Каттнер Генри

Неприятности на Титане

Глава I

Фон Цорн встревожен

Всякий раз, когда фон Цорн, глава «Фильмов девяти планет» сталкивался с трудностями, он привычно приказывал всем включить видеофоны и звонить Энтони Куэйду. Видеофоны гудели и сейчас. Вообще-то, на самом деле, они пронзительно визжали. Телефонный номер Куэйда с ревом разносился по всему напуганному и частично оглохшему Лунному Голливуду.

Покачиваясь в кресле за большим стеклянным столом, фон Цорн подскочил от негодования.

— Ты не можешь так со мной поступать! — крикнул он в микрофон, а его редкие усики встопорщились от гнева. — Я знаю, ты слышишь меня, Куэйд! Это вопрос жизни и смерти! Куэйд!

Стайка встревоженных секретарш невольно вздрогнула, когда босс повернулся к ним.

— Приведите Куэйда! — завопил он. — Приведите мне Куэйда! Вы только и делаете, что стоите с разинутыми ртами. Я…

Фон Цорн замолчал, его лицо загорелось от одной нехорошей мысли. Переключая видеофон на личную частоту, он неприятно улыбнулся.

— Я заставлю его прийти! — пробормотал он. — Я… О, здравствуйте.

На экране перед фон Цорном появилось чье-то лицо. Он переговорил с человеком на том конце провода. Лицо на экране кивнуло и мрачно улыбнулось.

После этого фон Цорн откинулся на спинку кресла и приказал принести ему выпить.

— «Девять планет» на краю банкротства, — проворчал он в стакан, — а Куэйд бегает от меня. Я его уволю! Он будет в черном списке по всей Системе! Но только после того, как выполнит работу.

Тем временем, Тони Куэйд, удобно расположившись на кресле в «Лунной чаше», слушал, как оркестр в центре метеоритного кратера, играет впечатляющие начальные ноты «Звездной симфонии». Из карманного видеофона в пиджаке доносились едва слышные пронзительные вопли.

Широкоплечий Куэйд усмехнулся и поудобнее расположился в мягком кресле. Сидящая рядом Кэйтлин Грэгг улыбнулась в тусклом свете, и он подумал, что сегодня она прекраснее, чем когда-либо.

Ее можно было лишь похвалить за то, что она возненавидела титул «Любимица всей Системы», которым ее окрестил восторженный рекламный отдел. Она стала одной из самых ярких звезд «Девяти планет», и Тони Куэйд был в нее влюблен.

— Привет, глупышка, — лениво пробормотал он. — Кажется, ты чем-то встревожена. Что-то случилось?

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — прошептала Кэйтлин.

— Конечно, фон Цорн названивает всего лишь полчаса.

Крики из карманного видеофона были слишком громкими, понял Куэйд, широко улыбнулся и положил руку на спинку кресла Кэйтлин.

— Пусть покричит.

— Наверное, дело очень важное, Тони.

— Я на отдыхе, — сказал Куэйд. — Снимать «Парад звезд» было тяжело. Мне нужен перерыв. Кроме того, эта ночь слишком хороша, чтобы тратить ее на болтовню с фон Цорном.

— Да, ночь, действительно, хорошая, — согласилась девушка.

Она осмотрелась. Они сидели на верхнем ряду «Лунной чаши». Бесчисленные длинные ряды кресел под ногами спускались к далекой платформе в центре, где свет разноцветных прожекторов скрестился на оркестре.

За верхним рядом сидений находился Лунный Голливуд, самый странный город в Солнечной системе. Чудо Лунного Голливуда исчезало не скоро даже для тех, кто бывал тут регулярно. Мегаполис-сад располагался на дальней стороне земного спутника в гигантской долине, называющейся Большим Кратером.

Тут киностудии построили себе город, омываемый искусственным океаном стерильной атмосферы и укрепленный электромагнитными гравитационными полями, генерируемыми в пещерах под ним. Вдалеке бледно светился «Серебряный скафандр» и широкий, ярко-освещенный Лунный бульвар, тянущийся мимо него к валу Кратера…

…откуда сверху на Куэйда с Кэйтлин внезапно обрушился столб света. Ослепленные, они подняли глаза, но ничего не увидели. Затем, без всякого предупреждения, Куэйд поднялся в воздух и полетел к звездам.

Кэйтлин невольно попыталась схватить его за ногу, но не успела.

— Тони! — не понимая, что происходит, вскрикнула она.

— Меня держит гравитационный луч, — раздался откуда-то сверху раздраженный голос Куэйда. — Я могу высвободиться, но тогда сломаю себе шею. — Голос превратился в далекий шепот. — Я убью фон Цорна…

Потом Куэйд почувствовал под ногами твердый металл.

Луч потерял силу. Проморгавшись, Куэйд осмотрелся. Он оказался в нижнем шлюзе полицейского корабля. Офицеры в черной форме откатили огромные антигравитационные линзы. Человек с нашивками капитана убрал палец с кнопки, закрывающей шлюз, и оценивающе посмотрел на Куэйда.

— В чем дело? — сердито спросил Куэйд.

— Прошу прощения, сэр. Мы искали безбилетника с лунного корабля. Вы подходите под описание.

— Меня зовут Куэйд. Кажется, вы даже не взглянули на мои документы.

Капитан бесстрастно посмотрел на него.

— Документы могут быть липовые, знаете ли. Рисковать нельзя. Если вы действительно Тони Куэйд, мистер фон Цорн сможет вас опознать.

— О, да, — прошипел Куэйд сквозь стиснутые зубы. — Да, он сможет! А вот кто потом опознает его самого…

Спустя пять минут он уже был в кабинете фон Цорна. Босс оторвал глаза от сценария и холодно кивнул.

— Скажите им, кто я такой, — уставшим голосом сказал Куэйд. — У меня свидание.

— Все не так просто. Ты либо Куэйд, либо безбилетник с лунного корабля. Если ты Куэйд, то мне надо с тобой поговорить.

— У меня свидание. К тому же, я увольняюсь.

Фон Цорн не обратил внимания на это замечание.

— Если ты не Куэйд, то отправишься в тюрьму. — Он взглянул на капитана, и тот кивнул.

Куэйд обдумал свое положение. Разумеется, он сможет выбраться из тюрьмы без особых проблем, но на это уйдет несколько часов. Кроме того, ему стало интересно, что же все-таки случилось. Наверное, что-то очень серьезное.

— Ладно, — сказал он. — Я Куэйд. А теперь прикажите своей марионетке убраться отсюда.

Фон Цорн довольно кивнул, махнул капитану рукой и подвинул Куэйду коробку зеленых, ароматных лунных сигар. Куэйд демонстративно зажег свою сигарету и уселся в кресло из стекла и кожи.

— Выкладывайте.

Но фон Цорн не спешил начинать рассказ. Он взял сигару, свирепо откусил кончик и поднес спичку.

— Юделл погиб, — наконец, сказал он.

Куйэд удивился и погасил сигарету.

— Вот бедняга. Где это случилось?

— В Поясе Астероидов. В его корабль врезался метеор. Он возвращался с Титана. Патрульный корабль недавно закончил буксировку обломков.

Куэйд кивнул. Он видел Жака Юделла всего пару раз, но эксцентричный старичок, являвшийся гением в своей области, успел ему понравиться. Ученый, ставший режиссером, потряс Систему своими картинами — например, «Пылью», сагой о кочующих марсианских племенах.

— Так вот. — Фон Цорн тыкал сигарой в воздух после каждого предложения. — Нужно закончить то, что начал Юделл, Тони. В прошлом месяце он послал мне бандероль и письмо. В бандероли был контейнер с пленкой. Я просмотрел ее. Он снял зоналов.

— Это делали и до него… по крайней мере, пока в этом был смысл. Они же недочеловеки какие-то, верно? История о зоналах вряд ли кого-то заинтересует.

— Это самая странная раса в Системе. Ты когда-нибудь видел хоть одного зонала? Если увидишь, то не поверишь собственным глазам! Юделл совершил чудо — у него получился отличный сюжет. Зоналы согласились принять участие в съемках. Причем осознанно!

— Невероятно.

— Да. Но Юделлу это удалось. Он отснял одну катушку и послал ее мне вместе со сценарием. Хорошая вещь. Из нее выйдет настоящий хит. Я купил фильм, основываясь только на первой катушке. Мне пришлось выложить приличную сумму. Я уже приказал напечатать рекламные плакаты. Теперь поздно идти на попятную.

— Юделл не закончил фильм?

Фон Цорн покачал головой.

— Он по какой-то причине решил вернуться и прихватил с собой еще две готовые катушки, но в его корабль попал метеор. Юделл при этом погиб. Пленки, разумеется, испорчены. Юделлу не хватило ума положить их в сейф. — Фон Цорн переломил сигару пополам. — Я купил фильм, заплатив большие деньги. Но Юделл был единственным, кто знал, как заставить зоналов работать перед камерой. Понимаешь, в чем загвоздка, Тони?

