Рождение вечности

Глава 1

Приглашаем всех состоятельных туристов Империи в Высокий город Эдема! Наша компания готова разработать для каждого из вас уникальный тур, способный в ярких красках показать величие жемчужины Императорской короны! Здесь вы найдете всё, что пожелаете — лучшие развлекательные заведения галактики, выставки величайших деятелей искусства, культуры и науки, зрелищные спортивные состязания, роскошные отели, процедуры генного омоложения, новейшие разработки программного обеспечения для вашего тела, а также многое, многое другое! Для особо взыскательных гостей мы готовы устроить тур по поверхности планеты, а также орбитальную экскурсию вокруг неё. Не упустите свой шанс — оцените красоту человеческого гения вместе с нами!

Из рекламного буклета туристической компании «Новые горизонты»

— Виктор, я в очередной раз вынужден напомнить, что эта затея очень опасная и безрассудная.

— Благодарю. С этого момента перестань твердить об этом.

— На какой срок?

— Навсегда.

— Вынужден напомнить, что мои настройки безопасности не разрешают оперировать такими неопределенными величинами.

Я скрипнул зубами и взял со стола очередной поднос с шампанским.

— Чёрт побери, Док, ты на редкость доставучий спутник. Не напоминай мне об этом тысячу лет.

— Принято. Могу я задать вопрос?

Мне в этот момент пришлось уступить дорогу двум парам гостей, и я ненадолго замолчал. Бормочущий себе под нос официант вызовет ненужное мне внимание, так что когда разодетые гости из Солара скрылись из виду, я ответил ему:

— Задавай.

— Ты уверен, что твои сегодняшние действия принесут пользу, и будут успешными?

— Уверен на сто процентов, так что замолчи, пока я с тобой не заговорю, — отрезал я. Нытье спутника, продолжающееся вот уже несколько часов, порядком меня достало.

Док бывает очень назойливым, но с этим, увы, ничего не поделаешь. Некоторые из моих знакомых говорили, что их спутники со временем перенимали манеру общения хозяев, но мне очень не хотелось в это верить. Ведь это бы означало, что я ужасный зануда, а это было абсолютно не так!

Пройдя вслед за экстравагантной парочкой в главный зал, я пошел вдоль левой стены, выискивая взглядом нужного мне человека. Я предполагал, что это будет хозяин особняка — Одо де Бригез, или один из его сыновей (а может быть и оба, чем чёрт не шутит?). В самом деле, кому ещё хранить фамильные тайны? Уж явно не молодой (пятой, или шестой?) жене Одо, или какому-нибудь племяннику.

Док незаметно сканировал личности присутствующих на приеме, я улыбался гостям и протягивал им поднос с игристым вином. Вечер был в самом разгаре, и часть людей уже изрядно накачалась дармовой выпивкой.

В центре огромного зала была установлена вращающаяся платформа, на которой расположился оркестр. В данный момент его репертуар составляла классическая музыка 23 века — на мой взгляд, очень удачный выбор, отражающий нравы, царившие в нашей цивилизации в то время.

В двух концах зала были установлены фонтаны, в которых журчала кристально чистая вода. В ней, время от времени, гости смачивали кончики шалей и шейные платки — в особняке Одо, несмотря на современную систему климат контроля, было до одури жарко. Окна были распахнуты настежь, чтобы хоть как-то обеспечить приток свежего воздуха, но из-за того, что на улице температура была чуть выше тридцати градусов по Цельсию, и не было ни малейшего намека на ветер, помещение нисколько не проветривалось. Удивительно, но кажется, климатическая система Высокого города впервые на моей памяти дала сбой.

В линзах выскочило небольшое уведомление. Есть! Совпадение по фрагментам ключей! Они, как я и предполагал, оказались у старшего сына Одо — Нейла.

— Док, приготовься, — скомандовал я.

— Готов, — тут-же отозвался он.

Так-так, сейчас дело за малым — Док должен просочиться через защиту жертвы, вытащить полную карту ключей безопасности от кабинета де Бригеза, а самое главное — от его сейфа.

Чтобы провернуть такой лёгкий (на словах) фокус, мне пришлось хорошенько раскошелиться на несколько устройств и «нестандартное» обновление прошивки спутника. Теперь он имел возможность встраиваться в файерволы своих собратьев, и потрошить их, как мне вздумается.

Я направился к группе гостей, слушавших разглагольствования Нейла, и остановился в паре метров от них, медленно составляя на поднос пустые бокалы и тарелки.

— Послушайте, Лацион, — усмехался старший сын де Бригеза, — торговый путь с Варанта на Эдем — дело решенное. Гравитоний сам себя не перевезёт, и сейчас наша задача — как можно быстрее заключить контракт на его транспортировку.

— Ну а что на такое скажут в Имперской канцелярии? — спросил один из тех, кто слушал Нейла — поджарый пожилой мужчина в тёмно-синем сюртуке.

— Ах, Берлан, с этим никаких проблем не будет, — покровительственным тоном заявил Нейл, — Видите-ли, в канцелярии только и ждут, чтобы кто-нибудь взялся за этот проект. У них, как вы понимаете, в этом деле свой интерес.

Гости заулыбались, а я уже заполнил свой поднос. Привлекать внимание к себе не стоило, и я спросил Дока:

— Долго ещё?

— Обойди цель справа и выходи из зала, мне нужно десять секунд.

Я сделал, как велел спутник, и не успел даже миновать беспечных гостей (которые и не подозревали, что их взломали) как у меня в линзах появилось сообщение об успешном копировании ключей.

Немного ускорив шаг, я покинул главный зал, и свернул в первый коридор для прислуги. Оттуда попал на кухню и, оставив поднос в одной из раковин, прошел через все помещение и вышел в коридор с другой стороны здания. В дальнем его конце была дверь, ведущая в раздевалку. В ней Док еще утром обнаружил две скрытые камеры, и сейчас, чтобы не выдать себя, я просто остановил на них запись — но не таймеры, показывающие время.

Сняв с себя одежду официанта, я достал из шкафчика костюм — не слишком броский, но и не из дешевых, и быстро переоделся. Маску официанта, намертво приклеенную к моему собственному лицу, я снимать не стал — просто поменял цвет волос, и изменил очертания нижней челюсти. Все настройки были вбиты в неё заранее, и мне не пришлось тратить время на скульптурирование перед зеркалом. Мысленно похвалив себя за предусмотрительность, я вышел обратно в коридор, прошел по нему до западной части особняка, встретив всего пару человек из числа прислуги. Никто из них не узнал в высоком черноволосом мужчине официанта-блондина, ещё несколько минут назад разносившего напитки.

— Док, включай сканер, мне не нужны неожиданные встречи, — велел я.

Спутник понял команду с первого раза, и на моих линзах появилось трехмерное изображение прилегающих комнат и коридоров. Но самое главное — с ключами защиты я мог видеть маркеры охраны и прислуги.

— Отличная работа, — похвалил я его, пробираясь мимо запертых дверей и окон, сквозь которые падал мягкий свет уличных фонарей.

Поднявшись по лестнице на два этажа, я остановился. Судя по сканеру, два охранника находились нужном мне коридоре, и уходить оттуда не собирались. Я не стал отчаиваться и, бросив взгляд на карту, попросил спутника:

— Открой комнату слева от меня.

В тот же момент замок на нужной двери тихо щелкнул — оставалось лишь войти. Судя по всему, это была одна из гостевых спален. Откровенно говоря, меня это мало интересовало — накатила волна адреналина, и я был сосредоточен только на мысли о том, как пробраться в кабинет Одо.

— Док, ты следишь за камерами? — спросил я, чтобы хоть как-то снять напряжение.

— Разумеется. Ты не появишься ни на одной записи, но я вынужден…

— Знаю, знаю, это противозаконно, и всё прочее. Но не мог бы ты не доставать меня своими поучениями ещё какое-то время, пока мы не покинем этот дом?

— Конечно, Виктор.

— Спасибо.

Подойдя к окну, я распахнул створки и забрался на подоконник. Мой план был прост до безобразия — по крыше добраться до окна кабинета, снять блокировку с помощью украденных ключей, попасть внутрь и найти тайник де Бригеза.

На таком крупном приёме одного отсутствующего официанта не хватятся ещё долго, так что я совершенно не опасался, что управляющий заметит моё отсутствие. К тому-же, Док внесёт в логи особняка запись о том, что я (а точнее — некий официант) покинул рабочее место сразу после окончания смены.

Выдохнув, я встал во весь рост, зацепился за козырёк, подтянулся, и оказался на крыше. Нужная мне комната была на другой стороне крыла, и до её окон я добрался без особых проблем.

— Док, снимай блокировку с окна и локализуй сигнализацию.

— В этом нет необходимости, Виктор, окно открыто, — ошарашил меня спутник.

Я задумался. Никакой охраны с этой стороны — ни сигнализации, ни ловушек, ни охранников в этой части сада, что расположился во внутреннем дворе. И это при том, что дверьв кабинет охраняют сразу два «Атласа». Либо де Бригез дурак (в чем лично я очень сильно сомневался), либо…

— Док, сканируй комнату на наличие людей.

— Внутри никого.

Я задумался ещё сильнее. Затем, аккуратно свесившись, опустил ноги внутрь окна, и спрыгнул. Мои подошвы бесшумно коснулись пола, и я замер. Несколько ударов сердца даже Док не мог нейтрализовать колокольный звон у меня в ушах. Я снова почувствовал сильный прилив адреналина, и ещё до того, как осознал это, мягко отпрыгнул в сторону.

Мимо того места, где я стоял секунду назад, совершенно бесшумно пролетел электрический дротик. Я опередил Дока, который уже вывел траекторию полёта снаряда мне на линзы, всего на мгновение — но оно всё и решило. Я вскинул руку в том направлении, откуда стреляли, и ударил грави-импульсом. Раздался тихий толчок, Док наконец-то скорректировал светопередачу в линзах, и я кинулся вперёд, увидев прижатое к полу тело человека. Упав возле него на колени, я зажал рот своей жертве — ей оказалась молодая девушка. Рядом с ней лежал небольшой тазер.

Я напрягся, глядя на дверь кабинета — был ли слышен шум «Атласам»? Док тут же дал мне картинку с камер видеонаблюдения: охранники всё также медленно и неторопливо прогуливались в коридоре, не подозревая о происходящем в кабинете.

— Внутри никого, да? — прошипел я, злясь на спутника — Как мне вырубить её?

— Возможно, придушить, до потери сознания, — тут-же откликнулся мой кровожадный друг.

Девушка, услышав мой вопрос, показала зрачками влево-вправо, а затем опустила взгляд на мою руку, всё еще зажимавшую ей рот.

— У меня очень мало времени, красавица, — прошептал я, — и если ты выкинешь какую-нибудь глупость, я просто выпрыгну в окно, а тебя оставлю тут, и пусть де Бригез сам с тобой разбирается, понимаешь?

Она показала глазами, что понимает.

— Так что у тебя одна попытка убедить меня, чтобы я не следовал совету своего друга, — ледяным тоном закончил я, надеясь, что девушка сама додумает детали того, что ее ждет. Ну не убивать же её, в самом деле, эту возможность я даже не рассматривал.

Рыжеволосая снова моргнула, давая понять, что всё поняла, а затем скосила глаза влево, долго глядя в одну точку. Я проследил за её взглядом, и увидел снятую со стены картину. За ней была спрятана дверца сейфа. Индикатор мигал красным. Я понимающе усмехнулся, и медленно убрал руку.

Она не стала кричать, только глубоко вдохнула, и прошептала:

— Надеюсь ты не оставишь меня здесь в таком виде?

— Не оставлю, если будешь умницей, — ответил я, — Но сначала возьму то, за чем пришел. Это не займет много времени, так что помолчи немного, говорить будем позже.

Подойдя к сейфу, я достал из кармана приемник, и прикрепил его к дверце.

— Док, начинай, — скомандовал я.

На моих линзах появилась целая куча уведомлений, но они быстро исчезли. Я вызвал изображение с камер наблюдения за дверью — «Атласы» до сих пор не подозревали, что в кабинете кто-то есть.

Прошла целая вечность, прежде чем индикатор дверцы загорелся зеленым, хотя таймер на линзах упорно доказывал мне, что Доку потребовалось немногим более двух минут на взлом.

Открыв дверцу, я увидел несколько папок с бумагами, которые в темпе пролистал (Док потом разберется с изображениями), несколько достаточно дорогих безделушек и, самое главное — кристаллы памяти. То, ради чего я и пустился в столь рискованную авантюру.

В сейфе их было целых три штуки, и я знал, что на них хранится практически вся важная для де Бригезов информация. Дневники, документы об исследованиях и торговых операциях, сделках, контрактах, откатах, финансовые отчеты, коды доступа к банковским счетам — абсолютно всё, что было задокументировано за последние 200 лет существования семьи. Просто невероятно, как такая прорва данных помещалась в трех шестигранных цилиндрах, размером с обычный фонарик.

Нечего было и думать забрать столь важную вещь с собой, но мне этого и не требовалось. Достав из креплений на поясе три таких-же кристалла, я вставил их в автоматизированный хаб, который всё это время лежал у меня во внутреннем кармане. Кристаллы де Бригеза были вставлены напротив моих, и я запустил механизм копирования. Петабайты данных перенеслись на болванки за три минуты, и когда процесс был закончен, хаб моргнул, я положил свои кристаллы в карман, и застегнул его, а имущество де Бригеза вернул на место и запер сейф. Картину повесил обратно на стену, и вернулся к девушке.

— Сейчас я тебя освобожу. Давай без глупостей, хорошо? Ты поднимаешься, мы уходим через окно, я восстанавливаю систему безопасности, а затем мы уходим, ясно?

— Да.

Мне нравилась ее собранность и немногословность в такой ситуации, и всё прошло как по маслу. Оказавшись в той-же комнате, откуда я попал на крышу, я немного успокоился. Дело было за малым — покинуть особняк, не привлекая к себе внимания.

— У тебя есть пропуск? — спросил я девушку, пока мы спускались на первый этаж.

— Конечно, — она показала мне браслет.

— Хорошо. Иди рядом со мной, не отставай.

Я проверил коридор, снова включил радар. Убедившись, что мы не привлекаем внимания, потянул девушку за собой в раздевалку. Там снова пришлось переодеться. Моя спутница некоторое время наблюдала за моими манипуляциями с одеждой и маской, а затем, ничуть не опасаясь быть замеченной кем-либо кроме меня, взломала электронный замок одного из шкафчиков, и тоже переоделась в официантку.

— Так понимаю, камеры ты отключил? — уточнила она.

— Нет, просто заморозил.

Нам было совершенно ненужно возвращаться в главный зал, и мы направились к выходу через все крыло прислуги. Сидящий там охранник (не «Атлас», а обычный гвардеец, причем уже достаточно немолодой), просканировал наши браслеты и попрощался.

Мы оказались на широкой улице. Было поздно, но на улице, несмотря на это, было полно народу. Неподалеку был расположен огромный торговый комплекс, работающий без перерывов с момента постройки. По обеим сторонам улицы тянулись ряды ресторанов, магазинов, салонов красоты и еще многих иных заведений — практически все из них были открыто, и мало того — забиты посетителями. Высокий город никогда не спит, это известно всем, кто бывал на Эдеме.

И все же мы с таинственной незнакомкой решили немного отойти от особняка де Бригеза, прежде чем остановили беспилотное такси. Сев внутрь, я продиктовал адрес неподалеку от Южного дока. Туда мы ехали в полном молчании, хотя у каждого из нас в голове вертелось очень много вопросов.

По крайней мере, у меня их была целая куча, а вот по внешнему виду моей спутницы нельзя было сказать ничего определенного — она, отвернувшись от меня, молча смотрела в окно.

Только когда мы вышли из глайдера, девушка спросила:

— Куда мы приехали?

Я кивнул ей на бар, расположенный на углу жилого дома.

— Нам надо поговорить. И лучше сделать это здесь, без лишних ушей.

Сказав это, я направился к входу. Это было одно из немногих заведений Высокого города, где на безопасность смотрели сквозь пальцы, а на приватность клиентов — напротив. Чужие разговоры здесь не слушали. Нет, конечно, система контроля доступа тут была, но такой человек как я, например, здесь мог легко оградить себя от нежелательного внимания, если это было необходимо.

Выбрав один из столиков в глубине помещения, я усадил за него свою спутницу, а сам сходил к стойке и взял бутылку вина с двумя бокалами. Вернувшись к своей новой знакомой, я попросил Дока:

— Включи режим помех в радиусе трех метров.

— Ты говоришь со спутником? — спросила девушка.

Я кивнул.

— Здорово живешь, раз у тебя такой умелый друг, — усмехнулась она, и тряхнула рыжими волосами, собранными в длинный хвост.

Я все так-же молча открыл бутылку, разлил вино по бокалам, и внимательнее посмотрел на рыжую. Волосы у нее были шикарные, что и говорить, да и сама она была очень привлекательной: широкий разрез зеленых глаз, острый подбородок, прямой нос, чуть-чуть вздернутый: все это лишь усиливали сходство с лисой, на что я обратил внимание ещё в особняке.

— Ты пыталась что-то украсть у де Бригеза?

— Какой ты догадливый, — фыркнула девушка, отпив немного вина.

— Как ты сняла защиту с окна?

— Полагаю, так же, как это сделал бы ты — стащила ключи безопасности у его старшего сына. По-другому попасть в кабинет было просто невозможно.

— Тот сейф. У тебя ведь не получилось его открыть? Ты могла бы провозиться там всю ночь, и всё равно ничего не вышло бы, если у тебя не оказалось…

— Спутника, такого как у тебя, — перебила она меня, — я бы всё же попыталась.

Я посмотрел на её перчатки, которые она так и не сняла, а затем вспомнил, как рыжая одним касанием открыла дверцу шкафчика в раздевалке. А еще подумал о том, что Док не смог обнаружить девушку в помещении.

— Интересная вещь, — я кивнул на её руки.

Она улыбнулась, и сняла перчатки, убрав их в карман пиджака.

— Не настолько интересная, как твоя экипировка. Кто ты?

Я засмеялся:

— Думаешь, я назову тебе своё имя? Я ведь ничего не знаю о тебе.

— Я могу сказать тоже самое! — огрызнулась она.

— Конечно, но это я вытащил тебя оттуда, хотя мог и оставить, так что ты у меня в долгу.

— Я бы могла рассказать о тебе, ты не подумал о таком варианте?

— Конечно, могла бы. Только вот ты ничего обо мне не знаешь, сама же сказала. Да и кто поверил бы россказням воровки, пойманной на месте преступления? К тому же, у меня есть копии всего, что было в сейфе. А я полагаю, ты туда полезла не за безвкусным браслетом, красавица.

— У меня есть имя, — раздраженно бросила она, понимая, что я прав.

— Но ведь я его не знаю.

Она немного помедлила.

— Кайри. Меня зовут Кайри.

Глава 2

Здравствуйте, дорогие зрители! Сегодня у нас в гостях (вы НЕ ПОВЕРИТЕ!) самый молодой, самый искусный, и самый перспективный фехтовальщик галактики — Каспар де Вольт! Мы случайно столкнулись с ним в одном из заведений города и не могли упустить шанс, и не взять интервью у обладателя почетного знака Эйса. Каспар, здравствуйте.

— Добрый день, Айяла.

— Скажите, это правда, что вашим учителем был сам Фламбер?

Главные новости Эдема.

Виктор

Рисунок сна медленно угасал в моем сознании. Я уже соприкоснулся с реальностью — ещё секунда, и обрывки образов забудутся, а сознание полностью подчинится мне.

Было раннее утро. Солнечный свет падал сквозь два стрельчатых окна на часть гостиной. Я уснул здесь же, на диване, даже не потрудившись снять с себя вещи, в которых грабил де Бригеза. Никак не возьму в толк, зачем купил себе квартиру с двумя спальнями? Все равно практически каждый день ночую на этом диване.

Утренний моцион занял не больше часа: зарядка, душ, завтрак. Док, пробудившийся вместе со мной, посоветовал нанять повара, а ещё — уборщицу, экономку и охранника. Я лишь лениво отмахнулся от его замечаний, изучая новостные заголовки на планшете. За ночь не появилось ни одной статьи об ограблении — впрочем, это было вполне ожидаемо. Рассказывать о том, что у тебя стащили такую огромную кучу информации — значит навсегда угробить свою репутацию. На самом деле, я даже не верил в то, что Одо обнаружил взлом. Вчера я был на высоте, чего уж тут скрывать. Однако коррективы в мои планы были внесены неожиданным знакомством с Кайри.

— Док, есть информация о нашей вчерашней знакомой? — перед тем как уснуть, я велел спутнику собрать всё, что только можно об этой лисице, хотя и не особо надеялся на успех.

— Данные обрабатываются.

— Выводи на проектор всё, что есть.

Отхлебнув кофе, я отошел от барной стойки, где завтракал, и включил голографический проектор, встроенный в журнальный столик. Над ним появилось несколько папок. Я открыл первую — в ней оказалась информация из открытой базы данных Империи: номер социального страхования Кайри Шигора… признан недействительным. Аттестация средней школы Тессареи — аннулирована. Отметки о проживании где-либо — отсутствуют. На этом информация в папке закончилась, и я разочарованно закрыл ее.

Во втором каталоге было и того меньше — отчет ВКС о крушении круизного лайнера, попавшего в метеоритный поток при выходе с Магистрали. В списке выживших числилась пятнадцатилетняя Кайри Шигора. В списках погибших — её родители и два брата.

Третья папка была самой тонкой — в ней находился лишь отчет трехлетней давности о выписке девушки из реабилитационного центра Эдема.

— Есть мысли? — поинтересовался Док, увидев, что я закончил чтение.

— О рыжей? Как по мне, так всё предельно ясно. Всю жизнь прожила в провинциальном мирке, лишь раз выбралась в космос и чудом уцелела в катастрофе, потеряв всю семью. Прошла курс реабилитации здесь, на Эдеме, и после этого исчезла. Возвращаться на Тессарею она не стала, а может — не решилась выйти в космос снова. По большому счету, тут ничего необычного — такие истории периодически случаются, и ничего с этим не поделаешь. Гораздо больше меня интересует другое — что она искала у де Бригеза?

— Никаких данных об этом найти я не смог. Что ты намерен предпринять?

— Ещё думаю. А ты пока помолчи.

Док заткнулся, а я пошел переодеваться. Несмотря на всю пользу спутников, иногда чужой голос в голове очень раздражал. Это всего лишь программы, пускай и очень умные. Кривые отражения в цифровом зеркале. Кажется, так их однажды назвал отец?

Я всегда старался руководствоваться лишь собственными мыслями и мнением. Сейчас мне стоило серьезно задуматься — а надо ли снова встречаться с этой Кайри? Что она искала в особняке де Бригеза? То же, что и я, или нечто иное? Этот вопрос не давал мне покоя.

Разумеется, гадать можно было бесконечно долго, но я не стал этим заниматься. Возможно, вчера я действительно допустил ошибку, назначив Кайри встречу — на следующий же день после ограбления. Но что сделано — то сделано, и сожалеть об этом — абсолютно бесполезное занятие.

Не буду скрывать — рыжая мне понравилась, и это была одна из причин, по которой я захотел с ней встретиться. Знаю, это глупо, но для меня в данный момент это не имело никакого значения.

Накинув легкое полупальто и взяв сумку, я вышел в парадную, а затем спустился на первый этаж.

Мои апартаменты были расположены на пересечении 19-ой южной и Сан Стефале, недалеко от Южного парка. Встречу Кайри я назначил в небольшом ресторане в западной части города. Быстрее всего добраться туда можно было на глайдере. Напротив десятиэтажного здания, увитого виноградными лозами, откуда я вышел, их было полно.

Где-то над головой жужжали дроны-садовники. Они подрезали побеги и лианы, отправляя их в мусорные мешки на крыше. Оттуда останки растений попадали в брюхо мусоросборщика, а свежая зелень со временем перекидывалась на соседние здания.

Этот проект придумали несколько местных жильцов, среди которых оказался известный ботаник. Он протащил свою идею в городской совет и предоставил им детальный проект по озеленению квартала. Удивительно, что чиновники, не увидевшие никаких своих выгод в этом деле, не просто согласились, но и выделили небольшое регулярное финансирование на содержание подобной затеи. Правда, для начала попросили ограничиться всего десятью зданиями.

Безо всяких мутаций, с помощью одних лишь органических удобрений, тот самый ботаник за три года оплел виноградом пять зданий, и занялся шестым. В нем я и купил квартиру. Проект показался мне интересным, соседи были приятными, а взлетевшие до небес цены на апартаменты не испугали. Мне всегда нравилось, когда вокруг было много растений, так что я с огромным удовольствием заехал на девятый этаж.

Выбрав один из глайдеров, я уселся поудобнее, продиктовал адрес и взлетел со стартовой площадки. Справа от меня проносились мрачноватые здания Клина, слева возвышалась огромная башня Совета, казавшаяся еще массивнее оттого, что располагалась на искусственном холме. Тяжелые ветки монорельса тянулись к ней из каждого района, и из космоса Высокий город напоминал огромный круг, испещренный ровными прямыми линиями по горизонтали, вертикали и диагонали.

Добрался до места назначения я быстро, но заходить в ресторан не спешил — до встречи еще полчаса, а мне всё-таки следовало убедиться, что опасаться действительно нечего.

Док послушно сканировал всё, до чего мог дотянуться, но никаких подозрений у него не возникало. Хотя, помня о вчерашней ошибке спутника, когда он не смог засечь Кайри в кабинете де Бригеза, я и сам старался смотреть в оба.

Однако ничего подозрительного заметить так и не удалось, и спустя некоторое время я притушил паранойю, взял у уличного торговца джеззару*(крепкий безалкогольный напиток с высоким содержанием таурина), прогулялся по проспекту в одном направлении, потом обратно. В этом районе жила, в основном, «золотая молодежь», так что вид слоняющегося без дела молодого парня ни у кого не вызвал вопросов. Увидев, что опаздываю на несколько минут, я направился к ресторану, в котором мы должны были встретиться с Кайри. Ещё не дойдя до него, я заметил на входе знакомую гриву рыжих волос и усмехнулся про себя. Судя по всему, девушка и правда была одна. Сегодня на ней был одет длинный зеленый сарафан с белым рисунком, тянущимся от ворота к подолу. Удобные туфли того же цвета, без каблука, и белая заколка в волосах, собранных в высокую прическу. В руках небольшая белая сумочка. Надо признать — в этом наряде Кайри выглядела великолепно. И это заметил не только я, но и многие посетители — несколько голов обернулись вслед девушке, когда она прошла между столиками, а один из парней, пришедших с подругой, даже нарвался на скандал, судя по её недовольному лицу

Док еще вчера забронировал место в этом заведении и Кайри, перекинувшись парой слов с метрдотелем, направилась на второй этаж. Я выждал пару минут, и последовал за ней.

Девушка сидела в огороженном деревянными перегородками кабинете возле большого окна. На столе стояла ваза с фруктами, а официант наливал Кайри вино. Увидев меня, он поставил бутылку на стол и поклонился.

— Спасибо, старина, — я провел своим браслетом по бейджу официанта. Он увидел нехилые чаевые и, улыбаясь, отошел на несколько шагов, пытаясь закрыть за собой дверь.

— Оставь, — посоветовал я, и официант, кивнув, удалился, а я уже тише добавил, — Док, глуши абсолютно всё в радиусе пяти метров.

— Здравствуй, Кайри, — обратился я к девушке, усаживаясь за стол и наливая себе вина.

Она, присмотревшись ко мне, слегка прищурилась.

— Вчера ты выглядел по-другому.

— Конечно, — улыбнулся я, — не хотел засветиться. Но я это я, можешь поверить.

Она только фыркнула на это предложение.

— Зачем ты меня пригласил?

— Мне показалось, что у нас с тобой вчера был общий интерес, не так ли?

— Допустим.

— Так скажи, что тебе понадобилось в тайнике де Бригеза? Возможно, я отдам это.

Она недоверчиво посмотрела на меня.

— С чего бы такая доброта?

— Я вообще добрый. И мне понравилось, как ты вчера себя вела. Мне достаточно этих причин. Впрочем, если ты не хочешь об этом говорить, мы можем просто пообедать, и разойтись, — пожал я плечами.

Она нахмурилась, явно не решаясь рассказывать незнакомому человеку о своих противозаконных делах, а потом задумчиво протянула:

— Вино здесь на самом деле неплохое. Если кухня также хороша, я бы с удовольствием попробовала местные блюда.

Я вызвал официанта. Вернулся тот же парень.

— Первое, второе, десерт. Всё по очереди и на ваш вкус что-нибудь фирменное. Удивите девушку, — попросил я его.

— Конечно, месье.

Мы некоторое время молча пили вино, потом принесли еду. После десерта Кайри лениво отщипывала кусочки кожуры от банана, а я достал портсигар и выудил оттуда тонкий коричневый цилиндр.

— Не возражаешь?

Она, кажется, удивилась.

— Ты куришь настоящие сигареты? Не жалко легкие?

— Ну, во-первых — это сигариллы, а не сигареты. А во-вторых, с легкими у меня проблем не будет, — ответил я, чиркая зажигалкой. Затянулся, выдохнул кольцо и пустил струю дыма сквозь него.

— Позёр, — сморщилась Кайри, и слегка отодвинулась.

— Пусть так. Как тебе местная кухня? — сменил я тему.

— Отличная. Думаю, стоит запомнить это место.

Мы снова замолчали. Кайри смотрела в окно, я курил. Наконец, она не выдержала:

— Виктор, меня мало волнует, зачем ты обчистил де Бригеза. Но кое-какая информация, которой он владеет, мне нужна позарез.

— Понимаю. И думаю, что могу помочь. При одном условии.

* * *

Док в течение всей ночи потрошил файлы де Бригеза, пытаясь найти хоть что-то, похожее на закрытый проект «Синтрофос», который я с таким упорством искал вот уже несколько лет. Однако всё, что ему удалось найти — единственное упоминание о том, что сделка по финансированию была закрыта по обоюдному согласию с заказчиком на Эдеме еще до начала технической реализации проекта.

Я от злости лишь скрипел зубами. Столько усилий — и все впустую! Стоило ли так рисковать, чтобы узнать то, о чем я и так догадывался? Пожалуй — нет, но Док обнаружил один интересный момент — на кристаллах де Бригеза эту информацию уже искали до меня. И происходило это совсем недавно — не прошло и пары месяцев. Это могло означать только одно — древними байками с Сигеру-Маоло интересуется ещё кто-то кроме меня. И это настораживало.

Проект «Синтрофос»… Старая история, рассказанная мне дедом еще в детстве. Сказка о первых Небожителях, и о тех временах, когда были найдены первые Храмы Предтеч. Один из них — Сигеру-Маоло, обнаружили на Сиентии и, в отличие от всех остальных развалин, он полностью функционировал. Невероятные технологии открыли новые горизонты для человечества, только-только вышедшего в космос.

Когда об этом стало известно люди (в буквальном смысле) сошли с ума. Десятки и сотни тысяч, миллионы паломников устремились на планету — они продавали всё, что у них было, только ради шанса прикоснуться к технологиям тех, кто жил в галактике до нас. А истории о редких счастливчиках, которые возвращаются из храма не просто живыми, но и награжденных каким-либо даром, лишь подстегивали интерес к Сигеру-Маоло.

Но, как это бывает в человеческой природе, мы очень быстро всё испортили. Жадность и жажда наживы спровоцировали несколько конфликтов, которые вылились в полномасштабную гражданскую войну внутри Империи, и храм оказался разрушен. А вместе с ним — и вся планета.

Те, кто уцелел в той бойне, вернулись к себе домой и на некоторое время забыли о распрях — воевать было уже не за что. Император произвел несколько удачных реформ, и Империя продолжила колонизацию галактики. А семьи тех, кого впоследствии стали называть Небожителями, занялись изучением тех артефактов, которые удалось спасти во время катаклизма. Так и получилось, что одни получили всё, а другие — ничего. Обычное дело для нашей истории.

Мой же интерес был сугубо практичным — имея определенный доступ к архивам семьи де Пайле, я узнал о некоторых проектах, достойных внимания. И один из них был попыткой собрать улучшенную версию того, что мы называем «спутниками» — на базе того, что было найдено на Сигеру-Маоло. Правда, последний раз подобная попытка принималась почти две сотни лет назад, но судя по рассказу моего уважаемого дедули, она была более чем успешной. Вот только никакой информации об этом, по каким-то причинам, не сохранилось, а те крохи, что удалось найти мне, ничуть не помогали. Но я заболел этой идеей. Она превратилась в настоящую манию (или цель, это уж кому как удобнее думать), и я следовал за ней, несмотря на все неудачи.

После нашей встречи с Кайри я отправился к Норману. Мой друг был единственным наследником некогда богатой и многочисленной семьи, которая за последние полтора века практически полностью исчезла с лица галактики — несчастные случаи, болезни, убийства. Норман всерьез считал, что его род был проклят и, возможно, именно поэтому увлекся археологией. По крайней мере — определенными её направлениями. Получив отличное образование молодой человек, по его собственным словам, безуспешно пытался промотать остатки семейного состояния, всё ещё весьма внушительного.

Норман жил на другом конце города, и мне снова пришлось воспользоваться услугами беспилотных такси. В центре города устроили демонстрацию противники генетического омоложения — у подножия башни Совета собралось около пяти сотен человек, и в сети уже гуляли ставки — через сколько минут отряд «Атласов» разгонит митингующих.

Я как раз пролетал рядом и только посмеялся над этими чудаками. Почему они думают, что к ним прислушаются? Почему считают, что нужно запретить эту процедуру? Неужели не понимают, что мы живем в полностью свободном обществе? Хочешь жить два века? Заплати состояние, и не переживай. Считаешь, что жизнь дана Богом, и ее нельзя продлевать? Пожалуйста, живи столько, сколько тебе отмерено судьбой (а еще экологией, наследственностью, условиями труда и прочими, не всегда приятными, вещами). Но зачем пытаться навязать свою точку зрения другим — этого я понять никак не мог. Да ещё и в таком спорном вопросе.

Когда я позвонил в дверь, мне, разумеется, никто не ответил. Неудивительно — мой друг частенько игнорировал звонок, так что я сделал это исключительно из вежливости.

— Док, позвони Норману, — попросил я спутника, засунув руки в карманы и оглядывая улицу. Мой друг ответил лишь спустя несколько минут:

— Слушаю, — бросил он раздраженно.

— Привет. Я не вовремя? Стою возле твоего дома.

— Поднимайся, я открою.

Особой радости в его голосе я не услышал, но лишь пожал плечами. Индикатор двери мигнул, и она плавно ушла вбок. По неширокому, красиво отделанному красными деревянными панелями, холлу, я прошел к лифтам, и поднялся на двадцатый этаж. Квартира Норма была последней справа, и я направился к нужной двери. Дисплей замка мигнул, и ручка повернулась.

В отличии от моего жилища, берлога Нормана содержалась в идеальной чистоте — два раза в неделю к нему приходила экономка, и наводила порядок. Исключение составляла лишь рабочая зона в дальнем конце квартиры — она была отгорожена от остального пространства высоченными перегородками из комбинированного дерева. Входом туда служила арка из двух деревьев, растущих прямо из огромных, в человеческий рост ваз. Их вьющаяся зелень медленно, но верно, расползалась по перегородкам — выглядело это впечатляюще.

— Норман! — крикнул я, не обнаружив хозяина в гостиной.

— Иду, — донеслось с кухни. Через мгновение оттуда вышел хозяин квартиры, неся перед собой внушительного вида поднос, заставленный едой и напитками.

— Я только проснулся, — пояснил он, — Еще не завтракал. Присоединишься?

Худощавый, нескладный, с коротким ежиком пепельных волос, в огромных очках и с бряцающими на запястьях браслетами, невесть из чего изготовленных — он производил впечатление «чудака», особенно если прислушаться к его манере выделять шипящие звуки. От этого казалось, что твой собеседник — рассерженный, и слегка ошарашенный кот.

— Выглядит аппетитно, — оценил я завтрак друга. Рыба, два фруктовых салата, вода, сок, кофе, какой-то воздушный десерт, и ещё что-то из разряда закусок — и я был готов поклясться, что одна из них шевелилась, — Но я не так давно обедал, так что воздержусь.

— Вчера у меня собралась компания, — пояснил он, — Это остатки ужина. Обычно я завтракаю отвратительными кашами, которые заказывает Улисс.

— Спешу заметить, что вы сами определяете свой рацион, сэр. Я лишь следую вашим указаниям, — раздался мужской голос, — Так что обвиняя меня, вы лишь обманываете себя.

Я заулыбался, и поспешил налить себе кофе. Норман, и без того в дурном настроении после попойки, ненавидел, когда его спутник одерживал верх в словесных играх с хозяином.

— Ты посмотри на этого умника! — возмутился он, медленно разделывая рыбу своим любимым кинжалом, — Проваливай, Улисс, не мешай нам!

— Конечно, сэр.

— Жестко ты с ним.

— Издеваешься? Вы с ним прямо два сапога — пара.

— Даже и не думал, — рассмеялся я, и показал на шевелящееся нечто, — Что это за штуки?

— Какая-то дрянь с юга, кажется — личинки паучьего древолаза, — нахмурился он, — я вчера съел несколько — очень даже ничего, попробуй. На вкус как… нечто среднее между птичьим мясом и вязким фруктом.

— Ты превосходно умеешь объяснять, друг мой, но я, пожалуй, воздержусь.

Норман пожал плечами.

— Как хочешь. В таком случае расскажи, как вчера все прошло.

Пока я говорил, Норман прикончил завтрак, принес с балкона настоящий кальян, развалился на диване, и теперь лениво втягивал через трубку густой дым.

— У меня два вопроса.

— Всего два? — удивился я.

— Остальное и так понятно, или станет понятно после того, как ты мне ответишь, — отмахнулся он, — Первый: что ты обнаружил в этих данных?

Я молча вытащил из кармана крохотный кристаллик с информацией и протянул его Норману. Тот отдал мне трубку кальяна, присоединил кристалл к одному из своих браслетов, и вытянул руку. Над столиком появилась инфограмма той выжимки, которую сделал Док.

— Ничего нового. Печально, опасный был тупик, — бормотал Норм, листая страницы с номерами и сериями отчетов, сверяя их с тем, что мы уже знали. Конечно, я сам уже дважды все проверил, но мешать другу не стал.

— Тупик, — повторил он, закончив, — тогда второй вопрос: что это за девчонка?

— Судя по всему, очень неплохой инфохакер, раз смогла обойти защиту де Бригеза. Док порылся в базах данных Империума, открытых, разумеется. Там было немного — её семья погибла в кораблекрушении, недалеко от Эдема. Проходила курс реабилитации здесь, а потом исчезла на три года. Как думаешь, как она зарабатывала все это время?

Норман осклабился, и я покачал головой:

— Я к тому, что девчонка талантлива, и сейчас у нас есть нечто, что ей необходимо. А нам бы не помешал хакер такого уровня, раз уж де Бригез оказался пустышкой.

— Покажи мне ее снимок.

Я чуть было не спросил «зачем?», но вовремя одернул себя. Нашел фото с сегодняшней нашей встречи, сделанные Доком, и отправил другу. И все-же, Норман заметил мое секундное замешательство, и заулыбался еще шире.

— Да она просто красотка! И думается мне, ты успел это оценить.

— О чем ты?

— В момент ограбления позвать девушку в ресторан — не надо быть гением, чтобы понять твои мотивы, — похоже, настроение Нормана стремительно улучшалось.

— Во-первых — после ограбления. Во-вторых — я думал о деле, а не о том, как бы приятнее провести время.

— Ну да, ну да, — улыбнулся друг, — и тем не менее — она тебе понравилась, я прав?

— Давай пока оставим эту тему, — отмахнулся я.

— Давай, — легко согласился он, — О чем вы говорили сегодня? Ведь не в полном молчании вы ели, правда? Это была бы полная профанация.

— Ты как всегда, оригинален в своих высказываниях, — заметил я, — На самом деле, практически так всё и было. Она уперлась, и не пожелала говорить, что ей нужно. Сказала, что не может доверять кому попало.

— И что? Ты надавил на нее? Или вы просто разошлись?

— Не совсем.

— Виктор, почему я должен вытаскивать из тебя каждое слово словно клещами?

— Извини. Просто я, возможно, поступил глупо, и…

— Ты предложил ей встретиться еще раз?

— Да. И пообещал, что отдам все данные, какие она попросит.

— Что!?

— Если она согласится выслушать нас с тобой! Я хочу предложить ей поработать с нами, Норман. И ей не нужны все данные — только то, что она искала. Да и нам они уже ни к чему, согласись?

— Ты что, и правда запал на нее? — изумился друг, — Просто невероятно, Виктор! Ты идиот!

— Если ты будешь против, мы ничего ей не отдадим, и предлагать работу не станем.

— Ты серьезно?

— Конечно. Мы ведь принимаем только взаимовыгодные решения во всём, что касается нашего дела, верно? Но может быть, ты все-таки познакомишься с ней? Нам нужна эта девчонка, Норм.

— Ладно, — махнул рукой друг, — когда ты назначил ей встречу?

— В первый день карнавала.

Глава 3

Уведомление: начальнику отдела расследований Империума на Эдеме, капитану Дельгадо Асферанти.

Прошу вас принять во внимание полное отсутствие прямых улик по делу моего клиента за номером 1441/35-17. Дальнейшее удержание дона Занду Трав'Али под стражей будет считаться прямым нарушением его конституционных прав. В связи с этим, предлагаю Вам освободить моего клиента в течении двух суток.

Подпись: адвокат Ритаро Мандел, сертификат номер 6643241.

Ответ: У нас имеется свидетель, готовый дать показания против вашего клиента. В данный момент он находится под защитой отдела расследований в специальном блоке. Можете подтереться своей конституцией, ваш клиент сядет на всю жизнь.

Подпись: капитан отдела расследований Империума, Дельгадо Асферанти.

Из личной переписки отдела расследований Империума.

Виктор

Ежегодный карнавал в Высоком городе обычно растягивался на неделю, и его середина выпадала на день летнего солнцестояния. Этот праздник был точкой отсчёта со времени колонизации планеты, и являлся главным праздником Эдема (за исключением, возможно, дня рождения Императора). В каждом городе и поселении в это время проводились народные гуляния, но с карнавалом Высокого города все эти местечковые забавы не имели ничего общего.

Здесь в течении первых трех дней количество гостей города увеличивалось с невообразимой скоростью, а после — вся эта братия заполняла каждую улицу, проспект, дом, гостиницу или заведение. Было просто невозможно найти тихий уголок — разве что запереться у себя в квартире, но кто на это согласится, когда вокруг такой праздник?

В этом году Совет Империума, по слухам, приготовил для жителей города нечто особенное — в сети обсуждали приезд команды гладиаторов, которые должны были выступать на Арене. Про многочисленных приглашенных артистов и знаменитостей и говорить нечего — несколько дней назад мы с Норманом встретили в нашем любимом ресторане популярную ведущую новостей. Она обедала с братом и сестрой Кайлео — известными оперными исполнителями, которые привезли свою новую постановку для премьеры во время карнавала.

За день до начала этого сумасшествия я связался с Кайри и предложил встретиться — мы с Норманом выбрали новую цель, и помощь девушки была бы очень кстати. В этот раз, чтобы избежать толп людей, мы решили встретиться в небольшом парке на Морской улице. Здесь было достаточно тихо, и мы прогуливались, пока ждали рыжую.

— Надеюсь, ты арендуешь пару глайдеров? — поинтересовался Норман, — в ближайшие пару дней сюда наедет еще несколько десятков тысяч человек. Не хотелось бы остаться без транспорта.

— Поздно ты спохватился, — заметил я, — Док показал мне расценки на аренду — они просто убийственно высокие. Так что я ещё неделю назад купил два глайдера. Они сейчас в районе западных доков.

— Восхищаюсь твоей предусмотрительностью, — отсалютовал мне друг, — перед следующим карнавалом отобьёшь эти деньги.

Я только махнул рукой.

— Где же твоя прекрасная незнакомка? — спросил Норман, — Она опаздывает.

— Девушка может позволить себе опоздать на четверть часа, — пожал я плечами.

Норман только фыркнул. Я же был уверен, что Кайри вот-вот появится, и заметив на входе в парк гриву огненно-рыжих волос, кивнул на нее другу.

— А вот и она.

— Извините, кажется я опоздала, — подойдя, она кивнула мне.

— Мы как раз говорили об этом, — заметил друг, — меня зовут Норман, — он протянул девушке руку, и она пожала её.

— Я Кайри.

— Знаю. Виктор рассказал о вашей встрече.

— В самом деле?

— Не надо переживать, — улыбнулся Норман, — Нам ни к чему твои тайны.

— Рада слышать.

— Отлично выглядишь, кстати, — я позволил себе комплимент, — прогуляемся?

Девушка кивнула, и мы пошли по неширокой дорожке в тени деревьев.

— Мы с Норманом ищем специалиста твоего профиля, — начал я, — для достаточно непростого дела. И мне кажется, ты отлично подойдешь на эту роль.

— Моего профиля?

— Не притворяйся глупой, тебе это не идёт. Я ведь понял кто ты. Ты поняла кто я, всё честно. Нам нужен хакер. Хороший хакер. Если мы не по адресу, лучше скажи прямо сейчас. Мы отдадим тебе данные де Бригеза, и разойдемся.

Кайри задумчиво сорвала листик с ветки, и покрутила его в пальцах.

— В одном ты ошибаешься — я до сих пор понятия не имею, кто ты такой, Виктор. Я не знаю, кто твой друг, и не знаю, чем вы занимаетесь.

— Если ты согласишься поработать с нами, я расскажу всё, что тебе нужно знать, — пожал я плечами. Норман слегка отстал от нас — похоже, он снова переругивался со своим спутником. Кайри слегка удивленно обернулась, и посмотрела на него.

— Не бери в голову, — махнул я рукой, — его спутник иногда начинает жутко раздражать.

— Вижу, вы ребята, не бедствуете.

— Так и есть.

— Знаешь, Виктор… — она на секунду задумалась, — мне очень нужны те данные, что ты украл у де Бригеза. И работа, честно говоря, тоже нужна, поэтому если ты дашь мне информацию и расскажешь, что вы собираетесь провернуть — я в деле.

— Серьёзно? — пришла моя очередь удивляться, — Ну тогда держи, — и я протянул девушке кристалл памяти размером с ладонь взрослого человека.

— Что это?

— Все то, что я украл у Одо. Скопируй что тебе нужно, и надеюсь, напоминать об осторожности не требуется?

— Не требуется, — она спрятала кристалл к себе в сумочку, — ну так что, теперь ты расскажешь, какую работу собираешься предложить?

* * *

Лейтенант Триони

Джайлс нервно выплюнул жвачку и сделал приличный глоток кофе. Шел уже третий час судебного заседания по делу местного мафиози. Четыре десятка свидетелей, сотни улик, операция продолжалась девять месяцев. Ничего особенного, торговля наркотиками, рэкет и тому подобные вещи. Загвоздка только в том, что самого дона Занду посадить уже, скорее всего, не удастся. А всё почему? Потому что за час до допроса главного свидетеля, который бы завершил дело всего парой фраз, его нашли мертвым у себя в камере предварительного заключения. Повешеным. И теперь всё летит псу под хвост.

Джайлс поскреб щетину и вышел на улицу.

— Подняли записи с камер наблюдения? Данные сканеров?

— Да, ничего особенного, — ответил Максимус, который сегодня дежурил с лейтенантом, — есть запись из самой камеры, смотри, — он запустил проекцию.

Точно, тут не подкопаешься. Свидетель связал петлю — и готово. Всё видно.

— Не подделка?

— Это прямой стрим с хранилищ Империума. Вряд-ли их кто-то взломал, — пожал плечами Макс.

«Чёрт, тут точно мимо. Значит надо плясать от тела».

— Отправьте труп к нам в отдел, проведем там глубокое сканирование, — велел Джайлс, — а ты езжай в здание суда, мне нужен там свой человек. Не спускай глаз с Занду, понял?

Сержант кивнул, собрал свои вещи, которые разложил тут-же, на посту охраны, и пошел в сторону глайдера.

— Тебя подкинуть?

— Нет, — Джайлс покачал головой, — пройдусь до участка.

Семь часов утра. Для полицейского — самое ужасное время. Спишь на ходу, впереди маячит целый день проблем, и главное — все в округе точно также недовольны жизнью. Сейчас еще шеф взбесится.

Не успел Джайлс подумать о начальстве, как коммуникатор взорвался яростным потоком сообщений и входящих сигналов.

— Да, капитан?

— Триони, ты ещё не в участке?! Какого черта?!

— Слушаю вас внимательно, капитан. Какие-то помехи! Алло! — Джайлс демонстративно потряс рукой и отключился. «Да пошел он, — подумал лейтенант Триони, — Разобраться со мной он всегда успеет. Подождёт немного».

Второй вызов был из прокуратуры.

— Лейтенант Триони слушает.

— Лейтенант, уведомляем вас о просрочке вашего оружейного допуска в системе Эдем. Вам требуется пройти аттестационную комиссию не позднее завтрашнего дня. Благодарим за внимание.

Джайл только скривился от таких новостей. Нужно заполнить тест и выслать его психологам. В последнее время участились проверки на психологическую и ментальную устойчивость, особенно в силовых структурах. Видимо, на волне активизации ИнСиндиката в системе.

ИнСиндикат — группа сумасшедших радикалов, ратующих за соединение человеческой расы с синтетическим составляющими. Те еще придурки. И готовы были погибать сотнями и тысячами, лишь бы их Патриархи были довольны. Еретики современного времени, на которых был объявлен Крестовый поход — во всех системах Империи связь с синдикатом каралась смертной казнью.

Пока голова работала, ноги донесли лейтенанта до участка. Он поднялся на свой этаж и пошел прямиком к шефу. Как и предполагалось — он был в бешенстве.

— Ты хоть представляешь, что нас сотрут в порошок после этой показухи с Занду?! Ладно, чёрт с журналистами, но Империум, Джайлс!

— Что я мог поделать, если свидетель повесился! Скорее всего, его семья уже летит в одну из систем на другом конце галактики, с семизначным счетом в банке! Это не зависит от меня или вас! Это коррупция, взятки, уговоры! Мы по уши в этой грязи, барахтаемся как свиньи, а вы пытаетесь повесить САМОУБИЙСТВО свидетеля, которого проверил ВАШ психолог, на МЕНЯ?!

— Следи за языком! — капитан покраснел, вернее — стал пунцовым, и ткнул в лейтенанта сосискообазным пальцем, — если бы не ты, мы бы не ввязались в это!

Джайлс открыл и закрыл рот. Потом молча кинул значок на стол, присоединил к нему табельное оружие, и посмотрел на шефа.

— Что ты делаешь? — изумился тот.

— Увольняюсь.

— Успокойся! — рявкнул капитан, — Никто тебя не обвиняет в смерти этого… свидетеля. Просто ты ведь должен понимать — без него мы ничего не докажем, и нас с потрохами сожрут эти bahende из Совета!

— Тогда не стоит меня обвинять в том, что я настоял на операции, — пожал плечами Джайлс.

— Я погорячился, — отмахнулся шеф, решив, что этого будет достаточно, — Да и вызвал тебя не для того, чтобы обсуждать провал — хотя и следовало бы!

— Так зачем я вам нужен в такую рань? — уточнил лейтенант, забирая со стола свои вещи.

— Ты хоть и заносчивый засранец — но все же лучший следователь нашего отдела. Вчера к нам поступило заявление… Скорее — даже просьба. От одного Небожителя. Он думает, что у него что-то украли, хотя пропажи, как таковой, нет. Поговори с ним, раз уж свидетель по делу Занду отбросил копыта. А я пока постараюсь найти его жену, — капитан передал Джайлсу адрес, по которому следовало отправиться, и махнул рукой, — Судья все равно не отпустит sigoriciaЗанду даже под подписку о невыезде, так что никуда он от нас не денется. Можешь идти.

Джайлс покинул кабинет капитана, и посмотрел на адрес, который ему вручили. Поместье семьи де Бригез, и ждут его уже через двадцать минут. Пришлось срочно заказывать такси за свои деньги и лететь к Небожителям на поклон.

В поместье Джайлса встретил дворецкий.

— Лейтенант Триони, Эдемский отдел расследований Империума, — представился он.

— Пройдемте со мной, — попросил сухопарый старичок, — Месье Нейл де Бригез ждет вас.

Пройдя через весь холл и поднявшись на два этажа, посетитель и провожатый оказались в украшенным мрамором коридоре. Дворецкий постучал в первую дверь, и услышав из-за неё разрешение, повернулся к Джайлсу:

— Прошу вас, проходите.

Лейтенант Триони не заставил себя упрашивать — ему никогда не нравилось лишний раз общаться с теми, кто полагал себя выше других людей (за одним, очень редким исключением), поэтому с Небожителями он старался контактировать по минимуму. Чем быстрее зайдешь — тем быстрее уйдешь.

Комната оказалась библиотекой — и библиотекой старой, с настоящими книгами. Джайлс не был уверен, что они бумажные, но чтобы собрать такую коллекцию даже из синтетической бумаги требовалось столько денег, сколько он не заработает и за пол-жизни.

— Месье Нейл де Бригез, — он слегка поклонился, — я лейтенант Триони. Полчаса назад мой капитан приказал явиться к вам для расследования некоего… похищения.

— Присаживайтесь, лейтенант, — Нейл, сидящий в глубоком кресле, кивком указал на стул, — у нас в семье возникла небольшая проблема. Может быть вы слышали — несколько дней назад мы устраивали традиционный летний бал?

Джайлс кивнул:

— Капитан Дельгадо был в числе приглашенных, и рассказывал мне об этом замечательном вечере.

— Замечательном, да, — скривился Нейл, — Все, что вы услышите сейчас, не подлежит разглашению никому, лейтенант, даже вашему капитану, понимаете?

— Конечно, месье.

— Надеюсь, мне нет нужды рассказывать вам, что будет, если об этой информации узнает кто-нибудь ещё? — прищурился Нейл.

— Нет, месье. Я всё прекрасно понимаю. Наше управление не первый раз сотрудничает с Небожителями, и накладок не случалось никогда.

Нейл удовлетворенно кивнул, и достал из стола бутылку с янтарным напитком. Отвернул крышку, налил себе, и немного замявшись — Джайлсу.

— Благодарю, — улыбнулся тот, и отпил из квадратного стакана. «Боже, это же «Амберская рапсодия»! Эта бутылка стоит как новенькая яхта со стапелей Корраджо!»

— Видите-ли, лейтенант, после приема мы недосчитались одной официантки. Решили проверить, куда она могла пропасть, и… Ничего не обнаружили. Она просто испарилась в поместье.

«Во время одной из тех забав, о которых не принято говорить вслух, вы её убили» — подумал Джайлс, — «И теперь просто пытаетесь прикрыть свой зад».

— Капитан упомянул о краже, но как я понял, ничего украдено не было?

— Мы не можем знать этого наверняка. Наши «Атласы» прочесали каждый угол поместья, перевернули каждый камешек в саду, но нашли только это, — он кинул на стол пластиковый пакет, — и там, где подобная вещь оказаться никак не могла — в заблокированном со всех сторон кабинете моего отца.

Джайлс пододвинул пакет к себе. Внутри лежали несколько длинных рыжих волос.

— И вы полагаете…

— Что воровка проникла в самое защищенное место поместья? Да! Черт возьми, а что мне остается думать, лейтенант?!

— Я проведу тесты, и уверен, мы очень быстро найдем эту девушку. Если у вас осталась информация об этой… официантке, не могли бы вы предоставить её мне?

— Всё, что задокументировано, вам отдаст дворецкий, — кивнул Нейл, — и я надеюсь, вы приложите все усилия, чтобы найти эту девку!

— Конечно, месье де Бригез, — Джайлс встал из-за стола, — Как только у меня появится информация, я свяжусь с вами.

Нейл раздраженно махнул рукой, показывая, что разговор закончен.

Покинув поместье де Бригезов, Джайлс первым делом отправился в прокуратуру, чтобы продлить разрешение на ношение оружия, а уже оттуда — в лабораторию своего отдела. Нужно было установить личность девушки, хотя Джайлс и подозревал, что ничего из этого не выйдет.

* * *

Виктор

— Значит, вы ищете этот… «Синтрофос»? — голос Кайри доносился из примерочной слегка приглушенно.

— Да. Эта технология разрабатывалась пару сотен лет назад, но потом всё засекретили, и теперь очень проблематично найти хоть небольшой след.

— Но вы не унываете, как я вижу.

— Так и есть. У нас, скажем так, есть доступ к определенной информации.

— Какого рода?

— К базам данных «Пайле Конструкт».

— Интересно знать, как вы его получили… Не слишком вызывающе?

Кайри открыла штору примерочной, и вышла ко мне. Я чуть не поперхнулся чаем, который мне только-только принесли.

— Выглядишь… ошеломительно, — пробормотал я, ставя чашку на столик.

— Что?

— Вызывающе, и даже очень, — вынужден был признать я.

Бирюзовое платье в пол, которое мы подобрали для той роли, что сыграет Кайри, подходило девушке идеально — глубокий вырез, длинные рукава. Цвет лишь подчеркивал яркость волос, а фигура… Что-ж, могу сказать, что на фигуру Кайри я обращал внимание при любом удобном случае, надеясь, что она не заметит этого.

— Значит — то, что нужно, — кивнула она, и подозвала девушку, работающую в зале:

— Мне нужен ридикюль, туфли и перчатки к этому платью. Можете подобрать?

Девушка молча кивнула и удалилась, а Кайри присела на диван.

— Интересные вы воры, Виктор. Судя по всему, и у тебя, и у твоего друга денег вполне достаточно для безбедной жизни. Такое ощущение что вы так… Развлекаетесь?

— Во-первых, мы не называем себя ворами. Во-вторых, то, что мы ищем — может перевернуть всё представление о спутниках, о человечестве, и дать нам новые возможности. Это моя цель в жизни — изменить людей к лучшему.

— Только вот реализация этой благой цели очень странная, — поддела меня девушка.

— Между прочим, ты первая, кому я рассказываю о том, чем занимаюсь, так что прояви немного уважения, пожалуйста.

— Ах, прости, — она притворно захлопала ресницами, — не хотела тебя обидеть.

Я лишь улыбнулся. Неужели она со мной флиртует? Или я с ней? Честно говоря, девушка с каждой минутой нравилась мне всё больше и больше, но признаваться ей в этом сейчас было бы очень… неосмотрительно с моей стороны.

— Ты точно уверена, что справишься?

— Уверена.

Я только покачал головой. Наш нынешний план был не в пример хуже, чем тот, из-за которого я познакомился с Кайри. На Эдеме практически не осталось зацепок, которые могли бы вывести нас на «Синтрофос», но один след был чуть ярче других — работавшие вместе с де Бригез и «Пайле Конструкт» над этим проектом гости из Солара — клан Ямато. О них я прочёл еще в первых отчётах, которые изучил, но они были единственными, кто вернулся в Солар — а он был очень далеко от Эдема, как ни крути. Но несколько человек из клана почтут своим присутствием карнавал Высокого города — об этом стало известно из скопированных у Одо документов. И если у них не окажется хоть какой-нибудь информации, наши поиски зайдут в тупик.

— Жители Солара используют гораздо более продвинутые системы защиты, чем мы, — заметил я, — но если что-то пойдет не так, я вытащу тебя оттуда. Норман тоже будет рядом, так что бояться нечего.

— Я не боюсь, Виктор, — улыбнулась Кайри, — к тому же, ты обещал оплатить все мои расходы, а значит, я могу прикупить несколько интересных устройств.

— Тебе нужно что-то конкретное?

— Возможно, декодер струнных колебаний, и несколько фотонных ловушек.

Я присвистнул. Эти вещи стоили невероятно дорого — при условии, что вы их вообще найдете. Мне было совершенно не жаль денег, но…

— Ты знаешь, где их купить?

— Да. Составишь мне компанию?

— Конечно, — легко согласился я, — в любом случае, сейчас мы за ними не поедем, для начала нужно дождаться представителей клана, и понять, как они защищены.

— Полагаю, этим займется твой друг?

— Он настоящий профессионал маскировки, — я кивнул, — и уже должен встречать наших гостей.

— А чем займемся мы?

— Предлагаю…

Меня бесцеремонно прервал звонок на коммуникатор.

— Извини, надо ответить. Пусть вещи отнесут на рецепцию, — попросил я, и отойдя подальше, ответил, — Привет Джа-Джа.

— Какой же ты козёл, Пайле, я ведь, кажется, просил меня так не называть? — рассмеялся в коммуникаторе Джайлс.

— Извини, ничего не могу с собой поделать, — улыбнулся я в ответ, — Чем обязан?

— Есть разговор. Можем сегодня встретиться? Скажем, через час, в нашем месте?

— Конечно. У тебя что-то серьезное? Я бы взял с собой…

— Надеюсь не твоего заносчивого дружочка Нормана?

— Нет, не его. Я буду с девушкой.

— Черт возьми, Виктор, неужели тебя кто-то окрутил?

— Даже не вздумай подобное сказать при ней, понял? Мы просто деловые партнеры.

— Ну да, рассказывай. В любом случае, я буду рад познакомиться с твоей новой пассией. И нет, ничего серьезного, нужна твоя консультация.

— Тогда через час. До скорого.

Я отключился, и обернулся к как раз подошедшей Кайри. Забрал у нее пакеты с одеждой, и проводил к глайдеру. Сегодня утром мы забрали оба — один я оформил на Нормана, и он тут-же исчез в неизвестном направлении. Второй был зарегистрирован на Кайри, и я отдал его в её полное пользование.

— Важный звонок? — уточнила она, садясь за штурвал, предоставив мне самому складывать пакеты на заднее сиденье.

