Сломанный

Том 1. «Дерьмовый Новый Мир»

-

Пролог. Грузовик–сан

«На работу пошёл! Говно чистить! Пошёл!» — надрывался фразой из трешового фильма будильник.

Я устало открыл глаза

— Пиздос…

Опять на работу. Поспать бы ещё пару часов, да хотя бы пять минут. Но времени впритык. Я с трудом поднялся с матраса на полу: кровать полгода как развалилась пополам, и нет, отнюдь не из–за активной половой жизни, двумя людьми она использовалась от силы раза три. Всё из–за веса. Хотя не такой уж я жирный. Пузо немного выделяется, но для 35 лет выглядит не так уж плохо. Просто я большой, рост под два метра, вес за сотню кило, возможно уже за 110. В лучшее времена, когда ещё занимался боксом, держался на 90, но как же давно это было.

Колени предательски хрустнули.

— Сука…, — я выругался и после небольшой разминки на суставы приступил к зарядке. По 20 приседаний, отжиманий и сгибаний туловища, пять раундов, в итоге сотня повторений на каждое упражнение. Я занимаюсь этим намного больше трёх лет, но супергероем так и не стал. Наверно потому, что ещё надо было бегать, но делать это пришлось бы большую часть года на снегу (а в оставшиеся пять месяцев в грязи или по пыли). Так или иначе, вместо силы и приобрёл проблемы с сердцем и суставами, но остановиться уже не мог, если не напрягаюсь физически с утра, то вместо мышечных болей будет мучить депрессия. А это гораздо хуже. Такая вот зависимость.

Ещё полторы минуты чтобы восстановить дыхание и в ванную. Глупо было рассчитывать, что за ночь водопровод починят. Смесь старого пота со свежим давала особенно устойчивый аромат. Кое как сполоснул лицо и подмышки из пятилитровой бутыли и с тоской посмотрел на унитаз. Бачок два дня как пуст, опять не посрать. Придётся гадить на работе. В единственном толчке на 50 человек, где каждые две минуты кто–то дёргает за ручку и никогда нет бумаги. А когда выходишь, сталкиваешься со злобными взглядами ожидающих в очереди, спустя полчаса они будут вполголоса обсуждать, насколько сильно ты испортил воздух. Честное слово, может лучше по быстрому сделать свои дела в подъезде?

— Пиздос…

Я оделся и вышел. Тёмный подъезд, благо я хорошо вижу в сумерках, заваленный снегом двор, остановка с такими же страдальцами. Через десять минут я втолкался в маршрутку и целый час занимался борьбой за жизненное пространство в душной консервной банке, наполненной ароматами доброй сотни людей, у многих из которых воду тоже отключили.

И вот работа. Ряды столов в тесном кабинете местного муниципалитета с дюжиной клерков. Кондиционера нет, эта роскошь только в кабинете начальника, кабинет у него кстати раза в два больше нашего. Стараясь не отсвечивать тихо составляю отчёты о свершённых местными властями благих делах (большая часть благих деяний чистая выдумка), пишу ответы на жалобы страдальцев, над некоторыми даже можно посмеяться, хотя это смех сквозь слёзы. В молодости я представлял работу эколога немного иначе. Скучно. Вокруг слишком много людей, чтобы чувствовать себя спокойно. Как же хочется остаться в одиночестве, хотя бы своей крохотной, пропахшей потом и пригоревшей едой квартире, но до этого момента ещё девять часов. На необходимость уединения намекает ещё и кишечник, и тут в голову приходит светлая мысль — в обеденный перерыв воспользоваться санузлом ближайшей забегаловки. Правда в сортир пускают только по чеку, придёт купить стакан кофе по завышенной цене, но все прочие альтернативы хуже. Воодушевлённый этой идеей, я сам не заметил, как перерыв наступил.

* * *

Я поставил стаканчик на свободный столик и быстро пошёл в желанную кабинку где наконец–то сделал грязное дело, тяжесть в распирающих талию кишках ослабла и в скором времени обещала вовсе исчезнуть, зато захотелось есть. Обед даже в таком вшивом заведении выбивался из сложных финансовых расчётов на месяц, оставалось надеяться, что кофе поможет продержаться до дома и порции вчерашних макарон из микроволновки.

За столиком сидел незнакомец, закралась нехорошая мысль, что он мог выкинуть мой кофе. Или вовсе выпить. И что тогда делать? Дать по морде, а после выслушивать от начальства как сотрудник муниципалитета выставил весь город на посмешище, устроив драку из–за стакана. Именно из–за такой ерунды меня с прошлой работы и выперли. Или сделать вид что ничего не произошло и потом пару месяцев вспоминая инцидент исходить бессильной яростью. Какой вариант ни выбери — проигрыш.

Но стаканчик был нетронут. Более того, рядом с ним стояла тарелка двойной порцией свиных отбивных. Незнакомец приветливо махнул рукой и указал на стол:

— Здравствуй, друг. Позволь угостить тебя.

Это было подозрительно. Но я не ел мяса больше месяца, и потому принял приглашение, одновременно разглядывая странного благодетеля. Высокий, крепкий, наверняка спортсмен, не молод, но и признаков старости нет. Может забытый старый товарищ по тренировкам? Лицо казалось знакомым, но приглядеться не получалось, хоть мы и сидели практически в упор: каждый миг на незнакомца падала случайная тень, скрывающая черты.

— Свинина действительно вкусна, она почти не уступает человеческой плоти. Иронично, что все знают этот забавный факт, но ужасаются каннибализму. А некоторые низшие расы даже придумали религиозные табу против лучшего после человечины мяса. Это так же глупо, как отказываться от любви юных дев, не достигших созревания и связанного с ним увядания… Ах да, у вас это ведь тоже под запретом.

За одну минуту он успел признаться в трёх самых осуждаемых пороках, этот человек определённо начинал мне нравиться. Он был интересным. Нужно ответить хотя бы из вежливости, как никак он меня накормил.

— И то правда. Наш мир дрянное и лицемерное место. Всё хорошее род запретом. И ты всегда страдаешь: либо отказывая себе в удовольствии, либо мучаясь угрызениями совести. Но увы, другого у нас нет.

— Надо же, разговор идёт проще, чем я думал. Что если я скажу, что попасть в другой мир возможно?

Я вздохнул:

— И в этом месте мне предлагают вступить в секту или динамично развивающуюся компанию. За отбивные конечно спасибо…

— Да нет же! — засмеялся человек. — Действительно другой мир. С мечом и магией, принцессами и драконами, ведьмами и некромантами, королями и шутами.

— Да, я тоже люблю почитать что–то в этом духе. В каком–то смысле это и правда выход.

— Я же сказал, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ДРУГОЙ МИР, — в голосе собеседника появились раздражённые нотки. — Мир, в котором ты сможешь прожить настоящую жизнь. Исполнить мечты, обрести силу, встретить ту самую девушку, которая обязательно окажется невинной. Что если я предложу тебе отправиться туда?

— И что я должен дать взамен? Душу, или наличность сгодится? И с тем и другим могут быть проблемы.

— Ничего. На самом деле оказывая тебе эту услугу я прежде всего помогаю себе. Развлекаясь приключениями ты будешь приближать некую великую цель, судить о которой со своего нынешнего, прямо скажем, незначительного положения, ты не можешь. Могу лишь намекнуть что там, — незнакомец указал пальцем в небо, — идут большие перемены.

— То есть я просто говорю да, и ты переносишь меня в объятия фэнтезийной принцессы?

— Не совсем. Для начала ты должен умереть.

Я замер. Этот псих что, сейчас достанет из–за пазухи пистолет? Но он не двигался.

— Эм, не буду отрицать, что мысли о самоубийстве посещают меня чаще, чем хотелось бы. Но прямо сейчас я не готов. Разве что там, — я повторил его жест, — согласятся подождать естественной кончины от истощения и болезней, лет так через пять.

— Разумеется я подожду. Тем более что смерть часто ходит ближе, чем кажется. Но мне пора. Мой милый ангел уже дважды прошла мимо этого окна, не хочу заставлять её ждать. Благодарю за беседу, которая доставила мне больше удовольствия, чем тебе, надеюсь что мы ещё не раз сможем так же непринуждённо поговорить.

Он вышел, а я медленно хлебал остывший кофе, наблюдая как странный человек остановился у окна. Ему на шею бросилась самая красивая девушка, что я когда–либо мог представить. Смотреть на это больно и завидно, но и глаз не отвести. Не я один загляделся на красавицу, какой–то водитель отвлёкся, потерял управление, и въехал аккурат в стену забегаловки. Поднялся крик, началась суматоха, в которой и исчезла эта пара. Я допил кофе и быстро вышел в не пострадавшую дверь, не дожидаясь чем закончится авария (на тот случай, если таинственный собеседник за мои отбивные не заплатил).

До конца перерыва оставалось 15 минут, я сошёл с главной улицы дабы немного поплутать, слишком не хотелось возвращаться. И вот, на узкой улице передо мной предстал он. Грузовик. Грязный, побитый настолько, что на кабине от надписи NISSAN остались только три последние буквы. И что теперь? Возвращаться назад или протискиваться? А грузовик завёлся, только сейчас я обратил внимание, что лобовое стекло вопреки всем правилам тонировано. Но водителю было наплевать, издав протяжный гудок он рванул вперёд. Я на миг растерялся, в голове всплыл недавний разговор о близости смерти, а механический монстр нёсся навстречу. В последний момент я метнулся в сторону и вжался в незаметную выемку стены.

Грузовик промчался мимо, а я, яростно выматерившись в его адрес, зашагал прочь.

Что за пошлость? Попасть под грузовик после разговоров о другом мире. Звучит как завязка паршивой истории, из–тех что скрашивают мои вечера.

За спиной раздался знакомый гудок. Я обернулся уже зная что увижу. Тот самый грузовик где–то развернулся и теперь мчал назад. Этот псих что, обиделся на брошенные вслед оскорбления и требовал сатисфакции? И я побежал, изо всех сил, почти как супергерой, к ближайшему переулку. Не то чтобы мне сильно хотелось жить, но и так вот умирать под колёсами какого–то ублюдка было обидно. Мотор уже ревел в затылок, когда я вписался в поворот. Спасён? Увы, нет. Грузовик резво затормозил и стал поворачивать следом, а впереди был тупик. Грузовик остановился, наслаждаясь победой. Я вжался в стену, пытаясь нащупать хоть какое–то оружие, в руке остался выпавший из кладки кирпич, который я тут же запустил во врага. Фара звонко разбилась, а из кабины знакомый голос тихо произнёс: «Вот сука», после чего грузовик снова рванул вперёд.

«Прощай, жестокий мир, прощай, паршивая жизнь», — успел я подумать напоследок, а вслух произнёс только:

— Пиздос…

Глава 1. Выбор оружия

Было очень больно. Знакомы ли вам судороги, когда после сильного мышечного напряжения плоть словно скручивается? Если это произошло ночью, то ты просыпаешься и кричишь. Если днём — падаешь. Если совсем не повезло — судорога повредит сустав или даже сломает кость. Именно судорога охватила всё моё тело, словно выворачивая наизнанку, в глазах мелькали только пятна, уши разрывал шум, а сдавленный крик превращался в надрывный смех. Я чувствую боль! Если подумать, то все ощущения человека сводятся к боли, либо к её отсутствию, своеобразный двоичный код нервной системы. Если болит — значит я жив.

— …Лишь трио легендарных героев из другого мира сможет остановить вторжение Армии Демонов и Пожирателя Миров! Примите же… Что это?! Неужели… Четвёртый герой!

Как только сознание вернуло контроль над телом, я обнаружил себя в позе терминатора на мраморном полу и как мог резко подскочил оглядеться. Суставы на этот раз повели себя пристойно. Окружающая обстановка походила на сон. Огромный зал, освещённый сквозь уходящие в потолок окна, золотом блестят колонны, канделябры и купол потолка. Вокруг люди, в шелках или в доспехах, среди них несколько женщин в старинных платьях, а в центре, что–то вещавший, но теперь затихший старец в мантии и тиаре. И я, как и подобает в тревожном сне, абсолютно голый. И гробовая тишина. Но звук медленно возвращается. Люди перешёптываются, рыцари с лёгким лязгом подходят ближе, несколько раскрасневшихся дам разглядывают моего красавца и хихикают…

Неловкую ситуацию спас старик в мантии:

— Возрадуйтесь же! Небеса в трудный час одарили нас своим благословением, явив четвёртого героя вместе с призывом трёх! А сейчас примите благословленное оружие.

Обстановка сразу разрядилась. Кто–то из рыцарей накинул мне на плечи чёрный плащ, удивительно приятный на ощупь, хотя и коротковатый, голые ноги торчали из под него как у эксгибициониста возле средней школы.

Два юноши, их молодость выделялась на фоне собравшихся в зале почтенных господ, вынесли разукрашенный ларь и остановились. Нести было тяжело, но лица сохранили благоговейное выражение, только жилки на лбу вздулись. Старик, теперь не был сомнений, что это жрец высокого ранга, спокойным жестом подозвал одного из парней. Ах да, кроме меня здесь было ещё трое людей явно неместного вида. Голыми ногами из под плаща они конечно не отсвечивали, но стойкой и движениями выделялись.

Я стал рассматривать потенциальных товарищей по несчастью. Первым вышел высокий, примерно моего роста, но худощавый, блондин. Смазливое лицо, прямая осанка, уверенный взгляд, красиво очерченный подбородок, доброжелательная улыбка: такие никогда не страдают от дефицита женского внимания.

— Представься, герой, — благожелательно улыбнулся Жрец.

— Зовите меня Восславляющий Свет! Я пришёл в этот мир дабы уничтожать зло и нести свет страждущим!

«Спасибо что не Защитник Света».

— Благородная цель, о избранный. Погрузи руки в святое хранилище.

Светик послушно выполнил указание, и через миг на его левой руке красовался серебристый щит (слишком маленький, чтобы защищать, к примеру, от стрел), из правой торчало что–то среднее между колуном и кувалдой. Собравшиеся гулко проскандировали:

— Слава герою!

Полностью удовлетворённый герой уступил место второму. Меньше ростом и слегка сутулится, но ещё более худой. Острое лицо, длинные руки и непропорционально большая голова, взгляд равнодушный.

— Я Победитель. Я собираюсь принести прогресс в этот отста…, в этот мир.

Он спокойно опустил руки в ларец и, удовлетворённо хмыкнув, вытащил посох с набалдашником.

— Слава герою!

Третий парень, похожий на кривляющегося змея, вовсю наслаждался моментом, он махал руками, принимал эффектные позы, посылал воздушные поцелуи дамам и пару раз, будто бы случайно, побагровевшему усатому рыцарю. Это продолжалось несколько минут. Публика начала нетерпеливо ёрзать, когда он подошёл к ларцу, протянул руки, но в последний момент снова развернулся и ещё раз раскланялся. В зале даже как будто потеплело, так накалилась атмосфера.

— Зовите меня Великий Мудильо! Я пришёл показать вам истинную магию! Магию представления. Узрите же… — Мудильо быстро сунул руки в ларец и тут же извлёк обратно. — О нет… как такое возможно? Ларец отверг меня! Оружие исчезло! Хотя погодите ка… Вот же оно!

Из ловких пальцев веером развернулся десяток кинжалов, которые так же стремительно исчезли в рукавах. Толпа взорвалась смехом и такими земными аплодисментами.

Просмеявшись, все посмотрели на меня. Лёгкая паника. Как представиться? Велико искушение назвать нормальное имя, но тут я осознал, что по законам жанра автоматически понимаю язык чужого мира. Может и Светик всего лишь назвался Святославом, Победитель Виктором? Только с третьим всё понятно, Мудильо он и в другом мире Мудильо. Боюсь что моё настоящее имя автоматический переводчик объявит как Младший Сын Владыки Мира, нужно срочно придумать что–то не настолько пафосное. Неистовый Зверь? Чёрный Властелин? Стальной Змей? Бешеный мечник? Кровавый ворон? Хм, а Ворон звучит неплохо, как раз под цвет плаща. Вороны мне нравятся. Окна моей квартиры выходили на наркологическую клинику, деревья во дворе которой облюбовали пернатые и жизнерадостным карканьем перебивали вопли опустившихся страдальцев. Ладно, думать всё равно некогда.

— Зовите меня Ворон. Я пришёл в этот мир, чтобы, э–э–э… исполнить предназначение?

Гробовая тишина. Нет, я понимаю, вышло не очень, но хотя бы из вежливости… ладно, чего уж там, первое впечатление испорчено. Я решительно сунул руки в наполненный сверкающим туманом ларец, и они наполнились тяжестью. Я потянул на себя, из ларца показалась рукоять, ещё потянул, и ещё.

Огромный полутораметровый меч с воронёным волнистым лезвием прочно сидел в руках, совсем не отягощая. Резкая вспышка и перед глазами возник экран с незнакомыми символами, складывающимися в понятные слова

ВЕЛИКИЙ ПРОКЛЯТЫЙ МЕЧ ТОТАЛЬНОГО РАЗРУШЕНИЯ ЭКИПИРОВАН

ПОЛУЧЕНЫ НАВЫКИ:

БЛИЖНИЙ БОЙ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

БЕРСЕРК — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

МАСТЕР ПАРИРОВАНИЯ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

СТИХИЙНЫЙ КЛИНОК — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

СОПРОТИВЛЕНИЕ НЕГАТИВНЫМ ЭФФЕКТАМ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

АУРА ПОДАВЛЕНИЯ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

ПОГЛОЩЕНИЕ ЖИЗНИ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

Я замер. Насколько я помнил по книжным историям и компьютерным играм, максимальный уровень навыков в начале приключения, это как минимум необычно. Что до коллекции навыков, они выглядели более чем внушительно. Другие герои тоже получили что–то подобное? Судя по их удивлённым взглядам нет. А если так, то таинственный незнакомец не соврал и я наконец–то вытянул счастливый билет.

Люди в зале по–прежнему хранили тишину.

Мини–интерлюдия

— Ворон. Чёртов ворон… Он мог назваться львом, медведем или волком… Что дальше, наденет плащ с перьями и нацепит докторскую маску с клювом?

— Осторожнее, дорогой, а то НАКАРКАЕШЬ.

Глава 2. Святая невинность

Церемония закончилась, трёх героев окружили люди с доброжелательными лицами и куда–то повели. Что до меня, то похоже из–за внезапного появления (а заодно и опоздания) подходящей статусу свитой я ещё не обзавёлся. Поэтому, немного постояв я было решился пойти вслед за остальными, как друг подошла она. Нет, правильнее будет сказать Она. Высокая зеленоглазая блондинка с идеальными чертами лица и фигурой.

— Позвольте мне позаботиться о Вас, Герой.

— Позволяю…, — трудно придумать худшее начало разговора с дамой, но красавица не обиделась и лишь слегка улыбнулась.

— Вы должно быть немного растеряны. И вам не помешает новая одежда. Я, Святая Дева Храма Героев, отведу вас в личные покои и отвечу на любые вопросы.

Дева взяла меня под руку и куда–то повела, пока я пытался сориентироваться в ситуации. Нет, конечно у меня в прошлой жизни были какие–то женщины (пару раз я даже встречался с ними больше одного раза), но эта была явно из другой категории. Чтобы просто поговорить с такойнужно было быть как минимум олигархом. Так что сейчас, вместо того чтобы ловить момент, я скорее чувствовал себя не на месте, будто приглашают пройти по пушистому ковру, а на ногах грязные болотники. Но она похоже это понимает. Храм Героев… Если призыв у них поставлен на поток, то к странностям чужаков здесь привыкли, не стоит бояться выглядеть глупо. Поймут.

— Мы пришли.

Просторная чистая комната, на полу выделанная шкура какой–то похожей на медведя твари, чайный столик, огромная кровать с балдахином, шкаф, зеркало, витражное окно с рыцарем и драконом, но они не сражаются, а скорее договариваются о чём–то. На кровати лежит одежда. С первого взгляда понятно, что размер маловат.

— Прошу прощения, я немедленно прикажу портным подогнать одеяние по вашей фигуре. В нашем мире столь могучее телосложение большая редкость, — она снова застенчиво улыбнулась.

«Какая неприкрытая лесть. Мне нравится».

— Прошу, располагайтесь, я отдам распоряжения об одежде и вернусь с ужином.

Оставшись один я сразу подскочил к зеркалу, сделал пару глубоких вдохов и придирчиво осмотрел себя. Итак, тело по–прежнему было моим, но всё же изменилось. Перебитый ещё в отрочестве нос снова стал прямым, то–то в новом мире дышалось легче. Любимый левый клык, с которым я трагически расстался в 22 года, вновь оказался на месте, соответственно и впадины на щеке, делавшей лицо асимметричным, не было. Металлическая коронка с правой стороны испарилась, уступив место здоровому зубу. То же самое и с остальными пломбами. Вокруг глаз исчезли морщинки и чёрные пятна. Смотрящее из зеркала лицо принадлежало человеку, которому можно дать максимум 25 лет. Я скинул плащ. Скопившийся за годы нездоровой жизни жирок испарился, отчего мышцы сразу стали рельефными. Чёрт побери, да только это уже сбывшаяся мечта. А ведь есть ещё кое–что.

Я поднял меч перед собой и попытался сконцентрироваться. Перед глазами вновь появилось окно с навыками. Но на этот раз я сосредоточил внимание на первой строчке.

ВЕЛИКИЙ ПРОКЛЯТЫЙ МЕЧ ТОТАЛЬНОГО РАЗРУШЕНИЯ

Надпись расплылась и уступила место мелкому тексту:

Легендарный меч чёрного рыцаря дарует своему обладателю силу прошлых обладателей. Не позволяет использовать другое оружие, в том числе атакующую магию.

БЛИЖНИЙ БОЙ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

«Атаки оружием ближнего боя всегда наносят критический урон и имеют 30% шанс нанести смертельный удар».

Неплохо. Продолжим изучение.

БЕРСЕРК — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

«Автоматический эффект. При получении критического урона тело становится невосприимчивым к боли и кровопотере, физический урон увеличен на 100%. По окончании эффекта характеристики уменьшаются на 50% и накладывается эффект истощения до следующего отдыха».

Понятно, навык для сложных ситуаций.

МАСТЕР ПАРИРОВАНИЯ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

«Повреждения наносятся не здоровью, а запасу сил, пока запас сил не достиг критической отметки».

СТИХИЙНЫЙ КЛИНОК — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

«При атаке врага, невосприимчивого к физическому урону, урон наносится стихией, к которой у врага максимальная уязвимость, потребляет ману».

СОПРОТИВЛЕНИЕ НЕГАТИВНЫМ ЭФФЕКТАМ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

«100% сопротивление к негативным статусам, накладываемым врагами. Сопротивление снижается при пониженных значениях выносливости и маны, вплоть до нуля»

АУРА ПОДАВЛЕНИЯ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

«Все уязвимости противников увеличены на 100%. Постоянный эффект»

ПОГЛОЩЕНИЕ ЖИЗНИ — МАКСИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ

«Восстановление здоровья в размере 30% от нанесённого урона»

Итак, судя по моему опыту в компьютерных играх, я получил то, что называют «имбой». Этот меч ослабляет врагов, наносит усиленный урон и лечит обладателя, то есть меня. Если враг слишком силён, включается берсерк, даёт временную неуязвимость и усиливает урон, а значит и поглощение жизни лечит в два раза сильнее. Плюс иммунитет ко всяким нехорошим вещам. Правда колдовать не даёт, но это я сам виноват, надо было сохранить девственность хотя бы до 30 лет.

Наверное, я должен был удивиться тому, что навыки из игр стали частью реальной жизни. Но я только что погиб под грузовиком, попал в другой мир и познакомился с действительно красивой девушкой, после череды событий, каждое из которых было невероятнее предыдущего, какие–то игровые навыки казались обыденным делом.

Дверь открылась и я развернулся.

Святая дева с подносом в руках опустила взгляд и покраснела. Мне понадобилось несколько секунд на осознание того, что я стою голым. А вот мой красавец оказался сообразительнее, и должным образом отреагировал на стоящую в дверях красавицу. Какой неловкий момент…

— Мой герой… Дева храма должна хранить невинность до вступления в брак… Но если герой того желает…

«Ну нет, я всё–таки не настолько мерзавец, чтобы ради минутной прихоти забирать у девочки невинность и ломать ей будущую жизнь».

Она оставила поднос, подошла ближе, слегка облизнула губы и вдруг погладила моего дружка, от чего последний преисполнился энтузиазма. Другую руку она положила мне на грудь и легко подтолкнула в сторону кровати.

— …то Святая Дева может даровать высшее блаженство не теряя невинности. Кстати, меня зовут Лира.

Глава 3. Пожизненный данж

Мягкий свет заставил меня подскочить. «Который час? Какой день? Я что, проспал… Чёрт побери, это и правда не сон!».

НЕГАТИВНЫЕ ЭФФЕКТЫ: ИСТОЩЕНИЕ

«Невоздержанность в похоти снизила запасы выносливости и маны на 25% до следующего отдыха».

Всё та же комната, та же огромная кровать со следами бурной ночи, остывший ужин на столике. Правда Лира куда–то запропастилась. Будем надеяться, что это у неё появились срочные дела, а не я оказался разочарованием. Строго говоря разочаровывать было нечем, девушка сделала всё сама, нежными руками, грудью, губами… Не будем вдаваться в подробности.

Я прикончил вчерашнюю еду (хлеб, мясо, волокнистые и сладкие плоды, вода с привкусом не то сока, не то травы наподобие бергамота) и стал примерять одежду, которую принесли пока я спал. К счастью, одеяния не слишком отличались от земных вещей. Мягкое и белоснежное исподнее, верхнее и нижнее, полоски ткани, вполне подходящие для портянок, кожаные сапоги высотой до середины голени, серо–зелёная (цвет ткани естественный, не крашеный) рубаха без пуговиц, надевавшаяся на манер свитера, натуральный чёрный кожаный плащ до колен, только без следа застёжек, носится как пиджак. Разве что штаны с завязками вместо привычных пуговицы и молнии немного смутили, но в конце–концов разобрался как закрепить конструкцию с помощью прилагавшегося ремня. Головной убор в комплект не входил. Я ещё раз посмотрелся в зеркало и остался полностью доволен обновкой гардероба. В таком виде не стыдно и людям показаться.

За дверью послышались деликатные, но хорошо слышные шаги.

— Входи.

В двери заглянул благообразный господин:

— Герой, вас ждут на площади. Позвольте мне проводить вас.

— Позволяю.

Ответ провожатому не понравился, но смолчал, жестом пригласив за собой.

На площади меня уже ждали. Знакомые всё лица. Троица героев ограничилась взглядами, знакомиться и здороваться за руку никто не спешил, что меня впрочем полностью устраивало, не люблю навязчивость. Несколько девушек в белых одеждах, среди которых была и Лира, она улыбнулась и слегка кивнула. Вот такое внимание было приятным. Несколько ничем не примечательных рыцарей. И строгого вида мужчина слегка за 40 с внушительной бородой и …короной?

Хотя для короны мелковата. Скорее венец. Не король, но наследник? Или просто местный лорд. А может и правда король. Пятикилограммовую шапку Мономаха в конце–концов носили только на официальных приёмах, а у нас тут скорее неофициальный.

