Анатолий Махавкин

Всё это — Серёга!

Серёга — идиот. Это я вам точно говорю. И как бы не распинался Батя — Иван Григорьевич — наш командир, как бы он не называл нас обоих балбесами и раздолбаями, но я вам отвечаю: первопричиной всех неприятностей всегда был именно Серёга.

Вот и в этот раз виноват исключительно он. Если бы не его идиотское предложение, ничего бы не случилось. На слабо он захотел меня взять, ха! Что я, маленький мальчик, что ли? И если согласился, то совсем не потому, что повёлся на его поддевки. Нет, просто мне самому стало интересно, получится или нет. Да, именно так и было.

И началось всё именно с моего товарища. Да вы хоть Ивана Григорьевича спросите! Только пропустите вводную часть, касательно раздолбаев в части и уверений, будто кроме двух паршивых овец, все остальные — пример для подражания. И вообще, Пятнадцатый Особый Гвардейский — гордость России. Ну и Земли вообще.

Короче, пристрелять новые лазерные карабины предложил именно Серёга. Гвардии сержант Сергей Яковенко. Ах да, забыл представиться: гвардии сержант Антон Карасев. Год — на Земле и полтора — на станции Заря восемь. Ну да, та самая на границе с империей Моур. Поначалу было не по себе от такого соседства: всё-таки — самая мощная и воинственная человекоподобная цивилизация, как никак. А после привык. Все эти совместные церемонии в подтверждение обоюдных мирных намерений.

Ладно, вернёмся к карабинам. Да, предложение пострелять исходило именно от Серёги. Хорошо, выпустить в качестве мишеней порцию мусора, не успевшего отправиться в утилизацию придумал я. И что? Мы бы по-быстрому перещёлкали все эти баки и коробки, так что и следа не осталось бы. В тире мы с Серёгой показывали лучшие результаты, если что.

Нет, ну кто мог знать, что этот долбаный дипломатический корабль заявится именно в тот момент, когда весь мусор окажется снаружи? У нас же не экстрасенсорный корпус, в конце концов! Да и пилот мог бы немного меньше форсить и включить торможение пораньше.

Глядишь, все сенсорные экраны и датчики остались целы.

И вообще, современные российские корабли способны защищаться от угрозы и пострашнее пары консервных банок!

Поэтому я считаю, что большая часть обвинений, которые Батя обрушил на наши несчастные головы, не имели под собой никаких веских оснований. И вообще, я сразу сказал, что гвардейцы должны постоянно повышать свой боевой уровень, дабы соответствовать…

А, блин, опять губа…

Как нам обрадовался прапорщик Храпов, только видеть нужно было! Он нам так всегда радуется. Улыбнулся, слезу пустил, а после облизнулся, точно оголодавшая до смерти акула. Кстати, именно стараниями сего милого людоеда у нас с Серёгой идеальный строевой шаг во время парадов и совместных ритуальных шествий с Моурианцами.

Почему? Ха! Двенадцать часов в сутки, при различных уровнях гравитации, да ещё и зачастую в полной выкладке. Ну и плюс всякие другие ништяки, на которые так богат военный разум прапорщика. Поэтому Храпов всегда рад нам, как рад удав новой порции кроликов.

Впрочем, в этот раз долго ему веселиться не дали. Всего пару суток мы пробыли тесно сплочённой, ненавидящей друг друга командой, а после прибыл сержант Скворцов и сообщил, что Батя вновь желает нас лицезреть. Причём, вид у Птицы был такой, что сомневаться не приходилось: полковник решил, нынешнее наказание — чересчур мягкое, поэтому негодников следует четвертовать в кипящем масле.

Прапорщик вновь пустил скупую следу голодного каннибала и пожелал нам скорейшего возвращения. Серёга рассказал, где он видит Храпова в светлом анальном будущем. Прапорщик не обиделся, но обещал, дескать денно и нощно станет размышлять, как разнообразить наше грядущее совместное времяпрепровождение.

Я же говорю: Серёга — дебил.