— Нет, — я сел в салон и опустил дверь, — Старый друг просит встретиться с ним. Составишь компанию, пока мы ждем Нормана?

— Предлагаешь притвориться твоей подружкой?

— Мы ведь и так друзья, разве нет? — удивился я, — Заедем ко мне, я переоденусь, возьму кое-какие вещи, и отправимся прямо в лучшее заведение Высокого города, согласна?

— Если мы идем в шикарный ресторан, то мне тоже нужно переодеться.

— Ты только что купила четыре вечерних комплекта. Переоденешься у меня.

Она выразительно посмотрела на меня.

— Что?

— Ничего.

Я назвал ей адрес, она вбила его в навигатор и потянула штурвал на себя. Глайдер медленно поднялся над землей, и Кайри уверенно направила его вдоль проспекта, постепенно ускоряясь.

— Здесь есть автопилот, — попытался я вклиниться, но рыжая ожгла меня ледяным взглядом.

— Мне нравится пилотировать самой.

— Больше не лезу, — понял я свою ошибку, и отвернулся к окну. Интересно, зачем я понадобился Джайлсу?

Глава 4

После бойни на Сигеру-Маоло Империя претерпела множество изменений. В частности, в высших эшелонах власти стали править те, кого позже назвали Небожителям — мощные клановые образования, состоящие, преимущественно, из нескольких ветвей одной семьи. Именно эти кланы владели большей частью секретов и технологий, уцелевших после гибели Сиентии, и именно это делало их настолько влиятельными. Де Пайле, Джессалин, де Сергийос, де Вартан, Ямато, Сол'Грейнир — лишь немногие из тех, кто в течении сотен лет пестовали свои небольшие государства на собственных планетах, но все они на протяжении веков подчинялись Императорскому дому Дол'Зара, помня о том, насколько опасно идти против законного правителя галактики.

Выдержка из "Новейшего курса истории"

Ирио. За несколько лет до событий на Эдеме

Оябун слегка повернул голову. Кё-дай, повинуясь едва заметному знаку, распахнули входящие двери. Два охранника в дорогих костюмах, и выбивающимися из-под манжетов рубашек татуировками втащили в комнату человека с разбитым лицом. На нём были надеты черные брюки и рубашка небесно-голубого цвета. Вернее, она когда-то такой была, но сейчас светлая ткань выглядела тёмно-бурой. Длинные волосы мужчины растрепались, и спеклись от крови. Большие серые глаза бешено шарили по стенам, людям и окружающей обстановке.

Оябун кивнул, и пленника бросили на колени перед столом главы клана. Кабинет, где оказался пленник, был обставлен довольно аскетично. Ничего лишнего — большой стол, на котором стояли коммуникатор и ручка со стопкой чистой бумаги. В самой комнате — пара картин, и огромное окно с восточной стороны зала, за которым раскинулся мегаполис, горящий мириадами огней. На полу лежал ковер. Больше ничего.

— Мистер Райдо, вы понимаете, почему здесь оказались? — спросил щеголь в фиолетовом костюме с галстуком-бабочкой, стоявший тут же, в углу комнаты, после нескольких слов, злобно брошенных главой клана.

— Н-нет, подождите…

— Перестаньте. Оябун хочет знать, куда вы спрятали то, что нашли на Ветерисе.

Пленник только всхлипнул, и затряс головой:

— Я ничего не знаю, клянусь! Я ничего не…

— И наверняка именно поэтому вы скрывались в трущобах всё это время. И скрывались бы дальше, если бы хозяин гостиницы, где вы прятались, не был таким жадным.

Ублюдок всё-таки его сдал, несмотря на то, что Клауд спас его сына от цифровой чумы. Трущобы такое место, в котором никому нельзя доверять полностью. Клауд это знал, поэтому и не особо удивился. Главное — он успел передать посылку, и отправить её в безопасное место. Хотя сейчас сам об этом и не подозревал.

— Я уже всё сказал! Можете меня убить, или сделать что угодно — я не знаю, не понимаю, о чём вы говорите!

— Убить? О нет, мистер Райдо, этого не случится. По крайней мере — пока. Да, сейчас вы даже не лжете — мы знаем, что вы не понимаете, о чём речь. И знаете почему? Потому что вы сами удалили эти воспоминания, и не просто из мнемочипа, но и из своего мозга. Удивительно, ведь операцию проводили в таких условиях, после которых выжили бы немногие.

Щеголь кивнул, и один из громил кинул к ногам Клауда мешок. Оттуда, оставляя кровавый след на белоснежном ковре, выкатилась голова Акиры. Клауд закрыл глаза. Его лучший друг погиб, погиб из-за него… Из-за его безответственности. Не надо было его втягивать… А ведь Райдо даже не помнил, почему он попросил Акиру сделать это. Да и что — это?

— Мне всё равно. Вы убили дорогого мне человека, — сквозь зубы прорычал пленник, попытавшись встать — я не стану вам помогать! Слышите, скоты, не стану!

Оябун резко встал. Подхватив трость, прислоненную к столу, он размахнулся, и с силой ударил ей Клауда по лицу. Рявкнул несколько слов на своем диалекте, и плюнул. Затем вернулся за стол, достал сигару и закурил, выпуская в воздух колечки дыма.

— Нам не нужна ваша помощь, мистер Райдо. Мы знаем не только о прошедшей операции. Еще нам известно, где вы спрятали нужные нам воспоминания. А найдя их, мы найдем и саму вещь. Проблема только в том, как воспроизвести нужные нам фрагменты памяти.

Клауд похолодел. Он понял, зачем нужен клану Ямато. Они не будут его пытать, или убивать. Его ждёт кое-что похуже.

— Да, мистер Райдо, да, по вашим глазам я вижу, что вы поняли, о чём идет речь. Получив нужное нам воспоминание, мы воспользуемся вашим мозгом и нейронной сетью. А до тех пор…

Райдо закричал. Когда под руки его подхватывали охранники, он бился и вопил как мог. Потому что знал, что его ждёт худшая пытка в мире. Оябун всё также невозмутимо сидел в своем кресле и курил сигару.

Вытащив Клауда из кабинета главы клана, охранники поволокли его по коридору. Пленный сопротивлялся, как мог, но несколько достаточно болезненных тычков в живот заставили его согнуться пополам, и отбили охоту дергаться. Но лишь когда Клауд оказался в подвалах Цитадели Ямато, и его запихнули в криокамеру, он понял, что рассчитывать ему больше не на что. Он всё потерял.

* * *

Норман

Норман жевал мясной рулет, закинув ноги на приборную панель глайдера. Сегодня его все раздражало — музыка, транслируемая сетью, вкус еды, слишком яркое солнце, и даже его занятие. Ничегонеделание выводило парня из себя хуже, чем что-либо другое, и пока Виктор с Кайри выбирали наряды для карнавала, и ходили по ресторанам, Норман был вынужден торчать в космопорту, в надежде засечь представителей клана Ямато.

— Улисс, на что мы рассчитываем? — спросил он спутника. Вопрос был задан, скорее, от безысходности положения, чем от надежды получить внятный ответ.

— Не мог бы ты конкретизировать? — попросил спутник.

— Какова вероятность, что у гостей де Бригезов окажется хоть что-то полезное для нас с Виктором?

— Из тех данных, что у меня есть, могу с уверенностью сказать, что вероятность получения полезной информации составляет двадцать восемь процентов.

— Неплохо. Как ты это высчитал?

— Твой органический мозг не способен в должной мере обработать исходные данные, — отрезал Улисс, — однако из того, что мне известно, могу с уверенностью сказать — гостями де Бригезов будут двое из шести сайко-комон Ямато.

— Кто это — сайко-комон?

— Административные лидеры клана.

— Если их будет двое из шести, куда делись еще пять процентов вероятности? — удивился Норман.

— Непредвиденные обстоятельства.

Улисс замолчал, и Норман задумался. Затем посмотрел на голографическую проекцию доков, и выругался. Пока он был погружен в свои мысли, в порт приехал сам Нейл де Бригез! Его «Атласы» окружили вместительный глайдер, приземлившийся метрах в шестистах от Нормана. Он решил, что это хороший знак — старший сын Одо встречает важных гостей. Значит-ли это, что им есть, что обсудить? Наверняка.

Норман даже не стал пытаться присоединиться к инфоструктуре Нейла или его охраны — себе дороже. Вычислят за секунду и пристрелят, даже не поморщатся. Вместо этого он выкинул остатки рулета в окно, активировал режим записи на своих линзах, и в нетерпении принялся постукивать по штурвалу. Нейл с охраной оставили глайдер и ховербайки, на которых прибыли, и направились к зданию космопорта.

Огромный пассажирский лайнер «Арелия» приземлялся в шестой док. Судно построили совсем недавно — это был его пятый рейс, и хромированная обшивка корпуса сверкала в солнечном свете. Приближаясь к посадочной площадке, лайнер тихо гудел гравитониевыми двигателями, медленно выравниваясь. Наконец, он приземлился, и еще через некоторое время к нему провели путепровод, ведущий в космопорт.

Норману пришлось ждать еще немного, прежде чем Нейл, в сопровождении двух «сайко-комон», как их назвал Улисс, и шестерых «Атласов», вышел из здания. Эти двое выглядели очень странно — широкая и бесформенная одежда, стальные пластины, закрывавшие часть лица и шею. И их инфоструктура… Она была очень странной. Не такой, как у других людей — четкой, понятной и ровной. До этого момента Норман никогда не видел ничего подобного. Ауры этих двух постоянно менялись, были тягучими, упругими, и в них не было ни одного знакомого элемента.

Пока Норм рассматривал гостей де Бригеза, делегация села в глайдер, который тут-же поднялся в воздух. «Атласы» на ховербайках взмыли следом, и Норман, не теряя времени, последовал за ними. До поместья де Бригезов лететь было немногим более двадцати минут, и за это время следовало понять, какую защиту используют гости из Солара. Норман плелся в потоке мобилей, держа небольшое расстояние между собой и своей целью.

— Улисс, активируй дронов, — попросил он, проверяя планшет.

Рано утром Норман подготовился — выпустил в район космопорта несколько летающих камер, и на каждую прикрепил считыватели колебаний. Он не считал свой план очень уж удачным, но за неимением информации приходилось импровизировать — чем он и занялся. Держа дистанцию, он скомандовал спутнику:

— Начинай бомбардировку.

Маленький дрон, размером не больше ладони, показался на голограмме планшета. Он стремительно приближался к кортежу де Бригеза, а за ним, держа дистанцию, летели остальные. К счастью, «Атласы» не обратили внимания на маленькую камеру, и когда Улисс задал ей траекторию столкновения, не успели даже понять, что произошло.

Дрон врезался в крышу глайдера, разлетевшись на сотню осколков. Транспорт слегка тряхнуло — видимо, водитель слегка испугался. Норман усмехнулся. В тот же самый момент датчик, намертво прикрепившийся к корпусу, начал передавать данные на планшет Нормана — вибрации голосов, сердцебиение, температуру.

— Отлично, Улисс, — усмехнулся Норман, — сразу переправляй данные домой, разберемся с ними позже. И уведи остальных… — он осекся, увидев, что трое «Атласов» развернули свои ховербайки, и направились прямиком к нему.

— Отбой! Активируй магнитные бомбы и отправь дронов в движки ховеров! Вот чёрт! — выругался он, и добавил скорость. «Как они поняли, что это я!?» — крутилась в голове Нормана мысль, а между тем, охранники де Бригеза приближались.

— Рассчет окончен, — откликнулся Улисс, и через несколько секунд еще один малыш пожертвовал собой — двигатель ближайшего байка вспыхнул, и тот начал стремительно терять высоту. Двое оставшихся в один момент включили силовые щиты, и ускорились, нагоняя глайдер Нормана. Оставшиеся дроны просто сгорели, разбившись о защитные структуры.

— Внимание, угроза! На ховербайках активировано вооружение! — предупредил Улисс.

— Только этого не хватало, — простонал Норман, и резко бросил глайдер вниз.

Возможно, только это его и спасло — через мгновение место, где он находился секунду назад, пронзили трассеры выстрелов. Летевшие рядом мобили бросились врассыпную — их хозяева перехватывали управление у автопилота и спешили убраться подальше от места перестрелки. Улисс что-то сказал, но Норман уже не слышал его. Теперь затеряться среди других глайдеров не получится, придется отрываться.

Он добавил скорости, на ходу пристегивая ремни безопасности. «Атласы» не отставали, и это было очень плохо. Еще несколько выстрелов — Норман попытался сделать разворот по широкой дуге, но преследователи не отставали. Они быстро удалялись от космопорта, и Норман, в надежде затеряться среди трущоб, снова изменил курс, свернув на трассу, ведущую в Нижний город. Едва он добрался до поверхностипланеты, как его снова нагнали преследователи, и теперь поочередно тренировались в меткости, пытаясь подбить беглеца. Норман заложил крутой вираж, чуть ли не переворачивая глайдер, и свернулк окраине города. Теперь он маневрировал среди полуразрушенных зданий промышленной части города, располагавшейся на несколько километров ниже Высокого города.

Не до конца вписавшись в один из поворотов, Норман зацепил задней частью глайдера несколько балок, и рухнувшая откуда-то сверху арматура не некоторое время скрыла его от преследователей.

— Улисс, что с данными, ты видишь?

— Трансфер был прерван минуту назад.

— Что?! Почему не предупредил?

— Предупреждал дважды, ты не услышал, — откликнулся спутник, и тут справа от глайдера грохнул взрыв. Мобиль откинуло воздушной волной, и Норман невероятным усилием выровнял его. Кинув быстрый взгляд через плечо, он увидел, что один из преследователей куда-то пропал, зато второй держался буквально в нескольких метрах за багажником глайдера, но из-за постоянных маневров Нормана, никак не мог прицелиться.

— Ну держись, — пробормотал археолог, и резко нажал на тормоз.

Ховербайк на полной скорости врезался в глайдер. «Атлас», не ожидавший подобного, выпустил руль, и всем весом своей брони пробил силовой щит изнутри, вылетев из седла как пробка из бутылки шампанского. Перелетев мобиль, он упал на землю, и тут-же попытался подняться, но Норман не дал ему такой возможности. Вдавив педаль газа до упора, он сбил охранника де Бригеза, и протащив его на капоте несколько десятков метров, с силой впечатал в стену какого-то склада. Глайдер вместе с «Атласом» пробил её, и последний, потеряв всякую связь с реальностью, сполз с капота.

Норман сдал назад, развернулся, и полетел в обратном направлении.

— Улисс, где второй охранник?

— Отстал в километре отсюда. Сейчас приближается к месту аварии.

— Поблизости есть общественный транспорт? — кое-как отдышавшись, Норман обратил внимание на приборную панель — глайдер был разбит практически наглухо. Три процента, оставшиеся от заряда двигателя не позволят ему улететь далеко, а внешний вид… Любой патруль остановит его, и де Бригез узнает об этом уже через час. Объясняться с Небожителем и гостями из Солара Норману совершенно не хотелось

— Ближайшая ветка скоростного поезда в десяти минутах полета. Она идёт до лифта в Высокий город.

— Возьми управление на себя. Найди оптимальный маршрут, на котором не будет камер наблюдения и дронов. И место, где можно уничтожить глайдер.

Откинувшись на сиденье, Норман нахмурился. Его чуть не убили, информации достать не удалось практически никакой, и ко всему прочему, один из глайдеров Виктора придется уничтожить. Не такую разведку он себе представлял, совершенно не такую.

* * *

Виктор

Вид с террасы открывался просто бесподобный. Озеро в долине, окруженной невысокими горами, лес на их склонах. По водной глади плавали прогулочные яхты, которые отсюда казались игрушечными.

Кайри сидела на диване и листала ленту новостей на планшете. Я же, оторвавшись от созерцания местных красот, перевел взгляд на неё. Она словно почувствовала это, и вопросительно подняла брови.

— Прекрасно выглядишь, — сказал я, и улыбнулся. Она улыбнулась в ответ.

— Твой друг задерживается.

— Неудивительно. Он работает в отделе расследований Империума, и я вообще удивлен, что он предложил встретиться в будний день.

— То есть, твой друг — коп?

— Так и есть.

— Он тебя прикрывает?

— Не говори глупостей. Он даже не знает, чем я занимаюсь. Просто иногда я его консультирую.

— По каким вопросам?

— По разным, — отрезал я, и перевел разговор на другую тему, — Скажи, как давно ты научилась так лихо ломать инфоструктуры?

Она немного помедлила с ответом.

— Баш на баш? Я расскажу кое-что о себе, а ты ответишь на мои вопросы, идет?

— Идет. Ну так что?

— Я еще в детстве поняла, что мне легко дается контакт с инфополем. Мои родители были инженерами. Работали практически сутками, и часто брали меня с собой на разные объекты. Даже не помню, когда я нашла первую дыру в защите, но…

Она замолчала, и посмотрела на меня.

— Моя очередь. Из какой ты Семьи?

— Ого! — я усмехнулся, — Сразу к делу?

— Перестань, Виктор, догадаться об этом было нетрудно. Так из какой?

— Я Виктор де Пайле, сын Андреаса, внук Элайджи.

Некоторое время мы снова молчали.

— И что твои родные думают о твоих… занятиях?

— Кайри, ты практически ничего не знаешь о Небожителях, не так ли?

— Ну, не все рождаются с золотыми ложками во рту, — хмыкнула она, но было заметно, что мой вопрос ей не понравился.

— Я родился на песчаном пляже, на острове, где не было даже аптечки, — расхохотался я, и налил себе вина, — Мой отец не глава Семьи, и не будет им — мы боковая ветвь, потомки брата жены четвертого сына… Короче, дальние родственники одного из тех Пайле, который первым побывал на Сигеру-Маоло. Де Пайле — большой род, нас несколько сотен.

— Четыреста тридцать четыре человека, если не считать бастардов, — подсказал мне Док.

— И что с того? Вы ведь богаты?

— Не без этого. Но основными делами заправляет старшая ветвь. Моя семья занимается несколько другими вещами — разработкой и внедрением спутников в промышленную добычу полезных ископаемых. А я — младший сын, и совсем не настроен заниматься подобным бизнесом.

— Помню-помню. Ты и правда хочешь найти этот «Синтрофос», чтобы помочь человечеству? Думаешь, мы не извратим эту разработку, как и все прочие?

— Возможно так и будет, но я приложу все усилия, чтобы этого не случилось. И эй, мне кажется, я пропустил несколько вопросов о тебе.

Однако, продолжить нашу игру мы не успели — на терассу прошел Джайлс. Обычно он носил форму отдела расследований, но сейчас на нем был тёмно-синий камзол с золотистыми пуговицами. Длинные волосы собраны в хвост, в руках — трость и перчатки. Ни дать, ни взять — герой бульварного романа, засильем которых в последние годы страдала инфосеть Эдема. Я поднялся ему на встречу.

— Привет, Виктор, — поздоровался он.

— Джайлс, — я пожал его руку, и похлопал по плечу, — познакомься, это Кайри.

Мой друг, бросив короткий взгляд на девушку, будто наткнулся на невидимую стену. Всего на мгновение — но я успел это заметить. Взяв себя в руки, он улыбнулся ей:

— Очень приятно, мадмуазель…

— Просто Кайри, — она тоже пожала ему руку.

— Как скажете. Простите за опоздание, на полпути пришлось возвращаться в отдел.

— Понимаю, — кивнул я, — Я заказал ужин, его скоро принесут. Присаживайся.

Джайлс опустился на то место, где до этого сидел я, мне же пришлось расположиться рядом с Кайри.

— Итак… — протянул я, — Как дела, лейтенант?

— Хуже не придумаешь, — отозвался он хмуро, — Смотрел сегодняшние новости? Суд над Занду оказался сорван. Я вел это дело.

— Видел, — кивнул я, — Думаешь, свидетеля купили?

— Уверен в этом, — отозвался Джайлс, — теперь совершенно непонятно, как его прижать.

— И что будешь делать?

— Сейчас меня перевели на другое расследование. Не могу раскрывать деталей, но твоя помощь может оказаться очень кстати.

— Слушаю тебя, — я откинулся на спинку дивана, и достал сигару.

— Есть система защиты дома — она очень хороша, практически — последнее слово техники. Матричные анализаторы, походка, физиогномика, отпечатки пальцев и прочее, прочее, прочее. Внутри — ещё один кокон, к которому имеет доступ лишь хозяин и кроме него — два человека. Без их личных ключей попасть туда невозможно. Однако, судя по словам хозяина, именно это и произошло, хотя никаких признаков взлома нет, как и следов того, что у него кто-то увел личные ключи безопасности. Как можно провернуть такое?

Я напрягся. То, о чём спрашивал Джайлс очень уж напоминало систему защиты де Бригеза. И если он говорит именно об этом взломе — значит Одо все-таки пронюхал, что кто-то вломился в его кабинет во время приема. И не просто пронюхал — а нанял отдел расследований для того, чтобы найти виновных. А это очень и очень плохо.

Кайри, казалось, тоже поняла, о чем идет речь. Она легонько коснулась моего колена своим, и я посмотрел на неё. В глазах у девушки плескался страх.

— Хм, — я сделал вид, что задумался, — так сходу и не ответишь. Военный спутник мог бы провернуть подобное, или кто-то, кто достаточно близко знаком с хозяином дома… Если бы у меня была хоть какая-то конкретика, я бы мог прикинуть точнее.

— Я не могу дать тебе данные расследования, — покачал головой Джайлс, — подумай еще.

— Виктор, я отойду ненадолго, — Кайри встала из-за стола, — всё равно не понимаю, о чём вы тут говорите, — она улыбнулась Джайлсу, и направилась к выходу с терассы. Дождавшись, пока девушка выйдет, я повернулся к другу.

— Слушай, ты сегодня сам не свой…

— Пайле, ты совсем с катушек слетел? — тут-же отозвался он, едва не брызжа слюной.

— В каком смысле? — удивился я.

— Ты знаешь, кто твоя подруга?!

Я похолодел.

— О чём ты?

— Сегодня утром капитан отправил меня в особняк Одо де Бригеза, — прошипел он, наклонившись ко мне, — и там его старший сынок чуть не сожрал меня, прося найти официантку, которая исчезла с приема несколько дней назад. А исчезнув оттуда, она, судя по всему, прихватила важные данные их семьи!

— И при чем тут Кайри? — я сделал вид, что не понимаю, о чем идет речь, хотя внутри у меня все сжалось. Джайл прищурился, глядя на меня.

— А при том, что на полу в кабинете самого Одо неизвестный вор оставил несколько рыжих волос — точно таких, как у твоей подруги! Анализ ДНК показал, что это волосы некоей Кайри Шигоры, которая исчезла из поля зрения Империума три года назад, и представь моё удивление, когда я встретил её здесь, с тобой!

Я молчал, пытаясь переварить информацию. Мозг напрягся, словно двигатель космолета, но я понятия не имел, что мне сейчас делать. Как же это глупо — оставить несколько волос, по которым тебя можно вычислить! Впрочем, тут была и моя вина — ведь это я обездвижил Кайри прямо перед сейфом. Джайлс правильно расценил мое молчание.

— Виктор, только не говори, что ты тоже был там?

— Меня не было на этом приеме, — ответил я, стараясь не выдать голосом свою ложь. Но Джайлс не зря был следователем — он за секунду раскусил меня.

— Ты бы себя слышал, — презрительно фыркнул он, — любой новичок в управлении поймет, что ты врешь! Какого черта ты там делал? Как познакомился с этой девушкой? И что ей было надо от де Бригеза?

— Джайлс, помнишь, как ты вытащил меня из передряги, когда я только-только прилетел на Эдем? — вместо ответа спросил я.

— Да. При чем тут этот случай?

— Ну, тогда я рассказал тебе не всю правду, — начал я, — И о кое-каких сторонах своей жизни умалчивал и в дальнейшем.

— Ближе к делу, Виктор, — Джайлс начинал терять терпение.

— Видишь ли, — я замялся, — де Бригеза обчистила не Кайри. Это сделал я.

Джайлс изумленно уставился на меня. Потом подвинул к себе бокал, доверху наполнил его вином, сделал изрядный глоток, и скомандовал:

— Рассказывай, как всё было.

Глава 5

Когда Императору Эйнему второму доложили о находке нового мира, эта новость не вызвала у него особого интереса. Однако, увидев планету собственными глазами во время одного из визитов, он был поражен. Огромные океаны, невероятной красоты заливы на побережье материковой части. Густые леса, не тронутые человеком, горы, ледники, пустыни, степи, чистейшие реки и озёра. Все это было похоже на тот мир, откуда человек начал свое путешествие по галактике, но найденная планета отличалась одной значительной деталью — здесь никогда не жили люди, и не успели своим присутствием истощить столь прекрасный мир.

— Мы назовём это место Эдемом, — повелел Император, и распорядился заложить здесь первый город, парящий в небесах.

Записки придворного советника.

Виктор

Джайлс попрощался с нами совершенно недовольным. Кайри, вернувшаяся незадолго до этого, встретила лишь его ледяной взгляд.

— Что произошло? — спросила она, когда он покинул террасу.

— Де Бригез поручил ему расследование, — ответил я, задумчиво глядя на озеро.

Девушка слегка побледнела, но не потеряла присутствия духа.

— Судя по тому, как он попрощался, есть подозреваемые?

— Представь себе — на полу кабинета Одо остались несколько твоих волос. Их обнаружили уже на следующее утро, а сегодня анализ ДНК вывел Джайлса на тебя.

— Черт! — выругалась Кайри, — Значит, твой друг ищет меня? Почему он ничего не сказал? И почему не арестовал прямо сейчас?

Я грустно усмехнулся:

— Мы с Джайлсом росли вместе. Всегда были друзьями. Благодаря моему отцу, после академии он получил назначение сюда, на Эдем. Пока тебя не было, я рассказал ему, как все произошло на самом деле, и попросил прикрыть нас.

— Прикрыть?! — изумилась она, — Он же следователь, а ты просишь его нарушить закон ради себя?

— Вообще-то я попросил его сделать это ради тебя, — поправил я ее, и Кайри посмотрела на меня, как на безумца, но в ее глазах читалась и благодарность.

— Я… Мне очень приятно, Вик, что ты беспокоишься обо мне, но сомневаюсь, что тебе нужны проблемы из-за этого, как и мне, — она встала из-за стола, и направилась к выходу, — Будет лучше, если я исчезну.

— Кайри, подожди! — я вскочил следом, и схватил ее за руку, — Да стой-же ты!

Она сделала попытку освободить руку, и я отпустил ее, но перекрыл путь к выходу.

— Кайри, послушай, тебе нечего бояться, — попытался я успокоить девушку, — Джайлс спустит дело на тормозах. Да, ему придется доложить, что волосы принадлежат тебе — но он сделает это позже, после карнавала! А я пообещал ему, что через несколько дней мы уберемся с планеты, и искать будет некого!

— Что значит — уберемся с планеты?! — казалось, она меня сейчас ударит, — Я не собираюсь никуда лететь! У меня…

Она неожиданно замолчала, вернулась за стол, и налила себе воды. Осушив стакан одним глотком, девушка посмотрела мне в глаза.

— Что — «у тебя»?

— У меня… — снова начала она, и прикусила губу, — Я не могу летать в космосе, Вик.

Мне понравилось, что она уже дважды назвала меня так, но я отогнал эти мысли, и сел рядом с ней.

— Кайри, я знаю о том, что с тобой произошло — прежде чем ты оказалась на Эдеме. Представить не могу, что ты пережила, но я очень хочу помочь. То, что я предлагаю — единственный разумный выход. Ты можешь уйти сейчас — исчезнуть в любом городе, в любых трущобах на Эдеме, но когда Джайлс расскажет де Бригезу о том, кто такая Кайри Шигора — тебя найдут, и найдут очень быстро.

Она молчала, и все также смотрела на меня, ожидая продолжения.

— Всего несколько дней и — если мы ничего не найдем у клана Ямато — покинем Эдем. Отправимся на Магелан, там живет моя семья. Ты сможешь придумать себе новую личность, и никто никогда больше не будет тебя преследовать. Проспишь весь полет, даже не заметишь, что мы в космосе — я попытался ободряюще улыбнуться, и Кайри немного расслабилась.

— Почему тебе не все равно? Таких хакеров как я…

Я не дал ей договорить. Легко притянул девушку к себе, и поцеловал. Честно говоря, практики у меня не было давно, и я был готов к негативной реакции — к пощечине, или к тому, что Кайри возмутится. Но ничего этого не произошло — в тот момент, когда я уже хотел было отстраниться, совершенно неожиданно она ответила на поцелуй. И в этот момент вся вселенная перестала существовать для меня.

* * *

Норман

Сказать, что Норман был зол — значит не сказать ничего. Молодой археолог был просто в ярости. После того, как Улисс подсказал ему укромное место, в котором парень сжег новенький, но совершенно разбитый глайдер, ему пришлось почти два часа идти пешком до первой попавшейся ветки общественного транспорта. А после — еще полчаса трястись в неудобном вагоне.

И лишь когда он сел в комфортабельную кабину лифта, тянущегося к Высокому городу, Норман немного успокоился, и вызвал Виктора. Тот ответил не сразу.

— Да?

— У нас проблемы, — с ходу заявил Норм, закрываясь от нескольких, едущих вместе с ним пассажиров, аудиококоном. Люди косились на запыленную одежду парня, и его это бесило.

— Еще какие, — согласился Виктор.

— Ты о чем? — удивился Норман. Узнать про погоню друг никак не мог, значит — случилось что-то еще.

— А ты? — будто спохватился Виктор, — Ладно, это не сетевой разговор. Приезжай ко мне, мы тут.

— Мы? — еще больше изумился Норман, но Виктор уже отключился.

«Ну ничего себе! Просто отрубил связь! Интересно, что там у них произошло?» — подумал Норман. Лифт как раз поднялся к южным докам, и парень, безуспешно пытаясь на ходу хоть немного очистить куртку, вышел на стоянку такси. Сев в первый попавшийся глайдер, он назвал адрес Виктора, и откинулся на сиденье. Солнце уже исчезло за горизонтом, и лишь подкрашивало алым цветом шпили центрального квартала. Заезжать домой, чтобы переодеться, Норман не стал.

В зеленый квартал он приехал быстро, не теряя времени поднялся на этаж Виктора, и позвонил в дверь. Через мгновение она плавно отъехала вправо, и Норман шагнул в проем.

— Добрый день, месье Ридус, — раздался голос в прихожей.

— Привет, Док, — поздоровался Норман, и прошел в гостиную.

Кайри сидела на диване, и что-то программировала на своем планшете. Виктор готовил еду в кухонной зоне.

— Привет, — поздоровался Норман, — У вас семейный ужин?

Кайри оторвалась от планшета, и подняла на него взгляд. Увидев, в каком состоянии его одежда, она вместо ответа удивленно спросила:

— Ты что, подрался в трущобах?

— Очень смешно, — Норман уселся в кресло напротив девушки, — Я пытался проследить за гостями де Бригеза. Они оказались… странными, и каким-то образом узнали, что я устроил прослушку. Пришлось уносить ноги.

— Они что, тебя заметили? — спросил Виктор, принесший поднос с едой.

— Да, но не стоит беспокоиться по этому поводу, — отмахнулся Норман, набрасываясь на мясное рагу, — у них не осталось зацепок, чтобы меня вычислить. И Вик… Глайдер пришлось уничтожить, извини. А когда Нейл заметил слежку, передача данных прервалась. Я еще не смотрел, что там, но все у меня в домашнем хранилище. Улисс, передай загруженные данные с глайдера де Бригеза, — скомандовал он, — Сейчас и узнаем, что там.

Виктор с Кайри переглянулись.

— Черт с ним, с глайдером, — пожал плечами Виктор, — У нас есть проблемы посерьезнее.

Пока Виктор рассказывал другу о том, как на них вышел лейтенант Триони, Норман успел расправиться с двумя блюдами, и теперь неспешно потягивал адски горячий кофе, стараясь не обжечься.

— Дело и правда дурно пахнет, — согласился он, — и что, ты правда намерен улететь с Эдема?

— А что меня тут держит? — в ответ спросил Виктор, — Все наши поиски ни к чему не привели. Мы почти два года пытались пробраться в особняк де Бригеза, а в итоге посадили себе на хвост отдел расследований. И если гости из Солара ничем нам не помогут, то мы окажемся в тупике. У нас буквально, всего два-три дня, прежде чем Кайри не сможет покинуть планету.

Норман повернулся к девушке.

— А ты не думала, что улететь прямо сейчас было бы лучше? По крайней мере — для тебя.

— Виктор убедил меня задержаться, — пожала плечами она.

Норман перевел взгляд на друга, и пристально посмотрел на него. Тот не стушевался, но археолог мгновенно все понял.

— Понимаю, — протянул он, — Виктор умеет убеждать. Что-ж, значит у нас не так много времени, — он стремительно перешел к делу, — Предлагаю ознакомиться с тем, что мне удалось подслушать по дороге от космопорта.

Достав из внутреннего кармана планшет, Норман положил его на стол, и скачал архив со своего домашнего хранилища. Отсеивая лишнее, он добрался до звуковых колебаний, перевел их в аудиоформат, и запустил воспроизведение.

— …а значит, все еще в силе, — раздался голос Нейла. Затем послышалась ругань, — Что за черт, Оберон!? Веди глайдер ровно!

— Простите, мастер Нейл, что-то попало в крышу.

— Что? Веди ровно, я сказал! Простите, Аякома-сан, на чем мы остановились?

Ему, на чистейшей интерлингве, ответил абсолютно бесцветный голос

— …. Нам бы хотелось получить все записи по этому проекту, мастер Нейл.

— Конечно, конечно, — согласился тот, — все будет у вас уже завтра, после состязаний на арене. Ложа подготовлена с учетом ваших пожеланий. Наш человек с Варанта прибудет…

— Помолчите, — прервал его все тот-же невыразительный голос, — нас прослушивают.

Раздался треск, и запись закончилась.

— Как они узнали, что я подсадил им жучка на корпус? Там не было ничего, кроме одностороннего волнового передатчика из органики! — возмутился Норман, — его только визуально можно было заметить, любое сканирование показало бы…

— Погоди, — Виктор прервал друга, — Это уже не важно. Ты слышал, что они обсуждали?

— Какой-то проект, который хочет клан, — Норман загнул мизинец, — Приезд человека де Бригеза с Варанта, — к мизинцу присоединился безымянный, — и самое главное — завтра вечером Нейл с гостями будет на Арене.

Виктор посмотрел на Кайри.

— Ты готова?

— Не уверена, что у нас все получится, — покачала головой та, — Но да, я готова.

— Поражение неминуемо ждёт лишь того, кто отчаялся заранее, — нравоучительно заявил Норман, и Кайри улыбнулась.

— Ты это сам сейчас придумал?

— Нет, — мотнул он головой, — Прочитал, уже и не помню где. Но суть верна — сейчас нам никак нельзя рассчитывать на поражение, иначе у всех будут очень большие проблемы.

Он поднялся на ноги, взял со спинки кресла свою грязную куртку, и с отвращением посмотрел на нее.

— Оставь ее в мусорном баке, — посоветовал Виктор, — похоже ей уже ничем не поможешь. Норман кивнул, и направился к выходу в одной рубашке.

— Я еду к себе. Стоит выспаться перед завтрашним днем, чего и вам желаю, — он лукаво посмотрел на меня, потом на Кайри, — хотя сомневаюсь, что вы последуете моему совету, — и прежде чем ему успели что-либо ответить, вышел за дверь.

* * *

Джайлс, Нейл, и другие

Утро первого дня карнавала у Джайлса выдалось напряженным. Распределение охраны по ложам Арены, документы, проверки патрулей, встреча важных гостей, — а в довершении всего — сопровождение капитана к де Бригезу, на чем настоял сам Нейл де Бригез.

Лейтенант все четче понимал, что его отдел больше отстаивает интересы отдельных Небожителей, чем простых граждан Высокого города. Дело с доном Занду попросту замяли — Джайлс и представить не мог, что об этом ублюдке так быстро забудут! Всего несколько дней, и преступник, которого вот-вот готовы были приговорить к смертной казни, оказывается под домашним арестом у себя на вилле посреди Соленого озера.

«Долбаная несправедливость», — подумал Джайлс, разглядывая несколько рядов сидений, амфитеатром спускающихся к усеянной густой травой площадке. Народ все прибывал, и прибывал. Мест для сидения уже давно не осталось, и жители Высокого города занимали места в проходах, и между ними, где только могли — зрелище обещало быть интересным, и никто не хотел пропускать главный бой дня.

Впрочем, лейтенант Триони был раздражен не только всеобщей суматохой, кучей бесполезных (на его взгляд) обязанностей и провалом предыдущего дела. Больше всего Джайлса занимало то, что рассказал ему Виктор. Чертов идиот решил поиграть в рыцаря, и попросил лейтенанта попридержать информацию о рыжеволосой девушке — его, следователя Империума! И ладно бы причина была адекватная — но Виктор ничего толком не объяснил.

Конечно, жаль будет расставаться со старым другом, если он действительно решит покинуть Эдем, но лучше уж так, чем оказаться в казематах Империума. Одо де Бригез хоть и не ровня отцу Виктора, но уничтожить человека может с легкостью — особенно того, кто украл его секреты. Джайлс не понимал, зачем его друг так поступил, но верил ему, и верил, что тот сделает все, чтобы не попасться, и не подставить самого Джайлса.

Его размышления были прерваны — в ложу, где они с капитаном сидели уже почти полчаса, наконец явились хозяева. Одо де Бригез со своей молодой женой — белокурой и симпатичной девушкой, едва ли не в три раза моложе его самого; старший сын Нейл, как всегда — в гордом одиночестве; дочь Сибилла, и двое гостей из Солара — это Джайлс уже знал — сайко-комон клана Ямато. Эти люди сильно отличались от пышно разодетых Небожителей, да и вообще — от всех, кто сегодня был здесь.

Свободные балахоны, волочившиеся по земле, были на удивление чистыми — грязь словно отталкивалась от подола странных одеяний. Лица сайко-комон были скрыты полумасками, а высокие воротники казались… живыми? Джайлс не смог бы описать и ауры этих людей. Они постоянно менялись, и иногда напоминали воронку торнадо, а иногда — водную гладь спокойного озера. Пробиться через них, чтобы узнать хоть что-то, Джайлс не смог — даже его оперативные программы уперлись в непробиваемый кокон безразличия, а когда он чуть усилил нажим, один из сайко-комон повернулся к нему, и слегка покачал головой. Джайлс ограничил свое любопытство, и поприветствовал остальных как подобает. Тоже самое, но чуть раньше, сделал и капитан.

— Мы рады видеть представителей власти здесь, — поздоровался Одо, и кивнул на удобные кресла, — Прошу, присаживайтесь. Скоро начнутся бои, а я хочу, чтобы все мои гости насладились этим зрелищем. Нейл, где Сарьян? Снова опаздывает, несносный мальчишка!

— Он задержался возле бара, — бросил Нейл неодобрительно, — увидел очередную юбку…

Одо расхохотался, и вытер выступившую слезинку тыльной стороной ладони.

— Этот сорванец весь в меня! — с удовольствием пояснил он гостям, — Мне несказанно повезло, что одному из моих сыновей досталась деловая хватка, а второму — любовь к прекрасному. В одном человеке эти качества редко уживаются вместе.

Де Бригез уселся, и махнул рукой. К нему тут же подскочил слуга с огромным подносом, на котором стояли вазы с фруктами, бутылки, бокалы, и еще невесть что. Бедный мальчишка едва ли не падал под тяжестью своей ноши, но не проронил ни слова, стоя рядом с Одо, и держа этот поднос на вытянутых руках, чтобы оставаться чуть позади хозяина, и не мозолить ему глаза.

Сайко-комон отказались от угощения, и тихо переговаривались между собой. Капитан и Одо принялись обсуждать ставки на претендентов — их голоса заглушали даже людской гул, доносившийся снизу. Нейл подошел к Джайлсу, и сел рядом.

— Лейтенант, — коротко кивнул он.

— Месье Нейл, — поздоровался тот.

— Как продвигается наше расследование? Вам удалось узнать что-нибудь о воровке?

— К моему сожалению во время карнавала наш отдел, как и любой другой, впрочем, занят сверх всякой меры. В лаборатории сделали анализ ДНК, но результатов пока нет. Возможно, в течении нескольких дней …

— Лейтенант Триони, — перебил его Нейл, — вы понимаете, что результаты были нужны мне еще вчера?

— Конечно, месье Нейл, — Джайлс склонил голову, чтобы Нейл не увидел, как он скрипит зубами от бешенства, — И поверьте, если бы не приказ вашего отца быть здесь, сейчас я бы занимался поиском той самой девушки.

Нейл замолчал. Если его отцу что-нибудь приходило в голову, выбить это оттуда не представлялось возможным. И если Одо повелел, чтобы капитан и Джайлс были здесь — они будут здесь.

— Впрочем, — продолжил Триони, уже слегка успокоившись, — есть и хорошие новости. Мы обнаружили следы взлома системы безопасности — на два часа в некоторых комнатах и коридорах вашего особняка было перехвачено управление видеонаблюдением. Мои лучшие специалисты прямо сейчас выстраивают маршрут, по которому они были взломаны. Благодаря этому, возможно, мы сможем обнаружить перемещения…воровки.

Это была идея Виктора. Этот сумасшедший решил выдать Нейлу одну незначительную деталь. Парень был уверен, что у отдела расследований уйдет, по крайней мере, пара-тройка дней на то, чтобы понять, как грабители попали в кабинет де Бригеза. А за это время он собирался (опять же — по его словам) закончить дела на Эдеме, и свалить с планеты вместе с рыжей девчонкой. А когда Джайлс выдаст ее де Бригезу, парочка горе-грабителей будет уже далеко.

Нейл удовлетворенно покивал в ответ на это. Его мысли сейчас занимало не только ограбление (о котором он, как знал Джайлс, и не подозревал), но и несколько крупных сделок — в частности, та, ради которой сайко-комон Ямато и прибыли на Эдем.

— Я рассчитываю на вас, лейтенант, — произнес Нейл, и пересел поближе к гостям из Солара.

В этот момент дверь в ложу распахнулась, и в дверном проеме возник Сарьян — младший сын Одо. В свои двадцать с небольшим лет он был жилист, подтянут, черноволос, и очень хорош собой. И он пришел в сопровождении девушки — кажется, именно о ней упоминал Нейл. Чуть выше Джайлса, стройная, с высокой грудью и гривой белокурых, уложенных в высокую прическу волос, в своем… вызывающем бирюзовом платье с внушительным декольте она выглядела просто сногсшибательно, затмевая красотой даже жену Одо.

— Отец, брат, уважаемые гости — с порога обратился Сарьян к присутствующим, — Прошу простить меня за опоздание, но я не мог оставить даму в беде.

Спутница младшего де Бригеза глуповато захихикала, пряча лицо за широким веером.

— Позвольте представить вам, — как ни в чем не бывало продолжил Сарьян, — Мелисса де Сардо, дочь барона Сардо с Валана. Ее кавалера задержали — представляете, он отказался сдавать оружие на входе в Арену! Я конечно слышал о нравах на Валане, но не думал, что тамошние мужчины настолько бестолковы. Простите, мадмуазель де Сардо, если обидел вас, — но извинений в голосе Сарьяна не слышалось.

Девушка по очереди поздоровалась с Одо, его женой, Нейлом и Сибиллой. Затем — с сайко-комон Ямато, а уже после всех — с капитаном и Джайлсом, правильно определив их статус здесь.

Когда Мелисса протянулу руку Джайлсу, он заметил, что кончики пальцев у нее слегка дрожат. Но похоже, что никто кроме него не обратил на это внимания, и Джайлс отбросил глупые мысли в сторону, поцеловав тыльную сторону ее ладони. Она глянула на него из-под белокурой челки.

— Рада познакомиться, лейтенант, — проворковала она, и Джайлс вдруг подумал, что уже слышал этот голос.

Снизу раздался рев толпы, и Одо с капитаном подозвали всех присутствующих к парапету — церемония открытия началась.

Вдоль идеально круглой арены, по всей окружности стояли статуи великих гладиаторов — всех, за последние пару сотен лет. За ними, отделенные гравитационным ограждением, расположились «Атласы» — их было, наверное, около трех сотен человек. Еще столько же было расположено по рядам сидений, в коридорах и корпусах Арены. Маленькая армия, способная охладить любой пыл — Джайлс усмехнулся про себя: «Особенно после того случая, лет шестьдесят назад». Тогда группа террористов попыталась уничтожить приехавшего на праздник Императора, взорвав себя вместе с ареной. Глупо, ведь двадцать человек, нашпигованные взрывчаткой, не смогли повредить даже конструкцию нескольких коридоров арены, а уж о том, чтобы подобраться к главе Империи и речи быть не могло. Правда, Император после этого случая просто взбеленился, и усилил охрану на подобных мероприятиях до такого уровня, что повторить нечто подобное тому теракту стало просто невозможно.

«Неудивительно, что у спутника Мелиссы отобрали оружие и уволокли его в неизвестном направлении» — подумал Джайлс, глядя на совершающих круг почета гладиаторов. Кого тут только не было! Братья Девон — два гиганта из Солара, победители двух последних Имперских игр прибыли, чтобы участвовать в парных схватках. Ходили слухи, что они родились сиамскими близнецами, и их разделили, но конструкционная связь их сознаний осталась неповрежденной — возможно, именно поэтому одолеть их было невероятно тяжело. За ними шагала Агнесса Бальтазар, всегда опускавшая приставку «де» перед именем своей семьи. Почему она так делала, никто не знал, а спрашивать о личных делах валькирии смельчаков не находилось. Собачий друг, Каспар де Вольт, Мурат Эссер — эти имена знали мальчишки на любой планете, и вот великие воины вышагивали по еще свежей траве, приветствуя зрителей — кто-то сдержанно, а кто-то напротив — распаляя толпу выкриками и жестами.

— Лейтенант? — услышал Джайлс. Он повернулся к капитану.

— Да?

— Мы с господином де Бригезом хотели бы знать, на кого вы будете ставить?

Вопрос застал Джайлса врасплох — он не собирался делать ставки. Он никогда не участвовал в азартных играх, но просто промолчать, а тем хуже — отказаться от этого, было нельзя.

— Я еще не решил, — ответил он, — Думаю, в общей схватке я готов поставить на де Вольта.

— Мальчишка! — скривился Одо, — Позер! Половина из этих бойцов разорвет его голыми руками! Впрочем, я принимаю вашу ставку, — он усмехнулся, — Сумма?

Джайлс слегка улыбнулся.

— Вряд ли я смогу назвать достойную вас сумму, но пусть это будет… Тридцать грамм гравитония.

Сарьян расхохотался, но под жестким взглядом отца мгновенно умолк, и тут-же потеряв интерес к пари, принялся шептать что-то на ухо своей спутнице. Та глупо хихикала, и похоже, раздражала этим смехом не только Джайлса, но и всех остальных, упорно не желавших перекинуться с девушкой хотя бы парой слов. Впрочем, что она, что младший сын Одо, похоже, были этим вполне довольны.

— Тридцать грамм гравитония, — протянул Одо, словно смакуя эти слова, — Не сочтите за грубость, лейтенант, но я бы хотел знать — сколько это в пересчете на вашу зарплату? Я не могу позволить себе обобрать вас до нитки, не рискуя ничем, вы согласны?

Джайлс кивнул.

— Это моя зарплата ровно за один месяц, без вычета налогов, — ответил он.

Одо присвистнул, и посмотрел на капитана, который старательно делал вид, что не замечает этого взгляда.

— Так-так, капитан Дельгао, кажется мы нашли повод возобновить наш разговор о состоянии финансов вашего отдела, — протянул он. Джайлс не понял, что Одо имеет ввиду, но спрашивать об этом, разумеется, не стал.

— Я принимаю вашу ставку, — вновь повернулся к нему де Бригез, — и в ответ ставлю полтора килограмма на победу мадмуазель Бальтазар.

Нейл поперхнулся вином, к бокалу с которым только приложился. Капитан округлил глаза, и даже Сарьян со своей подругой заинтересованно посмотрели на Одо.

— Простите, господин де Бригез, — откашлявшись, заметил Джайлс, — но я не могу…

— Чушь! — перебил его де Бригез, — Я же объяснил, что пари должно быть равноценным. Для меня эта сумма точно такая же, как для вас — тридцать грамм. Возможно, даже меньше. Так что не придумывайте оправданий. Победив, вы сможете позволить себе достаточно много, а проиграв — потеряете мало. Это ли не выгода? — и он снова расхохотался. Капитан присоединился к нему, но его взгляд ясно говорил Джайлсу, что лучше бы ему не перечить Небожителю.

— Как вам будет угодно, — склонил голову Триони, и отошел к своему месту.

— Отлично, — выдохнул Дельгао, — А я, пожалуй, готов поставить сто пятьдесят грамм на победу Собачьего друга.

— Триста на Безглазого змея! — выкрикнул Сарьян, — и мадмуазель де Сардо хочет поставить сто пятьдесят на валькирию!

Одо кивнул, и слабо улыбнулся девушке. Она ответила ему такой улыбкой, что жена Небожителя чуть было не задохнулась от возмущения и ревности, но промолчала под властным взглядом мужа.

— Быть может наши гости из Солара желают поучаствовать в нашей общей забаве? — уточнил Одо у сайко-комон. Те переглянулись, и не сговариваясь, кивнули.

— Каждый из нас, — их голос был удивительно безэмоционален и сух, — поставит на того бойца, которого выбрал лейтенант. По три килограмма гравитония.

Повисло неловкое молчание, и Одо, пытавшийся сосчитать свои убытки в случае поражения, лишь кивнул.

В это время участники боев разошлись. Джайлс знал, что сейчас будет общая схватка, в которой определится один победитель. Вечером пройдут парные бои, а на следующий день — индивидуальные поединки среди мастеров — тех, кто уже выигрывал общую схватку хотя бы дважды. Его фаворит — Каспар де Вольт, два года назад одержал первую победу, но прошлогодний турнир пропустил. Джайлс не знал, что побудило его поставить немаленькую, в общем-то, сумму, на этого молодого парня, но менять решение было уже поздно. Да и не так он следил за карьерой гладиаторов, чтобы делать точные выводы, так что лейтенант надеялся, большей частью, на удачу.

Схватка началась стремительно: еще мгновение назад участники стояли ровным кругом, но стоило прозвучать сигналу к атаке, как каждый из них с невероятной скоростью бросился на соперников.

Общий бой был страшной мясорубкой, и хотя до смертоубийства дело доходило чрезвычайно редко — остаться калекой на несколько лет можно было вполне реально. Зрители повскакивали со своих мест, и их рев заглушил все звуки в этом мире — по крайней мере, так почувствовал Джайлс. Даже Сарьян, увлеченный своей красоткой, подошел к отцу, чтобы встать рядом и лучше рассмотреть бой.

Внизу творилось невообразимое — из сотни участников на ногах осталось уже чуть менее семидесяти человек. Разобрать кто где находится, и кто с кем сражается не составляло никакого труда — местная сеть автоматически подключалась к спутникам и инфоструктуре гостей, передавая все данные на линзы, планшеты и голо-проекторы. А вот бойцам было строжайше запрещено пользоваться какими-либо технологиями, кроме оружия.

Когда в схватке осталось меньше сорока человек, на безжалостно вытоптанную траву рухнул Собачий Друг — победитель соревнований пятилетней давности. Зрители охнули, капитан зарычал от злости, а окровавленного бойца тут же затянуло в повисшую над полем капсулу. У всех посетителей арены, смотревших на него, отобразились строчки информации: «Повреждения органов, несовместимые с жизнью. Вероятность смерти — 94 %». Джайлс не успел обратить внимание, кто сразил этого странного длинноволосого мужчину, но еще через мгновение упал Авраам Кольт (тоже несколько лет назад одержавший верх в этом состязании), а после него — валькирия Бальтазар. Одо выругался, и с усмешкой посмотрел на Джайлса.

— Похоже, мне не суждено выиграть это пари, лейтенант. Как и мадмуазель де Сардо.

Триони пожал плечами, бросая взгляд на девушку, которая нисколько не интересовалась потерей родительских денег:

— Но ведь и я еще не победитель.

— Вы реалист, лейтенант?

— Да, господин де Бригез.

Разговор снова оказался прерван — на этот раз криками восхищения. В схватке сошлись де Вольт, и трое бывших соперников, решивших разделаться с опасным врагом вместе, а уже после выяснять — кто из них лучше управляется с оружием. Их плану не суждено было воплотиться в реальность — де Вольт не стал ждать, пока его окружат, и атаковал сам. Батман, выпад, закрытие — и не успев понять, что произошло, один из трех лежит на траве, зажимая окровавленную руку.

Вместо того, чтобы остановиться, Каспар невероятным образом раскрутил вокруг себя оружие — два энергоклинка, и не подпуская к себе врагов, двинулся в атаку. С таким вихрем справится было невероятно сложно, и даже подкравшийся сзади к фехтовальщику Белан Сарк не смог застать его врасплох: резко повернувшись вокруг своей оси, де Вольт присел, и полоснул одним из клинков по ноге противника. Тот еще не успел понять, что ранен, как получил мощный удар эфесом снизу-вверх — в лицо, и упал, даже не понимая, что с ним произошло.

Трибуны ревели. Кроме де Вольта и двух его противников осталось еще несколько человек — не больше десятка, но все они уже изрядно устали, в отличии от Каспара. Он же, невзирая на численный перевес противников, вновь бросился в атаку, и вывел из строя еще одного человека. Последний из троицы (небывалое дело!) бросил свой клинок на траву, и встал на колено, признавая мастерство соперника. Зрители бесновались, женщины и мужчины кричали что-то, чего расслышать не мог даже их ближайший сосед, а Каспар двинулся к следующему гладиатору. Это был один из последних, оставшийся на ногах — линзы услужливо подсказали Джайлсу, что парня зовут Матиас Бринг. О нем лейтенант Триони ничего не слышал, но судя по тому, как он двигался, орудовал своим длинным клинком, и умело защищался от любых атак энергощитом — этот человек был опасным противником.

Их осталось только двое, и бой напоминал скорее танец, чем схватку. Пируэты, нападения, защита, финты — ни один из соперников не желал сдаваться, и один из них, рано или поздно, должен был допустить ошибку. И этим человеком оказался де Вольт. Крутанув клинок над головой, он сделал вид, что собирается ударить сверху вниз, но в последний момент поменял направление удара. Матиас угадал его замысел, и поймав удар на щит, со всей силы вогнал клинок в грудь молодому фехтовальщику.

Трибуны ахнули. Мелисса де Сардо, стоящая рядом с Одо и сайко-комон, и в последние минуты схватки проявляющая к ней нешуточный интерес, сдавленно пискнула, и попыталась упасть в обморок. На ее счастье, один из представителей клана Ямато успел подхватить ее, и передать Сарьяну. Тот тут-же уволок девушку на диван, стоящий возле входа, и попытался привести ее в чувство. Джайлс, отвлекшийся на эту сцену, вновь повернулся к арене, и с удивлением обнаружил, что де Вольт еще стоит на ногах, и отбивает размашистые удары Матиаса. Он подключился к инфосфере, и перемотал последние секунды, которые пропустил. Оказалось, что в последний момент молодой фехтовальщик все-таки сумел поймать на гарду своего клинка удар Матиаса, и вместо того, чтобы быть пронзенным заживо, парень получил лишь порез — очень глубокий, но не смертельный, и теперь пытался не пропустить еще парочку таких ударов.

Бой закончился в полном молчании трибун, воцарившейся после того рокового удара — де Вольт достал одним из своих клинков плечо Матиаса, и когда тот дернулся, пытаясь закрыться щитом, провел подсечку. Джайлс не понимал, как этот гибкий мальчишка смог повалить на землю двухметрового здоровяка — но это произошло всего лишь за мгновение, и вот уже победитель упер клинок к шее поверженного противника.

Зрители неистовствовали. Де Вольт улыбался разбитыми губами, прижимая одну руку к ребрам, а второй махал зрителям. На поле летели цветы, обертки, банки, какие-то тряпки, одежда, и в сопровождении десятка «Атласов», победитель покинул место сражения, слегка прихрамывая.

Одо выглядел донельзя изумленным. Он повернулся к Джайлсу.

— Лейтенант, вы настоящий пророк! Позвольте поздравить вас с заслуженной победой, — он шевельнул пальцем, и Джайлс увидел в линзах, что на его счет упало полтора кило гравитония. Следом пришли деньги за проигрыш капитана и Сарьяна. Одо подошел к гостям из Солара.

— Поздравляю и вас, дорогие друзья. Хоть вы и обобрали меня как липку, мне не жаль расставаться с этими деньгами, — и он оплатил свой проигрыш и сайко-комон.

Они не выглядели довольными. Как и недовольными. Их равнодушный ко всему вид нагонял на Джайлса необъяснимую тоску, и он решил, что с него хватит зрелищ на сегодня. Впрочем, не он один думал об этом. К нему подошел капитан, и взял за локоть.

— Прошу нас простить, господин де Бригез, — произнес он, — но кажется, что на сегодня мой запас удачи исчерпан. Если позволите, мы с лейтенантом оставим вас, и отправимся в отдел.

— Конечно, — легко согласился Одо, — но не забывайте, что завтра я жду вас на индивидуальных схватках. Быть может, у вас появится возможность отыграться, — усмехнулся он, и махнул рукой, отпуская их.

— Я тоже удалюсь, отец, — произнес подошедший Сарьян, — Мадмуазель де Сардо неважно себя чувствует. Я провожу ее до гостиницы, и вернусь домой.

— Хорошо, сын. Нейл, друзья, — он обернулся к сайко-комон, — нам есть, что обсудить, пройдемте в более тихое место.

И развернувшись, Одо покинул ложу, тактично пропустив вперед младшего сына, ведущего под руку свою спутницу.

Глава 6

Компания "Атлас" — яркий пример того, как можно угодить абсолютно всем. Надо быть изрядным циником, чтобы продавать военную силу любому желающему. Не важно, кто вы — Небожитель, государственный служащий, торговец, контрабандист или учёный — за ваши деньги вы до конца жизни получите любое количество генно-модифицированных солдат, исполняющих только ваши приказы. Едва-ли можно представить, что подобные вояки начнут просить прибавки к жалованью, или пойдут против своего хозяина.

Выдержка из статьи Рихарда Райса о частных военных компаниях.

Виктор

Я нервно постукивал пальцами по столу — вынужденное молчание Кайри выводило из себя. Хоть мы и наблюдали за ней из ложи на другой стороне Арены, все равно я чувствовал себя не в своей тарелке. Особенно это ощущение усилилось, когда я увидел среди гостей де Бригеза Джайлса. Мой старый друг и так был не слишком рад тому обстоятельству, что ему приходилось скрывать информацию об ограблении от своего начальника и Небожителей, и я надеялся, что он не признает девушку в таком образе.

Пришлось изрядно потрудиться, чтобы подготовиться к этому внедрению — образ Кай полностью изменился благодаря маске из органических полимерных материалов, окрашенным волосам, и корректору голоса. Кроме этого, пришлось скрывать инфоструктуру Кайри под слоем новых данных, а для этого мы с ней всю ночь составляли и заполняли пробелы в биографии реально существующего человека. Надеюсь, Мелисса де Сардо никогда не узнает, чем мы занимались на Эдеме — по слухам, девушка росла затворницей, и вряд ли нашелся бы человек на этой планете, который мог бы раскрыть наш обман.

Чтобы доставить Кайри в ложу, мы использовали младшего сына Одо — ни для кого не было секретом, что этот парень — настоящий бабник, падкий на фигуристых блондинок (как и его отец). Поэтому стоило Кайри самой обратиться к нему, рассказать слезливую историю о своем недалеком спутнике — и Сарьян оказался в ее изящных ручках.

Главной же сложностью нашего плана было то, что никто из нас не представлял, какими системами защиты пользуются сайко-комон — те крохи данных, что собрал Норман практически ничего нам не дали. Однако, Кайри была уверена, что при прямом контакте с инфосферой «жертв» она сможет пробить их защиту. Для этого требовалось получить возможность хоть на несколько секунд оказаться вплотную к гостям из Солара. Честно говоря, я не имел ни малейшего понятия, зачем мы потратили кучу денег за декодер струнных колебаний, какой-то гель и фотонные ловушки. Кайри несколько часов собирала из этих компонентов непонятное устройство, размером с горошину, и когда с гордостью продемонстрировала его мне, я лишь пожал плечами — за что был удостоен презрительного взгляда.

— Это анализатор внутреннего слоя инфоструктуры, — пояснила она тогда, — Из того, что рассказал Норман, можно предположить, что эти сайко-комон помешаны на своей защите, а их инфоструктура отличается гораздо большей пластичностью, чем наша. И самый лучший вариант, чтобы забраться к ним в голову — дать поймать незначительный всплеск активности. В тот момент, когда они его засекут — эта штука проникнет внутрь, и передаст мне всю информацию по нужным меткам.

Принцип работы я понял, но углубляться в детали не стал — для меня это было слишком сложно, да и никакого значения не имело. Гораздо больше я переживал, думая о том, что случиться, если Кайри поймают за руку. Я знал, что в этом случае буду вытаскивать ее оттуда любыми способами — но насколько это адекватно — даже не задумался.

Из-за своего волнения я пропустил практически весь бой, а вот Норман напротив — от души наслаждался зрелищем, и даже предложил поучаствовать в ставках. Я отказался. Привык к постоянным перепадам настроения друга, и старался не мешать ему наблюдать за той мясорубкой, что творилась внизу.

Я покинул свою ложу в тот же момент что и гости де Бригеза, и попытался поскорее пробиться к выходу из Арены через огромные толпы людей в галереях и коридорах этого монументального сооружения. Девушка должна была вернуться в номер отеля (который сняла пару дней назад) сразу после боев, и я решил отправиться туда же не мешкая. Норман же должен был проверить, не будет ли за нами «хвоста».

