Свободина Виктория

Строптивая помощница для титана

Виктория Свободина

Строптивая помощница для титана

Аннотация

В детстве взрослые настраивают на ожидание сказки. Вот вырастешь, и все будет, только верь, жди, будь хорошей девочкой, учись на отлично и дождешься своего принца на белом коне или на корабле с алыми парусами. Начинает казаться, что принц - это твоя наивысшая цель и главный успех в жизни. Но вот ты растешь, стараешься быть хорошей девочкой, все делаешь так, как тебе говорят, веря в заданную формулу успеха, учишься, поступаешь, куда родители сказали, устраиваешься на правильную скучную работу и продолжаешь ждать, но почему-то, оглянувшись вокруг, ты понимаешь, что принцев рядом нет, зато твоя жизнь совсем не сказка, ты каждый день ходишь на нелюбимую работу, давно уже ни о чем особо не мечтаешь и больше никому не веришь.

Алё, где мои паруса?!

По мотивам самых романтичных сказок.

Глава 1

— Не смей! — Мама шлепнула меня по руке, когда я потянулась к салату. — Терпи и жди.

— Гости только вечером приедут, я только немного съем.

— Нет, ждем гостей. Хочешь есть — съешь суп.

Поморщилась.

— Он по-моему, стух уже. Зачем каждый раз его готовить в таком количестве, если у нас его никто особо не любит и не ест?

— Суп — полезно. Режь колбасу.

— Что полезного в переводе продуктов?

— Поговори мне еще! Будут у тебя муж и дети, сама будешь решать, чем их кормить. Хоть каждый день салатами и пиццами. А суп на каждый день новый готовить — времени не напасешься.

— Муж и дети — это еще не скоро. Может, вообще никогда.

— Глупости говоришь.

— Вообще-то, мамуль, мне уже двадцать семь скоро стукнет.

— Это еще мало, можешь мне поверить.

— Ну, я бы так не сказала. Двадцать семь — и никаких намеков на семью, мам. Даже близко.

— Тебе еще двадцать шесть.

— О да, — ответила насмешливо.

— Иногда все может быстро измениться. В твоем случае, нужно только согласиться принять ухаживания Леонида. Не пойму, чем он тебе не нравится? Очень достойный парень. Все при нем — квартира, машина, участок земли недавно за городом купил, на работе хорошо себя показывает, далеко пойдет. Да и внешне вполне приятный.

— Угу, — остервенело нарезаю остатки колбасы. Леня, конечно, вполне ничего, но после того, как его начали активно навязывать мне в женихи отчим и мама, почему-то быстро потеряла всякий интерес к нему. Как-то все стало предсказуемо и правильно, что ли. Может, это и хорошо, когда все одобрено, и сам “жених” явно настроен на будущие возможные отношения, но… вот такая я странная. Мужчина на горизонте нормальный всего один, а я как всегда все сомневаюсь в чем-то. Да и вообще, по-моему, моим родителям Леня понравился даже больше, чем мне когда-то. Отчим так и вовсе взял его под крыло, чуть ли не своим замом в будущем хочет сделать. Лучше бы меня так опекал. И так уже большая часть бумажной работы отчима на меня как-то незаметно постепенно свалилась. А ведь я всего лишь секретарь.

Выложила нарезку на тарелку.

— Теперь буженина, — скомандовала мама.

— Ма-ам, я уволиться хочу, — говорю я, берясь за кусок ароматной буженины.

— Ну здрасьте. Ты опять? Мы же это обсуждали. Какой смысл увольняться?

Тяжко вздохнула.

— Надоело. Скучно. Перспектив нет.

— Зачем тебе перспективы? Работа хорошая, рядом с домом, оплата отличная. Дурью маешься просто. Сейчас уже о карьере поздно думать, пора семью, детей. А папа наш тебя спокойно отпустит и место за тобой всегда будет.

Пока мама отвернулась, отщипнула виноград из фруктовой тарелки. У-у, кислый.

— Ну, что ты морщишься, Саша?! Я сколько раз говорила: не морщись, морщины будут, — это мама не вовремя повернулась и заметила мое скривленное из-за винограда лицо. — И куда ты пойдешь, если уволишься? На какую работу?

Пожала плечами.

— Вот. Ты даже не знаешь толком, чего хочешь. Хорошо там, где нас нет, Сашенька. Сменишь работу, потом будешь локти кусать.

Вновь тяжко вздохнула, и, дождавшись, когда мама отойдет, совершила и вовсе преступление — утянула тарталетку с икрой. Я прямо настоящая бунтарка.

Глава 2

К вечеру стали подъезжать гости. Первыми явились деловой партнер отчима с женой, они же и друзья нашей семьи, за ними мамина сестра, ныне преуспевающая бизнесвумен, с мужем, и последним — Леня. Леню пригласили вроде как мне в пару (и вроде как, в розовых родительский планах, не только на эту вечеринку, но и на всю дальнейшую жизнь).

— Привет, — говорит Леня, сразу вручая мне просто-таки шикарный большой пестрый букет, собранный из множества разных цветов. — Это тебе. Ольга Аркадьевна, а это вам, — произносит мой коллега, заметив появившуюся в коридоре маму и вручая ей второй, не менее шикарный букет. — С днем рождения!

— Ох, спасибо, Леонид! Какие красивые цветы! — громко восторгается мама. Она у меня умеет принимать подарки.

— Спасибо, — тоже не остаюсь в долгу я. — Пойду поставлю в вазу.

Поскорее выскользнула из коридора, чувствуя на себе взгляд Лени. Как-то неловко себя ощущаю. И движения сразу деревянные, порывистые, неловкие. Хорошо, что он тут только на один вечер.

За накрытым в зале столом мама не перестает ворковать с гостями, то и дело извиняясь за скромное торжество, мол, она не хотела много гостей звать, хотела посидеть по-семейному. Да, это отчим у нас любит праздновать с размахом, в свои дни рождения снимая ресторан и приглашая множество родственников, партнеров и друзей, порой еще и артистов нанимает. Когда была маленькая, меня там петь заставляли, поскольку на тот момент как раз занималась вокалом. Именно благодаря этим праздникам я поняла, что хоть пение я люблю, но вот выступление перед не особо трезвым галдящим народом это точно не мое. Да и вообще у меня боязнь сцены и публичных выступлений. Как вспомню, как отчим орет на весь ресторан: “Давай-давай, выходи, зря я что ли такие бабки отдаю за уроки пения”, и все, у меня как отрезает.

Леню за стол посадили рядом со мной, вызвав приступ жгучего стыда, ведь сажала его мама со словами: “Вы уж поухаживайте за нашей Сашенькой”, и прям с таким намеком многозначительно смотрела на Леню, что мне хотелось сквозь землю провалиться.

Леонид в ответ улыбнулся, заверил, что ухаживать будет ответственно и хорошо, и слово свое сдержал. Во всяком случае, подливал мне в бокал вино чуть ли не каждый раз, как я оттуда отопью, и отвлекал разговорами, из-за чего я совершенно перестала контролировать, сколько выпиваю и, кажется, не заметила, как банально наклюкалась. Не сильно, но все-таки. Я в принципе пить не люблю и это дело не одобряю, и сама на себя теперь сержусь. Чувствую, сейчас если встану, то точно в голову ударит.

Взгляд прыгает с одного предмета на другой. Праздник в самом разгаре и просто уйти с него, чтобы закрыться у себя в комнате, будет неприлично. Можно, конечно, выйти во двор, но вечер довольно жаркий, меня может еще сильнее разморить.

Да, ситуация… Хотя, может, зря я переживаю? Надо просто сидеть тихонько и молчать, чтобы не выдавать своего состояния. К слову, в моем новом состоянии Леня мне как-то симпатичнее стал. А еще он будто случайно то и дело задевает мою руку. С каждым разом убирает свою руку все медленнее, и вот настал момент, когда, оказывается, что он и вовсе держит меня за руку и не отпускает, благо, это происходит под столом и этого никто не видит.

Глава 3

Стремительно руку вырвала, на всякий случай проверяя, действительно ли никто ничего не заметил. Стыдно, ужас как. На Леню не смотрю, еще и с намеком отодвинула стул от него подальше.

Заметили все-таки. От мамы ничего не укроешь. Смотрит хитро на меня и на Леню.

— Леонид, как вам у нас? — обратилась мама к моему соседу по столу.

— Потрясающе! У вас очень красивый и уютный дом. А уж какой вы стол накрыли!

— Да, это мы сами все с Сашенькой готовили. У меня Саша вообще очень любит готовить.

Наглое вранье. Вообще не люблю это дело.

— И Саша у вас настоящая умница, — произносит Леня и очень выразительно и тепло на меня смотрит.

Как-то жарко тут. Даже душновато.

— Вообще у вас так хорошо, что и уходить не хочется, — добавил Леня.

— Леонид, Костя, Женек, а зачем вам, собственно, уходить? — неожиданно говорит тоже довольно хорошо набравшийся отчим. — Завтра выходной, лето, погода отличная, место есть. Оставайтесь! Завтра с утра на рыбалку сходим. Днем все вместе на озере искупаемся, шашлыки пожарим. Вера, Оксана, соглашайтесь, пока мы на рыбалке, вы тут с девочками отдохнете, поболтаете.

О нет. Я не против гостей как таковых, но среди них будет Леонид. И все происходящее сильно смахивает еще и на сводничество.

После недолгого обсуждения все гости соглашаются остаться, и я понимаю, что ночка будет та еще. Пьяные шумные разговоры до утра, по дому будут постоянно бродить, мне еще и обслуживай всех, комнаты надо будет подготовить, посуду помыть, убирать не только этим вечером, но и завтра. Это у отчима будет веселый отдых, а мы с мамой будем в статусе принеси-подай. А я надеялась на тихий и спокойный воскресный день.

В небольшой перерыв, когда мама вышла с тетей Верой в дамскую комнату, ко мне подошел отчим и тихонько на ухо произнес:

— Я там торт мамке заказал. Коробка спрятана в подвале. Через несколько минут все уже вернутся, вынеси его красиво.

Хорошо. Ухожу за тортом. Как и предполагала, меня немного штормит: вино в голову ударило.

Захожу в подвал и становится легче, ведь в подвале прохладно, хорошо. Отчим тут хранит свою коллекцию вина, а мама — соленья, варенья и компоты.

Коробку с тортом нашла и всерьез озадачилась. Торт огроменный! Три солидных таких яруса. Красивый, с цветами из мастики и поздравительной надписью от отчима. Но как мне эту красоту нести? Тележки-то нет. Придется на руках.

Поднимаюсь по лестнице с крайней осторожностью. Волнуюсь, ведь последствия опьянения никуда не ушли, но вот опасный участок в виде лестницы преодолен, на кухне я даже раздобыла праздничные свечки, быстренько их воткнула и зажгла, и вот я под музыку, захожу в полутемный зал под охи и аплодисменты гостей, почти доношу тяжелый торт до стола и… в последний момент спотыкаюсь о ковер и лечу вниз, плашмя падая на пол.

Никогда в жизни так эпично не падала.

Торт упал лицом вниз. Из-за отвалившихся горящих свечей задымился ковер, благо мужчины быстро затоптали начинающийся пожар, но родительский дорогущий ковер наверняка испорчен.

Это просто… я в шоке. Как?! Как я могла так испортить маме праздник?! Торт жалко просто безумно. И ковер.

Леня помог мне подняться. Музыка больше не играет. В комнате повисло гнетущее молчание. Все смотрят на меня. У мамы глаза на мокром месте, отчим поджал губы и хмурится. Кажется, все ждут моего публичного раскаяния и посыпания головы пеплом. Я и так чувствую себя ужасно виноватой и несчастной, но, видимо, этого недостаточно.

— Вы знаете, когда торт падает, это очень хорошая примета, — выдавила я, грустно улыбнувшись. — Прошу прощения, что так вышло.

— Ну, для фигуры это определенно хорошая примета, — хмыкнула Оксана.

— А я слышала, что падение тортов — это к мытью полов, — заметила тетя Вера.

— Вообще, довольно зажигательный вечер получается, — добавил Константин Сергеевич.

Юмористы все такие.

Глава 4

— У меня в холодильнике есть ещё торт. Обычный, — подвела итог мама.

— Я сейчас все уберу и принесу новый торт, — поспешно произнесла я.

— Хватит, принесла уже, — ворчливо говорит отчим, тяжело поднимаясь из-за стола.

Торт оперативно убрала, а ковер оставили на потом. Леня помог убрать его в чулан. Скорее всего, в химчистку ковер поедет, может, там удастся что-то сделать с обожженным ворсом.

Гости в зале. Зашла на кухню, чтобы помочь хотя бы с чаем, а там мама с отчимом. Мама совсем невеселая, а отчим и вовсе злой.

— М-да, ну что, молодец. Напилась на мамином празднике? Посмотри, на ногах не стоишь! — А отчим, между прочим, набрался еще больше, чем я. Я знаю это его состояние, когда, дойдя до кондиции, он начинает, скажем так, наезжать.

— Гоша, не надо.

— А что не надо? Нет, я все уж скажу. Стараешься тут, стараешься для нее, хочешь сделать как лучше, а она носом вертит. А это все ей не то, это не так. Ты посмотри на нее — старая дева с гонором, ничего в жизни сама не добилась, мышь серая, выглядит как подросток, сидит на нашей шее, и нос от парня хорошего воротит. Мы ей его уже прямо на блюде готовенького подносим, на, только возьми, создавай уже свою семью, вырастай. Не-ет. Надо ж ей повы…

— Гоша!

Вот сейчас прям, конечно, обидно было. Молча вышла из кухни.

Быстро поднялась наверх и заперлась в своей комнате. Через минуту уже стучится мама, не получив ответа, дёргает за ручку.

— Саша, открой.

— Я хочу побыть одна.

— Саша…

За ручку громко нетерпеливо дёрнули

— Открывай давай и выходи. Гости сидят, ждут, а ты ушла! Хватит матери праздник портить.

— Гоша, иди уже!

Прерывисто вздыхаю.

— У меня голова болит. Я посплю.

Так и не открыла. Родители с минуту уговаривали выйти, но потом ушли. Что примечательно, мама возмущалась, что отчим высказался, но с тем, что он сказал, не спорила.

Выждала с полчаса, когда внизу заиграла музыка, уже одетая, тихонько выбралась из дома, за забор, и вот я уже сижу в вызванном такси.

— В город.

— Куда конкретно?

— В клуб какой-нибудь нормальный.

Водитель обернулся, оценивающе оглядел виднеющийся за забором огромный дом и завел машину.

Сижу в салоне и раз за разом прокручиваю в голове неприятные, грустные мысли. Дело, конечно, не в сегодняшнем конфликте и пьяных, сказанных сгоряча отчимом словах, он, желая задеть, надавил на самые болезненные мои точки, о которых, конечно, прекрасно знает. Накопилось. Как будто я рада, что сижу у родителей на шее в своем-то возрасте. Но мне казалось, что сильно не напрягаю. Дом большой, при желании можно вообще не пересекаться, заработанное только на себя не трачу, тоже вкладываюсь в общий бюджет. Зарплата у меня не особо большая, если не сказать маленькая, в самостоятельной жизни с такой зарплатой не сильно разбежишься. Вроде бы родственница большого начальника, владельца фирмы, но никакого блата нет, отчим считает, что наоборот, раз я родственница, то должна чуть ли не бесплатно работать на общее семейное благо, а он и так меня обеспечивает жильем, едой, одеждой и прочими благами. Так-то оно так, мне порой и подарки дорогие делают, я не страдаю, и на карманные расходы подкидывают, но как-то устала чувствовать себя вечным подростком. Я даже не могу выбрать сама, куда поехать в отпуск. Как это я одна поеду, мама же будет волноваться, и как же семья? Надо всем вместе ехать, в приличное дорогое место.

Нет, все. Хватит. Так не пойдет. Пора уже взрослеть и становиться самостоятельной. С Лёней, на самом деле, родители просто хотят, чтобы я просто аккуратно перешла в другое, но подконтрольное им уютное безопасное с их точки зрения гнездо, а не пробовала летать самостоятельно, рискуя разбиться.

Глава 5

Такси, пока я предавалась моральным терзаниям и самобичеванию, въехало в город, доехало до центра и остановилось у дорогущего ночного клуба.

Вышла. Машина уехала, а я все стою на улице, растерянно глядя на пафосный клуб. Я перед выходом из дома переоделась в удобные кроссовки и джинсы, так что одежда у меня не для такого заведения, да и не хочется мне туда. Душа ноет, нужны тишина и спокойствие.

Побрела по темной улице. Страшновато, конечно, вот так одной ночью, но лето, центр, а не какие-то окраинные закоулки, редкие гуляющие прохожие вроде бы не такие уж опасные.

Бесцельно иду, пытаясь сформировать план дальнейшей жизни. Леня, конечно, хороший, но нет, для принца и героя моего романа не подходит. Слишком… основательный, расчетливый карьерист, и вообще раздражает тем, как любезничает с отчимом. Хотя и симпатичный, харизма есть, этого не отнять.

Значит, так. Надо искать и снимать квартиру. Съезжать буду в ближайшее время. Уволюсь или нет, вопрос второй, но так больше нельзя. Пора хотя бы попробовать жить одной. Мама все время пугает, говорит, что я не смогу одна, это трудно, кто будет в мужских делах помогать, как буду с бытовыми трудностями справляться, тосковать одна-одинешенька, и вообще: жить одной — удел несчастных людей. Я, конечно, понимаю, что все не так мрачно, но…

И увольнение. Как сладко звучит это слово в моей душе. Однако как, куда? Моя боязнь сцены и публичных выступлений перешла частично и на обычную жизнь. Как представлю, что надо будет проходить всякие там собеседования, уговаривать, доказывать что-то, чтобы меня взяли, так аж прямо тошнить начинает. И потом еще в новом коллективе притираться. Увы, я тот человек, которому комфортнее в старом, хорошо знакомом круге общения.

Но ничего. Все новое постепенно может стать привычным. Верно?

Несмотря на то, что вроде бы решилась поменять жизнь, в душе все равно сомневаюсь. И так тяжко. Может, зря я это все? Поздно мне. Пора уже семью, как говорит мама, создавать, в декрет уходить, детьми заниматься, а не вот это вот все. Просто от делать нечего всякой ерундой тянет заниматься, как говорит мама.

Но я же чувствую. Чувствую, что счастья нет. Все так уныло. Да и детей я пока не хочу. Может, просто не от Лени. Нет такого человека, с которым хотелось бы завести семью.

Вышла на большой мост и остановилась посередине. Оперевшись на перила, любуюсь ночным городом. Вид открывается потрясающий. Столько огней, которые отражает темная гладь реки. Свежий теплый воздух дует в лицо.

Огляделась. Вроде никого.

Захотелось совершить что-нибудь безбашенное. Встряхнуться. Пока в крови все еще играет вино, подтягиваюсь и залезаю на широкие перила.

Ух, как высоко!

Ноги стали как ватные, и в животе приятно заныло. Ощущаю мощный всплеск адреналина, и словно впервые за долгое время по-настоящему глубоко дышу и искренне улыбаюсь, подставляя лицо ветерку.

Крепко держась за опору моста, сделала то, чего уже не делала очень давно — запела. Не для кого-то, не по просьбе, не ради тренировки, просто для себя, от души.

Поначалу петь трудно, словно совсем забыла, разучилось, но нет. Постепенно энтузиазм нарастает. Моя сцена — мост, да и весь этот город, а луна — главная зрительница.

Получается так хорошо и от души, что постепенно полностью погружаюсь в песню, испытывая невероятную эйфорию. И вот с меня как будто спадают оковы, а за спиной расправляются крылья. Я иду, нет, я парю, глядя только на луну.

И вдруг куда-то действительно лечу. Только не вверх, а вниз. Только в последний момент меня кто-то схватил и вытащил обратно на мост. Ну, спасибо, конечно, купаться я не планировала, но куда он меня дальше тащит? Еще так больно схватил.

Начинаю ругаться и вырываться. Никакой реакции. Паникую, дело пахнет жареным. Разве станет мужчина ночью молча удерживать и тащить куда-то одинокую беззащитную девушку?

— Отпустите!

— Нет уж, дорогая. У меня на вас другие планы.

Что-о-о?! Вот теперь еще страшнее. Неужели маньяк какой-то?

— Вы что, сумасшедший?! Кто вы? Помогите! Маньяк!

Глава 6

Где-то недалеко бикнула машина, и тот, кто меня поймал, коротко кивнул. Это напугало меня еще сильнее.

— Я буду кричать!

— Вы и так уже кричали.

Нет, это я еще не кричала.

— А-а-а!

— Да, признаю. Диафрагма у вас отличная. Потренироваться, и можно пробовать хрустальные бокалы разбивать.

Пока кричала, мужчина успел дотащить меня до черной большой машины. Какой-то бугай в костюме подскочил к нам и услужливо открыл похитителю дверь.

Сопротивлялась как могла, но борьба была неравной. Мое тщедушное тельце в четыре руки запихнули в салон.

Я в шоке! Проявила, блин, самостоятельность. Уехала ночью тайно из дома. Вот что значит не слушаться маму.

Мне реально страшно. Если до этого алкоголь еще бродил в крови, то теперь резко протрезвела.

Кинулась к противоположной дверце машины. Заперто.

Если что, готовлюсь продать свою жизнь подороже, до последнего буду биться, как дикая кошка. Вжалась в дверцу. Как полезет, сначала буду бить ногами, не поможет — вопьюсь ногтями.

Похититель садится на заднее сиденье рядом со мной, а тот второй за руль. Щелчок. Теперь точно все двери заблокированы.

Мое сердце бьется быстро-быстро и, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.

Мужчина рядом со мной оценивающе меня разглядывает. Я отвечаю тем же — особые приметы ищу, чтобы потом, если что, в полиции сообщить.

Эм. Красивый. Это особая примета? Такой зрелый мужчина в самом расцвете лет. Холеный. В костюме, причем, кажется, весьма дорогом. Какие-то круто выглядящие часы на руке. О! Кольцо. Нет, не обручальное. Обручального нет. Золотое кольцо-печатка. Гравировку не могу рассмотреть — зрение не очень.

Что еще? Жгучий кареглазый брюнет. Такие губы, волевой подбородок, нос прямой… фоторобот составлю без труда.

Похищение начинает понемногу нравится.

Так! Собралась!

— Девушка, вам сколько лет? — с интересом спрашивает мужчина.

— С какой целью интересуетесь? — я строга и подозрительна. — Восемнадцати нет, — как же я безбожно вру. — Так что отпускайте, а не то сядете надолго.

Тут уже и сидящий спереди мужчина ко мне обернулся, тоже став пристально, с прищуром разглядывать.

— Да ну-у-у, есть ей восемнадцать. Может, даже больше. Щуплая просто и мелкая. Так что, шеф, если у вас определенные цели похищения…

— Роман, мы никого не похищаем. С девушкой я хочу только пообщаться.

— Зачем тогда про возраст первым делом спросили? — закономерно интересуюсь я. Названный Романом весело поднял бровь, видимо, также оценив логичность моего вопроса, усмехнулся, но в итоге отвернулся обратно.

— Про возраст интересуюсь по иной причине. Возникла мысль пригласить вас к себе на работу. С несовершеннолетними я действительно не работаю.

Вот это поворот. Вот это, что называется, вселенная идет навстречу. Только всерьез задумалась о смене работы, и вот на тебе. Да еще в какой форме — схватили, в машину усадили, и давай тебе работу предлагать. Кому рассказать — не поверят. Хотя неизвестно, что там за работа такая.

— Что за работа? — озвучила последнюю мысль. Все еще с силой вжимаюсь в дверь и готовлюсь к обороне. Ночные предложения работы в салоне машины не внушают доверия.

— Вы напряжены и напуганы. Только что пытались покончить жизнь самоубийством, я предлагаю пообщаться в менее нервном для вас месте. Роман, отвези нас в ближайший работающий бар. Там, где есть люди. Общественное место ведь вас устроит для спокойного разговора?

Роман завел машину и тронулся с места.

— Погодите. Вы неправильно поняли. Я на мосту просто пела. Без каких-либо плохих намерений.

— Стоя на перилах? А потом шагнув с них?

— На перилах — это для адреналина. А остальное… просто оступилась. Увлеклась.

— Хм. Ну, да, все порой оступаются, — кажется, так и не поверил мне мужчина. — Увлекающаяся натура, значит?

— До этого дня думала, что не особо, а там, под конец песни, забыла обо всем, и думала, что вот-вот и взлечу. Под ноги не смотрела, — помолчала. — Да, это было крайне глупо, согласна.

Мужчина протянул мне руку.

— Ярослав Леонидович. (293f8)

Ого, так прямо все официально?

— Александра Павловна, — не осталась в долгу я, и, с опаской посмотрев на протянутую мне руку, все же решилась ее пожать. Моя ладошка буквально утонула в большой мужской руке. Нет, я знаю, что миниатюрная, но как-то раньше так сильно этого не ощущала.

Ярослав широко улыбнулся.

— Шурочка, значит? Приятно познакомиться.

Но-но! Без фамильярностей! Вырвала руку из лапищи похитителя, и, придется это признать, спасителя дурных увлекающихся девиц.

— Приехали, — объявил водитель.

Машина плавно затормозила. Быстро же доехали.

Взглянула в окно, а мы, оказывается, у того самого клуба, к которому давеча привез меня таксист. Ну, правильно, самое близкое открытое ночное "приличное" заведение, я от него не так далеко ушла.

Глава 7

Роман выходит и лично открывает мне дверь. Вот это сервис.

В клуб я иду только в компании Ярослава и прохожу без каких-либо проблем, несмотря на неподходящий вид. Да что там, охрана нас чуть ли не с почестями встречает, а подошедшая менеджер клуба, по имени-отчеству обращаясь к моему новому знакомому, очень вежливо и дружелюбно рассказывает, где сейчас в клубе есть свободные места, и интересуется, куда Ярослав Леонидович хочет дальше пройти. Мужчина, как я поняла, выбрал какую-то тихую вип-зону, и вот мы уже идём туда вслед за менеджером.

По пути я с интересом оглядываюсь, ведь здесь мне бывать ещё не доводилось. Народа полно. Посетители выглядят ну очень пафосно. Музыка не такая уж и громкая, танцующих, кроме работниц самого клуба на специальных стойках, и вовсе не заметила. Люди пьют, общаются, ну, может, ещё этак ритмично гуляют по залу. Скукота.

Вместе с Ярославом оказалась в итоге в отдельном кабинете, но с видом на весь зал внизу. Примерно высота третьего этажа. Музыки здесь почти не слышно, мы, можно сказать, на балконе, закрытом стеклянной тонированной перегородкой, и обстановка тут довольно интимная. Полутьма, кожаные диваны. Если вдруг у этого Ярослава плохие намерения в мою сторону — дверь может быть заперта, и нас здесь, вполне вероятно, не увидят и не услышат. В общем, так себе безопасное общественное место, но уже поздно сбегать. Плохое могло случится и в машине.

Подошёл официант, чтобы принять заказ. Ярослав заказал себе полноценный ужин и мне предложил не стесняться и заказывать что душе угодно. Я после маминого праздника до сих пор сыта, пить алкоголь точно не буду (причем никогда) — хватит, и так уже начудила, поэтому заказала себе только воду. На всякий случай. Чтобы точно ничего не подмешали.

Когда принесли заказ, я нетерпеливо поинтересовалась:

— Так что у вас там за работа?

— Сначала я все же хотел бы посмотреть ваш паспорт, чтобы точно быть уверенным, что имею дело со взрослым человеком. У вас есть с собой паспорт?

Паспорт-то есть… а вдруг отнимут и в рабство? Или еще хуже — кредит оформят. Ипотечный. Хе-хе. Некоторые утверждают, что это самое страшное современное рабство.

— А у вас?

— Вы хотите увидеть мой паспорт? — Ярослав в удивлении поднял бровь.

— Почему нет? Вы ведь мой будете смотреть.

Мужчина улыбнулся.

— Согласен.

Ярослав достает из внутреннего кармана пиджака нужный документ, и мне ничего не остается, кроме как тоже залезть в сумочку и достать свой паспорт. Впервые у меня так знакомство с мужчиной начинается, но, надо сказать, весьма удобно. Сейчас узнаю, женат ли, есть ли дети. Хотя к чему бы мне это?

Обмен успешно произведен.

— Кхм. Двадцать шесть? По вам точно не скажешь, Александра Павловна Лебедева, — с интересом листая мой паспорт, с усмешкой произнес Ярослав.

— Знаете, вам тоже не дашь тридцать восемь, Ярослав Леонидович Левин, — хмыкнула в ответ я.

Надо же, если судить по паспорту, то мой новый знакомый не обременен ни женой, ни детьми. Как это он так? Такой красавец, явно не бедный — а не поддался на чары ни одной охотницы? Что-то тут не то. Либо характер не очень, либо ориентация не та, либо еще какие проблемы. Хотя кто бы говорил. Если верить моей маме, я, в моем-то возрасте, уже должна была давно быть замужем с двумя детьми.

Глава 8

Вернула паспорт его обладателю. Мне тоже не замедлили отдать мой документ.

Сделала глоток принесенной мне воды и жду, когда же мне озвучат вакансию. Любопытно же.

Но Ярослав, словно специально играя на моих нервах, не торопится и неспешно поглощает принесенный ему ужин, к слову, ест так красиво и с аппетитом, что я сама невольно начинаю вновь хотеть есть.

Отвернулась и наблюдаю за тем, что происходит в зале. Так и быть, пусть человек поест, если ему так хочется, все равно домой не тороплюсь. Вот прям совершенно не тянет. Скоро и вовсе постараюсь переехать.

Когда вновь повернулась к Ярославу, поймала на себе его внимательный оценивающий взгляд.

— Скажите, Александра, а часто вы так по ночам гуляете и на мостах поете?

— Сегодня впервые выступала на мосту.

— А опыт выступлений вообще какой-то имеется?

— Очень маленький и практически детский. А что?

— Хм. А почему опыт небольшой? Насколько я могу судить, голос у вас сильный, хотя и не до конца оформленный, не учились специально петь? Или не доучились? А уж какой артистизм и как хорошо вошли в роль.

Хмыкнула.

— Курсы актерского мастерства точно не оканчивала, случайно на мосту все вышло, под настроение. А по вокалу были раньше частные занятия, но родственники не оценили, да и репетитор не сказать чтобы сильно в восторге была от моего голоса.

— Странно. Лично я в восторге, а голосов разных мне по работе приходится слышать немало. Я музыкальный продюсер, и как раз хотел бы предложить начать вам певческую карьеру. Конечно, не прям сразу на сцену, сначала надо будет с вами поработать, и только от вашего старания…

О-о-о, ну все понятно. Теперь ясно, в чем развод. Думает, я хочу выступать. Постарайся, девочка, мы с тобой усердно поработаем вдвоем в спальне, и если сможешь меня ублажить, сделаю тебя звездой. Ну-ну. Наверняка и не продюсер никакой.

Я только не пойму, ну полно же вокруг куда более интересных, молоденьких симпатичных девиц, при этом не обремененных интеллектом и с большими амбициями. Почему именно меня этой ночью решил развести? Да с внешностью этого Ярослава наверняка можно и так получать от девушек все, что хочет, зачем такие сложности с выдумыванием сказок?

— Нет, спасибо, не интересно, — холодно отвечаю я. — Если у вас все, я тогда пойду.

— Подождите, пожалуйста, — Ярослав явно удивился моему резкому категорическому отказу. — Можете объяснить, почему не интересно?

— А что, певческая карьера обязательно должна быть для всех привлекательна?

— Не для всех, конечно, но если есть талант, почему бы себя не попробовать в этом деле?

— Не хочу. Не тот возраст, полагаю, музыкальные карьеры многие в моем возрасте не начинают, а заканчивают. И вообще, у меня боязнь сцены.

Поднимаюсь с дивана, попутно доставая из сумочки и кидая на стол деньги за воду. От этого “продюсера” мне ничего не надо. Ярослав все так же внимательно за мной наблюдает.

— Вы мне не поверили, — утвердительно произносит мужчина.

— Раз я с моста чуть не упала случайно, еще не означает, что я совсем дура. До свидания.

— Погодите еще секунду.

Ярослав достает из внешнего нагрудного кармана визитку и протягивает мне.

— Не стоит сгоряча принимать решение. Вот моя визитка, можете в интернете посмотреть информацию обо мне, там много чего про меня есть… надуманного и не очень. И если что-то надумаете, звоните, вместе мы уже решим, в каких направлениях вас можно задействовать. Возраст у вас вполне подходящий, не переживайте, а психологические барьеры вполне можно преодолеть. На мосту вы ведь пели.

— На мосту я думала, что у меня зрителей нет.

Не знаю зачем, но все-таки взяла визитку. Поспешно вышла из помещения и спустилась вниз. Появилась, конечно, мысль задержаться в столь интересном месте, ведь когда еще доведется побывать в таком пафосном клубе, да и вообще в клубе, но нет. Хватит на меня сегодня приключений. Завтра предстоит долгий и насыщенный день — поиск жилья, составление резюме, его рассылка и самостоятельный поиск работы, не такой, как мне сейчас предложили, а нормальной, реальной и серьезной. Но главное — переезд.

Все, вызываю такси и домой.

Глава 9

ЯРОСЛАВ

Сверху наблюдаю за тем, как спасенная мной девица стремительно пересекает зал и выходит.

С одной стороны, можно ее и отпустить. Зачем мне ее уговаривать, да и вообще с ней носиться, когда к дверям моего продюсерского центра круглосуточно стоит целая очередь из молодых да ранних, талантливых и не очень девушек и парней на любой цвет и вкус, готовых душу продать за то, чтобы я взялся с ними с работать.

Перед глазами вновь пронеслась сцена бесстрашно гуляющей по мосту тоненькой хрупкой девушки с потрясающим голосом. Взлететь она, видите ли, хотела.

Задумчиво покрутил выложенный на стол телефон. Нет, что-то в ней есть. Профессиональная чуйка никогда не подводила. На мосту так и вовсе испытал чистый восторг (чего со мной уже давно не было), так что нет, не отпущу. Есть желание поработать с этой девочкой, причем даже не ради денег. Будет интересно раскрыть ее потенциал.

Взяв телефон, набираю одному своему полезному знакомому.

— Алло, Егор, здравствуй. Извини, что так поздно. — Быстро взглянул на часы. — Или, точнее, рано.

Выслушиваю бодрое ответное приветствие. Как я и думал, не спит.

— Вновь нужна твоя помощь. Пробить одного человека. Нужно собрать как можно больше информации. Записываешь? Лебедева Александра Павловна. Номер паспорта… — называю абсолютно все паспортные данные своей будущей “жертвы”. С памятью у меня никогда проблем не было.

АЛЕКСАНДРА

Домой доехала нормально. Тихонько проникла в свою комнату и выдохнула с облегчением. Кажется, никто даже не заметил моего отсутствия.

Упала на кровать. Дам себе несколько часов отдыха, а потом вперед, пытаться создавать себе новую жизнь.

Утром, едва продрав глаза, первым делом взялась за ноут. Из сумки достала визитку. Любопытно все-таки, кто там мне ночью повстречался, вдруг и правда что интересное узнаю.

На лицевой стороне визитки круглое символическое изображение головы льва стального цвета, а на обратной стороне контакты Ярослава именно как главы продюсерского центра “Созвездие Льва”.

Хм. Левин. Созвучие со львом. Звезды, которые он теоретически продюсирует, собраны в созвездие. Символичненько. И я бы сказала, нескромно. Ладно, сейчас узнаем, что там в интернете интересного об этом дяде пишут.

По запросу: “Продюсер Ярослав Леонидович Левин” выпало ну очень много статей и вообще информации. Так, вот и фотографии, и данные.

У меня натурально отвисла челюсть. Он действительно продюсер! Причем известный, заслуженный, и звезда светских хроник. А я и не в курсе. Новостями шоу-бизнеса вообще никогда не интересовалась. Звезд и вообще артистов многих знаю, а вот кто у них там продюсеры, в принципе не разузнавала, мне это было ни к чему.

Закрыла все вкладки о продюсере. Круто, конечно. Случайная встреча с такой акулой. Но я ведь и правда не планирую начинать певческую карьеру. Не тот возраст и боязнь сцены как аргументы никуда не делись. Да и певцы ведь много гастролируют — это тоже не мое. Мне стабильность подавай, диванчик, сериалы по вечерам. Темп работы певца я не собираюсь принимать, слава мне не нужна, а вот деньги да, но не факт, что я бы раскрутилась, или, точнее, меня раскрутили, и прямо к большим деньгам не стремлюсь. Главное, чтобы на жизнь нормальную хватало, а теперь еще и на аренду квартиры, где эту нормальную жизнь можно вести.

Все. Открываю сайты с недвижимостью. Надо еще проверить, сколько у меня в заначке лежит денег.

Глава 10

Удалось просидеть у себя в комнате недолго. Как только все проснулись, начала упорно стучаться мама. Не для задушевных разговоров, а чтобы помочь ей убраться.

Все мужчины ушли на рыбалку, Вера с Оксаной еще спят, а мы с мамой и прибрались, и к тому, что осталось со вчера, еще успели приготовить свежей еды. Активное выдалось утро.

— Только когда мужчины вернутся, у себя не занимайся. Пока Леонид не уехал, пообщайтесь хоть. Сходите вместе прогуляйтесь. Ты ведь с ним толком и не общалась. Только по работе. Попробуй, вдруг найдете общий язык.

— Ма-ам, ну хватит.

— Я тебе хороший совет даю, потом будешь локти кусать. Долго такие хорошие парни одни не остаются.

— Хороший, не хороший. Сколько уже можно советовать? Может, мне пора уже пожить своим умом?

— Все молодые думают, что знают, как правильно и лучше, а в итоге чуть что — сразу за помощью к кому бегут? Ага, к родителям, — с победным видом произнесла мама.

Тяжко вздохнула. Бесит. Хочется поскорее гордо махнуть хвостом и заявить, что переезжаю, но посмотрела цены на аренду, оценила свои финансовые возможности, и поняла, что найти приличное жилье мне будет очень тяжело, а если будет плохой вариант, мне мама весь мозг выест и костьми на пороге ляжет, но не даст мне переехать.

Хотела было поскорее сбежать в комнату, чтобы продолжить подготовку к операции "Птичка в свободном полете", но тут вернулись мужчины.

Уйти мне не дали. Родители сразу так обиженно начали смотреть, да и маме надо было помочь в уличную беседку посуду вынести. В общем, осталась, и посиделки затянулись надолго. Едва не зевала, слушая не особо интересные разговоры, и то и дело ловила на себе заинтересованные взгляды Лени. Вот если бы я сама была в нем заинтересована, то мне бы это нравилось, а так только неуютно себя чувствовала, и его внимание тяготило. Еще и мамины тычки в бок под столом — намеки, чтобы я позвала Леню на прогулку. Ужас, в общем.

Так никуда и не пошла, на намеки, подначки внимания не обращала, а после чуть ли не прямых указаний "взрослых" сходить погулять не сдалась, не пила, чтобы не терять бдительность, а потом и вовсе сбежала-таки к себе, а вечером радостно провожала гостей домой. Все, закончились мои мучения. Родители будут злиться, что не оценила их старания по обеспечению меня женихом. Ну и пусть, зато потом не будут мне ставить в вину, что я такая неблагодарная и что только они и смогли бы мою личную жизнь устроить.

Засела вновь за компьютер. Нормальная я, нормальная. Вон, школу с серебряной медалью закончила, универ, пусть и не самый престижный, с красным дипломом.

Бросила взгляд в зеркало. Да и не страшная совсем. Даже симпатичная. Просто ждешь все время какой-то идеал, и чтобы прямо любовь с большой буквы, красивая, как в сказках, но время идёт, а идеал почему-то так и не торопится встречаться на жизненном пути. Но я уже и не жду. Мне бы квартирку лучше сейчас какую-нибудь уютную и вкусить запретный плод одинокой самостоятельной жизни.

Поиск квартиры у меня затянулся надолго. Вот уж неделя прошла, а подходящего варианта не нашла. Дело поиска осложнялось ещё и тем, что поиск тайный. Дома родители, вечером ездить смотреть квартиры и общаться с риэлтором не очень удобно. На работу езжу с отчимом, а на самой работе некогда, и даже если есть когда, там всегда лишние уши, а тайны в нашем коллективе вообще не хранятся.

Но вот на следующей неделе рано утром позвонила риэлтор и обрадовала новостью — она нашла подходящую по бюджету квартиру-студию, причем не где-то там на далеких окраинах криминальных районов, а чуть ли не в самом центре. Только квартира совсем-совсем маленькая и от метро далеко, но это мелочи в сравнении с чудесной ценой и хорошим районом. Надо было срочно поехать посмотреть квартиру, пока кто-то другой ее не увел, но я ведь на работе. Обычному начальнику можно что-то соврать, но вот отчиму тяжело, большинство предлогов не сработает.

Тем не менее, смело ворвалась к отчиму в кабинет, держась за живот.

— Пап, я отпроситься. Мне срочно надо. Что-то все утро тошнит, сейчас ещё и вырвало в туалете. Наверное, что-то не то с…

— Неужели ты беременна?!

Отчим взволнованно поднялся со стула.

От неожиданного вопроса забыла, что надо держаться за живот. Распрямилась и вопросительно посмотрела на отчима.

— Почему сразу беременна-то?

— Ну, возраст… — отчим стушевался и сел обратно за стол. — Подходящий такой.

— Не волнуйся, пап. Ты же знаешь, я правильная, хорошая девочка, — хмыкнула. Внуки только после свадьбы. Я пойду?

— А? Иди, иди, — смущённо замахал на меня руками весь красный отчим.

Глава 11

М-да, вот откуда только такие мысли? От кого я могу забеременеть, находясь в основном только дома и на работе? Нет, было, конечно, что мы с Леней с месяц назад ходили пару раз после работы в кино и суши-бар, но на этом все. Вот это у отчима и воображение.

Встретилась с риэлтором и хозяевами квартиры, мне все понравилось. Хоть и маленькая квартира, но мне много и не надо, зато, как я и хотела, уютно, новенький ремонт, все смотрится так круто, современно и радует мою девичью душу. Сразу на месте заключили договор, отдала свои денежки, причем почти все, осталось немного, чтобы комфортно дожить до зарплаты и при переезде докупить необходимый минимум вещей. И, раз у меня сегодня отгул, окончательно уладив все формальности, поехала домой собирать вещи. Мамы сегодня в первой половине дня дома не будет, папа на работе. Спокойно, без истерик, соберу пожитки и перевезу их на такси. А уже вечером скажу все родителям и поскорее налегке уеду. Ух, страшно! Ух, что будет! Но настроение отличное, и я жутко рада, что переезжаю. Давно в моей жизни не было столь резких перемен.

Когда приступила к сбору вещей, оказалось, что все не так просто. Одной одежды набралось столько, что в чемодан не помещается. Я-то хотела одним днем переехать, на такси, но, видимо, не получится. Хорошо еще, что лето, меньше одежды надо.

Выкинула из чемодана все, что успела туда сложить, и начала собирать заново. По минимуму. Чтобы только дожить до зарплаты.

Основная база одежды и белья, обувь, ноут, телефон — без них вообще никак, документы обязательно, деньги, понятно. Шампунь не забыть, мыло, аптечку… Как же здорово! Ощущения, будто жизнь практически с чистого листа начинаю, и даже прикольно, что денег почти нет, это как испытание на прочность, проверка себя, смогу или нет.

В итоге, когда приехало такси, запасливая я вместе с чемоданом вытащила из дома ещё и кучу пакетов с дополнительным скарбом. Чтобы не покупать. Постельное белье все же понадобится, да и без подушки будет грустно, вот и прихватила

Может, вечером, еще чего-нибудь смогу взять, если с родителями нормально разговор пройдет.

По здравом размышлении, решила родным не говорить новый адрес. Замучают ведь проверками и помощью. Ни о какой самостоятельной жизни речи уже не будет. Конечно, за такое меня вообще съедят, но что делать.

И я была права. Вечером грянул скандал.

— С ума сошла что ли?! — орет, чуть ли слюной брызгая, отчим. Покраснел весь.

Мама плачет.

— Почему? Нормальное взрослое решение жить самостоятельно, своим умом и своими средствами. Когда как не сейчас? Потом будет муж, дети. Уже не то. Пока обязательств нет. И вам с мамой хорошо и вольготно, можно пожить только для себя.

— Нет, я не разрешаю, — сквозь слезы произносит мама. — Ладно бы с мужем, он бы о тебе позаботился, присмотрел. А так нет. Я каждую минуту буду переживать, как ты там.

— Мам, ну что значит, ты не разрешаешь? Мне двадцать шесть лет. Вы меня что тут, в доме запрете и на цепь посадите?

— М-да, вот как заговорила. Вот и вся благодарность за все сделанное.

— Эм, — тут мне и сказать нечего. Из благодарности за то что родители меня содержали, теперь до свадьбы (которой может и не будет никогда) жить с ними? И чтобы они при каждом удобном случае мне этим же пеняли — что живу и не самостоятельная? Я считаю, это тупик.

— И на что ты жить-то собираешься? — помолчав немного, скептично интересуется отчим.

— На деньги, которые буду зарабатывать. На работе.

— У тебя почти все, если не все, будет уходить на аренду.

— Ну, на что останется. Буду экономить.

— Та-ак, и говорить адрес, куда переезжаешь, ты не собираешься?

— Да. Я же сказала — хочу пожить самостоятельно. Без помощи.

— Можешь скажешь уже правду? Нашла себе кого-то и к нему едешь жить?

— Пап, да хватит уже! То я беременна, то мужика себе нашла. Нет у меня никого. Я просто хочу пожить одна. Что в этом ужасного?!

— Ну, знаешь-ка что, раз такая самостоятельная, то давай уж полностью будь, — вдруг веско и зло произнес отчим. — На работу тебя я устроил. Теперь увольняйся и попробуй-ка устроиться сама. Я знаю, мать говорила, что тебе там что-то не нравится. Вот и посмотрим, сколько эта твоя самостоятельная жизнь продлится. Без денег. А даже если и устроишься, посмотрим, как тебе там будет без хорошего отношения со стороны родных. Тут-то перед тобой лебезили, потому что родственница главного.

Засада. Я хотела искать работу не торопясь, выбирая лучший из возможных вариантов, теперь придется хвататься за любое более-менее достойное предложение, но это не беда, тоже, в некотором роде испытание. Отчим думает, что без денег, заскучав по комфортной жизни, я прибегу обратно… нет, ну если совсем без денег, то, конечно, вернусь, не под мостом же мне спать и воздухом питаться, но я думаю, что без денег не останусь — понадобится, буду искать и браться за любую подработку. Гордость штука такая, и она у меня есть.

Глава 12

— Хорошо. Я завтра напишу заявление на увольнение.

— Давай. Можешь даже две недели не отрабатывать.

— Э-м, ладно. Но как же дела передать?

— Да какие у тебя там дела? Компьютером сейчас почти любой умеет пользоваться, кофе сварить тоже задача не сложная. А Ленка из смежного отдела давно ко мне в секретари просится.

Вплоть до последнего предложения отчима губы мамы были горестно сжаты, а лицо выражало всю мировую скорбь. Наблюдаю за красочными метаморфозами: рот удивлённо распахивается, брови гневно сходятся на переносице.

— Какая это Ленка?

Отчим даже чуть присел от опасной интонации в голосе мамы. Хе-хе.

— Оля, да эта Лена старая и некрасивая совсем. Мне совершенно не нравится.

Ну, если тридцать шесть лет это старая, то я не знаю… Да и нормальная она. Одевается всегда хорошо, а наши мужчины в отделе, я слышала, часто обсуждают ее внушительный бюст.

— Она замужем?

Не-а. Но ребенок вроде есть. Мама об этом все равно узнает, даже если папка соврет.

Отчим в отчаянии смотрит на меня, но я его точно спасать не буду. Главное, что огонь перекинулся с меня.

— Скоро приедет такси, пойду возьму еще пару вещей. Если что, я всегда на связи. Отзваниваться буду регулярно, — скороговоркой произнесла я и вылетела из комнаты. Надо пользоваться моментом.

Когда вышла к такси, родители все-таки вышли меня проводить. Мама опять льет слезы.

— Сашенька, ну может все-таки не поедешь? — просит мама.

Виновато отрицательно качаю головой.

— Оль, да хватит уже, пусть валит, ничего с ней не случится, — махнул рукой отчим. — Как деньги закончатся, настоящую жизнь понюхает — сразу прибежит. Хоть благодарной станет и начнет понимать, сколько мы для нее делаем.

— Пока, — говорю я и хочу сесть в машину, но мама не даёт, крепко обняла и ка-ак зарыдала. С подвываниями, на всю улицу. Отчим маму оттаскивает.

— Да ладно, Оль, да ну хватит, — говорит папа, а у самого глаза на мокром месте. Обняла и отчима, и потом уже села в такси.

Машина отъезжает от дома.

Да уж. Вроде и тяжко на душе, и в то же время будто огромный груз с плеч сбросила. Даже не ожидала что все будет вот так — просто одним летним днем соберу вещи и уйду от родителей по сути в никуда.

Более-менее обустроившись, чтобы отпраздновать переезд, вдруг осознала, что позвонить и похвастаться кому-то, рассказав о переменах в моей жизни, просто некому. Есть пара приятельниц на работе — не слишком близких, им звонить не хочется, еще сдадут мой адрес отчиму. Подруги со времен универа как-то в последние годы очень быстро повыскакивали замуж и обзавелись детьми, постепенно общаться с ними стала меньше, и делиться с ними своими “достижениями”, когда они-то уже полностью независимые и состоявшиеся, тоже так себе достижение. Ни с кем из одноклассников после выпуска не общаюсь.

Ну и ладно. Будет у меня одиночная вечеринка независимой женщины.

Несмотря на поздний час, вышла из дома, но далеко не ушла — прямо в доме есть круглосуточный продуктовый магазин. Купила себе набор независимой леди — бутылку шампанского, французскую булку, пачку гречки и пачку сосисок.

Не успела уйти с крыльца, как вдруг услышала протяжное:

— Мя-я-яу.

Огляделась. Никого не вижу.

Глава 13

Вторник выдался не самый приятный. Уволилась со старой работы — надо сказать, все были просто в шоке, спрашивали, куда, зачем, нашла ли работу лучше. Увы, не нашла, и ушла в никуда. Я видела, как на меня смотрят уже бывшие коллеги. Только что пальцем у виска не крутили. Ушла с теплого местечка.

Кстати, мое место все-таки заняла Лена. Пыталась как можно подробнее в оставшееся время ввести ее в курс дел, но она от меня лишь отмахнулась. Мол, она сама все знает, секретарь со стажем. Ну ладно. Будет ей сюрприз потом.

Вплоть до конца недели плотно занялась поиском новой работы. Разместила резюме на различных сайтах и стала ездить на собеседования по немногочисленным звонкам, если что-то нормальное предлагали. Увы, все оказалось очень непросто.

Чаще всего что-то не устраивало — далеко от дома, к примеру, или сама компания, условия труда, обязанности. Я думала, что не привередлива, и в моих условиях стоит соглашаться на все, но нет. Как-то вот будто специально предложения были прямо не по мне.

На следующей неделе решила не ждать, поскольку денег стало совсем мало и скоро мне перестанет хватать не то что на еду, а банально на проезд до мест собеседований, и взяла все в свои руки, став обзванивать потенциальных работодателей по понравившимся мне объявлениям в сети. Стало лучше, появились хоть какие-то реальные варианты, из которых скорее всего и придется выбирать.

Параллельно отчим и Лена просто-таки стали атаковать мой телефон. Сначала Лена, поскольку не справлялась с заданиями, которые давал ей мой отчим. Не справлялась потому, что работа это явно не секретарская. И как только Лена начала сдавать позиции, стал уже звонит папка, спрашивая, как и что ему делать, где лежат те или иные бумаги и как ему писать отчеты. Жаловался, что Лена отказывается подделывать его подпись и вообще лентяйка, совсем работать не хочет.

В какой-то момент мои консультации стали такими подробными, утомительными и долгими, что появилось ощущение, будто я с работы и не увольнялась. Потому пришлось разориться и купить себе новую симку. В сети маме написала, сказав, что все хорошо, а папе передала, что телефон я потеряла, а новый смогу купить только через пару-тройку дней.

А в соцсетях в эти дни буду пореже появляться. Отчиму тоже пришла пора стать самостоятельным и независимым руководителем и, возможно, понять, сколько его функций было возложено на секретаря. Лена опытная, характер у нее тверже, чем у меня, она перерабатывать точно не станет. В конце концов, ценный работник Леонид поможет.

Что? Нет, я не злорадствую.

И вот новый звонок. Я как-то сразу подобралась, когда вежливым красивым голосом девушка пригласила меня на собеседование в продюсерский центр “Созвездие льва”. Нет, собеседование не на певицу или актрису, а на вполне прозаическую помощницу руководителя. Как раз то, что я ищу.

Кхм. Диапазон возможной зарплаты девушка назвала весьма и весьма приятный моему сердцу, а еще продюсерский центр оказался прямо совсем недалеко от моего нынешнего места жительства.

Хм-м. Не пойму, то ли звёзды так сложились, то ли у меня паранойя. Тем не менее, такой шанс глупо упускать, на собеседование прийти согласилась. Сегодня, уже через полтора часа.

Глава 14

Так, костюмчик надела. Волосы убрала в аккуратный тугой пучок, надела очки в мощной такой черной оправе, кверху заостренные, в стиле "стервозина". Мама, если видит меня в этих очках, всегда смеётся и говорит, что я похожа на стрекозу, отчим уже привык к такому моему рабочему виду и не обращает внимания, ну а я такой образ выбрала, потому что кажусь взрослее, серьезнее и даже немного опаснее — как раз все те качества, которых мне обычно и недостает, потому и нужна эта бутафория.

Немного подумав, надела единственные прихваченные с работы офисные туфельки на высокой шпильке. От них жутко болят ноги, но идти вроде недалеко, да и надо ведь произвести впечатление.

До места собеседования действительно оказалось очень близко. Дошла буквально за несколько минут. Не особо высокое, но очень хорошо выглядящее современное здание за стеклянным фасадами, ещё и со своей территорией, огороженный высоким кирпичным забором. По периметру высажены пышные ели, газон густой и зеленый, все чисто, аккуратно. Да-а… не отказалась бы тут работать.

Пришлось сидеть на КПП и дожидаться, когда за мной придет та самая эйчар с приятным голосом. Глядя на крутой деловой костюмчик красивой блондинки, порадовалась, что я тоже при параде.

— Как у вас тут все строго с проходом, — отметила я, попутно замечая ещё и то, сколько повсюду висит камер.

— Увы, приходится поддерживать усиленные меры безопасности. Центр часто посещают известные личности, за которыми пытаются следовать фанаты, репортеры, а то и похуже. Даже не представляете, какие только безумцы не пытались сюда прорваться.

Пройдя ещё несколько пропускных пунктов, я оказалась в кабинете эйчара, заполнила пару анкет, немного с ней пообщалась. Никаких особо каверзные вопросов эйчар мне не задавала, рассказала про особенности работы и их требования. Мне все понравилось. Вроде ничего сложного, да и такая специфика интересная — музыкальная индустрия. Можно будет увидеть вблизи и даже пообщаться со звездами, поскольку они и сюда часто приезжают, и выездные встречи с ними часто случаются, и я тоже порой должна буду присутствовать на них. Да что там, эта работа просто класс!

— Хорошо, я думаю, что в целом вы подходите, но последнее слово за нашим руководителем, которому мы и ищем помощницу. Идемте, он готов вас принять.

Иду вслед за эйчар, а сама гадаю, он или не он тот самый руководитель. Если это Ярослав, то ни за что не поверю в случайность.

Мы с девушкой зашли в пустую приемную. Большую такую, шикарную, современную.

— Если пройдете собеседование, здесь будет ваше рабочее место, — улыбнулась мне эйчар. — Причем выйти вам нужно будет как можно скорее.

— А что случилось с прошлой помощницей?

— Там был небольшой скандал, девушка молоденькая… оказалось, она фанатка одного из певцов нашего центра, устроилась сюда, только чтобы видеть его. Мы об этом не знали. Когда она увидела его с девушкой, набросилась на нее.

— О-о…

Эйчар отмахнулась.

— У нас тут такое не редкость. Артисты люди обаятельные, натуры страстные, творческие. Что ни день, так какой-нибудь нибудь скандал или происшествие.

И…

— А как зовут руководителя?

— Ярослав Леонидович. Он глава и хозяин центра.

Ты-дыщ.

Эйчар открывает дверь и мы заходим внутрь. Да-да, там, в черном кожаном шикарном кресле сидит он — мой спаситель. Какой-нибудь эффектной музыкальной вставки только не хватает под такую встречу.

Глава 15

Забавно. В таких ситуациях мне еще бывать не приходилось, поэтому не знаю, как лучше себя повести и что сказать. Оставляю первое слово за этим продюсером. Лишь коротко поздоровавшись, прохожу и сажусь на тот стул, куда кивков головы указал мне Ярослав.

Тихо щелкнула ручка двери — это эйчар вышла из кабинета.

Теперь ситуация несколько иная. Тогда Ярослав Леонидович хотел меня к себе, теперь выходит, что я сама к нему хочу. Сейчас отомстит и не возьмет. Но если встреча не случайна, тогда эта работа моя.

Жду. Узнает или будет играть в несознанку?

Ярослав ну очень пристально меня разглядывает и по результату осмотра у него на лице появляется лукавая улыбка, а бровь забавно выгибается.

— Шурочка, а вы умеете перевоплощаться. Там, на мосту, вы были потерянным воробушком, а сейчас…

— Леди Стервозность?

— Нет, боюсь, слишком громко сказано, для такой леди у вас все равно слишком молодой вид и… нос.

Озадачилась.

— Молодой нос?

— Нет, я не договорил. Нос у вас мило-курносый. С таким носиком трудно играть злодеек и грымз. Но в целом, образ получился интересный.

Так странно. Вроде пришла собеседоваться на серьезную должность, а обсуждаю с большим боссом образы. Однако мне нравится.

— Ярослав Леонидович, если серьезно. Вы что, выследили меня?

Уже обе брови продюсера удивленно выгнулись вверх.

— Вы всерьез думаете, что я буду заниматься такой ерундой? — спросил Ярослав, склонив голову и иронично улыбнувшись.

— Эм-м. Нет. Наверное нет, — чуть помолчала. — Хотя девушек, прыгающих с моста, ведь ловите, а потом похищаете их и предлагаете музыкальную карьеру, а это тоже, знаете ли, довольно эксцентрично.

Продюсер хмыкнул. Надеюсь, я не перегнула. Надеюсь, выгляжу еще достаточно непринужденно и уверенно, хотя на самом деле очень напряжена. Хочу эту работу. Может, не стоило допрос тут устраивать? Сейчас я не в том положении. Но уже поздно что-то менять.

— Согласен, но не в этот раз. Однако когда мне принесли анкеты претендентов на должность, я сразу выделил вашу, увидев знакомую фамилию и фото. Захотелось вновь побеседовать. Вот, значит, какая работа вам интересна.

В глазах Ярослава прячутся насмешливые огоньки, его взгляд… он смотрит на меня так покровительственно словно видит во мне что-то, чего я сама не вижу. Это раздражает и в то же время приятно. На меня никто и никогда еще никто так не смотрел. Я чувствую, что интересна просто сама по себе, как человек.

— Да. И, думаю, мое образование и опыт позволяют мне на эту должность претендовать.

— Хорошо, что вы так думаете. Готовы сегодня начать здесь работу?

Широко распахнула глаза. Это невероятно быстрое собеседование!

— Возможно, вы заметили, что приемная пустует. Помощница мне нужна уже сейчас.

Но как же так? Никаких проверок, каверзных вопросов?

Кивнула.

— Хорошо.

— Отлично. Тогда эйчар сейчас поможет вам оформиться и войти в курс дел. Про то, что иногда придется работать сверхурочно, выезжая со мной на встречи и мероприятия, вас предупредили? Вы к этому готовы?

— Да.

— Особых требований у меня больше нет. Разве что… никаких романтических отношений с моими подопечными. За это сразу увольнение.

Наверное, это из-за истории с оскандалившейся предшественницей, а может, и не одной. Но для меня требование простое. Где я — и где все эти звезды шоу-бизнеса.

Глава 16

Оставшуюся часть дня провела более чем плодотворно за приятными хлопотами в виде оформления на новом рабочем месте. Многих нужных документов для оформления у меня с собой не было, но это не беда — спокойно сходила за ними домой. Так здорово, когда работа близко от дома. Хорошо, что так сложилось все. Ярослав мне понравился, думаю, с ним приятно будет работать.

Освоение нового рабочего места у меня началось довольно успешно. В компьютере остались все документы, которые вела прошлая помощница, в том числе и расписание продюсера, оказавшееся более чем насыщенным. Вот сегодня Ярослав уже уехал на встречу, а завтра с утра у него кастинг в центре почти до обеда, а после обеда выезд вместе с одним из подопечных певцов на совместное интервью.

Моя главная задача — следить за расписанием продюсера, вовремя напоминать о встречах и планах, организовывать некоторые встречи, а иногда и работать с "подопечными" назначая им через из их помощников встречи. В целом, ничего такого сложного вроде нет.

Домой возвращаюсь счастливая-счастливая. Давно не испытывала такого удовольствия. "Помощница руководителя" звучит лучше, чем "секретарь", кабинет у меня теперь просто шикарный, зарплата в три раза больше, чем на старом месте, и уже через три дня я получу аванс.

Рискованно, конечно, праздновать до зарплаты, но, я считаю, обретение новой работы надо отметить, просто пока сделаю это скромно.

Зашла в магазин возле дома, купила себе пару килограммов картошки и мясо. Сегодня все это запеку в духовке. Бутылка шампанского, тортик. Не забыла и про свою маленькую подружку. Пакетик самого дорогого кошачьего корма отправился в корзину.

Не успела уйти далеко от магазина, как заметила радостно несущийся ко мне черный пушистый комок. С Найтой мы подружились, она уже даёт мне себя гладить, я ее регулярно подкармливаю, но домой взять не могу — не моя жилплощадь, хозяева предупредили, чтобы никаких домашних животных, громких вечеринок и попыток организовать притон. Надо бы поискать для Найты хозяев, не дело жить в подвале, но до этого с нервным поиском работы как-то не было на это времени. Теперь будет.

Взяла свою подружку на руки и понесла домой. Так и быть, рискну. Думаю, на ночь глядя владельцы квартиры не явятся, а я сейчас отмою котенка, сфотографирую в красивом виде и выложу на специализированных сайтах.

Глядишь, кто-нибудь заберёт.

Но сначала надо показать животинку специалистам. Ветеринарную клинику видела тут недалеко, кажется, в соседнем доме.

Не стала откладывать, нашла ветклинику, меня с котёнком приняли, взяли за прием солидную для моего нынешнего бюджета сумму, лекарство выписали от блох и глистов, ещё и кошачий туалет с наполнителем пришлось докупить, ну и, не удержавшись и по настойчивым рекомендациям, специальный суперсбалансированный корм специально для котят. Клиника оказалось какой-то уж очень дорогой, впрочем, как и район, в котором я сейчас живу. Вышла из здания, с грустью осознавая, что теперь денег у меня осталось крайне мало, буквально пара сотен рублей до зарплаты, но зато у меня на руках, как выяснилось, вполне здоровый котенок, а паразитов мы изгоним. Вот сейчас пойдем домой и проведем первый обряд экзорцизма.

Дома первым делом занялась Найтой, и только после этого собой. Котенок купание воспринял стоически, пару раз только горестно мяукнув, но потом, после сушки, был вознагражден порцией суперсбалансированного корма. Так интересно наблюдать, как Найта с осторожностью и интересом ко всему принюхивается. Показала ей лоток, словесно объяснила, для чего он нужен. Найта все обнюхала, при мне же раскопала в наполнителе ямку и сделала туда свои кошачьи дела. Фух. Может, проблем с туалетом не будет.

В честь своего личного праздника решила выйти на связь по своему личному, не официальному номеру. И уже спустя час позвонил отчим. Сейчас хвастаться буду, что работу нашла.

— Привет, пап, — певуче произнесла я, ставя мясо в духовку. Скоро будем с Найтой праздновать — сериалы вместе посмотрим, я приму горячий душ под любимые песни (лучше бы, конечно, ванна с пеной, но ванна в моем маленьком убежище не поместилась), будет вкусная еда, посиделки за чашкой кофе. Вообще, надо сказать, пока самостоятельная одинокая жизнь мне страшной не кажется.

В ответ на мое приветствие на меня обрушилось много ругани, обвинений и чужих проблем. Появилось беспокойство и чувство вины, а ощущения радости начало таять.

— Знаешь что, — в итоге произносит отчим. — Возвращайся-ка ты на работу. Хватит бегать и ерундой заниматься. Зарплату тебе подниму на пятнадцать процентов. С Ленкой невозможно работать. Голова пустая у нее, только и умеет, что огрызаться и ногти красить. Даже кофе нормально сварить не может. Чего там уметь-то? Включил машину и готово. Так нет, все равно невкусн.

Хм. По поводу кофе у меня есть предположение. Я просто этот напиток люблю и всегда добавляла личные деньги, чтобы купить не какую-нибудь бурду, а что-то достойное. Отчим эти траты не одобрял, но кофе пил. А Лена, видимо, не любительница кофе.

— Я не могу, пап. Я уже устроилась на работу.

— Что? Так быстро? Так в чем проблема? Увольняйся.

— Не могу. Там будут платить в три раза больше

— Странно. За работу секретарши? Да это наверняка какой-то развод!

— Не похоже. И я устроилась помощником руководителя.

— Ну-ну, посмотрим. Домой-то хоть может вернешься? Матери одной тяжело за большим домом смотреть, еще и сад с огородом. Да и скучно.

— Может, нанять помощницу? И общение, и помощь. Это вроде сейчас не так дорого.

— Да вот еще, деньги тратить, когда дочь есть. Приезжай тогда иногда, помогай. По выходным.

— М-м, боюсь с моим новым напряженным рабочим графиком не получится. Алло, пап?

— Алло!

— Алло! Алло! Тебя не слышно, пропадаешь. Тут сеть у меня плохо ловит, пока!

— Саша…

Отключилась, а потом и вовсе вытащила симку из телефона. Наверное, лучше еще какое-то время побыть вне зоны доступа.

Глава 17

После разговора с отчимом жить одной мне понравилось еще больше. Восстанавливать ухудшившееся настроение отправилась в душ, там, не жалея воду, долго стояла под теплыми струями и пела свои любимые песни, держа ручку душа словно микрофон.

Душ сработал как надо, настроение повысилось, потому, высоко и весело задрав нос, открываю дверцу и выпархиваю. Вот зря вниз не смотрела. Поскользнулась и из-за этого еще и споткнулась о бортик поддона.

Упала я знатно, в полете выбила дверь, ударилась о край раковины, под конец еще успела каким-то чудом ухватиться за край полотенца — помогло от падения не сильно, зато неожиданно из-за этого сорвались слабо приклеенные крючки, на которых висели полотенца. Так что сверху на меня обрушились еще и они с парой крючков. Я даже не знаю, какое место отдать этому падению в моем личном хит-параде. Можно было бы и первое, ведь дверь душа рассыпалась на мелкие странные шарики. Разгром шикарный. Но нет. Первое место все-таки оставлю за тортом — тут зрителей нет.

Голова болит жутко. Перед глазами все кружится. Пытаюсь хотя бы сесть, но получается с трудом. Осторожно и медленно все-таки кое-как села, облокотившись спиной на стену. Осторожно трогаю рукой лоб, а там что-то густое и мокрое и шишка наливается большущая. Посмотрела на руку — кровь. Да уж. Обозреваю окружающее пространство. Пол местами в крови и весь в мелких шариках — дверь упала и разбилась вот на такие осколки, благо, кажется, не острые. Полотенца с крючками ерунда. Потерю дверцы тоже переживу. Лоб жалко.

Теперь пытаюсь встать. Голова начала кружиться сильнее, и перед глазами начало темнеть. Так. Садимся обратно. Ну, что могу сказать, вот они, новые трудности самостоятельной одинокой жизни.

В первый момент захотелось заплакать, пожалеть себя и позвонить маме, чтобы она меня тоже пожалела. Горестный порыв в себе подавила. Сама всего этого хотела, к этому пришла, и надо решать свои проблемы самой, никому не жалуясь и не жалея себя.

Кое-как я все-таки встала, спустя некоторое время добралась до аптечки, и вскоре мне даже удалось остановить кровь. Скорбно оглядев пол ванной, поняла, что уборку я отложу на потом. Голова хоть и перестала, вроде бы, кружиться, но все равно болит.

Поборола страх и все-таки взглянула на себя в зеркало. М-да… ну что, красотка просто. На конкурсе единорогов мне дали бы первое место. Шишак на лбу просто огроменный и наливается всеми цветами радуги. Как я завтра на работу пойду? Есть, конечно, вариант взять ножницы и сделать себе челку, полностью закрывающую лоб, но, боюсь, с моими кривыми ручками и челка будет кривой, а это не лучше чем шишка. Денег на профессионалов у меня нет, да и с утра салоны красоты не работают.

Поскольку голова еще болит, даже думать больно, предпочла пойти и лечь в кровать. Найта примостилась рядышком и заурчала. Что-то меня подташнивает. Вдруг сотрясение? Может, котенка на лоб положить? Я слышала, кошки лечат…

Так. Не о том думаю. Надо решать, что с работой. По всему выходит, что лучше хотя бы на день-два отпроситься, чтобы не светить волшебным рогом, но только устроилась и сразу отпрашиваться? Дел полно, и заменить меня некому. Да и, откровенно говоря, страшно отпрашиваться.

Глава 18

Делать нечего. Когда лучше написать Ярославу? Сейчас? Утром? Точно знаю, что лучше именно написать, поскольку позвонить мне духу не хватит. Но даже писать как-то поздновато… но все равно сейчас напишу, иначе за ночь изведусь.

Нашла шефа в мессенджере. Пишу.

— Здравствуйте. Извините за беспокойство, Ярослав Леонидович. Вы спите?

Хотя боль в голове мешает думать, но вроде нормальное получилось сообщение. О! Значок появился, что шеф получил и прочитал. Пишет ответ.

— Здравствуйте, Шурочка. Почему вас интересует этот вопрос?

Блин, наверное, все-таки неудачное сообщение вышло. Теперь Ярослав решит, что я про него думала. Спит он там или нет. Подзависла. Думаю, как деликатно объяснить шефу, что меня не интересует его режим сна.

— Шурочка?

Ладно, просто проигнорирую тот вопрос. Что-то я совсем разволновалась.

— Ярослав Леонидович, тут у меня небольшое происшествие, я скорее всего не смогу завтра выйти на работу. И, возможно, послезавтра.

— Что случилось?

— Я упала.

— Надеюсь, не с моста?

Подкалывает еще.

— Нет. С мостов я падаю, только если что-нибудь перед этим выпила горячительного. Сегодня не успела. В ванной поскользнулась.

— Все нормально? Вы целы?

— Да, почти. Если бы совсем все нормально было, то не отпрашивалась бы. Немного разбила голову, не хотелось бы пугать посетителей и коллег.

— Вы вызвали врача?

— Нет. Зачем? Я почти нормально себя чувствую. Только внешний вид не очень.

— Если вы ударились головой, у вас может быть сотрясение. Доктору стоит показаться в таких случаях обязательно.

— Если мне станет плохо, покажусь. Так вы не против, если я завтра не приду?

— Александра, это не шутки. Вас есть кому отвезти к врачу?

— Нет, и я не собираюсь сейчас никуда ехать, уже поздно.

— Вы живете там, где указали в анкете?

— Да, а что?

— Сейчас по этому адресу находитесь?

— Ярослав Леонидович, мне не нужна помощь, спасибо.

— Я как раз недалеко от вас. Уверены? Знаю хорошую круглосуточную клинику. До нее ехать не больше десяти минут. Затраты на лечение будут включены в рабочую страховку.

Колеблюсь. Напрягать начальника своими проблемами — это… ну такое. Но врачу показаться на самом деле было бы неплохо. И Ярослав ведь сам предлагает помощь, я не навязываюсь.

— Ярослав Леонидович, наверное, все-таки не стоит.

— Какой у вас этаж, Шура?

— Четвертый, а что?

— Я подъехал, подъездная дверь открыта, сейчас буду подниматься.

В панике бросила телефон и поковыляла к шкафу — халат надеть, а то я как вышла из ванной в чем мать родила, так в этом виде и осталась. От шкафа, как могу быстро, ковыляю в ванную снять свое нижнее белье с сушилки.

Только сняла и спрятала, как раздался звонок в дверь. Вот же, принесла нелегкая! Кажется, у моего босса синдром спасителя. Угу, а у меня синдром неудачницы, в этом самом спасении нуждающейся. Прям идеально сошлись. Да нет, ерунда, конечно, просто мой начальник, похоже, хороший человек. Ну а я… неловкая.

В дверной глазок узрела шефа. Как неловко-то. Открывать не хочется, но и держать босса возле запертой двери тоже некрасиво. Человек обо мне беспокоится.

— Здравствуйте, — произношу я, открывая дверь.

— Добрый вечер, Александра.

— Мяу, — здоровается котенок, сидящий возле моих ног.

Посильнее запахиваю халат под изучающим взглядом шефа. Как-то остро сейчас почувствовала, что под халатом на мне ничего нет. Но взгляд Ярослава направлен отнюдь не на халат.

Глава 19

Взгляд Ярослава вначале направлен на мои руки, и только после на все тело, а останавливается на лбу. Брови шефа взлетают вверх.

— Да уж, действительно сильно вы ударились. А я уже было начал подумывать, что это вы решили продолжить практику, которую начали на мосту.

— Э-э, вы подумали, я тут убиться пытаюсь? Поэтому приехали проверить? Так я бы тогда не стала вам писать.

— Признаться, ваши сообщения показались мне подозрительными и странными. Можно войти?

— Да, конечно, проходите.

Смысл опасаться шефа и не пускать на порог, когда мы работаем теперь бок о бок, он мой спаситель, да и хотел бы сделать что-то плохое, сделал бы ещё тогда, после моста.

— Чай, кофе? — интересуюсь я, провожая гостя в угол, где расположена моя мини-кухня. Надо же, мне так нравилось в этой маленькой квартирке, а теперь застеснялась. Все же обиталище у меня скромное, на взгляд крутого богатого продюсера наверняка и вовсе бедное. Этакая коробка из-под обуви. Он еще такой крупный мужчина, и из-за его габаритов кажется, что пространства стало еще меньше, чем было.

— Нет, спасибо. Ничего не нужно. Собирайтесь, сейчас поедем.

Собираться, прихватив одежду из шкафа, ушла в ванную, но быстро поняла, что это плохая идея. Пол я все еще не убрала от крови и стекла. Еще не хватало вновь поскользнуться на всем этом. Убирать долго. Хм. И что делать? Больше спрятаться от глаз Ярослава мне в этой квартире негде.

— Какие-то проблемы?

Это начальник заметил, что я задумчиво стою возле открытой двери в ванную.

— Нет, — бодро соврала я.

Ярослав вдруг встал и подошёл ко мне, не менее задумчиво, чем я до этого, оглядел пол ванной.

— Создается впечатление, что вам опасно оставаться одной.

— Я не одна.

— Вы тут с кем-то живёте? Молодой человек?

— Котенок. Как раз сегодня решили немного пожить вместе. Пока она себе кого-то ещё не найдет. У вас, кстати, есть животные? — пробую я сосватать Найту. Ситуация, конечно, странная. Вечер, ко мне пришел мужчина, я с ним почти наедине, на мне халат на голое тело (никак не могу об этом забыть), у меня на лбу рог, и я пытаюсь пристроить котенка.

— Мой график не позволяет их заводить — я часто бываю в разъездах. Где у вас веник?

О, нет, только не это. Неужели Ярослав решил сам убрать этот ужас? Я не дам. Но если все же решил, то я уже готова влюбиться в этого заботливого мужчину и выйти за него замуж, если вдруг предложит, конечно. Вот мама удивится, если я, так долго просидевшая в девицах, вдруг выскочу замуж.

Но шутки шутками, конечно, а надо что-то ответить Ярославу, а то я уже с минуту в молчаливом ступоре.

— Не надо веник. Я попозже уберу. Сейчас нет времени.

— Потом следы крови будет оттереть труднее.

— Вы так профессионально говорите, словно кого-то убивали, — нервно произнесла я, пытаясь оттянуть Ярослава подальше от своей злосчастной ванной и закрыть дверь.

— Чего только в жизни ни бывало. Одевайтесь здесь. Я отвернусь.

Какой все-таки шикарный босс мне достался.

Как могла быстро в такой ситуации переоделась, неотрывно следя за тем, а не подглядывает ли шеф. Не-ет, не смотрит, думаю, ему мое худосочное тело вообще ни к чему, наверняка на него пачками пышногрудые красотки вешаются. Ярослав куда сильнее увлекся котенком, усадил малышку себе на колени и гладит. Найта довольно мурчит.

Одевшись, вдруг поняла, что просто стою и уже с минуту бессовестно рассматриваю Ярослава, пользуясь тем, что он на меня не смотрит. Очень уж привлекательный мужчина, взрослый, состоявшийся, такой прямо «породистый». В общении приятный. И профессия интересная.

Чувствую, как сердце вдруг словно быстрее забилось. Захотелось улыбаться, и как будто бабочки в животе запорхали.

— Я все.

Ярослав оборачивается, улыбается мне и встает, уложив котенка на свое место.

Глава 20

Вместе с шефом выходим из квартиры, спускаемся по лестнице, и я быстро понимаю, что удар головой все-таки не прошел бесследно. При спуске закружилась голова и перед глазами опять запрыгали звездочки. Остановилась и вцепилась в перила.

— Что такое? — спрашивает шеф, тоже останавливаясь.

— Голова немного кружится.

— Тогда идемте медленнее.

Ярослав взял меня под руку и не отпускал, пока не усадил в свою машину.

— Здравствуйте, Роман, — поздоровалась я с уже знакомым мужчиной, сидящим за рулем авто.

— Здравствуйте, Александра, — водитель обернулся ко мне и оглядел лоб. — Ко мне вообще можно просто Рома. А вы что это, опять откуда-то прыгать пробовали? Только в этот раз чуть более успешно.

— Угу. Опыт полетов нарабатываю постепенно. Но вообще, это я опять случайно. В душе поскользнулась. Ко мне тоже можно просто Саша.

— Вы уж там поосторожнее, — по-доброму хмыкнул Рома.

В клинику доехали действительно очень быстро. Несмотря на вечерний час, там оказалось довольно оживленно. Где-то пришлось и в очереди посидеть. Ярослав не ушел, остался сидеть со мной, отчего, помимо благодарности, испытала и острый приступ смущения. Как будто у такого серьезного человека других дел нет, кроме как нянчиться со своей помощницей. Я честно попыталась от такой заботы отказаться.

— Ярослав, извините, мне неудобно вас так сильно отвлекать. Может, давайте теперь я сама?

— И домой с головокружением по темным улицам одна будете добираться?

— Летом медленно гулять по темным улицам одно сплошное удовольствие. Главное, к мостам близко не подходить.

— Давайте все же удостоверимся, что все хорошо, я вас провожу домой и поеду.

Эх, а ведь с некоторой натяжкой можно представить, что я на свидании. Правда, с ну очень большой.

— Ярослав Леонидович, а вы это серьезно? С веником? Я правильно поняла? Вы что, хотели у меня в душе подмести?

— Почему нет?