Пока мы шли, пацаны, попадавшиеся навстречу, смотрели на нас, как на покойников. Кто-то крикнул, что мы навсегда останемся в их сердцах.

Это обнадёживало.

Майор Савич, адъютант и секретарь Бати, осмотрел нас с ног до головы и пробормотал нечто загадочное, типа: «дуракам — везёт». Это людям-то, пару суток сбивавшим подошвы в полтора «g»! Шутник. После этого нам велели ступать в кабинет Бати.

Оказавшись в апартаментах командира, мы привычно хором начали докладывать, так и так; гвардии сержанты по вашему приказу прибыли. Иван Григорьевич приказал заткнуться и подойти ближе.

Кроме командира в шикарном помещении, стилизованном под каюту древнего моряка, находился ещё один человек. Средних лет мужчина с висками, серебрящимися сединой и в строгом костюме-тройке серого цвета. Судя по комплексному модулю: «Виктория бис» у левого виска, нас внимательно осматривал тот самый дипломат, чей кораблик мы едва не ухайдокали.

— Отлично, — сказал гость и поставил на стол маленькую чашку. Кажется, начальство потребляло кофе из лунной арабики. Гурманы, блин. — В живую оба выглядят более впечатляюще — то, что нам нужно.

— Я бы, на вашем месте, всё же подумал над другими кандидатурами, — полковник побарабанил пальцами по столу. — Более дисциплинированными. Скажем, Маликов или Дубина…

— Иван Григорьевич, — дипломат улыбнулся. — Цивилизация Моура достаточно специфична и эффектность для них много значимее эффективности. Вы только посмотрите на эти два экземпляра: красавец блондин и красавец брюнет! А осанка, а шаг? И от них же не требуется ничего особенного: просто сопровождать меня во время визита.

— Раньше же как-то обходились без сопровождения? — буркнул полковник и попытался сжечь нас огненным взглядом.

— Да. Но мне намекнули, что персона моего уровня обязана иметь нечто, вроде почётного эскорта. Эффектность, я же говорю. Пока Москва подбирает и присылает подходящих людей, мне разрешили использовать ваших.

Если что, то «красавец блондин», — это Серёга, ну а я — означенный брюнет. Кстати, наше различие весьма помогает в дружбе, ибо по большей части девицы, которые постоянно цепляются на нас, не пытаются конкурировать между собой.

Итак, мы должны были сопровождать первого консула Матвея Ильича Бронзу во время какого-то, не совсем понятного нам, мероприятия у Второго Императора Моур. То есть, почти главного правителя империи. Бронза коротко пояснил суть ритуала, но ни я, ни Серёга так ни хрена и не поняли. Впрочем, нам было достаточно того, что Храпов остался с носом.

Нам выдали парадку такого качества, что я в жизни не надевал. Батя лично проинструктировал нас, поминутно тряся огромным кулаком у носа инструктируемых. Потом успокоился, пообещал, дескать если что: «с дерьмом смешает и съест». Похлопал по плечу и пожелал удачи.

Дипломатическую посудину успели залатать, и мы без промедления отправились на Транзу — резиденцию Второго Императора. Ка-акой это оказался шикарный перелёт! Личная каюта, минибар (которым нам категорически запретили пользоваться, ха!), огромная кровать и набор нейрофильмов, да таких, что дух захватывало.

На второй день полёта Бронза вызвал нас к себе. Для начала спокойно сказал, что известит командира о пустых минибарах. Потом так же спокойно ввёл нас в курс дела.

От нас требовалось изображать тупых красивых болванчиков, повсюду следующих за консулом. Кроме него и нас на приёме должен был присутствовать секретарь, он же — переводчик, Василий Шапиро. Бронза продемонстрировал голографический план дворца императора и указал маршрут, которым мы, скорее всего, проследуем.

Потом нам поведали о тех вещах, которые мы не должны были делать ни при каких обстоятельствах. Таковых, как ни странно, оказалось совсем немного и большая часть, почему-то выпадала не на религиозные традиции Моура, а на их пищевые пристрастия. Впрочем, именно нас кормить никто не собирался.