Выбравшись на площадь перед Ареной, я велел Доку вызвать мой глайдер. Ждать пришлось недолго, но за это время я упустил из виду и Кайри с Сарьяном, севших в шикарный мобиль де Бригеза-младшего, и Джайлса с его капитаном. К счастью, друг меня не заметил, так что не пришлось наблюдать на себе его осуждающий взгляд.

Лететь до отеля в западном районе города пришлось долго — во время карнавала движение даже по воздуху было весьма насыщенным. Несколько дронов-регулировщиков пытались разгрести пробку между двумя проспектами — на перекрестке в несколько ярусов друг над другом висели глайдеры, не имея никакой возможности продолжать движение. Я оглянулся — за мной уже выстроилась очередь из таких же незадачливых водителей. Выругавшись, я вызвал Нормана по защищенному каналу.

— Как обстановка?

— Все чисто, — ответил он, — Из Кайри получилась бы отличная актриса, тебе не кажется?

Я только усмехнулся.

— Не поспоришь. Думаешь у нее получилось?

— Предпочитаю не гадать, скоро все узнаем.

— Видишь ее?

— Да, мой дрон летит за глайдером Сарьяна, они недалеко от отеля.

Я постучал по штурвалу, и немного продвинулся вперед. Со всех сторон слышалось гудение гравидвигателей, и я попросил Дока слегка приглушить окружающие звуки. К тому моменту, когда мне удалось вырваться из этой пробки, Кайри и Сарьян уже заходили в отель.

— Черт, Вик, похоже у нас проблема, — пробормотал друг, все еще не отключившийся от меня.

— Что случилось? — я напрягся, и добавил скорости, вывернув на широкий проспект. Движение здесь было тоже достаточно оживленным, и чтобы не плестись на автопилоте, мне приходилось маневрировать между летящими мобилями.

— Сарьян куда-то отправил свой глайдер. Похоже, возвращаться домой он намерен не скоро.

Я лишь застонал в ответ. Значит Кайри не удалось отделаться от этого пижона, и он напросился к ней. Что-ж, надо отдать парню должное — отпускать такую девушку он не собирался. Только вот мне от этого было не легче. Мало того, что в любой момент может вскрыться тот факт, что Кайри выдает себя за другого человека, так еще и ревность, взорвавшаяся внутри меня, подкидывала в мозг одну непристойную картинку за другой. От злобы я заскрежетал зубами, проскочил под целым рядом остановившихся глайдеров, и едва не цепляя землю, понесся под ними. Прохожие шарахались в стороны, кричали вслед что-то нелицеприятное, но мне было все равно. Надо было срочно избавить Кайри от общества Сарьяна, но ничего путного мне в голову не приходило.

Я, буквально, вылетел на площадку за отелем, и еще до того, как глайдер полностью остановился, откинул крышу, и выскочил наружу. Сейчас не было никакой возможности скрыть свое присутствие здесь, но это меня мало заботило. Я думал только о том, что может позволить себе сделать Сарьян с провинциальной дочерью барона.

Словно в ответ на эти мысли от Кайри пришел быстрый сигнал о помощи, и тут же оборвался. Я пробежал через фойе, не обращая на приветствия персонала никакого внимания, заскочил в лифт перед самым носом пожилой супружеской четы, и нажал кнопку четвертого этажа. Кабина поднималась невероятно медленно, и когда створки распахнулись, я ринулся вперед по коридору. Чуть не проскочив нужную дверь, я распахнул ее, и ворвался внутрь.

Кайри сидела на полу. Платье на левом плече было порвано, прическа растрепалась, а глаза абсолютно ничего не выражали. Рядом с ней лежал сын Одо, и время от времени его тело сводили небольшие конвульсии. Я обернулся, запер дверь, и молча подошел к девушке.

— Ты в порядке?

Она подняла на меня взгляд, и кивнула. В глазах девушки застыл страх, и злость.

— Что с ним? — я кивнул на Сарьяна.

— Он… — Кайри осеклась, — Он попытался остаться здесь. Я настаивала, что мне плохо, говорила, что мы увидимся завтра, но он не слушал! А потом просто решил взять меня…силой, — она всхлипнула, но попыталась взять себя в руки, — Я пробовала защититься, отправила тебе сигнал, но он оказался сильнее и… — И тут Кайри разрыдалась, — Я просто защищалась, Вик! Влезла в его инфоструктуру и отключила мышечные сокращения, но кажется… перестаралась… Он просто упал, и у меня не получилось полностью запустить процесс обратно…

Я взял ее за руку, помог подняться. Отвел в гостиную, подальше от овоща, который раньше был Сарьяном де Бригезом, и усадил на диван, а сам сел рядом и приобнял.

— Успокойся, Кай, ты не виновата.

— А кто виноват?!Я убила его, — и она снова захлебнулась слезами, прижавшись ко мне.

— Ты просто напугалась, — я пытался придумать, что нам делать, но в голове возникла пустота, и я даже не сразу услышал, что Норман пытается с нами связаться.

— Вик, какого %&amp;amp;#* у вас там происходит?

— Сарьян в отключке, Норм, — ответил я, — Ему очень плохо, надо срочно что-то делать. Вызвать врача, или…

— Ты что, совсем спятил?! У меня тут эфир разрывается, «Атласы» только что получили сигнал о нападении на Небожителя! У вас минуты три, прежде чем отель опечатают, уходите оттуда немедленно!

В голове у меня будто щелкнуло. Я совсем забыл о том, что семьи Небожителей и служащие им «Атласы» могут получить сигнал о нападении на охраняемую особу, а Сарьян был, судя по всему, именно таким человеком.

— Кайри, мы уходим, — я встал с дивана и потянул за собой девушку.

— Что?! Ему надо помочь, Вик! — она попыталась вырваться, но я не дал ей такой возможности, и попытался объяснить:

— Ему помогут только квалифицированные специалисты! С минуты на минуту здесь будет полно «Атласов», отель опечатают, и всех постояльцев проверят! Как только выяснится, что Мелисса де Сардо никогда не появлялась на Эдеме, нас с тобой выведут на чистую воду, и запрут в подвалах Башни Совета. Надо уносить ноги, Кай, нет времени спорить.

Она ответила молчаливым согласием. Чтобы не оставлять следов, я выудил из своей сумки несколько гранаты с набором ДНК, и кинул в каждую из комнат, где мы появлялись. Через минуту небольшие баллончики распылят элементы сотен тысяч человек в каждом помещении, и найти тех, кто был тут во время нападения станет попросту невозможно.

Пока мы спускались в фойе, я отдавал распоряжения Доку:

— Сотри все записи с камер наблюдения, и получи доступ к инфоструктурам персонала, что видел Кайри и меня в лицо — в прошлое посещение, и сегодня. Удали или замени наши лица в их логах, сможешь?

— Мне потребуется помощь, одному не справиться.

— Свяжись с Норманом, пусть попросит Улисса помочь.

— Будет сделано.

Конечно, удалить из памяти людей информацию не получится, но в век, когда твои линзы круглосуточно записывают видео этого и не требуется. В логах будут другие образы, и если даже следователь будет составлять словесный портрет подозреваемого, вряд ли кто-то вспомнит, как мы выглядели на самом деле — скорее, просто подгонят описание к тому человеку, что будет на записи.

— Кайри? — я повернулся к девушке, когда мы уже шагали по парковке. Она еще в лифте сняла маску и накинула себе на плечи мою куртку, так что теперь мало походила на дочь барона де Сардо, — Нам срочно нужно исчезнуть из Высокого города. После такого… Де Бригез свяжет одно с другим, и будет копать до тех пора, пока не вычислит, кто напал на его сына.

— И что мы будем делать? — девушка была подавлена и напугана.

— Заедем ко мне, соберем нужные вещи, и первым же рейсом отправляемся на Магелан, — я пожал плечами, — Главное — успеть до того, как у де Бригеза появится хоть одна зацепка.

Со мной снова связался Норман.

— Вы там как? — спросил он.

— Нормально. Едем до меня, и сваливаем отсюда.

— Ты серьезно?

— Еще бы, — я горько усмехнулся, — кажется, мы наворотили дел, которые не сможем разгрести. Езжай к себе, и жди нас. Собери вещи — как только мы закончим, заедем за тобой и отправимся в космопорт. И дай все ресурсы Улисса в помощь Доку, он подчистит за нами в отеле.

— Уже, — откликнулся друг, — Давайте быстрее, теперь задерживаться точно не стоит.

Я кивнул, и отключился, а затем спросил у Кайри.

— Понимаю, что вопрос не к месту, но те сайко-комон — тебе удалось обойти их защиту?

Она кивнула.

— Им даже в голову не пришло проверить себя после того, как я якобы потеряла сознание. Датчик прожил минут пять, не больше, но за это время он скачал и отправил мне всю информацию по тем меткам, что мы обсуждали — а потом самоуничтожился. Хочешь взглянуть?

— Позже, — ответил я, — Сейчас меня больше волнует наша безопасность.

— Вик, — Кайри посмотрела на меня, — если я окажусь в космосе, то у меня может случиться приступ паники.

— Не переживай насчет этого. Примешь снотворное, и проспишь весь полет, — я остановил глайдер на парковке возле дома, и помог девушке вылезти из него, — Нам будет нужно заехать к тебе за вещами?

— Нет, — Кайри покачала головой, — Все важное у меня с собой, — она постучала себя по лбу, и показала свою небольшую сумочку, — а в квартире нет ничего, что хотелось бы оставить на память об этой планете.

Мы поднялись на мой этаж, и зашли в квартиру. И только когда я запер дверь, мне показалось, что что-то не так. Не как обычно. Я включил свет, но он не загорелся. Даже Док не успел среагировать, когда в темноте коридора появились два высоких силуэта, а мне в кровь выплеснулась очередная порция адреналина. Все вокруг замедлилось — Кайри вообще не сразу поняла, что происходит, а я уже попытался вытолкать ее в коридор. Вот только дверь отказалась откликаться на мои коды, и осталась запертой. Силуэты синхронно шагнули к нам, и я закрыл девушку собой, доставая и активируя короткий энергоклинок.

— Не стоит, месье де Пайле, — раздался голос из гостиной, — Это не добрые «Атласы» на страже закона. Мои друзья — сятэй. Вас они просто покалечат, а мадмуазель Шигору убъют. Вас устроит такой вариант?

Я выдохнул, и сквозь зубы ответил:

— Нет.

— Значит мне не придется объяснять вам нежелательные последствия нашего, хм… сотрудничества.

Кайри испуганно молчала у меня за спиной. Я же просто не представлял, с кем говорю, поэтому спросил:

— Может быть вы дадите мне доступ к моей квартире или, хотя бы, включите свет?

— О, прошу меня извинить, нужно было сразу это сделать. Просто я испытываю некоторую слабость к театральным эффектам. Проходите.

Свет включился, и мы смогли разглядеть посетителей. Два высоких молодчика, скрывающих лица под полумасками — в абсолютно одинаковой черной одежде. В руках у сятэй были сборные винтовки. Они расступились, и один из них кивнул головой в сторону гостиной. Я взял Кайри за руку, и прошел туда.

На моем диване удобно расположился франт в тёмно-фиолетовом костюме. Он был среднего роста, с неприметным лицом и коротким ежиком черных волос. Узкий разрез глаз, бледная кожа, длинные пальцы сцеплены на колене.

— Позвольте вас поздравить, Виктор, — он отвесил мне шутливый полупоклон, — Мало на Эдеме найдется людей, способных обчистить де Бригеза, и еще меньше тех, кто рискнет обокрасть клан Ямато.

Я оставил этот словесный пассаж без внимания, и сел напротив него. Кайри не отпускала мою руку, и я только сейчас почувствовал, как она дрожит.

— Молчите? Похвально. Обычно, когда люди хотят солгать, они начинают нести полную несуразицу, но те, кто молчит… Такие собеседники гораздо опаснее.

— Кто вы такой? Что вам нужно? — перебил я его.

— Сразу к делу? Хорошо. Можете называть меня Ирио. Мне нужны те данные, что мадмуазель Шигора украла у наших сайко-комон. Вы уже успели изучить их?

Я отрицательно покачал головой.

— Прекрасно. Будьте так любезны, перешлите их мне.

Кайри вопросительно посмотрела на меня, и я с удивлением осознал, что она ждет разрешения. Я кивнул, и она протянула руку ладонью вниз. Ирио, не касаясь ее руки, протянул свою ладонь навстречу, и через мгновение трансфер был завершен.

— Прекрасно, — улыбнулся Франт, — Дело за малым. Насколько я понимаю, вы собирались покинуть планету?

Этот вопрос я также оставил без ответа.

— Ах, Виктор, перестаньте! — взмахнул руками Ирио, — Неужели вам непонятно, что я знаю о вашей небольшой банде абсолютно все? Я знаю, из какой вы Семьи, я знаю все о ваших друзьях, и самое главное — я знаю, что вы ищете.

— Зато я не знаю о вас ничего, — недружелюбно ответил я, пытаясь достучаться до Дока и отправить Норману сообщение. Бесполезно. Этот Ирио каким-то образом полностью заблокировал мою часть инфосети и спутника.

— Вам это и не нужно, — пожал он плечами, — Но, в качестве дружественного расположения, я отвечу. Меня прислал Оябун Ямато. Зачем — уж простите, но это вас не касается. Мое минутное, в общем-то, дело на Эдеме, превратилось в дурно пахнущий клубок — ограбление нашего компаньона, поиск закрытой информации, сговор с отделом расследований, а затем — воровство данных у клана. Теперь ко всему прочему добавилось и нападение на младшего сына Одо де Бригеза. Вы наследили, месье де Пайле, и должен признаться — в любом другом случае вы и ваши друзья уже бы были мертвы, но… У вас незаурядный талант и везение — не знаю, чего больше — к проникновению в те места, где вас быть не должно. А нашему клану как раз нужен такой человек. И раз вы не любите ходить вокруг да около, скажу сразу — вы выполните для меня одну работу. Иначе я предоставлю де Бригезу информацию, изучив которую он поймет некоторые вещи, например — кто виновен в том, что его младший сын стал безвольным куском мяса. Или кто его обокрал, и зачем. А также эту информацию получит отдел расследований — и не ваш друг, лейтенант Триони, а его руководство. Представьте, какая поднимется волна, и сколько людей пострадает из-за ваших ошибок. А может быть, я не стану этого делать, и просто убью и вас, и ваших друзей. Или, — он сделал небольшую паузу, — заберу мадмуазель Шигору с собой, а вас оставлю на растерзание Империума. Вариантов, как видите — много.

— Что это за работа? — я понимал, что крыть такие карты мне попросту нечем, и решил выслушать этого странного гостя.

— Проникновение, взлом, кража, — он пожал плечами, — если вы согласны, всю информацию получите завтра, тогда же обсудим и условия… скажем так — вашего исчезновения.

— Есть ли хоть малейший шанс, что выполнив вашу работу я и мои друзья останемся живы? — уточнил я.

Ирио рассмеялся, и встал с дивана. Обойдя его, он подошел к столику, на котором стоял алкоголь, налил себе вина, сделал длинный глоток, и ответил:

— Видите ли, Виктор, вам придется либо поверить мне на слово, либо умереть прямо сейчас. Других гарантий я не дам, но могу заверить — вы полезны для нас только в данном, конкретном деле, и если все пройдет удачно, все останутся только в выигрыше.

— Хорошо, — смысла в раздумьях не было, и я легко согласился, решив, что нарушить условия договора успею всегда. Сейчас же вариантов не было.

— Мудрое решение, — Ирио допил вино, и улыбнулся, — Не переживайте насчет Сарьяна — он жив, а в отеле странным образом пропали все записи, на которых фигурировал он и та девушка, с которой его видели в фойе. С этой стороны вам нечего бояться. Также, как и того, что лейтенант Триони выдаст мадмуазель Шигору де Бригезу — наши друзья в управлении отправят его на несколько дней с каким-нибудь заданием в провинцию. Туда, где месье Нейл не сможет надоедать ему бесконечными звонками. Вам же я советую отдохнуть, и жду вас троих завтра по этому адресу, — он кинул на стол карточку, но я даже не посмотрел на нее, провожая франта взглядом.

Возле входа он обернулся.

— И да, месье де Пайле — не совершайте глупостей. Вздумаете сбежать, и не успеете опомниться, как пожалеете об этом. Хорошего вечера, — он кивнул, и вышел за дверь. Его телохранители вышли следом, и дверь за ними закрылась, а еще через секунду я смог докричаться до Дока, и получил контроль над своей квартирой.

— Вызвать Нормана, — попросил я, и включил видеосвязь на голопроекторе. Номан ответил сразу, и увидев его, Кайри ахнула, зажав рот ладонью. Лицо моего друга было разбито, буквально — в кровавую кашу: губы распухли, один глаз налился кровью, второй и вовсе заплыл. Из носа текла кровь, а сам он был изрядно свернут вправо. Челюсть покрыта синяками, а когда он улыбнулся, увидев меня, я заметил, что у него не хватает зуба.

— Черт, — только и смог произнести я, — Ты как?

— Нормально, — осклабился Норм, — Эй, а ты то почему целехонек?!

— Тебя только это волнует? — я не удержался от улыбки. Чем серьезнее была проблема, тем сильнее Норман старался не думать о негативных последствиях — таков уж он был, и даже с разбитым лицом умудрялся шутить.

— Да мне все стало понятно в тот момент, когда я увидел трех мордоворотов с ошейниками Ямато у себя в квартире, — отмахнулся тот, — Думал, будут пытать, и попытался сбежать. Правда, дальше коридора не ушел, — он сплюнул кровавую слюну, и засунул в рот мизинец, ощупывая дырку на месте одного из клыков, — меня скрутили и слегка добавили, чтобы не дергался.

— Слегка? — прошептала Кайри, которую все еще била дрожь. Я налил ей крепкого алкоголя, и подал стакан.

— Да, — Норман закончил изучать свою челюсть, и взял в руки мокрую ткань, попытавшись вытереть с лица кровь, — правда, я решил не сдаваться, и порезал одного из этих песиков. Вот тогда-то они и разошлись. Я думал — убьют, но обошлось.

— Действительно, — я кивнул, — Ямато знают обо всем, чем мы занимались в последнюю неделю, Норм. Хотят, чтобы мы что-то украли для них. А если откажемся — сдадут нас всем, кому только можно — или убьют. Честно говоря, я не до конца понял, чего от них ждать.

— Эх, и надо же было нам так вляпаться, — Норман отбросил окровавленную тряпку, и попытался вправить нос, но только застонал, — и что теперь?

— Завтра этот тип, с которым я говорил — Ирио — хочет встретиться с нами. Оставил адрес, — я поднял к глазам карточку, которую оставил франт, — Отель «Сёгун», в полдень.

— Класс. Тогда попытаюсь привести себя в порядок, и лягу спать. Видимо, семейное проклятие все-таки добралось и до меня, — он грустно усмехнулся, — До завтра.

— О каком проклятии он говорил? — спросила Кайри, услышавшая эту фразу, когда Норман отключился.

— В другой раз, — я сел рядом с ней, — С тобой все нормально?

Она с иронией посмотрела на меня.

— А сам как думаешь? Я растеряна, напугана… И очень рада, что сейчас здесь.

Я улыбнулся.

— Я тоже этому рад. Не переживай, Кай, мы выкрутимся.

— Как?

Я помолчал, но все-же ответил:

— Пока не знаю. Но мы что-нибудь придумаем.

Глава 7

Одна из главных загадок (если не самая главная) современности — кто такие Предтечи? Мы находим их храмы, но не можем расшифровать письмена, нанесенные на их стены. Мы ищем их артефакты, а когда находим — не имеем ни малейшего понятия, что с ними делать. Мы не знаем как они выглядели, не знаем, чем занимались, и почему исчезли. Но вот что забавно — все те миры, которые Империя колонизирует со времени начала Великой экспансии, принадлежали им. Не значит ли это, что мы, люди — их прямые потомки?

Выдержка из лекции по новейшей истории Антони де Рабиоли.

Нейл

Этот стакан с виски был уже шестым. Спутник Нейла напомнил ему об этом несколько минут назад, и с тех пор был отключен. Старший сын Одо устал, как никогда в жизни. Год, начавшийся так успешно, буквально за неделю превратился в широкую черную полосу неудач. Сначала старые друзья, отказавшиеся от совместного финансирования транспортной концессии. Затем — кража семейной информации, которая так нигде и не всплыла. Это значило лишь то, что человек, проникший в их тайны, имеет личные мотивы, а учитывая обстоятельства, модно было сделать вывод, что настроен вор далеко не дружелюбно. А теперь ещё и Сарьян…

Глупый мальчишка! Нейл был уверен практически на сто процентов, что напавшая на младшего брата Мелисса де Сардо и воровка, проникшая в их дом — один и тот же человек. И если бы этот чёртов лейтенант выполнял свою работу живее!..

Нейл придержал эту мысль. А ведь, если подумать, и здесь ему поставили подножку. Сразу после из встречи на Арене, он получил сообщение от Триони о том, что лейтенанта отправляют куда-то вглубь материка. И на последние несколько звонков Джайлс не отвечал — попросту был недоступен. Капитан Дельгао, к которому Нейл приехал лично, лишь разводил руками, и советовал не переживать, но Нейл никак не мог успокоиться. Иногда ему казалось, что он единственный человек, который понимает — вокруг его семьи творится что-то неладное.

Отец переживал только за Сарьяна, но когда стало понятно, что его младший сын сам не выкарабкается — развил бурную деятельность по поиску лучших врачей Империи, все дальше и дальше отстраняясь от дел семьи. О его новой жене и вовсе нечего было сказать — все свое время белокурая дурочка проводила в бесконечных развлечениях, не ощутив никакой разницы с тем, как ей жилось раньше.

Сегодня — прямо сейчас — был первый момент за все последние дни, когда Нейл остался наедине со своими мыслями.

— Алария, дай мне список лучших Ищеек. Всех, кто сейчас находится в системе, — негромко попросил он.

Все окна его кабинета были закрыты, и в помещении царил глубокий полумрак. После слов Нейла он оказался разорван мягким сиянием голограммы, появившейся над столом. Нейл поднял взгляд на нее — в списке было всего два имени.

— Свяжись с Матиасом Брингом. Составь приглашение от моего имени, и узнай, хочет ли он встретиться. Передай, что я предлагаю ему контракт, — велел Нейл, вспоминая выступление фехтовальщика на Арене.

Алария выполняла указания молча — у Нейла так было заведено довольно давно. Через несколько минут на коммуникатор Нейла поступил вызов. Он ответил.

— Мастер Нейл, — в проекции появилось лицо Матиаса, — Рад с вами познакомиться.

— Взаимно, — кивнул Нейл, — Я хочу предложить вам контракт. Половину плачу сразу. Детали расскажу приличной встрече. Могу я на вас рассчитывать?

— А я уж думал покидать вашу гостеприимную планету. Куда мне приехать?

— Не утруждайте себя этим вопросом. Я отправлю за вами глайдер. Вас заберут через пятнадцать минут.

Нейл отключился. Дальнейшие раздумья, решил он, ни к чему не приведут. И если никому, кроме него, нет дела до семейного благополучия и чести — то и решения будет принимать он.

Фехтовальщика привезли быстрее, чем ожидалось. "Атласы" проводили его в кабинет, и оставили двери открытыми, встав по обе стороны от них. Матиас усмехнулся, и лёгким шагом прошел через всю комнату, протягивая Нейлу свою огромную руку. Тот пожал ее, ощутив мягкое покалывание в нервных окончаниях.

— Садитесь, — он указал на диван, стоявший возле одной из стен, — Выпьете?

— С удовольствием, — согласился гость.

Нейл достал из стола второй стакан, налил в него виски и протянул Матиасу. Тот благодарно отсалютовал, и сделал глоток.

— Великолепно, — протянул он, и снова приложился к стакану, — Просто бесподобно.

— Рад, что вам понравилось, — Нейл снова налил гостю, и добавил себе, — Скажите, Матиас, могу я быть уверен, что обсуждаемые здесь детали контракта останутся между нами?

— Конечно, мастер, — здоровяк был невозмутим, — Это один из стандартных пунктов моего договора.

— Поймите меня правильно — не все свободные Ищейки этот пункт соблюдают, — заметил Нейл, — Мне нужны гарантии.

— Какого рода?

— Ваша жизнь в залог была бы лучшим вариантом.

Матиас усмехнулся, но удивления не выказал.

— При всем уважении, мастер Нейл, на подобное я соглашусь только после того, как мы с вами заключим контракт. Меня, кпримеру, не прельщает оказаться втянутым в заговор против Императора. Свою жизнь я готов доверить только тому человеку, который сумеет ее сохранить.

Нейл помолчал некоторое время, раздумывая. То, что он собирался предложить Матиасу не слишком отличалось от задания Триони, и хоть тот был лейтенантом Империи, а Матиас — обычным наемником, общей сути дела это не меняло. Убить предавшего тебя наемника также просто, как и любого другого человека.

Он отдал команду Аларии, и та полностью изолировала комнату от внешних источников. Затем Нейл достал из верхнего ящика стола небольшой кристалл памяти.

— На нем контракт и информация. Такую же получил лейтенант Джайлс Триони из отдела расследований. Он должен был проверить зацепки, но но несколько дней назад начальство отправило его в далекую командировку, так что я остался без каких либо отчётов от него.

Что касается второй части документов — здесь все файлы о той девушке, которую мой брат привел к нам в ложу в первый день боёв на Арене. Затем он проводил ее до отеля, где на него и было совершено нападение. Я убежден, что между этими событиями есть связь. Найдите тех, кто стоит за всем этим.

Матиас вставил кристалл в зажим на браслете, который подстроился под нужный размер. Наскоро просмотрев информацию, он увидел сумму контракта, и присвистнул:

— Более чем щедрое предложение, мастер Нейл.

— Если согласишься, половину получишь сейчас.

— Согласен, — фехтовальщик поднялся на ноги, и снова протянул руку хозяину кабинета. Нейл пожал ее, и контракт был зафиксирован.

* * *

Виктор, несколькими днями ранее

Мы с Норманом пролетали над площадью Основания — монструозным сооружением, представлявшим собой комплекс парков, фонтанов, колоннад и многочисленных открытых участков, вымощенных ослепительно белыми каменными плитами. Отсюда, сверху, было видно, что рисунок деревьев, окружавших площадь, строго выверен, и схематично повторяет герб Империи — три кольца разного диаметра, а в центре — поднятая на метровую высоту каменная глыба в форме идеального круга. Общие размеры, надо сказать, могли бы шокировать неподготовленного человека, но мы прожили здесь достаточно долго, чтобы не удивляться подобным вещам. Но, чтобы сказать хоть что-то, я кинул пробный шар:

— С размахом строили, — и Норман вяло кивнул.

— Ещё как. И знаешь, что мне напоминает эта площадь? Объем наших проблем. Почему мы не подумали, что все может обернуться вот так?

Я скривился. Норман даже не старался перевести тему — сразу выдал мне в лоб то, что его беспокоит.

— Потому что мы идиоты, Норм. Давай оставим стенания на потом? Я, честно говоря, и так весь на нервах, и думать сейчас могу только об этом хлыще, и его ультиматуме.

Норман ничего не ответил, и я больше не делал попыток разговорить друга. За остаток пути мы не произнесли ни слова.

Уже на подлёте к отелю, где нас ждал Ирио, мы получили сигнал о перехвате всех информационных колебаний. Пришлось отключать спутников — незачем было предоставлять к ним доступ кому бы то ни было.

Сам отель занимал достаточно большую площадь, и охватывал немалую часть квартала, в разных точках возвышаясь над уровнем земли где на десять, а где и на все тридцать этажей. Настоящий муравейник.

Присланный за нами глайдер не стал снижаться к парковке, вместо этого взяв курс на посадочную площадку одного из пентхаусов. К ней вела гравиевая дорожка, упирающаяся в стальную дверь, и когда мы вышли из мобиля, к нам на встречу шагнули двое уже знакомых мне сятэй. Они обыскали нас, забрали у Нормана трость, и слегка подталкивая в спину, провели ко входу в здание. Я оглянулся — глайдер, как только мы покинули салон, тут же взлетел.

Оказавшись внутри, один из сятэй махнул рукой в сторону стеклянной двери в противоположном от нас конце темного коридора. За ней нас ждали.

— Добрый день, господа, — поздоровался Ирио. Он сидел на широком столе, свесив одну ногу и покачивая ей, — Вижу, мадмуазель Шигора пренебрегла моим приглашение?

— Она наёмник, и не в курсе наших дел, — я сел в кресло, не дожидаясь приглашения, — И ей совершенно не обязательно знать, о чем мы будем говорить.

Ирио прищурился, глядя на меня, а затем кивнул:

— Хорошо, раз вы так считаете… Выпьете?

— Красного вина, — ответил Норман, подходя к барной стойке, и исследуя ассортимент, — "Янтарная слеза" будет в самый раз.

Выглядел мой друг, конечно, лучше, чем вчера, но его оплывшее лицо и разбитые костяшки на руках нисколько не добавляли ему шарма. Впрочем, Ирио предпочел не обращать на внешний вид Нормана никакого внимания — лишь хмыкнул, одобряя его выбор, и достал два бокала. Наполнив их, он протянул один Норману, а второй поставил рядом со мной. Я сделал глоток, и осмотрелся.

Номер, хоть и был большим, но убранством совсем не поражал. Черные и белые цвета в интерьере, четкие, прямые линии. Кроме двух кресел, столика между ними, стилизованной под двадцать третий век барной стойки и двух стульев на длинных ножках рядом с ней, в комнате был лишь письменный стол, стоявший возле окна.

— Вы ознакомились с деталями контракта? — прервал тишину франт.

Я кивнул.

— Повторять, что случится в случае провала, я полагаю, не стоит?

— Давайте уже перейдем к делу, — я раздражённо отставил почти полный бокал, — Что нужно украсть?

Ирио махнул рукой, и дверь плавно закрылась. Стены на секунду пошли рябью, и тут же вернулись в первоначальный вид.

— Теперь нас никто не услышит, — пояснил франт, — Итак, для таких профессионалов как вы, дело покажется простым.

Над столом появился ворох разнообразных проекций, стремительно сменяющих друг друга. Макеты домов, планы здания, какие-то списки, схемы.

— Через три дня, в последний день карнавала один из Советников устраивает закрытый аукцион. Ничего особенного — на продажу будут выставлены артефакты Предтеч, найденные в разное время и на разных планетах. Там будет этот экспонат, — Ирио запустил руку в голограмму, и выловил оттуда небольшой куб, — Его вы и должны украсть.

Он протянул проекцию мне, и я взял макет в руки. На каждой грани небольшого (ребро — не больше десяти сантиметров) устройства было углубление в виде треугольника, вокруг которого расходился геометрический орнамент. Некоторые треугольники на гранях были без отверстий — таких было всего три. Закончив разглядывать проекцию, я протянул ее подошедшему к нам Норману, и спросил Ирио:

— Что это за вещь?

Тот улыбнулся змеиной улыбкой.

— Вам об этом знать совершенно ни к чему. Вся необходимая информация для вас будет здесь, — он достал из углубления в столе кристалл памяти, и протянул мне, — к сожалению, она не полная, все-таки, это поместье Советника.

Я напрягся.

— И чего же на этом кристалле нет?

— Маршрутов охраны, к примеру, — пожал плечами Ирио, — около сорока "Атласов" охраняют холм, на котором есть ещё несколько особняков — но в них в это время года никого не будет. Маршрутов патрулей у них нет. Точнее есть, но они меняются каждый день.

Мы с Норманом переглянулись.

— Это может добавить проблем, — заметил я, — Вы понимаете, что требуете от нас, фактически, невозможного?

— Невозможного? — он повторил это слово вслед за мной, — Виктор, надеюсь вы оба меня простите, но помимо того, что это меня совершенно не волнует, я не думаю что у вас возникнут проблемы. Там будет более пятистах гостей со всего сектора, и после ограбления де Бригеза, уверен, тебе не составит труда провернуть свой трюк с заменой лиц.

— Из-за малейшей неточности все может полететь псу под хвост, — я не торговался, просто озвучивал, как мне казалось, очевидные вещи, — Три дня на подготовку такой операции… Мы сделаем все возможное, но предупреждаю сразу — скорее всего нас поймают. А ещё вероятнее — пристрелят.

— Думаю, ты сгущаешь краски, — не согласился Ирио, — Коды общего доступа к поместью я предоставлю. Деньги, оборудование, — он щёлкнул пальцами, и в комнату вошла девушка, которую лучше всего характеризовало слово "неприметная", — и все, что вам может потребоваться — спрашивайте у моей помощницы. И ещё кое-что, — он словно вспомнил нечто важное, — после того, как артефакт окажется у вас — не пытайтесь его активировать. Я узнаю об этом, и нашей сделке конец. У вас есть ещё вопросы?

Мы молчали. Да и что тут было говорить? И так понятно, что шансы выпутаться из такой передряги для нас равны чуть больше, чем нулю.

— В таком случае, вас проводят, — Ирио кивком указал на дверь, — Я сам свяжусь с вами после аукциона.

— Если будет с кем связываться, — буркнул Норман, бесцеремонно сцапал почти полную бутылку "Слезы", и зашагал к выходу. Я протянул Ирио руку, и активировал Дока:

— Оформим контракт по всем правилам.

— Надеетесь оказаться защищённым с юридической точки зрения, — усмехнулся клановец.

— Нет, — я покачал головой, — Просто предпочитаю знать, что не нарушу свое слово.

Он удивился, но руку все же пожал. Наши спутники составили контракт на основе нашего разговора за долю секунды, и в наших инфосферах остались его копии.

— Удачи, месье де Пайле, — пожелал напоследок Ирио, открывая мне дверь.

* * *

Спустя два дня

Следующие два дня мы практически не общались на отвлеченные темы — все были заняты делом.

Норман создавал нам новые личности, в этом он был настоящим виртуозом. Ведь чтобы просто украсть чужие данные много ума не требовалось. Гораздо сложнее было найти среди более чем пятисот гостей Советника нескольких, не знакомых ни с кем людей, создать точную копию их инфополя, скопировать внешность, голос, походку, манеру речи — и сделать все это так, чтобы никто не заподозрил обман. В конце концов выяснилось, что подходящих кандидатов меньше десятка, и получить личности сразу трёх из них невозможно — мы бы просто не успели обезвредить всех их перед аукционом. А это было необходимо — нужны были финальные слепки инфополя, и полная уверенность в том, что этих людей никто не найдет.

Так что мы решили, что через главный вход на аукцион попадет только Норман — под личиной Явелина Тенье, молодого и очень богатого промышленника с Сиентии. Он никогда не был на Эдеме, никогда не общался ни с советником, ни с его гостями. Единственные люди, которые могли его узнать — пара помощников Советника, которые познакомились с Явелином два года назад у него на родине — они же заочно и представили этого человека самому Советнику.

Остальные участники аукциона пересекались между собой — лично, или через семьи, деловых партнёров и общих знакомых. Когда я заметил это, то задумался. Мне все больше казалось, что это, скорее, не попытка продать реликвии Предтеч, а собрание некоего закрытого общества. Все это мне очень не нравилось, но я гнал дурные мысли прочь. Зря? Конечно. Стоило хоть на мгновение остановиться и подумать, трезво оценить ситуацию. Я мог просто связаться с отцом, рассказать ему все — уверен, он бы помог нам выпутаться из этой паутины, но… Тогда мне казалось, что я так глубоко увяз в этой трясине только по своей вине, а значит — должен выпутаться сам.

За неимением других идей, мы с Кайри вновь решили притвориться официантами. Для этого мы довольно быстро нашли матрицы двух подходящих личностей, и отдали их Норману — наводить лоск. Несмотря на всю элитарность собрания, экономить на обслуживании Советник Шекран не собирался. Да и зачем, если в стандартный контракт официанта модно было совершенно законно внести пункт о последующем извлечении воспоминаний о мероприятии?

Так или иначе, мы с девушкой занялись печатью масок — органический принтер стоял тут-же, в самом большом помещении, где мы готовились к ограблению. Этот подвал, снятый мной на одну из "левых" личностей Нормана, был нашим складом. Иногда мы оставляли тут оборудование или одежду — ничего такого, что могло бы нас выдать. К тому же, подвал был полностью изолирован от инфополя Высокого города, а на нижнем уровне расположился закрытый гараж, выезд из которого вел на противоположную сторону здания. Там стоял один из двух оставшихся глайдеров, над которым Кайри колдовала весь вчерашний день.

После встречи с Ирио Норман привез сюда огромное количество самой разнообразной аппаратуры, и теперь, вполголоса ругаясь с Улиссом, редактировал свою новую личность. Когда день закончился, и ночь накрыла Высокий город, Норм подошёл ко мне.

— Есть минутка?

— Конечно, — я отложил моток с искусственной кожей, — В чем дело?

— Выйдем на улицу, — он подхватил со своего стола сумку, — Хочу кое-что тебе показать.

Я последовал за ним. Кайри, вымотавшаяся за последние дни не меньше нашего, тихо спала на диване, накрывшись моей курткой.

Мы поднялись на первый этаж, и вышли на задний двор. Место было не слишком обжитым — в здании находились офисы какой-то брокерской фирмы, и ночью здесь не было даже охраны.

На улице стояла полная тишина. Очень хорошо было видно звёзды — гораздо лучше, чем с поверхности планеты. Далеко на востоке поднимались Сейвал и Финвал — две луны, восходящие одна за другой. Финвал отливал золотистым, а его брат близнец — зеленоватым светом. Если приглядеться, модно было увидеть тоненькие цепочки колоний, раскинувшиеся по поверхностям спутников.

Норман, как и я, некоторое время молча рассматривал это впечатляющее зрелище. Наконец он заговорил.

— Я живу на Эдеме уже пять лет, а все никак не привыкну к этой красоте. У меня на родине не было луны.

Я удивлённо посмотрел на него. Мы были знакомы уже давно, но об этом он упомянул впервые. Я сказал ему об этом, и он сухо улыбнулся.

— Может, больше и не представится случая.

Он вытащил из кармана своего пальто сигарету, прикурил ее маленькой зажигалкой, и перетянул сумку на грудь, расстегивая молнию.

— Помнишь, мы планировали ограбление в нижнем Эдеме?

— Как же, — я напряг память, — Банк данных, который стащили у клерка Готьери, и мы должны были его вернуть. Прекрасно помню.

— Тогда мы отмели много вариантов, прежде чем поняли, как нам выбраться из трехсотметровой шахты.

— Точно. И ты тогда сильно потратился на подготовку.

— Ну, — он усмехнулся, докурил сигарету и щелчком отправил ее в недолгий полет, — зато теперь ты можешь только похвалить меня за предусмотрительность.

Жестом дешёвого фокусника, достающего кролика из шляпы, Норман извлёк из сумки браслет. Хотя, это скорее была перчатка без пальцев, но длиной почти до самого локтя. Браслет был вмонтирован в нее, и с первого взгляда было понятно — в свободной продаже таких штук не найдешь.

— Что это? — я взял у него устройство. Перчатка была очень лёгкой, и приятной на ощупь.

— Новое слово в применении генераторов наночастиц в качестве компенсаторов гравитониевых импульсов.

Я покосился на друга.

— Обойдёмся без терминологии, хорошо?

— Это, — он достал вторую перчатку, и показал на небольшую твердую часть в центре ладони, — универсальный гравитониевый двигатель. Это, — он постучал по выступающей накладки предплечья, — генератор наночастиц.

Я, кажется, начинал понимать, что это за вещь, и чтобы не спрашивать одно и тоже несколько раз, просто снял свой браслет, и отдал другу. После нацепил обновки на обе руки. Ткань плотно облегла кожу, и я почувствовал лёгкое покалывание.

— Сейчас оборудование настроится на твое инфополе, соединится с мнемочипом и спутником, пояснил Норман, доставая из сумки ещё два плоских предмета, и протягивая их мне, — а это компенсаторы для ног.

— Не понял, — я взял у него из рук нечто, похожее на плоские камни, — и как их одевать?

Сразу после моего вопроса Док сообщил об обнаружении нового оборудования, а камешки у меня в руках подсветились мягких синим светом.

— Просто приложи к подошвамобуви, или ступне. Это же наночастицы, они приростут к чему угодно.

Я сделал, как было велено, и через несколько секунд подошвы моих ботинок стали толще на пару миллиметров — камешки просто растеклись по ним, принимая нужную форму.

— А теперь самое интересное, — улыбнулся Норман, — слушай внимательно, повторять не буду: это оборудование — экспериментальное, и очень узкофункциональное, но шутка в том, что запрограммировать наноненератор можно как угодно. Изначально эти части были одним целым с комбинезоном — броней нового образца, подстраивающейся под условия окружающей среды. Не знаю почему, но в серийное производство этот прототип запущен не был, и пробная партия осела на Имперских складах, или была продана контрабандистам. Уже потом какой-то умник решил превратить такой комбинезон в сверхлегкий экзоскелет, с четырьмя двигателями — на ладонях и ступнях. Через некоторое время эта вещь попала к одному из моих знакомых, и он облегчил её ещё сильнее.

— Куда уж сильнее, — удивился я, — Осталось-то всего ничего.

— Сейчас все поймёшь, — перебил меня Норман, — Все четыре двигателя генерируют импульсы разной мощности. Это происходит только в режиме "Икар". В этом случае все четыре компенсатора начинают жрать мощность, вырабатываемую гравитонием, и обрастают нанитами, превращаясь в массивные части доспехов-наручиинаголенники. Чем мощнее импульс — тем тяжелее доспех, всепросто. В цельном видеобладатель такого комбинезона мог за пару секунд превратиться в двухметрового гиганта с непробиваемой броней — если правильно загружал двигатели. Но самое главное другое, — Норман блеснул глазами из под оправы очков, — конкретно эта модификация умеет делать три вещи: поднимать носителя в воздух, и позволяет ему координировать полет — это раз. Совершать прыжки практически любой длины — это два. И есть ещё один режим, но он достаточно опасный — двигатели могут генерировать опасные для жизни импульсы, и выстреливать ими на расстояние до десяти метров. Но в этом случае никакого гравитония не напасешься, энергии тратится просто невообразимое количество. А так — пара часов полета на скорости в триста километров в час тебе обеспечена одним граммом вещества.

Я обалдело помахал руками.

— Это просто класс, Норм! Спасибо! Но есть вопрос — как мне всем этим управлять?

— Док может координировать все твои действия. Вообще после нескольких тренировок твой чип и инфополе наладят контакт, и проблем не будет. По крайней мере, так мне говорили.

— Говорили, значит? — я уставился на друга, — А твой знакомый сам пользовался этой штукой?

— Понятия не имею, — сверкнул улыбкой Норм, — Попробуй прыгнуть.

— Сейчас?!

— А почему нет? Двигатели заряжены, оборудование уже должно было настроиться. Давай, мне ужасно интересно, как это работает. Задай траекторию, или выбери точку, а Док все рассчитает.

Я вошёл в меню спутника. Там действительно появился новый интерфейс, и я подключился к нему. Проигнорировав причитания Дока об использовании экспериментального оборудования, я вывел на линзы нужные индикаторы и панели управления.

— Рекомендации по мощности будут? — спросил я вслух, выбрав точку в двадцати метрах от нас.

— Половина? — предложил Норман.

"Пять процентов" — тут-же отозвался Док.

Я попробовал одновременно регулировать шкалу мощности и положение в пространстве — пока в тестовом режиме. Не сразу, но у меня получилось.

— Ну и чего ты ждёшь? — Норман изнывал от нетерпения.

— Пытаюсь не разбиться после первого же прыжка, — огрызнулся я, и отдал команду спутнику, слегка согнув ноги в коленях и слегка разводя руки в стороны.

В следующий миг резкий толчок подбросил меня вверх и вперёд, и я, не ожидавший такого старта, непроизвольно взмахнул руками. Меня крутануло вокруг своей оси, но прыжок получился достаточно затяжным, и Док успел скоординировать мою позицию. Я удачно приземлился туда, куда и планировал, и тяжело дыша повернулся к Норману. В темноте было плохо видно его лицо, но судя по дикарскому танцу, что он отплясывал, ему понравилось зрелище. Я свистнул ему, махнул рукой, развернулся, и прыгнул ещё раз. А затем ещё, и ещё. Через несколько прыжков я почти перестал касаться земли, и летел над городом — я на самом деле летел! Это было невероятное ощущение.

Я уже не допускал первой ошибки, и мог самостоятельно координировать свое положение в воздухе — как и говорил Норман. Рефлексы и нейроны делали свое дело, и через некоторое время я обратил внимание на то, во что превратились мои руки и ноги — это действительно были части экзоскелета, но на подвижность конечностей они практически не влияли.

Наконец я осознал, что лечу вдоль края города. Выбрав одну из крыш зданий, стоящих на самом отшибе, я приземлился на нее. Немного отдышался, и подойдя к краю, окинул взглядом расстилавшуюся под Высоким городом долину, тянущуюся на север. Больше чем наполовину ее скрывали густые облака, сверху окрашенные мягким зеленоватым светом. Я мог бы долго стоять там, но неожиданно мне пришел вызов от Кайри.

— Да?

— Куда вы пропали? — ее голос был сонным, и слегка встревоженным.

— Вышли на улицу, тестировали одно устройство. Сейчас вернёмся.

— Хорошо, — она отключилась, а я улыбнулся, радуясь, что этого никто не видит. Несмотря на то, что с нами происходило сейчас, было и кое-что хорошее — и за это я был готов бороться.

Вернувшись на склад, я застал Кайри и Нормана за оживлённым спором.

— А если они заметят разницу? — Норман активно жестикулировал, что означало одно — аргументы у него заканчиваются.

— Не заметят, если будешь вести себя спокойно. Охрана гостей не имеет доступа во внутренние помещения поместья. А по пути просто старайся не контактировать с ними лишний раз. Судя по имеющийся информации этот Явелин — редкостный сукин сын, так что тебе не составит труда изобразить плохое настроение.

— О чем это вы? — я снял с себя части "Икара", снова превратившиеся в тонкие перчатки и два плоских камня, и положил их в сумку.

— Норман предлагает нам самоубийственный вариант похищения Явелина. А я стараюсь его переубедить.

Норман раздражённо фыркнул.

— Просто я считаю, что после случая с Сарьяном ваш план выглядит гораздо более опасным чем тот, что предложен мной.

Я понимал, о чем он. В последние дни с первых страниц новостей не сходили кричащие заголовки вроде: "Нападение на небожителя!", "Месть или случайность?" или "Кто объявил охоту на золотую молодежь?". Последний мне нравится больше всех других — особенно, если учитывать, что других нападений не было. Но остановить журналистов оказалось не под силу даже де Бригезу. Тему раздули, и даже несмотря на отсутствия улик и все усилия властей, народ бурлил. Подобные события происходили в Высоком городе очень редко, и привлекали к себе всеобщее внимание. Полная неизвестность пугала людей, и каждый из небожителей теперь думал, что может оказаться следующим, так что охрану во всех заведениях, на улицах и в домах усилили. Если бы эти идиоты знали, что произошло на самом деле…

Я покачал головой в ответ на вопросительный взгляд друга.

— У нас чуть больше восемнадцати часов, Норм. Менять план сейчас — не самая лучшая идея. Мы уже знаем, когда прилетит Явелин. Мы знаем, где он остановится. Мы можем туда попасть и нейтрализовать его. А самое главное — он выбрал отель за пределамиВысокого города, так что можно неопасаться слежки со стороныИмпериума. А что ты предлагаешь взамен?

Норман слегка стушевался.

— Заблокировать глайдер Явелина после того, как он покинет свой отель. Отрезать его от инфосети и угнать, а охрану…

— Норман, — я прервал его, — По сути ты предлагаешь тоже самое, но ради сомнительной возможности не засветиться в отеле нам сейчас нужно полностью менять подготовку к нейтрализации парня — коды доступа к глайдеру, оборудование для перехвата, слежка. Где взять инфококон, чтобы спрятать в нем целый глайдер с четырьмя людьми? Времени у нас в обрез. А что, если у нас не получится? Если мы не успеем его перехватить, или что то пойдёт не так, и Явелин погибнет? Или того хуже — заметит нас, и уйдет? Второго шанса не будет.

Норман поджал губы и кивнул.

— Ты прав, прав, Вик. Просто… Черт, я просто очень устал, и честно говоря, до одури боюсь завтрашнего дня.

Я положил руку ему на плечо.

— Мне тоже страшно, дружище. Настолько сильно, что я ни о чем другом и думать не могу после того, как нас прижал Ирио. А Кайри — ты думаешь, она спокойна? — Норман посмотрел на девушку, и она ему улыбнулась, — Просто сейчас нам нужно сосредоточиться, и сделать все возможное, чтобы остаться в живых, согласен?

Он кивнул, а я в который раз за последние дни подумал, что из-за нашей с ним самоуверенности и наглости мы встряли в очень серьезные неприятности — и втянули в них Кайри. Это убивало меня сильнее всего прочего.

Она словно поняла, о чем я думаю.

— Мы сами выбрали свою судьбу, Норм, — заметила она, и мой друг кивнул.

— Именно поэтому я тут, с вами, а не лечу первым же рейсом куда-нибудь на периферию Империи. Ну, и ещё потому, что вы хорошие друзья. Даже ты, рыжая.

Кайри кинула а него один из своих убийственных взглядов, и Норман шутливо вскрикнул, падая на старый диван. Девушка засмеялась, и подошла ко мне.

— У нас все готово. Маски напечатаны, программы и оборудование готово. Нужно выспаться.

— Да, — я кивнул, — останешься у меня?

— Конечно, — она прижала голову к моей груди и прошептала так, чтобы услышал только я, — Не хочу оставаться одна.

— Я тебя не оставлю, — так же тихо ответил я, и повернулся к Норману, — Едешь домой?

— Нет, — он отмахнулся, — Вы проваливайте, а я ещё раз все перепроверю. Заночую здесь. Жду вас завтра в три часа, не опаздывайте.

— Хорошо, — я пожал ему руку на прощание, и мы с Кайри направились к выходу.

Глава 8

— И последний вопрос — что вы сделаете в первую очередь, если получите место Советника?

— Отосплюсь (сдержанный смех). А если серьёзно, то первым делом я разберусь с контрабандой, масштабы которой в последние годы превысили все мыслимые пределы. Не хочу никого обвинять, но знаю наверняка — за большей частью нелегального траффика гравитония и артефактов Предтеч стоят те, кто сегодня ходит по коридорам башен Совета.

Конец интервью с одним из кандидатов на пост Советника Императора на Эдеме.

Виктор

Явелин выбрал себе отличное место за пределами Высокого города — одну из вилл на берегу залива, на противоположной стороне которого и располагалась резиденция Советника. Около получаса назад молодой человек приземлился на поверхность планеты в сопровождении трех «Атласов» и въехал в свои апартаменты.

Мы с Норманом уже ждали его — мой друг проделал большую работу, и за прошлую ночь успел создать не только цифровую копию Явелина, но и двух туристов, посетивших Эдем впервые. Правда, за номер этажом выше нашей цели пришлось заплатить немалую сумму — но лично меня это нисколько не волновало, ведь мы тратили деньги Ирио. Он, кстати, передал нам по своим, скрытым от посторонних глаз инфоканалам последнее сообщение, в котором настоятельно рекомендовал обойтись без ненужных жертв, и передал общие ключи доступа к поместью. Понятия не имею, как ему удалось их достать — за подобную информацию некоторые люди с легкостью продали бы свои семьи в рабство.

До начала аукциона оставалось немногим больше часа, и Норман заметно нервничал, переодеваясь в костюм Явелина.

— Готов? — спросил я, когда он закончил.

— Черта с два, — огрызнулся он, и натянул на себя личину нашей жертвы. Маска, поначалу севшая на его лицо кое-как, через несколько секунд разгладилась и плотно облепила кожу Нормана, меняя контуры лица — нос с небольшой горбинкой, острый, оттянутый подбородок, впалые щеки и высокие скулы. Длинные черные волосы рассыпались по плечам моего друга, и он стянул их в хвост. В подобном гриме Нормана не узнала бы и родная мать, будь она жива.

— Кхм кхм, — он откашлялся, настраивая модулятор голоса, — Добрый вечер, Советник. Благодарю за приглашение. Советник, господа, — он коротко кивнул невидимым собеседникам.

— Отлично! — я похлопал его по плечу, — У тебя настоящий талант.

Он повернулся ко мне, и сверкнул чужими глазами:

— Мы с вами знакомы?

— Завязывай, — я улыбнулся, — Надо торопиться. Ничего не забыл?

— Соображу у него в номере, — отмахнулся Норман, и прошелся по комнате, пробуя новую походку, — этот хлыщ слишком высокомерен, терпеть не могу таких.

— Тем проще будет затесаться в толпу таких-же, как он, — я пожал плечами, и напомнил, — Кайри ждет нашего сигнала.

— Пусть начинает.

Я кивнул, и вызвал девушку:

— Кай, как обстановка?

— Все готово, — тут-же отозвалась она. Сейчас у нее была своя задача — отвлечь систему охраны виллы, но таким образом, чтобы сюда не слетелась охрана со всего побережья. Для этого она еще утром внедрилась в инфоструктуру здания, и получила доступ к системе безопасности в номерах.

— Начинаем, — скомандовал я.

После этих слов Кайри сняла защиту с нашего окна и того, что находилось на этаж ниже.

— Док, сканируй здание. Покажи мне «Атласов» и Явелина.

У меня в линзах вспыхнули контуры охраны — двое стояли в коридоре прямо под нами, еще один — на входе в номер Явелина.

Норман натянул гравиперчатки, распахнул окно, и медленно выбрался наружу, намертво приклеившись к стене.

— Ненавижу высоту, — простонал он чужим голосом, и выдохнув, рухнул вниз сразу на целый пролет.

В этот же момент система безопасности здания вспыхнула тысячей разнообразных сигналов, а еще через несколько мгновений гости начали покидать свои номера. Кругом были слышны встревоженные голоса, и некоторые из них даже перекрывали звуковые оповещения системы.

Я оценил обстановку — Норман за это время успел вскрыть окно апартаментов Явелина, и тихо проник внутрь. Я проводил его взглядом, и быстрым шагом вышел в коридор. Спустился на этаж ниже и нос к носу столкнулся с «Атласами». Два охранника, закованных в сегментарную броню, перегородили мне проход. Третий так и оставался внутри, но судя по спокойствию этих двух ребят, никто из них и понятия не имел, что в апартаментах присутствует посторонний.

— Прошу прощения, — заикающимся голосом обратился я к ним, — Вы мне не поможете? Моей спутнице стало плохо, и…

— Месье, отойдите, — один из охранников чуть поправил короткий импульсный автомат, висящий на перевязи, — мы не сотрудники данного заведения.

— О, ясно! — я примирительно поднял руки, — Тогда, может быть, вы позволите поговорить мне с вашим нанимателем? Поймите, один я эту даму вряд-ли доведу до холла. Её комплекция, ммм… превосходит мою на порядок.

«Атласы» переглянулись, и один из них шагнул вперед, заставляя меня отойти от двери, которую они охраняли.

— Месье, покиньте коридор, и следуйте протоколу безопасности. Мы не можем вам помочь. Если вы продолжите настаивать, мы расценим это как угрозу безопасности нашего нанимателя.

— Хорошо, хорошо! — я попятился, но не потому, что напугался — в этот-же момент Норман отправил мне условный сигнал о том, что все в порядке.

Буквально через секунду за дверью послышалась какая-то возня, и на пороге возник мой друг в личине Явелина — он чуть ли не за шкирку тащил третьего «Атласа», и выглядел очень недовольным. Судя по виду охранника, он с лихвой успел огрести от своего темпераментного нанимателя.

— Какого черта тут происходит?! — Норман брызгал слюной, выталкивая «Атласа» на пару голов выше себя за дверь, — Мне что, уже и посрать нельзя без вашего надзора?! Я вам не за это плачу, бестолочи!

Охранники молчали, а вошедший в роль Норман продолжал орать на них, пока не обратил внимания на меня.

— Вы еще кто такой? — злобно бросил он.

— Простите, месье, — зачастил я, — у меня возникла проблема, но я не смог найти никого, кто мог бы мне помочь — кроме вашей охраны. Моя подруга сейчас в номере — ей стало плохо, и я…

— Ясно, — он раздраженно махнул рукой, — Хотите, чтобы мы помогли вам вывести ее наружу?

— Буду очень вам признателен, месье, — я слегка поклонился.

— Вы двое, — Норман щелкнул пальцами, — идите с этим господином и помогите ему. А ты стой тут, — он повернулся к третьему, — Еще раз полезешь ко мне, пока я в ванной — застрелю, понятно?

«Атлас» коротко кивнул, и встал спиной к двери. Норман зашел обратно в номер, и с силой захлопнул ее.

Я же повел охрану Явелина в наш номер. Естественно, никакой дородной дамы там не оказалось, и мне пришлось некоторое время разыгрывать комедию, пытаясь отыскать ее. Норману нужно было еще пару минут, чтобы снять последние данные с инфополя настоящего Явелина, и обезвредить того наверняка — и на достаточно долгий срок. Я не знал точно, сколько времени ему нужно, но долго валять дурака было опасно, так что вскоре мне пришлось извиниться перед «Атласами», и отправиться на поиски вымышленной толстушки, высказав предположение о том, что ее эвакуировали сотрудники виллы.

Оказавшись внизу, я пересек внутренний двор, забитый паникующими людьми, и свернул на парковку, где меня уже ждала Кайри.

— Ну как? — она выглядела довольной.

— Блеск, — я улыбнулся, — Ты отлично справилась. Норман заканчивает наводить последний лоск. Думаю, сейчас появится.

Так и случилось — спустя несколько минут наш друг в сопровождении своей охраны вышел во двор. Судя по всему, он был последним постояльцем — следом за ним из дверей выскочил управляющий, запечатал их, и обратился к встревоженным гостям с какой-то речью.

— Нам пора, — заметил я, глядя как Норман садится в глайдер Явелина, стоящий через несколько рядов от нас.

Кайри согласно кивнула, и медленно поднявшись в воздух, взяла курс к поместью Советника.

* * *

Норман

Пожалуй, в такую передрягу Норману встревать еще не приходилось. Шутка-ли — обокрасть одного из Советников Императора в его собственном доме, на глазах пятиста гостей? Сейчас, сидя в глайдере молодого миллиардера, и наблюдая с заднего сиденья затылки его охранников, Норман не мог припомнить ни одного случая, когда его жизни угрожала бы настолько серьезная опасность.

«Если быть откровенным с самим собой до конца», — подумал он, — «Я сейчас вообще ни о чем думать не могу, как и говорил Виктор. Интересно, это какая-то запредельная концентрация страха, или просто адреналин?».

Эта мысль помогла ему отвлечься на некоторое время, но он возвращался к ней снова и снова, и в конце-концов, не выдержал.

— Долго нам еще лететь?

— Время прибытия — десять минут, сэр, — тут же откликнулся один из «Атласов».

— Отлично. Внутрь поместья охрану не пускают, так что вы останетесь в глайдере, ясно?

— Так точно, сэр.

— И не вздумайте дергаться из-за всякой ерунды, — Норман откинулся на сиденье, и повернул голову к боковому окну, — Там будут влиятельнейшие люди со всего местного сектора галактики, и я не собираюсь опозориться по вашей глупости.

Один из охранников повернулся к нему. За черным стеклом шлема не было видно его лица, но судя по голосу, он был слегка встревожен.

— Конечно, сэр. Но в случае реальной опасности можете рассчитывать на нас.

Норман отмахнулся от него. Кажется, пока все идет по плану, ведь даже охранники Явелина не заметили подмены. В том, что его не найдут, Норман был уверен почти на сто процентов — ведь в данный момент Явелин мирно спал, связанный, и завернутый в закрытый инфококон, не позволяющий обнаружить его сканированием. Для пущей безопасности, Норман спрятал своего визави в чулане и вколол ему мощное седативное средство, которое усыпило того на двенадцать часов. О том, что случится, если его раскроют, Норм старался не думать. Он обладал достаточно живым воображением, чтобы представить массу возможных вариантов развития событий, и большая часть из них ему совершенно не нравились.

Побережье, покрытое густым смешанным лесом, проносилось мимо. Вскоре глайдер пошел на снижение, и на подлете к одному из островов у Нормана запросили подтверждение личности.

«Вот и первая проверка» — подумал он, давая разрешение на сканирование инфополя. Бэкап со всей нужной информацией, снятый в номере Явелина буквально за несколько минут, не подвел, и диспетчер передал глайдеру курс к поместью Советника.

Таких строений Норману видеть еще не доводилось. На высоком холме, возвышающимся над всем островом, расположились несколько башен и переходов между ними, охватывая шесть трехэтажных зданий с трех сторон. В южной части не было стены — зато присутствовала небольшая посадочная площадка, за которой раскинулся внушительный сад, спускавшийся по склону холма все ниже и ниже, пока не упирался в отвесные скалы. Чуть ниже этого замка прямо из холма вырывался диск, который и сам был двухэтажным зданием, вплавленным прямо в скальную породу. Его удерживали массивные подпорки, а между ними курсировали лифты. Рядом с ними расстилалась огромная посадочная площадка, сейчас заставленная глайдерами едва-ли на одну десятую часть от общей площади. Еще ниже располагался порт для морских видов транспорта.

Глайдер Явелина приземлился, и Норман вылез наружу. Здесь царило оживление — похоже, большая часть гостей прибыла в одно время с ним, и перед четыремя лифтами скопилась небольшая очередь.

— Месье Тенев! — раздался голос за спиной Нормана, и он не спеша обернулся.

К нему быстрым шагом направлялся худощавый молодой человек в темном костюме, отороченном серебряными полосами. На груди и плече виднелись такого же цвета нашивки с гербом Империи.

«Улисс, кто это?» — молча спросил Норман своего спутника.