— Вы хотите, чтобы я закончил фильм? Легче легкого. Почему бы просто не подделать остальную часть фильма?

— Я не смею так поступить, — откровенно признался фон Цорн. — В рекламе сказано, что в фильме снимаются только настоящие зоналы. Будет очень много шума, если мы воспользуемся роботами, и могу лишь представить, что скажет Джерри Карлайл.

Куэйд зло усмехнулся.

«Живололовка» Карлайл, выдающаяся межпланетная исследовательница, являлась единственным уязвимым местом фон Цорна, его ахиллесовой пятой.

— Она судится со мной, — громко вздохнув, сказал фон Цорн. — Из-за клеветы. Обвинила меня в том, что мультфильм «Джерри Мурри» клеветнический.

— А что, разве не так? — спросил Куэйд.

Этот мультсериал, выставляющий Джерри Карлайл любознательной венерианской мурри с вытаращенными глазами, понравился всем, кроме самой Джерри. Она даже устроила приличных масштабов бунт в меркурианском кинотеатре Фромана, когда узнала на экране себя.

— Мы не будем обсуждать эту… этот… — Фон Цорн прокашлялся и тихо закончил фразу, — эту кралю. Хочешь увидеть, что наснимал Юделл?

— Почему бы и нет, — вставая, согласился Куэйд. — Может, я догадаюсь, как ему удалось заставить зоналов работать на камеру.

— И догадывайся побыстрее, — мрачно сказал фон Цорн, — иначе нам всем несдобровать.

Глава II

Путешествие на Титан

Следующим утром Куэйд отправился в космопорт, чтобы осмотреть разбитый корабль Юделла, который привезли несколько часов назад. Фон Цорн поехал вместе с ним, и Кэйтлин, в последний момент учуявшая нечто интересное, намертво прицепилась к локтю Куэйда.

Куэйда не очень радовало ее присутствие, хотя он не мог понять, что именно вызывало смутную тревогу. Такое ощущение охватило его не впервые. Увидев разбитый корабль и представив опасности, который могли там дремать, Куэйд узнал знакомое предчувствие беды.

— Видишь, глупышка, тут нет ничего страшного, — нетерпеливо сказала Кэйтлин, когда они вошли в огромную дыру с рваными краями, на месте которой когда-то была обшивка корпуса.

Небольшой шестиместный корабль страшно искривился и изогнулся от удара метеора, пробившего рубку насквозь. Тела космонавтов уже извлекли, но остальное пока не трогали.

— Все равно мне это не нравится, — встревоженно сказал Куэйд. — Лучше бы ты подождала снаружи.

— Еще чего! — скептически воскликнула Кэйтлин и пригнула кудрявую головку, чтобы заглянуть внутрь. — Тут ничего нет. Не будь трусом, Тони. Чего мне бояться?

— Откуда мне знать? Я только знаю, что куда бы ты ни пошла, там происходит что-то нехорошее. Лучше отойди и дай взглянуть мне.

Но Куэйд тоже ничего не нашел. Даже внимательный осмотр внутренностей корабля мало чем подкрепил ощущение того, что тут случилось нечто посерьезнее тривиального столкновения с метеором. Единственное, что показалось ему подозрительным, — полнейший хаос в корабле.

Бутылки, приборы, датчики, казалось, разбились сильнее, чем должны были, учитывая характер катастрофы. Мебель превратилась в щепки не только в рубке, но и во всех остальных отсеках корабля.

— Непонятно, как метеор мог причинить такой ущерб, — медленно сказал Куэйд. — Выглядит так, словно… — Он поколебался. — Словно Юделл и его люди напились до зеленых чертиков и принялись крушить все подряд. Но тут нет ни следа попойки.

— Кислородное опьянение? — предположил фон Цорн.

Куэйд осмотрел баллоны.

— Нет, не похоже на это. Они даже не израсходовали весь кислород для спасения собственных жизней. Взгляните — они могли закрыть рубку воздухонепроницаемыми переборками и открыть кислород. Или, по крайней мере, надеть скафандры. Наверняка у них было на это время. Чутье мне подсказывает…

Фон Цорн повертел в руках неповрежденные контейнеры с пленкой, испорченной воздействием внешней среды.

— Что? — спросил он. — У тебя есть теория?

— Так, одна мысль, только и всего. Юделл и навигатор были не в своем уме, иначе они бы не столкнулись с метеором. Взгляните на это — автоматические репульсоры разбиты вдребезги. Вот что стало причиной катастрофы.

— Не в своем уме? — медленно переспросил Фон Цорн. — Космическая депрессия?

— Охватившая сразу всех? Вряд ли! Вскрытие уже делали?

Фон Цорн кивнул.

— Отчет должен быть уже готов так, что можем его посмотреть, если хочешь. — Он яростно пожевал сигару. — Если бы выжил хоть один человек! Нам в руки попал сценарий будущего хита, но Бог знает, сможем ли мы когда-нибудь им воспользоваться.

Кэйтлин сунула голову в искривленный дверной проем. Она слегка побледнела.

— Тони, это действительно выглядит ужасно. Я только сейчас поняла… что прежде не видела кораблей, столкнувшихся с метеорами.

— Давайте вернемся к видеофону, — решительно сказал Куэйд. — Надо узнать результаты вскрытия.

Он прошел через полурасплавленный люк, и остальные проследовали за ним в местное отделение Патруля. Фон Цорн назвал свое имя, поэтому хватило минутного разговора с начальством. На экране появился худой человек в белом халате. Он представился.

— Вы нашли что-нибудь необычное? — спросил Куэйд.

Человек на экране покачал головой.

— Ну, во всяком случае, не то, что можно было ожидать. Их убило столкновение с метеором, если хотите это знать. Но… — Он заколебался.

— Что «но»?

— Мы обнаружили необычные антитела, — неохотно сказал доктор. — Это что-то новенькое. Следов вируса я найти не смог. По-видимому, на экипаж напала какая-то болезнь. Их организмы выработали антитела, каких я никогда раньше не видел. С нервной тканью тоже случилось что-то странное. Кроме того, немного изменилась клеточная структура.

Фон Цорн сунул голову к экрану.

— Но что это за болезнь? Нам нужно это знать. Они были в сознании, когда в корабль врезался метеор?

— Думаю, что нет. Кажется, Юделл с командой подхватили на Титане какую-то местную болезнь. Возможно, ту же, что превратила зоналов в идиотов.

— Мне надо самому слетать на Титан, — медленно сказал Куэйд. — А если мы будем работать в скафандрах, то все равно заразимся?

— Думаю, вирус не сможет проникнуть через металл или стекло. Но учтите, это всего лишь мое мнение. Существуют фильтрующиеся вирусы, знаете ли. Однако, судя по антителам, мне кажется, если не снимать скафандры снаружи корабля, то риска нет.

— Это будет непросто, — ответил Куэйд, — но все лучше, чем заболеть.

— Мы проверили разбитый корабль, — сказал человек на экране. — Ни следа каких-либо необычных болезнетворных бактерий или вирусов. Мы протестировали образцы протоплазменных культур и не нашли ничего, кроме обычных вирусов, присутствующих повсюду. Простите, но больше мне нечего вам рассказать.

— Ничего страшного, — ответил Куэйд. — Спасибо. — Он выключил видеофон. — Ладно, значит, нам придется снимать «Сыновей Титана» в скафандрах.

Кэйтлин заметно встревожилась.

— Мне… мне это не нравится, Тони. Разве тебе обязательно…

— Такой фильм нельзя оставлять незаконченным, — объяснил Куэйд. — Я посмотрел пленку, присланную Юделлом. Великолепное зрелище. Трагедия зоналов — одна из самых грустных историй во всей Системе. Историки считают, что когда-то они были высоко цивилизованной расой, но что-то разрушило их мозги. Теперь они похожи на животных. Если я сумею закончить «Сыновей Титана», у нас будет по-настоящему хороший фильм — как «Трава», «Челн» и «Пыль» вместе взятые. Конечно, если я пойму, как заставить зоналов играть. Они играли для Юделла — причем превосходно. Они идеально вжились в роли. В этом и заключается главная загадка, Кэйтлин. Зоналам даже не хватает ума укрываться от дождя.

— Может, это подделка? — спросила девушка.

— Нет, — твердо ответил фон Цорн. — Это не роботы. Юделл сделал из… из полных идиотов первоклассных актеров. Вопрос в том, как ему это удалось?

— Возможно, так же, как и вам с этим новым певцом, которого вы взяли на главную роль, — с сарказмом предположил Куэйд и посмотрел на листок бумаги. — Я нашел это на корабле Юделла — тут записано, что он собирался закупить в Лунном Голливуде. Наверное, вот почему он покинул Титан — у него закончились необходимые вещи. Давайте посмотрим. Зачем ему нео-кураре?