После этого Матвей Ильич холодно улыбнулся и сообщил, что прибываем мы через три часа пятнадцать минут, поэтому самое время привести себя в порядок и приготовиться.

— Ты первый налажаешь, — сказал Серёга, когда мы начали одеваться. — Вот чую я пятой точкой: налажешь и всё.

— Пошёл в свою пятую точку, — я осмотрел себя в зеркале. — Нет, ну идеально же! Надо было пойти в актёры. Прикинь, я — в нейро, а?

— Ага, там, где трое с Вишну, да?

— А сам бы не хотел?

Мы немного поржали, хоть и ощущали нервозность. Первый раз нам приходилось действовать так далеко от всех, да ещё и в самом центре Моура. А вдруг что-то реально пойдёт не так? Все отлично знали, насколько могущественна империя и никто даже думать не хотел, чем закончится прямое военное противостояние моурианцев с Землёй.

Впрочем, что могло пойти не так?

На Транзу мы садились в сопровождении четырёх огромных крейсеров, и я в очередной раз поразился, насколько велики эти штуки. Ни один из земных фрегатов не мог соревноваться с моурианскими исполинами.

— Демонстрация могущества, — коротко ответил Бронза в ответ на моё замечание. — И так во всём. Это, кстати, даёт свои плоды. Зона правления только Второго Императора в четыре раза обширнее всей Земной Федерации.

Космодром, на котором мы оказались, больше напоминал смесь парка развлечений и какого-то архитектурного комплекса: нагромождение непонятных фиговин, мигающих разноцветными огнями, точно гирлянды на новогодней ёлке. Серёга тут же заявил, что здесь мы и заблудимся.

Но этого гостям не позволили: стоило выйти наружу и нас тотчас окружили местные солдаты. Моурианцы вообще очень похожи на землян, разве что чуть ниже ростом, да почти все — рыжие. Слышал, что если чпокнуться с женщиной моури, то могут даже появиться детишки. Интересно, а это кто-нибудь проверял? И кстати, как вообще эти моурианки выглядят? Вживую я наблюдал только местных мужиков.

Короче, нас дружелюбно, но не спуская глаз, проводили к летучей штуке, которая должна была доставить почётных гостей в императорский дворец. Снаружи хрень напоминала серебристую тарелку, а внутри — шикарный зал, с мягкими креслами, фонтаном и экраном, на котором крутились фиолетовые спирали. Здесь тоже присутствовала охрана, но нас никто не трогал и вообще, разрешали бродить, где угодно.

Бронза сел в кресло и принялся что-то черкать в своём голо, а мы с Серёгой пошли изучать «тарелку». Нашли кабину пилота и некоторое время наблюдали, как он управляет своей посудиной. Блин, а управление здесь — ребёнок справится!

Кажется, мы присутствовали тут в очень высоком статусе, потому что, когда Серёга попросил порулить, пилот сопротивлялся совсем недолго.

Сразу скажу, что тот случай — элементарная воздушная яма. Зуб даю! Или временно отказала местная техника. Всякое ведь случается, правда? Поэтому, когда Бронза связался с нами по вживлённому в челюсть передатчику и спросил, какого хрена происходит, мы честно ответили, что понятия не имеем и уже возвращаемся обратно.

И вообще, проехали.

Дворец Второго императора оказался хренью, величиной с целый город. Куча зданий, парков и озёр. Там, где мы опустились, стояло больше сотни супниц, типа нашей. Отличались они только по величине. Повсюду порхали крохотные дроны и норовили шмякнуться о морду лица.

— Брысь, — сказал я и отогнал пару самых назойливых машинок.

— Осторожнее, — неприметный человечек в костюме чёрного цвета улыбнулся и протянул руку для приветствия. — Василий Шапиро, секретарь и переводчик. Бесполезная, должен вам сказать, должность, но по протоколу положено.

— Почему, бесполезная? — спросил я, наблюдая, как Серый играет в гляделки с командиром нашего эскорта. Моурианец сморщил рожу и отвернулся. Ага, знай наших!