Пожала плечами.

— Мой отчим, например, вообще не знает, как веником пользоваться, считает уборку делом для себя оскорбительным и ниже его достоинства. Ведь он добытчик, его дело деньги для семьи зарабатывать. А забота о доме дело женщины.

— У всех свои взгляды на жизнь. Ничего зазорного в прикладном труде не вижу, — Ярослав улыбнулся. — Особенности моей профессии и вовсе порой заставляют себя чувствовать себя многодетным отцом и матерью в одном лице.

— Да? Почему?

— Часто мои подопечные бывают довольно эксцентричны, капризны, безбашенны и один другого моложе. Решая их проблемы и вытаскивая из очередной передряги, а потом пытаясь что-то вбить в их головы, чувствую себя слишком правильным старым умудренным родителем.

— Вас это расстраивает?

— Нет, уже привык. Поначалу было странно, особенно, когда имел дело с ровесниками. Сейчас уже привык, и меня мало кто чем-то может удивить.

Вдруг осознала, что, кажется, Ярослав меня тоже держит за свою подопечную, иначе вряд ли сидел бы тут со мной в этот тёплый летний вечерок. Но я ведь не подопечная, чтобы со мной носиться, наоборот, я помощница. Это я должна во всем помогать, а не быть обузой. Впредь постараюсь, чтобы больше таких ситуаций не происходило.

По итогам обследования у врачей оказалось, что у меня совсем легкое, но все-таки сотрясение, и мне рекомендован постельный режим. Но какой постельный режим, когда я только устроилась на работу? У меня и денег нет для того, чтобы спокойно себе лежать и болеть. И еще одно указание врача расстроило — первые сорок восемь часов после удара мне нельзя оставаться одной, за мной должен кто-то приглядывать на случай ухудшения состояния и неожиданных обмороков. Все это означает, что мне придется, пусть и ненадолго, но вернуться к родителям, а вот вырвусь ли я от них снова, вопрос. Не отпустят, аргументировав тем, что моя вольная жизнь принесла мне только травмы. И отчим, и мама вцепятся только так. Еще и Ярослав уволит — наверняка ждать ему не с руки, а таких, как я, кандидаток, только здоровых, полно.

— О чем задумались, Александра? — спрашивает Ярослав на пороге клиники. Мы успели выйти, и сейчас мне, наверное, надо будет звонить домой, но я жутко не хочу этого делать и, наверное, не буду. Это испытание. Мое личное. К родителям не вернусь даже на день.

— Да ни о чем. Спасибо, что съездили со мной.

— У вас есть, кому присмотреть за вами? — спрашивает Ярослав, когда мы уже сидим в машине.

— Да, — бодро вру я. Неожиданно даже возникла мысль позвонить Лёне, но и ее я отмела. Не хочу. Но надо что-то решать, вдруг и правда в обморок упаду, вновь ударюсь обо что-нибудь головой и уже не встану. А у меня котенок.

Чувствую на себе взгляд Ярослава.

— Хотите погостить в моем доме пару дней?

Ой-ой. Не знаю, почему, но сердце от такого предложения вдруг пропустило удар.

Глава 21

Ну я же не глупая, я же не наивная. Понимаю, что кроется за таким предложением. Ярослав мне не закадычный друг, чтобы вот так просто и мило дружески пригласить меня к себе в гости. По сути, сегодня второй день нашего знакомства. Значит зовёт в гости не просто так, предполагается интим. Но я не могу понять, почему. В том смысле, что неужели я в этом плане действительно понравилась Ярославу?

Нет, ну а вдруг у продюсера действительно специфический вкус, и он клюнул на мои худосочные прелести и очаровательный рог на лбу.

— Спасибо, но нет, — подумав, отвечаю я. Соблазн есть, ведь дома меня ждёт уборка ванной, головная боль и риск новых падений, а тут гости и интересная компания, но я так не могу — слишком мало знакома с Ярославом.

— Как знаете, — начальник пожал плечами.

Шеф, когда машина подъехала к дому, вызвался меня проводить до квартиры, на лестнице придерживал за руку, и это было так приятно.

И вот, я открываю дверь в квартиру, прощаюсь с Ярославом, вновь его благодаря, от смущения тороплюсь, смотрю не под ноги, а на него, когда захожу, и…

Это не мой день. Точнее уже ночь. Я споткнулась о порог и полетела. Могла бы опять как-нибудь эпично приземлиться и набить себе второй рог для симметрии, превратившись из благородного мифического единорога в простую неуклюжую рогатую корову, но в этот раз рядом был Ярослав. Каким-то невероятным образом он успел меня поймать в полете.

Нахожусь в довольно пикантном подвешенном положении. Ярослав держит меня сзади за талию, не торопясь возвращать в вертикальное положение.

— Александра, вы такая лёгкая, как пушинка, — доверительно сообщает мне начальник едва ли не на ухо.

Чувствую, как неудержимо краснею. Руки Ярослава такие сильные, надежные, объятия крепкие, теплые. От шефа так приятно пахнет. От смущения не могу вымолвить и слова, и совершенно нет желания отойти от начальника.

— Вот что, Александра, собирайтесь, едем ко мне. Одну я вас здесь не оставлю, — приказным тоном произносит шеф. — Считайте это рабочей командировкой.

Ух. Ладно! Рискну. Иногда можно себе позволить.

— А как же котенок?

Поймала себя на том, что от волнения тереблю рукав пиджака Ярослава. Смутившись ещё больше, отпустила.

— Берите с собой, — с этими словами босс выпустил меня из объятий.

Сборы много времени не заняли — начинает сказываться опыт быстрых переездов, да я и ненадолго, много вещей брать нет необходимости. Все поместилось в один чемодан. И отдельный пакет с вещами Найты. Котенка подмышку. Чемодан у меня забрал Ярослав, так и вышли.

В этот раз ехали по времени довольно прилично. Машина подъехала к самому настоящему особняку со своей территорией и мощным красивым забором. Чем-то мне все это напомнило продюсерский центр — просторное здание с прогулочной зоной и забором, только там масштаб побольше. Но это не удивительно, хозяин один, такие у него, похоже, вкусы.

Ярослав лично проводил меня до гостевой спальни в своем доме, поставил в центре комнаты чемодан, пожелал добрых снов и ушел. Вау!

Плюхнулась на большую мягкую кровать. Красиво тут. Конечно, планы мои очень резко изменились, но так даже лучше. Уехав от родителей, я вырвалась из привычного замкнутого круга жизни. Это радует, и кажется, что только сейчас я начала по-настоящему жить, а не существовать по четко выверенному родительскому плану. Я впервые не знаю, что принесет мне завтрашний день, но не боюсь этого, наоборот, в крови бурлит адреналин и предвкушение, ожидание чего-то волшебного и нового. Я прямо-таки чувствую, как передо мной выкладываются новые пути-дорожки, нужно только выбрать, по какой пойти. Обняла котенка и сама не заметила, как уснула. Даже не разделась.

Рано утром, открыв глаза по звонку будильника на телефоне, не сразу поняла, где нахожусь, а вспомнив, широко улыбнулась. Круто-круто!

Котенка рядом нет. Вспорхнула с кровати. Голова не кружится, ничего не болит. Ужасно хочу на работу! Трудовой энтузиазм прямо-таки несет меня в ванную. Оглядела свой несчастный лоб. Шишка вроде бы стала поменьше, но яркость красок только усилилась. Если прикрыть шишку челкой и хорошенько ее залачить, чтобы была как каменная и не открывала вид на лоб при любом движении или ветерке, думаю, можно идти на работу. Проблема в том, что у меня длинные волосы и челки просто нет.

Вернулась в комнату, достала из чемодана маленькие походные ножницы, расческу, а потом пошла в ванную. Стрижку я не меняла… никогда. Чуть ниже лопаток. Только кончики равняли. В школе всегда ходила с косой, а в университете уже начала немного экспериментировать с прическами, на чаще всего носила хвостик.

Еще раз взглянула на себя в зеркало, глубоко вздохнула и выдохнула. Пора менять имидж. Лучше кривая челка и не потерянный рабочий день. Потом схожу в салон, если понадобится, и все подправлю. Намочила и аккуратно расчесала волосы, взялась за ножницы, от волнения закрыла глаза. Тут же поняла, что с закрытыми глазами отрезать челку плохая идея, поэтому сразу их открыла. Ну, поехали.

Получилось, но чуть кривовато. О, а мне вроде с челкой неплохо. Решила немного подправить, затем еще немножко, еще…

Глава 22

Спустя полчаса спустилась на завтрак в столовую. Дорогу нашла благодаря сотруднице клининговой службы, трудящейся в доме в столь ранний час.

— Доброе утро, — мрачно поздоровалась я с шефом, который, на мою удачу, обнаружился в столовой за накрытым столом.

— Доброе утро, Александра, — глаза продюсера весело заблестели, стоило ему меня оглядеть. — Составите мне компанию?

— Да, спасибо.

Голодная, просто ужас. Сажусь за стол и робко беру себе горячий тост, кусочек масла. Пододвинула себя вазочку с вареньем. М-м.

Буквально чувствую, как шеф меня внимательно разглядывает.

— Решили сменить имидж, Александра? — весело произносит босс. Ну, хоть не врет, что мне идет новая прическа.

— Да, немного неудачно вышло.

Вообще, челка-то у меня теперь почти идеально ровная, но я так отвлеклась, что отрезала слишком много. Смотрится этот идеально ровный обрезок посреди лба и правда очень смешно, но шишка прикрыта, да. Однако я теперь даже не знаю, что лучше — шишка или такая куцая челка. Ярослав еще хорошо держится, ему явно очень смешно, но он старается сильно этого не показывать.

— Ярослав Леонидович, а вы случайно не видели моего котенка?

— Видел. Он ночью зашел ко мне в гости, но утром ушел. Я видел его в окно — гуляет во дворе.

— Понятно. Я себя хорошо чувствую. Готова ехать на работу.

— Не уверен, что вам стоит это делать. Врач рекомендовал ведь пару дней воздержаться от физического и умственного труда.

— Давайте будем честны, работа не самая физически сложная и гипер-интеллектуальная. Я справлюсь. Что попроще пока буду делать, а завтра в полную силу. Пожалуйста!

— Ладно. Тогда завтракайте и собирайтесь. Скоро будем выезжать.

— А я уже почти готова. Только чемодан забрать и котенка найти.

Но вот тут босс отрицательно покачал головой.

— Александра, давайте вы все-таки еще денек у меня побудете под наблюдением. Ничего ведь страшного в этом нет.

Неуверенно согласно кивнула. Думаю, этот вечер будет как раз тем самым, когда шеф проявит ко мне свой мужской интерес, ведь завтра я уеду, а вечером будет время, и я уже приду в себя. Только сама не знаю, как буду на этот самый интерес отвечать. Положа руку на сердце, да, Ярослав меня зацепил. Хотя, может быть, я все придумала себе и это просто искренняя милая забота обо мне акулы шоу-бизнеса? Верится слабо.

Когда закончили с завтраком, на пороге столовой появился котенок. Гордо задрав хвост трубой и вышагивая, словно на королевском приеме, Найта прошествовала прямо к Ярославу и сложила у его ног то, что несла в зубах — самую настоящую добычу в виде маленькой мышки.

Найта села и немигающе смотрит на Ярослава в явном ожидании похвалы. Я закрыла рот руками, чтобы сдержать приступ рвущегося наружу хохота. То, как изумленно взлетели брови шефа — неподражаемо.

— Знаете, Ярослав Леонидович, мне кажется, Найте вы очень понравились, и это наивысший знак кошачьего уважения.

— Вы так считаете?

Шеф наклонился и погладил котенка по голове.

— Молодец, спасибо. Мне редко кто дарит такие удивительные подарки.

Котенок довольно замурчал. Босс поднял взгляд на меня.

— Вы еще отдаете котенка?

— Да, а что? — спрашиваю, но уже догадываюсь, какой будет ответ.

— Пожалуй, я ее все-таки возьму, если вы не против. Хорошие охотники всегда меня восхищали.

Котенок трется у ног своего человека и взамен получает ласку. Надо же, Ярослав на первый взгляд кажется таким суровым бизнесменом, но, оказывается, ничто человеческое ему не чуждо. А я просто радуюсь, что маленькая черная лапочка обрела настоящий дом. Я бы с удовольствием сама обзавелась котенком, но пока жилищные условия не позволяют. Вот заработаю когда-нибудь себе на большую квартиру… да, сейчас подобная мечта кажется нереальной.

— Берите, конечно. А у вас когда-нибудь уже была кошка?

— Нет. Вообще никогда никаких животных не было.

О, как все строго.

Вскоре мы с начальником выехали из его дома. По пути заметила, что шеф на планшете читает, как правильно ухаживать за кошками, чем еще сильнее меня к себе расположил.

На работе мы отправились не к кабинету, а в зал для выступлений. Шеф галантно помогает мне сесть за стол в первом ряду. Столами оснащен только этот ряд, в основном же обстановка словно в небольшом уютном театре с комфортными большими бархатными креслами. Босс садится рядом со мной.

— Саша… ничего, если я перейду на ты? Сейчас так удобнее.

— Ничего.

— Сейчас кастинг-менеджер принесет списки тех, кто будет выступать. Я хочу, чтобы ты делала пометки по каждому выступающему. Кратко свои впечатления. Нравится, не нравится, почему. Я тоже буду делать пометки, потом сравним впечатления.

Ух ты, а это интересно!

Глава 23

На первый ряд подходят и усаживаются еще люди, все уважительно приветствуют моего шефа. Босс представляет меня, как свою помощницу, и когда мужчины здороваются со мной, их ощупывающий взгляд останавливается на моем лице… точнее на челке, и все как один начинают улыбаться. С женщинами похожая история, в первое мгновение их взгляды колюче-оценивающе, но потом они видят челку, и все. Улыбки до ушей. Я со стыда сгореть готова. С такой челкой надевать мои супер-строгие очки противопоказано, и, конечно, никто всерьез меня не воспринял с этой челкой и детской внешностью. Что такое «не везет» и как с этим бороться?

Впрочем, все переживания ушли на второй план, как только на сцену вышла первая певица. Девушка, с виду подросток, только очень сильно накрашенная, из-за чего кажется старше, более зрелой. Макияж показался настолько сильным, что реальное лицо под ним почти не разглядеть, но фигура, руки, речь, даже походка выдает совсем юную девушку. Спела… ну, нормально. Не плохо и не хорошо, на мой вкус. Меня не зацепило, но сам процесс — слушать, смотреть, оценивать было очень интересно. Чувствуешь себя прямо-таки вершителем судеб, хотя я тут совсем крайняя и ничего не решаю.

Взяла себе чистый листок, сделала табличку по основным параметрам, среди которых голос, внешность и харизма, выписала фамилии участников и проставила девочке свои личные оценки по десятибалльной шкале по каждому пункту со своими личными краткими комментариями. Общая оценка шесть. Чуть выше среднего, на мой совершенно непрофессиональный взгляд. Ох, сколько надежды было в глазах девушки, когда она кратко отвечала на вопросы оценивающих ее людей с первого ряда. Я видела, что Ярослав что-то быстро черкнул у себя в записях и сам у девушки ничего не спросил.

Вторым вышел вертлявый худой и высокий парень. Свой отрывок песни спел, опять же, на мой вкус, не очень. Голос вроде нормальный, но песня была выбрана неудачно — известного певца Кая Айстема, и в сравнении с оригиналом этот парень сильно проигрывает, а уж подача… смотреть на попытки танца мне было смешно. Какие-то странные дерганья с высокопарным лицом. Как раз то чувство, когда стыдно за другого человека. Поставила четверку… ну просто потому что бывает хуже. А тут голос нормальный.

Третья кандидатка — дева, наверное, моего возраста. Может, моложе. Опять эта маска-макияж, скрывающая истинные черты. У этой кандидатки еще и сильно пухлые губы. Стиль одежды и общий вид — гламурная модель журнала для мужчин. Поет девушка тоже вполне неплохо, но тихо, низким голосом с хрипотцой. Не танцует, но какие-то плавные движения демонстрирует. Краем глаза заметила, что шеф оживился, застрочил что-то у себя в бумагах. Подумаешь. Красиво петь низким голосом я тоже могу. Ну а… ладно, с пластикой у меня не очень. Точнее примерно как и со сценой. Если сама для себя танцую и увлекусь, то я прямо огонь, а если кто-то смотрит, то все, бревно неловкое. Прилюдное пение, танцы, доклады и тосты — это мои личные фобии. А еще почему-то прямо отдельный вид страха, когда еду в маршрутке, попросить остановить, где требуется.

Заметила, что если первых двух выступающих прервали, то у этой красотки песню дослушали до конца. Под последние аккорды девушка бросила на Ярослава та-а-акой томный взгляд из-под ресниц. Поставлю-ка я этой тете… шестерку. Не знаю. Не впечатлила.

Следующая девушка сообщила, что она студентка, и спела вроде хорошо, все при ней. Семерка. За ней мужчина. Лет тридцать-тридцать пять на вид. Лысенький, с пузиком, ни внешних данных, ни харизмы, но мамочки, как поет! Хороший сильный голос. Поставила девятку. Класс!

Потом на несколько минут объявили технический перерыв, и я полюбопытствовала у шефа.

– А кастинг этот для какого-то определенного проекта или персональный?

— Персональный — подыскиваю новых певцов для раскрутки. Что-то в последнее время именно ярких и особо успешных мало, пополняем ряды середнячками. Но в будущем хочу один новый проект запустить. Такого ещё не делал. Думаю, будет интересно.

— Какой, если не секрет?

— Мюзикл. В нем хочу задействовать как своих артистов, так и чужих, совместить громкие уже состоявшиеся имена и сильных перспективных новичков, которые будут очень стараться и из кожи вон лезть, не давая расслабиться старичкам. Думаю, перспективный проект, да и я развлекусь, наблюдая за внутренней кухней. Как тебе этот кастинг?

— Неплохо… последний из выступающих очень понравился. Такой голос сильный.

— Да, этакий сюрприз. Люди любят сюрпризы. Не возникло желания показать себя? Или боязнь сцены сильнее?

— Что вы. Мне так нравится тут сидеть. Прямо получаю огромное удовольствие от того факта, что я не на сцене, а тут, и что не надо волноваться и меня никто не оценивает.

— Как все запущено, — фыркнул Ярослав и встал.

Шеф ушел лично пообщаться с одним из мужчин, сидящих в жюри, ну а я сбегала в дамскую комнату и успела познакомиться с сидящей рядом со мной женщиной. Ната. На вид не больше сорока. Специалист по связям с общественностью. Очень общительная. Сразу попыталась взять меня в оборот и раскрутить на какие-нибудь ошеломляющие признания о характере моей работы с Ярославом, как-никак «личная» молоденькая помощница, вдруг за этим кроется что-то большее, чем рабочие отношения. Разочаровала Нату, не поведав ей ничего остренького. Зато она вкратце успела мне рассказать, кто есть кто в комиссии, а дальше мы вынуждены были прервать общение. Шеф вернулся, и кастинг продолжился.

Глава 24

Народу до обеда успели просмотреть очень много. Кто-то из выступающих мне нравился больше, кто-то меньше, кто-то откровенно не понравился, но заметила, что совсем уж безголосых и посредственных личностей не было. Кастинг-менеджер, как мне кажется, сработал хорошо, пригласив тех, кто действительно имеет шанс хоть как-то заинтересовать продюсера. На обед вся комиссия отправилась дружным составом. Босс быстро по дороге просмотрел мои записи и согласно кивнул.

— Да, наши взгляды во многом совпадают. Теперь выбери из списка троих, кого, как ты считаешь, можно было бы взять в работу. Кто перспективный. Три имени.

Пуф-ф. Выбирать вообще непросто.

На обеде за большим круглым столом не только я, но и каждый член комиссии выдвинул своих трёх кандидатов в счастливчики. Оставили тех, за кого проголосовало большинство — их оказалось двенадцать человек, а потом началось обсуждение. Кастинг-менеджер достала из папки подписанные фотокарточки претендентов и выложила их на стол.

С большим любопытством наблюдаю за тем, как за едой спорят профи по раскрутке и продвижению начинающих талантов. Фотографии на столе тусуются, предлагаются варианты. Одиночное продвижение. Дуэт, группа. Рассматриваются и обсуждаются любые варианты. Со стороны все это действо похоже на слёт профессиональных гадалок. Карты тасуются, то и дело на столе появляются волшебные расклады, предсказания следуют одно за другим.

Я не участвовала, мнения не высказывала, да оно вроде никого и не интересовало.

В итоге из большого разнообразия выбрали несколько рабочих вариантов. Из трех молодых девушек примерно одного типажа решили попробовать сделать танцевально-музыкальную группу «на вечеринки», того лысого дядечку, который мне понравился — в индивидуальный проект, и еще двух симпатичных парней азиатской внешности в дуэт. Имидж-консультант прямо обрадовался, сказав, что одного из парней обязательно выкрасит в белый цвет, а второй останется брюнетом и будет на всех фотосессиях с ярко-голубыми глазами, школьницы будут пищать от восторга.

Весело тут. Я сама уже готова пищать от восторга.

Обед закончился, шеф ушел радовать и заключать договоры с отобранными победителями, а я отправилась на свое рабочее место, чтобы погрузиться в привычную мне рутину бумажных дел. И заодно больше не светить своей ужасной челкой.

И вот сижу я в кабинете, и душа прямо-таки поет. Настолько сильный контраст с моей прошлой работой. Красиво, просто, стильно. Пока нет никакой особой спешки. Тишь, благодать. Спокойно разбираюсь с бумагами и графиками. Насколько поняла, всю самую большую бумажную рутину шеф перекинул на замов и их секретарей и помощников, чтобы самому заниматься именно своими начинающими и продвинутыми звездами.

Спустя два часа чувствую, как начинает кружиться голова, и понимаю, что надо сделать перерыв. Заперла кабинет и, прогулявшись по коридору, нашла маленькую комнату отдыха для сотрудников, где можно попить кофе или чай и на скорую руку перекусить. Сейчас тут никого. Сделала себе чай, чтобы не скучать, с телефона зашла в интернет, читаю статьи о шефе, поражаясь тому, сколько романов ему приписывают СМИ. И девушки все как на подбор писаные красотки и известные личности — актрисы, певицы, модели. Вроде как босс встречается на данный момент с одной из своих протеже, но информация не подтверждена.

Нет, все-таки то, что я там вчера себе надумала про интимные притязания шефа — это все бред, я явно не в его вкусе, если судить по тому, с какими дамами он уже теоретически или вполне реально встречался. Мне кажется, Ярослава притягивают яркие, темпераментные и очень талантливые девушки.

Потрогала лоб. Шишка рассосалась. Уже хорошо. Ладно, проверю соцсети, и обратно на рабочее место. О! Сообщение от Лени. Спрашивает, как дела, сожалеет, что я ушла. Ой! Леня онлайн, увидел, что я открыла его письмо, что-то пишет. А-а-а! Написал. Что соскучился. Вот так прямо. Приглашает в кафе. Вот вроде решила все с ним, а вот проявил активность, и мне приятно. Тем не менее, соблазнам не поддаюсь, отписалась, что занята, и поскорее закрыла соцсеть.

Когда рабочий день закончился, а начальник так и не появился, я сама себя отпустила. Шеф говорил, что если его нет, а время подошло к концу, его ждать не стоит. Тем не менее, стоит вопрос, куда мне возвращаться. Домашнего адреса Ярослава я не знаю, да и неохота мне куда-то далеко ехать, когда квартира своя под боком. Попробовала дозвониться до начальства — вне зоны доступа. Ладно. Решено. Вернусь к себе. Только неудобно без чемодана, в который я уложила весьма ценные в повседневном обиходе вещи, но тоже ничего, обойдусь.

Однако же, когда проходила кпп, меня завернули обратно, сказав, что на стоянке ждет машина с водителем. Вот только на стоянке меня поджидала не черная машина с уже знакомым мне Ромой, а белая роскошная с молодым красавчиком-водителем в темных очках.

Глава 25

— Привет, — эдак лениво улыбнулся мне мачо-водитель, приспуская с глаз очки и оглядывая меня лукавым взглядом. — Саша, да? Какая хорошая девочка. Только что с челкой?

— Эксперименты со стилем. — Не понимаю, за что мне такая честь? Белая крутая машина и этот самец в костюме-троечке? — Скажите, а вы не знаете, почему мне выделили вас?

— Не нравлюсь? Меня, кстати, Дима зовут.

— Нравитесь… — блин. — Но все-таки.

— Знаю. Наш большой босс велел, — говорит Дима, галантно открывая мне заднюю дверь автомобиля. — Я сегодня на этой машине привез одну нашу звезду сюда, на выходе ее караулят репортеры. Будем их со следа сбивать, и заодно тебя довезу, куда требуется.

Хм.

— Меня требуется отвезти в дом продюсера. То есть если за нами проследят, то все будут думать, что звезда отправилась в гости к Ярославу Леонидовичу?

— Ага. Но тут важнее со следа сбить.

Вот так и рождаются слухи.

По дороге разговорилась со словоохотливым Димой.

— Не, вообще, я водителем только для души работаю. Прикольно, на самом деле, и знакомства полезные завожу, мне только звезд и шишек в основном доверяют развозить. А так учусь на актерском. Заодно, если есть, подходящие кастинги у нас прохожу, тоже заработок — берут и на подтанцовку, и уже в нескольких сериалах снялся.

— Молодец.

— А ты как к нашему Титану в помощницы попала? Говорят, после увольнения прошлой помощницы даже не было долгого поиска и толпы кандидаток. Сразу раз — и ты.

— Титан? Ярослав Леонидович — Титан? Почему?

— Так в СМИ все его так называют, как только речь заходит — титан шоу-бизнеса. Постоянно слышу.

Хм, а ведь и правда. Было такое, но я, читая, не обращала на это внимания.

— И они не льстят, это действительно так. У нас за кого босс ни возьмется, почти все известными становятся. Чуйка у него первоклассная, связи, деньги, опыт, удача. Только лично к нему очень трудно попасть. Берет под свое крыло не всех, только того, кого сам выберет. Я мечтаю о том, чтобы Ярослав Леонидович меня взял, но уже вряд ли. Уж сколько раз пытался ему понравиться. Это только если какой-нибудь крутой конкурс выиграю, тогда есть шанс.

Вот теперь только в полной мере начинаю осознавать, от чего так легко отказалась. Но… я ведь все равно не собираюсь становиться певицей. Не собираюсь ведь? Да-да. Точно. Не по мне работа. Хотя было бы забавно посмотреть на реакцию родителей, если бы однажды они включили телевизор, а там я. Пою. И челка еще не отросла.

— Эй, ты чего там смеешься? — полюбопытствовал у меня Дима, быстро взглянув в зеркало заднего вида.

— Да так, вспомнила кое-что.

Когда автомобиль заехал в подземный гараж дома моего начальника, я уже была в курсе, кто с кем спит из обслуживающего персонала и офисного планктона продюсерского центра. Дима оказался тем еще сплетником. Не знаю, насколько достоверна и вообще понадобится ли мне когда-нибудь данная информация, но теперь я в курсе, да.

Дима открывает мне дверь, галантно протягивает руку, чтобы я вышла. Прямо почувствовала себя звездой, ага.

— А как ты сейчас, сразу поедешь дальше возможный хвост уводить?

— Минут пятнадцать пережду пока, потом в гараж. На сегодня я все. Телефончик, кстати, давай твой возьму.

— Зачем?

— Так вдруг отвезти куда-то надо будет. Например, кофе попить. Я и отвезу, и компанию составлю.

Дима прищурился и смотрит хитро-хитро. Ах он, дамский угодник. Интересно, а у него не возникло вопросов, чего это я в дом шефа приехала? Или думает, что по работе? Так, чего делать-то? Давать, не давать? Вообще, контакт может быть полезным, я бы телефонами обменялась, но ведь подумает не то. Дима, конечно, красавчик, но, как бы… не мое.

— Спасибо, я, если понадобится, конечно, позвоню. В моем рабочем телефонном справочнике номера всех сотрудников есть.

Дима изогнул бровь и, кажется, принял вызов. Возможно, ему редко отказывают, и теперь для него я стала принципиально объектом охоты. Нервно улыбнулась, помахала рукой и поспешила вон из гаража, чувствуя на себе Димин взгляд. Бабник. Вот прям как есть бабник, к гадалке не ходи.

У встреченного на пути охранника узнала, что шефа еще нет, а ужин будет через час накрыт в столовой. Круто! Покормят, готовить, мыть, платить не надо. Всегда б так жить.

Ко мне в комнату, видимо, чтобы скрасить одиночество, пришла Найта. Котенок выглядит более чем довольно. Вот у нее все хорошо, пристроена в большой дом с территорией для прогулок, и кормят хорошо.

Заметила, что машина Ярослава въехала во двор как раз незадолго до ужина. Не знаю, зачем, но к ужину освежила макияж, вместо того чтобы в принципе его смыть. Выбор одежды у меня небольшой, походный. Была бы возможность, надела бы что-то похожее на вечернее платье, но на выбор у меня либо домашний халат, либо рабочий костюм, либо футболка с джинсами. Колебалась долго, но в итоге выбрала джинсы и рубашку от рабочего костюма. Вроде как рабочее время у меня уже закончилось, но футболка — это все равно как-то слишком. Волосы подняла в высокий хвост. Челку заколола, синяк на лбу, как смогла, замазала. Туфли рабочие, на высоком каблуке.

Покрутилась перед зеркалом. А я ничего так. Главное не упасть. Каблуки высокие, опасность есть.

Глава 26

В столовой появилась первая, а шеф через десять минут. Все эти десять минут я почему-то очень волновалась, а когда пришел Ярослав, в животе и вовсе запорхали бабочки. Внутренне вся подобралась. Поймала себя на том, что язык почти не слушается. Только и могу, что глупо промямлить пару стандартных фраз. К счастью, начальник моего состояния не замечает, у него отличное настроение, и куда больше внимание Ярослав уделяет ужину, параллельно рассказывая о том, как общался с новым набором начинающих звезд. Проблемы на начальном этапе возникли с девушками — не захотелось им собираться в группу, каждая считала, что достойна сольной карьеры, но этот вопрос решили, уговорили. Парни, которых записали в дуэт, были всем довольны до тех пор, пока одного из них стилист, не предупредив, не перекрасил в белый цвет с ярко-голубыми прядями. Был скандал, стилист чуть не оказался убитым, но все обошлось, вопрос решили, перекрашенного парня уговорили новый цвет оставить, убедили, что ему очень идет.

— А что с третьим? С тем мужчиной? Без проблем? — к этому моменту я уже сумела успокоиться и говорю нормально. Чего так испугалась, непонятно.

— С ним все хорошо. Заключили договор, составили ему животрепещущую легенду, которой он должен будет придерживаться, и отправили в свободное плавание на шоу по поиску талантов, которое сейчас идёт по телевизору. Наш засланный казачок.

— Эм, а зачем? Он же с вами и так договор заключил, зачем ему еще где-то пробиваться самому?

— Не совсем самому, мы ему всячески поможем. А он пусть себе аудиторию нарабатывает, народную любовь завоевывает, а как выйдет из шоу, с победой или без, пока память о нем еще жива, сразу появится на телевидении со своей первой записанной под него песней и клипом. У него такой типаж… нужно, чтобы люди чувствовали и помнили его как человека из народа, своего.

Интересно как.

Незаметно подошел к концу ужин, и я чувствую, как меня вновь одолевает робость. Что говорить? Что делать? Сразу уйти? Остаться?

— Ну… я пойду, спасибо за ужин, — наконец решаюсь я. Я уже давно все съела, в то время как Ярослав неспешно попивает чай, больше внимания уделяя чему-то интересному в своем телефоне. Никакого особого мужского интереса к себе я с его стороны не чувствую, иначе бы сейчас, наверное, все как-то иначе бы происходило. Не то чтобы у меня большой опыт в таких делах, но женская интуиция подсказывает.

— Устали? Голова болит? — заботливо интересуется шеф, оторвавшись от экрана телефона.

— Нет. Честно сказать, не знаю, что делать, — искренне, с улыбкой призналась я. — Поэтому, наверное, пойду спать. Быстрее восстановлюсь.

— Вы можете выйти погулять по территории. В гостиной есть книжный шкаф, возможно, там что-нибудь заинтересует из книг. Извините, не могу составить вам компанию, были планы сегодня вечером еще поработать.

У, вот, значит, как. Ну и отлично. Точно я себе все надумала. Сама не представляю, как повела бы себя, будь иначе.

— Спасибо, пойду посмотрю книги.

Действительно, время еще не позднее, чего в комнате сидеть?

Гостиная оказалась смежной со столовой комнатой. Осмотрела большой книжный шкаф, оценила красивые собрания сочинений классиков в нарядных и строгих переплетах, но мне, чтобы скоротать вечерок за чтение, лучше что-нибудь менее серьезное.

Огляделась и заметила еще один шкаф, похожий на книжный, только с непрозрачными дверцами. Может, там стыдливо прячут развлекательную легкую литературу или какие-нибудь журналы? Дверцы шкафа с легкостью мне поддались, оказавшись не запертыми. Ох ты ж, ничего себе…

Глава 27

Заглядываю обратно в столовую. Ярослав все еще там, где я его оставила, допивает чай.

— Ярослав Леонидович, а все, что есть в гостиной, это ваше? Вы этим пользуетесь?

Начальник в удивлении выгибает бровь.

— Да, конечно. Что за странный вопрос?

— О, ну тогда теперь я знаю одну вашу маленькую тайну, шеф, — не могу перестать широко улыбаться.

Брови Ярослава взлетели еще выше.

— О чем вы, Сашенька? — ха, говорит, как с наивной деточкой. Но я-то теперь знаю!

— Я про ваш шкафчик с… развлечениями. Не поймите неправильно, Ярослав Леонидович, вы производите впечатление очень серьезного, делового и правильного человека, и тут вдруг такая коллекция. Я прошу прощения, но шкаф был на виду и не заперт, я думала, что там тоже книги. О-о… извините. Я так бестактна! Просто настолько поражена, что не смогла молчать. Все-все, я уже ухожу. Еще раз извините.

Быстро закрыла за собой дверь. Щеки горят огнем. И смешно, и стыдно. Да, как-то неловко вышло. Зачем только пошла изобличать босса? А что, если теперь Ярослав сочтет нужным меня прикопать на заднем дворике, чтобы больше никто не узнал про то, что скрыто в его шкафах? Хохотнула. А в следующий момент дверь в гостиную открылась.

— Смеетесь, значит, надо мной, Александра? — с хитрым прищуром, в котором, как мне показалось, промелькнул вызов, поинтересовался Ярослав, проходя в гостиную.

— Нет. Я сама люблю настольные игры. Как я уже сказала, просто не ожидала.

Так, а шефу разве не надо работать? Ярослав проходит к тому самому заветному шкафчику и открывает его, принявшись задумчиво, с видом истинного коллекционера, разглядывать содержимое полок. Тихонечко подхожу ближе к начальнику.

— Шеф, ну вот классические игры для всех возрастов я понимаю. Вон те тематические игры для только, кхе-кхе, двоих взрослых разнополых людей тоже. Да даже вот те специализированные для фанатов определенных игр тоже. Но зачем вам детские игры? Они новенькие, не потрепанные, значит куплены уже в сознательном возрасте.

— Я беру те, что показались мне интересными своей задумкой. В детские, конечно, играть не стану со взрослыми гостями, но я не исключаю, что когда-нибудь у меня появятся дети, и для них уже будет готов набор для наших совместных игр.

О-о… это так мило, что у меня просто нет слов. Но тема довольно личная, надо уходить на что-то более нейтральное.

— Часто с гостями в настольные игры играете? — любопытствую я.

— Нет. Гости в моем доме в принципе большая редкость, и редко с кем доходит до игр.

Ярослав прищурился, а затем вытащил из полки одну из коробок.

— Сыграете со мной, Александра?

— С удовольствием, Ярослав Леонидович.

В настольные игры я не играла уже очень давно, со времен школы. Но помню, что было интересно, а тут еще такая неожиданная компания. Смотрю, что за игру для нас выбрал босс, а это классическая экономическая игра, правила которой мне хорошо известны. Расположились с Ярославом прямо на ковре, в центре гостиной. Шеф не поленился и сходил в столовую, принеся оттуда для нас тарелку с фруктами. И игра началась.

Увлеклась. Никогда еще не испытывала такого азарта. В этой игре все больше зависит от удачи, нежели от хитрости и ума, поэтому всерьез вознамерилась выиграть у начальника. И да, я победила!

— Ну, ничего, Ярослав Леонидович, не везет в настольных играх, повезет в любви, — довольно произношу я, демонстративно поигрывая пачкой собранных игровых денег.

— Увы, но нет. Ладно, в этой игре удача была на вашей стороне, Сашенька. — отвечает шеф, принявшись собирать фишки и карточки. — Но вот в другой… будете еще играть? В другую игру.

— Давайте, конечно.

Так, я не поняла. Что значил ответ шефа на мое замечание, что если не везет в играх, повезет в любви? «Увы, но нет». Ярославу не везет в любви? Да ну ладно, это бред. Такому мужчине может только везти.

Ярослав кладет на место игру и берет следующую. Она мне не знакома, поэтому шеф объясняет правила. Ага, тут удача меньше задействована, больше интеллект. Решил отыграться, коварный тип.

Спустя час игру полностью продула, но усмехающемуся начальнику заявила, что это только из-из того, что не до конца освоилась в правилах.

И пошло-поехало. Просидели с боссом за играми полночи. И только когда я уже стала нестерпимо зевать, а глаза еле держала открытыми, запросила у начальства пощады и отпустить меня. Сделала вывод, что двадцать шесть лет, конечно, не срок. Детство в одном месте у меня играет только так. А ещё напрашивается мысль, что шеф у меня классный, но это я и так уже поняла.

Глава 28

Довольная, вернулась в свою комнату. Почему-то такое настроение, что хочется… летать. Взбудораженная, ношусь вприпрыжку по комнате и улыбаюсь, как ненормальная. Плюхнулась на кровать. Хоть жутко лень и глаза слипаются, но надо принять душ перед сном. А еще завтра надо будет перед работой сначала домой заскочить, чтобы вещи оставить, а вечером разобраться с делами. В частности, убрать ванну.

Настроение все ещё просто отличное. Ванная комната в доме Ярослава крутая, и душ шикарный. Отделка под темный натуральный камень. Чувствую себя, словно в пещере. Душевые насадки встроены в стены. Включила воду на полную мощность и наслаждаюсь массажем, которые дарят мощные упругие струи. Неожиданно обнаружила ещё одно удовольствие: встроенную прямо в стену панель — радио! Прям то, что надо сейчас.

Включила радио, нашла классную знакомую песню и подпеваю. Вот прямо от души, выплескивая все свои положительные эмоции, которые и так бьют через край. Некоторые строчки песни, но так, чтобы более-менее в рифму, перепеваю на свой лад.

— У меня крутой шеф! — ору я в душевой микрофон. Тунс-тунс. Мотаю головой вверх-вниз, мокрые волосы хлещут по лицу. Пританцовываю, шлепая босой ногой по воде. — Яросла-а-ав, он самый лучший! Оу-е-и-е-е-э!

Какая же потрясающая ночь.

Из душа выхожу очень аккуратно, внимательно глядя под ноги. До кровати добралась без новых травм. Вот прямо мой день. Уснула не сразу, даже несмотря на усталость. Крепко обняла подушку, долго, не переставая улыбаться, ворочалась, вспоминая подробности вечера и ночи.

Рано утром вставать было очень трудно, но помогла мысль, что скоро поеду на полюбившуюся работу. На завтрак в столовую пришла вовремя, а там уже мой начальник сидит, бодрый такой. Кофе пьет, улыбается заговорщицки. Да, теперь у нас есть одна общая, почти интимная тайна. Налила и себе кофе и с огромным аппетитом уплетаю яичницу. Хочется петь. Опять. Даже в присутствии Ярослава. А шеф, между прочим, продолжает на меня поглядывать весело-заговорщицки.

— Сашенька, вы знаете, тут, в общем… моя ванная находится над вашей. Система вентиляции одна, и слышимость между этими комнатами весьма хорошая. И вы уж меня извините, я ночью стал вашим невольным слушателем. Должен признать, я опять в полном восхищении.

Замерла с наколотым на вилку кусочком яичницы, не донеся его до рта совсем немного. Какая там яичница. Щеки заливает жгучий румянец.

— Ярослав Леонидович, надеюсь, вы понимаете, что теперь мне придется вас убить?

— Думаю, это ни к чему, — усмехается в ответ шеф. — Теперь мы квиты. Вы знаете о моем увлечении настольными играми, а я — о вашей любви петь в душе.

Все бы ничего, но тут у начальника зазвонил телефон. Кто звонит совершенно не важно. Ярослав со скучающим видом отвечает на звонок, а я пораженно смотрю на шефа. Он, видимо, сделал аудиозапись моей дикой душевой песни, причем в достаточно хорошем качестве — мой голос слышно отлично — и поставил эту запись на свой звонок. Причем как раз тот момент, где я пою отсебятину с восхвалением начальства. Да-а… Ярослав знает толк в мести и компромате.

— Удалите, — страшным голосом шепчу я, когда босс заканчивает разговор.

— Ну, что вы, Александра Павловна, не могу. Мне очень уж понравилась ваша импровизация. Теперь у меня будет редкий, уникальный по своей сути рингтон, радующий мое эго. Вам жалко для меня такой малости?

— Жалко. Будьте любезны, поставьте обратно мелодию из песни Фортуны, а эту запись удалите, ваши бизнес-коллеги вряд ли поймут такое самолюбование.

Ярослав застыл на мгновение, а потом с прищуром на меня посмотрел.

— Знаете певицу Фортуну?

— Ну да, слышала. Да и сейчас периодически слышу по телевизору и радио, только уже совсем редко. Пропала, новых песен нет. А что?

— Просто интересно. Слух у вас все-таки хороший. И быстро запоминаете мелодии, верно?

— Возможно. У вас слух и вовсе отличный, раз слышите, кто что в соседних ванных поет. Удалите!

— Ни в коем случае.

Хочется по-детски кинуться на Ярослава, отнять телефон и самой все удалить, но я, конечно, такого не делаю. Во-первых, шеф мог сделать копии, сохранив где-то в сети, во-вторых, это глупо и действительно по-детски, в-третьих, у меня с начальником разные весовые категории, он меня скрутит без труда. Случай на мосту уже наглядно это показал.

Остается только обиженно надуть губы и гневно смотреть. Собственно, что я и делаю. Да, тоже по-детски, но рычагов давления на начальника у меня совершенно никаких нет.

Глава 29

В подземный гараж спускаюсь вместе со своим чемоданом. Здороваюсь с Ромой. Найту не удалось найти, чтобы на прощание погладить, но ничего.

— Решили сегодня все-таки ехать? — спрашивает шеф, когда машина трогается с места. — Может, задержитесь еще на денек, на всякий случай? Интересно узнать, какие еще песни в вашем таком душевном душевом репертуаре.

— Спасибо, но я чудесно себя чувствую, — отвечаю я, старательно разглядывая пейзаж за окном и тем самым пряча от шефа пылающее лицо. Кто знает, возможно, совместная работа с Ярославом была ошибкой. Слишком уж этот мужчина заставляет меня… нервничать? Нет, нервничать — это не то слово. Слабое. Все чувства рядом с начальником словно обостряются, становятся ярче, иногда прямо мурашки по коже и бабочки в животе. Забываешь, как дышать, а потом мучительно краснеешь из-за всякой ерунды. Ну как работать-то? Но от новой работы уже не откажусь. Деньги нужны, да и не хочу. Нравятся мне новые ощущения. Хоть и нервов, чувствую, будет немало потрепано.

До работы не доехала, вышла чуть раньше, попросив мне не помогать и не ждать. Все равно рабочий день официально начинается только через сорок минут, успею хотя бы подмести. Благо, шеф сам с утра не в кабинет сначала отправится, а в танцевальную студию — с утра хореограф начинает занятие с артистами и певцами, и босс хочет проверить, насколько успешно идет подготовка, ну или просто хочет полюбоваться на стройных танцующих девушек, я этого не исключаю.

В скоростном режиме прибралась в ванной, переоделась, как могла сильно, но чтобы смотрелось естественно, замазала синяк на лбу, частично заколола свою неудачную челку (все равно выгляжу не лучше, чем вчера) и отправилась на работу, думая о том, что делать с душем. То ли новый покупать, то ли дверцу подходящую где-то искать. Шторку повешу. Чего думать, если все равно пока больше ни на что денег нет.

По пути проверяю соцсети. Мама пишет, что папа рвет и мечет, что не может до меня дозвониться. Видать, совсем отчима прижало, но интернетом пользоваться, да и вообще писать письма, он не любитель, а то пришлось бы мне и на личных страницах не появляться.

Пришла на работу вовремя, даже раньше положенного времени. Босса ещё нет. Неспешно включаюсь в рабочий процесс, то и дело кто-то заходит, в основном оставляют документы на подписание. Познакомилась с миловидным курьером Петей, который, по его мгновенному признанию, курьером тут работает только для души, а так он потенциальный великий актер или певец. Ну прямо как мой недавний знакомый водитель Дима.

И тут в приемную вошла она. Блондинка с идеальной укладкой. Стройная, пышногрудая. Жгучие карие глаза. Губки бантиком, бровки домиком, походка от бедра, платье, по сути, вечернее, облегающее. Дева остановилась у моего стола, окинула меня взглядом, каким могла бы посмотреть небожительница на презренную человечишку.

Конечно, я сразу ее узнала. Лара Роял. Недавно стала ну очень популярной. С такими звёздами встречаюсь лицом к лицу впервые, поэтому застыла, не зная, что предпринять. Что вообще в таких случаях надо говорить и делать? Первая мысль, конечно, автограф попросить, но как-то взгляд Лары мне не понравился, да и я на работе.

— Ярослав Леонидович у себя?

— Его пока нет.

Лара сморщила носик.

— Я его здесь подожду, — не вопрос, утверждение. — Он скоро придет?

Сверилась с графиком.

— Да, должен быть скоро, поскольку назначена встреча со спонсорами, но вас в графике его встреч сегодня нет.

Дива раздраженно повела плечом.

— Он меня примет, — в голосе уверенность и превосходство.

Ну, пусть ждет. Я по поводу таких случаев не проинструктирована, буду по ходу разбираться.

— Может быть, хотите чай? Кофе? — я само гостеприимство. Мысль получить автограф все-таки теплится на краю сознания.

— Нет, — почему-то при ответе певица скривилась так, словно я ей предложила что-то мерзкое. Кто этих творческих личностей поймет.

Красотке не пришлось долго ждать. Шеф пришел спустя минут десять.

Лара, при появлении продюсера, тут же поднялась с дивана. Удивительно, как быстро могут сменяться эмоции на лице человека. То сидела словно королева, вынужденно оказавшаяся в хлеву, а теперь вдруг превратилась в несчастную барышню. Губы дрожат, грудь взволнованно колышется, словно от глубокого переживания, Лара прижала руки к этой самой груди. Как по мне, то только чтобы привлечь к этой части своего тела больше внимания. Ресницы затрепетали, в уголках глаз замерцали первые слезинки. Я чуть не зааплодировала.

— Ярослав, это ужасно! — воскликнула певица. — Они меня ненавидят! Они издеваются и вновь хотят унизить.

Начальник явлению дивы как-то не особо обрадовался, но и не удивился.

— Что опять, Ларис? — интересуется босс, проходя в свой кабинет.

— Мне сказали, что меня хотят отправить в тур по этим… не помню названий. Не города, а деревни сплошные. На автобусе! С ночевками в дешёвых клоповниках! Я посмотрела, так там мне даже не выделят…

За продюсером и его протеже закрылась дверь кабинета. Продолжила работать. В частности, подготовила приемную для встречи со спонсорами.

Вышла Лара из кабинета шефа только спустя минут двадцать, почти перед самым началом деловой встречи. Судя по довольному лицу дивы, переговоры у нее прошли успешно. По сбившейся некогда идеальной прическе и криво сидящему, несколько примятому платью я догадываюсь, каким образом проходил разговор. Свечку, конечно, не держала, шумоизоляция тут отличная, но… кажется, все-таки шоу-бизнес так до сих пор и живёт по своим извечным законам.

Стало грустненько, а ореол вокруг головы шефа в моих мысленных представлениях несколько стух.

Глава 30

Моего присутствия на переговорах особо не потребовалось, так что большую часть времени спокойно работала в приемной, но все же отметила, с каким любопытством на меня смотрели мужчины, и чуть вновь не сгорела со стыда, когда, в очередной раз зайдя в зал, услышала, как у шефа зазвонил телефон. Зазвонил моим голосом. Почему-то подумалось, что вот сейчас меня раскусят, но гости в мою сторону и не смотрели в этот момент, хотя весело переглядывались, слушая, а когда Ярослав отключил вызов, один из мужчин поинтересовался:

— Какая у вас забавная и оригинальная мелодия, Ярослав Леонидович. Такая, прям, жизнеутверждающая. Вы под заказ для себя сделали?

— Не совсем. Скорее это подарочная песенка. От благодарных и восхищенных сотрудников.

Ничего и не подарочная. Я своего разрешения не давала меня записывать. И злюсь, и смешно.

В обед в столовую не отправилась — банально нет денег на такие роскошества, зато дом близко, успела сходить к себе и нормально поесть. Как все-таки хорошо, когда работа рядом с домом. Но ещё лучше будет, когда аванс получу. Вроде как завтра должны дать.

И да, не обманули, на следующий день все выдали, и я, наконец, выдохнула, кажется, все налаживается, экстремальный период в моей жизни заканчивается.

Потихоньку вливаюсь в рабочий процесс. Всего неделя прошла, а я уже довольно хорошо освоилась, перезнакомилась с новыми коллегами. Мне поначалу представлялось, что я чуть ли не каждый вечер буду внепланово с шефом куда-нибудь выезжать, видеть звезд, бывать на каких-то крутых мероприятиях, но нет, с такими делами шеф и без меня отлично справляется и явно любит свою работу. Я даже не напоминаю ему о тех или иных встречах, посмотреть свой график он может и сам в режиме онлайн, я только что этот самый график иногда дополняю и вношу корректировки. А так у меня вполне обычные офисные будни, начальника вижу редко, вольница. Из хорошего — у меня теперь халявный, оплачиваемый компанией интернет и рабочий крутой планшет, который я могу, по своему усмотрению, если есть такая необходимость (а она есть всегда), забирать домой. Для оперативной связи и работы с начальством, ага.

Из забавных наблюдений — чуть ли не каждый второй сотрудник компании, как мне показалось, потенциально готов стать звездой. А работа — это способ переждать не самое удачное время. Коллектив преимущественно молодой, задорный, я сразу начала получать приглашения пообедать различными компаниями вне продюсерского центра в ресторанчиках, да и вечера у сотрудников тоже веселые, создалось впечатление, что чуть ли не каждый вечер народ предпочитает проводить в барах и других подобных увеселительных заведениях. Жизнь кипит, тайные рабочие романы крутятся, и я бы с удовольствием окунулась во всю эту жизнь, но… пока не могу.

У меня катастрофически быстро, несмотря на то что я очень сильно пыталась экономить, закончился аванс. Деньги ушли на повседневные нужды и обустройство. Все же при переезде я взяла все только самое необходимое, уезжала налегке, и теперь надо обзаводиться своим скарбом, да и одеждой. Пока опять остались деньги только на еду, в расчете дотянуть до основной зарплаты, и совсем немного на непредвиденные траты. Так что да, в общественной жизни трудового коллектива я не участвую, такими темпами меня скоро сочтут необщительной скромницей, но на самом деле я очень хочу полноценно со всеми общаться и веселиться, так что как только будет возможность, обязательно начну принимать участие чуть ли не во всех вечерних увеселительных мероприятиях. Я слышала, коллеги и на выходных еще собираются. То на шашлыки, то в пейнтбол играть, то еще куда. И главное ведь, романы крутят только так. Мне бухгалтер, с которой мы в комнате отдыха порой сталкиваемся, такого рассказала про хитросплетения любовных внутрикорпоративных историй, о чем наш прошаренный звездный водитель Дима только догадывается. Не знаю, насколько это правда, но для сотрудников особый шик — это закрутить интрижку с кем-нибудь из больших и малых звезд, чем все серьезнее, а звезда известнее, тем круче. Чуть ли не внутренний шутливый рейтинг существует, кто в продюсерском центре из холостых коллег самый завидный и крутой. Пол не важен. Но списка я этого не видела, однако бухгалтер сказал, что пока на первом месте Лара Роял. Она красотка и самая раскрученная из нынешних «птенцов» продюсера, молодая, успешная. Правда, говорят, что характер не очень, но это у многих, такое бывает — звездная болезнь поражает, кто-то потом излечивается, а кто-то нет.

Глава 31

Сегодня мучительно думаю над тем, как бы подзаработать. потому что жить вот так — от зарплаты до зарплаты — все-таки некомфортно. Если не было бы арендной платы, которая съедает большую часть зарплаты, я бы не дергалась. Но ведь хочется не только жить и выживать, но и с коллегами общаться полноценно. На развлечения нужно больше денег.

На ловца и зверь бежит. Сегодня обедала в столовой, поскольку сама не успела ничего приготовить. Коллеги как раз начали обсуждать тему о подработках. Частный центр мультипликации ищет актеров и певцов для озвучки мультиков, можно непрофессионалов, главное, чтобы с хорошим сильным голосом и, по возможности, именно поющих. Подумала-подумала и решила, что это я могу. Надо сходить хотя бы на пробы, говорят, тут недалеко. Выступать ведь ни перед кем не надо будет. Пришел, свой текст спокойно отговорил (можно даже спеть, от меня не убудет). Главное, чтобы взяли. Денег, вроде, много не дают, но в моей ситуации любая копеечка не лишняя, да и интересно это — подарить свой голос какому-нибудь мультипликационному персонажу.

Этим же вечером, договорившись с Алиной из отдела обеспечения, поехала с ней вместе пробоваться. Мне немного смешно, не думала, что вдруг начну менять свой рабочий профиль, да еще и так быстро, но, наверное, сама атмосфера продюсерского центра, такая вольная и творческая, как-то на меня начала влиять.

Никаких очередей из желающих прослушаться не оказалось, возможно потому, что тут все быстро решают в плане найма. Нас с Алиной сразу пригласили, только в разные студии. Мне дали небольшой текст, я, надев наушники, просто с выражением его прочитала. Попросили спеть. Не поднимая взгляда на своих условных экзаменаторов и краснея, все-таки спела, как смогла, куплет любимой песни, и, собственно, все. Мы заключили договор на озвучку нескольких серий их мультика, Мне выдали текст с тем, что я буду озвучивать, попросили его полностью прочитать. В выходной записываем небольшую песенку, и я даю свой голос мультяшной фэнтези-девочке-школьнице. Там целая компания персонажей, и «моя» девочка среди них. Классно! Послезавтра уже запись, я уж постараюсь.

Выхожу, а Алины нет, позвонила ей, и оказалось, что она уже ушла, не став меня дожидаться — ее парень на машине забрал. И ведь даже не позвонила предупредить, хотя я тоже с ней не связывалась. Оказывается, Алину не взяли, точнее, контакты забрали и сказали, что позвонят. А я уж почему-то подумала, что тут чуть ли не всех желающих берут, но нет.

В общем, в субботу, если все пройдет нормально, уже получу деньги. Ура! Деньги, деньги, денежки! В одиночной самостоятельной жизни все упирается в них.

Дома, в хорошем настроении попивая чай, решилась все-таки оживить свою симку, которая не для работы, а то как-то совсем уж нехорошо я пропала. Совесть грызет.

Отчим позвонил уже перед сном. Потока требований и обвинений не последовало. Папка говорил тихо, грустно и устало, спрашивал, как дела, и меня уже было начало грызть чувство вины, появилась мысль заехать домой в воскресенье в гости, но под конец разговора отчим не выдержал, перешел на свой любимый этакий свойский нравоучительно-снисходительный тон, мол, слушай, что тебе умные люди говорят. Я сразу начала прощаться.

— Погоди, Саш, дело есть.

— Какое?

— Я тут машину свою решил менять на новую.

— Поздравляю, и что?

— Ну, помнишь, ты хотела как-то хотела на права идти учиться? Вот заодно и машина тебе будет, забирай старую.

— Так вы же с мамой меня отговорили идти учиться, что мне это вообще не нужно, я невнимательная, мне за руль опасно садиться, и на содержание машины много денег уходит. Да и реально не нужна мне сейчас машина, работа рядом с домом.

— Да нормально все будет, все ездят, и ты сможешь. Машина — это, знаешь, как здорово, такую свободу и независимость дает. А у тебя еще и сразу крутая будет. Все обзавидуются, когда на работу станешь приезжать.

— Какую работу?

— На свою прежнюю, конечно.

А, так вот оно что.

— Пап, ты что, свою машину отдаешь за то, чтобы я на работу вернулась?

— И домой. Хватит уже глупостями заниматься.

— Это не глупости.

— Да? И где ты сейчас работаешь? Где живешь?

— Я не скажу. Не хочу пока.

— М-да, никакой благодарности. Растили, воспитывали, вкладывались, и в итоге такое вот спасибо.

— Мы же уже об этом говорили. Это не из-за того, что я вас не люблю и прочее. Я знаю, что вы беспокоитесь. Но мне пора жить самостоятельно, без помощи. Иначе я не пойму, чего вообще стою. Все, пап, пока.

Отключилась. Машина. Я помню, когда я только заикнулась о том, что хочу пойти учиться на права, как родители меня закидали аргументами, почему этого делать не стоит. Я начала сомневаться, а потом и вовсе передумала, ведь действительно и так неплохо. Хорошо, что переехала, теперь никто не сможет навязать свое мнение, буду слушать только себя. Сейчас такой вопрос, когда надо избавляться от синдрома хорошей послушной девочки.

Всерьез задумалась, а чего я хотела такого в своей жизни, но не сделала, поскольку этого бы не одобрили родители. Да, надо хоть что-то реализовать.

Так. Пирсинги, тату — были такие желания в подростковом возрасте, но сейчас уже не хочу ничего такого делать. О, а может и правда пойти учиться на права? Только не автомобильные. Накоплю денег, куплю себе мотоцикл. Буду крутая-крутая. Хе-хе. Как-то страшновато на мотоцикле ездить, но зато реальная свобода.

Ладно, насчет мотоцикла это я подумаю. Все равно до этого еще далеко, денег-то нет.

Прыгнуть с парашютом? Только от одной мысли мурашки по коже. Да, вот так захочешь сделать что-то бунтарское, а выходит, что и ничего — кишка тонка, запал угас, и я уже слишком стара и разумна для разного рода маленьких безумств.

Весь вечер ломала голову, чего бы такого совершить, от чего, если бы узнали, родители бы ахнули, и под конец с сожалением признала, что особо нечего. Либо не решусь, либо не хочется, либо денег нет. Безумство вроде выйти замуж за первого встречного парня и забеременеть родители так и вовсе одобрят — внуков хотят.

Глава 32

На следующее утро уже почти как обычно пришла на работу. Пораньше. Специально, чтобы встретить шефа, когда он придет. Сегодня с утра должен быть. Деловая встреча с другим продюсером у него. В животе приятно порхают бабочки, и настроение отличное. Это очень странно, но это самое настроение мне поднимает мысль, что я увижу начальника, он мне что-нибудь скажет, улыбнется тепло, может быть даже очень ласково назовет Шурочкой или Сашенькой — этих моментов жду особо.

Да, я уже пару дней как призналась самой себе, что немного, гхм, «сохну» по своему шефу. Нет, это не любовь, думаю, просто увлечение, и мне оно совершенно не мешает, зато какой мощный стимул идти на работу, чего уж там, просто лечу и живу ожиданием, когда начальник вызовет к себе, чтобы дать задание. Работа совершенно не тяготит, и хочется делать больше и лучше ради одной только его похвалы.

Никаким образом я к боссу не собираюсь «подкатывать», строить глазки и флиртовать. По мне, так это будет смешно, кто я, и кто Ярослав, да и отношения на работе, это ну такое. А если начальник меня пусть и мягко, но отошьет — радости рабочему процессу это не прибавит, может, и вовсе придется уволиться. А так, для меня Ярослав словно звезда, которых он продюсирует, а я его тайная поклонница. Эта тайна меня совершенно не тяготит, наоборот, придает повседневным будням приятный вкус. Сейчас зарплату получу, начну встречаться с коллегами, возможно, найду себе кого-то, с кем закрутится серьезный роман, и забуду про это свое увлечение, которое даже и не увлечение, а скорее просто восхищение умным, красивым, взрослым, внимательным, заботливым, состоятельным, воспитанным и вообще приятным во всех отношениях мужчиной… если так подумать, по сути, у меня и не было шансов им не увлечься.

Вот и начальник пришел. Улыбнулся мне, поздоровался и даже Сашенькой назвал. Настроение у шефа явно хорошее. А у меня прямо коленки подгибаются и словно все трепещет внутри. Очень приятные ощущения, пусть бы так оставалось подольше. Жаль только, что начальник долго в своем кабинете не задержался. Ушел оценить, как новый дуэт из двух недавно отобранных парней репетирует.

Я погрузилась в свои рабочие дела. Причем погрузилась настолько, что не сразу поняла, что в приемную зашел посетитель.

— Эй, что за дела? Я что, невидимка? Или это так специально? Мне на место мое указывают?

— Эм, простите, — недоуменно смотрю на… парня? Молодого мужчину? На посетителе надеты кепка, большие зеркальные солнцезащитные очки, еще и поверх кепки капюшон от ветровки. Очень странно. В помещении очки? В головном уборе. Да и для ветровки сейчас жарковато. Не похоже, что это мой коллега, хотя, конечно, я тут знаю еще далеко не всех. Голос приятный. Лицо толком не разглядеть, волос не видно. — Это я виновата, отвлеклась. Вы к Ярославу Леонидовичу? Вам назначено?

— Конечно назначено.

Сверяюсь с расписанием, но на ближайшее время у шефа только встреча с продюсером. Этот парень в джинсах, очках и серой ветровке как-то не очень тянет на продюсера.

— Извините, а уточните, пожалуйста, как вас зовут.

Некоторое время посетитель молчит, словно раздумывая, но потом весьма просто представляется:

— Ник.

— На сегодня нет записей о посетителях с именем Ник.

— Я с Александром. Но, видимо, в качестве мебели, раз про меня забыли упомянуть.

Повисла неловкая пауза. Шестеренки в моей голове крутятся. Внимательно рассматриваю посетителя. Я, конечно, пока еще мало знаю про всю эту индустрию шоу-бизнеса, но в какие-то азы уже вникаю. К шефу сейчас придет продюсер Александр Станиславович, он тоже занимается с певцами и артистами, а если этот Ник его подопечный…

— Ник Денжер? — неуверенно произношу я, поскольку точно не помню, кто продюсирует этого певца, скорее просто предположила.

— Молодец, правильно, — Ник, поистине дьявольски улыбнувшись, приспускает очки и насмешливо на меня смотрит. Застыла. — Клевые очки у тебя.

— А у вас линзы, — постаравшись сделать вид, что ни капли не удивилась, ответила я. У Ника ярко-красные глаза с черными кошачьими зрачками.

— Недавно здесь работаешь? — не дождавшись от меня какой-либо ярко-выраженной реакции, Ник поскучнел и стал разоблачаться. Очки, капюшон… Ой, а в тех клипах с ним, что я видела, у него были гладкие белые волосы, а сейчас черные и тщательно наведенный художественный беспорядок.

На диван для посетителей летит ветровка. Ник остается в одной белой майке, обтянувшей поджарое рельефное тело. Выглядит прямо так, как по телевизору. Выходит, все настоящее, никакой компьютерной графики и фотошопа.

— Недавно. Хотите кофе? Чай?

— Хочу. Сколько там времени до встречи осталось?

— Полчаса.

— Да, это я рано пришел. Пойдем тогда.

— Куда?

— Чай пить или кофе. Что захочешь. Я знаю, тут есть на территории.

Эм-м. Это что сейчас такое? Недопонимание или приглашение на свидание?

Глава 33

А может и вовсе шпионаж. Помощница продюсера. Приближенная, знающая секреты. Только я недавно тут работаю, многого узнать не успела, да и самые интересные дела шеф делает без меня. К слову, сразу понятно, почему запрет на личные отношения со звездами. Тайные сговоры моему начальнику наверняка не нужны.

В общем, Ник парень весьма симпатичный. Наверное, у нас многие захотели бы с ним встречаться, уровень Лары Роял, а может и выше, но я в наших местных соревнованиях по коллекционированию крутых звезд в постели не участвую, шефа не хочу никак подставлять, да и иммунитет у меня — легкая влюбленность в начальника позволяет трезво и спокойно смотреть на других мужчин.

— Конечно, вы можете сходить подождать в кафе, я имела в виду, что данные напитки могу предложить вам здесь. А я никуда пойти с вами не смогу, я на работе.

Ник на мой холодный строгий отказ, кажется, не обиделся, наоборот, на лице появилась заинтересованность, и теперь он всматривается в меня более внимательно.

— Ну нет так нет. Давай здесь чай. Покрепче.

Ник плюхнулся на диван, вальяжно на нем развалился, закинув ноги в белых кроссовках на бортик. Ох уж эти звезды. Делать нечего, занялась чаем. Сделала, на подносе красивый стеклянный чайник с чашкой и вазочкой, наполненной маленькими запечатанными шоколадками на низкий столик перед диваном поставила, вернулась за свой стол, только погрузилась в работу, и…

— Фу. Я не пью черный чай, — и произнесено так, что не остается сомнений — звезда изволит капризничать.

Ах, ты… собака женского рода. Но я сама тоже виновата, надо было заранее выяснить предпочтения. Не подумала. Ник сказал покрепче, и мне сразу представился черный чай. Ну ла-а-адно.

— Вам заварить зеленый чай? Красный? Предпочитаете какие-то определенные вкусы? — интересуюсь я, словно профессиональный официант, когда забираю чайник с черным чаем.

— А какие у вас есть?

На память перечисляю все наборы чая, что лежат в специальном шкафчике. К слову, пакетированных чаев тут у нас много, разных вкусов.

— Давай зеленый с жасмином.

Достала запасной чайник. Тут их несколько, на случай, если посетителей к шефу придет много. Быстро завариваю, приношу. Вновь сажусь за компьютер, налила себе в кружку свежий ароматный черный чай (не пропадать же добру), пытаюсь включится в работу, и…

— Чай в пакетиках? Я такой чай не пью. Это даже как-то неуважительно. Хочешь меня обидеть?

Сдержала рвущееся наружу ругательство. Натянула на лицо улыбку.

— К сожалению, зеленый чай не в пакетиках у нас только классический.

— Ну давай классический, так и быть.

Он специально! Так. Все. Выдохнула. Не надо злиться. Спокойно. Подумаешь. Было бы из-за чего. У этого звездного парня плохое настроение или в принципе характер, его просто надо пожалеть.

Жалеть получается плохо. Завариваю классический зеленый чай и вскоре несу его Нику. Старый чай забрала, работать не начинаю, жду. Ник насмешливо смотрит прямо на меня, я, подозрительно сощурившись, на него. Сразу вспомнились старые вестерны, где два ковбоя посреди главной улицы захолустного городка стоят друг напротив друга и меряются взглядами, перед тем как выстрелить. У меня даже музыка соответствующая в голове заиграла.

Играя на моих нервах, Ник далеко не сразу берет в руки чашку, мучительно медленно подносит ко рту, делает пробный глоток и…

— Гадость, — парень скривился. — Горечь невозможная. М-да. С чаем у вас тут не очень. Так и быть, давай уж кофе.

Ну все! Ты доигрался. Гостеприимство, оно, конечно, нужно, но гостям тоже надо бы рамки знать. Никак не показываю, что меня что-либо возмущает. Предварительно уточнив у барина, какой именно кофе он желает, иду к кофе-машине и делаю свой лучший фирменный кофе. С красивой молочной пеной и даже с рисунком в виде листика на ней. Да, хороший должен получиться кофе, вкусный. Только вместо сахара добавлю-ка я туда соль, а для особой изюминки и пряности — щедро при готовке поперчила.

Ха-ха! Все равно ведь из вредности пить не будет. Но хоть глоток ведь сделает. Подхожу к Нику, стараясь полностью контролировать лицо. Чтобы никакого злорадства или предвкушения не было заметно. Парень смотрит на меня насмешливо. Берется за кружку…

Ника спасли вошедшие в приемную шеф и ещё один пухлый кругленький такой мужчина в дорогом костюме.

— О, Ник, ты уже здесь, — обрадовался, по всей видимости, тот самый Александр Станиславович — продюсер Денжера. — А я уж было подумал, что все-таки не придешь. Ну, правильно, все же о тебе будем говорить.

Мужчины после приветствий идут в кабинет, я замечаю, что приготовленный мной кофе Ник забирает с собой. А еще по пути шеф мне просит:

— Шурочка, так вкусно у вас здесь пахнет. Будьте любезны, приготовьте и нам с Александром.

Не вопрос.

Когда все сделала и заношу кофе в кабинет, стараюсь все делать помедленнее, чтобы уловить, о чем вообще мужчины ведут разговор — любопытство разыгралось, но толком ничего не поняла.

Общение вышло долгим, кофе мужчины пили не раз, но вышли, вроде бы, вполне довольные друг другом, бодрые, улыбаются. При прощании тоже улыбаюсь — милой офисной ровной улыбкой, Ник про меня уже и забыл, не смотрит, а вот Александр Станиславович прямо руку пожал.

— Спасибо, Александра, у вас такой вкусный кофе, мне очень понравился! Особенно в первый раз. Это турецкий, да? Я слышал, там делают соленый и с перцем. Очень интересный вкус. У меня, знаете ли, горло начинало побаливать, а выпил, и все как рукой сняло. Волшебница!

Вот уже и Ник на меня вновь смотрит. О-очень насмешливо. А шеф, приподняв бровь, вопросительно. Тут напрашивается один вывод — Денжер подменил чашки себе и своему патрону. К счастью, без последствий для меня. Даже испугаться не успела.

Все еще продолжаю улыбаться. Надеюсь, улыбка не выглядит слишком натянутой? Щеки и уши прям горят от стыда.

Глава 34

Да уж. Зубастый этот Денжер, а еще, похоже, вредный до невозможности. Надеюсь, нам не доведется больше встретиться.

Гости ушли, а шеф поманил к себе в кабинет, а там надавал заданий и под конец, якобы строго нахмурившись, но все равно весело глядя, поинтересовался:

— Что там с кофе? Зачем вы Александра Станиславовича угостили соленым кофе? Повезло еще, что ему понравилось, а иначе могли бы быть серьезные проблемы — продюсер счел бы это издевательством, и мы не заключили бы договор.

— Этот кофе был не для Александра Станиславовича, — повинно опустила голову. — Для Ника Денжера. Это он попросил такой кофе, а потом, видимо, подменил.

— Серьезно? Зачем ему просить такой кофе?

— Ну… как бы это сказать, он очень настойчиво попросил его. Своим поведением, — не знаю, куда девать глаза, а лицо горит. Неудобно вышло. — Я прошу прощения. Мне ужасно стыдно. Я знаю, что это непрофессионально, не стоило поддаваться на провокации.

— Не знаю, что у вас случилось с Ником, но знаю, какой у него характер. Впредь будьте серьезнее, а если какие-то проблемы с ним возникнут, говорите мне, самодеятельностью не занимайтесь.

— Хорошо. Извините, а что значит впредь? Ник Денжер еще здесь будет появляться?

— Да, причем на постоянной основе — я выкупаю его контракт у Александра Станиславовича, и скоро Ник станет моим новым подопечным.

Еле сдержалась, чтобы картинно не схватиться за сердце. Захотелось спросить, зачем начальнику такой подарочек, но, думаю, не стоит.

— Дорого покупаете?

— Дорого, но не так, как могло бы быть. У Ника сейчас спад в творчестве. Многие связывают это с тем, что его конкурент, с которым они вечно соперничали — Кай Астем — ушел со сцены и не выпускает новых песен. Поэтому Нику больше некому подражать, не на кого равняться и задирать, вызывая на себя тем самым внимание прессы. Спад в творчестве и несносный характер привели к тому, что Александр устал и не хочет больше сотрудничать с Ником, он готов сделать скидку при продаже такого раскрученного имени.

— О, надо же как. А вам самому Ник действительно так уж нужен? — все-таки решилась спросить я.

— Да. Во-первых, имя действительно раскрученное, у Ника много хороших песен. Характера его я не боюсь, и не с такими личностями приходилось работать. Потенциал у Ника хороший — у него отличное музыкальное образование, прекрасный слух, память, он умен, и я не думаю, что он выдохся, дело в другом.

— А сам Ник как воспринимает то, что его продюсер от него отказывается?

— Позитивно. С Александром он уже своего потолка достиг, Ник понимает, что ему нужно расти дальше, пробовать новое, выбираться из застоя — новый продюсер, новый стиль работы, притирка, встряска.

Да, интересно, конечно. Но надеюсь все-таки, что Ника буду видеть пореже. Вообще, успела заметить, что чем популярнее звезда, тем труднее с ней общаться становится.

Стоило задуматься о звездах, и в приемной появилась Лара Роял.

— Слава у себя? — небрежно поинтересовалась Лара, прямым ходом направляясь к кабинету продюсера.

Я только успела включить связь с боссом, чтобы предупредить о том, кто к нему направляется, как Лара открыла дверь и впорхнула в кабинет начальника. Настроение сразу испортилось. Да, ревную. Если приходит Лара, то это минимум на полчаса.

Конечно, понимаю, что личная жизнь шефа только его дело, но почему, блин, Лара? Она, конечно, красивая, сексуальная, голос шикарный, но… не знаю. По моим ощущениям, она какая-то черствая. Не душевная, ага. Со стороны так вообще кажется расчетливой отмороженной рыбой с заскоками, что она королева, а все остальные чернь. Может, я, конечно, ошибаюсь, и в близком кругу Лара открывается совсем с другой стороны, но пока создается именно такое впечатление, и моему крутому заботливому шефу, спасителю падающих с мостов девиц, такая ну совсем не подходит. Или это я так вижу и предвзято отношусь к Ларе, потому что ревную?

Опять Лара вышла из кабинета более чем довольная, мурлыкая себе под нос, и с видом победительницы вышла из приемной. А во время обеда от Алины, с которой вместе сели за столик, чтобы обсудить вчерашнее собеседование, узнала новость — Лара записывает новый альбом, скоро у нее будет сниматься клип, и что, возможно, клип и песня будет в дуэте с Ником Денжером (слухи у нас разносятся быстро, про выкуп контракта Денжера тут уже знают все кому не лень).

О, так вот чего Лара была такая довольная, выбила себе дуэт со звездным мальчиком.

— Ха, не представляю, какой у них будет дуэт с Роял, если, конечно, будет, — веселится Алина.

— А что? Почему бы ему не быть? — по-моему, отличный дуэт. Она высокомерная, он заноза, оба себе на уме. Идеальная пара.

— Так Роял же сейчас звезда-звезда, а вот Ник нет. Зная ее — она захочет, чтобы он был у нее не равноценным партнером, а на подпевках. Эго опять будет тешить. Но тут вопрос, согласится ли на это все наш титан.

Ну… Перед глазами вновь встало довольное лицо Лары. Все может быть. Но слухи про дуэт — это только слухи, а все остальное так и вовсе выдумки. А вообще, я ведь могу у шефа и напрямую поинтересоваться. Должность позволяет. Вот только для чего мне это? Любопытство просто? Все же заинтересовалась судьбой Денжера, наверное. Зацепил внимание.

У босса так ничего и не спросила. Думаю, ни к чему мне это. Отработала свой день и не спеша отправилась в сторону дома. Сейчас поужинаю, почитаю свою роль, чтобы завтра хорошо все озвучить, крайне осторожно приму душ и…

Размышления прервало биканье автомобиля.

— Эй, красотка, садись, подвезу.

Э-э… это ко мне обращаются? Удивленно поворачиваюсь к дороге.

Глава 35

На обочине стоит белый кабриолет с опущенной крышей, а за рулём… та-дам! Ник Денжер. Не думала и не гадала я, что мы так скоро встретимся. Что ему от меня надо? Про романтический интерес точно не поверю. Скорее уж дело в том, что хочет что-нибудь разведать.

— Нет, спасибо, — очень вежливо и культурно отказалась я, помня наставления шефа о том, что нужно быть сдержаннее. И пошла дальше своей дорогой. А у самой сердечко трепещет, нервы, словно оголенные провода, и я не смотрю, но каким-то шестым чувством ощущаю, что Ник медленно едет за мной.

— Эй… забыл как тебя зовут… все еще обижаешься на меня, что ли? Было бы из-за чего. Поехали, покатаемся. В ресторане поужинаем.

До чего же неприятный тип. Всего ничего сказал, а я уже вновь буквально лопаюсь от злости. Не извинился, пристает, а имя даже не потрудился узнать.

— Меня зовут Александра Павловна, и с вами я никуда и никогда не поеду, если это, конечно, не по работе.

Вот так, выкуси. Плечи расправила, гордо махнула головой, откидывая назад волосы, вздернула подбородок и нос повыше и иду вся такая из себя на высоких каблучках, походкой от бедра. Взгляд устремлен вдаль, а не на всяких там.

Вот голову сильно задирать не стоило, да и не в даль смотреть, а под ноги. Особенно, если ты высоких каблуках. Вот я иду, а в следующий момент лечу. Только не вверх, а вниз. Банальная трещина в асфальте. Мне кажется, я проклята. Тем самым тортом, который уронила на мамин день рождения. Раньше подобные курьезы, конечно, со мной происходили, но не так часто и не так эффектно.

Не стала проверять нанесенный урон. Скорее встала и пытаюсь идти дальше как ни в чем не бывало. Все произошло очень быстро, есть мизерный шанс, что Ник в тот момент смотрел на дорогу, а не на меня. Выпендрилась, называется. Ладони саднят, коленки прямо горят, а еще, кажется, подломился каблук. Чувствую, что шатается, поэтому на правую пятку не наступаю, а имитирую теперь ходьбу на каблуке, а по факту иду на цыпочках.

Меня остановили.

— Эй, ты как? — спрашивает Ник. Не заметила, как он походил, но вот он рядом, развернул к себе. За очками не видно, но, кажется, разглядывает меня на предмет повреждений. Видел все-таки мое позорное падение. Странно, я думала, будет смеяться, шутить, а то и вовсе издеваться, но в голосе слышится участие.

— Приятного мало, — со вздохом призналась я.

— Пойдем, Александра Павловна, у меня салфетки антисептические в машине есть, а то у тебя кровь течет на коленках.

Мое имя и отчество так забавно и не злобно прозвучали из уст Денжера, что я позволила себя увести и усадить на переднее сиденье кабриолета. Ник достал из бардачка пачку салфеток и вручил мне. Не спрашивая, завел машину и поехал в неизвестном направлении. Правда, Ник сразу пояснил:

— Сейчас до ближайшей аптеки доедем. Ну и подальше от продюсерского центра отъедем. Перед будущими коллегами так уж сильно лучше не светится, да и репортеры тут могут караулить.

Вот, блин, и никогда и никуда вместе не поеду. Но вообще-то, про коллег и репортёров мог и раньше подумать и вообще ко мне не подкатывать. Можно было бы возмутиться и потребовать остановить, дойти самой до дома, но дома-то у меня именно для обработки ссадин, кажется, ничего нет. Так что пусть подвезет, а дальше я сама.

Эх, колготки порвала. Но это ладно. Теперь все равно долго на работу придется в брюках ходить. С такими коленками о юбках пока придется забыть. Машина остановилась.