— А что это такое? — спросил фон Цорн.

— Производное от кураре. Яд, парализующий двигательные нервы. Я не знал, что у зоналов есть нервы.

— Их нервная система атрофирована, Тони. М-м… А что еще есть в списке?

— Кусконидин, соль Монселя, натрий сульфорицин, барестезиометр, линзы, фильтры, запчасти для камеры — Юделл не собирался покупать каких-либо специальных медицинских препаратов. Однако, в космосе нужно регулярно пополнять аптечку. Изменения катаболизма[1] и многое другое. Словом, нужны различные лекарства…

— Мне кажется, — резко перебил фон Цорн, — это как-то связано с группой зоналов, напавших на команду Юделла. Это было какое-то отверженное племя. Их было очень трудно ранить, они казались неуязвимыми. Нео-кураре — быстродействующий яд, не так ли? Ну… вот вам и ответ. Специальные патроны против конкретного племени, на случай, если они нападут снова. Юделл, наверное, собирался смазать пули ядом.

— Возможно, — ответил Куэйд.

Он заколебался, нажал кнопку видеофона и вызвал своего помощника Вольфа. На экране появилось узкое лицо голубоглазого юноши.

— Привет, Тони. Что случилось?

— Операторский корабль готов к взлету?

— Конечно.

— Ну, сначала надо будет кое-что докупить. Сфотографируй список.

Куэйд приложил листок Юделла к экрану.

— Готово, — через пару секунд сказал Вольф.

Фон Цорн выхватил список и впился в него глазами. Внезапно он издал страдальческий вопль волка, которому вспороли брюхо.

— Подожди, Тони! — отчаянно завопил он. — Надо кое-что изменить! Тут написано венерианский кошинель по сто долларов за пинту. Возьмите красный заменитель. Он почти такой же, и нам не придется…

— Я хочу, чтобы все было точь-в-точь, как в списке, — понятно? — сказал Куэйд в видеофон. — Смотри, ничего не забудь.

Получив удар по бюджету, фон Цорн развернулся к Кэйтлин Грэгг.

— А потом он, наверное, захочет алмазные линзы и радиевую краску для световых эффектов. А также тридцать с чем-то видов концентрированных водостойких красок… которых даже не будет видно на пленке!

— Зоналы проводят много времени под водой, — терпеливо объяснил Куэйд. — А съемки под водой в неземных условиях дело непростое. Чтобы получить идеальную четкость подводных кадров, придется поэкспериментировать с красками, специальными фильтрами и линзами.

— Ты заказал столько красящего порошка, что хватит на весь Тихий океан, — простонал фон Цорн. — По крайней мере, на озеро Эри. Почему Юделл так и не смог найти нужную краску перед тем, как расторгнуть контракт?

— Расторгнуть контракт? — изумленно спросила Кэйтлин. — Он не…

— Но он ведь погиб, не так ли? — прорычал фон Цорн и зашагал прочь, чтобы сорвать злость на какой-нибудь начинающей звезде, — предположил Куэйд, — не опасной начинающей звезде.

А Куэйд принялся готовиться к экспедиции.

Глава III

Съемочная площадка

Шестой спутник Сатурна Титан был негостеприимно холодным. Он не получал тепла от планеты, потому что средняя температура на поверхности Сатурна не превышает ста восьмидесяти градусов ниже нуля. Но на Титане есть несколько вулканически активных зон, и в одной из таких, посреди гейзеров и испускающих пар озер, находится единственное человеческое поселение на Титане — Новый Макао, ревущий пограничный город.

Большая часть спутника осталась неисследованной. Тут есть континенты, острова и страшно холодные моря, огромные глубины которых не замерзают благодаря приливным силам Сатурна. Карты спутника, в основном, пустые, содержат только очертания континентов и несколько найденных радаром ориентиров. Вулканические регионы разрабатывали около двух десятков шахтерских компаний.

Экватория, материк размером с Африку, протянулся с сорок пятого градуса северной широта до тридцать второго южной. Юделл четко обозначил на карте местоположение своего лагеря, примостившегося в долине рядом с экватором на задворках Дьявольских пустошей, широкого горного пояса длиной четыреста пятьдесят километров, пересекающего линию экватора.

Куэйд посадил блестящий корабль яйцевидной формы с прозрачным носом на восьмикилометровую равнину явно вулканического происхождения. Из каменной поверхности вырывались струи гейзеров. Над долиной высились скалы, покрытые снегом.

Посреди равнины стояло несколько лачуг, но признаков жизни видно не было. Хотя воздух тут и был пригоден для дыхания, Куэйд, вспомнив о загадочном вирусе, разрешил снимать скафандры только в корабле. Более того, в шлюзах он приказал установить обеззараживающие ванны, чтобы все члены команды погружались в них при входе в корабль.

— Мы не далеко от Нового Макао, не так ли? — спросил Вольф, а в его глазах появился задумчивый блеск, когда он через прозрачный корпус окинул взглядом долину.

— Не-а, — ухмыльнулся Куэйд. — Мы на противоположной стороне спутника. А что? Хочешь выпить?

— Вроде того.

— Лучше держись подальше от выпивки Нового Макао, — серьезно сказал Куэйд. — Знаешь, что такое плазмозин? Это ткань, которая не дает клеткам тела отделяться друг от друга. Один глоток местного марсианского абсента, и плазмозина больше нет. Ты буквально развалишься на части. В общем, не советую.

— Ого! — воскликнул Вольф с округлившимися глазами. — Круто, надо попробовать.

Куэйд усмехнулся и взглянул на панель приборов.

— Странно, — внезапно сказал он.

— В чем дело?

Вольф посмотрел туда же, куда и босс. Стрелка одного прибора подергивалась.

— Радиация, да?

— Да. Но непонятно, какого вида. Счетчики Гейгера молчат, значит, либо не могут зарегистрировать излучение, либо оно слишком слабое, чтобы причинить вред. — Куэйд стал нажимать какие-то кнопки. — Радиация усиливается к югу. Перед посадкой мы пролетели над большим кратером, не так ли?

— Все верно. И он не был вулканическим. Его образовал метеорит. Думаешь, он радиоактивен?

— Возможно. Но это не походит на обычную радиацию. Сейчас проверим. — Куэйд произвел какие-то манипуляции. — Альфа, бета и гамма излучений не зарегистрировано. Наверное, оно слишком слабое, чтобы причинить нам вред, но пусть проверит еще кто-нибудь. Как насчет того, чтобы выйти из корабля? Надень скафандр, Вольф.

Пока встроенные системы кондиционирования не привели температуру в норму, Куэйд с Вольфом потели в скафандрах снаружи. Стало гораздо комфортнее. Куэйд распорядился взять в экспедицию легкие скафандры, рассчитанные на защиту от холода и отравленной атмосферы, а не громоздкие усиленные бронированные костюмы для работы при большом давлении. Сатурн стоял почти в зените. Куэйд взглянул на планету с кольцами и прищурился, несмотря на то, что свет был тусклым, хоть и странно мощным.

— Придется использовать фильтры, — заметил он.

Мембраны в сферическом прозрачном шлеме давали возможность разговаривать. Использовать рацию в атмосфере Титана было необязательно.

Под ногами хрустела губчатая пемза. С запада донесся грохот ломающего льда, съехавшего с заснеженных вершин. Затем наступила тишина. В долине ничего не шевелилось. Куэйд прикрыл ладонью глаза от света Сатурна и пригляделся.

— Там озеро, — сказал он. — А зоналы любят воду. Начнем оттуда.

Поверхность Титана представляла собой бледную пустыню, и водоемы резко контрастировали с ней. Озеро образовывало овал полуторакилометровой длины. Оно кипело и пузырилось ярким светом — неудивительно, что Юделл собирался экспериментировать с красками! Растительная жизнь создала на воде островки. В озеро постоянно что-то происходило, через каждые несколько секунд под поверхностью появлялось чье-то крупное блестящее тело и очень быстро исчезало в глубине.

Куэйд остановился на некотором отдалении от берега. Он помнил, что тут жило племя опасных зоналов. Вообще, согласно новостям из Макао, таких кочующих групп было несколько, — они переходили от моря к озеру и от озера к реке в поисках легкой добычи. Но, в основном, зоналы вели себя вполне дружелюбно.

А в этом озере…

— Тони! — закричал Вольф. — Смотри!

В нескольких метрах от них из воды высунулась голова. Круглая, покрытая шерстью голова, как у тюленя. Глаза были большими и круглыми, а рот на вытянутом лице — широким, расхлябанным и безгубым. Но, несмотря на сходство с животным, форма лба и размер черепной коробки подсказывали, что у создания должен быть высокоразвитый мозг.

