Серж Орк

Земли Меча и Магии

Светлая Волшебница

Книга 1

Часть первая

Реал

Иранка Реми

Светлая Волшебница

Глава 1

Впервые, я увидела его в школе. Прямо посреди урока к нам в класс зашла директор и сразу подошла к классному руководителю. Пока они о чем-то шептались, поглядывая в сторону Ольки, в класс зашел высокий, молодой и очень симпатичный парень. Пройдя к парте моей соседки, которая при его виде всхлипнула и прижала руки к лицу, он начал помогать собирать ей вещи. Красные, заплаканные глаза и мрачное выражение лица только придавали ему притягательности, создавая налет таинственности и печали.

— Ребята, — обратилась учительница. — у Оли М-ской горе — ее родители разбились в автокатастрофе…

Так в моей жизни появилась первая настоящая влюбленность. Когда Олька немного отошла от траура, я стала ее доставать по поводу ее старшего брата. Кто, чем занимается, что любит.

Огромное спасибо подруге, что она не стала ревновать меня к своему брату, а помогала как могла.

Так я узнала, что Максим старается работать где и кем угодно, лишь бы обеспечивать приемлемую жизнь себе и сестре. Что он смог оформить опекунство над Олькой. Что готовит и ведет все домашнее хозяйство. Что обсуждает с Олькой ее вопросы и проблемы, помогает ей выбрать шмотки, косметику, духи…

Короче, я поняла, что влюбилась «по уши».

Как раз после моего пятнадцатилетия, куда Максим был приглашен, но опять не смог прийти, по причине занятости на работе, Олька сказала, что брат подзаработал денег и выделил ей некоторую сумму на новые шмотки. И что они в выходные пойдут по магазинам. Естественно, я тут же напросилась пойти с ними, под предлогом, что мол, одна пара глаз, это хорошо, а две (и Максиковы, и мои) — лучше.

Вечером у меня был очень тяжелый разговор с родителями, результатом которого, стала выделенная мне немалая сумма на обновление гардероба, и мое обещание завершить четверть не ниже «десять и пять».

На следующий день, еще перед уроками я шепнула Ольке, что у меня тоже есть деньги, и что я тоже собираюсь «обновится».

— Ленк, я то без проблем, но… ты собираешься перед Максом крутится в новых нарядах?

— Ну и что? Мужские глаза, это самый лучший оценщик. Не батю же мне тащить…

— Ну-ну…

В оговоренное время я уже стояла на остановке, вся трепеща внутри от ожидания встречи с ним.

Неожиданно по моему правому уху словно прошлось дуновение ветерка и повеяло запахом роз.

Обернувшись, я обомлела. Максим и Ольга подкрались сзади. У него в руках был небольшой, но очень красивый букет роз, лепестками которых он и провел у меня по уху.

Господи, мне еще никогда не было так приятно от того факта, что мне дарят цветы.

Нет, отец, естественно, дарил маме и мне по праздникам букеты. В классе мальчики тоже дарили на день рождения, в марте, но… Но это был подарок не по обязанности, это был подарок персонально мне. Сердце сжалось в груди…. Я не могла выдавить ни единого слова.

Всю идиллию момента нарушила Олька. Показав мне кончик языка, она заулыбалась.

Если еще вчера-позавчера меня переполняла смелость и решительность примерять и красоваться перед Максимом в нижнем белье, то после подаренного букета весь боевой настрой куда-то испарился.

Теперь от одной только мысли, что я покажусь ему в одном лифчике и трусиках, меня бросало в краску, а щеки горели, как будто я только что вошла с мороза в теплое помещение.

Как же я была потом благодарна Максиму. Как только мы с Олькой первый раз вышли из примерочных кабинок, его словно подменили. Вместо молодого человека, который в обществе двух девушек распустил перья, словно павлин, перед нами предстал серьезный, собранный, умудренный годами и опытом мужчина. Словно специально, чтобы не смущать нас, он не прикасался к нашим телам, советуя, чтобы мы сами поправляли складочки друг дружке.

Предметы гардероба сменялись один за другим, сопровождаемые советами, что это лучше подойдет к тому, для этого лучше бы сделать мелирование, под короткую стрижку и так далее. Так, постепенно, мы приближались к отделу нижнего белья, при одном взгляде на который у меня включался откровенный ступор.

— Лена, — обратился ко мне Максим, вызвав очередной приступ обмирания всего внутри. — можно дать тебе один совет? Мне очень приятно, что ты так ценишь мое мнение о своих одежках, но…

— Короче, не совращай моего братика своим неглиже! — тут же вмешалась Олька.

Спасибо вам, ребята. Вы сами помогли мне решить эту проблему.

— Оль, если ты не против, я перемещусь в зрительский зал. Пополню собой ряды судейской коллегии.

— Ой, да на здоровье.

И вот мы с Максимом сидим рядом, в соседних креслах и наблюдаем за сменой одеяний Ольки. Внезапно, мою руку словно пронзило электрическим разрядом. Максим положил свою ладонь поверх моей и легонечко сжал ее.

Только попробуй выше, думала я, и я тут же выдерну свою руку!

Но Макс не делал никаких попыток продвинуться дальше.

На одном из вариантов, одетых Ольгой, он внезапно приблизился к моему уху и сказал:

— Знаешь, по-моему, эта комбинация прекрасно подойдет к цвету твоих волос. Смотри, легкий золотистый оттенок и твои волосы, цвета льна… Возьми второй комплект и примерь его, а я пока отойду, пусть Олька оценивает.

От его теплого дыхания, а тем более, от слов, сказанных им, меня всю пробил озноб. Значит, даже не видя меня в нижнем белье, он все равно «видел» меня в нем и…

Максим встал и, сообщив о своем мнении, вышел из отдела. Вся горя, я проследовала в примерочную и опробовала упомянутый комплект. Естественно, что он оказался идеально подходящим, о чем мне довольно бесцеремонно и заявила Ольга.

— Бери, как-нибудь перед ним и покрасуешься.

— Олька, зараза, — замахнулась вешалкой на нее я, но та, громко фыркнув и расхохотавшись, уже спряталась в своей кабинке.

С обувью проблем не возникло, правда, когда Максим провел рукой по голенищу сапога, расправляя складки, меня опять словно ударила молния.

Вечером был очень серьезный и тяжелый разговор с родителями. С особым пристрастием меня выспрашивали, как я осмелилась показаться перед взрослым мужчиной (ха, взрослый, только «двадцатник» разменял) в нижнем белье и чем меня не устраивает вариант подобного похода с папой.

Все чаще Олька передавала приглашения от Максима погулять с ними втроем по городу. Мои родители, пару раз увидев Максима и после разговора папы с ним, стали гораздо спокойнее относиться к подобным прогулкам.

Каждая наша встреча начиналась неизменно, Максим всегда подходил ко мне сзади, со спины и проводил лепестками цветов по уху. И пусть в букете иногда был вообще, лишь один цветок, реже — три, очень-очень редко пять, тем не менее, мне каждый раз было очень приятно и волнующе.

На одной из перемен, Олька шепнула мне, что она не знает, как я воспринимаю подобные прогулки, но Максим на полном серьезе считает их свиданиями и что ее приглашают лишь по той причине, что я — несовершеннолетняя. что она абсолютно не обижается, и чтобы я готовилась через годик-два называть ее «доченькой». Шутливый толчок под ребра, последовавший с моей стороны, был воспринят и озвучен, как моя тренировка «поднимать руку на бедную девочку сироту, ставшую, волей судьбы, падчерицей».

Как сейчас помню тот весенний день. Олька, радостная и светящаяся, пришла в школу и шепнула мне, что Макс нашел шикарную работу, и что денег теперь будет не просто хватать на все, но и они спокойно отложат на ее учебу в институте.

— Представляешь, его взяли тренером к какому-то богатенькому мальчику, которого надо учить играть в компьютерные игры!

Потом, уже более серьезным голосом добавила:

— Для этого, ему необходимо все время находится там, в игре. Так что Макс просил прощения, но ближайшие месяц-два вы не сможете видеться.

Тем не менее, Олька уже на следующий день позвала меня к себе домой, где, на экране ноутбука, я увидела сморщенное, зеленокожее, ушастое создание, которое разговаривала со мной голосом Макса.

— Ленусь, привет. Извини, очень денежная и непыльная работа подвернулась. Пришлось сразу же согласится и лечь в капсулу. Так что… Будешь теперь ты ко мне на свидания бегать.

— Ну… я, пожалуй, пойду на кухню, чайку заварю, ужин приготовлю… — резко посерьезневшим голосом вмешалась Ольга. — А вы тут поворкуйте…

Три недели, целых три недели, всего три недели продолжались наши посиделки у Оли дома. Каждый день, сразу после занятий, я шла, словно привязанная, за Ольгой. вначале та шутила и прикалывалась надо мной. Позже, по-видимому, после серьезного разговора с Максом, подколки прекратились.

Иногда Макс был очень занят, и тогда я просто наблюдала за игрой, в которой он участ… работал. иногда, если он не был очень занят, я протягивала свою ладонь и клала ее на экран. Он, со своей стороны, делал то же самое. И мы просто молчали, глядя друг другу в глаза.

Поражаясь тупости его «клиента», я прочитала весь мануал по «Землям».

— Максим, объясни мне, почему этот Серж выбрал себе орка как персонажа, но при этом взял расу эльфов в подчиненные? Ведь они же несовместимые!

— Видишь ли, Ленусик, парень — мажор, привыкший, что ему никто и нигде не отказывает. Поэтому орка он выбрал за размер мужского достоинства, а эльфов — за красоту их женщин.

— Ой, а можно, когда он будет спать…

— Нет! Я не хочу комплексовать, когда буду через год дел…

— Что???

— Ничего, ничего…

— Максим, повтори, пожалуйста…

— Блин, проговорился… Лена, я… Я тебя люблю. И через год, когда ты станешь совершеннолетней, я собираюсь сделать тебе предложение.

Именно в этот трогательный момент Олька нагло и бесцеремонно вломилась в комнату. Хотя, почему бесцеремонно? Это ее комната.

— Ха, судя по твоему обалдевшему виду и его серьезной роже, он таки не сдержался и брякнул, да? Ленка, он что, сделал тебе предложение?

— Оля, я редко тебе запрещал что-либо, но сейчас… Оля, я тебе не запрещаю, я тебя просто прошу, как брат сестру, не трогай Лену, хорошо? Пусть она сама все решит, ок? И постарайся, пожалуйста, в следующий раз, стучаться в двери, ок?

— Да лады, лады… чего ты вызверился то сразу? Словно я к вам в спальню завалилась….

Дверь за Ольгой закрылась, а я приникла к экрану.

— Максим, любимый, я буду ждать тебя столько, сколько нужно, хоть целую вечность…

Иногда слова имеют силу…

Прошла неделя. Мы с Олькой сидели в ее комнате, пили чай, делали домашку, поглядывая одним глазом за похождениями Макса.

Судя по всему, с утра он участвовал в какой-то драке, так как у него был заплывший глаз и порванный халат. Как я поняла из разъяснений, сейчас их армия двигалась к Замку, непонятно каким образом, оказавшемуся вторым в Секторе Сергея.

По правилам, на каждый Сектор полагался один Источник и, соответственно, один Замок. Тем не менее, сейчас они двигались ко второму Замку.

Я неоднократно ловила взгляды, которые Максим бросал исподтишка на эльфиек. Странно, неужели я ревную, думалось мне, вместе с волной гнева и ярости, которые росли во мне.

Внезапно, когда Сергей собрался войти в Замок, изображение пропало, сменившись сообщением, что, мол, абонент не доступен.

Спустя некоторое время мы прочитали на форуме «Земель», что обнаружена проблема в одном из игровых секторов. Немного успокоившись, мы с решили, что мне пора идти домой.

Дома меня ждал немного неприятный сюрприз. У мамы зародились сомнения, чем это мы там занимаемся у Ольги дома, поэтому прямо с утра меня ждал поход к гинекологу под конвоем родителей.

Естественно, что врач ничего предосудительного не обнаружил, успокоив таким образом мою маму. По выходу из кабинета, мне пришлось рассказать про наш разговор и предложение Максима.

Не знаю, насколько их успокоила эта новость, но никаких нравоучений мне сделано и прочитано не было, и я отправилась в школу.

Перемена… Мелочь носится под ногами так, что кажется, еще чуть-чуть и тебя снесут с ног.

Вот и наш этаж. Одноклассники стоят неподалеку от дверей класса, слышны рыдания… что случилось?

Я захожу в класс. На нашей парте бьется в истерике Олька. Рядом стоит классуха, пытаясь ее успокоить, и не давая ударится головой об столешницу.

— Олька, что случилось?

Багровое, насквозь промокшее от слез лицо, опухшие глаза.

— Ленка, он… Макс… сорвался!!!

* * *

«Здравствуй, дорогой дневник. Сегодня третий день, как я осталась одна, только ты один, ты один мой верный собеседник и друг… Ушел из жизни тот единственный человек, которого я любила больше всего на свете, человек, ради которого я жила и дышала, с чьим обликом ложилась спать, а утром вставала.

И пусть ОН есть на экране монитора, пусть его сознание живо, ОН общается с нами, шутит, делает комплименты мне, его нет рядом со мной.

Уже никогда не побегут мурашки по моей коже под его нежным взглядом, не пронзит мое тело электрический разряд от его случайных прикосновений, уже мне не изобразить для Него притворное негодование, если его рука попробует пойти выше моей коленки. И никогда больше моего уха не коснутся, так похожие на дуновение ветерка, лепестки роз.

Моя жизнь кончена…»

Я закрываю дневник и промокаю слезы, текущие по щекам.

К Ольке теперь путь закрыт. Эта бесчувственная скотина сказала, что не пустит меня на порог, обвинила меня в том, что это из-за меня Максик сорвался.

Третий день… Третий день я чуть ли не на коленях выпрашиваю у Ольги контакт Максимки.

Ну вот, опять мама ломится ко мне в комнату. Сейчас будет упрашивать меня поесть, успокаивать…

Олька пришла?

— Привет. — м-да, наверное, я выгляжу так же. Если не хуже. Красные, опухшие глаза, поплывшая тушь, немного размазанная помада… А, ну да, не помада размазалась, губы покусаны.

Мы обнимаемся и стоим минут пять. Ревем как две дуры. Когда у нас немного схлынуло и отпустило, я оглядываюсь, ожидая увидеть свои родителей. В коридоре пусто, двери в родительскую комнату плотно прикрыты и из-за них слышен телевизор.

Мы берем Олькину сумку и проходим в мою комнату.

— Лена, Макс связался со мной, узнал, что я не даю вам общаться и сильно вычитал меня. В общем, так как ему продолжают платить и платят хорошо, он дал указание купить для тебя ноутбук и помочь настроить его.

Все мое горе, и вся моя обида на Ольку испарилась в мгновение ока. Я снова смогу с Ним общаться!!!

Уже через пару минут я запустила чат и, дрожащими от нетерпения руками, набрала ник Максима.

Макс! Максик!

…

Да, кто эт… то?

Максик, это я, Лена!

Ага, Ольга все же выполнила мои распоряжения… Хорошо. Ленусик, у нас сейчас очень тяжелая ситуация… давай я включу вам обзор, и вы посидите тихонько, ладно?

Следующие минут двадцать мы с Ольгой, обнявшись, вздрагивая и вскрикивая, смотрели за разворачивавшимся перед нами побоищем. На замок Максикова работодателя, Сергея, напали какие-то мелкие, средние и крупные паучки. Они оплетали паутиной всех и вся, кусали воинов и… Прыгали прямо на экран, словно чувствуя нас.

Каждый прыгнувший «на нас» паук вызывал приступ этой, как ее, боязни пауков, мы пищали и визжали.

— Девочки, что вы тут такое смотрите? Господи. Это что еще за страшили… А-А-А! — закричала моя мама и выскочила из моей комнаты.

Мы было страшно до такой степени, что я все силы направляла, чтобы не завизжать вслед за мамой, но… но ведь связь то двусторонняя! И я, изо всех сил сцепив зубы, следила за происходящим на экране, то закусывая кулак, то подпрыгивая на стуле и радостно визжа, когда Макс делал особо удачный удар и очередная мохнатая мерзость, рассыпая свои ножки и кишки, летела прочь от него.

Ладони моего папы, легшие нам на плечи, почти совпали по времени, с внезапным прекращением боя. Пауки вдруг резко замедлились и начали исчезать.

— Девочки, может не стоит вам смотреть такие ужастики, а?

Ленусь, еще пару минут подожди, лады? Я посмотрю, что там начудил Серж.

— Леночка, а кто это? И почему он обращается прямо к тебе?

— Пап, ты не понимаешь… Это Максим. Он передал мне этот ноутбук, который, между прочим, я уже второй месяц прошу мне купить, и мы теперь будем с ним общаться.

— Знаешь, если ваше общение будет проходит так же бурно, как то, что…

— Пап, ты ничего не понимаешь, у Максика только что был тяжелый бой. Сейчас он уже закончился, сейчас он освободится, и мы будем спокойно общаться.

Так как мы с Ольгой смотрели на моего папу, то мы не видели происходящего на экране, в отличие от него. Папины глаза стали округляться и лезть на лоб. Поняв, что на экране происходит нечто интересное, мы с Олькой обернулись…

Огромная фигура, от пола до пояса состоящая из паука, а выше — крупной женщины, была видна через щель в дверях, в которые подсматривал Макс.

Она о чем-то говорила с кем-то, находящимся внутри и не видимым нам за створкой. Завершив свою речь, это существо повернулось в сторону двери, колыхнув свои… сиськи, при взгляде на которые, сразу возникало чувство жуткой зависти, оскалило свою пасть и…

Что произошло дальше, я не видела, так как вместе с Олькой, издав дикий визг, прыгнули папе на руки. Меня одну папа еще мог иногда взять на руки, но две пятнадцатилетние девахи свалили его на пол. Вскочив, я мгновенно кинулась к ноутбуку, буквально тут же мне в спину прилетела и Ольга.

Макс вошел в зал, скрытый ранее за створкой дверей. Все его тело было покрыто липкой даже на взгляд, паутиной, которую он, яростно ругаясь вполголоса, обдирал с себя.

Посреди зала стояли две фигуры. Одна, крупная, зеленокожая, плечистая, но с очень уродливой рожей и… хи-хи, Олька, глянь, что это у него… Ого, какой длинный! Не зря такие длинные штаны носит, чтобы скрывать такое… Набедренная что? Повязка? Ага, спасибо, пап… Наверное, это и есть этот самый, Серж…

Рядом с зеленой фигурой стояла другая, ненамного выше пояса первой. Стройная, с крутой грудью, круглой, выступающей попкой, смуглая и беловолосая… А еще, абсолютно нагая. Стройная…

Я практически мгновенно почувствовала острое желание погасить экран, чтобы Макс не смотрел на нее, и уже протянула руку, чтобы выключить его, но в последнее мгновение поняла, что это бесполезно. Он то, там!

Глядя на то, как бесстыдно эта сучка крутится возле Сержа, виляя бедрами перед носом моего Макса, я поймала себя на мысли, что тщательно впитываю и стараюсь запомнить все ее движения, чтобы потом самостоятельно также заманчиво…

Потом… слезы навернулись на глаза и хлынули потоком…

Никакого «потом» у нас уже не будет… Этот ноутбук, эти посиделки, это такой самообман…

«Потом»… Сначала я буду просиживать каждый вечер у экрана, глядя на него и его похождения до утра. Потом, в один из вечеров, устав сидеть, или просто без настроения, уйду спать раньше. Потом еще раньше, потом это станет традицией. Потом настанет день, когда я вообще не включу ноутбук…

Меня успокаивали втроем — мама. папа и Ольга. Я ревела как сирена, как машина скорой помощи, когда она летит по городу.

Как я уснула, я не помню…

* * *

Фух, как же мне повезло, что Олька на следующий день поперлась ноут Ленусику ставить. Вот это бы я попал, что и говорить!

Впрочем, ладно, значит, теперь надо быть вдвойне осторожнее. Эх, а какая конфетка, а…

Эх-эх-эх…

Надо бы ей намекнуть, чтобы не вздумала сунуться сюда, вслед за мной, а то, не дай Бог, сорвется… или лучше не подкидывать идею?

* * *

Тем не менее, возможность общаться, пусть даже так, через экран ноутбука, немного успокоила меня. Я уже гораздо спокойнее сидела на уроках в школе, общалась с друзьями и подругами, даже умудрилась исправить те оценки, которые успела получить за эти три дня.

Вначале, у меня крутилась идея, лечь в капсулу и уйти в «срыв» вслед за любимым, благо в «благополучном» исходе первого же погружения в виртуальность я не сомневалась, но…

Но, во-первых, я — несовершеннолетняя, а значит, без присмотра родителей, меня не пустят ни в одном из игровых клубов в капсулу.

Во-вторых, первый же разговор с родителями на тему покупки капсулы, закончился сразу же, и весьма неприятно.

В-третьих, что вытекает из «во-вторых», сама я капсулу не смогу купить, потому что я: а) несовершеннолетняя, б) у меня нет денег.

Разговор на эту тему с Ольгой завершился гораздо спокойнее, чем с родителями, но с таким же, нулевым, результатом.

Как оказалось, Ольга не могла распоряжаться такой суммой, да и купить капсулу несовершеннолетней бы не позволили. Выхода на так называемый «черный рынок» ни у нее, ни у меня не было, а если бы и был, это ничего не решало, так как… не было денег.

— Ленусь, пойми… все… мы не сможем больше быть вместе. — впервые Он сказал мне эти слова через пару дней после моего нервного срыва. — Я не хочу калечить твою жизнь… поверь, маленькая, тебе же будет лучше, если ты меня забудешь.

Глупенький… Хоть ты и старше, и умнее меня, но я была готова к этому разговору.

И в тот раз, и во все последующие, стоило лишь ему затронуть эту тему, я начинала петь. Старый-старый романс, который пела дочь коменданта Сан-Франциско графу Резанову…

…Я тебя никогда не увижу,

Я тебя никогда не забуду…

И компьютерный персонаж, набор единичек и нулей, для всех — бессмысленный набор разноцветных точек, ставший для меня целью и смыслом жизни, плакал…

Через три дня после моего нервного срыва у Макса и Сержа случилась огромная беда, если я правильно поняла произошедшее.

У Сергея была игровая жена, светлая эльфийка, которую у него, незадолго до «срыва» Макса, отобрали владельцы Игры. Отобрали то ли за то, что Сергей чем-то запрещенным воспользовался, то ли за то, что не воспользовался.

Потом вернули, но вернули не светлую эльфийку, а темную. Ту самую белокурую сучку, которая так крутит теперь попкой перед Максом.

Сергей написал письмо-жалобу, с просьбой, разобраться, почему так. Там разобрались так, как это всегда делается в нашей стране. И вернули светлую эльфийку, забыв забрать темную. Я так и не поняла, с какой радости там появились сразу и светлая богиня, и темная (та самая полупаук-полуженщина с огромными сиськами).

Как и положено двум стервам, они передрались, разрушив Замок Сергею и два (целых два раза!) отправив Максика на перерождение. Убив его, попросту говоря.

— Макс, тебе было очень больно?

— Лен, не волнуйся за меня. Когда Игрок начинает играть, ему уменьшают силу ощущений, так что мне было просто неприятно и все. Да еще в виде штрафа за две смерти подряд, слабость была после второго раза.

— Бедненький… — я провела рукой по экрану, по нарисованной морщинистой, зеленой щеке.

Макс тут же сделал вид, что пытается поймать губами мои пальцы. Минут десять мы так игрались, пока голос откуда-то сбоку не позвал его.

— Извини, Малыш, мне надо бежать…

— До встречи, любимый…

— До скорой встречи, любимая…

* * *

— Ленусь… ха-ха-ха… Ленусик… ты тут?

Да бегу я, бегу… Ай! Об угол шкафа ударилась лбом…

— Привет!

— Лен, хоч… Что случилось?

— Да ничего страшного… одна юная особа так бежала на зов своего «прынца», что стукнулась об шкаф…

— Бедненькая… ну, ничего, сейчас хохму расскажу, сразу боль пройдет. Короче, сегодня ночью нашему Сержу принесли его ребенка от светлой эльфийки. Так, когда наш Повелитель взял дитенка на руки, от его обделал с ног до головы… представляешь?

Я погрустнела… Наверное, это очень весело и радостно, когда мужчина держит на руках младенца, а тот уделывает его…

Только не дано нам это с Максимом. Не подарю я ему ребенка, не моего ребенка будет он держать в руках… Какой-то набор цифр будет его женой. И будет он радоваться кучке пикселей, которые и назовет своим ребенком.

Тем не менее, мы с Максом общались каждый день. Иногда я просто наблюдала за его тренировками, иногда мы разговаривали. Я делилась с ними своими мыслями, некоторыми девичьими секретами. Чем больше мы общались, тем больше я чувствовала, что воспринимаю его не как чужого человека, а как того, кто мне близок. Наверное, такие отношения бывают у младшей сестры со старшим братом.

Через несколько дней после того, как Макс похвастался тем, что Серж стал папой, я заметила у него на лице (ну не поворачивался у меня язык, назвать его лицо мордой) признаки усталости.

— Макс, что случилось?

— Лен, ничего страшного, просто… стоит ли тебе это знать? Расстроишься опять…

— Ничего, говори.

— Да Сержу опять ночью принесли ребенка. Второго. От второй эльфийки-жены. А тот, точнее, та, дочка, опять папку уделала по первое число. Ржали всей армией…

Я улыбнулась. Если эта сцена доставляет радость моему любимому, то, пожалуй, не стоит расстраивать его своей кислой рожей.

Олька чуть не снесла меня в коридоре.

— Ленка, у нас серьезные проблемы! Вернее, не у нас, а у нашего мальчика.

— Оль, что случилось?

— Короче, мне Макс, так, в двух словах, намекнул, что за ними следит какой-то сильный клан, который только и ждет, чтобы открылись границы их сектора, чтобы напасть на них.

— А они что? — я почувствовала, что мое сердце забилось сильнее и чаще — моему любимому грозит опасность!

— Да что, пока делают вид, что ни о чем не знают. Готовятся.

Сердце, казалось, было готово выпрыгнуть из груди.

— Оль, а мы можем чем-то помочь?

— Чем, Ленка? Глаза разуй да извилинами пошевели. Чем мы можем им помочь? Это для тебя он — сиюминутная влюбленность, а для меня…

— Он — не сиюминутная влюбленность! — заорала я на нее. — Я люблю его!

— Шшш, — успокаивающе поняла руку Олька. — извини, вырвалось. Верю, верю я, что ты его любишь. Просто пойми, у меня, кроме него, вообще, никого не осталось. У тебя хоть родители есть, а у меня… он мне заменил и папу, и маму.

У Ольги заблестели глаза, и уже я успокаивала плачущую на плече подругу.

— Слушай, давай я сегодня приду к тебе ночевать? — предложила я ей.

— Давай…

Вечером, наплетя родителям с три короба, что у нас завтра контрольная и мы будем готовиться, я отправилась к Ольке.

Вначале мы немного подурачились, жутко развеселившись и устроив хороший бедлам в квартире. Устав, упали вдвоем на диван и, тяжело дыша, смотрели друг на друга, периодически подхихикивая и прыская.

Наконец Олька, немного посерьезнев, спросила у меня.

— А ты уже пробовала спиртное?

— Ну, в шампанском пару раз язык обмакивала. Родители у меня очень строго на этот счет.

— Хочешь вина попробовать? Мы так, немного, грамм по двадцать-тридцать, чтобы плохо не было.

Остатки веселья еще не вышли из меня, поэтому я набралась храбрости и бодро заявила:

— А чего мелочится, давай уже по «соточке»!

Ольга, все еще будучи серьезной, ответила:

— Лен, мне то не жалко, но я когда тайком попробовала, то от ста грамм, мне было плохо. Макс тогда очень рассердился на меня. сказал, что если уж так невтерпеж, то лучше по чуть-чуть пробовать, а не залпом.

— Ну, давай, по «полтишке».

Впервые «по-взрослому», губы-в-губы, с языком, я целовалась года полтора назад. Помню, тогда также сильно и часто колотилось сердце, волновалась, а оказалось, что ничего такого уж, необыкновенного, в поцелуях и нет. Мокрый язык, чужая слюна и дикий запах ментоловой жвачки.

Когда я взяла бокал с кроваво-красной жидкостью, которая мерно колыхалась в такт моей дрожащей руке, мое сердце колотилось точно также.

Дикое, страшное волнение и мандраж, понимание, что это — запретно, и в то же самое время, дико маняще…

Мы еле-еле коснулись бокалами и по Олькиной квартире поплыл легкий, тонкий, просто божественный звон.

— За нас! — вырвалось у Ольки.

— За Максика. — прошептала я и медленно отпила маленький глоточек. Горько-сладкая жидкость слегка ущипнула мой язык и потекла по горлу вниз.

Буквально через пару минут, я вдруг почувствовала тепло, которое начало подниматься вверх, словно вино хотело вернуться назад, в бокал.

Тепло, не дойдя до горла, начало расширяться по груди, заполняя собой все мое тело. Чуть закружилась голова, стало весело и жарко.

Мы чокаемся во второй раз и некоторое время балдеем, внимая звон, плывущий по квартире. Сейчас, после выпитого вина, мне кажется, что звук заполняет не только комнату, он внутри меня. Я плыву и качаюсь на волнах этого звона. Мы допиваем вино и очень аккуратно ставим бокалы на столик, стоящий в самом углу комнаты и предусмотрительно застеленный, сложенной вдвое, салфеткой. Мне становится настолько жарко, что я расстегиваю несколько пуговиц на своей блузке.

Короткий взгляд, брошенный на Ольку — она вообще скинула блузку! Ха, наверное, так будет гораздо лучше и не так жарко, думаю я, повторяя за подругой ее поступок.

Миг, и мы уже весело хохоча, скачем по комнате, размахивая над головой блузками. В тот момент, когда она оказывается между мной и диваном, я толкаю ее в плечо.

Теперь уже только я одна скачу вдоль дивана, размахивая своим полосатым «знаменем», а Олька, лежа на диване, пытается сделать своими ногами «ножницы» — ухватить и свалить меня вслед за собой.

Наконец, потеряв надежду поймать меня, она хватает с дивана подушку и швыряет ее в меня. Я ловлю ее и крутнувшись на одной ноге, словно заправский бейсболист, отправляю Ольке ее постельную принадлежность назад.

Не ожидавшая такой мощной подачи, подруга не успевает выставить руки и получает подушкой прямо в лицо. От удара ее, хохочущую, откидывает назад и она, упав навзничь, запутывается руками в своей собственной блузке.

Я мгновенно оказываюсь рядом с ней на диване и ловко опутываю ее ноги своей. Но Олька начинает освобождать руки!

Тогда я резко сдергиваю лифчик и заматываю их им. После чего запрокидываю ее руки ей за голову.

— Все, дорогуша, ты — моя пленница, и теперь я буду тебя пытать. Страшно и жестоко! — строя страшные (как мне кажется) гримасы, шепчу я ей на ухо.

— Ой… ха-ха-ха… только не… не бро… не бросай меня в терновый куст! — заливается смехом моя «жертва».

Ах так, значит? Терновый куст, говоришь?

И я провожу, еле касаясь кожи, ноготком своего пальца по ее животу, от лифчика вниз, через пупок, до самой пуговки шортиков.

На протяжении всей «экзекуции» Олька медленно набирала воздух в грудь, все сильнее выгибаясь вперед. Даже когда я, напуганная ее реакцией, отпустила ее руки и убрала свой палец с ее живота, она еще некоторое время лежала так, после чего выдохнула и расслабилась.

— Извини, я сделала тебе больно? — негромко спросила я ее.

— Не-ет… наоборот… — словно с трудом ответила мне Ольга. Потом добавила, — сделай так еще, пожалуйста…

Я провела пальцем в обратном направлении, потом нарисовала окружность по ее животу. Левая чашечка лифчика, и так сбившаяся во время наших игр, сейчас сползла еще сильнее, обнажив краешек ареолы и зацепившись за сам сосок.

Аккуратно запустив свой палец под чашечку, я медленно веду его, все больше обнажая и освобождая «узницу». Наконец ткань сползает окончательно и моему взору предстает покрытый пупырышками, торчащий, словно столб, сосок.

Я нежно, словно лепесток розы, начинаю поглаживать его своим пальцем. Ольга начинает мычать, закусив губы.

В полной тишине, словно гром звучит сигнал вызова в чате. Макс.

Я мигом надеваю свою блузку и подсаживаюсь к огромной плазменной панели, висящей в комнате. Ольга, прикрывшись подушкой, садится рядом.

На засветившемся экране появляется Макс, у которого за спиной виднеется их замок. Там видно суетливое движение, кто-то куда-то бежит, что-то командует и так далее.

Макс окидывает взглядом беспорядок в комнате и недовольно хмурится, заметив бутылку вина.

— Олька, ты что, Лену спаиваешь?

— Ма-акс, не будь занудой, мы по чуть-чуть.

— Смотри мне, а то получишь!

— Ой-ой-ой… получу я, интересно, как? — пытается подразнить Макса Олька и роняет подушку на пол.

Волна негодования и злости начала подниматься во мне, заполняя меня изнутри. Я никогда не буду тыкать человека в его ущербность, а здесь не просто тыкали. Она своему брату прямо сказала, что он «далеко» и ничего не сможет сделать ей.

— Макс, не волнуйся, если надо будет, ты меня только попроси, я ей сама все «объясню». — вмешалась я.

— Ой, объяснит она мне, ха-ха-ха… — залилась смехом Ольга, откидывая голову. Ее выпирающ… бр-р-р… я не такая!!! Я НЕ ТАКАЯ! Я — нормальная, мне мальчики нравятся!

— Девочки, а можно вопрос, что у вас там вообще, происходит? — голосом строгого папаши спросил Макс.

Так как Олька продолжала заливаться пьяным смехом, пришлось отвечать мне.

— Да ничего страшного. Выпили по пятьдесят грамм вина, да и пошалили чуть-чуть.

— Пошалили, говоришь? Ленк, ты же из нормальной семьи, ну хоть ты не дурей… а?

— Хорошо, Максим. Извини пожалуйста. Сейчас мы тут все уберем. — сразу успокоилась Ольга.

— Да, уберете. В общем, слушайте. Это очень хорошо, что вы вдвоем, не надо будет повторять. На наш Замок ожидается нападение, поэтому, если я завтра не буду выходить на связь, не ломитесь ко мне, вы можете меня отвлечь в важный момент, понятно?

— Макс, это те, о ком ты говорил мне?

— Да, Оля, да. Они… Твою мать!!!

— Макс, что случилось?

— Они уже даже… впрочем, вам это знать не обязательно. Все, пока, успехов.

Экран погас. Мы, не глядя одна на другую, быстро привели комнату в порядок.

— Лен, я сейчас постелю тебе в другой комнате, ладно?

— Да, конечно.

Пока Олька стелила мне, я достала свой ноутбук, который теперь тягала за собой повсюду и вышла почитать новости.

Раздавшийся одновременно сигнал принятого сообщения у меня на почте и из Олькиной панели заставил меня вздрогнуть.

А вдруг ТАМ, в этой их игре, можно умереть по-настоящему? И что, если это пришла нам двоим, виртуальная «похоронка»?

Я трясущимися руками открываю письмо.

«Никому не сообщайте о получении данного письма! Содержимое данного письма будет доступно для прочтения с 12–00 … числа … месяца 20.. года.»

Я недоуменно поднимаю глаза на Ольгу, та кивает мне на панель. Там точно такой же текст.

— И что это может быть?

— Какое-нибудь глупое «письмо счастья». Типа «разошли это письмо тридцати трем адресатам и будет тебе счастье. Одна женщина разослала такое письмо всем своим друзьям и через неделю выиграла в лотерею. А один мужчина стер его и через неделю у него умерла жена.»

— Бред какой…

— Угу.

— Ты как хочешь, а я — сотру. — сказала Ольга и нажала на иконке удаления.

Ночь прошла на удивление спокойно. Зато утром меня ожидал неприятный сюрприз в виде головной боли и дикой жажды.

Я, пошатываясь и держась рукой за стенку, вышла на кухню, где, с видом приговоренной к смертной казни, уже сидела Олька, хмуро глядя на закипающую турку с кофе.

— Доброе утро…

— Угу, доброе, если оно доброе, и утро, если оно утро. Макс не отзывается…

— Так он же просил не трогать его…

— Да, но я думала, что он хоть видео нам оставит.

— Ладно, давай в школу собираться.

— Угу… Детки в школу собирались, мылись, брились, похмелялись…

Уже днем, в школе, мне пришла в голову мысль, а может, мне тоже попробовать поиграть в эти, как их там, «Земли»?

Мои мысли словно разделились на два лагеря.

Одни — говорили, что так я буду ближе к любимому, буду понимать его и его теперешние заботы. Если уж ему суждено любить кучку пикселей, то пусть это будут мои пиксели, пусть он ассоциирует их со мной, чем непонятно с кем, или чем.

С другой стороны, не будет ли это самообманом? Я то, прекрасно понимаю, что это будет не любовь, а суррогат, заменитель, жалкая тень того искреннего, всепоглощающего чувства, которое пылает у меня в груди.

Опять же, а вдруг есть шанс вернуть его оттуда? Хотя… куда вернуть? Меня, как абсолютно не имевшую никакого отношения, не пригласили на похороны тела Макса, но Олька, как и положено верной подруге, сделала для меня видеозапись, а позже, и показала на карте, где находится место последнего пристанища моего любимого.

Я как-то и подзабыла о том, что в двенадцать часов у меня должен был открыться доступ к закрытому содержимому письма, но на истории мне передали записку от Оли.

Ты письмо смотрела? Что там?

Я удивленно подняла вверх брови. А смс-ки зачем?

Нет, ноутбук в сумке.

Глянешь на перемене?

Ммм, хорошо…

Но в самом конце урока произошло событие, которое отвлекло меня от чтения любых писем.

Раздался стук в дверь, и в класс заглянула директриса. Она вызвала в коридор «истеричку». Та вернулась буквально через пару минут, слегка напуганная.

— Ольга Н-ская, будьте добры, соберите вещи и на выход. За вами приехали.

В приоткрытые двери были видны люди в форме. Среди них был виден и Константин, начальник службы безопасности родителей Сергея. У меня екнуло сердце…

Я с нетерпением стала ждать перемены, чтобы достать ноутбук и прочитать текст сообщения. У меня все больше и больше ширилось подозрение, что то сообщение как-то связано с приходом людей в форме за Ольгой.

Через несколько минут в двери опять постучались, и мне было сказано собрать вещи и выйти.

Сразу же за дверями у меня попросили мой ноутбук и попытались открыть сообщение.

Текст гласил:

Если хочешь увидеть своего брата, не вздумай никому сообщать об этом письме и жди дальнейших указаний.

— Ну, так как ты нам письмо не давала, то будем считать, что ты ничего и не нарушила, — сказал мне Константин. — ты, если я не ошибаюсь, подруга Макса? Странно, что письмо пошло тебе.

— Мне оно тоже приходило, но я его удалила, думала, это бред какой-то. — вмешалась Ольга. — А письмо пришло Ленке потому, что мы были вчера вечером у меня дома вместе.

— Извините, так, а в чем дело? — спросила я «в воздух».

— Ребят попытались захватить в заложники, и Максима, и Сергея. — ответила мне Ольга.

— Да, попытались. Сергей, не будучи «сорвавшимся» смог вырваться самостоятельно, Максим пока что остается «там», в заложниках. Данное сообщение важно тем, что его Вам, уважаемая Елена, отправили еще вчера. Таким образом, оно служит подтверждением того факта, что захват планировался заранее и требование выкупа преступники собирались выдвигать.

— Но… а что нам теперь делать? — пребывая в абсолютной растерянности, спросила я.

— Что-что, свидетелями обвинения выступать. Петр Владимирович сразу же, по получ… впрочем, это вас, юные леди, не касается. Обо всем, что будет касаться непосредственно вас, вам будет сообщено отдельно. Сейчас вы проедете с нами туда, где вы будете находиться под защитой и охраной, чтобы предупредить дальнейший захват, уже вас, в заложники.

Нас привезли на квартиру к Ольге. С нами остались две женщины, сотрудницы охранного агентства, так, во всяком случае, нам было сказано, плюс, в самом подъезде дежурило еще пара человек.

На мою просьбу заехать домой и предупредить родителей, мне было сказано, что, во-первых, туда уже отправились сотрудники правоохранительных органов, во-вторых, я это могу сказать и по телефону.

Мама мгновенно закатила истерику на тему, мол, она так и знала, что мои новые знакомые меня до добра не доведут и тому подобное. Я не выдержала и сорвалась в ответ, наорав на нее.

Водитель и охранник, ехавшие с нами в одной машине, тактично подняли бронированное стекло, отгородившее их от нас, поэтому единственным свидетелем скандала оказалась Олька.

Когда мы вдоволь накричались друг на друга и бросили трубки, она сказала:

— Знаешь, а ведь твоя матушка не так уж и неправа. Реально, если бы не я и не Макс, ты бы…

— ЗАТКНИСЬ! — заорала я на нее. Это моя мама и не ей, соплячке, решать и обсуждать, права моя мать или нет.

— Ладно, — успокаивающе протянула ко мне ладонью вперед руку Олька. — просто я хочу напомнить, что нам с тобой теперь сидеть в одной квартире неизвестно сколько. Так что, давай не будем ссориться по таким пустякам.

Мы придвинулись поближе, обнялись и ехали дальше в полной тишине, нарушаемой изредка моими всхлипываниями.

Вечером мы посмотрели фильм, потом пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по разным комнатам. Там я достала ноутбук, подключилась к серверу «Земель» и начала читать документацию, так называемые мануалы.

Расы…

Из всех просмотренных рас, мне больше всего понравились светлые эльфы. Матриархат, пусть и не такой подавляющий, как у темных эльфов. Красивые, все, поголовно все, женщины. Симпатичные мужики… Хотя стоп. Меня мужики интересовать не должны, у меня есть Макс.

Красивые кони… совсем как в старом мультике моего детства «Мой маленький пони». Крылатые, с длинной белоснежной гривой и хвостом. Пегасы. Если усадить эльфов-воинов на этих пегасов, то я получу летающую конницу. А какая еще бывает, плавающая?

Ой, а это… Какие няшки! Единороги… Такие же красивые. белогривые, стройные, как и пегасы, только и того, что не летают. Зато умеют колдовать и рог такой длинный.

ВАУ! Я хочу себе такое же платье на лето! Феи. Небольшие. красивые, обладают небольшими способностями к магии. А вот у этой платье старого фасона.

Минут через пятнадцать я поймала себя на том, что уже залезла на сайт интернет-магазина и вовсю рылась в разделе «одежда».

В общем, ладно, с замком, как здесь, в этой игре, оказывается, сделан выбор тех, за кого ты будешь играть, я уже определилась. Волшебница.

Особенно мне понравилась картинка, демонстрирующая мою героину, стоящую на небольшом холме, с развевающимися на ветру волосами, в длинном платье классического покроя, с такими глубокими вырезами и разрезами, что приди я в таком в школу, меня бы даже… Меня бы даже из дому не выпустили.

Героиня стоит, такая вся мужественная, в окружении красавцев воинов с длинными ушами, и эффектно направив руку, посылает молнии в сторону зеленокожих ушастых созданий, уродливых и кривоногих[1].

Эльфы бывают трех родов, Березы, Ясеня и Дуба. Ничего не знаю, мне больше березки нравятся. «Род Березы дает больший перевес в сторону магов». Отлично, значит у меня будет больше магов в армии. Если я правильно поняла, у Максика, в основном, грубые орки и гоблины, которые полагаются только на силу, вот я ему и помогать буду.

Интересно, а тут обязательно только воевать друг с другом? Нет, есть дипломатия. Можно заключать союзы… Ура!

От избытка чувств я радостно захлопала в ладоши. Максик меня не забыл до сих пор, так что, он будет только рад увидеть меня рядом.

А если нет? А если он мне скажет, что война, это дело мужчин? Что, если он меня прогонит? Нет, Максимка такого не сделает, он любит меня, точно также, как и я его.

Так что, держитесь, Земли! Скоро вас ждет потрясающий союз прекрасной эльфийки Елены и красавца гоблина Макса.

Резко распахиваются двери и в мою комнату врываются обе охранницы. Вернее, одна. Вторая остается в коридоре, прикрывая напарницу.

— Елена, мы слышали какой-то звук из Вашей комнаты.

— Ой, извините. Я тут просто нашла красивое платье и, от избытка чувств, захлопала в ладоши… — соврала я.

— В таком случае, извините нас. — они закрыли за собой двери.

Нет, все, пора баиньки.

Я выключаю ноутбук и ложусь спать.

Утром, едва проснувшись, мы с Олькой сразу же начали выяснять хоть что-нибудь о Максе. В течении получаса нам удалось потрепать нервы и нашим охранникам, и Константину, начальнику охраны Н-ских, до такой степени, что нам просто перестали отвечать.

Слезы на охранниц не действовали, крики и визг просто игнорировались.

Наконец, мы тупо устали и уселись смотреть телевизор.

— Ленк, ты серьезно решила начать играть в эти, Земли?

— Да, наверное…

— Не поняла. Что значит «наверное»?

— Да понимаешь, вчера я так горела этой идеей, перечитала массу руководств и инструкций, выбрала себе замок, за который я буду играть… А сегодня с утра… Как-то лень. На фига это все надо? Капсулу мне все равно не достать, а вот эта разорванность. Он то, ТАМ, а я — здесь.

— И что? Ты решила, вот так, просто, взять, и опустить руки? Ленка, ты — сука! Пока все было нормально, ля-ля-ля, любовь-морковь, а как сложности, так и ручки опустила, да?

— Если ты так за своего братца беспокоишься, то чего ж ты сама не начнешь играть в «Земли»? А?

Ленка надулась, отвернулась и замолчала… Прошло около десяти минут, прежде чем она подала голос.

— Просто он, когда сам сорвался, категорически запретил мне лезть в капсулу. Сказал, что от нашего рода должен остаться хоть кто-то.

— А разве срываются всегда?

— Нет, в том то все и дело. Для срыва необходимо как минимум одно условие — желание человека «уйти» от обыденности или от проблем ЭТОГО мира. Макс мне потом признался, что его очень тяготило это все. Гибель родителей, невозможность получить нормальное образование из-за необходимости постоянно работать, ответственность за меня. Он хотел «погулять», а в результате, был постоянно занят «подтиранием мне соплей». Да, мне было это все очень обидно слышать… с одной стороны. А теперь, я смотрю на это с другой стороны. Он то, не железный. Молодой парень, который вместо того, чтобы в двадцать лет встречаться и гулять с девками, пахал как проклятый на двух работах. Еще и без «вышки». Знаешь, кем он работал? Грузчиком. Единственная отдушина, которая у него была, это ролевки и реконы. Он своими руками, из полного хлама, сделал себе полноценные доспехи, которые подходили как для отыгрыша мечника практически в любом, как они говорят «сеттинге» фентези, так и для реконструкции и раннего, и позднего средневековья. Идем, покажу…

Мое сердце екнуло. Олька приглашала меня зайти в комнату, где жил Макс. Я коснусь его вещей, вдохну воздух, которым дышал он… Который, скорее всего, уже давным-давно выветрился, но…

Комната не отличалась особым убранством. в ней не было наклеек по всем дверцам шкафов и красивых картинок по стенам. Одна фотография в рамочке на столе, на которой были изображены мужчина, женщина, паренек и девчушка. Еще одна, изображавшая высокого, статного средневекового рыцаря, в доспехах, с мечом, щитом и поднятым забралом. Несмотря на то, что лицо скрывала падавшая от шлема тень, в нем угадывались черты Макса. еще пара фотографий, изображавших пару, рыцаря и девочку в платье средневековой дамы, со шлейфом и в эннене.

В углу, одетый на деревянный каркас, стоял этот самый доспех, начищенный так, что искрился и блестел от попадания малейших лучиков света. Кое-где на нем виднелись вмятины. Как пояснила мне Олька, бои были отнюдь не игрушечные.

Просто из интереса, и, естественно, с ее разрешения, я попробовала поднять меч, висевший в ножнах рядом с доспехами. Поднять, это все, что я смогла сделать. Удержать эту тяжелую железку на вытянутых руках мне не удалось.

— Ха, слабачка! — фыркнула Олька.

— Ах «слабачка»? А ты сама, сможешь его удержать? — не на шутку разозлившись, тут же огрызнулась я.

— Да без проблем! — Олька выхватила меч у меня из рук, отошла на середину комнаты, демонстративно вытянула одну руку с мечом в сторону, продержала ее так секунд пять, после чего… у меня перехватило дыхание — стала в какую-то стойку и несколько раз очень красиво прокрутила оружие в каком-то, наверное, очень сложном, приеме.

— Класс! — только и смогла выдавить из себя я. — Научи!

— Ха, фигушки. Сначала подкачайся, чтобы ты его из рук не выронила, а там, посмотрим.

— А ну-ка, дай его сюда. — я выхватываю меч у Ольки из рук и пытаюсь удержать железку в одной руке.

Бряк! Ой, хорошо, что не на ногу! Тяжелый, зараза.

— Хочешь, подскажу одну вещь? Если ты серьезно собираешься играть ТАМ, то навыки владения мечом, и физическая сила тебе очень и очень помогут.

— А ловкость, гибкость?

— А они у тебя есть? — недоверчиво переспросила Олька.

— Ха! — иронически улыбнулась я и сделала «колесо», стоя на месте.

Настала очередь Ольки восхищенно присвистнуть.

— Класс, научишь?

— В обмен на занятия со мной!

Олька погрустнела.

— Значит, нет. Я не смогу тебя научить приемам владения «холодняком», меня Макс научил только простейшей «мельнице» и все.

— «Простейшей»?

— Да, представь себе, простейшей. Он научил меня этому на всякий случай. Дело в том, что этот прием является простейшей защитой и его можно применить, даже имея в руках простую палку. Если к тебе пристают на улице, а у тебя есть в руках хоть что-то, отдаленно напоминающее палку, трость, зонтик… им можно попробовать удержать противника. Естественно, при условии, что у него нет опыта владения холодным оружием.

— Короче, просто отбиться от гопоты на улице?

— Отпугнуть их, после чего воспользоваться первым правилом карате.

— Это каким?

— «Делай ноги». - улыбнулась Олька.

Услышав сигнал вызова, мы побежали в комнату с панелью, отталкивая другу друга.

На связь вышел Петр Владимирович, отец Сергея.

— Девочки, могу вас обрадовать, Макс нашелся, и его в ближайшее время освободят. Далее, преступников схватили, так что, думаю, охрану можно снимать. Извините за доставленные неудобства, но, я надеюсь, вы понимаете, что это все было сделано для вашей же безопасности.

Дома меня опять ждал тяжелый разговор с родителями.

Мне настоятельно советовали забыть о Максе и перестать общаться с Олькой. Аргументировалось это тем, что если уже нас пришлось брать под охрану, но недалек тот день, когда меня втянут во что-то похуже.

На угрозу отобрать ноутбук, я ответила, что пусть сначала подарят мне его, а потом уже отбирают. А то обещания подарить мне ноут я уже второй год слушаю.

Мне последовала реплика мамы, зачем мне второй, ведь один же уже есть. Я ответила, что вот и не сметь отбирать у меня то, что мне не дарили.

Папа тяжело вздохнул и сказал маме, что он руками и ногами согласен с ней, но… Но что я сама должна выбрать, с кем мне дружить.

Спасибо, папка… Я вскакиваю к нему на руки и звонко целую в небритую и колючую щеку. А ведь у тебя все больше седых волос, внезапно замечаю я… Стареешь, папка… стареешь…

Раньше, бывало, я радостно бегу к тебе, ты ловишь, подкидываешь вверх… я невольно взглянула на потолок, где до сих пор хранилась вмятина на подвесном потолке от моей макушки.

Качели… я сцепляю пальцы «в замок» и вешаюсь на твою руку, а ты изображаешь большой аттракцион и крутишься на месте. Я весело смеюсь, а мама в ужасе бежит рядом со мной, подставив руки, а вдруг я отпущу и упаду?

Я тяжело вздыхаю. Есть ли это все в «Землях»? Наверное, нет…

Вечером я продолжаю читать руководства по игре. Олька сообщила, что Петр Владимирович посоветовал Сергею отложить на неделю старт в игре и тоже лучше вникнуть в тонкости игры. Я решаю начать играть вместе с ними. Да, без капсулы, без погружения… ну и что? Вроде бы есть возможность, потом, перенести свой аккаунт в капсулу. Так что, сначала разовью свой Замок, а потом посмотрим… Главное, как написано на форуме, если стартовать одновременно, велика вероятность, что наши Сектора будут рядом.

Настойчивый звонок моего телефона действует на нервы. Мне некогда! Не отвлекайте меня…

Оказывается, мануалы по эльфийскому замку читается совсем, как средневековый роман. Масса просто потрясающих ритуалов, условностей и… и наряды!

Для каждого случая, для каждого приема и выхода, у эльфов положен свой, особый наряд и порядок.

Ритуалы ухаживаний и сватовства вызывают самую настоящую зависть, эх, в реальной жизни бы так!

Первый знак внимания молодого эльфа эльфийской девушке, это красивый рисунок на клумбе из несорванных цветов, выращенной влюбленным под «окнами» любимой за одну ночь. Чем разнообразнее и красочнее, чем более необычные сочетания растений будут использованы, тем романтичнее считается «букет». Отдельно учитывается гамма запахов. Она должна быть как можно нежнее и утонченнее. Признаком хорошего тона считается «букет», меняющий свой запах в течении дня. Приводились примеры высшего шика — когда цветы не только меняли свой аромат ан протяжении нескольких дней, но и меняли свой цвет.

Отдельно, за весьма и весьма приличные реальные деньги, можно было купить инструкции, дававшие целое представление, когда изо дня в день менялась вся картинка, изображенная на «поляне».

Я с трудом отвлеклась от экрана ноутбука… Как же все-таки красиво. Почему, ну почему в нашем мире нет таких романтиков?

Почему у нас достаточно прийти на свидание с одинокой розой, и девушка уже обязана млеть от радости?

Комплименты… Не вздумайте сказать эльфийке напрямую, что вы восхищены ее красотой. Лаконичность, краткость, это моветон у этой расы.

Чем более завуалировано и поэтично будет сказан комплимент, тем лучше. Если я правильно поняла, если девушка не смогла понять смысла комплимента, это и есть самый шик.

Я долго пыталась понять, о чем был спор в одной из веток, где обсуждался вопрос, действительно ли некий или некая ИИ способны понимать произнесенные комплименты, или там идет просто подсчет количества использованных сравнений. Один из споривших доказывал, что, поскольку женскую логику понять невозможно, то достаточно использовать генератор случайных фраз, чтобы состряпать приемлемый комплимент. Второй отвечал, что уровень ИИ достаточно высок, поэтому просто случайный набор не даст ничего.

Что самое смешное, оба были мужиками, и начали играть за эльфийский замок за соответствующий пол, испытывая крупные проблемы.

Ха! Ну ведь четко же было сказано, данный замок, это реверанс в сторону нас, «слабого» пола, с целью дать нам заведомо выигрышные условия.

Если остальные замки были все же рассчитаны на грубую силу, будь-то физическую, как у Варвара или Викинга, или магическую, как у Мага или Чернокнижника, то Волшебницы, и светлоэльфийская и темноэльфийская, были рассчитаны больше на изворотливость, интриги и так далее.

Опять эта трель…

— Да, але.

— Ленка, ты чем будешь занята сегодня и завтра?

Игорь… Пытается ухаживать за мной с младших классов. Я, то начинала отвечать ему, то делала вид, что он мне разонравился. Пару раз устраивала ему проверку с помощью Ольки.

Та писала ему пламенные письма с «поцелуйчиками», опрыскивала ему сумку духами, притаскивала мне тайком одеколон брата, так, что создавалось впечатление, будто у меня было свидание еще с кем-то. Один раз мы подкинули ему в сумку с тетрадями презерватив. Прямо на алгебре, когда Игорь подавал училке свой дневник, из того выпал… Во-во, именно он и выпал.

Смеху было… вначале…

Училка, естественно, спросила его, что это и откуда оно у него.

Игорь оглянулся на нас, уже не хихикавших, а банально угоравших, и спокойно ответил, что это — средство контрацепции, которое он носит с собой, так как не теряет надежды добиться моего признания, и не хочет в самый ответственный момент оказаться «безоружным».

Училка, зараза, восприняла его ответ абсолютно спокойно, похвалив его за предусмотрительность и порекомендовав в дальнейшем, хранить подобные предметы поглубже в сумке, так как «одноклассники могут пошутить с помощью булавки».

Естественно, что наша шутка вернулась ко мне сторицей. потом почти месяц весь класс подкалывал меня на тему «жених и невеста».

С появлением в моей жизни Макса, Игорь отошел на второй план, я его просто перестала замечать. Он также заметил это и притих. Теперь, узнав о том, что Макс «там», Игорь вновь начал подкатывать ко мне.

В первый же день мне было предложено проводить меня домой. Естественно, я ответила отказом. Потом были записки, очередные попытки проводов… Мне не составляло труда отвергать их, так как дома меня ждал ноутбук, на экране которого зеленела такая привычная, и ставшая такой любимой, вислоухая гоблинская рожа.

— Игорь… Я тебе уже не раз говорила, ты мне не интересен. Все, точка! И не звони мне, пожалуйста.

— Лена, Леночка, ну пойми же ты, Макс сорвался, все… Он…

— Да какое твое дело до Макса? Не смей мне ничего говорить про него.

— Ленка, да послушай же ты меня…

— Заткнись, козел!

Я в сердцах захлопнула телефон, чуть не отломав крышку. Скотина. Знает же, куда бить, гад!

Все желание читать мануалы пропало. Эх, а такое удовольствие получаешь от чтения…

Глава 2

Ладно, Олька советовала почитать поподробнее про саму игру за эльфов. Надо читать, надо…

А то, явлюсь любимому на глаза, вся такая из себя… ничего не умеющая…

Все рекомендации начинаются с одного вопроса, «на каком уровне сложности вы начинаете играть?»

От этого очень сильно различались последующие советы.

Я очень долго пыталась высчитать, какой уровень для меня будет лучше, но потом, потратив часа три, выйдя из себя окончательно и чуть не разбив ноутбук об стену из-за неспособности понять преимущества одних вариантов перед другими, решила играть на среднем.

С одной стороны, вроде как, и не очень сложно, с другой стороны — не такая уж и слабая я буду, когда враги начнут нападать.

Да и не хочу я сложностей, я хочу просто быть чаще с любимым.

Все рекомендации сводятся к двум веткам. Так как эльфы — довольно слабые в плане живучести, воины, то, либо сразу развивать магов, либо сделать реверанс в сторону стрелков и кавалерии…

Я снова пролистнула на единорогов и пегасов. Эх, какие же они, все же красавцы.

Я прикрыла глаза и провела рукой по подлокотнику кресла, в котором, вольготно развалившись, читала форум «Земель».

Подлокотник, оббитый имитацией длинной, мягкой шерсти, давал, как мне казалось, ощущение спины лошади.

Я пропустила прядь между пальцев, буквально слыша, как мой белоснежный единорог, на котором я буду ездить в игре, отвечает на мою ласку негромким ржанием…

Интересно, «там», их можно кормить корочками хлеба?

Все, решено, буду играть на «среднем» уровне сложности. Что тут советуют?

А вот тут был интересный момент. Так как жизнь в эльфийском Замке была обставлена большим количеством всевозможных ритуалов, то была реальная возможность «качать» своего героя, вернее, героиню, путем добросовестного выполнения всех предписаний.

Так как игра сильно зависела от реальных навыков Игрока, то все советы вращались вокруг двух вариантов выбора героини. Либо, если я умею махать мечом и стрелять из лука (последнее важнее), то мне стоит выбрать Амазонку, Героя-Воина, либо, если я не обладала выдающимися физическими способностями — Магиану, либо Друидессу.

Вообще, Друиды были одной из особенностей замка эльфов. Они могли призывать себе на помощь «петов», животных-любимцев, заклинания, которые были близки или родственны Природе, получались у Друидов гораздо легче и дешевле, чем у прочих магов и так далее. В то же самое время, Герой-Друид был еще сильнее ограничен в выборе школ магии, которые он будет изучать. Магиана была в этом плане более свободна в своем выборе.

Чем мне еще импонировал замок эльфов, это тем, что эта раса никогда, ни при каких условиях, не причиняла вред растениям. Такой ресурс, как древесина, жизненно необходимый любому без исключения замку для развития, у эльфов не рубился, а выращивался. Этот момент я не совсем поняла, но решила, что в процессе игры пойму, что к чему.

Утром, в школе, Олька сказала мне, что сегодня Сергей начинает играть. Максима запустят позже, когда закончат разгребать то, что осталось от предыдущего дурдома.

Я еле досидела последние уроки, и как на крыльях летела домой.

«Земля Меча и Магии», запуск…

На экране разворачивается начальный ролик игры, стремительное падение сквозь облака в жерло потухшего вулкана…

С драконом я разговаривала «на автомате», заученно диктуя свои пожелания. Все мысли крутились вокруг одного — как много уродов успели зарегистрироваться после Сергея передо мной?

Побывав у Макса в комнате и не увидев ожидавшихся постеров с фотомоделями, я сперва сильно расстроилась, так как абсолютно не представляла, какой сделать свою героиню, чтобы она еще больше понравилась ему. Спасибо Ольке и ее совету:

— Ленка, ты — дура! Раз он встречался с тобой в реале, значит, его вполне устраивала твоя внешность. Ничего не меняй, пусть будет легкое влияние эльфийской расы, у тебя, поверь, лицо и фигура очень даже ничего.

Да, хорошо говорить про красивую фигуру, имея «четверку». У меня же — всего-навсего «тройка». И пусть говорят сколько угодно, что мужики смотрят на характер, «в душу», фигушки. На сиськи они пялятся в первую очередь. И во вторую, и в третью…

Еще раз огромное спасибочки Ольке, которая «слила» мне стартовые условия Сергея и сообщила, какие они были у Максового старого персонажа. Вроде бы Корпорация обещала, что ему восстановят старого персонажа.

Эх, мальчики, мальчики… Все — в тупую силу.

Я взяла все три расы моего Замка и некоторое время колебалась, стоит ли брать какое-либо Умение, или все отправить в книги Магии? Наконец решилась, все в магию.

Пять книг Магии Жизни, надеюсь, я получу так необходимое им «Лечение». Да, данная школа практически не имела заклинаний, которые атакуют врага, но ведь у них основная ставка на «удар». Им главное — добежать до врага, а, значит, их надо поддерживать.

Регенерация, Паралич, Исцеление, Очищение, Живучесть, Сила, Последний удар, Ускорение и тому подобное — я буквально молилась, чтобы эти заклинания попались мне.

Если честно, то картинки результата применения «Райского Сада» будоражили мое воображение. В мыслях, я бегала по аллейкам и тропинкам этих божественно красивых садов и парков, ныряя под низенькие берсо, степенно гуляя мимо длинных баскетов, восхищаясь красотой и плавностью линий в партерах. И везде, в моих мечтах, со мной рядом был низенький, ушастый гоблин — Макс.

