Росомаха

Глава 1 Вступление

Молодой, высокий и жилистый лейтенант — Ярослав Ванин, возвращался с автодрома одной из частей, дислоцированной в Вятских лесах. Дорога была знакома и вилась узкой лентой неплотно пригнанных друг к другу бетонных плит, растрескавшихся от времени и перепадов температур.

Он шел по дороге затерянной среди глухих лесов и тяжелые пакеты оттягивали его руки. Солнце опускалось все ниже и освещало природу каким-то нереальным светом.

Дорога плавно текла вдаль и спускаясь по ней в низину, Ярослав видел ее очень далеко и он на ней был один — вокруг был только лес, дорога и он — это иррациональное чувство захватило его.

Было около восьми вечера, но на севере, темнеет поздно, а летом так и вообще ни темнеет никогда. Дорога полностью захватила его, лес вокруг тянулся старый и покореженный, на грибы слабый и поэтому там почти никто не ходил. С дороги лес просматривался метров на двадцать — дальше темнота и только неясные очертания.

Постепенно чувство, что это происходит не с ним, оставило его, но взамен он краем глаза стал чувствовать, как кто-то слева от него, прям по лесу идет прямо с ним шаг в шаг, сопровождая.

Легкое чувство страха посетило сердце молодого лейтенанта.

" Да ну, что за фигня", — думал он. Идти осталось совсем немного — километра три и время еще не позднее и волков тут нет, а на медведя непохоже. Но чувство невольного попутчика не оставляло его.

Устав думать и гадать, он резко остановился, сжимая в руках свои пакеты с грибами. "Хрусть, хрусть", — запоздало прозвучало, со стороны леса от не успевшего затормозить попутчика.

"Ни хрена себе", — подумал Ванин, так это не глюк.

И, бросив пакеты прямо на дорогу, стал всматриваться в темный лес. Вдруг поднявшийся ветер, заиграл верхушками деревьев, но не тронул их основания. Ванину стало не по себе.

Чтобы разглядеть, что-то в лесу он даже присел на корточки, но сколько ни всматривался, так никого и не увидел. Успокоившись, он снова взял пакеты в руки и деланно насвистывая пошел дальше.

Выждав паузу, его сопровождающий затопал вместе с ним и Ванин ощутил, что от него так просто не отстанут. От этого он невольно ускорил шаг, подумывая, что может быть бросить нахрен пакеты и не стесняясь дать деру, не дожидаясь, от него нападения..

Убыстрив шаг, он почти побежал по дороге, через несколько десятков метров, справа от него, лес почти кончился и показались руины инженерного городка, тогда как слева уже угадывался вдалеке поворот на стрельбище.

Небо резко потемнело, когда на него набежали тучи и ветер загудел как в трубе. В это же время из леса кто-то полез, выкарабкиваясь на дорогу и ломая попутно мешающие ему ветки.

У лейтенанта сдали нервы. Он бросил грибы и побежал в сторону поворота на стрельбище. Он бежал очень быстро, но все равно не успел. Его уже ждали, и свернув с дороги, он увидел впереди в сгустившихся сумерках, что-то большое и лохматое.

Остановившись и невольно оглянувшись, он увидел, что к нему из леса, огромными скачками, несется на него огромное животное. Мозг от увиденного захватила паника, и, развернувшись, он побежал дальше по дороге.

Ветер свистел в ушах, сердце испуганной птицей билось в его груди, а руки мелькали, захватывая ладонями воздух и пытались помочь ногам, одетым в грубые берцы.

Уже достигнув железнодорожных путей, он всё ещё имел на хвосте непонятное нечто. Хоть оно и отстало от лейтенанта, но похолодев от ужаса, он увидел впереди перекрытую дорогу.

Навстречу ему, медленно распрямляясь, поднимался огромный медведь. Встав на задние лапы, он задрал свою морду вверх и громко зарычал:

— Ааграаахааа.

То, что Ванин не впал в ступор, доказывало только одно, что у него в роду, ни у кого не было "медвежьей болезни", и на опасность он реагировал по-другому.

Резко затормозив, он начал лихорадочно оглядываться пытаясь найти возможность уйти от неведомой опасности. Но путь со всех сторон был перекрыт зверями, которые стали неспешно приближаться к нему.

"Щас сожрут", — мелькнула паническая мысль и он больше не раздумывая, бросился вправо, где почти рядом с дорогой плескалось болото. Чернея, среди кокетливо белеющих березок и покрытое толстым слоем мазута, вытекающим из прохудившихся резервуаров котельной.

" Уж туда то они не полезут", — думал он бредя по пояс в воде и мазуте.

Лучше в мазуте, чем в животе у медведя, но все три зверя вдруг торжествующе взревели и бросились вслед за ним, а обычное болото неожиданно закрутившись водоворотом вокруг него, стала засасывать его во внутрь — последнее, что он помнил — это была оскаленная морда жуткого зверя.

"Брррр, боррр, бырррррр, брммрмм", — тусклые назойливые звуки проникали в его сознание, потухшее совсем недавно. Его сознание словно раздваивалось и разтраивалось, он плыл в каком-то мареве, похожем на густой кисель и всеми силами пытался сфокусироваться, но пока безуспешно.

Неясное бормотание становилось все громче и громче, громче и громче, пока не перешло в инфразвук, после чего он стал различать слова, сначала неясно, а потом все четче и четче.

Да, да, да, кто тут у нас попался! — О, молодой, сильный — но еще слабый и глупый — но зато знающий!

Ленивый — но умеющий, гордый — но добрый, вспыльчивый — но отходчивый. Ну посмотрим, посмотрим, что из тебя получится — защитник или смазка для мечей пришельцев.

Так с трудом понимая слова и разбирая предложения, он плавал словно в омуте не видя и не чувствуя своего тела, пока в его голове не стали появляться мыслеобразы.

" Так, так, а ну ка — зайчик!", — и тут же в его голове, возник образ зайца — белого, с глупыми глазами, огромными лапами и мысль, — что они могут быстро размножаться, — так не то, не то, — чье-то сознание стало перебирать его образами, выбирая по его мнению оптимальный, — для какой-то только ему нужной цели.

Волк! — и его сознание послушно выдало образ Акеллы, смотрящего сверху на своих собратьев — нет, нет — слишком горд, сразу погибнет.

Медведь! — и снова сознанье выдало образ, огромного, дурно пахнущего зверя, то мягкого и плющевого, то дикого и безбашенного — нет не пойдет, — из крайности в крайность — погибнет.

Олень! — милый олененок — не пойдет.

Лось! — лось, он и в Африке, лось — понятно согласился с ним кто-то.

Лис! — и его сознанье выдало мудрого лиса, никогда и никуда не сующегося — не пойдет, не пойдет — категорически!

Кабан! — и опять образ дикого и тупого — да не пойдет и добавила — для тебя.

Рысь! — да неплохо, неплохо, но ближе к женскому все же.

Зубр! — слишком огромный.

Барсук! — не смешно.

Всё! Все лесные, более менее крупные звери, которых знал Ванин закончились. Жителей других стран — сущность отвергала, даже не рассматривая, ты должен быть похож на тех кто жил вместе с тобой рядом, а не чужестранцев.

Но Ванин больше никого не знал, оставались правда представители куньего семейства, всякие белки, ласки, хорьки и прочие горностаи, но это было несерьезно, пока его сознание не вспомнило об еще одном представителе куньих — Росомахе.

И сущность тут же зацепилась за него: — так осторожный, умный, сильный и выносливый, — с мощными зубами и кривыми острыми когтями, что помогают лазить по деревьям и не проваливаться в снегу — да несомненно, этот зверь подойдет!

И сознанье Ярослава Ванина, сделав резкий кульбит, исчезло — растворившись в меж пространственных переходах, чтобы снова возникнуть где-то там далеко, в чужом мире на чужой планете, названья которого он пока не знал.

Планета Ског, мир трех планет системы Сильвы. Населена представителями пяти основных рас и тремя подвидами этих рас. Магнитный фон соответствует земному. Атмосфера кислородная, состав: — кислород — 40 %, азот — 55 %, водород — 1 %, инертные и магия зависимые газы — 4 %.

Магосфера присутствует, допустимы любые проявления магии, ограничения — летательные аппараты на реактивной тяге и более технологичные, и некромантия. Наличие проявлений магии обусловлено залежами минерала сихыр, находящегося в основной породе тектонических плит трех материков.

Места разломов плит, называются местами силы и особо охраняются лучшими представителями основных рас. Высокая концентрация данного минерала в некоторых местах, называется источниками силы и охраняется той расой, на чьей территории находится. Все источники силы неизвестны.

В данное время на планете идет война с оккупантами из другого мира, вы принудительно завербованы одной из проигрывающих рас.

Данная информация проецировалась прямо в мозг лейтенанту Ярославу Ванину, и всплывала прямо перед его глазами — как будто он смотрел на монитор компьютера.

Ваша раса — человек. Ваше имя — Ярослав. Ваша звериная сущность — росомаха.

Внимание! Для того, чтобы вы обрели свою вторую сущность в звериной ипостаси, — отдал свою жизнь, причем добровольно — один из представителей основной расы. Вы обязаны выжить и оправдать возложенное на вас доверие!

В случае гибели еще на первом уровне, вы лишаетесь права реинкарнации в человека, либо в другую сущность — по вашему требованию. Ваша жизнь и душа не восстанавливаются!

Внимание! У Вас есть минута, чтобы осознать и запомнить данную информацию.

Основные расы:

1. Лесные стражи — раса, ценой своей жизни призвавшая вас сюда. Ее подвид: — мишки похожие на шишки — название адаптированное под ваше сознание — абсолютно безобидные разумные.

2. Океаноиды — обитатели океана (морской народ). Ее подвид: Мариманы. Информация заблокирована.

3. Степные волколаки. Информация заблокирована.

4. Пустынные отшельники. Ее подвид: Прячущиеся в песке. Информация заблокирована.

5. Заоблачники. Информация заблокирована.

Зверолюди — захваченные гуманоиды с других миров.

"Одичавшие" — зверолюди, потерявшие свою человеческую сущность.

Соленоиды — роботы пришельцев из другого мира.

Странники — Информация заблокирована.

Для разблокировки необходимо повысить свой уровень! Кроме того, информация постоянно обновляется — просим это учитывать.

Информацию передал главный информаторий лесной расы.

Бывшие яркими, строки постепенно тускнели и через пять секунд постепенно погасли, оставшись в сознании, ошарашенного всем происходящим человека.

Закружившись в калейдоскопе ярких точек и водовороте темноты, сознание лейтенанта Ярослава Ванина снова погасло.

Глава 2 Приказано выжить

Я, очнулся лежа в лесу. В голове все плыло и гудело, мельтешили на грани сознания какие-то обрывки воспоминаний, какая-то бредовая информация.

Я, точно помнил как шел по дороге с грибами, как на меня напали какие-то непонятные звери и загнали меня в мазут, а дальше — какой-то бред, не иначе порожденный какими-то галлюциногенами.

Но я не ел мухоморов, да вообще ничего такого не ел и не пил, тогда, что это за бред, который всплывал прямо в голове. Планета "Ског", — пять рас, — "информаторий"!

Единственно, что я понял, так это, что я кому-то обязан жизнью и должен сражаться, за него, — что-то типа наемника. И это информация… — вроде командной строки на экране компьютера, но в моей голове.

Странно… Очередная вспышка боли и перед глазами мягко засветилась информация.

Вы перенесены на планету "Ског". Ваше сознание активировано. Времени на адаптацию 3 минуты. 2 минуты 59 секунд; 2 минуты 58 секунд — начался обратный отсчет.

Ваша цель выжить и выйти в точку А — (место силы лесной расы) — там вас будут ждать.

Перед глазами загорелась красная полоса жизни и иконка над ней с его графическим фото и справа от нее цифры — 100 %.

И ниже, вторая полоса — желтого цвета — с пояснением: — иконка жизни зверя и так же — 100%

Ещё ниже, третья полоса — предположительно синего цвета, скорее всего — мана или то, что ее здесь олицетворяет; цифры справа от нее были не радостными -1%

Ваш уровень — Начальный. Получено задание пройти намеченным маршрутом к месту силы лесной расы и выжить.

Пояснение: — Маршрут пролегает через район активной деятельности био-роботов соленоидов, занимающихся добычей ресурсов.

Время начала выполнения задания — 1 минута, после окончания адаптации.

Предупреждение! — У вас нет другого выхода.

По расчетам информатория — в точку переноса, через 5 минут выйдет группа роботов-охранников, встречу с которыми вы не переживете. Реинкарнация на начальном уровне невозможна!

Прочитав бегающую строку перед своим внутренним взором — я, впал в легкий ступор. Ни хренассе, девки пляшут — я, что в игру попал или это чей-то гнусный прикол.

На периферии зрения мелькали цифры обратного отсчета — 1 минута 58 секунд, 57 секунд.

Мозг лихорадочно обрабатывал информацию, я встал и оглядел себя и местность, затянутую густым полумраком. В следующую секунду, я мог только материться.

Заросшее густой шерстью тело 1,5–1,7 метра длиной, с непропорционально длинными ногами и широкими ступнями, оканчивающимися острыми когтями. Гораздо короче руки — или правильно сказать лапы, с такими же острыми когтями, но с тонкими пальцами — способными держать оружие.

Мощный торс с плотной сеткой мышц, перекатывавшимися под толстой шкурой, и венчающее все это непотребство, голова, содержавшая в себе как человеческие, так и звериные черты — судя тактильным ощущениям от пальцев, ощупывавших ее.

Но время шло, осталось времени меньше минуты и тогда я обратил внимание, на то, где я нахожусь. Вокруг был лес, не просто лес, а что называется ЛЕС. Огромные деревья — похожие на наши хвойные, окружали небольшую полянку, на которой я, сначала лежал, а сейчас стоял.

Воздух был пропитан, терпким запахом хвои, когда она нагрета летним солнышком, земля вся была усыпана толстым слоем ее же, нападавшим с окрестных деревьев.

— Эх, хорошо, — не смог сдержать эмоций я, и очень плохо, и, не сдержавшись, я завыл совершенно диким воем, ни разу не похожим на волчий, выразив в нем все свое отчаяние и ужас от происходящего.

Дзыньк — на последних секундах мне выскочило сообщение.

Поздравляем! Вы приобрели и активировали навык — Призыв; + 10 % к урону в работе с группой себе подобных. Ваша мана увеличена.

И действительно шкала маны увеличилась до 5 %.

Все блин, больше не могу стоять и ждать, надо идти, и цифровой таймер на периферии зрения услужливо начал обратный отсчет единственной минуты. Одновременно с ним, перед глазами, появился маркер направления, в виде светящегося клубочка с нитками и азартно подскакивая на месте, тянул меня в определенном направлении.

Ну, что ж, и не дожидаясь окончания последних 15 секунд, я побежал вслед за ним.

Лес был огромен! Бежать было легко, моя звериная сущность легко ориентировалась в лесу, а глаза хорошо видели в темноте, подсвечиваемой только неярким светом звезд, разбросанных по огромному небосводу.

Лапы мягко ступали по опавшей перепревшей хвоей, я интуитивно угадывал, где надо пригнуться, где прыгнуть, а где обойти подозрительную яму, бежал слившись со зверем, которым и был и легкое чувство эйфории, стало меня захлестывать.

Это как бежать 3 км: — сначала ты бежишь за счет силы, потом уговариваешь себя, потом через силу, а в конце впадаешь в полукоматозное состояние с единственной целью — добежать.

Но здесь, все получалось, все удавалось и деревья, кусты, маленькие полянки, пролетали мимо, не оставляя после себя и следа. Но вот впереди послышался шум, начали мелькать неяркие огни.

Природная осторожность, наложившись на ещё большую осторожность зверя, заставила меня остановиться и осторожно начать искать обходные пути. Осторожно раздвигая ветки и буквально просачиваясь между деревьями и кустами, я стал обходить опасное место.

И почти уже обошел его, — как вдруг неосторожно задел какую-то паутинку, оказавшуюся искусственного происхождения.

"Ввпырх, ввпырх" — слева и справа от меня в небо устремились сигнальные ракеты, а вслед за ними и осветительные.

Блин, твою мать и здесь есть сигналки, а это точно не прикол и мое сознание не, бродит сейчас в коматозе, — отравленное нефтяными парами. Но нет, те кто рванул мне наперерез, ни разу не были людьми.

Многорукие, на колесах, — они походили на робота-официанта, из мультфильма "Тайна третьей планеты". А еще, я успел заметить, в их руках было, что-то вроде пил и лобзиков, с непрерывно движущимся острым полотном.

Нет, спасибо — проверять сон это или бред, я не буду — не тот типаж. И я рванул, что называется по бездорожью, прочь от них. Увы, скорость которую развивала моя сущность, была еще меньше, чем у меня человека.

И расплата, не замедлила долго ждать, — откуда-то слева вынырнул очередной дровосек и замахнувшись своей электропилой, хлестнул ее наотмашь.

А, блин… зарычал я. сволочь! Удар пилой разрезал мне шерсть на боку и прорезал, но не глубоко кожу. Рванув в сторону, я оторвался от него и оставляя за собой капли крови, побежал опять за клубком, видимым только мне.

Ржжжж — теперь уже справа, вынырнул очередной мудазвон. Не ребята, — так дело не пойдет и нырнув под него, я резко схватившись зубами за толстую ветку и выставив когти на задних лапах, в развороте и усиливая их инерцией движения — ударил задними лапами робота.

Брумс и до этого вполне себе гармоничный робот, отлетел куда-то в темноту, оставив от себя на память, половинку одной и четверть другой своей ноги, или манипулятора — не знаю, как тут у них они называются.

Я же поскакал дальше, пытаясь зализать свою рану на боку, но безуспешно. Хоп и наперерез мне, рванули сразу два товарища. Просим, просим — я, уже вошел в раж и постарался встретить их достойно, что называется с честью — уважил так сказать.

Одному в движении, я бросился под колеса- (этот был на колесах — продвинутый видать) и вытянув передние лапы зацепился своими когтями за его низ и перевернул его.

Электро-лобзик или что-то другое, что у него было, бешено заработал, судорожно кромсая землю, запахло горелой электропроводкой, — не смея мешать роботу, самобичеваться от бессилия, я развернулся к следующему — первого типа, на псевдоногах.

Тот угрожающе покачивая работающей пилой осторожно начал приближаться о мне. "Ласкаво просимо", — любезный и я прыгнул влево, робот тут же повернулся ко мне, я прыгнул вправо, тот так же быстро среагировал.

Тогда я повторил первый маневр и тут же, не дожидаясь его реакции, прыгнул ему за спину и вцепился своими острыми клыками ему в основании манипуляторов, — откусив ему сначала один — держащий пилу, а потом поработав когтями, вывел из строя и остальные.

После чего отскочил и бросился в спасительную темноту. Я мчался и легкий ветерок был мне попутчиком, нашептывая успокаивающие звуки. Запах хвои бодрил, адреналин схватки позволял четко мыслить, а сильные мышцы толкали покрытое густым мехом тело вперед, в нужном направлении.

Когда до нужной полянки осталось всего ничего, меня догнало нечто, вблизи оказавшееся охранником роботов-ресурсодобытчиков. И здесь мне навряд-ли бы помогли мои когти и зубы.

Робот был двухметрового роста, на колесах, — с сошнями, при необходимости впивавшимися в землю и позволявшие ему резко затормозить и развернуться, а также придававшими ему устойчивости в случае внезапной атаки.

Ну а в манипуляторах покачивались два хороших таких лезвия напоминавших кухонные топоры, даже в темноте отражавших слабый свет звезд своей алмазной заточкой.

— Эх ты, е п р с т, что же делать, мозг зашелся в напряжении осмысления дальнейших действий. Информацию? Волевым усилием, отбросив нереальность происходящего, я попытался обратиться к информаторию.

— Информация заблокирована, очень вежливо, — ответили мне. Понимая, что мне не уйти, я начал скачками метаться по полянке, каждый раз чудом уходя из под удара.

И хоть я и был очень выносливым, но робот все равно, — априори был сильнее и выносливей меня. Долго так продолжаться не могло и уже отчаявшись, я заскочил на огромное дерево, вскарабкался по его стволу и спрятался в густой кроне.

Робот замер внизу с интересом рассматривая меня снизу с помощью инфракрасного излучения, которое я чувствовал всей шкурой. Да, блин попал и что делать?

Штанов у меня не было, а бегать я уже не мог, — оставалось только думать — причем головой, что я и сделал. Внимательно рассматривая свои когти, я пришел к выводу, что ими можно не только резать врагов, но и резать ветви и оглядев дерево, я переместился к ветке, которая мне понравилась.

Идея забрезжила в голове и поддавшись ей, я с ожесточением стал грызть основание ветки, пока не перегрыз ее, схватив ветку передними лапами. Я, начал очищать ее от сучьев и шкурить своими кривыми когтями.

Как ни странно, времени это заняло немного и робот внизу не успел даже заскучать, когда я свалился ему на голову и огрел своей импровизированной дубиной.

Должен сказать, что робот оценил ее по достоинству, пропустив два удара и потеряв один из топоров, — видимо в его программе не имелось алгоритма противостояния человекообразным росомахам, да ещё и неадекватным напрочь.

Тем не менее, воспользовавшись оказией, я дубасил вовсю, несчастного робота своей немаленькой дубиной, не давая тому подобрать свой потерянный топор. Наконец победила звериная изворотливость и подпрыгнув в очередной раз, я особенно удачно приложился своей веткой, по какому-то важному узлу внутри робота.

Тот обиженно пискнул, прозвучала какая-то бравурная мелодия и робот отключился застыв нелепым памятником самому себе.

Ээээх, хэкнул я и отбросив дубину, схватился, за зажатый манипулятором робота топор, но тот следуя какой-то своей аварийной программе, как курица с отрубленной головой- своей, нанес по мне последний удар.

— "Хрясь" и топор перерубил мне ключицу, — "брамс" и в ярости подхватив второй топор с земли, я рубанул им изо всех сил, в центр груди робота.

— "Бшмссс" и из него потянуло отчетливой гарью.

Выхватив из манипулятора второй топор и зажав в зубах первый, я прохромал к своей цели, ощутимо истекая кровью. Дзыньк — прилетело звуковое сообщение.

Поздравляем! Вы выполнили задание: — Приказано выжить! Вам присвоен текущий — нулевой уровень.

Дзынь! — Информация обновлена, за победу над роботом охранником и тремя роботами- ресурсо-добытчиками, вам присвоен первый уровень. Ваша мана увеличена до 10 %.

Дойдя до маленького клубочка, мягко светящегося уютным светом, я рухнул на землю возле него, бросив рядом с собой оба топора. Перед глазами высветилась иконка состояния.

Красная — 80 %. Желтая — 60 %. Синяя — 10 %. Несмотря на то, что я выполнил первое задание и выжил, я чувствовал себя все хуже и хуже, обе колонки и красная и желтая все время уменьшались, медленно тая.

Видно для тупых, на первой — красной, которая показывала человеческую составляющую здоровья, появилась маленькая капелька крови. Блин кровотечение и как его можно остановить?

Блин думай, думай и я стал вспоминать, все, что только могло пригодиться. И мне почему-то вспомнилась моя собака — обычный беспородный пёс, по кличке Жучок.

Был, он небольшим и черным, но очень преданным и я его любил всем своим детским сердцем, и вспомнилось, что собаки зализывают свои раны, а их слюна при этом выделяет очень полезное вещество — лизоцим.

По наитию, я извернулся всем своим упругим телом и стал зализывать свою рубленную рану и о чудо, через полчаса, весьма трудного занятия — иконка с капелькой крови исчезла, а потом и шкала здоровья стала медленно и неуклонно повышаться.

Поздравляем! Вы активировали новую уникальную способность: — Самолечение; + 10 % к здоровью, вам добавлено свойство:

— Регенерация — 1 единица маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается.

Успокоившись и не получая больше никаких сведений от информатория, я "отрубился" в лечебном сне, свернувшись клубочком и спрятав свой нос в густой мех, своей изрядно побитой шкуры.

Проснулся я, от первого луча солнца, которое нагло светило мне в правый глаз. Сладко потянувшись, я зевнул, раскрыв во всю ширь свою пасть и смачно захлопнул ее, лязгнув острыми клыками.

— Не понял… — В смысле…. пасть!

— Ё!

И события прошедшего дня и ночи, мигом всплыли в моей голове. Я вскочил и в ужасе стал метаться по маленькой поляне, зажатой со всех сторон вековыми деревьями.

"Как же так, как же так"! И это все не сон и не бред и не галлюциноген. Успокоившись, я уже внимательней осмотрел себя в лучах встающего над горизонтом солнца.

Все правильно, я и был, как и в описании, росомахой. Своего лица или морды, я увидеть не мог. Хотя… и я тут же поднял, один из двух топоров, захваченных вчера в качестве трофея.

На его зеркальной поверхности отразилась, немного задумчивая и сконфуженная — моя морда. Да не лицо, а морда, только глаза остались серыми и некоторые черты можно было назвать условно человеческими, а не звериными.

Все остальное соответствовало зверю, за исключением того, что я мог легко передвигаться как на четырех, так и только на двух задних лапах и пальцы на передних лапах, действительно были пальцами, — способными обхватить любое орудие — хоть труда, хоть битвы.

Делать было нечего, психика, благодаря молодости, у меня была еще пластичная и я принял как данность, свою внешность в этом мире. Значительно повеселев, я стал осматриваться вокруг.

Глава 3 Спасти рядового… зверя!

Дзыньк. Блин опять! И перед глазами появилось сообщение. Внимание! Вами получено новое задание — Точка сбора.

И перед глазами развернулся весь текст сообщения.

Кроме вас, были вытащены из других гуманоидных миров и из разных эпох развития человеческого общества, еще 4 человека, превращенных в зверей. Ваша задача, найти их и вывести в общую точку сбора.

Внимание! Задание увеличенной сложности, все четверо ранены, а один из них почти утратил свою человеческую сущность.

В случае успешного выполнения задания, вы сможете поднять свой уровень. И будете назначены командиром всех четверых — это первый шаг к возможности вернуться обратно в свой мир.

Ну, что такое! — себя еле спас, и прибыл в безопасное место; и кстати никто не встретил — как обещали и теперь опять куда-то бежать и кого-то спасать, зачем мне эти звери или люди, точнее зверолюди.

И этот непонятный информаторий с привкусом компьютерной программы, как будто меня оцифровали и засадили в программу, ни одного живого зверя или животного, только сообщения перед глазами и роботы.

Так, и что теперь делать?

В общем, когда все "гавно" из меня вышло, я увидел новую надпись, — до выполнения задания осталось 10 секунд. Ну, сопротивляться заданию, смысла не было, я здесь все равно никто и выжить хоть и можно, но как вернуться обратно, да и превращаться в зверя, не очень-то и хотелось.

Короче, схватив топоры, я вдруг встал перед дилеммой, а как бежать, если обе передние лапы заняты. Но как говорится, кто в армии служил, тот в цирке не смеётся.

Оглядев окрестные кусты и деревья, я нарубил лозы и быстро сплел себе, что-то типа чехлов, вставил туда топоры, затем сплел портупею, закрепил в ней чехлы и надел на себя, не забыв дополнительно прикрепить ее к задним ногам.

Теперь оба топора были прижаты к бокам и не мешали мне бежать на всех четырех лапах. Росомаха — зверь не быстрый, зато выносливый, поэтому для выполнения задания мне нужны были все лапы.

Перед глазами появились мини-карта участка леса и на ней четыре маркера, указывающие местоположение так сказать будущих соратников или подчиненных, а может и врагов.

Расстояние между маркерами варьировалось согласно масштабу карты, которую можно было мысленно прокрутить, все было просто и понятно, хотя не было указано никаких единиц расстояния, но по длине пути до маркера, было понятно, кто ближе, а кто дальше.

Кроме того, если зациклить внимание на каком-то из них, он выделялся ярким светом и к нему тянулся подсвеченный путь, а на земле угадывался призрак клубочка, бежавшего в том же направлении.

Точка сбора находилась чуть впереди, от моего местонахождения, и равноудаленная, от всех остальных. То есть мне надо было бежать по кругу, возвращаться в центр и отправляться за следующим, каждый раз выбирая новое направление.

Но выбора не было, поэтому, я побежал к ближайшей цели. Мягкая земля упругим ковром из опавшей хвои и пожухлых листьев, ложилась под мои лапы. Ветки хлесткие для человека, меня почти не касались.

Непроходимые кусты, таковыми виделись, только издали, а вблизи послушно показывали возможности их пройти без потерь и почти не задерживали моего движения.

Маркер на моей карте упорно сближался, с яркой звездой моего местоположения, — скоро должна была произойти нежданная встреча или ожидаемая, но не радостная.

Смотреть на еще одного зверолюда, у меня не было никакого желания. Это ж не девушка, чтоб на нее смотреть. Хотя, интересно, — эти лесные стражи, всех подряд захватывают или только мужчин, но проверять не хотелось и так все было очень не хорошо.

А тут ёще и общаться с какой-нибудь лиссой, у которой от женщины осталась только психика и непредсказуемая логика, не очень то и хотелось, к тому же, а как я буду вообще с ними общаться.

— Лаем? — Рыком? — Взрёвом? — А может быть писком или подвыванием. — Короче кошмар.

Оставался один способ — дубиной между глаз, предварительно укусив, и на плечо и ходу, ходу до точки сбора. А там уже разберемся, что делать, убегать или подлизываться.

Выскочив из кустов и обежав, огромное многоствольное дерево — не иначе секвойя, я выскочил на такую же миниатюрную полянку, на которой был и сам полчаса назад.

"Прииивет", — хотел я сказать, но получилось, лишь растянуть пасть в жутком оскале, показав мощные клыки и острые резцы.

Навстречу, мне поднялся мощный медведь, угрожающе-большим косматым клубком черно-белой шерсти и утробно зарычал, на редкость писклявым голосом.

Медведь был ранен, по его косматому боку, стекая по шерсти, капала безостановочно кровь, окрашивая в красный цвет его черно-белую шерсть.

Блин, так это падла, тьфу, в смысле панда, оказывается. Блин и здесь одни китайцы, ну, что ж, мой широкоглазый друг. А не пора ли нам домой, — А?

Но медведь, не хотел со мной идти, — он хотел полежать и немножко попозже, чуть-чуть попозже — просто сдохнуть; — ох уж эти восточные мужчины — ко всему относятся философски.

— "Язмыш", в смысле — судьба!

Но мое задание, не предусматривало такого исхода, как впрочем и битвы панды с росомахой, поэтому я наплевав на ненужные уговоры, встал на задние лапы и вытащил три топора, в смысле два топора.

Солнце бликнуло на их лезвиях и медведь сдался, рухнув передо мной навзничь и опять противно запищав. Подойдя к нему, я поставил правую заднюю лапу ему на спину и грозно зарычав, попытался сказать: — ты теперь мой медведь.

Из моего горла вырвались какие-то звуки, похожие на человеческую речь, только со звериным акцентом и я понял, что я сейчас сказал. Понял это и медведь, судя по его реакции и судорожным вздрагиваниям, — похожим на сдерживаемые рыдания.

Внимание! Выскочило мне, очередное сообщение: — вы освоили речь зверолюдов, — Вы получили достижение: Вербальная коммуникативность.

Благодаря этому достижению, — вы способны улаживать внутренние конфликты между зверолюдами с 50 % вероятностью. В случае успешного улаживания конфликта, ваш процент к урону, в группе себе подобных возрастает!

Несмотря на мое несколько неадекватное настроение, возникшее из-за трудности адаптации психики ко всему произошедшему и получившее очередное доказательство реальности происходящего, я тем не менее понимал, что медведю нужно оказать помощь.

Но как бинта, спирта или на крайний случай воды, чтобы промыть его рану у меня не было, зализывать его рану, он мне не был столь близок, чтобы настолько заботиться о нем, но проблему надо было решать.

Включив мозг на полную катушку, я вспомнил себя ребенком, когда постоянно получал всякие мелкие ранки и порезы, когда гулял на улице. Что я делал, правильно искал подорожник или лист лопуха или медицинскую ромашку, которую можно было пожевать, а потом приложить получившуюся кашицу на ранку.

Лекарственные травы послал я мысленный запрос в информаторий лесных стражей и лечебный сок. Ответ не замедлил себя ждать, тут же под моим взглядом, все растения приобрели как-бы своеобразную ауру, окрашивая в изумрудный цвет — цвет жизни, лекарственные травы, слегка ядовитые в красный цвет, а смертельно ядовитые в черный.

Так же было и с деревьями, но в основном, конечно не со стволами, а с листьями и побегами. В одной из неприметных лиан, текла целая река яркого изумрудного сока — природного антисептика.

Подбежав к ней, я перегрыз ее в двух местах и подхватив кусок лианы, обоими лапами, поднес ее к ране неподвижно лежащего медведя и начал выдавливать сок из нее на его рану.

Сок был не жгучий и вскоре, я осторожно распутывая шерсть и очищая от грязи и крови рану, добился желаемого и остановил кровь. Оставив медведя, пробежался по полянке, собирая нужные цветки и быстро пережевывая их до кашицы.

Вернулся обратно к медведю и выплюнув на ладонь лапы свеже сделанное лекарство, стал накладывать его на рану, — замазав ее всю. Нарвал каких-то лопухов и обвязав ими рану медведя, выгрыз из коры величавой сосны или как здесь называются хвойные, не знаю — кусок смолы.

Залепил ею лопухи, склеив их совместно с его же шерстью по краям раны, — получилось довольно хорошо. Панда приобрел к своему красивому черно-белому меху, ещё и крайне интересную зеленую заплатку.

Оценив дело своих лап, я приказал панде: — Вставай.

Тот послушно вскочил и даже поклонился. Рана не болит? Кровотечение прекратилось? Все хорошо — господин.

— Я не господин, — я товарищ. О! Так вы русский! Да!

— А ты не еврей, случаем! Нет, нет, уважаемый!

— Я, китаец — с Макао. — Ну хорошо, что не с Тайваня. — Почему? — Не люблю Тайвань! Больше, я с ним разговаривать не стал и сделав знак, чтобы он бежал за мной, начал выводить его в точку сбора.

Да, в процессе лечения, мне выскочило очередное достижение. — Знахарь. — + 5 % к мане и + 10 % к здоровью.

Медведь бежал за мной не отставая, как привязанный, пока мы не добежали до обширной поляне указанной как точка сбора. На ней нас ждали четыре фигуры огромных зверей и одна почти незаметная.

Подведя к ним панду, я не успел, ничего сказать и даже рассмотреть их — как услышал от самого большого зверя.

Койот.

— Иди, выполняй свой долг — разумный. И не в силах противиться такой мощи, я развернулся и поскакал за следующим. Следующего, я отыскал в два раза быстрее — сказался опыт.

Им оказался, довольно крупный койот чёрного окраса, который завидев меня, меня же и обтявкал, как последняя собака — видимо хотел напугать. К сожалению, у него не получилось, а вот у меня по-моему получилось.

А может, это просто была, завораживающая красота моих разделочных топоров. Не знаю, но как только я прорычал, что послан ему на помощь, он тут же расслабился и заскулил, стараясь отойти от места, где оставил ненароком мокрое пятно с резким запахом.

Уж запахи, я стал чувствовать очень хорошо. Сделав вид, что я потерял обоняние и не понял его маневров, я позвал его за собой, но благоразумно решил бежать скорее сбоку, а не впереди — кто его знает, этих пиндосов.

Укусит еще меня за… хвост например, или за лапу, в общем, лучше не рисковать! Но койот, сразу показал, свой мерзкий характер и заявил, — переняв мою речь, а может он уже и сам ей научился к тому времени.

— В общем, заявил, что он ранен и показал на какой-то выдранный из его шкуры клочок кожи с шерстью, к этому времени почти заживший. Глянув на него и осмотрев его так сказать рану, я взял и грызанул его ляжку.

От этого "подарка", он дико завизжал, а я выпустив ногу, вцепился ему зубами в загривок и сквозь пасть полностью забитую шерстью прорычал.

— Или ты бежишь сам, или я тебя съем. Консенсус был тут же достигнут и больше проблем с вонючим койотом не возникло.

Прибежав с ним на поляну и оставив его, как и предыдущего панду, я побежал за следующим.

Рысь.

На этот раз, яростное шипенье и обиженное мяуканье, я услышал задолго до того, как появился на маленькой полянке. Осторожно подойдя к своеобразной прогалине в лесу, я выглянул из-за дерева.

На поляне, беспомощно прихрамывая на поврежденную ногу, металась крупная рысь, пока окончательно не выбилась из сил и не легла набок. Ее бока судорожно вздымались и опадали, а торчащие аккуратные ушки с прикольными кисточками, постоянно поворачивались в разные стороны, настороженно прислушиваясь к звукам леса.

Выждав пару минут, я выполз из-за дерева и стал приближаться к ней. Увидев меня, рысь вскочила и яростно зашипев, выгнула спину дугой и взмахнула перед собой мощной лапой с острыми и загнутыми во внутрь когтями.

Ну-ну милая, не надо так волноваться, — постарался, я ее успокоить. Шшшто, ты еще и разговариваешь! Кошмар, куда я попала и кто ты?

— Я, росомаха. — Цо, ты еще и издеваешься, — песья кровь.

Ну во-первых, не песья, а кунья, а во-вторых, ты еще и полячка!

— Ах тышш и ее зеленые глаза вспыхнули совершенно диким огнем, а шерсть на спине встала дыбом. Так ты ещё и рушшкий.

— Не а, я татарин. Её глаза озадаченно мигнули. — Но, я думаю, что это сейчас неважно, — да, красавица? Рысь на это никак не отреагировала.

— А, извини, ты не красавица, ты уро́да, в смысле, страшная.

По всей видимости, это стало последней каплей, в чашу терпения её шляхетской гордости и заносчивости и она прыгнула на меня, но толчок из-за сломанной задней лапы вышел слабым и все, что она смогла сделать — это приблизиться ко мне вплотную.

Заблокировав ее правую лапу, я своей левой снес её с ног и впился своими длинными острыми когтями ей в левый бок, ощутив, как пронзил её толстую шкуру.

Почувствовала это и она и попыталась вырваться из захвата, но я навалился на неё всем телом и прижал к земле, дополнительно схватив её за загривок.

Убедившись, что она не сможет вырваться, я продолжил разговор.

— Так ты получается самка? Шшшш, — зашипела она в ярости.

— А ты, крупная, сильная, как раз под меня! Рысь дернулась изо всех сил, пытаясь вырваться, но только повредила и так сломанную лапу и жалобно мяукнув, затихла.

В голове дзенькнуло сообщение. Функция размножения у вас заблокирована. Возможность обращения в человека, будет доступна на 50 уровне, возможность реинкарнации и возвращения в свой мир на сотом уровне.

Ну вот, — вслух подумал я, а я думал, сейчас буду тебя драть и драть. На этот раз, рысь только снова жалобно мяукнула. Ладно, «солдат ребенка не обидит».

— А ты, жолнеж? — Вдруг отозвалась она. — Нет, — поручик, по-вашему. Как ни странно, но эта информация, явно умерила её прыть. Подержав её ещё минуту, я выпустил её, но при этом предупредил.

— Смотри… подруга. — Какая я тебе подруга, — возмутилась та.

— Раз лежал на тебе — значит подруга, — наставительно пояснил я ей.

Увидев, как опять вспыхнули её яркие зеленые глаза, я угрожающе распрямил когти и оскалился. Её прекрасные дикие глаза, тут же потухли.

В общем, не важно, не хочешь быть подругой — не надо, мне все равно кого драть. В переносном смысле конечно, — увидев недоумение в её глазах. Её кисточки на ушах, забавно дернулись.

— Слушай, а ты не рыжая случайно была? — Нет, — в ярости прошипела та.

— Жаль, тогда найду при случае, себе, какую-нибудь лисичку. Рысь насмешливо фыркнула. Ну да ладно.

— Тебе, я не доверяю, поэтому не советую нападать на меня сзади или неожиданно сверху, как вы все любите. И я, продемонстрировал, как я умею карабкаться по-деревьям, — мигом взлетев по толстому стволу близстоящего дерева и спустившись обратно.

Рысь, ещё больше погрустнела, Так, что будем делать с твоей ногой, ну в смысле, с лапой?

Что у тебя с ней? — Сломала. Когда? — Когда, бежала сюда. — Ясно. Что будем делать?

Рысь молчала. Молчал и я. — Что ты хочешь? — не выдержала она.

Предлагаю обмен! — Я, лечу и спасаю тебя, а ты мне будешь должна услугу. Дашь, на дашь. — Цо, — от волнения, она опять стала цокать. — Я… ты… негодяй, и её ушки с кисточками покраснели, или мне это показалось и это были просто яркие лучи солнца, осветившие ее пушистую голову.

— Хорошо, — после паузы ответила она. Я, согласна

— А, если я с тебя потребую от тебя прилюдного размножения, — решил я все-таки её подначить. — Шшто, ты, не посмеешь, — снова вспыхнула она.

— Ладно, ладно — никакого интима — я, клянусь! — Договор! — Договор! И я сжал её правую лапу своей.

Дзенькнуло. Вы заключили свой первый договор. Ваша коммуникативность возросла.

А, снова бонус! Твори добро, для тех, кто рядом и не забывай, о тех, что за спиной.

Заключив договор, рысь упала на траву и демонстративно выпятила сломанную лапу. Я, подошел к ней и взяв лапу, стал её осматривать. Перелом был, но к счастью закрытый и не опасный.

Поняв в чем дело, я стал искать, чем наложить шину. Вытащив один из топоров, я поднял старую ветку и расщепив её на две половинки, приложил их к сломанной лапе и начал приматывать к ней молодыми, но жесткими побегами растений.

— Помоги, — обратился я, к ней. И она изогнувшись, стала придерживать обеими лапами, мою конструкцию из палок и веток. Закончив, я удовлетворенно рассмотрел, жестко зафиксированную лапу и пошел делать волокушу.

Притащив из леса, нарубленные топором ветки, я получил в упор, внимательный взгляд зеленных глаз с большими черными зрачками, которые как-то странно пульсировали, немного даже завораживая.

И пропустил неожиданный вопрос. — А, откуда у тебя топоры?

Ответ — от верблюда, не «проканал» бы, поэтому в ход пошел запасной вариант.

— Как откуда — робот подарил! И получил в ответ, ещё один недоуменный взгляд, — быстро сменивший своё выражение на ехидное, и следующий вопрос. А ты, кто — скунс?

Тут уже мне пришлось обуздывать свои эмоции, и скрепляя палки волокуши между собой, я сказал: — вы ошибаетесь уважаемая рысь. Я, не скунс, я, — росомаха.

— А, это не важно, отмахнулась от меня кисточкой ушей та (ну да, хвоста то почти нет). — И вообще, можешь обращаться ко мне — пани рыся.

— Ага, может, сократим до миледи? — Не, я не француженка. Я, урожденная и дальше последовал, целый список трудно произносимых польских титулов, смысл которых сводился к тому, что она из благородных.

На, что я опять деланно пожалел, что зря поддался своей порядочности и интимных отношений, из договора нельзя было исключать. Погорячился, что называется, и продешевил.

На, что опять, чуть не получил по морде, тяжелой кошачьей лапой с острыми когтями, но вовремя успел оскалить свои внушительные клыки.

— Не надо меня пугать, — обиженно мяукнула рыся. — Не надо меня злить, мне ещё тащить тебя. И советую, не изображать из себя леди, а помогать мне, толкая волокушу, своими здоровыми передними лапами.

И надев на себя, сделанную импровизированную сбрую — (спасибо деду, что научил в юности, лыко драть и корзины вязать), я как бурлак на Волге, потащил тяжелую ношу.

Рыся не подвела, — несмотря на заносчивость, дурой, она не была, и могла быть благодарной. Пока, я пёр волокушу с ней, она работала лапами, отталкиваясь ими от земли и существенно облегчая мне движение.

Так, мы с ней и двигались, в сторону точки сбора, пока обоим не дзинькнуло сообщение.

Внимание! В вашу сторону направляется группа наемников, из враждебной лесным стражам расы. Ваша задача, добраться до точки сбора, видоизменена.

Внимание! Задача, — вы оба должны выжить и добраться до точки сбора.

Мы с рысью, невольно переглянулись. — Ты сражаться сможешь?

— Я, смогу! Рыся выпрямилась. Мой папа, учил меня вместе с братьями, обращаться и с саблей и с кинжалом.

Ё-моё, так ты из средневековья, что-ли? — В смысле? — У вас кто всем рулит, король или президент? — Сейм.

_ Ясно, а ты наверно и яды знаешь? — Знаю. — А, что тогда, — не в змею превратилась?

— Ах, ты ж, — пся крев, и гордая полячка, опять стала грязно ругаться.

— Короче, — Склифосовская, я тебе сейчас помогаю влезть на дерево, а сам спрячусь внизу, а там посмотрим, что делать и как сражаться.

Затаившись в кустах и притворившись большой, темно-коричневой кучей лесного хлама. Я, внимательно смотрел по сторонам. Мимо пробегали только мелкие лесные зверьки, никого похожего, даже отдаленно, на наёмников не было.

Солнце, уже стояло в зените и мне до ночи, предстояло вытащить в точку сбора, ещё одного представителя нашей пятерки, если я, конечно выживу.

Неожиданно, проснулось чувство голода, до этого пока не посещавшее меня в этом мире, — в животе заурчало. Этак, я сейчас «спалюсь» всем врагам. Оглядевшись, я увидел зазевавшегося зверька, похожего на крупную мышь и быстро взмахнув лапой, разорвал того пополам и сунул в пасть его целиком, смачно захрустев тонкими косточками.

Видимо, это движение меня и выдало. Шевельнулись кусты в противоположной стороне и в мою сторону скользнули три тени. Три крупные тени, вблизи оказавшиеся — волколаками.

По крайней мере, они очень были похожи на них, — серые, поджарые, с торсом перевитыми упругими канатами мышц и покрытые короткой шерстью серо-коричневого цвета, с гипертрофированными когтями и передвигавшимися на двух ногах.

Глаза их были желтыми, а голова сильно походила на голову земного волка, с такими же большими острыми ушами, но гораздо более вытянутой челюстью, заполненной мощными клыками, как на подбор острыми и длинными.

Поняв, что прятаться дальше бессмысленно, я выскочил им навстречу, на бегу доставая, оба топора. Их было трое, я — один.

Поэтому поравнявшись с ними, я резко подпрыгнул и метнул с короткого расстояния первый топор — прям в грудь правого волка. Не успев уйти с траектории, волколак, принял топор в рёбра, отлетел, врезался в дерево и упал на землю.

Продолжая движение, я упал и попытался увернуться от оставшихся двух других, получилось, но не совсем. Только левый успел меня полоснуть, чем-то похожим на серп, вырвав клочья шерсти у меня со спины.

Кажется, — я лысею, оглянувшись назад, — отметил я, отсутствие волосяного покрова, срезанного словно бритвой. Вскочив на лапы, я отпрыгнул как можно дальше.

И неожиданно для себя, интуитивно осознал, что меня сейчас порежут на лоскуты. Всё таки, разница в росте и так сказать навыках и умениях была большая, да и оружие тоже сильно отличалось.

Мои топоры не могли настолько легко резать и пользоваться ими я не умел, особенно принимая во внимание их откровенно кухонную форму. Осознав, я дал дёру, этого от меня не ожидал никто — ни они, ни засевшая на дереве Рыся.

Пару секунд, они смотрели на меня остолбенев, а затем бросились за мной. Недолго думая, я залез на дерево и оттуда с торжеством стал смотреть на них, но недолго.

Потому, что они, тоже умели лазать по деревьям, плохо, но умели. Дождавшись, когда один из них начнет карабкаться по ветвям, я в буквальном смысле свалился ему на голову, воспользовавшись своим преимуществом, именно лесного зверя.

Обхватив его лапами, я сбросил его с дерева и мы срывая листья и ломая ветки, свалились вниз. В полёте, я лупцевал его когтями, как передних, так и задних лап и за счет чувства равновесия приземлился на нём.

Добил волколака, его же товарищ с серпом, бросившийся ему на помощь и пытаясь насадить меня, на своё оружие.

Но я выдернул оглушенное тело второго волколака из под себя и подставил его под удар серпа. "Хрясь" и у меня остался, всего один противник.

Но легче от этого не стало. Мой противник, был выше меня, массивней и опытней. Его мускулистое тело, было покрыто старыми шрамами и я сильно сомневался, что эти раны были получены в борьбе за самку, а не в бою.

Я же, только прибыл в этот мир и в это тело, и ещё не привык к нему, чтобы на равных биться с коренным представителем. Мои профессиональные навыки кадрового военного, не могли мне здесь помочь. Обращаться с холодным оружием нас не учили и владеть когтями — тоже.

В итоге, я прыгал словно заяц, между деревьями, периодически либо уворачиваясь, либо скрещивая свой топор с серпом волколака. Шансы выиграть в бою против него у меня были ничтожны. Смотреть же в его горящие безумным жёлтым огнём глаза и вовсе было чревато — потерей морального духа и самоконтроля.

Так, я и прыгал, пока не допрыгал до дерева, где сидела и "тихарилась" в кроне Рысь. Только она могла, помочь мне решить исход битвы, которую я не проиграл до сих пор потому, что сначала воспользовался внезапностью, а потом обманом, чего от меня волколаки никак не ожидали. проще говоря, они меня недооценили, за что и поплатились.

А теперь уже мне приходилось расплачиваться за отсутствие опыта и умений. Информаторий мне ничем помочь не мог, мой уровень был низким, а полученные навыки, скорее целительскими. Хотя один мог бы и помочь.

Отскочив на рядом стоящее дерево от дерева, где сидела Рысь, я задрал морду вверх и собрав все чувства, которые на тот момент у меня были негативными (отчаянья, потеря своего мира, тоски по дому и родным, безисходности) — завыл, высоко задрав морду к небу.

Дикий, полный отчаянья и тоски вой, заполнил окружающее пространство. Последний оставшейся в живых Волколак, вздрогнул, — вздрогнула и Рыся, сидевшая в ветвях соседнего дерева и боровшаяся сама с собой, не зная приходить ли ей на помощь к врагу — которым она считала Росомаху, из-за вечной вражды ко всему русскому со стороны поляков.

Этой вой разбудил в душе каждого из присутствующих, только ему ведомые чувства.

Волколак, оглядел своего погибшего и умирающего товарища и сначала простив своего врага и даже зауважав, снова ожесточился. А Рыся всё-таки сделала свой выбор и готовилась вступить в бой.

Я же, пошёл в атаку и прыжком с дерева попытался сбить с ног волколака, в сторону, где сидела в ветвях рысь. Волколака, я сбил — правда ценой выбитого из лап топора и мы покатились по земле.

Я, драл его всеми четырьмя лапами и вцепился зубами ему в плечо, но он опрокинул меня и не обращая внимание на боль в прокушенном плече и торсе, вцепился в моё горло своими челюстями и стал душить.

Сознание стало покидать меня, перед глазами, замелькали черные мухи и сообщения от информатория, которые я и не пытался прочитать, сосредоточившись на том, чтобы нанести как можно больше ран врагу, чтобы он не смог надолго пережить меня.

"Бамс" и на меня навалилась дополнительная тяжесть и тут же мои небольшие и круглые уши услышали дикие кошачьи взвизги.

"Мяуаяуа", — визжала Рыся и мощными когтями разрывала морду и спину волколака. Выпустив меня, он развернулся и попытался сбросить с себя рысь, я же воспользовавшись моментом, подтянул освободившиеся задние лапы и мощным ударом обеих, располосовал ему пах.

"Аагрхх" взвыл волколак и рухнул набок, подскочив снова к нему, Рыся подхватила с земли оброненный им серп и с размаху перерезала ему горло. "Ххрррр" — захрипело перерезанное горло и хлынула густая кровь.

Волколак протянул к ним, обе лапы с растопыренными когтями, оскалил жуткую морду и рухнул навзничь, где пару раз дернувшись затих, его жуткие жёлтые глаза медленно остекленели.

Не теряя времени и хромая на все четыре лапы, я бросился к умирающему второму волколаку и вытащив свой топор из его груди, нанёс последний удар, оборвав его жизнь.

В очередной раз дзенькнуло сообщение, но я даже не пытался его прочитать смертельно устав, еле переставляя лапы, я стал искать свои топоры. Один из них был уже у меня в руках, а второй я нашёл под последним убитым волколаком.

Всё это время на меня немигающе смотрела, своими ярко-зелёными глазами Рыся, время от времени начиная вылизываться. Увидев, что я нашёл своё оружие, она недвусмысленно показал серп волколака, который был очень похож на египетский хопеш, а скорее всего им и был, у себя в лапах и с мнимым превосходством замурлыкала.

Только сейчас он обратил внимание, что его обе ауры, желтая — звериная, и красная — человеческая, изрядно потускнели. Более бледной выглядела пожалуй звериная, ну а синяя — показывающая ману, была вообще на нуле.