Куэйд с Вольфом не шевелились. Вода забурлила пузырями, и зонал пошел к берегу. Когда вода стала доходить лишь до колен, он остановился и тупо уставился на людей.

Тело существа походило на человеческое, а стремительные очертания и гладкая шерсть придавали ему неожиданную грацию. Рост зонала не превышал полутора метров. Перепончатые руки и ноги были огромными.

Из глаз зонала вылетели струи воды. Затем он нагнулся и ненадолго опустил голову в озеро. Вольф невольно попятился назад.

— Не бойся, — тихо сказал Куэйд. — У него полые глазные яблоки — на них натянута непрозрачная мембрана, как на литаврах. У зоналов нет хрусталиков. В центре мембраны есть отверстие, пропускающее свет, а полость должна быть всегда заполнена водой. Получается своеобразная линза. Впрочем, у зоналов превосходное зрение. И… взгляни на эту штуку на спине!

Наполнив глаза водой, зонал быстро распрямился, но Куэйд с Вольфом успели заметить летательный мешок — огромную штуку в форме сосиски, выглядящую, как горб.

Хрящевой выступ с одной стороны мешка внезапно дернулся. И зонал, заскучав в компании людей, исчез.

Вольф поморгал, глядя туда, где еще мгновение назад стоял зонал. Знавший, чего ожидать, Куэйд поднял глаза. Создание, похожее на корабль обтекаемой формы, быстро летело метрах в десяти над землей. Куэйд указал на зонала помощнику.

— Ого! — воскликнул Вольф. — Словно блоха. Как он это делает?

— Так же, как и кальмар, — объяснил Куэйд, глядя, как зонал камнем падает на землю.

В трех метрах над кучей обломков засохшей лавы, амфибия остановилась в воздухе, затем плавно опустилась и спокойно осмотрелась.

— Кальмар?

— Или каракатица. Они выталкивают воду из специального мешка — используют старый, как мир, реактивный принцип. Только зоналы подошли к этому научно. Мешки на их спинах выглядят непрочными, но, на самом деле, они очень крепкие. Внутри находится газ, постоянно обновляемый и состоящий из воздуха, пара и смеси химикатов из их крови. Когда зонал хочет взлететь, то выпускает струю с тем же эффектом, что и космический корабль.

— Впрочем, у них гравитационных экранов, — заметил Вольф.

— Верно, экранов нет, — улыбнулся Куэйд. — О, наш друг вернулся.

Зонал пролетел по воздуху, как пуля. Оказавшись рядом с людьми, он выпустил газ из мешка на спине, остановился и плавно сел на землю меньше, чем в метре от них.

— Интересно, Юделл научил их английскому? — пробормотал Куэйд и медленно протянул руку. — Привет. Мы друзья — понимаешь? Мы друзья.

Зонал осторожно дотронулся до металлической перчатки Куэйда гибким пальцем, затем аккуратно взял ее перепончатой рукой, внимательно осмотрел, поднес ко рту и сильно укусил.

Куэйд вскрикнул, отдернул руку и потер укушенное место. Зонал, кажется, растерялся, дернул плечами, словно пожал ими, затем перелетел на кучу обломков засохшей лавы, где сел на корточки, чтобы все обдумать. Тем временем, из воды рядом с берегом высунулся десяток голов.

— Кажется, ты говорил, что они не опасны, — заметил Вольф.

— Так и есть, — неуверенно ответил Куэйд и пошевелил пальцами. — Ай! Это было просто… любопытство.

— Ну, и что будем делать дальше?

— Для начала разгрузим оборудование. Установим камеры. Зоналы могут немного подождать, мне надо пораскинуть мозгами.

Куэйд надеялся, что говорит не так растерянно, как ему казалось. Надеялся, что Юделл все-таки чему-то научил амфибий, хотя, судя по всему, те были глупее обезьян, — причем намного. Но это не сочеталось с размером их черепных коробок. Казалось, что в этих головах, покрытых гладкой шерстью, прячется разум… и Юделл сумел их заставить использовать его. Но как?

— И, правда, как?

Глава IV Катастрофа

Куэйд собрал компактный двухместный катер, являющийся миниатюрной копией гигантского корабля, на котором они прилетели, и располагающий примерно тем же набором оборудования. Катер представлял собой передвижную лабораторию с камерами и прожекторами, способными направляться из прозрачного носа под любым углом. Во время полета катер находился в специальной нише внутри большого корабля, но теперь стоял на лавовой равнине неподалеку, готовый к взлету.

Прошло уже три дня, но Куэйд так и не решил задачу. Он не смог пробиться через стену непонимания, отгораживающую зоналов от любых достижений. Пару раз ему показалось, что он добился некоторого прогресса с первым зоналом, которого Вольф непочтительно называл Летуном. Но Летун, хоть и был крайне любопытным, но улетал в небо всякий раз, когда Куэйду казалось, что прорыв уже близко.

Сейчас Куэйд надевал скафандр в огромном корабле с камерой. Он решил обследовать окружающую территорию на катере, надеясь, что обученные Юделлом зоналы просто куда-то ушли. Заснеженный хребет не являлся для них преградой, потому что они перелетали через него, словно птицы.

Вольф с усталым видом оперся на стол, заваленный экспериментальными агрегатами.

— Может, возьмешь меня с собой, Тони? — спросил он.

— Тебе лучше оставаться здесь и следить за тем, чтобы все работало, как надо, — ответил Куэйд.

— Что ты имеешь ввиду?

— Послушай, я понимаю тебя. Все готово для съемок. Мы можем начинать в любое время…как только заставим зоналов играть. Надо найти какой-то способ… — Натягивая скафандр, Куэйд задел шкаф и в следующее мгновение ловко поймал упавшую с него бутылочку. — Нео-кураре. Еще рано его разбивать. Возможно, я сам им воспользуюсь, если мне придется вернуться к фон Цорну без фильма.

— Тони, — напряженно сказал Вольф. — Кажется, я вижу Кэйтлин Грэгг.

— Что?!

Куэйд неуклюже развернулся и уставился в долину через прозрачный корпус корабля. Неподалеку стоял гиросамолет, и из него медленно вылезала стройная фигурка в блестящем скафандре. Действительно, это была Кэйтлин.

— Черт… — прошипел Куйэд и пошел клюку.

На полпути он вспомнил про нео-кураре и торопливо сунул бутылочку в самозастегивающийся карман скафандра. Под ногами хрустела пемза. Куэйд увидел, как гиросамолет взлетел и направился к горной гряде. Кэйтлин быстро шла к нему, но в ее взгляде была определенная нерешительность.

Куэйд остановился перед девушкой. Она улыбнулась.

— Привет, Тони.

— Что ты тут делаешь? — спросил Куэйд. — Или я должен сам угадать?

— Так мило, что ты спросил, — заметила Кэйтлин и дернула носиком в сторону Сатурна. — Мне просто надоело бродить по Лунному Голливуду…

— И ты решила заскочить и поздороваться? — закончил за нее Куэйд. — Ну, теперь ты можешь развернуться, попрощаться и полететь домой.

— Как?

Куэйд посмотрел вслед улетающему гиросамолету.

— А как ты сюда добралась?

— Села на корабль, летевший в Новый Макао, и доплатила пилоту, чтобы он высадил меня здесь.

— Ладно, — смягчился Куэйд. — Видишь двухместный катер? Ты сядешь в него, и я отвезу тебя обратно в Новый Макао, где посажу на корабль, направляющийся на Луну. Понятно?

— Ну уж нет, — ответила Кэйтлин и побежала.

Куэйд ловко поймал ее, поднял дрыгающую руками и ногами фигурку и донес до катера. Затем усадил и повернулся к Вольфу, шедшему следом.

— Вернусь, как только смогу. Следи тут за всем.

— Ладно. Привет, Кэйтлин, — любезно сказал Вольф. — И пока.

Он закрыл люк и ушел. Куэйд молча повернулся к пульту управления и поднял корабль в воздух. Но Кэйтлин, стоящая рядом, вовсе не молчала. Закончила она на том, что разорвала помолвку и назвала Куэйда мерзким.

— Конечно, я мерзкий, — согласился Куэйд. — Но это моя работа, и мне кажется, тут опасно. Я знаю, что смогу со всем справиться. Но все равно не хочу, чтобы ты была рядом. Во-первых, ты будешь меня отвлекать, а, во-вторых, я все еще не знаю, что убило Юделла.

— Ха, — фыркнула Кэйтлин. — Эй! За нами кто-то летит.

Куэйд увеличил изображение на экране заднего вида.

— А, это Летун, — сказал Куэйд. — Один из зоналов. Долго преследовать нас он не будет.