Уровень сложности — средний. У меня будет пустой Замок, не будет ресурсов, но, зато, к моменту, когда наши расы встретятся, у меня уже должна будет быть «на руках» достаточно сильная армия, способная помочь любимому.

От предложенного ездового животного я отказалась, так как за него необходимо было платить реальные деньги. Узнав сумму, я охнула, она составляла почти полугодовой запас моих карманных.

Миг, и я стою на опушке леса. В наушниках шумит лес, текстовая подсказка внизу экрана сообщает мне, что я слышу запахи разнотравья, которые сообщают мне о наступлении весны, самой удачной поры года для совершения любых великих свершений, начиная от смены оттенка платья и до вступления в должность Повелительницы моего рода.

Еле слышный вздох, донесшийся до меня, сообщает мне, что рядом кто-то есть.

Я резко разворачиваюсь на месте, запоздало вспомнив, что у эльфов спешка и нетерпение — признаки дурного тона. Надо внимательнее следить за своими поступками и словами, думаю я и натыкаюсь взглядом на целую процессию, состоящую из нескольких эльфов.

Известно, что наша раса не стареет внешне. И даже многосотлетний эльф выглядит как подросток, но благодаря тому, что я сама — эльфийка, услужливо подмеченные компьютером глаза встречающих меня персонажей говорят мне о том, что это умудренные не одной сотней прожитых лет, эльфийские Старейшины.

— Даже высочайшие горы обязаны иметь покрытую снегом вершину. Красивейший цветок всегда венчает собой любое создание Светлой богини. Посох мудреца и мага оканчивается навершием…

В связи с тем, что Вы выбрали Замок Волшебницы и расу эльфов, где велико значение каждого сказанного Вами слова, желаете ли Вы активировать систему подсказки в диалогах? Для выбранного Вами уровня сложности «средний», данная услуга является платной. Ее стоимость составляет…

Ох, ничего себе! Это что же, здесь за каждый шаг платить нужно? Нет уж, фигушки. Да, у меня была некоторая сумма, но я решила приберечь ее на самый крайний случай. А сейчас будем идти по инструкциям, написанным на форумах.

— Мудростью Светлой Богини, да будет и ваш род увенчан. И да станет он гибким, как ветви, которые не ломятся, но гнутся под самым сильным ветром испытаний, ниспосланных нам Небесами и драконом Эльратом! И да станет нашим символом древо белое, как наши помыслы и чаяния, и да будем стремится, дабы было меньше темных полос, вещающих об отщепенцах и предателях рода нашего. Нарекаю я род наш — родом Илленеллы ветви Березы!

Словно негромкий вздох прокатился по окружающему нас лесу. Стволы деревьев светлели, на них оставались кое-где темные полоски и пятнышки. Сам лес становился светлее и каким-то, более приземленным, что ли?

Внешность самих эльфов также претерпевала изменения. Если в вышедшей встречать меня делегации из девяти чело… эльфов, было поровну, трое с мечами, трое с луками и трое с посохами, то теперь соотношение изменилось. По двое воинов и пятеро магов. Все стали чуть стройнее и не такими силачами, какими были сразу воины.

— Принимаем с благодарностью твой выбор, о Повелительница Илленелла. Да будет твое правление долгим, и принесет оно процветание и радость нашему роду.

Обязательная вступительная сцена завершена. Желаете ли Вы отключить витиеватость речи в дальнейшем? Стоимость услуги — …

Если так и дальше придется ломать язык в обычной разговорной речи, то, наверное, я решу, что наступил, тот самый, «крайний» случай, и все же потрачу реальные деньги.

Я иду в свой Замок в окружении встречавшей меня «делегации», прокручивая в голове рекомендации по начальному строительству. Хочешь, не хочешь, а первыми надо строить именно Здания воинов. Хотя бы хоббитов, чтобы получить стрелков в свою армию и обеспечить население Замка пропитанием.

Впрочем, проверив наличествующие ресурсы, я тут же отодвинула строительство на второй план. Перво-наперво, мне необходимо раздобыть дерево и камень.

А так как в Замке нет ни единого строения, где я могу призвать воинов, то…

Раздавшаяся трель мобильного отвлекла меня от ноутбука. Олька…

— Да, привет.

— Ты уже начала?

— Да, уже и ветвь выбрала. Сейчас думаю, как мне развивать Замок, не имея ни золотого за душой.

— У нас проблема! И большая! Этот придурок не только взял орков, он еще и Нетерпимость выбрал!

Я быстро просматриваю на форуме, о чем идет речь.

Да, плохо дело. Мы с Олькой уже обсуждали, что у эльфов и орков и так — взаимная неприязнь, а если теперь добавить еще и Нетерпимость, которую взял себе Сергей… Все очень плохо.

От огорчения у меня потекли слезы. Так все хорошо было спланировано, согласовано, и на тебе. Ради какого-то одного пункта Навыка, Сергей, фактически, обрубил любую возможность союза между нашими замками.

— Ау, Ленка, ты еще тут? Слышь, я тут подумала, фиг с ней, с этой Нетерпимостью. просто не будете войска сводить воедино. А Героев-игроков Нетерпимость особо не касается. Будешь бегать к нему на свидания сама, без охраны…

— Да? — я украдкой смахнула слезы с ресниц. Не хватало еще, чтобы туш потекла. Хоть и дома, а разговоры с родителями на тему «не убивайся ты так за ним» мне сейчас абсолютно не нужны.

Ладно, тогда продолжим. Что у меня тут есть?

Я вернула взгляд на экран и оторопела.

Центром каждого эльфийского Замка является материнское дерево той породы, ветвь которой выбрал данный род. В нашем случае, это была…

Гигантская, раскидистая, с белоснежным стволом, береза. Нет, пожалуй, правильнее было бы сказать — Береза. В корнях было видно несильное, но, тем не менее, весьма заметное, свечение — Источник.

Я подхожу к нему и прикладываю свой Перстень власти. Все, теперь я настоящая Повелительница, со своим Замком и родом эльфов…

«Вызвать меню строительства», давай попробуем хотя бы Цветник… Ага, фигушки. Нету ресурсов. Смотрю, каких.

Необходимо золото. Немного, каких-то пять сотен золотых.

Я задумываюсь. С одной стороны, феи красивые, и, за счет своей пыльцы, способны распылять некоторые заклинания на головы своих или вражеских врагов. С другой стороны, все советы на форумах сводились к одному — что в начале, Повелительнице эльфийского Замка, необходимы воины. Если она, то есть я, взяла себе магию.

Кстати, насчет магии. Я открываю свою книгу заклинаний, прикрыв, на секундочку, глаза.

Хоть бы было что-то полезное!

Глубоко вдохнув, я выдыхаю и, затаив дыхание, открываю глаза.

Пять книг магии дали мне четыре заклинания — «Густая Растительность», «Призыв Совы», «Травяные Ножи» и «Лечение»! Ура, бинго!

Я мельком просматриваю описания выпавших заклинаний и в недоумении останавливаюсь на «Лечении». Оказывается, это не лечение от ран, это, всего на всего, лечение юнита от болезней.

То есть, если мой воин натрет ногу в походе, подвернет лодыжку, порежет руку, простудится — я его вылечить могу, а если его ранят в бою противники — нет?

Я направляюсь в Заклинательный покой и даю команду на изучение следующего заклинания.

«Лишь бы это было… как там его правильно? Исцеление… ну, или на крайний случай, Регенерация…» молюсь я, распределяя поток от Источника на изучение и на восстановление моего запаса маны.

Ну, что ж, думаю я, нужно идти, добывать ресурсы.

В воротах Замка меня перехватывают давешние «встречальщики».

В ходе долгой, пресыщенной намеками и аналогиями, беседы, мне пытаются доказать, что Повелительнице не пристало бродить по окрестностям самой. Воспользовавшись своим классовым «обаянием» и волей Повелительницы, я решаю, что иду в поход, а те, кто считает, что моя жизнь очень важна для Замка и расы, могу идти в моей свите.

Я бы с радостью отказалась и от свиты, уже по горло сыта родительским просмотром в реальной жизни, но, как подсказала вовремя вмешавшаяся Олька, сама я разве что кролика смогу забить… и то — ногами.

Оба воина с мечами, оба лучника и три мага решили последовать за мной. Оставшиеся два получили мое высочайшее повеление остаться в Замке и следить за порядком.

И да, буквально через несколько минут ходьбы, мы повстречали кролика. Бедный ушастик сильно хромал, подволакивая заднюю лапку. Повинуясь импульсивному порыву, я выбрала «Лечение» и применила его на грызуна.

«Вами успешно вылечен нейтральный юнит — Кролик первого уровня. Получен опыт… За бережное отношение к природе, Ваши отношения со Светлой Богиней изменились на +1».

Прикольно, то есть я получаю опыт не только за убийства, но и за… хм… Я тут же поделилась новостью с Олькой, за что получила шутливое прозвище «Защитница бабочек и мотыльков, целительница сломанных лапок и вообще, доктор Айболит в юбке».

Я огрызнулась, что не ношу юбок, на что получила запрос, показать эльфийку в джинсах.

Хм, а это идея, подумала я. Как только вернемся в Замок, надо будет перешерстить свой гардероб. Длинное, классическое платье, это, конечно, классно, но жутко неудобно для ходьбы по пересеченной местности. Да и идиотские туфельки на шпильках, постоянно вязнут в мягкой почве лесной подстилки, сильно замедляя скорость нашего передвижения.

Теперь я понимаю, почему на всех картинах принцессы передвигаются исключительно на конях. Как только построю поляну единорогов или у меня будут пегасы, сразу же обзаведусь верховым животным.

Я мечтательно закатила глаза. Я, такая красивая, в белоснежном платье, с длинным подолом, торжественно въезжаю в Замок к Максу и…

Мда… рост Макса ломает весь кайф. Если я спрыгну ему на руки, то, скорее всего, просто придавлю его собой.

Ладно, пусть будет… ОЙ!

Я уткнулась носом в спину воина, который закрывшись высоким щитом, заградил мне дорогу. Подсказка внизу экрана услужливо сообщила мне, что от его спины исходит приятный запах лесных цветов.

— В чем дело? — грозно интересуюсь я и осекаюсь, заметив торчащие в щите корявые стрелы.

Из-за противоположных кустов встают три орка-стрелка и пятеро воинов.

Мои два лучника ввязываются в перестрелку с противником. Вражеские пехотинцы, вскинув над головами боевые секиры, бросаются на нас.

— Делай, как я, — кричу я своим магам.

«Травяные ножи» и весь путь орков усеян быстро растущими полосками, разящими, как ножи, несильно, но, зато, на каждом шагу.

Четыре травяных пятна не убивают пятерых орков, но наносят им настолько большой урон, что они добегают до наших воинов с мечами изрядно израненные.

Несмотря на превосходство в физической силе, зеленокожие теряют одного воина, потом второго.

У меня проходит откат, и я накладываю следующее заклинание — «Густая растительность» прямо на том месте, где стоят орки. Мгновенно выросший высокий и густой кустарник сильно сковывает движения противника, помогая нашим воинам вести бой.

По моей команде, маги применяют «Ножи» на орков-стрелков и те, утыканные стрелами моих воинов, падают чудовищными ежиками на землю.

Результатом боя стала победа над орками, гибель одно моего воина с мечом и повышение меня на один уровень. Еще увеличились характеристики Сила Магии и Устойчивость к откатам. Первая выросла за повышение уровня, вторая, за счет постоянного применения заклинаний, «от тренировок», так сказать.

«Дипломатия» или «Лидерство», что выбрать?

В сумме с моим классовым «Обаянием», первое, давало повышение вероятности, что ко мне присоединяться нейтральные войска и чуть-чуть снижало негативное влияние на мораль «разнородности» моих войск. В теории, сильно прокачанная «Дипломатия» могла нивелировать минус от присутствия в моей армии воинов другой расы.

«Лидерство» повышало мораль воинов во время боя, их стойкость во время боя и, при условии личного присутствия на поле боя, чуть поднимало показатели Атаки и Защиты воинов.

Немного поразмыслив и почитав на форумах, я решаю выбрать «Дипломатию», в надежде на то, что это поможет мне потом найти общий язык с Максовыми орками.

Заглянувший в комнату отец намекнул мне, что уже, как бы, поздновато и «сегодня» надо опять идти в школу.

Упс… засиделась за полночь…

Обещаю отцу, что сейчас отдаю последние приказания и иду спать.

Так, по карте, мы практически подошли к какому-то источнику ресурсов — серому прямоугольнику. Дождавшись отката, я создаю сову и отправляю ее в разведку.

Буквально через несколько секунд, я уже кляла себя последними словами. Бедная ночная птица летела по лесу практически на ослеп, то задевая крыльями ветки, то с громким «буммм» ударяясь о ствол очередного, растущего не на том месте, дерева.

Я невольно усмехнулась, вспомнив старый детский анекдот-загадку.

«Кто это: угу, угу, БУМММ, ого, ого?» Ответ — сова по лесу летит…

Сова не обнаружила больше ни единой засады, и мы подошли к месту страшного кощунства — лесопилке. Оставив одного мага наводить порядок и запускать источник ресурсов, мы повернули в Замок.

* * *

— В общем, Ленка, смотри. Сергей, вроде, на этот раз, натупил гораздо меньше, и кроме Нетерпимости, больше сюрпризов не будет. Как у тебя дела двигаются?

— Да как. Успела взять один уровень и «Дипломатию». Силу Магии подняло.

— Ну, это, как раз, для Волшебницы хорошо. Как только Макса выпустят, я постараюсь взять у него координаты их Замка.

— Слушай, я все хотела спросить, а как Макс теперь будет играть?

— Отец Сергея сказал, что как только Сергей нормально закрепится в мире Земель, Максу выкупят какой-нибудь нормально развитый замок и отдадут. Ну, это не считая всяких других вариантов, ты же понимаешь. Не волнуйся, будет у брательника приданное. — Олька ухмыльнулась.

Дура, думаешь, мне нужно его «приданное» — кучка циферок и точек на экране?

И вновь, едва дождавшись окончания уроков, я пулей несусь домой.

Быстро перекусив, я раскладываю тетради с домашкой и включаю ноутбук. Благо, расстояния в игре сделаны такими, что вполне можно заниматься и своими делами, и поглядывать за происходящим на экране.

Золота, полученного от Замка за первый день, пока что не хватает ни на что, поэтому, скорее всего, сегодняшний день также пройдет в плане строительства «впустую».

Я вновь бросила взгляд на полочку, где в специальной подставке, в обрамлении махоньких пушистиков и сердечек, стояла карточка.

По договоренности с родителями, каждая неделя без плохих оценок означала некоторую сумму на нее. Неделя с отличными оценками — заметно большую сумму. Эти, бонусные деньги, я копила на свою тайную мечту — шикарные, легкие, словно невесомые, туфельки.

Сейчас моя жадность соперничала с моим сердцем. Последнее велело, прямо-таки кричало, «влей их в игру, этим ты поможешь ЕМУ». Зеленокожая пучеглазая «жаба» квакала — «а как же мечта?»

Я сильно прикусила сжатый кулачок. Слезы так и брызнули из глаз от боли. Я так мечтала, так хотела, так ждала и считала каждую «монетку»… и теперь взять, и потратить их?

Перед моими глазами встали цветы, которые дарил мне Макс. Они увядали через пару-тройку дней. Он вполне мог бы не дарить их мне, я знала, что с деньгами у них не очень, но… Но ведь мне было так приятно, так щемило и сжималось сердце, когда по моему уху нежно и ласково гладили лепестками роз…

Я слабо и грустно улыбнулась, опустив взгляд на тетрадь. Она не просто промокла, она пошла буграми.

Намокшая тетрадь была испорчена окончательно, поэтому мне пришлось переписывать ее полностью. Это немного успокоило меня и дало возможность подумать. Туфельки я собиралась покупать для прогулок с Максимом. Теперь это уже было не актуально, поэтому… Поэтому я со спокойной душой ввела данные своей карточки и списала все свои сбережения «под ноль».

На Ваш игровой счет был осуществлен перевод денежных средств в размере 260 уе.

Отлично, теперь у меня есть возможность начать строительство нем…

— Леночка, что происходит? — в мою комнату без стука влетели родители. — ты что-то купила?

— А откуда вы знаете?

Для меня оказалось очень неприятным сюрпризом то, что моя карточка была подключена к папиному мобильному. Оказывается, о любой операции с моей карточкой ему приходило оповещение на телефон.

Узнав, на что я потратила все свои сбережения, родители устроили мне натуральный скандал. Для начала, папа отправил запрос на отмену операции. Тем временем, мама прочитала мне лекцию, о недопустимости трат денег на подобные «безделушки».

— Леночка, доченька, пойми, ты потратила деньги на нечто нематериальное, на то, что даже в руки не возьмешь. — увещевала она, пока отец звонил в банк и ругался там с кем-то.

— Мама, — прервала я поток ее увещеваний. — скажи, в чем, по-твоему, разница, между тем, на что потратила деньги я и тем, на что тратите их вы? Например, папины сигареты или плитки для твоего кальяна…

— Не твоего ума дело, — мамин голос взвился до визга, вынудив поморщиться папу. — мы взрослые люди и не обязаны перед тобой отчитываться!

В это время папа, договорив по телефону, вернулся к нам.

— Леночка, объясни мне, пожалуйста, зачем ты это сделала?

Можно подумать, я совершила что-то ужасное. Убила или обокрала кого-то.

— Пап, что я сделала? Я совершила что-то противозаконное? Я, всего-навсего, потратила свои собственные деньги. Потратила так, как посчитала нужным в данный момент.

— Ты потратила их на абсолютно бесполезную вещь!

— Для тебя — ДА! — выкрикнула я и, вся в слезах, бросилась в свою комнату.

Ничего они не понимают. Я потратила деньги, чтобы помочь Максику, чтобы помочь любимому. Я сделала шаг, чтобы мы были вместе, и чтобы мы были счастливы.

«Вы желаете произвести покупку десяти единиц дерева за счет средств с Вашего счета?» — «Да».

«Вы желаете произвести покупку десяти единиц камня за счет средств с Вашего счета?» — «Да».

«Вы желаете произвести покупку десяти тысяч единиц золота за счет средств с Вашего счета?» — «Да».

Вот, теперь можно и строиться. Цветник и Норы Хоббитов, это как раз за одни сутки будет готово. Я отряжаю свою армию обойти окрестности, пока меня не будет, с четким приказом, не ввязываться ни в какие бои без меня.

К тому моменту, когда мама зашла в мою комнату с твердым намереньем выгнать меня из-за компьютера, я уже была в кровати.

— Спокойной ночи, мам.

— Спокойной… — мама недоверчиво прислушалась, не шелестят ли вентиляторы ноутбука.

* * *

На следующее утро я рассказала о своих тратах Ольке.

— Тебе подкинуть денег? — сразу же въехала в мои проблемы подруга.

— Пока не надо, а там посмотрим. Ты мне лучше вот что скажи, как-то можно раздобыть капсулу?

— Я попробую у Константина узнать, но не обещаю.

Не став дожидаться окончания уроков, я сказала классухе, что плохо себя чувствую и, так как по оставшимся предметам у меня было все в порядке, она отпустила меня домой.

Вхожу в игру. Слева от материнского дерева раскинулся шикарный Цветник, усеянный гигантскими цветами. Над ними порхают миниатюрные фигурки в коротеньких платьицах.

Я подхожу ближе и на некоторое время теряю связь с остальным миром, настолько красивые и необычные покрои платьев у фей.

Я тут же хватаю тетрадку и карандаш и начинаю зарисовывать себе эскизы. Впрочем, поймав себя на мысли, что уже планирую, в какой очередности буду их шить, я останавливаюсь и запускаю поиск в браузере.

Естественно, большинство ателье уже давно разнообразили свой ассортимент фасонами из компьютерных игр.

Начиная от нижнего белья в форме пресловутых бронелифчиков из тончайшего шелка («для сохранения формы, настоятельно рекомендуется накрахмаливать изделие перед использованием») и до полнометражных королевских свадебных платьев светлых эльфов. Для любителей экзотики, были и доспехи воительниц темных эльфов, и ночнушка орчихи, и поварской фартук гномши (неизвестный комментатор оставил запись — «сделано из шкуры ж.-ы дракона!») и много чего еще.

Я поняла, что просто даром теряю драгоценное время до прихода родителей.

Отдаю приказ на строительство Поселка Гномов и Леса Эльфов, закупленных ресурсов как раз хватило в обрез.

Отправленная в самостоятельный поход, армия обнаружила три шахты и несколько строений. Первые практически не охранялись, поэтому, ценой потери одного стрелка-лучника, я стала обладательницей шахты по добыче руды и камня. Золотая шахта находилась под сильной охраной, поэтому, пока что осталась нейтральной.

Строения требовали личного обследования, так что я быстро провела призыв фей и хоббитов и объявила о выходе отряда из Замка.

Девять фей, двенадцать хоббитов, один мечник, один стрелок и пять магов, мне хотелось надеяться, что этой силы, пока что, будет достаточно.

Выругав себя за то, что не сделала этого ранее, я подзываю по одной к себе фей и выясняю, каким эффектом обладает пыльца каждой. Меткость — две штуки, Замедление — две штуки и Радость — все остальные, м-да, не густо.

Подойдя к золотой шахте, я выясняю у своих эльфов, кто там. Как оказалось, троглодиты. Немного, по меркам игры, всего сотня.

Так как у меня одни только стрелки (один эльф-мечник не в счет, а про фей можно вообще забыть), я максимально далеко выстраиваю свои войска, так, чтобы противник потратил как можно больше времени, добираясь до нас.

«Я забыла посмотреть, какое заклинание было изучено в Заклинательном Покое» спохватываюсь я, и тут же успокаиваю сама себя — ведь будучи изученным, оно самостоятельно добавится в мою книгу заклинаний.

С сильным биением сердца открываю книгу — «Неловкость». Скажем так, далеко не то, что хотелось бы, но и не самый худший вариант. На форуме это заклинание расписано как очень полезное именно в моем случае. Бегущие противники будут спотыкаться, путаться в ногах, сталкиваться между собой, в общем, всячески замедлять скорость своего продвижения к моим воинам.

Эльф, посланный с целью «сагрить» (именно так было написано в мануалах) на себя троглодитов, пулей вылетает из шахты и сломя голову несется к нам. За ним медленно выливается огромная, даже издалека, толпа.

Построившись в кое-какой порядок, они начинают наступление на нас.

Внезапно, темная полоса перечеркивает небо и попадает в одну из порхавших над рядами троглодитов фей. Слабый вскрик, и маленькая девочка со смешными крылышками бабочки, скомканной куколкой, падает в толпу троглодитов.

Скоты!

Я молниеносно решаю в первую очередь бить не по наступающей пехоте, а по прикрывающимся ее спиной магам.

«Травяные ножи»!

Хоббитам, атаковать пехоту, магам — приказ тот же, лучнику — цель — маги!

Мое заклинание убило троих магов из стоявших пятерых. Четыре раза звонко тенькнула тетива и последовавший тихим голосом отчет, «Повелительница, Ваш приказ выполнен», возвестили меня о том, что с магами покончено.

«Густая растительность» сильно замедлила троглодитов, да плюс эффект пыльцы от одной оставшейся феи, дал возможность моим хоббитам и магам, над которыми так же потрудились две феи, перебить пехоту на подходе, не допустив до рукопашной схватки.

Наверное, у меня со вчерашнего дня оставался запас набранных очков опыта, потому что перебитая армия безглазых принесла мне сразу два уровня повышения, вместе с радостным извещением о достижении предела набора уровней в день.

Я отдаю приказ, возвращаться в Замок и успеваю выключить ноутбук как раз вместе со звуком ключа, поворачивающегося в замке.

«Совсем, как какая-нибудь малолетка, которая боится, что ее застанут за чем-нибудь запрещенным», мелькает у меня мысль.

Так закончился мой второй день игры в Земли Меча и Магии, думаю я, укладываясь спать пораньше. Ведь еще с младенчества, любой ребенок знает, что чем быстрее ты уснешь, тем быстрее наступит следующий день, а вместе с ним и все то радостное, что ты ждешь с таким нетерпением.

Заглянувшая в очередной раз ко мне мама, с озабоченным лицом потрогала мой лоб, переспросила, хорошо ли я себя чувствую и выразила озабоченность тем, что я, которую раньше не возможно было заставить пойти спать, ложусь так рано.

Эх, мама, мама, какая же ты у меня глупенькая…

Суббота… Чем можно заняться мне, пятнадцатилетней девушке, в субботу дома, если включенный ноутбук вызывает у родителей ненависть?

Перебирая свои вещи, я, совершенно случайно, наткнулась на пяльца. У меня в голове всплыли эпизоды из прочтенных в далеком детстве рыцарских романов. О том, как верные жены, ожидая возвращения своих любимых мужей из походов, вышивали им флаги. Почему бы и мне не заняться вышивкой? Вспомнить детство, так сказать.

Поиск в интернете не дал мне готовой схемки, поэтому пришлось смотреть готовые флаги и продумывать самостоятельно.

Из всех просмотренных примеров я выбрала два варианта: флаг урук-хаев из трилогии фильмов «Властелин Колец» или боевой штандарт Орды из вселенной «Вархаммер 40К».

Кстати, первое название было знакомо, где-то я его встречала. Пролистнув хрестоматию мировой литературы, я нашла интересующую меня страницу.

Дж. Р. Толкиен, считается отцом фентези. Автор книг по придуманной им самим вселенной, Сильмарильон, Хоббит или туда и обратно, трилогия Властелин колец.

Ну, первую отложим, так как я даже название смогла прочитать не с первого раза. А вот между второй и третьей, я некоторое время выбирала. Судя по названию, первая об одной из моих рас, зато из второй можно, наверное, получить описание флага.

Немного поколебавшись, я задала запрос в поисковике, с какой книги рекомендуется начинать знакомство с творчеством этого писателя?

Так как большинство советовали начинать с Властелина, я решила взять… Хоббита.

Почему, спросишь ты, дорогой читатель? Просто потому, что я не привыкла бросать начатое на «полдороги», а домучать одну книгу всяко легче, чем трилогию, буде оно мне не пойдет.

«В уютной норе под Горой жил-был маленький хоббит…»

Заглянувшую в мою комнату маму я поприветствовала еле заметным кивком головы.

— Леночка, ты завтракать будешь?

— А? Да нет, наверное, или да…

— Что ты там такое читаешь? Покажи, пожалуйста… Опять хоббиты, эльфы, Лена! Ты скоро совсем умом тронешься!

— Мама, в чем дело? Мы этого автора, между прочим, проходим по школьной программе! Так что не мешай мне, пожалуйста, делать домашнее задание!

Сказать, что мама была удивлена, это не сказать ничего. С глазами, полными изумления, она пролистала хрестоматию, потом тихонько вышла из моей комнаты. Я прислушалась.

Разговор шел о моей учебе, о том, что, по-видимому, я смогла чуть успокоиться, о том, какой бред сейчас изучают в школе. Вскоре мама вошла в мою комнату, неся в руках стопку книг.

— Лена, возьми, это полное собрание сочинений «Профессора», читай лучше с бумаги, не порть глаза.

Как бы это глупо не звучало, но к моему огромному облегчению, контроль с меня сняли. Я то могла устроить истерику, запереться в комнате, но зачем? А так, и волки целы, и овцы сыты. И мама спокойна, и я могу, со спокойной душой и каменным лицом, улечься поудобнее на кровати и, сделав вид, что читаю книги, контролировать действия своей армии.

Здания гномов и эльфов уже были построены. Если я правильно поняла, то халява кончилась и больше строить за двенадцать часов я не смогу.

Целых двенадцать низкорослых, бородатых, вооруженных топорами (секирами, услужливо подсказали мне всплывающие надписи), гномов вышли из строения на мой призыв.

Став на одно колено, они вскинули вверх свое оружие и слажено прокричали славу мне, их Повелительнице. Насколько я смогла понять из руководств, это была моя основная ударная сила, моя доблестная пехота. Как стрелки, гномы были весьма посредственны. Они могли либо метать топоры, либо стрелять из арбалетов своей собственной конструкции.

Хоббиты засыпали противника целым градом камней из своих пращ, выигрывая у гномов за счет дальности и большего количества «выстрелов», а эльфы брали потрясающей меткостью и скорострельностью.

Тем не менее, благодаря имеющейся возможности, я решила дать своим гномам умение метать топоры на близких дистанциях. Впрочем, для этого необходимо было строить отдельное здание, так что, сейчас это было не принципиально.

Десять стройных, с высокими, но узкими лицами, хорошо заметными ушами, эльфов выстроились передо мной. Как один, они отвесили неглубокий, но исполненный уважения поклон.

— Пусть воссияет над нашими головами несравненный свет твоей мудрости, о Повелительница! Повергнем же в прах и вернем во Тьму всех врагов Твоих, о Лучезарная!

Так, надо прекращать этот цирк, а то у меня ум за разум зайдет вникать в их высокопарные речи.

С горем пополам построив пару таких же витиеватых фраз, я отделалась от необходимости вести «непринужденную» беседу с целой оравой эльфов, каждый из которых старался перещеголять других в заумности сказанных им комплиментов.

Мои вновь призванные соотечественники распределились вполне ожидаемо. Пятеро обладали весьма высокими магическими способностями, двое оказались отличными стрелками, а оставшиеся трое — были сильнее других, поэтому были назначены мною воинами.

Я еще раз пересчитала свои войска: десять магов, три лучника, четыре мечника, восемь фей, двенадцать хоббитов и двенадцать гномов.

Вы когда-нибудь пробовали играть на ноутбуке, то и дело переключаясь на раскрытый браузер? А если он при этом еще и лежит на вашем животе?

У меня с каждой минутой крепло ощущение, что мои внутренности медленно пекутся в духовке, настолько сильно нагрелось дно моего «окна» в мир Макса.

Я уже несколько раз выразила глубочайшую благодарность самой себе и своей фигуре за плоский животик, на котором так удобно получилось поставить розового «дружка».

Мне уже удалось выиграть за сегодня три боя и сейчас, я целеустремленно двигалась к четвертому отряду врагов, в надежде взять второй за сегодня уровень, чтобы не отставать от того, теоретического темпа, который можно было поддерживать только непрерывной игрой, два уровня в день.

Из рассказов Ольки я уже знала, какую ошибку допустил Сергей в свою первую игру, играясь, словно в песочнице. Разосланные в разные стороны феи, а ночью еще и призванная Сова, разведали территорию вокруг моего Замка на два-три дня пути во всех направлениях, и сейчас, на последний день недели, я могла похвастаться семью набранными уровнями, шестью захваченными шахтами, отстроенной Рощей Дендроидов-Энтов и… Аж страшно вспомнить, потерей почти четверти моей армии.

Как я не гнала те воспоминания, но маленькие хоббиты, растаптываемые в кровавые лепешки лавиной кентавров, маг, прикрывавший меня своим телом, которому огромный человек с головой быка сносит своим топором… Кровь, брызнувшая мне в экран так, что я, отшатнувшись, упала на спину вместе со стулом…

Собственно говоря, именно это падение, а также, последовавшая за ним истерика, и послужили причиной того, что я целых два дня была отлучена от ноутбука вообще.

Ставший уже привычным, тяжелый разговор с родителями, морали, нравоучения, вздохи-ахи, что я не такая девочка, как все…

Бессонная ночь. Стоило мне закрыть глаза, как кровь вновь застилала все вокруг… Только лишь я начинала дремать, как с громким криком вскакивала в кровати — на меня неслась лавина коней с человечьими лицами…

Утром первым уроком у нас был диктант. Ходя меж партами, училка периодически заглядывала в тетради. Едва взглянув в мою, она мгновенно прекратила чтение.

— Леночка, с тобой все в порядке?

Я промакиваю глаза и поднимаю взгляд на нее.

— Леночка, ты меня слышишь? С тобой все в порядке? Посмотри, что ты пишешь!

Моя тетрадь сплошь исписана фразами «Кровь! Их всех растоптали! Они все мертвы! Кровь!» Я понимаю, что перед моими глазами все плывет…

Очнулась я в школьном медпункте, от резкого, режущего нос, запаха. Надо мной склонились наша школьная медицинская сестра и училка, за их спиной стояла бледная Олька. В приоткрытые двери мед кабинета была видна стайка одноклассниц.

— Леночка, маленькая, ну ты и испугала нас. Скажи, что случилось?

Олька, стоя позади теток, делает страшные глаза и энергично кивает головой, словно говоря мне — не рассказывай им правду!

Что же соврать? Что готовилась к диктанту, бред…

— Я… у меня… ну в общем… — я сделала вид, что стесняюсь, но меня прекрасно поняли.

— Бедненькая, ну ладно, давай, иди домой. Доберешься, или… Ольга! Раз уж ты помогала мне нести Леночку до мед пункта, проводи ее и домой, пожалуйста.

— Да, конечно, сейчас, я только вещи наши из класса заберу.

Она пулей вылетает из кабинета, вслед за ней выходит и учительница, забирая с собой весь класс.

Медсестра, словно заправская заговорщица, подмигнула мне и отвернулась, выбрасывая в мусорное ведро ампулу из-под нашатыря.

Я откинулась в кресле, потом приподняла голову.

— У Вас есть что-нибудь успокоительное?

— Что, с мальчиком поцапалась, да? И не спала всю ночь? Небось, вся подушка до сих пор сырая… На, глотай, поможет…

В двери заглянула Олька, в ее руке высели наши сумки. Ладно, дома успокоюсь.

Доведя меня до подъезда, она шепнула на ухо:

— Завтра начинается следующая неделя, должны запустить Макса.

Во мне словно сменили батарейки, Макс! Любимый, которому нужна помощь.

До самого вечера, перерыв всю «сеть», я смотрела самые чернушечные видики, с расчлененкой, кровяхой и убийствами. Мне нужны железные нервы!

Ночью мне снились кошмары. В одних я, распятая и истерзанная, висела на каких-то цепях, а меня истязали кнутами, рвали плоть… В других я, словно безмолвный дух, присутствовала при пытках абсолютно незнакомых мне людей…

Несколько раз я просыпалась, вся в поту, крича от страха и надуманной боли.

Мама, прибежавшая на мои крики, была очень взволнована причинами этих кошмаров, и попыталась выяснить у меня, что мне снилось. К счастью, у меня хватило ума не говорить маме правду, а соврать, что я очень волнуюсь за Максика…

Утром, на семейном совете, мне было дано разрешение проводить ежевечерне в Землях по два-три часа, с категорическим условием, что если подобное будет продолжаться, то родители не посмотрят, что ноутбук был мне подарен не ими, и отберут его вообще.

В школе, едва мне стоило появиться, ко мне кинулась Олька:

— Его сегодня запустили!

Мы обнялись, словно родные сестры… Впрочем, почему «словно»? Ведь родная сестра мужа, пусть даже и будущего, пусть даже и виртуального, будет для меня самым родным человеком, после НЕГО.

— Папа, папа, а если девочка любит девочку, это как называется?

— Лесби-им било харашо, синок! — прокомментировали наши обнимашки одноклассники. Ну и пусть, идиоты, ничего они не понимают.

Искренне заинтересованным голосом, училка спросила о моем самочувствии. Я ответила, что спасибо, гораздо лучше.

Уроки прошли, словно в каком-то тумане. Меня, даже, вроде, вызывали, я, вроде, что-то отвечала… Меня даже хвалили за уместный и правильный ответ…

Домой я летела, словно на крыльях. Олька, спросив разрешения заскочить ко мне, бежала рядом.

И пусть мы еще не могли общаться напрямую, только через чат и скайп, но сама мысль, что любимый ближе, чем раньше, согревала мое сердце.

В пятницу Олька, извинившись, сказала, что на выходных будет сильно занята, и что не сможет пригласить меня в кафешку, чтобы отпраздновать свое совершеннолетие. Как она сказала, мы потом сходим, лады?

Было, конечно, немножко обидно, но, раз не может, значит не может. Тем более, что Олька предупредила меня заранее, а не так, как это сделала Ирка, которая позвонила в полвторого и сказала, что застолье, назначенное на два, отменяется.

Макс, узнав о моих планах помочь им, не стал отговаривать меня, но очень сильно просил, чтобы я не ложилась в капсулу.

Когда я заикнулась о том, что мне не хватает средств, он тут же спросил данные моей учетки и перебросил на нее некоторую сумму. Так что к концу недели я уже смогла более-менее достроить основные здания моего Замка.

В воскресенья утром я отправила сообщение Ольке, поздравив ее с праздником и «отработала» разрешенные мне родителями два часа в Землях.

Понятное дело, что в будни я играла больше, делая невинные глаза в ответ на вопрос родителей, играла ли я, пока их не было дома, поэтому, на данный момент, я смогла набрать двенадцать уровней. Мало, конечно, но, зато, моя армия, хоть и несла потери, тем не менее, ходя в походы самостоятельно, успела очень неплохо подняться в плане опыта.

У меня уже было много опытных воинов, было несколько ветеранов и капитанов. Как сказал Макс, выслушав мой отчет о состоянии дел, ничего страшного, невысокий уровень моего Персонажа компенсировался опытностью армии.

В принципе, за счет использования фей и призываемых сов в роли разведчиков, я успела изучить почти весь свой Сектор.

Три золотых шахты, по две шахты камня, руды и лесопилки, зато ни одной шахты ртути и серы.

На мой вопрос, возможно ли организовать торговлю между нашими Замками, Макс сказал, что для этого необходимо, чтобы наши армии хоть раз встретились.

Став совершеннолетней, Олька получила доступ в игровые клубы, где стояли капсулы виртуальной реальности и могла теперь «лично» побывать в том мире, который для меня был пока закрыт.

— Ленка, честное слово, как только тебе будет шестнадцать, я помогу тебе раздобыть капсулу, мы снимем квартиру, чтобы ее установить…

Окончания третьей недели, я ожидала как летних каникул, молясь, чтобы она наступила как можно быстрее.

* * *

«Здравствуй дорогой дневник. Прости меня за то, что так редко пишу в тебе. Завтра у меня начинается новая жизнь, у меня снимаются границы с Сектора.

Я собираюсь разослать во все стороны разведывательные отряды, состоящие из фей или эльфов, с четким приказом, искать Замки, где живут зеленокожие создания.

По совету Максика, я разослала по одному-двум разведчиков к границам моего Сектора, так, чтобы если произойдет вторжение неизвестного врага на мои территории, я узнала об этом заранее.»

Я закрыла дневник и задумалась. Меня не оставляла мысль, что я что-то упустила. Вроде как и Замок развит достаточно хорошо, и родительский контроль мне удалось ослабить своим примерным поведением, и армия неплохая для конца третьей недели, но…

Ну да, конечно же, как я могла забыть! В левой части моей карты, «на Западе», как я привыкла говорить для себя, находилась цепь высоких гор, которые охватывали часть земель моего Сектора, делая их недоступными ни для просмотра, ни для проникновения моих войск.

Пожалуй, с завтрашнего дня, я беру всю свою армию, и иду к этим горам, изучать, что же там такое.

* * *

Едва придя со школы, я тут же включаю ноутбук.

«Уважаемый Игрок, с сегодняшнего дня границы Вашего Сектора…»

Бла-бла-бла… Бедная Красная Шапочка, не ходи одна по лесу и так далее…

Собираю свою армию и мы выдвигаемся на запад, по направлению к горной гряде. В моих мечтах, там, за горами, обнаружатся… Не знаю, мысли метались между горами сокровищ, свободными шахтами и… И чем-то необычным, таким, чего еще никто в Землях не открывал. Что-то, что поможет мне сразу найти Замок Сержа и моего любимого…

На подходе к горам, мы встречаем небольшой домик. Разведчики мне докладывали о нем, но так как я уже была в курсе, что некоторые задания и квесты выдаются только Игрокам и только лишь один раз, то они обошли его стороной.

Из домика вьется дымок, слышны удары молота по наковальне. Отлично, вероятнее всего, здесь живет гном. А с гномами у меня, волшебницы, повелительницы эльфийского и гномьего замка, могут быть только хорошие отношения.

Так и получилось. Вышедший на наш зов, бородатый, пожилой гном, едва увидев соотечественников, сразу же расплылся в улыбке.

Минут пять мы наблюдали сцену встречи очень далеких родственников, которая выражалась в похлопывании друг друга по спине и по плечам, перемежаемым загибанием пальцев и перечислением дальней родни и степени родства каждого другому.

Наконец, один из моих заслуженных ветеранов, подвел кузнеца ко мне и отрекомендовал его, как очень опытного, умелого мастера, кующего выдающееся по своему качеству оружие.

— Мастер Доставалин, из древнего рода подгорных гномов, ведущих свое родство от самого Двалина!

— Очень приятно. Если Вы, уважаемый, так известны, как выдающийся мастер, может быть, Вы примете мое приглашение и переселитесь в мой Замок?

— Премного благодарен Вам, о Повелительница, за Ваше приглашение. Для меня будет великой честью, жить и трудится на благо Вашего Замка, но позвольте мне испытать Ваше величие. Достойны ли Вы того, чтобы быть моей Повелительницей?

КВЕСТ!!! Я захлопала руками от радости. Квест, это гарантированная возможность получить как опыт, так и сокровища. Да и само наличие неразгаданной загадки, была такой волнительной.

— Естественно, многоуважаемый Доставалин. Я готова доказать свое величие и право быть Вашей Повелительницей.

— Здесь, неподалеку, есть высокие, непроходимые горы. Ни Феникс, ни Дракон не может перелететь их. Нет через них ни перевала, ни расщелины. Но есть подземный, тайный проход, секрет которого веками хранила моя семья. Если ты действительно готова испытать себя, я открою его тебе.

— Что я должна буду сделать?

— По преданию, там, за горами, лежит священная Долина Единорогов. Долгие годы, они выходили оттуда и шли в наш мир. Но однажды прилетел страшный Дракон, который закрыл проход и поселился в нем. С тех пор перестали приходить волшебные кони из Долины в наш мир… И померкли краски его, и меньше стало Удачи, и стала расползаться Тьма по Землям нашим…

— Короче, уважаемый Доставалин, мне надо убить Дракона и освободить Долину Единорогов?

— Да, о Повелительница! Исполни пророчество. Убей Посланца Тьмы и освободи воинов Света! И да воссияет Радуга нам Твоей головой! И да…

Что там еще должно было произойти, я уже не стала дослушивать, дав команду своим воинам идти по направлению к открывшемуся по взмаху руки гнома проходу в целостной стене гор.

Пройдя буквально пару сотен шагов, мы уткнулись в массивные ворота, исписанные красивыми узорами и рунными надписями.

При попытке открыть их, передо мной всплывает системное сообщение:

«Врата Долины Единорогов откроются только перед тем, кто скажет „пароль“».

— Пароль. — произношу я как можно громче и четче.

Сначала я думала, что это шутка. Потом, что где-то ошибка.

Никто из гномов, включая достопочтенного Доставалина, не знал пароля!

На все мои расспросы, где его можно узнать, мне отвечали, что сия тайна недоступна им. Что она, тайна, покрыта мраком, словно самые дальние штольни выработанных шахт. Что данный пароль мне могут поведать лишь боги…

Плюнув на все, я обратилась за помощью на форум игры.

Первое, что пришло мне в голову, это то, что я зря зарегистрировалась на форуме под женским именем. Подавляющее большинство ответов, полученных мною, гласили «бабам не место в мире меча и магии!». Меньшая часть была непристойными предложениями в мой адрес. Наконец, один человек задал вопрос, за какой замок, кем я играю и какой квест. Получив мой ответ, он зачем-то упомянул гоблинов, высказался в адрес разработчиков и буркнул на немецком — «дер парол».

Будучи слегка удивленной, я вернулась в игру и, подойдя к воротам, произнесла, как можно четче и громче эти слова.

Раздался пронзительный скрип, как будто створки не смазывал с момента… с какого момента, удивилась я сама себе. Можно подумать, оно здесь все действительно такое старое.

А вот паутину я не люблю, категорически! Целые космы старой, пыльной паутины, свисали с потолка пещерного коридора и струились по его стенам. Внезапно, прямо передо мной возник силуэт высокого бородатого старика, в длинной, островерхой шляпе с широкими полами. Взметнув полами и рукавами своей серой мантии, он двинулся вглубь пещеры.

Неужели я настолько прониклась виртуальностью, что даже здесь, сидя перед ноутбуком, слышу, как его посох клацает по полу?

Силуэт исчез без единого следа, оставив меня в полном недоумении.

Кто это, что он здесь делает, зачем он тут, что это все обозначает и…

Потянуло запахом серы. Вначале он был почти не ощутимым, постепенно густея и становясь все более заметным, во всяком случае, именно так описывала мне мои ощущения игра текстовой подсказкой. В конце тоннеля уже был виден свет, когда Доставалин обратился ко мне.

— О, Повелительница, позволь мне, ничтожному гному, предупредить тебя о той великой опасности, которая ждет тебя впереди.

— Дракон, что ли?

— Нет, о Лучезарная, к сожалению, нет. За долгое время, которое сей злобный дракон провел в пещере, он успел накопить несметные богатства, сияние коих способно затмить разум любого разумного, будь то гном, эльф или хуманс. Будь осторожна, чтобы не погибла ты, ослепленная сиянием злата и камней, что сияют солнца ярче!

Хм… С одной стороны, я же человек, Игрок, да еще и не в капсуле, так что на меня вряд ли распространяется влияние игрового золота. С другой стороны… Не зря же гному вложили эту речь? С третьей стороны…

Я настолько резко остановилась, что шедший за моей спиной симпатичный эльф-воин, не успел остановиться и уткнулся мне в спину носом. Вот и отлично. Вот и есть кого назначить разведчиком.

— Повелеваю тебе пойти вперед и разведать наличие и степень той великой опасности, о которой предупреждает нас достопочтенный Доставалин.

Несчастный эльф гордо выпрямился, бросил на меня взгляд, полный… обожания?!?! И двинулся вперед.

Странное сочетание гордо выпрямленной спины, торжественного лица и шаркающей походки смертника. Ладно, дойдет до поворота, заглянет, выяснит, что там и вернется. Так уж и быть, прощу его, думала я, следя за ним взглядом.

Эльф, вместо того, чтобы подойдя к крутому повороту, прижаться к стенке и осторожно заглянуть за нее, продолжил печатать строевой шаг прямо посередине коридора. Дойдя до поворота, он так же четко выполнил строевой поворот «нале-во», вскинул свой меч и с криком «Дракон!», бросился в атаку.

Не успел он пробежать и десяти шагов, как волна всесжигающего пламени скрыла его от наших глаз. Надпись-подсказка услужливо сообщила мне, что на меня пахнуло сильным жаром драконьего пламени и еще сильнее завоняло серой.

Когда пламя спало, на полу коридора не было ничего, что напоминало бы о стоявшем тут эльфийском воине в самых лучших в игре доспехах.

Если так поступать и дальше, я потеряю всю армию, подумала я и, решившись, двинулась вперед.

Мною руководил самый простой расчет, я — Игрок, а, значит, бессмертная. С точки зрения моих воинов, конечно. Если даже я и погибну, я смогу вернуться, а вот они — нет.

Страшно конечно было, жуть! Подойдя к повороту, я на пару секунд замедлила шаг. Хоть и понимаю разумом, что я — бессмертная, а это все вокруг, лишь игра, но все равно, страшно…

Словно предупреждение для меня, на стене виднеется силуэт моего воина, нарисованный копотью на камне. Мотивирует, знаете ли.

Сделав глубокий вдох в реальной жизни, я нажимаю кнопку, и мой персонаж делает шаг вперед…

Прямо передо мной оказывается огромная драконья морда красного цвета. Крупные желтые глаза с вертикальным зрачком, раздувающиеся ноздри, из которых идет легкий парок, клекочущий где-то глубоко в горле воздух, блестящие, белоснежные клыки, размером в мой локоть, пухлые, чувственные губи, чуть вывернутые наружу и… длинные, немного загибающиеся вверх, подрисованные копотью и сажей, ресницы!

Так это не дракон, а дракона. Или драконица…

— Приветствую тебя, Хозяйка ПодГоры. — ляпнула я первое, что мне пришло в голову.

Медленно, словно опасаясь меня сдуть, дракона выпускает набранный в грудь воздух и отодвигает свою голову от прохода, давая мне возможность пройти в расширяющуюся пещеру.

Крупное, стройное тело, покрытое гладкой и красивой чешуей красного цвета, длинный хвост, оканчивающийся стреловидным кончиком и крылья. Шикарные кожистые крылья, способные, казалось, накрыть всю пещеру собой, будь драконица сверху.

Я тут же представила себе, что у меня есть такие же, и я прихожу на танцульки в школу… М-да, надо только, что бы они складывались так же, как у теперешней владелицы.

— Слуш-шаю тебя, Владытшитса перворош-шденных. — начала разговор драконица своим глубоким, раскатистым контральто, словно оперная певица, растягивая некоторые гласные, и откровенно шипя. Ее раздвоенный язык сновал туда-сюда, словно иголка в бабушкиной швейной машинке…

— Искренне прошу простить меня и моих воинов, что мы посмели потревожить твой покой, Хозяйка ПодГоры, но нам…

— Мош-шеш-шь нас-сывать меня Гро. Полное имя даш-ше вы, перворош-шденные не выговорите.

— Уважаемая Гро. Нам необходимо пройти на ту сторону гор. Можем ли мы сделать это так, чтобы не потревожить твой покой? — лесть, она и в Африке лесть. А уважение к собеседнику, как мне неоднократно говорил папа, оно всегда пригодится.

— Надо ш-ше… Впервые с-са многие годы кто-то поинтерес-совалс-ся моим с-спокойс-стивием… — изумилась Гро. — мош-шет ещ-ще ш-шем удивиш-шь меня?

Удивить ее? Хм, это как понимать, еще один квест? Ладно, давай удивим тебя, ящерица краснорожая…

— Простите меня, достопочтенная Гро, но мой народ уже забыл, каковы правила хорошего тона в разговоре с представителями Вашего народа, поэтому я упустила то, что надо было спросить о Вашем здоровье, самочувствии…

Дракона задрала свою красную морду вверх и гулко расхохоталась. Эхо, перекатываясь от одной стены пещеры к другой, взбудоражило целую стаю летучих мышей и они, с громким писком заметались по пещере.

Пока дракона смеялась, я успела рассмотреть, что у нее на шее имеется огромный металлический обруч, напоминающий древнюю люстру, цепь от которой тянется куда-то вглубь.

— Да, — отсмеявшись, дракона опустила голову и вновь уставилась своими желтыми бездонными глазами на меня. — Эльфы всегда славились своими ритуалами, церемониями и умением вести себя подобающим образом в любой ситуации. Надо же, мы с тобой до сих пор разговариваем и успели сказать друг другу больше, чем со всеми теми, кто приходил до тебя. Значит, говоришь, вы просто шли прямо, и, раз уж коридор вел через мою пещеру, вы бы прошли мимо?

— Конечно же нет, уважаемая Гро. Как же мы могли идти мимо и не зайти поздороваться с Хозяйкой?

Во время очередного приступа хохота, я успеваю рассмотреть, что обруч очень сильно натер шею драконе, а судя по старым шрамам, она неоднократно пыталась снять его с себя.

— Врешь ведь, но врешь красиво. Будем считать, что убедила. Убедила не трогать тебя. Иди, возвращайся туда, откуда пришла и больше не приходи ко мне, в мою пещеру…

— Прости, Гро, мою наглость, но может ты хотела сказать, в твою Тюрьму?

— ГР-Р-Р!!! — дракона встает на задние лапы и расправляет крылья. Они действительно заполняют собой всю пещеру! — Что ты знаешь о тюрьмах?

— Я… — я задумалась. А оно мне надо?

Надо! Мне надо пройти на ту сторону, значит, я могу смело делать все, что поможет мне попасть на ту сторону Гор.

— Я знаю лишь то, что некая молодая и симпатичная дракона сидит тут, привязанная цепью, вместо того, чтобы летать там, на свободе, знакомиться с молодыми и интересными драконами, вить гнездо, откладывать яйца, растить детей…

Морда драконы придвинулась ко мне почти вплотную… Из огромных, желтых глаз вытекали и падали на пол, одна за другой, слезы.

Кап! И шипит разъедаемый камень, источая удушливый дымок (спасибо текстовой подсказке, сама я бы в жизни не догадалась, что дым удушливый, усмехаясь про себя, думаю я).

Аккуратно мотнув хвостом, Гро смахивает капельки со своей морды. А ей хвост не разъест, успеваю мельком подумать я.

— Знаешь, за сегодня я удивилась больше, чем за всю предыдущую жизнь. — говорит негромко Гро. — похоже, ты не врала, говоря, что вы просто шли на другую сторону, а моя пещера оказалась у вас на пути. Ты знаешь, что драконьи слезу — один из редчайших алхимических компонентов? Что собрав одну единственную каплю моих слез, ты могла спокойно разворачиваться назад. Поляна Единорогов не стоит тех денег, которые ты могла бы получить за слезу?

— Знаю, — идея соврать приходит ко мне мгновенно. — да, я в курсе, что если бы я собрала сейчас одну единственную каплю, мне бы хватило отстроить весь Замок. Но я действительно шла сюда не за сокровищами. Я просто шла мимо.

— И опять врешь… Но врешь, как всегда, красиво, так, что хочется верить. Не настолько уж и дороги наши слезы, чтобы отстроить весь Замок, но… Прошу тебя, молодая эльфа, уходи. Уходи, пока я расчувствовалась и готова отпустить тебя целой и невредимой.

— Гро, тебя держит здесь этот обруч? Да? А если мы снимем его?

— ЧТО??? — дракона взвивается вверх, пытаясь взлететь, но цепь недостаточно длинна и ее дергает вниз. — Для того, чтобы снять эту древнюю гномью люстру, нужны гномьи инструменты. А ни один дракон в здравом уме не подпустит к себе гнома. Тем более, с инструментами, которые служат бородатым карликам и оружием! Да и где ты возьмешь такого гнома, который согласится хотя бы подойти к живому, бодрствующему дракону? Я не говорю уже о том, чтобы помочь ему?

— Если мы освободим тебя, ты…

— Если я стану свободной, я покину эту пещеру, пленником которой я стала по своей собственной глупости и жадности!

— Хорошо, позволь мне попробовать найти такого гнома…

— Я не подпущу к своей шее гнома с оружием!

М-да… а вот это уже не решаемо, задумалась я. Если взять любого из своих гномов, и просто приказать им, я еще могла попробовать, то приказать драконе… ее нужно убедить… только как?

Я — Повелительница. Поэтому я смогу приказать гномам выполнить мой приказ — расковать дракону, они меня послушаются, но вот как убедить дракону?

Стоп! Я — Повелительница, так? Так! Значит, гномы приложат все усилия, чтобы не допустить нанесения мне вреда. Так… А, значит, что? А, значит, если я…

— Гро, как тебе такой вариант? Ты ложишься на бок и открываешь пасть, я становлюсь у тебя меж зубов. Если мои гномы попробуют нанести тебе вред, ты успеешь сомкнуть пасть. Клац. И все…

— Хм…

Переговоры с моими гномами дались мне очень тяжело…

Как оказалось, единственным, обладавшим необходимыми навыками и уровнем мастерства, был достопочтенный Доставалин, который, не будучи пока что моим подданным, не собирался выполнять мой приказ — освобождать из плена заклятого, смертельного врага. Замкнутый круг. Чтобы он стал моим подданным, надо было пройти на ту сторону. А для того, чтобы пройти на ту сторону, надо было, чтобы он, мастер Доставалин, выполнил мой приказ, который выполнять ему очень не хотелось.

Запрос в поисковике «что любят гномы» выдал множество различных, иногда противоречивых ответов. Единственное, что не противоречило ничему, это утверждение, что гномы категорически НЕ любят работать задаром.

Задаром, значит? Отлично!

— Достопочтенный Доставалин, поведайте мне, будьте столь любезны, какую награду Вы бы сочли достойной за подобную работу?

— За какую именно?

— За то, чтобы снять с шеи… кое-кого, надетый туда… обруч гномьей работы.

— Сильно зависит от того, чья именно это будет шея и, судя по Вашей, Повелительница, заминке, какого характера будет этот «обруч». Если это смирительный обруч, надетый для того, чтобы носитель не мог причинить вреда нам гномам, то очень дорого. Если это будет гном, эльф, хоббит или, скажем, человек, то это одна цена, если это будет там… ну, например Кентавр, или сатир, то другая… а если это будет орк, то тут уж увольте, это будет стоить таких несметных денег, что…

— Дракон.

— Что? Где? Какой дракон? — мгновенно встрепенулись стоявшие расслабленными, окружавшие нас гномы. Один только Доставалин, хитро прищурившись, смотрел на меня.

— Так, значит, старая ящерица все же попалась в капкан, да? Боюсь, Повелительница, что у вас не хватит золота оплатить ЭТУ работу. Я видеть не хочу ее красночешуюю морду.

Ах, значит, так вот, да? Ну, хорошо же… Не хочешь по-честному, будем брать тебя хитростью. Не хочешь видеть, да?

— Хм… я как-то слышала, что достопочтенные мастера гномов, способны выполнить любую работу с закрытыми глазами.

Несчастный мастер Доставалин аж поперхнулся, поняв, в какую ловушку загнал себя сам. Теперь просто так он уже не мог отвертеться.

Глава 3

Коротышка стоял долгое время, задумчиво жуя то свои усы, то бороду… Наконец, криво улыбнувшись одним уголком своего рта, скрытого в пышной бороде, он сказал.

— Будь, по-твоему, Повелительница. Поймала ты меня на слове. Закрою я глаза, чтобы не видеть эту зубастую пасть. Но, я наде…

— Значит, ты берешься за работу? — да, невежливо, но мне критически надо, чтобы он сейчас дал при всех слово сделать то, о чем я его попрошу.

— Да, я сниму с шеи драконы упавшую на нее люстру из центрального зала гномьего дворца, клянусь своей бородой! — торжественно произнес Доставалин, и в знак нерушимости его клятвы, все присутствовавшие гномы стукнули обухами своих топоров о пол.

В глазах гнома четко читалось окончание клятвенной фразы — «вместе с самой головой драконы!»

— Отлично, тогда, чтобы исключить любые случайности и продемонстрировать свое доверие мастерству достопочтенного мастера Доставалина, я стану меж зубов пасти драконы. — торжественно ответила я.

Ни передать, ни охарактеризовать, ни описать звук, который издал Доставалин, услышав мои слова, я бы не взялась ни за какое вознаграждение.

Сцена, которую мог бы увидеть любой из пожелавших понаблюдать со стороны, выглядела, наверное, очень и очень странно.

Лежащая на боку дракона с распахнутой пастью. Там, меж зубов, стоит эльфийская Волшебница, в своем белоснежном (ладно, местами уже припавшем пылью) платье. Возле шеи драконы, прямо у одетого на нее обруча люстры раскладывает свои инструменты гном с завязанными глазами.

Вот завершены последние приготовления. Мастер в последний раз ощупывает выбранное для разрыва место и подставляет походную наковаленку.

Подставляет к нему зубило…

Заносит над головой молот…

* * *

Оставшаяся часть долгого путешествия по подгорному тоннелю, полному паутины, призраков и теней, прошло без приключений. Призраки, едва учуяв горячее дыхание драконы, сразу же исчезали в боковых ответвлениях, тени испуганно метались по стенам, словно стремясь, стать незаметными для этих странных существ, бодро шагающих нехожеными уже многие сотни лет, коридорами.

Единственное неудобство доставляла паутина. Целые космы этой, весьма, надо сказать, неприятной, хотя и почти невесомой, субстанции, разрываемые на части шедшей во главе нашего отряда, драконой, падали нам на головы. Какое счастье, что играю не в капсуле полного погружения, думала я. Меня и так бросает в дрожь при одном виде пауков, а увидев паутину, я тут же представляю себе целые полчища этих мохнатых, ужасных существ… Их маленькие множественные глазки-бусинки, следящие за тобой, жвалы, хищно шевелящиеся, словно уже пережевывающие твою плоть… Бррр…

Порядок следования, как я уже начинала объяснять, был следующий: впереди вышагивала Гро, вслед за ней шли эльфы со мной во главе, затем хоббиты и в самом хвосте колоны — гномы.

Бородачи, едва узнав, что дракона вызвалась проводить нас до выхода на поверхность, наотрез отказались идти как рядом с ней, так и во главе.

— Повелительница, а ежели она чихнуть вздумает? Да от нас одни хорошо прожаренные тушки в собственном соку останутся! И рядом мы не пойдем. Оступится, или хвостом мотыльнет. Не-е… мы уж как-нибудь, спину будем прикрывать. А то, вдруг, гадость какая, напуганная драконой, возьми, да и выпрыгни из темноты. А тут мы! Да в топоры ее…

Когда мы вышли из душного и тесного, чего скрывать, тоннеля на поверхность, Гро уже успела размяться, и стояла чуть поодаль, расправив свои шикарные крылья и, слегка изогнув шею, смотрела на нас.

— Благодарю тебя, эльфийская Повелительница. Поистине, меняются времена, если гномы и хоббиты, придя к дракону, не убивают его, а освобождают. Как ты сама понимаешь, отдать тебе свое золото я не могу, но моя благодарность — да пребудет с тобой.

Сказа эти, преисполненные благородной напыщенности, слова, Гро взмахнула крыльями, слегка присела, резко подпрыгнула вверх и полетела. Чем сильнее она удалялась, тем все больше напоминала мне гигантского кондора. Может из-за скрадываемых расстоянием размеров, может из-за красоты полета, может, благодаря мерному и плавному маханию гигантскими крыльями.

Из мечтательной задумчивости меня вывел голос одного сопровождающих меня эльфов.

— Какие будут Ваши дальнейшие распоряжения, Повелительница?

Я окинула величественным, как мне казалось, взглядом окружающий меня пейзаж, и, углядев вдали нечто, напоминающее лес, торжественно заявила:

— Мы идем в том направлении!

С каждым шагом приближаясь к Поляне Единорогов, я волновалась все сильнее. Из прочитанной литературы было ясно, что это очень умные и гордые существа, к которым просто необходимо искать особый подход. Современная фентези уделяла очень мало внимания взаимоотношениям между двуногими и четвероногими.

В средневековой литературе я нашла лишь упоминание, что единороги соглашаются общаться только с девственницами.

Я уже представила себе эту картину. Морда единорога заполняет весь экран, большие, наверняка, карие, глаза, смотрят прямо мне в душу и из колонок раздается, заданный вкрадчивым голосом, вопрос — «девица ли ты?».

Ага, и, затаившая дыхание, мама, с той стороны двери в мою комнату.

Как выяснилось, разработчики Земель не стали заморачиваться со всей этой лабудой. Стоило только нам подойти к Роще, как оттуда вышло небольшое стадо прекрасных, белогривых коней, с симпатичными длинными и тонкими рогами на мордочках. Судя по размерам и по нетерпеливому перешагиванию копытами, справа стояли два самых молодых коника. Слева спокойно, распространяя вокруг достоинство и стать, стояла троица крупных, я бы даже сказала, боевых, коней. Наконец, прямо передо мной, возвышаясь на пол головы, стоял крупный, с шикарной белоснежной гривой и длинным, завитым, словно верхушка на мороженом, рогом, Вожак.

