно посоветовал Ивалис, снова увлекая меня в танец.

Однако расслабиться и насладиться танцем так и не удалось, а ведь хранитель оказался прекрасным танцором. Но вся эта ситуация не давала покоя, я настолько погрузилась в размышления, что не заметила, как окончился и сам танец. А на обратном пути к Алексу дорогу нам преградила Альбина.

— Господин Хранитель Душ, — ядовито протянула отступница. — Неужто ради нее покинули свое мертвое царство, — бросили в мою сторону брезгливый взгляд. — Прежде вы не посещали подобные приемы. Или все же устали от созерцания мертвецов?

— Ну уж точно не ради такой чертовки сюда прибыл, — гаркнул Иваныч.

И когда только успел принять облик старца?

— Твоя гнилая душа даст фору любому убийце, поэтому тебе никогда не пройти в мои врата, отступница.

Это первый раз, когда я видела хранителя таким разъяренным.

— Все еще дуетесь, что отобрала у вас воспитанника? — невинно похлопала ресницами эта змея. — Напрасно, он сам ушел. Пять лет назад, когда узнал, что вы были в курсе того, где находится Македа, но скрыли это, прикрываясь благими намерениями. Впрочем, орден не пытался оправдать свой поступок, как вы, ведь и от них была укрыта эта тайна вами.

О чем щебечет эта мегера?

— София… или мне лучше называть тебя Македа? — не дождавшись от меня ответа, та язвительно продолжила: — Господин Хранитель Душ уже посвятил тебя в свою маленькую тайну?

— Ему незачем было скрывать это от меня, — нагло солгала, ничем не выказывая удивления.

И только хотела пожелать ей убраться в ближайшую преисподнюю, как краем глаза отметила знакомую дымку, почувствовав присутствие Набиной.

— Марина? — почти шепотом произнесла.

Мое замечание заставило альбиноску резко обернуться, ее беглый взгляд пробежался по толпе гостей, но уже через секунду напряжение с лица ушло. Будто она убедилась в том, что названной мною личности среди приглашенных нет.

Почему же она так встрепенулась от упоминания имени Марины? Или, скорее, от моей интонации и взгляда, который был уверен в том, что видел.

— Что за игру ты ведешь? — прошипела змеюка.

— Я не обязана тебе что-либо говорить, — ответила, не удостоив эту выскочку даже презрительным взглядом и, намерено зацепив плечом, пошла вперед, отметив, что хранитель идет рядом.

— Ты сказала Марина? — скосил в мою сторону прищуренный взгляд старец.

Да. Она стояла рядом с Алексом, но охотник совершенно ее не замечал и не чувствовал. А мы направлялись именно к ним.

— Не спросишь? — о чем говорил Иваныч, сразу и не сообразила, мой взгляд был прикован исключительно к лицу Марины.

— Хочешь знать, что имела в виду отступница? — повторил свой вопрос хранитель.

— Алекс, здесь… — я оборвала себя на половине фразы, потому как Марина отрицательно покачала головой.

Не хочет, чтобы он знал о ее присутствии?

— Что? — удивленно вскинул бровь охотник.

— Д-да так, — запнулась, натянув нервную улыбку. — Я тут Хоравского видела, — выкрутилась из ситуации.

Алекс понимающе кивнул, а я на месте подпрыгнула от шлепка старца по руке.

— Слушай, когда старшие говорят! — сварливо скомандовал он.

— Вы сказали, я задаю слишком много вопросов, — начала я оскорбленным тоном. — А сейчас сами предлагаете их задавать! Определились бы уже.

Замешательство на лице метаморфа позабавило, но сожаление во взгляде и ярое желание поделиться тем, что произошло, вызвало сочувствие.

Мне, правда, хотелось спросить, хотелось узнать, откуда он знал, что я Македа, о Соле, о том, что между ними приключилось. Но сейчас рядом стояла Марина, и шанс выведать о ее убийце, упустить было нельзя!

— Ты ведь уже избрала свой путь, а я пытался сделать это за Владислава восемь лет назад. Только разные дороги могут позволить вам получить светлое будущее. И если бы не отступница, сейчас все могло быть иначе, — проговорил Иваныч тонким голоском, приняв вид ребенка.

Он что, облик меняет по настроению?

— Я бы хотела послушать ваш рассказ после того, как закончится бал, — быстро заговорила, заметив идущего к нам советника Вернина.

— Если он здесь, укажи на своего убийцу, — еле слышно прошептала, слегка обернувшись к Марине.

И она указала. Но не на одного, как я предполагала, а на двоих. Правая рука указывала на танцующую Альбину, а левая на приблизившегося к нам…

Вернина!

— Добрый вечер, — поприветствовали нас.

Мужчина был в хорошем расположении духа и ведь даже не замечал стоящую к нему почти впритык Набину. Ненавистный взгляд прожигал своего убийцу, руки сжались в кулаки, ее всю трясло. Губы беззвучно что-то кричали. Она не могла его коснуться, не могла, потому что была привязана к артефакту.

От этой картины у меня защемило в груди, глаза защипали слезы.

— Пришло время сделать выбор, госпожа Лувил, — вернул мое внимание советник. — Прошу за мной. Господин Эртэнский и госпожа Полинская пойдут с вами.

— Да, вы правы, в конечном итоге каждый из нас заплатит за совершенный выбор, — криво ему усмехнулась.

Реплики моей Вернин не понял, а Ивалис и Алекс разом помрачнели.

— Пойдемте, — немного растеряно повторил советник.

Приободряюще улыбнувшись, Алекс крепко сжал мою руку и повел следом за убийцей Марины, где у выхода к нам присоединилась Анна.

Я уже начала догадываться о причине гибели Набиной, но не была в ней полностью уверена.

ГЛАВА 27

Покидая бальный зал, краем глаза отметила пристальный взгляд Ориаса и Альбины, а заметив кривящиеся губы Белиал, поняла — это не укрылось и от нее.

После того как мы покинули Гостиный двор, нам пришлось воспользоваться портальным камнем, чтобы быстро добраться до главного штаба ордена, который оказался в строго охраняемом огромном особняке где-то на окраине города.

Советник провел нас через просторный холл, выдержанный в светло-коричневых тонах, несколько лестничных пролетов, выложенных из серого камня, ведущие вверх, длинную анфиладу, снова лестницу, только теперь ведущую вниз. И остановился возле закрытых высоких двустворчатых дверей.

— Вы двое, ожидайте здесь, — обернулся к охотникам Вернин. — Пойдемте, госпожа Лувил, — открыл он передо мной дверь, за которой находился зал чуть меньше, нежели в Гостином дворе, но этот был в довольно мрачных тонах.

В конце стояло несколько массивных деревянных кресел с высокими спинками больше напоминающие троны, на стенах висели знамения и гобелены с изображениями битв. Мраморный пол темно-коричневого цвета с золотистым отливом и большой металлический круг серебряного оттенка ближе к восседающим в деловых костюмах двум мужчинам и женщине.

«Верховный совет», — решила я.

— Рада приветствовать тебя, София. Мы главные советники организации ордена Орион, — подтвердила мою догадку женщина бальзаковского возраста с хищными чертами лица.

— Рада знакомству, — проявила вежливость со своей стороны.

Чего, в общем-то, делать не хотелось, учитывая, что они покрывают убийцу проводницы и, вероятно, ее брата. Кто-то из них непременно в курсе совершенного деяния Вернина, а быть может, и отдал приказ.

— Ты приняла решение? — голос мужчины средних лет со шрамом на подбородке, набатом разлетелся по залу.

Очевидно, представляться эти трое не собирались.

— Да, — кивнула, поочередно взглянув на каждого. — Я хочу избавиться от артефакта. Уверена, для этого духа найдется более достойный кандидат.

— Артефакт ждал избранного более тысячи лет, но, очевидно, ошибся в своем выборе, — гнусаво пророкотал седоволосый старец, скользнув по мне разочарованным взглядом.

Любопытно, они сейчас угрожать станут? Мол, избавишься от печати, и мы тебя убьем, дабы у духа появилась возможность избрать новый сосуд.

— Процедура изъятия артефакта будет очень болезненной, — продолжил старец, укоризненно качая головой. — Ты можешь погибнуть.

Полагаю, они и рады будут, если боль меня убьет, самим не придется ручки марать.

— Это твое окончательное слово? — поднялась на ноги верховная советница, прожигая хищным взглядом.

— Да, — уверенно заявила.

— Мы должны предупредить тебя, — взял слово мужчина со шрамом. — Пока ты жива, дух не сможет найти новый сосуд. За артефактом, как и за тобой, станут охотиться.

А вот и предупреждение. Интересно, первым в очереди по мою душу будет сам орден?

— Я способна постоять за свою жизнь.

По крайней мере, приложу для этого все усилия и затаюсь где-нибудь в тихой деревушке.

— Ты сделала свой выбор, — уж слишком угрожающе произнесла главная советница. — Активируйте артефакт! — приказала она Вернину.

Советник, приблизившись к кругу, провел над ним рукой, от чего тот вспыхнул блеклым светом. Металлические обручи внутри круга, исписанные неизвестными мне символами, начали вращаться, из пола поднялась небольшая каменная колонна, а над ней парил перстень внутри золотого обруча.

— Протяни руку, надень перстень на указательный палец правой руки, — пророкотал голос советницы.

А у меня сердце забилось часто-часто, духа я ощутила практически физически, будто в этом перстне заключена его энергия.

Быть не может… это же…

— Не медли!

— А? — вскинула испуганный взгляд на женщину. — Нет… я…

— Надень перстень! — ледяным голосом приказала та.

Глубоко вздохнув, я протянула руку к вращающемуся обручу и вдела палец в перстень. Мгновение ничего не происходило, но как только обруч начал вращаться быстрее, превратившись в сплошной блик, я ощутила жар в руке, а на тыльной стороне ладони начал появляться кристалл.

За этим последовала боль. Она стрелой пронзила тело. Вначале я даже не поняла мой это крик или что-то кричали в стороне. Глаза заволокли слезы, казалось, моя рука в огне, я даже ощутила вонь паленой кожи.

Нестерпимая боль продолжала пронизывать тело, и я не сразу поняла, что уже не стою, а лежу на полу, а рядом Алекс, трясущий меня за плечи, пытаясь привести в чувства.

В ушах стоял гвалт, грохот, крики и голос охотника молящий прийти в себя. Я почувствовала, как меня приподняли и обо что-то облокотили. Взгляд все еще не мог сфокусироваться на картинке. Но я видела множество размытых фигур, странные яркие вспышки, приближающиеся и рассыпающиеся подле меня…

Падшие!

Стоило взгляду наконец сфокусироваться, и я смогла оценить весь творившийся хаос.

Помещение было заполнено демонами и те все прибывали. Алекс пытался не подпустить их ко мне, а Вернин и Анна защищали тройку верховных советников.

— Нужно увести отсюда совет! — приказал Вернин, обернувшись к Белиал.

— Нет! Защитите перстень! — взревела женщина и с такой силой отшвырнула от себя Вернина, что тот повалил собой массивные кресла.

Но прежде чем она бросилась к колонне, крыша рядом с «тронным» возвышением обвалилась, отгородив от нас Анну и остальных. Оказались они под завалами или смогли вовремя воспользоваться портальным камнем, я не знала.

Выхватив кинжалы, провела в металл энергию, благодаря чему смогла уничтожить прорвавшихся демонов. Алекса оттеснили к середине и окружили. Охотник то и дело поглядывал в мою сторону, попеременно отражая атаки.

— София, осторожней! — заорал он.

В последнюю секунду я успела отскочить в сторону от колонны, когда и другая часть крыши обвалилась, проломив собой пол и погребая все на подземный этаж.

Оставшись в одной туфле, ибо вторая с меня слетела, сняла и эту. Знай я, что такое произойдет, выбрала бы наряд куда более удобный, нежели платье.

— Анна! — прокричала, приблизив к губам браслет. — Белиал, где ты?! Заган, Зепар, кто-нибудь ответьте!

Но как бы громко я ни кричала, ответа не получила. Выбросив бесполезную вещицу, которая, видимо, сломалась, я стала хаотично перебирать варианты выхода из сложившейся ситуации.

— София! — вернул мое внимание Алекс.

Трое падших, отбившихся от толпы тех, кто пытался убить охотника, двинулись в мою сторону. С горем пополам мне удалось расправиться с ними, энергия то и дело исчезала из-за потери концентрации. Несмотря на серьезные раны, Алекс продолжал яростно сражаться, не давая врагу пробраться ко мне.

— Ему не совладать со столькими в одиночку, — в ужасе прошептала я.

Почему же никто не приходит? Куда подевалась вся охрана?

«Никто не придет, — послышалось в мыслях. — Разломы… их слишком много, слишком многие пробрались в этот мир, — ледяной голос духа заставил поежиться».

Вскрикнув, прикрыла голову руками, когда стекла в окнах разлетелись вдребезги, посыпавшись на пол.

— Упыри! — уставилась на чудищ, пробирающихся в помещение. — Алекс! — закричала я, бросившись в его сторону.

— Дерьмо! — выругался охотник. — Да гори оно все синим пламенем!

Огненная вспышка, взрывной волной отразилась от тела охотника, пламенные искры, осыпавшиеся на пол, будто управляемые невидимой рукой стали вырисовывать правильные линии, создавая пентаграмму под его ногами. Тонкие нити устремились к падшим, обвиваясь вокруг их тел, словно нити кукловода, которым являлся Алекс.

Он не отдавал приказов вслух, но демоны, подчиняясь его воле, двинулись к упырям, беспощадно тех уничтожая.

— Твоих кукол надолго не хватит.

Голос отступницы раздался над нашими головами, а сама Альбина вышла из черной дымки, зависшей у распахнутых дверей. Она уверенным шагом направилась к нам, покручивая в руках увесистые секиры, подпитанные энергоматерией.

— Держись позади меня, — скомандовал Алекс.

— Вы приготовили для нас ловушку, но угодили в нее пустышки. А орден в свою очередь поступил так, как и рассчитывал Астарот, — сквозь смех проговорила отступница. — Кучка престарелых верховных советников наивно полагали, что перенести сакральное место с самым могущественным артефактом к ним под бок будет правильным решением. Им стоило оставить перстень в архиве, тогда шансы, что мы его выкрадем, были бы пятьдесят на пятьдесят. Вам следовало лучше приглядеться к своему окружению, ведь тот, благодаря кому план Астарота приведен в действие, один из тех, кто отдает приказы верным псам Ориона, — глумливо закончила альбиноска. — В конечном счете, прежде чем охотники прорвутся сквозь разломы и армию демонов, все уже закончится.

— Алекс, — прошептала я.

— Я дам тебе выбор темный маг, — улыбнулась Альбина. — Нити кукловода будут повелевать марионетками лишь до тех пор, пока ты стоишь в кругу пентаграммы. Впрочем, этого трюка надолго не хватит, я чувствую, как темная магия высасывает из тебя жизненную силу. Что же ты выберешь: погибнете оба или отбросишь марионеток и сразишься со мной, тем самым увеличив шанс на собственное выживание, но позволишь падшим разорвать Македу?

— Раньше тебя в преисподнюю не отправимся, — ядовито выплюнул Алекс.

— Как будет угодно, — оскалилась отступница, сорвавшись с места.

Нити на правой руке Алекса исчезли, вместо них материализовался короткий меч, который и отразил первый удар. Резко обогнув охотника, я скрестила перед собой кинжалы, остановив вторую секиру, однако сталь тут же покрылась трещинами, а энергия почти исчезла.

Обычное оружие созданному энергоматерией не противник.

— София не высовывайся! — приказал Алекс.

Падшие, управляемые нитями, закрыли меня собой, не давая врагу ни ранить, ни убить. Я могла лишь добивать прорвавшихся, пока сталь кинжалов полностью не рассыпалась.

Нам нужно продержаться до прибытия подкрепления, но разве это в наших силах? Не только отступница, я и сама чувствовала, как слабеет Алекс. Пентаграмма будто вбирала в себя всю его энергию.

— Осторожнее! — закричала, изо всех сил оттолкнув Алекса в сторону.

Руки и грудь обожгло болью, когда когтистая рука полоснула по нежной коже. Следующий удар был такой мощи, что меня отбросило в стену. В глазах на секунду потемнело, из горла вырвался кровавый кашель.

— София!

Приблизиться ко мне охотнику не позволила отступница, вставшая на пути и молниеносно атакующая. Секиры, просвистев в воздухе, обрушились на меч Алекса. Последние две марионетки были изрядно покоцанны и еле отбивались от наступающих падших и упырей.

— Нам не дождаться подкрепления, — прохрипела, стараясь сфокусировать свой взгляд на сражающемся охотнике. — Эх-х-х… Гори оно все синим пламенем, — с ироничной усмешкой повторила фразу Алекса.

«Я София Лувил — избранный тобой сосуд. Назови мне свое имя, древний дух, — уверенно приказала, собрав остатки смелости».

От победного смеха, раздавшегося в мыслях, холодок по спине пробежался. В то время как меня бросило в жуткий жар. Сочащаяся кровь на руках и груди вспенилась, будто закипая, а раны стали медленно затягиваться. Боль исчезала, ум прояснялся, а тело наполнилось энергией и силой.

Время вокруг меня словно замедлилось. Алекс, отступница, падшие и упыри двигались будто в замедленной съемке.

«Я великий король! Управляю семьюдесятью двумя легионами адских духов. Имя мне Асмодей! — рокотом раздался его голос в мыслях. — Приказывай, моя госпожа».

Время вновь приняло свой обычный ритм. Помещение заполнилось звоном соприкасающейся стали, рычанием тварей, голосами Алекса и отступницы. А взрывная волна, отразившаяся от моего тела, заставила всех, кто приблизился ближе, чем на три метра, отпрянуть назад.

— София, Алекс! — послышались голоса Заган и Фенекса.

— Ребята? — поднявшись на ноги, прошептала, не веря собственным глазам.

Если бы я подождала еще немного, совсем чуть-чуть, мне бы не пришлось…

— Первый легион! — прокричала я.

Демоническое войско черными тенями выстроилось впереди меня, заполоняя собой половину помещения. Это лишь мизерная часть тех солдат, которыми повелевал Асмодей, а теперь и я.

— Уничтожьте всех, в ком течет кровь падших! — ледяным голосом приказала.

Адские духи мощной волной двинулись на тварей, рассредоточиваясь по всему штабу ордена и его окрестностям.

«Асмодей», — обратилась к духу.

В дальнейшем приказе не было нужды, дух знал все мои желания без слов.

В руках сквозь всполохи золотого пламени материализовались клинки из многослойной стали, на эфесе красная филигрань, вдоль лезвия простилались символы на древней латыни, у основания сигила духа Асмодея.

Сорвавшись с места, я промчалась мимо Алекса и пришедших ему на помощь Заган и Фенекса, бросившись на отступницу, нанося той мощные и быстрые удары.

— Ты не избавилась от артефакта?! — прошипела Альбина, явно озадаченная этим фактом.

Так она явилась, думая, что я извлекла печать?

— Ты просчиталась с нападением, сука, — ядовито выплюнула, резко взмахнув мечом, но острие лишь слегка порезало ей щеку.

— А легион? — взревела отступница. — Как ты призвала легион? — окинула она внимательным взглядом мои руки или, скорее, пальцы.

Но, не обнаружив на них того, что искала, отразила атаку и бросилась к проломленному полу, спрыгнув на подземный этаж.

— Остановись! — приказала вставшая у меня на пути Заган. — София, хватит. Оставь ее.