— Потому, что обычно используют электронный переводчик, — пояснил Шапиро и перемолвился парой непонятных фраз с Матвеем Ильичом. Потом почесал за ухом. — Да, уже ждут.

Бронза подошёл к нам, внимательно осмотрел и свёл брови к переносице.

— Ни слова, — строго сказал консул, — ни единого шага в сторону и ни единого лишнего жеста. Ясно?

Чего тут непонятного? Мы так и делали. А если что-то пошло не так, то в этом Серёга виноват. Серьёзно. Он — как ребёнок, честное слово! И меня, гад, подставил.

Народу в дворце оказалось не очень много и перемещались местные какими-то кучками. Все смотрели на нас, точно прибыли на выставку редких животных. Причём, по большей части сверлили взглядами нас, с Серёгой. А мы такие, с каменными рожами: ать, два, поворот, держать шаг! Спасибо тебе, товарищ прапорщик.

Больше всего внимания нам уделяли местные дамочки. О да, тут они присутствовали. И да, моурианки оказались ничего себе. Смугленькие, рыженькие, хоть попадались и блондиночки. Как раз в моём вкусе. Засмотревшись на одну, я едва не впилился в Шапиро. Заработал укоризненный взгляд Бронзы и пробормотал: «Виноват». Серёга гыгыкнул. Дебил.

Вот ещё интересно: если местные мужик ходили просто так, то каждую бабу обязательно сопровождала охрана. Ту, на которую я засмотрелся, аж шестеро ряженых, точно долбаные павлины. А девчонка — вполне себе скромненькая: чёрное платьице и какая-то серебристая хренотень на башке.

Короче, прошлись мы по всем этим залам в блестяшках, портретах и прочих штандартах, вышитых золотом. Остановились у огромной двери, где блестящими камешками изобразили крылатое чудовище. Павлинов, вооружённых мечами, тут топталось штук сто. Нас, с Шапиро остановили, а Бронзу пригласили внутрь. Типа, для личной встречи с императором. Какой-то надутый индюк долго втирал консулу, а потом взял его под руку и утащил за дверь.

— Отойдём, — сказал Шапиро и кивнул на охрану. — Не любят они, когда кто-то перед дверью топчется.

Короче, переводчик устроился в соседнем зале, разместившись в огромном кресле. Время шло и нам стало скучно. Шапиро начал подрёмывать, и тут Серый ткнул меня локтем в бок и прошипел:

— Девок местных видел?

— Ну? — я прищурился.

— Видел, каждую охраняют? — на физиономии кореша появилась ухмылка. — Слабо подкатить?

— Ты дебил? — я покрутил пальцем у виска. — Как я подкачу, если трещать по-ихнему не умею? И вообще, скандал дипломатический хочешь?

— Ну, во-первых, Медный наш про баб даже не заикался, — Серёга начал загибать пальцы. — Во-вторых, можно просто чмокнуть в щёчку — в зачёт сгодится. И в-третьих, если зассал, так и скажи: я — ссыкун.

Ну не придурок?

— Никто тут не зассал, — холодно сказал я и покосился на дремлющего Шапиро. — Пошли, покажу, как это делают профессионалы.

Через пару комнат я увидел ту самую блондиночку, которая мне понравилась и показал объект Серёге.

— Одобряю, — согласился кореш. — Валяй, профессионал, а я охрану отвлеку.

Не, ну тут он молодец. Споткнулся и растянулся так натурально, что комар носа не подточит. Даже вазу какую-то расколотил. Пока павлины с мечами разевали рты, я быстро приблизился к девице и наклонившись поцеловал. Вот ёлки! Собирался — в щёчку, а девица повернула голову и получилось — в губы. Нет, ну я же не думал, что так получится.

Охранники все, как один, уставились на меня, но пока ничего не делали. А жертва нападения отступила на шаг, оглядела меня с ног до головы и нахмурившись, что-то сказала. Вроде спросила.