— Приветствую тебя, эльфийская Повелительница. Многие лета прошли с тех пор, как в нашу Рощу заходили странники. Чего желаешь ты, и с чем было связано столь долгое отсутствие перворожденных в нашем краю? — речь единорога была вполне внятной, хоть и наполненной слегка растягиваемыми гласными.

— Проход, по которому можно попасть в вашу Долину, охранял красный дракон, не пропускавши… шая сюда путников и странников.

— Дракон?!?! — Вожак встал на дыбы и замолотил по воздуху копытами передних ног. — Его нужно уничтожить! Возьмешься ли за это задание ты, эльфийская Волшебница?

Оп-па, засада… Я то, с Гро, подружилась, можно сказать.

— Но скажи, поведай мне, как вы смогли пройти через проход, если его охраняет дракон? — продолжил тем временем Вожак. — прошли ли вы его так, как дОлжно идти гномам, коих я вижу в твоей армии — с боем, снискав славу и честь? Или же вы шли, ведомые главной чертой характера малышей-хоббитов, прячась и укрываясь при малейшей опасности? Или, может вы поступили так, как положено поступать перворожденным, пронеслись вихрем мимо обескураженного врага, осыпав его потоком своих разящих стрел? Поведай же нам эту сагу, достойную быть воспетой в веках!

«Вам доступен квест: убить дракона». «Вам доступен квест: рассказать историю похода Вожаку единорогов».

— Прости меня, Вожак, но принять твое задание и убить дракона я не могу, так как…

— Не волнуйся, о, храбрая Волшебница! С тобой пойдут наши лучшие бойцы!

— Нет-нет, ты не так меня понял, Вожак. Дело в том, что дракона больше нет в проходе.

— Нет? Значит, вы его уже убили?

— Нет, Вожак, мы не убивали его.

— Прости меня, Волшебница, но смысл твоих речей темен и неясен. Если дракона, который охранял проход, там нет, значит, он мертв. Если он не мертв, значит, он и дальше сидит, и охраняет проход. Третьего не дано.

— Дано, Вожак. Дракона покинула проход и улетела прочь.

— Умелые и сильные гномы, хитрые и ловкие хоббиты, гордые и мудрые эльфы, подтверждаете ли вы слова вашей Повелительницы? Так ли это? Действительно ли вы смогли напугать дракона так, что он, теряя свои награбленные сокровища, бежал прочь, поджав хвост и воя от страха?

— Подтверждаем мы! — стройным хором прогудели гномы.

— Да-да, так и было! — в разнобой проголосили хоббиты.

Из ровного строя эльфов выступил один из магов.

— Да, мы подтверждаем, что дракона действительно самостоятельно покинула проход, оставив его свободным.

— Потрясающая новость. Если разрешите, я созову всех единорогов нашей Рощи, чтобы все могли услышать эту потрясающую историю, как небольшая армия гномов, эльфов и хоббитов, смогла испугать дракона…

— Не стоит, Вожак. В нашей истории нет ничего героического или удивительного. Я просто договорилась с драконом и все.

— ЧТО. ТЫ. СДЕЛАЛА? — Уже повернувший в сторону Рощи морду Вожак, резко развернулся в мою сторону и присел на задние ноги. — ПОВТОРИ.

— Я вышла к драконе, поговорила с ней, выяснила, почему она сидит в проходе под горой. Как оказалось, она попала в ловушку. Я предложила помощь в освобождении. Она согласилась. Мы освободили ее из плена и все вместе вышли наружу, после чего распрощались и Гро улетела.

— Гро, говоришь… — Вожак задумался. — Красная дракона, с шипастым оконечником хвоста, левым обломанным рогом на голове и чуть поврежденным… впрочем, оно, наверное, давно уже зажило.

— Да, очень похоже по описанию.

— Конечно, похоже… — фыркнул Вожак. — Давным-давно эта дракона напала на наше племя, вынудив покинуть свою родину и, убегая от ее атак, дойти до этой Долины. Получается, что ты нас освободила… Ну, что ж, Повелительница, отныне, ты можешь нанимать нас в этой Роще. Мы признаем твою власть.

Сказав эти слова, Вожак величественно припал на переднее колено и склонил передо мной свою голову, коснувшись своим рогом моей ступни.

Вслед за ним передо мной преклонили колени все единороги Рощи.

«Вы стали владельцем внешнего жилища Роща Единорогов».

* * *

Наняв пятерых боевых единорогов, и приказав Вожаку отправлять в Замок еженедельно приплод, моя армия повернула домой. Почему домой? Потому что, как выяснилось, больше в Долине не было ничего интересного.

Легкость, с которой мы прошли проход в первый раз, оказала плохое влияние на мою осторожность. Поэтому на обратном пути, мы вошли в тоннель нестройной, галдящей и ржущей, толпой.

Первым звоночком была атака пауков, напавших на нас, едва только мы прошли пару поворотов от входа.

Внезапно вскрикнул один из хоббитов, шедший крайним в группе «малышей». Он начал хлопать себя сначала по затылку, потом по спине, по рукавам. Упав на пол коридора, хоббит начал вопить, с каждой секундой повышая громкость.

Как я теперь понимаю, это была военная хитрость пауков. Пожертвовав одним, они вынудили скучиться моих воинов возле жертвы первого нападения.

Едва мы собрались вокруг бедняги, как нам на головы посыпался настоящий дождь из волосатых, многоногих, противных пауков.

Легче всего оказалось гномам. Быстро сориентировавшись, бородачи подняли вверх свои щиты, образовав такой себе, симпатичный, а, главное, очень практичный, зонтик.

Эльфы воины, сгрудившись вокруг меня, также подняли вверх щиты и, подозвав магов, мы также оказались под защитой.

Феи просто уворачивались от нападавших на них пауков, не нанося тем, впрочем, ни малейшего вреда. Мне внезапно на ум пришло сравнение, что легкие платья фей, словно сотканные из шелка постельные принадлежности, с которых соскальзывали вши в средневековой Европе.

Хуже всего ситуация складывалась с хоббитами. Не носившие щитов и одетые только в прочные кожаные куртки, малыши стали легкой добычей пауков. Их визг и быстро затихающие крики острым ножом резали мое сердце, вынуждая его обливаться кровью.

Внезапно меня пронзила мысль, ведь гномы и хоббиты почти одного роста!

— Гномам принять под свои щиты хоббитов! — крикнула я и громко взвизгнула, потому, что с края щита свесился особо крупный паук, посмотревший своими бусинками глазками прямо в глаза той, которая так громко тут командует.

Единорогов пауки не стали трогать, по неизвестной мне причине.

Спустя несколько минут все было кончено. Напавшие и скатившиеся со щитов на пол пауки были передавлены ногами. Наши потери составили 7 хоббитов и один эльф-маг, не успевший вовремя отреагировать на напавшего на него через край щита, паука.

Я вздохнула с облегчением, вроде бы отбились.

Точно такой же вздох раздался у меня за спиной… мама! Подкравшаяся неслышно, и стоявшая весь бой у меня за спиной, сопереживала мне и с облегчением вздохнула только тогда, когда опасность миновала.

Под внимательным взглядом мамы, я объявила привал своей армии и вышла из игры.

— Лена, я хочу с тобой серьезно поговорить. Мне, впрочем, твоему папе тоже, очень не нравится сложившаяся ситуация. Доченька, ты понимаешь, что происходит? Ты становишься самой настоящей наркоманкой! Я наблюдала за тобой во время игры, ты словно живешь там. Каждое движение твоей героини, вызывает аналогичное движение твоего тела здесь, в реальности. Доченька, ты меня пугаешь. Сегодня мы с папой будем очень серьезно обсуждать вопрос о том, чтобы еще сильнее ограничить время твоего пребывания в Сети.

Чуть позже, этим же вечером…

— Леночка, доченька, пойми, пожалуйста, мы с мамой хотим тебе только добра. Нас очень пугает тот факт, что ты дни напролет просиживаешь в этой компьютерной игре, вместо того, чтобы жить нормальной, полноценной жизнью пятнадцатилетней девочки.

— Курить, колоться, бухать, трахаться со всеми подряд, выбирай, что тебя устроит, папочка?

— Лена, не смей так разговаривать со мной!

— А как прикажешь мне с тобой разговаривать? На «Вы» и шепотом? По имени-отчеству? Или заранее писать запрос, с просьбой предоставить мне разрешение обратиться к моему отцу?

— Для начала, хотя бы не хамить мне!

— А в чем мое хамство проявляется?

— Ты грубишь, хамишь, дерзишь…

— Угу, как там… «Молодежь не желает работать, учится, не испытывает уважения перед старшими…», так, кажется, высказался кто-то в древнем Риме?

— Леночка, доченька, да пойми же ты…

— Мам, что мне понимать? Я учусь хорошо? Я последние тесты сдала, на какой бал? Что вам еще от меня надо?

* * *

Последующие несколько дней прошли в состоянии холодной войны с родителями и горячей в Землях.

Из тоннеля мы все же выбрались, потеряв почти всех хоббитов, трёх фей и трех эльфов. Гномы выбрались без потерь. Единороги тоже.

Кстати, я нашла в Сети объяснение причины, почему пауки не нападали на последних. Как оказалось, веревка из конского волоса — хорошо отпугивает пресмыкающихся. Правда причем тут пауки, я так и не поняла, ну да ладно. Помогло и хорошо.

Когда мой персонаж упал третий раз с крупа единорога, выбранного мною в качестве верхового животного, я решила, что стоит походить на курсы верховой езды. Впрочем, Олька быстро отговорила меня, мотивировав тем, что, во-первых, навыки езды мне пригодятся, только когда я лягу в капсулу, во-вторых, лучше это время потратить на развития замка и армии.

Из разосланных в разные стороны разведывательных отрядов, погибли все. Правда, два дали мне полезную информацию. Снизу от меня пока что нет никого, только один нейтральный Сектор, за которым идет так называемый Край Мира, а вот справа, на берегу моря, находится Замок Игрока-Викинга.

* * *

«Мой дорогой дневник, пишу тебе из горящего танка… Нет, не так, пишу в тебя из осажденного замка…»

Так, здесь на полях дневника надо нарисовать башенку, с зубчиками и языками пламени. Еще можно на стене кое-где прорисовать кирпичную кладку. Окошко… А в нем — девушку, в высоком головном уборе, со свисающей накидкой, которая тянет руки к небу. Нет-нет, не прямые руки надо рисовать, заломленные в локтях, чтобы символизировать мольбу и просьбу о спасении.

А внизу — маленького, ушастого, зеленого гоблина…

Не-не, стоп. Если гоблин будет внизу, то получится, что это он осадил мой замок…

Значит, большую, человеческую фигуру, в шлеме с рогами и топором в руках…

Уже четвертый день идет осада моего Замка Викингом.

Наша первая встреча закончилась боем, в котором я потеряла всю свою армию и погибла сама.

Начало сражения выглядело весьма ободряющим. Мои эльфы-лучники очень хорошо проредили ряды наступавших на нас бородатых людей в рогатых шлемах и с круглыми деревянными щитами в руках. Те из них, кто прорвался к рядам моих гномов, полегли, унеся с собой половину моих бородачей. Шаманы, затеявшие перестрелку с моими магами на дальней дистанции, завершили свой поединок фактически в ничью, по исчерпанию резервов маны у обоих сторон.

Самой захватывающей дух, была конная атака, которую изобразили уже мои единороги, согласно совету Макса, совершившие обходной маневр слева в тыл к противнику.

К сожалению, мою, набравшую скорость и несшуюся, как белоснежная лавина, конницу, остановили высокие, статные люди с головами акул. Будучи почти на голову выше единорогов, тяжелая пехота врага встретила их единым строем, выставив вперед свои ужасные гарпуны, которые, будучи гораздо длиннее рогов, позволили почти без потерь перебить всех моих «коников».

Жалобное ржание убиваемых, а кое-где и съедаемых прямо на поле боя, залило слезами мои глаза, из-за чего я пропустила аналогичную обходную атаку, выполненную крылатыми женщинами в доспехах и крылатых шлемах, напавших с неба нам в спину.

Несмотря на неземную красоту, валькирии очень быстро и безжалостно вырезали всех магов, лучников и хоббитов, после чего приступили к гномам и остаткам отряда эльфов-мечников.

Под конец боя, когда перебившие всех единорогов ходячие акулы подошли к позициям моей армии, от нее оставалась лишь жалкая кучка гномов, сгрудившихся вокруг моего ездового единорога.

Верхом на грязном, со свалявшейся гривой, быке, к нам подъехал Игрок-Викинг.

— Эй ты, эльфийка… Предлагаю тебе сдаться и принести мне вассальную присягу. Станешь моей младшей союзницей. Я тебя не обижу, вот увидишь, тебе со мной понравится… Будешь раз в неделю приводить ко мне свой приплод, отрабатывать вассальную повинность в постельке, да и иди к себе назад. Даже можно не в постельке, я тебя на виду своей и твоей армии «отсюзереню» и поедешь домой. Он у меня большой, так что будешь довольна!

— Сопляк, — решила «ткнуть» я наугад. — тебя мамка не заругает? Небось, голую сиську, и ту не видел? Все черные да размытые квадратики, да?

Похоже, я попала в точку. Викинг соскочил с быка и попер на мою охрану, размахивая своим большим топором.

— Я тебя растяну на своих воротах, а шаманы будут поддерживать в тебе жизнь! Через тебя будет проходить вся моя армия! — Он вскинул взгляд на валькирий, — ну да, кроме моих девочек.

— Смотри, не забрызгай клавиатуру, малыш, — продолжаю дразнить его я. — А то, знаешь ли, пятна от спермы плохо влияют на электронику. Небось, сидишь перед монитором, а в ящике стола журнальчик мятый, да? Ты мазь для рук не забудь, а то, знаешь, говорят у мальчиков, волосики на ладошках растут от такого…

А Игрок то, похоже, разозлился не на шутку… Размахивает топором, психует, ругается… Ого, какие мы слова знаем! Да, самая настоящая малолетка, дорвавшаяся до компьютера и без родительского контроля.

Вот, я же говорила!

Демонстративно скинул штаны и хвастается размером своего… Ой, он его что, сам, руками рисовал?

Как раз успело восстановится чуть-чуть маны… Лови «Слабость»!

Ой, топорик выронил… Ха-ха-ха!

— Ну, так чем ты там меня испугать хотел? Ты же его даже в руках не удержишь!

Резко скакнувшая в ноль полоска жизни и погасший экран.

Возрождение в родном Замке…

* * *

Викинг нашел мой Замок в третий день недели, благо, я успела построить Рощу Энтов и выкупить весь прирост своих юнитов.

На текущий момент, сложилось некое равновесие, его армия была слишком мала, чтобы взять штурмом мой замок, а однонедельный прирост моей армии был слишком мал, чтобы разбить его в «чистом поле».

Забрасываемые его катапультой камни возвращались ему же, брошенные Энтами. Впрочем, точность и сила бросков оставляли желать лучшего. За все это время только один бородатый моряк-викинг был смят в лепешку брошенным моим древесным воином камнем. В то же самое время, уже многие участки стен были разрушены наполовину, предоставляя все больше возможностей для викингов для штурма.

Достаточное расстояние делало огонь моих магов малоэффективным, впрочем, это же работало и в отношении вражеских шаманов, а подойти ближе враг не желал, так как у меня был за спиной Источник, а у него — нет.

Единственной, реально досаждавшей нам силой, были воздушные налеты валькирий. Лучники, как, впрочем, и хоббиты, были вынуждены стрелять вверх, теряя эффективность своего огня. В свою очередь, пикирующие из-под облаков, стремительные, словно молнии, крылатые женщины могли выбирать свою жертву заранее.

По совету Макса, я все силы направила на оборону, абсолютно отставив в сторону любые попытки контратак и вылазок.

— Ленусь, раз уж ты ввязалась в эту игру и хочешь играть в нее, мой тебе совет, жди начала следующей недели.

Кроме того, что у меня разом будет армия больших размеров, моего врага ждал еще один сюрприз, о котором, если честно, я сама и не догадалась.

Кроме моего «приплода» внутри замка, ведь был еще и приплод единорогов из освобожденной мною долины!

Я должна была взять отряд, который будет подходить к Замку, под свой контроль и нанести одновременный удар с двух сторон. По заверениям Макса, этого было бы вполне достаточно.

Под вечер седьмого дня мне приходит сообщение от Игрока-Викинга.

— Последний раз предлагаю, сдавайся по-хорошему, завтра утром я нанимаю своих самых лучших воинов и просто вынесу твой замок. Учти, тогда я возьму тебя в плен и устрою самые страшные пытки! И буду поддерживать жизнь в тебе до тех пор, пока ты сама не выйдешь из игры и не разрегистрируешься. Или ты — сорвавшаяся?

— Сопляк, я вообще играю с ноутбука, а не в капсуле, понял? Поэтому все твои угрозы мне — до одного места, того, которым ты думаешь! Понял?

* * *

Едва проснувшись, я тут же бросаюсь к ноутбуку и произвожу наем своих новых воинов, после чего проверяю, где находится отряд единорогов, идущий к моему Замку от Рощи. Скоро, очень скоро… Через полдня они будут на месте.

Эх, жаль, что Викинг перекрыл путь для подвоза мне ресурсов. Мне не хватило буквально одного драгоценного камня, чтобы построить Наездников на Пегасах. И ведь на Рынке могла купить, но тогда бы мне не хватило бы золота на найм.

А жаль, так бы мне было, что противопоставить валькириям.

Выставляю все настройки Замка только на оборону и даю приказ единорогам, когда подойдут к Замку, не идти напролом, и спрятаться в соседней роще.

Получаю от мамы по шее за то, что до сих пор не собралась в школу и закрываю крышку… Жди меня, мой друг, мы расстаемся всего лишь на полдня.

В школе, едва я переступила порог класса, ко мне подбежала Олька.

— Ленка, ну, что там у тебя?

— Да что, успела с утра выкупить всех, дала команду Замку на оборону и тут мамзель приперлись. Пришлось закрыть крышку и идти в школу.

— Макс советует тебе не посылать единорогов в атаку на акул еще раз. Их длинные гарпуны нивелируют эффект от таранного удара. Лучше, пусть рыб атакуют гномы, когда дойдут до них.

— Знаешь, мне очень жаль, что я не успела получить от шахты еще хоть один драгоценный камешек. Мне именно его не хватило на Пегасов.

— Так а почему ты его не докупила на Рынке?

— Золото экономила. Мне бы его не хватило тогда на выкуп всех остальных.

— Поняла… — загадочно протянула Олька.

— Ладушки, давай садиться, а то сейчас классуха бухтеть начнет.

Естественно, что в этот день мне было не до уроков. Рассеяно слушая училок, я рисовала в тетрадке. Вот единорог, вставший на дыбы, лупит передними копытами неопрятного бородатого мужика. Вот красавец эльф-лучник, прищурившись, выцеливает свою жертву. С шикарной, белоснежной гривой и мощными лебедиными крыльями, парит Пегас.

На Энте, мои, мечтательно поднятые к потолку, глаза, заметила училка.

— Позвольте узнать, Елена, о чем это Вы так мечтаете? И что это Вы так старательно записываете в тетрадь на уроке истории? Неужели конспектируете мои слова? Хм, странно… Вроде как я преподаю новейшую историю, а не историю Средиземья. Позвольте узнать, что, в таком случае, делает в Вашей тетради бюст лесного эльфа? Да-да, представьте себе, я в молодости тоже увлекалась фентези, поэтому могу отличить лесного эльфа от высшего. Впрочем, о чем я только что говорила?

— Вы собирались рассказать нам об отличиях лесных эльфов Средиземья от высших эльдаров. — попыталась поддержать меня Олька.

— Нет-нет, не морочьте мне голову, — закивала головой историчка, — речь у нас шла о становлении…

Впрочем, про мою тетрадь она, вроде как, забыла, и, вернувшись к столу, пролистнула несколько страниц учебника.

Урок продолжился своим чередом.

Стоило только прозвенеть звонку с последнего урока, как я, рукой смахнув все с парты в сумку, рванула домой.

«Выход из спящего режима» — «Вход в игру».

Так, судя по тому, что армия моего противника до сих пор пассивно стоит на месте, он еще в школе. Отлично!

Я отдаю приказ единорогам атаковать викингов в спину и, дождавшись, когда они выйдут на расстояние видимости врагами, вывожу свою оставшуюся армию из ворот Замка.

Ха, компьютер моего противника, управляющий за него его войсками, совершает самый разумный в данной ситуации поступок: он выстраивает людей-акул в шеренгу, собираясь принять ими таранный удар моих единорогов.

Моя конница проходит буквально в миллиметрах от шеренги и атакует шаманов, снося и втаптывая тех в землю.

Эх, жаль, очень жаль, что гномы такие медлительные. Акулы уже почти дошли до единорогов, а гномам еще идти и идти.

Отвожу назад свою конницу и отдаю приказ магам атаковать тяжелую пехоту моего противника. Эльфы и хоббиты заняты своей работой, они довольно успешно прикрывают нас от атак с воздуха, отгоняя валькирий своим плотным огнем.

Наконец, одна из валькирий, пытаясь зайти над землей в тыл моим стрелкам, пролетает слишком близко от Энта, которому хватает времени, чтобы выставить свои ветви на ее пути. Миг, вскрик. Хруст, и на землю падает тряпичная кукла, бывшая храброй воительницей.

— Сука!!! Ты меня не подождала!!!

— Ой, мамочка из дому ушла, да? А я тут твою армию побеждаю…

— Почему ты меня не подождала? Так не честно, я не настраивал свой компьютер на оборону. Я тебя осаждаю, я тебя атаковать должен! Сука!!!

Повторяется сцена пятидневной давности, только с точностью до наоборот. Теперь уже Игрок-Викинг, сидя верхом на быке, стоит в окружении остатков акул, а мои воины окружили их плотной толпой.

Ну что, малышок, хана тебе?

Гномы, выстроив свой коронный строй — хирд, просто раздавили телохранителей Викинга. Игрок, разбежавшись, прыгнул на строй гномов, убив себя об их оружие.

Молодец паренек, смело поступил…

Я попыталась применить «Исцеление», но, к сожалению, оружие гномов наносит достаточное количество урона.

Спустя несколько минут мне в окно дипломатии приходит сообщение от Викинга:

«Ну все, тебе хана. Я сейчас скажу пацанам, мы тебя найдем! Так что готовься, придем и набьем морду! Вычислим по айпи.»

Своим диким хохотом я заглушила звуки открываемой входной двери.

В себя я пришла только тогда, когда папа с силой захлопнул крышку ноутбука.

— Лена, нам надо очень серьезно поговорить, так что, давай, идем в гостиную.

— Лена, нас с твоей мамой очень беспокоит то, насколько ты подсела на эту игру. Мне позвонила ваша учительница истории и рассказала о том, чем ты занимаешься на ее уроках.

— Стукачка…

— Нет, Лена, она не стукачка, она твой учитель, которая беспокоится о твоем здоровье. Вместо того, чтобы учится, ты рисуешь эльфов, единорогов…

— Папа, у меня ухудшились оценки?

— Пока нет, но…

— Вот когда ухудшаться, тогда и вернемся к эт…

— Нет, Лена, тогда уже будет поздно. Доченька, пойми меня, нас, пожалуйста. Мы хотим тебе только как лучше. Лена, у тебя нет парня, ты вся…

— Что значит, у меня нет парня? Есть, у меня есть Макс!

— Да, есть, такой же псих, съехавший на компьютере и играх до такой степени, что сорвался… Ты что, тоже, хочешь вслед за ним?

— Он не псих!!!

— Тогда как же он оказался там?

— Мама, он попал туда, потому что работал, зарабатывал деньги…

— Ага, работал… Игрался он там!

— Да, представь себе, работал, играя! Зарабатывал деньги тем, что помогал какому-то мажорчику научиться…

— То есть он больше ничего не научился делать в жизни, да?

— Так, мама, не смей так говорить про Максика! Он хороший!

— Да, хороший, оставил несовершеннолетнюю сестру саму, а сам свалил куда подальше!

— Папа! Это был несчастный случай!

— Да, именно был и именно несчастный! — папа, все сильнее распаляясь от нашего спора, вскочил с кресла и начал ходить по комнате. — Был, понимаешь, был! Все. Нет уже твоего Макса. Есть только кучка точек на экране. А мы с твоей мамой хотим внуков! А от виртуального жениха, сколько ты его не люби, никаких детей не будет.

Папа рванул воротник рубахи.

— Душно тут… Я открою окно?

Постояв несколько минут у открытого окна, он снова вернулся в кресло.

— Хорошо, даже, предположим на одну минутку, что вы все же поженились. Сейчас даже виртуальные свадьбы возможны. Дальше что? Как вы будете зарабатывать на жизнь? Заботится друг о друге? «Милый, я тут тебе подарок на день рождения сделала, память увеличила на ноутбуке» — «Спасибо, любимая, я теперь думать стал гораздо быстрее». Ладно, если он заболеет, ты купишь ему очередную нарисованную пилюльку, «+100 к устойчивости ко всем болезням» и все. А если ты? Если ты будешь лежать с температурой под сорок? Что он сможет тебе сделать? Песенки петь с экрана?

— Папа…

— Подожди, я еще не все сказал! Жизнь живого человека зависит только от него самого. От его осторожности, внимательности. А от чего зависит жизнь твоего парня, а? От прихоти владельцев серверов? От перебоев электроэнергии? Ты понимаешь, что «сорвавшийся», это, фактически, инвалид? Прикованный к кровати, абсолютно беспомощный и не способный помочь тебе, инвалид.

— ДА! Понимаю! И заявляю, что я готова прожить жизнь с прикованным к кровати инвалидом!

— Ах, значит ты — понимаешь? И готова, да? Так вот, ни я, ни твоя мать — не готовы к тому. чтобы наша дочь связала свою судьбу с инвалидом! С сегодняшнего дня тебе запрещено играть в эти дурацкие игры, понятно?

— Вот, значит вы, как, да? — я, злобно фыркнув, импульсивным рывком встаю с чертового кресла и подхожу к окну, маняще распахнутому на улицу. — тогда выбирайте, или вы оставляете меня в покое, или я прыгаю!

Последними словами я хочу докричаться до непонимающих меня родителей, уже стоя на подоконнике и держась руками за оконную раму. Противомоскитная сетка, тьфу, мелочь. Выбью своим весом, словно обрывая последнюю нить.

Отец с матерью вскакивают с кресел и бросаются ко мне, протягивая в мою сторону руки.

— Ни шага больше! — требовательно заявляю я, демонстративно отпуская одну руку.

— Леночка, доченька, умоляю тебя, не делай этого! — мама падает на колени и вскидывает руки. — Доченька…

— Таня! — папа успокаивающе кладет руку на плечо мамы. — Успокойся. Хочет прыгнуть, пусть прыгает. Поверь мне, так будет лучше. Пусть прыгает!

— Ты, — он повернул свое лицо ко мне. — или прыгай сейчас, или слезай и не мотай нам нервы. Давай, без этих, душещипательных сцен, или туда, или обратно!

Всхлипнув от обиды и от понимания того, что он, мой отец, которому я всегда верила и которого любила так, как может любить только дочь своего отца, предал меня только что, я разжимаю вторую руку и откидываюсь назад.

Падая, я слышу два голоса: Лена-а-а!!! — надрывный мамин и спокойный папин, — Таня, успокойся, ведь…

* * *

— … мы живем на втором этаже! Поэтому прекращай психовать и иди к окну, успокаивай нашу великовозрастную истеричку.

— А ты куда?

— Ну не через окно же я буду ее заводить в дом? Спущусь, вытащу из кустов и приведу.

М-да, самостоятельно выбраться из пышных, раскидистых кустов чайной розы, растущих под нашим окном я не смогу. Каждая попытка пошевелиться, вызывала новые уколы в спину и пониже спины.

Прямо надо мной из окна высунулось встревоженное лицо мамы.

— Леночка, ты сильно ушиблась?

— Нет… — слезы, словно живя собственной жизнью, выступали и, одна за другой, скатывались по моим щекам. — просто укололась сильно.

— Потерпи, сейчас папа тебя вытащит.

Вы когда-нибудь видели вблизи быка на корриде? Нет? А я видела… Конечно, это был не бык, а мой папа, и это была не коррида, а, всего лишь, кусты чайной розы, но выпорхнула я оттуда, словно пушинка, влекомая порывом сильного ветра, выдернутая за воротник сильной рукой папы.

А потом, дома, меня выпороли. Прямо по, и без того пострадавшему, исколотому такими красивыми и такими колючими розами, мягкому месту, широким, отцовским ремнем.

Всю следующую ночь я проплакала в подушку, беззвучно и горько. Результатом моего вечернего выступления стало еще более строгое ограничение моего доступа к сети и ноутбуку. Как мне сказала мама «раз уж ты заявляешь, что не мы его тебе дарили и не нам его у тебя забирать, хорошо. Он останется у тебя. Выключенный!»

Папа кому-то позвонил, о чем-то долго говорил, консультировался, объяснял, что его дочь «подсела на игрушки» и он хочет ограничить ее, называл марку и еще какие-то цифры. Результатом его двухчасового шаманства над моим ноутбуком стало то, что теперь у меня был один час в день на пользование ноутбуком и ограниченный доступ к большинству сайтов, кроме учебных, поисковых и сетевых библиотек.

* * *

«Мой дорогой дневник, пишу в тебя теперь мало и редко, потому что совсем нет на это времени, прости меня…

Мое пребывание вне дома теперь очень строго контролируется. У меня есть двадцать пять минут на дорогу в школу и со школы. Любые выходы в город на выходных только вместе с родителями.

Почти все свои карманные деньги, которые мне, к счастью, не урезали, я спускаю теперь в компьютерном клубе, в котором сижу во время уроков. Олька, спасибо ей, предупреждает меня о контрольных и проверках…»

Первый раз, через две недели с начала моего «заточения», я чуть было не попалась, когда мама поинтересовалась у меня, нужны ли мне эти самые карманные деньги, если я все равно никуда не хожу. В тот раз я сумела выкрутиться, сказав, что от огорчения стала покупать сладости и, поскольку я действительно, как раз за день до этого заходила в кондитерку и покупала там пару пирожных, маме подтвердили, что да, я действительно была там.

Тогда я отделалась небольшой лекцией на тему, что сладкое вредит зубам и здоровью, и что это неправильно, заедать такой «пустяк» и огромной лекцией на тему, что Макс уже навсегда «там», а я — «тут» и что мне пора забыть о нем.

На следующий день я все рассказала Ольке. Огромное спасибо моей подруге, за то, что она подсказала мне, что делать.

Теперь у меня целая программа по «отмыванию» траты моих карманных денег.

Раз в два дня я захожу в кондитерку, где покупаю что-нибудь самое маленькое и дешевое, которое мы с Олькой потом и съедаем на двоих.

Раз в две неделю, по пути со школы, я захожу на барахолку, где покупаю какую-нибудь дешевую, но очень красочную безделушку.

С учетом «отмывочных» расходов, выделяемых мне денег хватает, либо на ежедневные четыре с половиной часа игры, либо на полтора часа, но с вливанием доната в конце недели. Понятное дело, что я не сижу полчаса, а просто делаю перенос, сидя, то час, то два в день.

Естественно, что такой режим игры не дает мне возможности играть полноценно, нормально развивая свой Замок. Да еще этот юнец в пубертатном возрасте, сосед-Викинг…

Ежедневно я получала от него, то предложения о сдаче, то союзный договор, то просьбы «показать сиськи» за игровые ресурсы. Раз в неделю, словно швейцарские, дорогущие часы, его армия приходила под ворота моего замка, пробуя взять штурмом мою лесную твердыню. После второго или третьего штурма, я уже собиралась нанести ответный визит «вежливости» соседу, но узнавший о моем плане Максик посоветовал потерпеть еще пару месяцев.

— Ленусь, зайка, потерпи чуть-чуть. Смотри, в каждом штурме он теряет недельный прирост, так? Так… А ты — десяток юнитов, от силы. Дальше, ты будешь терять еще меньше. Единственное, что я тебе настоятельно советую, делай вид, что отбиваешь его штурмы с большим трудом, чтобы он и дальше гробил своих юнитов у тебя под стенами. А где-то через пять-шесть месяцев, сама пойдешь к нему на штурм. Тем более что ты, по твоим же словам, не можешь сейчас проводить много времени в игре.

— Максик, а что изменится через полгода?

— Ленуська… Тебе исполнится шестнадцать! И ты уже сможешь спокойно играть, не обращая внимания на вопли родаков. Эх, чему я ребенка учу?

— Житейской мудрости ты «ребенка» учишь!

— Леночек, ты не забывай разведотряды рассылать в разные стороны, хорошо? Я пока Сержа не смог уговорить на такое же, но, думаю, рано или поздно, и мы начнем их рассылать.

— Хорошо, любимый…

— Целую, ласточка ты моя, ушастенькая…

— Я не ушастая!

— Эльфы — ушастые, так что и ты будешь ушастенькой. — улыбнулся мне любимый. — Ушастик…

«… На этом я завершу сегодняшние записи. Стоит только упомянуть, что теперь все доступное мне дома компьютерное время я провожу на учебных сайтах, стараясь наверстать прогулянное. Четвертные контрольные я написала более-менее хорошо. Конечно, чуть хуже, чем прежде, но достаточно, чтобы успокоить родителей и не дать им поводов для подозрений.»

* * *

Прошло больше четырех месяцев с того момента, как я начала играть в Земли, в надежде быть ближе с любимым, когда очередной отправленный на разведку отряд фей обнаружил на карте строение, отмеченное темносерым цветом. Еще один игрок?

С одной стороны, мне было бы неплохо выяснить, кто это и не обнаружил ли он рядом с собой Варвара, с другой стороны…

А. нафиг! Буду надеяться, что это — Макс! Нет, даже не надеяться, а верить! И даже не так. Я не надеюсь, я не верю, я — ЗНАЮ! Я знаю, что после долгого полугода разлуки, я вновь нашла его. И пусть между нами все также будет стоять теплый пластик экрана ноутбука, но теперь это общение будет идти не через бездушный скайп, нет. Теперь рядом с любимым будет мое, пусть даже и виртуальное тело.

Я разделяю своих разведчиков и направляю их широким веером, словно лучики солнца. Солнца моей надежды и счастья…

Все, на сегодня мое время истекло, мне пора идти в школу, отсиживать оставшиеся уроки. Да, не забыть. Сегодня день очередной покупки на «блошином рынке».

— Привет, как «там» дела?

— Нашла чью-то шахту.

— Почему ты уверена, что она именно «чья-то»?

— Потому что до сих пор, все встреченные шахты, хоть нейтральные, хоть НПСшные, были белыми или светлосерыми, а эта, как и Викинговская, была другого цвета. Темносерая…

Олька сжала свои кулачки с таким хрустом, что даже костяшки пальцев побелели.

— Ленка… У них тоже темносерый цвет! Пусть это будут они!

— Оль, завтра узнаю. На сегодня я уже исчерпала свой резерв, да и контрольная по истории…

— Насчет резерва я тебе уже не раз предлагала, бери у меня деньги. А вот история, да… Она и так на тебя сердится…

— Итак, сегодня у нас контрольная по истории Европы. Временной отрезок охваты… О! У нас сегодня праздник! Нас изволили посетить их высочество, Елена Фентезийная! Милочка, специально для вас…

Сучка историчка приседает в глубоком реверансе, низко склоняя голову.

— Итак, класс, ради такого знаменательного события я немного сдвину контрольную. Ведь если особа королевских кровей соизволили удостоить нас своим посещением, все внимание должно быть посвящено только ей, ведь так? Милочка, пройдите к доске, пожалуйста. Ах, да, Ваше Высочество…

Она ставит свой стул возле доски, лицом к классу.

— Не побрезгуйте моим скромным сиденьем, Ваше Высочество, прошу Вас.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как пройти и сесть на стул, принимая правила данного фарса.

— Итак, милочка, вопрос из истории средних веков: сколько длилась Столетняя Война? Варианты ответов — сто шестнадцать лет, сто лет, девяносто девять лет, сто пятьдесят.

— Ну, тут и думать нечего, ведь она — Столетняя…

— Бинго! — радостно вскрикнула историчка и сделала какую-то отметку у себя. — Дальше, история двадцатого века, в каком месяце праздновалась Октябрьская Революция и почему? Варианты ответов, класс, тихо! Сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь.

— Ну ведь Октябрьская же, — неуверенно промямлила я. Легкость вопроса и неподдельная радость на лице училки напрягали меня. — Когда произошла, тогда и отмечалась.

— Хорошо… И последний вопрос. Когда началась Вторая мировая война? Двадцать второго июня одна тысяча девятьсот сорок первого года, первого сентября одна тысяча девятьсот тридцать девятого года, девятого мая одна тысяча девятьсот сорок пятого года или второго сентября одна тысяча девятьсот сорок пятого года?

Нет, стоп, что-то тут не то… Слишком уж легкие вопросы…

Давай думать… Так, девятого мая — праздник, салют, парад и такое прочее. Вряд ли отмечали бы так начало войны. Первое сентября… Тоже подозрительная дата. Это скорее не дата начала Мировой Войны, а дата начала боевых действий между учениками и учителями. Вот второе сентября… Стоп! Мы же в детстве напевали «двадцать второго июня, ровно в четыре часа, с неба упала кастрюля и началася война…[2]»

— Двадцать второго июня, в четыре часа утра…

— Ну, милочка, что я могу Вам сказать. Вы потрясли меня своими глубочайшими познаниями в истории до глубины души. Поэтому я жду Ваших родителей в пятницу, по окончанию уроков в учительской. А по результатам тестирования у вас — «ноль»!

* * *

Испугала ежика голой ж…! «Ноль» она мне влепила, подумаешь!

Я стремительно, словно выпущенная эльфом-лучником стрела, несусь по улице. В принципе, заход на рынок это достаточное оправдание перед родителями, но лишний раз нарываться на расспросы я не хочу, поэтому…

Боже, какой красавец! Моя стремительная походка прерывается, словно передо мной возникла несокрушимая стенка, прямо напротив моих глаз, на витрине за стекло, стоит прекраснейшая статуэтка, изображающая парящего крылатого коня — пегаса!

Белоснежный (ну, ладно, слегка пожелтевший), с точеной мордочкой, на которой видна каждая шерстинка. Он, казалось, весело ржал мне своим приоткрытым ртом, глядя на меня своими карими глазами. Стройные, тонкие ноги казались такими слабыми, что еще бы минутка, и статуэтка могла упасть на пол и разбиться. Сколько? Эх, ладно…

— Девушка, мне, пожалуйста, вот эту статуэтку…

— Код… да, пожалуйста… чек возьмите!

Я выхожу на улицу, нежно прижимая к груди прохладную статуэтку. Чек? Я расправляю смятую в моем кулачке бумажку. Что здесь написано? «Конь педальный, с крылышками???»

Вечером я нашла правильные ответ на те вопросы, которые задавала мне училка. А. заодно, прочитала полную версию анекдота про блондинку на викторине. Сучка историчка…

Уже перед отходом ко сну мне позвонила Олька.

— ЛЕНКА!!! Ты нашла их!!! Одна из твоих фей зашла сверху и слева в их Сектор.

— Олька! Спасибо, боже, я теперь не смогу уснуть спокойно!

И действительно, вся последующая ночь прошла для меня в борьбе с дичайшей бессонницей. Я ворочалась с боку на бок, мне, то дико хотелось спать, то возникало желание немедленно сесть за ноутбук…

Утро для меня началось с нелегкого выбора — идти на контрольную по геометрии, или бежать в клуб, где мне уже давно придерживали местечко в укромном уголке.

Разум говорил, что контрольную надо написать, тем более, что это была какая-то там, особенная работа, которую проверяли «наверху». А ноги меня несли в клуб.

В результате победил разум… и я оказалась в клубе.

«Ладно, даже если и опоздаю на пять-десять минут, ничего страшного не случится, с геометрией у меня проблем никогда не было» — решила я и, как всегда, оставив задаток админу, уселась за «свой» комп.

Кстати, по поводу задатка. Вообще-то, правила данного компьютерного клуба подразумевали, что посетитель вносит полную предоплату и тут никаких поблажек не делалось. Но я смогла объяснить админу, что меня могут вызвать в любой момент. Поэтому мы договорились, что я вношу оплату за пять часов, которые я гарантированно не буду сидеть, а он мне потом возвращает «сдачу». Несколько раз Олька звонила мне буквально за пять минут до начала урока с сообщением, что ожидается контрольная, после чего я срывалась с места и бежала в школу. Пару раз, когда посреди дня был урок, который ну никак нельзя было пропустить, я оставляла оплаченный компьютер и бежала туда. К моему возвращению все было так, как я и оставляла.

Самым удивительным для меня было то, что админ ни словом, ни жестом не выражал ни малейшего намека на какое-то вознаграждение, хотя, если честно, кому-кому, а ему бы я была и не против разок показать свои «девичьи признаки»… но только показать!

Руки дрожат настолько, что флешку с личным профилем я втыкаю только с третьего раза, спровоцировав насмешливый шепот, сидящих рядом сопляков, «нубша!».

Запускаю клиент «Земель», черт! Да такой, такой у меня пароль! Сука! Да что же это такое!

— Вам помочь? — админ…

— Да, не могу ввести пароль. Пароль верный, я его не меняла.

— Профиль… ага, вижу, Вы все же прислушались к моему совету и перенесли его на флешку… Угу… а на каком языке у Вас пароль?

Черт! Забыла язык переключить! Спасибо, дай я тебя чмокну в щечку…

«Вход»…

Так, быстро, что и где надо смотреть?

Мигающая иконка внизу экрана… «Дипломатия»? Опять этот сопливый Викинг с очередным… Нет! Изображение зеленокожего и широкоплечего орка! «Серж, повелитель орков, предлагает Вам союзный договор. Подпись, Мастер Йода». Насколько я помню, это игровой ник Максика… конечно принять!

«Внимание, Ваш союзник получает полный доступ к просмотру всех данных Вашего Замка и войск!» Да ладно, хрен с ним. Ой, а что это? Сразу после принятия союза, мне открылся достаточно большой кусок карты, с Замком, несколькими деревнями, шахтами и всевозможными постройками, береговой линией достаточно большого моря, которая, то пропадая, то появляясь, судя по всему, была у нас общей!

Краем глаза я замечаю, что вверху и слева, там, куда ушли мои другие разведчики, есть россыпь красных точек, которые медленно, но уверенно движутся вниз, в направлении Замка мох новых друзей.

Я увеличиваю масштаб того участка карты…. Некромант!

— Ленусь, ты тут?

Внезапно появившееся окно с морд… лицом Макса слегка напугало меня, и я невольно откинулась на стуле, вызвав очередные насмешки прыщавых соседей.

— Привет, любимый… видишь, я все же нашла вас!

— Вижу. Лен, не обижайся, но ты еще и притащила на «хвосте» армию мертвых. Нет, я очень рад тебя видеть «вживую», просто нам только этой проблемы не хватало.

— Макс, не сердись, пожалуйста, я сейчас приведу свою армию, и…

— И положишь ее всю! Так, давай сейчас сделаем таким образом. Смотри, я на карте поставил отметку, думаю, армия Некроса не успеет до нее дойти первой. Это точка наших армий, ок?

Да пошла она, эта контрольная…

— Да, любимый! Я буду на месте со всей своей армией вовремя.

СМС-ка…

«Ленка, ты где?»

«Я не буду»… Выключаю телефон.

* * *

Я собираю всех, кто у меня есть на данный момент, гномы, эльфы, хоббиты, единороги, пегасы и Энты.

Пока моя армия в спешном порядке идет в оговоренной точке встречи, я внимательно слушаю Макса.

— Слушай меня внимательно, судя по всему, ты не успеваешь подойти вовремя, поэтому…

— Макс, я постараюсь успеть!

— Лена, не перебивай! Ты не успеваешь, и это не твоя вина. Так вот. Мы начнем бой и будем на первой линии, а ты, как только подойдешь, занимай вторую. Так как у нас полностью отсутствует авиация, твоя задача будет заключаться в том, чтобы связать их летающих юнитов боем. Если сумеешь, высылай своих летунов вперед, так, чтобы они раньше твоих основных сил вступили в бой. Далее. Если я не ошибаюсь, твои гномы несут самую лучшую броню, так?

— Вроде бы…

— Тогда постарайся, как только подойдешь, связать боем гномами и Энтами вампиров, хорошо?

— Но они же кровососы!

— Да, все правильно. Запас здоровья и броня должны позволить гномам держаться долгое время, а Энтам умение вампиров до одного места. Дальше, ты же выбрала ветвь развития «Березы», так? Значит у тебя уклон в магов. Как только подойдете, сразу выделяй своих магов для борьбы с личами. Наши шаманы некоторое время смогут продержаться, но именно, что некоторое.

— Хорошо, Макс, я все поняла… Береги себя, любимый…

— Спасибо, малыш… Подойдешь, сразу иди к нам, я прикрою, если что.

Я выбираю всех Наездников на Пегасах и объединив их в одну группу, собираюсь отправить вперед, воспользовавшись их более высокой скоростью, так, чтобы они успели к началу битвы.

Голос, раздавшийся из-за спины, заставил меня вздрогнуть.

— Посади хоббитов на Пегасов, пусть подкинут. Там хоббиты поработают «Шилками» с земли…

Оглянувшись, я увидела, что за моей спиной собрался весь клуб. Совет мне давал один из тех сопляков, которые совсем недавно насмехались надо мной.

Звучит разумно, думаю я и корректирую свои распоряжения.

Заметно потерявшие в скорости пегасы, словно шмели, медленно и натужно, изо всех сил маша крыльями, взлетали с земли и, развернувшись, направлялись в сторону войска орков.

Спустя десять минут, когда, судя по карте, моя авиация добралась до места назначения, отозвался Макс.

— Лена, это была твоя идея, усадить хоббитов на Пегасов?

— Нет, мне тут подсказали…

— Передай мою благодарность советчику.

Еще через несколько минут я получила сообщение «ваш союзник, ваши войска атакованы».

Поскольку моего присутствия в самой продвижении не требовалось, я переместила обзор по карте к полю боя и начала наблюдать за разворачивающимся сражением.

На равнину, которой предстояло стать ареной кровавого сражения, медленно выливалась армия нежити.

Огромная орда ходячих костяков — скелетов, вооруженных самым разнообразным, чаще всего ржавым и поломанным оружием, сразу после выхода из ущелья повернула направо, выстраиваясь более-менее стройными шеренгами.

Высокие, страшные даже издалека в своих черных доспехах, верхом на конях, из чьих глазниц лился яркокрасный цвет, мертвые рыцари, словно единая, слитная, монолитная масса, отправились на левую сторону.

А вот, наконец-то, вышли и заняли место позади рыцарей противники для моих магов. Высокие, со светящимися зеленым светом глазницами, бывшие мертвые, но восставшие маги — личи.

Над их головами медленно и, можно было бы даже сказать, величественно, парили всевозможные кошмарные крылатые создания, так называемая авиация армии Некроманта, состоящая из Костяных Драконов и каких-то, абсолютно невообразимых существ.

Ну что ж, все более-менее становится ясным. Теперь еще осталось увидеть вампиров, вернее, их численность, чтобы получить представление, с кем, или точнее, с чем, мне придется сражаться.

Впрочем, остальные силы Некроманта я просматривала уже не так внимательно, так как меня постоянно отвлекал шепот за моей спиной.

— А что это?

— Да девка, часто сидит тут, играет в Земли без погружения. Сегодня с утра поговорила с каким-то гоблином, после чего собрала всю свою армаду и ломанулась куда-то, я так понял помогать отбивать атаку Некроса союзникам.

— Погодь, так она же — Волшебница?

— Ну, а я о чем? А союзник — Варвар! Скажи, прикольно? Короче, орки уже столкнулись с трупами, а она не успевает, поэтому выслала вперед Пегасов, еще и хоббитов усадила на них, чтобы быстрее доехали.

— На хрена?

— А они добазарились, что пегасы отвлекут на себя всех летунов некрохрыча, а коротышки будут зенитками работать.

Тем временем обе армии успели выстроиться друг напротив друга.

— Ленка, тебе еще сколько ехать?

— Минут десять…

— Ладно, мы начинаем. В общем, как подойдешь, не отвлекай, а сразу по оговоренному плану, ок? Гномов и Энтов сразу туда, где будут биться орки с вампирами, если там еще кто-то будет биться…

— В смысле?

— В смысле, что нам против вампиров больше некого ставить, а орки кровососов не победят. Так что, давай, как только, так сразу. И да, как только подойдете, сразу начинай их выбивать эльфами-лучниками.

— Макс, я взяла только эльфов-магов.

— Почему?

— Дело в том, что… ниже вас, по карте, по-видимому за морем, есть замок Викинга, с которым я уже успела подраться. Там сидит сопляк, который каждую…

— Вспомнил, то есть, ты хочешь сказать, что оставила эльфийских лучников в Замке, на защите?

— Максик, прости… — у меня на глаза навернулись слезы. Любимый так рассчитывал на меня, а я его подвела?

— Ленусь, успокойся, все в порядке. Ты все сделала абсолютно правильно. Это я — дурак, забыл уточнить у тебя, кого ты взяла с собой, а кого — нет.

— Так ты не сердишься на меня? — слезы мгновенно высохли. Макс не только не сердится, он еще и похвалил меня!

— Конечно же нет, малыш, конечно же нет…

Над головой Макса вспыхивает темным светом участок силового щита.

— Лен, поторопись, ок? — говорит он мне и отключается.

Все, что я теперь могу, это наблюдать «сверху» за начинающейся битвой.

Мои пегасы, ссадив с себя хоббитов, взмывают в небеса и ввязываются в бой с кошмарными творениями некроманта. Высокая скорость и подвижность, позволяют им держаться с достоинством, не допуская своих противников до атаки наших войск сверху.

Коротышки, разместившись с удобством на более-менее ровном участке, расселись и, перекусив своими припасами (да, этого у них было не отнять, бой не бой, а обед по расписанию), принялись обстреливать из пращ летунов.

Такие похожие на Макса гоблины двух разных размеров (повыше и пониже) ввязались в бой со скелетами. Приблизительно одинаковые по размерам, меньшие гоблины весьма достойно держались против ходячих костяков, нанося и получая удары. В то же самое время, более высокие гоблины идут словно на прогулке, снося за один-два удара своего «костистого» противника.

Странно, почему Максим и Сергей не нанимают только гоблинов второго вида, более темных, крупных и сильных? Ладно, обязательно спрошу после боя.

На противоположном краю поля битвы дело обстояло намного хуже. Более легкие, хотя и более подвижные наездники на волках и на кабанах с трудом держали атаку Темных Рыцарей. То тут, то там постоянно возникала ситуация, когда волк, вместе с наездником прыгал на Рыцаря, пытаясь сбить того на землю, но, получив сильный встречный удар, оба воина армии моего любимого сами падали вниз. Кабаны, за счет большей массы, пытались сбить за счет таранного удара, и это им удавалось чаще. Упавшего на Землю Рыцаря тут же заваливали массой и, чаще всего, добивали. Впрочем, бывало и так, что копошащаяся куча вдруг словно взрывалась изнутри, после чего из эпицентра «взрыва» вставала фигура в темных доспехах.

Периодически, обзор на экране мне закрывала надпись «до вас донеслось ужасающее зловоние разлагающейся плоти». Все мои попытки как-то отключить это сообщение или убрать его с экрана не приносили успеха, пока один из моих зрителей не пояснил мне, что это сделано специально, для имитации того, что данное зловоние является расовой фишкой зомби, снижающей способность к сражению их противников.

— Понимаете, те, кто играют в капсулах, с погружением, ощущают его, и оно там, глаза режет, слезы вызывает, а Вы, играя за монитором, запаха не слышите, поэтому, как бы, находитесь в выигрышном положении, вот Вам спецом экран и заслоняют.

— Поняла, спасибо.

Мои ребята с этими «флаконами духов» решили выставить воевать своих самых, на мой взгляд, необычных воинов. Передней линией стояли высокие, бараноголовые воины, огры, как мне тут же подсказали зрители. Будучи массивными и сильными, они без проблем держали удары своих противников, принимая их на стену, выстроенную из щитов. В это же самое время, из задних рядов периодически, прямо по головам огров, в толпу противников бросались, размахивая большими двусторонними топорами, орки. Нанеся несколько ударов и убив одного-двух противников, эти смельчаки отступали назад, под защиту щитов, где их подлечивали несколько шаманов-гоблинов, размахивающих бубнами и колотящих пациентов по головам, рукам и прочим пострадавшим органам своими жезлами.

По поводу последних стоит остановиться поподробнее.

Для меня, мага, более привычным является ритуал с поднятием рук и произнесением заклинания, во всяком случае. Мой персонаж, при выборе «произнести заклинание» делает именно так. Как, впрочем, и все эльфы-маги.

В свою очередь, орочьи и гоблинские шаманы для сотворения колдовства самым натуральным образом танцевали. Их танцы, сопровождаемые завываниями, уханьями и мотылянием во все стороны бубнами, жезлами, большими костями каких-то животных, перевязанными ленточками, создавали впечатление какой-то дикой оргии пьяных подростков. Впрочем, судя по восстанавливающимся полоскам жизней у «пациентов», весь этот бред был действенным.

Ничего, пара минут осталась, ребята, и мы подойдем вам на помощь. Впрочем, сразу меня просили оказать помощь в ведении «перестрелки» между шаманами и личами. Про ритуалы первых я уже рассказала. Пляски, крики, вопли… Вторые были полной противоположностью. Абсолютный минимум движений и действий. То один, то второй мертвый маг просто поднимал руку вверх, после чего с его конечности, высушенной, словно сухофрукт, срывалась стрела либо облачко и двигалось по направлению к рядам армии моих союзников. Чаще всего она разбивалась о призрачные пузыри защиты, выставленные шаманами. Те удары, которые проходили за защиту, обычно убивали одного или двух воинов.

Прямо сквозь мой взгляд сверху свалилось очередное ужасающее тело с крыльями. Я перевожу направление взгляда вверх. Пегасы очень достойно бьются с… стоп, а куда подевались Костяные Драконы?

А упомянутые мной Костяные Драконы вовсю сражались с огромными, мохнатыми, словно ковры, Багамутами, юнитами самого высокого уровня в армии моих союзников.

Атакуя с налета, драконы пытались нанести удар и тут же отлететь в сторону, потому, что если Багамут успевал схватить своего обидчика и удержать его на земле, судьба летающей «костяшки» была предрешена. К пойманному дракону тут же подбегал еще один Багамут, после чего несколько ударов решали исход короткой схватки. Я обратила внимание, что кроме грязно-бурых существ, были еще и седые. Последним даже не требовалась помощь, они без особых проблем побеждали в схватке один на один.

Впрочем, не все было так уж и без проблемно в этой схватке гигантов. Несколько раз три дракона хватали Багамута и, подняв его повыше, бросали вниз. Упавший погибал сразу.

Громкое ржание возвестило меня о том, что единороги уже вышли на расстояние прямой видимости поля битвы. Шедшие огромными, пусть и редкими, шагами, Энты, успели выйти вместе с «рогатиками». Как хорошо, что по образу Пегасов, я догадалась посадить гномов верхом на единорогов!

Этот отряд я тут же отправляю на помощь жалким остаткам орков, дравшихся с вампирами. Сразу же после подхода помощи ситуация в том месте стала клонится в нашу пользу. Страшные укусы вампиров были абсолютно неопасны древесным Энтам, а прекрасная броня гномов позволяла не сильно боятся за последствия.

Мои маги, все, кто был «боевиками», тут же ввязались в перестрелку с личами, сменив на этом посту заметно «выдохшихся» шаманов. Лекари, под прикрытием остатков орков, распределились по всему фронту, оказывая свою помощь всем израненным зеленокожим воинам.

Я подошла к двум фигурам, орку и гоблину, стоявшим особняком на холме и напряженно всматривавшимся в ход боя.

— Лена, приветствую тебя. Огромное тебе спасибо за помощь. — повернулся ко мне орк.

— Сергей?

— Да…

Гоблин, отдав какое-то распоряжение орку на кабане, развернулся и бросился ко мне.

— Ленка!!! Как же я рад тебя видеть тут!

На пару минут весь обзор моего экрана оказался заслоненным.

Раздавшийся рев вынудил Макса оторваться от моего персонажа.

— Серж, я сам!

С этими словами мой любимый вскакивает на ближайшего Багамута и бросается верхом на том в бой.

— Ну да, как только ты появилась, Макс сразу распустил хвост. — улыбнулся орк.

— В смысле?

— Да Макс вообще, редко лезет вот так, в драку, а тут р-раз! И побежал.

— У вас накидка неровно висит, — решила я перевести разговор.

— Где? А, это она не неровно висит! Это там кое-что топорщится! Ладно, ты — девушка моего друга, поэтому тебя совращать не будем. Тем более, Макс говорил, ты несовершеннолетняя.

— Ой-ой… секс гигант нашелся зеленомордый!

— М-да… мне вот интересно, это у всех эльфов так, или мне просто везет так? — на удивление спокойно ответил на мой наезд Серж, после чего добавил: — ладно, надо и мне в драку, а то весь опыт мимо пройдет.

К концу боя, когда уже стало ясно, что мы однозначно побеждаем, Герой-Некромант попытался сбежать. Мы нанесли строенный удар своими заклинаниями с целью задержать его. Одно из наших заклинаний все же пробило его защиту и после недолгой схватки череп врага покатился по траве. Смерть предводителя лишь ускорила нашу победу и получение нами всеми по одному уровню.

— Вау, слушай, да вы круты! А у вас клан? Как называется? В него можно вступить? — посыпались на меня вопросы со всех сторон.

Внезапно от дверей клуба раздались чьи-то возмущенные голоса.

Глава 4

Вся толпа зрителей, оглянувшись, тут же сникла и разбежалась.

Одним из голосов был голос мамы, вторым — классухи.

— Где она? Лена, ты тут? Лена!!!

Я быстро закрываю клиент «Земель» и, выдернув, прячу в карман флешку.

— Лена, что ты тут делаешь? Почему ты не в школе? Лена, что это такое? Доченька, ты что, совсем ненормальная?

— У нее уплачено… не поняла. Молодой человек, объясните, пожалуйста, что обозначает этот значок? За сколько часов оплатила эта молодая особа в Вашем клубе?

Админ пожимает плечами и извиняющимся взглядом смотрит на меня. Да парень, я все понимаю, работа важнее. Я машу головой из стороны в сторону, давая ему добро.

— Этот значок обозначает, что данный посетитель — постоянный клиент, имеющий право на кредит. Она, приходя в клуб, вносила некоторую сумму как задаток, гарантирующий ее платежеспособность, после чего сидела столько, сколько ей было нужно. По завершению сеанса, мы производили перерасчет, и я возвращал сдачу.

— Ну-ка, позвольте Ваш журнал посещений… и вчера, и позавчера… Подождите, но ведь Лена мне говорила, что у нее проблемы дома… И я ее отпускала. А теперь я вижу, что наблюдается странное совпадение ее отпрашиваний с посещениями данного клуба.

— Ах, ты, паршивка! — развернулась ко мне мама. — Значит у тебя дома проблемы, да? Ничего, теперь они у тебя действительно будут. С-скотина, пошла домой! — я получаю весьма ощутимый подзатыльник.

— Уважаемая, я попрошу Вас не распускать руки в помещении клуба, иначе я буду вынужден вызвать…

— А ты вообще заткнись, падла! Бабки получаешь, еще, небось, и поощряешь, чтобы чаще к тебе ходили! «Постоянный клиент!», «имеет право на кредит!». Сейчас и ты получишь! — мама угрожающе надвигается на админа клуба.

— Уважаемая, еще раз повторяю, прекратите, пожалуйста, выяснение отношений в помещении клуба. Согласно уставу клуба и, главное, согласно закону, администрация не несет ответственности за посещение и времяпрепровождение посетителей. Это Вы сами виноваты, что Ваша дочь сидит тут. А вот если Вы попробуете нанести урон имуществу клуба или мне лично, то будете нести ответственность согласно…

— Закрой пасть, щенок! Учить он меня еще будет. Лена, быстро вон отсюда! НЕМЕДЛЕННО!

— Подожди, дай я хоть сдачу…

— Бегом! Сдачу пусть оставят себе, «на чай»… — мама издевательски ухмыльнулась, глядя в лицо админу. — Пусть это будет моей компенсацией за «моральный ущерб» и оскорбления…

— Мама, это мои карманные деньги, и ты не смеешь распоря…

— Нет у тебя больше никаких карманных денег, понятно? ПОШЛА ВОН!!!

Едва мы выходим из дверей клуба, как мама хватает меня за воротник и с силой впихивает в стоящее рядом с тротуаром такси.

— Опять в школу и потом к начальному адресу, домой.

— Что, дочку из клуба вытягивали, да? У меня уже на той неделе был такой же вызов. Так там мы с отцом полночи по клубам катались… А вы в первом же нашли.

— Да нам просто сказали, где ее искать. Все, мы уже приехали, да? Все, спасибо Вам огромное, завтра мы увидимся, скорее всего, ходить буду я.

Классуха вышла из машины, а мы поехали домой.

— Мам…

— Заткнись!

— Мам…

— Заткнись, я тебе сказала!

— Мам, скажи…

Последовавший удар по губам дал мне понять, что лучше вообще помолчать.

Я захожу в свою комнату. Странно, никто не тронул ноутбук. Да и вообще, вся комната выглядит так, словно ее… ну да, точно… ее обыскивали, а потом все положили на место.

Если бы с места был сдвинут один, максимум два предмета, я бы не заметила, но если ВСЕ сдвинуто… Хм… в какой-то из прочитанных книг фентези, я читала, что такое надо делать, если в помещении побывала нечистая сила, и надо таким образом отрезать ей возможность вернуться сюда еще раз[3].

— Мама! Вы тут что, проводили ритуал по изгнанию нечисти? — попыталась пошутить я, в надежде смягчить мамин гнев.

— Что? Какой ритуал? Никто ничего в твоей комнате не трогал! — ну да, что-то ты сразу отпираться начала, мама.

Я закрываю двери в свою комнату и включаю ноутбук. Первая же попытка войти в Сеть выдает сообщение «Доступ ограничен». Такое иногда бывает, решаю я, и укладываюсь на кровать.

Вечером, когда домой пришел папа, меня вызвали на семейный совет. Ой, опять это мозгоклюйство и нервотрепка.

— Лена, нам надо очень серьезно поговорить. — начала мама. — Сегодня утром мне позвонила ваша учительница математики и задала вопрос, который поверг меня в изумление. Она спросила, какие проблемы у нас в семье, может ли она, или кто-либо еще помочь нам чем-то, и настолько ли необходимо для тебя пропускать из-за этого школу. Узнав от меня, что у нас нет дома никаких проблем и что, по нашему мнению, ты все это время находишься в школе, она уточнила, в курсе ли мы, что тебя нет в данный момент в школе. Естественно, выяснилось, что ни я, ни твой папа, ни слухом, ни духом о причинах твоего отсутствия на уроках, как и о самом отсутствии.