Но это предсказание оказалось неточным. Летун держался на хвосте километров тридцать, пока не скрылся из виду вдали. После этого, кроме безжизненных циклопических вершин Дьявольских пустошей, ледяных и неприветливых в бледном свете Сатурна, ничего видно не было.

Все случилось с ужасающей внезапностью.

На кораблях много средств безопасности, но их эффективность основывается на том, что на борту есть умелый оператор, находящийся в сознании. В мастерстве Куэйда сомневаться не приходилось, но, к несчастью, он вырубился, когда катер столкнулся с мощным, словно циклон, порывом воздуха, пришедшим с Дьявольских Пустошей. Разогретый гейзерами воздух над долиной встретился с ледяной атмосферой Титана и создал страшный вихрь.

Катер развернуло боком, и Куэйд врезался в пульт управления. Он ударился головой о шлем, и ему стало все равно, что корабль падает.

Кэйтлин мало что могла поделать с этим, хотя пыталась изо всех сил. Ее завалило кучей оборудования так, что она не могла встать, однако, заодно это спасло ее от серьезных травм, когда корабль упал в воду, подняв тучу брызг.

Маслянистая светящаяся жидкость поглотила нос корабля. Рыба странной формы подплыла, чтобы заглянуть внутрь, и выпучила от изумления глаза. Затем поспешно исчезла.

Корабль опустился на дно. Кэйтлин, наконец, выбралась из-под завала и дошла по наклонившемуся полу до места, где лежал Куэйд. На голове у него выступила кровь, Кэйтлин быстро сняла шлем и воспользовалась аптечкой, чтобы оказать первую помощь. Но Куэйд упорно не желал приходить в сознание.

У Кэйтлин было два варианта действий. Вернуться на катере в лагерь или вызвать помощь. Она попробовала и то и другое, результат оказался отрицательным в обоих случаях. Пульт управления был сломан, гравитационные пластины — погнуты или поломаны.

Катер не подлежал восстановлению. Рация представляла собой гору обломков. Телекамера развалилась на части, некоторые бутыли с концентрированной краской сорвались с места и разбились, поэтому пол был залит желто-розовой жидкостью.

Кэйтлин посмотрела вверх через прозрачный нос корабля. Затем пришла к выводу, что озеро, на дне которого они лежали, было не очень глубоким. Если выплыть на поверхность… в герметичном скафандре это будет легко. Но как насчет Тони?

Ладно, за десять секунд он не утонет. Девушка наполнила оба костюма кислородом, затащила Куэйда в шлюз и закрыла внутреннюю переборку, бесплодно надеясь, что, раз в корабле остался воздух, то он всплывет сам, чтобы с него можно было легко снять все ценное оборудование. Кэйтлин открыла внешний люк, и поток воды сбил ее с ног. Каким-то образом, она сумела удержать Куэйда.

К счастью, корабль лежал на дне под таким углом, что кислород в скафандрах легко вытолкнул их из шлюза. Куэйд, все еще находясь без сознания, пустил пузыри. Запаниковав, Кэйтлин еще сильнее стиснула его руку, и они, как ракеты, вылетели на поверхность озера, залитую ясным, холодным светом Сатурна.

Куэйда вырвало из рук девушки. Она поморгала и быстро осмотрелась. Он плавал в паре метров от нее лицом вниз. Лежа животом на воде, Кэйтлин подгребла к нему, положила голову Куэйда на сгиб локтя и неуклюже поплыла к берегу.

На поверхности озера появилось несколько существ с гладкой шкурой. Они оценивающе посмотрели на девушку. Они отличались от тех зоналов, с которыми Куэйду уже доводилось сталкиваться. Головы у этих были плоскими, а челюсти — более массивными.

Им не хватало доброго, человечного вида первых зоналов. Но эти зоналы не стали нападать на Кэйтлин, за что она была им очень благодарна. Наконец, она добралась до берега и вытащила Куэйда из воды.

Лежа без сознания, он не успел наглотаться воды. Кэйтлин отдышалась и села рядом с ним, ослабев от облегчения и борьбы за жизнь. Затем осмотрелась.

Они оказались в кратере примерно трехкилометрового диаметра, окруженном нависающими пиками и ледниками, которые, казалось, были готовы сорваться катастрофической лавиной с крутых склонов. В самой середине кратера находилось маленькой озеро. Повсюду виднелись выходящие из земли струйки пара — гейзеры.

Под ногами, как обычно, хрустела окаменевшая лава, создавая запутанный лабиринт неправильных форм. Вдалеке Кэйтлин различила большой, черный, едва заметно поблескивающий купол. Но не смогла понять его природу.

Тем временем зоналы полукругом подплыли к попавшей в беду парочки. Амфибии вышли из воды, ручьями стекавшей с них, и стало понятно, чем еще они отличаются от зоналов Куэйда. Мешки на спинах этих зоналов были сморщенными и атрофированными.

Кэйтлин засомневалась, что эти создания безобидны. Она с ужасом посмотрела на длинные изогнутые когти на перепончатых лапах и страшные, похожие на бивни зубы, которые зоналы оскалили, оттянув губы. Если бы Кэйтлин была одна, то не стала бы дожидаться, когда амфибии подойдут еще ближе. Но сейчас рядом с ней без сознания лежал Куэйд. Ни у него, и ни у нее не было оружия.

Зоналы медленно подошли ближе. Они явно ведут себя угрожающе, подумала Кэйтлин. Зоналы зарычали. Можно было не сомневаться, что этих зоналов Юделл не приручал.

Кэйтлин поспешно поискала взглядом оружие, но нашла только приличных размеров кусок застывшей лавы. Подняв его, она встала и принялась ждать.

Зоналы вышли на берег и начали окружать людей. Их рычание стало громче. Одна амфибия была ближе других. Кэйтлин увидела, как этот зонал согнул покрытые шерстью ноги и весь напрягся, готовясь к прыжку.

Кэйтлин бросила в него камнем.

Амфибия с легкостью увернулась. Затем двинулась вперед, а остальные зашагали следом.

Но тут раздался чей-то крик. Затем яростно щелкнул кнут. Грубый голос снова что-то прокричал. Зоналы заколебались… а Кэйтлин быстро оглянулась через плечо и увидела, что к ней приближается какая-то гигантская фигура, одетая в лохмотья. Рыжие волосы с седыми прядями торчали во все стороны. Лицо человека было повернуто к зоналам, а мощные широкие плечи говорили об огромной силе.

Кнут снова щелкнул. Человек прокричал еще раз.

С рычанием, зоналы начали отступать. Затем внезапно развернулись и убежали в озеро. Человек подождал, пока амфибии не скрылись в воде, и повернулся к Кэйтлин. Он молча посмотрел на нее, держа в руке свисающий на землю кнут.

Что-то в его внешности заставило девушку содрогнуться. Его лицо было суровым, но не лишенным грубой привлекательности. А вот в холодных черных глаза было… что-то тревожное, хотя они ничего не выражали и походили на куски угольно-черного мрамора.

— Меня зовут Майло Шерман, — сказал человек и взглянул на лежащего без сознания Куэйда.

Когда Кэйтлин открыла рот, Шерман остановил ее поднятой ладонью.

— Поговорим по дороге. Зоналы весьма опасны. — Он неприятно засмеялся. — Меня они боятся, но я не хочу рисковать. Идемте. — Гигант нагнулся, взвалил Куэйда на плечи и пошел к блестящему куполу, который Кэйтлин заметила пару минут назад. — А теперь рассказывайте, — скомандовал он.

Кэйтлин объяснила, что с ними случилось.

— Понятно, — сказал Шерман, пока они обходили лавовый выступ. — Вам не повезло. Однако, пока вам ничто не угрожает. Вон там мой замок, видите?

В пятнадцати метрах впереди возвышалось здание, куполообразное строение высотой с шестиэтажный дом. Казалось, оно было построено из какого-то блестящего черного вещества, и через равные промежутки усеяно круглыми отверстиями. Шерман шел вперед, прямо к голой стене.

Нет — не совсем голой — в ней виднелось двухсантиметровое отверстие. По мере приближения людей, отверстие начало расширяться, пока не стало широким проемом.

Кэйтлин переступила через порог. Проем сузился за ними, как сфинктер. Девушка оказалась в большом помещении, пустом, за исключением аппарели, ведущей к дыре в потолке. На стенах светился ряд блестящих точек.

Шерман поднялся по аппарели. Кэйтлин пошла следом, чувствуя тревогу, вызванную какой-то неизвестной угрозой. Помещение наверху было еще больше, его тоже освещали блестящие точки на стенах. Оно было завалено всяким хламом — столами, стульями — некоторые из них были сломаны — большая часть просто проржавела.

— Это то, что мне удалось вытащить с разбившихся кораблей, — сказал Шерман.

Он подошел к углу, положил Куэйда в небольшое углубление в полу и бросил кнут в сторону. Куэйд опустился на несколько сантиметров, словно продавил надутый матрас.