— Приветствую тебя, Ворон. — уверенный строгий голос, обращается на ты, явно большая шишка. — Поскольку ты прибыл позже других героев, позволь мне ограничиться кратким рассказом, подробности тебе с радостью расскажет любой житель нашего славного города. Мы находимся в центре Пограничья. Когда–то это место принадлежало Священной Империи. Но три поколения назад зло воцарилось в этих землях. Ценой тысяч жизней наши предки совершили великий подвиг и зажгли Второе Солнце, уничтожив Тёмного Повелителя с большей частью его армии. К сожалению, окрестные земли сильно пострадали, города и крепости обратились в руины, которые быстро заполонили уцелевшие чудовища. Долгие годы мы сражались за право вернуть земли для чего и отстроили этот город. Но тьма снова сгущается, согласно Пророчеству грядут страшные времена. Спустя 10 лет возродившийся Тёмный Повелитель погрузит мир в хаос и начнётся вторжение демонов, которое завершится приходом Пожирателя Миров. И нет в нашем мире никого, кто смог бы его остановить. К счастью по воле Единого в тот же год, когда открылось Пророчество, был расшифрован древний манускрипт, открывший таинство призыва героев из других миров… Впрочем, судя по твоему лицу, ты уже знаком с этой историей?

Я кивнул:

— Да, не раз слушал что–то подобное.

Коронованная особа холодно улыбнулась.

— Хорошо, значит можно перейти к делу. Этот город станет вашим опорным пунктом. Здесь есть рынок, где вы обзаведётесь снаряжением, гильдии авантюристов и магов, которые помогут вам сделать первые шаги в новом мире, рынок рабов, где есть как надёжные боевые слуги, так и наложницы для услады во время отдыха. Если не хотите обременять себя рабами, в городе прекрасный бордель в девушками и юношами на самый взыскательный вкус. Но наша главная гордость — Башня испытаний.

Он указал рукой на высокое здание, действительно башня должна была впечатлять местных своими размерами, хотя для меня это была круглая девятиэтажка, нет, этажей всё–таки десять.

— Башня позволит героям получить боевой опыт не подвергая опасности драгоценные жизни. Каждый её этаж наполнен призванными придворными магами существами, во главе которых особенно сильный монстр. Им дозволено сопротивляться, но запрещено убивать. Способный справиться с главным монстром герой докажет что достаточно силён, чтобы покинуть границы города. К сожалению, для повторного призыва монстров понадобится время, так что сегодня лишь один из вас сможет воспользоваться Башней. Кто из вас желает быть первым?

Герои молчали, а Лира смотрела прямо на меня. Одного взгляда хватило чтобы я нарушил главное правило выживания: никогда, ни при каких обстоятельствах не вызываться добровольцем.

* * *

Девушка догнала меня у входа в данж.

— Ворон, подожди, позволь мне научить тебя заклинанию.

Я улыбнулся:

— Спасибо конечно, но я не могу использовать атакующие заклинания.

— Оно не атакует! Оно защитит тебя!

Это было так мило… Разве можно было отказать? Лира взяла меня за руки.

— Вот так, сосредоточься. Представь, что у тебя в груди взошло маленькое солнышко. Вспомни о чём–нибудь хорошем, и позволь этим мыслям напитать светило. Пусть его тепло разойдётся по всему телу.

Вспомнить о хорошем? Сутки назад с этим точно бы возникли проблемы. Но теперь я вспомнил прошедшую ночь, прекрасную Лиру и тепло её тела…

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ НАВЫК: БЛАГОСЛОВЕННЫЙ СВЕТ

Тепло разлилось по мышцам и взбодрило как хорошая порция энергетика. Хотелось бежать, сражаться, петь. В общем жить.

Впервые за несколько лет я искренне улыбнулся и вошёл в башню.

* * *

Монстры не отличались разнообразием — разноцветные сгустки желеобразной массы. Нет они, отличались не только цветом. Некоторые оставляли водяной след, другие полыхали жаром, третьи искрились и озонировали воздух. Но для моего меча не было разницы, он самостоятельно адаптировался к противнику, то загораясь пламенем, то покрываясь коркой льда. Мне оставалось лишь подниматься по лестнице и идти по извилистому коридору, изредка делая взмах чудо–оружием. А затем повторить. Я начал уставать на шестом этаже, к тому же навалилась скука и непонятная тоска по старому миру. Переведя дыхание я пришёл к выводу, что дело в истощении запаса маны. Пришлось подбодрить себя ещё одной порцией Благословенного света. Маны это конечно не прибавило, но негатив нейтрализовало, депрессия отступила, однако с остатком пути пришлось поторопиться.

Заканчивалась башня ровной площадкой на вершине. Врагов не было, лишь в центре стоял одинокий сундук. Очевидная ловушка, должно быть монстр появится когда я попытаюсь забрать награду. Ну что же, вперёд, в ловушку! На всякий случай и ткнул мечом в сундук, тот никак не отреагировал и я распахнул крышку, в тот же миг резко развернулся ожидая нападения. Нападения не было. Я снова посмотрел в сундук. Внутри лежала записка. Незнакомые буквы снова слились в понятные слова.

«Главный враг находится в подвале».

Я захлопнул крышку и уселся на сундук, чувствуя себя последним идиотом то ли из–за отходняка от траты маны, то ли по естественным причинам. Весь этот поход по однообразным этажам, это скучнейшее и бесполезное обучение можно было пропустить. Внутри закипал гнев на шутника, придумавшего башню, и на себя, попавшегося на эту уловку.

Дыша яростью я побежал вниз. Так и есть, под лестницей всё это время была неприметная дверь. Я открыл её с ноги взял меч поудобнее шагнул вперёд и, наткнувшись на такое же желе что на этажах, но раз так в десять больше, как–то сам собой активировал ярость берсерка.

Бой был яростным, словно уничтожение арматурой старого боксёрского мешка. Монстр решительно не хотел умирать, но и противопоставить атакам ничего не мог. Несколько раз он менял цвет, вынуждая мой меч переключаться, так что когда враг наконец растёкся лужицей по полу, я чувствовал себя полностью опустошённым. К тому же устал, словно весь день разгружал вагоны с мебелью. Хотелось только одного — залезть по одеяло и никого не видеть… Ну, разве что Лиру. И я имел полное моральное право на осуществление желания, в конце–концов испытание успешно пройдено. Пора выйти вон из подвала.

У вход в башню меня ждала всё честная компания: герои, Коронованный, Лира, и даже Жрец. Именно он приказным тоном обратился к девушке:

— Осмотри его.

Лира ловко метнулась ко мне. С улыбкой положила руку на лоб, затем так же быстро вернулась.

— У него не осталось маны, а сил едва хватает держаться на ногах.

— Да, пришлось попотеть. Ваше испытание похоже рассчитано на выносливость…

И тут Корононосец захохотал:

— Верно подмечено, мразь. Взять его.

Засиял жезл Победителя, и сквозь пол проросли лианы, ухватившие меня за ноги. Я попытался вырваться, но не мог.

«Сопротивление снижается при низких значениях выносливости и маны, вплоть до нуля»

Светослав осторожно подошёл, прикрываясь щитом и взмахнул своим клинком. Из последних сил я заблокировал атаку. Рубящий край скользнул по лезвию и опустился на гарду. И произошло ужасное — меч сломался.

— Что за..? Что происходит? Открыть интерфейс!

Но интерфейс не открылся остатки меча медленно таяли в воздухе.

— Мудильо, не тормози! — заорал кто–то из героев.

— Ах, простите! Паралич!

Брошенный шутом кинжал вонзился в мою грудь, и больше я не мог даже пошевелиться.

— Вы видели какой бросок! Но наш друг похоже очень зол. Мне так страшно, что я не могу подойти к нему и забрать свой верный клинок. Неужели мне придётся его бросить? Прощай, малыш, нам было так хорошо вместе, но теперь… Хотя погодите–ка! Возврат!

Кинжал исчез из груди даже не оставив раны (но паралич остался), и вернулся в руки довольного Мудильо.

— Вяжите его! — король обошел беспомощного меня со спины и резко ударил в затылок.

* * *

«Где я? Это что, страшный сон?».

— Очнулся, Тёмный Властелин?

Этот глумливый голос заставил меня открыть глаза и узреть усатую морду в доспехах. Парочка таких же стояла рядом.

— Добро пожаловать в нашу особую гостиницу. Тебе наверняка понравится. Никто из прошлых постояльцев так и не захотел уходить. Не волнуйся, ты проживёшь долгую и относительно счастливую жизнь. Мы ведь не хотим чтобы ты умер раньше срока и возродился в новом теле, которое поди ещё отыщи и поймай. У тебя будут свои апартаменты, полезная еда, а время от времени даже будем приводить тебе девок. Одна кстати уже ждёт тебя в камере. Утром её повесят, так что не теряй времени зря. Повели его, ребята.

Силой меня поставили на ноги и куда–то потащили, я отрешенно отметил, что закован в кандалы, а на плече свербит ожог.

Вот и всё. Попался. Расслабился, поверил, что в моей паршивой жизни наконец наступила светлая полоса. Как будто весь жизненный опыт так ничему и не научил. Душная камера, еда, изредка девки. Пожалуй, это не слишком отличается от моей обычной жизни. Неужели и правда такова судьба? Сколько бы раз я не пытался измениться, всё равно раз за разом возвращаюсь в исходную точку. И новый мир ничем не отличается от старого.

— Готово, — мы остановились. — Ты, ведьма, не смей шевелиться пока мы не закроем камеру. И не пялься!

Скрипнула решётка, кандалы сняли, а меня швырнули вперёд.

— Проклятый, а ты не смей покидать камеру.

Слова отозвались резкой болью в обожжённом плаче. Там что, клеймо? Решётка захлопнулась.

— Постарайся хорошо провести время с новой подружкой. Другую могут привести очень не скоро.

Я угрюмо встал. На грубо сколоченной лавке сидела худая угловатая девчонка, которая презрительно подняла на меня глаза. Огромные глаза ярко красного цвета.

Глава 4. Мертворожденная

— Значит это ты будешь мои первым и единственным? — голос девчонки сочился тягучим ядом презрения. — Ты человек или орк?

— По–твоему на кого я больше похож?

— На что–то среднее. Значит полуорк?

Я внимательно, насколько это позволял свет масляной лампы из коридора, разглядел сокамерницу. Болезненно худая, лицом похожа на больную туберкулёзом с картинки из учебника. Хотя классики и восхваляли чахоточную красоту, в этом случае аристократичной утончённостью и не пахло. Волосы короткие, грубо обрезанные и свалявшиеся. Кожа мертвецки бледная, местами воспалённая. Грудь плоская как доска, причём стиральная, спасибо заметным даже под одеждой рёбрам. Обладательнице такой фигуры с равным успехом может быть и 15, и 25. Вдобавок её явно не баловали походами на горячие источники, об этом говорили не только пятна грязи, но и чувствительный запах.

— Налюбовался, полуорк? Тебя ведь предупредили, что я мертворожденная?

— Мне мало что говорят подробности твоего происхождения.

— Ты наверное пришёл из очень далёких земель.

— Ты даже не представляешь насколько.

— Неудивительно. Орки ведь поблизости не живут, — в этот момент мне уже хотелось её отшлёпать. — Но раз тюремщики поленились объяснить… Обычно когда женщина умирает при родах у неё рождается мёртвый ребёнок. Но иногда не совсем мёртвый. Это дитя проклято и приносит большие несчастья, поэтому обычно его убивают. Но если ребёнок девочка и умудряется дожить до созревания, то каждый, кто польстится на её прелести, навсегда лишится мужской силы. Поэтому даже несмотря на мою невероятную красоту, — девчонка широко улыбнулась неожиданно большим ртом и обнажила острые белоснежные зубы, — я смогла сберечь невинность для кого–то особенного. К сожалению завтра меня должны повесить за то, что своей чёрной магией я убила святого человека. Однако милостивый государь не позволяет казнить невинных дев. Обычно эту проблему в ночь накануне казни решает сам палач. Но нынешний палач молод и не успел оставить наследников, поэтому пришлось найти кого–то особенного. Ты случайно не принц?

— Думаешь похож?

— По правде говоря, ты не самый уродливый среди дворян. Кто–то из королевской семьи согрешил с орками? А когда появился бастард, все решили, что лучше ему детей не заводить?

— Тебе бы истории сочинять.

— Жаль, но на это нет времени. Как ты собираешься сделать это? — девчонка постаралась игриво улыбнуться. Ей было страшно, но я уже понял, что она никогда не признается в слабости.

— Прости, но ты не в моём вкусе.

— Как больно это слышать! Но не думаю что у тебя появится кто–то лучше в ближайшие 10 лет. А может ты просто застенчив? Не можешь смотреть в глаза невинной жертве? Так я отвернусь.

Девушка развернулась и стянула с себя грузную рубаху. Её спина с торчащими позвонками была сплошь покрыта шрамами. Некоторые зажили, другие покрылись коркой, из под которой сочился гной.

Бедная девочка. Хотелось обнять и утешить, не обращая внимания на струпья и запах. Но ещё сильнее — проломить головы ублюдкам тюремщикам. Всем до одного. Я схватился за решётку и с силой дёрнул. Расплатой за это стала невыносимая боль, от которой сжалось сердце и потемнело в глазах.

— Дурак. Ты и правда не местный. Нас заклеймили. Мы не можем ослушаться приказа и должны оставаться в клетке, пока не разрешат пойти на казнь.

Я посмотрел на плечо, та рана, которую я принял за ожог оказалась мешаниной из рубцов и татуировок. Тюрьма была надёжнее, чем выглядела.

— Что, заметил наконец? — Она задрала рукав рубахи (и когда успела надеть?) — У меня такая же.

— Как тебя зовут?

— С чего вдруг такой интерес?

— Просто хочу знать как к тебе обращаться. Не звать же тебя Занозой?

— О, Заноза не худшее из моих имён. Меня называли Проклятая Дрянь, Дохлая Псина, Демонское Отродье, Кара Небесная. Выбирай любое.

— Кара звучит не так уж паршиво.

— Ага. Можешь звать так. Всё равно терпеть только до утра.

— Так вот, Кара, до утра мы отсюда выберемся.

Девчонка промолчала. На секунду мне показалось, что в её глазах засияла надежда. Затем Кара прыснула и отвернулась к стене.

Я сел рядом и сконцентрировался, как при медитации.

«Ну же, Мудильо, посмотрим насколько ты оправдываешь своё имя».

— Возврат!

Что то твёрдое оказалось в моей руке. Всего лишь рукоять. Маленькая и изломанная, как у дрянного ножа, вместо клинка из неё, как сломанный зуб, торчал неровный кусок металла.

«Интерфейс».

Перед глазами лишь на миг появился экран, больше похожий на разбитое стекло. Надписей нет. И всё же это было лучше чем ничего.

— Отличный фокус. Я даже знаю откуда ты его достал…

Я стиснул зубы и начал срезать клеймо.

— Зря стараешься, оно всегда отрастает.

Но клеймо не отрастало. А жалкий обломок в моих руках задрожал и начал меняться.

— Кара, мне кажется или он стал больше?

— Так ты всё–таки решил позабавиться, мой принц?

— Я про нож, дурында! — эта девка умела раздражать. Я попытался снова вызвать интерфейс. В мешанине трещин появилось прозрачное место с читаемыми буквами.

«Поглощена клеймёная плоть. Доступна РАБСКАЯ ПЕЧАТЬ»

— И мне… Пожалуйста…

Кара сидела у моих ног обнажив трогательно узкое плечо. Одно дело резать себя, когда я был помоложе, то делал это просто от скуки. Но причинять боль бедной измученной девочке, пусть даже и такой язве… И всё–таки варианта гуманнее не было. Кара не издала ни звука во время всей процедуры.

«Поглощена плоть мертворожденной. Доступна БАЗОВАЯ НЕКРОМАНТИЯ».

«Доступна комбинация навыков. Желаете объединить РАБСКАЯ ПЕЧАТЬ и БАЗОВАЯ НЕКРОМАНТИЯ?».

— Это что, волшебное оружие? А ты получается герой? Что–то коротковат у тебя клинок.

— Обычно он больше, просто здесь холодно, — огрызнулся я. — Если знаешь что–то про героев, самое время рассказать.

— Только то, чему учили в монастыре. Издревле маги призывали героев из других миров. Все герои сначала были слабаками, но могли призвать волшебное оружие, которое умеет поглощать силы убитых врагов. Герои в обмен на почести и женщин воевали с врагами королевства и не задавали лишних вопросов. Но потом один из них стал Тёмным Властелином и завоевал половину мира. Маги сожгли его Вторым Солнцем, которое выжгло и отравило землю…

— Про Второе Солнце я уже слышал. Этот Тёмный Властелин, у него был большой чёрный меч с извилистым лезвием?

— Да, он был нарисован на стене в часовне.

— Понятно, меня приняли за врага только из–за того, что я достал этот грёбаный меч…

Кара посмотрела на меня с издевательским сочувствием:

— Бедненький… Тебя наверное били по голове когда сюда тащили?

Я бессильно зарычал:

— Ладно, думай что хочешь… Это волшебное оружие, оно ведь срабатывает само если ранить им врага?

— А мне откуда знать? Наверное. Но лучше сказать что именно оно должно сделать, маги так творят заклинания.

— Хорошо. Теперь мне нужна твоя помощь. Ложись туда. Сними рубашку и сделай вид, будто…, будто я лишил тебя невинности и тебе не понравилось.

— Тебе когда–нибудь говорили, что у тебя извращённые вкусы, герой?

— Да, постоянно. Так ты поможешь?.

Кара молча сняла рубашку, не потрудившись даже отвернуться.

Глава 5. На дне

— Эй, стражник! Потрудись подойти! Мне надоело общество этой девки, можешь её забрать и привести новую. — Я высокомерно кричал и гремел прутьями решётки.

Стражник не заставил себя долго ждать, его усатая красная морда ухмылялась.

— Что, уже? Быстро же ты закончил.

— Так ты заберёшь ей или нет?

Кара прикидывалась сломанной куклой в углу, её спина дрожала, как будто от неслышных рыданий, наверняка на самом деле она ехидно посмеивалась.

— О да, Ваше Высочество, — этому типу нравилось глумиться, — Сейчас же мы приведём вам отборных девственниц. Позвольте ка взглянуть на нашу красавицу. Не двигайся.

И он подошёл слишком близко к решётке, похотливо вглядываясь в сумрак. В следующую секунду левой рукой я вдавил его рожу между прутьев и вогнал обломок клинка куда–то между горлом и подбородком:

— Повинуйся.

Рука стражника, метнувшаяся было к мечу, безвольно обвисла, взбешённый взгляд помутнел.

— Жду приказов. — в голосе больше не было издевательских ноток.

— Открой камеру…

— Не могу выполнить.

Действительно, сокамерница уже стащила с пояса связку ключей и шуровала в замке. Замок скрипнул. Захотелось даже отчитать девчонку за самоуправство, но должен признать, с замком она разобралась шустро.

— Новый приказ. Проведи нас к выходу.

Стражник молча двинулся в ту же сторону, откуда недавно появился.

— Стой! Проведи нас к выходу так, чтобы не попадаться никому на глаза.

Истукан замер, его лицо исказилось мучительной гримасой, похоже он занимался трудным, болезненным и непривычным делом — думал. Прошла почти минута, когда стражник наконец, осторожно и неуверенно, двинулся вперёд.

Мы прошли перекрестье освещённого коридора, откуда доносились весёлые голоса, мимо пустых камер с торчащими из стен цепями (скелетов не было), затем какой–то склад с бочками и штабелями мешков, снова коридор, и наконец вышли в небольшую комнату. Догадываться о её предназначении я начал ещё на подходе. По запаху. Сортир. Деревянный постамент с прорезями на пять персон.

— Ты издеваешься?, — теперь мне хотелось окунуть проводника головой прямо в предполагаемый маршрут побега.

— Канализация. Нет охраны. Ведёт к реке.

Стражник поднял доски с постамента, которые как оказалось даже не были прибиты, должно быть сюда не только гадили персонально, но и выливали параши из камер. Я заглянул в темноту. Воняло невыносимо.

— Как будто и не попадал в другой мир…

Я прыгнул вниз.

— Вашу ж мать! Здесь выше чем по колено!

— Ты ещё жалуешься, дылда?, — и правда, ей будет совсем неудобно.

— Садись на плечи пока я добрый. Только головой не стукнись.

Кара злобно зашипела, но приглашение приняла и вцепилась в шею мёртвой хваткой:

— Что будем делать с нашим новым другом? Сколько твоё клеймо вообще продержится? Может на всякий случай он приляжет где–нибудь здесь? — она ткнула пальцем вниз.

— Заманчивое предложение. Но есть идея лучше. Эй ты, положи доски на место.

Стражник выполнил приказ.

— Хорошо. Теперь возвращайся на пост и забудь всё, что было с того момента, как ты посадил меня в камеру.

Стражник кивнул и пошёл прочь.

— Решил поиграть в милосердие? — Кара, стараясь держаться подальше от наполнителя канализации, едва не взгромоздилась мне на макушку.

— Просто выигрываю нам время. Этот ублюдок будет выгораживать себя и придумает убедительную байку. Как мы скрылись через демонический портал или пролетели сквозь стену на метле.

— Умно. Смотри, не подскользнись.

Я улыбнулся, ну что за заноза, не может похвалить не уколов.

— Идём давай, нам в ту сторону.

— Свежий воздух учуяла?

Кара мстительно сжала ноги на моей шее:

— Там свет брезжит.

Я всмотрелся в темноту. Действительно, что–то блестит, хотя ничерта вокруг и не видно. И это к лучшему, мне вовсе не хотелось разглядывать вязкую массу под ногами. Определённо, одна только тюрьма не могла производить столько, хм, продукта. Или могла? Если это канализация, то дерьмо может стекаться и со всего города. Хотя со всего громко сказано, простолюдины наверняка просто выливают горшки под соседские окна. Если где и есть слив, так в домах знати. Возможно здесь и королевское дерьмо мирно смешивается с тюремным, символизируя единство и борьбу противопложностей.

Иногда при шаге под ногой оказывалось что–то твёрдое. Камни? Но иногда эти камни хрустели или как–то по–особенному хлюпали… Если вспомнить, что этот мир далёк до идей раздельного сбора мусора, то внизу может быть что угодно. Сомневаюсь, что умерших заключённых хоронили по всем правилам на ближайшем кладбище. Графа Монте–Кристо такое открытие бы неприятно удивило.

Свет впереди становился всё заметнее, я постепенно начал различать неясные силуэты, в которых через несколько шагов опознал свои руки и болтающиеся ноги притихшей спутницы. Неужели выход? К запаху дерьма начал примешиваться дивный аромат затхлой воды.

— Вот же сука! — показавшийся выход перекрывала решётка. Будь я один, непременно бы сорвался в приступ бешеной ярости, бил кулаками стены, или хотя бы высказался намного крепче, но почувствовав как съёжилась девочка на плечах, постарался успокоиться. В конце–концов, это просто ржавое железо, попробую расшатать пару прутьев. Я сжал один в руках и потянул, когда сзади раздался тихий всплеск и хриплое рычание.

В последний момент успел развернуться и выставить вперёд в руки, одновременно спиной упираясь в решётку, Только это и позволило устоять на ногах. Нечто, с ног до головы покрытое дерьмом, тянуло ко мне изгаженные руки. Я упёрся и после непродолжительной борьбы оттолкнул тварь назад, та шлёпнулась, но сразу подскочила и снова осторожно шагнула вперёд, выжидая момент для атаки.

— Что это за хрень?

— Это какая–то нежить. — подала голос Кара.

Ситуация была незавидная. Я мог оттолкнуть эту дрянь, но не мог заняться решёткой. А если мои познания о нежити подходят этой реальности, то тварь не устанет, когда я выдохнусь. К тому же нежить не дышит, и если драка перейдёт в партер, мне конец. Просто захлебнусь. Захлебнусь дерьмом. Достойный финал всей моей жизни.

— Кара, ты же мертворожденная. Может поговоришь с ним? — на самом деле я просто пытался подбодрить себя глупой шуткой.

— Я пытаюсь! У меня не хватает силы… если ты герой, то может перестанешь стоять и поможешь магией?

Мертвяк сделал ещё один выпад, но я успел его оттолкнуть.

— Я не могу колдовать.

— Вот же бесполезный герой! Просто поделись магической силой. Соберись, подумай о чём–то приятном.

— Намекаешь на «солнышко в груди»?

— Да, оно бы сейчас пригодилось!.

Я снова оттолкнул тварь. Думай о хорошем… Стоя по колено в дерьме… Утром с этим было проще. Утром я просто подумал о Лире. Лира… Грязная лживая сука! Невинная девственница по прозвищу Сахарные Губки. И ведь поверил, как мальчишка! Ага, конечно же в Храме Героев служительницы тренировались исключительно на жезлах. Вот бы её сюда, приложить пару раз мордашкой об стену и сунуть головой в дерьмо, держать пока не перестанет дёргаться. И гада в короне сюда же. И того старпёра–жреца. И этих героев. Мрази, радостно предали своего, даже не попытавшись разобраться. Это из–за них я здесь! Я снова оттолкнул нежить, настолько яростно, что мертвец пролетел несколько шагов, прежде чем хлюпнуться в жижу. Я выберусь отсюда! Выберусь и убью их всех. Порежу на куски, одного за другим. Руки и ноги скормлю скоту, а тела брошу в помойную яму. Следом убью всех, кто был этим ублюдкам дорог. А потом сожгу чёртов город. Разнесу весь этот новый мир, который оказался таким же дерьмом, как старый!

И в этот момент что–то в груди наполнилось жаром, а я ощутил то самое чувство, которое всегда приходило в моменты отчаяния. Чувство собственного… величия? Осознание того, что всё это не зря. Что только боль делает меня тем, кто я есть, заставляет подниматься из привычного болота и прогрызаться через мир, который никогда не был ко мне дружелюбен. Потому что если сейчас не прорвусь, мир победит.

«Получен навык: ЧЁРНОЕ СОЛНЦЕ. Увеличивает силу союзных тёмных существ».

— Ты и правда Повелитель… — Кара была потрясена. — Меня переполняет могущество…

Нежить снова набросилась, но как то вяло. Мертвец вцепился в мои руки, но не пытался повалить. И я вспомнил всё.

Простой солдат, на службе Тёмного Повелителя, совсем ещё мальчишка. Меня отправили в дальнюю деревушку, подальше от сражений. Повелитель пал. Я и несколько товарищей мстили. Долгие годы скитаний по лесам. Попал в плен. Тюрьма. Пытки. Я не сказал ничего. Хотя и нечего было говорить, остальные попались ещё раньше. Я умер, и тело бросили в выгребную яму. Смерть не принесла покой. Голод. Отчаяние… И новая надежда?

Наваждение прошло, мертвец разжал руки и опустился на колено.

— Нежить присягает новому Владыке. Но с твоего позволения я присягну когда мы отсюда выберемся. — Кара нетерпеливо заёрзала. — Мертвяк, лучше помоги с решёткой.

И мертвец кивнул. Он быстро разогнул прутья в стороны, оставив достаточно места чтобы вылезти

— Пойдёшь с нами?

Мертвец покачал головой. Я снял порядком изгаженный плащ и протянул нежити. «Шуба с царского плеча», усмехнулся я про себя.

— Нас будут искать. Сделай так, чтобы они нашли изорванный плащ. Как будто ты нас убил и сожрал.

Мертвец кивнул, бережно принял плащ и согнул прутья в исходное положение. Кара наконец спрыгнула с плеч.

— Так что ты там говорила про Тёмного Повелителя и присягу?

— Быть может Повелитель сначала желает искупаться в реке?

Я глухо выругался и полез в воду.