— Сейчас я сбегаю, — говорит Ник и, не дожидаясь моего ответа и даже не открыв дверцу, выскакивает из авто и скрывается за дверью рядом расположенной аптеки. Шустрый какой.

Ладно. Подождем. Заботится ведь.

Денжер вернулся из аптеки мало того, что с нужными для обработки колен лекарствами, так еще и с гематогеном, один батончик вручил мне вместе с лекарствами, а второй оставил себе, открыл и принялся есть, с любопытством наблюдая за тем, как я обрабатываю ссадины.

Закончив, вспомнила, что нужно поблагодарить.

— Спасибо. Сколько стоило лекарство?

— Да ты что, смеешься, что ли? Считай, подарок.

Повисла неловкая пауза.

— Я пойду.

— Предложение о ресторане все еще в силе.

— Нет, спасибо. Это как-то неожиданно, лично для меня непонятно зачем, да и корпоративная этика не позволяет, — чего конкретно не позволяет, уточнять не стала, поскольку в продюсерском центре, как мне показалось, каждый встречается, с кем хочет, главное, чтобы без скандалов и рабочему процессу не мешало, хотя шеф меня предупредил, что его помощница со звездными коллегами шашни крутить права не имеет.

Ник вздернул бровь.

— Чего не позволяет?

Придется разъяснять.

— Свидания… вы ведь свидание сейчас предлагаете? С артистами и певцами продюсерского центра нельзя встречаться.

Во всяком случае личной помощнице продюсера, но это уточнять не буду.

— Так формально я еще с Ярославом не работаю. Мы не подписали контракт. А зачем приглашаю — считай, хочу извиниться. Ты такая забавная, компания, значит, приятной будет. Это вообще не свидание. Посидим, поедим, поболтаем. Мне, конечно, интересно узнать про внутреннюю кухню центра, но никакую секретную информацию мне не нужно раскрывать. Ну так что?

Ну…

— Нет.

Отрицательно качаю головой, но все же задумалась, а Ник почувствовал слабину.

— И правильно. Чего в этих душных ресторанах сидеть? Поехали в парк. Мороженое поедим, погуляем. Погода ведь отличная.

Искуситель прямо.

— Я не могу, у меня каблук, кажется, сломался, — призналась все-таки я.

— Я завезу тебя домой переобуться. И переодеться, если надо. Ты далеко живешь?

— За углом. Следующий дом мой.

— Ого, как близко.

В общем, уломал меня Ник. Опасно, конечно, с ним куда-то идти, но то, как он себя повел, когда я упала, неожиданно раскрыло мне парня с другой стороны. Захотелось пообщаться и узнать, какой Денжер на самом деле. Да и мороженое съесть в парке как-то очень сильно захотелось. Но если шеф узнает, боюсь представить, что будет.

Глава 36

Мы с Ником приехали в парк, погуляли, посидели возле фонтана, ведя неспешные беседы и поедая мороженое. Хорошо, наверное, что я все-таки упала. Если так подумать, то каждое мое падение в последнее время хоть и приносит боль и стыд, но дает и что-то хорошее. Упала на дне рождения мамы — решилась на перемены. Чуть не упала с моста — близко познакомилась с будущим своим работодателем. Падение из душа тоже получилось частично хорошим — больше узнала о шефе, хорошо провела время. Вот и сейчас: отказалась бы я и гордо ушла, то сидела бы дома, а не в парке с мороженым. Ник больше не изображает из себя капризную звезду. Проходя мимо велопроката он задорно так предложил мне покататься. Согласилась, и вот мы уже во весь опор мчим по парковым дорожкам. Я довольна, как слон, но внимательно смотрю, чтобы на пути не попалась никакая коряга, а то, может, падения и приносят мне какую-то удачу, но в больницу я все равно попасть не хочу.

Ветер, скорость и легкий адреналин от мысли, что если начальник узнает, с кем я тут в парке катаюсь, по головке не погладит, но, как оказалось, запретный плод сладок. Задумалась о боссе… и тут меня подрезал Ник с требованием не зевать и предложением устроить гонки до кафе. Да легко! Я проиграла, и Ник, как победитель, купил мне утешительный лимонад, а себя наоборот этим лимонадом наградил.

Потом мы уехали из парка. Денжер привез меня к дому, но уходить как-то не хотелось. Слово за слово, и мы опять разговорились, но, возможно, темнота так на это повлияла — разговоры стали более личными. Не знаю, почему, но зачем-то рассказала Нику о своем позднем подростковом бунте с уходом от родителей, переездом и сменой работы. Денжер и смеялся, но и полностью поддержал, в ответ рассказав, что он тоже рос хорошим мальчиком, отлично учился и слушался родителей, но его подростковый бунт случился довольно рано, поскольку родители хотели, чтобы он продолжал чинно учиться в консерватории, а он вместо этого сколотил свою музыкальную группу и стал с ней посещать ночами злачные места, выступая с личным или позаимствованным репертуаром. Чаще все-таки позаимствованным. Кстати, консерваторию Ник не бросил, закончил на радость родителям.

— Ну, а ты, Саш, чего не рассказываешь, какие у тебя таланты?

— В каком смысле?

— Почему именно помощница продюсера? Музыкальная индустрия, а не какая-то еще.

— Так случайно вышло. Что первое более удобное подвернулось, туда и пошла.

— Да ладно. И нет мечтаний на тему стать звездой? И никак не привлекает эта сфера?

— Совершенно нет.

— И петь ты не умеешь?

— Умею.

— Ну спой.

— Не буду.

— Почему?

— Не хочется.

— У тебя какие-то комплексы, что ли?

— Ага.

— Нет, ну серьезно.

— Да, у меня комплексы. Не люблю перед кем-то петь.

— Надо же. Наверное, плохо поешь.

— Не-ет.

— Наверняка фальшивишь.

— Нет!

— Значит голосок слабенький.

— Я на слабо не ведусь. Все, пока.

Выскочила из машины прежде, чем Ник успел выйти и открыть мне дверь сам. Так гораздо лучше. Не будет неловких пауз перед прощанием, когда думаешь, поцелует или не поцелует, в щечку или не в щечку.

— Труси-и-иха! — несется мне в спину насмешливый, громкий, хорошо поставленный голос. И автомобильные гудки, чтобы весь сонный дом знал, кто я.

— Выпендрежник! — крикнула в ответ я, прежде чем закрыть за собой дверь подъезда.

Поднявшись в квартиру, что я сделала первым делом? Ага, выглянула зачем-то в окно, но Ник успел уехать. Поймала себя на том, что широко улыбаюсь, и хочется прыгать. Общение с Денжером для меня такой адреналин.

Так, ладно. Надо ужинать и ложиться спать. Завтра рано вставать, ехать на студию записывать… блин! Я же свою озвучку хотела чуть ли не на зубок выучить. Тогда полноценный сон отменяется.

Пытаюсь читать, а думаю больше о том, как провела вечер, о чем говорила с Ником. А ведь мы даже телефонами не обменялись. Возможно, потому что я слишком резко выскочила из машины. Интересно, а он еще позовет… Помотала головой. Так. Надо сосредоточиться, а то я так за текстом всю ночь могу просидеть, но усталость — это тоже плохо, буду рассеянной и вялой.

Вопреки всем страхам, на следующий день все прошло хорошо. Я озвучила сразу несколько серий и спела коротенькую песню к заставке сериала — спеть было самое сложное, поскольку ни разу еще не приходилось делать это под запись в студии, но вышло хорошо и прямо задорно — еще не исчез заряд позитива после вчерашней прогулки с Ником, и этот позитив я вложила в песню. Что самое хорошее — сразу получила деньги за работу, и в следующую субботу меня позвали продолжить. Жизнь налаживается! Теперь можно вести с коллегами вечернюю общественную жизнь.

В воскресенье занималась уборкой, наводя уют в своем маленьком гнездышке, п потом просто бездельничала. Одной жить не так уж страшно, наоборот, есть в этом определенное удовольствие. Так что зря меня мама пугала. Так вот еще поживу, привыкну и вообще не захочу больше ни с кем жить.

Ладно, ладно шучу. Значит, теперь жизненные планы такие — развлекаться, общаться со всеми, искать свою любовь, а главное заработать побольше денег, поскольку одной жить хорошо, а жить в собственной большой квартире, которую можно полностью обустроить под себя, — еще лучше. Да, вот он, список главных задач на данный момент.

В понедельник утром как всегда с удовольствием пришла на работу. Уже планирую, как в обед найду себе компанию, чтобы сходить в какой-нибудь бар. Главное только бы не караоке-бар, хотя высока вероятность, что именно туда, поскольку петь, представляя себя супер-звездой, — чуть ли не самое любимое занятие моих коллег.

— Доброе утро, Сашенька. Вы сегодня прямо лучитесь хорошим настроением. Видимо, выходные прошли хорошо? — зайдя в приемную, произнес шеф.

— Доброе утро, Ярослав Леонидович, — приветствую в ответ я. Сердце на миг ушло в пятки. Почувствовала себя преступницей. И с подопечным шефа, пусть и только будущим, весьма романтично погуляла, и на другой работе поработала. Это… практически измена. Рабочая измена дорогому шефу. Не хватало еще тайно себе другого начальника завести. Чувствую, как щеки и даже уши краснеют. — Выходные прошли хорошо, спасибо.

Так захотелось в ответ поинтересоваться у начальника, как прошли его выходные, но посчитала, что это будет с моей стороны нетактично и непрофессионально. А так бы я еще с удовольствием поинтересовалась, встречался ли он с Ларочкой, играл ли с ней в настольные игры и… и тут я представила, как пафосная Лара Роял играет в настольные игры. Точнее, не смогла представить. Воображение сломалось. Мне кажется, что такими вещами Лара не любит заниматься.

— Мне только что звонил Александр Станиславович, за выходные они все с Ником обдумали и готовы к перезаключению договора. На всякий случай, чтобы не успели передумать, назначил им встречу в центре через час. Подготовьте, пожалуйста, переговорную и вызовите наших юристов.

О, босс так хищно улыбнулся. Прямо лев, который вот-вот получит свою добычу.

Глава 37

Через час появились Александр и Ник. Периодически, по требованию, захожу в приемную во время этой сделки, и это очень нервно. Все из-за Ника. Стоит мне войти, и он на меня смотрит. При встрече так и вовсе подмигнул. Вроде бы подмигивания никто не заметил, но вот такое откровенное внимание кто-то, может, и заметит. Все, точно больше никаких нерабочих встреч с Ником, не может он себя нормально вести, шеф узнает — будут проблемы.

Успела, кстати, буквально на долю мгновения заглянуть в контракт, и, кажется, Ника на самом деле зовут Никита Краснов. Нормальное такое себе имя.

Но вот уже контракт подписан, продюсер Александр жмет руку моему шефу, Никите и, довольный, покидает приемную. Вслед за ним быстро уходят и юристы.

— Ну, с чего начнем? Новый альбом записываем? Вечером отмечаем?

Убираю стол в приемной, ну и делаю это очень неторопливо. Да-да, подслушиваю.

— Гхм. Во-первых, Ник, с вечеринками ты завязываешь. Тебе пора от них передохнуть. На полгода ты и вовсе заляжешь на дно. Тебе нужно будет хорошо отдохнуть, отоспаться, подумать над тем, в каком направлении ты хочешь развивать свое дальнейшее творчество. Альбом мы, конечно, запишем, но я хочу, чтобы три песни из будущего альбома ты написал сам.

— Что?! — Ник буквально взорвался, подскочил с места и гневно воззрился на своего нового продюсера. — Вы же знаете, Александр предупреждал, я не пишу песен сам! Это не мое. Хотите позориться меня заставить? И что за тупые условия — залечь на дно? Про меня и так уж начали забывать, перестану мелькать в тусовке, совсем забудут.

— Все знают твою любовь к вечеринкам, скандалам и развлечениям. Если вдруг ты резко исчезнешь, а твой прежний продюсер, как мы и договорились, будет появляться на публике один, ничего не объясняя, это наоборот только разогреет интерес, а пресса собьется с ног, тебя разыскивая, а интервью с тобой будет самой желанной добычей. И уж информацию из первого после исчезновения интервью разнесут во все источники новостей совершенно бесплатно. Насчет песен — это мое условие, и оно неизменно. Я уверен, ты все сможешь, времени у тебя будет достаточно. Да. И еще кое-что. С этого дня — сухой закон. Пока ты работаешь со мной, я не должен видеть тебя пьяным. Увижу — все, больше никакой нормальной работы.

Судя по лицу Ника, он в неприятном удивлении, если не сказать грубее. Тихо выскользнула из кабинета. Вроде бы и в чем-то сочувствию Нику, и смешно. Горе у человека — тусоваться, напиваться и скандалить запретили. И даже немного завидно стало. Мне вот уже сколько лет, а я ни разу крупно не оскандалилась, на крутых вечеринках не бывала. Торт не считается — свидетелей было мало.

Решено. Сегодня точно иду в бар, и вот прямо так, чтобы на утро было стыдно вспоминать.

Ника в этот рабочий день я больше не увидела, но продюсерский центр буквально забурлил новостями о его передвижениях и о том, как Ник активно и весьма дружелюбно знакомится со всеми сотрудниками, хотя многих уже знает. Оказывается, здание под продюсерский центр Ярослав выкупил не так давно, а раньше это была просто студия звукозаписи, которая арендовалась для записи клипов всеми желающими. Многие сотрудники остались работать на своих местах, а Ник с ними раньше уже работал. Общительный какой парень оказался. Впрочем, чего я о нем думаю все время? Хватит уже.

Ну и вот, наконец долгожданный вечер. Я свободная молодая женщина в самом расцвете лет, иду с коллегами веселиться бар. В самом баре понимаю, что веду себя излишне спокойно и разумно — тихо общаюсь с коллегами на безопасные нейтральные темы, пару раз лишь прокурсировала до барной стойки и обратно, пью сок. Не так-то это просто, оказывается, сделать специально что-то, после чего будет стыдно. Понимаю, что если хочу реализовать план, надо бы чего-нибудь посерьезнее выпить, да побольше, но как-то страшно терять контроль, в прошлый раз это ни к чему хорошему не привело. Но тут уж коллеги помогли, так активно уговаривали выпить по чуть-чуть коктейльчики поинтереснее, что вскоре дело пошло лучше. Начала присматриваться к коллегам мужского пола. Надо же и маму порадовать, а то она у меня чуть ли не каждый наш разговор начинает с вопроса, не появился ли у меня парень.

Увы, но что-то никто из свободных мужчин чисто на первый взгляд меня особо не заинтересовал. Как-то… в сравнении с шефом все блекнут. Да и, чего уж там, с Ником тоже. Но так нельзя. Что шеф, что Ник — мужчины не из моей лиги. Надо рассматривать реальные варианты, больше общаться, и наверняка мне может кто-то понравиться как человек, а уж потом главное, чтобы симпатия оказалась взаимной.

Прервался поток моих мыслей на том, что передо мной, как и перед многими моими коллегами, поставили маленькие стопочки с жидкостью, которую бармен тут же поджег.

Взяла стопочку с пылающей жидкостью, глубоко вздохнула и… поехали. Нет, конечно, я не собираюсь много пить, вообще же ведь это дело не одобряю, но мне нужно себя немного отпустить. Вот я уже попробовала горящий напиток, а для меня решиться на такое — уже экстрим.

Ну, все, пошло-поехало, кажется, теперь огонь заиграл в моих жилах. Постепенно становится веселее, разговоры громче, взрывы хохота чаще. Вовсю вливаюсь в компанию, и, кажется, вполне неплохо. Вот уже и некоторые коллеги мужского пола начали оказывать знаки внимания.

— Здесь скучно! — в какой-то момент сказал кто-то. Не обратила внимания, кто.

— Да, надо пойти туда, где можно потанцевать, — произнесла коллега солидного возраста, и все с ней согласились.

Сказано — сделано, и вот я уже куда-то иду по улице вместе с толпой коллег. Всё-таки с огненными стопочками я немного перебрала, поскольку взгляд скачет, и я не так чтобы очень хорошо контролирую происходящее. Но танцы это вроде неплохо.

Ага, танцы. Мы пришли, сели в новое место, и я понимаю, что что-то тут не так. Не заметила, в какой момент, но наша компания стала больше. Недоуменно смотрю на сидящего рядом со мной Ника в шапочке, скрывающей его яркие волосы. Что он тут делает? Может, глюк мой?

А, и танцы. Шли танцевать, а сидим в караоке-баре. Может быть, мне кажется, но тут тоже что-то не сходится.

Глава 38

— Ай, ты чего щипаешься?!

— Проверяю, глюк ты или нет.

— Так себя щипай.

— Себя не могу. Себя жалко. И так коленки до сих пор болят.

Картинно всхлипнула.

— Да ты, мать, наклюкалась? — весело фыркнул Ник.

— Вовсе нет. Ты сам что тут делаешь, если тебе Ярослав Леонидович запретил вечерние увеселительные мероприятия и пить?

Пытаюсь вырвать из рук Ника бокал с темной жидкостью, дабы проверить по запаху его крепость. Денжер мою руку отводит.

— Подразумевались вечеринки со звездами, а не такой уютный междусобойчик с коллегами. Имею право. И Слава мне не пить запрещал, а напиваться. Это совершенно разные вещи.

Демонстративно достаю свой телефон.

— Ну-ну. То есть если я сейчас позвоню шефу и расскажу, что ты… Эй!

Ник выхватил у меня из рук гаджет.

— А нечего было выпендриваться. Пока отсюда не уйдем, телефон у меня в заложниках. И кстати, пью я, в отличие от тебя, чай.

— Выглядит не как чай.

— Я шифруюсь. Ник Денжер не может не пить. Никто не поймет.

— Телефон отдай.

— Не-а.

Потянулась к Нику, чтобы забрать свое, а он руку с телефоном вверх вытягивает, и руки длинные, попробуй дотянись. Подаюсь к Нику, схватив его за плечо, встаю коленями на диван и пытаюсь дотянуться.

— Саша, Саша, нас снимают, — Ник предупреждающе хлопает меня по пятой точке. Оборачиваюсь и с изумлением наблюдаю за тем, как чуть ли не все коллеги с улыбочками навели на меня и Денжера свои телефоны.

Тут же села на место, чинно сложила руки на коленях и сделала лицо кирпичом. Вот подстава. Коллеги поскучнели и нехотя стали убирать телефоны. Ситуация, конечно, пикантная, но не настолько, чтобы портить отношения с помощницей продюсера, верно? Во всяком случае, стараюсь смотреть на коллег строго, многообещающе и грозно.

Да, с таким коллективом надо держать ухо востро. Особенно с Денжером. К слову о последнем. Пока запугивала коллег взглядами, забыла про Ника.

— Краснов! — шиплю я. Ник с ухмылочкой копается в моем телефоне.

— Что это за Леонид, от которого у тебя тринадцать непрочитанных сообщений на сайте? Динамишь парня, да? А ты, оказывается, жестокая штучка, да? Нет чтобы уже либо конкретно отшить, чтобы не ждал, либо нормально общаться.

Жутко хочется накинуться на Ника и отнять телефон. Сдерживаюсь из последних сил, потому что коллеги о таком точно молчать не будут. Под прицелом взглядов и камер я даже не могу сейчас руку протянуть за телефоном.

— Не твое дело. Очень некрасиво лазить в чужих телефонах, — цежу я зло и встаю. — Я ухожу. Отдавай телефон.

— Да ладно, оставайся. Отдаю и так уже.

Ник вручил мне мой телефон, но я все равно делаю шаг в сторону выхода. В такой компании мне точно не стоит быть — могу получить нагоняй от шефа.

— Ну не уходи. Если не уйдешь, я для тебя спою в караоке.

Для меня еще никто никогда не пел. Колеблюсь. Но коллеги вроде бы уже утратили интерес ко мне и Нику. Ну и интересно вживую послушать Денжера.

— Ладно, — сажусь обратно. — Пой.

Дальше вечер пошел веселее. Ник заказал в караоке свою же песню, отлично ее исполнил. Да, на твердую пятерку, голос отличный, но как-то без особого огонька, собрал свои аплодисменты и сел обратно ко мне на диван хмурый.

— Ник, ты чего такой недовольный? Смотри, всем понравилось. Зал тебе рукоплескал.

— Надоели уже старые песни. Разонравились. А новые и вовсе дерьмо.

— Так чего ты не хочешь написать такие, какие тебе самому нравятся? Все равно же Ярослав хочет, чтобы ты написал их.

— Да не могу я. Сочинять не мое. Я пробовал. Нет к этому дара.

Пожала плечами.

— По мне, так талантливый человек талантлив во всем, а ты определенно талант.

Ник хмыкнул.

— Спасибо за поддержку, — произнес Денжер и тут же перевел тему. Точнее стрелки. — А вот когда ты уже споешь? Я сгораю от любопытства.

— Не-е-ет.

— Почему?

— Я не пою на публику. Вот как ты не пишешь, так я не пою.

— А Ярослав слышал, как ты поешь?

Поморщилась, вспоминая обстоятельства, при которых шеф меня два раза прослушал.

— Да.

Ник нахмурился и навис надо мной.

— Ага, то есть для начальника ты поешь, а для меня не хочешь?

— Ты все неправильно понял.

— Так объясни.

— С чего это вообще?

— Так. Ты петь будешь или нет?

— Нет.

— Вообще никогда, что ли? Что за глупости? Смотри, все наши коллеги поют, не стесняются, даже безголосые. Ну хочешь, я тебе денег дам, чтобы спела?

— За кого ты меня принимаешь? — возмутилась я.

— Я вот пою за деньги и не стесняюсь. Давай, говори, что хочешь за песню?

— Вот если напишешь сам классную песню, прямо чтобы мне понравилось, спою. Ее же. Хе-хе, — так-то. Пусть Ник сначала свои страхи и неуверенность победит, тогда я отвечу тем же.

— Гхм-гхм.

Мы с Денжером так увлеклись разговором, что не следили за происходящим вокруг. Одновременно обернулись к тому, кто так требовательно кашлянул, намекая на свое присутствие.

Обомлела. Шеф. Думаю, мы с Ником подумали об одном и том же в этот момент. Капец. В первую очередь Денжеру, как подопечному продюсера, нарушившему запрет, а меня может заденет, но краем.

Ник ощутимо напрягся, открыл рот, чтобы что-то сказать, но…

— Александра, вот от вас я такого не ожидал.

По коже побежали неприятные мурашки. Ник, кажется, в шоке. Шеф сердится в первую очередь почему-то на меня, хотя я-то не подопечная.

Я молчу, даже не зная, что сказать. Не понимаю, за что мне оправдываться? Или начальнику кто-то уже скинул видео, как я пытаюсь отнять у Ника телефон? Ну а что такого ужасного?

— Ник, Саша, собирайтесь.

Глава 39

Взяла сумочку, попрощалась с явно заинтригованными коллегами и пошла вслед за шефом. Не только я. Денжер идёт рядом. Мы с ним прямо как цыплятки, которое бегут за мамой-наседкой. Чувствую себя глупо и немного паникую, поскольку мое мягкое место прямо-таки чует проблемы. На улице мы с Ником разошлись. Он вместе с Ярославом ушел к своему кабриолету, чтобы приватно поговорить. А меня шеф попросил подождать возле его машины.

Отхожу к знакомой черной машине, здороваюсь с вышедшим из нее Ромой и издалека наблюдаю за тем, как Ник и Ярослав не очень долго о чем-то разговаривают, после чего Ник садится в свой кабриолет и уезжает. Ой-ой, теперь и моя очередь пришла получать нагоняй. Ярослав подошел, окинул меня с головы до ног хмурым взглядом. Да, начальник определенно в плохом настроении. Слышу, как хлопает дверь. Это Рома сел обратно в машину, тактично оставляя меня с Ярославом наедине. Только я, шеф и эта ночь. Жду вердикта.

— Александра. Я хочу, чтобы вы правильно понимали. Вы только моя помощница. Можете считать меня в некотором роде собственником или даже самодуром, но я не хочу, чтобы ваше внимание было распределено на кого-то из моих подопечных, даже если это и не любовные, а просто дружественные отношения. Я хочу от вас полной отдачи. Если вы чувствуете, что не готовы соответствовать моим требованиям, то нам будет лучше попрощаться. Если захотите, сможете перевестись на другую подходящую вам должность в центре.

Все-таки не совсем понимаю, чего от меня хочет Ярослав, поэтому уточняю:

— Вы хотите, чтобы я ни с кем из ваших подопечных, будь то женщина или мужчина, не общалась в близко-дружественном ключе? Не говоря уже о чем-то большем.

— Именно.

Молчу. Думаю.

— А с обычными коллегами, эм… можно связываться?

— Можно, но не желательно.

Как все сложно. И это еще шеф не знает про мою рабочую измену со звукозаписывающей студией. Судя по его нынешним претензиям, ему это тоже очень не понравится. Как я понимаю, начальник хочет себе в команду более чем преданную помощницу. Ярослава задевает, если его доверенный человек уделяет больше внимание кому-то ещё на работе. Рабочая ревность. Странно, но у начальства свои причуды. В принципе, могу принять. Уволиться, в случае чего, всегда успею, а друзья-звезды мне и не нужны, впрочем, как и я им.

— Хорошо, Ярослав Леонидович, я поняла. Постараюсь больше ничего подобного не допускать, хотя и не считаю, что сегодня я совершила нечто недозволительное. До свидания, — вроде бы согласилась, а настроение упало. Надо над этим подумать. Разворачиваюсь, чтобы пройтись по вечерней улице, подумать, успокоиться и только потом уже вызвать такси.

— Саша.

Разворачиваюсь.

— Да?

— Извините. Не хотел испортить вам вечер.

— Ничего страшного. Я все равно хотела скоро уходить. Знаете, коллеги, чуть что не так делаешь, сразу достают камеры. Никакого отдыха. Хочется расслабиться, а не постоянно себя контролировать.

— Да, камеры — это практически неотъемлемая часть нашей сферы работы, причем для всех, — улыбнулся Ярослав, глаза его потеплели. И вдруг шеф предложил. — Конечно, это слабая замена, но, если хотите компанию, могу предложить свою. Только дома. От общественных мест устал, слишком часто в них бываю. Вечер за настольными играми вас устроит?

Какое… заманчивое предложение. Особенно с учётом всей моей большой рабочей любви к шефу. Оказалась настолько приятно поражена, что в первые мгновения не могу вымолвить ни слова. Ярослав мое молчание воспринял, видимо, как сомнения.

— Естественно, на ужин что-нибудь закажем из ресторана. Любая кухня на выбор, какую пожелаете. И в нашей компании будет ещё кошка.

Я и раньше-то не сомневалась, а теперь и вовсе сражена наповал. Сердце быстро застучало, в крови забурлил адреналин, а коленки подгибаются. Нет, с одной стороны, надо бы приличия соблюсти, чего это я по первому зову соглашусь домой к холостому мужчине без веских на то причин ехать? Мама бы не одобрила. Но соблазн слишком велик, я фактически себя не контролирую, когда с улыбкой произношу:

— Хорошо, уговорили.

Ярослав помогает мне сесть в его машину, а я в это время гадаю. Ну а это приглашение от шефа с подтекстом? Что-то будет? Или как в прошлый раз? Я, с одной стороны, вроде бы и побаиваюсь, и понимаю, что с шефом нельзя выходить за рамки рабочих отношений, ведь потом могут быть проблемы, да и про Лару не стоит забывать. Уж мама бы точно такое не одобрила. Но с другой стороны, я ведь хотела сегодня сделать что-нибудь, за что будет стыдно, но приятно вспоминать в старости.

Скосила взгляд на спокойно сидящего рядом начальника. Слишком спокойного и безмятежного. Вот подсказывает мне что-то, что он опять ничего такого под своим предложением не подразумевает. Да и зачем ему, если есть для такого Лара Роял с идеальным телом. А у меня коленки в ссадинах, челка дурацкая, и вообще меня можно принять за подростка.

Когда мы с Ярославом приехали ко входу в дом и вышли из машины, наблюдаю забавную картину — из-за угла дома, словно ошпаренная, вылетает Найта и бросается на Ярослава, залетает к нему на руки и громко мяукает. Шеф гладит котенка, а Найта к нему ластится, трется, видно, что соскучилась. Я такому зрелищу, конечно, умилилась и поразилась. Времени совсем немного прошло, а у шефа из полудикого котенка Найта превратилась в такую ласковую любящую кошечку, преданно заглядывающую ему в глаза.

По спине пробежал холодок. Не знаю, почему.

Глава 40

Выбор еды я оставила на начальника, и в этот раз шеф пожелал отужинать на свежем воздухе. Еда оказалась не ресторанной, я имела честь наблюдать лично, как готовит мой босс вместе с подручным седовласым мужчиной Аристархом, которого Ярослав представил мне как повара. Мужчины, узнав, что я не особо голодна и могу подождать, неожиданно взялись готовить мясо и овощи на гриле, в то время как я расслабленно сидела в подвесном кресле. На самом деле здорово. Сидишь, отдыхаешь, на коленях мурлычет кошка, наблюдаешь, как мужчины готовят, еще и тебя же развлекают, травя всякие смешные байки из жизни. Мне нравится, лучше, чем если бы сейчас непонятно чем занималась в караоке-баре с коллегами, тут спокойнее, душевнее, и сердце прямо поет рядом с Ярославом.

Уже и стол накрыт, шеф уточняет, не против ли я компании повара, и вот уже мы на крыльце дома за большим деревянным столом, неспешно ужинаем. Еда на огне просто великолепна.

Но вот вроде бы и голод уже утолен, но уходить с улицы в дом нет совершенно никакого желания.

— Александра, знаю, что у нас были немного другие планы на вечер, но, может быть, еще немного побудем здесь? — словно читая мои мысли, произносит начальник. — Вы знаете, у меня в молодости было еще одно увлечение, возможно, оно сегодня сможет заменить игру.

Ярослав уходит в дом, но скоро возвращается оттуда с гитарой. Боже.

— Прошу меня заранее извинить, инструмент я не держал в руках очень давно.

Ярослав поначалу просто перебирает струны, а у меня от этого внутри все вибрирует. А потом шеф заиграл, и я вовсе забыла, как дышать. Простая, но очень приятная мелодия, которая словно заставляет тебя вспомнить о чем-то хорошем, добром, светлом, ностальгия по давно ушедшему. В моей жизни не было посиделок у костра под гитару, но, наверное, именно так чувствуешь себя, сидя под открытым небом в кругу друзей и слушая переливы музыки.

На звук гитары подходят несколько человек охраны, стоят поблизости, но вроде как дежурят. Ярослав смотрит прямо на меня. Мне в глаза. Смотрит тепло, лукаво и словно спрашивает, решусь ли я. Да, неожиданно очень сильно хочется что-нибудь спеть под гитару. Прислушалась к себе и… нет. Не могу. Внутри словно блок стоит. Как подумаю, что сейчас меня будут слушать, оценивать, и все внутри неприятно сжимается.

Когда шеф закончил играть, зааплодировала не только я, но и повар с охраной. Здорово, конечно. Ярослав сам по себе талант, может одной простой мелодией задевать струны души. И, наверное, мог бы хоть сам себя продюсировать.

Охрана ушла, повар, оперативно забрав всю грязную посуду, пожелал мне и шефу доброй ночи и исчез. Мы с Ярославом остались на крыльце одни. В последние полчаса в воздухе запахло озоном, поднялся ветер. Кажется, скоро начнется дождь, и мне пора брать такси и уезжать, но так хорошо и спокойно здесь, что никак не соберусь, надоедая своим присутствием гостеприимному хозяину.

О, не успела. Тихий шелест возвестил о начале дождя. Подхожу к перилам. Дождь не сильный. Выставив ладонь под дождь и глубоко вдыхаю свежий воздух. Восхитительно. Я не вижу Ярослава, поскольку смотрю в темное, затянутое грозными величественными тучами небо, но буквально чувствую, что он подошел и встал рядом, совсем-совсем близко. Кажется, одно неловкое движение, и наши плечи и руки соприкоснутся. От осознания этого мне кажется, что я внутри вся наэлектризовываюсь. Коснись — и заискрится.

Мне кажется, если поцелую быть, то сейчас самое подходящее время. Прикрыв глаза, замерла. Я думаю, что Ярослав тот мужчина, который сам, когда захочет, проявит инициативу. Или не проявит. Если не захочет. Блин. Текут мгновения, но ничего не происходит. Он не разворачивает к себе, не наклоняется, не целует. Неужели нет?

— Не замерзли? — мне на плечи опускается теплый пиджак начальника. От такой заботы горечь разочарования только усиливается. Да, мне сейчас очень хотелось, чтобы Ярослав меня поцеловал. Но это, наверное, сказка. Зачем я этому мужчине.

— Спасибо. Уже поздно. Я поеду домой, — говорю, а сама с удовольствием кутаюсь в пиджак начальника. Появилась нехорошая мысль прихватизировать этот предмет одежды. В качестве моральной компенсации за несбывшееся желание. Но не стоит. Шеф не поймет, да и буду глупо себя чувствовать, вечерами разгуливая по квартире в мужском пиджаке. Я же не настолько сильно по Ярославу вздыхаю, чтобы через его одежду пытаться ощутить тепло его тела и запах. Не настолько! Все, взяла себя в руки.

— Роман отвезет вас домой. Или, если хотите, можете остаться здесь на ночь.

Нет, надо все-таки кое-что для себя выяснить.

— Спасибо, но я лучше домой, а то вдруг у вас есть девушка — узнает, что вы приглашаете к себе подчиненных девиц ночевать, обидится, заревнует.

Повернулась к шефу и с прищуром на него смотрю. Вот что ответит? Может, он считает Лару своей девушкой, или ещё есть кто-то. Начальник улыбнулся.

— У меня нет девушки.

Кхм-кхм. Получается, все же Лара так… для здоровья? Деловые отношения такие? Или у них там в кабинете с шефом ничего не происходит, и я все себе надумала? Понимаю, что лезу туда, куда не просят, но если не спрошу, буду потом жалеть.

— А почему? Если не секрет, конечно.

Ну, правда. Такой солидный, красивый мужчина в самом расцвете лет, девушки должны в ряды перед ним выстраиваться… а может, в тайне, ему больше мальчики нравятся? Или закоренелый холостяк? А может…

— Поначалу, в ранней молодости, меня такое положение дел вполне устраивало, затем увлекся работой и карьерой, стало не до личной жизни, когда же задумался, оказалось, что стал излишне привередлив и переборчив, можно сказать, разбалован. Все выбирал, выбирал… — босс неожиданно замолчал, а я вся превратилась в слух. Ну что там, что там? — И неожиданно полюбил. Только любовь оказалась не взаимна. Возможно, это мне наказание за то, что очень небрежно относился ко всем своим прошлым отношениям. А может, просто такова судьба.

Вот оно, значит, как оказывается. Начальник мой с разбитым сердцем, и, кажется, рана еще не зажила, болит. Неожиданно для самой себя взяла шефа под локоть, прижалась плечом.

— Давно это случилось?

— Время — понятие относительное. Мы, кстати, с вами познакомились в день свадьбы. Ее.

Ярослав не смотрит на меня, он смотрит вдаль, куда-то сквозь тьму и пелену усилившегося дождя, и я прижимаюсь щекой к его руке. Шеф совершенно спокоен, но что кроется за этим спокойствием? Ведь не просто так он был ночью один на том безлюдном мосту в день чужой свадьбы? Кому из нас тогда больше требовалось спасение?

— Вы все еще ее любите, да?

Ярослав перевел взгляд на меня, улыбнулся и ничего не ответил.

— Я думаю, она совершила ошибку, — заявила я решительно. — Полнейшую! Ну правда. Кого бы она там ни выбрала.

Глупая! Я бы и погрубее про эту девушку сказала, за то, что моего шефа обидела, но да ладно, пусть живет. Шеф весело фыркает и уводит меня с веранды в тепло дома.

Глава 41

В общем, я осталась. Как-то так само получилось. Коварный начальник предложил вкусные напитки и игру (быстро, всего одну, ведь приглашение было на игры, нехорошо, если не сыграем). За одной игрой последовала другая, и вот за таким коварно-веселым, порой азартным времяпрепровождением мы с шефом просидели почти до утра. Начальник объявил, что завтра мы часа полтора работы вместе прогуливаем. Ну и кто я такая, чтобы спорить с высоким начальством?

И уже утром, несмотря на ранний подъем, все равно отправилась в душ в хорошем настроении. Конечно, я теперь знаю, что сердце начальника занято, но, по факту, я на него и не претендовала, но хотя бы теперь не буду гадать, как шеф ко мне относится. Я думаю, это нечто вроде покровительства и своеобразной дружбы, насколько вообще может быть дружба между начальником и подчиненной. Я не против, Ярослав кажется мне интересным хорошим человеком, общаться с которым одно удовольствие. Может быть, конечно, я излишне романтичная натура, но мне кажется, наша встреча тогда на мосту была не случайна.

С трудом сдержалась, чтобы не спеть в комфортном красивом душе, еще и оснащенном радио. Прошлый опыт купания показал, как это может быть опасно. Но музыку сделала себе погромче и кайфую. Когда-нибудь, когда у меня будет свое жилище, тоже сделаю музыку в ванной. Тут тебе и акустика, и атмосфера, и расслабление.

После совместного завтрака поехали с шефом на работу, только попросила меня высадить перед домом, чтобы переодеться, а на самом деле, чтобы не пошли слухи о том, что мы с начальником с утра приехали вместе. Это с учетом еще того, что некоторые видели, как шеф забирает меня и Ника из бара.

Рабочий день начался как обычно, но сразу улучшился, когда мне по электронной почте прислали ссылку на первую вышедшую в эфир серию. Мульт пока будет идти бесплатно в тестовом режиме на каком-то малоизвестном телевизионном канале и в сети. Так хочется послушать, как в итоге все получилось, но я наушники с собой не взяла, да и вообще, смотреть мультики в рабочее время как-то нехорошо. Но соблазн оказался слишком велик. Как только начальник вышел по делам, с замиранием сердца включила видео.

А-а! Это просто супер. Не думала, что песня на заставке выйдет такой классной. Наверное, в студии как-то мой голос обработали, чтобы он так хорошо звучал. С широкой улыбкой смотрю весь мультфильм, и у меня прямо мурашки по коже, когда озвучиваемая мной девчушка говорит. Так странно, необычно, но очень здорово. И мультик только стартовал, но, судя по статистике по нему, просмотров полно, как и комментариев, причем благодарных.

Первая серия закончилась. Понимаю, что надо работать, но жму на вторую серию, песенка звонко и весело звучит в приемной, и тут происходит страшное. Заходит мой шеф. Не нашла ничего лучше, как тут же захлопнуть рабочий ноутбук, но песня все равно предательски звучит, даже из закрытого компьютера. Замолчи! Замолчи же! Несколько мгновений, и ноутбук замолкает. Вот подстава.

Замерла и сижу как мышь под веником. Там в основном вроде только музыка была слышна, мой голос только пискнул. В конце концов, не может же шеф отгадать мой голос всего с одной ноты. Настороженно смотрю на начальство. Ярослав вроде бы застыл на секунду в удивлении, но потом улыбнулся:

— Это что вы там такое интересное смотрите?

Фух, вроде пронесло. Не понял.

— Это какая-то реклама случайно выскочила, — очень бодро и бойко вру я. — Извините, забыла звук на компьютере выключить.

— Да вроде бы тут и не за что извиняться, — говорит шеф, проходя в свой кабинет.

Еще раз выдыхаю, когда за начальником закрывается дверь. Меня аж потряхивает. Такой адреналин получила. Все, больше так нельзя подставляться. Дома надо такие вещи смотреть, а не на работе. Все же начальник у меня тот еще собственник, как показала вчерашняя ситуация.

Спустя час, лихо, чуть ли не с ноги открыв дверь, в приемной появляется довольный Ник, многозначительно мне подмигивает и спрашивает:

— Шеф твой на месте?

— Наш начальник на месте.

— Э, нет, это тебе он начальник, а у меня с ним равноправные взаимовыгодные отношения.

— Угу, вчера вечером, когда нас тобой из клуб забрали, что-то не похоже было на равноправные отношения.

— Ну, считай, он вчера действовал как мой фитнес-тренер в зале, чтобы я не расслаблялся. А вот что он тебя погнал из клуба, это, конечно, странно. Ладно, я пошел.

— Кхм-кхм. К продюсеру без записи и предварительного звонка только Лара Роял ходит.

— Чем я хуже Лары Роял?

— Ничем. Может, даже лучше, я не знаю, — не удержалась от веселого смешка. Если мои предположения верны, Лара пользуется особым благоволением шефа, потому что с ним спит.

Ник прищурился и посмотрел на меня подозрительно, но я времени не теряю, связалась с Ярославом и узнала, можно ли Нику зайти, ответ оказался положительным.

— Можете заходить.

— О, мы уже на вы? Что изменилось?

— Я вас просто очень уважаю.

— Да? Ну, предположим. — Ник торжественно достает из кармана задних брюк сложенный вчетверо смятый лист бумаги и торжественно трясет им перед моим носом. — Готовься, скоро будешь петь.

— Это что такое?

— Песня! Сам написал.

— Дадите почитать?

Тяну руку к листку, но Ник тут же убирает его обратно в карман.

— Не-а. Сначала пусть твое начальство почитает.

— А, вот зачем вы пришли, значит.

— Слушай, хватит мне уже выкать.

— Ник, ты заходить собираешься? — в проеме, опершись на косяк, стоит шеф и нехорошо смотрит на Денжера — Ник напросился на аудиенцию, а сам не заходит. — Я, конечно, понимаю, что с моей милой помощницей тебе общаться интереснее, но зачем-то ведь ты ко мне пришел?

— Бегу! — весело ответил Ник и правда до входа в кабинет побежал.

За мужчинами закрылась дверь. Прижимаю руки к горячим щекам. А-а! Шеф назвал меня милой. Та-ак приятно.

Глава 42

На удивление, Денжер долго у продюсера не пробыл. Вылетел оттуда спустя минут десять, весь злой какой-то, со мной не попрощался, только что дверью не хлопнул на прощание. В проеме кабинета вновь появился улыбающийся начальник.

— Сашенька, я на обед.

Кивнула, что приняла к сведению.

— Ярослав Леонидович, а почему Денжер от вас такой злой шел?

— Потому что написал не песню, а фуф… ерунду. Лишь бы формально выполнить мое задание. Пришлось объяснить, почему и в каких именно моментах он не прав. Может быть, на волне злости, все-таки напишет что-то достойное. Саша, а может, составите мне компанию за обедом?

Ох, что же вы делаете, Ярослав Леонидович? Я ведь так окончательно очаруюсь, и моя легкая влюбленность, основанная на восхищении, перейдет в тяжелое любовное заболевание. Но тут мне надо бы уже самой себя как-то хоть поберечь.

— Спасибо, Ярослав Леонидович, я бы рада, но уже договорилась пойти на обед с коллегами.

— Как знаете, — шеф с добродушным видом пожал плечами и ушел.

Я осталась одна. Сердце трепещет, и очень грустно. Кусаю локти из-за того, что отказалась, но умом понимаю, что все сделала верно.

За оставшуюся рабочую неделю, тщательно все обдумав, решила, что пока с приключениями завяжу. Не то чтобы у меня пропала авантюрная жилка, просто оказалось, что всего за какой-то один такой вечер я умудрилась потратить весь свой гонорар за озвучивание мультика. Цены в заведениях, выбираемых моими коллегами, конечно, кусаются. Надо деньги подкопить на непредвиденные расходы, ну или хотя бы более крупные и интересные мероприятия, чем банальный поход в бар. Да и вообще, что-то я слегка разочаровалась. Вот у шефа в гостях сидеть хорошо, приятно, а с коллегами у меня что-то не получается расслабиться. Кажется, будто за тобой наблюдают и только и ждут, когда ты споткнешься или совершишь какую-нибудь ошибку, чтобы потом было, о чем посплетничать.

В субботу с большим удовольствием отправилась озвучивать новые серии. Текст мне отправили по электронной почте в середине недели, но под конец основной работы неожиданно стали предлагать и новые заказы — озвучка книг, еще спеть песню для заставки в только снимающийся сериал — заказчики не сама студия, она только помогает с подбором людей и предоставляет оборудование. Я согласилась, второпях подписала договоры и всю субботу и часть воскресенья провела в студии, притом, что мы договорились, что вечерами на рабочей неделе тоже буду приходить. Мужчина, который пришел следить за записью песни, выжал из меня все соки, то и дело я слышала в наушники его требования перепеть кусочки песни, спеть лучше, спеть иначе, спеть чище, еще, еще раз. Никогда так не старалась, хотя, чисто на мой непрофессиональный, предвзятый вкус, получилось хорошо еще с первого раза, он был самый задорный, что ли, у меня в животе прямо бабочки порхали, когда пела. Песня еще такая классная, веселая, словно для меня и моего голоса написанная. Так хорошо было, словно в душе пою — настолько комфортно, полное ощущение того, что я в своей среде.

В понедельник, сверившись с утра со своим графиком, понимаю, что моя подработка начала занимать куда больше времени, чем я планировала, но уж очень интересная новая для меня работа, да и деньги нужны. Если так пойдет и дальше, я, того и гляди, профессию сменю. Но пока главное, чтобы начальник вечером никуда в ближайшие дни не вызвал его сопровождать. Вроде до сих пор и не вызывал, но мало ли.

Денжер, после того как шеф не принял его песню, в центре не показывался, но сегодня с утра обнаружила, что начальник в свое онлайн-расписание добавил запись о том, что Ник будет через час. Через час назначена встреча еще и с Ларой Роял. Ух, чувствую, что-то намечается интересное в плане совместного творческого проекта. Слухи об этом ходят изо дня в день.

Ник прибыл с опозданием на пару минут, многозначительно поиграл бровями при встрече.

— Привет. Слушай, ну не идут тебе эти очки. Все равно видно, что ты не строгая стервозина. Кофе сделаешь? Можно даже как Санычу, с солью. А то ведь так нахваливал. Мне любопытно стало.

— Нет, — сделала самое строгое лицо, на какое только способна, выпрямила спину. Включила взгляд ледяной королевы.

— Все равно не похожа, — усмехнулся Ник и отправился прямиком к Ярославу, бросив напоследок. — Больше у зеркала репетируй, а лучше меняй имидж.

Показала спине Денжера язык.

Лара опоздала на пятнадцать минут. Ничего не говоря и не глядя на меня, прошествовала в кабинет, плавно покачивая крутыми бедрами, обтянутыми минималистичным платьем. Интересно, а такой имидж Нику нравится? Вот шефу такой точно по вкусу.

Может, мне и правда имидж поменять? Купить себе рискованное мини, поймать и поцеловать пчелу — бюджетный способ надувания губ, грудь… нет, размер менять не буду хирургическим путем, люблю себя такую, какая есть, но для внешнего эффекта смены имиджа можно добавить поролона в бюстгальтер. Представила себя в новом образе, похихикала и продолжила работать.

Совещание у продюсера закончилось спустя час. Внимательно всматриваюсь в лица Лары и Ника. Наша королева довольно щурится, словно наевшаяся сметаны кошка, Ник выглядит таинственно, но довольный блеск в глазах не скрыть. Лара выходит первой, и я наблюдаю за тем, как Ник оценивающе оглядывает ее нижние девяносто, правда, за ней не идет, подходит к моему столу.

— Поехали вечерком кофе попьем? Раз уж сама не хочешь мне его делать, то хоть компанию составишь.

Вечером я работаю, да и вообще, у меня босс.

— Нет, спасибо.

— Ты когда-нибудь хоть с чем-нибудь соглашаешься?

Пожала плечами, улыбнувшись как можно добродушнее.

— О чем вы совещались сейчас? — пробую выведать ценную информацию.

— А вот не скажу. Ты не соглашаешься со мной время провести почему-то, значит я не буду делиться с тобой жутко интересным секретом.

— Как знаете.

Сделала вид, что отвлеклась работой. Ник немного подождал, потарабанил по столешнице пальцами, но реакции от меня не дождался.

— Ну-ну, — произнес Денжер.

Подняла взгляд только тогда, когда за Ником закрылась дверь. Перевожу взгляд на дверь кабинета шефа, думая о том, как бы его использовать в качестве источника информации, а Ярослав, оказывается, стоит в открытом проеме. Встретилась с шефом взглядом.

— Готовлю совместный большой проект, где среди главных участников будут Денжер и Лара, — ответил начальник на тот вопрос, который я задавала Нику. М-да, Ярослав определенно держит мое общение с Ником на контроле.

— А какой проект — это как раз большой секрет?

— Вам я могу сказать, но только если информация не уйдет за пределы кабинета. Пока рано афишировать данный проект.

— Шеф, я никому. Честно!

— Ты ведь помнишь, что я говорил, что хочу поставить мюзикл?

Глава 43

О, вот оно что. Улыбаюсь.

— Здорово. А какая тема будет в основе? Ну, в смысле, история уже выбрана?

— Мы с режиссером еще обсуждаем этот вопрос, — туманно ответил шеф. — Но скорее всего мюзикл будет на основе одной из популярных сказок.

— Очень интересно.

— Я тоже так думаю, — благодушно отвечает начальник, как-то странно предвкушающе улыбаясь и оценивающе на меня поглядывая. — А на основе мюзикла запишем сборник песен из него. Возможно с клипами. Все зависит от того, насколько мюзикл окажется популярен.

— Получается, Лару и Ника вы возьмете в мюзикл на главные роли, независимо от того, есть ли у них актерский талант и подходит ли им та или иная роль?

— То, что они будут участвовать, это точно, только их имена в афише уже сделают хорошую кассу, но вот на каких ролях — зависит только от них самих. Позже будет проведен кастинг.

— А сказка — это, получается, больше расчет на молодую аудиторию?

— Необязательно. Сказки хорошо воспринимаются и взрослой аудиторией, смотря на что сделать акценты… кстати, завтра вечером вы будете мне нужны. Поедем на одно пафосное мероприятие, на котором вам придется немного поработать. Стиль одежды для вас — деловой, но допускаются небольшие вольности.

Та-да-да-дам. Я завтра вечером и так работаю. Придется отменять запись. Некрасиво, конечно, получится.

В обеденный перерыв мчусь в ближайший торговый центр в надежде за час найти себе «деловой костюм с небольшими вольностями». Все же пусть я и работаю, но мероприятие светское, я не могу позорить шефа, придя на него в костюме офисной грымзы. В голове в основном только мысли о том, что придется потратить на приличный костюм для выхода в свет большую часть денег, полученных на подработке. Да, непроста она, эта самостоятельная жизнь. Но интересная. И главное, никто ничем не попрекает, не давит и не мучает советами. Выкручиваться и принимать решения исключительно самостоятельно невообразимо приятно.

Уже в магазине столкнулась с новой проблемой. А конкретно с тем, что на мероприятия, подобные тому, куда меня берет шеф, негласный дресс-код для девушек — это все-таки юбки и платья, а для таких помощниц как я — что-то в сторону классической юбки по колено, в которой я не смогу сесть, не показав свои до сих пор не самые красивые коленки. Длинная юбка или платье, на мой вкус, не по-деловому. Остаются, наверное, все-таки брюки, как бы мне ни не хотелось.

Большую часть обеденного времени провела в поиске чего-то… с вольностями. И я кое-что нашла. Усмехнувшись, взяла померить несколько вариантов, и с вольностями, и без вольностей, и очень дорогие, и демократичные варианты. Примерив все, поняла, что к вольностям тянет больше, чем следует, наверное, потому, что я помощница продюсера, а значит, могу ведь выглядеть чуть более творчески. В общем, мне жутко понравились одни темно-коричневые брюки из чуть блестящего, похожего на кожу материала, очень так вопиюще обтянувшие мои стройные ноги. Чтобы было не так провокационно, к брюкам подобрала красивый длинный пиджак, прикрывший почти полностью тыл. Пиджак стильный, дорогой, в черно-коричневую клеточку. А вот рубашку присмотрела обычную белую. Вроде бы смотрится, как и просил шеф, классически и немного провокационно.

Сделаю прическу в виде высокого конского хвоста, отросшую челку уберу лаком. Подходящие случаю неброские украшения у меня есть. Мне бы под выбранный образ еще часы хорошие, дорогие и туфли новые, но этого мне мои средства не позволят, пойду с тем, что есть. Благо, я всего лишь помощница, требования вряд ли ко мне будут столь уж высоки.

Вечером на студии объяснила ситуацию, сказав, что не смогу быть завтра для записи аудиокниги. В мое положение вошли и сказали, что сегодня ночью студия свободна, и можно будет, если я согласна, поработать. Вот, мама, дожила. Твоя дочь работает по ночам. Правда, мама бы сразу подумала о плохом, но в реале все было более чем прилично, сонно и немного скучно. Немного спасал кофе, своим запахом создавая в студии очень приятную атмосферу. В какой-то момент осознала, что все сильнее проникаюсь, и такая работа мне нравится чуть больше, чем работа за компьютером и с бумагой. Возможно, потому, что здесь я что-то создаю, вкладывая частичку себя.

Утром едва не проспала, впопыхах собралась и, еле переставляя ноги, отправилась на работу. Надеюсь, больше мне не придется работать по ночам.

— Не выспались? — поинтересовался шеф, когда я в очередной раз украдкой сцедила зевок во время утреннего получения заданий на день. А я надеялась, не заметит.

Не знаю, может, мне показалось, но… послышалась мне какая-то ехидца в голосе Ярослава.

— Да, немного не выспалась, — осторожно отвечаю я.

— Чем же таким вы ночью занимались вместо сна?

Ну, это я могу наплести.

— Мучилась бессонницей. Мысли мешали уснуть. Думала о судьбе мира. О продюсерском центре, о том, как сделать, чтобы он процветал, о том, как я стараюсь и хорошо работаю, о том, какой вы замечательный руководитель, который наверняка так любит выписывать своим старательным лучшим сотрудникам премии по итогу месяца работы…

С намеком смотрю на шефа. А вдруг проникнется судьбой одной отдельно взятой помощницы. Папа все мои намеки подобного рода в плане официальной зарплаты всегда игнорировал, хотя вот просто так, из своих, мне на шпильки всегда давал, но это все-таки было немного не то, это были деньги любимой дочке за просто так, а не хорошей сотруднице за работу.

Ярослав улыбнулся еще шире.

— Александра, вы серьезно? Хотите премию, как очень старательная сотрудница?

— Ну… если, конечно, вы меня таковой считаете и вдруг захотите дать, то я бы отказываться не стала, — говорю и чувствую себя неуютно. Шеф теперь так хищно смотрит. Зря, наверное, начала шутить насчет премии, но Ярослав первый начал, задав неудобный вопрос насчет того, как я ночь провожу, от усталости еще вот такая ерунда и получается.

— Сашенька, а хотите двойную премию?

Подобралась.

— За что двойную?

Шеф прищурился эдак… ну прямо кот, играющий с мышкой. Хотя нет.

— Вы ведь знаете, что я от вас хочу.

Я вроде бы догадываюсь, что, но хищный взгляд босса словно темнеет, атмосфера сгущается, становится какой-то… порочной? Да, воображение у меня, конечно, богатое. Отрицательно качаю головой. Не могу опустить глаз и разорвать зрительный контакт с начальником. Ярослав словно поймал мой взгляд.

— Не знаю. Что? — в горле пересохло, говорю хрипло. И в животе все словно сжимается.

— Порадуете меня своим голосом? Я хочу личный концерт. Можно завтра вечером у меня дома.

А-а-а… всего-то. Нет, ну надо признать, вот это «порадуете меня своим голосом у меня дома» тоже как-то двояко звучит. Но смысл все равно один. Грустно вздохнула.

— Я тогда все-таки без премии как-нибудь, Ярослав Леонидович.

— Как пожелаете, Александра Павловна. Мое предложение в силе… в принципе, всегда, если надумаете.

— А премия за усердие не предусмотрена?

— Почему? Все возможно. Но понятие усердия растяжимое, а тут вполне конкретное предложение.

Выхожу от начальника на подгибающихся коленках. Простой шутливый разговор, а у меня прямо все внутри переворачивается. Понимаю, что какой-то чуть более интимный подтекст я себе придумала, и долгий внимательный взгляд, которым провожал меня Ярослав, был совершенно обычным, но все мое естество реагирует на шефа вполне определенно, вот и чудится всякое. Чур меня. Чтобы не чудилось.

Глава 44

Весь рабочий день с нетерпением жду вечера. Так интересно выехать с начальником и побывать в мире акул шоу-бизнеса. Когда, наконец, дела окончены, ухожу пораньше. Дома переодеваюсь и жду назначенного часа. Когда шеф позвонил, сказав, что подъехал Роман, я уже прямо сгораю от нетерпения и несусь вниз, чтобы показать себя начальнику в своем новом, фривольно-официальном образе.

И тут меня постигло разочарование. Приехал только Роман.

— А где шеф? — интересуюсь я у водителя Ярослава, садясь в машину.

— Его сегодня везет Дима. Они поедут на парадной машине вместе с Ларой Роял, будут для прессы позировать, а мы с вами поедем к черному ходу.

Ну к черному, так к черному. Вот что действительно расстроило — это наличие Лары. Хотелось компании одного шефа, но это работа, незачем допускать в нее личные желания.

Рома повез нас за город, в красивое местечко с современными павильонами из дерева и стекла, где проводят свой досуг и спускают деньги клиенты класса люкс. Видимо, пользуясь хорошей погодой, мероприятие проводят на частично открытой площадке. Мы с Ромой проехали в стороне, но я уже успела заметить припаркованные поблизости супер-дорогие авто и гуляющую толпу разодетых гостей.

Мне казалось в начале, что одета я классно, но даже мельком увидев, во что одеты гости, уже почувствовала себя лишней на этом празднике жизни. Буду как бедная черная ворона на фоне роскошных белых. В общем, расстроилась, запаниковала. Это мое первое рабочее выездное мероприятие, шефа рядом нет, мне его самой надо будет найти в этой толпе, выгляжу просто, наверное, как обслуживающий персонал, в то время как девушки там в шикарных летних легких платьях.

Машина остановилась. Как предполагалось, на парковке, за комплексом, в котором проходит мероприятие.

— Приехали, Александра Павловна, можете выходить.

Мне уже и сообщение от начальника пришло, где его можно найти, а я сижу, не в силах выйти. Меня потряхивает. Большие сборища людей — это ведь почти что как выступление, которого я избегаю. На тебя смотрят, оценивают. Когда я меняла работу, как-то не думала, что судьба приведет меня к таким изменениям в жизненных условиях. Я не тот человек, который любит большие компании, легко завязывает общение с незнакомцами и хорошо ориентируется среди новых лиц, а особенно не слишком дружелюбных.

Все. Спокойно. Глубоко дышу, пытаясь успокоиться. Я знала, что выезд на подобные мероприятия предусмотрен моей новой должностью, но одно дело знать, а другое — фактически с этим столкнуться. Медленно выхожу из машины. Как же мне все-таки не повезло с фобией. Но ничего, я справлюсь. Главное, побыстрее найти шефа, а там будет попроще. Спрячусь за его широкой спиной, а Лара заберет все лишнее возможное внимание на себя.

Пока вроде не страшно. Охранник, стоящий со стороны черного входа, сверяет мое имя со списками, пропускает, говорит, куда идти. Через здание мне нужно пройти во внутренний двор, где как раз сейчас шеф гуляет с Ларой. Проще некуда. На улице я и вовсе представлю, что это городская прогулка, а не собрание успешных и звездных деятелей страны. Так, что там сказал охранник? Поворот направо, затем прямо, через зал с баром пройти, там будут туалеты и переход, а потом…

Иду и понимаю, что где-то я, похоже, свернула не туда. Вроде же ничего сложного, но здание большое, а из-за того, что паниковала, внимание рассеялось, и, кажется, я немного заплутала. Чувствую себя ужасно глупо. Стою вся такая специалист с высшим образованием, непонятно чего боюсь, еще и заблудилась. Вот и как себя назвать после этого?

— Ой, извините, пожалуйста!

Мне навстречу вышел высокий мужчина в белой рубашке с черной бабочкой на шее. Судя по одежде, может быть официантом, это предположение подтверждает тот факт, что у него в руках поднос с бокалами. Вообще, как-то слишком красив для официанта, но, вероятно, он, как и водитель Дима, из тех, у кого практичная работа временна и для души, а творческая не за горами.

Официант ответил не сразу, сначала окинул меня наглым оценивающим взглядом с ног до головы.

— Да?

— Вы сейчас случайно не во двор идете? К гостям мероприятия?

— Туда.

— Здорово! Я тогда с вами, если можно. Немного заблудилась.

Официант удивил, без проблем поставив наверняка не самый легкий поднос на одну руку, и протянул мне локоть свободной руки, чтобы ухватиться. Вообще, хватать незнакомых мужчин под руки в мои планы не входило, но как-то он так красиво это сделал, задорно блестя глазами, что, фыркнув, взяла официанта под локоть, и мы пошли.

Оказалось, до нужного выхода я не дошла всего ничего. Сама открыла стеклянную дверь во двор и придержала, пропуская своего случайного помощника, ведь у него поднос.

— Спасибо, — говорю я и забываю про официанта.

Замерла и напряженно вглядываюсь в пеструю толпу в поисках шефа.

— У вас какая-то проблема? Вы выглядите обеспокоенно. Хотите?

Тот самый официант, оказывается, все еще рядом, протягивает мне изящный высокий бокал с шампанским. Отрицательно покачала головой.

— Нет, благодарю. Я на работе, а если хоть немного выпью, у меня становится очень плохо с координацией.

— Как знаете, — ответил мужчина и, поставив поднос на ближайший столик, стал сам пить из предложенного мне бокала. Причем никуда не уходит, смотрит на меня с непонятным интересом. Я же смотрю на официанта, широко распахнув глаза от изумления.

— А вам разве можно пить тут?

— Почему нет?

— Вы разве не на работе тут тоже?

— Относительно. Скорее все же отдыхаю.

— М-м, вы не официант, да?

Мужчина весело улыбнулся, продемонстрировав идеальную белозубую улыбку.

— Не-е-ет, — видно, что я очень развеселила этого не-официанта. — Если вы так подумали из-за подноса, то я сам пошел за напитками для себя и друзей, поскольку с официантами тут действительно проблема. Слишком много людей прибыло, не справляются, ну а мне гордость и не такое позволяет делать.

— Извините, — на всякий случай прошу прощения я. Щеки, чувствую, уже начали краснеть, как и уши, поэтому надо линять.

Начинаю чуть ли не боком отходить от мужчины, но тот, забыв о напитках, которые оставил на столике и которые активно разбираются гостями, шагнул ко мне и протянул руку.

— Макс, — представился новый знакомый, вновь демонстрируя мне свою идеальную улыбку. А смотрит как хищно!

Я же сюда, вообще-то, не знакомства новые пришла заводить.

— Александра, — отвечаю я и, поскольку мне протягивают руку, вынуждена пожать ее в ответ. Посылать не стоит, мало ли, кто этот Макс. Если не официант, а гость, то наверняка непростой.

Моя ладонь оказывается в плену чужой большой мужской руки. Нервно оглядываюсь. Главное, чтобы шеф не увидел.

— Приятно познакомиться, — светски произнес Макс, к счастью, освободив мою руку из плена. — Так чего вы так испугались, не расскажете?

— Я не испугалась. Лишь немного волнуюсь. Предстоит найти начальника в этой толпе, опасаюсь, что быстро это у меня не получится, так что прошу прощения, мне пора.

— А вдруг я сумею вам помочь? Как зовут вашего начальника?

Какой навязчивый тип.

— Извините, не хочу злоупотреблять вашим вниманием, уверена, что справлюсь сама.

— Макс! Вот ты где! А я думаю, куда ты пропал, а теперь все ясно — тебя похитила эта красотка.

К нашей компании неожиданно присоединяются еще двое — блондин и брюнет. Оба мужчины тоже, надо сказать, весьма и весьма внешне хороши. Тут уж мое слабое женское сердце не выдерживает, смотрю на руки всех мужчин и что-то ни одного обручального кольца не заметила.

— Извините, друзья, но вы уже и сами увидели, что причина задержаться у меня более чем достойная, — шутливо отвечает Макс. — Знакомьтесь, Александра — должен заметить, весьма строптивая и милая, в данный момент немного потерявшаяся девушка, которой я хочу помочь, а вот она этому всячески сопротивляется.

Ну все, засмущал. Краснею и мучительно оглядываю толпу на предмет спасения в виде начальства. Спасения нет, а меня плотнее обступают заинтересованные мужчины, словно отрезая от остальных гостей.

Глава 45

Подводя итог, попала я в тройной капкан очарования. Все же я девушка незамужняя, заслушалась комплиментов, шутки, прибаутки. Нет, я, конечно, пыталась уйти, но все трое нежданных рыцарей тут же порывались идти со мной, а как я к шефу с таким хвостом приду? Он у меня ревнивый, не поймет, как открутит еще мне этот хвост. Про премиальные вообще можно будет не заикаться. Ну и пришлось минут десять с мужчинами пообщаться и чуть поближе познакомиться. Блондина зовут Виталием, брюнета Игнатом. Попыталась выпытать, с кем же я тут так премило шучу и общаюсь, но мужчины ловко обходят эту тему.

И тут звонит мой телефон, и звонит не абы кто, а сам босс. Поспешно отвечаю.

— Да, Ярослав Леонидович.

— Александра, где вы? — произносит шеф раздраженно. Мое полное имя уже об этом намекает, помимо тона. Но еще не все плохо. Плохо, наверное, будет, когда еще отчество прибавится к обращению при личном общении, молчу уж про фамилию. — Рома мне сказал, что привез вас уже четверть часа назад.

— Я иду, Ярослав Леонидович. Немного заблудилась… — смотрю на окруживших меня троих мужчин, с явным интересом бесстыдно меня подслушивающих. — В трех соснах. Подскажите, пожалуйста, где вас сейчас можно найти.

Закончила разговор с начальником и поняла, что пора прорываться. Хвост, не хвост, а надо.

— Извините. Мне нужно идти, до свидания. Меня провожать не нужно, я получила четкие ориентиры, куда двигаться.

Макс прищурился.

— Ярослав Леонидович это не Левин, случайно? Продюсер?

— Да, верно.

Быстро обхожу мужчин, а они мне неожиданно визитки свои тянут.

— Александра, не пропадайте, — говорит Макс, вкладывая мне в руку и свою визитку. — И звоните, если вдруг опять потеряетесь… или захотите пообщаться. Может, дадите свою визитку?

— У меня нет личных визиток.

— Да, ну ничего, если что, не потеряемся, контакты вашего начальника я знаю.

О, блин. Нервно улыбнулась и спешу уже найти Ярослава. Стало не так волнительно находиться в толпе. Вроде бы меня нормально воспринимают или точнее особо не замечают. Наверное, выгляжу, как человек из персонала, хотя, как посмотрю, многие одеты кто во что горазд. Есть кричаще-вычурные наряды, есть дорогие, изящно-элегантные, простые. Некоторых и вовсе можно с официантами спутать. Так что не сильно я выделяюсь в своем фривольно-деловом.

Дорогого шефа нашла, он встретил меня сначала таким очень строгим взглядом, но смотрел он в лицо, затем взгляд начальника стал опускаться все ниже и ниже, задержавшись на ногах, стройность которых я подчеркнула облегающими брюками, и взгляд, прямо скажем, подобрел. Ярослав сам, к слову, выглядит просто отлично. В белой рубашке с закатанным до локтя рукавами, светлых брюках, босс такой… тоже, в прицепе, фривольно-деловой. Вот уже и сердце мое словно чуть быстрее забилось, и пауза между мной и шефом как-то затягивается.

И тут на руке у Ярослава буквально повисла внезапно появившаяся Лара. Наша звезда весьма демонстративно прижалась к продюсеру своей грудью и недовольно прищурилась, с предупреждением на меня посмотрев. Еще в глазах Лары я заметила промелькнувшее удивление и, возможно, настоящую переоценку ценностей насчет меня. Нет, ну а что, имидж-то я, может, и не меняла, но все равно, не странная девушка со смешной челкой, в больших каких-то безумных очках.

— Еще раз прошу прощения за опоздание, Ярослав Леонидович. Лара, здравствуйте. Готова приступить к своим обязанностям, — деловито произнесла я и с готовностью посмотрела на шефа, мол, приказывайте, все исполню, я профи.

— Попить принеси, — сухо произнесла Лара.

Сейчас я кому-то так принесу и не посмотрю, что звезда. Уже мысленно засучила рукава, и…

— Лара, все окружающие тебя люди отнюдь не твоя прислуга, — опередил меня начальник с ответом. — И если уж на то пошло, Александра исключительно моя помощница и будет делать только то, что говорю ей я.

Шеф отстранил от себя в мгновение нахмурившуюся Лару. Едва сдержалась, чтобы не показать звезде язык. К слову, сама Роял выглядит сегодня просто шикарно, на ней белое с золотом платье, немного напоминающее древние египетские одеяния. Платье весьма выгодно подчеркивает фигуру певицы. Не знаю, почему на меня Лара ощетинилась, в эффектности и красоте мне с ней не тягаться в любом случае, и это вполне реальная и адекватная оценка. Думаю, мы разные, как, к примеру, бабочка и мотылек. Мотылек тоже может быть по-своему красивым, но с бабочкой в сравнение по яркости не идет. Я не расстраиваюсь, свою внешность люблю, и она меня полностью устраивает.

— Александра, оставайтесь поблизости. Мы с Ларой будем общаться с местной публикой и налаживать деловые контакты. Ваша задача, в случае, если сразу договоримся о встрече, внести все в график, сообщить свободное время и собирать все контакты.

Кивнула, что поняла. Пристроилась за шефом и Ларой, которые плавно курсируют среди гостей мероприятия. Всех, с кем начальник общается, я стараюсь запомнить и делаю себе пометки, такие как имя, род занятий, если в беседах об этом упоминается. Мало ли, вдруг пригодится. Тех, с кем босс назначил в будущем встречи, оказалось немало. Преимущественно люди из творческой индустрии.

— О, Макс Орлов, — произносит Лара, приосаниваясь и выкатывая грудь. Словно на охоту собралась, свою, чисто женскую. — В этот раз я его достану.

— Ты уже трижды пыталась обратить на себя его внимание, Лара. Может, хватит? — довольно сухо произнес начальник.

И на кого же Лара сделала стойку? Пытаюсь понять, на кого именно смотрит Лара, но гостей в той стороне много, мало ли, однако же замечаю за барной стойкой своего нового знакомого Макса с друзьями. Хм. Макс. Макс Орлов. Да не-ет. Совпадение. Тем временем Лара и шеф все еще переговариваются.

— Нет. Он так играет. Специально. Я не могу не нравиться. К тому же, ты сам говорил, что он нам нужен. Я войду в его ближнее окружение. Буду в курсе всех новостей и получу для нас самые лучшие условия. Ты знаешь, я могу, — с азартом произносит Лара.

— Попробовать, конечно, можешь, — ответил Ярослав, пожав плечами. — Но контакты с ним я все равно собирался налаживать позже, сейчас ни к чему. Общие условия для взаимодействия подойдут, никаких особых скидок не надо.

— Но ты же знаешь, какой он порой эксцентричный. Может и отказать на ровном месте. Сколько уже скандалов по этому поводу было.

— Значит подберем другой вариант.

— Но он лучший! А я работаю только с лучшими из лучших.

— Спасибо, Лара, но пока, думаю, тебе стоит умерить пыл.

— Ярослав, — просительно произносит Лара, и глазами хлоп-хлоп на шефа, так выразительно.

— Иди, если хочешь, — вздохнул начальник.

Так. Надо запомнить и потренироваться у зеркала. Хлоп-хлоп. Шеф, что насчет премии?

Глава 46

И Лара пошла. Или даже скорее поплыла. Фирменная походка от бедра. Королевский лайнер пошел в атаку, причем в сторону моих недавних знакомых. Украдкой достала и просмотрела визитки. Ой, все же мой знакомый Макс и есть тот самый Орлов.

— Ярослав Леонидович, а кто этот Макс Орлов? Зачем он вам нужен?

— Он антрепренер. На сегодняшний день лучший в своем деле.

— Кто?

Шеф обернулся, забыв о Ларе, и посмотрел на меня насмешливо-снисходительно. Ну и чего веселится? Подумаешь, еще не знаю все их специальные термины, так я недавно в деле.

— Антрепренер — это, считайте, как я, только не в музыкальной, в театральной сфере. Я же с готовящимся мюзиклом вступаю на его территорию, и лучше, если мы будем дружить. В идеале сотрудничать. Макс совсем недавно открыл шикарную современную площадку, оборудованную по последнему слову техники. Если удастся договорится, и мюзикл будет проходить там, будет отлично.

В это время Лара подошла к мужской компании, заговорила. Мы с начальником делаем вид, что заняты другим и вовсе не наблюдаем за тем, что происходит в другой компании, но нет. Контролируем. Самой немного смешно, но куда деваться. А вот у Лары, кажется, дела не очень. Мужчины смотрят на нее снисходительно и вместе с тем недовольно, как, честное слово, на назойливую муху, не достойную их общества, но которую пока терпят. Вот сейчас эта компания видится мне с другой стороны, ведут себя словно избалованные полубоги, перед ними тут такая красотка чуть ли не пляшет, если надо уже и не только спеть готова, а им, наверное, девственницу подавай.

— Все, пора Лару забирать, — со вздохом произносит шеф. — Не вышло у нее и на этот раз.

— Почему вы так решили? — удивилась я. — Она же до сих пор с ними общается. — Вот, к этому вашему Орлову уже прижалась… дружески. А он и не против. В ответ приобнял. Хм. И ещё один подошел обнять. Лара выглядит довольной.

— Они ее разводят. Развлекаются и проверяют, насколько далеко она позволит им зайти. Вы разве не заметили, Саша? Макс уже несколько раз посмотрел в нашу сторону, ждет и, похоже, догадывается, что у меня к нему дело.

— Шеф, я хотела вам сказать насчет этого Макса, что я с…

Я не успеваю признаться в своем заочном знакомстве с Максом и компанией. Начальник уже почти подошел к ним, и слова застряли в горле, как только я заметила, что Орлов следит за нашим приближением и смотрит прямо на меня. А улыбается так… заговорщицки.

Ярослав не обратил внимания на то, что я что-то там говорила. Подошел, первым поздоровался и завел легкий светский разговор с Максом. Вроде бы общение такое непринужденное, мужчины шутят, но нет. Витает в воздухе нечто неуловимое, нечто такое… какое бывает, когда самцы статусами меряются. Вот уже и Лару начальник едва уловимым жестом перетянул на свою сторону, забрав из фривольно-тесных объятий Макса и Виталия. Хотя может это у меня воображение разыгралось. Но вообще, довольно забавно. Ярослав и Макс кажутся равноценными независимыми игроками, этакими встретившимися на границе королями, я и Лара — свита продюсера, а Игнат и Виталий — свита этого антрепре… тре… пер, язык сломаешь! Силы равны, в общем. Однако силы равны, но заинтересован в общении пока больше Ярослав, и, кажется, Макс о чем-то таком догадывается.

— Над чем сейчас работаешь? — интересуется как бы между делом начальник у Макса.

— Особо ничего интересного. Погряз в рутине. Все меньше с людьми и новыми проектами работаю и все больше со зданиями. Расширяю сеть. Все бы ничего, но там очень много бумажной волокиты. Но вот у тебя, смотрю, все куда интереснее. Новые проекты открываются один за другим. Активно поставляешь все новых и новых звездочек, и чуть ли не каждый проект успешный. Сегодня тоже их выгуливаешь, как вижу. Старая опытная звезда дает мастер-класс новой? Хороший подход.

Лара спала с лица. Вместе Ярославом подошли только я и она. Можно предположить, что ее сейчас назвали старой, а меня возвели в статус восходящей звезды. Глаза Макса смеются. А вот шеф напрягся.

— Почему ты решил, что речь идет о двух звездах? — поинтересовался Ярослав, не опровергнув утверждение Макса. Лара выпучила глаза и отчаянно сигнализирует продюсеру, что тот просто обязан вступиться за ее честь, а возможно и вызвать оскорбившего ее на дуэль.

— А что, разве нет? — эдак театрально удивился Макс. — Обычно чутье на такие вещи меня не подводит. — Такая милая девочка. И ты так смотришь на нее, вьешься, как орлица над орленком. Нет, я, конечно, могу и ошибаться, и это, к примеру, твоя тайная внебрачная дочь, о которой ты заботишься, но рискну предположить, что это все-таки просто твоя подопечная.

Я чуть не села прямо там, где стояла. Странный этот Макс. Внебрачная дочь! Скажет тоже. Да, я молодо выгляжу, мне мой возраст никто не дает, но не настолько же. Ярослав старым тоже ни капли не смотрится. С остальными утверждениями тоже мимо. В повисшей тишине я все-таки решила внести ясность. Гордо приосанившись и строго посмотрев на Макса, уточнила:

— Мне почти двадцать семь.

Тут произошло и вовсе странное: Ярослав и Макс как-то понимающе переглянулись и заливисто рассмеялись. Лицо Лары вытягивается все сильнее, я в недоумении, но стараюсь свое замешательство не показать. Только, казалось бы, все затихло, ясность решила внести и Лара, сама встав на защиту своей чести:

— Я не старая!

Мужской смех грянул с новой силой. Развлекаются тут, видите ли, за наш с Ларой счет.

— Прошу прощения, Лара. Я неправильно выразился. Не хотел обидеть, — примирительно произнес Макс. — Конечно ты молодая, а вы, Александра, не столь юная, чтобы быть дочерью Ярослава.

Шеф вновь напрягся, ну да, меня-то он не представил, а Макс уже знает мое имя.

Глава 47

Да, неудобно получилось.

— А вы что, знакомы? — изумленно и недоверчиво спросила Лара. Кажется, ее картина мира вновь пошатнулась относительно меня. И выгляжу иначе, и с такими людьми знакома, к которым она так усиленно клинья подбивает.

— Да, имел честь сегодня случайно познакомиться с Александрой. Признаюсь, очарован. Впрочем, думаю, как и мои друзья.

Не понимаю, чем они так во мне очароваться успели? Или Макса покорило то, что я его не знаю и вообще с официантом перепутала? У богатых все-таки свои причуды.

Мой босс на все это ничего не сказал, только уточнил, что я его личная помощница, с Максом они еще немного пообщались, шеф договорился о будущей уже деловой встрече.

— А свою визитку я уже дал вашей помощнице, — Макс любезно улыбнулся. — Она может звонить мне в любое время, чтобы договориться о встрече, — и так смотрит на меня этот котяра хитрый, с намеком, словно имеет в виду, что я могу договориться с ним именно о личной встрече.

Чувствую, опять щеки краснеют. Хорошо, что мама не знает о моих новых знакомствах, иначе наверняка бы весь мозг выела требованиями позвонить этому Максу и «договориться о встрече», причем еще и в гости пригласить, чтобы родители сразу познакомились и правильно его обработали. Хотя может и нет. Еще не известно, сколько этому Максу лет, на вид, конечно, довольно молодой. Посмотрела на шефа. Интересно, его бы моя мама в качестве жениха одобрила или нет? Все же разница в возрасте в десятилетие для нее может быть аргументом против. Впрочем, даже думать об этом нет смысла.

Мы отошли от компании Макса на достаточное расстояние, Лара с жутко недовольным лицом бросила на ходу, что пойдет в дамскую комнату, и покинула нашу компанию.

— Ярослав Леонидович, извините, я не успела сказать. Я, когда шла к вам, немного заблудилась, и он помог мне дойти сюда. Ну и потом еще познакомил со своими друзьями. Мы совсем немного поговорили. Я не знала, кто это. Вообще сначала подумала, что официант.

