Д.Д. Эверест

Арчи Грин и заклятие ворона

D.D. Everest

ARCHIE GREENE AND THE RAVEN’S SPELL

l

Text © D. D. Everest, 2016

Cover illustration © Loewe Verlag GmbH, Bindlach, 2016

The right of D. D. Everest to be identified

as author of this work has been asserted in accordance

with Section 77 of the Copyright

Designs and Patents Act 1988

Published by arrangement with Andrew Nurnberg Literary Agency

All rights reserved

© Максимова В., перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

* * *

Саре, Дэну и Эрин

Три вида магии

Естественная магия

Самая чистая разновидность магии, исходящая от магических существ, растений, а также природных элементов, таких как солнце, моря и звёзды.

Магия смертных

Магия, творимая людьми. Включает использование магических инструментов и прочих предметов, созданных волшебниками для передачи магической силы.

Cверхъестественная магия

Последний, самый тёмный вид магии, в которой используется сила духов и прочих сверхъестественных существ.

Три специальности ученика

Искание

Переплетение

Попечение

Пять положений магического сдерживания

В 1666 году ничтожная магическая оплошность стала причиной Великого лондонского пожара. Для предотвращения новых бедствий были приняты Положения магического сдерживания. (Положениями волшебники называют законы.)

ПЕРВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ. Все магические книги и предметы должны быть возвращены в Музей магических кодексов для тщательного осмотра и классификации. (В музее они классифицируются по уровням от первого до третьего в зависимости от величины магической силы.)

ВТОРОЕ ПОЛОЖЕНИЕ. Никакие магические книги и артефакты не могут использоваться, покупаться и продаваться до проведения тщательного осмотра и классификации.

ТРЕТЬЕ ПОЛОЖЕНИЕ. Строго запрещается неправомочное использование магии вне магических помещений.

ЧЕТВЁРТОЕ ПОЛОЖЕНИЕ. В соответствии с запретом опасных практик не допускается коллекционирование и накопление магических книг и артефактов с целью наращивания личной магической силы.

ПЯТОЕ ПОЛОЖЕНИЕ. Дурное обращение с магическими существами строжайше запрещено.

В пустынном зале скриптория чёрное пламя плясало на открытой странице книги.

Буквы заклинания извивались и корчились в этом чёрном огне, пока не рассыпались пеплом.

Порыв зловонного ветра – и пепел сдуло прочь, осталась только опалённая отметина в том месте, где только что трепетал тёмный огонь.

Глава 1

Черви на ужин

Арчи Грин смотрел в глубину тёмной комнаты. Мрак рассеивал единственный солнечный луч, пробивавшийся сквозь узкое окно, почти щель в стене. Комната была совершенно пуста, если не считать кучи грязного тряпья в углу да тяжёлой железной цепи на полу. Внезапно в окне появился ворон, на миг скрыв солнечный свет. Он сложил крылья и бесшумно скользнул в узкое отверстие. В тот же миг груда тряпья зашевелилась, два глаза сверкнули в темноте.

Арчи увидел мужчину, прикованного цепью к стене.

– Приветствую тебя, старый друг, – прохрипел мужчина. – Что ты принёс мне сегодня?

Ворон открыл клюв, и жирный червяк шлёпнулся на пол. Мужчина схватил его и жадно проглотил.

– Трапеза, достойная короля, – с горечью рассмеялся он. – Сейчас я ещё раз расскажу тебе мою историю, чтобы ты мог поведать её своим детям, а они – своим потомкам, дабы в нужный день вороны передали моё предостережение.

Ворон склонил голову набок и приготовился слушать. Мужчина тяжело задышал, и Арчи с содроганием понял, что, несмотря на прядь седых волос, белевшую в его чёрных волосах, он был ещё очень молод.

– Жил-был на свете глупый алхимик по имени Фабиан Грей… – начал он.

* * *

– Арчи, проснись! Арчи! – раздался громкий голос Вики Фокс. – Нет, вы только посмотрите на него! Стоило мне отойти за новой книгой, как он уже отключился!

Арчи не сразу пришёл в себя. Потом его ноздри защекотал запах старой бумаги, и он понял, что лежит щекой на открытой книге. Наверное, он уснул за работой. Арчи открыл глаза и понял, что находится в скриптории – особом зале музея Магических кодексов, предназначенном для написания магии.

Арчи и Вика были учениками в Музее, где хранилось самое большое в мире собрание магических книг. Сам Музей был надёжно спрятан под зданием Бодлианской библиотеки в Оксфорде.

Вика стояла над Арчи, держа в руках стопку книг, но с ней явно было что-то не так. Почему у неё такое зелёное лицо? В следующее мгновение Арчи сообразил, что на книге, открытой перед его носом, лежит Изумрудный глаз – магический кулон, который дал ему призрак великого волшебника Джона Ди, – и он смотрит на свою кузину через его блестящую грань.

Арчи с облегчением перевёл дух, сел и убрал подвеску под рубашку. Золотое перо, которым он писал магию, лежало на столе. Должно быть, оно выпало у него из руки, когда он задремал. Арчи взял перо и сразу почувствовал пульсацию магической энергии. Это перо когда-то принадлежало дальнему предку Арчи, знаменитому алхимику Фабиану Грею, жившему в семнадцатом веке. Арчи скоро должно было исполниться тринадцать. На первый взгляд это был самый обычный мальчик с тёмно-русыми волосами, торчавшими вихрами во все стороны. Единственной волшебной чертой его внешности был цвет глаз. Один глаз у Арчи был зелёный, а второй серый – типичные «магические глаза», как называется такой феномен в мире чародеев. Помимо этого, ладонь его правой руки была покрыта рисунками, похожими на татуировки, – так называемыми огненными метками, обозначающими ступени магического ученичества. Первую метку в виде иголки с ниткой Арчи получил, когда начал обучение ремеслу переплётчика волшебных книг. Вторая огненная метка, изображавшая дракона, кусающего собственный хвост, была особенно редкой – она означала, что её владелец обладает даром писать магию.

Арчи потёр глаза.

– Осторожнее с чернилами! – воскликнула Вика, кивнув на хрустальную чернильницу, стоявшую в опасной близости от его локтя. – У нас и так их почти не осталось!

Чернила, содержащие бесценный магический азот, которыми писались заклинания, было чрезвычайно трудно получить. Арчи и его друзьям чудом удалось сделать небольшую порцию этого редчайшего эликсира, когда они нашли заветную формулу в тетради Фабиана Грея.

Вика поставила на стол стопку книг.

– Ты засыпаешь уже второй раз на неделе, – пожаловалась она. – Между прочим, нам предстоит переписать всё это!

Ежевика или Вика Фокс, двоюродная сестра Арчи, была на два года старше его. Она перекинула через плечо свои длинные тёмные волосы и кивнула на часы, висевшие на стене.

– Скоро восемь. Мне не хотелось бы сегодня засиживаться допоздна.

Работать в Музее было чрезвычайно интересно, но с некоторых пор кузенам приходилось много работать по вечерам. Арчи зевнул и потянулся. В последние дни он постоянно чувствовал усталость. Наверное, это сказывались долгие часы, проведённые в скриптории.

Кроме Арчи и Вики, писать магию могли ещё трое учеников: Пола, младший двоюродный брат Арчи, и двое их друзей – Руперт Треваллен и Арабелла Рипли. Они объединились в так называемый Клуб алхимиков, названный по имени клуба, некогда основанного Фабианом Греем. Но сейчас из всех членов клуба в строю оставались только Арчи и Вика.

– К счастью, завтра возвращается Арабелла, так что станет немного полегче, – сказала Вика. – Надеюсь, она хорошо провела время в Праге с родителями.

– А мне не хватает Руперта, – вздохнул Арчи. – Когда он был здесь, мы могли хоть немного передохнуть.

Ещё месяц назад Руперт работал в мифическом паноптикуме в отделе Естественной магии, но поскольку он был чуть старше остальных учеников, то раньше закончил своё обучение и перешёл на работу в лондонское Королевское магическое общество, которое контролировало всю магию в Британии и подчинялось непосредственно Магической лиге – международной организации волшебников. Арчи не слишком хорошо представлял себе работу этого общества, но знал, что в его распоряжении находятся столетние запасы бесценного алхимического азота.

– Кстати, как там дела у Руперта? – спросил он.

Арчи знал, что Вика поддерживает связь с их бывшим однокашником.

– Он работает у Орфеуса Смура, – ответила она. Смур был чародеем-экспертом и некоторое время проводил исследования в Музее. – Королевское общество сейчас ищет способы изготовить азот из ингредиентов, полученных от волшебных существ. Именно поэтому Смур и выбрал Руперта, ведь он долго работал с животными и всё про них знает.

– А кого взяли на его место в паноптикум? – поинтересовался Арчи.

– Пока никого. Пола очень хочет получить это место, но он не уверен, что его возьмут. Да, кстати! – оживилась Вика. – Эдит Дрю рассказала мне, что с нашими волшебными существами творится что-то неладное. Недавно пропало сразу несколько сопелок.

Сопелки были волшебными существами, похожими на морских свинок, и вырабатывали магическое вещество, позволявшее им делаться невидимыми в случае опасности.

– А откуда известно, что они пропали? – спросил Арчи. – Может быть, они просто сделались невидимками и прячутся.

– Сопелки исчезают всего на несколько секунд, а этих не видно уже несколько недель, – ответила Вика. – Но дело не только в сопелках! Другие животные тоже ведут себя необычно, а некоторые болеют. Например, краснобрюхая саламандра Симон уже несколько недель не меняет свой цвет!

Саламандры были дальними родственниками драконов и меняли цвет в зависимости от настроения. Симон был крайне эмоциональной саламандрой, обычно он менял цвет по нескольку раз в день.

– Может быть, он просто немного устал? – предположил Арчи.

– Нет, – мрачно покачала головой Вика. – Говорю тебе, Арчи, тут что-то не так. Он потерял аппетит, а ты же знаешь, как драконы любят поесть! Мне кажется, бедняга тоскует по Руперту.

Арчи улыбнулся про себя. Иногда ему с трудом верилось, что это происходит наяву. Подумать только, он сидит в магическом скриптории и как ни в чем не бывало болтает о драконах, алхимических чернилах и волшебных существах! Его жизнь ещё никогда не была настолько интересной!

Первые двенадцать лет своей жизни Арчи тихо и незаметно жил со своей бабушкой в маленьком приморском городке. Его родители и старшая сестра пропали, когда он был совсем маленьким. Всё изменилось прошлым летом, когда Арчи впервые увидел своих кузенов и узнал, что происходит из семьи знаменитых Хранителей пламени Александрии, тайного общества, члены которого посвятили себя поиску и сохранению древних магических книг.

Когда Арчи только начинал своё обучение в Музее, у него открылся редкий дар, позволяющий разговаривать с магическими книгами. С помощью своего таланта Арчи удалось предотвратить возвращение в мир страшного тёмного волшебника Барзака, заточённого в «Книгу душ» – один из семи Ужасных манускриптов, которые считаются самыми опасными книгами, когда-либо написанными волшебниками.

После этого Арчи пережил ещё одно опаснейшее приключение с участием Ужасных манускриптов, на этот раз это был «Страшный гримуар», который проклял Фабиана Грея и других членов первого Клуба алхимиков. Жизнь самого Арчи и его товарищей по новому клубу тоже висела на волоске, но Арчи сумел одолеть «Гримуар» и уничтожить проклятие.

Это случилось три месяца тому назад, и с тех пор пятеро членов клуба настойчиво практиковались в написании магии. Теперь же под наблюдением Гидеона Хоука, возглавлявшего отдел Неопознанных книг, но втайне от магических властей они приступили к переписыванию угасающих заклинаний в музейных книгах.

Арчи вздрогнул, осознав, что Вика всё это время вопросительно смотрела на него.

– Знаешь, когда я вошла, ты что-то бормотал во сне. Плохой сон?

Арчи вспомнил своё странное сновидение.

– Мне снился Фабиан Грей, заточённый в лондонском Тауэре, – сказал он, рассеянно глядя на золотое перо в своей руке.

Брови Вики взлетели вверх.

– Опять он?

Вика имела все основания удивляться. Раньше Фабиан Грей очень часто посещал сны Арчи. Этот незадачливый алхимик был заточён в лондонский Тауэр после того, как по роковой случайности стал невольным виновником Великого лондонского пожара.

– Готова поспорить, что Грей имеет какое-то отношение к тому, над чем сейчас работает папа, – сказала Вика, задумчиво посмотрев на Арчи. – Я слышала, как мама вчера упомянула его имя в разговоре с отцом.

Дядя Арчи, Тёрн Фокс, работал искателем и занимался розыском магических книг. Почти всё своё время дядя Тёрн рылся в букинистических лавках или шёл по следу какого-нибудь редкого здания. Время от времени Музей посылал его забрать ту или иную обнаруженную магами волшебную книгу. В последние дни дядя Тёрн был очень рассеян, и дети подозревали, что он работает над очередным секретным заданием.

Вика заговорщически понизила голос, хотя они с Арчи были в скриптории одни.

– Я уверена, что это как-то связано с Алчниками. Папа говорит, что они с каждым днём становятся всё наглее.

Алчники были заклятыми врагами Хранителей, именно они стояли за зловещими заговорами с участием «Книги душ» и «Страшного гримуара». В обычной жизни Алчники могли быть вполне респектабельными и даже высокопоставленными членами волшебного сообщества, но втайне они практиковали чёрную магию и охотились за могуществом, заключённым в книгах.

В последнее время Арчи тоже заметил, что руководство Музея чем-то взволновано. Видимо, это объяснялось участившимися вылазками Алчников.

Вика снова прервала его размышления:

– Так что именно тебе приснилось?

– Я видел Грея, прикованного к стене в Тауэре, – ответил Арчи. – Он разговаривал с вороном.

Вика бросила на него быстрый пронзительный взгляд.

– Ворон что-нибудь сказал?

Во время истории с «Проклятием алхимика» говорящий ворон принёс Арчи золотое кольцо Фабиана Грея. Как оказалось впоследствии, кольцо было непростое – на самом деле в нём было заключено золотое писчее перо Грея. Теперь Арчи писал этим пером магию, а в остальное время носил кольцо на пальце.

– Нет, он только принёс ему червяков на ужин, – ответил Арчи, брезгливо сморщившись при одной мысли о таком угощении. – Но Грей сказал, что вороны должны доставить какое-то предостережение.

– Предостережение? О чём?

Арчи с досадой пожал плечами.

– Ты разбудила меня до того, как я успел это узнать!

– Ладно, досмотришь свой сон ночью. Нам пора работать, – Вика посмотрела на открытую книгу, лежавшую на столе. – Почему ты так долго с ней возишься? Обычно ты работаешь очень быстро, а над этим заклинанием корпишь уже несколько часов!

– Я всё закончил! – возмутился Арчи. – Просто тут такое дело… – Он опустил глаза на исписанный лист. – Понимаешь, это…

Чёрное пламя вспыхнуло на странице. На глазах у ошеломлённых кузенов буквы, старательно выведенные рукой Арчи, начали извиваться и корчиться в огне, пока не рассыпались в прах. Порыв зловонного ветра – и пепел сдуло прочь, осталась только опаленная отметина в том месте, где только что трепетало чёрное пламя.

– Что это было? – пролепетала Вика.

Глава 2

Похищенная книга

Этой ночью Арчи долго лежал без сна, думая о чёрном огне и исчезнувшем заклинании. Когда его работа сгорела, было уже слишком поздно искать в Музее кого-нибудь из преподавателей, чтобы задать вопросы. Когда Арчи, наконец, уснул, ему снилось, что ворон настойчиво стучит в стекло. В клюве у ворона было послание, но Арчи почему-то никак не мог открыть окно, чтобы впустить птицу.

Он проснулся резко, словно его толкнули, и услышал приглушённые голоса. В первое мгновение Арчи показалось, что ему снится сон, но когда он открыл глаза, то увидел, что лежит в спальне, которую делил с кузеном Полом. Голоса доносились снизу. Тётя Лоретта о чём-то говорила с дядей Тёрном. Тёрн отсутствовал несколько дней и, судя по всему, вернулся среди ночи. Было шесть утра. Обычно если дядя Тёрн возвращался поздно, то отсыпался допоздна. Почему же сегодня он встал так рано?

Арчи выбрался из кровати и на цыпочках подкрался к двери. Перегнувшись через перила, он напряг слух, пытаясь разобрать, о чём говорят старшие. Обычно, когда дядя Тёрн возвращался из своих поездок, все в доме сразу чувствовали себя в большей безопасности, но сейчас в голосах дяди и тёти Арчи не слышал и следа обычной весёлости. Они говорили очень серьёзно, вполголоса.

Арчи замер на лестничной площадке, прислушиваясь. Всех слов он не смог разобрать, но готов был поклясться, что Лоретта сказала: «Не дергайся, а то будет хуже!» Её голос дрожал от напряжения.

Затем раздался сдавленный стон дяди Тёрна.

– Осторожнее, женщина! Щиплет!

Что-то случилось. Арчи почувствовал, как кто-то дотронулся до его плеча, и чуть не подскочил до потолка от страха. Он обернулся – и увидел своего кузена Пола. Чертополох или Пол Фокс был всего на несколько месяцев младше Арчи, у него были круглое лицо с россыпью веснушек и тёмные волосы, которые сейчас были растрёпаны после сна.

– В чём дело? – поинтересовался Пол, подавляя зевок.

– Ш-ш-ш! – шикнул на него Арчи. – Слушай!

Приглушённые голоса зазвучали снова. Пол тоже перегнулся через перила и сосредоточенно нахмурился.

– Папа вернулся! – бросил он через плечо. – Он делал какую-то работу для Гидеона Хоука.

– Да, – кивнул Арчи. – Я знаю, но что-то случилось. Идём.

Они на цыпочках пересекли площадку и спустились по лестнице, осторожно перешагивая через самые скрипучие ступеньки. Кухонная дверь была закрыта, голоса доносились через неё. Переглянувшись, мальчики бесшумно направились в сторону небольшой столовой, когда услышали сверху сердитый шёпот Вики:

– Чем вы тут занимаетесь?

Вика стояла на лестничной площадке, туго запахнув халат.

Арчи приложил палец к губам и кивнул на закрытую дверь кухни. Вика понимающе кивнула и бесшумно спустилась вниз. После этого маленькая процессия во главе с Арчи тихо прокралась в столовую. Сервировочное окно, соединявшее столовую и кухню, как всегда, было слегка приоткрыто. Арчи уже не раз пользовался этой хитростью, чтобы подслушивать разговоры взрослых. Разумеется, ему было немного стыдно так поступать, но кто виноват, что взрослые с такой возмутительной настойчивостью скрывали правду? Они просто не оставляли ему никакого другого способа узнать, что происходит! Кузены прильнули к дверце и заглянули в щёлочку.

То, что они увидели, заставило всех троих сдавленно ахнуть. Дядя Тёрн сидел за кухонным столом, но его почти невозможно было узнать! Всё его лицо было покрыто синяками и ссадинами, один глаз так заплыл, что почти не открывался. Лоретта, сидя напротив мужа, прикладывала к его ссадинам ватный тампон. Тёрн болезненно дёргался всякий раз, когда она дотрагивалась до открытых ран.

– У нас не было ни единого шанса, – цедил он, морщась от боли. – Мы прибыли ровно в восемь, потому что думали, что всё спокойно. Мы взяли книгу, но они были наготове и ждали. Сначала они парализовали нас обездвиживающим заклинанием, а когда убедились, что мы не можем и пальцем пошевелить, для надежности обработали драчливым заклинанием. Вольфус выходил первым, поэтому ему досталось сильнее других. Видела бы ты его лицо!

– Скажи спасибо, что ты сумел унести ноги! – укоризненно произнесла Лоретта. – Ты мог погибнуть!

Тёрн только дёрнул плечом.

– Нам надо было заранее подготовиться к стычке, – он горестно покачал головой. – Но всё произошло так быстро! Гидеон будет в бешенстве. Он и так пришёл в ярость, когда узнал, что Королевское магическое общество держало книгу у себя, не поставив никого в известность. Подумать только! Все считали её утраченной, а она всё это время была у них!

Лоретта промокнула его отёкший глаз.

– Да, книга, – сказала она. – Что с ней случилось?

– Её больше нет, – прорычал Тёрн. – Они её забрали. Они заранее знали, что мы придём за ней. Кто-то их предупредил!

– Но… это же Королевское магическое общество! – ахнула Лоретта. – Не могу поверить, что они осмелились взять книгу оттуда!

– Ещё как осмелились, – процедил дядя Тёрн. – Алчники чувствуют, что ситуация изменилась в их пользу. Не зря же они столько лет собирали свои силы! Теперь их люди есть на всех важных постах.

– Что ты такое говоришь? – пролепетала Лоретта с неприкрытым страхом в голосе.

Тёрн дотронулся до своего заплывшего глаза и поморщился.

– Артур Рипли, – негромко произнес он. – Вот уже четыре месяца, как о нём нет ни слуху ни духу. Понятно, что кто-то его укрывает. Кто-то заметает его следы.

Артур Рипли был дедушкой Арабеллы и знаменитым Алчником. Это он пытался освободить волшебника Барзака и готовил второй заговор с целью завладеть «Страшным гримуаром». Более того, Арчи знал, что Рипли имеет отношение к исчезновению его отца, поскольку сам «Страшный гримуар» однажды проговорился, будто бы Артур Рипли заточил Алекса Грина в какую-то магическую книгу. Арчи подозревал, что пропажа его матери и старшей сестры тоже была делом рук Рипли.

После того как Арчи узнал об этом, он всеми силами пытался пролить свет на судьбу своей семьи, поэтому мгновенно насторожился, услышав имя Рипли. Гидеон Хоук обещал, что как только Рипли вновь попадёт в руки закона, они выяснят всё, что ему известно о семье Арчи.

– Но зачем кому-то защищать Рипли? – опешила Лоретта. – После всего, что натворил этот человек!

Тёрн ещё больше помрачнел.

– В магическом мире немало людей, которые горячо одобряют всё, что он сделал. При первом удобном случае они с лёгкостью прибегнут к помощи чёрной магии, а если Рипли дорвётся до власти, они с радостью присягнут ему.

Трое кузенов, притаившихся за сервировочным окном, с тревогой переглянулись.

– А теперь они завладели книгой, – сказал Тёрн.

Арчи почувствовал знакомую щекотку в ладони правой руки. Он опустил глаза на свои огненные метки.

– Власти должны что-то предпринять, причём очень быстро, – продолжал Тёрн. – Если Алчники смогут открыть эту книгу…

Он не договорил и ещё сильнее обмяк на стуле.

– Довольно об этом, Тёрн! – рявкнула Лоретта. Она пыталась храбриться, но её голос предательски дрожал. – Скоро спустятся дети!

Кузены поняли, что если они не хотят быть застигнутыми, им пора убираться восвояси. Они бесшумно поднялись по лестнице наверх, торопливо оделись и снова спустились вниз, на этот раз стараясь поднимать как можно больше шума.

Когда они вошли на кухню, дядя Тёрн встретил их в тёмных очках, полностью скрывавших его заплывший глаз.

– Что-то вы сегодня рано! – Лоретта вымученно улыбнулась им.

Дети молча сели за стол.

– Как дела, молодёжь? – поинтересовался дядя Тёрн, стараясь держаться со своей обычной бодростью.

– Как успехи? – спросила Вика, всматриваясь в его лицо. – В смысле, как поездка?

Тёрн отвёл глаза.

– Мне нельзя об этом говорить, – выдавил он и машинально дотронулся до своей покрытой ссадинами щеки.

Лоретта метнула на мужа предостерегающий взгляд.

– Нельзя значит нельзя. Так, кому кексы и яйца на завтрак?

В семействе Фокс тётя Лоретта славилась своим экстравагантным подходом к сочетанию продуктов. На её кухне была целая полка кулинарных книг, подаренных из самых лучших побуждений многочисленными друзьями и членами семьи, но она никогда в них не заглядывала. В деле готовки Лоретта руководствовалась исключительно вдохновением. Она изобретала самые невероятные и неповторимые блюда. Вначале тётушкина стряпня обескураживала Арчи, но теперь он почти привык.

– Как дела у Руперта? – спросила Лоретта через какое-то время, шлёпая кусок жирной яичницы на ломоть бисквитного пирожного и передавая тарелку Вике. – Я слышала, его пригласили в Королевское магическое общество? Представляю, как гордятся его родители! Ему там нравится?

– Наверное, – ответила Вика. – Но он скучает по животным из паноптикума.

– Ещё бы! – одобрительно прочавкал дядя Тёрн с полным ртом кекса и яичницы.

Он подобрал вилкой остатки яичного кекса и отправил их в рот. Видимо, он совсем забыл о своих разбитых губах, потому что тут же сморщился от боли.

Арчи проткнул ножом свой кусок яичницы и стал задумчиво смотреть, как жидкий желток впитывается в поры бисквита. Поколебавшись, он сдобрил блюдо кетчупом и нерешительно попробовал. Как ни странно, сочетание пряного и сладкого оказалось вполне съедобным.

* * *

После завтрака сытые кузены отправились в Музей. В этот день у них должно было состояться традиционное собрание в начале семестра, поэтому они не могли опаздывать. Стояло ясное весеннее утро, солнце припекало спины, пока они шли от дома Фоксов по улице Собачий Клык в центр Оксфорда.

Помимо исполнения новых обязанностей писца заклинаний, Арчи продолжал учиться у переплётчика в лавке магических книг под названием «Белый ряд». Магазинчик, находившийся в небольшом дворике, расположенном через площадь от Бодлианской библиотеки, служил местом, в котором магические книги (втайне от их ничего не подозревавших владельцев) отсортировывали от других старых книг, которые люди приносили на продажу. «Белый ряд» был единственной частью Музея, открытой для Неготовых или людей, не догадывающихся о существовании волшебства.

Основное здание Музея, находившееся на другой стороне площади, было надёжно защищено от проникновения представителей немагического мира. Вход туда лежал через кафе-кондитерскую «Квиллз», куда и направлялись сейчас трое кузенов.

* * *

Когда они вошли в кондитерскую, официантка Пинк, как всегда, стояла за барной стойкой. Эта высокая худая женщина с проколотыми бровями и бесчисленными татуировками управляла дверным лучом – тайным порталом, соединявшим переднюю часть кондитерской, открытую для всех посетителей, с внутренней, где ученики собирались перед тем, как войти в Музей. Обе части отделялись друг от друга магическим барьером, носившим название стена допуска, который скрывал происходящее в глубине здания от взоров Неготовых.

– Поторопитесь! – Пинк жестом подогнала кузенов к дверному лучу. – Собрание начнётся через пять минут.

Внутреннее помещение кондитерской гудело от оживлённой болтовни. Если Арчи, Пола и Вика провели пасхальные каникулы в Оксфорде, то другие ученики, уезжавшие на праздники, успели соскучиться по друзьям и с интересом выслушивали последние новости. Кузены разыскали Арабеллу, и она рассказала им о своей поездке в Прагу.

– Там в замке есть место под названием Улочка алхимиков, – сказала она. – Мои родители очень хотели туда пойти. Им зачем-то понадобилось своими глазами увидеть книжный магазин, в который в прошлом году вломились Алчники.

Арчи содрогнулся при воспоминании об этом. В тот раз Алчник по имени Амос Роуч жестоко убил пожилую супружескую пару, мужа и жену Крона, по наущению их приёмной дочери Катерины. Сама Катерина происходила из семьи Найтшейд, в её роду была сама ведьма Геката, автор «Страшного гримуара». Артур Рипли написал Катерине письмо, в котором рассказал о её настоящей фамилии и о книге, спрятанной во мгле музейного Темнохрана. Когда Катерина попыталась заставить Арчи закончить незавершённое заклинание Гекаты, чтобы унаследовать магическую силу ведьмы, возмущённый «Гримуар» проклял и заколдовал её[1].

После того как Арчи и члены Клуба алхимиков разрушили планы заговорщиков, Катерину отправили в приют для волшебнобольных. Амос Роуч, как и Артур Рипли, до сих пор находился в бегах.

Вика рассказала Арабелле о чёрном пламени и исчезающих заклинаниях.

– Это очень странно, – удивилась Арабелла. – Я никогда не слышала о том, чтобы заклинания могли сгореть без следа. Интересно, что это может значить? Вы рассказали руководству?

– Ещё нет, – покачал головой Арчи. – Я хочу рассказать Старому Зэбу после собрания. Он должен знать, что это такое!

Феодора Грейвс, глава отдела Сверхъестественной магии, несколько раз хлопнула в ладоши, и все разговоры мгновенно стихли.

– Поздравляю всех с началом нового семестра в музее Магических кодексов, – отрывисто заговорила Грейвс своим сухим голосом. – Прошу всех занять свои места, у нас есть для вас очень важные новости.

Арабелла и трое кузенов вместе с остальными учениками прошли в зал, расположенный во внутреннем помещении кондитерской, где обычно проводились собрания. Все четверо, как всегда, сели рядом, оставив возле себя одно свободное место. Потом они вспомнили, что Руперт находится в Лондоне и не сможет к ним присоединиться. Арчи с тоской вспомнил о временах, когда они были вместе. Он знал, что Руперт был в восторге от перспективы работать в Королевском магическом обществе, но всё равно очень скучал по нему.

Как обычно, руководители Музея сели за длинный стол, стоявший на возвышении в передней части зала. Доктор Мотли Браун, глава отдела Естественной магии, невысокий мужчина в твидовом пиджаке, о чём-то оживлённо беседовал с Гидеоном Хоуком, главой отдела Неопознанных книг, занимавшегося розыском опасных магических манускриптов. Арчи предположил, что Браун и Хоук обсуждают провалившуюся миссию дяди Тёрна. Браун сокрушённо качал головой. Арчи удалось разобрать несколько слов.

– Всё это очень плохо, Гидеон, но всё-таки ты должен был забрать её лично! Надо же такому случиться, что из всех книг, которые могли быть украдены у тебя из-под носа, они заполучили именно эту!

– Кто-то предупредил их, – сказал Гидеон.

Арчи впился в него глазами. Глава отдела Неопознанных книг был темноволосым мужчиной среднего роста и носил коричневый пиджак. Все ученики музея Магических кодексов знали, что Гидеон Хоук был самым сильным магом в руководстве Музея. На первый взгляд в его внешности не было ничего необычного, однако его глаза, как и у Арчи, были разного цвета – один голубой, а второй серый. Арчи часто гадал, сколько Хоуку лет, поскольку ничто не выдавало его возраст.

Потом Арчи заметил возле Хоука высокого мужчину с длинными седыми волосами и бородой, посеребрённой временем. Незнакомец был одет в тёмно-синий вельветовый костюм, на его ногах красовались старомодные остроносые туфли с серебряными пряжками. Он внимательно прислушивался к разговору своих соседей, при этом на его лице блуждала многозначительная улыбка, как будто ему было известно гораздо больше, чем остальным. Судя по глубоким морщинам, избороздившим лицо незнакомца, он был уже стар, но его глаза блестели молодым блеском.

Грейвс заняла своё место за столом. Она озабоченно хмурилась. Посидев немного, Грейвс встала и повысила голос, заглушая болтовню учеников:

– Прошу всех занять свои места, чтобы мы могли начать собрание, – она обвела лица собравшихся зорким пронзительным взглядом. – Прежде всего, я хочу представить вам Фауста Гонта, – сказала Феодора Грейвс, поворачиваясь к высокому старику с бородой. – Фауст – прославленный эксперт по магическим пророчествам. В последнее время он помогал вести некоторые исследования в отделе Неопознанных книг, а недавно мы с радостью узнали, что он согласился занять пост главы отдела Магии смертных.

В ответ Гонт еле заметно кивнул.

Грейвс помолчала, потом сделала глубокий вдох и продолжила:

– У меня для вас сразу несколько важных новостей, – морщины на её лбу сделались глубже. – Недавно из Королевского магического общества была похищена очень опасная книга. Если вы или кто-то из ваших знакомых обладаете хоть какой-то информацией об этой книге, мы просим вас немедленно сообщить руководству Музея.

Взор Феодоры Грейвс скользнул по четверым членам Клуба алхимиков и чуть дольше задержался на Арабелле.

– Мы должны во что бы то ни стало вернуть эту книгу. Я выразилась достаточно ясно?

* * *

После окончания собрания ученики потянулись к выходу, оживлённо обсуждая услышанное.

– Наверное, речь о той книге, о которой говорил папа, – сказал Пол, когда четверо друзей остались одни. – Мне показалось, руководство не на шутку всполошилось. Я ещё никогда не видел их в такой тревоге!

– Дядя Тёрн сказал, что власти должны действовать очень быстро, – напомнил Арчи. – Нельзя допустить, чтобы Алчники открыли книгу. Интересно, что это за книга?

– Я думаю, это последний Ужасный манускрипт, который до сих пор считается пропавшим, – ответила Арабелла. – Только этим можно объяснить, почему все так обеспокоены.

Ужасных манускриптов было всего семь. К тому времени, когда Арчи появился в Музее, четыре книги уже были найдены и надёжно спрятаны в крипте под зданием Музея. Благодаря Арчи и Клубу алхимиков удалось отправить под замок ещё два манускрипта – «Книгу душ» и «Страшный гримуар». Значит, оставалась только одна книга…

– Седьмой манускрипт… – прошептала Вика.

– И что это за книга? – полюбопытствовал Арчи.

Его вопрос остался без ответа, но Арчи уже пришла в голову ещё одна мысль.

– Тёрн сказал, что книгу украли в самом начале девятого. То есть как раз в то время, когда ты разбудила меня в скриптории, и произошла эта история с исчезнувшим заклинанием. Как вы думаете, это может быть как-то связано?

Вика с тревогой покосилась на него.

– Возможно, – ответила она. – Если так, то ты тем более должен поскорее поговорить со Старым Зэбом!

Глава 3

Метка прорицателя

Когда Арчи переступил порог книжной лавки «Белый ряд», колокольчики над дверью весело зазвенели, оповещая о его приходе. Арчи прошёл мимо тёмных деревянных стеллажей к прилавку, находившемуся в глубине лавки. Полки шкафов ломились от книг, но магические манускрипты хранились отдельно, за бархатной занавеской в дальней части магазина, где они дожидались, когда их отправят либо в мастерскую для переплёта и восстановления, либо в Музей – на осмотр и классификацию.

Джеффри Крикк, владелец книжной лавки, как обычно, стоял за прилавком. Это был щуплый сухонький мужчина с козлиной бородкой, он носил зелёный жилет и жёлтый галстук-бабочку. В его обязанности входило придирчиво осматривать все книги, принесённые в лавку, отбирая магические.

– Добрый день, Арчи, – дружески улыбнулся он, поднимая глаза от очередной книги.

– Старый Зэб уже у себя? – поздоровавшись, спросил Арчи.

– Он внизу, – кивнул Крикк. – Что-то случилось?

Но Арчи уже скрылся за занавеской. По пути он скользнул взглядом по книжным шкафам, заставленным отреставрированными книгами, которые нужно было отнести в Музей.

– Привет, Арчи, – прошелестел бумажный голосок.

Приветствие мгновенно подхватили другие шелестящие голоса. Арчи только совсем недавно начал понимать всю важность своего редкого дара, но его до сих пор приводило в восторг, когда какая-нибудь книга заговаривала с ним. Вот только сегодня ему было не до разговоров.

– Простите, никак не могу поболтать с вами, – прошептал Арчи. – Я очень тороплюсь!

– Какая жалость, – вздохнул бумажный голос. – Так приятно побеседовать с кем-нибудь, кроме книжек!

– Вот именно, – пробасил обиженный голос, доносившийся из толстой книги в красном кожаном переплёте. – У нас и так немного радостей!

Арчи улыбнулся.

– Хорошо, хорошо, – согласился он. – Только недолго!

Он посмотрел на переплёт книги. Там стояло название: «Магические таинства». Арчи вспомнил, что реставрировал эту книгу несколько дней назад.

– Я вас помню, – приглушённо воскликнул он. – Повреждённый переплёт и небольшая царапина на обложке?

– Верно, – прогудела книга. – Но ты отлично меня подлатал. Теперь я как новенькая!

Арчи посмотрел на другие книги.

– Ага, а у вас была сломана застёжка, – сказал он самой первой книге. – А у вас покоробился корешок, – улыбнулся он следующей. – А вы… – Арчи задумчиво провёл рукой по переплёту четвёртой книги. – Хм-м… Нет-нет, не подсказывайте… Вспомнил! Вам нужна была новая обложка, ведь ваше старое платье совсем истрепалось!

– Да! – обрадовалась книга. – И вы дали мне эту славную новую синюю обложку.

– Ты подлечил всех нас, – пробасила толстая красная книга, – и мы хотим отплатить тебе добром за добро, – книга понизила голос до заговорщического шёпота. – Мы слышали, что твой отец заточён в книге. Хочешь, мы поможем тебе узнать, что это за книга?

– Правда? – воскликнул Арчи, мгновенно забыв обо всех других делах.

– Мы любим загадки, – подтвердил густой голос. – Как только мы попадём в Музей, так сразу начнём расспрашивать другие книги. Кто-нибудь точно должен знать, что да как!

– Это было бы великолепно, огромное вам спасибо! А теперь я должен бежать. Мне нужно кое о чём расспросить Старого Зэба.

Бумажные голоса пожелали ему удачи и обещали держать в курсе своего будущего расследования.

Арчи спустился по лестнице и очутился в длинном тёмном коридоре, озарённом пламенем факелов. По сторонам коридора располагались три сводчатые двери. Первая дверь была зелёная – за ней находился магический портал, носивший название Заговорённый вход. Старый Зэб показал Арчи, как пользоваться им, чтобы попасть в разные магические помещения. Вторая дверь была синяя – она вела в ледяное логово книгостражных зверей, огромных каменных грифонов, некогда стороживших Великую Александрийскую библиотеку.

Арчи прошёл мимо к дальней третьей двери, выкрашенной красным. Дальше коридор утопал в темноте, но Арчи знал, что там во мраке прячется четвёртая чёрная дверь, ведущая в секретную лабораторию Фабиана Грея. В этой лаборатории проходили встречи нового Клуба алхимиков, но поскольку последние недели Арабелла и Руперт были в отъезде, клуб уже давно не собирался.

Арчи толкнул красную дверь и вошёл в мастерскую.

Словесный горн, в котором горело пламя Фароса, был открыт, возле него стоял сам переплётчик по имени Старый Зэб. Внешне он был похож на типичного чокнутого профессора – маленький, худощавый, с всегда всклокоченными седыми волосами, торчавшими в разные стороны. На верстаке высились груды книг, ждущих умелых рук переплётчика.

– Доброе утро, Арчи, – оживлённо прокряхтел Старый Зэб. – Признаться, не ждал тебя так рано. Разве ты не должен быть на собрании в «Квиллз»?

– Я как раз оттуда, – ответил Арчи.

– Быстро же ты обернулся! – улыбнулся старый переплётчик. – Я думал, ты захочешь подольше поболтать со своими приятелями.

– Я всё успел, спасибо. Но мне очень нужно кое-что спросить у вас.

– Ага, тебя привело сюда любопытство! – воскликнул Старый Зэб, его глаза радостно заблестели. – Это мне нравится. Ты славный малый, Арчи Грин. Ну-ка, поставь скорее чайник.

Старый Зэб никогда не приступал к делу без чашечки хорошего крепкого чая. За время своего ученичества Арчи успел очень привязаться к старику и полюбить его привычки.

Арчи наполнил водой медный чайник и поставил его на Словесный горн. При этом ладонь его правой руки снова начала чесаться. Под ложечкой у Арчи засосало, и он с волнением подумал, уж не настало ли ему время получить новую огненную метку. Ученики получали новые метки после того, как пламя Фароса решало, что им пора начать обучение новому магическому искусству. Всё бы ничего, но когда Арчи в последний раз получил огненную метку, её появление стало вестником угрозы, нависшей над Музеем.

Старый Зэб заметил, что его ученик чешет ладонь.

– Ты об этом хочешь меня спросить?

– Нет-нет, у меня другой вопрос, – торопливо выпалил Арчи, стараясь не обращать внимания на зуд в ладони.

Он заварил чай, и они со Старым Зэбом уселись за верстак, прихлёбывая горячий напиток из щербатых чашек.

– В таком случае, – заговорил старик, видя, что Арчи никак не решается начать, – что тебя тревожит?

Арчи вздохнул.

– По какой причине заклинание может исчезнуть из магической книги? – выпалил он.

– Ты имеешь в виду старые заклинания, которые выцветают от времени? – уточнил Старый Зэб.

Арчи помотал головой:

– Нет! Я говорю о новом заклинании, только что написанном алхимическим азотом.

– Этого не может быть! – решительно воскликнул Старый Зэб. – Если заклинание было записано надлежащим образом, оно не может исчезнуть!

– Я тоже так думал, – беспомощно пожал плечами Арчи. – Но оно исчезло!

Старый Зэб помрачнел. Несколько мгновений он задумчиво жевал губами, потом снова заговорил:

– Чтобы уничтожить свеженаписанное заклинание, нужна огромная магическая сила.

В этот миг из Словесного горна донёсся громкий треск, пламя Фароса взметнулось и загудело. Старый Зэб привстал и уставился в топку.

– Что с тобой, детка? – спросил он, с тревогой вглядываясь в огонь.

– С огнём всё в порядке? – всполошился Арчи. – Мне показалось, он вот-вот погаснет.

– Должно быть, Пламя просто проголодалось, – ответил старик. – Магический огонь не так-то просто погасить. На свете существуют только две силы, способные потушить его, – дыхание грифона и кровь дракона. Как ты понимаешь, нельзя сказать, чтобы в современном Лондоне был избыток как первого, так и второго, – добавил он, лукаво подмигнув Арчи.

Арчи по собственному опыту знал, что дыхание грифона разит смертельным холодом. Ему довелось побывать в ледяном логове двух каменных грифонов, книгостражных зверей, живших за синей дверью. Знал он и о том, что драконы обладают невероятными магическими свойствами… На то они и драконы, в конце концов! Арчи лично убедился в этом, поскольку носил сумку из шкуры дракона, которая надёжно удерживала любые чары, заключённые в неё.

Старый переплётчик взял из стопки полено и бросил в горн. Пламя тут же вспыхнуло ярче. Старый Зэб шагнул к дверце, но в этот миг раскалённый уголёк вылетел из топки и взорвался, рассыпавшись дождём сверкающих искр. Арчи и Старый Зэб хором ахнули.

В следующее мгновение Арчи ощутил знакомую щекотку в правой руке. Он медленно разжал кисть и уставился на свою ладонь. На ней проступила новая огненная метка в виде открытого глаза, из которого капали три алые слезы.

– Дай-ка мне взглянуть, – ласково попросил переплётчик.

Он схватил руку Арчи и впился взглядом в метку.

– Вот это чудо! – пробормотал он. – Три огненные метки за такое короткое время. Никогда о таком не слышал… Ну и ну! – ахнул старик, изумлённо вытаращив глаза. – Это же метка прорицателя! Последний раз такую метку получил Вольфус Боун, и было это ровно тридцать пять лет тому назад… Как странно, что метка появилась именно теперь, когда старина Вольфус тяжело ранен! А самое удивительное, что наш Гидеон предчувствовал, что один из учеников скоро получит такую метку…

– Но что это означает? – спросил Арчи, не сводя глаз со своей руки. – Что я должен делать?

Старый переплётчик просиял улыбкой.

– Тебе совершенно не о чем волноваться, Арчи, – сказал он, глядя в глаза своему ученику. – Но это означает, что ты начинаешь новое обучение. Сегодня же вечером ты должен явиться в отдел Неопознанных книг.

– Но мне нужно ещё столькому научиться у вас! – воскликнул Арчи.

Он очень полюбил старого переплётчика, ему нравилось работать в мастерской и совершенно не хотелось уходить из неё.

Старый Зэб снова ласково улыбнулся.

– Нет, дружок, – твёрдо возразил он. – Пришло время. Я сам собирался сказать тебе, а видишь, как вышло. Вот, смотри, – добавил он, протягивая Арчи свиток, перевязанный красной ленточкой. – Прочитай.

Арчи снял ленточку и развернул свиток. К его удивлению, это оказался диплом.

Сим подтверждается, что

Арчи Грин

закончил обучение искусству магического переплётчика

и сделал это с блестящим успехом!

Ниже стояла подпись:

Зебедайя Аллуитиус Перрет,

главный переплётчик музея Магических кодексов

– Вот, – сказал старый Зэб, сияя улыбкой. – Я же говорил, что ты прирождённый талант!

Арчи онемел. Глядя на диплом, он испытывал престранную смесь эмоций – огромную гордость за то, что он сумел оправдать ожидания требовательного Старого Зэба, и в то же время грусть из-за того, что их славные деньки совместной работы подошли к концу. Судя по всему, мудрый старик прочитал его мысли. Он мягко потрепал Арчи по плечу.

– Я помню тот день, когда я вручил такой же диплом твоему отцу, – задумчиво произнёс он с улыбкой. – Я и теперь будто наяву вижу, как он стоял на том же месте, где ты сейчас. Жаль, что он не может увидеть тебя в эту минуту! – добавил переплётчик. – Он был бы очень горд. Чрезвычайно горд, можешь мне поверить.

Арчи тоже хотелось, чтобы его отец был здесь… и мама, и сестра. Хорошо бы отреставрированные книги сумели что-нибудь разузнать!

Арчи пожал протянутую руку Старого Зэба.

– Учить тебя было большим удовольствием, так и знай, – заверил его напоследок старик. – Но теперь тебе пришло время начать обучение в отделе Неопознанных книг. Я уже понял, что у Пламени большие планы на тебя, Арчи, – добавил он. – Пламя – оно всё знает.

* * *

Арчи с трудом дождался обеденного перерыва, чтобы встретиться с кузенами в «Квиллз» и выложить им свои новости. Он с гордостью показал им свой диплом и новую огненную метку.

– Ух ты! – восхитился Пол. – Впервые вижу такую метку!

– Вольфус Боун был последним, кто получил метку прорицателя, – сказал Арчи. – После обеда мне нужно явиться в отдел Неопознанных книг.

– Так быстро? – поразилась Вика. – Здорово!

– И немного страшновато, – признался Арчи. – Нет, Гидеон Хоук, конечно, славный, но порой он нагоняет на меня страх. Вдруг я не справлюсь с работой?

– У тебя всё получится, – заверила его Вика. – Ты быстро схватываешь. Не говоря о том, что отдел Неопознанных книг – просто великолепное место для работы и учёбы, ведь это самое большое хранилище только что найденных книг, которые нужно рассмотреть и правильно классифицировать!

– Неопознанные книги? – спросил тонкий голосок. – Нет, ну почему тебе достаётся всё самое интересное? Это нечестно!

Кузены обернулись и увидели круглую физиономию Питера Квиггли. Питер начал своё обучение одновременно с Арчи и Арабеллой. Правда, начало его работы в Музее было связано с довольно трагическими событиями. В первый же день Алчники похитили его, по оплошности приняв за Арчи. К счастью, через несколько часов похитители поняли свою ошибку и отпустили Питера, который был вне себя от гнева. Оставалось непонятным, что оскорбило его сильнее всего – сам факт похищения или же то, что его освободили, тем самым признав недостаточно ценным.

С тех пор Питер Квиггли постоянно обижался. Особенно он злился на Арчи и никогда не упускал случая как-нибудь задеть его или его кузенов. Несмотря на свою баснословную лень, Квиггли никогда не уставал цепляться к членам Клуба алхимиков и изобретать всевозможные способы напакостить им.

– Займись своими делами, Квиггли, – огрызнулась Вика. – Не помню, чтобы мы интересовались твоим драгоценным мнением.

– Ещё бы! – прошипел Квиггли. – Для этого вы слишком глупы и заносчивы. Но не думайте, что вам всё время будет доставаться всё самое лучшее!

С этими словами он самодовольно ухмыльнулся и удалился.

– Хотел бы я знать, чему он так радуется, – прошептал Пол.

– Не хватало нам только интересоваться его делишками, – отмахнулась Вика. – Идём, Арчи, тебе пора в отдел Неопознанных книг! Давайте-ка поскорее возьмём зелья движения.

Зельями движения назывались антигравитационные напитки, которые были необходимы для поездки на местах познания – летающих креслах, перевозивших посетителей из зала кондитерской в подземные помещения Музея.

– Как дела, Арч? Как дела, Вика? Как дела, Пол? Что приготовить для вас сегодня? – протараторила Пинк, когда кузены приблизились к стойке. Приготовление зелий движения было одной из обязанностей Пинк.

– Мне как всегда, – попросила Вика.

– Отлично, – улыбнулась Пинк. – Один «Выстрел в темноте». В шоктейле или с соком?

– В шоктейле! – облизнулась Вика.

Зелья движения были представлены огромным разнообразием вкусов и подавались либо с горячим шоколадом, тогда они назывались шоктейлями, либо с фруктовым соком. «Выстрел в темноте», обожаемый Викой, имел вкус цитрусов и лесных ягод.

– Что приготовить для тебя, Арч? – спросила Пинк.

– Он сегодня начинает работать в отделе Неопознанных книг! – похвастался Пол.

– Неужели? – ахнула Пинк. – Это непременно нужно отметить. Приготовлю тебе что-нибудь особенное. Как насчет «Недостающего звена»?

Арчи посмотрел на меню, вывешенное за спиной Пинк. «Недостающее звено» оказалось смесью клубники, бананов и черники с «Двойным вжухом».

– Что такое «Двойной вжух»? – осторожно поинтересовался Арчи.

Пинк лукаво подмигнула ему.

– Это и есть недостающее звено! Не волнуйся, это всего-навсего небольшой ускоритель, – пояснила она. – Он совершенно безопасен, я сама им всё время пользуюсь.

– Тогда ладно, – согласился Арчи. – Я беру «Недостающее звено».

– Я тоже, – подхватил Пол, возбуждённо потирая руки.

– Один «Выстрел в темноте» и два «Недостающих звена», – повторила Пинк. – Сейчас будет готово. Какие места познания вы облюбовали на сегодня?

– Как всегда, в ложе, – сказала Вика.

Все места познания в зале имели свою историю. Некоторые, как места в ложе, были предназначены для поездки в компании.

– На здоровье, – пожелала Пинк, выстраивая в ряд три высоких стакана.

Она сняла с полки бутылку, капнула в первый стакан две капли густой малиновой жидкости, потом добавила туже же несколько капель из синей бутылки и каплю из чёрного сосуда. После этого она схватила сразу три бутылки, на мгновение опрокинула их над двумя другими стаканами, а затем плеснула туда же какой-то ярко-синей жидкости.

– Это был «Двойной вжух», – пояснила она, улыбаясь Арчи. Пинк ловко опрокинула содержимое стаканов в три высокие кружки и наполнила их до краев дымящимся горячим шоколадом. – Угощайтесь!

Кузены забрали свои зелья и направились через зал к местам познания. За потрёпанным ало-золотым занавесом находилась театральная ложа, в которой стояли старинные деревянные кресла. Подростки уселись и задёрнули занавеску.

– До дна! – сказал Арчи и чокнулся своей кружкой сначала с Викой, а потом с Полом.

– Вперёд! – воскликнул Пол.

Они осушили свои зелья движения. Почти сразу же Арчи почувствовал приятную щекотку в кончиках пальцев на руках и ногах, а потом пол под ними провалился, и кресла ухнули в пустоту.

Глава 4

Отдел Неопознанных книг

Когда кузены пришли в себя, они уже неслись через пещеры и подземные коридоры, ведущие в музей Магических кодексов. Сколько бы раз Арчи ни катался на местах познания, он никогда не мог пресытиться этим чудом. Это было сродни полёту и катанию на лучших в мире американских горках, а поездка вместе с кузенами превращалась в незабываемое веселье. На каждом повороте все трое орали от восторга. Сегодня Арчи и Пол неслись ещё быстрее, чем обычно.

– Догоняй, Вик! – крикнул Пол, обернувшись через плечо, когда они с Арчи вырвались вперёд.

Видимо, всё дело было в «Двойном вжухе». Вскоре тоннель резко закончился, и кузены вылетели в Книгохранилище – просторное помещение, по которому порхали стаи магических книг. Летающие книги парили и кружили над головами детей, чудом уворачиваясь от несущихся кресел.

Потом впереди забрезжил свет. Кресла помчались к нему, описали несколько крутых виражей и остановились в длинном коридоре, носившем название Мягкая посадка.

– Приехали, – сказал Арчи, расстёгивая свой ремень и спрыгивая на пол.

Как всегда, в Музее было полно учеников. В основном они трудились в Большой галерее, где их обязанностью была забота о книгах. Попечители следили, чтобы книги стояли на своих местах и сохранялись в должном виде. Искатели распределялись по трём отделам Музея – Магии смертных, Естественной и Сверхъестественной магии. Этих учеников обучали распознавать книги и определять, какого вида магию они содержат. Учеников переплётного дела всегда было меньше всего, обычно по одному на курс. До недавнего времени таким учеником был Арчи, сейчас место освободилось.

Летающие книги порхали над головами кузенов, громко шелестя и хлопая страницами. На здание Музея было наложено специальное заклятие, позволяющее книгам, имевшим особый штемпель, свободно летать по всему помещению. Это избавляло учеников от лишней работы, поскольку летающие книги сами находили свои места на полках.

Арчи направился в Западную галерею и поднялся по лестнице, ведущей в скрипторий. Отдел Неопознанных книг находился этажом выше.

– Ну, удачи тебе, Арч, – напутствовала его Вика. – Впрочем, она тебе вряд ли понадобится, у тебя и так всё будет замечательно!

– Расскажешь обо всём после работы, – добавил Пол.

Арчи поднялся на последнюю ступеньку и смущённо переступил с ноги на ногу. Одна створка высоких распашных дверей была открыта.

Гидеон Хоук сидел за своим столом и задумчиво смотрел на зелёную стеклянную бутылочку, в которой плескалось что-то, похожее на лекарство. Заметив мальчика, он быстро убрал флакон в ящик.

– Арчи! – окликнул он. – Входи!

Арчи относился к Хоуку с чувством, похожим на благоговение. В последнее время глава отдела Неопознанных книг проявлял искренний интерес к его талантам книжного заклинателя и магического писателя. Именно Хоуку принадлежала идея привлечь Арчи и других членов Клуба алхимиков к тайному переписыванию самых главных волшебных книг, хранившихся в Музее. Он поставил в известность о происходящем лишь некоторых руководителей Музея, но настоял на том, чтобы Королевское магическое общество и Магическая лига оставались в неведении. «Во избежание неприятностей», – пояснил своё решение Хоук.

– Давай заходи и садись, – Хоук показал на потёртый кожаный диван, стоявший в центре комнаты.

В камине, как всегда, горел огонь. На столе лежали магические инструменты. Арчи узнал вообразительное стекло в чёрной оправе, при помощи которого Хоук изучал волшебные книги, и Клинок теней – заколдованный кинжал, сделанный из чёрного стекла, закалённого в жерле вулкана.

Арчи робко присел на краешек дивана. В кабинете Хоука, как всегда, не виднелось ни одной свободной поверхности, но сегодня на столике, придвинутом к рабочему столу, не было ничего, кроме хрустального шара размером с хороший аквариум. Арчи готов был поклясться, что никогда не видел этого инструмента раньше.

– Это окулюс, – ответил Хоук на невысказанный вопрос мальчика. – Он даёт мне возможность прямо отсюда связываться с магическим начальством. К сожалению, окулюс позволяет и начальству связываться со мной! – добавил он, сухо усмехнувшись.

Арчи загляделся на собственное отражение в гладкой поверхности окулюса, любуясь своими растянувшимися губами и огромным приплюснутым носом. Когда он оторвался от своего занятия, то поймал на себе внимательный взгляд Хоука.

– Ты пришёл сюда не для того, чтобы изучать магические инструменты, – произнёс тот. – Зэб сказал, что ты получил метку прорицателя. Покажи-ка!

Арчи протянул ему ладонь. Хоук взял со стола вообразительное стекло и несколько мгновений пристально разглядывал огненную метку. Наконец он встал и принялся мерить шагами комнату, что служило верным признаком того, что глава отдела Неопознанных книг обдумывает какую-то важную мысль. Вскоре Хоук остановился, подошёл к камину и уставился в огонь.

– Полагаю, ты уже знаешь о том, что случилось с Вольфусом? – спросил он.

Арчи знал о жестокой взбучке, полученной Боуном, из подслушанного разговора между тётушкой Лореттой и дядей Тёрном. Ему не слишком хотелось признаваться в этом, но Арчи прекрасно знал, что врать бесполезно – Хоук видел его насквозь.

Поэтому Арчи кивнул.

– Он сильно пострадал?

Хоук пошевелил дрова кочергой.

– Вольфус поправится, – сказал он. – Но нападение было крайне жестоким. На какое-то время старина Вольфус выбыл из строя, – Хоук помолчал, не сводя глаз с пламени. – Музей остался без лозоискателя именно в то время, когда он нам особенно нужен! – Хоук покачал головой. – Видишь ли, Арчи, лозоискатель – это тот же прорицатель, который чувствует присутствие волшебной энергии с помощью особого инструмента, магической лозы. Прорицатель может заранее предвидеть опасность, понимаешь?

Арчи не раз видел, как Вольфус Боун использовал лозу для поиска источника волшебной энергии и оценки её силы. Более того, Боун мог с точностью сказать, какова природа обнаруженной магии – естественная, сверхъестественная или же магия смертных.

Хоук снова принялся расхаживать по кабинету. Внезапно он резко остановился и повернулся на каблуках, словно принял какое-то решение.

– Я хочу, чтобы ты заменил Вольфуса до тех пор, пока он не сможет вернуться к работе, – сказал он.

– Но я ничего не знаю о магическом прорицании! – с испугом воскликнул Арчи.

– Ты получил огненную метку, – отрезал Хоук. – Это самое главное. Я растолкую тебе основы, а Вольфус научит тебя всему остальному, когда вернётся.

– Э-э-эм, хорошо… если вы так считаете, – пролепетал Арчи. – Я постараюсь.

– Вот и славно, – кивнул Хоук. – Завтра с утра и приступим.

* * *

А в это самое время в пятидесяти милях от Оксфорда, в Лондонском офисе компании «Фолли и Кэтчпоул», самой старой и самой засекреченной юридической фирмы в Англии, Горацио Кэтчпоул беспокойно ёрзал на своём стуле. Его взгляд был прикован к открытой конторской книге. Горацио уже знал о похищении опасной книги из Королевского магического общества, и эта новость не на шутку тревожила его. Горацио был достаточно знаком с магией, чтобы понять самое главное – творилось что-то неладное, и это что-то могло иметь самое непосредственное отношение к одному из клиентов фирмы.

«Фолли и Кэтчпоул» специализировались на хранении магических предметов и прочих секретов, которые были надёжно заперты в подземном хранилище фирмы. Подробные записи о каждом предмете хранились в толстых конторских книгах, вроде той, что лежала сейчас перед Горацио. В данный момент его беспокоила одна запись, сделанная 6 сентября 1666 года. Горацио Кэтчпоул весь вечер разглядывал её.

Репутация фирмы «Фолли и Кэтчпоул» зиждилась на двух главных принципах: не совать нос в чужие дела и не допускать ошибок. Горацио тревожил первый принцип. Клиенты фирмы могли рассчитывать, что их указания будут исполнены в точности. Горацио Кэтчпоул знал это лучше, чем кто бы то ни было. Тем не менее он снова и снова перечитывал запись, гадая, не следует ли ему сообщить о ней магическим властям. Ибо на странице книги было написано следующее:

Собственность Фабиана Грея

НЕ ОТПРАВЛЯТЬ

Владелец прибудет за ней лично

Глава 5

Окулюс

На следующий день после получения новой огненной метки Арчи с раннего утра сидел на продавленном кожаном диване в кабинете Гидеона Хоука. Ему до сих пор с трудом верилось в то, что он будет работать в отделе Неопознанных книг – в самом секретном и самом интересном месте во всем Музее. Казалось, он только вчера начал обучение переплётному делу – и вот уже ему предстоит учиться магическому прорицанию! Вика сказала Арчи, что прорицание считается одним из самых сложных магических навыков, которым обучают в Музее.

Арчи отмахнулся от назойливых мыслей и заставил себя сосредоточиться на том, что говорил Хоук.

– Сегодня я расскажу тебе о наиболее важном искусстве прорицателя – о погружении. Обычно этому умению обучают искателей в самом конце курса, но для прорицателя это базовый навык, без которого нельзя двигаться дальше. Погружение – это целенаправленный поиск источника магии. Прорицатель может достичь этого состояния как в ясном сознании, так и во сне или бессознательном состоянии.

Арчи вспомнил о своих странных снах и подумал, не стоит ли рассказать о них Хоуку, но наставник прервал его размышления.

– Ты когда-нибудь чувствовал присутствие магии? – спросил он.

Теперь, когда Хоук задал этот вопрос, Арчи понял, что он действительно не раз испытывал нечто подобное. Чаще всего это ощущение посещало его в скриптории, но порой он замечал его и во время работы в мастерской переплётчика.

– Иногда я чувствую нечто вроде статического электричества в воздухе, – ответил Арчи, удивляясь самому себе. – Как будто мне слышится какое-то жужжание или потрескивание.

Кажется, его ответ порадовал Хоука.

– Отлично, – кивнул он. – Думаю, это оно и есть.

– И вот ещё что… – неуверенно добавил Арчи. – Когда я пишу магию, то чувствую, как она течёт по моему телу. Как кровь или… энергия. Как будто она становится частью меня.

На этот раз Хоук просиял.

– Великолепно! – воскликнул он. – Это означает, что ты проводишь магию! Арчи, всё складывается даже лучше, чем я думал. Теперь я вижу, что у тебя врождённый дар прорицателя, нам остаётся только довести его до совершенства. Давай начнём с самых простых заклинаний погружения, – сказал Хоук. – Первое заклинание используется для того, чтобы безошибочно находить магические книги среди немагических. Видишь вон тот стеллаж? – Хоук указал на высокий шкаф, полки которого были плотно набиты книгами. – Там есть несколько магических книг, но как их найти? Смотри.

Хоук вперил взор в шкаф, сосредоточился и медленно произнёс слова заклинания:

Магические книги,

Скрытые от глаз,

Передо мной явитесь

В сей же час!

Не успел он произнести последнее слово, как три книги на верхней полке слегка выдвинулись вперёд, как будто сделали шаг из шеренги.

Хоук строго посмотрел на шкаф.

– Хм-м, – протянул он, выдержав небольшую паузу. – Это всё? А остальные?

Ещё три книги нехотя выступили из строя на второй полке снизу.

– Поторопитесь, – велел Хоук, приподнимая брови. – Мы не можем ждать целый день!

Две книги на следующей полке чуть выставили вперёд свои корешки.

– Я жду, – произнёс Хоук с угрозой в голосе. Его пальцы нетерпеливо заплясали по крышке стола. – Вы хотите, чтобы я повторил заклинание?

На одной из нижних полок послышался громкий шорох, и сразу четыре книги вышли вперёд. Хоук пожевал губами и посмотрел в потолок.

– Кого ждём?

Огромный пыльный том, стоявший на самой нижней полке, медленно-медленно выступил из ряда.

– Благодарю вас, – сказал Хоук.

Арчи не мог сдержать улыбку. Книги были похожи на непослушных школьников, которые с великой неохотой шаркают ногами, когда учитель просит хулиганов выйти из строя.

Потом он услышал сердитый голосок, донёсшийся с верхней полки:

– Опять ты последняя? Ты же слышала заклинание!

Ему ответил сонный голос огромной толстой книги, которая последней отозвалась на призыв Хоука:

– А тебе какое дело? Захлопни обложку, а то порвешься. Я задремала!