«Таурей Лайет, пятый помощник Советника. Вы встречались с ним два местных года назад — тогда он был десятым помощником. Несмотря на ваш мерзкий характер, вы питаете к нему дружеские чувства — как и он к вам. Вы познакомились на Сиентии, после чего он и представил вашу персону Советнику. Одно из воспоминаний об этом человеке заблокировано, но по геотегам можно предположить, что место, где оно было записано — трущобы Антара*(столица Сиентии). Среди участников этого воспоминания также фигурирует и бывший шестой помощник Советника, погибший в несчастном случае по возвращению на Эдем».

Все это пронеслось в мозгу Нормана буквально за секунду, и когда Таурей подошел к нему, Норман уже сдержанно улыбался старому знакомому.

— Рад тебя видеть, Лайет.

Тот слегка улыбнулся в ответ.

— Взаимно, месье Тенев.

— Перестань, — Норман протянул ему руку, — Ты можешь звать меня по имени, мы ведь это уже проходили. К тому-же, — он щелкнул пальцем по звездам нашивки, — я вижу, что по возвращению на Эдем карьера у тебя пошла в гору?

Таурей улыбнулся шире, и пожал протянутую руку. Норман знал, что Улиссу было достаточно четырех секунд, чтобы внедриться в инфополе Лайета и скачать все, что тот помнил о Явелине. Но делать этого он не стал — слишком велик риск. Да и судя по реакции Таурея, он не сомневался что перед ним старый знакомый.

— Удивлен, что ты заметил. Мы не общались уже больше двух лет, а у тебя, уверен, были более интересные занятия, чем вспоминать о нашем визите в Антару. Ты слегка изменился — стал… жестче, если это вообще возможно.

— Подобные визиты трудно забыть, — Норман пожал плечами, — А вот ты остался таким-же скользким, Лайет. Кстати, как поживает твой друг, сопровождавший тебя в тот раз?

Таурей сверкнул глазами.

— Его карьера сложилась не столь удачно, как моя. Он… отошел от дел.

— Понимаю, — Норман кивнул, и посмотрел на два освободившихся лифта, — Надо полагать, ты встретил меня не случайно?

— Конечно нет. Советник Шекран выражает благодарность за твой визит, и просит подняться к нему на несколько минут.

Норман слегка похолодел. Конечно, он не сомневался, что придется разговаривать с Шекраном, но личной аудиенции никак не ждал. Похоже, Явелин был несколько более весомой фигурой, чем они предполагали.

«Проклятье! Улисс, как дела на вилле «Малаго»?» — спросил он спутника, и склонил голову к Лайету:

— Почту за честь.

— В таком случае, прошу следовать за мной.

Они зашагали к дальнему концу посадочной площадки, где находились служебные лифты, и заняли одну из трех кабин. Пока Таурей рассказывал о местных новостях, Норман отдавал распоряжения Улиссу.

К счастью, в «Малаго», где Кайри навела шорох, не обнаружили ничего подозрительного — безобидный вирус, попытавшийся стянуть платежные данные гостей, обезвредили за полчаса. Еще через несколько минут успокоили встревоженных гостей и заселили их обратно, компенсировав неудобство изрядной скидкой на проживание.

Все это время Улисс потрошил инфополе Явелина, вылавливая все новые подробности его жизни, и дистанционно записывал их в новую оболочку Нормана. Конечно, чтобы перенять личность целиком, не хватило бы и пары недель, но когда знаешь что ищешь…

«Найди все, что связывает Явелина и его семью с Советником, его помощниками, Эдемом, этим аукционом и повышением Лайета. Если потребуется — ломай верхние слои инфополя безвозвратно!».

Подобное действие, безусловно, было опасным — можно было навсегда повредить инфополе Явелина, и стереть некоторые его воспоминания. Но сейчас для Нормана это не имело никакого значения — своя жизнь была дороже.

Они с Тауреем уже поднялись на второй этаж диска, и теперь тот вел его по коридорам.

— Надеюсь, ты понимаешь, что злоупотребить вниманием Советника тебе не удастся? — спросил он у Нормана.

— У меня и в мыслях этого не было.

— Тем не менее, — Лайет повернулся к нему, — Советник намерен сказать тебе нечто важное.

— Мне следует знать — что именно? Ты ведь неспроста начал этот разговор?

Таурей улыбнулся.

— Ты мне нравишься, Явелин, честно. Но вот твоя семья… Они слабо понимают, что сейчас происходит в Империи, не так-ли? Ты ведь и сам об этом говорил в нашу прошлую встречу. Готов повторить это Советнику?

— Готов, — Норман сглотнул, все также слабо понимая, о чем идет речь.

— Тогда все будет в порядке. Никто не будет требовать от тебя действий прямо сейчас, но… поддержка необходима всем, понимаешь?

Норман понимал. Прямо сейчас в его инфополе записывались данные о прошлом визите Таурея на Сиентию. Разговор Явелина с отцом — заядлым либералом. Трущобы Антара. Четверо людей на каком-то складе. Умоляющий простить его мужчина, привязанный к стулу. Энерго-клинок в руке Явелина. Ссора. Шепот. Окровавленная одежда. Бледный отец. Скандал. Инфаркт. Счета семьи. Цифры. Контакт с Шекраном. Снова отец. Злость, обида, стыд, ярость. Ледяное спокойствие. Ложь.

Норман тряхнул головой. Лавина образов едва не погребла его собственное сознание. Он вовремя успел остановить поток, сузив канал, и стал обрабатывать данные, уже зная, о чем его спросит Советник, и что он ему ответит.

Между тем, лифт поднялся до самого верха, и двери открылись. В коридоре их снова просканировали и двое охранников обыскали Нормана. Он до последнего боялся, что они могут обнаружить маску, но Кайри и Виктор постарались на славу, и та вросла в его лицо настолько, что он ощущал его своим собственным.

Закончив осмотр, охранники распахнули перед ними двери, и молодые люди вошли в помещение. Им оказался просторный зал, одна из стен которого изгибалась плавной дугой, и была полностью прозрачной.

Таурей пошел вперед, обходя длинный бассейн с идеально спокойной поверхностью воды. На противоположной от них стороне о чем-то негромко беседовали двое мужчин, один из которых, увидев новых гостей, поклонился другому, и направился в другой конец помещения — там была еще одна дверь. Норман знал, что она вела в зал этажом ниже — там и будет проходить аукцион.

Они подошли к Советнику. Он выглядел превосходно, иначе и не скажешь. Мускулистое тело, облаченное в строгий костюм из брюк и длинного пиджака. Длинные волосы черного цвета зачесаны назад и перехвачены золотым браслетом. Короткая борода того же цвета, кожа — без единой складки и морщинки. Абсолютно ровные черты лица, и резко выделяющиеся на нем скулы и крылья носа. Темно-синие глаза — без линз, как успел подметить Улисс. И очень сильная аура уверенности в себе.

— Приветствую вас, Советник, — Норман, подойдя ближе, заложил левую руку за спину и поклонился — достаточно низко для человека своего положения, — Благодарю за то, что уделили мне свое время.

— Явелин Тенев! — Шекран улыбнулся идеальной улыбкой, — Мои друзья с Сиентии уже несколько лет тепло о вас отзываются, и я рад, что вы нашли время посетить мой дом.

— Это честь для меня, Советник, — Норман выпрямился, и Шекран подошел к нему, положив руку на плечо.

— Мои помощники также заверили меня, что вы являетесь истинным другом Империи, и готовы представлять ее интересы у себя на родине.

— Это так, — Норман кашлянул, посмотрел на Советника, и повторил слова Лайета, сказанные тем несколько минут назад, — И мне жаль, что не все стремятся к этому.

Шекран довольно улыбнулся.

— Хорошо, Явелин, очень хорошо! Вполне вероятно, что в скором времени у вас будет возможность доказать эти слова делом.

— Я буду признателен вам за это, — Норман снова кашлянул.

Шекран рассмеялся:

— Да перестаньте вы так нервничать! Расслабьтесь. Спускайтесь в зал, выпейте, познакомьтесь с другими гостями. Вас никто не сочтет чужим, поверьте. К сожалению, мне предстоит встретить еще немало гостей, поэтому вам придется оставить меня. Вы, кстати, собираетесь участвовать в аукционе?

— Вероятно, — Норман поклонился еще раз, — Благодарю за аудиенцию, советник. Не смею больше отнимать ваше время.

Шекран протянул руку, и Норману пришлось пожать ее. Он боялся, что у того могут оказаться гораздо более серьезные возможности по обнаружению подделки личности, чем у его охранников или помощника — но, к счастью, Советник и не думал проверять Явелина. Вместо этого он отправил ему закодированный пакет, улыбнулся, и указал взглядом на дверь, за которой чуть ранее скрылся предыдущий посетитель.

Норман разжал пальцы, благодарно кивнул, и пошел вслед за Тауреем, за всю беседу не сдвинувшимся с места. Он вывел Нормана из помещения и повел вниз по лестнице.

— Ты получил что хотел? — негромко спросил он, не оборачиваясь.

— Да, — Норман не стал распечатывать данные, резонно полагая, что там может быть что-нибудь, что узнает в нем подделку. Но все равно ответил утвердительно — теперь ему стало понятно, что к чему.

Эйнем Тенев владел крупной компанией по добыче гравитония на Сиентии, но свои дела вел не с Империей, а частными фирмами, к тому же — всячески препятствовал экспанисии Императора на этой планете. С другой стороны — его сын Явелин, который всегда не слишком ладил с отцом, и мечтал перебраться из галактического захолустья поближе к центральным секторам. Каким-то образом об этом узнали помощники Шекрана, и в свой прошлый визит на Сиентию завербовали парня — помогли ему убрать влиятельного конкурента отца, и на некоторое время поставили Явелина во главе семейного дела, чтобы тот направил его в нужное русло. Не так давно Эйнем вернулся к управлению компанией, но потерял былое влияние — в основном, из-за новых сотрудников, набранных сыном на управляющие должности. Теперь, чтобы все не вернулось на круги своя, Империя предлагала молодому Явелину всю полноту власти — в обмен на госконтракты и возможность распоряжаться поставками гравитония. А отец Явелина и его сторонники отойдут в сторону — тем или иным образом. Норман был готов спорить на что угодно — в том инфопакете, что переслал ему Шекран, было предложение или инструкция о том, как этого добиться.

— И что ты думаешь? — прервал его размышления Таурей.

— Думаю, что в скором времени в Антаре многое изменится.

Лайет понимающе хмыкнул.

— Мне придется тебя оставить на некоторое время, — сказал он, распахивая перед Норманом двери в главный зал.

Интерьер впечатлял — обилие светлых тонов, колонны, перепады высот в помещении, и огромное количество самых разнообразных растений — все это создавало впечатление, будто находишься в парке, или лесу. Одна из стен представляла собой панорамное окно во всю длину помещения — как и этажом выше. Вид на лагуну открывался просто бесподобный, и кажется, Норман был не первым, кто застыл на входе — многочисленные присутствующие не обратили на него никакого внимания.

— Погуляй по залу, ознакомься с экспонатами аукциона, — посоветовал Лайет, — Я найду тебя позже, если ты не против. Нам есть, что обсудить.

— Конечно, — Норман кивнул, — Но сначала я найду бар.

Таурей указал взглядом направление, и исчез в толпе гостей. Народу здесь, и правда, было немало. Норман даже узнавал некоторых из них — видные дельцы, политики, военные, промышленники и бизнесмены. Каждый из них был ярым имперцем, и периодически мелькал в галактических новостях. При иных обстоятельствах он вряд-ли хоть когда-то оказался бы рядом с ними.

Колонизация миров, добыча гравитония, постройка новой магистрали, исследование генома или разработка новейшего программного обеспечения — для человека или устройств, неважно. Все то, что толкало вперед этот сектор галактики и приносило огромную прибыль, сейчас было сконцентрировано здесь — в виде присутствующих людей.

Прогуливаясь по залу, он заметил Ирио — тот сидел за длинной барной стойкой. Заняв место на другом ее конце, Норман некоторое врем наблюдал за ним — пока Ирио не заметил столь пристальное внимание к своей персоне. Слегка кивнув, он повернул голову в сторону экспозиции, расположенной метрах в пятидесяти от них, прямо перед массивной сценой. Судя по всему, та была вытесана из цельной глыбы искристого графита*(Очень редкий и дорогой минерал, растущий на небольшом количестве астероидов в двух системах Империи)

«Как он меня узнал?» — подумал Норм, и обернулся к бармену:

— Что есть из Солара?

— Ржаной виски, ром, шампанское и бурбон, несколько вин из Средиземноморья.

— Двойной виски со льдом.

Бармен кивнул, и пошел за бутылкой. Вернувшись, он налил в стакан янтарный напиток и подал его гостю. Норман сделал глоток, встал, и пошёл к выставке экспонатов. Затем сверился с часами — до начала аукциона оставалось чуть меньше получаса.

Нужный им предмет значился шестым номером в общем списке, и Норман мог только догадываться, сколько присутствующие гости были готовы торговаться предыдущие пять экспонатов. На самом деле они заинтересовали и его — тут действительно было на что посмотреть. Например, на коллекцию из трёх барельефов, найденных на Варанте. Судя по голограмме, возникшей над предметом, когда Норм посмотрел на него, возраст этой находки оценивался примерно в три с половиной миллиона лет. А если учитывать что этот, последний из терраформированых миров, изначально вовсе не был пригоден для органической жизни — данная находка представляла собой огромный научный интерес. Особенно если принимать во внимание то, что на этом барельефе было изображено: рисунок был достаточно детальным, и изначально, по видимому, был частью колонны — некоторых кусков не хватало, но не заметить исполинских четырехруких крылатых существ, яростно атакующих других созданий было попросту невозможно. Отдельно Норман отметил материал и его обработку — подобную вещь могла создать только достаточно высокоразвитая цивилизация.

Закончив осматривать барельеф, Норм прошёлся взглядом по остальным экспонатам. Всего их было десять, и каждый был интересен по своему. О некоторых и вовсе было трудно составить какое-либо мнение — просто не хватало информации чтобы понять, что это за предмет. Это касалось и куба, который они должны были украсть. На голограмме над ним появилось всего четыре предложения: «Древний артефакт Предтеч. Прибл. 4 млн лет до н. э. Найден при археологических раскопках на Марсе в 2497 году. Предназначение неизвестно, известных свойства не обнаружено».

«Неужели Ирио и правда знает, что делать с этой штукой?» — подумал Норман, вновь бросая взгляд на часы.

Виктор и Кайри уже должны были пробраться во внутренние помещения верхних особняков. Они знали, что сейчас там было пусто — большей частью эти элитные здания были летними резиденциями некоторых влиятельных господ, которые там появлялись настолько редко, что держать постоянную охрану было абсолютно бессмысленным расточительством. Да и зачем, если воздух вокруг труднодоступного острова постоянно патрулировали дроны, а все подходы были под контролем «Атласов»?

Однако, благодаря информации Ирио друзья знали, что через парк можно попасть во внутренние помещения особняков — и эти входы не охранялись никем. А уже оттуда, при должной сноровке, можно было проникнуть в технические помещения «диска» Советника, минуя основные пути, вроде лестниц и лифтов.

Связаться с друзьями через систему защиты здания Норман не мог — слишком велик был риск, что подобное действие вызовет подозрения. Все присутствующие использовали для своих нужд лишь внутреннюю инфоструктуру здания, и выделяться было излишне опрометчиво. Впрочем, сейчас у Нормана была своя задача.

Пока он исследовал экспонаты, Улисс снял матрицы инфополя с шестого и седьмого предметов — необходимого Ирио куба, и рукояти чего-то древнего — скипетра, или оружия (точная информация об этом тоже отсутствовала). Сама рукоять была на редкость красива — ничего подобного Норман раньше не видел: огромный черный минерал в основании, и прожилки такого же цвета по всей длине. Материал напоминал цветом золото, но это было явно не оно — иначе подобная информация была бы указана в голограмме. Откровенно говоря, Нормана сейчас меньше всего волновали подобные подробности — второй предмет был нужен им исключительно для того, чтобы никто не понял, что налёт устроили ради шестого экспоната.

Допив виски, он поставил стакан на стойку, и направился в восточную часть зала. Пройдя через небольшую толпу, внимательно слушавшую одного из гостей, и минуя ещё несколько групп людей, он оказался возле туалета.

Внутреннее убранство здесь было под стать всему остальному — панели из дорогих сортов дерева, полная автоматизация, отделка зеркал драгоценными камнями. Ну и размеры — каждая кабинка представляла собой отдельную ванную комнату. Но, при всем этом, поражаться подобному великолепию было попросту некогда. Пройдя в самый дальний конец помещения, Норман нажал на кнопку замка. Дверь открылась, и он зашёл внутрь. Камер здесь не было, и Норм, не скрываясь, снял ботинки. Поддев каблуки, он ловко достал из углублений два кубика, размером с игральную кость, положил их на пол перед собой, и снова натянул ботинки

— Улисс, подключись к генераторам.

— Выполнено. Генераторы один и два активны.

— Загрузить в них инфоматрицы объектов, визуальные данные и размеры. Активируй.

— Выполняю.

Спутник Нормана установил связь с маленькими кубиками и сделал все то, о чем просил его хозяин. На глазах у Нормана первый из наногенераторов стремительно поменял форму, цвет и текстуру, растянулся, и превратился в точную копию рукояти, сейчас лежащей на витрине перед сценой.

Вслед за этим второй куб быстро увеличился в размерах, и тоже изменился, принимая форму артефакта, который нужно было украсть.

Норман снял решетку вентиляции, и положил оба предмета в шахту. Когда Виктор и Кайри объявятся здесь с реквизитом официантов — смогут без труда пронести реплики в зал, и подменить оригиналы. Обман раскроется, в лучшем случае, через сутки — когда генераторы выработают свой ресурс, и вернутся в первоначальный вид.

Теперь оставалось только дождаться друзей — в одиночку ему ни за что не провернуть подобный фокус с подменой артефактов. Норман в очередной раз посмотрел на часы — до начала аукциона оставалось десять минут. Пора было возвращаться в зал.

***

Виктор

Мы с Кайри быстро переодевались в одежду официантов. Маски с чужими лицами были одеты ещё загодя, когда мы оставили глайдер в бухте, омывающей обрыв, ведущий к саду. С помощью «Икара» я легко доставил нас туда, и мы пробрались во внутренние помещения особняков без проблем.

Благодаря информации Ирио и возможностям моего спутника нам удалось тихо миновать пару не слишком внимательных патрулей, и избежать попадания в зону слежения, раскиданные по всей территории холма. Правда, когда мы оказались в его недрах, Кайри пришлось изрядно постараться, чтобы скрыть наше присутствие в местной инфосети. Думаю, система сильно удивилась бы, обнаружив дубликаты личностей, так что к поместью мы подбирались очень медленно, сканируя и взламывая каждое помещение и каждый коридор по очереди.

Ещё сложнее оказалось добраться по вентиляционным шахтам в подсобные помещения «диска», оставаясь незамеченными. Я взмок, пока полз по узкому отверстию, и каждые десять секунд бросал взгляд на часы, нервничая все сильнее и сильнее.

Наконец, добравшись до продуктового склада, мы немного отдышались, и Кайри снова внедрилась в систему поместья, вызвав к нам двух нужных официантов. Остальное было делом техники — дождавшись наших жертв, мы их оглушили, вкололи снотворное и спрятали в самом темном углу помещения, закутав в инфококоны. Естественно, сняв перед этим последние изменения инфополя каждого из них.

— Мы можем связаться с Норманом? — спросил я, застегивая пиджак, и расправляя рукава.

— Теперь да, — кивнула девушка, — Но следите за теми модулями, что я вам поставила. В случае опасности перехвата сигнала они дадут вам знать — тогда сразу отключайте связь.

— Ясно, — я отправил запрос Улиссу через Дока. Через несколько секунд Норман мне ответил.

— Наконец-то! Где вас носило?!

— Спокойно, друг, пока всё идёт по плану. Где посылка?

— Ванная галерея в восточной части зала. Дальняя кабина, посылка в вентиляции.

— Понял. Оставайся на связи, — я заглушил линию, и выглянув за дверь, поманил за собой Кайри.

Мы спешно покинули коридор, и через один из многочисленных входов попали в боковые помещения, тянущиеся вдоль внутренних стен строения. Эти коридоры идеально подходили для быстрого перемещения прислуги — можно было обойтись весь зал из одного конца в другой, не привлекая внимания гостей. К слову: пока мы шли к указанному Норманом помещению, нам навстречу трижды попадались официанты, несущиеся по своим делам, и нам приходилось вжиматься в стены, чтобы уступить им дорогу. Никто из них не обратил на нас никакого внимания.

Выйдя в зал я прихватил с собой поднос с крышкой, а Кайри — длинное полотенце, перекинув его через руку, и ведерко с пустой бутылкой шампанского.

Забрать из туалета копии артефактов было делом техники — вся процедура не заняла у нас и пары минут, и когда мы вернулись в зал, Советник Шекран уже приветствовал гостей со сцены.

— … понравится это мероприятие. После него вас ждёт небольшая презентация и ужин. Чувствуйте себя как дома, друзья.

Зал зааплодировал, и под общий гомон мы с Кайри, слегка разойдясь в стороны, начали исследовать обстановку.

— Вик, — через пару минут таких блужданий у меня в голове раздался голос девушки, — У нас проблема.

— В чем дело? — я напрягся.

— Я не смогу вырубить сервер отсюда, он полностью изолирован.

— Что?!

— В планах этого нет, но сейчас я ясно вижу, что сервер можно перезагрузить только вручную.

Внутри меня все сжалось. Это было очень, очень плохо.

— И что будем делать? — судя по интонации, Норман, висевший на этом же канале связи, был взволнован не меньше моего.

— Я передам тебе эту чёртову рукоять, а сама вернусь в технические помещения, и найду сервер. Отключу напрямую.

— Кай, это очень опасная затея, — заметил я.

— Знаю. Но либо так, либо уходим прямо сейчас. Вик?

Норман молчал. Черт побери, они ждали моего решения!

— Норм, забери у Кайри эту хрень. А ты будь осторожна, пожалуйста. Там может быть охрана.

— Там никого нет, — ответила она, — Я уже все проверила. Мне нужно десять минут.

Мы снова отключились друг от друга. Я видел, как Норман выбрал достаточно укромное место между нескольких колонн, и как проходящая мимо него Кайри споткнулась. Ее руки, держащие полотенце, скользнули под полу пиджака Явелина, и тут же вынырнули обратно. Она извинилась, и скрылась из поля моего зрения.

— Лот номер один! — по залу разнёсся усиленный модулятором голос, — Барельеф Предтеч, найденный на Варанте!

Этот аукцион проводился по старым правилам — никаких дистанционных ставок, никаких торгов через интерфейсы. Желающие писали свою цену на специальных табличках, лежащих на столах в большом количестве, и торговались вживую. После покупки товар тут же оплачивали и забирали. Ещё несколько дней назад я бы отдал все что у меня есть — ради возможности ознакомиться с этими артефактами, но сейчас все мое внимание занимал лишь таймер, отсчитывающий время до отключения сервера. И судя по всему, Кайри уже запаздывала.

— Продано! — вновь громыхнул распорядитель аукциона, и я вынырнул из своих мыслей. Уже?! — Лот номер два!

— Норман, ты слышишь меня?

— Да.

— На артефактах есть дополнительная защита?

— Они даже не под стеклом, Вик.

Я порадовался этому. Хоть здесь данные Ирио были верны.

— Мальчики, я на месте. Шесть минут, и всё отключится. Будьте готовы, — сообщила Кай.

Я выдохнул, и приблизился к толпе возле сцены, заметив Нормана метрах в десяти от нее.

Третий лот. Четвертый. Их купили за четыре минуты, и сейчас распорядитель был готов объявить следующий — ждал, пока унесут каменное кресло, проданное последним.

— Норм?

— Что?

— Тебе придется поторговаться.

— С ума сошел?

— Если куб купят, мы его уже не достанем. Надо потянуть время. У тебя ведь есть доступ к счетам Явелина?

— Лот номер пять! Пара ваз, выточенных из цельных кусков искристого графита редкого розового оттенка. Найдены на Эдеме. Изготовлены примерно тридцать тысяч местных лет назад.

Зал оживился. Искристый графит черного оттенка был хоть и редким — но самым часто встречающимся из этой породы минералов. Розовый оттенок был редкостью, встречающейся раз в пару сотен лет. Не было ни одной шахты по добыче графита именно такого оттенка — лишь случайные находки. И две эти вазы стали бы сенсацией галактического масштаба, заяви о них владелец.

— Два килограмма гравитония! Два с половиной! Четыре? Четыре с половиной!

Я только покачал головой. Одним килограммом гравитония можно было зарядить два немаленьких космолета — на целый стандартный год полета. Или оснастить энергией город-миллионник лет на десять-двенадцать.

Торги сбились, когда молчаливый господин в бесформенном лиловом костюме предложил за эти вазы пятнадцать килограмм гравитония.

— Норм, самое время вступить в торги, — взмолился я, надеясь, что Кайри вот-вот закончит взламывать сервер.

Норман поднял табличку над головой — на ней была цифра восемнадцать. Зал охнул, а господин в лиловом костюме недовольно скривился.

— А этот молодой человек умеет выдержать паузу! — воскликнул распорядитель, — Кто даст больше?

— Кайри, сколько ещё? — у меня со лба стекла одинокая капелька пота.

— Минута, — она что то прорычала, и затараторила, — у вас будет пятнадцать секунд полной темноты, и тишина в эфире. Включите ночное зрение заранее.

В это время конкурент Нормана предложил двадцать килограмм. Мой друг снова поднял ставку, и господину в лиловом, видимо, надоело играть в эту игру — он был настроен очень решительно.

— Месье! — в полной тишине окликнул он Норма, — Зачем вам эти безделицы? Я куплю их, сколько бы это мне не стоило, поверьте. Подарок дочерям, — он усмехнулся, — Выберите другой предмет, прошу вас, и я компенсирую вам половину его стоимости, слово чести.

Вокруг раздались возбужденные голоса, а я, отсчитывая секунды, приблизился к стенду с артефактами ещё на несколько метров.

— Хорошо, месье, — Норман обречённо бросил табличку на ближайший столик, и взял оттуда же бокал с шампанским, — Не могу отказать вам, раз вы просите ради своих дочерей. Мой кошелек, думаю, от этого только выиграет.

Вокруг раздался хохот и апплодисменты, кто-то хлопнул Нормана по плечу, и он шагнул в толпу. В этот же момент зал погрузился в полный мрак. Освещение исчезло, текстуры поверхностей потемнели, а огромное панорамное окно во всю стену исчезло, затянутое непроглядной тьмой — ведь там стояло не стекло, а метровой толщины бронированная пластина, в нужном спектре пропускающая свет. Кайри умница — она запустила на сервер свой троян, превративший этот зал в черный ящик.

За секунду до всего этого я зажмурился, и активировал режим ночного зрения. Наши с Норманом спутники получили команду заранее, а вот остальным присутствующим придется подождать некоторое время, пока их помощники среагируют.

В зале воцарилась паника. Гости водили перед собой руками, звали соседей и своих спутников, натыкались на предметы интерьера, спотыкались и совершенно ничего не понимали. Для меня время вновь будто замедлилось — столько адреналина оказалось выплеснуто в кровь. Я будто в замедленной съёмке видел, как Норман, невесть как оказавшийся рядом со мной, выхватывает из внутреннего кармана пиджака свою копию, и меняет ее местами с оригиналом. Мои руки были заняты тем-же самым — снять крышку с подноса, заменить куб, сделать пять шагов назад через толпу ослепших людей. Теперь ещё пять, в направлении стены. Ещё десяток…

Когда свет включился, а стена снова стала прозрачной, хаос в зале лишь усилился. Люди, только что напуганные и беспомощные, взорвались возмущением и яростью, выплескивая свой страх наружу.

Мы с Норманом уже были возле двери, ведущей в боковые помещения. В общей суматохе на нас не обратили внимания, и мы, воспользовавшись этим, пустились наутёк по узкому коридору, едва оказавшись там. Где-то за стеной слушался громкий голос Советника, а Док оповестил меня, что в здание впустили охрану. Норман, судя по его побледневшему лицу, тоже узнал об этом от Улисса.

Кайри уже ушла — решетка вентиляционной шахты в том помещении, где мы оставили связанных официантов, лежала на полу, и мы, не теряя времени, полезли внутрь. Путь назад был ещё труднее, но страх подгонял нас, и мы выскочили в сад как раз в тот момент, когда «Атласы» начали прочесывать подсобные помещения. По всему холму включилась тревога.

— Черт, ну как же не вовремя, — простонал взмокший Норман, сжимая в руке драгоценную рукоять, — Куда теперь?

— Кайри, ты на месте? — вместо ответа я вызвал девушку.

— Да, — тут-же отозвалась она.

— Вызывай глайдер, — велел я, и помог другу подняться с земли, — Давай Норм, осталось немного.

Мы побежали напрямик, продираясь через невысокие живые изгороди, и уже не обращая внимания на зоны слежения — судя по показаниям Дока, Советник уже знал, что в саду посторонние, и направил сюда пару десятков охранников.

Пожалуй, эти пять сотен метров были самыми страшными в моей жизни — каждое мгновение я ждал, что в затылок прилетит пуля, и все закончится так глупо. К счастью, перезагрузка сервера заставила всю охрану холма ринуться на помощь высокопоставленным гостям, и в саду никого не осталось — им пришлось возвращаться сюда, как только стало понятно, что нарушители уже покинули пределы поместья. Всего лишь стечение обстоятельств, которое мы не планировали — но это помогло нам унести собственные шкуры в целости и сохранности.

Над самым краем сада, который заканчивался обрывом, висел наш глайдер. С него стекала вода, и Кайри, уже сидевшая за штурвалом, замахала.

— Давайте быстрее!

Упрашивать нас ей не пришлось. Собрав все силы, что у нас остались, мы запрыгнули в салон, и закрыв за собой дверь, обессиленно рухнули на сиденья. Кайри резко бросила глайдер влево и вниз, и нас ощутимо тряхнуло. Я выронил куб на пол, и потянулся за ним, но рыжая снова сменила курс, и я решил для начала пристегнуться.

— Держитесь, мальчики, — предупредила она, сильно снижаясь, и летя уже всего в паре метров от поверхности воды, — Сейчас будем нырять.

Норман пробормотал что-то нечленораздельное и с трудом пристегнулся. Через секунду глайдер коснулся брюхом водной глади, отскочил и, наклонив нос, на высокой скорости нырнул.

Глава 9

Мы живём внутри реальности, которую договорились считать общепризнанной. Тот мир, который мы знаем, существует, в основном, в силу нашей привычки, но на самом деле, все гораздо сложнее.

Автор неизвестен

Нейл

Нейл нервно теребил манжет рубашки, глядя в окно. Кроме него в небольшом кабинете находился лишь Советник Шекран. Сейчас он, сидя в кресле, задумчиво смотрел в потолок.

— То есть, у вас ничего не украли?

Нейл, уже дважды повторивший свою историю, устало вздохнул, но все же ответил:

— Только на первый взгляд. Но я все же испытываю по этому вопросу некоторые сомнения. Думаю, воры унесли копию нашего семейного архива.

Советник покачал головой.

— Но в моем случае факт кражи налицо, — заметил он, — Буквально через двадцать минут после инцидента мы обнаружили подмену двух артефактов. Что заставляет вас думать, что между этими двумя событиями есть связь?

Нейл пожал плечами. «Ну почему такие простые вещи приходится объяснять?» — подумал он, а вслух произнес:

— Вы ведь так и не обнаружили следов того, кто проник в вашу систему?

— Никаких.

— И вы до сих пор не знаете, как это было сделано?

— Лишь в общих чертах.

— Ни личности, — Нейл начал загибать пальцы, — Ни мотива, ни единой зацепки. Эти воры, — он сделал акцент на последнем слове, — мастерски меняют личины, раз никто не заметил посторонних, и не понял, что Явелин Тенев не настоящий. Вы уже говорили с ним?

Советник прищурился, глядя на Нейла.

— Даже не буду спрашивать, откуда вы узнали о нем. Да, мы нашли парня на вилле «Малаго» и допросили. Он абсолютно ничего не знает — его оглушили и связали, изолировали от инфополя и надели на голову вот эту вещь, — он открыл один из ящиков стола, достал оттуда обруч голосканера и кинул его на стол, — На нем также не обнаружили никаких следов, которые могли бы вывести нас на злоумышленников.

— Я нанял Ищейку, — Нейл крутанул в руках бокал с вином, и сделал глоток, — Он и рассказал мне о Явелине. Он также подтвердил, что те люди, которые вчера ограбили вас, были и в нашем особняке, а также — в отеле, где было совершено нападение на моего брата. Их трое, насколько стало понятно после исследования отпечатков их инфополей, но личности установить пока не удалось.

Теперь Советник задумался надолго. Трое неизвестных, обчистивших две влиятельные семьи Эдема, и совершивших покушение на члена одной из них, сейчас разгуливают на свободе. Зачем они это сделали — неизвестно. Что они собираются делать дальше — также непонятно.

— Ваш Ищейка здесь, с вами? — наконец спросил Шекран.

Нейл кивнул.

— Хотите поговорить с ним?

— С вашего разрешения.

— Конечно, — Нейл вызвал Матиаса, и через несколько минут тот, в сопровождении трех «Атласов» появился в кабинете Советника.

— Обойдемся без приветствий, — с ходу начал Шекран, даже не предложив новому гостю присесть, — Что тебе нужно, чтобы найти эту троицу?

Фехтовальщик бросил быстрый взгляд на Нейла, и дождавшись кивка, посмотрел на Советника.

— Я могу провести поиск по матрицам инфополя. По крайней мере — тех частей, что мне удалось обнаружить. Их мало, но при достаточной мощности оборудования думаю, что смогу найти совпадения.

— Насколько велика вероятность удачи, в случае такого поиска? И сколько времени тебе потребуется?

Матиас задумался на мгновение.

— Все будет зависеть от возможностей того, с чем я буду работать. Два дня, пять, может быть — неделя. Результат будет — если за это время цели не покинут пределы Эдема, за это я ручаюсь.

— К сожалению, я не могу объявить карантин, для этого потребуются веские основания и одобрения остального Совета, — Шекран прикусил губу, — Зато в моей власти остановить любой корабль в пределах системы — если эти люди все же решат покинуть планету, и ты об этом узнаешь. Что касается оборудования — я прослежу, чтобы тебе предоставили доступ к ретранслятору в одной из башен Совета. Нужные люди будут проинформированы. Теперь оставь нас, — он махнул рукой, давая Матиасу понять, что разговор окончен. Тот склонил голову, и вышел за дверь.

— Что ж, Нейл, я очень признателен тебе за то, что ты поделился своими догадками со мной.

— Не стоит благодарностей, Советник, — Нейл поднялся из кресла, — Это дело касается всех нас. Разрешите вопрос?

Шекран коротко кивнул.

— Что вы будете делать, когда грабителей найдут?

Советник прищурился, и с легким холодком ответил:

— Вы умны, Нейл, но прошу — не считайте всех вокруг глупцами. Мы возьмем этих людей живыми. Узнаем все, что нужно, а затем решим — что с ними делать дальше.

— Я лишь хотел попросить вас о возможности лично пообщаться с ними — до того момента, как они станут… недоступны, — тщательно подбирая слова, извиняющимся тоном произнес Нейл.

Глаза Советника потеплели.

— О, можете не сомневаться, Нейл, эту возможность вы заслужили как никто другой. Теперь о главном — встреться с одним из моих помощников, Тауреем Лайетом. Он даст твоему Ищейке доступ к ретранслятору. Не теряйте времени, и приступайте к поискам сейчас же. Как только появится информация — свяжитесь со мной.

Нейл кивнул, поклонился Советнику, и покинул его кабинет, а затем спустился к лифтам. Там его уже ждали Лайет и Матиас. Пока они спускались к посадочным площадкам, успели обговорить все основные детали операции. Так что, оказавшись на стоянке глайдеров, помощник Шекрана и Матиас отправились прямиком в башню Совета, а охрана Нейла взяла курс в родовое поместье — там у старшего сына Одо еще оставались неоконченные дела.

В кабинете его уже ждал Ирио — он был последним гостем из Солара. Официально этот хлыщ являлся кем-то вроде наблюдателя, но Нейл подозревал, что именно он был главой делегации, и все важные решения проходили через него, а сайко-комон были обычным прикрытием.

— Прошу прощения за то, что заставил вас ждать, мастер Ирио, — поздоровался Нейл, проходя мимо гостя, и усаживаясь за свой стол.

— Не извиняйтесь, месье Нейл, — Ирио улыбнулся своими тонкими губами, — Я ожидаю вас всего пару минут, и еще не успел заскучать. Есть информация о том, что случилось в поместье Советника? Меня, как и всех прочих, продержали там почти до самого утра, но объяснений никто из нас так и не получил.

Нейл вздохнул.

— Ограбление. Похоже, на Эдеме орудует какая-то новая банда, или что-то вроде того.

— Так я и подумал, — Ирио откинулся на спинку кресла, закинув ногу на ногу, — Собственно, потому и попросил о встрече с вами.

— Я вас слушаю.

Клановец сцепил пальцы, и пристально посмотрел на Нейла.

— С тех пор, как я и мои братья прибыли на Эдем, здесь случилось несколько, хм… неприятных событий. Сайко-комон полагают, что злоумышленники могли выбрать своими целями и нас. Вы знаете, что клан Ямато всеми силами старается избегать любых конфликтов, а главное — мы хотим оградить себя от внешнего контроля. И поэтому нами было принято решение покинуть Эдем завтра вечером. Надеюсь, вы понимаете, почему мы так поступаем?

— Конечно, — Нейл кисло улыбнулся, — И честно говоря, я не удивлен этому. Надеюсь, все эти события не повлияют на наши договоренности и дальнейшее сотрудничество?

Ирио покачал головой.

— Конечно нет. Проект транспортной концессии будет одобрен, полагаю, через полгода. Может быть — через девять местных месяцев, если в канцелярии Империума возникнут заминки, но не больше. Вы выполнили все свои обязательства перед кланом Ямато — теперь наш черед, и не сомневайтесь — все пройдет так, как мы обговаривали.

Нейл, внимательно слушавший речь Ирио, удовлетворенно кивнул.

— Я рад это слышать. Могу я что-нибудь сделать для вас перед отлётом?

Гость встал, и протянул руку хозяину кабинета.

— Нет, месье Нейл, благодарю. Напротив, я сам надеялся быть вам полезным. Передавайте вашему отцу наши наилучшие пожелания, и сообщите ему, что мы вызвали из Солара наших лучших врачей. Они прибудут через несколько дней — это меньшее, чем мы можем вас отблагодарить за гостеприимство.

Нейл пожал протянутую ему руку, и сказал:

— Благодарю вас за помощь, мастер. Я обязательно передам отцу ваши слова.

Они попрощались, и Ирио покинул особняк де Бригезов. Нейл же, подойдя к окну, выходившему во внутренний двор, проводив клановца взглядом, а затем отправился в южное крыло — там, под надежной охраной и присмотром лучших врачей Эдема лежал Сарьян. Нейл не сомневался, что найдет отца в комнатах младшего брата — так и случилось.

Сарьян был подключен сразу к трем медицинским комплексам, и лежал в анабиозной капсуле. Отец сидел в кресле рядом с ней, и листал новости на коммуникаторе.

— Как он? — спросил Нейл, войдя в комнату.

— Без изменений, — ответил отец, не отрывая взгляда от экрана, — Где ты был утром?

— У Советника Шекрана. Я выяснил, что его ограбили те же люди, что проникли к нам.

Нейл пересказал отцу содержание их с Советником беседы, и Одо, дослушав до конца, кивнул, снова сосредоточившись на своем устройстве. Через пару минут он вновь задал вопрос:

— Что с гостями из Солара?

— Завтра вечером они покидают Эдем. Боятся, что могут стать следующей целью этих чертовых грабителей. Да, кстати, Ирио обещал, что врачи клана прибудут к нам через несколько дней. В благодарность за гостеприимство.

Услышав это, Одо хрипло рассмеялся. Нейл кинул на него удивленный взгляд. За последние дни отец сильно осунулся, похудел, и постарел сразу на десяток лет. И услышать смех в этой комнате он никак не ожидал.

Отсмеявшись, Одо взял бутылку с водой, стоящую тут же — на столике между двух кресел, и сделал несколько глотков.

— Дорогой мой сын, ты слишком плохо знаешь клан Ямато. Они ничего не боятся. А улетают только потому, что закончили здесь свои дела. Ирио согласился на наши условия?

— Да.

— Хорошо. Помощь их врачей я, конечно, приму. Но Нейл, будь осторожен с этими людьми. Наши семьи работали раньше вместе, но чем все это закончилось, ты знаешь — война за гравитоний опустошила целую планету, а мы две сотни лет выплачивали Императору отступные. В отличии от клана. Я очень надеюсь, что ты будешь помнить об этом.

— Безусловно, но…

— «Но» что?

— Отец, все контракты утверждаешь ты, и все сделки подписываешь тоже ты. И прежде, чем принять решение, я всегда советуюсь с тобой.

Одо пристально посмотрел на сына.

— Последние события показали, что будущее семьи заботит тебя гораздо больше, чем меня, сын. Ты уже принял несколько решений, не посоветовавшись со мной.

— Отец, я…

— Помолчи. Ты все правильно сделал. Мне нет дела до деталей твоих встреч с Советником, и мне не нужно докладывать о каждом шаге поисков. Найди виновных в этом, — он вытянул руку в сторону капсулы, где лежал Сарьян, — и я назову тебя главой семьи.

Ошеломленный Нейл посмотрел на отца.

— Ты ведь знаешь, что мне это не нужно?

— Знаю, — кивнул тот, не отрывая взгляда от сына, — Поэтому ты будешь управлять семьей гораздо лучше любого другого, — он вздохнул, — Сделай это ради меня. И ради своего брата.

Нейл не знал, что ответить. Сейчас стало заметно, что отец сдал гораздо сильнее, чем он предполагал, и когда старший сын Одо шагал в свои апартаменты, мысли его были заняты лишь поисками тех трех наглецов, что вздумали перейти дорогу их семье.

* * *

Виктор

Я очнулся от яркого солнечного света, тонким лучом падавшего мне прямо на закрытые глаза. Понимая, что уже не усну, я все же решил остаться в постели еще на некоторое время, и слегка повернул голову, уткнувшись лицом в волосы Кайри. Они пахли корицей.

Она пошевелилась под тонким одеялом, затем потянулась.

— Доброе утро.

— Доброе, — я улыбнулся, не открывая глаза, — как спалось?

— Замечательно, — она укусила меня за палец и повернулась, — Я ждала, пока ты проснешься.

— Неужели? И давно?

— Не очень. Думала о том, что у тебя наверняка жутко затекла рука, — она чуть приподняла голову, и я почувствовал, как немеет предплечье. Усмехнувшись, я притянул Кайри к себе другой рукой, и поцеловал.

Чуть позже, уже когда мы спустились на первый этаж и готовили завтрак, в дверь постучал Норман. Я махнул ему через окно, и велел Доку открыть дверь.

Этот дом, небольшой сад, и прилегающий к нему кусок пляжа принадлежали одному из многочисленных друзей Нормана, и когда мой друг попросил разрешения пожить здесь несколько дней — тот не стал отказывать. В это время года множество летних домов, раскинутых по многочисленных островах залива, как правило, пустовали. Нам это было только на руку: отсюда до Высокого города по прямой было более восьми сотен километров, и почти столько же — до резиденции Советника. Мы полагали, что искать нас будут ближе к тем местам — особенно если учитывать, что Явелина найдут прямо под орбитальной платформой. Но, к сожалению, одной лишь надежды переждать бурю здесь нам было чертовски мало.

— Как думаете, скоро Ирио свяжется с нами? — спросил Норм, наливая себе кофе.

— Думаю, в пределах пары дней, — подумав, ответил я, — Дольше здесь оставаться попросту глупо. И если до завтрашнего вечера он не объявится — мы оставим его посылку в укромном месте, дадим знать об этом, а сами уберемся с планеты.

— Ты уже решил, куда направишься? — уточнил друг.

— Домой, на Магеллан. И рассчитываю, что вы оба отправитесь со мной, — я посмотрел на Нормана, — Мы ведь говорили об этом?

Тот лишь пожал плечами.

— Я с удовольствием воспользуюсь твоим приглашением, дружище — но чуть позже, если ты не против.

Я нахмурился.

— Что ты имеешь ввиду?

— Я тут подумал, — он замялся, — Сначала мне нужно уладить некоторые свои дела. Слегка пересмотреть отношение к жизни, так сказать.

Мы с Кайри переглянулись.

— И что же заставило тебя задуматься об этом? — осторожно спросил я.

Норман усмехнулся.

— Не переживайте, дело не в вас, — он сделал глоток, и обжегшись, закашлялся, — Серьезно, после всех этих событий я просто хочу побыть в тишине и покое некоторое время. Знаю одно место, где смогу привести мысли в порядок — достаточно далеко отсюда, но близко к Магеллану.

— Ну, надеюсь, там тебе вправят мозги, — проворчал я, проверяя входящие сообщения, — Остаться вместе было бы безопаснее.

— Не согласен, — он покачал головой, — думаю, у Имперских сыщиков хватит мозгов восстановить картину событий, и они поймут, что у Советника действовали трое. Так что, разделившись, мы дадим себе небольшую фору — если она потребуется, конечно.

Больше к этому разговору мы не возвращались. Оставшуюся часть дня провели на пляже, радуясь неожиданно теплой погоде, купаясь, и просто лежа на песке. Ближе к вечеру, когда солнце уже касалось горизонта, мы решили перекусить.

В холодильных камерах дома было полно продуктов, и мы быстро организовали вполне приличный стол из трех блюд, многочисленных закусок и нескольких бутылок вина. Норман изрядно набрался, и травил нам байки о своих похождениях не останавливаясь — да мы с Кайри и не старались перехватить инициативу в разговоре. Мой друг провел половину жизни, скитаясь по галактике, теряя одного родственника за другим, пока не остался в полном одиночестве — и за все это время успел побывать в сотнях различных переделок.

После очередной истории он неожиданно замолчал, уставившись в одну точку, а потом спросил:

— Вы осмотрели тот куб?

— Нет, — я мотнул головой, — Как-то не до того было.

— А я немного обследовал его сегодня утром, пока вы спали.

— И?

— И ничего. Понятия не имею, что это такое, — он раздраженно дернул плечом, и налил себе очередной бокал, — Может, спросим Ирио еще раз?

Я в ответ на это предложение только рассмеялся, и скептически ответил.

— Несомненно, в этот раз он нам честно ответит. Хотя мне и самому было бы интересно узнать, что это за артефакт.

После моих слов Норман неожиданно резко встал, и покачиваясь, вышел в соседнюю комнату, вернувшись оттуда с кейсом, в котором лежал куб.

— Норм, это не лучшая идея… — начал было я, но он не обратил на эти слова никакого внимания. Кайри, быстро сообразившая, что он собирается сделать, полностью изолировала комнату от инфополя планеты с помощью своего браслета, и успела вовремя — через мгновение после этого Норман щелкнул застежками, открыл кейс и достал оттуда артефакт, чуть не уронив его на пол. Я успел подхватить куб, и толкнул друга в кресло.

— Ты что, спятил?! А если бы его матрицу засекли?!

— Не переживай, — заплетающимся языком пробормотал Норм, — Он вообще не контактирует с инфополем.

— То есть как? — изумилась Кайри, взяв у меня артефакт. Я прекрасно понимал ее удивление, и настроив Дока, теперь и сам видел то, о чем говорил Норман. Удивительно, но он был прав.

Каждый объект во вселенной- будь то атом или планета — имел свою информационную структуру. И чем сложнее был объект — тем объемнее и сложнее она была. Но этот куб… Он был очень странным — производил впечатление не вещи, а проекции. Он абсолютно ничего не излучал, а просто… существовал. У меня появилась мысль, что этот артефакт скрывает в себе нечто запретное, но вместе с тем — невероятно притягательное. Я не мог объяснить подобное ощущение, но оно поселились во мне в тот самый момент, когда я прикоснулся к этой вещи.

Кайри осторожно поворачивала куб, внимательно рассматривая его со всех сторон.

— Странная штука, — негромко произнесла она.

— Ну а я о чем! — снова подал голос Норман, — Как будто это инфококон, но настолько продвинутый, что этого и понять нельзя.

— Однако у тебя, как видно, мозгов для этой мысли хватило, — поддел я его, но друг мне не ответил. Он залпом осушил бокал, а оторвавшись от него, запрокинул голову на спинку кресла, и засопел.

— Почему эти три символа не светятся? И если светятся остальные, почему нельзя отследить источники света? — задумчиво протянула Кайри, проводя пальцем по одному из тусклых треугольников.

Я первым услышал тихий щелчок, и попытался выбить артефакт из рук девушки, но не успел. Она вскрикнула, и выронила куб. Треугольник, секунду назад бывший темным, неожиданно налился светом, и я заметил на нем кровавый отпечаток пальца. Я выхватил артефакт из руки Кайри — она в тот же момент рухнула на пол и забилась в конвульсиях. Я кинулся было к ней, не выпуская куб из рук, но в следующий миг увидел летящий мне в лицо пол, и упал рядом с ней. А потом меня забрала темнота.

* * *

— Думаешь, посланник Балроса прибудет вовремя?

Кай-те-Венгри выглядела озабоченной. Ее лицо скрывала полумаска, оставляя открытыми лишь поразительно яркие фиолетовые глаза без зрачков. Верхней парой рук она теребила воротник парадной формы, нижние же были сцеплены пальцами возле пояса.

— Обычно они не опаздывают, — тихо ответил За-а-Рон. Встречать подобных гостей он не любил, да и не дело небесному мастеру заниматься такими вещами, но в этом секторе он и Кай-те-Венгри были единственными Айдехо, и никто кроме них не мог общаться с балросийцами. Они и так проделали путь в несколько сотен световых лет всего за один поворот солнца вокруг Гаттары, и теперь оба чувствовали себя уставшими.

Площадка, на которую должен был прибыть посол, представляла собой каменный диск на широком основании, диаметров в несколько сотен метров. Этот диск вздымался над окрестной долиной, и здесь дул очень сильный ветер. Впрочем, этих двухчетырехруких существ, с мощными хвостами и широкими крыльями, сложенными за спиной, подобная мелочь совсем не беспокоила. Я попытался вызвать Дока, чтобы собрать о них хоть какую-нибудь информацию, но он мне не ответил.

Я пошевелился, и тот, кого назвали За-а-Рон, обернулся. Скользнул взглядом по мне, он снова отвернулся.

— Ты нервничаешь, Айдехо, — заметила Кай-те-Венгри.

— Показалось, что мы здесь не одни, — ответил тот.

Я задержал дыхание. Черт возьми, где я?! Как оказался здесь? Кто эти существа? Почему они меня не видят?

Кай-те-Венгри подошла ко мне вплотную, и втянула в себя воздух. Еще мгновение она смотрела мне прямо в глаза, слегка наклонившись, а потом тихо сказала:

— Здесь будет партас.

— Что? — За-а-Рон явно удивился этим словам, — Они здесь никогда не появлялись!

— Да, я знаю. Удивительно, что ты вообще его почувствовал — судя по эху, пройдет не менее десяти витков, прежде чем он появится в этом мире.

— Он настолько силен? — еще больше удивился За-а-Рон, — Раз смог пробиться так далеко?

— Очень силен, — подтвердила его собеседница, — Жаль, что мы с ним никогда не увидимся — интересно было бы с ним поговорить.

Она вернулась на свое место, и через секунду мое сознание поглотила яркая вспышка. Я слышал чьи-то голоса, видел разные образы. Знал, что это не сон — слишком реальными были ощущения, но своего тела по-прежнему не ощущал — словно бы растворился в потоке чужих воспоминаний.

Неожиданно я оказался в чужом теле — женском, но не мог им управлять.

— Ты все поняла?

Я (точнее, та, в чьем теле я оказался) поднял глаза, и чуть не выругался — но не смог. Передо мной стоял Ирио.

— Да, собэ, — ответил я чужим голосом, и он показался мне до боли знакомым, но понять чей он я не смог.

— Хорошо. В космопорту тебя ждет корабль — «Астра». Его капитан получил инструкции, и тебе не следует ему перечить. Сделай все, что я от тебя потребовал — до нашего прибытия, Кицунэ, и мы поговорим о твоей просьбе вновь. А теперь иди.

Видение растворилось также неожиданно, как и началось, и мой разум снова оказался расколот на мириады частей. Я всеми силами старался его склеить, сфокусироваться хоть на чем-нибудь, но все вокруг затапливала серая хмарь, швыряя куски мыслей из стороны в сторону, пока все не погрузилось в непроглядную темноту. И тогда, растворившись в полной тишине, я увидел свет. Он был ярким до боли, но я не мог закрыть глаза, чтобы его не видеть — у меня их просто не было. Я стремительно приближался к этому свету, набирая скорость — еще миг, и…

Я со свистом втянул в себя воздух, и рывком сел — но не слишком удачно. Столешница, чью прочность я сейчас проверил своей головой, оказалась очень крепкой. Из глаз у меня брызнули слезы, и я лег обратно, ругаясь сквозь зубы.

— Вик! Ты цел?! — Это была Кайри. Я почувствовал на лице ее губы, — О Боги, я думала, что ты никогда не очнешься!

Я с трудом раскрыл глаза. Голова страшно болела, а яркий свет невыносимо резал глаза. Я снова зажмурился, и попросил:

— Закройте окна. И дайте воды.

Раздался грохот, шелест, и сквозь веки я почувствовал, как в комнате стало темнее. Со второй попытки мне удалось разглядеть друзей. Они выглядели испуганно, а рука Нормана, протягивающего мне кружку с водой, заметно дрожала.

— Сколько я провалялся? — оторвавшись от воды, спросил я.

— До самого утра, — хмуро ответил друг, — Как и Кай. Я хотел перетащить вас на кровать, когда проснулся и увидел, что вы лежите, вцепившись в эту хреновину, — он кивнул на заляпанный кровью артефакт, лежащий на полу, — но стоило к вам прикоснуться, как вы начинали орать и биться в судорогах. Я уже собирался вызывать медиков, но к счастью, Кайри очнулась сама, и рассказала, что произошло. Мы решили немного подождать — ты пролежал чуть дольше, чем она.

Я попытался встать. С помощью друзей мне удалось это сделать, и добравшись до дивана рухнуть на него.

— Ну и что это было? — поинтересовался Норман. Судя по его виду, весь выпитый накануне алкоголь выветрился из организма безвозвратно.

— Я видел что-то… Образы, места, чужие мысли. Это было… так реально, — я посмотрел на Кайри, — ты тоже была там?

Она кивнула, поджав губы.

— Да. Не помню, где, но видела что-то похожее. Там было много всего… Чужого. Какие-то существа, и пустота… Бесконечность пустоты.

— Да что происходит?! Вы что, решили обагрить артефакт Предтеч своей кровью, и посмотреть — что из этого выйдет? О чем вы тут рассуждаете?! Какая бесконечность? Какие существа?! — взбеленился Норман, и я только сейчас обратил внимание, что у меня на пальце есть такой же порез, как и у Кайри.

— Это трудно объяснить, Норм, — я покачал головой, — И все произошло случайно. Кайри порезала палец, и отключилась. Я решил ей помочь, выхватил куб и сам упал в обморок. Понятия не имею, почему это произошло. Надеюсь, в этой штуке не было какой-нибудь инопланетной заразы. Надо стереть кровь с артефакта. Я не хочу знать, что мне мерещилось, пока я был в отключке. И надеюсь, Ирио не узнает об этом происшествии — держите язык за зубами, хорошо?

Они меня послушали. Норман, ворча себе под нос ругательства на элирийском, аккуратно взял куб, и вместе с кейсом унес его в соседнюю комнату. Кайри пристально смотрела на меня.

— Ты заметил, что на артефакте теперь всего один тусклый символ, а не три, как раньше? — спросила она.

Я кивнул. Уверен, Норман тоже обратил на это внимания — просто не придал значения, или решил пока помолчать.

— Сейчас это не имеет никакого значения, Кай. Мы поступили глупо, и неосторожно — в очередной раз. Надеюсь, что за эту оплошность на не придется расплачиваться.

Честно говоря, я и сам не верил в свои слова. У меня в голове поселилось странное тревожное чувство, и оно никак не хотело покидать столь гостеприимное место, как разум вора. Поэтому, когда мой браслет подал сигнал о входящем вызове, я даже слегка обрадовался. Даже когда понял, что на связь вышел Ирио.

* * *

В этот раз место встречи выбирали мы. Я поначалу даже удивился такой беспечности нашего заказчика, но потом понял, что кому-кому, но клану Ямато явно не стоит опасаться таких жалких людишек, как мы. Полагаю, у этого франта и в мыслях не было, что мы попытаемся выкинуть какой-нибудь фортель. Я не собирался его разочаровывать, и подставлять друзей, да и голова после ночного происшествия болела просто невыносимо — так что мы просто выбрали одно из заведений Высокого города, где уже бывали не раз. Ирио прямым текстом заявил, что можно не опасаться слежки, и наотрез отказался покидать пределы орбитальной платформы — это было его первое условие. Второе заключалось в присутствии Кайри, и это, как он выразился — не подлежало обсуждению.

Так что теперь, расположившись в отдельном кабинете, мы с Норманом изо всех сил пытались держать себя в руках, надеясь не выдать Ирио своих опасений. Кайри, одетая сегодня в светлый костюм из длинной юбки и жакета, тоже нервничала.

Мы полностью очистили куб от нашей крови, и надеялись, что Ирио не обратит внимания на изменившееся количество налитых светом символов. И хотя надежда эта была достаточно призрачной, мы твердо решили ничего ему не рассказывать о том, что случилось. А если вдруг он решит нас прижать — что ж, мы были готовы уходить, и уходить быстро. На мне был одет «Икар», но я очень надеялся, что мне не придется им пользоваться. Норман и сегодня не обошелся без своей несуразной трости — я знал, что в ее рукояти спрятан энергоклинок. Кроме этого, мой друг навесил на себя целую кучу защитных и стимулирующих устройств, а также подключил к браслету гравитационную подушку. Точно такую же он отдал и Кайри.

Все эти предосторожности, возможно, со стороны выглядели достаточно странно, но если учитывать, что кроме главного входа в нашем номере имелся и балкон — все вставало на свои места. И даже пять километров высоты, разделявших Высокий город и поверхность планеты, не пугали нас так, как возможность попасть в руки Советника, или личной охраны де Бригезов. Надеяться только на честное слово клановца мы, разумеется, не собирались.

В тот момент, когда я гулял из одного угла номера в другой, а Норман нервно обрывал этикетку с винной бутылки, в дверь тихо постучали. Кайри, услышавшая это с балкона, вернулась в комнату.

— Это он?

— Больше никого не ждем, — проворчал Норман, заглядывая в глазок. Помедлив пару секунд, он удовлетворенно кивнул, и открыл дверь, пропуская Ирио внутрь. Он был один.

— Вы без охраны? — вместо приветствия спросил я.

— Они ждут меня внизу, — пояснил наш гость, — К тому же, сегодня я не ожидаю неприятностей.

Он улыбнулся, и эта улыбка мне совсем не понравилась. Ирио сел в свободное кресло, закинул ногу на ногу, и посмотрел на нас.

— Позвольте для начала вас поздравить. В поместье Советника вы превзошли все мои ожидания! Кто бы мог подумать: маскарад, проникновение в систему, дерзкая подмена сразу двух реликвий (кстати, очень умно), и исчезновение в никуда! Имперские сыщики, насколько мне известно, до сих пор так и не поняли, куда вы делись после того, как сели в глайдер.

— Не все прошло гладко, — сухо заметил я, — в предоставленной вами информации ни слова не было о том, что у главного зала есть отдельный сервер безопасности.

— Я этого и не знал, — пожал плечами Ирио, и удивленно приподнял одну бровь, — Виктор, вы набиваете себе цену?

— И в мыслях не было. Просто довожу до вашего сведения детали, о которых вы не знали.

Уж не знаю почему, но клановцу мой ответ понравился, и он одобрительно рассмеялся, хлопая в ладоши.

— Браво, Виктор, браво! Вы действительно хороши. Стальная выдержка, кажется, так раньше говорили? Мадмуазель Шигора, — не дождавшись ответа на похвалу от меня, он повернулся к Кайри, — вы позволите мне выразить восхищение и вашей работой? Столь нетривиальный подход к взлому… Хотелось бы узнать, где вы научились таким вещам?

Кайри смотрела Ирио прямо в глаза, не моргая, и я готов был поклясться, что в ее зрачках сейчас плескается целый океан ненависти.

— Не ответите? Что-ж, ладно. Но хотя бы вы, месье Норман, примете мою похвалу? Ваша актерская игра была просто потрясающей! Полагаю, от Советника вы получили нечто, что должен был получить только Явелин?

Норман, в отличие от нас так и не присевший, налил себе вина, и хмуро ответил:

— Полагаю, если бы вы интересовались этим, то упомянули бы о такой детали в контракте.

Ирио снова широко улыбнулся.

— Все так. Но, мне эта информация без надобности, так что можете использовать ее по своему усмотрению. И я, без всяких шуток, восхищен проделанной вами всеми работой.

Он встал, взял у Нормана бутылку, налил себе бордового напитка и сделал глоток.

— Понимаю — мое присутствие вас тяготит. Так что предлагаю закрыть наш контракт, и разойтись. Вы не против?

Я кивнул, и Норман достал из-под стола кейс с артефактом, затем поставил его на стол и открыл замки.

— Прошу.