— Александра, вы взрослая девушка, можете сами выбирать свой круг общения, как я уже говорил, я против только близких отношений с моими подопечными. Макс же мне даже не конкурент, — довольно прохладно ответил шеф, смотря на меня недовольно. — Я могу только надеяться, что это не отразится на вашей работе. А вы ведь из-за него так сильно задержались?

Повинно опустила взгляд вниз.

— Ладно, идемте, Александра. Думаю, на сегодня работы и развлечений достаточно.

Ярослав направился к зданию, через которое я сюда пришла. Значит, уходить будем через «черный ход».

— А как же Лара? Она еще не подошла.

— Лара пусть еще веселится. Она любит подобные мероприятия, всегда подолгу на них присутствует. Ее я предупрежу.

Вот такой вот мой начальник. Пришел с одной, уходит с другой. Правда, с другой не через парадный вход, а тайными тропами. И что-то он какой-то раздраженный. Хотя вроде бы и не ругался сильно, так, только пожурил.

— Ярослав Леонидович, — произношу я аккуратно. — Можно спросить?

— Попробуйте.

— А этот Макс. Он кажется довольно молодым мужчиной. Как он успел стать столь солидным антрепренером? Мне кажется, даже при наличии большого таланта в таком деле все равно нужен опыт и стартовый капитал неплохой.

— Макс из хорошей семьи. Его отец известный меценат, кстати. С детства Макса обеспечили и опытом, и капиталом, и талант помогли максимально развить.

— А у вас как было в плане становления? Если не секрет, конечно.

— Постепенно, Александра. Если вас интересуют мои родители, то никакими особыми богатствами они не обладали. Образование у меня достойное, пусть совершенно не творческое, однако некие способности к выбранному делу, полагаю, присутствуют.

Вскоре мы с начальником сели в машину. Я скромно попросила довезти меня до метро, поскольку уже знаю адрес дома начальника и понимаю, что ему отсюда совершенно неудобно ехать в сторону работы и моего дома. Я бы и на такси с удовольствием доехала, но пока финансы не позволяют, и у Ярослава просить не хочется. Но шеф почему-то мою просьбу удовлетворить не захотел, и Роман довез меня не до метро, а прямо до дома, и это по вечерним пробкам. Нет, мне, конечно, хорошо, домой с комфортом доехала, а главное, все время пути весело общалась с начальником, получая от этого та-а-акое удовольствие. Что ни говори, а от этого потрясающего мужчины я просто млею. Он столько всего знает, так интересно рассказывает, такой в своем поведении, как… аристократ. Украдкой вздохнула. Надеюсь, мой восторг, близкий к щенячьему, шефу не очень заметен.

Надо же, никогда не думала, что пожалею о том, что пробки не могут быть бесконечными. Машина подъехала к дому. Прощаюсь с шефом, он уже в хорошем настроении и смотрит на меня так по-доброму, и от этого у меня прямо в душе, в районе груди становится теплее, а когда поднимаюсь по лестнице и вспоминаю поездку, понимаю, что не иду, а прямо-таки взлетаю. Улыбаюсь, хочется смеяться и петь, в кровь словно плеснули огромную дозу адреналина.

Вот в таком окрыленном замечательном настроении открываю дверь своей квартиры и в шоке застываю. К моим ногам льется вода. Заглядываю в квартиру. Пол залит водой сантиметра на четыре. Потолок вроде сухой, так что велика вероятность, что это я кого-то заливаю. Сердце забилось быстро-быстро. Вот это жо-о-о…

Захлопнула дверь. Нет, я знаю, что отрицание и побег от проблем это не выход, но мне нужно хотя бы несколько секунд. Уходя от родителей, я готовилась морально к разным бытовым проблемам и ударам судьбы, но этот удар какой-то уж очень крепкий. Нокаут.

Десять. Девять. Восемь. Это в моем воображении я лежу на ринге и слышу голос судьи, отсчитывающего решающие секунды. Семь. Шесть. Пять. Глубоко вздохнула. Чего теперь делать? Как справляться? Просить помощи? У кого? У родителей? Это будет мой проигрыш. Четыре. Три. Два. И…

Глава 48

Достаю телефон. Нет, звонить папе, маме или кому-либо еще я пока не собираюсь. Помощь, конечно, не помешала бы, но что, если бы у меня её просто неоткуда было взять? Что тогда?

Мне помог интернет. Нашла в телефоне советы, как действовать в подобной ситуации. Первым делом в расположенном в коридоре щитке отключила у себя электричество. Затем немного помолилась и, быстро сняв обувь, взяла ее подмышку и решительно зашла в квартиру.

На ходу поднимаю с пола наиболее ценные вещи, одновременно в интернете ищу номер телефона управляющей компании дома и заодно ищу источник прорыва. Я воду точно не забывала закрыть.

Самой мне не удалось справиться с водой, но довольно быстро появившийся после моего звонка в управляющую компанию сантехник трубы перекрыл и заодно установил, что они плохие и старые, и все дело в них. Он уже унесся общаться с соседями снизу, пока я на просто невероятной скорости стала пытаться ликвидировать потоп.

Плачу и вычерпываю воду. Меня теперь хозяева квартиры наверняка попросят съехать, и хорошо, если в приличных выражениях. А мне ехать некуда. Денег на новый съем нет. Не к шефу же проситься в гости. Мне гордость не позволит. К родителям же возвращаться не хочется совершенно, после того как хлебнула вольной, пусть и трудной одинокой жизни. Обидно просто жутко, так не хочется уезжать, все-таки слишком удачный вариант был с этой квартирой. Рядом с работой, в хорошем районе, приличная обстановка. И главное, так мало тут пожила. Хотя, может, конечно, ремонт не потребуется? Ну вдруг.

Сантехник вернулся обеспокоенный, сказал, не открывают, вероятно, жильцы квартиры снизу не дома, или она и вовсе пустует, так что сейчас квартиру, возможно, заливает, никаких действий по ее спасению не производится. Сантехник еще спустился к соседям через этаж, и у них, к счастью, пока все хорошо, ничего не течет. И пока я занимаюсь ликвидацией последствия катастрофы, сантехник, войдя в мое положение, уже связался с управляющей компанией, чтобы попытаться узнать контакты владельцев квартиры снизу.

Ради этого я не пожалела все свое постельное белье, одеяла, подушку, пледы и даже часть гардероба — просто клала все на пол, а потом вобравшую в себя влагу ткань перетаскивала в душ. И когда ситуация немного стала лучше, позвонила хозяевам своей квартиры с неприятной новостью. Сказали, что сейчас не в городе, будут только часа через полтора, чтобы все посмотреть.

На некоторое время наступило затишье, но уже через минут тридцать появились найденные хозяева квартиры снизу, настроенные весьма враждебно. Все-таки протекло к ним. Потолок и стены местами пострадали. Пока общалась с ними, появились и хозяева квартиры, они, благо, не ругались, признали, что сантехнику не проверяли и никак ею не занимались очень долгое время, так что вся ответственность на них, договорились о возмещении ущерба с соседями снизу и даже мне не отказали в возможности жить в этой квартире… после того как будет проведен ремонт, в ходе которого заменят сантехнику, поменяют ламинат. В общей суматохе мне и разбитую дверцу душевой простили. Скорее всего, все равно и душевую кабину заменят на новую.

В общем, все оказалось не так плохо, как могло бы быть, но на пару недель меня из квартиры попросили куда-нибудь съехать. Уже вместе с хозяевами продолжила осушение квартиры в труднодоступных местах — за крупногабаритной мебелью и под кухонным блоком.

И вот сижу я теперь сиротливо на голой кровати, пытаюсь принять тот факт, что хоть и ненадолго, но придется вернуться к родителям. Больше некуда. Хозяева квартиры хоть и сказали, что ремонт всего на пару недель, но ремонты такая штука, которая имеет свойство затягиваться. Гостиница мне не по карману, даже если решусь шефу спеть и получить двойную премию. Настроение грустное. Устала, перенервничала. Света в квартире на всякий случай до сих пор нет, решили до утра его не включать, чтобы, если влага где осталась, не коротнуло. Спасает свет фонаря телефона. Ноутбук не открываю, берегу заряд. Завтра днем уже могут приехать ремонтники, так что времени на сборы у меня немного.

Надо уже звонить родителям, предупредить, что завтра вернусь, и не могу, тяну до последнего. Час поздний, но лучше предупредить сейчас, чем спозаранку нагрянуть с вещами. По щеке скатилась одинокая слезинка. Соберись, Саша. Это всего на пару недель.

Неожиданно телефон в моей руке ожил сам, требовательно завибрировав. Надо же. Шеф. Чего вдруг так поздно звонит? Утерла слезы, глубоко вздохнула, чтобы успокоиться и чтобы голос не дрожал при разговоре.

— Алё.

— Саша, доброй ночи. Извините, что так поздно звоню. Надеюсь, не разбудил?

— Нет, Ярослав Леонидович. Вы что-то хотели?

— Да. Завтра утром не забудьте все полученные визитки. Надо будет прийти пораньше и… — шеф замолчал на несколько мгновений. — Сашенька, у вас все в порядке?

Как он понял?!

— Да-а. А что? Почему вы спрашиваете?

— У вас голос кажется подавленным. И сопите грустно.

Соплю грустно? Это вообще возможно?

Нет-нет, а все же задумалась. Может, рассказать? В конце концов, попросить аванс? Фиг с ним, что дорого, на пару недель сниму номер в какой-нибудь дешевой гостинице и спрошу насчет подработки в центре звукозаписи. Видимо, думала и решалась я слишком долго, начальник что-то заподозрил.

— Александра, говорите уже, что случилось.

— Шеф, а можно попросить выплатить аванс заранее? Завтра?

— Зачем вам деньги?

— Да тут… небольшое происшествие у меня случилось, — ночью я хуже соображаю, подходящие слова находятся с трудом. Еще и устала.

— И? Какое? Упали опять откуда-то? На что деньги?

— Ярослав Леонидович, мне неудобно об этом всем рассказывать, это мои личные проблемы. Извините, не надо аванс. Во сколько завтра подъехать на работу?

— Почему «подъехать»? Вы же живете в шаговой доступности. Или вы не дома? — уцепился за мою оговорку шеф. Я завтра именно что подъеду. От родителей добираться на работу будет долго.

— Дома. Пока что.

— Вы куда-то собираетесь в такое время? Куда, если не секрет? Или точнее к кому? — Ярослав интересуется требовательно и холодно, от его тона у меня прямо… теплеет в груди и такие будоражащие ощущения. Конечно, это бред, но можно помечтать и представить себе, будто начальник ревнует. Но нет, грезами жить нельзя, поэтому тоже подпускаю в голос сухости и строгости:

— Гхм. Ярослав Леонидович, вопросы действительно довольно личные, поэтому я оставляю за собой право на них не отвечать.

И чуть не выронила трубку, когда шеф прямо-таки зарычал:

— Саша, черт возьми! Вы дома или нет?

— Дома.

— Что у вас случилось?

— Потоп был, — отвечаю я, не иначе в состоянии шока после того как любимый, всегда спокойный и уравновешенный начальник повысил голос.

— Так. Уже лучше. Картина проясняется.

Глава 49

— Ярослав Леонидович, извините, я устала. Давайте поговорим завтра. До сви… — мое скоропалительное прощание больше похоже на побег. Такой шеф меня не то чтобы напугал, скорее заставил посмотреть на себя иначе. Это надо обдумать.

— С потопом вопрос решили? — не слушая меня, опять довольно жестко спрашивает Ярослав.

— Ну… да, практически.

— Ущерб большой? Вам на его покрытие понадобились деньги?

— Нет. В квартире ремонт небольшой планируется, надо будет съехать на какое-то время. Но я уже все решила. Поеду к родителям жить на это время.

— Если не на ремонт, получается деньги вам нужны были на… — все не унимается шеф.

— Эм, к родителям не очень хочется ехать. Только и всего. Далеко живут от работы. Была мысль найти жилье поближе. Ремонт вроде как недолго будет идти, всего пару недель.

Ярослав ненадолго замолчал. Я тоже молчу, стало просто интересно, к каким выводам придет и что скажет.

— Если хотите, можете пока пожить у меня. Все равно уже недавно гостили. Два дня, две недели какая разница?

У-у! От такого предложения резко подскочила и теперь лихорадочно хожу по квартире. Это же надо! Начальник сам предложил. Но как-то это… не знаю. Пожить на пару недель к одинокому красивому мужчине, при этом… Ух, щеки мои уже просто пылают, да и уши горят. Вечерние совместные ужины, игры, а может быть и… Так. Стоп. Я затормозила не только мысленно, остановив фривольный полет фантазии. Встала как вкопанная.

— Ярослав Леонидович, а откуда вы знаете, что ремонт будет длится пару недель?

— Вы сами сказали.

Фух, точно. Надо поспать. Но только у родителей. К шефу, конечно, заманчиво, но нет. И так влюбленность есть, нельзя позволить себе увязнуть в этом чувстве. Пока я погрузилась в сомнения и раздумья, а может все-таки да, начальник воспринял мое молчание более определенно, возможно, для него молчание — это знак согласия.

— Вам ведь уже с утра нужно съехать? В квартире после потопа, наверное, некомфортно. Романа сейчас за вами отправлю. Пока собирайте вещи.

Эй-эй, потише!

— Ярослав Леонидович, я не могу. Это неудобно. Не хочу вас стеснять, — ну а что еще остается говорить?

— Саша, вы уже были в моем доме. О каком стеснении там может идти речь?

Ну, да, дом у шефа большой. Наверное, одна только какая-нибудь кладовка как вся моя квартира. Никакой тесноты. А если Лара приедет? Она ведь не поймет. Или начальник Лару в гости совсем не приглашает?

Нет, все равно, конечно, заманчиво. Молчу, думаю, сомневаюсь.

— Саша, уже поздно, я собираюсь спать, а не развеивать ваши страхи или комплексы, так что вы, если хотите, думайте, пока Рома будет ехать, я его в любом случае отправляю. Как приедет, наберёт вам, захотите, поедете с ним, захотите, останетесь.

И шеф просто взял и отключился. Да уж. Я не хожу, а просто мечусь по небольшой площади. А-а! Что же делать? Ехать или нет? Одно могу сказать точно. Волнение приятное, радостное. Согласиться-то хочется, и ещё как, но хочется и колется. Ярослав ведь мне никто, а я к нему пожить еду. Все вбитые с детства правила и нормы поведения твердят в моей голове маминым голосом, что так делать нельзя. Плюс привыкну ведь к хорошему, потом обратно будет тяжело возвращаться.

Ладно, еду. Потому что если выберу родительский дом, буду жалеть, наверное, всю оставшуюся жизнь. Пусть будет наверняка плохо потом, но ведь хочется же поехать, проживу эти пару недель у шефа с радостью и просто постараюсь сберечь себя и свое сердце, не погрязнув в своих эмоциях и чувствах.

Принялась собирать вещи. Вскоре приехал Роман, помог перенести в машину мои скудные пожитки. Скудные, потому что вещами я так особо и не успела обрасти, но пока это только мне на руку, легка на подъем. Всю дорогу клевала носом, а когда приехали, думала, что вещи в комнату, скорее всего, буду перетаскивать потихоньку сама, поскольку не хочу напрягать Романа, все же это не его работа, но в подземном гараже, на удивление, нас встретил шеф, он же и забрал самую большую и тяжелую сумку.

— Ярослав Леонидович, а я полагала, вы уже спите. Собирались, вроде как.

Начальник весело фыркнул.

— Мысль о том, что ко мне должна приехать одна очаровательная гостья, не дала уснуть.

Ну, все, шеф, опять краснею. Не надо так. Сердце мое не камень. Я и так уже ваша личная тайная фанатка.

Ярослав мало того, что лично помог мне с вещами, сопроводив до уже знакомой мне комнаты, так еще и очень мило пожелал мне чувствовать себя как дома и спокойной ночи. Заметила, что теперь начальник находится в крайне благодушном настроении. Ну и хорошо. У меня, кстати, тоже отличное настроение, но со мной и так все понятно. Но денёк сегодня выдался очень напряженный, прямо скачками.

Вещи не разбираю. С удовольствием упала на мягкую постель. Как хорошо-то. Под крылом любимого шефа, в спокойствии, уюте и комфорте. Тут ведь ещё и кормят бесплатно блюдами ресторанного уровня. И я понимаю, что за все в этой жизни надо платить, однако же начальник не торопится брать плату. Может, ему и правда просто нравится моя компания и он мне посочувствовал? Ощущение нереальности моего везения зашкаливает.

Утром, забыв о прошлых ошибках, пою в душе, настроение не изменилось, все здорово, и петь уж очень хочется. И если уж начальнику так хочется, пусть записывает, сколько его душе угодно. После душа, стоя возле раковины и прихорашиваясь, вывожу свои песни особенно тщательно, громко и, по возможности, красиво. Меня даже немного будоражит мысль, что шеф может меня услышать. Это так… ну, словно я делаю что-то очень личное, интимное, а начальник за мной тайно наблюдает, и я об этом знаю. Весело фыркаю. Да-с. Дожила. Ну и мысли. Стыдобища. Все, больше не пою.

За завтраком Ярослав никак не подал виду, слышал ли он мои утренние завывания.

На работу, как и планировалась, приехали пораньше, и я занялась составлением нового графика шефа, вскоре уже связываясь с теми, с кем вчера Ярослав договорился о встрече, чтобы подтвердить или уточнить время и место. Но звонила не всем, только тем, кто шефу нужен в ближайшее время, и, благо, среди них не оказалось Макса, тот еще, конечно, персонаж. Нет, не плохой, но как-то смущает меня.

Ближе к обеду Ярослав, выходя из кабинета, сообщил:

— Я ухожу и до конца рабочего дня, вероятно, уже не появлюсь. Обычно съёмки клипа у Лары — это надолго. Домой вас отвезет, скорее всего, один из штатных водителей.

— Ярослав Леонидович, я и сама могу доехать, спасибо, не стоит никого утруждать.

Шеф отмахнулся.

— Вы никого не утруждаете, — Ярослав помолчал. — Кстати, если хотите, можете пойти со мной посмотреть процесс съемки клипа. Это здесь, в здании.

О-о, любопытно.

— Хочу.

— Идемте.

Глава 50

Следую за шефом, и мы приходим в просторное, полное людей помещение. На съемках чего-либо я впервые, поэтому с огромным интересом разглядываю аппаратуру, стенды, декорации и суетящихся людей в нарядных костюмах и, засмотревшись, отстаю от Ярослава. В центре этого человеческого муравейника есть королева — Лара, возле нее больше всего людей и суеты, частично эту суету создает она сама, властным раздраженным тоном раздавая окружающим приказы.

— Лара, Лара, спокойно, — насмешливо произносит Ярослав, подходя к своей протеже. — Люди стараются как могут.

— Плохо стараются, — недовольно отвечает Лара. — Клип — это так важно, а грим мне наложили просто ужасно, и свет выставили так, что я буду настоящей уродиной. Прическу я просила сделать гладкой, а мне назло сделали пышную. Эта твоя постановщица танцев мне постоянно хамит и говорит, что я деревянная и не чувствую душу музыки. Ну не кретинка? Я — и не чувствую музыку?!

Смотрю на Лару и не понимаю. Она выглядит просто потрясающе, и макияж, и прическа, и волосы. Свет на нее падает так, что кажется, будто она сияющий ангел, только что спустившийся с небес. На Ларе золотое блестящее платье не иначе как какой-нибудь египетской богини. Кажется, Лара любит тему Египта. Заметила, что многие танцоры одеты, а скорее раздеты все в том же стиле. Раздеты, потому что на них ну очень мало одежды, почти все тело открыто, и притягивает внимание тот факт, что голые участки тела окрашены. Танцоры похожи на золотые статуэтки в набедренных повязках.

— Ларочка, ты выглядишь просто великолепно, — подтвердил мои мысли Ярослав. — Ты просто не видишь себя со стороны. И свет лежит отлично. А на нашу постановщицу танцев не обращай внимания. Это она так тебя пытается настроить на боевой лад, чтобы выложилась на полную.

Шеф все говорит, говорит и говорит комплименты Ларе, да еще таким голосом, прямо воркует. Это дает результат, настроение звёзды повышается, вот она уже и улыбается, смотрит благосклонно на всех… прямо как королева на подданных.

Лара величественно поднимается с места, не без помощи вовремя поданного локтя моего шефа, и говорит, что готова продолжать съемки клипа, она уже отдохнула. Кажется, я сейчас на деле увидела одну из сторон работы продюсера.

Проходя мимо, Лара бросила на меня уничтожающий взгляд, вот, мол, смотри, как меня Ярослав любит и мной восхищается, я его звезда, а ты никто.

После активизации Лары и без того беспокойный муравейник пришел в движение. Было очень интересно наблюдать за процессом съемок, которые, правда, периодически останавливались по техническим причинам или из-за недовольства Лары, режиссера клипа или самого Ярослава, которые требовали переснять непонравившуюся им по тем или иным причинам сцену. Надо сказать, чаще всего процесс съемок останавливался именно по требованиям Лары, и тогда мой шеф, словно ее верный рыцарь, подходил к ней и очень так ловко и быстро решал вопрос, при этом безбожно льстя Ларе и подбадривая ее, вдохновляя на свершения. Мне кажется, Лара и капризничала-то только ради получения внимания продюсера.

Я забыла, что пропустила обед, и уже даже втянулась в процесс съемок, превратившись в девушку принеси-подай и, наверное, так и пробыла бы на съемках до вечера, но стали звонить из бухгалтерии с просьбами принять на подпись документы, и я отпросилась у начальника, все же осталась и другая работа. Идя обратно в кабинет, поймала себя на том, что улыбаюсь. Процесс съемок был таким интересным, там кипела жизнь и царила непередаваемая атмосфера творчества и волшебного таинства.

Шеф так и не появился в конце рабочего дня. От услуг водителя отказалась, заранее об этом предупредив соответствующую службу, и спокойненько, пешком отправилась на свою подработку в звукозаписывающей студии. Сегодня удачно получилось, а вот в другие дни у Ярослава могут появиться вопросы, где это я время провожу после работы.

Только отработала вторую смену на подработке и вышла на улицу, звонок. На экране высветилось имя начальника. По коже побежали мурашки. Потерял. Будет, наверное, задавать вопросы, а я же врать не хочу любимому начальству. Может, не брать трубку? А смысл? Все равно же никуда не денусь.

— Алё, — произношу настороженно.

— Сашенька, вы сейчас дома? — первое, что говорит босс будничным тоном, и у меня коленки подкашиваются. Если бы не обращение на вы, то вопрос прозвучал бы очень по-семейному. Словно я у шефа не временно живу, и именно там мой дом.

— Нет. Я… гуляю, — вот тут ведь, можно сказать, и не соврала. Работа закончена, прогулочным шагом, наслаждаясь вечером, иду в сторону метро. — Неподалеку от работы. А что?

— Мне звонил наш общий знакомый — Макс Орлов. Пригласил на сегодняшнюю постановку в его театре. Пойдете?

Озадачилась.

— Шеф, это вы предлагаете мне дополнительно поработать? Планшет брать с собой? Образ фривольно-офисный?

— Нет. Образ вечерний. Для выхода в свет. В качестве моей спутницы.

Огошечки.

— Может, для такого дела лучше подойдет Лара? У меня и наряда вечернего нет.

— Макс намекнул, что желает видеть именно вас. Думаю, можно сделать ему приятно. Но если вам не хочется идти со мной, придется обратиться к Ларе. Насчет платья — сейчас вам на карточку придут деньги. Считайте, что это как деньги на командировочные расходы. Сможете себе что-нибудь купить подходящее в течение получаса?

— Ох, ну и задачки вы задаете, шеф… смогу. Во всяком случае, постараюсь.

Ну а что? В театр с любимым шефом пойду, развеюсь, еще и наряд за просто так получу. Чем плохо? Неожиданно, но так даже лучше. Словно маленькое приключение.

— Отлично. Через минут сорок тогда жду вас либо на работе, либо ближе к этому времени позвоните и сообщите, откуда вас забрать.

Уже через минуту на мой счет оказалась зачислена круглая денежная сумма, которой не только на дорогое вечернее платье хватит, но и на приличные туфли, целый набор косметики, профессиональный макияж, прическу… и даже на пару походов в кафе. Щедро, ничего не скажешь. С такими «командировочными» мне никакие премии будут не нужны. Но проблема в том, что у меня всего полчаса. Добраться до подходящего магазина. Выбрать и померить платье, подобрать к нему туфли, сделать подходящую случаю прическу и какой-никакой вечерний макияж. Ведь хочется держать марку, начальство не опозорить. Полчаса. Да как я на такую авантюру согласилась?!

Опрометью кинулась в сторону ближайшего торгового центра. Благо, район я уже успела немного изучить, места с хорошими магазинами знаю. Когда я врываюсь в бутик с одеждой, продавцы наблюдают за мной с круглыми глазами. Не сбавляя скорости, срываю с вешалок несколько бросившихся мне в глаза платьев ориентировочно моего размера и устремляюсь в примерочную.

— Я сильно тороплюсь, мне нужна будет помощь! — кричу я на весь магазин, чтобы консультанты бутика поживее выходили из ступора.

К счастью, с платьем повезло. А это самое главное. Быстро нашлось подходящее. Черное, длиной до пола, облегающее. Только одна пикантная деталь — разрез от бедра, при ходьбе полностью открывающий одну ногу. Но с ногами у меня проблем нет, да и в наши времена ими особо никого не смутишь, так что пускай. Очень радует, что платье идеально село на мое худосочное тело. Даже не стала мерить остальные варианты. Все равно некогда.

Сверилась с часами. Осталось двадцать минут. Вроде в магазине я заметила и обувь.

— Девочки, мне нужны изящные черные туфли, клатч… — кричу я из раздевалки. И гулять, так гулять. Не могу же я пойти в новом дорогущем платье и старом повседневном комплекте белья. И пусть белье никто не увидит, но я-то буду знать. — И белье! Черное. Минималистичное. Кружевное, по возможности. Только, пожалуйста, очень быстро!!!

Глава 51

Еще десять минут ушло на обувь, аксессуары и оплату. Охваченная адреналином, держа в руках пакет со своей офисной одеждой, прямо в вечернем платье и в туфлях на шпильке бегу в салон красоты, благо, он прямо напротив бутика.

— Даю двойную оплату, если за десять минут мне сделают вечернюю прическу и макияж! — с азартом говорю администратору. — Есть возможность сейчас все сделать? Потом уже будет не надо.

Возможность оказалось. Меня окружили сразу три девушки. Две на волосы, одна на макияж. Чувствую себя персоной вип. Окружающим меня девушкам, кажется, передался мой азарт.

— Есть пожелания по макияжу? — тоном профессионала спрашивает визажист.

— Быстро. Красиво.

Визажист кивнула, а я смотрю не в зеркало, а на часы. Параллельно отправляю начальнику сообщение о том, что на работу уже не успею, и место, откуда меня забрать. Время бежит как никогда быстро. Мои последние минуты, которые нужны для подготовки, пролетели словно пуля. Это я еще время захватила, которое потратила бы на пробежку до работы. О, Ярослав уже звонит.

— Да, шеф.

— Я подъехал.

Все три девушки в панике смотрят на меня. Не успели.

— Шеф, я прошу прощения. Можно еще пять минут?

И опять стилисты единодушны. Дружно тычут мне в лицо руками, демонстрируя по десять пальцев. И глаза такие умоляющие.

— Шеф, извините. Десять. Можно десять минут?

— Хорошо, Александра. Жду.

Кудесницы закончили надо мной колдовать за дополнительно данное время. Расплачиваясь на стойке администратора и думаю, что надо хотя бы в зеркало взглянуть на то, что получилось. Глянула и обомлела, не сразу себя узнав. Прическа чудесная, аккуратная, изысканная. Необычный макияж. Я себе никогда такого не делала. Я себе, в общем-то, крашу обычно только глаза, да и то так, чтобы все смотрелось органично и незаметно, а губы и вовсе не трогаю, максимум блеск или светлая помада с подводкой. А тут вдруг наоборот сделали акцент на губах, накрасив помадой темного оттенка, да и глаза довольно яркие и выразительные, а они еще к тому же весело лихорадочно блестят после такой гонки. Последним штрихом достала из пакета свою сумку, а уже из нее флакончик духов. Брызнула. Кажется, все. Душевно поблагодарила стилистов и поспешила к начальнику.

Иду я в вечернем образе по торговому центру и даже не вижу, а прямо-таки чувствую, как на меня глазеют посетители центра, особенно мужчины. Да, наряд у меня не соответствует месту, но что же теперь так таращиться. Чувствую себя неуютно. Опять просыпается моя «любимая» фобия, когда на меня направлено много внимания. Но стараюсь страхов не показывать, выпрямила спину, повыше подняла подбородок и гордо иду вперед, стараясь не смотреть по сторонам, чтобы не сталкиваться взглядами с идущими навстречу людьми.

На выходе из торгового центра получилось забавно. Там обычные, не крутящиеся двери, которые нужно самой открывать, но я этого сделать не успела. К дверям бросилось сразу трое находящихся поблизости мужчин, которые создали давку. Подождала, и оказалось, что это они мне дверь хотели открыть. Один все-таки это сделал с довольной улыбкой, а двое других, осознав комичность ситуации, со смехом вышли на улицу, встав по бокам двери, словно охраняющие выход гвардейцы. Смущаясь и краснея от такого внимания не сразу замечаю, что машина босса стоит на дороге, как раз напротив выхода из торгового центра, а сам шеф, облокотившись на дверцу, с кем-то разговаривает по телефону. Точнее разговаривал. В данный момент он просто держит телефон возле уха, но молчит и, словно оцепенев, внимательно смотрит на меня. Встретилась с Ярославом глазами. Его взгляд какой-то уж очень серьезный. Он словно…

— Извините, а можно с вами познакомиться? — отвлекая меня от начальника, спрашивает тот мужчина, что открывал мне дверь. Эм-м. Не в моем вкусе. Двое других, кстати, уже успели зайти обратно в торговый центр.

— Прошу прощения, я очень спешу.

Пытаюсь пройти, но все тот же неожиданный кавалер быстро заступает мне дорогу.

— А телефон свой оставите? Вы такая красивая.

Ой. Шеф убрал телефон и двинулся в мою сторону.

— Готовы, Александра? Вы просто умничка, — говорит начальник, берет меня под руку, чуть ли не плечом оттесняя назойливого кавалера, уводит меня к машине и лично открывает дверь и помогает сесть в салон. М-м. Приятно.

Вскоре начальник садится рядом, машина трогается с места. И опять я чувствую на себе взгляд Ярослава. Взгляд долгий, изучающий. К слову, в сидячем положении у меня почти полностью оголилась нога, как раз со стороны шефа, и если в магазине мне казалось, что в современном мире, голые ноги ничего не значат, то сейчас, когда краем глаза заметила, куда именно смотрит Ярослав, чувствую, как смущение затапливает меня с головой. Совершенно случайно поймала в зеркале заднего вида еще и веселый взгляд Романа. А ему-то почему так весело?

Ехали мы не очень долго.

— Я сам, — сказал шеф по приезде водителю, лично вышел и открыл мне дверь.

Чувствую себя не в своей тарелке. Это все неправильно. Вот для Лары наверняка было бы нормально, но точно не для меня. Решила украдкой посмотреть на шефа и тут же отвела взгляд, поскольку оказалось, что он опять на меня смотрит.

А может быть сегодня… после театра Ярослав обратит на меня больше внимания? Как на женщину. Одна только мысль об этом заставила внутренне встрепенуться и признать — мне бы очень хотелось узнать, как умеет целовать Ярослав.

Глава 52

Отвлечься от запретных мыслей мне помогло то, что мы вошли в театр, в котором оказалось довольно суетно из-за большого количества нарядно одетых людей. С любопытством оглядываюсь. Театр просторный, светлый и современный. Очень интересно сочетаются бетон, стекло и дерево. Некоторые стены ровные, преимущественно обитые деревом, а те, что белые — все под каким-нибудь причудливым наклоном, но при этом смотрится все очень органично и интересно. Белые, словно летящие лестницы со стеклянными перилами, огромные панорамные окна и уходящие ввысь круглые колонны дополняют впечатление воздушности.

— К сожалению, приехали мы поздно, сейчас уже прозвучит последний звонок, не успею пообщаться со знакомыми, но может быть в антракте. Как вам здесь, Сашенька?

— Хорошо. Красиво. И этот театр принадлежит Максу? Здесь бы вы хотели организовать премьеру мюзикла?

— Было бы неплохо.

Звонок вполне классический. Поднимаемся с шефом все выше и выше по лестнице, и рядом с нами становится все меньше людей. А вот уже и в зал заходим. Причем только вдвоем.

— О-о… — тяну я восторженно. В моем воображении театр ассоциируется с красным бархатом и золотом, но здесь и близко ничего такого нет. Зал декорирован деревянными панелями. Очень стильно, современно. Сиденья все черного цвета. Даже на вид удобные.

Сцена как на ладони. Мы с начальником на балконе, в котором всего несколько кресел, и пока, кроме нас, больше никого нет.

Ярослав помогает мне сесть в мягкое черное кожаное кресло. Свет гаснет.

— Извините, немного запоздал.

Я дернулась и чуть не подпрыгнула, потому что фраза оказалась произнесена прямо мне на ухо, и сказал это не мой шеф. А темно, хоть глаз выколи.

Так. Без паники. Голос извинился, что опоздал. Можно предположить, что это Макс. Собственно, и голос похож.

Эх, такой романтичный момент испортил. Я наедине с шефом в темноте шикарной ложи. Да лучше бы Макс не опоздал, а вообще не пришел.

Зал прорезал луч света, затем еще один, и еще. Лучи, «погуляв» по залу, сфокусировались на сцене. Оглядываюсь. С одной стороны, где и был, сидит Ярослав, с другой Макс. Орлов в черном костюме, и опять с бабочкой на шее. Забавно.

Неожиданно и резко заиграла музыка, заставив переключить все внимание на сцену. О, а там уже актеры появились.

— Саша, вы выглядите просто потрясающе. Любите драму? — наклонившись светским тоном говорит Орлов, отвлекая от действа на сцене.

— Тш-ш, — строго нахмурившись, шиплю в ответ я. — Не отвлекайте.

Вновь вернула взгляд на сцену. Нет, ну а что? Когда я еще в театре побывать соберусь? Хочу посмотреть постановку, а не с Максом светский разговор поддерживать. Может, шефу и нужен Макс, но пусть его “окучивает” кто-то другой, в мой круг рабочих обязанностей это не входит.

Макс хмыкнул, но ничего не сказал. Ярослав только кивнул Орлову и, как и я, предпочел смотреть спектакль.

От постановки, к слову, оказалась не в таком уж восторге. Слежу за разворачивающимся на сцене действом, и понимаю, что начинает клонить в сон. Возможно, это у меня идет обратная реакция, после выплеска адреналина, и организм требует спокойствия и отдыха, но все равно от спектакля ожидала большего. Все же так разрекламировали, как крут этот Макс, театр, опять же, такой шикарный, и на контрасте вполне обычный, даже затрапезный спектакль. Только что декорации с использованием современных технологий, улучшают визуальное восприятие. Нет, я не заядлая театралка, чтобы тут пальцы гнуть, в театрах бывала в своей жизни мало, поэтому это все исключительно на мой обывательский простой вкус. Возможно эксперт шикнет на меня и скажет, что постановка шедевральна, но от этого смотреть ее с большим интересом я не стану.

Может, Максу тоже не так уж и нравится поставленный при его посильной помощи спектакль? Поэтому и хотел поболтать, нежели наблюдать за разворачивающимся внизу зрелищем? Еще и драмой. Кстати, может, во втором акте будет поживее? Кого-нибудь убьют?

Украдкой смотрю на начальника. Смотрит спектакль. Так. Теперь еще более осторожно решила посмотреть на Орлова, и зря это сделала. Вот точно ему спектакль не нравится, иначе бы не отвлекался. На меня. Смотрит, ухмыляется.

Все. Сижу дальше и делаю вид, будто ничего не заметила. Тем не менее, уже немного на нервах, и потому не столько заметила, сколько чувствую и вижу, словно каким-то с миг развившимся переферийным зрением, как Макс потягивается, прикрыв рукой рот, цедит зевок, и в результате всех этих телодвижений оказывается ко мне чуть ближе.

Ну… ладно. Подумаешь.

Пытаюсь заставить себя смотреть спектакль дальше и не могу. Я же чувствую, что Орлов на меня смотрит.

Подвинулась в кресле поближе к своему начальнику. Так оно поспокойнее. Все. Спектакль.

Немного отвлеклась, но все же главное действие для меня разворачивается не на сцене.

Орлов вроде бы сидел спокойно, но через какое-то время вновь зашевелился, и вот его плечо словно невзначай коснулось моего.

Резко отодвигаться будет не слишком красиво, поэтому я, пользуясь приемами оппонента, вздыхаю, цежу в ладонь зевок, и тоже как бы невзначай двигаюсь и чуть отодвигаюсь. Такими темпами я уже скоро шефу на коленки пересяду.

И как раз этот момент Ярослав выбрал, чтобы обратить внимание на происходящее.

Вопросительно выгнув бровь, босс посмотрел сначала на меня, практически прижавшуюся к его плечу, затем на коварно улыбающегося и явно веселящегося Макса, а затем шеф сделал то, чего я совсем не ожидала. Ярослав демонстративно зевнул, потянулся, не без помощи рук, и одна рука его, словно невзначай, легла на спинку моего кресла.

Ощущаю, будто сижу между двух непризнанных актеров.

Глава 53

— Макс, актерский состав, конечно, отличный, звездный, но почему так вяло играют? — полюбопытствовал шеф. — Такое впечатление, будто они смертельно устали, хотя постановка новая.

— Я думал над этой ситуацией. Думаю, дело в том, что дал им слишком много денег. Это, порой, расхолаживает. Иными словами, зажрались. Как контракт их закончится, придется менять актерский состав на менее заслуженный. Если хотите, можем не…

И тут начал зажигаться свет и возвестили очень вовремя об антракте.

— …не сидеть здесь, а пойти поужинать в ресторане. Я угощаю, раз уж пригласил вас на такое скучное мероприятие. Чувствую свою вину.

— Спектакль не такой уж и скучный. Я бы досмотрел, — не согласился мой начальник. — А пока перерыв, если уж ты чувствуешь за собой какую-то вину, то лучше было бы провести время чуть иначе. Саша мне говорила, что просто мечтает попасть за кулисы театра. Еще и во время действующей постановки. Да и я бы не отказался.

Что? Я такого никогда не говорила.

— Ну конечно же идемте. Буду рад вам все показать. Да и, знаете ли, исполнять мечты прекрасной Александры считаю за удовольствие, готов это делать хоть постоянно.

Ну вот, у меня уже краснеют щеки и, кажется, даже уши. А шеф, кажется, специально пользуется замеченным расположением Макса ко мне. Либо это скорее так продюсеры подшучивают. В большей степени надо мной, причем.

Орлов выводит нас с шефом из ложи, ведет длинными коридорами вниз, и вот мы уже за сценой. Здесь царит суета, не меньшая, чем, в холле, но здесь все по-особому, с непередаваемой атмосферой творчества, такая суета царила и во время съемок клипа, которые я недавно имела честь лицезреть.

Макс ведет, вещая о своем новом театре, словно заправский экскурсовод, на ходу знакомя нас известными артистами. Но долго экскурсия не продлилась, шеф взял инициативу на себя, признавшись, что с его стороны интерес не праздный, а деловой, хочет мюзикл ставить. Тут уж Орлов так улыбнулся, словно говоря: “Я знал”, и вот уже мужчины увлеченно обсуждают дела, и Макс совершенно забыл о той, чьи мечты так рьяно желал исполнять. Работа и деньги на первом месте.

Я еще какое-то время шла за мужчинами, чувствуя себя чужой в этом празднике мужской деловой и местами азартной беседы, где шеф и Макс обсуждали достоинства и недостатки театра для будущего мюзикла. В итоге на меня махнули рукой оба. Начальник отпустил, а Макс позволил самой побродить за кулисами, до начала второго акта.

Ну ладно, скоро уже, наверное, звонок прозвенит.

Без особой цели брожу за сценой, на меня изредка бросают местные работники оценивающие взгляды, но никто не подходит и ничего не говорит. И тут из-за спины мне неожиданно прилетает:

— Так, ну и чего встала? Ставь микрофон на центр.

Мне в руки неизвестный мужчина впихнул стойку с микрофоном, еще и в спину подтолкнул, чтобы я шла ее туда ставить. Мужчина так грозно и возмущенно крикнул, что я несколько оробела, и действительно пошла, куда, сказали, даже не возмутившись. Сработал эффект неожиданности.

Только поставив стойку в заранее обозначенное крестиком место, я задумалась, а что это вообще было? С кем меня спутали? В вечернем-то платье. Ну да ничего, бывает.

С интересом оглядываюсь. На большой театральной сцене я впервые. Вокруг суетятся люди, спешно меняя декорации.

И тут кто-то громко нецензурно выругался. Люди засуетились и стали спешно убегать со сцены, а я вновь прохлопала момент и растерялась, не сразу поняв, что кулисы открылись, обнажая сцену, не до конца выставленные декорации и, собственно меня.

В зале сидят люди. Большинство мест пустуют, многие еще не вернулись с антракта, но все-таки.

Замерла. Испуганно смотрю на толпу людей, которая вопросительно смотрит на меня. Повстречалась со своей “любимой” фобией лицом к лицу.

Перед глазами заплясали мушки. Крепко вцепилась в стойку микрофона, чтобы не упасть.

В зале совсем тихо на пару мгновений, а затем раздались хлипкие подбадривающие аплодисменты. Боже, они подумали, что я тут сейчас буду выступать. И главное, никто не торопится закрывать кулисы.

Глубоко вдохнула.

Не могу двинуться. От приступа паники тело сковало. Люди в зале все еще смотрят на меня выжидательно. Сейчас я ещё подышу, чуть успокоюсь и уйду со сцены. Ну или кулисы закроют.

Дышу, и вдруг, на несколько мгновений, накатывает спокойствие. Паника отступила. Подумать только, я на сцене, и здесь здорово, именно так, как и представлялось в совсем раннем детстве, когда я еще ничего не боялась, и казалось, что мир для меня полностью открыт.

Улыбнулась людям в зале, и уже вполне спокойно сделала шаг, чтобы уходить со сцены, но нет. Прозвучал звонок, и кто-то, видимо очень остроумный, направил на меня свет нескольких прожекторов. Мне зааплодировали уже громко, основательно, требовательно. Заметила несколько вспышек. Фотографируют. Может и видео снимают.

И все, снова накатила паника.

На деревянных ногах делаю еще шаг в сторону спасительного закулисья, хочется плакать. И вновь неожиданность. Кто-то подходит со спины, подхватывает на руки и быстро уносит со сцены под гром аплодисментов вернувшихся в зал людей.

Спасибо, шеф.

Ярослав поставил меня на пол. Лицо продюсера каменное. Ноги подгибаются, не держат, поэтому вынуждена вцепиться в локоть начальника.

— По-твоему, это забавно, Макс? — холодно спрашивает шеф у стоящего рядом весело ухмыляющегося Орлова.

— А почему нет? Саша не только за кулисы попала, но и на театральную сцену, ещё и со зрителями. Можно сказать, прочувствовал все аспекты театральной жизни, да ещё и сюрпризом. Надолго запомнится.

— У Александры боязнь публичных выступлений. Не просто стеснение, а именно страх. Если бы ты боялся пауков, и тебе устроили сюрприз, бросив туда?

Орлов посерьезнее.

— Я не знал. Прошу прощения, Александра.

Кивнула, в знак того, что извинения приняты. Стоять уже вроде могу нормально, надо бы отцепить себя от руки шефа, но как-то не хочется. Начальник теплый, сильный, надёжный, а вокруг бродит столько непонятных мужчин, желающих причинять мне сюрпризы и исполнять мечты.

— Макс, давай тогда договорим в следующий раз. Встретимся через несколько дней, хорошо?

— Конечно, договорились, — ответил Макс, и тут же перевел взгляд на меня. — И, Александра, я чувствую себя виноватым, хотя ни о чем не жалею. Разрешите мне загладить свою вину?

Покрепче вцепилась в руку Ярослава. Что-то не хочется разрешать. Но шеф молчит.

— Эм, не стоит. Я не обижена.

— Думаю, такие милые ангелы, как вы, в принципе обиду долго не держат в сердце, но позвольте все же в будущем снять с моей души этот груз. Обещаю, больше я вас никак не стану пугать. Буду очень деликатен и нежен.

Вот пристал чертяка.

— Хорошо. Возможно в будущем. Когда-нибудь.

Макс довольно улыбнулся.

Мы с начальником вернулись в зал, на свои места. Орлов с нами не пошел, извинился, сказав, что останется за кулисами, дабы морально стимулировать актеров своим присутствием на лучшую, более живую игру. Макс пообещал, что второй акт нам обязательно понравится больше. Ну ладно, посмотрим.

Вернувшись в ложу, первое время пыталась смотреть еще спектакль, но как-то особо живее не стало, время позднее, рабочий день был длинный, кожаное кресло удобное, так что как-то так незаметно для себя уснула.

Глава 54

Резко выпрямилась. Вот это я дала! Настолько личный контакт с начальником. Это уже выходит за границы. Мечты это одно, нельзя их смешивать с реальностью. Как неудобно получилось.

— Извините.

— Вы меня ничем не обидели, Саша. Идемте. К слову, уснув, вы ничего особо интересного во втором акте не пропустили.

Выходим с Ярославом из ложи и неспешно бредем с ним вниз. Иногда шеф с кем-то здоровается и перекидывается парой слов, да, много у него знакомых.

— Шеф, ведь вам спектакль не особо понравился? — спрашиваю, когда мы уже подходим к выходу.

— Ну так, а что?

— Почему тогда вы посмотрели? Потратили на это свое наверняка очень ценное время?

— Решил учесть ошибки, допущенные в этой постановке, и просто люблю доводить дела до конца. Вы, кстати, хотите поужинать? Дома или поедем в ресторан?

Эх, разбалует так меня начальник. А ещё я и так уже "плыву" от чувств к Ярославу, а он добивает и добивает.

— Спасибо, я не голодна, — ответила и украдкой сладко зевнула. Нет, на самом деле есть хочется, но на ночь есть вредно. Так мама говорит. — И очень хочется спать.

— Хорошо, тогда скорее едем домой.

И опять прозвучало так, словно едем в наш общий дом. Ну или я выдумываю то, что мне подсознательно хочется.

Окончился вечер более чем целомудренно. По приезду шеф сразу ушел к себе, и мне не оставалось ничего другого, как сделать тоже самое. Ложась спать, подумала вот о чем. А может действительно попробовать пообщаться поближе с Максом? Он интересный, и почему-то мне кажется, что с ним можно легко общаться, прямо-таки сильной и глубокой взаимной привязанности у нас не возникнет. Самое то, чтобы отвлечься. И Орлов не с моей работы, значит все можно. Просто пообщаюсь. Если, конечно, сам еще предложит.

Вот на такой жизнеутверждающей мысли и уснула.

Ночью проснулась от того, что живот прямо скрутило от голода. Наверное, отказываться от, пусть и вредного, позднего ужина не стоило. Я в чужом доме. Идти ночью искать владения повара, чтобы выкрасть оттуда бутербродик и чашку чая, идея не самая лучшая — застукают, и еще плохое подумают. Ну, там, что своровать, может, чего-нибудь решила, или на свидание ночное к кому-то иду.

Нет, не могу терпеть. Ничего не поделаешь. Пошла на ночную вылазку.

Затянув потуже махровый халат, крадусь по темным коридорам, подсвечивая себе фонариком на телефоне.

Спускаясь вниз, в ночной тиши, неожиданно услышала музыку. Любопытство, будь оно неладно, не дало пройти мимо.

Вновь крадусь, как тать в ночи, и на звуки музыки выхожу к гостиной. Оттуда слышится мелодия, но двери закрыты.

Открыть или нет? Как-то неудобно. Меня туда явно не приглашали. Но любопытство оно такое.

Прислушалась. Знаю кто поет. Песню узнала. Певица Фортуна. Самая известная ее песня.

Постояла, постояла, и… нет, не прошла мимо. Очень осторожно заглядываю.

Музыка тут же выключилась. Меня заметили сразу. Ой, как неудобно.

— Не спится, Александра?

О, шеф назвал меня полным именем. Недоволен. Но оно и понятно.

— Да. Есть захотелось. Спустилась, чтобы найти что-нибудь перекусить. А тут музыка. Извините, я уже ухожу.

Стыдливо прячу глаза и тороплюсь закрыть дверь. Я успела узреть начальника в довольно неформальном образе — серые футболка и спортивные штаны. Шеф расслабленно сидит в кресле, и такой… такой… Ну ладно, будем называть вещи своими именами. Сексуальный. И футболка совершенно не скрывает накачанное тело, скорее наоборот, подчеркивает. А еще Найта так мило спит на коленях у шефа. Шикарный мужчина с котёнком. Это уже запрещенный прием.

— Здесь есть еда, Александра. И напитки. Если хотите, можете составить мне компанию.

Нет, ну это нормально? Ночь. Сексуальный шеф. Мы наедине. Напитки, там разные. И самое смешное, что ничего "такого" не будет.

Но есть-то хочется, а искать кухню и шуршать по чужим холодильникам — не особо.

— Я вам точно не помешаю? — на всякий случай робко уточняю.

— Совершенно нет.

Ладно, шеф, сам пригласил.

Тихонько захожу, закрываю за собой дверь, подхожу к столику, уставленному самыми разнообразными закусками. Прямо слюнки потекли. А у начальника, смотрю, на подлокотнике кресла бокал с напитком, на вид довольно крепким.

— Шеф, если не секрет, у вас бессонница? Тут столько еды, что можно всю ночь есть.

— Это повар, как всегда перестарался.

— Эх, был бы сейчас выходной… — сажусь вместе с тарелкой и бокалом сока прямо на диван. Надеюсь, не выгляжу свинкой.

Ярослав с интересом на меня смотрит.

— То чтобы?

— С таким-то набором еды? Сериалы бы, наверное, полночи смотрела. Я темнота, интересный фильмец и хрум-хрум. Кайф.

— В одиночку, это не такое уж интересное занятие.

— Ой, не знаю, мне нравится, — легкомысленно поднимаю плечами.

Взгляд начальника сделался острым, и таким, каким-то… ух.

— А вы пробовали когда-нибудь так проводить время, но не одна? — задает Ярослав вопрос вкрадчивым тоном.

— Угу, — легкомысленно улыбаюсь. — С Найтой пробовала. С мамой как-то, но она быстро уснула.

Шеф весело улыбнулся.

— Ярослав, скажите, а почему такой странный выбор композиции для ночного прослушивания?

— Почему странный?

— Ну не знаю… Мне воображение вас рисует за роялем, ну в крайнем случае, за гитарой. Играющим свою музыку. Ну на крайний случай слушающим классику или что-то такое современное, но серьезное.

— Вы, слишком, хорошего обо мне мнения, Саша, — хмыкнул в ответ шеф.

Глава 55

Пожала плечами. Нет, ну на гитаре ведь начальник играл, мне это не приснилось.

Получилось так, что за довольно душевной беседой с Ярославом, мы провели, наверное, не меньше часа, потом уже я сама засобиралась — завтра на работу, хоть немного надо еще доспать, хотя и так наверняка уже буду сонная.

Когда уходила, шеф еще оставался, и неожиданно, произнес в спину.

— Спасибо, Саша.

С удивлением обернулась.

— За что?

— За компанию.

Фыркнула.

— Вам спасибо.

Ну, правда, живу тут, ем забесплатно, еще и по ночам разговорами развлекают. Так хорошо, что даже подозрительно.

Утром за завтраком царила у нас с начальником спокойная, праздная атмосфера. Если босс на работу не торопится, то и мне тоже можно, приедем ведь все равно вместе.

У меня зазвонил телефон. Симка для личных контактов. Мама. Ей всегда отвечаю.

— Алло, привет, мам.

С осторожностью поглядываю на Ярослава. Если он сейчас заговорит и мама услышит, то все, вопросами замучает. В этот ранний час я ведь вряд ли на работе, откуда тогда взяться рядом мужскому голосу.

— Как дела?

— Нормально, как у тебя мам?

— Да ничего. Приедешь на выходные? Мы по тебе так соскучились. Тут сливы созрели, наберешь себе, погуляешь.

— К сожалению, не получится.

Вот нисколько почему-то не жалко. Нас и тут неплохо кормят. А на территории особняка начальника, тоже можно отлично гулять.

Мама сменила тон.

— Саша, надо приехать. Сегодня вечером приедут папины партнеры. Они ведь и с тобой привыкли общаться. Невозможно уже откладывать важные встречи. Будут неудобные вопросы о том, где ты. Да и папа очень просит тебя приехать. Помочь немного надо. Леню пригласили, чтобы было тебе достойное сопровождение.

Поймала взгляд шефа. С интересом смотрит. А у него ведь слух хороший.

— Мам, хватит уже мне Леню сватать, — тихо цежу, отворачиваясь от начальника. — Я уже сказала, я не смогу приехать.

— Саша, ну папа очень просит! Один раз, приедь, пожалуйста! — с отчаянием воскликнула мама.

— Посмотрим, — нехотя отвечаю я, зная, что скорее всего соглашусь. Маме мне отказать куда труднее, чем отчиму. Все же мы семья, надо помогать. Но как же не хочется ехать домой.

Отключилась. Хорошего настроения, как не бывало.

— Что такое, Сашенька? Чем-то мама расстроила? — участливо интересуется начальник. Вот кто меня почти никогда не расстраивает и не разочаровывает.

— Да не то чтобы. Домой на выходные зовут. У них званный вечер, без меня ну никак. А я так не хочу домой ехать.

— Почему?

— Трудно сказать, — это с Ником мне было легко откровенничать, но с шефом нет. Мне стыдно ему признаваться, в своем запоздалом подростковом бунте.

— Скажите, как есть. Вас чем-то обидели родители?

— Нет. Не то чтобы. Просто… кхм. Меня плохо воспринимают как самостоятельную взрослую личность. Пытаются навязать свое мнение, видение жизни, и часто диктуют, как поступать. Я только недавно вырвалась из дома, и окунаться вновь в эту атмосферу пока не хочется, — о как я деликатно вроде бы выразилась.

— Может быть они уже все поняли и больше не будут на вас давить?

— Судя по последнему звонку — будут.

— Вам нужна поддержка?

Округлила глаза.

Глава 56

После обеда не меньше получаса решалась на то чтобы набрать Орлову. Надо ведь назначить точное время встречи моего шефа и Макса. Номеров помощников этого театрала у меня нет, так что звонить надо напрямую ему. Он это ждет, я вроде бы этого хочу, но что-то страшновато. Это не плохой страх, а такой, какой бывает, например, перед вылетом в отпуск. Вроде и приятное тебя ждёт, но волнуешься, а как и что. Предстартовый мандраж.

Все, звоню

— Ал-ло, — чуть ли не промурлыкал Орлов отвечая на вызов. Не мужчина, а большой хищный кот, прямо.

— Здравствуйте, Максим Дмитриевич, это вас беспокоит…

— Саша! — на удивление быстро признал меня Макс. — Вы меня нисколько не беспокоите.

Всего лишь телефонный разговор, а я уже краснею.

— М-максим Дми…

— Просто Макс. Мы ведь друзья?

Ох, что делает.

— Макс, насчет встречи с…

— Можно сегодня. Во сколько за вами заехать?

— Вы меня постоянно перебиваете.

— Извините, Саша. Просто очень рад вас услышать и ждал вашего звонка. С Ярославом я готов встретиться на следующей неделе. В понедельник, после обеда. Часа в четыре.

Быстро проверила расписание шефа. Подойдёт. Есть окно.

Быстро уточнила у Орлова детали, и…

— И тогда в воскресенье.

— О чем вы, Саша? Мы же договорились на понедельник.

— Я смогла бы встретиться с вами в воскресенье.

— Саша… вы меня просто осчастливили.

Во сколько?

Сверилась уже со своим личным расписанием.

— Где-нибудь ближе к часу, в центре.

Назвала Максу известную прогулочную улицу. Заезжать за мной точно не надо, Орлов не поймет, если забирать меня будет из дома Ярослава. А так у меня в воскресенье работа в студии, и после буду свободна.

Распрощалась с Максом, отключилась и выдохнула. Переволновался, конечно, сильно.

Распрощалась с Максом, отключилась и выдохнула. Переволновалась, конечно, сильно.

Орлов, конечно, интересный мужчина. Умеет и совершенно не стесняется говорить приятные вещи.

Только не слишком ли активные выходные я себе организовала? В субботу работаю утром, вечером к родителям, в воскресенье опять работа и встреча с Максом. Но, надеюсь, везде успею.

Часа через полтора начальник выходит в приемную.

— Саша, я ухожу. Сегодня меня уже не будет.

Кивнула, в знак того, что информация принята.

Но Ярослав медлит, смотрит на меня с прищуром.

— Хотите со мной? Дополнительное непредвзятое мнение мне не помешает.

— А куда вы?

— Хочу перед разговором с Орловым посмотреть несколько альтернативных площадок. Скажем так, прицениться и в принципе сравнить сцены. В три места хочу сегодня заехать. На этот раз без просмотра театральных постановок.

Колеблюсь. С одной стороны — тихое и спокойное завершение рабочего дня, с другой — рабочая прогулка с любимым шефом. Ответ очевиден. Только вечером у меня вторая работа. Надо бы завязывать с подработками, но платить там стали больше, причем переводы идут каждый раз, после того, как отработаю, мне нравится, и еще греет честолюбие тот факт, что мультик, в котором я озвучиваю персонажа, набирает от серии к серии все большую популярность. Так интересно смотреть мульт и слышать свой голос.

— Едем, — решительно ответила я. Рискну. Опоздаю, так опоздаю на вторую работу.

Посетили с начальником один театр, второй, вот мы уже в третьем, скоро будем уезжать. Было довольно интересно осматривать недвижимость. Словно дом шеф покупает. Везде проведут, про плюсы расскажут, о цене поболтают.

Но устала.

Стоим с начальником за кулисами, шеф беседует с директором театра, я конспектирую основные моменты — такие как цена и параметры зала, чтобы завтра на работе составить небольшую сравнительную таблицу и предоставить ее шефу. Нет-нет, но поглядываю на сцену. После шутки Макса, чувствую, что отношение к сцене немного изменилось. Было страшно, но вместе с тем захватывающе. И тот момент накатившего вдруг спокойствия, мне понравился. Жизнь в те мгновения ощущалась как никогда ярко и остро. Никакой адреналин не нужен, в виде мотоциклов или прыжков с парашютом, когда так ощущаешь себя перед зрителями на сцене.

— Саша.

Вздрогнула, когда начальник коснулся моей руки. Оглянулась. Оказывается, директор театра уже ушел. Вот это я зависла в своих мыслях.

— Да, Ярослав Леонидович?

— Мы можем ехать домой. Я закончил… — шеф замолчал на мгновение, внимательно на меня посмотрел, и… — Хотите выйти на эту сцену?

— Н-нет.

— Вы на нее сейчас так смотрели. Особенно. Вас пугает даже ее вид?

— Не пугает. Я не боюсь. Это обычный помост.

В доказательство своих слов сама вышла на пустующую сцену. Ярослав идет вместе со мной.

— Видите? Мне только неприятно излишнее внимание. Неодушевленные вещи меня нисколько не беспокоят.

— Вижу.

В следующий момент у меня перехватило дыхание, поскольку начальник обнял меня и, встав за спиной, развернул лицом к зрительному залу. Стою, практически не дыша в объятиях Ярослава.

— А сейчас вам страшно, Саша? — тихо интересуется шеф.

Нет, мне не страшно. Я в восторге! Объятия Ярослава такие теплые, уютные, волнующие. От начальника так приятно пахнет. Я трепещу, и скорее всего начальник это чувствует, возможно, принимая за страх.

— Нет, не страшно, — тихо отвечаю. Теряюсь в догадках, почему вдруг Ярослав решил меня обнять, но не хочу вспугнуть момент и это волшебство. Он и я в тишине большого зала. Готова так стоять и стоять.

— Хорошо. Многих пугают публичные выступления. Профессии некоторых связаны с выступлениями, и при этом они волнуются каждый раз, как впервые, выходя на публику, но все равно выходят, потому что страх уходит, и остается только удовольствие от любимой работы, признания. Представляете, Александра, весь этот зал заполнен людьми, они рукоплещут вам, обожают вас. Вот ради этого многие готовы пойти на многое и переступают свои страхи.

Представила рукоплещущий мне зал и зябко поежилась.

— Ярослав Леонидович, я не тщеславна. Во всяком случае, не настолько.

Кажется, я начала догадываться, почему вдруг начальник проявил инициативу с объятиями — его не отпускает идея поработать со мной, как с певицей, а объятия… ну может так психологическая помощь? Если так, то я даже готова поддержать эту инициативу, лишь бы подольше еще так постоять.

— Есть и те, кто выходит на сцену не только ради получения внимания. Для многих это становится просто работой, за которую они получают деньги. Очень хорошие деньги, и работают они на тех условиях, которые считают для себя приемлемыми. Вот вы, Саша. Сколько бы вам на самом деле хотелось зарабатывать? Хотелось бы не выпрашивать ни у кого деньги? Ведь именно деньги дают возможность жить так, как хочется, где захочется, а, порой, и с кем захочется.

О-о. А это уже похоже на подкуп. Стало грустно. Хотя, к слову, именно сейчас я как раз живу именно так, как хочу, да и с тем, кем хочу. Если так подумать, то я, возможно, куда счастливее своего шефа, хотя денег у меня не сравнимо меньше.

— Но вы ведь не купили любовь той, которой любили, а может и любите? Иначе она была бы сейчас с вами. Деньги, это, безусловно, хорошо, но переступать через себя, только ради них, я не стану.

Ярослав отпустил меня и отступил. Стало невыразимо холодно. По сути, я сейчас отказала шефу. Вновь. Еще и задев больное место. Хотя ни одного предложения озвучено не было. Но сейчас отказ дался мне гораздо тяжелее. Хочется бросится к Ярославу, повиснуть у него на шее извиниться и сказать, что буду делать все, что он захочет, лишь бы только его это радовало. Я бы сделала это, но не ради денег, и чьей-то там чужой любви.

Глава 57

— Извините, я не имела права так говорить, — виновато опустив взгляд, шагнула к шефу.

— Вы все верно сказали, Александра. Идемте, — прохладно ответил начальник, тем не менее, как-то так уже привычно, по-хозяйски беря меня под руку.

Пока идем, чувствую возникшее между мной и начальником напряжение, прохладу, и понимаю, что ничем хорошим для меня это не обернется. Не надо было так резко отвечать шефу.

На улице возле машины босса возникла заминка. Это Ярослав может с чистой совестью ехать домой, а вот у меня еще работа, на которую я сильно опаздываю. Хорошо хоть мы в центре, ехать относительно недалеко, но придется взять такси, чтобы прибыть вовремя.

— Ярослав Леонидович, я не поеду. Хочу… — думай, думай! — …Еще погулять.

Ох, как шеф смотрит.

Ярослав словно что-то знает. Но нет, не может быть.

— Сколько в вас энергии, Александра. Такой насыщенный рабочий день, и вновь гулять, — в голосе начальника сквозит насмешка.

— Да, очень энергичная, — с тяжким вздохом глубоко уставшего человека, отвечаю я.

— Вас ждать к ужину?

— Постараюсь быть.

— Хорошего вечера, Александра.

Начальник сел в машину и уехал. С некоторым сожалением смотрю вслед автомобилю. Вот сейчас так хочется ехать с шефом в комфортном салоне домой, а впереди еще работа.

С очередным тяжким вздохом достаю телефон, чтобы вызвать такси.

На студии мне предложили еще дополнительную работу, на последующие дни, хотелось, конечно, взять, но пришлось отказаться. У начальника и так уже возникают вопросы, а если я вот так каждый раз буду “гулять”, вопрос может встать ребром. Да и всех денег не заработаешь.

На ужин опоздала. Начальник уже ушел к себе, но меня накормили.

На следующее утро, уже после почти привычного совместного завтрака, отправились с Ярославом на работу. Мне кажется, шеф на меня все еще сердится, поскольку прохладца в его обращении ко мне так и не ушла. Говорит сухо, все больше по делу, и вот это: “Александра”, прямо намекают.

Возле входа в приемную, облокотившись спиной на дверь, на полу, сидит неожиданный посетитель.

— Ник, что ты здесь делаешь? Еще и в такую рань? — удивленно произносит шеф.

— Песню вчера написал. Приехал сдавать текст, — как-то не особо весело ответил Дежер. Выглядит певец как-то не очень. Круги под глазами, уставший взгляд, словно всю ночь не спал.

— Я смотрю, написание песни далось тяжело? — иронично отметил Ярослав, тоже заметивший неважный вид подопечного.

— Муки творчества, они такие, — беззлобно ответил Ник, вставая.

— В следующий раз, чтобы не ждать, можешь скидывать мне свое творчество на электронную почту.

Начальник открывает дверь приемной и пропускает сначала меня, а потом и своего гостя внутрь.

— Нет, Слав, так не интересно. Хочу видеть твою реакцию.

Начальник на ходу забирает листок, который еу протягивает Денжер, так же на ходу в него заглядывает, вчитывается, и вдруг шеф останавливается, читает очень внимательно, забыв о том, что шел к кабинету.

— Отлично, Ник. Я впечатлен. Это точно ты писал? Ни у кого не заказывал?

— Нет. Честно.

— Хорошо. Тогда еще две песни, и начинаем с тобой активную работу.

— Вряд ли я еще скоро смогу что-то выдать.

— Не торопись. Время у тебя есть.

— Ладно. Я поехал?

— Да, ты пока свободен.

— Хорошо. Только кофе выпью, а то обратно не доеду — засну за рулем.

— Не садись тогда. Александра, свяжитесь с нашими водителями, пусть тот, кто свободен, отвезет Ника домой.

Начальник ушел к себе в кабинет, Денжер улегся на диване, и пока я звоню в гараж и готовлю кофе, смотрит на меня со злорадной победной ухмылкой. Еле сдержалась, чтобы сделать свой “фирменный” кофе с солью.

— Ник, ты что-то хочешь мне сказать? — поинтересовалась я, ставя чашку с кофе перед певцом. — Чего ты так смотришь?

— Как, забыла?

— О чем?

— Мы же договаривались. Я пишу песню, ты ее поешь.

Ах, вот оно что.

— Покажи песню.

Довольно щурясь, Ник протягивает мне листок. Сев на диван рядом с парней, вчитываюсь в строчки песни.

— Ну как, нравится?

— Написано хорошо, душевно. Но очень уж грустно.

Песня о любви. Причем неразделенной и потерянной. То-то начальник после прочтения, поспешил в кабинете спрятаться, возможно чем-то сумела задеть душу.

— Грустно, не грустно. Какая разница. Договор есть договор. Вот песня. Пой давай. Я весь внимание.

— Так тут от лица мужчины поется.

— Не суть.

— А давай ты что-нибудь от женского лица напишешь, и весело-задорное. Тогда спою.

— Саша, ну от какого от женского-то? Я от мужского едва написал. Хватит привередничать.

Да уж, ничего не поделаешь, договор дороже денег.

Отворачиваюсь от Ник, из скромности, граничащей с вредностью, хочу тихо и быстро пропеть-прочитать песню, но мне мешает сам Денжер.

— Погоди-ка, я камеру не успел включить. Секу-у-унду… Все, начинай.

И этот туда же. Нельзя попеть спокойно. Сразу все норовят записать.

— Мы так не договаривались. Никаких камер и любых записывающих устройств.

— Ничего себе, как все серьезно, — Денжер покладисто прячет свой телефон в карман. — Раз так, тогда и у меня условие. Если уж у меня будет возможность услышать тебя только раз, то пусть это будет в максимально комфортной и торжественной обстановке. Вечером свободна?

— Если только совсем поздно вечером, но для чего?

— Сниму ради такого вечера караоке бар. Мне нельзя в места, где много народа. Так что только ты, я, вкусная еда, микрофон и твой должок.

— Не получится.

— Почему это?

— Я ведь говорила, что мне нельзя. Ты уже работаешь в продюсерском центре.

— Да ладно, никто не узнает, — Ник говорит так, будто предлагает мне нечто очень интимное. Глаза блестят, улыбка веселая, я бы даже сказала, пошлая. Бесшабашный парень.

— Нет.

Ник придвигается ко мне ближе.

— Саш, ну это бред. Никакая корпоративная этика не запрещает дружеские встречи в нерабочее время.

Этика, может, и не запрещает, а вот шеф очень даже.

— Не могу. Давай сейчас спою.

— Прямо сейчас уже не хочу.

— Ну тогда когда-нибудь потом. Когда обстоятельства изменятся.

— Это может быть слишком долго.

Денжер зачем-то придвигается еще ближе и…

— Ник, — раздраженный голос шеф заставил вздрогнуть. — Что ты тут все еще делаешь?

— Да вот, кофе все же решил попить.

— Моя приемная похожа на кофейню? Я выделил тебе водителя, ты можешь поехать в любую. Или деньги закончились?

Ярослав стоит в дверях кабинета и сверлит подопечного раздраженный взглядом.

А вот Денжер явно удивлен.

— Слав, чашка кофе, и я у твоей супер-важной приемной на несколько минут дольше необходимого, это так ужасно, что из-за этого ты на меня сейчас рычишь? Не с той ноги встал? Или…

Ник бросил взгляд на меня, о чем-то задумался, не став продолжать мысль.

— Только не надо нелепых домыслов, — фыркнул Ярослав и обратился уже ко мне. — Александра, берите планшет, ручку, блокнот — все что вам удобно для записи. Мы уходим в другой конец здания. Ник, будь любезен, покинь помещение.

Ну вот, начальник со вчерашнего вечера не в духе, и лучше его настроение не становится.

Шеф, оказывается, отправился проконтролировать процесс монтажа нового клипа Лары, не знаю, зачем меня нужно было брать, особо я там и не пригодилась, разве что сбегала за водой один раз, и сделала пару пометок в блокноте. А потом начальник отправился на встречу с мужчиной, оказавшимся… режиссером будущего мюзикла. Вот тут уже стало интереснее, при мне мужчины не стесняясь обсуждали детали идеи будущей постановки.

Сказка! Оказывается, шеф решил поставить мюзикл на известную сказку. Мне казалось, будет нечто такое серьезное, взрослое. А тут вдруг такое. "Спящая красавица".

Глава 58

К шефу и режиссеру будущего мюзикла присоединились еще несколько человек. Как все у Ярослава быстро происходит. Один из подошедших — нанятый композитор, второй пишет песни для будущего мюзикла, третья — женщина, будет организовывать кастинг. Сегодня этакий слет коллег по проекту. Чувствую себя лишней на этом празднике профессионалов, рисую в записной книжке цветочки, жду, когда меня отпустят на рабочее место.

— Песни должны быть хиты, причем каждая, — вдохновенно произносит режиссер, требовательно глядя на того, кто должен писать песни.

— За все не ручаюсь, но как минимум одна песня уже точно есть хитовая, — довольно отвечает песенник.

Композитор в подтверждение слов последнего, довольно закивал и радостно заулыбался.

— Откуда такая уверенность? — недоверчиво спрашивает режиссер. — Ну, что прям хит?

— Песня главной героини уже готова и записана, — ответил Ярослав.

— Как записана? Актерский состав ведь еще не определился. Кто спел? Лара? — живо интересуется кастинг-менеджер.

Борюсь с желанием зевнуть.

— Нет, не Лара. Пробный вариант оказался очень удачным, поэтому решено оставить.

Кто бы ни был в главной роли, песня войдет в сборник, и пойдет в рекламу еще до премьеры.

— А послушать можно? — просит режиссер.

— Да, но все строго конфиденциально. Если хоть что-то из нашего сегодняшнего разговор появится в сети. Слухи, записи, тексты — уволю.

Ярослав достал из кармана свой телефон несколько нажатий на экран, и вот, в тишине зала совещаний заиграла музыка.

Я встрепенулась уже на самых первых нотах. Ручка выпала из рук. Душа ушла в пятки.

Поднимаю взгляд на шефа. Ярослав смотрит прямо на меня. Он ждал моей реакции.

Это ж… это же ж…

У меня нет слов.

Начальник смотрит на меня мрачно и многообещающе. Ага, обещает разнос. Это ведь я пою эту песню из будущего мюзикла. Мой голос. Я спела ее на своей подработке в студии звукозаписи.

Мысли путаются. Шок, паника. Щеки горят. Меня поймали с поличным, причем уже давно, но вскрыл начальник мою тайну только сейчас. Почему сейчас? Почему молчал? Зачем была запись этой песни? Что теперь будет?

Пока я пытаюсь взять себя в руки, песня, включенная Ярославом, заканчивается. Шеф убирает телефон.

Несколько мгновений в зале стоит ошеломленная тишина.

— Великолепно! — восторженно заорал режиссер, отчего я вздрогнула. — Это точно хит! У меня мурашки по коже шли, когда слушал. У меня когда мурашки — сто процентов все круто. Ух, у меня прямо идеи пошли. Картинка в голове вырисовалась, как будет мюзикл идти. Все, Слава, извини, я побежал. Надо записать все идеи, пока в голове свежо. Я тебе вечерком наберу, ты мне еще дашь тогда послушать, ладно?

Режиссер быстро собирается и уходит. Поэт и композитор сияют от гордости. Кастинг-менеджер вроде тоже довольна.

— Пока все свободны, можете идти, — отпустил начальник тех, кто еще оставался для обсуждения.

Зал совещаний быстро опустел. Осталась с Ярославом наедине.

Первая не выдержала повисшей гнетущей тишины.

— Вы с самого начала знали, про мою подработку?

— Нет. Немного позже узнал, — начальник не торопится меня ни в чем упрекать, хотя претензии у него наверняка есть, впрочем, у меня тоже найдутся. Зачем нужен был этот обман с записью песни?

— А как узнали?

— Вы как-то в приемной, когда я туда зашел, смотрели по компьютеру что-то интересное, тайное, еще и с музыкальным сопровождением и песней, подозрительно напомнившей ваш голос. Мне стало любопытно, а узнать было очень просто — рабочим компьютером и планшетом вы пользуетесь в том числе и в личных целях. Отчет о том, что вы смотрели и слушали в ближайшие дни, отправил мне наш программист. По всему выходило, что смотрели вы детский мультсериал, и мне оказалось достаточно один раз прослушать заставку к мультику, чтобы понять, что мне не показалось, и это точно ваш голос. Найти контакты студии, где вы подрабатываете и вовсе не составило труда.

Вот так, оказывается, все у шефа просто. Недооценила отличный слух начальника.

— Почему сразу не сказали?

— А зачем? Я, конечно, огорчился, узнав, что вы мало того, что работаете на стороне, да еще и по тому профилю, какой я сам хотел бы вам предложить, но в целом, ничего криминального ведь в ваших действиях нет. Во всяком случае пока одна работа не мешала другой. Разве что сделал себе приятное, записал песню с вашим голосом. Вы сами подписали договор, дав согласие использовать запись, как будет угодно заказчику.

Начальник буравит меня строгим взглядом, я сама отвечаю, как мне кажется, взглядом весьма мрачным.

— И что теперь?

— Я все-таки, не люблю, когда меня обманывают, и что-то скрывают, Александра. Я дал вам изначально большой кредит доверия, вы мне понравились, как человек, и вот такой ответ. Полагаю, нам с вами будет лучше попрощаться.

Внутри меня все словно упало. Нет, только не это. Не хочу!

На глаза наворачиваются слезы. Нет. Не может быть. Хотел бы, Ярослав попрощался бы со мной сразу, а не стал бы, наоборот, приглашать пожить к себе домой. Или мне все это время искалась замена?

— Вы так шутите?

— Я не привык шутить такими вещами, Александра. Мне действительно неприятно, что со мной вы не идете на контакт в плане развития вашего творческого потенциала, предложение денег, для вас, оказывается, оскорбительно, но ради тех же самых денег вы идете на обман и готовы петь. По-вашему, согласись вы на мое предложение, я бы не учел ваши особенности — страх перед публичными выступлениями? В общем так. Не думаю, что уход с этой работы станет для вас сильным ударом, раз уж вы все равно подрабатываете, да и в принципе девушка талантливая и хваткая, найдете новую работу.

Сижу в полном шоке. До сих пор не верю. И Ярослав как-то уж очень требовательно на меня смотрит. Словно ждет каких-то моих слов.

— А-а… мне сегодня нужно от вас съехать?

— Нет. Можете оставаться столько, сколько хотите. Вопрос касается принципиально только работы.

— Ярослав Леонидович… — сглотнула. Голос едва не подвел, посколько меня буквально душат слезы. Лучше мне, конечно, сейчас гордо встать и попрощаться с Ярославом, но я просто не могу. Сама не ожидала, что так могу привязаться к тому, с кем еще совсем недавно познакомилась. — Я приношу извинения за то, что не поставила в известность. Заявление написать сегодня?

Начальник долго не отвечает, буравит меня взглядом, словно размышляет о чем-то.

— Давайте так, Александра. На первый раз я готов вас простить, но остаетесь работать вы на моих условиях. Первое условие. Со своей нынешней подработкой вы постепенно заканчиваете. Мультсериал времени много не занимает, и раз уж ввязались в это дело и вам нравится, продолжайте, пока не надоест, но вот все остальное прекращайте. Нужна будет подработка в сфере озвучивания — вы обращаетесь напрямую ко мне, и я вас такой работой обеспечиваю. Продюсерский центр многопрофильный, дела найдутся, и график можно будет подобрать более удобный. Удобный мне.

Фу-ух! Все же просто напугал, не увольняет.

Но шеф продолжил.

— Второе условие. Вы идете на кастинг будущего мюзикла. Цель — получить в нем роль. Любую. Пусть даже саму эпизодическую. Будет ваша еще одна подработка, если справитесь. Но если не справляетесь, мы с вами прощаемся.

Замерла. Вот это да.

— Ярослав Леонидович, скажите, вы ведь изначально, принимая меня на работу, не планировали оставлять вашу идею с моим продвижением в качестве певицы?

Начальник смотрит на меня прямо.

— Вы знаете Александра, я привык доводить начатые дела до конца, но в вашем случае это моя идея только находилась в процессе осмысления до лучших времен. Однако вы сами сподвигли меня к решительным действиям, показав, что к творческой работе готовы больше, чем говорите, и буквально соблазняете и дразните своим голосом. Поэтому либо вы соглашаетесь на моими условия, либо мы с вами расходимся, условно считая, что у нас не сложилась совместная работа. Выбирайте сами.

Глава 59

Молчу. Вообще хочется поругаться и хлопнуть дверью, но это порыв, я знаю, что потом пожалею, и сильно.

— Ярослав Леонидович, я понимаю петь, еще куда не шло, какие-никакие умения есть. Но актерское мастерство? Тут уж у меня точно ни навыков, ни таланта, так еще и боязнь публичных выступлений. Ваше условие невыполнимо.

— Во всяком случае попробовать вы можете. Чтобы у вас было больше шансов выполнить второе условие, я оплачу вам хорошего психолога и курсы актерского мастерства. Соответственно выделю для этого время в вашем рабочем графике. Дело это добровольное, можете ходить, можете не ходить. Курсы можете считать ступенью повышения вашей профессиональной квалификации. И согласитесь, что будет приятнее жить без лишних страхов.