– Задремала? – взорвался первый голос. – Нашла время спать! Заклинание погружения быстро тебя расшевелит!

Арчи невольно заулыбался, слушая перепалку книг. Когда он поднял глаза, то снова поймал на себе пристальный взгляд Хоука.

На какую-то долю мгновения Арчи показалось, будто глава отдела Неопознанных книг тоже слышал голоса книг, но он быстро отмёл эту мысль. Хоук не был книжным заклинателем, а значит, ничего не мог слышать.

– Теперь твоя очередь, – Хоук кивнул Арчи.

Он положил на стол белое перо, поставил рядом хрустальную чернильницу. Потом окунул перо в чернила, написал что-то на листе бумаги и протянул Арчи.

– Ещё одно заклинание, – объяснил Хоук. – Оно применяется для поиска магических книг, которые скрыты от глаз. Ну-ка, прочитай заклинание!

Арчи взял листок и прочёл вслух:

Спрятанная книга,

Скрытая от глаз,

Магическая книга,

Явись сей же час!

Сначала ничего не произошло, и Арчи испытал укол разочарования. Но когда он уже решил, что заклинание не сработало, раздался сердитый возглас, сопровождаемый громким стуком, и тяжёлая книга свалилась со шкафа на пол.

Хоук вышел из-за своего стола и поднял её. Его брови изумлённо взлетели вверх.

– А я-то думал, куда она запропастилась! – сказал он. – Я давно её ищу.

* * *

Вечером того же дня, когда Арчи обедал в кондитерской с Викой и Арабеллой, Питер Квиггли с довольной усмешкой прошёл мимо их столика.

– В честь чего у него такой сияющий вид? – спросил Арчи.

Арабелла закатила глаза.

– Ты ещё не слышал? – вздохнула она. – Он получил место ученика в мифическом паноптикуме! Квиггли занял место Руперта и теперь будет работать с Мотли Брауном!

– Теперь понятно, почему он говорил о лучших местах! – возмутился Арчи. – Но почему ему отдали это место?

– Браун в нём души не чает. Он считает, что наш Квиггли далеко пойдёт! А Квиггли смотрит Брауну в рот! Он уже несколько месяцев подлизывается к нему.

– Представляю, как расстроится Пол, когда узнает, – вздохнул Арчи, качая головой.

– Он уже знает, – мрачно ответила Вика.

– Бедняга Пол, – посочувствовал кузену Арчи. – Такой удар!

– Ничего, он справится, – сказала Арабелла. – У него и без этого полно дел. Кстати, мы все серьёзно запустили свою работу, пытаясь успеть с перепиской магических книг.

* * *

Вечером, когда Арчи вошёл в скрипторий, он увидел на своём столе новую груду книг, которые требовалось срочно переписать.

Большая часть музейных книг некогда хранилась в Великой Александрийской библиотеке. Когда тёмный волшебник Барзак понял, что его планы открыть Ужасные манускрипты провалились, он в ярости поджёг библиотеку и спалил её дотла. Немногие уцелевшие книги были спасены Хранителями пламени и перенесены в Оксфорд, однако большинство из них сильно пострадало в пожаре, а их чары были повреждены. За прошедшие столетия заклинания выцвели и стали терять свою магическую силу, поэтому их нужно было срочно переписать алхимическим азотом, чтобы магия не пропала навсегда.

Арчи осмотрел книги. В стопке было восемь томов – ночь обещала быть долгой. Арабелла собиралась помочь ему, но пока её не было видно. Арчи подождал ещё немного, потом решил начать без неё. Он снял с пальца золотое кольцо Фабиана Грея и превратил его в перо. Окунув кончик пера в чернильницу, Арчи открыл первую книгу. Это оказалось собрание садовых заклинаний, помогающих растениям расти быстрее и лучше.

Местами слова были ещё видны, но там, где строки выцвели полностью, предстояло написать новую магию, чтобы заполнить пропуски и завершить заклинание.

Арчи настроился и приготовился впустить в себя магию. Для начала нужно было расслабиться. Он уже давно выяснил, что не может писать магию, если чувствует напряжение. Арчи сделал три глубоких вдоха. Потом закрыл глаза и отпустил свои мысли. Несколько мгновений он сидел неподвижно, без нажима удерживая перо между большим и указательным пальцами. Вскоре Арчи почувствовал знакомый приток бурной магической силы и перевёл взгляд на страницу с заклинаниями. Сначала медленно, потом всё увереннее он вошёл в ритм и почувствовал, как магия мощным потоком перетекает из его тела в золотое перо. Переписав заклинание, Арчи перевернул страницу и приступил к следующему. Работа пошла.

В какой-то момент он услышал, как дверь скриптория приоткрылась. Арчи поднял глаза и увидел Арабеллу со стопкой книг в руках. Она подошла ближе, поставила книги на стол.

– Хоук приготовил для нас новую партию книг, – сказала она. – Работы невпроворот, так что нужно поторопиться.

И они принялись за дело, переписывая заклинания магическими чернилами. Это была непростая работа, поскольку от переписчиков требовалось одновременно внимание, чтобы разбирать сохранившиеся строчки, и магический талант, чтобы заполнять полностью утраченные места. Арчи больше всего любил переписывать заново пропавшие фрагменты. Остальные члены клуба давно признали его первенство в этом деле, поэтому оставляли для Арчи самые повреждённые и ветхие книги.

Работа над сборником садовых заклинаний отняла у Арчи добрых полчаса, поскольку там пришлось долго корпеть над разбором выцветших строк, зато со второй книгой, содержавшей заклинания попрыгушек, он расправился меньше чем за двадцать минут, поскольку в ней было гораздо больше пробелов, требовавших магического вдохновения. Третья книга, сборник приворотных зелий, заняла ещё меньше времени. Когда Арчи приступил к четвёртому тому, серии заклинаний для музыкальных инструментов, золотое перо само заплясало в его пальцах, с тихим скрипом заполняя страницу. Арчи с лёгкостью закончил пятую и шестую книги – полезные чары для подготовки банкетов и собрание заклинаний на удачу. Теперь он весь находился во власти вдохновения, магия завладела его разумом, а перо легко танцевало по страницам.

– Ты сегодня как пламя, Арчи, – заметила Арабелла, взглянув на стопку переписанных им книг. – Наверное, ты поставил рекорд по скорости!

Арчи слабо улыбнулся ей. Он чувствовал лёгкое головокружение. Магия, переполнявшая его, могла дать такой эффект. Иногда она вызывала головные боли.

– Сколько ещё осталось? – спросил он.

Арабелла взглянула на стопку книг, которые она принесла в скрипторий.

– Две, – ответила она. – Как ты думаешь, мы управимся за вечер?

– Да, – кивнул Арчи. – Сегодня я в ударе, – добавил он, хотя уже чувствовал упадок сил.

Его магическая энергия иссякала, ему хотелось поскорее пойти домой и лечь в постель. Арчи взял книгу, лежавшую сверху, открыл её и приготовился писать, как вдруг услышал, как Арабелла негромко вскрикнула:

– Что это?!

Арчи поднял глаза и увидел, что она выронила книгу, и та, раскрывшись, упала на пол. Арабелла с искажённым от страха лицом смотрела на неё.

Чёрное пламя плясало на открытой книге. Заклинания попрыгушек чернели, превращаясь в пепел. Потом Арчи почувствовал в воздухе лёгкое дуновение, похожее на выдох. Оно пахло гнилью, как протухшая рыба. Миг – и пепел унесло прочь. Там, где только что были буквы, теперь осталась чистая страница.

Всё тот же ветерок перелистнул страницы, и чары, написанные Арчи, обратились в прах.

– Что это такое? – испуганно пролепетала Арабелла.

– Не знаю, – ответил Арчи. – Вчера ночью было то же самое! Старый Зэб сказал, что за этим стоит очень сильная магия. Нужно рассказать Хоуку!

Жуткая мысль обожгла разум Арчи. Чёрное пламя пожирало только те заклинания, которые писал он! Все строки, переписанные Арабеллой, остались на своих местах. Может быть, дело в нём? Возможно, он делает что-то не так? Неужели он создаёт заклинания, которые несут в себе какую-то порчу?

Арчи и Арабелла опрометью выбежали из скриптория и помчались в отдел Неопознанных книг. Дверь в кабинет Гидеона Хоука была приоткрыта, так что было видно, что происходит внутри. Друзья хотели было постучаться, как вдруг услышали голос, раздавшийся из прозрачной сферы окулюса:

– Гидеон? Это ты?

Хоук сидел за столом и смотрел в стеклянный шар. Окулюс засветился, потом в нём проступило лицо. Арчи и Арабелла узнали лысую голову Орфеуса Смура, эксперта из Королевского магического общества.

– Добрый вечер, Орфеус, – поздоровался Хоук.

– И тебе вечер добрый, Гидеон, – ответил Смур. – Слышал о жутком происшествии. Как Вольфус?

– Жив, это главное, – сухо произнёс Хоук. – Но твоей заслуги в этом нет.

– Да, конечно, всё пошло наперекосяк, – вскинулся Орфеус. – Но если бы твои ребята прибыли чуть раньше, всё могло бы сложиться в нашу пользу!

Хоук расправил плечи.

– Я правильно понимаю, что ты не собираешься признавать свою ошибку? – резко спросил он. – Если бы ты раньше сообщил нам о том, где находится книга, – я уже не говорю о том, что последние триста лет вы втайне от всех хранили её в своём обществе! – то мы, скорее всего, не угодили бы в западню!

– Да, конечно… – залепетал Смур, заметно смутившись. – Но Королевское общество считало, что у нас книга будет в безопасности.

– И вы жестоко ошиблись! – с горечью сказал Хоук. – Зачем вообще нужны законы магического сдерживания, если люди, которые должны следить за их соблюдением, нарушают их направо и налево!

– Хорошо, хорошо, – воскликнул Смур, поднимая руку. – Признаю, мы должны были раньше сообщить тебе об этой книге, но тогда нам казалось, что это необязательно. Книга была заперта в нашей библиотеке, Алчники никак не могли до неё добраться.

– В библиотеке? – воскликнул Хоук. – Сколько же у вас книг?

Смур кротко потупился.

– Нет… ты неправильно понял… Вообще-то, это никакая не библиотека, а так… небольшое собрание редких книг, – замямлил он. – Клянусь, я сам только недавно узнал о нём! Я понимаю, это несколько выходит за рамки закона, но… это не причинило никому никакого вреда.

– Так что же тогда заставило Королевское магическое общество изменить своё мнение по поводу «Книги ночи»? – прямо спросил Хоук. – Почему вы попросили нас забрать её?

Арчи и Арабелла взволнованно переглянулись. Значит, похищенная книга называлась «Книгой ночи»! Какая же магия была заключена в ней?

Смур заметно занервничал. Он втянул голову в плечи и бросил быстрый взгляд за спину, словно опасался, что его могут подслушать.

– Нам угрожали, – признался он, понизив голос.

– Угрожали?

– Да. В письмах. В них говорилось, что местонахождение книги стало известно, и что если мы не отдадим её, то столкнёмся с серьёзными последствиями.

Хоук подался вперёд:

– Какими последствиями вам угрожали?

Смур нервно сглотнул.

– Закрытием Королевского магического общества! – выдавил он.

– И вы поверили?

– Мы не могли рисковать… Я подумал, что книгу нужно перепрятать в более надёжное место. Поэтому я связался с тобой.

– Хм-м, – задумчиво протянул Хоук. – Значит, кто-то узнал о готовящейся передаче книги и решил воспользоваться случаем, забрав её себе.

– Да, – кивнул Смур. – О, Гидеон! Если «Книгу ночи» откроют… Подумай только, что случится!

– В последние дни я только об этом и думаю! – взорвался Хоук. – Как же вы могли это допустить? Как можно было рисковать седьмым Ужасным манускриптом?

Арчи и Арабелла снова переглянулись. Значит, их догадки были верны – речь шла о седьмом Ужасном манускрипте!

– Кто ещё знал о передаче книги? – грозно спросил Хоук. – Кому ты рассказал?

Смур в отчаянии покачал головой.

– Никому, кроме руководства Музея!

Брови Хоука сошлись в одну линию.

– А я рассказал только Вольфусу и Тёрну Фоксу. Этим двоим я верю как самому себе. Но кто-то из тех, кто был посвящён в тайну, сообщил обо всём врагу.

– Предатель! – еле слышно выдохнул Смур.

Тут послышался негромкий треск, и в прозрачной поверхности окулюса возникло ещё одно лицо. Это был мужчина с длинными тёмными волосами, слегка тронутыми сединой, которые были зачёсаны назад, так что на лбу незнакомца выделялся заметный треугольник.

– Вы сказали – предатель? – произнёс мужчина глухим голосом, холодным, как лезвие ножа в зимнюю стужу.

– Добрый вечер, Утер, – сухо кивнул Хоук. – Хорошо, что ты присоединился к нам, но я не знал, что Королевское магическое общество теперь подслушивает частные разговоры.

Арчи почувствовал, что Арабелла дёргает его за рукав.

– Это Утер Моргред, – прошептала она. – Главный сотрудник службы безопасности в Магической лиге! Это очень, очень плохо.

Арчи придвинулся к двери, чтобы получше рассмотреть Моргреда. Он высоко держал голову. Его желтоватое лицо было изрезано глубокими морщинами на щеках и в уголках глаз. Он был явно немолод, однако трудно было сказать, сколько ему лет. Арчи отметил про себя, что один глаз у незнакомца зелёный, а второй такой тёмный, что казался чёрным.

– Мы отслеживаем всю магическую активность, – бесстрастно ответил Моргред. – Пропала очень опасная книга, а судя по тому, что я только что услышал, вы подозреваете, будто в Королевском магическом обществе или музее Магических кодексов действует предатель. Согласитесь, это серьёзное заявление. Очень серьёзное. Я должен провести расследование. Если среди нас в самом деле появился шпион, я его найду.

– Что Магическая лига собирается предпринять в связи с пропажей книги? – спросил Хоук.

Моргред нахмурился.

– Сделаем официальное заявление, – ответил он. – Очень осторожное, разумеется. Уже поползли слухи, что это был один из Ужасных манускриптов, а если люди узнают, какой именно, начнётся паника. Однако будет нелишним нагнать немного страха, чтобы развязать кое-какие языки.

Глаза Моргреда рыскали по комнате, и Арчи отчего-то сделалось не по себе. У него закралось подозрение, что главный сотрудник безопасности чувствует его присутствие.

– Доброй ночи, господа.

Лицо Моргреда исчезло, теперь в блестящей сфере остался только Смур.

– Пожалуй, я тоже пойду, – сказал он. – Спокойной ночи, Гидеон. Я верю, что если кто-то и сможет вернуть «Книгу ночи», то это только ты. Удачи.

Окулюс погас. Хоук уронил голову на руки и тяжело вздохнул.

– Идём отсюда, – прошептал Арчи.

– А как же исчезнувшие заклинания? – спросила Арабелла.

– Не сейчас, – ответил Арчи. – Думаю, на сегодня у Хоука достаточно неприятностей. Я расскажу ему завтра утром.

Глава 6

Свет и тьма

Когда на следующий день Арчи рассказал Хоуку об исчезающих заклинаниях, глава отдела Неопознанных книг помрачнел как туча.

– Ты уверен, что это было чёрное пламя? – спросил он.

– Ещё бы! – кивнул Арчи.

Некоторое время Хоук молча мерил шагами кабинет, задумчиво морща лоб.

– Это может иметь какое-то отношение к «Книге ночи»? – не выдержав, выпалил Арчи.

Хоук стремительно повернулся к нему.

– Откуда тебе известно об этом? – гневно спросил он.

– Я… я подслушал ваш разговор со Смуром по окулюсу, – пролепетал Арчи, заливаясь краской до самых кончиков ушей.

– Понятно, – процедил Хоук, испепеляя его взглядом. – Значит, теперь ты уже докатился до подслушивания под дверьми! Арчи Грин, тебе не кажется, что слежка за людьми вошла у тебя в привычку?

Арчи уставился на свои ботинки.

Хоук снова принялся расхаживать по кабинету. Его лицо ещё больше помрачнело.

– Старый Зэб сказал мне, что в последнее время тебе снятся сны о Фабиане Грее? – неожиданно спросил он.

Арчи было так стыдно, что он не нашёл в себе силы обидеться на старого переплётчика, который судачил о нём за его спиной. Он покорно пересказал Хоуку свой последний сон о вороне, влетевшем в окно лондонского Тауэра. Хоук очень внимательно выслушал его.

– Если тебе снова приснится что-то похожее, немедленно расскажи мне, – велел он, когда Арчи закончил рассказ. Потом Хоук мрачно усмехнулся. – Судя по всему, Фабиан Грей решил нас преследовать!

Гидеон Хоук снова принялся расхаживать взад-вперёд перед камином, вид у него был такой, будто на его плечи свалилась вся мировая тяжесть. Потом он остановился у камина, повернувшись спиной к Арчи. Долгое время Хоук молчал, глядя в огонь, словно обдумывал что-то, не зная, какое решение принять. Потом он вздохнул и повернулся к Арчи.

– Я хочу, чтобы ты работал со мной в отделе Неопознанных книг, – сказал Хоук. – И не только как магический прорицатель. Я хочу, чтобы ты стал моим личным помощником, Арчи. Мне нужна помощь. Я знаю, что Алчники готовят что-то ужасное. В этом больше нет никаких сомнений. Кража «Книги ночи» – лишнее тому подтверждение. Мой долг – остановить их. Мы должны найти эту книги раньше, чем Алчники её откроют. Но я не могу обманывать тебя, Арчи. Ты должен принимать решение с открытыми глазами. Знай, что это очень и очень опасно. Что скажешь?

Арчи был польщён. Такое предложение от Хоука само по себе было высшей наградой!

– А как же переписка магических книг? – спросил он.

Хоук снова впился в него глазами.

– После того что ты мне рассказал о вчерашнем происшествии, я считаю, что тебе пока не следует писать магию.

Теперь Арчи запаниковал. Неужели Хоук тоже считает, что это он виноват в случившемся?

– Но… почему? – выдавил Арчи.

– Если какая-то сила пожирает все заново написанные заклинания, то я не намерен кормить её! – резко сказал Хоук. – И передай это всем остальным, хорошо? Сейчас писать магию небезопасно.

Арчи был рад, что Хоук не винит его, но всё равно это был очень болезненный удар. Ведь они так хорошо взялись за дело! Они переписали столько книг и чувствовали, что приносят пользу Музею… Арчи не мог скрыть своего разочарования, хотя понимал, что решение Хоука позволит поредевшему Клубу алхимиков немного перевести дух.

– А чёрное пламя? – спросил он. – Как вы думаете, что это такое?

Хоук надул щёки и с шумом выдохнул.

– Я считаю, что оно имеет самое непосредственное отношение к похищенной книге, – ответил он. – И если я прав, нам нужно быть очень и очень осторожными. – Он снова помолчал, а потом добавил деловым тоном: – Думаю, если ты согласишься стать моим учеником, мы сможем одновременно продолжить твоё обучение искусству прорицания. Как только Вольфус немного оправится, я попрошу его дать тебе несколько уроков погружения. Короче, убьём двух птиц одним камнем!

Упоминание о птицах заставило Арчи снова вспомнить о вороне. Интересно, что мог означать его сон и почему он так заинтересовал Хоука? Настолько заинтересовал, что Хоук предложил Арчи стать его помощником! Обычно Хоук проявлял большую осторожность и не спешил обучать учеников сильной магии. Сегодняшнее предложение было чем-то из ряда вон выходящим. Было очевидно, что только очень веская причина могла заставить главу отдела Неопознанных книг изменить своему принципу.

Арчи с трудом сглотнул.

– Я сделаю всё, чтобы защитить Музей, – сказал он. – Но… почему вы выбрали меня?

Губы Хоука дрогнули в подобии улыбки, его мрачное настроение немного рассеялось.

– Потому что ты книжный заклинатель, – просто ответил он. – Это очень полезный талант в деле поиска книг. Надеюсь, твои способности помогут нам выйти на след «Книги ночи».

Он посмотрел на озадаченное лицо Арчи и улыбнулся чуть шире.

– Дар книжного заклинателя поможет тебе освоить магическое погружение. Ты инстинктивно чувствуешь присутствие магии. Как только ты впервые переступил порог «Белого ряда», то сразу услышал болтовню книжек, хотя в то время даже не мог подозревать, что это означает! Помимо этого, у тебя есть и другие магические способности. Ты смог выпустить Барзака из «Книги душ», а для этого потребовалось сотворить сильнейшее освобождающее заклинание. Более того, ты отправил его обратно в книгу, а значит, использовал ещё более сильные связующие чары!

Арчи так и застыл с разинутым ртом.

– Но я… я даже не знал, – пролепетал он.

– Конечно, – кивнул Хоук. – Я и не думал, что ты знал, – вид у него снова сделался задумчивый. – Я долго размышлял над тем, как ты смог победить Барзака. Совершенно невозможно, чтобы неопытный и необученный маг смог одолеть могущественного тёмного волшебника, пусть даже ослабленного многолетним заточением в книге. – Хоук перевёл взгляд на огонь, пляшущий в камине. – Должен признать, эта загадка довольно долго меня тревожила. Но вскоре случилось нечто ещё более удивительное – ты спас жизнь Орфеусу, уничтожив заклятие чёрного пера.

Хоук имел в виду случай, когда Орфеус Смур по неведению взял в руки заговорённое перо, которое непременно убило бы его, если бы Арчи не сумел написать останавливающее заклинание.

– И вновь ты сделал это по наитию, без подготовки. Итак, что мы имеем? Ты творишь очень сильную магию – но при этом не имеешь ни малейшего представления о том, что делаешь и как у тебя это получается. Даже самым опытным магистрам магических искусств потребовались годы упорных занятий, чтобы добиться того, что у тебя получается само собой. Как это может быть? Но потом я всё понял.

Арчи почувствовал, как в животе у него всё скрутилось в тугой узел.

Хоук едва заметно улыбнулся.

– Арчи, сдаётся мне, что ты творишь свою собственную, интуитивную магию. Такое случается, но очень и очень редко. Именно эту природную магию ты использовал, чтобы победить Барзака и спасти Орфеуса. Ты рождаешь собственные заклинания. Они у тебя в крови.

Узел в животе Арчи стянулся ещё туже. Выходит, он каким-то образом творит чудеса, совершенно не понимая, что делает? Думать об этом было довольно неприятно. Арчи попытался отогнать тревожные мысли, отмахнуться от них, как от пустяка, но в глубине души он знал, что его случай должен иметь какое-то объяснение. Он вспомнил, как с лёгкостью прочёл заклинание, написанное енохианской письменностью, расшифровка которой отняла у Горацио Кэтчпоула несколько часов упорного труда. Впервые в жизни Арчи Грин почувствовал страх перед своими способностями.

– Но я не умею это контролировать, – пролепетал он. – Я вообще не имею никакой власти над своими способностями! Когда это происходит, я даже не думаю творить магию – всё происходит само собой… Что, если я случайно сделаю что-нибудь не то? Вдруг причиню кому-нибудь вред?

– Ты научишься это контролировать, – заверил его Хоук. – Именно в этом я и собираюсь тебе помочь.

Арчи почувствовал прилив облегчения. Всё будет хорошо. Хоук поможет ему научиться управлять своими магическими способностями.

Глава отдела Неопознанных книг отвернулся от Арчи и вновь принялся расхаживать по кабинету.

– Но ты должен ясно понимать, какая сила нам противостоит. Я буду вынужден рассказать тебе нечто такое, что тебя не на шутку встревожит, – со вздохом сказал он. – Пойми, Арчи, я делаю это только потому, что риск очень велик, и ты должен это понимать.

Арчи замер в ожидании. Хоук взял полено, бросил его в камин. Несколько мгновений он стоял и смотрел, как оно горит, потом снова заговорил:

– «Книга ночи» – последняя и самая опасная из семи Ужасных манускриптов. До недавнего времени её местонахождение было известно лишь нескольким членам Королевского магического общества. Даже я не знал, где она находится! – с горечью воскликнул Хоук.

Теперь он говорил очень тихо, словно опасался, что их могут подслушать. Арчи кожей почувствовал перемену в атмосфере кабинета. Несмотря на пламя, пылающее в камине, ему вдруг сделалось холодно. На руках выступили мурашки.

Арчи ждал, что Гидеон Хоук продолжит говорить, но глава отдела Неопознанных книг явно колебался. Он подложил в камин ещё одно полено и стал смотреть, как оно лежит на раскаленных углях в центре очага. Языки пламени жадно лизали полено, потом сухое дерево занялось. Хоук не сводил глаз с пляшущего огня.

– Ты видишь, как горит полено? – спросил он, бросив быстрый взгляд на Арчи, и снова отвернулся к камину. – Пламя вечно голодно, оно пожирает дерево и становится сильнее.

Хоук поправил экран перед очагом.

– Заклинания, которые ты переписывал в магических книгах, подобны этим поленьям, – снова заговорил он. – Они питают магические огни.

– Огни? – с удивлением переспросил Арчи. – Разве их несколько?

Хоук кивнул.

– Пламя Фароса не единственный магический огонь. Есть ещё один – пламя Пандемониума или Тёмное пламя. Это тёмный двойник Фароса. Оба магических огня стремятся контролировать пути магии. Каждый из них пытается уничтожить заклинания соперника. Но только один огонь выйдет победителем из этого противоборства. Ты понимаешь, Арчи? Это борьба света и тьмы.

Арчи смотрел на языки пламени, пожирающие полено, и чувствовал, как холод разливается по его позвоночнику.

А Хоук продолжал:

– Тёмное пламя стремится подчинить весь магический мир власти чёрной магии. Как и у пламени Фароса, у него есть своя огненная метка – Чёрный дракон. Этим знаком Тёмное пламя помечает своих приспешников. Есть у него и особые слуги, страшнее которых нет во всем мире. Их трое и их называют Бледные писцы. Эта троица – загубленные души трёх давно умерших темнохимиков. Они преследуют одну-единственную цель: найти «Опус магус».

Арчи вспомнил, что уже слышал об этой книге. Кажется, это был величайший магический трактат, пропавший много столетий тому назад.

– Я думал, что «Опус магус» – это легенда, – прошептал он.

Хоук мрачно покачал головой:

– Нет, эта книга существует на самом деле. В ней записано заветное заклинание, породившее магию и все прочие чары и заклятия. Если Тёмное пламя завладеет «Опус магус», то в мире останется только чёрная магия.

Хоук снова замолчал, глядя на пляшущий огонь в камине и на жёлтые языки пламени, пожирающие остатки последнего полена.

– В «Книге ночи» живет Тёмное пламя, – сказал он, наконец. – Тот, кто её откроет, выпустит на свободу Бледных писцов. Ты понимаешь, что это значит, Арчи? Тёмный владыка будет править всем магическим миром!

– Но откуда вы всё это знаете? – пролепетал Арчи, охваченный ужасом.

– Я знаю это, потому что новые заклинания стали сгорать дотла, – ответил Хоук. – Я знаю это, потому что «Книга ночи» похищена. Её похитители разбудили Тёмное пламя, и теперь оно пожирает все новые заклинания. Пока оно ещё слабо, но оно питается заклинаниями, чтобы как можно быстрее вернуть себе силы. «Книга ночи» ещё не открыта, поэтому Тёмное пламя пока не вырвалось на свободу. Чтобы освободить его, понадобится очень сильное заклинание и, скорее всего, определённое время. Думаю, это случится в пору наивысшего могущества тёмных сил, во время лунного затмения. Будем надеяться, что нам удастся всё исправить до того, как это произойдёт.

– Но если «Книга ночи» всё-таки будет открыта? – в страхе прошептал Арчи. – Как мы сможем остановить Тёмное пламя?

Лицо Хоука потемнело.

– Если книга будет открыта, магический мир столкнётся с величайшей угрозой – пожалуй, самой страшной за всё время существования магии. Сама магия окажется в опасности. Но даже тогда у нас будет возможность предотвратить самое худшее, – Хоук сдвинул брови. – Мы кое-что нашли в архивах. Когда Мораг просматривала старые книги, она наткнулась на тетрадь, некогда принадлежавшую Джону Ди.

Мораг Пандрама была музейным архивариусом и заведовала всеми старыми магическими документами. При упоминании имени Джона Ди Арчи мгновенно навострил уши.

– Там содержится пророчество, – продолжал Хоук. – Оно написано очень туманно, но мы предполагаем, что в нём зашифрован способ победить Тёмное пламя. Именно поэтому мы пригласили в Музей Фауста Гонта. Он эксперт по магическим пророчествам. Я попросил его изучить документ и высказать своё мнение, – Хоук помолчал. – Фауст и Мораг сейчас роются в архиве, пытаются найти что-нибудь ещё, что поможет нам пролить свет на всё это дело. Как мой личный помощник ты тоже получишь доступ в архив. Я попрошу Мораг отобрать для тебя книги, над которыми ты будешь работать. Вот, это тебе понадобится, – сказал Хоук, нашарив на столе серебряный ключ и придвинув его Арчи.

Арчи молча убрал ключ в карман.

* * *

Вечером того же дня руководство объявило об экстренном собрании в «Квиллз». Бросив работу, ученики поспешили в зал. Арчи едва успел вкратце рассказать кузенам и Арабелле всё, что он узнал от Хоука, когда Мотли Браун вошёл в зал, подгоняя опоздавших, и плотно закрыл за собой двери.

– Из-за чего весь этот шум? – развязно спросил Питер Квиггли, плюхаясь на место, где обычно сидел Руперт.

– Без понятия, – отрезала Арабелла и смерила его неприязненным взглядом, давая понять, что его соседству здесь не рады.

– А я уверен, что это как-то связано с украденной книгой, – продолжал разглагольствовать Квиггли, делая вид, что не замечает намёка. Он посмотрел на Вику и Пола. – Говорят, это ваш папаша провалил всё дело. Из-за него книга попала не в те руки!

– Наш отец ни в чём не виноват, – рявкнул Пол. – Он просто делал свою работу!

– Точнее, не делал, – с усмешкой поддел его Квиггли. – Впрочем, чего ещё от него ожидать? Разве его не выгнали из Музея за полную непригодность?

Это была правда. Несколько лет назад Тёрна Фокса попросили покинуть Музей, поскольку он по неосторожности открыл книгу с попрыгушками и выпустил на свободу носорога, который вдребезги разнёс бесценное собрание древнего китайского фарфора. Пол, как и все остальные члены семьи Фокс, очень болезненно переживал это происшествие.

– Это была случайность, – прошипел он, грозно надвигаясь на Квиггли.

– Очередная, – осклабился Квиггли. – А я что говорю? Ваш папаша – человек-авария!

– Прекратите немедленно! – рявкнула Арабелла. – Сейчас начнётся собрание.

– Он первый начал! – с жаром воскликнул Пол.

– Не обращай на него внимания, он того не стоит, – посоветовала брату Вика. – Всё это дело прошлое.

Несколько мгновений два мальчика продолжали с вызовом смотреть друг на друга. Но прежде чем они смогли перейти от взглядов к действиям, Грейвс заняла своё место за столом. В руке она держала свиток, запечатанный синей восковой печатью. Выглядел свиток очень зловеще.

– Прошу всех занять свои места, чтобы мы могли начать собрание.

Ученики зашаркали ногами. В зале чувствовалось нервное напряжение. Все глаза были устремлены на Грейвс. Она помолчала, потом сделала глубокий вдох и начала:

– Я должна сделать очень важное объявление. – Феодора Грейвс подняла свиток, чтобы все могли его видеть. – Как и другие магические институты, мы получили послание из Магической лиги. Мне поручено огласить вам его.

Грейвс сломала восковую печать и развернула свиток. Её глаза забегали по строчкам, губы зашевелились, беззвучно повторяя слова. И без того суровое лицо Феодоры Грейвс сделалось ещё более мрачным. Она быстро покосилась на других членов руководства, потом откашлялась и начала читать вслух:

– «По поручению Магической лиги, настоящим я объявляю во всём магическом сообществе режим повышенной готовности. Из Королевского магического общества была похищена редчайшая книга. Это один из семи Ужасных манускриптов, книга очень ценная и очень опасная. Случившееся является грубым нарушением Положений магического сдерживания. Скорее всего, за похищением вновь стоят Алчники. Все, кто обладает какими-либо сведениями об этом преступлении или местонахождении похищенной книги, должны незамедлительно поставить в известность магическое руководство. Соблюдайте меры предосторожности! Ни в коем случае не открывайте эту книгу! Повторяю: ни при каких обстоятельствах не открывайте книгу».

В зале воцарилась зловещая тишина. Грейвс подняла глаза от свитка.

– Обращение подписано самим Утером Моргредом, – сказала она, переглянувшись с другими руководителями Музея.

Кто-то из младших учеников сдавленно всхлипнул и разрыдался. Потом из задних рядов послышался испуганный крик. Все обернулись и увидели, что Мередит Мерридэнс упала в обморок.

Арчи, Вика и Пол возвращались домой вместе. После того как Хоук запретил им заниматься переписыванием книг, у них впервые за последние месяцы выдался свободный вечер. Арчи продолжал размышлять об озвученном послании и о том, что Хоук рассказал ему о «Книге ночи». Он сунул руку в карман и сжал в пальцах серебряный ключ.

– Что вообще хранится в архиве? – спросил Арчи у Вики.

– Всевозможные старые записи и тексты о магических книгах, – мгновенно отозвалась она. – Когда в руки наших наставников попадает какая-нибудь неопознанная книга или загадочный магический предмет, они первым делом справляются о них в архиве. А почему ты спрашиваешь?

– Потому, что там нашли пророчество Джона Ди, – задумчиво проговорил Арчи. – Вот и думаю, нет ли там каких-нибудь ещё сведений о Тёмном пламени.

– Может, и есть, но ученикам вход в архив запрещён, – ответила Вика.

Арчи загадочно улыбнулся.

– Ко мне это не относится, – сказал он и разжал ладонь, показав кузенам серебряный ключ.

Пол вытаращил глаза.

– Он дал тебе ключ? Но зачем?

– Наверное, так полагается ученику Хоука, – пожал плечами Арчи. – Если я буду работать в отделе Неопознанных книг, мне придётся ориентироваться в документах.

– Будь осторожен, – предупредила Вика. – В архиве чего только нет. Тебя могут ждать всякие неожиданности.

– Брось, Вик! – отмахнулся Арчи. – Мы говорим об архиве, а не о Темнохране!

– Даже не произноси вслух это слово! – передёрнулся Пол. – Я больше не желаю даже близко подходить к этому месту!

Арчи был с ним полностью согласен. Темнохран определённо не значился в списке мест, в которые ему хотелось бы вернуться. Но Арчи был уверен, что архив – это совсем другое дело. Если Мораг Пандрама нашла там пророчество Джона Ди, значит, в архиве могла храниться и другая ценная информация, нужно только как следует поискать. Этим Арчи и собирался заняться на следующий день.

Глава 7

В архиве

После истории со «Страшным гримуаром» в отделе Неопознанных книг были усилены меры безопасности. Дверь в архив, одновременно ведущая в Темнохран, была укреплена и надёжно заперта. Арчи был здесь всего однажды, но в тот раз его перенесло в Темнохран заколдованное место познания, поэтому он никогда не видел архива изнутри.

Чудеса начались с самого начала. Как только Арчи сунул ключ в замочную скважину, он с громким щелчком повернулся сам собой. Арчи нажал на ручку и переступил порог. Он оказался в длинном помещении с низкими сводами, похожем на подземное хранилище. Впереди виднелась анфилада залов поменьше и несколько ниш, в которых горели толстые белые свечи. Потёки расплавленного воска придавали им сходство с пещерными сталагмитами. Вдоль стен шеренгами выстроились книжные шкафы и стеллажи, прогибающиеся под тяжестью свитков и документов. Посреди зала стояло несколько рабочих столов, освещённых хрустальными фонарями, которые свисали с потолка и заливали всё пространство спокойным золотистым светом. На столах тоже высились груды книг и свитков. Арчи догадался, что это и были те самые документы, которые Мораг Пандрама по просьбе Хоука приготовила для него.

Арчи подошёл к столу, просмотрел названия книг. По большей части это были исторические документы, имевшие отношение к тем или иным магическим книгам или артефактам. Он открыл первый попавшийся свиток и прочитал описание кинжала, лежавшего на столе Гидеона Хоука:

Клинок теней. Магическое оружие, сотворённое из отражения падающей звезды в чёрной глади обсидиана. Клинок теней является надёжным оружием против тёмных магических существ, ибо обладает способностью пронизать любую тьму, в том числе самые тёмные сердца.

Затем внимание Арчи привлекла толстая чёрная книга под названием «Самые желанные». Это оказался перечень самых разыскиваемых книг и магических предметов. Арчи поискал в списке то, что его интересовало больше всего.

«Книга ночи» (точное название «Книга ночных кошмаров»). Манускрипт, написанный тремя темнохимиками для вызова пламени Пандемониума из преисподней. Открытие «Книги ночи» выпустит в мир Тёмное пламя и Бледных писцов – духов темнохимиков, написавших книгу. Бледные писцы разыскивают «Опус магус», чтобы овладеть заветным заклинанием и провозгласить начало эры тёмной магии.

Арчи пролистнул книгу, нашёл статью, посвящённую «Опус магус». Он уже встречал упоминание об этом манускрипте в отцовской книге «Великие шедевры: добрые, злые и ужасные», однако здесь о ней рассказывалось более подробно:

«Опус магус» или «Величайший труд» – первое, наиважнейшее заклинание магии. Оригинальный экземпляр «Опус магус» хранился в Великой Александрийской библиотеке и пропал во время пожара. Только если «Опус магус» будет переписан заново, магия сможет возродиться во всей своей былой славе.

Арчи вспомнил клятву, с которой они начинали каждое собрание своего Клуба алхимиков. Слова клятвы друзья позаимствовали у первого клуба, основанного Фабианом Греем: «Я приношу клятву верности Клубу алхимиков. Обещаю делать всё, что в моих силах, для возрождения былой славы магии».

Арчи вновь почувствовал незримое присутствие тени Грея. Он посмотрел на золотое кольцо, блестевшее на его пальце. Оно вдруг сделалось заметно теснее. Не означает ли это, что Арчи никогда не избавиться от злополучного алхимика?

Он прошёл вдоль книжных шкафов и стеллажей, набитых свитками. Арчи не знал, что именно он ищет, ему просто нравилось ходить и смотреть. Может быть, здесь он сможет попрактиковаться в погружении? Тем более что это ему ничем не грозило – как известно, в архиве не было магических книг, здесь хранилось только собрание документов и справочной литературы.

Арчи закрыл глаза и сосредоточился, пытаясь открыть своё сознание. Хоук говорил, что таким образом можно почувствовать наличие магической энергии.

Арчи глубоко погрузился в себя, когда вдруг почувствовал нечто необычное. Это было похоже на лёгкое покалывание, исходившее от кольца Фабиана Грея. Арчи встал и медленно пошёл вдоль шкафов. Покалывание сделалось сильнее. Оно сопровождалось странным ощущением дежавю, как будто в душе пробуждались скрытые воспоминания. Что-то было смутно знакомо, словно позабытая тайна.

Арчи открыл глаза и увидел перед собой жуткое существо с клыками и ушами как у летучей мыши. Он содрогнулся от страха, но в следующее мгновение сообразил, что смотрит на каменную гаргулью. Ещё одна гаргулья сидела по другую сторону большой двери, которая была окована железом и закрыта на тяжёлый висячий замок. Судя по всему, чудовища охраняли вход. Арчи вспомнил, что уже видел эту дверь и обеих гаргулий. Перед ним был вход в Темнохран.

Это объясняло, почему он чувствовал присутствие чар. В Темнохране были собраны всевозможные предметы, имевшие отношение к чёрной магии, поэтому вход туда был строго-настрого запрещён.

– Не волнуйся, я даже не думаю туда заходить, – громко сказал Арчи, потрепав первую гаргулью по плечу. Она ответила ему мрачным каменным взглядом.

Арчи отвернулся и пошёл в обратную сторону. Он был уже около входа в первое хранилище, когда заметил небольшую нишу слева. Арчи свернул туда и увидел маленькую дверь, ведущую в соседнюю комнату. Оказывается, архив был настоящим лабиринтом! Тут Арчи вновь почувствовал странный зуд и неодолимое желание во что бы то ни стало узнать, что находится за маленькой дверью, но тут его остановили.

– Арчи? – раздался громкий голос Хоука.

Должно быть, глава отдела Неопознанных книг спустился за ним в архив.

– Я здесь! – отозвался Арчи.

Через несколько мгновений Хоук вырос в дверях, соединявших две комнаты.

– А, вот ты где, – сказал он. – Идём, я хочу тебе кое-что показать.

Арчи покосился на нишу, сделал себе зарубку на память непременно вернуться сюда и разузнать все секреты, спрятанные за дверцей, а потом поспешил следом за Хоуком. Глава отдела Неопознанных книг привёл его в небольшой коридор, ведущий в очередную комнату с низким сводчатым потолком. Притолока двери была настолько низка, что Арчи пришлось пригнуться, чтобы войти. Потолок в этой комнате был покрыт замысловатой резьбой, как в готических зданиях.

В центре стоял стеклянный ящик, в котором лежали два очень странных предмета. Размером и формой они напоминали утиные яйца и были сделаны из матового золотистого материала, похожего на янтарь. На камнях были серебряные ободки, которые опоясывали их вдоль и поперёк, пересекаясь посередине. Арчи протянул руку – и сразу почувствовал пульсацию магической энергии.

– Что это? – прошептал он.

– Краеугольные камни, – так же тихо ответил Хоук. – С их помощью магистры перевезли пламя Фароса в Оксфорд.

Хоук открыл витрину, взял один из камней и зажал его между большим и указательным пальцами, чтобы Арчи мог получше рассмотреть. На серебряном ободке, опоясывавшем камень, были выгравированы слова:

Я несу пламя, я несу свет,

Где мой огонь – там мрака нет.

Пусть пламя Фароса рассеет тьму —

Так было, будет и быть по сему.

Теперь Арчи заметил, что по центру камня шла узкая щель. Хоук несильно надавил на края – и Краеугольный камень распался на две половинки, пустые внутри.

– Когда-то сюда положили угли от пламени Фароса, – объяснил Хоук, показывая на тайное хранилище. – Краеугольный камень защищал их от зла.

– Но почему… почему камней два? – спросил Арчи.

– Один запасной. Это мера предосторожности, – ответил Хоук. – Два пламеносца огня были избраны из числа Хранителей пламени. Если в пути пламени Фароса грозила бы опасность, они должны были нести его в камнях. Это была великая честь – стать избранниками Пламени.

Одно молниеносное движение запястья – и Краеугольный камень с щелчком захлопнулся, вновь приняв вид гладкого каменного яйца. Хоук бережно поставил его обратно в стеклянную витрину.

Выпрямившись, он очень серьёзно посмотрел на Арчи.

– Я – пламеносец. Но если со мной что-то случится, я надеюсь, что мой ученик займёт моё место, – сказал он.

* * *

Арчи шёл в «Белый ряд». Хоук велел ему продолжать практиковать навыки погружения, поэтому сегодня он решил попытать удачи в тайной лаборатории Фабиана Грея. Поскольку о ней не знал никто, кроме членов Клуба алхимиков, Арчи мог рассчитывать, что будет там совсем один.

Кроме того, он хотел заглянуть к Старому Зэбу. Он не видел старого переплётчика с тех пор, как начал работать в отделе Неопознанных книг, и за это время успел очень соскучиться.

Пересекая площадь по пути к книжной лавке, Арчи продолжал думать о Краеугольных камнях. До сих пор он никогда не думал о том, как пламя Фароса было перенесено из Александрии в Оксфорд. Арчи зажмурился, пытаясь представить себе это долгое путешествие. Теперь он понимал, что везти горящий факел так далеко было и неудобно, и небезопасно. Так что Краеугольные камни были гениальным выходом из положения.

Когда Арчи открыл дверь в лавку, колокольчики оглушительно зазвенели, приветствуя его. Марджори Гадж стояла за прилавком. Она всегда замещала Джеффри Крикка, когда он отсутствовал.

– Привет, Арчи, – сказала она, поднимая на него глаза, многократно увеличенные стёклами очков. – Если ты пришёл проведать Старого Зэба, то его сейчас нет. Он понёс книги в Музей.

Арчи очень огорчился, узнав, что разминулся с переплётчиком. Он знал, что Старый Зэб ещё не взял себе нового ученика, поэтому, видимо, ему временно приходилось всё делать самому.

– Вообще-то я пришёл забрать свой мешок с инструментами, – выпалил Арчи первое, что пришло ему в голову, чтобы Марджори не догадалась, что ему на самом деле нужно. – Я быстро! – с улыбкой добавил он.

Отреставрированные книги – те, что хранились за занавеской и обещали Арчи расспросить о его родителях, исчезли. По всей видимости, Старый Зэб унёс их в Музей. Арчи почувствовал прилив надежды – возможно, книги разузнают, где заточён его отец.

Он увидел коробку с книгами, которым требовался ремонт. Арчи взял её и понёс вниз по винтовой лестнице в коридор, ведущий в мастерскую. Войдя внутрь, Арчи поставил коробку на верстак, снял с крюка на стене чёрный ключ и бросился в коридор.

Там пахло землёй, тьму рассеивал свет факелов, закреплённых в металлических скобах на стенах. Но даже факелы заканчивались сразу за дверью в мастерскую, так что дальше Арчи предстояло идти в темноте. Лаборатория, спрятанная за чёрной дверью, тонула во мраке.

Трое членов первого Клуба алхимиков – Бракстон Фокс, Родерик Треваллен и Ангелика Рипли – прятались в этой лаборатории после того, как случайно стали виновниками Великого лондонского пожара. Но после того как «Проклятие алхимика» вступило в силу и Родерик умер от укуса скорпиона, лабораторию опечатали, а потом и забыли о её существовании. Долгие триста пятьдесят лет никто не знал, где находится бывшая лаборатория Фабиана Грея, пока Арчи и Пол не нашли её.

Арчи вставил ключ в замочную скважину чёрной двери и отпер замок. Дверь со скрипом отворилась. Переступив порог, Арчи вдохнул затхлый запах давно пустующей комнаты, пронизанный едва уловимыми оттенками аморы – аромата магии, и сожжённых химикатов.

Прошло несколько недель с тех пор, как он в последний раз заходил сюда. После того как Руперт начал работать в Королевском магическом обществе, Клуб алхимиков больше не собирался.

Арчи зажёг факелы на стенах и окинул взглядом комнату. Он всегда чувствовал трепет волнения при мысли о том, что именно здесь когда-то собирался первый Клуб алхимиков.

Здесь Грей проводил свои магические эксперименты, когда был учеником Музея. Здесь он впервые создал алхимический эликсир из азота.

На деревянной табличке, прибитой над столом, было написано: «Мы возродим магию в её былой славе». В сборнике «Самые желанные» говорилось, что, переписав «Опус магус», можно восстановить все утерянные и испорченные магические книги.

Арчи скользнул взглядом по склянкам, выстроенным на полках. Все они были заполнены мутными растворами. В одной банке плавал превосходно сохранившийся скорпион – тот самый, роковой укус которого убил Родерика Треваллена, дальнего предка Руперта.

Посреди комнаты стоял длинный деревянный стол, заставленный склянками, соединёнными между собой кучей резиновых трубок, как будто здесь проводился какой-то безумный химический опыт. Старые магические справочники Грея были аккуратной стопкой сложены на краю стола, куда их сложили Арабелла и Пол. Повсюду на столе чернели подпалины – свидетельства неудачных экспериментов.

Арчи закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Он вышел за пределы своего сознания, ища скрытые источники магии. Не открывая глаз, произнёс заклинание, которому научил его Хоук:

Магические книги,

Скрытые от глаз,

Передо мной явитесь

В сей же час!

Тишина. Арчи предпринял ещё одну попытку, но всё осталось по-прежнему. Значит, в лаборатории больше не осталось ни одной спрятанной магической книги, однако это ещё не означало, что здесь не было никаких секретов.

Арчи как раз размышлял об этом, когда увидел белый конверт, лежавший в центре стола. Как он мог сразу не заметить его? Наверное, он был слишком погружён в свои мысли. На конверте твёрдым угловатым почерком был написан адресат – Клуб алхимиков. Кем бы ни был неизвестный отправитель, он явно хотел, чтобы его послание было найдено и получено.

Арчи снова обвёл глазами комнату. До сих пор он был уверен, что о лаборатории знают только пятеро членов Клуба алхимиков и Катерина Крона. Но Катерина сейчас находилась в приюте для волшебнобольных, следовательно, не могла оставить им послание. Откуда же оно взялось?

Арчи вскрыл конверт.

Внутри была записка:

Боюсь, Алчники готовятся открыть «Книгу ночи». Когда они это сделают, будь готов сразиться за будущее магии.

Я свяжусь с тобой снова, когда смогу.

Ф. Г.

Сердце Арчи подпрыгнуло и забилось в горле. Письмо было подписано инициалами Ф. Г., рядом с которыми неизвестный отправитель нарисовал ворона. Мысли вихрем пронеслись в голове Арчи. Неужели записку оставил Фабиан Грей? Нет, это какая-то глупость! Настоящий Фабиан Грей умер больше трехсот лет тому назад! Значит, кто-то хочет, чтобы они считали его живым? Но кто он, этот неведомый отправитель, – друг или враг?

* * *

Когда Арчи показал загадочную записку Вике, Полу и Арабелле, они только покачали головами. Никто не мог понять, как письмо могло оказаться в лаборатории. Всё указывало на то, что их тайное место стало известно кому-то ещё, и этот кто-то воспользовался им, чтобы оставить им послание. Следующее собрание Клуба алхимиков было назначено на субботу, когда Руперт вернётся из Лондона на выходные и сможет к ним присоединиться. Обнаружение записки делало эту встречу ещё более срочной. Загадочный отправитель дал понять, что выйдет на связь снова, но каким образом и когда?

Глава 8

Фауст Гонт

Когда на следующий день Арчи пришёл в отдел Неопознанных книг, Хоук сидел за своим столом, глядя в пустоту. Перед ним стоял зелёный флакончик, который Арчи уже видел раньше. Пузырёк определённо напоминал какое-то лекарство. Услышав шаги Арчи, Хоук убрал его в карман своего бархатного пиджака.

– А, это ты, Арчи, – проговорил он, поворачиваясь к двери. – Я думал, это Фауст. Я жду его с минуты на минуту.

Арчи молча принялся за уборку кабинета. Это была его ежедневная утренняя обязанность. Он сложил в стопку разбросанные по полу книги, внимательно следя за тем, чтобы случайно не закрыть открытую, потому что Хоук мог потерять нужное место. Он собрал все свитки, валявшиеся на креслах перед камином, и аккуратно убрал их на полки. Ещё несколько минут уборки – и из-под груды завалов проступили фрагменты персидского ковра, постеленного на полу.

Но как бы хорошо ни убирался Арчи, на следующее утро кабинет вновь превращался в хаос. Хоук каждую ночь до утра рылся в книгах. Арчи догадывался, что его наставник упорно ищет способ разрушить Тёмное пламя.

– А я-то думал, куда оно запропастилось! – сказал Хоук, когда Арчи взял с каминной полки вообразительное стекло в серебряной оправе и положил его на стол. – Наверное, я положил его туда вчера вечером и забыл.

Он рассеянно покачал головой. Арчи заметил, что этим утром его наставник выглядит помятым, его волосы были всклокоченными, как будто он спал, не раздеваясь. Арчи снова подумал, как мало ему известно о Хоуке. Например, где живёт его наставник? Ночует ли он в Музее или же у него, как у других руководителей отделов, есть дом в Оксфорде? Возможно, Хоук спит прямо здесь, на кожаном диване. Справедливости ради следовало отметить, что диван был очень удобным, и Хоук очень его любил. Арчи продолжал размышлять над этим, когда в дверь постучали и в кабинет вошёл Фауст Гонт. В одной руке он держал потрёпанную старую тетрадь.

– О, доброе утро, Фауст! – воскликнул Хоук, вставая, чтобы поприветствовать гостя.

– Я не отвлекаю? – спросил Гонт.

– Нет-нет, ты как раз вовремя, – ответил Хоук. – В самое время! Я хочу, чтобы Арчи тоже услышал то, что ты узнал.

Гонт неуверенно покосился на Арчи.

– Хорошо, Гидеон. Раз ты так думаешь…

– Арчи – мой ученик и помощник, – твёрдо сказал Хоук. – Он должен знать всё, что нам известно.

Арчи вспыхнул от удовольствия, польщённый доверием Хоука. Он дал себе слово во что бы то ни стало оправдать надежды наставника.

Когда Гонт опустился на край старого дивана и положил тетрадь на колени, Хоук кивком предложил Арчи сесть с другой стороны. Сам глава отдела Неопознанных книг расположился напротив них в глубоком кресле, придвинутом к камину, и сцепил пальцы в ожидании. Когда все расселись, Хоук впился глазами в Гонта.

– Итак, к делу. Что ты выяснил, Фауст?

Гонт глубоко вздохнул.

– Я изучил документ, который Мораг обнаружила в архиве, и могу с полной уверенностью подтвердить его подлинность. Перед нами одно из последних пророчеств Джона Ди, написанное в самом конце его жизни. Как вам известно, Ди был величайшим прорицателем в Англии. Он использовал свои грандиозные магические способности для того, чтобы прозревать будущее. Джон Ди часто зашифровывал свои откровения в виде стихотворений, и наше пророчество не стало исключением.

Гонт вытащил из кармана пиджака очки, раскрыл их и нацепил на кончик носа. Затем он открыл книгу на заложенной странице и прочитал вслух то, что там было написано:

Когда белизна сгорит дочерна,

Когда вокруг сгустится тьма,

Когда надежда жестоко обманет,

Когда даже сильный слабым станет.

Тогда только ворон укажет путь —

Доверься ему и страх позабудь.

Лишь ворону ведомо всё, что забыто,

Только ему все тайны открыты.

Когда он закончил, в кабинете воцарилось молчание. Арчи замер, пытаясь осмыслить услышанное.

– Смысл пророчества намеренно изложен максимально иносказательно, – пояснил Гонт. – Это вполне в стиле Ди. Но я уверен, что эта загадка имеет самое непосредственное отношение к тому, что Фабиан Грей увидел в «Книге пророчеств».

Арчи вздрогнул от неожиданности. Снова Грей! В последнее время имя этого злополучного алхимика преследовало его буквально на каждом шагу. Арчи задумчиво покрутил на пальце золотое кольцо Грея, пытаясь ослабить его. Тем временем Гонт продолжал говорить:

– Нам известно, что в бытность учеником Музея Грей обратился за советом к «Книге пророчеств», и увиденное навсегда изменило его. С тех пор Фабиан Грей твёрдо уверовал в своё предназначение. Ему было дано видение о том, что будущее магии зависит от него. Об этом Грей рассказал Бракстону Фоксу.

Арчи уже слышал об этом от книжного призрака самого Бракстона Фокса, духа его несбывшейся мечты.

– Я предполагаю, что в «Книге пророчеств» Грей увидел способ победить Тёмное пламя. И стихотворное пророчество, которое мы обсуждаем, говорит именно об этом! «Когда белизна сгорит дочерна» – возможно, здесь сказано о Тёмном пламени, пожирающем светлые заклинания на листе книги! «Когда вокруг сгустится тьма» – это может быть предвидением прихода Тёмного пламени и освобождения Бледных писцов.

– А вторая строфа? – спросил Хоук.

– Во второй строфе говорится о вороне, который знает о том, что забыто, – ответил Гонт. – Это можно трактовать по-разному, но я предполагаю, что речь идёт о величайшем произведении магии, до сих пор скрытом от нас…

– «Опус магус»! – воскликнул Хоук.

– Именно так, – Гонт мрачно кивнул.

Арчи разинул рот.

– Но… Это невозможно! – ахнул он. – Правда?

Гонт подался вперёд. Его лицо сделалось серьёзным и напряжённым.

– «Опус магус» пропал две тысячи лет тому назад во время пожара в Великой Александрийской библиотеке, – заговорил он. – Его материальное воплощение было уничтожено, однако само заветное заклинание могло каким-то образом сохраниться. Я уверен, что «Опус магус» и был той самой тайной «Книги пророчеств», которая открылась Фабиану Грею!

Мысли Арчи бешено завертелись, пытаясь соединить воедино все части головоломки.

Хоук сидел неподвижно. С тех пор как Гонт начал говорить, ни один мускул не дрогнул на его лице.

– И каков твой вывод? – спросил он.

Гонт сложил свои очки, убрал их в карман.

– Если пророчество Ди истинно, то можно предположить, что Фабиану Грею открылись два видения – «Опус магус» и возможный способ использовать его для победы над Тёмным пламенем, – он помолчал, размышляя. – Единственный способ.

* * *

Арчи вышел из отдела Неопознанных книг в полном смятении. Его одолевало столько мыслей, что голова шла кругом. Он продолжал размышлять о том, что узнал, когда вдруг услышал какой-то шорох. Звук доносился из книжного шкафа.

– Ш-ш-ш, – прошелестел бумажный голосок. – Иди сюда! Скорее! Мы для тебя кое-что разузнали.

– Что? – рассеянно спросил Арчи, пытаясь собраться с мыслями.

– Мы всюду расспрашивали о твоём отце, – продолжал голос. – Я же говорила, что мы обожаем всякие загадки!

Сердце Арчи радостно встрепенулось. Теперь он узнал этот голос – это была та самая книга о магических таинствах, которая заговорила с ним в лавке! Арчи скользнул взглядом по стеллажам, пока не нашел красный корешок на одной из верхних полок. Должно быть, книгу поставили сюда после того, как принесли из мастерской.

– Что вы узнали? – с жадным любопытством спросил он.

Книга снова радостно зашуршала.

– Я поговорила со справочниками – с теми, разумеется, кто умеет говорить, – и они все в один голос подтвердили, что если твой отец был заперт в книге, то это мог быть только альбом для рисования!

Альбомы обладали способностью «врисовывать» людей в свои страницы, так что несчастные становились частью истории и могли навсегда остаться в книге, если её закрывали. Арчи знал, что «Книга былого» и «Книга пророчеств» тоже обладали свойствами альбомов, но в Музее могли быть и другие такие книги.

– Как же мне узнать, что это за книга? – с бьющимся сердцем спросил он.

– На этот вопрос ответить будет труднее, – призналась книга.

– Но мне нужно знать! – воскликнул Арчи. – Я должен выяснить, что случилось с моей семьёй!

– Сколько лет твоей сестре?

Арчи задумался.

– Рози была на три года старше меня, значит, сейчас ей должно быть почти шестнадцать.

– Верно, – сказала книга. – Хорошо, положись на меня. Я дам тебе знать, когда что-нибудь разузнаю.

Арчи кивнул – и с изумлением увидел веснушчатую физиономию Пола, который во все глаза смотрел на него.

– Ты уже начал сам с собой разговаривать? – спросил кузен.

– Я говорил с книгой, – улыбнулся ему Арчи. – А что ты здесь делаешь?

– Я возвращался из паноптикума, – ответил Пол. – Понимаешь, я обещал Руперту, что буду приглядывать за животными, пока его нет. Мне не нравится, что там происходит, Арчи! Помнишь, я говорил, что саламандра Симон ведёт себя как-то странно? Так вот, теперь он и вовсе исчез!

– Что? – воскликнул Арчи. – Нет, Пол… Ящерица длиной шесть футов не может просто взять и исчезнуть!

– Сначала я тоже так подумал, – сказал Пол, – но Симон пропал. Я, конечно, спросил у Квиггли, не знает ли он, что случилось с саламандрой. Но ты же знаешь Квиггли! Мне показалось, он понятия не имеет о том, что у него в паноптикуме была краснобрюхая саламандра! Он вообще ничего не знает о магических животных и не умеет за ними ухаживать. Представляешь, он даже о дракончиках не умеет заботиться!

– Какой кошмар, – ужаснулся Арчи. – Но куда же мог пропасть Симон?

– Понятия не имею, – сокрушённо покачал головой Пол. – Я взял из дома мой компас интересностей, давай посмотрим, сможет ли он найти нашу саламандру.

Вика и Арчи подарили Полу этот компас на двенадцатилетие. Этот магический инструмент, с виду похожий на карманные часы, мог определять направление, в котором находился источник магии. Именно с помощью этого компаса Пол и Арчи нашли секретную лабораторию Фабиана Грея.

Пол открыл крышку компаса. На циферблате в виде улыбающегося солнечного диска была закреплена чёрная стрелка, которая меняла цвет и вращалась в направлении источника магии. Сейчас стрелка сияла золотым светом и медленно поворачивалась вокруг своей оси.

– Хм-м, – протянул Пол. – Понятно, в этой части Музея слишком много магии. Наверное, это от книг. Знаешь, я разобрался с устройством этого компаса, чтобы правильно пользоваться им, – похвастался он. – Оказывается, его можно настраивать на разные типы чар. Поскольку Симон волшебное существо, компас нужно выставить на поиск естественной магии.

Он повернул колёсико на корпусе, и в окошечке циферблата появилось изображение молнии, бьющей в дерево.

– Вот, – довольно пропыхтел Пол, поднимая компас так, чтобы Арчи тоже мог видеть.

Стрелка застыла.

– Ну вот, – разочарованно вздохнул Пол. – Значит, Симона здесь нет.

– Получается, так, – протянул Арчи. – Но если он не здесь, то где же?

И тут стрелка вдруг угрожающе покраснела и бешено завертелась.

– Постой! – вскрикнул Пол. – Где-то здесь находится источник естественной магии, и он двигается! Бежим!

Пол поднял компас и быстрым шагом направился в ту сторону, откуда исходили чары, время от времени поглядывая на стрелку, чтобы не сбиться с пути. Арчи пошёл за ним. Он тоже чувствовал лёгкое покалывание, обозначавшее близость очень сильной магии.

– Это где-то там! – крикнул Пол и со всех ног бросился в Большую галерею, как бесстрашный исследователь в дикие джунгли. – Сюда, – добавил он, ныряя в проход за книжными шкафами. Кузены стали пробираться между стеллажами. – Магия усиливается, Арч! Где-то здесь очень сильный источник.

Они оба остановились и огляделись по сторонам.

– Ничего не понимаю, – пробормотал Пол. – Если верить компасу, мы стоим прямо перед источником магии.

Они осмотрелись ещё раз, но вокруг не было ничего, что могло бы производить естественную магию. Пол поскрёб в голове, снова посмотрел на компас.

– Раньше он никогда не ошибался, – сказал мальчик. – Может быть, Симон прячется за книжным шкафом… – Он шагнул к полкам и вдруг, споткнувшись, растянулся на полу. – Ой! Да что же…

Раздалось негромкое ворчание, похожее на рокот небольшого мотора.

– Ой! – вскрикнул Пол, вскакивая на ноги. – Я знаю, кто это! Прячься!

Не успели мальчики нырнуть за шкаф, как в воздухе промелькнул язык пламени.

– Это Симон! – закричал Пол. – Но почему мы его не видим?

В этот момент послышалось громкое шипение, сопровождаемое запахом сырой соломы, и перед кузенами предстала краснобрюхая саламандра Симон – судя по его виду, он был не менее ошарашен, чем они. Несколько мгновений саламандра смотрела на мальчиков своими огромными печальными глазами, потом издала странный звук, похожий на всхлип, и упала на пол.

Пол бросился к ней.

– Он болен! – закричал мальчик. – Он совсем побледнел!

– Смотри, – воскликнул Арчи, показывая на глубокий порез на лапе саламандры. – У него кровь! Нужно как можно быстрее отнести его в паноптикум.