Глава 6. Первая кровь

Кое–какая помывка в реке не особо решила проблему. Одежда смердела, и обычное полоскание в воде никак не могло изменить этот факт. Нужно найти новую одежду, добыть транспорт, на котором можно добраться до безопасного места. Безопасным можно считать любое, лишь бы подальше отсюда. Еда тоже не помешает. И на то, чтобы добыть всё это, времени почти нет.

— Кара, ты хорошо знаешь окрестности?

— Не очень.

— Хотя бы в общих чертах? Куда например течёт эта река?

— Ниже по течению пара деревень, потом дикие земли.

— Уже что–то. На чём местные плавают в эти деревни? Где держат лодки?

— Местные обычно делают плоты, лодки слишком дорогие. И держат их рядом с хижиной.

Наконец–то хорошая новость. Конечно, не хочется начинать самостоятельную деятельность в новом мире с ограбления, но в моём случае мир проявил несправедливость первым.

— Жаль, что у нас нет денег. Украденного хватятся, а когда нас начнут искать, это наведёт на след…

— А между прочим у того стражника был при себе кошель с жалованьем.

— Вот же, хм, незадача… Стой! Откуда ты знаешь про жалованье.

Девчонка улыбнулась и вытащила из под рубашки кожаный мешочек.

* * *

— Не вздумай кричать. — я аккуратно прижал тщедушного мужичка к лавке, которая служила ему постелью, бегло оглядывая скромное убранство хибары. Из имущества одни только рваные сети. Должно быть рыбак. Живёт один.

Проснувшийся рыбак хоть и был близок к панике, верно оценил ситуацию и не рыпался:

— Что угодно господину? Ни богатства, ни дочерей у меня нет и никогда не было. — голос был тихим и равнодушно обречённым.

— Господину угодно дать тебе шанс на лучшую жизнь. — Я бросил ему на грудь несколько монет серебряного цвета. — Эту щедрую плату ты получишь за сущую мелочь: дрянной плот, старую одежду и какую–нибудь еду.

— Благодарю Вас…, — глаза мужичка изумлённо забегали.

— У тебя есть родственники в деревеньке неподалёку? — мужичок утвердительно кивнул. — Хорошо. Иди к ним, можешь перед уходом шепнуть соседям куда отправляешься… Ах да, у тебя ведь появилась мысль на всякий случай заглянуть к страже и рассказать о нашей беседе?

— Что вы! Я бы никогда…

— Не лги мне. — я сделал максимально суровый взгляд. — Я даже не буду угрожать тебе местью за предательство. Просто подумай, что стража сделает первым делом? Возможно, хотя и маловероятно, они тебя не повесят за то, что взял деньги у врага. Но вот моё серебро у тебя отберут. Понимаешь?

Погрустневший взгляд рыбака ясно говорил, что всё он понимает.

— Хорошо. Так что ты сделаешь когда я уйду?

— Уйду подальше отсюда и буду жить на ваши деньги, пока эта история не забудется.

Похоже, мы достигли взаимопонимания.

* * *

Только когда плот отошёл на значительное расстояние от человеческих жилищ, гнетущее чувство опасности стало отступать. Однако полегчало не сильно. Обновлённая одежда хоть и воняла немного меньше, была не такой удобной, из еды были только сухая рыба и чёрствый хлеб, и, что хуже всего, я заболел. Воспалилось срезанное клеймо на плече, кто бы мог подумать, что лезть в выгребную яму с открытой раной было плохой идеей. Рука разбухла и болела, в голове пылал жар.

Кара, которой операция по удалению клейма похоже ничуть не повредила, смотрела на меня со сдержанным сочувствием.

— Так тебе в рану попал гнилой яд? Плохо дело.

— Гнилой яд? Нет в нужниках никакого яда. Там просто очень много маленьких тварей, которые питаются дерьмом и трупами. А когда они через рану попадают в живого человека, то стараются побыстрее и из него сделать труп, которым накормят потомство.

— Мелкие твари? Ты о тех мерзких белых червяках?

— Нет, намного меньше. Их нельзя увидеть простым человеческим взглядом…

— А этих существ можно убить?

— Да, в моём мире были специальные снадобья. Но не думаю что они найдутся в вашем…

— Я могу попробовать убить их магией.

— А меня ты при этом магией не убьёшь? Хотя не сказал бы, что есть выбор.

— Не убью. Без твоего Чёрного Солнца моей силы хватает только чтобы убивать мошек, но если эти твари совсем мелкие, могу попробовать.

— Погоди… Ты же говорила, что убила магией какого–то святого?

— Ну да, убила.

— И как же ты одолела человека с силой, которой едва хватает на мошек?

— Я зачаровала нож.

— А потом?

— А потом воткнула его в спину настоятеля. Так тебе ещё нужна помощь?

Выбирать не приходилось, и я обнажил рану. Кара приложила к ней ладони и замерла. Я почувствовал слабость, но в голове немного прояснилось.

— Кажется помогает.

— Ага, если то что ты рассказал про мелких тварей правда, понятно, почему когда все дети в приюте начинали кашлять, я одна оставалась здоровой. Я просто убивала вшей, а они считали что это я насылаю болезни.

— Да, люди бывают несправедливыми.

И тут я потерял сознание. Строго говоря, я вырубился не окончательно. Сквозь бушующий жар бреда иногда проскакивали явные образы. Вот Кара щупает мне лоб, вот она героически пытается вытащить на берег мою тушку, которая весит вдвое (если не втрое) больше, чем она. А я пытаюсь подняться и помочь ей, кажется даже успешно. Потом темнота и приятная прохлада, удивительно вкусная вода, словно минералка после тяжкого похмелья.

* * *

— Сколько я проспал?

Рана всё ещё болела, но опухоль спала.

— Два дня и одну ночь. Ешь! — девушка протянула зажаренную рыбу.

— Ты её что, магией убила?

— Почти. Приманила на дохлых мошек.

Рыбёшка была костлявой и остывшей, но вот проявление заботы тронуло до глубины души.

— Спасибо, что не бросила.

— И куда мне было бежать? Обратно в тюрьму? Уж лучше погреюсь в лучах Повелителя.

Ах да, «Чёрное Солнце»… Значит ли это, что девчонке можно доверять? По крайней мере пока ей не попадётся кто–то получше?

— К тому же тот рыбак… Мне понравилось как ты с ним поступил. — продолжила Кара.

— О, так на самом деле за всей внешней злобой скрывается милосердная душа?

— Причём тут милосердие! Конечно же ты потратил деньги как последний идиот! Но то, как ты запугал человечишку… Даже моих собственных магических сил хватило бы, чтобы убить его в таком состоянии!

— Так, поясни. — я понял, что до сих пор не пониманию принципы местной магии.

— Каждый человек может сопротивляться магии. Чем сильнее маг и чем слабее воля жертвы, тем больше шанс, что магия подействует. Вот у мошек воли нет совсем, у животных слабенькая. А проклятых паладинов с их верой в Единого не проймёт даже королевский Архимаг. Но тот человек так испугался, что был словно муха в паутине, ни капельки воли внутри. Оставайся таким же страшным, и я буду самой счастливой мертвячкой в мире. — девчонка усмехнулась прелестной улыбкой психопатки.

Отлично, в этом мире я страшный. Если подумать, то и в том, родном, люди старались держаться от меня подальше. Особенно женщины. Особенно когда утоляли любопытство. Что если это и правда не было отвращением, а лишь страхом перед кем–то чуждым и непонятным? От таких откровений даже настроение поднялось.

И в этот приятный момент сердце забилось быстрее. Поблизости кто–то был. Неуклюжие шаги, сбившиеся дыхание, несколько типов звуков. Их трое? Я встал, хоть от этого и закружилась голова.

— Кара, спрячься… Хотя бы за моей спиной.

Сосредоточившись я вызвал интерфейс, если за прошедшие злоключения получены очки опыта, самое время их потратить.

«Доступна комбинация навыков. Желаете объединить РАБСКАЯ ПЕЧАТЬ и БАЗОВАЯ НЕКРОМАНТИЯ?».

Да, чёрт побери!

«Получен навык ВЕЧНОЕ РАБСТВО: погибшие во время действия РАБСКОЙ ПЕЧАТИ продолжат служить Повелителю в форме нежити».

Трое вошли в пещеру. Они уже знали о нашем присутствии, но не таились. Неприятные типы. Два взрослых, и один совсем сопляк. Один из взрослых выше ростом и шире в плечах, держится уверенно, явно вожак. И эти тошнотворно вызывающие взгляды, как у гопников, когда на их стороне численный перевес три к одному.

Я смерил вожака презрительным взглядом. Если я действительно так страшен, как описала Кара, самое время этим воспользоваться. Увы, не помогло. Вожак лишь почувствовал небольшую неловкость и от этого раззадорился, инстинктивно желая укрепить свой статус.

— Похоже этот добрый человек приготовил нам подарок! Кто она: жена сестра, дочурка? Расскажи, и мы позволим тебе смотреть, пока будем веселиться.

Кара запоздало спряталась за спиной. Я использовал поднимающийся гнев чтобы разжечь Чёрное Солнце.

— Сначала я посмотрю на твои кишки. И только потом узнаю у этого кривоносого про ваших жён, сестёр и дочерей. И про мамаш, само собой.

Пока вожак осмысливал угрожающее оскорбление, я вперил взгляд во второго взрослого. Уже успешнее, то ли он был слабее духом, то ли из–за отсутствия амбиций, но кривоносый съёжился и вцепился в висящий на поясе топор, но не в атакующем порыве, а словно защищаясь.

— Да ты грозный малый! — продолжал бахвалиться Вожак. — Прямо Тёмный Властелин! — он захохотал, спутники натужно присоединились к вымученному веселью.

— Ты угадал.

Я достал жалкое подобие ножа, ухмыляющиеся разбойники взяли топоры наизготовку. Да уж, силы не равны. Если бы это был хотя бы полноценный сбалансированный нож… Я когда то развлекался метанием (чем и привёл в негодность кухонную дверь) и по крайней мере два раза из трёх клинок втыкался в мишень.

И тогда Кара закричала. Это был не визг испуганной девчушки, но безумный нечеловеческий вопль, от которого стыла кровь а душа словно вылетала из тела. Разбойники резко содрогнулись, побледнели и с отчаянной яростью шагнули вперёд.

— Повинуйся! — я метнул нож во взрослого не–вожака. Неуклюже, слишком слабо, малопригодным для этого клинком. Но разбойник так неудачно повернул шею, что, судя по фонтану крови, удар пришёлся аккурат в артерию.

— Ублюдок! Ты Пика порезал!

Вожак побежал на меня, но Пик больше не нуждался в праведной мести за полученные раны. Он вцепился товарищу в ноги и с лёгкостью повалил наземь, запрыгнул сверху и, словно корнями, впился пальцами в лицо, вырывая глаза истошно вопящему вожаку. Сопляк среагировал правильно — попытался убежать. Молодой и тощий, он бы наверняка преуспел, но удача была не на его стороне. Последний разбойник споткнулся, упал на колено, а встать не успел. В два прыжка я настиг его, ударом ноги заставил распластаться на камнях и возможно впервые в жизни ударил изо всех сил. Не боясь покалечить спарринг–партнёра. Не беспокоясь о статье за превышение необходимой самообороны. Просто удар, ещё один, и ещё. И мне было хорошо.

Когда я пришёл в себя, голова разбойника стала мягкой. Кара стояла рядом с растерзанным до костей телом вожака и задумчиво тыкала его палкой. Порабощённый разбойник молча стоял в луже крови, в основном своей, ожидая новых приказов.

— Я не разочарована. Ты и правда умеешь пугать. — Кара улыбнулась, искреннее чем раньше.

— Ты тоже. Этот крик напугал меня до чёртиков. Как ты вообще смогла его выдать?

— Это магия. Крик мертворожденной, — Кара изменила голос на торжественно–утробный, — несёт неудачи и предвещает смерть… Вышло само собой. Я испугалась…

— Ты хочешь сказать, что этим бедолагам просто не повезло?

— Да… Вообще то проклятие действует на всех вокруг. Но Тёмному Повелителю почему–то совсем не помешало.

Я усмехнулся:

— Наверное удача просто не может быть ниже полного ноля. А теперь давай поближе познакомимся с новым другом.

Глава 7. Король муравьёв

Я подошёл к этому, как там его, Пику. Вне всяких сомнений, он был мёртв. Истёк кровью. И всё же он стоял, выражение лица было тупым, но преданным.

— Вольно, боец. Понимаешь меня?

Спустя десять секунд зомби оживлённо захрипел и несколько раз рьяно кивнул головой.

— Хорошо…

«Доступно развитие подконтрольной нежити».

И точно, новый друг ведь прикончил вожака банды, это заслуживает повышения. Я вгляделся в интерфейс.

«Доступные варианты: МЕРТВЯК, СКЕЛЕТ»

Интересно, даже глаза разбегаются. Мертвяка я уже видел, и хотя в итоге он оказался полезным малым, не думаю что хочу держать рядом разлагающийся труп. Его место где–нибудь на передовой, подальше от командования, пусть деморализует войска противника видом и запахом. Вот скелет наверняка будет гигиеничным вариантом, в плане запугивания врага тоже не уступит, что до остального, то пока не попробуешь, не узнаешь. Я сосредоточился на выбранном пункте.

«НЕДОСТУПНО. Для завершения преобразования необходимо избавить нежить от плоти»

Ещё одно разочарование. И как избавить его от плоти? Мертвяка делать теперь не стану из принципа. Придётся поработать руками.

Я вытащил из–за пояса нового друга кинжал и примерился откуда лучше начать свежевание. Нож тут же заржавел и рассыпался трухой. Что за несправедливость? Когда мой меч сломали, я лишился всех преимуществ, но штрафы остались неизменными. Я что, теперь даже хлеб порезать не смогу? Хоть вилкой то пользоваться разрешено?

Я с ненавистью посмотрел на единственное доступное мне оружие. Недонож как будто также презрительно смотрел на меня. Я раздражённо воткнул его в пропитанную кровью землю. Ножу это понравилось, кровь быстро исчезла, втянувшись в лезвие. Я немного поковырялся в трупах разбойников, пока нож не стал хоть отдалённо походить на оружие. Значит свежевать ручного зомби придётся им. И времени это займёт очень много… Спустя полчаса я почти очистил одну ногу мертвеца, после чего решил отложить развитие нежити на потом.

— Пик, ты можешь ходить?

Мертвец кивнул и для пущей убедительности вделал круг. Ходит медленнее человека, но уверенно.

— Хорошо. Значит ты меня понимаешь.

Мертвец услужливо кивнул.

— Сколько всего людей было в вашей банде?

Пик слегка замешкался, математика мёртвому мозгу давалась с большим трудом, но на то, чтобы показать три пальца, его способностей хватило. Трое. Значит никого не осталось. Это хорошо.

— У вас было логово?

Снова кивок.

— Отведи нас туда

* * *

Старая хибара встретила сгнившей бородатой головой, насаженной на кол. Вот он, бывший хозяин разбойничьего логова. Охотник? Похоже на то, рядом с хижиной стоят сушилки для шкур, есть погреб, вход прямо с улицы, из него несёт мертвечиной. Внутри оказались сгнившие звериные туши и человеческие останки, пользоваться им теперь можно только после большой уборки. Но хоть внутри хижины было пусть немного, но чище, даже нашлась какая–то крупа, относительно съедобная на вид. Кара презрительно осмотрела скудное убранство и решительно засучила рукава, я же решил не мешать уборке и вышел. За домом оказался исполинский «муравейник», высотой по грудь. В нём активно копошились насекомые, почти как земные, разве что впятеро больше и с челюстями как у жука–рогача. Группа «муравьёв» тащила в логово дохлого грызуна, а добравшись до цели стали быстро отщипывать от мёртвой зверушки кусочки. Зрелище завораживало, через пару минут от добычи остались только косточки. И тут пришло озарение.

— Пик, иди сюда. Ложись в эту кучу.

Мертвец рухнул на «муравейник», частично его обрушив. Возмущённые обитатели высыпали наружу и вцепились в мёртвую плоть. Мясо с костей стремительно исчезало. Довольный собой, я подхватил насекомое и приложил к ножу.

«Порабощение недоступно. Слишком слабое существо».

Эх, не получилось. А ведь Кара говорила, что насекомые не могут сопротивляться магии. Насекомые… Улей… Ещё одна догадка появилась в голове. Сжав сломанный клинок я подошёл к муравейнику и воткнул лезвие в рыхлую кучу:

— Повинуйся!

«Контроль над роем успешно установлен. Доступно развитие».

— Развить!

«Недостаточно биомассы».

Я снова поднял муравья. Но если в прошлый раз насекомое свирепо щёлкало жвалами, то теперь не двигалось, словно внимания новому господину.

«Ну же, малыш, расскажи о себе»

И тут голову пронзила острая боль. Незнакомые запахи, смутные образы, мешанина цветов и ощущений постепенно упорядочивались и я увидел. Увидел мир глазами каждого из муравьёв. Каждый уголок этого участка леса. Каждое живое существо, каждый след, каждая примятая травинка — больше не было тайн.

— Достаточно.

Вместе с утихшей болью вернулось прежнее ощущение мира, но знания о местности остались. Малыши чертовски полезны. Значит им не хватает биомассы? У меня есть немного на примете.

— Пик, нужно принести сюда твоих дружков.

Пик, вернее то, что от него осталось стуча костями поднялось с муравьиной кучи.

«Доступен новый вариант развития нежити: СКЕЛЕТ-РАБОЧИЙ».

— Развить.

Остатки кровавых ошмётков опали с белоснежного костяка, на радость моим малышам. Кости, несмотря на полное отсутствие связок, как–то удерживались вместе. Должно быть магия. Скелет упал на колено, всем видом выражая преданность.

— Он благодарит тебя за избавление от оков плоти и клянётся быть преданным до мозга костей.

Я и не заметил, как Кара вышла из хижины.

— Что, так и сказал?

— Да, ещё он говорит, что готов костьми лечь за Тёмного Властелина.

— Признайся, ты это только что выдумала.

— Если только чуть–чуть. — Кара засмеялась. — Но если бы мог говорить, сказал бы именно это.

И тут меня тоже накрыла волна безудержного веселья. Зловещий хохот рвался наружу, силясь компенсировать все лишения последних дней.

— Ты поняла? Ведь теперь я настоящий Тёмный Повелитель! У меня есть собственная цитадель в глубине диких земель, верный и неподкупный бессмертный страж, тысячи маленьких преданных подданных. И конечно же, — я взял Кару за руку и легко притянул к себе, — прекрасная Тёмная Леди!

Мы закружились в танце, отдалённо напоминающем вальс.

— И я всё ещё должен выполнить Великое Предназначение. Как там было в Пророчестве: «Погрузит мир в хаос»?

Интерлюдия: Гибель мира

Ковбою нравилось приходить на эти секретные собрания. Никаких лиц, только маски, придумывать оригинальный дизайн которых было ещё одним наслаждением. Никаких имён, только прозвища, максимально далёкие от реальности. Так, Ковбой никогда не жил в Северной Америке, не торговал ни нефтью, ни, тем более, скотом, и никогда не стрелял из револьвера, предпочитая утончённое фехтование. Всё это были лишь условности, но именно условности позволяли сильнейшим людям в мире быть самим собой. Ковбой приветливо улыбался незнакомцам и пожимал руки. Конечно, все они были узнаваемы, более того, с львиной долей были серьёзные конфликты, в ходе некоторых умирали тысячи преданных слуг, но эта чудесная игра в анонимность отодвигала распри на задний план. В конце–концов, все они делали общее дело, управляли этим безумным миром, привнося порядок в первозданный хаос.

Каждый занял место за круглым столом, внимательно следя за тем, чтобы не присесть на то, которое занимал в прошлый раз. Затем жребий, определяющий председателя. В этот раз им оказался мужчина в маске слона. Надо ли говорить, что к Индии он не имел ни малейшего отношения.

— Приветствую вас, господа. Благодарю, что собрались. Хвала единому, этот год прошёл на редкость спокойно. Войны в мире идут вяло и без эксцессов, экономика не испытывает потрясения, демография реализуется в полном соответствии с планом. Мне и правда пришлось поломать голову над поводом всех нас озадачить. И все же я нашёл нечто странное. В мире возник новый псевдорелигиозный культ некоего Пожирателя Миров! Исповедуют его исключительно изгои, выброшенные на обочину жизни. Ну, вы знаете. Те самые 30-летние девственники, живущие в подвале родителей, и прочие неудачники преимущественно из бывшего коммиблока. Ничем серьёзным они пока не отметились, в основном общаются через анонимные участки глобальной сети. Некоторые совершают террористические акты, причём в большинстве случае они и становятся единственной жертвой.

— И чем же этот банальный культ заслужил нашего внимания?, — Ковбой немного заскучал и решил вмешаться в беседу.

— Я ждал этого вопроса! — Слон радостно кивнул. — Да. На первый взгляд обычный деструктивный апокалиптический культ, не несущий абсолютно никакой угрозы. Жертвами в любом случае становятся отбросы, не играющие никакой роли в мировом порядке. Но вот загадка, как я ни старался, то не смог выйти на организаторов этого культа. Так что либо кто–то из собравшихся сейчас тихо смеётся под маской, в таком случае этот джентльмен просто обязан поделиться секретами конспирологического мастерства. Либо… этот культ и правда не подконтролен мировому порядку.

Собравшиеся деликатно зашумели. Да, новость была мелковата, но интеллектуальная загадка вызывала интерес. Похоже остаток вечера, посвящённый поискам ловкача, пройдёт великолепно.

И тут раздались грубые, медленные и хлёсткие хлопки в ладоши.

— Браво! Хотя бы один из вас заподозрил что–то неладное.

В углу зала собраний из ниоткуда возник внушительный человек. свет как будто обтекал его, оставляя лицо невидимым, но выставляя напоказ внушительную фигуру. Ковбой точно знал, великана не было в списке приглашённых, и нажал кнопку на часах.

— Э, нет, господа хорошие. Охрана не придёт. Я о них позаботился.

Ковбой начал волноваться. Если это шутка одного из участников, она явно перешла пределы допустимого. Боковым зрением он видел, что прочие собравшиеся тоже вызывали подмогу.

— Это тоже не поможет. Армия, полиция, Национальная Гвардия, никто из них не придёт. Я позаботился обо всех. Наверное нужно объясниться. Давайте–ка включим экран. На этом канале полностью автоматическое вещание.

В зале собраний зажёгся экран с новостным каналом, демонстрирующим жуткое зрелище. Бегущие в панике люди и настигающие их безликие тени. После столкновения от человека оставалась лишь горка плоти и костей, а тень отправлялась искать новую жертву.

— Да–да, господа, это конец света. Пожиратель Миров удостоил вас аудиенции. Наверное мне стоит вас поблагодарить за то, сколько вы сделали для моего прихода. Этот мировой порядок с бесконечными благами для единиц и бесконечным страданием для большинства самая благоприятная среда, которую только можно пожелать. Как думаете, чем занимался каждый из этих «неудачников, не играющих никакой роли в мировом порядке»? Все они в минуты бесконечного отчаяния, открывали двери для меня. Чем больше в этом мире становилось боли, тем большую власть получал я. Знаете, а ведь вы имели все шансы меня одолеть. Всего лишь использовать те средства, на которые вы вели потешные войны, для повышения уровня жизни. Дать каждому страждущему еду, жилище и женщину, и вот я лишён большей части возможностей. Однако вы этого не сделали.

Ковбой видел, как Слон задрожал, встал со своего места и неожиданно бухнулся на колени:

— Повелитель мира сего, позвольте служить вам в этот час.

— Служить мне? Акститесь, батенька, я уже победил. Ваш мир лежит на разделочном столе, осталось лишь определиться с рецептом главного блюда. Тех, кто искренне ждал моего пришествия, я проглочу не разжёвывая. Они сохранят личность и вступят в Бесконечный Легион Теней. Та же участь ждёт тех, кто сохранил в себе хоть что–то ценное. Остальные же после пиршества станут навозом, на котором произрастёт чудесная чёрная трава, которая будет поглощать энергию звёзд и передавать мне.

И тут Ковбой понял, что это последний шанс. Тот самый момент, к которому его готовила богатая и насыщенная жизнь. Он встал и тоже упал на колени.

— Господин! Поглотите мою плоть и позвольте служить вам в Легионе Теней!

Пожиратель Миров засмеялся:

— Нет, я не буду вас поглощать. Ведь вы полностью состоите из дерьма! Вам выпала честь увидеть закономерный финал этого мира. Здесь надо было бы сказать что–то вроде «Встретимся в Аду!». Но в Ад вас тоже не возьмут. Я договорился. Счастливо оставаться.

И он исчез. Собравшиеся осторожно смотрели то друг на друга, то на экран с умирающим миром.

* * *

Никто не знал сколько времени прошло с тех пор, как экран перестал показывать, а чёрная трава окончательно развалила фундамент их здания. Ковбой решил, что нужно уходить до того, ка безумие охватит последних уцелевших людей. И он пошёл. Трава беспощадно резала ноги, очень скоро от ботинок ничего не осталось, настала очередь ступней. В конце–концов он упал, а бритвенно острые листья срезали с его скелета всё новые и новые ошмётки плоти при каждом движении. И в один момент у него больше не осталось тела. Осталась только боль.

Том 2. «Дикие земли»

-

Интерлюдия: Восхождение на трон

— Итак, самый страшный из наших врагов просто исчез. Что говорит начальник стражи? — Корона слегка съехала на бок, но сейчас были проблемы куда более достойные высокого внимания.

— Клянётся что не помнит ничего, с тех пор как посадил Тёмного Повелителя в камеру, Ваша Светлость. На всякий случай я заточил его в той самой камере и приставил надёжных людей. — припавший на колено рыцарь средних лет едва осмеливался немного приподнять глаза на младшего наследника престола.

— Ты хорошо обыскал тюрьму?

— Да, Ваша Светлость. Всё указывает что они пытались уйти через выгребную яму, но там обитал старый мертвяк. Мы нашли изорванный плащ, его вышивка совпадает с тем, что Святая Дева отдала Проклятому…

— Морт, ты насмехаешься надо мной? — рыкнул Его Светлость. — Какой–то мертвяк по–твоему смог одолеть возрождённого Тёмного Властелина!

Рыцарь сконфузился ещё сильнее, на его лице отражалась внутренняя борьба: говорить дальше или помалкивать. Оба варианты были плохими.

— Этот мертвяк был очень силён… Он убил паладина…

— О, Единый…, — правитель резко сел на трон. — Почему тогда ты ещё жив? Сбежал, пока Святой Воин сражался с чудовищем?

— Никак нет, Ваша Светлость. — рыцарь слегка приподнял голову. — Мертвяк лежал в куче, простите меня, нечистот. Он схватил паладина за ноги и утянул в жижу. Мы зарубили тварь, но было слишком поздно…

— Иначе говоря, Святой Воин Храма Единого захлебнулся в дерьме. Надеюсь твои люди понимают, что каждого, кто проболтается об этом конфузе, ждёт та же участь? Пригласи ко мне Трёх Героев. Быстро!

* * *

— Герои, хотя позвольте я буду называть вас друзьями. В недобрый час вы были призваны в наш мир. Отчасти вина лежит и на мне. Когда судьба послала возрождённого Врага прямо в руки, я, Гайрон Пятый, Хранитель Пограничья, сделал огромную ошибку, недооценив его коварство. Меня обманули и предали, в первую же ночь заточения Тёмный повелитель был освобождён из тюрьмы тайными союзниками, владеющими чёрной магией. Их было слишком много, даже Святой Паладин не смог удержать яростный натиск, пав смертью героя…

Славящий Свет и Победитель молча переглянулись. Мудильо, до сего момента увлечённо наблюдавший за кружащей по залу мошкой, встрепенулся и тоже начал усердно переглядываться со всеми одновременно.