— Уйди с дороги!

— Тебе нужно успокоиться, — более мягко продолжила Наташа. — Алексу нужна помощь. С остальным разберется подкрепление. Пусть отступница уходит, это не последнее ваше сражение.

— Следующее станет последним, — сухо ей ответила и, бросив на пол развеявшиеся дымкой мечи, приблизилась к Алексу. — Ты как?

— Раны довольно глубокие, но жить будет, — ответил Фенекс, осторожненько так на меня поглядывая.

— Прости, — коснулся моей руки Алекс, а во взгляде было столько вины. — Тебе пришлось…

— Не нужно, — отрицательно покачала головой. — Это не твоя вина.

— София, отзови легион, — коснулась моего плеча Наташа, встав рядом.

— Я уже это сделала, — ответила ей, не оборачиваясь.

Охотники и охрана ордена осматривали разгромленное помещение, голоса слышались снаружи и на подземном этаже.

— Какого черта здесь произошло? Почему они напали на этот штаб? И какого черта здесь делали вы? — недоумевала Наташа. — Мы получили неверную информацию?

— Верную, но не всю, — усмехнулся Алекс.

— Не расскажете, что здесь случилось? — сложила руки на груди охотница и, переведя на меня подозрительный взгляд, продолжила: — Как тебе удалось призвать легион духа? Что он за имя носит?

— Позже, — отрезал Фенекс, остановив поток вопросов Заган. — Для начала давайте отведем Алекса в медчасть, если она тут есть. В этом штабе я впервые, — раздраженно пробормотал он, перекинув руку Алекса себе на плечо. — София, помоги мне.

— Конечно, — спохватилась я.

ГЛАВА 28

Медчасть в штабе все-таки оказалась или, скорее, это была лаборатория и даже доктор в количестве — одна штука, но, правда, изрядно побитый. Очевидно, падшие громили все, до чего могли дотянуться.

— Раны затянутся быстро, но их лучше обработать, — сообщил молодой темноволосый мужчина, сбросив окровавленный медицинский халат.

— Что вы здесь изучаете? — полюбопытствовала Наташа, окинув подозрительным взглядом помещение, заполненное множеством лабораторной и медицинской техники, половина из которой пострадала из-за нападения.

— Поведение падших и других существ, их тела, кровь. Пытаемся понять, как облегчить работу охотникам, — спокойно пояснил он.

— Ясно.

Наташа быстро потеряла интерес к доктору и его исследованиям и переключила все внимание на меня.

— Итак, — прищурилась она. — Я вся во внимании.

Алекса и даже Белиал, одну из девяти главных сил ордена, не посвятили в важнейший секрет Ориона. И если бы не Асмодей, я бы не поняла того, чем на самом деле является перстень.

Кольцо великого царя и мага Соломона, то, что охраняет орден на самом деле. Кристофер был убит ради сохранения тайны. Теперь я в этом уверена. Марина могла выяснить о том, что знал брат, за это и поплатилась. А если о кольце узнают печати и другие охотники, они рискнут им всем заткнуть рты могилой?

— Я…

— София Лувил, Алекс Эртэнский, Наташа Мидон, Виталий Кубир, вас немедленно ожидают в штабе «Ikintoxo», — прогремел голос вошедшего солдата, вооруженного огнестрельным оружием. — Портальные камни подготовлены. Подчиняйтесь приказу!

— Эй, дядь, — ледяным голосом начала Заган. — Оповещения о том, что нас ожидают, достаточно. Приказывать лично мне не советую, — прошипела охотница, не скрывая угрозы.

— Успокойся, — примирительно похлопала ее по ладошке. — Он просто выполняет приказ.

И приказ этот идет от верховного совета. Им наверняка сообщили о том, что я приняла печать, да еще и легион призвала, ведь я не просто касалась артефакта, кольцо было надето у меня на пальце, что позволило Асмодею освободить легионы, сбросив цепи, в которые те были закованы. А учитывая, что это удивило даже отступницу, полагаю, печати не могут этого делать без кольца. Совет не посмеет убить меня сейчас, поскольку это вызовет подозрения. А я в свою очередь могу позволить Асмодею вдоволь напиться их кровушки.

— Вы закончили? — обернулась к доктору.

— Да, — кивнул он.

— Погодите, — остановила нас Заган и, обернувшись к мужчине, спросила: — У вас есть какая-нибудь обувь? — указала она взглядом на мои ноги.

В этой суматохе совсем забыла и как-то внимания не обращала, что шлепаю босыми ступнями. Да и платье во многих местах порвано и выпачкано.

— В шкафу должны быть вещи моей помощницы, — указал доктор на серый металлический шкафчик в углу помещения.

Недолго думая, Заган направилась в указанном направлении, открыла шкаф и без зазрения совести начала рыться в чужих вещах. Извлекла оттуда черные ботинки на низком каблуке и легкое осеннее пальтишко кремового цвета.

— Я это позаимствую, — миленько улыбнулась она брюнету. — Пришлите счет за вещи, а ты надевай, — обернулась ко мне Наташа. — Надевай, — резко повторила она, когда я открыла рот, чтобы возразить. — Собираешься босиком гулять? А платье свое видела, прикрыла бы прелести…

Выхватив пальто и послав охотнице язвительный взгляд, быстро его на себя натянула, застегнув несколько пуговиц. Вдела окоченевшие ноги в обувь и зашнуровала.

— Умница, — удовлетворенно покивала головой Заган. — А теперь можем выдвигаться.

Несмотря на то, что раны Алекса начали затягиваться, Фенекс все равно поддерживал его, помогая идти. А портальными камнями мы воспользовались из разгромленного «тронного» зала. Видать, пара дополнительных крушений погоды не сделает. Солдат уж очень рвался как можно скорее доставить нас в указанное место.

Правда, стоило нам прибыть в штаб, и случилось то, чего я ожидала.

Нас разделили.

— Эй, погодите! Куда это ты ее уводишь? — повысила голос Наташа, ухватив солдата за руку, да с такой силой, что послышался хруст.

— Все нормально, — остановила ее. — Скоро присоединюсь к вам.

— Какого черта? — злобно протянула охотница, испепеляя мужчину гневным взглядом.

Но ему что слова, что взгляды Заган, что там, что тут, были абсолютно побоку. Он словно робот, даже не вздрогнул, когда она схватила его за руку.

А состояние Наташи разделяли и Алекс с Фенексом, подозрительно поглядывая, то на меня, то на солдата.

— Ведите, — усмехнулась ему.

Вот уж любопытно: пряник или кнут?

* * *

— Проходи, София, — поднялась с места верховная.

В белоснежном конференц-зале, где я впервые оказалась вместе с Алексом, перед тем как попасть за скрытую в стене дверь, она находилась в гордом одиночестве. Подождала, пока солдат выйдет за дверь, и указала рукой на стул.

— Присаживайся, — произнесла тоном, которому нужно беспрекословно подчиняться.

Я это заметила еще при нашей первой встрече.

Опустившись на указанное место, устремила на советницу вопросительный взгляд.

— Думаю, ты знаешь, зачем я хотела встретиться, — начала она, облокотившись о стол.

— Я не знала, к кому меня ведут, но догадывалась, — спокойно ответила. — К слову, я все еще не знаю вашего имени.

— Лия Эбиг, — коротко представилась она и перешла к очевидному факту: — Вижу, ты приняла духа.

— Мне не оставили особого выбора, — пожала плечами, сохраняя спокойствие и непринужденность.

На самом деле, до слов отступницы я думала — все подстроил орден, дабы я приняла духа, оказавшись в смертельной опасности. Но не теперь.

— Перейду сразу к делу…

— Значит, вы с самого начала знали имя избравшей меня печати?

— Естественно, — с толикой превосходства произнесла женщина. — Имена всех существующих печатей передаются потомкам основателей и советникам. А теперь, будь добра не перебивать и отвечать только когда тебя спросят.

«Какие мы грозные», — мысленно фыркнула.

— Тебе известно, что случилось с кольцом? — ровным голосом поинтересовалась Эбиг, прищурив темно-карие глаза.

— На колонну обвалилась крыша, — ответила задумчиво, вспоминая события развернувшейся битвы. — А во время поединка на подземный этаж спрыгнула отступница. Дальнейшая судьба кольца мне неизвестна.

— Поскольку ты обладаешь Асмодеем, должна понимать, что это за артефакт, — продолжила она тем же тоном.

— Кольцо Соломона, которое якобы утеряно, — ответила, спокойно выдержав на себе ее подозрительный взгляд.

— Тогда ты должна понимать, какую угрозу оно принесет, если окажется в руках реинкарнации царя. Мы знаем, что ты встречалась с Владом Ириным. И знаем о том, что ты реинкарнация царицы Савской.

И почему я не удивлена. Получается, они наблюдали, но не трогали меня, потому что не были уверены, на чьей я стороне?

— Это не имеет значения. Я София Лувил, Македа лишь раздражающий отголосок прошлого, — покривила душой, но достаточно правдоподобно.

— Теперь ты одна из главных сил ордена. Охотница Ориона, — провозгласила Эбиг, не интересуясь при этом моим мнением.

Уголки губ дрогнули в насмешливой улыбке, переведя на нее полный скепсиса взгляд, ответила:

— Принятие печати не делает меня вашей марионеткой. С чего вдруг вы решили, что я захочу пополнять ваши ряды? Вы ведь позвали меня не для этого. Чего вы в действительности хотите?

— Чтобы ты помалкивала, — резко ответила советница и, обойдя широкий стол, остановилась возле меня. Из-за чего пришлось развернуться к ней в пол-оборота. — О кольце Соломона никто не должен узнать, — продолжила она холодным тоном.

— Заткнете мне рот так же, как Кристоферу пять лет назад? Вы поэтому его убили? А Марину, она наконец-то нашла способ вас разоблачить, но не успела? — поинтересовалась, устремив на нее полный презрения взгляд. — Думаете, силенок хватит справиться с Асмодеем и его легионами? Я тут обнаружила, другие печати не могут использовать полные силы духов, они способны призвать лишь несколько солдат, обратив их в боевые тени, — поделилась своей осведомленностью и довольно хмыкнула, увидев, как та скривила губы. — Или собираетесь натравить на меня охотников? Неужели полагаете, что узнав правду, они все еще будут вам подчиняться?

Что же ты мне противопоставишь?

Заметив на ее лице издевательски-победную ухмылку, я вздрогнула. Осознание пришло слишком поздно.

— Как давно ты связывалась со своим отцом? — этот вопрос все равно что хлесткая пощечина.

— Если вы хоть пальцем…

— Ох, деточка, не нужно пустых угроз, — перебила Эбиг, положив мне на плечо руку, и с силой опустила обратно на стул.

— Чего вы хотите? — спросила, уничтожая ее ненавистным взглядом.

— Не много, — спокойно ответила она и даже добродушно улыбнулась. — Для начала помалкивай о том, что выяснила, если не хочешь услышать в новостях о зверском убийстве своего отца, — шепотом закончила советница, приблизившись к моему уху.

Убедившись в том, что ее услышали, Эбиг выровнялась и, сложив руки на груди, продолжила деловым тоном:

— Всем охотникам первого и второго ранга отдадут приказ о поиске Астарота, твое участие не вызовет подозрений, ведь ты любезно согласилась стать одной из нас. Я хочу, чтобы ты принесла мне кольцо, на то, как ты это сделаешь, мне плевать. Пусти в ход Македу, поклянись ему в вечной любви, используй Асмодея или просто убей, что даже выгоднее, но принеси кольцо. Тебе все ясно?

— Да, — ответила сквозь сжатые зубы.

— Не забудь сделать это тихо и незаметно для других. Ситуацию с легионом мы сами поясним охотникам. До недавнего времени о десятой печати мало кто знал, ибо дух не избирал для себя сосуд более тысячи лет. Асмодей считается самым могущественным среди существующих печатей, — просто пояснила Эбиг, сделала минутную паузу, тем самым нагнетая и без того отвратительную обстановку, и продолжила, не скрывая угрозы: — Я не похищала твоего отца. Он продолжает жить в неведении о нависшей над ним угрозе. Однако мои люди все время за ним следят, и если я узнаю, что ты связалась с ним или попыталась приблизиться, солдаты немедленно исполнят приказ о его ликвида…

— Я вас поняла, — перебила ее, послав уничтожающий взгляд, что только позабавило мою собеседницу.

— И еще. Твой контроль. Как ты с ним справляешься? Асмодей и его легионы всецело тебе подчиняются? Мне бы не хотелось потерять такой ценный сосуд.

От ее прикосновения к моему лицу передернуло от отвращения.

— С моим контролем все в порядке, — отстранилась я.

— Действительно? Это очень необычно, — удрученно покачала головой Эбиг. — Другим сосудам приходилось тяжко, даже Заган имела кое-какие трудности, — задумавшись, проговорила советница и, отогнав только ей понятное наваждение, с усмешкой добавила: — А ты очень интересная девушка.

«Та чернь, что ты называешь собственным сердцем, даст фору любой тьме духа», — подумалось мне.

— Послушай, если выполнишь все мои поручения, я обязательно отплачу за твою преданность. Отпущу твоего отца…

«На тот свет», — подсказала интуиция.

— …избавлю тебя от Асмодея…

«Скорее избавишь Асмодея от меня», — усмехнулась мысленно.

— …прослежу, чтобы остаток жизни вы ни в чем не нуждались.

«Разумеется, трупам вообще мало что нужно», — заметила я.

— …и, конечно же, позабочусь о вашей безопасности.

«Пожалуй, это будет самый охраняемый склеп», — продолжила читать между строк.

— Все произошедшие события останутся кошмарным сном, тебе больше не нужно будет волноваться.

«Да, действительно, у покойников на редкость крепкая нервная система».

— Это хорошее предложение, ты так не считаешь?

— Вы невероятно щедры, — безэмоционально ответила, стараясь держать себя в руках.

Будто я поверю в то, что она действительно выполнит условия сделки, разве что мысленно продиктованные мной.

— Могу задать вам вопрос?

Эбиг, вскинув бровь, выжидательно посмотрела мне в глаза.

— Пять лет назад, когда Кристофер избавился от артефакта, Влад пришел за кольцом?

— Не только за кольцом, но и за печатью Ориаса. И если первое ему выкрасть не удалось, то второе сейчас находится у Романа Абирина, его верного пса, — поморщилась женщина.

— Но зачем понадобилось избавляться от Марины и Кристофера?

— Эти двое не похожи на тебя. Они были неуправляемы. Собирались раскрыть тайну ордена и подвергнуть человечество опасности. Скажи мне, если бы я угрожала не твоим отцом, а, скажем, Алексом, ты бы осталась такой же покладистой как, сейчас?

Мне не нужно было что-либо говорить, она прочла ответ в моих глазах.

— Марина была ценным кадром Ориона. Единственной в своем роде, ибо могла чувствовать избранных. Ее способности к управлению энергией были удивительны, чего не скажешь о буйном характере.

Мне только что прямым текстом сообщили — независимо от того, насколько ты важен для организации, от тебя при необходимости с легкостью избавятся.

— Марина не поддавалась ни на шантажи, ни на уговоры. А раскрытие правды грозило нам всем катастрофой.

— Что такого страшного в тайне кольца?

— Разве ты еще этого не поняла? Ты использовала мощь легионов. Представляешь, что случится, если каждая печать сможет повелевать армиями адских духов своих печатей? Чем больше сила, тем труднее ее контролировать. Духи поглотят свои сосуды и обратят этот мир в прах! Ты слишком молода и неопытна, чтобы это осознать. Мы защищаем не только спокойствие людей, но и своих охотников.

«Но забираете жизни неугодных», — добавила мысленно.

— Вы защищаете лишь себя и свою власть, не охотников или спокойствие людей, — с учтивой издевкой проговорила. — Если печати получат полную силу своих духов, вы не сможете больше ими помыкать и приказывать марать руки в чужой крови. Но вы все равно продолжаете убеждать себя, что поступаете правильно, — отчеканила я. — Мне любопытно, не боитесь спать по ночам, призраки прошлого не приходят по вашу душу в кошмарах?

— Кажется, я в тебе ошиблась. Ты практически не отличаешься от Марины. Единственная разница в том, что она была готова пожертвовать всеми близкими, лишь бы раскрыть секрет Ориона. Но ты, видимо, ценишь жизни своих родных и друзей. А теперь ступай, — указала Эбиг на выход и, отвернувшись, дала ясно понять, что более не намерена вести со мной диалог.

Молча поднявшись, на негнущихся ногах вышла за дверь. Оставаться в здании я не могла, казалось, что задыхаюсь. Видеть сейчас Алекса и остальных выше моих сил. Не выдержу, взболтну лишнего, а там и догадаться не сложно.

ГЛАВА 29

Промчавшись мимо поднявшейся секретарши, бросилась по коридору к лифту. Покинув здание, направилась к уже знакомому парку. Прошла алею, и свернула в небольшую рощицу, усевшись на траве возле дерева.

— Отец даже не подозревает, что за ним следят и могут убить в любой момент, — еле слышно прошептала.

Горькие слезы беззвучно скатывались по щекам.

— Нельзя раскисать, — в который раз за это время себе приказала. — Думала, хуже уже быть не может, но масштабно ошибалась.

А в итоге?

Я выяснила, что орден действительно избавился от Марины и ее брата. И сделал это Вернин. Но почему Марина указала и на Альбину? Она как-то в этом замешана? Влад говорил, что знает ее убийцу, может, он имел в виду отступницу? Тогда получается, Вернин заодно с ними. Однако Эбиг не имеет об этом ни малейшего понятия, иначе лежал бы он уже давным-давно в сырой земле.

— О чем задумалась, свет-девица?

От неожиданного вмешательства в мысли резко обернулась, но сразу выдохнула с облегчением, укоризненно уставившись на метаморфа в облике старца.

— Негоже новоявленной охотнице разгуливать одной посреди ночи, — запричитал Иваныч.

— Я не одна, со мной Асмодей, — сухо ответила.

— И то верно, — закивал он, умостившись рядышком.

— Мне больше любопытно, что затворник Некрополя делает на поверхности, бал уже окончен, — скосила на него подозрительный взгляд.

— Мы не закончили наш разговор, — серьезным тоном ответил старец.

— Так вы пришли рассказать свою историю?

— Эта история связывает многих людей.

От интонации, с которой это было произнесено, у меня появилось очень плохое предчувствие.

— Я с радостью ее послушаю, но в другой раз, Иваныч. Сейчас…

— Верховные угрожали тебе, не так ли? Пригрозили убить отца? — понимающе кивнул хранитель.

А я ошарашено захлопала ресницами, пытаясь понять, где здесь подвох. Он ведь тоже служит ордену, а значит, и верховным.

— Как вы?..

— Я слишком долго являюсь Хранителем Душ и Ориона, София, — перебил старик. — Что тебе приказала Эбиг? — спросил он, заглянув мне в глаза, а заметив нерешительность, добавил, успокаивающе похлопав по руке. — Не бойся, ты можешь рассказать.

— Что если нас услышат? — осторожно спросила.

Эбиг ясно дала понять, что следит абсолютно за всем и всеми.

— Я отлично управляю завесами, — подмигнул Иваныч.

Несколько минут я пристально смотрела на хранителя, пытаясь понять, говорит ли он правду, и, увидев во взгляде искренность, решилась ему довериться.

— Она приказала любыми методами вернуть кольцо Соломона.