Угу, приятнее.

Я буквально оглушена таким поворотом. Пока пытаюсь все осознать, Ярослав встает из-за стола.

— Пообедаете со мной? — как ни в чем не бывало интересуется начальник.

Отрицательно качаю головой. Шеф уходит.

Долго сижу, думаю, решаю. По итогу встаю, и иду на обед. Уйти, в случае чего, можно в любой момент, но уходить как раз и не хочется. Так и быть, попробую, хуже от этого не будет. Пользу опять-таки можно извлечь. Но подача жесткая. Вчера шеф не получил моего согласия после мягкой и весьма осторожной формы предложения, поэтому сегодня кнут вместо пряника.

Знала бы, соглашалась сразу. Там хотя бы золотые горы сулили, а теперь ультиматум.

До конца рабочего дня, я к своей радости, начальника больше не увидела, хотя раньше это меня бы скорее огорчило.

В плохом настроении сходила на подработку, завтра уже не пойду, только в воскресенье в последний раз, и все, с заказами закончено, только буду приезжать, когда попросят, на озвучку новых серий мультсериала.

“Домой”, что-то не тянет. Деньги есть. Набрала Алине, узнать, гуляют ли коллеги в каком-нибудь баре. Оказалось, что гуляют. Кто бы сомневался. Узнала адрес, подъехала, в компанию меня приняли с большой готовностью. Надо расслабиться после сегодняшнего стресса, а заодно и будущего в виде позора на сцене. Не верю я как-то в психологов.

Вторая встреча с коллегами вне работы у меня пошла более удачно, все же со многими знакома теперь побольше. Не пью, так, для вида тяну один коктейль, больше просто общаюсь и даже немного флиртую с парой коллег мужского пола. Так просто для поддержания тонуса. Время течет неспешно, меня отпускает. В конце концов, ничего ужасного не произошло. Даже если уволюсь — значит не мое место.

Ближе к часу ночи неожиданно звонок на мобильный. Надо же, шеф.

Отсела немного от коллег.

— Да, Ярослав Леонидович?

— Саша, вы когда домой собираетесь? — недовольным тоном произносит начальник.

Ну ничего себе.

— Не знаю, еще не решила. А что? У вас какой-то рабочий вопрос ко мне?

Вот только пусть Ярослав только попробует что-то сказать про то, что должна ехать “домой” или прочитать нотации. Сразу вещи соберу и уеду жить… на вокзал. Ладно, шучу. В гостиницу. На первое время. Но не к родителям. Нет-нет, никаких родителей. Если тот же Ярослав только изволит недовольным тоном интересоваться, как долго его помощница еще будет гулять, то мама бы уже устроила истерику — она ведь переживала бы, спать не ложилась до тех пор, пока не приду.

Сладко зевнула, прикрыв рот ладонью. Вообще спать-то хочется, да и просто поваляться в мягкой постели. Но теперь точно буду сидеть в баре до победного.

— Только хотел предупредить вас, что завтра мы выезжаем на работу рано, если вы помните, завтра у меня совещание. И, кстати, на завтра вы уже записаны и к психологу, и на курсы.

У начальника просто-таки бульдожья хватка, но оно и понятно, будь иначе, он бы высот в своем деле не добился.

— Спасибо, я помню, Ярослав Леонидович. Добрых вам снов.

Пока шеф мне не успел больше ничего сказать, сбросила вызов, и почти тут же, для верности, отключила телефон. Моя женская интуиция подсказывает, что я играю с огнем, но так прямо хорошо стало.

Ближе к двум часам коллеги стали постепенно расходиться. Оставаться в баре одной, без знакомых, мне что-то не захотелось, да и сплю на ходу, поэтому тоже засобиралась. Вызвала такси, жду, когда подъедет, а самой что-то волнительно немного стало. Это я смелая была, когда в логово начальника еще не надо было ехать. а вот теперь что-то немножко запереживала.

Такси подъехало, выхожу из бара, орлиным взором оглядывая дорогу на предмет своей машины, но тут вдруг ко мне подъезжает, призывно моргая фарами черная большая машина. Подозрительно знакомая, кстати, машина. Номера не успела посмотреть.

Остановившись, автомобиль еще и дал короткий, но требовательный гудок. Садись, мол.

Растерянно всматриваюсь через стекло в темноту салона, туда, где сидит водитель. Рома приветственно махнул мне рукой.

Ну, здрасьте.

Сажусь на заднее сиденье. Начальника в салоне не наблюдается. Отменяю такси.

— Роман, скажите, за мной что, слежка организована?

— Вам лучше задать эти вопросы Ярославу Леонидовичу. Начальник попросил вас забрать, Когда выйдете, и назвал место, откуда. Больше мне ничего не известно.

— А если бы я отказалась ехать? Вышла, к примеру, не одна, и не собиралась бы ехать к начальнику домой? Ну или вышла часов в пять утра, вы бы меня все равно ждали?

— Такая уж у меня работа. Если бы вы отказались сесть в машину, я бы позвонил Ярославу Леонидовичу и уточнил, что делать, а дальше по ситуации.

Нет, ничего не говорю, приятна, конечно, такая забота, но и настораживает, если не сказать пугающей.

Когда машина подъехала к дому шефа, я уже находилась в полудреме. Отметила только, что в окнах света нет, все спят.

Тихо прошла по дому до своей комнаты, а скоро уже легла в постель. Все вопросы отложим на утро.

Проснулась не от звонка будильника, а от требовательной трели телефона. Мельком взглянула на время. Ух, ну и рань. Кажется, будто только закрыла глаза. Голова тяжелая, жутко хочется спать.

— Алё-ё-ё, — сонно и хрипло тяну я в трубку. Что же вам не спится, шеф?

— Доброе утро, Сашенька, — противно-бодро отвечает мне начальник. Ну хоть “Сашенька” — это значит, начальник в хорошем расположении духа. — Вы помните, я предупреждал вас, что сегодня выезжаем раньше? Завтрак уже стынет.

Начальник отключился. У меня такое ощущение, будто столь ранний подъем, это месть Ярослава за мой вчерашний ночной выверт. Если это так, то в образе любимого заботливого шефа начинают проявляться черты, раньше мной упущенные из вида. Жесткий, мстительный, не терпящий отказа. Но при этом все равно заботливый и внимательный. Вот как так?

На завтрак пришлось собираться и выходить в максимально короткие сроки.

Начальник уже сидит за столом, невозмутимый такой.

— Доброе утро, Ярослав Леонидович, — здороваюсь я без каких-либо веселых ноток в голосе, сажусь за стол и сразу перехожу к делу. — Скажите, а как вы узнали, где я вчера ночью отдыхала?

— О, это было совершенно не трудно. Многие сотрудники центра в своих аккаунтах в соцсетях ведут чуть ли не поминутный фото и видео отчет о своей жизни, с метками геолокации. Мне стоило только открыть свою новостную ленту, и я уже все узнал, даже этого не желая.

Хм. О таком варианте я не подумала.

Сижу дальше молча. Как-то совсем неловко стало. Шеф тоже к общению особо не стремится.

Глава 60

К счастью, завтрак долго не продлился, и вскоре мы уже выехали на работу, где я окунулась в привычный водоворот дел. Удалось даже представить, что все как как обычно, ничего не изменилось, начальник так пошутил, но уже после обеда Ярослав вызвал меня к себе и объявил:

— На сегодня, Саша, ваш рабочий день окончен, если готовы отправиться на дополнительные курсы? Вас уже ждет психолог, он работает здесь неподалеку, а после него вы едете на курсы актерского мастерства. Вы обдумали мои слова? Поедете?

Вот он, момент принятия решения, иду я на поводу у Ярослава или нет.

— Пойду, — говорю это, а внутри ощущение, словно попала в чей-то именно что заботливо установленный капкан, не болезненный, но крепкий. Но ощущения ощущениями, а в сухом остатке, если так подумать, ничего плохого не случилось. Похожу на оплаченные курсы, новый опыт, возможно даже избавление от старых психологических проблем. Если по итогу уволят, все равно ведь без работы не останусь. Есть подработка, жилье рано или поздно отремонтируют, волноваться вообще не о чем.

Ярослав прищурился, я заметила, мелькнувший в его глазах огонек довольства. Да, добился своего.

Под внимательным, даже я бы сказала теплым взглядом шефа, поспешила покинуть начальственный кабинет. М-да, зато теперь я точно знаю, как можно радовать и поднимать Ярославу настроение — соглашаться на все его планы и идеи. А, ну и домой пораньше приходить.

Идя к психологу, все равно бурлю и киплю про себя. Ощущение, словно меня обыграли, не уходит.

К психологу — довольно приятной на вид женщине лет сорока, захожу совсем без энтузиазма. В психологов я верю почти также, как в астрологов и прочую хиромантию. Только отъем времени и денег.

Но все оказалось не так плохо, как представлялась. Психолог эта, в душу не лезла, мило пообщались, все два часа отведенного на сегодня времени, тем касались только тех, что связаны с моим страхом публичных выступлений.

В качестве домашнего задания психолог попросила меня завести блокнот, где делать заметки о том, в каких местах мне комфортно и не страшно петь, собственно петь в таких местах как можно больше. А еще попытаться сделать “якоря”. То есть зафиксировать момент, когда мне из-за чего-то ну просто очень хорошо — например пью вкусный кофе, услышала ужасно смешной анекдот, сделали неожиданный подарок, и вот в такие момент обязательно петь, если вокруг много людей и не получается, то хотя бы про себя. Это чтобы пение у меня начало ассоциироваться с чем-то приятным. Ну попробуем, куда деваться-то.

Группа, куда я пришла на курсы актерского мастерства, тоже особого стресса не вызвала. Маленькая — всего три человека и пожилой учитель, заслуженный актер. Все, как и я, стеснительные скромные новички Первый урок был чисто теоретический, так что все хорошо.

Вышла с занятий, лето, тепло, дела окончены, впереди свободный вечер, настроение вполне себе хорошее, улица пустынна, значит, как и просила психолог, надо петь.

Иду себе, напеваю тихонько под нос,

Резкий звук автомобильного клаксона буквально взорвал тишину улочки. Сердце вот-вот выскочит из груди. Попела, блин, в позитивной обстановке.

Оборачиваюсь. На дороге стоит белый шикарный автомобиль, из него высунулся довольный собой водитель Дима.

— Привет! Мне сказали, тебя нужно подвезти до дома продюсера. Садись, с ветерком прокатимся. (293f8)

Ого. Да я под колпаком. И больше всего мне сейчас интересно, о чем думает разносчик сплетен Дима, уже во второй раз собирающийся отвезти меня в дом большого начальника.

При Диме не стала показывать характер и отказываться от поездки, чтобы еще больше слухов тем самым не вызвать, ведь мало ли, может, мою доставку до дома начальника объяснили рабочей необходимостью, а я вдруг буду задиристо отказываться от этой самой работы.

Пока ехала, аккуратно расспросила Диму. Предположения оказались верны, водитель вроде бы уверен, что везет меня по делу к начальнику, да и вообще мысли о том, по каким таким делам я еду вечером к продюсеру домой, водителя занимают, но именно в профессиональном плане. Всю дорогу Дима болтал о том, что по центру бродят слухи о новом проекте, который затевает наш продюсер, но толком ничего не известно, лишь некоторые наблюдательные коллеги заметили, что ряд ключевых персон центра, сейчас загружены какими-то заданиями, но какими никому не сообщают. В общем, та еще интрига, все чутко ждут любую новость, и, возможно, Дима уверен, что я тоже задействована и еду к Ярославу именно из-за нового проекта, во всяком случае водитель ну очень уж старался у меня выведать хоть что-нибудь.

М-да. Обошлось. Но с шефом определенно поговорю на эту тему. Не сахарная. Сама приеду, тогда, когда решу. Хотя нет. Думаю, лучше сразу съезжать. Завтра же. Пусть дорого, но в гостиницу. Неправильное у меня с продюсером соседство.

Вот в таком решительном настроении и приехала в дом Ярослава. Сейчас все ему скажу! Нет, ну так, спокойно, потом подберу гостиницу, соберусь и на утро уеду.

В самом доме начальника не оказалось, но искать его не пришлось, он мне позвонил и сообщил, что на заднем дворе, ждет на ужин, который сегодня на открытом воздухе.

Ла-адно. Там ведь и повар наверняка будет. Поужинаю, и после скажу, чтобы аппетит не портить.

Переодевшись в удобные джинсы с футболкой, выхожу, а там такие запахи от готовящегося шашлыка, что у и без того голодной меня мгновенно слюнки и заурчало в животе. На крыльце уже накрыт стол, за столов вальяжно восседает Ярослав. Кажется, вечерние посиделки на открытом воздухе любит и часто практикует.

Глава 61

Ужин затянулся надолго. Все было так неспешно, праздно. Начальник расспросил меня о том, как прошли "курсы", а когда узнал, что мне нужно по совету психолога, петь, как только у меня хорошее настроение, тут же поинтересовался, какое оно у меня, и выяснив, что более чем благодушное, предложил мне спеть.

Я так подумала, подумала, прокрутили в голове пару куплетов. А почему бы и нет. Хочешь не хочешь, но стеснение и страхи пора преодолевать. И, кстати, надо будет хотя бы в блокнотике признаться, что место, где мне хочется обычно петь — рядом с Ярославом. Это, помимо душа, конечно. Надо попробовать. Вдруг понравится. Но попробую поставить парочку условий.

Выбрала подходящий момент, когда повар отошёл.

— Ярослав Леонидович, если только под вашу гитару. И если больше не будете без предупреждения присылать за мной машину. Мне это не нравится.

Шеф не стал спорить, кивнул, ушел ненадолго, а вернулся с гитарой. Тут и повар подошел. Ну, все, теперь не отвертишься. Сказала начальнику название известной песни.

Шеф перебирает струны и пристально смотрит мне в глаза. Это такой волшебный момент, я словно загипнотизирована его взглядом, хочу запеть, и…

Громкий требовательный гудок автомобиля отвлекает. Да, гудят где-то там, на улицу, но как-то так зло, долго, словно выжимая из клаксона все, что можно.

Забавно, уже второй раз, и именно гудок прерывает.

Наблюдаю за тем, как босс, недовольно поморщившись, откладывает гитару, подзывает охранника, что-то тихо уточняет, а после со вздохом приказывает впустить машину, а когда охранник уходит, достает из кармана вибрирующий телефон.

— Да, Лара. Да. Нет. Я же сказал, что занят. Хм. Очень милый сюрприз.

Ярослав сбросил вызов и пояснил мне:

— Сейчас подойдет Лара.

По коже побежал неприятный холодок. Встаю.

Шеф смотрит с удивлением.

— Куда вы?

— К себе.

— Почему?

Э-э… разве не очевидно?

— Полагаю, Ларе Роял будет неприятно увидеть меня тут, с вами. Или она знает, что я тут временно живу?

— Знает или нет — мои гости никак не должны волновать Лару. Оставайтесь.

Демонстративно зевнула, прикрывая рот ладошкой.

— Ох, прошу прощения, я очень устала. Глаза слипаются. Я пойду, доброй ночи, — ну правда, не спорить же с начальником. Спешно поднимаюсь со своего места. А то сейчас Ларочка придет, застанет меня, и наживу себе врага. Кстати, удивительно, что раньше ее в этом доме не наблюдалось, все же у нее отношения с Ярославом. Ну, во всяком случае, я думаю, что отношения.

— Вы же не собирались спать. Останьтесь.

— Я правда очень устала. Вам, кстати, Лара может спеть, и куда лучше, чем я.

Успела уйти с крыльца до того, как из-за угла дома появилась Лара. Явление певицы все же не пропустила, выглянув аккуратно из-за шторы.

О, Лара сегодня, на высоте. Впрочем, как всегда. Красное короткое облегающее платье, туфли на высокой шпильке. Украшения, макияж, прическа, все идеально. Образ Лары прямо кричит о том, что она приехала соблазнять и покорять.

Окно, в которое я бессовестно подглядываю, выходит на крыльцо, и мне прекрасно видно, как королева продюсерского центра походкой от бедра подходит к сидящему за столом Ярославу, что-то говорит ему и, красиво изогнувшись, наклоняется к нему, чтобы поцеловать.

Поймала себя на том, что задержала дыхание. Очень удивилась, когда увидела, как Ярослав отклонился, не дав себя поцеловать, и что-то сказал Ларе, отчего блондинка нахмурилась, отстранилась, и сказала нечто резкое, отрывистое. (293f8)

Все происходило очень быстро, эта пара красивых, как мне кажется, внешне идеально подходящих друг другу людей разругалась. Несколько минут, напряженной беседы, и Лара, резко развернувшись, ушла так же быстро, как и ушла. Ну и я не стала медлить, а то еще поймают на горячем. Поспешила наверх, в свою комнату. Наверное, это нехорошо, но от того, что Лара уехала, у меня настроение прям поднялось. Буду петь. Но под душем. Зато громко.

С самого утра первого выходного дня я сама не своя.

Сегодня надо ехать к родителям, и что-то я трушу. Идея взять с собой начальника уже не кажется такой хорошей, но уже поздно что-то менять. Если мысль о том, что неожиданно привезу родителям своего шефа, вместо подружки просто пугает, то представляя, что еду туда одно, становится грустно и тошно. Так что лучше буду бояться. Зато прямо такой тонус и бодростью ощущаю.

Надо выглядеть хорошо. Чтобы родители не думали, что я страдаю и мне плохо и бедно "на вольных хлебах". Поэтому поехала торговый центр искать платье и наводить марафет.

После обеда вернулась, переоделась в новенькое серо-голубое платье, по силуэту вроде и офисное, но на лямках с открытыми плечами. Дачный вариант для полуделового вечера. Красиво, строго, но с вольностями.

Выхожу в холл, где меня уже ждет Ярослав, и замираю на секунду. Шеф, конечно, всегда хорош, но сегодня просто великолепен. Идеально сидящий дорогой костюм стального цвета, рубашка, галстук, часы, идеально зачесанные назад волосы. Все просто великолепно. Сердце застучало быстрее. Если бы я до этого и без того не сохла по шефу, сейчас бы все равно оказалась сражена одним ее внимательным одобрительным взглядом.

— Отлично выглядите, Шурочка. Собрались? Можем выезжать?

Смогла только согласно кивнуть.

Глава 62

По дороге Ярослав развлекает меня забавными историями, расспрашивает о родных, и вообще он само обаяние. Но вот машина подъезжает к родному дому, и меня уже начинает заметно потряхивать. Зато шеф спокоен за двоих.

Нехотя набираю маме.

— Мам, привет. Я подъехала, открой.

Во дворе и по обочинам дороги заприметила несколько знакомых машин. Мы с начальником не первые из гостей.

Мама, конечно, первой вылетела из дома, чтобы меня встретить, и теперь с недоумением смотрит на черную тонированную машину, въезжающую в ее двор.

Когда Роман затормозил, хватаюсь за ручку, чтобы выйти, но дверь заперта.

— Секунду, Саша.

Начальник первым выходит из авто, обходи его, и лично открывает мне дверь. Я в этот момент могу только неотрывно наблюдать за маминым вытягивающимся все сильнее, ее глаза и рот округляются.

Выходя, постаралась ни за что не зацепиться и не подвернуть ногу, чтобы не испортить все впечатление.

Мама в ступоре, кажется, забыла, зачем вообще шла.

Краем глаза замечаю, как из машины выходит Роман, открывает багажник и достает оттуда шикарный букет цветов и подарочный вытянутый пакет, идеально подходящий для презента в виде бутылки.

Ярослав забирает подарки, и когда мы подходим к моей маме, здоровается и сразу рассыпается в комплиментах, вручает ей букет. Цветы мама взяла на автомате, и продолжает с широко распахнутыми глазами смотреть на моего начальника. Меня прямо гордость за шефа взяла.

Мама перевела, наконец, взгляд на меня, и растерянно произнесла:

— Саша, ты же говорила, что приедешь с подружкой.

— Подружка не смогла. А друг смог. Познакомься, мама — мой друг Ярослав Леони…

— Можно просто Ярослав, — перебил меня шеф.

— Мой друг — Ярослав, — эх, гулять, так гулять. — Слава, рада познакомить тебя со своей мамой — Ольгой Аркадьевной.

А-а! Я назвала босса просто Славой. Кайф!

— Очень приятно познакомиться. Саша говорила мне, что мама у нее красавица, но реальность превзошла все ожидания.

Льстец.

Глаза мамы одобрительно блеснули. Растерянность стала понемногу уходить.

— А вот мне Саша про вас ничего не говорила, хотя раньше друзей своих не скрывала.

Эх, мама, да и не было у меня особо “друзей”, а если и появлялись, то там и скрывать особо нечего было.

— Саша?! — раздался сдвоенный возглас с крыльца, перевожу туда взгляд. На крыльца папа. И Леня. У мужчин лица не менее шокированные, чем до этого у мамы.

— Мама, — возмущенно шиплю я. — Я же просила Леню не звать.

— Но ты же сказала, что будешь с подружкой, вот я и решила, что ничего страшного, если и его позову, — виноватым голосом отвечает мама.

О, как.

Ладно, переживем как-нибудь. Но раздражает, что опять за меня все решили.

Отчим, нахмурив брови, решительно двинулся в мою сторону, а за ним Леня. Ну прямо грозный тигр и его прихвостень. Вот сейчас захотелось малодушно прикрыться шефом, но нет, так нельзя. Это мои родственники, коллеги и знакомые. Осталась на месте и гордо выпятила свою невеликую грудь. Мы принимаем бой!

— Вы кто? — первым делом спросил отчим, даже не поздоровавшись.

Нет, не дам начальника в обиду.

— Это мой друг, папа. Познакомься, пожалуйста — Ярослав. Ярослав, это мой папа Георгий Станиславович.

Шеф не успевает ничего ответить.

— Не слишком ли взрослый у тебя друг? Давно вы “подружились”?

Боже, как стыдно.

— Не очень. Пап…

— Это из-за него ты съехала?

О мои щеки уже можно спички зажигать, настолько они раскалены.

— Нет. И, кстати, сейчас я тоже не из-за него уеду.

Беру шефа под руку и тяну Ярослава назад, к машине. Не надо мне этого всего. Если бы приехала одного, проглотила бы. Но демонстрировать весь этот цирк начальнику не намерена. Отчим перегибает палку.

Но шеф удивил. Стоит, как скала, сдвинуть с места не удалось. Уходить не собирается, но и отвечать что-либо моему отцу тоже. Любит цирк смотреть?

— Давайте не будем доводить на конфликта. Саша столько хорошего рассказывала о своем папе, так хотела к вам приехать, — безмятежным тоном говорит Ярослав, притягивая меня к себе ближе. А он… тот еще провокатор. Прямо как в театре с Максом, когда тот заигрался, то обозначил позиции.

Теперь уже папа краснеет. Боюсь представить, что сейчас творится в его голове. (293f8)

— Ой, вы Гришу извините, он, бывает, шумит, не разобравшись, — тут же начала щебетать мама, стремясь сгладить момент и сигнализируя мне взглядом, что папу берет на себя. — Проходите, пожалуйста, в дом. Саша, покажи своему другу дом, Почти все уже прибыли, скоро будем садиться за стол.

Мама тоже тянет отчима за руку чтобы увести подальше, и папа нехотя идет за ней, даже буркнув на ходу нечто похожее на извинение.

На дорожке к крыльцу остается Леня — его тянуть некому куда-либо, вот, видимо, и растерялся.

Леня переводит оценивающий взгляд с меня, на Ярослава, затем куда-то за спину, судя по всему на машину шефа. Я знаю, какая у Лени машина. Хорошая, дорогая, кредитная, но автомобилю моего начальника все равно уступающая. И это у шефа только одна “рабочая лошадка”. Я видела в гараже еще и другие, видимо, прогулочные, одна спортивная, другая класса люкс, но начальник предпочитает вот эту, большую, просторную, основательную, с качком Ромой за рулем, который, не только водитель, но и скорее всего за охранника, в случае чего.

— Привет, Саша! — наконец выдал Леня скромно.

— Привет.

Повисла неловкая пауза. Краем глаза смотрю на шефа, а тот, оказывается, тоже на Леню оценивающе глядит. Холодно так, без какой-либо приязни.

Пауза затягивается. Появляется непонятное напряжение.

Глава 63

Молчаливая борьба мужских взглядов, Леня отводит взгляд первым.

— Леня, познакомься. это мой друг Ярослав, — наконец, произношу я, чтобы уже хоть что-то сказать.

— Да я уже слышал. Леонид.

Мужчины пожали друг другу руки.

— Слава, пойдем, познакомлю тебя с остальными и покажу дом.

На самом деле уже ругаю себя за то, что назвала начальника Славой. Ведь невесть что подумают. Хотя все равно с первого взгляда и думают, а это только подтверждает домыслы. Но не называть же друга на вы и по имени отчеству? Да и не объяснить было бы, зачем начальника домой позвала, а так друг и друг.

— Конечно, Сашенька, — отвечает мне босс, и мы выдвигаемся в сторону дома.

— Я с вами, если не против, — тут же реагирует Леня и встает по другую сторону от меня. — Ярослав, знаете, давно общаюсь с Сашей и ее семьей, работаю с ее отцом, а про вас вот не знал. Давно вы с Сашей дружите?

Ага, Леня решил занять шпионскую позицию, чтобы потом доложить обо все папе.

— Достаточно, — уклончиво ответил шеф.

Во взгляде Лени прямо читается вопрос: “Достаточно для чего?”.

— А где познакомились, если не секрет?

— На мосту, — босс сказал, как отрезал.

— Эм, а что вы там делали?

— Гуляли. Увидел такую милую девушку, и понял, что обязательно с ней подружусь. Подружился.

Едва сдержала смешок. Настроение начало повышаться, а ситуация забавлять.

— А кем вы работаете?

— Я музыкальный продюсер.

Лицо Лени расплылось в улыбке.

— Обманываете?

— Нет, почему вы так решили? — удивился Ярослав.

— Как-то это все нереально. Вот вы, “музыкальный продюсер” просто взяли и подошли к нашей Саше на улице и сами познакомились.

Шеф перевел недоумевающий взгляд на меня, оглядел меня с головы до ног.

— Почему бы нет?

— Но это же наша вполне обычная среднестатистическая Саша, почему она? Саш, извини, я не в плохом смысле. Я просто не знаю, как еще выразиться.

Вспыхнула. Это уже просто наглость.

— Видимо потому что не обычная, — все таким же безмятежным тоном отвечает шеф. — Во всяком случае я в ней ничего обычного не заметил.

Сердце прямо-таки затрепетало. Приятно. Но разумом понимаю, что что-то тут не сходится. Если я вся прямо такая необычная, то что же мы не встречаемся? Ни одной попытки поцелуя, я уж не говорю о чем-то большем. Так что начальник мне просто льстит. Ну или не обычная, но не в том ключе. Не в романтичном. Из серии странная. Падаю много, петь могу, но не желаю, от родителей только недавно съехала. Мужчину себе до сих пор не нашла. Точнее нашла. Прямо идеал. Даже не принца, сразу короля. Но король этот к себе приблизил, работой обеспечил, а вот фаворитка у него другая. Я скорее всего за шута.

Мы заходим, наконец, в дом. Мне так хочется уже показать Ярославу родное гнездо в спокойной обстановке, но Леня заделался, похоже, моим личным телохранителем, и не отлипает, везде следуя за нами. И ладно бы просто следовал, но ведь он при каждом удобном случае пытается намекнуть, что у нас с ним о-очень близкие отношения, то ли были, то ли есть. Так еще и выставляет меня специально в невыгодном свете, то и дело вспоминая о “курьезах”. Что-то вроде: “Ой, а Саша же у нас такая неуклюжая, так смешно не так давно уронила торт на мамин день рождения и чуть не устроила пожар. Ха-ха”. (293f8)

Я, естественно, все отрицаю, и уже начинаю грубить Лене, но он все равно не замолкает.

Попутно успеваю знакомить шефа с гостями. Ярослав намекнул, что не прочь посмотреть мою спальню, но Леня не дал, исчез ненадолго, а вернулся уже с моим отчимом. Тут уже папа взял меня под локоток, и напомнил, что надо бы немного помочь с деловыми партнерами. Надо было видеть, как у моего непосредственного начальника вопросительно выгнулась бровь. Ну да, с его-то ревностным отношением к моим рабочим контактам и подработкам. Опять “изменяю”.

Послала начальнику виноватый взгляд, извинилась и, оставив в компании Лени, ушла плотно общаться с папиными партнерами.

Не то чтобы я прямо лучше отчима разбираюсь в делах, но, как папа говорит, его партнеры мне “умиляются”. Совсем молоденькая с виду девушка общается с ними на деловые темы. Мне сразу предлагают, особо не торгуясь, хорошие условия сделки, ну а я в свою очередь, если о чем-то с кем-то лично договаривалась, то и слежу за исполнением договора нашей компании очень четко, чтобы не в коем случае не произошло временных срывов поставок, брака, ну и по возможности без других, более мелких казусов. Тоже всегда стараюсь идти навстречу, от лица отчима предлагая более хорошие условия и скидки. Поначалу такое самовольство папе не нравилось, но когда принесло свои плоды — довольные партнеры, большее число заказов, перестал ворчать. Партнеры, заметив, что когда общаются со мной, из сделка становится более “удачливой”, стали стремиться к общению именно со мной, и папа, видя такой расклад, расслабился и в свое время все больше стал мне доверять общение с партнерами, сам отходя от этих дел, и теперь очень не любит сам общаться с партнерами.

Мне теперь уже исключительно папины партнеры, радуются, как родной, мы быстро находим общий язык, но начало ужина затягивается. Когда откладывать становится совсем уж неприлично, мама зовет всех за большой обеденный стол. Переговорила не со всеми, так что после ужина еще придется задержаться на какое-то время.

Обнаружила, что мама решила усадить меня между Леней и Ярославом. Соседству Лени не рада, но он и Ярослав уже сидят на своих местах, поздно что-то менять.

При моем появлении “кавалеры” поднялись одновременно, только чтобы отодвинуть мне стул. Такому вниманию что-то не рада.

Украдкой смотрю на начальника. А он, оказывается, тоже на меня смотрит. С каким-то научным интересом. Думаю, что все-таки плохой идеей было приезжать сегодня домой, да еще и с Ярославом. Он, я краем глаза видела, еще и с родителями моими успел пообщаться. Не представляю, что мог услышать.

Глава 64

Как бы там ни было, но ужин, как мне показалось, прошел в непринужденной обстановке. Звездой вечера был Ярослав. Все же музыкальный продюсер — это как редкая райская птица в нашем… кхм, ну, пусть будет голубятне. Причем шефа многие узнали — среди тех, кто следит за миром шоу-бизнеса, так что личность Ярослава, если бы я попробовала ее скрывать, не долго была бы секретом. Естественно, опять коснулись темы моего знакомства с продюсером, и были осторожные вопросы-намеки о характере наших взаимоотношений. Кажется, в обычную дружбу никто не поверил.

В итоге шеф не выдержал и отшутился:

— Да, вы раскусили меня. На самом деле у нас с Александрой деловые отношения. Я собираюсь заниматься ее продюсированием и раскруткой. Думаю, ее ждет звездное будущее и мировая слава.

Гости за столом дружно рассмеялись.

Нет, ну тут даже мне немного смешно.

— Какая уж из Сашки нашей, певица? — мрачно произносит отчим. — Голос вообще не слышно, стеснительная, упрямая, когда не надо, возраст, да и внешность, конечно, хорошая, но… не сценическая, — безжалостно перечислил папа аргументы против, лишь в конце постаравшись сгладить отповедь.

Сразу вспомнила Лару, и насколько мы с ней отличаемся.

А отчим продолжил:

— Танцевать не умеет и не хочет, выступлений, как огня боится. Никогда она не станет хоть мало-мальски известной певицей. Может, вы этими своими сказочками девиц молоденьких и завлекаете, но если и Саша на это оказалась падка, то, значит, я ее совсем не знаю.

— Да, нет, ну что вы, я Александру совсем другим способом привлек, — отвечает начальник любезно, но-о, с коварными нотками. Прямо так тоже с намеком как будто бы. Папа багровеет. Мама опять спасает ситуацию, отвлекая на себя внимание, поднимаясь и говоря тост за хозяина дома. Гости оживляются, и тоже спешат сменить тему.

Ужин закончился поздно, к его концу, чувствую, что нервы мои уже на пределе, измотали их хорошенько. После плотного ужина хочется спать, а не общаться с папиными партнерами, но я собираю всю волю в кулак и готовлюсь к дальнейшим переговорам.

Но тут ко мне наклоняется Ярослав и тихо произносит:

— Я бы хотел уже отправиться домой. Вы едете со мной или останетесь с родителями?

Ой, только не дома оставаться! Лучше домой — к начальнику.

— С вами. Только можете подождать меня хотя бы еще минут двадцать? Мне нужно переговорить с несколькими…

— Нет, — отрезал Ярослав. — Вам нужно принять решение. Решение о том, на кого вы, собственно, работаете.

О, вот и вновь проявились собственнические наклонности шефа. Исключительно в профессиональном плане, конечно.

— Я только немного помогаю папе.

— Причем, я так понимаю бесплатно?

— Ну… мы же семья.

— Понятно. В общем, решайте, Саша.

Подходить и сообщать папе, что я уезжаю, прямо страшно. Опять побагровел, смотрит, как на предательницу. У мамы глаза на мокром месте.

— Саша, ты так долго не была дома. Может, хотя бы переночует у нас? — просит мама. — Поговорим с тобой. Расскажешь, как живёшь. А то ведь одни сплошные тайны у тебя теперь. Про Ярослава этого, ничего нам не говорила.

— В следующий раз, мам. Устала.

— Так здесь бы и отдохнула, а утром бы наговорилась с матерью, — рычит отчим. — Так прям неймется с этим напыщенным показушником уехать?

— Пап, Слава очень хороший человек. Не надо, его, пожалуйста, обзывать.

— Делай что хочешь, уезжай, с кем хочешь, но только потом в слезах домой не прибегай.

Отчим резко развернулся, и ушел, а мама пошла меня провожать.

— Не обижайся на папу, он очень переживает, — просит мама. — И знаешь, мне твой Ярослав понравился. Такой прямо… мужчина. Не твой уровень, правда, боюсь, не удержишь долго, но ничего, зато опыт… будет интересный. Видела, как ты на него смотришь, и понимаю. Лёню больше не предлагаю.

О, это я сейчас прямо благословение от мамы получила на Ярослава. Неожиданно.

Поначалу едем с Ярославом в полной тишине. Я переживаю, мне стыдно, жалею, что взяла шефа с собой и познакомила с родителями. Не решаюсь заговорить еще и потому что, Роман тоже будет все слышать.

Долгое время смотрю исключительно в окно, но потом не выдерживаю и оборачиваюсь к Ярославу.

Начальник выглядит подозрительно довольным. У меня возникли вопросы.

— Вам понравился ужин у моих родителей? — спрашиваю без особой надежды. Босса моего там замучили вопросами, а отец еще и агрессия проявлял, ну и я, опять же, надолго одного бросила. Чего уж тут может понравится. Но надо же все-таки уточнить.

— Да, очень.

Ответ шефа ввел меня в глубокое недоумение.

— Чем?

— Кое-что понял для себя. В частности, откуда родом все ваши страхи и фобии. А еще теперь точно знаю, что знаю, что вас недооценивают, причем все. Даже я имел пару заблуждений о вас.

— Каких?

— Это уже неважно.

— Все равно не понимаю, чему конкретно вы так рады.

— Да вы не обращайте внимания, Сашенька, все это ерунда, — шеф смотрит на меня по-доброму, лукаво так, еще больше разогревая мое любопытство.

Стало немного получше. Значит, не все так плохо, как мне представлялось.

— Сашенька, — спустя некоторое время произнес Ярослав

Как же мне нравится мое имя в исполнении шефа… прямо петь хочется.

— Да? — говорю я с улыбкой, не ожидая подвоха.

— Можно уточнить у вас один момент? Этот Леонид, это все-таки ваш молодой человек или жених? Если верить вашему папе и саму Леониду, то без пяти минут муж.

— Если только в их мечтах, — весело фыркнула. — А что?

— Нет, ничего. Просто любопытно стало, — начальник сама невозмутимость. — Если не секрет, то чем вам Леонид не угодил в качестве ухажера? Он всячески демонстрирует свое к вам расположение, хорош собой, молод, как я понял, достаточно обеспечен.

Поморщилась.

— Поначалу он мне нравился. Но о том же, о чем и вы, мне говорили родители раз пятьсот, и после этого очарование как-то прошло, появилось раздражение. Ну и еще мне не нравится, как он перед папой выслуживается.

— Иными словами, вам не нравятся… “хорошие мальчики”?

— Ну, я этого не говорила. А вообще как-то не задумывалась над этим вопросом.

— А вообще есть у вас какой-то типаж мужчин, который больше нравится? Предпочтения?

Глаза начальника блестят любопытством. Даже Рома, кажется, навострил уши. Но я ведь не могу сказать шефу, что как раз недавно выяснила, что причитаю его типаж.

— М-м. Каких-то определенных рамок нет, — якобы задумчиво тяну я. — Он должен быть… умный, пожалуй. Взрослый…

Роман весело хмыкнул, и я замолчала. Чувствую, как кровь прилила к щекам. Мне кажется, водитель все понял. С двух нот. (293f8)

Заметила, как шеф бросил на Рому недовольный взгляд.

— Саша?

— Все. А вам какой типаж нравится?

Ну а что? Начальник же развлекается, задавая мне личные вопросы, я тоже, значит могу. Хотя бы попробовать.

Ярослав задумался.

— Мне нравятся личности талантливые, сложные, яркие, с какими-нибудь интересными особенностями.

А, ну понятно. Как Лара. Прямо ее описание.

Приуныла, но настроение мое вряд ли заметили, ведь мы наконец доехали до дома Ярослава.

Глава 65

Зашла в свою спальню и зачем-то полезла проверять телефон, тут же обнаружив множество пропущенных вызовов. Зачем только личную сим-карту включила? Три раза, оказывается, мама звонила, пять раз отчим, девять раз Леня и один раз, только на рабочий номер, Макс Орлов, пропустила его звонок.

По коже побежали мурашки. Со всеми этими волнениями по поводу встречи с родителями я как-то подзабыла про Макса. Вот сейчас как-то уже и не особо хочется идти. После моральной встряски, устроенной шефом, и выматывающего вечера с родителями хочется только спокойствия, чего-нибудь утешительно-вкусного и вечера сериалов, а не свидания с Максом. Короче, что-то я побаиваюсь. Может, позвонить, сказать, что приболела? Не смогу?

М-да. Мама бы, наверное, сейчас пальцем у виска покрутила. Хочу отказаться от встречи с таким интересным потенциальным женихом. Умный, взрослый, галантный. Можно сказать, описанный мной типаж. А может, стоит признаться себе, что дело вовсе и не в испорченных нервах? Просто все мои эмоции и мысли начальник каким-то чудесным образом окончательно перевел на себя. Но это неправильно, надо отвлечься. Поэтому никаких отговорок. Встрече с Максом быть. Один раз схожу, и все. М-да. Словно уговариваю себя выпить залпом невкусную микстуру.

Перезвонила Орлову, он уточнил у меня, все ли в силе, время и куда больше хочу пойти. Сошлись на ресторане. Пообщаемся, а там посмотрим, как дальше. Особенно настаивала на том, чтобы встретиться в центре. Не к Ярославу же домой Максу за мной заезжать. Полагаю, у Орлова сразу возникнут вопросы. Надо будет потом как-то отказаться и от того, чтобы меня домой подвозили.

Папе и Лене перезванивать не стала, а вот игнорировать маму совести не хватило, и еще с полтора часа мама пытала меня вопросами о Ярославе и советами о том, как надо строить отношения. Не поверила, что мой друг мне и правда только друг. Я еле отвязалась. И сразу легла спать.

Первую половину дня провела в подготовке к ответственному мероприятию. Ярослав где-то пропадал, я так думаю, по делам, но, как назло, стоило мне полностью собраться и выйти, как и шеф появился. Столкнулась с ним в холле. Начальник окинул меня удивленным взглядом. Ну да, коктейльное черное платье с черными полупрозрачными кружевными рукавами и спиной. Длиной выше колена, все же, ноги — это, если так можно выразиться, моя сильная сторона, которую грех не демонстрировать. Прическу сегодня не захотела делать строгой, так что волосы распущены и лежат в тщательно созданном работницей салона красоты художественном беспорядке. Благодаря фривольной прическе настроение тоже такое бойкое. Было. До встречи с начальником.

— Сашенька, а вы куда? — ласково интересуется у меня шеф.

— Гулять, — скромно опустив взгляд в пол, отвечаю я. Стало немного смешно.

— Надолго?

— Я пока ещё точно не знаю.

Подняла взгляд обратно на начальника. Ярослав смотрит не то чтобы недовольно, но взгляд его потемнел, появилось там нечто хищное.

— То есть весьма вероятно, что вы не оставите мне компанию за ужином, а после за игрой в какой-нибудь настольную игру или, скажем, просмотром какого-нибудь популярного сериала?

О-о-о, шеф, что же вы опять делаете? Какой нереальный соблазн. Выдыхай, Саша.

— На ужин точно не стоит ждать. А насчет более позднего времени… я еще не решила.

Постояла с секунду, а потом неуверенно двинулась вперед, к выходу. Ярослав о чем-то задумался, но стоило мне к нему приблизиться, заступил мне дорогу. Неожиданно.

— Если не секрет, Александра, вы с кем-то конкретным гулять идете?

По коже побежали мурашки. Меня взволновал даже не сам факт вопроса и то, что начальник преградил мне путь, а то, что назвал меня полным именем. Нехороший знак. Но, в конце концов, почему недовольство? Шеф ведь может пригласить к себе домой кого угодно, чтобы была компания для игры и просто общения. Ту же Лару. Или она плохо играет? (293f8)

— Это… не та информация, которую я бы хотела сейчас озвучивать. Ярослав Леонидович, можно я уже пойду?

Выжидающе смотрю на шефа. Могу его и обойти, конечно, но это он мне дорогу заступил, ему и отходить. Ярослав посмотрел прямо мне в глаза и, поймав мой взгляд, произнес веско, выделяя каждое слово:

— Я хочу, чтобы вы остались, — и, сделав паузу, добавил, словно исключительно для приличия: — Пожалуйста.

Ух, по коже уже просто табуны мурашек бегают. Ну нормально вообще? Нет, он, несмотря ни на что, остается любимым начальником, и я бы с удовольствием осталась, но я так не могу. Договоренность с Максом есть, незадолго до встречи только из-за неожиданной хотелки босса все отменять будет некрасиво. Если бы Ярослав хотел каких-то отношений со мной, то, думаю, не стал бы ждать и ходить вокруг да около. Не хочет. Зато хочет, похоже, чтобы я была рядом в виде плюшевой милой игрушки. Нет. Не буду поддаваться сиюминутным хотелкам Ярослава. И вообще, вдруг Макс моя судьба, надо пообщаться и познакомиться поближе. С начальником я уже знакома достаточно хорошо, но смысла в плане личной жизни это не дает.

— Извините, не смогу, — стараясь как можно вежливее улыбнуться начальнику, говорю я, и все-таки его обхожу сама, поскольку появилось ощущение, будто со своего места Ярослав сдвигаться не собирается.

Как всегда настороже. Если шеф попробует мне что-то запретить, сразу соберу вещички. Хе-хе. И на вокзал. Если так подумать, то именно самостоятельная жизнь мне что-то не очень удается. Но начальник, к счастью, возражать не стал, лишь предложил любезно:

— Роман освободился и может подвезти вас, куда потребуется. А потом отвезти домой.

Три раза ха! Что это за свидание у меня такое будет с соглядатаем Ромой?

Глава 66

— Спасибо, не нужно.

Шеф мне больше ничего не сказал, и пошла я такая гордая и красивая на шпильках к ближайшему метро. Ибо экономия должна быть экономной.

Встретилась с Максом в небольшом сквере в центре города. Орлов пришел в костюме, с неизменной бабочкой на шее и большущим букетом цветов в руках. Подойдя, Макс настороженно оглядел потрепанную поверхность лавочки, на которой я сейчас сижу, и после с некоторым сомнением, но все же присел рядом. Боюсь представить, сколько стоит его костюм.

— Привет, это тебе, — произнес Макс, отбрасывая всякие формальности и вручая мне букет цветов.

— Спасибо, — с удовольствием вдыхаю аромат цветов.

— Знаешь, давно я что-то в городских скверах с девушками не встречался. Если так попробовать вспомнить, то, кажется, никогда.

— И как ощущения?

— Неплохо. Свежо. Нестандартно, — взгляд Макса направлен на компанию из трех парней, оккупировавших лавочку неподалеку. Парни пьют пиво и жизнерадостно гогочут, что-то обсуждая.

Далее взгляд Орлова плавно переходит на другую лавочку, на которой сидит древняя старушка, самозабвенно кормящую стаю суетливых голубей. И вновь Макс переводит свой выразительный взгляд. На этот раз на лавочку прямо напротив нас, на которой вольготно расположился мужчина бомжеватого вида, возможно, с вечера забронировавший себе место для ночевки. Мужчина заметил, что мы с Максом на него смотрим, щербато улыбнулся и помахал нам. Ну да, признаю, место выбрала для встречи не слишком удачное, хотя поначалу мне казалось иначе. Сквер довольно уютный с виду, и когда я сюда пришла, все лавочки были свободны.

Макс встает, наклонившись, с улыбкой, галантно подает мне руку, и вместе мы неспешно покидаем сквер. Машину Орлов водит сам. У него автомобиль черного цвета, классического вида. Этакая дорогая элитная классика с современной начинкой. Когда сели, собираюсь пристегнуться, но голос Макса опережает:

— Давай я помогу, — говорит Орлов и, не ожидая ответа, тут же тянется ко мне, наши тела, словно невзначай на пару мгновений соприкасаются, меня обдает ароматом дорогого парфюма Макса, и почти тут же он отстраняется, тихий щелчок, и я оказываюсь пристегнутой.

Судорожно вздохнула. Это было… неожиданно. И так чувственно.

Продолжение свидания интересное, да и дальше все хорошо идет. Макс привез нас в ресторан. По дороге, да и в самом ресторане, мы весело и непринужденно общаемся. С Орловым легко, он приятный собеседник, обходительный кавалер. Думаю, мама бы его тоже одобрила, хотя сейчас у нее фаворит Ярослав, в сетях мама за ночь и утро уже всю возможную информацию о нем прошерстила и ещё больше его теперь одобряет, о чем отписалась мне в мессенджере, считает, что я выиграла джекпот, но это она про Орлова ещё не знает и про характер моих отношений с Ярославом.

Время за ужином и разговорами проходит незаметно. Мы уже с Орловым поели, но торопиться и ещё куда-то идти нет желания. Мы сидим в уютном местечке возле панорамного окна на проспект, неспешно потягиваем кофе, болтаем и наблюдаем за тем, как город поглощает ночь. Да, на настольные игры к шефу я уже точно не успею. Немного жаль, но, как мне кажется, правильно. Хотя то и дело мыслями возвращаюсь к Ярославу, задумываясь о том, чем же сейчас занимается начальник.

— Саша, мне с тобой очень хорошо, — вырывает меня из очередных мыслей о шефе голос Орлова. Мужчина накрывает мою руку своей. В глазах Макса зажегся огонек предвкушения. — Я знаю, что мы еще мало знакомы, и, возможно, я тороплю события, но мне очень, нет, просто безумно хочется тебя поцеловать.

С этими словами Макс тянет ко мне свободную руку, хватает за локон, накручивая на палец, и аккуратно тянет на себя, при этом одновременно сам медленно, глядя прямо в глаза, наклоняется ко мне. Медленно, видимо, чтобы дать мне успеть решить, хочу ли я этого поцелуя. Я же растерялась. К поцелуям как-то была не очень готова. Тем более место общественное. Но с другой стороны…

Что там с другой стороны, обдумать не успела. У Макса зазвонил телефон. Орлов поморщился, как-никак, резкий звук момент портит, чуть отстранился, достал из пиджака телефон и, не глядя, сбросил вызов. Макс смотрит на меня с прищуром. (293f8)

— Итак, на чем мы остановились?

Мужчина вновь медленно наклоняется ко мне, но телефонный звонок вновь его отвлекает.

— Кто же там такой настойчивый? — недовольно произносит Орлов и, снова доставая телефон, все-таки смотрит на экран.

Одна бровь Макса так забавно удивленно приподнимается вверх.

— Саша, извини, я отойду переговорить. Это по работе.

Кивнула, и Орлов встал из-за столика и ушел довольно далеко. Перевела дыхание. Сейчас есть возможность спокойно подумать и решить, буду ли я сегодня целоваться с Максом.

Сижу, думаю, и на холодную голову мне кажется, что этого делать не стоит. Как-то это не очень. На первом-то свидании. Надо ещё узнать Орлова. Вот если бы речь шла о поцелуе с шефом, я бы не раздумывала. В общем, разумом мне целоваться с Максом не хочется, но вот когда он наклонялся ко мне, блестя глазами и давя своей мужской аурой, феромонами или чем там ещё могут мужчины в такие моменты давить, была не прочь. Так что… буду действовать по ситуации. Да.

Ждала Макса достаточно долго. А когда он появился, мне показалось, будто что-то изменилось. Орлов не смотрит мне в глаза, улыбается, что-то говорит, но без прежнего какого-то азарта, посматривает на часы и больше не пытается меня поцеловать, дотронуться или хотя бы как-то сократить между нами расстояние. Не понимаю, в чем дело.

Глава 67

Тем не менее, хоть выпадов с поцелуями со стороны Макса больше не было, мы мило просидели в кафе еще не меньше часа. Я съела напоследок мороженое, и поскольку Орлов никуда не торопится, засобиралась я. Макс не стал возражать, быстро расплатился по счету и проводил меня до такси, которое я вызвала. Думала, будет порываться сам подвезти, но нет. Посадил в такси, взял контакты водителя, оплатил поездку и отпустил с миром, даже не чмокнув в щеку на прощание. Перегорел, что ли? Разонравилась? Но как-то странно. Только собирался целовать, а потом вдруг резко передумал.

Озадаченная, вернулась в дом шефа, заплатив таксисту за то, что удлинился маршрут — я, как самый настоящий шпион, назвала сначала адрес своей съемной квартиры, и только после того, как отъехали, адрес шефа.

В доме горит свет. Похоже, Ярослав еще не спит. В принципе, не так уж сейчас поздно. Тихонько прохожу мимо открытых дверей гостиной и нет-нет, да высматриваю, что там начальник делает. Ага. По большому телевизору сериал смотрит. Шефа не видно, он, видимо, лежит на диване. Может быть, даже не один, а с какой-нибудь Ларой. Иду, забывая смотреть вперед. Итог закономерен.

— Ой!

— Сашенька, ну что же вы, осторожнее.

Я столкнулась с начальником. Можно сказать, грудь к груди. Руки Ярослава широко распахнуты, кажется, он едва успел убрать с траектории моего движения поднос с исходящей жаром пиццей, который держал в одной руке, и бутылку игристого напитка в другой. Каюсь, отступила не сразу. Сначала справилась с шоком, затем кое-как все-таки заставила себя отойти от такого теплого и твердого начальника.

— Извините, — говорю я, а сама глубоко вдыхаю аромат, исходящий от пиццы. Вот я вроде поужинала хорошо, но сейчас чувствую, что места в животе хватило бы еще на пару кусочков. Но на ночь такое нельзя себе позволять, да и я сама же отказалась от ужина с Ярославом, так что нечего будет сейчас к нему на сериал и пиццу напрашиваться.

Начальник поймал, видимо, мой взгляд, поскольку пицца оказалась прямо передо мной.

— Хотите?

Вот опять. Опять начальник делает мне предложение, от которого трудно отказаться.

— М-м, спасибо, но нет, — проявила я силу воли.

— Как хотите, — Ярослав пожал плечами и кивнул на опущенный «лицом» вниз букет в моих руках, невозмутимо поинтересовавшись: — Вам, наверное, ваза нужна?

— Да, было бы неплохо.

Не знаю, почему, но краснею. Ощущения такие, словно у нас с шефом чуть ли не отношения, а я тут на свидания с другими в открытую бегаю. Отношения, конечно, есть, но они ведь чисто рабочие.

— Ваза есть в гостиной, — как бы между прочим произносит начальник и уходит в ту самую гостиную, свою добычу в виде бутылки и пиццы ставит на столик перед диваном, а сам усаживается и смотрит сериал.

Все. Никто мне подсказывать, где стоит та самая ваза для цветов, не собирается. Нерешительно застыла на пороге, но цветы ведь и правда надо будет в воду поставить. Не выкидывать же красоту. Прохожу в гостиную, ищу глазами вазу. Рыться в чужих шкафах не хочется, но одну я уже заметила. Радостно подхожу к красивой, большой, пестро изрисованной вазе, стоящей на отдельном столике, но Ярослав, даже не глядя в мою сторону, вдруг говорит.

— Сашенька, не то чтобы мне было жалко для вас эту вазу, но постарайтесь быть с ней осторожнее. Ей почти две сотни лет.

Отдернула руку от вазы, словно от ядовитой змеи. Хм. А на вид обычная китайская. Во всяком случае, рисунки на ней с виду китайские.

— А поновее у вас нет?

— Есть. Посмотрите вон в том стеллаже.

Шеф небрежным жестом указывает на закрытый стеллаж, подхожу, открываю, вижу вазу, но вот незадача. Высоко. Буквально чувствую на себе взгляд начальника, когда беру стул, снимаю туфли, встаю на стул и тянусь к нужной полке, чувствуя, как задирается мое платьишко. Ничего не поделаешь. Взгляд начальника на мне все ощутимее. Ваза задвинута глубоко, я со своим росточком не дотягиваюсь. Встаю на цыпочки, и… стул покачнулся.

Мне так не хотелось даже не то что ударяться, а в принципе позорно падать под взглядом начальника, что я, собрав в эти доли секунды всю волю в кулак и сконцентрировавшись, сумела ухватиться за верхнюю полку и повиснуть на ней, в то время как стул с грохотом упал. Но радостно выдохнула я рано. Почти тут же ощутила мужские руки на своей талии, и только от этого ощущения мои пальцы разжались, и я заскользила вниз. Медленно. Вдоль тела Ярослава, ибо спасать меня тут больше некому. И это еще не вся беда. Когда я повисла, платье задралось еще сильнее, а после незапланированного скольжения так и вовсе пошло собираться складками. Подол очутился где-то выше уровня попы. Вряд ли шеф это видит, ведь с силой прижимает меня к себе спиной, но наверняка чувствует.

— Саша, все в порядке? Не ушиблись? Сильно испугались? — с беспокойством в голосе спрашивает шеф. — Как же вы так?

Как — меня сейчас интересует меньше всего. Меня трясет. И отнюдь не от страха. Ощущения нахлынули волной. Даже представить не могла, что можно чувствовать такое в мужских объятиях. Никогда раньше подобного не испытывала. Мне кажется, все дело в эмоциях. Они могут усиливать ощущения. Вот меня сейчас буквально «колбасит». Коленки подкашиваются. Трудно дышать. Мурашки бегут по коже. В животе все словно сжалось в тугой узел.

— Сашенька? — недоуменно и еще чуть более обеспокоенно произносит Ярослав, поскольку я молчу слишком долго. Как бы там ни было, но и начальник отходить от меня не торопится. Наоборот, кажется, словно его объятия стали теснее и крепче. Меня уже буквально уносит в водоворот ощущений. Дыхание окончательно сбивается.

Поставила руки на полку, прижалась лицом к костяшкам пальцам и крепко зажмурилась. Как? Ну как с этим справиться?

— Где болит? — прямо в ухо выдыхает мне шеф свой вопрос, окончательно повергая меня в пучину потрясающих ощущений. Мурашки уже по всему телу. Так хорошо, так стыдно, и как-то надо со всем этим справляться.

— М-м, — мычу я нечто нечленораздельное в попытке ответа. Мысленно прошу начальника отойти и одновременно не делать этого никогда. Он такой… большой, крепкий, надежный, сильный. Его объятия такие теплые, правильные, нужные. В общем, да, ситуация для меня крайне острая, приятная, волнительная, стыдная, незабываемая.

— Саша, вы меня пугаете.

А вы меня возбуждаете.

— Саша?

Да отпустите же уже меня. Держит. Нет. Даже сжимает. Сильнее. Еще сильнее.

— Саша… пиццу будете?

Вот прямо очень своевременный вопрос. Кое-как согласно киваю. Начальник отреагировал на мой шевелящийся затылок правильно, буквально оторвал меня от стеллажа, довел, усадил на диван, еще и кусок пиццы в руки вложил.

Держу пиццу, а руки трясутся. То ли от пережитого напряжения, то ли возбуждения, то ли все вместе. Просто продолжаю держать угощение, теперь уже как-то не до еды. Шеф сидит рядом и молчит. Точнее, открыв бутылку и налив ее содержимого себе в бокал, пьет. На меня не смотрит. Оглянулась на стеллаж, рядом с которым на полу сиротливо остался лежать букет. (293f8)

— Надо бы цветы все-таки цветы в воду поставить, а то завянут, — брякнула я.

Ох, каким взглядом, повернувшись, на меня посмотрел начальник.

— Пусть там лежат.

— Так ведь завянут.

— Завянут — новые вам куплю.

О, ну если так. Между мной и Ярославом вновь воцарилось молчание. Очень хочется узнать, о чем сейчас думает шеф. Пустым взглядом смотрю в экран телевизора и не знаю, куда деть несчастный кусок пиццы, поскольку меньшее, что мне сейчас хочется, это есть. Но класть обратно нетронутую еду почему-то стесняюсь.

— Спасибо за угощение. Спать хочется, да и завтра на работу. Я пойду к себе, — наконец, спустя не меньше пяти минуть задумчивого сидения на диване, сформулировала наиболее подходящую сейчас фразу, поднялась и стремительно пошла к выходу.

— Добрых снов, Саша, — донеслось мне в спину.

Глава 68

ЯРОСЛАВ

С раздражением выключил телевизор. Мне и до этого было не интересно, что там идет, а сейчас смотреть его и вовсе отпал всякий смысл. Ну, не дурак ли? Чтобы хоть как-то выплеснуть злую энергию, встаю.

Ладно, еще как-то можно было себя понять, когда позвонил Максу и сделал предложение, от которого тот не смог отказаться, с условием, чтобы он больше не трогал мою помощницу. Но сейчас?

Под ногами зашуршало. Цветы. С раздражением пнул злосчастный букет, и он прицельно полетел прямо в открытое окно, приземлившись во дворе. Не помогло. Никак не выходит успокоиться и унять возбуждение. Чего стоило себя сдержать, когда Саша… Ну вот, зачем только вспомнил? Легкое стройное тело под руками. Она словно пойманный трепещущий воробышек. Такая нежная, растерянная, напуганная. Грубые первобытные инстинкты велели смять, подчинить, взять. Знала бы только моя пугливая лань, что находится на волоске.

Похоже, поселить Сашу в своем доме было ошибкой. Не ожидал, что нахождение «помощницы» на моей территории может так раззадорить. Пожалуй, пора это прекращать. Хватит дразнить самого себя. Саша хорошая, чистая, добрая девушка, она этого не заслуживает. В конце концов, она моя подопечная. Ей нужен такой же хороший, порядочный человек, который полюбит по-настоящему, а не будет использовать только для постельных утех и работы.

Подойдя к окну, глубоко вдохнул свежий ночной воздух. Взгляд невольно упал на лежащий на газоне букет, едва различимый в свете окна. Но только не Макс. Обойдется.

АЛЕКСАНДРА

Заснуть было очень тяжело. Разбуженные в теле желания заставляли ворочаться, мешали спать. А уж как заработало воображение. Нафантазировала себе всякого, как могло бы дальше пойти там, у стеллажа. Такие развратные горячие картины нарисовались в голове, что просто ух! Какой там сон.

Утром за завтраком не могу смотреть боссу в глаза — конечно, все, что было между мной и Ярославом, останется только в моем воображении, но картины были такими горячими, что только от них можно испытывать жгучий стыд. Хорошо хоть начальник на меня и не смотрит, больше интересуется телефоном и завтраком, а то, мне кажется, он все равно бы смог что-то понять по моему лицу.

Только по окончании завтрака вспомнила про букет. Вместо того, чтобы идти в гараж вместе с начальником, поспешила в гостиную.

— Саша, вы куда? — остановил меня голос шефа.

— Забыла букет убрать из гостиной. Извините, я быстро.

— Уборщица там уже все убрала. Цветы выброшены.

— Выброшены? Они же совсем свежие, — я расстроилась. Такой букетище шикарный. Жалко, что забыла про него.

— После ночи без воды у них был не самый презентабельный вид. Идемте.

Ничего не поделаешь, послушно отправилась вслед за начальником, и вскоре мы уже выехали на работу. В салоне авто царила мирная атмосфера, ехали молча, но когда мы уже почти доехали до продюсерского центра, шеф попросил Романа остановиться на обочине, вышел из машины, зашел в небольшой торговый центр. Я особо не удивилась. Ну мало ли, что понадобилось начальнику купить, но вот когда Ярослав вышел, мои глаза широко распахнулись. В руках шеф держит букет. Хотя букетом это назвать трудно. Кажется, начальник просто выкупил все имеющиеся в магазине розы очень нежного светло-розового оттенка, эту мысль подтверждает и то, что Ярослав несет цветы в небольшом пластмассовом ведерке, в которых обычно стоят цветы на прилавке.

— Ого! — прокомментировал выход шефа с цветами даже обычно не слишком эмоциональный водитель и поспешил к начальнику, открыв ему переднюю дверь автомобиля, куда шеф сгрузил ведро с цветами.

Дело сделано, мужчины садятся на свои места. Машина трогается с места. Начальник поймал мой вопросительный взгляд и как ни в чем не бывало пояснил:

— Это вам. Я ведь пообещал. Причем, заметьте, уже с «вазой».

С вазой, это, конечно, хорошо, удобно… что?! Я сижу и просто не могу поверить, что Ярослав подарил мне цветы. Не важно, в какой форме и сколько. Просто что подарил. Настолько поражена, что сижу тихо-тихо, глазами хлопаю, цветы рассматриваю и пытаюсь вновь не начать фантазировать, но только уже на тему возможных отношений с шефом. Нет, не может их быть. Но зачем эти цветы? Пусть и подаренные не по канонам, но все равно цветы, еще и столько? (293f8)

Свои вопросы задать так и не решилась, но настроение определенно поднялось. Это самый большой букет, какой мне дарили в этой жизни. Ярослав мог отделаться чем-то поскромнее, но нет.

— Спасибо, — наконец сумела тихо выдавить из себя, чтобы при этом еще и не залиться краской от макушки до пяток.

— Пожалуйста, — ровным тоном ответил шеф.

Довольно хмыкнул почему-то Роман, он же еще и относил потом цветы в приемную, где для такого букетища нашлась не одна ваза, и теперь я на работе вся в цветах.

Спустя час после начала рабочего дня позвонили хозяева квартиры, которую я снимаю, и обрадовали известием, что ремонт окончен и можно возвращаться. Ну, как обрадовали? Это означает, что все, вечеров компании начальника и вкусной готовой еды от шеф-повара больше не будет, но все к лучшему, думаю. Чем дольше с Ярославом живу, тем мне же хуже.

Когда в конце рабочего дня сообщила начальнику новость о том, что съезжаю от него, он особо никак не отреагировал, лишь учтиво предложил Рому для помощи с переездом. Одним словом, не огорчился. Но и не обрадовался.

После огромного дома начальника моя съемная квартирка кажется особенно маленькой. Но зато здесь пахнет свежим ремонтом, появились новые приятные добавления в виде техники и мебели вместо старых (особенно порадовал новый душ со встроенным радио), и главное, я здесь сама себе хозяйка.

На следующий день в обед узнала новую горячую сплетню. Говорят, Лара Роял еще в выходные несколько раз показалась на публике в компании одного известного успешного бизнесмена, и вчера вечером репортеры также запечатлели их ужинающими в ресторане. Что же выходит? Лара и Ярослав больше не встречаются? Или это очередная «утка»?

Глава 69

Приглядываюсь к шефу на протяжении рабочего дня, но что-то не замечаю, чтобы он выглядел хоть как-то расстроенным, но вскоре мне становится не до наблюдений. На этой рабочей неделе я в полной мере ощутила новый рабочий график с этой дурацкой учебой и психологом. Поначалу еще было ничего, но очень быстро дополнительные занятия стали занимать львиную долю моего свободного времени. Старичок-преподаватель оказался тем еще живчиком-энтузиастом с огромной любовью к своему делу, так что от теории стал быстро переходить к практике, и вот уже, помимо занятий, я делаю домашние задания, репетирую перед зеркалом, а на выходных у нас с группой намечен поход на две театральные постановки, где играет наш преподаватель, чтобы наблюдать вживую работу актеров. Тоже, между прочим, с домашним заданием.

И психолог тоже придумала в конце рабочей недели мне задание — выйти к автомобильной трассе и петь, пока не устану. Мол, там меня от шума машин все равно никто не услышит, но по факту у меня будет большая иллюзорная аудитория. Что делать. Выходила, пела. Смущение было, но не от того, что меня мог кто-либо услышать, просто казалось это все глупым, хотя и забавным.

В следующий понедельник пришла на работу с ощущением, что и не отдохнула особо. Папа, кстати, на меня после того вечера обиделся, перестал звонить, зато мама активно названивает, выспрашивает, что и как.

— Привет.

Опа. В приемную вошел мрачный Ник.

— Привет.

— Слава у себя?

— Нет, вышел.

— Скоро придет?

— Думаю, да. Ты не звонил ему?

— Не-а, я сюрпризом.

Денжер плюхнулся на диван.

— Кофе мне сделаешь? Только не тот фирменный, что с солью.

— Ладно. Почему такой мрачный? Если не секрет.

Встаю, что приготовить нежданному гостю кофе.

— Сдаваться пришел. Ну не могу я эти песни писать, не мое это. Вот только одна вышла, и все. Пусть что хочет со мной делает. Я отказываюсь.

Не спеша сварила кофе и поставила на стол перед мрачным Ником.

— Может, все-таки еще попробуешь? Знаешь, я сейчас хожу к психологу, от комплексов избавляюсь. Так вот она советует делать то, что смущает или вызывает ступор, понемногу и в моменты, когда хорошее настроение. Спеть пару строчек из любимой песни, например. Может, так же и тут? Простенькие рифмы для тренировки сочинять под хорошее настроение.

— Да какое там хорошее настроение? Целыми днями в четырех стенах сижу. Скукота. Ни вечеринок, ни скандалов, ни вешающихся на шею женщин, сухой закон. Не из чего брать сильные эмоции. Понимаешь?

— Угу.

На самом деле, понимаю довольно условно — все перечисленное Ником вызвало бы у меня отнюдь не положительные эмоции, но все мы разные. И наши развлечения в том числе. Задумалась.

— А может, тебе попробовать экстремальный вид спорта какой-нибудь? Прыгнуть с парашютом? Там ведь тоже сильные эмоции можно испытать.

— Ха! Не, настолько сильные я не хочу. Во всяком случае, не сейчас. Вот лет через десять — может быть.

— Ну… а в парке аттракционов ты часто бываешь?

— Нет. Был разок в детстве… а что, ты приглашаешь?

— Я?! — удивилась.

— А кто? Между прочим, я не забыл про твой должок. Но, возможно, спишу его, если составишь мне компанию. Погуляем в парке. Можно даже в парке аттракционов.

Вновь задумалась. После того свидания с Максом все глухо, не звонит, не пишет, хотя, вон, с шефом на прошлой неделе встречался, и вроде бы к соглашению они пришли, но я вообще в игноре. Не то чтобы я переживала по этому поводу, но такое поведение Орлова все-таки задевает. Леня по папиному примеру мне тоже больше не звонит. С начальником в одном доме не живу, можно и рискнуть.

— Хорошо, давай, но поход в парк — исключительно дружеское тайное мероприятие. Никаких постов и фото в сети, Ярославу Леонидовичу не слова, а то у меня будут проблемы.

— Договорились! — глаза Ника заблестели в предвкушении. Не думаю, что его так вдохновила идея прогулки в парке развлечений, а вот то, что это будет тайная от его же продюсера прогулка — очень даже. — Ну, я пошел тогда, раз моя сдача откладывается. До вечера. Спасибо, очень вкусный кофе у тебя получается.

— Нет-нет! Шеф наверняка узнает, что ты был здесь. Останься, пообщайся с ним о чем-нибудь, а то вдруг заподозрит что-то.

Ник весело фыркнул. (293f8)

— А ты тот еще конспиратор.

Еще бы, после моего фиаско с тайной дополнительной работой. Только я успела вернуться за свой стол, как в приемную заходит начальник и вопросительно смотрит на Денжера.

— Ник, зачем ты здесь?

— Я… — парень тянет время, не успев придумать новый предлог для встречи.

И тут у шефа звонит телефон. Звонит моим голосом. Песня-то необычная, похоже, Ник слышит ее впервые, явно, что песня его заинтересовала и рассмешила, прислушивается. Ярослав достает из кармана телефон, смотрит, кто звонит, явно раздумывает, отвечать или нет, но потом все-таки принимает вызов и начинает диалог. В это время на меня смотрит Ник, его глаза круглые, взгляд неверящий, его брови вопросительно поднимаются. «Это ты?» — словно спрашивают его глаза.

Да ладно! Ну не мог же он понять, что это запись моего голоса на звонке шефа? Я ведь Денжеру ни разу не пела. Или мог? Ярослав очень хвалил слух своего подопечного.

Начальник делает знак Нику, прося его немного подождать, и, продолжая разговаривать, удаляется к себе в кабинет.

— Так. Я не понял. Значит, передо мной ты выделываешься, типа петь не можешь, а начальнику пожалуйста — поешь, да еще и с дифирамбами? — насмешливо и даже с нотками злости спрашивает Ник.

Глава 70

Понимаю, что отпираться и говорить, что я не я, особо смысла нет.

— Это не то, что ты подумал, — говорю я, сделав серьезное лицо. Хочу перевести все в шутку.

— Еще скажи, что он тебя насильно заставил, — Ник уловил мой тон и поддержал.

— Нет. Я все объясню.

— Что? Что он тебе предложил за это? Деньги? Славу?

— Нет.

— Так чем он лучше меня? Почему ему ты поешь дифирамбы? Открываешь свое самое сокровенное, — спрашивает Ник патетически. Вот тут он уже переигрывает. Я теперь хожу на актерское мастерство, начинаю чувствовать такие тонкости.

— То была просто шутка, которую Ярослав Леонидович случайно услышал и записал. Это было против моей воли, — признаюсь я, не вдаваясь в подробности про душ и нахождение у начальника дома. Сама же то и дело поглядываю на дверь кабинета шефа, а то он любит услышать то, что ему не предназначено.

— Ты ранила меня в самое сердце, Александра, — Денжер демонстративно прикладывает руку к груди. — Если не самим фактом спетой песни, то ее содержанием, — и уже будничным тоном продолжил. — Я требую моральной компенсации!

Хм-м. Задумалась.

— Хочешь прямо сейчас услышать песню в моем исполнении, но в хорошем качестве? Такая компенсация устроит?

— Не совсем, но давай хотя бы так.

Открываю интернет и ставлю Нику песню из заставки мультсериала.

— Ого! Класс! Это правда ты поешь?

— Ну ты ведь как-то узнал мой голос на звонке. Можешь и сейчас попробовать определить.

— Давай вживую спой, чтобы я точно сказал.

В этот момент звонит мой начальник и говорит, что Ник может зайти в кабинет, так что я избавляюсь от необходимости отнекиваться от пения. Не знаю, мне кажется, походы к психологу мне не помогают. Выступать желания как не было, так и нет.

Вечером после очередного похода все к тому же психологу, отправилась на встречу с Денжером. Мы встретились возле входа в парк аттракционов.

— Слушай, а ты с этими шпионскими играми палку не перегибаешь? — недовольно интересуется парень.

— Не думаю, — отвечаю я и поправляю Нику съехавший капюшон, натягивая его посильнее на лицо. Денжер просто не знает моего супер внимательного шефа.

Номер для связи с Ником выбрала сегодня личный, а не рабочий, сама позвонила парню, назначив встречу у парка, чтобы не заезжал за мной. На всякий случай попросила на время встречи отключить сеть на всех личных гаджетах. То же самое сделала и со своими. Планшет оставила дома. Один только телефон взяла, чтобы, в случае чего, с Ником не потеряться. Сама сегодня надела для прикрытия кепку и очки. Даже если Ника в толпе признают поклонники и начнут фотографировать, надеюсь, я никак не засвечусь.

— Я, кстати, узнал, где тут самый страшный аттракцион.

Схватив меня под руку, Денжер не повел, а буквально потащил меня вглубь парка.

— Вот, — когда оказались на месте, Ник торжественно указал рукой на огромный, уходящий в небо аттракцион. От одного взгляда на это адское развлечение мне стало дурно. Я уж молчу о том, чтобы на этом прокатиться.

— Может, не стоит начинать сразу с самого страшного? Попробуй сначала что полегче, а потом по нарастающей.

— Что? В смысле «попробуй»? Ты со мной пойдешь.

— Э-э… нет. Я пришла, исключительно чтобы тебя морально поддержать и вдохновить на подвиги.

Неожиданно Денжер стал наступать на меня.

— Ник, ты чего?

Попятилась от парня, а то выглядит он подозрительно. Опасно. Во взгляде мрачная решимость.

— Ты не с тем имеешь дело, Саша. Я не какой-то домашний, милый дрессированный мальчик, который будет спокойно терпеть. В одни ворота я не играю.

Ник с силой схватил меня за руку и притянул к себе. Ничего не сделала, только потому что растерялась.

— Компенсация тогда будет другим способом.

Во все глаза смотрю на Денжера, как он наклоняется ко мне и… У Ника зазвонил телефон. Хотя я и просила отключить его на время, но Денжер этого не сделал. И это хорошо! Это на мгновение отвлекло парня, а мне позволило выйти из оцепенения. Нет, я не ударила Денжера. Вот уж в чем, а драках не сильна. Я сорвала с Ника капюшон и заорала:

— Ох, мамочки!!! Это же Ник Денжер!!! А-а-а! Ник! Дай мне автограф!

Ник замер на секунду, но потом фыркнул и решил продолжить начатое, подтянув меня к себе ближе. Панически оглядываюсь, людей вокруг много, но большинству все равно. Некоторые обернулись, конечно, на крик, но более никак не проявили интерес. Но тут мне повезло.

— Ник! Это и правда Ник! — поблизости заверещала девчонка, идущая в компании таких же как она подростков. Вся компания рванула в нашу сторону.

Денжер ругнулся. Я, не став ждать развития событий, рванула от него, но хватка у парня оказалась сильная, не вырвалась, а он тоже побежал, только еще и меня таща на прицепе.

— Ник, пусти, вдвоем не убежим, — с некоторой долей злорадства произношу я, тормозя парня, как могу.

Денжер мне ничего не ответил, ибо девчонки уже почти подбежали, резко вдруг присел, подхватил меня под колени, и мир у меня перед глазами перевернулся, а я оказалась закинутой на плечо Ника. Так парень со мной и побежал. Ломанулся прямо через кусты, по газону, в небольшой парковый пролесок. Меня трясет нещадно. Понимаю, что если вскоре не избавлюсь от компании Денжера, у меня будут серьезные проблемы.

— Ник! Ник! — слышится вслед.

Резвые малолетки, не отстают.

— Он здесь! — кричу я. — Окружаем!

Ник чувствительно меня встряхнул о свое плечо. Хохотнула. Вот тебе и экстрим.

— Ник, сбрось балласт, — это уже я пытаюсь увещевать певца. — Со мной ты медленнее, далеко не убежишь и в толпе не скроешься.

Денжер упорно продолжает меня тащить. Пролесок заканчивается, мы оказываемся на автомобильной стоянке за парком. Ник отчаянно бежит среди машин, девчонки настигают, уже чуть ли не за кофту пытаются ухватить своего кумира. И тут вдруг Денжер резко тормозит, впрочем, как и его преследовательницы. Нас окружают люди в черном. Девушек отодвигают подальше. Ник ставит меня на землю.

— Ха, ну что, съела, козочка моя? — довольно произносит Денжер, ставя меня на ноги. — Сейчас буду наказывать.

— Это твоя охрана? — с грустью спрашиваю я.

— Ага.

— Нет, не его.

Вот тут мы с Ником напряглись уже вместе.

Глава 71

Голос уж очень знакомый. Оборачиваюсь, и да, позади нас стоит мой любимый шеф. Взгляд Ярослава не предвещает нам ничего хорошего. Ну как так, а? Все. Больше никогда не пойду гулять с Ником. Считаю, что именно я шифровалась хорошо. А вот Денжер телефон не выключил, охрану, приставленную продюсером, с собой притащил, пусть и оставив ждать на стоянке, наверняка обо всем доложили сразу главному, так еще и не выполнил условия о дружеской встрече — целовать полез. Все, шеф меня теперь точно уволит. Повинно опустила голову. Даже доказывать и объяснять ничего не буду. Наверняка, по мнению начальника, я и так в последнее время сильно косячу. Уволит, так уволит.

— Слав, а что ты здесь делаешь? — удивленно спрашивает Денжер.

— Приехал поинтересоваться, почему ты нарушаешь поставленные мной условия, посещаешь общественное место. Еще и увел мою помощницу, — строго произнес шеф. Причем фразу «мою помощницу» начальник произнес с такой интонацией, что мне послышалось «мою козу».

— Так я же тут не выступать планировал. Одному скучно, а Саша знает, почему я скрываюсь. Попросил составить мне компанию. Что в этом такого ужасного, не пойму, — с вызовом произнес Ник. — Объясни.

— Возможно и ничего, если вскоре в сети не появятся новости о том, что тебя видели в парке целующимся с моей помощницей, — напряженно произнес Ярослав, но потом вдруг резко сменил тон на более спокойный. — Дай упорным девушкам автограф и очень мило попроси их не распространяться о том, где и при каких обстоятельствах тебя увидели.

Денжер не стал спорить, пошел выполнять требуемое, и как только подошел к девушкам, те радостно запищали. Десять минут общения с поклонницами, и Ник со следами помады на щеках возвращается обратно.

— Я все уладил, — с серьезным лицом произнес Ник. — Я так понимаю, разъезжаемся?

— А зачем, собственно, ты приехал именно в парк? Мне казалось, что если уж ты куда-то и сорвешься, это будет клуб с морем алкоголя, драками и девочками, — полюбопытствовал шеф.

— Это все Саша мне насоветовала, — Денжер в меня чуть ли не пальцем тыкнул. Не забыл обиду, мелко мстит, сдавая. — Говорит, ее психолог советовал для раскрепощения больше положительных сильных эмоций. Вот я и приехал их получать, чтобы песни писать. Хотел и Сашу захватить, чтобы она тоже раскрепощалась, а она ни в какую. Повздорили немного.

А, вот как это, оказывается, называется. Оскорбил, насильно поцеловать хотел — это повздорили? Ну-ну.

— О, так нужно было сразу сказать, что вы собрались здесь для терапевтическо-оздоровительного сеанса, — благосклонно произнес Ярослав. Вообще не заметно, что он сердится.

— То есть можно остаться? — неверяще произнес Ник. — А меня же уже видели здесь.

— Да. Все равно уже видели. Впрочем, вряд ли обратили такое уж внимание. А те девушки ушли.

— Отлично! Саша, идем! — скомандовал Денжер. Ага, разбежалась прям.