— После того, как твоя мама позвонила мне и вкратце описала ситуацию, я прекрасно понял, о чем идет речь и каковы причины. — продолжил папа. — По моему совету, мама написала заявление по собственному желанию сегодняшним днем и уволилась с работы. С завтрашнего дня ты будешь находиться под неустанным наблюдением. Тебя, словно первоклашку, будут водить в школу и назад за руку. Все выходы в город только с кем-то из нас…

— Короче, концлагерь, да? Пулеметные вышки, колючая проволока, мама-вертухай, «предъявить личные вещи к досмотру», «шаг влево, шаг вправо — расстрел на месте, прыжок на месте — провокация»…

— Леночка, ты тяжело больна, и озвученные методы, это тяжелое, трудное, но необходимое лечение.

— Ну так сдайте меня в больницу, врачей вызовите…

— Доченька, успокойся, пожалуйста.

В это время на улице послышался шум, как будто по стене нашего дома полз какой-то червь, шурша своим телом.

— Что это?

— Лена, мы, кажется, с тобой разговариваем! — проявил недовольство папа.

Ладно, давай будем смотреть им в глаза, Ленка…

— Слушай меня дальше. Сегодня в нашей квартире отключен доступ в Сеть. Завтра с утра его включат опять, но при этом будет осуществляться фильтрация и будут доступны лишь общеобразовательные сайты и каналы. Ты полностью лишена карманных денег. Если у тебя возникнет желание пообщаться с кем-то из своих друзей, ты можешь передать приглашение ему или ей прийти в гости через нас. Само общение, как ты понимаешь, также будет происходить только в нашем присутствии…

— Папа, извини, мне как, трахаться с парнем тоже в твоем присутствии?

Папа сделал резкий вдох, который обычно обозначал, что сейчас он будет очень сильно повышать голос, и, медленно выпустив его из своей груди, продолжил ровным, спокойным голосом:

— Должен признать, что этот момент мы с твоей мамой не обдумывали. И признаю, что в подобной ситуации, наше присутствие будет действительно неуместным.

— Лена, думаю, что если ты покажешь себя с хорошей стороны и прекратишь думать только о компьютерных играх, то твое общение с друзьями будет проходить без неусыпного контроля с нашей стороны. Но, только в пределах квартиры.

— Вот спасибо, золотая клетка со шторкой! Вы мне хоть скажите, кто меня «сдал»?

— Леночка, — мило улыбнулась мне мама. — тебя не «сдали». Человек, который дал нам информацию о твоем местонахождении, на самом деле твой лучший друг, вернее, подруга. Не сердись на нее, не надо. А насчет «клетки», Леночка, доченька, пойми, это все делается только ради тебя, ради твоего счастья.

— Лена, мы, твои родители, хотим, чтобы у тебя была семья, были дети. Мы не хотим. Чтобы ты сидя за экраном. Превращалась в одинокую, заброшенную и забытую всеми сначала старую деву, а потом и старуху. Мы хотим, чтобы у тебя была любовь в жизни, чтобы…

— У МЕНЯ УЖЕ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ!!! С которой вы не даете мне общаться!

— Лена, Максим, это не любовь. Это даже не человек. О какой любви к неодушевленному предмету, картинке на экране может идти речь?

Я аж захлебнулась от гнева, Максим не человек?

— Да что ты о нем знаешь, папа? Какое ты имеешь право называть Макса предметом? Неодушевле…

— ПОТОМУ ЧТО! — папа рявкнул так, что я присела. — Потому что этот бездушный моральный урод, сорвавшись сам, утягивает тебя, нашу единственную дочь, за собой! Потеряв возможность к самостоятельной нормальной жизни, он теперь нагло эксплуатирует твои чувства к себе, вместо того, чтобы отпустить тебя. Ты понимаешь, что он теперь, не имея средств, не имея возможности зарабатывать, будет откровенно паразитировать на тебе?

— Неправда! У него есть возможность зарабатывать, что он и делает! Он любит меня! Он мне сделал подарок…

— Специально, чтобы еще сильнее привязать к себе! Еще бы, как же не привязаться к парню, который подарил ноутбук, чтобы ты могла с ним общаться? Жестокий, бездушный и бессердечный!

Ах так? Ну, хорошо…

Я резко разворачиваюсь и бросаюсь к окну. Если прыгнуть чуть дальше за него, там начинается асфальтовая дорожка, главное, перепрыгнуть долбаный куст и упасть головой вниз.

Я, нацелившись в шель между шторами, ускоряюсь, чтобы выбить своим телом стекло и…

… И ударяюсь о сетку, которая натянута внутри окна. Поднявшись с пола под насмешливым взглядом папы и, испуганным, мамы, я с изумлением смотрю на двух человек, которые, повиснув на канатах за окном, крепят снаружи еще одну, более толстую и прочную сетку.

— Извини, доченька, но такого цирка больше не будет.

Опустошенная и обессиленная, я разворачиваюсь и ухожу к себе в комнату. Жизнь кончена…

* * *

Здравствуй, дорогой дневник.

Хочу поделиться с тобой наболевшим, ведь ты — единственный, кто остался у меня, и кто не подконтролен родителям.

Сегодня — первый день, со дня моей смерти. Да, смерти, иначе это никак нельзя назвать. С утра меня разбудили и под конвоем отправили в ванную комнату, приводить себя в порядок. Естественно, под надзором мамы. Далее последовал завтрак, сборы и дорога в школу.

Я чувствовала, что горю от стыда. Меня, пятнадцатилетнюю деваху, чьи сверстницы иногда уже становятся матерями, ведет за руку в школу мама! Я шла, опустив глаза к асфальту, чувствуя, как пылают мои щеки. Мне казалось, что все, абсолютно все люди на улице останавливались и тыкали в нас пальцами, со словами «смотрите, ведут!»

— Мама, не позорь меня, отпусти хотя бы руку.

— Нет, Лена, извини, но я — старше тебя и вряд ли смогу догнать тебя, если ты вздумаешь сейчас кинуться в сторону, поэтому…

Бежать! Я молниеносно выворачиваю руку и бросаюсь в сторону. Да, у меня «отлично» по физической культуре, и как сказал мне наш физкультурник, нежно поглаживая меня по ягодице, такие, как я, бывают очень редко. Я прекрасно чувствую себя и на длинной дистанции, и на стометровке. Я — бегун-уинверсал.

Мне удается пробежать каких-то несчастных двадцать-тридцать метров, когда я со всей дури ударяюсь о вытянутую мужскую руку. Убрал руку! Убрал я сказа… Дядя Боря? Папин друг, с которым они долгое время бегали по утрам, который ставил мне дыхание и учил правильно подбирать беговую обувь…

— Дурочка, ну куда ты собралась бежать, а?

Я оглядываюсь вокруг. Анатолий Сергеевич, наш сосед по подъезду, стоит чуть позади мамы, а Игорь Васильевич, еще один партнер по бегу, намного правее. Борис Степанович подводит меня к маме и передает мою руку ей.

— Леночка, извини, я была категорически против, но теперь, вижу, что папа прав. С завтрашнего дня ты будешь прикована к моей руке наручниками.

Господи, какой позор! Оказывается, мы идем не просто так. Мама и я идем в центре такого себе треугольника, образованного папиными друзьями. Двое по сторонам и один позади, на расстоянии пяти-семи метров от нас. Если бы я не шла, уткнувшись носом в землю, я бы раньше заметила их и не предприняла бы такой глупой попытки.

— Ну, что ж. Давай поговорим с тобой о твоей попытке побега. Предположим, что я смогла убедить папу, и ребята нас не сопровождали. Тебе удалось сбежать от меня, что дальше? Хорошо, предположим, до вечера без еды ты дотянешь, а потом? Ночевать ты где собираешься? На вокзале? В подъезде каком-нибудь? А еду, где ты собираешься ее брать? Красть в магазине? Поверь, попадешься в первый же раз.

В школе нам выделили отдельную парту, за которой сидели моя мама и я. Буквально в течении нескольких дней меня возненавидел весь класс. Моя мама стала вторым учителем, зорко наблюдая за порядком, перепиской и малейшими попытками что-либо натворить. Впрочем, довольно быстро одноклассники успокоились и всеми способами выражали мне свое сочувствие.

Первая же попытка, связаться со мной по «голубоглазику», одного из наших ребят, была пресечена мамой очень быстро и жестко. Она просто выключила мой смарт. Я видела, как Олька жует губы, пристально смотрит на меня и всеми способами пытается каким-то образом выйти со мной на связь.

Наконец, однажды, ее вызвали к доске. Она отвечала, стоя лицом к классу, улучив момент, когда мама не смотрела на нее, она кинула пронзительный взгляд в мою сторону.

— … Основой идеологии движения хиппи был девиз «Make love. Not war!», что переводится, как «Делай любовь, а не войну». - упорный взгляд мне в глаза. — «Оставь!». Участники движения…

— Извини, Оля, что ты сказала? Что значит «Оставь»?

— Я оговорилась, хотела сказать «оставь войну». Так вот, участниками движения были такие известные личности как, например, Джон Леннон и (еще один взгляд в мою сторону) Dich Флеху… Ой, Йоко Оно…

Что там дальше несла Олька, я уже не слышала. Дих — твоя. По-немецки. «Оставь твою флешку»… Олька, ты — умничка. Ну конечно же, можно же вести переписку через флешку, только вопрос, как мне тебе ее передать? И как ее получить назад?

— Мама, я хочу выйти…

— Хорошо, идем…

Я удается подгадать момент так, чтобы мама первой встала из-за парты и аккуратно положить свою флешку на ее стул, после чего выйти вслед за ней.

По возвращению, училка ябедничает маме, что кто-то из ребят что-то делал на моей парте. Мама тут же перетряхивает все мои тетради, но ничего не находит. Олька, сидя на своем месте и глядя на доску. Поднимает к виску кулак и выставляет большой палец. Ура, посылка доставлена!

На следующий день, на уроке геометрии, когда училка рассказывает нам очередную теорему, Олька поднимает руку.

— Извините, я не совсем поняла, Вы написали «три БАК?». Тройка и БАК, да?

Весь класс, в том числе и моя мама, стали присматриваться повнимательнее к написанному на доске. Олька, напротив, пристально посмотрела мне в глаза.

Понятно, эта фраза была для меня. Три БАК? Что бы это могло значит? Бак? Какой бак? Мусорный?

Олька, видя мое непонимание сделала движение, как будто нажимает кнопку пальцем.

Туалетный бачок! Третий по счету… Интересно, справа или слева? Ха, их у нас пять! Так что абсолютно все равно, с какой стороны считать.

На перемене я под конвоем иду в туалет, с замиранием сердца думая, что делать, если нужная кабинка будет занята. К счастью, она свободна.

Я закрываюсь в кабинке и начинаю лихорадочно ее осматривать. Бачок, и что? Ага, позади бачка, из под его тяжелой крышки, выглядывает самый краешек полиэтиленового пакетика. Аккуратно приподнимаю крышку и достаю искомое. Мой милый гномик, в виде которого сделана флешка, лежит в пакетике.

Вернувшись в класс, я, особо не таясь, радостно вскидываю руку со сжатым кулаком вверх.

— Милочка, я, конечно, понимаю Вашу радость по поводу благополучного отправления естественных нужд, но поверьте, это интересно только Вам и Вашей маме.

Громкое ржание всего класса не смогло испортить мне настроения, главное, что Олька, склонив голову, улыбнулась и качнула головой слева направо и обратно.

Дома, едва дождавшись, когда я смогу остаться в комнате одна, я включила ноутбук и воткнула флешку.

«Ленка, привет. Жаль, что ты так прокололась, ну да сделанного, уже не вернешь. Расскажу все по порядку.

Училка в тот день, едва узнав, что тебя не будет на контрольной, а это стало ясно к середине урока, нашла в журнале моб твоей матушки и начала ей наяривать. Поговорив и выложив все, что она думала, думает и будет когда-нибудь думать о тебе, она положила трубку и заявила, что ты вконец обнаглела, и она выведет тебя на чистую воду.

Потом подъехала твоя маман. Техничка с нашего этажа, видевшая тебя пару раз утром, куда ты сворачиваешь вместо того, чтобы идти в школу, подбежала и начала вслух, взахлеб докладывать, где тебя искать. Короче, был огромный скандал. Учителя теперь обязаны докладывать о каждом отсутствующем учащемся, а директриса будет лично обзванивать родаков, прикинь?

Макс говорит, что очень сильно любит тебя и жалеет, что ты так влипла. Если бы знали, что так обернется, сами бы как-нибудь отбились, а ты бы не подставилась. Он вернул твои войска назад в твой Замок, но у него нет полного доступа для управления им. Так, если он будет управлять твоим Замком, то к концу твоего „заключения“ тебя будет ждать укрепленный и развитый Замок и любящий тебя человек. Но, я так понимаю, у тебя дома нет ни малейшей возможности сделать это самой, управлять Замком?

Ленка, если ты мне доверяешь, разреши, я скопирую учетку с твоей флешки, и передам ему управление? Если бы у вас подъезд был не на магнитном ключе, я бы могла заходить с ноутом в Ваш подъезд и сидеть часик-два, связавшись с твоим ноутом по „голубоглазику“, давая тебе доступ к Землям.

Давай договоримся так, третий бачок будет нашим почтовым ящиком. Я сегодня же куплю значок с изображением гномика, и если он будет висеть у меня на правом плече, значит флешка на месте. Придумай и ты какой-то знак для меня, чтобы я знала, когда идти, проверять „почту“.

На первый раз хватит. Ребята на тебя уже не дуются, все всё понимают и жалеют тебя. Если понадобится какая-то помощь, тебе помочь готовы абсолютно все.

Пока.»

Я лежала, уткнувшись лицом в подушку, и рыдала навзрыд.

Любимый, лучшая подруга, одноклассники, они меня помнили, они меня не забыли, они хотели мне помочь!

Как? Взять штурмом квартиру и вызволить меня из «тюремного заключения»? Квест — спасите принцессу из башни.

Я представила себе, как на лестничной площадке, под дверями нашей квартиры устраивается пикет, с плакатами, на которых написано «Свабоду Ленке!» Точно, сво-бо-ду по-пу-га-ям, блин…

Олька, пуляющая в мои окна, сквозь сетку, эльфийские стрелы, к которым привязаны флешки с очередными письмами.

Мама, закидывающая яблоками через приоткрытую дверь наступающих на нее одноклассников, как это делали тролли в недавнем бою.

Макс, верхом на Багамуте штурмующий наши двери… Макс? МАКС!!!

Зеленокожий ушастый гоблин въезжает в мою комнату и, соскочив с шеи мохнатого Багамута, подходит к моей кровати. Я вскакиваю и бегу ему навстречу. Мы обнимаемся, стоя посреди какой-то равнины. Его лицо становится все ближе к моему, я вижу чуть высунутый язычок, выглядывающий сквозь его губы, и тянусь к нему своими.

Мы самозабвенно целуемся. Его язык, вначале такой сухой и шершавый, постепенно становится влажным и мягким…

Я просыпаюсь, лежа лицом в подушке. Из нее мало, что не капает, она мокрая насквозь. Чего в ней больше, моих слез или слюней, я не знаю…

Вошедшая в комнату мама застывает в шоке.

Следующие дни я провожу как в бреду. Каждое утро я оставляю «посылку» в бачке и каждый раз на седьмом или восьмом уроке забираю ее назад. Олька таскает с собой ноутбук в школу и весь класс собирается на переменах возле ее стола.

Никогда бы не подумала, что ребята так переживают из-за меня.

Мальчишки предлагают проекты один бредовей другого. Собрать радиоудлинитель и подключить через него мой ноут в Сеть. Поставить усилитель «голубого глазика», чтобы мой ноут мог дотянуться до Сети.

Один из наиболее реальных вариантов был следующий. Кто-нибудь покупает модем и передает его мне. Ребята скидываются и оплачивают мне ежемесячно доступ в Сеть. Все это было прекрасно, если бы не тот момент, что блок стоит где-то на уровне моего ноута.

Я передала Ольке свой магнитный ключ от подъезда, и она просидела весь вечер, пытаясь дать мне доступ через свой ноутбук. Я прекрасно видела его, но в Сеть выйти не могла.

Через неделю было принято решение, что вместе с Олькой в подъезд придет Олег, парень, про которого в школе уже давно ходила слава «хакера». По нему сохли половина девчонок из нашего класса, но ему нужны были только его «железки».

Мне были переданы на флешке инструкции, как, с помощью находящейся на этой же флешке программки, дать ему доступ к моему ноутбуку.

В оговоренное время я увидела уже ставшее привычном отображение того, что обнаружен еще один компьютер с активным «глазиком», готовый начать соединение с моим «дружком».

Запускаю указанную программку и ввожу данные.

Самостоятельно открывается «блокнот», в котором начинает набираться текст:

«Все, Ленка, убери его подальше, чтобы родаки не увидели, только крышку не закрывай и уходи из комнаты. Если все будет нормально, на рабочем столе будет файлик с названием „привет“».

Я отворачиваю ноутбук экраном в стену и ухожу на кухню.

— Леночка, что-то случилось?

— Нет мам, просто решила посидеть на кухне. Ты не против?

— Нет-нет, что ты, маленькая. Наоборот, я буду очень рада. Кстати, а ты мне помочь не хочешь?

— Давай, а ну нас что, гости?

— Да, хотели тебе сюрприз сделать, но раз уж ты сама вышла из комнаты… В общем, завтра к нам в гости придет семья А-чей, поэтому я готовлю на стол. Будь добра, почисть овощи.

— Ма, я так понимаю… а что с ножом?

— Извини Леночка, но ради твоей безопасности мы все опасные ножи заменили. Так что, это не нож, а специальная овощечистилка. Видишь, она работает как бритвенный станок. Просто ведешь по овощу и все, кожура сама чистится.

М-да… Клетка, золотая… или нет, не клетка, палата. Палата в психушке, мягких стен не хватает. А теперь ко мне еще и самца приведут. Если я не ошибаюсь, в этой семье такой себе, пай-мальчик. Абсолютный маменькин сыночек.

— Мам, а ты в курсе, что мне еще нет шестнадцати? Я не совершеннолетняя, а то, что вы делаете, называется сводничеством.

— Доченька, как ты могла только подумать о таком? Вас никто, ни к чему, принуждать не будет! Но на всякий случай, запомни, верхний ящик правой тумбочки дивана, они там прямо сверху будут лежать.

— Подожди, я что-то ничего не поняла, это что, вы будете сидеть в гостиной и вести светскую беседу, а меня в это время будут драть в соседней комнате? Или, может, прямо у вас на глазах? Чтобы, так сказать, проконтролировать.

— Леночка, успокойся. Еще раз тебе говорю. Никто ни к чему вас принуждать не будет. Захотите, ну что ж, ваше дело. Ругать мы тебя не будем. Не захотите, ничего страшного. Это нормально, что девушка не соглашается на секс на первом же свидании.

— Да вы что, совсем охренели? Вы меня уже как подстилку собираетесь использовать?

Я, словно фурия, срываюсь со своего места, швыряю через всю кухню овощную бритвочку и бросаюсь к дверям, прочь из…

И натыкаюсь на чуть насмешливый взгляд папы, который стоит в дверях, держа в руке планшет.

— А теперь садись на табурет обратно, бери нож и чисть овощи дальше. И слушай меня, слушай очень внимательно, я буду говорить медленно, так, чтобы ты хорошо поняла, о чем идет речь. И второй раз я повторять не буду.

Пока мама ездила в школу и искала тебя по компьютерным клубам, я отвез твой ноутбук к специалистам, которые установили туда блокировку на выход в Сеть и парочку закладок.

Все попытки Ольги взломать твой ноутбук я был вынужден игнорировать. Во-первых, потому, что Н-ского я не перебью, а он приемную дочь будет защищать, а во-вторых, потому, что ее попытки были смешны и неуклюжи.

Теперь же, взлом ведет молодой парень, за спиной которого не стоит никто. Плюс, взлом осуществляется с помощью методов, которые однозначно трактуются законом как преступные, поэтому…

Олег…

Олежка…

Тебе уже есть шестнадцать…

И наверняка ты хранишь дома все, что нужно любому хакеру. То, за что тебе впаяют срок…

— Что тебе от меня надо, папа? Что ты хочешь, чтобы я сделала, чтоб ты не трогал Олега?

— Ты ничего ему не говоришь, пусть ломает дальше. Мне самому интересно, сможет ли он взломать систему, за которую с меня запросили…

Папа назвал сумму, приблизительно равную нашему двухмесячному доходу в «несезон».

— Естественно, я не буду требовать от тебя, чтобы ты раздвигала ноги по моей команде. Нет, все, что я хочу, чтобы ты завтра вела себя так, как положено вести себя девушке, в гости к которой пришел обеспеченный, симпатичный молодой человек, которой она нравится… Да, дорогая, ты что-то хочешь добавить?

— Чуть-чуть поправить твои слова. Сын обеспеченных родителей, умный, образованный, эрудированный…

— Урод! Квазимодо гребаный! — не сдержалась я.

— Ну, я бы так не высказывалась, но да, дорогой, мальчик не блещет красотой.

— Первое, мы все прекрасно знаем, что красота не главное в человеке. Второе, я искренне удивлен, неужели моя дочь читала Гюго?

— Собор какой-то там матери… читали по программе.

— В общем, доченька. Твоя задача, быть завтра приветливой, добродушной хозяйкой, радушно встречающей гостей. Понятно?

— Да, пап… можно, я Ольге и Олегу скажу, чтобы прекратили? Он не настолько сильный хакер, чтобы сломать твою защиту. Пап, отпусти их, пожалуйста, честное слово, я завтра буду вести себя так, как ты сказал.

— Хм… знаешь, не хотел, но… только ради того, что это настоящие друзья… Хорошо, идем.

Мы выходим на лестничную площадку, и я зову к себе ребят.

— Олег, Оля… идите сюда.

Удивленные ребята спускаются со следующего этажа.

— Олежка, прости меня, пожалуйста. Тебя, по словам папы, засекли сразу… Олежка, не надо больше ломать мой ноутбук. Тебя посадят.

Олег бледнеет. Мать-одиночка ничего не сможет сделать, чтобы защитить его, поэтому…

— Молодой человек. — вмешивается папа. — Смотрите…

Он поворачивает планшет к Олегу и тот бледнеет еще сильнее.

— Лена пообещала мне кое-что, в обмен на Вашу свободу. Если завтра она выполнит свое обещание, я стираю эти записи. Ольга, у меня просьба персонально к Вам. Прекратите, пожалуйста, эти детские попытки. Да, Петр Владимирович прикроет Вас, но он не будет покрывать действия людей, которых Вы привлечете. Вы нашли возможность общаться с Леной, ладно, общайтесь. Но не пытайтесь, пожалуйста, дать ей доступ к «наркотику», хорошо? И да, верните, пожалуйста, ключ от подъезда.

Ольга очень аккуратно достает из кармана магнитный ключ и передает… мне.

— Извините, но его мне дала Лена, я его ей и верну, хорошо?

— Хм… Хорошо. Лена, отдай мне ключ. В общем, ребята, мне искренне приятно, что у моей дочери есть друзья, настоящие друзья, которые готовы пойти ради нее на преступление. И которых она будет выгораживать и уступать мне, ради того, чтобы вытащить их из беды. Я думаю, Олег, Вы согласны, что…

— Да, я все прекрасно понимаю. И я знаю срок, который мне светил…

— Вот и хорошо. Лена, помни, ради Олега, ты мне пообещала!

— Да, пап, помню… и выполню свое обещание завтра. Мне можно будет пригласить Олю или Олега к себе в гости?

— Посмотрим на твое поведение и успехи в школе.

— Может, ты разрешишь нам общаться?

— Нет, и учти, если я или мама выясним, как вы общаетесь, мы перекроем этот канал. Идите, ребята.

На следующее утро у нас в квартире началась генеральная уборка. Мы готовились к приходу гостей. Помогая маме с уборкой, я слушала в плеере скачанные аудиокниги с советами, как отвадить парня, выглядя при этом добродушной хозяйкой.

Почерпнув несколько, весьма интересных советов, я заканчиваю пылесосить и иду на кухню, помогать накрывать на стол.

СМС-ка, пришедшая на мамин мобильный, извещает нас о том, что гости будут через десять минут. Я бегу в свою комнату и переодеваюсь.

Еще пара минут, и вот звонок в двери.

— Здравствуйте! Лена, ты так прекрасна, эти цветы для тебя!

* * *

Какая прелесть, что мама поручила мне сервировать стол. Двузубая вилка, трехзубая, четырех… пятизубая! «Четверка» с короткими зубчиками, со средними, с длинными, со средними, но с длинной ручкой…

— Боже, какая прелесть, Вы угадали. И гвоздики, и цвет — голубые, все, как я люблю.

— Поверьте, Елена, я старался угодить Вам.

— Ну, что же мы стоим в прихожей, раздевайтесь, проходите, стол уже накрыт и ждет вас.

— Ну, Лена, ты и выросла. Мы в последний раз были у вас в гостях лет сто назад.

Да, сто лет… ага, как же. На мой юбилей, десять лет мне испоганили своим сыночком. Ну, ничего, я вам сегодня устрою…

Ну конечно же, естественно, что он схватил не ту вилку. А, даже так, он вообще орудует одной единственной!

Я демонстративно начинаю перебирать столовые приборы, выбирая для каждого блюда соответствующий только ему предмет.

Используя каждый из них, я с ослепительной улыбкой смотрю прямо в глаза Валентину.

— Позвольте выразить восхищение Вашим воспитанием, — тут же отреагировал он. — Вы так хорошо ориентируетесь в назначении столовых приборов! Если Вам не будет трудно, Вы не могли бы преподать мне пару уроков?

Вот же ж, гад. Выкрутился!

— Скажите, Валентин, а…

— Леночка, может вам с Валиком стоит перейти на ты?

— Да, Леночка, если Вы… Ты не против, давай на Ты?

— Ой, ребятки, вы тут как-то сами разберитесь, а нам надо выйти на кухню, хорошо? — ой, как же вы, дорогие родители, табуном ломанулись из гостиной…

— Хорошо, ВАЛИК, давай… Только вот, ты же знаешь, просто так на «ты» не переходят, правда? Надо выпить на брудершафт. Как ты на это смотришь?

— Как скажешь, Леночка, как скажешь…

— Валичек, у меня к тебе единственная просьба, закрой, пожалуйста, двери изнутри на ключ. Это так, чтобы родители не зашли не вовремя.

И пока это бараноподобное создание идет к дверям, я мигом наливаю в свой стакан компот, а ему полный стакан вина. Последние капли я «доливаю» в свой в тот момент, когда он уже возвращается к столу.

То, что возле моей тарелки лежит целая стопка ломтей батона со снятым маслом, это не важно, а вот то, что я ему постоянно подкладывала только салаты, это гораздо важнее.

Ну что, Валик, давай, обвиваем руки и… оп-па… давай-давай, до дна, за дружбу!

На, запей минералочкой сильногазированной.

— Давай присядем сюда, на диван. Ой, какой ты у нас ловкий. — да, ловкий, смог упасть на диван, не свалив меня.

— Вот у нас столик тут будет стоять, поближе. Ну, давай, за наше знакомство, еще по одной.

— Ой, Лена, подожди…

— Ну, Валик, ты что? Между первой и второй промежуток небольшой.

А вот теперь придется уже пить с ним наравне. Ну, ничего, как там говорится, мелкими, но частыми порциями.

Так, а пока он пытается чем-то закусить, быстро наливаю себе еще компота, а ему опять вино.

— Это что, опять пить надо?

— Ну, можешь не пить, но ведь это третий, «за дам», то есть за меня. Но, если хочешь, давай чуть-чуть подождем. Расскажи мне пока, чем ты интересуешься?

— Ну, например, мне нравится читать книги…

— А что ты читаешь сейчас?

— Ну, мама посоветовала прочитать «Таис Афинскую»…

— А зачем?

— Ну… там вроде бы как, показаны взаимоотношения между мужчиной и женщиной…[4]

М-да… это меня, что, мои родители записной проституткой выставили? А мамашка своему сынульке сразу и руководство… «Таис»… охренеть, блин.

— И что Вы… ты, можешь сказать о главной героине книги?

— Ну… главный герой, это известный древнеримский герой, воин, который…

— Не-не, Валик, мне интересно твое мнение о героине, о самой Таис.

— Ну, мама сказала, что образ Таис, это образ падшей женщины. Просто в древнем Риме были просто храмовые проститутки, а были дорогие, элитные проститутки, которых называли гетерами.

— Валик, извини, можно уточняющий вопрос?

— Да, Леночка, к-конечна…

— Как ты считаешь, с девушкой себя надо вести так, как себя вел тот главный герой, о котором ты пытался сказать мне?

— Ну да. Необходимо сделать вначале простой подарок, потом дорогой, а потом можно начинать надеяться на ответную любезность.

— А если девушка умнее тебя?

— Ой, ха-ха-ха… — Валик начал заваливаться с дивана. — Так не бывает. Гетера в книге — это мечта автора об идеальной женщине. У немцев есть замечательная фраза «Дети, кухня, церковь».

— То есть, ты хочешь сказать, что эти ценности и должна будет уважать твоя будущая супруга?

— Н-ну, да-а, — откровенно пьяно, развалившись на диване, протянул Валик, глупо улыбаясь мне в лицо. — я тебе гарантирую, что у тебя будет возможность выходить по магазинам, достаточно большой кредит на карточке, но все это при одном условии: ты не будешь лезть в мои интересы и увлечения.

Так-так, малыш, давай… Мужик, усевшийся на своего любимого конька — рассказа о своих увлечениях, может довольно долго трепаться на эту тему. А мне сейчас просто надо потянуть время. Хотя, какой ты мужик, сопляк натуральный.

— А можно про твои интересы поподробнее?

— Я же, и-ик, сказал, в них не стоит лезть! Как только ты обрюхатеешь, у м-меня пропадет любой интерес к тебе. Поэтому, тебе будет предоставлена относительная с-свобода, и-ик, а я буду гулять с девочками.

— Как интересно… а если я, например, захочу пригласить к себе молодого паренька, чтобы он мне заменил отсутствующее внимание мужа?

— Не-не-не, — замотылял, как взлетающий вертолет лопастями, своими руками Валик. — ты что. Эт-то будет супружеская измена с-с твоей сторо… и-ик… ны!

Да-да, знаем мы эти разговоры. Что такое разнообразие, спросила жена у мужа. Ну, ответил тот, это когда я с Машей, Ирой, Софой, Леной… А, отвечает ему жена, это когда я с Сережей, Васей, Колей… Нет-нет, отрицает муж. Ты, дорогая, разнообразие с бл…ом не путай!

Так-так, давай, маленький, давай… еще чуть-чуть.

— А ты выпьешь за меня третий тост стоя?

— К-каненчна… И-ик, ой… — хорошо, хоть рюмку поставил на стол. Сам то, упал на диван, как мешок с г…м. Собственно, почему «как», го…о он и есть.

— Так значит, если ты с девочками, это не измена, а если я…

— Ну конечно. Вот видишь, ты же тоже читала Таис Афинску… и-ик… ю. Мужчинам положено так себя вести, а вот жены, ме…те? или ме…ге? ры… вот они должны сидеть дома и «хранить домашний очаг».

Отлично, всегда думала, как выглядит на практике пример «двойного стандарта». Ну, совсем как в анекдоте: а ты бл…ство с разнообразием не путай!

Так, ну что, ты уже, достаточно готов? Давай для верности выпьем еще по одной, четвертый тост, как-никак, за мужчин…

— Валик, а ты знаешь, за кого поднимается четвертый тост? За вас, мужчин! За тебя, Валик! А теперь давай потанцуем!

Так, пока он там возится на диване, пытаясь принять вертикальное положение, надо быстро поставить на музыкальном центре что-то бодренькое.

«Сакс фо секс», «Мелодии для влюбленных», «Классик фо лав», мама, я тебя убью! Блин, он уже встал с дивана и, шатаясь, «плывет» ко мне! О, вот папина папка. Быстро, где у нас есть романтическое, но быстрое? Вот, Грейс Джонс «Май либер танго»! И, уже увлекаемая потными, неверными руками Валика, я успеваю поставить еще одну композицию. Ну все, паря, держись!

Танго… горячий и страстный танец, теоретически способный возбудить и разбудить вулкан страсти… но не сейчас. Сейчас моя задача, как можно сильнее и быстрее крутить его и вокруг него. Давай, давай, еще быстрее и активнее. А сейчас, лови меня на руку и опрокидывай меня…

Быстро подбираю ноги и пытаюсь изобразить изящный перекат, уходя из-под, не удержавшего равновесие и мое тело, Валика.

Уйти то, я ушла. Как раз завершается первая, из запланированных мною, композиций.

Я вскакиваю, и, протянув руку, поднимаю на ноги своего «кавалера». Ага, тебя уже мутит, да?

I'm gonna tell Aunt Mary

aboutUncleJohn…[5]

Вот и все, я еле успеваю уклониться от шикарной и вонючей «ленты», которую Валик пускает прямо на наш ковер.

Заметное количество вина на пустой желудок, плюс время, за которое алкоголь успел впитаться в кровь, плюс пируэты, которые мы крутили в ритме танго и старый добрый рок-н-ролл. Все, «уноси готовенького»…

А. главное, я честно выполнила данное папе обещание, вела себя так, как и положено пай-девочке, к которой пришел в гости кавалер.

То, что Валик так опозорился, это же совсем не моя вина, правда?

Поздним вечером у меня состоялся разговор с папой.

— Лена, давай честно, твоих рук дело?

— Пап, что именно? Я грубила? Хамила? Посылала его? Нет. Я добросовестно выполнила наш уговор. Хорошо вела себя за столом, не возмущалась, когда вы, мои родители, бросили меня, маленькую и наивную девочку, наедине с парнем в комнате. Может, ты хочешь обвинить меня, что я ему что-то подсыпала в вино?

— Нет, я этого не скажу, во всяком случае, я надеюсь, что ты этого не делала. Даже более того, я признаю, что вела ты себя вполне адекватно. Ухаживала за парнем за столом, хотя, конечно, должно быть наоборот, но будем считать, что это ты так проявляла свое внимание к нему. Да, это ты честно отработала. Расскажи, пожалуйста, что произошло дальше?

— Ну, после того, как вы ушли, мы выпили вина «на брудершафт», чтобы перейти на «ты», и потом немного поговорили. В процессе разговора еще немного выпили. Буквально раз… два… три… да, точно, три рюмочки вина. Я запомнила, потому что последний я подняла за него, как за мужчину, после чего включила музыку, и мы начали танцевать.

— Ладно, вполне возможно… Я вот только одного не могу понять, как так получилось, что ты, пятнадцатилетняя девушка, не упала от выпитого, а парень, который намного тяжелее тебя, «ушел»?

— Пап, во-первых, ну сколько мы выпили? По стакану сразу, и потом, по три рюмочки.

— Стаканы вот эти? — папа покрутил передо мной один из стаканов.

— Н-наверное… да, вроде он. — ну, естественно он. Я точно помню, что именно по этому шлифованному рисунку стекало вино.

— То есть сто пятьдесят и три раза по пятьдесят? Итого триста грамм. Лена, лучше скажи честно, что ты сделала? Лена, от трехсот грамм вина, кто-кто, а ты должна была «уйти» первой. А «ушел» Валентин… А ты еще и сидишь сейчас передо мной и ведешь вполне связанную речь.

На самом деле, меня уже некоторое время подташнивало и «вело», но я старалась держаться изо всех сил. Понятно, перестаралась. Но прямо сейчас тоже нельзя падать, а то будет похоже на игру… Неумелую игру актрисы погорелого театра.

— Пап, ну ты же сам когда-то рассказывал, что чтобы не опьянеть слишком быстро, надо как можно больше съесть жирной еды.

— А, да, вспомнил. Родители Валентина еще обратили внимание на кухне, что ты поедала мясо так, словно ты из голодного края…

— Ну, папа, извини, я не хотела подвести вас, представ перед молодым человеком той самой Таис Афинской, которой вы представили меня его родителям.

— Эээ?? Не понял?

— Все ты прекрасно понял, папа. — перешла я в наступление. — Какого черта, на мой вопрос, что он читал в последнее время, Валик тут же озвучил «Таис Афинскую» Ефремова? А когда мы начали обсуждение книги, выяснилось, что на его взгляд, в этой книге самое главное, это поучение молодым людям, как надо себя вести в общении с женщинами и как надо строить отношения в семье? «Киндер, кюхе, кирхе», блин! «после того, как мы поженимся, и ты обрюхатеешь, у тебя будет относительная, обеспеченная свобода, а я буду проводить время так, как посчитаю нужным»! Знаешь, как он считает нужным проводить время для женатого мужика? Таскаться по продажным девкам! По гетерам! Еще и место действия «Таис» назвал древний Рим… Мудак!

— Лена, он действительно говорил подобные вещи?

— Да, представь себе. Так вот, у меня вопрос к тебе, как вы с мамой описали меня, если идя ко мне в гости, молодой человек подобным образом готовится к общению со мной?

— Лена, давай так, я верю тебе на слово, что все так и было, как ты рассказала, а ты веришь мне, что мы ничего порочащего тебя не говорили родителям Валентина?

— Хорошо, только больше я эту свинью видеть не хочу.

— Эх… согласен. Опозорились они прилично… Ладно… Я так понимаю, следующие твои слова будут про Олега?

— Эм… да…

— Пусть завтра подойдет вечером к подъезду, скажем на семь часов вечера. Мы с тобой выйдем, и я в его и твоем присутствии, сотру все записи. Только пусть и он мне пообещает, что с его стороны больше попыток не будет, договорились?

— Угу… Папка, можно? — я целую папу в гладко выбритую щеку.

Хоть ты и гад, но за Олежку тебя отблагодарить надо…

* * *

Или мне кажется, или ответные письма Максика становятся все холоднее?

Если раньше каждое его письмо можно было читать и читать, смакуя каждую строчку и млея от потоков нежности, изливающихся с экрана, то сейчас они были похожи на новостные бегущие строки.

«Захватили, отбили, построили… построили тебе»…

На все мои расспросы Олька отвечала, что у них сейчас тяжелая ситуация, вызванная большими потерями в том бою, и что Макс сейчас вынужден много сил прикладывать для того, чтобы…

Как же мне хочется верить… нет, не так, я ВЕРЮ, что так и есть, и что это не охлаждение чувств Макса ко мне, а просто временные трудности.

Поток идей по помощи мне от одноклассников иссяк, особенно когда стали известны подробности произошедшего с Олегом.

Мне все также ободряюще подмигивали и кивали при встречах, на стене классной комнаты висела распечатанная кем-то картина, изображающая башню, из окна которой выглядывает принцесса, но никаких активных действий не предпринималось.

Единственное, что мне внушало надежду, это то, что Олька пару раз пришла в школу с небольшими ожогами на руках. Следы были явно не от кипятка и не от спички, значит, она что-то готовила.

Где-то через неделю, после неудачного визита А-чей, меня снова вызвали в гостиную, где со мной была проведена профилактическая беседа на тему, как надо вести себя в присутствии гостей и, особенно, молодого человека, которые будут приглашены к нам в гости.

— Леночка, в эти выходные у нас опять будут гости…

— Так, мама, прекращай выдавать меня замуж!

— Лена! Во-первых, не прерывай и не груби маме, а во-вторых, соизволь дослушать до конца.

— А что мне дослушивать? Инструкцию как вести себя с парнем, чтобы не отпугнуть «завидного жениха»? Уточнение, где именно лежать презервативы? Или, может, мама соизволит на этот раз сообщить мне, как она описала меня родителям парня?

— Все сказала? — голос папы был спокоен и холоден. — Отлично, а теперь слушай меня. Я лично поговорил с Валентином. Да, молодец, «операцию» ты провела чисто, не подкопаешься. Куда ты выливала вино?

— Я ничего никуда не выливала! Какая «операция», папа, о чем ты?

— Ладно, хорошо, не выливала… Валик тоже хорош, радостно накидался вина, после чего «отрубился»… В общем, с этим молодым человеком, будь добра, таких фокусов не делай! Понятно?

— На какой минуте нашего общения мне ноги раздвигать?

— Лена, знаешь, а вот это уже, явный признак классического «недотраха». Если уж ты в каждой фразе видишь намек на секс, то по Фрейду…

— Хорошо, «папочка», извини, я буду девочкой-недотрогой.

— Доченька, — подключилась мама. — пожалуйста, не бросайся из крайности в крайность. Будь сама собой. Хочется тебе просто общаться с молодым человеком, общайся, хочется чего-то большего… пожалуйста.

Думаю, на этот раз фокус с вилками не стоит повторять. Надо придумать нечто поинтереснее. Например… впрочем, я не буду раскрывать своих планов вам, дорогие читатели. А то вдруг кто-то проговорится.

Итак, в назначенный день в нашу дверь позвонили.

Я, одетая в классическое платье изумрудно-зеленого цвета, с пышной прической «Узел Аполлона», еле дыша через зубы, выпорхнула как раз к тому моменту, когда молодой человек в сопровождении родителей уже зашли в дом.

Ой. Какая прелесть, какой шикарный букет роз! Вот теперь то, я могу спокойно вдохнуть через нос и…

Оглушительно чихнуть… Ой, господи, аж слезы из глаз выступили… Все же надо было брать не красный перец, а черный… Ой. Мамочки… как же мне нос щиплет. Да он просто гореть начал, самым натуральным образом.

Так, все, аллергию на принесенный веник я уже изобразила. Теперь надо потерпеть, чтобы и парфюм «не принять».

А сам то, паренек очень даже ничего, смуглый, черненький, стройный… э-э-э, Макс все равно лучше.

Проходим за стол и рассаживаемся. Ну да, естественно, его усаживают рядом со мной. Боже, как горит нос, ужас!

А куда делись розы?

Их в гостиной нет, отлично. Значит, теперь можно смело… а-апчхи!

Довольно быстро обе мамы приходят к нужному мне выводу, у девочки аллергия.

Начинают срочно перебирать все раздражители, присутствующие в комнате. Все это время возле меня сидит Валдис, заботливо подающий мне салфетки и пытающийся вести со мной беседу.

Нет, мальчик, извини, но ты «в пролете»…

Наконец-то моя мама соизволит обратить свое внимание на то, что у меня уже все лицо залито слезами, а нос покраснел и распух до размеров небольшого яблока.

— Леночка, да что же это такое? На что у тебя такая дикая аллергия?

Мама стоит прямо перед нами, внимательно разглядывая мое лицо.

— Лена, что происходит?

Внезапно она начинает принюхиваться.

— Простите, Валдис, это Ваша туалетная вода так пахнет?

Пользуясь тем, что на мамины слова все, присутствующие в гостиной, посмотрели на нее, я незаметно обмакиваю кончики пальцев в вазочку со сметаной, стоящую на столе.

Валдисова мама, словно наседка, тут же подбежала и начала кудахтать, уверяя всех, что у ее сыночка парфюм не подделка, а настоящая Франция… Да мне пофиг, какая там у него Франция, скорее уведите его от меня!

Едва только мамы, договорившись до того, что никто никого ни в чем не винит, а аллергия вполне может быть и на натуральную косметику, отвели от меня Валдиса, я демонстративно подношу носовой платок к носу, и под его прикрытием смазываю свой многострадальный нос изнутри сметаной. Во всяком случае, именно ее советовали для «гашения» жжения от красного перца. Ее, или оливковое масло, или томатный сок, или лимон… в общем, что было ближе, тем и воспользовалась.

Естественно, что как только раздражитель был убран от меня подальше, моя «аллергия» пошла на спад. Сметана быстро успокоила невыносимый зуд, ну а жжение, которое осталось, его, ну что ж, ради себя и, главное, Макса, надо потерпеть…

Тот же день, вечер…

— Лена, это становится уже не смешно. Первого ты опоила, правда, надо признать, очень аккуратно, его родители до сих пор считают, что это Валентин пытался повыделываться перед тобой и распустил хвост. На второго у тебя, видите ли, аллергия… Как ты третьего собралась отшивать?

— Знаешь, папочка… Я его просто задавлю интеллектом!

— Переумничаешь, значит, да?

— Да, а если ты мне «ботана» приведешь, то я ему сразу от ворот поворот дам, так и знай!

— Хорошо, посмотрим…

— Дорогой, ты что задумал?

Если быть честной самой с собой, то мне эта «игра» даже понравилась. Мама и папа предлагают мне «мальчиков» для знакомства, а я нахожу способы отшить их.

В понедельник, едва мы зашли в класс, я тут же заявила маме, что собираюсь пригласить к себе в гости свою лучшую подругу — Ольгу.

Последовала перепалка тихим, злым шепотом, в ходе которого я узнала много нового об Ольке.

Что она такая же ненормальная, как и я, что она не достойна общаться со мной, что…

— Мама, короче, сегодня вечером Оля придет ко мне в гости. И мы будем общаться у меня в комнате, сами, без тебя. Все. Я Валдиса вытерпела, потерпи и ты теперь.

Услышав про Валдиса, мама тут же замолчала. Ну, еще бы, такой откровенный ляп с их стороны. Бедная доченька так пострадала…

На глазах изумленного класса я подошла к парте Ольки.

— Оля, если ты не против, я бы хотела пригласить тебя сегодня в гости.

Идя назад к своей парте и жующей губы маме, я слышала краем уха шепотки у себя за спиной: «у нее родаки — звери», «интересно, под кого она легла, чтобы получить разрешение пригласить кого-то в гости» и тому подобный бред.

В нашем «почтовом ящике» я оставила записку с просьбой заранее обдумать способы «отшива» парней, уточнив, что мне нужен ее совет, так как я уже иссякла.

Вернувшись в класс, я незаметно сделала движение рукой, словно сдергивала за собой. Кивок, меня поняли…

Вечером, едва Олька зашла к нам в квартиру, я тут же утянула ее в свою комнату. Включив погромче музыку, я усадила ее на свою кровать.

— Олька, мне нужна твоя помощь. Мои родаки… нет, мама, спасибо, компотика нам не надо… они сейчас начали интенсивно тягать в гости своих друзей и знакомых с сыновьями моего возраста.

— Ленка, честно, что тебе пришлось сделать, чтобы пригласить меня?

— Мам, спасибо, Оля не голодна… Очень красиво и корректно выставила идиотами двух кобелей, которых привели ко мне на случку, в результате чего смогла заявить, что мне просто необходимо общение с нормальным человеком.

— Понятно, кого к тебе уже приводили и кого приведут?

— Мам, нам не жарко и не холодно, мы сами приоткроем окно, когда надо будет… Уже был маменькин сыночек, Валик А-ич, и задавака Валдис.

— Как отшила?

— Первый нажрался вина на пустое брюхо, после чего, во время танцулек, облевал нам гостиную, а второй вызвал у меня приступ аллергии своим одеколоном… Нет, нам подушки не нужны, нам и так удобно… Теперь ожидаю ботана…

— Попробуй взять его разговором на бытовые темы, обсуждайте художественную литературу, фильмы.

— Угу…

— Леночка, у нас в квартире душно, пусть побудет дверь открытой в твою комнату, хорошо?

— Мам, а каким образом духота уйдет, если у меня закрыто окно?

— Э…Ну… откройте окно. А то у вас тут душно.

— Мам, у нас не душно, а если душно вам с папой, откройте окно в гостиной…

— Леночка, но меня тогда протянет сквозняком.

— А нас не протянет?

— Лен, ладно, пойду я домой, а то поздно уже. А я, все же, одинокая, беззащитная девушка, круглая сирота, за меня и заступиться некому.

Как только мама Ольке пинка не дала, выпроваживая ее за двери?

* * *

И вновь вечер субботы, и снова меня и мои нервы ждет испытание.

Звонок в двери. Я еще раз смотрюсь в зеркало. Черное облегающее платье и яркие, пронзительные линзы изумрудного цвета придают мне облик колдуньи. Ну-ну, очередная жертва, говорите, пришла? Пусть ее подадут на блюдечке!

Не слишком высокий, уже начавший седеть мужчина, хорошо одетый, в костюме-троечке, вслед за ним входит… вау, вот это да! Я на ее фоне откровенно теряюсь.

Шикарная женщина, с пышными черными, как смола, волосами, стоящими хорошо уложенной копной. Невысокая, но очень стройная, изящная, в облегающем темносинем платье и с карими, смеющимися глазами.

Последним, придерживая двери перед родителями, вошел высокий, худой нескладный парень в очках. Он двигался очень осторожно, словно боялся что-то зацепить локтем или рукой. Впрочем, я быстро поняла, что это не неуклюжесть, а стесненность непривычной одеждой. Тщательно наглаженные брюки, белая рубашка, блестящие, накремленые туфли… Ладно, посмотрим.

— Добрый день, позвольте преподнести Вам этот цветок. — не поняла, это что, ромашка? Только очень большая.

— Спасибо, — слушай, парень, честно? Ты меня заинтриговал. Что это ты мне притащил хоть? Небось, какую-то экзотическую хрень? Впрочем, меня от демонстрации неосведомленности спасает моя мама.

— Какая большая ромашка… я и не знала, что такие существуют…

— Это не ромашка. Это гербера, или хербера…

— Ух, ты, красивая, и такая необычная, правда, Леночка? Еще раз. Как Вы назвали этот цветок?

— Вы можете просто запомнить название — гербера, а можете, если конечно, я не смущу вас анекдотом, запомнить его с помощью шутки.

Анекдот? Интересно. А ну-ка, давай, удиви меня…

— Только я заранее прошу меня простить, он немножко пошлый, самую чуточку. В общем. Этот цветок якобы повторяет своими очертаниями и размеров… М-м-м… ну, Вы же знаете, что в древности медведя называли «бером». Да? Ну вот, а первую часть названия Вы можете и сами додумать…

Папа улыбнулся. Мама откровенно расхохоталась. Я изобразила вымученную улыбку, хотя внутри вся содрогалась от хохота. Хер бера! Молодец парень, ты мне начинаешь нравиться… Ты такой же непосредственный и простой в поведении, как и Макс…

Вся моя веселость вмиг ушла. Макс… Как он там? Я тут развлекаюсь, принимаю гостей, а он?[6]

— Я вас чем-то расстроил, Лена? — тут же встревожился парень, кстати, как его хоть зовут?

— Нет, нет, что вы, просто… кстати, а…

— Саша, и можно на «ты».

— Отлично. Раз ребята уже познакомились, значит, можно садиться за стол? — подытожил нашу беседу папа.

— Прости, Лена, а чем ты интересуешься, что тебе нравится, увлечение, хобби…

Не-не. Мы так не договаривались. Это я буду тебя расспрашивать, загоняя в угол.

— Люблю читать. А ты, чем ты интересуешься? Ты читаешь что-нибудь?

— Да, читаю.

— А что именно? Наверное, боевики там всякие, пиф-паф…

— Нет. Почему, я читаю все подряд. Начиная от фантастики и заканчивая историческими романами.

— Если не секрет. Что ты прочитал последнее?

— В каком жанре? Какой жанр тебе будет интересно обсудить, Лена? — отложив вилку и дожевав, повернулся он ко мне всем телом.

— Ну, давай например, поговорим о каком-нибудь женском романе.

— Женский роман? Если я не ошибаюсь, последней книгой, которую можно отнести к этому жанру, является «Дамское счастье» Эмиля Золя…

Упс… не читала…

— Дамское счастье? Это, наверное, фантазии мужчины писателя на тему, что такое, это самое женское счастье и как его достичь?

— Да нет. Описание жизни женщины, про то, как она выбивалась из бедности, история ее любви… А название книги взято из названия магазина, открыть который и было мечтой жизни героини. Хотя я не настаиваю, возможно, это всего лишь мое восприятие сюжета данной книги.

Ого, вот это да… Ладно, зайдем с другой стороны…

— А из фантастики, что ты читал в последнее время?

— «Человека в высоком замке» Филиппа Дика.

— Не читала…

— Это альтернативная история, фантастика, тема книги, победа фашистской Германии во Второй мировой войне.

— Ребятки, мы вас оставим тут. Хорошо?

— Лена, а что ты читаешь сейчас?

Что я читаю? А действительно, что я читала в последнее время? Мануалы к Землям? Пособие «Как взломать пароль на Сеть, который поставили злобные родители?» Или мне школьную программу озвучить?

— Саш, расскажи лучше что-нибудь о своих увлечениях.

— Лен, ты уверена? Я — компьютерщик увлека…

Дальше я слушала вполуха. Теперь все понятно, компьютерщик. Вполне нормальное явление, что начитанный и эрудированный, хотя так же часто встречается ситуация, когда ни черта не знает в любой сфере, которая не касается компьютеров.

— Саша, слушай, а если ты в компах разбираешься, может, посмотришь, что…

— Лен, мне четко и ясно запретили трогать твой ноут. Что, как, я не интересовался, нет, значит, нет. Да и вообще, можно с тобой честно поговорить?

— Да, — заинтригованно протянула я. Это становится совсем интересно…

Саша подсел поближе и. уставившись в стол, заговорил.

— Леночка, пойми, мы с тобой слишком разные. У нас разные взгляды, разные интересы, разные мнения, слишком разные. Из нас не получится нормальной пары, поэтому тебе не стоит пытаться поддерживать со мной разговор по интересам. Давай сделаем так: найдем сейчас какую-то нейтральную тему, поговорим на нее под музыку, пусть наши родители останутся довольны и все. Меня в наглую вытянули из дому под предлогом, что есть девушка, которой я очень нравлюсь…

ЧТО??? Стоп, Саша такой же, как я? Его тоже, силком знакомят с девушками?

М-да. встретились два одиночества, называется.

— … Ну вот, видишь. Тебе настолько неинтересно, что ты даже не слушаешь меня.

— Саша, извини меня, пожалуйста, я просто задумалась о своем. У меня ведь, такая же ситуация, как и у тебя. Я встречалась с парнем, который намного старше меня… нет-нет, ты не думай. У нас с ним ничего не было. Потом он, вынужденный зарабатывать на жизнь себе и своей младшей сестре, начал играть в он-лайн игру и сорвался. Чтобы быть с ним ближе, я также начала играть в эту игру. Мои родители, которым и так не особо нравилась идея, что я с ним встречаюсь, начали меня ограничивать…

Я рассказала Сашке все. И про прогулы уроков, и про клуб, и про то, что меня сейчас мама водит в школу за руку.

— Слушай, Лена, — перебил меня Саша. — у нас в школе очень похожая история. Тоже какая-то девченка подсела на игры, мамка ее теперь водит в школу, сидит с ней за одной партой. Ее одноклассники «хак» пытались организовать, ломануть ее ноут, чтобы дать хоть какой-то доступ Сетку, но ее батя просек тему…

Я с улыбкой слушала пересказ своей истории от совсем постороннего человека. И что техничке каждый день устраивают гадости, мстя за меня, и что третья кабинка на нашем этаже теперь неприкосновенна для всех остальных, и что все парни нашей школы дали клятву отлупить любого, кто посмеет высмеять меня, ведомую за руку…

— Лен, ты чего смеешься? Думаешь, я это все выдумываю?

— Нет. Саша. Мне просто и смешно и грустно, слушать свою же историю от постороннего человека.

— Свою? Нет, не может быть… Ты прикалываешься…

— Парту ей поставили у стены. Подальше от окон. В туалет мама ее выводит и сопровождает до самой кабинки…

— Ахренеть… слушай, так, получается… получается полный бред… — Саша вскочил и заметался по комнате. — Мне, человеку, которому это все абсолютно не интересно, выпал случай, о котором мечтают пацаны всей школы… Попасть к тебе на свидание, к тебе домой, остаться с тобой наедине… Вау!!! Слушай, можно с тобой селфи сделать?

— Так ты что же, хочешь сказать, что я тебе совсем не интересна? — после совместного фото, мы вновь уселись на диван и продолжили беседу.

— Не-не, Лена, не пойми меня не правильно. Ты красивая, симпатичная, но… как бы тебе это сказать…

Глава 5

Та-ак, становится все интереснее и интереснее…

Я, вместо того, чтобы аккуратно придвинуться к нему, с силой перемещаюсь по дивану так, что мое платье начинает потихоньку задираться. В тот момент, когда мое колено уже вплотную прижалось к его руке, подол остановился заметно выше колена, но достаточно низко, чтобы…

Саша, густо покраснев, одергивает подол со словами:

— Лен, я… мне… да я с… Лен, не стоит сейчас, хорошо? В комнате не так уж и тепло, ты мерзнешь, вот, уже дрожать начинаешь… давай повременим?

Я резко вскакиваю с дивана.

— Ах так, значит, да? Пошел вон! Вон, и видеть тебя не хочу!!! ВОН!!!

Я бросаюсь прочь из гостиной и, ворвавшись в свою комнату, с силой захлопываю дверь и кидаюсь ничком на кровать, зарывшись лицом в подушку.

Слезы текут потоком, а горло душит крик: «Макс, Саша… я люблю вас обоих!»

Я! ЛЮБЛЮ! ВАС! ДВУХ!

Рыдания перехватывают мое горло, не давая вырваться крику.

Один встретился мне тогда, когда я была готова влюбится в любого, кто мог понравиться мне без разницы с какой стороны, второй влюбил меня своей простотой и честностью. Найти в себе силы сказать девушке, что он не «возьмет» ее только потому, что мы не пара…

Первый дал мне романтику первой влюбленности. Первые свидания, первые цветы, первые поцелуи…

Второй… второй только что заставил меня ЗАХОТЕТЬ добиться его взаимности!

Что мне делать? Как любить обоих?

Маму не спросить, она будет руками и ногами за Сашу.

Лучшую подругу, которой я доверяла все свои тайны, тоже не спросишь, потому как один из двоих — ее брат.

К Сети мне доступ закрыт, там вопрос не задашь…

«Ленка, терпи. Чуть-чуть осталось до твоего совершеннолетия. У меня скоро будет возможность распоряжаться определенными суммами, тогда придумаем, как снять квартирку, поставить ломанную капсулу и вытащить тебя из-под родительской опеки…

У наших ребят пока некоторые трудности. Тем не менее, в ближайшее время, они собрались проведать твоего прыщавого соседа-Викинга., так что к моменту твоего возвращения в Земли тебя будет ждать приятный сюрприз. Только „тссс“, я тебе ничего не говорила, ок?»

Да, Олька, да, терплю. К счастью, терпеть стало чуть полегче. В моей жизни появился лучик, который развеял беспросветный мрак, окруживший меня с того момента, когда сорвался Макс.

Бесшабашный, веселый, немного не от мира сего, Сашка.

Сегодня на перемене один из наших парней, вышедший в коридор, вернулся с круглыми от изумления глазами и обратился ко мне, полностью игнорируя мою маму.

— Ленка, там к тебе парень пришел, просит тебя выйти.

Естественно, мама вмешалась…

— Никуда она не пойдет. Передайте ему, пусть идет своей дорогой. Сиди тут Лена.

— Мама, почему ты распоряжаешься моей су…

Один из одноклассников осмелился подойти к нашей парте.

— Извините, но это ущемление прав ребенка. Вы, хоть Вы и мать, понимаете, что Ваша дочь имеет право подать на Вас в суд?

— А Вас, молодой человек, вообще не спрашивали. Я сама имею право подать в суд на Вас за то, что Вы вмешиваетесь в жизнь нашей семьи. — мамины слова вызвали недовольный гул среди всего класса.

— Мама, ну дай я хоть посмотрю, кто это…

— Сиди, я сказала! — рявкнула мама. — Я сама выйду, поговорю с ним, чтобы не бегал больше.

В кои-то веки, мама оставила меня саму на пару минут и вышла из класса. Впрочем, надзор перехватила учительница родного языка, резким окриком перехватившая моих одноклассников, побежавших ко мне.

Довольно быстро мама вернулась и. подойдя ко мне, взяла меня за руку.

— Саша — достойный мальчик, поэтому можете пообщаться у окна.

Под радостное гудение одноклассников, я выхожу в коридор.

— Ты же сказал, что мы не пара, и у нас с тобой ничего не получится. — я начала разговор с колкости.

— Да, но ведь просто общаться нам никто не мешает. Вернее, уже никто, — Саша глазами кивнул в сторону мамы, стоявшей у стены возле класса, и внимательно следившей за нами. — Да и если быть честным, ты — симпатичная, умная, так что общаясь с тобой, я буду качать свои навыки общения с противоположным полом, — улыбнулся он.

— Качать, говоришь… — начала заводится я. То есть, по твоим же словам, многие парни мечтают о встрече со мной, а для тебя я так, моб для прокачки? Ну, держись, малышок. — Катись-ка ты отсюда куда подальше. Ишь, чего придумал. Я тебе что, кукла для тренировок, или кто?

— Лена, Лена, ты меня не правильно поняла… — начал оправдываться он. Так, отлично. В общении с мальчишками, что самое главное? Сделать его виноватым. Пусть оправдывается, чувствует свою вину, мучается…

Звонок прервал нас. Я вернулась в класс, вся дрожа внутри. Вчерашние мучения по поводу того, кого выбрать, я смогла приглушить, убедив себя, что пока я просто общаюсь с Сашей, это не измена Максу. Но эта дрожь, вызванная близостью Саши, тем фактом, что он пришел на перемене к моему классу, на глазах у всех общался со мной… Интересно, его вчерашние слова про то, что мы не пара, это игра? Или он также успел влюбиться в меня, втрескаться по уши?

Совершенно случайно я кинула взгляд в сторону и заметила сердитую и надутую фигуру Ольги, которая сидела на своем месте, сгорбившись.

А с ней хоть, что произошло?

Мама, обратившая внимание на то, что я смотрю не на доску, перехватила направление моего взгляда и тихо прошептала.

— Я высказала радость по поводу того, что ты наконец-то выбрала себе живого парня, и, раз уж он начал к тебе приходить, то я временно хочу приостановить твое общение с другими подругами.

— Мама! Какое ты имеешь право вмешиваться в мое общение с друзьями и подругами?

— Лена…

— Мама, я ставлю тебя в известность, что сегодня Оля будет приглашена к нам в гости!

— Оля? Ну-ну… — недобро усмехнулась мама и взглядом обратила мое внимание на доску и на проявлявшую недовольство нашим шушуканием, учительницу.

На мое приглашение прийти в гости, Оля как-то странно посмотрела на меня, фыркнула и заявила, что она сегодня занята.

Придя домой, я с нетерпением вставила флешку в ноут.

«Ленка! Что, б…! происходит? Какой, нахрен, Саша? Ты что, решила забить на Макса? Короче, стерва, слушай сюда. Еще один визит этого выродка, и про переписку с Максом можешь забыть, ты меня поняла? Твоя матушка все рассказала. И как вы мило беседовали в гостиной, и что ты его не отшила, в отличии от предыдущих. Ничего, пацаны с ним сегодня поговорят после школы, а с тобой поговорю я, поняла, сучка?»

Я не выдерживаю и срываюсь с кровати. Мама и папа сидят в гостиной.

— Мама, что ты наговорила Ольке?