— Да, я виноват в том, что не смог предотвратить измену… Но как сложно подозревать самых близких людей. Мой отец, мой Император тяжко болен, и последние два года его долг исполняет Первый Наследник, мой старший брат, пока лекари поддерживают жизнь моего отца. Но мне открылась ужасная правда — те лекари на самом деле некроманты, спевшиеся с братом… Отец давно мёртв…, — из глаза Гайрона пробежала скупая слеза, — А Тёмный Властелин в одном шаге от власти над Империей. Но есть ещё шанс. Брат… нет, я не могу больше звать братом грязного предателя, наверняка заменил дворцовую стражу своими людьми, но им не остановить троих героев. И я прошу, нет, не о помощи. О спасении! Спасите Империю! Отправьтесь со мной в Столицу, вместе мы одолеем предателя и упокоим моего несчастного отца.

— Значит, благое дело? — улыбнулся Победитель. — Награда тоже должна быть благой.

— Вы получите всё, что пожелаете… Кроме короны.

— Корона мне ни к чему. Власть над городом в местности богатой ресурсами и полное содействие магической гильдии в исследованиях, таковы мои условия.

Хранитель Пограничья согласно кивнул.

— Мне тоже не помешает замок и дворянский титул. В живописной местности, где много красивых девушек.

— Конечно, Несущий Свет.

Трое обратили взгляды на чешущего затылок Мудильо. Тот сделал шаг назад, огляделся, удивлённым жестом указал на себя и наконец ответил:

— Раз уж на то пошло, всегда хотел завести бродячий цирк и сделать его лучшим в мире. Хотя похоже мне придётся удовлетвориться вторым местом…

* * *

— Ваша Светлость…

— Ваше Величество, Морт. Привыкай. — от недавнего раздражения Гайрона не осталось и следа, и облажавшийся рыцарь был удостоен снисходительной улыбки.

— Тёмный Властелин… Его нужно найти.

— Так займись этим. Но паладинов больше не получишь, не могу позволить пустых трат.

— Но моих людей недостаточно…

— Твои люди сейчас нужны мне. — Морт побледнел, а рассмеявшийся наследник престола хлопнул его по плечу. — Не бойся, в одиночку я тебя не отправлю. Хотя возможно стоило бы. В Диких Землях ведь есть замок Ордена Зоркого Глаза. Сотня опытных воинов и благородных мужей. Моим указом они переходят в твоё подчинение. С ними ты без труда победишь Врага вместе с его прихвостнями. Можешь идти.

Спустя несколько минут, сжимающий в руках письмо с гербовой печатью Морт вышел из замка и попытался собраться с мыслями.

— Орден? Скорее банда головорезов! В лучшем случае только половина из них хотя бы видела настоящий бой издалека. И с этим сбродом я должен обыскать Дикие земли? Хотя с другой стороны, может этот мертвяк и правда сожрал Проклятого. Тогда останется только для вида пройтись по деревням. Дикие Земли всё равно нуждаются в очищении.

Глава 8. Повседневная жизнь Тёмного Властелина

— Кара, раздевайся и ложись.

— Снова? Мы ведь уже делали это вчера…

— Не капризничай. К тому же вчера тебе даже понравилось.

— Повинуюсь Властелину, — проворчала девушка и сняв рубашку легла на лавку, полностью отдавая в мою власть свою испещрённую шрамами белоснежную спину с торчащими позвонками. Понемногу заживают. Да и кости выделяются не так сильно как в первые дни.

Кнуты тюремщиков нанесли страшные раны. Обычный человек давно подхватил бы заражение крови и умер в муках, но моя спутница была ходячим антибиотиком. Мертворожденная владела магией смерти на уровне подсознания и инстинктивно уничтожала микрорганизмы, способные причинить ей вред. Но раны от этого не исчезали. К счастью бесполезное в моём родном мире высшее образование нашло практическое применение.

При словах о другом мире обычно представляют больших хищных тварей, о растениях вспоминают только если это способные проглотить человека росянки, ходячие древолюды или дриады с сиськами. А между тем с каждым шагам нога приминала неизвестную земной науке травинку. Это будоражило почти забытый инстинкт исследователя. К тому же у меня был прекрасный инструмент. Проклятый меч, после неприятных событий усохший до размеров перочинного ножика, все же исправно выдавал информацию о каждом убитом существе. Даже если это срезанная былинка.

Раскусив эту особенность я целый день радостно ковырялся в зарослях и нашёл кучу полезного. Мелкая трава, сок которой обладает легким анестезирующим действием. Сок другой при высыхании превращается в непроницаемую для воздуха плёнку, которую при этом легко снять. И конечно мясистые листья размером с лопух, только вытянутые, сами по себе не обладающими ценными свойствами, но прекрасно впитывающие и удерживающие другие вещества. Именно эти листья, аккуратно срезав кожицу и пропитав кашицей из целебной травы, я сейчас прикладывал к шрамам своей спутницы. Она никогда не признается, но я прекрасно знаю на собственной шкуре, что даже перестав болеть шрамы дьявольски сильно чешутся. Это должно помочь. Прикладывая листья я чувствовал, как её мышцы понемногу расслабляются, а дыхание становится ровным.

Уснула. Пусть отдохнёт, всё равно она почти не спит ночами. Так как комната в захваченной нами хижине всего одна, несколько раз замечал, что она смотрит как я сплю. Её глаза светятся в темноте. Довольно жутко по правде говоря.

Теперь можно вернуться к исследованию. Окружающий лес был настоящей аптекой, предлагающей широкий выбор не только лекарств, но и ядов на любой вкус. Один вызывает быстрое обезвоживание и прозрачен. Идеален, чтобы вылить в колодец и медленно отравить целую армию. А этот вызывает резкий спазм мышц, можно смешать с клейкой смолой и абсорбентом и намазать лезвие. Или высушить и распылить в воздухе, главное самому не вдохнуть.

Кто знает, может сегодня я найду траву или дерево со свойствами настоящего нейротоксина? Да и охотников проведать не помешает.

Я жестом указал обтесывающему бревно Пику на вход в хижину, тот послушно кивнул и бесшумно занял охранный пост. Толковый парень, хоть и безмозглый в прямом смысле слова. Удивительно, как из таких дрянных людей получаются такие хорошие скелеты? Не знаю, был ли это эффект классовых навыков скелета–рабочего, или при жизни он был мастером, но восставший из мёртвых хоть и двигался медленнее живого человека, зато не уставал, не отвлекался и не снижал темпа, по итогу скорость его работы была выше всяких похвал. За считанные дни он заготовил кучу дров, заменил кровлю и подгнившие нижние брёвна в избушке, за неимением лучшего оружия вытесал крепкие шесты для товарищей…

Ах да, товарищи, разумеется я решил поднять и других разбойников. С вожаком проблем не возникло, хотя ритуал пришлось придумывать на месте: скормил плоть муравьям, приложил к куче костей обломок лезвия и приказал встать. Сработало. Со вторым было сложнее, я перестарался в драке и его черепок трёснул прямо по швам

«ОЖИВЛЕНИЕ НЕВОЗМОЖНО: ТЕЛО СЛИШКОМ ПОВРЕЖДЕНО» — заявил интерфейс. Но вспомнив свои скудные навыки ремонта чего–угодно, как правило выражавшиеся в замене испорченной детали, я убрал повреждённый череп и положил вместо него снятую с шеста черепушку хозяина хижины. Это сработало, к тому же скелет получил специализацию лучника. А ещё он по собственной воле залез на чердак и достал оттуда лук со стрелами. Нежить действительно сохраняет память? Или даже личность? Кара утверждала что да. Она постоянно болтала со скелетами и вроде бы даже понимала их (или делала вид что понимает). По её словам, восставшие из мёртвых своим положением были полностью довольны. Лишившись плоти, они лишились и телесных потребностей. Единственное, в чём они нуждались, это выполнять приказы некроманта, то есть меня, а выполняя их испытывали то же блаженство, что голодные за вкусным обедом.

Вот стрелял скелет–лучник не слишком хорошо. То ли голова плохо прижилась к телу, то ли глазомер из–за отсутствия глаз сбился, но метко попадал стрелок только в неподвижные цели, с упреждением были настоящие проблемы. Значит снайперы из скелетов не получаются. В будущем это можно будет решить увеличением числа лучников и шквальным огнём. Пока же, быстро растратив стрелы охотиться пришлось хитростью. Пара скелетов могла лечь неприметной кучкой костей на звериной тропинке, а в нужный момент собраться и схватить добычу за ноги. Мне оставалось только придти на истошный визг и освежевать тушку. Сломанному клинку это нравилось, а нам с Карой нравилось мясо, ещё бы, ведь благодаря отсутствию холодильника ели мы лучшие куски со спины, остальное доставалось муравьям. Кстати, скелеты тоже ели, весьма специфическим образом. На первой охоте бывший вожак получил копытом в грудину и потерял ребро, но после ужина подобрал звериные кости и тщательно сжевал. Наутро ребро отросло, а я убедился, что не прогадал с оживлением.

Однако сегодня добыча ещё не визжала, должно быть зверушки учатся бояться человеческих костей. Не страшно, если ничего не поймают, завтра отправлю рыть ловчие ямы.

Я зашёл глубже в чащу, внимательно осматривая растения под ногами, когда набрёл на незнакомую полянку, в центре которой возвышался старый пень. На котором, словно на троне, восседал Он. Тот самый незнакомец в чёрном.

— Так значит теперь ты Тёмный Властелин? Прежде чем начнёшь возмущаться, учти, что все свои обещания я выполнил: другой мир, истинная сила, прекрасная девственница. Я ведь не говорил, что мир будет дружелюбен, сила постоянной, а невинная дева ляжет с тобой в постель.

— Возмущаться не буду. В итоге всё сложилось неплохо. Компьютера конечно не хватает, но в целом мне нравится. Думаю я смогу провести в этом лесу остаток дней.

Чёрный человек возмущённо привстал, и это доставило мне настоящее удовольствие.

— Ты собираешься просто сидеть в лесу? А как же приключения, праведная месть, исполнение предназначения? Сокрушить врагов, напоить клинок их кровью?

— Обломок клинка ты хотел сказать, — я предъявил единственное доступное мне оружие. Клинок немного увеличился за последние дни, но всё ещё больше напоминал перочинный нож, чем оружие.

— Важен не размер клинка, а то, как его используешь!

— Обычно так говорят владельцы коротких клинков.

На мгновение мой собеседник замолчал, а затем расхохотался.

— Вот что мне в тебе нравится, так это чувство юмора! И из личной симпатии я кое о чём расскажу. Ваша идиллия в лесной глуши не продлится долго. Тебя ищут чтобы уничтожить. Местные никогда не оставят в покое нового Тёмного Властелина. Тебе придётся стать намного сильнее, чтобы отбиваться от благородных рыцарей и бесстрашных паладинов. Те трое героев, с которыми ты уже познакомился, в итоге тоже захотят твою голову. Ну и главное: пророчество о приходе Тёмного Властелина оказалось правдой, а значит и вторжение демонов, и приход Пожирателя Миров через десять лет реальная угроза. Будешь ли ты к этому моменту готов.

— И как мне стать сильнее?

Странный гость дружелюбно засмеялся:

— Давно жду этого вопроса! Есть только один способ — убей врага и пожри его плоть.

— Что…

— Да, к сожалению предубеждение против каннибализма в большинстве цивилизаций слишком сильно. Поэтому и приходится внедрять волшебное оружие. Ты ведь понимаешь, как именно забирается жизненная сила у поверженных?

— Но ты конечно действуешь напрямую. И сколько жизненной силы уже поглотил?

— Больше, чем ты можешь представить. Настолько много, что обычные люди перестали делать меня сильнее очень давно. Затем пришёл черед драконов, великанов, забытых Королей–под–Горами, спящих на морском дне древних богов… Но и они стали бесполезны. Теперь мой изысканный вкус может удовлетворить лишь особенная добыча. Но об этом пока рано говорить… Ах да, отрава которую ты ищешь, растёт за этим пнём, узнаешь по ярко–красным цветкам. Красивая и смертоносная настолько, что убивает пытающихся её опылить пчёлок. Прямо как твоя подружка.

Тучка, на мгновение закрывшая светило, уронила тень на фигуру незнакомца, и он словно растворился в черноте. Я осторожно нарезал пучок красных цветков. Мог бы и сам догадаться, что искать ядовитую траву нужно по мёртвым насекомым. И только закончив с делом пошёл назад в хижину, размышляя об услышанном, когда в кустах мелькнуло что–то похожее на рыжие косички.

Глава 9. Новые знакомства

Шуршание в кустах выжидательно затихло. Я пристально смотрел на прячущуюся в листве гостью, прятаться у неё выходило плохо, всё–таки рыжий на фоне зелёного выделяется, если конечно на нём нет чёрных полосок. Человеческого жилья в моих владениях не было, маленькие подданные идеально разведали местность. Но из–за неприятных ощущений во время восприятия их своеобразного доклада, в последнее время разведданными я пренебрегал, и как выяснилось зря. Расслабился. Теперь придётся решать проблему.

— Можешь не прятаться, я тебя вижу. Выходи.

Итак, молодая девчонка, красивая от природы, одежда простая, но чистая, на ногах кожаные сапожки, её семья не бедствует.

— Здравствуйте, господин. Я шла к старому охотнику и услышала ваш разговор. А где второй господин?

— Я просто разговаривал сам с собой, — не хватало ещё рассказывать какой–то девчонке о таинственном покровителе. Итак одной наговорил лишнего… От воспоминаний о Лире закипала злость.

— Вы наверное знахарь? — девчонка многозначительно уставилась на пучок трав в моих руках.

— Наверное да… — я отчаянно ухватился за подвернувшуюся легенду. — Охотник умер. Я пришёл слишком поздно что бы ему помочь.

Вот так, лучшая ложь — это должны образом поданная правда.

— Старик завещал мне свою хижину, и я рассчитываю провести здесь какое–то время за сбором трав. Ты хорошо знала охотника?

— Не очень, — лицо девчушки лишь на мгновение помрачнело от плохих новостей, сейчас она снова улыбалась. — Из всей деревни он дружил только с моим отцом, отец покупал у охотника шкуры и отвозил в город. Охотник давно не появлялся в деревне, и я решила проверить как дела.

Хорош же отец, который отправляет дочурку в лес, где пару недель назад хозяйничали разбойники. Хотя может у него таких дюжина, одной больше, одной меньше…

— Мне нужно домой, рассказать что случилось. А вы приходите к нам в деревню, господин. Может и у вас с отцом какие дела получатся.

— Обязательно загляну.

Девчонка многозначительно хихикнула и быстро зашагала прочь. Я проводил её взглядом, размышляя что делать. Ещё не поздно броситься в погоню. Скелеты не дадут уйти, может спринтеры из них никудышные, но вот на марафонской дистанции от нежити не убежать. Если избавиться от свидетеля, какое–то время это убежище не побеспокоят. Но вряд ли тайна сохранится долго. Рано или поздно вступить в контакт с местными придётся, и лучше не начинать знакомство с убийства дочки местного бизнесмена. Будь что будет.

Кара встречала меня на пороге, и её взгляд был особенно недобрым.

— Ты что, принёс мне цветы? Они не понравились той девчонке?

— Это травы. Ядовитые. Прямо как ты сейчас. И откуда ты узнала про девчонку?

— Простите, Повелитель, если я не должна была знать о ваших любовных похождениях. Просто прежде чем оправиться к вам рыжая крутилась вокруг дома. Я едва успела спрятать Пика.

Из–за поленницы высунулся знакомый череп. Только отсутствие лицевых мышц не давало ему скорчить смущённую гримасу.

— Молодец. И не было никаких любовных… Погоди, ты что, ревнуешь?

Кара вспыхнула. Так–то, подружка, в эту игру могут играть двое.

— Что вы, Повелитель, я бы не посмела. Что за тёмный Властелин без гарема? Я лишь беспокоюсь о безопасности вашей цитадели. Лучше убить её, до того как она приведёт толпу крестьян с вилами и факелами.

— Я решил не убивать.

— Понимаю. Она так юна и красива…

— Дело не в этом… — так, кажется выбрал не те слова. — Из разговора я понял, что её отец не последний человек в деревне. И нам нужна эта деревня. Нам нужен хлеб, лично я устал есть одно мясо. Нужна одежда. А скелетам не помешают железное орудие и новые инструменты. И, если это так тебя волнует, ты всё равно красивее.

— Мой повелитель, вы совершенно не умеете врать… Но слышать это всё равно приятно.

* * *

Итак. Мне нужна деревня. Дело за малым — найти наконец где она находится. Я растянулся на лавке и сосредоточившись вызвал интерфейс. Нельзя и дальше откладывать необходимое.

Вот и раздел с миньонами. Биомассы с побеждённых разбойников хватило на одно улучшение Роя, и я сразу выбрал навык распространения. Получив приказ, три молодых матки с сопровождением отправились основывать новые колонии. Чтобы было красиво, сначала я хотел отправить шесть штук, но трезво оценив силы остановился на трёх, всё–таки даже один муравейник болезненно нагружал разум. Интуиция подсказывала, что нагрузку в ещё шесть таких могу и не вытянуть. Но с тех пор я не связывался с этими колониями, хотя они должны были построить новый дом, исследовать окрестности и наладить связь с центральным логовом. Пора.

«АКТИВИРОВАТЬ НАБЛЮДЕНИЕ»

Голову расколола боль, тысячи тысяч маленьких мыслей вклинивались в сознание. Множество образов, звуков и запахов. И то мучительное чувство, когда стараешься удержать в голове разбегающиеся мысли… Адски неприятно. Так должно быть чувствуют себя шизофреники в клинической стадии.

А Кара, эта язва, час назад готовая меня растерзать, молча села на лавку, уложила мою голову на колени, пригладила волосы и стала массировать виски.

Нет, боль от этого не утихла, но она перестала мешать восприятию. Я увидел новые земли, новые травы и деревья, узкие тропы, животные и… люди. Целая деревня людей. А вот и рыжая девчонка бежит к бородатому мужику с крепкими руками. Я не разбираю слов, но понимаю, что говорят обо мне. Хорошо, с деревней всё ясно, что есть ещё интересного? Мои слуги вопят, где–то образовалась свежая биомасса. Я с трудом переношу сознание в новую область. Холм в нескольких километрах от деревни. Мельница. Три трупа и пять живых. Тошнотворные запахи. Мельник, его жена и дочка, которой не было и четырнадцати. Всех убили, над дочкой перед этим надругались. Ещё одна банда разбойников. Они деловито складывают на телегу мешки с зерном и мукой. Сверху укладывают инструменты и нехитрую утварь, не оставляют ничего, что можно продать. Если бы я взял эту землю под контроль чуть раньше… Но теперь спешить нет смысла. Разбойники, весело переругиваясь, ведут телегу в своё логово — небольшую пещеру. Какое–то время тратят на разгрузку, о чём то спорят, должно быть делят добычу. Затем уходят. Похоже это не единственное их логово. Ну же, малыши, покажите мне их главную базу. Накрою всех одним ударом.

Они всё идут. Приближается деревня. Собрались напасть впятером? Что за безумие! Они не нападают. Просто расходятся по домам, договорившись о новой встрече…

«ПРЕКРАТИТЬ НАБЛЮДЕНИЕ»

Я пришёл в себя. Кара погладила мой лоб и вышла из хижины. Как же хорошо ты меня понимаешь…

Разбойники. Я всегда смеялся над этой условностью фэнтезийных миров. Есть одна деревня с десятком крестьян, и целая армия разбойников, физически неспособная выжить на столь скудной кормовой базе. И вот она, мрачная реальность. И злобные разбойники, и мирные крестьяне — это одни и те же люди. Один и тот же топор сначала рубит дрова, а затем голову соседа, которому повезло накопить чуть больше богатства. Может и правда стоит разорить деревню, а всех её жителей обратить в нежить? Чтобы уж точно наверняка наказать виноватых?

Но для начала разберусь с конкретными ублюдками. Нужно навестить мельницу, мне не помешает лишний скелет в отряде. И устроить засаду в пещере. Кара, скоро у нас на столе будет горячий хлеб.

Глава 10. Рекрутирование

— Поднимайся.

Тело мельника зашевелилось, помутневшие глаза широко раскрылись и мертвяк поднялся с земли. В этот раз мне нужен боец с узнаваемой внешностью так что скелетизация подождёт.

Оживший мертвец тихо склонился на одно колено, выражая преданность, а затем так же тихо встал и остановился перед телами жены и дочери. Бесстрастный интерфейс обозначил их тела как слишком слабые для оживления. Конечно, тела ещё можно использовать — плоть на биомассу, кости на саморемонт скелетов, но было что–то в пустых глазах мертвяка.

— Хочешь их похоронить?

Мертвяк кивнул.

— Разрешаю.

Размеренные движение лопатой завораживали, мертвецы умеют трудиться, этого у них не отнять. На копку общей могилы у мельника ушёл от силы час, я за это время осмотрел жилище, убедившись что ничего ценного разбойники не оставили. Нетронут оказался только скромный алтарь, по крайней мере другого названия для этой штуковины в голову не приходило. Полочка на стене, как раз напротив окна, на ней установлена конструкция из нанизанных на жердь трёх деревянных шариков, на манер игрушечной пирамидки из моего мира. Надо расспросить Кару о местной теологии. Если их религия похожа на нашу, то даже интересно, как именно местные убили бога.

Мертвяк закончил зарывать яму и стоял в ожидании мёртвых приказов. Я подошёл поближе.

— Хочешь отомстить? Я дам тебе такую возможность.

И оживший мертвец снова припал на колено.

* * *

Скоро закат, в темноте муравьиные разведчики бесполезны, нужно поспешить. Я открыл интерфейс и активировал наблюдение, сосредоточившись лишь на ближайших окрестностях. То ли из–за меньшего объёма информации, то ли благодаря привычке, неприятные ощущения были почти терпимы. Вчерашние разбойники в полном составе приближались к пещере. Стоп, с ними ещё один, незнакомый. Может скупщик? Ладно, разберёмся на месте.

— Выдвигаемся.

Наш отряд пошёл к цели. Три скелета, на поясах ножи, у Пика вдобавок верный топор, в руках деревянные шесты. За ними мёртвый мельник, его руки пусты. Замыкаем мрачное шествие мы с Карой. Я не собирался звать её в поход, но и не запрещал. Хотя сомневаюсь, что запрет бы её остановил, пусть лучше будет перед глазами. Врагов больше, но это ненадолго.

Вот и пещера. Разбойники не удосужились даже выставить дозорного. А жаль, можно было бы его незаметно снять, оживить и уравнять численность. Изнутри виднеется огонь и слышны голоса. Но не пьяное веселье, говорят о чём то важном. Надо послушать. Жестом остановив свою армию я подкрался ко входу и обратился в слух.

— …. и как начали зоркоглазые с этим городским хмырём в железе про поклонников Тёмного Властелина расспрашивать, я быстро сапоги надел да и рванул в лес. Знаю к чему такие разговоры ведут. Ляпнешь что–нибудь не то, и вот уже сам на ветке болтаешься, а это ворьё твоё добро делит, — разорялся свежеприбывший разбойник. В его голосе сквозило искренне возмущение тем фактом, что кто–то имеет наглость грабить его или его дружков.

— Это ты поторопился, братишка. Надо было сначала узнать что эти гады дальше делать будут. Не собираются ли и в нашу деревню наведаться?

— Да что там узнавать? Я тебе и без вынюхивания всё расскажу. Посидят недельку, сундуки обчистят, девок перещупают, вздёрнут кого–нибудь — и сразу к вам. Дорога тут одна.

— Так что делать будем? Может откупимся как–то…

— Ты смотрю разбогател? Может у мельника под жерновами клад оказался? Не по нашим деньгам рыцарей подкупать.

— А про деньги я и не говорил. Раз они виноватых ищут, то может мы сами кого подскажем, да и обойдёмся малой кровью.

Остальные разбойники недовольно загудели.

— Хватит! Своих сдавать не собираюсь. Знаешь дочку нашего старосты?

— А то, хороша девка. Пощупать бы, да с отцом связываться не охота.

— Ага, эта дурёха до того осмелела, что одна по лесу ходит, так руки и чешутся. А вчера такую историю рассказала, что диву дашься. Оказывается охотник наш преставился. А в хижине его теперь живёт лекарь, травки собирает. И лекарь этот настоящий великан, а рожа у него такая суровая, что обделаться можно.

Кара, незаметно присоединившаяся к подслушиванию, демонстративно давилась хохотом. Подзатыльник бы ей отвесить, да шуметь нельзя.

— Так может прощупаем его? Где лекарь, там и серебро в карманах.

— Я так думаю что кое–кто его уже прощупал. Охотника то Керт ещё в прошлом месяце порешил, и сам в той хижине засел с двумя парнями. И вдруг пропал, а лекарь этот объявился. Смекаешь?

— Думаешь мог троих порешить?

— А то. Керт конечно парень был хоть куда, но не великан. А с ним были сопляк зелёный, да Пик, что от страха вечно заикался. Если дошло до серьёзного дела, то помощи от них считай никакой не было.

— Так надо отомстить за наших. Навалимся всем скопом, и дело с концом.

— Ага. С концом… а если он ещё кого из нас порешит? Нет, тех рыцарей нам сам Единый послал. Пусть лекарь и дальше травки собирает, а как придут зоркоглазые, мы их сами к хижине отведём. Пусть рыцари с душегубом разбираются, на них железа много. Наплетём про него сказок, как мертвецов оживляет или с гадами ползучими разговаривает.

Нет, эти ублюдки сразу мне не понравились, но сейчас довели до бешенства. Неприятно слушать как о тебе сплетничают. Пора заканчивать посиделки. Я нашёл взглядом мельника и жестом указал на вход. Качающейся походкой он шагнул вперёд.

— Что за… — разговор прервался, разбойники повскакивали, хватаясь за оружие.

— Ты же мёртвый! Зачем пришёл!

— За тобой он пришёл. Должок забрать.

Я выщел из темноты, стараясь выглядеть как можно более устрашающе. За спиной Кара что–то шептала под нос, надеюсь, это что–то из магии.

— А ты ещё кто?

— Да это же тот великан… Лекарь который — промямлил кто–то из глубины пещеры.

— Ха–ха, если я лекарь, то вы болезнь. Кстати, Пик от заикания уже вылечился. Я сделал шаг в сторону, освобождая проход скелетам. Если до этого разбойники были просто напуганы, то сейчас приближались к панике. Вожак, до того так много говоривший, вдруг тонко заверещал и кинулся на меня с дубиной. Тут же два шеста впечатались ему в живот, а один в горло. Булькнув что–то неразборчивое разбойник упал и съёжился, а скелеты довершили начатое ещё несколькими ударами.

— Не время отдыхать. — Я вонзил свежему покойнику в грудь нож и скомандовал, — Поднимайся!

Мертвец медленно встал, пристально посмотрел на бывших товарищей и пошёл вперёд. Остальные мертвецы последовали его примеру. Сопротивление было недолгим, несколько пропущенных ударов не причинили мертвецам большого вреда, но вот разбойники сверхъестественной живучестью не отличались. Последний забился в угол, и, поняв что бежать некуда, рухнул на колени:

— Пощадите, Господин!

— Ты и правда ждёшь милости от Тёмного Властелина?

Надо же, оказывается это ничтожество может испугаться ещё больше

— Т–т–тёмный, П–п–повелитель… Я буду верно служить…

Я подошёл поближе и положил левую руку ему на плечо.