– Легко сказать, – пробормотал Пол. – Симон, конечно, очень исхудал, но он всё равно весит целую тонну!

В итоге Пол остался с Симоном, а Арчи побежал за помощью. Первой, кого он встретил, была Феодора Грейвс. Услышав о том, что случилось, она со всех ног бросилась в Большую галерею.

– Как он? – спросила Грейвс, увидев саламандру, распростертую на полу у ног Пола, который гладил её по голове.

– По крайней мере, жив, – ответил Пол, – но очень ослабел. Он потерял много крови!

– Я применю облегчающее заклинание, чтобы перенести его в паноптикум, – пообещала Грейвс. – Когда он в последний раз извергал пламя?

– Только что, – ответил Арчи. – Но очень слабое.

– Всё равно, нам лучше защититься, – решила Грейвс. Она тоже погладила Симона по голове, потом наклонилась и принюхалась. – Хм-м, – протянула глава отдела Сверхъестественной магии. – Кто-то напоил его скрывающим зельем, чтобы сделать невидимым. Этот запах ни с чем не спутаешь, я чувствую его в дыхании Симона. Должно быть, зелье выветрилось как раз в тот момент, когда вы нашли беднягу.

– Но зачем кто-то сделал Симона невидимкой и выпустил его из паноптикума? – ошеломлённо спросил Пол. – Да ещё ранил его?

Грейвс помрачнела.

– Это очень хороший вопрос, – только и сказала она.

Глава 9

Тайный осведомитель

Арчи никак не мог дождаться утра субботы. Пятеро членов Клуба алхимиков договорились встретиться в «Квиллз» и оттуда вместе отправиться в лабораторию Грея. Им нужно было о многом поговорить.

Арчи, Вика и Пол пришли в кондитерскую первыми и даже успели заказать горячий шоколад, когда пришли Руперт и Арабелла.

– Руперт! – воскликнула Вика, крепко обнимая его.

Руперт покраснел как помидор. Вид у него был обрадованный и смущённый в одно и то же время. Он огляделся по сторонам.

– Как же я соскучился по «Квиллз»! – сказал он, улыбаясь Арчи и Полу.

– Ты надолго к нам? – спросил Пол.

– Только на выходные. Хочу заглянуть в паноптикум, посмотреть, как там мои животные, особенно Пегас. Мне уже рассказали о том, что случилось с Симоном. Драконы вообще весьма хитрые и скрытные существа, с ними нужно обращаться очень осторожно.

– На твоё место взяли Питера Квиггли, но мне кажется, что он ничего не знает ни о драконах, ни о других магических существах, – с жаром произнёс Арчи.

У Руперта вытянулось лицо.

– Квиггли? Нет, правда? – ошарашенно переспросил он. – Но как он мог получить эту работу?

– Мы сами теряемся в догадках, – ответила Вика. – Значит, это не ты его рекомендовал?

Руперт возмущённо помотал головой.

– Шутишь? – воскликнул он. – Квиггли – последний человек, которого я бы посоветовал взять в паноптикум! Мне кажется, что он терпеть не может даже обычных животных, не говоря о магических! Когда Браун спросил меня, кого бы я порекомендовал на своё место, я назвал Пола.

– Спасибо, – просиял польщённый Пол.

– Жаль, что этот вопрос не решало пламя Фароса, – сказала Вика. – Я уверена, что оно выбрало бы тебя, Пол.

– Кстати, а почему это не решало Пламя? – спросил Арчи, неожиданно заинтересовавшись.

– Некоторые вопросы находятся в ведении руководства, – объяснил Руперт. – Скажем, главы отделов сами выбирают себе учеников или распределяют некоторые должности. Да, кстати! Я слышал, ты стал учеником Хоука? Это грандиозно, Арч! Поздравляю.

– Спасибо, – ответил Арчи, раздувшись от гордости.

– Ну, рассказывайте, что ещё происходит у нас в Музее, – заторопил друзей Руперт. – Выкладывайте всё!

– Давайте поговорим в лаборатории, – сказал Арчи, оглядываясь на соседние столики. – Я не хочу, чтобы нас подслушали.

Арчи открыл дверь в «Белый ряд» своим ключом. Члены клуба на минутку заглянули в мастерскую Старого Зэба, чтобы взять со стены ключ от чёрной двери.

Когда дверь открылась, четыре пары глаз уставились на стол. Но сегодня там не было никакой записки.

– Что с вами? – спросил ничего не понимающий Руперт. – Можно подумать, что вы увидели призрак!

– Забавно, что ты выбрал именно это слово, – тихо сказал Арчи. – Интересно, призраки умеют писать?

Они вкратце рассказали Руперту о тайном осведомителе и показали ему записку, которую Арчи принёс с собой.

– Значит, кто-то пытается нас предупредить, – задумчиво произнёс Руперт.

– Да, – кивнул Арчи. – Но кто это может быть?

– Некто, кто хочет, чтобы мы считали Фабиана Грея живым, – ответил Руперт.

– Может, это Фауст Гонт? – предположил Пол.

– Отличная догадка, – похвалила Вика. – Но откуда Гонт может знать о нашей лаборатории?

– Гонт – это эксперт по магическим пророчествам? – задумчиво спросил Руперт. – Такой высокий, с длинными седыми волосами?

– Да, это он, – подтвердил Арчи. – Он помогает Хоуку в расшифровке пророчества Джона Ди.

– Понятно, – кивнул Руперт. – Я его знаю, он из Королевского магического общества. Я видел его там пару раз. Должно быть, он ищет в Музее какие-то важные рукописи.

– Послушайте, давайте не будем забывать о правилах клуба! – перебила Арабелла. – Заседание нельзя считать открытым, пока мы не произнесли клятву! – Она ослепительно улыбнулась. – Смотрите, мы пятеро снова вместе, в нашей лаборатории, и перед нами новая загадка. Как в старые, пусть и недобрые, времена.

Все с улыбкой переглянулись. В самом деле, до чего же здорово было снова собраться вместе! Они все скучали по товариществу и близости этих тайных встреч.

– Чур, я первая, – сказала Вика. – Я, Ежевика Терновник Фокс, клянусь в верности Клубу алхимиков. Я обещаю делать всё, что в моих силах, для возрождения былой славы магии!

Арчи снова вспомнил об «Опус магус». Один за другим они называли свои имена и приносили клятву верности их тайному клубу. Руперт был последним, и когда он закончил, Пол нетерпеливо посмотрел на него.

– Ну, рассказывай, что произошло в Королевском обществе после похищения «Книги ночи»?

Руперт наморщил лоб.

– Откуда вы знаете, что украли именно «Книгу ночи»? – спросил он, с любопытством глядя на членов клуба. – Смур сказал мне только, что это был один из семи манускриптов.

– Мы подслушали, как Смур разговаривал с Хоуком по окулюсу, – ответила Арабелла. – А потом Арчи ещё кое-что разузнал, и теперь нам известно, что это самая страшная книга, которая могла попасть в руки Алчников. А теперь рассказывай, что там у вас было.

Руперт глубоко задумался.

– Я только начал работать в Королевском обществе, – негромко заговорил он наконец, – но сразу заметил, что там происходит что-то странное. Смур был постоянно на нервах, и теперь я знаю почему. Однажды он вдруг спросил меня, где, по моему мнению, можно надёжно сберечь опасную магическую книгу. Я тогда не понимал, о чём он говорит, но ответил, что самое безопасное место для магических книг – это наш Музей.

– И что он на это ответил? – спросил Пол.

– Он ничего не сказал, но я понял, что это был не тот ответ, который он хотел услышать. Однако вскоре после нашего разговора Смур связался с Хоуком и попросил его прислать кого-нибудь за книгой.

– Ну да, – кивнул Пол. – Хоук отправил в Лондон Боуна и нашего отца, но они угодили прямиком в западню.

– И Алчники завладели книгой, – подытожил Руперт. – Что они с ней сделают?

Когда Арчи пересказал ему всё, что они узнали о «Книге ночи», Руперт потрясённо уставился на него.

– Значит, когда «Книга ночи» будет открыта, Тёмное пламя освободит Бледных писцов, чтобы они нашли «Опус магус»? – еле слышно переспросил он. – Но я всегда думал, что «Опус магус» – это всего-навсего легенда!

– Нет, – покачал головой Арчи. – Хоук говорит, что эта книга вполне реальна. И если Бледные писцы найдут её, Тёмное пламя с её помощью превратит всю магию в чёрную.

– А весь наш труд по переписыванию магических книг оказался напрасным! – простонала Арабелла.

– Да, – мрачно кивнул Арчи. – Тёмное пламя питается новыми заклинаниями, вот почему они сгорают в чёрном огне. Но хуже всего то, что все заклинания, которые мы написали и переписали, становятся чёрными! «Опус магус» – это ключ ко всему. Это заветное заклинание. Тот, кто получит власть над «Опус магус», будет властвовать над всей магией!

– Не может быть, чтобы мы не могли что-то сделать, – сказал Руперт. – Должен быть какой-то способ остановить Алчников!

– Такой способ существует, – снова кивнул Арчи. – «Книга пророчеств» открыла его Фабиану Грею. Он получил видение о единственном способе остановить Тёмное пламя, и Гонт предполагает, что это «Опус магус». Мы знаем, что у Фабиана Грея была фотографическая память, ему достаточно было один раз прочесть заклинание, чтобы запомнить его на всю жизнь.

– Кажется, я знаю, зачем Грей собирался использовать азот! – догадалась Арабелла. – Он задумал переписать «Опус магус»!

– Вряд ли Грей мог поседеть только оттого, что увидел какое-то заклинание, – возразил Пол. – Наверное, ему открылось что-то ещё.

– Гонт и Хоук думают, что Грей увидел, что ему предстоит сделать с помощью «Опус магус», чтобы победить Тёмное пламя, – ответил Арчи.

– И это видение едва не свело его с ума, – мрачно подытожила Арабелла. – Бракстон Фокс сказал, что Грей не мог вспомнить, что он увидел. Согласитесь, это странно для человека с феноменальной памятью!

– Не мог вспомнить или не вспоминал? – быстро спросил Руперт. – Вот в чём вопрос!

– Возможно, увиденное настолько его напугало, что он просто не хотел вспоминать, – сказал Арчи.

– Но он, несомненно, оставил какую-то подсказку! – уверенно произнесла Вика. – Мы говорим о величайшем алхимике всех времён, о человеке, который мечтал возродить магию! Я не удивлюсь, если Хоук и Гонт тоже ищут подсказки, оставленные Греем.

– Что мы будем делать? – спросила Арабелла.

– Мы должны помочь Хоуку и Гонту узнать, что именно увидел Фабиан Грей, до того, как Алчники откроют «Книгу ночи» или, ещё хуже, найдут «Опус магус»! – уверенно ответил Арчи.

* * *

К концу собрания они выработали план действий. Поскольку друзья больше не могли переписывать магические книги, у них освободилось время на разгадку новой тайны.

Вике и Полу было поручено разузнать всё что только можно о «Книге ночи», Тёмном пламени и Бледных писцах. Арабелла обещала быть глазами и ушами клуба у себя дома, в оксфордском особняке Рипли, где часто проходили встречи Алчников. Арчи должен был использовать свои способности книжного заклинателя и прорицателя, чтобы помочь Хоуку и Гонту узнать, что же увидел Грей в «Книге пророчеств». Что касается Руперта, то ему поручили сообщать членам клуба обо всём, что происходит в Королевском магическом обществе, и о том, какие меры предпринимают магические власти для поиска «Книги ночи».

Друзья договорились встретиться, как только у них будут какие-нибудь новости.

* * *

После собрания Руперт решил заглянуть в паноптикум, и остальные вызвались составить ему компанию. После того как Питер Квиггли занял место Руперта, в этой части Музея бывал только Пол, остальные обходили паноптикум стороной.

Друзья прошли через Западную галерею в отдел Естественной магии и поднялись по деревянной лестнице на второй этаж. Тяжёлая дубовая дверь была заперта, но у Руперта, к счастью, остался ключ.

Когда дверь открылась, друзей ошарашил запах навоза и нечистот. В паноптикуме всегда пахло зверинцем, однако при Руперте там царила чистота. Сейчас всё изменилось.

Загоны для животных располагались по сторонам длинного коридора. Пространство освещалось фонарями, но даже в полумраке было видно, что стойла не чистили уже несколько дней. Животные вели себя на удивление тихо.

– Что здесь происходит? – возмущённо спросил Руперт, быстро шагая по коридору. – Паноптикум зарос грязью! – Он указал на перевёрнутые деревянные вёдра. – Сейчас время кормежки! Где еда? Когда животных в последний раз кормили?

Теперь Руперт рассердился по-настоящему. Он решительно взялся за дело. Перевернув вёдра, Руперт стал наполнять их разнообразной пищей.

– Кстати, я слышал о пропаже сопелок, – сказал он, не отрываясь от дела. – Что за дела? Стоило мне отлучиться на пару недель, как здесь всё пошло шиворот-навыворот!

– Не смотри на меня так! – взмолился Пол. – Честное слово, я стараюсь заглядывать сюда как можно чаще, чтобы помочь чем могу, но Квиггли мне не рад. В последний раз он вытолкал меня вон.

– Как мило, – зло процедила Вика. – Кстати, где Квиггли?

Руперт возмущённо фыркнул.

– Чёрт с ним, с Квиггли! Меня интересует, где сопелки!

При звуке его голоса сразу несколько маленьких зверьков размером с морскую свинку появились в загоне и с писком бросились к ногам Руперта.

– Они тебя узнали, – растроганно произнесла Вика. – Наверное, они прятались, вот мы их и не увидели.

– Да, но где остальные? – недоверчиво спросил Руперт. – Их должно быть вдвое больше!

Он бросил сопелкам остатки еды и перешёл в следующий загон, где обитал додо.

– Десмонд! – позвал Руперт.

В ответ раздался печальный трубный звук, и огромная коротконогая птица неуклюже вышла на свет.

– Он линяет, бедняга! – воскликнул Руперт, качая головой. – При таком уходе наш Десмонд не протянет и до конца недели!

Руперт бросил додо несколько рыбок, и Десмонд, поймав их на лету, проглотил целиком.

– Теперь дриады, – пробормотал Руперт, переходя к следующему загону, в котором обитали древесные духи. – Дубок! Вяз! Ясень! Вы в порядке? – он бросил им несколько горстей ягод и орехов.

Крохотные существа ловко поймали угощение и с жадностью принялись за еду. Дубок приветливо помахал Руперту своей желудёвой шапочкой.

Следующий загон был затянут металлической сеткой и закрыт высокими воротами из затемнённого стекла. Здесь содержались стимфалийские птицы, которые могли одним взглядом убить человека. Снаружи был слышен только грохот их металлических крыльев. Руперт приблизился было к клетке, но, поколебавшись, отошёл. Входить внутрь было слишком опасно, тем более когда птицы проголодались.

Потом дети услышали громкое сопение и фырканье, доносившееся из дальнего конца коридора. Они сразу узнали звуки, издаваемые Минотавром. Руперт вдруг застыл на месте. Всего несколько месяцев тому назад это чудовище с головой быка вырвалось из своего стойла. Обезумев от звуков заколдованного музыкального медальона, Минотавр чуть не убил крылатую лошадь Пегас и Руперта, который бросился её защищать. Только вмешательство Арчи спасло их обоих.

Но сейчас Руперт даже не обратил внимания на Минотавра. Он во все глаза смотрел на краснобрюхую саламандру Симона, лежавшую в соседнем загоне. Огромный ящер был серым, как пасмурный день.

– Симон, дружище, – забормотал Руперт, качая головой. – Что с тобой случилось? Съел слишком много запонок? – неуклюже пошутил он, вспомнив случай, когда Симон проглотил счастливые запонки его дедушки.

– Он перестал менять цвет с тех пор, как сбежал из паноптикума, – сказал Пол, с тревогой глядя на Симона. – Как ты думаешь, что с ним?

Руперт поставил на пол ведро, которое держал в руках, и открыл дверь загона.

– Ты хорошо подумал? – всполошилась Вика. – Он всё-таки дракон, а не ящерка!

– Если он уже давно не менял цвет, значит, не может извергать пламя, – ответил Руперт. – И потом, он меня знает.

Он протянул руку, и саламандра, как собака, лизнула его пальцы своим длинным драконьим языком.

– Всё хорошо, дружище, всё хорошо, – проговорил Руперт. Присев на корточки, он заглянул в глаза саламандре, потрогал нос, потом наклонился к её рту и принюхался к дыханию.

– Грейвс сказала, что кто-то давал ему маскирующее зелье, чтобы сделать невидимым, – сказал Пол.

– У него все признаки тяжелой анемии, – произнёс Руперт после минутного раздумья. – Ему срочно нужны укрепляющие средства. Я приготовлю ему тонизирующий эликсир с фосфором – это лучшее средство для оздоровления крови драконов.

Он ласково потрепал саламандру по голове, вышел из загона и закрыл за собой дверь.

– После всего, что я тут увидел, мне даже страшно заглядывать к Пегас, – признался он.

Вздохнув, Руперт решительно направился к самому большому загону, в котором жила крылатая лошадь. Руперт приветливо свистнул – и в дальнем углу загона шелохнулась какая-то тень. Пегас лежала на полу, её крылья были туго связаны за спиной. При звуке голоса Руперта она поднялась и с трудом заковыляла к нему. Некогда прекрасная белоснежная лошадь сейчас выглядела пугающе худой и безучастной.

– Я впервые вижу такое чудовищное обращение с животными! – сердито воскликнул Руперт. – Я этого так не оставлю!

Накормив и напоив всех животных, Руперт пулей вылетел из паноптикума и помчался в отдел Естественной магии. Остальные молча последовали за ним. Дверь в кабинет Мотли Брауна была закрыта, но Руперт решительно распахнул её и ворвался внутрь.

– Руперт! – с улыбкой приветствовал его Браун. – Какой приятный сюрприз! Сердечно рад тебя видеть. Как поживаешь? Надеюсь, Орфеус тебя не обижает?

– Вы видели, что творится в паноптикуме? – выпалил Руперт, не тратя времени на обмен любезностями.

Браун непонимающе уставился на него.

– Э-эм-м… нет, я давно туда не заглядывал, – ответил он. – Честно признаться, сейчас я очень занят некоторыми важными делами, касающимися Естественной магии. Как там дела? Надеюсь, юный Квиггли успешно справляется со своими обязанностями?

– Этот Квиггли – просто кошмар! – с жаром воскликнул Руперт. – Паноптикум утопает в грязи, животные голодные, за ними никто не ухаживает! Численность сопелок сократилась почти вдвое, а саламандра Симон тяжело болен. Боюсь, ему может понадобиться переливание крови!

– Ах, как нехорошо, как нехорошо, – запричитал Браун, качая головой. – Я непременно поговорю с Питером. Судя по всему, он не справляется со своими обязанностями. Впрочем, не будем слишком строги к мальчику, ведь он только начал работу. Ах, Руперт, ты задал такую высокую планку, что он нескоро сможет с тобой сравниться! Но я даю тебе слово, что очень сурово поговорю с ним и всё исправлю, – Браун помолчал. – Спасибо, что сообщил мне, Руперт.

После этого друзья снова направились в «Квиллз», но настроение у Руперта оставалось мрачным.

– Я до сих пор не могу понять, почему эту работу отдали не тебе, а Квиггли, – сказал он Полу. – Это какое-то безумие! Квиггли никогда не проявлял никакого интереса к животным, да и ученик он тоже так себе.

– Я сам расстроился, когда узнал, – вздохнул Пол. – Но хорошо, что ты поговорил с Брауном. Теперь он знает, какой лодырь этот Квиггли! Будем надеяться, Браун сдержит слово и наведёт порядок в паноптикуме.

– Может быть, – без особой уверенности протянул Руперт. – Беда в том, что у Брауна и без того хлопот полон рот. Ты себе не представляешь, сколько дел в отделе Естественной магии! Браун просто не может выполнять за Квиггли его обязанности в паноптикуме. Хуже всего то, что у меня нет никакой надежды на то, что Квиггли может исправиться. Судя по тому, что мы видели, он ничего не понимает в животных и не испытывает никакого желания о них заботиться. – Руперт сокрушённо покачал головой. – А я теперь почти всё время нахожусь в Лондоне и не могу даже изредка присматривать за зверинцем.

– Если ты дашь мне свой ключ, я смогу время от времени заглядывать туда и следить, чтобы Квиггли не отлынивал, – вызвался Пол.

– Правда? – недоверчиво спросил Руперт.

– С удовольствием, – с широкой улыбкой заверил его Пол.

Руперт тут же вручил ему ключ.

– Спасибо тебе! – растроганно сказал он. – Мне будет гораздо спокойнее, если я буду знать, что кто-то присмотрит за животными. Да, когда увидишь Квиггли, дай ему от меня хорошего пинка. Очень хорошего, ладно?

– Это я сделаю с ещё большим удовольствием, – ответил Пол.

Глава 10

Страшные сны

Вечером того же дня Арчи вытащил из-под своей кровати старую обувную коробку и положил её на подушку. Встреча с Рупертом разволновала его и погрузила в печаль. Арчи открыл коробку и вытащил пачку писем и открыток, присланных бабулей Грин. Сверху лежала открытка с изображением высокой горы и почтовой маркой из Катманду. Это было первое место, которое бабуля посетила после своего спешного и загадочного отъезда из их маленького домика в Западном Треплинге. С тех пор, судя по весточкам, которые она регулярно посылала Арчи и его кузенам, бабуля успела проехать всю Индию, а недавно добралась и до Китая.

Под пачкой писем и открыток лежали немногие вещи, когда-то принадлежавшие отцу Арчи. Ручка, несколько выцветших фотографий, пара перчаток и несколько книг – вот и всё наследство, доставшееся Арчи. На одной фотографии были запечатлены мальчик и девочка, стоявшие перед кондитерской «Квиллз». В девочке, обутой в фиолетовые туфельки, без труда узнавалась юная Лоретта Фокс. На вид ей было не больше десяти лет. Стоявшему рядом с ней мальчику, отцу Арчи, было около двенадцати. На другой фотографии Алексу Фоксу было лет 18–19. Он держал за руку очаровательную девушку примерно того же возраста, и они оба широко улыбались в объектив. Арчи знал, что девушка была его матерью, которая в то время носила имя Амелии Грей. По материнской линии Арчи приходился родственником Фабиану Грею.

Арчи задумчиво перебрал книги, вытащил старый альбом с газетными вырезками, собранными тётушкой Лореттой. Он рассеянно пролистнул его, читая заголовки статей. Здесь было несколько заметок о кондитерской «Квиллз». В одной статье сообщалось о долгожданном открытии кондитерской после капитального ремонта. Статья сопровождалась фотографией, и Арчи улыбнулся, увидев своего отца и Лоретту, стоявших первыми в очереди за горячим шоколадом.

Потом ему на глаза попался ещё один заголовок.

ВАНДАЛ В ПОСУДНОЙ ЛАВКЕ ОБВИНЯЕТСЯ В РАЗГРОМЕ И РАЗОРЕНИИ

Это была история о том, как дядя Тёрн попал под суд за уничтожение коллекции старинного китайского фарфора, выставлявшейся в Оксфорде. Именно этот «инцидент с носорогом» припомнил Питер Квиггли, когда насмехался над Полом и Викой за то, что их отца выгнали из Музея.

Тёрн Фокс, проживающий на улице Собачий Клык, Оксфорд, был приговорён к штрафу в 500 фунтов и обязательству впредь не нарушать общественный порядок. Фокс принёс извинения за причинённые им разрушения и дал слово в будущем вести себя более осмотрительно. От себя он добавил, что слухи о носороге, вырвавшемся на свободу в Оксфорде, были сильно преувеличены. Соседи рассказали репортёрам, что Фоксы всегда были очень странной семьёй, предпочитающей держаться особняком от окружающих, что, впрочем, вполне совпадает с желанием наиболее респектабельных обитателей улицы Собачий Клык.

Под заметкой была фотография очень смущённого дяди Тёрна в галстуке и чудовищно мятом костюме, который, опустив глаза, выходил из здания суда. Рядом с ним шла женщина, пристыженно закрывавшая лицо руками. Это, несомненно, была тётушка Лоретта.

Заголовок последней заметки гласил:

ПОЖАР В ОКСФОРДСКОЙ КОНДИТЕРСКОЙ

Это была статья о пожаре, который тринадцать лет назад вспыхнул в Музее по вине Артура Рипли, пытавшегося открыть Ужасные манускрипты. Арчи пробежал глазами первые абзацы.

Пожар вспыхнул на рассвете в субботу. Проходивший мимо Аурелиус Расп, житель Оксфорда, поднял тревогу и вызвал пожарных. Местный историк и коллекционер редких книг Артур Рипли бесследно исчез, предположительно погиб в огне.

Но Арчи прекрасно знал, что Рипли не погиб во время пожара. До последнего времени он скрывался в Рипли-холле, семейном поместье Рипли в графстве Корнуолл, где вынашивал планы освободить Барзака из «Книги душ». Даже после того как Рипли отправили в приют для волшебнобольных, он каким-то образом сумел связаться с Катериной Кроной и убедить её в том, что «Страшный гримуар» по праву наследования принадлежит ей. Когда его заговор снова провалился, Рипли вновь бесследно исчез, и никто не знает, где он скрывается сейчас. Арчи ненадолго задумался над этим, но тут его внимание привлекла ещё одна строчка заметки.

Местонахождение Александра Грина, помощника Рипли, также остаётся неизвестным. Грин и его жена исчезли две недели назад, с тех пор их никто не видел.

Значит, родители Арчи пропали примерно в то же время, когда возник пожар. До сих пор Арчи никогда не сопоставлял два этих события. Загадочная книга обещала узнать, в какой книге может быть заперт отец Арчи. Хорошо бы ей удалось что-нибудь разведать!

Арчи стал складывать книги обратно в коробку, когда вдруг заметил в стопке отцовский справочник под названием «Великие шедевры: добрые, злые и ужасные». Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как он впервые увидел эту книгу! Арчи улыбнулся и открыл её наугад.

Знакомое название бросилось ему в глаза.

«Книга былого». Древнейший манускрипт, хранящий на своих страницах всю историю магии, включая величайшие тайны прошлого. «Книгу былого» порой относят к Книгам судеб, однако в отличие от них она не обладает возможностью предсказаний. Точнее будет сказать, что тайны прошлого, которые открывает «Книга былого», способны изменить судьбу тех, кто их узнает. С этой книгой можно советоваться, задав ей прямой вопрос, однако смысл её ответа не всегда открывался немедленно. Книга никогда не лжёт, однако имеет тёмную сторону, что делает её опасной.

– И не говорите, – процедил Арчи, с содроганием вспомнив, как эта книга однажды заперла его в горящей Александрийской библиотеке.

Арчи непременно погиб бы, если бы Хоук чудом не спас его при помощи книжного крюка. С тех пор Арчи не доверял «Книге былого». Что, если это она затянула в себя и спрятала его семью?

Арчи знал, что его отец советовался с другой книгой, имеющей свойства альбома, – с «Книгой пророчеств». Именно благодаря ей он узнал о том, что у Арчи будет судьба с развилкой – такая же, как у Фабиана Грея. Это означало, что жизнь Арчи и будущее магии будут зависеть от того, какой путь он изберёт в критический момент.

«Книга пророчеств» не раз помогала Арчи в прошлом, но и у неё была своя тёмная сторона. Она едва не свела с ума Фабиана Грея. Возможно, это она похитила родителей и сестру Арчи?

Он пролистнул ещё несколько страниц.

Бледные писцы. Слуги Тёмного пламени Пандемониума. Бледные писцы некогда были великими писателями, избравшими путь чёрной магии. Написав «Книгу ночи», они призвали Тёмное пламя из преисподней Пандемониума. Бледные писцы рассчитывали повелевать им, однако могущество чёрного огня оказалось так велико, что творцы превратились в слуг Пламени. Все они оказались заперты в книге, и каждый сделался воплощением своей главной слабости – уделом и природой первого стало сомнение, второго – страх, третьего – отчаяние.

Арчи вздрогнул. Жуткая мысль пронзила его. Что, если его семья тоже заперта в «Книге ночи»? Кровь застыла в жилах Арчи, он поспешно опустил глаза в книгу и стал читать дальше.

Проклятые навеки, Бледные писцы до скончания времён обречены искать «Опус магус» – заветное заклинание, которое позволит Тёмному пламени победить пламя Фароса. Согласно легенде, когда будет открыта «Книга ночи», Бледные писцы выйдут на свободу, и тогда начнётся последняя смертельная битва двух огней.

Прокляты навеки… Что ни говори, это была не самая приятная мысль перед отходом ко сну.

Неудивительно, что этой ночью Арчи долго не мог уснуть. Сквозь щель в занавесках ему был виден тонкий серп новой луны, тускло освещавшей небо. Когда Арчи наконец заснул, ему снова приснился ворон, только на этот раз он сам был вороном.

Во сне тоже была ночь. Арчи летел над крышами Оксфорда. Он слышал шум ветра и свист своих крыльев, паря над старинными зданиями университета. Ночь была мрачна, но зоркие глаза ворона видели аккуратно подстриженные лужайки во дворах и тёмные силуэты шпилей, пронзающих чёрное небо. Он летел прямо, никуда не сворачивая, пока не добрался до мрачного дома, стоявшего в глубине улицы. Дом был погружён во тьму, и только в самом нижнем окне за свинцовым переплётом теплился свет. Ворон подлетел прямо туда и опустился на подоконник, чтобы осмотреться.

Стекло было грязное, но даже сквозь пыль ворон разглядел в комнате несколько фигур, закутанных в плащи с капюшонами. В центре образованного ими круга стоял ещё один человек в чёрном, в руках он держал чёрную книгу. Вот человек начал читать нараспев:

Тьма горящая,

Мрака свет,

Тебе присягаем

На тысячи лет.

Пусть тёмная эра скорее настанет,

Пусть светлая магия чёрной станет!

Пусть вечно будет править она —

Да будет Мрак,

Да здравствует Тьма!

Когда отзвучали последние слова заклинания, человек, стоявший в центре, открыл книгу.

В тот же миг на страницах вспыхнуло пламя. Но это был не обычный огонь – пламя было чёрным как ночь. Потом дым, клубившийся над страницами, превратился в трёх белых призраков. Их тела были полупрозрачны, черты искажены, глаза горели исступлённым чёрным огнём. Они повернулись к окну – и Арчи испытал смертельный ужас, как будто ледяная рука безжалостно стиснула его сердце.

Фигуры в чёрном упали на колени и вытянули вперёд свои левые руки ладонями вверх. Тот, кто держал книгу, медленно прошёл мимо них. Вот первый коленопреклонённый сунул руку в чёрное пламя, плясавшее над книгой, и пронзительно закричал от боли. На его ладони проступил символ. Своими зоркими глазами ворона Арчи увидел, что этот знак не был похож ни на одну огненную метку, которую он видел раньше.

Это было изображение чёрного дракона.

Мурашки пробежали по телу Арчи. Ритуал повторялся до тех пор, пока все стоявшие на коленях не получили метки.

– Тёмное пламя избрало вас, посему вы должны принести клятву, – произнёс тот, кто держал книгу. Судя по всему, это был их предводитель. – Когда станет известно, что книга открыта, многие присоединятся к нашему делу. Но пока вы должны пользоваться маскирующим эликсиром, чтобы скрывать свои огненные метки.

Арчи проснулся в холодном поту, жадно хватая ртом воздух. Некоторое время он лежал с открытыми глазами, прислушиваясь к бешеному стуку своего сердца. Он пытался убедить себя в том, что это был всего-навсего плохой сон. Но он знал, что это не так.

«Книга ночи» была открыта, Бледные писцы вышли на свободу. Более того, они почувствовали, что он всё видел.

Новая огненная метка на ладони Арчи налилась пугающей краснотой. Слеза, сбегающая из раскрытого глаза, окрасилась чёрным.

* * *

А в это время в пятидесяти милях от Оксфорда Горацио Кэтчпоул внимательно осматривал лежавший на его столе свёрток, перевязанный кожаным шнуром. Горацио принёс этот свёрток из подземного хранилища «Фолли и Кэтчпоул». Теперь он сидел и смотрел на него, гадая, что же ему делать дальше.

Он снова перечитал надпись в конторской книге:

Собственность Фабиана Грея

НЕ ОТПРАВЛЯТЬ

Владелец прибудет за ней лично

Горацио достаточно давно работал с магическими клиентами, чтобы знать, кто такой Фабиан Грей. Если предчувствие его не обманывало, то содержимое этого свёртка было очень важным.

Это ставило Горацио Кэтчпоула в весьма щекотливое положение. Как он должен поступить? Строго придерживаться первого принципа фирмы «Фолли и Кэтчпоул» и не совать нос в чужие дела? Или же нарушить вековую традицию и рассказать кому-нибудь о таинственном свёртке? Но кому он может рассказать?

Инструкции были предельно просты: собственник заберёт посылку лично. Поскольку собственник оставил это указание более трёхсот лет тому назад, в обычных обстоятельствах это означало, что он давным-давно умер и, следовательно, никак не может исполнить свою волю. Однако тонкость заключалась в том, что среди наиболее почтенных клиентов «Фолли и Кэтчпоул» было немало… усопших. И Горацио прекрасно знал, что призраки весьма болезненно относятся к нарушению их указаний.

Он продолжал размышлять над этим, когда услышал какой-то звук, доносившийся со стороны окна. Тук-тук-тук. Горацио встал, пересёк комнату и поднял жалюзи. На подоконнике снаружи сидел ворон. На глазах у Горацио Кэтчпоула он громко стукнул клювом в стекло. Тук-тук.

Горацио открыл окно, и ворон впрыгнул в комнату. Взмахнув крыльями, он перелетел на стол Горацио. Не был ли это тот самый ворон, который когда-то забрал кольцо, предназначенное Арчи Грину?

– По чьему поручению вы явились? – спросил Горацио птицу.

Ворон склонил голову набок.

– Фабиана Грея!

Горацио бросил взгляд на свёрток.

– Боюсь, мне потребуются доказательства, – заявил он.

– Там написано: «Собственность Фабиана Грея. Не отправлять. Владелец прибудет за ней лично», – прокаркал ворон.

– Это ничего не доказывает! – отрезал Горацио.

– Откуда же, по-вашему, мне известна инструкция? – спросил ворон, насмешливо взглянув на него.

И прежде чем Горацио успел опомниться, он вцепился когтями в кожаный шнурок и взлетел. Однако свёрток оказался слишком тяжёл, поэтому ворон смог только сбросить его со стола на пол. Взмахнув крыльями, он слетел вниз и попытался снова ухватиться за шнурок.

Но на этот раз Горацио не позволил застигнуть себя врасплох.

– Не так быстро, приятель, – сказал он, загораживая собой окно. – Мне нужны более убедительные доказательства!

Ворон издал хриплый раздосадованный вопль и бросил свёрток. Потом он в упор уставился на Горацио своими маленькими блестящими глазками.

– Я пришлю другого, – прокаркал ворон.

С этими словами он снова взмахнул крыльями и вылетел в ночь.

Глава 11

Зелёный флакон

Когда на следующее утро Арчи пришёл в Музей, то сразу же отправился в отдел Неопознанных книг. Ему не терпелось рассказать Хоуку о своём сне. Но Хоука в кабинете не оказалось.

Арчи решил поискать его в архиве. Он нашёл Мораг Пандраму, погруженную в чтение какой-то старинной книги. Мораг была суровой на вид женщиной с оливковой кожей и миндалевидными глазами. Она носила изящное пенсне, ловко сидевшее на самом кончике её орлиного носа. Когда Арчи вошёл, она громко поцокала языком, захлопнула книгу и положила её на верх стопки разрозненных манускриптов, высившейся на левой стороне её стола. После этого Мораг Пандрама обернулась и смерила Арчи неприветливым взглядом, давая понять, что она крайне занята и не желает, чтобы её отвлекали. Когда Арчи робко спросил её о Хоуке, она лишь покачала головой.

– Я его не видела, – отрезала Мораг. – Вообще-то, даже Хоук может раз в тысячелетие взять выходной!

С этими словами она открыла очередную книгу и уткнулась в неё.

– А… когда он вернётся? – осмелился спросить Арчи.

Пандрама уставилась на него через пенсне.

– Завтра, надо полагать, – произнесла она, переворачивая страницу.

Это был удар. Хоук специально просил, чтобы Арчи рассказал ему, если снова увидит сны о Фабиане Грее или вороне. Он не сомневался, что последний сон был очень важен. Но когда он попытался пересказать его Мораг, та лишь решительно покачала головой.

– Прошу прощения, Арчи, но я ничего не знаю о снах. Зато я знаю, что у меня полно работы, а времени всё меньше. Гидеон сказал, что мы во что бы то ни стало должны выяснить, что за видение открылось Грею. Так что если в твоём сне не было указания на конкретный текст, – тут она обвела рукой стеллажи, прогибавшиеся под тяжестью книг и свитков, – то я вряд ли смогу тебе помочь.

– Но мне приснилась «Книга ночи»! – с обидой произнёс Арчи.

Пандрама скупо улыбнулась.

– Что ж, меня это не удивляет. Думаю, Гидеону уже давно не снится ничего другого, но тебе лучше потолковать об этом с ним самим.

– Я просто хотел рассказать кому-нибудь, вот и всё, – пробурчал Арчи.

– Рассказать о чём? – раздался резкий голос за его спиной.

Арчи обернулся и увидел Аурелиуса Распа, стоявшего в дверях. Честно признаться, Расп относился к числу немногих людей, которых Арчи терпеть не мог. С тех пор как 13 лет назад Расп увидел пожар в Музее, он превратился в невыносимого брюзгу. Больше никто и никогда не слышал от него ни единого доброго слова, но Арчи подозревал, что к нему Расп относится хуже, чем к кому бы то ни было. Впрочем, Расп всегда скрупулезно выполнял всё, что ему поручали, и даже иногда помогал Хоуку в отделе Неопознанных книг.

– Неважно, – прошипел Арчи.

– В таком случае, юноша, не отнимай у нас время, – отрезал Расп. – Некоторые, видишь ли, не могут позволить себе роскошь болтаться без дела, кто-то должен работать! – Он повернулся к Пандраме. – Мораг, вчера я видел Гидеона, и он попросил меня помочь тебе в работе с текстами.

– Понятно, – кивнула Пандрама, вскидывая глаза. – Честно говоря, я ожидала, что Фауст присоединится ко мне, но он, по всей видимости, работает над чем-то ещё. Или он сегодня занят в Королевском обществе. В любом случае спасибо за помощь. Можешь начать вот с этого, – она кивнула на стопку книг. – Я сейчас отнесу на место книги, которые уже просмотрела, и принесу новые, – добавила она, сгребая со стола другую кипу.

С этими словами Пандрама торопливо удалилась в небольшие комнаты, примыкавшие к главному помещению архива. Расп сел на её место и углубился в документы.

По всей видимости, они оба совершенно забыли о присутствии Арчи. Он постоял ещё немного, неловко переминаясь с ноги на ногу, потом на цыпочках вышел вон. Раз уж он пришёл в архив, то, пожалуй, может заняться собственными исследованиями.

Арчи взял с полки справочник и поискал статью об альбомах для рисования.

Альбомы для рисования и другие затягивающие книги. Относятся к числу наиболее опасных магических книг, поскольку обладают способностью «врисовать» или затаскивать человека на свои страницы. Самыми известными книгами, обладающими такими свойствами, считаются «Книга былого» и «Книга пророчеств». Иногда эти манускрипты и «Книгу итогов» объединяют под общим названием Книг судеб, хотя «Книга былого» не имеет никакого отношения к судьбам, ибо относится только к прошлому. Впрочем, знание прошлого порой позволяет изменить будущее.

Многие люди, рискнувшие спросить совета у затягивающих книг, пропали без вести. Если книга была закрыта в то время, когда человек находился внутри её, а номер страницы остался неизвестным, найти пропавшего будет очень трудно. В других случаях люди не могли вернуться обратно потому, что нарушили те или иные магические законы…

«Страшный гримуар» сказал Арчи, что Алекс Грин был заперт в книге, и что Артур Рипли имеет какое-то отношение к случившемуся. Но что это означало? Что сделал Рипли? Закрыл книгу, когда отец Арчи находился внутри, и не оставил закладки, чтобы канувший в текст не мог вернуться? Но в таком случае куда подевались мать Арчи и его сестра? Неужели они тоже очутились в той же ловушке?

Арчи снова с содроганием подумал о «Книге ночи». Что, если она тоже обладала свойствами альбома, и семья Арчи сейчас заперта внутри её? От этой мысли у него тошнота подкатывала к горлу.

Сегодня ему как никогда нужно было посоветоваться с Гидеоном Хоуком, но главы отдела Неопознанных книг, как назло, не было на месте! В конце концов Арчи решил пойти к Старому Зэбу. Переплётчик умел слушать, а сегодня Арчи необходимо было поговорить с кем-нибудь понимающим.

* * *

Когда Арчи рассказал старику свой сон, тот не на шутку встревожился.

– Вот беда, ну и беда, – только и смог сказать Старый Зэб, закрывая рукой рот.

– Что это значит? – спросил Арчи.

– Ты увидел, как Алчники открывают «Книгу ночи», – мрачно произнёс старик. – Это значит, что они либо уже сделали это, либо собираются сделать. Ты должен как можно быстрее рассказать Гидеону!

Арчи почувствовал, как его живот скручивается в узел. Именно этого он и боялся! Арчи посмотрел на свою ладонь. Его новая огненная метка слабо светилась.

– Но почему это приснилось именно мне? – вздохнул он.

Старый Зэб покачал головой.

– Не знаю, Арчи. Что говорит Гидеон?

– Он считает, что магия даётся мне легче, чем другим, потому что я книжный заклинатель.

– В самом деле, ты на удивление легко освоил переплётное мастерство, – задумчиво протянул Старый Зэб. – Возможно, Гидеон прав. Однако у всякой медали есть две стороны, мой мальчик. Твой дар делает тебя более чувствительным к магии. Будь очень осторожен. Я знаю, ты уже советовался с Книгами судеб. Это очень могущественные магические книги. Они могут повредить твой рассудок. «Книга былого» очень опасна, но «Книга пророчеств»… – Он снова покачал головой. – О, эта книга сводит людей с ума. Мне не нравится то, что тебе стали сниться кошмары… да ещё пророческие. Теперь ты понимаешь, почему Гидеон так настаивает на том, что советоваться с «Книгой пророчеств» нужно только в самом крайнем случае? Она слишком могущественна для рассудка смертных.

Арчи увидел искреннюю тревогу в глазах старика.

– Я тоже об этом всё время думаю, – признался он. – Почему «Книга пророчеств» не повлияла на меня так, как на Фабиана Грея? Может быть, это потому, что я заглянул в неё в ретроспектре?

Защитные чары Изумрудного глаза позволяли Арчи выходить из своего физического тела и без опаски проникать в затягивающие книги.

– Может, оно и так, – покивал Старый Зэб, пряча глаза. Судя по всему, предположение Арчи его не убедило. – Об этом тебе тоже нужно потолковать с Гидеоном.

На обратном пути Арчи размышлял над словами старого переплётчика. Может быть, сны о будущем снятся ему потому, что он заглядывал в «Книгу пророчеств»? Арчи как раз проходил мимо синей двери, за которой обитали каменные грифоны или книгостражные звери, когда его вдруг обдало порывом ледяного воздуха. Арчи заметил, что дверь слегка приоткрыта.

Это было очень странно.

Во-первых, на этой двери была невидимая ручка, так что открыть её было очень сложно, а во-вторых – и это было серьёзнее всего – там находился секретный вход в крипту, где хранились Ужасные манускрипты!

Значит, кто-то только что входил внутрь.

Арчи заглянул в щёлку двери и увидел два ряда следов, темневших на покрытом инеем каменном полу. Один след шёл вперёд, второй – возвращался к двери. Судя по всему, оба следа были оставлены одним и тем же неизвестным посетителем. Ещё Арчи заметил, что следы, ведущие внутрь, располагались близко друг к другу, зато те, что шли к двери, были гораздо более размашистыми. По всей видимости, тот, кто входил в комнату, сначала медленно крался на цыпочках, а потом очень быстро ретировался. Большое расстояние между следами означало, что неизвестный бежал бегом. Можно было предположить, что если кто-то и пытался проникнуть в крипту, у него ничего не вышло.

Об этом тоже непременно нужно было рассказать Хоуку. Арчи со всех ног бросился в отдел Неопознанных книг.

* * *

Пандрама и Расп по-прежнему рылись в книгах. На Арчи они почти не обращали внимания. Не зная, как убить время, Арчи стал слоняться по лабиринту архивных помещений. Ноги сами принесли его в закуток, в который он уже заглядывал раньше. В тот раз Арчи заметил в нём маленькую дверцу, ведущую в соседнюю комнату. Самое время выяснить, что там такое!

– Что ты тут делаешь? – раздался недовольный голос за спиной Арчи.

Он обернулся и увидел Распа, грозно взиравшего на него.

– Я… да так, ничего, – растерянно пролепетал Арчи. – Просто осматриваюсь.

– В таком случае ты напрасно теряешь время! – отрезал Расп. – Это гардеробная комната Фабиана Грея. Она закрыта запирающим заклинанием. За минувшие столетия её не раз пытались открыть, но безуспешно. Никакие чары не действуют!

Арчи с любопытством взглянул на дверь. Занятно, что это помещение ещё в прошлый раз вызвало у него какое-то странное чувство. Теперь всё становилось на свои места.

– Грея арестовали здесь, в архиве, вскоре после Великого лондонского пожара, – продолжал Расп. – Его застали врасплох, он не успел даже надеть плащ. А теперь, будь так любезен, отнеси эти книги Мораг. Она ждёт, – добавил он, кивая на груду тяжёлых толстых книг.

Арчи сделал что ему сказали. После этого Расп целый час или даже больше заставлял его носить книги Пандраме и обратно. Но наконец оба магистра так углубились в тексты, что временно забыли об Арчи.

Время близилось к обеду, и Арчи решил взглянуть, не вернулся ли Хоук. Он подошёл к его кабинету и постучал. Тишина. Дверь была не заперта, поэтому Арчи решил войти. В кабинете было пусто. И тут в голову Арчи пришла замечательная мысль. Почему бы ему не воспользоваться случаем выяснить, что за загадочную зелёную бутылочку Хоук прячет в ящике своего стола?

Арчи решительно пересёк комнату и выдвинул ящик письменного стола. Там оказалась целая куча прелюбопытных вещиц. Вообразительное стекло в чёрной оправе и с серебряной линзой, и ещё одно – треснувшее, с розовым стеклом, которое Арчи когда-то подобрал на полу разгромленной лавки «Белый ряд». Но сейчас Арчи интересовал только маленький зелёный флакон. Наконец он нашёл его и поднёс к глазам, чтобы прочитать надпись на этикетке. «По одной чайной ложке два раза в день».

Арчи вынул пробку, понюхал. Запах был отвратительный. Значит, это всё-таки было лекарство!

Арчи бережно вернул пробку на место и убрал флакон обратно в ящик. Итак, Хоук принимает какое-то лекарство. Но зачем? Чем он болен?

– Потерял что-то? – раздался голос за его спиной.

Арчи так и подскочил от неожиданности. Вскинув голову, он увидел в дверях высокую костлявую фигуру Вольфуса Боуна. Вид у мага-лозоискателя был ещё более измождённый, чем обычно. На его лице желтели кровоподтёки, полученные во время потасовки в Королевском магическом обществе, он тяжело опирался на палку. Было очевидно, что нападение Алчников серьёзно подорвало его здоровье.

– Э-э-э… нет, – промямлил Арчи, прилагая отчаянные усилия, чтобы скрыть чувство вины. – Я просто… просто прибирался тут.

– Вот как? – хмыкнул Боун, смерив его многозначительным взглядом. – Я пришёл дать тебе урок прорицания, – добавил он и ещё сильнее сгорбился, опираясь на свою палку.

Остаток дня Арчи отрабатывал навыки погружения под руководством Боуна.

* * *

Вечером по дороге домой он снова вернулся мыслями к зелёному флакону. Неужели Хоук болен? Но что с ним такое? Продолжая размышлять над этим, Арчи вышел из Музея, миновал вход в Бодлианскую библиотеку и побрёл по Брод-стрит.

Он так глубоко задумался, что не заметил призрачную фигуру, которая бесшумно кралась за ним по пятам. Призрак неслышно скользил от тени к тени, незаметно, но неуклонно сокращая расстояние между собой и Арчи, который шёл к себе домой на улицу Собачий Клык.

Когда Арчи открыл дверь дома номер 32, белый призрак окутал его, как туман. Дрожь пробежала по спине Арчи, его бросило в холод. Воздух вокруг него будто заледенел, и что-то тёмное, как непрошеное воспоминание, коснулось рассудка. Потом в голове Арчи раздался бесплотный сиплый голос.

– Каково это – прожить всю жизнь одиноким и нелюбимым? – вкрадчиво прошептал голос. – Твои родители тебя бросили. Они отказались от тебя, когда ты был младенцем, потому что знали – ты опасен. Тебя нельзя и близко подпускать к магии.

Арчи остолбенел. Откуда взялись эти мысли?

– Мои родители меня не бросали! – сказал он сам себе, возражая невидимому собеседнику. – Они исчезли не по своей воле! Они оставили меня у бабули Грин, потому что хотели спасти!

– Да неужели? – усмехнулся холодный голос. – И ты в это веришь? Почему же тогда эта добрая старушка тоже бросила тебя, как только у неё появилась такая возможность?

Арчи потрясённо разинул рот. До сих пор эта мысль никогда не приходила ему в голову, но теперь он подумал, что бабуля Грин и впрямь с большой радостью отправила его к Фоксам. «Она просто хотела, чтобы я познакомился со своей семьёй, подружился с кузенами… – неуверенно сказал себе Арчи. – Но почему она уехала сразу же, как только отослала меня? Может быть, ей всегда хотелось отправиться в путешествие? Что в этом такого?»

Но что, если голос был прав, и бабуля всё это время спала и видела, как бы поскорее избавиться от него? В конце концов, она не просила отдавать ей на воспитание внука! Может быть, бабуля Грин вообще не хотела его! Арчи казалось, будто земля уходит у него из-под ног. Он вдруг начал сомневаться во всём на свете.

– За всё это время она даже ни разу не навестила тебя, – вкрадчиво прошептал голос.

– Потому что она путешествует! – ответил Арчи, пытаясь убедить самого себя. Но он уже и сам не верил в то, что говорил.

– А ты никогда не задумывался – почему? – спросил всё тот же голос. – Почему она колесит по миру вместо того, чтобы быть рядом с тобой? Почему у неё не находится время на тебя?

– Бабуля писала об этом в своих письмах, – неуверенно пробормотал Арчи. – Она не просто путешествует. Она… она ищет ответы!

– Ха! Как это мило! Какие ответы, Арчи? Может быть, она ищет не ответы, а оправдания? Может быть, ей просто не хочется тебя видеть?

Арчи ощутил страшную пустоту внутри. Странный голос мгновенно почувствовал его неуверенность и усилил свой натиск.

– Твои родители и сестра были счастливы, пока на свет не появился ты. Если бы не ты, они бы и сейчас были вместе. Ты всё испортил. Это ты разрушил свою семью, Арчи. Ты приносишь всем одни несчастья.

«Нет, это неправда!» – в отчаянии подумал Арчи. Голос заблуждался. Это простое совпадение, что его семья исчезла вскоре после рождения Арчи. Это случилось не по его вине! Если бы Артур Рипли не запер его отца в книге, они бы сейчас были вместе.

Но таинственный голос читал его мысли.

– О да, конечно, это просто совпадение! – с издёвкой повторил он. – Как долго ты будешь прятаться от горькой правды, Арчи? Ты – и только ты – разрушил свою семью! И не нужно винить во всём Рипли. Нет, это ты во всём виноват! Между прочим, твои кузены тоже это знают. Они мечтают, чтобы ты никогда не появлялся в их доме! Они знают, что ты опасен. Из-за тебя они едва не погибли – причём дважды. Они боятся, что третьего раза им уже не пережить.

– Неправда! – закричал Арчи, чувствуя, как его глаза наливаются слезами.

Он уже знал, что голос был прав. Вся его жизнь была одной сплошной ошибкой – цепью несчастий и катастроф. Арчи чувствовал, будто проваливается в чёрную бездну. Он ещё держался за ручку двери. В доме номер 32 горел свет. Вика и Пол были дома, с Лореттой и Тёрном, в своей семье. Арчи был там чужой. Он был гадким кукушонком, подброшенным в чужое счастливое гнездо.

– Они не станут по тебе скучать, – насмехался голос в его голове. – Без тебя им будет только лучше! Всем вокруг будет лучше без тебя!

Арчи посмотрел на освещённые окна дома номер 32. Он видел семью Фоксов за оконным стеклом. Они выглядели счастливыми. Голос был прав. Он знал, что это так. Его семья была счастлива, пока не появился он, Арчи. И Фоксы тоже были – и будут! – счастливы без него.

Горячие слёзы потекли по щекам Арчи. Он отпустил ручку двери, выскочил на улицу и бросился бегом. Он бежал не разбирая дороги, когда на улицу выехала машина. Свет фар ослепил Арчи, потом раздался визг тормозов, и из окна автомобиля загремел сердитый голос:

– Что ты творишь, мальчик? Совсем разум потерял?

Гневное красное лицо плясало перед Арчи, потом снова взвизгнули тормоза – и машина умчалась в ночь. Арчи отпрыгнул – и споткнулся о тротуар. Он ударился головой обо что-то твёрдое, тяжело рухнул на спину и задохнулся от боли. В глазах у него почернело.

Голос был прав. Он был просто жалок.

Голова кружилась всё сильнее, Арчи чувствовал, как его затягивает куда-то в темноту. Светлая полупрозрачная фигура появилась из ночного сумрака и склонилась над ним.

– Что это? – прошипел сдавленный голос. – Прорицательный камень Джона Ди?

Арчи обдало зловонным дыханием, пахнущим гнилой рыбой. Призрачная рука протянулась к Изумрудному глазу, висевшему на шее Арчи. Длинные ледяные пальцы сомкнулись вокруг подвески.

Последнее, что услышал Арчи, был топот бегущих ног и громкие голоса. Знакомые голоса. Какие-то люди склонились над ним, чья-то тёплая рука коснулась его руки.

– Он дышит? – прозвенел дрожащий от тревоги голос Вики.

Арчи почувствовал, как кто-то прижался ухом к его груди. Потом раздался голос дяди Тёрна:

– Чертополох, Ежевика, возьмите его под руки и помогите мне отнести его в дом.

– Что такое? – словно сквозь туман донёсся до Арчи пронзительный крик тёти Лоретты. – Что случилось?

– Это Арчи. На него напали, – ответил Тёрн.

* * *

Через полчаса Арчи, закутанный в плед, сидел перед камином в гостиной Фоксов и пил горячий сладкий чай.

– Ч-что… ч-то случилось? – хрипло выдавил он.

– На тебя напали. Хорошо, что ты постоянно носишь свой безопасник! Он защитил тебя от самого страшного.

Арчи ощутил надёжную твёрдость Изумрудного глаза, висевшего на серебряной цепочке на шее. Он с трудом поднял руку и ощупал камень, который мгновенно согрелся в ладони.

Арчи посмотрел на своего дядю.

– Что это было?

Тёрн переглянулся с Лореттой. Та кивнула.

– Расскажи мальчику правду, – мягко посоветовала она. – Он должен знать.

– На тебя напал один из Бледных писцов, – сурово сказал Тёрн. – Всего их трое. Первый – Сомнение, второй – Страх, а третий, самый главный и самый опасный из всей троицы, – Отчаяние. Они нападают на своих жертв в тот момент, когда те наиболее уязвимы. Сегодня первый из трёх писцов заманил тебя в западню. К счастью, Сомнение – самый слабый из них троих. Я не хочу даже думать о том, чем бы всё закончилось, если бы они напали на тебя все вместе.

– Но чего они от меня хотели? – спросил Арчи.

На этот вопрос ответила Лоретта:

– Скорее всего, они преследуют тебя, потому что ты потомок Фабиана Грея. Они чувствуют, что ты унаследовал его магические способности.

* * *

Этой ночью Арчи долго не мог уснуть, размышляя о словах Лоретты и Тёрна. Каждый раз, когда он подмечал загадочную связь между собой и Фабианом Греем, жизнь подбрасывала ему новые доказательства. Это сходство не на шутку тревожило Арчи. У Фабиана Грея, как и у него, была судьба с развилкой и огненная метка Золотого круга. Они оба, каждый в своё время, обращались за советом к «Книге пророчеств», однако только Грею книга поведала, как спасти магию.

По мере того как Арчи снова и снова размышлял обо всём этом, в его голову стала закрадываться одна мысль. Каждый, кто просил совета у «Книги пророчеств», дорого поплатился за своё любопытство. Фабиан Грей на время потерял рассудок, а отец Арчи исчез при загадочных обстоятельствах. Старый Зэб сказал, что эта книга слишком сильна для простых смертных. Но Арчи использовал ретроспектр, и это защитило его от беды.

Почему бы ему не сделать это снова? Возможно, это единственный способ пролить свет на тайну Грея и остановить Тёмное пламя! К тому же «Книга пророчеств» может помочь ему узнать, что случилось с его семьёй. Арчи продолжал размышлять об этом до тех пор, пока не уснул.

Глава 12

Клятва

Следующим днём была пятница. Арчи ещё не до конца оправился после нападения Бледных писцов. Встав утром, он почувствовал странную слабость и вялость во всём теле. Перед тем как спуститься на кухню, он взглянул на своё отражение в зеркале коридора.

– Тебе не кажется, что я выгляжу как-то не так? – спросил он у Пола.

– По-моему, сегодня ты бледнее, чем обычно, – ответил его кузен.

– И как будто худее, – неуверенно пробормотал Арчи. – Мне кажется, я стал легче.

– Ничего, мамина стряпня быстро это исправит, – пошутил Пол.

Арчи выдавил улыбку, но на душе у него скребли кошки.

После завтрака трое кузенов отправились в Оксфорд. Лоретта взяла с них обещание всё время держаться вместе, особенно в темноте. Дядя Тёрн считал маловероятным, что Бледные писцы посмеют предпринять новую вылазку среди бела дня, но к вечеру Пол, Вика и Арчи должны были быть дома.

Накануне Вика весь вечер читала о Бледных писцах.

– Они ночные существа, – рассказывала она по дороге. – Обычно Бледные писцы выжидают, когда их жертва останется одна. Они питаются слабостью, страхами и неуверенностью людей. В первую очередь Бледные писцы преследуют носителей метки Золотого круга, потому что их цель – погубить всех пишущих магию, поработить их и обратить в темнохимиков. Так что будь начеку, Арчи. Бледные писцы пойдут на всё, чтобы превратить тебя в такого же, как они сами, – в раба Тёмного пламени. Помни, их нельзя пускать в свои мысли. Твой страх – это их оружие против тебя! Страх ненасытен. Если ты сможешь посмотреть своему страху в лицо и назвать его по имени, то избавишься от него и разрушишь его силу.

Арчи размышлял над этим всю дорогу до отдела Неопознанных книг. Когда он пришёл, Хоук был на месте. Он уже знал о вчерашнем нападении.

– Итак, случилось то, чего мы больше всего опасались. «Книга ночи» открыта. Нападение на тебя подтверждает это. Как ты себя чувствуешь?

– Бывало лучше, – ответил Арчи, стараясь храбриться. – Но знаете, что… Мне показалось, что этот… эта… Короче, это существо могло читать мои мысли. Оно как будто цеплялось за любое моё сомнение, даже самое мимолетное, и превращало его в кошмар.

– Ты совершенно прав, именно так оно и было, – признал Хоук. – Это тактика Бледных писцов – превращать твои сомнения в оружие против тебя. Бледные писцы роются в твоих воспоминаниях, выискивают твои слабости. Но здесь есть один важный момент. Они могут использовать против тебя только твои настоящие воспоминания, а не ложные образы, насланные магией. Никогда не забывай об этом.

Когда Арчи упомянул, что чувствует себя похудевшим и менее плотным, чем всегда, Хоук заметно встревожился.

– Я никогда не слышал ни о чём подобном, – сказал он, отводя глаза. – Уверен, это тебе только кажется. Кстати, Зэб сказал, что ты снова видел сон. Что ты увидел на этот раз?

Арчи рассказал ему про Тёмное пламя, людей в капюшонах и клятве, которую они принесли.

– Это было похоже на какое-то заклинание, – добавил он.

Хоук помрачнел.

– Это и было заклинание, – процедил он. – Враг собирает свои силы. Пламя притягивает Алчников и связывает их клятвой. С каждым новым сторонником оно становится сильнее.

– И вот ещё что, – поспешно добавил Арчи. – Тот человек, который держал в руках открытую книгу… мне показалось, он у них главный.

– Тёмный владыка, – медленно произнёс Хоук. Он погрузился в молчание. Секунды шли, а Хоук сидел, глядя куда-то сквозь Арчи, как будто забыв о его существовании. Потом он испустил такой глубокий вздох, как будто из него разом вышли все силы и сама жизнь. – Я обязан поставить в известность магические власти. Они должны немедленно что-то предпринять. Спасибо тебе, Арчи. Ты можешь идти.

С этими словами он взял со стола перо и принялся писать письмо.

* * *

В обеденный перерыв члены Клуба алхимиков, за исключением Руперта, собрались на экстренное совещание в «Квиллз». Слухи в Музее распространялись очень быстро, поэтому Арабелла уже знала о вчерашнем нападении на Арчи.

– Значит, Бледные писцы охотятся именно за тобой, – сказала она. – Всё, больше никогда не буду возвращаться домой вместе с тобой!

Это была шутка, но Арчи не смог заставить себя улыбнуться. Он то и дело смотрел на свои руки и убеждался, что они выглядят бледнее, чем обычно. В какой-то момент он даже запаниковал, подумав, что исчезает. Арчи с трудом сохранял хладнокровие. Он должен был получить ответы на свои вопросы – и чем быстрее, тем лучше. Арчи подумал о своей идее попросить совета у «Книги пророчеств». Ночью эта мысль показалась ему если не блестящей, то по крайней мере вполне разумной, но сегодня он уже не был в этом так уверен.

– Это безумие! – сразу воскликнула Арабелла. – Все, кто открывал «Книгу пророчеств», сошли с ума или исчезли!

– Все, кроме меня, – возразил Арчи. – Вы же помните, я уже заглядывал в неё раньше, и мой ретроспектр меня защитил.

Его друзья продолжали колебаться, несмотря на то что предложение Арчи казалось единственной возможностью узнать, что же увидел Грей. Время работало против них, поэтому действовать нужно было быстро. Честно признаться, Арчи тоже не был уверен в своём плане. Конечно, он продолжал уверять друзей, что ретроспектр его защитит, но это была просто бравада. На самом деле, его одолевали нехорошие предчувствия, однако Арчи не хотел признаваться в этом даже самому себе.

– Хорошо, – сдалась наконец Вика. – Раз мы не можем тебя отговорить, то мы пойдём с тобой. Будем рядом на случай, если что-то случится. Когда ты планируешь это сделать?

– Как только смогу, – промямлил Арчи, горько жалея о том, что эта мысль вообще пришла ему в голову. – Нужно соблюдать осторожность. Я не хочу попасться.

– Ш-ш-ш! – прошипела Арабелла и скосила глаза на соседний столик, за которым сидел Питер Квиггли с каким-то учеником.

– В чём дело? – не поняла Вика.

– Мне кажется, они нас подслушивают, – прошептала Арабелла.

Вика решительно повернулась к Квиггли.

– Уши не чешутся? – спросила она.