— Леночка, что случилось? Оля не смогла прийти? Ну, наверное, у нее свои дела есть, не может же она все внимание только тебе посвящать…

— Мама, что ты ей рассказывала? Как мы «мило с Сашенькой общались в гостиной»? Мама, я знаю, почему Олька не захотела прийти в гости, она обиделась за Сашу и Максима…

— Лена, — вмешался папа. — между прочим, именно Оля виновата в том, что ты так сильно до сих пор держишься за этого «Максика»…

— Папа, а тебя вообще не спрашивали. Какое право вы, мои родители, имеете вмешиваться в мою личную жизнь?

— Именно потому, что мы, твои родители, мы и имеем право, вмешиваться в твою личную жизнь. Лена, ты, влюбившись в виртуального человека, начала откровенно губить свою жизнь, ты это понимаешь?

— Ничего я не начала губить. Почему в Европе женятся и выходят замуж за собак, коней, плюшевых игрушках, и там это счита…

— Потому, что ты живешь, к счастью, не ТАМ, а ТУТ! ТАМ и однополые браки разрешены, и ходить по улицам с обнаженной грудью не считается позором или нарушением общественного порядка. У нас операция по смене пола, это исключение, а не правило. Это ТАМ можно…

— Папа, значит, я хочу жить ТАМ! Именно ТАМ я могу подать на вас в суд за ущемление моих прав и выиграть дело. За то, что вы ограничиваете мою свободу, за то, что вы, фактически, пытаетесь продать меня подороже в сексуальное рабство. Только и того, что мне предоставлен выбор моего будущего Хозяина…

— Лена, что ты за бред несешь? Какое рабство? Какой суд? Какой хозяин? Леночка, может тебя к психиатру сводить?

Внезапно, папа вскакивает с кресла и уходит из гостиной. Буквально спустя минуту, он возвращается назад, держа в руке… гномика!

— Посмотри, дорогая, какая занятная флешка есть у нашей доченьки. И что самое интересное, ни ты, ни я, о ее существовании не подозревали. Леночка, ты не хочешь сказать, что на ней?

Ну ты и гад, папа… И я хороша, не спрятала ее, покидая комнату…

— Нет, это — моя личная вещь. Я запрещаю тебе смотреть ее содержимое!

— Ну, Лена, поскольку ты — несовершеннолетняя, я имею право просматривать твои личные вещи. Знаешь, если бы ты не упрямилась так, я бы не стал ее смотреть. Но раз ты так этого боишься…

Папа вставляет флешку в свой планшет и просматривает ее, периодически зачитывая маме вслух некоторые моменты из нашей переписки.

Господи, я же хранила ее всю!

— Как интересно! Так значит, вы планировали взлом нашей домашней сети заранее. Надо же, и это моя дочь! Планирование, организация, заказ и проведение кибератаки… Боже мой, какой монстр живет в моем доме!

— Папа! Мы за тот случай уже все решили! А если тебе не нравится иметь монстра у себя дома, ну так выгони его на улицу!

— Пусти козла в огород, — фыркнула мама, а папа добавил.

— И наказать решили щуку, и бросили ее в реку. Знаешь, Лена, я искренне рад, что ваша дружба с этой Ольгой так бесславно завершилась. Еще неизвестно, до чего бы вы еще додумались.

Утром меня, не выспавшуюся и опухшую от слез, мама повела в школу.

Мне было стыдно поднимать глаза на Ольгу.

Как? Как ей сообщить, что это все неправда, что моя мама лжет, и я продолжаю любить Макса?

Наконец, мне удается уличить момент, и написать небольшую записку. Оставив ее в «ящике» и вернувшись в класс, я начинаю усиленно привлекать внимание Ольги.

Неожиданно, выждав момент, когда училка смотрела на доску, Олька поднимает правую руку и… тыкает мне «фак»?!

Словно по команде, весь класс поднимает руки и…

Мамина ухмылка, словно говорящая мне «ну, что, дождалась?»

Я продолжаю сигнализировать Ольке о наличии «посылки» в «ящике». Наконец, одна из одноклассниц спрашивает разрешения выйти и, вернувшись назад, открыто передает Ольке бумажку. Та рвет ее, даже не разворачивая…

На перемене, за дверями в коридор, слышится шум. Мама некоторое время вслушивается, после чего тянет меня за руку.

— Идем, пообщайся лучше с Сашей, чем сидеть тут.

Выйдя в коридор, мы становимся свидетелями весьма неприятной сцены. Пара парней, моих одноклассников, откровенно наезжают на Сашу, пытаясь оттереть его от дверей в класс. Ему на помощь уже спешит троица из его класса, а один из наших кричит в двери «наших бьют».

Я, сбросив руку мамы, вклиниваюсь в толпу.

— Не трогайте его. Он ко мне пришел!

Кто-то из одноклассников подставляет мне подножку и я, споткнувшись, падаю прямо в объятья Саши!

Веселый гогот этих бессердечных бабуинов сопровождает мое барахтанье и попытки выбраться из Сашиных объятий.

Еще один возглас из толпы моих одноклассников вызвал громовой хохот всего класса:

— А он что, такой слабак, что тебя для него мамочка придерживает? И советы, небось, дает?

— Свечку держит!

— И рукой поправляет!

— Не, г…н одевает!

Под подобный свист, улюлюканье и оскорбления, ни о какой беседе речь идти не могла. Мы обменялись парой дежурных слов, и я успеваю пригласить Сашу вечером к себе в гости.

— Лен, если буду в состоянии, приду, обязательно.

— А что случилось?

— Пока ничего, ладно, давай.

— Ну что, мама, довольна? — шепнула я ей.

Гордое молчание было ответом мне.

На последнем уроке я заметила какие-то перемигивания и переговоры между парнями моего класса.

Сразу по окончанию уроков мама потащила меня домой. На мое заявление о приглашенном в гости Саше, она отреагировала спокойно, сказав, что я вполне могу его приглашать.

Весь вечер я провела в ожидании звонка в двери. Наконец, около восьми часов вечера ко мне в комнату вошел папа и сообщил, что Саша не придет, так как он…

— Лена, Саша сегодня не сможет прийти к тебе в гости, потому что он сидит в отделении.

— Что??? Что случилось?

— Драка. Мне позвонил его отец, сказал, что Саше назначили «стрелку» твои одноклассники. Предлогом послужило то, что он, видите ли, встречается с девушкой из другого класса.

— Как он?

— Он? Ну, если не считать разбитых очков и нескольких ссадин, нормально.

— Папа… у тебя такой тон… Что случилось?

— Что случилось? Два перелома и одна трещина в черепе случились. У твоих одноклассников… Вы, когда с Сашей общались, он тебе не рассказывал, он единоборствами занимается, да?

— Да нет. Он компьютерщик…

— Странно. Очкарик, в одиночку отметеливший троих… Интересно…

Утром на первом уроке подробности вчерашней драки передавались шепотом от одной парты к другой.

Сашу перехватили, когда он шел откуда-то домой. Трое окружили его и попытались избить, но у него в пакете оказался какой-то «блок питания». Выхватив его и удерживая за пучок проводов, Саша избил нападавших, сломав двоим руки, а одному, попав по голове, пробил голову.

Сашу сразу отвезли в отделение, а нападавших в больницу, куда к ним и заявился инспектор.

Он же приехал и к нам в школу, устроившись в отдельном кабинете, куда на протяжении всех уроков вызывали по одному, учащихся обоих классов. Вызванный одним из первых, куда-то пропал Олег, наш школьный хакер. Неужели папа все же не сдержал слово?

— Елена, скажите, пожалуйста, что Вам известно о произошедшей вчера драке между учащимися?

— Ничего.

— Ну как это, ничего. По свидетельству Вашей мамы, один из участников, Александр, является Вашим парнем, на которого напали из-за Вас.

— Ничего не знаю.

— Леночка, ну как же ты ничего не знаешь? Ведь это твоего Сашеньку хотели избить!

— Я ничего не знаю. Это какие-то их, мальчишеские разборки. И вообще, три звездочки, капитан, да?

— Старший лейтенан…

— Никого ведь не убили, правда? А вот то, что меня мои родители держат дома под замком, взаперти, Вас это не интересует? Что дома производится досмотр моих личных вещей, что мне запрещено общаться со сверстниками, а ко мне в гости приводят парней, которым мне дано указание не отка…

— Леночка. Что ты несешь? Простите, у моей дочери опять начался приступ расстройства психики, она несет невесть что, Вы позволите?

Мама хватает меня за руку и вытаскивает из кабинета.

— Рот закрой, неблагодарная скотина. Это все делается только ради твоего же блага, чтобы ты слезла с той дури, на которую подсела, со своих игр, и виртуального Макса.

— ПОМОГИТЕ!!! — кричу я на весь коридор и начинаю вырываться из маминых рук.

На мой крик из кабинета высовывается инспектор.

— Вам помощь нужна?

— ДА, ПОМОГИТЕ МНЕ, ПОЖАЛУЙСТА!!! — ору я во все горло.

— Да, пожалуй, мне придется сегодня отвезти дочь домой. Если Вам не сложно, сопроводите нас. — тихо и, как будто бы, устало, говорит моя мама.

— Да, пожалуйста…

Меня, словно какого-то преступника, ведут «под конвоем» в служебную машину, и на ней же увозят домой.

— Лена, пожалуйста, пообещай мне, что ты больше не будешь выкидывать подобные «коленца» на людях. — обратилась ко мне мама, едва только мы остались одни.

— Да? Не выкидывать? И что, остаться на всю жизнь «за решеткой»? Под неусыпным надзором?

— Ну. Смотри, есть вариант похуже, отправиться в психиатрическую больницу.

— Мама, вы что, серьезно готовы упечь меня в психушку?

— Да, Леночка, ты нам не оставляешь другого выхода. Твоя болезнь, похоже, прогрессирует…

— Мама, я абсолютно здорова!

— Да, доченька, конечно, ты абсолютно здорова…

Следующий день я вынужденно сижу дома. Пью мятный чай, вынужденно слушаю звуки природы, которые мама поставила на нашем семейном музыкальном центре.

Потом приходит домой папа и мне целый вечер читается лекция о том, как они стараются мне во благо, и как я, свинья неблагодарная, не ценю это.

На следующее утро мы опять идем в школу.

— Лена, я надеюсь, ты понимаешь, что кричать и привлекать к себе внимание тебе не стоит? — спрашивает в прихожей мама.

— Да, у вас все схвачено и оплачено. — убитым голосом отвечаю я.

Я не играю, мне действительно нечего противопоставить родителям. Ладно, будем ждать удобного случая.

В класс я вошла, не поднимая глаз от пола. Мне было стыдно, искренне стыдно перед своими одноклассниками за все то, что произошло за последнее время.

Первый урок прошел как в тумане. Меня вызвали к доске, я написала решение задачи, получила какую-то оценку и вернулась на место.

Какая-то красная точка мигает над доской. Раз, два, три, четыре… и снова, раз, два, три, четыре…

Я украдкой оглядываю класс. Нет, это не сигнал всем. Кто пишет в тетради, кто болтает с соседом… Пятнышко все настойчивее сигнализирует кому-то о чем-то.

Внезапно мой левый глаз ослепил солнечный луч. Я невольно вскрикнула и прижала ладонь к глазу. Мама быстро посмотрела на меня.

— Лена, что-то случилось?

— Я… мне…

Олька, улыбаясь, спрятала маленькое зеркальце в сумочку и пожала плечами. После чего сделала пальцем нажимающее движение.

Четыре! Четвертая кабинка! Но откуда?

Я почесываю сначала левое плечо, потом правое, оба по четыре раза.

Олька тыкает пальцев в окно. Четвертая от окна… Понятно…

В бачке, как и раньше, меня ждал полиэтиленовый пакетик с запиской.

«Ленка, прости меня, прости всех нас. Олег стоял под окном кабинета и записал весь разговор с инспектором. Ты не стала капать на ребят, и ты действительно не виновата. Прости нас за все. И за Сашку тоже. Впрочем, насчет последнего мы с тобой еще поговорим.»

Я спускаю записку, наученная горьким опытом, что нельзя оставлять следы и свидетельства.

На перемене в класс заглядывает Саша!

— Сашка, привет, извини, что так получилось…

— Да я уже в курсе… Твои ребята подошли сегодня с утра и все объяснили. Та троица передала, что на меня не в обиде, так что все в порядке.

— Тогда ты придешь ко мне в гости? Сегодня.

— Нет, Лен, извини, но мне сегодня еще надо в отделении побывать. Нам еще надо уговорить родителей написать отказы… Скорее всего я не успею. Честное слово, завтра, если меня не будут опять вызывать…

Звонок прервал нашу беседу.

— Саша, у меня к тебе есть одна просьба. Правда, я не знаю, как тебя о таком просить…

— Говори… Только не проси меня кому-то морду набить… Мне и так…

— Саш… ты… впрочем, ладно, ничего…

— Что случилось?

— Ничего.

Оставшиеся перемены мы мило болтали о том, о сем.

Та мысль, которая промелькнула у меня попросить Сашу подойти к Оле и объяснить ей, что у нас с ним все не серьезно, а так, для отвода глаз родителям… Ну… Я поняла, что она глупая.

Не стоит просить парня объяснять другой девушке, что мы с ним так, просто, друзья.

На следующее утро Ольги не оказалось в классе. На все мои попытки выяснить, что случилось, мама тут же встревала в разговор и гасила его. Издалека мне попытались показать руками какое-то столкновение. Олька попала в аварию? Или ее сбила машина?

Саша был не в курсе, но пообещал, что разузнает.

— Леночка, я думаю, тебе будет интересно узнать кое-что об игре, в которую ты так стремишься. — завела со мной разговор мама.

Странно, обычно мои родители всеми силами избегали разговоров на эту тему.

— Я тут выяснила один очень интересный факт. Оказывается, когда феномен «срыва» только открыли, в эти виртуальные миры стали засаживать всевозможных маньяков и убийц, осужденных на пожизненное заключение. Таким образом, государство экономило довольно большие денежные средства нас, налогоплательщиков, которые иначе шли на содержание огромной армии охранников и обслуживающего персонала исправительных учреждений.

Мама подсунула мне планшет со статьей, в которой рассказывалось о судебном процессе над маньяком, осужденном на пожизненное заключение. Его приговорили к заключению в виртуальном мире с отключением капсулы в случае «срыва». Мужик почти сразу и «сорвался». Судебные приставы радостно потерли руки, да и отрапортовали, что приговор приведен в исполнение. Да только вот через некоторое время начали всплывать очень нелицеприятные случаи, в которых оказался замешан осужденный. Попав в мир, где он не был лишен свободы, маньяк быстро смог разобраться с тамошними реалиями жизни и, будучи неуловимым для правосудия, занялся привычным делом[7].

По пути домой мы продолжили обсуждение этой темы.

— Лена, может, ты хоть так поймешь, почему мы с папой так не хотим, чтобы ты туда совалась. И ведь это не единичный случай! Получается, что по этому «виртуальному» миру бродят вполне себе реальные маньяки и убийцы, и я даже не хочу себе представлять, во что выльется ваша встреча.

— Мама, можно подумать, я не могу встретиться с ними в этом мире!

— Можешь. Но здесь тебя окружают живые люди, которые придут к тебе на помощь и…

Громкий вскрик заглушил мамины слова. Оглянувшись, я увидела быстро удаляющуюся машину и лежащее на обочине тело.

— Знаешь, мама… по крайней мере ТАМ, если меня убьют, я могу возродиться.

Вечером папа подозвал меня к своему ноутбуку.

— Лена, вот твоя флешка, да? Так вот, я тебе ее с радостью возвращаю. Единственное, она прошла полный многократный цикл затирания информации. Поэтому учетные данные от игры, которые ты хранила на ней, удалены. Заодно я и на твоем ноутбуке удалил все данные.

Ничего, папа, ничего, у Ольки наверняка они остались.

На следующий день Олька опять не пришла в школу.

На перемене Саша рассказал мне, что произошло.

— Представляешь, ее приемные родители ехали на машине, и тут на них, со встречки, вылетел большегруз!

— Блин, не везет Ольке. Сначала родные родаки, теперь приемные…

— А что, ее родные…

— Да, точно также, в аварии.

— Угу. Понял, так слушай, это еще не все. Короче, ее названый брат, ты в курсе, что с ним?

Сергей Н-ских? Ну да, в курсе, инвалид, лежит в капсуле, никак не «сорвется».

— Да, а что с ним?

— Там какая-то история с органами… не знаю.

— Ладно, разберусь сама. Спасибо и на том, что выяснил.

Я резко придвинувшись, целую Сашку в щеку, после чего бросаюсь в класс, делая вид, что сильно смущена своим поступком.

— Ну и зачем ты мальчика в краску вогнала? — изо всех сил изображая строгость, спрашивает меня мама. Ее улыбка говорит сама за себя, она довольна.

Ну, еще бы ей не быть довольной. Моя лучшая подруга сейчас далеко, все мои учетные данные, как думают они с папой, удалены и у меня есть парень, который занимает мои мысли. Ну-ну…

— Ребята, у меня есть для вас небольшое объявление. — вошла в класс наша классуха. — Все вы в курсе, что Олю постигло еще одно несчастье. Сейчас она находится в больнице и пробудет там некоторое время, поэтому просьба, к тем из вас, кто в хороших с ней отношениях, сообщать ей изучаемые темы и домашнее задание, чтобы она не сильно отстала от вас.

Олька, ты это, не дури… Если я тебя потеряю, я же вообще не смогу связаться с Максом. У меня не осталось никаких записей о моих учетках, все было на ноуте и флешке.

Надо попросить Сашу, чтобы он через подруг Ольги достал мне мои учетки.

* * *

Наши отношения с Сашей развиваются по очень интересной схеме. Мы как будто играем друг с другом в увлекательную игру «кто кому сильнее вымотает нервы».

Если он, придя ко мне в гости, ведет себя «активно», изо всех сил пытаясь добиться от меня хоть поцелуя, то я изображаю из себя некую Снежную Королеву, будучи образцом неприступности и холодности. Что я могу поделать, если именно в этот вечер передо мной встает Макс и его чуть уставшая, но такая теплая и дружелюбная улыбка?

— Ленусь, твои закрылись на кухне и делают вид, что им абсолютно ничего не интересно…

— Ну и хорошо, что закрылись, значит нам нет необходимости «играть» перед ними…

— Ну Ленчик, ну мяу…

— Брысь!

— Угу, «брысь», значит… А к Ольге кто пойдет?

Вот гад, а? Вымогатель!

— Тогда так, принесешь от Ольки то, что я попросила…

Я выразительно выгнула спинку и посмотрела на Сашку… Я же ничего не сказала, правда? И ничего конкретно не пообещала.

Больше всего меня ужасала полнейшая изоляция от Макса. Я не имела доступ ни к какой информации вообще. Как он, что с ним, тяжело ли ему. Впрочем, на последний вопрос я могла сама дать ответ, да, тяжело. По дошедшим до меня сведениям, операция сделанная Сергею, прошла успешно, то есть он в Земли уже не вернется. Ольга непрерывно находится возле «братика», а Макс ТАМ сам. Совсем один, без поддержки, без дружеского плеча, без… без любимой, которая поймет и поможет.

Один раз я попробовала подойти к родителям с просьбой, дать мне хоть пять минут, чтобы выйти в чат, или по скайпу связаться с Максом, сказать ему пару слов. Пыталась объяснить, что сейчас ему любое слово будет в помощь, что он одинок…

— Лена, знаешь, точно так же говорят наркоманы «дайте мне хоть одним глазком посмотреть»… Нет. Ты на пути к выздоровлению, и мы не хотим рисковать тобой и твоей психикой.

— А вы не боитесь что из-за отрыва от любимого, я сойду с ума?

— Ну. До сих пор же не сошла? Значит уже и не сойдешь. Все, Лена, забывай про Максима. У тебя вон, есть Сашенька, с ним общайся. И да, учти. Втянешь и его в эту муть, тебе очень сильно не поздоровится.

Ладно, потерплю… Благо, Сашу мои родители пока воспринимали, как отвлекающий фактор.

Мне пришлось написать Саше небольшую записку, чтобы подруги Ольги поверили ему, что он делает это по моей просьбе. Узнав, что это нужно мне, они пообещали передать мою просьбу ей как можно быстрее.

— Лена, Саша просит разрешить вам вдвоем выйти в город, погулять. У тебя есть желание? — спросила меня за ужином мама.

— А толку? Есть у меня желание, нет у меня желания, все равно, все решаете вы… — ответила я, старательно смотря в тарелку. Так, не выдать себя… Не радоваться…

— Лена, прекращай мотать нам нервы. Тебе был задан четкий и внятный вопрос — ты хочешь пойти в город с Сашей?

— Как скажешь, мама. Если ты задаешь такой вопрос, и раз тебе Саша нравится, значит хочу…

— Ну, будем считать, что это ты просто мне нервы мотаешь и все. В общем, Саша просит разрешения, чтобы мы отпустили тебя с ним погулять завтра.

— Хорошо, мама…

На следующий день я с самого утра начала готовится к походу. Долго перебирала платья, прикидывала, какой макияж будет лучше. С одной стороны, мне очень хотелось продемонстрировать маме, что я — несчастная пленница, которую в кои-то веки выпустили под строгим надзором в тюремный дворик, с другой — я уже так давно не была в городе, что у меня не было ни малейшего желания портить себе этот «праздник». Наконец, желание отдохнуть как следует победило, и я…

— Лена, ты собралась? Саша уже пришел!

Вот, какие вы, мужики быстрые. Я только-только решила в чем идти буду, а он уже тут, «ждет»… Подождет…

Какое блаженство. Идти по улицам без цепкого хвата мамы на моей руке. То, что я держусь за руку Саши — не в счет, ведь это не меня держат, а я…

Лишенная дома источников информации, я была, фактически, оглушена потоком звуков, которые обрушились на меня. Едущие и сигналящие машины, музыка из кафе, шум ветра и тот, нераспознаваемый, но всегда присутствующий на улице фон, который можно заметить только тогда, когда ты был лишен его.

Я упивалась этими звуками…

— Лена, как ты смотришь на то, чтобы сходить в кино?

— Да, как бы и не против. А какой фильм?

— А не знаю, давай посмотрим, что сейчас идет?

Саша достал смарт и начал быстро пролистывать странички. Я не успевала заметить даже заголовков, а он, судя по бормотанию, успевал еще и прочитывать названия.

— …Так. Это будет поздно, это далеко… это ужастик… Ужастики любишь?

— Нет. Если есть что-то романтическое. Мне бы такое…

— … хм… О! Вот, нашел. Неделя ретро-кино. Как ты смотришь на… «Кинг-Конга»?

— Это о чем?

— Старый фильм про любовь женщины-исследователя и гигантской обезьяны-мутанта.

— Это что за жесткое порно?

— Не. Это не порно, написано — романтическая мелодрама…

— Да? Ну. давай…

Фильм оказался весьма неплохим. Я искренне переживала за все, что происходило на экране, хватая Сашу за руку и вздрагивая в тех моментах, когда мне было страшно, хлюпала носом, когда обезьяна изображала фен, помогая героине сушить волосы и разревелась, глядя на финальную сцену и бездыханное тело, упавшее с небоскреба.

— Теперь куда пойдем? — спросил меня Саша, когда мы покинули зал кинотеатра. — может, посидим в кафе?

Прямо перед нами возле двери лифта висел указатель «Поднебесная Империя — 15 этаж».

— Давай сходим… — согласилась я.

Столик возле широкого, во всю стену, окна, давал прекрасный вид на город. Неподалеку от нас висел большой головизор, по которому крутили музыку.

Я окинула взглядом зал и… вся романтика нашей встречи куда-то испарилась. Все же, наше свидание проходило под неусыпным контролем. Через три столика от нас сидел один из папиных друзей, прикрываясь рукой, он усиленно делал вид, что разглядывает нечто за окном.

— Саш, ты был в курсе? — я кивком головы указала ему на наблюдателя.

— Лен, извини, — мотнул головой из стороны в сторону он. — иначе твои вообще не отпускали тебя. — он резко придвинулся к моему уху. — Сегодня утром Олька была дома, брала байк из гаража. Ей передали твою просьбу. Она сказала, что данных с собой у нее нет, но как только она вернется из больницы, то сразу же передаст их для тебя.

— Если это будет завтра. Принеси их в школу, хорошо? Отдашь на перемене…

— Хм… а получив то, что тебе нужно, ты меня не пошлешь куда подальше? — хитро прищурившись, спросил Саша.

— Саша, ты думаешь, что я тебя могу обмануть?

— М-да, ну ладно, рискну… — протянул Саша и… воровато оглянувшись на соглядатая, сунул мне смятую бумажку. — только тихо. Не свети ее!

Я, не сдерживая своей радости, вскакиваю со стула и целую Сашу в губы взасос. Понятное дело, неумело, ну да ладно, судя по всему, ему вполне хватило и этого…

Поздно вечером, когда у меня была твердая уверенность, что в мою комнату не нанесут внезапный визит мои родители, я, с бьющимся сердцем, развернула записку.

«Ленка, привет. Я все прекрасно понимаю и передам данные твоей учетки сразу, как только скопирую их, просто смотри. Сержева капсула уже не нужна. Как только его оттуда достали, я сразу ввела туда твои данные. Сразу после операции я почти все время сидела возле него. Как только ему стало получше, я начала на ночь входить в Сеть с его капсулы под твоей учеткой. Естественно, я же не дура, с неполным погружением.

Просто понимаешь, когда выяснилось, что Сергею помогут и ему уже не надо срываться, Макс… Ну, думаю, ты все понимаешь сама. Ему сейчас очень плохо, поэтому прости меня за то, что я пользуюсь твоей учеткой. Я просто общаюсь с ним.

Я все объяснила Сергею. И что ты любишь Макса (я надеюсь это так? И Саша — это лишь для отвода глаз?). И что собираешься уйти за ним, как только будет возможность…

В общем, мы постараемся сохранить капсулу, а как только тебе исполнится шестнадцать… Она будет тебя ждать.

Извини, мне надо ехать. Я сегодня хочу прокатить Сержа на байке. Врач говорит, что положительные эмоции ускорят его выздоровление.

Я помню, ты просишь передать тебе данные. Ладно, передам, на всякий случай… но если что, капсула тебя ждет.»

Олька… Спасибо тебе!

Все воскресенье прошло для меня словно на иголках. Не забыла ли Олька снять данные? Передала ли она их дальше? Получил ли их Саша?

И ведь звонить нельзя. Мама обязательно будет рядом и поинтересуется, что это такое? О чем я спрашиваю у «любимого»?

В понедельник я шла в школу, едва сдерживая нетерпение. И ведь если так подумать, то ничего особо важного случиться не должно было, ну передадут мне данные, и что?

Вошедшая мрачная завучка, вынудила мое сердце замереть и упасть «в пятки».

— Ребята, в нашем классе случилось горе. Позавчера, в субботу, катаясь на мотоцикле…

Мне перехватывает дыхание…

— … Без защитных средств и с нарушением правил дорожного движения…

Темнеет в глазах…

— … Разбилась насмерть ваша одноклассница, Оля Н-ская. Вместе с ней разбился и ее названный брат, Сергей Н-ский. Похороны состоятся завтра, в двенадцать часов дня. Если есть желающие проводить подругу в последний путь…

Олька… Макс!

Все. У меня прервалась последняя ниточка, которая давала надежду на то, что я смогу быть с любимым.

Украсть капсулу? Ворваться в квартиру Ольки и устроить там обыск?

Сашка! Пусть ему успели передать данные! САШКА!!!

Но на перемене ко мне вышел мрачный Саша, который сообщил, что Ольга разбилась сразу после того, как передала для меня ТУ записку.

— Лена, прости… от меня ничего не зависело…

— Да. Я понимаю…

— Ты сильно расстроена? Вы были лучшими подругами, да? Впрочем прости, я наверное…

— Да, Саш, иди…дай я успокоюсь…

Дальнейшее происходило для меня как в тумане. Следующий урок, потом еще один… и еще…

— Мам, я хочу выйти.

— Хорошо, идем.

В коридоре маму перехватывает завуч, которая заводит с ней разговор о том, что может быть прошло уже достаточно времени, и можно попробовать отпускать меня саму, так как присутствие постороннего человека в классе на уроках все же немного мешает учебному процессу.

Мама отпускает меня величавым жестом руки, а сама остается в коридоре.

В туалете достаточно прохладно, кто-то оставил открытым окно. Я подхожу ближе и облокачиваюсь на подоконник.

За окном течет жизнь. Ходят люди, поодиночке и вдвоем. Наверное… Да, мне хорошо видно сверху, как парень с девушкой останавливаются прямо посреди улицы и начинают целоваться. Эх, ребята, как же я вам завидую. Вы искренне любите друг друга, а мне теперь остается только играть всю свою жизнь роль «влюбленной»…

Я перевожу взгляд поближе. Дорога, тротуар… Забор, окружающий нашу школу… от стены школы до забора метра два, не больше…

На уроках физкультуры мы сдавали прыжки в длину с места. Я, в принципе, могу попробовать прыгнуть за забор, но зачем?

Учетки нет, высота третьего этажа… скорее всего сломаю себе что-нибудь, а, в результате, опять окажусь под замком, хотя…

Острые штыри забора маняще смотрели на меня, словно приглашая прыгнуть прямо на них.

Я воровато оглядываюсь на двери, мама не видит…

Встаю на подоконник и замираю… Тогда, в гостиной, я была «на взводе», поэтому ни на секунду не задумывалась, прыгать или нет. Сейчас же, глядя прямо на эти ржавые штыри, на высоту, с которой я собиралась прыгать, у меня возникли колебания.

А если недопрыгну? Или перепрыгну? Или просто переломаю ноги, но останусь в живых?

Позади скрипнула дверь, вынудив меня оглянуться.

Мама, заинтересовавшись, почему это я так долго, сунула свой любопытный нос.

— ЛЕНА, НЕ СМЕЙ!!!

На ее крик тут же прибежала завуч.

— Леночка, не надо, пожалуйста. Смотри, тут же твоя мама стоит. Не прыгай, ради нее!

Как раз ради мамы я бы и прыгнула, — подумала я.

— Леночка, успокойся, пожалуйста.

— Лена, слезай немедленно. Иначе ты меня сейчас доведешь! Учти, если ты сейчас прыгнешь, то…

Завуч схватила маму за рукав и что-то зашептала ей на ухо, периодически косясь на меня. Мама отрицательно кивала головой. недовольно отвечая ей «нет, не согласна, обойдется, не посмеет».

Наконец, она вырвала свою руку из цепких объятий завуча и повернулась ко мне.

— Лена, считаю до трех. Или ты сама слезаешь с подоконника, или я подойду и стяну тебя оттуда! Итак, РАЗ!

— Не делайте этого. Не давите на нее!

— ДВА!

— Леночка, пожалуйста, я прошу тебя, дай мне уйти на пенсию!

— ТРИ!

Мама делает шаг в мою сторону. Я резко разворачиваюсь на месте, лицом наружу и…

Зацепившись ногой об оконную раму, падаю лицом вперед, прямо на штыри забора…

Конец первой части.

Часть вторая

Вирт

Тьма вокруг меня…

Я словно плыву на волнах тьмы, качаясь, как на качелях.

Где я? Что все это значит?

Последнее, что я помню, это мое падение из окна и боль от разрываемого штырями моего тела.

Я мертва? Но если так, почему я продолжаю, думать? Или все же те молодые ребята, которые ходили по улицам и раздавали брошюрки о загробной жизни, были правы?

Насколько я помню, в христианстве, самоубийство — самый тяжкий грех.

Тогда что, это — мой собственный ад? Где же черти, котлы, суд?

А может, это я сейчас туда и плыву? Или это как раз и есть сам суд. Пока я плыву, по мне принимают решение…

Или может, христианство не право, а права другая религия? Та, где все по другому…

Внезапно появилась светлая точка. Она все расширялась, увеличиваясь в размерах, пока не заполнила светом все, вокруг меня…

Я стою на поляне возле высокого леса. Где-то я уже видела такую поляну…

Оглянувшись, я вижу позади себя красивый Замок, который больше напоминает густой лес, состоящий из переплетенных деревьев.

Что-то такое я начинаю припоминать. Именно так должен выглядеть полностью построенный Замок Волшебницы в игре Земли Меча и Магии.

Нет, я не верю, так не бывает. Не может загробный мир выглядеть, как компьютерная игра.

Не мож…

Или может?

Или это и есть мое, персональное, посмертие?

Справа внизу всего того, что я вижу, появляется мигающая иконка вызова.

Как мне на нее нажать, ведь у меня нет ни рук, ни мышки… Нет, руки у меня то есть. Но… но как здесь что-либо вообще делать?

А может это и есть мое персональное наказание? Быть в игре, в которую я так стремилась, но не иметь возможности ничего делать? А Макс? Он будет здесь?

Как же я хочу, чтобы иконка развернулась в окно вызова… Я прямо вижу, как подвожу стрелочку мышки к иконке, как нажимаю кнопку, как иконка прогибается под нажатием курсора мышки и…

И окно вызова развернулось!

— Лена, ты можешь с нами общаться?

По аналогии с иконкой вызова, я представляю, что в окне общения появляются буквы моего сообщения.

— Да. Могу. Где я? Кто вы? Что это все…

— Лена, это Константин. Мы виделись, когда…

— Да, я Вас вспомнила. Где я?

— Лена, ты помнишь, что с тобой произошло?

— Да, я прыгнула из окна…

— Да. Штыри проткнули твое тело и ты погибла. Вернее, погибло тело, а разум… В общем, твое тело поместили в капсулу и твой разум успел переместиться в мир Земель. Туда, куда ты так стремилась, а родители не пускали. Капсула Сергея, та самая, которой пользовалась Ольга перед смертью, так что, судя по всему…

— ЭТО МОЙ ЗАМОК!!! И Максим тоже тут?

— Да, Максим здесь. Лена, нам очень жаль, что мы не смогли спасти твою жизнь в реальном мире, но…

Что там «но», мне было уже абсолютно наплевать. Я закрываю окошко и бросаюсь в Замок.

Там, среди множества новых, незнакомых мне построек, я нахожу стойло пегасов. Единорог красивее, но пегас…

Оседлав пегаса, я взмываю вверх и… И очень больно падаю на землю, не удержавшись на крупе крылатого коня.

Вновь тьма окружает меня. Миг, и я в заклинательном покое своего замка. Убилась, сама, по собственной глупости.

Кто спешит, тот людей насмешит.

Возвращаю пегаса в стойло и беру единорога. Медленней, зато не так больно падать. Особенно не имея навыков верховой езды.

Выехав за пределы Замка, я со второй попытки открываю карту. Вся территория по прямой между нашими замками разведана, единственное, мне придется обогнуть море, на берегу которого находится замок моего прыщавого соседа-Викинга. Находился… Теперь он окрашен в цвет моего союзника. Намного выше я обнаруживаю еще один замок. Который, хоть и окрашен в совершенно другие цвета, но так же имеет обозначение «союзник», вернее «торговый партнер».

Интересно, Макс уже заметил меня, или это будет ему сюрприз? Быстрее, быстрее, мой рогатый конь, еще быстрее, ведь ты несешь свою наездницу к ее Любви!

Моя поездка заняла почти полдня. Вот, все ближе и ближе Замок. Замок, где живет моя Судьба.

Я практически подъехала к воротам Замка, когда оттуда мне навстречу выехал орк верхом на волке. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это была орчиха.

— Слушаю тебя, длинноухая союзница.

— Мне нужен… — стоп. Как же Макса тут зовут? Мастер Йода? — Мастер Йода.

— Я сообщу Мастеру Йоде, что ты его спрашиваешь.

— А я могу заехать в Замок?

— Можешь, но Мастера все равно надо ждать.

Изнутри замок Варвара производил удручающее впечатление. По сравнению с замком Волшебницы, он был весь какой-то грубый, угловатый, серый и некрасивый. Ну, ничего, раз уж мы с Максиком теперь тут навсегда, я наведу здесь порядок.

Ждать мне пришлось долго.

Из замка вышли несколько гоблинш, которые, как-то не по доброму зыркнув в мою сторону, пошептались и пошли по своим делам.

Наконец, из-за дверей вышел гоблин, в свойствах которого было видно звание «Мажордом».

— Союзница, Мастер Йода ждет вас.

Я захожу во внутрь.

Изнутри Замок представляет из себя такое же мрачное и гнетущее впечатление. Везде мусор, объедки, паутина и полумрак.

Посреди зала, на каком-то невнятном, колченогом табурете сидит… Макс! Вернее, его здешний персонаж. Впрочем, так как мы с ним уже навсегда здесь, это ОН!

— Здравствуй, Макс…

— Привет, Ленка. А тебя что, отпустили погулять? Или опять в клубе гуляешь уроки?

— Макс, я…

— Лен, извини. Одну минутку, вызов из реала.

Я начинаю ходить вдоль стен, пытаясь понять, что делают тут эти уродливые тарелки, сплетенные из травы и веток. Эти кривые палки с обожженными кончиками, эти… Я поняла! Это гоблины пытались украсить зал своих повелителей оружием!

— Ленка, ты что, совсем с ума спятила? — подскочил ко мне спрыгнувший с трона Макс-Йода. — Ленка, какой срыв? Тебе еще жить и жить!

— Макс, — я подошла к нему вплотную и обняла его.

Правда для этого мне пришлось вначале нагнуться, обнять его и выпрямиться. Вынудив висеть его у меня на руках смешно болтая ножками и крутя головой прямо перед моими грудьми.

— Макс, когда я узнала что Оля и Сергей погибли, перерезав мне последнюю ниточку, которая вела к тебе, я совершила самоубийство…

— Ты что сделала?

— Макс, я выпрыгнула из окна. Мое тело подобрали и привезли в больницу. Что и как там было дальше, я не знаю. Но меня уложили в капсулу, с которой в последнее время выходила в Земли Ольга и где сохранились мои учетные данные. Как мне сказали, мое тело погибло. Все, я тут навсегда. Как и ты, любимый…

— Идиотка! Малолетняя, сопливая, безмозглая идиотка!!! Ты хоть понимаешь, что ты натворила? Лена, жизнь, это…

— Максик, зато мы теперь с тобой вместе, навсегда!

— Лена, ты не понимаешь… Это совсем другой мир. Здесь не получится делать все только так, как мы с тобой хотим. Как ты хочешь!

— Почему?

— Потому что у Сергея была выбрана «Нетерпимость», которая влияет на взаимоотношения между расами. Лена, Леночка, зайчик ты мой ненаглядный, пойми, я сейчас изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не начать грубить и хамить тебе. Ведь ты — эльфийка. Еще и светлая, к тому же.

— Но ведь у Сергея были две жены, и обе — эльфийки…

— Лена, знала бы ты, как они тут грызлись! К тому же, это были НПС, у которых в скрипте было прописано — игнорировать Нетерпимость. Возможно и у Макса было что-то подобное…

— Макс, а может, все дело было в том, что он их любил по-настоящему? — не выдерживаю я.

Позади меня скрипит дверь. В зал, где мы с Максом препираемся, заходит гоблинша.

— О, Повелитель, кто эта ушастая, которая смеет на тебя повышать голос? Скажи, и мы ее мигом отправим в Котел.

— Макс… — оборачиваюсь я к нему. — а это кто?

— Я? — искренне изумляется это зеленое чучело, обряженное в юбку из пучков травы и с косточкой в волосах, призванной, по-видимому, изображать из себя модную заколку. — Я, к твоему сведенью, его жена! Первая! Так что если ты пришла претендовать на что-то, то имей в виду, ты будешь второй, младшей. И если ты будешь себя вести как следует, то я, так уж и быть, буду изредка допускать тебя выбирать нашему Повелителю мелочь из шерсти.

— Макс… какая жена… а как же я? Мы же с тобой так мечтали, что будем вместе… — видимость у меня очень заметно ухудшилась. Да что там ухудшилась, из-за слез я вообще перестала видеть что-либо. Я ради него прыгнула из окна, я столько мук вынесла, чтобы быть с ним вместе, а он… Променял меня на какую-то зеленокожую бородавчатую жабу в юбке…

— Макс… Скажи, она что, настолько лучше меня? — еле выдавила я сквозь слезы.

— Лена, вот давай только без этих тут, всяких мокрых дел, хорошо? Все, опоздала ты, прынцесса. Место занято. Иди сюда, моя маленькая…

Гоблинша, словно ждала этого приглашения, метнулась под бочек Максу и, прижавшись к нему, начала недобро зыркать на меня, словно намекая «брысь отсюда, ушастая»…

Сказать, что назад я ехала в расстроенных чувствах, это не сказать ничего. Достаточно упомянуть, что единорог догнал меня только тогда, когда я немного успокоилась, а замок моего люб… этого предателя скрылся из виду.

Мама, папа, как вы там теперь без меня?

Просто для того, чтобы окончательно убедиться, я вызвала основное меню и посмотрела на сероватую, неактивную кнопку с надписью «Выход». Да, кушайте на здоровье, Ваше упертое Высочество. Хотели попасть в вирт? Стремились? Мечтали? Попали… Еще и как попали… Мечты сбываются… только далеко не всегда так, как хочется.

У меня не было ни малейшего желания заниматься делами Замка, поэтому, когда через пару дней, проведенных мной сидя в Цветнике и бездумном перебирании цветов, ко мне подошел какой-то эльф и спросил, какие будут распоряжения на эту неделю, я махнула рукой и буркнула, мол, делайте, как считаете нужным.

— Желает ли Повелительница, чтобы найм и дальнейшая судьба войск произошли так, как это делалось до этого?

— Да, желает, оставь меня в конце концов в покое.

— Как скажете, Повелительница…

Вскоре я получила сообщение о том, что мною были наняты эльфы, гномы, хоббиты и прочие жители моего замка. Где-то глубоко внутри меня шевельнулась мысль, что было бы неплохо сходить, посмотреть на нанятых, провести распределение по дальнейшей прокачке, но…

Но глубокая апатия, охватившая меня, напомнила мне, что все это бесполезно. Тот, ради которого я начала играть в Земли, тот, ради которого я выбрала именно этот замок, тот, ради которого я прыгнула из окна и «сорвалась» застряв навеки в этом виртуальном мире, предал меня. Предал меня и мою любовь к нему, нашу любовь.

Через день, когда я вдоволь налюбовавшись и наигравшись цветами, решила побродить по окрестностям своего замка, мне пришло сообщение от Макса.

С мгновенно забившимся сердцем (или мне так показалось, что мое сердце забилось сильнее), я раскрыла его.

«Блин. Ленка, ну мы же вроде обо всем договорились. Все, между нами все кончено. Зачем ты присылаешь мне свои войска? Ленка, я не хочу быть с тобой, все. Забудь! Возвращаю тебе всех присланных тобой и тех, кто был у меня ранее. Да, единственное, о чем я… нет, не прошу, подсказываю — не рви договор. Если у нас все же будет союз, пусть даже мы с тобой и не будем общаться, все равно, ты будешь видеть больше и я тоже. И мы успеем отреагировать на вторжение врага, будь оно состоится. Все, пока. Удачи в Землях.»

Просто ради того, чтобы хоть что-то делать, я отправилась проверять настройки автонайма в жилищах моих юнитов. Везде стояло «отправлять вновь нанятых в указанную точку сбора». Точка была отмечена неподалеку от Варварского замка. Этот приказ я отменила, поставив «накапливать прирост без выкупа».

Еще через пару дней к воротам моего замка подошла весьма внушительная армия. Моя армия.

Я уже успела погоревать по поводу предательства Макса и сейчас начала серьезно задумываться над вопросом «что делать дальше». Судя по общей карте, за прошедшее время Ма… нет. Не хочу его вспоминать. Пусть это все будут достижения Сергея, тем более, что официально, он до сих пор являлся владельцем варварского замка.

Так вот, судя по общей карте, Сергей хорошо разведал территорию, по форме напоминавшую круг с центром на своем замке. Мой замок получался на отшибе, и вокруг него было разведано только то, что разведала я, почти весь мой Сектор.

Первое, что я сделала, это отправила два десятка мастеровых гномов, с выделением для их работы достаточного количества камня на общую с… варварами границу. С приказом, промаркировать ее столбами. Таким образом я хотела дать понять ЕМУ, что не хочу с ним общаться вообще.

Далее, собрав все свои войска, я отдала приказ феям сформировать разведывательные отряды и разослала их налево вверх, налево, налево вниз, вниз и направо вниз. Последний отряд должен был пройти ниже бывшего замка Викинга, исследую неразведанную прежде территорию.

Вся остальная армия должна была выдвигаться под моим командованием сначала вверх и, потом, после выхода за пределы разведанной территории, идти против часовой стрелки, расширяя разведанные земли и расширяя «кольцо безопасности» вокруг моего замка.

Чего нельзя было сказать про… Предателя, так это того, что он… хм, а ведь раньше то… Так и было, он никогда не нарушал данное обещание.

Интересно, с их, мужской, точки зрения, бросить девушку, это считается предательством, или нет? Если он один раз меня предал, предаст ли еще? Пропустит вражескую армию к моему замку, или сам пойдет на захват?

На всякий случай, я отключила ему весь доступ к управлению моим замком, войсками, ресурсами, оставив только просмотр открытых земель, да возможность вести обмен, причем с обязательным подтверждением с моей стороны сделки.

* * *

Пока я еще была ТАМ, я успела почитать кое-какие книги по тактике древних армий, поэтому, для того, чтобы избежать всевозможных неожиданностей, мною были разосланы в разные стороны несколько разведывательных отрядов Наездников на Пегасах, которые осуществляли обзор окружающей нас территории.

Пока моя армия двигалась вперед, я пыталась разобраться сама с собой и со своими чувствами.

Чем сильнее я начинала заниматься делами Замка, тем меньше я думала о предательстве Макса, тем легче мне было на душе. Но стоило мне хоть на секундочку отвлечься, как тоска накатывала на меня, словно штормовая волна на берег пляжа.

Я ради него бросила все, что у меня было в той жизни, а он…

— Повелительница, впереди высокая одиночная башня.

Башня?

В Землях башни бывают двух типов. Или башня обозрения, с которой можно осмотреть окружающие земли, или башня магов, в которой можно будет нанять магов-людей.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что это смотровая башня.

Я пытаюсь войти внутрь, но меня останавливают запертые двери. В попытках понять, что не так, проходит почти полчаса. Результат нулевой, если не считать сильно ободранных пальцев на руках. Наконец, поняв тщетность своих попыток, я машу рукой и отхожу прочь. Ко мне тут же подходит один из гномов.

— Повелительница желает попасть в башню?

— Да, желает, но не получится, там замок, а ключа у нас нет.

— Повелительница желает, чтобы гномы попробовали взломать замок?

Господи, какая же я дура! Конечно же, ведь гномы — признанные мастера по всякой механике. Из всех рас Земель только гремлины могут попробовать соперничать с ними в мастерстве.

— Да, конечно, попробуйте.

— Могу ли я осмелиться попросить у Повелительницы одну золотую монету? — почтительно склонив голову, спросил меня гном.

— Да, пожалуйста. — я отдаю команду и из моего золотого запаса материализуется одна золотая монетка, которую я и вручаю гному.

Приняв врученное, бородач резво бежит к дверям Башни и… опускает монету в замочную скважину! После чего спокойно нажимает на ручку, открывая мне двери.

— Пожалуйте, Повелительница.

Со щеками, пылающими от стыда, я вхожу в Башню.

Пройдя пару изгибов лестницы, я начинаю понимать, что потеряю очень много времени, так как я и в реальной жизни не отличалась особыми физическими параметрами и поднимаясь, уже начала задыхаться.

Что ж, значит, придется потратить на себя некоторое количество маны, думаю я, и применяю на саму себя «Ускорение».

ХА! Так гораздо легче и быстрее подниматься. Я выхожу на смотровую площадку и окидываю взглядом окружающую территорию. Ну, то что творится справа и внизу, меня мало интересует, так как и там и там уже открыто было, а вот… Да, пожалуй, именно влево, чтобы не удаляться слишком далеко от уже разведанных территорий, мы и пойдем.

Я спускаюсь вниз и выхожу из Башни. Внезапно, перед моими глазами всплывает сообщение:

«Посещение башни является испытанием. Только тот, кто воспользуется Башней с умом, получит пользу. За уместное применение заклинания, за наблюдательность при поиске замка, вы получаете тысячу пятьсот опыта.»

Интересно. То есть, получается, если бы я поперлась наверх только за счет своих сил, я бы не получила опыт?

С интересом заглядываю в мануалы. На форуме, в разделе «скрытые фишки» узнаю, что оказывается, опыт добавляется, только если оплатить вход. При использовании любого заклинания, которое помогает преодолеть высоту башни, получаешь опыт, при подъеме за счет Силы также получаешь опыт. Еще, его получаешь за то, что обратил внимание на нацарапанную надпись «Стоимость аттракциона — одна золотая монета. Оплата при входе».

В случае взлома дверей, опыт не начисляется вообще.

Мы идем дальше, к замеченным мною шахте и каким-то строениям. В процессе мерной перестановки ног, мне в голову приходит следующая мысль:

А ведь я — дура! Причем не простая, а набитая. Всегда, во все века, если появлялась соперница, любая книжная героина что делала? Правильно, она вступала в схватку за мужчину. А что я сделала? Ничего. Просто опустила руки и ушла плакать в уголочке.

Мой первый порыв был — развернуть армию и идти к Замку Макса, чтобы… чтобы что? Брать его штурмом? Брать Макса в плен и держать в золотой клетке? Спасибо, сидели, знаем…

Нет.

Может, тайно убить ту гоблиншу? Эльфы-разведчики гораздо более скрытные, чем вся зеленокожая раса вместе взятая, так что если подослать в Замок Максу лазутчика-шпиона, то вполне можно…

Нет. Во-первых, любой скрытый юнит союзника все равно будет виден на карте у Макса, а, во-вторых, нападение на его юнитов вызовет разрыв союза и договоров. Фактически, это объявление войны.

Да нет, не может такого быть… Неужели в Землях убрали возможность плести интриги, подсылать шпионов, тайных убийц, при этом оставаясь союзниками?

Я вновь обращаюсь к мануалам и форуму.

Нет, не убрали. Оказывается, есть такая возможность. Сильнее всего она проявляется у темных эльфов, но и другим расам также доступны шпионаж, подкуп и убийства. Опять же, с расовыми ограничениями. Для светлых эльфов, например, было категорически невозможно применять подобные подлости против союзного Замка, если это были светлые эльфы или люди Светлого Рыцаря. В свою очередь, для темных эльфов не существовало никаких ограничений вообще.

Ради интереса, я просмотрела ограничения для рас Варварского замка.

Орки и благородство??? Из всех зеленокожих рас только гоблины были способны на такие подлости. Все остальные просто не могли выполнить данное им подобное поручение.

Впрочем, если большинство рас вполне терпимо относились к подобному, во всяком случае, НПС-герои, то те же варвары, в случае, если подобный шпион обнаруживался и принадлежал союзникам, разрывали союз.

Значит оставим убийство на крайний случай. Тогда остается что? Остается только обычная женская хитрость, лукавство и игра…

Не думаю, что та тупая железка, которая отвечает за действия гоблинши, умнее меня.

Единственный червячок сомнения, грызший мою душу, тихонечко шептал: «а что, если это Игрок?»

* * *

Девятью месяцами ранее…

— День добрый, меня зовут…

— Стоп, — один из присутствующих в помещении поднимает руку. — Давайте без имен, хорошо?

— Как скажите, но… как мне к Вам обращаться?

— Давайте я буду Мастер, а Вы — Заказчик?

— Спасибо, что не Терпила! — буркнул Косой, третий, присутствующий на встрече.

— Ха-ха, — улыбнулся назвавший себя Мастером. — итак, что Вам нужно? — обратился он к тому, кому присвоили кличку Заказчик.

— Мне нужна капсула. Естественно, с отключенным таймером.

— Понятно, впрочем, ко мне с иными просьбами и не приходят. Какая капсула нужна, обычная или с ограничениями?

— Ограничения? Нет, ни в коем случа… а, я понял. — улыбнулся Заказчик. — Хорошо, я буду иметь в виду что можно и такое заказать. Я даже догадался, кто и зачем заказывает такие. Впрочем, сейчас мне нужна капсула с максимальными удобствами.

— Нет-нет, Вы меня не поняли. Я не изготовляю капсулы. Вы покупаете обычную, стандартную капсулу, а я уже дорабатываю ее под Ваши потребности. Если Вы желаете, чтобы капсула была комфортная, пожалуйста, покупайте соответствующую модель и давайте мне ее на доработку. Я добавляю нестандартные модули и возможности. Итак, что именно Вы бы хотели добавить?

— Сер… Клиент — инвалид. Прикованный к креслу. Мне необходимо, чтобы было полное обеспечение физио…

— Простите, это все входит в стандартную конфигурацию капсулы высокого класса.

— М-м-м… Тогда. Чтобы у него был доступ к внешнему миру, общение, форумы, новос…

— Простите, это все обеспечивается уровнем аккаунта, который будет оплачиваться.

— Хорошо, тогда предложите сами, что бы Вы могли установить?

— Я могу снять блокировку болевых ощущений, или вообще, установить усилитель, но я так понимаю, у нас обратная ситуация, так? Может поставить дополнительный ограничитель?

— Нет-нет, вот этого как раз ни в коем случае не стоит делать. Понимаете, моему с…

— Простите, но я придерживаюсь двух правил: «меньше знаешь, лучше спишь» и «кто много знает, мало живет». Я так понимаю, Ваш клиент должен сорваться, но при этом у него должны быть весьма комфортные условия? Если хотите, только не примите это как оскорбление, можно поставить модуль дополнительного ИИ, который будет помогать Клиенту, принимать правильные, с точки зрения игровой механики, решения…

— Отлично! Это как раз то, что нужно. — горячо выкрикнул Заказчик, а Косой попытался скрыть улыбку.

— Но учтите, это будет стоить… — Мастер назвал сумму, которую мало кто из его заказчиков соглашался оплатить. Да сумма была очень велика, но и сам чип стоил очень дорого. А еще дать на лапу, чтобы чип вынесли с завода, привезли сюда, да и за свою работу хотелось получить не стоимость бутылки пива.

— Сумма меня вполне устраивает, — на удивление, Заказчик не высказал недовольства размером платы. — Оплата сейчас или по завершению работы? Наличка или?

— Половина суммы сейчас, естественно наличка. Если вы сейчас оплатите, то… Так, завтра… после завтра во второй половине дня Ваш заказ будет готов.

— Какие-то побочные эффекты возможны?

— Да, к сожалению, да. Если психика Игрока не сформировалась, например для несовершеннолетних или людей с неуравновешенной нервной системой, есть большая вероятность, что образ мышления начнет перестраиваться так, чтобы наиболее полно соответствовать игровому персонажу или его выбранной расе, в случае, если это будет не человек.

— Можно чуть поподробнее?

— Ну, например, если этот чип будет установлен подростку, который играет в воздушные бои на сторону японцев, то велика вероятность проявления в его характере линий поведения, присущих самураям или вообще, камикадзе. Если речь идет о средневековье, европейский рыцарь эпохи раннего Ренессанса, велика вероятность проявления «донкихотства».

— Если я правильно понимаю, речь идет о том, что эти все черты будут проявляться в реальной жизни до тех пор, пока Клиент не «сорвется»?

— И в реальной, и после, в виртуальности.

— Ну, то, что будет в виртуальном мире, нам уже не так критично. Хорошо, я Вас понял. Значит, есть некоторая вероятность, что этот чип не только сделает Клиента умнее, но и перекроит его психику под наиболее выгодную линию поведенческой модели, которая необходима в игре?

— Не под наиболее выгодную, а под наиболее присущую для выбранного персонажа.

— Хорошо. Тогда Кос… Мммм… расплатись так, как и договаривались.

При этих словах у Мастера ёкнуло сердце.

О чем там они договаривались?

Тем не менее, второй вытащил дипломат и открыл его. На свет были извлечены пачки денег. После пересчета ему была отдана сумма, равная полной стоимости заказа.

— Извините, Вы делаете полную предоплату?

— Нет, как Вы и сказали, мы вносим половину стоимости.

— Но здесь… понял. Вам нужны две аналогичные капсулы?

— Приятно иметь дело с умным человеком. — улыбнулся Заказчик.

Позже, в машине Н-ского.

— Костя, это надежный мастер?

— Да, Петр Владимирович, ручаюсь. Если сказал послезавтра, значит обе и буду готовы. И он не исчезнет с деньгами.

— Ладно. Тогда поехали в банк. Мне еще столько же надо «обелить», обналичить и вывести…

* * *

Пока мы двигались далее, у меня начала формироваться идея по завоеванию Максима, вернее, его внимания.

Мне нужна либо ситуация, когда он вляпается куда-либо, или же мне самой нужно попасть в переделку, предоставив ему возможность спасти меня. Ну, а потом уже… Там разберемся.

Кстати, судя по карте, Макс сам решил подыграть мне и моим интригам, потому, что уже довольно долгое время его отряд идет параллельно моему по большему радиусу. С одной стороны, получается, что мы открываем вдвое большую территорию, с другой, — подстраховываем друг друга, с третьей… С третьей, получается, что он, все же, защищает меня от нападения извне.

А я его об этом не просила. Все должно идти по моему плану, а не его!

Беседка, принесшая мне опыт, обелиск, открытый Максом, это все было не то. Совсем не то, что могло бы подвергнуть опасности меня или его.

К концу дня, когда сумрак начал окутывать окружающий ландшафт, я отправила Максу предложение стать совместным лагерем, чтобы «уменьшить вероятность ночного нападения».

Ранее, утром, в Замке Варвара.

Блин, ну что этой девчонке не сидится на месте, а?

Ну да, отверг, ну и что? Нет, чтобы набираться опыта, тренироваться, нет же, схватила армию и почесала, куда глаза глядят. Разведчица, блин.

Сначала разослала отряды фей, затем сама отправилась по их следам. Ладно, одно хорошо, идет она не по прямой, а судя по всему, собирается округлять открытую территорию, идя по краю «тумана войны».

Ладно, имеет смысл выйти и идти параллельно с ней. Так, если она откроет что-нибудь с опытом, я смогу подойти и взять и себе его же. А шахту возьмет тот, кто будет ближе и быстрее.

Глава 6

Весь вечер я пыталась каким-то образом пробраться в лагерь зеленокожих. То меня перехватывала стража орков, то я сама влезала в капкан гоблинов, то меня унюхивали волки.

Наконец, мне все это надоело и я вполне официально пошла прямо через орочьи палатки.

— Слушай, красавица, иди к нашему костру, — позвали меня трое оркских воинов, привставая со своих мест. — мы тебя не обидим. Хочешь, пивом угостим, свеженьким.

— Мне надо к Макс… Мастеру Йоде попасть.

Все трое вскочили с места, словно ужаленные.

— Я, нет, я, нет, идите все к Грыху, я! Я провожу ее, нет, я провожу…

Оставив за спиной небольшую свалку, я продолжаю идти по направлению к палатке Макса.

Возле ее входа стояли двое воинов с бараньими рогами на макушке.

— Передайте Мастеру Йоде, что к нему пришла союзница. — можно подумать, он сам меня на карте не видит.

— Не бе-е-велено тревожить. — отозвался один из них.

— Немедленно передайте, что я к нему пришла! — рявкнула я так, как когда-то кричал на меня папа, если я что-то не выполняла.

Из шатра выглянула давешняя гоблинша.

— Слышь ты, ушастая, брысь отсюда. Это мой мужик! — прошипела она. — Он сейчас сильно устал и отдыхает.

— Ну так разбуди, рано еще спать!

— После пятерых невест, не рано! — отрезала та и скрылась внутри. Огры сдвинули свои топоры, полностью блокируя мне проход, впрочем, мне не так уж и хотелось попадать внутрь. ПЯТЕРО???

Макс там развлекается сразу с пятью бабами???

— Позовите тогда эту, которая только что высовывалась.

Один из огров заглянул в шатер и что-то проблеял.

Гоблинша опять выглянула наружу.

— Ты еще здесь? А хвастаетесь, что эльфы самые умные… Тебе же четко сказали, брысь отсюда!

— Иди сюда, коротышка-недомерок, разговор есть. — решила схитрить я.

— Чё? Как ты меня назвала, дылда ушастая?

— Ну, вот и иди сюда, погромче скажу.

Гоблинша вылезла из шатра и, изображая нечто страшное, поперла на меня. Вы когда-нибудь видели махонький танк, который едет на вас, страшно блестя своими фарами? Нет? А я увидела.

Маленькая, ростом ниже моей груди, яростно зыркающая своими глазенками, гоблинша наступала на меня, словно асфальтовый каток.

— Слушай сюда, жабка-переросток, я тебя тоже люблю неземною любовью. Скажи, тебя устраивает та ситуация, что ты делишь своего муженька с другими? Смотри, если мы с тобой будем его женами, то мы сможем не пускать других к нему, и нам будет больше доставаться его внимания и ласки.

Давай-давай, ведись, чучело огородное. Одну мне легче будет убрать, чем пятерых. Мне, главное, в шатер к Максу попасть, а там… Среди гардероба эльфийской принцессы есть такие одеяния и такое нижнее белье, что тому бутику, где ты меня видел, и не снилось. Соблазню, а там ты весь мой будешь.

— Эльфийка, ты как, сильно головой стукнулась? Ты вообще, в курсе, что для любой гоблинши является предметом гордости, что ее муж нарасхват среди других гоблинш? Да у нас утром только и разговоров, что о том, скольких свой ублажил этой ночью. Ты вообще, в курсе, что наши мужики гибнут в боях, как мухи? Вот на всех и не хватает. Да для меня не только не в тягость, мне в радость, что Мастер Йода, мой муж, за сегодняшний вечер пятерых ублажил. Это значит, что через неделю у нас больше будет малышей, а, значит, и наша армия через пару недель будет еще сильнее. А что ты можешь дать ему? Цветочки да охи-вздохи?

— Ну, почему, я ведь тоже женщина и…

— И что? Вон, у нашего Повелителя было две эльфийки-жены, и что? Хоть одна ребенка ему принесла?[8]

Оп-па… А вот об этом я как раз и не подумала, и про межвидовое скрещивание я не читала.

Заметно погрустневшая, я вернулась в свой лагерь. М-да, обидно. Ладно…

Так, для начала надо выработать стратегию. Надо заслать к нему в Замок лазутчика, который… м-м-м… хотела же оставить этот вариант напоследок. Ну да ладно. Пусть этот лазутчик убьет гоблиншу гоблинской же стрелой! Ха! А если еще подумать, то можно убить, но уже эльфийской, еще одного гоблина. И представить Максу, что это была ревность, и что гоблин хотел убить после и его. Вот, а я, несмотря на его предательство, приставила к нему своего охранника, который спас ему жизнь. Логично? Логично.

А насчет детей что-нибудь придумаем. В принципе, не обязательно и ребенка заводить. Вон, в реале ведь полным полно семейных пар, которые ведут образ жизни «чайлд-фри» и ничего, довольны.

В таких размышлениях проходит следующий день.

То и дело армия Макса делает рывки в нашу сторону, но потом возвращается назад. Наконец, к концу дня я смогла понять причину этих непонятных телодвижений. Каждый раз, стоило только показаться очередной шахте, Макс бросался ко мне, из расчета, если та будет под охраной, помочь мне. Спасибо, Максик, но я уж как-нибудь сама.