— Я не пойду кататься на том аттракционе. Уже сказала ведь — это для тебя развлечение. Мне страшно. Давай сам.

— Да, Ник. Саша права. Если ей будет страшно, то и удовольствия она не получит. Если ты один боишься, я выделю тебе для сопровождения одного человека из охраны, — лукаво произнес Ярослав.

Охранники, до этого бдительно находившиеся поблизости, от нас попятились.

— Нет, спасибо. Я не нуждаюсь в сопровождении, — недовольно отвечает Ник, разворачивается и идет обратно в парк.

Ярослав вдруг подхватывает меня под руку и направляется вслед за Денжером. Удивленно-вопросительно смотрю на шефа.

— Ярослав Леонидович?

На мой голос оборачивается и Ник, вопросительно приподнимая брови.

— А ты что, Слав, тоже в парк собрался?

— Конечно. Я не могу пропустить такое интересное событие.

— Делать нечего, да? — зло спрашивает Ник.

— Может быть, — раздражающе жизнерадостно для подопечного отвечает продюсер.

Так. Это все хорошо. Но почему я тоже туда иду? Еще и под руку с начальником. Когда Денжер ушел подальше вперед, тихо поинтересовалась:

— Ярослав Леонидович, а я вам зачем?

— Вы ведь пришли в парк погулять? Психолог посоветовала? Вот и погуляете. Я же не хотел вам портить вечер.

— Да его уже Ник испортил.

— Чем?

Начальник вдруг тормозит возле палатки с мороженым.

— Хотите мороженое, Александра? Хотя вам лучше, наверное, беречь голос.

— Хочу! — вот прямо очень захотелось. После стресса, устроенного Ником и неожиданным появлением начальника, мне нужна сладкая компенсация. Гулять, так гулять. Голос мне мой совсем не жалко.

Удивительно, но начальник взял мороженое не только мне, но и себе. Красивое такое. У меня три шарика с разными вкусами, полито шоколадным сиропом и украшено цветной посыпкой.

— Ярослав Леонидович, а вы не сердитесь? Вы ведь запретили с Ником гулять. — Блаженно щурюсь. Мороженое очень вкусное. Но гораздо лучше мороженого то, что начальник ведет меня под руку. От его руки мне так тепло, причем тепло, кажется, прямо в душе.

— Сержусь. Но не сильно. Впредь, если уж вам хочется что-то «запретное» сделать, все же попробуйте сначала договориться со мной, поставив меня в известность. Из любых запретов бывают исключения. Так чем вам Ник настроение испортил?

— Кхм. Тем, что обзывал упрямой козой. И вел себя некрасиво.

— Да, нехорошо, — говорит начальник, но глаза его смеются. Вообще создается впечатление, что для него все происходящее — забавное развлечение.

Неожиданно Ник выскочил навстречу.

— Вы куда делись? Чего отстали?

— Мороженое покупали. А ты уже купил себе билет на аттракцион?

— Нет.

— Почему?

— Я что-то передумал.

Весело фыркнула, прикрывшись мороженым. Еще хотел, чтобы я с ним туда села, а сам боится.

— Я же говорила, что лучше сначала начать с менее страшных. Морально подготовиться.

— Ладно, пошел морально подготавливаться вон на том, — Ник ткнул пальцем на виднеющуюся вдали бешено вращающуюся под невероятными наклонами карусель. — Вы со мной.

— Я пас. У меня мороженое, — сразу отказалась я. Еще и за козу не простила. Молчу уж про попытку поцелуя.

— Я тоже. Уже вышел из возраста катания на аттракционах. Готов только детей сопроводить, — Ярослав выразительно посмотрел на меня и Денжера. Ишь, какой папочка нашелся. Хотя что-то в этом есть. Нику карусельки разрешил, мне мороженку купил, приглядывает.

Фыркнули мы с Ником одновременно, а потом Денжер махнул рукой и пошел получать свою долю эмоций на каруселях. А мне и на лавочке с шефом сидеть хорошо. Возможно, даже ещё больше положительных эмоций получаю. Все же одной жить хорошо, но уже безумно скучаю по вечерам вместе с начальником. Рядом с ним все кажется таким волшебным, уютным и наполненным особым смыслом.

Как же хочется подсесть к нему поближе, положить голову на его плечо. И просто сидеть так долго-долго.

Глава 72

Ярослав, вытянув ноги, вальяжно сидит на лавочке, преимущественно смотрит в закатное небо, но нет-нет, да поглядывает на резвящегося на аттракционе подопечного. Кажется, моего шефа не напрягает ни то, что сидит он в дорогом костюме на не слишком чистой общественной лавочке, ни снующие возле его ног суетливые голуби, ни шумные люди вокруг. Не решаюсь нарушить царящее между мной и начальником мирное молчание, ем мороженое и наслаждаюсь этим вечером. Рядом с Ярославом мне действительно везде хорошо.

Минут через десять к нам подошел взбудораженный веселый Денжер.

— Я подойду еще на чем-нибудь прокачусь. Саша, ты со мной?

— Смотря на чем.

— Да, ты еще и козочка-трусишка.

— Хватит уже обзываться.

— Как насчет колеса обозрения? — предложил вдруг начальник. — Так и быть, составлю компанию.

— О, да ну ладно? Неужели снизошел. Пошли тогда. Саша?

— Иду. — На колесо обозрения и я хочу.

По пути к следующему аттракциону мужчины купили себе по баночке светлого «мужского» напитка, а мне воды. В общем, хорошо погуляли. Шефа удалось затащить помимо колеса обозрения только в тир, но там он показал, конечно, класс, пояснив, что стрельба — его подростковое хобби. Мы с Ником оценили, а полученный приз в виде выигранной игрушки начальник отдал мне. Я хоть и выросла из того возраста, когда играют с мягкими игрушками, но была счастлива и решила, что буду с ней в обнимку спать. Ага. В обнимку с длинным, в половину моего роста, ядрено-желтым зайцем. Я побывала с Денжером на парочке аттракционов, а под конец, когда уже собирались уходить, Ник все-таки решился прокатиться на самом страшном. Когда кабинка с певцом и еще несколькими такими же любителями экстрима взлетела в воздух, не выдержала и уткнулась шефу в плечо, чтобы не видеть этого ужаса.

Замерла, когда почувствовала, как начальник успокаивающе гладит меня по волосам, так приятно перебирая между пальцев прядки. В этот момент я ощутила себя кошкой. Захотелось мурлыкать.

— Все, Саша, Ник вернулся на землю, не бойтесь.

А? Какой Ник? А-а. Ну да. Ярослав медленно, словно нехотя убрал руку, а я кое-как заставила себя отстраниться.

— Хотите сегодня поужинать у меня? — вдруг предложил начальник. — Какие сейчас самые интересные сериалы?

В душе поднялась радость. К шефу! Ответить не успела.

— У-у-у, что-то мне не хорошо.

Рядом со мной возник бледный Денжер и тяжело оперся на мое плечо.

— Водички? — предложила парню свою бутылку.

— Не-ет, — выдохнул Ник. — Фух. Вы видели? Нет, вы это видели? Я это сделал!

— Молодец, — похвалил Ярослав. — Аттракцион действительно впечатляет. — И тут у шефа зазвонил телефон. — Я отойду на минуту.

Начальник отошел переговорить, и я осталась наедине с Ником.

— Ну вот, а ты боялась, не хотела встречаться. Славка больше пугает, а так по факту нормальный. Поехали сейчас поужинаем в ресторане, а дальше посмотрим, куда. Начальнику твоему скажем, что это тоже терапевтическая встреча.

— Нет, извини, не хочу.

Не могу оторвать взгляда от Ярослава. Вот с кем я хочу поужинать. Какой же он… Денжер заслонил мне обзор на шефа.

— Что, в Славу втюрилась?

Испугалась. Только не это! Кто угодно, но только не Ник!

— Нет. С чего ты взял? — пробую отпираться я.

— А то я не вижу, как ты на него смотришь, — хмыкнул Денжер. — Только учти, тебе все равно ничего не светит. Во-первых, он скорее всего еще не переболел своей прошлой любовью, а во-вторых, ты не его типаж.

— А… что за любовь такая? — не могу я не уцепиться. Все же хочется знать, кто та, что сумела ранить сердце шефа.

— Певица Фортуна. Слышала о такой? Ранее личная помощница, а теперь жена бывшего Славкиного подопечного Кая Айстема. Так вот, ты на нее не похожа. Она смелая, крутая, яркая, дерзкая, мега-талантливая. Ты же полная ее противоположность. Нет, ты не плохая. Вполне нормальная среднестатистическая девушка. Милая, домашняя. Но Славу ты таким не зацепишь. У него все пассии всегда были яркими красотками с какими-нибудь особенностями. А ты не то что на аттракционе, рот лишний раз боишься открыть. И скажи, что не так.

Закончив разговор, к нам вернулся Ярослав.

— Ну что? Прогулка в парке закончена? Или еще где-то хотите прокатиться?

— Я все. Пока, — мрачно ответил Денжер, резко развернулся и, засунув руки в карманы, быстро пошел в противоположную от нас сторону.

— Что это с ним? — удивленно произнес Ярослав.

— Не знаю. Ярослав Леонидович, я тоже, если вы не против, поеду домой.

— А вы почему такая грустная, Саша?

— Я не грустная. Просто устала немного. До свидания, Ярослав Леонидович.

— Не поедете, значит, в гости?

— Извините, нет.

— Ну что же, до свидания, Сашенька.

Проплакала полночи. Так обидно мне не было даже тогда, когда я поссорилась с родителями и уехала гулять в город. Слова Ника действительно задели. Наверное, потому, что все правда. Где я, и где Ярослав. Шеф держит меня к себе близко, ему комфортно, удобно и может быть даже где-то интересно выколупывать меня из моей уютной раковины. Но сколько у нас было совместных вечеров наедине — и ничего. Я оправдывала это разбитым сердцем Ярослава, тем, что у него и так есть Лара для физических отношений, но суть не в этом. Я ему просто не интересна как женщина, меня не нужно было бы добиваться, я не яркая, не интересная. Никакая. Я, в общем-то, это и раньше понимала, но когда это сказал в грубой форме Ник… у меня внутри все перевернулось.

Конечно же, залезла в интернет искать Фортуну, слушать, смотреть, сравнивать, думать. Вот она, неразделенная любовь моего начальника. Действительно, яркая, красивая, талантливая, харизматичная. Танцует так, что дух захватывает. Посмотрела заодно еще уж, чтобы до конца проняло, клипы с Ларой Роял. У нее в клипах очень красивый и яркий визуальный ряд, а Фортуна берет танцами, энергией и чувствами. Действительно, я на фоне этих певиц никакая.

Утром лежу, сжавшись в клубок. Настроение ниже некуда. Если бы не эта дурацкая влюбленность в моего начальника, плевать мне было бы на этих певиц, а так… плохо. И захотелось вдруг доказать что-то себе и всем остальным вокруг. Тщательно вновь все обдумала и первым делом прошерстила в интернете информацию о ближайших танцевальных кружках. Затем потянулась к телефону.

— Доброе утро, Станислав Олегович. Извините, не разбудила? Нет? Хорошо. Вы говорили, что количество занятий по актерскому мастерству можно увеличить. Да. Да. Только дополнительные занятия я бы хотела оплачивать сама. Не стоит беспокоить моего начальника, ему и так это мое обучение обходится в круглую сумму, это я для себя, для души, мне так нравятся ваши уроки. В выходные? Отлично. Скажите, Станислав Олегович, а у вас нет среди знакомых хороших преподавателей вокала?

Глава 73

Сегодня все валится из рук. Сама не своя. Не могу ни есть, ни пить. Ноги, как ватные, подташнивает. Чувствую, что я один сплошной оголенный нерв. Ярослав даже поглядывает на меня сочувствующе в те моменты, когда я захожу к нему по рабочим вопросам. Еще бы мне не волноваться, уже спустя пару часов начнется кастинг для мюзикла.

— Саша, вы такая бледная, — говорит шеф, забирая из моих дрожащих пальцев документы. — На вас лица нет. Вы и так худенькой были, а за эту неделю стали еще тоньше, еще немного — и ветром унесет. Если вы так переживаете и волнуетесь, то не надо идти на кастинг. Не уволю я вас. Вы отлично выполняете свою работу, другая помощница мне не нужна.

Поздно, шеф. Отрицательно качаю головой.

— Спасибо, Ярослав Леонидович, но я все же схожу. Не зря же вы тратились на психолога и курсы актерского мастерства. Надо попробовать.

— Мне кажется, психолога вам не стоило бросать. Судя по вашему нынешнему состоянию, он вам ещё требуется, — начальник недовольно хмурит брови.

Какой мне там психолог, не до него уже. Почти все время стала занимать подготовка и отработка домашних заданий по актерскому мастерству, пластике, танцам, вокалу. Я окончательно вышла из своей зоны комфорта, уже понемногу пробовала выступать перед небольшими компаниями, то и дело знакомлюсь с новыми людьми, общаюсь. А психолог уже дала мне все что могла. Что могу сказать, тяжело, очень. Приходится преодолевать себя, ломать. Ни о каком наслаждении от выступлений и пения речи не идет, но теперь уже знаю, сегодня смогу выйти и спеть. Как выступлю, это уже совершенно другой вопрос, но буду стараться.

— Спасибо, занятий с психологом было достаточно.

— Как знаете, — начальник недовольно качает головой.

На кастинг сегодня пришло умопомрачительно много народа. До зала, где все готовятся к выступлению и ждут своей очереди, начальник проводил меня лично, но потом ушел. Мало того, что претендентов на участие в мюзикле много, так ещё и в зрительном зале будет присутствовать немало «оценщиков». Слышала, придет и Макс Орлов. Так что, в случае чего, мой позор увидит немало народа, и проще будет реально уволиться.

На сайте продюсерского центра на странице с объявлением о кастинге вывешен список ролей, на которые можно претендовать, и даже текст и короткие характеристики персонажа, которого надо будет сыграть перед оценочной комиссией. А еще надо будет спеть. Тут на выбор всего четыре песни: две для женских ролей и две для мужских. Одна песня — та, что я уже пела для записи в студии, так что ее не взяла, хоть она и нравится мне больше своим задором. Решила не повторяться. Ну а насчёт выбранного для себя персонажа, хоть Ярослав и говорил, что неважно, кто, главное условие — получить роль, решила не мельчить и сыграть главную героиню — спящую красавицу. Станислав Олегович одобрил мой выбор, сказал, что роль мне очень идет.

Среди тех, кто готовится, королевой ходит Лара Роял, жутко довольная всем происходящим. Она чувствует себя уверенно, понимая, что уж кому, а ей главная роль в мюзикле гарантирована. Кажется, я видела в этой толпе и Ника, но он только мелькнул. Вообще, тут много известных лиц и просто знакомых коллег. Как раз те, кто работает тут не на творческих должностях в ожидании своего шанса. Водителя Диму точно видела. И все будут бороться за право выступать.

— О, ну надо же, и ты здесь. Ха, значит, мечтаешь о славе?

Возле меня остановилась сама Лара Роял. Я напряглась, поскольку не до конца уверена, что последнее слово Лара произнесла с маленькой буквы. Ответить не успела.

— Можешь не мечтать, — сразу отрезала Лара. — Если бы в тебе действительно был хоть какой-то талант, за то время, что ты работаешь со Славой, он бы уже его разглядел и хоть что-то, да предложил.

Лара высокомерно улыбнулась и походкой от бедра отправилась нести свое добро и свет правды в массы дальше. Все, нужно сосредоточиться и ни на кого не обращать внимания. Я готова. Небольшой кусочек роли выучен назубок, песня отрепетирована. Правда, я даже не знаю, что хуже — сыграть роль или спеть. Когда поешь, можно лишь, собственно, петь, а когда играешь, надо что-то изображать, эмоции на лице, чувства. Боюсь, отлично смогу показать только эмоции страха и стыда. Для себя решила, что, если получится перебороть страх, начну с того, что проще — песни, а сразу после ее окончания монолог.

Очередь формируется, чтобы никому не было обидно, с помощью жребия. Я вытянула далеко не первый номер и смиренно жду своей очереди. Ну как смиренно? Чем дольше жду, тем хуже становится. Все страшнее, страшнее, потом перегораю, успокаиваюсь, но потом снова начинаю бояться, и так по кругу. Меж тем один за другим участники кастинга покидают зал и больше не возвращаются. Насколько поняла, им разрешают, при условии полной тишины, сидеть в зрительном зале и смотреть, как выступают другие. Так что к моему выходу, наверное, соберется едва ли не полный зал. Вот уже и Лара ушла. Денжера не вижу. Водителю Диме лично желала удачи перед его выходом. Зал подготовки значительно опустел.

— Лебедева, ваш выход! — слышу я голос одного из организаторов.

Ох, мамочки. На негнущихся ногах прохожу на сцену. Кто-то, пока иду, объявляет мое имя и выбранную роль. И тишина в зале. Я остановилась возле микрофона, вот-вот должна заиграть музыка. У меня перед глазами все расплывается, сердце стучит, как бешеное, я вообще не понимаю, что я тут делаю, и, кажется, вот-вот грохнусь в обморок. Именно сейчас понимаю, что ничего я не спою. Опозорюсь, народ посмеется, и меня вынесут со сцены.

Глава 74

Глубоко дышу, как учила психолог. Хватаюсь за стойку с микрофоном, как утопающий за якорь. Как еще сама стою, непонятно. Якоря. Мне нужны позитивные якоря. Пытаюсь представить, что я в душе и вокруг никого нет. В последнее время это помогало. Нет. Сейчас не помогает.

Начинает играть музыка, а я все еще не собралась. Мой взгляд панически мечется по темному залу и останавливается на первом ряду. Я встречаюсь взглядом с Ярославом. Он улыбается мне, его взгляд такой теплый, добрый. Я знаю, он верит в меня, ждет, когда я ему спою. И вот оно. Наконец накатило то спокойствие, что мне сейчас так необходимо. Даже немножечко пофигизм. Я пришла сегодня сюда, чтобы спеть для Ярослава, показать, что я не хуже той, другой. Улыбнулась. Да! Я кокетливо улыбнулась именно своему начальнику, подмигнула и запела. В моем возрасте ведь уже нет смысла чего-то бояться и стесняться.

Забыв о присутствующих в зале, спела всю песню, а потом еще и отыграла кусочек роли, причем вышло плавно и естественно перейти от песни к тексту, словно так и задумано. Я прожила на сцене маленькую жизнь. Жизнь юной, тщательно оберегаемой родителями очаровательной принцессы-затворницы и всеобщей любимицы. Пела, играла и красовалась исключительно для Ярослава.

Только когда слова текста закончились, меня буквально вырвало из этого странного состояния бесстрашия. Почему-то все молчат. Я не знаю, что мне делать. Наверное, надо уходить со сцены? А куда? В зал? Почему молчат? Не задают какие-нибудь вопросы? Так плохо было? Тогда почему меня не прервали? Если плохо, то ведь прерывают, чтобы не тратить время? Ох, а что теперь думает обо мне Ярослав? Ну не мог же он не понять, что я…

Поток моих панических мыслей прервали аплодисменты. Серьезно. Мне зааплодировали. Не сразу. Сначала были одинокие аплодисменты из разных мест, а потом как грянуло. Не понимаю. Почему они аплодируют? В зале же не совсем зрители, а такие же участники кастинга, как я. Стою дальше, не зная, что мне делать. Очень хочется куда-нибудь уйти, но мне никто ничего так и не говорит.

Чтобы стало спокойнее, ищу взглядом шефа, а он, оказывается, на меня и не смотрит, о чем-то, довольно улыбаясь, переговаривается с сидящим рядом Максом Орловым. Резкий громкий свист заставил отвлечься от начальника. Свистит, оказывает, стоящий в проходе Ник, как только я посмотрела на него, он показал мне обе руки в знаке «класс». Угу, сначала своими словами опустил меня в пучину самоуничижения, а теперь класс показывает. В ответ тоже захотелось Денжеру кое-что показать. Конструкцию с использованием среднего пальца.

Аплодисменты утихли, и, к счастью, у меня ничего выспрашивать не стали, по знаку Ярослава, мне сказали, что все, можно идти. Спустилась со сцены по небольшой боковой лесенке и, оказавшись в зале, ощутила невероятное облегчение. Наконец-то все закончилось. Я не опозорилась, нигде не споткнулась и не упала.

— Вас просят подойти к продюсеру, — сказала подскочившая ко мне кастинг-менеджер.

Ну, это не вопрос. Подхожу, а мне уже между шефом и Максом освобождено место. Сажусь. Сейчас начальник смотрит только на меня, наклоняется к уху и…

— Саша, ты просто умница. Молодец. Это было потрясающе. Даже не ожидал, думал, ты выберешь уже отработанную песню.

Мою руку вдруг берет и быстро целует Орлов.

— Александра, впечатлен. Я видел, что Слава хранит рядом с собой сокровище, но не подозревал, насколько редкий и уникальный вы алмаз.

Ну все, захвалили. Поплыла. Ну кому из девушек не понравится сидеть между двух шикарных с восторгом глядящих и отвешивающих тебе комплименты мужчин? Как-то так сразу успокоилась, расслабилась, перевела дыхание, заулыбалась. Чувствую, как к щекам приливает тепло. Правда, почти сразу мужчины переключились на вышедшего на сцену очередного участника кастинга, но эффект от их слов я ощущала ещё долго.

Вместе с начальником посмотрела, как выступили все оставшиеся участники, то и у дело с любопытством поглядывая, как шеф то и дело что-то записывает у себя бумагах. Под конец всех отпустили по домам, сказав, что с теми, кого отберут, в ближайшее время свяжутся. Ярослав попросил меня пойти с ним на совещание, а вот с Максом попрощался. Антрепренер был здесь скорее как гость, приглашенный эксперт.

Совещание получается большое. По традиции, видимо, в кафе, которое на час даже закрыли специально по распоряжению Ярослава, собрались за уставленным едой большим, сдвинутым из маленьких, столом почти все судьи, что были в зале. Подошли еще несколько незнакомых мне человек и Ник.

— Ну что, начинаем, — объявил шеф, и началась жаркая дискуссия.

Фотографии участников тасуются, одно предложение выдвигается за другим. Но почему-то обсуждаются только роли второстепенных персонажей. И мое имя почему-то не звучит. Но я ведь тоже кандидат. Забыли?

— Сла-ав! — чуть ли не орет Ник через стол. — Так я не понял, что с Ларой-то? Она где? Почему не пришла?

— Она поехала по своим делам сразу после того, как выступила. Не захотела участвовать в совещании. Некогда.

— И? Она кто? Ты, конечно, извини, но я хочу Сашу себе в партнеры. У меня, как у принца, есть право голоса? Все же Саша больше похожа на юную трепетную принцессу. Ты же сам все видел. А у Ларки взгляд прожженный, формы далеко не девичьи, да и позиционирование себя как роковой женщины. Ты же слышал ее монолог, ей вообще роль не идет.

Все затихли и смотрят на Ярослава в ожидании его решения. Я и вовсе не дышу. Вообще, на роль принцессы я особо не рассчитывала, как-никак, первый мой кастинг. Хотела лишь попытаться выступить достойно и получить для начала небольшую роль, а там уж как пойдет — привыкнуть к выступлениям, сцене. Но если мне все же дадут главную роль… круто! Но что-то сомневаюсь, что справлюсь. Слишком большая роль, мало того, что буду каждый раз силком заставлять себя выйти на сцену, так ведь ещё и выступать как-то надо. Опыта, если не считать курсы актерского мастерства, у меня никакого. Думаю, Ярослав все это понимает и ни за что не предложит меня на…

— Да, я тоже думаю, что эта роль больше подходит Александре. Саша, вы как? Согласны поучаствовать в моем проекте в роли принцессы?

Не могу вымолвить и слова в ответ. Губы не слушаются.

Глава 75

И теперь уже на меня смотрят все присутствующие в ожидании моего ответа. Встретилась взглядом с Ярославом, он смотрит так по-доброму, тепло. Вспомнила ощущения, когда была на сцене, как хотелось петь, только для того чтобы он смотрел на меня с восхищением. Я справлюсь. Согласно кивнула.

— Хорошо, — сумела произнести я.

Шеф довольно выдохнул, его глаза хищно заблестели. Как же все-таки я попала. Не хотела же так сильно влюбляться.

Кажется, в один момент все оживились, обсуждение пошло более активно. Но остался невыясненным один вопрос.

— Так Лара будет в мюзикле участвовать? — спрашивает неугомонный Ник через некоторое время.

И вновь все замолкают.

— Будет, — твердо отвечает шеф.

— М-м… кем?

— Скорее всего злой феей.

Денжер хмыкнул.

— А она согласится? Взбесится же.

— Я с ней поговорю. Согласится, — Ярослав говорит так, что нет никаких сомнений в участии Лары.

Совещание было очень долгим, но зато за один раз предварительно утвердили весь актерский состав. Звездных имен будет немало, но будут и такие, как я, новички. Повезло нашему водителю Диме — его взяли на роль прислужника Лары. Вообще, заметила, что личностей набрали колоритных на все роли, красивых, ярких… как я сюда попала, если по мнению Ника не яркая? Еще и на роль красавицы-принцессы. Самой до сих пор не верится. Мама с папой будут в шоке.

— Ник, тебе придется перекрасить волосы. Лучше в свой натуральный цвет, — «обрадовал» шеф Ника в конце совещания, когда все уже начали расходиться.

— Ага, — счастливо отозвался Денжер.

— Ты почему такой радостный? — с подозрением спросил Ярослав. — По сцене соскучился?

— Ну да. Тем более, в мюзикле я еще ни разу не играл. Вообще в актерском направлении еще себя не пробовал. Новый интересный опыт. Но это не главное.

— А что же главное?

Денжер широко распахнул объятия и пошел мне навстречу.

— У меня будет с Сашей много-много сцен с объятиями, танцами и поцелуями, которые будут повторяться раз за разом.

Ярослав изменился в лице, мгновенно посуровев, но мне не до шефа. Ник чуть не схватил меня в свои ручонки, едва успела увернуться. Спряталась за широкую спину начальника и из-за своего безопасного укрытия ворчливо произнесла:

— Максимум, на что можешь рассчитывать, это сценический ненастоящий поцелуй.

— Во коза-а вредная, — смеется Денжер.

— А ты… олень!

— Хватит, — пресекает начинающуюся перепалку Ярослав, разворачивается, берет меня под руку и уводит из кафе.

Да уж. Ник — принц. Соглашаясь на роль, я как-то не подумала об этой проблеме. И такое ощущение, что эта проблема окажется куда более нервотрепательной, нежели моя боязнь сцены. Так глубоко ушла в мысли о сегодняшнем кастинге и о том, как все будет дальше, что не сразу заметила, куда ведет меня шеф. Мы в подземном гараже.

— Ой. А зачем мы сюда пришли? — спрашиваю я.

За время обсуждений в кафе я, конечно, успела сбегать забрать по просьбе шефа свои и его вещи из кабинета, но как-то не думала, что уезжать будем вместе. Меня подвозить не надо, я тут близко.

— Я хотел бы с вами еще пообщаться, отметить вашу новую роль, обсудить наши дальнейшие планы. Вы не против? Или у вас на вечер были другие планы? — произнес начальник, подводя меня к своей машине и лично открывая дверь.

Сажусь в салон. По коже бегут мурашки. Очень стало интересно, что же там за «наши дальнейшие планы».

— Куда больше хотите, ко мне в гости или в ресторан? — интересуется босс, садясь рядом.

Конечно к вам.

— В ресторан.

Для себя решила, что к шефу больше ни ногой в качестве друга. Чтобы, приезжая, не ждать непонятно чего и не разочаровываться. Ярослав о чем-то подумал, затем сказал Роме название ресторана, отчего водитель удивленно обернулся и уточнил еще раз.

— Да, туда.

Стало любопытно, что же это за место такое, раз Рома удивился.

И вот, мы едем. Так как были в центре, то, предполагала, что и ресторан находится где-то неподалеку. Но нет, все едем и едем куда-то. Даже немного напряглась, когда в сгущающихся сумерках заметила, что мы заезжаем в лес, оставляя город далеко позади. Но доверие к начальнику настолько сильно, что не стала спрашивать, в какой ресторан надо так долго ехать. Потом сюрприз будет.

Спустя целый час мы все-таки приехали. Только вышла из машины, и меня прямо окутали ароматы соснового бора и теплого летнего вечера. Вокруг, среди леса, темнеют массивы больших деревянных домов. Парковые ухоженные дорожки, фигурные фонари.

— Ярослав Леонидович, как-то не очень похоже на ресторан.

— В этом парк-отеле отличная кухня, — авторитетно заверил меня шеф.

Весело фыркнула.

— Вы бы еще при рядовом походе на ужин на другой конец мира улетели, заявив, что там есть хороший ресторан.

— Неплохая идея. В следующий раз обязательно так и сделаем.

— Вы ведь шутите? — недоверчиво уточнила я. Начальник ничего не ответил.

Ярослав неспешно ведет меня вглубь территории. По сути, мы гуляем на природе. Вот и большое здание главного корпуса, заходим, и там нас весьма радушно встречают сотрудники.

Ресторан действительно хорош, как внешне, так и кухней. Тихая живая музыка, спокойная атмосфера отдыха и праздности. Мы с Ярославом сидим за столиком возле большого панорамного окна. Пытаюсь рассмотреть что-нибудь на улице, но уже почти стемнело, вижу только свое отражение. Ощущаю себя волшебно. Мне понравилось это небольшое приключение, когда, ничего не планируя, ты вдруг оказываешься не в душном городе, а на природе. Вместо недавнего стресса и переживаний — расслабленность и спокойствие. Неспешно беседуем с шефом о будущем мюзикле и…

— Саша, я хочу поговорить с вами о вашем будущем. И предложить помощь в развитии в музыкальном и актерском направлении.

Кажется, у меня даже сердце на миг остановилось. Ярослав подождал немного, но, поскольку я молчу, не торопясь ему возражать, продолжил:

— Я вижу в вас потенциал, сегодня в очередной раз в этом убедился. Также я вижу, что вам страшно выступать, но вы справляетесь, а значит со временем от страха можно будет постепенно избавиться.

— А в чем будет заключаться это продвижение?

Шеф смотрит недоверчиво. Наверное, думал, что я буду отнекиваться, доказывать, что мне все это не нужно, готовился к битве.

— Для начала подбор индивидуального образа, сценического псевдонима, запись первого альбома, а дальше будем смотреть в зависимости от того, как пойдет.

— И это нужно будет на гастроли потом ездить по разным городам?

— Вполне возможно. Если станете популярной и на ваши выступления будут покупать билеты.

— Ну а как же… я ведь тогда больше не буду вашей помощницей?

Ярослав улыбнулся.

— А вы хотите ею оставаться?

Глава 76

Хочу. Мне кажется, ближе, чем будучи помощницей, я к Ярославу уже не буду, если все действительно пойдет успешно. Да и такой вид работы мне все-таки нравится больше. Но если я не стану подопечной Ярослава, он так и не увидит во мне нечто большее, чем свою помощницу. И что выбрать?

Так, ну, на работе я вижу своего начальника не так уж и часто, как могла бы, шеф все больше в разъездах, в делах, к которым мне доступа нет. Да и к тому же я уже участвую в мюзикле. Репетиции, а потом выступления наверняка будут занимать немало времени, так и так бы пришлось искать сменщицу.

Шеф ждет моего ответа, и мне остается только пожать плечами.

— Понимаете, Саша, если вы согласитесь стать моей подопечной, вы станете зарабатывать в разы больше, вам уже в принципе не нужно будет работать моей помощницей. Да и будет немного забавно выглядеть, что в моей приемной сидит, встречает гостей и подает им кофе суперпопулярная звезда. Представляете, что обо мне станут говорить? Что я, кхм, «заелся»? Или что плачу мало денег своим звездам, что они вынуждены подрабатывать.

Весело фыркнула, представив такую картину.

— Я понимаю, Саша, что от привычной жизни отказываться трудно, вы это выбрали, вам комфортно именно так, но жизнь у вас всего одна, может, стоит попробовать что-то еще, сравнить и тогда уже выбирать? Место помощницы, если вдруг захотите вернуться на прежнюю должность, всегда будет за вами.

Пусть и очень неуверенно, но согласно кивнула. Шеф улыбнулся.

— Отлично. Тогда завтра это документально оформим, а пока можно просто отметить.

Начальник подозвал жестом официанта и сделал новый заказ.

И вот, я задумчиво наблюдаю за тем, как весело бурлят пузырьки в дорогом золотистом напитке. Белоснежная пена так и манит коснуться ее губами. Бокал высокий, красивый, приятно холодит пальцы. Пить или не пить — вот в чем вопрос. С моей удачей, по-хорошему, не стоит, да и в принципе не самое лучшее это занятие, но сегодня был такой стресс, хочется расслабиться, да и новый жизненный этап надо бы действительно отметить. Я вступаю на нелегкий, тернистый путь, не совсем понимаю, как же это меня так занесло, и пока что-то радости особой нет.

— Саша? — ласково-вопросительно произносит Ярослав, направляя руку со своим бокалом в мою сторону.

Чуть улыбнулась и ответила шефу взаимностью. Приятный тихий звон бокалов подтвердил наш устный договор.

— За рождение новой звезды. За вас, Саша, — сказал шеф тост.

Хмыкнула и отпила глоток. Холодная жидкость приятно обожгла горло. Сделала второй глоток, третий. Вскоре ставлю пустой бокал на стол.

— Вы так уверены, что из меня получится звезда?

— Как правило, профессиональное чутье меня не подводит. Вам главное слушать и делать все так, как я говорю. При должном старании все получится.

В груди потеплело, а голова немного закружилась. Хорошо. Ярослав, как истинный джентльмен, наливает мне снова. Спустя три бокала я уже чувствую себя отлично, пропали все сомнения и тревоги. В конце концов, ну что тут страшного? Известность, карьера, деньги. Прямо ужас-ужас.

Как-то так незаметно получилось, что я сижу на диванчике чуть ли не под боком у Ярослава. Шеф лениво перечисляет мне возможные звучные псевдонимы, чтобы я что-то выбрала, но мне пока ничего не нравится, да и не слушаю особо, больше наслаждаюсь близостью шефа. Или точнее своего продюсера. Но, чувствую, еще долго буду воспринимать Ярослава именно как начальника.

— Саша, скажите, как же вы все-таки решились? — Ярослав, наверное, и не заметив, наклоняется ко мне ближе. Но я-то все замечаю. — Ведь дело не в деньгах, верно? Их вам я уже предлагал. И уж точно не в желании стать известной. Что же тогда?

Ох, шеф, знали бы вы мои причины, очень бы удивились.

— Захотелось испытать себя. Скажите, Ярослав Леонидович…

— Можно просто Ярослав.

Ага, подопечным можно чуть больше

— Ярослав, меня тоже мучает любопытство. Говорят, вы расстались с Ларой. Почему? Извините, если вопрос слишком личный.

— Мы с ней не встречались, чтобы расставаться.

Ну а запирания в кабинете наедине? Это как называется? Ну не в настольные же игры они там играли. Хотя зная Ярослава, могу ожидать и такое.

— Во всяком случае, я не так представляю отношения. С Ларой у нас взаимовыгодное сотрудничество, не более.

Угу, угу. Выпитые бокалы придали мне все-таки храбрости.

— Было или продолжается? Сотрудничество.

— Было, поскольку не так давно Лара заходила пересмотреть условия. Захотела больше, став претендовать на мое личное пространство.

Вспомнилось, как певица приехала к шефу домой, но вот уехала быстро и недовольная, а после и пошли слухи. Это то самое? Захотела большего. Я ведь тоже хочу большего, выйти из формата общения, предложенного Ярославом. Начальник посмотрел на меня лукаво.

— А почему вас так интересует эта тема, Сашенька?

Пожала плечами.

— Любопытство — оно такое.

Заглянула в телефон и оказалась немного шокирована, когда увидела, сколько сейчас времени. Да, засиделись мы с начальником.

— Наверное, пора ехать домой? — спрашиваю я, поднимаю голову от экрана телефона и неожиданно обнаруживаю, что лицо начальника совсем близко от моего. По коже словно побежал приятный ток.

— Поздно, и ехать обратно в город долго, — поморщился Ярослав. — Да и Рома уже устал. Вдруг заснет за рулем. Предлагаю, раз уж так вышло, остаться в отеле. Здесь прекрасные номера.

Нет, ну если шеф предлагает… тем более, опять же, зная начальника, все будет чинно и благородно, разные комфортабельные номера уж точно.

Встаю из-за стола и чувствую, что меня немного штормит. Иду за Ярославом, отстраненно наблюдаю, как он договаривается с администраторами, а затем мы вновь идем на улицу и по слабо освещенным дорожкам к одному из деревянных домов.

— Я снял вместо номеров дом, вы не против, Саша? — интересуется Ярослав по пути и крепко держит меня под руку — это правильно, дорожка гравиевая, ноги заплетаются немного, и она так и манит меня познакомиться с ней поближе носом. Три бокала — многовато. Надо было ограничиться двумя.

Мы идем в тишине и спокойствии парка. Так хорошо, когда Ярослав рядом, но мне этого мало. Вот мы уже и в доме. Щурюсь, когда Ярослав включает свет. Глубоко вдохнула приятный древесный аромат дома, взглянула в спокойное лицо шефа и поняла, что что-то надо со всем этим делать.

— Ярослав, а хотите я вам спою?

Что-то, в моем случае, — это увидеть, как загораются глаза Ярослава, как сегодня, когда я была на сцене. Хочу увидеть еще раз его восторг, испытать то невероятное тепло в душе и подъем.

— Конечно хочу. Только с музыкой будет проблемно.

— Ерунда, — отмахнулась я.

В доме прямо сразу начинается гостиная. Подвела шефа к дивану и торжественно приказала:

— Садитесь.

Широко ухмыляясь, шеф послушно сел на диван. Встаю посреди гостиной, достаю телефон и включаю одну из моих любимых мелодий. Удивительно, но вообще никакого страха нет, если на меня смотрит Ярослав. Наверное, все дело в его взгляде. Действительно приятно, когда на тебя смотрят с таким восторгом и восхищением.

Спела одну песню. Глубоко вздыхаю. Наслаждаюсь новыми ощущениями.

— Сашенька, а можно ту песню, которую вы на мосту пели? И можно даже без музыки, — просит начальник, блестя глазами.

Конечно, шеф. Хотите, я вам даже станцую немножко? Не зря же я на танцы и пластику начала ходить.

Глава 77

Спела еще одну песню, затем еще и потом еще одну на бис. Ярославу нравилось, он аплодировал, иногда почему-то подхохатывал. Усталая и довольная, плюхнулась на диван. Мое эго вознеслось до небес.

— Фух, жарко. Здесь есть вода? — спрашиваю я, а сама уже с вожделением смотрю на маленькую диванную подушку. Пора идти спать и прекращать чудить.

— Должна быть, сейчас пойду посмотрю, где тут бар, — говорит мой продюсер и уходит, причем достаточно надолго.

Пока ждала шефа, все-таки не выдержала и прилегла на подушку. Хорошо так. Когда устал, любая поверхность кажется очень удобной для сна. Свернулась калачиком и почти уже заснула, когда ощутила, как мне в руки вкладывают холодную стеклянную бутылку.

— Спасибо, — сонно бормочу я, обнимая бутылку. Пить хочется уже не так сильно, как спать.

— Саша.

Нехотя приоткрываю глаза. Ярослав присел на корточки возле меня, его лицо вновь так близко, что я отчетливо вижу, как таинственно блестят его глаза.

— М-м?

— Можно я вас поцелую?

Вопрос, конечно, интересный, но зная своего добропорядочного шефа, наверняка с подвохом, поэтому уточняю:

— В лоб?

— Нет, — чуть помедлив отвечает Ярослав.

Так-так. Но все равно есть сомнения.

— В щечку?

— Нет.

Хм-м.

— Ну поцелуйте.

Ярослав коснулся моей щеки и погладил ее подушечками пальцев. Я задержала дыхание от волнения. Чувствую, как мужские пальцы аккуратно заправляют мне волосы за ухо. У меня по коже уже табунами бегут мурашки. Со всей силы, словно спасательный круг, прижимаю к себе прохладную бутылку.

— Саша, вы знаете, что вы просто бесконечно, невозможно милая? — сделал мне комплимент шеф, но ответить мне не дал, потому что в следующий момент уже окончательно сократил между нами расстояние и поцеловал. В губы. Хотя я до последнего все равно ожидала подвоха.

Мамочки! Как же… Поцелуй с Ярославом именно такой, как мне и представлялось в снах. Я не знаю, из-за чего именно — возможно, из-за моих чувств к шефу, возможно, из-за его опытности, а возможно еще и чуть-чуть из-за выпитого в ресторане, но поцелуй принес просто фейерверк ощущений и удовольствия. У меня в животе все сжимается и одновременно порхают бабочки. Раньше не понимала этого выражения, и как так бабочки там могут порхать, это казалось просто красивым выражением, но нет. Порхают. И в животе, и в душе, и во всем теле.

Шеф целует уверенно, требовательно. В отличие от пугливой меня, он, похоже, точно знает, чего хочет и как. С каждым мгновением напор Ярослава не только не ослабевает, а усиливается. Он кладет мне руку на талию, и я вдруг понимаю, что босс уже не рядом с диваном, а нависает надо мной сверху. Внутри меня восторг плещется вместе с паникой. Все здорово, потрясающе, ощущения просто непередаваемые, но как-то я не ожидала такого резкого поворота событий. Что, прямо здесь и сейчас?! Трепещу под умелыми бесстыжими руками Ярослава, которыми он с явным интересом исследует мое тело. Загорелась, как спичка. Со стоном выгибаюсь. Эмоции и ощущения уже просто на грани, еще немного, и я…

В этот самый момент из моих дрожащих рук выпадает бутылка, за которую я все это время держалась, как за спасательный круг. В тишине дома она, кажется, так громко покатилась по полу, благо, не разбившись, и я бы тут же забыла об этом злосчастном предмете, но Ярослав вдруг замер, отстранился, задумчиво посмотрел на бутылку, еще несколько мгновений он словно раздумывал о чем-то, а потом резко поднялся с дивана. Что? Почему?

— Думаю, пора уже спать, Саша, — чуть ли не приказным тоном сообщил мне Ярослав.

Спать? Спать я хотела до того, как подошел шеф и меня растормошил своим поцелуем. Пытаюсь восстановить дыхание и перестать тяжело дышать. В недоумении скольжу взглядом по начальнику, невольно задержавшись в районе… ремня. Чуть ниже все недвусмысленно топорщится, напряжено и ни о каком сне там речи не идет.

— Мне не хочется спать, — замечаю я, чувствуя, как от этого признания щеки заливает жгучий румянец.

— Саша, пожалуйста, — напряженно и непонятно о чем просит Ярослав.

Не в моих правилах навязываться и уж тем более упрашивать. Молча встаю, делаю шаг и… поскальзываюсь на дурацкой бутылке. Благо, падаю обратно на диван и без последствий. Хмыкнув, Ярослав подходит и вдруг берет меня на руки.

— Я провожу до спальни. Чтобы точно быть уверенным, что добралась ты без приключений.

Я уже не знаю, что и сказать в такой ситуации. Шеф лично донес меня прямо до кровати и бережно туда уложил.

— Добрых снов, Сашенька, — желает мне мой начальник, накрывая одеялом. Только ничего, что я в одежде? Кажется, выпитое в ресторане ударило в голову не только мне.

Поспешно скидываю на пол обувь. И какие уж тут добрые сны? Если только добрые эротические. А так бессонница мне теперь обеспечена.

— И вам добрых снов, Ярослав Леонидович, — сиплым голосом, смешно даже для себя пропищала я.

Начальник исчез из моего поля зрения. Слышу, как стукнула, закрываясь, дверь.

Еще какое-то время выжидаю, а потом со вздохом поднимаюсь и иду в ванную. Надо же хотя бы умыться. Да и раздеться бы не помешало. Встаю возле зеркала, смотрю на свое красное счастливое лицо, блестящие шальные глаза, взъерошенные волосы и сама себе улыбаюсь. Все же путь, похоже, выбран верный.

После короткого ледяного душа голову стали занимать более прозаические вопросы. К поездке сюда я не готовилась, сменных вещей нет, а ведь в своей одежде я проходила с раннего утра. На скорую руку застирала большую часть одежды на руках в раковине, чтобы завтра быть в свежем, повесила пожитки сушиться на батарею и гостиничный махровый халат надела прямо на голое тело. Сегодня придется спать так. Хотя какое там спать с такими событиями. Но я легла в кровать и почти мгновенно уснула.

Утро. Проснулась от умопомрачительного запаха кофе. Открываю глаза и первое время вообще не могу понять, где нахожусь, но очень быстро вспомнила все. Мама дорогая! А может, мне приснилось? Ну, во всяком случае, все, что было после ресторана. Очень даже может быть, ведь…

Поток мыслей резко прервался, как только я увидела выходящего почему-то из моей ванной Ярослава в одном небрежно повязанном на бедрах полотенце. Хм. Может, мне не только кое-что не приснилось, но я еще и умудрилась забыть нечто важное?

Глава 78

— Доброе утро, Саша, — жизнерадостно поприветствовал меня начальник.

В яркий утренних лучах вся моя вчерашняя смелость куда-то подевалась. Тут же натягиваю на себя одеяло, укутываясь в него по самый нос. Быстро оглядываюсь. Постель смята так, словно в ней спала не одна обычно вполне смирно лежащая я, а как минимум два человека. На тумбочке возле кровати часы и телефон Ярослава.

— А что вы здесь делаете? — глухо интересуюсь я, тщетно пытаясь откопать из глубин памяти, было ли вчера что-то ещё интимное, помимо поцелуев.

Стоит отметить, что сейчас Ярослав смотрит на меня так, словно собрался съесть. Не в смысле, что злится, а словно я какое-то очень вкусное блюдо.

— Вы представляете, Саша, оказалось, что в целом доме для сна подготовлена всего одна комната. С водой тоже странная история. В других помещениях ее нет. Было поздно, хотелось уже самому спать, и я не стал будить персонал отеля. Вы не против, что я воспользовался вашим душем?

— Н-нет.

А еще и кроватью, видимо. Затаила дыхание, поскольку Ярослав решительно идет ко мне.

— Саша, я хочу перед вами извиниться, — серьезно говорит начальник, садясь рядом со мной на постель, а я как завороженная смотрю в его глаза, хотя посмотреть определенно есть куда еще, но взгляд шефа меня словно загипнотизировал. — Того, что было вчера ночью, больше не повторится. Впредь буду держать себя в руках. И надеюсь, что произошедшее никак не повлияет на ваше решение работать со мной. Я действительно очень хочу с вами работать. Вы очень талантливая и чудесная девушка.

Для меня то, что произошло вчера, ошибкой не было. Наоборот, это было одним из самым потрясающих моментов в моей жизни, и я бы, наверное, обиделась, что Ярослав оценивает произошедшее именно так, если бы не то, что, по факту, он сидит передо мной практически голый, что не настраивает на серьезность восприятия полученной информации, и его действия полностью контрастируют со словами. Рука шефа пробралась ко мне под одеяло, и во время его монолога его же теплая большая ладонь «успокаивающе» гладила меня по щиколотке, а сейчас рука перебралась выше и уже гладит под коленкой.

— Я не обижаюсь, — хрипло произнесла я. По коже опять табунами бегают мурашки, и по телу разливается приятное тепло. Вынуждена руками со всей силы вцепиться в одеяло, чтобы не потерять душевное равновесие. — Хорошо, что больше не повторится.

Закусила губу от удовольствия и запрокинула голову назад. Ярослав поднимается все выше. Только бы не застонать. Когда его рука коснулась внутренней стороны бедра, невольно судорожно сжала ноги, вспомнив, что под халатом у меня из одежды ничего нет.

— Что вы делаете, Ярослав Леонидович?

— Еще раз извините, Саша, — весело блестя глазами, отвечает начальник. — Но вы, когда так в одеяло закутались, спровоцировали мои охотничьи инстинкты. И мы ведь договорились — называйте меня просто Ярослав.

«Просто Ярослав» руку так и не убирает, она остается зажатой моими ногами, и ощущения от этого, надо сказать, такие… словно пригрела у себя наглого захватчика.

— Вы предлагаете мне снять одеяло, чтобы вас не провоцировать? — пикантная ситуация уже немного смешит.

— Возможно стоит попробовать, — серьезно покивал Ярослав, и его рука коварно и медленно поползла дальше, вынуждая меня, чтобы это прекратить, сжать ноги сильнее.

— А халат не нужно снимать? — спрашиваю иронично.

— Возможно, придется.

Не знаю, чем могло бы все закончится, но тут у Ярослава зазвонил телефон, он наклонился к тумбочке, посмотрел, кто звонит, и печально вздохнул. Тут же мужская рука покинула нагретое местечко.

— Алло. Да, Ларис. Да, — начальник ответил на вызов, поднялся с кровати и постепенно от меня отходит.

Точно не разбираю, что там говорит Лара, но орет она знатно. Голос хорошо поставлен.

— Нет. Это не обсуждается, — Ярослав вышагивает по комнате, слушая, что ему высказывает Лара. — Кто? Я так решил, — тут шеф хмыкнул и весело на меня взглянул. — Нет, не любовница. Лара. Лара, ты можешь послушать?..

Ярослав выходит из комнаты. Я тут же соскакиваю с кровати и бегу одеваться. Одевшись, решила, что оставаться в спальне не вариант, вдруг опять буду «провоцировать» охотничьи инстинкты начальника, а потому отправилась осматривать дом.

К чести начальника, нигде больше воды и работающего санузла не обнаружила, то ли Ярослав правду сказал, то ли так хорошо подготовился. Слышу, как он в гостиной до сих пор что-то говорит Ларе.

В доме стало скучно, потому вышла на улицу, села на скамейку и, подставив лицо утренним лучам, наслаждаюсь чудесной погодой. Думаю о произошедшем и пытаюсь понять, как теперь вообще себя с Ярославом вести. В любви он мне не признавался, за проявленные порывы извиняется, хотя явно процессом наслаждается.

— Здравствуйте.

Открыла глаза и с удивлением воззрилась на стоящего передо мной высокого симпатичного мужчину.

— Здравствуйте, — отвечаю настороженно. — Мы знакомы?

— Нет. Просто увидел вас тут, под лучами солнца, такую красивую… я здесь отдыхаю. И вы? Прошу прощения, что помешал. Я художник. Можно я вас сейчас нарисую? Вы сидите, как сидели. Только не уходите, ладно?

— Эм. Ладно. Только я не знаю, как долго еще здесь пробуду.

— Хотя бы набросок сделаю, а там как успеем, — с энтузиазмом отозвался незнакомец. Мужчина быстро достает из-за пазухи большой блокнот с карандашом и присаживается рядом.

— Голову повыше поднимите. Да, так. Чуть улыбнитесь. Глаза можно не закрывать.

Скосила взгляд на сидящего рядом художника, с жаром начавшего вырисовывать первые линии на белом листе блокнота.

— Меня Егор зовут, — представился мужчина, заметив мой интерес. — И знаете, я иногда немного маньяк. Но исключительно в художественном плане.

— Саша.

— Приятно познакомиться.

Глава 79

Через некоторое время Егор просит повернуться к нему лицом, опереться рукой на спинку лавочки, затем обратно. Я послушно все выполняю, интересно, ведь я еще никогда не позировала для художников.

— Три хороших наброска есть. Вот, один вам в благодарность, — Посидите еще? Начну прорабатывать наброски.

Художник вкладывает листок в мои руки, и я с интересом рассматриваю себя в карандаше. Хмыкнула.

— Это не я. Слишком красивая.

— Вы именно такая, — не согласился художник. — Сядьте, пожалуйста, обратно в ту позу, в которой вы были в первый раз.

Убрала набросок в сумочку. Надо будет при первой возможности получше рассмотреть себя в зеркало, может, что-то пропустила. Егор продолжает с увлечением рисовать, а я наслаждаться солнышком.

— Вот вы где, Сашенька. Я вас потерял.

По обе стороны от меня на спинке скамейки появляются руки. Откидываю голову назад, чтобы увидеть того, кто стоит за моей спиной, и вижу склонившегося надо мной начальника. Невольно заулыбалась шефу. Какой он все-таки красивый.

— Решили с Ларой вопрос?

— Да, все хорошо.

— У вас потрясающий дар убеждения, шеф.

— Спасибо. Саша, пожалуйста, не теряйтесь больше, ладно? — на самом деле не попросил, а потребовал Ярослав и перевел взгляд на Егора.

— Егор, — сразу представился художник.

— А я вас знаю. Егор Кретов, верно? Бывал на ваших выставках. Ярослав.

Шеф протягивает руку Егору, и художник, профессионально прищурившись, тоже протягивает руку для знакомства.

— Я вас тоже знаю. Простите, плохая память на имена, но вот внешность… вы музыкальный продюсер, верно?

— Да, верно. Приятно познакомиться.

Как-то так шеф хмуро сказал последнюю фразу, словно и не так уж приятно. И обратился уже ко мне:

— Александра, нам пора ехать.

Тяжко вздохнула. Разморило на солнышке, хочется так сидеть и сидеть, да и когда начальник называет полный вариант имени, то все, чем-то недоволен. Чем, спрашивается? Вежливо попрощалась с художником, тот очень душевно меня поблагодарил за содействие, стал приглашать на будущую выставку, но тут общение прервал начальник, вежливо напомнив, что мы ну о-очень спешим. Последовала за ним в сторону стоянки.

ЯРОСЛАВ

Захлопнул дверцу автомобиля за Сашей громче, чем намеревался. Раздражение все-таки выплескивается. Что это за наглость такая? Почему все тянуться к моему? Художнику муза, Нику подружка, Максу увлечение, Лёне этому… жена. Не-а. Пусть гуляют лесом. Я ни с кем не делюсь. Сажусь в машину. Рома противно ухмыляется. Весело ему, да? Сегодня пусть Лару тогда ночью возит и терпит ее капризы. Выделю в рамках нашего договора не абы кого, а своего водителя.

Машина трогается с места. Перевел взгляд на Сашу. Притихла опять, моя пугливая лань, в окно смотрит, а ко мне и не поворачивается. Ну-ну. Наш утренний разговор еще не закончен. Только пусть сначала все бумаги подпишет, а то еще испугается, сбежит, отлавливай и уговаривай ее потом. Так, Слава. Все. Спокойно. Дыши.

Хмыкнул про себя. Вообще, странно все, конечно, вышло. Вчера, поддавшись порыву, привез сюда Сашу с четким намерением ее получить во всех смыслах этого слова. С договоренностью на певческую карьеру получилось легко, хотя готовился брать штурмом неприступную крепость, а вот с остальным… не смог. Не смог решиться. Саша из того типа женщин, которых, если уж берешь, надо любить и на них жениться, а я не готов ни к первому, ни ко второму. Обижать Сашу не хочется, но… скорее всего, придется. Однако же буду держаться столько, сколько смогу.

Невольно улыбнулся, вспоминая вчерашний вечер. Достаю телефон.

— Саша.

Наконец моя подопечная отвлеклась от вида за окном

— Да?

— Хочу вам кое-что показать.

Включаю видео в телефоне со вчерашнего Сашиного импровизированного концерта лично для меня. В телефон не смотрю, я и так все четко запечатлел в памяти, слежу за реакцией Саши. У нее покраснели щеки и даже уши.

— Ярослав, зачем вы это сняли? Это же кошмар.

— Мне нравится. Очень мило.

— Удалите, пожалуйста.

— Ни за что, — отчеканил каждое слово.

Саша осуждающе покачала головой.

— У вас уже столько компромата на меня. Только не делайте из этого клип.

Улыбнулся еще шире. Да, с клипом это она верно угадала, я могу… но не буду. Это для моего личного домашнего архива. Какая же она забавная. Хорошо, что Рома в машине, а то я ведь поцеловал бы.

АЛЕКСАНДРА

Какой же стыд. Щеки пылают так, что, наверное, можно обжечься. Зачем, ну зачем мне Слава показал это видео? Зачем он вообще снял этот позор?! Вчера я казалась себе грациозной крутой певицей, а на деле оказалась неловкой коровой. Нет, ну, может, пела я и ничего так, но вот эти мои попытки скопировать пафосно-возвышенное лицо, как у Лары — зря. Танцы вообще ужас. Никакой гибкости и плавности, попадания в музыку ноль. Меня ещё и штормило, оказывается. Вчера я снесла, даже не заметив, какой-то стул, споткнулась о столик, пыталась изображать грязные танцы с креслом… Закрыла лицо руками.

— Уберите это, пожалуйста, больше не хочу смотреть.

Теперь понятно, почему Ярослав подхохатывал вчера во время моего выступления. Ещё и успел заснять все незаметно. Одного не пойму, почему тогда смотрел так тепло и с восхищением? Обман?

Мы приехали сразу в продюсерский центр. Я по привычке заняла свое место за столом в приемной. Шеф усмехнулся, но ничего не сказал. В конце концов, формально я все еще помощница. Но вот, незадолго до обеда пришел юрист и принес мне на ознакомление мой новый договор. Большой такой.

Только изучила, как Ярослав требует зайти к нему в кабинет, спрашивает, подписала я или нет. Формально, кстати, я даже, получается, и не увольняюсь, а перехожу на другую должность. Разочаровала начальника. Взяла пару дней на осмысление договора, поскольку заключается он сразу аж на десять лет, и требования там серьезные. К десяти годам я как-то не была готова. Я вообще не уверена, что моя влюбленность в шефа продержится столько лет, она может пройти, а вот обязательства останутся. Так что буду думать. Ярославу мой ответ, похоже, не понравился, глаза недовольно потемнели, отпустил домой осмысливать с намеком, что мне это нужно делать побыстрее.

Глава 80

Вернувшись домой, первым делом вытаскиваю из сумки договор, а вместе с ним вылетает и белый листок. Поднимаю. Это тот набросок, подаренный мне утром художником. Оказывается, с обратной стороны бумаги Егор написал свой номер телефона и… приглашение на кофе. Улыбнулась. Приятно. И настроение поднялось. Егор, конечно, мужчина интересный, но звонить ему не стану. Смысла во встрече уже не будет. Я «зависла» на Ярославе.

Заварила себе кофе, открыла компьютер и приступила к повторному изучению договора. После второго и третьего внимательного перечитывания текста при помощи онлайн консультантов нашла для себя еще много подводных камней в документах. Договор стал немного напоминать рабский.

На следующее утро на работу не тороплюсь. К этому моменту я уже выписала себе все спорные моменты и пожелания и собираюсь бороться за каждый пункт. Не тороплюсь, потому что вновь на всякий случай перечитываю документ. И как-то прямо поджилки трясутся. Не хочется мне сталкиваться с Ярославом на профессиональном рабочем поле, еще и в его профиле, но придется. О, вот он и звонит.

— Да, Ярослав.

— Александра Павловна, здравствуйте. Вы сегодня на работе появляться планируете? — мягким вкрадчивым тоном поинтересовался у меня начальник. И сейчас я как никогда его боюсь. Полное имя плюс отчество в исполнении босса — совсем плохой знак.

— Я уже скоро буду.

— Жду вас.

Шеф отключил вызов. Бр-р. Мороз по коже. Все. Собралась. Вперед.

— Доброе утро, Александра, — первым поздоровался шеф. Смотрит выжидающе, давит взглядом.

— Здравствуйте, — сажусь за стол и выкладываю на него договор и листочек со своими заметками. — Я посмотрела договор, и у меня возникло несколько вопросов, а также я хотела бы изменить несколько пунктов.

Задержала дыхание. Шеф насмешливо приподнял брови.

— Это типовой договор. Никакие изменения в нем не предусматриваются.

— То есть вы ничего менять в нем не будете? — уточнила я.

— Вы верно понимаете.

— Хорошо, тогда у меня нет вопросов.

Собираю опять все свои бумажки, под насмешливо-любопытным взглядом начальника встаю и, прежде чем уйти, уточняю:

— Вам принести кофе или чай?

— Что это значит, Александра?

— Я возвращаюсь на свое рабочее место.

Начальник показательно-грозно свел брови.

— Сядьте.

Стою. Тоже показательно.

— Сядьте уже!

Ноги подкосились. Присела. Но на самый краешек. В конце концов, начальник знает, что я не особо заинтересована в этом договоре. Хорошо, что он не знает, что обстоятельства изменились.

— Какие у вас вопросы?

Ну я и начала по списку. Вопросы, пункты, которые хочу изменить. С чем-то оказалось проще, с чем-то сложнее. Со сроками договора было, например, очень трудно. Я настаивала на двух годах, Ярослав мертво стоял на десяти, утверждая, что это оптимальный срок. Пришлось опять вставать. Даже успела сделать несколько шагов к выходу.

— Стоять! — совсем уж грозно окликнул меня Левин.

Остановиться-то я остановилась, даже взглянула эдак кокетливо-вопросительно из-за плеча. Признаюсь, к этому моменту я уже немного освоилась и паниковать перестала, даже начала получать своеобразное удовольствие от этого спора. Шеф такой напористый, грозный, непреклонный, все его внимание направлено на меня. И я прямо чувствую, как он меня «хочет», пусть и исключительно как певицу. Задорно, в общем, переговоры проходят.

— Шесть лет, — сделал щедрое предложение Ярослав.

— Три года, — пошла на уступки и я.

— Пять.

— Четыре.

— Хорошо.

Сажусь обратно. Только разложила вновь свои бумажки, как шеф приподнимается и вытягивает у меня из рук мой лист с вопросами. Эй!

— Так будет быстрее, — пробурчал Ярослав, быстро пробежался взглядом по листу, и дело действительно пошло быстрее. Все оставшиеся вопросы мы решили буквально за час, затем были формальности с составлением и проверкой нового договора, и вот, уже после обеда я дрожащей рукой, до последнего волнуясь и сомневаясь, все же подписала контракт.

Это ведь всего четыре года. Не такой большой срок. Да и условия довольно мягкие, как мне кажется, удалось выбить. Стоило все подписать, и Ярослав подобрел.

— Знаете, Саша, вот вы вроде бы создаете о себе впечатление мягкой девушки, но упрямства и воли вам не занимать. А еще вы терпеливая, и, пока вам достаточно комфортно, вы будете плыть по течению, даже если есть какие-то неудобства. Однако если найдет коса на камень, то все, пиши пропало.

Нет, все-таки Левин выглядит подозрительно довольно, от этого у меня чувство, что я что-то упустила. Но теперь уже поздно. Жизнь покажет, где я могла ошибиться.

— Ну, что, Саша, полагаю, такой серьезный шаг надо отметить.

— Опять отмечать? — тяжко вздохнула. Я ещё от прошлого раза до сих пор не могу отойти. Как вспомню, что было позавчера вечером, так стыдно становится. Эти мои танцы просто позор.

— Не хотите? Ну что же, можно и не отмечать. Тогда приступаем сразу к работе.

Ярослав только что руки не потирает.

— Как именно работать?

— Думаю, через неделю где-то утрясутся все формальности и начнутся репетиции, а до этого вы будете в усиленном режиме заниматься на творческих курсах. Завтра начнете в студии записывать первые песни…

— Какие песни?

— Ваши песни.

— А что, у меня есть песни?

— Есть.

— О-о.

То есть еще до подписания договора Ярослав был на низком старте. Представляю, как его раздражало то, что я тяну.

— Да. И насчет песен. Не требование. Попробуйте написать свою песню. Хотя бы одну. Если мне понравится, она пойдет в работу. Это нужно, чтобы понимать ваши вкусы, чтобы вы почувствовали сопричастность к процессу. Хорошо?

— Я постараюсь.

— Отлично. Тогда сейчас вы отправляетесь в одно учебное заведение, — Ярослав протянул мне бумажку с адресом. — Там для вас уже составлена индивидуальная программа занятий. Актерское мастерство в прежней группе, думаю, уже будет не нужно…

— Я хочу продолжать. Но могу брать частные уроки сама.

— Нет. Если вам нравится, все будет оплачено, просто в том учебном заведении и так будут занятия по актерскому мастерству, но уже с другими преподавателями. И сейчас больший упор будет на вокал и танцы.

Чувствую, как краснею. После моего показательного выступления Ярослав наверняка думает, что танцы — мое слабое место.

— А как же вы?

— В каком смысле? — Левин вопросительно приподнимает бровь.

— Ну, без помощницы.

— Кадры со вчерашнего дня работают над этим вопросом. Не переживайте. Можете забирать личные вещи из приемной.

Как грустно-то. Но ничего не поделаешь. Сейчас все соберу, отнесу домой, затем поеду в университет… кажется, ко всему прочему, вновь становлюсь студенткой, только в неофициальном заочном формате.

— Деньги поступят вам на счет сегодня.

А?

— Какие деньги?

— Ваши, — Ярослав смотрит насмешливо. — По договору.

О, ну, деньги — это хорошо. Вроде еще и сделать ничего не успела, а уже зарплату получаю. Точнее гонорар. Надо привыкать к новым понятиям.

Отправилась выполнять задания своего продюсера. Как звучит-то! Домой вернулась очень поздно, но не с пустыми руками. Деньги на карточку пришли, и сумма более чем приличная, в три раза больше моей обычной зарплаты. Так что я решила, что все-таки нужно отметить.

Глава 81

В магазине у дома купила прикупила себе самой вкусной еды, праздничные напитки, а дома, когда дошла до кондиции, села за дополнительное домашнее задание от Ярослава, и в разгар моей трудовой деятельности неожиданно прозвучал звонок. Смотрю, кто это меня хочет. М-да. Абонент не из самых приятных, но да ладно, у меня сейчас настроение хорошее. Отвечаю на вызов.

— Ал-ло-о, — тяну я загадочно-певуче.

— Привет! Саш, только трубку не бросай. Я, это, извиниться звоню. Ты прости, что я тогда наговорил всяких глупостей тебе. В парке. На самом деле я так не считаю. Честно. Просто настроение было плохое. Простишь?

— Как-то долго ты тянул с извинениями. Но я тебя уже все равно простила, — вальяжным тоном отвечаю я, откусывая от бутерброда с икрой. — Но если тебя все-таки мучает совесть, то я принимаю извинения в виде пицц с доставкой на дом. Ну, еще можно букет цветов к пицце приложить. Доставлять не лично. Исключительно курьером.

— Эм. Саш, ты что-то пила, да? — интересуется Ник весело.

— А что, я не могу себе позволить?

— Можешь. Просто ты такая забавная… Сейчас все вышлю. Адрес только уточни.

Уточнила. Я не голодная, но от извинительной пиццы не откажусь.

— Са-а-аш.

— М-м?

— Чем занимаешься?

— Песню пишу.

— О. Зачем?

— Меня мой продюсер попросил.

— Ого! Ты подписала контракт на работу со Славкой?! — сразу все правильно понял Ник.

— Ага-а.

— Круто! Поздравляю. Надо будет поговорить со Славкой, чтобы нам с тобой что-нибудь дуэтом записать. Так. А что за песня? Написала уже?

— Угу. Почти. Я ж не сверхтворческий человек, чтобы мучиться над особым смыслом. Тяп-ляп, гоп-стоп. Рифма есть? Отлично, значит готово.

— Не, ну если совсем просто, то Слава не примет. Помнишь, как у меня было? Ну-ка, зачитай. Я скажу, пойдет или нет.

— Не буду читать, — весело фыркаю в телефон.

— Почему? Опять стесняешься?

— Не-а. Еще сплагиатишь мой шедевр, чтобы поскорее условие Ярослава выполнить. Тебе-то еще две песни надо написать.

— Ты за кого меня принимаешь? Я честный человек.

— Ты вредный, Денжер. С тобой только и держи ухо востро. Все вы тут хищники. Кто помельче, кто покрупнее. И я одна. Бедная козочка.

Ник на том конце гогочет.

— Саша, я не могу. Ты такая смешная, оказывается, когда расслабишься. Я сам пиццу привезу с цветами.

— Я не открою.

— Тогда пиццу не получишь.

— У меня тут целый холодильник еды. Хватит, чтобы неделю держать блокаду.

— Тогда цветы не получишь.

— Ты что, реально меня за козу принимаешь? Для нее цветы деликатес, а я спокойно обойдусь.

— А я еще мороженое привезу.

— Так-так. Продолжай.

— Ведерко. Нет. Три. С разными вкусами.

— А ты, я смотрю, знаешь короткий путь к женскому сердцу. — Ник опять смеется. — Зря смеешься. Воля моя тверда, как камень.

— Что, мороженое у тебя уже есть?

— Ага.

Так просто с Ником распрощаться все равно не удалось. Шуточки-прибауточки, и увлеклась разговором. Вот мне уже и пиццу привезли, а я с Ником все еще болтаю, причем уже в видеочате. Лежу на кровати, ем привезенную курьером пиццу, и более того — мы творим! А вот что творим, пока непонятно. На другом конце экрана Денжер пьет, по идее, что-то не крепче чая, ведь на что-то более серьезное у него табу, но есть у меня некоторые подозрения… уж очень Ник веселый, на взводе, и глаза блестят. А творим мы песни. За время нашей веселой праздничной конференции мы как-то так хорошо сошлись на этой почве. Вроде как я все-таки начала помогать Нику что-нибудь сочинить. Взяли тему для песни, насвистели веселый озорной мотивчик, строчку он придумал, строчку я, и опять все с шутками-прибаутками. Я ничего не записываю, только периодически выдаю подходящие рифмы, но Ник записывает.

Полночи так просидели, то просто болтая, то что-то сочиняя, но потом я строго сказала, что хватит, и попрощалась. Там Денжеру материала хватит, нами сгенерированного, наверное, песни на три. Пусть компонует пару песен, если хочет, и выдает Ярославу как свой личный готовый продукт. Мне вообще не жалко.

Утром вставать было тяжело. Но кое-как соскребла себя с постели и отправилась на работу. Захожу в приемную, забывшись, устраиваюсь на своем рабочем месте, включила компьютер и только чуть позже осознала, что я-то уже именно здесь не работаю, да и прийти мне в центр нужно было только через час. Но это ладно. Оказывается, Ярослав уже тоже на работе. Открывается дверь его кабинета, и оттуда почему-то выглядывает противно бодрый Ник.

— О, Саш, ты тут. Зайди.

Подозрительно. Захожу, а там на меня так радостно-ласково смотрят Ник с Ярославом, что подозрительность моя только усилилась, а шестое чувство шепнуло, что лучше бежать. Но бежать поздно, да и кто бы мне дал. Оказывается, Денжер все-таки скомпоновал весь тот ночной бред, что мы с ним насочиняли, во что-то приличное, и это даже понравилось Левину. В общем, у нас через пару недель с Ником будет запись совместной песни и клипа. Да. Вот так неожиданно. И Денжер совсем не против.

А когда Ник пошел на выход, жутко довольный тем, что период вынужденного затишья, наконец, окончен и задание продюсера выполнено, я было тоже засобиралась, с намеком глядя на Ярослава, запись песен сегодня, как-никак, уже пора. Но Левин не торопится.

— Сашенька, Ник упомянул, что вы какую-то песню вчера еще написали? Сами.

Взгляд продюсера добрый-добрый. И очень внимательный. Вот теперь мне совсем не по себе. Отрицательно качаю головой.

— Еще нет.

— Что именно «еще нет»?

— Песня еще не готова. Ее нужно довести до ума.

— Покажите. А доведем, если понадобится, вместе. Если там есть, что доводить. Только не смущайтесь.

А теперь Ярослав смотрит так, словно не выпустит меня из кабинета, пока я не сделаю то, что он хочет. С большим сомнением, но достала все-таки телефон, открыла нужный файл и протянула телефон Ярославу. Задержала дыхание. Жду вердикта. Ощущения, как от катания на аттракционе. Наверное, сразу все поймет.

— Ну вот. Хорошо. А вы боялись. Чудесная песня о любви. Да, шероховатости есть, но не критично. Очень красивые атмосферные образы, при этом все просто и так… чисто.

Ярослав вновь смотрит на меня. Оценивающе.

— Не понимаю.

— Чего?

— Как и откуда же вы такая на моем пути появились?

Выдохнула. Нет, кажется, он не понял о песне главного. Улыбнулась и пожала плечами.

— Я на вашем пути и не появлялась. Это вы меня выхватили с моего пути. На мосту. Если бы я тогда упала, то либо разбилась бы или попала бы в больницу, или вернулась бы домой в виде мокрой, напуганной курицы, и никогда бы не решилась…

Не договорила. Слишком много я что-то говорю. Не думаю, что это нужно продюсеру.

— Саша? Говорите, на что бы вы…

Тут неожиданно зазвонил мой телефон в руках Левина, он вроде мельком взглянул на экран, но потом словно передумал и с куда большим интересом стал его разглядывать.

— Александра, а вы до сих пор общаетесь с этим молодым человеком?

— С каким?

Продюсер повернул экран телефона ко мне «лицом». Абонент Леня. Надо же. Он мне уже давно не звонил, как и папа. Я поэтому вторую личную симку вновь активировала на телефоне. И вот на тебе.

— Сразу, думаю, стоит вас предупредить. Ближайшие пару-тройку лет вам лучше не думать о заведении семьи и детях, — произнес продюсер строго. — Объяснить, почему?

Отрицательно покачала головой. Я все прекрасно понимаю. Контракт на работу подписан. Ярослав ждет отдачи. А если я уйду в декрет, то неизвестно, когда из него выйду, да и выйду ли вообще. В договоре есть пункт, пусть не прямо, но говорящий о суровых штрафах за долгий срыв рабочей деятельности по моей вине.

Глава 82

Настроение как-то все равно немного упало. Забрала у Ярослава телефон, и вскоре мы уже вместе отправились в студию, и только там, во время записи, настроение вновь поднялось. Даже не поднялось, а вознеслось. Не сразу. Сначала петь было трудно. Казалось, что все от меня ждут каких-то нереальных результатов. Смотрят. Оценивают. Почти все мне не знакомы. А я вообще не профи. Но потом ко мне подошел Ярослав, сказал несколько добрых слов, подбодрил, улыбнулся так тепло, взял за руку, крепко сжал мои пальцы. И все. Такой подъем в душе. И ничего не страшно. Спела, и еще как, с задором, с огоньком. Потому что знала, что Ярослав рядом.

Наверное, со стороны все выглядит как у Лары, когда продюсер к ней подходил. Несколько нужных слов, и вот уже она не капризничает, а танцует, как надо. По сути, это плата за внимание Левина. Я ее приняла. Его забота, внимание, помощь, поддержка, энергия взамен на мою хорошо исполненную работу.

— Саша, — обратился ко мне Ярослав, когда мы уже вечером вышли из студии.

— Да?

— Сейчас мы с вами едем поужинать.

— Но…

— Никаких но, воспринимайте это как рабочий процесс. Мы с вами обсудим некоторые детали вашего нового имиджа. В частности, псевдоним. Вы подумали, какой хотели бы?

— Нет, не думала.

— Как насчет… Кассандра? Немного созвучно с Александрой.

Пожала плечами.

— Хорошо.

Левин хмыкнул.

— Самое быстрое утверждение псевдонима на моей памяти.

Новая работа пошла очень активно. Если после работы у отчима у Ярослава я фактически отдыхала в качестве помощницы, то вот сейчас я вновь загружена по самую макушку. И я очень часто рядом с Ярославом, он начал брать меня с собой почти на все светские мероприятия, которые посещает сам, интригуя светскую тусовку своей новой протеже. Теперь почти везде меня зовут Кассандра или сокращенно Кэсс. У меня неожиданно появилось много знакомых среди звезд. Пусть я еще нигде не проявилась на творческом поприще, но все уже как будто уверены, что я на их уровне. Образ, который подобрал мне продюсер, романтично-нежный, изящный, загадочный. Согласно образу, мне нужно быть эдакой скромной молчаливой принцессой. Насчет молчаливой — это у меня хорошо получается. Когда вокруг так много людей, вновь меня оценивающих, я паникую и мне не до разговоров. Одна надежда на то, что когда-нибудь я настолько освоюсь в новом для себя мире и всех узнаю, что буду воспринимать окружающих как своих. А пока очень неуютно.

Лара бесится просто жутко. Считает, что ее сместили с поста любимицы продюсера. Я сама не слышала, но, как мне рассказал Дима, который до старта мюзикла продолжает работать водителем, Лара распускает обо мне некрасивые сплетни.

И вот, настал день первой репетиции, которая требует моего участия. В зал пришла и уселась на первый ряд Лара. Демонстративно сложила руки на своей большой груди и смотрит на меня с вызовом, мол, ну, покажи, из-за чего тебя взяли на роль принцессы. А у меня ступор. Мало того, что первая репетиция, я на сцене, что само по себе нервно, так еще и Лара со своим негативом. Ну и как вишенка на торте — Ярослава в зале нет, он отъехал по делам, а нормально выступать, забывая обо всем, я могу только с ним. Естественно, я застопорилась, когда надо говорить, начинаю реально мямлить, и тут же, прерывая процесс репетиции, слышится громкий издевательский хохот Лары из зала. Становится совсем плохо. Впадаю в ступор.

— Лара Роял, выйдите из зала! — не выдерживает режиссер.

— Я-то, может быть, и выйду, но вот когда зал будет заполнен зрителями, вы тоже всех попросите выйти, чтобы не освистали этот позор? — произносит Лара, вставая. — Она же вообще никакая. Еще и трусливая. Как?! Как ее вообще взяли? Убожище.

— Заткнись и вали отсюда, — на сцену из-за кулис вываливается злой взъерошенный принц. — Тебя не спросили, кого на роль ставить. Тут для всех идеально подобраны образы. Особенно для тебя. Мерзкая противная ведьма. Думаешь, накачала сиськи с жо…

— Достаточно! — строго кричит режиссер под веселый хохот актеров. Кто-то даже присел и смеется, утирая слезы.

— Что-о-о?! — певуче кричит побагровевшая Лара. И кажется, вот-вот начнет всех проклинать, как настоящая Малефисента. — Да что б тебе…

— Правда похожа! — уже в голос смеется наш король. Между прочим, одна из самых известных звезд шоу-бизнеса. — Лара, не в обиду тебе, конечно.

Пока все веселятся, Ник подходит ко мне и берет за руку.

— Давай, козочка, соберись. Почти все тут видели, на что ты способна, так что переживать не о чем.

Стало действительно полегче.

— Ник.

— Да?

— Ну почему коза, а?

— Давай сегодня после репетиции сходим в ресторанчик, я тебе подробно отвечу на этот вопрос.

Денжер крепче сжимает мою руку и улыбается мне тепло-тепло.

— Так. Раз на сцену вышел принц, репетируем тогда их первую встречу и танец, — громко приказал режиссер.

Лара ушла, а рядом с Ником дело пошло куда лучше. Не сразу, но удалось поймать состояние полного погружения, когда уже ничего не страшно, и я уже немного не я. Единственное, что в этот раз мой якорь другой, но тоже весьма приятный. Ник отлично двигается, танцует и такой задорный.

Под конец уже смеюсь, перешучиваясь с Ником, и режиссер, кажется, вполне нами доволен. Когда репетиция закончилась, взглянула мельком в практически пустой зал и обомлела. Ярослав, оказывается, здесь. Когда появился, я и не заметила.

— Пока, Ник.

Все, мысленно я уже рядом с Ярославом. Уже представляю, как сейчас подойду к нему, он меня похвалит и…

— В ресторан-то поедем?

— Нет, — отвечаю рассеянно.

Кажется, Денжер проследил за моим взглядом.

— А, ну ясно. Все это ради него. Думаешь, получится? Лара тоже, вон, яркая. И что-то недолго продержалась в фаворитках. Нет, ну, своего, наверное, добьешься. Погреешь постель. Но вот сколько это будешь делать, вопрос. Или уже греешь?