— Хорошо, я исполню просьбу. Ты будешь служить мне. Вечно.

Лезвие рассекло сонную артерию последнего из разбойников.

* * *

Последний из мертвецов присоединился к товарищам, подготавливающим трофеи для переноски. Десять. Целый взвод. Полноценная боевая единица. Такими темпами мне скоро понадобятся офицеры.

Когда окончательно стемнело, наша процессия наконец добралась до хижины. Я тут же приказал мёртвым разбойникам занять у муравейника очередь на очистку костей, не хватало ещё чтобы добытый с таким трудом провиант пропитался запахом мертвечины. Раздав указания я повернулся к мельнику.

— Ты молодец. Быть может хочешь что–нибудь в награду?

Мертвец показал рукой на мёртвых разбойников.

— Всё ещё хочешь им отомстить?

Мертвец покачал головой и снова показал на разбойников, на муравейник, на скелетов и наконец на себя. Намёк понятен.

— Хорошо, иди в муравейник первым.

Спустя несколько минут свежий скелет поднялся и выразил почтение. Что–то изменилось в его движениях, они стали более… раскованными?

— Он говорит спасибо. — Кара как всегда бесшумно возникла за спиной. — Избавив от плоти ты избавил его от тягостных мыслей о прошлом. Теперь он хочет лишь дальше служить Повелителю…

— Может объяснишь наконец как ты умудряешься с ними разговаривать?

— С последней охоты у нас осталось немного нутряного жира. Я пожарю лепёшки.

Готовила Кара божественно.

Глава 11. Воспоминания из детства

Запоздалый, но от того не менее восхитительный ужин поднял настроение, хотя поводов для радости было мало. Эти «зоркоглазые» ведь по мою душу идут, не соврал таинственный покровитель. И пусть коварный план, насколько эти простофили вообще были способны планировать, по выдаче меня рыцарям задушен (а также зарезан и забит) в зародыше, вряд ли я выиграл много времени. Молчаливость явно не была в списке достоинств старостовой дочки, и слухи о великане–лекаре вовсю гуляют по деревне. И если даже кучка бандитов смогла сложить дважды два, не стоит надеяться на тугую сообразительность рыцарей. Снова встаёт извечный вопрос: «Что делать?». Вариантов всего два: снова бежать либо принять бой.

— Ну вот, только жизнь начала налаживаться, — проворчала Кара.

Похоже я опять думал вслух, неприятная привычка, выработавшая за годы жизни в одиночестве.

— Да, сомневаюсь что мы найдём столь уютное жилище. Дальше как я понимаю обжитых мест ещё меньше?

— Именно. Дальше разве что орки, а они кочуют. Домов не строят.

— Паршиво… Идём, расспросим нового друга сколько этих зоркоглазых.

Костяные бойцы построились в шеренгу. Вот же чёрт, они все на одно лицо.

— Кто из вас видел зоркоглазых рыцарей, шаг вперёд.

Один из скелетов послушно выполнил команду.

— Хорошо. Сколько их было? Покажи на пальцах.

Скелет поднял в начале одну руку с растопыренными костяшками, затем вторую, и мелко затрясся. Пустые глазницы бегали по сторонам в поисках решения. Наконец он опустил костяшки, подскочил к соседу, поднял его руки, повторил туже процедуру с ещё одним костяком и только теперь поднял свои.

— Тридцать?

Скелет радостно закивал, скалясь черепом.

Трое на одного… И это не крестьяне, которых так легко напугать. А какие–никакие бойцы, вооружённые, наверняка в доспехах, которые не пробьёшь ножами и палками. Нам не справиться. Бежать тоже некуда. Я сел на бревно и подпёр лицо руками, в надежде что так придёт какое–нибудь неочевидное решение.

Кара, не хуже меня понимавшая всю плачевность ситуации присела рядом.

— Вообще–то ты можешь их победить, Тёмный Повелитель. Тебе просто нужно больше скелетов. Рядом целая деревня…

— Нет, Кара.

— Пожалел невинных? Думаешь разбоем здесь промышляли только эти болваны? — на её щеках вспыхнул румянец. — А может надеешься на любовь народа? Так никогда не будет! Мы для них тёмные. Проклятые монстры, которые не должны жить. Думаешь они бы нас пожалели? Для них верх милосердия, это не убить младенца вместе с матерью, а продать в рабство. А может всё дело в той рыжей? Так её можешь и оставить…

— Кара, расскажи мне…

— Что рассказать? Что я родилась в этой проклятой деревне?! Итак ясно, что все выродки родом из Диких Земель.

Кара всхлипнула. Я решительно обнял девушку. Она инстинктивно прижалась покрепче.

— Я всегда думала, что лучше бы меня тогда убили… Но потом появился ты…

— Крепко тебе досталось… Можешь всё мне рассказать.

— Рассказывать почти нечего. Здесь в трёх днях пути монастырский приют. За ребёнка дают дюжину медяков. За меня дали только десять. Это там я научилась драться, читать и готовить.

— Звучит не так уж плохо. Там ведь было что–то ещё… То, за что ты зарезала настоятеля.

Её голова легла мне на плечо.

— Ты всё понимаешь… Этот старый хрен. Для всех благочестивый старец, который заботится об оставшихся без родителей детишках. Никому не нужных, отверженных, даже проклятых… Его при жизни почитали как святого. А на самом деле монастырь готовил послушных слуг для богатых лордов. Телохранителей и наложниц. У благородных неприлично держать в доме рабов, только свободные слуги. Правда если слуга ослушается господина, по закону его за это обратят в рабство.

— Понимаю. В моём мире людей тоже заставляли самих покупать ошейники и намордники.

— Ха, представляю эту картину. — Кара едва заметно улыбнулась. — Сначала я думала что всё не так уж плохо. В приюте кормили, из–за проклятия монахи меня не трогали, это остальных девочек и мальчиков каждую ночь таскали по кельям. Я мечтала, как стану телохранительницей, девой–рыцарем. Но однажды настоятель напился и разоткровенничался. Я тоже должна была стать наложницей, только особенной. Мертворожденную можно подложить под того, кого убивать нельзя, но выгодно лишить будущих наследников. Меня бы продали в Столицу и использовали для интриг. И тогда я его убила. Вспорола ножом его жирное брюхо…

— Подожди… Ты ведь говорила что ударила в спину?

— И в спину. И в горло. И в глаз… Била пока нож не сломался. За этим меня и застали, избили и бросили в тюрьму. Дальше ты знаешь.

Бедная девочка. Всё можно пережить. Боль, голод, одиночество. Но только не разбитые надежды.

— Что стало с другими детьми?

— Не знаю. Мне всегда было наплевать на них, а им на меня. Может всех распродали, может до сих пор ублажают монахов.

Я обнаружил что уже несколько минут глажу Кару по голове, прерываться не стал.

— Хорошо, что ты всё рассказала. Я принял решение.

— Всё–таки вырежешь деревню и устроишь зоркоглазым засаду?

— Нет, есть идея получше. Значит монастырь в трёх днях пути?

Глава 12. Возвращение в монастырь

Собирались недолго, я проверил статус скелетов, «старослужащие» после стычки явно набрались опыта, а Пик и вовсе получил повышение от рабочего до фуражира и обзавёлся навыком «ПОВЫШЕННАЯ ГРУЗОПОДЪЁМНОСТЬ», который прямо сейчас предстояло опробовать. Ему достался мешок с провиантом и скрученные в рулон одеяла. Остальным подселил в грудную клетку по молодой муравьиной матке с парой сотен прислужников и небольшим запасом мяса. Раз нам всё равно по пути, будет правильным подбросить братьев наших меньших до новых мест жительства.

На рассвете мы отправились в паломничество к святому месту. Я не стал портить вчерашний момент трогательного взаимопонимания, оставив спутницу в счастливом неведении корыстных целей экспедиции. Мне катастрофически не хватало знаний о новом мире. Кара конечно всегда готова подсказать, но её знания далеки от энциклопедических. В монастыре же должны быть книги. Много книг. Подробная карта местности тоже не помешает. И это не говоря о других материальных ценностях. Святоши в любом мире умеют копить, а эти ещё и промышляли торговлей людьми. Холёные тела монахов тоже пойдут в дело.

А ещё, но это так, мелочи, можно освободить из рабства десяток–другой детишек. Та ещё обуза, по правде говоря. Но когда–нибудь они вырастут и смогут вернуть должок.

Итак, задача проста. Захватить монастырь, усилить убитыми свой отряд, вынести всё ценное. Рыцари к тому времени дойдут до деревни. Насколько я понял, любовью местных они не пользуются, так что при правильной подаче Тёмный Властелин выступит в роли освободителя. И это отличный шанс. Шанс основать настоящую Империю Зла. Надеюсь в монастыре найдётся красная ткань для знамени.

— Это нечестно! — возмущённый голос Кары прервал приятные размышления. — Ты всё обо мне знаешь, а я о тебе почти ничего.

— Ага ничего, кроме всех моих планов и боевых способностей.

— Твой мир… кем ты был там?

Вот что я называю неприятным вопросом.

— Если честно, то никем.

— Но ведь чем–то ты занимался?

— Ну, когда–то хотел быть экологом. Это что–то вроде знатока и защитника природы. По крайней мере так мне казалось… на самом деле я просто сидел в душной комнате и делал всякую бессмысленную ерунду. За это платили деньги, которых кое–как хватало на жизнь. Вот и всё, ничего героического.

— Зачем кому–то платить деньги за что–то бессмысленное?

— Ну, хотя бы для того, чтобы все мирно сидели на месте, а не становились Тёмными Властелинами, — улыбнулся я.

— Дурак получается наш градоначальник. Мог выдать тебе клетку побольше и девку покрасивей, и не было бы никакого Тёмного Властелина.

— Да, скорее, всего так бы и было…

Слишком поздно до меня дошло, что именно я сказал. Взглядом Кары можно было резать металл. Если поблизости есть враги, сейчас самое время напасть и прервать неловкое молчание. Ну же, кто–нибудь! Увы, никто не пришёл.

* * *

Настоятель занимался самым важным делом в мире — подсчитывал прибыли. Он испытывал поистине божественную благодать выводя в толстом томе столбцы цифр. Рядом, как источник вдохновения, высилась стопка серебряных монет, увенчанная новеньким золотым. Настоятель любил порядок, и если какая–та сумма не присутствовала в отчётах, то её наличие перед глазами успокаивало. Несомненно, это дополнительное поощрение, созданное из личной благодарности богатых покровителей и сэкономленных благодаря аскезе средств, пойдёт на деяния угодные Единому. Ведь Единый не может допустить, чтобы проводник его воли был несчастен. Однако не смотря на всю увлеченность настоятель не мог не обратить внимание на торопливый топот по лестничным ступеням, посему не был удивлён увидев в распахнувшихся дверях запыхавшегося служку:

— Ваше Преосвященство! Мёртвые восстали из могил!

Настоятель захлопнул книгу.

— Что за бред, Тиан? Успокойся и расскажи по порядку.

Настоятель напрягся. Тиан не из тех, кто может позволить себе глупую шутку, и не настолько глуп, чтобы дать себя одурачить. Это предыдущий настоятель совсем не ценил парнишку, нынешний же даже немного восхищался его идеальной памятью и умением производить в уме вычисления. Служка даже был посвящён в некоторые финансовые дела, что было высшей степенью доверия.

Тиан выдохнул:

— К монастырю идёт армия скелетов. Их возглавляет высокий человек…

— Что? — настоятель поперхнулся. Разумеется он знал что орден Зоркого Глаза ищет в окрестностях Тёмного Властелина, в конце–концов их лидер при случае не упускал возможность исповедаться за бутылочкой вина. Поиски Великого Зла проводились регулярно и заканчивались обычно ограблением нескольких деревень и быстрой казнью некоторого числа еретиков, за которыми следовало щедрое покаяние. Кто бы мог подумать, что Тёмный Властелин и правда существует? Что может быть ужаснее?

— Ещё с ним девушка, которая раньше воспитывалась в монастыре… Это она искромсала прошлого настоятеля.

* * *

К дороге на монастырь мы вышли вечером. Кара немного оттаяла, хотя и не упускала возможности сказать какую–нибудь колкость, но сейчас её настрой был более чем серьёзен.

Местность здесь открытая и прятаться не было смысла, очень уж у меня приметные спутники, так что я просто приказал отряду идти строем. Маршировали они идеально, просто загляденье. Тревожный шум из монастыря становился всё отчётливее. Это хорошо, вряд ли они быстро подготовятся к защите, а вот паника распространяется.

— Кара, когда мы придём, ты сможешь крикнуть так же, как в прошлый раз, с разбойниками?

— Будь спокоен, крикну от души. Монахам сегодня не повезёт.

Массивные деревянные ворота естественно оказались заперты, но топоры в трудолюбивых костяных руках разобрались с проблемой в считанные секунды — просто вырубили крепления одной из створок. Внутри нас ожидало жалкое сопротивление. Дюжина монахов пыталась вступить в бой, и похоже местная религия не возбраняла духовным лицам использовать мечи. Однако вступая в бой они уже были полностью деморализованы, и крик Кары немало этому поспособствовал. Скелеты же шли стеной, выставив заострённые шесты, на манер фаланги. Конечно, до настоящей стены копий деревяшкам было далеко, однако нескольких ударов хватало чтобы отправить монаха в нокаут без всякой возможности сопротивляться. Едва живое тело падало под ноги скелетов, а я, идущий за спиной своей армии, добивал их клинком, радостно впитывавшим жизненную силу. С каждым убитым лезвие становилось сильнее, а вместе с ним и я. Это чувство завораживало. Интересно, насколько сильным можно стать если убить население целого мира?

Оставив половину собратьев во дворе, монахи попытались укрыться в постройках. В тесном помещении строевая подготовка скелетов не давала такого преимущества, так что несколько ударов мечом мои бойцы все же получили. Один из новобранцев был уничтожен похоже окончательно, после удара раскроившего череп, костяной воин рассыпался кучкой костей. К сожалению для боевитого монаха, на пару мгновений клинок застрял в черепушке, этого хватило чтобы павший скелет моментально был отомщён собратьями.

Наконец, подавив сопротивление во дворе и выдернув всех, кто пытался спрятаться, мы подошли к самому большому зданию. Из его трубы валил белый дым, и вряд ли в такой момент кто–то замёрз. Эти сволочи жгут мои трофеи!

Костяная армия пошла на штурм, по пути ешё несколько монахов попытались нам помешать, но неудачно, и наконец мы вошли в просторный кабинет. Внутри оказались: спокойно сидящий за столом толстый мужик в украшенной мантии, хлипкий парень, испуганно вжавшийся в книжный шкаф, и камин, в котором догорали несколько толстых книг и стопка бумаги.

— Так значит Проклятое Дитя не успокоилось убив его святость. До нас дошли слухи, что Дохлая Псина избежала казни, вступив в порочный союз с Тёмным Властелином. Должно быть и твоё проклятие ему не помеха…

Так, а вот про «проклятие не помеха» уже интересно. Не то чтобы я постоянно об этом думал, однако…

— В твоём положении лучше обращаться ко мне Кара Божия. — девушка достала нож и нарочита медленно подошла к столу. Я тоже подошёл держа руку на клинке. На случай если толстяк выкинет какую–нибудь глупость. Однако тот похоже принял свою судьбу.

— Я буду называть тебя так, как сочту нужным. Моя смерть и смерти моих братьев будут отомщены. Рыцари «Зоркого глаза»…

— Очень скоро с ними будет покончено. Твои братья помогут в этом. — я вмешался в разговор, очень у захотелось стереть эту самодовольную ухмылку.

— Даже если так… то за тобой придут паладины. Лучше бы ты и дальше прятался в лесах и на болотах, Тёмный! Твоя сила ничто по сравнению с мощью Империи, которая все эти годы готовилась к приходу извечного врага! И моя жертва не будет напрасной! Эта девка ведь пришла сюда за детьми? Ты должно быть хотел их использовать в качестве рабов…

— Это вряд ли. Он не вы. — парировала Кара.

— Говори что угодно, но здесь ты никого не найдёшь. Сирот теперь переправляют в Столицу, новый Король Гайрон Единый лично воспитывает из них защитников Империи. Из–за этого сильно вырос спрос на слуг. Мы всех устроили в благородные дома.

— Куда именно? Говори, мразь!

— Ты этого никогда не узнаешь, мертвячка. Все бумаги сожжены. Я же принял яд так что пытками ты ничего не добьёшься.

— Яд? Тогда не будем терять времени.

Нож будто танцевал в руках Кары, когда оно кружась вокруг стола наносила толстяку новые и новые удары. Не слишком глубокие раны тем не менее оказались способны оросить весь кабинет кровью из сотни порезов. И всё же настоятель выдержал, не сказав ни слова.

— Кара, достаточно. Он ничего не скажет.

Девушка приложила едва живого настоятеля головой об стол. Её ноздри раздувались

— Ты не понимаешь! Если мы не узнаем куда они отправили тех мелких ублюдков, значит монахи победили. Я должна, должна убить всех тех ублюдков, что делали из нас рабов!

— Успокойся, они от нас никуда не денутся.

Я приподнял лицо настоятеля и вперился в него взглядом.

— Бедняга, ты так старался уничтожить имена своих благородных клиентов чтобы уберечь их от расправы. Но видишь ли, мне не нужны имена. Дело в том, что я собираюсь убить всех лордов. Невинных среди них всё равно нет, верно.

Настоятель побледнел и наконец испустил дух. Кара глубоко вздохнула.

— Красиво сказано. Врал конечно, зато ублюдок умер в ужасе.

— Когда это я тебе врал? Я действительно собираюсь уничтожить всех благородных.

— Неужели? — кара хитро улыбнулась. — Похоже с тобой будет ещё интереснее. Ну что, здесь мы закончили?

— Почти.

Я пристально посмотрел на парнишку изо всех сил прикидывавшегося мебелью.

— Остался ещё один. Расскажи про него что–нибудь плохое, злодеев убивать приятнее.

Смертельно бледный паренёк держался за книжную полку чтобы не рухнуть без чувств.

Кара подошла поближе и всмотрелась в искажённое ужасом лицо.

— Да, я его помню. Служка, его положение было самую малость выше чем у воспитанников. Делал всякую грязную работу, даже в келью никого не водил, смелости не хватало. Пару раз мне поесть приносил. Наверное про моё проклятие ему не рассказывали, и понадеялся что хоть страшненькая на него польстится.

— Вот как? — я почувствовал лёгкую ревность.

— Нет, всё не так! — вдруг завопил тонким голосом служка. — Я просто пожалел вас, госпожа!

— Пожалел меня!

— Простите… У меня никогда не было друзей, монахи плохо ко мне относились… я думал что если буду добр к Вам, Единый заметит…

— И отблагодарит тебя благодатью. — закончил я за него. — Ох уж эта лицемерная доброта. О том чтобы уйти самому или устроить побег воспитанникам ты конечно и подумать не смел? Кара, вынеси уже ему приговор. Как он умрёт?

Девушка пожала плечами.

— Мне всё равно. Делай с ним что хочешь.

— Договорились. Читать и считать умеешь?

— Да, господин, умею и очень хорошо, — служка даже немного приосанился. Парализующий страх отступал.

— Как твоё имя?

— Тиан, Ваша Свет… Ваше Темнейшество!

— Из библиотеки нужно выбрать самые ценные книги. Всё о науках, магии и окружающих землях. Подготовь их к перевозке.

— Благодарю Вас. С вашего позволения, я прекрасно осведомлён о хранящихся в монастыре припасах и разобравшись с книгами я смогу заняться и их погрузкой.

Интерлюдия: Традиции рыцарства

Будь проклят этот королевский ублюдок Гайрон–больше–не-Пятый. Он настолько туп, что не понимает, как ржёт распоследний босяк над его новым титулом. Гайрон Единый, может он через пару лет объявит себя божеством? Если раньше не прикончат. Хотя в Столице сейчас веселье, и каждый, кто владеет мечом, может легко сколотить состояние. Влиятельные семьи теряют всё, а недавние голодранцы становятся фаворитами новой власти. А я, Морт Миррик, во время этого праздника жизни и амбиций должен бродить с бандой ублюдков по захолустным деревням в поисках мифического Извечного Врага.

Да, я облажался, но не по своей вине. Кто бы мог подумать что тюрьму охраняют идиоты, а паладин без воздуха дохнет так же легко, как обычный крестьянин.

И этот орден «зоркого глаза». Они относятся ко мне именно так, как я бы относился к присланному откуда–то сверху херу, который теперь вроде как твой командир. Нет, открыто спорить не решаются, но приказы исполняют чисто символически. Дают понять, что подчиняются только до тех пор, пока это их не слишком утруждает. Остаётся только наблюдать как они предаются разврату с деревенскими девками.

Без возможности присоединиться. Попользовав девку после кого–то из головорезов я навсегда лишусь остатков авторитета. Вообще–то они должны в первую очередь привести мне самую красивую, и только потом развлекаться сами, но в первой деревне этим неписаным правилом пренебрегли. Конечно после такого неуважения я нашёл повод чтобы хорошенько избить пару ублюдков. Помогло не сильно. Похоже придётся отделать каждого по очереди, пока не воцарится хоть какое–то подобие дисциплины.

Достал из потайного отделения походного мешка фляжку и задумчиво покачал её. Полна ещё на три четверти. Только ты меня и спасаешь, дорогая. Пусть тот паршивый паладин стал причиной моих бед, по крайне мере я прихватил его фляжку с храмовым вином. Церковники не устают твердить, что пить его могут только благословенные святые воины, простые смертные умрут в корчах. Как обычно врут, не иначе чтоб самим больше досталось. Конечно, если хлестать как паладин, действительно можно отойти к Единому. Но если взять совсем немного, несколько капель, и добавить их в обычное пойло, божественный эликсир раскроется и для смертного.

Один его запах уже бодрит, а когда выпиваешь, тело наполняется силой бога. Уходят прочь все беды, то, что так беспокоило мгновение назад теперь несущественно. Я самый сильный человек в мире и справлюсь с чем угодно. Прямо сейчас я могу выйти и переломать кости всем ублюдкам под моим командованием. Но для этого придётся прервать высшее блаженство… Нельзя упускать ни одного мгновения, эликсир не вечен, неизвестно когда подвернётся случай добыть новую фляжку. Возможно для этого придётся при случае прикончить ещё одного паладина. Та сила, что наполняет меня сейчас… Да, я смогу прикончить святого воина даже в честном бою, не дожидаясь подходящего момента.

В дверь постучали. Ну всё, чёртовы ублюдки, сами нарвались. За то, что побеспокоили в такой момент прибью на месте. Я пнул дверь ногой, едва не сорвав с петель. Нежданный посетитель испуганно отскочил.

Стоп, это не один из тупых головорезов. Девка, молодая, рыжая. Да, её можно назвать красавицей, особенно для такой глуши. Ну что же, кулачные уроки не пошли даром, зоркоглазые наконец поняли, кто тут главный. Настроение улучшилось ещё больше.

— Проходи, милашка, я слегка улыбнулся. — Не бойся, храбрый рыцарь тебя не обидит. Хочешь выпить?

Я плеснул ей в глиняную кружку той бурды, что местные называют вином. Разумеется без эликсира, не хватало ещё переводить на шлюх главную драгоценность в мире.

— Благодарю, господин, но позвольте отказаться. Я бы хотела сохранить ясный ум.

Даже так? А девица то не промах. Явно напрашивается чтобы её увезли. На что только не пойдут деревенские девчонки чтобы попасть в столицу. А ведь можно над этим подумать, больно уж хороша. Такая и поход скрасит, и по возвращении пригодится. Можно даже не сдать в бордель, а пристроить служанкой. От этих мыслей по телу разлилась тёплая волна. Ах да, опять эликсир делает меня слишком добрым. Хотя чего ещё ожидать, благословенное вино ведь прямиком из храма Единого.

— Мне нравятся смышлёные девочки. Расскажи что–нибудь пока я не опустошил бутылку.

— Благодарю что выслушали, Господин. Я знаю, где находится логово Тёмного Властелина!

Благословенное вино едво не вырвалось из горла от такого неожиданного поворота. С трудом я удержал его во рту и, подавив першение, проглотил.

— Что ты несёшь? Откуда деревенская девка знает такие вещи?

— Но разве вы допрашиваете с пристрастием всех жителей не потому, что кто–то может это знать?

Вот же дрянь. Ничего. После порки научится сдерживать свой острый язычок. Я найду для него много других применений, хе–хе.

— Говори, пока я не разозлился.

Девица глубоко вдохнула и выпалила:

— Я наткнулась на него в лесу. Я даже с ним говорила! Он прикидывается обычным лекарем, который поселился в избушке покойного охотника, которого навреняка сам и убил! В деревне пропала уже дюжина мужчин, и я видела что стало с одним из них. Возле хижины стоял оживший скелет! И ещё внутри был демон в женском обличии. Я чуть не умерла от страха, когда она на меня посмотрела своими красными глазищами.

— Чёрт побери, девица, ты настоящее золото! Я устрою тебя в лучший дом! Или даже оставлю у себя, чувствую, что скоро мне понадобится много горничных. Немедленно веди нас к этой хижине.

* * *

Разочарование, которое так удачно совпало с прекращением действия эликсира. Расплатой за благословение всегда был приступ уныния. Хижина оказалась пуста, и по всем признакам ушёл враг недавно.

Я отвесил девке оплеуху.

— Тупая дрянь! Ты его спугнула.

Девица всхлипнула.

— Простите господин… Простите мою дерзость, но Тёмный властелин вряд ли бы испугался беспомощной девушки. Возможно он просто ушёл на время… Ищет новые жертвы для своей армии мертвецов.

В словах девки был резон. Для острастки я отвесил ей ещё парочку пощёчин, затем повернулся к бойцам.

— Так, ублюдки, сожгите эту хижину ко всем чертям. И тот здоровый муравейник тоже, мне не нравится как эти твари здесь ползают, словно вынюхивают что–то. Затем возвращаемся в деревню и ждём. Много не пить, это приказ!

И они послушались. Медленно, неохотно, но приказ выполнили в точности. Возможно мы ещё сможем подружиться. Что до девки, оставлю пока при себе. Ночи здесь холодные.

Глава 13. Марш смерти

Настало время собирать трофеи. В первую очередь я поднял трупы. Биологическая «машина скелетов» осталась на базе, а новым муравьиным колониям, заботливо оставленным по пути, нужно время чтобы расплодиться. Подходящий случай протестировать мертвяков типа «зомби». Пусть моё сердце уже и принадлежит скелетам, но должно же быть в армии тьмы тактическое разнообразие. Тем более что скелета из мертвяка можно сделать в любой момент.

Не стал поднимать только настоятеля, вряд ли из его рыхлого тела получится что–то толковое, так что просто повесил труп на монастырских воротах, а Кара приладила ему на грудь деревянную табличку, на которой углём нацарапала «работорговец». Получилось символично.

Тиан изо всех сил изображал полезность. Смеха ради (больно уж забавно он шарахался от скелетов) я выдал ему троих бывших единоверцев в качестве грузчиков. К моему удивлению, распоряжался он ими толково, словно полжизни проработал бригадиром на складе, и куда только делась робость. Похоже сработаемся.

В монастыре нашлась «конюшня» с четырьмя волами (хм, ни разу не видел в этом мире лошадей) и пара повозок, одна крытая и с лавками, вторая обычная телега. Находка обрадовала, открывалась перспектива утащить всё, что не прибито гвоздями, что не могло не радовать живущего в глубине души мародёра. Правда бычки сильно нервничали при виде моих слуг, но проблема решилась надеванием на их головы висящих тут же на стене мешков.