Обнаруженная мною деревенька крестьян, которая на самом деле оказалась обычным внешним жилищем без возможности расстройки до уровня замка, была взята мною под контроль, а крестьян я решаю отправлять в свой Замок, из расчета, что лишние руки на сельхозработах никогда не помешают.

Немного омрачила стычка армии Макса с отрядом нейтральных хоббитов.

К тому моменту, когда мои пегасы долетели к полю боя, все было закончено. Гоблины споро тащили в сторону походного Котла двух своих неудачливых собратьев, а остальные мародерствовали, разбирая то, что осталось от «малышей». Какие-то повозки, тряпки, детские игруш…

Игрушки???

— Максим, что тут произошло?

— А, эти, мелкие, шли в том направлении. Мы на них напали и уничтожили. Потерь с нашей стороны почти нет. Сейчас ребята соберут все ценное, быстро сварим похлебку и можно дальше в путь.

— Подожди, так они что, на вас не нападали?

— Нападали, не нападали, какая разница. Они шли по нашей земле, все.

— Нет, Макс, это ты не прав. Как же так. То есть, что, если это не гоблины или орки, то что, они, автоматически, враги?

— Так, Лена, давай я тебе сейчас вкратце объясню кое-что. Запомни, раса, которая взяла себе Нетерпимость, делит всех вокруг себя на «мы» и «они». Причем все «они» — это враги.

— И даже мы?

— Да, Лена, даже вы. Только и того, что ты и твои люди, эльфы, гномы, враги, с которыми заключен временный мир. Вы, да еще этот, как там его, Вампир[9].

— То есть, это надо понимать так, что как только мы вам станем не нужны, вы тут же на нас нападете? В спину?

— Да, нападем, но не в спину. Запомни, Лена, Варвар, ну еще Викинг, это две расы, которые меньше всего ценят предательство.

— Так что же мне теперь делать? Разрывать с тобой абсолютно все отношения? Макс, я люблю тебя, пойми это! Я «ушла» из того мира только ради того, чтобы быть с тобой, а ты…

— Так, стоп, только давай без этого. Лена, тот Макс, которого ты знала в той, реальной жизни, его уже нет, все. Мир Земель бесповоротно влияет на Игрока, корректируя его психику под ту расу, которую он себе выбрал. Нет человека Макса, есть гоблин Мастер Йода, который ненавидит все прочие расы и у которого теперь есть свои жены, из гоблинш.

— Да как… Макс, они же… они же уродливые!

— Нет, Леночка, уродина, как раз — ты!

— Макс. Не надо говорить так, ты же любишь меня. Неужели ты забыл, как лепестком розы щекотал мое ухо каждый раз, когда подходил ко мне со спины на условленном месте встречи? Наши походы в кино и поцелуи… Как ты мне помогал выбирать наряды и как «консультировал» по поводу нижнего белья?

— Лена, прекрати. Ты поймешь в конце-концов, что для гоблина это все — пустой звук!

— ТЫ НЕ ГОБЛИН! Ты — человек!

— Слышишь, ты, светлая выползень, ты кого тут человеком обозвала?

Позади меня внезапно появляется пресловутая «жена» Макса, уродливая зеленокожая гоблинша. У нее в руках виднеется небольшой походный котелок.

Все, Ленка, дожилась. Сейчас тебя из-за парня сковородкой бить будут.

— Не смей! Это союзник. Она нам нужна. — вмешивается Макс.

— Зачем она нам, любимый, — ядовито улыбается гоблинша. — а даже если и нужна, пусть ее подменит любая из жен Повелителя Сержа. Они сейчас все равно свободны, а подмены никто и не заметит. Что та — ушастая скотина, что эта…

Ах, ты ж, сама скотина… Ладно, я ухожу, но это — не надолго…

У себя в лагере я собираю всех эльфов-воинов и провожу опрос, у кого из них самая лучшая Скрытность. Таких обнаруживается двое.

Выбрав старшего, я начинаю его инструктировать.

— Ночью прокрадешься в лагерь орков. Украдешь там пару стрел и лук у гоблинов. Одной такой стрелой застрелишь жену Мастера Йоды так, чтобы никого рядом в этот момент не было. Потом дождешься, чтобы в направлении к трупу пошел еще один гоблин, может как-то там подстроишь, чтобы он подошел поближе. Монету кинешь или еще что. Застрелишь гоблина своей стрелой. Подкинешь ему остальное украденное и поднимешь тревогу. Если тебя спросят, что ты делаешь посреди лагеря орков, скажешь, что я тебя направила охранять Матера Йоду. Все понял?

— Да, Повелительница.

Когда «диверсант» отошел, я обратилась к молодому.

— Теперь ты. Твоя задача следить издалека из кустов. Если что-то пойдет не так, ты должен будешь застрелить его, чтобы на нас не упало ни малейшего подозрения, понял? Застрелишь и заявишь, что это ты был направлен мною, чтобы охранять жизнь Мастера Йоды, а то был ренегат. Все понял?

— Да, Повелительница.

Ну-ну, посмотрим, как ты из этой ситуации выкрутишься, Максик… Когда твою любимую жену убьют твои же воины, а мои эльфы будут тебя защищать.

Наступления ночи я ждала так, как когда-то в детстве новогодней полночи. Затих шум в обеих лагерях, лишь часовые орки виднеются в мерцающем свете костров. Моих часовых не видно, конечно, ведь эльфы не такие глупые, чтобы ставить часовых на фоне света.

Мне остается только ждать. Проходит полчаса, час. Я понимаю, что бесцельно трачу свое время, поэтому, представив себе воображаемого противника, начинаю выращивать на его пути «Густую Растительность», тренируя свои навыки.

Глубокой ночью, когда мне уже насточертело колдовать, и я просто лежу на спине, пытаясь любоваться нарисованным звездным небом, со стороны лагеря зеленокожих доносится шум и выкрики. Я мигом вскакиваю на ноги и бегу туда.

В окружении орков с мерцающими факелами стоит Макс. Перед ним лежат два тела моих эльфов и тело его жены-гоблинши.

— Что случилось, Макс?

— Нет, это ты мне сейчас объяснять будешь, что случилось. Сначала мои лучшие разведчики, — Макс махнул рукой в сторону и из теней выступили два красавца волка. — обнаруживают в кустах сидящего в засаде эльфа-лучника, — Макс тыкает рукой на тело молодого эльфа. — потом мою жену подстреливают гоблинской стрелой. Потом мне в спину прилетает гоблинский лук, вместе с эльфийской стрелой, а лучник, которого поймали и рвут на части мои волки, стреляет во второго лучника, который стрелял в меня, убивая его.

— Макс, я отправляла этого эльфа, чтобы он охранял твою жизнь. Ведь я все еще люблю тебя. Вот он и убил ренегата, который хотел убить тебя.

— М-да? А зачем он хотел убить меня вашей стрелой, а мою жену убил нашей? — недоумевает Макс.

Так, похоже, что все, что он рассказывал про влияние игры на Игрока правда. Макс не видит очевидного, того, что это все шито белыми нитками, и из-за всех трупов торчат мои эльфийские ушки.

— Макс, честное слово, я завтра же отдам приказ по всей своей армии, что если кто-то вздумает стать ренегатом, он будет обязан подать письменное заявление, с подробным изложением всех мотивов и планов на ближайшее время.

— Тебе хорошо, твои оболтусы хоть писать умеют… — пробурчал Макс и хитро улыбнулся. — Анекдот, да? Письменное заявление, да? Ладно, считай, что насмешила ОЙ!

Макс вскрикнул. Из-за его спины вышел еще один гоблин, державший в руках эльфийскую стрелу, измазанную в зеленую кровь моего любимого — гоблина.

«А ведь это по моему приказу в него стрелу пустили» — подумала я и маленькое, гадкое существо, которое многие называют совестью, больно укусило меня где-то глубоко внутри.

— Макс, тебе, наверное, больно и одиноко будет этой ночью? Могу ли я чем-то…

— А, не волнуйся, — махнул рукой он. — я сейчас свистну, и ко мне набежит полный шатер…

Вот так, не солоно хлебавши, потеряв двух лучников в глупой попытке быть поближе к любимому, я вернулась в свой лагерь.

* * *

С утра я решила проанализировать все свои поступки, которые до сих пор совершала. И знаете, пришла к выводу, что была категорически не права!

Ведь как получается? Я всеми силами показывала Максу, что мне плохо без него. Следовательно, какой вывод мог сделать он? Что он мне нужен. А должно быть наоборот, это он должен нуждаться во мне, и искать пути вернуть меня.

Первое, что я должна сделать, это начать поступать так, как считается образцом у расы орков и гоблинов.

Следующее, мне имеет смысл попробовать поменять свою внешность так, чтобы он не мог не повернуть головы, когда я буду проходить мимо.

Пока моя армия шла дальше по намеченному маршруту, я тщательно изучала все, что можно было найти на форумах по теме «гоблины».

Первое, зеленые недомерки уважают физическую силу. Стать орчихой я не смогу, так как в мире Земель пластических операций не делают, а если я попробую сделать рерол, не факт, что смогу еще раз найти его замок.[10]

Отсюда какой вывод? Мне необходимо качать Силу. Думаю, что если я смогу, походя, свалить одним ударом орка или огра, а после, также мимоходом, чмокнуть в щечку Макса, он не устоит. Помню, у нас на параллели училась девченка, Ванилина Катина, чемпионка страны в юниорском разряде по гиревому спорту. Так вот, ее уважали абсолютно все парни нашей школы, начиная от ботанов, и заканчивая полными отморозками, которые имели по несколько приводов к инспектору про делам несовершеннолетних.

Однажды, я сама этого не видела, но верю той, кто рассказывала, «Ваня» пришла на дискотеку и у нее «увели» мобилку. Так вот, она тут же подошла к выходу и одним ударом вырубила охранника. После чего сказала выключить музыку и добавила: сейчас на 20 секунд вырубят свет, потом его опять включат и на полу должна лежать моя мобила. Когда свет включили, на полу лежала ее мобилка…[11]

Следовательно, мне надо теперь каждый вечер и ночь заниматься раскачкой физических параметров, кроме этого, я просмотрела пару видеоуроков по кулачному бою и нанесению единичных, вырубающих ударов.

Меня очень обрадовал тот факт, что, согласно высказываниям и утверждениям на форуме, соотношение параметров юнита и Героя не линейное. То есть то, что у меня Сила ниже, чем у рядового орка, еще далеко не факт, что я не смогу победить его в прямой схватке.

Во второй половине дня произошло событие, которое расстроило меня до глубины души, мы наткнулись на склад древесины, подготовленный неизвестными дровосеками.

Я не могла сдержать слез, глядя на идеально ровные срезы на стволах деревьев, лежавших штабелем под небольшим навесом. На каждом из них были видны следы либо топора, либо пилы. Какими же нужно быть варварами, чтобы вот так убивать живые существа. Неужели нельзя было «договориться» с рощей, чтобы она отдала засохшие деревья, в которых уже умерла дриада-душа дерева?

Если я найду этих лесорубов, убью, не глядя на расу и причины, которые побудили их так поступить! Лесорубы! В той, реальной жизни, меня пугали всевозможные маньяки, садисты, убийцы, насильники… Сейчас, я почувствовала поднимающуюся во мне при одном только упоминании о подобной профессии, волну гнева. Лесорубы… Убийцы, вот кто они!

Постой, Лена, но… Но ведь гоблины и орки… Они ведь, тоже рубят лес и деревья! Получается, что Макс — убийца?!?!

Я остановилась настолько резко, что шедшие позади меня два эльфа-воина, осуществляющие охрану моей особы, со всей дури ударились об мою спину, чуть не сбив меня на землю. И что мне с этим делать?

С одной стороны, он — убийца, совершающий и поощряющий поступки, которые с точки зрения нас, эльфов, просто недопустимы. С другой стороны, он — мой любимый человек, ну, или гоблин, которого я любила и люблю до сих пор, несмотря на все то, что он сделал и сказал.

Как мне быть? Разлюбить и начать ненавидеть его только за это? Простить и… Нет. То есть, да. Да, простить и любить дальше, пытаясь перевоспи…

Нет! Не перевоспитывать. Мне необходимо вернуть его, а уже потом, я смогу делать с ним, что захочу.

Для проверки своей догадки, я открыла меню управления Замком и шахтами. Да, так и есть. Можно передать управление конкретной шахтой своему союзнику, правда, для этого надо, чтобы отношения были выше «дружественных». Ну, да это не проблема. Если быть честной перед самой собой, это я понизила отношения от «полного доверия» до «торгуем», если в двух словах описывать то, что сейчас происходит между нашими замками.

После проверки в мануалах, я прихожу к выводу, что разработка моими гномами всех шахт, кроме лесопилки, гораздо выгоднее, чем при использовании в роли шахтеров зеленокожих. Значит, все вполне логично.

Я возвращаю отношения к «полному доверию», тем не менее, заблокировав просмотр некоторых деталей. Вскоре от Макса пришло сообщение:

«Перебесилась?» и подтверждение.

Ага, отлично, тогда продолжим…

Макс, нужно с тобой поговорить.

Ну?

Нет, не так, лично.

Ленка, я тебе уже сказал, между нами все кончено. Что тебе надо?

Макс, успокойся, я просто хочу согласовать с тобой один момент по экономике наших замков.

Какой?

Вот при личной встрече и узнаешь.

Что может предложить мне пятнадцатилетняя девчонка, которая даже школу не закончила?

Полутора-, а то и двукратный прирост добычи из шахт тебя устроит?

Если это действительно так, то я готов взять свои слова назад. Давай вечером, после дневного перехода, встретимся.

Так, первое я уже сделала. Смогла показать, что я не дурочка. Теперь главное будет, не сорваться и не начать ныть, как мне плохо без него.

Вечернего привала я ждала с таким же нетерпением, как…

УРА! Все, привал. Результат сегодняшнего перехода — еще одна беседка, пара складов припасов (дерево — обнаружено мной, камень — Максом) и алтарь Умений, дававший или Силу Магии или Магическую Выносливость.

Естественно, что обе армии вынуждены были остановить свое движение, пока оба предводителя посетили данное строение. Не знаю, как Максу, но мне бы больше подошла Арена или Лабиринт. Впрочем, ладно, и так сойдет.

Отдав приказ о размещении на ночевку, я отправляюсь в лагерь Макса. Во избежание стычек между нашими юнитами, мы вынуждены ставить лагеря как можно дальше друг от друга, а жаль. Я была бы не против быть как можно ближе к любимому.

— Макс?

— Ты кого ищешь, ушастая? — окликнул меня ближайший орк.

— Лена? Я тут! — подал голос Макс, выходящий из-за шатра в обнимку с очередной гоблиншей.

А вот и повод, и возможность выпендриться перед ним, подумала я, и со всей дури нанесла удар в челюсть окликнувшему меня клыкастому уроду.

А-а-уу… больно то, как! Если бы я знала, что так сильно ушибу руку, дважды… нет, десять раз подумала бы, прежде чем бить в челюсть орка! К счастью, зеленокожий громила без единого звука падает навзничь.

— Значит так! — полуобернувшись к опешившему Максовому войску, произношу я. — Так будет с каждым, кто осмелится назвать нас, эльфов, ушастыми. Всем ясно?

Уважение. Вот что я увидела в глазах гоблинов, стоявших тесной группкой чуть поодаль.

Интерес. Глаза орков выражали именно это чувство. Интересно, ушастая, оказывается, тоже умеет драться!

Недоумение. Огры смотрели на происходящее с искренним недоумением. Союзник? А дерется. Почему?

Настороженность волков — наездника ударили.

Скука троллей, мелочь опять выясняет отношения.

Нет, этого мало, надо еще кому-то морду набить. Лишь бы это был гоблин. Ну же, как вам понравится такое?

— Мне наплевать, что вы там думаете об эльфах. Отныне, гномов, хоббитов и эльфов запрещено оскорблять. Понятно? Никаких «ушастых», «коротышек» и «недомерков»!

— Бэ-э-э… Ушастая, а как нам их называть?

Я оборачиваюсь на звук, огр! Ну, Олька, мир праху твоему, сейчас проверим, чему ты меня учила.

Подпрыгиваю и, будучи в воздухе, со всей дури наношу резкий удар ногой в мягком эльфийском сапожке в морду бараноголовому.

Мама!!! Господи, как же больно… слезы текут потоком, застилая мне взор.

Я стою покосившись, и понимая, что если сейчас огр встанет и даст сдачи, то я лягу и уже не встану. На ногу стать не представляется возможным. Рука, которой я перед этим уложила орка, судя по ощущениям, наливается свинцом и тянет вниз. Ни о каком разговоре на экономические темы речь уже не идет, мне бы назад добрести…

Дура! Заклинание!

Я кастую на себя «Исцеление» и тут же начинаю чувствовать облегчение. Вот уже и рука начинает чувствоваться, и на ногу я могу стать без риска упасть…

— Ого, слушай, Ленка, ну ты даешь! — с искренним восхищением произносит Макс, скинув руку со спины гоблинши и приближаясь ко мне.

Макс, любимый… Да ради того, чтобы ты смотрел на меня такими влюбленными глазами, я готова голыми руками отметелить всю твою армию! Только скажи, да я тебе тролля сейчас завалю, зубами загрызу, дракону шею сверну!

— Так что ты хотела мне сказать?

Блин, ради чего я приперлась к нему? Забыла!

— Ну… э… А… можно… я… О, можно я приму участие в следующих еженедельных поединках на вашей Арене? — блин, что я несу? Какие поединки? Что я там забыла? Зачем я к нему шла?

Я смотрю в глаза Максу и понимаю, что я забыла обо всем. В нарисованных гоблинских глазах сейчас четко просматриваются те самые, серые глаза реального Макса, которые так пристально смотрели в мои в те моменты, когда мы был вместе в реале.

Этого не может быть, твержу я себе, а мое сердце, которое бьется так, словно я пробежала двести метров, говорит об обратном. Оно мне твердит в такт своему биению — «лю-би-мый, лю-би-мый!»

— Да конечно… Я думаю, что наши совместные тренировки, а, также, наших воинов, дадут гораздо больше пользы.

Назад я летела, словно на крыльях. Да, я забыла цель своего визита, ну и что? Зато я сегодня видела, если не любовь, то, во всяком случае, заинтересованность в глазах Макса.

Я смогла выделиться в его глазах!

Всю ночь я тренировалась, тягая какой-то тяжелый камень и отрабатывая удары по воздуху и по воображаемому противнику. Лучше всего получалось, если я представляла перед собой какую-нибудь гоблиншу. Думаю, что увидь меня Олька, она бы была довольна теми сериями ударов, которые я наносила по своей цели.

Утром, едва только наши армии сдвинулись с места, вдалеке показалась Академия Ловкости и Выносливости, в которой, насколько я знала, была возможность развить любой из физических параметров.

Согласно официальной документации, при входе в Академию, перед Игроком появлялась его полная копия, и им обоим предлагалось пройти лабиринт. Вне зависимости побеждал или проигрывал Игрок, он получал повышение либо Ловкости, либо Выносливости, но при проигрыше, он терял одну вещь либо из инвентаря, либо из артефактов. А вот на форуме было упоминание, что если сразу напасть на своего двойника и победить его чистой Силой, то и повышалась именно эта характеристика. Для тех рас, которые делали ставку на Силу и Атаку, это был неудачный вариант, а вот для меня, мага, это было вполне реально. Ведь моим клоном будет управлять компьютер, работающий по стандартным схемам…

Едва только я вошла в Академию, и передо мной появился мой клон, я, не дожидаясь окончания речи, сразу же напала на него, нанеся удар в голову. Пара ударов и все, мой двойник уже лежит на полу.

— Проявленная тобою Сила свидетельствует о том, что Ловкость и Выносливость тебя не интересуют. Что ж, да будет так!

Выйдя из академии, я получаю сообщение о повышении Силы на один пункт.

— Как результат? Победила? — искренне поинтересовался Макс.

— Да, представь себе, плюс один к Силе! — гордо заявляю я и с огромным удовольствием наблюдаю, за расширяющимися от удивления глазами гоблина.

— К Силе?? — переспрашивает Макс и своим отсутствующим взглядом дает мне понять, что он погрузился в чтение мануалов.

— Ха, слушай, прикольно. Ни я, ни Серж даже и не пробовали напасть на клона. А ну, дай я попробую. — говорит мой любимый и исчезает за дверьми.

Эх, Макс, Макс… Интересно, ты читал мануал или нет? О том, что для…

Очень звучный «Шмяк», донесшийся из-за дверей, вызывает у меня усиленное сердцебиение. Макс! Его там избивают!

Я бросаюсь к дверям и, не обращая внимания на предупреждающие надписи «Вы уже посещали данное строение и вам тут больше ничего не могут преподать», начинаю ломиться в них.

Спустя некоторое время, двери открываются, и из-за них мне на руки выпадает помятый, с расплывающимся синяком на пол мор… лица, Макс.

— Вот зараза… Ловкость! А ну, пусти меня, дай я ему сейчас…

Макс некоторое время стучится в двери, после чего успокаивается.

— Не, слушай, а ты молодец, а? Ленка, ты что, реально, начистила морду своему двойнику?

— Да, представь себе, Макс, набила.

— Слушай, я уже начинаю бояться выпускать тебя на нашу Арену! Ты мне точно всех орков отметелишь.

— Ну так! — гордо произношу я и, словно невзначай, выпячиваю бицепс правой руки.

М-да… Аж самой стыдно стало… тощая эльфийская рука ну никак не могла продемонстрировать впечатляющие мышцы. Ну, ничего, чем сильнее недооценят, тем сильнее будут потрясены на Арене.

Вечером, едва мы остановились на отдых, я тут же хватаю крупный камень и начинаю заниматься псевдогиревым спортом возле лагеря.

Вверх, вниз, вверх, вниз…

Едва слышный шорох в кустах дал мне понять, что за мной наблюдают.

— Гля, вот это ушастая дает!

— Тихо ты, Грыхово отродье, услышит, убьет! Ты видел, как она положила Старшего и Крупного за такие слова?

— Та да… Слушай, вот бы такую, да…

— Да тихо ты… Мастер Йода, если узнает, в Котел отправит! Ты что, такие, только для Повелителей!

— Но ведь она, же сама — Повелительница! Эх… да с такой бы… потом и в Котел можно!

— Знаешь, я, пожалуй, подальше от тебя сяду. А то еще заражусь, чего доброго. Ишь, чего удумал, эльфийку ему подавай!

Меня распирал и душил смех. Ну что, Лена, добилась своего? Гоблина в себя влюбила? Правда, немного не того, кого хотела, ну, да это не страшно. Значит, правильной дорогой двигаюсь.

Что хорошо в этом виртуальном мире, что можно не спать всю ночь и на утро быть бодренькой, словно после чашки кофе.

Очередная встреченная беседка натолкнула меня на мысль, что имеет смысл сделать вид, что меня привлекает культура гоблинов.

Пока Макс двигался в нашу сторону, я отдала приказ еще одному эльфу-воину, срочно принести мне из лагеря союзников пару обглоданных костей.

Я отправляю Максу предложение посидеть вместе в беседке, с просьбой организовать шашлык, а сама, тем временем, спрятавшись в своем шатре, привожу свой внешний вид в соответствие с нормами красоты, принятыми у гоблинов.

Лицо отмыть от любых признаков косметики, нанеся после разнообразные, безобразные, на взгляд эльфийки, полосы. Волосы, до этого красиво уложенные, распустить и, собрав в кривой пучок, заколоть косточками так, чтобы они были видны.

Собранные по моей просьбе пучки травы, заткнутые за пояс и за нагрудную ленту, довершают костюм зеленокожей модницы.

Я смотрюсь в зеркало. Если считать, что чем безобразнее для глаза эльфа, тем красивее для гоблина, то я выполнила задание на все сто процентов. Такого уродства я среди эльфов не видела никогда.

Аккуратно выскользнув через сделанный загодя разрез позади моего шатра, я окружной дорогой направляюсь к беседке.

«Лишь бы не попасться на глаза моим воинам!» — молюсь про себя я. К счастью, эльфы в плане дисциплины гораздо более предсказуемы по сравнению с теми же гоблинами. Если Повелительница, то есть я, сказала, «там» не охранять, значит никого здесь и не встречу.

А вот и беседка…

— Фью-у-у…

— Красавица!!!

— Уау!!!

Эти и подобные возгласы и выкрики сопровождали мои последние пару сотен метров до беседки, которые мне пришлось пройти на виду гоблинов и орков, которые окружили беседку кольцом охранения. Мои щеки пылали, словно облитые бензином. Впрочем, если так реагируют его воины, значит, и сам Макс должен отреагировать соответствующе.

— Ленка… — восхищенный шепот донесся до меня из глубин беседки.

Там, возле небольшой переносной жаровни колдовал Макс, крутя и проворачивая несколько шампуров с мясом.

От одного запаха жареного мяса меня начало выворачивать наизнанку. Ладно, ради Макса надо потерпеть…

— Не-не… Не здесь. Ленка, тут садись… Тут подветренная сторона, так, что на тебя не будет идти запах мяса. Думаешь, я не знаю, что вы очень плохо воспринимаете такие запахи?

Надо же, заботливый… Интересно, это проявление уважения к союзнику или?

— Я тут еще у купцов раздобыл вашего, эльфийского вина, так что, если ты не против, тебе будет ваше вино, а я — наше пивко… мне оно как-то привычнее. Да, и еще… мне тут смогли раздобыть немного салата…

О, Макс, да ты, похоже, окончательно «поплыл»!

Наш романтический вечер проходил, как и полагается для влюбленной пары, при тлеющих углях, стаканчике вина и вкусной еде, на фоне вечернего заходящего солнца, стрекочущих в траве не знаю, кого там и неспешной беседе.

— Макс, я вот о чем хотела с тобой поговорить. Ты в курсе, что мои гномы дают гораздо больший выход ресурсов из шахт, чем твои гоблины и орки?

— Да, знаю, что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу предложить тебе передать мне все свои шахты…

Макс вскочил с места и забегал по беседке, размахивая шампуром.

— Нет, и не проси. Ленка, а если ты возьмешь и кинешь меня, разорвав в очередной раз договор?

— Значит, давай внесем условие в наш договор, что при его разрыве, все твои шахты возвращаются тебе.

— Хорошо, а как… ага… угу… — Макс остановился и задумался. Впрочем, усиленный мыслительный процесс вполне совпадал с усиленным процессом жевания. — то есть ты предлагаешь мне посадить твоих шахтеров в мои шахты, а ты мне будешь еженедельно перечислять… сколько?

— Полный обновленный доход от всех «твоих» шахт.

— Хм… а в чем твоя выгода? Ты что, совсем не собираешься оставлять себе ничего?

Оп-па, а вот этот момент я и не подумала. Если я ему сейчас скажу, что делаю это просто из-за моей любви к нему, это будет нарушением правил по возвращению ушедшего парня — не показывать, что ты согласна уступить ему ради его возвращения.

— Ну… я и забыла об этом подумать. Ну, давай, скажем, платой будет… одна мерка ресурса с каждой шахты еженедельно.

— Сейчас… так… «гномы дают от полуторного до двукратного увеличения добычи от каждой шахты». Это значит, что я, как минимум буду получать… Ленка, если ты хорошо обдумала свое предложение, то я согласен!

— Ну, вот и хорошо… Давай выпьем за это.

Ха, бедняжка… С учетом того, что он ниже меня, его глаза находятся как раз напротив моей груди, которая, в отличии от меня, реальной, гораздо мельче и похожа на плоских гоблинш.

Я о сих пор вспоминаю, как же я огорчалась, когда, выбрав расу эльфов, увидела, что их женщины совсем не такие пышногрудые, как принято у людей. Как Олька уговаривала меня ничего не менять во внешности моего персонажа, убеждая меня, что я такая, буду максимально красивая для Макса.

— Ма-акс…

— А? Что? — еле-еле оторвав глаза от моей груди, осоловевшим взглядом посмотрел на меня Макс.

— Я говорю, так что решаем, передаешь мне свои шахты?

— А? Да… передаю. Да, да, Лена, согласен, это будет разумно, да и запрошенная тобой плата не так уж и высока. Согласен. — наконец приобретает осмысленное выражение во взгляде Макс.

— Ну, тогда я пошла?

И я, усиленно виляя бедрами, что является признаком дурного тона у эльфов, но зато воспринимается на «ура» как у людей, так и у гоблинов, иду к выходу из беседки. Сообщение о повышении опыта я уже и так получила.

— Ленка…

Ну? Я, если честно, ждала разговора на другую тему всю нашу встречу. Постель?

— Ленка, может, останешься у меня сегодня?

Ах, какой же ты предсказуемый… Нет, дорогуша. Теперь, до тех пор, пока ты не станешь моим на все сто процентов, ни о какой постели речь идти не может. А то, воспользуешься мною, и стану я для тебя одной из тех, кто «на одну ночь». Нет, Максик, теперь твоя очередь добиваться меня и доказывать, что ты достоин!

— Ах, нет, дорогой. Мне еще надо тренироваться. Я, знаешь ли, каждую ночь тренируюсь с тяжестями. Камни тягаю… Силу качаю.

Украдкой брошенный взгляд вовнутрь беседки, вознаградил меня за все мучения сегодняшнего вечера. Осоловевший взгляд с приоткрытым ртом… Ну, натуральная картина «кобель, при виде…». Текущей слюны изо рта не хватает.

Теперь найти какие-нибудь укромные кусты и переодеться, потому как показываться в приличном обществе, читай, на глаза моих эльфов, в ЭТОМ, я, ну никак, не собираюсь.

Тихонько прокравшись в свой шатер, я быстро смываю всю ту грязь, которую гоблины считаю косметикой со своего лица.

Кости… с каким бы удовольствием я бы их выкинула прочь, но нельзя. Вдруг еще пригодятся.

Ну, что? Можно ставить отметку, первый пункт выполнен. Парень заинтересован моими успехами в тех областях, которые ему интересны. Второй пункт — соответствовать его вкусам, так же можно считать выполненным.

Теперь осталось выполнить главное — устранить ВСЕХ конкуренток вокруг него. А вот для этого, мне придется прибегнуть к помощи союзников в его замке.

Жены Сергея ведь, эльфийки. А, значит, наверняка они с большей охотой поддержат меня, чем воспротивятся моим планам!

* * *

Следующий день ознаменовался битвой. Парочка зеленых драконов, свивших себе уютное гнездышко в невысоких скалах, решили, что армия эльфов — вполне неплохое семейное блюдо.

Первыми на приближающуюся угрозу отреагировали, как и положено, летающие юниты, феи и пегасы.

— Повелительница! Там… там… там ДРАКОНЫ!!! — заикающаяся от волнения маленькая фея в своем легкомысленном платье напоминала девочку, которая прибежала сообщить маме, что во дворе дерутся мальчишки.

— Успокойся и расскажи подробно, где, какие, сколько?

— Там! И их много, и… и они страшные! — продолжала метаться то вверх, то вниз от волнения фея.

Понятно. Ладно, информацию об угрозе получила, и то уже хорошо. Подождем более спокойного Наездника на Пегасе. А вот, собственно, и он.

— Повелительница, разрешите доложить… — да-да, доложи. И смотри, не перепутай, куда доллары, куда евро, вспомнился мне старый анекдот.

— Со стороны гор к нам приближаются два зеленых дракона. Судя по всему, намерения у них не мирные.

— Ну, что ж. Раз не мирные, значит… ВСЕМ ПРИГОТОВИТСЯ!

Зеленые драконы… Хорошо, хоть не черные. На тех магия вообще не действует, а вот зеленых можно попробовать и «пробить».

Драконы — летающие юниты, которые вполне могут «работать» издалека своим огненным дыханием. Единственная возможность посадить их на землю, это либо любым ослабляющим заклинанием сделать так, чтобы они сами сели, либо выждать момент, когда дракон будет слишком близко к Энту и надеяться, что древолюд успеет поймать ящера.

Фей посылать в бой с драконами, это все равно, что отдать приказ самоубиться…

При мысли о самоубийстве, я отвлеклась от планирования боя, погрузившись ненадолго в свои воспоминания. Передо мной вновь встали последние минуты моей жизни там, в реале.

Могла ли я поступить иначе? Наверное, да.

Стоило ли мне поступать иначе? Пожалуй… тоже, да. Если бы я только знала… Интересно, Олька была в курсе того, что у Макса уже есть другая? Если да, почему она мне ничего не сказала? Если нет… да как она могла не знать, ведь она же играла из-под моей учетки последнее время!

Подруга, называется. Видела же, как я мучаюсь. Сказала бы хоть слово, хоть пол слова, может я бы тогда и не…

Что? Мои приказания? Ах, да, драконы…

Эльфы и хоббиты получила приказ, вести огонь по драконам, пытаясь или нанести урон, или привлечь внимание летающих рептилий на себя, в последний момент, отступив под защиту гномов. Единороги должны ничем не проявлять себя, ожидая, когда драконы снизятся и сядут на землю, где и должны будут нанести боковой удар.

Основная работа доставалась Наездникам на Пегасах. Именно они должны были принять на себя первый удар и, используя свою маневренность, стараться завлечь противника либо под стрелы и камни стрелков, либо вынудить пролететь как можно ближе к Энтам.

Именно такой план порекомендовал мне Макс, параллельно предлагая мне отступить в сторону его, спешившей изо всех лап к нам на помощь, армии.

— Лена, давай, отступайте в нашу сторону, а когда мы подойдем, то удвоенной силой просто раздавим крылатых.

— Максик, извини, но опыт мы тоже будем делить на двоих? Сколько его там будет с двух драконов? Нет, если бы их тут было десяток, тогда да, а так… я и сама вполне смогу победить.

— Ну, смотри, тогда я бы посоветовал тебе поступить следующим образом. Энтов ставь в центре…

Оба дракона расходятся в разные стороны и начинают атаковать мою армию с двух сторон. Странно, вроде как один летит чуть впереди второго, так, что пройдет над моим войском раньше напарника. К чему бы это?

По мере приближения, я замечаю некоторую странность в облике ящеров. У обоих лапы вроде бы и поджаты к брюху, как это делают все птицы, но все равно, что-то выступает. Наконец, когда оба дракона уже находятся над моей армией, от каждого отделяются и падают вниз по два предмета.

Крупные камни, имеющие не только направление полета вниз, но и за счет скорости «бомбометателей», немного вперед, падая на землю, не остаются на месте, а прокатываются вперед, делая небольшие просеки в рядах моих воинов. Ну вот, еще даже не воевали, а у меня уже потери, огорчаюсь я.

В хвост тому из драконов, который чуть поменьше в размерах, заходит отряд моих Наездников на Пегасах. Осыпав его со спины стрелами и копьями, они делают резкий вираж и уходят вверх, сопровождаемые обиженным ревом раненой крылатой рептилии.

Спустя буквально пару секунд, через то место, где находились мои воины, проносится второй дракон с широко распахнутой пастью. Так как ему пришлось пикировать, то его морда оказывается повернутой в сторону земли, как раз туда, где стоят мои стрелки. Эльфы и хоббиты не преминули воспользоваться моментом и осыпали целой тучей стрел атакующего. Часть попала прямо в распахнутую пасть!

Меньший, разъяренный нанесенными ему уколами, погнался за моими летунами, а вот второй решает заняться наземными юнитами, сложив крылья и стремительно надвигаясь на эльфов и хоббитов. Сделав еще один залп, мои воины разбегаются прямо перед самой мордой дракона и тот оказывается один на один с боевым построением гномов — хирдом.

Лапы с огромными, ужасающими когтями наносят удар за ударом по стене щитов, которая каждый раз лишь прогибается, но не разваливается. Пару раз сбоку от хирда выкатывается гном, баюкающий поврежденную руку, впрочем, им тут же начинают заниматься маги. Отлично, он на земле, теперь самое время вступить и мне в бой думаю я и применяю на приземлившемся драконе «Ослабление».

Игнор!

Ладно, ждем отката…

Громкий хруст и яростный рев отвлекают меня от созерцания атаки драконом гномов. Шум доносился со стороны порядков Энтов. Ну да, конечно же. Более маневренные Пегасы вынудили гнавшегося за ними меньшего Дракона подлететь неосмотрительно близко к древолюдям, что и позволило одному из них ухватить рептилию за крыло и обездвижить. Сейчас дракон брыкался и пытался вырваться из плотного кольца сошедшихся в одной точке Энтов.

Откат.

Я тут же переношу свое внимание на второго, более крупного дракона, и пробую применить на нем «Паралич». Заклинание проходит, и дракон сильно теряет в подвижности, становясь практически неподвижной статуей.

Ждавшие этого момента и моей команды единороги тут же бросаются в атаку белоснежным клином, стремительно надвигаясь на зеленую крылатую фигуру, застывшую в атакующей позе.

Может быть один единорог и не смог бы нанести достаточного урона, но когда их несколько десятков…

Удар, и на экране карты гаснет одна из красных точек, отмечавших местоположение противников.

Практически сразу же доносится затихающий рев второго дракона и вторая точка также гаснет.

— Ну ты, Ленка, и даешь! Молодец, хорошо отработала. — приходит мне восхищенное сообщение от Макса.

— Ну так, фирма веников не вяжет, а если и вяжет, то только фирменные! — гордо отвечаю я ему.

Убитые драконы приносят мне достаточно опыта, чтобы получить поднятие еще одного уровня. За те пару секунд, что проходят пока передо мной появляется предложение о выборе навыков, я успеваю помолиться о том, чтобы мне выпала Сила.

И да, и нет. Увы, но мне выпала не та Сила, которую я просила. Сила Магии.

Мастер Магии Жизни или Начальное управление животными? Хм. Неплохой выбор, а, главное, оба вариант мои.

Управление животными? Нет, все же более сильные заклинания мне нужнее. Мастер…

— Ленка, у тебя там что, уровень?

— Да.

— Что выпало, что выбрала?

— Сила магии, к сожалению. Из вариантов выбрала Мастера Магии Жизни.

— Удачно, что я тебе могу сказать.

— Не совсем. Я хотела просто Силу.

— Да, было бы не плохо, но… что выпало, то выпало. Да и зачем она тебе? Ты же в рукопашную все равно не дерешься.

— НАДО!

Следующая стычка происходит у Макса с отрядом каких-то кошмарных коней, с огненными гривами и пылающими яркокрасным цветом глазами.

Пока я со своими воинами подошла к полю битвы, сражение уже было закончено. Моя попытка подойти к Максу не была пресечена ни единым его воином, более того, едва заметив меня, орки и гоблины почтительно расступались.

— Лена, хочу заметить, что ты пользуешься популярностью в моей армии! Смотри, тебе уступают дорогу даже огры!

Да, действительно, бараноголовый воин, заметив меня, идущую стремительной походкой, сделал шаг в сторону.

— А мне сегодня принесли новорожденных гоблинчат, смотри… — Макс, довольно улыбаясь, потянул меня за рукав к шатру, откуда доносился писк и плач младенцев.

Я шла по лагерю Макса, гордо вздернув вверх лицо, чтобы никто не видел моих слез, градом катившихся по щекам и украдкой смахиваемых рукой.

Он что, специально? Знает же, что я не смогу подарить ему ребенка! И, словно нарочно, дразнит, показывая какие «хорошенькие» новорожденные гоблины, какие у них крепкие зубы и так далее.

— Повелительница… какие будут…

— Делайте, что хотите. — бросаю я и скрываюсь в своем шатре.

Еще и как назло, в арсенале Магии Жизни нет фаерболов… Вот бы сейчас пошвыряться! Что там у нас на улице? Вечереет? Отлично, значит, скоро снова можно будет выйти и тренироваться до изнеможения, качая Силу.

Ничего, Макс, ничего, ты еще не знаешь, какой резервный вариант припасен у меня! Думаю, что если я приду в твой замок и при всей твоей армии брошу вызов тебе с претензией на роль твоей жены, ты не сможешь отказаться. А уж по Силе я тебя хоть так, хоть так отлуплю. И пойдешь ты ко мне в мужья, как миленький. Ну а там, как там говорится в реале, «не мытьем, так катаньем»? Стерпится, слюбится…

С такими мыслями я хватаю первый попавшийся камень и начинаю поднимать его.

«Вы подняли вес, намного превышающий ваш собственный. Вы теряете 10 единиц здоровья в секунду. Рост ваших параметров увеличен на 20 %».

То, что доктор прописал! Теперь главное, не сдохнуть, скинув вовремя камень.

И-и, раз-два, раз-два… Восемьдесят процентов…

На десяти процентах я прихожу к выводу, что устала сама настолько, что уже еле различаю полоску здоровья. С облегчением бросаю камень на землю и сама падаю рядом.

Ф-фух… Все, теперь лежать и отды…

Идиотка!

«Исцеление»!

И опять, вверх-вниз, раз-два…

К утру, посадив почти в ноль свой запас маны, устав до появления звездочек в глазах (откуда звездочки? Неужели разрабы смогли даже такое предусмотреть?), я поплелась в свой шатер.

Еще одна единичка Силы. Что ж, не плохо, правда?

С ног сшибающий запах свежескошенной травы, который заменял эльфам запах пота, разил от меня с такой силой, что стоявшие «на часах» гномы изумленно шарахнулись от меня, крутя носами.

Да, да, сейчас, омоюсь…

Макс, как ты считаешь, имеет смысл поворачивать к Замкам?

Хм… скоро найм нового прироста… пожалуй да, ты права, давай, поворачиваем.

Можно вопрос?

Давай…

Когда у тебя в Замке состязания на Арене?

В первый день недели, с утра. Зачем тебе, хочешь прийти, посмотреть? Учти, ставки между замками запрещены! Не хватало еще друг у друга золото тягать.

Нет-нет, не бойся. Я всего-навсего хочу принять участие.

Что???

Я закрываю окошко чата и усиленно игнорирую мигание иконки, сигнализирующее о том, что Макс что-то пожелал высказать по поводу идеи моего участия в боях на Арене.

С учетом того, что Макс успел немного углубиться в земли, которые были не изучены нами и нашими разведчиками, по пути «домой» он успевает ввязаться еще в парочку боев. Я же спокойно возвращаюсь в свой замок и начинаю готовиться к публичному выступлению перед гоблинами и орками.

Косточки, оставшиеся с прошлого раза, зола и грязь, которые было весьма трудно раздобыть, но сажа и копоть с очагов гномов прекрасно подходят для моих целей. Пучки сена и травы, скошенные хоббитами…

Хм, странно, я обратила внимание на то, что вырубка леса другими расами вызывает у меня негодование, а вот жарка мяса гномами, скашивание травы косами хоббитами — нет.

Интересно, что это — двойные стандарты или… или что?

Ладно, завтра утром мне идти в гости, а сейчас…

А сейчас я выбираюсь на задний двор и начинаю, успевшую набить оскомину, процедуру — таскание тяжестей.

Магия мне завтра на Арене не пригодится, поэтому я, не смотря на гораздо быстрее восстанавливающуюся ману за счет близости к Замку, во всю кастую на себя «Исцеление».

Перед самым утром, когда я уже отчаялась поднять еще один пункт, перед глазами всплывает такая долгожданная надпись, про «плюс один к Силе». Фу-ух, все…

Во дворце я достаю из специального ларца одежду, запах, распространяемый которой, едва не удушает меня на месте. Фу! Светлая богиня, какая вонь! Ничего, зато именно так должна пахнуть любая уважающая себя гоблинша.

Надев эти лоскутки, я тщательно примеряю на себя те пучки травы, которые припасла заранее, и критически осматриваю себя в зеркало.

«Красавица»!

Теперь наносим то, что считается макияжем у зеленокожей расы. Пара небрежных мазков сажи под глазами, символизирующие тени, хорошо натираю щеки золой… «румяна», блин! Немного свежей крови только что забитого на шашлык гномами быка на губы… Лишь бы не вырвало… Кошмар, какая гадость на вкус эта кровь!

И главный штрих, клубок волос на голове, заколотый косточками.

Еще один взгляд в зеркало… Бр-р-р… Кошмар.

Накрываюсь с головой длинной накидкой, обильно орошенной эльфийскими благовониями и духами. Все, я готова… Я пошла…

Уже почти выйдя из тронного зала, я вдруг вспоминаю про еще один важный предмет, который я раздобыла, но забыла взять с собой. Утяжеленные кастеты, одолженные у гномов.

Проходя мимо зеркала, я еще раз кидаю оценивающий взгляд на себя, вернее на свое отражение.

М-да, уж, если для гоблинов — чем страшнее, тем лучше, то я задачу выполнила. Ладно, на что только не пойдешь ради того, чтобы вернуть любимого.

Выйдя за пределы видимости из моего замка, я скидываю накидку и бодрым шагом двигаюсь в сторону Варварской постройки.

Два огра на входных воротах так торопились выразить мне свое уважение, что с громким треском столкнулись лбами и упали наземь. Ладно, я не гордая, могу и сама открыть врата.

К арене пришлось пробиваться, впрочем, едва отталкиваемый мною в сторону, видел, кто его так бесцеремонно оттолкнул, он тут же уступал мне проход.

Сражения еще не начались, и возле арены толпились те, кто собирался сегодня принять участие в сражениях за право стать воином. Эти мне не интересны, мне гораздо важнее найти тех, кто собирается просто похвастаться силой и потренироваться с целью поднять свой уровень.

Первые полчаса-час шли битвы новичков. Как я поняла из тихих недовольных бурчаний, Сергей установил правило, что эти, отборочные бои, идут не до смерти, поэтому многие были недовольны тем, что слабаки не отправлялись в котел, а всего-навсего шли на поля и в шахты с правом на следующей неделе повторить свою попытку.

Кстати, да, почему бы и не распределить обязанности, подумала я. Раз уж шахты разрабатываются моими гномами, почему бы и земли не отдать моим хоббитам? Ладно, мы потом с Максом поговорим на эту тему, сейчас важнее победить.

Наконец, объявляется, что отборочные битвы завершены и начинается «потеха». Многие зрители, звеня монетами, потянулись к отдельно стоящим шаманам, которые, как я понимаю, исполняли роль букмекеров.

Я рывком продвигаюсь к Арене и вылезаю на нее прежде, чем это успевает сделать кто-либо другой. Вторая накидка, которой я прикрывалась все время пребывания в Замке Варвара, летит на землю и я остаюсь в минимальном наряде, состоящем лишь из пучков травы.

— Я бросаю вызов всем и каждому! И сойду отсюда только с победой!

Глава 7

Из толпы собиравшихся участвовать в боях, выскакивает гоблин и, с разбегу, перепрыгивает ограждение… Нарываясь на мой встречный удар кулаком!

Спасибо гномьей стали кастета. Я не чувствую удара, а вот мой противник, так и не успев стать ногами на пол Арены, улетает с нее прочь.

— Один готов! Кто следующий?

Следующим оказался еще один гоблин, заметно рослее предыдущего и с гораздо более темной кожей. Сделаем предположение, что эти недомерки умеют учится на ошибках и «росляк» не сунется напролом. Да, так и есть. Едва только пройдя ограждение, гоблин тут же уходит в сторону, стараясь избежать моего удара… которого не последовало.

Немного озадаченный такой тактикой, гоблин начинает осторожно придвигаться ко мне, готовясь в любой момент отскочить в сторону. Маленький, какой же ты наивный! Неужели ты собираешься оказаться ловчее эльфийки?

Я вновь делаю резкий рывок к противнику, но делаю это не прямо на него, а чуть вскользь, так, чтобы сделанный на ослеп удар кулачком прошел совсем мимо.

Бум! Уноси готовенького…

Что такое, неужели мой стиль вызвал такой шквал восхищенных криков и свиста? А, нет, всего-навсего у меня с груди свалился один из пучков травы, закрывавший собой правое «полушарие». Я едва успеваю подавить в себе естественный порыв прикрыться, у «них» это не принято!

— Я запрещаю гоблинам и хобгоблинам выходить на Арену против эльфийки! — раздается голос Макса. — Не позорьте наш Замок! Орки, есть кто-то, кто готов доказать этой сильной эльфе, что и у нас есть хорошие бойцы?

Ко мне на арену выходит один из орков. Шрамы, покрывающие его тело, говорят о том, что он далеко не новичок. Темная, почти коричневая кожа, свидетельствует о том, что этот орк имеет довольно высокий уровень. Я быстро просматриваю его характеристики. Ого, «ветеран»? Юнит, достигший того уровня, при котором ему выделяется персональный… компьютер, что ли, я так и не поняла этого момента из мануалов. Все, что я поняла, что таким юнитам уже можно смело поручать управление отрядом и самостоятельные походы, без присутствия Героя-Игрока. Фактически, это уже сам по себе Герой-НПС, правда, не очень высокого уровня…

Ух, ты, какая стремительная атака! И еще одна. Нет, мне решительно нельзя допускать того, чтобы он приблизился ко мне слишком близко. Сила силой, а против веса не попрешь. Если он свалит меня с ног, то, боюсь, ничего я ему уже сделать не смогу.

Выждав момент, когда, увлекаемый инерцией, боец чуть подставляет мне свой бок, я со всей силы бью его в незащищенную голову рукой.

Орк, получивший такой удар в висок, который бы убил человека или эльфа, только слегка покачнулся и отступил на пару шагов, выравнивая равновесие.

Серия ударов, наносимая по тем местам, где я стояла за миг до атаки, отличные блоки, принимающие все мои удары, тяжелое хеканье уставшего орка… и непрерывный гул зрителей. «бей ее, давай, Бугур». Да, этого я, пожалуй, не учла. Эффект домашних стен…

Мне показалось, или я действительно увидела среди зеленой стены вкрапление рыжих бород гномов?

Нет, только не сейчас, не отвлекаться! Неужели гномы пришли на арену?

— Бугур! Бугур! Давай! Дави! Бугур! Светлая Илленелль!

— Бугур!

— Илленелль!

Да, гномы все же пришли!

Ну, все, орк, как там тебя, Бугур? Извини, теперь мне никак нельзя проигрывать!

Я подпрыгиваю и наношу подкованным моими болельщиками-гномами сапогом удар орку прямо в лоб. С учетом уже полученных ударов, этого оказалось достаточно, чтобы мой противник упал навзничь.

Скандирующие гномы и угрюмо молчащие конкуренты. Все это продолжается, пока тушку моего противника утягивают за ноги с Арены.

А я, надо признать, устала… Хоть и было сказано, что Герой-эльф сильнее орка, но ведь и орк же, не рядовой, а «ветеран» был!

Тем временем, на песок Арены выходит бараноголовый огр. Пока ему что-то объясняют на ухо, я мельком просматриваю его характеристики. Ловкость заметно ниже, чем у меня, это хорошо, Выносливость… да, тут уже похуже будет. Сила… за счет моих тренировок, я «сильнее» огра. Атака, ну, тут можно сказать паритет, Защита…

Увидев последнюю характеристику, я невольно присвистнула. Как же я могла забыть. Огры — основная защита войска Варвара. Имея низкую скорость и интеллект, не очень высокую атаку, они имели потрясающую Защиту, позволяющую выставлять их против более высокоуровневых юнитов противников без риска практически сразу потерять отряд.

Наш поединок вполне может превратиться в соревнование между тем, сколько я смогу уворачиваться от его ударов и тем, сколько комариных укусов я успею ему нанести. Какое счастье, что у огров нет Регенерации, как у троллей. Насколько я помню рассказы Макса о прошлых боях с троллями, доходило до того, что пока такому нанесешь третью рану. Первая уже начинает затягиваться.

Неожиданно, к стройному хору гномьих голосов добавляется еще один голос.

— Илленелль! Светлая Илленелль!

— Ленка, давай!

Макс? Ты болеешь за меня?

От нахлынувших чувств, я чисто рефлекторно шмыгаю носом… и пропускаю удар в плечо.

«Вами получен критический урон, Вы не можете действовать левой рукой».

Просто отлично. Для того, чтобы наложить на себя «Регенерацию», мне необходимо время, которого у меня нет. Ладно, буду выкручиваться, как могу.

Удар за ударом, которыми я осыпаю Огра, кажется, не оказывают на него особого влияния. От его ударов мне удается увернуться, но каждый уворот проходит все сложнее.

Максимально разорвав дистанцию, я просматриваю его параметры. Ха, а ведь здоровья то у тебя осталось, совсем чуть-чуть!

И с этой мыслью я бросаюсь в решительную атаку, краем глаза заметив, каким восхищенным взглядом смотрит на меня Макс.

Мы с огром наносим удары одновременно, я ему в висок, он мне — в живот. Все мои предыдущие удары в эту часть тела противника лишь скользили по рогам, но на этот раз, похоже…

Что там произошло, я не знаю, так как от полученного удара у меня меркнет в глазах, и я без сознания падаю на песок Арены.

* * *

Я медленно прихожу в себя.

Ареол вони, окружавший меня с момента начала похода в замок Макса, исчез, сменившись на такие приятные и родные запахи трав и цветов.

— Это же надо, так любить какого-то безродного зеленого урода, чтобы выйти на Арену, и дать так избить себя, вместо того, чтобы применить магию.

— Ну, знаешь ли, зато Мастер Йода теперь без ума от нее.

Интересно, кто это? Наверное, эльфийки-жены Сергея? Если да, это просто отлично, тогда и согласую с ними все, что нужно для полного взятия под наш, эльфийский контроль, Макса и всего Варварского замка.

Медленно поворачиваю голову, как же все болит. Меня что, пинали ногами и копытами, когда я упала без сознания?

— О, очнулась… Как себя чувствуешь, звезда Арены?

— Н-н-нрмно…

— Что?

— Дай ей воды, видишь, и слова сказать не может. — так, эта расплывчатая фигура больше похожа на эльфа.

— А, на, пей, «сестренка»… — впрочем, вторая такая же высокая, стройная и ушастая.

М-м-м… как же все болит… Вода? Или какой-то целебный напиток? Льется в пересохшее горло, словно божественный нектар. Да, именно таким был кофе в то утро, после того, как мы с Олькой попробовали вина…

Олька… МАКС!

— Х-х-де я?

— Что?

— Где я?

— А-а-а… Приветствуем тебя в Замке нашего Повелителя, Сержа!

Сержа? Какого Сержа… А, ну да, для них то, главный — Сергей, а не Максим.

— Чт… что случилось? Почему я здесь? — полоска моего здоровья медленно, но верно, растет, в результате чего, и моя речь становится все более разборчивой, и самочувствие улучшается.

— Что случилось? Да вот, пришла одна эльфийка, желающая повыделываться перед неким гоблином. Да и положила на Арене последовательно: гоблина, хобгоблина, орка и огра… правда с последним противником получилась ничья…

— Гоблина помню… Хоп кто?

— Хобгоблин — результат любовных похождений Повелителя Сержа по гоблиншам. Если помнишь, второй был, более крупный и темный.

— Да? Наверное… Не помню…

— Ну, этих двух ты положила без проблем. Потом на сцену вышел ветеран Бугур, орк. А в ряды зрителей как раз вклинилась толпа гномов, которые принесли очередную партию оружия, сделанного под заказ вашими мастерами для наших бойцов, и решили «поболеть» за свою Повелительницу.

— Ты объясни, почему не пользовалась магией? То, что ты пару раз исцелила себя, не в счет. — задала вопрос вторая эльфийка.

Интересно, это у меня в глазах плывет до сих пор, или они действительно, чуть-чуть разные? Обе полосатые, но чем-то отличаются, неуловимо, почти незаметно…

— Ну так, у вас… у них, тут на Арене, надо побеждать только Силой? — ответила я.

— Как тебе сказать. Если бы ты применила магию, против тебя бы вышел шаман, или боец был бы не с голыми руками…

— Кстати, — снова вступила в разговор вторая эльфийка. — насчет голых рук…

В этот момент я почувствовала, что мне прохладно и окинула взглядом свое тело.

Я лежала абсолютно обнаженная!

— А где? — я попыталась накрыться хоть чем-то и, нащупав какое-то покрывало, тут же закуталась в него.

— Где-где… на Арене осталась… — злорадно, во всяком случае, мне показалось именно так, ухмыльнулась одна из эльфиек.

Чем больше здоровья у меня восстанавливалось, тем лучше я видела. Сейчас я уже могла рассмотреть, что обе эльфийки, хоть и были внешне похожи, как две капли воды, немного отличались друг от друга.

Обе были словно зебры, полосатые, но при этом у одной темные полоски были чуть светлее, как будто серые. А у второй наоборот, светлее полоски были темнее.

«Светлая» была более мягкая, спокойная и… добрая, что ли? «Темная» была более злой и острой на язык.

— Что ты имеешь в виду, «остались на Арене»? — переспросила я, внутренне сжимаясь в ожидании ответа.

— Что имею, то и введу, — ответила старой детской присказкой «темная», после чего добавила. — ты так потрясающе мотыляла в драке ногами, что с тебя послетали не только пучки трав «а-ля гоблинша», но и твои эльфийские одежды.

— …! — густо покраснела я.

— Хочу заметить, что этот прием, как всегда, прекрасно сработал против бойцов-мужиков. — продолжила «темная». — Фактически, вряд ли у тебя были выстоять против огра, да даже такой ветеран как Бугур, должен был все-таки одержать вверх над тобой, но против природы не попрешь.

— Девочки, а где сейчас моя одежда? Вы случайно не знаете?

— К сожалению, знаем. Вернее не так, знаем и очень сожалеем. — ответила «светлая». — Так как твоя одежда разлеталась по краям арены, ее расхватали и растянули на сувениры зрители.

— А вы не могли бы одолжить мне свою?

— Надо посмотреть… — ответила «светлая».

— Зачем? — искренне удивилась «темная». — если ты сейчас выйдешь и пойдешь через двор замка, поверь. Ты еще сильнее поднимешь свою популярность среди войска Сержа. Тебя сейчас и так уважают, как победительницу Арены, а после такого «выхода»…

— Аня, не смущай девочку. Ты что, не видишь, она же светлая!

— С-светлая… сунуть в золу, быстро перекрасится.

— Послушайте, а где Мак…. Мастер Йода?

— Порядок наводит. Твои гномы, как увидели, до чего дошла их Повелительница, что выступает, в чем Эльрат явил, подняли бунт, ввязавшись в драку с орками. — пояснила мне «светлая».

Кстати, было бы неплохо выяснить, как их хоть зовут. Одна, я так поняла, Аня, а вторая?

Тем временем из-за входных дверей в тронный зал, где мы находились, раздался голос моего любимого.

— …И пива, побольше пива!

В распахнувшиеся двери ввалился помятый гоблин. Едва увидев, как ему досталось, я практически забыла все свои планы и уже почти соскочила со стола, на котором лежала.

— О, вы все здесь. Как Ленка себя чувствует?

— Прости, Мастер Йода, кто?

— Ой, блин… эта, Илленелла, из рода Березы, как себя чувствует?

— Она очнулась и сейчас восстанавливается, — ответила за меня «светлая» эльфийка.

— Ленка!!! Ау, отзовись!

— Уважаемая Илленелла, вы собираетесь отвечать Мастеру Йоде? — церемониально спросила у меня «темная».

Вот! Вот теперь, Макс, я на тебе отыграюсь.

— Нет, уважаемая, не собираюсь. Этот чел… гобл… м-м-м… мужч… мужик, предал меня и мою любовь к нему. Только что на Арене, я доказала, что достойна быть его любимой, или не так? Теперь его очередь доказать, что ОН достоин моего внимания и любви!

Я с некоторым трудом встаю со столешницы и, придерживая одной рукой покрывало, в которое завернулась, гордо следую мимо остолбенелого Макса, прочь из тронного зала и замка вообще.

Во дворе, вокруг знаменитого Котла расселись вперемешку гномы и представители всех рас Варварского замка.

Едва завидев меня, все присутствующие в едином порыве вскинули вверх свои кружки и прокричали мне славу.

Приятно, черт побери. Такое количество восхищенных мужских взглядов, направленных на меня и посвященных мне, приятно щекотали мою душу.

Едва зайдя в свой замок, я вызвала двух фей, которым отдала приказ сделать мне массаж всего тела и… мгновенно отключилась, едва только мое тело коснулось постели.

* * *

В отличие от реальной жизни, наутро у меня не болело ничего. Я проснулась свежая, отдохнувшая, с полным запасом манны и сил.

Решив полежать и понежиться в постели, начинаю вспоминать события вчерашнего дня. Сразу хочется отметить несколько моментов. Первое, сейчас я не испытывала ни малейшего стыда по поводу своего обнажения, хотя в той, реальной жизни, я бы, наверное, еще неделю ходила вся пылающая, словно факел. Второе, меня искренне обрадовал тот факт, что при появлении Макса, я не кинулась ему на шею, а смогла отыграть роль обиженной и оскорбленной, выставив его виноватым и вынудив теперь уже его искать пути примирения со мной. Наконец, третье, я, судя по всему, стала более рассудительной. Да даже взять сами эти мои размышления…

В реале мне бы и в голову не пришло заниматься самоанализом, а сейчас…

Шум, раздавшийся с улицы, отвлек меня от размышлений. Я выглянула в окно.

Во внутреннем дворе моего замка стоял… гоблин, разряженный в самые разнообразные разноцветные тряпки и лоскутки. Несчастные три волосины, положенные ему по расовому признаку, были аккуратно зачесаны назад и заколоты… я напрягла глаза, чтобы рассмотреть получше, тоненькой, ажурной косточкой с прилепленной к ней бабочкой!

В лапах гоблин держал букет цветов. Естественно, варварски сорванных и безвкусно подобранных. Я так понимаю, принцип составления «икебаны» был следующим «чем бредовей это выглядит для гоблина, тем лучше будет для эльфа».

Отойдя от окна, я подозвала фею, которая выполняла обязанности прислуги при моей особе.

— Слетай, узнай у этого чучела, что все это значит?

Спустя некоторое время я уже была в курсе.

Судя по всему. Макс всю ночь изучал рыцарские романы средневековой Европы, где доблестным рыцарям, для достижения благосклонности и расположения сердца дамы, следовало начать с преподнесения букетов.

Наутро, лично собрав самый, на свой вкус, «прекрасный» букет, он отправил посыльного ко мне.

Отправляю гоблина восвояси со словами, что это совсем не то, что мне хотелось бы увидеть.

— Ваше Величество! — О, я уже не повелительница, я уже почти королева… — Ваше Величество, извольте принять делегацию от эльфов…

— Изволю, одну минутку, мне надо нарядиться соответствующим образом.

— Их Величество соизволят принять вас через час!

Я подвергла вернувшуюся фею пристальному допросу.

— Первое, какое ты имеешь право переиначивать слова своей королевы? Я сказала — одну минутку, значит…

— Но Ваше Величество, простите меня, за одну минуту вы просто не сможете надеть приличествующий данному выходу наряд!

Через десять минут я была вынуждена признать правоту феи… А через полчаса начала нервничать, потому как успеть облачится за оставшиеся полчаса не представлялось возможным ни коим образом.

Первым делом специально вызванный маг составил звездную карту на сегодняшнее утро, согласно которой мне и полагалось облачаться. После, на протяжении четверти часа, по моему безбрежному гардеробу искали все необходимые элементы. Наконец, меня попросили изволить присесть и уже целых три феи запорхали вокруг меня, наматывая, навешивая, прикрепляя и прикалывая всевозможные деталюшечки.