– Не льстите себе! – осклабился Квиггли. – Кому нужны дурацкие секреты вашего дурацкого клуба!

Он нагло ухмыльнулся и отвернулся.

– Того и гляди лопнет от самодовольства, – процедила Вика.

– Не обращайте на него внимания, – фыркнула Арабелла, тряхнув волосами. – Мои родители хорошо знают семью Квиггли, и я никогда не слышала ни о ком из них ни одного доброго слова.

* * *

Когда после обеда Арчи вернулся в отдел Неопознанных книг, дверь в кабинет была закрыта, а изнутри доносились громкие голоса.

Арчи замялся на пороге. После недавнего замечания Хоука ему совсем не хотелось, чтобы его снова застали за подслушиванием. Арчи уже повернулся, чтобы уйти, когда вдруг узнал голос Мораг Пандрамы. Она как будто оправдывалась.

– Гидеон, повторяю – в архиве нет никаких упоминаний о видении Грея! Можешь мне поверить, я всё перерыла. Если Грей записал своё видение, то оно, скорее всего, хранится где-то ещё.

Арчи совсем собрался уйти, но что-то в голосе Хоука заставило его остановиться. До сих пор он никогда не слышал, чтобы его всегда сдержанный, спокойный и рассудительный начальник повышал голос. Теперь же Хоук почти кричал:

– Значит, ищите ещё! Грей должен был где-то оставить подсказку!

– Повторяю: в архиве её нет, – твёрдо ответила Пандрама.

– Где же она тогда? – огрызнулся Хоук.

– Тебе известно, что наш архив не единственный в магическом мире, – напомнила Пандрама. – Есть и другие.

В ответ Хоук только хмыкнул.

Голос Пандрамы смягчился:

– Гидеон, тебе нужно отдохнуть. Ты совсем себя загнал. Когда ты в последний раз как следует высыпался? Я боюсь, что ты снова заболеешь.

Послышался тяжёлый вздох Хоука:

– Как я могу отдыхать? Мораг, я знаю, что как никогда близок к разгадке тайны Грея! Я чувствую это.

– Ты принимаешь лекарство? – резко спросила Пандрама.

– Нет, – ответил Хоук. – Оно мне не помогает. Оно только затуманивает мой рассудок, притупляет остроту ума.

– Ты же знаешь, что сказали в приюте. Ты должен его принимать, иначе всё повторится.

Арчи замер на месте. Значит, Хоук всё-таки лежал в приюте для волшебнобольных. Это было что-то новое… Интересно, что с ним случилось?

– Да провались он сквозь землю, этот приют! – прорычал Хоук.

Послышался грохот отодвинутого стула, потом Арчи услышал звук шагов, направляющихся к двери. Он едва успел отскочить в сторону.

Дверь распахнулась, Пандрама вышла из кабинета. Вид у неё был усталый.

– Сегодня он не в духе, – сказала она, поймав встревоженный взгляд Арчи. – В последнее время на него слишком много всего свалилось, – добавила она. – Власти продолжают винить его за похищение «Книги ночи».

– Но при чём тут Хоук? – возмутился Арчи, бросаясь на защиту наставника.

– Ни при чем, разумеется, – устало вздохнула Пандрама. – Но им нужно найти виноватого, а Хоук прекрасно подходит на эту роль, – она поцокала языком. – Хуже всего то, что он перестал принимать лекарство. Оно немного успокаивало его рассудок, – сказала она, прочитав невысказанный вопрос на лице Арчи. – Видишь ли, если человек сверх меры одарён магическими способностями, ему бывает тяжело с этим справляться. В таком случае помогает лекарство. Я попрошу Мотли заказать новую порцию. – Пандрама серьёзно посмотрела на Арчи. – Пожалуйста, уговори его принимать капли. Это для его же пользы!

Арчи кивнул и на цыпочках вошёл в кабинет. Хоук сидел за своим столом, зажав в руке перо и глядя в пустоту. Глава отдела Неопознанных книг выглядел ещё более помятым, чем обычно, в его чёрной шевелюре появилось несколько седых волос. Видимо, сказывалось напряжение последних дней.

Арчи взялся за уборку кабинета – занятие, которому он посвящал добрую половину своего учебного времени. Но сколько бы он ни поднимал брошенные книги и ни расставлял их по полкам, в комнате всё равно всегда царил кавардак. Возможно, кабинет был отражением разума Хоука. Этим утром глава отдела Неопознанных книг выглядел особенно рассеянным, и Арчи стал всерьёз тревожиться о его здоровье. Но его уже давно терзали свои сомнения, и он просто не мог не поделиться ими.

– Почему мне снятся эти сны? – выпалил Арчи, стараясь, чтобы голос не выдал его отчаяния.

Хоук поднял на него глаза, наморщил лоб.

– А чего ты ждал? – с горечью спросил он. – Ты советовался с «Книгой пророчеств», а это никогда не проходит безнаказанно. Эта книга свела с ума Фабиана Грея. Нам, смертным, нельзя заглядывать в будущее. Это слишком тяжкое бремя для таких слабых земных созданий, как мы.

– Но что делать, если это единственный способ узнать, что открылось Фабиану Грею? – воскликнул Арчи.

Хоук резко вскинул на него глаза.

– Повторяю, Арчи: «Книга пророчеств» должна остаться нашим последним средством. Это слишком опасно, даже для книжного заклинателя.

Сердце Арчи упало. Хоук почти слово в слово повторил то, что сказал ему Старый Зэб.

– Вы думаете, «Книга пророчеств» оставила во мне какой-то след? – со страхом спросил он, припомнив слова старого переплётчика.

– Возможно, – кивнул Хоук. – Это невероятно могущественная книга, к ней нужно относиться со всей возможной серьёзностью. В прошлый раз тебе очень повезло, Арчи.

– Меня защитил Изумрудный глаз, – возразил Арчи, всем сердцем надеясь, что так оно и было.

Хоук тяжело вздохнул.

– Ты отделался гораздо легче, чем большинство твоих предшественников, – сухо признал он. – Магическая подвеска защитила твой разум от самых тяжких последствий, но твоя судьба и прежде была связана с судьбой Фабиана Грея, а теперь они переплелись ещё прочнее. Я предполагаю, что, войдя в «Книгу пророчеств», ты невольно впитал в себя часть её силы. И это, в частности, делает тебя более лёгкой добычей для Бледных писцов. Они чувствуют твоё присутствие.

Кровь в жилах Арчи превратилась в лёд. Хоук ещё раз взглянул на него, потом взял со стола перо и начал что-то писать, давая понять, что разговор окончен. Арчи тихо вышел из кабинета и закрыл за собой дверь, оставив Хоука наедине с его мыслями.

Весь остаток дня Арчи мучительно размышлял над тем, что сказал ему Хоук. Что конкретно он имел в виду, упомянув, что Арчи впитал в себя некоторые силы «Книги пророчеств»? Насколько это изменило Арчи? И самое главное, сможет ли он когда-нибудь снова стать самим собой? Погружённый в свои мысли, Арчи шёл мимо книжных стеллажей в Западной галерее, когда вдруг услышал знакомый бумажный голос.

– Ш-ш-ш! – прошипел голос. – Я здесь!

Арчи вздрогнул и уставился на книжный шкаф рядом с собой.

– Нет, не там! Здесь!

Наконец, Арчи увидел на соседней полке знакомый толстый красный корешок книги о магических таинствах.

– А, это опять вы, – улыбнулся он. – Я смотрю, вы странствуете по всему Музею. Как вам это удается?

– Этого я тебе сказать не могу, – захихикала книга, явно довольная собой. – Профессиональный секрет. У меня есть для тебя кое-какие сведения.

– Ты узнала, где моя семья? – с волнением воскликнул Арчи.

– Не совсем, – охладила его пыл книга. – Но я знаю того, кто может тебе помочь найти твоих родных.

– Кто?

Книга понизила голос до еле слышного шёпота.

– Каменные грифоны, – сказала она. – Они с глубокой древности охраняют магические секреты. Им известно о магических книгах больше, чем кому бы то ни было!

– Книгостражные звери? – переспросил Арчи, вспомнив грозных каменных стражей, которые оживали, когда магическим сокровищам, которые они охраняли, угрожала какая-то опасность.

– Да, – ответила книга.

Арчи шумно сглотнул. Он слишком хорошо помнил две свои предыдущие встречи с книгостражными зверями, когда он чудом избежал смерти. Но теперь оказывалось, что, если он хочет узнать правду о своей семье, ему придется испытать судьбу в третий раз.

Причем сделать это нужно было как можно быстрее. Арчи прекрасно знал, что если он расскажет обо всём Вике и Полу, они вызовутся пойти с ним, а это было слишком опасно. Это дело ему предстояло сделать самому.

* * *

Арчи вынул из кольца факел, поднял его над головой и осветил тёмный коридор под книжной лавкой. Логово книгостражных зверей находилось за второй синей дверью. Приблизившись, Арчи протянул руку, нащупал невидимую ручку и повернул её.

Он постоял ещё немного, потом сделал глубокий вдох и перешагнул порог. Когда он входил сюда в первый раз, то вообще не представлял, что ему предстоит увидеть. На этот раз он прекрасно это знал, но нельзя сказать, что это знание придавало уверенности.

Как только Арчи ступил в холодную комнату, порыв ледяного ветра ударил ему в лицо. Морозный воздух ворвался в лёгкие, застрял в горле. Пол искрился, словно тысячи крошечных бриллиантов были рассыпаны по каменным плитам, изморозь похрустывала под ногами Арчи.

Он выше поднял свой факел, озаряя комнату с высоким потолком. Где-то в глубине капала вода, сосульки, как гроздья сталагмитов и сталактитов, росли из пола, свешивались с потолка. Вокруг ног Арчи колыхались лёгкие струи серого тумана, рождавшегося из соприкосновения тёплого воздуха из коридора с ледяным полом.

Потом Арчи увидел перед собой огромного каменного грифона.

Книгостражный зверь не шевелился. Он был высотой около восьми футов и целиком вырезан из единой глыбы серого камня. Гигантская орлиная голова чудовища с грозным крючковатым клювом и пронзительными глазами сидела на львином теле с волнистой каменной шерстью и двумя огромными крыльями, сложенными за мускулистой спиной.

Арчи сделал ещё один шаг – и в глазах грифона вспыхнул янтарный свет. Раздался звук, похожий на скрежет камня по полу, и книгостражный зверь, наклонив голову, в упор уставился на Арчи. Волны света побежали по его телу, превращая холодный камень в живую плоть. Арчи уже видел такое раньше, но даже сейчас от этого зрелища у него подогнулись коленки.

Он снова сглотнул.

– Приветствую тебя, могущественный книгостражный зверь, страх магических книг и хранитель секретов, – громко прокричал он, и его голос слабым эхом отразился от стен ледяной комнаты.

Арчи знал, как следует обращаться к этим могучим и грозным созданиям. Он прочёл об этом в магическом справочнике своего отца.

Когда грифон заговорил, воздух задрожал от его глубокого рокочущего голоса.

– Кто посмел пробудить меня ото сна в моём логове? – прогремел он и шумно принюхался. – Снова человек? Не ты ли уже приходил сюда под покровом скрывающей магии, чтобы обокрасть меня? Ты забыл, что в прошлый раз я обещал убить тебя, если ты дерзнёшь вернуться?

Арчи мгновенно вспомнил следы на покрытом изморозью полу. Теперь стало понятно, почему тот, кто оставил их, ретировался в такой спешке! Он убегал, спасая свою жизнь.

Арчи понял, что дело плохо. Книгостражный зверь мог убить его одним ударом своих чудовищных когтей или заморозить насмерть своим смертоносным ледяным дыханием. Словно прочитав его мысли, грифон медленно разжал свои гигантские когти, острые, как стальные ножи.

– Подожди! – в отчаянии закричал Арчи. – Это ошибка! Меня зовут Арчи Грин! Я ученик в Музее. Ты меня знаешь, я уже приходил сюда раньше! Я не хочу ничего красть у тебя!

– Хм-м, – промычал грифон, наклоняясь ещё ниже, чтобы получше рассмотреть его. – Да, теперь я вижу, что ты не тот гнусный вор, который недавно прокрался сюда. – Зверь впился в Арчи своими горящими янтарными глазами. – Твоё лицо мне знакомо. Книгостражные звери никогда ничего не забывают. Ты приходил сюда в поисках ответов. Ты тот, приход кого предсказал Джон Ди.

– Да, – с облегчением воскликнул Арчи. – Я книжный заклинатель!

Глаза книгостражного зверя недоверчиво сузились.

– Что ж, книжный заклинатель, теперь я тебя вспомнил. В прошлый раз ты очень торопился, и я чувствую, что сегодня ты тоже спешишь. В нашу последнюю встречу мы с братом пропустили тебя, ибо ты отгадал пароль, который оставил нам старый волшебник, но мы ясно сказали тебе, что недолюбливаем людей и не хотим видеть их здесь. Мы невысокого мнения об этих глупых и суетливых созданиях. Мы предупредили тебя, что приходить сюда опасно. Почему же ты вернулся?

– Великий книгостражный зверь, страх магических книг и хранитель секретов, – снова прокричал Арчи. – Мне сказали, что книгостражные звери знают о магических книгах больше, чем все остальные обитатели магического мира, вместе взятые, – добавил он, решив, что добрая старая лесть тронет даже самое каменное сердце.

В самом деле, грифон был польщён. Его голос смягчился.

– Кто сказал тебе об этом? – спросил он.

– Одна магическая книга, – ответил Арчи. – Это правда?

– Хм-м, – уклончиво признал грифон, кивая своей тяжёлой орлиной головой. – Пожалуй, это так. Долгие столетия мы, книгостражные звери, охраняем магические книги для людей. Мы сторожили их в Александрии. Мы спасли множество книг, когда Великая библиотека сгорела дотла. Ох уж эти люди и их пожары! – с неприязнью добавил зверь.

Арчи почувствовал, что грифон вновь разгневался, вспомнив о пожаре, уничтожившем Великую библиотеку.

– Я знаю, ты невысокого мнения о людях, – воскликнул он, пытаясь успокоить чудовище. – Но мне нужна твоя помощь, чтобы найти моего отца!

– Не говори мне о людях! – взревел зверь. – Я не стану тратить своё время на этих жалких существ, подобных тому воришке, который посмел прийти сюда, чтобы похитить моё дыхание! Жаль, что я не прикончил его на месте. Он удрал. Но я сказал ему, что если он жаждет познакомиться с моим дыханием, то очень скоро почувствует его смертельный холод на собственной шкуре, ибо оно заморозит его кровь и остановит сердце.

– Кто был этот вор? – быстро спросил Арчи. – Как он выглядел?

– Я не видел его лица. Этот трус явился сюда под укрывающим заклинанием, чтобы оставаться невидимым, но я хорошо запомнил его запах. Если он посмеет прийти сюда снова, то погибнет лютой смертью!

Глаза грифона свирепо заблестели в темноте. Он снова разозлился.

– Убирайся, и я сохраню тебе жизнь, – пророкотал каменный зверь. – Если ты останешься, я за себя не ручаюсь!

– Но мне нужна твоя помощь, – взмолился Арчи. – Мой отец заперт в магической книге! Его зовут Алекс Грин. Ты что-нибудь знаешь о нём?

Грифон с громким вздохом уронил голову на свои гигантские каменные лапы. Потом закрыл глаза и погрузился в раздумье.

– Если твой отец заточён в магической книге, то это должна быть какая-то затягивающая книга. Вроде альбома для рисования.

– Это мне уже известно, – сказал Арчи. – Но что это за книга?

Грифон приоткрыл один глаз.

– Вы, люди, постоянно торопитесь! – изрёк он. – Я знаю только одну книгу, достаточно могущественную для того, чтобы затянуть и затащить в себя человека. Это «Книга былого»!

Арчи громко ахнул. Неужели он наконец-то узнал, что случилось с его отцом? Его мысли бешено завертелись, но книгостражный зверь ещё не закончил говорить:

– Не спорю, «Книга былого» очень коварна. Но твой отец должен был совершить какой-то серьёзный проступок, чтобы заслужить столь тяжкое наказание.

Арчи ненадолго задумался.

– Вообще, его выгнали из Музея за кражу книги из собрания Артура Рипли. Возможно, за это Рипли заточил его в книге?

Грифон покачал своей тяжёлой каменной головой.

– Рипли мог лишь закрыть книгу, когда твой отец находился в ней, но даже «Книга былого» никогда не заточит человека без веской причины. Должно быть, твой отец нарушил один из основополагающих законов магии.

Арчи знал только одни магические законы – те, что были введены вскоре после Великого лондонского пожара.

– Ты говоришь о Положениях магического сдерживания?

Этот вопрос снова рассердил грифона.

– Что? Эти жалкие правила для непослушных магов? – презрительно фыркнул он. – Вздор! Эти ваши положения не стоят моего когтя! Они были придуманы скудоумными людьми, которые боятся собственной тени. Нет, я говорю о естественных законах магии – тех, что защищают мироздание от хаоса. Это законы судьбы и времени. Никому не дано обмануть свою судьбу.

Арчи бросило в холод. Он вспомнил, что именно эти слова однажды сказала ему «Книга пророчеств».

– Но как мой отец мог нарушить эти законы? – с жаром спросил он.

– Это тебе предстоит узнать, – отрезал зверь. – Наш разговор окончен. А теперь убирайся, пока не поздно.

– Но я не понимаю… – в отчаянии закричал Арчи.

– Поймёшь, когда придёт время, – ответил грифон. – Джон Ди сказал, что мы должны помочь тебе во имя спасения магии!

С этими словами книгостражный зверь вновь обратился в камень.

Глава 13

«Книга пророчеств»

Лоретта цокала языком и качала головой. Она читала за завтраком «Хрустальный шар», газету магического мира. Арчи через стол разглядел заголовок:

ПОХИЩЕННАЯ КНИГА ОКАЗАЛАСЬ

«КНИГОЙ НОЧИ»!

Худшие опасения подтвердились! Сегодня Магическая лига официально подтвердила, что книга, дерзко похищенная из Королевского магического общества двумя неделями ранее, оказалась не чем иным, как «Книгой ночи» – самой опасной и самой грозной из семи Ужасных манускриптов.

Согласно общему мнению, «Книга ночи» уже открыта. Поступило несколько сообщений о том, что в Оксфорде видели так называемых Бледных писцов, служащих Тёмному пламени или огню Пандемониума. Освобождение Бледных писцов может предвещать наступление нового тёмного века магии.

Утер Моргред, глава службы безопасности Магической лиги, отказался комментировать утверждение о растущем числе лиц, принёсших нерушимую клятву Тёмному пламени. Однако источник, близкий к Королевскому магическому обществу, сказал следующее: «Честно говоря, мы близки к отчаянию. Если мы в ближайшее время не найдём способ остановить Тёмное пламя, то, скорее всего, тоже принесём эту клятву».

– Чепуха! – возмущённо воскликнула Лоретта. – Ничего они не делают, только языками болтают! Люди напуганы и ждут, что их успокоят, а получают только вот такой вздор! – она потрясла газетой. – И Королевское магическое общество ничуть не лучше! Если бы они не прятали у себя эту книгу, нарушив все магические положения, ничего бы этого не случилось.

– Они затаились, ждут, куда ветер подует, – мрачно сказал дядя Тёрн. – Они не решаются что-либо предпринимать, пока не поймут, сколько человек принесло клятву. Эти трусы больше всего боятся оказаться на стороне проигравших.

Новость о том, что «Книга ночи» уже открыта, мрачной тенью накрыла Музей. Руководство и ученики были взвинчены до предела. Но ещё более неприятно было то, что после нападения Бледных писцов Арчи не оставляло ощущение, будто кто-то постоянно идёт за ним по пятам. В Музее ему то и дело слышались тихие шаги за спиной, но когда он оборачивался, сзади никого не было. Всё это было очень неприятно, и Арчи надеялся, что ему это только кажется.

Прошла уже неделя с того дня, когда он сказал друзьям, что откроет «Книгу пророчеств» при первой возможности, но Арчи никак не мог заставить себя сделать это. Поэтому, когда в голову Вике пришла новая идея, он с радостью ухватился за неё.

– Вот что я подумала, – сказала Вика, когда они пили традиционный шоколад в «Квиллз». – Если Фабиан Грей записал своё видение, то это должно быть отражено в «Книге былого».

Арчи так и подпрыгнул при упоминании об этой книге. Вика была права! «Книга былого» хранила всю историю магии. Такое важное событие, несомненно, должно было сохраниться на её страницах.

Однако «Книга былого» была чрезвычайно опасна, и Арчи знал это лучше, чем кто бы то ни было. Книгостражный зверь не зря предупреждал его об этом! Однажды «Книга былого» заперла Арчи в горящей Александрийской библиотеке и, если верить каменному грифону, она заточила его отца.

Однако теперь у Арчи был сильный козырь – его ретроспектр. Это заклинание должно было защитить его. К тому же Арчи был готов обратиться к «Книге былого» с гораздо большей охотой, чем к «Книге пророчеств», тем более что она могла помочь ему разгадать тайну исчезновения его семьи.

– Точно! – воскликнул он. – Вика, ты гений! Почему я сам об этом не догадался?

– Возможно, потому что ты не гений? – ухмыльнулась Вика.

Арчи улыбнулся ей в ответ.

– Но я серьёзно предупреждаю тебя насчёт «Книги пророчеств», Арчи, – посуровела его кузина. – Даже не думай снова открывать её в одиночку! Тебе потребуется помощь клуба.

* * *

Так получилось, что возможность воплотить идею Вики в жизнь представилась Арчи гораздо раньше, чем он думал. Следующим днём была суббота, и Музей опустел. Арчи работал в архиве и как раз проходил мимо скриптория. Вокруг никого не было.

Вторая такая возможность могла представиться ещё не скоро. Конечно, Вика очень рассердится, когда узнает, что Арчи рискнул всё сделать в одиночку, но он надеялся, что она поймет. В конце концов, он прислушался к её предостережениям и не стал лезть в «Книгу пророчеств»!

Арчи собрался с духом и распахнул дверь. Магические факелы вспыхнули на стенах, озарив помещение. Мальчик переступил порог.

В дальнем конце зала блестел стеклянный купол, под которым лежали «Книга пророчеств» и «Книга итогов». Арчи поднялся по деревянным ступеням и посмотрел на Книги судеб. «Книга итогов», как всегда, была открыта, голубое перо птицы Бенну порхало над её страницами, ведя бесконечный счёт жизни и смерти.

«Книга пророчеств» была закрыта. В недавнем прошлом она разговаривала с Арчи и даже предупредила его о «Проклятии алхимика», но сегодня её страницы молчали. Арчи был этому только рад.

Он спустился с возвышения и перешёл к «Книге былого». Толстый манускрипт в коричневом переплёте стоял на своём обычном месте в дальнем конце скриптория.

Когда Арчи в последний раз спрашивал книгу о своём отце, она не смогла – или не захотела – ему помочь. Что-то подсказывало Арчи, что ему следует быть очень осторожным в своих расспросах. «Книга былого» была коварна и могла запросто переиначить его слова.

Арчи сжал в кулаке Изумрудный глаз, чтобы почувствовать его надёжное тепло. Он закрыл глаза, сосредоточился.

– Бродяга! – отчётливо произнёс Арчи.

Это было его магическое имя, позволяющее вызывать ретроспектр. Подвеска запульсировала в руке Арчи, и он почувствовал, как его дух покинул тело.

Арчи сделал шаг, и его призрачный ретроспектр поплыл по воздуху, оставляя серебристый след. Арчи обернулся. Его физическое тело стояло на месте, сосредоточенно зажмурившись, сжимая в руке Изумрудный глаз. Видеть себя так было немного жутко, Арчи никак не мог к этому привыкнуть.

Он приблизился к «Книге былого».

– Я хочу заглянуть в прошлое, – сказал Арчи, очень стараясь, чтобы его просьба звучала как приказ.

Он так сосредоточился на своей задаче, что не заметил, как дверь в скрипторий бесшумно приоткрылась и тут же закрылась, не услышал, как кто-то тихо-тихо крадётся по залу.

В ответ раздался уже знакомый Арчи скрипучий голос.

– Прошлое прошло. Тот, кто дерзает тревожить былое, бессилен изменить его, но может измениться сам.

– Я знаю, – ответил Арчи. Его сердце забилось ещё быстрее. – Но мне нужно знать, записал ли Фабиан Грей своё видение! Я должен знать, как он собирался победить Тёмное пламя.

Последовало долгое молчание, словно «Книга былого» обдумывала его слова. Но когда Арчи испугался, что она снова ему откажет, книга вдруг с шелестом распахнулась.

– Прошлое полно неожиданностей, книжный заклинатель. Готов ли ты узнать правду?

Арчи с усилием сглотнул.

– Я готов, – ответил он.

Страницы замелькали, словно подхваченные ветром.

– Твоя страница отмечена закладкой.

Книга открылась в нужном месте. Рябь пробегала по странице, как по глади озера. Наверху значилась дата – 2 сентября 1666 года. Ночь Великого лондонского пожара.

Арчи заколебался.

– В чём дело, книжный заклинатель? – спросил всё тот же голос. – Или ты боишься того, что может тебе открыться?

– Я уже видел эту ночь раньше, – неуверенно пробормотал Арчи. – Ты обманываешь меня!

– Во дворце прошлого много комнат, книжный заклинатель, – со смехом ответил ему голос книги.

Арчи запаниковал, но было уже поздно. В ушах у него зашумело, и его, как дым в трубу, затянуло в открытую книгу.

* * *

Он мгновенно узнал улицу, на которой стояла злополучная пекарня Томаса Фарриона. Всему магическому миру было известно, что в ходе своих магических экспериментов члены первого Клуба алхимиков случайно вызвали Великий лондонский пожар. Они сумели добыть алхимический азот, который Грей, судя по всему, собирался использовать для воссоздания «Опус магус» и переписывания магических книг. Однако благим намерениям членов клуба не суждено было сбыться. Одна из них, Фелиция Найтшейд, решила закончить Незавершенное заклинание из «Страшного гримуара» ведьмы Гекаты, а когда Грей попытался её остановить, «Страшный гримуар» проклял его и других алхимиков, а затем поджёг пекарню.

Но Арчи уже знал всё это! Зачем «Книга былого» снова отправила его сюда? Что он упустил в прошлый раз?

Пока он стоял, растерянно озираясь по сторонам, мужчина в алом плаще решительным шагом пересёк улицу и вошёл в пекарню. Арчи узнал его по седой пряди в волосах. Это был Фабиан Грей.

Как и в прошлый раз, Арчи проследовал за Греем в подвал пекарни и стал заворожённо смотреть, как старая трагедия вновь разыгрывается на его глазах. Он видел, как пятеро членов Клуба алхимиков создали алхимический азот, как противоборство Грея и Фелиции Найтшейд привело к возникновению пожара. Потом Родерик Треваллен, Ангелика Рипли и Бракстон Фокс выбежали из горящего здания на улицу.

Фелиция Найтшейд тоже пробиралась сквозь клубы чёрного дыма на воздух. В подвале пекарни остался только Грей, отчаянно пытавшийся потушить пожар. Арчи видел, как он метался по подвалу, сбивая пламя, но всё было тщетно. В какой-то момент Грей рухнул на колени и упал ничком, задохнувшись дымом. Арчи с ужасом понял, что он сейчас умрёт в задымлённом подвале. Но этого не могло быть! Арчи знал, что Грей остался в живых.

Огонь разгорался всё жарче, деревянные балки дома угрожающе стонали, предупреждая о том, что здание вот-вот обрушится. Сердце Арчи бешено колотилось в груди. Он должен был спасти Грея!

И тут Арчи увидел его – мужчину в синем плаще. Это был тот самый человек, которого он видел здесь в прошлый раз. Арчи вспомнил, что столкнулся с ним на лестнице и поразился, что кто-то бежит в самое пекло, в то время как все вокруг в панике разбегаются в стороны.

Мужчина, не раздумывая, бросился в задымлённую комнату. Закрыв лицо рукавом, он пробился сквозь дым и пламя к распростёртому на полу Грею. Могучим рывком он, как заправский пожарный, взвалил Грея себе на плечо, схватил в другую руку «Страшный гримуар» и, пошатываясь, побрёл к выходу.

Этого Арчи раньше не видел. До сих пор он полагал, что Грей каким-то образом смог спастись сам. Но увиденное ясно говорило о том, что без помощи таинственного незнакомца несчастный алхимик был бы мёртв.

Пекарня утопала в густом дыму. Незнакомец поднялся по ступеням и с трудом вышел на улицу. К этому времени вся Паддинг-лейн была уже заполнена народом.

Какая-то женщина выбежала из толпы. Она прижимала к лицу шарф, чтобы не задохнуться в дыму.

– Пропустите их! – закричала она.

Толпа расступилась, и мужчина отнёс Грея подальше от пылающего здания.

– Он цел? – спросила женщина.

– Он жив, – ответил мужчина в синем плаще, – но нужно как можно быстрее увести его отсюда.

Он поставил Грея на ноги, женщина помогла поддержать его с другой стороны, и они вместе побрели по Паддинг-лейн прочь от пожара.

Мгновение-другое Арчи смотрел им вслед, потом вдруг сорвался с места и бросился вдогонку, его ретроспектр оставлял серебристый след в воздухе. Но в конце улицы Арчи остановился. Троица исчезла. Со всех сторон неслись крики, люди подняли тревогу. Клубы чёрного дыма, вырывавшиеся из горящей пекарни, поднимались в воздух, заволакивали улицы.

Арчи свернул в переулок, выскочил на соседнюю улицу, но огонь распространялся гораздо быстрее. Ветер разносил пламя, забрасывал горящие угли на соломенные крыши соседних домов, поджигая одно здание за другим. Женщины и двух мужчин нигде не было видно. На какое-то мгновение Арчи испугался, что потерял их, но потом заметил какие-то тени в дыму. Это были они! Грей уже очнулся и шёл, опираясь на своих спасителей.

Арчи бросился за ними. Дым был настолько густым, что он не видел ничего дальше своей вытянутой руки. Вот женщина вырвалась вперёд и побежала по улице, громким криком предупреждая людей, которые ещё оставались в своих домах. Мужчины остановились, и между ними состоялся напряжённый разговор.

– Это единственный путь! – говорил спаситель Грея. – Ты должен записать всё, что случилось, иначе забудешь!

– О, как бы я хотел забыть эту ночь! – простонал Грей. – Это худший день в моей жизни!

Он упал на колени и зашёлся в приступе свистящего кашля, ловя ртом воздух.

– Выслушай меня, – убеждал его второй мужчина. – Через несколько дней ты не сможешь вспомнить ничего, что здесь произошло. «Гримуар» наложил на тебя проклятие забвения! Вот почему ты должен немедленно записать всё это, понимаешь?

– Проклятие! – вскричал Грей, в ужасе глядя на него. – Так вот что это было!

– Да, – кивнул мужчина. – И это лишь часть его, причём не самая страшная. – Он помедлил, как будто боялся продолжать. – В ближайшее новолуние ты превратишься в первое животное, которое увидишь.

Грей в недоумении уставился на него. Затем непонимание на его лице сменилось ужасом.

– Ворон! – закричал он. – Чёрный ворон из моего видения!

Арчи остолбенел. Так вот, значит, что увидел Грей в «Книге пророчеств»! Мог ли это быть тот самый ворон, который принёс Арчи золотое кольцо Грея? Арчи не терпелось узнать как можно больше.

– Теперь ты это помнишь, но очень скоро забудешь, – продолжал мужчина в синем плаще. – Ты должен записать всё, чтобы сберечь в памяти.

Мужчина повернулся – и Арчи впервые смог увидеть его лицо.

Земля ушла из-под его ног.

Это был его отец – Алекс Грин.

Так вот как Фабиан Грей смог спастись из огненного пекла! Его спас Алекс Грин. Арчи был так потрясен, что несколько мгновений стоял неподвижно, во все глаза глядя на своего отца.

Потом он очнулся и закричал, но его голос утонул в рёве пожара. Арчи бросился вперёд, чтобы догнать отца, но было уже поздно. Он потерял его в дыму.

Внезапно в его голове раздался хриплый настойчивый голос:

– Книжный заклинатель, тебе грозит великая опасность. Совершено нападение на скрипторий. Беги, или останешься здесь навечно!

Арчи заколебался, разрываясь между страхом и желанием разыскать отца в кромешном дыму. Он не мог далеко уйти!

Но голос зазвучал снова:

– Беги! Спасай свою жизнь!

Арчи понял, что у него нет выбора.

– Бродяга! – крикнул он и вновь услышал свист ветра в ушах.

Хрипя и кашляя, он вывалился из «Книги былого» и не сразу понял, где находится. Он был в скриптории, но вокруг него по-прежнему клубился дым. Арчи протёр глаза и с ужасом увидел языки пламени, пляшущие под стеклянным куполом, где хранились Книги судеб.

Закутанная в плащ фигура быстро удалялась по проходу между столами.

– Стой! – закричал Арчи.

Но фигура в капюшоне была уже возле двери. Здесь она ненадолго задержалась, бросила последний взгляд на горящую «Книгу пророчеств», а потом открыла дверь и исчезла. Арчи бросился за ней, выглянул в коридор – там никого не было.

Тогда он снова побежал к стеклянной витрине. «Книга пророчеств» пылала чёрным пламенем, распространяя вокруг себя клубы зловонного густого дыма. Арчи начало мутить. Всё его тело ломило, голова шла кругом, глаза слезились. Ядовитые испарения туманили рассудок.

Словно сквозь туман он услышал, как дверь в скрипторий распахнулась и в зал вбежали люди. Это были Вика, Пол и Арабелла, Гидеон Хоук, Феодора Грейвс и Фауст Гонт.

– Что за чёрная магия здесь творится? – закричал Гонт.

– Вы должны… что-то сделать… – прокашлял Арчи, почти теряя сознание.

Гонт скорбно покачал головой.

– Слишком поздно, – сказал он. – Это очень сильное заклинание.

Остальные наставники были потрясены увиденным, но Хоук был просто сломлен. С лицом, искажённым ужасом, он смотрел, как чёрное пламя жадно пожирает «Книгу пророчеств», пока от неё не осталась груда пепла.

* * *

Как только Лоретта узнала о случившемся, она потребовала, чтобы Арчи немедленно привели домой, и отправила за ним Тёрна. Пинк приготовила для него снотворный эликсир, а когда Арчи пришёл домой, тётушка Лоретта заставила его выпить снадобье и отправила в постель. Арчи снова и снова пытался осмыслить случившееся. Он просто не мог поверить, что могущественной «Книги пророчеств» больше не существует.

Книга погибла, унеся с собой все тайны «Опус магус» и Фабиана Грея.

Глава 14

Предатель

Когда Арчи проснулся на следующее утро, было уже десять часов. Воспоминания о случившемся накануне обрушились на него, как лавина. Он до сих пор не мог поверить, что одна из великих Книг судеб погибла и, что самое страшное, это произошло по его вине.

Потом он вспомнил то, что открыла ему «Книга былого». Нужно было немедленно рассказать об этом Хоуку!

Арчи вскочил с постели. Его одежда валялась на полу, где он бросил её накануне. Вещи пропахли дымом, но Арчи слишком торопился, чтобы беспокоиться об этом.

Он кубарем скатился по лестнице. Пол и Вика уже ушли в Музей.

– Это ты, Арчи? – крикнула Лоретта из кухни.

Но в ответ она услышала только грохот захлопнувшейся двери и удаляющиеся шаги по садовой дорожке.

Пол и Вика разговаривали с Арабеллой в Большой галерее Музея, когда всклокоченный Арчи подбежал к ним. Его рассказ о том, что открыла ему «Книга былого», потряс всех.

– Значит, твой отец спас жизнь Фабиану Грею! – воскликнул Пол.

– Да, – кивнул Арчи. – Но он сказал Грею, что «Гримуар» наложил на него проклятие забвения, поэтому он забудет всё, что знал и видел. Поэтому Грей должен был записать видение, которое открыла ему «Книга пророчеств». И это ещё не всё. В ближайшее новолуние Грей должен был обратиться в первое животное, которое увидит. В это время Грея заточили в Тауэр, так что первое животное, которое он мог там увидеть, был…

– Ворон, – еле слышно выдохнул Пол.

– Именно! – согласился Арчи. – И ещё Грей сказал, что в его видении тоже был ворон.

– Это может быть очень важно, – заметила Вика. – Ты должен сейчас же рассказать обо всём Хоуку.

– Я знаю, – кивнул Арчи. – Я к нему и бегу.

* * *

Когда Арчи вошёл в отдел Неопознанных книг, он нашёл своего наставника в смятении. От его обычного спокойствия и выдержки не осталось и следа. Хоук возбуждённо метался по своему кабинету, как тигр в клетке. Его лицо было бледным, он что-то бормотал себе под нос, меряя шагами комнату. Арчи сделалось не по себе. Неужели напряжение последних недель все-таки доконало Хоука?

Он заметил на столе знакомый зелёный флакончик. Судя по всему, Хоук к нему не притрагивался.

– Расскажи мне, что ты увидел в «Книге былого», – резко бросил глава отдела Неопознанных книг, продолжая расхаживать по кабинету.

Арчи повторил всё то, что уже рассказал друзьям. Когда он дошёл до того, что его отец спас Грея из горящего подвала, Хоук остановился и во все глаза уставился на него.

– Твой отец? – переспросил он, не скрывая своего удивления. – Алекс Грин спас Фабиана Грея? Но как это могло быть?

– Я не знаю, – признался Арчи. – Наверное, он воспользовался «Книгой былого», чтобы попасть в прошлое.

– Но это строжайше запрещено! – воскликнул Хоук. – Ни в коем случае нельзя вмешиваться в прошлое. Это важнейший естественный закон магии!

Сердце ёкнуло в груди Арчи. Именно это сказал ему книгостражный зверь.

Хоук впился в него пытливым взглядом.

– Что ещё ты видел? – Теперь его голос сделался пронзительным, он как будто в чём-то обвинял Арчи.

И Арчи испугался. Он ещё никогда не видел Хоука таким. Он весь съёжился под пристальным взглядом своего наставника и от страха забыл всё, что хотел ему сказать.

– Я не помню, – пролепетал Арчи, качая головой.

Хоук в несколько шагов пересёк комнату, остановился перед Арчи и наклонился, так что его лицо оказалось в нескольких дюймах от лица мальчика. Его глаза расширились, взгляд сверлил насквозь.

– Ты должен вспомнить, – настойчиво сказал Хоук. – Это очень важно. Грей сказал что-нибудь о том, что он увидел?

– Он только упомянул, что в его видении был ворон, – выдавил Арчи. – Мой отец уговаривал его записать всё, что ему открыла «Книга пророчеств».

– «Опус магус»! – вскричал Хоук. – Я всегда знал, что это было где-то записано! Никто мне не верил, но я всегда знал это.

– Я не знаю, был ли это «Опус магус», – осторожно проговорил Арчи. – И не знаю, оставил Грей какие-то записи или нет.

Хоук с досадой ударил кулаком по столу, так что Арчи подпрыгнул от испуга.

– Мы должны узнать, что это было! Пойми же, это единственный способ победить Тёмное пламя! – закричал Хоук, молотя кулаком по столу. – Без этого мы обречены скитаться в потёмках. Мы совершенно беспомощны, но при этом стоим в шаге от разгадки, – простонал он. – Порой мне кажется, будто я гоняюсь за собственной тенью.

Хоук быстро покосился на дверь, потом заговорил, заговорщически понизив голос:

– Если вспомнишь что-нибудь ещё, прошу, скажи об этом только мне. Ты понял, Арчи? Не доверяй никому.

Арчи кивнул. Судя по всему, у Хоука началась паранойя.

– Я вспомнил ещё кое-что, – сказал Арчи. – Я видел в скриптории фигуру, закутанную в плащ с капюшоном.

– Ты разглядел, кто это был? – спросил Хоук, впиваясь взглядом в лицо Арчи.

Арчи сокрушённо покачал головой.

– Нет. Я видел его всего несколько секунд, а потом он как будто растворился в воздухе.

– Должно быть, это была какая-то разновидность укрывающей магии, – протянул Хоук. Он посмотрел в огонь, пылавший в камине. – Значит, в Музее есть предатель, – шёпотом сказал он. – Так я и думал. Когда они узнали, что ты обратился за советом к «Книге былого», то испугались, что следом наступит очередь «Книги пророчеств». Они уничтожили её прежде, чем мы успели узнать тайну.

* * *

Арчи глубоко задумался. Значит, Хоук убеждён, что в Музее действует предатель? Но кто это мог быть? В последнее время в Музее появился только Фауст Гонт. Может, это он? Нет, вряд ли. В конце концов, Хоук сам пригласил Гонта, чтобы тот помог ему разобраться с пророчеством Джона Ди и найти способ победить Тёмное пламя.

Пол подозревал, что Гонт был таинственным доброжелателем, который оставил им записку, подписанную инициалами Ф. Г., однако с тех пор они больше не получали никаких новых посланий. Никогда ещё они не сталкивались с такой запутанной загадкой. Неудивительно, что Хоук был близок к отчаянию.

* * *

Новость об уничтожении «Книги пророчеств» вызвала ужас в магическом мире. Книги судеб были одними из самых могущественных и ценных магических книг, а «Книга пророчеств» на протяжении столетий считалась символом будущего возрождения магии. Больше всего всех потрясло то, что это дерзкое преступление было совершено в Музее – месте, предназначенном для сбережения магии.

«„КНИГА ПРОРОЧЕСТВ“ ПОГИБЛА!»

– кричал заголовок «Хрустального шара».

«Книга пророчеств», одна из трёх Книг судеб, погибла в огне, вспыхнувшем в музее Магических кодексов в прошлую субботу. Есть подозрения, что это было умышленное преступление.

К сожалению, за последние месяцы это уже не первый случай вопиющего нарушения мер безопасности в Музее, а дерзкая кража «Книги ночи» из Королевского магического общества, случившаяся несколькими неделями ранее, заронила первые подозрения в том, что важная информация каким-то образом попадает к Алчникам.

Последнее трагическое происшествие лишь усилило распространение слухов о том, что в Музее действует шпион.

Утер Моргред, возглавляющий службу безопасности при Магической лиге, так прокомментировал случившееся: «Это чудовищный акт магического вандализма и злонамеренного нарушения Положений магического сдерживания. Гибель «Книги пророчеств» ставит серьёзные вопросы к обеспечению безопасности музея и степени компетентности музейного руководства. Будет проведено тщательное расследование всех обстоятельств происшествия. Виновники этого дерзкого преступления будут найдены и наказаны по закону».

Гибель «Книги пророчеств» стала страшным ударом для Музея. Создавалось впечатление, что вместе с книгой сгорела душа Музея, её символ. Снова поползли слухи о Тёмном пламени и страшной клятве, связывающей его сторонников. Если до этого магические семейства были встревожены, то теперь все были по-настоящему напуганы.

Хуже всего было то, что это чудовищное преступление, скорее всего, было совершено кем-то из своих. Удар по Музею был нанесён изнутри. Ничто не указывало на то, что в Музей проник кто-то посторонний, а значит, подозрения Хоука подтвердились – среди них был предатель.

Арчи беспощадно винил себя в случившемся. Заглянув в «Книгу былого», он подтолкнул предателя к действиям. К сожалению, он был не единственным, кто так думал. Многие ученики открыто шептались об этом.

Однажды, когда Арчи проходил по Большой галерее, он отчётливо услышал, как Питер Квиггли сказал Энид Дрю: «Если бы кое-кто не совал всюду свой длинный нос, «Книга пророчеств» была бы цела и невредима! Некоторые люди просто не умеют вовремя останавливаться».

Глава 15

Снова в приюте

Конец мая принёс с собой сырую погоду и усилившееся ощущение безнадёжности. Казалось, лето не наступит никогда. Примерно спустя неделю после гибели «Книги пророчеств», когда Арчи, как обычно, шёл в отдел Неопознанных книг, его остановил Фауст Гонт.

– Арчи, я хотел поговорить с тобой, – сказал он, нагоняя его. Лицо эксперта было серьёзно. – Не вини себя в том, что случилось с «Книгой пророчеств». Ты здесь ни при чём.

– Хоук считает, что это не так, – буркнул Арчи.

– Я знаю, Арчи. Пойми, у Гидеона есть причины так думать. Уничтожение «Книги пророчеств» стало для него страшным ударом. Он всегда считал, что в самом крайнем случае мы сможем прибегнуть к помощи этой книги. Разумеется, только после того, как все остальные средства будут использованы. А теперь… сам понимаешь, – он замолчал.

Арчи готов был провалиться сквозь землю.

– Значит, это всё-таки моя вина, – выдавил он. – Я не должен был ничего предпринимать, не посоветовавшись с Хоуком.

Гонт вздёрнул бровь.

– Согласен, ты поступил опрометчиво, – не стал спорить он. – Но, как говорится, сделанного не воротишь. Кроме того, давай не будем забывать, что книгу погубил не ты, а кто-то другой – враг, действующий в Музее, – мрачно добавил он. – Я думаю, что именно это сильнее всего терзает Хоука. Он чувствует, что Музей предали. Ах, если бы он только не отказался принимать лекарство! Видишь ли, Арчи, Гидеон невероятно талантлив, его магический дар не знает себе равных. К сожалению, такая одарённость обычно идёт рука об руку с высокой чувствительностью. В прошлом у Гидеона уже было несколько… – Гонт помолчал, подбирая нужное слово, – …случаев.

– Случаев? – переспросил Арчи, ожидая, что Гонт выразится яснее.

– Да. Несколько раз Гидеон использовал магию вне магических помещений, и об этом стало известно властям. Это записано в его личном деле, а это очень серьёзно. Магическая лига крайне нетерпимо относится к таким вещам. Помимо этого, были и другие… эпизоды. Прошлый случай был тринадцать лет назад, как раз накануне первого заговора Алчников. Гидеон тогда вбил себе в голову, что кто-то пытается его отравить. Разумеется, это был чистейший вздор, но ему пришлось провести какое-то время в приюте. Там его успокоили, помогли понять, что это был острый приступ паранойи. С тех пор всё было замечательно. Гидеон отлично себя чувствует, пока принимает лекарство!

– А что это за лекарство? – с подозрением спросил Арчи.

Честно говоря, Хоук не производил на него впечатление человека, который склонен выдумывать опасности. Если он считал, что кто-то пытался его отравить, – тем более накануне заговора Алчников! – то Арчи был склонен ему верить.

– Обычная естественная магия, – ответил Гонт. – Успокоительный эликсир, который Мотли Браун лично готовит для него. Лично я предпочёл бы средство посильнее, – добавил он, невесело усмехнувшись. – Но судя по тому, как Хоук ведёт себя в последнее время, он и это средство не принимает как следует.

Арчи задумался. Возможно, Хоук мог быть излишне резок, но Арчи его любил. Ему было трудно поверить в то, что его наставник может быть опасен. Честно говоря, вся эта история казалась ему очень подозрительной. Хоук действительно болен или же Магическая Лига просто пытается свалить на него ответственность за исчезновение «Книги ночи» и всё, что творится в Музее?

Гонт заметил его сомнения.

– Арчи, я уважаю твою преданность. Гидеон, вне всякого сомнения, великий человек, но у него, как и у всех нас, есть свои недостатки. Ты не можешь этого не видеть! Именно поэтому Музей был вынужден пойти на крайние меры.

Арчи непонимающе посмотрел на Гонта, но тот ещё не закончил:

– В последнее время состояние Хоука внушает самые серьёзные опасения. Он ведёт себя всё более и более эксцентрично, а значит, мы не можем доверять его выводам! Учитывая всю серьёзность сложившегося положения, мы были вынуждены доложить о своих подозрениях в вышестоящие инстанции. Да, мы сообщили, что Хоук, судя по всему, не принимает лекарство. Разумеется, Магическая лига не смогла не отреагировать на наш сигнал и решила провести собственное расследование.

Арчи всё равно ничего не понимал, однако в следующее мгновение всё стало предельно ясно. Из-за поворота выступила величественная фигура Утера Моргреда, главы службы безопасности Магической лиги.

Моргред с ног до головы был облачён во всё черное, включая длинное чёрное пальто с чёрной меховой оторочкой. Его лицо выглядело ещё более суровым, чем на экране окулюса, хотя выглядеть суровее, казалось бы, уже невозможно. Его тёмные глаза прожигали насквозь каждого, кто попадался ему на пути.

– О, Утер! – воскликнул Гонт. – Надеюсь, тебя обеспечили всем необходимым?

Глаза Моргреда сверкнули.

– Я только что был в скриптории, – сурово проговорил он. – Честно признаюсь, я потрясён плачевным уровнем охраны в Музее. Насколько я понимаю, всё это время зал стоял открытым и каким-то ученикам было позволено баловаться там с написанием магии?

Арчи открыл рот, чтобы возразить, но взгляд Гонта заставил его смолчать. Он знал, что руководство Музея решило не ставить Магическую лигу в известность о том, что Клуб алхимиков взялся за переписку магических книг. Только сейчас Арчи задался вопросом, почему Музей принял такое решение. Возможно, руководство опасалось, что Магическая лига наложит запрет на переписку книг? Судя по тому, как оборачивалось дело теперь, эти опасения выглядели оправданными. Создавалось впечатление, что Магическая лига больше заинтересована в удушении магии, чем в её восстановлении.

– Кто тебе это сказал? – спросил Гонт, изогнув бровь.

– Доктор Браун, глава отдела Естественной магии, счёл своим долгом поставить меня в известность, – отчеканил Моргред. – Он также сообщил мне, что недавно из магического паноптикума исчезли очень опасные магические существа и вещества.

По лицу Фауста Гонта пробежала рябь.

– Сопелок вряд ли можно назвать опасными существами, Утер.

– Зато кровь саламандры относится к числу опаснейших магических веществ! – отрезал Моргред, испепеляя Гонта взором своих недобрых тёмных глаз. – Насколько я понял, саламандра исчезла и некоторое время была на свободе.

Глава отдела Магии смертных заметно стушевался.

– Да, это так, но это другое дело! Прости, Утер, но я не понимаю, какое отношение всё это имеет к «Книге пророчеств»?

– Недостаточная защита. Небрежный надзор, – проронил Моргред своим холодным голосом, который теперь сделался совсем ледяным. – Все эти эпизоды складываются в одну картину – рано или поздно в Музее должна была произойти катастрофа. И она произошла. Сначала была похищена «Книга ночи», затем уничтожена бесценная «Книга пророчеств». И всё это случилось при прямом попустительстве Хоука. Разумеется, возникает резонный вопрос – на чьей стороне находится нынешний глава отдела Неопознанных книг?

Арчи вспыхнул от гнева.

– Это несправедливо! – возмущённо выпалил он. – Хоук здесь вообще ни при чём, это всё…

Гонт бросил на него такой взгляд, что Арчи поспешил прикусить язык.

– Мальчик прав, Утер. Ты делаешь чересчур поспешные выводы, – примирительно произнёс Гонт. – Если бы Королевское магическое общество все эти годы не хранило у себя «Книгу ночи», нарушая все магические положения, сейчас книга была бы в полной безопасности.

– Откуда такая уверенность? – высокомерно спросил Моргред. – Исходя из того, что я увидел в Музее, «Книга ночи» находилась бы в опасности даже в том случае, если бы её удалось перевезти сюда. А «Книга пророчеств», хранившаяся в Музее, была уничтожена среди бела дня! Не стоит снимать ответственность с Музея, Гонт. – Моргред снова вперил в него свой испепеляющий взгляд. – И я выясню, что здесь происходит, даже если для этого мне придётся перевернуть весь Музей сверху донизу! Я перетряхну все ваши книги, чтобы добраться до истины!

– Но это же глупо, – пролепетал Гонт. – Совершенно очевидно, что в Музее действует замаскированный враг, который… – Он осекся, сообразив, что его слова звучат как обвинение.

Но было уже поздно. Глава службы магической безопасности вцепился в слова Гонта, как голодный пёс в брошенную кость.

– Значит, ты согласен с тем, что в Музее действует предатель? Именно это я и подозревал! Что ж, когда я выведу негодяя на чистую воду, он горько пожалеет, что родился на свет! Я проведу полное и всестороннее расследование, и первым в списке подозреваемых у меня значится имя Гидеона Хоука.

Он снова сверкнул глазами, потом повернулся и удалился в направлении Большой галереи, оставив онемевшего Гонта посреди коридора.

После того, что Гонт рассказал о Хоуке, несколько следующих дней Арчи внимательно приглядывался к своему наставнику. Зелёного пузырька с лекарством нигде не было видно, из чего Арчи заключил, что Хоук перестал принимать эликсир.

Арчи вынужден был признать, что глава отдела Неопознанных книг определённо вёл себя не как обычно. Его внешний вид служил отражением состояния его рассудка. Хоук выглядел ещё более растрёпанным и взъерошенным, чем всегда. Арчи гадал, знает ли он о том, что Моргред записал его в главные подозреваемые. Но если Хоук и догадывался об этом, он не подавал виду. Почти всё время он теперь проводил в архиве, с головой погрузившись в книги.

– Арчи, – сказал он однажды, безуспешно пытаясь изобразить на лице улыбку. – Я думаю, пора нам с тобой узнать, что происходит в Королевском магическом обществе. Но сначала мы заглянем в приют.

Арчи опешил. Возможно, Хоук всё-таки осознал, что ему нужна помощь? Может быть, он хочет попросить назначить ему более сильное средство? Но со следующим заявлением Хоука Арчи отмёл эти предположения.

– Там находится Катерина Крона, – продолжал он. – Она настолько оправилась от заклятия, наложенного «Гримуаром», что уже может говорить. Поскольку она принимала участие в прошлом заговоре, я надеюсь, что ей может быть что-то известно и о нынешнем.

Значит, Хоук планировал посетить приют не по своим делам. Он рассчитывал получить у Катерины какие-нибудь сведения о Тёмном пламени. В глубине души Арчи считал, что Хоук в отчаянии хватается за всё подряд. Возможно, он в самом деле утратил связь с реальностью. В таком случае Арчи оставалось только быть начеку, чтобы не пропустить что-нибудь важное.

* * *

На следующий день Хоук и Арчи сели в поезд до Лондона, потом пересели на автобус, а последнюю часть пути до приюта прошли пешком. Наконец, перед Арчи выросло здание из красного кирпича, окружённое чугунным забором с шипами. Арчи запрокинул голову и посмотрел на зарешёченные окна.

Он уже был здесь однажды с Хоуком. В прошлый раз они приезжали поговорить с Артуром Рипли, надеясь узнать, что ему известно о «Проклятии алхимика». Вскоре после этого Рипли сбежал из приюта и до сих пор скрывался где-то.

Возможно, они и сейчас напрасно теряют время? В последний раз Арчи видел Катерину, когда она находилась под властью проклятия «Гримуара» и была парализована чарами – не могла ни говорить, ни шевелиться. Интересно, какая она сейчас? Если Катерина не вышла из магического ступора, то что она сможет им сказать?

На двери висела табличка: «Психиатрическая клиника. Приют для волшебнобольных».

Хоук взялся за тяжёлый латунный дверной молоток и трижды постучал. В двери приоткрылось маленькое окошко, откуда на гостей уставились два внимательных глаза.

– Гидеон? – спросил удивлённый голос. – Мы тебя не ждали!

– Доброе утро, Румольд. Я позволил себе явиться без приглашения, – ответил Хоук.

Румольд как будто смутился, но быстро пришёл в себя.

– Конечно, конечно, Гидеон. Мы всегда рады тебя видеть. Что привело…

Дверь распахнулась, и Румольд появился на пороге. Это был высокий мужчина с седыми волосами. В прошлый раз Арчи удивило то, что Румольд и Хоук хорошо знают друг друга. Теперь благодаря Гонту он знал ответ. Некоторое время назад Хоук был пациентом приюта.

– О, я вижу ты снова привёз с собой юного Арчи Грина? – заметил Румольд, останавливая взгляд на Арчи. – Ты пришёл по поводу своего случая? Или молодой Арчи тоже нуждается в нашей помощи? Полагаю, это связано с уничтожением «Книги пророчеств»?

Арчи вдруг перепугался. Вдруг это была какая-то западня? Что, если Хоук привёз его сюда под вымышленным предлогом в качестве наказания?

– Что за вздор! – отмахнулся Хоук. – Я полностью доверяю этому мальчику. Я никогда не сомневался в нём, а у него, к счастью, нет причин сомневаться в себе.

Значит, он всё-таки не винил Арчи в утрате «Книги пророчеств»! Это было невероятным облегчением.

– Мы приехали сюда по совершенно другому делу, – продолжал Хоук. – Я бы хотел проведать одну из ваших… пациенток, Катерину Крону. Насколько мне известно, состояние её здоровья заметно улучшилось? Она уже говорит?

– Катерина быстро идёт на поправку, – осторожно ответил Румольд. – Но я не уверен, что ваш визит будет полезен для неё. Боюсь, это может вызвать шок и перечеркнуть все результаты наших усилий.

– К сожалению, я вынужден настаивать, – твёрдо сказал Хоук, сузив глаза. – Я не сомневаюсь, что она может обладать важной информацией о Тёмном пламени.

Всё дружелюбие испарилось из голоса Хоука. Теперь он говорил отрывисто, почти пренебрежительно. И Румольд не мог этого не заметить.

– Ты хорошо себя чувствуешь, Гидеон? – заботливо спросил он. – Мне не нравится, как ты выглядишь. Ты принимаешь лекарство?

– Я совершенно здоров, – отрезал Хоук. – А сейчас с твоего разрешения я хочу поговорить с Катериной.

– Мне дали самые строгие указания не допускать к ней никаких посетителей, – проговорил Румольд, виновато разводя руками и одновременно загораживая собой дверь.

– Чьи это указания? – спросил Хоук.

– Магической лиги.

Хоук наморщил лоб.

– Я являюсь действующим главой отдела Неопознанных книг при музее Магических кодексов и расследую исчезновение очень опасной книги, – властно произнёс он. – Следовательно, в данном случае мои полномочия выше, чем у Магической лиги.

На лице Румольда мелькнула досада.

– Что ж, полагаю, ты прав, – процедил он. – Но послушай, Гидеон, нам нет никакой нужды препираться по такому пустяку! Почему бы тебе не вернуться сюда завтра утром, а я пока улажу все формальности?

– У меня нет времени кататься туда-сюда! – взорвался Хоук. – Будь добр, проводи меня к Катерине, или я сам найду дорогу!

Арчи был потрясён поведением Хоука. Его всегда безукоризненно вежливый наставник сейчас почти кричал. Он смотрел на Румольда с откровенным вызовом. Несколько секунд оба сверлили друг друга взглядами, потом Хоук тихо произнёс:

– Пропусти меня, Румольд. Ты превышаешь свои полномочия.

Глаза Румольда сверкнули. Он ответил медленно, как будто прилагал все усилия, чтобы сдержать свой гнев.

– Это ты заходишь слишком далеко, Гидеон. Ты не имеешь права отдавать мне приказы. Когда Магическая лига узнает о твоём вторжении, тебя ждут самые серьёзные последствия.

Хоук нетерпеливо пожал плечами.

– Я готов рискнуть, – заявил он. – Ситуация слишком серьёзна, чтобы я мог позволить им мешать мне делать мою работу! А теперь, будь любезен, освободи проход, или мне придётся убрать тебя с дороги.

На мгновение лицо Румольда исказилось от ярости, однако он сдержался и выдавил кривую улыбку.

– Очень хорошо, Гидеон. Но ты должен знать – это тебе даром не пройдёт.

С этими словами он распахнул дверь, и гости ступили в длинный белый коридор.

– Следуйте за мной, – бросил Румольд и направился по коридору к другой двери.

Арчи и Хоук последовали за ним.

– Вы уверены, что мы поступили правильно? – шёпотом спросил Арчи, когда они шагали по коридору.

Хоук улыбнулся уголком рта.

– Да, – ответил он. – Я ещё никогда не был ни в чём так уверен.

Арчи внимательно посмотрел на него. Ему вдруг пришло в голову, что он даже не знает, где учился глава отдела Неопознанных книг. Старый Зэб как-то упомянул, что Хоук, должно быть, получил образование в какой-то магической академии, поскольку сам Зэб его не учил. Интересно, что это за академия? Может быть, Пражская, где училась Катерина?

Они долго шли за Румольдом по лабиринту совершенно одинаковых коридоров. Из-за закрытых дверей доносились разные звуки – это обитатели приюта что-то делали в своих комнатах. Больше всего на свете Арчи хотелось как можно скорее убраться отсюда. Это место внушало ему ужас. Он пытался представить, каково быть запертым в одной из этих тёмных комнатушек без права выйти наружу.

Они прошли мимо комнаты, в которой был заключён Артур Рипли. Она находилась в самой глубине здания, и Арчи невольно задумался над тем, как преступнику удалось бежать из такого хорошо охраняемого места. Когда он спросил об этом у Хоука, глава отдела Неопознанных книг помрачнел.

– Я тоже постоянно задаю себе этот вопрос, – тихо сказал он. – И снова, и снова прихожу к выводу, что он мог сделать это только с чьей-то помощью.

Хоук посмотрел на Румольда, шагавшего впереди них. Арчи кивнул. Теперь поведение Хоука становилось более понятным. Если он подозревал, что кто-то из сотрудников приюта помог Рипли бежать, это объясняло, почему он был так резок с Румольдом. С другой стороны, Хоук уже давно не принимал своё лекарство, значит, это могло быть просто обострение его паранойи…

Арчи покосился на Хоука. Несмотря ни на что он склонялся к первому предположению. Он доверял Хоуку, и хотя в последнее время его наставник вёл себя странно, у Арчи не было никаких причин сомневаться в нём. По крайней мере, пока. И до тех пор, пока эти причины не проявились, он будет предан своему учителю.

Наконец они свернули в отдельный коридорчик, заканчивавшийся тупиком с тяжёлой железной дверью. Румольд отпер замок и жестом пригласил посетителей в комнату, где стоял стол и два стула. Окон в помещении не было.

– Подождите здесь, я сейчас приведу Катерину, – бросил он и вышел, заперев за собой дверь.

Арчи услышал, как в замке повернулся ключ. Он заметил, как дернулось лицо Хоука, и у него тревожно заколотилось сердце.

Хоук лихорадочно оглядывался по сторонам, как будто предпринимал отчаянные попытки держать себя в руках. Вскоре Арчи с облегчением услышал звук приближающихся шагов в коридоре, потом в замке снова заскрежетал ключ. Тяжёлая железная дверь распахнулась, и на пороге появилась Катерина. Она заметно похудела с тех пор, как Арчи видел её в последний раз, а её длинные рыжие волосы были коротко острижены.

– К тебе гости, – Румольд показал ей на один из стульев.

Катерина бессмысленно смотрела перед собой. Потом вяло заковыляла к стулу.

Её когда-то живые и проницательные голубые глаза теперь были тусклыми, она двигалась медленно, как одурманенная. Тем не менее она выглядела гораздо лучше, чем в тот страшный вечер в Музее. Тогда она просто окаменела, как статуя.

Катерина опустилась на стул, опёрлась локтями на стол и принялась безостановочно тереть руки, словно хотела отмыть их. Она делала это на протяжении всего разговора.

– Спасибо, Румольд, – сказал Хоук, давая понять, что тот может уйти.

Румольд с грохотом захлопнул дверь. Снова загремел ключ. Однако Арчи чувствовал, что Румольд никуда не ушёл и наблюдает за ними сквозь зарешёченное окошко.

– Добрый день, Катерина, – мягко произнёс Хоук, садясь на второй стул. – Ты меня помнишь?

Катерина подняла на него глаза и тут же отвернулась. Потом кивнула.

– Ты помнишь Арчи? – спросил Хоук.