Ирио небрежным движением откинул крышку, и осторожно достал куб из углубления, в котором тот был закреплен. Несколько долгих секунд разглядывал его, а потом, разочарованно цокнув языком, перевел взгляд на меня.

— Месье де Пайле… У нас ведь была договоренность.

Я похолодел, но постарался ответить ему так, чтобы голос не дрожал.

— Не понимаю, о чем вы.

— Прекрасно понимаете. Я ведь настоятельно вас просил не пытаться активировать это устройство. Или вы думали, что я не замечу отличий? Бросьте Виктор, не опускайтесь до банальной лжи.

Я молча переглянулся с Норманом. Похоже, весь наш план летел псу под хвост.

— Это вышло случайно.

— Случайно?

— Именно так. У этого артефакта очень чувствительные грани, и поверьте, мы даже не собирались…

— Довольно! — Ирио перебил меня, — Вы серьезно нарушили условия контракта, и своими действиями обесценили этот артефакт более чем наполовину. Я готов поверить, что это произошло случайно, но вся эта ситуация нисколько вас не оправдывает. Вы ведь сами, — он хищно сверкнул глазами, — настояли на заключении официального контракта.

Я кисло улыбнулся, понимая, что он припер меня к стенке.

— Выходит, нам конец?

Он слегка задумался, и оценивающе взглянул на меня.

— Вы мне нравитесь, Виктор. И ваши друзья — тоже. Но оябун не поймет, если я нарушу контракт в вашу пользу.

Он задумался еще на несколько секунд, а я краем глаза заметил, как Норман сделал крошечный шаг назад, исчезая из поля зрения Ирио.

— Полагаю, мне придется выдать одного из вас де Бригезу, или Советнику. У двух оставшихся будет возможность скрыться с планеты.

— Чтобы нас нашли через несколько месяцев? Исключено, — отказался я, видя, как Норман сместился еще немного. Теперь мой друг стоял прямо за спиной Ирио.

— Виктор, это не просьба.

— Мы покинем Эдем втроем, — я начинал нервничать, — И никак иначе.

— Вы всерьез полагаете, что можете диктовать мне условия? — усмехнулся мой собеседник, и сразу после этих слов Норман щелкнул ручкой своей трости. Нижняя ее часть упала на пол, и Ирио, услышавший это, начал разворачиваться, но сделать ничего не успел — Норман уже приставил клинок к его горлу. Мы все замерли — плазменная кромка была всего в паре сантиметров от шеи нашего гостя.

— Ооо! — изумился он, — Месье Норман, вы настолько отчаянны?

— Вы даже не представляете, насколько, — выдохнул ему в ухо мой друг, — Готовы пойти на компромисс, или отрезать вам голову сразу?

— Норман, успокойся, — я попытался образумить друга, но он так посмотрел на меня, что я сразу заткнулся.

— Думаю, у вас не хватит духу…ААА!

Я даже не заметил движения клинка — крутанув клинок вокруг запястья, Норман коротким движением полоснул Ирио по уху, и оно упало на пол, заляпав кровью дорогой ковер. Кайри вскрикнула, и прижала руки ко рту, зажимая его. Ирио зарычал от боли. Я остолбенел — сейчас ситуацией владел только Норман.

— Повторяю вопрос в последний раз, — совершенно спокойно произнес он, снова приставив лезвие к шее Ирио, — Вы согласны отпустить нас троих, не выдав никому?

Глаза Ирио налились кровью, он бешено вращал ими, но не делал попыток освободиться — лишь хрипел, и тяжело дышал. Но после того как Норман, так и не дождавшийся ответа, пнул его по ногам, заставляя упасть на колени — замолчал, а через несколько секунд разразился хриплым смехом, похожим на собачий лай.

— Кажется, я связался с настоящими головорезами — или лучше сказать ухорезами?

Он продолжал хохотать, но я уже получил от него подтверждение выполненного контракта, и облегченно выдохнул. Норман, дождавшийся моего кивка, рывком поднял Ирио на ноги (и откуда в его тщедушном теле взялось столько сил?) и отнял от его шеи клинок, а затем и вовсе спрятал его обратно в трость. Я положил куб в кейс, и протянул его Ирио.

— Извините за ухо. Надеюсь, новое вам вырастят быстро.

— Не сомневайтесь, — оскалился он, доставая из кармана пиджака белоснежный платок. Затем вытер им кровь со щеки, и прижал к ране. Взяв другой рукой кейс, он направился к выходу. Возле двери клановец обернулся, — Еще увидимся, господа. Мадмуазель Шигора, — он кивнул Кайри, и вышел наружу.

На несколько длинных секунд в комнате воцарилось молчание.

— Норман, — я окликнул его, — Ты отрезал ему ухо!

— Знаю, — флегматично отозвался он, и сделал изрядный глоток из бутылки, — Мне казалось, что других вариантов нет.

— А если бы он вызвал охрану?

— Тогда бы вы с Кайри свалили, а я бы придумал что-нибудь еще.

— Ты сумасшедший, — я ткнул его пальцем в грудь, — Но спасибо, что взял инициативу в свои руки — я понятия не имел, что делать дальше.

— Всегда пожалуйста, — он усмехнулся, и снова приложился к бутылке.

— Кайри, ты как? — я посмотрел на девушку. Она стояла на том же самом месте.

— Нормально. Просто не ожидала, что все так обернется.

— Хорошо. Норм, нам надо убираться отсюда.

— Согласен. Как и планировали?

— Да, только не через главный вход.

Мы с ним вышли на балкон, и я прикинул, как нам лучше спуститься.

— Кайри, нам пора! — я окликнул подругу, все еще в растерянности стоящую посреди комнаты. Она кивнула, но не успела сделать даже пару шагов.

Раздался оглушительный треск, и какая-то непреодолимая сила швырнула меня вперед. Я налетел грудью на каменные перила, которые мгновенно выбили из меня весь воздух. Перекувыркнувшись через них, я угасающим взглядом успел заметить языки пламени, рвущиеся из нашего номера навстречу звёздам, и потерял сознание.

Глава 10

Для многих смерть — это конец. Для кого-то — переходный этап между двумя жизнями. В нашем мире, где исповедуется полнаясвобода религий, затрагивать тему веры и того, что ждёт нас после жизни — не принято. Также, как и открыто признавать себя атеистом. Мы живём в то время, когда наука может показаться магией, а медицина творит такие чудеса, которые несколько сотен лет назад приняли бы за божественное вмешательство. Так что теперь вера стала сугубо интимной вещь, о которой лишний раз не распространяются.

Из проповеди христианского священника в одном из окраинных миров.

Виктор

Дышать было тяжело — это первое, что я почувствовал. Через несколько секунд на тело накатила волна боли, и я застонал. Сквозь звон в голове мне послышались голоса, и я с трудом разлепил веки.

Через десяток секунд взгляд сфокусировался, и я увидел, что руки, грудь, и нижняя часть туловища у меня намертво зафиксированы в медицинской капсуле. Не было никакой возможности пошевелиться. Подняв глаза, я заметил рядом с собой человека. Он сидел в кресле, внимательно глядя на меня. На его лице читалось явное облегчение, и он, выдохнув, наклонился над капсулой.

— Вик, ты меня слышишь? Это я, Марк.

А, ну разумеется. Старший братец — кому как не ему поручили вытащить мою задницу из неприятностей?

Эта мысль пронзила мою голову очередной вспышкой боли, и я прохрипел:

— Воды…

Он взял бутылку с прикроватного столика, открыл клапан и помог мне напиться. Сразу стало легче.

— Где я?

— Это одна из клиник де Сергийос. Мы всё ещё на Эдеме. У тебя обширные травмы по всему телу, Вик, постарайся пока не говорить. Просто чудо, что ты остался жив.

— Сколько я здесь лежу? — я не обратил на его обеспокоенность никакого внимания.

— Четыре дня.

Я с трудом вспоминал что произошло. В памяти всплывали отдельные фрагменты — де Бригез, Арена, Ирио, аукцион, куб… Кайри…

— Где Кайри? Где Норман?! — прохрипел я, и попытался встать, но Марк придержал меня. В этот момент дверь открылась, и в палату вошел доктор, в сопровождении ещё одного человека. Его я не знал — высокий брюнет с серыми глазами и чуть вздёрнутым подбородком, одетый в цвета нашей семьи — бордовый и оранжевый. Он подошёл к Марку, и что-то тихо сказал ему.

Доктор, обездвиживший меня одной командой своего браслета, осмотрел зафиксированные конечности, проверил показатели, а затем повернулся к моему брату.

— Удивительно, что пациент так быстро оправился от подобных травм. Когда его доставили к нам, пришлось запускать все процессы жизнедеятельности заново. Фактически, — он повернулся ко мне, и отключил удерживающее силовое поле, — вы были уже мертвы, когда упали на поверхность планеты. Удивительные имплантаты, да… Но сейчас вам нужно прийти в норму, поэтому ближайшие две недели придется провести здесь, восстанавливаясь после инцидента.

Инцидента? Я вспомнил ещё один фрагмент. В номере, где мы отдали артефакт Ирио произошел взрыв. Голова работала медленно, но я не делал попыток вызвать Дока. Знал — если он заработает, я попросту свихнусь.

— Где мои друзья? — вновь задал я вопрос.

Доктор с братом переглянулись, и Марк молча включил экран под потолком. В новостях главной темой был тот самый взрыв. По версии антитеррористического отдела Империума, это был теракт Ин-синдиката. Более ста погибших, и около сорока пострадавших.

— Взрыв произошел буквально за дверью вашего номера, Вик. — сказал брат, отводя глаза, — тебе и твоему другу повезло, если можно так сказать: вас швырнуло с балкона наружу. Норман успел воспользоваться теми имплантами, что были у него — он не потерял сознание, поймал тебя в воздухе и как-то договорился с твоим спутником, чтобы тот передал ему управление. Удивительно, у вас не было даже кислородных масок, а вы… Твой друг сейчас в соседней палате, все ещё без сознания, но врачи говорят, что он скоро очнётся. Многим посетителями того заведения повезло гораздо меньше… Некоторым — не повезло совсем. По останкам экспертиза определила погибших — среди них была и девушка из вашего номера… Кайри Шигора. Мне жаль, братишка.

Я молчал, с силой сжав зубы. Да и что было говорить? В памяти всплыло последнее, что я видел — стоящая посреди комнаты Кайри, огненные языки пламени на фоне неба, перекошенное от ужаса лицо Нормана. И темнота.

Я в пол уха слушал распоряжения Марка, говорившего с доктором. Тот хотел провести какие-то тесты, а брат настаивал на моей скорейшей выписке отсюда. Я почувствовал, что по щеке у меня скатились несколько слезинок, и отвернулся от людей.

Когда они закончили, я попросил Марка принести мои вещи — «Икара», браслет и линзы. Доступа к инфосети у меня не было, но на вопрос об этом Марк не ответил, велев мне заткнуться, и отдыхать, пообещав объяснить все завтра, и тогда же принести вещи.

— Кстати, совсем забыл, — он кивнул на своего приятеля, который все это время бесшумно сидел в углу палаты, листая новости на коммуникаторе, — это твой новый охранник. Его зовут Элиас. Пока меня нет рядом, он будет за тобой присматривать.

— Добрый вечер, Виктор, — поздоровался тот.

Я не ответил, и не стал спорить — зачем, если за меня уже все решили? Судя по всему, братец догадывается о многом. Что-ж, я был готов рассказать ему все — но только не сейчас. Обессиленно откинувшись на подушку, я закрыл глаза, и провалился в забытье.

* * *

Процесс выздоровления растянулся почти на месяц. Правда, Нормана выписали гораздо раньше, но он даже из больницы не выходил, все время проводил у меня, а жил в апартаментах на первом этаже здания. Из новостей мы узнали, что основным мотивом Ин-синдиката (по версии Империума) стало нападение на Герхарда Рина, одного из ярчайших биологов Эдема. После нескольких его открытий технологическая отрасль просела — если не заметно, то вполне ощутимо. Вместе с ним погибли и все те, кто присутствовал на его закрытой презентации новой биотехнологии.

Вообще, все это могло показаться любому нормальному человеку достаточно странным — террористическая атака на Эдеме (тем более, в Высоком городе) — это было что-то невероятное. Ее никто не ждал, и даже несмотря на все меры безопасности, принятые в городе — не смогли остановить. А уж если учитывать, что мы сами поспособствовали нарастанию паники… Впрочем, я ни на секунду не сомневался, что Ин-синдикат тут ни при чем, и имел на этот счет свои мысли. Взрыв произошел сразу после того, как Ирио покинул здание — не требовалось большого ума, чтобы понять простую вещь — клановец не собирался оставлять нас в живых с самого начала. Либо решил убрать уже в процессе, когда Норман отрезал ему ухо. В любом случае, нам это казалось совершенно очевидным — за взрывом стоит именно Ирио.

Это косвенно подтверждал и ещё один факт — нас с Норманом всячески оберегали от отдела расследований и других любопытных глаз.

Я все выложил Марку, не скрывая не одной детали. Он был, мягко говоря, в шоке, но даже ругая меня всеми словами, какие только знал, не забывал думать о безопасности. Элиас торчал в моей палате безвылазно — если задуматься, я ни разу не видел, чтобы он выходил в столовую или туалет.

Норман, когда очнулся и смог доковылять до меня, вкратце рассказал, как ему удалось нас спасти — хотя эти разговоры явно были ему неприятны. Неудивительно, ведь он до жути боялся высоты. На самом деле, все это напоминало его очередную, и совершенно невероятную байку, но глядя в его глаза, я понимал, что он ничуть не приукрашивает.

А еще я постоянно думал о Кайри. Вспоминал ее лицо, голос. Каждый момент, что запечатлелся у меня в памяти — это было тем труднее, что по неизвестным причинам мой мнемочип оказался серьезно поврежденным. Настолько, что инженерам и врачам де Сергийос не удалось его восстановить, и Док, вместе с кучей записанных воспоминаний просто исчезли.

Я все никак не мог поверить, что Кайри погибла. Это не укладывалось у меня в голове, и я даже попросил у Марка достать мне отчёты медиков, в которых хранилась информация о погибших и раненных. И увидев ее имя там, я продолжал думать о том, что это какая-то глупая ошибка, пока до меня не дошло — её больше нет. И погибла она из-за меня…

Когда нас, наконец, выписали, и мы в сопровождении Марка и Элиаса отправились на закрытую парковку к глайдеру брата, там нас уже ждали. Я был очень удивлен, увидев Джайлса, но он ничего не сказал мне — лишь обнял, и похлопал по плечу, садясь за руль.

— Когда ты вернулся? — спросил я у него, когда Марк закончил шифровать глайдер.

— Несколько дней назад. Мою группу отозвали из провинции, как только мы получили новости о взрыве в «Оприйяр». Вик, я…

— Не надо, — я прервал его, — Ты меня предупреждал, а я не послушал. Все могло быть иначе, если бы мы убрались с планеты тогда. Это моя вина, и никого больше. И… прости, что я тебя подставил.

Отвернувшись от всех, я молча смотрел в окно. Не надо быть большим гением, чтобы понять, какие чувства меня обуревали. Даже после полного выздоровления мне казалось, что я уже никогда не буду прежним. Словно в душе оборвалась одна из нитей, держащих ее.

За весь наш путь до моей квартиры мы не произнесли больше ни единого слова. Однако, когда оказались внутри, Марк усадил меня, Нормана и Джайлса на диван, поставил Элиаса возле дверей, изолировал всю квартиру и уселся на стол напротив нас.

— Послушайте, — начал он, — У вас всех серьезные неприятности. Джайлс, ты, как я понимаю, в курсе всей той каши, что заварили два этих идиота?

Джайлс кивнул, и добавил:

— Кроме той части, что случилась между моим отъездом и взрывом.

Марк на секунду задумался.

— Об этом они тебе расскажут после. А пока поймите вот что: о вас двоих, — он ткнул пальцем в нас с Норманом, — никто не знает. Никто не подозревает, что вы были в том заведении, и это к лучшему. Отец изрядно постарался, чтобы скрыть ваше присутствие от всех, и если вы сейчас отколете очередной номер — вам уже никто не сможет помочь, ясно?

Мы молча переглянулись, и согласно кивнули, а брат продолжил:

— Завтра утром мы отчаливаем с этой планеты. Ты, Вик, вернешься домой. Норман, я знаю, что не вправе тебе указывать, но было бы лучше, если бы ты сегодня остался тут, и отправился с нами на Магеллан. В восточных доках нас ждет яхта — «Азия», и пока мы не окажемся на ней, никто не выходит из квартиры. Обо всем остальном будем говорить позже, а пока — соберите необходимые вещи, и отдохните. Нас ждет долгий перелет. Джайлс, могу я поговорить с тобой наедине?

Триони кивнул, и они с Марком отошли к окну, а мы с Норманом, не глядя друг на друга, пошли собирать вещи.

* * *

Проснулся я от смутного чувства тревоги. Медленно открыл глаза, но шевелиться не стал. В комнате было темно — таймер закрыл все окна после полуночи, но я явно осознавал — что-то не так. Я по привычке вызвал Дока, но ответа не получил, и чертыхнулся про себя.

Чувство тревоги все нарастало — я весь превратился в слух, но ничего не услышал, и начал тихонько поворачивать голову. Спас меня блик, попавший на блестящий наруч робота. Я резко перевернулся, и лезвие длинного ножа развалило спинку кровати. Свалившись на пол, я прыгнув вперед, перекатился через стол, хватая подвернувшуюся под руку статуэтку и бросил ее в робота — без малейших последствий. Надеясь, что шум привлечет внимание, я крикнул, и отступил к двери.

Робот уже сориентировался. Гибкое тело плавно перескочило диван, не обратив внимания на разбившегося о стальную грудь божка Киари.

Я запаниковал. Оружие у меня было — в сейфе. Пока туда доберешься, меня на куски порежут. Я старался держать между собой и убийцей стол, но тот был слишком низким. Робот прыгнул на него, и я тут же ударил по ножке деревянной конструкции. Незадачливый убийца повалился на пол, но я не стал и пытаться с ним сражаться. Развернувшись, я выскочил в коридор, и еле успел распахнуть дверь. Когда сунулся в дверной проем, в паре сантиметров от головы свистнули лезвия, и я повалился на пол. Нырнув за стену, я вскочил, и рванул по коридору к гостиной, вопя во всю мощь легких.

Робот, работая руками и ногами как железный паук, выкатился за мной, но услышавший грохот Элиас уже стоял в коридоре, целясь в него из пистолета.

Грохнуло, и робот рассыпался кучей нанитов на пол. Они начали стекаться в одну кучу, и я с ужасом понял, что эта тварь пытается собраться заново, но мой новый охранник не дал ей такой возможности — щелкнув тумблером на оружии, он выстрелил еще раз, и наниты замерли, а через секунду рассыпались на мельчайшие частицы.

— Виктор, с вами все в порядке? — невозмутимо спросил Элиас, помогая мне встать с пола.

— Да… Все нормально. Повезло, что проснулся вовремя. С-спасибо, — заикаясь, пробормотал я

— Я должен был не допустить подобного, простите, — он виновато улыбнулся, и подошел к кучке пепла, — Хм. К сожалению, достать из него информацию уже невозможно. Но думаю, этого и не требуется.

В этот момент дверь гостевой спальни распахнулась, и оттуда выскочил Норман, держа в одной руке свой клинок, а в другой — один из двух пистолетов, что мы с ним как-то стащили у известного оружейника.

— Что происходит? — хриплым спросонья голосом каркнул он.

— Кажется, клан Ямато узнал, что вы живы, — невозмутимо ответил ему Элиас, — Полагаю, нам с вами нет смысла дожидаться утра — яхту уже должны были подготовить. Предлагаю покинуть планету немедленно.

— Согласен, — я все никак не мог отдышаться. Потом вспомнил о брате, и похолодел, — Где Марк?!

— Несколько часов назад он отправился в Солар.

— Что?!

— Таков был план твоего отца, — пояснил Элиас, — Не беспокойся, его охраняют лучшие фейды вашей семьи. Никто в здравом уме не сунется к ним.

Я нахмурился. Не сомневаюсь, что у Элиаса были инструкции и план, но адреналин в крови зашкаливал, и пока я одевался, в мозгу проносились сотни возможных вариантов событий. Если Ирио (а я не сомневался, что за этим покушением стоит именно он) узнал, что мы живы, и рискнул напасть на меня в собственной квартире, чего ждать по пути домой?

Видимо, Элиас думал о том же, потому что как только мы спустились на парковку, и сели в глайдер, он на огромной скорости понесся к восточным докам, абсолютно не обращая внимания на сигналы автопилота о превышении скорости. Впрочем, через минуту он попросту их отключил.

— А куда делся Джайлс? — запоздало вспомнил я о ещё одном своем друге.

— Этого я не знаю, — не оборачиваясь, ответил Элиас, — Но у Марка было для него отдельное задание. Он уехал незадолго до вашего брата, и кажется, снова покинул пределы Высокого города.

Я кивнул, и попытался отстраниться от мыслей, что на Триони тоже могли напасть — у него было больше шансов остаться целым, чем у нас. Хотя бы потому, что он мог воспользоваться помощью своего отдела. А если он согласился помочь Марку, то очевидно, что Джа-Джа знает, что делает.

Возле яхты, о которой говорил Марк, охранник остановился, и вышел поговорить с дежурившими возле нее офицерами. Мы с Норманом также вышли из глайдера, и закурили по сигарете. Сейчас она была мне чрезвычайно необходима, чтобы хоть как-то унять дрожь в пальцах.

— Вик, — Норман подошел ко мне, — Как мы умудрились ввязаться во все это? У меня ощущение, будто я сейчас сплю, и мне снится нелепый кошмар.

— Не знаю, — я затянулся, — Но ощущения у меня точно такие-же. Подозреваю, что Марк неспроста отправился в Солар.

— Думаешь, у нас есть шанс добраться до Магеллана целыми?

— С ним, — я кивнул на Элиаса, — думаю есть. Хотя…

Договорить я не успел — раздался выстрел, и воздух вокруг меня сжался, словно тонкая пленка. Еще не успев подумать о том, что делаю, я кинулся за ближайший ящик, укрывшись за ним. Спустя секунду послышался второй выстрел, затем раздалась очередь и дикий скрежет. Я достал свой пистолет, и попытался выглянуть из-за своего укрытия.

Первое что я заметил — падающего с крыши соседнего ангара стрелка. Буквально через секунду из-за угла этого здания выскочили сразу два робота, очень напоминающие того, что был у меня в квартире. Они постоянно меняли форму, то выращивая клешни и лезвия, то меняя их на ноги и набирая скорость. Направлялись они прямо ко мне. Я сглотнул, и прицелился.

БАХ! Оглушительный выстрел из пистолета оторвал кусок от ближайшего робота, но тот даже не замедлил ход, за пару секунд преодолевая добрый десяток метров.

Неожиданно раздался гул двигателя, и подстреленный мной робот оказался под днищем глайдера, который тут же придавил торопыгу. Внутри сидел Норман. От яхты уже бежал Элиас, на ходу стреляя из своего оружия. Он смял второго робота одним выстрелом, и уже оказавшись рядом с ним, добил, не давая собраться в одно целое. Затем повернулся к глайдеру, и помахал Норману. Тот, бледный от испуга, выскочил из кабины, забыв обо всем на свете. Элиас одним движение отшвырнул его себе за спину, и снова переключил оружие в другой режим. Еще секунда — и наш глайдер полыхнул лиловым светом, превращаясь в груду расплавившегося металла. Краем глаза я успел заметить струйку нанитов, вытекающих из-под него.

— Виктор, — охранник подошел ко мне, — нам нельзя задерживаться ни на минуту. Сейчас сюда нагрянет отдел расследований, и еще черт знает кто. Пора отчаливать.

Я кивнул, все еще пытаясь прийти в себя, и поспешил к яхте, ощущая у себя на плече руку Элиаса. Он вел меня к ней, не отпуская. Норман шагал рядом, держа оружие наготове. Офицеры, во время перестрелки пропавшие невесть куда, попытались было сунуться к нам, но мой телохранитель навел на них свою чудовищную пушку, и они поспешно ретировались.

Оказавшись внутри, Элиас тут-же связался с канцелярией доков, и пока капитан поднимали яхту в воздух, нас затолкали в не слишком просторную каюту, полностью заблокировав ее.

* * *

Яхта была не совсем новой, но следили за ней очень тщательно. Нигде не было и намёка на грязь или пыль. Каюты с неплохой отделкой, опрятный трюм, заставленный ящиками и контейнерами, закрепленными лентами. Капитанский мостик, вынесенный чуть впереди носа, что создавало потрясающий вид при путешествиях. Имелась даже кают-компания, в которой собиралась команда. Правда, все это мы с Норманом смогли увидеть лишь когда «Азия» оказалась за пределами орбиты Эдема, и Элиас соизволил выпустить нас из той каюты, в которой запер поначалу.

Пока что мы двигались на малой мощности в сторону Магистрали, соединяющей системы Эдема и соседнего Варанта. Оттуда мы должны были отправиться на Магеллан, в Цитадель моей семьи.

Я сидел в кают-компании, пил обжигающий черный кофе (в настенных шкафчиках обнаружился запас этого превосходного напитка), и пытался прийти в себя после событий сегодняшней ночи. Мысли успокоились, дрожь отступила, и я уже был готов пойти спать, когда в переборке показался Норман. Слегка растрёпанный, с красными глазами и отчаянно зевая, он уселся в одно из двух кресел, и сцепил пальцы.

— Вик, тебе не кажется, что нам стоит поговорить? — осторожно начал он.

Я кивнул:

— Давай. Понимаю, тебя смутили два нападения за ночь, и…

— Да я не об этом, — он отмахнулся, и продолжил, — Просто хотел сказать, что мне жаль, что Кайри погибла. Поверь, я знаю, что ты чувствуешь.

Я остановил его взмахом руки:

— Не надо, Норм. Я виноват во всем этом. Мы оба знали, что наши дела могут быть опасными, но я… Черт, я об этом просто забыл. Тебе незачем себя корить, это точно. Уже ничего не изменить.

Мы замолчали. Друг прекрасно понимал, в каком я смятении, и больше не делал попыток меня утешить, за что я был ему благодарен.

Он молча достал из сумки, которую принес с собой бутылку эдемского красного вина, и вопросительно посмотрел на меня. Я покачал головой, и достал из стола два небьющихся бокала. Мы молча выпили.

— Ты расскажешь отцу правду? — наконец снова заговорил Норм.

— Конечно. Если бы не эти роботы-убийцы, то я бы, наверное, молчал, но теперь дело зашло слишком далеко. Он все поймет, и поможет. Да и кто, если не он?

Норман кивнул и выпил терпкий напиток. В дверь неожиданно постучали, и мы чуть не подскочили на стульях.

— Войдите, — разрешил я.

Дверь открылась и за ней показался Элиас.

— Виктор, боюсь у меня плохие новости, — спокойно начал он, — Через некоторое время после нас из доков Эдема отчалило еще одно судно. Оно идет за нами на небольшом отдалении, и несколько минут назад ускорилось. До Магистрали еще далеко, так что…

— Нас преследуют? — догадался Норман, и посмотрел на меня — Кажется, мы немного поторопились открывать эту бутылку.

На мостике стало тесновато. Элиас, я, Норман, капитан Корвин и его помощница внимательно следили за приборами, и вглядывались во мрак космоса. «Азия» стремительно неслась в тишине вакуума к спасительной Магистрали, а капитан нервно покусывал губы, выжимая из двигателей максимум тяги.

Когда он заметил идущий тем же курсом корабль, то сначала не обратил на это особого внимания, но маневр ускорения, а затем и данные с радаров, показавшие что это тяжелый боевой бот, заставили его слегка запаниковать. Он поделился мыслью с Элиасом, и тот согласился, что это не случайность, и встреча с боевой машиной не входит в наши планы.

— Они нас догоняют, — хмуро обронил капитан, щелкая тумблерами на навигационной панели.

— Не переживайте, капитан, эта яхта даст фору любому боту.

— Да? Скажите это их двигателям! — отрезал Корвин, изучая данные, — Это ГК-101, а у нас стоят сотые! Нас догонят, это лишь вопрос времени.

Разом вспотевшая после этих слов помощница капитана по имени Криста, выругавшись похлеще грузчика из трущоб, сняла с себя оранжевую кожаную куртку, собрала волосы в хвост, и лихорадочно начала перебирать какие-то таблицы и схемы на экране.

Через минуту раздался голос корабля:

— Внимание! Преследующий нас корабль активировал орудия! Через три минуты будем в зоне их досягаемости. Капитан?

— Запускай щиты, старушка. Элиас! Идите в хвост, на пушку. Остальным советую убраться в каюты, — посоветовал Корвин своим пассажирам, — мы сейчас попетляем, может слегка трясти.

— Я останусь, — заявил я, — если нас подстрелят…

— Ничего ты с этим не поделаешь, — отрезал капитан, — впрочем мне все — равно. Оставайся, только сядь в кресло и пристегнись. До Магистрали уже недалеко, попробуем оторваться.

Никого больше уговаривать не потребовалось. Элиас отправился к хвостовому орудию, а Норман все-таки отправился в каюту, что-то бурча себе под нос.

Криста закончила манипуляции с панелями, и ее кресло превратилось в экзо-кокон. Тоже самое произошло и с местом капитана.

— Давай малышка, не подведи, — прошептал Корвин, толкая рычаг форсажа до упора вперед.

Нас сразу вдавило в кресла. Колоссальная перегрузка вызвала у меня не самые приятные ощущения, но яхта стремительно начала отдаляться от преследователей. Это продолжалось недолго, не больше пары минут, но сжегшая почти десять процентов топлива «Азия» за это время преодолела колоссальное расстояние. Перегрузка закончилась, и мы выдохнули. Этажом ниже кого-то вырвало. Я сидел, вцепившись в подлокотник, бледный, но уже пришедший в себя.

— Расстояние до магистрали? — Спросил капитан.

— Десять тысяч километров. Прямо по курсу облако метеоров, прикажете обойти? — отозвалась Криста.

— Черта — с два! — усмехнулся Корвин, — Затеряемся в нем, еще и срежем.

На панель управления поступали данные о том, что бот тоже поменял направление, и ускорился, пытаясь нагнать нас. А еще, как выяснилось через несколько секунд он выпустил ракеты.

Капитан чертыхнулся снова, и ускорился еще раз. Как раз в тот момент, когда яхта влетела меж кучи огромных астероидов в облако, за ней раздался взрыв. В полной тишине нас толкнуло вперед, и капитан чудом успел сманеврировать боковым двигателями, чтобы не расшибиться в лепешку. С полок и столов, стен и потолка яхты посыпались предметы. Загрохотала и тут же затихла сигнализация, а на нижней палубе кого-то стошнило во второй раз. Я подозревал, что это Норман расстается с позавчерашним завтраком

Откуда-то повалил пар. Криста производила сотню операций в минуту на своей панели, и невероятным образом потушила возгорание на камбузе, а затем активировала силовой щит корабля. Батареи начали быстро отсчитывать расход энергии.

— Без паники! — крикнул Корвин, поднося коммуникатор ко рту, — Элиас! Ты должен уже видеть преследователей! Смотри в оба!

Раздался треск, и связь отключилась. Прямо перед капитанским мостиком мелькнул здоровый кусок метеорита. Моргнул силовой щит, и глыба отскочила в сторону.

— Капитан, быть может вы уже начнете маневрировать?! — крикнула Криста, — Еще несколько таких булыжников, и мы останемся без защиты!

На мостик ворвался механик, но не успел и рта открыть, как яхту вновь тряхнуло, и по правому борту расцвел лазурный цветок взрыва протонной боеголовки. Пожилой мужчина был единственным, кто не удержался на ногах. Его сорвало с места, и пролетев десяток метров, он с неприятным хрустом врезался в смотровое стекло. На нем тут же растеклась кровавая лужа. Криста взвизгнула, а я попытался удержать ком, подступающий к горлу. Яхту швырнуло влево, но капитан уже оценил ситуацию, и не сбавляя хода проскочил меж двух огромных камней.

— У нас не работаю сенсоры на корме, Крис! Я не вижу ничего позади нас! И Элиас не отвечает! Надо проверить что там! — крикнул Корвин.

— Я проверю, — вызвался я.

— Не убейся по пути, — посоветовал капитан, — и держись крепче.

Я, придерживаясь за стены, поспешил по прямому коридору к корме, где находилась турель и смотровой купол. На мое счастье, добраться туда удалось достаточно быстро, и сунув голову в отсек, я увидел своего охранника — растрепанного, с блестевшими глазами.

— Элиас! Связи нет, капитан хочет знать, что у нас на хвосте.

— Мы в дерьме! Этот бот здоровый, и сейчас влетит в облако. Будет переть вперед, не обращая внимания на камни. Стреляют протонными ракетами, и боюсь это не самое страшное. На таких кораблях устанавливают глушилки, которые вырубают всю электронику в пределах досягаемости. Так что нам лучше поспешить. Я успел снять одну ракету, но они умнее нас с тобой, и тоже умеют маневрировать! — проорал он в ответ, лихорадочно пытаясь поймать в прицел приближающуюся к нам смерть.

Я вынырнул обратно в коридор, и шатаясь словно пьяный, попытался поскорее преодолеть коридор. И в этот момент корабль тряхнуло еще раз. Сзади раздался скрежет и гул, а потом со свистом начал выходить воздух. Я в панике осознал, что меня тянет назад. Вцепившись в стропы на стене, я попытался потянуться вперед. Сзади с шипением упала переборка, и воздух перестал уходить в открытый космос — от хвоста, смотрового купола, турели и Элиаса не осталось ничего. Я, шатаясь, но уже скорее от шока, добрался до мостика, упал в кресло и рассказал капитану что случилось.

Корвин был мрачнее тучи. Еще одно-два попадания, и яхта развалится на куски — это понимали все. Криста вновь что-то крикнула капитану, но я разобрал только конец фразы.

— …ные повреждения. Капитан, у меня недостаточно обзора чтобы уйти… До Магистрали тысяча километров.

— Будь готова направить всю энергию в щит на корме, Криста. Приготовьтесь, сейчас сделаем последний рывок! Прыгнем по Магистрали хоть до самого Марса!

— Какой Марс?! — заорал я, но лишь для того, чтобы хоть как-то выпустить пар, — Нам надо на Магеллан!

Мне никто не ответил. Еще один толчок — яхту вновь кинуло вперед, но щит выдержал. Правда сгорел подчистую, оставив нас абсолютно беззащитными на последнем участке пути, но этот взрыв придал яхте ускорение, и когда до Магистрали оставались считанные сотни километров, из облака астероидов вырвался армейский бот, в мгновение ока открыв огонь из всех своих орудий. Теперь «Азия» представляла собой абсолютно незащищенную и открытую цель.

Но у Корвина, надо отдать ему должное, были стальные нервы, и немного удачи в запасе. Он вновь резко ускорился, и используя маневренные двигатели, развернул яхту по диагонали к преследователям, и тем самым пропустил под собой первый ракетный залп. Две из них в клочья разнесли грузовой трал, оказавшийся чуть впереди нас. Некоторые боеголовки притянула Магистраль, и их унесло прочь, а спустя пару секунд «Азия» исчезла вслед за ними.

* * *

Ирио

Оябун лениво постукивал пальцами по столу, и выслушивал Андрэаса де Пайле. По видеосвязи тот выражал свое недовольство действиями клана, и не считал нужным скрывать этого. Он ничего не боялся по нескольким причинам. Во-первых, чуть не был убит его сын. Это само по себе могло повлечь за собой начало войны. И даже то, что Ямато до последнего не знал, кто такой Виктор, да и не должен был этого знать — не слишком умаляло его вину. С другой стороны, отпрыск Андрэаса сам ввязался в эту авантюру, никто не заставлял его соглашаться на сомнительное предложение. По крайней мере, именно так заявил оябун.

Ямато, конечно, не признал своей вины в том, что попытался убить Виктора де Пайле. Ссылаясь на незнание, он предложил Андрэасу не разжигать конфликт, а лишь наказать виновных. Де Пайле согласился, предупредив Ямато о возможных последствиях. И опять же — он ничуть не боялся оябуна. Потому что знал, что он прав, и сильнее. Но война была не нужна никому. По крайней мере, сейчас — и это было известно им обоим.

Разговор был окончен. В кабинет Ямато тихо вошел Ирио.

— Ты оставил следы, собэ. И они привели ко мне. Ты стал слишком ленивым. Мне приказать отрезать тебе что-нибудь ещё? Что-нибудь лишнее? — бесцветным голосом спросил Ямато у своего помощника.

— Я приму любое наказание, господин. Но я делал все это ради соблюдения твоих интересов. И это принесло результат!

— Бойня на Эдеме-это по-твоему результат?! Или армейский бот без опознавательных знаков, с самым современным оружием, в сердце имперской провинции? ЭТО результат?!

— Артефакт добыт. Сейчас он летит на Варант, чтобы наши люди смогли расшифровать его. Вместо нас все внимание приковано к Ин-синдикату, который беснуется в имперских системах. Андрэас де Пайле, как я понял, не выдвигает никаких обвинений. Его сын жив — и это единственная проблема. Он умен, и расскажет отцу все что знает, и о чем догадывается. Но, в конечном итоге, и он никаким образом не помешает нам. Все разрешилось.

— Если бы ты захотел, мог бы меня сместить, Ирио?

Неожиданная смена темы разговора не сбила собэ с толку. Он, не меняя интонации ответил:

— Мог бы. Но не удержал бы власть и одного дня.

— Помни об этом, когда принимаешь свои решения.

— Конечно, господин.

— Когда артефакт прибудет ко мне? Когда будет доступна информация Клауда?

— Как только наш человек на Варанте проверит куб. Немного людей в галактике, кто разберется в подобной технологии. Раззир-вэ-Рам один из таких. Затем, когда узнаем, как правильно достать информацию — доставим Клауда и соединим все компоненты.

— Сколько это займет времени?

— Месяцы, годы. Я не отвечу тебе, господин, ибо никто и никогда не имел дела ни с чем подобным.

— Докладывай каждый день, понятно? Каждый! И направь большую часть своего внимания на это дело.

— Конечно, господин.

— Уйди, мне надо подумать. Хотя, подожди. Подготовь мне отчет о том, как идут наши дела. Хочу обо всем знать лично. У тебя один день.

— Да, господин.

Ирио поклонился и вышел из кабинета. Щелкнул пальцами, и один из его помощников тут же получил задания, которые за секунду разошлись по клану. Влияние Ирио было очень велико, но он бы действительно никогда не стал пытаться заполучить кресло Ямато. Слишком много мороки. Да и тесновато оно будет для него.

* * *

Виктор

Я стоял на взлетной площадке крепости рядом с отцом. Пришло время попрощаться с капитаном Корвином и его командой. «Азию» собрали заново — отец не поскупился на награду капитану за то, что тот вытащил его сына из передряги. Сейчас на орбитальной станции Корвина ждала яхта с обновленной прошивкой, и новыми, гораздо более мощными двигателями, а сам капитан и Криста, прожившие в крепости последние дни, стояли возле челнока.

Прошла почти неделя с того момента, когда рассыпающаяся на части яхта вынырнула возле Магеллана, и направилась к Цитадели де Пайле.

Почти сразу по прибытию нас привязал к себе имперский патруль. Связи не было, и объясниться получилось только на орбитальной базе. Случилось это гораздо быстрее, чем можно было подумать. Я и Норман показали свои документы, после чего солдаты вытянулись по струнке, и проводили нас к челноку, идущему на поверхность планеты. Там все разделились — Криста осталась наблюдать за ремонтом яхты, сняв номер в ближайшей гостинице. С ней остались выживший повар — невысокий и лысый уроженец Варанта по имени Кадир, и врач, бежавший из Солара, которого звали Демис.

Мы с Норманом и капитаном на скоростном глайдере отправились в дом моего отца. Цитадель представляла собой каскад массивных зданий, башен, парков, целых кварталов, воздушных галерей, висящих высоко над домами, куполов и витражей, и с воздуха выглядела как гигантский шестиугольный бастион на высоком холме. Среди всего этого великолепия, на одной из улиц и был построен наш дом.

Вокруг Цитадели разросся немалых размеров городом. Он был невероятно, просто завораживающе чист! На окраинах не дымили заводы и не торчали трубы. Жилые кварталы сменялись торговыми, а затем — научными лабораториями. Окраина плавно утопала в полях, а они в свою очередь, сменялись лесом, который охватил все это плотным кольцом. За ним виднелась далекая полоска гор.

Мой отец — Андрэас де Пайле — уже знал, что произошло но, тем не менее, немедленно выслушал меня. По мере рассказа он все больше мрачнел. Поблагодарив Корвина, он отправил его с одним из лакеев в выделенные апартаменты. В кабинет, где мы говорили, вошел врач, и занялся нашими ранами. Ничего серьезного не обнаружилось, и наскоро залатав порезы, он удалился. После этого я рассказал отцу все то, о чем умолчал при капитане.

Он не ругался, не злился. Просто выслушал меня. Он прекрасно понимал, что я все осознавал, и заплатил за это знание немалую цену. Наказания, крики и прочие малоприятные вещи были сейчас не нужны — и он это понимал. Отдав несколько приказаний, он отправил меня и Нормана в особняк на самой вершине холма, в центре города.

Через пару дней, по его словам, все вопросы с кланом удалось уладить мирно. Они приносили извинения и наказали виновных в этой травле. Конечно, мы им не поверили. Но теперь была хоть какая-то уверенность, что покушения остановятся.

Вскоре Норман улетел. Он заявил что и рад бы остаться, но сейчас хотел найти тихое и спокойное место, чтобы подумать. Я не пытался остановить друга, хоть и понимал — когда он уедет, мне будет очень тяжело.

В этом желании его поддержал и Корвин. Он работал по контракту, и спустя два дня после отлета Нормана, когда закончился ремонт яхты, капитан готовился отбыть в Солар, чтобы забрать оттуда Марка.

— Еще рас спасибо вас за все, месье де Пайле, — поблагодарил он, прикидывая, что заработанных на этой безумной гонке со смертью денег хватит на покупку виноградника на периферии.

— Это я вам благодарен, капитан. Вы всегда будете желанным гостем нашей семьи. Только не злоупотребляйте этим, — усмехнулся Андрэас.

— Как можно? — ответил ему капитан и молча протянул руку мне. Я пожал ее, и коротко попрощался:

— Спасибо капитан. Желаю вам удачи.

— Береги себя, парень. Нет ничего ценнее жизни.

Я прищурился, но Корвин уже этого не видел, залезая вслед за своей помощницей в челнок. Через минуту тот с ускорением рванул вверх по гравитационному лифту, направляясь к орбитальной станции.

Мы проводили его долгим взглядом, и направились к особняку.

— Спасибо что не стал костерить меня, — поблагодарил я отца.

— Ты прекрасно осознаешь свои поступки сам, — пожал плечами он, — Ответственность за них тоже, хоть я и стараюсь снять ее с твоих плеч по мере возможности. Тебе надо прийти в себя, не каждый испытывает подобное. Ты останешься здесь? — отец не приказывал, не рекомендовал, он просто спрашивал.

— На некоторое время. Увижусь с мамой и Ариадной. Потом решу, что делать дальше.

— С тобой хотят поговорить Примархи семьи. Не сегодня, и не завтра, но до этого момента лучше бы тебе остаться дома. Приди в себя, сын. Делай что нужно, но не глупи, хорошо?

— Хорошо.

Пока мы говорили, успели дойти до особняка. Там я поднялся в свою старую комнату, вышел на балкон и только теперь, глядя на заходящее солнце, окончательно понимал, что произошло, и насколько сильно это меня задело. Хотелось выть, кричать, биться головой о стены, и хоть чем-то заполнить пустоту внутри — но я знал, что сейчас мне ничего не поможет.

Было тепло, дул совсем легкий ветер. Я лег на стоявшую тут же кушетку.

— Кай… Кайри. Прости меня… Это моя вина, — тихо прошептал я, наблюдая как в темном лазурном небе одна за другой зажигаются звезды.

«Это не так…» — послышалось мне, прежде чем я окончательно провалился в сон.

Глава 11

Многообразие колонизированных Империей миров просто поражает воображение! Я бывал на планетах, состоящих целиком и полностью из воды, и видел города, расположенные на дне океанов. Видел миры, столь дикие, что туда не рискуют соваться даже пираты и контрабандисты. Жил на планетах, состоящих из одних лишь городов, шахт, пустынь, ледников. Мне хотелось бы увидеть все места, где человек нашёл свой новый дом, но полагаю, это просто физически неосуществимо…

Записки путешественника.

Нейл де Бригез

Эдем, Башня Совета. Восемь месяцев после ограбления аукциона

Лайета задерживался уже на целый час. В данный момент Нейл начинал подумывать о том, чтобы вернуться домой, вызвать одну из своих любовниц, и запереться с ней в комнате до завтрашнего утра — потому что сейчас окружающая обстановка отнюдь не располагала к томительному ожиданию.

В башнях Совета Нейлу всегда приходилось держать свои мысли в узде, чтобы не позволить кому бы то ни было узнать их. И даже несмотря на то, что скрывать ему было нечего, подобная напряжённость выводила Нейла из себя. Например, это происходило прямо сейчас.

После тех событий, что случились во время карнавала, многое изменилось. Для широкой публики предлагаемая версия событий была ужасной — террористические атаки Ин-Синдиката. Большая часть жителей Империи знала немного — в основном то, что им сообщали СМИ. Конечно, в инфосети можно было найти вдоволь всяких теорий, загадок, доказательств и разоблачений, ведущих к этой организации, но если судить по фактам, проще было сказать, чего люди НЕ ЗНАЮТ об Ин-Синдикате.

Ни имени предводителя, ни четкого манифеста, ни известных баз. Эти люди чрезвычайно редко оставляли следы, но они всегда были кровавыми — как и их редкие требования.

Империя вела охоту на синдикат уже несколько десятилетий, но полностью искоренить эту заразу никак не получалось. Потому-то нападение на известного биолога и атака на Магистраль выглядели вполне в духе подобной организации. Атака на кольцо, конечно, в меньшей степени поддавалась логическому объяснению, но что взять с психопатов и фанатиков?

Нейла от этих мыслей даже слегка передёрнуло. Ну как можно верить подобным бредням? Ин-Синдикат, ну надо-же!

Впрочем, для тех кто все это выдумал, существовала своя гипотеза, и она была гораздо хуже той сказки, что Империум рассказал жителям системы. Название этой версии было простым — заговор, но это было во стократ хуже любых террористических актов.

Подобными мыслями с Нейлом поделился Лайет — сразу после того, как Матиас обнаружил первого из трёх воров: некую Кайри Шигора, сироту, случайно оказавшуюся на Эдеме. Она погибла во время взрыва в ресторане «Оприйяр», в этом у Нейла не было никаких сомнений — он видел тело девушки (точнее то, что от нее осталось) своими глазами. Перед опознанием лейтенант Триони подтвердил личность этой дамы, передав досье на нее лично в руки Нейлу. Все сходилось — она была в кабинете отца, в ложе де Бригезов на Арене, и в отеле, где нашли Сарьяна. Остатки матрицы ее инфополя обнаружились даже в саду возле поместья Советника, так что вопрос о связи этих дел отпал сам собой. Только вот более тщательная проверка ее личности показала, что вся информация о рыжеволосой чертовке оказалась сфабрикованной, и узнать наверняка — кем же она была, и кто за ней стоял? — теперь не представлялось возможным.

К сожалению, Матиасу не хватило всего нескольких часов, чтобы добраться до нее и ее подельников- его кто-то опередил, и сначала устроил взрыв в том заведении, а затем преследовал беглецов до самой Магистрали, испарившись вслед за ними. Нейл рвал и метал, но деваться было некуда — воры и их преследователи покинули систему, и никто даже пикнуть не успел.

Через некоторое время Матиас нашел след одного из них. Он вел в никуда, обрываясь где-то в районе системы Магеллана. Этот человек, кем бы он ни был, остался неизвестен Нейлу, но три месяца назад Ищейка заявил, что снова обнаружил след его инфополя — на планете Арбис. Точнее, эту информацию ему передал комендант космопорта, запоздало увидевший ориентировку, и сверивший ее со своими базами данных. По всем параметрам выходило, что один из неизвестных воров прибыл туда уже давно, и планету не покидал, так что Нейл без всяких разговоров послал Матиаса в этот захолустный мирок — с приказом найти и привезти ему этого человека живым. С тех пор Ищейка не выходил на связь, и этот факт также не особо радовал Нейла — особенно если учитывать, что след третьего вора и вовсе обрывался в месте, где произошел взрыв.

Нейлу никак не удавалось установить связь между всеми этими событиями — даже Советник понятия не имел, для чего были предназначены украденные артефакты. Для него они были обычными безделушками, способными принести прибыль, но Таурей соглашался с Нейлом — грабители наверняка знали, что крадут, и для чего-то им было нужно подобраться к де Бригезам. Значит, связь есть. А учитывая знания этих воров, уровень их подготовки и оснащения, владение закрытой информацией, и всю цепочку произошедших событий, старший сын Одо вполне резонно полагал, что за этими людьми стоит кто-то очень влиятельный. Вполне возможно — одна из Семей.

В определенный момент Нейл даже допустил мысль, что этой Семьёй может быть клан Ямато, но решил раньше времени не делиться подобными мыслями ни с кем. Слишком много белых пятен было во всей этой истории. Однако Нейл чувствовал — как только вернётся Матиас, многие вопросы получат ответы. А пока приходилось прислушиваться к Советнику, ждать, и заниматься делами семьи — и это занимало практически все время.

Сарьян так и не вышел из комы — несмотря на всю помощь, какую ему смогли оказать лучшие врачи Империи. Они могли лишь продолжать поддерживать жизнь в его теле, но вернуть младшего брата в сознание не представлялось возможным. Ни один из приглашенных специалистов не смог понять, как произошло подобное, и как это можно исправить — и это медленно убивало Одо. Он полностью запустил себя, и теперь практически никогда не покидал покоев Сарьяна. Нейл подозревал, что его отец потихоньку сходит с ума. Он полностью отстранился от семейных дел, так что отдуваться за него приходилось Нейлу — теперь уже целиком и полностью.

Ирио не обманул их — несколько недель назад прибыл курьер из Солара, который привез документы из канцелярии Империума. Из них следовало, что семья де Бригез и клан Ямато назначены соучредителями транспортной концессии «Варант-Эдем-Асплин-Солар», и в самое ближайшее время им нужно подготовить проект Магистрали, по которой из дальних систем в столицу будет поступать гравитоний, а также все сопутствующие документы. Раньше подобная новость стала бы главной темой дня, отец наверняка закатил бы невероятный прием, а то и целую серию. Но теперь это была лишь рутина — очередная сделка, которая влияла разве что на размер банковских счетов де Бригезов.

Нейл снова посмотрел на часы — прошло уже полтора часа от назначенного времени. «Вряд-ли Лайет появится в ближайшие минуты», — решил Нейл, встал из удобного кресла, и уже подходил к двери, когда она распахнулась, и в помещение ворвался растрёпанный Таурей. За последние месяцы он похудел, черты лица заострились, а под глазами, несмотря на изрядный слой косметики, были заметны тяжёлые мешки.

— Нейл, прошу прощения! — Лайет протянул руку, — Советник вызвал меня на срочный доклад, и я не смог тебя предупредить о том, что задержусь.

— Ничего страшного, — натянуто улыбнулся Нейл.

— Проходи, нам есть что обсудить, — заторопился Таурей, пропуская гостя в свой кабинет, — Выпьешь?

— Нет, благодарю.

— А стоило бы, — Лайет сверкнул глазами, доставая из стола бутылку с виски, и наливая по чуть-чуть в два хрустальных стакана, — Появилась новая информация по нашему делу.

— Вот как? Что-то важное?

Лайет сделал глоток, затем изолировал комнату. После налил себе ещё, и пристально посмотрел на Нейла.

— Мы закончили проводить перекрестный поиск по всем доступным базам данных Империи. Конечно, пришлось отсеять много лишнего, но моим специалистам удалось найти кое-что, что связывает эти два ограбления.

— Что вы обнаружили? — Нейл подался чуть вперед.

— Небольшую деталь. Оказывается, ваша семья пару столетий назад работала над интересным проектом — технологией, позволяющей создавать чистое и самостоятельное сознание. Что-то вроде спутников, но гораздо умнее. Эксперименты прекратили по неизвестной причине, а спустя пару десятков лет случилась та бойня, и ваша семья оказалась в опале.

— И как это связано с украденными у советника артефактами? — не понимая к чему клонит Лайет, спросил Нейл.

— На первый взгляд — никак. Но благодаря копиям имперских отчётов, которых не оказалось в ваших архивах, я узнал вот что: при создании этой технологии использовались устройства, чертежи которых как две капли воды похожи на украденный у советника куб. Но и это не все: среди кучи бессмысленных данных мне удалось найти и упоминание фирмы, которая работала вместе с вами над этим проектом — «Пайле Конструкт».

— Так-так, — протянул Нейл. Несколько кусочков мозаики встали на свои места, и ситуация стала ему чуть более понятна, — Значит, ваша теория о заговоре…

— Остаётся в силе, — подал плечами Таурей, — Она может оказаться беспочвенной, но если приглядеться, то можно увидеть, что все сходится. Невероятная технология, две великие Семьи, пытающиеся ее получить, война, две сотни лет неизвестности, а потом кто-то узнает, что остались наработки, и все что нужно, чтобы продолжить работу — источник энергии Предтеч.

— Довольно натянутая теория, но за неимением лучшей… Кстати, Семей, работавших над этим проектом, было три.

— Прости? — не понял Лайет.

— Видишь-ли, — Нейл хрустнул пальцами, — я вспомнил, о чем ты говоришь. Я не так давно, уже наверное в тысячный раз, проверял все эти файлы, и отлично помню, что над проектом «Синтрофос» работали не только семьи де Пайле и де Бригез. Третьим участником был клан Ямато.

Повисло долгое молчание, пока Лайет его не прервал:

— Ты полагаешь?..

— Да.

— Возможно ли, что визит сайко-комон и собэ клана был не случайным именно в тот момент, когда произошли ограбления?

— Этого я утверждать не могу, — Нейл задумался, — Если и так, то время они выбрали идеальное — карнавал, и подписание документов о концессии.

Таурей задумчиво покрутил стакан в руках, и поставил его на стол. Затем посмотрел на гостя.

— Нейл, могу я рассчитывать на твое благоразумие?

— Безусловно.

— В таком случае, позволь дать тебе совет: не делись этой информацией и своими догадками ни с кем — даже с Советником, если только он сам не заговорил с тобой об этом. Ситуация оказалась, — он побарабанил пальцами по столу, — гораздо серьезнее чем мы предполагали.

— Я понимаю, — согласился Нейл, — Но какой у нас дальнейший план? Эти факты многое меняют.

— Согласен. Но пока торопиться нельзя, ты же понимаешь. Занимайся делами семьи, и жди Матиаса. Уверен, после того как он вернётся, многое прояснится. Ну а я пока, — он улыбнулся, — попытаюсь вытянуть несколько ниточек из ковров Ямато и де Пайле.

— Хорошо, — Нейл протянул Лайету руку, — Буду ждать новых новостей, если они появятся.

— Я тебя провожу, — Таурей повел гостя к двери, — и помни — пока никому ни слова о наших догадках.

* * *

Норман. Планета Арбис.

Восемь месяцев после событий на Эдеме.

Все вокруг, насколько хватало взгляда, было затянуто снежной пеленой. Метель пришла в горы после полудня, как раз в тот момент, когда Норман заканчивал проверять силки. Снега навалило порядочно, и лыжню занесло за считанные минуты, но сейчас не это беспокоило парня.

Улисс засек подозрительное движение в нескольких километрах к западу — сработал один из датчиков, которые Норман установил сразу по прибытию в эти края. Конечно, это мог быть проснувшийся медведь, или семейство гуран *(рогатое млекопитающее), но на всякий случай следовало поторопиться с возвращением домой.

Норман опустил бинокль, через который разглядывал окрестные склоны гор и часть прилегающего к ним плоскогорья. Высмотреть что-нибудь в такую пургу было невозможно, и убрав окуляры, он взял в руки лыжные палки, воткнутые в снег рядом с ним. Пора было начинать спуск.

До дома, в котором Норман провел последние месяцы, вели две дороги — с южного и западного склонов горы, на которой он был построен. В обоих случаях, от того места где сейчас находился Норм, нужно было сначала спуститься в долину между двумя хребтами, а затем подняться по одной из троп. Вся разница была в расстоянии, и с южной стороны сейчас подняться было проще.

Откровенно говоря, иногда Норман жалел, что отдал «Икара» Виктору — сейчас этот костюмчик изрядно облегчил бы ему жизнь. Впрочем, он почти сразу же одергивал себя: на таком морозе нечего и думать подниматься в воздух без защиты — превратишься в ледышку за пару минут.

Когда наступила зима, это была одна из причин его постоянного раздражения — необходимость напяливать на себя кучу несуразной и неудобной одежды. Меховая шуба, шарф, маска, очки, огромная шапка, перчатки (а поверх них — варежки), подбитые толстенный слоем меха сапоги, лыжи и снегоступы. И это не считая тех слоев одежды, что находились под шубой. В один из первых дней зимы, когда снегу навалило по окна первого этажа, он попытался выйти на улицу в термостойком костюме, привезенном с Магеллана. Проведя на морозе полчаса, он вернулся в дом, и в корне пересмотрел свое отношение к предлагаемым ему вещам.

Сейчас Норман радовался, что у него в рюкзаке всего три зайца — вместе со всей одеждой и винтовкой он нес на себе вполне приличный вес. Такой, какой неподготовленный человек вряд ли сможет поднять в гору — особенно во время метели. К счастью, Норман был достаточно подготовлен для подобного занятия. Когда он поднялся по тропе до высокого забора, огораживающего территорию дома, вьюга разошлась не на шутку, и ворота за собой он запирал уже не видя ничего дальше десяти метров.

Поднявшись ещё чуть выше по склону, он заметил силуэт дома и свет, горевший в окнах первого этажа. Норман снял лыжи и оставил их в тамбуре, отделяющем дом от крыльца. Там же стянул заснеженную и промерзшую одежду, подхватил рюкзак с винтовкой, и вошёл внутрь.

Дом был достаточно большим — можно даже сказать — удивительно большим, для глухой охотничьей заимки. Два этажа: на первом большой холл, гостиная, кухня, ванная комната и кладовая. На втором — три спальни и кабинет, превращенный в охотничью комнату. Ластор как-то упоминал, что несколько лет подряд сюда приезжал Советник Этерры, пока его не сместили. Вскоре он получил назначение на край известного мира, в одну из диких колоний *(так называют системы на самом краю галактики. Они не были терраформированы, и условия для жизни на них, зачастую, не пригодны для людей. Однако на многих из этих планет имеется гравитоний и другие полезные ископаемые. Получить назначение в такую колонию — значит перейти дорогу кому-то очень серьезному), и о крошечной точке на карте Арбиса попросту забыли.

Следить за подобным хозяйством практически не требовалось: хоть за десяток лет реактор, питающий дом, практически израсходовал свой ресурс, недостатка в топливе у Ластора не было — куча древесины вокруг, и склад угля помогали старому лакею переживать зимы, подобные нынешней.

Ластор был давним другом его деда, и самым старым слугой отца Нормана, помогая ему до того самого момента, когда старший Райдо пропал без вести. Норману к тому моменту только-только исполнилось шестнадцать. Его мать была мертва уже несколько лет, и Ластор, как и полагается безупречному слуге, стал служить своему новому господину. Правда, это длилось недолго — молодой повеса распустил всех слуг, запечатал фамильный дом, и отправился в путешествие по галактике в полном одиночестве. Тем неожиданней прошла их встреча спустя двенадцать лет — когда в середине лета Норман заявился на гору, где доживал свой век старый лакей его отца.

Сейчас Ластор стоял за плитой, на которой булькала огромная кастрюля. На возвращение Нормана он не обратил никакого внимания. Парень достал из рюкзака тушки животных, и положил из на стол рядом со стариком. Тот даже головы не повернул. Его длинные седые волосы в беспорядке падали на плечи. Мощные надбровные дуги нависали над тёмно-синими глазами как утесы над беспокойной водой. Нос старика, похоже, был сломан далеко не единожды. Квадратный подбородок постоянно находился в движении, словно Ластор что-то жевал не переставая. Хотя, Норман знал, что так оно и было — старый лакей не признавал иного табака кроме жевательного, и когда нежданный гость вручил ему пакет этого первосортного зелья с Магеллана, Ластор был весьма рад такому подарку. Собственные запасы, по его словам, закончились ещё пару лет назад.

Норман, приведя себя в более-менее нормальный вид, уселся на широкий диван в гостиной, и запустил один из интерфейсов Улисса, надеясь понять, что же засек датчик в лесу.

— Что ты делаешь? — раздался голос из кухни.

— Кто-то крупный объявился на западном хребте. Хочу узнать, что там.

— Медведь, скорее всего. Какой-нибудь оползень разбудил косолапого, теперь будет бродить по долине. Тебе надо быть осторожнее во время прогулок.

— Я и так осторожен. И именно поэтому установил те датчики.

Ластор что-то проворчал на элирийском, но так тихо, что Норман не разобрал. Через несколько минут хозяин дома вошёл в комнату с подносом. На нем стояли две глубокие тарелки, наполненные мясным рагу, кувшин с вином, неровно нарезанный хлеб и немного зелени.

— Последняя порция того хряка, что я завалил три недели назад. Твои зайцы будут очень кстати, — усмехнулся он, составляя все на стол.