Очередная прядь волос перемежалась ленточкой, та, в свою очередь, с полоской либо платочком в форме листика или лепестка. Там прикрепляли шлейф, а тут — наоборот, оставляли распущенным конец.

Здесь очередную прядь волос натирали листиком какого-то растения, отчего она… приобретала едва заметное отличие в оттенке от соседних…

Корсет из переплетенных между собой тончайших травинок не сдавливал ребра, но утягивал талию, делая ее почти осиной.

Туфельки из неизвестных мне соцветий сами закрылись на моей ноге, нежно обхватив и зафиксировав ступню внутри себя. Приятная прохлада потекла вверх к колену и выше, придавая легкость и бодрость моим ногам. О да, теперь я начинаю понимать секрет летящей походки эльфов. В такой обуви, наверное, можно ходить, вообще не касаясь земли!

Наконец, последний поясочек затянут, и я, вся в шоке от процесса одевания, выхожу в тронный зал.

Вся блистающая великолепием, пышностью и чувством собственного величия, делегация эльфов занимала весь зал.

Вперед выступил высокий эльф с серьезным лицом.

— Ваше Величество, позвольте нам, Вашим подданным, обратить Ваше высочайшее внимание на тот вопиющий факт… — пафосно начал он свою речь, но был тут же прерван мною.

— Давайте без церемоний. Зачем вы пришли?

Недовольный гул прокатился по толпе. То тут то там были слышны отдельные фразы «общение с этими низкорослыми недомерками пагубно влияет на нашу Королеву», «куда катится этот мир» и тому подобные.

Выдвинутый глашатаем смиренно потупил взор и, опустив глаза к полу, продолжил.

— Ваше Величество! Вы нарушаете все устои нашего народа. Не должно Вам искать себе мужа на стороне, тем более среди варварских рас! Вы обязаны взять в мужья достойного эльфа, дабы укрепить мощь власти своей и…

— Я же просила, проще…

— Ваше Величество. Мы привели самых достойных принцев высокородных семей, с целью. Дабы Вы назначили смотрины и выбрали…

— Самого породистого кобеля. Я поняла. Все, аудиенция закончена!

— Но… Как же так? Ведь Вы должны назначить время и место…

— Сегодня вечером пусть придет первый. Всем все ясно? Пошли прочь!

Весь день я приводила в порядок дела Замка. Выделила и отправила в самостоятельный поход небольшую армию, в чью задачу вошло обнаружить и захватить шахты, которые встретятся по пути, а также, обследовать всю территорию вокруг моих земель на глубину одного перехода.

Вечером меня ожидал еще один процесс длительного и вдумчивого одевания.

В то время, как целый сонм фей порхал вокруг меня, наряжая меня в вечерний туалет, один из магов стоял рядом, зачитывая мне свод правил поведения, присущего эльфийской королеве на первом свидании с женихом.

«… Церемониймейстер обязан сообщить невесте утром, представитель какого рода и семьи придет вечером, дабы засвидетельствовать свое почтение и посвататься. Невеста получает, таким образом, целый день для того, чтобы должным образом подготовиться…

… после первых поклонов и обмена взаимными любезностями, должно пригласить принца к окну, дабы усладить его взор великолепием поляны, высаженной королевой либо принцессой лично под окнами своего дома.

В случае, если сватающийся неугоден родителям последней, но пригож ее сердцу, в цветовой гамме должны превалировать желтые оттенки, как символ неизбывной печали.

Если же молодой эльф не пришелся к сердцу самой девушки, поляна даст ему понять это своими фиолетовыми тонами, кои будут символизировать мрак чувств.

Когда между семьями молодых имеется вражда, которая ложится непреодолимым препятствием, красные цветы будут самым уместным символом грядущей разлуки. Красный — символ той крови, которая может быть пролита при взаимной ненависти, пусть даже сами влюбленные и не обращают на нее никакого внимания…»

— Королева, этим вечером к Вам явится доблестный Ларуэн, сын Лориена…

— Простите, уважаемый Хранитель Знаний, а что символизируют цветы черного цвета?

Зазвенела по полу заколка из небесного металла — серебра, выпущенная из рук одной из фей, обронив витиеватую расческу, вскинула к лицу, в ужасе зажмурившаяся, другая. Поперхнувшись и опустив книгу Сводов и Законов, посмотрел на меня маг.

— Королева, но зачем использовать запрещенный цвет?

— Хорошо, как мне дать понять, что я не желаю общаться ни с кем? Понимаешь, вообще, ни с кем.

Хранитель обычаев пролистнул весь том, долго что-то вычитывал, после чего поднял ко мне свое лицо.

— Простите, моя Королева, но Вы обязаны выбрать себе мужа.

После чего развернулся и с достоинством пошел на выход из зала.

— Так вы мне хоть скажите, что обозначает черный цвет?

— Это цвет Тьмы, ни один здравомыслящий эльф, который желает сохранить свою душу и рассудок, не посмеет воспользоваться им. Моя Королева, я очень прошу Вас не делать такого. Очень…

Так, ладно…

— А ну, все брысь!

Значит, мне необходимо сделать какой-нибудь цветник под окном, да? Стоп, не поняла… а как же то, что я читала?

Ведь я читала в мануале, что это именно парень должен вырастить под окнами девушки, к которой он заигрывает, цветочную клумбу.

Я решительно направляюсь на улицу, чтобы там, под стенами моего дворца высадить достойный ответ всем тем, кто собрался свататься ко мне.

Фиолетовый, да? Признак того, что молчел не мил моему сердцу?

Хорошо… Что у нас есть?

Гиацинты… За их сравнительную высоту, расположу их на заднем плане. Пусть идут, словно стена, отрезающая меня от внешнего мира. Их множественные соцветия пусть выразят то множество мелких недовольств и недостатков каждого кандидата, которые отталкивают меня от них.

По бокам пущу Гладиолусы. То же высокие цветы, пусть изображают собой стену, которая закрывает мой внутренний мир не только снаружи, но и по бокам. Никакому эльфу не пробить эту стену.

Долго колебалась между Ирисом и Крокусами… Вторые мне нравятся больше, но слишком уж зовуще распахнуты их цветки, словно я показываю, что не люблю, но зову в свои объятия… А вот Ирисы как раз своими волнистыми, изогнутыми, крученными листиками покажут мою скрытную, загадочную душу.

Их я расположу в середине цветника, как бы показывая, что именно они, мои мысли, являются основной причиной нелюбви ко всем.

Наконец, Анютыны глазки. Маленькие, но зато очень обильно растущие, они заполнят все оставшееся пространство, как будто говоря, что моя нелюбовь всеобъемлюща и всепоглощающа.

Ну, вот и все… Думаю, до вечера они взойдут и расцветут. Как там тебя, Ларец, сын Ларечника? Будет тебе приветственный букет от невесты…

Весь день шло приготовление к визиту жениха. Феи сновали по всему дворцу, украшая его цветами и соцветиями. Вначале, мне показалось, что все же украшения сорваны со стеблей, но присмотревшись, была потрясена до глубины души.

Всё, абсолютно всё было выращено прямо из стен дворца. Как феи смогли привить на ствол материнского Дерева Берёзы ростки винограда, яблони и прочих растений, для меня остается загадкой, но то, что все коридоры Замка превратились в зеленые арки, со свисающими со стен и потолков, плодами, это да.

Помнится, мама и папа когда-то давно-давно, еще когда я была очень маленькой, ставили старую песню. Все, что мне запомнилось из нее, это слова:

«Пройдусь по Абрикосовой, сверну на Виноградную, и на тенистой улице я постою в тени. Вишневые, Грушевые…» какие-то там еще, в детство дальнее влекут меня они…

Словно во сне, сама себе напевая эти строки, я шла по коридорам.

Вот с потолка свисают спелые, крупные желтые, слегка мохнатые плоды. Я не удержалась и, потянувшись, срываю одну штучку и отправляю ее в рот. Еще немного крепенькая и с кислинкой…

А здесь у нас поворот на какую «улицу»? Ну да, конечно же, как в песне…

С потолка и со стен свисают крупные, тяжелые грозди винограда. Некоторые полупрозрачные, крупные и продолговатые, другие — небольшие, круглые и с небольшой примесью красного в оттенке ягод.

В том «переулке» я вижу вишни, свисающие и словно просящиеся в рот, тут — груши… Яблоки…

Да, когда я только выбирала за какой замок играть, я почти так и представляла себе всё. Тенистые аллеи, лабиринты из кустарников и мы… с Максом…

Я тяжело вздохнула. Ну, ничего, самое главное уже сделано, Макс восхищен мною. Теперь пусть он делает шаг.

Мелькнувшая мысль вынудила меня замедлить шаг и остановится. А что, если его восхищение пройдет, словно облачко, которое сдул легкий ветер?

Значит, завтра необходимо сделать что-то, что напомнит Максу о предмете его восхищения и восторга.

Я возвращаюсь назад, в гардеробную, где феи с удвоенной энергией приступают к облачению своей Королевы.

На этот раз одеяние гораздо проще и легче. Пышное, но словно невидимое, платье классического покроя, без особых изысков, но в тоже время, прячущее меня в себе, словно дразнит жениха «найди свою суженую». Легкая, невесомая накидка из тончайшего шелка белого цвета, которую прямо у меня на глазах несколько гусениц выткали буквально из воздуха. Длинные перчатки нежнорозового цвета скрыли мои руки по самые плечи.

— Из чего эти перчатки? — спросила я у фей, так как по ощущениям, они были тоньше и нежнее самой тонкой кожи.

— Из лунного света. Королева. — был ответ мне.

Прекрасные, легкие и такие восхитительные сережки, из чего-то, напоминавшего серебро, повисли на моих мочках. Они один к одному повторяли таковые у Березы, с единственной разницей. Каждая отдельная пластинка в моих — висела свободно и отдельно от других. Они могли вращаться и слегка покачиваться, издавая при соприкосновениях легкий, едва различимый звон, который брал за душу так, как кошка берет зубами своих котят за шиворот — аккуратно и крепко.

Крохотный листок материнского дерева, вокруг которого шел ободком его же контур, вокруг которого шел еще один, и еще… Кулончик аккуратно лег мне на грудь. Я стояла перед зеркалом и не могла оторвать взгляд.

— Из чего сделан кулон и сережки?

— Из пения соловья на ветке материнского дерева в лучах рассветного солнца.

Туфельки… При виде обуви я вдруг резко захотела хоть на минутку оказаться ТАМ, в реальном мире, на любой дискотеке. Легкое свечение, которое шло от них, не слепило, но мне каким-то образом стало понятно, что даже на самой темной лестнице я буду видеть, куда ставить ногу. Просто ради того, чтобы проверить, действительно ли туфелька размером ровно по моей ноге, я попыталась засунуть палец за пятку и он легко туда вошел. Материя растянулась, чтобы вместить его, но стоило мне убрать руку, как нога вновь оказалась в мягких объятьях обуви. Верх на ощупь был гладким, словно лакированная кожа, но по виду создавалось впечатление, что они — бархатные. По взмаху руки одной из фей, подлетели и сели на мои туфельки две бабочки, прямо на место пряжек, если бы они были.

— Из чего сделаны мои туфельки? — задала я уже немного приевшийся, но все еще такой актуальный вопрос.

— Об этом, моя Королева, тебе могут рассказать эти бабочки. Из пыльцы, собранной на самых красивых цветах нашего Цветника.

М-да… За такой наряд любая невеста ТАМ отдала бы стоимость всей свадьбы, еще бы и посчитала, что я прогадала, думалось мне, пока в зеркале передо мной крутилось мое же отражение. Тело, скрытой одеждой, в то же самое время угадывалось набросками и штрихами, пробуждая фантазию и маня.

Внезапно, у меня замигала иконка вызова из реального мира.

Лена, здравствуй…те. Это Константин, помните?

Да, помню. Вы были охранником у семьи Сергея, да?

Да. У меня такой вопрос, вы нормально освоились? У вас все в порядке?

Да, вполне. Небольшие проблемы с Максимом, но они уже наши, личные. Сама разберусь.

Хорошо. Тогда еще один вопрос, желаете ли Вы, чтобы я сообщил о Вас Вашим родителям?

Мои родители… Я задумалась.

Во мне словно боролись две разных Лены.

Одна кричала, доказывала, требовала сообщить о себе, сказать маме, что я жива, просто очень далеко…

Вторая с холодным спокойствием отвечала, что это именно они довели меня до прыжка, до «срыва» и что будет лучше, если они и я навсегда забудем друг про друга.

Мне четыре годика и я первый раз сажусь на велосипед. Папа идет рядом, придерживая меня за седло и не давая упасть. Восторг и радость… Боль ободранных коленок.

Я первый раз иду в школу. Рядом со мной моя мама. Кто из нас волнуется сильнее, не знаю. Сзади доносится папин оклик. Я оборачиваюсь, и вот, в нашем семейном фотоальбоме появляется фото «прощальный взгляд на песочницу».

Первые экзамены… Я сижу за партой, взгляд плавает по классу и, выйдя за окно, вдруг встречается со взглядом папы, который стоит под деревом и неотрывно смотрит на меня, словно говоря «доченька, я с тобой!». Тогда у меня как будто открылось второе дыханье. Я сдала экзамены на второй результат…

Разговор в гостиной по поводу Макса и мой прыжок в окно… И ремень, который я уже давно не знала…

Позор от того, что мама ведет меня в школу за руку, а вокруг нас идут папины друзья…

Хочу ли я сообщить родителям о том, что я есть? Не знаю.

Не знаю, можно подумать?

Думайте, сколько пожелаете. Мы оплатили Вам полный доступ ко внешнему, реальному миру, поэтому у Вас будет возможность самостоятельно связаться с родителями по телефону или по скайпу. На всякий случай, пусть у Вас будут также и мои данные.

Хорошо, спасибо.

* * *

Первыми в тронный зал входит десяток мечников. Они выстраиваются ровными рядами по обеим сторонам от прохода и вскидывают вверх свои клинки. Образовавшаяся арка привлекла мое внимание.

Стройные, подтянутые, впрочем, эльфы иными и не бывают, воины, смотрелись, словно древнегреческие статуи, которые я видела в музее в реальной жизни. Их точеные тела, чуть прикрытые парадными доспехами, блестели, наверняка натертые каким-то маслом.

Каждая мышца рельефно выделялась, подчеркнутая серебристо-голубоватым оттенком металла доспехов. Каждый локон, искусно уложенный в разноцветные пряди, подвязанный тщательно подобранными ленточками и переложенный цветками. Каждая складочка одежды, словно по линеечке, подогнана к соседней. Все это создавало картину единого комплекса, который должен был дать понять невесте намерения жениха, демонстрируемые его свитой.

Если бы я только удосужилась почитать побольше про брачные ритуалы эльфов…

По образовавшемуся туннелю, не спеша и величественно… нет, не идет, а именно, шествует, делегация, возглавляемая высоким эльфом, имеющим шрамы на лице…

* * *

Первая делегация представляла мне жениха-эльфа из моего же замка. Естественно, раз я выбрала род Березы, жених был магом. Единственное, что меня немного удивило, что я вроде бы, ни разу не видела его лица ни в походах, ни во дворе моего Замка. Впрочем, может он из нового «призыва»?

Мне были продемонстрированы чудеса иллюзий. Шикарные водопады, плавно превращающиеся в рощи. Степь, покрытая колышущейся травой, сменяется безграничным морским простором, мерный бег волн на котором убаюкивает и… гипнотизирует?

Я применяю заклинание для просмотра характеристик юнита и внимательно изучаю его умения. Да, так и есть, среди всего прочего — заклинание «Гипноз».

Гнев встает в моей груди всесокрушающей волной, как, меня, Волшебницу и Повелительницу, хотели просто околдовать?

Я встаю с трона и, сделав несколько стремительных шагов. оказываюсь вплотную к «принцу».

— Извольте объясниться! Вы считаете меня настолько глупой или себя настолько умным, что используете гипноз? Я требую, чтобы Вы показали свое истинное обличье, если оно скрыто под маской иллюзий!

— Я не понимаю, о чем Вы говорите… — высокомерно произнес мне в лицо наглец. — Какой гипноз? О чем вы изволите говорить? Мое лицо перед Вами и я не понимаю сути Ваших обвинений.

— Ах, не понимаешь…те? В такой случае, как Вы объясните тот факт. что я почти попала под влияние Вашего заклинания «Гипноз»?

— Попали под влияние? Что Вы говорите, Королева… А как Вам такое? — не снимаю ухмылки с лица, эльф делает шаг назад и вскидывает руку.

Миг, и у меня создается ощущение, что я смотрю фильм. Фильм, на события, происходящие в котором, я не имею ни малейшего влияния.

Свита моего жениха рассыпается по моему замку. Они ведут себя очень вежливо с моими подчиненными, стараясь мягко уговорить тех не оказывать сопротивления, убеждая «добровольно» перейти на их сторону. Основным аргументом служат слова «смотрите, ваша Королева не выражает недовольства».

Тем не менее, то тут, то там возникают мелкие, скоротечные схватки, когда недоверчивые слуги пытаются прорваться ко мне с вопросом, что делать дальше, либо просто пытаются добросовестно выполнить свой долг.

Мои внутренности медленно охватывает леденящий страх. Неужели те самые, которые когда то схватили Сергея и Максима, добрались и до меня? Сейчас меня упекут в подземелье и… Так может, это и есть истинная причина так называемого «срыва»? Может настоящий человек никогда не уходит своим сознанием в виртуальную реальность. Просто, в один не самый прекрасный момент, реального игрока пленяют и заточают в тюрьме, а вместо него остается искусно сделанная подделка? Я что-то такое слышала, что якобы игрок, пробывший долгое время в виртуальности, начинает вести себя в полном соответствии с… Да, ведь и Макс то же самое говорил. И чувства его ко мне охладели подозрительно быстро. А едва я начала вести себя так, как положено с точки зрения ИХ расы, снова воспылал ко мне любовью…

Почему, ну почему я не стала связываться с родителями? Если бы я тогда отправила сообщение маме или папе и мы начали переписку, то в ближайшие дни они бы наверняка забеспокоились, почему я не выхожу на связь…

Я по прежнему не могу пошевелить ни рукой ни ногой. Более того, я даже не могу использовать заклинания!

Внезапно, во дворе Замка раздался шум. Мой «жених», бросив быстрый взгляд в мою сторону, отдал какой-то приказ паре магов, стоявших у него за спиной и почти бегом покинул тронный зал.

Интересно, что там происходит, подумала я. Может, это Макс пришел ко мне на помощь? Или судебные приставы, которые должны были отловить всех похитителей Сергея и Макса, пришли, чтобы арестовать их.

Шум все нарастает… Уже слышны звуки боя — звон оружия, крики и команды.

В тронный зал, пятясь, отходит «жених» с парой прикрывающих его воинов.

— Собери всех наших, кто разошелся по дворцу. — отдает он приказ одному из двух магов. сторожащих меня.

Мне бы хоть чуть-чуть пошевелится, хоть пару слов сказать… Соблазнить, перекупить этого мага. Как я поняла, «жених» отдал подпитку моего паралича этой парочке. Но сейчас один ушел, а сам захватчик занят сражением, поэтому…

В дверном проеме тронного зала появляется первый ряд гномьего хирда. Едва увидев меня, гномы делают полуповорот, пропуская идущих позади «штурмовиков».

Гномы, мои милые карлики, одни из самых медлительных в моем замке (медленнее их только Энты), зато самые «прочные» в плане Защиты и Здоровья среди обычных пехотинцев, они пришли на помощь своей Королеве. Из соседних коридоров постоянно выбегали сторонники мятежного принца, сходу ввязываясь в бой.

Несмотря на охвативший меня паралич, я почувствовала, как по моей щеке стекают слезы. Гномы, для которых я была представительницей пусть даже и родственной, но все равно, чужой расы, сейчас сражались и гибли за меня. Причем делали они это не по моему приказу, а по… велению сердца?

Можно ли идти вперед под градом… нет, не так, под ливнем эльфийских стрел, бьющих в упор?

Нет, если это обычные пехотинцы, для которых такая атака — чистой воды самоубийство.

Да, если это Мастера Секиры или Щита.

Закованные с ног до головы в собственноручно изготовленные доспехи высочайшего уровня, имеющие нулевые магические способности, но, зато, одну из самых высоких сопротивляемостей магии среди всех рас Энрота с сорокапроцентной вероятностью игнорирования наложенного заклинания, гномы штурмового отряда медленно, но верно продвигались ко мне.

Мерными взмахами секир, они убивали одного за другим встававших перед ними мятежных эльфов. Единой, как будто монолитной стеной щитов, они сдвигали стоящих напротив них противников, придвигаясь еще на один шаг ко мне.

Иногда, позади небольшого отряда, на полу оставалось еще одно тело с бородой, даже после смерти крепко сжимающее секиру и щит.

Вернувшийся маг ударил по отряду заклинанием. С легким звоном, словно разбившийся бокал, его магия разлетелась безвредным фонтаном, ударившись о шлем впереди идущего.

Все ближе ко мне отряд и все меньше их остается. Не смотря на кажущуюся непробиваемость стены щитов, оружие эльфов находит щели и очередной гном падает ничком на пол тронного зала.

Из бокового коридора выскакивает очередной мятежный эльф. Я не могу повернуть голову в его сторону, но даже боковым зрением я узнаю его. Это один из тех, кто вышли приветствовать меня в самый первый день моей игры. Он участвовал во всех моих (и не моих) походах, набирая опыт и уровни. Ему оставалось буквально чуть-чуть, чтобы стать Элитой. И сейчас это стрелок, лучник, вышел против меня!

Растянув лук, он пускает стрелу буквально в упор, в прикрывшегося щитов предводителя гномов. Стрела, светящаяся чуть заметным голубоватым свечением, прошивает насквозь щит и гнома, стоявшего позади вожака, который успевает уклонится.

Пока я смотрела на то, как падает под ноги сотоварищам убитый бородач, лучник выхватывает новую стрелу и выпускает ее вслед за предыдущей.

Рикошет! И стрела задев мою руку, улетает в дальний угол тронного зала.

Дальше все происходит одновременно, третья стрела впивается в руку гнома, а он сам, прыгнув, сминает своим весом стрелка.

К тому моменту, когда предводитель бородачей встает с тела предателя, его спина напоминает булавочную подушечку. Пять или шесть стрел торчат из нее, покачиваясь при каждом движении гнома.

Взмахнув и отогнав угрозой удара мага, он хватает меня за руку и пытается сдвинуть с места, таща за собой.

— Моя Королева, идемте… Королева? — несмотря на раны, он все же с уважением, заглядывает в мои глаза, полные слез.

Оставив мою руку, он бегом возвращается к своим бойцам и я слышу еле слышный шепот «она заколдована».

Отряд штурмовиков отходит к тающей группе основных сил. После воссоединения они покидают зал, крикнув мне на прощание «Держись наша Королева, мы вернемся!».

Да, я все понимаю, без магов, таким маленьким отрядом им ничего не сделать.

Боги, Светлая Богиня, помогите им! Вразумите их обратится за помощью к Максу, преодолев расовые предрассудки.

Странно, подумала я позже. Перед моим внутренним взором возник именно облик Светлой Богини, когда я обращалась к высшим силам. В реальной жизни мы обычно говорим «О, Боже» или «О, Господи»…

Неужели у меня начинается процесс слияния с виртуальной личностью?

Ко мне подошел мой «жених».

— Ну что, дорогая моя «невеста», — последнее слово он выделил ироническим голосом. — не помогли вам ваши защитники? Кто еще будет? Хоббиты засыпят нас яблочными огрызками или Пегасы начнут гадить нам на головы?

Я не могла даже гневно и высокомерно окинуть его взглядом!

— Вижу, вы уже смирились со своим положением, да? Ну, что ж, в таком случае, позвольте уведомить Вас, моя «Королева», о Вашей дальнейшей судьбе. Сейчас Вы выйдете на балкон, с которого я зачитаю Ваше обращение к поданным, в котором Вы объявляете меня своим женихом. Мы с Вами играем свадьбу по всем правилам нашей расы, после чего я буду править Замком от Вашего имени. Рядом с Вами постоянно будут находится несколько магов, готовых в любой момент наложить на Вас Паралич, если Вы постараетесь вести себя не так, как следует. Вам будет предоставлена относительная свобода в пределах Дворца, свита из молодых эльфийских девушек, готовых развлечь Вас песнями и танцами…

Он еще долго распинался передо мной, что-то рассказывая о моей золотой клетке и условиях содержания меня в ней, но я его не слушала. Все мои силы были направлены на то, чтобы заставить мое тело слушаться меня. Казалось, приложенных усилий было бы достаточно, чтобы разрушить сам Замок, но ни единого движения моих рук либо ног не было. От отчаянья я решила просмотреть на карте свой Замок и своих подданных и, о чудо! карта мне повиновалась.

Странно, как мне рассказывала Олька, у ребят не было возможности и доступа ни к чему.

Я осторожно, чтобы не привлекать внимания «жениха», пытаюсь вызвать окно чата с внешним миром…

УРА! У меня есть связь! Кого же звать на помощь? Константина? Но у меня нет никакой уверенности, что это те самые, которые тогда захватили Сергея и Макса… МАКС!

Макс! Макс!!!

…

МАКС!

Да, Ленка, чего кричишь?

Макс, боги, как хорошо, что ты отозвался! Макс, меня схватили в плен в моем Замке!

Стоп, кто схватил? Мы же «рейдеров» разогнали… Это что, опять рейдеры?

Я не знаю, кто это, но мой персонаж находится под непрерывным «Параличом». Они захватили мой Замок и сейчас собираются зачитать от моего имени обращение к моим подданным…

Стоп! Ленка, у тебя что, бунт? Мятеж в Замке?

Не знаю, но…

Лена, две-три минуты ничего не дадут, так? Раз у тебя есть возможность связи со мной, значит это не рейдеры. Давай сделаем так, я сейчас почитаю в мануалах и на форуме, что случилось, а ты пока попробуй что-то сделать сама. Если вдруг ты пропадешь со связи, я буду знать, что с тобой действительно что-то не так, ок?

Хорошо, любимый, я буду ждать тебя. Макс, поторопись, пожалуйста…

Фух, с одной стороны, хорошо, что есть связь с Максом, и он в курсе, с другой стороны. что-то Макс совсем не так ведет себя, как положено. Ведь я ему прямо сказала. что у меня проблемы, а он не только не кинулся мне на помощь немедленно, но даже не встревожился особо.

— Моя Королева, Вы готовы? Ах да, я и забыл… — опять эта гадкая ирония в голосе.

Я чувствую, что мой рот вновь подчиняется мне.

— Так лучше, Ваше Ве…

— На помощь!!! Помогите!!! — кричу я во все горло.

— Да, да, покричите, может полегчает. Во дворце не осталось ни единого эльфа, который бы пришел Вам на помощь. Вы готовы объявить о том, что я — ваш избранный жених?

— Да пошел ты… — пытаюсь прокричать ему в лицо я, но мой рот вновь выходит из под моего контроля.

— Какая жалость, Ваше Величество, что Вы не проявляете должного благоразумия и не смиряетесь со своей судьбой. Ведь Вы сами вин…

Ленка, ты тут?

Да, Макс, помоги мне!

Лена, смотри. Это не рейдеры, это скриптовая ситуация. Грубо говоря, это квест. Эльфы очень негативно относятся к тому, что их правитель или правительница выбирают себе супруга не родной расы. Поэтому, среди твоих подчиненных сформировалось ядро консервативно настроенных юнитов, которые совершили «попытку переворота». Если быть честным, то они просто стараются загнать тебя назад в рамки устоев и обычаев вашей расы.

Да, но отряд гномов попытался прорваться ко мне и освободить меня…

Все правильно, среди бородачей сильны не только традиции, но и слепое повиновение вожаку. Ты — Королева, значит любое проявление непослушания твоим приказам или пожеланиям — незаконно!

Но они отступили, не освободив меня…

Обещали вернуться? Все правильно, гномы очень рациональная раса. Они прикинули шансы и пришли к выводу, что попытка имеет очень мало шансов на успех. Чем положить весь отряд, лучше пожертвовать павшими, но вернуться в большем количестве и повторить атаку.

Макс, помоги мне, им, кому хочешь, помоги, пожалуйста. Макс, я же люблю тебя, ради моей любви, помоги!

Ленка, вот только не надо этого, хорошо? Не забывай, я же гоблин. У нас слабому не помогают, у нас его съедают.

Макс, ты что… Ты мне не поможешь?

Нет, Лена. Если это твои поданные, ты должна сама решить эту проблему. Это все равно, как если бы меня вызвали на Арену, а я обратился за помощью к тебе. Если бы я был не Варваром, я бы пришел на помощь, а так… Извини, Лена. Если бы на тебя напали враги, тогда да, а так…

Я даже не знала, обижаться мне на Макса, смеяться или плакать. С одной стороны, я его понимала. Если действительно его личность сливается с личиной гоблина, то да, он не сможет идти наперекор обычаям своей расы…

А с другой, я никак не могла понять, как же наша любовь, наши чувства, наши встречи там, в реале? Когда он держал мою руку в своей, смотрел мне в глаза, дарил цветы… Слова, которые он говорил мне. Восторг в его глазах… Куда это все пропало? Почему он сейчас не помнит этого?

Ведь были же Ромео и Джульетта, которые любили друг друга вопреки вражде между их семьями. Которые пошли вопреки воле родителей, которые…

Почему?

Если все мои проблемы только из-за моей любви к Максу, почему? Почему он не может сделать всего-навсего одного шага навстречу? Что ему стоит один единственный раз вывести свои войска мне в помощь?

Неужели та гоблинша была так красива? Для его взгляда и вкуса… Неужели можно полюбить маленькую, низкорослую, с отвисшими сиськами, кривозубую, уродливую, зеленокожую гоблиншу?

Неужели можно получать удовольствие от горького пива с подгоревшим куском мяса?

Жить в кривосложенном Замке, где каждый камень словно кричит о том, что его можно было положить ровнее. Где чисто только в тронном зале и то, только потому, что постоянно бродящие туда-сюда «посетители» выносят грязь на своих лапах. Нанося не меньше со двора…

Неужели вид Цветника под окнами Замка не способен нести радость в его сердце? А песенному конкурсу, который эльфы проводят каждое утро первого дня недели, предпочитать драки на залитой кровью Арене?[12]

Я сидела в своих покоях. На правах служанки-охранницы-тюремщика, рядом со мной постоянно находилась магианна, которая сменялась спустя некоторое время. Спасибо, что не маг-мужчина.

Не смотря на сражение на Арене в обнаженном виде и на понимание того, что я — в виртуальной реальности, а, значит, мое тело — просто картинка, я все же испытывала стеснительность, когда представала перед «мужчинами» в откровенных нарядах.

Внезапно одна мысль пронзила мой мозг. Первое — я в виртуальности, второе — за всеми этими событиями, я как-то забыла о том, что мне уже исполнилось шестнадцать!

Исполнилось бы… Или все же исполнилось? Интересно, мое становление совершеннолетней как-то отслеживается капсулой или… стоп, какой капсулой? Я же умерла там, в реале!

Интересно, игра сможет как-то «понять» что я уже совершеннолетняя или мне суждено коротать вечность с целомудренным ограничением шестнадцать плюс?

Звать своего «жениха» у меня не было никакого желания, поэтому я обратилась к своей «служанке»:

— Слушай, эй, ты, позови сюда какого-нибудь эльфа-мужчину.

— Позволено ли мне будет узнать, зачем Вашему Величеству нужен эльф, еще и обязательно мужчина?

— Я желаю…

Я задумалась. А есть ли в игровом языке эдьфов слово «секс»? Да и как мне объяснить, что я хочу быть именно… Что я хочу, чтобы меня… А если стоит какой-то ограничитель на прямое желание Игрока?[13]

— Ваше Величество, возможно, я смогу помочь Вам? — вновь обратилась ко мне «служанка».

Помочь? Я задумалась… Вспомнилась история, приключившаяся на квартире у Ольги. Понятное дело, что несмотря на все ограничения родителей, я тайком почитывала всякую литературу и смотрела не только общеобразовательные фильмы.

То, что едва не случилось у нас… Нет, наверное, можно смело говорить то, что у нас было, называется лесбиянством. Однополыми отношениями между женщинами… Или нет? Ведь мы еще не женщины. Во всяком случае я.

— Видишь ли… — я повернулась к магиане. — У меня еще не было мужчины… И если… Нет, когда я отвечу взаимностью… — я снова задумалась. Из-за круговерти событий я не успела запомнить узнать имя мятежного принца. — В общем, я не хочу разочаровать его в постели…

— А, так все дело только в этом? — искренне изумилась та. — Только из-за того, что Вы, Ваше Величество, неопытны в постели, Вы до сих пор отторгаете все предложения нашего Повелителя? В таком случае, позвольте побыть Вашей Наставницей…[14]

Первое, и самое главное, никаких ограничений нет! Ощущения, которые я получила во время наших «опытов» я не испытывала до сих пор ни разу в жизни.

Начало было таким же, как и тогда, с Олькой… а потом…

Мы лежали, обессиленные и расслабленные.

— Вот так выглядит это в исполнении двух женщин. — сказала мне моя «учительница». — Сейчас меня сменят, а завтра я принесу пару «штучек» и мы с тобой будем учиться доставлять удовольствие мужчине и самой получать от этого удовольствие…

Вместе с очередной сменщицей меня посетил мой «жених» который задал стандартный вопрос, готова ли я объявить о нашей свадьбе перед всем населением Замка.

Моя «учительница», дождавшись моего отрицательного ответа, жестом поманила его за собой.

Ну-ну…

Вечером я получила сообщение от Макса.

Ленка, это ты распорядилась разорвать наше сотрудничество в разработке шахт и добывании пищи?

Нет, Макс, а что случилось?

Да просто все гномы, которые занимались разработкой моих шахт, снялись и ушли. И хоббиты…

Я все поняла, сейчас буду исправлять.

Я вызываю своего «жениха», который, судя по всему, взял на себя обязанности управления Замком.

— Уважаемый, как это понимать?

— Что именно, Моя Королева?

— Почему Вы отозвали гномов и хоббитов?

— Потому, что они работали на ресурсах нашего союзника. а не наших…

— Я запрещаю ТЕБЕ распоряжаться нашими рабоочими! Я — Королева, и Я буду давать приказы, ПОНЯТНО?

— Нет, не понятно. Сейчас Вы, Ваше Величество, не имеете власти. Дворец занят моими эльфами, поэтому…

— ЗАТКНИСЬ! Я ПРИКАЗЫВАЮ ТЕБЕ!

— Извините, Моя Королева, но я не буду подчиняться Вашим приказам. Как, впрочем, и все, кто находится во Дворце.

— Ах так, хорошо, тогда у меня к тебе вопрос, — решила я идти напрямую. — если у нас был заключен договор с Варваром о том, что мы помогаем ему разрабатывать его шахты и поставляем ему пищу, а он за это выступает нашим защитником, что тогда?

— Э… — надо же, компьютер, который отвечал за поступки эльфа, замешкался с ответом. Если бы это был человек. я бы сказала, что он в растерянности. — Мы и сами способны защищать свои земли!

— Да, но при этом будут гибнуть эльфы, гномы и хоббиты! Не лучше ли, чтобы гибли зеленокожие?

— Да, моя Повелительница… я отменю распоряжение… — эльф явно пребывал в растерянности. Ха! Похоже, я смогла выйти за рамки спрогнозированных разработчиками сценариев!

Или, если быть честной, это Сергей с Максимом смогли выйти… Я только иду по их пути, совмещая несовместимое.

Между прочим, вновь задумалась я, когда эльф ушел, оставив меня наедине с моими мыслями. А ведь раньше я не наблюдала за собой способностей к такому анализу ситуации. Неужели и на меня начала влиять моя виртуальная личность?

Макс, я отменила отзыв рабочих, так что скоро все вернется на свое место.

Хорошо, а то мои тролли уже выжрали почти все текущие запасы.

На диету их посади…

Ха-ха-ха…

На следующий день я с нетерпением ожидала прихода моей «наставницы». Мое воображение, подогретое просмотренными ранее видео, рисовало всевозможные… Впрочем, подождем…

В назначенное время пришла смена моей надсмотрщицы.

— Приветствую тебя, моя Королева. — начала она с порога.

Я с нетерпением бросилась к свертку, уложенному ею на кровать. Бутылочки с жидкостями, кисточки, лепестки цветов, какой-то струнный инструмент…

— Что это? — спросила я магианну.

— Все, что необходимо для того, чтобы доставить удовольствие эльфу-мужчине. — с легким недоумением ответила мне та. — Вот лепестки цветов, которыми ты выложишь на ложе свои чувства, вот благоухающие масла и кисточки, которыми ты нарисуешь тайные знаки на его и своем теле. Лютня, с помощью которой ты сплетешь слова искренней любви и желания с мелодией неги и наслаждения…

— Что за бред ты несешь? — искренне возмутилась я. — Мужчине нужно только одно, то, имитацией чего мы вчера с тобой занимались!

— О, Свет, как же я рада, что пресветлая Богиня надоумила тебя обратиться ко мне за помощью и советом! Видимо общение с грязными гоблинами сильно повлияло на твои чувства и душу! Знай же, о, моя Королева, что названное тобой нужно только грубым Варварам, чей бог потерял в бою с нашей Богиней и голову и сердце[15].

— Истинный же мужчина получает удовольствие от…

Я все поняла… В ТОЙ жизни, в реале, мы изучали немного культуру древней Японии. Мне особенно запомнилось описание обычаев, связанных с гейшами. Гейша, или гей-ся, были кем угодно, только не проститутками. Это были, как сейчас модно говорить, шоу-мены, вернее, вумен, «заводилы», организаторы вечеринок, способные поддерживать беседу, организовать досуг состоятельных клиентов, развлекая их музыкой, танцами, песнями, стихами, играми.

Фактически, с точки зрения эльфийской культуры, именно этим и должна была завлекать своего жениха, молодая девушка, в данном случае — я.

Массаж, легкая, непринужденная беседа, икебана, музыцирование… М-да… У гоблинов и орков все гораздо проще. Если женщина способна уложить ударом кулака мужика на землю, она — КРАСАВИЦА! На внешность всем откровенно наплевать.

С этой точки зрения, я, победившая на арене последовательно гоблина, хобгоблина, орка и огра, была не просто красавицей, я была мисс Вселенная.

Единственное сравнение, которое подошло бы мне в данном случае, это современная поп-звезда, о ночи с которой мечтает любое существо, имеющее между ног два овала и одну «палочку».

А если сюда добавить еще и тот факт, что в процессе боев с меня слетели все одеяние, то есть сражалась я абсолютно обнаженной, то…

В общем, если бы у орков существовал журнал «PlayBоy», то быть мне на первой странице.

Я почувствовала, что при воспоминании о моем внешнем виде на Арене я заливаюсь краской. Виртуальность виртуальностью, а воспитание никто не отменял, правда?

Всю оставшуюся часть «дежурства» меня вводили в тонкости соблазнения и охмурения мужчин.

Я узнала про, восхитительную по свой задумке, «чайную церемонию». Девушке полагалось дразнить на грани своего жениха. при этом не позволяя тому переступить эту самую грань. Особо острым моментом являлась сцена, когда требовалось налить еще одну чашечку чая. Невеста, с одной стороны, должна уделять должное внимание процессу разливания чая по чашкам, а с другой стороны, не поворачиваться к жениху спиной (считай, задом), чтобы не дать тому шанса проявить мужское нетерпение.

Из всего вышесказанного я вынесла один важный момент — мой текущий «жених» полностью проигнорировал ритуал с выращиванием Цветника под окнами невесты. Это значило, что все его ухаживания я имею полное право расценивать, как всего лишь проявление внимания к особи противоположного пола на официальном приеме!

Тем же вечером я встретила своего «ухажера» следующей фразой, произнесенной максимально ледяным тоном.

— Уважаемый, не кажется ли Вам, что Вы слишком загостились у нас?

— Моя Королева, повторяю, я не гость в Вашем доме, я…

— Нет! Вы именно гость, так как не соизволили до сих пор проявить должные знаки внимания мне, как своей невесте!

— Что Вы имеете в виду, Моя Королева?

— Я что, обязана Вам излагать тонкости этикета? — изобразила я искреннее изумление. — Вы проявили мне должные знаки внимания на приеме, все. Мне было приятно. Теперь, в полном соответствии с обычаями, извольте либо официально сделать мне предложение, любо покиньте мой дворец!

Выпучив глаза и пятясь, «жених» покинул мои покои…

Макс! Ау!

Да, что случилось?

Как ты смотришь на то, чтобы сделать мне официальное предложение руки и сердца по нашим, эльфийским обычаям?

Явится расфуфыренным к тебе во дворец? На белом коне?

Нет, всего-навсего высадить у меня под окнами хоть какую-то клумбу с цветами.

Лена, где цветы и где гоблины? Может тебе навалить под окнами горку черепов? Ну, или свежесрубленных голов?

Макс, сделай как я прошу, пожалуйста!

Ладно…

Глава 8

Утром, едва продрав глаза, я молнией бросилась к окну своих покоев…

Моим глазам предстала незабываемая картина — посреди клумбы стоял орк, который крутил в руках гоблина, на спине которого было что-то нарисовано.

Вокруг «архитектора» носились с полтора десятка гоблинов, которые изо всех сил делали вид, что занимаются цветоводством. Трое с лопатами должны были копать лунки, еще трое с мешками, должны были высаживать саженцы и клубни. Следующая троица должна была засыпать саженцы землей и утрамбовывать получившееся. Еще трое бегали с водой и поливали, вернее должны были поливать высаженное. Наконец, последняя ватага были шаманами. В их задачу входило заклинать высаженные и политые саженцы, чтобы они росли поскорее.

На деле, все происходило в самом произвольном порядке. В одном месте шаман усиленно колдовал над пустой лункой, во втором поливалась пустая, нетронутая земля, там — копалась земля прямо поверх брошенный и уже втоптанных в землю клубней…

Если присмотреться, то было видно, что на спине гоблина, изображавшего собой живую карту, было нарисовано нечто, отдаленно напоминающее сердце, пронзенное стрелой.

Я перевела взгляд на клумбу. То, что на ней было изображено, отдаленно напоминало задницу, с нескольких сторон пронзенную молниями с трансформаторной будки.

Нормальная эльфийка должна любоваться клумбой, оценивая изображенную на ней картину, полутона, переходы…

Я же откровенно угорала, наблюдая за самим процессом высадки цветов. С каждой минутой. сравнивая эскиз с результатом, орк-прораб злился все больше, погыркивая и раздавая тычки своим подчиненным.

Дождавшись, когда картинка будет более-менее внятной и понятной, я негромко окликнула орка.

— Эй ты, зеленый…

— А? Что? Где? — перепуганный орк выронил «карту» из лап, та брякнулась и пронзительно взвизгнула от боли.

Услышавшие крик боли и увидевшие лежащего на земле ничком собрата, остальные гоблины сделали вывод, что они провинились и бросились врассыпную, прямо по клумбе…

Полный мрачной решимости, орк обернулся ко мне.

— Тут эта… Мастер Йода сказал… нарисовать… — орк изобразил перед собой два полукружия, рисуя женскую грудь. — А потом вот так вот… — новая пантомима, изображающая лучника, который пускает стрелу в эту самую грудь.

— И что это должно обозначать? — решила добить своими расспросами я бедного орка.

— Э? — глаза, которые чисто анатомически не способны были сойтись к переносице из-за глубокой посадки, изо всех сил пытались выполнить невозможное. — Ну… Что чья-то грудь будет пробита стрелой!

Орк наконец-то смог разгадать загаданный его повелителем ребус, и, выровняв свой взгляд, смело посмотрел на меня.

Его глаза уткнулись в мою грудь, вызвав очередную потерю ориентации в пространстве и времени.

Усиленно помассировав свои мозги путем чесания затылка, зеленокожий воин смело заявил:

— Твоя грудь будет пробита нашими стрелами, во!

— Что, просто так? Без каких-то условий? Мастер Йода больше ничего не велел передать?

Орк с тихим гырчанием перевел взгляд на гоблина-картоносителя, который по крабьи, на карачках, потихоньку старался покинуть место событий.

Увидев, что внимание «старшего» обращено на него, бедняжка сначала усиленно закивал, словно говоря, что никаких особых распоряжений не было, после чего взял «низкий» старт и, буквально, испарился с наших глаз.

— Иди, узнай, какие условия выдвигает твой Повелитель. — приказала я орку и, вздрагивая от смеха, вернулась в свои покои.

На сегодня хорошее настроение мне было обеспечено.

Вместе с утренней сменой сторожихи, ко мне вошел «жених».

— Моя Королева, это безобразие будет убрано немедленно! — бодро отрапортовал он мне.

— Нет, оставьте. Это всяко лучше того Цветника, который удосужились высадить мне Вы! — не преминула уколоть я его и тут же прикусила свой язык.

Зачем я ему подсказала о его промахе?

Помрачневший эльф выскочил из моих покоев, словно за ним гнались демоны.

Ну-ну, пусть еще попробует мне угодить, подумала я и вновь подошла к окну, чтобы насладится этой корявой, кривой, неверно истолкованной, но зато подаренной от чистого сердца, картиной. Во всяком случае, мне так хотелось надеяться, что она является именно таким подарком…

* * *

Сегодняшнее занятие было посвящено танцам.

Оказывается, языком танца можно сказать даже больше, чем простым языком. Многие вещи, говорить напрямую которые не дозволяли обычаи и устои, легко излагались через движения. Едва ли не каждый изгиб тела, дистанция между партнерами, даже элементы наряда, все имело свое значение.

Если партнер ведет меня в данном направлении, и мы танцуем этот танец, это значит, что у него серьезные намеренья в отношении меня. Если же после этого па следует вот такое, это значит, что он приехал на бал просто весело провести время и ни на какие серьезные отношения рассчитывать не стоит.

— Скажите, уважаемая, а Вы знаете что-нибудь о брачных ритуалах гоблинов и орков? — спросила я свою наставницу, когда мы отдыхали после занятий.

— Но, моя Королева, зачем это Вам? Не собираетесь же Вы, действительно, связываться с этими недорослями и громилами? — абсолютно непритворно изумилась она.

— Хм… Мне казалось, что мое слово — достаточно веский довод, чтобы начать выполнять мою просьбу. Итак, Мы ждем! — решила надавить на нее своим авторитетом я.

— Простите меня, Ваше Величество, но я действительно очень мало знаю об интересующих Вас расах. Да и сами их обычаи — такие же простые и грубые, как и они сами. Очень большой редкостью является ситуация, когда женщина расы Варварского замка сама выбирает себе мужа. Обычно у них все наоборот. Тот воин, который пользуется наибольшим авторитетом, имеет право на выбор себе супруги в первую очередь. Согласия «невесты» обычно не спрашивают. Впрочем, если она считает себя способной противостоять ему, она дает отпор, причем в самом прямом смысле этого слова. Когда жених подходит к шеренге невест и протягивая свою руку, выводит из строя свою избранницу, она может, одернув руку, ударить его по голове. Дальше возможны два варианта, либо орк соглашается с тем, что он не мил, либо, если сам устоял на ногах после удара, бьет невесту в ответ. Так продолжается до тех пор, пока кто-то не упадет. Оставшийся стоять поступает так, как считает нужным. Жених волочет оглушенную невесту в свой шатер, а невеста отпихивает ногой тушу неудачника в сторону. У гоблинов ситуация точно такая же — кто сильнее ударил, тот и главный.

— Хорошо, но все же, если девушка желает сама выбрать себе жениха?

— Ну, тогда она должна выйти на Арену и бросить вызов, словно она — обычный самец своей расы. Имеющая за плечами пару-тройку побед уже имеет право сама выйти вместе с мужчинами и выбирать себе пару. Понятное дело. что она не будет выбирать себе супругу из шеренги невест. Вместо этого женщина-воин подойдет к своему избраннику и выберет его.

— Ну, я так понимаю, дальше по накатанной, кто кому сильнее даст по голове, тот и…

— Нет, моя Королева. Зеленокожие очень уважают Силу, поэтому женщине, которая победила на Арене отказывать нельзя.

— Хорошо, а как поступают в том случае, если ее избранник уже женатый?

— С точки зрения зеленокожих в данной ситуации нет ничего страшного, подумаешь, у орка будет две жены.

— При этом одна будет на положении старшей, а вторая — рабыня? А что будет с теми женщинами, которые вышли на арену и проиграли?

— Если женщина, выйдя на Арену. проигрывает бой, она на общих основаниях отправляется на работы, назначенные проигравшим — работа на шахтах, на фермах. Учтите, эти работы у Варвара считаются позорными и не престижными. А насчет равенства внутри семьи, я, к сожалению, не могу удовлетворить Ваше любопытство, моя Королева.

— Я так понимаю, участь женщин на фермах и шахтах, незавидна? Насилие…

— Нет, моя Королева. Как бы это не выглядело странным, но у варварских рас очень строгая мораль на эту тему. Они считают вполне допустимым «одалживать» мужа овдовевшей соседке и насиловать пленниц, но при этом насилие над равноправными женщинами, или свободными, карается немедленной смертью. При этом, под защиту обычая подпадают женщины любой расы, если они не рабыни и не пленницы в стойбище орков или гоблинов.

— Не поняла. Когда я посещала Замок наших союзников, меня хватали за руку с весьма недвусмысленными предложениями…

— Во-первых, нечего Королеве эльфов бродить по лагерю варваров, во-вторых, насколько я понимаю их обычаи, пошлостями и скабрезностями все бы и ограничилось. Вам бы предлагали золото, «добровольно», может еще что-то в виде награды, но не силой! Более того, стоило Вам повысить голос и позвать на помощь, как тому орку пришлось бы очень несладко! Знаете, моя Королева, среди наших молодых девушек-эльфиек, ходит такая пошлая шутка, что проще пройтись обнаженной по лагерю Варвара, чем одетой — по хумансовскому.

— Странно, вроде бы и варвары, а…

— Да, именно поэтому мы, эльфы, и не считаем орков и гоблинов такими уж потерянными расами, как наших дальних родственников — темных эльфов. К сожалению, гномы так не считают.

— А, да, не могла бы ты рассказать мне о причинах такой взаимной ненависти гномов и орков?

— В следующий раз, моя Королева…

Как-то незаметно спустился вечер и в мои покои опять заходит «жених», сопровождающий очередную магианну-надсмотрщицу.

— Моя дорогая Королева, не будете ли Вы столь любезны уделить толику Вашего драгоценного внимания и обратить на восхитительный вид, который теперь открывается из Ваших окон, ведущих на правую сторону Дворца? Не правда ли, намного лучше, чем то убожество, которое с утра «изобразили» эти зеленые уроды?

Я стояла гораздо ближе к окну, чем «жених», поэтому видела то, что не было видно ему, а именно гоблина, который «тайком» вытаптывал насаждения подручных моего «жениха», нарушая идеальную картину.

Надеюсь, он не собирается перепахивать всю клумбу, подумала я, а сама в это время наоборот, отошла чуть дальше от окна, стремясь увести собеседника в глубь покоев.

— Мне бы хотелось прояснить пару моментов относительно моего заключения.

— Что Вы, моя Королева, ни о каком заключении речь не идет, просто…

— Ах да, действительно, я сама, добровольно, отказываюсь покидать Дворец и заниматься делами своего Замка, да?

Судя по растерянности эльфа, компьютер на был рассчитан на ведение подобных дебатов[16]. Он несколько секунд молчал, после чего неуверенно продолжил:

— Но ведь Вы же отказываетесь выходить за меня замуж, моя Королева…

— Да, представьте себе, отказываюсь. Вы вторглись в мой Замок, убили моих слуг, а теперь еще и требуете, чтобы я вышла за Вас замуж и сидела в «золотой клетке»!

Эльф недоуменно оглядел мои покои.

— Королева желает, чтобы стены были выложены золотом?

— Нет, я просто желаю, чтобы Вы покинули мой Замок и позволили мне выбрать жениха самостоятельно.

— Я не считаю это возможным, моя Королева. Я не приму отказа!

— А я и не отказываю Вам, любезный!

Что, думаешь, Королева ночами плачет над своей судьбой узницы? Ничего подобного. Впрочем, ты, НПС, вряд ли вообще думаешь над чем-то, поступая в полном соответствии с прописанной для тебя программой.

— Согласно брачному кодексу светлых эльфов, в случае, если немедленный отказ ведет к объявлению войны родом отвергнутого жениха, семья невесты имеет право перевести данного молодого эльфа в разряд «перспективных», находящихся на рассмотрении и продолжить просмотр кандидатур, в надежде найти более сильный род, который устроит их и сможет дать им защиту от отвергнутых. Уважаемый кандидат, Мы рассмотрели Вашу кандидатуру и сочли ее интересной. Тем не менее, Мы желаем рассмотреть и прочие варианты, поэтому, будьте столь любезны, покинуть наш Дворец!

— Я так понимаю, среди прочих кандидатур обязательно будет присутствовать и коротышка-бородач, который пытался «освободить» Вас, моя Королева?

— Любой жених имеет право подать Нам на рассмотрение свою кандидатуру. И да, имейте в виду, если с любым из моих потенциальных женихов случится какое-либо недоразумение, в первую очередь, я буду спрашивать Вас и Ваших лю… эльфов! И еще одно. Вы там предлагали обратить внимание на Ваше творение? Я готова уделить ему некоторую толику своего внимания, хотя уверена, что оно того не стоит.

С этими словами я разворачиваюсь и иду к окну. Искренне надеюсь, что шпион-гоблин, действовавший настолько скрытно, что на его «тайную» операцию со смехом смотрела половина моих юнитов, успел скрыться и не попадет…

Дальше думать на эту тему я просто не могла. Одного лишь взгляда на клумбу эльфа-жениха, было достаточно, чтобы меня буквально согнуло пополам от смеха.

Гоблин постарался на славу. Самое главное, что он на этот раз не перепутал ничего, ни направления, ни формы, ни порядка рисунков. Вернее, букв…

Вначале шел обычный косой крест, потом он же, но без нижней правой палки, а потом…

Ну, Макс, ну шутник-похабник![17]

— Извольте объяснить это… художество. — обратилась я, еле сдерживая смех, к эльфу.

Оказывается, эльфы умеют «идти пятнами»! или, во всяком случае, этот, конкретный эльф умел это делать.

— П-простите, моя Королева, по-видимому, что-то вмешалось в процесс роста цветов…

— Известно ли вам, уважаемый, что обозначает это слово?

— Да, моя Королева, это грубое хумансовское ругательство и я…

— Ну так вот. Настоятельно рекомендую Вам в следующий раз убедиться в том, что все взойдет по плану и подобных эксцессов не будет! А пока Вы не доказали мне, что умеете преподносить действительно красивые сюрпризы, я буду считать Вас утратившим мое расположение! Всего хорошего!

Макс, я люблю тебя!

Что, получилось?

Ну, как сказать. Я смогла вытурить его из Дворца под предлогом того, что хочу рассмотреть прочие кандидатуры. А твоя надпись помогла мне сказать ему, что он мне не интересен. И да, имей в виду. Я на полном серьезе буду ждать тебя, как официального жениха, пришедшего свататься.

Это мне что, постричься, побриться, подмыться и в черном пинджаке и галстухе заявиться к тебе в Замок?

Да, и не забудь, конь должен быть белого цвета! И букет цветов прихвати!

ГРР!!!

* * *

На следующий день ко мне во Дворец заявилась делегация хоббитов.

Пока коротышки располагались вдоль стен тронного зала, я бегло просмотрела информацию о них на форуме.

Жених-НПС из юнитов моего Замка давал некоторые бонусы, поэтому… Если бы мне было все равно, кого брать в мужья, я бы уже давно выбрала себе кого-то, но так как единственным устраивавшим меня кандидатом был и остается только Макс, сейчас я читала ветку форума, посвященную этой теме с интересом.

Хоббит давал мне заметный (полуторакратный) прирост производства пищи и общей плодовитости всего населения моего Замка.

Эльф, в зависимости от того, из какого рода он был, усиливал вероятность появления «своих» в еженедельном приплоде и всеобщие характеристики всех юнитов, которые были более свойственны ему. Маг усиливал магические способности, Воин — Силу и Выносливость, Лучник — Ловкость и Выносливость.

Наконец, гном на пятьдесят процентов увеличивал добычу всех шахт, а все производимое мастерами-кузнецами оружие сразу же получало случайным образом две единицы характеристик.

Просто из любопытства, а также, помня прочитанную пару лет назад статейку про то, что якобы императрица Екатерина Вторая имела опыт с конями, я поискала информацию на тему, а что, если я возьму себе в мужья Единорога или Пегаса?

С огромным трудом мне удалось найти в хитросплетениях веток форума информацию, что взять в мужья невозможно, а вот попробовать, если Игроку так уж хочется — можно, но разницы нет никакой.

В общем, понятно. Грязь, она и есть грязь, обойдемся без ЭТОГО…

А? Что? Вы уже готовы начать процедуру свата… чего?

Что значит, сразу пирок и свадебку?

Хоббиты отличаются диким сексуальным темпераментом и не менее дикой скупостью. Если представитель низкорослого племени делает тебе дорогой подарок, значит жди, что потом от тебя попросят услугу, стоимость которой будет во много раз выше подарка.

Вся щедрость свадебных подарков объясняется простым расчетом, что все, подаренное невесте, все равно вернется в «семью» после свадьбы.

Понятно… Хотят сэкономить на ухаживаниях. Кошмар, и вот эта раса славится своим трудолюбием? Или то гномы?

— … поэтому, моя Королева, я и предлагаю Вам свою руку и сердце.

— Да, Ваше Величество, послушайте его. Мы очень хорошие земледельцы и сможем увеличить прирост производства Пищи.

Я с тоской посмотрела в окно, на мерно колышущиеся цветы в Максовом рисунке.

Умом я прекрасно понимала, что из нашего союза не получится ничего путного. Мне нужно брать себе жениха из рас моего Замка и забывать про душевные и сердечные метания. Такова судьба всех королев и королей.

Сердце же, вопило во весь голос, что просто так, без борьбы, нельзя отказываться от своей Любви, что плевать я должна на все эти расовые предрассудки и что для меня существует только один вариант, только один жених — Макс!

На одной чаше весов — моя любовь и постоянные конфликты с его личностью, потому, что я уже успела понять, и на своем примере тоже, что чем дольше мы находимся в Игре, тем сильнее выбранные нами личины прирастают к нашим лицам.

На другой чаше — стать такой, «как все». Выбрать то, что «нужно», а не то, что «хочу», еще и из нескольких вариантов — самый лучший, а не тот, который больше нравится.

— Известно ли Вам, уважаемый, что несколько дней назад одним из родов эльфов был поднят мятеж. Меня захватили в заложницы, моих слуг убили, а сейчас представитель мятежников претендует на мою руку? Готовы ли хоббиты встать на защиту меня, вашей Королевы, перед лицом повстанцев?

— Мы… Но… Они же… Нам необходимо посоветоваться! — с трудом выдавливает из себя насмерть перепуганный перспективой драки с эльфами, хоббит.

— Вот и отлично, идите, советуйтесь.

Нестройной толпой, хоббиты, теряя какие-то части своих одеяний, толкаясь и ругаясь вполголоса, в спешке покинули мой тронный зал. Между прочим, все подарки, которые они принесли и так и не успели вручить мне, они унесли с собой!

Из боязни, что за время моего отсутствия произойдет нечто похуже простого мятежа, я не рискую не только покидать сама Замок, но и отправлять свои войска на разведку за его пределы.

Остаток дня я провела у окна, наблюдая, как справа эльфы высаживают по новой клумбу, а по центру продолжает колыхаться под порывами ветра живописная картина кисти известного гоблина-художника «Стрелы, гнутые об орочью задницу».

Так, а вот это уже становится интересным… На левой клумбе один, неизвестный мне эльф, занимается высадкой еще одной картины.

Что показывает карта? А карта, между прочим, показывает, что это — Игрок! Нейтральный ко мне Игрок, тайком прокравшийся на территорию моего Сектора.

— Уважаемый, а Вы, собственно, кто такой?

— Леголас Пышноименный, можно просто Олег. А Вас как зовут, моя Королева?

— Олег, давай сразу без церемоний и на «ты». Я — Лена.

— Давай, очень приятно.

— Поднимайся ко мне…

Вблизи Олег оказался довольно симпатичным эльфов-лучником. Судя по всему, он не стал брать себе личину известного киноактера или просто мужчины-модели, а просто слегка подкорректировал свою внешность. Не было в чертах его лица ничего, чтобы кричало «смотрите, какой я красавец»!

— Олег, а где твой Замок?

— Нет у меня его. потерял. Отобрали. Скитаюсь теперь по Землям «вольным стрелком». М-да, каламбур, однако. Лучник — вольный стрелок.

— Ты — «сорвавшийся»?

— Нет. Кстати, у меня таймер стоит на два часа. И я уже почти час возился с твоим Цветником. Кстати, а что это у тебя за уродство под окнами?

— А, «задница в стрелах»? Это признание в любви от моего соседа и союзника — гоблина.

— Игрока?

— Да. Живой человек.

— Ну, судя по всему, не сильно он и живой… «Сорвавшийся», наверное?

— Да, а как ты догадался?

— А что тут догадываться, для того, чтобы понравится эльфийке, надо составлять комбинацию, подбирать цветы, делать композицию… а там налеплено черти что и с боку бантик. Явно человек уже давно в «срыве» и у него мозги «поплыли». Даже странно, что он, гоблин, сватается к тебе — эльфийке.

— Да ничего тут странного нет, просто… — меня «прорвало».

Я рассказала Олегу все. Начиная от того момента, когда я впервые увидела Макса у нас в классе и заканчивая сегодняшним сватовством хоббитов.

— У-у-у… — протянул он. — Так ты — «сорвавшаяся»? Тогда понятно.

— Что тебе понятно?

— Да я думал, ты просто ищешь приключений, потому и объявила, что подбираешь себе жениха, а тут… тебя скрипт замуж выдает, оказывается.

— Постой-постой, кто давал объявление, куда, какое?

— Да никто не давал. Я думал, что ты — такая же, как и я, просто играешь в Игру и хочешь поразвлечься с виртуальным сексом, а если ты — сорвалась и теперь осталась навсегда в вирте, то это начал работать скрипт движка, который заставляет тебя не забывать об основах социальной жизни, потребности в семье и так далее.

— А ты, ради чего ты начал играть? Да и как ты умудрился потерять Замок?

— Да как… Потратил три недели старта на фигню всякую… в результате, меня вынес сосед НПС. А сейчас прости, у меня истекает срок. Уже таймер пиликает. Давай я выведу своего перса за пределы Замка и…

— Нет, ничего подобного. Какого черта ты должен оставлять своего персонажа не пойми где? Я сейчас отдам приказ, и тебя временно расположат в одной из комнат моего дворца.

— Спасибо…

Едва парень успел войти в выделенную ему комнату, как его персонаж дернулся и осел мешком на пол. Понятно, так вот, значит, как выглядит выход по таймеру.