— Э-э, да? — только и нашёлся сказать я.

И тут вся эта прорва охраны достала свои мечи и бросилась ко мне. В смысле, не только те, что стерегли девицу, но и вообще, все, кто бродил по залу. Штук сто, не меньше. И я понял, что мне — хана.

— Тоха, ноги! — завопил Серёга и подал пример, рванув в сторону выхода.

Я — за ним.

Блин, я даже не думал, что тут столько охраны! Вроде, когда шли, казалось, что и народу нет ни хрена.

Мы неслись со всех ног, но надо же понимать, преследователей было намного больше и дворец они знали гораздо лучше. Короче, очень скоро нам перекрыли все входы и выходы и явно собирались наброситься, чтобы окончательно склеить ласты.

— Ты — урод! — сказал я Серому и бросился к окну. — Сюда!

Стекло я вышиб вместе с рамой и тут же пустился наутёк по аллее местного парка. Пнул какую-то пятнистую хрень, типа ягуара, которая разлеглась поперёк дорожки, и хрень с визгом удрала в кусты. Ошалевший мужик в красной тоге плюхнулся жопой в фонтан, а ещё парочка закрылась от нас зонтами. Да не до вас же!

— Там — аэродром! — крикнул Серёга и указал пальцем в прореху между деревьями. — Попробуем угнать тарелку.

Охранники неслись по пятам. Их сопение и пыхтение буквально долбило по затылку. Впрочем, наш рост всё же здорово выручил, так что у посадочной полосы мы смогли немного оторваться. Оставалось найти посудину с открытым люком и поднять её в воздух. Если доберёмся до корабля, спрячемся там. Вроде, как это считается территорией Земли.

— Скажи спасибо, что эти олухи не стреляют, — подбодрил товарищ, — иначе бы нам уже — крышка.

— Ну ты и козёл! — сказал я, между выдохами и отогнал дронов, которые роились вокруг, точно мошкара. — Глянь, этот вроде открытый.

И тут произошла натурально непонятная фигня. С небес со свистом плюхнулся небольшой кораблик. Тарелка едва не шандарахнула прямо по нам, села совсем рядом и наружу выпрыгнул моурианец. Здоровый такой парень, даже чуть выше меня. Осмотрел нас и почти не задумываясь полез в драку. Причём, именно ко мне.

— Отойди! — сказал я Серёге, который тоже рвался поучаствовать. — Вот, если завалит, тогда отомстишь.

Самое странное, пока этот тип пытался начистить мою рожу, преследователи остановились в полусотне метров и просто глядели. Интересно им было, блин!

Ну что сказать; метелился этот бычок знатно. Да и силушки в нём было — ого-го! Поначалу я даже пропустил пару косых по физии и несколько — в пузо. Чуть не поплыл, однако сумел собраться, отдышался и подумал: если продую бой и останусь жив, то Корнилов — наш, по рукопашной — меня просто изнасилует.

Поставил пару удачных блоков, перехватил руку, пнул по колену — парень закряхтел и отскочил. Ага, сейчас я тебе покажу, где земные раки зимуют! Хук, слева, справа, прямой, коленом в живот, локтем по плечу. Скулишь, засранец? Серия по корпусу с переходом в челюсть и на закуску — с вертушки по щам! Спокойной ночи, милый принц.

«Зрители» подняли вой и бросились к нам. Поздно, мы уже забрались в тарелку неудачника и Серый начал колдовать с управлением.

— Вот теперь тебе точно — хана, — бормотал товарищ. — Тип-то этот — точно не из простых, раз на личном блюдце летает.

— Утешил, мля, — проворчал я и коснулся экрана, который пропустил доморощенный угонщик. — Зато, как я ему навалял, а?

— Хреново, — посадочная полоса резко ушла вниз, а нас вжало в кресла. — Корень тебе, за такие вольные упражнения пистон вставит и правильно сделает.

Спокойно уйти нам не позволили. В небо поднялась куча блюдец и прочей посуды. Вся эта сервировка плотно села нам на хвост. Некоторые кораблики, кстати, шли много шустрее нашего.