Ещё один быстрый косой взгляд, и снова кивок. Арчи готов был поклясться, что на этот раз Катерина испытала какие-то чувства. Правда, он не мог сказать, какие именно. Страх или, возможно, гнев?

– Я рад убедиться, что ты успешно избавляешься от проклятия «Гримуара», – снова заговорил Хоук. – Возможно, и для всех других, кого прокляла эта книга, тоже есть надежда.

Катерина продолжала смотреть на него пустыми, ничего не выражающими глазами.

– Я хочу поговорить с тобой, – продолжал Хоук. Он по-прежнему говорил с ней мягко, но в его голосе появилась настойчивость. – Мы знаем, что ты переписывалась с Артуром Рипли. Ведь это он рассказал тебе о том, что «Гримуар» хранится в Темнохране музея Магических кодексов, не так ли?

Арчи знал, что это так, поскольку Катерина сама рассказала ему об этом.

Катерина кивнула. Значит, к ней в самом деле вернулась память.

– Очень хорошо, – сказал Хоук. – Ты помнишь что-нибудь ещё о планах Рипли? Что должно было произойти после того, как ты завладела бы «Страшным гримуаром»?

– Я должна была унаследовать магическую силу Гекаты, – ответила Катерина. Её голос звучал тускло и безжизненно, но слова она выговаривала вполне отчётливо.

– Но что получил бы Рипли? – спросил Хоук. – Чего он хотел от тебя?

– Рипли хотел стать темнохимиком, – глухо проговорила Катерина. – У него были большие планы по написанию чёрной магии.

Её остекленевшие глаза тупо смотрели в пустоту.

– Какие планы? – уточнил Хоук.

Молчание.

– Катерина, скажи, зачем Рипли хотел стать темнохимиком? Что он собирался сделать?

Катерина на мгновение перестала тереть руки. Её глаза вдруг вспыхнули неистовым огнём.

– Переписать «Опус магус», что же ещё! – выпалила она высоким насмешливым голосом, неприятно напомнившим Арчи голос «Гримуара». – Ему только это и было нужно! Это был его план. Провозгласить начало тёмной эры магии! – пронзительно визжала Катерина. – И вы ничего не сможете сделать, чтобы этому помешать! Единственный, кто мог остановить чёрную магию, – это Фабиан Грей, но он мёртв! А жалкий Арчи Грин даже не догадывается, какая роль ему уготована!

– К-какая роль? – испуганно воскликнул Арчи. – При чем здесь я? О чём ты говоришь?

Злая улыбка исказила губы Катерины.

– Видишь? – спросила она, и её ожившие глаза злорадно заблестели. – Он ничего не знает! – Она в упор посмотрела на Хоука. – Как и ты!

Теперь Катерина смотрела на них с безумным злобным торжеством.

– Фелиция Найтшейд, моя пра-пра-пра-прабабка, говорила, что когда Грей чудом вышел из «Книги пророчеств», он лепетал всякий вздор, будто помешанный. В основном это была полная чушь, но одно он повторял снова и снова: «Только Греи смогут спасти магию». Слышите? Не Грей, а Греи!

Арчи в остолбенении уставился на неё.

– Но я родился через триста пятьдесят лет после этого!

– Да, – лукаво ухмыльнулась Катерина, – но твоя судьба намертво связана с судьбой Фабиана Грея. То, что Грей увидел в «Книге пророчеств», имеет самое прямое отношение к тебе!

Арчи в ужасе смотрел на неё. Его сердце бешено колотилось. Неужели это и есть последняя развилка его судьбы? Возможно ли, что именно ему предназначено спасти магию от Тёмного пламени вместо Грея? Голова Арчи шла кругом.

И тут железная дверь снова с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался Румольд. Он подскочил к Катерине и с силой встряхнул её за плечи.

– Довольно! – закричал он. – Ну-ка, выпей это.

Он поднёс к губам Катерины пузырёк с каким-то снадобьем, она послушно выпила его – и мгновенно успокоилась. Первым делом она снова принялась тереть руки. Сначала быстро, потом всё медленнее и медленнее, пока наконец не застыла, мерно хлопая в ладоши, как будто пыталась унять беспокойство.

– Ты её расстроил, Гидеон, – набросился Румольд на Хоука. – Зачем ты спрашивал её о Рипли? Её разум ещё слишком слаб. Она не отдаёт себе отчёт в том, что говорит.

– Не могу с тобой согласиться, Румольд, – резко бросил Хоук. – Думаю, она прекрасно понимает, что говорит.

И прежде чем Румольд смог его остановить, Хоук схватил правую руку Катерины и повернул её ладонью вверх. Арчи вскрикнул. Там темнела огненная метка – чёрный дракон!

– Ещё одна принесла Тёмную клятву, – медленно произнёс Хоук. – Интересно, сколько их ещё в твоём приюте, Румольд?

Вместо ответа Румольд посмотрел на дверь, словно ожидал кого-то. Дверь оставалась закрытой, но Хоук как будто не замечал этого. Он так пристально смотрел на Румольда своими разноцветными глазами, что Арчи испугался, не потерял ли его наставник рассудок.

Румольд шумно сглотнул и снова нервно покосился на дверь. В следующее мгновение она широко распахнулась, и в комнату шагнул уже знакомый Арчи высокий осанистый мужчина.

– Гидеон, мне стало известно, что ты беспокоишь пациентов, – произнёс он ледяным голосом, в котором ясно звучала угроза.

Хоук резко крутанулся на стуле.

– Утер, – проронил он. – Какой неприятный сюрприз. – Он снова впился глазами в лицо Румольда. – Значит, ты вызвал подкрепление? Ну разумеется, я должен был это предположить.

Румольд пожал плечами:

– Это для твоего же блага, Гидеон. Ты в смятении. Ты уже давно не принимаешь лекарство. Мы не можем так это оставить!

Повинуясь кивку Моргреда, два дюжих санитара в белых халатах вошли в комнату и встали по бокам от Хоука.

Моргред высокомерно улыбнулся.

– Гидеон Хоук, – громко провозгласил он. – Я немедленно освобождаю тебя от должности главы отдела Неопознанных книг.

На какое-то мгновение Арчи показалось, что Хоук будет протестовать, но в глазах наставника не увидел ничего, кроме обречённости.

– Хорошо, Утер, – устало ответил Хоук. – Если таков приказ Магической лиги, я вернусь в Оксфорд и немедленно соберу свои вещи.

Моргред посмотрел на Румольда, и тот покачал головой.

– К сожалению, это невозможно, Гидеон, – сказал Румольд. От его недолгого смятения не осталось и следа, теперь он снова держался уверенно и даже с вызовом. – Тебе лучше какое-то время побыть здесь. Так мы сможем следить за твоим состоянием, пока не наступит улучшение. Мы хотим помочь тебе, Гидеон.

Хоук нахмурился.

– Насколько я вижу, вы хорошо подготовились, – процедил он. – Что ж, у меня нет выбора. Очень хорошо. Надеюсь, я могу занять мою прежнюю комнату? – уточнил он. – Ту, из окна которой видно птиц?

Румольд с облегчением кивнул:

– Разумеется, Гидеон! Если ты этого хочешь, комната в твоём распоряжении.

Хоук сухо улыбнулся. Его глаза сузились, как будто он обдумывал что-то.

– Что насчёт Арчи? – спросил он. – Я надеюсь, вы позволите ему продолжить обучение в Музее?

– Да, – кивнул Моргред. – Мальчик может продолжать свою работу.

Арчи стоял как громом поражённый. Он был рад, что ему разрешили уехать из этого страшного места и продолжить учиться, но в то же время его терзала тревога за Хоука. Он почувствовал подступающую панику. Неужели всё это время он ошибался, веря в Хоука? Неужели он поддался его паранойе и делал неправильные выводы? На чьей стороне всё это время был Хоук?

Он почувствовал на своём плече тяжёлую руку Моргреда.

– Идём, Арчи. Гидеону нужен покой.

Глава службы магической безопасности властно развернул мальчика к двери, но Хоук схватил его за руку.

– Я могу дать последнее напутствие своему ученику? – спросил он.

– Хорошо, – нехотя согласился Моргред. – Только быстро.

– Благодарю тебя, Утер, – с плохо скрытой насмешкой отозвался Хоук. – Ты очень заботлив. – Он наклонился вперёд и быстро прошептал на ухо Арчи, чтобы другие ничего не услышали: – Краеугольные камни! Позаботься о Краеугольных камнях. – Потом он повысил голос и громко сказал: – Продолжай практиковать заклинания погружения, которые я тебе показал. У тебя отлично получается.

Арчи в недоумении уставился на своего наставника. Разноцветные глаза Хоука выглядели усталыми, однако он выжал слабую улыбку и подмигнул мальчику.

– И вот ещё что, Арчи. Не доверяй никому, понял?

* * *

С тяжёлым сердцем Арчи возвращался обратно в Оксфорд. Он очень сочувствовал Хоуку, но, поразмыслив в поезде, понял, что его наставник ведёт себя странно уже довольно давно, со времени похищения «Книги ночи».

Арчи пытался убедить себя в том, что всё к лучшему и что в приюте о Хоуке позаботятся, но всё было тщетно. Он не мог отделаться от гнетущего ощущения, что всё очень плохо. Главным было то, что Арчи не доверял ни Моргреду, ни Румольду. И если предположить, что кто-то очень хотел убрать Хоука с дороги, то запереть его в психиатрической лечебнице было отличным способом решить эту задачу.

Арчи вышел из вагона и побрёл домой. Он не знал, что ему теперь делать. Было очевидно, что в магическом мире идёт схватка за власть, но как узнать, кто на чьей стороне? Одно казалось несомненным – после устранения Хоука Клубу алхимиков придётся разгадывать тайну видения Грея самим.

Дома новость о случившемся с Хоуком повергла Лоретту в ужас.

– Бедняжка! В последнее время он находился в таком стрессе! Это его подкосило! – воскликнула она, заливаясь слезами. – Он одарён сверх меры, и какую страшную цену ему приходится платить за эту одарённость!

– Ну, будет, будет, – утешал её дядя Тёрн.

– Не могу поверить, что они так жестоко обошлись с ним! – всхлипывала Лоретта. – Подумать только, отстранили его от всех дел в такое время, когда он нам больше всего нужен!

– Моргред сказал, кто займёт место Хоука в отделе Неопознанных книг? – спросил Тёрн.

Арчи покачал головой.

– Думаю, они примут решение в ближайшее время, – процедил дядя Тёрн. – Скорее всего, это будет кто-то из музейного руководства.

Вид у него при этом был самый мрачный.

Глава 16

Противоречивые послания

На следующее утро Арчи созвал внеочередное собрание Клуба алхимиков. Руперт был в Лондоне, но все остальные согласились собраться вместе вечером после занятий.

Когда Арчи вошёл в лабораторию, то сразу заметил письмо, лежавшее на столе.

Как и в прошлый раз, послание было в белом конверте, надписанном тем же твёрдым красивым почерком. Но на этот раз оно было адресовано Арчи Грину для передачи Клубу алхимиков. Арчи вскрыл конверт и прочитал письмо.

Гидеон так же нормален, как и мы с тобой. Кто-то хочет убрать его с дороги. Веди себя очень осторожно. После устранения Хоука Музей перестал быть безопасным местом для тебя и твоих друзей. У врага есть шпионы как внутри Музея, так и в Королевском магическом обществе.

Тёмное пламя усиливается. С каждым днём оно становится сильнее. Речь идёт о будущем магии. Я помогу тебе всем, чем смогу, но сейчас ты должен помочь себе сам.

Ф. Г.

Арчи молча смотрел на послание. Оно снова было подписано инициалами Ф. Г., под которыми был нарисован ворон. Тот, кто прислал это письмо, знал и о тайной лаборатории, и о Клубе алхимиков. Арчи вновь посетила сумасшедшая мысль, не сам ли Фабиан Грей пытается помочь им.

Когда все собрались, Арчи показал им письмо Грея, и Арабелла высказала то же предположение.

– Я понимаю, это звучит ужасно глупо, – сказала она, – но что, если это Фабиан Грей? Возможно, он всё ещё жив, хотя прошло триста пятьдесят лет?

– Грей, безусловно, знал о лаборатории, так что в этой части всё сходится, – протянул Пол. – Но я всё равно ставлю на Фауста Гонта. Не случайно письма стали приходить в то же время, когда он появился в Музее!

– Но зачем Гонту вся эта секретность? – спросил Арчи.

– Может, он боится, что за ним следят? – предположил Пол.

– Нужно послать весточку Руперту, – решила Вика. – Мы должны его предупредить! Возможно, ему тоже угрожает какая-то опасность в Королевском обществе.

Но случилось так, что Руперт сам вышел с ними на связь.

* * *

На следующий день, когда Арчи, как обычно, убирался в кабинете Хоука, он заметил, что окулюс светится ярким оранжевым светом. Арчи подошёл к столу и взглянул на стеклянную сферу. Каково же было его удивление, когда он увидел в ней взволнованное лицо Руперта! Волосы Руперта стояли дыбом, он выглядел ещё более взъерошенным, чем обычно.

– Привет! Это ты, Арч?

– Да, я, – ответил Арчи. – Как ты узнал, что я буду здесь?

– Никак, – улыбнулся в ответ Руперт. – Я уже знаю, что случилось с Хоуком. В Королевском обществе только об этом и говорят. Мне нужно срочно тебе кое-что передать, вот я и решил рискнуть наудачу.

– Здорово, у тебя всё получилось. Но я не могу долго разговаривать, кто-нибудь может нас подслушать по другим… окулям.

– По другим окули, – поправил Руперт. – Один – окулюс, много – окули.

– Понял, – улыбнулся Арчи. – Короче, кто-то может нас подслушать по другим окули. Что ты хотел мне сказать?

– Да, точно, – спохватился Руперт, нервно покосившись через плечо. – Понимаешь… Короче, мне кажется, что в Королевском обществе происходит что-то неладное. Вчера Глум намекнул, что похищенная книга была не единственной тайной, которая хранится здесь.

Арчи весь обратился в слух.

– Что он имел в виду? Какие ещё тайны?

Он увидел, что Руперт снова покосился себе за спину, словно боялся, что их могут подслушивать. Потом он наклонился так близко, что его лицо расплылось в стекле окулюса, нос вытянулся к подбородку, а губы раздулись, как подушки.

– Я думаю, что в Королевском обществе спрятана тайная библиотека! – быстрым шёпотом сказал Руперт. – Здесь есть читальный зал с одной дверью и без окон. Однажды я видел, как Глум вошёл туда, но когда я пошёл за ним – его нигде не было! Он просто исчез.

– Он не мог исчезнуть, – Арчи округлил глаза. Он вспомнил, что во время подслушанного им разговора между Хоуком и Глумом магический эксперт упоминал о других книгах, хранящихся в Королевском обществе.

– Это я и сам понимаю, – кивнул Руперт, – но в зале его точно не было. Он появился через какое-то время и с какой-то старой книгой под мышкой! Я думаю, там есть потайной ход в соседнюю комнату. И «Книгу ночи» хранили именно там!

Арчи мгновенно понял, что это может означать.

– В этой комнате могут храниться и другие секреты! – прошептал он. – Мораг Пандрама сказала, что магические архивы есть не только в нашем Музее. Может быть, в тайной библиотеке Королевского общества хранится книга, в которой Фабиан Грей записал своё видение?

– Единственный способ узнать это – найти библиотеку и самим посмотреть, – ответил Руперт.

Мысли Арчи завертелись на сверхзвуковой скорости. В своём последнем послании загадочный Ф.Г. предупреждал их о шпионах, действующих в Королевском обществе. Хоук тоже подозревал, что там творится что-то нехорошее. «Пора нам узнать, что происходит в Королевском магическом обществе», – сказал он перед поездкой в приют к Катерине. Хоук собирался из приюта сразу же поехать в Лондон, но ему не позволили это сделать.

– Ты можешь провести нас в Королевское общество? – спросил Арчи.

– Могу, – кивнул Руперт. – Это довольно просто. Но что мы будем делать там?

– Если ты сможешь провести нас в читальню, мы воспользуемся компасом интересностей Пола, чтобы найти потайной вход. Если, как мы предполагаем, за ним хранятся магические книги, компас почувствует их присутствие.

Руперт взлохматил свои и без того взъерошенные волосы.

– Хорошо, – согласился он. – Я что-нибудь придумаю. Можете завтра вечером приехать в Лондон?

Арчи кивнул.

– Жди нас, – сказал он. Внезапно он спохватился, сообразив, что не знает, где находится Королевское магическое общество. – Только скажи, как найти вход.

– Всё просто, – объяснил Руперт. – Это на улице Грейт-Рассел, прямо напротив Британского музея. Там есть небольшой букинистический магазинчик под названием «Чернильница». Вход в Королевское общество внутри магазина. Только скажите Матильде пароль.

– Пароль? – поднял брови Арчи.

– Не беспокойся, он совсем простой. Я напишу его на доске. Только постарайтесь приехать ровно в семь, когда все будут ужинать и мы сможем без помех заняться делом.

Арчи ухмыльнулся.

– Отлично, план готов. Мне не терпится рассказать обо всём нашим! Слушай, Руперт…

Расплывшееся лицо Руперта уставилось на него из стеклянной сферы.

– Что?

– Будь осторожен, – предупредил Арчи. – В Королевском обществе есть шпионы. Если они узнают, что ты передаёшь нам информацию, у тебя могут быть большие неприятности.

– Выходит, я шпионю за шпионами? – широко улыбнулся Руперт. – Не беспокойся, они ни о чём не догадаются. Я очень осторожен!

Арчи хотелось верить, что Руперт прав. Но он знал, что его друг и так пошёл на большой риск, связавшись с ним по окулюсу. Возможно, теперь Руперт будет более внимателен.

* * *

Когда Арчи рассказал членам клуба о плане посетить Королевское общество, Вика и Пол пришли в восторг. Они оба согласились, что если там в самом деле находится секретная библиотека, им непременно нужно её найти. Но Арабелла колебалась.

– Вы подумали, что будет, если нас поймают при попытке незаконного вторжения в Королевское магическое общество? – всполошилась она. – Нас немедленно исключат из Музея и вычеркнут из числа учеников.

– Придётся пойти на этот риск, – сказал Арчи. – Ты же видишь, времени остается всё меньше! К тому же мы никуда не вторгаемся, мы приедем навестить Руперта. Но сначала нам нужно кое-что сделать в архиве.

* * *

Арчи приблизился к стеклянной витрине, в которой хранились Краеугольные камни. Вика и Арабелла стояли за его спиной. Пол сторожил дверь.

– Я никогда не видела их раньше, – прошептала Вика, выглядывая из-за плеча Арчи. – Какие красивые!

Арчи открыл витрину и бережно взял в руку золотое яйцо. Оно было приятно холодным на ощупь. Он мгновенно почувствовал вибрацию магической энергии, знакомым покалыванием отозвавшуюся в его ладони. Две защитные серебряные ленты сверкали в свете фонаря, свисавшего над витриной.

– Что будет, если кто-то заметит пропажу одной сферы? – спросила Арабелла, с тревогой глядя на Краеугольный камень в руке Арчи.

Он пожал плечами.

– Сюда не заходит никто, кроме Хоука, Гонта и Пандрамы, – ответил он. – Хоук заперт в приюте, но он в любом случае не стал бы возражать, а двое других, насколько я понял, интересуются только текстами.

– А Расп? – спросил Пол от двери. – Ты же говорил, что он помогает в архиве. И он тебя терпеть не может. Он будет счастлив устроить тебе кучу неприятностей!

– Это верно, – со вздохом признал Арчи. – Но придётся рискнуть. Главное, чтобы он не поймал нас на месте преступления. Бежим отсюда!

Он убрал Краеугольный камень в карман и быстро направился к двери. Арабелла бросилась за ним, а Вика ненадолго замешкалась, засмотревшись на второй Краеугольный камень, оставшийся в витрине.

– Вик, быстрее! – заторопил её Арчи. – Не хватало только, чтобы нас тут застукали!

– Уже иду, – отозвалась Вика. – Хочу убедиться, что мы ничего тут не оставили. Мы же не хотим навести Распа на наш след!

Арчи открыл дверь, и они втроём выскользнули в коридор. Через несколько мгновений Вика присоединилась к ним.

– Дело сделано, – с улыбкой сообщила она.

– Отлично. А теперь давайте-ка навестим Словесный горн!

* * *

Когда друзья вышли на площадь, «Белый ряд» был уже закрыт на ночь. Арчи открыл дверь своим ключом и повёл всю компанию в переплётную мастерскую.

Арчи помнил, что Старый Зэб всегда надевал специальную перчатку, когда возился с горном. Он нашёл перчатку на рабочем верстаке переплётчика и открыл дверцу горна. Пламя Фароса слабо трепетало на углях.

– Мне не нравится, как оно выглядит, – заметила Вика, заглядывая в топку.

– Мне тоже. Оно уже давно такое, – сказал Арчи. – Так что мы очень вовремя вспомнили о Краеугольных камнях.

Он зажал золотистое яйцо между большим и указательным пальцами, как это делал Хоук, и слегка надавил. Камень раскрылся, и друзья увидели потайное хранилище. Вика ахнула от восторга.

Арчи сунул руку в перчатке в топку Словесного горна и вынул оттуда горсть пылающих угольков. Очень бережно он ссыпал угли в половинку камня и произнёс заклинание, выгравированное на серебряной ленте:

Я несу пламя, я несу свет,

Где мой огонь – там мрака нет.

Пусть пламя Фароса рассеет тьму —

Так было, будет и быть по сему.

Как только отзвучало последнее слово, Краеугольный камень с тихим щелчком захлопнулся. Золотистое яйцо мгновенно нагрелось в руке Арчи, его поверхность цвета мерцающего янтаря засветилась золотом.

Несколько секунд четверо детей заворожённо любовались камнем, потом Арчи убрал его в карман, где он приятным теплом угнездился у его ноги.

– Всё, идём отсюда, – сказал он.

Арабелла первая направилась к двери, они с Полом одновременно вышли в коридор. Вика всё ещё стояла около Словесного горна, глядя на пламя Фароса.

– Идём, – окликнул её Арчи.

За время работы в мастерской он привык каждый день видеть Пламя, но понимал, как оно завораживает любого, кто посмотрит на него. Вздохнув, Арчи стянул с руки перчатку и отдал её Вике.

– Только не забудь закрыть дверцу, – напомнил он.

Глава 17

Королевское магическое общество

На следующий день Арчи, Вика, Пол и Арабелла, как всегда, пришли в Музей. Руководство до сих пор не сообщило, кто займёт место Хоука в отделе Неопознанных книг, так что дел у Арчи было немного.

Он ещё раз убрался в кабинете Хоука, но порядка в ней всё равно не прибавилось. Арчи готов был поверить, что на комнату наложены особые чары беспорядка. «Это вполне в духе Хоука», – с невольной улыбкой подумал мальчик. Он снова вспомнил о своём наставнике, запертом в приюте для волшебнобольных. Как-то он там? Захламлённый кабинет казался пустым без него.

Остаток дня Арчи прослонялся без дела, стараясь не попадаться на глаза Гонту, Пандраме и особенно Распу, которые продолжали рыться в старых книгах. К счастью, никто из них пока не заметил исчезновения Краеугольного камня.

Ровно в пять Арчи встретился со своими кузенами и Арабеллой, и они все вместе отправились на станцию Оксфорд, чтобы успеть на поезд, который отправлялся в половине шестого до вокзала Паддингтон в Лондоне. Оттуда друзья на метро доехали до Холборна и прошли пешком до улицы Грейт-Рассел.

Впереди по правой стороне они увидели огромное здание, стоящее в глубине просторного двора.

– Это Британский музей, – сказал Арчи. – Значит, книжный магазин должен быть где-то слева, – добавил он, кивая на здания, выстроившиеся на противоположной стороне улицы. – Нужно только его найти.

– Как, ты сказал, он называется? – спросил Пол.

– «Чернильница», – ответил Арчи. – Руперт сказал, что мы должны назвать пароль какой-то Матильде. Пароль он обещал написать на доске.

– Что же это за пароль, который можно оставить у всех на виду? – удивилась Вика. – Ладно, это неважно. Кто такая Матильда?

– Понятия не имею, – пожал плечами Арчи. – Думаю, всё станет ясно, когда мы найдём магазин.

– Очень на это надеюсь, – пробурчала Арабелла. – Иначе получится, что мы зря прокатились в Лондон!

Не успела она договорить, как Пол, шедший впереди всех, громко закричал:

– Смотрите! Вот он!

Он возбуждённо тыкал рукой в латунную табличку на двери старого и довольно невзрачного дома. Табличка так потемнела от долгих лет промозглой лондонской погоды, что надпись читалась с большим трудом, но друзья разобрали слова:

ЧЕРНИЛЬНИЦА Антикварные книги Работает с 1666 г.

– Это то, что нам надо, – обрадовался Арчи.

Краска на двери посерела от времени и отслаивалась хлопьями. Откровенно говоря, выглядел магазин не слишком презентабельно. Здание, выстроенное из желтоватого песчаника, было изъедено автомобильными выхлопами и прочими загрязнениями, оставившими чёрные пятна во всех его шероховатостях. Окна лавки, расположенные по обеим сторонам двери, были закрыты выцветшими красными занавесками, а закопчённые стёкла выглядели так, словно их не мыли годами.

– Вид, конечно, немного… обветшалый, – осторожно заметила Вика.

– Разве что совсем чуть-чуть, – ядовито процедила Арабелла, морща носик. – Ну и дыра! Я бы точно прошла мимо и не заметила.

– Как и все мы, – согласился Арчи. – Нужно быть таким остроглазым, как Пол, чтобы обратить внимание на этот дом. Кстати, Пол, как ты его нашёл?

– По облупившейся краске на двери, – честно признался Пол. – Она сразу напомнила мне наш дом!

– Ладно, давайте войдём внутрь, – неуверенно предложил Арчи.

Когда он говорил с Рупертом, всё казалось просто и понятно, но сейчас, когда они стояли на пороге, Арчи охватили сомнения. Что, если неизвестная Матильда их не впустит? Или, хуже того, сообщит магическим властям?

Но Арчи понимал, что пути назад уже нет. Дверного звонка нигде не было видно, поэтому он наугад толкнул дверь внутрь. Как ни странно, она услужливо открылась, и четверо друзей прошли в магазин.

Они очутились в просторной тёмной комнате. Свет с улицы с трудом пробивался сквозь грязные окна и занавески. Единственным источником освещения были несколько мерцающих газовых ламп, распространявших слабый запах керосина. Грязные, протёртые до основания ковры были порваны в нескольких местах и наскоро залатаны чёрной изолентой. Откровенно говоря, «Чернильница» не была похожа ни на один книжный магазин, который Арчи доводилось видеть. Он выглядел ещё более странно, чем «Белый ряд», а это о многом говорило! На полу высились груды старых книг и стопки пожелтевших от времени газет.

Пол приподнял брови.

– Кажется, газеты не первой свежести, – прошептал он.

Арчи взглянул на первую страницу газеты, лежавшей поверх ближайшей стопки. «“Титаник” утонул во время первого рейса!» – кричал заголовок. Вверху стояла дата: 15 апреля 1912 года.

– И даже не второй, – улыбнулся он.

В глубине зала виднелся прилавок, преграждавший путь дальше. Когда друзья робко приблизились к нему, они услышали звук, похожий на негромкое позвякивание: «Дзынь-дзынь-дзынь».

Звукам вторил скрипучий голос:

– Одна лицевая, одна изнаночная, одну снимаем непровязанной… Одна лицевая, одна изнаночная, одну снимаем…

Дети оторопело переглянулись.

– Что это вообще? – прошептала Вика.

– Я не знаю, – таким же шёпотом ответил Арчи.

Клацанье моментально стихло, голос перестал твердить свою мантру и отчётливо произнёс:

– Между прочим, я умею читать по губам.

За прилавком сидела очень старая женщина. Друзья не сразу заметили её, потому что её тёмная одежда сливалась с окружением в полумраке. Но теперь, когда они подошли совсем близко, стало видно, что женщина с головы до ног одета во всё чёрное, за исключением туго накрахмаленного белого кружевного воротника, доходившего ей до подбородка. Седые волосы пожилой дамы были убраны под кружевной чепец. Иными словами, она выглядела так, словно только что сошла с фотографии Викторианской эпохи.

На стене позади старушки висела чёрная доска, вроде тех, на которых пишут меню в ресторанах.

– Чего вы хотите? – спросила хозяйка. – Не тяните, мне бы хотелось поскорее вернуться к вязанию. Вы заблудились?

– Э-эм… нет, – промямлил Арчи, подходя ближе. – Мы пришли к Руперту Треваллену.

– К молодому мастеру Руперту? – с удивлением переспросила старушка. Её маленькое личико было покрыто глубокими морщинами, придававшими ему сходство с грецким орехом.

– Вы Матильда? – наугад спросил Арчи.

– Да, – ответила старушка, с подозрением глядя на него. – Всё это очень странно! Молодой мастер Руперт обычно не принимает гостей. Вам назначена встреча?

– Не совсем… – пролепетал Арчи, не зная, как выкрутиться. – Но он нас ждёт.

– Значит, встреча не назначена? – уточнила пожилая дама. – Это ещё более странно.

Арчи попробовал уверенно улыбнуться ей, но улыбка прилипла к его зубам.

– Значит, встреча не назначена, – повторила старушка. – Вы пришли без записи. – Она ненадолго задумалась, потом вынула из чернильницы изрядно потрёпанное перо и стала что-то записывать в большой книге в кожаном переплёте, которая лежала на её столе.

– Имя?

– Арчи Грин.

Старая консьержка накорябала два слова в книге.

– Со мной Ежевика и Чертополох Фоксы. И Арабелла Рипли.

Матильда с любопытством взглянула на остальных и тщательно записала их имена.

– Пароль?

Арчи огляделся в поисках подсказки. Руперт сказал, что пароль будет записан на доске, но в комнате не было никаких досок, кроме той, где было написано меню. Арчи пробежал глазами список блюд.

– Суп из пастернака? – выпалил он, наугад выхватив строчку из меню.

Матильда сурово покачала головой.

– Говядина «Веллингтон»? – предпринял ещё одну попытку Арчи.

Старушка снова покачала головой, на её лице отразилось нетерпение.

Арчи понял, что у него осталась всего одна попытка.

– Пудинг с патокой?

Старая консьержка благосклонно кивнула.

– Добро пожаловать в Королевское магическое общество, – произнесла она. – Идите за мной.

* * *

Кабинет Руперта был похож на место стихийного бедствия. Повсюду валялись книги и листы бумаги. Дверцы шкафов были распахнуты, ящики выдвинуты наполовину, их содержимое вывалено на пол. Коробки с документами, поставленные друг на друга, неровными башнями высились по углам. А посреди всего этого хаоса красовались две ступни, заброшенные на стол. Руперт развалился в кресле, задрав ноги.

Матильда просунула голову в дверь.

– Мастер Руперт? – окликнула она. – К вам посетители.

Руперт мгновенно убрал ноги со стола и выпрямился.

– Арчи! – воскликнул он. – Вика, Арабелла, Пол!

Он спрыгнул с кресла, выскочил в коридор и с жаром поздоровался за руку с каждым.

– Как я рад вас видеть!

Тут он заметил старую консьержку, которая всё ещё маячила на заднем плане.

– Спасибо, Матильда, – поблагодарил Руперт. – Можете возвращаться к своему вязанию… то есть к вашей работе.

Но старушка явно не спешила следовать его совету.

– Хотите, чтобы я сообщила мистеру Смуру о ваших гостях? – спросила она.

– Нет-нет, в этом нет необходимости, – ответил Руперт. – Спасибо, Матильда. Не стоит беспокоиться, вы и так много для меня сделали.

– Но мистер Смур дал мне строгие указания, мастер Руперт. Он просил, чтобы я сообщала ему обо всех посетителях. Сами знаете, после того, как тут… – она замолчала, неуверенно переминаясь с ноги на ногу.

– Да, конечно, Матильда, но мистер Смур только что вернулся. Он сейчас ужинает. Пудинг есть пудинг, сами знаете! – с этими словами Руперт ослепительно улыбнулся старушке. – Матильда, я очень вас прошу, не забывайте о себе, – ласково сказал он. – Я не прощу себе, если вам снова не достанется мелассового пудинга!

Матильда растроганно посмотрела на него.

– Спасибо, мастер Руперт. Вы такой заботливый молодой человек! Это большая редкость в наши дни.

С этими словами она удалилась.

Руперт расстегнул верхнюю пуговицу и расслабил воротник. После этого он втащил гостей в свой захламлённый кабинет, по пути опрокинув на ковёр несколько стопок с документами.

– Входите же, входите, – с улыбкой сказал он. – Садитесь, устраивайтесь поудобнее. Не обращайте внимания на Матильду – она работает здесь так долго, что почти превратилась в часть обстановки.

– Мы заметили, – сказал Пол. – Наверное, ей лет сто, не меньше!

Четверо членов Клуба алхимиков осторожно огляделись.

Только сейчас, когда они как следует рассмотрели Руперта, им бросилось в глаза, насколько он изменился. Куда делся тот аккуратный и подтянутый мальчик, которого они знали по учёбе в Музее? Его мятый пиджак криво свисал со спинки стула, рубашка была сплошной зоной стихийного бедствия. Вся мятая, жёваная, две пуговицы оторваны, с тёмными пятнами, подозрительно напоминавшими потёки пролитого кофе. Стоптанные ботинки явно давно не знали щётки.

– Ты выглядишь…

– Да? – рассеянно спросил Руперт.

– Уставшим, – дипломатично закончил Арчи.

– Да… у меня очень много работы, – признался Руперт. – Я изучаю свойства разных магических существ. Прежде всего их кровь. Мотли Браун сказал Смуру, что когда-то существовал способ создать азот из крови крупных магических существ – грифонов, драконов и им подобных. Именно для этого меня и пригласили сюда. Сами знаете, запасы алхимического азота подходят к концу, поэтому нам нужно найти новый способ производить его.

– Кровь грифона? – переспросил Арчи, вспомнив о книгостражных зверях. – Мне кажется, это довольно рискованный способ.

– Ещё бы, – устало согласился Руперт. – Именно поэтому мы до сих пор ни на шаг не продвинулись в своих исследованиях! Браун был здесь сегодня днём, но уехал ни с чем. – Руперт нервно провёл рукой по волосам. – Но я всё равно страшно рад вас видеть! – поспешно добавил он, выжав кривую улыбку.

– Руперт, у тебя всё в порядке? – прямо спросила Вика.

Руперт замялся.

– Вообще-то… нет, – обречённо выдохнул он. – В последнее время здесь творятся очень странные вещи, и мне кажется, что всё это как-то связано с читальней. Я покажу вам, что имею в виду, но нам нужно торопиться, чтобы успеть до окончания ужина. Идём!

Он вывел гостей из комнаты, повёл их по коридору, устланному толстым красным ковром, и остановился перед дверью из тёмного дерева.

– Это здесь, – сказал Руперт, распахивая дверь. – Добро пожаловать в Королевское магическое общество!

Они переступили порог и вошли в помещение, напоминавшее клуб для джентльменов. После обшарпанного помещения «Чернильницы» это было все равно что попасть в другой мир.

Друзья оказались в просторной комнате с высоким потолком и великолепной зелёной мраморной лестницей в центре. Широкие ступени вели на площадку, откуда в две стороны расходились лестницы поменьше. Изящные балюстрады изгибом взлетали вверх и соединялись, образуя широкую арку.

– Королевский атриум, – пояснил Руперт, ведя друзей вверх по ступеням. – Он был построен при короле Карле II. Он основал Королевское общество для более глубокого изучения и понимания магии. Таким образом король хотел поддержать и одновременно контролировать магию, с трудом уцелевшую после Великого лондонского пожара. Задачу Королевского общества он видел в совершенствовании магии и поощрении её использования на благо человечества, – добавил он. – Столовая расположена в другом крыле здания, так что нам никто не помешает. Идите за мной, читальный зал находится там, – с этими словами Руперт стал подниматься по узкой лестнице слева.

Они вышли в другой коридор, который заканчивался единственной дверью.

– Вот сюда вошёл Смур и здесь он исчез, – сказал Руперт.

– По-моему, дверь заперта, – заметила Вика.

Руперт с улыбкой вынул из кармана ключ.

– Та-дам! Я обо всём подумал. Сегодня я сказал Смуру, что хочу поработать допоздна, поэтому он дал мне свой ключ.

– Гениально! – восхищённо прошептала Вика.

Руперт вставил ключ в скважину и повернул. Дверь открылась, и друзья вошли в маленькую квадратную комнатку. Как и говорил Руперт, в ней не было окон, а единственной дверью была та, через которую они вошли.

В целом комната выглядела как очень скромная библиотека с рядами книжных шкафов вдоль стен и двумя столами, освещёнными подвесными светильниками. В книжных шкафах через равные промежутки были установлены зеркала, которые отражали свет, делая комнату светлее и просторнее, чем она была на самом деле.

– Королевская читальня, – сообщил Руперт. – Любимая комната королевы Виктории в Королевском обществе. Она проводила здесь долгие часы за чтением.

Посреди комнаты стояла статуя, занимавшая слишком много места для такого небольшого помещения. Статуя изображала высокого мужчину с руками, раскинутыми в стороны, как для приветствия. На одном пальце статуи посверкивало серебряное кольцо.

– Это Долиш Хук, – сказал Руперт. – Первый президент Королевского общества. Он был известен тем, что умел делать магические драгоценности. Говорят, эту идею он почерпнул у Фабиана Грея.

– Значит, Смур исчез здесь? – спросил Арчи.

– Ага. Я видел, как он отпер дверь своим ключом и вошёл внутрь. Я зашёл сразу за ним, но комната была пуста. Сами видите, здесь не так много мест, где можно спрятаться, и всего один вход – он же выход, – пояснил Руперт, кивая на дверь. – Так куда же он мог деться?

– Давайте посмотрим, что скажет мой компас интересностей, – предложил Пол, вытаскивая из кармана свой магический инструмент и открывая крышечку.

Стрелка компаса мгновенно вздрогнула и завертелась.

– Да, здесь очень сильная магическая энергия, – проговорил Пол. – Но откуда она исходит?

Пол стал обходить комнату по периметру, держа компас обеими руками и не сводя глаз со стрелки. Он двигался не спеша, останавливаясь перед каждым зеркалом. Возле двух первых зеркал стрелка даже не вздрогнула, но когда Пол приблизился к третьему, она вдруг бешено завертелась.

– Наверное, это за зеркалом, – сказал Арчи.

Руперт провёл пальцами по краям зеркала, пытаясь сдвинуть его с места, но оно прочно сидело в раме.

– Нет, здесь нет никакой двери, – пропыхтел он.

– Подожди! – воскликнул Арчи. – У меня идея! Если тайная лаборатория в самом деле находится здесь, я знаю другой способ её найти.

Он встал перед зеркалом и произнёс заклинание, которому научил его Хоук:

Магические книги,

Скрытые от глаз,

Передо мной явитесь

В сей же час!

Сначала ничего не произошло. Секунды шли, но когда Арчи уже начал думать, что заклинание не сработало, раздался отчётливый шорох, похожий на звук, с которым стопку книг двигают по гладкой поверхности. Арчи быстро обвёл взглядом книжные полки по обеим сторонам зеркала, но не увидел никаких изменений.

– Смотрите! – вдруг вскрикнула Арабелла, указывая прямо на зеркало. – Книги в зеркале! Смотрите, они двигаются!

В самом деле, когда друзья посмотрели на отражение книжных шкафов в зеркале, то сразу увидели, что несколько книг выдвинулись из рядов, словно сделали шаг вперёд по команде.

– Но где они? – удивился Руперт.

– Должно быть, в книжном шкафу за нами, – сказал Пол, оборачиваясь.

Но Арчи заметил кое-что ещё.

– Где наши отражения?

– Арчи прав! – ахнула Вика. – Наши отражения исчезли! Значит, книжные шкафы, которые мы видим в зеркале, это не те, что стоят в читальне!

Приглядевшись внимательнее, они убедились, что шкафы в зеркале совершенно не похожи на стеллажи, которые стояли вокруг них. Там, где совсем недавно они видели отражение читальни, теперь была совсем другая комната.

– Мы смотрим не в зеркало, а в окно! – первым догадался Арчи. – Там другая комната!

Руперт протянул руку – и коснулся пальцами холодного стекла.

– И как нам туда попасть?

Арчи посмотрел на статую Долиша Хука и серебряное кольцо, блестевшее на его вытянутой руке.

– По-моему, это очень странно, – заметил он. – Обычно статуи не носят колец.

– Я же вам сказал, Хук славился изготовлением зачарованных драгоценностей, – напомнил Руперт. – Это кольцо он сделал для самого короля!

Арчи посмотрел на своё золотое кольцо, которое когда-то принадлежало Фабиану Грею и скрывало в себе его магическое перо. Потом он снова перевёл глаза на статую и присмотрелся повнимательнее. Судя по потёртостям на мраморном пальце Хука, серебряное кольцо не раз снимали и снова надевали обратно.

– Вот что я думаю… – медленно произнёс Арчи, протягивая руку и снимая кольцо с руки статуи.

Он надел его на свой палец рядом с кольцом Грея, потом подошёл к зеркалу и коснулся кольцом стекла.

Его рука прошла сквозь зеркало.

– Это стена допуска! – воскликнул Арчи. – Она открывается при помощи кольца! Идём!

Глава 18

Секретная библиотека

Арчи прошёл сквозь зеркало и очутился в потайной комнате за ним. Отсюда ему была хорошо видна читальня, из которой он только что пришёл и где его друзья изумлённо хлопали глазами, не понимая, куда он внезапно исчез.

Он через зеркало передал кольцо Руперту, который надел его на палец и тоже шагнул внутрь. Остальные члены клуба по очереди прошли следом, передавая друг другу кольцо.

Комната, в которой они оказались, была гораздо больше, чем читальня. Её стены были обшиты великолепными панелями из полированного дерева. На столе, стоявшем посредине зала, высилась стопка старинных книг.

– Что это за место? – шёпотом спросил Пол.

– Я думаю, это и есть та секретная библиотека, о которой Смур случайно проболтался Хоуку, – предположил Арчи.

– Так я и знал! – торжествующе воскликнул Руперт.

– Ты гений, Руперт, – восхитилась Вика. – Хотелось бы мне знать, что здесь хранится? Что это за книги, о которых Королевское общество не хочет сообщать даже Музею?

Арчи бегло скользнул взглядом по корешкам книг, лежавших на столе.

– Вы только послушайте, какие названия! – взволнованно проговорил он, хватая по книге в каждую руку. – «Тёмные деяния и нарушенные обеты», – вслух прочитал он название первой книги. – А вот эта и вовсе называется «Проклясть, чтобы убить и искалечить»!

– Прелестно! – хмыкнул Пол. – А вот ещё один томик на любителя – «Вероломство как искусство предательства».

Все сгрудились вокруг стола, разглядывая книги.

– Здесь все книги по чёрной магии, – сказала Арабелла. – Все до единой.

– Да, – прошептал Арчи. – Получается, это библиотека чёрной магии!

Он перевернул обложку книги, которая лежала на столе открытой. Она называлась «Могущество магии крови».

– Как странно, – протянул Руперт, заглядывая ему через плечо. – Я сейчас как раз занимаюсь магией крови, но Смур никогда не упоминал об этой книге…

Некоторые страницы книги были заложены закладками. Арчи открыл наугад и стал читать.

Кровь зайца. Кровь зайца может использоваться для приготовления эликсира, вызывающего признаки безумия. Следует взять кровь мартовского зайца в ночь весеннего равноденствия и смешать её с беленой, известной под названием «Белый дракон». Если зелье принимать регулярно, оно будет оказывать разрушительное воздействие на разум жертвы и признаки безумия не заставят себя ждать.

Были там и другие заложенные страницы.

Кровь сопелок. Кровь сопелок может использоваться для приготовления зелья невидимости…

Арчи открыл ещё одну помеченную страницу.

Кровь дракона (дракуса). Всем известно, что кровь дракона имеет множество полезнейших свойств, но, пожалуй, самая главная её ценность заключается в способности погасить магический огонь. Для этой цели применяется только свежая кровь недавно убитого дракона, которая должна быть использована в течение 24 часов с произнесением следующего заклинания погашения:

Дракона убитого

Свежая кровь,

Погаси Пламя

Во веки веков.

Арчи мгновенно вспомнил слова Старого Зэба, который сказал, что кровь дракона является одним из немногих способов погасить магическое пламя. Его размышления были прерваны возгласом Пола:

– Но кому нужна эта библиотека чёрной магии?

– Алчникам! – мрачно ответила Вика.

– Ты даже не представляешь, сколько людей в магическом мире интересуются чёрной магией! – подтвердила Арабелла. – Взять хотя бы мою семью. Рипли на протяжении столетий собирали книги и артефакты, связанные с чёрной магией, сейчас эта коллекция хранится в нашем оксфордском доме. Только не подумайте, что я это одобряю! – поспешно добавила она.

– Думаете, Смур тоже Алчник? – спросил Руперт.

– Нет, – помотал головой Арчи. – Из твоего рассказа пока вытекает только то, что ему известно о существовании этой библиотеки. Я думаю, что он сам только недавно узнал о ней. Не забывай, ведь именно Смур рассказал Хоуку о том, что «Книга ночи» хранится в Королевском обществе. Разве он стал бы это делать, если был бы Алчником?

– Но почему в таком случае он не рассказал мне о книге по магии крови? – недоумевал Руперт.

– Возможно, он не знает о ней, – ответил Арчи. – Похоже, эту книгу кто-то недавно читал. Ты говорил, что Смур только что вернулся из поездки?

– Да, – кивнул Руперт. – Он приехал сегодня вечером.

– Значит, эту книгу читал не Смур? – уточнила Вика.

– За последние дни у нас было несколько посетителей, – наморщил лоб Руперт. – Сегодня утром нас посетил Утер Моргред, а вчера сюда заезжал Фауст Гонт. Они оба члены Королевского общества. Моргред интересовался мерами безопасности в Обществе. Мне показалась, наша система паролей не привела его в восторг.

– Интересно, знает ли Моргред про тайную библиотеку? – спросила Вика.

– Возможно, знает. Может быть, это он запер здесь все опасные книги, чтобы они не попали в плохие руки? – сказал Руперт.

– Или же он сделал это для того, чтобы проще было передать эти книги в плохие руки, – мрачно предположил Арчи. – Если мы допускаем, что Королевское магическое общество наводнено шпионами, то это предположение выглядит более чем логичным!

Пятеро членов Клуба алхимиков молча переглянулись. Только теперь до них стала доходить подлинная суть сделанного ими открытия.

Внезапно все пятеро услышали звук, донёсшийся из-за зеркала.

– Ш-ш-ш! – прошипел Руперт, прижимая палец к губам.

Затаив дыхание, друзья уставились на зеркало. Дверь в читальню открылась, в зеркале показалась лысая голова Орфеуса Смура.

Арчи лихорадочно соображал. Если Смур взглянет на статую, он сразу заметит отсутствие кольца и поймёт, что кто-то воспользовался им, чтобы войти в библиотеку. Видимо, эта мысль пришла в головы и остальным, потому что члены клуба встревоженно переглянулись. Но не успели они как следует испугаться, как из-за зеркала раздался голос собеседника Смура.

– Как давно тебе известно о существовании библиотеки чёрной магии, Орфеус? – прозвучал холодный голос Утера Моргреда.

– Не очень давно, – принялся оправдываться Смур. – Я совершенно случайно открыл эту библиотеку несколько недель назад. И уверяю тебя, когда я увидел, какие книги там хранятся, то был просто шокирован!

– Ты говоришь о «Книге ночи»? – прямо спросил Моргред.

– Да, да, конечно, – залепетал Смур. – Разумеется, я сразу понял, что это такое. Не зря же я тридцать лет занимаю должность магического эксперта! – хвастливо добавил он. – Мне ли не знать, что такое «Книга ночи», самая опасная из семи манускриптов! Можешь представить, как я был потрясён, увидев эту книгу здесь, в Королевском магическом обществе! Мне до сих пор не верится, что всё это время она была прямо у нас под носом…

– И что ты сделал?

– Немедленно сообщил Гидеону Хоуку в отдел Неопознанных книг и договорился о том, что он пришлёт людей за книгой. «Книга ночи» должна храниться в подземной крипте музея Магических кодексов, под надёжным замком и ещё более надёжными охранными заклинаниями! – с жаром воскликнул Смур.

– Выходит, Хоук не счёл книгу настолько важной, чтобы явиться за ней лично? – с нажимом спросил Моргред.

– Я никогда об этом не задумывался, – признался Смур. – Но, думаю, дело не в этом. Хоук прислал сюда Вольфуса Боуна и Тёрна Фокса, а это о многом говорит.

Но его ответ, судя по всему, не удовлетворил Утера Моргреда.

– Боун и Фокс! – презрительно воскликнул он. – Тёрн Фокс, насколько мне известно, уже давно не работает в Музее. Он был с позором выставлен за дверь!

Боковым зрением Арчи заметил, как Пол и Вика напряглись, сжав кулаки.

– Но Гидеон доверял им, как самому себе, – ответил Смур. – В любом случае это было его решение.

– Крайне неудачное и безответственное решение, – подчеркнул Моргред. – И что же произошло, когда эта парочка явилась сюда?

– Судя по всему, Алчники каким-то образом узнали о готовящемся перемещении книги. Они дождались, когда Боун и Фокс приедут сюда, напали на них и отняли книгу.

Это заявление ещё меньше понравилось Утеру Моргреду.

– Вопиющий провал всей системы безопасности!

– Да, полагаю, так и есть, – согласился Смур. – Но ты же не думаешь, что я в этом виноват? Я сообщил Хоуку сразу же, как только узнал, что «Книга ночи» хранится у нас. Что ещё я мог сделать?

Теперь голос Смура звучал испуганно. Его лысая голова заблестела от пота.

Затем в зеркале появилось суровое лицо его инквизитора. Моргред закрыл дверь в читальню, чтобы остаться наедине со Смуром. Он наклонился вперёд, его пылающие тёмные глаза впились в лицо Смура.

– Не знаю, Орфеус, не знаю… В самом деле, мог ли ты сделать что-то ещё?

Губы Смура предательски задрожали.

– Нет, Утер! Клянусь тебе, не мог! Ты же сам видишь!

– Покажи мне свою ладонь, – резко приказал Моргред.

– Что за вздор, Утер! – залепетал Смур. – На мне нет чёрного дракона, неужели ты и так этого не знаешь?

Он говорил искренне, но его руки дрожали.

– Совсем недавно нам стало известно, что Алчники используют невидимое зелье, чтобы скрыть свои огненные метки, – проговорил Моргред, протирая ладонь Смура большим пальцем. Он впился в неё глазами. – Ты чист, – проронил он через несколько секунд с оттенком разочарования в голосе. – Но знай, что теперь я буду очень внимательно следить за тобой. С сегодняшнего дня никто не должен пользоваться тайной библиотекой без моего личного разрешения.

Смур шумно сглотнул.

– Что случилось с Гидеоном… то есть с Хоуком? – выдавил он.

Моргред отбросил со лба свои длинные чёрные волосы и помолчал, как будто обдумывая свой ответ.

– Хоук допустил фатальную ошибку, – произнёс он наконец. – Послать Боуна и Фокса на такое ответственное задание было большим просчётом. Однако Хоук умудрился ещё больше усугубить своё положение, когда приехал в приют и попытался расспрашивать Катерину Крону. Состояние его здоровья внушает самые серьёзные опасения. Когда мы утверждали его на должность, нас заверили, что его проблемы со здоровьем остались в прошлом, однако оказалось, что это не так. Определённо, у Хоука случился рецидив. Разумеется, в таком состоянии он не мог дальше оставаться во главе отдела Неопознанных книг. Хоук проведёт некоторое время в приюте. Ему нужно отдохнуть и набраться сил.

Было видно, что эти новости не на шутку взволновали Смура.

– Кто же займёт его место в отделе? – всполошился он. – Мы не можем допустить, чтобы отдел оставался без руководства в такое опасное время!

– Разумеется, – кивнул Моргред, и его тёмные глаза грозно сверкнули. – Исходя из этих соображений, мы уже назначили нового главу отдела Неопознанных книг.

– Вот и славно! – выдохнул Смур, просияв. – И кто же это?

– Мотли Браун, – ответил Моргред. – Я только что видел его и проинформировал о назначении. Будем надеяться, он справится с работой лучше, чем Хоук.

С этими словами глава службы магической безопасности повернулся на каблуках и не прощаясь вышел из читальни, оставив Смура стоять с разинутым ртом. Опомнившись, он бросился следом за Моргредом, и дети услышали его голос, донёсшийся из коридора:

– Но… ты уверен, что это разумный выбор? Пойми меня правильно, я ничего не имею против Мотли, он славный парень, но у него нет и малой толики магических способностей Хоука!

– Вздор! – отрезал Моргред. – Я считаю, что ценность магических способностей сильно преувеличена…

Их голоса стали удаляться, а потом и вовсе стихли в глубине коридора.

– Быстрее, – прошипел Арчи. – Давайте выберемся отсюда, пока они не вернулись!

Он надел серебряное кольцо, прошёл через зеркало в читальню и передал кольцо Руперту, который сделал то же самое. Пол выбрался последним и надел кольцо на мраморный палец статуи.

– Спасибо, старина Долиш, – шепнул он, дружески похлопав статую по спине.

– Быстрее, Пол, – заторопил его Руперт. – Мне нужно успеть вывести вас отсюда.

– Сколько у нас времени? – спросил Арчи, бросив взгляд на часы, висевшие на стене. Они показывали начало девятого.

– Думаю, они побудут в столовой ещё минут десять, – ответил Руперт. – Сами понимаете, пудинг – это святое!

Друзья бегом сбежали по лестнице и помчались по коридору. Они едва успели добраться до выхода, когда услышали приближающиеся голоса.

– Мне лучше поскорее вернуться к себе, – сказал Руперт. – Вы помните, где выход?

Они торопливо распрощались, и Руперт со всех ног припустил по коридору.

Когда четверо друзей вышли в «Чернильницу», их встретило уютное позвякивание вязальных спиц. Прокравшись на цыпочках мимо Матильды, они пробрались к двери и уже собрались выскользнуть наружу, когда услышали из глубины лавки скрипучий голос старушки:

– Доброй ночи, мастер Арчи, мастер Пол, мисс Ежевика и мисс Арабелла.

* * *

В поезде на обратном пути в Оксфорд Арчи обдумывал случившееся и пришёл к выводу, что Моргреду нужен был козёл отпущения, чтобы свалить на него вину за похищение «Книги ночи», и Хоук оказался самой удобной кандидатурой.

Но что думать о Смуре? Мог ли он использовать кражу «Книги ночи», чтобы скомпрометировать Хоука? Он мог заранее договориться с Алчниками, чтобы они напали на Вольфуса Боуна и дядю Тёрна, когда те прибудут в Лондон, и забрали книгу… Или же вначале у него не было никаких преступных намерений, однако потом он поспешил свалить всю вину на Хоука, чтобы спасти свою шкуру.

Арчи продолжал думать об этом всю дорогу до дома номер 32 по улице Собачий Клык. Когда трое детей открыли дверь и вошли в дом, Лоретта громко окликнула их из кухни.

– Вика? Пол? Арчи? Это вы?

– Да, мам, – ответила Вика. – Мы вернулись.

– Идите на кухню, – велела Лоретта. – У меня для вас сюрприз!

– Ой-ой, – прошептал Пол.

Чаще всего сюрпризы тётушки Лоретты имели отношение к кулинарии. Арчи с подозрением принюхался. Больше всего его страшило, что тётушка вновь решила проявить себя в выпечке. Как ни странно, едой не пахло. Арчи просунул голову в дверь.

– Что за сюрприз? – спросил он.

– Самый лучший на свете! – ответила тётушка, сияя от радости.

Арчи застыл с разинутым ртом.

За столом сидела его бабуля, Гардения Грин собственной персоной.

Глава 19

Нежданная гостья

– Бабуля! – закричал Арчи, бросаясь в её объятия. – Ты вернулась!

– Полагаю, что да, – ответила Гардения, лукаво подмигнув любимому внуку. Она обняла его так крепко, что кости затрещали. – А где же ещё двое моих внуков?

В ответ раздался радостный вопль Вики и Пола, которые только что влетели на кухню и увидели бабушку. Они со всех ног бросились к ней.

– Тише, тише, – заохала бабуля, сияя от радости. – Вы меня опрокинете! Между прочим, я не такая молодая, как вы, озорники!

– Глупости! – отрезала Вика. – Ты выглядишь грандиозно! Путешествия пошли тебе на пользу, но мы всё равно рады, что они закончились и ты вернулась к нам!

* * *

Чуть позже они все расселись за столом в маленькой кухне дома номер 32 по улице Собачий Клык: Арчи, Вика, Пол, Лоретта, Тёрн и Гардения.

– Ещё кусочек тортика, мам? – спросила Лоретта.

– Сама пекла? – уточнила Гардения, держа в руке надкусанный кусок и задумчиво жуя. – Не могу угадать, с чем он.

– Конечно, сама! – гордо проговорила Лоретта. – Бисквит королевы Виктории с начинкой из сардин по моему собственному рецепту.

– Так я и подумала, – ответила её мать.

– Я хочу ещё кусочек, – попросил Пол, протягивая тарелку.

Лоретта отрезала ему ещё один ломтик, и Пол засунул его в рот целиком.

– Где твои манеры, Чертополох Фокс? – воскликнула Лоретта, укоризненно качая головой.

Пол улыбнулся до ушей, продемонстрировав два ряда перепачканных в кексе зубов, но Лоретта сделала вид, будто ничего не заметила.

– Мама, если ты уже поела, то нам не терпится послушать о твоих путешествиях, – сказала она. – Где ты была всё это время?

– Да, бабуля, – подхватила Вика. – Ты обещала рассказать нам о своих приключениях!

– Обещала, – подтвердила Гардения, и её глаза просияли. – Ах, милые мои, сколько всего я повидала!

Было видно, что она с радостью ухватилась за возможность оставить недоеденный кусок кекса на тарелке. Фоксы перестали жевать и обратились в слух.

– Я путешествовала по следам Фабиана Грея, – начала Гардения, глядя в глаза Арчи. – Твой отец наказал мне разыскать о нем всё, что только можно. Итак, первым делом я отправилась в Гималаи, потому что именно туда направился Грей после бегства из Тауэра.

Арчи вспомнил первую открытку, которую бабуля прислала ему из Катманду.

– Высоко в горах находится древняя библиотека, в которой хранятся очень старые магические книги. Я выяснила, что Грей в своё время побывал там. Очевидно, он искал «Опус магус».

– Он нашёл книгу? – нетерпеливо перебил Пол.

Бабуля Грин покачала головой:

– Нет. Однако он долго прожил в горах, изучая старинные книги в поисках подсказок, которые могли бы пролить свет на судьбу «Опус магус». Эти подсказки привели его сначала в Индию, потом в Китай, а затем в Александрию.

– Но как вы об этом узнали? – поразился Тёрн.

– Я прошла весь этот путь по следам Грея, – просто ответила Гардения.

– Но мама, – осторожно начала Лоретта. – Как-никак прошло триста пятьдесят лет! Какие же следы могли там остаться?

– Ах, милые мои, – улыбнулась Гардения. – Следы всегда остаются, нужно только уметь их увидеть. Всюду, куда я приходила, мне рассказывали одну и ту же историю, передававшуюся из поколения в поколение. Местные люди говорили о безумного вида мужчине с седой прядью в чёрных волосах, который искал магическую книгу. Куда бы ни приходил этот безумец, вскоре к нему присоединялся огромный говорящий ворон.

– Ворон! – вскричала Вика и прижала ладонь ко рту.

– Ворон принёс мне кольцо Грея! – воскликнул Арчи, поднимая руку, чтобы бабуля могла разглядеть кольцо на его пальце.

Она понимающе кивнула.

– Да, – сказала она так, как будто заранее знала, что увидит. – Куда бы ни шёл Грей, ворон всюду следовал за ним. Но вот что интересно – они никогда нигде не появлялись в одно и то же время. Всегда и везде был либо тот, либо другой, – Гардения обвела взглядом заинтригованные лица своих слушателей. – Некоторые рассказчики считали, будто бы ворон и человек были единым существом. Поначалу я тоже в это не поверила. Но чем больше я узнавала, тем больше начала сомневаться. А потом я поняла, как Фабиан Грей сбежал из Тауэра!

– Он превратился в ворона! – выпалил Арчи, вспомнив кое-что, слышанное раньше. – Артур Рипли прямо сказал об этом, когда мы с Хоуком навещали его в приюте, но тогда мне показалось, что это чепуха. Видимо, Рипли тоже слышал эти истории и сумел сложить два и два!

– Совершенно верно, мой мальчик, – улыбнулась бабуля Грин. – Это означает, что Грей умел превращаться в ворона. Именно так он покинул Тауэр.

– Но это невозможно, мама! – воскликнула Лоретта. – Правда ведь?

– Почему невозможно? – протянул Тёрн, задумчиво потирая подбородок. – Существуют оборотные заклинания, а Грей, как мы знаем, был чрезвычайно магически одарённым юношей. Он был настоящим гением!

– Да, – просияла Гардения. – Это так, но я не думаю, что Грей сознательно превратился в ворона. Точнее, это было не его заклинание. Мне кажется, это было проклятие, наложенное «Страшным гримуаром».

– Да! – вскричал Арчи, вспомнив, что его отец сказал Фабиану Грею на улице горящего Лондона. – Это было частью проклятия. Фабиан должен был превратиться в первое животное, которое увидит. А поскольку он в это время находился в Тауэре, кого он мог там увидеть, кроме воронов?

Бабуля Грин кивнула.

– Остальные члены Клуба алхимиков погибли в результате несчастных случаев, – продолжала она, – но для Грея «Страшный гримуар» припас самое жестокое проклятие, возненавидев этого юношу больше всего на свете. Если верить легендам, ворон всегда появлялся в одно и то же время – в новолуние. Это пора самой тёмной ночи, поскольку луны почти не видно. В такие ночи Грей становился вороном.

– Но ты только что сказала, что «Гримуар» приготовил для Грея самое страшное проклятие, – взволнованно перебила Лоретта. – Боюсь, на свете есть вещи пострашнее, чем необходимость раз в месяц превращаться в ворона! По крайней мере, это не так страшно, как сгнить в Тауэре!

– Да, милая, но это далеко не самая ужасная часть проклятия, – покачала головой Гардения. – Дело в том, что «Гримуар» лишил Грея его величайшего магического дара – его феноменальной памяти. Точнее говоря, он стёр у него все воспоминания о прошлой жизни. Поэтому Грей был обречен искать «Опус магус», не понимая, зачем он это делает.

– Какой ужас! – содрогнулась Вика. – Забыть, кто ты такой и кем был. И что с ним случилось потом?

– Со временем поиски вновь привели его в Англию. К этому времени Грей полностью утратил свою личность, так что во всём мире больше никто не знал, кто он такой – даже он сам.

– Значит, он вернулся домой, – вздохнула Вика. – Что ж, я рада. Я боялась, что он до самой смерти так и будет бесцельно скитаться по миру. Бабуль, ты узнала, что случилось с ним в конце?

Гардения загадочно улыбнулась.

– Я знаю, где находится его могила, и планировала отвести туда Арчи, если, конечно, он не возражает.

– Конечно, нет! – воскликнул Арчи. – Но мне очень грустно думать о том, что Грей умер таким одиноким, не помня, кто он такой!