— Так, значит, Астароту наконец удалось выкрасть артефакт, — его лицо отразило сперва разочарование, а после гнев. — Глупый мальчишка.

— Альбина забрала кольцо и наверняка уже доставила его Владу, — кивнула, подтверждая слова старца. — Вот только… у нее фальшивка, созданная энергоматерией. А настоящее здесь, — продемонстрировала Иванычу кольцо, еле заметно улыбнувшись.

Теперь пришел его черед даваться диву.

— Святые духи, как тебе удалось?

— Я успела его забрать, перед тем как обвалилась крыша, — покручивала в пальцах исписанное символами кольцо с высеченной на черном камне пентаграммой. — А после создала пустышку и бросила на подземный этаж. Хотя, если быть точнее, это сделал Асмодей моими руками, — пояснила метаморфу, сама не до конца понимая тогдашние действия. — Я не рассказала Эбиг, думала, у меня будет возможность придумать план, как спасти отца.

— Тебе не нужно его спасать, София, — его рука успокаивающе легла на мое плечо. — Благодаря Агаресу он в полной безопасности.

— О чем вы? — спросила дрогнувшим голосом.

— Как только вы покинули Гостиный двор, Агарес вместе со мной отправился к твоему отцу. Я знал, что подобное может произойти, нутром чуял, — покачал головой старик, нахмурив кустистые брови. — Люди Эбиг следят за тенью.

— Г-где он? — я даже вперед подалась, крепко сжав морщинистую руку метаморфа.

— В безопасном месте. Не беспокойся, он ничего не знает. Я немного поколдовал над его сознанием. Для его же безопасности тебе лучше пока не знать где он, — предупредил Иваныч, и я понимала почему.

— Вы правда спасли отца?

Знала, что незачем снова спрашивать и стоило бы выразить ему безмерную благодарность, которую я сейчас испытывала, но мне нужно было услышать это еще раз.

— Первого не смог, но этого уж точно уберегу, — и сказано это было с огромной болью и тоской в голосе.

— Как вас понимать? — насторожилась, чувствуя, будто сейчас случится нечто непоправимое.

— Послушай внимательно, что я тебе скажу, София, — серьезным тоном начал метаморф. — Много лет назад, задолго до твоего рождения орден действительно был тем, кто защищал людей и всех тех, кто находился по другую сторону. Но власть менялась, менялись и взгляды на то, как следует управлять силами Ориона. Я, как Хранитель Душ, слышу очень многое. И однажды услышал о твоем с Владом появлении. Тогда и совершил страшную ошибку, рассказав об этом верховному совету, — с сожалением произнес Иваныч и, ухватив крепко мои ладони, продолжил, не скрывая вины в голосе: — Я и представить не мог, что они решат избавиться от реинкарнации Македы! Верховные повинны в убийстве твоих биологических родителей.

Меня словно со всей мощи ударили под дых.

— Но вина лежит и на мне, я не успел их спасти, но тебя, София, все же удалось. Я спрятал тебя и разрушил источник энергии, который восстанавливался двадцать с лишним лет!

Так вот почему мои силы асуры не пробудились раньше.

— Приглядывал, не давая тебе и Владу повстречаться, — продолжил он. — Убеждал его забыть воспоминания о Македе. А когда он решился отпустить прошлое, вмешалась отступница. Нет, — отрицательно покачал головой Иваныч, — тогда та девчонка еще была союзником ордена, но после решила — это слишком скучно, жить в тени людей, — гневно прошипел старец. — Меня раскрыли и все пошло крахом. Я знал об убийстве Кристофера, но уговорил Марину подождать с местью, это я выкрал печать Асмодея и отдал ей, я отправил ее к тебе. Вмешавшись в чужие судьбы, я стал повинен в гибели стольких невинных людей, — убито закончил хранитель, он даже уменьшился как-то, а лицо словно постарело еще на несколько десятков лет.

Слушая рассказ или, скорее, исповедь Иваныча, я просто выпала из реальности. Пыталась осмыслить. Понять. И пришла к единственному верному заключению:

Орден прогнил до самого основания!

— Так вы… вы говорите, это верховный совет убил моих биологических родителей? — тихо спросила, приложив ладонь к лицу, стараясь унять головокружение. — Но зачем им было избавляться от всех?

— Потому что ты не только реинкарнация Македы, но и избранная самым опасным для ордена артефактом. Как только он оказался бы в твоих руках, то учуял бы кольцо. Ведь именно Асмодей был тем, кто изгнал Соломона из его царства, именно он подарил царю все знания, которыми тот обладал. Как и гримуар с заклинаниями, но, несмотря на то, что книга была уничтожена, Асмодей может наделить свой сосуд властью и возможностью управлять кольцом без гримуара. Поэтому в живых оставили Влада, верховные надеялись заполучить знания царя и мага, однако он ими не обладал.

— Только потому, что я могла разрушить власть верховных, они убили моих родителей и собирались так же поступить со мной, — потрясенно прошептала.

— Влад выяснил о кольце, когда Кристофер избавился от печати. Если бы не он, Астарот мог и не узнать. Но совету пришлось использовать силу артефакта, тогда-то Влад и почувствовал силу, ранее ему принадлежавшую, — пояснил Иваныч.

— Но зачем было так рисковать? Они могли запереть Кристофера и подождать, пока выйдет отведенное ему печатью время, — недоумевала я.

— Печати так же ценны, как и само кольцо. Если сосуд не примет духа, он будет уничтожен. Поэтому это был единственный выход сохранить печать.

Я уверена, Эбиг поняла кто я в тот самый момент, когда ей доложили, что последний дух, выкраденный Мариной, нашел себе сосуд, меня не убили не потому, что не знали, какую я приняла сторону, верховный совет не мог рисковать печатью Асмодея. Ведь если бы Влад пошел против организации, они могли бы использовать печать, способную снова свергнуть Соломона.

— Эбиг приказала убить Кристофера не столько за раскрытие секрета, сколько из личной неприязни и мести, поскольку из-за него случилось то, чего она больше всего боялась. Астарот узнал о кольце, — в раздраженном голосе Белиал слышалась откровенная ненависть по отношению к вышеупомянутой особе. — А отдать команду его ликвидировать не посмела бы, ведь до предательства Влад был тем, на кого многие охотники ровнялись.

— Анна?

Свой искренне удивленный взгляд я перевела на метаморфа, после снова на пожавшую плечами охотницу.

Действительно, чему здесь удивляться? Анна не раз выказывала неприязнь к советникам.

— Так вот как обстоят дела, — медленно протянула я, стараясь как можно быстрее переварить всю полученную информацию. — Но мне кое-что не понятно, Эбиг лично подтвердила, что они избавились от Кристофера и его сестры, но Марина указала не только на Вернина, но и на отступницу, когда я спросила, кто повинен в ее смерти.

— Ты видела Марину? Когда? — подалась вперед Анна.

— Когда забирали вещи из общежития и на балу. Тогда и спросила. Алекс сказал, Марина могла связать себя с Асмодеем, поэтому видеть ее могу лишь я. Думаю, так и есть, я чувствую ее энергию в печати. Она заперта.

— Вот как. Все же Эбиг не удалось полностью от нее избавиться, — усмехнулась Анна. — Думаю, Вернин заманил Марину в ловушку, а та неуправляемая психопатка ее и убила, — предположила Белиал, немного поразмыслив. — Мы знаем, что Вернин прислуживает Владу. Хотелось бы мне увидеть лицо Эбиг, когда она узнает, что поводок «верного» пса держит ее злейший враг.

— Не отказалась бы на это посмотреть, — поддержала охотницу.

— Прости, что не рассказала тебе раньше. Ты собиралась избавиться от артефакта, хотела вернуться к прежней жизни. Я бы помогла тебе скрыться, но правды бы не раскрыла, — она говорила ровным голосом, но я все же смогла уловить виноватые нотки. — Но теперь все иначе. У тебя еще будет время погоревать о родителях, София. Сейчас я прошу тебя присоединиться ко мне и избавить Орион от прогнившей власти совета. Будет сложно, все же нас лишь единицы, а против целая организация.

— Твои слова энтузиазма не добавили, — укоризненно на нее посмотрела.

— Эбиг умеет запугивать. Большая часть охотников будет на ее стороне, — не стала и дальше приукрашивать Анна.

— Этого стоит ожидать, — нерадостно ответила.

— Хранитель Ивалис попросил меня не вмешиваться в ваш разговор и дать тебе возможность услышать все от него, я, знаешь ли, еле себя сдержала, чтобы не явиться в тот же момент, когда ты показала ему кольцо, — эмоционально пояснила Белиал, всматриваясь в мои руки.

— Могу отдать его тебе, — продемонстрировала выкраденное колечко.

— Я не претендую, — хмыкнула охотница. — К тому же силу кольца можешь использовать только ты, поскольку обладаешь Асмодеем, и Влад — реинкарнация Соломона. Верховные же лишь смогли создать слабый артефакт, с помощью которого им удавалось управлять кольцом, но его силы хватало только на то, чтобы извлекать печать из сосуда.

— Я не думаю, что Эбиг сейчас наша главная проблема, — указала на небо. — Вы же видели.

Синий небосвод над Москвой окрасило суперлуние кроваво-алого цвета, разбрасывая свои лучи на землю.

— Алая луна предвестник смерти, — недобро выговорил хранитель.

— Влад утратил не все знания Соломона, — решила их предупредить. — Мир уже начал меняться, что-то грядет.

— Ты права. Главная угроза сейчас Астарот. Но Эбиг не должна ничего заподозрить. Пока будем делать вид, что выполняем все ее приказы, — перевела на меня Анна серьезный взгляд.

— Как насчет ребят? Алекс и остальные в курсе того, что знаем мы?

— У них могут быть только догадки по тому или иному поводу, но полной картины они не знают, — отрицательно покачала головой охотница. — Однако я не могу быть уверена в том, решатся ли они присоединиться. Вероятнее всего, кто-то из них станет сражаться против нас.

— Никто не станет сражаться за Эбиг, когда узнают правду, но орден другое дело. Нельзя рушить всю организацию за грехи нескольких человек. Если мы уничтожим власть Ориона, начнется хаос. Охотники подчиняются ордену потому, что он защищает их и снабжает ресурсами, — выговорила, не скрывая досады.

— Даже если сместим верховный совет, придут другие, — в тон мне подметила Белиал.

— Этот вопрос оставим напоследок, — вмешался метаморф, поднявшись с земли. — Сперва нужно остановить Астарота, — эти слова дались ему очень тяжко.

Не удивительно. Если Влад был его воспитанником, хранителю больно смотреть на то, как Астарот себя уничтожает.

— Иваныч, — подняла взгляд на старичка. — За смерть родителей я вас не виню, — призналась искренне. — Вы не могли знать, чем все обернется, да и меня спасли. И если говорить откровенно, орден все равно бы узнал о моем появлении, и, кто знает, быть может, тогда убили бы и меня. Но… — на секунду замолчав, перевела дыхание, — вы знаете, где они похоронены?

— Знаю, София, — печально покачал головой метаморф. — Я отведу тебя туда, когда все закончится. — Позволишь? — протянул Иваныч руку, взглядом указав на кольцо.

Кивнув, передала ему артефакт, а тот в свою очередь вдел его в появившуюся в руках цепочку и, приблизившись ко мне, надел на шею.

— Звенья цепочки пропитаны моей энергией, кольцо никто не сможет увидеть, кроме нас, однако Астарот может почувствовать, — пояснил он.

— Этого более чем достаточно. Иначе прятать артефакт было бы проблематично.

Я приложу все усилия, дабы пережить грядущее. Надеюсь, смогу выстоять против человека, которого в прошлом безмерно любила. И не поддамся чувству мести. Буду бороться с желанием лишить жизни Эбиг и весь верховный совет. Но обязательно посодействую их жестокому наказанию.

— Вернемся в комплекс, — прервала мои мысли Анна, протянув руку.

Кивнув, вложила холодные пальцы в ее ладонь, но стоило подняться, как тут же шлепнулась обратно на землю.

— Что? — растерянно моргнула.

Новая попытка подняться увенчалась тем же результатом.

— Ноги не слушаются, — сказала сипло. — Совсем не слушаются, — еле слышно повторила, уставившись на ладони, сжимающие колени.

Холодная кожа рук почувствовала мимолетное тепло от капнувших на них слез. С удивлением отметив, что плачу, вскинула на Анну глаза, но увидела лишь взгляд, выражающий жалость.

— Я побуду твоими ногами, — виновато улыбнулся хранитель и, приняв облик юноши, подхватил меня на руки.

— Тебе следует отдохнуть, поспи немного, — приблизившись, тихо проговорила Анна.

Стоило ей коснуться моего виска пальцами, и через несколько секунд я обмякла в руках Ивалиса, а перед глазами все почернело.

ГЛАВА 30

Первое, что хотелось сделать, когда я проснулась, обнаружив себя в комнате Анны, это послать несколько теней найти отца, ведь если они будут находиться рядом с ним, я могу его почувствовать. Однако от этой идеи я быстро отказалась. Кто знает, возможно, Эбиг следит за мной прямо сейчас.

— Проснулась?

Услышав голос Алекса, отбросила клетчатый плед, которым, по всей видимости, меня заботливо накрыла Анна или Иваныч, приняла сидячее положение и спустила ноги на прохладный пол.

Алекс сидел на стуле за столом, его руки были сцеплены в замок, плечи опущены, а во взгляде читалась вина.

— В этом есть и плюс, — пожала плечами, поднявшись на ноги. — Теперь смогу видеть тебя каждый день, — хитро ему улыбнулась.

— Мне…

— Жаль, — закончила за него непринужденно. — Тебе не в чем себя винить. Я спасала не только тебя, но и себя. Не поступи я так, нас бы обоих убили, к тому же, ты столько раз мне помогал. Считай это оплатой долга.

— Боюсь, свой долг оплатить не смогу. Я обещал защитить тебя, но вместо этого позволил принять духа, — стиснул он кулаки с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

— Сделанного не воротишь, — осторожно прикоснулась к его плечу. — Возможно, так будет даже лучше. Теперь я точно смогу себя защитить, да и тебя. Не всегда же только мне получать помощь.

Моего наиграно-приподнятого настроения охотник не разделял. Прикоснулся к руке и серьезным тоном спросил:

— Твой контроль в порядке?

— Если под порядком ты подразумеваешь ежесекундную борьбу с тьмой Асмодея, то да, — деловито подметила. — Выражаю свое почтение избранным. До разговора с Эбиг я несколько раз ловила себя на мысли, что дать контроль над своим телом духу это правильное и разумное решение. Однако теперь Асмодею придется для начала побороть мою собственную тьму, прежде чем добраться до разума.

— Что произошло между тобой и верховной советницей? — подозрительно прищурился Алекс.

Сообразив, что сказала лишнего, я ответила, стараясь сохранить непроницаемое лицо:

— Она интересовалась тем же, что и ты. После сообщила приказ о поимке Астарота.

— Мы получили его три часа назад, после пояснения того, как Асмодею удалось призвать легион. Охотники второго ранга отправились на поиски Астарота сразу, как получили приказ, мы подключимся, когда получим информацию о его местонахождении, — пояснил Алекс, в то время как я старалась не замечать его все еще подозрительного взгляда.

Им стоило бы спросить Вернина. Он-то уж точно знает, где скрывается хозяин.

— О чем говорила Эбиг? — осторожно спросила, прикинувшись не особо заинтересованной в ответе.

По сути дела, я не знаю, какую байку она придумала. Этот момент уточнить забыла.

— Объяснила, почему десятую печать скрывали. И раз уж для Асмодея все же нашелся достойный сосуд, они непременно воспользуются его силой для поимки предателя. Охотники не раз удивлялись ее словам, и были в откровенном шоке, когда выяснилось, что Влад Ирин реинкарнация великого царя Соломона, а Асмодей тот, кто когда-то изгнал его из царства. Но она умолчала о том, что и ты связана с Солом, — сухо проговорил охотник, не сводя с меня слишком внимательного взгляда.

— Вот как, — нервно улыбнулась. — Ей видней.

— Я против твоего присутствия в текущей операции, — на лице Алекса пролегла тень тревоги.

— Это личный приказ Эбиг. Ты же сам все слышал.

— Дух слишком опасен, тебе следует быть…

Восклицательный тон Алекса прервал телефонный звонок. Раздраженно достав мобильник из кармана, нажал на кнопку принятия вызова.

— В чем дело?

— Астарота заметили в Южном административном округе, — послышался громкий голос Фенекса в динамике. — Приказ первому рангу немедленно выдвигаться.

— Понял, — скупо ответил Алекс и отключился.

— Он больше не скрывается, — заметила я. — Но, сколько бы ни думала, не могу понять, что же он замыслил.

— Когда наденем на него ограничители, у тебя будет возможность спросить, — поднялся на ноги охотник.

— Что наденем? — переспросила, слегка отступив.

— Артефакт, блокирующий энергию, — объяснил он. — Прими душ и переоденься. Буду ждать в тренировочной, оттуда воспользуемся портальным камнем.

* * *

Спустя сорок минут мы уже шли по южному округу, а картина происходящего не сулила ничего хорошего. Близился рассвет, но кровавая луна все еще ярко осыпала свои лучи на землю. Но стоило перешагнуть полог завесы, я решила, что угодила в фильм с постапокалиптическим сюжетом.

Шум, взрывы, крики. Люди в панике пытались укрыться от сражающихся с падшими охотников.

— Какого черта здесь происходит?! — шокировано выдохнула.

— Алекс штабу! Нам нужно подкрепление! — проорал охотник, ожидая немедленного ответа, но его не последовало.

— Связь работает только в завесе, — послышался голос Белиал в наушнике. — Завесу установили не мы, она создает помехи с внешним миром. И выйти за ее пределы не вышло, да и времени попытаться ее пробить, черт возьми, нет, — рявкнула охотница.

Дальше послышалось рычание, хруст и булькающий звук.

— Мы находимся недалеко от Битцевского леса, тут самый большой очаг разлома, — подключился Фенекс.

— Понял, сейчас будем.

— А как же люди? Здесь тоже нужна помощь! — возразила я.

— Если не закроем разлом никого не спасем, — встряхнул меня Алекс и, ухватив за руку, потащил вперед.

— Ле…легион, — вырвалась из цепкой хватки охотника, резко остановившись. — Я могу призвать легион.

— Слишком рискованно! — жестко отрезал Алекс. — Ты только соединилась с духом, он может подчинить тебя, ты можешь потерять контроль, может случиться все что угодно! Тогда пострадают и союзники и люди! — привел он веские аргументы.

Но я не была полностью согласна, поэтому проговорила с полным уверенности взглядом:

— Я уже призывала легион. Если сосредоточусь только на контроле, все будет в порядке. Тебе лишь нужно будет не подпускать ко мне падших.

— София…

— Простите, что вмешиваюсь в вашу семейную перепалку, — нервозно выпалила Наташа, — но София дело говорит. Нам чертовски нужна помощь, мы никогда не сталкивались с таким количеством врагов!

— Доверься мне, я смогу, — доверительно проговорила и, уловив во взгляде Алекса мимолетное согласие, отступила на шаг.

— Асмодей, призови первый легион! — приказала я. — Все те, в ком течет кровь падших — враг!

Приказу подчинись в ту же секунду. Адские духи теневым войском явились, окружив меня и Алекса. При их появлении падшие замерли, а после всем скопом ринулись в нашу сторону. Охотники второго ранга, сообразив, что прибыло подкрепление и демоны заняты новым врагом, оперативно начали эвакуировать людей с улиц.