Оставшуюся часть дня я продолжила разбираться с делами своего Замка. Уточнила и утвердила увеличение количества гномов и хоббитов, занятых на работах в Максовых шахтах и на фермах, отписала ничего не значащее, но полное любви и чувств, письмо самому Максу и… И наконец-то заставила себя написать письмо родителям. Говорить лично, по скайпу, я еще не решилась.

Под вечер я вышла на балкон и полюбовалась картинами моих женихов.

Слева, та, что высаживал Олег, еще не успела распуститься, но, судя по наметкам, ожидалось что-то красивое и необычное.

Центральная картина, которую я, согласно обычаям и не собиралась трогать, давая понять всем и ее автору в частности, что его кандидатура пока что не отвергнута, продолжала радовать мой глаз и шокировать всех остальных своей «оригинальной» компоновкой и подбором цветов.

Правая клумба уже сейчас выглядела весьма неплохо. Единственное, что огорчало, это стоящий рядом с ней часовой, следящий либо за тем, чтобы конкуренты не испортили нетленное творение, либо за тем, чтобы невеста не дала преждевременного ответа не той тональности. которой ожидал жених.

Этой ночью я, вместо того, чтобы как обычно, тренироваться и поднимать свои характеристики, решила лечь спать. Сон, ведь это то немногое, что еще осталось у меня от той, реальной жизни.

Сон, как таковой не шел. Я лежала в полудреме, прикрыв глаза и обдумывая то, что я буду делать завтра, как и с кем мне себя вести. Какую еще пакость придумать и подсунуть моему первому эльфу-жениху…

Чуть скрипнувшая дверь, ведущая из тронного зала в мои личные покои вынудила меня насторожиться.

С комнату бесшумно прокрался силуэт с заостренными ушами. присмотревшись, но не подавая вида, что я его засекла, я вскоре смогла понять, что это Олег.

Странно, он же говорил, что у него таймер на два часа… А, наверное, уже полночь наступила и отсчет пошел по новому.

Тем временем мой ночной гость тихо крался к моей кровати. Я на всякий случай сжала кинжал, который после захвата мятежниками моего Замка теперь всегда был со мной и приготовилась в случае необходимости, дать отпор убийце. чтобы наверняка победить, я приготовила заклинание «Слабость».

Олег, а это был именно он, тем временем вплотную подошел к моей кровати и начал стягивать с меня покрывало, которое я накинула на себя чисто по привычке, чем испытывая настоящий холод.

— Одетая… — разочарованно протянул он.

Я не сдержалась и прыснула, насмерть перепугав ночного визитера.

— Что случилось? Разочарован?

— Ой, ты не спишь… Я тебя разбудил? Извини, пожалуйста… я только хотел…

Я уселась на своей кровати и посмотрела ему в глаза.

— Олежка, сколько тебе лет, а?

— Двенадцать, — потухшим голосом ответил тот.

— Капсула родителей, а тебе разрешают два часа в сутки играть, да?

— Да.

— Слушай, друг, дам тебе хороший совет. Сейчас ты выйдешь из вирта, удалишь свою учетку и больше никогда, слышишь, никогда не сунешься сюда, понял?

— Почему?

— Что почему? Потому, что это опасно, понимаешь?

— Но ведь у меня таймер…

— И что, что таймер? Пойми, это опасно. Ты можешь сорваться даже за пять минут! Поверь, здесь, в Землях, в том же Друмире, в Штурме и остальных играх полным-полно тех, кто сел поиграть «я на пять минуточек» и остался тут навсегда.

Дальнейшая фраза, сказанная этим пацаном, ввергла меня в состояние столбняка.

— Покажи сиськи, а? Покажи, я их никогда не видел!

— Слушай, друг, ты что, в вирт сунулся лишь ради того, чтобы на сиськи посмотреть? Не-не, стоп, подожди, что-то ты, друг, заврался. Если у тебя был свой Замок, то кто тебе мешал отдать приказ, чтобы тебе твои же поданные каждый день из показывали? Да ты даже больше, мог постановить, чтобы все эльфийки вообще ходили топлесс!

— ДА?!?! — внезапно взорвался Олег. — А ты вообще, в курсе, что Замок Волшебницы, как оказалось, бабский? И что если я начинаю играть мужиком, то мне, для того, чтобы иметь возможность командовать, надо сначала доказать свое право это делать!

— Конечно в курсе, а ты что, даже не почитал ничего по теме? Мануалы, форум…

— Нет… — Олег совсем по-мальчишески хлюпнул носом. — Я думал, тут все просто.

— Хочешь дам совет? — совершенно неожиданно я почувствовала себя… старой! Старой, мудрой… эльфийской Волшебницей, которая поучает молодого эльфа, у которого еще все впереди. И первая любовь, и первый поцелуй, сидя на развилке материнского дерева в призрачном свете полной Луны, и первый бой, и первая кровь, брызжущая из горла собственноручно убитого им противника…

— Сейчас выходи и ложись спать. А когда опять зайдешь в игру, почитай мануалы. Потом удали персонажа и начни по новой. А еще лучше, просто удали персонажа и больше не заходи в эту игру. Да и вообще, не трать время на игры. Выйди во двор, познакомься с девочкой, дружи, гуляй с ней. Делай подарки, води в кино, в кафешки… Чем больше ты будешь с ней проводить времени, тем лучше у вас будут отношения, главное, будь интересен ей и старайся интересоваться тем же, чем и она. или заинтересуй своим хобби. Поверь, реал гораздо интереснее. И реальная женская грудь гораздо красивее виртуальной нарисованной.

— Пф-ф! Два пупырышка. Что я, не видел?

— Что ты видел? Те самые «два пупырышка» своей одноклассницы, которые она показала тебе за жвачку?

— Не за жвачку… Баш на баш… Она мне, я — ей.

— Ха, думаешь, она осталась довольна? Знаешь, боюсь тебя огорчить, но она тоже осталась разочарованна твоим «стручком»! Олежка, маленький, поверь и пойми, реальная жизнь, в плане красоты, сильно проигрывает вирту.

— Что проигрывает, что я не видел? На всех постерах, в календарях, у баб такие…

— Силиконовые бидоны! Не сиськи, не грудь, а именно би-до-ны! Самые настоящие бидоны, в которые шприцом накачали силикон и все.

Боги… Да он что, плачет? Да, у паренька по щекам текли натуральные слезы…

Ленка, ну ты и стерва… Тебе что, жалко? Тем более, никто не видит.

Я спокойно встаю с кровати и плавным движением скидываю с плеч верх платья.

При виде того, что я делаю, у Олега вначале округляются глаза и появляется слабая улыбка, но едва мой бюст обнажился, слезы вновь брызнули потоком.

— И у тебя тоже квадратики…

— Постой, так… конечно, квадратики… Капсула же определяет твой возраст, когда ты ложишься в нее. Как бы ты не ложился в капсулу, к кому бы в играх ты не подходил, ты всегда будешь видеть цензуру.

— Цен… что?

— Ох… Цензура — ммм… Ну, в общем, так называются все эти квадратики на интересующих тебя местах, то, что тебе закрыт доступ к просмотру картинок и видео… закрыт же, да?

— Да… слушай, а когда у… в общем, в каком возрасте… ну…

— Короче говоря, ты хочешь спросить, какого возраста тебе нужно найти девочку, чтобы у нее уже были не «пупырышки», а полноценная грудь, да?

— Да, — радостно выпалил Олег.

М-да, дождалась. Ленка… Детский психолог, сексопатолог… Дающая рекомендации пареньку в пубертатном возрасте, как увидеть женские си… женскую грудь.

Я призадумалась. А ведь совсем недавно, я сама, вернее, мои мысли были заняты подобными мыслями…

Как мужики ходят, «оно» им не мешает при ходьбе? А штаны или джинсы, они не давят? А в туалете? Как «оно» не вымазывается? А ведь там же еще и эти, как их, яйца…

— Ой… Мам… Ну я же совсем не много… Все, сейчас снимаю… Ма, ну тут просто квест такой, что его надо делать ночью…

Понятно. Застукали пацана. Упс…

Я быстро одела верх платья. Мало ли, вдруг мамаша сунет свой любопытный нос в капсулу Олега и увидит меня топлесс. Ему же тогда вообще запретят играть, а я его уже начала воспринимать как младшего братика, который пришел к старшей сестренке с «острыми» вопросами, потому, что стесняется спрашивать у мамы с папой или… или их у него нет.

Интересно, у Макса с Олькой было все точно так же? Блин, зная Олькин характер и ее любознательность, мне стало Макса жаль. Представляю, какие вопросы она ему задавала!

Я улеглась на кровать и широко раскинула руки. Наверное, Олега можно воспринимать даже не как братика, а как сына. Сына, которого у меня уже никогда не будет. Не будет настоящего, живого, разумного мальчика, а не то жалкое подобие, которое могла предложить мне Игра.

Мне внезапно сильно сжало сердце ледяным холодом. Такое, как будто я вся резко опустилась в прорубь посреди зимы. Какая же я дура…

Теперь уже слезы катились по моим щекам. Реал… я — живая… Сладкое, холодное мороженное и шипучая газировка из пластиковой бутылки, которую я, несмотря на строгий запрет родителей, купила, и тайком с Олькой пила за школой на перемене.

Острый, вонючий и горький сигаретный дым, который мы глотали, упиваясь тем, какие мы взрослые, даже курить пробовали! А потом сожрали чуть ли не пачку мятной жвачки, чтобы заглушить запах.

Даже папин ремень… Да я согласна, чтобы меня каждый день лупили ремнем, лишь вновь вернуться туда, к моим родителям, к моим друзьям…

Друзья… Олег, который пошел на настоящее преступление ради меня, ради того, чтобы дать мне возможность быть не с ним, с другим! Целая школа учеников, которые тщательно берегли тайну третьего бачка в девчачьем туалете. Олька, которая ради меня шла на все…

Боже, какая же я дура… Все это потерять ради чего? Ради парня, который меня разлюбил? Ради кучки нарисованных пикселей? Набора команд?

Уткнувшись лицом в подушку и ревя, словно пожарная сирена, я не заметила, как уснула.

Утро следующего дня началось со скандала на входе в мой Дворец.

Собственно говоря, я и проснулась от звуков ругани под моими окнами.

— Куда лезешь, урод бородатый? Что, не видишь. что здесь стоит эльфийский принц?

— Слющай ти, дылда ушастый, да? Стаишь тут и стой, а мне прайти нада.

— Никуда ты не пройдешь! Хватит того, что уже один раз прошли, весь план мне испортили. Сейчас бы уже давно все проблемы решили, так нет же, Королева теперь выбирает себе жениха…

— И чито, вибирает и пуст вибирает себе. Себе жених вибирает, не тебе!

Я выглянула в окно.

Прямо на входе в мой Дворец, в дверях, полностью перекрыв проход, стоял мой давешний «жених»… как там его звать то? Я быстро просматриваю логи недавних дней… Где-то мажордом говорил мне, как его зовут. «Ларуэн, сын Лориена»…

— Уважаемый Ларуэн, мне кажется, что подобное нарушение Вами эльфийских обычаев сватовства было бы очень негативно расценено Вашим отцом, доблестным Лориеном.

— О, моя Королева! — практически хором сказал Ларуэн и гном… Да, тот самый гном, который был предводителем отряда гномов, которые пытались освободить меня из лап мятежников.

Быстро пролистываю логи… Нет, упоминания его имени еще не было.

— Так что у вас случилось?

— Видите ли, моя Королева. Этот гном желает сделать Вам предложение руки и сердца!

— И что? Ларуэн, сын Лориена, ты что, взял на себя роль моего отца и собираешься выбирать, кто будет свататься ко мне, а кто — нет? Напоминаю, что ты, со своими лю… бойцами, поднял мятеж и осмелился поднять руку на меня, вашу Королеву!

— У меня было на то право, согласно нашим обычаям! — торопливо прокричал Ларуэн, потому что свита гнома-жениха мгновенно ощетинилась секирами и прикрылась щитами.

— Да, именно по этой причине я до сих пор не отдала приказ казнить тебя! А теперь немедленно пропусти этого достопочтенного гнома вместе с его свитой ко мне, иначе я сочту, что ты нарушаешь право любого разумного посвататься ко мне и…

При упоминании о нарушении традиций, Ларуэн отпрыгнул с пути гномов, словно перед ним появился демон. Миг, и делегация бородачей, отсалютовав мне высоко вскинутыми секирами, гордо прошествовала в освободившийся проход.

Если делегации хоббитов и эльфов я встречала с выражением холодного безразличия на лице, то для гномов я изобразила улыбку. Собственно, почему «изобразила»? Я действительно была искренне рада видеть бородачей. Все-таки, они пытались помочь мне.

— Вам здравия доброго, Королева. — перед глазами всплыла надпись «желаете ли Вы включить режим нормальной речи у гномов?»

Да, конечно, желаю. Константин сказал, что мне оплатили аккаунт, так что… Да, ни единого вопроса не было.

— И вам быть здоровыми, доблестные воины. Позвольте мне еще раз выразить свою признательность за то, что вы пришли мне на помощь во время мятежа.

Гномы дружно покраснели и потупили взгляды.

— Ваше Величество. Позвольте мне, от лица всей нашей общины… — выступил вперед другой гном, не их командир. — … представить Вам нашего Гурина, сына Горина, сына Гарина, сына Гырина, ведущего свой род от самого Гимли! Лучший воин и прекрасный кузнец. Его голос по праву занимает почетное место среди лучших певцов, а длина и пышность его бороды способна соперничать с кроной Материнского Дерева Вашего Замка!

Интересно, является ли оскорблением у гномов сокращение их имени? Нет? Отлично, а то каждый раз выговаривать всю родословную вплоть до «Властелина Колец», это мрак!

— Итак, доблестные воины, я правильно понимаю, славный Гурин желает сделать мне предложение руки и сердца?

— Твоя мудрость и проницательность даже больше твоей красоты, моя Королева, — произнес, становясь на одно колено, Гурин.

— Позволь же преподнести тебе этот подарок, дабы оценила ты мое искусство и твое сердце сделало правильный выбор.

С этими словами, гном взял поданный ему из-за спины футляр и, открыв его, вытащил оттуда прекрасную секиру.

Оружие редко бывает произведением искусства, но эта секира была именно такой.

Тонкая, резная рукоять, оканчивающаяся небольшим шипастым шариком с одной стороны, с другой стороны на нее было насажено отполированное до зеркального блеска, вычурное, изукрашенное всевозможными вырезами, лезвие.

Я взяла ее в руки и медленно начала крутить в руках, рассматривая ее со всех сторон. Вызвав характеристики предмета я узнала, что это «Секира Гурина, + 3 атаки, + 1 Защиты. Уникальный предмет».

— Это мой подарок тебе, Королева. — дождавшись, когда я вновь обращу свое внимание на него, сказал гном.

Уже только ради того, чтобы позлить Ларуэна, я выражу свое расположение этому бородачу!

— Достопочтенный Гурин! Хочу сказать, что твое мастерство потрясло мое воображение, и поразило мое сердце. Я объявляю тебя претендентом на мою руку.

С глубоким поклоном, Гурин и его свита. пятясь, покинула мой тронный зал. Впрочем, заметив в приоткрытую дверь стоящего там Ларуэна, я произношу:

— Достопочтенный Гурин, я думаю, что Вы будете сегодня вечером приглашены на чайную церемонию.

Едва только гномы полностью покинули зал, как в закрывающуюся дверь проскользнул пышущий гневом эльф.

— Моя Королева, как Вы можете! Ведь это грубый и необразованный гном! Он не только не умеет складывать песни, он даже не соизволил высадить у вас под окнами Цветник!

— Могу напомнить Вам, дорогой Ларуэн, что Вы тоже, как-то забыли про этот обычай. Мне пришлось напоминать Вам о нем, в то время, как «грубые и вонючие» орки и гоблины не забыли о нем!

— Ваше Величество, только не говорите, что наш союзник. Сергей, Повелитель орков, тоже будет претендентом!

Ха! А ведь я могу сейчас честно ответить и не соврать.

— Нет, Сергей не претендует на мою руку.

— Но тогда, как понимать тот факт, что Вы так и не распорядились убрать из-под Ваших окон это убожество?

— Ну, почему сразу убожество? Пусть будет, для контраста. На фоне орочьего творчества даже Ваша картина смотрится неплохо, я молчу о клумбе Олега!

— Ах, так этот безродный и беззамковый сопляк тоже претендует на Вашу руку? Я сегодня же…

— Не сметь! Согласно нашим обычаям, обычаям светлых эльфов, Вы не имеете права причинять вред исподтишка другим претендентам!

— Хм, да, действительно… — задумчиво, подозрительно задумчиво протянул Ларуэн.

Вечером в мои покои несмело постучался Олег.

— Вечер добрый, Лена… или лучше, все же, «моя Королева»?

— Пока никого нет, можно и Лена. Что хотел?

— А можно еще вопрос задать?

— Давай, валяй…

Олег прошел и присел на край кровати.

— Лена, скажи, пожалуйста, а что такого в моей просьбе «показать сиськи»?

— Что случилось? Ты кому вопрос задавал в реале?

— Да я к старшекласснице подошел на перемене и попросил, пока никто не видит, показать. Но мы реально, были сами в коридоре и далеко от окон… А она мне пощечину залепила…

— Ой, Олег, Олег… Слушай, ты только не обижайся, ты реально такой непосредственный? Вот так вот, взял, и подошел к девушке, старшекласснице, с просьбой обнажить перед тобой грудь?

— А что тут такого? Ты же без вопросов показала. И Ирка, моя одноклассница, ну, помнишь, я говорил, что у нее два пупырышка… правда Ирка в обмен попросила показать свой…

— Вот видишь. Во-первых, вы с одноклассницей совершили бартер. Ты — ей, она — тебе. все честно. Со мной… Ну, я же тебе не настоящие показала, а игровые, нарисованные.

— А если бы я к тебе подошел на перемене. показала бы?

— Пффф, с какой радости?

— Почему? Что тут такого?

— Хм… м-да, хорошие вопросы ты задаешь… Скажи, а ты бы смог прийти в школу и, раздевшись догола, зайти в класс? И сидеть все уроки голышом?

— Да не вопрос, хочешь, завтра видео принесу?

Я откровенно растерялась, или парень очень тонко и умело меня «разводит», правда непонятно, на что и зачем, или… или у него совсем нет тормозов.

— Так что, принести завтра видео?

— Олег, — осторожно начала я. — а ты уверен, что это надо делать? И еще, если ты собираешься ради меня совершить ТАКОЙ поступок, значит, я должна буду ответить тебе чем-то. Как мы уже с тобой выяснили, мое обнаженное тело ничего тебе не даст — ты будешь видеть только квадратики цензуры. Да и, если честно, мне абсолютно не интересно, чтобы ты вылез голяка в классе, а потом еще и принес мне видео.

— Тогда зачем ты мне предложила такое сделать? — недоуменно переспросил Олег.

— Да я просто хотела дать тебе понять, что есть такие вещи, как стыд, неприличие…

Боже мой, неужели наличие собственных детей в обязательном порядке ведет за собой подобные вопросы и разговоры? Может, это еще и не так уж и плохо, когда у меня гарантированно не будет такого? «Чайлд-фри» и все такое…

— Я просто думала, что ты откажешься делать такое, объясняя. что тебе стыдно, боишься…

— Неа… наоборот, думаю, если я такое устрою, все девки класса будут моими.

— Олег, не делай этого! Вылетишь со школы, или родителей в школу вызовут, потом с отцом будут проблемы…

— Забудь, проблем не будет. У нас в школе, говорят, некоторое время назад пацаны раздели девку догола, а ее одежку в туалет закинули. И ничего, не вылетел никто[18].

— Олег, не надо, я прошу тебя.

— Все, знаю. Я тебе принесу запись, а ты за это — объявишь меня своим мужем!

— НЕТ! — говорю я тающей фигуре Олега. — Дурак, ничего я не объявлю. Более того, если ты такое учудишь, я вышвырну тебя из своего Замка навсегда!

Когда войдет в игру, должен увидеть эти слова в логах. может одумается…

Из-за визита Олега, я совсем забыла про обещание, пригласить Гурина «на чай»!

Возня и тихая ругань привлекли мое внимание.

Под окном, на средней клумбе, орк, все также вертя перед собой гоблина с рисунком на спине, руководил отрядом «младших», которые усердно проводили очередные садоводческие мероприятия.

Судя по темной коже орка и по посоху, который был прислонен к стене моего дворца, это был шаман, причем имеющий далеко не первый уровень. То есть, достаточно умный, чтобы ему можно было поручать эту работу.

Зеленокожие «гастарбайтеры» не метались как попало, а довольно четко и стройно выполняли свою работу. Первая шеренга копала, вторая сажала клубни. третья утаптывала, четвертая поливала а пятая — магичила.

При этом «садилы» каждый раз поднимали вверх клубни и ожидали одобрительно мотания влево — вправо головой от шамана. Последний каждый раз тыкался носом в спину «карты» некоторое время изучал его/ее, периодически переворачивая, после чего выдавал «одобрямс».

Бесконечно долго можно смотреть на три вещи: как горит вода, как течет огонь и как кто-то работает. Или там было наоборот?

В общем, я допоздна любовалась «тихой», но слаженной работой. Надо же, оказывается, под четким руководством гоблины способны на многое! Интересно, что там такого нарисовал Макс?

Естественно, что утром, едва только продрав глаза. я тут же бросилась к окну, чтобы полюб…

Над всеми тремя клумбами, полностью затеняя их от солнца, возвышалась монументальная конструкция, представлявшая из себя низкий, но очень массивный и прочный на вид стол. Опирающийся на четыре толстенных опоры, он возвышался над клумбами едва ли больше чем на метр. Ну да, я так понимаю, архитекторы и строители — гномы? В самый раз по ним размерчик.

На самой столешнице, сверху, были сделаны невысокие бортики, вровень с которыми была насыпана земля. На поверхности которой был высажен шикарный Цветник, изображающий всевозможные геометрические фигуры, то по отдельности, то переплетающиеся самыми причудливыми способами.

Да, это точно гномы. Никто, кроме них бы не смог такое учудить. Я так понимаю, главным в этом «подношении» был не Цветник, а сама конструкция, время за которое ее возвели, и тишина, которая окружала место строительства.

Ага, вон, любопытный нос, выглядывает из-за угла соседней с Дворцом, постройки. Гурин, сын сына сына… Лично, собственной персоной явился понаблюдать за реакцией невесты на клумбу.

Я одобрительно киваю, обводя это безобразие рукой. Типа, да, удивил!

— Ах ты, недомерок бородатый! Да как ты посмел, затенить своей каракатицей мою клумбу, которую я высадил ради нашей прекрасной Королевы, дабы ублажить ее взор!

О, а вот это становится интересно. Лаурэн, сын Лориена явился.

— Слушай ты, ушастое недоразумение! Моя Королева, простите… Да как ты вообще посмел открыть свой поганый рот и навонять тут цветами?

— Я… Да я сейчас тебя… на дуэль вызову!

Плохо дело. Что-что, а дуэли между претендентами на руке Королевы не были запрещены. Конечно, гном имеет намного большую защиту и уровень, но эльф намного подвижнее, да и магией обладает. Правда у бородача было сопротивление магии, но все же…

Мне пришлось спуститься и лично вмешаться в разгорающийся скандал. Процесс выяснения отношений и умиротворения враждующих растянулся надолго.

— Как это понимать? Эй ты, я с тобой разговариваю! — раздался голос у меня из-за спины. Женский голос, между прочим!

Я оглянулась. Позади меня стоял Олег!

— Я еще раз спрашиваю, как это понимать? Ты, скотина бесстыжая, ты что насоветовала Олегу? Ты что ему пообещала?

Так, все понятно. Олег таки выполнил свое «обещание» и, судя по всему, попал в крупные неприятности!

— Простите, как Вас зовут?

— На черта тебе это знать. а? Ты мне давай. объясняй, чего ты тут моему сыну насоветовала?

— Все же, как Вас зовут?

— Ну, предположим. Валя, Валентина Ивановна. Что дальше? или у тебя хобби, раздевать всех Олегов. у которых мамку Валей звать? Так я тебе сейчас глазища бесстыжие то, выцарапаю!

— Валя, у меня к Вам есть одна просьба. Не кричите и выслушайте меня пару минут.

— Чо мне тебя слушать, шалава, чо слушать. Моего сына сейчас психиатры слушают, а я тебя слушать должна?

— Валя, выслушайте меня, пожалуйста…

— Чо тебя слушать… — Олег, вернее, его персонаж, управляемый его мамой, двинулся на меня и попытался ухватить или ударить мне по глазам.

«Слабость»… и я одной рукой подхватываю за шиворот обмякающее тело Олега.

— Давайте пройдем в мой Замок и там спокойно поговорим.

— А ну, пусти меня, скотина… Пусти, я кому сказала!

Ой, да пожалуйста… Безвольная кукла еле скребет пол у меня под ногами.

— Ты что со мной сделала, а? Фух, я уже думала. что у меня в натуре руки отнялись и ноги… Че, думаешь, если ты там, в компьютере, я на тебя управы не найду. да? Подожди, доберусь я до тебя, бесстыдница…

— ВАЛЯ! помолчите пару минут и послушайте меня!

Замолчала…

Я быстро поднимаю логи наших бесед с Олегом и передаю их Олегову персонажу.

— Вот, посмотрите, пожалуйста. Это запись наших бесед с Олегом.

— Так ты еще и ваш срам записываешь? А ну, давай, я сейчас это все в полицию передам, пусть они посмотрят…

— Вы сначала сами посмотрите, а потом можете передавать в полицию.

— Посмотрю, посмотрю, не бойся, посмотрю… А потом еще и на суде покажу, пусть все посмотрят, как ты пацана несмышленого совращаешь…

Тем не менее, персонаж не стал пропадать, а просто затих.

Интересно, это мамка что, в капсулу сына легла, что ли?

— Слышишь, эта… Как там тебя, Лена, да?

— Да, Валя, слушаю Вас…

— Ты эта, извини меня, что я на тебя наорала так…

— Да ничего, все я понимаю… Что там у Олега произошло?

— Да что произошло… Пришел сыночек в школу, зашел в свой класс, у них гардероб сделан позади парт, немножко места отгородили шкафами. Взял, да и разделся догола. Вышел и сел за парту.

— Боги… и что?

— Да что, одноклассницы в визг, парни свистят, училка в шоке выскочила из класса да за директором побежала. Короче, Олежку скрутили, одели и в мед кабинет отволокли. Вызвали меня с отцом, врачей, психушку… Ну, те его быстро раскололи, он и сказал, что ему в вашей игре сказали, что если он такое учудит и на видео снимет, то за него тут выйдут замуж…

— Валя, я не только не требовала от него такое, но и отговаривала!

— Да я уже просмотрела. И что ты ему советовала, и как квадратики показывала… Слушай, а что, действительно, цензура так работает?

Моим первым побуждением было скинуть платье, но… Я задумалась. А что. если я сейчас повторю фокус, а маме покажет правду? Или моя готовность обнажится убедит ее в том, что я — извращенка, и все начнется по новой?

— Нет, извините. Чем Вы докажете, что Вы — это Вы. а не Олег прикидывается Вами, чтобы вытребовать с меня согласие на женитьбу?

— Хм… даже не знаю, дочка, как тебе это доказать… Ну да ладно, в принципе, ты меня уже успокоила. Если бы ты сразу оголилась, то я бы подумала, что ты — реальная шалава и…

Бинго! Я угадала!

— Знаете, а вы просмотрите те логи, что я вам сбросила, в режиме видео.

— Да, а как тут? Сейчас…

— Хм, да, действительно, квадратики… Не понимаю, что такого в том, что ты дашь ему согласие на свадьбу. Что, цензуру уберет это?

— Нет, просто понимаете, эта игра рассчитана на то, что у тебя, как игрока, есть Замок. А Олег потерял свой Замок и сейчас шатается беспризорником по миру Игры. А свадьба давала ему опять Замок под контроль.

— И что, вот ради этого стоило такой позор себе устраивать?

— Ну, я пыталась ему это объяснить… Пыталась доказать. что реальная, живая девушка-подружка, гораздо лучше, чем вся эта нарисованная мишура.

— Да прочитала я это все… И что мне с ним делать теперь?

Блин, да вы что, сговорились все? Я вам что, психиатр? Давайте, я размещу объявление «Психиатр, помощь при приступах игромании. Обращаться в игру Земли, Третий Замок эльфов, направо от входа».

— Валя, все, что я могу посоветовать Вам, это запретить сыну выход в Игру и продать капсулу, только не говорите, что это я Вам посоветовала, хорошо?

— Эх… так, а что тогда делать? Он — отличник, по всем предметам только высший бал. Мы ему капсулу купили по договоренности, он честно выполнил условия. Мы и так ему таймер поставили, чтобы он не «сорвался»… так это называется, да?

— Валя, честно? Не знаю. Я Вам свое видение сказала.

— Да сказала, дочка, сказала… Сиськи ему подавай… Что мне, самой перед ним заголяться?

Я вдруг представила себе эту картину. По говору и по интонациям у меня создался образ толстой, жирной бабищи, заплывшей жиром, с отвисшей грудью… М-да, если Олег будет на ТАКОЕ любоваться, боюсь, что в их семье вырастет женоненавистник.

— Не советовала бы я Вам такое практиковать…

— Да понятно… стыдобища то какая. Делать то что?

— Валя, извините, здесь я Вам не советчик. простите, мне надо идти, Замком управлять.

— Да, доця, иди… И эта, еще раз извини…

— Валя, извините и Вы, можно встречный вопрос?

— Да, Лена, спрашивай.

— Вы сейчас из капсулы Олега?

— Нет, что ты, чтобы я добровольно в этот гроб легла? Рядом с компьютера сижу.

Хорошо, что я не показала Вале грудь. Наверняка бы цензура не сработала…

Персонаж Олега с легким звоном рассыпался в пыль, а я пошла на улицу, раздумывая по дороге над собой. Меня удивляли мои поступки и мысли. Все чаще я замечала, что поступаю не как обычно, импульсивно и необдуманно, а заранее взвесив и оценив возможные последствия своего поступка.

Сейчас я разговаривала с Валентиной Ивановной как взрослая, мудрая женщина, обдумывая и аргументируя свои слова. ТА я, при первых звуках крика и оскорблений, как начала наш разговор Валя, ответила бы тем же, а ослабив противницу, отметелила бы ее ногами. ЭТА я, напротив, вынесла все оскорбления и спокойно разрулила ситуацию.

Наверное, это влияние Игры на меня…

Гурин и Лаурен все также стояли друг на против друга и препирались. На минутку я даже остановилась полюбоваться ими. Один, высокий и стройный, с высокомерием смотрел сверху вниз на своего оппонента, Второй, невысокий и коренастый, зато гораздо шире в плечах, с точно таким же выражением на лице смотрел снизу-вверх. На мой взгляд, во взгляде гнома высокомерия и презрения было даже больше. Было ли это следствием разницы в возрасте, или густые брови придавали его взгляду более грозный вид, не знаю.

— Мальчики, мальчики, не надо ссорится! Все хорошо, вы оба являетесь кандидатами в мои женихи и я…

— Как только я стану твоим мужем, Королева, я приложу все усилия, чтобы эти недомерки заняли подобающее им место! Загнать их в шахты и не выпускать на свет Эльрата! И бороды им поотрезать!

— Когда я буду мужем нашей прекрасной Королевы, я распоряжусь, чтобы… ЧТО??? Что ты сказал про бороды? Да я тебя лично отправлю с топором в руках, деревья валить!!!

Лаурен подавился от гнева. Сказать эльфу, что он будет лично рубить деревья, это даже хуже, чем мусульманина заставить силой есть свинину.

— Моя Королева, посмотрите, что себе позволяет этот… недомерок!

— Моя Королева, Вы же видите, что он оскорбляет самое святое, что есть у гнома, наши бороды осмелился затронуть!

— Так, оба, ТИХО!!! Расшумелись тут. Никто никого оскорблять не будет! Мне очень понравилось то, что преподнес Гурин, но, достопочтенный, я попрошу Вас перенести Ваше подношение чуть подальше, чтобы я могла сравнить Ваше творение с тем, что мне подарили другие. Ведь я должна выбрать лучшее, не так ли?

Гном, тихо бурча в бороду, что мол, и так ясно, что его подарок самый лучший, подошел к «столу» открыл какую-то крышечку, чем-то щелкнул и вся огромная конструкция, поскрипывая и позвякивая, начала медленно двигаться в сторону.

— Большой спасибо Вам, мудрый Гурин, что прислушались к пожеланию свой Королевы, — ласково улыбнулась я бородачу, краем глаза наблюдая, как наливается краской гнева эльф. — как видите, уважаемый Лаурен, сын Лориена, послушание иногда приносит больше пользы, чем следование обычаям. Что с Вами, Лаурен?

Несчастный эльф шел пятнами и задыхался, тыкая пальцем на что-то позади меня.

Естественно, что я тут же пожелала выяснить, что же там, за моей спиной, происходит.

Сдвинувшаяся гномья конструкция открыла нашим взорам клумбы, находившиеся под ней. Справа и слева, помятые и потоптанные, лежали клумбы эльфов, Лаурена и Олега, а вот посередине…

Даже странно. Зная нелюбовь гномов к оркам, было бы логичнее предположить, что именно средняя клумба должна была пострадать сильнее всех, но именно она осталась нетронутой.

Глава 9

На черном, абсолютно неканоническом для светлых эльфов, фоне, красным цветом был изображен кривой, зубастый череп. совсем такой, подумалось мне, как тот, который я собиралась вышить на флаге для Макса. Над черепом были изображены два скрещенных топора, а ниже была надпись.

Orkz boyz da bezt![19]

Макс… ты как всегда, лучший!

— Моя Королева, позвольте, мы сей же миг уничтожим это кощунство!

— Мой дорогой Лаурен, зачем? Пусть будет. Пусть эта клумба будет для вас немым укором. Орк, которого мы все привыкли считать грязным и тупым животным, проявляет больше фантазии и уважения к нашим традициям, чем Вы, истинный эльф!

— Но, моя Королева! Это проклятые недомерки виноваты, что моя клумба не взошла! Это они загородили солнце для моих насаждений и поэтому я не могу порадовать Вас…

— Ах, Лаурен, оставьте эти жалкие извинения для других. Сходите, например, в хумансовское поселение и там рассказывайте эти байки. В прошлый раз Вашу клумбу вытоптал непонятно кто, в этот раз Вам помешала конструкция гномов… Что Вы в следующий раз придумаете? Дракон прилетит и спалит Ваши цветы, да?

Хм… Дракон прилетит? А это идея… Гро мне тогда обещала, вроде как, что если очень будет нужна ее помощь, то…

Точно, если увижу, что Лауреновы слуги что-то стоящее выложили, вызову Гро, пусть спалит клумбу к чертям. Можно и самого «женишка» спалить.

Один из свиты Лаурена наклонился к его уху и что-то прошептал. Все, что я смогла распознать. было: «оставьте, принц, если она не против нашего цвета, значит она почти готова».

Какой цвет, кто и к чему готова?

Тогда я не обратила внимания на эти слова…

Уладив дела с моими женихами, я решила все же заняться тем, чем и полагается заниматься Повелительнице Замка, Волшебнице — отправить свою армию в поход.

С одной стороны, имея мятежного принца в Замке, было бы глупо отправлять всех своих бойцов, с другой, согласно обычаю, он сейчас не имеет права ничего предпринимать.

Я отбираю самых неопытных: молодых и «зеленых» Энтов, тонконогих. с жиденькими гривами единорогов, вертлявых и непоседливых Пегасов, гномов, эльфов и хоббитов.

Пусть молодежь поднаберется опыта, погуляет, «проветрится». Тем более, что в прошлый раз мы так и не завершили круг вокруг уже разведанных земель моего Замка, поэтому, мой приказ — пройти по маршруту, заданному на карте, не отвлекаясь ни на какие помехи и препятствия.

Мигает иконка сообщения… Я разворачиваю ее.

Кто Вы? И что значит это Ваше хулиганство. Знаете ли, не знаю, кто Вы, но это слишком жестоко и грубо, так издеваться над убитыми горем родителями!

Мои родители! И значок состояния показывает, что они сейчас «он-лайн»!

Мама, папа, это не развод, это я!

Прекратите хулиганить! Наша дочь погибла, выпав из окна школьного туалета и напоровшись своей головой на штыри забора!

Мама, это ты? Мама, поверь, пожалуйста. Меня…

Нет, это отец Лены. Я не знаю, кто Вы и зачем делаете это, но…

Папа, у тебя на левом мизинце ноги врос ноготь!

Отк… Да, хорошая попытка. Не спорю, эту информацию можно достать из медицинской базы клиники. Молодцы, я обязательно передам главному врачу, что их базу взломали.

Папа, что тебе рассказать? Скажи, я знаю ВСЕ о нашей семье!

Не смейте меня так называть! Вы ВСЕ знаете, да? Хорошо, под какую песню я впервые поцеловался с мамой Елены, своей будущей женой?

Пап… вы с мамой мне столько раз это рассказывали. Это очень старый медляк, группа Breed «Be kind to me».

Надо же, Лена даже такое рассказала…

Папа, я никому ничего не рассказывала!

Ну да, не рассказывала. Сейчас выяснится, что переселение душ существует, и что душа нашей дочери вселилась в какого-то медиума. Или он смог ее вызвать на своем спиритическом сеансе, да? Или какую сказку Вы мне еще расскажете? И сколько Вы будете просить с нас за каждый сеанс связи с нашей «дочкой»?

Папа, ну как мне доказать, что это я? Я ничего не буду с вас просить, ни денег на счет ни платежей, просто, поверь мне, что я это — я!

Да, не будешь, сейчас. А потом начнется, «я не могу сейчас говорить, у моего медиума финансовые проблемы, его угрожают убить, поэтому срочно нужны…»

Папа, спроси у Константина, того, который охранял…

Да, помню я его. Из-за него и его шефа ты вляпалась тогда в ту неприятную ситуацию.

Папа, что с моим телом?

Ну, знаете ли, это уже откровенная наглость. Мало того, что пытаетесь меня развести. так еще и информацию поленились собрать. Закопали мы «твое» тело на кладбище! В могилку положили и землей сверху присыпали!

Я не это спрашиваю. когда я разбилась, куда его отвезли?

В одну из больниц. Там почти сутки возились с реанимацией, а потом сказали, что безнадежно, и они ничего не смогли сделать.

Папа, а теперь, пожалуйста, слушай меня внимательно и не перебивай, хорошо? Мое тело отвезли, судя по всему, в больницу, где лежал Сергей и положили в его капсулу. Тело умерло, а сознание успело «сорваться». Я сейчас в Игре «Земли Меча и Магии», в которую раньше ушел Максим, и куда вы не пускали меня. Мен не нужны ни деньги, ни помощь, ничего. Я просто хочу, чтобы вы знали, я не умерла окончательно, я — жива!

Хорошо… Предположим… предположим, что я тебе готов поверить… Когда у тебя начались первые месячные?

В десять с половиной лет, как раз после твоего дня рождения. Я тогда сильно испугалась и лезвием порезала себе палец, чтобы объяснить вам, откуда кровь.

… Лена?

Папа, да, это я, твоя Леночка, твой Олененок, Ленок, Ленка, Скотина безмозглая, «дочь моя». Папа, это я…

Лена, Леночка… Да как же это… Зачем ты… Лен…

Па? Папа? Ау???

Лена, это ты?

Па? Мама?

Да, это мама. Лена, это ты?

Да мам, прости… те меня…

Скотина, как ты могла так поступить! Ты что, сама себе эту жизнь давала, что так разбрасываешься ею?

На протяжении следующего получаса мама бранила и ругала меня на чем свет стоит, а я… а я тихо млела от того, что все же могу, пусть не слышать, а читать, но все равно, общаться со своими родителями.

Позже в разговор снова вернулся папа. Как оказалось, от новости, что его Олененок не умер окончательно и с ней можно общаться, пусть даже и так, его сердце дало несильный, но все же сбой, и все это время он просто лежал на диване рядом с мамой.

Лен, может тебе помощь какая нужна, или… Не знаю, тебе что-то надо?

Нет пап, ничего не надо. Все, что я хотела, это сообщить Вам, что я «жива», так что теперь, все вообще, в порядке.

Леночка, а как у тебя там с этим, Максимом?

Мамин вопрос поставил меня в тупик.

Сказать ей, что Макс меня бросил? Забыл? Так мама ляжет рядом с папой и не факт, что встанет потом…

Мам, помнишь, когда вы с папой ругались, ты мне потом говорила, что «милые бранятся, только тешатся»? Ну, вот и у нас так. То грыземся, то целуемся…

Ну, это хорошо. Ты ж смотри, до свадьбы не… М-да, я уже сама поняла. какую глупость сморозила. Или у вас там тоже есть мораль и прочее?

Есть мама, есть. только не такая, как у вас, там, в реальной жизни. Вы не волнуйтесь за меня. Все равно, помочь не сможете, а если Вам станет плохо, волноваться буду уже я.

Мы еще долго говорили. Мама рассказывала мне, что происходит там, у них. Папа иногда вставлял свои реплики. Как же я соскучилась по его юмору, не всегда понятному сразу, но часто такому меткому и смешному.

По карте я увидела, что моя армия, отправленная на разведку, пошла на захват шахты, ввязавшись в бой.

Мам, извини, у меня тут бой идет и мне надо командовать.

Боже, Лена, у тебя там что, война?

Мам, не волнуйся, в этой игре война идет все время. если нет боев, значит что-то не так. Так что все в полном порядке.

Лен, ну я все равно буду волноваться. Ты там хоть на рожон особо не лезь и под пули не подставляйся, хорошо?

Да не волнуйся ты так, мама. Я — генерал, сижу в штабе и отсюда руковожу войсками.

А, ну если в штабе сидишь, то это уже хорошо… А он у тебя хорошо укрепленный? А то, знаешь, сейчас такие бомбы есть, любую защиту пробивают!

Не волнуйся мама, я в таком штабе сижу, что меня бомбить не будут. Еле сдерживая смех, отвечаю я маме. Бомбы, пули… Мама, ты о чем?

Ой, Лена, мне опять тревожно за тебя. Ты, такая молодая и, прости меня, глупенькая, а уже генерал? А если ты допустишь ошибку? Тебя же могут расстрелять! Да и как ты так быстро продвинулась по званиям? Лена, ты что, переспала с кем-то?

Мама, успокойся, ничего такого не было и не будет!

Все, Лена, занимайся своими делами, а я маме объясню, что к чему в твоих играх. Целую тебя, доченька.

Фух, папка, спасибо.

Этим вечером Олег не явился в игру. Ну да, думаю, он теперь очень не скоро сможет зайти, если вообще сможет. Ночь прошла абсолютно спокойно.

Утро началось с изучения клумбы Лаурена. Неплохой подбор цветов, грамотно составленные композиции… здесь была выражена и безответная любовь, и грусть от нее, и надежда. Причем последняя проявлялась не сразу а только если смотреть на цветник некоторое время. По-видимому, эльф смог заложить в свое творение не просто временной интервал, а именно ответную реакцию на наблюдателя.

Мне было лень изучать каждый конкретный цветок отдельно, поэтому я просто любовалась игрой и переливами цветов и соцветий под легкими дуновениями ветра.

Грусть. Ну почему, даже когда композиция демонстрирует мне надежду и любовь, я все равно вижу нотки тоски и грусти? Откуда они. что мне хочет сказать этим эльф. И почему в цветовой гамме его клумбы превалируют темные тона и оттенки даже самых светлых цветов?

Некоторая суета на вратах моего Замка отвлекла меня от созерцания Цветников. Судя по карте, к моему Замку приближалась армия… Или нет, небольшой отряд? Да, точно, отряд… Макса!

Неужели Макс все же решился лично приехать к невесте? Было бы очень неплохо, потому что чем дальше я тяну с принятием решения, тем все сильнее эльфийская сущность одерживает вверх во мне, настаивая и требуя определится с выбором. Причем она, эта самая сущность и слышать не желает не только про вариант с Максом, но даже и с Гурином.

Эльф и только эльф должен быть моим женихом и мужем, твердит она мне.

— Ваше Величество, моя королева, там делегация от нашего союзника, Варвара!

— Пусть войдут, впустите их!

— Но… моя Королева, это же гоблины! И орки!

— И что? В первую очередь, это наши союзники! Я сказала, впустите их.

При виде въезжающего в ворота моего замка «свадебного кортежа» Макса, я еле сдерживала смех.

Четыре разукрашенных цветами и ленточками огра несли на своих плечах такой же пестрый открытый паланкин. Там, восседая на богато украшенном черепами и золотыми побрякушками троне, держа в одной руке какую-то каменюку, а во второй дубинку, гордо взирая на всех окружающих его, ехал Макс. Огромная корона, еле держащаяся на его голове только благодаря растопыренным в разные стороны ушам, создавала впечатление, что это не она украшает носителя, а наоборот, он поганит ее и является ее придатком. Огромная, длиннющая мантия, которую несли около двух десятков гоблинов, была сшита из мешанины шкур всевозможных животных. Должная символизировать непобедимость и силу своего владельца, она скорее создавала впечатление, что передо мной принц нищих, которому шили плащ по принципу «с миру по нитке, голому рубашка».

Единственные, кто более-менее соответствовали самим себе, были орки. Разрисованные самыми устрашающими узорами, они, вооруженные до зубов начищенным до блеска оружием, бодро маршировали по бокам от паланкина, изображая из себя почетный караул.

Судя по массе синяков и избитым мордам Максового воинства, ему пришлось лично «убеждать» своих воинов принять участие в этом мероприятии.

Двигавшийся позади всех Барабанщик мерным рокотом своего барабана задавал ритм движения всей процессии.

Наконец, паланкин поравнялся со входом во Дворец и Макс махнул рукой сверху вниз. Первым отреагировал Барабанщик. Сделав на своем инструменте двойное «Ду-дук!», он прекратил барабанить.

На прекращение стука отреагировали гоблины. Они остановились как вкопанные, продолжая удерживать мантию своего Повелителя. Паланкин пока что продолжал движение вперед, поэтому сшитые шкуры начали натягиваться, ликвидируя то провисание, которое сформировалось во время общего движения всей колоны.

Более дисциплинированные (судя по цвету кожи, просто более опытные) орки, отработали ногами строевую команду «На месте стой, раз-два», пройдя два лишних шага, но, все же, сохранив строй и порядок.

Последними сообразили, что была отдана какая-то команда, огры, носители паланкина. Задняя пара, увидев остановку орков, просто выполнила еще одну строевую команду «Делай как я», громко бухнув напоследок лапами по земле и подняв тучи пыли.

А вот передние, не имея перед глазами примера и не слыша ничего за громким, правда четким топаньем собственных ног, продолжали движение вперед.

Макс начал проявлять беспокойство. В левого огра полетел булыжник, а в правого — дубинка. Оба предмета попали своим мишеням прямехонько по затылкам.

— Бэ? — спросил первый огр, хватаясь за ушибленную точку на своей рогатой голове.

— Бээ? — ответил ему второй, повторяя в зеркальном отражении его движение.

— БЭЭ!?!? — недоумевая, поднял второй! рукой откатившуюся к его ногам дубину первый огр.

— БЭЭЭ!!! — угрожающе проорал ему в ответ второй, поднимая камень.

Паланкин, который уже не удерживали спереди вообще, упал на свои передние ручки. Макс, чья мантия на этот момент уже была натянута как барабан, оказался сдернут со своего трона и полетел кувырком назад.

Задние огры, увидев своего Повелителя падающим, кинулись к нему на помощь и с громким треском стукнулись своими круторогими лбами.

Получив удар, каждый из них резко вскинул голову, чтобы разглядеть своего обидчика…

Кто именно из них в лучших традициях футболистов, отбил падающего на него Макса, словно мячик в сторону, я не разглядела. Единственное, что могу сказать, пас был дан очень точно. Макс, свернувшийся клубочком, словно футбольный мяч, с трепещущими по ветру ушами, торчащими в разные стороны, словно крылышки, упал прямо к моим ногам.

Так вот зачем он свернулся клубочком!

На груди, бережно прикрытый руками моего любимого гоблина, абсолютно не пострадавший во всех этих перипетиях, находился небольшой букетик цветов. Более того, присмотревшись, я поняла, что цветы были не сорваны, как это наверняка сделал бы любой неэльф, нет, они были именно «выпрошены» у кустов!

— Любимая, это тебе. — и Макс, став на одно колено, преподнес мне этот букет.

Успокоив и разняв с помощью Энтов дерущихся огров, мы прошли в мой тронный зал. Вслед за нами туда же проскользнули обе эльфийки, которых я, если честно, даже не заметила сразу в свите Макса, отвлекшись на его «эффектное появление».

Спустя несколько минут, в тронном зале находились: Макс с двумя эльфийками, Гурин, сын сына сына… короче, хрен его знает, какой правнук Гимли, в сопровождении двух гномов и Лаурен, еще с двумя эльфами.

Или у меня от счастья двоится в глазах, или… Я по какой-то причине нечетко видела Лаурена.

— Уважаемые кандидаты. Я собрала Вас сегодня здесь, чтобы объявить о своем выборе. Поскольку эльф Олег не явился на сегодняшнюю церемонию, а делегация хоббитов отозвала своего кандидата, остались вы трое. Представитель дома светлых эльфов, высокородный Лаурен, славный Гурин и храбрый Ма… Мастер Йода. Я выбираю…

Внезапно, одна из эльфиек, стоявших за спиной Макса, сделала пару шагов вперед и оказалась лицом к лицу с Лауреном.

— Vel’bol dos ghil tlu, jaluk?

— Quarth Ilharess…[20]

Лаурен резко сделал шаг назад и затравленно обвел взглядом окружающих.

— С-свет, — его голос неузнаваемо изменился, обретя шипение и… ненависть? — нас раскрыли! Тревога! АТАКА!

Практически сразу, через окна и двери в тронный зал начали вливаться группы эльфов, бывших союзниками Лаурена. Эльфийки, сгрудившись около Макса, выставили магическую защиту, а более темная, поведя рукой, охватила весь зал. Внезапно у меня словно пелена с глаз спала. Абсолютно все остальные эльфы в зале были темными!

Два гнома, прикрывшись щитами отступали в угол зала. Мой жених, Гурин, сын Горина и еще каких-то достопочтенных гномов, лежал ничком там, где и стоял до этого. В его спине торчал кинжал с фигуркой паука на рукояти.

Сильный удар потряс замок. Входные двери тронного зала влетели внутрь, как будто по ним ударили мощным тараном. Впрочем, почему голову огра нельзя считать таковым? Бараноголовый воин встал, встряхнул головой, словно приводя после удара свои мозги в порядок (интересно, что там приводить в порядок? Они там вообще, наличествуют?) и проблеял:

— Бэ-э-эда… Бэ-э-эжим!

Два, нет, три, нет, уже четыре стрелы, вонзившиеся ему в грудь вызвали только недоуменный взгляд на «наросты».

— Ленка, прости, но согласно нашим обычаям, это твои внутренние разборки, в которые я не имею права вмешиваться. Я и свататься не должен был, но мы смогли таким образом обойти ограничения наших обычаев. — прокричал мне Макс, уходя под прикрытием огра и двух магических щитов, поддерживаемых эьфийками.

Еле заметные отблески сполохов на стене, напротив окна, что это, пожар?

Роща Энтов пылала, подожженная и поджигаемая дальше горящими стрелами, пускаемыми темными эльфами уже в открытую.

Табун Единорогов, разметав хлипкое прикрытие на воротах, уносится в даль, прочь из моего Замка.

Несколько взрослых Пегасов парят с громким ржанием над стойбищем, призывая жеребят подняться вслед за ними… Тщетно. Отлавливая по одному молодняк, темные эльфы тут же отрубают им крылья, превращая прекрасных повелителей воздушной стихии в самых обычных, приземленных лошадей.

Низкорослых хоббитов просто согнали в одно место и окружили охраной из лучников, держащих туго натянутыми свои луки и готовых стрелять при малейшем проявлении неповиновения. Один единственный вскрик младенца-хоббита и три стрелы, сорвавшись с луков, пронзают по три-четыре пухленьких, но таких слабых тела за раз.

Мне на руки падает пожелтевший, скрученный листок сверху. В чем дело? Материнское дерево никогда не сбрасывает листву и всегда вечнозеленое!

— Мы отравили Источник, питавший ваше дерево. Кстати, можешь посмотреть на своих эльфов, вон они…

Небольшими группками, то тут, то там, стоят мои, бывшие мои эльфы. Они темнеют прямо на глазах. Некоторые не выдерживают мутации и с негромким возгласом, падают наземь бездыханными телами. Большинство же, все же, остаются в живых.

Громкий грохот прокатывается по моему Замку. Оглянувшись в сторону, откуда пришел этот звук, я вижу высокий столб пыли, поднимающийся к небесам.

— А, это гномы… Не пожелали принять над собой руку Матери всех пауков, величественной и Наитемнейшей Ллосс, и завалили входы в свои шахты и подземелья. Туда им и дорога.

Резко темнеет. Или это от пережитого у меня потемнело в глазах? Нет, действительно, тучи затягивают небо, создавая полумрак на территории моего Замка. Бывшего моего Замка.

Изо всех щелей в земле начинают вылезать пауки всевозможных форм, пород и размеров. Они собираются в одном месте, образуя живой, шевелящийся ковер. По центру ковра начинает сгущаться тьма, уплотняясь и становясь как будто осязаемой.

Из сформировавшегося столба Тьмы выходит полуженщина-полупаук. Все темные эльфы падают ниц перед ней.

— Встань сын погибшего дома! Ты выполнил волю своей Богини и имеешь право на одно желание! — обратилась она к Лаурену.

Эльф встал, не осмеливаясь, впрочем, поднять глаза на Богиню.

— Проси, чего ты хочешь?

— Богиня, Темнейшая Ллосс… Я хочу… стать матронной нового Дома!

— Ха-ха-ха… — запрокинула Богиня свою голову назад. — Ну что ж, по заслуге и награда. Будь по-твоему.

Из рукава Богини выскользнули три паука, которые тут же направились к Лаурену. Эльф стоял бледный, словно мелованная стена. Пальцы на его руках подрагивали, но крепко стиснутые зубы говорили о его решимости пройти… через что, интересно? Какой ритуал необходимо будет ему пройти, чтобы стать… некой Матронной?

Два паука с разбега запрыгивают Лаурену на груди и пронзают ее своими жвалами. Миг, и под еле слышный стон, вырывающийся сквозь плотно сжатые зубы, у эльфа начинает расти женская грудь! Эх, абсолютно неуместная мысль проскакивает у меня в голове. Сейчас бы сюда Олега, вот бы парень повосторгался! Еще бы сам попросил темную богиню отрастить ему такую же.

Третий паук вскакивает на пояс Лаурену и залезает тому в штаны. Спустя миг глаза эльфа вылезают из орбит и над Замком разносится крик, полный нечеловеческой боли.

Пауки уже давно вернулись богине в рукава, оставив на площади скрюченную фигуру эльфа. Наконец та проявляет признаки жизни и, разогнувшись, начинает выпрямляться.

Статная, грудастая эльфийка стоит перед нами. Богиня протягивает ей хлыст.

— Возьми его и правь домом Попирающих Свет к вящей славе моей, Лаурена, Поправшая Свет пред лицом моим!

После чего богиня поворачивается ко мне.

— Силой, данной мне моим божественным происхождением, я забираю у тебя твой Замок, который ты не смогла защитить и удержать.

Вы потеряли свой Замок…

Богиня исчезает, забрав с собой и пауков, и тьму, и тучи.

Лаурен…а поворачивается ко мне.

— Ну что, «светлячок», не помогло тебе ничто. Ни хитрости твои, ни женихи твои, ни магия твоя. Я предлагаю тебе войти в мой дом…

Персонаж Лаурена, Матронна дома темных эльфов Попирающих Свет, предлагает Вам войти в ее дом. Внимание, это приведет к смене Вами расы Вашего персонажа!

— А что ты намерена делать с Варваром, который был здесь?

— Он мешал осуществлению наших планов и он — мужчина, поэтому он должен быть уничтожен!

Ты собираешься воевать с Максом и предлагаешь мне вступить в ряды твоей армии?

— Нет! — выкрикиваю я ей в лицо.

— Ну что ж, поскольку ты, своим бездарным поведением и длительной нерешительностью помогла нам захватить твой Замок, а также, поскольку ты — бессмертная и находишься под покровительством богов, я даю тебе время — один день. Завтра с утра, если ты будешь находится в Секторе МОЕГО дома, на тебя будет объявлена охота! Настоятельно рекомендую тебе разумно распорядится этим временем и покинуть МОЙ Сектор как можно быстрее. Эй, вы, проводите ее за ворота. — отдала она приказание нескольким воинам-мужчинам, которые почтительно склонив голову, тут же бросились исполнять ее приказание.

— Позволь, я хотя бы заберу свои вещи… — обратилась я к ней.

— Единственная вещь, которая тут твоя — это твоя никчемная жизнь, «светлячок»! Все остальное имущество уже мое! Оно было передано мне самой Ллосс и не тебе оспаривать решение богини! Вон отсюда, пока я не передумала и не забрала у тебя это лишний день твоей никчемной жизни, которую ты могла бы посвятить служению Ллосс и Тьме!

Под пристальным конвоем, я вышла за ворота Замка и пошла, куда глаза глядят.

Все, все ради чего я начинала играть, пропало. Я так надеялась. что смогу помогать Максу, что мы будем править двумя соседними замками. а теперь…

Ленка, ты как? Что случилось с замком? Почему у нас оказались разорваны все отношения?

Макс! Я же могу отправится к нему. Пусть я и «бесприданница», но любовь, она же сильнее всех этих предрассудков, правда?

Макс! мой замок захватили Темные эльфы. Не Игрок, а простые эльфы. Явилась их Богиня, Лось какая-то, и отобрала у меня замок, сказав, что я не смогла его защитить, поэтому там теперь будет их дом попирающих свет. Макс, учти, они собираются напасть на тебя, потому что ты им мешал в захвате и потому, что ты — мужчина.

Угу, естественно. Именно потому, что я мужчина. То, что я им мешал — фигня, мелочи. М-да, обрадовала ты меня, нечего сказать. А я, благодаря твоим поставкам Пищи, раздул свою армию до неприличных размеров… мне ее теперь кормить особо нечем.

Макс, я сейчас приду к тебе в Замок и мы вместе что-нибудь придумаем, правда?

Нет, Лена. Я тебе уже не раз говорил, нам, Варварам, неудачники не нужны. Весь свой авторитет, который ты завоевала на Арене, ты потеряла вместе с Замком. Если я тебя возьму, то получу такой же бунт, который был у тебя. Нет Лена, ты мне не нужна, иди прочь!

Макс?

На моей карте поменяли цвет с союзных на враждебные все постройки и здания, которые принадлежали Максу. Бывшие мои сменили цвет еще раньше.

В окне Дипломатии исчезла иконка связи с союзником «Мастером Йодой».

Две моих попытки попасть в Сектор Макса закончились плачевно. Оба раза меня атаковали отряды орков на кабанах. убивая в течении пары десятков секунд. Так как это было ну очень болезненно, я решила прекратить попытки.

В растерянном и подавленном состоянии, я присела на придорожный камень на развилке дорог.

Что мне теперь делать?

Конец первой книги.

Примечания

1

И нифига мы не уродливые, это эльфы худые и тощие — прим. Mercenary.

2

Уважаемые читатели! Это не издевательство над светлой памятью наших дедов! Эту песенку действительно напевали дети страны Советов и это не идея Реми, это моя идея. Mercenary.

3

Элеонора Раткевич «Наемник мертвых богов».

4

Внимание, и Реми, и Mercenary прекрасно знают содержание данной книги Ивана Ефремова!

5

«LongTallSally», данную песню пели все, кому не лень, в том числе и Scorpions.

6

Чем в это время занимался Макс, вы можете прочитать во второй книге о Варваре автора Mercenary.

7

Подробнее об этих событиях в книге Mercenary «Темная Волшебница».

8

На самом деле, эльфийские жены приносили Сержу детей, но это было в первой книге Варвара-воина, после чего, в результате сбоя, они потеряли такую возможность, о чем также было сказано во второй книге дилогии.

9

Некромант-Вампир Вит’ал. Подробнее, смотрите книгу Евгения Котруцы или Jeniac — Jeniac — «Вампир».

10

На самом деле, Лена не знает, что «рерол» для «сорвавшихся» невозможен.

11

О подобном человеке, правда без сцены на дискотеке, мне рассказал M е rcenary. Далее его слова: «со мной некоторое время работала девушка, Екатерина Ванина, чемпионка Мира, Европы и Украины по гиревому спорту. Реми, поверь, девушка милая, спокойная, добродушная, но когда на нее смотришь, понимаешь, что ее лучше не трогать! При моих 195 см и 120 кг я, если честно, побаивался шутить над Катей. Катя, если ты будешь читать эту книгу, знай, тебя все уважали и уважают до сих пор, и не только за силу, ты просто — отличный человек!!!».

Я, после того, как посмотрела ее выступления, также начала заочно уважать ее.

12

Песенный конкурс справедлив только для рода Березы — магов. Способность красиво складывать стихи символизирует о способности конкретного эльфа к красоте Слова, что является обязательным условием для магов. У стрелков и воинов другие условия, соответственно Танцевальный конкурс — Ловкость и мини Олимпиада — Сила и Выносливость. Прим. Mercenary.

13

Бедная Лена. Она знает, что ее положили в капсулу Сергея, но она не знает, что капсула была доработана. В данном экземпляре сняты были абсолютно все ограничения, ведь Петр Владимирович хотел, чтобы Сергей как можно быстрее «сорвался», поэтому давал полный доступ к удовольствиям и ощущениям. Впрочем, психику пятнадцатилетней и воспитание так сразу не переломишь. Ведь Лену, наверное, воспитывали в более менее целомудренной атмосфере. Прим. Mercenary.

14

По некотором причинам, мы с Mercenary решили не включать описание постельных сцен. Все-таки, это женский роман, а не его «творения». Прим. Реми.

15

Подробнее об этом моменте можно прочитать во второй книге Варвара-Воина Mercenary или в его же книге Варвар-Шаман.

16

На самом деле, ИИ мог бы обработать, и обрабатывал в прошлом, и такую ситуацию, и более сложную, но… но о причинах теперешней подобной «глупости» ИИ читайте в «Начале» у Mercenary.

17

Уважаемые читательницы и читатели, приношу прощения за столь грубую сцену. Я обратилась к Mercenary, с просьбой помочь мне и это — его художество. Прим. Реми.

18

Варвар-воин, книга первая. Самой сцены нет, но упоминание есть.

19

Эмблема — герб Орды из мира Warhammer 40 k. Фраза, не смотря на ее чудовищную грамматику, взята оттуда же и является абсолютно грамматически верной для языка тамошних орков. Перевод — оркские парни лучшие! Прим. Mercenary.

20

Перевод с языка темных эльфов:

— Что (или Почему) ты здесь есть, мужчина?

— Воля матронны…

Content

Серж Орк
Земли Меча и Магии
Светлая Волшебница
Книга 1

Часть первая Реал

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Часть вторая Вирт

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Примечания