Да, похоже "призыв" исчерпал ею всю, только за один раз. Слабоват, я ещё, слабоват, после чего я обратил своё внимание, на довольно мурлыкающую рысь.

— Ну что, киска, сама дойдешь или опять мне тебя волочь?

— "ШШШ"… как ты меня назвал — "киска", может быть ещё пушистиком назовешь или лапочкой, и она поигрывая хопешем и прихрамывая, стала приближаться ко мне, нехорошо ощерившись.

— Я, значит жизнь тебе спасла, а ты меня с какой-то сучкой сравниваешь, обзываешь, жизнь тебе уже надоела! И она сказала, как выплюнула — "скунс".

Я, застыл, не зная, то ли обижаться. то ли наплевать. Я вроде бы не из благородных, хотя отец подвыпив, кричал, что мы из князей, но наверно, он всё-таки ошибался, скорее из мастеровых вышедших из крестьян, но дело это не меняло.

— Давай-ка ты успокойся, гм… уважаемая Рыся (не знаю почему, но случайно назвав её Рысей, я ни разу не услышал от неё недовольства этим именем, видно оно было похоже на её настоящее), я правда, не хотел тебя обидеть, но и тащить мне тебя сейчас тяжело, давай передохнём и чего-нибудь пожуём.

Рыся недовольно фыркнула, но сменила гнев на милость и тут же поймала мышь, а я залез в кусты и обнаружил целый выводок грызунов, которых и поймал, часть сожрав сразу, а часть вытащив из неглубокой норы и притащил Рыси, которая даже нашла в себе силы поблагодарить меня.

Отдохнув, я нашёл волокушу и погрузив туда рысь, поволок её дальше в точку сбора. Со всеми этими плясками, время стремительно пролетело и солнце, — или как оно тут называется, стремительно спускалось за горизонт, а значит и выполнить назначенное мне задание, становилось проблематично.

В точку сбора, я почти уже вполз и сдав на руки, косматым фигурам, свой ценный груз, хотя с этим можно было поспорить. Я передохнув и попив воды, и даже немного закусив, выданной мне еды в качестве аванса за успехи снова побрёл, спасать последнего зверолюда.

Кабан

Солнце, уже откровенно висело над верхушками деревьев и готовилось скатиться за них, зная не понаслышке, что как только оно скроется за деревьями, в лесу сразу резко потемнеет, я прибавил шаг.

Ну как прибавил, просто стал быстрее переставлять свои четыре лапы и даже подбадривать себя считалочкой: раз — два — три — четыре. Я, уже упоминал, что росомаха зверь чрезвычайно выносливый и прекрасно приспособлен к передвижению на дальние расстояния, а также чрезвычайно скрытный.

Всё это помогало мне быстро передвигаться по лесу и даже волки, не могли бы в этом со мной сравниться, ну а как человек, я привык курсантом, сдавать постоянно спортивные нормативы, и бегать 3 км, да и 100 метровку тоже, поэтому и сейчас, несмотря на усталость, я шлёпал и шлёпал своими лапами, по усыпанной толстым слоем хвои, земле.

Впереди скакал прозрачный клубочек, разматывая невидимую для других, серебристую, искрящуюся в наступающих сумерках, призрачную нить. Я спрашивал у Рыси, что она видела, когда выбиралась на свою полянку.

У неё было яблоко: румяное и наливное, — ну бабы, что с них взять, им бы молодильных яблок только килограммами подавай, и чтоб всегда на 25 выглядеть, и ноги стройные и грудь подтянутая, и попа как орех, чтоб просилася на грех.

Все эти местные прибамбасы, связанные с магией, отображались у всех по-разному, наверно из-за восприятия и индивидуальных особенностей человека, попавшего сюда в образе зверя и которые были близки ему и его внутреннему миру.

Стемнело, но лес оставался, таким же понятным, как и днём, — росомаха мог охотиться и ночью, и мне ничего не мешало продолжать свои поиски, кроме потихоньку накатывавшей на меня усталости.

Своего следующего подопытного для спасения, я тоже услышал издалека. Трудно было не услышать, яростно визжащего кабана. Ломая кусты и тонкие деревца, он яростно ломился куда-то вбок, неизвестно зачем.

Выскочив в прямой видимости с ним, я увидел яростный комок визжащей в ярости плоти, в холке не меньше двух метров. Кабан яростно таранил дерево, бил его клыками, визжал и грозно хрюкал, но всё напрасно, — дерево не поддавалось.

Но, кабану было всё равно, он видимо был ранен и впал в боевое безумие, молотя своими клыками всё подряд и идя напролом. Что с ним делать и как достучаться до его разума было непонятно.

Очевидно, что этот зверолюд впал в безумие и собирался присоединиться к "одичавшим". Дзыньк и у меня перед глазами, выскочило сообщение, подсвеченное красным.

Внимание! Новое задание, "спастиВепря", пока он ещё не окончательно потерян для борьбы и не превратился в "одичавшего".

Предупреждение! Задание строго обязательно к выполнению! Вы должны не должны допустить превращение разумного — в зверя.

Награда: 10 очков влияния.

В общем, опять, ты должен, ты обязан, если не ты, то кто, ты же мужчина и так далее и тому подобное, но награда была, хотя, я ещё не разобрался, что это за очки влияния и на что они влияют и влияют ли вообще.

Но в этом мире, всё было не просто и пока никакого обмана не было, — в отличии от мира людей, где действует закон курятника: " Толкни ближнего и "насри" на нижнего".

Ничего так и не придумав и устав смотреть на кабана или вепря, я решил с ним заговорить. — Привет свинья… как поживаешь? Ты наверно жёлуди с дерева сбиваешь?

Забавно хрюкнув, от неожиданности, кабан сначала застыл, а потом развернулся ко мне. — Ты ведь человек, а не кабан, очнись и пой, а не бесись, пока действительно не превратился в животное.

И я не дожидаясь, пока кабан бросится на меня, задрал голову вверх и завыл, активируя своё умение призыва.

— "Вууууаа" поплыл по ночному лесу звук "призыва", он стал у меня значительно громче и пронзительнее, но к сожалению мелодичней и гармоничней не стал.

Реакция вепря оказалась странной, дождавшись окончания "призыва", у него вдруг подломились ноги и он рухнул на землю в припадке эпилепсии, и дёргая своими копытами в разные стороны, уже хрипел не от ярости, а от болезни, стукаясь своей огромной головой о землю.

— Блин, да что же это такое, — не удержавшись воскликнул я.

— И этого опять лечить, и непонятно чем, к тому же.

Бросившись к нему, я схватил валявшуюся неподалёку крупную жердь и раздвинув своими лапами его пасть, всунул ему, её, поперёк челюсти, чтобы он не смог закрыть пасть, а затем поднапрягшись, сумел найти и схватить его запавший язык и высунул его из пасти, чтобы он не смог задохнуться.

Дальше, я как маленького ребёнка успокаивал его и гладил передними лапами его по голове и спине. Кабан сначала хрипел, потом стонал, потом визжал, а под конец стал скулить как побитая собака и жалобно похрюкивать, пока окончательно не успокоился и не пришёл в себя.

Дэыньк. У меня выскочило сообщение.

Поздравляем! Вы выполнили задание "Спастивепря". Вы получили 10 очков влияния, дополнительно к имеющимся. Вы получили 5 премиальных очков влияния, за нетривиальный подход и быстрое решение проблемы.

Ваш навык, — Призыв увеличен в два раза. Ваш навык, — Знахарь увеличен: +10 % к мане и +15 % к здоровью. Ваша вербальная коммуникативность также увеличена, — теперь вы можете улаживать конфликты с 55 % вероятностью.

Вы возвращаетесь к исходному заданию: — Доставить зверолюда к точке сбора.

До выполнения этого задания, осталось три часа. Через три часа, окружающая местность будет зачищена, вызванным оккупантами отрядом наёмников, с представителями которых вы уже встречались. Будьте осторожны!

Да уж, встречался, лучше никогда их не видеть и не встречаться, с этими… собаками в образе волколаков. Короче времени не было и кабана, надо было срочно ставить на ноги.

Настроившись на поиск всяких полезных и тонизирующих корешков и побегов растений, я истратил остаток маны на их поиск, но оно того стоило. Все нужные мне растения подсветились ярким зелёным светом, включая и подземные свои части.

За 10 минут, я собрал всё мне необходимое и вытащив жердь из пасти кабана, насильно запихал ему собранные травы и заставил их сжевать. Кабан не волк, всё сжевал и не поморщился.

Затем, я уже сам стал жевать найденные корешки, пережёвывая их в лечебную кашицу и достав её изо рта, обмазал ею все раны кабана, покрыв их толстой корочкой. Удовлетворённый результатом, я стал подымать его на ноги подпихивая своими лапами и помогая плечом.

И в конце концов, я смог это сделать.

— Ты понимаешь меня, — спросил я у него. "Хрр" — был мне ответ, но в конце концов, он смог мне кивнуть на мои требования, хорошо, он всё таки не безнадёжен.

Кратко охарактеризовав сообщение информатория и объяснив, что его ждёт защита и спасение, — я достучался до его разума и смог заставить его пойти за мной.

Так мы и шли, я впереди — разведывая дорогу, и выбирая наиболее удобный путь для кабана и он, упрямо переставляя свои дрожащие копыта и держа болтающуюся над самой землей башку, как можно ровнее, на последних остатках гордости и разума.

На точку сбора, мы доплелись уже на последних секундах и в общем-то, если бы я не плюнул, и не связал опять, волокушу из веток и старых палок, на которую практически свалил, безвольную и обессилившую тушу кабана. Вепрем, у меня язык не поворачивался его называть.

Вцепившись зубами, в связанное грубое породие верёвки, я тянул изо всех сил свою конструкцию с кабаном. Кабан был нереально тяжёл и в ширину занимал очень много место, что очень затрудняло тащить его через лесные заросли, ямы и рытвины с мелкими овражками.

Но вспоминая, жёлтые глаза волколаков — горевших адским огнём и имевших разум, что пугало ещё сильнее. Я тянул и тянул, не обращая внимание на кровь стучавшую маленькими молоточками в висках всё сильнее и сильнее. Лапы ломило от невыносимой нагрузки, когти глубоко взрывали землю, разрывая нежный верхний слой старой хвои.

Кабан оставлял явный след своей волокушей, но делать было нечего. Задача стояла ясно; смыться за три часа, что там будет со следами вне этого срока, меня интересовало мало, в смысле вообще было по-хрен.

В голове билась всего одна мысль: — как-бы дойти! И я дотянул, что называется на морально-волевых, когда кажется, что вот сейчас, я упаду и сразу сдохну, когда сердце в груди бьётся как бешеное, а ноги и руки налиты такой тяжестью, что кажется, ты уже не сможешь их больше поднять!

Но каждый раз, ты делаешь следующий шаг и переставляешь свои лапы, раз за разом, и появляется второе дыхание и ты тянешь дальше, а потом появляется и третье, а потом ты просто тупо бредёшь, туда, куда тебя тянет, последняя осознаваемая тобою мысль.

И вдруг всё, ты на месте, но лапы продолжают двигаться дальше, ты ещё идёшь и идёшь, не сознавая себя, а инстинкт сохранения шепчет тебе на ушко, что да, останавливаться нельзя, нельзя, надо ещё пройти немножко, но не вперёд, а по-кругу и не спеша, и лапы начинают постепенно заплетаться всё больше и больше, пока ты наконец не остановишься.

И не будешь стоять некоторое время пытаясь собраться с силами и напрягая остаток воли, а потом упадёшь, там где стоял, и закроешь, свой чёрный и влажный нос пуговкой, большим и пушистым хвостом и провалишься в глубочайший сон без всяких сновидений.

Глава 4 Разборки с действительностью

По уже почти сложившейся традиции, меня разбудило местное светило, своим ярким лучом пробившись сквозь густой мех моего хвоста.

" Ааааа" — широко распухнув свой рот, а точнее свою пасть, в огромном зевке и потянувшись всеми четырьмя лапами и заставив всю свою шкуру встать дыбом.

Я, отдавшись инстинктам, вдоволь повалялся на сочной траве, покрытой густым слоем росы и мокрый и довольный, я решил пробежаться по поляне, не обращая внимание на остальных её жителей и гостей.

Развив скорость, я резко тормозил всеми четырьмя лапами, чуть ли не кувыркаясь через голову. Моё новое тело, дарило радостное ощущение каждого мускула в нём, отзываясь сразу же на любые приказы.

Я, был молод и молод был моя вторая ипостась в виде росомахи, сразу же захотелось кого-нибудь завалить и помять. Рыся, мысль как огонь скользнула в мозгу, ага точно, сейчас, я её найду.

А, когда найду, тогда и поимею. Но, увы, у Рыси были совсем другие планы. Увидев её лежащей на большом суку дерева, росшего рядом с поляной, я помчался к ней, радостно урча, чем несомненно спугнул её.

Увидев и услышав меня, она сразу раскусила мои нехитрые замысла и негодующе фыркнув, махнула угрожающе обеими лапами и мигом взлетела на самую верхушку дерева, откуда осуждающе посмотрела на меня.

"Подумаешь, не очень то и хотелось", тут же о ней забыв, я остановился и стал отряхивать свою шкуру от лишней воды. Во все стороны полетели огромные брызги и капли не очень чистой воды, но мне было наплевать.

Я радовался жизни и этому миру, который начал осваивать. Мои мысли, временно не омрачались мыслями о будущем, о жене и сыне и прочих не менее важных вещах, которые я не мог решить здесь и сейчас.

Я, готов был их решать, и готов был вывернуться из своей шкуры, чтобы вернуться домой — к любимой жене и не менее любимому сыну, но сейчас я бессилен; и я скрывая сомнения и страх, резвился один на этой поляне, наплевав на то, что на меня смотрят другие звери и зверолюди, и лесные стражи со своим информаторием.

Такова жизнь, — "селяви" и прочее и прочее. Успокоившись и помывшись в росе, я привёл чувства и мысли в порядок и приступил, уже более сознательно к анализу ситуации, в которую попал в настоящее время.

Вызвав строки, переданных мне сообщений, которые я либо не читал, либо пропустил по-незнанию, или из-за дефицита времени, я углубился в их анализ.

Итак: Внимание!

Вы выполнили все назначенные вам задания.

Ваш текущий уровень — шестой! Вы получили, дополнительно два уровня за спасение кабана и спасение рыси от наёмников волколаков.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 20 % к урону в группе себе подобных.

— "Знахарь": + 10 % к мане и + 15 % к здоровью.

— Самолечение; + 10 % к здоровью, вам добавлен новый навык:

— Регенерация — 1 единица маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается.

— "Вербальная коммуникативность" — 55 % вероятность улаживания конфликтов.

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Начальный.

Кроме этого: Вы получили 15 очков влияния на расу лесных стражей — за выполнение дополнительных заданий. Всего: — за выполнение заданий и повышения уровня, вы получили 25 очков влияния.

Вам предоставлено предложение: — Набрать группу.

В случае положительного ответа. Вы получаете достижение: — "Командир" — с правом руководить группой себе подобных и получением дополнительных очков влияния.

За получение достижения: "Командир" — вам начисляются дополнительно -10 очков влияния.

Очки влияния, вы можете реализовать у старейшин лесных стражей, находящихся на этой поляне, в месте силы подконтрольной расе лесных стражей.

Внимательно всё прочитав, я не стал делать скоропалительных выводов, к которым был склонен в своём мире, а решил всё-таки прояснить ситуацию до конца и разобраться во всём досконально.

Обведя взглядом поляну, я зафиксировал всех на ней находившихся. Кроме Рыси, всё ещё сидевшей на дереве, там были: — кабан, до сих пор валявшейся, там, где я вчера его оставил.

Койот — с интересом наблюдавший за мной с безопасного расстояния и, — панда, — который хоть и с опаской смотрел на меня, но тем не менее, явно хотел ко мне подойти.

Так, вся компашка в сборе, а где наши косматые друзья — лесные стражи. Со степными, я к сожалению, уже познакомился, а кроме как сообщений от информатория, я больше ничего и не слышал.

Пока он, умываясь, резвился на поляне, солнце поднялось над горизонтом, и я увидел на её краю — большое сооружение, похожее на огромный вигвам, сплетённый из наклонённых друг к другу деревьев, которые, когда были совсем ещё молодыми деревцами, сплелись между собою своими кронами.

И так и росли всё время, стремясь все выше и выше, прямо к небу. Пока в конце концов и не создали, такое сооружение.

Вход, в который закрывала, небольшая, искусно сплетенная из тёмно-жёлтых прутьев, дверь. Направившись к ней, я надеялся, что получу все ответы, на незаданные ещё мной вопросы, открыв её.

Тихо скрипнула небольшая изящная ручка, но дверь не открылась, хотя казалось бы, она не была заперта и я не увидел и не ощутил никакого замка или задвижки на ней. — «Странные дела, творятся здесь», — подумал, я вслух.

— Не менее, странные, чем ты сам, разумный!

— Был мне ответ из-за двери, и она распахнулась.

На пороге стоял, самый странный из, когда либо видимых мною, существ.

Он был высок, космат; — его длинная и жёсткая шерсть была тщательно расчесана по бокам. Грудь и живот были покрыты, тем же жёстким волосом тёмно-бурого окраса, но гораздо более коротким, чем на боках и спине, и под ними виднелись упругие кубики мышц, хорошего развитого, если не сказать перекаченного пресса.

Поневоле выпрямившись, и став на задние лапы, я посмотрел на свою грудь с животом, — увы, ничем подобным, я пока похвастаться не мог. Хотя, слабым, я себя не считал, особенно после всего пережитого.

Просто мои сильные мышцы, были скрыты, толстой шкурой и я был гораздо ниже ростом, чем он. Больше всего, он был похож на нашего медведя, но не с острой, а скорее круглой мордой и добродушным выражением, очень умных почти янтарных глаз с маленьким чёрным зрачком.

Он, смотрел на меня, и я чувствовал, как его зрачки, как иголки, впивались мне в мозг, вытаскивая оттуда, все сведения обо мне.

— Весьма интересный экземпляр, — произнёс он вслух, своим рокочущим басом, больше похожим на рык.

— Весьма, весьма. Что ж, третий день на Скоге, а уже шестой уровень и куча характеристик, но почему-то не боевых. И он, продолжил:

— Как, ты выжил «малыш»? И добродушно усмехнулся.

— Молча, скрипя зубами!

— Дерзишь, разумный? Я, промолчал, стараясь дальше не нарываться.

«Косматый», продолжал меня изучать, и видимо читая справку информатория, о моих приключениях. И, после паузы, — снова спросил:

— Ты же, индивидуальный боец, а набрал кучу «групповых» характеристик?

Я, с неохотой, мысленно, признал его правоту.

— Приходилось командовать раньше, да и случайно, так получилось.

— Понятно, теперь почему, у тебя топор оказался раньше, чем ты наточил когти и зубы о шкуры врагов. Все не терпится покомандовать другими?

Я, со злостью сплюнул и скривился, как от зубной боли.

— Не люблю, я командовать. Говорю же, другого выхода не было.

— А, почему, так быстро научился и себя, и других лечить?

— Ну, врачом просто хотел стать, да не получилось.

— Ну тебе, это умение, ещё не раз пригодится и он снова добродушно усмехнулся.

Я, молча кивнул, соглашаясь с ним.

— Хорошо, проходи тогда, в мою скромную хижину, и он посторонился, пропуская меня внутрь.

Внутри, всё было не очень скромно, но внушаемо, и без проявлений какой бы то ни было роскоши. Хижина была огромна, по форме напоминая вигвам. Могучие ветки устремлялись высоко вверх, образуя зелёный шатёр над головой.

Воздух пах терпкими травами и чем-то горьким, как сосновая смола и в то же время дурманящим, как запах жаренной с маслом конопли. Вокруг было развешено разнообразное оружие и щиты, всех видов, форм и расцветок, — благо размеры хижины, это позволяли.

Я, стал внимательно рассматривать, что бы могло подойти мне, но в глазах рябило от обилия оружия, а голова кружилась от дурманящего аромата. Бросив эту затею, я повернулся к хозяину хижины и вопросительно посмотрел на него.

— Ты, пришёл задавать вопросы? Так, спрашивай!

— Зачем, я здесь?

— Чтобы, помочь нам сражаться, против захватчиков!

— Кто такие захватчики? — Это иномеряне, сначала они хотели проникнуть к нам через порталы, но мы отбили нападение. Тогда они прислали к нам, через просторы вселенной своих железных слуг, которых вы называете — «роботами».

— Но и здесь их ждал неуспех, ведь у нас ни одна железная птица не может летать, только живое. Но они выкрутились и спустили свои железяки на больших матерчатых облаках, и тогда наступил паритет.

— Двести ваших лет, мы не могли победить их, а они не могли победить нас, но им позарез нужен наш магический минерал, и тогда они снова открыли порталы и смогли склонить на свою сторону степных волколаков.

— Остальные же расы заняли нейтралитет. Морской народ не беспокоят, — в море нет того, что нужно пришельцам. Пустынныеотшельники, пока то же, — хотя у них есть, что поискать, а в горы они пока не лезут. Тамошняя раса, — заоблачники, очень неудобные враги, а ещё там живут странники.

— И не спрашивай о них! Ты ещё не дорос, до этих вопросов, да и не знаем мы точно, кто они такие и зачем пришли к нам.

— Почему вы вызываете нас — людей?

— Потому что, в вас есть искра духа — души, как вы её называете. И вы, можете нам помочь, если будете в таком же виде, как и мы. И всё! Довольно на сегодня вопросов!

— А, «информаторий»? — Это голос нашего общего сознанья и мудрость ушедших предков, сосредоточенных, в местах силы нашей расы — «лесных стражей».

— А сейчас давай разберёмся, чего ты хочешь? С каждым поднятым уровнем, ты становишься сильнее и ближе к человеку, чем к животному. Ты можешь это увидеть по своим статам.

Чем ярче жёлтая полоска и бледнее красная, тем больше в тебе звериного, пока они не сольются в одну жёлтую. Тогда ты, больше никогда, не сможешь стать человеком и вернуться в свой мир.

Таких людей мы зовём — «одичавшими».

И, наоборот, чем ярче горит красная полоска, тем больше в тебе человеческого. Так, ты сможешь контролировать себя и свои две сущности.

Ты наверно знаешь первый закон диалектики твоего мира: — «Закон единства и борьбы противоположностей», он как раз и отражает эту ситуацию.

Если, ты будешь усердно тренироваться, то тебе подчиниться — второй закон диалектики: «Закон перехода количества в качество».

И, наконец, никогда не забывай третий закон: — «Закон отрицания отрицания». Ведь на каждого сильного, всегда найдётся, ещё более сильный, а на каждого слабого, найдётся, — ещё более слабейший. Помни об этом и ты сможешь выжить в нашем мире и преуспеть в своём. — Если, конечно вернёшься!

— А, сейчас скажи: — Хочешь ли ты быть лидером группы? — Нет.

— Жаль, из тебя бы получился неплохой вожак. — Возможно, — не стал отрицать я, но хотелось бы сначала разобраться полностью с ситуацией, а не сразу командовать толпой непредсказуемых, гордых, алчных и наглых до тупости животных.

— Ха, ха, ха, — рассмеялся «Косматый». — Не любишь ты, себе подобных! Я, только демонстративно пожал плечами.

— Ну хорошо, раз не хочешь группу, тогда возьмёшь себе напарника и это приказ, — выражаясь вашим языком. Никто один больше не пойдёт. Дорога слишком опасна и один её не осилит.

Напарника или напарницу, можешь выбрать сам. Время не терпит и вы должны дойти, как можно быстрее до нашего полевого лагеря, где собираются наши силы. Остальные тоже пойдут, либо вдвоём, либо, будут ждать себе напарника или подходящую для них группу дальше.

И последнее; — Тебе нравиться твоё оружие, которое ты захватил в бою? Если нет, то я могу его поменять, на что — то более удобное для тебя.

Я, посмотрел на мои кухонные топоры и задумался. Да, они были достаточно удобны и с широким лезвием. Их удобно было кидать во врага, но наносить удары и резать вблизи — почти невозможно.

— Что ты можешь предложить за них?

— «Хм»…ты меня не совсем понял разумный, я не делаю, ничего за просто так. У тебя есть оружие, которое ты хочешь поменять и очки влияния, которые заменяют у нас ваши деньги. Вот за них то, я тебе и помогу. Давай сюда свои топоры!

И он, взяв оба моих топора, стал внимательно их осматривать.

— Ну, что ж, — вынес он свой вердикт. Сталь на топорах, отличная с самозатачивающимся покрытием, принадлежала наверняка роботу-охраннику и тем более два, очков влияния у тебя много. Можешь выбрать почти всё, и он приглашающим жестом указал на развешанное по стенам оружие.

У меня загорелись глаза, не то, что я очень сильно любил оружие, тем более холодное, но в детстве, я без перочинного ножика, на улицу и не выходил никогда. Пошарившись по стенам и осмотрев десятки различных лезвий, я снял со стены саблю, похожую на «корабелу» и клинок отдалённо напоминающий китайский меч «Дао».

— Хороший выбор, — оценил «косматый», но ты их не потянешь!

Для того, чтобы ими владеть, — хотя бы на начальном уровне, у тебя должен быть уровень, не ниже двадцатого и соответственное физическое развитие. Ты ведь, до сих пор, в основном передвигаешься на всех лапах, а не только, на задних — так ведь?

Я, молча кивнул и с сожалением повесил их обратно, грустно смотря на оставшееся, потом оживился и снял со стены небольшой изящный топорик с вытянутым книзу лезвием и длинной, но лёгкой ручкой.

И на закуску, снял со стены средних размеров кинжал, со странным лезвием отливавшим серебром, того яркого белого оттенка, какой имеет блеск плакировки на серебряной монете, пламевидной формы, которое сильно сужалось к концу лезвия.

На этот раз «косматый», даже фыркать не стал, а серьёзно посмотрев на меня сказал:

— Это лезвие непростое, но тебя оно примет, — человек из другого мира и забрав его у меня из рук, вложил его в серые ножны, которые достал, словно бы из воздуха и подойдя ко мне приложил их к моей шерсти в районе левой подмышки.

Ножны, вместе с кинжалом, закрутили вокруг себя мою шерсть, и создав волосяной карман у меня на боку, практически вросли в меня. Я, пошевелился, ножны с кинжалом висели, как приклеенные и не собирались падать или мешаться мне. Протянув к кинжалу руку, я, едва коснувшись его своими пальцами, тут же ощутил его в своей ладони.

— Он признал тебя! — с совершенно искреннем облегчением, — сказал «косматый».

Я, опять лишь пожал плечами, не зная как на это реагировать. Пока, оружие, было для меня лишь абстракцией, и я не понимал, чем оно друг от друга отличается, за исключением конечно: — формы, размеров или красоты. А, «косматый», почему-то, этого объяснять не стал.

Для топорика, он выдал кожаный чехол из кожи неведомого животного, но ощущения от неё у меня были стойкие, как будто это была кожа, какого-то земноводного и повесил его на широкий и крепкий кожаный пояс, который и затянул у меня на спине.

Пояс, тоже был явно магический, потому что, сидел на мне, как влитой, и не мешал двигаться в любых состояниях.

Забрав мои топоры, «косматый» произвёл в уме какие-то вычисления и огласил приговор.

— С тебя, 10 очков влияния за топор с ремнём, и 20 за кинжал, но… видя моё недоумение, — 5 очков, я добавляю от себя, в качестве бонуса; — цени… разумный!

С этим было не поспорить, и я экипированный своими приобретениями, стал вооружён до зубов и очень опасен. Ну, наверное, — я думаю.

Выйдя из хижины, я обнаружил, что солнце уже было довольно высоко и время было не иначе, как пополудни, а значит пора, что-нибудь съесть и живот согласно заурчал, вторя моим мыслям.

Обеспечивать себя продуктами, мы должны были сами, и никто об этом из лесных стражей не задумывался и не «заморачивался». Росомаха, зверь всеядный и поэтому, я стал бродить по поляне и собирать ягоды, не забывая осматривать и кусты, как-то незаметно ко мне вскоре присоединился, ещё один товарищ и осторожно стараясь мне не мешать, тоже стал кормиться, смачно чавкая и довольно пыхтя.

Скосив глаза налево, я с удивлением узнал панду, этот чёрно-белый нахал, стыдливо отворачивая свою узкоглазую морду, старательно жевал ягоды и обгладывал молодые ветки и побеги растений, и жрал те же самые корешки, что находил и я.

Когда, я, не скрывая своего неудовольствия, глянул на него, то он вытаращил свои белые пятна с немым вопросом: — Что? Что, не так! Я, плюнул и стал дальше, есть и искать ягоды и грибы. Насытившись, я лениво осмотрелся и увидел, что моему примеру, последовала и вся компашка, которую я вытащил из передряги.

Рыся, заботливо вылизывала себе лапы и грудь сидя на дереве, надеясь, наверное, отыскать там, что-нибудь женское и почувствовав мой взгляд, тут же демонстративно отвернулась. Недалеко от неё койот, что-то старательно трепал, давясь и стараясь быстрее съесть, пока не отобрали и при этом умудрялся бросать благодарные взгляды на рысь.

Ну, ясно, американцы и поляки и тут спелись, что блин за менталитет такой гадкий и поняв, что в напарники, я не возьму ни её, ни его. Я, тоже решил удовлетворить свои низменные инстинкты.

И подкравшись к койоту, внезапно прыгнул на него с диким воем и успел укусить его за ногу, пока он не сбежал. Дико визжа и воя, роняя на ходу жидкие какашки, койот дал дёру, и отбежав, обиженно залаял, прося помощи у рыси.

— «Ну ты у меня, ещё погавкай, погавкай» — напустив на себя хмурый вид, — сказал я, и неспешно отправился подремать, у маленького ручейка, попутно обойдя пасущегося кабана, который своим мощным рылом увлечённо копался в земле, разыскивая, одному только ему ведомые вкусные корешки и наверно, позапрошлогодние жёлуди или, что тут у них, вместо них есть.

Насытившись, каждый посетил хижину «косматого» и видимо получил то же задание, что и я. Но как я и предполагал, рысь предпочла мне, компанию койота. К сожалению, не в первый раз в моей жизни, женщина предпочитала меня, другому, но я не огорчился и сейчас думал.

— Кого взять, — панду или кабана.

То, что панда был медведь — меня грело, то что он был бесполезен, как боец — огорчало. Кабану видимо было всё равно, у него наверно было два состояния, — первое, когда он в ярости и второе — когда ему было по-фигу.

Пришлось взять, всё-таки панду — так себе, конечно выбор, но другого, увы не было. Скооперировавшись и получив сообщение от звериного информатория, что мы теперь напарники, — мы оба получили задание: — прибыть в полевой лагерь у горы Снек.

Узнав, что у панды нулевой уровень и нет оружия, мы пошли с ним к ближайшим деревьям и вырубили ему подходящую дубину, после чего он под моим непосредственным руководством связал себе пояс, — который я обозвал — «поясом верности», и заставил его, произнести клятву, что пока мы напарники, он меня никогда не предаст.

Ну, а если всё же предаст… и вытащив свой топорик, я с размаху всадил его рядом с ним, а потомпозволил возобладать над собой своей звериной сущности. Получилось неплохо, — панда вроде проникся, а мне пока больше ничего и не надо было.

Глава 5 В поход с напарником

Проснувшись рано утром, я взглянул, на начинающее сереть в предрассветной мгле небо и обнаружил, что возле меня приткнулся большой комок спутанного меха, оказавшимся, всего лишь пандой.

Безжалостно ткнув его своей когтистой лапой, я разбудил его и прорычал команду собираться, после чего бросился по свежей росе умываться. Умывшись и попив, отряхнув попутно шкуру от влаги — ни с чем несравнимое удовольствие, когда твои мокрые волосы, становятся очень быстро почти сухими и чистыми, я направился к панде, который лениво бродил по поляне.

— Ты чего бродишь? Панда замешкался и что-то пробормотал.

— Я, спрашиваю, тебя: — Ты чего просто так бродишь? Где, твоя дубина? Почему, ты ещё не готов? Какого хрена, тогда ты мне нужен? Ты, что китаец? Я, тебя сейчас укушу… больно.

Панда вскинулся от испуга и вытаращил свои двух очковые глаза. На все мои вопросы, он смог выдавить, только один ответ. — Я, китаец с Тайваня.

— Почему, ты не готов? Панда, опять что-то невнятно пробормотал.

— Если, ты не будешь готов через 5 минут, то я брошу тебя подыхать в лесу: — понял убогий?

Но, то ли панда посчитал, что он больше меня и соответственно сильнее, то ли действительно сильно обиделся, но он внезапно бросился на меня — растопырив свои огромные лапы и оскалив зубы.

Я, с трудом, успел отскочить от огромной туши, пронёсшейся мимо меня, и махнул своей лапой со спрятанными когтями, придав ей ускорения. Панду занесло на повороте, а тут и я подскочил.

И вытащив свой кинжал с пламеобразным лезвием, которое сейчас полыхало, странным серебристо-чёрным огнём, приставил его к аккуратному белому пятну, на поросшей во всю оставшуюся площадь, длинным чёрным волосом груди.

Ну, что, потанцуем? Мой юный и вероломный напарник! Но, давить на кинжал, я не стал, а заглянул в испуганные глаза панды, где кроме дикого ужаса и остатков гордости, ничего больше не было.

Но мне нужен был напарник, а не сломанный враг, в любой момент готовый ударить в спину. Я, убрал кинжал обратно в скрытые ножны на своём боку и внезапно схватив панду за мохнатое ухо, — спросил:

— Ну что, «любезный», как будем дальше жить? Я тебе, значит жизнь спас, а ты меня загрызть пытаешься, да? — и немножко покрутил его за ухо.

И тут, психика панды не выдержала такого испытания, и он разрыдался, — скороговоркой выталкивая из себя слова и умудряясь при этом говорить их жалобно и смягчать тональностью, отчего, я постоянно слышал от него не я, — а ня, не меня, — а опять ня. Эти ня, мя, ня ня, — перемежали всю его речь.

Вкратце, он оказался неплохим парнем из богатой китайской семьи, живущей на Тайване, и ничем особо не озадаченный. Работал в фирме отца, по производству бытовых осветительных приборов, делал финансовую отчётность за компьютером.

Был очень толст, неповоротлив и благодушен, но при этом непомерно горд. Выжил он здесь, за счёт с своего разностороннего ума и потому что увлекался историей Китая, кроме того, он любил ходить в свой бамбуковый лес и в зоопарк — смотреть на животных и конечно на панд.

И сейчас, ему приходилось, пересматривать всю свою жизнь, за нереально короткий промежуток времени. Я его понимал. Мне самому, после смерти отца, пришлось пересматривать своё будущее, но времени у меня было значительно больше.

Поэтому, махнув на него рукой и сказав, чтобы он собирался, я пользуясь свободным временем, пробежался до кустов пахучей ягоды, которую мы вчера не успели объесть и плотно позавтракал ею.

Подошедшего и готового к походу панду, я безжалостно отогнал от зарослей, сказав; — что ему вредно утром есть, только аппетит возбуждать и вообще надо худеть. А что, как не утренний марш натощак, способствует этому процессу. Больше вопросов панда не задавал и хмуро тащился сзади меня.

Дорога была не близкая и мы вышли с поляны, когда уже первые лучи солнца, осветили пышные кроны деревьев, провожаемые задумчивыми взглядами, остающихся на ней зверолюдов.

Пресловутый клубочек, всё так же скакал перед моими глазами, а перед внутренним взором висела мини-карта. Яркими точками на ней, подсвечивались мы с пандой, и большим ярким треугольником, светился полевой лагерь, куда мы направлялись.

Дороги как таковой не было, сначала была узкая тропа, которая вилась между высокими в основном хвойными деревьями, статью и красотой напоминавшими кедры, но чем дальше, тем больше, лес выглядел глухим и запущенным.

Вскоре исчезла и звериная тропа и так еле видная, клубочек постепенно бледнел и бледнел, пока полностью не растворился в лучах полуденного солнца и я с пандой, уже шли по маркеру направления на своих мини-картах, выбирая наиболее удобные пути между деревьями и другими препятствиями.

Мы спускались с ним в овраги, обходили огромные деревья и прорывались, через густые буреломы и колючие кусты, оставляя на них клочки шерсти, точнее оставлял на них в основном клочки шерсти панда.

Который изо своей неуклюжести и размеров, не мог везде пройти там, где пролазил я. Но в целом мы шли одним темпом, я уже упоминал, что я не любитель бегать, зато могу пройти огромные расстояния в хорошем темпе — без отдыха и перекуров.

Так что, пристыженный мною утром панда, старался от меня не отставать, и в конце концов, приноровился к моей походке, но он был приспособлен к бамбуковым зарослям, а не к хвойно-лиственному лесу и поэтому перед обедом запросил отдыха.

Остановившись, я, оглядел его и признал, что отдых был ему необходим. Он, явно похудел, его шкура поистрепалась об сучки и ветки деревьев, а бока ходили ходуном от усталости, а его длинный розовый язык, казалось, висел на его усталом плече, улучшая теплообмен всего усталого тела.

— Привал! И панда тут же рухнул на землю, перевернувшись на спину и растопырив свои лапы, но тут же сморщился и вскочил, забыв о том, что на боку у него висела, сделанная мною дубина в импровизированном чехле, сплетённом из веток.

Усмехнувшись, я пошёл на разведку, решив осмотреть, что это за место и что здесь можно найти пожрать и заодно найти воду. Побродив вокруг, я наткнулся на семейство зверей похожих на барсуков, но, к сожалению, не таких же спокойных.

Увидев меня, и невесть что, подумав, своими звериными мозгами, они решили на меня напасть и бросились все втроём на меня.

— «Ух, ты блин», — вырвалось у меня от неожиданности и, повинуясь инстинктам, я заскочил с разбегу на ближайшее дерево, на котором и засел, смотря вниз на неожиданных противников.

Семейство, подскочив к дереву, но не умея по всей видимости по ним лазать, уселось внизу и задрав свои тупые морды, стало на меня тявкать. Эти полусобаки, полуволки или недо-барсуки, меня сильно взбесили и надеясь, что они от меня быстро отстанут, я продолжал сидеть на дереве.

Но, не тут то было, семейство, решило, что они тут самые сильные и могут позволить себе, всё, что хочешь, да и времени у них скорее всего было навалом, в отличии от меня.

Поэтому, я выбрав момент, когда они отвлеклись и тявкали, скорее по инерции, чем по необходимости, свалился им в буквальном смысле на голову и вцепился в загривок, одному из них.

Это действительно были просто звери, дико заверещав, они бросились в разные стороны, как только увидели, как я вытащил кинжал, не став мучить оставшегося, бесплодными сомнениями, я воткнул ему кинжал в шею.

Зашипела кровь, впитываясь в кинжал и жизнь, стала уходить из тела животного, пару раз дёрнувшись, он затих. К этому времени, я уже изрядно проголодался и не нашёл ничего лучшего как освежевать «барсука».

Неумело сняв шкуру, изрядно, кстати, намучившись, не только из-за отсутствия навыков, но и от отвращения, так как мне никогда не приходилось свежевать скотину. Но, то ли я, уже вжился в образ зверя, то ли действительно сильно хотелось жрать, а может и то и другое, но с задачей я справился, и вырезав наиболее мясистые части из тела животного, побежал искать ручей или озеро, на крайний случай, просто рытвину в лесу, заполненную водой, где можно было его промыть.

Найдя ручей, после непродолжительных поисков, я промыл мясо от грязи и крови и приступил к трапезе, запивая чистой водой из ручейка. Закончив есть, и, сполоснув лапы и морду, я побежал обратно, думая, что панда, скорее всего и дальше дрыхнет.

К сожалению, я ошибался, несчастного панду, в это время вовсю терзали, остатки семейства, которые вначале напали на меня.

Панда отбивался своей дубиной, как мог, но его враги были быстрее и изворотливее и с каждой атакой, они откусывали от него по небольшому кусочку шкуры или просто меха, так что панда уже скоро был похож на полуощипанную курицу или может быть петуха; — смотря кому какие нравятся ассоциации.

Эти «барсуки», возмутили меня! Какая наглость, бросаться на добрых путешественников, никому не причинявших вреда, и бегущих своей дорогой. Не требующих ни еды, ни крова над головой, даже попить не просящих! И тут такое яростное нападение, не иначе, это их территория.

Но делать было нечего, панду надо было спасать, иначе, следующей ночью, он может замёрзнуть без своего ощипанного меха, а мне греть его своим, что-то не улыбалось.

Климат здесь был континентальным, и сейчас была поздняя весна. Нет, если бы панда, был женщиной, я бы исполнил свой долг джентльмена и согрел бы её, холодной ночью. Но с этим, мне не повезло и я был вынужден вступиться за напарника.

Вытащив из-за своего кожаного пояса топор, я расстегнул его чехол и примерившись, метнул в крайнего «барсука». Топорик, картинно перевернувшись один раз, врезался в башку «барсука», но, к сожалению не лезвием, а обухом, оглушив его.

— Да, надо учиться его кидать, иначе победы не видать и меня съедят, более удачливые звери, — решил я.

Подскочив ко второму, я схватил его задние ноги своими передними лапами, а двумя задними лапами зафиксировал его в замок, не давая ему меня укусить и вырваться.

— «Бей его дубиной по голове», — крикнул я панде. И тот меня послушал, и с совершенно безумным видом, «саданул» своей дубиной по башке «барсука», едва не попав по моим лапам.

Быстро убрав свои лапы, а потом и выпустив тело целиком, я смотрел, как панда остервенело, лупит, своей дубиной по его башке, пока не прибил его.

Обернувшись на остававшегося в живых второго барсука. Я, увидел, что тот приходит в себя, и обратил внимание панды на него. Панда развернулся и в боевой ярости, аналогично прибил и второго.

После чего, всё резко закончилось, и панда рухнул на землю, прерывисто дыша, как загнанная лошадь. Посмотрев на очки статов, я увидел, что панда повысил свой уровень до первого. Что ж, чем сильнее напарник, тем проще нам обоим выжить.

— Освежевать, поешь? — показав на туши убитых зверей, — спросил я у него, чем вызвал приступ тошноты. Подождав, пока панда проблюётся, я нашёл своим внутренним зрением, используя навык «лекарь», полезные корешки и растения, принялся их выкапывать и собирать.

После чего поел сам и предложил их панде, который благодарно их сожрал все. Порыскав с ним вдвоём, ещё, в поисках растительной пищи, мы снова поели — особенно важно это было панде, ведь он растительноядный зверь, а теперь и зверолюд и насытившись и чуток передохнув, снова пошлёпали к своей далёкой цели, продираясь сквозь бурелом, обходя поваленные деревья и небольшие лесные озёра.

На берегу, одного из них мы и решили заночевать, довольно сильно устав за свой первый большой переход в новом качестве и новой компанией. Жалко, огонь, развести нам было нечем, и пока не представлялось возможным, из-за специфики звериных лап. Но, думаю с уровня десятого, этот обидный недостаток, будет устранён.

И я вызвал окно своих "статов", чтобы проверить изменения.

Ваш текущий уровень — шестой.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 20 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 10 % к мане и + 15 % к здоровью;

— Самолечение; + 15 % к здоровью;

— Регенерация — 1,5 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается.

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 55 % вероятность улаживания конфликтов.

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Второй начальный.

Судя по статам, у меня улучшилась регенерация и самолечение, а уровень владения топором улучшился до второго. Ну да, пока он может быстро расти, но и противники были слабыми, хватало когтей, зубов и удачи, дальше будет значительно хлеще.

Вспомнив о напарнике, я решил посмотреть его статы, если это было возможно. Оказалось возможно и это можно было сделать, почти со всеми.

С зверолюдами в статусе; — напарники, или находящихся в одной группе, можно было посмотреть все статы. У других, — только общий уровень — по градации "информатория" лесных стражей.

Вызвав маленькую иконку, я прочитал.

Сяо — (зверолюд с планеты Земля: — род — млекопитающие, отряд — хищные, семейство — медведи, вид — бамбуковый медведь), — уровень первый.

Навыков — нет.

Умения — Всегда в тепле.

Данные, что даёт это умение не раскрывались, хотя суть и так была ясно, недаром панда очутился возле моего бока, моя шерсть явно была лучше приспособлена к холодам, чем его.

Так, а кто же я? — И полез в иконку своего статуса, разворачивая его в полной мере.

Ярославъ — (зверолюд с планеты Земля: — род — млекопитающие, отряд — хищные, семейство — куньи, вид — росомаха), — уровень шестой.

Заодно загорелись и мои полоски; — красная — 100 %, жёлтая — 100 % и синия (маны) — с 20 % от максимальной.

У панды, полоска с показателями маны ещё не была открыта, да и откуда, если он не активировал ещё ни одного активного навыка. Разобравшись, я сладко зевнул и свернувшись в клубок в густых кустах, возле огромного дерева, уснул.

Глава 6 Утро в сосновом бору

Утро в сосновом бору, не задалось почти сразу. Мой сладкий сон был нарушен, ни каким-то банальным лучом солнца, а дикими визгами могучего панды. Этот… бамбуковый медведь, ни нашёл ничего лучше, как с утра, «пошариться» по лесу, в поисках пищи богов.

По всей видимости, не найдя искомого, он уже был согласен на любую и заместо нектара, обнаружил какое-то гнездо с насекомыми, сильно напоминающими пчёл. И полез к ним, надеясь полакомиться аналогом здешнего мёда.

Но пчёлы, и насекомые похожие на пчёл, это не одно и то же, и кусаться они могут по-разному, что с успехом продемонстрировали. И наш плюшевый китайский «няшка», уже изрядно потрепанный «барсуками», сейчас катался по земле, весь покрытый летающей дрянью и похожий на шевелящийся шарообразный клубок не ведомого чего, и дико вопил.

«Аааа, няняня, ите, ите, ите», — последнее восклицание, я расшифровал как «помогите». И действительно, напарника надо было выручать, но злобные насекомые, словно имели свой собственный разум.

И каждый раз отгоняли меня от несчастного мишки, пардон — Сяо, когда я к нему приближался, — набрасываясь на меня с дикой яростью. Признаться, я тоже не очень переношу, летающих гадов, особенно, когда они норовят тебя укусить.

Были прецеденты, так сказать. Но, что-то делать то надо, а то так и напарника можно потерять, и словно схватывая с языка — мне пришло сообщение от «информатория».

— Внимание! Ваш напарник в опасности! Получено дополнительное задание. Спасти Сяо. Ваш напарник должен выжить! Награда: Ваш напарник будет вам предан навсегда и не сможет сделать вам ничего плохого, без вашего разрешения, несмотря на любые обстоятельства.

Да\Нет — отсутствовало. Это было всегда в сообщениях от «информатория». Никто не заставлял тебя, принимать однозначное решение и иллюзии выбора тоже не было. Если ты брал задание и выполнял его, то тебя ждала награда.

Если отказывался, то твоя дальнейшая судьба зависела от тебя целиком и полностью. Только на самом начальном этапе, тебя заставляли выполнять задание, не оставляя право выбора. Хотя и тогда, — выбор был: — Сделать или сдохнуть; — сделать и сдохнуть; — или сдохнуть делая.

Получив такое задание, я ни секунды не сомневался в своём выборе. Преданность — это то, что ни за какие деньги не купишь, а мне нужен был товарищ. И пускай, я скорее одиночка, чем компанейский парень и на дружбу не рассчитывал.

Но лояльный ко мне панда, — учитывая восточный характер моего напарника, это очень серьёзный залог будущего успеха и выживания, в незнакомом и полном опасностей мире.

Взглянув ещё раз на шевелящийся клубок насекомых, почти поглотивший панду, я вызвал «иконку» напарника и увидел, что обе его линии жизни, — и звериная и человеческая неуклонно снижались и были уже меньше половины.

Решившись, я бросился к нему и не обращая внимание на злых «шершней», нащупал загривок и как щенка, потащил его к озеру, сжав своей челюстью его шкуру вместе с насекомыми.

Тянуть его было ужасно тяжело. Сначала, он сопротивлялся, потом поняв, что его спасают — помогал, а потом обмяк, потеряв сознание. Я, не сдавался, — грёбанные «шершни», кусали куда только могли, но могли они укусить меня только в нос и уши. Глаза, я зажмурил и двигался по памяти, благо идти было все-таки недалеко.

Так и дотащил его обмякшую тушу к воде и тащил дальше, пока он полностью не скрылся под водой и разъярённые «шершни», обжужжав нас напоследок отборным насекомьим матом, не убрались восвояси.

Стараясь держать его головунад водой, я дождался пока последние из «шершне» не улетят, и тогда выволок безвольного панду на берег.

Он представлял сейчас собой жалкое зрелище. Где же тот плюшевый няшка, так любимый всеми людьми во всех странах. Передо мной лежал, жалкий огрызок, потерянного нами мира и похожий на большую собаку с облезшей и редкой шерстью непонятного цвета.

С каждой минутой всё больше опухая и сочась кровью и прозрачной сукровицей из мест укуса. Его полоски жизни стремительно уменьшались, и жизни оставалось в нём меньше 20 %.

Поэтому, отбросив сомнения, пришлось его вылизывать, стремясь уменьшить повреждения от наиболее сильных укусов и спасая его своим навыком самолечения. Что и незамедлило сказаться, хотя это был, конечно, не самый приятный процесс.

Но его раны были настолько велики, что человеческую мораль и воспитание пришлось отбросить, чтобы спасти напарника, — в конце концов, мы же не люди, а зверолюди, а что естественно, то не безобразно.

Сначала у него, перестали падать статы здоровья, но по-прежнему горел, зеленый огонёк интоксикации организма, и тут мой язык и в прямом, и в переносном смысле уже помочь ничем не мог.

Срочно нужен был отвар, выводящий из организма яд. А огнём, мы пользоваться не умели. Но ничего, и я бросился искать своим навыком «знахарь», необходимые для противоядия ингредиенты.

Один из них у меня уже был — «целебная слюна росомахи». Замес то колдовского котелка и половника — у меня были зубы, ну а поиск и добычу, я осуществлял с помощью своего носа и лап.

Накопав различных корешков, наломав нужных мне веток и побегов и даже погрызя кору, одного из интереснейших деревьев, росших в этом лесу и обладавшему не только целебной корой, но и листьями и соком.

Я приступил к созданию лечебной микстуры, нацедив сока из одного из целебных растений. Пережевав, всё нужное до кашеобразной структуры, я выложил кашицу на кусок выгнутой коры и добавил в неё сок растения, создав, что-то вроде густого маслообразного отвара и осторожно влил его в пасть панде, заставив его, это проглотить и стал ждать результата.

Минут через десять, значок интоксикации начал тускнеть и вскоре совсем погас, одновременно с этим, начали восстанавливаться и статы здоровья, и значит, здоровье моего напарника стабилизировалось.

Убедившись в этом, я развил бурную деятельность: — Наловил рыбы, поймал нескольких небольших земноводных и скормил их, почти безвольному панде. Ну…, они полезные и напарнику нужна была пища, а ещё китайцы любят есть всякую дрянь, так что хуже, я думаю не будет.

Найдя вкусных ягод и поймав небольшого зверька, я съел его, а самые сочные куски мяса и ягоды, опять скормил панде, с удовлетворением отменив, что после каждого приема пищи, его статы здоровья неуклонно растут.

А сам между делом, стал учиться владеть топором и кинжалом, стремясь увеличить свои пассивные навыки и прокачать активные. Теперь стало ясно, что мы здесь застрянем на какое-то время.

Устав махать топором, отрабатывая возможные приёмы и рубя всё подряд, я убедился, что не всё так просто и нужен учитель, тогда и умение возрастёт и понимание, как владеть топором.

Пока же я, только немного научился правильно кидать топор, чуть не сломав деревянную ручку. Но ручка, была из какого-то местного аналога железного дерева, и её нелегко было сломать, а то был у меня однажды случай.

Метал топор в дерево, метал, пока от очередного, не очень удачного попадания в дерево, топор разлетелся на куски, — топорище в одну сторону, а сломанная ручка в другую.

В общем устав и проверив состояние Сяо, я улёгся спать возле него и перед сном решил проверить, свои статы. Все три шкалы горели яркими цветами, а шкала манны, даже немного подросла. Посмотрев на остальные показатели, я отметил прирост.

Ваш текущий уровень — шестой.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 20 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 15 % к мане и + 20 % к здоровью;

— Самолечение; + 20 % к здоровью;

— Регенерация — 2 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается.

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 55 % вероятность улаживания конфликтов.

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Второй начальный.

Утром меня разбудил Сяо. Я и так спал вполглаза, опасаясь ещё нападения и поэтому, сразу услышал, как он закряхтел и стал беспокойно ворочаться, пока наконец не проснулся и не пошёл отлить, зачем-то в кусты, как будто стесняясь.

И в этот момент, мне прилетело сообщение.