– Всё дело в том, что я не уверена, что в этой могиле покоится Грей, – совершенно спокойно ответила ему бабуля Грин. – И это самая загадочная часть всей истории. Как вы уже знаете, Грей много лет скитался по всему свету. Однако в легендах, которые рассказывают о нём в самых разных уголках мира, он предстает практически одним и тем же! Грей не меняется с годами! Он либо не стареет, либо делает это очень медленно – на год за десять лет жизни обычного человека. Таким образом, наши триста пятьдесят лет для него должны были обернуться тридцатью пятью годами!

– Постой, – сказал Арчи. – То есть ты хочешь сказать, что Грей может… быть жив?

Гардения кивнула.

– Но это невозможно! – снова воскликнула Лоретта.

– Нет, – пожала плечами Гардения. – Грей открыл формулу алхимического азота. Как вы знаете, этот эликсир, помимо всего прочего, обладает способностью продлевать жизнь смертных.

Перед глазами Арчи вновь встала сцена в подвале на Паддинг-лейн.

– Я вспомнил! – ошеломлённо произнёс он. – Когда эксперимент с написанием магии обернулся катастрофой, Грей с ног до головы облился азотом. Должно быть, эликсир продлил ему жизнь!

– Я тоже пришла к выводу, что на Грея подействовал азот, – кивнула бабуля Грин. – Он замедлил процесс старения. Возможно, в какой-то момент Грей сам догадался об этом и стал намеренно принимать азот, чтобы сохранить свою молодость.

– Но если Грей забыл, кто он такой, и был обречён каждый месяц превращаться в ворона, то зачем ему было продлевать эти мучения? – спросила Лоретта.

– Кажется, я знаю! – выпалил Арчи. Внезапно фрагменты головоломки с тихим щелчком встали на свои места. – Если Грей до сих пор жив, значит, он всё это время помнит, что ему нужно что-то сделать!

– Помилуйте, но что может быть нужно сделать спустя триста пятьдесят лет? – изумилась Лоретта.

– Например, спасти магию, – ответил Арчи. – Мы не знаем, что́ увидел Грей в «Книге пророчеств», но он должен был исполнить увиденное.

– Ты прав, мой мальчик, – кивнула Гардения. – Это его предназначение.

– Но что ему предназначено сделать? – закричал Пол.

– Ах, милый, это самая жестокая часть всей истории, – грустно вздохнула Гардения. – Боюсь, Грей сам этого не знает. Из-за проклятия он ничего не помнит.

– Бабуля, ты издеваешься! – простонал Пол. – Ты хочешь сказать, что сам Фабиан Грей не знает, что ему нужно сделать? Значит, даже если мы его разыщем, он ничего не сможет нам сказать?

Гардения печально кивнула. Что и говорить, это была очень странная история. Мало того что Фабиан Грей мог быть до сих пор жив, так ещё он был проклят и каждое новолуние превращался в ворона! Но на следующий день он, конечно же, ничего не помнил об этом… Более того, он вообще не помнил, кто он такой.

Вся семья просидела за разговорами до поздней ночи. Постепенно все один за другим расползлись по своим спальням, пока на кухне не остались только бабуля Грин и Арчи. Огонь в камине едва теплился. Теперь, когда они остались одни, Арчи решился задать вопрос, который весь вечер крутился у него на кончике языка.

– Бабуль, почему ты никогда не рассказывала мне о магии, о Музее и обо всём остальном?

Она печально вздохнула.

– Ах, милый, сейчас мне кажется, что это было давным-давно, – ответила Гардения, качая головой. – Когда ты родился, мы все были так счастливы! Но через несколько недель после твоего появления на свет ко мне приехал твой отец. Он поделился со мной своими тревогами. К этому времени мы уже знали, что у тебя глаза разного цвета, а значит, ты первый потомок Фабиана Грея, имеющий магический дар. Разумеется, мы задавали себе вопрос, что ещё ты унаследовал от него.

– Но что в этом плохого? – спросил Арчи. – Почему вы так встревожились?

Гардения печально покачала головой:

– Нет, милый, это совсем не плохо. Но ты должен понять, что в то время мы знали о Грее гораздо меньше, чем сейчас! Начать с того, что все мы с детства знали, что Грей – главный виновник Великого лондонского пожара, а значит и появления Положений магического сдерживания. Мы считали, что он очернил имя магии, из-за него она оказалась вне закона. Поэтому когда твой отец предположил, что ты мог унаследовать магические способности Фабиана Грея, он испугался, что люди станут плохо к тебе относиться. Вот почему он начал изучать личность Грея. Со временем эти поиски привели его к «Книге пророчеств». – Бабуля Грин тяжело вздохнула. – Ты уже знаешь, что все, кто когда-либо обращался за советом к этой книге, заплатили страшную цену за своё любопытство. Твой отец не стал исключением. Сейчас, как я узнала, книга погибла. Возможно, оно и к лучшему.

– Как ты можешь так говорить? – ужаснулся Арчи.

Бабуля скупо улыбнулась.

– Не следует слишком далеко заглядывать в будущее, мальчик мой. Твой отец на горьком опыте убедился в этом. Книга показала ему, что твоя судьба тесно связана с судьбой Фабиана Грея. Он узнал, что ты, как и Грей, родился с феноменальными магическими способностями, тебе было суждено писать магию и у тебя была судьба с развилкой. Первой развилкой должен был стать Барзак, а вторая – в случае если ты останешься в живых – будет каким-то образом связана с самим Фабианом Греем.

– Это было «Проклятие алхимика», – прошептал Арчи.

– Да, – кивнула бабуля Грин. – Но есть и третья развилка, и она тоже связана с Греем. – Она надолго замолчала, глядя в огонь, догорающий в камине. – Понимаешь, Арчи… Я думаю, что ты должен каким-то образом помочь Грею исполнить его предназначение.

Арчи оцепенел. Катерина тоже сказала нечто похожее. Арчи почувствовал, как внутри у него всё скрутилось в тугой узел. Сотни вопросов теснились в его голове, но бабуля продолжала говорить:

– Твой отец был потрясён тем, что открыла ему книга. Никто из нас не мог представить, что ты сможешь выйти живым из противостояния с таким великим волшебником, как Барзак. Мы были уверены, что он убьёт тебя или поработит своей чёрной магией. Конечно, милый, сейчас я понимаю, что мы должны были больше верить в тебя, – бабуля сжала руку Арчи. – Но постарайся нас понять. Мы так боялись за тебя, что предполагали худшее. Вот почему твой отец взял с меня слово держать тебя подальше от магии. Вопреки всему он надеялся, что ты сможешь избежать первой развилки.

– Но этого не случилось, – напомнил Арчи.

– Нет, – покачала головой бабуля. – Ах, Арчи, в глубине души я тоже не верила в такое чудо, – она печально улыбнулась внуку.

– Никому не дано обмануть свою судьбу, – медленно произнёс Арчи, повторяя слова, которые однажды сказала ему «Книга пророчеств».

– Верно, – согласилась бабуля. – Но слово есть слово, поэтому я держала тебя вдали от магии, а значит, и от Оксфорда. Вот это было для меня тяжелее всего, милый. Конечно, только так я могла быть уверена, что ты ничего не узнаешь о Музее, но у меня сердце обливалось кровью при мысли о том, что ты растёшь, не зная своей семьи! Это было несправедливо.

– Но я всё-таки их узнал, – сказал Арчи.

Бабуля просияла счастливой улыбкой – первой настоящей улыбкой за весь вечер.

– Да, милый, ты их узнал. Когда на твой двенадцатый день рождения в нашем доме появилась та книга, я поняла, что все наши усилия были напрасны. Силы судьбы вступили в свои права, а значит, тебе пришло время идти своим путём. Разумеется, тогда я даже представить себе не могла, что это была за книга! Я думала, это традиционный подарок от кого-то из сотрудников Музея. Если бы я знала, что это книга Барзака… – бабуля содрогнулась.

– Значит, ты послала меня с этой книгой в «Белый ряд», зная, что я непременно узнаю о Музее?

– Что же ещё мне оставалось делать? – покачала головой бабуля. – Книга сопровождалась Особыми указаниями, неисполнение которых равносильно нарушению закона. Мне пришлось отпустить тебя, доверив заботам Лоретты и Тёрна. Конечно, я страшно волновалась за тебя, но в то же время мне было радостно от мысли, что ты наконец-то познакомишься с Викой.

– И Полом, – добавил Арчи.

– Да, – кивнула бабуля. – Конечно. К тому же после твоего отъезда я наконец-то смогла исполнить вторую часть обещания, данного твоему отцу, – разузнать всё, что только можно, о Фабиане Грее. Этим я и занялась.

Арчи долго молчал. Ему нужно было время, чтобы переварить всё это. Конечно, он о многом догадывался, но некоторые подробности слышал впервые. Прежде всего это относилось к загадочной связи между Арчи и Фабианом Греем. Неудивительно, что его семья так переживала по поводу его будущих магических способностей, дара книжного заклинателя и прочего. Понятно, почему всех так напугала его судьба с развилкой… Арчи очень хотелось спросить бабулю, почему она все эти годы скрывала от него правду о том, что случилось с его родителями, но он не знал, как подступиться к этому разговору. Он сердился на бабулю за то, что она его обманывала, но был искренне восхищён тем, как много ей удалось разузнать.

– Значит, во время твоих путешествий тебе так и не удалось узнать, что именно открылось Грею в видении? – спросил Арчи.

– Нет, – ответила Гардения Грин. – На этот вопрос я не нашла ответа. Но завтра утром я отведу тебя на могилу Грея. Возможно, там мы найдём какую-то подсказку.

* * *

А в это время на другом конце Оксфорда единственная свеча озаряла мрачную полуподвальную комнату. Дрожащий язычок пламени бросал отсветы на полумёртвую крысу, лежащую на столе. Мальчик, сидевший в полумраке, протянул руку к столу, взял крысу и впился в неё зубами. Кровь алым ручейком потекла по его подбородку.

– Проглоти! – приказал его наставник. – Используй жизненную силу крысы, чтобы погасить свечу и получить власть над тьмой. Если ты сможешь извлечь тьму из крысиной крови, то однажды сумеешь забрать её и из крови дракона.

Мальчик зажмурился и с усилием проглотил кровь. Сосредоточившись, он произнёс слова древнего заклинания:

Крысы убитой

Свежая кровь,

Погаси пламя

Во веки веков.

Пламя свечи затрепетало и погасло, а комната погрузилась в кромешную тьму.

– Хорошо, – произнёс наставник. – Ты почти готов!

– Но где мы добудем кровь дракона? – спросил мальчик.

– Предоставь это мне, – ответил мужчина, вновь зажигая свечу. – Есть несколько способов пустить кровь дракону.

Он раскрыл свою левую ладонь и показал мальчику огненную метку.

Глава 20

Могила

Ворота со скрипом отворились, пропуская Гардению Грин на кладбище. Ветер шелестел в ветвях высоких деревьев, похожих на молчаливых стражей, охранявших могилы. Что было в этом шелесте – приглашение или предостережение?

Арчи судорожно сглотнул. Бабуля поманила его жестом. Арчи хотел войти следом за ней, но его ноги будто окаменели. Перед ним было самое обычное сельское кладбище, ничем не отличающееся от сотен других таких же, разбросанных по всей Англии, но что-то в этом месте внушало Арчи страх.

– Идём, Арчи, – позвала бабуля, оглядываясь через плечо. – Оттуда ты ничего не увидишь.

Честно говоря, именно на это Арчи втайне надеялся. Накануне вечером, когда бабуля Грин сказала, что утром они навестят могилу Грея, Арчи отнёсся к этому с энтузиазмом. По словам бабули, на этом кладбище на протяжении столетий хоронили Греев – родню Арчи по материнской линии. Деревня у кладбища так и называлась – Грей-энд.

Ещё вчера Арчи очень хотелось посетить это место. Но стоило ему очутиться здесь, как он почувствовал странное желание бежать прочь.

Гардения медленно шла по дорожке, то и дело поглядывая на могилы, словно приветствовала старых друзей. Арчи сжал кулаки, сделал глубокий вдох и вошёл в ворота.

– Здесь лежат поколения Греев, – торжественно произнесла бабуля, когда он нагнал её. – Вот твой прадед, Таддеус Грей, – она показала на искрошенное временем надгробие в виде лошади. – Спустил почти всё своё состояние на лошадей… А вот тут у нас Алдус Грей и его жена Гертруда…

Арчи посмотрел на могилы. Готические буквы на каменных надгробиях позеленели от мха. «Светлой памяти Алдуса Грея, 1792–1863», – было высечено на первом камне. – «И его любящей жены Гертруды, 1795–1869».

– А Грины похоронены под Оксфордом, – продолжала Гардения. – Я часто навещаю это кладбище. Конечно, большинство этих людей мне не довелось узнать при жизни, но сейчас мы с ними очень подружились. Смерть сближает.

Арчи понимающе кивнул. До него не сразу дошёл смысл её слов. Он покосился на неё, но лицо бабули Грин было серьёзно.

– Как ты можешь с ними дружить, если они умерли задолго до твоего рождения? – спросил он.

Бабуля остановилась и посмотрела на сконфуженное лицо своего внука.

– Эхо, – ответила она так, словно это слово должно было всё объяснить. – Магия не исчезает мгновенно, Арчи. Она длится. Все наши самые дорогие воспоминания, которые мы хотим оставить после себя тем, кого любили, остаются. Воспоминания отзываются эхом. Когда ты бросаешь камень в пруд, вода приходит в движение, круги продолжают расходиться по поверхности ещё долго после того, как камень канет на дно. Воспоминания – те же круги. Мы чувствуем сильное эхо ушедшего человека в местах, которые он когда-то любил, – или на его могиле. – Бабуля улыбнулась тихой задумчивой улыбкой. – Наши самые драгоценные воспоминания длятся, как сон. Или ночной кошмар, – очень тихо добавила она, мгновенно посерьёзнев. – Если человек прожил недобрую жизнь, память о ней тоже останется после его ухода. Но добро долговечнее зла, Арчи. Никогда не забывай об этом.

Бабуля снова зашагала между могилами и вскоре остановилась в конце ряда.

– Я привела тебя вот сюда, – сказала она, указывая на последнее надгробие.

Остальные могильные камни купались в лучах солнца, проникавших сквозь кроны деревьев. Но эта могила утопала в тени. Имя Фабиана Грея было выбито на гладком камне, поросшем густым зелёным мхом, почти полностью скрывшим надпись.

– Но если его могила всё время была здесь… – начал Арчи.

Бабуля Грин отрицательно покачала головой:

– Нет, милый. Думаю, это не настоящая его могила, а мемориал, возведённый семьёй. Прочитай надпись.

Арчи наклонился и с трудом разобрал слова, выбитые на камне:

Угасло, но не забыто

Драгоценной памяти Фабиана Грея

– Какая-то бессмыслица, – пробормотал Арчи.

В следующее мгновение внутри у него что-то надорвалось. Он больше не мог терпеть боль, день за днём терзавшую его.

– Почему ты внушила мне, что мои родители и старшая сестра погибли во время крушения парома? – резко выпалил Арчи. – Как ты могла?

Лицо бабули Грин окаменело, как будто вопрос сразил её наповал. На мгновение она застыла на месте. Когда она снова посмотрела на Арчи, ему показалось, будто бабуля состарилась сразу на десяток лет.

– Давай присядем ненадолго, – попросила она, кивая на старую деревянную скамейку под кустом тиса.

Бабуля опустилась на скамью, жестом пригласила Арчи сесть рядом. Ему хотелось найти в себе силы разозлиться, закричать, наказать её за эту многолетнюю ложь, но сейчас, когда бабуля сидела перед ним, его гнев куда-то испарился. Арчи молча сел рядом.

Бабуля дотронулась до его руки.

– Я должна была как-то объяснить тебе, почему их нет с нами и куда они исчезли. Я не могла открыть тебе правду, не рассказав о магии, но при этом не могла позволить, чтобы ты считал себя брошенным. Паром затонул примерно в то же время, когда твои родители исчезли, вот я и ухватилась за эту историю.

– Ты лгала мне! – воскликнул Арчи.

– Да, – печально вздохнула бабуля. – Это была маленькая ложь, обернувшаяся большим обманом, – продолжала она. – Сначала я сказала тебе, что твои родители пропали в море, – ведь в то время я ещё надеялась, что они вернутся. Но годы шли, от них по-прежнему не было никаких известий, и тогда я решила, что терзать тебя ложной надеждой будет слишком жестоко. Я подумала, что для тебя будет легче считать их погибшими. Я не знала, что ещё придумать!

Арчи кивнул. Он понимал, что двигало его бабулей, но всё равно чувствовал себя преданным. Он отвернулся.

– Прости меня, Арчи. Поверь, я не хотела причинять тебе боль!

Арчи почувствовал, как предательские слёзы щиплют ему глаза. Он резко выдернул свою руку из руки бабушки.

– Возможно, когда-нибудь ты меня поймёшь, – тихо обронила Гардения.

Она устало поднялась со скамьи и побрела к воротам кладбища. Арчи остался сидеть.

Внезапно облака скрыли солнце. На кладбище опустились сумерки. Арчи смотрел, как его бабуля уходит прочь, сгорбив щуплые плечи.

Он вытер глаза рукавом и крикнул ей вслед:

– Почему они меня бросили?

Но бабуля была уже слишком далеко, чтобы его услышать. Казалось, могильные камни поглотили его крик.

Арчи встал и пошёл догонять бабушку.

Ворота тонули во тьме. Арчи был уже совсем рядом с ними, когда вдруг услышал какой-то шорох за спиной и уловил быстрое движение сбоку. Он обернулся – но кладбище было пусто и тихо.

Арчи открыл ворота – и сразу почувствовал, как волоски на задней стороне его шеи встают дыбом. Птица опустилась на дорожку за его спиной и громко закричала, словно предупреждая о чём-то. Арчи снова обернулся – и на этот раз увидел белое лицо с двумя чёрными провалами вместо глаз, выплывающее из-за надгробия. Щеки призрака ввалились, его бледная кожа была так тонка, что казалась прозрачной. Арчи мгновенно понял, что видит перед собой ещё одного Бледного писца.

Бледный писец протянул к Арчи свою увядшую руку с длинными жёлтыми ногтями. Арчи отпрянул в сторону, но призрак бросился на него, впиваясь ногтями в его грудь. Арчи почувствовал острую боль и невольно опустил глаза, ожидая увидеть кровь. Как ни странно, на нём не было ни царапины, но тело сковал парализующий страх. Всё его существо оцепенело от ужаса.

Сердце в груди Арчи колотилось так быстро, словно готово было взорваться. Он чувствовал, что со всех сторон его окружают неведомые опасности. Надгробия зловеще темнели в сумерках. Бледный писец снова схватил Арчи своей иссохшей рукой, и жуткий страх вновь сковал льдом душу мальчика.

Все органы чувств Арчи работали против него. Он чувствовал зловонное дыхание призрака, вдыхал густой смрад разложения. Его тело было парализовано страхом, язык прилип к гортани. Только его разум каким-то чудом продолжал бодрствовать.

Арчи вспомнил имя второго Бледного писца – Страх. Вика говорила, что он нападает в тот момент, когда жертва наиболее уязвима.

Похожее на череп лицо призрака ещё ближе придвинулось к Арчи. Мальчик почувствовал на своём лице его зловонное дыхание, услышал шипящий голос. Внезапно призрак заметил Изумрудный глаз, висевший на шее Арчи, и протянул к нему свои скрюченные пальцы. Но когда Бледный писец хотел схватить безопасник, в воздухе разлилось янтарное сияние. Иссохшая рука отдёрнулась, словно на неё плеснули кислотой.

Это был Краеугольный камень, лежавший в кармане Арчи!

Бледный писец смотрел на свою скрюченную руку, его призрачное лицо с чёрными провалами глаз исказилось от ненависти.

– Ага, ты узнал его! – закричал Арчи. – Это пламя Фароса!

Янтарный свет рассеял тьму. Бледный писец отпрянул, закрывая лицо руками. Арчи напряг разум, пытаясь вспомнить, что говорила ему Вика. Страх ненасытен. Он питается сам собой… Если ты сможешь посмотреть своему страху в лицо и назвать его по имени, то избавишься от него и разрушишь его силу.

Арчи едва не рассмеялся, осознав, как всё просто. В тот же миг он почувствовал, что хватка Страха ослабла.

– Ты просто страх! – бросил ему в лицо Арчи. – Пустой страх, лишённый силы. Если я решу, что не буду бояться, ты утратишь власть надо мной! Я не боюсь! Твоя сила разрушена.

Бледный писец с ненавистью смотрел на него своими чёрными пустыми глазами. Потом он поднял когтистую руку, чтобы нанести ещё один удар, но на этот раз Арчи был готов. Он выхватил Краеугольный камень и поднял его над головой. Бледный писец зашипел и попятился, закрывая лицо.

– Ты боишься Пламени! – закричал Арчи. – Ты не можешь вынести его света!

И тогда Бледный писец со змеиным шипением бросился на Арчи и выбил Краеугольный камень из его руки. Арчи попытался поймать его в воздухе, но камень упал на землю. Тень Страха упала на него, поглотила Арчи. Словно сквозь туман Арчи услышал скрип кладбищенских ворот, а потом услышал громкий знакомый голос, выкрикивающий изгоняющее заклинание:

Пусть пламя Фароса

Изгонит тьму,

Так было, так будет

И быть по сему!

– Сгинь, порождение тьмы! Не прикасайся к моему мальчику!

Гардения Грин решительно вышла из мрака. Бледный писец со злобным шипением кинулся наутёк.

– Ты цел, Арчи? – встревоженно спросила бабуля Грин, бросаясь к внуку.

– Д-да, всё в порядке, – с трудом прошептал он. – Он… ушёл?

– Да, милый, он сбежал, как только увидел меня. Бледные писцы – трусы. Они нападают, только когда их жертва одна. Наверное, он всё это время прятался где-нибудь за могилами, выжидая удобный момент. Первый Бледный писец караулил у Музея и провожал тебя домой. Этот сидел в засаде на кладбище, потому что знал, что рано или поздно мы сюда придём. Нам повезло, что он не успел призвать на подмогу двух других! Один Бледный писец – это очень плохо, но все три вместе – это уже совсем другая история.

Бабуля с тревогой всмотрелась в лицо Арчи.

– Ты сам похож на призрака, – проговорила она, качая головой. – Бледный как полотно! Ты можешь идти?

Арчи с трудом поднялся на ноги. В висках у него стучало, голова кружилась, к горлу подкатывала тошнота. Его ноги подгибались, но хуже всего была жуткая сосущая пустота, поселившаяся внутри.

Гардения взяла его лицо в свои ладони.

– Итак, ты уже повстречался с двумя Бледными писцами – Сомнением и Страхом. Имя третьего – Отчаяние. Он самый главный и самый опасный из всей троицы. Мы должны срочно найти какой-то способ защитить тебя.

– У меня есть Изумрудный глаз, – напомнил Арчи, сжимая в кулаке магическую подвеску и стараясь говорить с уверенностью, которую почти не чувствовал в себе. – Он отгоняет чёрную магию.

– Именно поэтому Ди и передал его тебе, – кивнула Гардения. – Однако даже Изумрудный глаз не настолько силён, чтобы полностью защитить тебя от Бледных писцов.

– Этот Бледный писец пытался отнять его, – прошептал Арчи. – И первый тоже.

Гардения мрачно покачала головой.

– Это меня не удивляет, – сказала она. – Бледные писцы – бывшие темнохимики. Они охотятся за любой сильной магией, а Изумрудный глаз слишком могущественен, чтобы они могли устоять против его чар. Кроме того, они знают, что подвеска защищает тебя, как амулет. Если им удастся отнять у тебя Изумрудный глаз, ты сделаешься беззащитен против их чёрной магии. Не обольщайся, Арчи, – они очень опасны. И не ведают жалости. А теперь идём отсюда, – велела она, поворачиваясь к воротам.

Только теперь Арчи вспомнил о Краеугольном камне. Он присел на корточки, стал шарить руками в траве, но камня нигде не было.

– Арчи, идём! – донёсся от ворот голос бабули Грин.

– Иду! – крикнул в ответ Арчи, затравленно озираясь по сторонам.

Он до боли в глазах всматривался в сумерки, но камень как сквозь землю провалился. Как он мог быть настолько беспечен? Нельзя было ни на миг выпускать камень из поля зрения! Арчи попытался применить поисковое заклинание, но у него не осталось ни капли магической энергии.

Краеугольный камень пропал. Хуже того, он, скорее всего, попал в руки Бледных писцов!

Это была катастрофа. Арчи обещал Хоуку, что займёт его место и станет пламеносцем, но бесславно потерял камень. Как теперь он посмотрит в глаза своему наставнику? И что же теперь делать?

– Арчи, поторопись! – ещё настойчивее позвала бабуля Грин. – Нам нужно как можно быстрее уйти отсюда, пока они не вернулись!

Мысль о возвращении Бледных писцов мгновенно склонила чашу весов в сторону бегства. Арчи оставил поиски и помчался к воротам.

Глава 21

Постельный режим и плюшки

Тётушка Лоретта настояла, чтобы следующие два дня Арчи провёл в постели. «Он должен восстановить свои силы!» – решительно объявила она. Арчи, конечно, пытался спорить и даже обратился за поддержкой к бабушке, но Гардения решительно встала на сторону Лоретты.

– Арчи, встречи с Бледными писцами не проходят бесследно. Боюсь, ты не сможешь выдержать ещё несколько таких нападений. Каждый раз, когда призрак дотрагивается до тебя, он гасит частицу твоего духа. Тебе нужно как следует отдохнуть и набраться сил.

Арчи нехотя сдался. В глубине души он понимал, что взрослые правы. Вторая встреча с Бледным писцом не прошла для него даром. Арчи потерял много сил, но ещё хуже было другое. Та жуткая пустота, которая поселилась у него внутри после встречи с первым Бледным писцом, теперь сделалась ещё сильнее. Казалось, порождение мрака забрало у него часть сокровенной сущности, без которой нельзя жить.

Арчи преследовало ощущение, будто он стремительно худеет и тает, несмотря на все старания тётушки Лоретты, без устали пичкавшей его мармеладными омлетами и плюшками с корицей, испечёнными по её собственному рецепту. К сожалению, Лоретта смело заменила в рецепте корицу на карри, поэтому её плюшки были щедро приправлены этой душистой порошковой специей. Но не только стряпня Лоретты оставляла отвратительный вкус во рту Арчи. Теперь он всё время чувствовал себя более слабым и уязвимым, чем раньше.

Он постоянно размышлял над словами бабули Грин. Бледные писцы когда-то писали магию. Они отдали свои души Тёмному пламени, которое вызвали из преисподней Пандемониума. Было очевидно, что Бледные писцы воспользуются любой возможностью, чтобы завладеть душой Арчи и сделать его слугой Тёмного пламени. Согласитесь, это была не самая приятная мысль.

* * *

На второй день после нападения Арчи навестили долгожданные гости. Руперт на несколько дней вернулся в Оксфорд и вместе с Арабеллой явился в дом номер 32 по улице Собачий Клык.

Члены Клуба алхимиков набились в тёмную спальню мальчиков, где Арчи полулежал в кровати, опираясь спиной на груду подушек.

– У тебя бледный вид, Арч, – заметил Руперт. – Прости, если я неудачно выразился.

– Спасибо на добром слове, – буркнул Арчи.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Арабелла.

– Гораздо лучше, – ответил Арчи. – Честно говоря, я уже настолько поправился, что могу провести внеочередное собрание Клуба алхимиков! Даже если Руперт считает, что я бледноват для такого подвига, – добавил он, выжав кривую улыбку.

– В самом деле, почему бы нет? – оживился Пол. – Когда ещё мы все соберёмся вместе?

Остальные согласились и по очереди произнесли клятву. Арчи, Вика и Пол быстро пересказали Руперту и Арабелле всё, что бабуля Грин разузнала во время своих странствий.

– У меня тоже есть кое-какие новости, – сказала Арабелла, когда они закончили. – Прошлым вечером в доме моих родителей состоялась встреча Алчников, и я подслушала, что они говорили про «Опус магус». Алчники считают, что Грей где-то спрятал его, но самое главное, что «Опус магус», возможно, вообще не книга! Он может быть в другой форме.

– В какой же? – удивилась Вика.

– Мне не удалось услышать всё, что они говорили, но кажется, это нечто вроде места, где хранятся воспоминания. И Алчники заняты тем, чтобы найти его.

– Мы должны их опередить! – воскликнул Арчи. – Что ещё случилось в мире, пока я торчал здесь?

– Браун официально занял место Хоука в отделе Неопознанных книг, – сообщил Пол. – Так что когда поправишься, тебе нужно будет сразу прийти к нему.

Арчи задумчиво пожевал губу.

– И что вы о нём можете сказать?

– Нормальный наставник, – пожал плечами Руперт. – Я же работал под его началом в мифическом паноптикуме, так что ничего плохого сказать не могу. Правда, мне всегда казалось, что ему скучновато трудиться в отделе Естественной магии и он мечтает о чём-то большем. Возможно, сейчас он получил то, чего всегда хотел.

– На него свалилась огромная ответственность, – заметила Арабелла. – Грейвс говорит, что поиски правды о видении Грея довели Хоука до нервного срыва. А теперь Брауну придётся завершить это дело.

– И как он справляется? – нахмурился Арчи.

– Пока никак, – ответила Вика. – Насколько я могу судить, пока он целыми днями роется в вещах Хоука. Такое впечатление, что он ищет что-то.

– Он ищет запись, которую Грей сделал о своём видении, – сказал Арчи. – Хоук был просто одержим этими поисками. Он твёрдо верил, что Грей записал своё видение и где-то спрятал эту запись.

– Как бы там ни было, Браун перевернул кабинет Хоука вверх дном, – продолжала Вика. – Судя по всему, он пока ничего не нашёл, потому что продолжает розыски. Вчера я заходила туда, чтобы забрать книгу, и увидела, что кабинет весь разгромлен. Браун даже выбросил любимый диван Хоука!

– А я так любил этот диван! – воскликнул Руперт.

– Как и Хоук, – сердито процедил Арчи.

* * *

Когда гости ушли, Вика задержалась в спальне Арчи.

– Ты точно в порядке? – спросила она. – Честно говоря, ты на себя не похож.

– Я чувствую себя таким беспомощным! – в отчаянии простонал Арчи. – Алчники всё ближе подбираются к «Опус магус», а мы до сих пор не знаем, как победить Тёмное пламя! А я, как назло, заперт здесь!

– Это ненадолго, – успокоила его Вика. – Кстати, Пинк прислала тебе подарочек.

Она прошла к двери и вынула что-то из своей сумки.

– Что это? – заинтересовался Арчи.

– Укрепляющее зелье, – ответила Вика. – Оно должно вернуть тебе здоровый цвет лица. Выпей до дна, а завтра я принесу тебе новую порцию.

На вкус зелье напоминало клубнику со сливками и прочими восхитительными добавками. Арчи мгновенно почувствовал, как кровь прилила к его щекам.

– Вот так гораздо лучше! – улыбнулась Вика. – Теперь признавайся, что ещё тебя тревожит?

Она слишком хорошо знала Арчи, чтобы он мог её обмануть.

– Я всё время думаю о своей семье, – признался Арчи. – Я пытаюсь разузнать, что случилось с ней. В последнее время я провёл кое-какие расследования и узнал, что моя семья, скорее всего, заперта в какой-то книге. Возможно, это «Книга былого», но что, если это «Книга ночи» или… – он замолчал, не в силах договорить.

– «Книга пророчеств»? – подсказала Вика.

Арчи кивнул. На мгновение у него перехватило дыхание.

– Возможно… возможно, я никогда не узнаю, что с ними случилось! Но самое главное, я не понимаю, почему они не взяли меня с собой! Понимаешь, Вик… на самом деле я хочу только одного – узнать, почему они меня бросили.

Вика взяла его за руку.

– Твой отец был хороший человек, – убеждённо проговорила она. – Он сделал бы всё ради своих детей. И твоя мама тоже.

Арчи ошеломлённо уставился на неё.

– Разве ты… разве ты их видела?

Вика наморщила лоб. Вид у неё сделался такой же растерянный, как у Арчи.

– Странно, но я очень хорошо помню их обоих, – медленно произнесла она. – Наверное, я была у вас дома, когда была совсем маленькая… Это невероятно, но у меня такое ощущение, что я прекрасно знаю твоих отца и мать, – она улыбнулась. – И я знаю, что где бы они сейчас ни были, они хотели бы, чтобы ты нашёл в себе силы быть храбрым… и счастливым.

Арчи улыбнулся и вытер глаза. Неожиданно его неудержимо потянуло в сон.

– А я уверен, что они хотели бы, чтобы я постарался победить Тёмное пламя и спасти магию!

– Да, – кивнула Вика, пожимая его руку. – Конечно, они бы этого хотели, и мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы не подвести их! А теперь отдохни, завтра у нас много работы, и тебе понадобятся силы. Кстати, чуть не забыла! – спохватилась она. – Пинк просила передать тебе, что её укрепляющее зелье обладает очень сильным снотворным эффектом.

Но Арчи этого уже не услышал, потому что он крепко спал. Кузина укрыла его одеялом и погасила свет.

Глава 22

«Книга итогов»

На следующий день Арчи чувствовал себя намного лучше. Видимо, загадочный эликсир Пинк всё-таки возымел своё действие. Лоретта нехотя разрешила Арчи встать с постели, взяв с него слово беречь себя. Целый день он в тоске прослонялся по дому, мечтая поскорее вырваться на свободу.

Когда Вика и Пол вернулись из Музея, Вика вручила Арчи ещё один пузырёк эликсира, который он с готовностью опустошил. После этого даже мнительная Лоретта вынуждена была признать, что Арчи выглядит намного лучше.

– Нужно будет непременно взять у Пинк рецепт, – пробормотала она.

Вика подмигнула Арчи, а Пол захихикал. Все знали, что Лоретта Фокс никогда не следует чужим рецептам.

Кузены уговорили мать позволить Арчи немного прогуляться.

– Даём слово, мы с него глаз не будем спускать! – поклялась Вика.

Лоретта нехотя согласилась, взяв со всех троих клятву вернуться домой не позже девяти.

Выскочив за дверь, трое кузенов прямиком отправились в Музей. По дороге Арчи всё время оглядывался, высматривая подозрительные тени, притаившиеся в укромных местах.

По дороге в центр Оксфорда кузены обсуждали надпись на надгробии Фабиана Грея.

– «Угасло, но не забыто. Драгоценной памяти Фабиана Грея», – медленно повторил Пол. – Какой-то бессмысленный набор слов!

– Мы знаем, что Фабиан Грей некогда славился феноменальной памятью, – заметила Вика. – Может, речь об этом?

– Бабуля уверена, что он ещё жив, – проговорил Пол. – Но это же невозможно, правда?

Внезапно Арчи осенило. Мысль была настолько ослепительна, что он зажмурился и с размаху ударил себя по лбу.

– Ну конечно! – простонал он. – Как же мы сразу не догадались?

– Это ты о чём? – спросил Пол.

– «Книга итогов»! Она же всё время была у нас под носом! – выпалил Арчи. – Бежим!

Пинк приготовила для них зелья движения, кузены заняли места в ложе и с ветерком домчались до скриптория. Первое, что увидел Арчи, был потёртый диван Гидеона Хоука, стоявший на боку в коридоре. Внезапно Арчи почувствовал прилив гнева.

– Как они могут вот так выбрасывать его вещи? – воскликнул он.

– Я понимаю, что ты чувствуешь, – вздохнула Вика. – Но Хоука больше нет. Теперь это кабинет Брауна, и он вправе обустраивать его по-своему.

– Как вы думаете, что будет с Хоуком? – спросил Арчи.

– Зависит от того, когда его врачи решат, что он настолько поправился, что его можно выпустить из приюта, – ответила Вика.

– Папа говорит, что место ему вряд ли вернут, даже если признают выздоровевшим, – сказал Пол. – Он бросил вызов самой Магической лиге, а магические власти этого так не оставят.

Арчи глубоко задумался.

– Ты прав, – процедил он. – Я видел, как они с ним обращались! Судя по всему, у Магической лиги есть зуб на Хоука. Скажу вам честно, мне не нравится ни этот Утер Моргред, ни тем более Румольд, заведующий приютом. По-моему, они не на нашей стороне.

– Если ты прав, – поёжилась Вика, – нам следует быть очень осторожными.

Они на цыпочках прокрались в скрипторий. Магические факелы вспыхнули на стенах, озарив просторный зал.

Вечером скрипторий выглядел призрачно и почти зловеще. На несколько секунд Арчи застыл на пороге, прислушиваясь к тишине. Вика и Пол встали по бокам от него для моральной поддержки.

«Книга былого» стояла на своём обычном месте у стены, её старинный коричневый переплёт был плотно закрыт. В дальнем конце зала, где когда-то хранились две Книги судеб, теперь остался только один манускрипт. «Книга пророчеств» исчезла навсегда.

«Книга итогов» вела запись всех рождений и смертей в магическом мире. Огромная, размером со стол, она лежала на пьедестале, приподнятом под углом в сорок пять градусов, так что её открытые страницы были хорошо видны всем посетителям скриптория. В середину корешка книги были вправлены хрустальные песочные часы в серебряном окладе. Книжный блок был прорезан посередине, так что часы были видны даже при открытии книги.

– До сих пор не пойму, как мы сразу об этом не подумали! – прошептала Вика. – Надо было давно спросить «Книгу итогов»! Уж она-то точно знает, жив Грей или нет.

Перо волшебной птицы Бенну парило в воздухе над открытыми страницами, ведя непрерывный счёт именам и датам.

Арчи уже успел забыть, какая это потрясающая книга. Несколько секунд он стоял перед ней, словно заворожённый. Серебряные песочные часы вели счёт времени до того неизбежного срока, когда Музей выпустит магию в мир. Согласно преданию, этот день станет либо началом нового золотого века магии, либо откроет новую тёмную эру.

– Смотрите! – вдруг воскликнул Пол, показывая на песчинки, падающие в часах.

– Время уходит, – прошептал Арчи.

Он поднялся по ступенькам и остановился перед подставкой, на которой лежала книга. Его взгляд машинально скользнул по открытым страницам.

«Каждый из нас записан и будет записан на страницах этой книги», – сказала Вика, когда Арчи впервые переступил порог скриптория. Тогда он только что познакомился со своими кузенами и узнал о существовании магии… Арчи содрогнулся при мысли о смертельной опасности, нависшей над миром, который он уже привык считать своим. Тёмное пламя грозило всему, что было ему дорого.

Арчи снова посмотрел на «Книгу итогов». Её страницы были покрыты колонками имён, и подле каждого имени стояла дата рождения – и пустое пространство, оставленное для записи о смерти.

На глазах у Арчи магическое перо вписало новое имя – Джейсон Флинч – и поставило дату. Значит, в магической семье только что родился младенец. В следующее мгновение страницы стали быстро перелистываться назад. Перо ненадолго зависло над одной из прошлых записей – «Милисента Спекл, родилась 9 июня 1930 года» – потом твёрдым почерком добавило дату и слово «умерла». После этого оно бестрепетно перечеркнуло имя умершей.

Арчи покосился на Вику и Пола, которые стояли по бокам от него, и напрягся, собираясь с силами.

– Фабиан Грей, – выпалил Арчи и затаил дыхание.

При звуке этого имени «Книга итогов» вдруг засветилась спокойным золотистым светом. Её страницы стали всё быстрее и быстрее отлистываться назад, пока не слились в один сплошной вихрь, а потом резко остановились. Голубое перо застыло над выцветшей от времени записью:

«Фабиан Грей: родился 18 августа 1649 года».

Даты смерти не было.

Трое кузенов ошеломлённо переглянулись.

– Значит, бабуля права! – выдохнул Арчи. – Грей жив!

Глава 23

Эхо прошлого

Этой ночью Арчи долго лежал без сна. Сотни вопросов продолжали крутиться в его мозгу. Где Грей скрывался всё это время? Где он сейчас? И самое главное – на чьей он стороне?

Когда Арчи наконец уснул, ему приснился самый странный сон, какой он когда-либо видел. И при этом настолько живой и яркий, что его было легко принять за реальность.

Арчи снова очутился в скриптории и услышал, как кто-то негромко окликает его. Он сразу узнал голос «Книги пророчеств».

– Никому не дано обмануть свою судьбу, книжный заклинатель, – сказала книга.

– Ты мне это уже говорила, – ответил Арчи. – Что это значит? Кто не может обмануть судьбу? – Внезапно он встрепенулся, поражённый неожиданной мыслью. – Как ты можешь говорить, ты же сгорела?

– Магию не так-то просто уничтожить, – проговорил всё тот же голос. – Она угасает, но остается жить в нашей памяти. Я эхо тех, чьи жизни были затронуты пророчеством.

И тут Арчи осенило. Если «Книга пророчеств» показала Фабиану Грею способ победить Тёмное пламя, значит, она и ему может его показать!

– Что ты показала Фабиану Грею? – требовательно спросил Арчи. – Почему увиденное свело его с ума?

Последовало долгое молчание, но потом книга снова заговорила:

– Знание будущего – это тяжесть, которая не каждому по силам. Многих оно довело до безумия, и Фабиан Грей оказался в их числе.

– Я понимаю, – выдавил Арчи, чувствуя, как его сердце колотится всё быстрее. – Но мне нужно это знать! Что ты показала ему? Как мне победить Тёмное пламя?

В следующее мгновение «Книга пророчеств» выросла перед ним, возвысилась, словно стена. Потом её переплёт превратился в дверь с тяжёлым латунным молотком. Арчи замешкался. Сейчас у него не было ретроспектра, защищающего от губительной силы магии. Арчи знал, что каждый, кто когда-либо заглядывал в «Книгу пророчеств», заплатил высокую цену за своё любопытство. Но он должен был узнать, что открылось Фабиану Грею.

Арчи сделал глубокий вдох. Потом он взял в руку латунный молоток и трижды громко постучал. Дверь распахнулась, и Арчи вошёл в тускло освещённую комнату, в которой он уже побывал однажды, когда искал способ уничтожить «Проклятие алхимика». Книжные шкафы рядами расходились во все стороны, образуя лабиринт.

– Добро пожаловать в Библиотеку жизней, – произнёс знакомый голос. – Тебе сюда.

На книжных шкафах одна за другой стали вспыхивать свечи, вставленные в металлические скобы. Арчи пошёл за этим мерцающим светом, который вёл его через лабиринт. Названия книг, написанные на корешках, мелькали перед его глазами. Стоило ему пройти несколько шагов, как тут же впереди зажигалась новая свеча, разгоняя густой мрак. Один раз Арчи оглянулся назад и увидел, что свечи одна за другой гаснут за его спиной, так что пути обратно уже не было видно.

Свечи вели его всё дальше и дальше, пока наконец Арчи не очутился в тупике. Путь ему преградил массивный книжный шкаф. На его полке стояла книга, на корешке которой было вытиснено имя – Фабиан Грей.

Арчи снова заколебался.

– Ты можешь повернуть назад, книжный заклинатель, – прозвучал в полумраке знакомый голос. – Выбор за тобой.

Арчи принял решение. Он снял с полки книгу и открыл её. Первая страница была пуста, но потом на глазах у Арчи на ней стали проступать картины.

Сначала Арчи узнал скрипторий. «Книга итогов» и «Книга пророчеств», обе целые и невредимые, лежали на своих местах под стеклянным куполом.

– Но это не будущее! – воскликнул Арчи. – Это прошлое.

– Здесь собраны события, навсегда изменившие твою судьбу, и твои решения, которые привели тебя сюда. Смотри внимательно, книжный заклинатель, и ты увидишь, как другие творили твоё будущее.

В следующее мгновение Библиотека жизней исчезла, и Арчи очутился посреди улицы, по которой прошёл пожар. Густые клубы дыма ещё висели в воздухе, скрывая очертания домов. При каждом вдохе лёгкие обжигало едкой гарью, а во рту появлялась горечь. От домов остались только почерневшие руины, похожие на остатки гнилых зубов.

Только одно здание осталось целым.

Арчи подошёл к нему и прочитал надпись на металлической дверной табличке:

ФОЛЛИ И КЭТЧПОУЛ

ПРАКТИКУЮЩИЕ ЮРИСТЫ ПО МАГИЧЕСКОМУ ПРАВУ

На улице появился мужчина. Он показался Арчи знакомым, и в следующее мгновение он с изумлением узнал в нём своего отца.

Алекс Грин вытащил из кармана часы на цепочке. Арчи хотелось окликнуть его, но тут дверь дома открылась, и на улицу вышел ещё один человек. На нём был ярко-алый плащ с капюшоном, скрывающим лицо, но Арчи сразу опознал его по седой пряди в чёрных волосах.

Мужчины обменялись рукопожатием.

– Всё готово? – спросил Алекс Грин.

Фабиан Грей кивнул.

– Это странная история, но я записал её во всех подробностях, как вы просили, и отдал на хранение в юридическую фирму. Я также оставил особые указания, написав, что заберу рукопись лично, хотя понятия не имею, когда это случится. Вот квитанция, – он показал отцу Арчи лист бумаги.

– А ваше кольцо? – уточнил Алекс Грин.

Грей показал ему руку, на пальце которой больше не было кольца.

– Я оставил его здесь же, снабдив указанием, как вы просили. Я написал, что ворон прилетит за кольцом вскоре после того, как появятся новые метки Золотого круга.

– Благодарю вас, – кивнул Алекс Грин.

Фабиан Грей посмотрел в обе стороны улицы, поёжился и крепче запахнул свой плащ.

– Эта часть города вся превратилась в пепелище, – проронил он, печально качая головой. – Это всё случилось по нашей вине. Мы сожгли Лондон. Это здание устояло только потому, что на него были наложены защитные магические чары, иначе его постигла бы та же участь.

– Что вы намереваетесь делать теперь? – спросил отец Арчи.

– Заберу «Гримуар» и положу его на хранение в Темнохран, – ответил Грей. – Там он хотя бы какое-то время будет в безопасности. Я в неоплатном долгу перед вами, друг мой. Вы спасли мне жизнь, и я знаю, какую цену вы заплатили за это.

– Не стоит благодарности, – покачал головой Алекс Грин. – Так сложилось. Я принёс жертву не только ради вас.

– Я знаю, – кивнул Грей. – И я заплачу вам добром за добро. Прощайте, Алекс Грин! Мы с вами оба знаем, что больше нам не суждено увидеться.

С этими словами он повернулся и скрылся в густом дыму, висевшем над улицей. Какое-то время отец Арчи смотрел ему вслед, потом повернулся и зашагал в другую сторону.

Арчи заколебался, не зная, за кем ему бежать, но потом решился и со всех ног бросился по улице.

– Постой!

Алекс Грин обернулся – и Арчи заглянул в его лицо. В следующее мгновение он услышал взволнованный женский голос:

– Арчи! Это ты? Не может быть…

Он повернул голову и увидел свою мать. Амелия Грин бежала к нему, широко раскинув руки. Не помня себя, Арчи бросился к матери, хотел обнять – и прошёл сквозь неё, как через пустоту. Тогда он потянулся к отцу, но тот тоже оказался бесплотным, как клубы дыма, колыхавшиеся за его спиной.

Горячие слёзы потекли по щекам Арчи.

– Я не понимаю… – пролепетал он.

Амелия Грин заглянула в его глаза.

– Милый мой Арчи, мы лишь воспоминания… Мы эхо той магии, которая дала тебе жизнь. Мы с твоим отцом сделали всё, чтобы защитить тебя. Мы спросили совета у «Книги пророчеств», и она сказала нам, что твоя судьба накрепко связана с судьбой Фабиана Грея. Да, милый, ваши судьбы с развилками тесно переплелись друг с другом. Так было предначертано. В судьбе каждого из вас будет по три развилки. Свою первую развилку Грей встретил, когда заглянул в «Книгу пророчеств», второй его развилкой стала роковая ночь в подвале пекарни на Паддинг-лейн, когда на него пало проклятие «Страшного гримуара». Твоя первая развилка случилась во время столкновения с Барзаком, а второй стала победа над «Страшным гримуаром». Третьи ваши развилки ещё впереди. Мы хотели послать весточку Грею, чтобы предупредить его об этом, но опоздали. Твой отец пришёл к Грею как раз в тот момент, когда начался пожар.

Амелия Грин нежно посмотрела на своего мужа, тот печально улыбнулся.

– Не мог же я позволить ему погибнуть в огне, – вздохнул он. – Я знал, что «Книга былого» строго-настрого запрещает смертным пытаться изменить будущее, но… я просто не смог стоять в стороне! Я вынес Грея из горящего подвала, а потом с помощью твоей матери отвёл его в безопасное место. Артур Рипли видел, как я вошёл в «Книгу былого» и захлопнул её, рассчитывая, что я навсегда стану пленником прошлого. Возможно, Рипли по сей день считает, что он хитроумно избавился от меня, но это не его рук дело. Мы не можем вернуться потому, что нарушили главный естественный закон магии. Мы вмешались в прошлое и изменили его. Такие поступки не остаются безнаказанными. Ценой спасения жизни Грея стали наши жизни. Но мы ни о чём не жалеем.

– Но я могу вас спасти! – воскликнул Арчи. – Я могу забрать вас обратно!

– Нет, – покачала головой Амелия Грин, печально улыбаясь сыну. – После того что мы сделали, нам уже никогда не суждено вернуться. Мы знали, на что шли, но с радостью заплатили эту цену, ибо для победы над Тёмным пламенем кто-то должен пожертвовать собой. Но нашей жертвы недостаточно, вскоре потребуется другая…

Слёзы градом катились по лицу Арчи.

– Я не могу уйти! – вскрикнул он. – Я не могу расстаться с вами!

– Но ты должен это сделать, милый, – произнесла его мать. – Ты должен исполнить свое предназначение, иначе наша жертва будет напрасной.

Алекс Грин обнял свою жену.

– Не проходит дня, чтобы мы не тосковали о тебе, Арчи, – сказал он. – Мы тоскуем по тому, что не видели, как ты растешь и взрослеешь. Мы тоскуем по твоим дням рождения и по чудесному времени, которое могли провести рядом с тобой. Знай, что мы никогда не пошли бы на это, если бы не знали, что оставляем тебя в самой лучшей, самой преданной и самой любящей в мире семье – в семье твоей бабушки, тёти Лоретты и дяди Тёрна.

Амелия Грин улыбнулась сквозь слёзы.

– Мы сделали всё, что в наших силах, чтобы сберечь тебя, и никогда не жалели о цене, которую нам пришлось заплатить. Никогда, Арчи! Ни единого мгновения. Мы не задумываясь сделали бы это снова. Помни об этом, милый. Какой бы мрачной и тяжёлой ни казалась тебе порой жизнь, никогда не сомневайся в нашей любви к тебе.

Арчи вытер глаза и кивнул. Он чувствовал, что его сердце разбито навсегда.

– Не грусти о нас, – попросила мать и протянула руку, чтобы коснуться его щеки, но не смогла. – Мы счастливы здесь. Мы вместе гуляем по улицам Лондона, говорим о тебе и твоей сестре и знаем, что однажды снова увидим тебя в твоих снах.

Арчи вздрогнул, пронзённый новой мыслью.

– Рози! – воскликнул он. – Где она? Здесь, с вами?

– Она ближе, чем ты думаешь, Арчи, – ответил его отец. – Она всегда была рядом. Ты непременно найдёшь её. А сейчас мы должны попрощаться.

– Не уходите! – закричал Арчи. – Не оставляйте меня!

Амелия и Алекс Грин улыбнулись своему единственному сыну.

– Не беспокойся, Арчи, – произнесла мама. – Пока ты помнишь нас, мы никогда тебя не покинем. Ты – любовь и магия, которую мы принесли в этот мир, и мы снова встретимся в твоих снах. Но сейчас ты должен исполнить своё предназначение. Будущее магии зависит от тебя. Твой отец попросил Грея кое-что оставить в офисе «Фолли и Кэтчпоул». Это ключ ко всему, Арчи. Ты должен найти квитанцию и ждать ворона!

На глазах у остолбеневшего Арчи улица начала таять, как туман под лучами солнца, и его родители исчезли вместе с ней. Арчи вновь очутился среди лабиринта книжных стеллажей в Библиотеке жизней.

Стоило ему повернуться спиной к книжному шкафу, как свечи вновь одна за другой начали зажигаться перед ним, указывая путь к выходу. Он пошёл по этому мерцающему следу и вскоре увидел впереди приоткрытую дверь с латунным молотком.

Глава 24

Ф. Г.

Когда Арчи проснулся на следующее утро, сон как живой стоял перед его глазами. Он пересказал его Вике и Полу, и они оба с жаром заверили его, что это не простое сновидение.

– Это «Книга пророчеств», – уверенно сказала Вика. – Её магия каким-то образом продолжает действовать через тебя.

Она порывисто обняла Арчи, а Пол обхватил руками их обоих. Арчи почувствовал подступающие слёзы и поспешил уткнуться лицом в плечо Вики. Его грудь сдавило от избытка чувств, он всхлипнул – и дал волю слезам.

Так они и стояли обнявшись, пока Арчи не перестал рыдать. Когда он нашёл в себе силы поднять глаза и увидел мокрые от слёз лица своих кузенов, то понял самое главное – до тех пор, пока в его жизни будут Вика и Пол, он больше никогда не будет одинок.

Арчи вытер глаза рукавом и прерывисто вздохнул. Вика улыбнулась и тоже вытерла слёзы.

– Грей оставил что-то в фирме «Фолли и Кэтчпоул», – вспомнил Арчи слова своей матери. – Нам нужно найти квитанцию.

* * *

Когда они вышли на улицы Оксфорда, тяжёлые дождевые тучи затянули пасмурное небо. Было ещё рано, поэтому кузены решили заглянуть в «Белый ряд», чтобы проверить, нет ли для них новых сообщений в лаборатории. Магазин был ещё закрыт, поэтому Арчи воспользовался своим ключом, и все трое быстро сбежали вниз по ступенькам.

Как они и ожидали, на столе их ждал ещё один белый конверт.

У меня срочные новости. Встретимся сегодня (четверг) в семь вечера.

Ф. Г.

– Кажется, сегодня мы наконец-то познакомимся с нашим загадочным другом по переписке, – сказала Вика. – Я предупрежу Арабеллу.

– А как же Руперт? – напомнил Пол.

– Он всё равно не сможет присутствовать, ведь он в Лондоне, – ответила Вика. – Мы потом ему обо всём расскажем. Значит, встречаемся в половине седьмого, идёт?

Арчи кивнул.

– А до этого я хочу успеть кое-что сделать, – добавил он.

* * *

Проходя мимо скриптория, он заметил, что старый диван, который ещё вчера стоял в коридоре, бесследно исчез. Арчи неодобрительно покачал головой. Это было неправильно! Создавалось впечатление, что в Музее торопились избавиться от всех следов существования Хоука!

Отдел Неопознанных книг встретил Арчи новой табличкой на двери кабинета:

Доктор М. Браун,

глава отдела Неопознанных книг

Арчи снова покачал головой и вдруг замер, услышав голоса, доносившиеся из-за двери. Беседовали двое – Фауст Гонт и Мотли Браун.

– Третье четверостишие? – говорил Браун. – Но вы же говорили, что в пророчестве Ди всего две строфы!

– Да, я так говорил, но я ошибался, – ответил Гонт. – Последняя строфа нашлась на странице, которая была вырвана из тетради. Мы только недавно её обнаружили.

– И что же там говорится? – недоверчиво спросил Браун.

– Сейчас я вам зачитаю, – сказал Гонт.

Зашуршала бумага.

Ворон ключ к разгадке хранит,

Но Тёмный огонь только Свет победит.

К победе ведёт единственный путь —

Пожертвуй собой, себя позабудь.

– Огонь и пламя! – пробормотал Браун. – Не нравится мне это… Как вы полагаете, что это значит?

– Здесь говорится о цене, которую нужно заплатить, чтобы победить Тёмное пламя, – ответил Гонт. – Боюсь, она очень высока. Если я правильно истолковал пророчество, то кто-то должен отдать свою жизнь за победу над тьмой.

Его слова тяжело повисли в воздухе. Арчи судорожно сглотнул. Внутри у него всё сжалось.

– Вы видели «Книгу итогов», – продолжал Гонт. – Наше время на исходе.

– Мне это известно, – сухо произнёс Браун.

– Вы должны что-то предпринять! – настойчиво сказал Гонт.

– Не думайте, что я не понимаю, что вы пытаетесь делать, Фауст, – холодно заговорил Браун. – Вы хотите подтолкнуть меня к неправомерным действиям? Надеетесь загребать жар моими руками? Ничего у вас не выйдет! Если вы продолжите мутить воду, я буду вынужден поставить в известность Утера. Мне кажется, вы забыли, что есть лишь одно Пламя, которому мы служим. Наступает время, когда всем нам придется открыто занять сторону и принести присягу.

– Это вы, Мотли, забыли о долге. Тёмное пламя набирает силу, и мы все стоим перед выбором – подчиниться ему или бороться. Вы правы, мы должны сделать выбор, и я боюсь, что вы выбрали не нашу сторону. – Вы мне угрожаете, Фауст? Не забывайте, вы делаете это на глазах у моего ученика!

Гонт распахнул дверь и стремительно вышел из комнаты, чуть не сбив с ног Арчи.

Браун сидел за столом, разглядывая книгу Хоука через вообразительное стекло. Питер Квиггли, нахохлившись, сидел в кресле у камина. Арчи постучал в открытую дверь, и Браун поднял голову.

– А, это ты, Арчи, – слабо улыбнулся он. – Я как раз тебя ждал! Входи, садись.

Он рассеянно махнул рукой на жёсткое кресло, занявшее место знакомого продавленного дивана. Арчи вынужден был признать, что кресло гораздо больше подходило размерам комнаты, однако с ним кабинет сразу потерял часть своего неповторимого облика. Арчи хотелось привычно утонуть в мягком объятии старого дивана, но пришлось примоститься на краешке неудобного кресла.

Квиггли зорко следил за ним из другого конца кабинета.

– Мы слышали, на тебя было совершено очередное нападение? – спросил Браун. – Ещё один Бледный писец? Надеюсь, ты уже поправился?

– Я чувствую себя гораздо лучше, спасибо, – вежливо ответил Арчи.

– Замечательно! – кивнул Браун. – Хотя, разумеется, полностью ты никогда не сможешь оправиться от такого нападения, – пробормотал он скорее самому себе, чем Арчи. – Самое главное, что ты смог выстоять и победить. Кстати, каким образом тебе это удалось?

Арчи пожал плечами.

– Просто повезло, наверное, – произнёс он.

Ему не хотелось рассказывать, что он прибег к помощи Краеугольного камня. Арчи до сих пор терзался виной и стыдом за то, что потерял его. Он даже своим кузенам ничего не рассказал. Единственное, что его утешало, – это наличие второго камня. Если он сможет быстро раздобыть ещё немного углей пламени Фароса, то всё будет поправимо.

Несколько мгновений Браун разглядывал Арчи сквозь окрашенную линзу своего вообразительного стекла, задумчиво потирая подбородок.

– Впрочем, это неважно, – сказал он наконец. – Поговорим о главном. Как ты, конечно же, знаешь, в последнее время Гидеон был не в себе, поэтому меня попросили срочно прийти на помощь и занять его место. Разумеется, временно.

Арчи немедленно вспомнил табличку на двери. Она явно указывала на то, что Браун рассчитывал надолго обосноваться в этом кабине. Арчи покосился на Квиггли, который по-хозяйски устроился у огня и ухмылялся до ушей.

Арчи обвёл глазами кабинет. Повсюду были следы каких-то лихорадочных поисков. Сброшенные с полок книги валялись на полу. Ящики письменного стола Хоука были выдвинуты, их содержимое грубо высыпано на пол.

Браун перехватил его взгляд.

– Я понимаю, Арчи, всё это выглядит не слишком красиво, но пойми – у нас просто нет времени на церемонии. Мы должны как можно быстрее узнать, что Грей увидел в «Книге пророчеств», и думаю, что Гидеон был очень близок к разгадке. Что он тебе рассказал?

«Не доверяй никому» – вот что сказал Гидеон Хоук, и Арчи был более чем уверен, что этот наказ относился и к Брауну тоже.

– Ничего, – ответил он. – Он никогда не обсуждал со мной свои поиски.

– Никогда? – впился в него глазами Браун.

– Ну, он время от времени упоминал, что работает над разгадкой, но ничего конкретного не говорил, – вывернулся Арчи.

– Ты в этом уверен?

– Да, – подтвердил Арчи, стараясь не показывать, что нервничает.

Лицо Брауна исказилось от огорчения.

– А я-то надеялся, что он делился с тобой своими догадками, – пробурчал он. – Что ж, выходит, он не настолько доверял тебе, чтобы посвящать в результаты поисков. Значит, мне придется продолжать работу. Если тебе что-то придёт на ум или ты вспомнишь что-нибудь, что говорил Хоук по поводу Грея, будь добр, немедленно доложи мне!

Арчи кивнул.

– А что мне делать теперь? – спросил он. – Что будет с моим обучением?

Браун рассеянно поднял на него глаза от книги.

– Прости, но сейчас у меня нет времени учить тебя чему бы то ни было. Я, видишь ли, занят борьбой с Тёмным пламенем. Над чем ты работал в последнее время?

– Над чарами погружения и поиска, – ответил Арчи.

Его ответ неожиданно заинтересовал Брауна.

– Вот как? – задумчиво протянул он. Потом он сузил глаза, осенённый какой-то мыслью. – Ну конечно! – забормотал Браун, снова обращаясь к самому себе. – В сочетании с даром книжного заклинателя и способностью писать магию это будет просто идеально… Разумеется, Хоук сразу это понял. Почему же я сам до этого не додумался? – Потом Браун спохватился, осознав, что говорит всё это вслух. Он бросил быстрый взгляд на Квиггли, который всё так же тихо сидел у огня. – Ну что ж, в таком случае ты сможешь показать Питеру всё, чему научился.

Квиггли резко выпрямился и со злобой посмотрел на Арчи.

– Не думаю, что Грин сможет показать мне что-то ценное, – с усмешкой произнёс он. – Тем более после всего, чему я научился в последнее время.

Арчи удивился. Интересно, какой магии обучается Квиггли? Хорошо бы Браун научил его как следует заботиться о магических животных в паноптикуме!

– Да-да, мальчики, это очень важно… – рассеянно пробормотал Браун, вновь погрузившись в свои мысли. – Мы все должны учиться друг у друга… Всем известно, что у Арчи есть кое-какие особенные таланты! Я бы хотел, чтобы вы делились своими знаниями. В свое время и ты, Питер, продемонстрируешь ему всё, что умеешь.

Питер с готовностью посмотрел на Арчи, но тот уже повернулся к двери.

«Не бывать этому!» – твёрдо решил Арчи, выходя из кабинета. Если Браун всерьёз думает, что он станет делиться какими бы то ни было магическими секретами с Питером Квиггли, то его ждёт жестокое разочарование. А сейчас Арчи нужно было заняться более важными вещами.

Он быстрым шагом направился в архив. Открыв ключом дверь, Арчи почти бегом бросился в зал, где хранились Краеугольные камни. Сейчас он возьмёт оставшийся камень, и ему останется только набрать углей из Словесного горна…

Но стеклянная витрина была пуста. Второй Краеугольный камень исчез.

У Арчи подкосились ноги. Что же теперь делать? Хоук поручил ему быть пламеносцем, а он потерял первый камень и позволил увести у себя из-под носа второй! Как он посмотрит в глаза Хоуку? Теперь всё пропало… Но кто же мог забрать камень?