Резко повернулась к Денжеру.

— Ник, неужели тебе так хочется, чтобы я тебя ударила? Зачем ты гадости говоришь?

Если бы не заступничество Ника во время репетиции, наверное, отреагировала бы действенно, а так только вопросы. Денжер то нормальный, то вот такой.

— Ударь, — прямо-таки заинтересовавшись, с готовностью предложил Ник.

Тяжко вздохнула.

— Ты что, из этих? Которые физическую боль любят.

— Нет. Но мне вот интересно, неужели такая скромная девочка, как ты, решится…

— Отлично отыграли, молодцы.

Мы с Ником одновременно обернулись к подошедшему Ярославу. Я отвлеклась из-за Ника, хотя планировала подойти сама. Что-то продюсер сегодня хмур.

— Ага, неплохо. Но не сразу хорошо пошло. Слушай, Слав, ты бы Ларку приструнил. Она была тут в начале репетиции. До чего же баба противная.

— Что, мешала? Поговорю.

Левин берет меня под локоток и, не спрашивая, уводит. А что, если бы у меня планы были на вечер? С Ником, вот, опять же, поужинать.

— Чему вы улыбаетесь, Александра?

Покачала головой, мол, ерунда, но так как Ярослав все равно смотрит выжидательно, пояснила:

— Моменты репетиции хорошие вспоминаю, — не говорить же, что получаю удовольствие от некоторых проявлений собственнических замашек продюсера.

— Вы с Ником хорошо сработались. Я видел только конец репетиции, но смотритесь очень гармонично вместе, — совсем уж как-то мрачно и почти угрожающе произнес Левин.

— Может быть, — безмятежно улыбаюсь в ответ. — Вам со стороны виднее.

Продюсер остановился. На этот момент мы уже вышли из репетиционного зала и стоим в одном из коридоров центра.

— Саша.

— Что?

Между мной и Ярославом повисла пауза. Мне показалось, что он хочет что-то мне сказать и в то же время и не хочет. Жду. Левин вновь окинул меня мрачным тяжелым взглядом с головы до ног. И словно принял решение.

— Вы поедете ко мне? — как-то так грозно спросил Ярослав.

— Поиграть в настольные игры? — осторожно уточнила я.

— Нет.

Что-то мне это напоминает.

— Попеть под гитару?

— Нет.

Ну…

— Поужинать?

— Поужинать. И позавтракать.

Как… неожиданно. И резко. Не то чтобы я придиралась. Ведь, если так подумать, целенаправленно шла к этому предложению.

— Ярослав Леонидович, — я тоже умею пользоваться полным обращением как намеком. — Скажите, а… не в обиду вам, конечно, вы меня зовете в качестве заменителя Лары? Она стала претендовать на большее, и вы ее «уволили». Может быть, вы тогда мне сразу границы обозначите?

— Саша, не говорите ерунды, — говорит Левин раздраженно. Он сердится, но словно и не на меня.

— Нет, ну как бы… мы с вами до сих почти официально общаемся. Я бы хотела четко понимать. О романтических отношениях здесь речи не идет? И если я откажусь с вами поехать, какие последствия? Впаду в немилость?

— Не впадете. Я так понимаю, вы отказываетесь?

Я бы хотела согласиться, но в такой форме просто не могу. Будь хотя бы обман, несколько льстивых слов, хоть что-то похожее на настоящие ухаживания и романтический интерес. А так я просто сгорю со стыда и неловкости. Отрицательно качаю головой и опускаю взгляд. Какое-то странное ощущение. Чувствую себя виноватой.

— Как знаете.

Ярослав просто ушел. А я осталась стоять. На глаза наворачиваются слезы.

Глава 83

Домой вернулась одна и в жутком настроении. Ночь тоже прошла не очень. Вроде бы все правильно сделала, но от осознания этого мне лучше не становится, скорее наоборот.

Следующим утром пришла на репетицию разбитая и невыспавшаяся. Сегодня еще активно задействована Лара. Думала, что все, день будет нелегким с самого начала. Достанет злая фея меня до самых печенок своими придирками. Но нет. Сегодня Лара в хорошем настроении. Прямо сияет. Довольная-довольная. Смеется, со всеми общается, меня просто игнорирует или иногда все-таки смотрит эдак победно, свысока, но лучше уж так.

Под конец репетиции в зале появился продюсер. А когда все закончилось, Ярослав поблагодарил всех за хорошую работу и сказал, что завтра мы уже начнем репетировать в настоящем театре, чтобы привыкали к сцене, где в будущем будем выступать. После объявления Лара бабочкой слетела со сцены, дошла до Левина, взяла его под руку, прижалась к нему всей своей немалой грудью, поцеловала, и вместе они ушли из зала.

У меня внутри словно все опустилось. Выбило воздух. Дышать. Надо как-то дышать. Чувствую, как меня берут за руку и куда-то ведут. Я не вижу, куда. Перед глазами все расплывается. Борюсь с собой, чтобы не расплакаться при всех.

— Все. Мы тут одни, — говорит голос Ника, и меня отпускает.

Плачу. От души. В голос. На плече у Денжера. Подумать только. Вяло сопротивляюсь, когда Ник усаживает меня к себе на колени. Гладит еще сочувственно по голове. Как кошку.

— Ну ладно. Все. Все. Чего ты плачешь из-за всяких дураков? Не надо.

Вроде и успокаиваюсь, а остановить плач так просто не могу. Он перешел в стадию некрасивых всхлипываний.

— Саша!

— Что? — грустно спрашиваю я.

— Если ты не перестанешь плакать, я начну тебя целовать.

— Где логика?

— Ну ты либо рассердишься, либо увлечешься. В любом случае отвлечешься.

Огляделась. Чей-то ныне пустой кабинет. Утерла слезы.

— Пойдем в кафе посидим? — предложила я.

— Вот с этого в принципе надо было начинать, — хмыкнул Ник. — Не сейчас, а вообще знакомство. А ты все нет и нет, не пойду.

И мы с Денжером пошли. Правда, не в кафе, а в бар. Запрет на распитие крепких напитков с Ника ведь снят. Мне хотелось просто посидеть среди людей, а вот моему коллеге именно расслабиться. В итоге Ник меня тоже подбил на полноценный отдых, и вот уже спустя некоторое время мне в принципе хорошо, и душа не болит. Ник задумчиво жует лимон.

— Знаешь, я вот тут все думаю. Странно это как-то. На Славку не похоже. Если ты говоришь, что с Ларой он встречался, потом расстался, потом, насколько я знаю, она успела за этот промежуток времени повстречаться с парой бизнесменов, то… ну, не похоже это на Славку, не стал бы он с ней снова спать, чего у него, баб мало, что ли, которые готовы по первому зову в кровать запрыгнуть? А тут еще так как будто специально и демонстративно возобновил отношения с той, которая считается твоей соперницей.

— Ну так я вчера отказалась ехать к нему в гости. Это месть, — мрачно произнесла я и сделала очередной глоток из объемного высокого бокала.

— Знаешь, я думаю, если бы Слава действительно хотел, чтобы ты поехала к нему в гости, ты бы поехала.

— И что ты думаешь?

— Я могу предположить, что ты ему все-таки нравишься. Но чувства к Фортуне у него не остыли. И вроде и хочется, и колется. А поскольку нравишься, то он считает, что ты достойна не просто быть для постельных утех. Поэтому с Ларой так решил тебя отвадить. Чтобы наверняка.

— Так я и так к нему не лезла, чтобы меня отваживать.

— Нет, ну ты не лезла, конечно. Но со стороны знаешь, как оно смотрелось… ты на него смотрела особенно в последнее время, так восторженно-восхищенно, внимала каждому слову, а уж как раскрывалась на сцене под его взглядом. Конечно, ему это нравилось. Кому не понравится? Вот чтобы не было соблазна, он и ограждает тебя от себя, на самом деле такого черствого, старого, продуманного, расчетливого, да еще и влюбленного в другую мужика.

Фыркнула.

— Ник, ты сказочник.

— Думай тогда сама, как хочешь, — обиделся Ник. — Чего теперь будешь делать-то? Ты же в новую для себя сферу ввязалась только ради него. Так и будешь себя насиловать? Тебя же трясет перед каждым выходом на сцену.

Поморщилась.

— Контракт уже подписан. Несколько лет уж переживу, но знаешь, я понемногу втягиваюсь. Страх, конечно, есть, но после того как настроюсь на нужную волну, он отступает, и тогда приходит удовольствие, адреналин, какой в обычной жизни не испытываешь.

— О, ну, значит, ты еще можешь втянуться. Не представляешь, какие эмоции можно получить, когда выступаешь перед многотысячным залом. Там такой заряд, что… у-ух. В такие моменты ты получаешь не просто адреналин — это настоящая эйфория.

С Ником сидеть в баре было хорошо, но настал момент, когда я вернулась домой, осталась одна, и все. Снова тоска, боль, грусть. Но и выпитое дало о себе знать. Быстро уснула, избавившись от неприятных чувств.

Утром написал Ник, предложил в выходные погулять, ответила осторожно, что может быть, хотя настроения сейчас никакого. Вообще хочется не на репетицию ехать, а зарыться в одеяло и тихонько страдать. Даже не из-за Ярослава, а от собственной дурости и глупых чувств, которые не так-то просто из себя вытравить. Но все же собралась. И на репетицию поехала. Место новое, но лица все те же. Демонстративно сияющая Лара, которая сегодня особенно хороша и прекрасна. Да, я уже знаю это чувство, когда ты словно раскрываешься, только потому что тебе оказывает внимание и заботу один мужчина, умеющий вдохновлять и заставлять чувствовать себя лучшей.

Репетиция идет своим чередом, Лара блистает. Ник пытается меня растормошить, но тщетно. В какой-то момент еще и споткнулась, больно упав на коленку. Поскорее встала, не показав боли. Пусть лучше посмеются, чем жалеют. Настроение скатилось ниже некуда.

— Всем здравствуйте!

В зале появился антрепренер. Сверкая белозубой улыбкой, Макс оглядел всех веселым взглядом.

— Прошу прощения, что не удалось прийти раньше и что прерываю. Я владелец этого театра. Макс Орлов. Ярослав разрешил мне прийти и посмотреть вашу репетицию. Надеюсь, никто не будет против, если я поприсутствую?

Никто ничего против не сказал. Видимо, помня свою прошлую не слишком удачную попытку очаровать Орлова, Лара воодушевилась, можно сказать, расправила грудь и прямо-таки хорошо играет. У нас в мюзикле злая фея хоть и злая, но не старая, такая в самом расцвете лет и сил. И короля соблазняет, и придворных очаровывает, и принца ловит, на цепь сажает, и как давай охмурять.

Глава 84

Режиссер, кажется, доволен. Под улыбчивым взглядом Орлова все стараются не меньше, чем если бы в зале присутствовал Ярослав. Кажется, только мы с Ником не особо блистаем, несмотря на попытки собраться. Все же прошлая ночь в баре сказывается.

Когда репетиция окончена, режиссер строго просит Ника подойти на разговор, видимо, выговор делать будет, а я, воспользовавшись суматохой, спешу уйти. Многие отправились пообщаться с Орловом, что тоже хорошо. Уеду без компании, вернусь домой, буду смотреть сериалы… исключительно в профессиональных целях, чтобы оценить игру актеров.

Я уже вышла из театра, когда меня неожиданно нагнал охранник и попросил задержаться на пару минут. Спрашиваю, зачем — не говорит. Собираюсь уходить, и он прямо умоляет остаться. Не понимаю, что за цирк, но тут из дверей появляется запыхавшийся Макс, который благодарно кивает охраннику.

— Фух. Успел. Саша, здравствуй. Так по тебе соскучился, захотел пообщаться. Но в театре нельзя.

Макс воровато оглянулся и с хитрой улыбкой приглашающе протянул мне руку.

— Бежим, пока твои коллеги не вышли. Здесь моя машина близко. Согласна?

— Секунду. Почему в театре нельзя? Что за секретность?

И это притом, что после того первого и последнего свидания Орлов резко пропал. Я думала, просто ему свидание не понравилось, вот и оборвал контакт.

— Объясню, если поедем где-нибудь поужинаем.

Ну ла-адно. Смотрю на Макса подозрительно, но руку принимаю. Он тут же увлекает меня к своей машине, действительно стоящей неподалеку от входа. Только мы садимся и трогаемся с места, как из театра выходят большой компанией многие знакомые артисты. Вовремя уехали.

— Так в чем дело? — требовательно спрашиваю у Макса.

— Скажу, но хочу уточнить перед этим — ты почему сегодня такая грустная была на репетиции?

О, неужели так заметно?

— Не грустная. Просто устала.

— Эта усталость как-то связана с горячими слухами о том, что Ярослав начал встречаться с Ларой Роял? Они просто вчера были на одной светской тусовке и обнимались довольно откровенно.

Вот я только более-менее успокоилась и приглушила чувства. И снова как ножом по сердцу. Отвернулась, сделав вид, что увлеклась видом за окном. Какое Орлову вообще дело?

— Нет, — тихо ответила я.

— Понятно.

— Что понятно?

— Да так. Насчет твоего вопроса — нам пока лучше скрывать общение, хотя бы до старта мюзикла. Чтобы у тебя не было никаких проблем.

— Какие у меня могут быть из-за этого проблемы?

— Ярослав может обидеться. Он все же не просто так купил мое обещание с тобой больше не общаться.

— Что-о? — резко обернулась к Максу. Зачем? Почему?.. Как посмел?!

— Да, вот так вот. Ярослав объяснил это тем, что у него на тебя планы, ты его протеже и вообще руки прочь от его игрушек. Но при этом он захотел оставить это свое желание в тайне и за мою лояльность предложил весьма выгодные условия нашего будущего сотрудничества.

В полном шоке смотрю на Макса.

— Я что, вещь, чтобы так…

— Это скорее вопросы к Ярославу, но, как я уже сказал, лучше после старта мюзикла. Я согласился, но договор был устный, а человек я беспринципный, свое от сделки уже получил, поэтому хочу и буду с тобой общаться. А ты уже сама решай, хочешь ты с таким поганцем, как я, дальше общаться или нет. Если захочешь — я весь твой. Говори, чего желаешь. За мной должок.

— Останови машину, — гневно сузив глаза, зло цежу я.

— Саша. Спокойно. Не воспринимай это…

— Еще одно слово. И я ударю.

— Бей.

Мазохист на мою голову.

— Я ударю. Но ударю так, что ты можешь потерять управление. Останови.

— Резонно.

Макс припарковался.

— Вот теперь бей.

Попытка открыть дверь ничего не дала.

— Открой дверь.

— Сначала ударь. И прости.

Достаю из сумки перцовый баллончик. Демонстрирую Максу, но так, чтобы, если попытается отнять, я все равно успела нажать кнопку. В любом случае, выйдем из машины, чтобы не дышать перцем.

— Считаю до трех. Р-раз…

Макс молча открывает двери. Выхожу. Иду. Не знаю, куда. Не могу так быстро сориентироваться. Просто вперед.

— Саша. Сашенька. Сашуля. Александра! Ну прости дурака, а? Саш, я больше так не буду. Честное слово. Саша, ты восхитительна, ты знаешь, что твой голос — это нечто? Саша, я люблю тебя!

Гр-р. Сворачиваю в первую попавшуюся подворотню, чтобы уйти от преследования. Но не тут-то было. Слышу, как глухо стукает, закрываясь, дверь, а вскоре меня нагоняет Макс. Идет на безопасном расстоянии (для атаки перцового газа), но все равно поблизости.

— Саш, ну я хоть и соглашался, все равно знал, что не навсегда. Ничего не сказал бы, только если бы вы с Ярославом встречались. Честное слово, я так больше не поступлю.

— Твоему слову нельзя верить.

— Так давай задокументируем. Чтобы ты была во мне уверена.

— Макс, ты с ума сошел? Какие документы?

Ускоряю шаг.

— Брачный договор, например. Согласно которому, если я когда-нибудь тебя обману или предам, все мое имущество отойдет тебе. Мы его подписываем, и, чтобы договор действовал, ты выходишь за меня замуж.

Остановилась.

— Макс, вот мне сейчас еще только замуж на спор выходить не хватало. У нас была всего одна личная встреча, и то ты меня, по сути, за время встречи, не имея на это никаких прав, продал. Мне не нужны ни ты, ни твои деньги, подавись ими. Будешь меня преследовать, и я позвоню Ярославу и…

— Нажалуешься на меня, все расскажешь? Поверь, мне это не страшно.

— …И выйду за него замуж. Чисто принципиально.

Такого поворота Макс не ожидал. Лицо его вытянулось, брови удивленно взлетели вверх. Нет, Слава, конечно, на мне не женится, да я бы и не стала ему это предлагать, но Орлов точно не знает характер моих отношений с продюсером, до конца не уверен, блефую я или нет.

Ухожу. И Макс за мной не идет. Хорошо. Но чувствую, это еще не конец. Все же не думаю, что такие люди, как Орлов, будут вот так запросто признаваться в чувствах и швырять к ногам состояние и предложения о замужестве.

Когда идти по городу непонятно куда и непонятно зачем устала, а прошла я, по ощущениям, не меньше десяти километров, вызвала такси. Уже спустя минут сорок неожиданно для себя и родителей нагрянула в родной дом. Отчим с мамой оказались дома. Вопреки опасениям, мне очень обрадовались, не задали ни одного лишнего вопроса, из разряда чего это я вдруг, что случилось и прочих каверзных. Мама обняла, папа разулыбался.

— Ох, как ты вовремя, Саша, я как раз мангал подготовил, сейчас шашлык буду делать.

Сегодня с родными оказалось необыкновенно хорошо. Все старые обиды и недопонимание ушли на второй план. Проблемы теперь кажутся смешными. Не повышали, недооценивали, зарплату не увеличивали и, о боже, жениха симпатичного нормального нашли. Вот прямо беда.

Я теперь, кажется, понимаю, чего так боялась мама, отпуская меня во взрослую, самостоятельную и одинокую жизнь. Не фактических проблем в виде потопа или разбитой дверцы душа. Это далеко не самое страшное. Ты остаешься наедине сам с собой. Больше некого обвинить в том, что ты живешь не так, как тебе хотелось бы. Каждое решение, которое ты принимаешь, только твое, и тебе с этим жить.

Но как бы там ни было, а в старый дом, обратно под родительскую опеку, я уже не вернусь. Оперилась, встала на крыло и лечу. Пусть порой лететь и не просто, страшно, тяжело, но все же это именно полет.

— А я теперь пою. И даже, кажется, стала актрисой. У меня одна из главных ролей в мюзикле, — поделилась я новостью. До этого как-то не хотелось, а теперь готова.

— Да ты что?! — удивились родители. Множество расспросов, похвалы и опять совершенно никакого негатива. Пообещала родителям билеты на премьеру, на первый ряд.

Поделился новостью и папа.

— А я Леню уволил.

— Ого! Почему?

— Ты представляешь, подворовывал. Причем по мелочи всякую ерунду. Но это так, формальный повод. Ты как уволилась, я стал просить Леню больше делать, причем его же обязанности, да еще ведь за это в перспективе ему повышение маячило. А он такая ленивая жо…

— Жора! — повысила тон мам.

— В общем, ленивый очень. Что мог, пытался на других спихивать. Ну ладно, спихнул, это все потенциальные начальники любят делать, но ты хоть проверь, как работу сделали. Косяков за ним куча стала образовываться. Я так понимаю, все же документы ко мне раньше через тебя шли, и с ошибками до меня они не доходили, либо ты переделывала, либо отдавала на исправление. А я всего этого не замечал. Ты уж извини меня, Саш. Я тебе в последние дни не звонил. Но мне уже просто стыдно стало. Ты молодец. Умная, хорошая, добрая, трудолюбивая девочка.

Пересела к отчиму и крепко его обняла, а он меня в ответ. Заметила, как мама тайком утирает слезы, и сама чуть не расплакалась.

Глава 85

Уехала от родителей поздно. Не хотели пускать на ночь глядя, но нет. Все же я уже привыкла к своему новому дому.

С утра позвонил Ник. У нас сегодня выходной, позвал кататься на велосипедах, и я согласилась. Просто потому что страдать и чувствовать себя несчастной в мои планы не входит. Время провели отлично. Полдня в парке, на свежем воздухе. Скорость, физическая нагрузка, веселая болтовня ни о чем. Когда Ник не вредничает, он все же очень классный.

Вернулась домой. Надо бы убраться, приготовить какую-то еду, но нет ни сил, ни желания. Вообще устала. Вымоталась и физически и морально. Упала на кровать и проспала аж до следующего утра.

Проснувшись, осознала одну вещь. Ни одного звонка от Ярослава с момента моего отказа. А ведь раньше мы постоянно созванивались и встречались. Работа, работа, работа. Все, работа закончилась, толком не успев начаться? Неожиданно даже для собой себя взялась за ручку и написала песню. Прямо в лёт. Про то, что любовь беспощадна. Песня злая, но такая задорная. У меня даже в голове зазвучала подходящая под нее мелодия.

Вот, что некоторые продюсеры могут с психикой сделать. Песни писать начала. Ярославу ее не покажу, потом, может, когда-нибудь. И ведь что интересно — написала песню и словно выговорилась. Прямо отпустило. Вот так поработаю с продюсером четыре года, целый сборник будет готов.

На следующий день новая репетиция — на нее опять приходит Орлов и сидит, якобы любопытствует, беседы с режиссером ведет, советы раздает, с меня глаз не спускает. Предусмотрительно ухожу в компании Ника, а вернувшись домой, жду. На сегодняшний вечер в расписании стоит посещение светского мероприятия с Ярославом. Интересно, как Левин будет вести себя во время встречи?

Звонок на телефон с неизвестного номера. Отвечаю, и юный девичий голосок сообщает мне, что Ярослав Леонидович отменил мое сегодняшнее участие в мероприятии и вообще дает мне возможность отдохнуть до старта мюзикла, и поэтому вообще все запланированные раньше встречи отменяются. Остается только учеба и репетиции. А звонит мне, между прочим, новая личная помощница Ярослава.

Да что же такое творится?! Со злостью запустила телефон в ближайшую стену, а он, гад, отскочил, и прямо мне в глаз. Побежала прикладывать лед. Но мне сейчас не до глаза. Врун несчастный! «Не впадете в немилость». Ага! Три раза.

Мечусь по квартире туда-сюда с приложенным к глазу куском мяса из морозилки. Поскольку квартира маленькая, метаться выходит так себе. Шаг туда, шаг сюда и обратно. Нет, я все-таки позвоню ему и все выскажу! Собственно, звоню, а у Ярослава отключен телефон. Словно специально. Не помню, чтобы когда-нибудь раньше продюсер был не на связи.

Застыла. Все. Надо выдохнуть. Пусть катится куда подальше. А у меня свободный вечер. Почему бы не провести его приятно. Вот только с кем? Хочу обязательно с кем-то. Но выбор, если так подумать, небольшой. Леня — давно нет, Макс — ни за что, Ник — тоже нет, общаться в дружеском ключе с ним хорошо, но вот что-то более серьезное — вряд ли. Мои нервы этого не выдержат.

О! Подскочила к тумбочке и вывалила из ящика ворох квитанций и листочков с записками. Нашла! Рисунок себя и номер на обороте. Егор. Зная себя, ни за что бы раньше не позвонила. Но сейчас у меня состояние аффекта, поэтому торопливо, пока не передумала и разум не преобладал над эмоциями, набираю номер художника на телефоне. Егор ответил сразу, первый гудок еще не успел пройти.

— Алло.

Вот тут накатили привычные робость и смущение, тяжестью повиснув на груди.

— Егор? Здравствуйте. Это… — трусишка Саша, и она сейчас сбросит вызов.

— Саша! — обрадовался голос, не дав мне договорить. — Я так надеялся, что вы позвоните.

Мы проболтали с Егором не меньше получаса, он пригласил меня в кафе, я согласилась. Сказал, что заедет минут через сорок. Настроения именно на свидание нет, но и не в джинсах же идти. Надеваю летний легкий сарафан, босоножки на танкетке. Ветровку с собой, ведь вечерами уже становится прохладно. Осталось только причесаться и сделать легкий макияж. Подхожу к зеркалу в ванной и… захотелось грязно ругаться. Под глазом красное пятно от удара телефона и от приложенного ранее холода. Завтра точно будет фингал и интрига среди коллег. Но и сейчас хорошего мало. Кое-как закрасила красоту. Возьму с собой очки солнцезащитные. Такие, которые почти и не темные. Хотя от внимательного художника наверняка не скроешь такие огрехи.

Егор прибыл вовремя, на темно-синей спортивной машине с низкой посадкой. Прямо скажем, неожиданно. Все прошло чудесно. Мне очень понравились нежно-голубые цветы, которые подарил мне Егор, и кафе, оказавшееся невероятно уютным и атмосферным. И сама компания художника, с которым нашлось невероятно много тем для беседы. Веселый, остроумный, приятный, обходительный. А главное, никаких мыслей о Ярославе. Нет-нет. Даже сейчас не думаю.

Пришлось все же сознаться про удар под глазом — Егор заметил. А надо сознаться не столько в ударе, сколько в своей иногда накатывающей рассеянности и неуклюжести. Егор посмеялся, признавшись, что рассеянность — и его черта, но у него она выражается в том, что он часто уходит в свои мысли и может не замечать ничего не вокруг.

Домой как-то не очень хотелось. И мы просидели с художником в кафе до полуночи, а потом… нет, не по домам. Отправились гулять по ночному городу. Неожиданно вышли на знакомый мне мост. Оперлась на перила и с интересом новым взглядом смотрю на город и воду. Егор встал рядом, приобнял за талию и зашептал на ушко теплые, приятные слова. Атмосфера города такая, что хочется петь, влюбляться, гулять, обниматься, и с Егором это здорово все сочетается, но вот на миг все равно представила, что рядом стоит Ярослав, и стало так бесконечно тоскливо. Вскинула голову, взглянув в глаза Егору.

— Устала.

Художник понятливо кивнул.

— Вернемся к машине.

Все же рано мне искать новую любовь. Надо как-то переболеть старую. Обманывать Егора не хочется. Для чувств я не открыта.

Егор отвез меня домой. Поцелуй в щеку. И все. Хотя нет. Не все. Лукаво улыбаясь, мой кавалер предложил завтра вечером встретиться вновь. Сходить на выставку. Не его работ. Его новая выставка будет только через месяц открыта.

Согласилась. В конце концов, вечера у меня теперь свободны, а несколько встреч с Егором ведь ни к чему серьезному не обяжет ни меня, ни его. Но вдруг я все же смогу переключиться.

Проснувшись утром, поняла, что я безбожно проспала. Почему-то не зазвонил будильник на телефоне, я сама не проснулась, поскольку легла под утро, а звонки стояли на беззвучном. За утро семь раз звонил режиссер, пять раз Ник. И. Внимание! Один раз Ярослав. Собираюсь со скоростью света, хватаю кусок хлеба, держа его зубами, набираю режиссеру и одновременно завязываю шнурки на кроссовках. Когда со шнурками справилась, ответил и режиссер.

— Здравствуйте, извините, я бегу на репетицию! — торопливо говорю я в телефон, пережевывая хлеб, резко распахиваю входную дверь и… от неожиданности роняю телефон. Благо, хлеб успела проглотить. На пороге стоит Ярослав собственной персоной с занесенной для звонка рукой.

Глава 86

Я в шоке смотрю на продюсера. Хочется его потыкать, чтобы проверить, может, мерещится мне. А может, я вообще сплю?

— Ярослав Леонидович? — осторожно произношу я. — А что вы тут делаете?

— Вы не появились на репетиции и не отвечали на телефонные звонки.

— Ну… да.

— Почему?

— Проспала.

Ярослав подозрительно оглядел меня с ног до головы. Остановил взгляд на лице.

— Что с вашим глазом?

Потрогала свой глаз. Болит. Не успела даже в зеркало посмотреть, проверить, что там с ним. А надо бы, наверное, закрасить.

— Подралась.

— С кем?

С Ларой, блин.

— Извините, шучу. Несчастный случай. Вы ведь знаете, у меня такое бывает. И я тороплюсь на репетицию, — последнюю фразу произношу с намеком, мол, посторонитесь, Ярослав Леонидович.

Левин как стоял в проеме, загораживая своей мощной фигурой проход, так и стоит.

— У вас все в порядке?

Задумчиво-изучающий взгляд переместился с моего лица мне за спину. Моя небольшая квартирка полностью просматривается.

— Да. Почему у меня должно быть что-то не в порядке?

Взгляд Ярослава останавливается на чем-то за моей спиной, глаза нехорошо сужаются, и вот уже взгляд подозрительно-колючий, опасный. Что же там такое Левин увидел?

— Какие у вас цветы симпатичные. Кто подарил?

А? Обернулась, проверяя.

— О, вы о тех потрясающих голубеньких нежных цветах? Это мой молодой человек подарил. А что?

Ярослав склонил голову на бок и теперь оценивающе, словно впервые видит, разглядывает меня.

— Когда это вы успели молодого человека завести?

Сразу в голову почему-то лезут мысли про «свято место» и «дурное дело», которое не хитрое.

— Недавно. Вы не против, если я все-таки выйду?

— Вам уже нет смысла ехать не репетицию. Приедете к ее окончанию.

— Вы так считаете?

Вспомнила про оброненный телефон и присела, чтобы его поднять. Бедный, в последнее время ему от меня сильно достается, но ничего, живой. Самое интересное, что вызов до сих пор не сброшен. Кажется, кто-то подслушивает.

— Алло… — говорю я в трубку.

— Можете не приходить сегодня, — отрывисто произнес режиссер и отключился.

М-да.

— Все. Я не еду. Можно еще поспать. Спасибо вам, Ярослав Леонидович, за ваше беспокойство, но у меня, как видите, все в порядке.

С намеком смотрю на Левина. Мол, ну что стоишь?

— До свидания, Александра, — процедил Ярослав и сам закрыл дверь. С той стороны. Все бы ничего, но сделал он это с такой силой, что громыхнуло так конкретно, а на меня с потолка посыпалась свежая штукатурка.

Выждала какое-то время, а потом села на пол. На полу лучше думается. Что это такое вообще? То предлагает поехать к нему и переспать, да еще в такой форме, словно это я навязывалась, а он не особо хотел, а получив отказ, демонстративно начинает отношения с Ларой. А этот поступок с Максом? Можно объяснить тем, что Ярослав «хотел» меня к себе в качестве певицы, я на тот момент еще не подписала договор, и антрепренер меня мог увести как в личном, так и в профессиональном плане. Далее. Продюсер отключает телефон, отказывается от встреч, но в итоге заявляется сюда — хотя с последним я хотя бы догадываюсь почему. Ярослав мог подумать, что я опять в душе поскользнулась, только с более серьезными последствиями. Беспокоится о своих вложениях. Однако хлопанье дверью ни к одной из теорий не подходит.

День в целом прошел спокойно, вечером съездили с Егором на выставку, попозировала немного своему художнику в ресторане, получив за это в подарок новый и куда более проработанный набросок. Так хорошо для поднятия самооценки встречаться с художником. Кажется, он видит во мне то, что я сама в зеркале разглядеть не могу.

Прихожу поздно ночью домой, перед сном проверяю почту, и надо же, в почтовом ящике письмо от новой помощницы Ярослава с моим обновленным расписанием. Да, светских мероприятий, где я была бы рядом с продюсером, в расписании больше нет, зато прибавилось занятий и тренировок. Такое мощное расписание, что и не продохнуть толком. Это же я домой буду приходить как выжатый лимон.

Зачем так усиливать нагрузку, не представляю, но, в принципе, хорошо. Что действительно отвлекает от всякой ерунды в виде ненужных никому чувств — это труд. Особенно с учетом того, что у меня неожиданно появилась новая цель. Лара. На репетициях она прямо из платья вылезает, лишь бы быть ярче всех, и пока ей это действительно удается. Ник говорил, что Ярославу нравятся яркие и талантливые. Возможно, Левин сравнил на сцене меня и Лару в пользу последней и решил, что она куда перспективнее. Будет трудно, но хочу попробовать все же выйти из ее тени. Внешне я все равно по яркости проигрываю, тут уже только смириться, но можно ведь попробовать взять другим. Актерской игрой, искренностью исполнения, грациозностью, харизмой, в конце концов. У Лары образ королевы. А мне нужно попробовать стать хотя бы принцессой. Вот чисто принципиально хочется.

Дни полетели с невероятной быстротой. Из-за усиленного графика на встречи с Егором совсем не осталось времени, но, может, это и к лучшему. Я теперь даже занятия по балету посещаю. Принцессы ведь должны быть очень грациозными, с летящей походкой. Чтобы окончательно войти в роль, ночами изучаю этикет, тренирую осанку — дома постоянно с книгой на голове хожу.

С Ярославом было еще несколько встреч, но все строго по делу, а из общения ушла прежняя теплота и легкая шутливость. Теперь я исключительно Александра. Но я не буду переживать. Нельзя отвлекаться, нельзя поддаваться эмоциям.

Макс приходит на каждую репетицию. Узнал мой адрес, присылает курьером цветы. Наверное, скоро придется искать новую квартиру, потому что сейчас уже негде стало их хранить, а выбрасывать — рука не поднимается. Свежие, пышные букеты. Хотя и не голубенькие. Вот если встречаюсь с Егором, то его цветы всегда особенные. Не пафосные, а именно такие… интересные, оригинальные, душевные. Егор вообще очень хороший.

И вот он. Я дожила до этого дня. День премьеры. Я знаю, что реклама мюзикла была наимощнейшая. Ярослав влил огромное количество денег лишь для того, чтобы вся страна узнала про его проект. Билеты все раскуплены задолго до премьеры.

Вокруг за кулисами царит тревожно-веселая суматоха, а я отошла в самый дальний угол, стою и пытаюсь дышать. Получается не всегда. Я не выйду. Все зря. Паника полностью захватывает тело. Это будет мой самый большой в жизни позор.

Глава 87

От пучины переживаний и самоунижения меня отвлек хорошо знакомый голос.

— Саша, спокойно.

Совершенно неожиданно Ярослав, а это именно он, обнял меня за плечи и прижал к себе. Уткнулась носом в пиджак продюсера. Я сейчас в таком состоянии, что не то что сделать — слова лишнего произнести не могу. Ярослав осторожно гладит меня по спине.

— Ты все сможешь. Ты замечательная. Ты талантливая, красивая, добрая, милая, обворожительная, нежная, неповторимая. Ты покоришь всех. Слышишь? Ничего не бойся. Ты очень много репетировала, работала над своими страхами, тренировалась. Ты великолепно знаешь текст, свою роль играешь просто потрясающе.

Угу, конечно. Будь все так, как говорит Левин, он бы… хотя бы не вел себя так, как ведет в последнее время. Не дотягиваю я до его настоящей великой любви. А слова, которые он мне сейчас говорит, он сейчас пойдет и наверняка повторит Ларе. Это его работа. Я что-то так разозлилась, что даже бояться перестала. Оттолкнула от себя Ярослава и отступила от него на шаг. Гордо подняла подбородок и спокойно, даже чуть с прохладцей произнесла:

— Спасибо, но я все это и так знаю.

Все. Для меня это было мое личное посвящение в актрисы. Я вжилась в роль принцессы. В глазах Ярослава заметила веселый блеск.

— Я рад. Хорошего вечера.

Продюсер ушел, и только тогда я смогла устало опустить плечи.

Перед самым выходом на сцену страх вернулся ко мне с новой силой, но я заметила, что многие стоящие рядом со мной люди тоже волнуются. Кто-то меньше, кто-то больше, а ведь среди них не только новички, но и завсегдатаи сцены.

Самым трудным оказалось сделать первый шаг под свет софитов. Стою и не могу сдвинуться с места. Там, на сцене, нельзя ничего бояться, но я не могу, просто не могу. За меня первый шаг сделал Ник, когда заметил, что я торможу, пропуская нужный момент выхода. Момент в играющей мелодии, когда я должна появиться.

— Вперед и с песней, Кэсс! — с этими словами Денжер пнул меня. Реально пнул по мягкому месту, да еще чувствительно так.

Вылетела на сцену, словно пробка от шампанского. Хотя должна была выйти плавно. Зато в нужный момент, благодаря ускорению, добралась до точки на сцене, где должна стоять, и тут же запела. Успела все вовремя. Такой адреналин. О страхе сцены забываешь из-за страха сделать что-то не так.

Мамочки! Я стою и пою перед целым залом! Как я до жизни такой докатилась?! Мой взгляд мечется по залу в поисках якоря. Люди, люди. Никого толком и не видно, но я знаю. Все смотрят на меня. Оценивают. Взгляд метнулся вверх. И все. Нашла. Не хочу этого, но не могу оторвать взгляд от Ярослава. Он сидит рядом с Максом на том же месте, что и в первое свое посещение театра. Лица не вижу, но я все равно знаю, что это он. Возможно, даже просто чувствую. Злюсь сама на себя за эту слабость, но потом успокаиваюсь. Ладно. Это просто мой якорь и ничего больше. Я пользуюсь профессиональными услугами своего продюсера, назначив его своим якорем.

Дальше спектакль идет своим чередом, актеры блистают, даже не играя, проживая на сцене пусть и недолгие, но настоящие жизни. Хотя и не без неожиданностей и сюрпризов. Из тех, что коснулись лично меня — Лара так вжилась в роль злой феи, что в какой-то момент сделала мне коварную банальную подножку. Я споткнулась, но, к счастью, не упала. Мне было как-то не до Лары, поэтому я продолжила выступать, но для себя сделала пометку быть настороже. Но не там я ждала подвоха.

Одна из ключевых финальных сцен. Преобразившийся из беловолосого Ника Денжера в прекрасного принца, собственно, Ник наклоняется над моим ложем, где я мирно себе сплю. Ничего неожиданного быть не должно. Сейчас принц поцелует меня миллионный раз отработанным сценическим поцелуем. Но нет. Пусть Ник и изменился внешне, выглядя классически, но это не изменило его бесячью натуру.

— Ну, наконец-то. Дождался, — радостно прошептал Ник прямо мне в губы и впился в них самым настоящим поцелуем.

Ах он… кобелина! Нет. Козлина. На несколько мгновений застыла, придумывая за столь короткий срок множество сочных эпитетов. Денжер, видимо, воспринял мое застывшее состояние как поощрение или намек, что спящую красавицу надо бы будить активнее, и усилил напор. В зале радостно захлопали, став выкрикивать принцу слова поддержки. Кошмар!

Распахнула глаза. Показывая, что принцесса-то проснулась, хватит. Ник не перестает. В зале уже свистят. Ну, все! Забыв о том, что надо играть роль, что здесь премьера, много вложенных в постановку денег, со всей возможной силой влепила Денжеру звонкую пощечину и оттолкнула от себя. Ник отступает.

— Иди-ка сюда, п… принц, — разъяренно произношу я, стягивая с ноги туфельку. Ник отступает еще быстрее.

— Я же будил! Старался, чтобы качественно.

Запускаю туфельку в Ника. Состояние аффекта придает мне точности и силы. Туфелька попадает в Ника. Принц скрывается со сцены. В зале и на сцене наступает полнейшая тишина. Зрители смотрят на меня, я на зрителей. Что делать, не знаю. Все не по сценарию. Принц не должен был сбегать от красавицы. Сейчас мы должны вдвоем петь песню любви. Свесила ноги с алтаря. Гордо тряхнула волосами, задрала подбородок повыше и…

— Да как смел он? Я приличная принцесса. Только после свадьбы.

Зал взорвался смехом и аплодисментами. Овации не смолкали долго. Я сижу, не знаю, что мне делать. То ли уходить, то ли все-таки дождаться принца на финальную песню. Но вот Ник выходит из-за кулис с большим букетом цветов, встает передо мной на одно колено, протягивает цветы. А я уже как-то так вошла во вкус импровизации. Цветы отталкиваю. Он мне опять их под нос сует. Я ни в какую. Отворачиваюсь. Принцесса обиделась.

— Слышь, коза упрямая, — сквозь улыбку цедит Ник. — Букет бери уже.

— Сейчас этот букет в тебя полетит, — шепчу я и одновременно все же дарю принцу свою благосклонную прощающую улыбку. Могу и не шептать, все равно ничего не слышно. Зал громко аплодирует.

Принимаю букет, взвешиваю в руках, прицеливаюсь. Принц торопливо начинает петь свою финальную песню о любви. Включается музыка. Подхватываю песню. На сцену начинают выходить «проснувшиеся» актеры. Дальше уже было без неожиданностей. Быстрое переодевание, красивая мини-свадьба, поклоны, аплодисменты, гора цветов.

Все. Я сделала это. Самой не верится.

Глава 88

После спектакля едва успеваю пересечься с фонтанирующими восторгом родителями. Папа с мамой заберут все цветы к себе домой, потому что их мне надарили столько, что в мое жилище попросту не поместятся, а завтра приеду к ним и заберу понравившиеся букеты. Ну и побуду на празднике в мою же честь. Отчим наприглашал друзей и соседей, дабы похвастать и отметить мой дебют. На спектакле ведь была еще куча папиных коллег и друзей, так что начнут отмечать уже сегодня.

Все. Кроме родителей за кулисы никого не пустили. Сказали, что со своими родственниками, друзьями, возлюбленными и знакомыми общаться можно и за стенами театра. И так сейчас слишком много народа.

Меня и коллег зовут в зал, где уже устроено нечто вроде вечеринки для журналистов. Помимо самих журналистов и актеров тут и те, кто работал над мюзиклом, и просто приглашенные вип-персоны.

Когда поток журналистов вокруг меня схлынул, отошла к окну и устало обозреваю зал. Сегодня для меня просто рекорд по общению и встречам с новыми людьми. Жутко выдохлась и устала. Нет. Играть в спектакле оказалось просто потрясающе, но потребовало слишком много душевных сил, а сейчас все только продолжается. Скорее бы домой.

Взглядом нашла продюсера. Он все еще в окружении журналистов. Стоит, приобнимая Лару за талию. Довольный такой. Вспышки камер то и дело мелькают, радостно фиксируя для будущих зрителей внешне просто идеальную пару. Титан со своей королевой. К усталости прибавилась еще и тоска. Вот зачем это все, а?

Закрывая обзор на Ярослава, передо мной встал Макс Орлов.

— Поздравляю с дебютом, — бодро произнес Макс, сверля меня взглядом. — Большой шаг.

— Спасибо, — устало отозвалась я.

Орлов сделал шаг ко мне.

— Саша, а давай с тобой…

— Поздравляю, поздравляю, поздравляю!

Ко мне и Максу подлетел счастливый пьяный режиссер, то ли держащий, то ли опирающийся на Ника. — Это было восхитительно, чудесно, невероятно! Вы молодцы. Все молодцы. Лучше спектакля я еще не видел.

Режиссер продолжает разливаться соловьем, и к нашей компании начинают подтягиваться люди. Все же трудно остаться в тишине и спокойствии на таком мероприятии. Ну ничего. Еще немного потерпеть. Напряглась, когда к нашей уже большой компании подошли Ярослав и Лара. Режиссер на эмоциях бросился теперь обнимать продюсера.

— Ну какой ход, а? Какой финт! Я сначала так испугался, что чуть не умер. Думал, все, конец карьере, — счастливо вещает режиссер и теперь треплет Ника за плечо. — Эх, молодежь! Завтра, чувствую, седой проснусь с такими-то нервами.

— Да. Момент был опасный в конце с поцелуем, — Левин окидывает Денжера тяжелым суровым взглядом. Ник взгляда демонстративно не замечает.

— Но ход гениальный! — продолжает режиссер мысль. — Я думаю, можно оставить и так дальше постоянно играть. Публика будет в восторге.

— Нет! — воскликнули одновременно Ярослав и Макс.

— А что, я не против, — довольным тоном, весело оглядев тех, кто кричал «нет», произнес Ник. — Мне все понравилось. С Кэсс целоваться одно удовольствие. Могу всю оставшуюся жизнь этим заниматься.

Теперь все смотрят на меня. У меня краснеют щеки и даже уши. Не против он. Шутник фигов. Макс теперь смотрит на меня так, словно хочет съесть, а на Ника убийственно. На месте Денжера я бы начала ходить в бронежилете. Режиссер вновь завел песню о том, каким все-таки классным вышел спектакль, и я, пользуясь тем, что все на него вроде бы отвлеклись, украдкой сцедила зевок и проверила телефон.

— Устали, Александра?

Даже и не заметила, как Макс оказался так близко, но теперь он стоит рядом.

— Да. Все же премьера. Почти бессонная ночь. Волнение. Да и сейчас уже довольно поздно. Если меня Ярослав Леонидович отпустит, то я бы поехала домой.

— Давайте, я подвезу вас, — с готовностью предлагает Орлов.

Кхм. А почему так тихо вокруг? Оглядываюсь, а все, оказывается, молчат и смотрят на меня в ожидании моего ответа. Откуда такое любопытство и внимание? Ну, ладно журналист известный. Нику все всегда интересно. Лара слушает, потому что ей Макс всегда был интересен. Но какая разница, например, режиссеру?

— Спасибо, но меня есть, кому отвезти.

И вновь эта странная тишина.

— Кому? — интересуется Макс, с вызовом глядя на окружающих.

— Меня уже ждет мой молодой человек.

— Так. Что за молодой человек? Почему я о нем не знаю? — весело спрашивает Ник.

— Да, кто это? — хищно прищурившись, интересуется журналист. Ярослав смотрит выжидающе.

М-да. Неловко будет, если я сейчас назову имя Егора, а завтра об этом раструбят во всех газетах, ведь сам Егор хоть и ухаживает, но встречаемся мы довольно редко, ничего такого между нами не было. Вдруг обидится, что о том, что он мой молодой человек, узнает из новостей. Да и вообще, я думаю, лучше не стоит афишировать личную жизнь. Мило всем улыбнулась и отрицательно покачала головой.

— Пока не могу сказать.

— А когда сможете? — не унимается журналист.

— Когда уже будет невозможно молчать.

— Это когда?

— Я бы не хотела афишировать свою личную жизнь. Но вот свадьбу, к примеру, полагаю, скрыть бы не удалось.

Журналист улыбается и отрицательно качает головой.

— Нет, такую новость от нас действительно не скроешь. А ваш молодой человек не против того, что вы, будучи певицей и актрисой, наверняка почти постоянно заняты?

— Не против. Он и сам довольно занятой человек.

— Бизнесмен?

— Отчасти, — уклончиво говорю я. Жутко неудобно. Не привыкла давать интервью. Да еще и все слушают с таким интересом.

— А как он отнесся к поцелую, которым пробудил вас на сцене Ник Денжер?

— Скоро узнаю.

— Значит, ваш молодой человек был на премьере?

Журналист прицепился, как репей, и наше с ним общение было похоже на игру, где он старается выведать побольше. А я еще хотела, когда все разойдутся, незаметно уйти, но что-то никто не расходится, а Левин ничего не сказал по поводу того, можно ли уже уходить. Спрашивать опять при всех как-то неудобно.

Но вот вроде бы все начинают расходиться по другим компаниям, однако же Макс смотрит так, словно говорит, что фиг он отойдет и даст мне уехать с каким-то там молодым человеком. Сделала ход конем и ушла в женский туалет, а из него, заметив, что меня никто не караулит, перебежками, постоянно озираясь, на выход. А то ведь теперь еще и журналистов надо опасаться. Не важно, против Ярослав моего ухода или нет. Я считаю, что на сегодня заслужила отдых.

Спустя некоторое время в темноте выхожу к дороге. Подъезжает знакомый спортивный автомобиль, сажусь в него и прошу Егора:

— Поехали быстрее!

— Все, чего пожелает моя принцесса.

Авто с ревом срывается с места, за секунды набирая большую скорость.

Глава 89

Когда остановились на светофоре, Егор достал из-за спинки моего сидения букет цветов. Голубые. Как в первый раз.

— Не стал дарить там, потому что и без того много желающих было вручить тебе цветы.

— Спасибо! Да, с цветами на сцене был перебор. Не могла все удержать. Впервые так.

— Теперь надо будет привыкать, ведь ты играла и пела просто великолепно.

За обсуждениями спектакля невероятно быстро доехали до моего дома. Егору, конечно, поцелуй на сцене не понравился, но зато как я ответила — очень даже. Вызвала и гордость, и искреннее веселье.

Вздохнула. Не тороплюсь выходить из машины. Сон пропал, эмоции после премьеры все же берут верх. А ведь хотела остаться одна. Но теперь как представлю, что останусь наедине со своими мыслями, чувствами и разочарованием, становится страшно. Разочарованием не столько в выбранном пути, он как раз мне начинает нравиться, а в той цели, из-за которой я выбрала путь. Ведь получается, что это была ошибка. Я стала ярче, но это не помогло, наоборот, все стало только хуже в отношениях с Ярославом.

— Саша?

— Может… еще проедемся? Куда-нибудь.

— Конечно.

Больше Егор ни о чем не спрашивает и не предлагает. Мы приехали в тихий уютный ресторанчик и просидели там полночи. Когда вновь поехали домой, я незаметно для себя уснула в машине.

— Саша. Сашенька. Не хочу тебя будить, но, думаю, оно того стоит.

Открываю глаза и не могу понять, где я. Точнее, то, что я в машине Егора, заботливо укрытая его пиджаком, это я понимаю.

— М-м… а где мы?

Это не город, точно. Предрассветные сумерки. Проселочная дорога, вокруг деревья. Почему мы в лесу?

— Одно из моих любимых мест. Когда нужно вдохновение, я приезжаю сюда.

Егор трогается с места. Мы медленно едем по дороге. Поворот, выезжаем из-за деревьев и… Ахнула. Машина остановилась прямо на высоком обрыве. Внизу расстилается широкая водная гладь реки, а за ней огромное, кажущееся бескрайним поле, а из-за горизонта уже выглядывает солнце, освещая все первыми рассветными лучами. Это просто невероятно красиво! У меня дыхание перехватило.

Егор берет меня за руку, и какое-то время мы сидим в полной тишине, любуясь рассветом. В какой-то момент Егор сжимает мою руку чуть крепче, поворачиваюсь к нему и… да. Мы поцеловались! До последнего мгновения сомневалась, ведь как бы ни хотелось забыть свою глупую, никому не нужную влюбленность, все равно не выходит, но такой момент и Егор, такой замечательный и внимательный, не оставили мне шанса, чтобы отстраниться.

Домой к моим я приехала вместе с Егором, причем как с реальным, а не вымышленным молодым человеком. Кроме пропитанных нежностью осторожных поцелуев между нами ничего не было, и с родителями я бы Егора знакомить не стала, но оказалось, что он нас увез очень далеко от города. Путь обратно оказался долгий, несколько часов на машине, а мы по пути ещё останавливались, чтобы неспешно позавтракать в небольшом туристическом городке, ещё там и погулять успели, посмотреть достопримечательности. Так что когда уже подъезжали к городу, домой смысла ехать не было, поехали сразу к моим родителям то ли на обед, то ли на ранний ужин.

Родители удивились, ведь они-то уже были уверены, что я встречаюсь с Ярославом, но виду не подали. Папа, кажется, даже обрадовался, когда я представила Егора своим молодым человеком, а мама поначалу сморщила нос, но, узнав, что Егор известный художник, вроде бы смягчилась.

ЯРОСЛАВ

— Машина с певицей Кассандрой въехала в город, — докладывает голос начальника охраны по рации.

— Пусть ведут до тех пор, пока она не окажется дома, — говорю приказ, и Рома тут же повторяет его в рацию.

Устало прикрываю глаза. Тяжелыми выдались последние дни.

— Едем домой.

Рома послушно заводит машину и трогается с места. Он ничего не говорит, но даже по его тяжёлому сопению я понимаю, что он недоволен.

— У тебя какие-то вопросы ко мне, Ром?

— Зачем вам Лара? Она ведь сейчас у любовника, и вам об этом отлично известно. Неужели вам нравится спать с той, что еще и…

— Да не сплю я с ней. Нужна она мне очень.

— О.

Рома замолчал на какое-то время. Но потом снова спросил.

— А Саша?

— А что Саша?

— Мне показалось, она вам нравится. Такая милая, хорошая, талантливая девушка.

— Слишком милая и хорошая.

Рома кинул на меня удивленный взгляд в зеркало заднего вида.

— Так и хорошо ведь. Вы ведь тоже не плохой.

— Я не собираюсь портить ей жизнь. Александре нужен любящий ее молодой человек, с которым в будущем она построит семью.

— Вы еще от Насти не отошли, что ли?

— Рома, не отвлекайся от дороги, пожалуйста.

— Но ведь Фортуна ваша замужем уже, первенца они ждут. А вам чего ждать? Взяли бы себе хорошую девушку, да и… отвлеклись. Разве у вас нет никаких чувств к Саше? Зачем тогда за ней такая пристальная слежка? Чего вы злой такой уже какой час и постоянно уточняете, где Саша?

— Я вовсе не злой. Дел в последнее время было много, вот и все.

— Ну то есть Сашу вы спокойно отдаете?

— Ром, что ты пристал ко мне с Сашей?

— Интересно же. Отдаете?

— Нет, конечно. У Александры контракт. В ближайшие годы ей будет не до личной жизни.

Роман хмыкнул, но больше вопросов задавать не стал. Я закрыл глаза. Пока Саша не раскроется полностью, реализовав весь свой потенциал, пусть даже не мечтает о тишине, спокойствии и личной жизни. Пару дней на передышку ей, и все, работа, работа, работа.

АЛЕКСАНДРА

Домой удалось попасть еще очень нескоро. Родители не хотели отпускать. Но надо же все-таки было нормально поспать.

Дома, тем не менее, легла далеко не сразу. Залезла в интернет, чтобы узнать, что говорят о постановке, и поплыла. Гора хвалебных отзывов. Приятно так. Меня, Ника, Лару и Диму вообще назвали великолепной четверкой. Лара и Дима злодейски сексуальны, Ник — сама энергия и ураган позитива, а меня прозвали милой строптивой принцессой. Читаю про себя и не верю, сколько всего хорошего пишут. Обладаю, оказывается, шикарным голосом, от которого у людей мурашки по коже бегут. Хвалят сам спектакль. Говорят, получился живой, и особенно интересен тем, что в нет ни одного опытного профессионального актера. Только певцы, известные и не очень. Уснула с приятным радостным чувством на душе. Интересные все-таки деньки начались.

Утром меня разбудил звонок от Ярослава. Он попросил меня прибыть в продюсерский центр. Мюзикл хорошо стартовал, и на его волне мы сейчас будем выпускать одну за другой записанные песни. Сегодня начнутся съемки моего первого в жизни клипа. Сниматься буду вместе с Ником. Публика нас как пару хорошо восприняла. Продюсер хочет подогреть интерес общим клипом с намеком на романтические отношения между мной и Денжером. Да и клип будет в сказочном антураже и реквизитом из мюзикла.

В хорошем настроении собираюсь и выхожу из дома. Егор шлет в мессенджере приятные сообщения. Иду себе, улыбаюсь.

— Извините. Кассандра! Можно автограф?

Поднимаю взгляд вверх и с недоумением смотрю на группу молоденьких девушек, столпившихся у ворот продюсерского центра. Они подходят ко мне и берут в круг, протягивают мне постеры мюзикла. Ого. Достав из сумочки ручку, быстро ставлю свои скромные подписи, а пока ставлю, начинают еще подходить люди. Они и не знают, кто я, но девочки показывают им постеры, и меня опять просят дать автограф, уже на чем придется.

Из ворот продюсерского центра выходит хмурый охранник и оттесняет меня от неожиданно образовавшейся пусть и небольшой, но все-таки толпы.

— Вам бы охрану теперь. А еще либо на машине ездить, либо лицо чем-то прикрывать, — заметил охранник.

Глава 90

Дошла до кабинета продюсера. Познакомилась с новой помощницей Яной, она как-то не особо дружелюбно на меня смотрела. Хотя, может, показалось. Захожу непосредственно в кабинет.

— Саша, проходите. Сейчас, — говорит Ярослав, мельком бросив на меня взгляд, поскольку разговаривает с кем-то по телефону. Закончив разговор, Левин обратил на меня свой пристальный взор. — Так, Саша, мне сообщили, что было на проходной. С сегодняшнего дня вам выделяется машина и охрана.

— Эм. Мне кажется, все не настолько страшно было, чтобы вводить такие серьезные меры.

— Сейчас да. Но что будет завтра, послезавтра? Вы просто не знаете, что иногда могут творить некоторые фанаты. В перспективе жилье вам бы тоже надо поменять на более безопасное, но это пока ладно. По поводу расписания. Днем снимаем клип. Вечером у нас светское мероприятие, завтра днём клип и вечером мюзикл, так три дня подряд.

— А после?

— А после летим на пару дней к морю на фестиваль. И заодно там завершим съемки клипа.

— Ого.

Ярослав мне улыбнулся.

— Вы скоро привыкнете к такому темпу.

Не уверена.

— Кстати, не успел поздравить с дебютом. Вот.

Я вся подобралась, когда из ящика стола Ярослав достал небольшую бархатную коробочку и пододвинул ее в мою сторону.

— Что это? — с опаской смотрю на коробку.

— Премия в денежном эквиваленте скоро придет на ваш счет. А это на память.

Осторожно беру коробочку. У меня прямо ладони потеют и сердце быстрее бьется, когда ее открываю. Ух. Брошка. В виде цветка, лепестки которого усыпаны мелкими, кажется, драгоценными камнями белого и розового цветов, а листья — зеленые изумруды.

— Спасибо, но я не принимаю подарки в виде украшений от… не родных, — ставлю коробку обратно на стол.

Одного не пойму, почему брошка? Пусть красивая и дорогая.

— Печально, — с виду никак не задетый моим отказом Ярослав спокойно забирает коробочку и небрежно бросает ее обратно в ящик стола.

На меня накатывает запоздалое чувство сожаления. Все-таки подарок Ярослава. Память. О нем. Нет-нет. Ну какая память? Вот он, тут, передо мной. За четыре года еще надоест.

— Идемте тогда. — Ярослав поднимается с места. Иду. Всегда за вами… шеф.

Дни полетели с немыслимой быстротой. Дел стало еще больше, чем прежде. Но если раньше я была брошена продюсером на произвол судьбы, то теперь вновь его в моей жизни стало много. Очень много. И это после моего внутреннего волевого решения забыть о Ярославе. Забудешь тут. Левин постоянно рядом, вновь такой же заботливый, внимательный, дружелюбный, неизменно вежливый и всегда держит дистанцию этой вежливостью. Любовь не прошла и, наверное, не пройдет, пока объект воздыхания не исчезнет с горизонта, но я смирилась, приняла, и любовь эта во мне словно перешла в спящую стадию. Уже не больно.

Под руководством продюсера замечаю, как моя популярность в качестве певицы растет, причем как снежный ком. В соцсетях уже и фангруппу свою нашла. Точнее, они меня нашли, а на личные страницы столько людей повалило подписываться.

С Ником понравилось работать. Даже не столько работать, сколько наблюдать за тем, как он поет на сцене, полностью отдаваясь своему делу, наслаждаясь им. Сразу видно, что человек горит и получает удовольствие. А я вот до сих пор не могу справиться со своим страхом. Три с лишним месяца прошло, но каждый раз перед выходом на сцену паникую и трясусь, как в первый раз, и только оказавшись перед зрителями начинаю успокаиваться, ведь все уже, вышла, поздно бояться.

И чем лучше дела на профессиональном поприще, тем хуже с Егором. Видеться не получается практически. Егор обижается. Только мы соберемся встретиться, сразу какие-то дела появляются, а в другое время я либо в отъезде, либо так устала, что уже нет никаких сил — вот в такое время мы иногда все-таки видимся, и на этих встречах я буквально засыпаю. Но главное, мы все равно общаемся, постоянно переписываемся.

Сегодня холодно. Серые свинцовые тучи затянули небо. Уже несколько дней обильно идет снег. Дорожные службы не справляются. Сейчас бы домой, под теплое одеяло, пить кофе, смотреть сериалы, но нет. Первую половину дня снимали клип, а теперь большой компанией идем на пресс-конференцию. Идем, потому что из-за плохого состояния дорог встали в пробку. Могли простоять в ней несколько часов, в то время как до цели оставалось, в принципе, немного. Так что идем и уже немного опаздываем. Позади что-то ворчит Лара. Всю дорогу ворчит. Она меньше всех была готова к пешей прогулке. Высокие сапоги на шпильках, конечно, красивые, но скользят сильно и неудобные, а еще, кажется, Лара успела где-то сильно намочить и испачкать свою очень дорогую белую шубку. Дима так вжился в роль помощника злой феи, что спокойно слушает все ее причитания и говорит что-то успокаивающее. Найдя сочувствующего, Лара распаляется только сильнее. Надоела.

Я нашла в сумке наушники, включила музыку погромче, и серый промозглый день стал чуточку лучше. Шагаю в такт быстрой музыке, выбившись вперед среди нашей компании. Первой подхожу к переходу, жду, когда зажжется зеленый. Скоро уже будем на месте.

То, что произошло дальше, я даже не успела толком осознать. Толчок в спину, и я падаю на проезжую часть прямо под колеса едущих машин. Снег, грязная холодная лужа, пытаюсь быстро встать, поскальзываюсь, брызги, даже сквозь наушники слышимый громкий панический сигнал автомобиля.

Резкий рывок за воротник назад — и меня вытягивают назад на тротуар. Мимо, как раз по тому месту, где я только что была, проносится автомобиль, его дико заносит, видимо, из-за скользкой дороги и экстренного торможения, но без последствий. Неверяще смотрю на дорогу. Затем оглядываюсь. Позади меня прямо на земле сидит Ярослав, он, как и я только что, смотрит на дорогу. Его глаза стеклянные. Дрожащими руками вытаскиваю наушники из ушей. И меня оглушает визг Лары:

— Я что, по-вашему, дура, ее толкать? Мне делать больше нечего? Это Дима ее вообще толкнул!

— Я не толкал. Ты сама на меня навалилась и толкнула, а я Сашу случайно.

— Я поскользнулась! Да хватит на меня так смотреть!

Дослушать, что там еще кричит Лара, я не смогла.

— Так. Все, Саша. Это уже ни в какие ворота не лезет, — строго произнес Ярослав и вдруг притянул меня к себе и крепко обнял. — Это в какой раз я тебя спасаю? Хватит. Я ведь уже не юный прыткий принц, в следующий раз могу и не успеть. — А теперь Левин весело, даже озорно улыбнулся. — Как спасителя собираешься отблагодарить?

— А? — тупо произношу я. Еще до конца не отошла от произошедшего.

Вместо ответа Ярослав просто взял и поцеловал меня. Горячо, жадно, бешено. Не сразу осознала, что происходит, а осознав… я целуюсь с Ярославом! Прямо при всех! Пытаюсь оттолкнуть от себя Левина, не помогает, стучу по его плечам, опять не помогает. Где-то на фоне кричит Лара что-то вроде: «Не-е-ет!». Увлекаюсь поцелуем. Я же не железная, в конце концов. Когда так целуют.

Глава 91

Я не знаю, сколько проходит времени. Я потеряла ему счет.

— Кхм. Слав. Слава. Многоуважаемый спаситель прекрасных принцесс! Обратите, пожалуйста, на меня внимание! — орет кто-то голосом Ника.

Ярослав отрывается от моих губ, чуть отстраняется и обращает свой недовольный взор на Денжера. Последний, к слову, сидит возле нас на корточках и, подперев подбородок сжатыми в кулаки руками, умиленно на нас глядит.

— Что тебе?

— Тут такое дело. Ты, конечно, тот еще романтик, но Сашу пожалеешь, может? Тут холодно, снежно, мокро, грязно. Посмотри, у нее одежда вся намочена, грязная. Того и гляди простудится, ты ее на земле уже сколько держишь.

Я вдруг оказалась сидящей у продюсера на коленях. Но Ник продолжает.

— А еще тут люди вокруг ходят. Мы-то ладно, все свои, а если дети увидят? Знаешь, какие сейчас дети? Все на камеру снимут и в интернет выложат. А там и Сашин молодой человек вдруг увидит. Ой, нехорошо получится.

Ярослав встает, увлекая меня за собой. Подзывает охрану, требует разобраться, кто там все-таки и как меня толкнул и с какими намерениями, а потом обращается к Денжеру.

— Лара, Дима и Саша на конференцию не пойдут. Я тоже. Бери всех, кто остался, и идите, ты за старшего.

Ник согласно кивнул.

— Я пойду на конференцию, — тихо произнесла я.

— Нет. Ты поедешь на осмотр.

— У меня ничего не болит.

— Возможно, это пока шок. К тому же, внешний вид для конференции не презентабельный.

Ярослав, крепко взяв меня под руку, перевел через злосчастную дорогу, но мы прошли мимо здания, где будет проходить конференция, в кафе.

— Саша, иди пока умойся и, по возможности, приведи себя в порядок, а я пока узнаю, как нам быстрее отсюда выбраться — на такси или Рома все-таки прорвется через пробки. Ну и закажу что-нибудь согреться. Чай, кофе?

— Шоколад, — попросила я. — Горячий.

Ярослав тепло мне улыбнулся и кивнул.

В туалете кафе обнаружила, что дело действительно плохо. Ниже пояса почти полностью промокла. Сапоги только относительно сухие, а вот одежда неприятно-холодная. Но мокрая одежда меня волнует сейчас меньше всего. У меня до сих пор трясутся руки, но непонятно уже, от чего. То ли от пережитого стресса, то ли после умопомрачительного поцелуя с Ярославом. Что на Левина нашло? Как долго продержится? Как-то поздно нашло. У меня Егор и никакой веры Ярославу.

Сняла мокрые брюки и пальто. Осталась в одной кофте, сапогах и белье. Так, хорошо, сухо, но люди в кафе не поймут. Повезло, что есть палантин, длинный, широкий, плотный. Повязала его на манер юбки, и вполне ничего так смотрится, даже почти не видно, что ноги голые. Если не присматриваться, то как будто так и было задумано. Коленки побаливают. Чувствую, опять синяки на них будут, но это я легко отделалась. Теперь за мной действительно должок перед Славой.

Выхожу в зал, а там меня уже ждет Ярослав с утешительно-согревательным горячим шоколадом.

— В общем, такси сможет приехать быстрее, чем Рома, но ехать все равно на нем долго, так что предлагаю просто пока посидеть здесь, — одобрительно меня оглядев, произнес Левин.

Села за столик.

— Если вы меня на сегодня отпускаете, то я бы не стала ждать Рому. Да и до моего дома тут недалеко. Сейчас позвоню, меня заберут.

Ярослав прищурился. Посмотрел на меня эдак внимательно и медленно произнес:

— Нет, Саша. Я на сегодня тебя не отпускаю, — от интонации в голосе Левина у меня мурашки по коже бегут.

— Почему это?

— Надо удостовериться, что с тобой все в порядке.

— Со мной все прекрасно.

— Возможно. А возможно и нет. Впрочем, есть время в этом убедиться, пока сидим в кафе.

Фыркнув и приподняв вопросительно бровь, взглядом спрашиваю: «Что за дичь вы мне тут плетете, Ярослав Леонидович?» Левин держит идеальный покер-фэйс. Ладно. Подожду чуть развития событий. Пью свой шоколад. Кстати, не очень. Кофе лучше, но уже поздно перезаказывать, я считаю.

— Надо проверить твой пульс для начала, — серьезным тоном произносит продюсер, пересаживается ко мне на диван и берет меня за руку, сжимая запястье.

— Зачем? — спрашиваю. По руке от прикосновения Ярослава бегут предательские мурашки.

— Так надо, — строго отвечает Ярослав, придвигается ко мне ближе, видимо, для удобства заводя вторую руку мне за спину, и замирает. Пульс считает?

Я тоже замираю. Все же Ярослав действует на меня… ну, наверное, как и должен действовать на женщину мужчина, который ей давно нравится. Головокружительно.

— Ну вот, я же говорил, — Ярослав сокрушенно качает головой. — Пульс учащенный. Нехороший признак.

Ещё бы ему не быть учащенным. Левин так и сидит, держа руку на моем запястье. Я думала, отслеживает, но потом Ярослав как ни в чем не бывало снял руку, отпил свой кофе и затем положил руку обратно мне на запястье. А теперь еще и поглаживает большим пальцем то место, где бьется жилка.

— Ярослав.

— Да, Шурочка?

На миг перехватило дыхание. Давно меня продюсер так не называл.

— Уберите руку с моего пульса.

— А? Конечно. Задумался что-то.

Руку Слава хоть и убрал, но и не пересел обратно. Ничего не сказала по этому поводу. Силы воли не хватило. Ощущать Левина просто рядом так… приятно. И хорошо. Но так нельзя. Достаю из сумки телефон. Егору все же лучше не звонить, но такси вызову. Все. Вызвала.

— Саша, — Ярослав задумчиво смотрит на свою чашку.

— Да?

— Скажи, а чего ты хочешь от жизни?

А?

— В каком плане?

— Во всех. Профессиональном. Личном.

Вот теперь и я задумчиво гипнотизирую чашку.

— Еще недавно я знала, чего хочу и как это будет. На самом деле, это было примерно то, что хотели для меня родители. Но сейчас, когда так круто изменилась моя жизнь, я немного потерялась и еще до конца не решила, к чему лучше стремиться.

— Тебе нравится то, что сейчас происходит в твоей жизни? Эти изменения?

— Пока да. Не все, конечно. Поначалу было особенно тяжело. И пусть новая профессия и не была моей мечтой, но захватывает, и интересно, что в итоге получится. Ощущение, будто я постоянно на пределе сил и возможностей, и вот уже потолок, а нет, вдруг оказывается, что только новая ступень.

Ярослав повернулся ко мне и улыбнулся.

— Рад, что тебе нравится.

— А вы? Что вы сейчас хотите от жизни? — преодолевая смущение, задаю ответный вопрос я.

Ярослав улыбнулся мне еще шире.

— Я думаю, что… тоже в некотором роде достиг потолка, и пора переходить на новую ступень и что-то менять.

— О, вы хотите сменить профессию?

Левин весело фыркнул.

— Нет. Я думаю, что это ни к чему. Надо что-то менять в личной жизни. Раньше я все больше уделял внимание работе, но это ведь тоже неправильно, — Ярослав сделал паузу, словно о чем-то размышляя. — Полагаю, мне пора обзавестись семьей. Для начала жениться.

Левин замолчал и взял в руки кофе, теперь будто давая мне время на обдумывание сказанного. Понятливо покивала. Угу. Жениться.

— Вы хотите сделать Ларе предложение?

Ярослав поперхнулся кофе.

Глава 92

— Откуда такие странные выводы?

— Ну вы ведь встречаетесь с ней.

— Нет. С Ларой в некотором роде… сценический роман. Для прессы.

Тяжело посмотрела на продюсера. Вот чего он врет?

— Лара как-то в разговорах упоминала, какая у вас милая кошка Найта.

— И что? — глаза Левина весело заблестели.

— И ничего, — пожала плечами. Я-то помню, как мне было обидно, когда мы стояли как-то одной большой девичьей компанией актрис, и Лара многозначительно рассказывала, что любимая питомица продюсера у нее буквально с рук ест, и при этом Лара так на меня ехидно поглядывала. Не знаю, какие у нее там на самом деле отношения с кошкой, но намек был на то, что дома у Ярослава певица завсегдатай.

Ярослав допил кофе и серьезно на меня посмотрел.

— В общем, нет. На Ларе я не собираюсь жениться. И, полагаю, хватит о личном. Да, кстати, скорее всего где-то через неделю нам надо будет улететь в Тунис. С местами для съемок будущего клипа почти определились и договорились.

Кивнула в знак того, что приняла информацию. Подобного рода задачи для меня становятся делом привычным. Через несколько минут подъехало мое такси. Встаю.

— Спасибо, что угостили шоколадом и… спасли мою жизнь.

Левин хмыкнул.

— Не за что. Хоть каждый день.

Поворачиваюсь, чтобы уйти.

— Саша!

— Да?

Ярослав хмурится.

— У тебя там что-то…

— Что?

— Кажется, кровь.

— Где?

— Подойди.

Подхожу, Левин берет меня за талию, тянет к себе и усаживает себе на колени. Благо, в кафе из посетителей никого нет.

— Ярослав Леонидович! Это не смешно. Отпустите.

Пытаюсь встать, Левин не дает.

— Саша, извини, но я не могу отпустить тебя. У меня стресс. Чуть не потерял свою самую лучшую и любимую певицу. Вот сейчас отпущу тебя, а ты пойдешь, вдруг где-нибудь поскользнешься и с моста упадешь. Под машину.

Вот тут я, конечно, заинтересовалась.

— Вы мне льстите, Ярослав Леонидович. Какая же я самая лучшая и любимая. Наверняка у вас были… и есть получше.

Чувствую, как рука начальника касается моей спины, медленно, ласково гладит, спускаясь все ниже и ниже. Зажмурилась от удовольствия и резко дернулась в попытке неожиданно вскочить, но Левин был начеку, удержал.

— Это не я льщу, Саша. Это ты себя недооцениваешь. Причем сильно.

Ярослав подался вперед и зашептал мне на ухо:

— Я вижу, например, как сходит по тебе с ума Макс, и как он старается быть везде, где ты выступаешь вживую. Знаешь, почему? Когда ты поешь, у всех мурашки по коже, на сцене ты раскрываешься, как цветок, завораживаешь своей нежностью, трепетностью, красотой. Твоя энергетика непередаваема. Мы с Максом похожи. Этакие искатели и коллекционеры редких талантов. Он хочет тебя себе. Но поздно спохватился и по-настоящему оценил, ты уже принадлежишь мне.

В очередной раз дернулась безуспешно.

— Исключительно в профессиональном плане, конечно, — с усмешкой добавил Левин.

Звонит мой телефон. Таксист.

— Мне пора выходить, — строго произношу я. — Пустите.

Рука продюсера меж тем забралась ко мне под шарф и крадется по уже намеченному когда-то в доме отдыха маршруту. Вынуждена вцепиться руками в край стола и с силой его сжать. Опять эти предательские острые ощущения, из-за которых внутри живота все словно стягивается в узел. Мурашки бегут по коже, дыхание учащается, а время словно замедляется, становясь таким тягучим. Какой позор. Мы в кафе, и Ярослав делает со мной все, что только ему заблагорассудится, а я настолько слабая характером и физически, что ему это позволяю.

— Слава! — произношу я просительно, признав поражение. — Пусти.

Ощущаю себя, словно в хватке большого опасного змея. Обвивает кольцами все больше и сильнее.

— Поехали ко мне, Саш?

Застыла. Кажется, будто все повторяется. То предложение Ярослава насчет поужинать и позавтракать. И это отрезвило не только разум, но и тело. Наконец.

— Отпустите. Прошу в последний раз. Мы с вами вместе работаем, это некрасиво и в принципе недопустимо. У меня есть мужчина. Если вы продолжите, я откажусь от работы с вами, как бы дорого мне это не обошлось.

Ярослав убрал руки, и я выпорхнула из его объятий, словно птичка из клетки. Схватив вещи, не глядя на продюсера, тут же вышла из кафе и запрыгнула в ожидающее такси. Не смотрела на Левина и торопилась не из-за того, что злилась. Боялась, что силы духа не хватит, и я передумаю. Разум говорит одно, а вот глупое сердце совершенно иное. Вроде бы все сделала верно, но радости от этого никакой. Наоборот, хочется плакать.

Вернувшись домой, не стала звонить Егору, несмотря на то, что в кои-то веки выдался свободный вечер. Вообще отключила телефон. Все. Надоело. Вокруг постоянно люди, разговоры, выступления. Все чего-то хотят, ждут. Приготовила себе кофе. Холодильник оказался практически пуст, поскольку дома есть не успеваю, но нашла в морозилке припрятанную на черный день пачку пельменей. Шикарный ужин, я считаю. Все. Теперь можно уходить в безудержный отрыв. Кофе, пельмени, сериалы. Наслаждаться буду до утра, ни о чем и ни о ком не думая.

Смотрю сериал, но через какое-то время ловлю себя на том, что на самом деле и не смотрю. Раз за разом прокручиваю в голове все, что сегодня случилось, вспоминаю каждое слово и действие Ярослава, думаю, что надо было сказать ему еще… и как он теперь будет со мной общаться. Ждать ли завтра где-нибудь его фото в обнимку с Ларой? Все. Не думать о Ярославе!

Глава 93

Несмотря на намерение весь оставшийся день и ночь смотреть сериалы, уснула уже спустя два часа и утром с трудом проснулась, чтобы ехать на учебу, которую мне никто не отменял.

Всю последующую неделю до отъезда в Тунис Ярослав вел себя со мной при встрече более чем официально, с Ларой его не видела, но я ее в принципе нигде не видела. Даже на мюзикл не приехала, ее заменяла другая певица. Сказали, что Лара заболела, только Дима в перерыве шепнул мне, что дело не в болезни, и по факту Лару на какое-то время отстранили от работы. Ник, когда увиделись с ним после происшествия, первым делом поинтересовался, встречаюсь ли я теперь с Ярославом, и почему-то очень удивился, когда услышал отрицательный ответ.

— Почему? Он что, после того поцелуя на дороге не предложил тебе отношения? Только слепой бы не заметил его интерес.

— Эм. Не предлагал. Даже если бы и попробовал, я уже в отношениях. Ты так говоришь, словно если бы он предложил, я бы автоматом согласилась.

— Нет, ты бы, может, и не согласилась, но я просто Славку знаю. Если уж кто-то ему понравился — прет как танк. Деловая хватка везде проявляется. Ну и я же знаю, что он тебе как минимум нравился.

— Ну, он делал… кхм, намеки, но ближе к постельной сфере, и я пригрозила, что если они будут повторятся, наше сотрудничество закончится. Как видишь, подействовало. Ярославу я больше нужна как певица, а не как женщина.

Ник тогда посмотрел на меня с восхищением.

— Ты бросила Славке вызов. Сильна. Но теперь точно не жди, что он отступит. Если только тактически.

Не поверила. Если бы по-настоящему я Славе нужна была именно как женщина, это бы проявилось сразу, а не через несколько месяцев. А это… ну не знаю, что.

Настал день отъезда в Тунис. Летим большой компанией. Съемочная группа, танцоры. Продюсер, опять же, с нами, чтобы контролировать процесс, а может под предлогом работы сменить обстановку. Поначалу все было нормально. Хорошая компания, посадка на самолет, где все места оказались выкуплены для нашего перелета. Мне досталось место в первом классе. Рядом сел Ярослав и… все. Больше никого. Нет, если бы он отсел подальше, то я бы не напрягалась, но он рядом, при наличии других свободных мест, и это уже настораживает. А пересаживаться я постеснялась. Тем не менее, полет идет вполне спокойно, удается даже вполне мирно беседовать с Левином на нерабочие темы, хотя до этого мы соприкасались только по рабочим вопросам.

Прилетели. Едем в отель. Группа дружно усаживается на снятый автобус, но меня Ярослав останавливает. К нам подъезжает частный автомобиль и еще один для охраны.

— Ярослав, я не хочу отрываться от коллектива. Поеду на автобусе.

— Не могу вам этого позволить. За вашу безопасность и сохранность я слежу лично. Считайте себя особо охраняемой драгоценностью. Моей драгоценностью, — совершенно серьезно сказал Левин.

Ла-адно. Предположим.

Приезжаем в отель, заселяемся по-быстрому. Оказывается, что для меня сняты ну просто шикарнейшие апартаменты — огромные, красивые, с джакузи, небольшим бассейном и прочими радостями жизни. На контрасте с квартирой, которую я покинула не так давно, это особенно впечатляюще.