— Внимание! Дополнительное задание: — Спасти Сяо. Выполнено! Ваш напарник выжил! Получена награда: Медведь Сяо будет предан вам навсегда и не сможет сделать вам ничего плохого, без получения на это вашего разрешения, несмотря на любые обстоятельства.

Видимо, это произошло, когда панда понял, кому он обязан, своей жизнью. И теперь молча стоял не зная, что сказать. Он сильно похудел, за эти сутки, но слава Богам, остался жив.

Глянув на его иконку, подсвеченную внутренним зрением, я убедился, что он выздоравливает, и уровень его здоровья приблизился к 80 %. После чего кивнул, ему головой отправился, на поиск еды.

Сяо, везде следовал за мной как хвост, он ел, то что и я, искал тоже, что и я, и вообще повторял за мной всё, что я делал, пока это мне не надоела и я отослал его в сторону кустов с крупными чёрными ягодами, которые можно было есть.

Наконец насытившись, мы приступили к делу. Найдя подходящее небольшое деревце, я срубил его и с помощью топора и кинжала, стал обрабатывать его, стремясь состряпать дубину получше, чем была у Сяо до этого.

Сделав её, я произнёс внушительную речь, указав, что только труд, поможет ему освоить её и он сможет отбиваться ею от врагов, пока не найдёт или не купит чего получше.

Несмотря, на то, что медведь был бамбуковый, он тем не менее, прекрасно понял весь подтекст моей речи и ревностно стал тренироваться, всё свободное от поисков еды время.

Возле озера, мы прожили ещё три дня, пока панда полностью не восстановился, и за это время внимательно изучили окрестности и местную фауну и флору. От последней, я чуть было не пострадал, тем обиднее было, что это казалось безобидной кувшинкой, что жила на мелководье в лесном озере.

Глубоко в озеро я не заплывал и медведь тоже, хотя он любил поплавать. Пару раз мы видели довольно большие тела хищных рыб, которые всплывали на поверхность водоёма.

Я же решил проверить, что это за такое большое растение, с цветами как зубастая пасть и на этот раз природа не мимикрировала, а действительно выглядела тем, чем и была в настоящем.

Как только, я приблизился к огромной кувшинке, она выстрелила ко мне как змея на длинном скользком стебле и схватила за переднюю лапу. Я, сначала заорал от испуга, а потом от боли, сквозь сомкнутые челюсти цветка стала сочиться моя кровь и начала капать в воду.

Почуяв кровь в воде, ко мне стали быстро приближаться остальные «кувшинки», ловко передвигаясь с помощью своих скользких стеблей. Вытащив кинжал левой лапой, я с ходу перерезал стебель, но челюсти цветка, так и не разжались.

Развернувшись, я попытался смыться на берег, но кувшинки были быстрее. Положение спас Сяо, выскочивший из леса и с ходу разобравшись, что случилось, вытащил дубину и стал ею «буцкать», по хищным цветкам «кувшинок».

В этом случае, дубина оказалась более эффективным оружием, чем мой кинжал и оглушённые цветки, быстро потеряли охоту за мной охотиться. И отползли на безопасное расстояние от разъярённого и испуганного панды. Кстати один цветок, они всё-таки потеряли, и он безвольно плыл возле берега, кружась на воде.

Уже на берегу, я с помощью Сяо, смог разжать челюсти цветка и решил оставить на гербарий.

Но, подумав, я, вызвав скрытое зрение, внимательно посмотрел на него — ища целебные свойства, и если предметы, а также части растений и животных имеющих целебные силы, отражались у меня в глазах изумрудно-зелёным, а магические — подсвечивали предметы в синем диапазоне, то цветок «кувшинки» — сиял красным.

И это говорило, о том, что его не стоит выбрасывать. Послав бесстрашного панду за вторым, я подвесил цветок на сук дерева просушиться, туда же вскоре отправился и второй, вместе со своим стеблем — похожим на тело змеи.

Разобравшись с трофеями, если их так можно было назвать, я уже привычно обработал рану своей слюной и наложил повязку из больших листьев с кровоостанавливающим эффектом.

В общей сложности, прожив здесь четверо суток, по местному времени, мы покидали, не очень гостеприимное озеро и ускоренным маршем, поскакали дальше, к месту сбора, таких же, как мы, неудачников.

Шли мы гораздо быстрее, чем до этого, «шершни», научили Сяо быть осторожным и не совершать глупые поступки, а боязнь остаться одному — внимательно смотреть, чтобы я не совершил свои, но от того, не менее глупые — ошибки.

Так следя друг за другом и поддерживая при случае мы пробирались по незнакомым чащобам. Иногда распугивая дикое зверьё, иногда убегая от этого же самого зверья.

Хорошо, что мы оба умели лазить по деревьям и неизвестно, кто ещё быстрее, несмотря на разницу в весе, но ходить тише и скрытнее, чем я, панда не мог и наверно никогда не сможет.

Я же учился каждое мгновенье, ходить, прыгать, лазать, искать, работать кинжалом и топором, но умение владеть холодным оружием, от этого не прирастало, зато прирастали в единицах мои статы и сам я чувствовал себя сильнее и крепче, чем раньше.

Я вытянулся, похудел, но вырос в холке, немножко заматерел, стал более осторожным, если не сказать, что пугливей. Научился превосходно лазить по деревьям и скрываться в траве и зарослях.

Ночью, мы устраивали с пандой соревнования, кто кого обнаружит. И, я, никогда, не отказывал себе в удовольствии, цапнуть его за задницу, когда он меня «проворонивал». Еле уворачиваясь, от его дубины, которой он научился просто мастерски владеть и которую превратил в довольно увесистый посох, на свой манер и мог раскручивать как боевой шест, а может, это и был, боевой шест — я не знаю.

К границе дремучего леса мы вышли через две недели и с опаской смотрели на раскинувшуюся перед нами степь с редкими островками деревьев. Судя по карте, нам предстоит по ней идти не меньше трёх дней и где-то там, вдалеке, виднелась гора Снек, — цель нашего похода, но до которой ещё нужно было добраться.

Но больше всего меня пугала степь, вернее не сама степь, а живущие в ней степные волколаки. Раса, заключившая союз с врагом и с радостью живущая разбоем и ловлей, таких же зверолюдов, как и мы.

Насмотревшись вдоволь, мы решили передневать в лесу, а с вечерним холодком рискнуть идти. Улёгшись в удобной развилке дерева, я закрыл глаза и открыл окно моих характеристик.

Ваш текущий уровень — седьмой.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 20 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 15 % к мане и + 20 % к здоровью;

— Самолечение; + 20 % к здоровью;

— Регенерация — 2 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается.

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 56 % вероятность улаживания конфликтов.

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Третий начальный.

В общем полоска моей жизни и здоровья опять подросла в сторону увеличения, подросли и мои навыки и умения. И по неведомой причине улучшился навык владения топором. Да, и я наконец взял седьмой уровень развития своей звериной сущности.

Полюбовавшись своими успехами, посмотрел на соседнюю иконку с данными Сяо.

Сяо: — текущий уровень — третий.

Навыки: — Веган. + 10 % урона хищным растениям.

Умения: — Всегда в тепле.

Опа-на! И Сяо молчал? А мне такого навыка, не дали! Но, в принципе, я защищался, а панда их лупил, почём зря и успокоившись на этой мысли, я заснул. И не слышал, как панда слез с соседнего дерева и залез на моё, только повыше меня и также разлёгся в похожей развилке.

Глава 7 Степь. Погоня

С первыми сумерками мы вышли в степь. Вокруг опускалась мягкая полутьма, и наши фигуры были размыты на фоне сгущающихся сумерек. С каждой минутой и каждым шагом, нас поглощала собою ночь и степь.

Мы крались по густой траве, раздвигая, высокие стебли неизвестных растений, и две зубастые высохшие челюсти хищных «кувшинок», о чём-то перешептывались, злорадствуя из-за нашего страха.

Воздух был наполнен тягучими, густыми запахами цветущих растений и шорохами, издаваемыми обитателями степи. Время от времени, слышался стрёкот, неизвестных насекомых и что-то перелетало вокруг нас.

Ночной ветер, играя верхушками растений, доносил до нас рокот далёкой грозы и злобные крики вышедших на охоту хищников, иногда слышался визг пойманной ими жертвы, которое вскоре заглушало довольное урчание, сытого охотника.

Периодически вздрагивая и прислушиваясь на каждом шагу, мы шли, вслед вслед с пандой, и мне приходилось идти впереди, выбирая себе путь, среди густого степного разнотравья.

Так продолжалось довольно долго, пока, наконец, мы не привыкли к ночным звукам и запахам и не стали передвигаться значительно быстрее.

К тому времени, ночь перевалила за свою половину, и наступил, час «волка», приходящий непосредственно перед рассветом. Мы бежали лёгкой рысцой, стараясь как можно больше преодолеть расстояния за ночь.

Мой нос обладал, значительно большей чуткостью, чем у панды и поэтому, я первым почувствовал, тяжёлый запах, который насторожил меня. Не желая, рисковать, я изменил направление, стремясь обойти источник запаха, и не ожидая от него ничего хорошего.

Сзади, заволновался, панда и налетевший ветерок, донёс до меня кислый запах его страха. Значит, он тоже учуял. Огибая участок подозрительной местности по широкой дуге, мы оба неожиданно для себя выскочили, на каменистый клочок земли.

В последний момент, еле успев затормозить и нырнуть в траву. Сквозь редкие стебли растений, мы увидели группу зверей, удовольствием терзающих добычу и эти звери не были похожи на волколаков, но также не были похожи на тех, что позволят нам легко от них скрыться.

Больше всего они были похожи на помесь гиены и льва. Крупные, поджарые, с мощными костистыми лапами, и с большими глазами, выдававшими их принадлежность к ночным хищникам.

Они сидели и лежали полукругом, вокруг большого камня в центре площадки, на котором развалился самый крупный их представитель и что-то недовольно взрыкивал, своим мощным голосом, находившимся перед ним.

Осознав свою ошибку, я резко сдал назад, чуть не наступив на замешкавшегося Сяо. И молча, качнув головой, показал новое направление для бегства. И рванул в ту сторону.

Ветер, пока нам благоприятствовал и дул сейчас в затылок, но когда мы выскочили на зверей, он тоже был от нас, и значит, звери могли нас учуять, если только наш запах, не был заглушён их собственной вонью.

— «Блииин», убегая, мы услышали, сначала недоумённое ворчание, быстро сменившееся, сначала возмущенным рёвом, сразу переходящим в яростное. И мы дали ходу.

Но теперь, я снова изменил направление, и мы мчались по-прежнему туда, куда нас вела наша дорога. Буквально, через пару минут, я с досадой услышал шум погони. Обернувшись на ходу, я крикнул Сяо.

— Бежим изо всех сил! — Ищи деревья! — Как устанешь, будем драться!

Но по иронии судьбы, страх придал намного больше сил панде, а не мне. И первым выдохся я. Долго бежать высоким темпом, росомахе тяжело, это не гепард и не олень.

Мы мчались сквозь ночь, убегая во всю прыть от своих преследователей Мелькали лапы впереди бегущего медведя, обогнавшего меня через несколько минут бешенного бега. И ветер свистел в наших ушах, дуя нам навстречу и затрудняя наш бег.

Дикий торжествующий вой хищников, почуявших добычу, придавал нам сил, но, «иуды» постепенно настигали нас, имея преимущество в скорости. Задыхаясь, мы пытались оторваться от них, и петляли, пытаясь запутать следы, но было уже слишком поздно, и развязка близилась.

Пока не стало очевидным, что бежать дальше бессмысленно, а оставшиеся силы, пригодятся для последнего боя.

Но мы и так долго поддерживали высокий темп, и далеко, почти на линии горизонта, начала медленно появляться светлая полоса, а небо начинало сереть, предвещая скорый рассвет.

Рассвет, который нам не повезло встретить в бою. Окончательно устав, я сдался и слыша шум близкой погони и уже видя смутные фигуры преследователей, остановился, — готовясь к бою.

— Беги, Сяо. — У тебя, есть ещё шанс, скрыться от них. Но панда, дураком не был и грустно покачав головой, — ответил: — Без тебя, у меня нет шансов, выбраться отсюда. Днём раньше, днём позже, не имеет значения.

Пожав плечами, я вытащил свой топор и проверил, удобно ли выходит кинжал из ножен, а он вытащил свой шест, несколько раз крутанул его вокруг себя и честно говоря, его умение было довольно явным.

Оценив, мой взгляд, он вышел вперёд, — сказав: — Теперь, ты будешь, прикрывать мне спину. Но бой, опять пошёл не по-нашему сценарию. Звери не собирались давать нам шанса лёгкой победы и окружили нас со всех сторон, злобно рыча и смачно облизывая свои раскрытые пасти.

С их алчно оскалившихся зубов, капала густая слюна, которую, они даже не пытались слизывать, очевидно, зная, что мы очень вкусные, — по-крайней мере на их взгляд. Мне вспомнились, слова из песни группы ДДТ: — «Человеческое мясо сладко на вкус, это знают иуды блокадных лет».

А тут, что называется, два в одном и я невольно посмотрел на панду, а кто из нас вкуснее, наверняка он, а у меня вонючее мясо, я ж, из породы куньих, и приглашающее показал зверям на панду, отскочив при этом в сторону.

Что, в этот момент подумал панда, я не знал, но догадывался. Звери же подумали, что я струсил, и это было их ошибкой. Мне, же нужно было свободное пространство, а точнее не мне, а панде.

Ведь у него был боевой шест, пускай и примитивный и не очень прочный, но боевой, а для него нужен был простор. Так что, отскочив, я дал нам обоим преимущество перед ними.

Возникла пауза, перед тем, как броситься на нас и которую, я заполнил, задействовав свой групповой навык «Призыв». — Задрав свою голову вверх, я протяжно завыл, уже не боясь, что мой вой мог быть услышан волколаками, и привлечь их к нам.

Сейчас для нас наступал, возможно, последний бой и силы были явно не равны: — Мы вдвоём, против стаи хищных зверей.

И я хотел использовать все полезные умения, которые были у меня в арсенале, — навесив на нас обоих, бафф 20 % урона, своим воем.

Вой, — абсолютно не похожий на волчий, а скорее похожий, на хохот филина. Далеко разнёсся по округе, невольно заставив вздрогнуть, приготовившихся к атаке зверей и заставив их слегка замешкаться.

Ничего, так не может помочь в битве, как страх и неуверенность врага, — решил я, довольный, что успел.

Но, справившись с собой, выполняя приказ вожака, стая бросилась на нас вся разом. И закрутилась карусель атаки. Звери больше меня, но меньше панды, выбрали целью атаки его.

Шест в лапах панды закрутился и попав с ходу в челюсть первого из напавших, отбросил его, уже оглушённого в мою сторону, второго в противоположную. Не дожидаясь, когда ошеломлённый зверь очнётся и подымится на ноги.

Я подпрыгнул, и с размаху опустившись на него, чётко ударил по его шейным позвонкам. Топорик, с легкостью перерубил их, заставив зверя, задёргаться в предсмертной судороге.

Соскочив, я принял на грудь тушу, следующего врага, который дыша мне в морду, смрадным дыханием, пытался дотянуться до моего горла, одновременно пытаясь, разодрать моё тело, своими задними лапами с кривыми когтями.

Но мои когти, были не менее кривыми, зато намного острее. И подтянув свои задние лапы, я выдвинул свои когти, из мягких подушечек лап и стал драть его брюхо, на манер, как это делают кошки.

Не ожидавший, такого от меня, «иуда» взвыл, и ослабил свою хватку. Тут же воспользовавшись этим, я сбросил его и нанёс удар своим топориком, ему в рёбра, прорубив в них дыру.

Отчаянно захлюпав раненным лёгким и истекая кровью, «иуда» бросился на меня, в последнюю атаку, но встретился опять с моим топором и отброшенный тяжёлым ударом в голову, остался подыхать на смятой боем траве.

Оглянувшись, я смог в последний момент увернуться от летевшего в меня очередного зверя, раненного шестом Сяо и уже привычно махнув своим топором, добавил ему ещё одну рану, но уже в черепе.

А панда, уже с трудом справлялся, отражая атаки стаи, которая буквально висела на нём, несмотря на свои большие потери. Уже трое лежали сзади меня и ещё как минимум четверо, с разной степенью повреждений валялись вокруг него.

— Стая и какая-то важная мысль, мелькнула у меня в голове, напрягшись, я удержал её. Ну, конечно, стаей руководить вожак! Убить вожака и стая разбежится.

Оглянувшись, я увидел невдалеке вожака в окружении двух приближённых самок, которые одновременно являлись и его охраной. Не думая больше ни о чём, я прыжком переместился туда и вступил в бой.

Топор, опустился на голову первой, с хрустом разбив ей череп, из-за того, что она не успела отреагировать на моё появление. Зато, следующая, бросилась на меня, выбив из моей лапы топор и опрокинув меня на спину.

Но я, уже вошёл в боевой раж, и как, и в предыдущий раз, сгруппировавшись, стал драть её задними лапами, удерживая её, своими передними и вцепившись зубами в её плечо, не давая порвать ей, моё горло.

— «Хрыысь» с треском выдирались клочки меха и шкуры, как её, так и моей. Жёстко саднили, многочисленные порезы и ушибы, кровь из ран стало пропитывать её и мою шкуру, а мы всё катались и катались, по высокой траве и не как не могли победить, — ни я, ни она.

Пока это не было прервано, самим вожаком, который, отбросив израненную подругу одним ударом могучей лапы, не вцепился мне в горло, мёртвой хваткой и не в силах её перегрызть, стал меня душить.

Моё сознание стало меркнуть, в ушах появился назойливый писк, а перед глазами замелькали весёлые огоньки. Добравшись левой лапой, до своего бока, я вытащил свой кинжал и зажав его обратным хватом, нанёс удар.

«Иииииарррррр» — издал горловой звук вожак и выпустил на время моё горло, и я смог нанести ему второй удар, туда же в левый бок. Выпустив меня, вожак отпрыгнул и стал бить по мне своими лапами, каждый раз нанося ужасные раны.

Перед глазами, у меня всё поплыло, и я вызвал, свои статы здоровья, — они были ужасны. Жёлтая, — звериной сущности, находилась ниже 30 %, а человеческая, едва ли была больше 50.

Увидев, что шкала манны, задорно поблёскивает мне, ещё довольно большой полоской, я задействовал свою регенерацию и синяя полоска маны, стала стремительно уменьшаться, одновременно увеличивая обе полоски моего здоровья.

Воспрянув духом и с новыми силами, я сам пошёл в атаку и, сделав внезапный рывок к вожаку, я перебросил кинжал в свою правую лапу, и с размаху вонзил его, ему в грудь.

Вожак вздрогнул и попытался обхватить меня своими лапами и чтобы снова попытаться меня придушить, но я оттолкнул его, уже слабеющего, и снова ударил его кинжалом, проворачивая его в ране.

Правая лапа, у меня была сильнее, а кинжал, — недаром был с пламенеющим лезвием, которое было запрещено в средние века из-за ужасных ран, которое оно наносило.

И своё дело, он сделал. Густая, чёрная в темноте кровь, хлынула из его ран, заставляя опуститься на четыре лапы и зашататься. Не в силах держаться на лапах из-за полученных ран, он рухнул, через несколько секунд, и издав протяжный печальный вой издох.

Наш бой давно уже превратился в безобразную свалку и отведя взгляд от мёртвого вожака, я увидел, как упал панда, выпустив из лап изгрызенный и измочаленный десятком зубов шест.

Сразу четверо «иуд» повисли на нём, всей своей тяжестью, всё больше и больше склоняя его к земле, непрерывно кусая и терзая его своими когтями. Найдя, в изломанной траве, свой топорик и не обращая внимания на недобитую подругу вожака, я пошёл на помощь.

Сделав несколько шагов, я бросился на зверей и начал наносить по их спинам удары топором, разбивая им рёбра, перерубая позвоночники и лапы, пока в очередной раз нанеся удар, я не смог вытащить свой топор обратно, зажатый между позвонков особо мощного зверя и был сметён, следующим.

Дальше, я помню — плохо. Помню, что я опять достал кинжал и стал кромсать, наваливавшиеся на меня тела, помню, что бил наотмашь когтями своей левой лапы и отпихивал кого-то от себя задними.

Помню, что стаскивал с панды зверей и добивал, оставшихся раненных и на кинжале, после каждого удара загорались, каким-то серебристым цветом, неизвестные мне руны.

Очнулся я, уже утром, весь в крови и синяках, рядом хрипел от тяжёлых ран Сяо. Подняв голову, я огляделся вокруг. Солнце только встало и освещало своим ярким цветом, залитое густой кровью место битвы, с разбросанными тут и там телами зверей.

Двое ещё были живы, и дико клацали зубами, пытаясь добраться до нас, о чём свидетельствовали глубокие борозды в земле. Но с перебитым позвоночником, сильно не побегаешь.

Скуля и подвывая от боли, я поднялся на всечетыре лапы и поплелся к ним. В сердце дико полыхнула ненависть и я вытащив кинжал, схватил за уши первого из оставшихся в живых и перерезал ему горло.

Миг и на лезвии кинжала, вспыхнули слабым белым цветом маленькие значки рун и голова «иуды» легко отделилась от тела. Но я настолько вымотался, что даже не удивился этому.

Подойдя ко второму, я увидел в его звериных глазах ужас, хотя такого быть не должно. В этот раз, зверь не позволил себе перерезать горло и сопротивлялся до конца. Не долго думая, я ударил его под рёбра, прямо в сердце, и с точно таким же результатом.

Кинжал легко проник в тело и выпил из него жизнь, — на секунду вспыхнули маленькие руны и снова погасли. А я, обойдя все лежащие фигуры, проверил свой уровень здоровья.

Несмотря на полученные раны, регенерация сделала своё дело, и теперь, у меня было 50 % жёлтой и 60 % красной, от максимального значения шкал обозначающих силу жизни. Только синяя не радовала и была не больше 5 %. Но для активации навыка «знахарь», — мне больше и не требовалось!

Активировав навык, я стал искать целебные ингредиенты, вокруг себя. Мельком глянув на иконку напарника, я убедился, что у него, стабильно тяжёлое состояние и статы хоть и меньше, чем у меня, но ненамного, и кровотечения у него нет.

Что меня серьёзно порадовало, как нам быть дальше, я не представлял, но то, что нам надо было побыстрее сваливать отсюда, — было очевидно. В небе, постепенно снижаясь, стали появляться чёрные точки и очевидно, что скорее всего это были стервятники почуявшие добычу.

Мой взгляд улучшенный навыком, стал осматривать местность, но почему-то в отличии от леса, степь не собиралась меня радовать, целебными растениями. Случайно посмотрев на тела наших врагов, я с удивлением увидел, что у них внутри изумрудно-зелёным огнём, горела судя по форме и размерам их печень.

И этот огонёк становился всё более тусклым, значит, время уходит, и целебные свойства печени этих зверей иссякают. Выхватив кинжал, я бросился вырезать из их тел, целебную часть, после чего, съел её.

Насытившись, я вырезал печень у вожака и принёс её Сяо, тот тоже уже очнулся и, не кочевряжась, стал, её есть. Не насытившись, он вопросительно посмотрел на меня, и я принялся освобождать от неё всех остальных зверей и скармливать ему.

В ходе этого процесса, я насчитал порядка пятнадцати штук убитых нами зверей. Было ли их столько изначально, я не знал, да и не собирался этого узнавать, нам нужно было зализать свои раны и уйти отсюда.

Свои раны, я аккуратно вылизывал, морщась от резкого вкуса крови и грязи, а панде намекнул, что ему тоже надо бы активировать свой лечебный навык, и он не приятно пахнущая самка, чтобы каждый раз его вылизывать, даже зная, что спасаешь его.

Панда, намёк понял и принялся заниматься своим здоровьем. Где-то, через полчаса, когда стервятники уже кружили, почти над нашими головами, мы отправились дальше, стремясь уйти от побоища, как можно дальше и как можно быстрее.

Но густая и высокая трава, не позволила нам набрать высокий темп, но зато хорошо скрывала нас от чужих любопытных глаз. В конце концов, вдалеке показалось несколько деревьев.

Эта степь, была похожа больше на африканскую саванну, чем на степи Калмыкии или Ставрополья, и каждое дерево в ней, было уже чьим-то и на нём кто-то жил. Или хищные птицы, или семейство хищных, а то и растительноядных зверей, но очень многочисленное.

Поняв, что нам тут делать нечего, мы покружили рядом и найдя недалеко небольшой родник с вытоптанной тропой к нему, напились воды из него и обмыли наши морды и шкуры постаравшись смыть с себя кровь, как свою, так и чужую, что нам удалось.

Но удаляясь от родника, услышали большой переполох и истошные визги, пришедших после нас туда зверей и обнаруживших, запахи крови и неведомых посетителей. Пришлось экстренно ретироваться и запутывать следы в густой траве.

Убегая с места битвы, я всё-таки нашел несколько целебных растений и, сорвав их, жевал на ходу. Найдя, аналогичные — передавал их панде для той же цели. Кроме того, на глаза мне попалось, необычное растение с резким запахом, которое я тоже сорвал и растерев между лапами, чуть не задохнулся от резкой вони, забившей мне нос на полчаса.

Его, я и решил сейчас использовать. Найдя и сорвав несколько штук, мы вдвоём натерли им свои лапы и бросились дальше, надеясь, что нас не станут преследовать. Не спав ночь и сделав большой переход днём, да ещё раненые, мы быстро выбились из сил.

И остановились передохнуть в одной из неприметных лощин. Решив дежурить по-очереди, я остался дежурить первым, как только солнце стало склоняться к горизонту, разбудил панду и улёгся сам.

— Шэн, Шэн, звуки незнакомого имени раздражали меня, и я не хотел просыпаться, пока особо сильный тычок не выбросил меня из царства Морфея.

— А? — Что? — Где? Никак не мог очнуться я. Всё моё тело болело, лапы крутило, а пальцы скрючило, как от подагры — было так больно, что я заскулил.

— Шэн! Нам пора идти!

— Что? Какой Шэн?

— Шэн — это ты!

— Какой, я тебе Шэн! — Я, Ярослав!

— Для меня, ты всегда будешь Шэном! (по-китайски — Добрый), и Сяо, поклонился мне в пояс.

Его худая и теперь нескладная фигура, вся покрытая коростами старых и новых ран, была преисполнена скрытого достоинства и уважения, к спасшему его товарищу.

Оценив момент, я тоже наклонил свою голову в знак благодарности и уважения к словам панды и сказал: — «Ты теперь друг мне, а не просто напарник» И я приложил правую лапу к своему сердцу, одновременно склонив свою голову.

Торжество момента прервал, чей-то далёкий и заунывный вой. Встряхнувшись, мы засуетились и стали сворачивать свой полевой лагерь. Вещей у нас не было, только мой топорик, кинжал и привязанные к кожаному поясу трофеи и особо ценные травы в сплетённом мною из веток мешочке.

Заглянув, в окно статов, я обнаружил, что мой уровень, уже девятый, а у панды восьмой. Удивившись, я вызвал перед глазами всю панель своих характеристик.

Ваш текущий уровень — девятый.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 22 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 20 % к мане и + 25 % к здоровью;

— Самолечение; + 25 % к здоровью;

— Регенерация — 2,2 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается.

Вам добавлено новое умение:

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 56 % вероятность улаживания конфликтов.

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Пятый начальный.

Итого, я получил существенный прирост всех имеющихся у меня характеристик. Получил сразу три уровня и поднял на два уровня владение топором.

Странно, но ничего про кинжал сказано не было и он нигде не отображался.

А потом посмотрел характеристики Сяо.

Сяо: — текущий уровень — восьмой.

Навыки: — Веган: + 10 % урона хищным растениям.

— Мельница: + 10 % урона любой атакующей группе (хищников, разумных или их роботов)

Умения — Всегда в тепле;

Уровень владения боевым шестом: — Пятый начальный;

Уровень владения дробящим оружием: — Второй начальный.

Бой не прошёл для нас даром, и мы оба сильно поднялись.

Обрадованные этим, мы уже с более лёгким сердцем побежали дальше к цели нашего пути.

Глава 8 Степь. Битва с ящером

Время было около полуночи, и степь освещалось только неярким светом многочисленных звёзд. В этом мире не было Луны и вокруг планеты Ског не вращалось никаких спутников, ни больших не маленьких.

«Информаторий» лесных стражей, не давал никакой информации по размерам планеты и всего мира. Только в самом начале, при попадании в этот мир, я увидел, что планета, на которую я попал, называлась «Ског», а система, в которой она находилась, — «Сильва» и больше ничего.

Очевидно, что расы, населявшие эту планету, не были техногенными и не имели выхода в космос, а сам космос воспринимался ими, как пространство между межмировыми порталами.

Само понятие как «планета», у них ассоциировалось с миром, как таковым. И если мы, отделяем планету Земля, от мира людей, то у них это всё было совокупностью.

Ну а, захватчики со своими роботами, внесли коррективу в их знания, — за двести то лет. Как бы то ни было, но путь нам освещали, только звёзды, а судя по их количеству.

Планета Ског, находилась где-то в середине Млечного пути, и интерес инопланетян к ней, был понятен, по различным причинам, которые нет нужды здесь обдумывать.

Ночь безраздельно вступила в свои права, и мы жили вместе с ней, пытаясь раствориться в её царстве. Восстановиться полностью, мы ещё не успели и поэтому, темп передвижения был такой же, что и прошлой ночью.

Но нас это не смущало, за это время мы успели пройти почти половину пути остававшегося, до лесных предгорий и мы не собирались терять каждую минуту, стараясь побыстрее добраться до родного леса.

Панда, не был ночным животным и поэтому плохо ориентировался в темноте, полагаясь во всём на меня. То и дело, я слышал от него: — «Подожди Шэн!» — «Ты где, Шэн?» и так далее.

Через некоторое время, меня, это стало раздражать и, не выдержав, я спросил у него.

— Почему, ты всё время называешь меня Шэн? И так часто?

— Ну, мы же друзья и напарники.

— Меня зовут Ярослав! И, сейчас не время для разговоров и перекличек.

Панда замолчал и больше не отвлекал меня от бега, но мнения своего не изменил и по-прежнему, в любых обстоятельствах, называл меня Шэном и никогда — Ярославом или хотя бы Я́ро, на крайний случай, даже — Я́го. Нет! Для него я всегда был Шэном.

Мысленно плюнув и больше не «заморачиваясь» на эту тему, я бежал, стараясь контролировать своё дыхание и издавать как можно меньше звуков. Мои лапы мягко ступали на землю и раздвигали густую траву.

Которая сейчас больше не укрывала нас с головой, а была примерно по пояс. Мой нос вбирал в себя окружающие нас запахи и распознавал их по степени опасности.

Пару раз я, останавливался, чтобы откусить или выкопать целебные части растений, мой улучшенный навык «знахаря» в совокупности с «кунсткамерой» уже позволял это делать и заталкивал их в свой древесный мешочек и так уже почти полностью полный и оттягивающий мне пояс на спине.

Да, мне не помешал бы какой-нибудь полноценный мешок, типа рюкзака, который можно было носить на спине и что самое обидное, мне не хватило чуть, чуть опыта, для получения 10 уровня и тогда, мои пальцы на лапах, стали бы намного гибче и подвижней.

Так, я размышлял пока небо над головою, не стало сереть и мы не решили остановиться на привал, раз нам повезло этой ночью не нарваться на неприятности и спрятаться, пользуясь моментом, когда ночные хищники убирались в свои укрытия.

А, дневные, — выходили на охоту. И, собирались, отдыхать до обеда, в укрытии, когда в свою очередь и дневные хищники, начали бы прятаться в тени и не помешали бы нам идти дальше, к цели своего похода.

Остановившись, мы стали искать подходящее место, по утренней прохладе, пока искали, заодно и умылись, в выпавшей по утру росе и смыли с себя остатки пота и грязи, чем изрядно уменьшили запах от себя.

Но нам, нельзя было расслабляться и, найдя опять пахучую гадость, мы обмазали ею свои лапы, надеясь запутать своих возможных преследователей.

Найдя небольшой овраг, тянущийся в сторону и всё более сужавшийся далее, мы решили передневать в наиболее широкой его части. Дежуря по-очереди. Первым на стражу, заступил я…

Замеряя время по-солнцу, неторопливо плывущем по небу, я спокойно сидел в полудрёме, устало прикрыв глаза и насторожив уши, реагировавшие на любой шорох.

И через некоторое время, меня насторожило какое-то странное похрустывание, доносившееся из узкой части оврага, в остальном, всё было спокойно.

Открыв глаза, я пока ничего подозрительного не увидел, пока переменивший направление, лёгкий степной ветерок, не донёс до меня мускусный запах неизвестного животного.

Вскочив со своего места, я толкнул спавшего Сяо и сделал пару шагов в глубину оврага и не пожалел об этом. Навстречу мне, из-за поворота ринулся огромный ящер тёмно-зелёного цвета, с причудливым гребнем вдоль всего тела усыпанным острыми шипами грязно-жёлтого цвета, даже на вид выглядевшими очень опасными.

К тому же на кончиках каждой иглы, виднелась маслянистая капелька жидкости, чей запах, я и учуял, а на конце гибкого и длинного хвоста, виднелось утолщение, очень похожее на природную булаву земного стегозавра, которая покачивалась у самой земли.

От неожиданности этой атаки, я растерялся и на одних рефлексах, отпрыгнул в сторону, уйдя с траектории движения опасного ящера, на одну из стенок оврага и только там, догадался достать свой топор.

Сяо, разбуженный моим толчком и едва продрав свои медвежьи глаза, испугался как-бы не больше, чем я, и, выпустив вонючую струю — «медвежьей болезни», успел отпрыгнуть на противоположную сторону оврага.

Ящер, пронёсшись между нами и попытавшись, стегая хвостом в разные стороны, достать кого-то из нас: — не преуспел в этом. И разозлившись из-за неудачи, развернулся и ринулся на Сяо, — посчитав его более крупной добычей.

Сяо, схватив свой боевой шест, изо всех сил ударил им по голове ящера.

«Брамс» — и послуживший хорошую службу шест, разлетелся в щепки, сломав только пару шипов на голове ящера и слегка его контузив. Гораздо больший урон, он ему нанёс, когда, развернувшись к нему задом, — пулей вылетел из оврага.

И повторная «медвежья болезнь» короткой, но мощной струйкой, залила ящеру, его бессовестные глаза и носовые щели, выведя на время его из строя.

Воспользовавшись передышкой, я подскочил к ящеру, со своей стороны оврага и попытался ударить его топором, но его булава на хвосте, со свистом рассекла воздух и ударила в меня.

Не успев от неё увернуться, и это несмотря на всю свою ловкость! Я получил, такой удар в рёбра, что в глазах у меня потемнело, а рёбра мучительно сжались — пытаясь скомпенсировать своей гибкостью, силу удара.

Отчего у меня вышибло воздух из легких, я покатился вдоль оврага, весёло подпрыгивая на травяных кочках, и на мгновение, потерял сознание.

Очнувшись, я увидел как ящер, мотая своей башкой, очищает её об густую траву, от испражнений моего напарника, одновременно готовясь к повторной атаке.

Вскочив, я подхватил свой топор, валявшейся неподалёку от меня и изо всей силы метнул ему в спину. Поднявшийся гребень, перехватил его и, срубив несколько шипов, застрял в нём.

Создалась «патовая» ситуация, мы были без оружия, а ящер был слегка ранен и не способен быстро передвигаться. Что дальше делать, я не знал.

Ящер, раскачивая своим опасным хвостом, медленно приближался ко мне, а я, имея в наличии, только один кинжал, не имел возможности подобраться к нему ближе, — опасаясь не только его булавы, но и страшных ядовитых шипов, противоядия от которых я ещё не знал.

Положение спас Сяо. Видимо когда прошёл первый испуг, его мозг начал адекватно работать, и он нашёл нужное решение нашей проблемы. Конечно, можно было просто убежать и забыть об этом ящере, но я бы потерял топор, а вместе с топором и уверенность в себе, что сейчас было, как бы не ценнее самого оружия.

Уже почти забравшись на стенку оврага, я медленно отступал, когда появившейся панда, тщательно прицелившись, сильно метнул большой камень, найденный где-то поблизости.

Камень попал прямо в рёбра, где, под тонкой кожей, они ходили ходуном, показывая, что ящер, тоже взволнован идущим боем. Сила удара, опрокинула ящера набок, и топор с хрустом сломал ещё один шип и проломился дальше.

Хвост ящера обмяк, не теряя времени, я как коршун, бросился на него, вытаскивая кинжал. Ящер, ещё успел, вернуть, своё тело параллельно земле, когда я в ярости ткнул ему кинжалом в шею.

Маленькие руны опять вспыхнули серебристо-белым огнём и клинок, легко, как пилой сверху вниз, перерезал ящеру шею, оставив висеть голову на одном позвоночнике.

Хлынула кровь, зелёно-синего цвета и ящер не в силах атаковать, завалился набок. Жизнь быстро уходила из его тела, и я, наученный, предыдущим случаем, активировал своё умение поиска ценных ингредиентов.

Так и есть, кровь, вытекающая из ящера, явно входила в состав каких-то снадобий, повышающих ману, — отсвечивая в ультрафиолетовом диапазоне, но, увы, мне не во что было её собирать.

В отличии от ядовитых шипов, которые отчётливо сияли красным, недвусмысленно указывая на свою принадлежность к оружию, как впрочем и хищные цветки «кувшинок».

Ещё можно было снять кожу и поразмыслив, я решил это сделать. Кожа из рептилий была крепкой и хорошо растягивалась, и из неё можно было сделать чехол или мешок.

Поразмыслив над трупом ящера и посоветовавшись с Сяо, мы пошли посмотреть осмотреть то место, откуда явился ящер. Идти было недалеко и, пройдя чуть дальше, под густыми кустами на склоне оврага, мы увидели широкую нору, из которой несло знакомым запахом.

Невольно, пришлось почесать свой пушистый затылок в раздумьях: — А, стоит ли туда вообще лезть?

Панда сбегал за остатками своего шеста и засунув туда его на всю глубину, «пошурудил» им в норе, но так ничего не добилися и оттуда никто не вылез.

Броски мелких камней в темноту норы, тоже ничего не дали. Никакого шума в ней слышно не было, кроме шума от камней и палки. Я был, меньше Сяо и поэтому, пришлось лезть мне.

Вытащив кинжал, я осторожно полез во влажную темноту. По размерам, нора была чуть больше меня и постепенно расширялась, пока не закончилось круглой камерой, с кладкой яиц посередине.

Яиц было всего два, они были синего цвета и лежали в гнезде из сухих травинок. По углам пещеры, валялись старые шипы, скорее всего после линьки.

Больше ничего ценного в пещере не было, если не считать кучек окаменевших испражнений, валявшихся на входе, никаких останков съеденных животных или снаряжения видно не было.

Жалко, что он не съел ни одного робота, а то нам бы достались, куски превосходной стали или оружие. Но чего нет, того нет, и я стал собирать старые шипы ящера, набрав их целую охапку.

Собрав все целые и захватив оба яйца, я вылез из норы и подробно рассказал обо всём Сяо. И мы пошли к убитому ящеру. Ящер лежал там же, где мы его оставили. Из его горла, вылилась целая лужа крови и впиталась в землю, изменив её цвет на почти фиолетовый.

Решив, что дальше идти не стоит, мы решили остаться здесь на сутки и передохнуть перед последним переходом, набраться сил и если можно так сказать — здоровья.

Подумав, — я решил, оттащить ящера подальше и там его разделать, а заночевать в его норе, немного расширив вход, чтобы туда мог пролезть панда.

Сказано — сделано, и мы оттащили его метров на пятьсот в сторону, где я, вытащив из хребта свой топор, сначала вырубил все целые шипы, а потом мне в голову внезапно пришла хорошая мысль.

И, кинув задумчивый взгляд на хвост, я начал ощупывать булаву на его конце. Она оказалась костяной, тёмно-зеленого, почти чёрного цвета и отливала металлическим блеском.

Взяв в лапы топор, я обнаружил, что мои пальцы удлинились и стали гибче, а кроме того, на них появились дополнительные фаланги, а значит! И посмотрев свой статус, я убедился, что сразу перескочил на целый уровень и мой текущий уровень, сейчас был одиннадцатый.

Несказанно обрадовавшись, я ударил топором в основание хвоста ящера и врубился в позвоночник. Тот долго сопротивлялся и сильно затупил лезвие и так много пережившее, но, помучившись, я всё-таки отрубил его.

И теперь, держа в лапах гибкий хлыст с булавой на конце, похожей на шар, покрытым неровными буграми, — проверял его в качестве оружия.

Оружие получилось впечатляющим. Хлыст злобно свистел, шар на конце, обрушивался на землю и оставлял в ней глубокие вмятины, легко раскручивался, и был послушен в руках, обладая почти идеальной балансировкой, что весьма меня радовало.

Сяо смотрел на меня умоляющим взглядом, но я делал вид, что не понимаю его, и продолжал наслаждаться новым оружием. Наконец, вдоволь помучив своего напарника, я всё-таки поддался жалости и отдал хлыст ему.

— Спасибо Шэн, спасибо Шэн, спасибо Шэн! Закланялся, обуреваемый лучшими чувствами Сяо.

— Не за что! — Цени, пока я жив! — сказал я стандартную фразу русского дарителя.

— Ты, что! — Не говори так! — Я никогда не забуду, твоей доброты! — и Сяо опять поклонился.

— «Хорошо», отмахнулся я от него и достав свой кинжал, начал снимать шкуру с ящера, пока ещё не стемнело. Провозился я, часа три, — шкуру мне приходилось снимать впервые, — тем более с ящера.

Я, кое-как, — снял с него основные куски, исключая кожу с лап и головы, бросив остальное, как есть, и уже в сумерках, мы двинулись обратно.

Дойдя до оврага, я очистил шкуру и себя, от крови, сложил в неё все найденные шипы, — которые обозвал дротиками, потому что они были длинной около 50 сантиметров и, обмазавшись с пандой вонючей травой, отправились спать в нору ящера.

Перед тем как заснуть, я посмотрел свои характеристики, вызвав соответствующую иконку..

Ваш текущий уровень — одинадцатый.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 22 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 22 % к мане и + 25 % к здоровью;

— Самолечение; + 25 % к здоровью;

— Регенерация — 2,3 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 56 % вероятность улаживания конфликтов.

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Шестой начальный.

А потом проверив и характеристики панды

Сяо: — текущий уровень — девятый.

Навыки: — Веган: + 10 % урона хищным растениям.

— Мельница: + 10 % урона любой атакующей группе (хищников, разумных или их роботов)

Умения: — Всегда в тепле;

Уровень владения боевым шестом: — Пятый начальный;

Уровень владения дробящим оружием: — Третий начальный.

Таким образом, мы с Сяо, подняли свои уровни и улучшили навыки владения оружием, а я ещё немного поднял прирост к мане. И самое главное, я мог уже использовать огонь и лучше держать оружие в руках, не полагаясь на свои когти и зубы, сломав которые, — я уже бы не смог их восстановить.

Глава 9 И снова здрасте!

Утро, мы благополучно проспали, устав от вчерашних событий. Проснувшись от голода, я полез на выход, а вслед за мной и Сяо. Вчерашних ягод и корешков, явно было недостаточно.

Ведь мясо нам так и не досталось. Ящера есть было невозможно, а сил на охоту, у нас уже не осталось.

Выйдя из оврага и оглянувшись, я заметил кучку стервятников на месте убитого и брошенного нами ящера, кроме них его мясо видимо переварить больше никто не мог.

Убедившись, что опасности пока нет, мы принялись за поиски пищи, которой вокруг было много, но она была мелкая. Ягод и диких фруктов, вокруг не наблюдалось.

Вкусных корешков, было до обидного мало, а жевать траву мне не нравилось. Хотя панда, смог найти себе, что-то по вкусу и увлечённо грыз побеги толстого и высокого растения, смачно и довольно чавкая.

Я же позволить себе такого не мог и принялся искать и ловить мелких животных, но стараясь избегать рептилий, с содроганием вспоминая вчерашнюю битву и её непредсказуемые последствия.

Через некоторое время мне удалось, сначала поймать, пару мелких зверьков, похожих на тушканчиков, а потом, заметив толстого коричневого зверя, жившего в глубокой норе и ненароком вспугнув его.

Долго ждать в засаде, надеясь его поймать, когда он вылезет. Но поймал я не его, а его собрата, когда тот осторожно и тихо пытался пробраться к норе, видимо, не успев в неё вернуться при моём появлении.

Выпрыгнув из травы, я прижал его жирное тело к земле и схватив его за горло, разорвал его своими зубами, почувствовав как горячая солоноватая кровь заполняет мою пасть.

На краткий миг, моя звериная сущность возобладала надо мной, и полоска звериной жизни ярко вспыхнула жёлтым цветом, перед моими глазами.

Судорожно сглотнув кровь, я оторвался от уже мёртвого зверька и оттащив его подальше от норы, стал свежевать его кинжалом, закончив, я разрубил его на куски и медленно съел.

Жалея, что мои удлинившиеся пальцы и появившееся навыки, сейчас могут помочь развести огонь, но, не имея ни кресала, ни топлива для него, я не мог этого сделать.

Грустный, но сытый, я поплелся обратно, захватив с собой оставшееся мясо. Придя в овраг, я отдал его панде, а тот поделился со мною найденными корешками.

Так поочерёдно охотясь и занимаясь собирательством, мы провели день. На ночь, мы опять залезли в ту же нору и спали до утра. В дальнейший поход, мы решили идти после обеда, когда схлынет дневная жара.

С утра поднявшись, мы опять поохотились и поев завалились спать в нору. Проснувшись и собравшись, мы собирались выйти из оврага, когда я обратил внимание, что на месте, где пролилась кровь ящера, и сильно пропитало землю.

Вырос небольшой цветок ярко-фиолетового цвета. Насторожившись, от такого совпадения, я машинально активировал свой навык. Так и есть, весь цветок просто фонил, своей принадлежностью к Мане, — причём целиком.

И наиболее ярко светилась его подземная часть. Пришлось, задержаться на пару минут, и выкопать растение целиком. И сунуть, в свою корзинку, к остальным растениям, которая впрочем, и так была забита до отказа, гербарием и между ними лежали, два захваченных мною яйца из кладки ящера.

Закончив с этим и отряхнув с лап землю, мы зашагали, навстречу судьбе.

Солнце медленно опускалось за горизонт, мы медленно и монотонно шагали по степи, прислушиваясь к различным звукам и внимательно смотря по-сторонам в поисках опасности.

Ничто не предвещало беды, но я не расслаблялся, зная, как всё может быстро перемениться. Идти было легко, наши привычные к долгой ходьбе лапы, мягко сминали не очень высокую траву.

Чем ближе к предгорьям, тем трава была ниже и реже, вскоре стали попадаться, каменистые или песчаные проплешины. Проходя по ним, мы старались не издавать шума, надеясь, что нас никто не заменит.

Довольно долго так и было, но наше путешествие, несмотря на то, что было далеко от завершения, не давало никаких гарантий, что будет успешным.

А опыт прошедших дней показывал, что нам везло только в бою. В остальном же, если была вероятность встретить кого-нибудь, с кем можно было подраться, то мы его и встречали, и дрались.

Так было и на этот раз. Не успела, ещё закончиться ночь и уже показались предгорья. И далеко впереди, виднелся редкий лес, сливавшийся на горизонте в сплошную полосу.

Где-то там, за ним, была цель нашего путешествия — гора Снек. А позади, постепенно нагоняя нас, появились фигуры зверей издалека пока неразличимых.

Тем не менее, мы резко ускорили свой шаг, торопясь в сторону предгорий. Я, вытащил на ходу свой топор и проверил подушечкой пальца, его остроту.

Вчера, я, потратил пару часов, оттачивая его, плоским камнем, найденным в степи.

Но нас отчетливо нагоняли, теперь, уже ясно были видны, вооружённые фигуры, и палки в их лапах, явно были копьями.

Оглянувшись в очередной раз, я с ужасом узнал в пятерых нагонявших нас зверей, не людей или зверолюдов, а волколаков.

— «Ё-моЁ»! — Сяо, бежим! И я рванулся изо всех сил вперёд, к постепенно приближающемуся лесу, до которого мы явно не успевали.

И снова ветер свистел у меня в ушах, а лапы мелькали в быстром беге. Увидев, что мы заметили и узнали их, волколаки прибавили в скорости и, несмотря на наши попытки убежать, неумолимо настигали нас.

Поняв, что мы не сможем от них убежать, я остановился, еле переводя дух, и остановил панду злым окриком. — «Тпру, стоять!»

Сяо, не сразу поняв, что я хочу от него, — пробежал по инерции ещё пару шагов и остановился. Потом развернулся и быстро сообразив, стал снимать с себя, подаренную мной и ящером, ручную булаву.

За двое суток, хвост ящера усох, но всё ещё оставался гибким и даже можно сказать, стал лучше, удобно лежа в руке и уже не скользя.

Я вытащил из-за пояса, ядовитые шипы, завёрнутые в кожу ящера, и разложил их на земле. Внимательно осмотрел, и, теряя драгоценные секунды, оставшиеся до столкновения, выбрал три штуки, из тех, где яд всё ещё маслянисто блестел на кончике шипа.

И надев обратно на себя пояс, положил рядом с собой два отобранных, а один взял в лапы. Остальные, завернул обратно в шкуру и кинул в какую-то ямку поблизости.

Не дожидаясь, когда они подойдут ближе, я завыл, активируя свой навык "призыва", — долгий и заунывный вой прокатился по степи и ушёл к лесу.

Волколаки к этому времени, уже приблизились к нам на расстояние выстрела из плохого лука, и мы теперь могли рассмотреть их в полной мере.

— Их, было пятеро. Один из них, (самый низкий и худой), с крупным носом, как у ищейки, бежал впереди и вооружён был, таким же хопешем, что и тот, который забрала себе рысь.

Второй, самый крупный из них, был, скорее всего, их вожаком и его янтарного цвета глаза, заставили вздрогнуть меня, когда я встретился с ним взглядом.

Болезненного поморщившись, от укола страха, я снова глянул на него и увидел, что он единственный из них, был вооружён мечом, похожим на турецкий ятаган.

Третий, четвёртый и пятый, несли в руках короткие копья и бежали следом за первыми двумя.

План боя, созрел в моей голове. Под влиянием адреналина, голова заработала, чётко и ясно трансформируя полученную информацию в возможные решения.

И быстро просчитав, все за и против, я выхватил из чехла топор и послал его в первого из волколаков, который был, скорее всего, тем, кем и выглядел.

Не успев отвернуть от топора, он «поймал» его плечом, и выведенный из строя, громко и жалобно подвывая, покинул слаженный строй, закрутившись волчком, на земле.

Вожак, не притормаживая и не обратив, никакого внимания на раненого сородича, поднял меч и кинулся на меня, — считая безоружным.

Быстро переложив дротик из левой лапы в правую, я не целясь метнул его в вожака и не глядя на результат, подхватил оставшиеся два и отпрыгнул далеко в сторону.

И тогда, уже посмотрел на него. Мой дротик, застрял в шкуре волколака, бессильно повиснув, — разрубленный надвое, а сам волколак, стремительно приближался ко мне.

Остальные трое оставив меня на закуску, бросились на Сяо, собираясь поднять его на копья.

— «Блин, хоть бы спросили, кто мы такие и зачем пришли и откуда. Так нет же, сразу кинулись убивать», — невольно подумал я.

А потом, мне просто стало некогда думать, я прыгал и уворачивался от ятагана, которым волколак, владел просто мастерски. В обеих лапах, я держал, оставшиеся шипы и никак не мог применить их по назначению.

Наконец, устав махать мечом, волколак подпустил меня поближе, чтобы решить всё одним ударом.

Увидев, что смогу до него допрыгнуть, я решился на это, но, не долетев до него на один шаг, бросился на землю, пропустив над собой шипящий воздух, издаваемый промахнувшимся ятаганом, и ткнул правым шипом, снизу в него.

Прокатившись дальше, я, встал на лапы, и сразу отпрыгнул, как можно дальше, после чего обернулся, боясь увидеть его сзади.

Волколак, бежал ко мне, но делал это с трудом.

Видно было, как нестерпимая боль сковывает его движения, но ярость и дикая сила, вместе с волей к победе, двигала его вперёд, не дожидаясь очевидного.

Я, бросил, последний оставшийся у меня дротик — ему в живот. На этот раз, он не смог отбить его и бывший шип, вонзился в его тело, добавляя свой яд, к уже имеющемуся.

Смертельная судорога скрутила его, чудовищные мышцы напряглись, рельефно выступая на его груди и животе, и он упал на землю, содрогаясь в конвульсиях и роняя хлопья пены изо рта.

Сзади него, стал, виден панда, показывающий чудеса акробатики и насвистывая своей булавой в разные стороны. У одного из волколаков, было сломано копьё, у другого плечо, и на помощь им шёл, четвёртый — раненый мною.