Норман только поморщился. То копытное, о котором упомянул Ластор, было ужасно старым, а его мясо — невероятно жёстким и вонючим. Сколько ни размягчай и не отмачивай его в соусе — ничего не помогало избавиться от неприятного привкуса и ощущения, что жуешь резину. Но мясо было единственным продуктом, запасов которого у Ластора не было от слова «совсем». Так что в иные дни выбор стоял простой — или вонючее, но настоящее мясо, или консервы непонятного вида и неизвестно чьего производства. Норман предпочитал выбирать первое, и потому они с Ластором часто ходили на охоту. Зимой, правда, старик реже выбирался из дому, но три недели назад не выдержал вынужденной диеты (в силках несколько дней было пусто, и Норману никак не удавалось выследить более крупную дичь, чем неуловимые зайцы) и отправился в долину: как он выразился «показать некоторым молокососам, как надо добывать мясо». Вернувшись с двухметровым хряком, он велел Норману его разделать, а сам уснул почти на целые сутки.

— Как только утихнет метель, я схожу на охоту, — пообещал Норман, глотая куски острого блюда. Прожевав их, он добавил — Но если затянется, снова придется есть консервы.

— С этим я как-нибудь справлюсь, — заметил Ластор, двигая стол так, чтобы он оказался между диваном и глубоким креслом. Несмотря на возраст (а лакей давно разменял восьмой десяток), силы в кряжистом теле ещё хватало.

«Забавно», — подумал Норман, — «Я всегда помнил его таким: старым, но крепким. Как вековое дерево».

— Продолжим? — предложил старик, притягивая к себе деревянную доску с каменными фигурами, после того как они с Норманом разделались с остатками ужина.

Парень согласно кивнул. Эта партия была уже седьмой, с тех пор, как Норман здесь объявился, и за все это время ему не удалось обыграть старика ни разу. Он был настоящим гроссмейстером и превосходным стратегом — но выиграв очередную партию он мог следующие несколько недель выводить Нормана из себя насмешками и подначками, пока тот не предлагал реванш, и они не начинали новую битву.

Во время этих партий они часто говорили о семье Нормана. Он и сам не знал, что побудило его прилететь на Арбис, практически в полную изоляцию от всего цивилизованного мира. Может быть то, что Ластор был последним, и самым близким человеком, знающим его с самого детства. А может быть Норман искал ответы на вопросы, которых и сам не знал. Но скорее всего он просто запутался, и хотел тишины и покоя — а дом Ластора был идеальным местом для того, чтобы привести мысли в порядок.

— Ты не закончил рассказ о последнем путешествии отца, — напомнил он.

— Помню, — Ластор сделал ход.

Норман оценил свое положение — оно в очередной раз было куда хуже, чем можно было надеяться. Он передвинул слона, забирая одну из двух, выскочивших далеко вперед, вражеских пешек. Старик откинулся на спинку кресла, и сделал глоток вина из своей кружки.

— За год до своего исчезновения он отправился на Ветерис. Дикий мир, и Империи он был интересен разве что своим климатом, да как потенциальное общежитие в случае перенаселения соседних миров. Его не терраформировали, и как говорил Клауд, там сформировалось очень много биомов, видов и отдельных особей, каких было не найти на других планетах.

Норман слушал внимательно. Его отец был очень одаренным человеком, учёным и изобретателем, и он постоянно путешествовал по галактике, изучая многообразие жизни в ее пределах. И хотя большей частью пригодные для жизни миры были изначально терраформированы, и заселены мутировавшими и не очень особями из Солара, но иногда встречались планеты-жемчужины, на которых жизнь развивалась сама. Такие миры были редкой возможностью изучить теорию эволюции в действии — чем и занимался Клауд Райдо.

— Он провел там несколько месяцев, а потом случилась та вспышка болезни…

— О чем ты? — не понял Норман.

— Ты знаком с Себастьяном Риволи? — старик задал встречный вопрос, проигнорировав приставку «де» перед фамилией. Он считал Небожителями членов только тех семей, чьи предки побывали на Сигеру-Маоло.

— Эмм… — вопрос заставил Нормана задуматься, — Мы встречались пару раз. Давно. При чем тут он?

— Не он, а его отец — Бастиан. В то время он получил землю на Ветерисе, и начал строительство своей цитадели. Как позже выяснилось, место он выбрал не самое удачное. Крепкая, на первый взгляд, скала, пошла трещинами, как только туда загнали технику и начали строить фундамент. Она рассыпалась, и оказалось, что слой камня скрывал кое-что интересное, — Ластор сделал паузу, отвлекшись на вьюгу, с остервенением швыряющую снег в окна. Норман не торопил его.

— Они нашли тамвход в галереи древнего строения, погребённого под скалой. Совсем небольшого — всего четыре коридора, зал, и две комнаты. Рабочие спустились туда, чтобы исследовать находку, и через день половина из них слегла от неизвестной болезни. Ещё через двое суток они умерли в страшных мучениях, а оставшиеся рабочие начали обнаруживать у себя симптомы этой инфекции. Старший Риволи оказался не дураком, и закрыл всю стройку на карантин. Вместе с собой, — многозначительно добавил лакей, — Понимал, что если инфекция распространится, сдержать ее будет очень трудно. В тот момент на Ветерисе было совсем немного людей, но кто знает, что взбредёт в голову больным? Угнать корабль и перенести болезнь на любую планету могли многие из тех, кто там был. Риволи сообщил Империуму о происшествии, и вызвал представителей де Сергийос. Твой отец был знаком с Бастианом — собственно, именно по его приглашению он и прилетел на Ветерис. Но он наотрез отказался покидать пределы карантина, хоть и был далеко, когда случилась вспышка. Вместо этого он убедил Риволи пустить его внутрь, и дать обследовать помещения, пока туда не нагрянули медики Империума, и не вывезли все строение по кусочкам. Уж не знаю, как ему удалось, но он собрал там целую гору данных, а через несколько дней прибыли де Сергийос. Им удалось спасти всех выживших к тому моменту, включая самого Бастиана, но помещение они уничтожили, предварительно вывезя оттуда все мало-мальски ценное.

Твой отец вернулся домой — на редкость довольным. Говорил, что обнаруженное на Ветерисе продвинет его исследования далеко вперёд. Спустя полгода затворничества в лаборатории, он отправился в Солар, вместе со всеми своими записями — и больше не вернулся.

Старик смахнул ладью Нормана с доски, и поставил на ее место своего коня.

— Да, и очень жаль, что копий его документов у меня не осталось, — задумчиво протянул парень, глядя на доску. Шансов победить было невероятно мало, но все-же… Следующим ходом он разменял ещё одну ладью на слона.

— Сдались они тебе, — проворчал Ластор, вновь переходя на элирийский, — Думаю, из за этих файлов он и пропал, — он махнул рукой, — А ты с тех пор носится по галактике как угорелый, и ищешь непонятно что. Зачем тебе эти древности?

Норман ничего не ответил. Да он и сам не знал, что ищет. Раньше ему казалось, что он постигает тайны мироздания, но на деле это было выдуманное развлечение, и он лишь следовал той истории, что сам сочинил. После событий на Эдеме и смерти Кайри все изменилось. Ему казалось, что ещё немного — и он сообразит, что ему суждено сделать, но этот момент все никак не наступал. До сегодняшнего дня. Теперь Норман знал — его отец нашел нечто, что заставило его исчезнуть без следа. Наверняка это что-то важное. Что-то, похожее на тот проект, который ищет Виктор, и это тоже связано с Древними.

— Эй, парень!

Норман тряхнул головой.

— Извини, я задумался.

— Вот об этом я и говорю! Тебя что-то гнетет, — продолжил Ластор, запирая черного короля в коробку из пешек своим вторым конем, — С тех самых пор, как ты прилетел. Днём пропадаешь в лесу, ночью копаешься в своих файлах, не спишь нормально. Ни слова о последнем году жизни. И глаза у тебя точно такие же, как и тогда когда ты понял, что Клауд больше не вернётся.

Норман внимательно посмотрел на старика.

— Я не хочу втягивать тебя в свои проблемы, Ластор, ты должен это понимать. Со мной кое-что произошло — на Эдеме. Много всего, и за очень короткое время. Погибли люди, и в этом есть моя вина. Ответов на свои вопросы я не нашел — последних только прибавилось. И даже если я тебе расскажу все как есть, — Норман подвинул своего слона на три клетки, и закрыл королю Ластора все пути к отступлению, — То ничего не изменится — по крайней мере, для меня. Шах и мат.

Старик, слушавший его, удивлённо посмотрел на доску. Осознав, что эту партию он проиграл, Ластор оскалился, и хлопнул Нормана по плечу.

— Да и хрен бы с тобой, в таком случае. Расскажешь, если захочешь, — он встал из кресла, сходил на кухню и вернулся с ещё одним кувшином, — Судя по всему, мы с тобой оказались заперты на два-три дня. Можем обсудить твою невероятную победу, если хочешь.

* * *

Старый лакей немного ошибся — буря не утихала целых пять дней, и когда за окнами второго этажа в просветах облаков наконец проглянулось небо, Норману пришлось вылезать через них, и откапывать дом. Мясо, разумеется, закончилось, и парень отправился на охоту, надеясь подстрелить хотя-бы щуплого зайца.

За эти дни он хорошенько обдумал свое положение, и пришел к выводу, что в скором времени ему придется оставить Ластора. Норман хотел понять, над чем работал его отец, и почему он так внезапно исчез, но узнать это, оставаясь в глуши было невозможно. Впрочем, это была не единственная причина. Хотя предпосылок для беспокойства не было, Норман все-же ощущал нечто тревожное. Нарастающий ком страха, родившийся в районе сердца. Откуда он взялся, Норман не знал, но чувствовал, как эта мерзость вот уже несколько дней опутывает его своими щупальцами. Избавится от этого ощущения никак не удавалось, и возможно поэтому выследив семейство гуран, он первым же выстрелом промазал и спугнул их.

Норман шел по следу несколько часов, пытаясь догнать дичь — но тщетно. Он уже подумывал вернуться с пустыми руками — скоро начнет смеркаться, а он забрался достаточно далеко от дома, спустившись в скованную холодом долину.

Неожиданно его раздумья оказались развеяны — чуть ниже по замёрзшей реке Норман заметил двух резвящихся детёнышей гуран. Они были похожи на тех животных, что когда-то жили на Земле: тонкие ножки, длинные шеи, короткие хвостики. Темно коричневая расцветка, несколько белых полос на спине, и крошечные рожки. Улисс тут-же определил, что этим малышам нет ещё и трёх месяцев.

Норман скользнул за один из больших камней, в изобилии разбросанных по берегу реки, и скинул с плеча винтовку. Настроив ее на короткую очередь, он медленно выглянул из-за укрытия.

Ветер дул ему в лицо, и чуть наискось от животных. Это было на руку — значит, они его не почуют. Норман знал — если двое детенышей здесь играют, значит их родители должны быть неподалеку. Он поймал в прицел малышей, смешно скользящих по льду, и перевел взгляд дальше, осматривая заросший густым лесом склон на другом берегу реки. Он был занесён толстым слоем снега, и мощные лапы хвойных деревьев прикрывали чащобу от посторонних взглядов.

А вот и цепочка следов — тянется от реки к лесу, чуть ниже по течению от того места, где резвились маленькие гураны. Шорох ветвей, и Норман плавно повел стволом в ту сторону, внимательно вглядываясь в прицел. Так и есть, сразу за деревьями ходит самка — разрывает снег и промерзшую землю, ищет съедобные корни.

Убивать мать этих малышей Норман совсем не хотел — без нее они не протянут и недели, а таких прекрасных и гордых животных он не видел очень давно. Но вот если рядом есть самец…

Норман знал, что мужские особи гуран не привязаны к одной самке, и их популяция на порядок выше чем женских — многие самцы, прежде чем приступить к брачным играм, сражались со своими соперниками насмерть, изрядно сокращая количество себе подобных. И даже если бы Нормана поймали за браконьерство, за убийство самца гуран он бы отделался лишь небольшим штрафом.

Мужские особи этого вида были большими, сильными и жестокими животными. Высота в холке среднего гурана была почти два метра, и если ранить такое существо, или напасть на его детей, оно становилось очень опасным — и именно поэтому сейчас у Нормана не было права на ошибку. Он продолжал осматривать местность, но нигде не мог обнаружить даже следов самца. Уже почти бросив это дело, он вновь спрятался за камень, и счистил наледь с прицела — и в этот самый момент краем глаза заметил движение совсем недалеко от себя.

Развернувшись, он увидел выходящего из леса позади себя самца. Он был как раз такой, каким его представлял Норман — двухметровое копытное с мощными ветвистыми рогами, длинной шерстью и небольшой бородкой, превратившейся в сосульку.

Норман медленно поднял винтовку к плечу: перекрестие оптики выхватило грудь животного.

Неожиданно тот сорвался с места, и побежал прямо на Нормана! Парень этого не ожидал, но смог прицелиться точнее уже после того, как первая пуля выбила фонтанчик снега за спиной гурана.

Бах! Бах! Бах! Треск выстрелов покатился по льду, уносясь куда-то вдаль. Гуран споткнулся, прыгнул чуть вбок, но последняя пуля опрокинула его, и теперь Норман видел, как бьются копыта, разметая снег в том месте, где животное упало.

Норман услышал за спиной быстрый цокот копыт, тревожный крик самки, и тоненькие ответы ее детей. Он оглянулся, и увидел как малыши спешат к мамаше, пробираясь по слишком высокому для них снегу. Проводив их взглядом, Норман направился к своей добыче.

Гуран был уже мертв — вторым выстрелом Норм попал ему прямо в сердце, а третьим пробил лёгкое. И хотя промазать с такого короткого расстояния в столь широкую грудь было сложно, Норман порадовался, что зверь погиб быстро, и без мучений.

Тащить здоровую тушу на себе парень не собирался — да и не было в этом никакой нужды. Стянув рюкзак, он достал оттуда два длинных бруска. Щёлкнув кнопками, он разложил их надвое, затем положил с двух сторон от животного, и отдал команду спутнику. Бруски поднялись в воздух, метра на полтора, не больше, и окутали гурана серебристым сиянием. Туша, словно оплетённая пленкой, медленно поднялась вслед за брусками. Сияние сформировалось в равномерный кокон, удерживающий гурана в воздухе.

Норман привязал эти носилки к своему спутнику, и двинулся к дому Ластора. Всю дорогу назад кокон с животным величественно плыл рядом с человеком.

Вернулся Норман уже затемно. Уставший, но довольный, он сначала отбуксировал тушу на ледник, и оставил там. В окнах первого этажа он снова заметил свет — видимо Ластор решил дождаться возвращения своего гостя.

Норман вошёл в дом, снял одежду, и оставил ее у входа — там-же, где и рюкзак с винтовкой.

— Эй, Ластор, я голоден! — крикнул он, но ответа не дождался, и прошел на кухню. На плите стояла все та же огромная кастрюля. Норман поднял крышку, и заглянул в нее — внутри была похлёбка из последнего зайца, но уже изрядно остывшая. Чертыхаясь, парень разогрел плиту, и достал себе тарелку. Затем нарезал хлеб, и уже собрался подниматься на второй этаж, чтобы позвать старика, когда заметил на лестнице несколько осколков стекла.

— Что за…

Он услышал шорох за спиной, и резко обернулся, уже готовясь обругать Ластора за такие шутки, но фраза застыла у него на губах, когда он увидел перед собой человека. Норман потерял дар речи, когда понял, что это лицо ему знакомо — незваным гостем был Матиас Бринг, фехтовальщик, занявший второе место на турнире во время Эдемского карнавала. И сейчас он целился в Нормана из пистолета.

— Какого… — начал было Норман, но договорить не успел. Матиас нажал на спусковой крючок, и электронный заряд угодил Норману прямо в грудь, заставив его забиться в конвульсиях. Подойдя ближе, Матиас выстрелил ещё раз, и Норм, корчась от невыносимой боли, потерял сознание.

Глава 12

Магеллан… Один из немногих миров, которые нам не пришлось терраформировать. Когда отец получил право основать здесь собственное поселение, наша семья была в восторге — ещё бы, ведь подобной чести удостаиваются немногие. На наше счастье, Император Леостан оказался мудрым и щедрым правителем, и всегда помнил о тех, кто поддержал его в трудную минуту. Иногда я задумываюсь — как бы пошла история нашего рода, не случись той бойни под стенами Сигеру-Маоло?

Дневники Александра де Пайле, второго правителя Магеллана.

Виктор. Планета Магеллан, Цитадель семьи де Пайле

4 месяца после событий на Эдеме

Жизнь на Магеллане в корне отличалась от той, какую я вел последние несколько лет. Здесь все было тихо, спокойно, и размеренно. Поначалу я никак не мог привыкнуть к этому, но постепенно втянулся, и перестал ходить оглядываясь — хотя отец категорически запретил мне покидать пределы планеты, пока Примархи*(совет глав семьи) не обсудят со мной произошедшее на Эдеме.

Честно говоря я думал, что это случится в течении нескольких недель, но время шло, а обо мне никто не вспоминал. Я не жаловался — переживать те воспоминания заново мне не хотелось, и пока меня не трогали, я мог спокойно привести в порядок свои мысли.

Спустя несколько дней после моего возвращения, в Цитадель прибыли мои мать и сестра. Они не были в курсе происходящего со мной (отец решил, что подобные переживания женщинам ни к чему), но очень обрадовались, когда мы встретились. И если мама через пару дней сама отстала от меня со своими расспросами о жизни на Эдеме, после ее последнего визита туда, то от Ариадны так просто отвязаться было невозможно — да мне этого и не хотелось.

Моя сестра вернулась на Магеллан ненадолго — всего на два с половиной месяца. Она училась в одном из лучших учебных заведений Империи в системе Лебедя, и недавно у неё как раз начались каникулы. Мы не виделись с малышкой Ари уже несколько лет, и как выяснилось — ужасно соскучились друг по другу, так что следующую пару недель только и делали, что болтали без умолку, и рассказывали о том, как нам жилось все это время. Конечно, мне пришлось опустить несколько деталей своей биографии — особенно о причинах, заставивших меня вернуться в отчий дом, но раз заикнувшись о том, что скоро меня ждёт аудиенция у Примархов, я понял, что прокололся. Ариадна была младше меня на семь лет, и всегда казалась мне милой и доброй девочкой, но только сейчас я заметил, что она повзрослела. И была далеко не дурой — тут же сообразив, что я чего-то не договариваю, она насела с вопросами, и пришлось честно сказать ей, что распространяться о причинах, заставивших меня приехать, я не могу.

— Ты как всегда, братец — таинственен и задумчив, — сказала она тогда, и добавила, — Если все решиться благополучно, не забудь сообщить мне об этом.

На том мы и оставили тот разговор, вернувшись к обсуждению мероприятий, на которых побывали, людей, с которыми познакомились, и приключений, в которых участвовали. Спустя ещё некоторое время из Солара вернулся Марк. Он на корню пресёк наши попытки узнать, что там делал и видел, и велел младшим брату и сестре «заткнуться и отвалить», так как ему нужен был «незамедлительный и очень долгий отдых». Собственно, этим мы и занимались почти два месяца — отдыхали, общались, и развлекались.

Те, кто проводит большую часть своей жизни рядом со своей семьёй, как правило, не ценят такие моменты — потому что они за многие годы превращаются в рутину. Мы же не виделись несколько лет, и успели соскучиться друг по другу, и даже не пытались скрывать этого.

В собственном доме нам было нечего опасаться, и мы втроем часто проводили время за пределами Цитадели — на охоте, рыбалке, пляжах, в окрестных поселениях, или развлекались в дополненной реальности.

Я показал Марку и Ариадне «Икара», и надо было видеть восторг в из глазах (даже тридцатилетний брат оказался заинтересован этим необычным изобретением, хоть и слышал о нем от меня ранее), когда они смотрели, как я парю над башнями, или прыгаю с крыши на крышу как какой-нибудь кузнечик-переросток.

Вскоре Марка вызвал отец, и они вдвоем улетели по каким-то важным делам. Мама забрала Ариадну в одну из систем Торговой коалиции, откуда вместе с ней собиралась направиться на Лебедя — так что я снова остался один. Не совсем, конечно — в Цитадели и за ее пределами находилось большое количество моих родственников, но все они были для меня совершенно чужими людьми — двоюродные, троюродные и ещё более дальние братья и сестры, дяди и тети всех ветвей — все те, кто был потомками десяти детей, рождённых от побывавших на Сигеру-Маоло. Более половины из этих людей носила другие фамилии, будучи де Пайле лишь по женской линии, а ещё четверть потомков и вовсе не имела — но все равно нас было до одури много.

Однако, среди всех этих людей я был одинок, и оставшись наедине со своими мыслями часто гулял по лесу, начинающимся сразу за лабораторными комплексами в западной части города — там было тихо, и я мог не опасаться встречи с кем-нибудь из своих родственников. Откровенно говоря, им тоже не были дела до одинокого отщепенца, у которого даже спутника не было.

Это, кстати, была одна из причин, по которой на меня изредка косились. Док пропал бесследно — а вместе с ним и большая часть записанных на мнемочип воспоминаний. Конечно, я помнил всю свою жизнь — но уже не мог в деталях воспроизвести любой ее момент. Отец и Марк предлагали мне установить нового спутника, но я отказался, хотя и понимал, что это глупо. Было несколько причин для такого решения, но две главные были просты — мне не хотелось начинать обучение искусственного интеллекта с нуля (для этого потребовалось бы много лет), и я всё ещё не смог окончательно отойти от смерти Кайри, и боялся, что как только новый спутник появится, я начну записывать новые воспоминания в свои клетки, а то что запомнил сам — забуду. Абсурд, конечно, но в тот момент эта мысль не давала мне покоя.

К тому же, я прикинул, что большая часть населения галактики живёт без спутников, а я и представления не имею — каково это. Некая часть меня (весьма живая и любознательная, надо заметить) хотела посмотреть, сможет ли Небожитель остаться собой без помощи ИИ. И хотя мнемочип мне всё-таки заменили, контактировать с инфополем напрямую я уже не мог.

Поначалу было трудно, я даже и не представлял, насколько сильно привык к Доку. Приходилось постоянно напрягать память, чтобы запомнить простейшие вещи — номер счёта, адрес, прочитанную статью, или имена друзей Ариадны. Пока у меня был спутник, все это записывалось в мои клетки, и при необходимости извлекалось или удалялось. Сейчас мне нужно было самому производить подобные операции с помощью мозга, так что лучшее, чем я мог заняться — это начать тренировать память.

Это оказалось сделать проще, когда я вспомнил один из наших с Норманом разговор — о диалектах, распространенных в галактике. Мой друг был полиглотом, и свободно разговаривал на трёх языках из пяти, распространенных в Империи — интерлингве, высоком эллирийском наречии, и кошта-заут: диалекте, на котором говорили в дальних рукавах галактики. В тех местах жили, в основном, выходцы из Пепельного Альянса, сосланные на край мира после большой войны несколько веков назад.

Я долгое время не понимал, зачем Норман потратил огромное количество времени на их изучение, ведь спутник с лёгкостью мог перевести любой язык на интерлингву? Но взявшись за эллирийское наречие, до меня дошла простая вещь — знание другого языка не просто позволяет общаться с его носителем, но ещё и тренирует память гораздо лучше любых стимуляторов и техник. Особенно явно я это ощутил спустя пару месяцев усиленных занятий, когда начал видеть сны на высоком наречии. Это ощущение было очень волнительным — как момент перед поцелуем.

Впрочем, кое-что в моих снах было приятным гораздо меньше. Практически все то время, что я находился в Цитадели, меня терзали жуткие кошмары — сначала редко, но чем дальше, тем чаще они снились. Особенно много их стало, когда я остался в доме родителей один. Я пытался заглушить их алкоголем и снотворным, но ничего не помогало — мрачные сны возвращались, пробиваясь через любую блокаду, что я пытался выстроить на их пути.

В этих кошмарах я часто видел Кайри — её силуэт на фоне горящего неба; бесконечные падения в пропасть; ледяной ветер, срывающий с лица девушки кожу; болото, в котором она тонула и что-то мне кричала, но я никак не мог разобрать — что. После этих снов я просыпался взмокший от пота, с невероятной головной болью, и до утра уснуть уже не мог.

Я пытался консультироваться со многими специалистами — врачами, мнемотехниками, мастерами снов, и даже искал средство в сети — подошло бы что угодно, лишь бы избавится от подобного ужаса по ночам, но все было тщетно. Я просто не понимал, что со мной происходит. Решение, однако, пришло совсем не оттуда, откуда я его ждал.

В середине лета в Цитадель вернулся отец, и обнаружив меня в состоянии, близком к помешательству, взял ситуацию в свои руки. В одну из ночей, когда я с криками проснулся после очередного кошмара и хлебал элитный виски прямо из бутылки, стоя посреди столовой, он появился в комнате с двумя учебными клинками. Отобрал у меня бутылку, и отвел в большой зал на первом этаже, где обычно устраивали приемы.

— Когда ты был ещё совсем маленьким, — сказал он тогда, натягивая перчатки, — то уже сталкивался с подобной проблемой.

— Правда? — я повертел в руках тяжёлую и старую саблю.

— Да. Тебе было шесть, насколько я помню. Неудивительно, что ты забыл — тогда умер твой любимый дед, Элайджа, и почти месяц после его смерти тебе снились кошмары. Ты тогда испытал серьезное потрясение, и единственное, что тебе помогло — тренировки с оружием до полного изнеможения. После них ты спал как убитый.

Я припоминал, хоть и смутно, то время. Действительно, это произошло больше восемнадцати лет назад, и без Дока я забыл многие детали, но как оказалось, смерть Элайджи отпечаталась у меня в памяти навсегда. Я помнил, что он был очень стар — наверное, старше любого жившего тогда де Пайле.

— Кажется, он упал с лестницы и переломал себе половину костей, — вслух сказал я, надевая маску, — и мы с Марком нашли его у ее подножия утром.

— Так все и было, — подтвердил отец, — немудрено, что он умер, ведь в сто двадцать лет даже при наших технологиях жить полной жизнью нелегко. А Элайджа был… весьма беспокойным стариком.

Я улыбнулся, встал в позицию и отсалютовал саблей.

— И ты предлагаешь мне повторить ту терапию?

Он ничего не ответил, и атаковал.

Спустя час пляски с клинками я был страшно измотан. Руки не могли поднять оружие, которое весило, казалось, целую тонну. Глаза под маской заливал пот, а когда отец в очередной раз достал меня — на этот раз в голову, в ушах раздался такой звон, что я выронил оружие, не удержался на ногах и упал.

— Думаю, на сегодня достаточно, — меланхолично заметил родитель, протягивая мне руку. Я с трудом поднялся — единственным моим желанием сейчас было поскорее принять душ и лечь в кровать — большего не хотелось и желать. Я плохо запомнил, как поднялся к себе в комнаты, но очнувшись с удивлением понял, что проспал без единого сна почти до полудня. Правда, все тело ломило так, будто я сутки проработал в шахте, но это было сущей мелочью по сравнению со спокойным сном.

Спустившись на первый этаж я с удивлением застал отца в столовой — он неспешно пил кофе и изучал на коммуникаторе последние новости.

— Как спалось? — вместо приветствия спросил он, и в его голосе мне послышались веселые нотки.

— Прекрасно. Спасибо, что помог, — ответил я, усаживаясь напротив него. Слуга, стоявший неподалеку, тут-же принес мне поднос с завтраком. Я налил себе сок, — Думаю, ты будешь слишком занят, чтобы фехтовать со мной каждый вечер, не так ли?

— К сожалению, — он вздохнул, — мне бы и самому не помешало привести себя в форму. Но у меня есть предложение получше — через несколько дней сюда прибудет один из лучших клинков в Империи. Он любезно согласился пожить здесь некоторое время, чтобы обучить тебя. Прости, но те навыки, — он выделил последнее слово, — что ты продемонстрировал вчера, не впечатлят даже Марка. А ты помнишь, как твой брат относится к оружию и схваткам.

Я улыбнулся. Да уж, у старшего брата всегда были другие интересы. Ну а я на самом деле забросил себя — похудел, потерял форму — потому и не обиделся на эту подначку.

— Спасибо что позаботился об этом, — поблагодарил я отца, — и кого ты вызвал?

— Пусть это будет для тебя неожиданностью, — отмахнулся он, допил кофе и встал из за стола, — Мне пора, Виктор. В наших лабораториях накопилась масса неразрешенных вопросов, и там требуют моего присутствия. Увидимся вечером.

— Подожди, — я остановил его, — Может быть, я поеду с тобой? Мне уже осточертело торчать тут без дела.

— Мне казалось, ты занят изучением эллирийского и своим «Икаром»? И тем, что успел украсть на Эдеме, — удивился он.

— Ты понимаешь, о чем я, — ему не удалось меня смутить, — Марка нет, Ариадны тоже. Я хочу занять себя чем-нибудь полезным! Ты ведь знаешь, что я хочу помочь.

— Мне приятно твое рвение, сын, но для начала ты должен поговорить с Примархами. Без их согласия я не могу посвятить тебя в детали своей работы — особенно если учитывать, что ты залез в наши базы данных, и стащил оттуда кучу информации. Ну-ну, — он тихо рассмеялся, видя мое вытянувшееся лицо, — не расстраивайся. И не думай, что я в обиде за это — что ты за Пайле, если не получаешь то, что хочешь? Подожди ещё немного, и мы обязательно найдем тебе занятие по душе.

Он похлопал меня по плечу, и ушел, а я отправился в большой зал и запустил там проекцию ночного боя, решив взять реванш хотя бы у голограммы отца.

***

Спустя неделю на Магеллан и вправду прибыл один из лучших мастеров фехтования в Империи — Авраам Кольт. Уже немолодой мужчина, тем не менее, выглядел грозным противником: выше меня на целую голову, он был весьма крепко сбит, а его слегка поседевшие каштановые волосы были заплетены в толстую косу, длиной до самого пояса. Черные глаза, широкий подбородок — и огромный рваный шрам, тянущийся от него к виску.

Я встречал его в космопорту, и в тот момент, когда заметил Кольта, вышагивающего пружинистой походкой через толпу, он сам обратил на меня внимание.

— Месье Виктор? — уточнил он, подходя ближе.

— Просто Виктор, если не возражаете, — кивнул я, протягивая ему руку. Он пожал ее, и мои пальцы хрустнул в его стальной хватке.

— Как вам будет угодно. В таком случае, прошу вас звать меня по второму имени.

— Идёмте, Кольт, — я повел его к глайдеру, стоящему неподалеку, — я покажу ваши апартаменты и проведу небольшую экскурсию. Занятия начнем завтра. У вас есть багаж?

— Нет, — он похлопал по внушительной сумки, висящей на плече, — Все необходимые вещи у меня с собой.

— Если вам что-нибудь понадобится, просто скажите камердинеру или одному из слуг — вам все доставят.

— Благодарю.

Мы сели в глайдер и направились к холму. По дороге я кратко рассказывал Кольту о местном укладе и достопримечательностях, и отвечал на скупые вопросы. Через некоторое время я понял, что мой новый наставник не любитель поговорить — и это меня только порадовало. Я проникся невольной симпатией к нему, и впредь старался лишний раз не болтать.

В доме я выделил Кольту комнаты на первом этаже — рядом с большим залом, где мы с отцом фехтовали в ту самую ночь. Также показал учителю дом и сад, познакомил с прислугой и предложил ни в чем не чувствовать стеснения.

— Отец бывает дома, в основном, ночами, но чаще находится в разъездах. Охрана по всей Цитадели вас знает, так что можете спокойно передвигаться по ней и городу — кроме закрытых территорий, но о них вас предупредят.

— Спасибо, Виктор. С вашего разрешения я приведу себя в порядок, и займусь вещами.

— Конечно, — я попрощался с ним, — Насчёт ужина вас предупредят. Во сколько завтра начнем занятия?

Он пожал плечами.

— Я предпочитаю утренние тренировки, но знаю, что вам по душе вечерние. Встретимся завтра на рассвете в вашем большом зале, я посмотрю, что вы умеете, и обсудим программу.

На том мы и разошлись. Кольт направился к себе, а я — в библиотеку, где меня ждали целых два тома о трехлетней войне между домами де Пайле и Джассал. Книга была весьма занимательная, и оттуда я подчерпнул много нового о своей семье. Главным ее достоинством, впрочем, было эллирийское наречие, на котором оба тома были написаны. Вязь высокой речи была сложной, но звучала очень красиво, и некоторые фрагменты я даже зачитывал вслух.

Этому занятию я посвятил остаток дня, и отправляясь к себе в комнаты уже поздним вечером надеялся, что сегодня мне приснится что-нибудь приятное.

Воздух вокруг был такой густой, что казалось, будто его можно взять в руки. Стояла мертвая тишина, лишь где-то на грани слышимости раздавались гулкие хлопки, но потом я понял, что это так медленно и тихо бьётся мое сердце.

Я пошел вперёд, ступая босыми ногами по гладким каменным плитам. Они обжигали ступни холодом, хотя воздух вокруг был теплым. Шагая, я смотрел по сторонам, но из-за густого марева, не мог понять где нахожусь. Высоко над головой висело солнце, светившее холодным голубым светом. Оно окрашивало им туман, висевший вокруг меня, и казалось, что я шагаю сквозь воду.

Далеко впереди замаячила тень, и через несколько мгновений она выросла, словно приблизившись ко мне, до размеров горы. Каменные плиты под ногами стали ещё холоднее. Затем подул горячий ветер, разметая туман, и я увидел возвышающееся надо мной строение — трехглавую пирамиду немыслимых размеров. Она была выше всего, что я когда-либо видел — наверняка даже выше Олимпа в Соларе. Мощь этого сооружения просто поражала воображение, и внушала трепет. Неожиданно створки, перед которыми я стоял, начали медленно открываться, и из-за них на меня дохнуло самой смертью.

Я проснулся и рывком сел на кровати. Что, что-же было за этими дверьми? Почему я проснулся так не вовремя? Нет, не хочу знать.

Дотянувшись до кувшина на прикроватном столике, я прямо из него сделал несколько глотков, и вытер лицо, мокрое от пота. Этого сна я прежде не видел. Он не был кошмаром, но то, что я почувствовал там, возле створок…

Обратно в кровать я уже не вернулся — над кромкой гор, виднеющихся из моих окон, забрезжил рассвет. Я умылся, оделся, и спустился в большой зал, решив дождаться Кольта там. Однако увидев льющийся из-за приоткрытой двери свет, только усмехнулся. Он что, уже здесь?

Так оно и было — мой новый учитель сражался с невидимым соперником внушительных размеров энергоклинком, выписывая невероятные пируэты и не останавливаясь ни на секунду. Заметив меня, он остановился на полузамахе, и отключил оружие.

— Доброе утро, Виктор.

— Доброе, — поприветствовал я его в ответ, — Разминаетесь?

— Утренняя зарядка, не более, — кивнул он.

— Знаете, я ведь видел вас во время карнавала на Эдеме, в этом году, — вспомнил я, разглядывая зал. Он изменился — вдоль стен появилось несколько стеллажей с различным оружием и обмундированием. Тяжёлые шторы убрали, как и большую часть предметов, раньше расставленных по залу, — Вы сражались щитом и саблей, верно?

— Верно. Но в этот раз я выбыл где-то посередине, так что и говорить не о чем. Но вот пять лет назад я выиграл общую схватку — в тот раз к меня было два коротких клинка.

— Вы мастер в разных направлениях боя, — я задумался, — и что посоветуете мне?

— Для начала хотелось бы увидеть, на что вы способны, — невозмутимо откликнулся он, обходя меня по дуге, и убирая свое оружие на полку.

Я взял учебную саблю и небольшой силовой щит, надел маску и отсалютовал Кольту — он предпочел не одевать обмундирование, лишь выбрал такое-же как и у меня оружие.

Мы сошлись: несколько первых атак я успешно отразил, и попытался контратаковать, но тут-же увяз в изменившемся рисунке боя. Кольт сражался одной рукой, без щита, и его клинок постоянно вращался вокруг запястья, отражая мои удары без особого труда. Я никак не мог к нему подобраться на расстояние удара, и увидев это, он перешёл в наступление. Через пару мгновений моя сабля оказалась выбита из руки, и упала на пол. Я хотел было поднять клинок, но получил чувствительный удар по запястью, и отскочил, зашипев от боли.

— Враг не даст вам возможности поднять оружие, Виктор, — усмехнулся он.

Я ощерился, сорвал с себя маску, которая только мешала, и отойдя к стене, взял новый клинок. Бой продолжился.

Через час с небольшим я был выжат досуха. Во мне не осталось ни капли жидкости, но Кольт, как ни странно, был доволен прошедшей тренировкой.

— Вы неплохо владеете базовыми навыками, — сказал он, пока я лежал на полу, и пытался отдышаться, — но ваша физическая подготовка не позволяет вам держать себя в той форме, в которой это возможно, и поэтому свой потенциал вы не раскроете, если все останется как прежде. С этого момента у вас будет комплекс тренировок помимо фехтования, и специальная диета, которой следует придерживаться. Что-же до оружия и техники боя… Полагаю, вам подойдут три школы фехтования. Они достаточно сильно отличаются между собой, но оружие используют одно и то же — сабли, размером как раз с учебные. Мы можем сосредоточиться на одной из этих школ, а можем обратиться к основам всех трёх, для начала. Я бы рекомендовал именно этот вариант.

— Что это за школы? — спросил я.

— Однорукий танцор, Смерть скорпиона, и Ледяное сердце.

Повисло недолгое молчание.

— И? — не выдержал я, — В чем их суть и отличия?

— О, простите, — Кольт слегка удивился, — я подумал, что вы уже ищете информацию о них.

Я только чертыхнулся про себя, и пояснил:

— У меня нет спутника, и прямого доступа к инфосети тоже нет.

— В таком случае, — сказал Авраам, ничуть не смутившись подобному признанию, — предлагаю вам привести себя в порядок, и составить мне компанию за завтраком. В двух словах этого не рассказать, но истории будут занимательными, обещаю.

***

Кольт оказался прав — стоило мне набрать вес, и заняться регулярными тренировками, как и успехи в фехтовании не заставили себя ждать. Я изучил основы трёх предложенных мне школ, но больше всего мне понравился Однорукий танцор — этим стилем Кольт сражался со мной в первый раз, и он же представлял для меня наибольший интерес. Я научился вращать клинок вокруг себя ничуть не хуже многих бойцов, защищаться от пяти соперников разом и связывать одного противника боем, не давая ему атаковать. И хотя я по прежнему проигрывал учителю чуть-ли не каждый первый поединок, по его словам, он видел нешуточный прогресс, и был уверен, что я способен заколоть на дуэли достаточно умелого соперника.

Мы занимались дважды в день — ранним утром и в сумерках, и теперь после вечерних тренировок я спал как убитый. Кошмары не мучали меня ни разу за те полгода, что я занимался с Кольтом. Правда, странные сны о неизвестной пирамиде никуда не исчезли — напротив, они посещали меня с завидным постоянством, но каждый раз отличались друг от друга какой-нибудь деталью. Впрочем, чувство тревоги, которое они вызвали, тоже никуда не делось, но это я был готов стерпеть в те предрассветные часы, когда просыпался.

Также я продолжил заниматься изучением эллирийского и читал историю своей семьи, узнавая все больше и больше интересных деталей об отношениях с другими домами и даже Императорским двором.

На Магеллан часто прилетал Марк и навещал меня, радуясь, что я наконец-то начал приходить в себя после событий на Эдеме. Отец все также был занят практически круглые сутки, но и он выкраивал несколько часов в неделю, чтобы встретится со мной, и обсудить прочитанные книги, или, что бывало ещё реже — присоединялся к нам с Кольтом на тренировках. Он приятно удивил приглашенного мастера, одолев его уже во втором поединке.

Как-то у Марка выдалась целая свободная неделя, и он предложил мне прокатиться до Эстергейта — крупного города, расположенного на берегу озера Вастан. К концу второго месяца осени здесь проводили праздник сбора урожая — от самого берега озера и до горной гряды, за которой начинался лес подступающий к территориям Цитадели, колосились поля пшеницы, сейчас уже убранные. Рядом с ними были разбиты сады с самыми разнообразными фруктами и овощами, которые также были уже собраны и законсервированы. А о знаменитых эстергейтских виноградниках и производимых там винах и говорить не приходилось — о них слышали далеко за пределами нашей системы.

Туда мы с братом и отправились — в надежде на хорошее вино, вкусную кухню и веселые приемы. Прислугу мы оставили дома, как и мастера Кольта — вскоре после его прибытия по Цитадели разнеслась весть о знаменитом фехтовальщике, и многие из тех де Пайле что идут в счёт, решили обучить своих детей этому благородному и древнему искусству. Впрочем, Кольт не был расположен учить целую кучу детишек — он выбрал себе всего четырех перспективных учеников, и теперь дважды в неделю занимался с ними. Из нашего дома он съехал вскоре после этого — не хотел доставлять лишних хлопот, по его словам, да и отказаться от собственного жилья на границе с лесом не смог — там было тихо, и никто не докучал Аврааму бесконечными просьбами и разговорами.

В Эстергейте нас с Марком узнавали многие жители, и радушный прием оказывали везде — от захудалых ресторанчиков до дома главы городского совета. Вино, надо сказать, здесь и вправду было отменным, а запечённые груши с птичьим мясом я запомнил на всю оставшуюся жизнь. Мы участвовали во многих мероприятиях и состязаниях, но чаще прогуливались под парусом на яхте — ее мне подарил Марк на двадцать пятый день рождения, о котором я совсем забыл. Как оказалось, это была одна из причин, по которой он позвал меня сюда. Я назвал яхту «Кайела», и за несколько дней мы обошли на ней почти все озеро, добравшись даже до Литенпорта в южной части озера.

Наряду с тем временем весной, когда с нами была ещё и Ариадна, эта неделя была одной из самых лучших, проведенных мной на Магеллане, и навсегда врезалась в мою память

— Куда ты отправил Джайлса? — как то спросил я, когда мы с Марком плыли вдоль берега, — Тогда, на Эдеме? Вы пропали друг за другом, а потом ты и словом о нем не обмолвился.

— Не уверен, что тебе следует это знать, — покачал головой брат.

— Да ладно тебе! — возмутился я, — С тех пор как я вернулся на Магеллан, только и слышу: «Еще не время, Виктор». «Потерпи, Виктор». «Тебе не следует этого знать, Виктор». Надоело! Я пришел в себя, Марк, и справился с тем, что случилось на Эдеме. Прошел уже почти год, как я здесь, а Примархи все никак меня не вызовут. Я уже сомневаюсь, что им вообще есть до меня дело!

Марк на эту тираду только рассмеялся. Он сидел на корме, и счищал ножом яблочную кожуру с ярко-красного фрукта.

— Напрасно ты так думаешь, братишка. Просто Примархи не любят спешить, а твое дело у них далеко не на первом месте. Ты ведь много времени провел в библиотеке — неужели не понял, что наша семья гораздо мощнее, чем кажется на первый взгляд? Мы не один из Имперских домов-приживал, коим и пары сотен лет нет. Наша родословная сродни императорской, а таких семей во всей галактике не наберётся и двух десятков. И как бы произошедшие на Эдеме события не были важны и болезненны для тебя — для Примархов это не более чем небольшой эпизод с одним из не самых важных отпрысков дома.

Как показало дальнейшее, Марк весьма сильно заблуждался в последнем — ведь для всех семей Небожителей те события оказались катастрофическими, но тогда, идя под парусом, мы ещё не могли этого знать. Однако в том, что Примархи не спешат, сомневаться не приходилось.

— Ты не ответил на мой вопрос, — заметил я, слегка меняя курс. Ветер наполнил парус, и яхта начала закладывать длинную дугу для разворота.

— Ты ведь не отстанешь, да? — обречённо вздохнул брат, и прочитав ответ на моем лице, лишь махнул рукой, — Ладно, но постарайся чтобы этот разговор остался между нами. Триони должен был подчистить за вами хвосты перед Советником и де Бригезом. Насколько мне известно — он успешно это сделал. Правда, пока он этим занимался, всплыли некоторые детали…

— О чем ты?

— Та девушка — твоя подруга, Кайри. Даже не знаю, как сказать… в общем, ее биография, которую Джайлс изучил, оказалась липовой, целиком и полностью.

— Что? — мне показалось, что я ослышался.

— Все записи о ней поддельные, Вик. Это обнаружил Триони, а потом подтвердили и мои фейды — они даже летали на Тессарею, пока я был в Соларе, чтобы исключить возможность ошибки. Кто-то очень постарался сделать так, чтобы об этой девушке не было неизвестно ничего. Кайри Шигоры никогда не существовало.

— Почему ты не сказал об этом раньше?

— Отец запретил. Да я и сам не хотел наваливать на тебя новых проблем, ты ведь понимаешь?

Я понимал, и не сердился на брата. Нельзя сказать, что я был шокирован или расстроен, нет. Я все также любил Кайри, как ни грустно мне было это признавать. Даже новость о том, что она не та, за кого себя выдавала, нисколько не поколебала моих чувств. Вместо этого мои мысли заняли причины ее поступка. Я не сомневался — уж если фейды Марка не смогли узнать о Кайри ничего, то мне и надеяться не на что, но перестать думать об этом не мог.

— А что насчёт Джайлса? Он остался на Эдеме?

— Да. Он должен был приблизиться к Нейлу де Бригезу, чтобы иногда сообщать мне о том, что ему известно о ваших с Норманом делах. Но судя по всему, успеха в этом он не добился.

Я кивнул, и направил яхту в гавань. Вместе с чувствами из странных снов, прошлыми кошмарами и новыми деталями о Кайри казалось, что мой недолгий покой скоро окажется окончен.

Как оказалось, предчувствия меня не обманули — уже на следующий день посыльный из Цитадели отдал моему брату свёрток, в котором оказалась небольшая стальная пластина и кристалл памяти — это был пропуск на совет Примархов, и его передали для меня.

— Собирайся, братишка, — объявил взволнованный Марк, врываясь в мою комнату ещё на рассвете, — Тебя ждут в Цитадели.

Глава 13

Иногда среди жителей галактики встречаются те, кто немного отличается от остальных. Раньше подобных людей называли "мутантами", но сейчас все изменилось. Умения этих индивидов иной раз просто поражают воображение. Ищейки, способные отыскать человека даже в другой системе. Сновидцы, умеющие перемещаться по сознаниям людей во сне. Рыбы, чья структура лёгких позволяет дышать под водой. Точное количество подобных "измененных" не поддается исчислению, но каждый год появляются люди, способные на нечто большее, чем мы с вами.

Выдержка из лекции Серхио де Сергийос.

Виктор. Цитадель семьи де Пайле

Десять месяцев после событий на Эдеме

Я шагал по коридорам Цитадели в сопровождении двух одинаковых фейдов в оранжевых плащах, которые встретили меня возле входа в центральную крепость. Ни один из них не проронил ни слова, когда я появился там в компании Марка. Тот, что стоял справа лишь забрал пластину, приложил ее к своему браслету и отошёл в сторону, пропуская меня вперёд. Левый пошел передо мной, и я почувствовал себя конвоируемым пленником. И хотя думать о таких вещах сейчас совсем не стоило, сдержать подобные мысли было не в моих силах.

Оказавшись во внутреннем дворе я обратил внимание, что ведут меня не в главное здание — вместо этого сопровождающие свернули к неприметной двери, за которой оказалась небольшая комната. В ней ничего не было, если не считать лестницы, спускающейся куда-то вглубь здания.

Направились мы, конечно же, именно туда. Лестница была широкой, хорошо освещалась, и спускаться по ней пришлось довольно долго. Закончилась она в помещении, немногим больше того, что было наверху. Тут была лишь дверь и стойка, за которой стоял гвардеец — в жёсткой сплошной маске с прорезями для глаз, и бордовом плаще. Он кивнул фейдам, и посмотрел на меня.

— Имя?

— Виктор де Пайле, — я протянул ему кристалл памяти, который мне передал Марк.

Гвардеец осторожно взял его, и вернулся за стойку. Утопив кристалл в одно из углублений, он мельком проглядел информацию, появившуюся на экране, и вернул его мне.

— Фейды проведут вас до зала, где состоится слушание.

«Слушание?!»

— Вы должны оставить все предметы, находящиеся при себе, — он достал коробку откуда-то из-под стойки.

— У меня с собой лишь кристалл.

— Его можете оставить. Но мне придется вас обыскать.

Он проверил меня сканером, потом осмотрел сам. Убедившись, что я не вру, он набрал код на своем браслете, и дверь открылась.

— Проходите.

Я, обалдевая все больше и больше, вновь зашагал за своим сопровождающим. Позади слышался топот второго, и это заставляло меня слегка нервничать. Интересно, что имел ввиду гвардеец, говоря о слушании? Меня что, готовятся осудить?!

Не буду врать, эта мысль меня изрядно напугала. В голове тут-же замелькали обрывки историй, которые ещё в детстве мне рассказывал Марк — о провинившихся братьях и сестрах, отправленных в ссылку на самые задворки галактики, столь дикие, что возвращался оттуда едва ли каждый пятый. Были и более серьезные прецеденты, о которых я читал совсем недавно. Месье Туран де Пайле, например, проводил собственные, скрытые от семьи эксперименты на мозге человека. Он занимался этим (если верить «Истории дома де Пайле») тихо, долго, и далеко, но Примархи все равно узнали о его самоуправстве. Несколько фейдов задержали Турана прямо в подпольной лаборатории, и привезли в Цитадель, после чего его больше никто не видел.

Себе я подобной участи совершенно точно не желал, и пытался верить, что главы семьи не сочтут мои действия угрозой ее безопасности. Хотя…

Сейчас, вновь возвращаясь к мыслям о том, что произошло на Эдеме, я уже не был уверен в том, что легко отделаюсь. До меня начало доходить, почему Примархи не спешили поговорить со мной. Не потому что я был «незначительным эпизодом», как сказал Марк, совсем наоборот! Им нужно было разобраться в моей истории, и узнать наверняка — насколько сильно я подставил семью под угрозу! Кража закрытых сведений у своей семьи — раз. Кража того-же у де Бригезов — два. Контракт с кланом Ямато, нарушающий огромное количество законов — три. Это ведь так просто, но пока я не оказался здесь, даже и не задумывался, насколько серьезными последствиями могут обладать мои поступки.

От подобных мыслей у меня по спине пробежал холодок, и я мог только догадываться, почему Примархи отпустили с Магеллана Нормана — он ведь знал все, что знаю я?

Мы спустились ещё ниже, прошли по извилистым и пустым коридорам, миновали несколько дверей. За весь путь нам не встретилось ни одного человека. Дорогу назад я помнил смутно, и когда мы вышли в широкий дугообразный переход, соединяющий разные части крепости, я запутался окончательно, и не представлял, где нахожусь. Несмотря на все мои занятия и тренировки, без Дока запомнить подобный маршрут было невероятно сложно.

Пройдя ещё сотню метров, вперёд, фейды остановились у запертой двери, обрамленной аркой. Один из них кивнул на нее, и я понял, что дальше пойду один. Приблизился к двери, набрал в грудь побольше воздуха, и… Ничего не произошло — дверь осталась закрытой даже спустя десяток секунд. Я вопросительно посмотрел на одного из фейдов — он показал взглядом на мою руку, в которой все ещё был зажат кристалл — затем на дверь. Я ничего не понимал — там не было ни одной пустоты, чтобы вставить в нее осколок. Наугад прислонив его к шершавой поверхности, я чуть было не отпрянул — кристалл мгновенно прилип к ней, дверь окрасилась в тёмно-синий цвет, а затем створки медленно начали расходиться в стороны.

Если помещения, по которым меня вели, совсем не впечатляли: ни отделкой (сплошной металл и камень), ни размерами, то этот зал заставил перевести дух, прежде чем я шагнул в арку.

Идеально круглое помещение, метров пятьдесят в диаметре. Высокий ряд сидений по периметру, расположенных на возвышении — и кафедра, установленная перед противоположной от входа стеной. За ней сидели пятеро мужчин. Их лица не были закрыты масками, не были спрятаны в тени, или под капюшонами — они не скрывали свои личности. Нечего было скрывать — я никогда не видел этих людей. Обычные мужчины, ничем не примечательные. Были тут и красивые, и не очень; двое коротко стриженных, трое длинноволосых. У одного подбородок широкий, у остальных — узкие. Но было у всех них и кое-что общее — ярко-фиолетовые глаза. И их взгляды давили на меня отнюдь не эфемерной тяжестью — в Примархах чувствовалась сила, которой мне встречать ещё не доводилось.

Больше в зале не было ничего — если не считать купола, висевшего метрах в двадцати надо мной. Я сразу понял, что это была проекция — иначе откуда бы под землёй взялся вид звёздного неба, да ещё и посреди дня? Я кинул на потолок быстрый взгляд, пока шел к центру зала — там находился небольшой подсвеченный участок, такого же цвета как и дверь. Остальная часть пола была выложена белой плиткой, и мои шаги раздавались гулкие эхом по всему залу. Едва я дошел до синих плит, как со мной заговорил один из Примархов.

— Мы приветствуем Виктора де Пайле, сына Андрэаса, внука Элайджи. Знаете ли вы, по какой причине оказались здесь?

— Да, — я постарался ответить ровно, но у голоса на этот счёт были свои мысли — первое слово вылетело из меня со звуком треснувшего дерева

— Хорошо, — продолжил другой, — Мы подробно изучили вашу личность и действия, которые привели вас сюда. Вы признаете, что незаконно получили закрытые данные «Пайле Конструкт» о проекте «Синтрофос»?

— Да.

— Для чего вам понадобилась эта информация?

— Я… Узнал, что этот проект был закрыт почти два века назад. Он был мне интересен, и я решил узнать больше. Подумал, что если смогу понять, почему его закрыли, то также пойму, как его продолжить.

Двое Примархов переглянулись, а затем один из них посмотрел на меня.

— Откуда вы узнали о данном проекте?

— Мне рассказал о нем покойный дед, которого вы упомянули ранее, — я прекрасно понимал, что Примархи и так знают мою подноготную, так что юлить и врать не собирался, решив что честность сейчас будет лучшим вариантом.

Снова взгляды, и снова внимание к моей персоне.

— Правда ли, что вы встроили в инфополе одного из лаборантов, имеющего доступ к архивам, вирус, который нашел и скопировал нужные вам файлы?

— Да, — я вспомнил, сколько месяцев потратил на разработку и настройку этого вируса, а также сколько времени искал подходящего кандидата для его внедрения в сеть одной из лабораторий. Если подумать, это была блестяще реализованная схема, не в пример лучше тех, что привели меня сюда. Я про себя усмехнулся, и тут-же заметил, как прищурился один из Примархов — седовласый мужчина с небольшими морщинами в уголках глаз.

— Впечатляет, — заметил он, словно в ответ на мои мысли, — После этого вы отправились на Лирею?

— Да, но там оборвался один из следов, которые я обнаружил в украденных документах. Две запертые и пустые лаборатории — все что я нашел.

— После вы прибыли на Эдем?

— Другой след вел туда, — я кивнул, — к семье де Бригез.

— И что вы предприняли, оказавшись на этой планете?

— Поселился в Высоком городе, и организовал слежку за несколькими представителями семьи. Три года собирал информацию, и…

— В канун карнавала вломились в особняк главы рода де Бригез, украли его ключи от систем безопасности, и скопировали их семейный архив?

— Да.

Примархи ненадолго замолчали. Я сообразил, что они невербально обмениваются мыслями. Когда с этим было покончено, допрос продолжился. Мне пришлось рассказать абсолютно все, что со мной произошло с момента ограбления де Бригеза, не упуская ни одной малейшей детали, а также упомянуть о всех аферах, что мы, походя, провернули с Норманом.

Затем пошли, как мне показалось, ничего не значащие вопросы. К слову — о Кайри Примархи не спросили ничего. О Нормане — только то, насколько он был посвящен в украденную мной у моей же семьи информацию о проекте «Синтрофос». Зато на Ирио я потратил добрый час, вспоминая все, что отложилось у меня в памяти — вплоть до поведения его зрачков при переговорах, и жестах, которые он использовал.

Не скрою, без спутника все это казалось мне очень размытым, и я несколько раз упомянул, что не уверен в правильности своих воспоминаний. Впрочем, Примархов это нисколько не смутило. Где-то в середине допроса я понял — почему.

Все то время, что я стоял посреди зала, мне казалось что я ощущаю лёгкие прикосновения к своей инфоструктуре. Спустя некоторое время я понял, что это не просто ощущение — Примархи каким-то образом считывали данные с моего мнемочипа, а может быть — прямо с клеток. Я не мог сообразить, как они это делают, и почему я чувствую подобное вмешательство без спутника тоже не знал, но был уверен в своей правоте.

Когда вопросов не осталось, главы семьи снова замолчали — лишь пристально смотрели на меня, не отрывая взгляда. Тревожное ощущение усилилось, и я с нетерпением ждал дальнейшего развития событий. А ещё у меня жутко затекли ноги — я простоял на одном месте (по моим прикидкам), больше трёх часов.

— Виктор де Пайле, — собственное имя прокатилось под звездным сводом так резко и громко, что это заставило меня вздрогнуть, — вы объявляетесь виновным по двум пунктам. Первый: кража семейной информации и разглашение ее посторонним лицам. Второй: создание конфликтной ситуации с домами де Бригез, Ямато, а также с Императорским двором — путем кражи редчайшего артефакта с аукциона одного из Советников Эдема и заключением контракта, нарушающего семнадцать пунктов Императорских эдиктов. Нами было принято единственное возможное решение относительно вашей персоны.

«И что, все?!» — в замешательстве подумал я, — «К чему тогда такой долгий допрос? Мне даже не дадут оправдаться?!». Я был возмущен, хотя и понимал, что Примархи кругом правы, и даже не представлял, что можно сказать в свою защиту.

— Что со мной станет? — хрипло спросил я.

— Вы останетесь в Цитадели на неопределенный срок — пока последствия ваших действий не будут нейтрализованы. Вы не покинете пределы крепости, и лишитесь возможности контактировать с другими людьми. Обычно в подобных случаях мы изымаем у обвиняемого его спутника, но у вас его и так нет — однако контакт с инфосферой для вас будет полностью перекрыт.

С каждым новым словом я падал духом. Это, конечно, не смерть, но остаться в душных подвалах, без всякого контакта с людьми, да ещё и на неопределенный срок… Словно оказаться в одиночной камере, выдолбленной в астероиде.

Я откашлялся.

— Могу я узнать хотя бы примерные сроки своего заключения?

— Нет. Это будет зависеть от многих факторов.

— В таком случае, прошу разрешения попрощаться с отцом и братом.

— Исключено, — отрезал Примарх, сидящий по центру, — Вы покинете этот зал под охраной фейдов. Они отведут вас в камеру. Дальнейшие инструкции, если они появятся, вам передадут.

Я ничего не понимал. Какого черта меня не посадили под замок сразу — как только я рассказал отцу о том, что произошло?

— Могу я сказать несколько слов?

Примархи снова переглянулись, и тот седовласый, что ранее прочёл мои мысли, кивнул:

— Если поторопитесь.

Я попытался собраться с духом — как назло, ничего умного в голову не приходило, но молчать после такой просьбы было бы совсем глупо. Я открыл рот, чтобы заявить об отсутствии в моих действиях злого умысла; возможно, посетовать на неосторожность, и попросить смягчить наказание. Честно говоря, я понимал, что мои слова ничего не изменят, но должен был хотя бы попытаться! К счастью, меня избавили от необходимости придумывать оправдания.

Двери за моей спиной тихо открылись, и в зал вошёл ещё один человек. Все взгляды тут-же оказались прикованы к нему — кроме моего. Чья-то воля не дала мне повернуться, а через секунду я понял, что меня попросту обездвижили. Человек стремительно прошел мимо, и загородил меня собой.

— Прошу прощения за вторжение, Примархи, — он чуть склонил голову, и его голос показался мне очень знакомым. Вглядываясь в выбритый затылок, я с удивлением понял, что уже видел этого человека — это был Элиас!

— Сегодня что — день открытых дверей? — сухо поинтересовался мужчина, объявивший мне приговор, — Сейчас идёт заседание, Элиас, дождись окончания.

— Вообще-то я здесь из-за Виктора, — новый гость развернулся ко мне, и слегка улыбнулся, — В этом деле появились новые детали.

— И они не могут подождать?

— Сами скажите, — Элиас отстегнул от браслета свой кристалл, и подойдя к кафедре, положил его перед Примархами. Над твердой поверхностью возникла голограмма, но я не смог разглядеть, что на ней изображено. Однако это, похоже, было нечто очень важное — лица представителей совета вмиг окаменели, а глаза налились цветом таким темным, что сейчас Примархи мало напоминали людей.

— Как видите, события начали разворачиваться чрезвычайно быстро, — заметил Элиас, убирая кристалл обратно, — И в подобном свете…

— Что ты предлагаешь?

— Нужно первыми найти этого человека. А если он уже у Ямато — изолировать от них другие астро. Также следует узнать, кто помогает клану на Варанте, и что этим людям известно. И самое главное — добраться до лаборатории первыми.

Обо мне все словно забыли, но я всё также не мог пошевелиться.

— Отправим туда отряд. Езжай сам, возьми с собой десяток фейдов и скаяра. Вылетайте сегодня-же.

— Повторюсь — я здесь из-за Виктора. Наш скаяр мертв, а этот молодой человек может его заменить.

В зале повисла такая тишина, что я услышал свое сердцебиение. Невольно вспомнились сны о странном храме, и неожиданно помещение изменилось — воздух вокруг меня стал густым, а под куполом, сменив звёздную карту, появилась проекция той самой трехглавой пирамиды. Четверо Примархов встали со своих кресел, а оставшийся сидеть посередине мужчина сдвинул брови.

Видение рассеялось также быстро, как появилось. Я был в полнейшем шоке, а вот Элиас напротив — был доволен и улыбался, показывая на меня рукой.

— Видите? Виктор знает куда больше нас, хоть пока и не подозревает об этом. Он один из скаяр — первый, за много десятилетий. И нам очень повезло, что он сейчас здесь.