Арчи почти потерял надежду, но вдруг его осенила новая мысль. Во сне мама просила его найти квитанцию из «Фолли и Кэтчпоул». Если он сможет сделать это, то сразу всё исправит! Но где может быть эта квитанция?

Во сне Грей показал квитанцию Алексу Грину, когда они стояли перед фирмой «Фолли и Кэтчпоул»… Но что он сделал с ней потом? Кажется, сунул в карман своего плаща! И тут словно молния вспыхнула в мозгу Арчи. Плащ Грея! Конечно, почему он сразу об этом не подумал? Из Лондона Грей отправился в Оксфорд, чтобы спрятать «Гримуар» в Темнохране. Расп сказал, что он был арестован прямо там, в подвале. «Его захватили врасплох, он даже плащ не успел надеть». Возможно, квитанция так и осталась в этом плаще!

Арчи со всех ног помчался через лабиринт книжных шкафов к нише с небольшой дверцей. Где Грей мог оставить свой плащ, как не в гардеробной?

Арчи помнил, что Грей запер дверь магическим заклятием. С тех пор многие пытались открыть её, но безуспешно. Арчи уставился на дверь. Какие же чары не позволяют людям войти внутрь?

Он протянул руку, коснулся двери – и сразу же почувствовал странную щекотку в ладони. Арчи прислушался к своим ощущениям и понял, что едва ощутимая вибрация исходит от кольца Фабиана Грея, надетого на его палец. Зеркальный вход в тайную библиотеку Королевского магического общества открывался волшебным кольцом Долиша Хука. Может быть, Грей запер гардеробную таким же заклятием?

В следующее мгновение кольцо вспыхнуло ярко-золотым светом, и замок, бывший запертым больше трехсот лет, с тихим щелчком открылся. Значит, в момент своего ареста Грей успел наложить на дверь особые чары, чтобы открыть её смог только обладатель кольца, которое он оставил в фирме «Фолли и Кэтчпоул».

Арчи был так взволнован, что едва мог дышать. Собравшись с силами, он потянул дверь на себя и заглянул внутрь. Так и есть! Ярко-алый плащ Фабиана Грея висел на другой стороне двери – там, где Грей повесил его 350 лет назад.

Мурашки пробежали по телу Арчи. Он лихорадочно ощупал алую ткань плаща, ища внутренние карманы. Наконец под его пальцами зашуршала бумага. Квитанция! С одной стороны были написаны имя и адрес:

«Фолли и Кэтчпоул», Гаттер-лейн, Лондон

Не веря своим глазам, Арчи перевернул листок и прочитал то, что было написано на обороте:

Собственность Фабиана Грея

НЕ ОТПРАВЛЯТЬ

Владелец прибудет за ней лично

Есть! Он нашёл заветный ключ к разгадке, над которой бились Хоук и Браун! Всё это время он хранился в плаще Фабиана Грея.

Но что теперь делать с этим ключом? Как поступил бы Хоук? «Не доверяй никому», – сказал он Арчи напоследок. Арчи не сомневался, что Хоук ни за что не отдал бы квитанцию руководству Музея или тем более важным шишкам из Магической лиги. Значит, Арчи тоже не станет этого делать. Тем более сейчас, перед встречей с загадочным Ф. Г.! Кто знает, может быть, уже сегодня вечером он сможет отдать квитанцию в руки самому Фабиану Грею!

* * *

Когда Арчи прибежал к «Белому ряду», Вика, Пол и Арабелла уже ждали его снаружи.

– Где ты был? – набросилась на него Арабелла. – И что это такое?

– Плащ Фабиана Грея, – быстро ответил Арчи. – Я подумал, вдруг он ему понадобится? Не смотрите на меня так, это долгая история, я вам потом всё расскажу.

– Значит, ты думаешь, что записки были от него? – спросила Арабелла.

– Есть только один способ это узнать, – усмехнулась Вика.

Арчи отпер дверь книжной лавки, и члены клуба заспешили вниз по лестнице, с трудом сдерживая своё волнение.

– Давайте подождём здесь, – предложил Арчи, открывая дверь в переплётную мастерскую. – Отсюда мы сразу услышим, когда кто-то будет спускаться по лестнице. Тем более что ему всё равно придётся заглянуть сюда за ключом.

– Если это Фабиан Грей, то у него есть свой ключ, – возразил Пол.

– Да, точно, – сообразил Арчи. – Но мы в любом случае услышим, когда он будет проходить мимо.

Они расселись и стали ждать. Тёмная комната освещалась только пламенем Фароса, тихо горевшим в Словесном горне. В этот вечер огонь выглядел ещё слабее, чем раньше.

Арчи с тревогой гадал, что это может значить. Старый Зэб говорил, что магическое пламя очень трудно потушить, но огонь выглядел так, будто вот-вот готов был угаснуть.

Арчи снова вспомнил о Краеугольных камнях. Если бы он только не потерял свой камень!

– Уже восьмой час, – прервала его размышления Арабелла. – Он опаздывает.

– Ш-ш-ш, – прошипела Вика. – Кажется, я что-то слышу!

Все замолчали, напрягая слух, и вскоре ясно услышали негромкий шум, доносившийся из лавки наверху.

Потом раздались осторожные шаги по винтовой лестнице. Кто-то неторопливо спускался вниз. Дети переглянулись. В тусклом свете едва горящего горна были видны только их глаза, сверкавшие любопытством.

Неожиданно Арчи всполошился.

– Что мы будем делать, если это и впрямь окажется Фабиан Грей? – прошептал он. – Я даже не знаю, что сказать алхимику, которому триста пятьдесят лет!

Теперь шаги раздавались уже в коридоре. Кто-то неспешно приближался к двери переплётной мастерской. Члены клуба застыли, обратившись в слух, и вскоре услышали, что шаги замерли возле второй двери – той самой, за которой спали грозные книгостражи!

Прошла секунда, другая, потом шаги вновь зазвучали в коридоре. Они медленно приближались. У Арчи пересохло во рту. Его руки покрылись гусиной кожей, волоски на задней стороне шеи встали дыбом.

Теперь шаги звучали уже рядом с мастерской. Неужели всего через несколько секунд они своими глазами увидят Фабиана Грея, самого одарённого и самого несчастливого алхимика всех времён?

Шаги миновали дверь мастерской, удалились в глубину коридора, потом послышался скрежет ключа, и дети услышали, как дверь в секретную лабораторию со скрипом отворилась.

– Он открыл своим ключом! – прошептал Пол.

– Быстрее! – выпалил Арчи. – Он в лаборатории!

Он открыл дверь мастерской и на цыпочках вышел в коридор. Арабелла замешкалась на пороге, глядя в ту часть коридора, где находилась лестница.

– В чём дело? – прошипел Арчи.

Она покачала головой.

– Мне показалось, там кто-то есть. Как будто кто-то следит за нами. Но нет, кажется, всё пусто. Наверное, почудилось.

Они подошли к чёрной двери, и Арчи взялся за ручку.

– Готовы? – спросил он. Вика, Пол и Арабелла кивнули. – Тогда на счёт три. Раз, два, три…

Глава 25

История ворона

Арчи рывком распахнул дверь, и друзья вытаращенными глазами уставились в глубину тёмной комнаты.

– Полагаю, это члены Клуба алхимиков? – произнёс знакомый голос. – Арчи, Ежевика, Чертополох и Арабелла, всем добрый вечер. Жаль, что с вами нет Руперта.

Феодора Грейвс вздёрнула бровь.

– Ой, – пискнула Вика. – Феодора Грейвс… это же… это же Ф. Г.!

Грейвс приподняла вторую бровь.

– Кажется, вы разочарованы? Кого вы ожидали увидеть?

Четверо друзей смущённо переглянулись. Грейвс наморщила лоб, потом скупо улыбнулась.

– Не говорите, я уже догадалась, – сказала она. – Фабиана Грея?

Арчи почувствовал себя ужасно глупо.

– Просто… инициалы, – пролепетал он, опуская глаза. – Ф. Г…

Улыбка Грейвс сделалась чуть шире.

– Ну что ж, – произнесла она, – полагаю, я должна чувствовать себя польщённой.

– Как вы узнали про лабораторию? – выпалил Пол.

– Неужели вы думали, что ваши регулярные визиты в «Белый ряд» остались незамеченными? – усмехнулась Грейвс. – Старый Зэб давным-давно догадался, что вы сумели открыть чёрную дверь. Он рассказал обо всём мне и Гидеону.

– Но как вы вошли сюда без ключа? – не унимался Пол.

Феодора Грейвс протянула руку и показала им ещё один ключ.

– Всего было пять ключей – по одному для каждого члена Клуба алхимиков. Вот этот ключ когда-то давно нашёл Зэб, так что мне не составило большого труда оставлять вам послания на столе.

– Но рисунок! – воскликнул Арчи. – Под каждым письмом был нарисован ворон!

– Если ты помнишь, то вместе с кольцом Грея ворон принёс тебе предостережение, – ответила Грейвс. – Я тоже хотела предупредить вас.

– Но к чему все эти тайны? – спросила Вика. – Вы могли в любое время сказать нам всё, что хотели!

Улыбка Грейвс погасла.

– Что ж, это хороший вопрос, – проронила она. – Я должна вам всё объяснить. Садитесь, разговор будет долгий.

Когда все расселись вокруг деревянного стола, Грейвс сказала, что уже давно знала о существовании Клуба алхимиков и попытке переписать магические книги.

– Гидеон рассказал мне о том, чем вы занимались. Точнее будет сказать, об этом знало всё руководство Музея, и мы решили предоставить вам полную свободу действий. Мы договорились не ставить в известность магические власти, чтобы Магическая лига не мешала вам работать. Дело в том, что написание магии считается опаснейшей магической практикой, а следовательно, само по себе является нарушением Положений магического сдерживания. Всё шло замечательно – ровно до того рокового дня, когда была похищена «Книга ночи». Это событие повлекло ужасные последствия. Я уже какое-то время подозревала, что в Музее действует предатель. Кто-то давно шпионил за нами, поскольку наши враги знали о каждом нашем шаге. Этот неизвестный враг передавал информацию Алчникам ещё до того, как здесь появилась Катерина Крона. К сожалению, мы не знали, кто этот враг. Я и сейчас этого не знаю. Вот почему я предпочла связываться с вами втайне от всех. Я хотела предостеречь вас, но так, чтобы враг не догадался о моих подозрениях.

Феодора Грейвс помолчала.

– Этот таинственный враг уже давно хотел убрать с пути Гидеона. Теперь я могу вам сказать, что всё это время Гидеон вёл одно очень важное расследование, которое не на шутку тревожило наших врагов. В итоге они нашли способ избавиться от него. Наверное, я бы не стала рассказывать вам всё это, но в последнее время я чувствую, что очень скоро настанет моя очередь. Они попытаются избавиться и от меня тоже. Поэтому сегодня ночью я уезжаю. Оставаться здесь становится слишком опасно. Алчники набирают силу, и очень скоро они попытаются совершить переворот и захватить власть в магическом мире. Без сомнения, они жестоко расправятся со всеми, кто посмеет им противостоять.

– Куда вы поедете? – спросила Вика.

Грейвс сухо улыбнулась.

– Я отправляюсь в укрытие. Если Алчники сумеют захватить власть, магическому миру понадобятся люди, способные возглавить сопротивление. Оставаясь на свободе, я смогу принести больше пользы в борьбе с Тёмным пламенем. Мне известно, что Алчники задумали что-то ужасное. Метки чёрного дракона распространяются как чума. Люди смертельно напуганы.

– Но почему музейное руководство ничего не делает, чтобы этому помешать? – возмутился Арчи.

Грейвс печально покачала головой.

– Боюсь, они не в силах это сделать, – ответила она. – Каждый, кто посмеет подать голос, будет снят с должности и выброшен из Музея, как Гидеон. Вы даже не представляете, какая сила стоит за спиной Алчников!

– Это Магическая лига, – прошептал Арчи.

Он подозревал это с того самого дня, как увидел Моргреда в приюте для волшебнобольных.

Грейвс мрачно кивнула.

– Боюсь, так оно и есть, – сказала она. – Тёмное пламя очень могущественно, оно обладает силой убеждать и склонять колеблющихся на свою сторону. Если мы не найдём силы остановить его, весь магический мир будет погружён в пучину чёрной магии! Видение Грея – это наша последняя надежда!

– Мы знаем, – признался Арчи. – Всё это время мы пытались найти его и сейчас почти приблизились к разгадке. Мы считаем, что последний ключ уже…

И тут со стороны двери раздался тихий шорох.

– Что это? – громко спросила Грейвс. – Слышите? Это возле двери. Там кто-то есть, я чувствую чьё-то присутствие! Да, так и есть! Они используют укрывающее заклинание! Ну-ка…

Кто скрывается от глаз,

Кто подслушивает нас,

Пусть покажется тотчас!

Не успела она произнести последнее слово, как все увидели закутанную в плащ фигуру, стоявшую около двери.

– Шпион! – закричала Грейвс. – Быстро, хватайте его!

Но было уже поздно. Фигура в плаще с капюшоном распахнула дверь, с неожиданной прытью выскочила в коридор и захлопнула дверь за собой. Когда Арчи и остальные выбежали следом, неизвестный уже растаял в темноте. Они услышали только грохот ног, бегущих вверх по винтовой лестнице.

– Оставьте! – крикнула Грейвс. – Вы его уже не поймаете, проявляющее заклинание действует всего несколько секунд. Шпион снова применил укрывающие чары, а значит, скроется быстрее, чем вы его догоните.

– Но как они это делают? – в отчаянии простонала Вика.

– Кровь сопелок – сильнейший ингредиент укрывающего зелья, – мрачно ответила Грейвс. – Полагаю, теперь мы знаем, куда исчезли сопелки. – Она поджала губы и скорбно вздохнула. – Что ж, это объясняет, почему враги всегда знали о каждом нашем шаге.

– Я думаю, с помощью этого же эликсира они скрывают метки чёрного дракона на своих руках, – добавил Арчи.

Лицо Грейвс ещё больше помрачнело. Она по очереди посмотрела на каждого члена клуба.

– Последняя битва огней уже совсем близко. Я поручаю вам сделать то, что не успела сделать я, – найти способ сокрушить Тёмное пламя. Верьте, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вам. Моё сегодняшнее исчезновение отвлечёт внимание врагов, путь и ненадолго. Теперь вся надежда на Клуб алхимиков.

* * *

Домой четверо членов клуба возвращались в глубокой задумчивости. Они чувствовали тяжесть ответственности, которая легла на их плечи. Была ночь новолуния, Оксфорд утопал во мраке. Друзья пересекли площадь перед кондитерской и свернули на улицу за Бодлианской библиотекой, когда услышали сзади странный звук, похожий на хруст крошащегося камня. Несколько камней со стуком упали на мостовую.

Вика запрокинула голову и посмотрела вверх.

– Откуда они упали? – пробормотала она, прислоняясь к ограде.

– Такое впечатление, что рухнула какая-то статуя, – сказал Пол.

Вика продолжала разглядывать крышу.

– Погодите-ка, – воскликнула она. – Кажется, там чего-то не хватает. Точно, смотрите, вон там на парапете образовалась пустота! По-моему, там сидела какая-то гаргулья.

Арчи посмотрел туда, куда указывала его кузина. В самом деле, Вика была права.

– Там был каменный дракон! – спохватился он. – Я его помню. Он исчез!

– Он не мог просто так исчезнуть, – мрачно сказала Арабелла. – Каменные драконы, знаете ли, не уходят прогуляться среди ночи.

– Это верно, – сглотнула Вика. – Если только они не перестали быть каменными. Смотрите!

Все четверо снова уставились на крышу. Два злых красных глаза смотрели на них из темноты. Глаза принадлежали огромной чешуйчатой рептилии с длинной, как у крокодила, мордой и разинутой пастью, полной острых как бритва зубов. Два кожаных крыла были аккуратно сложены за спиной чудовища.

– Ч-что это такое? – выдохнула Арабелла.

– Средневековый огнедышащий змей, – пролепетал Пол, остолбенело разглядывая чудовище. – Или дракон для простоты.

И тут дети заметили на крыше кое-что ещё – тёмную тень, притаившуюся за спиной дракона.

– Там кто-то есть! – взвизгнула Арабелла.

Словно в ответ на её слова чудовище открыло свою длинную пасть и извергло язык пламени. В его свете дети отчётливо увидели фигуру в тёмном плаще, стоявшую позади. В руке незнакомца блеснула сталь. Нож! Арчи мгновенно узнал его.

– Это Клинок теней из кабинета Хоука! – закричал он.

– Что делает этот человек? – ахнула Вика.

На глазах у перепуганных детей человек в тёмном плаще вонзил нож в грудь дракона. Раненое чудовище взревело от боли и спрыгнуло с крыши. В следующий миг оно расправило крылья и плавно полетело вниз прямо на детей.

– Он летит к нам! – заорал Арчи. – Бежим!

Вика и Пол бросились наутёк, но Арабелла словно приросла к месту, в оцепенении глядя на приближающегося дракона. Чудовище с рычанием распахнуло пасть и извергло струю пламени. Оно испепелило бы Арабеллу, если бы Арчи ловкой подсечкой не опрокинул её на землю. Дракон пролетел в дюйме над их головами, прутья чугунной ограды раскалились докрасна от его огненного дыхания. Арчи успел увидеть на его груди открытую рану прямо возле сердца.

Ещё несколько могучих взмахов крыльями – и дракон взмыл в небо, над шпилями и башнями старинного Оксфорда. Затем он стремительно развернулся в воздухе, приготовившись к новому заходу. И в этот миг дети увидели в небе ещё одно существо. Небольшая птица, вынырнув ниоткуда, ринулась к дракону и описала круг над ним. Дракон повернул голову, щёлкнул зубами в сторону птицы. Однако он уже начал терять силы. Его крылья бились всё тише, он завалился набок и стал падать вниз.

Дети в оцепенении смотрели, как дракон, крутясь штопором, стремительно несётся к земле, а его огненное дыхание всполохами озаряет небо над Оксфордом. Так он падал, пока не скрылся из виду. Затем раздался пронзительный крик, всплеск воды Темзы – и чудовища не стало.

Дети были так потрясены, что некоторое время никто не мог вымолвить ни слова. Когда они опомнились и снова посмотрели на крышу, человек в плаще уже скрылся.

Пол первым пришёл в себя.

– Что это было? – пролепетал он, глядя в сторону реки, в которой утонул дракон.

– Зачем кто-то оживил его – и тут же убил? – спросила Вика.

– Это была чёрная магия, – мрачно ответил Арчи. – И тот, кто ей занимался, до сих пор находится где-то здесь, – добавил он, нервно озираясь по сторонам. – Смотрите, птицы! Они-то откуда взялись?

В самом деле, целая стая чёрных птиц опустилась на крышу Бодлианской библиотеки, наполнив тихую ночь своими пронзительными криками.

– Это вороны, – сказал Пол. – Но их не бывает так много! Они не живут стаями.

«Ждите ворона…» – пробормотал про себя Арчи.

В тот же миг одна из птиц отделилась от стаи.

Одинокий ворон нахохлился и уставился на Арчи своими блестящими чёрными глазами. Потом, как будто приняв какое-то решение, он перелетел чуть ниже и опустился на голову одной из статуй. Теперь Арчи увидел несколько светлых перьев в чёрном оперении его головы.

– Вот мы и встретились вновь, Арчи Грин, – прокаркал ворон.

– Ты тот ворон, что принёс мне кольцо! – прошептал Арчи.

Птица склонила голову набок и смерила его важным взглядом.

– Разумеется, кто же ещё? – каркнул он. – Или ты знаешь других говорящих воронов?

Лёгкий ветерок взъерошил перья ворона. Он склонил голову в другую сторону и поклонился. Теперь, когда он сидел так близко, Арчи разглядел, что его блестящие глаза на самом деле чуть разного цвета, а несколько перьев на голове не просто светлые, а белоснежные.

– Бабуля была права! – выпалил Арчи. – Ты – Фабиан Грей!

Ворон окинул его снисходительным взглядом.

– Наконец-то догадался! – каркнул он. – Да, это так. Точнее, я часть Фабиана Грея – ибо таково проклятие, наложенное на меня. Бедные Родерик, Ангелика и Бракстон. Не проходит дня, чтобы я не оплакивал их горькую судьбу. Им суждено было погибнуть в расцвете лет… Но мне «Гримуар» уготовил нечто худшее. Он хотел заставить меня страдать. Если мои друзья один за другим умирали молодыми, то мое проклятие гораздо тяжелее. Ты видишь его перед собой.

– Почему ты сразу не сказал мне, кто ты такой? – спросил Арчи.

– А ты бы мне поверил? – вопросом на вопрос ответил ворон.

Арчи ненадолго задумался.

– Наверное, нет, – признался он.

– Я тоже так думаю. Вот почему мне пришлось ждать подходящего момента, чтобы открыться тебе. Сначала я должен был заслужить твоё доверие.

– Почему ты пришёл к нам сейчас?

– Только что враг получил то, что искал, – изрёк ворон.

– Кровь дракона… – прошептал Арчи.

– Да.

– Мы видели, как ты подлетел к дракону как раз перед тем, как он упал!

– Я заманил его к реке, чтобы при падении он не навредил городу, – ответил ворон. – А по пути мне удалось добыть несколько капель драконьей крови.

Только сейчас Арчи заметил крошечную серебряную бутылочку, зажатую в когтях ворона.

– Время на исходе, – продолжал ворон. – Нужно действовать очень быстро. Я принёс предостережение. Знайте, что пламя Фароса в большой опасности. Чтобы спасти его, вам придется поторопиться!

– Откуда мы знаем, что ты нас не обманываешь? – с подозрением спросила Арабелла.

Ворон снова взлетел в воздух и пересел на карниз ещё ближе к детям. Он распушил перья и очень серьёзно посмотрел на Арабеллу своими разноцветными глазами.

– Даю вам моё слово, – торжественно произнёс он. – Ибо где моё слово, там и мои знаки!

Арчи мгновенно узнал эти слова.

– Так написано на кольце, которое ты мне дал!

Ворон серьёзно кивнул ему, потом по очереди поклонился Вике, Полу и Арабелле.

– Что с тобой случилось? – не сдержался Арчи.

– Это долгая история, – отозвался ворон. – Сейчас я расскажу вам только то, что вам нужно знать. Во время заточения в Тауэре я подружился с воронами, которые издревле обитают в этом мрачном месте. Вороны приносили мне еду, а я рассказывал им свою историю. Без них я бы умер с голоду. Как вы уже знаете, на меня наложено жестокое проклятие – часть своей жизни я должен проводить в облике ворона. Я обращаюсь в птицу каждое новолуние и остаюсь в этом виде ровно двадцать четыре часа. Я узнал об этом, когда сидел в Тауэре. Проклятие «Гримуара» обрекло меня превратиться в первое животное, которое я увижу в ночь новолуния, – и этим животным оказался ворон, который принёс мне еду. Обличье ворона позволило мне улететь из Тауэра, но я остался пленником своего пернатого тела.

Ворон подпрыгнул чуть ближе к детям. Теперь его взгляд был устремлён на Арчи.

– Находясь в облике человека, я не помню о своей прошлой жизни. Более того, я даже не помню, кто я такой! Теперь вы понимаете весь ужас наложенного на меня проклятия? Фабиан Грей не помнит, что он Фабиан Грей, но ворон… ворон помнит всё.

Птица подскочила ещё ближе, и Арчи увидел жгучее страдание в его блестящих глазах.

– Я проклят жить этой двойной жизнью! Раз в месяц я превращаюсь в ворона и понимаю, что нужно делать, но потом я снова становлюсь человеком – и забываю всё. Можете ли вы понять, каково это – раз за разом просыпаться в незнакомом городе, не понимая, где находишься и как сюда попал? Несчастный Фабиан думает, что сходит с ума, и этот страх днём и ночью терзает его. Я оставляю ему подсказки, но он не понимает, что они означают и что с ними делать!

Арчи содрогнулся. Его сердце разрывалось от сострадания.

– Но кто этот несчастный? – с жаром спросил он. – Скажи, и мы поможем ему!

– Я знаю его только как Фабиана Грея, – грустно ответил ворон.

– Неужели нет никаких чар, которые могут снять проклятие?

– Есть, как не быть, – каркнул ворон. – Когда-то давно я вычитал о них в одной старинной книге. Это заклинание позволит мне навсегда остаться в одном обличье – или человека, или ворона. Но я не могу исполнить его, будучи вороном, а Фабиан Грей ничего не помнит.

– Когда всё закончится, мы вам поможем! – твёрдо пообещал Арчи, потрясённый страшной судьбой человека-ворона.

– Как тебе удалось прожить так долго? – полюбопытствовал Пол. – Всё дело в азоте?

– Да, – взмахнул крыльями ворон, заметно повеселев. – Так получилось, что когда «Гримуар» проклял меня, я был с ног до головы облит азотом. Магический эликсир продлил мне жизнь.

Арчи протянул ворону алый плащ.

– Вот. Кажется, это твой.

Ворон с изумлением уставился на плащ.

– Квитанция… – в волнении прокаркал он. – Она всё ещё там?

Арчи вытащил из кармана лист бумаги.

Глаза ворона ярко блеснули в свете фонаря.

– Спасибо, – каркнул он, забирая квитанцию из протянутой руки Арчи.

– Что ты с ней сделаешь? – спросил Арчи.

– Положу в такое место, где моя человеческая сущность сможет её найти, – ответил ворон. – Будем надеяться, что этот документ пробудит в нём какие-то воспоминания, – он повернул голову и посмотрел на крышу Бодлианской библиотеки. – Я попрошу воронов присматривать за вами. Через них же я буду посылать вам весточки. Остальное, друзья мои, зависит только от вас.

Ворон выпрямился и захлопал крыльями.

– Призови меня, когда угаснет последняя надежда! – прокричал он и взмыл в небо.

Глава 26

Мрак сгущается

Этой ночью Арчи снова плохо спал. Ему снилось, будто он стал вороном и летит над крышами Оксфорда, спасаясь от огромного огнедышащего дракона.

На следующее утро он проснулся с гнетущим ощущением близкой беды. Арчи разбудил своих кузенов, но он так спешил, что не стал ждать, когда они встанут и соберутся.

– Мне надо бежать, извините! – на бегу крикнул он и выскочил за дверь.

Всю дорогу до центра Арчи промчался бегом. Выскочив на небольшую площадь, он со всех ног кинулся к «Белому ряду».

Он понял, что дело плохо, как только переступил порог. Колокольчики над дверью не зазвенели, приветствуя его. Марджори Гадж, помощница Джеффри Крикка, сгорбившись, сидела за прилавком. Её плечи вздрагивали. Она рыдала.

– Где мистер Крикк? – выпалил Арчи.

Марджори шумно высморкалась в платок.

– Ушёл, – всхлипнула она.

– Куда?

– Доложить руководству.

– О чём? Что случилось?

Она снова высморкалась и безвольно махнула рукой на чёрную бархатную занавеску за своей спиной.

– Какой кошмар… Всё пропало, всё… Иди сам посмотри! – простонала Марджори и снова истерически разрыдалась.

Сердце Арчи пустилось вскачь. В последний раз он видел Марджори в таком отчаянии в тот раз, когда в магазин вломились Алчники. Арчи отдёрнул занавеску и шагнул внутрь.

– Привет! – поздоровался он с магическими книгами, которые всегда хранились за занавеской.

Но на этот раз ему никто не ответил. Книжный шкаф был пуст. Но где же коробка с магическими книгами, готовыми к отправке в Музей? Куда она могла подеваться?

– Где все книги? – спросил Арчи, оборачиваясь через плечо.

– Здесь они больше не в безопасности, – ответила Марджори, шмыгая носом. – Час назад Мотли Браун забрал их.

Арчи опрометью кинулся вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступени сразу. Добравшись до коридора, он пулей промчался мимо двух первых дверей и распахнул третью.

То, что он увидел, едва не разорвало ему сердце.

Старый Зэб сидел у верстака, уронив голову на руки. Его плечи сгорбились, как от невыносимой тяжести.

Арчи задрожал. Почему в мастерской так холодно? Обычно здесь была жара. Арчи в недоумении посмотрел на старого переплётчика.

– Что случилось? – тихо произнёс он. – Что?

Старый Зэб поднял голову. Его глаза, всегда такие весёлые и блестящие, утратили огонь жизни. Они погасли и покраснели от невыплаканных слёз. Сейчас переплётчик выглядел совсем старым, словно одряхлел за считаные часы. Он печально покачал головой.

– Словесный горн, – только и вымолвил он.

Не чуя под собой ног, Арчи бросился через комнату к горну, стоявшему у дальней стены. Не веря своим глазам, он дотронулся до него рукой. Пальцы обожгло холодом. Арчи рывком распахнул дверцу и заглянул внутрь.

– Пламя! – в отчаянии воззвал он.

Старый Зэб снова покачал головой. Казалось, он с трудом сдерживает слёзы.

– Угасло, – выдохнул он чужим безжизненным голосом. – Пламени Фароса больше нет.

– Но как? – пролепетал Арчи.

– Враг дотянулся до него, – ответил Старый Зэб. – Кто-то намеренно погасил огонь в Словесном горне. Это мог сделать только тот, кто точно знал средство.

– Кровь дракона! – вскричал Арчи.

Старик печально кивнул.

Теперь стало ясно, для чего кто-то оживил и тут же зарезал каменного дракона. Кому-то была нужна свежая драконья кровь. Более того, теперь Арчи понял, для чего кто-то наносил раны саламандре Симону. Видимо, сначала неизвестный враг пытался обойтись кровью саламандры, однако она, скорее всего, оказалась недостаточно сильна. И всё это сделал тот же самый человек, который до этого входил в логово книгостражных зверей и пытался добыть дыхание грифона, однако был обращён в бегство.

Теперь многое вставало на свои места, и каждое новое открытие обрушивалось на него тяжёлым ударом. Но самая страшная догадка была ещё впереди.

– Но если пламя Фароса погашено, значит…

– Да, – глухо отозвался Старый Зэб. – Это означает, что в мире остался только один магический огонь – и имя ему Тёмное пламя. Теперь нам придётся выбирать между чёрной магией и исчезновением всей магии!

Когда до Арчи дошёл смысл этих слов, у него земля ушла из-под ног. Он ещё никогда не испытывал такой невыносимой боли.

* * *

Не помня себя он вышел из «Белого ряда». Его голова шла кругом, мысли путались, он никак не мог заставить себя поверить в случившееся. Пламя Фароса горело на протяжении тысячелетий, в нём жили духи великих магистров Золотого века магии. Теперь они все ушли навсегда вместе со светом чистой магии. Весь мир Арчи разлетелся на куски.

Ах, если бы он только не потерял Краеугольный камень! С помощью углей Фароса Старый Зэб без труда разжёг бы новое пламя. Почему, ну почему он не спрятал Краеугольный камень в надёжном месте? Он подвёл Хоука. Он подвёл всех – весь светлый магический мир! Он подвёл саму магию и отдал её во власть Тёмного пламени. Теперь этот огонь из преисподней уничтожит всю светлую магию, и в мире останется только чёрное волшебство.

Теперь оставалась только одна надежда – нужно было во что бы то ни стало уничтожить Тёмное пламя. Арчи знал, что победа будет равносильна гибели. Если погаснет единственный магический огонь, вся магия навсегда уйдёт из мира и больше никогда не вернётся. Но это всё равно лучше, чем безграничное торжество чёрной магии… Верно?

Размышляя об этом, он пересёк площадь и почувствовал, как холодная капля упала ему на лоб. Начинался дождь.

Арчи постоял немного, глядя под ноги. Ему предстояло принести страшные новости Фоксам. Подняв воротник, он поплёлся обратно на улицу Собачий Клык.

* * *

Подойдя к двери, Арчи открыл её и вошёл внутрь. В доме было тихо. Из-за двери кухни доносились негромкие голоса. Арчи тихо закрыл за собой дверь и пошёл по коридору.

Вика сидела за кухонным столом вместе с Лореттой, Тёрном и бабулей Грин. Судя по их лицам, они разговаривали о чём-то очень серьёзном. Арчи вдруг захотелось узнать, что они обсуждали без него, но сначала он должен был сообщить им новости.

– Кто-то погасил пламя Фароса, – без предисловий сказал он.

Арчи ожидал, что эта новость будет встречена возгласами ужаса или слезами Лоретты, но никто не издал ни звука.

– Мы уже знаем, – со вздохом произнесла Лоретта. – Вольфус нам сказал. Он заглянул предупредить нас о том, что руководство призывает всех членов магических семейств собраться для защиты Музея.

– Значит, надо идти, – воскликнул Арчи, поворачиваясь к двери.

Но они продолжали смотреть на него, не двигаясь с места. Что с ними такое? Что вообще тут происходит?

– Арчи, милый, присядь на минутку, – ласково попросила бабушка. – Мы должны кое-что тебе сказать… Это касается твоей сестры.

Арчи почувствовал, как его сердце подпрыгнуло и забилось в горле.

– Рози? Вы узнали, где она?

Лоретта кивнула.

– Она… Она здесь, милый.

– Что? – ахнул Арчи, в недоумении переводя взгляд с одного лица на другое. – Где?

Вика встала из-за стола.

– Вот здесь, перед тобой, – проговорила она. В её глазах блестели слёзы.

Арчи застыл с разинутым ртом. Он смотрел на Вику, пытаясь понять, что происходит. Вика… Рози… Как это может быть?

Вика продолжала стоять перед ним – отважная и сильная, как всегда. И внезапно Арчи без всяких доводов понял, что она всегда была его сестрой, а не кузиной.

– Ты – Рози! – прошептал он, во все глаза глядя на неё.

– Да, – просто ответила Вика. – Но я сама только что об этом узнала.

– Я ей рассказала, – всхлипнула Лоретта.

Вика потянулась к Арчи, сгребла его в объятия и с такой силой прижала к себе, что он едва мог дышать.

– Добро пожаловать домой, братишка, – прошептала она ему на ухо.

Лавина чувств обрушилась на Арчи. Он крепко обнял Вику и почувствовал, как слёзы бегут по его щекам. Они не помнили, как долго простояли так – брат и сестра, застывшие в крепком объятии.

– Я всегда была рядом, – прошептала Вика и поцеловала его в лоб.

И тогда Арчи почувствовал, будто огромная тяжесть свалилась с его плеч. Он посмотрел поверх плеча Вики на бабулю Грин и Лоретту, и они обе с любовью улыбнулись ему.

Дядя Тёрн встал из-за стола.

– Ну что ж, молодёжь, – проворчал он, пытаясь держаться как всегда, но его голос дрожал, а в глазах блестели слёзы.

Вика отпустила Арчи, бросилась к нему и крепко-крепко обхватила руками.

– Полегче, малышка! – пробормотал Тёрн и сморгнул слезу.

– Всё нормально, – сказала Вика. – Спасибо, что все эти годы был моим отцом!

– Это было сплошное удовольствие, – попытался отшутиться Тёрн. Он повернулся к Арчи и сжал его руку в своём знаменитом костедробительном рукопожатии, которое быстро перешло в объятия. – Я уже сказал Полу, он всё знает.

Веснушчатая физиономия Пола мгновенно появилась рядом с ними.

– В общем, я не против потерять сестру, если взамен мне достанется кузина, – сообщил он, лукаво поглядев на Вику. – Не говоря о том, что я всегда подозревал нечто похожее. Я слишком красив для того, чтобы быть твоим братом. – Лицо Пола задумчиво вытянулось. – Кстати, как теперь тебя называть?

– Меня зовут Ежевика, – отчеканила Вика. – И не советую тебе об этом забывать, Чертополох. Как бы там ни было, ты всё равно остаёшься моим мерзким маленьким братишкой!

Пол просиял от удовольствия.

– А теперь, – всхлипнула Лоретта, – давайте все сядем.

Лоретта принесла чайник и поставила на стол тарелку со свежеиспечённым печеньем, но никто не притронулся к еде. Все расселись за столом и заговорили наперебой.

Арчи до сих пор не мог прийти в себя. Выходит, всё время, пока он безуспешно пытался разыскать свою семью, его родная сестра жила с ним под одной крышей! Он не знал, смеяться ему или плакать.

– Сколько же ещё секретов в этой семье? – вслух спросил Арчи. – Боюсь, я не выдержу ещё одного сюрприза!

Лоретта покачала головой.

– Нет, милый. Больше у нас не осталось никаких тайн от вас.

Гардения посмотрела на неё.

– Поверьте, это было очень тяжело для всех нас. Не проходило дня, чтобы мне не хотелось рассказать тебе, Арчи, что у тебя есть сестра. И то же самое испытывала Лоретта. Мы даже не могли видеться друг с другом, чтобы наша тайна случайно не открылась. Мы обещали вашим родителям, что в точности выполним их просьбу. Они оба были готовы на всё, чтобы защитить и уберечь вас обоих. Они приняли такое решение, и мы должны были его выполнить. Когда ваш отец заглянул в «Книгу пророчеств» и узнал о том, что у Арчи будет судьба с развилкой, вашим родителям пришлось срочно решать, что делать дальше. Всё произошло так быстро, что мы просто не успели как следует всё обдумать. А потом ваши родители пропали, и мы не могли ничего изменить, не нарушив слово, которое они с нас взяли. И нам оставалось только жить с этим и надеяться, что когда-нибудь вся эта ситуация благополучно разрешится.

Когда тебе, Арчи, исполнилось двенадцать и в наш дом принесли магическую книгу, я впервые вздохнула с облегчением – ведь это означало, что вы оба наконец-то сможете быть вместе. Правда, нам пришлось сказать вам, что вы кузены, а не брат и сестра, но это казалось не слишком большой ценой после двенадцати лет, которые вы провели вдали друг от друга. Главное, вы были вместе – вы оба и, конечно, Пол. Мы очень быстро поняли, что вместе вы намного сильнее, чем каждый в отдельности, и это тоже было потрясающе.

– Но почему вы сейчас решили нам всё рассказать? – спросила Вика.

Лоретта вытерла слёзы.

– Алекс и Амелия сказали, что если пламя Фароса погаснет и мы окажемся на пороге гибели Музея и всего, чем мы живём, то тогда мы можем открыть вам правду. Нельзя допустить, чтобы вы встретили свою судьбу, не зная, кем приходитесь друг другу. И вот этот день настал. Скоро начнётся последняя битва за саму душу магии.

* * *

Когда они вышли из дома, снаружи лил дождь.

«Белый ряд» был закрыт, жалюзи на окнах опущены. Хранители пламени уже начали собираться перед кондитерской «Квиллз». Когда семья Фоксов приблизилась к ним, глаза Лоретты были ещё красными от недавних слёз, но на её губах воинственно алела помада, а во взоре пылала стальная решимость. Гардения Грин и Тёрн, шедшие по бокам от неё, выглядели не менее решительно.

Горстка учеников стояла чуть поодаль от взрослых. Пинк успокаивала их. Когда они приблизились, все глаза обратились на Арчи, Вику и Пола.

– Значит, это правда? – воскликнула Мередит Мерридэнс. – Пламя Фароса было погашено?

Арчи скупо кивнул. Он не мог выдавить ни слова.

Ученики примолкли.

– Где руководство? – громко произнесла Вика. – Что они делают?

– Феодора пропала, – ответила Пинк. – Скрылась среди ночи, никто не знает куда. Она забрала с собой все книги по сверхъестественной магии!

Они уже знали об этом, Грейвс сама рассказала им о своих планах накануне бегства.

– Где Гонт и Браун? – спросил Арчи.

– Мотли Браун тоже куда-то исчез. Взял с собой гору магических книг и как сквозь землю провалился! Ума не приложу, где его искать! Фауст в архиве. Он всё ещё пытается выяснить, каким образом Грей намеревался спасти магию. Сейчас от этого зависит всё наше будущее. Вольфус и Мораг собирают книги, которые можно спасти. Расп им помогает.

* * *

Следующий час пролетел как в тумане. Дождь полил сильнее, сумерки окутали город. Арчи стоял в кондитерской и смотрел сквозь стену допуска на разыгравшуюся непогоду. Дождь хлестал по окнам. Молния огненным деревом расцвела в небе, на миг озарив двор, потом в отдалении послышался раскат грома. Арчи смотрел на людей, которые бежали по лужам к «Квиллз».

Зал постепенно наполнялся. Новости о гибели пламени Фароса быстро распространялись по всему магическому миру. По всей стране члены магического сообщества собирались вместе, пытаясь понять, что произошло и как жить дальше.

В «Квиллз» собрались представители семей Хранителей пламени – потомки древних защитников Великой Александрийской библиотеки. Почти все молчали, опустив голову, словно скорбящие на похоронах. Однако все они были исполнены решимости вступить в бой с Тёмным пламенем.

Старый Зэб и Джеффри Крикк стояли плечом к плечу. Добрый переплётчик выглядел совсем дряхлым, однако в его взгляде была сталь. Марджори тоже была с ними, она беспрестанно всхлипывала и сморкалась в носовой платок.

Но в этом зале не было единственного человека, которого Арчи хотел видеть больше всего на свете. Гидеон Хоук был заперт в приюте. При мысли об этом Арчи охватывала бессильная ярость. Что сделал бы его наставник, окажись он здесь?

Гонт, Боун и Пандрама держались вместе. Судя по их мрачному виду, они оставили надежду найти разгадку пророчества. Арчи тоже был близок к отчаянию. Возможно, было уже слишком поздно что-то предпринимать.

Вика и Пол стояли рядом с Арчи.

– А, вот вы где, – пробурчал Тёрн, подходя к ним.

– Каков план? – спросила Вика.

Тёрн прищурился.

– Наш штаб будет находиться здесь, в «Квиллз». Старый Зэб отправился будить книгостражных зверей. Если Алчники ворвутся в Музей, все магические книги окажутся в их руках. Таким образом, они получат безграничную власть над всем магическим миром.

– Каковы наши шансы? – уточнил Арчи.

Его дядя огляделся по сторонам и заговорщически понизил голос:

– Без разгадки тайны Грея? Отвечу начистоту – никаких. После того как пламя Фароса угасло, магия, охраняющая Музей, тает с каждой минутой. Но мы будем сражаться до последнего! Если история магии когда-нибудь всё-таки будет написана, в ней будет сказано, что мы погибли с высоко поднятой головой, сражаясь до последнего заклинания!

Арчи знал, что так оно и будет. Хранители пламени будут защищать Музей до самого конца. До последних мужчины, женщины и ребёнка. Они пожертвуют собой, пытаясь спасти магические книги от Тёмного пламени и Алчников.

– Знаете, что это? – заговорщически шепнул Тёрн, кивая на Пандраму и Гонта, которые вносили в зал стопки книг. – Они забрали из Музея все самые ценные книги!

Даже в самый последний час эти люди думали не о себе, а о магии. Они пытались спасти магические книги, чтобы продолжать сражаться и после того, как Музей падёт, – а он, судя по всему, был обречён. Арчи почувствовал, как его сердце забилось жарче. Он был почти сломлен горем, и в то же время его переполняла гордость. Он гордился быть одним из них – одним из Хранителей огня. Некоторые из них пришли в «Квиллз» целыми семьями – родители, дети и даже внуки. Здесь были и Мерривезеры, и Дрю, и большинство других старых семей. Треваллены, семья Руперта, тоже пришли в кондитерскую, но их сына не было с ними. Арчи подумал о Руперте. Как-то он сейчас? Жив ли? В Оксфорд уже начали просачиваться слухи о магических схватках в Лондоне.

Арчи переходил от группки к группке. Все разговоры обрывались, не успев начаться, все лица каменели в ожидании скорой развязки. Хранители огня были полны мужества, но Арчи чувствовал, что большинство из них уже простились с надеждой.

Неожиданно он заметил Арабеллу, одиноко стоявшую в зале. Арчи вдруг вспомнил, как впервые увидел её в «Белом ряду», куда она пришла вместе с матерью. Арчи видел, что Арабелла чувствует себя не в своей тарелке. Никто не ждал её здесь, никто не был рад её приходу.

Арабелла всегда была одиночкой. Возможно, благодаря этому они с Арчи так хорошо понимали друг друга. Он подошёл к ней, тронул за плечо.

– Как ты, Арабелла? – спросил Арчи.

Она подняла на него глаза, едва заметно кивнула.

– Я единственная Рипли на стороне Хранителей пламени. Сейчас сторонники Тёмного пламени собрались в доме моих родителей. Там их штаб, там они собирают свои силы. Там было так много народу, что мне не сразу удалось выбраться из дома. Пришлось вылезать через окно верхнего этажа и спускаться вниз по водосточной трубе, представляешь? После того как пламя Фароса было погашено, предатели наперебой бросились приносить Тёмную клятву!

Семья Рипли всегда была в числе самых известных Алчников. И если бы только она! От дяди Тёрна Арчи знал, что очень много респектабельных членов магического сообщества за закрытыми дверьми практиковали чёрную магию. Другие просто пытались спасти свои шкуры. Они знали, что Тёмный владыка, придя к власти, безжалостно покарает всех, кто помедлил присягнуть ему.

– Арчи!

Обернувшись на крик, Арчи с изумлением увидел Руперта, который пробирался к ним через толпу.

– Я приехал, как только услышал о Пламени, – выпалил их друг. – Какой ужас!

– Что происходит в Лондоне? – поинтересовался Арчи.

– Ничего хорошего, – мрачно ответил Руперт. – Королевское общество полностью перешло в руки сторонников Тёмного владыки. Все выстроились в очередь, чтобы принести Тёмную клятву. Я чудом успел сбежать до того, как они запечатали все двери.

– А что Смур? – спросила Арабелла.

– Не знаю, – признался Руперт. – Он сказал что-то насчет того, что нужно защитить тайную библиотеку, но с тех пор я его не видел.

– Руперт, какое счастье! – воскликнула Вика, подбегая к ним. – Ты цел!

– Что делает Магическая лига? – тут же задал вопрос Пол.

– Ничего, – пожал плечами Руперт. – Было совершено несколько нападений на магические здания, есть убитые. Скрыть это уже невозможно. Неготовые в курсе, что что-то происходит. Газеты, радио и телевидение с утра до ночи кричат о магических дуэлях, нападениях, поджогах и убийствах. Улицы Лондона опустели. Люди напуганы, распространяется паника. – Руперт замолчал, переводя дыхание. – А Гидеон Хоук вышел из приюта!

– Что? – ахнул Арчи, чувствуя, как его сердце встрепенулось в груди. – Но как ему это удалось?

– Это самое печальное, – Руперт сочувствующе покачал головой. – Магические власти сами выпустили его. Ходят слухи, будто бы он с самого начала стоял во главе заговора.

Земля ушла из-под ног Арчи. Он не мог в это поверить! Кто угодно, только не Хоук! Внезапно его захлестнул гнев.

– Это вздор! – громко возмутился он. – Это грязная ложь! Хоук никогда не предал бы Музей!

– Интересно, где же Фабиан Грей? – прошипела Арабелла. – Сейчас он как никогда нужен нам!

Арчи сжал кулаки, собираясь с силами. Пусть Грея не было рядом, чтобы спасти магию, пусть внезапное освобождение Хоука вызывало самые страшные подозрения, но он, Арчи Грин, не собирался так легко сдаваться! Дядя Тёрн сказал, что они будут сражаться до последнего. Именно так Арчи и намеревался поступить!

Он собрал вокруг себя всех членов Клуба алхимиков.

– Думаю, настало время провести последнее собрание, – шёпотом сказал Арчи. – Идём.

Дождавшись, когда Пинк отвлечётся, пятеро друзей тихонько выскользнули из кондитерской. Перебежав через мокрую площадь, они юркнули в «Белый ряд» и бегом бросились в лабораторию Грея.

* * *

А в это время в пятидесяти милях от Лондона Горацио Кэтчпоул беспокойно заворочался во сне. Он уснул, уронив голову на стол, но что-то его разбудило. Этой ночью Горацио Кэтчпоул дежурил в офисе фирмы на Гаттер-лейн. Посылка для Фабиана Грея лежала на столе перед ним. Горацио уже знал о заговоре Алчников, но работа есть работа, и она, как известно, сама себя не сделает.

Горацио сел и сонно огляделся по сторонам. В кабинете было темно, только тонкий луч серебристого света пробивался внутрь сквозь щель в жалюзи. Сидя в темноте, Горацио замер, прислушиваясь. Так и есть, звук повторился – тихий шорох шагов, поднимающихся по лестнице. Кто-то приближался!

Вот скрипнули половицы, и сердце Горацио забилось ещё чаще. Он затравленно огляделся, ища что-нибудь, чем можно защититься от грабителей. Подбежав к небольшому камину, Горацио схватил в руки кочергу. Затем его взгляд снова упал на свёрток, лежавший на столе.

Шаги звучали уже совсем близко. Неизвестный добрался до верхней лестничной площадки и теперь шёл по коридору к двери, за которой стоял Горацио. Через несколько мгновений он будет здесь!

Взгляд Горацио нервно метался между столом и дверью. Вот ручка двери очень медленно повернулась. Горацио затаил дыхание, его тело застыло. Во рту пересохло. Он не знал, чего ожидать, но прекрасно понимал, что Алчникам потребуется совсем немного времени, чтобы узнать о загадочном пакете и его содержимом. После этого они пойдут на всё, чтобы заполучить его, но если они рассчитывали просто прийти и забрать свёрток, то жестоко просчитались! Горацио Кэтчпоул был не из тех, кто сдаётся без борьбы.

Теперь он смотрел на дверь, которая медленно открывалась, впуская внутрь свет из коридора. В этом слабом свете Горацио успел разглядеть только белую прядь волос на голове незнакомца.

Потом в дверном проёме выросла тёмная фигура. Напряжение достигло такой точки, что сделалось невыносимым. Тень упала на стол. Горацио судорожно сглотнул.

– Полагаю, вы пришли за этим? – спросил он, кивая на свёрток, лежавший на столе.

Фигура кивнула и протянула руку.

– Не так быстро, любезный, – выдавил Горацио. – Вам придётся доказать, что вы – законный владелец.

Незнакомец порылся в кармане и бросил что-то на стол. При этом капюшон его плаща упал, открыв лицо.

– О! – выдохнул Горацио. – Так это вы! Но…

– Возможно, сейчас не самое удачное время для расспросов, – заметил человек в плаще. – Насколько мне известно, ваша фирма по праву гордится тем, что не суёт нос в чужие дела. Я предъявил вам квитанцию.

Горацио впился глазами в листок бумаги.

– Хм-м, – выдавил он наконец. – Кажется, всё в порядке.

Мужчина второй раз потянулся за свёртком, но Горацио накрыл его рукой.

– Я должен заботиться об интересах магического мира, – решительно заявил он. – Скажите, что вы собираетесь сделать с содержимым этого пакета.

На этот раз мужчина посмотрел на него с нескрываемым уважением.

– Я намерен использовать его, – ответил он.

– Использовать, говорите? Так-так, понятно, – пробормотал Горацио, словно не веря своим ушам. – В любом случае, я буду вынужден попросить вас расписаться в учётной книге. Всё, знаете ли, должно быть по правилам, – он пододвинул к посетителю раскрытую конторскую книгу, которая лежала на столе. – Фирма «Фолли и Кэтчпоул» по праву гордится тем, что не допускает ошибок…

– Да-да, я помню, – перебил его посетитель. – Именно поэтому вы и были выбраны для этого поручения.

Мужчина крепко сжал в пальцах карандаш, но от Горацио не укрылось, что его руки слегка дрожали. Подпись гостя была больше похожа на закорючку.

– Послание хранится у нас с 1666 года, – напомнил Горацио, не в силах справиться с любопытством. – Почему вам понадобилось столько времени, чтобы забрать его?

В ответ мужчина расхохотался.

– Я никак не мог вспомнить, где оставил посылку, – объяснил он. – Но теперь память возвращается ко мне!

Он перегнулся через стол и взял свёрток.

– А теперь, если вы позволите, я вынужден откланяться. Меня ждёт очень важное дело, которое мне уже очень давно следовало исполнить!

Горацио кивнул и протянул руку.

– Удачи, – искренне пожелал он.

Мужчина крепко пожал его руку. Затем он повернулся и вышел. Горацио стоял неподвижно до тех пор, пока шаги посетителя не стихли внизу, потом распустил узел галстука и перевёл дух.

Не каждый день доводится встретиться лицом к лицу с самим Фабианом Греем!

Глава 27

Тёмный владыка

Пятеро членов Клуба алхимиков стояли в лаборатории Грея.

– Мы клянёмся возродить былую славу магии, – повторяли они, сами не веря в свои слова.

– Что мы будем делать? – с отчаянием в голосе спросила Арабелла. – Алчники с минуты на минуту нападут на Музей. Они ждут только сигнала. Тёмное пламя на их стороне, и Хранители огня никак не смогут их остановить!

– Мы должны уничтожить Тёмное пламя, – заявил Арчи. – Это единственный способ не допустить наступления тёмной эры магии.

– Но даже если нам удастся это сделать, гибель Тёмного пламени будет означать конец всей магии, – напомнил Руперт.

– А мы клялись возродить её в былой славе, – вставила Арабелла.

– Я знаю, – печально кивнул Арчи. – Но лучше никакой магии, чем такая!

И тут на лестнице послышались чьи-то шаги.

– Ш-ш-ш! – прошипела Вика, прижимая палец к губам. – Сюда кто-то идёт.

Друзья подкрались к двери и выглянули в коридор.

Там было пусто, но через несколько мгновений под лестницей словно ниоткуда появилась закутанная в плащ фигура.

– Откуда он взялся? – шёпотом спросил Руперт.

– Он использует зелье невидимости, приготовленное из крови сопелок, – так же тихо ответил Арчи.

Руперт сжал кулаки.

– Даю слово, что когда я до него доберусь, ему захочется навсегда исчезнуть с лица земли!

Тем временем незнакомец сбросил с головы капюшон… и друзья узнали Питера Квиггли.

– Вот змеёныш, – прошипела Вика.

Квиггли воровато огляделся по сторонам, проверяя, не видит ли его кто-нибудь. Друзья едва успели шмыгнуть в тень, чтобы он их не заметил.

Квиггли пошёл было по коридору, но вдруг остановился перед первой дверью.

– Что он там забыл? – удивился Пол.

– Он хочет воспользоваться Заговорённым входом, – объяснил Арчи. – Наверное, ему нужно попасть в какое-то другое магическое помещение.

Квиггли снова обернулся через плечо, потом вставил ключ в скважину и отпер дверь. После этого он вошёл внутрь и закрыл дверь за собой.

– Он оставил ключ в двери, – сказал Арчи. – Бежим!

Он вихрем промчался по коридору, схватился за ручку двери и скороговоркой произнёс заклинание, которому научил его Старый Зэб.

Волшебная дверь, будь так любезна —

Отведи меня в нужное место!

Дверь услужливо распахнулась, и пятеро детей переступили порог.

Они были так увлечены погоней за Квиггли, что не заметили Старого Зэба, который тихо стоял в темноте, наблюдая за ними. Когда члены Клуба алхимиков скрылись за дверью, старый переплётчик открыл синюю дверь, ведущую в ледяное логово книгостражных зверей.

– Эй, красавчики мои, – позвал старик. – Просыпайтесь, милые. Пора за работу.

* * *

Переступив порог Зачарованного входа, пятеро членов Клуба алхимиков очутились в длинном полутёмном коридоре.

– Мы в доме моих родителей, – удивлённо прошептала Арабелла. – Этот коридор ведёт в большой зал. Там всегда проходят встречи Алчников.

В самом деле, впереди виднелась распахнутая дверь. Арчи шагнул было к ней, но Арабелла схватила его за руку.

– Постой! – прошипела она. – Давайте сначала переоденемся. – Она кивнула на плащи, висевшие на крючках. – Алчники всегда носят их на собраниях.

Они быстро закутались в плащи и низко надвинули капюшоны, чтобы скрыть свои лица. После этого друзья поспешили к двери и вошли в огромный ярко освещённый зал с великолепным витражным окном от пола до потолка. Арчи сразу узнал комнату, которую уже видел в своих снах. Это здесь была открыта «Книга ночи», и здесь он видел первую церемонию принесения Тёмной клятвы. Последний раз он видел эту сцену через окно глазами ворона.

За окном полыхнула молния, прогремел гром. Дождь хлестал по стёклам. Ещё одна вспышка озарила зал, осветив мертвенным светом фигуры в плащах, толпившиеся вокруг. Арчи ещё ниже опустил капюшон и юркнул в гущу толпы, надеясь, что его не заметят. Остальные последовали за ним.

– Вон мои родители, – пробормотала Арабелла, прикрывая рукой рот.

Арчи увидел Веронику Рипли и её мужа Мортимера. Они с довольными улыбками наблюдали за происходившим в зале с небольшого балкончика вроде галереи менестрелей. Проследив за взглядами супругов Рипли, Арчи увидел возвышение, похожее на сцену, сооружённую прямо под огромным окном.

В самом центре постамента на пьедестале лежала открытая «Книга ночи», чёрное пламя жарко плясало на её страницах.

Новая вспышка осветила комнату, и в её свете Арчи увидел несколько человек в плащах, стоявших вокруг огня. Их было пятеро – один очень высокий, двое среднего роста и двое невысоких.

Высокий мужчина воздел руки вверх и громко заговорил:

– Мои тёмные братья и сёстры, добро пожаловать в особняк Рипли, родовой дом семьи Рипли и многолетнюю твердыню нашего движения. Мы очень рады сегодня видеть вас всех здесь. Сегодня ночью мы отпразднуем начало нового века магии! Мы ждём нескольких особенных гостей, и очень скоро они к нам присоединятся. Но сначала давайте все принесём клятву верности Тёмному пламени. Повторяйте за мной слова священной Тёмной клятвы.

Арчи огляделся по сторонам, обводя взглядом ряды приспешников зла. Всё новые и новые люди входили внутрь и смешивались с толпой, так что теперь в зале было не протолкнуться. Арчи посетило жуткое ощущение, что многие лица ему знакомы. Он был почти уверен, что узнал сутулую фигуру Аурелиуса Распа, стоявшего впереди него.

Толпа монотонно загудела слова клятвы:

Тьма горящая,

Мрака свет,

Тебе присягаем

На тысячи лет.

Пусть тёмная эра скорее настанет,

Пусть светлая магия чёрной станет!

Чем громче становился речитатив, тем сильнее и жарче разгоралось Тёмное пламя, плясавшее на страницах «Книги ночи». Каждый новый сторонник, присягнувший тьме, делал огонь сильнее. Арчи был потрясён тем, насколько выросло пламя с тех пор, когда он видел его во сне.

Пусть вечно будет править она —

Да будет Мрак,

Да здравствует Тьма!

Наконец клятва была принесена, и в комнате вновь наступила тишина, нарушаемая только стуком дождя по оконному стеклу. Снова полыхнула молния, загромыхал гром. Арчи смотрел в окно, не в силах отвести глаз от чёрной тучи, стремительно разраставшейся в небе. Туча имела какую-то неправильную форму, но не успел Арчи задуматься над тем, что бы это могло быть, как высокий человек, стоявший перед книгой, отбросил капюшон. Арчи узнал землистое лицо Утера Моргреда. Теперь стало понятно, почему Магическая лига оказалась настолько беспомощна в борьбе против Алчников!

Моргред посмотрел на людей в капюшонах, стоявших возле него.

– Приветствую вас, мои тёмные братья. Есть новости из музея Магических кодексов?

Две невысокие фигуры одновременно шагнули вперед. Первый из них отбросил капюшон, и Арчи услышал, как кто-то негромко ахнул за его спиной.

– Мотли Браун! – прошипела Вика. – Вот он, предатель!

Браун, приосанившись, повернулся лицом к толпе.

– Пламя Фароса уничтожено! – громко объявил он. – Отныне все мы служим только Тёмному пламени!

Второй коротышка тоже снял капюшон, под которым оказалось знакомое круглое лицо Питера Квиггли. Тошнота подкатила к горлу Арчи. Значит, Квиггли уже давно был на стороне тьмы.

– Словесный горн остыл! – радостно выкрикнул Квиггли. – Пламени Фароса больше нет! Я погасил его при помощи крови дракона и гасящего заклинания. Да здравствует Тёмное пламя!

Шёпот пробежал по толпе, слуги чёрного огня один за другим подхватили слова приветствия.

– Да здравствует Тёмное пламя! Да здравствует Тёмное пламя! Да здравствует Тёмное пламя!

Вскоре весь зал уже скандировал нараспев, слова гремели в огромном зале, и Арчи замутило от отчаяния. Но самое страшное было ещё впереди. Тёмное пламя вдруг яростно вспыхнуло, взлетев чуть не до потолка. В огне появилось лицо, искажённое трепещущим пламенем. Два холодных серых глаза бесстрастно уставились на толпу. Эти глаза Арчи узнал бы из тысячи других глаз. На него смотрел сам Артур Рипли.

Арабелла тихо ахнула.

– Он Тёмный владыка! – прошептала она.

Утер Моргред поднял руки, призывая всех к тишине. После этого он повернулся к тому, кто стоял перед пламенем.

– Мы ваши покорные слуги, владыка, – произнёс он, склоняя голову.

Холодный серый взгляд Артура Рипли скользнул по залу.

– Как хорошо, что вы все пришли сюда сегодня, – негромко начал он. – Я знал, что рано или поздно вы уверуете в мою правоту. Однако я вижу среди нас новые лица, – Артур Рипли вперил свой пронзительный взгляд в Распа. – Аурелиус, какая неожиданность. Я вижу, что пелена наконец спала с твоих глаз и ты осознал, как глупо оставаться верным Хоуку. Что ж, лучше поздно, чем никогда. Мотли? Не могу сказать, что я полностью доволен тобой. Будь ты чуть посмелее, мы добились бы своего гораздо раньше!

Мотли Браун опустил глаза в пол.

– Мне приходилось… соблюдать осторожность, – выдавил он. – Если бы меня разоблачили, наше дело оказалось бы под угрозой.

– Ты трус, Мотли, и всегда был трусом. Ты не высовывался до тех пор, пока не понял, что наша победа уже близка, и начал действовать только в самый последний момент.

– Но я погасил пламя Фароса! – взвизгнул Браун.

– Неправда! – ухмыльнулся Квиггли. – Пламя погасил я!

– Как это похоже на тебя, Мотли, – осклабился Расп. – Послать мальчишку сделать всю грязную работу!

– Но это я научил моего ученика гасящему заклинанию, – возмущённо закричал Браун. – Я наставлял этого неблагодарного негодника, я заставлял его практиковаться с крысиной кровью, пока он не научился гасить пламя свечей… Я добыл для него драконью кровь, когда выяснилось, что кровь саламандры не обладает нужной силой! Без меня он бы никогда не смог погасить Пламя!

Но Рипли лишь брезгливо отмахнулся от его протестов.

– Дело сделано, и это главное. Пламя Фароса потушено. Отныне осталось только Тёмное пламя, да горит оно вечно! Мы стоим на пороге новой эпохи – эпохи тёмной магии. О, как долго мы ждали этого дня – и вот он настал. А сейчас прошу внимания. Наступает торжественный момент. Сейчас к нам присоединятся последние долгожданные сторонники. Вас ждёт сюрприз!

Расп повернулся к двум последним фигурам, не снявшим капюшонов.

Первая из них шагнула вперёд и открыла лицо. Катерина Крона уставилась на толпу пустым взглядом своих погасших глаз.

Тонкие губы Распа искривились в улыбке.

– Добро пожаловать, Катерина. Надеюсь, мой добрый друг Румольд хорошо обращался с тобой в приюте?

– Да, владыка, – ответила Катерина, склоняя голову. – Он приносит свои извинения за то, что не смог лично присутствовать здесь сегодня. Его задержали дела в приюте.