— Ну что ж, можете снять шлем, — холодно сказал Шерман. — Чувствуйте себя, как дома. Вы пробудете тут всю оставшуюся жизнь — поскольку из этой долины нельзя выбраться!

Глава V

Опасная долина

Кэйтлин с понурым видом села на ржавый стул, заскрипевший под ней. Ее холодные пальцы действовали неуклюже, пока она снимала шлем, сдувала скафандр и расправляла волосы.

— Нельзя выбраться? — переспросила девушка. — Но ведь можно залезть…

— Попробуйте, — предложил Шерман, — но вы добьетесь только того, что устанете. Нас окружают ледники. И они часто обваливаются. Пытаясь перелезть хребет шесть лет назад, я сломал руку.

— Шесть лет назад?!

— Я живу тут уже семь, — сказал Шерман. — Я последний выживший с корабля «Пустельга», разбившегося при вынужденной посадке в Дьявольских Пустошах. При аварии выжило только трое — наш врач, я и еще один патрульный. Их могилы находятся неподалеку от замка. — Глаза Шермана оставались холодными. — Я пробыл тут уже семь лет, и зоналы постепенно перестают бояться меня. Они размножаются быстрее, чем я их убиваю. У меня осталось восемь патронов — нет, девять. — Он помахал старомодным пистолетом.

— Но съемочная команда будет нас искать.

— Не забывайте, мы застряли в крошечной долине посреди горного массива протяженностью четыреста пятьдесят километров. И, судя по вашим словам, друзья не знают, где искать. Им известно лишь то, что вы где-то на Титане. — Шерман заколебался. — Я забыл кое-что рассказать. Вам нужно срочно сделать прививку. Иначе вы сойдете с ума и умрете.

— Что? — поморгала Кэйтлин.

— Чума, как вы говорите, убившая Юделла и его команду. Она чуть не прикончила нас, пока врач не догадался, в чем дело. Вы уже заражены.

— Это невозможно, — сказала девушка. — Если только мы не подхватили болезнь после аварии.

— Вы были заражены еще до того, как высадились на Титане, — мрачно сказал Шерман. — Вирус — это белок, который есть в организмах всех человекоподобных существ, включая зоналов. Обычно он никак не проявляет себя и, соответственно, не причиняет вреда. Но под влиянием определенного вида радиации вирус становится зловредным.

— Ничего не понимаю.

Выяснилось, что Шерман много общался с врачом, пока тот не умер. Он рассказал Кэйтлин про болезнь под названием табачная мозаика — про то, как растение, страдающее от обычной мозаики, может внезапно стать жертвой более страшной формы — акухи, — вызываемой изменением структуры молекул растения.

— Вот так все и обстоит, — сказал Шерман. — Где-то на этом континенте лежит метеорит, испускающий лучи, превращающие спящий, безвредный вирус в смертельную болезнь. Именно это сделало зоналов такими глупыми. — Тут он заметил, что Кэйтлин побледнела. — Не тревожьтесь так сильно. Я все еще жив, как вы видите. Перед смертью наш врач успел создать лекарство. В крови у зоналов есть антитела… которые способны дать человеку иммунитет против вируса. К сожалению, антитела развились у зоналов слишком поздно, не успев спасти их от деградации. Вчера я приготовил новую партию сыворотки — так что пойдемте со мной, и я сделаю вам прививку.

— Но… как же Тони…

— Тут он будет в безопасности. Зоналы не смеют заходить в замок.

Кэйтлин прошла за Шерманом через еще один сфинктер. Она подумала о Вольфе с командой. На них тоже действует радиация метеорита — которая со временем убьет их, если не поставить прививки.

Но когда Кэйтлин сказала об этом Шерману, он только пожал плечами.

— Мы тут, словно в тюрьме. У нас нет ни рации, ни какого-либо другого способа связи. Ваш корабль покоится на дне и к тому же больше не способен летать. Так что… — Он взял шприц. — Вы с вашим другом — как его зовут, Куэйд? — будете тут в безопасности, если зоналы не убьют нас. Сюда они не войдут.

— В это строение? А кто вообще создал его?

— Зоналы, — ответил Шерман. — Давным-давно. До того, как на спутник упал радиоактивный метеорит, и наслал на них чуму, они были очень умной расой. Мне кажется, раньше в Экватории было много таких замков — причем превосходящих размерами этот. Впрочем, это не совсем здание. Оно живое.

— Живое? Как это возможно?

— Трудно поверить, не так ли? Думаю, в Системе нет ничего похожего на эти замки.

— Биологи, работающие на киностудии, могут создавать искусственных животных, — с сомнением сказала Кэйтлин.

— Да? Эти замки были сделаны зоналами раз и навсегда — чтобы жить в них. Как если бы кровяные тельца собрались вместе и создали человека, чтобы жить в нем. Замки всегда, как новые, кроме того жильцам не нужно электричество и система кондиционирования — тут и так все есть. Вы заметили, насколько свеж воздух внутри?

— Нет. Но сейчас чувствую.

— Так работают здешние «кондиционеры». Замки дышат — они впускают воздух, отфильтровывают вредные микроорганизмы, а также, по необходимости, меняют температуру и влажность. Окна для света тоже не нужны, их заменяют светящиеся точки на стенах.

Шприц был готов. Шерман неуклюже, но безболезненно сделал Кэйтлин укол в руку.

— Теперь вы в безопасности, — сказал он. — Вирус вам больше не угрожает. Но надо будет поставить еще несколько уколов для закрепления эффекта. Пойду сделаю укол и вашему другу. Если хотите, можете осмотреть замок… но на всякий случай не выходите наружу.

Шерман набрал в шприц еще одну дозу сыворотки и ушел.

Кэйтлин села, чтобы переждать слабость после прививки. Через некоторое время она услышала непонятный шум снаружи. Затем поспешно встала, поняла, что силы вернулись к ней, и побежала туда, где оставила Куэйда. Он все еще был без сознания, шприц лежал рядом, а к голой руке прилип комочек ваты. Шермана тут не было.

Вой зоналов прекратился. Раздался голос Шермана. Послышалось какое-то ворчание. Затем оно переросло в рев. Яростно щелкнул кнут, но шум не прекратился, хотя снизился до хриплого ропота.

Вскоре вернулся Шерман, таща за собой кнут. Его глаза были холоднее обычного, а под одним даже дергался мускул.

— Вы взбаламутили зоналов, — не останавливаясь, сказал он.

— Я взбаламутила? Как?

— С тех пор, как я тут живу, запасы пищи в озере уменьшаются. До этого, наверное, тоже уменьшалась — но только недавно количество рыбы стало ниже критической отметки. Озеро почти опустело. Неподалеку есть еще один водоем, но и там мало, что осталось. Зоналы голодны. И к тому же знают, что нами можно питаться. Я велел им идти ловить рыбу — наверняка там еще что-то осталось, — но они, разумеется, не поняли меня.

Кэйтлин побледнела. Шерман ухмыльнулся. Он прошел через сфинктер и вернулся с кнутом в одной руке и длинным ножом в другой.

— Возможно, мне придется подраться с ними, — сказал он. — Наши маленькие друзья начинают нервничать. Вот пистолет. Если я не смогу остановить их — воспользуйтесь им.

Следующие десять минут тянулись слишком долго. Кэйтлин никак не могла понять, что происходит снаружи, и только слышала сдавленное рычание и беспрестанные щелчки кнута. Куэйд простонал, зашевелился, и девушка быстро повернулась к нему, но тревога оказалась ложной.

Потом появился Шерман. Он медленно отступал, не забывая пользоваться, как кнутом, так и ножом. Зоналы с рычанием наседали на него.

— Может, мне выстрелить? — тихо спросила Кэйтлин.

— Пока не надо, — не оборачиваясь, ответил Шерман. — Подождите, пока…

Он замолчал, потому что ворчание зоналов переросло в рев. Они рванулись в замок, заставив Шермана отойти в сторону. Он взмахнул кнутом… и кнут поймали и вырвали у него из рук. Волна амфибий сбила Шермана с ног.

В следующую секунду создания были повсюду. Прежде чем Кэйтлин успела выстрелить, пистолет выбили у нее из рук. Зоналы двигались намного быстрее, чем она ожидала. Девушка отчаянно отбивалась, слыша хриплые проклятия Шермана, сражающегося с целой кучей зоналов.

Затем раздался выстрел. Амфибий охватила паника. Когда за первым выстрелом последовал еще один, они разбежались.

Это был Куэйд, вставший на ноги и метко посылающий пули в голодных зоналов. Они начали пятиться к двери, но это быстро переросло в паническое бегство. Где-то через минуту в помещении остался лишь трое человек.

Шерман неуверенно встал.