В крытую телегу, оставив немного места для пассажиров, я решил уложить книги. В библиотеке нашлось настоящее сокровище — печатный станок. Увы, слишком громоздкий и тяжёлый чтобы забрать его сейчас. Так что взяли только литеры, а сам станок можно будет построить на месте из подручных материалов, благо недостатка в рабочей силе мы уже не испытывали В телегу сгрузили всю найденную провизию, инструменты и всё, что можно было использовать как оружие. Скелеты смогли обновить экипировку, а вот мертвякам похоже придётся обходиться голыми руками. Мечом они махали бестолково, а оставшись без присмотра неизбежно роняли оружие. Ну что за тупиковая ветвь развития? Ладно, испытаем их на прочность.

Уничтожив монахов я испытывал прилив сил и какую–то странную бодрость с сильным желанием подраться. Спасибо клинку, что хотя бы кулаками пользоваться разрешено. Выбрав наименее приятного из мертвецов, того, кто при жизни проломил череп скелету, я приказал ему напасть на меня. Как и следовало ожидать, он не двинулся с места. Проявлять активность мертвец начал только после корректировки приказа — я разрешил ему обозначать удары прикосновениями.

Я легко уклонялся от неуклюжего монстра и контратаковал, превращая его в отбивную. Моё тело двигалось идеально, не было усталости в мышцах и боли в суставах, и я почти не уставал. Как же прекрасно снова быть молодым. Удар, ещё удар, после особо мощного апперкота мертвец рухнул на землю но бодро поднялся и вновь попытался перевести драку в партер, однако я легко оттолкнул тушу и снова обрушил град ударов. Нет, дело не только в омоложении. Не помню чтобы даже в лучшие годы спарринг давался так легко. Неужели так действует вожделенная экспа? Я остановил учебный бой и вызвал интерфейс. Увы, значений опыта в видимой части обнаружено не было, возможно они скрывались на одном из краёв, до сих пор покрытом трещинами. Наверное я смогу их увидеть когда клинок восстановится. Спасибо что вкладка «АРМИЯ» работала. Посмотрим… Так, «ДОСТУПНО ПОВЫШЕНИЕ».

Мой спарринг партнёр был готов к развитию. Ничего себе, а что так можно было? Нужно срочно бить морды всем своим бойцам. Но сначала проверим варианты развития: «РАЗНОСЧИК ЧУМЫ», «УПЫРЬ-ПАДАЛЬЩИК». Первый вариант однозначно отпадает, трупы сами по себе те ещё источники болезни, повышение наверняка возведёт эту способность в абсолют. Только эпидемии мне не хватало. Можно конечно надеяться на способности Кары к уничтожению микробов, но лучше не рисковать. Быть тебе упырём, груша для битья.

Мертвец согнулся и начал преображаться. Плоть на лице высохла и осунулась, челюсти резко выдвинулись вперёд, клыки обнажились. Похожие метаморфозы проходили и с телом дородного монаха, плоть словно сгорала, превращаясь в тощую узловатую фигуру, пальцы удлинились и на них выросли когти, которым позавидовал бы и зверь. Завершилась трансформация подёрнутыми чёрной пеленой глазами. Ну что, приятель, второй раунд?

Мертвец прибавил если не в силе, то в скорости, уклониться от большинства ударов уже не удавалось, пришлось полагаться на блоки и контратаки, и всё же некоторые удары достигали цели. Особенно неприятным оказался резкий прыжок, которым упырь сбил меня с ног. Не обольщайся мертвец, просто даёт знать усталость. На сегодня хватит. Я снова проверил состояние армии, увы, но повысить упыря нельзя, для следующего этапа развития нужно что–то большее. Ладно, как ни сильна усталость, нужно потренировать скелетов. Это оказалось плохой идеей. Во–первых бить по костям оказалось больно, к тому же скелеты повреждались. И в рукопашной костяные бойцы показали себя не лучшим образом. Слишком маленький вес играл с ними злую шутку, скелета оказалось легко швырнуть на землю, после чего он рассыпался кучкой костей, которым требовалось несколько секунд чтобы собраться обратно. В реальной схватке можно было бы просто растоптать его. Повышения костяной спарринг партнёр тоже не заслужил.

Постепенно в голове складывалась тактическая картина. Скелеты хороши как бойцы второй линии, с копьями они будут творить чудеса, но вот в гуще схватки не выстоят. Эту проблему можно было бы решить заковав их в тяжёлые доспехи, с грузоподъёмностью у костяшек всё в порядке, да только где их взять в нужном количестве? Мертвяки же хоть и были бестолковы в бою, прекрасно держали удар. К тому же для развития в упырей им требовалось совсем немного, похоже они получают опыт не только нанося повреждения, но и получая. Их место на передовой. Мертвяки должны сковать врага, а скелеты добить.

— Ты закончил развлекаться? Я наложу заклинание на раны. — Кара с интересом наблюдала за тренировками.

Я повернулся к ней, постаравшись как можно более эффектно напрячь мышцы. Обеззараживание действительно не повредит, даже просто обозначая атаки упырь оставил множество царапин, на которые увлёкшись схваткой я не обращал внимания, а на когтях ожившего трупа наверняка хватает заразы, даже без повышения до «разносчика чумы». Девушка приложила руки к моему торсу и улыбнулась. Похоже массовые убийства повышают ей настроение. И в этот раз она не убирает руки дольше…

— Повелитель, погрузка окончена!

Чёртов Тиан с его энтузиазмом неофита… Кара быстро убрала руки и протянула мне рубашку.

— Осмотримся напоследок?

Всюду следы разгрома, всё–таки носильщики из мертвяков неуклюжие, хрупкие вещи им лучше не доверять. Обеденный зал с деревянными столами и лавками, на полу черепки от разбитой посуды, маленькие кельи простых служителей культа, так резко гармонирующие с кабинетом настоятеля, пустые полки библиотеки.

Наконец мы вошли в часовню, на одной из стен которой висел он — красный гобелен. Строго говоря тёмно–бардовый, но за неимением алого сойдёт. Тоже цвет крови, только уже остывшей, для моей армии самое то. Я немедленно сорвал его. Так, древко и раму для стяга сделает Пик, осталось продумать символику.

— Кара, ты умеешь вышивать?

Ох, снова этот ядовитый взгляд.

— Конечно, Повелитель. Желаете носовой платочек с прекрасными цветами или ваши инициалы на исподнем?

— Нет. Предпочту что–то более мрачное. Большой чёрный череп по центру.

* * *

Мрачная процессия двигалась в сторону деревни. Впереди гружёная телега, которой управлял Тиан, как наименее ценный член команды. Впрочем по бокам от телеги шли с приказом охранять парнишку несколько мертвяков из числа бывших монахов, с которыми он наконец–то достиг взаимопонимания. Фургоном правил я, и после нескольких съездов с дороги приловчился к поводьям, благо ездовая скотина оказалась смирной. Рядом маршировали скелеты. Остальная нежить шагала следом. Запах от них конечно был, но не превышал терпимого. Да и не пристало командиру брезговать своими бойцами. Кара прилежно работала над знаменем, контуры будущего символа тёмного властелина уже вырисовывались.

Передвигались не слишком быстро, куда медленнее чем своим ходом, всё–таки повозки скорее замедляют движение, к тому же регулярно приходилось останавливаться и пересчитывать мертвецов, не хватало ещё растерять половину отряда отставшими. И на ночь приходилось останавливаться, хотя мертвецы могли идти без перерыва, но вот быкам требовался отдых, как и живым людям. Если бы не телеги, можно было бы построить паланкин и спать на ходу. Награбленное добро всё больше напоминало чемодан без ручки, нужен специальный отряд, который будет заниматься исключительно перевозкой трофеев на базу. И если грядущая битва пройдёт удачно, у меня для этого будет достаточно личного состава.

Спать Кара легла рядом в фургоне. Наверное нужно было оставить больше места. Или уступить место девушке, а самому устроиться под открытым небом, как и сделал неприхотливый служка. Но она так крепко прижалась и сладко засопела, что шевелиться было кощунством.

Какое всё–таки приятное ощущение. Её тело тёплое, но и не слишком горячее, чувствуешь, что это она греется от тебя, а не ты от неё. Это убаюкивающе дыхание. И даже сердце бьётся в такт с моим, словно вступив в резонанс.

С другими девушками было не так. Они… утомляли. Настолько, что к моменту когда очередная подруга засыпала, хотелось чтобы она ушла уже куда–нибудь. Посторонние звуки, перетянутое одеяло, невозможность растянуться в кровати — всё это раздражало и мешало спать. А ведь утром ещё нужно было идти на работу… До сих пор страшно вспоминать. Может они потому и никогда не задерживались надолго, что я сам мечтал об их уходе? Или просто чувствовали то же самое?

Но если бы Кара сейчас встала и ушла? Нет, даже думать об этом не хочется. Её лицо так близко. Она считает себя некрасивой. Возможно это и правда так. Её внешность далека от общепринятых идеалов. Слишком бледная кожа, слишком острые черты, и что–то нечеловеческое, пугающее. Но имеет ли внешность значение? Была уже и в этом мире одна писаная красавица.

Кара открывает свои огромные глаза. Я чувствую её дыхание на своём лице…

— Кара, я люблю тебя.

И в этот момент я просыпаюсь. Итак, я это сказал, пусть и во сне. Надеюсь не вслух. Но прижавшаяся ко мне девушка дышит так же ровно. Она ничего не услышала. Стоит ли повторить это утром? Сомневаюсь. В любом случае наши отношения обречены быть платоническими, признание этот факт не изменит. Зато может всё усложнить. Всё испортить. Станет причиной постоянных неловких моментов. Я слишком стар для этого дерьма…

Сейчас я для неё Тёмный Повелитель, усилитель магии. Ценный союзник против всего мира. Может она и испытывает ко мне романтические чувства, признаки этого нетрудно заметить. Но женские чувства всегда временны, ей надоест быть слишком близко от своего «Чёрного Солнца». Она захочет уйти, все хотят уйти. Если все прошлые разрывы даже будучи болезненными приносили прежде всего облегчение, потерять Кару я не могу.

Деловые узы всегда крепче романтических. Пусть всё остаётся как есть. Я немного отстранился я попытался снова заснуть.

Глава 14. Честная битва

Остаток пути занял несколько дней. За это время я натренировал ещё несколько упырей, а боевая подруга закончила вышивку. Знаменосцем был назначен естественно Пик. Этот обаятельный мерзавец пусть и обрёл истинную харизму только после смерти, но по крайней мере его я каким–то непостижимым образом отличал от остальных скелетов, которые, оставим ложную толерантность, все на одно лицо.

Цель приближалась. Завтра мы должны вступить в бой. А это значит пора проводить разведку. Я подготовился к входу транс и расположился у Кары на коленях. Хоть и решил не форсировать отношения, её поддержка уменьшала неприятные ощущения. Ну что же, мои маленькие шпионы, жду доклада.

Провал. Отсутствие сигнала. Я переключился на один из смежных муравейников, резкая головная боль красноречиво подсказала, что на этот раз связь налажена. Из путаных обрывков нечеловеческих мыслей я понял, что центральный муравейник уничтожен. Проклятые рыцари догадались о моём методе наблюдения? Или просто сожгли муравейник ради забавы? В моём мире тоже хватало таких ублюдков. Надо придумать что–нибудь для защиты малышей. А пока я дал приказ основать новую колонию неподалёку от уничтоженной. Но на это понадобится время. Операция только что стала гораздо рискованнее, однако и отступать некуда. Лучше напасть самому, чем оборонять обоз на марше. Сомневаюсь, что поблизости много уязвимых монастырей, к тому же интересно какие способности будут у нежити, поднятой из профессинальных воинов. Хорошо бы припрятать несколько козырей.

Ядовитые растения… В монастыре нашлось несколько кувшинов с маслом. Если их смешать и разлить в стеклянные пузырьки, прихваченные в том же монастыре, то можно использовать против бронированных врагов. Конечно кустарная отрава не причинит большого вреда, но раздражение глаз или затруднённое дыхание сильно осложнят им сражение. Мертвецам же яды должны быть безвредны.

Готовой смесью слегка мазнул по коже руки, место моментально покраснело и зачесалось. Да уж, я ожидал большего. Нужно быть честным с собой и признать, что великий химик из меня не вышел.

— Тиан, есть дело.

Бывший монах, теперь наверное можно считать его еретиком, вспорхнул с телеги и приблизился. В его глазах читался неподдельный энтузиазм.

— Насколько хорошо ты разбираешься в науке?

— Я лишь скромный служка, мой Повелитель, однако всё свободное время я посвящал чтению. Знания мои хоть и поверхностны, но обширны.

— Хорошо. Ты наверное догадался что я пришёл из другого мира с более развитыми технологиями.

— Да, о Владыка. Почти каждый из призванных героев приносил с собой новые знания или создавал удивительные артефакты.

Так, а вот это уже интересно. Скольких же героев они призвали? И что с ними стало? Основали королевские династии и жили в почестях и наслаждениях? Или просто передохли на полях сражений?

— Что за артефакты?

— Я знаю лишь о нескольких, несомненно в сокровищницах знатных господ хранится много больше. Жезлы, передающие голос на расстояние. Храмовое вино, превращающее обычного смертного в непобедимого Святого Воина. Шлем защищающий от магии и кольчуга, неуязвимая для стрел. Кроме того, в одной из книг было упоминание, что и ритуал Второго Солнца был изобретён героем.

— Неплохой набор. Нужно при случае обзавестись несколькими. Что скажешь об общем развитии технологий…

Тиан смотрел немонимающе и одновременно словно извинялся за это.

— Ладно, попробуем иначе. Вы умеете печатать книги, из чего делается бумага?

— О, это просто, даже возле монастыря мы выращивали волокновку. Она годится не только для бумаги, но и для простой ткани. Я захватил с собой семена.

— Ты молодец. Хорошо что я не обратил тебя в нежить.

Юноша даже зарделся. Как всё мало некоторым нужно для счастья.

— Из какого металла сделаны литеры?

— Из стали. Её выплавляют из железа добавляя особо горючий уголь…

— Хорошо, я знаю как делают сталь. Что с оружием, которое способно убивать на расстоянии?

— Вы имеете в виду арбалеты?

— Нет. У этого оружия нет видимой стрелы. Оно издаёт громкий звук. Может дымить.

Тиан ненадолго задумался

— Быть может это громовый жезл? Несколько таких сохранилось с былых времён, но все они разряжены, а секрет питающего их волшебного порошка бы утрачен вместе с придумавшим их героем.

— Лекарство от всех болезней? Панацея? Пеницеллин? Знаешь что–то похожее?

— Ничего об этих чудесных зельях мне неизвестно. Болезни исцеляют жрецы своей светлой магией.

Отлично. Похоже в этом мире источник антибиотика есть только у меня.

— Самодвижущиеся повозки? Летающие машины? Хоть что–то, что двигается быстрее нашей повозки?

Тиан снова не вспомнили ничего вразумительного. Похоже это очень маленький мир. Крохотный островок цивилизации в океане диких земель, нахватавший продвинутых технологий, но не способный их не только развить, но и хотя бы внедрить массово. Так обычно и бывает с незаслуженными подарками. Я не повторю ошибок прошлых героев. Не буду навязывать местным блага цивилизации, куда надёжнее полагаться на местные ресурсы.

Завтра мы войдём в деревню и вступим в первый серьёзный бой. Завтра мир узнает о возвращении Тёмного Властелина.

* * *

Запах гари чувствовался издалека. Слишком сильный для костра или даже одиночного опжара. И ещё один запах, напоминающий о пригоревшей яичнице. Рыцари не помелочились в борьбе с ересью. Поворот открыл мрачную картину, на месте деревни осталось пепелище. Напротив каждой сожжённой хижины человеческие останки, привязанные к столбу. Сколько материала перевели понапрасну… Ублюдки. Хотя выжившие есть, в основном дети и подростки, кстати вспомнились слова покойного настоятеля о дефиците рабов. Собраны в загоне из веток, как скот. Хлипкую ограду легко сломать или перепрыгнуть, но смелости на это ни у кого не хватает. Да и ограду они наверняка построили сами.

Рыцари уже заметили мой отряд и заняли боевое построение. Приобняв одной рукой Кару я поднимаю знамя другой, одновременно вспоминая все поводы для ненависти, успевшие накопиться в новом мире. Кара счастливо улыбается и издаёт свой жуткий крик. Услышав его несколько раз я даже нахожу это немного милым. Мои бойцы тоже чувствуют тепло «Чёрного Солнца». Мертвецы синхронно топают ногами, компенсируя этим неспособность выкрикивать что–то бравое, я пересчитываю врагов. Действительно три лдесятка, плюс командир. Он же единственный в латных доспехах, на его плече двуручный меч, от одного взгляда на который мой сломанный клинок кажется ещё меньше, будто съёживается. Остальные снаряжены скромнее, но вполне функционально: кольчуга, открытый шлем. В руках короткие копья и щиты, у некоторых при себе мечи и арбалеты. Последнее особенно неприятно. Хороший повод не подходить ближе, сколько там у них эффективная прицельная дальность, метров 200–300? Не хочется заканчивать путь из–за шальной стрелы, так что оставляю трёх мертвяков рядом в качестве живого щита. Тиан благоразумно прячется за ними, не стесняясь присесть. Я приказываю мертвякам бежать вперёд изо всех сил. Среди них пять упырей, поднимать их уровень было утомительно, но оно того стоит. Они могут двигаться быстрее, но получили приказ смешаться с толпой и не выдавать свою исключительность. Скелеты выжидают, готовые, ка и подобает гвардии, вступить уже после начала схватки.

Вражеские арбалетчики дают залп. Хотя залпом назвать это можно с натяжкой, бьют вразнобой, тянут с перезарядкой. В итоге только часть болтов находит свои цели. Несколько мертвяков пошатнулись, один даже упал, но тут же подскочил и продолжил движение. Видя это стрелки откладывают арбалеты и берут в руки копья, присоединяясь к основному построению.

Мертвецы наваливаются на стену копий яростно размахивая руками. И древка ломаются одно за другим, оставляя наконечники внутри мёртвой плоти. Эх, мне ведь их потом выковыривать. Не все враги успевают достать мечи из ножен, мертвяки наваливаются на них своей пахучей тушей, валят наименее расторопных на землю. И вот тут упыри обнаруживают себя, молнией носясь от одного сбитого с ног к другому и разрывая беспомощным врагам глотки. Латник, всё это время держащийся позади наконец начинает командовать. И его первый приказ более чем адекватен:

— Отходим! — и ту же подаёт личный пример отряду, он бежит к загону с пленными, все, кто ещё стоят на ногах следуют за ним, оставляя сбитых с ног на верную смерть. Неужели всё так просто? Увы. Бой ещё не окончен. На земле осталось всего девять врагов, а живые двигаются немного быстрее мёртвых. Я приказываю мертвецам остановиться, едва не сорвав голос. Свежие тела так и просятся, чтобы их вернули в строй уже на моей стороне. Но враги перегруппировываются у загона, часть из них снова берётся за арбалеты. Нет, на такую очевидную уловку я не попадусь мы и так уже превосходим их числом. Из загона вытаскивают двоих. Лиц не видно, но рыжие косы бросаются в глаза. Второй же крепкий мужик с заметной бородой, у остальных в загоне такая вырастет ещё не скоро. Дервенский староста?

Враг что, рассчитывает разыграть сцену с заложниками? Забыл, что сражается с Тёмным Властелином? Даже будь я хоть трижды Герой в сияющих доспехах, всё равно не опустился бы до переговоров с террористами.

Латник подносит к лицу металлический конус, ярко сверкающий от солнца. Да ладно, у них есть примитивные мегафоны! Мне нужна эта штука. Голос врага звучит куда увереннее, когда не призывает отступать:

— Твоя рыжая сучка у меня в руках, Отродье Тьмы! И другие твои прислужники тоже! Все они признались в ереси! Если тебе дорога их жизнь, перестань прятаться за спинами мертвецов и сразись со мной в честном бою!

Ага, на эту разводку про честную драку я в последний раз повёлся в начальной школе. Тогда же на болезненном, но бесценном опыте уяснил, что под «честным» подразумевается бой, в котором у взывающего к чести подавляющее преимущество. Например латы и двуручный меч против ножа. И группа дружков готовых придти на помощь, если даже очевидного преимущества окажется недостаточно. Я начинаю смеяться достаточно громко, чтобы голос преодолел дистанцию стрельбы. Бедные мои голосовые связки.

— Ты и правда думаешь что моими слугами могут быть эти жалкие трусы? Словно овечки забились в загон и смотрят, как режут их братьев, покорно ожидая своей очереди. Лишь те, кто готов сражаться за свою жизнь, пусть даже камнями и палками, удостоятся благословения Тёмного Властелина. Найдётся ли хоть один достойный?

И я чувствую ненависть, крепко замешанную со страхом и горечью, исходящие из загона. «Чёрное Солнце» сияет ещё ярче. Его лучи простираются вперёд, проникая в сердца запуганных маленьких человечков и придавая им силы. И в спину рыцарей летит первый камень вперемешку с проклятиями. И ещё один, и ещё. Камни не могут причинить серьёзного вреда, но это и не нужно, достаточно того, что враги инстинктивно развернулись и прикрылись щитами. И в этот момент я приказываю мертвецам атаковать. Не словами, они воспринимают мои мысли. Это что же, можно было не орать? В спины рыцарей летят склянки с ядом, большая часть пролетает мимо, но несколько достигают цели, и получив порцию отравы в рукав или за шиворот, жертвы начинают крутиться волчком. Это не придаёт построению прочности, и ряды обороняющихся смятены до того, как в них врезаются мертвецы. Их командир успевает вспороть кончиком меча живот заложника, а затем выхватывает из — за пояса фляжку и опрокидывает содержимое под шлем.

С яростным криком командир рыцарей врывается в бой. И надо признать он чертовски хорош. Слишком крепко стоит на ногах и достаточно силён, чтобы снести мертвяку голову одним ударом. Он машет клинком словно мельница, и пока остальные враги умирают один за другим, отсекает уже третью голову. Чёрт побери, неужели этот бронированный ублюдок в одиночку может перебить мою армию! Что же было в чёртовой фляжке?

И я бегу вперёд. В конце–концов в этой свалке врагам не до прицельной стрельбы. Сжимая свой недоклинок я кричу:

— Ну же, ты хотел сразиться, нападай на меня!

Мертвяки отступают от латника, переключившись на более уязвимые цели. И он идёт ко мне. В своих непробиваемых латах, со своим огромным мечом, наверняка ухмыляется под слоем металла. Три скелета пытаются преградить ему путь, но один взмах двуручника, и они рассыпаются кучей костей. Рыцарь делает шаг вперёд.

— Здесь всё решится, Извечный Враг! Я лично убью тебя и стану героем. Король Гайрон… к чёрту Гайрона, я, Морт Миррик, сам стану королём!

Он делает ещё шаг и с грохотом падает на землю. Две пары костяных рук вцепились ему в лодыжки, третий скелет ещё не успел до конца собраться, но мёртвой хваткой удерживает правую руку. Скелеты прекрасно умеют притворяться мёртвыми. Рыцарь извивается ужом и умудряется перекатиться на спину, но ещё несколько мертвяков присоединяются к куче–мале. Его руки разжимают и растаскивают в разные стороны, меч выдергивают вместе с наручем, самый жирный мертвяк усаживается на бронированный живот. Рыцарь рычит как зверь, на мгновение кажется что он сможет вырваться, но спустя пару минут обмякает. Перегорел. Вряд ли он сейчас сможет даже пошевелить рукой, и всё же я не рискую, мертвяки продолжают фиксировать поверженного врага, пока я медленно подхожу и рывком стягиваю шлем. Знакомая усатая морда, я помню его при дворе, хотя сейчас эта морда до неприличия раскраснелась и искажена гримасой. Глаза залиты кровью, сосуды полопались от напряжения. Ничего, скоро ты сможешь расслабиться.

— Так значит тебя зовут Морт? Иронично, но думаю из тебя получится настоящий Рыцарь смерти.

На мгновение лицо рыцаря проясняется

— Тебе не победить, — из последних сил хрипит он. — Вместо меня придут паладины. — поверженный враг делает глубокий вдох. — А та рыжая сучка сама прибежала ко мне. Она продала тебя с потрохами! И в постели чудо как хороша. Тебе некому доверять в этом мире, Тёмный…

— Спасибо за откровенность.

Лезвие сломанного меча вскрывает сонную артерию. На этом битва окончена.

* * *

Мертвяки под руководством Тиана раскладывали тела врагов и сортировали трофейное оружие. Выжившие крестьяне разломали загон и столпились вокруг умирающего старосты. Над телом сидела рыжая. Она посмотрела на меня с такой ненавистью, будто это я убил её отца. Я ответил взаимно неприязненным взглядом. Староста заметил это и из последних сил приподнялся:

— Повелитель, молю вас… Не убивайте мою дочь…

И умер. Потратил последний миг жизни на защиту той, кто этого недостоин. Ничего, ты ещё у меня повоюешь.

Я посмотрел на рыжую.

— Морт перед смертью всё мне рассказал. Может объяснишь ради чего ты пожертвовала родной деревней, лишь бы хоть немного мне досадить?

— Ты убил моего любимого! И сделал из него скелета, ты Проклятый Извечный Враг!

Понятно. Не к охотнику она ходила. Кто из троих? Пик, прости за откровенность, но явно не ты, сопляк вроде был смазливым, но вожак больше подходил на роль альфа–самца.

— Надо же. И за какие заслуги ты полюбила одного из этих убийц, грабителей и насильников?

— Ты ничего не понимаешь! Он хотел на мне жениться! Собирал деньги на откуп, ведь отец никогда не отдал бы свою дочь голодранцу. А ты всё уничтожил? Ненавижу тебя! Будь ты проклят! Что, теперь убьёшь меня, Тёмный Властелин?

— Нет. — Я зловеще улыбнулся. — Исполню последнюю просьбу твоего отца. Я изгоняю тебя.

Девка изумлённо замолчала. И куда только делась ярость? Всего–то надо дать маленькую надежду выжить.

— Отныне ты не не существуешь для Тёмного Властелина. Можешь не бояться моего гнева. — Я выдержал паузу. — И не рассчитывать на мою защиту от тех, кто из–за тебя лишился возлюбленных, братьев, родителей. Убирайся прочь.

Рыжая нервно обернулась. Толпа крестьян, до которых медленно доходил смысл моих слов, приближалась. Не слишком то хочется смотреть на то, как её накажет гнев народа. Но это нужно не мне, а людям, теперь уже моим людям. Хотя несколько парней остались в стороне. Один из них, самый рослый, даже придержал за локоть ретивого товарища. Я отметил этого гуманиста.

В лицо рыжей прилетел первый камень. Девка покачнулась и попыталась побежать. Плохая идея, почувствовав что законная добыча может ускользнуть толпа взревела как бешеный зверь и тоже побежала.

И тогда Кара змеёй бросилась вперёд, поставив подножку сбила рыжую с ног и одним движением перерезала ей горло. Затем смерила взглядом резко остановившихся крестьян. Все как один отвернули глаза, а моя девочка вытерла нож о рыжие волосы и нарочито медленно вернулась ко мне.

— И как это понимать?

Кара изобразила искреннее удивление:

— Разве я чем–то прогневила Повелителя? Разве мои действия нарушили твою волю.

— Нет. Ты действовала в рамках закона. И преподала хороший урок милосердия моим подданным. Спасибо, — это слово я произнёс шёпотом, а затем обратился уже к народу. — А вам стоит запомнить, что эту деву нужно бояться так же, как и меня.