Мы же двинулись в направлении очага разлома. Алекс уничтожал встречающихся нам по пути демонов, в то время как я концентрировалась на контроле, игнорируя боль в груди, легкое головокружение и навязчивый шепот Асмодея.

— Вон они, — указала рукой в сторону, что в принципе было лишним.

Огромную рваную черную дымку, зависшую в воздухе, сложно было не заметить. Как и шесть печатей, сражающихся с сотнями падших. Анна и Альберт пытались закрыть разлом своей энергией, в то время как Артем, Александр, Наташа и Виталик удерживали строй, не подпуская к ним демонов.

— Впервые вижу такой разлом, — ошарашенно выговорил охотник.

А прорываться к остальным пришлось, используя собственные силы, несмотря на возражения Алекса.

— Ты в оборону, — бросил Баал Алексу, стоило нам оказаться рядом с союзниками. — София, нам бы не помешал еще один легион, — виновато произнес Артем и, резко выступив вперед, отбросил группу падших взрывной волной, что создало его копье.

— Благодаря этим выродкам я ощутила мерзкое чувство слабости, — выплюнула Заган, рассекая огромным мечом врагов.

— В оборону второй и третий легионы! — скомандовала я.

Призрачное войско, выступившее из теней, ринулось в атаку, дав охотникам небольшую передышку. Но пока открыт разлом, падшие не прекратят наступление, поэтому на подмогу Анне и Альберту ринулась Наташа.

— Одновременно! — скомандовала Заган.

Почувствовав резкую боль, рухнула на колени рядом с воткнутым в землю мечом Заган, закашлявшись кровью, однако изо всех сил продолжала удерживать рушившийся контроль над легионами.

— София! — услышала встревоженный крик Алекса.

— Это мой предел? — прохрипела сипло. — Асмодей, что б тебя! — прорычала я, почувствовав, как тот блокирует контроль.

Еще чуть-чуть и я отключусь!

— София, продержись еще немного, — процедила Анна, обернувшись в пол-оборота.

Я чувствовала их энергию, эти трое были на пределе, но все же продолжали бороться. Разве у меня есть право сдаться?

Потянувшись к кольцу, со всей силы сжала его в ладони, чувствуя, как откликается его энергия. Боль слегка уменьшилась и контроль над легионами, вновь вернулся, блокируя попытки Асмодея завладеть моим разумом.

Не знаю, сколько я так просидела, но ноги начали покалывать от онемения, в ушах стоял звон, сквозь который пробивались голоса ребят.

— Уже можешь остановиться. Отзови легионы, — услышала Алекса.

Прохладные ладони прикоснулись к щекам, заставляя поднять голову и заглянуть ему в глаза.

— Разлом закрыт, — сообщил Зепар, плюхнувшись рядом со мной на землю. — Я полностью истощен.

— Закрыт?.. — я медленно обернулась назад, но не увидела черной дымки, только стоящих Белиал и Заган.

Хотя охотницы тяжело дышали, восстанавливая силы, выглядели они гораздо лучше побледневшего Альберта.

— София, отзови легионы, — вернул к себе мое внимание Алекс.

Незаметно сжав кольцо в ладони с новой силой, отдала мысленный приказ духу. И хоть тот причинил очередной укол боли, подчинился.

«Что, против кольца не попрешь, а?», — усмехнулась я, получив в ответ разъяренный рык.

— Я удивлюсь, если Астарот и Ориас останутся живы после открытия такого разлома, — шумно выдохнул Фенекс.

— О чем ты, эти двое все равно, что тараканы, — брезгливо поморщился Альберт.

— Хотите сказать, эту штуку создал Влад и тот красноглазый? — удивленно вскинула бровь.

— Разломы образуются из-за большого скопления падших, а те из-за низших демонов, что рождены из самых гнусных человеческих чувств: злобы, ненависти, мести, ревности, жадности, зависти, жажды убийства и так далее. Но разлом может открыть и печать. Астарот и Ориас позволяют духам овладевать своими телами и те создают нам подобные проблемы. Только сил на это уходит немерено. Отсюда и замечание Фенекса, — быстро пояснила Заган. — Жизненная энергия и кровь падших помогают им восполнить силу. Но это все больше уничтожает их чистокровие асур, — добавила охотница.

— Ясно, — кивнула ей.

— Завеса спала с исчезновением разлома. Нужно установить новую и связаться со штабом, пусть направят сюда чистильщиков, — раздраженно обронил Баал.

— Я займусь завесой, — вызвался Данталион, направившись к одной из появившихся групп охотников.

— На мне штаб, — подключилась Заган, отойдя в сторону.

— Что насчет Астарота? — вспомнила я о ключевом моменте этой операции.

— Сбежал, — фыркнула Анна. — Мы с самого начала знали, что это ловушка.

— И все же пришли, — от прозвучавшего над ухом голоса Влада я всем телом вздрогнула.

А когда тот обнял меня со спины, рывком поставив на ноги и притянув к себе, по спине пробежался холодок. Я машинально сжала кольцо в ладони, скрывая его собственной энергией.

— Отпусти ее, Астарот! — приказал Алекс и, приняв боевую стойку, сжал в руках рукояти материализовавшихся мечей.

— С чего ты решил, что я подчинюсь? — глумливо спросил Влад. — Эта малышка моя. Ты же знаешь, что бывает с теми, кто позарился на то, что принадлежит мне, — холодно процедил отступник.

Скользнув взглядом по мечу, что оставила Заган, быстро ухватила рукоять шотландского клеймора, резко взмахнув оружием, тем самым заставив Влада выпустить меня из объятий и отпрянуть назад.

— Я тебе не принадлежу, — холодно ему ответила.

А он выглядел растерянным и удивленным, но не моими словами были вызваны эти чувства, а мечом, что я держала в руках.

Внезапно оказавшаяся позади меня Анна железной хваткой сжала мою руку и с силой дернула вперед. Но прежде чем острие меча пронзило грудь Астарота, я развеяла энергию меча, а Влад растворился в огненном росчерке, задев меня и Белиал.

— София! Анна! — прокричали в один голос охотники, бросившись к нам.

Переведя дыхание и стиснув зубы от боли, что вызвали небольшие ожоги, ошарашенно уставилась на спокойно поднявшуюся Анну.

— Вы как? — предпринял Алекс попытку поднять меня на ноги, но я вырвалась из его рук и, стремительно шагнув к Белиал, дала той пощечину, злобно прошипев:

— Если я когда-нибудь решусь отнять чью-то жизнь, сделаю это собственноручно! Не смей прилагать к этому собственных усилий! Не смей отнимать жизнь моими руками против моей воли!

— София… — закрыл Артем собой Анну.

— Ты бы не смогла, — услышала ее тихий голос, — отнять его жизнь.

— Мне и не нужно! Я остановлю его иным способом, — вскинула на нее полный гнева взгляд.

— Тогда тебе лучше поторопиться, — криво усмехнулась Белиал, обернувшись в пол-оборота.

— София Лувил! — отчеканил солдат, подошедший с небольшой группой охотников во главе с Данталионом.

Александр выглядел удрученно, впрочем, я только сейчас заметила, что и другие смотрели на меня, как-то слишком подозрительно и явно недоумевая.

Это из-за моих слов? Из-за того что не позволила Анне убить Астарота?

— Приказом Лии Эбиг, верховной советницы ордена, вы задержаны, — приблизился ко мне мужчина со странными наручниками в руках.

Они не были похожи на те, что использует полиция. Металл явно из серебра и расписан был четкими магическими символами.

— Мне приказано немедленно доставить вас в штаб для дальнейшего разбирательства, — продолжил он, резко выдернув из моего уха наушник.

— На каком основании? — закрыл меня собой Алекс, подвинув остолбеневшего Артема.

— Если госпожа Лувил станет противиться, будет объявлена предательницей организации, это касается всех, кто помешает ее аресту, господин Эртэнский, — отчеканил солдат, но при этом не сводил с меня предостерегающего взгляда.

— Алекс, — позвала его, отрицательно покачав головой. — Уверена, верховная советница просто хочет убедиться в моей верности, с учетом недавнего события, — намекнула на стычку с Анной.

Позволив надеть на запястья «кандалы», бросила мимолетный взгляд на встревоженного Алекса и последовала за солдатом, когда нас нагнала Белиал.

— Я буду вас сопровождать, — посвятила она в свое намерение мужчину.

В ответ солдат нахмурился, но возражать не стал. О том, что Белиал хочет что-то сказать поняла сразу и, подобрав подходящий момент, перевела на нее вопросительный взгляд, однако охотница не спешила что-либо говорить.

— Эбиг слишком быстро узнала о случившемся, — не выдержала я. — Все это время за мной кто-то следил и докладывал ей каждый мой шаг, верно?

— В точку, — кивнула Анна.

— Я не выполнила приказ. У меня была возможность его убить, воспользоваться замешательством и позволить тебе закончить все это.

— Ограничители на тебе не только поэтому, — озадачила охотница, перевела на меня хмурый взгляд и добавила: — Ты выхватила меч Заган.

— И?

— Печати не могут использовать оружие других духов. Только если ты не Асмодей, повелевающий кольцом Соломона. Как собираешься выпутываться?

— Так ты поэтому так поступила? Знала, что я развею энергию ее меча, — сообразила наконец.

— Бинго, — усмехнулась она. — А ты в благодарность съездила мне по лицу, — холодно напомнила Белиал. — Эбиг захочет узнать, как ты это сделала. И скорее всего, запрет в одной из камер штаба. Откуда мне будет непросто тебя вытащить, София.

— Собираешься организовать мне побег?

— А ты готова прослыть предательницей ордена и стать мишенью для всех охотников?

— Меня изначально не считали союзницей. И Эбиг не стоило прибегать к шантажу и угрожать жизни отца. Однако ее угроза распространялась и на Алекса.

— Он большой мальчик, справится, — отмахнулась Анна, скосив взгляд на хмурившегося Данталиона.

— Разве это не хороший шанс привлечь его на нашу сторону? — перевела на нее вопросительный взгляд.

Ответить Белиал не позволил приблизившийся к нам солдат, бросив в ее сторону предостерегающий взгляд.

Успех побега в данную минуту приравнивается почти к нулю. Мы в окружении охотников и у меня нет никакого желания вести с ними бой, особенно после использования легионов, и выражение на лице Анны говорило о том же.

ГЛАВА 31

По прибытию в штаб «Ikintoxo» как и предполагала Белиал, меня отвели в камеру. Застекленная комнатка размером три на три метра с одной единственной узкой кроватью. А по другую сторону стекла стояла Эбиг далеко не в радостном расположении духа.

— Сажать меня в этот «аквариум» было излишне, — указала взглядом на ограничители.

— Кажется, я недооценила твое отношение к отцу, — мрачно изрекла советница. — Его жизнь для тебя не важна?

— Послушайте, я согласилась выполнить приказ, но как бы я это сделала на глазах у семи охотников первого ранга? — привела ей веский аргумент.

— Тебе не удалось забрать кольцо, и все же ты смогла воспользоваться оружием Заган, — взглянули на меня с подозрением.

Даже если меня обыщут, даже если сорвут с меня всю одежду, им не удастся увидеть кольцо, что спокойно покоилось у меня на шее, вдетое в цепочку, созданную энергией метаморфа.

— На мгновение, — пояснила сдержано. — Асмодей почувствовал кольцо лишь на мгновение. Но я не знала, что благодаря силе кольца смогу взять в руки меч Заган. Не знала и в тот момент думала только о том, как защититься от Астарота.

— Тебе следовало позволить Анне его убить! — последовал гневный крик.

— Я потеряла контроль.

— В контроле ли дело?

— Думаете, жизнь Влада важнее жизни моего отца? — сыграла искреннее изумление. — Я использовала три легиона. Асмодей почти завладел моим телом. Я выполню приказ, но на это потребуется больше времени!

— Если предашь меня еще раз, я лишу жизни всех, кто тебе дорог. У тебя осталась одна попытка, я никогда не даю третьего шанса. Это понятно?

— Предельно.

— Пока мы не выясним, где находится Астарот, твое перемещение ограничено, остаток времени проведешь в камере, — поставила перед фактом Эбиг, а после, будто что-то вспомнив, добавила: — Ах, да, так как ты не выполнила приказ, я меняю условия нашей сделки. Быть может, если твой отец окажется в плену, ты начнешь действовать куда быстрее и эффективнее.

— Вы…

— Отдала приказ о его задержании, — перебила советница, расплывшись в издевательской улыбке, стоило ей заметить мелькнувший страх в моих глазах. — Что ж, наслаждайся одиночеством, у тебя будет время обдумать свои дальнейшие действия.

Эбиг покинула коридор, оставив меня наедине с собственными мыслями.

Солдаты получили приказ, но им придется дождаться, пока тень не окажется в одиночестве, без свидетелей. Скоро Эбиг выяснит, что ее обвели вокруг пальца. Находясь в этой клетке, не хочу узнать, на что способна загнанная в угол женщина, не ставящая человеческие жизни в расчет.

Нужно выбираться отсюда!

Внимательно оглядев помещение, обнаружила только одну камеру видеонаблюдения в углу. Подобрав правильное расположение, в котором меня не заметят, попыталась избавиться от ограничителей, однако лишь повредила запястья.

«Асмодей, — мысленно позвала духа. — Сможешь справиться с ограничителями?».

Однако ответа я не получила. Чувствовала духа, но тот будто находился очень далеко от меня.

Потеряв счет времени, я обдумывала запасной план. Вызволять меня из камеры Анна не спешила, а наручники по-прежнему не давали воспользоваться энергией.

Уже прошло достаточно времени, Эбиг наверняка получила отчет своих солдат.

— Что же делать? — еле слышно прошептала, внимательно оглядев стеклянную дверь.

От внезапно раздавшейся оглушительной сирены чуть на месте не подпрыгнула. Яркий дневной свет в коридоре и камере сменился тускло-красным. Когда услышала стремительно приближающиеся шаги, сердце забилось словно сумасшедшее.

— Алекс?! — удивленно воскликнула, во все глаза уставившись на охотника, вырубившего примчавшегося вслед за ним солдата с одного удара ногой наотмашь.

Один час назад.

— Подземный этаж и отсек с камерами надежно охраняются, к тому же к обороне они подключили Данталиона, — пояснила главный компьютерный инженер организации Юлия Эштил, просматривая навигационную схему здания «Ikintoxo».

— Охрана не единственная проблема, — постукивала Анна указательным пальцем по сенсорной панели.

— Да, — согласилась Эштил. — Система защиты уникальна, к ней подключены артефакты, но ее создала я, а такие, как я, всегда оставляют для себя лазейки, — хмыкнула девушка. — Я уже начала обходить систему, потребуется около получаса.

— Я займусь охраной, — кивнула Белиал, просматривая сенсорные проекции подземного этажа. — Рассчитай мне путь туда и обратно.

— Собралась в одиночку справиться с двумя сотнями солдат, да еще и с Данталионом? — поинтересовался Алекс, опирающийся на дверной косяк. — Они — люди, а ты одна из десяти печатей, как собираешься оставить их всех в живых и выполнить задачу? — в зеленых глазах охотника мелькнула насмешка.

— Ты Эштил похитила или как? — последовал вполне серьезный вопрос от вошедшей Заган.

— Я просто возвращаю ей долг, — пожала плечами Юлия, уловив недоверие со стороны охотницы. — Да и одна весьма занимательная запись с участием Эбиг и вашей пленницей как-то сама собой расставила приоритеты. Угрозы угрозами, но я не предполагала, что работаю на убийц, хотя с моим-то интеллектом и сообразительностью мне стоило догадаться.

— У меня к тебе, Белиал, куча вопросов, — со звенящей сталью в голосе процедила Заган. — Впрочем, и Софии хочу задать один немаловажный, например: каким образом она смогла воспользоваться оружием моего духа? Асмодей силен, сильнейший, спору нет, но если я и поверю в сказку с легионами, то в управление оружием королевского демона — нет.

— Уверяю тебя, я отвечу на все интересующие тебя вопросы, когда спасем Софию, без вещицы, что находится в ее руках, ты мне все равно не поверишь, — конкретизировала Анна. — Пришло сообщение от Агареса. Эбиг знает о подставной тени, что он создал по облику отца Софии.

— О чем речь? — на удивление сдержанно спросил Алекс.

— Объяснять слишком долго, — вступила в напряженный разговор Эштил и, пробежавшись пальцами по сенсорной клавиатуре, добавила: — Я отправила на ваши телефоны аудиозапись.

Достав из кармана мобильник, Алекс нашел отправленный файл и, лишь на мгновение промедлив, включил. Белиал и Эштил напряженно и настороженно следили за реакцией охотников, пока те слушали разговор между Эбиг и Софией, случившийся в конференц-зале.

Наблюдали за тем, как у Алекса на скулах заходили желваки, как побелели костяшки пальцев на сжатых кулаках. Видели, как изменилась Заган и появившаяся цветастая энергия, сменившаяся чернотой, будто тьма ее духа вырвалась из плена.

— Не стоит, — ровно произнесла Заган, заметив только на первый взгляд расслабленную позу Анны, на деле же она была готова в любой момент броситься в атаку. — Ты что, и вправду думала, я спущу это на тормозах и сделаю вид, что ничего не слышала?

— В нашем положении доверие шаткая вещь, — подметила Эштил, убрав руки с панели. — Если мы с этим разобрались, приступим к делу. У вас мало времени, как только система будет отключена, все охотники получат сигнал тревоги.

— Отключить сможешь? — поглядывая на взбешенного охотника, спросила Наташа.

— Не успею, — отрицательно покачала головой Юлия. — Но смогу закрыть сектора и ограничить к вам доступ охотникам.

— Белиал, займись Данталионом, я вытащу Софию, — наконец заговорил Алекс.

И то, с каким лицом это было произнесено, заставило троицу заговорщиц поежиться.

— Я помогу с охраной, — подключилась Наташа.

— Алекс, ты же понимаешь, что в приоритете спасение Асмодея? Достать Эбиг и Вернина мы еще успеем.

Ответа Анна не получила, но поняла по глазам охотника, что тот все прекрасно понимает, и вполне разделяла его ярость.

* * *

— Алекс?! — удивленно воскликнула, во все глаза уставившись на охотника, вырубившего примчавшегося вслед за ним солдата с одного удара ногой наотмашь.

— Знаешь ли, я очень зол на тебя. Ты должна была рассказать мне, а не делать вид, что с тобой все в порядке, — мелькнувшей в его глазах ярости я непроизвольно сделала шаг назад.

— Как ты…

— Я сразу заподозрил неладное и проследил за Белиал. Она-то и рассказала. Поверхностно. Впрочем, ничего толком она не сказала, а вот Эштил… — Алекс оборвал свое, на мой взгляд, сложно разборчивое пояснение, шумно выдохнул и сообщил, попеременно пытаясь открыть дверь: — Поговорим об этом после того, как выберемся. Эштил даст нам десять минут, после все сектора будут заблокированы.

— Кто такая Эштил?

— Наш чудотворный инженер — Юлия Эштил, — с усмешкой представили мне одну из моих спасительниц. — Благодаря ей шансы тебя отсюда вытащить значительно возросли… Эштил, дверь заблокирована!

Красный огонек, мигающий на панели, тут же сменился зеленым, и дверь открылась с громким щелчком.

— Держи, так ты будешь слышать остальных, — протянул охотник наушник.