В это время затих, после бешеных конвульсий, их вожак, но остальные продолжали биться. Теперь вокруг Сяо, сгрудилось четверо оставшихся, и уже мешали друг другу.

Оценив, в несколько прыжков, я, очутился близ ищейки отдавшему свой хопеш, собрату без копья и ударил его кинжалом под рёбра, он вздрогнул и умер.

Отпрыгнув, в сторону другого раненого, я добил его ударом сзади. Растерявшиеся от такого поворота событий, последние два волколака, отступили в разные стороны.

В это время, активизировался Сяо, из последних сил в каком-то интересном финте, нанёсший удар хлыстом по ближайшему волколаку. Тот покатился по земле от силы удара.

Сделав обманный финт, я бросился к лежащему и ударил его, кинжалом в грудь, — пламенеющее лезвие, вспыхнув на последок рунами, пробила ему грудь и забрала его неправедную жизнь.

Оставшегося волколака, мы, уже не спеша, загоняли в угол, своими непредсказуемыми действия, пока он усталый и деморализованный, не ошибся, и шипастый шар, не пробил ему, — его непутёвую голову.

Не в силах больше стоять, я рухнул на землю от бессилия, рядом упал Сяо, не в силах даже говорить. Помолчав, я взял, свой кинжал в лапы и стал внимательно его рассматривать.

На его сейчас тёмной, почти чёрной поверхности, выступали светлые слабо светящиеся серебристым огнём руны. «Ренегат», — внезапно смог прочесть я.

— «Ни фига себе», — я уже и по-звериному, научился читать! — Ну, в смысле их руны.

Получается — 10 уровень, не только улучшает моторику пальцев, но и добавляет умение читать местные символы и буквы. Очень, очень полезное умение.

Показав, свой кинжал Сяо, я спросил у него: — Видишь руны?

— Да. — И, что написано? — «Ренегат» — по складам прочитал он.

— Ха, значит у тебя сейчас десятый уровень. Да?

Заглянув, в его и собственные «статы», я в этом убедился ещё раз.

…………………………………………………………………..

Ваш текущий уровень — пятнадцатый.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 23 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 22 % к мане и + 25 % к здоровью;

— Самолечение; + 25 % к здоровью;

— Регенерация — 2,3 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается.

Вам добавлен новый навык:

— Шипы: + 5 % к поражению метательным оружием

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 56 % вероятность улаживания конфликтов.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Восьмой начальный.

…………………………………………………………………………………………..

Сяо: — текущий уровень — десятый.

Навыки: — Веган: + 10 % урона хищным растениям.

— Мельница: + 15 % урона любой атакующей группе (хищников, разумных или их роботов)

Умения: — Всегда в тепле;

Уровень владения боевым шестом: — Пятый начальный;

Уровень владения дробящим оружием: — Пятый начальный.

Просмотрев их, мы принялись собирать оружие. Сяо достался хопеш и копьё, мне ятаган и другое копьё. Собрав брошенную шкуру с шипами и подобрав свой топорик, о котором я в спешке чуть не забыл, мы поспешно удалились с поля боя, и прихрамывая, направились к находившемуся недалеко лесу.

Бросив трупы врагов, и сломанное оружие, постоянно оглядываясь и боясь, что на нас ещё, кто-нибудь нападёт, мы продвигались к нему с каждым сделанным шагом, пока, наконец, не добрались до него, когда солнце уже высоко светило над горизонтом.

Глава 10 В предгорьях

Добравшись до первых деревьев, мы обессиленные повалились на землю, идти дальше просто не было сил. Но идти дальше было нужно. И этот патруль, навряд ли был единственным. И значит, нам нужно было, как можно быстрее, затеряться, среди деревьев.

Передохнув, мы натёрлись остатками вонючей травы и медленно побрели по лесу, ища надёжное укрытие на ночь.

Солнце, медленно плывя по небосводу, постепенно склонялось к линии горизонта, напоминая нам лишний раз, чтобы мы поторопились с убежищем.

Деревья здесь, далеко отстояли друг от друга и напоминали, своими крепкими стволами, огромные дубы на Земле. Всё пространство под ними было покрыто редкой и невысокой травой или вообще, покрыто лишь, листвой и старыми ветками.

Изредка встречались кустарники, с различными плодами или вообще без них. Мы останавливались, чтобы оборвать их и насытиться, либо проходили мимо, — если они были несъедобными.

Возможно, у вас возник вопрос, каким образом, мы определяли, съедобны плоды или нет. Решение было очевидно — пробовали на вкус и если панда, не корчился в муках, то ели дальше, а если нет, то я откачивал его, и мы брели дальше.

Но это неправда! На самом деле, я каждый раз активировал свою способность и проверял ею плоды: — Ядовитые, — светились чёрным цветом, обычные нейтрально-розовым, целебные — зелёным, обладающие качествами, повышающими Ману — фиолетовым и так далее.

Кроме этого, при переходе, нам вложили некоторые данные о мире, в который мы попали, её растениях и животных, но вот названия их мы не знали, или пока не знали.

Очевидно, либо не хватило возможностей, чтобы нам передать эти сведения в общей базе, либо не сочли нужным, либо посчитали, что лучше, когда разумный обо всём узнаёт постепенно, как ребёнок, который учится жизни с годами, а не с помощью безусловных рефлексов.

Поэтому, нам с Сяо и приходилось вырабатывать условные рефлексы, для того, чтобы выжить — таковы были условия нашего пребывания здесь, и не нам было их менять.

В конце концов, так и не найдя, ничего похожего на укрытие, мы набрели на очередное громадное дерево, которое, судя по стволу, прожило не меньше тысячи лет, и стали карабкаться на него.

Найдя пару отличных развилок, мы стали устраиваться на ночь. Я предпочёл повыше и в стороне от центрального ствола, а панда на одной из центральных развилок, но тоже довольно высоко.

Пристроив рядом с собой волколакское копьё, я внимательно осмотрел его. В целом копьё было очень неплохим. Простое древко из крепкого дерева и отполированное лапами владельца, оно заканчивалось лезвием, на которое были нанесены кривые бороздки, которые светились в свете моего навыка чёрно-зелёным светом.

Очевидно, что волколаки, не чурались боевой магии и её ядовитой составляющей. Наверняка, раны, полученные от такого копья, долго не заживали и мучительно болели, не давая зарубцеваться ране.

Сделав себе мысленный зарок, стараться не попадать под удар, такого копья, я отложил его, зафиксировав на ветке. И достал из-за пояса, доставшейся мне ятаган, который был не менее примечателен.

Он удобно лежал в лапе и мои пальцы, которые почти стали похожие на человечьи, но с острыми когтями, могли хорошо его удерживать. Но для меня он был тяжёл.

Ятаган, рассчитанный на более высокого разумного, являлся оружием для нанесения удара сверху или сбоку, и не мог эффектно наносить колющие удары, хотя и годился для них. Кроме того, владелец, должен был обладать большой физической силой, которой у меня не было.

Моё преимущество, было в ловкости и изворотливости и относительно небольших размерах, точнее не таких огромных, как у волколака.

Мне же он подходил с большой натяжкой, тоже было и с «корабеллой» и с «дао», которые я видел в хижине «косматого». С сожалением, засунув его обратно, я вытащил дротики и осмотрел каждый.

После осмотра, нарвав широких листьев приютившего нас дерева, я обмотал их ими, сделав удобные рукоятки. В дальнейшем из них могли получиться неплохие дротики или что-то похожее.

Разобравшись с оружием и дальнейшими планами, я заснул, уже во сне слыша, как крутившийся, как юла на своей развилке медведь захрапел, «отрубившись» от усталости и ещё успел испугаться, как-бы нас не нашли, по его храпу, но не в силах перебороть сонливость, последовал его примеру.

Проснувшись рано утром оттого, что у меня затекло всё тело, я спрятал свои когти, которыми держался во сне за кору дерева и глянул вниз. Снизу с таким же любопытством, что и я, смотрели несколько десятков пар глаз, больших чёрных тварей, похожих на шакалов-переростков.

— «Оппа-на — пацаны!» и я, быстро посмотрел в сторону, где спал панда.

Сяо, не спал, и видимо давно, никак не решаясь, разбудить меня, и явно чувствовал свою вину.

— Ну, что «братан»? — Ты своим храпом, перебудил всю округу и теперь эта «округа» — собралась внизу нас поприветствовать.

— «Аллилуйя», — мы самые популярные в этом мире. — Спешите, спешите! — Впервые аттракцион, невиданного мяса, сам пришёл к вам гости. Попробуйте нас на вкус, и вы не пожалеете! — Да, Сяо?

И я, пребывая в бешенстве, продолжал злорадствовать, ещё некоторое время, но это было скорее от бессилия, чем от злости. Наврядли, в этом виноват был только он.

Скорее, наша отменная удача, не знание местных раскладов и зверей, усталость и просто банальная неосторожность и пофигизм, от беспросветной круговерти больших и малых сражений, с враждебной фауной, и разумными расами этого мира.

Но, делать было нечего, и проблему надо было решать, пока она не стала колом, или кока-колом, были, ещё вариации с пепси-колом, но я, их опустил — остановившись на первой.

— «Братья», — с пафосом обратился я к находящимся под деревом животным.

— Давайте жить в дружбе! И не пытаться друг, друга есть! — А?

Но, толпа внизу безмолвствовала. И только один молодой кобель, что-то иронично тявкнул, но был тут же пристыжен, грозным рыком своего старшего собрата.

— Ну, что ж, Сяо. — Мой наиболее вкусный друг. Наверное, настала, твоя очередь, говорить с нашими новыми друзьями? И я поощрительно кивнул ему, приглашающее, указав ему на них.

Сяо, судорожно сглотнул и начал говорить, немножко в своей манере смягчать слова, и истерично повышая некоторые ноты звукового ряда.

— Успех, к сожалению, был минимален! Внимательно послушав, голос Сяо, они, подскочили со своих мест и начали лихорадочно нарезать круги вокруг дерева, время, от времени пытаясь забраться на него, — в надежде попытаться полакомиться нашими тушками.

— Увы, им, — такой надежды, я не собирался им представлять, и мой верный панда, был со мной солидарен.

В общей сложности на нас напала небольшая стая из восьми голов, или шкур, возможно, ушей, — но не суть. Проблема была, в том, что я не знал, как от них отбиться!

Их было много, и они были в тельняшках, … в смысле — крупнее нас. Панда ещё не отожрался, я, тоже. А то, у нас был бы шанс, упасть на них сверху и раздавить хотя бы по-парочке, глядишь, и бой прошёл бы на ура.

А, так…

И я, обратился к панде: — Что, будем делать? — Биться! — был он категоричен.

И биться…, биться стало сердце чаще. — Ебиться, … ебиться, стало сердце чаще, — начал я напивать песенку, которую пел старый извращенец, и чувствуя себя в таком же положении.

— Ладно, панда! — Придётся, тебе доверить, самое ценное, что у меня есть… мои задние лапы. И вытащив, ятаган, я стал спускаться вниз, где повиснув вниз головой, стал дразнить «шакалов».

Держась когтями трёх лап за древесную кору, я мотал четвертой, перед их носами, приведя в неописуемое возбуждение — всю стаю.

Панда, наконец, сообразил, что я хочу сделать и, спустившись вслед за мной, помог мне, страхуя меня на поверхности ствола дерева.

Дразня тупых, но жадных животных, я выждал удобный момент и вытащив ятаган, рубанул им, пролетающего подо мной шакала, разрубив его напополам.

Дико взыв, остальная стая бросилась на дерево, помогая друг, другу и пытаясь достать меня зубами, чем несказанно облегчили мне работу, в деле уменьшение их поголовья.

Рубя направо и налево ятаганом. Я отсёк одному из них, его непутёвую голову, другому — лапу, третьему — опять лапу, но заднюю и четвёртому — хвост.

Таким образом, уменьшив стаю, почти в два раза.

— Тащи, обратно, — крикнул я, Сяо. И тот быстро затащил меня обратно. Отдышавшись, я снова крикнул: — А теперь, в атаку!

И мы вдвоём кубарем слетели с дерева, рухнув на головы, ещё не «очухавшихся» шакалов. Особенно удачно упал Сяо, придавив своей тушей, одного из раненных шакалов, который не успел отбежать от дерева.

Я же, с размаха ударив ближайшего ко мне ятаганом, оставил его в его уже почти мёртвом теле и отпрыгнув от следующего, поймал его в прыжке своим кинжалом.

Мягко, почти нежно, волнистая сталь зашла в его сердце и пробила его насквозь, не удержав его тушу, я чуть не вывернул себе лапу, сбрасывая его со своего мини-фламберга.

И еле увернулся, от удара хопешем, по бросившемуся на него сзади очередному шакалу. Хопеш Сяо, раздробил голову шакалу и отбросил его в сторону.

Последние из оставшихся в живых шакалов, не желали прекращать драку, хотя один из них был — безлапый, другой — бесхвостый и один ещё целый.

Развернувшись, они бросились бежать в разные стороны, не желая упускать негодяев, я вспомнил о своём топорике и широко размахнувшись, пустил его в великолепный полёт.

Прокрутившись в воздухе два раза, он рыбкой пролетел над бежавшим последним шакалом и попал в следующего, который был ещё невредимым.

Но, увы, вместо того, чтобы ударить лезвием или обухом на крайний случай, он попал всего лишь рукояткой, бессильно скользнув вдоль спины шакала.

Почувствовав удар, шакал повернул голову, и мне показалось, что он радостно мне ухмыльнулся, став, свидетелем моего позора и уже медленнее побежал дальше.

Сяо, — видевший всю сцену, быстро взобрался по дереву и спрыгнул с него уже с копьём и почти не целясь, мощно швырнул его. Копьё свистнув, впилось в спину не успевшего убежать шакала.

Подпрыгнув от неожиданного удара, пронзённый копьём насквозь он упал и забился в конвульсиях, не в силах бежать.

Оставалось двое, из всей стаи, но «бесхвостый» воспользовался ситуацией в свою пользу и сбежал, а безлапый усиленно ковылял прочь, прихрамывая на все три оставшиеся.

Стремясь смыть с себя позор, я побежал к своему топору, и, подобрав его, опять кинул его в раненого зверя. На этот раз бросок был удачным, и топор попал ему в зад.

От стыда, я не знал, куда деть свои заалевшие уши, мало того, что я не умею метать топоры, но ещё получается, я издеваюсь над животными и заставляю их мучиться, перед смертью.

Но смешно не было. Эти самые животные полчаса назад, хотели нами закусить и возможно съели бы нас заживо, так что никаких Гринписов и толерантности, — только холодный расчёт.

А, топоры я кидать не умею — это факт, надо учиться! И, чтобы не мучить животное, я подбежал к нему и прикончил его своим кинжалом. В это же время, Сяо — добил своего подранка и вытащил копьё.

В итоге из восьми особей, — ушла одна, оставив на память нам хвост, который я и взял себе, собираясь сделать из него бунчук на копьё. Подумав, я отрезал и остальные, взяв за правило коллекционировать части врагов, — лично побеждённых в схватке.

Правда, кроме хвостов, больше с шакалов взять было нечего, шакалы, они и на Скоге, шакалы!

Утро, только началось, а мы уже устали, — спасибо шакалам. Собрав свои вещи и оружие, очистив их от крови, мы пошли дальше, ища по дороге еду.

Пока нам попадалась, только растительная пища, но и то, — орехи, ягоды, всякие там жёлуди — тоже можно есть, иногда даже попадались и плоды.

И даже стадо диких обезьян, точнее зверей похожих на обезьян, точнее совсем на них не похожих, но жрущих плоды на нескольких деревьях, подняли такой ор и гам, сотней своих противных и мерзких голосов, что мы оттуда сбежали, не желая привлекать к себе внимание, матерясь сквозь зубы каждый на своём языке.

А так как, язык у нас теперь был один, то и ругательства особым разнообразием не отличались, типа: — жирные подлые свиньи, сволочи, гады и так далее — никакого мата, к моему сожалению, в словаре зверолюдов не было.

Да и какой мат, когда у нас отсутствовали первичные половые признаки и соответственно не за что было зацепиться. Так мы и шли голодными, пока на нас не выскочило крупное животное, от кого-то убегая и нарвалось на моё копьё и ятаган.

Вслед за ним, выскочило три шакала, но, увидев нас, убежали, поджав хвост, а может, его у них и не было.

Разделав и съев животное, мы отдохнувшие и изрядно повеселевшие, двинулись дальше, и шли, пока не стемнело. Лес постепенно становился гуще, но деревья по-прежнему, стояли далеко друг от друга и были просто огромными.

Так от дерева к дереву мы и шли, отмеряя километры своими лапами, пройдя всю первую половину ночи, мы всё-таки устали и стали искать подходящее дерево для ночлега на нём.

Забравшись на очередного исполина, мы как две огромные, мохнатые груши, расположились на нём, собираясь проспать до утра. Перед сном, я проверил свои характеристики

,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,

Ваш текущий уровень — семнадцатый.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 23 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 22 % к мане и + 25 % к здоровью;

— Самолечение; + 25 % к здоровью;

— Регенерация — 2,3 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается.

— Шипы: + 5 % к поражению метательным оружием

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 56 % вероятность улаживания конфликтов.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать ииспользовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Восьмой начальный.

Владение мечом: — Второй начальный.

,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,

Сяо: — текущий уровень — одинадцатый.

Навыки: — Веган: + 10 % урона хищным растениям.

— Мельница: + 20 % урона любой атакующей группе (хищников, разумных или их роботов)

Умения: — Всегда в тепле;

Уровень владения боевым шестом: — Пятый начальный;

Уровень владения дробящим оружием: — Шестой начальный.

Подняв свои общие уровни, смогли только немного поднять уровень владения оружием, да я получил навык владения мечом. Из-за того, что раньше, я немного учился фехтовать, мой уровень сразу стал вторым, с этой мыслью, я и уснул.

Утром меня разбудило неясное чувство тревоги.

Открыв глаза, я огляделся вокруг и ничего опасного не обнаружил, но тревога не покидала меня. Посмотрев на небо, я определил, что рассвет наступит совсем скоро.

Глянул на панду, — тот мирно спал в развилке дерева, обхватив мохнатыми лапами ствол, и что-то жевал, причмокивая губами во сне. Жевать ему было особо нечего, разве что, собственный язык. Но во сне, что только не приснится, и я снова перевёл взгляд, теперь уже в ту сторону — откуда мы пришли.

Там вдалеке, что-то отблёскивало, но мне мешали ветви деревьев. Глянув вниз, я тоже никого не обнаружил и, стараясь разобраться, полез вверх.

Перелазив с ветки на ветку, я подымался всё выше и выше, пока не забрался на самую макушку и обхватив лапами ствол, стал покачиваться вместе с ним на ветру.

И взглянул с огромной высоты в ту сторону, где была степь.

Увиденное меня поразило и испугало. С двух сторон, там, где примерно заканчивалась степь, двигалось множество огоньков, которые кружили в разные стороны.

Смотря на них как заворожённый, я дождался когда они сойдутся примерно в точке, напротив которой находилось дерево на котором сидел я и тут услышал приглушённый расстоянием вой десяток глоток.

Никем иным, кроме волколаков, они быть не могли и скорее всего искали свой пропавший патруль, искали днём и ночью, пока не нашли его только что.

Теперь, им оставалось, только найти наши следы и броситься в погоню за нами, но я не хотел быть мясом на их ужин, и шансов противостоять им, у нас теперь не было от слова совсем.

Против нескольких десятков волколаков, не устоять и всем найденным мною зверолюдям, включая «косматого». Так, что решение могло быть только одним — делать ноги и как можно быстрее.

И приняв решение, я начал быстро спускаться и будить Сяо, который как обычно спросонья мало что понимал.

Но поняв, стал действовать не менее стремительно, чем я. И вот, через десяток минут, мы уже бежали с ним вслед, вслед — к нашей цели. Стремительно разрывая дистанцию с нашими врагами, не жалея ни своих человеческих, ни звериных сил.

Это была гонка на истощение. Мы, мчались день и ночь напролёт, как загнанные лошади, жуя на ходу. — ягоды, орехи и грибы, изредка пробавляясь какой-нибудь зверушкой — съедая её почти целиком, и опять устремляясь в путь, пока не смогли оторваться, зайдя уже в совсем глухой лес.

Преследователи, всегда были где-то рядом, каждый день они сокращали расстояние между нами, но и мы в этой гонке не желали проигрывать.

Лишения закалили нас, густой мех поистерся, и сквозь него стали виднеться твёрдые мышцы. Наш бег стал мягче, и даже панда мог бежать, практически не касаясь лапами земли.

Сон наш был не больше двух часов и это с попеременным дежурством. Мы не знали, продолжительности в это мире суток, ориентируясь на свои внутренние ощущения времени.

Особенно это было ярко выражено у меня. Ещё в своём мире, я мог просыпаться в нужное время без будильника, с разницей в пять минут от требуемого и, открывая глаза ночью и несмотря даже на часы, я почти всегда мог сказать, сколько сейчас время.

Сейчас мои биологические часы, чётко отслеживали суточным ритм, этой планеты, мои ощущения подсказывали, что он отличался ненамного и составлял примерно 28 часов, что позволяло нам быстро приноровиться к нему.

Но спасло нас не это. Примерно через сутки бешеного бега, нам начали попадаться сначала большие камни, а потом и скалы, и чем дальше мы продвигались в сторону предгорий, тем чаще нам стали попадаться отдельные скалы, а когда и целая россыпь скальных образований.

Деревья-патриархи, постепенно уступили место смешанному лесу, а тот в свою очередь, скалам с вкраплением различных растений и причудливо изогнутых хвойных деревьев.

Волколаки за трое суток погони, почти догнали нас, когда мы уже слыша их радостные завывания, начали карабкаться по отвесным скалам.

Мы ещё не далеко ушли от животных и наша природная сила, и ловкость помогали нам. Человеческая упёртость и воля, толкали нас вперёд. Мы смогли преодолеть большую часть пути и гора Снек, с её полевым лагерем не казалась нам теперь, такой уж и далёкой.

Но волколаки были гораздо ближе. Самые настырные из них, преследовали нас по пятам. Не знаю, сколько их было в начале, но забравшись на высокую скалу, мы увидели далеко внизу восьмёрку преследователей.

Здесь вообще любили чётные числа, за редким исключением. Возможно попавшийся нам патруль, потерял одного бойца по каким-либо причинам, а может, так совпало.

Но сейчас, нас преследовало восьмёрка поджарых волколаков. Вглядевшись в них, я увидел, что они все очень хорошо вооружены, издалека не представлялось возможным разглядеть их вооружение, но по крайней мере, что-то похожее на лук и сабли, я у них разглядел.

Мы продолжали карабкаться вверх по склону, небольшой горы стремясь добраться до перевала, после которого, судя по мини-карте, нас ожидала просторная долина, зажатая между горами и постепенно переходящая в узкое ущелье, на конце которого и была цель нашего похода.

Волколаки добежав, до склона горы, на которой мы прохлаждались, ожидая их, начали шустро карабкаться на неё. Посмотрев на них ещё раз и убедившись, что они не отстанут и догонят нас максимум через сутки, я обратился за помощью к Сяо.

— Что будем делать друг?

— Шэн, у тебя есть план? И мне вспомнился старый мультик «За 80 дней вокруг Земли», про мистера Фукса и Паспарту́.

— «Мистер Фукс! У вас есть план? — Есть ли у меня план! Есть ли у меня план! — Да у меня, целых три плана!»

Трёх у меня, конечно, не было, но один начал вырисовываться. Мы ведь были в горах и были выше преследователей. Значит, у нас было перед ними преимущество и их количество, уже не могло быть таким критичным, как внизу.

К тому же, их луки, снизу вверх стреляют намного хуже, не говоря уже о точности такой стрельбы. Единственным минусом моего плана, было то, что его надо бы реализовывать в ближайшее время и уничтожать всех сразу, чтобы отсечь преследование, а мы сейчас были сильно измотаны.

Принять тяжёлый бой, даже, несмотря на преимущество, было нелегко и у нас оставалось мало времени, чтобы приготовиться и продумать операцию.

Я, стал лихорадочно думать и как всегда, когда от моего решения зависела как моя жизнь, так и жизнь других людей, моя голова сначала заболела от нагромождения мысленных конструкций и неясных образов.

Затем кожа, а теперь шкура, покраснела от прилива крови, и наконец заработала чётко и ясно, и мой план окончательно оформился в моей голове.

— «За дело!» — бросил я, и первым подал пример, бросившись вверх по склону. Забравшись на него, мы собрали подходящие для метания камни в двух разных местах. Затем приступили к реализации второй части плана.

Верхушка склона была неширокой, и буквально через пару метров, он начинал понижаться. Чуть правее от места, где мы поднялись, находился спуск в долину с еле угадываемой зверино тропой.

Спустившись немного вниз и наследив, где только можно, мы поднялись обратно и стали таскать камни, готовя небольшой сюрприз нашим врагам.

Вдоволь намучавшись и изрядно устав, мы приготовились к достойной встрече врагов, и заняли свои места, в разных концах склона. Закончив приготовления к встрече «дорогих» гостей, мы, свесив свои головы вниз, стали ждать волколаков, одновременно отдыхая перед предстоящим боем.

И вскоре они появились, — спеша на встречу с нами. Впереди шли сразу трое волколаков, рассыпавшись по склону и вооружённые так любимыми ими хопешами и саблей, за ними двое с короткими копьями и последними карабкались ещё трое, но уже с луками.

Вид со склона открывался прекрасный и я увидел, что немного ошибся в расчётах. В самом начале склона вверх карабкались ещё четверо, — видимо не такие выносливые, как бывшая перед нами восьмёрка, но зато более крупные.

Но изменять план в связи с новыми обстоятельствами, я не собирался. План был хорош, а увеличение числа врагов, не сильно на него влияло, — основной расчёт был на собранность, хладнокровие и чёткое выполнение каждого шага, но и личное мужество и сила, имели место в нём тоже быть.

На другой чаше весов, была не только наша жизнь, но и отсутствие надежды на реинкарнацию и последующего возвращение домой. А пятидесятый уровень был ещё очень далеко, не говоря уже о сотом.

Всё это мелькнуло в моей голове и бесследно исчезло, оставив лишь, чувство лёгкого сожаления. Не знаю, о чём думал панда, но скорее всего, о чём-то похожем, что и я.

Когда ближайшие волколаки подошли достаточно близко, мы по моему сигналу, обрушили с пандой на них град камней. Первые наши броски были точными, остальные — лишь добавили нервозности, как нам, так и преследователям, утратив фактор внезапности.

Камни попали в трёх преследователей. Копейщик, получив камнем в морду, безвольно закувыркался вниз по склону, выронив из своих лап копьё и не подавая признаков жизни.

Вторым получил один из тех, что держал хопеш. Закрывшись плечом, он был снесён камнем, но, упав и немного откатившись вниз, встал и упорно стал карабкаться обратно.

Третий камень не сильно задел лучника и сломал ему лук. Огорченно завыв, тот бросился к убитому копейщику и, схватив его копье, стал карабкаться дальше.

Остальные, отделались лишь ссадинами и испугом, если они его вообще способны ощущать. Лучники подняли луки и в нас полетели стелы, свист и предназначавшаяся мне, чуть не задело моё ухо, которое, я успел прижать к голове.

Разозлившись на него и крепко сжимая своё копьё, я отогнал ринувшегося на меня волколака с хопешем. Тот сдал назад, но вторая стрела, чуть не проткнула меня насквозь.

Я отскочил назад, как будто бы испугавшись.

В это время Сяо вступил в бой с обладателем сабли, танцуя по верхушке склона, со своей булавой. Волколак, не зря был предводителем этого отряда, его сабля, мелькала как молния, отражая удары булавы и постоянно жаля медведя, который, через пару минут уже истекал кровью из многочисленных порезов.

Наконец, Сяо изловчился и захлестнул хлыстом с булавой его саблю. Шипастый шар обвился вокруг рукоятки и дёрнув своё оружие, Сяо вырвал саблю из лапы вожака.

Отбросив её вместе с булавой, он подхватил копьё и насадил на него, ринувшегося в атаку волколака, как бабочку на иголку. Дико захрипев, волколак неожиданно заговорил.

— «Вы оба умрёте! Таков приказ нашего вождя! Там внизу, поднимается, — лучшая четвёрка нашей тысячи! Жаль, что я сам не смог, выпить вашей сладкой крови и …..»

Дальше, он умирая, стал бормотать, что-то неразборчивое, и Сяо скинул его с копья вниз.

Мн,е было некогда обдумывать его слова. Из-за камня появилась голова моего противника, и я с размаху ударил копьём, попав ему в грудь, ближе к левому плечу.

Так держа его перед собой на копье, я выставил его обратно. Мимо опять свистнули стрелы, но лучникам, мешал их товарищ, стоящий передо мной и из которого, я специально, не вытаскивал копьё, держа живым щитом перед собой.

Перехватив копьё левой лапой, я вытащил свой топорик и, бросив копьё с пришпиленным к нему волколаком, выскочил из-за него и бросил топорик в одного из лучников.

На этот раз, топорик, провернувшись один раз, чётко попал лезвием в грудь лучника, сбросив его вниз. Отскочив обратно, я снова спрятался за волколака.

Но в это время ко мне подскочил, лучник оставшийся без лука и вооружённый копьём. Сократив дистанцию со своим оппонентом, я вытащил кинжал и прикончил страдальца ударом в грудь.

В это время, Сяо метнул своё копьё в последнего лучника, отвлёкшегося на меня, и пронзённый насквозь, тот покатился вниз к своим погибшим ранее собратьям.

Наш бой был закончен, но, посмотрев вниз, мы увидели, лучшую четвёрку, о которой говорил убитый вожак. И дикий огонь, мерцавший в их глазах, не сулил нам ничего хорошего.

Эта четвёрка действительно была намного крупнее, тех, с которыми мы только, что бились и намного лучше вооружена. Никаких хопешей, — только великолепные клинки, а у одного был боевой топор и двое тащили за спиной ещё и щиты.

Вот отчего они не могли догнать своих более лёгких и выносливых собратьев. Первая восьмёрка, должна была нас задержать и связать боём, а эти добить и напиться нашей крови — ведь человеческое мясо сладко на вкус: — сволочи!

Сплюнув, я собрал оружие, не рискуя подбирать свой топорик и копья. В итоге из оружия, у нас осталось: — одно копьё, ятаган, сабля, хлыст с булавой и мой мини-фламберг. Всё остальное пришлось бросить из-за лимита времени.

Копьё и ятаган, я отдал Сяо, а взамен взял у него более лёгкую саблю и отдал ему свой пояс, чтобы ему было, где разместить, своё оружие. После чего, мы, немного спустившись в долину, спрятались среди камней на противоположном склоне горы, зализывая в прямом и переносном смысле свои раны.

Заглянув в свои «статы», я убедился, что здоровья у меня осталось не меньше 90 %, у Сяо — не больше 70 %, но кровотечение остановилось и его жизнь, была вне опасности.

Затаившись, мы сидели как мышки, но не норушки (нор здесь просто не было). И ждали преследователей, — вскоре появились и они.

От вида убитых собратьев, они издали дикий рёв и бросились вниз по тропе, с оскалившимися мордами усеянными огромными клыками, и капающими с них пеной и слюнями.

Увидев, что они пробегают мимо нас, я подал условный знак и мы Сяо, — одновременно, обрушили на них лавину из камней. С грохотом, подскакивая на уступах и неровностях горы, камни устремились вниз, забирая с собой своих мелких и крупных собратьев.

Быстро нагнали, убегающих вниз волколаков и постучались им в спины и головы, а для тех, кто захотел обернуться и понять в чём дело, ещё и в пасти.

Через пару минут, лавина закончилась и мы ринулись вниз как коршуны добивать врагов. Сяо с размаху ударил в горло огромному волколаку с боевым топором и захрипев, тот опрокинулся на камни.

Второго и третьего, мы прикончили своим оружием, не дав им выбраться из завалов. Сяо, раздробил своему противнику голову — булавой, а я отрубил саблей голову — своему.

Последний, весь истерзанный камнями, но живой и невредимый, встретил нас в боевой стойке. Его устрашающего вида полуторный меч с кроваво-красным камнем в рукоятке, грозно поблёскивал великолепной сталью, покрытой чёрной вязью рун и время от времени вспыхивал, пробегающими по лезвию красными всполохами.

Насколько, я мог представлять, здесь было, несколько видов стали. — Основные: — это хорошая, — отличная, — укрепленная рунами или изначально руническая, и зачарованное оружие. Возможно, были ещё особенности, и моя классификация была примитивной, — но это, явно был зачарованный меч, сделанный из рунической стали.

И боец, с которым мы столкнулись, был не из простых. Испугавшись, я задействовал свой навык «призыва» — дико завыв и навешивая на нас с Сяо, полезный бафф.

Высокий, мощный, — с дико горевшими желтым глазами с узким зрачком, похожим на змеиный. Он, смотрел на нас, профессионально покачивая мечом, и мы, как завороженные, смотрели на него, не в силах предпринять какие-либо действия.

— «Агрхх», щенки! Потанцуем!» И он, бросился, как змея на нас, отбив мою саблю, он отправил её в долгий полёт вниз, где она, скользя по камням, вскоре потерялась из вида.

Шикнуло лезвие и меч, легко перерубив хлыст, отправил булаву в далёкий полёт в неизвестном направлении. Сяо, не растерялся и схватив копьё, попытался им проткнуть врага.

Но копье, жалобно пискнув наконечником, было перерублено напополам и всё это за пять секунд. Время замедлилось и пошло на секунды. За минимум миниморум времени, мы потеряли три единицы оружия. И теперь у нас оставался, только ятаган у панды и кинжал у меня.

Шансов не было и тогда я, решившись за доли секунды, прыгнул с места, пойдя в самоубийственную атаку и вытащив свою последнюю надежду в виде кинжала.

Волколак, был готов к атаке, но не к такой самоубийственной, — видимо за идиотов, он нас не считал, а нормальный боец, так делать не будет, поэтому, и среагировал с опозданием.

Дав мне ничтожный шанс, да он успел ударить меня мечом, но удар не разрубил меня на пополам, а разрубил мне левую ключицу. И всё же я смог, до него добраться.

Ударившись в конце прыжка о его торс, я уцепившись за него когтями задних лап, стал наносить удары своим кинжалом. Всего, я успел нанести три удара, до того момента, как потерял сознание.

И тогда, когда я падал в чёрные объятия небытия, на меня сильно плеснуло, чем-то очень горячим, и я окончательно рухнул в безвременье, не успев додумать важную мысль, и растворился в нём.

Глава 11 Долина новичков

Сознание медленно возвращалось ко мне, двигаясь как будто толчками. Моя голова безвольно болталась на плече, у моего друга. Друга? И я нехотя и слабо, приоткрыл глаза.

Я висел на плече у панды, и весь мир колыхался у меня перед глазами, мы шли среди густого кустарника, по высокой траве и густой запах трав кружил мне голову.

Очнувшись, я закашлялся и Сяо, осторожно опустил меня на траву. Мысленно, заглянув в свои статы, я увидел 20 % оставшейся человеческой и 30 % звериной жизни и ноль маны. — Если бы не запас маны и моя регенерация, то панда наврядли, смог бы меня спасти.

Значка кровотечения не было, как не было и ядовито-зелёного значка отравления. Ключица нестерпимо болела.

Сяо, нёс меня к ручью, который он чуял, где-то впереди и снова подняв донёс меня, всё-таки до него, где под моим руководством, занялся моими ранами.

Провозившись, весь остаток дня, он очистил свои и мои раны от грязи и засохшей крови, и сделал мне тугую перевязку из похожих на лопухи листьев, а затем обвязал, ранозаживляющими растениями, которые, я и так знал, без активации своего магического навыка — маны у меня совсем не осталось.

Как только она появлялась, она тут же уходила в регенерацию, подумав, я попросил снять с моей спины.

Чудом, оставшийся целым сплетенный из лозы мешок, — с кожей ящера, дротиками и моим гербарием. Покопавшись в нём, здоровой лапой, я достал, фиолетовые цветки, найденные мною на земле, где пролилась кровь ящера.

Осмотрев их, я засунул их в свою пасть и стал жевать. Перед глазами полыхнуло, и меня пробрала дрожь, глаза залило синее пламя, и я ощутил прилив сил. Мой показатель маны, скакнул до 100 % и медленно стал снижаться — уходя на регенерацию, но тут же восполнялся снова, и так длилось, ещё несколько минут.

Пока запас, сначала не стабилизировался, а потом стал медленно иссякать. Но, за короткий промежуток времени, мои показатели здоровья поднялись до 50 % и продолжали дальше, медленно восстанавливаться.

Послав обрадованного медведя за едой, я постарался пошевелить левой лапой, но от боли, чуть опять не потерял сознание. Вернувшийся обратно Сяо, покормил меня рыбой и ягодами, и довольный, что я поправляюсь остался рядом, охранять мой сон.

Солнце, уже давно убежало за небосвод, и опустилась непроглядная тьма, в которую, я не в силах удержаться, снова погрузился с головой. Но, теперь эта была целебная тьма, и утром, я проснулся, чувствуя себя намного лучше.

И первым делом, я вызвал, свои характеристики. Жизненные силы были на уровне 80 % и продолжали восполняться. Маны оставалось совсем немного, и регенерация прекратилась, но она уже была не нужна.

Остальные мои характеристики и характеристики Сяо, выглядели следующим образом:

Ваш текущий уровень — двадцатый.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 24 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 22 % к мане и + 25 % к здоровью;

— Самолечение; + 25 % к здоровью;

— Регенерация — 2,5 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается. Эффективность восстановления — 2,5 % здоровья в минуту.

— Шипы: + 5 % к поражению метательным оружием

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 56 % вероятность улаживания конфликтов.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Первый средний.

Владение мечом: — Третий начальный.

Владение копьём: — Второй начальный.

,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,

Сяо: — текущий уровень — восемнадцатый.

Навыки: — Веган: + 10 % урона хищным растениям.

— Мельница: + 20 % урона любой атакующей группе (хищников, разумных или их роботов)

Умения: — Всегда в тепле;

Уровень владения боевым шестом: — Шестой начальный;

Уровень владения дробящим оружием: — Девятый начальный.

Таким образом, мы значительно подняли свои характеристики, особенно Сяо. Он почти догнал меня, за счёт убийства вожаков волколаков, да и убитый камнем копейщик, скорее всего был его лап делом.

Сяо, ещё спал, доверчиво приткнувшись ко мне, израненным боком. Ему тоже, досталось в бою, но он не жалуясь, тащил меня когда я был без сознания и надеялся спасти.

И я, был ему благодарен, за спасение своей жизни. Повернувшись к ручью, я спустился и напился воды, умывшись, я смог поймать немного небольших рыбок и принес их Сяо.

Но, он ещё спал, видимо почувствовав сквозь сон, что моя жизнь в безопасности. Пользуясь свободным временем, я ещё побродил вокруг, собирая орехи, ягоды и дикие плоды.

Набрав, сколько мог унести, я уселся напротив Сяо и стал есть. Вскоре не выдержав надругательства над своим слухом, от щелчков разгрызаемой скорлупы вкусных и питательных орехов, он проснулся.

Сначала зашевелился его большой чёрный нос, а потом и он сам, и сладко потянувшись и зевнув во всю пасть, он рывком поднялся. Увидев меня, он сразу подскочил ко мне и затараторил, как он рад, что я выжил и тому подобную чепуху.

Закрыв ему пасть горстью орехов и ягод, я утихомирил его, а потом мы разделили и съели пойманную мной рыбой и он рассказал мне, как он отрубил голову последнему из выживших волколаку.

Как он испугался, когда увидел как меня, чуть не располовинил тот, а я всё бил и бил его своим кинжалом, пока он не смог подскочить к воину и снести его голову, теперь уже моим ятаганом.

А потом, боясь, что ещё может, кто-то напасть, тащил меня истекающего кровью, подальше от поля битвы и вот, спустя почти сутки, мы вместе, но к сожалению без оружия.

И у него есть, только мой ятаган, да — полуторник вожака, который он не бросил, только из жадности. Что ж, теперь у нас появилась цель, — вернуть наши вещи, собрать трофеи и вернуться обратно живыми, пока их кто-нибудь не подобрал или напал на нас безоружных.

И не став терять время, мы поднялись на ноги и я, склонившись в церемониальном поклоне, склонился перед Сяо и сказал:

— "Спасибо, напарник, что спас мою жизнь и вернул долг жизни".

В ответ Сяо, также склонившись передо мной, — сказал: — " Я отдал, только один долг и тут же заработал второй, — если бы не твоя храбрость Шэн, то и этот долг, я бы не смог вернуть".

Я, смотрел вниз и не поднимал глаз, внутри которых медленно набухали слёзы благодарности и облегчения. Наконец не выдержав, я шмыгнул носом и не в силах больше сдерживаться, подошёл и на секунду обнял панду, крепко сжав его обеими передними лапами.

Потом охнул от боли в ключице и отпустил его. После чего мы двинулись в путь. Идти мне было ещё тяжело, но расстояние было небольшим и дошли меньше, чем за полдня.

Тела четверых воинов степных волколаков, так и лежали под обвалом нетронутыми, и мы пройдясь по их трупам, собрали всё их оружие и нашли саблю вожака восьмёрки.

Поднявшись на вершину склона, и никого не обнаружив, мы собрали всё тамошнее оружие, включая мой топорик и два неплохих лука, вместе с колчанами стрел.

Кроме этого, мы стали обладателями нескольких кожаных мешков с продуктами и вещами, а также, что-то вроде кожаных портупей, на которых волколаки закрепляли оружие.

Увешавшись оружием, как революционные матросы, мы затянули друг на друге портупеи и мешки, и отправились в обратный путь. Вечерело, и так как в горах рано темнеет, нам надо было побыстрее покинуть место сражения.

Пока местные падальщики не обнаружили трупы павших и не попытались заодно полакомиться и нами. Тела лежащие на склоне, ведущем в предгорье, были уже кем-то объедены. Так, оно в принципе и случилось. Едва мы сошли с тропы ведущей в долину, как в горах наступила ночь.

Обернувшись, чуть позже, я различил во тьме неясные летающие тени, которые закружили над перевалом, где произошла наша битва и дали ходу, стремясь уйти подальше.

Прибыв к своей стоянке возле ручья, мы осмотрели свои трофеи. В итоге, мы стали обладателями:

— двух небольших круглых щитов, сделанных из какого-то лёгкого материала, напоминающего листовое железо, но выглядящего, как дерево;

— двух коротких копий, топорика (моего), боевого топора, устрашающего размера, двух неплохих луков, с полными колчанами стрел, сабли, ятагана, жутко крутого полуторного меча с драгоценными камнями, двух хопешей и двух мечей, похожих на китайский дао.

Даже по человеческим меркам, это были очень богатые трофеи, но обменять их на что-нибудь для нас стоящее, мы могли только в лагере, да и не знали мы, что здесь является ценностью, кроме жизни.

Но зато, в мешках мы нашли, вяленное мясо, земляные орехи, что-то похожее на сыр и комплект принадлежностей для розжига огня. Что, для нас сейчас было самым ценным.

Дико обрадовавшись, мы разожгли небольшой костер в укромном уголке, возле ручья и запекли в нём рыбу. Впервые, за всё время, я почувствовал себя человеком поглощая запечённую рыбу и грея своё израненное тело в тепле огня.

Моя желтая, звериная полоса потускнела, но была ещё достаточно яркой, но сейчас меня тревожили, более насущные проблемы. И мы по-очереди, улеглись спать, охраняя друг друга.

Ночь прошла без происшествий и мы, меняя друг друга на страже, хорошо выспались. Ночь. Со стороны входа в долину, где мы сражались с волколаками, слышались еле слышные крики.

До полевого лагеря на горе Снек, оставалось примерно 2–3 дневных перехода, но вокруг, не было даже намёка на присутствие кого-то из представителей лесных стражей, либо других зверолюдов.

Здесь, в начале широкой долины, почти не было деревьев. Склоны перевала, через который, мы пришли сюда, были каменистыми и обдуваемые всеми ветрами. Из-за чего почва не задерживалась на них, и её тонкий слой не давал, укорениться ничему более серьёзному, чем кусты ползучих и сильно колючих растений, покрытых мелкими синими плодами.

Рядом с нами брала начало, небольшая горная речушка, которая дальше, расширялась, подпитываемая водами многочисленных мелких ручьёв, стекающих со склонов гор.

Выкупавшись в ней, мы чтобы не терять время на высыхание своей мокрой шерсти, начали бродить по склонам долины и собирать плоды колючего кустарника, которые хоть и были жутко кислыми, но зато питательными и напоминали маслины.

Побродив по кустам и оставив им на память, клочки своей и так уже редкой шерсти и утолив первый голод. Мы, захватив свои вещи и всё оружие, потащились по руслу речушки ища, где она расширялась и, надеясь на хорошую рыбалку.

Тащиться пришлось долго. Наконец, где-то ближе к обеду, мы увидели подходящее место, где горная речка расширялась и её глубина доходила мне максимум до брюха.

Вооружившись копьями, за место острог, мы стали на страже, посередине реки и застыв в нелепых позах, принялись рыбачить. Стоя на задних лапах и забросив на всякий случай за спину новоприобретённый щит, я держал в правой лапе короткое копьё и высматривал в реке крупную рыбу.

Недалеко от меня, в такой же позе стоял, панда и тихо матерился сквозь зубы, вздрагивая от холода. Вода в речке была жутко прохладной, да и какой её ещё здесь быть, если она стекала из ледников на вершинах гор.

Хорошо, что горы здесь были невысокими, типа нашего Урала, а не какой-нибудь Тибет. Хотя ассоциации настораживали. Но мы стояли и ждали, когда обитающая в реке рыба успокоится и привыкнет к нам.

Примерно, через полчаса, в воде замелькали тёмные спинки каких-то её обитателей и подняв своё копьё, я без замаха ударил им в воду, почувствовав, что попал.

Рыба затрепетала на копье и попыталась с него слететь, но резко подняв добычу, я не дал её такого шанса, перехватив копьё у лезвия, я осторожно снял рыбу и продев сквозь её жабры, длинный прут насадил её на кукан.

Вскоре, смог поймать свою первую рыбину и Сяо и радостно завизжал, что я не одобрил, осуждающе покачав головой и приложив указательный палец к пасти, призывая к молчанию.

Сяо, затих и сосредоточился на рыбной ловле. Только с каждым успехом, он смешно вздрагивал и трясся всем телом, празднуя удачную ловлю, а может, он просто банально замёрз, в холодной то воде.

Наловив полный кукан (кукан — это ветка или что-то похожее, на которую подвешивают рыбу, продевая сквозь жабры, прут или проволоку загнутую на конце или имеющую утолщение, либо развилку, мешающую рыбе соскользнуть с него), мы выбрались на берег и, найдя подходящее место и наломав сушняка, с помощью огнива и кресала, разожгли огонь.

Вскоре мы уже высохли и положив вплотную друг другу двое мечей, захваченные у волколаков, — жарили на них рыбу. Сталь была отличная, но не зачарованная и тем более не руническая, зато широкая.

К сожалению в вещах волколаков, не нашлось никакого железного котелка в котором, можно было бы сварить уху, только высохшие тыквы для хранения воды и то ли целебных мазей, то ли тонизирующих напитков или чего-либо подобного.

Понюхав их и не сумев определить, что это такое, я решил не выбрасывать пока их, но и не трогать. Так что, сейчас мы довольствовались, только жареной рыбой. Найденное вяленое мясо, мы уже съели, оставив, только в качестве НЗ, — засохший и твёрдый как камень сыр.

Насытившись, мы опять полезли в реку, обсохнув, снова полезли, — каждый раз возвращаясь с новым уловом. Затем, вместе с Сяо, занялись устройством коптильни, в самом примитивном её исполнении и подвесив рыбу над костром, на рогатине и обложив его ветками.

Разожгли посильнее и закинули в него, найденных ароматных веточек, неизвестного кустарника. Ближе к вечеру, мы уже были обладателями внушительного запаса рыбы горячего копчения, умопомрачительный аромат которой, далеко разнёсся по округе.

Этого-то мы и не учли, увлечённые своим занятием. — Ээх, ничему то, — нас жизнь не учит, а только постоянно мучит. На сладкий аромат копченой рыбы, стали собираться коренные жители, этой долины.

Как только стемнело, мы оба стали ощущать на себе чьи-то нехорошие взгляды и наше благодушное состояние, быстро слетело с нас обоих.

Вокруг нас, стали двигаться, быстрые тени. В конце концов, плюнув на комфорт, даваемый костром и затушив его, и дрожа первое время от ночного холода, мы изготовились к бою.

Я, взял себе саблю, а панда, подумав, два хопеша, в каждую из лап. Глаза быстро привыкли к темноте, и я стал разглядывать, ночных разбойников.

Ими, оказались относительно небольшие, но очень шустрые летающие ящерицы, с длинной, вытянутой пастью и очень мелкими, но острыми зубами, которые даже в темноте блестели, ловя слабый свет далёких звёзд.

Их становилось, всё больше и больше, пока они не замельтешили вокруг, ощутив огромную опасность, я, испугался. Даже, когда я бросался с одним кинжалом, на могучего воина — волколака, я так не боялся, как сейчас.

Мне вспомнились пираньи, после нападения которых, от человека оставался один костяк и больше ничего, и мне совсем не улыбалось, кончить свою жизнь похожим образом.

Получив, огромную дозу адреналина, от страха, организм, мгновенно перешёл в боевое состояние и моя голова, стала обдумывать, каждый шаг. Здесь, одной саблей не обойдёшься и нужно, что — то более лёгкое и в разы быстрее.

— «Сяо, бросай хопеши, бери копьё и работай, как шестом!», — крикнул я ему и вытащил себе в помощь кинжал, — в этот момент, началась атака. Десятки летающих ящериц, расправив свои кожистые крылья — ринулись в атаку и поглотили нас.

Сяо, встретив первый удар, — хопешами, быстро понял их бесполезность, убив всего нескольких врагов и подхватил своё копьё, — как я ему и говорил и раскрутив его на манер боевого шеста, стал стряхивать с себя нападающих, как дихлофос — мух.

Мне же, пришлось намного хуже, — ящерицы вгрызались в мою шерсть и как бритвой сносили мой густой волос, особенно им понравился для атаки мой роскошный хвост, который надёжно укрывал мой нос ночью.

Я, отмахивался от них саблей, убивая за раз по паре ящериц, но они только сильнее атаковали меня, — не считаясь с потерями.

Сабля, была тяжела для меня, и мне не удавалось, создать круг защиты с её помощью, от этого, я начал уставать и почти отчаялся, когда неожиданно здравая мысль, пришла мне в голову, — как всегда, руководствуясь русской поговоркой; — «Что хорошая мысля — всегда приходит опосля».

Убрав кинжал обратно, я схватил щит и, задрав голову, активировал, свой навык «призыв». Волна бодрости на миг, захлестнула и меня и панду, и мы с удвоенной силой врубились в полчища ночных пришельцев.

Только теперь, я, поджав свой, бывший, когда-то роскошным, хвост, прикрыл себя щитом и, встречая им нападавших, параллельно рубил их саблей, укладывая груды трупов вокруг себя.

Сяо, уже «настропалился» и измочалив своё копьё и бросив его, давно рубился уже моим. Вокруг него валялись, мертвые и ещё живые ящерицы, и пытались добраться до его ног, норовя укусить его.

Но, он, — походя, наступал им на головы своими лапами и раздавливал, их несмышленые головёшки.

Меня, к тому времени — основательно покусали летающие негодяи, и перед моими глазами появился значок кровотечения, а здоровье стремительно началось уменьшаться, пока я не включил регенерацию.

Стремительно уменьшая накопленную ману, кровотечение остановилось, и здоровье перестало понижаться. Мы дрались ещё долгое время, у летающих тварей, видно не было особо мозгов, и они давили количеством, не обращая, внимание на потери и не прибегая ни к каким уловкам.

Скорее всего, — раньше это срабатывало, но не с нами, и пока мы не положили на землю последнюю тварь — бой не закончился. Но ящерицы были не бесконечные и, убив их всех, мы с Сяо рухнули на землю от усталости. Впрочем, сначала убедившись, что бой окончен и никого из нападавших, больше не было в живых.

Наплевав на последствия, мы. Снова разожгли костёр и уселись, зализывая раны. Ночь ещё была в самом разгаре, и я вызвался дежурить первым.

Панда, тут же лёг и мгновенно заснул, возле костра. Я, только подивившись железным нервам напарника, начал зализывать свои раны, останавливая кровотечение и очищая их от грязи.

И хоть по-сути, я был человеком, но смотря на свой хвост, — который стал больше похож на мокрый кошачий, я даже убрал навернувшиеся на глаза слёзы.

А может быть, это были не слёзы сожаления, а слёзы отчаяния и безысходности. Я, устал, — постоянно сражаться, от кого-то убегать и убивать, убивать, убивать.