— И ты просишь отдать его тебе? Вместо наказания позволить… — начал было средний, но его перебил седовласый.

— Выбор у нас невелик, Амрон. Старый скаяр мертв, ты слышал Элиаса. Нам действительно повезло, что в череде всех произошедших событий у нас сразу же появился новый кандидат. С учётом открывшихся сведений, — он посмотрел на меня, — можете идти. Виктор, ты поступаешь в распоряжение Элиаса. Он введёт тебя в курсе дела. Постарайся оправдать наши ожидания. Элиас, — он обратился к нему, — у тебя два дня, а потом вы должны будете отправиться на Варант.

Я не верил своим ушам. Вот так запросто Примархи сменили гнев на милость? Что же тут происходит?

Элиас слегка поклонился совету повернулся ко мне. Я почувствовал, что удерживающее меня поле исчезло, и чуть было не грохнулся на пол — ноги затекли так, что я их почти не ощущал. Элиас взял меня за плечо, и вывел из зала. Вопросы я решил приберечь на тот момент, когда мы покинем подземелье.

***

С этим, правда, пришлось повременить. Пока нас сопровождали фейды, я не решался задавать вопросы, вертевшиеся на языке, а когда мы наконец-то вышли наружу, и оказались во дворе крепости, там нас встретил заметно нервничающий Марк

— Черт, Вик, я уже начал переживать! — он обнял меня, и похлопал по плечу, а затем обратил внимание на моего сопровождающего, — Элиас?!

— Добрый день, Марк, — невозмутимо откликнулся тот.

— Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть. Ты был?..

— На совете, да.

Марк недоуменно нахмурился, и Элиас счел нужным пояснить:

— Виктору ничего не грозит. Свое наказание он отработает под моим началом.

— Неужели? — мой брат выглядел ошеломлённым, но довольным, — Это хорошая новость. Но подозреваю, всех деталей вы мне не откроете?

— К сожалению, — подтвердил Элиас, — однако нам есть о чем поговорить.

— В таком случае — едем к нам, — не раздумывая предложил Марк, — Пообедаем, и все обсудим. Вик, ты как, нормально? — он внимательно посмотрел на меня, — Вид у тебя пришибленный.

— Приятного на этой встрече было мало, — согласился я, — разве что финал. Едем домой, я жутко голоден.

Это было правдой. Пока мы добирались до нашего особняка, Марк дозвонился до отца и сообщил, что со мной все в порядке. Тот порадовался в своей манере — весьма сдержанно, и выразил надежду, что впредь я буду умнее.

Дома мы расположились в столовой. Прислуга накрыла на стол, и в дальнейшем я был больше занят едой, нежели разговорами — все равно при Марке обсуждать произошедшее на Совете было нельзя. Однако Элиас сам ввел брата в нынешнее положение моих дел — насколько это было возможно.

— С сегодняшнего дня Виктор переходит в мое распоряжение, — объявил он, — И в ближайшие дни пройдет краткий инструктаж. Затем мы на некоторое время покинем Магеллан.

— Куда вы направитесь?

— Извини, Марк, но об этом тебе может рассказать лишь совет, — слабо улыбнулся Элиас.

— Все настолько серьезно?

— Более чем. Полагаю, для Виктора это все тоже в новинку, но будь уверен — со мной ему ничего не грозит.

— Ты вернул его с Эдема. Как я могу сомневаться в твоих словах? — вскинул руки Марк.

Этот момент меня насторожил — ведь я рассказал брату о том, что случилось во время нашего побега с Эдема, и он знает, что Элиас не мог выжить после того, как наши преследователи попали в «Азию» одной из ракет. Но при этом он делал вид, что так и должно быть, и не выказывал никакого удивления, встретив этого загадочного человека.

— Польщён твоим доверием, — сверкнул глазами наш гость, — Надеюсь ты простишь, что я не могу сказать тебе больше. К сожалению, сейчас мне придется уехать. Виктор, через два часа я пришлю за тобой глайдер. Собери необходимые вещи, и жди здесь.

— Хорошо, — согласился я.

Когда Элиас ушел, Марк, проводивший его до двери, вернулся в столовую и налил себе виски.

— Рановато, не находишь? — поинтересовался я.

— С таким-то братом, — отмахнулся он, и сделал глоток, — И так…

— «И так» что?

— Не строй из себя идиота, — он поморщился, — Каким образом ты попал в подчинение к Элиасу?

— Понятия не имею, — совершенно искренне ответил я, — Он заявился в зал, где проходило слушание, под самый конец. Мне уже объявили приговор, но он что-то показал Примархам — какую-то голограмму. Потом между ними произошел разговор, из которого я ничего не понял. Он сказал что я, эмм… Скаяр. Примархи тут-же сменили гнев на милость, и разрешили ему забрать меня.

— Скаяр? — переспросил брат.

— Ты не знаешь, что это? — изумился я. Всегда считал, что кто-кто, но уж Марк-то точно владеет многими семейными тайнами, и его незнание меня слегка разочаровало.

— Впервые слышу, — озабоченно протянул он.

— Значит, я сболтнул лишнее.

— Не переживай, дальше меня не уйдет, — отмахнулся он, — Элиас рассказал тебе, чем вы будете заниматься?

— Ни слова, — покачал я головой, — Тебя только это волнует?

— В каком смысле? — не понял он.

— Теперь ты держишь меня за идиота, — я разозлился, — Элиас погиб, когда мы удирали с Эдема! Я видел это сам — то место, где он сидел, разнесло в клочья! Я сам чудом уцелел в тот раз, а теперь ты делаешь вид, что ничего не произошло?

Марк усмехнулся, и снова наполнил свой стакан.

— В том-то и дело, Вик. Я знал, что он жив. Не в том смысле, что он выжил в той переделке, а… Черт, ненавижу это! — он со звонком поставил стакан на стол, — Я не знаю, что тебе можно рассказать, братишка. Но думаю, что если ты сегодня-же отправишься под опеку Элиаса, то он сам расскажет тебе все, что ты должен знать. Возможно, он объяснит это даже лучше меня. Просто… знай, что его дело весьма расплывчатое — даже мутное. Никто, кроме Примархов, не знает, чем он и его подчинённые заняты, и они об этом никогда не распространяются…

— Похоже, что и Примархи ему особо не указ, — подхватил я, — Видел бы ты, как он с ними говорил и вел себя

— Вот об этом я и говорю! — Марк наставил на меня палец, — просто будь осторожнее, ладно? Ты чудом уцелел на Эдеме и избежал наказания Примархов, но не факт, что с Элиасом тебе будет безопаснее. Хоть он и сумел вытащить тебя с Эдема.

— Ты знал, что меня собирались осудить?

— Да брось, — он невесело рассмеялся, — Это было очевидно всем, кроме тебя. Вопрос был лишь в том, какое наказание выберут Примархи. Мы с отцом не хотели, чтобы ты сходил с ума всё то время, что прошло до слушания.

— Ну спасибо за заботу, — фыркнул я, вставая из-за стола, — Меня чуть было не заперли в подземельях крепости — на неопределенный срок.

Марк слегка побледнел.

— Значит, тебе действительно повезло.

— Пойду, соберу вещи, — я махнул рукой. Что теперь об этом говорить?

— Тебе помочь?

— Можешь пока постирать мои носки, — предложил я, и Марк тут-же швырнул в меня яблоком. Я поймал его, и на ходу откусил здоровенный кусок.

Расстались мы на крыльце отчего дома. На прощание брат крепко сжал мое запястье.

— Будь осторожен, — повторил он, — Я ещё надеюсь увидеть тебя.

— И я надеюсь. Передавай мое почтение отцу, и сообщи мастеру Кольту, что наши уроки закончились, — я улыбнулся, — Пусть все случится так, как случится.

— Пусть, — он кивнул, и я подошел к белому глайдеру. За штурвалом никого не оказалось, и я занял переднее сиденье. Стоило только пристегнуть ремни, как мобиль легко поднялся воздух, и взял курс к южной части города.

Там, во дворе небольшого поместья, меня уже ждал Элиас. Я покинул приземлившийся глайдер, и перекинув свою, повидавшую виды сумку, через плечо, направился к нему.

— Добро пожаловать, — приветствовал он меня, — Идём, я покажу твою комнату.

Элиас указал мне на галерею справа, и пошел рядом. Мы молчали, но на языке у меня вертелись десятки вопросов. Он это заметил.

— Хочешь о чем-то спросить?

— Да, — я тут-же воспользовался случаем, — Как ты выжил?

Он усмехнулся.

— Чтобы рассказать об этом, придется начать издалека. Это долгая история, и для начала я объясню некоторые другие вещи, — мы поднялись на второй этаж, и Элиас открыл одну из дверей, пропуская меня вперёд, — В ближайшие дни ты будешь жить тут.

Комната не представляла из себя ничего особенного: окно, кровать, два шкафчика, стол и стул, дверь в ванную комнату, гардероб, проекционная панель на стене. Я кинул сумку в угол, и сел на кровать. Элиас оставался в дверях.

— Итак… Почему я здесь?

— Из-за того, что случилось на Эдеме.

— А конкретнее? Что случилось в Цитадели? Почему под куполом появился этот образ? Пирамида, — пояснил я, — которую я видел в своих снах.

— Знаю, — вздохнул мой собеседник, проходя в комнату, и присаживаясь на стул, — Полагаю, всё-таки лучше начать с себя. Меня зовут Элиас Пайле. Как ты можешь заметить, я твой родственнико, но… не совсем человек.

— В каком смысле? — я не понял его последней реплики.

— Ты искал информацию о проекте «Синтрофос», — вместо ответа начал он, — но вряд ли знаешь, что это такое на самом деле.

— И что-же? Я думал, что это продвинутый искусственный интеллект. Нечто вроде улучшенной версии спутника, но с самосознанием.

— Безусловно, доля истины в твоих догадках имеется, но все не совсем так. Первые де Пайле — те, кто побывал на Сигеру-Маоло, вывезли оттуда изрядное количество артефактов, различных веществ, и зашифрованных записей Предтеч. Позже они основали многовековую династию, построили Цитадель, и поднялись гораздо выше обычных людей — как и некоторые другие семьи. Все это стало возможным благодаря технологиям, разработанным на основе тех вещей, что были найдены на Сигеру-Маоло.

Проект «Синтрофос» — одна из этих технологий. Она позволяла переселить сознание человека в другое тело — при смертельном ранении, например, или на пороге смерти. Попыток переноса были сотни, но удачных — всего лишь три.

Одного де Пайле, начавшего вторую жизнь, вскоре убили — во время войны с семьёй Джессалин. Он был в числе первых Примархов, и его смерть стала одной из причин, по которой всех Джессалин вырезали под корень. Второй счастливчик прожил ещё около тридцати лет, но со временем начал странно себя вести. Когда его попытались обследовать — убил несколько десятков человек, угнал боевой крейсер, и исчез в неизвестном направлении. Больше его никто не видел. Ну а третий… — он ненадолго замолчал, и я, заслушавшись, не выдержал:

— Что стало с ним?

— Он сейчас стоит перед тобой, — Элиас попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой.

— Ты шутишь? — рассмеялся я, — Вся эта история похожа на детскую сказку.

— О, в сказках иной раз можно найти куда больше правды чем, например, в новостях — тебе ли не знать об этом?

Я понял, что он намекает на то, как ловко Империум скрыл истинную причину событий, произошедших на Эдеме.

— То есть ты — один из тех, кто жил несколько сотен лет назад?

— Я неплохо сохранился, правда? — он попытался пошутить, — Согласен, поверить в такое сложно, но тем не менее, это так. Думаешь, как я выжил после прямого попадания ракеты в «Азию»?

Я задумался

— Не знаю. Возможно, ты успел катапультироваться, а потом тебя подобрали спасатели.

Элиас расхохотался — на этот раз совершенно искренне.

— Неужели ты сам веришь в подобную версию? Там не было возможности катапультироваться, Виктор, да я и не успел бы — тело сгорело за пару секунд. А личность… — он слегка задумался, — Давай пока вернёмся к «Синтрофос».

Существуют определенные трудности с записью сознания в новое тело. Для начала его нужно сохранить — и это самая большая проблема. Просто записать всю прожитую жизнь, всю личность человека на кристалл памяти невозможно — процессы, формирующие наше сознание и человеческие технологии несовместимы. Можно сохранить любое количество воспоминаний, но сколько бы информации мы не собрали — при воспроизведении машина (или клон) не станет тем человеком, которому весь этот багаж принадлежит.

Однако существуют определенные предметы — артефакты Предтеч, предназначенные специально для подобных действий. За всё то время, пока существовал проект «Синтрофос», мы так и не смогли повторить конструкцию этих устройств — лишь использовать те, что уже были у нас.

Он набрал на своем браслете команду, и на проекционном экране появилось изображение того, о чем говорил Элиас. Я едва не подпрыгнул, увидев его — это был практически такой же куб, какой мы украли во время аукциона Советника! Отличался лишь орнамент, но не узнать астро было невозможно. Элиас, увидев мою реакцию, усмехнулся, и продолжил.

— Вижу, ты узнал устройство. Подожди пока с вопросами, — он поднял руку видя, что я хочу что-то сказать, — для начала я закончу. Итак, для переноса сознания необходимы три составляющие. Наша технология; устройство, которое примет сознание, а затем запишет его в новое тело; и самое главное — место, где произойдет перенос. На моей памяти таких было всего два — оба находились в найденных нами храмах Предтеч. Одно на Марсе, второе — на Лирее. Сейчас храм на Марсе недоступен — один из прежних Императоров опечатал его около ста пятидесяти лет назад. Помещения на Лирее оказались разрушены после одной из войн, что прокатились по планете — тоже достаточно давно.

— Но почему перенос можно произвести именно в таких местах? — не выдержал я.

— По той же причине, по которой нужны и астро-кубы — есть определенные условия, требования и механизмы, с помощью которых происходит этот процесс. Не в каждом из найденных человечеством храмов есть подобное оборудование — тем более рабочее. С тех пор, как был утерян храм на Лирее, мы искали похожее место, и лишь недавно обнаружили его, в чем, впрочем, не совсем уверены.

— На Варанте? — сообразил я, вспомнив обрывки разговора Элиаса и Примархов.

— Да, — он кивнул, — но к сожалению, обнаруживший это место скаяр был найден убитым — он не успел вернуться на Магеллан, только передал обрывочное сообщение.

— Кто такой «скаяр»? И в чем заключаются его обязанности?

— Ты задаешь правильные вопросы, — одобрил Элиас, — Ты ведь видел, как в зале совета проекция купола воспроизвела образ из твоего сна?

— Трудно было это проигнорировать.

— С тех пор, как первые Небожители побывали на Сигеру-Маоло, многое в их сущности изменилось. Спустя поколения некоторые из нас начали замечать, что с теми, кто усиленно использует технологии Предтеч, происходят… так скажем — изменения. Ты наверняка слышали об Ищейках — Скаяры чем-то похожи на них. Каждый из вас может работать с техникой Предтеч — на молекулярном уровне, и даже тоньше. Вы можете чувствовать и находить их артефакты и храмы, можете запустить разбитую панель управления на корабле, пролежавшем в джунглях несколько сотен тысяч лет. Можете оперировать тем, что простые люди называют «реальностью» — ускорить свои рефлексы, или почувствовать направленный в вас выстрел.

Мы до сих пор не знаем, каким образом эти свойства передаются через поколения, не знаем, почему они проявляются — но при определенном стечении обстоятельств модно определить, является ли Небожитель скаяром, или нет. Ты взаимодействовал с артефактом Советника, ты видел в своих снах тот самый храм Предтеч, который нашел наш прошлый скаяр — и более того, ты смог показать это место Примархам. Купол в том зале — одна из технологий Сигеру-Маоло, — пояснил он, заметив мой ошалелый взгляд.

— Все страньше и страньше… То есть я…

— Ты можешь помочь нашей семье найти храм на Варанте, и новые ёмкости для переноса сознания. Нам очень повезло, что именно ты оказался обладателем такого дара.

— Почему повезло?

— Потому что другие тоже охотятся за этим знанием.

— Другие?

— Ты видел упоминание о семьях де Бригез и Ямато в тех документах, что стащил в нашей лаборатории. И те, и другие раньше знали о «Синтрофос», и работали над этой технологией с нами. Теперь, благодаря твоему рассказу мы знаем, что клан Ямато ведёт охоту за артефактами Предтеч, и уже завладел одним — с твоей, кстати, помощью. Насчёт де Бригезов я не был бы так уверен — война на Лирее сильно их проредила, и многие из их архивов оказались уничтожены. Но, если что-то всплывёт, и Нейл догадается, что ты искал — их семья тоже включится в гонку, если этого уже не случилось.

— Все это звучит… Нереально.

— Виктор, — Элиас сел рядом со мной, — можешь мне поверить — все так и есть. Я родился более двух сотен лет назад, и был одним из тех, кто своими глазами видел все то, о чем сейчас рассказал. Обе свои жизни я положил на то, чтобы получить эту невероятною технологию. А теперь, спустя два века после первых наших экспериментов, после всех поисков и исследований, колесо вдруг сделало полный оборот, и гонка, за право получить в руки секрет бессмертия, снова стартовала. Ты должен помочь своей семье, Виктор. Все, что с тобой произошло, привело нас в этот самый момент.

Такого поворота событий я, честно говоря, совсем не ожидал. И хотя весь рассказ Элиаса действительно напоминал лишь легенду, я чувствовал, что он не врёт. Все сходилось, один к одному, и я не видел ни одной причины, по которой ему стоило бы обманывать меня.

— Ты всё-таки не ответил на мой первый вопрос, — напомнил я, — если твое тело было уничтожено, а подходящих храмов для переноса сознания под рукой у нашей семьи сейчас нет — как тебе удалось выжить?

Элиас встал, и подошёл к окну.

— Все просто. Я тоже, в каком-то смысле, измененный. Тело мое действительно сгорело, но я ведь далеко не глупец, — он улыбнулся, — в каждый момент времени мое сознание дублируется, так что… пришлось, конечно, подождать, пока остатки сознания доберутся до Магеллана, но в конце-концов — вот он я, — он театрально развёл руки и поклонился.

— Да уж, — только и смог я выдавить из себя, — Не мог и предположить, что подобные вещи возможны.

— В этом мире возможно все, Виктор, — заметил Элиас, — Пожалуй, на сегодня с нас хватит истории. Пойдем, я познакомлю тебя со своими людьми, и покажу поместье. После сдашь кое-какие анализы, и займемся подготовкой к вылету на Варант. Полагаю, можно не упоминать, что все эти разговоры должны остаться между нами?

Глава 14

Если хочешь жить свободно,

Если жёнка не мила,

Есть кинжал и нету денег,

То дорога, брат, одна.

Отправляйся в "Тёмный странник",

Мы здесь рады всем подряд!

Будь ты плут, бродяга, карлик,

Всё оставь, и все дела!

Народная песня жителей системы SG-1141

Норман. Планета Арбис

Восемь месяцев после событий на Эдеме

Очнулся Норман незадолго до рассвета. Судя по ощущениям, ему здорово досталось, и в данный момент парень мучительно вспоминал последнее, что с ним произошло. Он попытался встать, но сразу осознал, что накрепко связан по рукам и ногам. С трудом разлепив веки, Норм несколько раз моргнул, и попытался сфокусировать взгляд.

Перед ним стояло кресло, в котором обычно сидел Ластор. В пол упиралась пара ног в меховых сапогах — почти таких-же, какие носил и сам Норман. Парень вспомнил, кого он видел перед тем, как его близко познакомили с действием электрошокера.

— Матиас, мать твою, Бринг, — прохрипел он. Изо рта стекала тонкая струйка слюны, и Норману нестерпимо хотелось ее утереть. — Ты разве не мог уложить меня хотя бы на диван?

Раздался хриплый смешок, двухметровый фехтовальщик рывком поднял Нормана на ноги, и усадил на вышеупомянутый диван. Пленник вперил взгляд в незванного гостя.

— Здравствуй, Норман, — поприветствовал он своего пленника, — Рад, что ты меня узнал.

— Какого чёрта тут происходит? — спросил Норм.

— А ты не догадываешься? — вопросом на вопрос ответил Матиас, наливая себе вина — видимо, похозяйничал на кухне.

— Не люблю словесные игры с теми, кто вламывается ко мне, и бьет током, — огрызнулся Норман, пытаясь вызвать Улисса. Спутник не отвечал, и это весьма огорчало.

Матиас усмехнулся.

— Где твой друг? Мои люди обыскали весь дом и прилегающую территорию, но так и не нашли его.

— Куда уж вам, идиотам, — Норман сплюнул под ноги мастеру клинка, провел языком по зубам — и не досчитался одного из зубов. Того самого, который несколько месяцев назад ему выбили головорезы Ямато, и который с таким тщанием заново вырастили на Магеллане. — Зачем мы тебе?

— Да брось, — Матиас сделал глоток, — Не надо корчить из себя дурака. Ты наследил на Эдеме, и некоторые — очень влиятельные, спешу заметить, люди, остались недовольны тобой, и твоими друзьями. Девчонке повезло сдохнуть раньше, чем я до неё добрался, — он на секунду задумался, — но вот тебя пришлось поискать. Скажи, кто был третьим вором, и тебя ждёт лёгкое путешествие. Это он был здесь, с тобой? Почему я не могу отследить матрицу его инфополя?

После этих слов Норман понял, что Матиаса нанял не клан Ямато, а кто-то с Эдема — де Бригез, или Советник. А может быть, они спелись, и догадались, что ограбления как-то связаны. В любом случае, это был хороший знак — убивать Нормана не было никакого смысла, по крайней мере, до тех пор, пока заказчики Матиаса не узнают все, что хотят.

— Не понимаю, о чем речь, — ответил парень, — Ты, сволочь, вломился сюда, оглушил меня, и по твоей милости я потерял новый зуб. Так что вместо вопросов можешь просто поцеловать меня в зад.

Матиас вздохнул, встал из кресла и подошёл к своему пленнику. Примерившись, он коротко ударил парня в челюсть, и голова Нормана дернулась назад.

— Разве родители не учили тебя хорошим манерам? — как ни в чем не бывало спросил Ищейка. — Повторяю вопрос — кто был третьим вором?

Норман снова сплюнул, и с сожалением понял, что один из зубов рядом с уже имеющейся дырой тоже зашатался. Он зло сверкнул глазами.

— Ты что, глухой? Сначала целуешь меня в жопу, а потом…

Договорить он не успел — Матиас снова ударил его по лицу, на этот раз — прямо в нос. Тот хрустнул, а Норман, вопреки всякой логике, расхохотался.

— Ах ты гнида! Научился махать саблей, и чувствуешь себя крутым? Развяжи меня, meien lavara sarko*(примерный перевод с эллирийского — выкидыш гулящей девки), и поговорим как мужчины!

Разумеется, Матиас не собирался этого делать. Он с досадой заткнул рот Нормана кляпом, и вызвал одного из “Атласов”, прилетевших на Арбис вместе с ним.

— Не спускай с него глаз. Кляп не вынимай, — велел он, и поднялся на второй этаж.

Там царил полный разгром — четверо “Атласов” перевернули весь дом вверх дном в поисках полезной информации и зацепок. Двое из них, скидав все вещи Нормана в большую сумку, сейчас потрошили его файлы, а ещё один патрулировал периметр дома, пока все они ожидали коптер. Он должен был вылететь за ними сразу после того, как Матиас обнаружил убежище Нормана, и сейчас был уже совсем рядом — не более чем в двадцати минутах полета.

— Нашли что-нибудь? — поинтересовался Ищейка.

— Устройства для смены личности и внесения изменений в инфополе, пара полиорганических масок, пистолет, и несколько кристаллов памяти, — отозвался один из наёмников, — Все данные на них зашифрованы. Без паролей или мощного дешифратора мы их не вскроем.

— Тогда собирайте все это барахло и спускайтесь. Скоро за нами прибудет транспорт, — скомандовал Матиас. Затем он вызвал “Атласа” снаружи, — Как обстановка?

— Все спокойно, сэр. Я обнаружил скрытый под землёй гараж, и следы вездехода, но куда направился беглец определить невозможно — снегопад скрыл все следы.

— Возвращайся в дом.

— Так точно, сэр.

Оставшись наедине, Ищейка выругался. Сообщник Нормана каким-то образом узнал об их приближении, и успел удрать прежде, чем его успели остановить. Проклятье! Матиас понимал, что разговорить этого молодого наглеца будет сложнее, чем он предполагал — в глазах его пленника проглядывался стальной стержень, а смысла устраивать здесь пыточную не было — задачей Ищейки было доставить Нормана на Эдем, и он собирался заняться именно этим.

И так пришлось потратить больше двух месяцев, рыская по безлюдным землям в надежде отыскать следы инфополя Нормана, и лишь неделю назад удалось сузить регион поисков до нескольких квадратных километров. Дальше стало легче — подняв данные об этой местности, Матиас выделил несколько вероятных мест, где беглец мог укрыться, и в одном из них обнаружились следы Нормана вместе с ещё одним неизвестным человеком.

Впрочем, даже захватив вора, Матиас не расслаблялся — его доставка на Эдем была делом не из лёгких. Убежище Нормана находилось достаточно далеко от ближайшего населенного пункта — небольшой деревушки, в которой жили охотники и земледельцы. На Арбисе практически отсутствовала нормальная инфраструктура, и добраться отсюда до ближайшего города с рабочим космопортом можно было лишь по реке (сейчас замёрзшей), либо по воздуху. “Какое счастье, что мне хватило ума взять с собой коптер!” — подумал Матиас, спускаясь на первый этаж.

Летательный аппарат не заставил себя ждать — вскоре он, не без труда, приземлился на единственный свободный участок возле дома, худо-бедно расчищенный “Атласами”. Два винтовых двигателя на коротких подвижных крыльях разметали остатки снега вокруг черной машины с хищными обводами, и пилот замахал своим товарищам, не покидая кабину.

Двое “Атласов” взяли Нормана под руки и потащили к коптеру. Матиас и оставшиеся наёмники направились следом за ними, и когда все оказались внутри агрегата, пилот не теряя времени, поднялся в воздух.

Норман ненавидел высоту, а уж полеты на подобных аппаратах и вовсе терпеть не мог — коптер постоянно проваливался в воздушные ямы, и после одной из них молодой археолог не сдержался. Его вырвало прямо на колени одного из конвоиров, сидящего напротив.

— Слабак, — фыркнул Матиас. Норман в ответ лишь оскалился, щеголяя неполным рядом зубов.

Вскоре они добрались до той самой деревни на берегу реки. Норман был здесь, когда направлялся к Ластору — покупал еду, и уточнял дорогу. Сейчас же мысли парня были заняты всего двумя вещами — своим вероятным побегом, и отсутствием Ластора в его доме. Норман был рад, что Матиас со своими головорезами не схватил старого лакея, и мог только гадать, куда тот исчез, и что предпримет, когда вернётся на заимку.

Что касается побега, то тут все складывалось далеко не в пользу Нормана. Улисс был полностью изолирован — что-то его блокировало, и достучаться до спутника было совершенно невозможно. И уж тем более — нечего было и думать о том, чтобы воздействовать на “Атласов”, хотя у Нормана в запасе и была пара программ для этого. Боевые же навыки археолога были весьма далеки от тех, которыми владел и Матиас, и каждый из наёмников. Единственная возможность освободиться заключалась в помощи местных жителей, но Норман даже не стал всерьёз рассматривать этот вариант. В самом деле, кто в здравом уме нападет на пятерых опытных, и до зубов вооруженных людей, непонятно ради кого?

Матиас, как оказалось, прекрасно понимал, о чем думает Норман.

— Даже не вздумай дёргаться, — предупредил он с угрозой, когда они приземлились на расчищенный лёд возле одного из домов на самом берегу реки, стоящем чуть поодаль от остальных, — сразу переломаю ноги, понял?

— И в мыслях не было, — соврал Норм, — долго мы здесь проторчим?

Его вопрос остался без ответа. Ищейка снял с ног пленника кандалы, вытащил его из кабины, и передал двум наемникам, уже стоявшим снаружи.

— Если что — прострелите ногу, — велел он, и повернулся к пилоту, высунувшемуся из кабины, — Сколько времени тебе нужно?

— Не очень много, — отозвался тот, — На этом гребаном холоде у машины замерзают сопла и на винтах скапливается наледь. Я приведу все в порядок за час. Если один из них мне поможет, — он мотнул головой в сторону “Атласов”, - то минут за сорок.

Отдав команду одному из своих бойцов, недовольный Матиас вернулся к Норману.

— Шагай, — скомандовал он, толкая парня в сторону дома.

Приземистое строение было заметено с одной стороны почти по самую крышу, но там, где располагалось крыльцо, и дощатый выход на вмерзший в реку понтон, всё было расчищено совсем недавно.

Матиас забарабанил своим огромным кулаком по двери. Через некоторое время она открылась, и появившийся в проёме невысокий бородатый мужик пригласил их внутрь.

Маленькие сени отгораживали жилую часть от улицы, а в самом доме оказалось неожиданно жарко. Коридор изгибался под прямым углом, и уходил налево. Матиас втолкнул Нормана вперёд, и вошёл следом. За ним появились трое “Атласов”, и в коридоре стало тесновато. Ищейка достал из внутреннего кармана имперский жетон, и показал его хозяину дома — у того все вопросы к незваным гостям тут же отпали.

— Чего изволят господа комиссары? — спросил он скрипучим голосом, не сводя глаз с Нормана.

— Погреться к очагу пустишь? — напрямик спросил Матиас, — Наш аппарат нужно привести в порядок. Это займет немногим больше получаса, и мы уйдём.

— Не дело мне перечить Императорским указам, — снова проскрипел мужик, — проходите, только обувь сымайте.

“Атласы”, Матиас и Норман по очереди стянули обувку, и хозяин провел их на кухню. Там хозяйничала уже немолодая женщина в простом платье. С гостями она даже не поздоровалась.

— Есть хотите? — осведомился мужик.

— Нет, благодарю, — отказался Матиас, но Норман, изрыгнувший в коптере на одного из наёмников свой вчерашний обед, был другого мнения.

— Я голоден, бастан*(охотник. Местное наречие). Эти, — он кивнул на своих спутников, — нормальной еды отродясь не пробовали, а вот я не ел почти сутки. Не сочти за грубость, уважь гостя… поневоле.

Матиас хотел было заткнуть археолога, но хозяин дома хмыкнул, не сводя взгляда с наручников Нормана, и указал ему на стол. Парень, поймав на себе недовольный взгляд Ищейки, лишь пожал плечами, и сел на предложенное место. Хозяйка тут же поставила перед ним дымящийся горшок, с чем-то аппетитно пахнущим, доску с нарезанным хлебом и зеленью, плошку с какой-то острой приправой и кружку с горячим чаем.

Норман, ловко орудуя скованными руками, принялся уминать угощение, не обращая на свой конвой совершенно никакого внимания. Матиас сел рядом с ним, и недовольно морщился, пока женщина не поставила перед ним точно такую же кружку. Он благодарно кивнул, принюхался, и сделал небольшой глоток. Один из “Атласов” стоял в проходе, двое — в коридоре, и о чем-то негромко переговаривались.

— Могу я узнать, что натворил этот малец? — поинтересовался хозяин дома, отрезая внушительного вида ножом тонкий ломоть мяса

— Он вор, — ответил Матиас, — и убийца. Мы выслеживали его от самого Эдема.

— Я не знаю, где это, — покачал головой мужчина, — но рад, что такого опасного преступника поймали.

Норман на это лишь хмыкнул, за что получил от Ищейки чувствительный тычок под ребра.

— Мы тоже рады. Найти его в ваших горах оказалось непросто. Кстати, — вспомнил он, — парень скрывался на охотничьей заимке, километрах в трехстах к северу отсюда. Там с ним жил ещё один человек. Не знаешь, кто это мог быть? Может, за последние полгода в деревне появлялся он, — кивок в сторону Нормана, — или другие незнакомцы?

— Нет, никого из чужих кроме вас тут давным-давно не было, — отмахнулся хозяин дома.

— Жаль, — с явным разочарованием протянул Матиас, — скорее всего, это был его сообщник. Если в деревне появится кто-нибудь неизвестный, и будет задавать о нас вопросы, сможешь передать мне весточку?

— Как же я ее передам? — удивился мужик, — Если только во время ярмарки в Ганстене*(небольшой город на Арбисе, имеет функционирующий космопорт).

— Хотя бы так, — Матиас зевнул, — поговоришь с начальником космопорта, скажешь, что ты от Матиаса Бринга. Он тебя щедро наградит за такую информацию.

— Ха! — мужик хохотнул, — нет у него ничего, уважаемый комиссар, чем он мог бы меня наградить. Деньги и гравитоний мне ни к чему, сам видишь, в какой глуши живём. А вот у тебя есть, чем заинтересовать такого охотника как я, — он кивнул на винтовку в руках стоящего в дверях “Атласа”.

Матиас удивлённо проследил за его взглядом, и протянул руку.

— Дай сюда.

— Но сэр… — попытался возразить наёмник, однако под стальным взглядом Ищейки умолк, и протянул оружие своему командиру.

— Пользоваться умеешь? — уточнил Матиас, — это импульсное оружие.

— Я в армии Империи десять лет отслужил, — фыркнул тот.

Матиас протянул оружие хозяину, и допил остатки чая.

— Сходи, проверь как идут дела с коптером, — велел он безоружному “Атласу”. Тот молча повиновался, и его место занял один из наёмников, стоявших в коридоре.

Снова зевнув, Ищейка посмотрел на женщину.

— Хозяйка, а кофе у вас есть? От этого чая глаза слипаются.

— Откуда? — удивилась она, — его даже в городе-то не найти. Я сама и не пробовала никогда… Травы собираем, и завариваем.

— Налей ещё, — попросил Матиас.

Женщина выполнила просьбу, и Ищейка махом осушил половину кружки, а затем снова протёр глаза.

— Да что это за травы у вас такие, — пробормотал он, но хозяин, всё ещё изучающий свой подарок, услышал его, и ответил:

— А ты спроси пленника своего, он тут долго прожил, тоже знает.

Нормана насторожили эти слова, и поймав взгляд мужика, он увидел, как тот ему подмигнул.

— Что? — не понял Матиас, которого вдруг резко потянуло в сон.

В следующий миг произошло сразу несколько событий. Окно кухни разлетелось вдребезги — в комнату ворвался холодный ветер вперемешку со снегом, а “Атлас”, стоявший в проходе, рухнул на пол, заливая его кровью из пробитой выстрелом шеи. Женщина завизжала, и влетевший на кухню второй наёмник тут-же словил ещё одну пулю — прямо посередине своего черного шлема, и упал рядом с товарищем. Матиас, у которого никак не получалось сфокусировать взгляд, попытался встать, но покачнулся, схватился за столешницу, и Норман, вскочив, боднул его в подбородок. Ищейка отшатнулся, попытался достать пистолет, но хозяин дома с силой врезал ему прикладом по голове, и Бринг упал, не подавая признаков жизни.

С улицы послышались выстрелы, и вновь все затихло.

— Как это понимать? — выпалил Норман, глядя на трупы “Атласов”.

— Твой дед меня предупредил, — отмахнулся мужик, — знал, что эти, — кивок в сторону наёмников, — обязательно остановятся здесь, перед тем как повезут тебя в Ганстен.

— Ластор? — удивился Норман, но мужчина не стал рассказывать ему больше. Обыскав одежду Матиаса, он забрал пистолет и нашел в одном из карманов ключ от наручников.

— На, снимай, и идём на выход. Тебе лучше поторопиться.

На дворе их уже ждал лакей со снайперской винтовкой, и трупы ещё двух наёмников. Возле коптера скулил пилот, держась за простреленную ногу. Вокруг него растеклась огромная лужа крови, и Норману сразу стало понятно, что парень не жилец — особенно когда он заметил ещё два пулевых отверстия на теле пилота — одно в районе живота, второе — посреди груди. Удивительно, как он вообще оставался живым.

Ластор подошёл к мужчине, и протянул ему руку.

— Спасибо, Генро, я тебе обязан.

— Пустое, — улыбнулся тот, — жаль, что не смог предупредить тебя раньше об их приезде.

— Ты и так сделал больше чем стоило. Извини за все это. От трупов избавишься?

— Конечно. Утащу в лес, и к весне от них даже костей не останется.

— Соседи болтать не будут?

— Здесь не любят имперцев, — покачал головой Генро.

Они обменялись рукопожатием, и мужчина скрылся в доме, а Ластор направился к коптеру, перекинув винтовку за спину. Там он оттащил пилота (наконец-то испустившего дух) в сторону, и повернулся к Норману.

— Ну и чего ты застыл? Залезай!

И в тот самый момент, когда парень уже поставил ногу на ступеньки, ведущие в кабину, изнутри дома послышались выстрелы. Ластор замер, и скинул винтовку с плеча.

— Улетай, живо, — процедил он, и сразу же после его слов послышался женский крик, и ещё один выстрел.

Неожиданно дверь распахнулась, и державший ее под прицелом Ластор нажал на спусковой крючок. Винтовка плюнула огнем, и пуля выбила здоровенный кусок дерева из рамы.

— Норман, улетай! — снова скомандовал Ластор.

— Я тебя тут не оставлю! — заартачился было парень, но старый лакей сделал пару шагов назад, не оборачиваясь, неожиданно сильно вцепился в плечо Нормана, и затолкал его в кабину, а после опустил дверь.

— Я задержу его. А ты беги. Покинь планету, и…

Договорить он не успел — дверь распахнулась, и оттуда с чудовищной силой выбросили тело Генро. Ластор вскинул винтовку, и снова выстрелил, но Матиас, который каким-то образом остался жив, и переборол действие сонного напитка, отшвырнул труп хозяина дома, и пошел прямо к коптеру, стреляя из своего чудовищного пистолета. Две пули попали в кабину, и Норман понял, что сейчас у него есть действительно последний шанс, чтобы сбежать.

Щёлкнув несколькими тумблерами, он запустил питание, и велел наконец-то заработавшему Улиссу подключиться к системе управления. Винты тут же начали вращение, и Норман потянул штурвал на себя.

Аппарат резко рванул вверх, и Матиас взвыл от злости и бессилия. Активировав широкий силовой щит, он целиком скрылся за ним, и теперь пёр на Ластора как танк, а тот методично расстреливал в него всю обойму, не давая противнику выстрелить в ответ. Но, у огнестрельного оружия есть один существенный недостаток — ограниченный боезапас. И когда вместо очередного выстрела раздался тихий щелчок, Ластор кинул бесполезную винтовку в снег, и достал из-за голенища широкий нож.

Матиас оскалился животной улыбкой, убрал щит, и ускорил шаг. Ластор шагнул ему навстречу, пытаясь быстро сократить дистанцию, и достать Ищейку. Конечно он понимал, что его противник моложе, сильнее, и опытнее, но сдаваться, а уж тем более — рассказывать ему что-либо о беглеце, старый лакей не собирался.

Последнее, что успел увидеть Норман, прежде чем внедрившийся в коптер Улисс набрал скорость и покинул берег замёрзшей реки — как Матиас выворачивает руку Ластора под неестественным углом, перехватывает нож, и вонзает его в грудь старого слуги…

***

Побег с Арбиса был похож на кошмар. Норман, едва сдерживающий гнев, все-же сумел взять себя в руки, и начал мыслить трезво. Матиас остался жив, а значит он, скорее всего, предупредил городские власти Ганстена, и как только Норман покажется там — его тут-же задержат. Самого фехтовальщика парень не опасался — без коптера преодолеть триста с лишним километров он не сумеет и за несколько дней.

В сам город Норман решил не лететь, потому выбрал укромное место неподалеку от него, и оставил летательный аппарат там. По счастью, наёмники сделали молодому археологу подарок, и захватили практически все его вещи — сумка лежала в салоне, и перед тем, как появиться в Ганстене, Норман не спеша поколдовал над своей личностью, используя имеющиеся у него инструменты. Он максимально изменил инфополе, внедрив в него одну из заготовок, и нацепил на лицо одну из двух оставшихся масок. На холоде она слегка замёрзла, и села чуть криво, но изучив свое отражение в черной пластине борта, парень остался доволен — его новая, помятая рожа не оставляла никаких сомнений, что этот человек не имеет к Норману Райдо никакого отношения.

Ганстен был небольшим поселением: постоянно здесь жили не более десяти тысяч человек. В основном — геологи разведчики, охотники, рыболовы, и фермеры, работающие в оранжереях в восточной части города. Космопорт принимал совсем немного судов, но как узнал Норман, оказавшись там, ближайший рейсовый космолет приземлится через несколько часов.

Пассажирский зал почти пустовал, и Норман решил не привлекать внимания — он отправился в забегаловку неподалеку, и заказав себе крепчайшего чаю, принялся размышлять.

Он не знал, как Матиас вышел на него — когда Норман прибыл на Арбис, он пользовался чужой личностью, также, как и сейчас. А это значит, что Бринг точно знал, по каким признакам его можно найти. Раз так, то выходить в инфосеть планеты было опасно, особенно — используя чужую матрицу, да Норман и не надеялся узнать о своем преследователе ничего, чего бы уже не знал. Сейчас это было неважно.

Единственное, что имело значение в данный момент — за ними с Виктором началась охота. И ее заказчиком явно был не Ямато, а кто-то с Эдема. В том, что друг в безопасности, Норман был уверен — Матиас даже не знал о нем. И теперь единственный шанс решить их проблему — предупредить Виктора, и рассказать ему обо всем, что произошло здесь.

Затем Норман подумал о Ласторе — старый лакей спас его ценой своей жизни, за что Норман будет вечно ему благодарен. В груди поселилось щемящее ощущение, и Норман с удивлением понял, что это печаль по умершему другу. Он скрипнул зубами — теперь у него появился веский повод поквитаться с Матиасом Брингом, и парень не сомневался — как только у него появится такая возможность, он ей непременно воспользуется.

Когда космолет, наконец, прибыл, и на посадку объявили регистрацию, Норман был первым в очереди — хоть она и состояла всего из четырех человек. Один из таможенников лениво проверил его документы, проведя над браслетом Нормана своим девайсом. Пробежав глазами информационную сводку, он кивнул, и пропустил пассажира на корабль.

Норман не стал мелочиться, и снял себе отдельную каюту максимально класса, который имелся на этом корыте, и вздохнул спокойно лишь тогда, когда корабль покинул пределы Арбиса. Теперь его курс лежал на один из многочисленных островков в пустоте — космический город “Темный странник”.

Подобные поселения были достаточно распространены в Империи — их строили в тех системах, где не было пригодных для жизни планет, либо там, где процесс терраформирования только начинался. Часто это были транзитные города, или станции, на которые свозились добытые в системе полезные ископаемые. Иногда эти поселения насчитывали по миллиону и более жителей, и найти на них можно было что угодно — от незадекларированного гравитония до самодельного оружия, или нелегальных прошивок нейроинтерфесов. Новые личности, проституция, продажа краденных дроидов, наркотики, наемные убийцы — Империя сквозь пальцы смотрела на подобные рассадники грязи, и всячески делала вид, что весь сброд, живущий в подобных местах, находится под контролем. Разумеется, это было не так.

“Темный странник” располагался в системе SG-1141, как раз на полпути от Арбиса до Магеллана, если лететь по “дикому” рукаву галактики. Этот город был одним из немногих, где ещё сохранялось хоть какое-то подобие порядка, наводимого Империей, и теми дельцами, которые имели с нелегального бизнеса огромные прибыли. В частности, вместо убогих стыковочных шлюзов для мелких яхт и кораблей, здесь имелся собственный порт, способный принять даже линкор и несколько военных крейсеров, не говоря уже об отдельных доках для транспортников.

Норман прибыл сюда спустя три с половиной недели после того, как покинул Арбис. Да весь полет он практически не выходил из своей каюты, и не покидал корабль во время многочисленных остановок на орбитальных станциях попутных планет — незачем было привлекать к себе излишнее внимание, особенно если принимать во внимание тот факт, что Матиас мог пойти по его следу, или уже вернуться к своим нанимателям.

Очутившись на “Темном страннике”, Норман тут-же узнал в управлении полетов, как можно добраться до Магеллана. Оказалось, что ему везёт — один из транспортников как раз заканчивал погрузку, и через день отправлялся практически до самого Солара, попутно оставляя часть груза как раз на родной планете Виктора.

Норман, не долго думая, взял координаты капитана этого судна (естественно, за небольшую плату), и попытался с ним связаться, но после нескольких попыток сумел дозвониться лишь до одного из многочисленных помощников последнего. Тот посоветовал не терять времени, а добраться до них, и обговорить все детали с глазу на глаз. Однако сделать это, пускай Улисс и закачал в мнемочип карту города, оказалось совсем непросто. Грузовые доки оказались расположены на противоположной стороне этой огромной космической платформы, и весь путь до них Норман проделал на старом монорельсе, ветки которого покрывали город словно паутина. Надо ли говорить, что это вид транспорта был ужасно старым, медленным, неудобным, и забитым самыми разнообразными людьми до отказа?

Спустя несколько часов парень, наконец, добрался до нужного места, но двое охранников жуликоватого вида наотрез отказались впустить его в ворота доков. Мало того, они тщательно досмотрели самого Нормана и его багаж, изучили документы, и лишь после этого выпроводили подальше, не найдя ничего подозрительного. Норман вновь попытался дозвониться до капитана, или его помощников, и после сотой попытки один из них, наконец, ответил, и назначил встречу в баре неподалеку.

Раздраженный и уставший Норман, пробираясь по узким и грязным улочкам, мечтал лишь о том, чтобы поскорее покинуть это мрачное и негостеприимное место. В этом районе было очень мало освещения, дома и строения липли друг к другу так плотно, что иной раз приходилось вжиматься в стены, чтобы пропустить людей, идущих на встречу. Многие из местных жителей косились на него, и увидев свое отражение в одном из мутных стекол, он чертыхнулся — последняя маска, которую он нацепил за неделю до стыковки с “Темным странником”, выглядела ужасно, и пришла в полную негодность. Неудивительно, что охрана доков его досмотрела. Странно, что его не повязали сразу на выходе из корабля.

В одном из проулков он снял ее, и кинул в темный угол. Так, конечно, было опаснее, но теперь уже ничего не попишешь. Гораздо хуже, если охранники станции поймут, что он не тот, за кого себя выдает.

Не без труда найдя нужное заведение, Норман заплатил вышибале на входе, и удостоившись ещё одного подозрительного взгляда, вошёл внутрь. Помещение бара было круглым, и разделенным на две зоны — центральную, и кольцо, огороженное небольшими перилами и расположенное чуть выше центральной части. Центральная зона, посреди которой располагался бар, была до отказа забита людьми. В ней были стихийно раскиданы столики, и Норман совершенно не понимал, каким образом люди, сидящие за ними, сохраняют хотя бы видимость спокойствия — через каждую минуту на один из столов обязательно кто-нибудь натыкался. Некоторые из них были расположены возле невысокого бортика, служащего основанием второй части зала — кольцо опоясывало все заведение, и судя по всему те, кто успел урвать место здесь, были настоящими счастливчиками. Большая часть столов возле стен была огорожена тонкими переборками, а в разделявшем эти “номера” и столы возле края кольца, проходе, не стояло столько людей, сколько было в нижней части зала. Возле некоторых столиков и вовсе стояла охрана с оружием.

С трудом пробираясь через людскую массу, Норман заметил освободившееся возле бара место, и поспешил его занять. Усевшись, он лишь спустя десяток минут докричался до бармена, и заказал виски. Получив свой напиток, Норман сделал глоток и скривился — этим пойлом постеснялись бы угостить даже бродягу в любом из миров, где он успел побывать, но здесь, как видно, оно было в ходу. Допив остатки, парень заказал пиво, надеясь смыть мерзкий привкус, поселившийся во рту. Впрочем, и этот напиток оказался немногим лучше, и Норман уже жалел что поспешил, и припёрся в этот клоповник раньше, чем нужно.

Судя по часам, помощник капитана, с которым он говорил, появится здесь не раньше, чем через полчаса. Норман сделал ещё несколько глотков, и с удивлением понял, что вся та тяжесть, что давила на него в последние недели, потихоньку отступает. Это было хорошо — с тех пор, как он покинул Арбис, парень находился в постоянном напряжении, не зная, куда его выплеснуть. И хотя он был достаточно сильным человеком, чтобы не сломаться после подобных событий, нельзя сказать, что смерть нескольких друзей не оставила на нем никакого отпечатка.

Размеренный ход мыслей прервал какой-то местный пьянчуга, налетевший на Нормана как раз в тот момент, когда он поднес бутылку с остатками пива ко рту. Вонючий алкоголь расплескался по барной стойке, и попал на одежду парня. Норман повернулся, и встретился взглядом с уже изрядно накачавшимся долговязым и лысым наемником. У него на рукаве куртки была нашивка в виде лисьей головы. Норман сразу понял, что извинений не дождется, но решил не усугублять ситуации, и лишь заметил:

— Аккуратнее, друг.

Позже он понял, что стоило сразу врезать этому имбицилу, или просто промолчать — ведь порой глупые люди принимают обычную вежливость за слабость. Так случилось и в тот момент.

— Чего? — неожиданно высоким голосом спросил наёмник, и заметив улыбку на лице Нормана, тут-же обозлился, — Чё скалишься, а? Я похож на клоуна?

От подобной фразы Норман заулыбался ещё шире. Алкоголь вперемешку с последними событиями ударил ему в голову.

— Ещё как похож. Пролил мое пиво, а на просьбу быть аккуратнее принялся быковать. Ты или дурак, или клоун, — рассудил археолог, всё ещё держа в руках бутылку, — А может ты евнух? Судя по голосу так и есть.

Как назло, именно в этот момент вокруг стало достаточно тихо, чтобы фразу услышал не только наёмник, но и все, сидящие вокруг них. Раздался взрыв хохота, и со всех сторон посыпались шуточки в адрес лысого. Он побагровел, и дернулся вперёд, надеясь посильнее приложить Нормана, но тот был готов к подобному повороту событий. Неожиданно резко схватив летящую навстречу его лицу руку, он дёрнул наемника на себя. Тот явно не ожидал такого, качнулся вперёд, и в следующий момент бутылка Нормана встретилась с черепом его противника. Раздался звон, посыпались осколки, и лысый молча упал под табурет, на котором сидел археолог. Норман встал с него, и столкнулся с друзьями лисьей головы, загородившими ему выход. Вокруг тут же послышались приглушённые голоса, и народ подался назад, образуя вокруг них небольшую площадку.

— Ах ты сука, — начал один из друзей лысого — невысокий, с изъеденным какой-то болезнью лицом, — Ты хоть знаешь, кого уработал?

Он был заводилой в этой компании — Норман понял это сразу. Такой есть в каждой банде или группе — он распаляет своих друзей кучей бессмысленных слов и фраз, но Норман решил, что ему неинтересно слушать этого выродка.

Он подцепил табурет и швырнул его в двух стоявших рядом с мелким наемником людей, и пока они не опомнились, прыгнул вперёд, тут-же оказываясь вплотную к рябому. Тот не успел ничего понять — увидел лишь, как мелькнула рука Нормана, и в следующий миг его лицо словно ожгло огнем, а в глаза будто вбили пару раскаленных гвоздей. Паренёк завизжал как девка, и упал на пол рядом с товарищем, а Норман уже защищался от двух оставшихся на ногах бугаев.

К сожалению, его атака, начавшаяся так удачно, захлебнулась, встретив двух бойцов на порядок мощнее худого археолога. Однако защищался он весьма успешно, постоянно перемещаясь по кругу, и не давая взять себя в клещи.

Норман уже получил несколько чувствительных ударов, и понял, что долго не протянет. Оказавшись рядом с баром, он схватил первую попавшуюся под руку бутылку, и в последний момент успел присесть. Над головой свистнула рука одного из наёмников, и Норман, не глядя, ударил снизу вверх. Раздался глухой звук, брызнула кровь, и Норман, прыгнув вперёд и перекатившись через плечо, развернулся, увидев как один из его противников стоит на коленях, держась за челюсть, а сквозь пальцы у него льется кровь.

Последний из оставшейся четверки не спешил нападать, а его взгляд шарил по толпе. Норман понял, что он ждёт подкрепления, и попер вперёд, размахивая бутылкой словно дубинкой. Наёмник увернулся от всех его ударов, и они поменялись местами. Радвернувшись, Норман вмиг приуныл, увидев рядом с его противником сразу шестерых человек с одинаковыми нашивками лисьих голов. Не надо быть гением, чтобы понять простую вещь — со всеми ему не справится ни за что.

Однако у судьбы на этот вечер, как видно, были свои планы. Позади Нормана раздался гул голосов — он обернулся, и чуть не выронил свое оружие от удивления — из толпы вышел человек в бордовом плаще и высоких сапогах, поигрывая внушительным пистолетом. Сразу за ним появились четверо “Атласов” с винтовками наперевес. Оттеснив Нормана себе за спину, человек в плаще щёлкнул пальцами, и его охрана взяла наёмников под прицел.

— Ты ещё кто такой? — прорычал один из них — уже седой, но крепкий мужчина с рваным шрамом через все лицо.

— Тебе то что? — звонким голосом отозвался спаситель Нормана, — Этот парень в одиночку уделал троих твоих людей, и вы решили затоптать его целой десяткой? Я конечно слышал, что лисьи головы трусливые мрази, но чтоб настолько… — он покачал головой, и видя, что наемники собираются заголосить, поднял руку.

“Атласы” щелкнули предохранителями, и в этот момент посетители бара поняли, что шутки закончились, и дело пахнет кровью. В едином порыве люди бросились к выходу, организовав там давку, а лисьи головы все также молча стояли напротив Нормана и тех, кто решил ему помочь.

— Советую вам свалить по быстрому, — заметил человек в плаще, — скоро здесь будет куча охраны. Вы и так не на лучшем счету у них, а уж когда я расскажу историю о том, как вы решили поживиться за счёт благородного гостя… — он замолчал и показал на Нормана, — как думаете, кому они поверят — отребъю вроде вас, или Небожителю?

Лисы поняли бесперспективность дальнейших разговоров, и подхватив трёх своих товарищей, ретировались вслед за последними гостями заведения.

Человек в красном плаще повернулся к Норману.

— Ну и ну, старина, не ожидал тебя здесь встретить. Ловко ты уделал этих троих, — он протянул руку, и Норман, все ещё не веря в эту встречу, пожал её.

— Привет, Себастьян.

— Идём отсюда, — предложил Риволи, направляясь к выходу, — у меня нет желания объясняться с местными. Поговорим на моей яхте.

***

— Ну и какого черта ты начал драку? — спросил Себастьян, разливая вино по бокалам.

— Ее бы и так начали, — отмахнулся Норман, — ещё раз благодарю, за то что спас мою голову.

— Не стоит, — хозяин яхты сел в кресло, — всё-таки мы с тобой давно знакомы. Я сначала не поверил своим глазам, когда увидел как ты машешь бутылкой. Что ты забыл в этой дыре? Я думал, ты живёшь на Эдеме.

— Я здесь проездом, — Норман попробовал вино, и с удовольствием покатал прекрасный напиток во рту, — в том клоповнике мы должны были встретиться с помощником капитана одного из транспортников, чтобы они забрали меня с собой. А что ты здесь делаешь?

— В этой системе есть несколько моих шахт, — ответил Себастьян, — и в последнее время их повадились грабить местные пираты. Я нанял несколько отрядов, и устроил охоту на мерзавцев.

— Успешную?

— Ещё как! Две банды мы вырезали под корень, а остатки последней разбежалась. Не думаю, что в ближайшее время они рискнут нападать на транспорт с моей эмблемой.

Норман кивнул. Его встреча со старым знакомым была и вправду счастливой — неизвестно, что бы с ним сделали лисьи головы. Но вот сам ее факт… Ластор вспоминал семью Риволи совсем недавно, и вот Норман встречает Себастьяна там, где меньше всего этого ожидает. Норман не мог понять, как ему относится к такому совпадению, и Себастьян, кажется, заметил его смятение.

— В чем дело, Норм? — спросил он, — Выглядишь паршиво, прости за эти слова.

— Я не так давно говорил со старым лакеем отца, и он как раз упоминал твою семью. А теперь мы с тобой здесь. Забавное совпадение, не находишь?

Себастьян прищурился.

— Согласен. И о чём именно шла речь, если не секрет?

Норман устал от всего — от погонь, драк, преследования, воровства и тайн, и сейчас соображал не совсем хорошо, но понимал одно — Себастьяна он знает очень давно, и хоть они и виделись четвертый раз в жизни, но явно симпатизировали друг другу. К тому же, как ни крути, Риволи сегодня спас ему жизнь — кто знает, вдруг, поделившись с ним частью своей истории, Норман узнает что-то важное?

Вкратце пересказав слова Ластора, Норман откинулся на спинку кресла, и прижал пакет со льдом к синяку на скуле, наливавшемуся лиловым цветом. Себастьян выглядел озадаченным.

— Спасибо, что поделился, — серьезно сказал он, — теперь кое-что стало ещё запутаннее, но и ясности прибавилось.

— О чем ты? — не понял Норман.

— Ты был честен со мной, и я отплачу тебе тем-же, — словно решив для себя что-то, сказал Себастьян, — мой отец тоже исчез, отправившись в Солар, и судя по твоему рассказу, случилось это примерно в тоже время, когда пропал твой.

— Что?

— Да, — Себастьян кивнул, — и случилось это при очень похожих обстоятельствах. Он сумел побороть ту болезнь, окреп, но оказался словно одержим какими-то своими исследованиями, в которые никого не посвещал. Потом заявил, что у него важное дело в Соларе — и больше его никто не видел. Как и весь экипаж его корабля. Тебе это не кажется странным?

— Ещё бы! — в голове Нормана заработали винтики. Некое наследие Предтеч лишило и его, и Себастьяна родителей. Оба пропали во время поездки в Солар. А события на Эдеме, если подумать, связаны и с тем и с другим. Погрузившись в пучины своих мыслей, он не сразу услышал, как его окликает хозяин яхты.

— Норман?

— Что?

— Судя по твоему виду, у тебя есть мысли на этот счёт. Не поделишься?

Норман в очередной раз взвесил все “за” и “против”.

— Возможно… но я не уверен. Судя по всему, все то, что случилось с нашими отцами, как то связано с тем, как я оказался здесь.

— В каком смысле?

— Если я тебе расскажу все, что случилось со мной за последний год, то есть вероятность, что тебя просто убьют, Себастьян. Меня, по крайней мере, пытались грохнуть больше десятка раз — и каждый из них был связан с тайнами, о которых ты просишь рассказать. К тому же, прошу, не обижайся на эти слова, я уверен лишь в том, что могу доверять только одному человеку — к нему я и направлялся. Чёрт, да ты уже можешь влипнуть в невероятные проблемы только потому, что сегодня помог мне. Если те, кто гонится за мной, узнают о нашей встрече… — Норман замолчал, и похолодел от мыслей, посетивших его сейчас, — Прости, я не могу подвергать опасности людей, которые так добры ко мне, — он встал, и подхватил свою сумку, — Будет лучше, если я покину твою яхту, и ты никому не скажешь о нашей встрече. Я найду корабль, и улечу отсюда сегодня же.

Выслушав эту тираду, Себастьян захлопал в ладони.

— Браво, Норман, браво! Ты по настоящему благородный человек, раз думаешь не только о своей безопасности. Но подожди, прошу. Ты ведь сам сказал, что я уже могу быть в опасности только потому, что говорю с тобой. Все это звучит очень странно и таинственно, но поверь — я твой друг, и опасностей не боюсь. А все то, что ты тут наговорил, звучит ужасно интригующе. К тому же, если есть шанс узнать, что случилось с моим отцом, я не хочу его упускать. У меня есть предложение — я доставлю тебя туда, куда нужно, а взамен ты посетишь мое поместье на Ветерисе, если убедишься, что мне можно доверять, и расскажешь больше. Поверь, у меня тоже есть тайны, от которых волосы у тебя встанут дыбом. Хотя сейчас, — заметил он, — прическа у тебя и так… соответствующая.

Норман снова задумался. Что он теряет? Себастьян выручил его, и снова предлагает помощь. Даже если бы он имел что то против Нормана, помешать молодому Небожителю сейчас было не в силах археолога. Да и тот факт, что их отцы оказались замешаны в чем-то, что заставило их исчезнуть, играл для Нормана не самую последнюю роль. К тому же он буквально всем нутром ощущал, что в завязавшейся игре им с Виктором будут нужны союзники — ведь врагов они себе нажили уже достаточно.

— Что-ж, я буду глупцом, если откажусь, — решился Норман, — и если ты действительно предлагаешь мне свои услуги, то будь добр, отдай навигатору приказ взять курс на Магеллан.

Глава 15

Сегодня стало известно, что влиятельная семья де Бригез готова начать строительство новой Магистрали, от Варанта до самого Солара! Судя по слухам, сумма сделки, заключённой между домами де Бригез и Ямато, просто запредельная. По неподтвержденным данным строительство первого кольца Магистрали начнется уже в этом году.

Первый новостной портал Эдема

Нейл. Эдем

Десять месяцев после ограбления аукциона

Совет семьи продолжался уже больше трех часов, и терпение Нейла, надо признать, подходило к концу. Он и подумать не мог, что после того как его отец отойдет от дел, родственники начнут с таким остервенением рвать на части его наследие. Усугубляло ситуацию и то, что формально старший сын Одо ещё не успел стать главой рода, и некоторых из родичей не забывали при случае напоминать ему об этом.

После заключения сделки с Ямато все они словно с цепи сорвались — расходы на отдельные проекты, курируемые братьями, сестрами и многочисленными кузенами Одо возросли на порядок, при том что особых подвижек в них не наблюдалось. А молодёжь… Нейл лишь поражался, почему он раньше не замечал, насколько все эти люди глупые и недалекие. Собственно, после споров о рефинансировании нескольких «перспективных» направлений совет поднял вопрос, который задевал честь всех присутствующих, и Нейл до последнего надеялся, что хотя бы сейчас все эти бестолочи, сидящие с ним за одним столом, будут единодушны.