— С южного крыла приближается группа охотников, я заблокирую им ход, но всего на несколько минут. Вам нужно добраться до северного коридора, там защита слабее, сможешь использовать энергию, — прозвучал четко поставленный голос.

— Понял.

— Спасибо за помощь! — спохватилась я.

— Поблагодаришь, когда выберетесь. А теперь пошли. Я начинаю отсчет.

Алексу пришлось придерживать меня за талию, так как бежать со скованными руками было чертовски неудобно, да еще и перепрыгивать бессознательные тела солдат. Но когда мы прибыли в указанное место нас ждала еще одна проблема.

— Справа лифт, вам нужно вручную открыть дверь и забраться на два этажа выше. Оттуда портальным камнем, — прежде чем Эштил закончила давать указания, Алекс уже вышиб двери лифта.

— Мои руки. Я не достану до перекладин, — в панике затараторила.

Перехватив мои ладони, Алекс завел их себе за шею так, чтобы я смогла держаться за ворот куртки, пока он будет нести меня на спине.

— Держись крепче!

Прижавшись к спине, сцепила ноги вокруг бедер Алекса, а пальцами схватилась за ворот его куртки. Отступив назад, охотник взял небольшой разгон, и прыгнул в шахту лифта, ухватившись за перекладины металлической лестницы.

— Осталось двадцать пять секунд!

Карабканье по лестнице вместе со мной заняло гораздо больше времени, чем он рассчитывал.

— Вы не успеете. Используй портальный камень! — скомандовала Юлия.

— Шахту разнесет! — возразил Алекс, продолжая подниматься.

— Я заблокирую верхние и нижние сектора, она не обвалится. Три секунды. Активируй камень!

В то же мгновение яркая вспышка ослепила глаза. Короткое чувство падения, и нас выбросило на землю с такой силой, что весь воздух из легких вышибло, да еще и Алекс оказался сверху на мне.

— Слезь… — прохрипела я.

— Прости, — в тон мне ответил охотник, перекатившись на траву.

Приподнявшись на локте, огляделась по сторонам. Один единственный небольшой домик мирно стоял в окружении высоких елей. Солнце близилось к закату, окрасив небо темно-оранжевым, а кровавая луна уже вступила в преждевременные права ночи.

— Мое убежище, — сообщил Алекс, поднявшись с земли. — Оно защищено барьерами, здесь нас не найдут.

Подхватив под руки, Алекс рывком поставил меня на ноги.

— Идем, нам о многом нужно поговорить, — и таким тоном произнес, что у меня мурашки по коже пробежались.

Он определенно в ярости. Я бы тоже была зла, если бы от меня укрывали правду о гибели близкого друга и предательстве тех, кому доверяла.

Оказавшись внутри домика, где практически все было сделано из древесины и камня, что смотрелось очень гармонично и уютно, Алекс отпустил мои руки и прошел вперед, оставшись стоять ко мне спиной.

«Даже смотреть на меня не может?», — обреченно подумала я.

Плечи опущены, ладони более не сжаты в кулаки, с губ сорвался тяжелый вздох.

Но не успела я начать оправдываться, как Алекс неожиданно резко развернулся и, в один шаг оказавшись рядом, сгреб в охапку, крепко обняв.

— А-алекс?

— Ты хоть представляешь, как сильно я переживал? Знаешь, сколько раз успел подумать о том, что собственноручно сверну Эбиг шею, если она с тобой что-то сделала, — пробормотал он, уткнувшись носом мне в шею.

— Мне жаль, — тихо ответила, сцепив пальцы на куртке Алекса.

— Я все еще зол на тебя.

— Знаю.

Уверена, Алексу очень больно, ведь он был предан тем, кто лишил жизни человека, который заменил ему семью.

— Все будет хорошо, с тобой определенно все будет в порядке, — приободряюще произнесла, крепче сжав полы куртки. — Я защищу тебя.

— Разве не я должен это говорить? — отстранился он, взяв мое лицо в ладони.

— Нет. Ты уже спас меня. Настала моя очередь. В этот раз я непременно защищу дорогого моему сердцу человека.

И, поддавшись порыву, приподнялась на цыпочках, накрыв его губы своими. Легкий, нежный поцелуй, едва ощутимый на губах.

Медленно отстранившись, заглянула ему в глаза.

— Спасибо, что вытащил меня из клетки, — тепло ему улыбнулась.

— Ты появилась в моей жизни как раз в тот момент, когда удушливые тиски рутинной жизни стали невыносимы, — погладил меня по щеке Алекс, затем обнял и поцеловал.

Чувственно, страстно, наслаждаясь каждым мгновением, когда в мире, казалось, остались лишь мы.

— Кхм… — послышалось неловкое в дверях. — Жаль вас прерывать, но у нас остались незавершенные дела, — слова никак не соответствовали интонации ее голоса.

— Но если вам не терпится, мы можем ненадолго в лесочке погулять, — выглянула из-за двери черноволосая девушка со стрижкой каре и парой красных прядей на длинной челке.

По голосу узнала сразу — Юлия Эштил.

В голубых глазах неприкрытое любопытство, полные губы растянулись в понимающей улыбке, черные ноготки нетерпеливо постукивали по дверному косяку, ожидая ответа.

— Двигай давай, мои тени тебе не швейцары, — недовольно запричитала Наташа, протиснувшись между Анной и Юлией.

Две рослые тени, вошедшие вслед за охотницей, внесли целую гору компьютерной техники, и сгрузили все это на середину просторной гостиной. Но кого я никак не ожидала увидеть, это Альберта и Виталика.

— Зепар? Фенекс? А вы, почему здесь?

— Ну-у-у, — громко протянула Эштил. — Оказывается, я отправила запись всем печатям, — без особого раскаяния пояснила она, приблизившись к сенсорному столу.

Вот только…

— Какую запись?

— Твой с Эбиг состоявшийся после нападения на штаб разговор. Признание в убийстве, шантаже, упоминание о кольце Соломона, — простенько перечислила Юлия.

— Но как… то есть, я сомневаюсь, что Эбиг позволила бы записать наш разговор, — непонимающе уставилась на Эштил.

— Мой подарок оказался кстати, — усмехнулась Анна, постукав указательным пальцем по своему запястью.

— Пода… — я оборвала себя на полуслове, вспомнив тонкий ободок, усеянный белыми камешками, который Белиал надела мне на руку перед балом.

— В нем был микрофон? — сообразила я, позволив Алексу усадить себя на диван, отделанный мягкой обивкой.

— Я не знала, чем все обернется, но была уверена, что он пригодится, так и вышло.

— Если запись слышали все печати, почему Баал и Данталион…

— Я ведь уже говорила, — перебила Анна приблизившись. — Не все встанут на нашу сторону. Данталион был одним из тех, кто изрядно подпортил мне твое спасение, а с Баалом после последнего задания никто не может связаться. Он либо угодил к Эбиг, либо просто избрал ее сторону.

Вынув из внутреннего кармана черного пиджака ключ с выгравированными магическими символами, Белиал, наконец, избавила меня от порядком опостылевших «кандалов».

— Алекс, мне нужно подключить оборудование, — нетерпеливо сообщила Эштил, копаясь к горе электронных приборов.

— Располагайся, где больше нравится, — обернулся к ней охотник.

— Отлично, — кивнула та, потирая ладони.

— Итак, я все еще жду объяснений, говорите все, что знаете, — плюхнувшись на обитый мехом диван рядом со мной, в приказном тоне заговорила Заган. — Все в этой комнате теперь предатели, надеюсь, у вас есть план, который восстановит нашу репутацию и поможет лишить власти Эбиг и ее прихвостней, — продолжила Наташа деловитым тоном, но заметив угрюмый взгляд Анны, громко спросила: — Вы же не думаете, что ее признание в убийстве двух охотников сработает нам на пользу? Это воспримут лишь как защиту с ее стороны.

— Кодекс охотников говорит об обратном, — не согласился с ее замечанием, явившийся из ниоткуда Иваныч.

Эштил даже монитор выронила во все глаза уставившись на нежданного гостя.

— Хранитель Душ? — одними губами произнесла Юлия, переведя на меня полный любопытства и восторга взгляд.

Я кивнула, не скрывая улыбки, и вернула все свое внимание к Иванычу.

— По законам книги основателей, что была написана тысячи лет назад, Марину и Кристофера должны были предоставить верховному суду, которому беспрекословно подчиняются советники, ибо судьи и есть основатели организации Ориона. Однако этих двоих не в чем было обвинить. Кодекс охотников важнейшая вещь, законам которого подчиняются все жители иной стороны, ибо, придерживаясь мира, каждый, кто следует священному писанию, давал клятву на крови. В свое время и вы ее давали.

— Значит, ее судьбу будут решать основатели?

— Да, и вынесут они самый страшный приговор. Изгнание на иную сторону мира, где та будет убита ее жителями, а душа никогда не пройдет мои врата, оставшись скитаться в мучениях и холоде.

— Зачем же тогда она рассказала мне тайну гибели Марины и ее брата? — недоумевала я.

— В ее план не входило оставлять тебя в живых, как только бы она получила, что хотела, ты бы покоилась в могиле. Ведь Эбиг думала, что имеет над тобой власть, посредством угрозы жизни твоего отца, — пояснил Иваныч.

— Начнем сначала. О текущей ситуации я хочу знать все, что знаете вы, Господин Хранитель Душ, — сложила руки на груди Наташа.

Все присутствующие, кроме меня и Анны, разделяли желание Заган. Покуда старец рассказывал собравшимся то, что знала сама, попеременно отвечая на заданные вопросы, у меня состоялась весьма занимательная беседа с Асмодеем.

«Тебе нужна сила? — от внезапного рокота в мыслях я вздрогнула. — В моей власти дать тебе огромную силу. Сделать той, кому станут подчиняться оба мира, — шипяще произнес дух. — Ты всегда сможешь быть рядом с Соломоном».

Я не видела его лица, но четко представила губы, растянувшиеся в оскале веселья.

«Надень кольцо и позволь овладеть твоим телом».

Сняв с шеи цепочку, я надела кольцо на указательный палец правой руки.

«Правильно моя госпожа», — в голосе демона послышались победные нотки.

«Эй, Асмодей, ты ведь однажды уже обманул Соломона, забрав это кольцо, не так ли?», — спросила, не скрывая усмешки.

«В случившемся не было обмана, — прошипел дух. — Он был человеком, жаждущим поглотить все знания мира, он жаждал увидеть всю силу тех, кем обладал. Соломон был тем, кто надел кольцо на мой палец и поплатился за свою жадность. Но я могу вернуть вам мир, которого вы оба желаете».

«И какого же мира я желаю?»

«Мир, в котором вы сможете быть вместе. Вам не придется бороться, я положу к вашим ногам жизни всех врагов, сокровища всего мира и склоню на колени господ».

«А взамен, ты получишь мою душу», — ответила холодным тоном.

«Малая плата за…»

«Без души человек становится марионеткой тьмы, — перебила его убедительную речь. — Если я пожелаю, смогу самостоятельно забрать твои силы, на твой палец кольца я не одену, Асмодей. Демоны коварны, но разве ты не знал? Женщины могут быть гораздо коварнее. Благодарю за разговор, ты нашел для меня ответ на загадку, — позволила себе благосклонную улыбку».

— София! — оклик Анны вырвал меня из мыслей. — Ты в порядке? — посмотрела охотница с беспокойством.

Благодаря кольцу, что все еще было на моем пальце, я с округлившимися от удивления глазами уставилась на избранных, за спинами которых стояли их духи.

А дальше случилось невероятное.

Стоило мне выставить в их сторону руку, как духи тут же приняли физические оболочки, выступили вперед и одновременно опустились на одно колено, склонив головы. А стоило немного ослабить контроль, и духи исчезли так же стремительно, как и появились.

— Это что, к демонам, было? — изумленно выдохнула Заган.

— То, о чем мы и говорили. Кольцо Соломона, так София смогла воспользоваться твоим мечом, — спокойно пояснила Анна.

— Этот артефакт не должен попасть в руки Влада, — тихо отозвалась я. — Чтобы использовать его энергию мне приходится прилагать немало усилий, но Сол не только с легкостью сможет повелевать духами и их легионами, он вернет утраченные знания, как только Асмодей окажется в его власти. Это кольцо вообще не должно существовать.

— Артефакт нельзя уничтожить, — отрицательно покачал головой Иваныч. — Поэтому его тщательно скрывали. Но двадцать лет назад, когда были уничтожены три печати из-за отказа их избранных, Эбиг предложила использовать кольцо, — зло выговорил хранитель.

— Таких, как мы, раньше было тринадцать? — уточнил Фенекс.

— Да.

— У кольца огромная сила. Мы должны защитить его, во что бы то ни стало, — окинула поочередно всех присутствующих предостерегающим взглядом.

— Для этого мы здесь, — кивнула Анна и, переведя взгляд на Эштил, спросила: — сколько тебе потребуется времени, чтобы подключиться к системе «Ikintoxo»?

— День, может, два, — пожала та плечами. — Они наверняка установили новую защиту.

— Я свяжусь со своим информатором, — достал мобильник Алекс. — Может быть, удастся выяснить, где сейчас Астарот и что тот замышляет.

— Что насчет Баала? — устремила встревоженный взгляд на ребят.

— Пошлю парочку своих теней, — вызвалась Наташа.

— На мне ловушки, установлю их в округе, — направился к двери Фенекс.

— А я…

— Тебе лучше отдохнуть, — перебил мой порыв Алекс, погладив по щеке.

Из-за чего, собственно, я некстати почувствовала смущение, что очень даже повеселило собравшихся.

— Шутишь? — не согласилась с ним. — Я не стану просиживать штаны пока вы будете работать не покладая рук!

— Я тебя понял, — на удивление быстро сдался Алекс, любуясь появившимся у меня на лице румянцем и не скрывая при этом довольной улыбки. — Для начала мы должны собрать сторонников. В одиночку нам не справиться. Эбиг сейчас собирает целую армию.

— Армию? — задумчиво повторила. — Но нам не нужно ее искать.

— Ты это о чем? — насторожился он.

— Помимо меня на нашей стороне есть еще четыре печати способные управлять легионами, — устремила на охотников воодушевленный взгляд.

— Притормози! — возразила Заган. — Во-первых, в отличие от тебя, легионы нам не подвластны. Во-вторых, без кольца контролировать их будет сложно, если это вообще выполнимо, и в-третьих, мы не войну собираемся развязать.

— Верно, мы собираемся ее остановить. Да собери мы хоть все силы ордена на нашу сторону, против того, что замыслил Астарот, нам не выстоять, если будем играть по его правилам. В этом сражении нужно предотвратить как можно больше жертв, которых Эбиг без страха отправит на бойню, — выпалила на одном дыхании, приведя довольно веские аргументы.

— Это не самая плохая идея, — задумчиво отозвалась Анна, внимательно вглядываясь в мои глаза. — И участие добровольное, — перевела Белиал на Наташу снисходительный взгляд.

— Кто сказал, что я отказываюсь? — огрызнулась Заган. — Я лишь беспокоюсь о последствиях.

— Никто не говорил, что будет легко, — усмехнулась Белиал, похлопав шипящую на нее Наташу по плечу.

— Сперва потренируй контроль, я не доверю свою жизнь той, кто с собственными легионами совладать не в силах, — отчеканила охотница.

И была права. У нас в запасе несколько дней, когда мы сможем подготовиться к сражению, что изменит историю Ориона.

ГЛАВА 32

Эштил кропотала над своей техникой, попеременно давая указания помогающему ей Альберту. Фенекс все еще расставлял ловушки, которые помогут ему узнать о прибытии незваных гостей. Иваныч вынужден был вернуться в Некрополь, ведь без его присутствия призраки могут выйти из-под контроля. Анна отправилась в город для встречи с Агаресом, Алекс и Наташа обдумывали план наших действий, а я, сидя на земле, непрерывно следила за призванным легионом.

— Ты с ними в гляделки играешь? — послышался над ухом голос Фенекса.

— Уже вернулся?

— Они же демоны, им моргать не обязательно, ты заведомо проиграешь.

— Я тренирую контроль, — сообщила очевидное.

— А я просто шучу, — резюмировал охотник. — Как успехи?

— Не могу сказать с большой уверенностью, что они полностью подчиняются, на это уходит много энергии, но три легиона, которые я уже призывала, довольно покладисты, чего не скажешь о четвертом. Видимо, контроль усиливается во время боя, — предположила я. — Но с вашим опытом будет легче использовать адских духов.

— Тогда начнем? — воодушевился Фенекс.

— Э-э-э…

— Я хочу попробовать, — уверенно он заявил.

Вот только его уверенность поубавилась спустя всего пару часов, когда тот лежал на траве, тяжело дыша.

— Пять легионов мой предел, — обреченно и зло прохрипел Фенекс.

— Пока что.

— Вижу, Фенекс делает успехи, — подметила вернувшаяся Анна, нависнув над охотником.

— Тогда почему я слышу иронию в твоем голосе? — недобро прищурился он, бросив мимолетный взгляд на наших зрителей в лице Заган, Алекса, Эштил и Альберта.

— Как прошла встреча с Агаресом? — поднялась на ноги Наташа.

— В ордене творится полный хаос. Эбиг собирает все силы, вот только ее власть трещит по швам. Многие охотники задаются вопросами, но ответов не получают. Баал исчез, его нигде нет. Могу предположить, что он угодил в лапы Астарота.

— Нужно убедиться, — помрачнел Алекс. — Баала не так-то просто связать по рукам, он не тот, что прежде.

— Если вы в город, подбросьте и меня. Необходимо прикупить парочку деталей, — подключилась Эштил.

— Алекс, останься с Софией, мы разведаем обстановку. Тебе тени не подвластны, так что проку в поиске с тебя не будет, — хмыкнула Анна.

— Вот уж спасибо, — скептично выгнул бровь охотник.

— О тебе же пекусь, — хитренько прищурилась Белиал. — София, продолжай тренировку.

Я кивнула, подозрительно поглядывая на переглядки этих двоих.

* * *

Тренировкой я занималась до глубокой ночи под бдительным взглядом Алекса, который, скажем так, немного отвлекал. Сколько раз ловила себя на мысли, что пристально его рассматриваю, стоит ему перевести взгляд с меня на легионы, стоящие среди редкого тумана, спустившегося с гор.

— У меня что-то на лице? — полюбопытствовал он, заметив мой внимательный взгляд.

И надо же было в этот момент глазеть именно на его губы!

— Ничего интересного, совсем, — отрезала я.

— Да неужели, — ехидно подметил охотник, делая шаг в мою сторону.

— Легион! — тут же воскликнула.

Небольшая группа адских духов тенью метнулась ко мне, окружив и преградив Алексу дорогу.

— Почему прячешься? — со смешком спросил он.

— Тренирую духов, — исправила его. — Ты отвлекаешь, — пробурчала я.

Почувствовав всплеск энергии, обернулась к Алексу. Охотник стоял наперевес с короткими мечами в полной боевой готовности.

— Что задумал? — настороженно спросила.

— Готовлюсь пробираться к тебе с боем, — шумно выдохнул он, вскинув на легион оценивающий взгляд.

— Без шансов, — решила предупредить.

— Половину первого легиона точно уделаю, — фыркнул охотник, приняв боевую стойку. — Атакую!

Две тени, метнувшись к Алексу, сошлись с ним в поединке. Пара быстрых выпадов, и духов разрезало пополам. Но как только следующие ринулись в атаку, я заметила изменившееся положение его ног и тела, однако отозвать солдат не успела. Резкий удар пришелся Алексу под дых.