Я, никогда не был жестоким, а здесь, казалось весь мир на тебя ополчился и хотел сожрать, не давая время, на минуту слабости. Постоянно втягивая тебя, в такие ситуации, когда у тебя не было другого выхода и другого решения, возникших проблем.

И ты никак не мог решить дилемму войны:

— «Или ты — или тебя», — «Убей — или будешь убитым!» Только здесь было ещё одно но, — в отличии, от прошлого мира — здесь, тебя могли ещё и сожрать.

И некоторые, специально ловили таких, как мы, — чтобы сожрать. Ещё и наслаждались процессом. И, я, со жгучей ненавистью вспомнил волколаков и как бился с ними и их слова о нас.

Ярость, заполонила меня всего, прокатившись от головы до самого кончика хвоста, и мои слёзы мгновенно высохли. Я поднялся, и обошёл вокруг костра, убивая ещё шевелившихся ящериц с ожесточением в своём наполовину человеческом, наполовину зверином сердце.

Утром, я разбудил Сяо и в свою очередь, лёг спать, дав ему задание разбудить меня через два часа по солнцу и за это время собрать все трупы ящериц и посчитать их.

Что, Сяо и сделал. Проснувшись, я оглядел аккуратно сложенные трупы ящериц, лежащие в кучках по десять штук и побрёл умываться к реке. Вернувшись, мы позавтракали копченой рыбой, молча, смотря на уродские трупы летающих стервятников.

Дожевав, мы стали собираться и я подсчитав убитых, пришёл к числу 98, удивившись, как мы смогли одолеть такую ораву, а затем посмотрел на них, на предмет поиска редких ингредиентов.

Ничего особо ценного в них не было, за исключением, мелких и острых как иголки зубов, которые отсвечивали в магическом зрении, ярко-алым.

Подумав, я вытащил кинжал и стал вырезать наиболее большие челюсти и складывать их в походный мешок, и повесил его затем на панду, — недовольно заворчавшего, что он и так тащит все мечи.

Но копий, у нас уже не было, а наконечники, я отломал и бросил в свою сумку, надеясь, что они ещё пригодятся нам для обмена. Так, что я его убедил не ворчать, а заняться делом. На том мы и порешили, отправившись дальше.

Мы неспешно брели в сторону лагеря, нагрузившись оружием. Только теперь, впереди прокладывал путь Сяо, — как наименее пострадавший. Я же, прихрамывая на раненую и так и не зажившую левую переднюю лапу, плёлся за ним сзади, кряхтя под грузом оружия.

Мой щит, бил меня постоянно по заднице, и я никак не мог его удобно пристроить, чтобы он мне не мешал. Похожая проблема была и у Сяо, но он не жаловался.

Я же, то ли от пережитого, толи от усталости, стал ныть и часто останавливался, чтобы отдохнуть. Так мы и брели по долине, постоянно останавливаясь, чтобы передохнуть и чем-нибудь подкрепиться.

Благо, запас пищи, мы себе создали и подкрепляли его собранными орехами и ягодами, да водой их горной речки.

Перед уходом, я заглянул в свои характеристики

Ваш текущий уровень — двадцать третий.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 25 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 23 % к мане и + 25 % к здоровью;

— Самолечение; + 28 % к здоровью;

— Регенерация — 2,6 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается. Эффективность восстановления — 2,6 % здоровья в минуту.

— Шипы: + 5 % к поражению метательным оружием

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 56 % вероятность улаживания конфликтов.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Первый средний.

Владение мечом: — Пятый начальный.

Владение копьём: — Второй начальный.

,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,

Сяо: — текущий уровень — двадцатый.

Навыки: — Веган: + 10 % урона хищным растениям.

— Мельница: + 25 % урона любой атакующей группе (хищников, разумных или их роботов)

Умения: — Всегда в тепле;

Уровень владения боевым шестом: — первый средний;

Уровень владения дробящим оружием: — Девятый начальный.

В этом бою, мы подняли свои навыки как общие, так и владения оружием, но и сами чуть было не погибли!

Вларда

Вларда, — зверолюдка из мира Хлёр; — «Видящая» из рода снежных ягуаров; — первый коготь женского крыла, воинов небольшого государства, затерянного посреди непроходимых джунглей своего мира.

У себя на родине, она была одной из молодых жриц храма, — посвящённого богу войны Тхору, и выдернутая сюда, тем же способом, что и Шэр с Сяо, — грелась сейчас на ярком солнце.

Лёжа на одном из уступов скалы в долине «новичков» и блаженно щурясь на ярком солнце, распушив свою роскошную шерсть, на брюхе и спине, она лениво осматривала всю видимую часть долины.

Сейчас, она была, уже шестидесятого уровня, что приближало её к человеку гораздо сильнее, чем к зверю, о чём и информировала всех желающих… — её грудь, затянутая в кожаный лифчик, — и почти женские бёдра.

А также, длинные лодыжки, покрытые тонкой шкурой, но тем не мене не скрывавшие, а только подчёркивавшие их красоту.

Она и в своём мире была роскошной женщиной — в жрицы, кого попало, не берут, и сейчас в своём новом обличье, быстро наверстала, всё упущенное.

Но в отличие от напарников, медленно бредущих сейчас по долине далеко внизу, она не жалела, о том, что попала сюда.

Искренне наслаждаясь жизнью в этом мире, — в мире войны и магии, безрассудных поступков и неожиданных встреч, с поистине эпическим размахом сражений, где можно было покрыть себя неувядаемой славой или навечно сгинуть в первозданной вселенной.

— В общем, ей здесь нравилось, и она не собиралась возвращаться, не смотря ни на что.

Быстро набрав двадцать пятый уровень, а потом и пятидесятый, она завоевала уважение товарищей по-несчастью и руководства лесных стражей, и теперь выполняла индивидуальные задания, находясь на привилегированном положении, и наслаждаясь самим процессом.

Сейчас её задание было нетрудным и заключалось в отслеживании всех пришельцев, попавших по каким-то причинам в эту долину и возможном поиске новичков, идущих этой дорогой в полевой лагерь, где из них смогли бы сделать великих воинов — или безвольных червей, — кому, как повезёт, но это не её дело.

— Пару дней назад, был какой-то всплеск активности, о чём сообщили, дальние летающие разведчики из племён зверолюдов имеющих летающие ипостаси, и был бой на перевале с волколаками.

Кто, дал этот бой, и чем он закончился, — вот в чём теперь, состояло её основное задание. Побочным же являлось, то, что ей нужно было спасти выживших новичков-зверолюдов, и сопроводить их в лагерь.

Но, «спасение утопающих — дело самих утопающих». И она, не спешила, наслаждаясь утренним солнышком, пока ещё окончательно не пришла, холодная длинная осень.

Так лёжа, она и смотрел на долину с высоты своего положения, пока не увидела далеко внизу две медленно бредущие точки. Прищурив свои миндалевидные глаза, она разглядела, что это зверолюды.

И нехотя поднялась, со своего нагретого места, чтобы спуститься пониже и более детально их рассмотреть. Приблизившись к ним и затаившись на скале пониже, она увидела, что они были оба ранены.

Особенно пострадал, который шёл позади, и прихрамывавший на левую переднюю лапу, похожий на крысу-переростка зверолюд.

Впереди него шёл время, от времени опираясь на широкий меч-бастард — зверолюд, очень похожий на медведя. Похожего на него, она встречала в полевом лагере, и все они были из мира под названием — «Земля».

Но этот, был какой-то странной, чёрно-белой расцветки, со смешными чёрными очками на запавших глазах.

— Они, оба были сильно истощены, — с ободранной и свалявшейся шерстью, покрытые свежими ранами и старыми шрамами, что выдавало в них храбрых бойцов, но их вид…

И пантера сморщила свой милый носик от отвращения, и этих «ободрышей», ей тащить лагерь — да ни за что! Но, она никогда не достигла бы своего положения, если бы нарушала приказы, либо интерпретировала их по-своему.

Нехотя, она заставила себя, отправиться к ним навстречу.

Подойдя к ним почти вплотную и спрятавшись за густыми кустами, она, наконец, смогла разглядеть их уровни и оружие.

— Особенно оружие, — у новичков, просто не было шанса получить, те сабли, мечи и щиты, что висели у них за спинами — и это она ещё не видела, что они несли в своих кожаных мешках.

Шедший впереди, был похож на воина и был двадцатого уровня, что уже было очень неплохо для новичка.

Второй, — тот самый прихрамывающий зверолюд, которого она сейчас, рассмотрела более подробно, был всё-таки не крысой, а из редко встречающихся здесь лесных хищников, которые в основном имели мелкие размеры и не отличались силой и мощью, так необходимой в бою и был двадцать третьего уровня.

Несмотря на свой, очень высокий для новичка уровень, он больше смахивал на шамана, чем на воина. И тащил помимо оружия, ещё и мешки с каким-то барахлом, состоящим из челюстей животных, растений и чего-то ещё, — в общем, — был несерьёзен, если бы…, если бы, не его уровень, превышающий уровень медведя и острый, озлобленный взгляд, который он кидал по-сторонам, осматривая долину.

Признав его наиболее подозрительным, а значит опасным, Вларда, незаметно обогнала их и больше не скрываясь, вышла из-за начинавших появляться деревьев.

Подав себя во всей красе! — хотя и понимала, что слишком много чести… для каких-то оборванцев, — но против природы не попрёшь, и за неимением гербовой бумаги — пишем на обычной. А других свидетелей её «царственности», здесь больше не было.

Новички остановились, и бросив вещи закрылись щитами. Медведь выхватил лапой ятаган, а хромой — саблю.

Глава 12 Королева Глас, акараб

Мы уже порядком устали и еле плелись, впереди кончались кустарники, и начинался настоящий лес, когда из-за ближайшего дерева, внезапно вышла зверолюдка.

Почему, мы подумали, что она зверолюдка, а не просто большой хищник из отряда кошачих? Да потому, что все пропорции её фигуры — затянутая в кожаный лифчик грудь и длинные, почти человеческие лапы, выдавали в ней, такого же разумного, что и мы.

А взгляд, этих зелёных глаз, смотрящих с непередаваемым высокомерием на нас. Всё её пренебрежительно-насмешливое выражение морды, показывало нам, что мы ничтожества, — посмевшие обратить её внимание, на себя.

И шагнув к нам, она то ли зарычала, то ли замурлыкала.

— Приветствую вас… несчастные, — в долине новичков. Добро пожаловать на путь истинного воина.

Над ней горел только показатель уровня и имя, и то, на несколько секунд, а потом исчез.

Её речь, нас ни капельки не тронула, и сказать честно, скорее разозлила, чем вдохновила. Её нарочито сексуальный вид скорее отталкивал, чем привлекал.

Особенно в свете того, что наше человеческое начало, было глубоко спрятано внутри и нам нечего было ей показать, кроме безразличия.

Тем более, я ясно видел, что под её маской привлекательности, пряталась безжалостность опытной воительницы, не сомневающейся в своих поступках и не испытывающей угрызений совести, особенно, когда это касалось чужаков.

Мы молча смотрели на неё и ждали продолжения. Дальше она понесла всякую чушь, вроде того, что нам здесь рады и нас ждут в лагере, до которого она нас доведёт.

Тем более до негоосталось идти, не больше одного дневного перехода. Все эти тра-ля-ля, и вы должны и можете, я наслушался ещё в армии и не верил им ни на грош.

Их выдернули из своего мира — не спрашивая. У него там осталась молодая жена и маленький сын, а здесь он должен защищать неведомую расу и ещё плакать от счастья.

Весь путь от точки прибытия, до полевого лагеря, он и подобные ему, делали безо всякой помощи, что называется — вопреки, а не потому что. И моральные и физические силы расходовались, лишь на то, чтобы выжить и дойти до назначенной цели.

Иначе, ты рисковал, остаться ни с чем и исчезнуть, как из этого, так и из своего мира. Я верил в переселение душ, а не в перенос тела, и что случилось с моим собственным телом, для меня было загадкой.

Наверное, оно так и гнило, в залитом мазутом болоте и его никто не нашёл, считая пропавшим без вести. Это было бы сильным ударом, для моей семьи.

Но я мог, только предполагать, и пока я был жив, у меня была жива и надежда, что смогу вернуться. А значит, надо было пытаться выжить и расти над собой. Чтобы, не мне навязывали условия, а я ставил других, перед фактом своего существования и силы, что была у меня.

Все эти мысли промелькнули у меня в голове, пока я слушал её речь, пока она её не закончила. Закончив, и поочерёдно посмотрев на нас, она удовлетворённо махнув хвостом, развернулась.

Затем, грациозно опустившись на четыре лапы — пошла вперёд, впрочем, скоро сместившись вправо от нас, как бы конвоируя, чтобы мы не сбежали.

Сяо, был более очарован ею больше, — чем я и даже попытался с ней заговорить, но она почти сразу, пресекла левые разговоры, недвусмысленно на него рыкнув, и показала головой направление движения, куда ему следовало идти.

Мы шли вместе, пока не стемнело. Как только солнце закатилось за верхушки гор, жёсткая мурлыка, навязавшаяся к нам в сопровождающие, показала нам дальнейший путь, рассказав к кому нам надо обратиться в лагере, по прибытию в него.

После чего исчезла, растворившись в темноте леса. Но я, всё равно её ещё долго видел, — не только она обладала ночным зрением. Думая, что мы её не видим, она покружила вокруг нас, а потом развернулась и ушла в том направлении, откуда пришли мы.

— «Скатертью — дорога», — мысленно пожелал я ей и выкинул её из головы, занявшись костром. Задумчиво смотря на огонь и доедая оставшуюся рыбу, я вытащил свой кинжал и найдя подходящий ствол молодого деревца, стал делать из него, что-то похожее на римский пилум или русскую сулицу.

В качестве острия, я хотел использовать шипы ящера, занятие отвлекало меня от горестных дум. Сяо, тоже смотря на огонь, чем-то занялся, потом сходил в лес и притащил длинную палку и попытался сделать из неё боевой шест.

Я смотрел, как он пытается закрепить на нём шар от булавы, который он нашёл на поле битвы и таскал с собой. Но без инструментов и навыка, у него ничего не получилось и, расстроившись, он отдал эту палку мне.

Мне пришлось, сделать не одну, а две сулицы. Расщепив конец древка, я вставил туда шип и обмотал, волокнами растения найденного мною в лесу и достаточно прочного, чтобы удерживать шип.

Затем стал перебирать свой гербарий, и осмотрел собранные челюсти «кувшинок» и ночных падальщиков, выкинув парочку не понравившихся мне.

Так, мы и сидели вдвоём у костра, думая о чём-то своём, пока не поделив ночь пополам, не улеглись по-очереди спать. Ночь прошла спокойно, и никто не побеспокоил нас.

Только пару раз промелькнули крылатые тени в сторону выхода из долины и пропали в ночной мгле. В,ларда, исчезла и больше не появляясь, наверно считая свой долг выполненным.

С утра, позавтракав, мы двинулись дальше, пояснение боевой кошки и наш призрачный проводник привели нас к горному перевалу, который закрывал проход к горе Снек.

Широкая, протоптанная сотнями лап тропа ветвилась по крутому склону и выходила на него и тут же спускалась вниз, ведя к подножию горы, верхушку которой мы видели уже отсюда.

Вокруг нас был густой лес, заканчивавшийся перед самым перевалом, дальше шли голые отвесные скалы и тропа между ними. Поправив своё снаряжение и оружие, мы приготовились к долгому подъёму.

Моя нога ещё болела, но с каждым днём всё меньше, но боец я был ещё слабый. Мы поднимались, всё выше и уже почти добрались до вершины перевала, когда увидели перед собой огромную массу больших насекомых, широкой полосой пробегавших через перевал и перегородившие собою единственную тропу.

Справа и слева от нас высились отвесные скалы, и другого пути не было. Глядя на массивные жвала и хитиновые панцири насекомых, мы не хотели рисковать и пытаться пересечь и миграционную тропу.

Те немногие, кто рискнул, сейчас лежали тут и там, блестя белыми костьми, очищенными до последнего кусочка мяса. Да их было немного, но они были, и значит, риск был неоправданным.

Насекомые деловито бежали, не обращая внимание на нас, и только огромные охранники из их числа, сидели возле тропы, угрожающе подняв свои жвала.

Неосторожно сделав несколько шагов вперёд, мы оказались свидетелями, чего-то странного. От охранников внезапно потянулся синий луч и связал ближайших одной цепью и внезапно ударил по нам.

Словно электрический разряд высокого напряжения ударил по нам и откинул нас корчащихся в конвульсиях далеко в сторону. Очнувшись, я обнаружил, что весь запас манны, у меня обнулился и досталось мне больше, чем Сяо.

Тот уже стоял надо мной и хлестал меня по щекам, приводя в чувство. Трудно было не догадаться, что ударили по нам чистой магией, и она же сожгла все мои запасы.

И это было всего лишь предупреждение! После такой атаки, нам ничего не оставалось, кроме как спуститься обратно и искать обходные пути. Против такого — у нас не было никакого оружия.

Порыскав вокруг, мы не смогли найти другого пути и опять заночевали внизу, надеясь, что насекомые похожие на жуков скарабеев, уйдут с нашего пути до утра и сможем преодолеть перевал завтра.

И опять мы молча смотрели в костёр, и каждый занимался своим делом. Сяо, после встречи с Влардой ушёл в себя и почти не проявлял инициативы.

Я попытался расшевелить его, но он самоустранился от беседы и начал полировать оружие. Жаль, дружбы у нас с ним, к сожалению, не получилось, хотя мы не раз спасали друг другу жизни.

Но, он явно тяготился своим внешним видом и, скорее всего моим, очевидно считая меня источником всех своих бед. Рассудить нас могла только жизнь, но для этого нам нужно было хотя бы добраться до лагеря.

Я снова стал перебирать свои вещицы и достал, одно их двух яиц ящера, оно неожиданно, в свете костра полыхнуло сиреневой вспышкой, на мгновение, осветив всё вокруг в нереальном свете, моя манна восполнилась до предела и полоска, сигнализирующая об её уровне, казалось, удвоилась в два раза.

Миг, и наваждение прошло, а яйцо угасло и, подождав, я убрал его обратно в кожаный мешок. Сяо, уже спал, собираясь дежурить следующим, а я лежал у костра и бездумно смотрел в темноту ночного леса, настороженно поводя ушами и удивляясь произошедшему.

Появление жуков с перевала, я не «проворонил», успев вскочить, вот только предпринять я ничего не успел. Окружив наш маленький лагерь со всех сторон.

Они в одно мгновение, сотворили прозрачный синий кокон с фиолетовыми протуберанцами и накинули его на меня. Я ощутил себя как в тисках.

Дыхание перехватило, и мои лапы оказались прижаты плотно к телу. Один из жуков, подошёл ко мне и протянул призрачную нить из своей голова-груди, к моему кокону и привязал к себе.

Другой подхватил мешок, где лежали яйца ящера и мы тронулись в путь в окружении остальных. На Сяо, они не обратили никакого внимания, оставив его спящим возле костра.

Хоть, я не мог пошевелить ни одной частью тела, глаза мои продолжали видеть, как мы отправились обратно к перевалу, а потом свернули вправо и, передвигаясь прямо по отвесным скалам, вскоре пришли к обширной пещере, в которую и зашли, спустя мгновение.

Пещера была длинной и извилистой с множеством различных туннелей ветвящихся в разные стороны. Не выдержав тягостного пути, я вызвал информаторий, с целью узнать, кто меня похитил.

Кстати уже давно он не радовал меня новыми заданиями и вообще ушёл в режим ожидания по непонятной для меня причине. Но ответ, он мне дал.

Похитившие меня жуки, назывались с, акарабы, что было не сильно оригинально, учитывая похожее земное название скарабеи. Эти жуки умели управлять магией и жили там, где было много магического минерала, и могли его поглощать через специальные органы, находящиеся у них на брюшке.

И были очень опасными — никто не хотел с ними связываться, так как они могли уничтожить, с помощью чистой энергии, довольно большое войско, не говоря уж об отдельных бойцах.

Управляла ими королева, по совместительству, являясь и маткой, со всеми атрибутами высокоорганизованных насекомых и, скорее всего меня тащили к ней.

Она единственная из них была разумной, точнее в ней был сосредоточен их коллективный разум, и она могла передавать свои мысли телепатически. Звали её Глас, акараб.

Вообще информаторий просветил меня, что здесь многие имена собственные имели апострофы. Так например встреченная нами разумная кошка называлась, не Влардой, — а В, лардой, ну и так далее.

Отвлёкшись, я снова стал с интересом рассматривать проплывающие мимо меня стены. Страха не было, была, можно даже сказать, — умиротворённость от случившегося, и я спокойно ждал развязки.

Повсюду шныряли различного вида с, акарабы и чем-то деловито занимались. Наконец, через несколько минут, поднявшись по, почти вертикальному тоннелю, мы прибыли в естественную каверну, внутри горы.

В центре которой, восседала на уступе скалы — словно на троне, королева Глас, акараб, — похожая больше на огромную паучиху, только закованную в огромный хитиновый панцирь, тёмно-коричневого цвета.

Её огромные фасеточные глаза, уставились прямо на меня и мерцающий внутри каверны, яркий, нежно-синий цвет, отражался в них множеством ярких искр, плавно стекая по их выпуклой поверхности.

— «Приветствую, тебя — разумный!», — раздался в моей голове бесплотный голос. И в этот момент, мой кокон распался, и меня мягко опустило на пол каверны.

— «И, я… Вас!», — но ответил, я уже вслух.

— «Ты удивлён, поражён, возмущён! Но не делай быстрых выводов».

Я, лишь смог пожать плечами в ответ.

— «У тебя есть, величайшее для нас сокровище. Яйцо Грааха. Вам повезло, что он отдал всю присущую ему магию своим будущим отпрыскам, заключённым в этом яйце и не смог вас убить, с помощью магии».

— «Он ядовит, но ты смог выломать шипы из его тела, он быстр, но ты был быстрее, у него тяжёлый хвост, но его ты отсёк и ты мудр, что сохранил его яйцо для нас».

Я хотел сказать, что я не собирался хранить, ни чьи яйца. Но моё мнение, никого не интересовало и поэтому, я промолчал.

— «Нам требуется новая искра и это яйцо с живым, но ещё не родившимся Граахом, даст, нам то, что мы давно искали».

Ну да, и поэтому вы захватили меня и насильно притащили сюда, заставив слушать ненужную мне чепуху, про великие цели и замыслы, как минимум захвата мира. Увидев мою невнимательность, королева быстро закончила мне свою телепатическую речь и закруглилась.

— «Нам нужно это яйцо! — Отдай его нам!»

Да забирайте, хотел я сказать ей, но отдать просто так, загадочное яйцо мне не позволила природное скупердяйство. Я сделал паузу. И тут же пришёл ответ.

— «Иначе, я тебя уничтожу!» Нормальная, такая «предъява». Но раз меня ещё, не уничтожили и притащили сюда вместе с яйцом, хотя могли, просто его отобрать, — значит не всё так просто с этим яйцом.

И я, пошёл ва-банк.

— Я, не могу его отдать — оно очень ценное! И далее, я понёс явную чепуху, рассказывая небылицы про его ценность, для дела защиты лесных стражей. В ответ, снова пошли угрозы, которые я, опять проигнорировал, сказав, — Пускай, это, останется на вашей совести!

— Хотя, — какая совесть у насекомого. В общем, я начал торговаться и прокаченная вербальная коммуникативность, здесь играла не последнюю роль. В процессе, торга, выяснилось, что яйцо можно получить, только добровольно. Иначе весь смысл его использования исчезал, и оно переставало работать, как нужно, что естественно никому не было выгодно.

Королева, хоть и была насекомым, но знала, такие понятия, как торг и выгода, а может, ей просто было интересно.

В общем, через два часа, мы пришли к соглашению и совершили обмен, к удовольствию обоих сторон.

Королева, — получила яйцо. А я, получил, — щит и возможность увеличивать себе ману, с помощью её талисмана в виде стилизованного жука, которого можно было нацепить на шерсть и спрятать в ней.

По окончании торга, я спросил у Глас, акараб, — можно ли сделать привязку талисмана ко мне и что за щит я получил в качестве платы.

Привяку талисмана, я получил тут же и он на мгновение фиолетово-чёрным огнём, упал мне в лапы и я, положив его на своё правое предплечье, тут же потерял его из вида.

Закрутившись в шерсть, талисман мимикрировал, приняв, цвет шерсти и затерялся в ней, а я почувствовал нить управления им.

Яркая точка вспыхнула в моей голове, и бесплотный голос спросил: — привязка завершена, назовите кодовое слово для активации! — «Мир». Кодовое слово принято. Подтвердите! — «Мир». Принято!

Перед глазами полыхнуло и моя мана увеличилась втрое. Королева — не обманула!

Закончив с талисманом, я обнаружил, что мне притащили обещанный щит. Был он не круглый, а в форме почти правильного овала и больше походил на кусок панциря тёмно-коричневого цвета с характерными пупырышками на своей гладкой поверхности и имел небольшие размеры, прикрывая едва ли половину моего тела.

— Что, что он может делать?

Бесплотный голос в моей голове усмехнулся и сказал:

— «Он? Он ничего не может делать! — Ты, наверное, хотел спросить, что ты можешь делать с его помощью? Или от чего, он сможет защитить тебя?»

— «Поверь, он не разочарует тебя, его не сможет пробить ни магия, ни рунное или заколдованное оружие, ни тем более обычное. Даже оружие пришельцев, не смогло справиться с ним!»

— «Но удобные ручки к нему, ты приделаешь сам. В лагере, в который ты идёшь, тебе помогут. Обратись, к тамошнему шаману, если его цена тебя устроит — ты получишь достойную защиту от всего существующего в этом мире».

— «Кроме того, я уже сделала его магическую привязку к тебе и даже потеряв, ты всегда будешь знать, где он находится. Когда ты умрёшь, он вернётся, снова к нам и не останется у зверолюдей, я и так многим помогла им. А теперь прощай!»

И подхватив щит, я снова был затянут в кокон и отконвоирован обратно из пещеры. Дошёл, до своей стоянки я уже пешком, высаженный из кокона, как только закончилась пещера, и начался лес.

Дойдя до не успевшего еще потухнуть костра, я обнаружил мирно спящего Сяо и, глянув на далёкие звёзды, определил, что моё время дежурства уже давно закончилось, после чего разбудил его и улёгся спать, положив свой щит рядом с собой.

С утра поднявшись, я увидел, как Сяо разглядывает его. В свете утреннего солнца, щит выглядел, как обыкновенный кусок панциря непритязательного буро-коричневого цвета и не радовал глаз зеркальной полировкой или свежестью новизны, но, зная его характеристики, я не расстроился.

Единственной проблемой, это было его ношение. Никаких лямок или чего-то подобного у него не было. Просто кусок панциря, формы почти правильного овала, немного сужающегося книзу — и всё.

Повздыхав, я ответил любопытному Сяо, что нашёл его, — когда бродил вокруг и собираюсь сделать из него щит. В ответ, Сяо, только пожал плечами, и как мне показалось, мысленно покрутил лапой у своего виска.

Но обмен был завершён, а Глас, акараб обещала пропустить нас за перевал, чем мы и воспользовались, быстро собрав вещи и двинувшись в путь.

Действительно, подойдя к нему, мы обнаружили, что жуков нет, и благополучно преодолели его, начав спускаться вниз, в огромную долину, в центре которой, находилась гора Снек с небольшой плоской вершиной.

Бодро шагая вниз, мы надеялись на поддержку и конец нашим приключениям, но как оказалось, как обычно это и бывает, приключения только начинались.

Перед нашими глазами открылась вся долина. В одних её местах, рос густой лес, прямо перед нами находилась пустая площадка, очень похожая на полигон, дальше виднелись какие-то постройки и шатры лагеря.

Сама же гора — словно лучилась ярким нежно-синим цветом во всех диапазонах, включая ультрафиолетовый.

Несомненно, она была местом силы расы лесных стражей и магического минерала «сихыр» — в её недрах было предостаточно, что объясняло, устройство возле него точки сбора зверолюдов из других миров, а возможно, что и ритуал призыва их, происходил здесь же.

Сейчас, лагерь походил на разбуженный муравейник, все суетились и куда-то бежали, но нам отсюда, была непонятна их суета и мы поспешили вниз.

Глава 13 Полевой лагерь

Где-то, через час, преодолев спуск, мы вышли к голой площадке, покрытой редкой травой и имевшей песчаную почву. Впереди и вокруг, суетились зверолюды, всячески мешая друг другу.

Одни из них, что-то угрожающе выкрикивали, что в общем гаме было не разобрать, другие воинственно бряцали оружием и показывали навыки им владениями.

Остальные, собирались в группы и отчаянно спорили между собой. Долго время, нам стоящим с краю площадки, было непонятно, чем вызвано, такое поведение, пока один из наиболее громогласных, не проревел.

— «К оружию, братья! — Л, Эго, со своей тысячей уже стоит перед долиной новичков. Так, примем же его вызов — братья и уничтожим его!»

Теперь, хоть стало ясно, что какой-то Л, Эго стоит со своей отборной тысячей воинов, перед перевалом, на котором, мы приняли бой с волколаками и у меня, признаться, сильно ёкнуло сердце, — а не из-за нас ли эта вся «котовасия» началась!

Мы с Сяо, невольно переглянулись друг с другом и начали пробираться дальше, лавируя среди отдельно стоящих зверолюдов, так и между их группами.

Проходя мимо, мы оба, невольно пооткрывали свои пасти. Вокруг царило такое дикое разнообразие форм жизни во вселенной, которое даже трудно себе представить.

— Кого, здесь только не было!;

— Различные виды и рода семейства кошачьих, причём самые мощные из них;

— Различные формы медведей, обезьян, волков, кабанов, носорогов, бегемотов, рептилий — и это только земные формы.

Ну а внеземных и описывать бесполезно, связывало их всех одно, — большинство имело четыре конечности, многие хвост, но в зависимости от уровня развития, больше склонялись к гуманоидным чертам и прямохождению на двух задних лапах.

Здесь были также летающие зверолюды, но крайне мало и они быстро исчезали из нашего поля зрения, поднимаясь скачком в воздух и взмахивая мощными крыльями, уносились прочь.

Здесь они были, что-то вроде элитных воинов и их было мало, — не так много миров, где есть летающие звери и разумные расы обладающие душой, так что их привилегированное положение было объяснимо.

Вооружены были все очень разнообразно, кто-то мечами, кто-то топорами и всяческими вариациями на заданную тему. Копья, сабли, древковое оружие, — от лёгких приспособлений для убийства, до совсем уже монструозных.

Всё оружие определялось габаритами и ловкостью владельца. Были и скромно стоящие зверолюды, у которых, из всего многообразия холодного оружия, был разве что, только кинжал и то, скорее для поддержания статуса, чем для обороны.

Но их не трогали и почтительно обходили стороной, нетрудно было догадаться, что это были маги, и зверолюдок среди них, было больше, чем среди обычных воинов, что и не удивительно.

Мы с Сяо, также старательно обходили их, как и других излишне агрессивно настроенных и всё равно смогли нарваться на пристальный взгляд одной из них.

Стройная, даже можно сказать утончённая фигурка зверолюдки, похожей на волчицу, уставилась на них немигающим взглядом карих глаз, стремясь проникнуть в их душу.

«Информаторий» лесных стражей услужливо подсветил её уровень — магесса 70 ступени; специализация — земля и вода. Больше ничего! В то же время, я почти физически почувствовал, что «информаторий» выдал ей — все наши данные, включая все навыки и уровень владения оружием.

Наверное, информация зависела от статуса в среде зверолюдов и лесных стражей, разности уровней и особых заданиях, либо специально сделанным исключением для магов, которых здесь было довольно мало.

Несколько секунд, она недоверчиво всматривалась в нас, а потом отчётливо фыркнула и отвернулась, нервно подёргивая хвостом. Не знаю, как Сяо, а я, почувствовал, как будто бы на меня, вылили ведро помоев и так морально обтекая, мы побрели дальше.

Настроение резко упало и даже сообщение «информатория», о выполнении задания и начисления очков влияния, меня сильно не обрадовало, от волнения я стал ещё сильнее хромать на свою недолеченную до конца левую лапу.

Выбравшись, наконец, с площадки, которая уже больше напоминала арену, мы двинулись к лесу и расположенных в нём строениях. Справа от нас остались шатры, к которым мы подходить, пока не стали.

Подойдя ближе, мы не были разочарованы, убедившись, что в них и расположено, что-то вроде штаба и жильё для руководителей всего этого бардака.

Подойдя к ним, мы были перехвачены огромным зверолюдом, сильно смахивавшим на бурого медведя. Не обращая никакого внимания на меня, он кинулся к Сяо и закричал:

— «Приветствую ещё одного представителя славного семейства мохнатых»!

«Информаторий» выдал информацию: — воин 38 уровня — мир «Земля». А про волчицу он ничего не сообщил, кроме того, что она магесса и показал её уровень — интересная избирательность.

Дальше медведь, заключил в свои объятия Сяо и начал взахлёб ему рассказывать, что у них здесь целое братство медведей из землян, и они с удовольствием примут его в свои ряды.

Обалдевший от такого наплыва эмоций, Сяо «расхлюпался» и выдал, что он панда и вообще китаец с континентального Китая.

На что, медведь-искуситель, тут же сообщил, что в лагере есть целая община зверолюдов-землян, которые реинкарнировались сюда из Китая, либо были китайцами живущими в других странах.

Я, с тяжёлой грустью смотрел, как я теряю потенциального друга и хорошего напарника. Но поделать я ничего не мог, только ещё более ухудшить отношения.

Восточные народы, всегда жили обособленно своими общинами, и здесь я поделать ничего не мог. Даже в другом мире, человеческие отношения и предрассудки имели влияние.

И неспроста, в общей массе зверолюдов, сразу стали образовываться группы и группки, по-мирам, по-нациям, по-звериной сущности. Возможно, имела место и дружба.

Но, пока я увидел только отсутствие общих интересов, хотя цель была благая. Но может быть, я ошибаюсь?

Через какое-то время медведь всё-таки отстал от нас, оставив информацию, куда нам явиться и где находится оружейник, маг и шаман, которые могли научить, либо принять или сделать товар.

Были здесь и мастера боевых искусств, которые могли обучить владению любым оружием или улучшить твои навыки.

Подойдя к дому, имеющему вычурный вид, несмотря на округлую форму, мы остановились у входа, не решаясь войти. По переглядываясь друг с другом некоторое время, ведя мысленный спор, кому войти первому, мы всё-таки вошли.

Дёрнув ручку двери на себя, я вошел, не оглядываясь на Сяо, которого с этой минуты, считал уже потерянным, видя его растерянно-виноватый и хмурый взгляд человека, всего для себя уже решившего.

Мы вошли в помещение с высокими потолками и узкими окнами. В центре стоял неровный обрубок древесного ствола украшенный искусной резьбой и бывший словно живым, на что недвусмысленно указывали тонкие зелёные ветки с листьями, выраставшие у него с боков и сзади.

На этом импровизированном троне разместился, двойник «косматого», только более крупный и более солидный, весь вид которого, говорил, что он наделён немалой властью.

Его крупные черты морды и проницательно смотревшие на нас тёмно-карие глаза, как магнитом притягивали к себе нас.

— «Приветствую вас разумные»! — Ваш путь был долгим и нелёгким. — Вы пришли намного позже, остальных выживших, которые прибыли в наш мир, после проведения ритуала призыва.

— Меня зовут Р,Грокх и я, руководитель всего этого бардака, который позволяет нашей расе протянуть ещё не одну сотню лет в противостоянии с соленоидами.

— И дело не только в них. Давно уже нет в нашем мире, единства! А есть, только противоположности. Расы населяющие наш мир, ополчились друг против друга и каждый надеется, что выживет только его вид, а остальные канут в тьму веков — навсегда.

— Знайте! Если, вы сможете преодолеть 100 уровень, я отпущу вас обратно, если вы этого захотите. Если, же вы пожелаете остаться, то все богатства этого мира, и других миров, с которыми мы связаны порталами, будут предоставлены в ваше распоряжение.

— И вы сможете достойно жить, достойно встретить старость в почёте и уважении и достойно умереть и память о ваших великих деяниях, будет жива во всех уголках нашего мира.

— Враги будут вспоминать вас, — плюясь и изрыгая ругательства, соратники и друзья в минуты побед и поражений, вспоминая, как было бы прекрасно, если бы вы были с ними. А следующие поколения зверолюдов — беря пример с ваших подвигов.

И, закончив столь высокую речь, — он продолжил.

— Я вижу, вы уже внесли вклад в нашу общую победу — убив лучшего бойца тысячи волколаков — Л, Торро. Их предводитель — Л, Эго, в ярости и повёл свою тысячу к долине новичков, где вы смогли убить Л, Торро — нарушив все достигнутые между ним и нами договорённости.

— Ну да мы, его остановим! Сейчас мы сильны, как никогда и он убежит обратно, поджав свой облезлый хвост. ХА! И он самодовольно ухмыльнулся.

— Ну а теперь, вернёмся, снова к вам. Так… медведь по имени Сяо, — доставай из своего походного мешка, что ты там прячешь! И щёлкнув, как-то по-особому пальцами, он вызвал яркую, но недолгую, синюю вспышку.

В ответ на неё, — меч в кожаном мешке Сяо, полыхнул огнём, видным даже через стенки мешка, осветив своим внутренним сиянием весь мешок, как рентгеном.

Особенно полыхал красным огнём, драгоценный камень, на его рукоятке. Сяо, тут же развязал мешок и достал оттуда — великолепный бастард — принадлежавший Л, Торро и передал его Р,Грокху.

Взяв в свои мощные лапы, великолепный меч, он некоторое время любовался им и наконец сказал:

— Я вижу, у вас уже есть по 100 очков влияния за удачное завершение похода, к этому добавилось ещё по 150 очков за убитых волколаков и падальщиков.

Кроме этого, я от себя лично добавляю за убийство Л, Торро, тебе медведь — ещё 150 очков и тебе куница — 50. Поздравляю вас обоих с 25 уровнем.

И тут же, «информаторий» лесных стражей, проинформировал нас о получении нами 25 уровня и запуска процесса очеловечивания нашей основной звериной сущности.

Жёлтая полоса сильно поблёкла, но продолжала гореть ровным лучистым светом, зато красная — человеческая, ярко вспыхнула, освещая внутренний взор, отсветом цвета крови.

Внимание! Ваш организм, будет подвержен трансформации, до начала процесса осталось 8 часов. При активации процесса — вы будете обездвижены и погружены в лечебный сон.

Для полноценного завершения процесса, вам необходимо, создать запас питательных веществ и залечить имеющиеся раны. В противном случае, последствия от ран могут сказаться, после преобразования вашего тела.

Выслушав подробное сообщение, я с грустью подумал о незалеченной лапе, а потом отбросил ненужные пока мысли, собираясь всё решить за последующие восемь часов.

Тем временем, Р,Грокх — снова обратился к нам, точнее к Сяо.

— Этот меч, которым владел Л, Торро, — я оставлю у себя, в качестве доказательства твоей доблести.

Взамен, ты получишь любую компенсацию, у нашего оружейника. Тебе же хромая куница, я советую обратиться к нашему шаману, он и вылечить тебя попытается и научит тебя всему, что надо.

Воин с тебя слабый, хорошо, что напарник у тебя попался сильный. Вдвоём вы справились. А наша раса не забывает помощи ни от кого. Идите и потратьте, свои бонусы на саморазвитие, на пути к победе нашего дела.

— Идите или умрите! И на такой патетике, он заткнулся и движением огромной лапы, отправил нас по-указанным адресам.

Выйдя из дома, мы не скрываясь, оба выдохнули, постояли невдалеке с минуту молча. А потом мне прилетело сообщение от «информатория».

Ваш напарник — Сяо, получил предложение: — «Узы братства» и подтвердил его. Так как, данное предложение имеет высший приоритет, ваш тандем принудительно расторгнут в одностороннем порядке. В качестве компенсации вы получили 50 очков влияния.

Ваши долги взаимно погашены. Выберите способ раздела общих трофеев: — По взаимной договорённости. — Принудительно. — В одностороннем порядке.

Я, мысленно выбрал первый пункт. То же выбрал и Сяо и мы выпали обратно в реальность.

Ни слова больше не говоря друг другу, я выложил, то, что нёс я, а Сяо, то, что нёс он. В итоге на земле лежали: — два щита, два лука с колчанами, топор, сабля, ятаган и два меча.

Дальше мы стали делить трофеи. Каждому досталось по мечу, щиту и луку с колчаном стрел. Дальше, было сложнее, но я взял саблю, а панда ятаган.

Остался один огромный боевой топор хищного вида, и он делиться не желал. У меня оставался ещё метательный топор, но он был моим, ещё до появления панды и общим трофеем не считался, как и кинжал, а вот меч, который забрал Р,Грокх был общим и панда получил за него компенсацию.

Мы оба стояли и молчали, каждый боролся с собой и душил свою персональную «жабу». Ведь у нас больше ничего не было. В конце концов, я сдался и пододвинул топор к Сяо.

Он взял его и, вытряхнув из своего мешка всю мелочовку, включая два наконечника от копья — отдал всё мне, на том мы и разошлись.

Навесив на себя щит, панцирь, о котором я, не стал ничего рассказывать, лук со стрелами и засунув саблю с мечом за пояс. Я отправился искать оружейника, чтобы всё обменять. Сяо отправился искать свои — «Узы «гадства»».

Не успев далеко отойти от дома Р,Грокха, я тут же нарвался на неприятности. Основная масса зверолюдов собравшись в отряды, уже свалила в долину новичков.

Здесь же остались руководители, элитные воины и всякая низкоуровневая шантрапа, которая шлялась по лагерю без дела. Вот на одного из них, я и нарвался.

Увидев во мне новичка, неизвестный мне рептилоид 30 уровня, собрался отточить на мне, свои навыки владения холодным оружием и недвусмысленно вытащив короткий палаш, начал меня задирать, обзывая дранной хромой белкой.

Во всяком случае, мой мозг, так перевёл, его ассоциации. Возможно, он имел в виду другое животное, которое было в его мире, но автопереводчик, указал мне именно на белку.

Мне было до фонаря, что он от меня хотел, но сравнивание меня с другими зверями к которым, я не имел никакого отношения, уже во второй раз, меня сильно разозлило.

Под влиянием эмоций, которые меня захлестнули, я скинул с себя лишнее оружие и вооруживший саблей, прикрывшись как смог, щитом — встал в боевую стойку.

Вокруг постепенно, стала собираться толпа, радуясь внезапному развлечению. Я не знал, был ли этот рептилоид бретёром и как хорошо, он умел фехтовать, из какого, он был мира.

Мне, на всё это было наплевать. Меня достал этот мир и вся ситуация в целом. Раздающиеся вокруг крики «Ура», оказывались всего лишь проявлением чьего-то здорового прагматизма, помноженного на неизвестные мне ценности.

Хотелось драться, хотелось выть, хотелось рвать кому-нибудь горло, — от чувства бессилия и одиночества. И я, больше не сдерживаясь, задрал свою морду кверху, завыл во всю мощь своих лёгких.

Долгий вой, больше похожий на уханье филина, поплыл над площадкой, ударился в строения и шатры и унёсся к подножию горы Снек.

Многие вздрогнули, из шатров выглянуло несколько зверолюдов, но никто, кроме меня не получил заряд бодрости.

Встряхнувшись и ожесточившись, я, засунув, свой пушистой хвост за кожаный пояс и спрятавшись за щит, пошёл в атаку.

Конечно, мои навыки не шли ни в какое сравнение с навыками рептилоида, его палаш гулял по моему щиту, как придётся. Несколько раз, моя сабля, сталкиваясь с его палашом, чуть не улетала у меня из лап, скрежаща с противным звуком.

Я пытался играть на ловкости, пытаясь ускользнуть от него, но рептилоид, упираясь в землю массивным хвостом, показывал чудеса изворотливости.

Я попытался увеличить темп и искры с нашего оружия стали сыпаться вокруг, но бессильно угасали, не долетев до земли. Вокруг нас, начали кричать, подбадривая.

Но я их не слушал, понимая, что подбадривали, скорее всего, не меня. Вокруг меня не было людей, вокруг меня были алчные звери, желающие моей крови, ради своего развлечения.

И я, не справился. Выполняя, особо сложный финт, палаш ударил в мою саблю и она, от сильного удара, выкрутилась из моей лапы и улетела в сторону зрителей, где её, тут же поймали.

Я остался, с одним щитом и с яростью, которая туманила мне голову. Вокруг уже откровенно бесновались зрители и требовали крови. Они создали живой круг из своих тел и орали, потрясая своим оружием.

Пена капала из их пасти, обильная слюна от экстаза, текла по их клыкам, а глаза горели первобытным звериным огнём в предвкушении расправы.

Поняв, что теперь меня показательно линчуют — ни за что, лишь потому что я новичок и чужак, да ещё, смог получить непонятно как, высокий уровень, и за меня никто не вступится, — я ринулся в атаку, вытащив свой кинжал-фламберг.

Тот, даже не вкусив крови врага, засиял белыми рунами, чувствуя мою ярость и страх.

— «Стоять!» — и ветвистый белый разряд, протянулся к нам обоим из толпы и бросил корчиться в судорогах на землю.

Очнувшись, я обнаружил, себя лежащим и медленно встал. Всё моё тело болело, каждая клеточка, кричала от боли, но я заглушил её отчаяньем.

Рядом со мной стояла старая волчица и её сморщенная от старости морда, хмуро смотрела на меня, — в руках она крутила мой кинжал. За ней, также как и я, поднимался с земли рептилоид, ещё корчась от похожей боли.

Все зрители, куда-то «рассосались», и вокруг никого не было, только вдали, несколько зверолюдов, продолжали наблюдать за нами дальше, явно имея свой интерес.

Старая волчица, была шаманкой, на это указывали, как многочисленные кусочки шкурок, хвостов и лапок животных, вперемешку с обрывками засохших растений, которые составляли её одежду, так и её 120 уровень, вместе с однозначным пояснением — «Высшая шаманка».

Она так же хмуро, крутила в лапах мой кинжал и за это время, рептилоид успел забрать своё оружие и свалить куда подальше. А она всё рассматривала мой кинжал.

Наконец, она оторвала от него свой взгляд и посмотрев на меня взглядом умных и усталых глаз, — сказала: — «Ренегат, всё же нашел себе хозяина. Жаль, что его создатель, не дожил до этого момента»

И она нараспев, прочитала четверостишье.

«Тот, кто может, но не сможет, кто в неволе — не позволит»

«Тот, кто смел и не глуп, своего сердца слышит стук»

«Тот, в несчастье и в неволе, нас спасёт, — придя по воле»

«Тот возьмет…. и сей кинжал, — если в жизни повезёт».

И больше, ничего не поясняя, она сделала знак идти за ней.

Собрав свои вещи и оружие, он поплелся за ней, ещё сильнее хромая, и на ходу вызвав свои характеристики, — стал их читать, обратив внимание, что до начала трансформации, осталось 6 часов 55 минут.

Ваш текущий уровень — двадцать пятый.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 25 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 22 % к мане и + 25 % к здоровью;

— Самолечение; + 25 % к здоровью;

— Регенерация — 2,5 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается. Эффективность восстановления — 2,5 % здоровья в минуту.

— Шипы: + 5 % к поражению метательным оружием

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 58 % вероятность улаживания конфликтов.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Первый средний.

Владение мечом: — Пятый начальный.

Владение копьём: — Второй начальный.

В сухом остатке, я получил два уровня как к общему уровню, так и к владению мечом (саблей), — немного улучшил "коммуникативность" и "призыв" и сам себя поздравил, что опять выжил и имею 25 уровень своего развития.

Глава 14 Шаманка С,Кво

Восемьдесят зим назад, она была счастливой женой, молодого индийского вождя по имени Зоркий Ястреб, — и он, был для неё всем. Взяв её из семьи главного шамана племени, он наполнил смысл её жизни — любовью, окружил заботой и счастьем.

Но молодая семья прожила недолго. Их племя столкнулось с бледнолицыми, которые, надев шкуру овцы, на злобный оскал волка, втёрлись к ним в доверие.

Они меняли на мех зверей и найденные крупицы золотого песка, — оружие и всякие полезные вещи. И всё предлагали, купить ту землю, на которой племя жило всю жизнь.

— Отдать землю предков за красивые безделушки, оружие и одеяла — нет! На такое… — племя, не могло пойти. Они отказались!

Тогда, извинившись, бледнолицые подарили им стопку новых шерстяных одеял, которые так хорошо грели в холодные зимы.

И после этого, к ним пришла — смерть! Один за другим, соплеменники ложились в свои вигвамы, с большим жаром и больше не вставали.

Племя уменьшилось в несколько раз. Она, как дочь шамана, — всячески боролась с неведомой болезнью, но ни отвары целебных растений, ни ритуал изгнания злых духов — не помогал.

На ноги становились единицы. Последним заболел её муж и дети, её счастье, её боль, её надежда и она ничего не смогла сделать. И тогда, она поклялась отомстить, и боги её услышали.

Но не поняли, и теперь… она здесь, на Скоге, — доживает свой век. Сначала… сначала, она яростно пыталась вернуться.

Быстро росла в уровнях и на пятидесятом, попыталась, потребовать возвращения, но всё, что она получила — это возможность размножаться с себе подобными, а в случае гибели, снова возродиться в похожем теле, — но не вернуться.

Она, снова бросилась с головой в ненужную ей войну, но с каждым проходящим годом понимала, что быстро ей не достичь сотого уровня. Её уровни, как и у других, с каждым новым уровнем росли всё медленней и медленней, каждый раз требуя всё больше и больше опыта.

Пока она не поняла, что смысла возвращаться уже не было. Когда она попала сюда, ей было двадцать пять лет. Когда она достигла девяносто пятого уровня, ей было уже сто пять, и она всё бросила.

Жила по инерции, помогая таким же несчастным, что и сама, уча, и леча их, и потихоньку росла в уровнях.

Сотый уровень — ничего ей не принёс, кроме удовлетворения самолюбия, но она, уже была слишком стара на подвиги, да и мстить уже было просто некому. Все враги и так уже умерли своей смертью.

Только любимый муж, так и смотрел всегда на неё в её снах и это единственное, что у неё осталось.

Этот её день, напоминал предыдущие, как близнец. Правда, с утра, летающий зверолюд, принёс известие, что к долине новичков подходит тысяча волколаков.

Но, на её памяти, это было не раз, и гора Снек, переживала штурмы и похуже. Поднялась, несусветная суета. Все, запрыгали и заскакали, начали толкать речи, вместо того, чтобы чистить оружие и готовиться к бою.

Последние несколько лет, реальные дела и победы над врагом, выродились в говорильню и лозунги. Все прошлые победы, обрастали невероятными подробностями, а нынешних — просто не было.

Зверолюды, перестали, быстро расти в уровнях, занимаясь праздношатанием и рассказами о своих придуманных подвигах.

Руководство, почивало на лаврах, и не вникала в нужды подчиненных, наплевательски относясь к сообщениям «информатория».

Полевой лагерь для воинов, превратился в детский сад, с волчьими законами, где царило право сильного. Все стали преклонялись, не перед заслугами или совершёнными подвигами, а перед тем, у кого больше, или комфортней шатёр.

Да ещё, эта постоянная говорильня и бесконечные сборы на полигоне, с демонстрацией своей силы, которая на самом деле, в разы была меньше, чем у предыдущего поколения зверолюдов.

В общем, поговорив и собравшись в отряды, вся эта никчёмная компания унеслась встречать волколаков Л, Эго. А потом, а потом, выйдя из своего вигвама, она увидала позорную сцену, которую в её времена, никто и никогда бы не допустил.

Рептилоид З, орро из мира Склиз, известный своим мерзким характером, что неудивительно и вообще-то характерно для всех рептилоидов.

Решил очередной раз самоутвердиться за счёт новичка, не обратив внимания, что раненный и изрядно потрепанный новичок уже имел двадцать пятый уровень.

Но, тридцать восьмой уровень, не сравнить с двадцать пятым, как голые скалы с альпийскими лугами, тем более новичок, не прошел ещё трансформацию.

Да и своим палашом З, орро владел уже на высшем уровне и у новичка просто не было шансов, несмотря на наличие щита и сабли.

Так и получилось. Тихо подойдя к толпе ждущей развлечения, она смотрела, как рептилоид охаживает своим мечом, щит новичка, от которого, только щепки летели.

Тот умело, прикрываясь щитом, пытался сам атаковать, но его уровень владения саблей был очень низким, и шансов не было. Так продолжалось ещё некоторое время, пока рептилоид не выбил из лапы новичка саблю.

Та, вращаясь в полёте, полетела в толпу и была подхвачена, какой-то обезьяной, попытавшейся тут же её припрятать, но, наткнувшись на суровый взгляд шаманки, тут же принесла саблю ей.

Вообще, все это нападение на новичка, рептилоид затеял ради его щита и сабли, — никакого желание убивать соплеменника, ни у кого здесь не было, — по-крайней мере специально.