— Что вы уже натворили? — раздался в голове голос Бронзы. — Тут весь дворец на ушах стоит. Что-то, связанное с дочкой императора.

Мы с корешем переглянулись. Серый выпучил глаза и мугыкнул. Смешно ему, дебилу!

— Недоразумение, Матвей Ильич, честное слово, — как можно проникновеннее сказал я. — Вот доберёмся до корабля и всё вам расскажем.

— Заодно, расскажешь, как отлупил сына Первого Императора, — в голосе Бронзы слышалась ирония. — Мы ваш бой на большом экране смотрели. Хозяева были в восторге. Имейте в виду: сейчас вы — самые разыскиваемые люди в империи, так что, желаю удачи.

— Прикольно, — сказал Серёга и завалил наш кораблик на бок. Тарелка, пытавшаяся захватить нас силовыми крючьями промахнулась и улетела вниз. Еще одно блюдце заходило сверху. — Карась, тебе — писец! Можно, я потом твой кортик заберу? На память.

— Обломаешься, — процедил я сквозь зубы и увеличил скорость, так что шедшие на абордаж преследователи столкнулись и разлетелись в разные стороны. — Из-за какого-то сраного поцелуя!

— Ага. Ну и как это, целоваться с дочкой императора? Расскажи. А я в старости напишу мемуары: «Один мой, давно почивший, друг…»

— Идиот! — прошипел я и заставил тарелку вращаться. Силовые крючья, почти захватившие наш кораблик, соскользнули и зацепили другой. — Гляди: космодром!

Спокойно нам сесть не дали: парочка блюдец прижали сверху, повели вниз и посадили на самой границе космического порта. Остальные преследователи тоже опустились. После этого из летающей посуды полезли солдаты и ещё какие-то, в полосатых мундирах. Должно быть — полиция. У этих имелся и огнестрел. Совсем печально.

Однако, сдаваться никто не собирался.

— Гвардия! — крикнул я и выпрыгнул наружу.

Сбил кого-то с ног, отвесил оплеуху одному, второму.

— Ура! — орал Серёга за спиной и тоже раздавал плюшки всем желающим.

Мы прорвались, и я даже сумел отобрать карабин у одного полосатого. Естественно, убивать никого не собиралась, раз по нам никто не шмалял. Однако, пару раз дал над головами, отчего моурианцы разбегались и падали на пузо.

Ага, теперь нам предстояло без проводника найти свою посудину — то ещё занятие. Оставалось нестись вперёд и высматривать: не мелькнёт ли где родимый кораблик. Чёртовы дроны продолжали виться над головами, так что вопрос, когда нас догонит новая волна преследователей, был лишь вопросом времени.

В этот раз местные сели на какие-то штуковины, типа летающих мотоциклов и крепко висели на хвосте. Мы с Серым на бегу договорились, как станем действовать, и когда свистящая штуковина попыталась нас сбить, сдёрнули водителя к чёртовой матери. У нас вновь появился транспорт.

Тут мы показали, как умеют отжигать российские гвардейцы! Думаю, Батя был бы доволен. Мы шли на полной скорости и время от времени я подрезал тех, кто пытался нас зацепить. Получилось отправить в хлам штук десять летающих фиговин. Однако, как говорится: сколько верёвочке не виться…

Самое обидное, что именно в этот момент я увидел впереди наш кораблик. Не успел Серёга издать торжествующий вопль, как нас шандарахнули в бок, и я вылетел из седла. Кувыркнулся, стал на ноги, как учил инструктор по прыжкам с ракетным ранцем и побежал к кораблю. Товарищ пыхтел чуть впереди, а остальные — немного позади. Казалось, все участвуют в обычном кроссе. Разве, что без привычной выкладки.

Я не добежал буквально метров сто. Кто-то бросился в ноги, кто-то схватил за рукав, а остальные навалились сверху. Прежде, чем я успел хоть что-то сделать, руки завели за спину и зафиксировали силовым замком. Такой же фокус проделали с ногами, и я оказался спеленат, почище младенца.