Охотник, закашлявшись, рухнул на колени, а я, подскочив на ноги, бросилась к нему. Но не за тем, чтобы помочь.

— Асмодей! — произнесла со звенящей в голосе злостью. — Преподай урок этому любителю острых ощущений, — гневно приказала.

— Эй-эй, только без глупостей, — мгновенно пришел в чувства Алекс, направив на явившегося духа меч.

— Правильно, я сама его прибью!

Выхваченный клинок, с которым я теперь не расставалась, наполнился энергией, когда я обрушила его на приподнявшегося охотника. Естественно, мой выпад блокировали и нанести новый удар не позволили, крепко ухватив за руки и опрокинув на землю.

— Ты же специально подставился, — начала я оскорбленным тоном.

— Иначе ты бы и дальше пряталась, — не стал отрицать очевидного Алекс.

— Думаешь, это шутки? Ты должен ценить свою жизнь и не бросаться на рожон, спасать кого бы то ни было, только если уверен, что и сам выживешь!

— Мы все еще говорим о только что состоявшейся схватке? — уточнил он, прекрасно понимая, что это не так. — Разве ты не спасешь меня, если я окажусь в опасности?

— В этом-то и проблема! — повысила я голос, раздраженно уставившись в глаза охотника.

Я действительно испытываю к Алексу теплые и сильные чувства, которые не испытывала ни к кому в этой новой жизни, по-прежнему чувствую рядом с ним себя в безопасности, ощущаю спокойствие. Но теперь к этим чувствам добавился страх. Противный, беспокоящий и липкий страх за его жизнь…

Потому что боюсь его потерять.

Мои чувства к Алексу только-только зародились, я отпустила прошлое и хочу узнать, куда заведет нас жизнь, если мы будем идти рука об руку и не хочу видеть его смерть.

Просто не вынесу!

— София, — мягко произнес Алекс, проведя пальцами по щеке. — Я буду в порядке.

— Тогда пообещай, что не бросишься меня спасать, рискуя собственной жизнью!

— Не могу, — серьезным тоном ответил охотник и, прежде чем я попыталась вырваться, добавил: — Но я обязательно выберусь. Ты не увидишь моей смерти.

Несносный упрямец!

— Доверься мне, — шепнул он, мимолетно коснувшись губ.

Несколько минут мы неотрывно смотрели друг другу в глаза, и в какой-то момент, рывком притянув меня к себе, да так, что я оказалась сидеть сверху на нем, Алекс накрыл мои губы осторожным поцелуем.

Переведя взгляд на легионы, проследила за тем, как духи скрылись во мраке ночи, и только после этого отдалась чувственным ласкам.

Покрепче сжав в объятиях, Алекс подхватил меня на руки, медленным шагом направился к дому и так же медленно поднялся по лестнице на второй этаж, не отрываясь от моих губ. Меня накрыло так быстро, что, растворившись в сильных руках и жарких поцелуях, не поняла, когда он успел уложить меня на постель. Но этот маловажный нюанс отпал сам собой, стоило ему начать снимать с меня одежду, покрывая разгоряченную кожу поцелуями.

Алекс не спешил овладеть мной, он наслаждался, лаская потаенные и чувствительные участки моего тела, слушая тихие стоны, наблюдая, как усиливается желание в глазах.

Стащив с охотника куртку, потянулась к рубашке, но запутавшись в пуговках, с силой рванула ее полы, оголяя мускулистый торс парня, от чего пуговицы разлетелись в стороны, звонко покатившись по дощатому полу.

— Ты моя, — горячее дыхание опалило шею.

Не знаю, был ли это вопрос или утверждение, но на мгновение отстранившись и заглянув в глаза, он получил в ответ согласие и только после продолжил ласки, а я, позабыв обо всем, позволила буре эмоций поглотить меня целиком, наслаждаясь каждой секундой его объятий, поцелуев, уверенных прикосновений, будоражащих тело.

От умелых ласк по телу прошлась горячая волна, а пальцы, дрожа от напряжения, впивались в плечи и спину парня.

— Алекс, — выдохнула голосом, полным желания.

Искуситель нахально улыбнулся, отстранился и неотрывно смотрел в глаза, наблюдая за тем, как я следила за его пальцами, ловко расстегивающими пряжку ремня, пуговицу и молнию на черных джинсах. И бесстыдно не отвела взгляда, когда за этим на пол полетело его нижнее белье.

Нависнув надо мной, он накрыл припухшие губы обжигающим поцелуем, пока пальцы, мимолетно касаясь кожи, стянули с меня последнюю кружевную вещицу, полностью обнажив тело. От сладкой пытки голова шла кругом, неистовое желание поскорее оказаться в его власти пугало. Но, несмотря на остро-обоюдное желание, Алекс продолжал изводить сладостными прикосновениями.

Сильная ладонь накрыла округлое полушарие, зажав между пальцев набухший бутон. Я выгнулась всем телом, когда влажные губы коснулись чувственной вершинки, а пальцы поглаживали лоно.

— Алекс, — простонала, впившись ногтями в его спину.

— Сладкая моя, София, — шепнул он на ухо, прикусив нежную кожу шеи.

Осторожным прикосновением он развел мне ноги и медленно вошел, заглушив сорвавшийся с губ полу-стон полу-крик поцелуем.

— Никогда тебя не отпущу, — шептал он, усиливая толчки.

А я, прижимаясь всем телом навстречу, сцепила ноги на его пояснице. Сладкие ощущения заставляли плавиться будто свечу, угодившую в плен огня.

— Моя нежная асура, — ласково проговорил он, покрывая шею поцелуями.

А в какой-то момент Алекс оказался на спине, рывком усадив меня сверху и, приподнявшись, крепко сжал ягодицы заставляя двигаться медленно, получая неистовое наслаждение.

Я потеряла счет времени, забыла о реальности, всецело растворившись в ночи любви.

* * *

— Уже светает, — тихо прошептала, наблюдая, как верхушки деревьев окрашивает ярко-золотой свет.

Моя голова покоилась на груди Алекса, его руки крепко обнимали и поглаживали все еще разгоряченную кожу спины.

— Как же паршиво возвращаться в реальность, — не сдержалась я.

— Я буду твоей реальностью, — серьезно произнес охотник, но так и не смог сдержать широкой улыбки, услышав мой смешок.

— Остальные могут вернуться в любой момент, — встревожено шепнула. — Нужно принять душ и возвращаться к тренировке, — печально выдохнула, приподнявшись на локтях.

Желание мое тут же было исполнено. Алекс подхватил на руки и понес в ванную, душ, соответственно, принимали вместе. Хотя на гигиеническую процедуру это мало походило. Несносный охотник не упускал возможности вскружить голову новыми поцелуями и горячими ласками.

Так что из ванной мы выбрались спустя лишь час, а может, и больше. Солнце уже стояло над кронами деревьев, осыпая осенние лучи на пожелтевшую траву.

ГЛАВА 33

— Ты голодна? — обернулся Алекс, как только я спустилась на кухню.

Стоило учуять запах жареного мяса, как желудок громко заурчал.

— Понял, — улыбнулся охотник, поставив передо мной кружку дымящегося кофе.

Присев за высокий стол, отпила горячего напитка и с любопытством наблюдала за кулинарными способностями Алекса.

— Ты часто бываешь в этом месте?

— Нет, за домом присматривал лесничий, но я отправил его в родную деревню подальше от Москвы, — ответил он, посыпав специями подрумянившееся мясо.

— Мне здесь нравится, спокойно и тихо. Чистый воздух, красоты леса и далеко от шумного города.

— Тогда, — задумчиво протянул охотник, приблизившись, — поживем здесь, когда все уляжется, — улыбнулся он, легко коснулся губ поцелуем и вернулся к плите.

— Я определенно «за», — довольно улыбнулась в ответ.

Но улыбка с лица сошла, как только тени, что отослала на рассвете патрулировать окрестности, засекли чужака. Ничего не сказав Алексу, я выскользнула из кухни и, пробежав гостиную, распахнула двери, выйдя на крыльцо.

— Асмодей! — потянулась к духу, столкнувшись лицом к лицу с помощником советника Луцкого.

— Тише-тише, — выставил ладони вперед мужчина, показывая, что безоружен.

А я несколько раз моргнула, не понимая, откуда раздается этот голос. Но решив, что показалось, сжала рукояти материализовавшихся клинков.

— Что здесь забыл предатель? — предостерегающе направила на него оружие.

— С недавних пор мы носим один статус.

Снова! Откуда раздается этот голос?!

— Эй-эй, спрячь оружие, — обнял меня со спины появившийся Алекс. — Он не тот, кем кажется.

— Ты бы хоть посвятил ее в детали, — послышался укор в голосе помощника.

Это точно говорил Глеб Семенович, но почему голос принадлежит не ему?

— Избавься уже от этой личины, — тяжко выдохнул Алекс, покрепче перехватив мои руки.

С округлившимися от удивления глазами я смотрела на то, как пухловатый помощник советника исчезает, а на его месте появляется высокий, подтянутый блондин.

— Хоравский? Он же отступник! — воззрилась на Алекса.

— Он тот, кто затесался в ряды Астарота. Помнишь, я говорил, что не только в наших рядах предатели, но и Владу служит парочка.

— Рад знакомству, Асмодей, — расплылся в насмешливой улыбке мужчина.

— Не стой на пороге, входи в дом, — скомандовал Алекс.

Странная ситуация вышла. Да и аппетит как-то поубавился, сидя за одним столом с незнакомцем. Но, не обращая внимания на все еще улыбающегося «отступника», Алекс вложил в мою руку вилку и подставил заботливо порезанное мясо в густой томатной подливе.

— Приятного аппетита, — пожелал Хоравский, а заметив недобрый взгляд Алекса, тут же сменил веселость на серьезность.

И пока я за обе щеки уплетала восхитительное мясо, те говорили о делах. Из разговора я поняла, что Хоравский не приближенный к Астароту, а так, выполнял разнообразные поручения, втайне вынюхивая о его планах. Сейчас же Влад затаился, а приближенные выполняют мелкую работенку, что явно далеко от огромных планов отступника.

О Баале он не слышал, впрочем, как и сам Влад.

— Затишье перед бурей, — нахмурился Алекс.

— Эм, можно вопрос? — нерешительно начала, отложив вилку в сторону.

— Савьен довольно умел в отварах и зельях, что делает. Я не метаморф, обычный асура, но благодаря его зельям могу на некоторое время менять облик, — пояснил Хоравский, правильно истолковав то, о чем собиралась его спросить.

— А советник Луцкий знает о ваших… перевоплощениях? — подобрала правильное определение.

— Да, он, Алекс, Белиал, а теперь и ты в курсе моих дел.

— Вот как, — понимающе кивнула. — Кстати, что было в том саквояже? — вспомнила о своей слежке. — Я видела вас недалеко от универа в облике помощника советника, а потом он исчез, и явились вы, все с тем же саквояжем.

— А-а-а, ты о том случае, — хитро протянул Хоравский. — Знаешь ли, я чуть не выдал себя, когда ты угодила в ловушку.

Так он собирался ринуться мне на выручку?

— Что же вы так бережно несли?

— Ограничитель, выкраденный из ордена, — ответил он. — Это очень ценные вещицы, таких всего три во всем мире.

— Зачем Астароту ограничитель? — задумалась я.

— Об этом, к сожалению, мне не известно, — «обрадовал» блондин. — Что ж, вынужден откланяться. Я сообщу, если выясню о местонахождении Астарота.

Покуда Алекс выпроваживал незваного гостя, я все раздумывала о том, что он сказал, но громкий стук двери о стену выдернул меня из мыслей.

— Эштил? Ты…

— Что за чертовщина творится? — с ходу воскликнула Юлия. — Вы видели? Это по всем каналам!

— Ты о чем? — насторожился Алекс.

— Смотрите!

Эштил пробежалась пальцами по сенсорной клавиатуре и нажала кнопку, включая новостной канал.

— Срочные новости сообщают. Эти уникальные кадры были зафиксированы группой студентов.

Уникальные кадры в сопровождении диктора появились на всю ширь сенсорной проекции монитора. В ужасе переговариваясь, кто-то трясущейся рукой снял бредущих по пустому парку призраков!

— Что же это? Монтаж, умелая работа спецэффектов или реальные кадры жителей потустороннего мира? Похожие видео только за сегодня к нам в редакцию прислало еще пятеро человек, — продолжила вещать женщина.

— Это по всем каналам, — обернулась к нам Эштил. — О, вы вернулись, — устремила та взгляд нам за спины.

— Какого черта? — брови Фенекса сошлись на переносице.

Анна, Наташа и Альберт стояли с не менее нахмуренными лицами.

— Это не монтаж, — переключая каналы, сообщила Анна.

— Как хранитель это допустил? — изумился Альберт. — За пределами Некрополя душами овладеет тьма, они опасны не только для людей, но и асур.

— Верно. Призраки будут питаться жизненной энергией, пока досуха не выпьют тело, — кивнула Заган.

Осознание происходящего пришло с такой силой, что я не устояла на ногах, рухнув на колени.

— София!

— Я…я знаю, что задумал Астарот. Знаю, для чего ему понадобился ограничитель, — в ужасе произнесла.

— Говори! — встряхнула меня за плечи Анна.

— Влад собирается убить Ивалиса и разрушить Некрополь, — ответила дрожащим голосом, заглянув в округлившиеся от страха глаза охотницы.

— Древо-врат связано с еще несколькими Некрополями в других странах! — воскликнул Фенекс.

— Он собирается разрушить грань между миром живых и миром мертвых! — прокричала Анна, бросившись к двери.

Остановить Белиал Наташа не успела, та исчезла в росчерке портального камня.

— Фенекс, за ней! — скомандовал Алекс. — Заган, свяжись с Агаресом. Эштил, отправь сообщение всем охотникам ордена с предупреждением о возможном разрушении Некрополя!

— Поняла, — отозвалась Юлия и, усевшись за сенсорный стол, пробежалась пальцами по виртуальной клавиатуре.

— Если станет слишком опасно, выбирайтесь из Некрополя, — вложил Алекс мне и Альберту в руки по портальному камню.

Кивнув, мы вышли из дома и, воспользовавшись порталами, оказались возле высокого склепа города мертвых.

Белая пентаграмма над сводом Некрополя покрылась трещинами и рассыпалась при каждом появление новых электрических вспышек. Вдалеке слышались звуки сражения, а листья на огромном древе чернели и опадали.

Призвав оружие, мы двинулись в центр города, где Анна и Виталик сражалась с Ориасом и Альбиной. Ивалис в облике юноши был прикован к стволу древа цепями, а на его груди расплывалось большое багровое пятно. Астарот и еще пять отступников стояли неподалеку.

Но стоило мне потянуться к легионам, дабы обзавестись внушительной поддержкой, обнаружила, что те не могут явиться в город мертвых.

«Это сакральное место. Мне и легиону не ступить на эту землю, — послышался голос Асмодея. — Забери энергию моих адских духов и сможешь сражаться подобно целой армии».

— Забрать энергию? — шепнула я.

— Вы опоздали, — рокотом пронесся голос Влада. — Вам не остановить разрушение Некрополя. Присоединяйтесь или умрите!

— Ты совершил поступок, у которого нет обратного пути, Астарот! — прогремел голос Зепара.

Сорвав с шеи цепочку, я надела кольцо на указательный палец правой руки и мысленно потянулась к Зепару, Фенексу, Белиал и Заган, что была на пути сюда.

«Древние духи! Я даю вам власть над десятью легионами. Поглотите их энергию и наделите ею свои сосуды!», — приказала им.

От всплеска мощной энергии задрожал мертвый город. Охотники получили силу, но Влад, будто только этого и ждал.

— София, остановись! — рухнула на колени Анна, сдерживая рвущуюся наружу силу духа.

Фенекс и Зепар опустились на землю вслед за охотницей, как и она, пытаясь не дать печатям наделить их своей энергией.

— Мертвый город поглотит энергию живых, легионам не ступить на землю сакрального места. Бегите! — из последних сил прокричал хранитель, прежде чем потерял сознание.

Вспыхнувшие над сводами черные пентаграммы обрушили на нас сотни копий, созданных энергоматерией Некрополя. Щиты, выставленные охотниками, разлетелись вдребезги под натиском такой мощи.

Увернуться или отразить все смертоносное оружие было невозможно, они наносили глубокие раны по всему телу, принося с собой жуткую боль, словно выпивая из нас жизнь.

— Алекс! — закричала я, оттолкнув охотника в сторону.

Копье, что могло пронзить его сердце, получила я. Острый наконечник впился в мое плечо, приковав к земле. В тот момент я уловила ожесточенный взгляд Астарота направленный на Алекса.

— Если… Некрополь пожирает нас из-за энергии легионов, — прохрипела я, — тогда на эту землю ступит армия адских духов! — закричала, со всей силы сжав ладонь в кулак.

Тени прорвали последнюю брешь, из-за которой белая пентаграмма с оглушительным треском полностью разрушилась. Однако теперь копья пронизывали солдат, что нависли над нами, закрывая от атак. Но чего я никак не ожидала увидеть — это Данталиона и Бала, идущих в нашу сторону, стоило Некрополю прекратить свой бой.

Приблизившись к Алексу, Данталион перекинул охотника себе через плечо и унес к древу, где стоял Астарот. Меня ждала та же участь, если бы не Заган, появившаяся в тот момент, когда Баал подхватил меня под руки.

Мощный удар меча Наташи отбросил Артема в сторону, но тот успел сорвать с моего пальца кольцо.

— Чертовы предатели! — прорычала Заган, высвобождая полученную от легионов энергию.

— Кольцо, — в панике прошептала, увидев, как Баал передал его Астароту.

Бросившимся в его сторону Заган и Белиал преградили путь Альбина и Ориас. Израненные Зепар и Фенекс не оставили попытки напасть на Влада. Однако преимущество было не на нашей стороне. Данталион и Баал, вступившие с ними в поединок, одерживали вверх.

Приподнявшись, попыталась встать, но левая нога оказалась сломана. На зов легионы больше не откликались, мне оставалось лишь смотреть, как Астарот сжав руку закричавшего Альберта извлекал из того печать. Когда кристалл оказался в кольце, Зепара просто бросили к моим ногам как ненужную вещь.

— Прекрати! — яростно воскликнула, стоило Владу приблизиться к Фенексу, которого Данталион поставил перед ним на колени.

Но было слишком поздно, своды Некрополя наполнились воплем охотника, когда кристалл поглотило кольцо.

Набросившийся на Астарота Алекс не сумел отобрать артефакт, однако пронзил того мечом, вот только его рана тут же затянулась, а охотника с силой впечатали в землю.

— Заган, Белиал! — из последних сил прокричал он.

Наташа среагировала мгновенно, тут же оказавшись рядом со мной.

— Нет! — слишком поздно поняла, чего хотел Алекс.

Резкая ослепительная вспышка, отдаленный крик Влада и мы вместе с бессознательным Альбертом оказались на поляне возле домика Алекса. Через несколько минут появились Анна и Виталик.

— Где Алекс? — закричала я, вырвавшись из рук Заган, но тут же с глухим рыком ударила кулаком о землю.

Адреналин поугас, и боль набирала обороты.

— Где Алекс? — повторила я, устремив на Белиал разъяренный взгляд.

По выражению ее лица поняла — его вытащить не удалось.

— Дерьмо! — выругался Фенекс.

— Мы должны вернуться!

— Мы погибнем, если вернемся туда сейчас! — пальцы Заган с силой сжались на моих руках. — В таком состоянии их не одолеть!