А вот немножко нажиться и развлечься за чужой счёт, да — это здесь сейчас приветствовалось. Но когда, оставшийся без сабли новичок, вытащил кинжал, на котором вспыхнули руны, она поняла, что дело плохо.

И сейчас, здесь кто-то умрёт и этот кто-то, — скорее всего будет не новичок, и тогда — она ударила своей боевой магией.

Молния, мощными ветвящимися разрядами, охватила обоих сражающихся, бросила их на истоптанную землю, и заставила корчиться в судорогах от электро-разрядов.

Новичок был пойман ею, ещё в полёте, а З, орро, — когда готовился отражать нападение в боевой стойке, но приложило их одинаково хорошо, не делая скидок ни на уровень, ни на антропоморфию.

Подойдя к новичку, она смогла рассмотреть его более подробно. Сейчас лёжа перед ней, вытянувшись во весь рост, он был смутно на кого-то похож. Видно было, что он ранен, но рана, уже почти зажила, оставив, только хромоту.

Его шерсть свалялась, и он был сильно истощен, но лапы и всё тело, говорили о большой выносливости и ловкости, да и сила в нём была, хотя и не в таком объеме, как у других зверей.

Его вещи лежали неподалёку, и она, с удивлением разглядела, среди них гербарий и челюсти хищных кувшинок и крылатых падальщиков, что имели большую ценность при создании оружия.

— А ты, парень непростой, — невольно подумала она. А потом, вытащила из его лапы, кинжал с волнистым лезвием и её память озарило вспышкой.

Она уже видела этот кинжал, — его сделал лучший оружейник, которого она здесь знала и сделал его под влиянием эмоций, когда отходил от полученных ран после поражения и горького разочарования.

Отбросив, сейчас ненужные воспоминания, она, снова и снова вглядывалась в руны.

— Нет, это точно он! Да и надпись рунами, недвусмысленно указывало на это. Р Е Н Е Г А Т — прочитала, она по складам, надпись на нём рунами и в этот момент, новичок очнулся.

Глядя на него, она вспомнила, в сущности какого зверя, он пришёл в этот мир.

«Росомаха», всплыло в её голове, его название, а «информаторий» подтвердил, что это землянин с трудно произносимым именем Ярослав и попавший сюда, чуть ли не с крайнего севера её планеты.

В её голове, сложился пазл и она, отринув сомнения, сделала ему знак, чтоб он шёл за ней, что он и сделал, нехотя встав и собрав вещи, поплелся вслед за ней, прихрамывая и чуть отстав от неё.

Росомаха, сильный и мстительный зверь, выносливый и непоколебимый, всегда идущий к своей цели, несмотря на препятствия, — именно такие им сейчас были нужны, чтобы закончить эту войну, которая уже стала смыслом жизни тех, кто выжил и остался тут.

Так, размышляя, они добрались до её вигвама и вошли внутрь. Для себя она уже решила, что поможет ему и научит всему, что он сможет от неё принять. А дальше… всё зависит от него.

Обернувшись к нему, — она сказала:

— С этого момента, я даю тебе имя Я, рслав. Так, теперь тебя будут называть все. после чего, пояснила ему, что каждому пришедшему в этот мир даётся новое имя.

В имени, скрывается много информации и его, не дают просто так, его надо заслужить, чтобы его дал, более опытный и уважаемый зверолюд.

Кроме того, — если имя начинается на заглавную букву и через запятую, с маленькой буквы, идёт продолжение имени, — то его, получают те, кто имеет низкий статус.

После сотого уровня, либо для командира очень большого отряда, его имя опять меняется, только теперь, с заглавной буквы начинается продолжение имени, после запятой. Я,рслав и Я,Рслав.

У волколаков, все имена начинались на Л, а у лесных стражей на Р, — об остальных расах, она не знала и не интересовалось написанием их имён.

Выслушав, всё это — я, плелся за шаманкой и медленно приходил в себя, после пережитого. В очередной раз всё моё тело ломило от боли, а до начала трансформации осталось 6 часов 22 минуты.

Вместе мы вошли в её вигвам. Это название удивительно подходило к её жилищу, обстановку которого я видел, в своём мире на старых фотографиях и фильмах про индейцев.

И интуиция мне подсказывала, что старая высшая шаманка, имела к ним прямое отношение. Как бы то ни было, а сейчас я спокойно и внимательно рассматривал внутреннее убранство вигвама, а особенно развешенные по стенам клочки и обрывки шкур, частей животных, пучки засохших растений и вообще неведомо чего.

Настоящая шаманская изба с кучей примочек! Между тем старая волчица, не обращая на него внимания, занялась своим делом, копошась в самом дальнем углу, и что-то ища там.

Я, так и стоял посередине жилища, не решаясь куда-нибудь присесть, пока она не прокряхтела разрешение. Скинув себя свои вещи и оружие, я развязал походный мешок и стал доставать из него накопленные части растений и животных.

Заметив это, шаманка бросила копаться в своём углу, и проницательно посмотрев на меня, своими поблекшими от старости глазами, — спросила:

— Уже жаждешь знаний?

Пожав плечами, я утвердительно кивнул.

— «Ну, хорошо».

И она, подойдя ко мне, стала перебирать мои сокровища, рассказывая о каждом и называя их названия. По растениям, я не ошибся ни в чём, изначально правильно, определив их предназначение, а вот челюсти кувшинок и крылатых падальщиков её заинтересовали.

— Я вижу, ты побывал, на глухом озере и чуть не поймался на уловки плотоядных растений? Я лишь, молча посмотрел на неё.

— Ты, правильно сделал, что сохранил эти челюсти, если их перетереть в пыль и добавить в рунное железо, то оружие, полученное из него, получит дополнительный бонус.

И сможет ещё наносить урон — кровотечением. А эти челюсти, крылатых падальщиков, применяются везде, особенно при производстве стрел.

А если, добавить их также в сталь, то её пробивная способность улучшится в разы, ты в этом, мог уже убедиться, и она кивнула на мой кинжал, спрятанный во внутренних ножнах.

Разобравшись с мелочевкой, — последним, я достал яйцо Грааха и она долго смотрела на него — не веря своим глазам, пока не очнулась от своих мыслей.

— Откуда, — оно у тебя?

— Нашёл в степи.

— И остался жив?

— Повезло!

— Что, ты хочешь за него?

— Оружие! И научиться драться!

— Хорошо, я помогу тебе.

Напоследок, я подтянул к себе панцирь и спросил у неё, — можно ли к нему приделать лямки и вообще, сделать из него щит.

Медленно взяв его в руки и осматривая его со всех сторон, она сказала: — Ты полон загадок — Я, рслав!

— Я, разберусь, что с ним можно сделать.

На этом мы закончили, а мой счётчик времени, показывал 4 часа 23 минуты — до начала трансформации.

Шаманка всё знала и понимала. Подойдя к незатухающему очагу в центре вигвама, она стала готовить для меня еду, попутно готовя ингредиенты для отвара.

За три часа, до начала трансформации, еда была готова и я, принялся насыщаться горячей стряпнёй, попутно употребив, кучу вяленого мяса, сыра, корешков, ягод и орехов.

В довершении трапезы, шаманка сняла с огня котелок с отваром и, проверив его, как я думал, тайно от неё — своим навыком — только лишний раз убедился, что старуха меня не обманывает, и отвар имел исключительную полезность, для моего ослабшего организма.

До начала трансформации оставалось меньше часа и мои глаза, стали самопроизвольно закрываться, пока мне не было выделено, небольшое место, справа у входа, застеленное чистой циновкой, на которую, я и рухнул, не в силах больше бороться со сном и провалился в чёрное беспамятство без сновидений, но с непонятными образами.

"Я, кружился и кружился, как осенний лист с первой вьюгой, падал и взлетал, и снова падал и снова взлетал. Меня носило, в разные стороны, произвольно меняя траекторию движения, и летя по прихоти ветра".

"Я, носился в небе, собирая на себе, кучу красивыхи хрупких снежинок, с практически идеальной формой, заданной самой матерью природой, но с неидеальным содержанием. А ветер, всё крепчал и крепчал".

"А я, носился и носился, — гонимый его волей, пока, он не стих. И, — тихо приземлился, — медленно и неспешно планируя в воздухе. Изменив свой цвет, с яркого, красно-оранжевого цвета, на… почти белый".

"И был, весь покрыт тонким, тонким слоем льда, в который превратились мои невольные спутницы — красивые снежинки, пока не опустился на грешную землю и замер на ней, добавив себя, к целой куче своих собратьев, уже давно лежащих здесь".

Глава 15 Я, рслав по прозвищу Шэн

Очнулся, я рывком — мгновенно вспомнив все события, предыдущего дня. Приподняв свою голову с круглыми, как у медведя ушами, я повёл ею во все стороны, ловя малейший звук.

Глаза, привычные к темноте и хорошо видевшие в ней, рассмотрели ту же обстановку, что была и до моей трансформации — шаманки нигде видно не было.

— «Уфф», — выдохнул, я с облегчением, и стал искать зеркало, чтобы рассмотреть себя. Но, такой роскошью, шаманка не обладала, хотя и была «Высшей», но видимо, ей смотреть на себя лишний раз, — только расстраиваться.

Побродив по вигваму и поев, видимо специально оставленную, для меня еду, и утолив ею первый голод. Я экипировался саблей и щитом и вышел из вигвама.

Наступал вечер, местное солнце, уже завершило круг по небосводу и медленно закатывалось за горизонт, окрашивая всё вокруг разными красками, преимущественно в жёлтые тона.

Оглянувшись, я никого не увидел. С,Кво, бесследно исчезла в неизвестном направлении. Самолично передвигаться, не узнав пока ничего о своей трансформации, тоже было, по меньшей мере, глупо.

В итоге, побродив между шатрами, я увидел рядом небольшое озерцо и подойдя к нему, успел увидеть с последними лучами солнца — своё отражение.

Из зеркальной глади воды, на меня смотрел зверь, отдаленно напоминающий прежнюю росомаху. Вытянутая морда, с круглыми аккуратными ушами, похожими на медвежьи, осталась почти такой же, но была, что называется — очеловеченной.

Тело вытянулось, исчезла сильно выраженная горбатость, мех, — стал гуще, плотнее и коричнево-чёрным. Хвост, стал ощутимо меньше, но толще, а подшёрсток на нём, стал намного жёстче и при этом, приобрёл гладкость, что могло помочь сбрасывать клинок, который уже не мог разрубать, а только скользил по шерсти.

Все мышцы укрепились, а на груди и животе стали выделяться своими тугими волокнами, перекатываясь под шерстью, каждый раз, когда я, показательно их напрягал.

Рана зажила, и я теперь не хромал, но иногда напоминала о себе — фантомной болью, ну и да — внизу, прибавились мужские причиндалы в меховом мешочке, но они практически не выделялись и были глубоко спрятаны, так, что не мешали мне ходить, и бегать. Значит, и надобности в набедренной повязке не было.

Осмотрев себя полностью, я размялся, попил воду и отправился обратно к вигваму С,Кво. Навстречу мне кинулся наперерез неизвестный зверолюд.

Но я, резко перейдя на бег, практически заскочил в вигвам С,Кво, не желая с ним встречаться и общаться. Опешив, от неожиданности, он не успел меня перехватить. А забежать за мной в вигвам, не решился.

И правильно! А то, можно и молнией по наглой башке получить! И мудрая С,Кво, обещала научить меня, этому умению. На минуту, я представил, как в меня запускает фаерболом магесса — волчица, а я… эффектно уклоняясь, одариваю её молнией и с удовлетворением смотрю, как она — корчась от судорог, просит у меня прощения.

Но, грозный окрик шаманки, быстро выбил у меня из пустой головы, глупые мысли о мести.

Вернувшись в реальность, я услышал: — Что это, ты заскочил, как будто за тобой гналась стая волколаков?

— А. — Э. — Мммм! Я, тупо молчал, не зная, что сказать и, наконец, разродился:

— Там … какой-то зверолюд, хотел меня перехватить.

— А, — это Ф, Рик — мастер-оружейник. — Я позвала его, чтобы он снял с тебя мерку на оружие.

— Ну, что ж! Похвально, что к тебе вернулась осторожность. — По-крайней мере, ты теперь, не будешь лезть, во всякие глупые стычки и сохранишь свою голову на плечах, хотя бы на время обучения у меня.

После этого, она пригласила зверолюда, который гнался за мной, — в вигвам. Им оказался — огромный варан, который и заставил меня понервничать, по пути с озера.

Ф,Рик, оказался приятным исключением из череды рептилоидов и ящеров, с которыми, мне пришлось столкнуться. Он был давним другом шаманки и был обязан ей жизнью.

И поэтому, — осмотрев меня и сняв мерку с моей изменившейся и ставшей, почти человеческой — лапы, ушёл к себе. Перед своим уходом, он пригласил меня к себе в оружейную, — сказав, чтобы я, приходил завтра утром. Там, он собирался обсудить, чего я хочу, и назначить вознаграждение за свою работу.

После его ухода, я снова плотно поужинал, — благодаря С,Кво, взявшую, на себя обязанность — кормить меня и отправился на свою циновку у входа, поправлять свои силы крепким сном.

С утра, проснувшись с первыми лучами солнца, я выслушал нотации старой волчицы и краткий курс по целебным растениям леса. Позавтракал с ней и получив от неё кусок железа в закрытом мешочке и два мешочка с перетёртыми в пыль, челюстями кувшинок и крылатых падальщиков, отправился искать, оружейную Ф,Рика.

Долго искать её, не пришлось. Следуя, указаниям старой шаманки, я отправился к подножию горы, и минут через двадцать, нашёл, похожий на кузню дом, притулившийся к боку горы.

Зайдя во внутрь, я попал сначала, словно в лавку оружия, обозревая длинные ряды развешенного везде, где только можно щитов и мечей, пик и копий, а также любых других модификаций холодного оружия.

Мягко прозвенел, колокольчик на входе и вежливо подождав, я дождался хозяина, вышедшего из двери ведущей во внутренние помещения.

— Приветствую тебя Я, рслав! — И я, тебя, достопочтенный Ф,Рик!

— Ну, что ж, говори, что ты хочешь получить в качестве оружия.

Я долго, размышлял, чтобы мне хотелось иметь. Ведь, оружие, которым тебе предстояло защищать себя и которое по-сути, тебя же и кормило, вызывало совсем не праздный интерес.

Весь вечер, я вспоминал все виды оружия, о которых знал, либо когда-то слышал. Выбор был велик, но велика была и цена за ошибку, в случае неудачи.

В конце концов, я выбрал сабли и короткий меч Дао, научиться владеть которыми, было проще, чем остальным оружием. Муки выбора, на этом не закончились и чуть не кусая себе локти, своими клыками, я решил остановился на венгерской сабле — «карабеле», с не очень большим изгибом или китайском Дао, смотря, что из них будет проще сделать мастеру.

Оба могли наносить сокрушающие удары, своим расширенным на конце лезвием, что было нужно для борьбы с роботами или могучими зверолюдами, да и представители других рас этого мира не страдали от дистрофии.

Мучаясь выбором, я всё-таки остановился на «карабеле», как на оружии лёгком, но в то же время мощном и требующем больше ловкости, чем силы и как мне казалось, мне оно подходило.

Кроме этого, мне нужно было ещё и запасное оружие. Оно должно быть длинным и древковым, что-то вроде обычного копья, или алебарды и здесь выбор был ещё более сложным.

Ф,Рик, внимательно выслушав меня и снова оглядев мою фигуру, — согласился со мной, сделав у себя пометку на деревянной дощечке и приняв от меня, все мешочки, которые мне дала С,Кво.

Заглянув в них, он был изрядно удивлён, если, не сказать — поражён, их содержимым. И если бы у него были брови, они бы вылезли ему на затылок. Но, и без того было ясно, его крайнее удивление, отчего вся кожа на его вытянутой морде пошла волнами.

— Что же ты такого сделал… старой шаманке, что она передала тебе рунное железо и подобные ингредиенты?

— Ингредиенты, я нашёл сам, а железо, я его даже не видел!

Но варан, сразу догадался. — Если ты сам… нашёл челюсти кувшинок, то наверно ещё, нашёл что-то этакое, что… старая шаманка, пожертвовала тебе рунное железо.

— Да, к тому же и "скрытое", ведь пока оно не напьется крови врага, никто об этом и не узнает!

Дальше мы с ним стали обсуждать, древковое оружие и так и не придя к общему знаменателю, расстались, взяв временный тайм-аут.

Но к одному свойству будущего оружия, мы пришли. Оно должно было быть разборным и древко могло разбираться примерно наполовину, чтобы я мог действовать лезвием как топором, разрубая, особо мощные тела, либо доспехи или корпуса роботов, и длина древка, мне бы не мешала.

Расплатиться, я должен был очками влияния, которых у меня было ровно триста, кроме того, я сдал свой щит, меч и саблю, а также два наконечника копья, обменяв их на аналог местных денег — на четыре «листа».

«Лист» — представлял собой, действительно лист дерева, искусно сделанный из неизвестного мне материала и покрытый пылью местного магического минерала сихыр, действительно представлял собою ценность, для всех живущих на этой планете рас.

Закончив торговаться и заплатив за «карабелу», — сто пятьюдесятью очками влияния, я отправился обратно к С,Кво и добравшись до неё, приступил снова к обучению.

Обучение проходило неспешно, сначала мы разбирали лечебные растения, которые произрастали в данной местности, потом какие вообще бывают, потом, как из них что-нибудь делать.

Отвары, мази и прочие. В итоге, день пролетел незаметно. Уже вечером. Шаманка, сказала мне, чтобы я не терял времени и шёл на обучение к мастерам боя.

И хоть, я всё своё оружие уже продал, но лук у меня остался, а работа с копьём и мечом, поначалу, не требует настоящего оружия. Всегда можно позаниматься и с деревянным.

Воспользовавшись моментом, я спросил у неё, насчёт панциря, из которого хотел сделать меч. Поморщившись, шаманка сказала, что она работает с ним, но он не подвержен магии, и просверлить в нём отверстия, так же нереально, как ей — взлететь в небо.

Поэтому и «светить» его нельзя, иначе, слух пойдёт по всему лагерю и его у меня отберут, либо сразу убьют, если узнают, что он привязан. А может даже попытаются уничтожить щит, путём убийства его владельца, то есть меня, и их даже не остановит, что щит не может менять владельца, а значит будет бесполезен.

И это пугало! — таких, по-настоящему звериных отношений, он не ожидал. Горько вздохнув, волчица сказала, что так стало совсем недавно, и она надеется, что это пройдёт, а зверолюди снова сплотятся, вокруг нового лидера.

В общем, разговорив её, я узнал, что раз магией и железом, с панцирем не справиться, значит, завтра они будут варить клей, которым они смогут приклеить лямки щита.

Разговаривая с ней, я разомлел в тепле, но всё же решил заняться делом и достал из кожаного мешка завёрнутые в кожу ящера, его же шипы. Увидев их, С,Кво, восторженно поцокала языком и тут же отрезала большой кусок кожи на лямки для щита.

Потом осмотрев шипы, признала их годными и макнув в неизвестный мне отвар, обновила яд на них, и протянула мне полый кусок растения, вроде бамбука, посоветовав закрыть им истончающие яд шипы, что я и сделал.

Утром, я сходил к оружейнику и заказал ему японскую нагинату с двухметровым древком, — плодом мучительных раздумий и копаний в памяти.

Ф, Рику не пришлось, долго объяснять, как выглядит её лезвие. Пара объяснений, три уточняющих вопроса, рисунок углём на столе и он понимающе кивнул, сделав пометку на своей дощечке.

На копьё пошло, не рунное железо, а обычная сталь, но Ф,Рик, собирался добавить в неё весь оставшейся порошок от челюстей крылатых падальщиков и провести над ней магический ритуал, зачаровав на пробивную способность.

Расплатиться с ним пришлось, последними ста пятьюдесятью очками влияния, что ещё у меня оставались и обещанием, что все трофеи, полученные в бою, я, буду приносить ему — в первую очередь.

После этого, направившись к горе, я стал искать подходящее дерево, чтобы из его веток, сделать себе метательные копья.

Так, я и проходил почти весь день, вырезая древки для сулиц, своим кинжалом, ища нужные шаманке травы и учась у неё, варить клей для щита.

К мастерам, я так и не успел зайти.

А, на следующий день, было уже не до того, потому что вернулись отряды зверолюдов из долины новичков и вернулись далеко не все, а среди тех, кто вернулся, было очень много раненых.

Летающие зверолюды, не дали волколакам проникнуть в долину новичков, обстреливая их стрелами и камнями с воздуха, пока не подоспели передовые отряды из полевого лагеря.

А дальше, несмотря на преимущества высоты и геройскую похвальбу, они умылись кровью, с трудом сдерживая атаки волколаков. Пока те — потеряв многих, в конце концов, не ушли, — злобно огрызаясь и обещая, что они ещё вернуться и их будет очень много.

У обороняющихся, уже не было даже сил — кричать в ответ ругательства и показывать, то, что у них под хвостом. — Свои бы раны зализать, а не преследовать, хорошо организованных врагов, надеясь поживиться трофеями.

Шаманка, тут же ушла их встречать и тут же, стала делать операции, практически на живую и лечить другие раны. Я метался, от неё к вигваму и другие шатры и дома, разыскивая и собирая необходимые целебные отвары и мази, запас которых катастрофически заканчивался.

К вечеру, мы оба валились с ног, а поток раненых не прекращался. Особенно, мне запомнилась летающая лисица с порванным крылом, она не была маленькой, — доходя мне размерами почти до носа, если стоять на задних лапах, но была гораздо миниатюрнее.

Её, похожая на лисью мордочка, была перекошена от боли, но в глазах, не было и слезинки, — она стойка терпела боль, пока шаманка, зашивала ей крыло и накладывала шину на перелом кости крыла. Лишь раз, когда я перевязывал её, она приглушённо охнула от боли и на миг потеряла сознание.

Я, мигом подхватил её безвольное тело, удивительно мягкое и хрупкое, но, очнувшись, она тут же вырвалась из моих грубых лап и я, заканчивал перевязку в неловком молчании.

Но на прощание, она смогла пересилить себя и сказала — «спасибо», когда я уже заканчивал смазывать её раны, целебной мазью и сразу ушла, со своими летающими собратьями.

Вздохнув, я продолжил помогать шаманке, изредка, она прибегала к лечебной магии и где-то уже глубокой ночью, я, почти не соображая, что делаю, чисто на автомате, повторил её заклинание, стимулирующее заживление.

И мне, тут же пришло сообщение, от «информатория».

Внимание! У вас появилось новый навык: — «Активация регенерации»:

+ 10 % к вашему здоровью;

+ 10 % к здоровью пациента;

— 5 % вероятность прекращения кровотечения;

— 5 % вероятность начала естественной регенерации;

— 10 % вероятность увеличения скорости природной регенерации;

— 2 % вероятность вывода из комы пациента;

— 1 % вероятность отсрочки летального исхода.

И все это была лечебная магия, очень редкий и недоступный многим магам и шаманам навык.

Моя шкала маны, на этот момент была полностью заполнена, но я снова повторил заклинание, уже на другом раненом и снова, у меня получилось.

Остатков маны, хватило ещё на один раз лечения, и она закончилась, её запасы у меня ещё были малы, да и уровень у меня был ещё невысокий. Но, вспомнив о подарке королевы жуков, я активировал амулет.

Моя мана восстановилась, и ещё пару раз мой амулет подзаряжал меня, пока не ушёл на перезарядку. После чего, и я прекратил активировать, свой новый магический навык.

Наконец, перед обедом, мы вместе с шаманкой, уже ничего практически не соображавшие, ушли в её вигвам, где и «отрубились», едва добравшись до своих лежаков.

Проснулись мы уже вечером и, проверив раненых, оказали нуждающимся неотложную помощь, снова заснули, чтобы встать уже утром.

Все эти сутки, мы почти не ели и я, не успев набрать вес, снова потерял его, становясь похожим на высокого заморыша, с острой мордой грызуна.

Что и не замедлило сказаться, — когда кто-то из раненых меня позвал: — Эй, крыс, — помоги! Подойдя к нему, я не стал разубеждать его словами в обратном, а просто оскалил пасть, показав свои великолепные белые и острые клыки, а потом медленно выставил свои кривые и не менее острые когти, махнув ими возле его морды.

Пациент, проникся, но не знал, как ко мне обращаться, хотя моё имя наверняка ему было видно и услужливо было показано «информаторием» лесных стражей.

Не став дальше играть на его нервах, я представился:

— Я, росомаха, а не крыса. — И я хищник, как и ты любезный кошак, и если ты не против, — когда конечно выздоровеешь, мы с тобой встретимся в поединке без оружия, и выясним, чьи когти острее и чьи зубы длиннее.

И я, посмотрел прямо в жёлтые глаза зверолюда, напоминавшего мне гепарда.

Больше меня никто не трогал и только спрашивали: — А где шаман? — Ну, этот, который — росомаха.

Так, пролетело несколько дней и когда раненых, благодаря, нашей помощи и регенерации, заметно поубавилось, я решил начать тренировки с луком и копьём, а лучше вообще с мечом.

Времени катастрофически не хватало, но, всё же встав с утра пораньше, я двинулся к шатрам мастеров боя. Хотя, конечно, лучше, было бы, чтобы меня учил элитный воин, но чего нет, того нет.

Никто из них, не хотел заниматься воинскими искусствами с каким-то непонятным шаманом. Плати «листы» и тренируйся в своё удовольствие.

Подойдя к шатру стоявшему, почти рядом с полигоном, я увидел высокого и мощного лесного стража, стоящего в кольце почтительно внимавших ему низкоуровневых разумных и подошёл к нему.

Р,Гир — элитный воин расы лесных стражей был мастером колющего и рубящего оружия 92 уровня и сейчас он собрав вокруг себя новичков, торжественно втирал им основы боя в строю и обращения с оружием.

Короче — проводил вводный инструктаж, говоря, что оружие острое, копья тяжёлые, а головы новичков — пустые, и поэтому, они будут биться деревянным оружием, чтобы никто из них ненароком не проткнул другого или не отрубил, пустую голову своему товарищу или партнёру по спаррингу.

Войдя в круг почитателей мастера, я с усердием склонил свою не менее пустую голову в почтительном ожидании, что незамедлило сказаться.

Заметив меня, Р,Гир — обратился ко мне:

— Я вижу, что и шаманы не чураются учиться боевым искусствам? — и я, ещё сильнее нагнув в почтении голову — произнёс:

— Уважаемый Р,Гир, не могли бы вы взять меня к себе в ученики?

— Что ж, за пятьдесят очков влияния, я готов приступить к твоему обучению! — Чему, ты хотел бы обучаться у меня?

— Копьём и мечом — уважаемый Р,Гир?

— Хорошо, это достойный выбор! И я, мастер оружия Р,Гир — беру тебя в ученики — шаман Я, рслав!

На этом наша, в высшей степени пафосная беседа подошла к концу, — и дальше, я просто стоял в кругу учеников, пропуская мимо ушей всякий ненужный бред, что продолжал дальше изрекать Р,Гир.

В конце концов, он тоже устал пудрить мозги ученикам, и мы приступили непосредственно к тренировкам, получив каждый — учебное копьё без наконечника и деревянный меч.

Разбив нас по парам, мастер дал отмашку на проведение спарринга, чтобы увидеть наши навыки и вообще на что мы способны. Практически у всех, навыки владения мечом, оказались не выше четвёртого начального, а копьём и того меньше.

В этой среде, я был середнячком и вступив в спарринг на мечах, с очередным представителем кошачих довольно средних размеров, яростно скрестил с ним свой деревянный клинок.

Подойдя к нам, мастер внимательно смотрел как мы, рубим друг друга, напрягаясь от усилий и даже краснея, от пристального внимания. Пока мы не выдохлись и он, взяв в руки мой меч, показал несколько приёмов, которые были нам не только неизвестны, но и недоступны для понимания, как это можно сделать.

Снова повторив приёмы, он заставил нас повторять за ним, раз за разом. Наконец, он удовлетворённо кивнул и уже уходя, спросил у меня, какой меч, я предпочитаю — прямой или изогнутый.

Ответив, что изогнутый, я получил удовлетворительный кивок головой от него и фразу — «И это правильно!»

Так отрабатывая в поту, новые приёмы и используя старые, мы и колошматили друг друга, до самого вечера. В итоге уже расходясь, мы отчитались перед мастером, кто и сколько в спарринге потерял лап, хвостов и пустых и неумелых голов.

Я, за весь день, — потерял три лапы, один раз — хвост и оба уха, да, пару раз голову, о чём мне напоминали синяки под шкурой и периодически возникавшая там боль, но обид не было ни у меня, ни у моего оппонента — всё было по-честному!

И я, подхрамывая, скорее по-привычке, чем по необходимости, отправился на свой коврик, у входа в вигвам старой шаманки.

Зайдя туда и потрапезничав, я продолжил уже обучение с ней, запоминая рецепты отваров, зелий и декоктов. Знания шли в усталую голову с трудом, но я хотел быть универсальным солдатом, а не тупым махателем меча и отгоняя от себя сон, как пчёл от мёда — старательно вслушивался в неспешную речь старой волчицы.

Наконец и она устала меня просвещать и я, взяв нарубленные ветки для сулиц, стал прилаживать к ним ядовитые шипы ящера.

Успев сделать только один, я потянулся к древку следующего и упав на циновку, так и не поднялся, заснув в нелепой позе, — и не слышал, как старая шаманка, в кои веки улыбаясь, подошла ко мне и осторожно поправила моё тело и лапы, чтобы они не затекли во сне, а затем, осторожно проведя лапой по моей шерсти на боку, со слезами на глазах, ушла к себе.

Утром, несмотря на синяки, я бодро вскочил, и день повторился снова, учения шаманки, учение у мастера, бой с очередным спарринг партнёром, вечернее учение — сулица — сон.

Следующий день и следующий и следующий. В конце концов наступило разнообразие. Мы перешли от мечей к копьям. Здесь было всё намного сложнее.

Держа длинный дрын, я чувствовал себя, очень неловко, даже можно сказать неуверенно, но мастер, на то он и мастер, быстро выбил из нас всю неуверенность, своей палкой.

Недаром есть пословица: — «Глаза боятся, а руки делают» и как бы я ни боялся, а руки — вернее лапы, всё более уверенно сжимали копьё.

Сначала, мы ходили в строю, изображая из себя стену щитов, затем разбились по парам и с ожесточением кололи друг друга, — здесь я, кстати, преуспел и постоянно насаживал на своё копьё всех подряд.

Правда и сам пару раз попался, ну да один раз, … как говорится, не считается. Была с нами и одна зверолюдка не из земного мира, а с какого-то Скролла, но то же гуманоидного, только её звериная ипостась напоминала скорее химеру, чем нормальное животное, что-то вроде помеси тигра с носорогом.

Была она очень крупной и звали её Ф, рау, уровень её был пока небольшим, но она «месила» всех подряд, и никому не давая спуску, этакий рыцарь без страха и упрёка.

Меч для неё был скорее развлечением, чем необходимым оружием, ей больше нравились двуручные топоры и алебарда, другого оружия она не знала. Я схватился с ней пару раз и смог снести ей голову, только за счёт ловкости.

На копьях же, она крутила меня, как пропеллер на вертолёте, я только и успевал летать по воздуху, в разных направлениях от её ударов, чем постоянно вызывал смех, как учеников, так и мастера.

Но не бросал с ней бороться, несмотря на синяки. Она была очень неудобным бойцом, но в бою удобных не бывает, и я снова и снова, бросался в спарринг с ней, и, в конце концов, смог вызвать её уважение, хотя и не стремился к этому.

Особенно наблюдая, как она орудует своим копьём, я подумал, что ей отлично бы подошло наше русское оружие под названием бердыш.

Объяснив, ей после тренировки, что ей оно бы подошло, я увидел откровенную радость в её глазах, а потом бездну отчаянья. Не поняв её реакцию, я спросил: — Ты чего такая?

— Ничего. А где, мне взять очки влияния и «листы», чтобы купить его? — Все свои очки влияния, я потратила на обучение!

Я смотрел на неё и думал: — Мне, не надо от тебя ничего, ты просто глупая девчонка. Да, сильная, да мощная, но, но сколько таких погибло, не дожив до старости, ничего не успев совершить в жизни, либо пали жертвами вероломства мужчин.

У меня оставалось ещё 48 очков влияния, полученных за спасение раненых и я готов, был их отдать, чтобы знать, — что я могу помочь в этом жестоком мире и может быть, и мне когда-нибудь, кто-нибудь поможет!

После тренировки, я подошёл к ней и предложил сходить к оружейнику, она сначала отнекивалась, но потом всё же пошла за мной. Ф,Рик сильно удивился, увидев у себя нас двоих, но справившись с удивлением, сказал, что моё оружие, ещё не готово, но уже скоро он его сделает.

Я, попросил его сделать рукоятку «карабелы» в виде орлиного клюва и спросил его об ножнах, в ответ Ф,Рик заверил меня, что ножны идут в комплекте и я ему больше ничего не должен.

Возникла пауза. Оглянувшись на смущённую Ф, рау — пытавшуюся спрятаться за моею спиной, — я сказал:

— Ещё, я хочу заказать, для моего товарища бердыш и быстро нарисовал его углём на столе. Профессиональный интерес, сыграл своё дело и Ф,Рик, посмотрев на рисунок, взял заказ.

Мы начали торговаться, мой перк от этого, только прокачивался и зверолюди становились лояльней ко мне и не заламливали цену. В конце концов, мы остановились на тридцати очках влияния и одном «листе» платы.

Договорившись и «ударив по лапам», я тут же расплатился с ним, что называется онлайн и мы вместе с Ф, рау молча вышли из кузницы Ф,Рика.

— Что, ты от меня хочешь за это? — не выдержав молчания, — спросила меня Ф, рау.

— Ничего! Отдашь, когда сможешь, а я ещё заработаю.

— Я отдам, отдам! Как вернусь с трофеями, я сразу отдам.

Остановив её излияния, от которых, я чувствовал себя очень неловко. Я просто сказал: — Я верю, тебе Ф, рау, не переживай и дотронувшись до её мощного плеча и с улыбкой заглянув ей в её чёрные глаза, я развернулся и пошёл в вигвам шаманки.

На душе было тепло и радостно, впервые с того момента, как я попал в этот мир, ведь моральное удовлетворение от правильного поступка, иногда приносит, гораздо больше удовольствия, чем алкоголь и власть.

Вернувшись в вигвам, я занялся своими дротиками, то бишь — сулицами, но само название сулицы, мне не нравилось, и я, стал называть свои поделки дротиками.

Были они около 80 сантиметров, древко которого с расщепленным концом, держало в себе ядовитый шип с защитным колпачком на острие, из куска похожего на бамбук растения.

С,Кво всё-таки доварила, — варившийся уже целую неделю клей и теперь прилаживала к панцирю, сделанные ею из куска кожи ящера ременные петли.

Зачерпнув клея, она стала прилаживать их к внутренней части будущего щита. Из-за этого сегодня не было обучения и я вплотную занялся своими дротиками.

Закончили мы одновременно; — шаманка, с щитом, а я с дротиками. Всего у меня получилось одиннадцать штук, и теперь я шил из выделанной кожи для них чехол с гнёздами для каждого.

Занятия продолжались по-прежнему, и я довольно сильно вырос над собой, как с мечом, так и с копьём. Ф,рау в спарринге со мной сначала пыталась поддаваться мне в благодарность, но только рассердила меня, после чего, снова стала лупить меня, почём зря.

Но всё же иногда, я понимал, что она придерживала удар, чтобы не травмировать меня, так вскоре я достиг уровня владения мечом и копьём, после которого мастер рекомендовал, только индивидуальные тренировки, либо надо было сосредоточиться, только на этом, что я не мог сейчас сделать.

Оставался ещё один вопрос, который надо было с ним решить, у кого можно было научиться работать с луком и Р,Гир, не мог мне с этим помочь, но посоветовал, мне Ю,Ли — лучницу 98 уровня, которая сейчас выполняла важное задание в составе отдельного отряда, но вскоре должна была вернуться.

После этого, мы тепло расстались с мастером.

К этому времени было уже готово моё копьё и меч, которые я и отправился забирать в кузницу к Ф,Рику. По дороге к нему, я заглянул в свои статы:

Ваш текущий уровень — двадцать седьмой.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 25 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 30 % к мане и + 30 % к здоровью;

— Самолечение; + 25 % к здоровью;

— Регенерация — 3 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается. Эффективность восстановления — 2,5 % здоровья в минуту.

— Шипы: + 5 % к поражению метательным оружием

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 60 % вероятность улаживания конфликтов.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

— «Активация регенерации»:

+ 10 % к вашему здоровью;

+ 10 % к здоровью пациента;

— 5 % вероятность прекращения кровотечения;

— 5 % вероятность начала естественной регенерации;

— 10 % вероятность увеличения скорости природной регенерации;

— 2 % вероятность вывода из комы пациента;

— 1 % вероятность отсрочки летального исхода.

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Первый средний.

Владение мечом: — Пятый средний.

Владение копьём: — Восьмой средний.

Результаты тренировок, были, что называется налицо.

В кузницу оружейника, я пришёл в глубоких раздумьях, анализируя свои характеристики, они существенно подросли, что позволяло мне уже с уверенностью идти в бой.

Но если становиться — универсалом, то нужно было активировать навык лучника, а учителя у меня всё ещё не было. Так размышляя, я незаметно дошёл до кузницы.

Ф,Рик, уже ждал меня, весь в предвкушении моего восторга, войдя во внутрь, мой взгляд сразу упёрся в великолепное копьё с ярко блестевшим в свете очага лезвием.

Не в силах сдержать восторга, я бросился к ней и положил лапу на её отполированное древко. Дерево на ощупь оказалось твёрдым и приятным, посередине древка находилось железное кольцо и Ф,Рик, подтвердил, что там находится металлическая втулка разъединяющая древко на две неравные половинки.

Осторожно взяв в лапы нагинату, я почувствовал её приятную тяжесть, взмахнуть ею, мне не позволяло ограниченное пространство и нормы приличия.

Испытывая, глубокое уважения к разумному варану-оружейнику, я глубоко склонился в поклоне перед ним, чем вызвал его удовольствие. Наконец, поставив копьё обратно в стойку и вдоволь насладившись ощущением его тяжести в лапах, я повернулся и подошёл к Ф,Рику.

— Ну что, приступим ко второму оружию? — обратился, он ко мне.

— Приступим!

И он, выложил на стойку перед собой «карабелу» — в строгих, непритязательных и чёрных по цвету ножнах. Её гарда была сделана в виде когтей орла и полностью закрывала кисть лапы, от ударов.

Эфес, как я и просил, был сделан в виде сильно загнутого клюва орла, вместо глаз которого были вставлены два раух-топаза. Как гарда, так и эфес были вороненые и прекрасно гармонировали с ножнами, ничем не украшенными, кроме россыпи небольших чёрных камней.

Выждав паузу, я с разрешения мастера-оружейника, медленно вытащил саблю из тщательно сделанных для неё ножен. Она была великолепна.

Её сталь отсвечивала непередаваемым красным отливом, намекая на необычные её свойства, и резала глаза, своей остро отточенной кромкой, готовой разрезать даже воздух.

Клинок был длиной около 80 сантиметров и весилне больше 1,5 килограмма и был отлично сбалансирован, даже держа его на весу, я чувствовал смертельную опасность, исходившую от него.

Это было действительно великолепное оружие и теперь мне надо было доказать, что оно попало в не менее великолепные лапы. Еще раз, поблагодарив мастера поклоном, я вышел из кузницы, забрав, всё сделанное для меня.

Саблю, я сразу повесил себе на пояс, а нагинату, нёс в руках. Меня, так и подмывало броситься с ней в бой, или хотя бы на полигон, но я понимал, что это неразумно и кроме неприятностей, ничего не принесёт.

Ф,Рау, уже забрала недавно у Ф,Рика свой бердыш и теперь занималась с ним каждый день. Уничтожив уже полтора десятка чучел роботов и волколаков и теперь отрабатывала наказание мастера Р,Гира, занимаясь тем, что делало в лесу новые.

Но опробовать нагинату и саблю, на полигоне стоило. И я, направился туда. Придя на полигон, я приступил к разминке и взяв в руки нагинату стал ею орудовать.

Клинок со свистом резал воздух, послушный моей воле. Из-за этого, я начал впадать в раж, мои движения всё убыстрялись и убыстрялись. Нагината была послушной, как влюблённая женщина.

Она была лёгкой и отзывчивой, легко меняла направление и траекторию удара, позволяла делать с ней немыслимые пируэты, которые бодрили кровь и заставляли сладко ныть все мышцы.

Я, прыгал, скакал, как горный козёл, выдумывая финты и приёмы, пока не устав, не нанёс решающего удара, по давно присмотренному чучелу. Лезвие с тихим шорохом развалило чучело на две неравные половинки, раскрыв его деревянные внутренности и наваждение пропала.

С меня словно скинули вуаль, закрывающую глаза на окружающий мир, резко нахлынула усталость, и я почувствовал пот, который покрывал всё моё тело, мышцы усиленно доказывали, что они есть и их у меня много.

Опершись, устало на копьё, я оглянулся вокруг. Оказалось, что я уже был не один, — вокруг меня, собралось много зверолюдов, которые внимательно смотрели на мои упражнения с копьём.

Среди них оказалось и Ф,Рау. Не в силах сдержать эмоций, она подошла и обняла меня, сжав как тисками, своими совсем не женскими лапами, хотя всё остальное у неё было довольно мягким и волнительно упругим.

Обняв её не менее дружески в ответ, я сделал паузу и вырвался из чрезмерно жёстких объятий, уточнив у неё, как она управляется с бердышом. На это, я выслушал кучу слов, в которых она расписывала своё удовольствие, которое она получала от занятий с бердышом, на том, мы и закончили, отправившись дальше каждый по своим делам.

С саблей, я тренироваться решил, подальше от любопытных глаз, чтобы не травмировать нежную психику любопытных. Да к тому же оставался, ещё один вопрос, который хорошо бы было решить.

Это возможность активации нового магического умения, а именно: ветвистой молнии, которой «шарахнула» меня старая шаманка при нашем с ней знакомстве.

С,Кво, постоянно отмахивалась от меня, как от мухи, говоря, что мне ещё рано и я слишком много хочу, всего и сразу. — «И в её время, так не поступали!»

Но мне было, глубоко наплевать как в её время поступали, мне больше интересовало, как мне поступать и развиваться мне надо было не как обычному шаману.

Как говорится, — «новое время — новые возможности». А здесь всё уже выродилось в — «умри — если не смог выжить», а выжить становилось всё труднее и труднее.

В битве, против тысячи волколаков Л, Эго, погибло много храбрых высокоуровневых зверолюдов, ещё больше было ранено, многие потеряли конечности и ушли на перерождение, что заметно ослабило их полевой лагерь.

В других лагерях, в том числе и центральном, положение было не лучшим. Лесные стражи несли большие потери и брали сейчас больше количество, чем качеством, выдергивая из других миров, всё больше и больше разумных.

Но и их резервы были не бесконечны. Как-то раз, старая шаманка, поманив его за собой пальцем с кривым пожелтевшим когтем, позвала егоза собой.

И они отправились сначала к подножию горы Снек, а потом стали взбираться на неё по узкой тропинке, которая прихотливо петляла по склону горы, поднимаясь на её вершину.

Так, они и шли гуськом по ней, впереди старая шаманка, а сзади он, с любопытством вертя головой в разные стороны. Вокруг расстилался горный пейзаж, наполненный, красивыми мазками далёких гор, близких перевалов, чистотой прозрачного воздуха и яркими каплями разноцветных шатров, далеко внизу.

Воздух был наполнен волнующими ароматами, редких трав, коры деревьев, ядом хищных насекомых и запахом, различных зверей проживавших на горе.

А ещё, вокруг струилось лёгкое марево магической дымки от минерала, которым был пропитана вся гора. Её породы были насыщены им и все травы и деревья, насекомые и птицы, которые жили здесь, тоже несли в себе частичку его силы.

Наконец они поднялись по узкой тропе вверх, и вышли на небольшую плоскую вершину. Здесь была открытая площадка, с которой было видно далеко вокруг.

На сотни миль можно было обозревать окрестности и видеть далеко вокруг. Сам воздух здесь был кристально чистым и преломлялся словно линза, приближая далёкие окраины, как будто ты смотрел в стерео трубу.

Здесь же был размещен и наблюдательный пост, который пользовался всеми преимуществами этого места и полезным эффектом воздушной среды. Здесь, жили и летающие зверолюды в разных строениях, созданных под их устройство тела.

Кому как было удобней. Кто сидел на длинных и крепких перекладинах, словно куры, кто сладко спал в меховом или травяном гнезде, а кто в огромном дупле дерева, остальные жили в обычных круглых хижинах, зорко охраняя покой волшебной горы.

На краю вершины была деревянная арка с дверью, ведущей вниз, открыв, её они вошли внутрь, и попали в туннель, ведущий в недра горы. Стены в нём мягко светились неярким светом, и они шли дальше, плавно опускаясь всё ниже и ниже, пока не попали в огромную пещеру. Перенасыщенную магией, которая казалась, чувствовалась даже на вкус.

Войдя в неё, старая шаманка указала на аккуратные ряды, каких-то существ, которые, располагаясь полукругом, плавно росли вверх.

Подойдя к ним, я увидел небольших зверей с телами похожими на аккуратные бочонки размером с 10 литровое ведро и покрытые чешуйками как сосновые шишки.

У них была круглая небольшая голова с маленькими забавными ушками и большими, выразительными и очень умными глазами.

— Кто это?

— Это, — «мишки — похожие на шишки» — предки лесных стражей.

— И они же являются живым «информаторием» расы лесных стражей. Они отказались от общественной жизни, отдав себя полностью в служение своему народу и детям.

— Сейчас они практически не размножаются и являются ячейками памяти для «информатория» и именно они отдают забракованные свои «ячейки», для того, чтобы призвать в наш мир защитников.

— «Поразительное самопожертвование», — невольно прокомментировал я увиденное. С,Кво на это только тяжело вздохнула и развернувшись, пошла обратно.

Постояв ещё пару секунд и рассмотрев их полностью, я тоже развернулся и пошёл за ней, переваривая увиденное. Обратно мы шли нагруженные волшебным мёдом, который отобрали от не менее волшебных пчёл или как они тут назывались, что было неважно.

Важным было то, что он повышал магическую восприимчивость, и давал шанс на пробуждение магических способностей, которые у меня уже частично пробудились в лечебной магии, но С,Кво, пояснила, что этого было недостаточно.

И теперь мы тащились вниз нагруженные бочонком с мёдом и сотами, которые предстояло мне все съесть, но я был не против, сладкое мне нравилось.

С недавнего времени, меня снова стали называть не Я, рслав, а Шэн, с лёгкой лапы Ф, рау, которая подслушала это прозвище, когда на тренировочную площадку пришёл Сяо в компании других медведе подобных зверолюдов.

Он теперь, то же звался не Сяо, а С, сяо и увидев меня, подошел ко мне и поздоровался. Мы не копили обиды друг на друга и простили их, по крайней мере, я.

Временами, мы встречались в тренировочных схватках, тогда то, находившаяся поблизости Ф, рау и услышала это прозвище, которое и приклеилось ко мне.

Благодаря усиленным тренировкам, я снова поднял свои уровни владения оружием, но ненамного, зато существенно поднял свой общий уровень до тридцатого и мне постоянно капали очки влияния за помощь в лечении других.

Глава 16 Пьяный шаман

Время бежало незаметно и поздняя осень, уже грозила перерасти в раннюю зиму. Я отожрался. Набрал вес и теперь нагината, не казалась в моих лапах огромной.

Бочонок с мёдом наконец перебродил и действительно превратился в волшебный, для его пробы, я после обеды был вызван с тренировки и нагрузившись им потопал вслед за С,Кво, опять на вершину горы, периодически останавливаясь, чтобы по указанию шаманки зачерпнуть деревянным половником из него и вылить его себе в пасть.

Добравшись до вершины, я был уже сильно пьян, а бочонок наполовину опустел. Мне хотелось петь, в смысле выть от счастья и впервые захотелось женщин, в смысле самок, хотя до этого меня такие мысли не посещали, несмотря на приобретение мужских причиндалов.

Несомненно, всему виной была волшебная брага, которая ещё плескалась на дне бочонка, и я старательно оттуда её вычёрпывал, пока он почти не опустел и я не взял его обеими лапами и опрокинул его содержимое себе в пасть.

Странно, но С,Кво этому не препятствовала, хотя она несомненно догадывалось, что со мною будет, после его распития. Мой ищущий взгляд распугал всех летающих зверолюдов на вершине, и они попрятались от греха подальше.

Пьяный шаман, это звучало очень нехорошо и грозило серьёзными последствиями всем без исключений — зверолюд ты, или зверолюдка, действия по отношению к ним были разными — итог один.

Увидев, неосторожно выглянувшую из хижины любопытную мордочку зверолюдки, я тут же направился в её сторону, так как она показалась мне ослепительно красивой, и я просто жаждал познакомиться с ней поближе.

И рассказать ей, какой я храбрый, сильный, могучий, красивый и то, что я, смогу принести ей много, много летающих зверодетей, ну впрочем, летающими могли быть не все, но то, что они бы были бы все зверолюдьми — это точно!

Но, взяв меня за предплечье, старая шаманка, быстро переориентировала меня на другое. Поставив меня в центре площадки, она ударила меня своей молнией.

Электрический разряд встряхнул меня и выбил весь хмель из головы, но не до конца, схватившись за саблю, я обнаружил, что мои лапы парализовало и тогда, злобно зыркнув на неё, я по-звериному зарычал.

Её, это не впечатлило, и она снова шарахнула меня своей молнией. Сначала разряд, а потом и кровь ударила мне в голову, не помня себя, я выпустил всю накопленную до этого ярость, повторив её заклинание не словами, а силой мысли и эмоциями.

Длинная и слабая фиолетово-чёрная молния, протянулась от меня к ней, не зацепив её. А бессильно уйдя в землю. Старая шаманка, тут же ударила меня в ответ и гораздо сильнее.

Окончательно озверев, я стал стегать молниями всё подряд, беря не качеством, а количеством, пока не исчерпал все свои магические резервы и не рухнул без сознания на землю.

Очнулся я, от сообщений «информатория».

Внимание! Вами получен новый магический навык: — «Молния ярости» — 10 % урона электричеством. Данный навык является универсальным и может применяться как в разделе боевой магии, так, и в лечебной.

Вероятность реанимации пациента — 2 %.

Я медленно повёл головой. Я. Снова лежал на своей циновке в вигваме старой шаманки. Голова невыносимо болела и была, словно с похмелья, — впрочем, так оно и было.

Сильно тошнило и хотелось в туалет, по телу разлилась, невыносимая слабость и меня всего корёжило от периодических судорог.

Увидев, что я очнулся, шаманка подошла ко мне и помогла мне встать, проводив до ближайших кустов и дотащив меня обратно, влила в меня очищающий и восстанавливающий отвар.

Так, повторялось, ещё несколько раз, пока я не смог вставать самостоятельно и пить сам, приготовленный ею отвар. Продолжалось это почти трое суток.

К вечеру третьих, я вышел из вигвама и приступил к тренировкам с саблей, разгоняя застоявшуюся кровь в мышцах и выводя через пот скопившуюся там гадость.

Устав, я поблагодарил шаманку, за её науку и попросил извинений за своё поведение.

— Это был не ты Шэн!

— Я, рада, что даже в скотском состоянии, ты не причинил никому зла и в своей ярости, никого не убил и не повредил.

Я стоял молча и краснел, вспоминая свое поведение, и как домогался к зверолюдкам. Видя мою реакцию, старая шаманка, только рассмеялась, — сказав:

— Ты теперь лучший ловелас, — по-мнению женской половины местного общества. — Ни разу никого, не потрогав и не помяв, о тебе идут разговоры, о твоих необычайных возможностях.

— Берегись! Бывшие женщины, а теперь самки, не утратили в своей звериной сущности, всех тех черт, что дала им мать-природа.

— И если ты их обидишь, словом или делом, они тебе жестоко отомстят.

— Ты знаешь, что многие из них, намного сильнее тебя.

— Ну, это для меня не новость, — пробурчал я, в ответ.

— Все они одним миром мазаны, а сильных, я и в своем мире встречал, и они мне нравились. Хотя, большинство мужчин, предпочитают тихих и незаметных, а особенно покорных, а не сильных и умных.

Так, что — разберусь. Мне было не до романов, да и человеческие желания и звериные, особо не давили мне на мозги, так что я пока не нуждался в очевидном.

Вместе с моим выздоровлением, пришла и новость о том, что вернулся отряд, в котором находилась и лучница Ю,Ли и значит, я мог попытаться уговорить её начать меня тренировать.

Отряд был изрядно потрёпан, но все вернулись живыми, и он же принёс главную новость, о том, что пришельцы смогли открыть новый портал, из которого полезли неизвестные из другого мира.