Серёга обернулся, увидел, что я в полной жопе и остановился. Товарищ глубоко вздохнул и пошёл в сторону нашей кучи-малы. Мундир кореша растрепался и запылился, на щеке красовался огромный синяк, а под левым глазом — фингал. Красавец. Представляю, как сам выгляжу!

— Беги, идиот! — крикнул я.

— Ага и пропустить всё веселье?

Впрочем, веселье он таки пропустил. Рядом хлопнулась тарелка и гостеприимно распахнула люк. Меня очень умело и быстро забросили внутрь, после чего корабль тут же стартовал. Никто ничего не говорил, не угрожал и не радовался добыче. Да и вообще, пырни, которые теперь за мной приглядывали, весьма отличались от остальных солдат, охранников и полицейских. Все — рослые, один в один, мундиры шикарные, но одновременно — весьма функциональные. Я бы сказал, что очутился в руках местных гвардейцев. К коллегам попал, стало быть.

Похоже, мне предстояла весьма торжественная церемония. Скорее всего — последняя, в моей жизни. Казнь, чёрт бы её побрал! Ну И Серого, до кучи.

Однако, сразу на лобное место меня не повели. А, впрочем, откуда мне знать, как это всё у хозяев делается? И Бронза больше ни словечка так и не проронил. Может консула тоже крепко взяли за причинное место? Надо же было так вляпаться…

Меня выгрузили у императорского дворца, освободили ноги и жестами велели топать вперёд. Где же эти распроклятые переводчики, когда они нужны? Хоть бы намёк на то, что происходит! Вели себя гвардейцы вежливо и корректно. Ну да, наверное, с приговорёнными так обычно и поступают.

Вновь дворец. Ну сейчас я точно был примой и взгляды присутствующих оказались прикованы исключительно к пленному, Антохе Карасёву. Ну и хрен на вас: я высоко поднял голову и шёл, печатая шаг. Пусть знают: российский гвардеец не боится даже чёрта! А то, что поджилки трясутся, так этого никто не увидит.

В зале, куда меня привели, находились совершенно охреневшие Бронза и Шапиро. Смотрели они на меня…Ну, даже не знаю, как описать такой взгляд. Кроме охраны и кучи молчаливых непоймикого я обратил внимание на парочку, стоящую отдельно от всех.

Коренастый мужчина в мундире, несколько напоминающем форму местных гвардейцев, только с целой кучей блестяшек на груди. Судя по короне и по знакомой девице рядом, я видел Второго Императора с дочкой. Оба с интересом оглядели меня, обменялись какими-то репликами, и девица рассмеялась. Угу, весело ей. А мне вот скоро чердак отчекрыжат.

В напряжённой тишине император произнёс короткую речь, видимо — обвинительную и кивнул консулу. Бронза подошёл и откашлялся.

— Ты — идиот, — сказал он. — Это — так, не для протокола. А теперь, слушай очень внимательно. Согласно местным обычаям, в высшем свете поцелуй в губы считается началом процедуры сватовства. После этого невеста, если претендент ей нравится, спрашивает, согласен ли тот пройти испытания. Однако, для начала ты должен победить в рукопашной схватке соперника, ежели таковой имеется, — Матвей Ильич стёр пот со лба. — Ты, идиот, посватался к принцессе, утвердительно ответил на её вопрос и отлупил своего соперника.

— А испытания? — спросил я, потому что больше ничего в голову не пришло.

— То, как ты со своим приятелем удирали, настолько восхитило императора, что он счёл это за удачное прохождение свадебных испытаний. Свадьба — через три дня, поздравляю, — у Бронзы вырвался нервный смешок. — А теперь опустись на колено: император дарует тебе звания и титулы, необходимые жениху его дочери.

В общем, как-то так. Но повторяю: сам я ни в чём не виноват. Это всё придурок Серёга.

Это Серёга во всём виноват!

Content

Анатолий Махавкин
Всё это — Серёга!