Агарес, выбежавший из дома, направился к Альберту, измерил его пульс и мрачно изрек:

— Плохо дело. Его нужно перенести в дом, Савьен помоги мне!

Как здесь оказался темный маг, понятия не имела, но могу предположить, что по просьбе Владимира. Очевидно, они знали, что мы потерпим поражение.

— У тебя открытый перелом ноги, все тело в ранах, — вернула мое внимание Наташа. — Он не убьет Алекса, потому что знает — ты вернешься за ним. Астароту нужна ты. Для начала вылечим раны и перегруппируемся, — продолжила приводить веские доводы охотница. — Эштил, помоги мне.

— Сейчас.

Но прежде чем Юлия перекинула мою руку себе через плечо, Фенекс ее опередил и аккуратно подхватил на руки.

— Потерпи немного, — глухо отозвался он, направившись в дом.

Несмотря на раны и боль от извлечения печати он все еще держался на ногах.

— Черта с два я помру, — рыкнул охотник, заметив мой взгляд. — Одно поражение не значит проигрыш в войне. Если сдамся, проиграю этим демоновым предателям, а я собираюсь преподать им жизненный урок! А ты вернешь мне моего духа, — оскалился Фенекс, осторожно усадив меня в кресло.

— Не сомневайся, я верну тебе твою печать, Фенекс, — решительно ответила, придержав его под руки, когда тот осел на пол и потерял сознание. — Агарес, ему нужна помощь, — окликнула Владимира, прежде чем сознание начало проваливаться в темноту.

— Савьен! Она потеряла много крови. Займись ее ранами, мы не можем потерять Асмодея!

Это было последнее, что я услышала, пока полностью не провалилась в пугающую темноту.

ГЛАВА 34

Разруха, руины города, крики и слезы. Мы потерпели поражение, позволили Астароту разрушить оба мира.

Там, вдалеке, под древом-врат, он стоит над Алексом с занесенным над головой мечом.

— Нет! — истошно кричу я, срываясь с места.

Но путь с каждым шагом лишь отдалялся.

— Остановись! — снова отчаянный крик.

Мои слова не достигли Влада, и не смогли бы достигнуть. Ведь тот, кто совершил ошибку, заключив сделку с древним духом, теряет свою душу.

На острие меча блеснули блики огня, разгорающегося среди руин.

Удар!

Меч пронзает сердце Алекса, а Влада поглощает тьма.

* * *

Резко распахнув глаза, перевела дыхание. Сердце колотилось как сумасшедшее, в горле пересохло, тело покрылось испариной, а жуткий холод сковал душу.

— Очнулась? — слышится тихий голос Анны. — Ты была без сознания два дня. Фенекс очнулся вчера, Альберт пару часов назад.

— Они в порядке?

— Физически да, — кивает Белиал.

— А ты? — смотрю холодно.

— Раны затянулись. Но я…

— Надеюсь, ты ждала пока я очнусь не для того чтобы мне душу излить? — скептично выгибаю бровь.

Белиал промолчала.

— Ты видела, что случилось с хранителем? — спрашиваю тихо, спустив ноги на пол.

— Его поглотило древо, но он все еще жив. Хранитель Душ и время едины, его нельзя убить, но можно замедлить для разрушения Некрополя, — пояснила охотница, сцепив руки в замок.

— О-о-о. Соня очнулась! — радостно завопила Эштил, от чего я непроизвольно поморщилась. — Ты должна была поскорее прийти в себя. В столице творится реальный фильм ужасов. Город мертвых раскинулся по улицам Москвы!

— Что? — ошарашено моргаю.

— Мы сломали последнюю брешь и высвободили мертвых. На то, чтобы хранитель вернул свои силы, потребуется время. Время, за которое Астарот уничтожит древо-врат, — каким-то поникшим голосом пояснила Белиал.

— Мы угодили в ловушку и потерпели поражение только потому, что Некрополь защищал древо. Брешь сломана, этого больше не повторится. Пора остановить Астарота, но сперва наведаемся в орден, нам понадобится помощь, — устремила на Анну уверенный взгляд.

— Да уж, Эбиг помрет от счастья, когда вас увидит, — прыснула Эштил.

— Тогда не будем лишать ее этой радости, — хмыкнула в ответ.

— София…

— Тебе не следовало мчаться в Некрополь сломя голову, а мне использовать легионы, — перебила я порыв Белиал.

— Ты не знала.

— Знала, — не согласилась с ней. — Асмодей предупредил. И все же обвел вокруг пальца ради шанса завладеть телом, я знала, что не поддамся, но была недостаточно осторожна. В итоге я разрушила защиту Некрополя, Альберта и Виталика лишили печатей, Алекса пленили, — пояснила дрожащим голосом и, переведя на нее полный боли взгляд, продолжила с кривой усмешкой: — Но твоей вины здесь больше, если бы ты осталась, ничего бы из того, что произошло, не случилось. Ты же сама говорила, что я лицемерка. Позволь мне ею побыть, так я не задохнусь от чувства вины.

— Мы все исправим, — решительность ее тона заставила и меня саму воспрянуть духом.

— Обязаны! Собери всех, мы возвращаемся в орден.

Город, в котором разросся Некрополь, сквозил могильным холодом. Склепы и надгробия были окутаны белым туманом. Почерневшие лозы с синими на них цветами опутали дороги и дома. В небе вращались белые пентаграммы, усиливая завесу над всей Москвой.

Люди прятались в своих домах, изредка выглядывая в окна и снова прячась за шторами. По улицам не ходили живые, лишь призраки, поглощенные тьмой, рыскали в поисках добычи.

Возле здания «Ikintoxo» группа охотников при нашем приближении расступились в стороны, пропуская нас внутрь здания. Так было до тех пор, пока мы не поднялись к конференц-залу, где по данным Эштил находился верховный совет. Секретарша воззрилась на нас перепуганными глазами, переглядываясь с несколькими солдатами, что охраняли вход.

— Сами отойдете или вас подвинуть? — холодно интересуется Заган, оценивая потенциальных противников неприязненным взглядом.

Очевидно, неприкрытая угроза со стороны Наташи пролетела мимо их ушей, выступив вперед, те самоуверенно наставили на нас огнестрельное оружие.

— Вы же в курсе, что пули нам не страшны? — для пущей убедительности уточнила охотница. — Что ж…

Двустворчатые двери были вышиблены вместе с солдатами. Двое мужчин из верховного совета подскочили со своих мест с воплем: «Как вы посмели?!», но Эбиг осталась сидеть на месте, сохраняя хладнокровие.

Легкий взмах ее руки дал команду находившимся внутри охотникам принять оборонительную позицию.

— Спокойствие, господа. У меня нет желания сражаться с союзниками, а лишний труп может омрачить радость встречи, — говорю спокойно, не сводя с Эбиг предостерегающего взгляда.

— Опустите оружие! — приказал всполошившийся советник Луцкий.

К слову, Вернин также здесь присутствовал.

— Не ожидала, что ты лично ко мне явишься, — усмехнулась верховная.

— Не беспокойтесь, я пришла не по вашу душу, — в тон ей отвечаю. — С вами, верховная советница Эбиг и советник Вернин, за убийство Кристофера и Марины Набиных, по законам кодекса ордена расправятся основатели.

После произнесенных слов между охотниками прошелся удивленный шепот.

— Помните наш состоявшийся разговор? Он очень не понравился верховному суду, — произношу язвительным тоном, любуясь появившейся на ее лице нервозностью.

— Я лишь защищала организацию! — со всей силы ударила та по столу ладонью. — Как ты смеешь обвинять меня в измене, дрянная девчонка?! Ты лишь чужачка, непонимающая, как работает мир, в который угодила!

— София, — положил руку мне на плечо Агарес, тем самым остановив порыв ей ответить, и, пройдя вперед, поставил на стол планшет. — У меня для вас послание от основателей.

Над экраном появилась проекция трех человек, чьи лица скрывали глубокие капюшоны. Они — потомки основателей Ориона, исполняющие роли старейшин, верховного суда, карателей.

— Вы нас разочаровали, верховная советница Эбиг, — прозвучал ледяной голос, от которого даже меня в озноб бросило.

Вышеназванная с мелькнувшим в глазах страхом тут же поднялась на ноги.

— Основатель Эмирон, уверяю вас, все мои действия были направлены на защиту организации, — принялась оправдываться Эбиг.

— С которой вы не справились! — прогремел голос. — Дальнейший разговор и вынесение приговора будут проходить при вашем прибытии в присутствии оставшихся печатей. Таково их желание за сохранность мира. Разве вы забыли? Если не можете удержать власть — вы бесполезны!

Организация знает гораздо больше, чем сама верховная. Они все прекрасно знали, но не предприняли никаких попыток наказать Эбиг и Вернина, пока не вмешались мы с неопровержимыми доказательствами. Вот как работает их мир. Ты полезен лишь до тех пор, пока держишь под контролем власть. Но стоит ей рухнуть — от тебя избавятся.

— Советник Луцкий, мои поздравления, вас повысили до верховного советника, — провозгласил основатель Эмирон. — Немедленно приступайте к управлению штабами.

— Как прикажете, — склонился мужчина, но выражение его лица было далеко от радостного.

— Увести нарушителей! — приказал основатель.

Расступившись, мы пропустили вошедших солдат, что работают на чистильщиков. Те, удерживая советников под руки, стали выводить их из конференц-зала.

— Основатель Эмирон, это ошибка! Я не причастен к деяниям Эбиг! — возмутился мужчина со шрамом, от Анны я выяснила, что это верховный советник Норшский.

— Госпожа Лувил, — начал Эмирон деловитым тоном, — я жду от вас положительных результатов. За полученную власть нужно платить.

Моего ответа основатель дожидаться не стал, проекция исчезла, и все взгляды охотников устремились на меня и Луцкого.

— Полагаю, у вас есть план, — опустившись на стул, советник, поправочка, верховный советник положил руки на стол, сцепил их в замок и устремил на нашу компанию «предателей» вопросительный взгляд.

— Эштил, — обратилась я к Юлии, приложив указательный палец к наушнику. — Выведи картинку и подключи к разговору всех охотников.

На плазменном экране конференц-зала появилось ее изображение.

— Они были подключены, как только вы пересекли порог конференц-зала, — пояснила она. — Рада, что вы остались на стороне охотников, верховный советник Луцкий, — невзначай добавила Эштил.

Деревянная поверхность стола покрылась стеклянной гладью, появились несколько проекций определенных участков города.

— Итак, — начала Анна, приблизившись к проекциям. — В трех местах образуются огромные разломы: парк Красная Пресня, парк Декабрьского восстания и Дом правительства, — указала охотница на вышеперечисленные места. — В центре этого треугольника в районе Рочдельской улицы находится древо-врат, там же Астарот и другие отступники, среди которых Баал и Данталион.

— Что? — Луцкий аж подскочил, услышав слова охотницы.

— Горькая, но правда, — досадно подтвердила Заган. — Также Фенекс и Зепар потеряли свои печати, они у Астарота.

— Как такое случилось?! — вперил мужчина ошарашенный взгляд в парней.

— Думаю, мне не стоит вам объяснять, как извлечь печать из сосуда, — воззрился на него Фенекс.

Объяснять не пришлось, верховный все понял.

— Альберт и Виталик возглавят две группы, которые мы направим на образующиеся разломы, — пояснила Белиал.

— Я уже выслала всем точные координаты, — сообщила Эштил.

— От меня, Заган и Асмодея в общей сложности им на поддержку будет отправлено двадцать пять легионов. Этого должно хватить, чтобы предотвратить гибель людей. Астаротом и другими займемся мы. Не приближайтесь к древу ни при каких обстоятельствах, иначе погибните, — громко произнесла Анна, окинув всех присутствующих предостерегающим взглядом. — И да помогут нам небеса.

ГЛАВА 35

На подготовку ушло гораздо больше времени, чем мы рассчитывали, точнее, на придание боевого духа и силы охотникам. Новость о том, что Баал и Данталион предатели, а Фенекс и Зепар утратили свои печати, сильно пошатнула их уверенность в победе.

Альберту и Виталику предстояла сложная задача по устранению разломов, Белиал и Заган, что вступят с Балом и Данталионом в сложное сражение, ведь выступить придется против тех, кого они считали друзьями. А мне предстоит сразиться с тем, кого до безумия любила.

Битвы, после которых останется привкус тлена во рту и огромная пустота.

— Все или ничего, — положила Анна руку на мое плечо.

Я не ответила, лишь отстраненно кивнула.

— На позиции! — скомандовала Заган.

Охотники рассредоточились по указанным пунктам, а я, Заган, Белиал и Агарес направились к возвышающемуся над домами огромному древу. Призраки, бродившие по улицам, значительно замедляли наш путь, ибо приходилось тратить энергию на щиты.

— Слишком тихо, — приглушенно заговорил Агарес.

— Мы идем в ловушку, так что… — усмехнулась Анна и, резко остановившись, к чему-то прислушалась.

Мощный выброс энергии ощутили физически. Это походило на то, словно содрогнулась земля, воздух и сами небеса.

— Началось разрушение врат.

От тона, которым Анна это произнесла, у меня кольнуло сердце. Предчувствие чего-то плохого накрыло с такой силой, что я неосознанно схватила ее за руку.

— Так страшно, что хочешь, чтобы тебя за ручку подержали? — ехидно подметила охотница, скептично выгнув бровь. — Я думала, ты здесь единственная кто больше не испытывает страха.

— Я… — пронзительный взгляд, которым я прожигала Белиал, заставил ее почему-то улыбнуться.

— Все будет хорошо.

От этой простой фразы стало только хуже.

— Опаздываете, — слышится надменный голос Артема.

Он, Данталион, Ориас и Альбина вышли из теней, преграждая нам путь к древу-врат.

— Начнем? — развел руки в стороны Данталион.

Легион адским войском хлынул из-за их спин, но был встречен ответным.

— Ты же не думал, что я подчиню только несколько легионов Асмодея? — спрашиваю, не скрывая злорадной усмешки. — Единственный, кого Астарот не сможет почувствовать, несмотря на обладание кольцом — это мой король.

— А вот теперь начнем! — прорычала Заган, сорвавшись с места. — Предателям не ходить по этой земле! — обрушила она на Данталиона меч.

Анна взяла на себя Баала, Агарес Ориаса, а меня атаковала отступница.

— Поиграем Софи-и-ия, — весело протянула Альбина, вращая в руках секиры.

— Уйди с дороги!

— Невежливо игнорировать свою соперницу, Македа, — притворно-обиженным голосом прошипела змея. — Я все никак не могла понять, что же Влад нашел в тебе. Простая, заурядная, слабая девица. Знаешь, а ведь я предупреждала его. Говорила ему оставить мысли о Македе, но он не слушал, отчаянно пытался отыскать тебя и наконец нашел. Однако получил не то, что так долго хотел, — возликовала она.

Уверена, мои нынешние чувства к Владу, а вернее, их отсутствие, доставляют ей немало удовольствия.

— Я не Македа, — холодно отвечаю.

— И да, и нет, — равнодушно произнесла отступница, медленно повторяя за мной каждый шаг. — Ты Македа, потому что все еще любишь его где-то в глубине прошлых воспоминаний, именно поэтому ты не смогла его убить, когда тебе представился хороший шанс. Но и не она, потому что ты не смогла его вспомнить. Влад приоткрыл завесу и все же в твоем сердце уже другой. Тогда я и подсказала ему выход. Заключить сделку с Астаротом. Отдать душу за желание.

— Дрянь, — с ненавистью выплюнула я, атакуя Альбину.

От скрестившейся стали посыпались искры. Отступница размахнулась и нанесла удар, нацеленный мне в грудь, но клинки, пропитанные энергией Асмодея, метнулись навстречу тяжелой двухлезвийной секире, толстое стальное лезвие покрылось глубокими трещинами и в ее руках осталось лишь жалкое подобие некогда мощного оружия.

— Я и Влад ощутим небывалый восторг, когда ты, наконец, исчезнешь, — с истерическим смехов воскликнула отступница. — Ты уже сделала свой выбор, отказалась от воспоминаний, чем изменила судьбу, а значит, в следующей жизни вы не встретитесь, осталось сделать так, чтобы и в этой исчезла, — ликовала змея, отражая удары.

Она на полном серьезе желает мне смерти. И не просто желает, жаждет собственноручно забрать мою жизнь.

Подпитывая свою энергию силой Асмодея, я наносила отступнице яростные удары, но слишком часто пропускала ее атаки, в попытке нанести смертельную рану.

— Падшие! — предупредила Заган, увернувшись от сверкнувшего острия катаны Данталиона.

Потеряв на секунду бдительность, получила мощный удар ногой, который впечатал меня в стену стоящего рядом здания. Но вместо того, чтобы попытаться добить меня, отступница рванула к окруженной падшими и Баалом Белиал.

— Анна! — закричала я, бросившись вслед за альбиноской.

Отпрянув в сторону, Белиал успела увернуться от серьезного ранения, получив незначительное, вот только отступница уже была за ее спиной. Я подоспела в последний момент, скрестив с Альбиной оружие. Острие меча, как и секиры, вонзились в тела, нанося смертельные раны.

— София! — воскликнула Анна со смешанным оттенком страха и ужаса, подхватив меня под руки, прежде чем я рухнула на землю. — Дрянь! — прорычала охотница, швырнув в отступницу меч, словно копье, с такой силой, что ее припечатало к земле.

— Ох, какая жалость, — раздался лицемерно-жалобный голос Альбины в стороне, а та, другая, предположительно добитая Анной, растворилась дымкой.

— Использовала тень вместо себя? — прошипела Белиал, одним мощным ударом отбросив падших огненными цепями.

— Честность не мой конек, — ликующе оскалилась отступница.

— В этом случае мы с тобой похожи, — прошептала ей на ухо, с силой вонзив клинок в спину, пронзив сердце. — Тень, подаренная тебе Астаротом, не укрылась от взора Асмодея, — резко рванула я рукоять.

Альбина, с застывшим непониманием и недоверием в глазах, рухнула на колени, захлебываясь кровью.

— Разве забыла? — обернулась к оцепеневшей Анне. — Если я когда-нибудь решусь отнять чью-то жизнь, сделаю это собственноручно.

— София, — с облегчением и победной улыбкой на губах выдохнула охотница.

— Это не принадлежит тебе, — сорвала с бьющегося в агонии тела отступницы цепочку. — Но не переживай, я верну ее хозяину.

— Даже наша смерть не остановит разрушение врат. Вы заведомо проиграли, — спокойно произнес Баал.

— Поэтому вы решили переметнуться на сторону Влада? — с леденящей вкрадчивостью спрашивает Агарес.

— Не Влада — Астарота, — ответила я. — Влад отдал свою душу демону за сделку, в нем не осталось больше ничего от того, кого вы знали. Они переметнулись на сторону древнего духа, ибо и сами продали свои души.

К этим отступникам впору проявить жалость. Они поддались соблазну заполучить несбыточное и заплатили за это самую страшную цену — свои души. Без нее услады мира уже неважны, а получив желаемое они не смогут этим насладиться, ведь больше не испытывают тех чувств человечности.

— Дальше ты не пройдешь, — направил на меня копье Баал.

— Твой противник — я! — преградила ему путь Анна. — София поторопись! Верни кольцо и Алекса обратно.

Прежде чем Баал атаковал, я исчезла в огненном росчерке портального камня и оказалась напротив древа-врат, половина которого уже была иссушена и мертва.