По собранным слухам, они были чем-то похожи на расы, проживавшие в этом мире, и с ними, пришельцы заключили, такое же соглашение, как и с волколаками, — больше не надеясь на своих железных слуг.

Всё это нужно было перепроверить и попытаться нанести ответный удар, для чего собирался более мощный отряд, в который включали только высокоуровневых бойцов, обещая немыслимые блага, по возвращении.

Во главе его поставили зверолюда Е,Сока, похожего на кабана и такого же тупого и упрямого, который признавал, только тупую силу и мастерство рукопашного боя.

Но, зато он был предан, командованию лесных стражей и они передали ему все полномочия по набору бойцов в его отряд.

Проходя как-то мимо его палатки установленной в центре полигона, я увидел, что возле неё, уже проходят испытания по отбору бойцов в отряд, но честно говоря, никакого желания в нём поучаствовать у меня не возникло.

Но меня, заметили и кляня себя за любопытство, которое меня потянуло в их сторону, я подошёл поближе, надеясь разглядеть в толпе — лучницу Ю,Ли, которую я и искал.

— «О, это ты тот самый пьяный шаман, который поимел сразу десяток зверолюдок и пытал их своей «молнией» — и сказавший это огромный кабан девяносто пятого уровня, смачно заржал.

Я, сморщился как от лимона, от такой наглой лжи и мне стало неприятно, я не жаждал дальнейшего общения, которое мне насильно навязали, но кабан, даже не пытался успокоится.

— Да, да, да — я, много о тебе наслышан! — ХА, ха, ха — пьяный шаман.

— Такие, мне и нужны в отряд!

И тут на меня с интересом обратилось сразу несколько десятков пар глаз. Почувствовав на себе пристальное внимание, я невольно поежился и тут, вдруг увидел стоявшую недалеко от меня Ю,Ли, которую сразу узнал по белому пушистому меху, огромному луку за её спиной и мечтательному выражению на её мордочке с красивыми кисточками на ушах.

Её зелёные глаза с интересом смотрели на меня, а семьдесят пятый уровень, говорил о том, что встречаться с ней в бою — чревато потерей здоровья. Но, я то, собирался у неё учиться, а не сражаться с ней.

— Ну, так, что шаман? Идёшь ко мне в отряд. — Нам, как раз не хватает лекаря, — вернул меня к действительности Е,Сок и продолжил;

— Я, слышал, ты многим помог, вместе со старой С,Кво и она тебя хвалит!

Я, не хотя промямлил, что «я не могу и ещё мало знаю», и так далее и тому подобное и сам себе не верил.

— Ничего, мы ещё сделаем из тебя бойца! — Ууухх, покажем этим волколачкам, где у настоящих мужчин находится детородный орган!

Все вокруг опять смачно заржали и даже Ю,Ли — мило улыбнулась грубой шутке.

— «Хорошо», — решился я.

— Только, у меня есть одно условие.

— Какое? — Говори!

— Я хочу, чтобы Ю,Ли, научила меня стрелять из лука. Е,Сок, в недоумении поднял брови и посмотрел на Ю,Ли. Та демонстративно пожала плечами, как бы говоря, а почему бы и нет.

— Ладно, ты будешь, принят с таким условием. Но сначала, ты должен доказать, что ты настоящий боец, — в спариннге. И события, сразу закружились, как обычно вокруг меня.

Толпа зверолюдов, тут же раздалась в разные стороны, образовав круг, в который по кивку Е,Сока вошел, давешний мой знакомец рептилоид уже сорокового уровня З, орро, от которого меня спасла С.Кво

Отступать было некуда, и я обнажил карабелу, войдя круг, который тут же за мной замкнулся.

— Ну что, ты теперь без щита — шшшаман, — поприветствовал меня рептилоид и обнажил свой палаш. Схватка началась.

Теперь, несмотря даже на разницу в уровнях, мы на равных кружили вокруг друг друга, время, от времени обмениваясь сильными ударами и не отступая.

Рептилоид, пытался, прощупать мои слабые места, мне же хотелось одного основного удара, мы бились и бились, кружа внутри круга, и никто не мог победить. Мне, не хватало опыта, а рептилоиду — силы и ловкости.

Постепенно мы оба стали выдыхаться, а поединок изрядно затянулся, пока я не решил его закончить оригинальным способом.

Поняв, что палаш рептилоида, сделан из плохого железа, я решился сделать ставку на один сильный удар и, подловив его на замахе, не стал уклонять свою саблю, а с размахом вложив в удар всю свою силу — ударил по его палашу.

От удара его клинок треснул и разлетелся на две половинки, а сам он по инерции отлетел назад, — остальное было делом техники. Подскочив к нему, я приставил лезвие к его морде и надавил им, увидев каплю крови из под него, быстро убрал клинок, пока, он ею не напился.

Бой окончен! - провозгласил Е,Сок и продолжил.

— Ты принят шаман. — Иди готовься. — Ю,Ли начнёт обучать тебя уже в походе!

И я, повернулся обдумывая всё со мной произошедшее и мимоходом проверяя свои характеристики.

Ваш текущий уровень — тридцатый.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 25 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 30 % к мане и + 30 % к здоровью;

— Самолечение; + 25 % к здоровью;

— Регенерация — 3,1 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается. Эффективность восстановления — 2,5 % здоровья в минуту.

— Шипы: + 5 % к поражению метательным оружием

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 60 % вероятность улаживания конфликтов.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

— «Активация регенерации»:

+ 10 % к вашему здоровью;

+ 10 % к здоровью пациента;

— 5 % вероятность прекращения кровотечения;

— 5 % вероятность начала естественной регенерации;

— 10 % вероятность увеличения скорости природной регенерации;

— 2 % вероятность вывода из комы пациента;

— 1 % вероятность отсрочки летального исхода.

— «Молния ярости» — 10 % урона электричеством;

— вероятность реанимации пациента — 2 %

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Первый средний.

Владение мечом: — Пятый средний.

Владение копьём: — Восьмой средний.

Вы обладаете уникальным оружием: — "Клинок шамана" — +20 % урона кровотечением;

— "минуя преграды" — данный клинок может прорубать, любые доспехи, кроме зачарованных на крепость.

— вероятность слома встречного клинка худшего качества до 50 % в зависимости от качества стали

Вы обладаете улучшенным оружием — копьё "нагината" — вероятность пробития любых доспехов, кроме зачарованных на крепость — 75 %.

Да, Ф,Рик не подвёл и сделанное им оружие оказалось действительно смертоносным. Придя в вигвам, я застал там С,Кво и всё ей рассказал. Старая шаманка, лишь пожала плечами и сказала мне:

— "Он бы всё равно тебя забрал! Целителей, увы, почти не осталось, а в такой сложный и неизвестный поход надо кого-то брать с целительными способностями и лучшей кандидатуры, чем ты, у него не было!"

— А так, он ещё и проверил, тебя как бойца и видимо остался доволен, а сейчас отдыхай. Завтра, мы начнём готовить тебя в его отряд. Они выйдут, через неделю, так что, время у нас ещё есть".

После этого, она замолчала и стала о чём-то сосредоточенно думать, — машинально перебирая засушенные лапки зверей и с задумчивым видом осматривая стены вигвама. Я же, просто завалился спать на свою циновку и перебирая мысленно подробности боя с рептилоидом — незаметно для себя уснул.

Глава 17 Отряд Е,Сока

Утро наступило, и я приступил к сборам. В первую очередь предстояло решить, какое брать с собой оружие, и как мне не жалко было оставлять свою саблю.

Я, всё же понимал, что она, слишком редкое оружие, чтобы идти с ней в незнакомом отряде, позариться, мог каждый и вероятность моей гибели, от рук завистников или алчных зверолюдов, несмотря на мои нужные им целебные навыки, — была слишком велика.

Из-за этого, весь день промаявшись в мучительных раздумьях, я в конце концов подошёл к С,Кво и попросил её, взять у меня карабелу на хранение.

Мудрая волчица, одобрила мой поступок и забрала мою саблю, спрятав её в своих закромах. И вскоре, принесла мне мой щит из магического панциря, к которому, она всё-таки смогла приклеить лямки.

Щит практически не изменился, только, словно понимая, что не надо выделяться, покрылся словно пылью, серым налётом, который скрыл его коричнево-чёрную поверхность и теперь он выглядел, просто куском хитина, только по недоразумению обозванным щитом.

Вдев, свою левую лапу в него, я убедился, в его удобстве и практичности. Он закрывал меня, почти до колен задних лап, а если я опускался на все четыре, то и полностью.

Кроме того, он был вогнутым, и им можно было укрываться от дождя или путешествовать с ним на воде, потому что, он был лёгким и не тонул. К концу второго дня, я полностью, определился с экипировкой.

Взяв с собой в качестве оружия нагинату, кинжал, щит и лук. При необходимости, я надеялся разжиться трофейной саблей — попроще, но пока и этого было достаточно.

Кроме того, я взял с собой, чехол с дротиками в количестве пяти штук, остальные шесть, я то же оставил С,Кво про запас. На мне была прочная портупея с петлями для переноса оружия и чехол с топориком.

А за плечами, висел новый кожаный мешок, для различных ингредиентов и растений, да и всего остального, что мне могло понадобиться в походе, включая железный котелок, подаренный старой шаманкой, для того, чтобы я мог варить в нём зелья.

Оставалось, научиться владеть луком и тренировать свои магические навыки, начиная с обычного, заканчивая боевым.

На третий день, я пришёл к Ю,Ли и она начала менять учить стрелять из лука, особо при этом не напрягаясь, показывая элементарные стойки при стрельбе стоя и с колена.

Я, внимал, но успехов не было. Учебные стрелы, летели куда угодно, только не в цель, а то и вовсе срывались с лука, падая недалеко от меня. Мои пальцы, ещё не привыкли держать в руках, что-то мелкое и тонкое — вроде тетивы, да и вообще, мне было тяжело с ним обращаться.

Ю,Ли, не пыталась меня научить, скорее всего, она просто отбывала обязательный номер, потому что, её приказал Е,Сок. Мои попытки ей заплатить, ею отвергались, по-причине того, что больше двух «листов», я ей предложить не мог, а на меньшее она была не согласна.

У неё, был отличный лук, — на мой взгляд, но на её — нет, и она копила на более мощный, который стоил больше 100 «листов». Так что, у нас был паритет — она, не хотела меня учить, а я, не мог ей заплатить, чтобы она начала меня учить.

Поэтому мои стрелы продолжали лететь вкривь и вкось, а Ю,Ли продолжала мечтать о луке, не помогая мне, так это и продолжалось, пока мы не двинулись в поход.

Но на луке не сошёлся свет клином и я продолжал тренироваться с нагинатой и изредка с саблей, попутно узнавая у С,Кво, новые рецепты зелий и тренируя свои магические навыки, пока моя манна, не заканчивалась.

Неделя подготовки подошла к концу и наш отряд в составе 35 зверолюдов, готовился выступить на рассвете следующего дня. В нём были зверолюды не ниже пятидесятого уровня и мой тридцатый на их фоне, смотрелся смешно.

Но с лекарями, была напряжёнка, как и вообще с магами. Единственным отрядным магом, была уже знакомая мне волчица магесса 70 уровня по имени Ю,Нона, жалко, что я не был А,Вось, а то бы можно было с ней зажечь.

Точнее, она могла бы меня сжечь, если бы я дал ей для этого повод. Но желания такого у меня не было, и я держался от неё подальше, хотя и интересно было знать, что она может, впрочем, в походе, я и так всё узнаю, — если останусь в живых.

Иллюзий, я себе никаких не строил, но и высовываться вперёд, я не собирался. Так что, уяснив обстановку, пришёл вечером в вигвам, чтобы посидеть у костра шаманки.

Старая С,Кво молчала, изредка подкидывая небольшие сухие веточки в очаг, затем дала мне выпить неизвестного мне отвара, который, я не смог определить, выдала мне пару зелий регенерации и одно восстановления манны и отправила спать, после того, как я рассказал ей наизусть выученные ингредиенты, для создания одного и другого.

Спал, я хорошо, а шаманка всю ночь медитировала и разговаривала с лесными духами, результата, которого я так и не узнал, но она проводила меня без слёз, лишь сожалея, что её, опять стало некому охранять, но зато она избавилась от ненужных блох с моим уходом.

Спрятав обиду на её слова, подальше в себя, я поправил своё снаряжение и встряхнув, набитый запасами кожаный мешок за спиной, отправился на точку сбора, установленную, возле шатра Е,Сока.

К моему приходу, шатёр был уже весь собран и унесён в неизвестном направлении, а на его месте собралась вся группа, ожидая нескольких опоздавших

В ней были в основном элитные воины с разнообразным оружием, в основном для ближнего боя, копейщиков, как я было не больше пяти, остальные щеголяли — мечами, боевыми топорами и вариациями шестопёров и более специфического оружия.

Лучница, как я уже упоминал — была одна, одной была и магесса, в пару к ней мага, так и не нашлось и я — пьяный шаман по прозвищу Шэн. Почему-то Я, рславом, меня избегали называть, наверно, чтобы лишний раз не подчёркивать, мой низкий уровень.

Отряд был набран из незнакомых друг другу зверолюдов и держался, только на энтузиазме Е,Сока и личных интересах, каждого в него входящего. Для спаивания его в боевое подразделение, необходимы были тяготы и лишения, которые бы сблизили между собой, чужих друг другу зверолюдов.

Сможет, ли это сделать Е,Сок, — мне было неизвестно, да и не сильно заботило. Наконец, дождавшись остальных, мы двинулись вперёд и вскоре перед каждым, всплыло сообщение «информатория».

Внимание! Вы, получили задание:

— «Уничтожить портал — в мир каджисов».

Время выполнения: — не ограничено.

Условия выполнения: — в составе отряда Е,Сока.

Отказ: — не возможен.

Прекращение выполнения задания: — в случаи нанесения неприемлемых потерь.

Подтвердите: — Да/Нет. Нажав на подтверждение, я добился, что иконка с заданием исчезла, и продолжил путь вместе со всеми.

Наш путь, снова лежал, через перевал в долину новичков и оттуда, вдоль предгорий огибая степь широким полукругом, заканчивался в полупустыне на берегу океана, которого я ещё не видел.

Связь — судя по разговорам, Е,Сок собирался поддерживать, через камень связи, чертя на его поверхности руны сообщения и через несколько минут, получая на них ответ, там же, что было весьма удобно.

Кроме этого, он мог вызвать летающих зверолюдов, но это было рискованно, так как пришельцы смогли заинтересовать в свою очередь пустынных жителей и те изредка предоставляли своих летающих зверей для всадников.

Да и их роботы, имели превосходные дальнобойные арбалеты, что могли сбить любого, хоть самого мощного летающего человека-льва, парой выстрелов.

Как бы там ни было, но сейчас мы перешли перевал и двигались по долине новичков, разбившись по парам, — больше не позволяла тропа. Е,Сок, шёл в центре отряда и с ним в паре шла Ю,Нона, гордо подняв голову и вызывающе смотря по сторонам.

Кроме неё в отряде была только одна зверолюдка- Ю,Ли, которая шла в конце отряда, — в гордом одиночестве. Я же, в паре с каким-то гризли, по имени К,Лондайк — пятьдесят шестого уровня, шёл в начале и внимательно смотрел по сторонам.

То и дело меня пихал своим плечом, шедший на четырёх лапах К,Лондайк, не умещаясь на узкой тропе, а может он это делал специально, — я не разбирался.

Все мои мысли были посвящены размышлениям, как быть дальше и как сражаться, с высокоуровневыми зверями, особенно в отряде, где ты был, что называется самым маленьким и не любимым.

Но, сжимая крепче копьё и вспоминая силу своей молнии, я постепенно успокаивался, и моё волнение уходило, уступая место усталости. За день мы прошли без приключений перевали и почти всю долину и не доходя километра, до выхода из долины, остановились на ночлег — выставив охрану.

Мне выпало дежурить в предрассветную волчью вахту. Заступив на пост, я лёг за куст в направлении выхода из долины и постарался с ним слиться.

Мои глаза легко видели в предрассветной мгле и замечали все движения и неясные тени мелькавшие, как впереди, так и на периферии зрения.

Поначалу, всё было спокойно, и нас никто не беспокоил. Затем в темноте стала мелькать чья-то тень, смутно напоминая крылатых падальщиков, вызывая, у меня неприятные ассоциации, которые, изрядно меня взбодрили.

В конце концов, тень обнаглела и начала летать, очень уж близко к нашему костру, в котором на огне, булькал в огромном котле наш завтрак. Совершив неожиданный пируэт, тень резко метнулась в лагерь.

Давно наблюдая за ней, я держал, наготове свою нагинату и как только тень оказалась в пределах действия моего оружия. Я подскочил и в прыжке нанёс по ней удар — разрубив её надвое.

Издав приглушённый писк инфразвуком, вызвавшем, у меня мурашки по шкуре, тень рухнула рядом с костром, чуть не сбив котёл с завтраком. От этого все окружающие, вскочили со своих лежанок и спросонья — схватились за мечи.

— «Не стреляйте», — вырвалось у меня. В ответ, раздался смех Ю,Ли — только она смогла оценить комичность ситуации, остальным было явно не до смеха.

Костёр осветил небольшую поджарую фигуру с кожистыми крыльями и похожую на птерозавра. В когтях птерозавр, держал травяной открытый мешок, из которого сыпалась белая труха — в свете моего навыка она мерцала тусклым чёрно-багровым пламенем смертельного яда.

— «Это, л, лик», — послышался, чей-то возглас.

— «Да, ты прав. Это прирученный низший полуразумный зверь волколаков», — и из-за костра вышел Е,Сок.

— «А что, это у него было в лапах?»

— Яд, — ответил я.

Один из зверолюдов поднял мешок и Е,Сок прищурившись осмотрел его и кивнув головой своим мыслям, — сказал:

— «Согласен! Запиши себе, благодарность от всех нас!» — и выкинул мешок далеко в сторону.

Остаток вахты, прошёл спокойно и утром мы завтракали, спасённой от яда кашей. Благодаря происшествию, я был бодр и свеж, да и ещё начавшаяся зима, добавила мне свежести.

Утром, проходя перевал, ведущий в предгорья из долины новичков, мы увидели и почувствовали первый снег. Он был еще слабым и скупым, падая с неба в виде мелких крупинок, но его появление предвещало приход снежной зимы с её метелями и вьюгами.

Климат на этой планете был мягче, чем на Земле и был мягким, континентальным — выражаясь языком метеорологов. Зимы были не суровыми, но снежными.

На юге же испепеляющая жара, была не везде, а температура +35 — +40 градусов, была определяющей и только пустыня, позволяла себе раскаливаться до +55 градусов по Цельсию.

Пройдя перевал, мы спустились по склону горы в предгорья. Повсюду виднелись обломки оружия и снаряжения, оставшейся после битвы зверолюдов с волколаками.

Тела погибших, либо прибрали, либо унесли с собой, и только пятна застарелой крови на камнях в укромных местах, да вырванные с корнем кусты и поломанные небольшие деревья, указывали на разыгравшуюся здесь ранее драму.

Волколаки, ушли на запад, наш же путь вёл на юго-восток и мы шли, петляя между деревьями и обходя обломки могучих скал. Я и так шагал в начале колонны, а теперь и вовсе, постепенно перемещался ближе к голове, за счёт своей выносливости и умению, идти долго в одном темпе.

К тому же моя звериная сущность подсказывала, как правильно выбирать дорогу, а человеческая не мешала, а ещё и подсказывала, исходя из собственного опыта брожения по кировским лесам.

Скоро весь отряд втянулся под кроны деревьев, с которых почти слетела вся листва, но большинство из них были хвойными и мы шли по лесу под их прикрытием, не сильно опасаясь л, ликов.

Сзади меня, далеко позади, шёл Е,Сок и где-то рядом с ним магесса. На привале, она, скучая и явно развлекаясь за наш счет, выращивала зелёные иголки у разных зверолюдов из их шерсти.

И долго смеялась, глядя, как они пытаются их выдрать из себя. На следующий день, она попыталась посмеяться и надо мной, создав внезапно, прямо передо мной, большую яму на тропе.

В которую, я и нырнул не успев вовремя среагировать, но зато успев вытащить нагинату и растопырив её поперёк ямы — повиснуть на ней всем телом.

Дождавшись, когда она подойдёт поближе и порадует меня своим смехом, я немножко сбил с неё спесь, — ударив своей молнией прямо ей под ноги и немножко подпалив её чудный хвостик.

Яма подо мной, мгновенно заполнилась землей, и я оказался по грудь ею засыплен, но вторая молния, уже перед её мордой, недвусмысленно намекнула, что пора завязывать свои шуточки.

Но магесса, откровенно закусила удила и решила разобраться со мной до конца и, создав водяной бич из капелек утреннего тумана, хлестнула меня им.

С трудом отбив, с помощью нагинаты её атаку и развеяв на мельчайшие капельки водную магию, я хлестнул её третий раз молнией, вложив неё все свои магические силы и истратив все свои запасы маны.

Яркая фиолетовая молния хлестнула перед ней воздух, но была остановлена земляным щитом быстро сориентировавшейся Ю,Нон.

Земля вокруг меня закаменела, выжав из моих лёгких весь воздух, уже задыхаясь, я ударил её своей лечебной магией, окутав сияющей жизненной силой регенерации.

И несмотря на весь опыт, волчица была не готова, что шерсть на её шкуре, начала расти в геометрической прогрессии, особенно на голове. Через пару минут, она размягчила землю вокруг меня, и я смог вылезти из ямы.

В ответ, она потребовала, чтобы я прекратил рост её волос, но, увы, с эти я ничего не мог поделать, и она превратилась в огромный пушистый шар.

Её глаза и уши заросли настолько, что она не могла видеть и слышать и даже приглушённые рыдания, с трудом были слышны откуда-то из середины головы, а регенерация всё не прекращалась — у неё было очень хорошее здоровье и удивительно мягкий мех.

Не знаю, как, но она докричалась до «информатория» и мне пришло сообщение.

Внимание, получено дополнительное задание: Остановить рост волос Ю,Ноны! Награда: — расположение и дружба Ю,Ноны.

Вокруг нею бегали и прыгали, другие зверолюды, но никто так и не догадался, как ей помочь, а на меня, теперь смотрели с опаской. Пришлось её увести, подальше от любопытных глаз и начать срезать с неё шерсть своим кинжалом.

Чтобы остановить рост волос, я поступил просто, сделал кинжалом ей надрез на лапе, который тут же зарубцевался и регенерация, остановилась.

Потом пришлось долго и аккуратно срезать с неё шерсть своим кинжалом. Пока она не смогла найти свои маленькие ножницы, и под конец стрижки, я уже считал себя опытным женским парикмахером, попутно выслушав всё, что она обо мне думает.

И в свою очередь так же детально рассмотреть её фигуру, включая её грудь, как она рассмотрела мой вредный характер, почему то, умолчав о своём.

Так что, второй день прошёл очень насыщенно, благодаря магессе, но главное, что и она развлеклась, так что мы были в расчёте и старались больше друг с другом не пересекаться.

Мне не понравилась её грудь, а ей не понравился мой характер. Всем остальным не понравились мы оба, — ведь они ничего не могли противопоставить нашей магии, кроме оружия и то не всегда.

Третий день начался, так же буднично, как и первые два, ничем не выделяясь поначалу.

Я, начал снова, потихоньку заниматься с луком, пытаясь подстрелить любую зверушку, которая мне попадалась, но только вызывал насмешки над собой, своей неуклюжестью.

Но сейчас, хотя бы стрела не соскальзывала с тетивы, как в самом начале.

Ю,Ли по-прежнему, только делала вид, что обучает меня, пока это не заметил Е,Сок и не спросил её о причинах. Та сначала отмалчивалась, но припертая к стенке, заявила, что я безнадёжен и не имеет смысла тратить на меня её драгоценное время.

Я, понял, что моё обучение работы с луком, на этом закончилось, и всё равно, пользуясь моментом, выспросил у неё, как правильно держать лук и какие хваты стрелы бывают.

Ю,Ли, ничего не оставалось делать, как рассказать мне об этом и пару раз показать, после чего она ушла в хвост колонны и больше ко мне демонстративно не подходила.

Вообще, её поведение, мне казалось довольно странным, она вела себя так, как будто это было временно и так же относилась ко всем.

К середине дня, мы почти вышли из предгорий, и лес, резко поредел. Впереди его появились проплешины, сквозь которые, была видно великая степь, где-то на юге переходившая в полупустыню и заканчивавшаяся океаном.

Нам предстояло пройти по её краю и прибыть к порталу, находящемуся, где-то в пустыне недалеко от берега, который омывали волны океана.

Пройдя ещё пару километров, мы оказались в царстве огромных редко растущих деревьев, в кроне которых модно было укрыться всему отряду, но вокруг была уже степь — пока ещё пустынная.

Возле одного такого дерева Е,Сок и собрал отряд, чтобы определиться с дальнейшим маршрутом. Вариантов, было по его словам, — всего два.

Первый — это двигаться, так же по краю степи дальше, второй — вернуться в лес и сделать большой крюк по лесу, дойдя почти до пустыни. И тот, и другой маршруты были полны опасностей. И там и там, нас могли ждать волколаки, поэтому решено было проголосовать.

За первый маршрут проголосовал Е,Сок, которого и поддержало большинство, в том числе и магесса Ю,Нон и лучница Ю,Ли. Я, голосовал за второй, но оказался в меньшинстве.

Каждый по своим соображениям, а скорее всего — банально из-за лени, не хотел идти более дальним маршрутом, особенно если знать, что опасности ждут и здесь и там.

Но нас с Сяо, долго загоняли, как бешенных зверей и я знал, каково это бежать от врагов, как жертва от хищника. Лучше, проскользнуть незамеченными и сделать, рывок на короткое расстояние, чем сутками скакать по степи.

Почему, этого не хотел учесть Е,Сок — я не знаю, наверно, они все надеялись на реинкарнацию или перерождение, благо их уровень, это позволял, но нам нужно было выполнить задачу и желательно скрытно, а не идти напролом.

Мне с моим тридцатым уровнем, вообще, ловить было нечего и я и ещё с десяток более трезвомыслящих зверолюдов, оказались в меньшинстве. Эти шапкозакидательские настроения командования изрядно пугали в столь дальнем походе.

Но, как бы там ни было, пришлось выполнять чужую волю и идти намеченным маршрутом. На ночь мы остановились у очередного дерева патриарха и организовали его охрану, вместе с спящим отрядом.

По традиции, я опять заступил в волчью смену и всматриваясь в ночную мглу, ловил себя на недалёких воспоминаниях, о том, как мы вдвоём с пандой, пробирались сквозь степь, спеша добраться в полевой лагерь.

Ночь прошла спокойно, только неясные тени мелькали в ночи, но не приближались к нам, а резвились, где-то неподалёку. С утра весь отряд быстро собрался и мы взяв высокий темп, двинулись к своей цели.

Теперь, я уже стал отставать, от основной массы зверолюдов, которые имели звериную сущность волков, тигров, кабанов и прочих быстрых зверей, к коим, я не мог себя причислить.

Постепенно, я сместился в хвост отряда и там болтался к неудовольствию Ю,Ли, но зато я же первым заметил опасность, сзади постепенно нагоняя нас, появилась точка в небе, медленно увеличиваясь в размерах.

Вскоре было уже видно, что это не птица, а зверь и я обратил не него внимание. Отряд остановился и попытался спрятаться в траве, но голая степь с засохшей и пожухлой травой и пятнами снега, — не могла нас укрыть.

Нагнавший нас летун, оказался л, ликом волколаком и радостно заверещал, когда разглядел нас внизу. По сигналу Е,Сока, мы с Ю,Ли вскочили и выпустили в него стрелы.

Моя стрела, даже не долетела до него, сбитая ветром, стрела Ю,Ли, — только чиркнула по его морде, расцарапав её, после чего, он бешено работая крыльями развернулся и бросился назад, что-то вереща.

Я, посылал ему вдогонку стрелу за стрелой, но они не попадали в него. Ю,Ли выстрелила ему вдогонку и попала ему в крыло. От этого, он резко сбавил скорость, но продолжал ещё лететь и тогда я отчаявшись бросил лук и побежал.

Немного сократив до него расстояние, я остановившись хлестанул его вдогонку своей молнией, истратив на неё почти всю ману и магическая молния, почти на излёте захватила его, парализовав второе крыло, — отчего он рухнул на землю.

Испустив радостный рык, я помчался к упавшему и подбежав к нему, перехватил поудобнее нагинату и располовинил его одним ударом. Подойдя к нему, я уже не торопясь, подошёл к нему и рассмотрев его в подробностях, подобрал упавший с него кожаный мешочек, в которым оказались деньги (местные листы) в количестве 10 штук.

Сунув их в свой мешок, я побежал обратно, стряхивая с нагинаты кровь и подбирая брошенный лук, пока не повстречался с Ю,Ли — окинувшей меня недовольным взглядом, и уже вместе, мы присоединились к отряду.

Сзади, откуда прилетел залётный л, лик раздался долгий волчий вой — почти не слышный из-за расстояния и весь отряд, как по команде развернулся и побежал ещё быстрее, чем до этого.

Весь день, мы мчались как кони, пока не остановились уже в темноте на привал, — преследователей видно не было. И по расчётам, нам предстояло преодолеть ещё два дневных перехода и степь бы закончилась.

Ночь прошла беспокойно, и в предрассветной мгле, отряд уже собрался и снова взял вчерашний темп. Я старался не отставать и бежал легко, но мои лапы всё равно гудели от нагрузки, а мой щит, постоянно шлёпал меня по заднице, как бы напоминая о себе.

— "Я тут, братан, не бросай меня, а закрепи получше!". Остановившись, я уважил его просьбу и потеряв несколько драгоценных минут, чтобы закрепить его поудобнее на спине, бросился догонять ушедший вперёд отряд.

Но так, догнать полностью его и не смог, болтаясь в пределах его видимости. Ничего удивительного, что я первым заметил далёкие тёмные точки, почти на линии горизонта.

Не сомневаясь, кто это мог быть, я испугавшись, увеличил темп. Моё звериное сердце, забилось как бешенное, а ноги понесли вперёд, с каждым прыжком приближая меня к своему отряду, пока я его не догнал.

К тому времени, тёмные точки заметили и остальные и надеясь оторваться, Е,Сок, изменил направление. Так мы и мчались до темноты и остановившись на невысоком, но широком холме, решили заночевать, выставив дозор и секреты.

Глава 18 Ночной бой

В этот раз, мне можно сказать повезло, идти в последнюю перед рассветом смену и я рухнул сразу же спать, как только прожевал вяленое мясо.

Разбудил меня дикий вой и поднявшаяся в лагере суматоха. Кто-то попытался по старой человеческой привычке, разжечь посильнее костёр, но получив по своим лапам и глупой голове — оставил это занятие.

Вокруг сгустилась тьма, разрываемая повсюду, жёлтыми и янтарными парами глаз, круживших вокруг холма, со всех сторон.

Их было много, но подсчитать было невозможно, из-за их постоянного перемещения. Подхватив свой щит и надев его на левую лапу, я взял в правую своё копьё и приготовился к нападению.

Была у меня ёще мысль, стрелять из лука по светящимся в ночи глазам, но я её оставил, слишком трудно попасть, особенно учитывая мои замечательные навыки.

Весь отряд уже проснулся и сгрудился на холме заняв круговую оборону и подтянув к себе, вовремя заметившие врага секреты. И теперь, все молча ждали развития событий, какими бы они не были.

Волколаки, неспеша кружили вокруг, видимо ожидая отставших или резервы, не решаясь сразу напасть на ощетинившийся оружием холм. Долго это не могло длиться, да и до рассвета было ещё далеко.

Время было далеко за полночь и всю картину освещали, только многочисленные звёзды, заполнившие собою весь небосвод и мерцавшие высоко над головой.

Закончив хаотично перемещаться перед нами, волколаки, внезапно остановившись, сначала стали осыпать нас стрелами, а потом поняв их бесполезность и малочисленность, метнули в нас свои дротики и короткие копья.

Я без труда отбил своим щитом, всё, что летело в меня и в рядом стоящих зверолюдов, а вот остальным, повезло не всем, и я услышал, несколько глухих вскриков и рычаний — сопровождавшихся руганью.

Щиты, были не у всех, а различных копий всего пять штуки дистанционно сдерживать врага, отряд был просто не в состоянии. Разобравшись с нашими слабыми местами — волколаки ринулись в атаку.

Впереди неслись молодые волколаки с хопешами, которые захлестнули нас, как волна высокий берег и разбились, понеся большие потери.

Я орудовал своей нагинатой, нанося проникающие и режущие удары и расширенное на конце лезвие с лёгкостью проникала под их шкуры и также легко выскальзывая обратно.

Но сильных повреждений, я наносить не мог, — мешали стоящие справа и слева от меня плотной группой, зверолюды отряда. Что не давало мне возможности, как следует размахнуться.

Несколько раз, волколаки бросались на нас с разных сторон, явно прощупывая нашу оборону и не считаясь с потерями. И каждый раз откатывались назад, оставляя на сухой и уже влажной от крови траве, мёртвые тела своих собратьев.

Появились потери и у нас, но я ничем не мог им помочь, находясь в плотном строю. Наконец, это дошло и до Е,Сока и он дал команду, расширить наше построение, спустившись немного вниз и в этот момент, на нас ринулись, отборные силы волколаков и бой, закрутился передо мной ярко-красочным калейдоскопом.

Красок правда в нём было немного, лишь чёрная и красная, да горящие жёлтым огнём глаза волколаков, и белым — зверолюдов. И тут же наш строй распался на отдельные схватки.

Сбив немного спесь с волколаков, высокоуровневые зверолюды схватились один на один, или группа на группу с атакующими. Основной удар пришелся на центр, где руководил Е,Сок, туда же ударили и все имевшиеся у волколаков копейщики.

Увидев это, к Е,Соку, подтянулись и оставшиеся четыре наших копейщика.

Я же был на противоположной стороне и невольно очутился с К,Лондайком рядом. Мощный гризли, орудовал своим топором раскидывая всех вокруг, пока не столкнулся с очередным волколаком, который был, хоть и не шире его, зато выше и мастерски владел своим загнутым как коготь ятаганом.

Отбросив щит, я, крутил своей нагинатой, как пропеллером, отгоняя самых ретивых и отрубая лапы самым дерзким. Несколько раз, получал саблей или хопешем, но успевал парировать коварные удары лезвием или древком.

Рядом и вокруг меня, падали и сражались зверолюды и волколаки, — всё смешалось вокруг. Росчерки и свист падающего с замахом оружия, перемежался непосильным звоном клинков и смачным хрустом разрубаемой шкуры, костей и плоти.

Подловив очередного волколака, я наотмашь стеганул его лезвием копья, и разрубив ему ключицу, снёс его голову с плеч. Отделившись от шеи, голова покатилась, упав в ноги следующему, который рубанул меня искоса своей узкой саблей.

Отскочив, я воспользовался моментом и задрав голову завыл изо всех сил, активируя свой навык призыва. Дикий вой перемежающийся хохотом филина издаваемый моими лёгкими, поплыл над ночной степью.

На мгновение бой остановился, замер и потом возобновился с новой силой. В диком прыжке К,Лондайк снёс голову своему противнику, но тот предугадав его атаку, растянулся в длинном выпаде и успел воткнуть свой меч — прямо ему в живот, и в этот момент умер — оставшись без головы.

Его тело скатилось вниз по склону, а смертельно раненый гризли, успел ещё отбить атаку следующего, после чего рухнул навзничь схватившись обоими лапами. за торчащий из брюха меч.

Нас осталось очень мало, а враги наступали и лезли со всех сторон, вверх по склону. Моя нагината, была уже вся в крови, а по древку струились ручейки крови, пропитывая мою шерсть.

Пальцы стали скользить по древку, мокрые от крови волколаков, но до конца боя было ещё далеко, наши потери невольно увеличили радиус моего оружия и я раскручивая его в разные стороны, делал разные финты, которыми меня научил мастер Р,Гир.

Волколакам, нечего было мне противопоставить, их оружие было короче, и они мешали друг другу, бросаясь в атаку. Но их было больше и они были физически сильнее.

Сзади, по-прежнему слышался громкий шум схватки и было непонятно, кто там побеждает, пока в дело не вступили маги с обеих сторон. Дико завыл ветер и его порывы стали расшвыривать фигуры на вершине холма, тут же ему навстречу поднялась стена земли, которая приняла на себя весь его натиск.

Поборовшись несколько минут, они оба исчезли. На смену им, поднялась жухлая трава и приобретя свойства острых лезвий, ринулась на холм, но на пол пути резко обросла ледышками, набрала немыслимый вес и утратив заточку импровизированных лезвий, рухнула обратно на землю — рассыпавшись безобидными былинками.

Третья атака оказалось самой мощной и последней. Издалека, поднявшейся ураган вырвал из земли, два огромных валуна и перекатывая их по степи, бросил на холм, увеличивая их скорость.

Вставшие на пути земляные стены — были развеяны без следа, глубоких ям, они как будто не замечали, проносясь высоко над ними и только вода, резко намерзая на них, смогла их остановить почти на вершине и они медленно покатились обратно, забрав с собой несколько жизней.

Е,Сок высоко подняв свой меч, выкрикнул боевой клич и все оставшиеся в живых зверолюды, пошли в атаку. Пошёл в атаку и я, но силы были неравны и нарвавшись сразу на трёх волколаков, я вступил с ними в схватку. Крутясь как волчок; я, отрубил лапу первому, успел проткнуть копьём — второго, а третий, смог выбить из моих уставших лап нагинату и схватился со мной в рукопашную.

Мы катались с ним по склону горы, и драли друг друга когтями всех четырёх лап, а его оскалившаяся жуткими клыками пасть, пыталась вцепиться мне в горло, а моя в его.

Но, никто не сдавался, пока мы оба не схватили друг друга зубами, но ему повезло больше, он смог схватить меня за горло, когда я, только разодрал ему предплечье, — и начал меня душить, сжимая свои сильные челюсти.

Перед глазами поплыли разноцветные круги, а мозг отчаянно просил кислорода. Я, боролся изо всех сил, но он был тяжелее и воспользовался этим, прижав своей тушей к земле. Пока мой затуманенный борьбой мозг, не вспомнил о кинжале. Последним усилием воли, я вытащил его правой лапой, подсунул её, под его тело и слабо размахнувшись, вонзил кинжал в волколака.

Кинжалу — не потребовалось сильного нажатия и он вошёл в тело волколака, как в масло. В его горле заклокотала кровь, хлынувшая в лёгкие и я, снова ударил его.

Не в силах терпеть боль, он разжал свои челюсти и я смог вдохнуть глоток свежего воздуха, который взбодрил меня и нанёс последний удар кинжалом, попав ему прямо в сердце. Он вздрогнул всем телом, что-то нечленораздельно булькнул и рухнул на землю, не успев даже скатиться с меня, и придавив своей, уже мёртвой тушей.

С трудом поднявшись, отодвинув от себя его тело, я весь в крови и с одним кинжалом в руке, оглянулся вокруг. Возле меня остались только раненые зверолюды и тех дожимали волколаки, хоть и не такие сильные, как сражавшиеся с Е,Соком, но не менее злые.

А сопротивляться им, было некому! Увидев, что я поднялся, в мою сторону, устремилось сразу двое, а моё копьё, лежало далеко в стороне. И где-то среди трупов лежал и щит.

Моя мана, почти восстановилась, а события шли всё хуже и хуже. Горло, ещё ощущало жадный прикус зубов волколака, а перед глазами до сих пор мельтешили разноцветные пятна, хоть ночь ещё безраздельно властвовала над этим миром.

Я стоял покачиваясь, а волколаки уже были в двух шагах, когда я почти в упор ударил в них молнией, как очередью из автомата. Багровые в ночи разряды, охватили сразу обоих и бросили их на землю, парализовав им мышцы — на большее меня пока не хватало.

Мана — ушла в ноль и я задействовал магический амулет с жуком. Не дожидаясь перезарядки амулета, тут же ударил второй по дерущимся дальше волколакам и опять, израсходовав весь ее восполненный запас.

Два первых волколака катались по земле, воя от боли и беспомощности, и я поспешил их успокоить и избавить от ненужной боли, несколько раз ударив кинжалом, — сначала одного, а потом и другого: — дикие животные не должны мучиться, а особенно такие страшные, иначе приходиться мучиться, уже тебе.

Фламберг, привычно замерцал белыми рунами и выпил их жизни, с другими парализованными волколаками справились остальные зверолюды, я лишь успел дойти до валяющейся на земле нагинаты и метнуть её в спину, одного из убегающих — пронзив его насквозь.

Копьё попав в него и пройдя насквозь задрожало у него в спине и волколак, пытаясь вытащить его из себя, только ещё больше наносил себе повреждения, пока не опустился в бесплодных попытках на землю и там затих, уткнувшись мордой в мёрзлую траву.

На другом фланге Е,Сок, с сотоварищами, всё-таки смогли додавить своих оппонентов и то же погнали их в ночь, убивая в спину и добивая не успевших сбежать раненых.

Сколько их смогло исчезнуть под покровом ночи, — было неизвестно, гораздо важнее было посчитать свои и чужие потери и оказать помощь раненным, что сейчас, я мог сделать с большим трудом.

Болело горло, и давно повреждённая левая лапа, которой опять досталось, — из-за чего, я и стал опять хромать. Дойдя до вершины, нашёл свой брошенный щит и положил рядом с ним копьё и лук со стрелами, после чего пошёл искать гризли, надеясь, что он ещё жив, попутно стараясь найти других раненым.

Двигаясь в полусне, я попытался помочь ягуару с разрубленным предплечьем, но обнаружил, что моя мана на нуле и не собирается восстанавливаться, а амулет ушёл на перезарядку, израсходовав оба заряда.

Пришлось вернуться и найти мешок, в котором было пару зелий восстановления здоровья и маны. Полую небольшую тыкву с зельем восстановления маны, я выпил сразу же и почувствовал, как мана стала быстро восстанавливаться.

Убедившись в этом, я попутно стал подстёгивать собственную регенерацию, чтобы прийти в форму. Мне очень много нужно было магических сил, но мои магические резервы, из-за низкого уровня, не дошли ещё и до 50 % от максимального запаса маны зверолюда 50 уровня.

Вокруг лежали и сидели, одни раненые и умирающие. Волколаков, никто не собирался спасать, наоборот, тот, кто ещё мог ходить, специально искали выживших, чтобы их добить.

Дойдя, опять до ягуара, я подстегнул магией его регенерацию и пошёл дальше, ища К,Лондайка. Он лежал, там, где я его и оставил и только благодаря могучему здоровью, ещё оставался жив.

В его брюхе, так и торчал меч и я боялся его вытаскивать, не приняв всех мер к его спасению, мимо прошёл, похожий на дикобраза зверолюд и сказал:

— "Не трогай его, он уже не жилец. Помоги, лучше другим, не таким безнадёжным".

Но я, сражался с ним плечом к плечу и не собирался, так просто сдаваться. Проверив ещё раз запас своей маны, я приготовился задействовать свой навык "Активация регенерации", надеясь успеть реанимировать гризли, до момента, когда он уйдёт на перерождение, если сможет конечно.

Ухватив левой передней лапой за рукоятку меча. я наступил правой задней ему на грудь и с силой потянул меч на себя. С противным хрустом, меч вышел из его тела, а медведь задёргался в предсмертных судорогах и в этот момент, я ударил в него своей "регенерацией".

Его судороги резко прекратились, а горло стало производить всхлипывающие звуки. Открыв бутылочку с зельем восстановления здоровья, я влил ему его в рот и заставил проглотить.

А сам, не теряя времени, выхватил свой кинжал и стал с его помощью чистить его рану от грязи и запёкшейся крови, в свою пасть я положил пучок лекарственных растений и теперь жевал их смачивая своей слюной.

А потом, стал прикладывать получившуюся кашицу ему на рану, очищенную от волос и грязи и снова ударил его заклинанием. Гризли часто, часто задышал, а потом расслабился и потерял сознаниею

Убедившись, что процесс регенерации запущен и он идёт на выздоровление, я пошёл искать других пациентов, допив остаток зелья повышающего ману.

Ещё несколько раз, я использовал свой навык и даже пробовал использовать свою молнию, чтобы реанимировать зверолюда, пытаясь запустить его сердце, электротоком, но всё было тщетно и моих усилий и навыков не хватало, чтобы спасти всех.

Наконец наступило позднее зимнее утро, осветив безрадостную картину поля битвы и лежащие на жухлой и мёрзлой траве, тут и там неподвижные тела, вокруг которых бродили ещё живые. По допросам пары раненых волколаков, нас нашёл специально посланный отряд из 150 морд, который знал, кого надо было искать.

Здесь же большая его часть и осталась. Всего мы насчитали 85 трупов, остальные разбежались, сколько среди них было раненых, было неизвестно. Наши потери были существенно меньше.

Убитыми зверолюдами, мы потеряли десятерых, ещё трое были тяжелоранеными и восемнадцать было легкораненых и один пропал без вести. И это была Ю,Ли.

Её, никто не видел с самого начала битвы и шелест её метких стрел, никто не слышал. Всё это было очень странно, но выяснить правду, сейчас было невозможно и я снова занялся ранеными, а остальные захоронением павших товарищей и сбором трофеев с поля битвы.

К обеду, я уже лежал на земле, полностью обессилив и истратив, все свои запасы и резервы маны. Амулет, был вообще разряжен до такого состояния, что я опасался, что он вообще не сможет перезарядиться.

Мне принесли на выбор собранные трофеи и я выбрал подходящую мне саблю в хороших кожаных ножнах и большой тесак с ременной петлёю, а также кинул себе в мешок, несколько наконечников от копий, — больше мне всё равно было не унести.

А кривая сабля, могла мне ещё пригодиться. К обеду, передохнув не больше часа, мы двинулись дальше, неся тяжелораненых на носилках, сделанных из коротких копий волколаков.

Легкораненые, шли сами. Идти было тяжело, а трое "тяжёлых" постоянно бредили и просили воды. Идя возле них, я наслушался всякого разного, но не знал верить этому или нет.

К вечеру мы не смогли уйти далеко и остановились ночевать. Раненые чувствовали себя лучше и уже могли к утру самостоятельно передвигаться.

Но ночью, мы опять слышали призывной вой волколаков и Е,Сок, решил нами пожертвовать, а самим уйти выполнять задание. Он подошёл к троим раненым, и ко мне, — стоящему вместе с ними, и накладывавшему, одному из них жгут на повреждённую лапу. Встав в театральную позу, он кратко рассказал, наше положение дел, и извинившись за свой цинизм, — приказал: — уходить в сторону от нашего маршрута и прятаться в степи, и по возможности, опять продвигаться к цели нашего похода.

Вернуться мы не могли, пока "информаторий" не решит, что наше задание провалено и тогда снова появится обратный маршрут и разрешение на него.

А пока. Е,Сок с основным отрядом, уведёт от нас преследующих волколаков и будет пытаться дальше, выполнять наложенную на нас миссию, пока мы скрываемся от них.

Все молчали, каждый наверно сознавал, что мы не сможем и не успеем уйти далеко и спрятаться, но выхода у нас другого не было. И я моча кивнув, ушёл искать вонючую траву, которая помогала нам с Сяо, заметать следы.

Найдя и растерев её в лапах, я намазал свои лапы и дал намазать каждому из раненых — свои, и мы побрели гуськом друг за другом, стараясь держать темп по самому медленному.

Отряд Е,Сока, тут же сорвался с места и уже через несколько минут, мы видели только неясные точки на горизонте, а потом пропали и они, и мы остались вчетвером, в огромной степи, наедине со своими проблемами и выбором, между жизнью и смертью.

Кроме меня и гризли, в нашем отряде был рептилоидиз мира Склок и полулев — полуобезьяна — из другого мира, который он даже не захотел называть, а "информаторий" не стал мне его показывать.

Был он, самый сильный из раненых и обладал дрянным характером, что не добавляло мне радости и сулило много проблем, в добавление к имеющимся.

Вскоре оказалось, что рептилоид и обезьяна, шли намного быстрее, чем мы с гризли и потихоньку отрывались от нас, не собираясь признавать моё старшинство.

Разница в наших уровнях была очевидна. У них был шестьдесят седьмой и семьдесят первый. У меня же, — и я взглянул на свои изменившиеся статы после боя.

Ваш текущий уровень — тридцать пятый.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 27 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 35 % к мане и + 35 % к здоровью;

— Самолечение; + 27 % к здоровью;

— Регенерация — 3,2 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается. Эффективность восстановления — 2,6 % здоровья в минуту.

— Шипы: + 5 % к поражению метательным оружием

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 61 % вероятность улаживания конфликтов.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

— «Активация регенерации»:

+ 15 % к вашему здоровью;

+ 12 % к здоровью пациента;

— 10 % вероятность прекращения кровотечения;

— 8 % вероятность начала естественной регенерации;

— 15 % вероятность увеличения скорости природной регенерации;

— 3 % вероятность вывода из комы пациента;

— 2 % вероятность отсрочки летального исхода.

— «Молния ярости» — 20 % урона электричеством;

— вероятность реанимации пациента — 3 %

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Первый средний.

Владение мечом: — Пятый средний.

Владение копьём: — Десятый средний.

Владение щитом: — Пятый начальный.

Вы обладаете улучшенным оружием — копьё "нагината" — вероятность пробития любых доспехов, кроме зачарованных на крепость — 75 %.

Почти все мои статы увеличились, но всё же недостаточно, чтобы быть опытным элитным бойцом. Но меня порадовал мой десятый уровень владения копьем.

По опыту предыдущего роста навыков владения холодным оружием, мне было понятно, что каждый этап имел по десять уровней, что начальный, что средний.

Что давал высший, я ещё не знал, но догадывался, что с переходом на первый высший, мне добавится полезное дополнительное умение. А вот то, что у меня появился ещё и навык владения щитом, — для меня стало неожиданностью.

Ведь до этого, я пару раз защищался щитом и "информаторий" не обращал на это внимание, а сейчас прямо указал на это. Впрочем, начальные первые два уровня, недалеко ушли — от защиты любым куском дерева, поэтому и не отражалось в статах, по-причине, несущественности уровня этого умения.

Между тем, рептилоид и обезьяна, словно сговорившись, шли всё быстрее и быстрее, пока не оторвались от нас, так, что вынужденно остановившись вместе с К,Лондайком на привал, мы потеряли их из вида.

Гризли, был очень плох и почти не шёл, а скорее, рывком переставлял лапы — идя, что называется на морально-волевых качествах. Шёл, он молча и не пытаясь говорить со мной.

Увидев, что мы остались с ним вдвоём, он лишь горько усмехнулся и лёг на землю, устало прикрыв глаза. Я снова задействовал на него свою лечебную магию, израсходовав последние крохи маны, которые накопил к этому времени.

Моё здоровьё, уже пришло в норму, но сил тащить на себе гризли, уже не было. Закончив привал, мы поплелись дальше и уже на исходе дня, я повернул параллельно к тому маршруту, по которому мы шли в отряде Е,Сока.

Постепенно мной и моим спутником завладело безразличие. Идти становилось, всё труднее. Помощи ждать было неоткуда. Отряд давно растворился в степи, как растворились и два наших попутчика, которые далеко ушли вперёд и даже не оставили никаких следов или знаков для нас.

Не в силах дальше идти, мы остановились на ночевку. Ночь прошла ужасно. Я, всё время прислушивался к хриплому дыханию гризли, — боясь, что он умрёт и ёжился от холода.

Долгая ночь подмигивала мне холодным светом звёзд, перемигивающимися далеко в вышине. Острые порывы холодного ветра, взъерошивали мой густой отросший мех, когда я жевал остаток захваченных с собой припасов.

Гризли не ел и отказывался от всего, кроме воды, которую я собирал с мёрзлой травы, отогревая её своим дыханием и осторожно собирая деревянной ложкой и сливая в туесок из коры неизвестной породы дерева.

Помочь ему, я уже ничем не мог. Все мои восстанавливающие зелья, давно закончились, а ману я накапливал, для непредвиденного случая. Оставшись вдвоём, мы стали огромным источником этих самых непредвиденных случаев, собирая неприятности, как дурак копейки.

Встав по-утру и потянувшись, чтобы размять застывшие за ночь мышцы, я увидел далеко впереди размытую фигуру с гребнем на спине.

Вглядевшись в неё посильнее, я с ужасом разглядел Грааха — магического зверя живущего в степи, с которым уже имел сомнительную честь встретиться и даже остаться в живых.

Он неспешно ковылял в нашу сторону, но не доходя до нас, примерно на полпути, вдруг свернул в сторону и внезапно исчез, спустившись либо в овраг или нору — отсюда видно не было.