Эпилог второго тома. Рождение нации

Несколько домов, в которых квартировались рыцари Ордена Зоркого Глаза, всё же уцелели. Сейчас в самом большом из них проходил импровизированный совет. Я сидел за столом, на котором расстелил захваченную в монастыре карту. Кара расположилась по правую руку, Тиан стоял слева.

Вход охраняли скелет Пик и новобранец рыцарь смерти Морт. В роли просителя был парень, не проявивший ожидаемого энтузиазма во время суда толпы.

— Назови своё имя.

— Хансен, Повелитель.

Ему страшно, но старается держаться достойно. Очевидный плюс.

— Хансен, расскажи почему ты не только не захотел убить предательницу, но и удержал своих друзей.

Ну лбу парня проступил пот, однако в панику не ударился. Быть может сообразил, что Тёмный Властелин не стал бы запоминать имя того, кого собирается убить.

— Я подумал, что это испытание. Вы могли приказать убить её, но не сделали это.

— Хорошо, и в чём по–твоему состояло испытание.

— Вы сказали об уроке милосердия. Возможно вы хотели знать кто получив свободу будет вести себя как зверь, а кто будет придерживаться порядка.

— Славно сказано. Так ты значит приверженец порядка?

Хансен склонил голову:

— Мой дед часто рассказывал о временах, когда в этих землях правил Тёмный Властелин. Сейчас считают, что его армия была сворой кровожадных чудовищ, но на само деле Тёмные строго подчинялись дисциплине. Любые преступления против порядка и мирных жителей жестоко карались.

— Твой дед конечно рассказывал, что у Повелителя были специальные люди, которые следили за порядком от его имени? И о том суровом наказании для тех, кто пытался воспользоваться данной им властью для личных целей?

— Да, Повелитель.

— Хорошо. Ты будешь таким человеком, вместе со своим друзьями. Старайся и впредь удерживать остальных от недостойных поступков, как сделал это сегодня. Займись прямо сейчас. Утром будешь докладывать об успехах.

Хансен радостно поклонился и быстро вышел вон.

— Так, с текущими делами разобрались…

— То есть нашли того, на кого их можно спихнуть, — съехидничала Кара.

— В моём мире это называется делегировать полномочия. Теперь нужно определиться с будущим. Варианты?

— Взять штурмом крепость зоркоглазых, пока у них людей поубавилось, — сходу предложила Кара.

— Звучит заманчиво. Морт, покажи на пальцах сколько в крепости людей?

Рыцарь смерти послушно поднял руки, сжимая и разжимая пальцы.

— Значит семьдесят. У нас примерно столько же. Но они за крепостными стенами, а значит для гарантированного успеха у уменьшения потерь наших должно быть больше примерно втрое.

— Можно вооружить деревенских.

— Сомневаюсь что они хорошие бойцы. Надеюсь ты не руководствуешься личным желанием перебить их всех?

Кара обиженно замолчала.

— Тиан, что ты думаешь?

Служка немного растерялся от оказанной чести:

— Повелитель, я думаю нам нужно укрепиться в этой деревне. Здесь есть крыша над головой и не грозит голодная смерть.

— Однако здесь мы уязвимы для новых атак. Сомневаюсь что враги будут столь любезны, что начнут высылать небольшие отряды, дабы мы смогли пополнять войско их телами. Они направят целую армию в которой будет больше одного латника. Однако нам действительно нужно безопасное место для восстановления и наращивания сил. Предлагаю поискать такое.

Я склонился над картой:

— Тиан, подскажи, эти значки обозначают полезные ресурсы?

— Да, Повелитель. Это строевой лес, железо, уголь, медь. Золото и серебро на обычных картах не отмечают, их месторождения хранятся в секрете.

— Так и думал. Тогда объясни вот что, — я ткнул пальцем в место на карте. — Эта долина с трёх сторон окружена горами, рядом протекает полноводная река, в ней месторождения угля и железа, леса тоже предостаточно. Почему там до сих пор нет города?

Тиан замялся:

— Вы должно быть не слышали о Долине Вековой Тьмы? Пограничный город изначально пытались основать там, даже разработали шахты и построили литейную. А потом пришла Фрида, любимица прошлого Тёмного Властелина и Праматерь Чудовищ. Все колонисты были убиты, а Пограничный город основали в безопасном месте.

— И ты думаешь что эта Фрида до сих пор там?

— Возможно… Прошло много времени, но желающих проверять не было. Фрида ужасный монстр, и никто не знает сколько она может прожить.

— В любом случае если она была близка к прошлому Властелину, то может стать ценным союзником. Мы отправимся в Долину Вековой Тьмы. Тиан, подготовь обоз. Заберём всё ценное, включая людей. Если возникнут проблемы с местными, обращайся к Хансену.

Тиан отправился выполнять задание. Я повернулся лицом к Каре.

— Мне нужно побыть одному, но не могу ничего придумать, так что может просто займёшься ужином?

Ох этот гнев на лице, но глаза смеются. Я уже научился видеть когда она злится не всерьёз. Девушка тоже вышла.

— Если моё таинственный покровитель собирается явить себя для очередного наставления, сейчас самое время.

Раздались сдержанные хлопки ладоней. Он сидел в углу комнаты с таким видом, как будто находился здесь с самого начала.

— Неплохо, неплохо. И мне нравится твоё знамя, хотя я бы добавил к нему белый круг. Твоя сила растёт, твои решения разумны. Такими темпами когда придёт время возможно ты и правда будешь готов к настоящему вызову.

— Ты опять о Пожирателе Миров? Думаешь я настолько глуп, что до сих пор не понял кто ты такой?

— Как неловко, ты будто прочитал мои мысли. Хорошо что ты спас молодняк. Сейчас от них мало толку, но к большой заварушке будут в самом расцвете сил.

— Что скажешь о моём решении? Поход в Долину пройдёт без трудностей?

— Скажем так, не будет трудностей которые ты не мог бы преодолеть. И ты действительно обзаведёшься союзниками. Тебе ведь нравятся пауки?

Интерлюдия: О, Элберет…

— Мой светлый лорд, я прибыл с докладом из Лихогорья, — высокий эльф элегантно склонился перед своим королём.

— Ни к чему церемонии, Сагиттель. Рад видеть тебя в добром здравии верный друг. Расскажи же скорей, правдивы ли слухи о том, что вновь сгущается тьма над Вековечными горами и вновь подняли головы тёмные твари.

— Всё так, мой лорд. Орки, эти отродья Извечного Врага, вновь сбиваются в банды и нападают на Прекрасный Народ. Сколько бы их не уничтожали!

— Не вини себя, друг. Всем известно как хитры и проворны орочьи детёныши. Немудрено что при каждом очищении десяток–другой разбегается по лесам. — в голосе эльфийского владыки сквозило нескрываемое отвращение. — Забиваются в норы, предаются животной похоти, и вот через какие–то 20 лет мир нуждается в новом походе Сил Света. Но судя по твоей тревоге произошло нечто особенное. Мы потеряли кого–то из собратьев?

— Всё намного хуже, о лорд…

— Значит потеряли нескольких? Моё сердце скорбит вместе с твоим. Каковы наши потери?

— Девяносто шесть…

— Что!?

— Только за сегодняшний день…

Король эльфов грациозно схватился за голову:

— Как такое могло произойти? Что за Древнее Зло призвали из глубин отродья тьмы?

— Мы не знаем. Шла обычные зачистка, я лично истреблял тёмных тварей, представьте мою радость, когда я обнаружил гнездо с детёнышами, ведь их так хитро прячут. Молодняк охранял шаман, довольно крупный, но я без усилий прикончил чудовище. И тут произошло ужасное. Его тело рассыпалось в прах, и осталась лишь тень. Неуязвимая для стрел и мечей, она начала разить благородных воинов одного за других. Братья мужественно пожертвовали собой чтобы дать мне возможность вернуться в лагерь и рассказать о происшествии. Там я узнал, что такие превращения происходили и в других местах.

— Несомненно, это тёмная магия, доселе неописанная в трактатах. Я попрошу мудрецов поискать в библиотеке похожие сказание, но заранее уверен, что они ничего не обнаружат. Есть лишь один выход — мы обратимся к Омуту Грёз. Воистину тёмные настали времена. Пришла пора созвать Белый Совет.

* * *

— О Светлая Владычица, яви нам мудрость свою. Открой завесу тайны над магическим зеркалом и покажи истину, сколь бы страшной она не была…

Знатнейшие и могущественные из эльфийских владык стояли вокруг мраморного бассейна протянув руки к небу. И Омут Грёз ответил на зов. Вод забурлила, на несколько мгновений поднялся густой туман, а когда он рассеялся, в центре пруда парила прекраснейшая из дев, обликом своим затмевавшая самых изящных эльфиек. По толпе пошёл восхищённый шёпот:

— Кто она?

— Неужели Светлая Владычица лично…

— Нет, же, посмотрите на её уши…

Действительно уши девы не отличались особой остротой.

— Они как до возвышения…

— Не может быть!

— Одна из Предтеч!

Дева успокаивающе улыбнулась и элегантно взмахнула руками, окатив собравшихся брызгами.

— О, благородные! Близится решающая битва, знаменующая конец истории этого мира. Сам Пожиратель Миров явился… явился… явился…

— Прости, дорогая, я немного задержался. На каком моменте ты остановилась?

В бассейне возникла исполинская тёмная фигура, будто окутанная чернотой, с дубиной на плече он больше походил на орка, чем на всемогущее божество. Даже самые уравновешенные из эльфов слегка занервничали.

— На том, где ты всех убиваешь. — раздражённо бросила прекрасная дева и отошла в сторонку.

— Что, уже? Ладно. — Пожиратель Миров бегло осмотрел собравшихся. — Буду краток. Вы все безмозглые вырожденцы и моральные уроды.

Кто–то из эльфов не выдержав откровения упал в обморок.

— Кучка испорченных аристократов, которая присвоила технологии генной модификации для личного использования. Вы обеспечили себе вечную жизнь, почти неуязвимые тела, а весь мир превратили в парк развлечений. Тех же, кто не вошёл в ваш узкий кружок, низвели сначала до положения рабов, а после до охотничьих трофеев. Тысячи лет истребления, и всё же орки не сдались. Они выживали в тени выращенных вами лесов и раз за разом давали отпор хозяевам мира. Даже странно, что столь достойные люди с величайшей силой духа и такие жалкие уродцы как вы когда–то принадлежали к одному виду. Даже будучи побеждёнными, на смертном одре орки возносили молитвы вперемешку с проклятиями. Молитвы о вашей гибели. И в конце–концов я их услышал. Пришёл час отмщения. Прямо сейчас орочьи орды, усиленные моими легионерами, уничтожают ваши дворцы по всему миру, а их благородная ярость греет мне душу… Что же, на этом удаляюсь. Можете пока попытаться организовать оборону, это добавит моим оркам веселья.

И Пожиратель Миров растворился в воздухе. Снаружи донеслись первые звуки боевого рога. Эльфийские лорды молча переглядывались пытаясь осознать гибель мира, один лишь Сагиттель удивлённо прошептал:

— О, Элберет…

Том 3. «Империя Зла»

-

Интерлюдия: Тень былого величия

Долгие годы, наполненные тьмой, пустотой и одиночеством. Уничтожение города жалких людишек не принесло покоя. Что толу в мести, смертях и разрушении без Тёмного Властелина? Без его направляющей воли я лишь голодное чудовище в глубокой пещере. Потомки моих отпрысков не дают мне умереть от голода, продолжая нести службу. Тело монстра не может отказаться от сочного подношения свежей добычи, даже если разум желает лишь раствориться в темноте. Остаётся лишь ждать того, кто сможет меня убить.

Младшие слуги приносят и свежие вести. К городу движутся люди. Ещё одни глупцы готовятся стать пищей. Но есть что–то необычное. В лесах появляются муравьи, обычно лёгкая добыча для мельчайших моих подданных, но этих объединяет чья–то воля. Группу людей сопровождает отряд оживших мертвецов, и я начинаю чувствовать источник магии.

Неужели Он мог выжить? Горькая обида растёт в душе, почему же Он до сих пор не дал знать преданнейшей из своих слуг? Но обида ничтожна по сравнению с бесконечной радостью новой надежды. Нет, это может быть ловушкой. Повелитель не прощал глупцов. И в его честь я должна удостовериться. О, мой Властелин, каким счастьем будет снова будет служить тебе! И с какой яростью я разорву обманщиков!

Глава 15. Долгая дорога

Убедившись что никто за мной не наблюдает и быстро зашагал прочь из лагеря. Ехидно улыбающаяся Кара высунулась из повозки:

— Повелитель собирается сделать подношение духам природы?

— Да, сегодня оно обещает быть особенно щедрым.

Когда–то расстраивала необходимость пользоваться общественным туалетом и приводила в бешенство привычка некоторых дёргать за ручку. Сейчас мне каждый раз для оправления наиестественнейшей из потребностей приходится углубляться в лес в компании скелетов–телохранителей. Без охраны никуда, как–никак в такой интимный момент человек уязвимее всего. Ничего не поделаешь, вид Тёмного Властелина на корточках подорвёт авторитет власти.

Как всё–таки спокойно жилось в избушке охотника. Три недели, проклятые три недели прошли в бесконечном походе во главе каравана больше напоминающего детский сад. Десяток медлительных повозок, толпа людей, из которых лишь половину можно было с натяжкой назвать взрослыми, за остальными требовался постоянный надзор. Необходимость каждый день тратить кучу времени на отдых и разбивку лагеря. Стоило отдалиться от хотя бы минимально обжитых земель, как хищники озверели. Людей не боялись совершенно, принимая за лёгкую добычу, практически ни одна ночь не обходилась без нападения.

Возможно дело в том, что маршрут до цели оказался не таким идеальным ка при планировании. Можно было двинуться напрямик через лес, и состои мой отряд из пешей нежити, этот путь я бы выбрал без раздумий. Но идти через лес с кучей телег и вечно теряющегося молодняка — удовольствие ниже среднего. Как вариант можно было сплавиться по реке на плотах, но, во–первых, река делала значительную петлю, так что по времени мы бы ничего не выиграли, а во–вторых, мне сейчас только цирка на воде не хватает. В итоге пошли пешком, вдоль лесной опушки, служащей ещё и неплохим ориентиром. Долго, скучно, но уже через несколько дней нам останется только переправиться через реку (ох, чувствую та ещё будет головная боль), и мы окажемся в вожделенной долине где наконец сможем остепениться. И получить, чёрт побери, хоть немного личного пространства. И ещё эти проклятые мошки… Хоть бери с собой Кару с её магией.

Закончив с ежедневной обязанностью, требующей хоть какого–то уединения, я вернулся в лагерь. Там вмени зря не теряли, телеги уже расставили кругом, а промежутки укрепили кольями, две ямки для оправления нужд менее стеснительных заканчивали копать, хворост для костра тоже скоро принесут. Большая часть мертвяков оцепили лагерь кольцом, готовые отразить нападение ночных хищников. Была в этих налётах и польза — частично решение проблем с провиантом и неплохая коллекция шкур, выделка которых позволяла занять хоть какой–то деятельностью людей. К тому же почти все, даже дети, умеют что–то полезное, из тех же шкур делают обувь, благодаря которой у нас меньше проблем с разбитыми ногами чем могло бы быть.

В который раз я задумался о преимуществе мёртвых над живыми: идеальная дисциплина, невероятная живучесть, выносливость, отсутствие физиологических потребностей… Каждый день мне приходится кормить почти 50 человек. Разумеется одними взятыми из деревни припасами здесь не обойтись. Ночные хищники конечно относительно съедобны, но их одних не хватит. Так что приходится снаряжать отряд мёртвых охотников. Поймать резвую дичь им конечно не по силам, это не изученная до каждой травинки местность возле старой хижины, где достаточно просто сидеть в засаде, а всё время новые земли. Приходится промышлять в каком–то смысле грабежом. Мертвецы способны чувствовать кровь и идти на её то ли запах, то ли иные эманации. В итоге фуражиры просто отгоняют зверей от добычи и приносят тушки разной степени погрызенности в лагерь. Хм, а что если хищники и нападают на нас из–за обиды на это?

Зато у меня появилась прекрасная возможность изучить местную фауну. Здесь почти нет чистых травоядных, даже ездовые бычки не отказываются от измельчённой требухи. И в общем–то понятно почему: вокруг сплошные леса при полном отсутствии зелёных лугов. Даже крестьянские поля отвоевали у леса, о подсечно–огневом земледелии местные прекрасно знали. Поля удобряли не навозом, а подгнившими листьями вперемешку с отходами пищи и речными водорослями.

Судя по зубам «травоядные» всего лишь не охотились на других животных. Но слопать подвернувшуюся при случае тушку могли за милую душу. Что до хищников, то только освежевав нескольких я понял, что местные «волки» несмотря на всё сходство с собакообразными состояли из десятка видов. Половина из которых скорее походила на яйцекладущих рептилий, но носила шерсть. И кровь у них была тёплая.

Здешний лес и правда давал множество возможностей быть съеденным.

Крупными животными биологические изыскания не ограничивались. Каждый вечер мы с Карой под понимающие взгляды уединялись в фургоне где я заставлял себя входить в контакт с муравьиным роем. Насекомые получили приказ с максимальной скоростью расселяться в сторону долины, это позволяло извлечь хоть какую–то пользу из медленного передвижения — пока доползём местность будет разведана. Кроме того Рой получил набор инструкций. Они должны в первую очередь фиксировать потери значительного числа особей и перемещения больших групп людей, передавать информацию по всем муравейникам и при контакте со мной сообщать её в первую очередь. Возможности муравьиной сети впечатляли. Иногда я жалел, что не разбираюсь в программировании. Что если достаточно большое количество муравейников сможет образовать искусственный интеллект? И как он будет контактировать с собственным разумом улья? В том что улей разумен я уже не сомневался. И что произойдёт если я попытаюсь связаться с искусственным интеллектом во время своих сеансов. Ну, на последний вопрос ответ лежит на поверхности — умру от головной боли.

Кое–что полезное сегодня я всё–таки узнал. Зоркоглазые нашли разорённый монастырь и скоро найдут сожжённую деревню где их отряд сгинул без следа. Они думают что ищут следы Тёмного Властелина. На самом деле это за ними следят муравьи, постепенно распространяясь в сторону их замка. Скоро я оценю их оборону. На сегодня хватит.

Выйдя из транса я не стал убирать голову с колен, а просто лежал расслабившись и слушая увлечённый голос Тиана снаружи. Бывший служка как всегда собрал кольцо слушателей и щедро делился историями, которые почерпнул из своих книг. Это нравилось всем, детишки и вовсе были в в полном восторге, даже утраивали возню за право устроиться поближе. Прирождённый учитель. Интересно, если бы он в конце–концов стал настоятелем, изменило бы это монастырские нравы? Даже если так, всё равно они продолжали бы готовить рабов, а Тиан либо зачерствел, либо спился из–за внутренних противоречий. Порочную систему менять бесполезно, можно только уничтожить. Нужно поговорить с ним на эту тему, укрепить лояльность, в конце–концов этот человек очень полезен. К тому же как выяснилось мои способности к автоматическому переводу местных языков на письменную речь распространяются с очень большими ограничениями. Я могу понимать короткие надписи, но только когда уже знаю о чём в них говорится. То же касается книг, но там прочитать я могу совсем короткие отрывки, длинный текст превращается в бессмысленную мешанину… Похоже ради чтения местный язык нужно будет выучить по честному, благо репетитор уже есть. Сколько же всего нужно сделать…

Глава 16. Хозяйка горы

Блеск реки на горизонте живые встретили восторженным криком, и даже мертвецы казалось зашагали бодрее. Наконец–то цель долгого и мучительно путешествия замаячила перед глазами. К полудню мы достигли воды и самые смелые уже плескались прямо в одежде. Да, помыться не помешает, то, что ожившие мертвецы казалось перестали пахнуть было очень плохим знаком — похоже я сейчас источаю такой же аромат. Впрочем, скоро мы все искупаемся. Ещё пара часов ушли на поиски брода, пока не нашли место, где благодаря крохотному песчаному островку в самом центре русла вода не поднималась выше, чем мне по грудь. Правда течение сбивало с ног, пришлось ещё потратить время на организацию переправы, в итоге мертвецы, не испытывающие проблем с дыханием под водой сумели вбить в дно несколько столбов, ещё один вкопали на островке и, добившись их устойчивости под напором течения, протянули верёвки, и мертвяки начали перетаскивать на другой берег грузы. Беспокойство о бычках оказалось напрасным, животные умели плавать. Люди перебрались без проблем, самых мелких взяли на плечи старшие, а некоторые не побоялись забраться на закорки мертвяку, привыкли. Я несмотря на вялые протесты Кары перенёс её на руках, заодно и помылся.

И наконец до самого захода солнца прямо на берегу укрепляли лагерь, сомнительно что по эту сторону реки будет безопасней, скорее наоборот. Если таинственное Древнее зло до сих пор здесь, то оно даст о себе знать, и лучше быть готовым к встрече. Просохнув у костра я собрался уже в фургон, как дозорный (несколько живых постоянно наблюдали за мертвецами) поднял тревогу.

Я быстр подошёл к частоколу и зрелище не разочаровало: против ставших наизготовку мертвецов замер десяток гигантских пауков, каждый размером с местного волка. Хитиновые гости медленно шевелили лапами, словно пытаясь что сказать. Наконец один прыгнул, в мгновение ока оказавшись между мертвецом и оградой из кольев, и запрыгнул на спину оному их моих слуг.

«КОНТРОЛЬ НАД ЕДИНИЦЕЙ ПОТЕРЯН» услужливо подсказал интерфейс.

Я приказал мертвецам не двигаться. Оседланный мертвяк повернулся ко мне и жестом указал в сторону горы. Похоже на приглашение, причём относительно вежливое, для ультиматума паук бы запрыгнул на кого–то из живых. Я перескочил через ограду и осмотрел зверя поближе, его челюсти, или что там у монстра в районе челюстей, уходили глубоко в шею мертвеца, скорее всего прямо в позвоночник. Не удержался и потрогал панцирь на спине зверушки, на ощупь твёрдый и гладкий, когда кто–сзади дёрнул меня за руку. Обернувшись я столкнулся с побледневшей больше чем обычно Карой:

— Не трогай этих тварей! Вдруг они ядовитые!

Вдруг стало смешно, похоже у моей подруги арахнофобия. Паук наездник нетерпеливо потоптался, осторожно отодвинув панцирь от руки и сделал шаг в указанную сторону.

— Не бойся, Кара, он совсем ручной. Паук просто приглашает нас к себе в гости.

— Ты правда хочешь пойти в логово этих тварей? Чтобы точно сожрали?

— Сомневаюсь что нас зовут прямо в паутину. Ими кто–то управляет, и этот кто–то наверняка та самая Фрида, которая хочет встретиться с нами.

— Почему тогда сама не пришла?

— Кара, старушке больше двухсот лет, в таком возрасте тяжело ходить. Можешь остаться в лагере.

— Ещё чего! Я пойду с тобой. Только сначала хотя бы дождёмся утра.

Резонное замечание, мне и самому не хотелось идти в темноте. Даже если не будет засады, всегда можно споткнуться и что–нибудь сломать.

— Ты права. — Я повернулся к пауку. — мы отправимся с рассветом.

Мертвяк послушной марионеткой кивнул, затем паук вспрыгнул со спины, резво побежал к дереву и взмахом лапы оставил глубокую зарубку. Пробежал немного вперёд и повторил процедуру. Его товарищи побежали следом, так же помечая путь.

Осталось дождаться утра.

* * *

На рассвете, препоручив лагерь заботам Тиана и взяв отряд из пяти скелетов и такого же количества упырей я отправился на переговоры. Кара присоединилась в последний момент, видимо решение далось ей нелегко.

— Я думал ты проспишь.

— Уснёшь тут, — прорычала девушка. — Мне снились эти твари. Если они хотя бы косо посмотрят, воспользуюсь магией.

— У тебя получится? Всё–таки они покрупнее обычных мошек.

— Должно получиться. Если конечно их не будет защищать эта старуха. Если разберёшься с ней, пауков я возьму на себя.

— Надеюсь до этого не дойдёт. Как никак пожилая дама пригласила нас в гости, а ты уже строишь планы убийства.

— Этой старушкой детей пугают.

— И что говорят в сказках?

— Она уродливая, но охоча до мальчиков. Заманивает и заставляет себя ублажать, пока бедолага не умрёт, потом съедает тело и рожает чудовищ.

— Вот же… теперь и мне страшно. — я сделал драматичное лицо. — Прошу, убей меня, если она покусится на мою честь. Да не достанусь я никому!

Кара прыснула, моё настроение тоже улучшилось.

Лес расступался, всё чаще попадались старые пеньки с аккуратным срезом явно рукотворного происхождения. Паутина свисала с каждой ветки, но это не были тенета толщиной с верёвку, самая обычная, и пауки в ней обитали самых скромных размеров. Те, большие, явно добывали пропитание по другому. Я называю их пауками, но полагаюсь только на внешнее сходство. При таких размерах существу понадобится развитая дыхательная и кровеносная система, да и один хитиновый экзоскелет крупную тушку вряд ли удержит. Внутри они наверняка устроены сильно по–другому. Я бы с удовольствием посмотрел на оригинальные биологические решения, интересно, Фрида разрешит препарировать одного? Нет, я не собираюсь убивать её питомцев. Но мрут же они от естественных причин?

Густой лес закончился, почти два часа мы пробирались через молодую поросль и колкую траву по пояс, временами Кару приходилось брать на руки, при отсутствии посторонних взглядов она не протестовала, вдобавок стало сложнее ориентироваться, пометки теперь виднелись только на редких пнях да поваленных брёвнах, ниже уровня глаз. Словно заметив наши затруднения, из зарослей высунулся паук (Кара сморщилась при его появлении) и поманил за собой, время от времени он показывался но снова пугливо укрывался в зарослях. У меня что, мысли о препарировании на лбу написаны? Последний раз проводник выглянул у развалин каменной кладки, когда дальнейший путь стал очевиден и без подсказок. Постройка похожая на зернохранилище, а может силосную башню и остатки от жилища. Ферма, а не крестьянская хибара, похоже здесь были сельхозугодья. Вскоре показалось и то, что было городом. Едва намечающаяся каменная стена, местами обвалившаяся, но большей частью просто недостроенная. Здесь же сторожевая башня и место для ворот. Внутри кучи камня и гнилых брёвен, истлевшие костяки множества построек, в одной из относительно уцелевших гордо стоял металлический куб с возлежащим на нём молотом. Кузница, которую можно будет восстановить. Староста деревни, чьи жители стали моими живыми поддаными был кузнецом и сохранил навыки при обращении в скелета, а пара его помощников выжили, значит будет им рабочее место. Гора возвышалась чуть дальше, и чёрной дырой зияла пещера, судя по внушительному входу естественного происхождения. Возможно внутри железная шахта? Уголь судя по карте должен быть немного дальше вдоль русла реки.

Множество сходящихся тропок указывали, что именно в пещере обитает таинственная хозяйка. И действительно, как только мы стали приближаться, из каждой дыры высунулись гигантские пауки, провожающие нас недобрым взглядом, Кара прижалась ко мне покрепче. Чудовища не нападали, но осторожно следовали на почтительном расстоянии. Это нервировало, хотя при известной фантазии могло сойти за почётный караул.