— Хорошо, что я почти не пользовался пистолетом раньше, — сказал он. — Они жутко боятся его. Но теперь у нас нет патронов.

— Кажется, я вовремя очнулся, — садясь, сказал побледневший Куэйд. — Что я пропустил? Кэйтлин…

Она все рассказала.

Глава VI

Отравленные копья

Новости были, действительно, пугающими.

— У нас нет оружия, да? — переспросил Куэйд, когда Кэйтлин закончила.

Шерман недавно куда-то ушел, но успел вернуться, чтобы услышать эти слова. Он принес несколько заостренных металлических прутьев.

— Больше ничего нет, — сказал он. — Я приготовил их уже давно.

— Копья? М-м… — Куэйд сунул руку в карман скафандра. — Нео-кураре, — достав бутылочку, сказал он. — Хорошо, что я прихватил ее. Если мы смажем им копья, то сумеем расправиться с парочкой зоналов. Яд действует очень быстро. Снаружи что-нибудь происходит?

Все было тихо. Троица встала у входной «двери». Когда сфинктер автоматически расширился, стало видно безжизненную долину. Зоналов нигде не было. Вдалеке мерцало озеро.

— Там что-то есть, — сказала Кэйтлин.

Со свистом и стуком нечто приземлилось прямо перед входом в замок. Куэйд остановил Шермана, замахнувшегося копьем.

— Подожди. Он не опасен. Это Летун, один из прирученных зоналов. Видимо, он выследил нас.

Да, это был Летун, с диким любопытством уставившийся на Куэйда и остальных. Различия между этой амфибией и зоналами долины были очень заметными. Клыки и когти деградировавшего племени никак не проявлялись у Летуна, а округлый череп говорил не только об одной свирепости, а еще и о разуме.

— Карандаш и бумагу, быстро! — крикнул Куэйд. — У нас тут почтовый голубь!

Шерман исчез. Через секунду он вернулся с небольшим металлическим цилиндром, куском проволоки и принадлежностями для письма. Куэйд поспешно нацарапал записку, сунул ее в цилиндр и осторожно подошел к Летуну.

Зонал собрался было улететь, но вдруг предположил, что рука Куэйда съедобна, и остался. Куэйд крепко держал амфибию, пока привязывал к ней цилиндр и одновременно пытался держать руки подальше от щелкающего зубами рта.

— Надеюсь, он не умеет развязывать узлы, — сказала Кэйтлин. — Как думаешь, Тони, он вернется в лагерь?

— Не знаю, — сказал Куэйд. — Может быть, он все-таки живет там. — Он отпустил зонала. — Давай, лети!

Летун потянулся к металлическому цилиндру. Куэйд прикрикнул на него и хлопнул в ладоши, амфибия испугалась и взмыла в небо. Зонал опустился на землю рядом с кучей застывшей лавы метрах в пятнадцати от замка и принялся возиться с проволокой.

Куэйд побежал к нему. Из-за кучи лавы вылезло два деградировавших зонала и подкрались к Летуну. Он заметил их слишком поздно и в следующее мгновение оказался на земле, борясь без особой отваги.

Куэйд остановился. Он не успел бы добежать до дерущихся вовремя, но все еще держал в руках отравленное копье. И метнул его в трех зоналов.

Когда отравленный наконечник задел Летуну руку, он взвизгнул. Куэйд никогда прежде не метал копья, поэтому его меткость оставляла желать лучшего.

Но Шерман прицелился гораздо лучше. Второе копье попало прямо в сердце одному из нападавших. Второй испугался и убежал.

Летун лежал на земле и не шевелился. Услышав позади шаги, Куэйд снова побежал. Его начало подташнивать. Они утратили последний шанс выбраться отсюда. Затем он что-то заметил краем глаза. Летун не умер. Он захрипел, шатаясь, поднялся на ноги и осмотрелся.

С озера донесся рев.

— Уходим, — скомандовал Шерман. — Давайте вернемся в лагерь. На открытой местности у нас нет шансов.

Летун внезапно взмыл в воздух. Куэйд увидел, как он приземлился рядом с Кэйтлин, стоящей у входа в замок. Шерман с Куэйдом слышали, как топот ног и рев зоналов за спиной становится все громче и громче. Они добежали до замка… и тут Куэйд удивился так, как не удивлялся еще никогда.

— Они пытались убить нас, да? — хрипло спросил незнакомый голос.

Куэйд взглянул на Кэйтлин, затем на Шермана. У них тоже округлились глаза. Вопрос повторился. Куэйд медленно повернулся и встретился взглядом с не моргающим Летуном.

— Это плохое место, — сказал зонал. — Нам лучше уходить.

— Он разговаривает, — не веря своим ушам, пробормотал Кэйтлин. — Он разумный, Тони!

— Разумный, — повторил Летун. — Да. Ваш язык трудный. Но землянин Юделл научил нас кое-каким словам. Научил говорить.

— Да, — прокашлявшись, сказал Куэйд. — Ты можешь говорить, это я понял. Но как? Неужели ты все это время притворялся?

— Землянин Юделл делал нам уколы, — растерянно ответил Летун.

— Так вот в чем дело! — воскликнул Куэйд. — Вот что сделал Юделл! — Он осмотрелся. — Мы не можем отсюда выбраться. Наш корабль разбился. Понимаешь?

Летун кивнул.

— Понимаю. Я приведу помощь.

— Ты знаешь, где находится лагерь?

— Знаю. Я полететь туда. Сказать людям… привести их сюда. Да.

Зонал взмыл в небо. Было видно, как его стремительная фигура мчится к ледяному барьеру. Затем Летун перелетел горы и исчез из виду.

— Пойдемте внутрь, — предложил Куэйд. — Я не хочу, чтобы зоналы съели нас до того, как сюда прилетит Вольф. — Внутри замка Куэйд раздал всем копья. — Одна тайна раскрыта, — сказал он. — Теперь со съемками «Сыновей Титана» проблем не будет. Зоналы разумные… но только если у них в крови есть нео-кураре.

— Яд? — спросила Кэйтлин. — Поясни, Тони.

— Это для нас яд, но не для зоналов. У них другая физиология. Нео-кураре не наносит им никакого вреда. Оно лишь освобождает их разум.

— Что? — спросил Шерман.

— Сейчас объясню. Ученые работают над этим довольно долго — еще с тридцатых годов двадцатого века. Они проводили опыты над собаками — научили их выполнять определенные действия по звонку колокольчика, ну, условные рефлексы, и все такое. Затем ученые ввели некоторым собакам кураре и закрепили в их мозгах другие привычки, привязанные к звонку колокольчика. Они доказали, что это две независимых друг от друга схемы поведения — обе могут срабатывать, как от одного и того же раздражителя, так и от разных. С зоналами тоже самое.

Кэйтлин заморгала.

— Это же логично, — продолжал Куэйд. — Вирус, уничтоживший культуру зоналов, задел только их разум — сделал их идиотами. Но подсознание осталось невредимым. Их потенциальные возможности никуда не делись. Хотя, разумеется, находятся в подсознании — спрятались там. Нео-кураре просто подавляет высшие разделы мозга, области, поврежденные вирусом, и выпускает подсознание на волю. И, пока оно главное, зоналы остаются разумными! Это значит, что со временем к амфибиям вернутся утраченные способности. Юделл учил и тренировал амфибий, пока они были накачаны нео-кураре. Нам надо лишь следовать по пути Юделла. Когда вернемся в лагерь, первым делом поставим всей команде прививки от вируса, а затем займемся зоналами. Думаю, нам удастся закончить «Сыновей Титана» за пару недель!

— Ты кое-что забыл, — сказал Шерман. — Один из деградировавших зоналов тоже получил дозу нео-кураре.

— Ну, копье заодно пробило ему сердце, — сказал Куэйд. — Если он мертв, ум уже не поможет. Кроме того, я хоть и не уверен, но подозреваю, что на здешних зоналов нео-кураре окажет другой эффект. Они так деградировали, что их подсознание, наверное, тоже стало звериным. Можно сказать, зоналы разделились на две расы, отличающиеся друг от друга, как человек от гиены. У нас как раз есть сейчас возможность проверить эту теорию, потому что они снова нападают. Кажется, у нас не получиться сидеть сложа руки и ждать Вольфа. Кэйтлин, наш корабль сломан, не так ли?

— Кажется, да, — с сомнением ответила девушка. — Корпус сильно помят.

— Гм… Может, мне удастся что-нибудь поправить. Стоит попробовать. Твой шлем уцелел?

Кэйтлин кивнула.

— Надеюсь, ты не собираешься выходить из замка?

Куэйд надел скафандр и защелкнул шлем на плечах.

— Собираюсь, — ответил он через мембрану. — Копья не сдержат зоналов, если нео-кураре не поможет нам, — вот это я и хочу выяснить. В худшем случае, если я не смогу починить корабль, то хотя бы возьму в каюте пару пистолетов. — Он повернулся к Шерману. — Береги ее. Удачи.