Один из его кузенов по имени Валериан недавно был задержан отделом расследований Империума: парень со своими друзьями решили устроить гонки на ховербайках по Высокому городу. Идиоты накачались каким-то новомодным наркотиком, и в результате этих бесчинств разбился верный прихлебатель Валериана (Нейл и не помнил, как его зовут), и погибла молодая девушка, которую он сбил на одной из центральных улиц. Капитан Дельгадо был в ярости, а лейтенант Триони хоть и попытался скрыть причастность семьи де Бригез к этому событию, но всё-таки задержал и Валериана, и его дружков, так что теперь они круглосуточно находились под стражей. И словно этого было мало — на одном из допросов молодой идиот рассказал Джайлсу много интересного о тех веществах, которые они с друзьями принимали. Выяснилось, что Валериан и сам занимался поставками этого наркотика в Высокий город. Теперь следователи раскручивали всю цепочку, в которой оказался замешан даже дон Занду, так счастливо избежавший смертной казни в начале года.

Когда Нейлу сообщили об этом, он был в ярости — даже готов был оставить кузена в застенках отдела расследований, но к несчастью его родители оказались еще глупее, чем их недалекий сынок, и теперь требовали крови. Они винили в произошедшем кого угодно, вплоть до самого Нейла, но только не своего «милого мальчика». В данный момент старший сын Одо как раз выслушивал разглагольствования отца Валериана — тот в своей эпатажной, и хорошо подготовленной речи дошёл до того, что спрашивал — кому принадлежит власть в городе.

— Полагаю, — Нейл перебил его на середине фразы, — власть в Высоком городе принадлежит Совету. Вы об этом не знали, Авар?

Оборвавший своё выступление на полуслове отец Валериана зло сверкнул мутными глазами.

— Советники всегда прислушивались к Небожителям! Вы должны вернуть Валериана нам! И если у вас не хватает духу заявить…

— Довольно! — Нейл ударил ладонью по столу, и в зале повисла тишина, — Вы действительно думаете, что я выступлю протектором вашего щенка перед Советом? Или, быть может, вы сами надеетесь совершить подобную глупость? Ваш сын, — его голос звенел, — наладил контрабанду наркотиков в Высокий город, и из сведений, любезно предоставленных нам отделом расследований, мы знаем, что на эту дрянь он подсадил сотни детей. Сотни!

Авар хотел было что-то сказать, но Нейл взмахом руки остановил его, и оппонент заткнулся, не успев даже начать — у него попросту пропал голос. В поместье де Бригез у старшего сына Одо было больше власти, чем у любого из присутствующих, но кажется, в пылу дискуссии все об этом забыли.

— Известно ли вам, что эта дрянь вызывает сильнейшее привыкание? Что если прекратить ее принимать — убивает человека за пару недель? Вы хотя бы в курсе, что сейчас лучшие медики де Сергийос круглые сутки заняты спасением кучки богатеньких кретинов, вроде вашего сына — вместо того, чтобы заниматься действительно важными вещами? А отдел расследований ищет оставшихся наркоманов, хотя их главная задача — обеспечивать нашу с вами безопасность. И я уже не говорю о том, что во время их идиотских забав погибла невинная девушка!

Присутствующие молчали. Авар открывал и закрывал рот словно рыба, которую волной выбросило на берег. Возразить он ничего не мог, а Нейл, между тем, продолжил.

— Ваш драгоценный сынок нанес такой удар по репутации нашей семьи, после которого иные люди и подняться бы не смогли! Мне сутками приходится разгребать кучи дерьма, которые он навалил, а теперь вы мне заявляете, что я должен, — он выделил последнее слово, — вытащить его, поцеловать в лоб и вернуть вам? Простите, но я кажется забыл — чем это я вам так обязан?

Авар, наконец почувствовавший, что может говорить, попытался оправдаться.

— Я…эээ… Это было фигуральное выражение.

— Ах вот оно что! — скривил губы в усмешке Нейл, окончательно поддавшись ярости, захлестнувшей его, — Позвольте дать вам совет, Авар — больше никогда не употребляйте подобных выражений в моем отношении, иначе пожалеете.

— Ты… Ты мне угрожаешь?! — Рыхлое лицо Авара затряслось от возмущения, и Нейл почувствовал сильнейшую неприязнь к своему дяде. Он видел, насколько тот слаб, беспомощен, и при всем этом — горделив сверх всякой меры. И именно это бесило старшего сына Одо больше всего. Он встал из-за стола, и в полном молчании присутствующих подошёл к Авару. Тот испугался молодого и крепкого парня — на его лице выступила испарина, нижняя губа слегка затряслась, и он прикусил ее, пытаясь не выдать свой страх.

— Именно, дядя, — негромко произнес Нейл, разглаживая красивую голубую ленту, перекинутую через плечо Авара, — Ты и твой сынок — бесполезный мусор, который лишь позорит нашу семью. Вздумаешь повысить на меня голос ещё раз, или попытаешься перечить — и я прикажу своей охране отрезать тебе язык.

От подобной наглости Авар чуть не задохнулся — он не привык, чтобы с ним так обращались, но видел, что Нейл предельно серьёзен. Между тем, молодой де Бригез продолжал.

— Также с сегодняшнего дня ты лишаешься места в совете — как и особых привелегий семьи. Это решение было принято не потому, что ты зажрался, о нет! Просто за все те годы, что ты протираешь здесь штаны, ты не сделал абсолютно ничего полезного для нас. Твой сынок останется у Империума до тех пор, пока из него не выжмут все что только можно — вплоть до твоих грязных секретов, а после этого он понесет заслуженное наказание. Но, — добавил он, видя что Авар собирается упасть в обморок, — раз уж он член нашей семьи, я настою на том, чтобы свое наказание он отбывал на одном из наших рудников, а не в тюрьме на окраине галактики. Если повезёт, то ты не отправишься вслед за ним, — Нейл похлопал дядю по плечу, — а теперь можешь идти.

Авар недоуменно хлопал глазами, всё ещё не веря, что его жизнь летит под откос. Нейл подтолкнул его к выходу, и кивнул «Атласам», которых вызвал в зал через своего спутника пару минут назад:

— Проводите моего дядю на стоянку. Он едет домой.

Охранники кивнули, и подхватив Авара под локти, увели из зала. Нейл вернулся на свое место, и глубоко вздохнул.

— Предлагаю считать вопрос с Валерианом решенным. Кто согласен?

Оставшиеся члены совета единогласно подняли руки. Нейл усмехнулся про себя.

— Что у нас дальше по списку? — обратился он к секретарю.

— Из канцелярии Империума прибыли курьеры с утвержденными планами новой Магистрали. Суммы на ее строительство вышли весьма… внушительными.

— Хорошо, давайте обсудим это, — кивнул Нейл, но не успел даже открыть упомянутые файлы, как в двери постучали. Он недоуменно посмотрел на присутствующих в зале.

— Мы кого-то ждём?

— Нет месье Нейл, насколько мне известно — никого, — ответил ему секретарь

— Узнайте, в чем дело.

Секретарь подошёл к двери, исчез за ней на какое-то время, и вернулся обратно меньше чем через минуту. Наклонившись к Нейлу, он прошептал:

— Месье, это посыльный от Таурея Лайета. Вам передали, что на планету вернулся Матиас Бринг. Сейчас он в башнях Совета, и вместе с месье Лайетом ожидает вас.

У Нейла вспыхнули глаза. «Ну наконец-то! Надеюсь, он вернулся не один!» — подумал сын Одо, и знаком отпустив секретаря, обратился к присутствующим.

— Простите господа, но появилось срочное дело, требующее моего внимания. Отложим обсуждение оставшихся вопросов до завтра. Жду вас в полдень, — и не дожидаясь ответов, Нейл покинул зал, на ходу вызывая своего водителя к воротам поместья.

Приехав в башни Совета, он попытался вызвать по внутренней связи Таурея, но тот не ответил — однако спустя несколько секунд гостю скинули допуск в один из секторов, где ему бывать ещё не доводилось. Оставив охрану в холле здания, Нейл прошел проверку на одном из постов, и его проводили в лифт. Он доставил посетителя на десятый ярус, и выйдя из кабины Нейл увидел Лайета, уже ждавшего его в коридоре.

— Добрый день, — поздоровался де Бригез, — Я приехал сразу, как получил твоё сообщение. Где Матиас?

— Идём, — не ответив на приветствие потянул за собой гостя помощник Советника, — Его доставили на планету час назад, я сам ещё не говорил с ним.

Ничего не понимая, Нейл последовал за товарищем. Тот провел его через несколько помещений, и в конце концов они оказались в изолированной комнате с прозрачными стенами, на входе перед которой стояли двое охранников. По центру помещения стояла капсула с кучей подключенного оборудования, а внутри лежал Матиас. Надо сказать, фехтовальщик выглядел ужасно — многочисленные раны по всему телу, на лице и вовсе не осталось живого места, сплошные кровоподтёки и шрамы. Один глаз заплыл и полностью скрылся под огромной опухолью, а на левой руке не хватало трёх пальцев. Одна нога была сломана, но самое удивительное — при всем этом Ищейка находился в сознании. Увидев своего нанимателя, он попытался привстать, но тут-же скривился от боли и отставил этикет в сторону. Нейл приблизился к нему.

— Что, чёрт возьми, с тобой произошло?

— Не повезло, — сквозь зубы процедил Матиас.

— И что это должно значить?

— Я нашел второго вора. Его зовут Норман Райдо. Он прятался в глуши, на Арбисе, как нам и сообщили, — и Ищейка рассказал Нейлу с Лайетом обо всем, что там произошло. Выслушав его, посетители переглянулись.

— Но кто тебя так изувечил?

— Я остался без коптера, и пришлось довольно долго добираться до ближайшего города. Я задержался, и к тому моменту как оказался в Ганстене, след этого Райдо уже успел остыть. Но я все же узнал, на чем он улетел, и отправился следом. Почти полтора месяца двигался по тому же маршруту, и в конце концов добрался до места, где он сменил личность и пересел на другой корабль.

— И?..

— Это случилось на станции «Темный странник», в системе SG-1141, - Матиас закашлялся, и его посетителям пришлось подождать, пока он вновь сможет говорить, — Он искал корабль до Магеллана.

— Он направился туда? — Нейл бросил быстрый взгляд на Лайета. Тот, судя по его отрешенному виду, уже отдавал какие-то распоряжения.

— Этого я не знаю, — прохрипел Ищейка, — видите-ли, пока я искал этого парня, на меня вышли наемники — отряд «Лисьи головы». Они, как оказалось, повздорили с ним, и захотели расспросить меня обо всём — зачем я его ищу, откуда знаю, ну и все в подобном духе. Рассказывать им правду я, конечно, не стал, но меня подловили на вранье, и их командиру это очень не понравилось. Результат, — Матиас попытался усмехнуться, — вы видите. Меня чуть не прикончили, пытаясь разузнать об этом сраном Райдо хоть что-то, но к счастью, этих ребят хоть и было много, но умом они не блистали. Мне удалось удрать, пускай и не совсем целым. Я угнал один из их ботов, и успел прыгнуть в соседнюю систему прежде, чем они сообразили что к чему. Там меня подобрал имперский патруль — я показал свои документы, и они любезно согласились отправить меня на Эдем, закинув в криогенную капсулу.

Нейл вновь посмотрел на Лайета. Помощник Советника указал глазами на дверь, и молча вышел. Нейл повернулся к Матиасу.

— Хоть ты и вернулся без вора, я всё же рад тебя видеть. Мы проверим след, обнаруженный тобой на «Темном страннике». А ты пока отдыхай, и приходи в форму. Пальцы вырастут не раньше, чем через неделю. И ещё — если кроме нас с Лайетом к тебе кто-нибудь придёт, и будет задавать вопросы — держи рот на замке, понял?

Матиас кивнул.

— Мне жаль, что я вас подвёл, мастер Нейл

— Все нормально. У тебя будет возможность исправить сложившуюся ситуацию. Поправляйся, — Нейл кивнул фехтовальщику, и вышел вслед за Тауреем.

Тот стоял в коридоре, прислонившись к стеклянной стене, и его зрачки лихорадочно мелькали за линзами.

— Что ты делаешь?

Лайет отвлекся от интерфейса, и его взгляд сфокусировался на Нейле.

— Отдаю распоряжения. К вечеру у меня будет вся доступная информация об этом Нормане Райдо, о его семье и знакомых и… подожди секунду, — от отвернулся и ответил на входящий звонок, снова отключившись от реальности. Нейл терпеливо ждал, и спустя пару минут Таурей вернулся из инфосферы. На его тонких губах блуждала довольная улыбка.

— Кажется, ждать нам не придётся. Давай спустимся, я кое-что тебе расскажу.

Выйдя во внутренний сад, расположенный между несколькими башнями, Нейл нетерпеливо спросил Лайета, в чем дело, но тот попросил друга подождать некоторое время. Зайдя достаточно далеко вглубь небольшого парка, и оказавшись на одной из аллей, увитой дикими, намеренно неухоженными лозами, он изолировал от инфополя несколько метров вокруг себя и Нейла, и лишь после этого обратился к собеседнику.

— Кажется, наши догадки подтверждаются.

— По поводу?..

— Того проекта. «Синтрофос», — уточнил Таурей, — Мне только что переслали часть информации об этом Райдо. В последние годы он жил здесь, на Эдеме. И его часто видели в компании Виктора де Пайле.

— А Магеллан — родная планета этой семьи… — протянул Нейл, проводя ниточку от одной зацепки к другой.

— Точно, — Лайет кивнул, — и кстати, следы этого Виктора исчезли из инфополя буквально за день до ограбления аукциона.

— Уверен, третьим вором был именно он! — злорадно улыбнулся де Бригез.

— Не спеши радоваться, — охладил его пыл Таурей, — Сомневаюсь, что нам удастся добраться до него, пока он под защитой своей семьи. А если Райдо направился туда-же, то и его достать будет проблематично. Но сейчас это не главное.

— Что значит «не главное»?! У нас появился первый реальный след! — Нейл начинал злиться. Порции деталей, которые ему скармливал Лайет, были чересчур маленькими, и де Бригеза раздражало подобное отношение. Таурей, кажется, заметил это. Он примирительно положил руку на плечо друга.

— Не кипятись. Когда одна дверь закрывается, открывается другая. Кроме сведений Матиаса, мои люди в Соларе сообщили ещё кое-что. Они вышли на след украденного у Советника артефакта.

— Астро-куба? — Нейл оживился.

— Именно. И если до де Пайле и Райдо нам пока не добраться, то выяснить, что это за предмет, и для чего он предназначен — вполне реально.

— Расскажи подробнее, — попросил Нейл.

И Лайет рассказал. О том, что подобные вещи встречались и раньше, но исчезали из поля зрения интересующихся ими людей быстрее, чем волна смывала надписи на песчаном берегу. О том, что в Империи есть люди, знающие, как обращаться с этими артефактами, и для чего они предназначены. А самое главное — о том, что Ирио из клана Ямато знаком с одним из таких людей, и встречался с ним некоторое время назад.

— Так вот оно что…, - прошептал ошеломленный Нейл, — Значит, Ямато действительно замешаны во всем происходящем…, - он внимательно посмотрел на Лайета, — И давно ты об этом узнал? Когда собирался рассказать мне?

— Успокойся, Нейл, мне сообщили об этих артефактах всего пару дней назад, и нужно было тщательно все проверить. Я не собираюсь ничего утаивать от тебя. Мы ведь на одной стороне.

Нейл слегка успокоился.

— И твоя теория о заговоре?..

— По прежнему не более чем теория. Мы до сих пор не знаем, как все произошло, и почему. Но если проект «Синтрофос» решили возродить сейчас, впервые за все время у нас появился шанс узнать о нем больше, и получить в свои руки сведения, которые могут изменить всё.

— Ты знаешь, где найти этого человека? Того, с которым встречался Ирио? — уточнил Нейл.

— Представь себе. Его зовут Раззир-ас-Федир, и в данный момент он находится на Варанте.

— Ты шутишь? — изумился де Бригез.

— А что, похоже? — Лайет изогнул бровь, — Данные моих шпионов всё ещё поступают и обрабатываются, но благодаря Матиасу мы теперь можем связать наши догадки в единое целое. А твоя транспортная концессия — идеальный повод отправится на Варант, найти этого Раззира, и расспросить его обо всем, что нас интересует.

— Предлагаешь мне устроить командировку?

— И чем скорее, тем лучше! Что-то мне подсказывает, что де Пайле и Ямато не будут ждать, и наверняка попытаются реализовать свое преимущество друг перед другом.

— Преимущество в чём?

— Пока не знаю, но ведь очевидно, что и тем и другим чего-то не хватает! Для этого тебе и нужно отправится на Варант, а я пока приведу в порядок Матиаса, и продолжу копать.

Нейл ненадолго задумался, и пристально посмотрел на Лайета.

— Ты был прав, когда говорил что многое прояснится по возвращению Ищейки. Надеюсь, что не ошибаешься и сейчас, ведь мне придется оставить семью на растерзание своим родственникам.

— Если ты не против, я пригляжу за ними. Просто оставь у руля того, кому доверяешь, а я поддержу этого человека.

Нейл кивнул — он и сам хотел попросить Таурея о подобной услуге.

— Ты расскажешь обо всем что мы узнали Советнику?

Лайет странно посмотрел на собеседника, словно взвешивая свои дальнейшие слова, затем ответил.

— Нет. У нас на руках до сих пор одни лишь догадки, и преждевременно беспокоить его не стоит. Поэтому я в очередной раз прошу тебя не распространяться о наших делах.

— Знаешь, — Нейл задумчиво сорвал листок с дерева, мимо которого они как раз проходили, — я очень надеюсь, что ты честен со мной, и не ведёшь свою игру.

Лайет улыбнулся своей холодной улыбкой.

— Я честен с тобой, но это не значит, что у меня нет своих интересов в происходящем.

Нейл понимающе хмыкнул. Конечно он догадывался, что Таурей метит гораздо выше своего нынешнего положения. И если ради этого он готов рискнуть всем, даже покровительством Советника — это значит что некоторое время от него можно не ожидать удара в спину. По крайней мере до тех пор, пока он не получил желаемое.

— Хорошо, — он отбросил смятый листок в сторону, — Я отправлюсь на Варант послезавтра. Как только Матиас оклемается, отправь его следом за мной.

— Я попытаюсь ускорить процесс выздоровления, — кивнул Лайет, — и сегодня вечером передам тебе с курьером всё, что удастся собрать по нашему делу.

— Тогда до встречи, — Нейл сжал запястье Таурея, — Я дам знать, когда вернусь.

* * *

Норман. Планета Магеллан. Цитадель семьи де Пайле

Десять месяцев после событий на Эдеме

Дорога до Магеллана заняла у Нормана и Себастьяна около месяца. За время этого перелета молодые люди сдружись, и узнали друг о друге много нового. Тем не менее, Норман не спешил рассказывать де Риволи о причинах своего путешествия, но тот и не настаивал, благо общих тему у парней оказалось достаточно и без этого.

Себастьян был внимательным и решительным главой своей семьи (правда, весьма малочисленной), вполне успешно вёл дела в нескольких системах, добывая гравитоний и графит, и продавал их Империи. После исчезновения его отца молодой человек закончил строительство их поместья на Ветерисе, и большую часть времени проводил там, избегая суеты внешнего мира. Норман же напротив — успел за свою жизнь побывать в десятках миров, и с удовольствием рассказывал Себастьяну о некоторых своих похождениях. За этими разговорами они добрались до Магеллана, и причалили к станции «Тенериф» расположенной на орбите родной планеты де Пайле.

После всех проверок и досмотров Норману разрешили отправится в Цитадель, а Себастьян отправился домой, пополнив запасы провизии и топлива. Возле платформы орбитального лифта они попрощались.

— Ещё раз спасибо за все, что ты для меня сделал, — поблагодарил Норман своего нового друга.

— Не стоит, — улыбнулся тот, — Надеюсь, ты решишь все свои проблемы в ближайшее время, и навестишь меня на Ветерисе.

— Обещаю, — серьезно кивнул Норман, — и наверняка я появлюсь там не один.

— С удовольствием познакомлюсь с одним из де Пайле, — Себастьян проводил взглядом гвардейцев, конвоирующих несколько больших ящиков — их заносили в грузовой лифт, и отправляли вниз, на поверхность планеты, — Думаю, нам всем будет что обсудить. Удачи, Норман.

— И тебе.

Они разошлись — Себастьян остался на орбите, заканчивая приготовления к отлету, а Норман направился вниз. Там его уже ждали.

Из-за спины четырех рослых гвардейцев, облаченных в цвета дома де Пайле, вышел Марк — как раз в тот момент, когда Норман покидал кабину лифта.

— Здравствуй, Норман, — брат Виктора пожал гостю руку, и хлопнул его по плечу, — Неожиданный визит.

— Поверь, для меня тоже, — усмехнулся гость, — Можно сказать, что определенные события заставили меня пересечь несколько рукавов галактики, чтобы предупредить вас. Где Виктор?

Марк открыл дверцу глайдера, пропустил Нормана вперёд, и сел рядом с ним. Водитель взял курс на Цитадель.

— Виктора здесь нет, Норман.

— Что? — удивился тот, — И где же он? Мне нужно срочно поговорить с ним, Марк, без шуток. У нас серьёзные неприятности.

Марк на это лишь грустно улыбнулся.

— Это мне известно и так. После того, как ты улетел отсюда в прошлый раз, Виктор пробыл на планете почти год. Лишь в начале этой недели наши Примархи устроили совет, и чуть было не осудили его за все, что вы натворили на Эдеме.

— О, чёрт…Чего они ждали столько времени? И что с ним сделали?

— Все обошлось, — успокоил гостя Марк, видя, что Норман не на шутку заволновался, — однако теперь Виктор работает на одно из подразделений нашей семьи, и буквально пару дней назад он покинул планету со своим куратором.

Норман выругался.

— Куда он направился?

Марк лишь покачал головой.

— Этого даже я не знаю.

— Все настолько серьёзно? — изумился Норм, сам того не зная, повторяя слова брата Виктора, сказанные им несколько дней назад. Тот рассмеялся, и заметив недоуменный взгляд гостя, пояснил:

— Я спросил тоже самое, когда узнал. Мне ничего не сообщили.

— Когда он вернётся?

— Этого я тоже не знаю.

Норман замолчал, думая о том, что теперь следует предпринять.

Вскоре они приехали к дому Марка и всей их семьи. Брат Виктора отпустил гвардейцев, и они вошли внутрь. Там он распорядился насчёт обеда, и провел Нормана в свой кабинет.

— Понимаю, ты летел сюда ради встречи с моим братом, — Марк достал из стола бутылку вина и разлил бордовый напиток в два бокала, протянув один из них Норману, — но если твое дело и вправду настолько опасное, как ты говоришь — можешь рассказать о нём мне. Всё-таки я в курсе всех ваших делишек.

Норман и сам уже успел подумать об этом. Он не видел другого варианта, кроме как поделиться с Марком тем, что произошло на Арбисе. Брат Виктора внимательно, не перебивая вопросами, выслушал его, и к концу рассказа выглядел довольно мрачно.

— Глупо было надеяться, что всё закончится после нашего побега, верно? — спросил его Норман, когда закончил.

Марк кивнул.

— Из того, что ты тут наговорил, я могу сделать лишь один вывод — наниматели Матиаса Бринга, кем бы они не были, очень хотят поговорить с вами двумя. И если это произойдет, поднимется такая волна, которая захлестнёт половину галактики, и куча людей окажется под ударом.

— Так и есть, — согласился Норм, — И что ты предлагаешь?

Марк задумался, затем отдал несколько распоряжений своему спутнику.

— Ты пока останешься здесь, — безапелляционно заявил он, закончив работать в инфосети, — а я попытаюсь попасть на аудиенцию к Примархам, и расскажу им всё то, о чем ты сейчас поведал мне. Они ведь не идиоты, и наверняка захотят передать Виктору и его куратору сообщение. Надеюсь, мы успеем до того, как на моего брата выйдет этот Ищейка.

— Кто?

— Матиас Бринг, — пояснил Марк, и видя, что Норман все ещё не понимает, о чем речь, добавил, — Ты не слышал о нём? Он ведь не просто фехтовальщик, а один из немногих Ищеек, что работают сами по себе.

— Так вот как он меня нашёл… — до Нормана дошло, как его вычислили, — Но если он Ищейка…

— То скорее всего уже знает, куда ты направился.

Норман, не сдержавшись, разразился такой бранью, что Марк лишь удивлённо присвистнул

— Не расстраивайся. Сейчас уже не важно, знает он о Викторе, или нет. В любом случае, скоро он выйдет на его след, и безопасность брата — единственное что меня волнует в данный момент. Оставайся тут, — повторил он, подходя к двери, — я поеду к отцу и поговорю с ним. Надеюсь, у нас получится пробиться к Примархам уже сегодня. А ты попытайся расслабиться — здесь тебе ничего не грозит. Если что-то понадобится — сообщи прислуге. Я вернусь вечером, — и оставив Нормана в полном замешательстве, он покинул дом.

Вернулся Марк далеко за полночь, и не один. Вместе с ним прибыл его отец — Андрэас, и несколько фейдов, сопровождавших их. Норман валялся на диване в гостиной, где они говорили с Марком — он не покидал пределов комнаты, сначала думая о том, что грозит другу, отправившемуся неизвестно куда, а затем ненадолго уснул. Через некоторое время его разбудила уже немолодая служанка, и заставила поесть, а вскоре после этого он снова погрузился в размышления, из которых его вырвал голос отца Виктора.

— Норман, — он поздоровался с гостем, входя в комнату, — Марк рассказал мне о том, что тебя привело в наш дом. Не могу сказать, что рад подобному повороту событий — но не удивлён.

— Вы узнали где Виктор? — без предисловий спросил Норм.

— Можно и так сказать, — Андрэас жестом отпустил фейдов, и сел напротив гостя, — Мне удалось встретиться с Примархам, и хоть они практически ничего мне не сказали, но согласились, что моего сына и его куратора стоит предупредить о возможной опасности. Мне даже показалось, что то дело, на которое их отправили, и твой рассказ как-то связаны.

— Хорошо, — Норман решил не тратить время на пустые разговоры, — Значит, я могу отправится следом за Виктором? Или это сделают ваши люди?

— Ты прав и в том, и в другом. Примархи решили, что тебе можно доверять, раз уж ты и так оказался в курсе некоторых наших тайн, из-за которых Виктор покинул Магеллан, да к тому же проделал огромный путь, чтобы предупредить нас. Но выдвинули ряд требований.

Норман выдержал пристальный взгляд Андрэаса спокойно. Тот оценил это, и продолжил.

— Они отказались сообщить местоположение Виктора кому-либо, даже мне, но передали тебе вот это, — старший де Пайле выудил из кармана крошечный кристаллик памяти, и протянул его Норману.

— Здесь его координаты?

— Да, и программа, которая позволит тебе связаться с ним, когда вы окажетесь в пределах одной планеты. Скажу тебе честно, Норман, — взгляд ярко-голубых глаз Андрэаса стал холодным, — мне совершенно не нравится всё то, что вы натворили на Эдеме, а ещё больше смущают последствия этих действий. Но Виктор тебе доверяет как себе, а значит — доверяю и я. Но Примархи не любят неизвестности, и не полагаются на обычные слова, какими бы искренними они не были.

Отец Виктора достал из второго кармана узкий браслет, и показал его Норману.

— С помощью этого устройства мы сможем найти тебя, если потребуется. Снять его смогут лишь в нашей лаборатории. И если ты хочешь отправится на поиски Виктора — тебе придется одеть эту побрякушку.

— Без проблем, — легко согласился Норман, но Андрэас уточнил:

— Это не просто следящее устройство. Оно настроено персонально на тебя, и не на инфополе, которое ты, как я знаю, можешь с лёгкостью поменять — а на ДНК.

— Меня это не смущает, — покачал головой Норман, и протянул руку, но Андрэас всё-же не спешил одевать браслет на его запястье.

— Также стоит упомянуть, что в нем, — он постучал пальцем по одному из матовых сегментов, — скрыто около ста тысяч нано-игл, и в случае, если ты выдашь местоположение Виктора кому-либо кроме своих сопровождающих, — кивок в сторону фейдов, ждущих за открытыми дверьми, — они впрыснут тебе в кровь смертельный яд.

Норман не колебался. Его уже изрядно утомила вся эта таинственность и пафос, так что он вновь протянул руку вперёд.

— Я согласен его одеть, чёрт возьми! И пересёк половину галактики не для того, чтобы в последний момент пустить петуха — а только затем, чтобы предупредить друга! За Виктором, может быть, уже выслали карательный отряд, а мы тут сидим и чешем языками! При всем уважении, месье де Пайле, я вас очень прошу — застегните уже этот чёртов браслет!

Андрэас с Марком переглянулись, и отец Виктора нацепил устройство на руку Нормана. Парень сразу почувствовал лёгкое покалывание чуть выше запястья — девайс настраивался на генетический код нового владельца. Как только процесс был завершён, Норман вставил дымчатый кристаллик в одно из отверстий на браслете, принявшее нужную форму, и через секунду в его линзах вспыхнули координаты Варанта. Он улыбнулся, и обратился к хозяевам дома:

— Вы одолжите мне корабль?

— Яхту, — уточнил Марк, — экипаж уже готов, а эти фейды… присмотрят за тобой.

— Надеюсь, мы успеем вовремя. Когда вылет?

— Хоть сейчас, — улыбнулся Андрэас, — и знаешь Норман… я рад, что у моего сына такой друг. Удачи тебе.

Ждать археолог не стал. Захватив лишь свою сумку, он отправился обратно на орбитальную платформу. Его сопровождал Марк и те фейды, которые должны были отправится с ним. Уже наверху Норман обратился к брату Виктора:

— Могу я попросить тебя об одолжении?

Тот если и удивился, тот ничем не выдал этого.

— Конечно. В чем дело?

— Десять лет назад на Ветерисе произошла вспышка странной болезни — во владениях де Риволи. Попытайся узнать, что там произошло, хорошо?

Марк кивнул.

— Конечно, я подниму архивы. Зачем это тебе, скажешь?

— Когда вернусь, — улыбнулся Норман, и протянул Марку руку, — только не афишируй эти поиски особо, ладно?

— Сплошные тайны, — проворчал брат Виктора, и ответил на рукопожатие, — Осторожнее там… куда бы ты не направлялся. И передавай Виктору привет.

— Обязательно, — улыбнулся Норман, и решительным шагом направился к яхте, капитан которой уже прогревал двигатели. Его ждал Варант.

Глава 16

Что есть наш мозг? Серое вещество, сквозь которое ежесекундно пробегают сотни миллионов импульсов? Центральный процессор, управляющий нашей памятью? Или, быть может, цельная, организованная структура, способная хранить в себе не только информацию, но и частицы наших душ? Мы сотни лет исследуем собственный организм, но до сих пор не имеем ни малейшего понятия, почему одни его части работают так, а не иначе. Иногда мне кажется, что теория эволюции — единственное разумное объяснение. В другие же дни я верю в то, что нас создал Господь Бог — и верю гораздо сильнее любого священника.

Отрывок из лекции Серхио де Сергийос, прочитанной им в Центральной Академии Естественных Наук.

Такого огромного количества людей эта планета не видела никогда, по крайней мере — с тех самых пор, как мы нашли Сигеру-Маоло. Солариане, Махтары, Зу'млеры, Астеры, и ещё сотня народов, у которых и названий-то не было. Лагеря вокруг храма раскинулись на сотни километров по обе стороны долины, и накануне битвы, стоя на взгорье, я смотрел на этот людской муравейник. Помню, как ко мне подошёл один из лейтенантов отца, и спросил, чего я жду от завтрашнего дня.

Мне было стыдно признавать, что жду я только смерти, но по моему лицу он все понял. Лейтенанта звали Дерак ан Фалет, и позже он не раз спасал мою жизнь, но в тот момент, когда мы стояли там, и горячий ветер дул мне в лицо, он сказал одну из важнейших вещей, которую я запомнил навсегда.

— Те люди, — он протянул руку в сторону лагеря наших противников, — не враги нам в том смысле, в котором ты о них думаешь. Они такие-же как и мы с тобой, лишь преследуют свои цели. Вот и вся разница. А единственный, и самый главный наш враг — смерть. Она всегда рядом, всегда побеждает, и на протяжении всей жизни мы ведём с ней бой. Сражайся завтра не с Астерами. Не с дикими Вей'лан, и их хозяевами. Сражайся со смертью, и останешься победителем.

Высказав эту крамольную (думаю, Император бы не оценил, что его врагов не отличают от друзей) мысль, он оставил меня на вершине той скалы, и ушел, а я простоял в одиночестве до самой темноты, пока в небе не зажглись чужие звёзды, а луч яркого света, рвущийся вверх из вершины главной пирамиды Сигеру-Маоло, не окрасил долину в холодный белый оттенок.

Сражение, случившееся наутро, вряд ли имело аналог в новейшей истории. Триста тысяч человек со стороны предводителей Астер, и двести сорок тысяч — с нашей. Подобных битв не видела не только эта земля, но и все те (немногие) миры, которые человечество успело колонизировать за свой недолгий век космической экспансии.

Единственный законный Император — Леостан Первый — лично командовал полком мехоидов, и находился в самом центре той мясорубки, что началась сразу после восхода солнца. Астеры не стали дожидаться, пока мы полностью построимся, и ударили первыми. Их кулак из шагоходов врезался в наш правый фланг, и разметал пехоту по огромной территории. Не скрою, в этот момент я подумал, что сражение проиграно заранее, но увидев, как несколько танковых батальонов укрепляются на позициях чуть выше просевших фаланг, слегка успокоился. Своими залпами им удалось положить почти треть огромных машин, так неосторожно приблизившихся к нашим пехотинцам, прежде чем верховный лорд Астеров приказал своей технике вернуться.

Сразу после этого квадраты обеих армий пришли в движение, и Император повел людей в атаку. Мой отец был рядом с ним в тот момент, и рассказывал, что двенадцатиметровый мехоид под управлением Леостана был первым, ворвавшимся во вражеские ряды. Он крушил таких же, закованных в броню противников, отрывал и отрубал пушки техники, оказавшейся у него на пути, топтал людей, а его трёхметровый плазменный клинок резал плоть, камни и металл, словно это была бумага. Семь тысяч мехоидов шли за ним, прорываясь к генераторам силовых полей, четыре танковые бригады прикрывали их продвижение, а пехотинцы, бегущие следом, в сравнении с этими машинами смерти выглядели не больше, чем насекомые.

Сам я в это время сражался на левом фланге — и скажу, что ни до, ни после этой битвы, мне никогда не было так страшно. К счастью, я запомнил слова ан Фалета, и единственное, что меня волновало — отложить встречу со своим главным противником на как можно более долгий срок. Не уверен, что лейтенант Дерак имел ввиду именно это, но хвала богам, в тот день мне удалось уцелеть, отрешившись от всех мыслей, и сосредоточившись только на сражении.

Под моим командованием была всего тысяча человек, из которых лишь у половины были боевые экзоскелеты, а мехоидами управляли едва-ли пять-шесть десятков. Остальные пехотинцы были беззащитны против тех отродий, что выставили Астеры на этом фланге. Нам противостояла кавалерия на огромных животных в очень прочной броне, и прежде чем мы поняли, как с ними справиться, семь рядов перед моей тысячей оказались смяты и растоптаны. Я не помню, что кричал, и какие приказы отдавал в тот момент, когда передо мной впервые оказалась гигантская ящерица, закованная в броню. Единственное, что отложилось в памяти — в определенный момент все мехоиды сплотились вокруг меня, и мы пошли вперёд. Наши плазменные клинки легко разрезали броню животных, а пехота, следующая за нами, старалась закончить то, что мы начали. Я знал, что главная задача моей тысячи, да и всех, кто находился на левом фланге — не дать противнику прорваться сквозь наши ряды в тыл центра армии Императора, и не позволить отключить силовое поле. Если бы это случилось, Астеры тут-же воспользовались бы случаем, и разнесли нашу армию термальными боеголовками.

Спустя некоторое время я понял, что связь с другими подразделениями отсутствует, и я не могу отдать приказ даже своим людям — позже мне рассказали, что один из вражеских отрядов мехоидов (с которым мы столкнулись, когда оттеснили кавалерию) применил новое оружие, которое отключило почти тридцать тысяч солдат от общей сети нашей армии. Не сомневаюсь, они таким образом надеялись смешать наши ряды, и решительным ударом прикончить, но Император, бьющийся в центре, каким-то образом узнал об этом, и отправил нам на подмогу ещё двадцать тысяч человек из резерва. С помощью них мы не только удержали позиции, но и смогли продвинуться вперёд достаточно далеко, чтобы прорвать оборону противника, и совершить вылазку к ближайшим генераторам силовых полей Астеров.

Я был одним из первых, кто перемахнул через металлические укрепления, и снеся голову первому попавшемуся врагу, начал крушить оборудование, не позволяющее нашей артиллерии открыть огонь по позициям противника. Следом за мной, лейтенантом Фалетом и ещё несколькими мехоидами, в открывшуюся брешь устремились остатки моего полка, и за неполные десять минут мы уничтожили три генератора, и изрубили две роты солдат, охранявших их. Связь так и не появилась, но я знала, что Император не будет ждать долго, и у нас есть всего несколько минут, чтобы вернуться на позиции.

Когда щиты левого фланга Астеров моргнули и потухли, мы уже бежали обратно. Я помню, как подхватил двух пехотинцев, пытающихся отступать вместе с нами, закинул их себе за спину, затем схватил ещё двух человек, и в лапах мехоида донес их до наших рядов. Как раз в этот момент артиллерия Императора дала залп.

Подобной мощи я прежде не встречал — вот солдаты Астеров пытаются разбежаться в стороны, техника лениво разворачивается, а через секунду вся территория, которая недавно была накрыта куполом, полыхнула огнем. Вспышка была столь яркой, что в первые секунды после нее наш фланг замер на некоторое время, оказавшись полностью дезориентированным. Когда свет исчез, мы увидели, что по меньшей мере пятая часть армии Астеров исчезла — на том месте, где исчез силовой щит, теперь была обугленная пустыня, расплавленный песок, местами превратившийся в стекло, и огромная воронка, из которой медленно поднимался дым.

Наши ряды взревели, и после секундного замешательства, битва продолжилась. Теперь у Астеров не было численного преимущества, и остатки нашего фланга завернули к центру, устремившись на помощь Императору.

В этот день с обеих сторон погибло более двухсот тысяч человек. Ещё столько-же оказались раненными, или искалеченными. Нам удалось помочь центру армии, и уничтожить большую часть техники Астеров, прежде чем их главнокомандующий скомандовал отступление. Впрочем, это им не слишком помогло — отступать мятежникам было некуда, ведь вокруг Сигеру-Маоло раскинулась лишь бесплодная пустыня. Следующие несколько недель карательные отряды Императора преследовали беглецов, и планомерно их уничтожали. Оставшихся в живых (их было немногим более двадцати тысяч) взяли в плен.

Подобной бойни не случалось ни до, ни после — все дальнейшие конфликты с мятежниками на фоне битвы под стенами Сигеру-Маоло смотрелись лишь жалкими стычками, и хотя война продолжалась ещё три года, именно в тот момент Императору удалось переломить хребет сопротивления, и укрепить свою власть на долгие годы.

Моему отцу за доблесть в сражении и спасение Леостана в гуще сражения был пожалован титул и земли на Магеллане — одной из последних колонизированных планет, а меня самого Император назначил командующим почетного полка «Железных рук». В дальнейшем мы с ним не раз участвовали в битвах, а когда (в силу возраста) перестали сами выходить на поле боя — занялись наведением порядка в обжитых системах.

Благодаря той победе, мы смогли вывезти из Сигеру-Маоло тонны артефактов, устройств и чертежей. Некоторое время мы с отцом отвечали за перевозку этого груза в Солар, и к своему стыду вынужден признать — туда не всегда доставляли всё, что было запланировано. Некоторые вещи мы оставляли себе, впрочем, как и многие из тех, кто имел доступ к драгоценному грузу и поддерживал Императора в то время. Человеческая природа не знает исключений, и сколь благородны не были бы наши поступки изначально, успех и богатства развращают людей, делают слабее, и открывают отнюдь не лучшие стороны нашей натуры. Мы с отцом прибыли на Сигеру-Маоло, имея за спиной лишь репутацию верных слуг Императора, а после войны стали одной из самых влиятельных семей известного мира, но нам, как оказалось, было мало и этой милости.

О самом Сигеру-Маоло в то время ходило немало легенд, но лишь те, кто побывал внутри величественного храма лично, могли убедиться в их правдивости. Я был одним из немногих счастливчиков, которые выжили после посещения этого строения. Не буду рассказывать о его структуре и тайнах — подобных трудов было написано немало, и полагаю, в них содержится гораздо больше информации, чем могу предоставить я, но о Привратнике не упомянуть не могу.

Когда мы впервые обнаружили этот храм, и вошли внутрь, нас встретило… Нечто. Не знаю, каким словом можно это описать, но та сущность, что назвалась Привратником, была встроена в каждый миллиметр храма. У него не было центрального процессора (по крайней мере, мы его так и не обнаружили) или физического тела — просто в один момент, когда мы только переступили порог, перед нами материализовалась… сущность, и заговорила на человеческом языке.

Сказать, что мы были ошеломлены — значит не сказать ничего. Все находки археологов, обнаруженные нами ранее, были загадочны, статичны, или попросту бесполезны. Конечно, залежи гравитония на Марсе, и чертежи Магистрали позволили человечеству совершить невероятный технологический скачок, но… это были лишь следы Предтеч, не более. А на Сигеру-Маоло мы обнаружили то, что ещё застало существ, живущих в нашей галактике миллионы лет назад. По вполне понятным причинам (указ Императора 446/19) я не могу рассказать о том, что мы узнали от Привратника, но то, что после бойни под стенами храма именно он активировал протоколы уничтожения планеты — безусловный факт. На наше счастье, часть оборудования Предтеч всё же вышла из строя, и у нас было почти три месяца чтобы вывезти оттуда всё что можно.

К сожалению, узнали о ликвидации храма мы слишком поздно — Привратник ничего не сообщил людям, и в один день величественное строение попросту исчезло во вспышке протонного взрыва, унеся с собой жизни тысяч человек. В том числе — двух моих братьев и сестры. Император, когда ему доложили об этом, был в ярости, но в тот момент он ещё не знал, что взрыв запустил некую реакцию в недрах планеты. По всей поверхности начали открываться трещины, происходили жуткие землетрясения, и буквально за пару недель этот мир, ставший для человечества настоящим кладезем знаний, раскололся на миллионы частей. Все, что осталось от Сигеру-Маоло, кануло в вечность, а те люди, которым довелось там побывать, могли лишь лелеять воспоминания об этом удивительном месте.

Человечество оставило этот уничтоженный мир, и принялось изучать то, что удалось оттуда вывезти. Империя окрепла, и начала свое путешествие сквозь звёзды.

Выдержка из записей Александра де Пайле, второго владельца планеты Магеллан.

***

Виктор

Я отложил планшет, и потянулся. Да уж, те дневники, что предоставил мне Элиас после отлёта, можно было назвать настоящим сокровищем. Не удивлюсь, если их оригиналы находятся под строжайшей охраной в катакомбах Императорского дворца в Соларе. Интересно было бы прочитать их все.

Мы летели на Варант уже вторую неделю. Неслись по Магистрали на тридцати процентах скорости света, и с того момента, как покинули Магеллан, я только и делал что изучал древние записи.

После того, как Примархи отдали меня на попечение Элиаса, мы не задержались на моей родной планете — я сдал необходимые анализы, прошел несколько тестов, и синт (так Элиас называл себя), убедившись что я полностью здоров, и могу контролировать свои непонятные способности, тут-же объявил, что мы вылетаем. Кроме нас двоих на Варант отправились также двое яйцеголовых, работающих с моим предком, и десяток «Атласов» в снежно-белой броне. Учёные не горели желанием общаться со мной — лишь представились, и вернулись к своим обязанностям, насчёт которых Элиас не стал меня просвещать. Ну а я не настаивал, разумно посчитав, что каждый должен заниматься своим делом.

Синт заявил, что раз уж я теперь их новый скаяр, то должен развивать свои навыки, и выдал мне кучу записей моего предшественника. Надо сказать, тот был достаточно скрупулёзен, и записывал все, что считал мало-мальски важным, а кроме того — собирал обрывки информации, хоть как-то относящейся к Сигеру-Маоло и артефактам Предтеч. И хотя в данный момент всё это изрядно мне помогало, вопросы всё равно копились как снежный ком.

То, что я могу работать с артефактами Предтеч и чувствовать их, стало понятно после изучения некоторых из переданных мне материалов. Уж не знаю, как все это работало (предыдущий скаяр попытался объяснить в своих записях природу этих способностей, но честно говоря, я абсолютно не понимал, о чём идёт речь — да и он, судя по всему, руководствовался лишь непроверенными гипотезами), но факт оставался фактом — подобные вещи действительно притягивали меня. Даже тот случай на Эдеме, как выяснилось, был ярко выраженным примером.

Я пробовал медитировать, погружаться в пучины своего сознания для того чтобы понять — как мне проявить свои способности, но дальше замедления восприятия пока не продвинулся. Впрочем, это меня всё равно радовало. Все те разы, когда время вокруг меня начинало течь медленно, оказались не всплесками адреналина, как я предполагал. Это было бессознательное искажение инфополя вокруг себя, и изучив этот вопрос подробнее, я за неделю научился входить в подобное состояние вполне осознанно. Правда, после таких попыток всё тело жутко болело — каждый раз, когда инфополе вокруг меня искажалось, я начинал двигаться гораздо быстрее любого человека, но за это приходилось расплачиваться — всё-таки человеческий организм не приспособлен к подобным нагрузкам, и Элиас постоянно напоминал мне о том, чтобы я не слишком сильно усердствовал.

В один из дней я застал его в кают-компании, где синт был занят разглядыванием карт Варанта.

— Привет, — поздоровался он со мной, — Как успехи?

— Интересное чтиво ты мне предоставил, — заметил я, и рассказал ему о записях Александра.

— Ааа, — протянул Элиас, — я читал их. Удивительно, что он решился так честно рассказать о том, какие же мы — люди — редкостные твари, не так ли?

Я кивнул.

— Он всё-таки был приближенным Императора, и мог позволить себе чуть больше, чем придворные летописцы.

— Это да, — согласился Элиас, отмеряя пальцами расстояние между двумя точками, — а что насчёт твоих навыков?

— Ну, пока поблизости нет ничего из арсенала Предтеч, вряд ли я смогу ответить тебе что-то определенное. Скажи, какой у нас план по прибытию?

Элиас задумчиво почесал затылок.

— Наш прошлый скаяр наметил два отправных пункта. Первый — это специалист по астро-кубам. Раззир-Ас-Федир, живёт в Нижнем городе Варанта (прим.: столица Варанта названа также как и планета, и также как на Эдеме, делится на Высокий город, и Нижний город). С ним нам стоит пообщаться в первую очередь. К тому же, велика вероятность, что именно этот человек вёл дела с кланом Ямато. Второй пункт нашей миссии — затерянный где-то в песках храм Предтеч. О нём нам вообще ничего неизвестно, кроме того, что он есть. И я очень рассчитываю получить информацию об этом от Раззира.

— Думаешь, он будет с нами говорить?

— Не уверен, но даже если заартачится, я вытяну из него всё, что он знает, будь уверен.

— Сколько нам ещё лететь?

— Два с лишним дня. Советую подготовиться, Виктор, времени на размышления, когда приземлимся, будет немного — мы начнем действовать быстро.

— Я готов, Элиас.

— Рад это слышать, — он улыбнулся, — но у тебя усталый вид. Все в порядке? Может, тебе стоит отдохнуть?

Я поколебался недолгое время, и решил рассказать, что меня гложет. В последние дни мои странные сны вернулись, и один из них запомнился ярче других.

— Что там было? — спросил синт. Ко всем этим вещам он относился очень серьезно.

— Помнишь, я рассказывал тебе о кусках видений, которые видел когда мы с Кайри активировали астро? Здесь было очень похожее ощущение — и снова те-же существа. В том же самом месте. Но в этот раз что-то изменилось — они были злы, и… напуганы, кажется. А ещё я видел посланника, которого они ждали. Он появился в столбе света, прямо посреди того огромного каменного диска. Я не разглядел, как он выглядит — так там все сияло, но от этого существа исходили волны настоящей мощи. Мне показалось, что если бы он захотел, то смог бы уничтожить не только тех существ, но и всё вокруг…, - я замолчал. Тяжело было вспоминать такие сны, а ещё тяжелее — описывать свои ощущения от них, но Элиас, кажется, всё понял.

— Ты не думаешь, что это просто сны, верно? — спросил я.

— Нет, Виктор, конечно не думаю, — он покачал головой, — Наш прошлый скаяр тоже видел подобное, но по сравнению с твоими картинами, его видения были лишь секундными обрывками, из которых не было возможным что-либо понять. Хотя и сейчас яснее не стало, но по крайней мере, у меня появились кое-какие мысли.

— Поделишься ими?

— Почему нет? — он указал мне на сиденье возле стола, рядом с которым стоял, — Думаю, как бы бредово это ни звучало — ты видел Предтеч.

Он сделал паузу, давая мне время осознать услышанное, но я, честно говоря, и сам предполагал нечто подобное. Те, кто жил в галактике до нас были настолько сильнее развиты, чем люди, что вполне могли оперировать самой реальностью. И возможно, именно поэтому они и почувствовали моё присутствие тогда, когда я в первый раз прикоснулся к астро. Я сказал об этом Элиасу, и он согласился.

— Я подумал об этом, когда услышал твою историю впервые, и с тех пор пытаюсь понять — почему вдруг ты? Судя по всем анализам, ты абсолютно нормальный человек, без единого отклонения в ДНК, но вместе с тем умеешь оперировать инфополем без всяких устройств… Загадки, Виктор, нас окружают сплошные загадки. Надеюсь, на Варанте мы найдем хоть какие-нибудь ответы. Отдохни, — повторил он, — помедитируй. Ты нужен мне свежим.

Я оставил его в кают-компании, и отправился к себе в отсек. После этого разговора мне не хотелось возвращаться к записям Александра. Развалившись на кровати, я долгое время пялился в потолок, пытаясь успокоить разбушевавшиеся мысли, и не заметил, как уснул.

***

Белый пол, белый потолок, белые стены. Все вокруг было ослепительно белым, настолько, что у меня началась резь в глазах. Я посмотрел вокруг себя — ничего, абсолютная пустота, а я находился прямо в ней. Попробовал сделать шаг, другой — ничего не изменилось. Я сплю, это точно. Но ведь не бывает снов, где нет ничего, верно?

Я напряг воображение. Позади меня раздался тихий шелест, и обернувшись я действительно увидел дверь, о которой подумал. Она была ужасно старой — деревянной, рассохшейся, с медной ручкой и облупившейся краской. Абсурд, казалось бы — дверь посреди ничего, но я знал, что это именно то, что мне нужно. Повернув ручку, я потянул её на себя, и едва приоткрыв, почувствовал теплый ветер и… запах корицы?

В груди защемило — в последний раз этот аромат я встречал за несколько часов до гибели Кайри — так пахли ее волосы.

Шагнув в проем, я оказался на вершине холма, усыпанного разноцветными цветами. Здесь были, кажется, все оттенки красок, а прямо передо мной росло гигантское дерево, чуть ли не подпирающее небо. В реальности таких деревьев не бывает, подумал я, но это ведь сон. Тут возможно все.

Я отпустил ручку — дверь резко захлопнулась и исчезла за моей спиной, а цветы начали колыхаться на ветру. С дерева посыпались оранжевые листья.

Я решил обойти его по кругу, но не успел сделать и шага, как меня окликнули. Резко повернувшись, я увидел её. Это была Кайри. В лёгком белом платье чуть выше колен, с растрёпанными, огненно-рыжими волосами, которыми играл ветер. Все слова застряли у меня в горле, а она стояла и улыбалась.

— Я тебя очень долго ждала, Вик, — наконец произнесла девушка, и я бросился к ней. Обнял, прижал к себе, оказавшись рядом, не желая отпускать, и боясь, что это обычный призрак, который развеется, если ветер усилится.

— Я не призрак, Вик, — заметила она с лёгкой улыбкой, чуть отстранившись, — и ты не сошел с ума. Это я. На самом деле.

— Но как?! — только и смог выдохнуть я, всё ещё не выпуская девушку.

— Не знаю, но есть догадки. Прогуляемся?

Я потряс головой, ущипнул себя, но Кайри никуда не делась.

— Вик, да угомонись ты, — звонко рассмеялась она, — я никуда не денусь, обещаю. Пойдем, я кое-что тебе покажу.

Она взяла меня за руку, и повела вниз по склону холма. Я молчал, всё ещё не веря, и не понимая ничего. Если это был обычный сон, я не хотел чтобы он заканчивался.

Мы спустились по вытоптанной дорожке к самому подножию. Внизу рос небольшой лес, и когда мы шли сквозь него, я решился задать вопрос:

— Ты… Ты ведь живёшь просто в моём воображении?

— Не совсем. Я погибла на Эдеме, но какая-то часть меня осталась. В тебе, — она легонько ткнула пальцем мне в лоб.

— Как это возможно?

— Ты мне скажи, — Кайри пожала плечами, — я здесь всего лишь гостья.

Мы снова замолчали, и вскоре вышли к берегу реки, медленно несущей широкие воды куда-то вдаль. Возле воды стоял деревянный дом. Кайри толкнула дверь, и завела меня внутрь. Там было очень красиво — круглое помещение было идеально чистым, под потолком висела люстра, а вдоль стен стояли кадки с разными растениями, перемежаясь книжными шкафами. Посреди комнаты расположился стол. Я успел заметить, что несмотря на глухомань, в которой мы находились, здесь были и кухня с современным оборудованием, и проекционный экран, и даже несколько устройств, которые я никогда раньше не видел, и не представлял, для чего они нужны. Это место напоминало… нет, не свалку предметов разных эпох, а скорее, склад, в котором кто-то тщательно навёл порядок.

— Где мы? — спросил я.

— У тебя в голове. Хочешь чай?

Я кивнул, всё ещё пытаясь осознать происходящее. Кайри сняла с современной плиты чайник, достала из висящего над ней шкафа две кружки, и разлила в них ароматный напиток.

— У тебя куча вопросов, да?

— Ещё бы! — я сделал глоток, — Ты здесь живёшь?

— Да. Дальше уйти у меня ещё не получалось.

— Дальше? — не понял я.

— Это место, — она обвела дом рукой, и всё, что находится вокруг — часть твоего подсознания. Оно не ограниченно этим пасторальным пейзажем, и включает в себя кучу разных измерений. Когда я погибла, поначалу не могла ничего понять — меня кидало из одного слоя в другой, пока я не оказалась здесь.

— Как ты это поняла?

— Иногда я слышу, что ты думаешь. Иногда даже вижу, что происходит снаружи.

— Снаружи? Ты имеешь ввиду — в реальном мире?!

— Да. Я видела, как на тебя напали в твоей квартире. Видела, как вы с братом ходили на яхте по озеру, — она вновь улыбнулась, — не думала, что ты умеешь управлять парусником.

— Не понимаю, — я отставил кружку, — если всё так, почему мы не встретились раньше?

— Я знаю, что недавно ты стал тем, кого называют «скаяр». Возможно, дело в этом?

— Ты и это видела?! — удивился я.

— Ну, в некоторые моменты мне легко удается читать твое настроение или чувства, — она взяла меня за руку, и я почувствовал теплоту её пальцев, — особенно когда ты эмоционально уязвим. И я знаю, как тебе было плохо после того взрыва.

Я сжал её ладонь, а другой рукой провел по волосам. Я уже не сомневался, что это действительно была Кайри.

— Неужели я теперь смогу видеть тебя постоянно? — прошептал я.

Девушка грустно покачала головой.

— Не всё так просто, Вик. Время здесь идёт по другому, и сил, на то чтобы оставаться в своем подсознании долго требуется очень много. Прости, что я тебе говорю об этом сейчас, но ты не сможешь часть приходить сюда — иначе однажды попросту не проснешься.

— Плевать! — я приблизился к ней, — Мне все равно! Я думал что потерял тебя навсегда, а всё это время ты была совсем рядом!

— Вик, — она обняла меня, и я почувствовал, как мне на плечо упало несколько слезинок, — Я очень хочу, чтобы мы были вместе. Хотя бы здесь. Но я не хочу, чтобы ты погиб ради фантома.

— Но ведь ты настоящая, сама же сказала!

— Да, но… я могу существовать только здесь, и возможно, в любой момент исчезну. Навсегда, или на время — я не знаю. Не надо рисковать своей жизнью ради осколков моей личности, я прошу тебя.

Я крепче прижал её к себе, внезапно ощутив, что наше время подходит к концу.

— Я найду способ вытащить тебя, слышишь? Я тебе обещаю!

Кайри заплакала, уже не стараясь скрыть слёз.

— Ты меня совсем не знаешь, Вик, — прошептала она, — Я не та, за кого себя выдавала.

— Я знаю, — спокойно ответил я, — меня это не волнует, Кай. Я найду способ вернуть тебя, клянусь.

— Тебе пора, — она поцеловала меня, и мне захотелось, чтобы этот поцелуй длился вечно. Отстранившись, Кайри встала из-за стола, и подошла к двери.

— Прощай, Вик.

— До свидания, Кайри, — я поднялся следом, — Мы скоро увидимся, обещай мне!

— Надеюсь, — она развернулась, и в следующий миг мир начал рассыпаться на миллиарды осколков. А я стоял посреди всего этого безумия, и смотрел, как её силуэт медленно тает.

***

Очнулся я от мощной оплеухи. Щека загорелась, и я попытался закрыться, промычав нечто нечленораздельное.

— Чёрт возьми, Виктор?! Ты жив? — послышался знакомый голос.

Я открыл глаза, и увидел мрачное лицо Элиаса, нависшего надо мной. Рядом стоял один из его учёных — кажется, его звали Бамэл. Он оттянул моё веко, и посветил тонким лучом фонарика прямо в глаз. Я попытался отмахнуться, но Элиас удержал мою руку.

— Лежи смирно! — рыкнул он, и я счел за лучшее не спорить.

— Молодой человек в полном порядке, как ни странно, — заявил Бамэл, убирая фонарик, — Но причина столь долгого отсутствия мне по прежнему не ясна.

— Что? — не понял я, и попытался сесть. Голова кружилась, и Элиасу пришлось мне помочь.

— Ты был в отключке три дня, — пояснил Элиас, убедившись, что я не грохнусь в обморок. — Просто отказывался просыпаться. Что это было, Виктор?

Я посмотрел на него, затем на доктора, и тот, поняв всё без слов, оставил нас.

— Ну? — поторопился меня синт. — Времени у нас в обрез.

Я рассказал ему о том, как встретил Кайри где-то в глубине своего подсознания. Вид у моего куратора был встревоженный.

— Чтоб тебя, Виктор! Не смей больше так рисковать! Мы уже сутки болтается на орбите Варанта, пока ты встречаешься со своей мёртвой подружкой!

— Она не мёртвая! — взорвался я, — Ты что, не слушал меня?! ОНА ОСТАЛАСЬ В МОЕМ СОЗНАНИИ! И я найду способ ее вытащить оттуда!

Синт сгреб меня за грудки, и припечатал лицом к иллюминатору. За ним виднелся оранжевый шар планеты. Я попытался вырваться, но синт оказался гораздо сильнее меня, и держал крепко.

— Ты глупец, Виктор! Если всё то, что ты мне сейчас рассказал — правда, то твоя подруга умнее тебя в сотню раз! Она же предупредила, что там и здесь течение времени разное! А если бы ты остался там не на час, а на неделю? Сколько бы тебя не было? Месяц? Год?! Хочешь вернуть её? Так помоги мне найти этого Раззира, помоги отыскать храм, помоги, мать твою, разгадать секрет переноса сознания, и клянусь — я сделаю всё чтобы помочь вытащить Кайри из твоей собственной башки! Если ты и этого не можешь понять, то такой тупица мне в команде не нужен!

Я отодрал его руки от своей куртки, в которой лежал, и оттолкнул. Он прав, прав…

— Прости, — я выдохнул, — я люблю её, понимаешь? У меня просто крышу снесло, когда понял, что у нас есть шанс. Я понимаю, что ты спас меня от гнева Примархов, понимаю, что стоит на кону, и сделаю всё что нужно. Просто… просто я ещё не пришел в себя. Прости, — повторил я, и увидел, что Элиас расслабился.

— Ты напугал меня, Вик, — сказал он, отдышавшись, — мы ведь родня, не забывай об этом. И нам нужно держаться вместе. Ты особенный — как и я. Возможно, нас таких всего двое во всей галактике. И мы можем изменить этот чёртов мир, если постараемся.

— Все нормально, — я открыл бутылку воды, стоявшую на тумбочке. Одним залпом осушил ее, и повернулся к Элиасу, — давай приземляться. Эфемерные цели оставим на потом, и сосредоточимся на чём-то более реальном.

— Чувствую, — заметил Элиас, выходя из каюты вслед за мной, — что теперь ты будешь думать только об одном.

— Это мне не помешает, — ответил я, — лишь придаст сил.

— Любовь, — проворчал синт, — эта сила может разрушить мир.

— А может и создать его, — я пожал плечами, — Не переживай, я тебя не подведу.

— Надеюсь на это, малыш, очень надеюсь.

Конец первой книги.

Вечность #1

Content

Рождение вечности

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16