Алекс, прикованный к стволу древа, находился без сознания. Мои тени Астарота поблизости не чувствовали.

Оглядываясь по сторонам и крепко сжимая рукояти мечей, я осторожно приблизилась к охотнику.

— Алекс! — похлопала его по бледному лицу.

Его тело не регенерировало, раны продолжали кровоточить, даже земля пропиталась багрово-красным. Замедленное сердцебиение, еле ощутимое дыхание.

Он умирал!

Поднявшись на ноги, я с размаху разрубила цепь и, аккуратно придерживая его голову, опустила Алекса на землю.

— Ты так сильно хочешь его спасти? — раздался безразличный голос Астарота.

Мои тени по-прежнему его не чувствовали, что значит — древний дух полностью завладел своим сосудом!

— Я не дам тебе погибнуть, — шепнула Алексу на ухо.

Подняв брошенное оружие, медленно обернулась к Владу.

Привычно голубые глаза оказались полностью черными, губы кривились в безумной улыбке.

— Знаешь, почему тебе меня не одолеть? — спрашиваю его, но продолжаю, не скрывая иронии: — Не потому, что Асмодей избрал меня своим сосудом. Ты, Астарот, лично выкопал себе могилу, когда заключил сделку с Владом. Ты обязан исполнить его желание, а значит, не сможешь меня убить.

— Это было до того, как мальчишка надел на свой палец кольцо, — с издевкой ответил он и так стремительно оказался рядом, что я еле увернулась от острой стали меча, блеснувшей в паре дюймов от моего лица. — Эта оболочка почти разрушена. Как только древо-врат полностью иссушится, я получу их силу. Скоро оба мира склонят передо мной колени! — ликующе провозгласил демон.

Но силу кольца без сознания Влада он не может использовать, иначе уже бы призвал легионы, иначе уже бы попытался лишить меня печати!

— Я могу дать тебе выбор. Этот сосуд более не спасти и душу его вернуть никто не в силах. Но у того паренька еще есть шанс на спасение. Забирай охотника и уходи или останься и умри вместе с ними.

Потянувшись к силе Асмодея, провела энергию в оружие.

— Стало быть, ты выбрала смерть.

Сражаться в одиночку с древним духом сродни самоубийству. Поглощенная энергия усиливала атаки, однако Астарот был куда быстрее и сильнее.

В такой ситуации Анна бы сказала: уж лучше погибнуть в бою, чем преклонить колени перед демоном. Но я не могу сдаться!

— Асмодей! — призвала духа.

Демон явился все в том же обличие Ориона, нанося молниеносные удары противнику. Я удерживала контроль, несмотря на то, что теперь появилась большая вероятность попасть под влияние Асмодея. Но яростное сражение продолжалось. Астарот отражал все атаки и наносил ответные, достигающие своей цели. Все же навыков вести духа в бою у меня почти нет.

В один из моментов, оттолкнув меня назад, Асмодей получил сильный удар мечом, острое лезвие которого насквозь пронзило духа, однако сложилось такое ощущение, будто это я получила рану. Стиснув зубы, сделала резкий выпад, непрерывно нанося удары, покуда демон пытался вытащить меч, что держал руками Асмодей, не позволяя вырвать его из собственного тела.

Резко рванув оружие в сторону, он почти пополам перерезал моего духа, в считаные секунды оказался рядом и занес руку для удара. Увернуться не представлялось возможным, я лишь успела выставить скрещенные клинки, приготовившись к смертельному удару. Но его так и не последовало.

Тонкие красные нити, обвивавшие руки Астарота, не давали ему пошевелиться. Резко обернувшись, увидела Алекса, стоящего на коленях в кругу огненной пентаграммы, что вытягивала из него остатки жизненной силы.

— Алекс, остановись! — протестующе закричала я.

Он не сможет долго сдерживать Астарота. Нельзя медлить, нельзя упустить подаренную им возможность. Я должна!.. Должна закончить эту битву!

— София! — в прежних глазах Влада отразилась мольба. — Ты не можешь забрать мою жизнь!

В горле встал ком, горячие слезы прокладывали дорожки по щекам. Это не Влад, только оболочка без души, и говорит не он, а демон. Но! Но… он все еще выглядит как Сол!

— Ты не должна забирать мою жизнь, — в отчаянии взмолился Влад, бросив взгляд в сторону Алекса.

Прежде чем я с криком вонзила в него меч, меня опередил сам Влад, со словами Алекса:

— Ей и не придется.

Вскинув руки, оплетенные нитями, Астарот вонзил в свою грудь меч и мир в это мгновение будто застыл. Нити исчезли, Алекс без чувств повалился на землю, вслед за ним рухнул и Влад.

Сдерживая рвущиеся рыдания, приблизилась к Астароту, сняла с его пальца кольцо и вложила в ладонь цепочку с двумя ключиками.

— Прости меня, Сол, — всхлипнула я, надев на свой палец кольцо.

Печать Влада тонкой сверкающей нитью вернулась в артефакт, безболезненно и быстро. Но после этого вены в разрушенном Астаротом теле окрасились в черный, кожа медленно покрывалась трещинами, прямо как тело Марины, что я видела.

Мощная волна, отразившаяся от древа, прошлась по всей округе, ураганом снося все на своем пути. Небо, окрашенное кровавой луной, затянулось черными тучами.

Бросившись к вратам, увидела хранителя сквозь трещины в стволе древа, он все еще был жив, я чувствовала слабое сердцебиение, но его поглощала тьма.

— Как мне это остановить! — закричала в панике, пытаясь дотянуться к Ивалису. — Кто-нибудь…

— Помоги мне! — скомандовала Анна, начав разламывать кору дерева голыми руками.

— Белиал?! — устремила на израненную охотницу оторопелый взгляд.

— Быстрее!

— Д-да, — спохватилась я. — Но врата разрушены, а Иваныч не просыпается! — в отчаянии воскликнула, разламывая кору.

— Знаешь, почему метаморфы бессмертны? — спросила Анна, схватив руку Ивалиса, и продолжила, понимая, что ответ мне не известен: — Они связывают себя с родственной душой, и как только связь окрепнет, прожитые годы асуры проживают и метаморфы, — пояснила она и, резко размахнувшись, пронзила кинжалом возложенную на ладонь Ивалиса свою собственную.

Густые струйки крови стекали по острию оружия, окропляя собой землю.

— Анна!

— Но асура не только помогает ему прожить вечность. Она приносит себя в жертву, если разрушаются врата.

— Только не говори мне, что ты…

— Родственная душа Ивалиса, — улыбнулась Белиал.

— Подожди! — протестующе вскрикнула, ухватив ее за руку. — Должен быть другой способ!

— Врата восстановятся, с вами все будет в порядке, София.

От счастливой улыбки и слез охотницы, которые я видела впервые, у меня защемило в груди.

— Нет! Ты не можешь уйти, — отрицательно покачала головой и срывающимся голосом продолжила, по-прежнему крепко сжимая ладонь охотницы: — Мы ведь только поладили. Я… я ведь даже еще не извинилась за ту пощечину!

— Анна, — тихо позвал ее по имени Ивалис.

Бушующий ветер резко стих, время вокруг нас будто замедлило свой ход, а тьма, окутавшая хранителя, начала отступать.

— Почему все должно быть именно так?! — обреченно закричала я.

— Не должно, — охрипшим голосом произнес Влад, с силой оттолкнув Анну, тем самым разорвав установленную ею связь.

И прежде чем Белиал бросилась на отступника, тот схватил упавший кинжал и пронзил им свою и Ивалиса ладонь.

— Неужто позабыла? Ты не единственная родственная душа хранителя, — улыбнулся он совсем как мальчишка, светло и добродушно, как делал это в прошлом. — Прости, что облажался, — виновато произнес Влад, рухнув на колени, и, переведя на меня полный благодарности взгляд, хрипло сказал, сжав в ладони цепочку с ключиками: — Ты вернула мою душу, спасибо тебе за это. Надеюсь, в следующей жизни нам посчастливится встретиться хорошими друзьями.

Яркая вспышка и мощный воздушный поток заставили зажмуриться и вскрикнуть. Казалось, сейчас рухнут небеса, а земля разверзнется под ногами. Но в какой-то момент буря стихла, а моего плеча коснулась чья-то рука.

— Смотри, — шепнула Анна.

Вскинув взгляд на древо, увидела Ивалиса, а рядом стоящего Влада.

Его призрак, на губах которого играла слабая улыбка, а на шее покоился медальон в виде двух ключиков, слабо отсвечивающий золотым мерцанием.

Когда хранитель приблизился и протянул руку, я просто по инерции вложила пальцы в его ладонь. Но с земли поднялась не я — Марина. Держа за руку ее призрак, он подвел проводницу к древу.

В последний раз бросив теплый взгляд на лежащего без сознания Алекса и улыбнувшись мне, она ушла вслед за хранителем и Владом, что растворились в ярко-белесом свете врат.

Я, Анна и подоспевшие охотники увидели, как из города начал исчезать Некрополь, возвращаясь на свое прежнее место, а улицы наполнились ликующими криками охотников, что праздновали победу.

Но вместо того, чтобы испытывать облегчение и радость, я, охваченная страхом, бросилась к лежащему на земле охотнику.

— Алекс! — опустилась перед ним на колени. — Алекс, прошу тебя, очнись!

— София, — от прикосновения Альберта к своему плечу вздрогнула. — Слишком поздно, его не спасти. Жизненная энергия почти иссякла.

— Нет! — с силой оттолкнула от себя охотника. — Он не умрет!

— Просто позволь ей попрощаться, — тихо произнесла Заган, уводя за собой Альберта.

— Попрощаться? Да вы, должно быть, шутите. Я не собираюсь больше ни с кем прощаться! — яростно закричала, с силой сжав руку Алекса.

Он не может умереть. Я не могу позволить этому случиться, только не снова!

Я, как и Алекс, была на грани смерти, тогда меня спас Асмодей. После принятия печати мои раны зажили, в тело вернулась энергия.

«Он не избранный», — послышался ровный голос духа.

— Пока в моей власти кольцо, ему и не нужно быть избранным, — быстро заговорила, потянувшись к силе артефакта.

Тонкая сверкающая нить, исходившая от разбитого камня в кольце, где находились три части кристалла, медленно обвивала руку Алекса. С его губ сорвался болезненный крик, когда яркая вспышка от кристалла растворилась в ладони, а на коже появилась спираль.

Быстро заколотившееся сердце охотника вдруг остановилось и когда мое собственное пропустило удар, его вновь медленно забилось. Энергия стала восполняться в теле, а раны медленно затягиваться.

ЭПИЛОГ

— На этом тренировка окончена, хорошо поработали, — улыбнулась я, развеяв энергоматерию оружия.

— А ты уверена, что они доживут до настоящего боя с такими-то тренировками? — ненавязчиво поинтересовалась Анна, наблюдая, как последний из десяти стоявших на ногах повалился на пол, тяжело дыша.

— Конечно, — простенько киваю в ответ.

— Да ты еще хуже, чем я в свое время, — шумно выдохнула Белиал.

Проигнорировав ее замечание, я, подхватив свою сумку, направилась в соседний зал.

— Ты к Алексу? — окликнула охотница.

— Да.

— Передавай от меня привет.

— Как всегда, — согласилась, не оборачиваясь.

Воспользовавшись портальным камнем, я в считанные секунды оказалась перед домиком, окруженным лесом. Знойное летнее солнце сбрасывало свои жаркие лучи на кроны елей, наполняя воздух ярким ароматом зелени.

— Закончила работу? — вышла на крыльцо Заган, прикрывая рукой глаза от солнца.

— У меня была тренировка с новичками, — ответила ей, войдя в дом, и, поднявшись на второй этаж, направилась в комнату Алекса, где оказался зачастивший к нам гость.

— Вам еще не надоело приходить сюда, Иваныч? — спрашиваю осторожно.

Не дай бог задеть этого капризного метаморфа, житья же никому не даст.

— Не надоело, — фыркнул старик, злобненько так на меня поглядывая.

— И почему вы такой обидчивый, — недовольно запричитала, укоризненно качая головой.

— Кто это тут обидчивый? — последовало разобиженное.

— Ну-ну, — бросив сумку в кресло, я присела на край кровати рядом с Алексом. — Как он?

— Как и последние пятнадцать лет, — похлопал охотника по ладони хранитель, — спит.

— Показатели немного нестабильны, — нахмурилась я, внимательно посмотрев на пульсоксиметрический монитор.

— Да, сегодня он очень неспокойный, — разделил мое беспокойство Иваныч.

Прошло пятнадцать долгих лет. В тот день печать Астарота приняла тело Алекса в качестве своего сосуда, однако он так и не очнулся, по сей день находясь в коме. Нам не удалось его разбудить. Хранитель говорил, что так на него повлияла печать, ведь Алекс не был избранным. Но мне было все равно.

Пусть он и продолжает спать, зато жив. Я неустанно убеждаю себя в том, что поступила правильно, продолжаю контролировать духа, не давая ему повлиять на сознание Алекса. Всем сердцем веря в то, что придет день, и он очнется.

Мы одержали победу в сложной битве, которая могла разрушить оба мира, однако забыть о ней никто не в силах. Эбиг и Вернин получили заслуженное наказание. Они были изгнаны на иную сторону мира. Луцкий возглавил двух других верховных советников, которые, как выяснилось, действительно не имели никакого отношения к деяниям Эбиг.

Чистильщики все еще устраняют последствия той битвы. В сети иногда появляются заснятые на камеру обрывки сражения, но никто увиденному не верит. Работники отслеживают тех, кто может раскрыть секрет, что мы так отчаянно таим от людей, и с помощью завесы заставляют их забыть.

Артем, Роман и Александр погибли в том сражении, ведь их тела были полностью разрушены духами, а печати все еще находятся в кольце. Для них так и не нашлось сосудов. Хотя, может быть, это и к лучшему. Я же дала клятву на крови перед основателями, в которой говорилось, что не стану использовать кольцо против обоих миров и останусь его хранительницей.

Жасмин наконец отринула свои чувства к Алексу, хотя, думаю, это диктовалось его состоянием, но азиатка утверждала, что не смогла бы соперничать с той, кто ни разу не утратила надежду на его пробуждение. За прошедшее время она сильно изменилась. Стала ответственной и сдержанной, всецело посвящала себя тренировкам и теперь помогает Фенексу и Зепару с обучением новоприбывших.

А Диане все же удалось заполучить Дмитрия. Необычная пара в лице охотника и суккуба теперь работает в главном штабе, куда перевели на более высокую должность и Эштил.

Что касается моих старых знакомых, пять лет назад я слышала, что отец Макса лишил его наследства и отправил в какое-то захолустье. Светка работает секретарем в маленькой компании, и повышение ей явно не светит, университет она так и не окончила. Антона, несмотря на его мольбы, отправили работать на север, впрочем, даже там, где не так часто возникают проблемы с падшими, от него мало пользы.

Шикову завербовал Савьен, теперь Алина горбатится далеко не на доброго начальника, разрабатывая экстракты для контроля энергии.

Мой отец узнал правду. Мне пришлось рассказать. Ведь как ни посмотри, а странно, что твоя тридцатисемилетняя дочь выглядит на двадцать. Асуры, стоит их энергии пробудиться, старятся в десятки раз медленнее людей, а некоторые из нас проживают больше трехсот лет.

Я боялась раскрывать свою тайну и до слез была благодарна отцу, когда он воспринял новость на удивление понимающе, сказав, что с самого начала знал, какая я особенная. Конечно, эта особенность на асуру не распространялась. Думаю, без Иваныча здесь не обошлось.

Ближе к вечеру, после окончания работы, я навещаю могилы своих родителей и Влада. Подолгу сижу и разговариваю о всяких мелочах.

А семь лет назад мне пришлось поменять паспорт, что делал каждый охотник в свое время. В обществе тяжеловато ходить молодым, имея с собой документы, которые не соответствуют твоей внешности. К слову, у меня уже три диплома об окончании разных университетов, и на четвертый меня что-то не тянет. Поэтому я перешла работать в здание «Ikintoxo», помогая Луцкому с новенькими охотниками.

Мы продолжаем оберегать жизнь и спокойствие людей от иной стороны мира.

— На сегодня и завтра моя работа окончена, так что можете вернуться в Некрополь, — обернулась к Иванычу.

— Ты меня что же, выпроводить пытаешься? — насупился старик.

Святой леший, снова он за старое.

— Делайте что хотите, — сдалась я. — Приготовлю чай.

Выйдя из комнаты, направилась к лестнице, когда почувствовала укол боли. Кольцо на пальце потеплело, а из комнаты донесся громкий голос хранителя и участившийся писк медицинского оборудования.

Влетев обратно в комнату, бросилась к кровати Алекса. Показатели на пульсоксиметрическом мониторе зашкаливали.

— Извлеки печать! — приказал Иваныч, удерживая трясущееся тело охотника.

— Но…

— Скорее! — перебил хранитель.

Сжав руку Алекса, я потянулась к силе кольца. Тонкая сверкающая нить медленным потоком возвращалась обратно в артефакт, а спираль на ладони охотника меркла, пока полностью не исчезла.

Но стоило кристаллу вернуться в кольцо, как по монитору побежала ровная линия, возвещая об остановке сердца.

— Алекс! — в ужасе закричала я.

— Что происходит? — ворвалась в комнату Заган и, увидев случившееся, срывающимся голосом произнесла: — Не… может быть… но почему вдруг…

— Нечем… дышать… — послышался осипший голос охотника, перебивший Наташу.

Отпрянув от Алекса, на которого навалилась, рыдая у него на груди, ошарашено уставилась в его открытые глаза.

— Ты… но… монитор… — попыталась я совладать с собственными мыслями, не зная, радоваться тому, что он очнулся, или ужасаться тому, что он очнулся, но пульса у него нет.

— Глупая девчонка! Ты сорвала с его пальца пульсоксиметрический датчик, — гаркнул Иваныч, тряся перед моим носом этим самым датчиком.

— Нашего хранителя чуть было удар не хватил, — хихикнула Заган и, приблизившись к Алексу, сжала его руку. — Давно не виделись, — улыбнулась она.

— Это ж насколько давно? — чуть шокировано выговорил охотник, рассматривая Наташу.

Да, за это время она выросла из своего кукольного образа и вполне себе выглядит на двадцатилетнюю девушку. Правда, теперь, процесс старения замедлится еще сильнее, как это бывает с каждой асурой достигающей двадцати-тридцати человеческих лет.

— Сколько я проспал? — перевел на меня взволнованный взгляд Алекс.

— Пятнадцать лет, — погладила его по лицу, не сдерживая слез. — Ты спал очень долго, — всхлипнула я.

— Энергия почти полностью восстановилась, — ликующе возвестил Иваныч, рассматривая тело охотника. — Должно быть, печать не давала тебе очнуться по этой причине. Когда я разрушил источник энергии у тебя, София, ты жила как обычный человек, а твой разрушенный Астаротом источник заставил твое тело погрузиться в долгий глубокий сон, — пояснил метаморф

— У нас впереди десятилетия. Мы обязательно наверстаем упущенное, — сквозь слезы улыбнулась, прижав ладонь Алекса к своей щеке.

— И постараемся прожить счастливую жизнь, — улыбнулся он в ответ.

Конец

Content

Анна Терешкова
Избранные Ориона

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ГЛАВА 31

ГЛАВА 32

ГЛАВА 33

ГЛАВА 34

ГЛАВА 35

ЭПИЛОГ