– Ничего страшного. Румольд всегда верой и правдой служил нам, он оказал столь неоценимую помощь нашему делу, что на этот раз я его прощаю. А теперь настало время представить вам нашего особого гостя! – Расп сделал паузу, дожидаясь, когда все собравшиеся затаят дыхание. – Мои тёмные братья и сёстры! Все вы знаете, как долго мы искали величайшее сокровище магии – разумеется, я говорю об «Опус магус», о самом могущественном произведении магической силы. Я отдал поискам этого шедевра большую часть своей жизни, но оказалось, что всё это время бесценный труд был гораздо ближе, чем я думал. И вот сегодня наконец перед нами предстанет единственный, кто знает тайну «Опус магус», – сам Фабиан Грей!

Последняя фигура в плаще шагнула вперёд. В её руке была зажата посылка из «Фолли и Кэтчпоул». Когда Утер Моргред сбросил с головы незнакомца капюшон, тот застыл, будто в оцепенении.

При виде его лица Арчи тоже остолбенел от ужаса.

Перед ним стоял Гидеон Хоук.

Глава 28

«Опус магус»

Весь мир Арчи разлетелся вдребезги. Он не верил своим глазам. Как Гидеон Хоук мог оказаться Фабианом Греем?

Но потом всё встало на свои места: сверхъестественные магические способности Хоука, его разноцветные глаза и загадочное прошлое и даже его болезнь, в которой видели помешательство! Всё сходилось. Почему же Арчи сразу этого не понял? Всё это время отгадка была у него прямо перед глазами!

Хоук однажды сказал, что ему кажется, будто он гоняется за собственной тенью, – но в действительности так оно и было. Он отчаянно искал Фабиана Грея, не догадываясь, что сам был Фабианом Греем!

Рипли вырвал из рук Грея свёрток и разорвал обёрточную бумагу.

– Спасибо, Гидеон, – поблагодарил он. – Или ты предпочитаешь, чтобы я называл тебя Фабианом?

Он поднял над головой тонкую белую книжицу.

– Наконец-то я получил то, чего так страстно желал всю мою жизнь! – громко вскричал он. – Отныне «Опус магус» принадлежит мне, а вместе с ним и вся сила магии! – Расп с жадностью уставился на книгу. – Впервые за триста пятьдесят лет глаза человека увидят это сокровище! Я познаю все секреты «Опус магус» и передам их Тёмному пламени, после чего начнется новая великая эпоха чёрной магии! – Рипли повернулся к «Книге ночи». – Властью Тёмного пламени я призываю вас, мои тёмные слуги.

Арчи почувствовал, как кто-то дёрнул его за рукав. Это была Вика.

– Мы должны что-то сделать, – прошипела она. – Мы должны его остановить!

Но три Бледных писца уже восстали из «Книги ночи», как пары ядовитого тумана. Их лица мерцали, их глаза горели неукротимым огнём. Арчи вновь испытал знакомый леденящий ужас. Он узнал двоих из троицы, но третьего видел впервые. Волоски на задней стороне его шеи зашевелились и встали дыбом.

Моргред приблизился к Распу.

– Здесь осталось немного алхимического азота для написания заклинания, – он поставил на постамент рядом с «Книгой ночи» небольшой пузырёк с волшебными чернилами. – Я взял его из Королевского магического общества. Пусть наступит новая пора тьмы!

Рипли открыл белую книжечку, которую держал в руках, и Бледные писцы как по команде поднялись в воздух. Их призрачные лица дрожали и кривились от злобного торжества, они ждали свершения последнего ритуала темнохимии. Но в следующее мгновение лица призраков исказились от гнева.

– Ч-что это? – прошипел первый Бледный писец.

– Лож-ж-жь, – прошелестел второй.

– Кто-то дорого заплатит за этот обман! – завизжал третий.

Рипли бессмысленным взглядом смотрел на белую книжицу. Его глаза снова и снова пробегали по строчкам, как будто он был не в силах осознать смысл написанного.

– «Пусть в нужный час это напомнит мне о том, кто я есть, и о видении, которое я увидел…» – прочитал он вслух. Рипли лихорадочно перелистнул страницы книги. – Это не «Опус магус»! – взревел он. – Это какой-то бред безумца! – Рипли резко повернулся к Хоуку. – Где истинный «Опус магус»?! – заорал он.

Хоук невозмутимо покачал головой.

– Ты держишь в руках мои воспоминания, – ответил он. – Эти строки должны были напомнить мне о том, кто я такой. Не больше – но и не меньше.

– Но у тебя всегда была фантастическая память! – вопил Рипли, разом растеряв всю свою вальяжность. – Ты с первого взгляда запоминаешь сложнейшие заклинания! Значит, «Опус магус» должен храниться в твоей памяти!

– Возможно, когда-то так оно и было, – отвечал Хоук. – Но я утратил память об этой книге вместе с остальными своими воспоминаниями. Такова власть наложенного на меня проклятия, но если оно помешает тебе воспользоваться силой «Опуса», то я благодарен судьбе.

Рипли застыл. Внезапно его лицо озарилось новой догадкой.

– Не спеши радоваться, Гидеон. Если ты забыл «Опус магус», значит, его помнит кто-то другой – иначе магия давным-давно утратила бы свою силу. Но если не ты владеешь ею, то кто же? – Его ледяные серые глаза вновь заскользили по притихшей толпе. – Арчи Грин! – прошипел Рипли. – Он где-то здесь! Я чувствую его присутствие. Конечно, как же я сразу об этом не подумал? Он наследник Фабиана Грея! Значит, память об «Опус магус» каким-то образом перешла к нему… Теперь понятно, почему у этого мальчишки судьба с развилкой! Арчи Грин – часть пророчества! – Расп стремительно повернулся к Бледным писцам. – Он здесь, я знаю это! Отыщите его!

Три призрака взмыли в воздух. Арчи почувствовал, как их тёмный разум ищет его в толпе. Внезапно он ощутил парализующую слабость – это поисковое заклинание чёрной магии повелевало ему выйти вперёд. И тут кто-то, стоявший рядом с ним, отбросил с лица капюшон.

Это был Руперт.

– Я Арчи Грин! – громко крикнул он.

Бледные писцы с шипением обернулись к нему.

– Нет, это не Арчи Грин! – заорал Рипли. – Другой мальчишка пытается выгородить его. Убейте его!

Арчи отбросил свой капюшон.

– Прости, Руперт, но я не позволю тебе это сделать! – закричал он. – Я – Арчи Грин.

– Нет! – пронзительно вскрикнула Арабелла. – Не надо, Арчи!

– Но я не могу иначе, – ответил он. – Я Грей, а только Грей в силах победить Тёмное пламя. Моя судьба всегда была связана с судьбой Фабиана Грея. Я должен исполнить своё предназначение.

Толпа расступилась. Тихий ропот облетел зал. Арчи вышел к возвышению, на котором стоял Рипли.

– Вот мы и встретились снова, Арчи Грин, – расхохотался Тёмный владыка. – Наконец-то ты оказался там, где мне нужно!

И тут в толпе раздался вопль ярости, и худой сутулый человек бросился к возвышению.

– Ты позоришь само имя магии, Рипли! – закричал Аурелиус Расп. – Ты пустое ничтожество по сравнению с Фабианом Греем!

– Ах, мой бедный Аурелиус, – с притворным сожалением протянул Рипли. – А я-то поверил, что ты изменился! Мне следовало догадаться, что ты остался предан Хоуку.

– Я был и остаюсь предан Музею! – выкрикнул Расп. – И я готов умереть за него!

Он обрушил на Рипли изгоняющее заклинание, но тот с лёгкостью отразил его. Расп приготовился применить защитные чары, но Бледные писцы спикировали на него сверху, обступили и хором зашептали свои чёрные заклятия. Несколько секунд Расп продолжал сопротивляться, но Рипли простёр к нему руку и громко произнёс:

Сила ночи,

Могущество тьмы,

Возьми его душу,

Свет погаси.

Расп замертво рухнул на пол.

Жуткая тишина воцарилась в огромном зале.

Арчи никогда не любил Распа, но сейчас ему было стыдно за свою слепоту. Аурелиус Расп погиб как герой, пытаясь защитить Музей от Тёмного пламени. Выходит, Хоук был прав, доверяя ему.

Арчи охватил гнев. Но прежде чем он успел что-либо предпринять, раздался оглушительный грохот – это сотни воронов ударились в витражное окно. Гигантская чёрная стая окружила дом. Только сейчас Арчи догадался, что это и была та чёрная туча, которую он увидел раньше. Теперь воздух заполнился хлопаньем их крыльев и стуком клювов, молотящих по окну. В зале поднялся переполох, огромная стая скрыла свет, погрузив комнату в полумрак.

И в этой суматохе кто-то крепко схватил Арчи за руку. Это был Хоук – точнее, Фабиан Грей.

– У нас очень мало времени. Выслушай меня внимательно. Чтобы победить Тёмное пламя, нужна жертва, – жарким шёпотом заговорил он. – Я прочитал свои записи и всё вспомнил. В этой тетради я записал оборотное заклинание, которое позволит мне по собственной воле превратиться в ворона, но после того, как я воспользуюсь им, мне понадобится твоя помощь, чтобы спасти магию.

– Что я должен сделать? – спросил Арчи.

– Когда придёт время, ты должен будешь переписать «Опус магус». Это единственный пусть к спасению, Арчи!

– Но где он? – в отчаянии закричал Арчи.

И тут в небе снова полыхнула молния. Арчи зажмурился, ослеплённый, а когда снова открыл глаза, Грей уже исчез.

Арчи остался один.

На него смотрели холодные глаза Артура Рипли.

Глава 29

Смертельный поединок

– Где Грей? – прошипел Рипли. – Я видел, как он шептался с тобой. Он сказал тебе, где спрятан «Опус магус», верно? – Внезапно резкие черты Тёмного владыки озарились догадкой. – Или же… «Опус магус» – это ты! Вот оно что! – пронзительно вскрикнул он. – Арчи Грин и есть «Опус магус»! Заветное заклинание находится в тебе! Теперь я понимаю, почему Хоук так защищал тебя.

Теперь Рипли говорил быстро и отрывисто, словно в бреду. Очевидно, тёмная сила Пламени окончательно овладела им. Он весь трясся, словно в лихорадке, в его глазах появился безумный блеск.

Поймав растерянный взгляд Арчи, Рипли визгливо расхохотался.

– О, да ты и впрямь ничего не знаешь! Это потому, что «Опус магус» хранится у тебя не в голове, а в самом сердце! Как трогательно, не правда ли? И как удобно. Это означает, если ты будешь сломлен, порча поразит и всю магию. Это значительно упрощает нашу задачу. – Рипли посмотрел на Бледных писцов: – Взять его!

Призраки подлетели к Арчи. Первый из трёх приблизился к нему, его пустые чёрные глаза вспыхнули злым огнём, бесплотный голос зашипел в мозгу Арчи.

– Ты полон сомнений, мальчик, – говорил он. – Я чувствую, как они подтачивают твой разум, подобно крысам, глодающим трупы, – призрак тенью обвился вокруг Арчи. – О, сколько страха, сколько вопросов и колебаний! Но в чём же ты сомневаешься сильнее всего? В любви своих родных? Или в своей силе? Нет, не то… О, ты меня не обманешь, мальчик, я чувствую запах твоего смятения. Твои сомнения гораздо глубже, гораздо мрачнее. Да, теперь я вижу! Ты сомневаешься в самом себе, Арчи Грин. Ты не веришь, что достоин быть наследником Фабиана Грея! Вот где твоё самое главное сомнение. И неудивительно! Ведь ты прав, хотя боишься себе в этом признаться. Ты недостоин наследия Фабиана Грея. Ты подведёшь его. Он верит в тебя, он возлагает на тебя все свои надежды, но его ждёт страшное разочарование. Ты подведёшь его и всех, кто в тебя поверил!

Сомнения охватили Арчи. Он был бессилен бороться с ними. Да и как он мог справиться с сомнениями, если злобный призрак был прав? На какую-то долю секунды Арчи даже почувствовал облегчение при мысли о том, что всё закончилось. Он был почти благодарен призраку за то, что тот избавил его от необходимости притворяться не тем, кто он есть. Но в тот же миг в его голове раздался другой голос. Это был Хоук – или Грей, что, как выяснилось, было одно и то же. «Я полностью доверяю этому мальчику, – сказал он в приюте для волшебнобольных. – Я никогда не сомневался в нём, а у него, к счастью, нет причин сомневаться в себе».

Арчи почувствовал, как к нему снова возвращается уверенность. Он отбросил предательские сомнения, выгнал их из своего разума, как храбрый кот разгоняет крыс.

Призрак по имени Сомнение отпрянул от него. С громким шипением, похожим на звук воды, пролитой на раскалённую плиту, его засосало обратно в книгу.

– Ты победил Сомнение, Арчи Грин, но это тебя не спасёт, – прокричал Рипли.

По его знаку второй Бледный писец, имя которому Страх, ринулся на Арчи. Его прикосновение было холоднее льда, и невольная дрожь пробежала по телу Арчи.

– Чего ты боишься сильнее всего, Арчи Грин? – вкрадчиво прошептал Страх, обдавая Арчи своим зловонным дыханием. – В чём твой самый главный страх?

Арчи попятился от него. Он отчаянно пытался храбриться, но Страх был уже у него внутри. Арчи почувствовал, как липкие холодные пальцы призрака роются в его сознании, пробираются в самые тёмные уголки, чтобы извлечь на свет самые жуткие воспоминания.

– Ага! – торжествующе вскричал Страх, и его голос был подобен леденящему дыханию мороза. – Ну-ка, что тут у нас?

Кровь в жилах Арчи превратилась в лёд. Что нашёл Бледный писец?

Страх с усмешкой раскрыл свою бесплотную ладонь, и Арчи с ужасом увидел огневолка – наводящее ужас свирепое чудовище, которое однажды напало на него и Вику в Музее. Полуволк-полудракон уставился на Арчи своими свирепыми красными глазами. Потом он запрокинул голову, испустил жуткий вой и начал медленно приближаться. Арчи оцепенел от ужаса. Тщетно пытался он взять себя в руки, страх уже овладел всем его существом. Его сердце неистово колотилось в груди, ноги подгибались, во рту пересохло. Но внезапно в гаснущем сознании Арчи всплыли слова, которые однажды сказал ему Хоук: «Бледные писцы роются в твоих воспоминаниях, выискивают твои слабости. Но здесь есть один важный момент. Они могут использовать против тебя только твои настоящие воспоминания, а не ложные образы, насланные магией. Никогда не забывай об этом».

Как бы ни был страшен огневолк, он был всего лишь попрыгушкой, которого убил Вольфус Боун. Чудовище было мертво, а значит, не могло причинить Арчи никакого вреда. Как только Арчи понял это, огневолк мгновенно исчез – пропал с громким хлопком, словно лопнувший шарик.

Но Страх ещё не был побеждён. Его пылающие ненавистью глаза впились в Арчи. Он снова погрузился в его разум и извлёк оттуда новое страшное воспоминание. Когда он раскрыл ладонь, глазам Арчи предстало нечто столь ужасное, что он едва не потерял сознание.

Костлявая рука с длинными чёрными когтями протянулась из «Книги ночи». На её ладони горела огненная метка Золотого круга, а рядом с ней был знак чёрного дракона. Потом со страниц книги поднялась грозная фигура. Она была высотой не меньше семи футов, вся закутанная в длинный пурпурный плащ и с алым амулетом на груди. Затем из чёрного тумана проявилось измождённое лицо с впалыми щеками и крючковатым носом, как у хищной птицы. С этого лица на Арчи смотрели тусклые чёрные глаза Барзака.

Арчи заледенел. Перед ним был его самый страшный кошмар. Он не представлял, как смог победить этого тёмного волшебника в прошлый раз.

Страшные глаза Барзака впились в Арчи, прожигая его насквозь.

– Я несу тьму и гибель, – прогремел его гулкий голос. – Приготовься к смерти, книжный заклинатель. На этот раз тебе не спастись.

Арчи прирос к месту, но и на этот раз слова Хоука пришли ему на помощь:

«Арчи, сдаётся мне, что ты творишь свою собственную, интуитивную магию. Такое случается, но очень и очень редко. Именно эту природную магию ты использовал, чтобы победить Барзака и спасти Орфеуса. Ты рождаешь собственные заклинания. Они у тебя в крови».

Арчи закрыл глаза и сосредоточился. Чары, которые он использовал в прошлый раз, всплыли сами собой, словно ждали только зова.

Барзак занёс свою когтистую руку и забормотал чёрное заклинание, но Арчи не позволил ему закончить.

– Я изгоняю тебя обратно во тьму. Я повелеваю тебе вернуться туда, откуда ты пришёл!

Как только он начал говорить, зелёные огненные буквы стали вспыхивать в воздухе над его головой, сами собой складываясь в слова. Арчи окружил запах тихой звёздной ночи – чистейший аромат аморы, самой сути магии.

Но Барзак не собирался сдаваться. Он забормотал отражающее заклинание, и чёрные буквы загорелись над его головой. По знаку Барзака они переплелись с зелёными буквами, грозя погасить их.

– Мы ещё посмотрим, чья магия сильнее, – прокричал Барзак, однако чёрные буквы вдруг начали бледнеть.

– Я приказываю тебе вернуться в «Книгу ночи»! – повторил Арчи.

Лицо Барзака исказилось гневом, несколько мгновений он пытался сопротивляться изгоняющему заклинанию. Его тонкие губы задвигались, он из последних сил хотел произнести проклятие, но его поразила немота. Чародей испустил последний жуткий крик – и «Книга ночи» потащила его к себе. Барзак извивался и корчился, хватая воздух своими иссохшими когтистыми руками, но вскоре всё было кончено.

– Итак, ты победил свои страхи, – проронил Рипли. – Но и это ещё не всё. Пришло время тебе познакомиться с последним Бледным писцом, самым сильным из всей троицы.

Арчи почувствовал присутствие предводителя писцов раньше, чем увидел его. Невыносимая гнетущая тоска охватила его. Он увидел, как призрак поднялся в воздух, как серый туман, заколыхался, принимая облик человека. Пустые провалы глазниц уставились на Арчи с безжизненного белого лица. Перед ним было само Отчаяние.

Кровь Арчи застыла в жилах. Казалось, весь кислород разом вышел из воздуха и дыхание перестало давать жизнь. Арчи разом лишился всех сил. Да, перед ним был самый страшный из трёх Бледных писцов, ибо он насылал на свою жертву ощущение безысходности и запредельного одиночества.

Бледный писец по имени Отчаяние поднял руку – и Арчи почувствовал, как жизнь выходит из него. Но ему было уже всё равно. Он был полностью подавлен и сломлен. Призрак не произносил ни слова, но Арчи всем своим существом чувствовал ненасытную жажду, с которой он питался его жизненной силой. Арчи предпринял слабую попытку помешать этому, но все мысли предали его, они оборачивались против него, всё глубже погружая его в пучину обречённости.

Он подумал о Вике и Поле, о Лоретте, Тёрне и бабуле Грин, но тут же с беспощадной ясностью увидел, что подвёл их всех. Он подумал о своих родителях и сделался ещё несчастнее, ведь ему больше никогда не суждено было их увидеть. Он подумал о Музее, но теперь ему было ясно, что всё пропало, – Тёмное пламя исказит все магические книги и навсегда погасит их свет. Фабиан Грей потерпел поражение и не смог спасти магию.

Тусклые глаза призрака насмешливо заблестели. Арчи почувствовал полную пустоту внутри. Всё пропало. Ещё никогда в жизни он не испытывал состояния такой всепоглощающей безысходности. Но хуже всего было то, что у него не было не только сил, но и желания сопротивляться.

Впервые за свои 13 лет жизни Арчи осознал бессмысленность своего существования. Зачем он живёт? Его жизнь никому не нужна. Он сам никому не нужен. Он ничего не стоит. Последние остатки надежды таяли, как снег под дождём. Арчи всё сильнее затягивало в пучину отвращения к самому себе, откуда уже нет и не будет выхода.

Никогда в жизни он не сталкивался с такой парализующей силой. Белая фигура надвигалась на него, как туман, несущийся с моря. Когда Бледный писец очутился совсем рядом, Арчи увидел в его руках тонкий белый клинок, похожий на осколок льда. Клинок был направлен в сердце Арчи. Несколько мгновений, показавшихся Арчи целой вечностью, скорбные глаза призрака смотрели в его глаза. И душа Арчи превратилась в лёд.

Когда Бледный писец приставил клинок к груди Арчи, чтобы пронзить его сердце, ему было уже всё равно. Он ничего не почувствовал. Внутри его была только пустота, разрастающаяся до размеров бездны. Ему казалось, будто он падает на дно глубокой чёрной ямы, которой не будет конца.

Он слышал, как Вика что-то кричит ему, слышал, как вороны бьются в окно. Руперт и Пол тоже пытались прорваться к Арчи, но люди Моргреда удержали их. Арабелла тоже что-то кричала.

Но Отчаяние было сильнее. Вот Бледный писец сделал последний шаг, чтобы оборвать судьбу Арчи. Жизнь стремительно покидала его. Два других Бледных писца вновь выросли за спиной своего предводителя, питаясь слабостью Арчи. По мере того как последние искры надежды гасли в его душе, их место занимали Сомнение и Страх. Арчи был бессилен бороться против них.

И в это самое жуткое, самое безнадёжное мгновение своей жизни он вдруг вспомнил слова ворона: «Призови меня, когда угаснет последняя надежда».

Но и эти слова ничем не отозвались в душе Арчи. «Опус магус», единственного средства победить Тёмное пламя, не существовало. Их последняя надежда была на то, что заветное заклинание каким-то образом осталось в памяти Фабиана Грея, но Грей исчез. Он оставил Арчи. Значит, никакой надежды больше не осталось. Всё было кончено.

Арчи услышал громкий рёв – это Тёмное пламя вырвалось из «Книги ночи». Оно охватило Артура Рипли, и его хохочущее лицо проступило сквозь языки пламени. Тёмный владыка отдал свою душу чёрной магии.

– Смотрите и слушайте! – провозгласил Рипли, сжимая кулаки, так что пламя загорелось ещё чернее и жарче. – Не Фабиану Грею было суждено спасти магию, а мне! Да настанет царство тьмы! Отныне вся магия покорится новому владыке. Я возрождён в тёмном огне как новый темнохимик и глава магического мира. Тёмная магия должна занять своё истинное место. Все покорятся мне и будут служить моей воле. И первыми, кого я обращу в своих покорных слуг, будут Арчи Грин и члены его жалкого Клуба алхимиков.

Тёмное пламя жадно заплясало вокруг Рипли. Он поднял руку, но Арчи даже не нашёл в себе сил посмотреть, что будет дальше. Ему было уже всё безразлично.

– Где же ты, Фабиан Грей? – с насмешкой закричал Рипли. – Или ты предпочитаешь, чтобы я называл тебя Гидеоном Хоуком? Что ж, это уже не важно!

Внезапно в воздухе что-то прошелестело, и Артур Рипли залился истерическим смехом.

– Птичка? Ты наколдовал птицу? – он снова расхохотался. – И это всё, на что способен тот, кого называли величайшим волшебником всех времён? Ах, Гидеон, это было бы смешно, если бы не было так жалко. Смотрите, мои верные слуги! – закричал он, поворачиваясь к толпе. – Перед вами величайший алхимик, а это, надо полагать, его последний шедевр!

Арчи поднял голову и увидел перед собой ворона. Чёрные глаза птицы с вызовом смотрели на Рипли. Тёмный владыка продолжал хохотать, но ворон как будто не замечал этого. Он взлетел в воздух и опустился на плечо Арчи.

– Воспоминания, Арчи, – тихо сказал он. – Возьми мои воспоминания.

Собрав последние силы, Арчи потянулся за книгой. Бледные писцы попытались его опередить, но он успел схватить тонкую книжицу и распахнул её.

– Это глупо даже для тебя, Арчи Грин! – крикнул Рипли. – Эта книга не имеет никакой силы! Она пуста.

Но Арчи его не слушал. Он смотрел на пустую страницу.

– Я оставил эту страницу для тебя, – прошептал ворон ему на ухо. – Я помню «Опус магус», только когда нахожусь в облике ворона, но вороны, как ты знаешь, не могут писать. Так что тебе придётся сделать это вместо меня.

– Но если я сделаю это, ты уже никогда не сможешь превратиться в человека! – в ужасе вскрикнул Арчи.

– Это мой выбор, – ответил ворон. – Это жертва, которую я должен принести. Ты же знаешь, что у нас с тобой судьбы с развилкой. Наши пути всегда были связаны. Это мое предназначение, Арчи. А тебе предназначено записать заклинание. Слушай же, Арчи. Слушай внимательно.

Арчи снял с пальца кольцо Фабиана Грея и положил его на свою ладонь. Когда кольцо превратилось в золотое перо, ворон начал на память цитировать «Опус магус» – заветное заклинание, породившее магию.

Арчи сосредоточился, собрав всю магическую силу, разлитую в его теле, и крепче сжал в руке золотое перо. Потом он окунул его кончик в азот, стоявший на постаменте, и записал слова ворона на чистой странице книги. Светящиеся зелёные буквы вспыхивали в воздухе над его головой, соединяясь в слова.

Бледные писцы протянули свои призрачные руки, пытаясь исказить и испортить заклинание, но сила «Опус магус» отшвырнула их прочь.

Тёмное пламя задрожало и зашипело, а Рипли заорал на писцов:

– Перо! Золотое перо! Заберите его у мальчишки! Убейте его, пока он не успел закончить заклинание!

Тёмное пламя огненным смерчем завертелось вокруг Рипли, его чёрные языки разлетались по залу, вращаясь всё быстрее и быстрее. Пламя трещало и завывало, как голодный зверь. Трое Бледных писцов не могли противостоять его силе, чёрное пламя подхватило их и втянуло в свой огненный вихрь.

Густой зловонный дым клубами повалил из «Книги ночи». Воздух вокруг Арчи наполнился ядовитыми испарениями, ему пришлось зажать рукой нос и рот, чтобы не вдыхать отраву. Но он ни на миг не выпустил из пальцев перо, он продолжал писать заветное заклинание.

Когда последнее слово «Опус магус» было написано, заклинание вспыхнуло золотым огнём, но чёрное пламя пожрало часть слов.

Вокруг Арчи зазвучали голоса темнохимиков, чьи души были заключены в чёрном огне. Они нараспев читали свои самые страшные заклинания, пытаясь разрушить заветные слова. Комнату заволокло дымом, тьма сделалась такой густой, что Арчи уже не видел ворона и слышал только его голос. Арчи задыхался в зловонии тьмы. Она пахла гниющей плотью и чем-то едким, напоминающим запах горящей резины. В этом кромешном кошмаре Арчи услышал, как ворон прочитал завершающие слова заветного заклинания. Он должен был исполнить свою задачу. Арчи крепче сжал в пальцах золотое перо, собрал последние силы и вывел последние буквы. Но Тёмное пламя окружило их. Арчи с ужасом понял, что они сейчас сгорят в этом чёрном огне. Внезапно из клубов дыма вынырнул ворон. В когтях он сжимал склянку с кровью дракона.

– Прощай, Арчи Грин. Не забывай меня. Когда будешь говорить о бедном Фабиане Грее, замолви о нём доброе слово и скажи всем, что он пожертвовал собой, чтобы спасти магию.

С этими словами ворон взмыл в воздух, пролетел мимо Арчи и бросился в самое сердце Тёмного пламени. И Арчи в последний раз услышал голос Гидеона Хоука:

Дракона убитого

Свежая кровь,

Погаси Пламя

Во веки веков.

Тёмное пламя вспыхнуло ярче, завертелось огненным колесом. Оно крутилось всё быстрее и быстрее, стремительно съеживаясь, пока не превратилось в крошечную искру. Чёрный туман рассеялся, как роса под утренним солнцем, а «Книга ночи» запылала, объятая золотым пламенем.

Потом полыхнула молния, раздался удар грома – и от Артура Рипли осталась только горстка пепла на странице книги.

Налетел ветер, взъерошил волосы Арчи, унёс пепел.

И только тогда Арчи понял всё.

Это было их предназначение – его и Фабиана Грея. Им было предначертано спасти магию – и сделать это вместе. Каждый из них мог отступить, отказаться от своей судьбы, но они этого не сделали. В итоге Фабиан Грей, или Гидеон Хоук, беззаветно пожертвовал собой. Он отказался от своего человеческого облика, чтобы победить Тёмное пламя.

Арчи стоял в оцепенении, пока не почувствовал резь в глазах.

Огромный зал был ярко освещён, как будто в нём включили весь свет. Это начался рассвет. Солнце било в высокое витражное окно. Стая воронов исчезла, и больше ничто не загораживало свет. Однако птицы далеко не улетели, они сидели в саду и на крышах ближайших домов.

А в огромном зале закутанные в плащи приспешники Тёмного пламени закрывали глаза руками, прячась от яркого света нового дня.

– Вы полностью окружены. Сдавайтесь, если не хотите усугубить своё положение, – раздался громкий и сильный голос Феодоры Грейвс.

Она стояла на возвышении, Старый Зэб был рядом с ней. По бокам от них сидели книгостражные звери, их золотые перья ослепительно сверкали в свете солнца, лившемся в окно.

Один из зверей поднял свою тяжёлую орлиную голову и принюхался.

– Я чувствую запах вора, который осмелился войти в наше логово, чтобы обокрасть нас, – прогремел каменный голос. Грифон повернул голову к Мотли Брауну. – Это был ты! – взревел он.

– Нет! – взвизгнул Браун, пятясь назад. – Это был не я, это мальчишка!

Он толкнул Квиггли к грифону и отскочил в сторону, приготовившись бежать. Но книгостражный зверь не позволил ему это сделать. Он разинул свой орлиный клюв и выпустил струю ледяного дыхания, которая ударила Брауна между лопатками. Смертоносное дыхание грифона заморозило его кровь, превратило тело в лёд, и Браун упал мёртвым, рассыпавшись на мириады осколков.

Из толпы Алчников раздались вопли ужаса. Приспешники Тёмного пламени в панике заметались по залу и бросились к выходу, отталкивая друг друга. Но тут двери широко распахнулись, и на пороге выросли Тёрн, Лоретта и Фауст Гонт, отрезая Алчникам путь к бегству. Раздались новые вопли, несколько человек попытались взобраться на балкон, но Вольфус Боун и Гардения Грин преградили им и этот путь.

Всё новые и новые Хранители пламени вбегали в зал, и вскоре Алчники оказались окружены со всех сторон. Им некуда было бежать. Арчи увидел в толпе Тревалленов, Дрю, Мерривезеров и других представителей светлого магического мира. Были здесь и Джеффри Крикк, и даже сёстры Сирены, Цикута и Дельфиния. Они стояли плечом к плечу, выстроившись в ряд.

Потом Арчи понял, что его со всех сторон обступили люди. Это были его друзья – Вика, Пол, Арабелла и Руперт. Они тормошили его.

– Ты цел? – спросил Руперт.

– Я в порядке, – ответил Арчи. – Меня спас Фабиан Грей. Он исполнил своё предназначение.

Внезапно в толпе Алчников раздался пронзительный крик, и какой-то человек попытался взбежать на сцену, чтобы прорваться к окну.

– Задержите его! – крикнула Грейвс.

– С удовольствием, – ответила Пинк, выставив вперёд ногу, обутую в высокий ботинок.

Беглец запнулся и кубарем покатился по полу. Пинк сдёрнула с его лица капюшон, открыв перекошенное злобой лицо с выпученными глазами.

– Амос Роуч, – процедила Грейвс. – Вот мы и встретились.

Роуч оскалил зубы в усмешке.

– Вы погасили Тёмное пламя, но не спешите праздновать победу, – прорычал он. – Пламя Фароса тоже погашено! Магия мертва.

– Нет! – звонко воскликнула Арабелла. – Арчи сберёг Краеугольный камень! Мы зажжём новое пламя Фароса.

Арчи сжался в комок, опустив глаза. И тут в зале раздался визгливый смех Питера Квиггли.

– Да неужели? Выходит, Грин кое-что утаил от вас. Какой сюрприз! Ну что, Арчи, ты сам расскажешь или это сделаю я?

Внутри у Арчи всё скрутилось в узел. Он с трудом помотал головой.

– Нет… Простите меня, – выдавил он. – Я потерял Краеугольный камень, когда Бледный писец напал на меня на кладбище.

Квиггли расхохотался. Он упивался своим торжеством:

– Как хорошо, что я тоже был там и подобрал то, что ты обронил. Жаль, что ты меня не видел, ведь я благоразумно использовал скрывающее зелье.

– Что ты сделал с Краеугольным камнем, Питер? – спросила Грейвс, стараясь оставаться спокойной.

– Погасил, – с наглой улыбкой ответил Квиггли. – Уничтожил, как я уничтожил пламя Фароса. Так что ты проиграл, Арчи. Когда вы с Хоуком потушили Тёмное пламя, вы не спасли магию, а окончательно погубили её.

Грейвс тяжело вздохнула.

– К сожалению, это так, – сказала она. – «Опус магус» спасён, но без магического огня нет и не может быть магии.

И тут Вика, которая до сих пор не проронила ни слова, деликатно кашлянула.

– Простите, но вы ошибаетесь. Пламя Фароса не уничтожено.

Она сунула руку в карман и вытащила оттуда предмет, похожий на тяжёлое каменное яйцо, светящееся янтарным светом.

– Краеугольный камень! – ахнул Арчи, во все глаза глядя на него. – Но как?

– Их было два, не забыл? – подмигнула ему Вика.

– Запасной камень, – обрадовался Арчи. – Значит, это ты его взяла?

– Решила перестраховаться, – улыбнулась Вика. – Я взяла его тогда же, когда ты забрал первый. Подумала, вдруг пригодится. На всякий случай.

– Но почему ты ничего не сказала? – воскликнул Арчи.

– Я подумала, что чем меньше людей будут знать об этом, тем лучше, – как ни в чём не бывало ответила его сестра.

Арчи невольно улыбнулся.

– Но нам-то ты могла сказать!

– Но тогда не получилось бы сюрприза! – просияла Вика, глядя на него счастливыми смеющимися глазами. – Ты же знаешь, что Греи обожают сюрпризы!

– Значит, мы всё-таки спасли магию! – возликовал Пол.

– Я полагаю, это нужно отпраздновать, – громко объявила Грейвс. – Пусть вороны облетят все уголки магического мира. Передайте всем, что пламя Фароса будет гореть, а магия – жить вечно!

Глава 30

Последнее пламя

Настал следующий день после битвы в особняке Рипли. Ночной ливень сменился солнечным днём. Гроза миновала, воздух был свеж и чист.

По всему магическому миру праздновали победу над Тьмой. В доме номер 32 по улице Собачий Клык все готовились к большому торжеству в «Квиллз».

Бабуля Грин стояла на кухне в своём лучшем платье, рядом с ней был Тёрн, одетый в мятый костюм, уже знакомый Арчи по фотографии в газетной заметке.

Накануне было решено, что Арчи и Вика останутся жить у Фоксов. Здесь был их дом, их семья.

– Конечно, я буду очень скучать по всем вам, – призналась Гардения. – Но на этот раз мы расстаёмся ненадолго. Как только я продам свой домик, то сразу же переберусь в Оксфорд. Теперь мы всегда будем вместе!

– Отличный план, бабуль, – Арчи крепко обнял её.

Гардения взглянула на часы.

– Где же Лоретта? – спросила она. – Сколько можно собираться?

Пол подбежал к лестнице и закричал наверх:

– Мама! Приём скоро начнётся! Поторопись!

И тут в дверь постучали. Тёрн пошёл открывать, в коридоре послышались громкие голоса. Потом на кухню вошли Феодора Грейвс и Вольфус Боун.

– Мы забежали всего на минутку, только чтобы сообщить вам последние новости, – улыбнулась Грейвс. – Словесный горн разожжён! Пламя Фароса вновь ярко пылает в очаге.

– Это лучшая в мире новость, – заметил Арчи.

– Все заговорщики выявлены, – коротко добавил Боун. – Румольда арестовали прямо в приюте, ему будут предъявлены обвинения в многочисленных преступлениях против магии. Моргреда тоже ждёт суд. Амоса Роуча будут судить за убийство приёмных родителей Катерины.

– А это для тебя, Чертополох, – Грейвс протянула Полу конверт.

Он нетерпеливо вскрыл его.

– Ура! Это письмо из Музея! – радостно закричал он, пробежав глазами по строчкам. – В понедельник я приступаю к работе в мифическом паноптикуме!

– Поздравляю, милый, – сказала бабуля Грин. – Руперт будет очень доволен.

– А что будет с Квиггли? – спросила Вика.

– Он слишком юн, чтобы предстать перед судом за преступления против магии и уничтожение Пламени, поэтому отправится в Исправительную школу для юных волшебников-правонарушителей, где у него не будет возможности безобразничать. Катерина Крона останется в приюте, а Орфеус Смур заменит Румольда на посту директора.

Боун покосился на Тёрна.

– Мы с тобой должны поблагодарить Роуча за взбучку, которую нам задали в Магическом обществе. Мотли Браун предупредил его и других Алчников о том, что мы приедем за «Книгой ночи».

– Значит, Смур был ни при чём? – уточнила Вика.

– Нет, он всегда говорил правду. Он действительно узнал о «Книге ночи» только тогда, когда открыл существование секретной библиотеки. И сразу же сообщил в Музей, как только понял, какая опасная книга там хранится. Теперь, слава магии, «Книга ночи» надёжно спрятана в крипте, на цепи вместе с другими Ужасными манускриптами, – поведал Боун. – Думаю, вам будет приятно узнать, что остальные книги из секретной библиотеки тоже перевезены в Музей и закрыты в Темнохране. Орфеус лично позаботился об этом.

– Здорово, – порадовался Пол. – Всё хорошо, что хорошо кончается!

Но Арчи вдруг снова погрустнел.

– Я всё время думаю о Фабиане Грее, – признался он. – Теперь я понимаю, почему видение едва не свело его с ума. Представляю, каково ему было узнать, что он должен превратиться в ворона, чтобы исполнить своё предназначение!

– А я оплакиваю Гидеона Хоука, – тихо произнёс Боун. – Он был моим лучшим другом. Бедный Гидеон! Подумать только, он всю свою жизнь искал разгадку тайны Фабиана Грея, не подозревая, что ищет самого себя. Неудивительно, что в итоге это свело его с ума.

– Это не так, – резко возразила Грейвс. – Разум Гидеона был ясен как день, но Алчники намеренно внушали ему, будто он сходит с ума. Лекарство, которое готовил для него Браун, содержало кровь мартовского зайца, Румольд подтвердил это на допросе. Поэтому Гидеон был прав, когда перестал принимать это снадобье и говорил, что оно затуманивает его рассудок. Алчники хотели запереть Гидеона в приюте, чтобы он не мог сорвать их планы и не нашёл способ остановить Тёмное пламя.

Ворон оставил квитанцию из «Фолли и Кэтчпоул» в комнате Гидеона, чтобы он нашёл её. Но Румольд, который следил за каждым шагом Гидеона, пронюхал об этом и решил, будто это квитанция от «Опус магус». Поэтому Алчники решили освободить Гидеона, проследили за ним до офиса «Фолли и Кэтчпоул», а когда он вышел оттуда со свёртком, схватили его и привезли в особняк Рипли. К этому времени они уже догадались, что Гидеон был Фабианом Греем, и надеялись, что у него в руках заветное заклинание.

– А это был лишь рассказ Грея обо всём, что с ним случилось! – воскликнул Арчи.

– Да, – кивнула Грейвс. – Это был гениальный план Алекса и Амелии Грин. Алекс убедил Грея записать всё, чтобы в нужный момент он мог вспомнить, кто он такой.

– А «Опус магус» всё это время хранился в памяти ворона, – вставила Вика.

– Да, – подтвердила Грейвс. – Проклятие «Гримуара» действовало на Грея только тогда, когда он был в облике человека. Превращаясь в ворона, он вновь приобретал свою феноменальную память и помнил всё, что с ним было.

Пол задумчиво сощурил глаза:

– Я только вот чего не понимаю – почему у Хоука не было седой пряди в волосах?

– Гидеон не помнил того, что он увидел в «Книге пророчеств», следовательно, видение не наложило отпечатка на его разум и внешность, – ответила Грейвс. – Зато у ворона, который помнил всё, были седые перья на голове. Когда к Хоуку начали возвращаться воспоминания, его волосы тоже начали белеть.

– А я подумал, что это у него от стресса, – признался Арчи.

– Полагаю, так оно и было, – кивнула Грейвс. – Осознать себя Фабианом Греем было немыслимым стрессом для Гидеона.

– Да уж, от такого любой поседеет! – согласился Арчи.

– Фабиан Грей отдал свою жизнь ради спасения магии. Мы никогда не забудем его подвиг, а также самоотверженный поступок твоих родителей, Арчи, – сказала Грейвс. – Но сейчас не время для печали. Сейчас время почтить память этих людей, поблагодарить их за спасение магии и устроить торжества в их честь! В скором времени в Музее будут установлены статуи Грея, твоих родителей и Аурелиуса Распа.

– Фабиана Грея будут чтить как величайшего алхимика всех времён, – торжественно произнёс Боун.

Арчи задумчиво покачал головой.

– Мне кажется, для него это не имело значения, – заметил он. – Он не дорожил своим мастерством, не думал о славе. Он думал только о спасении магии.

В этот момент в кухне появилась Лоретта. На ней были фиолетовые туфли на высоченных каблуках и огромная шляпа цвета фуксии.

– Как я выгляжу? – спросила она.

– Очень… фиолетово, – замялся Пол.

– Ты выглядишь просто ослепительно… мам, – улыбнулась Вика, ткнув Пола под рёбра.

Лоретта просияла. Она вытащила из своей лавандового цвета сумочки маленькое круглое зеркальце и придирчиво осмотрела свои губы.

– Я испекла пирог для торжества. Он в кладовой, – сказала она, нанося фиолетовую помаду. – Куда вы собрались?

– Встретимся в «Квиллз», – крикнула Вика от двери. – Мы встречаемся с Арабеллой и Рупертом!

– Но как же…

Входная дверь с грохотом захлопнулась за ними.

– …пирог?

Солнце сияло на их лицах, ветер трепал их волосы, когда они со смехом промчались по садовой дорожке и припустили вдоль по улице Собачий Клык. Арчи, Вика и Пол бежали к Бодлианской библиотеке, где их ждали Арабелла и Руперт. Потом все пятеро вместе отправились в «Квиллз».

А высоко на крыше Бодлианской библиотеки сидел ворон с белыми перьями на голове. Блестящие глаза ворона были прикованы к пятерке друзей, которые бежали, взявшись за руки. Он вслушивался в магию их смеха и вспоминал то далёкое время, когда тоже был молод. Потом ворон с радостным криком взмыл в воздух и полетел над крышами Оксфорда.

Пророчество Джона Ди

Когда белизна сгорит дочерна,

Когда вокруг сгустится тьма,

Когда надежда жестоко обманет,

Когда даже сильный слабым станет,

Тогда только ворон укажет путь —

Доверься ему и страх позабудь.

Лишь ворону ведомо всё, что забыто,

Только ему все тайны открыты.

Ворон ключ к разгадке хранит,

Но Тёмный огонь только Свет победит.

К победе ведёт единственный путь —

Пожертвуй собой, себя позабудь.

Магический словарь Майлза Мадберри

Представляем вашему вниманию выдержки из 13-го издания «Введения в магию для начинающих» с глубокой признательностью семье Мадберри.

Алхимический азот. Магическое вещество, высоко ценимое алхимиками прошлого и настоящего. Один из трёх элементов, необходимых для написания магии. Два других – огненная метка Золотого круга и зачарованное перо, добровольно отданное магическим существом. Все старшие заклинания, созданные великими волшебниками прошлого, были написаны алхимическим азотом, поскольку он очень долго сохраняет свои качества. Помимо этого, азот продлевает жизнь смертных. Символ алхимического азота – жезл-кадуцей, символизирующий древо жизни.

Алчники. Заклятые враги Хранителей пламени. Алчники втайне продолжают нарушать магические Положения и пользуются магией в своих собственных целях. Их называют Алчниками, ибо больше всего на свете они алчут прибрать к рукам наиболее сильные магические книги и готовы пойти на всё ради этого. Ученики, работающие в Музее, должны постоянно быть начеку и остерегаться вылазок Алчников. Больше всего Алчники мечтают завладеть Ужасными манускриптами.

Альбомы для рисования и другие затягивающие книги. Относятся к числу наиболее опасных магических книг, поскольку обладают способностью «врисовать» или затащить человека на свои страницы. Самыми известными книгами, обладающими такими свойствами, считаются «Книга былого» и «Книга пророчеств». Иногда эти манускрипты и «Книгу итогов» объединяют под общим названием Книги судеб, хотя «Книга былого» не имеет никакого отношения к судьбам, ибо относится только к прошлому. Впрочем, знание прошлого порой позволяет изменить будущее.

Многие люди, рискнувшие спросить совета у затягивающих книг, пропали без вести. Если книга была закрыта в то время, когда человек находился внутри её, а номер страницы остался неизвестным, найти пропавшего будет очень трудно. В других случаях люди не могли вернуться обратно потому, что нарушили те или иные магические законы.

Амора. Запах магии. Каждый вид магии обладает своим ароматом. Естественная магия имеет природный запах. Магия смертных пахнет дымом костра и пыльными комнатами. Сверхъестественная магия пахнет холодными гробницами и разлагающейся плотью.

Архив. Находится в отделе Неопознанных книг, в музее Магических кодексов. В архиве хранятся все старые магические книги, в том числе тексты, относящиеся ко времени существования Великой Александрийской библиотеки и Золотому веку магии.

Барзак. Самый страшный темнохимик своего времени, автор «Книги душ», одного из семи Ужасных манускриптов. Виновник пожара, уничтожившего Великую библиотеку Александрии. В настоящее время благодаря Арчи Грину заключён в «Книге душ».

Безопасник. Магический подарок, призванный защитить от опасности. Обычно безопасники получают от близких друзей или родственников в начале обучения магическим наукам.

«Белый ряд». Магический книжный магазин, примыкающий к музею Магических кодексов. «Белый ряд» служит местом, в котором магические произведения отделяют от прочих книг, принесённых на продажу. Это единственная часть Музея, открытая для Неготовых. В настоящее время магазин принадлежит Джеффри Крикку.

Бледные писцы. Слуги Тёмного пламени Пандемониума. Бледные писцы некогда были великими писателями, избравшими путь чёрной магии. Написав «Книгу ночи», они призвали Тёмное пламя из преисподней Пандемониума. Бледные писцы рассчитывали повелевать им, однако могущество чёрного огня оказалось так велико, что творцы превратились в слуг Пламени. Все они оказались заперты в книге, и каждый сделался воплощением своей главной слабости – уделом и природой первого стало сомнение, второго – страх, третьего – отчаяние.

Великая Александрийская библиотека. Самая знаменитая библиотека всех времён и народов, величайшее собрание магических книг всего мира. Сгорела во время пожара приблизительно в 48 году до н. э.

Геката Найтшейд. Величайшая волшебница, мастер темнохимии, родоначальница тёмной магии, написавшая книгу демонических чар под названием «Страшный гримуар», который входит в число семи Ужасных манускриптов. Согласно легенде, Геката была убита молнией в то время, когда пыталась завершить своё последнее заклинание, поэтому оно вошло в историю под названием Незавершённого.

Глаза волшебника. Разноцветные глаза. Считается, что глаза волшебника бывают у людей с магическими способностями, в том числе к чёрной магии.

Дверной луч. Секретный вход во внутреннее помещение кондитерской «Квиллз». Дверной луч позволяет посетителям войти в музей Магических кодексов. Чтобы не привлекать внимания Неготовых, он замаскирован под луч света.

Джон Ди (1527–1609). Английский математик, астроном, астролог, алхимик и навигатор. Один из самых образованных людей своего времени, придворный волшебник королевы Елизаветы I, владелец одной из самых больших частных библиотек в Европе, включавшей множество редчайших магических книг. Призрак Джона Ди передал Арчи Грину свой самый любимый прорицательный кристалл, знаменитый Изумрудный глаз, наказав использовать его в качестве безопасника.

Заговорённый вход. Потайная дверь под «Белым рядом», через которую можно попасть в другие магические места.

Запретные книги. Магические книги, которые ни в коем случае нельзя открывать. К ним относятся Ужасные манускрипты и другие книги, подпадающие под полный запрет.

Зелье движения. Антигравитационное снадобье, которое подают в кондитерской «Квиллз», необходимое для быстрого и безопасного путешествия на местах познания. Существует огромное множество вкусов и видов зелья движения, оно может подаваться с горячим шоколадом (так называемые шоктейли) или с фруктовым соком.

Золотой век магии. Большинство людей забыли о магии или никогда не знали о её существовании. Но давным-давно, во время Золотого века, магия практиковалась открыто, наряду с другими занятиями. Именно в те дни великие мастера магии, которые назывались магистрами, создали старшие заклинания, которые служат нам и по сей день. До тех пор, пока старшие заклинания сохраняют свою силу, все люди, прошедшие обучение магии, могут творить волшебство, произнося вслух нужные заклинания.

Изумрудный глаз. Магическая подвеска, некогда принадлежавшая Джону Ди. Призрак Джона Ди передал её Арчи Грину в качестве безопасника.

Клуб алхимиков. Объединение талантливых алхимиков XVII века во главе с Фабианом Греем, ставящее своей целью заново переписать магические книги, хранящиеся в музее Магических кодексов. Магические эксперименты членов клуба привели к Великому лондонскому пожару, следствием чего стало установление Положений магического сдерживания. Ещё одним последствием деятельности клуба стало «Проклятие алхимика».

«Книга ночи» (точное название «Книга ночных кошмаров»). Манускрипт, написанный тремя темнохимиками для вызова пламени Пандемониума из преисподней. Открытие «Книги ночи» выпустит в мир Тёмное пламя и Бледных писцов – духов темнохимиков, написавших книгу. Бледные писцы разыскивают «Опус магус», чтобы овладеть заветным заклинанием и провозгласить начало эры тёмной магии.

Книги судеб. Общее название, объединяющее «Книгу пророчеств» и «Книгу итогов». Иногда к ним причисляют также «Книгу былого».

Книгостражные звери. Древние каменные грифоны, сторожащие магические книги и артефакты. Их можно узнать по янтарным глазам, которые вспыхивают огнём в случае, если сокровищам, находящимся под охраной книгостражных зверей, угрожает какая-то опасность. Книгостражи чрезвычайно преданы своему делу и способны проявлять чудеса отваги. Последняя известная пара книгостражей сторожила магические книги в Великой Александрийской библиотеке. Осторожно! Книгостражи крайне опасны, к ним нельзя приближаться.

Книгохранилище. Огромное сводчатое помещение между кондитерской «Квиллз» и входом в музей Магических кодексов, где магические книги обитают на полках книжных шкафов или летают стаями, как птицы.

Книжный заклинатель. Носитель редчайшего магического дара – умения разговаривать с магическими книгами. Арчи Грин стал первым книжным заклинателем за последние 400 лет.

Коготь дракона. Одно из самых старых мест познания. Коготь дракона принадлежал Ветропаду Разрушителю, одному из крупнейших драконов Севера. Его коготь был так огромен, что на нём могли уместиться два взрослых мужчины, поэтому в настоящее время Коготь дракона входит в небольшое число мест познания, рассчитанных на двоих. Обладает необычным вращательным эффектом. Используется крайне редко, поскольку пользуется дурной славой коварного шутника и обманщика.

Компас интересностей. Магический инструмент для обнаружения источника магической энергии. Компас интересностей незаменим в поисках сокровищ драконов и других спрятанных магических ценностей.

Королевское магическое общество. Основано в 1666 году королём Карлом II для дальнейшего постижения и использования магии. Цель общества – распознавать, поощрять и поддерживать совершенствование в магическом искусстве, а также всемерно способствовать развитию и использованию магии в интересах человечества. Королевское магическое общество всегда имело репутацию элитного клуба, его членами были многие знаменитые маги и алхимики, известные как с хорошей, так и с дурной стороны. Считается, что сэр Исаак Ньютон тоже имел отношение к этому обществу.

Кофейня и кондитерская «Квиллз». Была основана в Лондоне в 1657 году кондитером Джейкобом Квиллом и сразу же стала любимым местом встречи членов магического общества. Первая кондитерская сгорела во время Великого лондонского пожара, и в 1667 году Квилл переехал в Оксфорд, где открыл одноименное заведение, которое находится там до сих пор. Помимо всемирно известных шоктейлей, кондитерская славится одной из лучших в мире стен допуска, которая одновременно служит входом в музей Магических кодексов.

Краеугольные камни. Магические янтарные сферы, в которых первые носители огня перевезли пламя Фароса из Александрии в Оксфорд. С тех пор Краеугольные камни хранятся в музее Магических кодексов и могут быть использованы вновь, если Пламени будет угрожать опасность. Существуют два Краеугольных камня.

Магистры. Мастера магии и магические писатели Золотого века магии.

Магия. Существует три вида магии. Естественная магия – самая чистая разновидность магии. Её сила исходит от магических существ и растений, а также от сил, предметов и явлений природы – солнца, звёзд и т. п. (Символ – молния, бьющая в дерево.) Магия смертных или Магия, сотворённая людьми. Включает в себя магические инструменты и прочие приспособления, с помощью которых волшебники направляют магическую энергию. (Символ – хрустальный шар.) Сверхъестественная магия – самая тёмная и самая опасная разновидность магии, в которой используется магическая сила сверхъестественных существ – духов, призраков и прочих сущностей, не принадлежащих нашему миру. (Символ – улыбающийся череп.)

Места познания. Несколько старинных заколдованных летающих кресел, с помощью которых можно попасть в музей Магических кодексов и выйти из него, не привлекая ненужного внимания. Перед использованием места познания необходимо выпить зелье движения. Каждое место уникально и неповторимо, каждое имеет свою удивительную историю.

Музей Магических кодексов. Секретное здание, скрытое под помещением Бодлианской библиотеки в Оксфорде. Самое крупное в мире собрание магических книг. Все магические книги необходимо отправлять в Музей для изучения, осмотра и классификации.

Мягкая посадка. Коридор и площадка перед главным входом в музей Магических кодексов, куда места познания доставляют посетителей.

Неготовые. Те, кто не знает о существовании магии.

Огненная метка алхимиков (также известная как метка Золотого круга). Символическое изображение золотого дракона, кусающего собственный хвост. Появление огненной метки означает способность к написанию магии. Символ Клуба алхимиков.

Огненная метка. Магический символ, появляющийся на ладони ученика, прошедшего испытание огнём. Когда пламя Фароса посчитает, что ученик готов перейти к изучению следующей науки, на его ладони проступит очередная метка.

Окулюс. Хрустальная сфера, позволяющая связываться с разными уголками магического мира. Когда связь установлена, в окулюсе появляется лицо человека, с которым ведётся разговор.

«Опус магус». Самая известная и, возможно, величайшая из всех магических книг, была написана в эпоху Золотого века магии. Автор книги остался неизвестным, однако считается, что в этой книге собраны тайны создания новой магии. «Опус магус» хранился в Великой Александрийской библиотеке и считается погибшим во время пожара, уничтожившего её собрание.

Особые указания. Обязательный магический контракт, в котором прописано, что следует сделать с магическим предметом в некий установленный срок. Особые указания могут быть оставлены за много лет до назначенного срока. Как только особые указания получены адресатом, их уже невозможно отменить. Невыполнение особых магических указаний считается противозаконным и может иметь самые серьёзные магические последствия, навлечь проклятие и другие неприятности.

Отдел Неопознанных книг. Находится в музее Магических кодексов и занимается розыском утраченных магических книг и идентификацией найденных. Каждая новая книга, принесённая в Музей, первым делом попадает в отдел Неопознанных книг, где её изучают и присваивают категорию магической силы. Среди руководителей отдела Неопознанных книг был печально известный Артур Рипли. В настоящее время отдел возглавляет Гидеон Хоук.

Пламя Фароса. Магическое пламя, некогда горевшее в чаше маяка Александрийской гавани, дабы указывать дорогу путникам, прибывавшим из дальних земель в библиотеку. Когда Великая Александрийская библиотека погибла в результате пожара, Пламя было перенесено в Оксфорд. Легенда гласит, что в пламени Фароса по сей день обитают души магистров – магических творцов времён Золотого века магии. Именно поэтому Пламя считается душой и совестью магического мира. В наши дни пламя Фароса горит в Словесном горне, который находится в переплётной мастерской под книжной лавкой «Белый ряд», и отмечает учеников знаками трёх магических специальностей – искания, переплетения и попечения.

Попрыгушки. Магические книги, содержащие чары, которые высвобождаются после открытия. Существует две разновидности попрыгушек: выскочки и выбегалки. Выскочки могут выпрыгнуть из книги, но перемещаться способны только по её страницам. Выбегалки не привязаны к книге и могут убежать на свободу.

Прыг-стопор. Стеклянный флакон, при открытии которого высвобождается облачко белого пара, способное окружить и поймать убежавшего выбегалку. После использования прыг-стопор необходимо вернуть в Музей, чтобы поместить пойманные чары обратно в книгу или обезвредить другим способом. Ученикам первого и второго года обучения запрещено пользоваться прыг-стопорами.

Стена допуска. Заклинание, скрывающее магические места, чтобы их нельзя было увидеть снаружи. Обычно для прохождения через магическую стену нужно иметь секретную метку или знать магический пароль.

Сувенир. Одна из традиций музея Магических кодексов. Каждый ученик, поступающий в Музей, должен в первый день ученичества принести с собой магическую книгу.

Тёмное пламя. Пламя Пандемониума, вызванное из преисподней. Чёрный двойник пламени Фароса. У Тёмного пламени есть своя огненная метка – см. Чёрный дракон. Тёмному пламени служат Бледные писцы – злые души темнохимиков, вызвавших его.

Темнохимик. Тёмный волшебник, умеющий писать чёрную магию. Все авторы Ужасных манускриптов были темнохимиками.

Темнохран. Тайное хранилище в музее Магических кодексов, погружённое в полную темноту. Здесь хранятся магические книги и артефакты, никогда не видевшие света дня. Помимо этого, в Темнохране находятся инструменты чёрной магии. За время существования Темнохрана лишь нескольким известным членам магического сообщества удалось проникнуть в хранилище. Известно, что в XVII веке известный алхимик Фабиан Грей по меньшей мере один раз побывал в Темнохране. Последним из известных посетителей этого места был Артур Рипли.

«Уголок Агаты». Магический магазин в Оксфорде, специализирующийся на прорицательных инструментах и прочих магических вещицах. Входит в число лучших магических магазинов, наряду с тату-салоном «Огненная метка», лавочкой музыкальных маффинов «Матушка Марек» и магазином «Секреты верлиоки».

Ужасные манускрипты. Семь самых страшных книг, содержащих самую опасную чёрную магию, когда-либо вышедшую из-под пера волшебников. Относятся к Запретным книгам и не должны открываться ни при каких обстоятельствах. Считается, что если Алчники завладеют хотя бы одним из Ужасных манускриптов, они смогут разрушить весь мир.

Ученичество. Магическое ученичество издревле было способом передачи магических знаний от поколения к поколению. Пламя Фароса определяет порядок, в котором каждый новый ученик будет осваивать три книжных навыка: искание (огненная метка в виде глаза), переплетение (огненная метка в виде иглы и нити) и попечение (огненная метка в виде лестницы).

«Фолли и Кэтчпоул». Самая старая и самая секретная юридическая фирма в Британии. Уже более девяти столетий члены британского магического общества пользуются услугами фирмы «Фолли и Кэтчпоул». Офис фирмы находится в Лондоне, вблизи Флит-стрит. Фирма специализируется на хранении магических предметов, магических инструкциях и прочих секретах.

Хранители огня Александрии. Тайное общество, посвятившее себя поиску и сбережению магических книг. Хранители огня защищают Оксфордский музей Магических кодексов, все они являются прямыми потомками первых стражей Великой Александрийской библиотеки.

Чёрный дракон, метка. Огненная метка пламени Пандемониума или Тёмного пламени.

Благодарности

Я хочу сказать спасибо всем тем, кто позволил этой книге появиться на свет, – множеству людей, которые с самого начала сопровождали меня в этом увлекательном путешествии вместе с Арчи.

Спасибо Линдси – моему другу и верному сообщнику в изобретении поворотов сюжета за все наши «литературные обеды» в «Кроун», «Ред Лайон» и «Сван».

Спасибо моему собственному Клубу алхимиков – моим первым читателям, которые критически оценивали первые главы книги.

Я благодарен Дэну и Эрин за их заразительную любовь к жизни, которая озаряет и преображает всё вокруг.

Спасибо моему племяннику Гарри, без которого Арчи Грин никогда не появился бы на свет.

Я хочу поблагодарить моего агента Пола Мортона из Bell Lomax Morton за его тактичные и всегда доброжелательные советы. Спасибо Джо Хайес, которая привела меня в Faber & Faber и позволила планам превратиться в реальность. И огромное спасибо Эдди Беллу, который первым увидел потенциал в моей писанине.

Я благодарен Ли Такстон, моему потрясающему издателю в Faber & Faber, и её фантастической команде редакторов: Элис Сван, которая привнесла в мой текст необходимый лоск и порядок; Наташе Браун за помощь в возне с манускриптами и особенно Наоми Колтарст, благодаря которой работа над «Заклинанием ворона» стала сплошным удовольствием.

Спасибо всей команде «Фабер», особенно Ханне Лав за великолепную рекламу и презентации, а также Лиззи Бишоп и её международному отделу за их блестящую работу с сериями Арчи.

Спасибо Джеймсу де ла Рю, чьи великолепные иллюстрации так чудесно украсили книги про Арчи Грина. В последней книге Джеймс превзошёл сам себя!

Спасибо Морису Лиону, моему мудрому и талантливому редактору, за его великий труд по корректуре и за множество полезных предложений.

Спасибо Брайану – ты сам знаешь, за что. И Йену за то, что он всегда был рядом и подсказывал мне лучшие решения. И, конечно, спасибо Шарлотте и Джейн.

Я хочу поблагодарить Стюарта и Ро за их поддержку и (до сих пор) нерушимую дружбу.

И конечно, Саре за её зоркий редакторский взгляд и неоценимую поддержку.

И наконец моим родителям – Питеру Дирлаву и Дороти Дирлав (урождённая Эверест) – за всё.

Примечания

1

Эта история рассказывается в книге Д. Д. Эверест «Арчи Грин и переписанная магия». – Прим. ред.

Content

Д.Д. Эверест
Арчи Грин и заклятие ворона

Глава 1 Черви на ужин

Глава 2 Похищенная книга

Глава 3 Метка прорицателя

Глава 4 Отдел Неопознанных книг

Глава 5 Окулюс

Глава 6 Свет и тьма

Глава 7 В архиве

Глава 8 Фауст Гонт

Глава 9 Тайный осведомитель

Глава 10 Страшные сны

Глава 11 Зелёный флакон

Глава 12 Клятва

Глава 13 «Книга пророчеств»

Глава 14 Предатель

Глава 15 Снова в приюте

Глава 16 Противоречивые послания

Глава 17 Королевское магическое общество

Глава 18 Секретная библиотека

Глава 19 Нежданная гостья

Глава 20 Могила

Глава 21 Постельный режим и плюшки

Глава 22 «Книга итогов»

Глава 23 Эхо прошлого

Глава 24 Ф. Г.

Глава 25 История ворона

Глава 26 Мрак сгущается

Глава 27 Тёмный владыка

Глава 28 «Опус магус»

Глава 29 Смертельный поединок

Глава 30 Последнее пламя

Пророчество Джона Ди

Магический словарь Майлза Мадберри

Благодарности

Примечания