Испугавшись, я растолкал гризли и подхватив его под лапы, потащил, что было сил в сторону от ящера, обходя его по широкой дуге и стараясь уйти с опасного маршрута

Быстрый рывок, дался нам нелегко и уже, через 100 метров, мы выдохлись и дальше снова брели еле — еле, только теперь, я ещё и оглядывался с тревогой по сторонам, отовсюду ожидая опасность и морально уже свыкшись с нею.

Ко всему привыкаешь, и даже к осознанию того, что можешь погибнуть в любую минуту, но бросать своего раненого спутника я не хотел. Во-первых — это было неправильно, во-вторых, я боялся остаться один, да и череда предательств, возбуждало неприятие происходящего и желание сделать назло большинству, даже если об этом никто и никогда не узнает.

Всё-таки лучше умереть, как человек, чем сдохнуть, как бессовестное животное, так что выбор был, но небогатый. Так размышляя об этом, я тащился дальше придерживая гризли и помогая ему идти дальше.

Так мы и шли, еле передвигаясь и постоянно останавливаясь на привал, пока после полудня я не услышал звуки боя, которые долетали до нас, вместе с порывами сильного ветра.

Бой шёл в стороне и впереди нас и медленно придвигался к нам. Сражающихся было скорее всего немного, но их яростные крики были слышны издалека.

Мы залегли в траву от греха подальше и осторожно приподнявшись над пожухшей травой, я стал вглядываться вперёд, пока через десяток минут не увидел, кто с кем дерётся и не удивившись особо увиденному, стал лихорадочно размышлять, что же нам делать дальше.

Шансов у нас не было, тащиться вперёд бессмысленно, возвращаться назад — не дойдём; принимать бой — самоубийственно. Гризли даже топор свой не взял — поднять его он был не в состоянии. У меня была и сабля, и копьё, и щит и даже лук с маленьким метательным топориком, но я был один и тридцать пятый уровень, несмотря на владение навыком боевой магии, не давал мне возможность стать эпическим воином и класть врагов, как комбайн пшеницу — тысячами. Но что-то делать, то надо было!

Глава 19 Последний бой

Мысли скакали в голове непрерывным хороводом, прыгая в разные стороны и кружась в калейдоскопе вариаций. Не в силах выдержать их хаотичный бег, он выглянул ещё раз, и картина боя приблизилась к нему, раскрываясь во всей своей полноте.

Впереди, медленно отступая в их сторону, сражались оба ушедших от них зверолюда: — и рептилоид и «обезьяна». На них с разных сторон наседала целая куча волколаков, которые то ли шли на подмогу к основному отряду, то ли были остатками, этого самого отряда и имели значительно ниже уровень — отчего, никак не могли добить двух высокоуровневых игроков.

Соотношение же сражающихся с обеих сторон было: — один к десяти. Бой был в самом разгаре, рептилоид вооружённый копьём и щитом, легко отбивал все атаки, а обезьяна, орудуя огромным двуручным мечом, периодически вступала в схватку, то с одним то с другим волколаком.

Бой несколько затянулся, с обеих сторон были потери. Зверолюды уже получили несколько ранений, а волколаки пару бойцов убитыми и троих-четверых — ранеными. До них оставалось уже метров двести, когда из травы, не слушая меня, внезапно поднялся гризли и дико заревев, пошёл им навстречу.

Я, кинулся вслед за ним и успев сунуть в огромную лапу трофейный ятаган, остановился, чтобы задействовать свой навык призыва. Над степью опять поплыл дикий заунывный вой с хохотом филина.

Бафф ощутимо подстегнул всех троих, и гризли получив заряд бодрости, резко сократил расстояния с врагами и очертя голову ринулся в схватку. Он хотел погибнуть в бою, и я его понимал.

Я, не успел узнать, откуда он и кем был в своём мире, знал я, только одно — он был настоящим бойцом и желал погибнуть в гуще сражения. Все трое бросились в схватку и волколаки приняли ближний бой.

Завертелась мясорубка и тут, почти добежав до них, я увидел вдалеке металлический блеск, несвойственный для безлюдной степи, — и это мне очень не понравилось.

Здесь нечему было блестеть, значит, к волколакам спешила помощь. Не думаю, что это спешил нам на выручку Е,Сок. Добежав, я тоже вступил в бой.

Нагината со свистом раскрутилась и ударила в спину замешкавшегося врага, разрубив его до половины. Встряхнув оружие, я высвободил его и нанёс проникающий удар в живот следующему и отскочил назад, пропустив удар хопешем мимо себя.

Гризли рубился ятаганом, как бешеный, из его пасти текла пена, брызгая во все стороны, а глаза налились кровью и загорелись диким огнём, полыхая изнутри.

Впервые я видел, как зверолюд, стремительно терял свою человеческую сущность и становился «одержимым».

Его сабля летала с нечеловеческой скоростью, круша черепа, вскрывая грудины, отрубая лапы и хвосты волколаков. С двух сторон его поддерживали рептилоид с копьём и «обезьяна» с двуручником, размахивая им, как буловой.

Поняв, что они проигрывают, волколаки раздались в стороны, и вперёд выступил маг. Был он относительно невысоким, (по сравнению с другими), — жилист и худощав. Его морду покрывали разноцветные татуировки, а на груди болтался, целый иконостас из суставов пальцев, отрубленных от лап зверолюдов.

В правой лапе он держал небольшой посох с изящно вырезанной мордой волколака, в которую были вставлены разные камни. В глаза — жёлтые, в нос огромный антрацитово-чёрный, а в пасть прозрачно-белые — изображавшие клыки, к тому же был покрыт слоем магического минерала, отчего я, ясно видел его синюю ауру, которым он полыхал сверху донизу.

Выставив перед собой посох, он без всякого пафоса и ненужной патетики, что-то прорычал и поднявшейся ветер, ударил в грудь гризли, почти отшвырнув его назад. Перекинув свой панцирный щит, со спины и просунув в петли левую лапу, я бросился на защиту гризли.

Ветер ударил с новой силой в щит, и растекся по нему, стекая вниз. В ответ, я ударил молнией, восполнив ману от амулета. Волколачий маг, отразил его воздушным щитом, но не смог отразить вторую, которую я сделал намного сильней — вложив весь остаток манны, — маг затрясся в судорогах.

Оттолкнув меня, на него бросился К,Лондайк и одним ударом отделил его голову от тела. И не успел больше сделать и шага, как его окружили волколаки и через миг разомкнулись, оставив утыканное копьями тело.

Мы все втроём бросились на них. Дальше я помнил смутно, я колол и рубил копьём, закрываясь щитом и крутясь во все стороны. Первым погиб «обезьяна» — не успев вытащить свой двуручник из тела врага и споткнувшись об тело. Его пронзили саблей, а затем снесли голову хопешем.

Рептилоид убил обоих и отступил ко мне. Прижавшись, друг к другу, мы медленно отступали к тому месту, где лежали мои вещи, брошенные перед атакой. Волколаков осталось немного и среди них были раненые.

А вдали, уже ясно были видны приближающиеся роботы с небольшой группой наёмников. Использовав крохи магии, я завыл, и мы бросились в атаку. В этой кутерьме, я успел убить троих, пока щит рептилоида не разлетелся от удара боевым топором, а его самого не поймали на замахе и не проткнули длинным и узким мечом. Я остался один против двоих волколаков.

Оба выглядели опытными бойцами и не спешили, ожидая помощи. Мне же ждать было нечего и отшвырнув щит, я вытащил топорик и метнул его в ближайшего. Отбив его в воздухе, он не успел увернуться от удара нагинатой и пал от удара раскроившего его грудь.

Отпрыгнув в сторону, я поймал меч второго и откинув его в сторону, ударил древком в живот и нанёс следующий удар, который выбил из лап волколака меч, но и сама нагината по инерции вошла в землю.

Выхватив кинжал, я прыгнул на волколака и тот не смог мне ничего противопоставить, кроме своих клыков и когтей, но фламберг был сильнее и я успел воткнуть его несколько раз, пока он не издох. Встав с поверженного врага и глянув на приближающийся отряд, я кинулся собирать свои вещи.

Вытащив из земли нагинату, подобрав щит, я подбежал к убитому волколачьему магу и подобрал лежащий на земле посох, после чего побежал обратно. Добежав до своих вещей, я сунул его в мешок, надел на себя перевязь с копьями и бросился назад к оврагу ящера, надеясь скрыться в наступающих сумерках.

Перейдя на скользящий шаг, я старался замести свои следы, но уже почти физически чувствовал, как меня нагоняют и пытаются окружить. Меня отслеживали, либо наёмники, либо роботы, а может все вместе.

К оврагу, я добежал довольно быстро, а дальше не знал, что предпринять и поколебавшись, затаился возле него. В сгустившихся сумерках, я увидел с десяток металлических тел разных конструкций, являвшихся вариациями роботов охранников на колёсах движимых электродвигателем и с различным холодным оружием, закреплённым в манипуляторах.

Вместе с ними двигалась небольшая группа кошачьих в количестве около пятнадцати особей, очень напоминавших расу каджисов из компьютерной игры и скорее всего, они и были теми призванными, о которых сообщила лучница Ю,Ли.

Но самое главное было не это, а то, что с ними шла та самая лучница Ю,Ли, которая и сообщила о них. Шла, и весело болтала с ними, наслаждаясь их обществом и охотой на меня.

Это дико взбесило меня, привело в истерику. Я, получается, бегаю, воюю, со всякими мразями, пытаюсь выполнить долг, который мне откровенно навязали, а какая-то кошачья мразь, подло предав всех и вся, загнала весь отряд в ловушку и откровенно наслаждается этим и получает удовольствие.

Это настолько меня уязвило, что я наплевав на инстинкт самосохранения, невольно крикнув: — "А, пропади оно всё пропадом!" — вскочил и бросился на другую сторону оврага и встав поудобнее на склоне, вытащил лук.

Наложив на тетиву первую стрелу, я ещё незамеченный ими, — сделал первый выстрел, весь кипя от праведного гнева. Стрела, словно чувствуя мои эмоции — не подвела и аккуратно вошла в грудь каджиса, который случайно заслонил Ю,Ли.

— Раздался животный крик и вся группа, кинулась искать источник выстрела. Я же, не собирался скрываться и стал пускать по ним стрелу за стрелой.

Увидев меня, они пошли в атаку, широким полукругом охватывая меня. Но я, и не собирался убегать, а лихорадочно доставая стрелы, скоро опустошил весь колчан, попутно ранив, ещё двоих. На этом, мои успехи закончились, а враги приблизились, издавая шум, как стадо разъяренных бизонов.

Роботы шумели и скрежетали, проверяя по пути, легко ли работают их манипуляторы с топорами и мечами, а у одного, я, даже заметил, очень хороший арбалет, отчего мои шансы упали уже не на ноль, а на минус 50 %.

Но, терять мне было уже нечего и я стал резвиться во всю, швырнув в каджисов, пару, подобранных на месте боя хопешей. Никакого вреда они не принесли, так как, метатель, я был ещё тот, но разозлить, конечно разозлили.

Но уважаемый Граах, почему — то, не собирался вылезать из своего логова, чтобы поучаствовать в нашей битве, а сражаться одному, мне было неинтересно.

Чтобы внести в последний мой бой — изюминку, я опустошил, свой последний резерв, взяв ману из врученного королевой жуков амулета и стеганул молнией, зацепив одного робота и оказавшегося рядом с ним одного из каджисов.

Эффект был противоположен, а результат одинаков. У робота сгорела, вся электронная начинка, вместе с электродвигателем и он остановившись, опрокинувшись на бок, опустив свои манипуляторы и выронив из них арбалет.

А, каджис, получив разряд молнии, сначала затрясся, а потом вырубился от болевого шока, — отчётливо запахло палённой шерстью.

— "Как сладок миг сраженья, и в упоенье, я всех вас прокляну, — и с тем уйду. Туда — куда никто из вас не попадёт, предателей никто нигде не ждёт!" и с этими словами, я отправил молнию в сторону тёмной норы видневшейся совсем недалеко, на склоне оврага.

На миг, она осветила своим призрачным разрядом, весь овраг, а потом раздался мощный рык и из норы, пулей вылетел ящер. Оглянувшись вокруг, он вступил в битву, наклонив свой гребень и ощетинившись стрелами.

Но перед этим, он выпустил изо рта клуб синего пламени, которое осветив всё вокруг, сожгла сразу пятерых кошачьих, вместе с их потрохами, оставив, только жалкие кучки пепла.

Весь огонь группы, тут же сосредоточился на нём, игнорируя меня, тот тоже не стал стесняться и размахивая своей шипастой булавой на конце гибкого и длинного хвоста, стал наносить ею удары, направо и налево, не забывая про свои ядовитые шипы.

Не забыл, про них и я и вытащив ядовитый дротик из своей перевязи, снял защитный колпачок с ядовитого шипа и метнул его в Ю,Ли, которая посылал стрелу за стрелой в ящера и попал!

Ю,Ли пошатнулась и вырвала дротик из своего плеча. Наложив очередную стрелу на тетиву, направила свой лук на меня. Выстрел оказался для неё неудачным.

Вовремя прикрывшись щитом, я отбил стрелу, а потом, меня накрыл второй клубок синего огня, который испустил ящер, видимо догадавшись, кто оказался причиной нападения на него.

Синий огонь ударился о панцирь и стек на землю, по пути стремительно исчезая. Остатки пламени, обогнув щит, отправились дальше в темноту позади меня и там нашли очередную жертву, в виде тихо кравшегося ко мне каджиса, испепелив его полностью.

Дико зашипев, на меня кинулся его напарник, но наткнувшись грудью на моё копьё, был с радостью проколот мною насквозь, а затем лишился и своей кошачьей головы, бессильно рухнув на землю и орошая землю ручьём крови из обрубка.

Больше сзади, пока никого не было и я обернулся обратно к ящеру, который усиленно отбивался от окруживших его роботов. Бой только разгорелся, а чужой отряд уже потерял одного робота и восьмерых каджисов убитыми и четверых ранеными, включая Ю,Ли, — которая каталась от боли на другой стороне от оврага.

Оставалось всего ничего, добить раненых, да уничтожить ещё дееспособных четырёх каджисов и девятерых роботов и в этом мне неоценимую помощь оказал, мой новый друг — уважаемый Граах, который расшвыривал их, как котят.

Уже два робота, пали жертвой его булавы на хвосте, ещё одного он добил проткнув насквозь шипами и выпустив очередной клубок магического огня, спалил ещё троих на хрен.

Оставалось всего трое, которые сумели всё-таки прорубить его крепкую шкуру и теперь быстро взмахивая своими топорами, стремительно расширяли рану.

Отвлёкшись от него, я встретил тройку каджисов и закрутился с ними в смертельном танце. По моим ощущениям, я уже перешёл на первый высший уровень владения копьём, которое, так и летало в моих руках, отбивая удары всех троих и протыкая, то одного, то другого, но отвлёкшись на одну тройку, я забыл об оставшейся другой, которая подкралась ко мне сзади, обойдя раненого ящера рубившегося с роботами.

Я, всё же успел разобраться с первыми троими, когда почувствовал движение сзади и обернувшись поймал удар боевого молота на щит, который естественно не раскололся, но удар отсушил мне всю лапу и вывел её временно из строя.

Не чувствуя её, я был вынужден скинуть щит и взяв уже обеими лапами нагинату, насадил на неё прыткого каджиса, убив на месте — проткнув его сердце.

Оставшиеся двое раненых, не смогли оказать мне сопротивления, но успев меня несильно задеть саблей. Порез болезненно саднил и кровоточил, отвлекая меня от событий происходящих вокруг.

Ю,Ли, уже видно не было, ящер добив оставшихся роботов — издыхал внизу, но оставался ещё достаточно силён, чтобы плюнуть в меня своим огнём — его надо было добить, но подходить к нему мне было чревато и я отправился к первому погибшему роботу, чтобы забрать его арбалет.

Дойдя до него и забрав арбалет, валявшейся одиноко на мёрзлой земле, я быстро вернулся и тщательно прицелившись выстрелил ящеру в голову.

Пару раз дёрнувшись он издох. Положив арбалет, я стал спускаться вниз, чтобы лично в этом убедиться, но я не знал, что у ящера был про запас, ещё один приём, который можно было смело назвать — "мёртвая рука".

Дойдя до него, я потыкал копьём в его тело и нагнулся к нему, чтобы рассмотреть его получше и в этот момент, самый маленький из шипов, расположенный у основания его головы, внезапно хрустнул издав щёлчок, как спусковой крючок, и шип отстрелившись от тела, вошёл мне в морду, разодрав мою правую щёку.

Дикая боль охватила моё тело и корчась от судорог, я упал рядом с ним, купаясь в луже вытекшей из него крови, невольно измазываясь в ней и чувствуя жгучий, как от красного перца вкус на губах и во рту.

Тут же перед моим внутренним взором, багровым от боли — возникли сообщения, от "информатория".

— Внимание! Вы отравлены! Уровень интоксикации вашего организма — 58, 59, 60, 61, 65 %. Цифры, стремительно росли, а я чувствовал себя всё хуже. Мои жизненные силы, как человеческие, так и звериные стремительно таяли, общий показатель здоровья- стремительно уменьшался, за короткий период достигнув 50 % от ста.

Ничего почти не соображая от боли, я задействовал все свои лечебные навыки, но значок интоксикации, по-прежнему горел ядовито-зелёным цветом, хотя процент интоксикации и перестал расти.

Нужны были дополнительные меры и я пополз к своему кожаному мешку, не в силах уже идти. Добравшись до него, я на ощупь развязал его и достав оттуда, припасённые порошки и части растений, стал их жевать, ища на вкус, нужные от отравления.

Через некоторое время, — травы подействовали, и моё отравление стало уменьшаться, а перед глазами немного прояснилось и я уже более вдумчиво начал искать нужные мне травы, жуя уже и восстанавливающие здоровье; и укрепляющие; и для ускорения регенерации, — пока мой уровень здоровья не остановился сначала на 18 %, а потом не стал расти в обратную стороны, — давая мне шанс выжить. Значок интоксикации, сначала потускнел, а потом и совсем пропал, переставая снижать моё здоровье.

Где-то к середине ночи, убедившись, что моя жизнь вне опасности, я "отрубился" прям в овраге, не сумев далеко отползти от погибших роботов и ящера.

Глава 20 Без шансов на победу

Очнулся я, когда солнце уже высоко висело над горизонтом. Ничего удивительного в том, что я чувствовал себя, как наркоман при ломке — не было.

В пасти был мерзостный привкус, старых плесневелых грибов, пополам с привкусом жирных мокриц, об одном воспоминании, о которых — меня всего передёрнуло.

Тело болело, бок саднил, а лапы кровоточили от мозолей, которые я натёр от древка копья. Ящер лежал, где ему и положено было лежать, а на месте, где вылилась его кровь, я увидел первые листочки, знакомого мне фиолетового магического растения.

Моя мана, была полностью восполнена, и её запас, явно увеличился, по сравнению с прежним. Тела каджисов, под яркими лучами, стали ощутимо попахивать тошнотворным запахом разложения.

Пора, было собираться и мне, правда не в последний путь, а в дальний. И начать надо было с осмотра тел. Ничем особенным, эти каджисы, от нас не отличались.

Те же зверолюды, только кошачьей породы. Крупные, размером с земного тигра, они имели более развитые кисти лап и похожее на человеческое телосложение.

Бегать на четверых лапах, они не умели, только на двоих. Головы имели большие, с большими ярко выраженными глазами с вертикальным чёрным зрачком. Цвет глаз был либо зелёным, либо жёлтым, больше ничем они меня не поразили.

Я потихоньку стаскивал их тела в овраг попутно считая, — всего их оказалось, действительно пятнадцать. А, Ю,Ли, я так и не нашёл. Это… живучая рысь, умудрилась и на этот раз выжить, и выйти сухой из воды, а мне ещё, только предстояло расхлёбывать это море.

Стащив трупы в овраг, я разложил свои вещи и стал осматривать оружие каджисов. Ничем особенным оно не отличалось, те же сабли, топоры и даже шпаги из обычной, но хорошей стали.

Тащить на себе, этот хлам — я не хотел. У меня и так было копьё и щит, больше правда ничего и не было. Топорик, я оставил, когда убегал, лук сломался, а из дротиков, осталось всего четыре, но тоже неплохо.

Посмотрев на тела, я решил более тщательно осмотреть их и был вознагражден "листами", аналогом наших денег, в этом мире. Каждый из каджисов имел их по пять штук, лежащих в кожаном мешочке на поясе.

Только один из них имел, — целых пятнадцать и скорее всего был их старшим. Итого я получил с них 85 "листов" и добавил к ним свои 13 штук.

Кроме этого, я снял с пояса старшего, красивый и острый нож из более дорогой стали в отличных ножнах и нацепил его на свой пояс. Также позаимствовал с некоторых из них разные части кожаного доспеха и облачился в них. Теперь у меня были прикрыты все лапы и грудь.

Голову, закрыть не получилось, потому что все шлемы, которые я нашёл, были мне очень велики и я их оставил, не став с ними мучиться и выть от жадности.

Перейдя к ящеру, я вырезал из него все ядовитые шипы и срезав, где мог его шкуру, завернул их в неё. Затем отправился в его нору. Узкий лаз, был похож на такой же найденный мною ранее.

Ничего особенно в нём не было, также валялись по углам, старые шипы, а в центре была травяная подстилка, но без кладки яиц. Наверно, этот был самцом, а может не сезон или ещё, что-нибудь.

Ну, на нет и делать нечего, развернувшись в небольшой пещере, я было отправился на выход, когда моё внимание привлёк, небольшой предмет, фонивший в магическом зрении, с помощью которого, я находил редкие ингредиенты, — багрово-чёрным цветом.

Подойдя к нему, я обнаружил огромный чёрный коготь, который истончал, резкий запах яда, от которого, даже стала кружиться у меня голова. Подхватив его старыми шипами и зажав его между ними на манер палочек для еды, когда ешь в японском или китайском ресторане, я осторожно потащил его наружу, где завернув его в два слоя в свежую шкуру ящера — положил его на дно мешка.

Больше в округе, ничего полезного не осталось и оставив после себя трупы и бросив не нужное мне оружие, прихватив, только похожую на простую шашку — саблю, я двинулся вперёд в уже наступивших сумерках.

Через час на степь опустилась ночь и под аккомпанемент песен далёких звёзд, таинственно мерцающих в ночи и освещающих мой нелегкий путь, я потопал на встречу с отрядом Е,Сока, так как другой альтернативы, мне не предлагалось.

Зима здесь чувствовалась меньше, снега почти не было, а учуяв мой запах и запах ящера, все звери, убирались с моей дороги. На ходу я жевал собранные листья магического растения, с удовлетворением замечая, что мои запасы маны росли, как и уверенность в себе, глянув в свои характеристики, я убедился, что трудный и казавшейся последним бой пошёл мне на пользу и у меня появился шанс выжить в столь нелёгком походе и даже вернуться к старой шаманке, которая заменила здесь всех родных и близких, хоть и относилась ко мне отстраненно.

Ваш текущий уровень — сорок третий.

Вы получили уникальные навыки:

— "Призыв": + 29 % к урону в группе себе подобных;

— "Знахарь": + 40 % к мане и + 38 % к здоровью;

— Самолечение; + 30 % к здоровью;

— Регенерация — 4,2 единицы маны в секунду, в случае отсутствия маны — Регенерация прекращается. Эффективность восстановления — 3,2 % здоровья в минуту.

— Шипы: + 8 % к поражению метательным оружием

Вы получили умения:

— "Вербальная коммуникативность" — 61 % вероятность улаживания конфликтов.

— Кунсткамера — вы способны самостоятельно искать и использовать редкие ингредиенты, для приготовления зелий и декоктов

— «Активация регенерации»:

+ 20 % к вашему здоровью;

+ 15 % к здоровью пациента;

— 12 % вероятность прекращения кровотечения;

— 10 % вероятность начала естественной регенерации;

— 20 % вероятность увеличения скорости природной регенерации;

— 3 % вероятность вывода из комы пациента;

— 2 % вероятность отсрочки летального исхода.

— «Молния ярости» — 25 % урона электричеством;

— вероятность реанимации пациента — 3 %

Вы улучшили своё умение: — "Владение холодным оружием" — тип "Топоры" Ваш уровень: — Первый средний.

Владение мечом: — Пятый средний.

Владение копьём: — Первый высший.

Владение щитом: — Первый средний.

Вы обладаете улучшенным оружием — копьё "нагината" — вероятность пробития любых доспехов, кроме зачарованных на крепость — 75 %.

Ночь прошла спокойно и я под утро, заснул устроившись в кустах на дне повстречавшейся мне ложбинки. Так я и шёл, ведомый опять призрачным клубком, который указывал мне кратчайший путь, пересекая степь и обходя стороной, любые подозрительные места.

Питался я пойманной дичью, разжигая тайные костры на дне оврагов, воду брал из ручьёв, которые попадались мне там же, в оврагах и прожил так, почти неделю, пока не вышел на границу степи и полупустыни.

Здесь уже не было снега и было ощутимо теплее, где-то градусов 10 — если по Цельсию. Полупустыня была покрыта редкой травой и напоминала земную, с той разницей, что здесь был и песок и глина и участки каменистой почвы и я пробирался по ним с особенной осторожностью.

По моим расчётам, мне надо было сделать три дневных переходов, чтобы добраться к своей цели и встретиться с отрядом Е,Сока, или добраться до портала, если бы он был ещё там и только после этого, я мог вернуться обратно.

Никаких следов Е,Сока, видно не было. В его отряде оставался 21 зверолюд и сколько оставалось их сейчас, я естественно не знал. Думаю, гораздо меньше, но проблема, всё равно по-другому не решалась.

И я, подумав, двинулся дальше, остановившись на ночь, на вершине холма и спал, что называется вполглаза, выставив чуткие уши наружу и будучи готовым в любой момент отразить внезапное нападение, любого врага.

С этой целью, я спал всегда в кожаных доспехах и со щитом в лапе, чтобы успеть им закрыться. За долгие дни путешествия, я научился реагировать на любой звук и движение.

Моя реакция убыстрилась, а сила возросла, мышцы, ещё более окрепли, и стали как будто бы из железа, а мозг, больше не поддавался паническим эмоциям и трезво оценивал как шансы на победу, так и возможности разных приёмов и действий.

Ночь прошла и я подкрепившись пустынным зверьком двинулся дальше, — навстречу своей судьбе.

День ничего мне не принёс, кроме однообразного пейзажа полупустыни с редкими вкраплениями каменистых пустошей и одиноких деревьев.

Остановившись на привал под одним из таких, я с сомнением оглядел кривые палки веток и перекрученный знойным ветром ствол. Мысль сделать ещё несколько дротиков несколько поувяла, но глаза боятся, а руки делают.

И я, своей нагинатой, основательно пообрубал понравившиеся мне ветки, после чего стал их зачищать и прилаживать к ним ядовитые шипы. Много не получилось, всего шесть штук, и то изрядно кривых. Ну да, для ближнего боя сойдёт.

А вскоре мне представилась возможность их использовать. Я шёл, как обычно совершая дневной переход, когда на горизонте замаячил холм. Подойдя ближе, посреди каменистой проплешины, стояла большая скала, неведомо каким образом перенесённая сюда.

Нутром чувствуя подвох, я не стал приближаться к ней, а стал обходить по большой дуге, но сначала я увидел на её вершине рептилий с кожаными перепонками вместо крыльев, а потом, услышал невыносимый гвалт, который они издали увидев меня.

Было их немного особей семь, но все крупные и ненамного меньше меня. Раскрывая свои зубастые пасти, они подпрыгивали от нетерпения, отталкиваясь от скалы мощными, покрытыми крупной чешуёй лапами.

На их головах находилось по два больших и острых шипа, стоящих рядом параллельно друг другу. Выждав время, они спикировали вниз, надеясь напасть на меня сзади и летели одна за другой.

Обернувшись, я выхватил саблю и закрывшись щитом стал отражать их нападение. Первая получила сабельный удар наискось и лишилась одного из крыльев, вторая головы, третья — вывалила всё содержимое своего брюха и рухнула на камни пронзительно визжа и ужасно смердя своими внутренностями.

Остальные отвернули, а меня чуть не вывернуло наизнанку от запаха. Этим воспользовалась первая и подскочив ко мне резво прыгнула ногами вперёд. Её кривые когти вцепились в край щита и помогая себе одним крылом, она стала сдёргивать его у меня с лапы.

Четыре её коллеги, тут же среагировали и бросились снова вниз. Щит, она всё-таки смогла сдёрнуть с лапы, но тут же получила от меня по голове саблей и потеряла её.

Не успев подобрать щит, я бросил бесполезную сейчас саблю и перехватил из-за спины нагинату. Следующая рептилия, а за ней ещё две были рассечены ею, как сало — острым ножом. Каждая получила, две свои неравные половинки, но не смогла их срастить.

Последняя, развернувшись в воздухе, попыталась смыться, но брошенное мною копьё, поймала её в воздухе и с этой ненужной ей частью, она рухнула на землю и забилась в конвульсиях.

Поднимая саблю, чтобы добить наглых летающих, или скорее планирующих рептилий, я увидел, как из под скалы вылез следующий участник "марлезонского" балета, завсегдатай похожего типа полупустынь, входящий в многочисленный отряд членистоногих, а именно: — огромный арахнид.

Меня пробило на нервный мешок, — "тебя то, братан, мне и не хватало до общей кучи, чтобы приключения были незабываемыми и так живности хватает, ещё и ты вылез, весь такой красивый", — мысль мелькнула и исчезла, вместе с эмоцией, которая её и вызвала.

К горлу подкатил комок, а моё сердце, сжалось от страха. Паук, был очень огромным, его длинные волосатые лапы, отстояли от тела метра на два, а передние две, были оснащены длинными когтями, которые матово поблёскивали и были чисто чёрного цвета.

Само тело паука, было размером с крупную рысь и он явно хотел поесть, причём не вонючих рептилий, а вкусной росомахой.

Сабля в моей лапе, явно ничем не могла мне помочь, нагината валялась в десяти метрах, с насаженной на ней рептилией, которая ещё даже шевелилась.

Из оружия у меня оставались только дротики и магия. Ими я и воспользовался, сначала от души зарядив в неё молнию, а потом, не дожидаясь, когда она очнётся, метнул в неё по очереди, все свои кривые дротики, кроме одного самого удачного, который занял место недостающего пятого в моём колчане.

У паука был свой яд, но яд Грааха, оказался сильнее и не успев очнуться, он оказавшись нашпигован дротиками, как люля-кебаб, тут же задёргался уже не от разряда, а от интоксикации, сопровождаемой ужасной болью.

Пока он дёргался, я добежал до нагинаты, подхватил её, сбросив с неё тело рептилии и схватил свой щит, повесив на левую лапу. Подойдя к пауку, я констатировал быструю смерть, но опасаясь подвоха, ударил контрольной молнией ему в голову грудь, там, где на меня смотрели огромное количество мелких глаз.

А потом, ударил нагинатой по нему и не успокоился, пока не разрубил его напополам. Дротики, я вынимать не стал, подарив их пауку навсегда.

Взамен, я изъял из его тела, а точнее из передних лап — пару когтей и выковырял кинжалом, его бесстыжие многочисленные глаза — век, бы их не видеть!

И перешёл к наглым рептилиям, где вырубил из головы их два шипа, похожие на рожки. В этом мире, я женат не был, поэтому на этот счёт был не суеверен.

Все эти части, являлись ценными ингредиентами и должны были мне помочь. Вообще, мой мешок, был уже под завязку набит, подобными подарками, но применить их я пока ещё не мог.

Передохнув и очистив лезвия сабли и копья об песок, от налипших на них крови и слизи, я отправился дальше — мне оставался последний переход до места встречи.

Уже в темноте, я услышал сильный и постоянный гул, который шёл оттуда, куда вёл меня призрачный клубок, с каждым шагом шум всё нарастал.

Решив разобраться с этим поутру, я заночевал в первой попавшейся песчаной ямке свернувшись клубком и уткнув свой нос в пушистый хвост. Ночь прошла спокойно и встав утром, я так же слышал неумолчный гул впереди.

В лицо ударил влажный ветер, донёсший до меня запах рыбы и гниющих водорослей, а язык невольно почувствовал, какой солёный ветер.

— Море? Море! Впереди был океан, о котором. я так много слышал и я невольно ускорил шаг, стремясь побыстрее его увидеть. Я шёл ещё часа три, прежде, чем смог его увидеть.

Выскочив неожиданно для себя на крутой обрыв, я увидел прямо под собой — его! Я стоял и плакал, слёзы радости ползли по моим волосатым щекам.

— Я дошёл! Я, смог! Далеко внизу, о песчаный берег ударялись мощные зеленовато-синие волны, с хлопьями седой пены, которая срывалась с их гребня.

Они зарождались в глубине океана, шли невидимые и перед самым берегом набирали силу и с чудовищной мощью ударяли в берег, содрогая в ужасе мокрые скалы подо мной.

Внизу я увидел тушу погибшего морского животного и найдя тропинку вниз, спустился по ней, подойдя близко к находке. Это был похожий на кита огромный морской зверь, которого выкинуло волнами после шторма.

Он был мёртв и его длинные острые зубы, беззлобно пялились на окружающий мир. Посмотрев на него, я принялся за работу, избавляя от ненужных ему уже зубов, затем разрубив его тушу, вытащил его плавательный пузырь и положил его в свой запасной мешок.

Океан рядом, а я плавать не умел, а так, хоть что-то похожее на спасательный круг или жилет и развернувшись поднялся обратно на крутой берег и направился дальше, спеша на встречу с отрядом. Вскоре, я увидел вдалеке, недалеко от пологого берега несколько скал стоящих полукругом и образующих арку, очень схожую с порталом, каким его всегда и рисуют в своём воображении разумные.

Возле неё стоял небольшой лагерь и я перекинув щит на левую лапу и ощетинившись нагинатой, стал подкрадываться к ним, одним глазом косясь на близкий океан и намереваясь, если что-то пойдёт не так, броситься в него и надеясь отплыть, и укрыться дальше по берегу.

Его заметили, почти сразу и подняв тревогу, и похватав оружие, через пару минут окружили его плотным кольцом. Узнав, тут же заключили меня в объятия, искренне ему обрадовавшись.

Дальше пошли расспросы и долгое молчание перевариваемой информации. Е,Сок хоть и смеялся надо мной, но доверял, да и ожерелье из зубов и когтей встреченных мною хищников, что называется внушал, и заставлял со всей серьёзностью, относится к моим словам.

Выслушав, моё сообщение, он задумался и отошёл в сторонку, а потом, стал писать сообщение на своём рунном камне связи. Я, тем временем, сосчитал окруживших меня зверолюдов их оказалось всего пятнадцать, шестнадцатым был Е,Сок, а я уже был семнадцатым.

То есть от отряда осталась ровно половина, все остальные погибли в бою, за исключением предательницы Ю,Ли, которая неизвестно была, то ли жива, то ли нет.

Скорее всего арка портала была пустышка, ведь зверолюды, находились рядом с ней уже пятые сутки и никто не появлялся возле неё, да и вообще в округе.

Так что, что делать дальше, было неизвестно. Ничего так и не решив, отряд вместе со мной заночевал, возле арки. Океан по-прежнему дышал со всем рядом и его солёное дыхание доносилось сюда, вместе с тучей брызг, разбивавшихся о скалы крутого берега волн.

К утру поднялся сильный ветер и поднялся шторм, настойчиво завывая, он прорывался, сквозь завесу берега и накрывал нас упругой волной теребя наш мех, словно собираясь повыдёргивать все шерстинки на наших шкурах.

Е,Сок, получил ответное сообщение, скомандовал сбор. Все сразу засуетились и стали собирать свои вещи, искать потерявшееся снаряжение, потуже затягивать узлы на мешках и ремнях, и навешивать оружие на пояса и другие крепления.

Идти предстояло по кромке берега, где мог быть предполагаемый портал, а дальше, если мы ничего не обнаружим, нам предстояло долгое возвращение в полевой лагерь.

Собравшись, отряд направился в сторону юга, следуя береговой линии. День прошёл в поисках портала и обследовании берега. Не найдя ничего интересного, мы шли дальше до самого вечера и уже перед самой темнотой длинной ночи, увидели вдалеке, большую скалу возвышавшуюся над берегом подобно башне.

Не став подходить к ней ближе, мы стали лагерем, недалеко от неё, а ночью на нас напали каджисы. Е,Сок, оказался прав в своих предположениях и портал, действительно был и располагался он в той самой башне, которую мы увидели вечером.

Каджисы заметили нас, также вечером и решили напасть, пока мы спали. Было их мало, видимо из-за того, что все их отряды ушли на поиски, либо уже столкнулись с нами и понесли большие потери, а подкреплений по каким-то причинам у них не было, либо они должны были подойти позже.

Как бы там ни было, но мы приняли бой. Я стоял в первых рядах и наравне с другим копьеносцем, прикрываясь щитом и выставив нагинату, отбивал волну за волной атаки каджисов.

Ветер стонал и хрипел за спиной, где продолжал бушевать шторм, а впереди бушевала волна каджисов, раз за разом разбиваясь об наш строй. Они не могли ночью эффективно использовать своих лучников, к тому же ветер дул в их сторону снося их стрела далеко в сторону, да и уровни у них были пониже, чем у нас.

Тем не менее, мне пришлось пережить несколько неприятных минут, когда один из них ловко орудуя шпагой отбил ею несколько ударов и ужом проскользнул в наши ряды и я еле успел прикрыться щитом от его проникающего удара.

Наконец Е,Сок убедился, что каджисы нам по силам и отдал команду на их атаку. Строй тут же распался и весь отряд ринулся в атаку снося плотные ряды врага.

Я, бросился вместе со всеми поудобнее перехватив нагинату и работая ею, как копьём пронзая тела врагов, не имевших такой длины оружия и вообще копьеносцев.

Остальные рубили и кололи, пока не уничтожили половину нападавших, остальные опасаясь полного разгрома, бросились убегать в сторону башни и вскоре скрылись в ночи.

Преследовать мы их не стали, не зная местности и в темноте, несмотря, что многие хорошо видели ночью. Но в башне нас могли ждать неприятные сюрпризы, к которым мы были просто не готовы, да и осталось нас мало.

Бой унёс ещё две жизни отправив зверолюдов на перерождение, а противник потерял не менее десяти погибшими и неизвестно сколько ранеными.

Удовлетворившись, что поле боя осталось за нами, мы отправились обратно в лагерь, зализывать свои раны и готовиться к завтрашнему дню. Е,Сок, что-то чертил на своём камне, отправляя магическую эсэмэску своему начальству.

Я же переводил дух от всего пережитого и радовался полученному сорок пятому уровню. До возможности перерождения оставалось всего ничего, только пять уровней и если всё пойдёт, так и дальше, то пятидесятого уровня, я достигну, за пару дней, а пока надо бы сначала дожить, до этого знаменательного события.

Остаток ночи прошёл спокойно, а к утру утих и шторм, оставив после себя только влажность и постепенно ослабевающий ветер, по-прежнему гудевший, как в трубу в нашу сторону.

Утро показало высокую скалу с подобием арки на её вершине и приземистые строения сложенные из природного камня, вокруг неё. Мы, двинулись к ней. Наверх вела узкая тропа, которая извиваясь вползала на скалу.

Едва тронувшись вверх, мы получили в ответ стрелы, злыми шмелями полетевшие в нас, меня спас щит, а остальным не повезло, то и дело слышались злые вскрики ознаменовывая, очередное попадание стрелы.

Наконец на тропе остался один я прикрытым своим щитом, все остальные отступили. Я не знал, что мне делать, отступать нельзя, вперёд идти глупо и проблематично.

Е.,Сок с товарищами подбадривали меня, каджисы наверху сыпали понятными мне проклятиями заставляя ползти наверх, временами на меня обрушивались стрелы, которые бессильно отскакивали от моего щита, не нанося никакого вреда.

Положение было патовое. Я не смел двинуться вперёд, опасаясь быть нашпигованным стрелами, да и одному мне наверно не выстоять, отступить же было невозможно, чтобы не прослыть трусом.

Как говорится, — сражайся или умри. Сражаться, я был не против, а вот умирать, как-то не хотелось, вот я и застыл посередине сражаясь с этой дилеммой.

Моё положение спас, несчастный случай. Вдалеке, показались отблески металла и вскоре нам можно было различить смешанный отряд роботов и степных волколаков, спешащих на помощь своим союзникам.

Здесь уже выбор стал очевидным и толпа зверолюдов подгоняя меня яростными криками, ринулась в атаку, опасаясь попасть в ловушку, в которую, мы сами себя загнали.

Битва продолжилась с новой силой и я по шёл вперёд, по узкой тропе наверх. Слева от меня была массивная скала, а справа обрыв внизу которого плескались волны океана, лениво накатывающиеся на песчаный берег.

Навстречу мне торопливо спускался каджис с саблей, удар, взмах, удар, и лезвие нагинаты протыкает его насквозь сталкивая в пропасть. Следующий, раздобыл где-то щит и прикрываясь им обрушился на меня с топором.

Щит, только гудел от ударов, наконец, мне это надоело и подождав пока каджис выдохнется, я так же пронзил его нагинатой, как и предыдущего и сбросил его в пропасть.

Третий, схватил похоже дверь из жилища и бросился с ней на меня, закрывшись ею полностью. Оценив его ноу-хау, я прижался к скале и зацепив его дверь кончиком копья, неумолимо подталкивал его в пропасть, пользуясь его силой инерции, пока он не оступился на краю и не удержавшись рухнул в неё следом за первыми двумя.

Дальше, убедившись в битве со мной один на один, меня стали осыпать стрелами, игнорируя, других зверолюдов, которые поднимались по тропе, сзади меня.

Но это, меня не смутило и я ударил их своей боевой магией. Молния пройдясь цепью, по стрелкам, оставила их корчится, там, где она их застала. А я ударил второй, по тем, кого не смогла зацепить первая молния и бросился наверх.

Вслед за мной улюлюкая и завывая на разные лады и впадая в боевой раж, бросились и остальные.

Выскочив на вершину, я вступил в бой с мечником, но вскоре меня аккуратно подвинули, а мечника срубили, заставив его голову недоумённо смотреть вверх, уже мёртвыми глазами.

Дальше всё пошло гораздо веселей. Я бросился к парализованным мной лучникам, которые только отправлялись от шока и начал их безжалостно добивать.

Вокруг кипел кровавый бой, в котором не было жалости. Не жалели нас и мы никого не жалели. Под конец боя на моём индивидуальном счёту было восемь каджисов, убитых мною собственноручно, что позволило поднять мой уровень до сорок восьмого.

Дальнейший мой опыт, стоял внизу у скалы, в самом начале тропы и грозил нам кулаками сжатых в угрозах волосатых лап и свистевших на разные лады роботов.

Волколаки уже меня, так не пугали, как в самом начале, когда я попал в этот мир. Они оказались, теми же зверями, что и остальные, и несмотря на их ужасный внешний вид, так же умирали, как и другие обитатели, этой планеты.

Мы осмотрели помещения, но кроме местной валюты, "листов", ничего существенного не нашли, разделив добычу поровну, я сложил к уже имевшимся 98, ещё 102 и завязал денежный мешочек.

Зачем, я их собирал, когда никаких шансов на победу, у нас не было я не знаю, наверно всё дело в человеческой привычке надеяться на лучшее до конца, чтобы не случилось, а может природная скупердяйство, давало о себе знать.

Но раз добыча была, значит её нужно собрать и хранить, да и стоявшие внизу волколаки, будут рады сразу её найти, а не рыскать по шкурам в её поисках.

А тут раз, и пожалуйста 200 золотых, ну в смысле магических золотых и целый мешок полезных ингредиентов. Но поразмыслив, я решил, выкинуть всё в море, что называется — так не доставайся же ты никому.

Жалко, среди нас не было прекрасной зверолюдки, та магичка уже восьмидесятого уровня, что ещё оставалась с нами, по имени Ю,Нона — категорически не тянуло на столь почётную роль.

А, именно: — быть сброшенной со скалы, как прекрасная принцесса, или персидская княжна, или неверная жена, или просто от большой и несчастной любви.

— Эх, хорошо женщинам, — столько поводов утопиться, что я и не знаю, а тут решиться прыгнуть, чтобы попытаться спастись — страшно, а вдруг — разобьюсь!

Наконец, вдоволь потоптавшись внизу, наверх в атаку пошли роботы, — всего их было пятнадцать штук и были они, что называется прокаченными. Не на колёсах, а на гусеницах, не с топорами, а с копьями и арбалетами, что уже было нехорошо, для нас.

Пришлось в первую очередь, на пару с Ю,Ноной, сбрасывать их со скалы, пока они не внесли опустошения в наши ряды. Тем временем, Ю,Сок, готовился к диверсии, а именно: — взорвать приёмный портал, тем самым уничтожив его навсегда.

Наша задача было продержаться, а может даже попытаться спастись, на что я впрочем и не надеялся. Поэтому, наш отряд, который состоял уже не из пятнадцати зверолюдов, а из тринадцати, включая раненых, приготовился подороже продать свою жизнь, даже не зная, есть ли у толпящихся внизу и на тропе роботов и степных волколаков магическое золото.

Но в карманы, же им не залезешь и не посчитаешь, будущие барыши, а вот своей ушастой головы, можно лишиться в один неблагоприятный для тебя момент.

Но моя уже основательно прокаченная молния, разила врагов без промаха, а вода и земля магессы довершала дело, пока я не исчерпал все свои резервы и резервы своего талисмана, оставив себе, лишь самую кроху маны, для активации регенерации.

Роботов, мы смогли уничтожить целых двенадцать штук, оставалось ещё три и штук 150 волколаков, предвкушающих заранее победу.

Ну, что ж, они могли себе позволить проявления радости, при таком численном перевесе, а мы нет, но чувство превосходства над ними меня не оставляло, когда я вместе со всеми не скидывал их одного за другим в пропасть и скоро весь пляж под нами, был усеян, их поломанными телами и оружием.

Беда была в том, что у них имелись луки, а у оставшихся трёх роботов — арбалеты, а у нас не было уже маны и вот час за часом, мы теряли своих товарищей, которые держались, как могли, получая, всё новые и новые стрелы, в свои тела.

Е,Сок, проделав кучу манипуляций с порталом, заявил, что всё готово, для взрыва, когда в живых оставалось всего семеро. Ю,Нона, к тому времени, поймала шальную стрелу себе в бок, и теперь обессилено сидела в тени низкой постройки, уже не принимая участия в битве. Я смог подстегнуть её регенерацию, но больше ничем, в своём нынешнем состоянии помочь ей не мог.

Все остальные были уже ранены не по разу, за исключением меня и Е,Сока, который с ходу подключился к битве. Он смёл одного за другим пятерых, потом ещё двоих, а дальше отступил получив несколько ран.

Остался, я один. Подойдя к началу узкой тропы, я закрылся щитом и работал копьём, пока оно не стало неподъемным и не стало весить, как будто было из свинца.

Поняв, что предел выносливости достигнут, я отступил, глянув вниз на тропу. Мы все вместе изрядно проредили их ряды и теперь внизу стояло не больше восьмидесяти штук волколаков, но очень злых.

Я, с удовлетворением прослушал, приятное для меня сообщение, о взятом мною пятидесятом уровне и Е, Сок, публично, — в присутствии оставшихся в живых зверолюдов, назвал меня новым именем — Я,Рслав.

Потешно покланявшись, я пошёл к оставленным мною вещам и стал прилаживать копьё к кожаным мешкам и щиту. Саблю, я выбросил, а древко нагинаты, было слишком длинным и я без всякой жалости, отсоединил вторую половину, оставив только ту, что была с лезвием.

Копьё уменьшилось вдвое и отлично приложилось к щиту. Сзади меня зверолюды приняли последний бой, а затем по команде Е,Сока, должна были прыгнуть со скалы в океан или погибнуть в бою, каждый сам принял для него, тот шаг, который считал наиболее верным.

Я же, решил попытаться спастись, хоть шансы были и невелики. Найдя подходящее место, где океан вплотную подступал к скале, я отошёл от неё, готовясь разбежаться и прыгнуть.

Наконец Е,Сок подал нам знак, все кто хотел, начали разбег, который должен был закончиться на краю скалы. Сам же Е,Сок, взял на руки магессу и вместе с ней встал перед порталом.

Миг и портал озарился внутренним ярчайшим светом и всплеск огромной энергии порождённой магией накрыл всё вокруг. Сила магии отшвырнула от себя слабые тела, как зверолюдов, так и волколаков и пошла в разные стороны разрушая, всё вокруг и снося жалкие преграды. Скала была выметена, точно метлой, с вершины которой сыпались только мелкие обломки.

Все, кто находился на её вершине или на тропе, были мгновенно уничтожены, либо сброшены вниз силой удара, кроме тех, кто находился ещё внизу, либо успел спрыгнуть со скалы в океан.

Я разогнавшись и с силой оттолкнувшись от края скалы, со всей прытью природной росомахи взвился в воздух, устремляясь прямо в небо, но увы, крыльев у меня не было, а силу тяжести никто не отменял и отлетев от скалы в длинном прыжке, я на мгновенье зависнув в воздухе, рухнул вниз.

Ветер засвистел в моих ушах, а сердце, зашлось сбивая дыхание от ощущения дикой высоты, с которой я летел вниз. Сначала был испуг, потом восторг, а потом ощущение неизбежности приближающегося конца.

Далёкие поначалу, сине-зелёные волны океана, с каждой секундой приближались ко мне, пока я не понял, что пора скидывать свой щит с мешками и копьём, который я прижимал к себе, чтобы не разбиться с ним о воду.

Откинув их, я поневоле сделав сальто из-за слишком тяжёлой задницы, вошёл в воду всё-таки головой, удачно перевернувшись и успев закрыть глаза и пасть.

Вода со страшной силой попыталась с ходу проникнуть в меня, но звериная сущность, — не человеческая. Уши были плотно прижаты к голове, ноздри зажаты, а в остальные отверстия, вода не могла проникнуть по определению, по-крайней мере, пока я был жив.

Нырнул я глубоко и по счастливой случайности, не разбился о подводную скалу или какой-нибудь риф и не уткнулся в проплывающую мимо рыбу или морское чудовище.

Короче достигнув крайней точки своей параболы, я стал медленно всплывать, помогая себе всеми четырьмя лапами и пользуясь повышенной плотностью солёной воды океана, который в конце концов вытолкнул меня, из себя, как пробку из бутылки шампанского.

Закачавшись на волнах, я выплюнул воду из пасти и медленно работая лапами, по-собачьи поплыл к видневшемуся неподалёку щиту с моими мешками. Оглянувшись вокруг, я увидел, что больше вокруг никого не было и значит никто больше не смог спастись.

Задрав голову вверх, я убедился, что и на скале никого не осталось, да и скалы в общем-то больше не было. Доплыв до щита, я привязал к своему кожаному поясу, оба кожаных мешка, которые были как поплавки и забравшись на панцирь и лёжа на нём, погрёб в сторону океана, работая нагинатой, как веслом.

Глава 21 Эпилог

Я, медленно плыл вдоль берега, стараясь удержаться вблизи него, как греческие аргонавты, и работая всеми лапами. загребая от себя воду. Но, как только мой щит, вместе со мной вырвался из под защиты скал, меня тут же швырнула первая океанская волна, и меня закрутило, как обыкновенную щепку в мутных потоках океанской воды.

Ветер, который до этого времени, не трогал меня, тут же подхватил, мою скорлупку и стал кидать её на высокие гребни волн. Так, быстро кружась в потоках воды, я был подхвачен течением и стал уноситься им, прочь от берега.

Поначалу, я пытался бороться с этим, но вскоре выбившись из сил, отдался его силе. Близкий берег, стал отдаляться от меня, всё больше и больше, пока не превратился в узкую тёмную полоску на горизонте.

Я, потерял всякую надежду выбраться, и теперь с ужасом, смотрел в тёмные глубины океана, ожидая внезапного появления ужасных морских чудовищ, минимум похожих на белых акул, внушавших мне ужас, ещё по художественным и документальным фильмам на Земле.

Но время шло, а меня всё больше крутило, пока я полностью не потерял направление и в конце концов, меня унесло в открытый океан и там, я подпрыгивая на своём панцире на каждом гребне волны, не растворился в его просторах, поглощённый наступившей ночью.

Content

Росомаха

Глава 1 Вступление

Глава 2 Приказано выжить

Глава 3 Спасти рядового… зверя!

Глава 4 Разборки с действительностью

Глава 5 В поход с напарником

Глава 6 Утро в сосновом бору

Глава 7 Степь. Погоня

Глава 8 Степь. Битва с ящером

Глава 9 И снова здрасте!

Глава 10 В предгорьях

Глава 11 Долина новичков

Глава 12 Королева Глас, акараб

Глава 13 Полевой лагерь

Глава 14 Шаманка С,Кво

Глава 15 Я, рслав по прозвищу Шэн

Глава 16 Пьяный шаман

Глава 17 Отряд Е,Сока

Глава 18 Ночной бой

Глава 19 Последний бой

Глава 20 Без шансов на победу

Глава 21 Эпилог