— Я иду с тобой, — приняла решение Кэйтлин.

— Шлем только один, — напомнил Куэйд. — В скафандре я буду в безопасности. Оставайся тут, пока я не вернусь, понятно?

— Ладно, — покорно ответила девушка, и Куэйд ушел.

Впервые в жизни, она сделала то, что я сказал, — подумал он на пути к озеру.

Куэйд задумал нечто очень опасное, несмотря на то, что сказал Кэйтлин. Если зоналы нападут…

Он продолжал двигаться к озеру. За ним увязалось несколько зоналов. Один побежал, Куэйд резко развернулся и бросил копье. Он не хотел убивать амфибию. Ему хотелось кое-что проверить. Острый наконечник воткнулся в ногу зонала, и тот упал на землю.

Куэйд стал ждать. Через пару минут существо с трудом поднялось. Оно оказалось за товарищами, все еще преследующими Куэйда.

Раненый зонал, хромая, побежал за другими амфибиями. Его тихое ворчание слилось с угрожающим ревом остальным. Куэйду хватило одного взгляда на искривившееся от злости лицо зонала, чтобы понять, что догадка оказалась верной.

Пожав плечами, он повернулся к озеру. Блеск металла подсказывал, где находится утонувший корабль. Куэйд вошел в воду. Светящаяся вода забурлила вокруг коленей, вокруг пояса… и через пару секунд сомкнулась над головой. Но это не имело значения. Воздух в скафандре создавали химикаты.

Куэйд увидел корабль, черную тень, похожую на большую акулу, спящую на дне. Благодаря свечению воды, под поверхностью можно было легко разглядеть даже мелкие объекты и детали. Тут он услышал шум, это значило, что зоналы бросились в погоню. Куэйд Куэйд вспомнил, что они являются амфибиями.

Они нырнули, но держались на расстоянии, пока он возился с люком. Увидев, что Куэйд исчез, они быстро поплыли к кораблю. Он взял с пояса еще одно копье и эффективно применил его.

Но после этого ему пришлось перейти на кулаки, махать которыми под водой было очень тяжело. Зоналы принялись вытаскивать его из шлюза. Куэйд вытянул руку, уцепился за рычаг и попытался удержаться. Но не смог.

Внутри корабля было оружие. Бешено отбиваясь, он сумел дотянуться еще до одного рычага. Открылся внутренний люк. Герметичный корабль на мгновение стал негерметичным, и в него хлынула вода озера, подхватив Куэйда и десяток зоналов. К тому времени, как вода успокоилась, в шлюзе была уже целая толпа амфибий, а вода стала местами желтой, а местами розовой. Эти цвета постепенно слились в один неопределенный темный цвет.

На секунду Куэйд растерялся, но тут же заметил, что на полу валяются две разбитых бутыли с концентрированной краской. Кроме того, Кэйтлин оставила свет включенным, поэтому зоналы, на мгновение потеряв Куэйда из виду, смогли быстро найти его и напасть.

Амфибии сбили его с ног и принялись рвать скафандр когтями. Он не сильно волновался из-за этого. Броня была крепкой. Но одному из зоналов, сломавшему зуб о шлем, вдруг пришла в голову замечательная мысль. Он где-то нашел обрезок металлической трубы и начал долбить ею Куэйда по голове. Амфибия работала трубой, как поршнем, поэтому сопротивление воды было минимальным, и вскоре на шлеме появилась паутина трещин.

Куэйд изогнулся, ухватился за трубу и выдернул ее из рук зонала. Затем торопливо повысил уровень кислорода в скафандре. Плавучесть резко увеличилась, он вылетел из кучи зоналов и отскочил к потолку. Амфибии тут же рванулись следом.

Именно тогда Куэйд заметил под собой ряд бутылей, укрепленных в стенных нишах…

Он разбил их. Потом, используя металлическую трубу и барахтаясь, он принялся пробиваться через толпу зоналов, пока голубая, зеленая и прозрачная краски вытекали из бутылей, придавая воде непонятный, но очень насыщенный цвет. Краска была очень концентрированная.

И, хотя каждая краска по отдельности не изменяла прозрачности воды, принцип смешивания цветов позаботился о том, что она стала мутной. Если смешать много цветов, то получится черный. Вода в корабле получилась не то, чтобы угольно-черной, но гораздо темнее тумана на обратной стороне Венеры.

Через пару секунд зоналам пришлось драться наощупь. К счастью для Куэйда, у них не было органов обоняния, стоящих упоминания, а, может, они просто не работали под водой. К тому же, амфибии не знали, где что находится, тогда, как Куэйд мог легко пройти с носа до кормы с закрытыми глазами.

Впрочем, он, и не закрывая глаз, ничего не видел. Но зоналы оказались в еще более худшем положении, поэтому Куэйд без проблем открыл шкафчик с оружием, достал пару пистолетов и выбрался из темного озера на берег. Некоторые амфибии тоже вышли на сушу и принялись бесцельно ходить кругами, беспомощно махая руками.

У них были полые глазные яблоки, а хрусталиками им служила вода. Но сейчас у зоналов в глазах была черная вода озера, поэтому они ничего не видели, и для начала им нужно было найти какую-то прозрачную жидкость!

Из озера вылезли целые орды зоналов. Они собрались в кучу и пошли к соседнему водоему. Там они, конечно, смогут вернуть себе зрение. Но на это уйдет какое-то время, поэтому Куэйд, держа в руках бластеры и лучевые пистолеты, мрачно улыбнулся и пошел к замку.

Рядом со строением зоналов видно не было. Кэйтлин с Шерманом выбежали Куэйду навстречу. Он позволил пистолетам упасть на землю.

— Подождите, я сниму скафандр, — сказал он и расстегнул молнию.

Шерман принялся с любовью заряжать пистолеты, пока Кэйтлин усердно пыталась стянуть с Куэйда шлем, забыв сначала расстегнуть замки.

— Ладно, — отстранив девушку, сказал Куэйд. — Я сам. Вот и все! Так, сейчас я расскажу, что там произошло.

Он вкратце описал события последних нескольких минут. Шерман присвистнул.

— Получается, ты ослепил зоналов! Ну, на некоторое время это их задержит. Но, как только они доберутся до чистого водоема и промоют глаза, то примутся за старое, хотя на это уйдет минут десять, а, может, и больше. Однако, теперь у нас есть пистолеты…

Шерман ловкими пальцами взял лучевой пистолет. Затем внезапно взглянул на Куэйда.

— До меня только сейчас дошло… я понял это буквально несколько секунд назад! Я же смогу выбраться отсюда! После семи лет…

Шерман пожал широкими плечами.

— Отнесу пистолеты внутрь, — сказал он и быстро ушел.

Подняв оружие с земли, гигант вошел в замок, и проход закрылся за ним.

— Дай ему время, — медленно сказал Куэйд. — А мы подождем корабль здесь.

Так они и сделали. И когда над ледниками появились знакомые обводы корпуса, Кэйтлин вздохнула и устало прижалась к плечу Куэйда.

— Все закончилось, да?

— Ага, — ответил Куэйд. — Потому что ты возвращаешься домой вместе с Шерманом. Ему надо отчитаться в штаб-квартире Патруля, и я попрошу его взять тебя с собой.

— Тони! — укоризненно воскликнула Кэйтлин. — Ты больше не любишь меня!

— Я безумно тебя обожаю, — ответил Куэйд и, не обращая внимания на что-то с жаром говорящую девушку, показал Вольфу, куда лучше сесть. — Это ты ненавидишь меня. Ты можешь снова разорвать помолвку. Можешь попросить фон Цорна, чтобы он внес меня в черный список. Можешь уйти к тому певцу. Я отлично знаю, что ты пытаешься сказать. Но ты все равно полетишь домой вместе с Шерманом. Мне надо закончить фильм! Слышишь меня?

— Конечно, Тони, — пробормотала Кэйтлин, уже придумавшая новый план. — Но я тут кое-что вспомнила. Как насчет законов планетарного карантина? Мы все заражены вирусом с Титана, и, хоть у нас есть сыворотка, мы обязаны оставаться тут еще тридцать дней… или шестьдесят? Не смотри так на меня! Я тут не причем, Тони… честно… таков закон…

Примечания

1

Катаболизм — это процесс, в ходе которого сложные вещества, в виде совокупности клеток, тканей, органов и прочего, расщепляются на более простые, (прим, перев.)

Content

Каттнер Генри Неприятности на Титане

Глава I Фон Цорн встревожен

Глава II Путешествие на Титан

Глава III Съемочная площадка

Глава IV Катастрофа

Глава V Опасная долина

Глава VI Отравленные копья

Примечания