Всё, заселились и сразу, не теряя времени, выезжаем на место съемок. Это старый город. Виды очень интересные, яркие, солнечные. В процессе мне довелось покататься на верблюде, поизображать из себя потерявшуюся в пустыне путницу, которую нашел весьма симпатичный, неизвестно зачем гуляющий в пустыне шейх — по факту нанятый уже в модельном агентстве Туниса местный молодой мужчина с горящим взором. Он так на меня смотрел во время съёмки, словно я торт. В общем, хорошо играл, да. Во второй половине дня переехали на новое место съемок — самый настоящий восточный базар. Там я бегаю по закоулкам, по сюжету клипа якобы скрываясь после побега от того самого шейха, который, найдя меня в пустыне, заточил в свой гарем. За мной бегают танцоры в костюмах восточных стражников. Весело, интересно.

В перерыве, меня вытягивает погулять по базару Ярослав, и я с огромным энтузиазмом скупаю сувениры. В какой-то момент к нам подходит местный мужчина и обращается к Левину на английском. Суть их разговора сводится к тому, что мужчина предложил Ярославу продать меня ему за пару десятков верблюдов. Я удивилась и обиделась. Почему так мало верблюдов? Продюсер развеселился и ответил тому, что он не продаст меня даже за пару сотен верблюдов, ведь я его любимая жена. Местный еще постоял, поторговаться какое-то время, но потом, махнув рукой, ушел. Я так и не поняла, шутка это была или что. Разговор проходил между мужчинами в шутливом тоне, но мало ли.

Последние на сегодняшний день кадры мы сняли все на том же базаре, прямо на крыше одного из зданий. Был просто шикарный зал, и вместе с нашими танцорами я исполняла в белом красивом летящем платье некий микс восточного и современного танца.

Все. Ближе к ночи вернулись в отель, но не спать — почти всем составом съемочная группа отправилась отмечать плодотворный день в баре. Решила, что тут уж точно не отстану от коллектива, и отправилась вместе со всеми, и там, наконец, меня отпустило. Ушло напряжение последних дней. Потанцевала, без напряга пообщалась с коллегами, ну и до коктейлей разных дело дошло, но ими я много не баловалась, так, попробовала лишь для интереса местные напитки и в какой-то момент вдруг осознала себя сидящей в стороне от всех на огороженном балконе. Но не одна. Вместе с Ярославом. Как так получилось, точно не могу сказать, но как-то так естественно, словно само собой. И вот, мы о чем-то общаемся, и такая атмосфера южной ночи располагающая, что когда Ярослав кладет мне руку на талию, это все тоже кажется таким естественным и как будто само собой разумеющимся. Ну, тоже ладно, чего в жизни только не случается. Но все же, на всякий случай, чтобы еще чего не случайно не случилось, принимаю ответственное решение покинуть бар и идти спать.

Ярослав вызывается меня провожать. Опять та же песня про его ответственность за меня, опасение, что похитят по дороге такую красавицу, закинут на верблюда и увезут в закат аборигены. Я соглашаюсь. Нет, а вдруг и правда на верблюдах увезут.

Глава 94

Около входа в мои апартаменты Левин совершенно серьезно говорит, что их надо проверить на предмет комфортности и соответствия моей звездной персоне. Порывается войти. Не даю. Заверяю, что все полностью соответствует. В процессе спора и попытки прорыва Ярослав прижимает меня к двери. Целуемся. Тоже как-то так само получилось. Естественно.

В свой номер я так и не попала. Меня самым наглым образом своровали. И кто? Сам продюсер. Так боялся кражи, и в итоге сам же и втянул к себе в номер, оказавшийся по соседству. Нет, ну логика, наверное, какая-то в этом есть. Если боишься, что что-то украдут, укради это сам.

Заходим к Ярославу. Ого! Впала в ступор. По всей гостиной расставлены горящие свечи, а за стеклянными дверьми, выходящими во двор, виден такой же, как и у меня в номере, бассейн, и там тоже по поверхности плавают маленькие свечи и лепестки роз.

— Как у вас тут… пожароопасно, — выдыхаю изумленно. — И продуманно.

— Признаться, сам удивлен, — отвечает Левин.

— То есть мое присутствие здесь планировалось изначально?

— Предполагалось. Я попросил работников отеля подготовить что-нибудь… приятное, но такого рвения не ожидал.

Ярослав подходит к ранее не замеченному мной столику, буквально заставленному всевозможными закусками и фруктами. Берет красивую бутылку, разливает багровую жидкость по изящно-пузатым бокалам и один бокал протягивает мне. Беру. Не столько для того, чтобы пить, сколько для полноты антуража. Еще раз огляделась. Нет, все-таки надо выпить. Иначе страшно. Сделала пару глотков и уселась с бокалом прямо на пестрый ковер посреди гостиной — там меньше всего свечей. Ярослав со своим бокалом уселся на низкий диван и сейчас гипнотизирует меня изучающим взглядом. «Нападать» с поцелуями, благо, не торопится.

— Ярослав, скажите все-таки, чего вы добиваетесь? Это такой спорт? В итоге переспать со всеми «любимыми» подопечными?

Да, я сдаю позиции. С Егором не виделась уже давно, а поцелуи Ярослава, даже просто его внимание — истинный соблазн для меня. Не уверена, что еще долго продержусь. Но вот что будет после? Уйти? Или остаться и оказаться в еще большей зависимости от продюсера? Видеть его с Ларой было больно, а после будет, не обязательно с Ларой, а с какой-нибудь новой, восходящей на небосклон звездой, будет еще больнее. Смотреть, как он воркует над очередным редким талантом в своей коллекции я, наверное, не смогу. Пусть Ярослав хоть как-то обозначит свои планы и мысли.

Продюсер ответил не сразу, повертел в руках бокал.

— Нет, не спорт.

М-м. Это все, что он мне скажет?

— А что?

— Ты мне нравишься, Саша. Я хочу тебя. Я хочу тебя холить, лелеять, оберегать, общаться, проводить с тобой дни и ночи. Хочу взять тебя… замуж, чтобы делать все это каждый день на вполне законных основаниях, — серьезно глядя мне в глаза, сообщает Ярослав.

Классно, конечно, но главного Левин так и не произнес.

— Но любите вы до сих пор ту, другую, верно?

Слава молчит. И я понимаю, что да, все именно так. Отставила бокал. Медленно, отработанной за последние месяцы походкой от бедра (не хуже, чем у Лары) подошла к Ярославу, изящной кошкой села возле него, потянулась к нему, тут же с готовностью оказавшись в его объятиях, и первая же поцеловала, вложив в этот поцелуй всю оставшуюся во мне любовь, нежность, трепет, восторг от этого мужчины, страсть и еще что-то немного большее. Это был самый долгий, самый прекрасный, потрясающий и самый сладкий и самый мучительный поцелуй в моей жизни.

Когда уже не хватало дыхания, отстранилась. Глаза Ярослава черные от желания. Обняла своего любимого мужчину за шею.

— Спасибо за этот вечер, за честность. Вы мне тоже очень нравитесь, вызываете восторг, восхищение, на самом деле, только ради вас я готова петь. Но… у меня есть молодой человек. И мы любим друг друга. Я не хочу делать ему больно, обманывать изменой, и уж тем более мне не хотелось бы становиться женой человека, который меня не любит. Зачем? В жизни и так много боли и несправедливости. Пожалуйста, давайте останемся друзьями и не будем переводить наши отношения в другую плоскость.

Кое-как заставила себя оторваться от Ярослава и в полном молчании уйти из номера продюсера. Мне хотелось, чтобы поцелуй вышел прощальным, вложить в него все свои чувства и навсегда с ними расстаться. Ну, и чего уж там, показать Ярославу, что… зря он меня не любит. Не вышло. Не знаю уж, удалось показать что-то или нет, но глупые чувства никуда не ушли, а может быть даже стали сильнее. А про любовь к Егору сказала, чтобы больше не было попыток со стороны Левина меня завлечь в свои сети. Он ведь действительно хорошо ко мне относится и, зная, что мне лучше без него, больше ничего предпринимать не станет.

Проплакала почти всю ночь. Утром встала с красными глазами. И второй съемочный день не заладился. Съёмки происходили в красивом старинном дворце, вчерашний шейх порывался меня то обнять, то на ушко комплименты нашептать, мешая процессу съемок. Ярослав был не в духе, рычал на шейха, да и вообще многим в этот день досталось от продюсера, он с лёгкостью находил поводы для замечаний, и только меня буря обошла стороной — игнорировал. Ну и я тоже не то чтобы игнорирую, но взгляда Ярослава избегаю и вообще в его сторону стараюсь лишний раз не смотреть, а то сразу плакать тянет. Уже ночью, с отснятым материалом, мы вылетели обратно. Хорошо. Возможно, теперь удастся видеться с Ярославом хоть немного реже.

Уже дома мне настойчиво названивает Егор, предлагает встретиться, у него скоро новая выставка, а я придумываю предлоги, только чтобы не встречаться. Не знаю, как буду смотреть Егору в глаза после Туниса, и не уверена, что стоит продолжать наши отношения, но Егор мне действительно нравится. Нравится так, как я, наверное, нравлюсь Ярославу, и может в будущем эти чувства станут чем-то большим, нужно только почаще видеться, но сейчас не могу. Левин разбередил почти уснувшие к нему чувства.

Зато, когда позвонил Ник и пригласил посидеть в баре, согласилась. Сейчас с Денжером стало куда проще и веселее общаться.

— Ну что, как прошла поездка в Тунис?

— Нормально, — уклончиво отвечаю я.

— Чего так кисло отвечаешь?

— Да не кисло.

— Слушай, а ты не знаешь, чего это после поездки Славка прям зверь? На всех рычит, злой какой-то.

— Не знаю.

— И догадок нет?

— Есть.

— Ну-ка.

— У нас состоялся в Тунисе разговор. При свечах. Возможно, это как-то сказалось.

— Интересно. О чем говорили?

Коротко, почти тезисно пересказала суть беседы.

— Ну ты, мать, сурова, — восхищенно произнес Ник.

Хмыкнула, но получилось не очень весело.

Глава 95

ЯРОСЛАВ

— Слава! Привет! А я тебя по всему центру ищу. У тебя помощница новая какая-то вредная, ничего не говорит, пароли и явки не сдает. Ты телефон не берешь. Кого ни спрошу, где ты, все тебя видели, но ты уже ушел. И знаешь, все такие притихшие, запуганные, словно ты не просто прошел, а прямо ураганом.

— Чего тебе, Ник?

Какой упрямый парень, даже в операторской нашел.

— Да пара вопросов есть организационных… о, это уже новый Сашин клип монтируется? Какая шикарная картинка. Можно посмотреть нарезку?

Кивнул оператору, чтобы тот показал Нику отснятые кадры. Пускай Денжер оценит.

— Супер! Сочно. А Саша тут прямо нежная лань и непокорная принцесса одновременно. И двигается отлично. Заряженный солнцем колоритный клип. Слушай, вот как тебе это удается? Я при знакомстве с Сашей ничего такого в ней не увидел. Ну, забавная девчушка сидит за столом в приемной, и ладно.

— Мне повезло познакомиться с ней при нестандартных обстоятельствах.

— Каких? Я думал, вы познакомились, уже когда она к тебе на работать пришла. Чего там необычного?

— И правда. Ты не хочешь пойти выпить кофе?

— Хочу. Идем.

Пока идем в кофейню, Ник излагает все свои организационные вопросы. Слушаю вполуха, все равно все мысли о Саше. Из головы не идёт тот последний поцелуй. Хочу еще. А ее целует другой. Но там тоже любовь. Сейчас перерыв, но потом вернусь и прослежу, чтобы все сделали идеально.

— Ой, а видел недавние фотки Насти? Смешная такая стала, круглая, как колобок.

Ник зачем-то сует мне под нос свой телефон и листает ленту, демонстрируя мне фотографии жены моего бывшего подопечного. Посмотрел мельком, но ничего в душе не шевельнулось. Ни тоски, ни боли, ни даже раздражения. Ничего.

— Ага, — небрежно отодвинул от себя руку Ника. Думаю, будет лучше в клипе поставить больше кадров с Сашей в крупном плане. А вот время в кадре шейха пусть урезают по максимуму. Ни к чему.

— Слав. Слава. Слава!

— Что? — Ник уже раздражает. Думать мешает. Пора с ним прощаться.

— Я чего хотел спросить. А что у тебя все-таки с Сашей?

— Ничего.

— Как ничего? После того поцелуя на дороге — не верю. Вы тайно встречаетесь?

— Нет.

— Почему? Она тебе разве не нравится?

— Нравится.

— Так в чем проблема?

— У Саши есть молодой человек.

— Пф-ф. Не смеши. Это разве препятствие для тебя? Молодой человек не стена, можно и подвинуть.

— У них там любовь. Как я понимаю, большая и чистая. Я ничего подобного Саше предложить не могу.

— Так ты и не предлагай. Захотел — забрал. Уж что, а способы, как это сделать, ты найдешь.

— Нет.

— Почему?

— Я не собираюсь ломать Сашину жизнь из-за своих прихотей.

— М-да. Ситуация, — Ник задумчиво побарабанил пальцами по столу, но больше ничего выспрашивать не стал, углубился в свой телефон. И хорошо. Еще немного, и я бы его послал куда подальше в грубой форме с его вопросами.

Допиваю постепенно свой кофе. И без того не самое лучшее настроение стало еще хуже. Ну, все, можно возвращаться к делам. Подал знак официанту, чтобы принес счет.

— Ну вот, я все сделал, — Ник отложил телефон. — Надо только чуток подождать.

— Что ты сделал? — вяло интересуюсь я. На самом деле, мне не очень интересно. Ради приличия спросил.

— Знаешь, Слав, ты хоть иногда и сильно меня злишь, но я все равно тебя уважаю, иначе бы работать с тобой не стал. Ну и есть у меня должок один перед тобой. Считай, что возвращаю.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Выложил я тут в свою соцсеть фото одно из личного архива. Знаешь, есть у меня такой архив, где я храню разный компромат на всякий случай.

— Покажи.

— Сейчас ссылку тебе пришлю.

Денжер вновь берет свой телефон. Мне приходит сообщение от Ника в мессенджер. Открываю по ссылке соцсеть Ника, и у меня словно воздух из легких выбивает. Денжер выложил не фото, а видео, где я целую Сашу. Там, на дороге. И веселая подпись, что Ник открывает маленькие закулисные секреты о том, кто на самом деле и с кем встречается. За каких-то пару минут видео уже успело набрать сотни лайков и репостов.

— Ты снимал?

— Ну конечно. Вредных шустрых детей с камерами тогда поблизости не проходило, так что все самому пришлось делать. Так что все. Рано или поздно, думаю, рано, информация дойдет до Сашиного ухажера. Если он нормальный мужик, то после такого расстанется с ней. Если простит и проглотит, значит не нормальный, и можно смело у него Сашу отбивать или спасать ее. Какая формулировка тебе больше нравится, такую и выбирай.

— Удали видео.

— Не-а.

— Какой тебе во всем этом интерес?

— Я уже объяснял. Думаю, вы с Сашей бы и без меня в отношениях своих разобрались, но это бы наверняка еще надолго тянулось, а так я вам ускорил процесс, сделав грязную работу.

— Ник, у тебя совесть есть? Ты сейчас очень жестоко поступаешь с Сашей.

— Я в шоу-бизнесе уже достаточно давно, поэтому ее осталось совсем немного, и ту малость я сохраняю, только чтобы блюсти интересы тех людей, которые мне больше нравятся. Сашиного молодого человека я не знаю, мне вообще на него плевать. Зато я знаю Сашу, знаю, что она горит рядом с тобой, даже когда ты сильно морозишься, ну а ты сам, несмотря на то, что отрицаешь, что есть серьезные чувства к Саше, думаешь в первую очередь о ее чувствах и интересах, ставя их выше своих. Что это, как не любовь? Ой, все.

Ник встает.

— Я пошел, короче. Так и быть, не благодари. Но ты подумай. Скоро Сашу может бросить ее возлюбленный. Ну, как минимум ее ждет очень неприятный разговор. Еще и Ник казался нормальным иногда, и вот какой козел оказался. Она будет переживать, плакать. Ее утешить бы надо.

Денжер картинно злодейски рассмеялся и ускакал из кафе. Охренеть.

Глава 96

АЛЕКСАНДРА

Егор звонит. Опять это тянущее чувство вины и нежелание отвечать на вызов. Может, лучше прекратить отношения? Егор такой хороший, что не хочу… ладно, сейчас отвечу, потом буду думать.

— Алло, привет.

— Привет, Саш. Как дела?

— Нормально. Как у тебя?

— Саша, ты вроде бы говорила, что сегодня вечером будешь свободна. Встретимся? — поинтересовался Егор напряженным тоном.

— Извини, Егор, сегодня опять загрузили делами. Надо будут съездить…

— Понятно. Съездить к своему продюсеру. Верно?

— Ну в том числе, и еще…

— Что, еще кто-то есть? Ну да, ты девушка популярная. Все, Саш, пока. Не буду тебя больше беспокоить.

— Егор, я не понимаю, ты о чем?

— Твой хороший друг Ник Денжер опубликовал у себя один познавательный пост, по которому уже много статей и обсуждений по всему интернету. Пока, Саша.

Егор отключился. Я, не понимая, что вообще происходит, полезла в интернет и нашла. Это было нетрудно. Зачем-то новость вывели в главные сетевые ленты. Ник выложил в сеть видео, где меня Ярослав у дороги после спасения целует, ещё и с комментариями о том, что мы пара. Столько обсуждений. И что хорошая пара, и что плохая. И что Лара лучше, и где, собственно, Лара, и как она отреагирует, ведь считались, что она нынешняя пассия Левина.

Звоню Нику. Не берет. Предсказуемо. Увижу — прибью. Ярослав звонит.

— Саша. Не знаю, в курсе ты еще или нет того, что сделал Ник.

— В курсе. На его месте я бы уехала из города на время, потому что если он в городе, я его найду и…

— Он уехал на гастроли.

— А, да, забыла, что собирался. Подготовился, змееныш.

— Саша, ты ведь сейчас дома?

— Да.

— Одна?

— Да…

— Я поднимаюсь к тебе.

Что? Зачем? Резкий звонок в дверь заставил вздрогнуть. Открываю, а за дверью Ярослав собственной персоной. Не спрашивая, он шагнул внутрь моей квартиры, закрыл дверь и обнял меня так крепко, что косточки, кажется, затрещали.

— Сашенька, не переживай. Думаю, все можно поправить. Хочешь, я позвоню твоему молодому человеку и все объясню? Что ты не виновата, что это я, не спрашивая, тебя целовал? — Левин говорит утешающим тоном, одной рукой держит, а другой уже начал успокаивающе гладить по спине. А, нет, теперь пониже.

— Боюсь, ему уже ничего не получится объяснить, он сделал свои выводы, — отвечаю мрачно.

Судорожно вздохнула. Не из-за нахлынувших чувств, это Ярослав опять меня так сильно к себе прижал, что воздуха резко стало не хватать.

— Ты плачешь? Пожалуйста, только не плачь.

Да я, вообще-то, и не собиралась. А Ярослав продолжает активно утешать. Гладит и лапает уже везде, где только можно и нельзя. Приятное такое нестандартное утешение.

— Ой.

Видимо, для усиления процесса утешения Левин подхватил меня, но только чтобы тут же уложить на мохнатый ковер. Сам продюсер оказался сверху и прижимает так сильно. От поцелуя в ямочку над ключицей у меня все внизу живота будто сжалось.

— Ярослав, — произношу как можно строже. Не действует. Чужие руки забираются под мое домашнее платье. — Слава! — простительно и на выдохе. Невольно выгибаюсь от нахлынувших ощущений.

Кладу руки на мужские плечи, чтобы отодвинуть от себя Левина. Получается у меня как-то плохо и неубедительно, что ли.

Ярослав со своих плеч мои руки снимает и отводит их мне за голову. Удерживая за запястья, продолжает целовать, но уже шею. И теперь двигает бедрами так мягко, ритмично. Вверх и вниз. Это и пугает, и в то же время прямо завораживает, вызывая еще более сильное томление внизу живота.

— Слава! В конце концов! Что это такое?!

Левин отрывается от меня, поднимает голову, хитро прищурившись и обезаруживающе улыбнувшись, отвечает:

— Утешение.

— Странное оно какое-то.

— Как умею. В качестве альтернативы — могу пригласить на кофе.

— Лучше на кофе.

— Отлично.

С невинным лицом продюсер встает и помогает подняться мне. Помощь действительно нужна. У меня ноги ватные после таких утешений. Левин, сев по-хозяйски на мою кровать и даже вежливо отвернувшись, терпеливо ждет, пока я переоденусь из домашнего халата в уличную одежду.

— Сочувствую, Саша. Потерять, да и просто поссориться со своей любовью — это так тяжело и печально, — говорит между делом Ярослав, но в его голосе не слышно ни капли сожаления, наоборот. Проскальзывают победно-веселые нотки.

— Угу.

— О, Саша, а ты все еще пишешь песни?

Повернулась к Ярославу. Он, оказывается, стянул с моего стола лежащий на нем блокнот и сейчас листает его.

— Периодически под настроение что-нибудь пишу.

— Почему мне не показываешь?

— Коплю. Потом еще дорабатываю.

— Не надо. Все сразу показывай.

Продолжаю одеваться. Накраситься или нет? С одной стороны, у меня ведь печальное событие, наверняка Ярослав опять утешать начать может, всю косметику размажет… Не буду краситься. Ну только глаза чуть.

— Саша. А вот эта песня. Ты ее сегодня написала? — вдруг мрачно спрашивает Левин.

— Какая песня?

Ярослав раскрывает тетрадь ко мне. О, да, эта та самая, которую я писала на волне обиды из-за Лары и Ярослава.

— А что?

— Здесь столько боли в строчках. Ты действительно так сильно любишь этого мужчину? Хочешь, я поеду к нему и все объясню? Что на видео это я тебя насильно целовал.

— Нет. Не надо. Он ведь не слепой. На том видео совершенно незаметно, чтобы я хоть как-то сопротивлялась поцелую. Скорее наоборот. Ник не сначала снимал. А песню я написала не сегодня.

— А когда?

Вот все ему расскажи.

— Давно… — туманно отвечаю я.

— Но ведь писать ты начала относительно недавно и только с моей подачи. Песня посвящена кому-то конкретно? — требовательно спрашивает Ярослав. Вот пристал.

Неопределенно пожимаю плечами.

— Это всего лишь песня.

— Угу.

Ярослав захлопывает тетрадь.

— Ничего не заинтересовало? Не будешь брать какие-нибудь тексты в работу?

— Если будет что-то готовое, можно рассмотреть. А эту песню нет. Не соответствует твоему позитивному образу. Здесь скорее подойдет Денжер для исполнения. А то и вовсе рок-музыкант, но песня на исполнителя-женщину.

— Понятно.

Все, собралась, выходим. Внизу ждёт автомобиль с Ромой внутри. Водитель радостно и тепло меня поприветствовал. Поехали. Как-то не подумала обсудить место, в которое отправимся пить кофе, и, наверное, зря. Вообще, так погрузилась в свои мысли, чувства, переживания, что осознала, что мы куда-то приехали, только когда машина затормозила.

— Хм. Это же ваш дом, — скептично произнесла я.

— На мой взгляд, отличное место, чтобы выпить кофе, — бодро отозвался продюсер, вышел из машины и лично открыл мне дверь.

Выхожу и я.

— Я правильно понимаю, что кофе планируется на завтрак?

— Как пожелаешь. Хоть на завтрак, обед, ужин… полдник.

Звучит многообещающе. Особенно полдник.

Глава 97

Ярослав привел меня в гостиную, обеспечил пледом, чашечкой кофе в комплекте то ли с поздним обедом, то ли ранним ужином, ну и своим обществом. Теперь Левин сидит такой довольный, рассматривает меня, словно трофей, добычу, наконец попавшую в его сети. Ну-ну. Разговариваем на нейтральные темы, не касаясь острых. Слава сама учтивость и галантность, тем не менее, настраиваюсь на то, что скоро будут утешения. Но вот уже я сыта, и кофе подошел к концу. И что?

— Саша, хочешь остаться сегодня у меня? Без подтекстов. Посмотрим кино, к примеру.

Всерьез задумалась. Оно, конечно, и хочется, и колется, и мама не велит. Вроде бы должны были расставить все точки над i еще в Тунисе, но как-то не до конца вышло. В конце концов, может быть пора уже и попробовать? Отношения. В конце концов, все равно же влюбилась, и чувства со временем не уходят, а только крепнут. Хуже уже не будет. А может, Ярослав только целуется хорошо, а все остальное не очень. А так узнаю и не буду больше переживать о потерянном.

— Хочу, — решительно ответила я.

— Да? — Ярослав смотрит недоверчиво. Мне и самой не верится.

— Да.

— Хорошо-о, — задумчиво тянет Левин, все равно теперь уже подозрительно на меня глядя. Хочется рассмеяться. Так легко стало от принятого решения. Словно груз с плеч свалился.

И вот смотрим мы в гостиной кино. Ну как смотрим. Я делаю вид, что смотрю, а Ярослав смотрит преимущественно на меня, я это краем глаза замечаю. Сижу как на иголках. Нервничаю. Что будет-то? Что будет? И главное, как. А может, опять не будет? Фильм посмотрим, в настолки поиграем, да по комнатам разойдемся. Я даже не удивлюсь.

Вдруг (ну как вдруг, я ведь все равно все время была в ожидании хоть чего-то) Ярослав берет меня за руку и крепко ее сжимает. У-ух! В смысле, это же сознательный, взвешенный и романтический жест симпатии! Не соблазнение, не утешение, не случайность, а именно оно — то самое. Да-а. Что-то меня реально уже штормит и накрывает эмоциями. Все-таки слишком долго ждала, а потом запрещала сама себе то, что хочется. Отсюда вывод — воздержание вредно.

Какое-то время я просто наслаждаюсь этим ощущением — его большая, теплая, твердая рука так значимо крепко держит мою. Ловлю себя на том, что улыбаюсь. По коже опять бегут мурашки, хотя ничего и не происходит.

И только я чуть привыкла и освоилась, как новое действие — Ярослав просто берет, обнимает меня и притягивает к себе. И уже в обнимку со мной, словно с плюшевой игрушкой, смотрит кино. Дышать. Дышать. Сашуля, прием. А-а-а!

Справилась с эмоциями. Сижу тихонько дальше, жду продолжения. Но ничего не происходит. Кажется, будто Ярослав реально смотрит фильм. Не выдерживаю пытки ожиданием. Поворачиваю к Левину голову.

— Слава.

— М-м?

— А как сейчас наше общение можно назвать?

— Ты моя девушка, а я твой мужчина.

О-о-о…

— Что, уже?

— Ты против?

Вот чего, спрашивается, вообще заговорила? Теперь сижу красная, как рак, сердце стучит как бешеное. Ярослав уже больше не смотрит фильм, рассматривает меня внимательно, и я уже готова куда-нибудь сбежать. Лучше бы тихонечко сидела да привыкала к близости Левина, чтобы так не смущаться.

Не придумала ничего лучше, чем, ничего не отвечая, вновь повернуться к экрану телевизора и якобы продолжить смотреть фильм. И хотя я не вижу, но буквально чувствую, как Ярослав улыбается и смотрит на меня, но повернуться и проверить не решусь.

Ближе к середине фильма немного втянулась в него, и удалось немного расслабиться. Ладно. Надо тоже как-то инициативу проявлять. Прижалась щекой к мужской груди и, довольно жмурясь, буквально нюхаю украдкой Левина. Наверное, это странно, но продюсер так хорошо пахнет, что хочется нюхать его и нюхать. Даже не так. Вдыхать. Чувствую прикосновение к волосам, легкое поглаживание, от которого сразу захотелось чуть ли не замурлыкать. Ярослав прижимает к себе ближе, подтягивая и усаживая к себе на колени. Все. Какой там фильм. У меня воздуха в груди не хватает.

Поднимаю голову, встречаясь взглядом с Ярославом. Его глаза таинственно и вместе с тем лукаво блестят. Я чувствую, как он чуть тянет мои волосы вниз, вынуждая сильнее запрокинуть голову. Левин наклоняется и целует. Да уж. Фильм был забыт окончательно и бесповоротно. Что там фильм. Вообще обо всем напрочь забыла.

Ух. Такой поцелуй. Одновременно и нежный, и властный, и требовательный. Пульс учащается, дыхания быстро начинает не хватать. Вцепилась в плечи Ярослава, словно тону, а Левин и рад, похоже, меня утопить в пучине чувственных ощущений. Я чувствую его страсть и то, как он все равно сдерживается и контролирует каждое движение, словно боясь меня вспугнуть.

Ой. Это Ярослав поднялся с дивана вместе со мной на руках. Прервав поцелуй и широко распахнув глаза, вопросительно смотрю на Левина, а он меж тем меня куда-то понес. Я, конечно, догадываюсь, куда, но все же надо бы уточнить.

— Слава.

— М-м?

— А мы куда?

— Уже поздно. Время сна.

— В твою спальню?

— Да. Там удобнее спать.

Как все быстро. Не то чтобы я против, но… для меня все равно быстро. Молчу. Молчу. Молчу… мы уже дошли до спальни. Левин открывает дверь.

— Слава!

— Да?

— Мне нужно чего-нибудь выпить.

— Зачем? — Ярослав теперь смотрит недоуменно. Аккуратно вносит меня в спальню, а затем укладывает на кровать. Черной молнией с постели тут же спрыгивает дремавшая там Найта.

Взглядом проследила за кошкой. Найта перебралась на кресло и теперь сверлит меня ответным взглядом. Недовольным таким. Если не сказать, ревнивым. Что, забыла уже добро, хвостатая?

— Для храбрости. И еще Найту пока за дверь, а то она так смотрит… уничижительно. Я смущаюсь.

Ярослав весело фыркнул, но кошку пошел и взял. Отправил ее в коридор, закрыв дверь на замок, а затем вернулся к постели, лег рядом на бок, подставив руку под голову, и с интересом изучающе на меня теперь смотрит. Улыбнулся.

— Саша, а для чего тебе сейчас храбрость? Я такой страшный? Ты меня боишься?

— Нет.

— Тогда в чем дело? Если ты не готова, если хочешь отложить, если твои чувства к твоему бывшему молодому человеку не позволяют…

Завертела отрицательно головой и подняла руки, знаком прося Ярослава замолчать.

— Нет, дело не в этом.

— Может быть, тебе нужно узнать меня получше? — весело спрашивает Ярослав

— Нет, — фыркнула.

— Тогда в чем дело? — глаза Левина горят любопытством.

— Волнуюсь.

— Перед выходом на сцену ты ведь тоже волнуешься, но чтобы ты выпивала для храбрости — не видел ни разу.

— Не надо сравнивать.

— Хорошо. Но все же может быть попробуем без дополнительных средств, усиливающих храбрость? Если все же не пойдет, то спустимся в погреб, где к твоему распоряжению будет большой выбор моей винной коллекции.

— О, здесь есть винный погреб?

— И не только. Позже проведу тебе экскурсию, раз ты не знала.

Левин положил руку мне на талию и подтянул к себе. Продолжает заговаривать зубы, говоря что-то о доме, о том, что пора бы уже тут обживаться и планировать какое-то путешествие. Гастроли, что ли?

Ярослав, когда почувствовал, что я расслабилась и пригрелась, начал с неспешных ласковых поцелуев, щекотных приятных слов на ушко. Все очень медленно, с перерывами и даже повторами особо интересных моментов. Мне уже и не страшно почти, получаю удовольствие от процесса и просто от близости любимого мужчины. Я даже не особо заметила, как Левин меня практически раздел. Насторожилась только тогда, когда он отстранился и стал решительно расстегивать рубашку.

Сжалась в комок, подтянула к себе покрывало, прикрывшись им для своего морального спокойствия, и, широко распахнув глаза, наблюдаю за разоблачением Ярослава. Полным разоблачением! Левина я уже почти голым видела, и вот для меня не осталось никаких тайн. С большим интересом разглядываю мужской живот. Ну ладно, ладно, чуть пониже. Особо в этой теме не разбираюсь, но, на мой неискушенный взгляд, все очень устрашающе крупно и напряженно. Сразу захотелось зарыться поглубже в покрывало и все отменить. Но бежать уже поздно, да и глупо, а со страхами мне уже не привыкать справляться. В конце концов, мой главный якорь в борьбе с ними рядом.

В глазах Славы плещется веселье и что-то темное, опасное. Взгляд хищника. Он потянул покрывало на себя, тем самым быстро оставив меня без последней защиты.

— Очень страшно, Саша? — спрашивает Ярослав, накрывая меня своим телом, а затем целует, целует и целует так, что я просто не в состоянии ответить.

Все было так головокружительно, завораживающе, волнительно, что главный момент чуть не пропустила. Но такое упустить из вида трудно. Зажмурилась и крепче обняла Ярослава. Боль терпима, но не дает сосредоточиться на приятных моментах. Болезненно вздохнула и попросила:

— Может, прервемся? Немного.

Ярослав отстранился, вопросительно оглядел меня и, видимо, что-то заметил и понял. Лицо Левина стало крайне изумленным.

— Шурочка? — раздается о-очень удивленный голос Левина. Настало его время задавать вопросы.

— М-м?

— А почему ты не сказала?

У меня вновь горят лицо и щеки.

— Стыдно, все же возраст у меня солидный, да и вдруг бы ты как-то неправильно воспринял, ну и вот… — не в силах больше говорить, развела руками, потом вспомнила, что я без одежды, и тут же ими же прикрылась, а потом вскочила. Ни о чем не жалею. Хочется кричать что-то вроде: «Наконец-то!» и радостно смеяться. Для меня самое главное, что первый раз был с любимым мужчиной, а уж как он это все воспримет, вопрос десятый. Вскочила с кровати. — Я в душ!

Оставила ошарашенного неудовлетворенного продюсера в спальне осознавать. Впрочем, нагнал он меня быстро, забрался ко мне в душ и стал целовать о-очень горячо, неистово.

Глава 98

Горячие струи воды, омывающие мое тело, приносят огромное наслаждение, но не такое сильное, как объятия дорогого мне мужчины.

— Саша, вот откуда ты все-таки взялась на моем пути? — спрашивает Слава, прижимая к себе крепко.

— Ты уже, кажется, задавал подобный вопрос.

— Да. Но он у меня все равно в отношении тебя периодически всплывает.

Мне кажется, будто Ярослав на меня смотрит как-то по-другому. Что-то изменилось в его взгляде, но конкретно сказать, что именно, не могу.

После душа мы отправились ужинать. Ну, как ужинать. Легкие закуски и вино. Только выпить теперь потребовалось не мне, а Ярославу. То ли стресс запить, то ли отметить такое дело. Мы с Левиным мило посидели пару часиков, болтая на отстраненные темы. Это я так давала Ярославу немного отойти. У меня уже ничего не болит, и даже если будет, мне хочется сегодня хотя бы один раз, но закончить начатое. Получить весь спектр ощущений. Поймала момент, когда в разговоре наступила пауза, демонстративно сцедила в ладонь зевок и с хищным прищуром взглянула на Ярослава.

— Поздно уже. Пора спать, — поставила продюсера перед фактом.

— Саша, ты уверена? — Слава смотрит на меня с некоторой опаской. Еще каких-то сюрпризов от меня ждет? Так всё. Во всяком случае, в этом плане они закончились.

— Слава… давай начистоту, — доверительно наклоняюсь ближе к продюсеру. Говорю серьезно и вкрадчиво, но на самом деле едва сдерживаю смех. — Понимаешь, я уже в таком возрасте, когда давно пора начать нагонять упущенное. Не вижу смысла тянуть и считаю, что нужно приниматься восполнять пробелы не только быстро, но также налегая на качество и количество.

— Я понял тебя, — в тон мне отвечает Ярослав, однако его глаза искрятся весельем. — Скажу больше. Очень хорошо тебя понимаю. Некоторые действия в своей жизни я тоже довольно надолго отложил и думаю, что тоже пора восполнять пробелы.

Левин поднялся из-за стола, подошел ко мне, взял на руки и понес.

— Опять на руках в спальню? — немного удивилась я, с удовольствием обнимая Ярослава за шею, прижимаясь и тайно нюхая. М-м. Как же приятно пахнет. Прямо мой запах. Нюхала бы и нюхала.

— Ты знаешь, носить тебя на руках — одно удовольствие.

В этот раз мне проще и спокойнее. Я чуть больше уверена в себе и Ярославе. Наверное, я до этого волновалась не столько из-за себя так сильно, сколько от того, как воспримет и поведет себя Левин. Неизвестность пугала.

Слава очень нежен, терпелив, мы никуда не торопимся, и теперь все пошло куда лучше, легко, страстно. Мне нравится ощущать это мужчину рядом с собой, ощущать его в себе. И, как бы пошло это ни звучало, на себе. А ещё под собой, позади и, как я уже узнала под утро, еще и сбоку Ярослав отлично ощущается. Что сказать, Левин очень опытный мужчина, это я даже как совершенно неопытный человек на себе хорошо прочувствовала, всего за одну ночь познав много нового как о процессе любви между мужчиной и женщиной, так и о себе лично.

Утром нехотя встаю с постели. Помню, что сегодня рано съемка для модного журнала. Слава еще спит. Делаю шаг по направлению к душу. Второй, третий. Ух. Ноги дрожат. Физическая нагрузка ночью была еще та.

— Сашенька, ты куда? — донёсся до меня вкрадчивый голос. О, Слава проснулся.

— В душ. И домой.

— Ну-ка, постой, пожалуйста. Вернись в постель.

А меня и уговаривать не надо. С удовольствием нырнула обратно под одеяло, да ещё и тут же оказалась в теплых крепких мужских объятиях. Кайф. Положила голову на плечо Ярослава. Еще пять минуточек посплю и…

— Саша, зачем тебе домой? — рука Левина погладила меня по спине, но быстро спустилась ниже, там гладить, я заметила, Славе нравится больше.

— Ну как зачем? Там мой дом, там, в конце концов, моя одежда лежит. Мне нужно переодеться.

— Давай сейчас съездим, ты заберешь все, что нужно, и переедешь ко мне.

Дрёма с меня тут же слетела. Глаза распахнулись. С удивлением смотрю на Ярослава, а он на меня требовательно и выжидающе.

— Зачем?

— Я хочу, чтобы мы жили вместе. Ты против?

Задумалась. Нет, я-то, конечно, не против. Но жить одна я начала не так давно и еще до конца этой самой самостоятельностью не насладилась. Но с другой стороны, испытание себя одинокой жизнью я все-таки прошла, причем вполне достойно, да и опыт жизни в доме Левина у меня был и, надо сказать, очень приятный. Ярослав, видя, что я тяну с ответом, привел дополнительные аргументы.

— Мы будем чаще видеться, и тебе все равно пора было уже переезжать из той квартиры — маловата и не очень безопасна. У тебя уже появились поклонники и ярые фанаты, далеко не все из них могут правильно выказывать свою любовь.

Поскольку я все равно тяну с ответом, Левин еще добавляет доводы:

— Можно будет каждый свободный вечер вместе смотреть сериалы, играть в настольные игры, у меня есть кошка, если захочешь, еще кого-нибудь заведем.

Сильно. Очень сильно.

— Слава, а ты уверен? Ну, что хочешь жить именно со мной? Ты ведь, наверное, все еще любишь…

Хотела сказать ту, другую, но Левин мне не дал, перебил:

— Кстати, насчет любви, — многоуважаемый продюсер смотрит на меня с прищуром. — Мне тоже интересен этот вопрос. Не так давно ты упоминала о своей большой любви с неким молодым человеком. К слову, в связи с недавно открывшимися обстоятельствами у меня появился вопрос о том, что входит в твое понятие молодого человека. Голубые цветы и держание за ручку? Но это ладно. Что сейчас? Какие эмоции?

Мне кажется, или я слышу в голосе Ярослава недовольно-ревнивые нотки? Прямо ух! Мурашки по коже. Опустила взгляд в пол.

— Сложный вопрос. Эмоции смешанные.

— Саша! — Левин произнес это так строго и властно, словно, по старой привычке, хотел произнести полное имя, когда рассержен. Должно было прозвучать: «Александра Павловна».

Тем не менее, признаваться в том, что отношениями с другим я только пыталась приглушить чувства к Славе, как-то не хочется. Будь чувства взаимны, тогда да, а так нет.

— Да, Ярослав Леонидович?

Не могу удержаться. Улыбаюсь. Слава посмотрел на меня, посмотрел и поцеловал. Поцелуй оказался очень страстным и требовательным, и вскоре перерос в нечто большее.

Поскольку Ярослав тоже собирался поприсутствовать со мной на фотосессии, сильно опоздали мы туда вдвоем, пока спешно собирались, Вопрос с переселением остался открыт. До вечера. Жутко довольный, улыбающийся и прямо-таки светящийся Левин смотрит на меня как охотник на добычу, которую уже практически поймал, но осталось только заманить в расставленные силки. После фотосессии Ярослав уехал по делам, а меня на сегодня освободил, но с пожеланием, чтобы все-таки обдумала его предложение.

Я думала. Очень много думала, и в итоге мои мнения разделились. Чувства кричат, что надо переезжать. Скорее, немедленно, вот прямо сейчас. Разум говорит, что лучше не торопиться, все как-то резко и быстро началось, спешить некуда, не стоит кидаться в омут с головой, пусть поухаживает, если действительно заинтересован. Все же решила потянуть время, а потому морально все оставшееся время готовилась к обороне и готовила для Ярослава аргументы против.

Продюсер приехал к моему дому вечером, зашел и с порога заявил:

— Сашенька, собирай вещи.

— Слава, нет. Я не согласна к тебе переезжать, — выпалила я, но тут же не выдержала и добавила. — Пока что.

Левин усмехнулся, словно примерно такого ответа и ждал.

— Нет, мы не ко мне. Бери ещё и документы. Вещей по минимуму. Все, что нужно, на месте докупим. Через три часа у нас самолет.

Мои глаза широко распахнулись от удивления.

— Куда самолет?

— В тепло. Мы, конечно, не так давно уже были по работе в южной стране, но то было по работе и ненадолго. А сейчас можно в более влажный тропический регион. К океану. Ты как, согласна?

— А-а-а… Да, — еще бы! Облегченно выдыхаю. — То есть вопрос переезда вновь откладывается? До возвращения.

О, как Слава улыбнулся.

— Полагаю, после возвращения такой вопрос в принципе не будет стоять.

И мы действительно улетели, хотя вернее было бы сказать, что Ярослав меня попросту украл. Украл на целую неделю, выцепив меня из плотного рабочего графика. Я могу сказать, что такой, казалось бы, небольшой срок — это настоящий подвиг. Столько назначено важных встреч, на которых кровь из носу необходимо быть. Даже одно представление мюзикла перенесено. Так что да. Он выкрал нас из повседневности. Мы улетели к теплу, океану, солнцу, романтике, бессонным звездным ночам и этому ощущению жаркого, соленого бескрайнего счастья. Никаких проблем, серьезных решений и прочего. Только он и я.

Возвращаться в реальность жутко не хотелось, но пришлось. В том, что по прилете вопрос с местом моего проживания будет решенным, Ярослав не ошибся. Было настолько хорошо с ним, что расстаться и поехать спать к себе домой показалось преступлением против себя самой.

Потекли рабочие будни. Хотя именно буднями их трудно назвать. До сих пор не могу привыкнуть к новой профессии, и ощущения рутины нет как такового. В один из дней встретились с Ником. Только увидев меня, парень прикрылся руками, сделав вид, что готовится к моему нападению. Снисходительно посмотрела на Денжера и фыркнула. Так и быть, пусть живет.

— Что, моя казнь отменяется? — Ник опускает руки и подходит.

— Угу. Но знай, ты поступил очень нехорошо и некрасиво. Специально, да?

— Ага. Надоело мне на ваши со Славкой страдашки смотреть. Помогло хоть? Я ж только с поезда, ничего не знаю, но, судя по тому, что ты добрая, улыбаешься и вообще нехило так светишься, у вас все на мази. Угадал?

— Ну… в принципе, да.

— Ха. За это я бронирую место крестного у вашего первенца.

— Ой, Ник, о чем ты вообще говоришь? Какой первенец? Впереди сплошная работа. Да и вообще, мне, знаешь ли, Ярослав предложения не делал, чтобы детей заводить. Встречаемся-то всего ничего. Да даже… о чувствах не говорили толком.

— А что мешает? Поговорить.

Пожала плечами.

— Боюсь. Боюсь услышать то, что мне не понравится.

— Саш, я тебе советую все же поговорить. Если он скажет тебе хоть что-то, что тебе не понравится, то я тебя уведу. Вот честное слово, а Славка тогда пусть локти грызет.

Весело хмыкнула, но задумалась. Насчет признания в чувствах.

Отыграла в мюзикле, вернулась домой, встретилась с Ярославом, но опять не решилась ничего сказать. При этом поняла, что даже не столько хочу услышать что-то от Славы, сколько признаться самой. Не могу больше держать в себе свои чувства. Ночью плохо спала, ворочалась, но под утро уснула, решив, что вот ну завтра действительно нужно обо всем поговорить.

Просыпаюсь, и оказывается, что я проспала и Ярослава рядом нет. Один бессовестный продюсер выключил будильник на телефоне, дав мне подольше поспать, а сам уже уехал на работу. Позавтракала, собралась и решила, что если не поговорю со Славой в ближайшее время, взорвусь. Беру такси и еду в продюсерский центр. Можно сказать, сюрпризом. Там у меня сейчас дел нет, но все равно нужно в центр.

Жутко волнуясь, лечу на встречу со Славой. Надеюсь все-таки на лучшее. Вот я уже в центре. В это время продюсер должен быть еще в своем кабинете. Это я еще помню по своей работе помощницей. Сегодня день разбора накопившихся бумаг. Захожу в приемную. О, отлично! Нынешней помощницы на месте нет, видимо, вышла, можно не придумывать цель визита.

Подхожу к кабинету, открываю дверь и застываю. На меня бежит помощница Ярослава Яна. Вроде бы что такого, но она наполовину голая, низ есть в виде юбки, а вот верха нет. Ни блузки, ни бюстгальтера. Правда, бюстгальтер быстро нашел свою хозяйку, буквально нагнал ее в полете, упав на голову, метко запущенный сильной рукой Ярослава. Яна, чьи щеки горят ярко-алым цветом, вылетела из кабинета прямо так, с бюстгальтером наголо, по пути сильно толкнув меня с прохода.

— Саша, это не то, что ты подумала, — сразу произнес Ярослав мрачно. — Чтобы ты там ни надумала.

Глава 99

Кхм. Зашла и закрыла за собой дверь.

— Как у вас тут рабочий процесс интересно поставлен.

— Извини, пожалуйста, минутку.

Злой, это сразу видно по лицу, продюсер звонит в наши кадры и требует заняться вопросом срочного увольнения его нынешней помощницы и быстрым поиском новой. Затем Левин подходит ко мне, крепко обнимает.

— Представляешь, завалилась ко мне сейчас в кабинет с истерикой. Оказывается, о нас с тобой уже пошли слухи в центре. Признавалась в любви, плакала, спрашивала, чем она хуже, ведь так преданно отлично работает и вообще во всех отношениях лучше. Стала раздеваться. Я вот иногда поражаюсь. Что вообще у людей в головах?

Ну, я тоже хотела в любви к продюсеру сегодня признаться. Видимо, что-то не то у меня в голове. Прижалась к Славе покрепче. Нет. Ничего не скажу. Будет моим страшным секретом.

— Саш, ты не обиделась?

— А есть на что?

— Мало ли.

— Ник рассказывал, что недавно одна фанатка сняла бюстгальтер, кинула в него и полезла на сцену. Он ведь не виноват. Тут, думаю, похожая ситуация, если ты, конечно, не давал девушке повод на что-то надеяться и рассчитывать.

Например, приглашал пожить у себя дома, постоянно помогал, заботился, подшучивал, ласково сокращал имя, приглашал в театр, оплачивая наряд… Честно сказать, Яну я в некотором роде понимаю, ведь сама, будучи помощницей, еще как по начальнику сохла, а он еще и с Ларой встречался. Но у меня даже и мысли не возникало завалиться к шефу в кабинет, что-то предъявлять и сверкать голыми телесами.

— Нет, конечно. Пойдем выпьем кофе. Пусть собирает вещи. Я уже сказал ей, чтобы больше не появлялась здесь.

Пошли в кафе. Ярослав на меня поглядывает с подозрением, ожидая, похоже, от меня чуть ли не скандала, но я спокойна, как танк. Наверное, потому что успела узнать продюсера достаточно хорошо. Уверена, что если бы его действительно заинтересовала другая, он бы это не стал скрывать и сказал прямым текстом.

Уже сидя за столиком, Слава поинтересовался:

— Сашуль, а ты чего вдруг приехала?

— Соскучилась просто.

— Да? И все?

— Ага.

— Хорошо. Кстати, хотел тебя спросить вот о чем. Когда ты пригласишь меня на знакомство со своими родителями?

— М-м. Так ты с ними и так знаком.

— Да, но скорее в качестве твоего друга. Если уж по центру пошли слухи, что, хоть мы все и опровергли, информация о том, что мы вместе, не фэйк, это может просочиться и в прессу. У родителей наверняка появятся вопросы, вероятно, и сейчас есть. Может, лучше их заранее подготовить?

М-да. Сложный вопрос. Папа с мамой до сих пор думают, что я встречаюсь с Егором. Я им ничего не говорила.

— Саша?

— Все равно не совсем понимаю, для чего нужна встреча с родителями. Я их сама по телефону предупрежу, и все.

— Ты меня стесняешься?

— Нет.

— Тогда в чем проблема?

— Ни в чем. Давай съездим в выходные.

Есть все равно сомнения. Нет, я действительно ни капли не стесняюсь Левина, но родители наверняка удивятся, как я быстро молодых людей меняю.

— Слав, а как же ты сегодня без помощницы будешь? Сегодня же «бумажный» день.

Продюсер пожал плечами.

— Найдут кого-то среди сотрудников на сегодня-завтра.

— Но ведь это надо еще в дела погрузиться. Я сегодня до обеда свободна, хочешь, помогу по старой памяти? — это я на самом деле хочу под приличным предлогом побыть со Славой подольше.

— Было бы здорово, — весело улыбнулся «шеф».

Вернувшись, располагаюсь в приемной, включаю компьютер, захожу в базу и застываю. Спешу к Ярославу в кабинет.

— Слав, похоже, Яна удалила всю рабочую базу на компьютере. Контакты, графики, приложения, документацию.

Через рабочий планшет показываю, что даже на нем все пусто.

— Ах, она… впрочем, неважно, кто, — Слава мрачно на меня посмотрел. — Думаю, программисты смогут восстановить потерянные данные.

— Мстительная девушка. Ну, если не получится вдруг восстановить, то у меня в личной почте много всего полезного сохранилось. Привычка делать резервные копии данных в разных местах. Частично можно восполнить удаленное. Ну, кроме новой информации, которая поступила уже при Яне.

Открываю с планшета свою почту.

— О, а тут письмо от Яны. Десять минут назад пришло.

— Не к добру, — весело фыркнул Ярослав.

— А может, она извиняется и высылает резервные копии.

— Ну-ну.

Открываю письмо и краем глаза вижу, как Левин встает со своего места и становится позади меня. Любопытный.

Ого. Целое сочинение мне Яна написала. Вчитываюсь в сочащиеся ядом строки, и просто-напросто руки начали опускаться. Опущу оскорбления с подробными описаниями меня как плохого, точнее, никакого некрасивого человека. Яна тут еще и по полной сдает Ярослава, сообщая мне, что на роль помощницей меня взяли не потому, что я прошла строгий кастинг на место, за которое бьются десятки девушек, а по протекции самого продюсера. Что квартира, которую я снимала, на самом деле проплачена Левиным — та сумма, которую я за нее платила, — это только часть арендной платы, что за мной постоянно ведется наблюдение людьми Ярослава, что он чуть ли не купил меня у Макса Орлова и…

Дочитать не успела. Слава вытащил у меня планшет из рук.

— Вот дрянь, — все-таки высказался продюсер.

— Эм-м. Это не то, что я подумала, да? Откуда ей все это может быть известно?

— Саша, — Ярослав садится рядом и сверлит меня тяжелым виноватым взглядом. — Здесь очень много приукрашено и утрированно про мои действия, но я не буду врать, что это неправда. Откуда ей может быть известно многое из того, что здесь перечислено, я не знаю, но очень скоро выясню.

И Ярослав рассказал интересную версию моего прошлого. Мне казалось, что это я такая самостоятельная, нашла квартиру, работу, живу одна. А на самом деле полный присмотр. Слава «захотел» меня к себе в певицы еще со встречи на мосту, и примерно тогда все и началось. Слежка в интернете. Целое досье на меня. И когда я только разместила свое резюме на соответствующих сайтах и стала подыскивать квартиру, чтобы съехать, это сыграло продюсеру на руку, была подготовлена нужная почва. Присмотр его охраной осуществлялся чисто для моей безопасности, да и, можно сказать, практически не осуществлялся. Так, проверяли, жива или нет. От всяких возможный маньяков предположительно могли защитить. Угу. Помимо самого Ярослава. Увлеченный своей работой продюсер равно маньяк. Правда, Слава добавил, что позже, после того, как моя популярность сильно возросла, и охрану значительно усилили, в том числе и слежку. Опять же, исключительно для моей безопасности… Вот вопрос с Максом для Левина, кажется, более тяжёлый. Он ведь, похоже, не знает, что Орлов мне уже успел выдать правду-матку гораздо раньше.

— Саша, извини. Я не прав и не должен был так поступать. Я это сделал даже не из-за того, что опасался, что Макс может увести тебя, как мой проект. Ты мне уже тогда очень сильно нравилась, больше, чем нравилась. Когда мне сообщили, что Орлов собирается тебя поцеловать… хорошо, что он согласился на деньги. Можно сказать, ему повезло. Саша?

Закрыла лицо руками.

— Сашенька, — обеспокоенно произносит Ярослав, кладя руку на мои трясущиеся плечи. — Пожалуйста, не плачь.

Не могу. Не могу вымолвить и слова, меня действительно трясет.

— Саша!

Левин отодвигает мой стул, берет в охапку, пересаживает к себе на колени и успокаивающе гладит по голове.

— Только не переживай так, пожалуйста. Да, я дурак еще тот. А из-за дураков нечего переживать. Саш, я знаешь, как сильно тебя люблю? Ты даже не представляешь, как.

Отняла руки от лица и порывисто со смехом обняла Левина. Из глаз брызжут слезы. Все это время меня буквально душил беззвучный истерический смех. Просто накопилось. Эмоций, переживаний.

— Саш?

— Между прочим, Макс сдал тебя уже давно.

Ярослав застыл.

— Ты знала? Почему ничего не сказала?

— Потому что простила. Любовь ведь она такая. Ты принимаешь человека такого, какой он есть, со всеми его поступками, достоинствами и недостатками. Я не такой уж наивный человек, как может показаться, я знаю, какой ты, насколько жестким и властным порой можешь быть, а временами и просто вредным, каковы особенности твоей работы, какие методы ты используешь иногда, чтобы добиваться своих целей, но и знаю, какой ты ответственный, умный, добрый, заботливый, по-своему честный, очаровательный… в общем, давно хотела признаться, что влюбилась в тебя как кошка. Причем давно. Пыталась игнорировать это чувство, затем бороться с ним, а потом приняла. Однако знала, что ты любишь другую, и моя любовь тебе не нужна.

Ярослав взял меня за талию и чуть отодвинул от себя, видимо, чтобы сейчас прямо смотреть в мои заплаканные глаза.

— Саша, ты серьезно?

— Куда уж серьёзней.

— Симпатию с твоей стороны я замечал, но чтобы… видимо, потому что дурак, да?

Отрицательно покачала головой.

— Принимаешь меня, значит, таким, какой есть?

Согласно киваю.

— Тогда, — Ярослав пересадил меня со своих колен прямо на рабочий стол, а сам вдруг стал передо мной на одно колено. — Тогда принимай, пожалуйста, и дальше. Только на официальных основаниях.

В шоке наблюдаю за тем, как Ярослав достает из кармана брюк маленькую коробочку. Открывает ее передо мной и… нет, там не брошка. Там очень красивое кольцо. Смотрю на него и не понимаю. Не верю.

— Саша, я хотел сделать это чуть-чуть попозже, вечером. Но чувствую, что сейчас момент как никогда подходящий. Ты выйдешь за меня замуж? К слову, я тоже принимаю тебя такой, какая ты есть, и ты просто восхитительна, волшебна, невероятна, и я вообще не понимаю, как ты меня еще терпишь.

— А-а… может… зачем так быстро?

Все еще в шоке, как зачарованная, смотрю на кольцо. И да, я опять отчаянно трушу. Такой серьезный шаг.

— Саша, я уже говорил тебе, во многих аспектах своей жизни я слишком затянул. Я не вижу смысла выжидать. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. Чего хочешь ты?

Ох ты ж, мамочки. Полный шок.

— Хочу. В смысле, я согласна.

Глава 100

С предложения Ярослава началась новая страница в моей жизни. Кажется, будто счастье наполняет меня по самую макушку. Так хорошо и совсем немного волнительно. Самый напряженный момент для меня был в выходные, когда мы поехали к моим родителям на «знакомство с женихом». Я маму не предупреждала и не готовила. Сказала только, что молодой человек у меня теперь мой продюсер, и мы приедем просто «посидеть».

Ага. Приехали. Впрочем, если отчим еще оставался в неведении до того момента, как мы сели за стол и Слава сделал объявление, то мама сразу приметила кольцо на моем пальце и срочно отвела меня в сторону, так что сюрприз был только для папы.

В целом, конечно, родители были в шоке, и хоть мы со Славой встречаемся недавно, но совместная работа и общение было куда дольше, так что претензий в скоропалительности решения нам не предъявили. Мама только уточнила тихонько, уверена ли я в своем выборе и, получив утвердительный ответ, успокоилась. После совместного приготовления шашлыка вечером отчим вроде бы тоже принял мой выбор.

Объявили, что свадьба будет через месяц. Тут уже мама начала вновь подозрительно на меня поглядывать и отвела в тот же уголок откровений, где долго пытала, а не беременна ли я, что свадьбу так быстро организовываем. Заверила, что нет. Осталось только убедить в этом себя саму.

Пресса подняла шум насчет новости, но отшумела быстро, нашлись и другие интересные события и сплетни. Стали с Ярославом активно готовиться к свадьбе. Все расходы он взял на себя, категорически отказавшись от помощи как моей, так и моих родственников.

Лично для меня остался один только напряженный момент, помимо свадебных хлопот и мук выбора места проведения мероприятия и выбора платья. Я обещала Егору, еще когда мы встречались, что обязательно буду на его выставке, которая откроется вот уже завтра. Объяснила этот момент Ярославу и еще то, что хочу пойти туда одна, поскольку так нормально и не объяснилась с Егором после нашего некрасивого расставания. Ярослав не обрадовался, но и ничего против не сказал, себя в спутники не навязывал, но попросил взять с собой присмотр в виде незаметной охраны.

Егора не стала предупреждать. Просто приехала, гуляю по залам, наслаждаюсь его работами. Надолго остановилась в зале со своими портретами. Я видела только наброски в карандаше, а тут уже полноценные картины в цвете. На них словно я и одновременно не я. Странное ощущение.

— Очень красивая воздушная девушка на картинах.

Оборачиваюсь. Мне улыбается Егор. Открыто, весело, легко, и у меня прямо камень с души падает. Шагнула навстречу. Егор взял обе мои руки и крепко сжал пальцы.

— Очень талантливый художник ее запечатлел. Его работы просто восхитительны. А уж как он показывает игры солнечного света на предметах и людях, просто непередаваемо.

Егор фыркнул.

— Спасибо, что пришла. Мне приятно. И поздравляю с грядущей свадьбой.

— Егор, я хотела сказать, что…

— Не надо. Кстати, ты знаешь, я хотел подарить тебе одну из законченных картин с тобой после выставки, однако их все выкупили еще до ее начала. Но я написал еще одну, вне выставки. Считай, что это подарок на свадьбу.

Егор достает из-за плеча тубус.

— Не удивляйся, я был почти уверен, что ты сегодня придёшь.

Мне торжественно вручают этот самый тубус.

— Спасибо. Можно сейчас открыть? — спрашиваю на всякий случай.

— Да.

Отвинчиваю крышку и достаю полотно. Разворачиваю.

— О-о.

На картине я и Ярослав. Тот день, когда я встретила впервые Егора, и он рисовал наброски. Я сидела на лавочке, и ко мне со спины подошел Слава. Момент, когда я откинула голову назад. На картине не видно самого Ярослава, только его руки по обеим сторонам от моих плеч и частично его склоненное надо мной тело. Очень хорошо на картине показано мое лицо, и особенно взгляд.

— Я что, так на него смотрела в тот момент?

— Да. Я уже тогда понял, что у меня нет и не будет особых шансов, но ты мне очень понравилась, постоянно думал о тебе, и когда ты позвонила, все равно решил попробовать.

На картине я смотрю на Ярослава с таким неприкрытым восхищением, восторгом, любовью, и словно это не солнце светит на меня, а я сама свечусь этой своей любовью.

— Спасибо, — еще раз искренне поблагодарила я.

Вернувшись домой, сразу показала картину Славе, ему она очень понравилась, сказал, что повесим ее в спальне. Но не сегодня. Дел много. Еще не съездили за кольцами, свадебный торт не выбрали, да и работу никто не отменял.

Вот кто очень расстроился по поводу грядущей свадьбы, это Макс Орлов. Подловил меня перед мюзиклом и полушутливым, но печальным тоном поинтересовался:

— Саша, это ты случайно не мне ли назло замуж за Левина выходишь?

Весело фыркнула.

— Я похожа на человека, который будет выходить замуж кому-то на зло?

— Нет, я все, конечно, понимаю, но Слава… Ты готова к тому, что на него будут пачками вешаться все потенциальные и действующие певички? Особенно усиливая напор, когда ты на гастролях. Готова к… скажем так, перезрелому властному мужику, который, при желании, благодаря своим связям и деньгам сможет легко сломать твою жизнь?

Мило улыбаюсь Максу.

— Не надо делать из Славы монстра.

— О-о, да ты влюблена, верно?

— Да. Люблю. Знаю Ярослава и готова ко всему. Пока, Макс.

Хочу идти к сцене, но Орлов ловит меня за руку и останавливает.

— Саша, если вдруг разочаруешься в своем выборе, позвони мне.

— Не дождешься.

Сегодня я играла на сцене как никогда хорошо, без малейшего страха смотря на зрителей. Правда, с небольшим огрехом — на финальных самых сильных аккордах заключительной песни у меня сильно закружилась голова, я покачнулась и чуть не упала. Раньше у меня подобных головокружений не наблюдалось. Возможно, усталость и перенапряжение последних дней сказываются. Свадьба ведь уже на носу. Большой банкетный зал в загородной резиденции, огромное количество гостей, среди которых множество известных публичных людей не только из сферы шоу-бизнеса. Вроде бы я должна быть против такой пышной свадьбы, с моей-то нелюбовью к большому скоплению незнакомых людей и выступлениям, но нет. За время работы привыкла к выступлениям, да и большинство приглашенных я уже знаю — часто общалась на разного рода светских тусовках, ну и главное — рядом будет Ярослав, с ним рядом мне всегда спокойно, а счастье сейчас настолько переполняет, что я готова делиться им хоть со всем миром.

Время теперь летит катастрофически быстро, и вот до одного из самых главных событий в моей жизни, о котором так всегда мечтала моя мама, остается всего несколько дней. Никогда не думала, что моя свадьба состоится зимой, но ждать до лета Слава не хотел. В последнее время на улице морозно, город замели сугробы, так что свадьба получится снежная, и фотограф, который будет снимать мероприятие, пообещал, что на снимках будет самая настоящая зимняя волшебная сказка. Да, я в предвкушении.

Сегодня нам с Ярославом нужно посетить одно из важных крупных светских мероприятий. Слава не отпускает меня от себя далеко, периодически ревностно поглядывая на тех мужчин, что здороваются со мной излишне яро — кидаясь целовать и обниматься. Шутливыми фразами сразу это дело пресекает. Собственник. Мне весело и хорошо. Вечер идет своим чередом, но вдруг Ярослав замирает.

Проследила за взглядом жениха. Оказывается, он смотрит на пару — Кая Айстема, известного певца, ныне ушедшего в тень, и его жену Анастасию, публике известную как Фортуна, а еще известную лично мне как бывшую любовь Ярослава. Ну, во всяком случае, Левин заверил, что именно бывшую. К слову, эта парочка сейчас дружно смотрит на меня и Славу. М-да. Когда-то эта встреча должна была случиться.

Глава 101

Мы могли бы просто разойтись каждый своим путем, но Кай Айстем вдруг двинулся нам навстречу. Невольно залюбовалась парой. Оба ну очень красивые и так органично смотрятся вместе. Анастасию нисколько не портит кругленький животик.

— Привет, Слава. Слышал, у тебя скоро свадьба. Поздравляю, — первым заговорил Кай.

— Спасибо. Я тоже вас поздравляю с грядущим радостным событием, — совершенно спокойно, нейтральным тоном ответил Ярослав.

— Ага.

Кай Астем внаглую с любопытством меня оглядывает.

— У твоего нового проекта отличный голос. Не услышать невозможно. Из всех утюгов теперь вещает на пару с Денжером.

— Благодарю за столь высокую оценку, — ответ моего жениха прозвучал довольно сухо. — Тебя давно не видно было на светских тусовках. Что изменилось? Решил вернуться в профессию?

— Появилось немного больше свободного времени.

— Ты давно уже не давал больших концертов. Разве нет желания дать по старой памяти хотя бы один крупный и серьезный? Для фанатов, для себя.

— Фанаты хотят, помимо прочего, слушать старые хиты, этим я не могу их порадовать, да и заниматься организацией концерта, даже просто кого-то нанимать и следить за исполнением, мне совершенно некогда.

— Насчет песен. Извини, я погорячился тогда. Хотел с тобой уже давно обговорить этот вопрос.

— Да что ты говоришь, — Айстем иронично улыбнулся. — Ты просто так вернешь мне мои же песни? Что-то слабо верится. Я не вчера родился.

— Хм. Ну давай, не просто так, чтобы у тебя не возникало сомнений. Обговорим? Ваш дуэт с Ником был когда-то очень удачным. Фанаты до сих пор ждут и надеются, что вы когда-нибудь еще раз выйдете вместе на одну сцену. Это была бы бомба. И я бы с удовольствием взялся за организацию большого концерта с твоим и Ника как совместным, так и раздельным выступлением.

Мужчины извинились и отошли немного в сторону, чтобы обсудить условия возможного сотрудничества. Мы с Фортуной остались, можно сказать, наедине. Как-то неудобно получается. Анастасия мне улыбнулась.

— Знаете, Кассандра, а у вас и правда просто изумительный голос, впрочем, как и актерский талант. Была недавно на мюзикле. У меня мурашки по коже бежали каждый раз, когда вы пели.

Улыбнулась в ответ.

— Вы были на мюзикле?

— Причем с мужем, — доверительно чуть ли не шепотом сообщила Фортуна. — Он не хотел идти, но любопытство победило. Все-таки мюзикл на всю страну прогремел. И Артем в таком же восторге, как и я.

— А я всегда как завороженная смотрю все видео с вашим участием. Вы притягиваете взгляд и не отпускаете. А уж когда танцуете — это вообще нечто. Может быть на ты? И можно просто Саша. Ну или Кэсс.

Общение с Настей на удивление пошло очень легко и просто. Она совершенно не зазнается и не ведет себя на манер той же Лары, словно богемная львица. Нет, вполне обычная приятная девушка без каких-либо звездных заморочек. И то еще приятно, что никаких личных вопросов, выяснений, притязаний. Чтобы там в прошлом ни было, я чувствую, что это осталась в прошлом. Как у Насти, так и у Славы.

Когда Ярослав с Каем вернулись, потянув нас в разные стороны, я даже немного огорчилась, что беседа окончена.

— Вы так увлеченно болтали с Анастасией, — произносит Ярослав. Его глаза довольно блестят. Похоже, удалось договориться с Каем. — Я краем уха слышал. Темы были о пинетках и роддомах. Неужели интересно было общаться на столь специфическую тематику? Я мог бы подумать, что ты поддерживаешь разговор из вежливости, но ты так живо расспрашивала Анастасию о беременности.

Ну а я что? Мило улыбнулась в ответ на горящий любопытством взгляд Ярослава. Только этим утром была в клинике под предлогом прохождения планового медосмотра и получила подтверждение потрясающей новости. Долго, кстати, тянула с подтверждением. Не верилось. Решила узнать вот прям точно-точно. Но скажу Славе не как бы между прочим. Решила проявить немного оригинальности. Дождусь возвращения домой после мероприятия.

Интересно, как отреагирует Ярослав. Он ведь грозился, пугал санкциями, штрафами, которые даже прописаны в договоре за… уход в декрет. Будет с меня теперь штрафы спрашивать? Простит? Выплатит сам, как главный нарушитель? Обрадуется? Расстроится? Да-а, столько изменений в жизни случилось за относительно недолгий период.

Поздно вечером, уже будучи дома, предлагаю сонному Славе немного поиграть в настольные игры. Согласился. Я лезу в шкафчик и выбираю игру для взрослых. Довольно интимную. Мы такими играми со Славой увлеклись только после того, как стали официально вместе жить, до этого ни-ни, но теперь прямо вошли во вкус и перешли только на такие. Кто бы мог подумать, что пикантные настольные игры могут так увлекать.

Сегодняшняя игра с упором на правило «правда или действие», но тоже с уклоном в интимный аспект. Обычно эта игра у нас очень быстро заканчивается на действиях, но сегодня я веду себя стойко и задаю тон, неизменно выбираю правду, а когда и Ярослав все-таки выбирает правду, задаю те вопросы, которые раньше не решалась задавать. Время откровенности.

— Что у тебя было с Фортуной? В физическом плане? — жутко краснея, все же спрашиваю я.

Левин смотрит удивленно.

— Особо ничего. До постели не доходило, если ты об этом.

Фух. Но настал и мой черед отвечать.

— Что у тебя было с Егором? То, что до постели не дошло, я знаю, но помимо.

— Поцелуи.

— Угу, — произнесено мрачно-мрачно.

Вновь настала моя очередь спрашивать.

— Ты от меня что-нибудь скрываешь?

— Да, — довольно улыбнувшись, отвечает Ярослав.

— Что?

— Много-много интересных свадебных подарков.

— Каких?

— Пока секрет.

Ну вот, раззадорил, а я теперь мучайся. Ярослав в очередной свой ход, когда я выбрала правду, задал похожий на мой вопрос.

— Шурочка, у тебя сегодня какое-то особое настроение, — Левин смотрит проницательно. — Есть что-то, чего я не знаю, но знаешь ты?

— Есть, — гордо многозначительно киваю.

— Так-так. Расскажешь?

— Расскажу. Могу даже показать. Или это уже будет действие?

— Не будет. Покажи.

Сбегала в коридор за припрятанный там сумкой. Вернулась. Ух, как сердце колотится.

— Вот.

Достаю целую пластиковую папку с вензелем клиники.

— Это что? — Слава изумленно приподнимает брови, но папку берет и открывает. Достает оттуда заведенную на меня специальную карту, листает, задерживается взглядом на небольших черно-белых мутных изображениях.

— Это такой документ, в котором написано, что ты уже почти папа. Во всяком случае, должен стать через несколько месяцев.

Ярослав застыл, поэтому я самолично перелистнула страницу, туда, куда вложила небольшой файл с недавно сделанным мной тестом на беременность. Не то чтобы я собираюсь его хранить, но для наглядности тоже прикрепила. Слава долго молчит, внимательно вглядывается в изображения, хотя там пока ничего такого и не видно, затем поднимает на меня неверящий взгляд.

— Сашенька, я, конечно, очень рад, я хотел бы, чтобы у нас появился ребенок как можно раньше, но не совсем понимаю, как так. Наша с тобой близость была защищенной. Ну, практически.

— Я консультировалась с врачом. Небольшой шанс допускается все же, а я, как и подозревала, пошла в этом плане в женщин по маминой линии. То есть многого не надо. Собственно, это ещё одна причина, почему я никогда не торопилась с близостью. Мама родила меня очень рано. Собственно, тоже примерно как сейчас была ситуация. Только меня она предупреждала, что так может случиться.

Ярослав отложил бумаги и крепко-крепко меня обнял. Крепко, но в тоже время невероятно бережно.

— Саша, у меня просто нет слов. Это потрясающе. Знай, я обещаю, что буду любить и заботиться о тебе и о будущем ребенке, как о самых больших драгоценностях в моей жизни. Ты мое счастье… почему ты смеешься? Или ты плачешь?

А меня вновь трясет. Рядом с Левиным эмоции всегда бьют через край. Смеюсь и плачу одновременно. Хотя, может, это ещё и беременность сказывается в плане эмоциональности.

— Слав. Не о ребенке тебе предстоит заботиться.

Теперь Левин смотрит на меня с полнейшим недоумением. Фыркнула. Вновь беру документы.

— Ну вот, смотри, видишь, тут на изображениях две черные точки. А вот, если посмотреть, то написано, что два плода. Понимаешь, да?

Впервые вижу у Левина такие круглые глаза. Матерый продюсер, познавший многое в этой жизни, которого трудно чем-то удивить. Ха-ха! Знай наших.

Глава 102

— Двойня? — опять неверяще произносит Ярослав, смотря на меня, словно ребенок на новогоднее чудо.

— Угу.

Ой, что тут началось. Слава взял меня на руки и так ходил по дому и просто орал. Мне прямо сразу представился футболист и финал чемпионата, в котором этот футболист удачно забил решающий гол. Эмоции такие же, ликование, счастье. Обнимаю и целую своего футболиста. Забег по дому остановился в спальне.

Потом уже, после, на кухне были долгие полуночное разговоры, отмечание соком, обсуждение планов, откровения.

— Моя мама познакомилась с моим биологическим отцом на концерте. Они встретились, провели вместе вечер, потом была всего одна ночь, и затем он уехал, и они с мамой больше никогда не виделись. Я знаю, что он умер еще до моего рождения, спустя полгода после той ночи. У мамы родилась я, мне дали отчество дедушки, а когда мне было четыре, мама вышла замуж за папу. Ну, то есть за моего отчима, но я никогда не чувствовала себя обузой или кем-то ненужным, он воспитал меня как родную. К сожалению, отец своих детей иметь не может.

Рассказываю Ярославу только сейчас все семейные тайны. Раньше мы все-таки не были так откровенны, но в эту ночь Слава очень много рассказал о себе и своем прошлом, поэтому я тоже делюсь.

— Хочешь, покажу фото своего биологического отца?

— А у тебя есть? — Ярослав удивленно поднял брови.

— Полно.

Взяла телефон, зашла в интернет, а после протянула Славе телефон. Брови моего жениха не только не опустились, но поднялись еще выше.

— Сашенька, но ведь это известный зарубежный рок-музыкант.

— Ага. Я тоже долго не верила. Он приезжал на гастроли в составе своей рок-группы. Мама говорит, она была фанаткой группы и его самого в частности. Говорит, ждала у выхода из здания, чтобы попросить автограф. Ну и дождалась. Он дал ей очень качественный автограф в моем лице. Группа уехала на следующий день. Мама долго думала, пытаться с ним как-то связаться, чтобы сообщить новость, или нет, да и не факт, что ей бы поверили. А потом уже и некому стало сообщать. В прессе написали, что он выпал из окна, предположительно будучи под какими-то вредными веществами. Хотя после того, как я чуть не упала с моста, да и вообще часто где запинаюсь и падаю, я думаю, никаких серьезных веществ там не было. Скорее, семейная черта. Собственно, никаких особых подтверждений нет тому, что он реально мой отец. Ну, разве что постер с его автографом, который до сих пор лежит в доме бабушки, совпадение по срокам беременности с приездом группы в город, ну и внешнее мое с ним сходство. Верить или нет, это ты решай сам.

Слава не торопится отвечать, всматривается в фото моего предположительного отца, смотрит на меня, снова на фото, а потом как улыбнется широко.

— Невероятно. Да ты просто копия его, только в женском варианте. И голос. Я ведь слушал и любил песни этой группы. Ваши голоса очень похожи, твой даже лучше и чище, — Левин засмеялся. — Да-а, это многое объясняет. Особенно то, почему я так уцепился за тебя подсознательно только после одной встречи. Ну и откуда ты у меня — такое чудо — взялась.

В общем, удивила я в эту ночь Ярослава, насмешила, обрадовала. Верю, что все у нас будет хорошо.

Эпилог

Свадьба прошла великолепно. Один из самых запомнившихся моментов, как мы со Славой вешали замок на том мосту, где впервые встретились. Не ожидала. Думала, будет какой-то символический замочек и тут Роман приносит огромный такой, мощный амбарный замок. Еще запомнилось, как плакал папа, когда мы танцевали с ним танец отца и невесты, огроменный торт, драка Денжера с Димой. Не знаю уж, что они там не поделили, но Ник сказал, что драка была чисто символической, ведь говорят же, что хорошая свадьба без драки не бывает, вот он и взял на себя почетную миссию драчуна. Слава же мне тихонько пояснил, что Дима выпил лишнего и поделился с Никой откровением, что это не Лара меня тогда так хитро толкнула, а он сам. Расчет был на то чтобы подставить Лару, он в тот момент не думал, что я могу умереть. Его певица уже достала, оказывается, хотел освободить себе место в любимчиках продюсера, ведь уже тогда заметил, что Слава якобы, ко мне неровно дышит и не простит, что его любимицу обижают. Лара сейчас на длительных гастролях по стране на не лучших условиях, возможно теперь вернется и будет реабилитирована, а вот у Димы проблемы. Яне, кстати, информацию сливал финансовый директор Ярослава, который много знал о том, на какие цели идут денежные средства, и между делом рассказывал об этом своей новой любовнице — той самой жутко преданной помощнице Яне. Уволили не только Яну, но и не в меру болтливого финдира.

В общем, не знаю, что это за традиция такая с дракой, и традиция ли вообще, но приглашенная пресса и впрямь была в восторге, написав, что да, хорошая свадьба, интересная.

После окончания свадьбы Слава преподнес мне подготовленные им подарки. Оказалось, что все мои портреты, которые Егор написал к выставке купил Левин. Теперь у нас чуть ли не во всех знаковых местах дома висят мои портреты, постеры и наши со Славой совместные студийные и свадебные фото. Немного странно для меня, не привыкла, видеть столько своих изображений на стенах, но главное, мужу нравится.

Еще один подарок — большая машина семейного типа в мое личное пользование с пожилым очень опытным и аккуратно ездящим водителем. Как сказал Левин — двойня это не шутки.

А третий подарок — очередное похищение. Мы со Славой улетели вскоре после свадьбы опять к морю, но теперь аж на целый месяц.

Спустя некоторое время мы узнали еще одну потрясающую новость — мы со Славой ждем мальчик и девочку. На радостях продюсер отменил все штрафные санкции по контракту. Мне кажется, что счастливее человека, как Славу в тот момент на УЗИ, я в жизни не видела. Иногда сказка мы можем создавать своими руками. Возможно если не бояться нового, принимать однажды трудные для себя решения, уметь оставлять прошлое в прошлом и открываться этому миру, сказка сама тебя найдет. И сейчас у меня полное ощущение того, что я в своей личной доброй счастливой сказке, и это не конец, а только новое начало.

Конец

Content

Свободина Виктория Строптивая помощница для титана