Может и правда не стоило сюда приходить? Что если это ловушка, и оставшихся в лагере уже доедают, или запутывают в коконы на будущее? Но тогда и отступать уже бессмысленно, мы решительно вошли под свод, обогнув огромную плавильную печь. Неплохая пещера, шахты не видно, должно быть проход закрывает тот огромный шатёр. Дверей не видно, но впереди что–то вроде стеклянных окон, отражающих красноватый свет. Мы остановились ожидая выхода хозяйки.

— Повелитель, где ты? — нам не пришлось много ждать, гулкий женский голос эхом прозвучал из каждого уголка пещеры.

— Я пришёл поговорить с тобой и предложить дружбу, покажись.

— Вижу, и чувствую малую часть той силы… Но где же Повелитель? Неужели он совсем забыл бедную старую Фриду, свою любимицу? Горе мне, несчастной, но если вы служите Ему, то будете почётными гостями.

— Я и есть новый Тёмный Повелитель. И пришёл чтобы пригласить тебя, Фрида, в новую Империю.

Громоподобный голос перешёл на пронзительные нотки:

— Ты не Он! Обманщик! Самозванец! Ненавижу!

Красные отблески разгорелись словно топки печей, земля затряслась, всё вокруг словно пришло в движение.

Это не шатёр. Это Фрида.

Глава 17. Любимица Властелина

Исполинская паучиха не спеша поднималась, расправляя сегментированные лапы, а сзади раздался топот множества маленьких ножек. Нужно действовать быстро. Я оттолкнул Кару в сторону и мысленно приказал нежити охранять её и держать оборону у входа от нежелающих оставаться в сторону пауков поменьше, остаётся лишь надеяться что упыри окажутся достаточно ловкими, чтобы не дать себя оседлать. Передняя пара паучьих лап ударила прямо перед глазами, я едва успел отшатнуться, на камнях остались трещины, а грузная туша рывком продвинулась вперёд и снова занесла лапы для атаки.

Наверное, самое время чтобы испугаться, но в крови бурлил адреналин. Испуг придёт позже, когда всё будет кончено. Так или иначе, главное не позволять боевой ярости затмевать рациональный расчёт. Просчитать атаки, спланировать серию ударов, быстро переключаться на новый порядок действий, адаптируясь к ситуации. Эта тварь огромна, но вряд ли двигается быстрее мастера спорта, а я умудрялся выстоять в спарринге с мастерами.

Снова удар конечностей об камни, но на этот раз я не просто уклоняюсь. Паучихе нужно несколько мгновений чтобы восстановить равновесие, и именно тогда я сжав обломок меча обеими руками наношу мощный удар прямо в сочленение одной из лап. Пусть в моих руках лишь жалкий осколок, это сейчас неважно. Клинок лишь проводник импульса, энергию придаёт моя стокилограммовая тушка. Раздаётся треск и хитин раскалывается, а паучиха издаёт бешеный рёв. Мой удар нарушил равновесие, и на миг вся масса паучихи пришлась на повреждённую лапу, с печальным исходом для последней. Боковым зрением я проверяю как там Кара. Она стоит за спиной мертвецов и полностью сосредоточена на остальных пауках, те будто съеживаются от её взгляда, замирают, топчутся на месте, а мертвецы не теряя времени крошат хитиновые панцири. Так держать, моя умница. Эти твари покрупнее мошек, но твоя магия работает.

Фрида наносит несколько ударов оставшейся передней лапой. Они хоть и быстрые, но лишены системы, я легко уклоняюсь, а душу наполняет восторг. Всегда мечтал сразиться с огромным монстром, и, как говорится, мечты сбываются.

Не терять самоконтроль. Вспомнить всё что знаю о пауках и гигантских животных. Даже повредив всего одну ногу из восьми она должна сильно потерять в подвижности. Эта туша в бою должна потреблять огромное количество энергии. И кислорода. Ну же, Фрида бей посильнее, сколько раундов ты выдержишь, пока не начнёшь задыхаться?

Паучиха хитрит, оставшаяся передняя лапа после очередного удара остаётся неподвижной немного дольше. Я притворяюсь что купился на уловку и бросаюсь с мечом, будто собираюсь повторить прошлую успешную атаку. Но в последний миг меняю направление движения. Предвкушающая победу вреда резко выбрасывает вперёд головогрудь, увенчанною мощными челюстями, но я уже бью по ещё одной из ног. Этот хруст музыка для моих ушей, на этот раз нога ломается так сильно, что её нижние сегменты отламываются. Осталось целых шесть, но с левой стороны, где я нахожусь, туша опирается всего на две. Теперь двигаться паучихе всё равно что пытаться лететь с одним крылом.

Фрида понимает, что больше не сможет угнаться за шустрым врагом. Всей тушей она пытается придавить меня к стене пещеры. Это неверный шаг, паучиха окончательно теряет равновесие и падает, так и не задев меня. Я запрыгиваю на неё. Между головой и грудью желобок, разделяющий сегменты тела, ноги входят в него как в седло. Быть может прошлый Повелитель так на ней ездил? Паучиха огромна, но большая часть приходится на огромное брюшко, в котором не должно быть жизненно важных органов. Нет, мозг или нервный узел прямо передо мной. Я бью сжатым в обеих руках недомечом. Панцирь так просто не пробить, но удар чувствительный. Фрида пытается встать, делает резкие движения чтобы сбросить наглого наездника. Но я крепко сжимаю ноги. У неё нет гибкой шеи чтобы ей яростно помотать, паучихе приходится двигаться всем своим огромным телом, после каждого рывка её движения всё более вялые, устала старушка.

— Сдавайся. Ты пригодишься в новой Империи.

Но паучиха слишком упряма, она лишь издаёт новый рёв и возобновляет попытки освободиться. Ещё несколько рывков, и её оставшиеся ноги подкашиваются. Паучиха пытается встать, но теряет остатки сил на половине пути, вновь обрушиваясь на камни. В этот же момент пауки перестают атаковать вход и разбегаются в разные стороны, как и положено безобидным для человека зверушкам.

Похоже бой окончен. Сведённые судорогой мышцы умоляют расслабиться, но ещё слишком рано.

— Прекрати это, тебе нужно залечивать раны если хочешь жить.

Фрида молчит несколько долгих секунд и наконец говорит. Её голос на удивление спокоен:

— Слишком поздно. Мне уже не оправиться… Тёмный Повелитель… он был особенным… мог видеть красоту даже в ужасных монстрах… ты не он, прошлое не вернуть. Я слишком долго цеплялась за жизнь… Глупая старая Фрида… Мой Повелитель ушёл, но отдал свою силу молодому. И я должна пойти вслед за ним. Мой народ умирает не так как вы. Мы отдаём свою жизнь тем, кто останется после нас. Мои дети больше не тронут тебя, новый Повелитель.

Я спустился с паучьей головы и остановился напротив её, хм, лица.

— Долгие годы я входила в сны орочьих шаманов. Не давала им забыть Повелителя. Но сегодня они увидят мой последний сон. В нём будет твой образ. Они узнают тебя при встрече. Они будут тебе служить.

— Спасибо, Фрида. Мне пригодится твоя помощь.

— Это не всё… Я дам тебе особенный подарок… Но мне понадобится твоё семя…

— Ты серьёзно? — возмущённый голос Кары эхом отразился от свода пещеры. — Ты собираешься делать это с паучихой! Мне что, подождать снаружи?

Паучиха издала хриплые звуки, в которых угадывался вымученный смех.

— Семя лучше всего, но сгодится и кровь.

Адреналин понемногу отступал, я вернулся в мирный режим достаточно, чтобы осознать, что одежда разорвана в клочья, а множество порезов кровоточат. На панцире Фриды было много острых бороздок.

— Даже не думай… — продолжала изображать голос разума Кара.

Но… В конец–концов это последняя просьба умирающей. К тому же подарок. Может она даст какое–нибудь благословение, улучшающее навыки общения с насекомыми? Это бы очень пригодилось.

Я оторвал пропитанную кровью тряпку и протянул вперёд.

— Этого хватит?

— Да, достаточно…

Жвала Фриды втянули в себя остатки одежды. Паучиха содрогнулась и не вставая медленно развернулась боком. Я тоже сделала несколько шагов в сторону.

Гигантская туша словно таяла на глазах, брюшко сильно уменьшилось, будто сдулось, панцирь терял блеск и трескался. А сзади выпало большое белое яйцо, или скорее кокон, размером с арбуз. Следом ещё одно, и ещё… на восьмом Фрида содрогнулась в последний раз и замерла уже навсегда. Пластины осыпались с сухого безжизненного тела

«ОЖИВЛЕНИЕ НЕВОЗМОЖНО». Ладно, просто попробовал. Я подошёл к коконам я погладил один из них. Шершавый и твёрдый. И что мне с этим делать. Что вообще из них вылупится? Восемь маленьких Фрид? Если они не попытаются меня сожрать, для этого они мелковаты, то наверное их можно будет приручить. А когда подрастут… Что ж, подарок и правда полезный.

Я приказал скелетам охранять коконы, а сам сел, прислонившись спиной к стене. Нужно вернуться в лагерь. Рассказать, что теперь у нас есть свой город. Переправить всех сюда, разместиться, изучить окрестности. И я обязательно этим займусь. Как только смогу снова встать.

Глава 18. Прибавление

Настолько хочется спать, что даже глаза открывать лень. Неважно сколько сейчас времени, посплю ещё немного, всё подождёт, тем более под одеялом так тепло и уютно. Стоп, под каким одеялом? Что произошло?

Невероятным усилием воли я раскрыл глаза. Куча одеял сверху, вокруг каменные стены, ветхая крыша над головой, рядом трещит огонь в камине. И пристальный взгляд Кары.

— Где я? Ты что, сама меня перетащила?

— Проснулся наконец–то. Ты потерял сознание когда победил то чудовище. Когда я подлечила твои раны, то написала на куске коры, что повелитель захватил город, но ранен и попросила скелета отнести его в лагерь. Они пришли и привели в порядок этот дом, он хотя бы не полностью развалился.

— Хочешь сказать что все видели меня беспомощным? Паршиво.

— Можешь из–за этого не переживать. Все смотрели на чудовище, которое ты одолел в одиночку. Самые впечатлительные всерьёз считают тебя богом.

— Не знал, что ты можешь командовать моей нежитью.

— Не командовать, только попросить.

— А мертвецы в лагере? У них был приказ оставаться на месте и охранять лагерь.

— Вот поэтому когда лагерь снялся с места они просто пошли рядом.

Похоже без меня мир не рухнул. Может стоить поспать ещё сутки–другие? Хотя было что–то ещё… Я подскочил на импровизированном ложе, от чего моментально закружилась голова.

— Коконы! — я пристально посмотрел на заботливую сиделку. — Ты ведь ничего с ними не сделала?

— Ничего. Хотя лучше бы их сжечь. Лежат на том же месте, где труп паучихи. Мертвяки не пускают любопытных.

— Надо их перенести, хотя бы сюда. И позаботиться о трупе.

— Хочешь её оживить?

— Уже пытался, от тела почти ничего не осталось, всё вложила в коконы. Фрида заслужила погребальный костёр.

Я решительно встал:

— Проверю как дела в лагере.

Кара улыбнулась:

— Уже не в лагере. В нашем городе.

* * *

Вокруг кипела жизнь. Улицы городка очистили от властвовавшей зелени и растащили обломки, кто–то ремонтировал наименее пострадавшие постройки, из кузницы раздавался грохот металла — приводили в порядок оружие, высился штабель свежесрубленных брёвен, из одного дома веяло горячей едой. Иногда из кустов и развалин показывались пугливые паучьи тени, от агрессивности которых не осталось и следа. Интересно, их получится приручить? Наскоро выслушав Тиана с Хенсеном, их доклад можно было свести к тому, что дела идут лучше некуда, я отправился проведать Фриду с её выводком. Коконы действительно лежали на том же месте, никак не изменившись. Я как мог изучил гигантское тело.

Прочная хитиновая броня, однако доспехи из неё бы не получились, даже если бы был способ обработать эти пластины, они не отражали удар, а лишь поглощали его, подобно мотоциклетному шлему. Внутренности высохли настолько, что невозможно стало определить их прижизненную функцию. Ладно, хватит издеваться над трупом.

Я осторожно перенёс коконы один за другим, не доверяя мертвецам столь хрупкую ношу, а Кара даже прикасаться к «паучьему отродью» категорически отказалась, уложил их на ложе. Так, надо позаботиться об охране и приготовить разной еды. Что–то подсказывает, достаточно проголодавшиеся чудовища могут забыть о верности.

Затем пронаблюдал, как тело Фриды обложили дровами и лично поднёс огонь. Она вспыхнула ярко и обратилась в пепел за считанные минуты. Оставшуюся золу собрали в найденный неподалёку металлическую вазу и оставили в пещере. Закончив с похоронами я вернулся в хижину. На столе уже ожидали едоков пара разделанных зверушек, куски жареного мяса, крупная рыбина, и даже несколько птичьих яиц, охотники и собиратели хорош постарались. Можно будет сразу определиться с гастрономическими пристрастиями пауков. Интересно, вылупятся восемь больших или неисчислимое множество мелких?

Я устроился у камина и начал ждать, снедаемый любопытством, пока снова не задремал.

— Просыпайся! Началось!

Бесцеремонный голос вездесущей Кары вернул в реальный мир.

Я открыл глаза как раз чтобы увидеть, как через разрыв в коконе высовывается блестящая хитиновая лапка. Всё–таки один большой. Разрыв стараниями паучка увеличивался, вот над ним работают уже две лапы, а вот между ними просовывается… крохотная детская ручонка? Что за?

Кокон наконец раскололся пополам и из него выпала арахнидочка. Из паучьего теле росла крохотная девочка, в половой принадлежности не оставалось сомнений, паучья часть начиналась чуть ниже гениталий. Размером даже меньше новорожденного младенца, но внешне выглядит лет на пять–шесть. В большущих голубых глазах заметен разум, белоснежные волосы спадают до пояса, просто маленький ангелочек, если не обращать внимания на маленькую особенность нижней части тела. Резво перебирая лапками арахнида подбежала ко мне, я взял её на руки чтобы лучше рассмотреть. В ответ она человеческими руками стала щупать моё лицо, залившись радостным смехом.

— Меня сейчас стошнит, — выдохнула Кара.

— Кара, не веди себя как злая мачеха, — одёрнул я девушку, и положил арахниду на стол. Та тут же отщипнула лапами кусок мяса и вцепилась в него обоими ртами: человеческим и паучьим. Паучья пасть заглатывала кусок с феноменальной скоростью, человеческая справлялась хуже, так что паукодевочка выпустила кусок из рук и переключилась на другие блюда. Несколько секунд она удивлённо рассматривала яйцо. Затем ловким ударом лапы расколола его надвое и тут же перемазалась в желтке.

Треск разрывающихся коконов превратился в канонаду, остальные неотвратимо вылуплялись, я едва успевал брать их на руки и переправлять на стол. Все восемь девочки. Если я когда–то и задумывался о семейной жизни и воспитании детей, то представлял это немного по другому. Что теперь делать? Они же настолько маленькие, что на них могут запросто наступить! Похоже с завоеваниями покончено и придётся посвятить остаток жизни заботе о малышках.

Одна из арахнид подошла к краю стола и неожиданно прыгнула прежде чем я успел пошевелить. О нет, то чего я и боялся. Я сделал шаг морально приготовившись увидеть разбившуюся малышку. Однако арахнида уже запрыгивала обратно на стол, сжимая руками и лапами вяло отбрыкивающуюся крысу почти с себя размером. Человеческий рот перегрыз зверушке горло, так что свежая кровь стекала по подбородку, а паучья часть старательно утрамбовывала ещё трепещущую тушку. Ладно, всё не так плохо, похоже они не сильно нуждаются в присмотре.

— Мне теперь называть тебя Отец Чудовищ, о Повелитель? — к Каре вернулось самообладание вместе с ехидством.

— Ты о чём? У меня ничего не было с гигантской паучихой. Как это вообще возможно? — я паниковал.

— Поздно оправдываться, у них у всех твои глаза. Теперь воспитывай.

О нет, несмотря на очевидное издевательство Кара была права. Все арахниды голубоглазые. И как назло не могу вспомнить никого в этом мире с моим цветом глаз. Фрида, чтоб тебя… Это был не подарок. Это изощрённая месть!

Глава 19. Дела государевы

Утро снова начинается с тренировки. Полученное в новом мире идеальное тело стало стремительно набирать вес как только походная жизнь сменилась на оседлую. Хотя это светлому герою положено быть стройным юношей, злодей может позволить себе быть воплощением иллюстрации о вреде чревоугодия. Но лучше принять меры до того, как у Кары появится новая тема для острот.

Я и правда стал намного сильнее, ежедневные сотня приседаний, отжиманий и упражнений на пресс, которые раньше выматывали, теперь всего лишь разминка, оставляющая достаточно сил и для пробежки, и для спарринга с мертвецами. Все мертвяки, не переведённые в костяные войска, уже прошли повышение до упырей, которые повышать ранг явно не собираются, возможно это их предел, однако напарники для тренировок из них отличные, сила, скорость и живучесть на высоте, а если получают серьёзные повреждения, то для восстановления нужно просто дать им сырого мяса. Подойдёт самое паршивое, вроде кишок, хвостов и прочих отходов.

Живым я тоже организовал несколько тренировок, но даже среди старших парней нет никого моей весовой категории, местные вообще не отличаются высоким ростом, ниже на голову. Хотя Морт не настолько ниже меня, так что возможно дело в питании, крестьянам ведь положено быть меньше и слабее благородных.

Кстати о Морте, сегодня я тренируюсь с ним. При оживлении он получил уникальный класс «рыцарь Смерти», так что я не стал забирать его доспехи. Возможно я смог бы в них втиснуться, но постоянно носить кучу железа было бы удовольствием ниже среднего, тем более что лично идти в бой я особо не стремлюсь, а вот Морт в неживом состоянии машет мечом ещё резвее чем при жизни, а тело, судя по состоянию лица, успешно мумифицировалось под доспехами и источает лишь еле заметный химический запах.

Конечно я не настолько самоуверен, чтобы пойти даже не верного слугу когда он вооружён двуручником. Для тренировок меч у него деревянный, хотя получить таким по голове должно быть так же неприятно, как веслом. Однако это суровая необходимость. Сломанный меч понемногу растёт, и скоро станет похож на что–то вроде мачете, но отразить удар двуручника не в состоянии, скорее всего я сломаю руку при первой попытке. Поэтому отрабатываем уклонения, параллельно я вычисляю окна между атаками, когда можно всадить клинок в уязвимое место под подбородком или в промежутке между панцирем и шлемом. Получается не очень. Пока что противопоставить латникам я могу только численное превосходство (сомнительное мягко говоря), да самого Морта.

Скелет–кузнец, некогда бывший деревенским старостой, и его живые помощники работают усердно и уже сделали несколько кольчуг и наконечников для копий из найденного в руинах города металлолома. Качество не самое лучшее, но даже это должно значительно усилить костяную гвардию. Однако нужно больше скелетов и больше металла, для второго пункта придётся восстановить шахту и плавильню.

Морт попытался провести неожиданный рубящий удар сверху вниз, пока я якобы задумался, но это он попался на мою уловку, меч немного увяз в земле и дал возможность приблизиться и ткнуть клинком в уязвимое место, и хоть рыцарю смерти рана была совершенно безвредна, я остановил бой, гордо засчитав ему поражение.

Пора вернуться к государственным делам. Три дня назад выжгли участок возле развалин фермы, сегодня должны готовить почву под посевы, благо здесь год не разделяется на сезоны так явно, как в моём мире. Скорее всего мы просто находимся на экваторе, но климат жарким не назовёшь, ровная весенняя погода кажется райской, но к Северу и Югу должно быть лежит тундра и вечная мерзлота, тогда неудивительно, что этот мир такой маленький.

Как только я покинул тренировочную площадку, мне на плечи тут же попыталась забраться Пента, она сильно подросла за последний месяц, так что пришлось аккуратно спустить на землю расшалившуюся арахниду. Да, я дал им не самые оригинальные имена: Прима, Дуо, Трэс, Тетра, Пента, Гекса, Гепта, Окта. К счастью латынь автоматически не переводится на местное наречие, и отсутствие фантазии сошло с рук. Порядок вероятнее всего даже не по старшинству, Пента явно шустрее остальных, но тогда я ещё их путал. Это сейчас понятно, что Пента самая быстрая и сильная, Прима лентяйка, но лучше всех командует оставшимися после смерти Фриды бесхозными большими пауками, Дуо обожает рыбу и каждый день ходит к реке, передними лапами она орудует как гарпунами и прекрасно плавает. Трэс первая научилась создавать паутину и умилительно повязала мне на руку шёлковую ленточку, позже её примеру последовали остальные. Она же первой стала носить одежду, длинную рубашку сделала сама. Тетру не увидишь если не задираешь голову вверх, настоящая скалолазка. Гекса может пропасть на день, что стоило мне пары седых волос, зато возвращается всегда с добычей. Гепта и Окта дружны между собой, всегда держатся рядом и питают большой интерес к знаниям, Тиан учит их чтению, и девочки прекрасно справляются. Может пора и остальных усадить за уроки? Взрослеют они явно быстрее людей.

Хенсен деликатно подождал пока я снимал с плеч Пенту, и только тогда доложил:

— Разведчики вернулись. Они успешно выполнили задание и привезли трофеи.

Несколько дней назад я решил отобрать из выживших жителей деревни ребят постарше и по смышленей и устроил им проверку преданности. Простое задание — сходить в большую деревню, закупить семена, домашний скот и ещё кучу нужных вещей, а заодно собрать свежие сплетни. В итоге выбрал троих, парень, который по словам Тиана имел голову на плечах и умел хорошо считать, и брата с сестрой, за которых поручился Хенсен. Из казны им была выделена сумма денег достаточная, чтобы вскружить голову обычным крестьянам, и телега с парой быков. И разумеется охрана, пять упырей получили приказ скрытно передвигаться и охранять ребятишек за пределами деревни, а я каждый день проверял их через муравьиную разведку. Поэтому прекрасно знал, что миссия прошла успешно. Они не попытались сбежать с деньгами, что радовало. А в деревне яростно торговались за каждый медяк, проявляя заботу о казне нашей молодой Империи. Разумеется, местных огорчили оставшиеся у ребят после закупки деньги, да и девушка им приглянулась, так что едва ребята покинули деревню, а двигались они с гружёной телегой и привязанной к ней скотине очень медленно, как семеро местных вышли на большую дорогу. Место для засады они выбрали настолько хорошее, что оно было очевидным: поворот между лесом и небольшим озерцом, пешком через лес из деревни до него можно было добраться быстрее, чем по дороге. В итоге засада прошла успешно, но для упырей, которых ребята оставили перед заходом в деревню именно там. И, хотя дополнительный груз в семь трупов замедлил и без того не быстрый путь домой, семь новых скелетов в отряде компенсировали все неудобства.

Нужно поставить такие операции с подсадными утками на поток, пока местные не отучатся жить разбоем. Ну а пока я выслушивал рассказ покрасневших, возбуждённых, перебивающих друг друга юных агентов.

Разумеется вся округа обсуждала сожжённую деревню и гибель отряда рыцарей ордена «Зоркого глаза». Были и слухи о возрождении Тёмного Властелина, но, к моей лёгкой досаде от уязвлённого самолюбия, общественное мнение склонялось в пользу набега орков. Этой угрозы местные боялись куда больше, чем мифических тёмных. Судя по рассказам такие набеги хоть и проходило редко, но случались, орки часто брали пленных для одним им известных целей и всегда уносили всё, что могли. Кроме того местные справедливо опасались гнева зоркоглазых, которые могли снова, вне очереди начать проверки деревень в поисках виноватых. Однако эти страхи постепенно утихали. Судя по всему проверив место гибели отряда орденцы предпочли вернуться в крепость и какое–то время отсидеться. Жаль, разделись они на мелкие отряды и начни прочёсывать все деревни одновременно, я бы открыл сезон охоты. Но с другой стороны мы получили передышку. Что до орков, Фрида ведь говорила о них. Союз с разоряющими деревни варварами не слишком хорошая перспектива, хотя в этом плане они не очень то отличаются от местной власти. Возможно действительно стоит познакомиться с ними поближе. В крайнем случае из них ведь должны получиться мертвяки?

Я похвалил агентов и объявил им пока символическое повышение, в ближайшем будущем дам им кого–нибудь под командование, и ушёл в резиденцию обдумать следующие шаги. Кара оказалась внутри, коротала врем за чтением, иногда я просил её почитать вслух, но сейчас нуждался в другом совете.

— Кара, при первой встрече ты назвала меня полуорком…

— Ты до исх пор переживаешь из–за этого? — девушка состроила невинные глазки. — Не волнуйся. Ты и правда самый красивый полуорк из тех, что я встречала.

До чего же невыносимая зараза.

— Я о другом. Полуорки действительно существуют или ты просто меня дразнила?

— Я бы не посмела дразнить вас, мой Повелитель.

Ага. Конечно.

— Получается что орки могут заводить детей с человеческими женщинами. Ты знаешь что это значит?

— Наверное то, что они кровожадные дикари, которые норовят совокупиться со всем, что видят?

— В каком–то смысле да. Это значит что орки — люди.

Глава 20. Немного этнографии

Последние три месяца прошли под знаменем саморазвития. Помимо ежедневных тренировок вернувших тело в близкое к идеалу состояние я научился читать на местном языке. Для этого пришлось организовать вечерние спецкурсы для первых лиц государства, то есть для меня, Кары и арахнидочек под руководством Тиана, по такому поводу утверждённого в качестве министра образования. Днём он обучал деревенских ребят грамоте, счёту, этикету, герадьдике, в общем всему, что понадобится будущим шпионам. Несмотря на очевидную пользу вездесущих муравьёв, они могли лишь дать базовую информацию, вроде перемещения войск противника, я же планировал знать о действиях врагов куда больше.

Вечером же он занимался с особой группой, к своему стыду, я оказался худшим учеником. Разумеется несправедливо, Кара уже получила образование и просто повторяла материал, что до арахнид, их темп мышления потрясал. Переписать страницу на которую смотрела меньше секунды — легко. Сложить в уме сотню чисел — запросто. Правда говорят медленно и односложно. Но это явно не от глупости. Скорее особенности мышления, должно быть трудно постоянно переводить с паучьего языка жестов и феромонов на человеческий. А ведь им ещё три месяца… надеюсь они не состарятся так же быстро, как растут, хотя если верить намёкам Пожирателя Миров, шанс умереть от старости в ближайшем будущем станет незначительным.

Так или иначе овладев местным наречием на осознанном уровне я наконец смог пользоваться библиотекой, только тогда осознав, насколько соскучился по чтению. В данный момент я штудировал том посвящённый географии этого мира и населяющим его народам, поминутно сверяясь с разложенной на столе картой.

Итак, цивилизация находилась на довольно узком участке, окружённом с востока и запада морем, возможно океаном. На западе возвышалась горная гряда, наша столица располагалась в долине на её восточном склоне. За грядой была узкая полоска побережья, формально принадлежащая Империи, но по факту столь мало населённая, что дела до неё ни у кого не было. Немногочисленные рыбацкие деревни населяли некие рыболюды, в описании которых автор фолианта не поскупился на нелестные эпитеты. При этом оставалось совершенно непонятно, действительно это фэнтезийная раса, или же обычные люди, на почве инцеста и однообразного питания сильно потерявшие в привлекательности.

К югу от нашей столицы располагался Пограничный город, юго–восточнее, прямо на побережье, Столица Империи. Ещё южнее снова горы, за которыми местность обозначенная как пустыня. Упоминались некие Затерянные Острова в Восточном море, однако судоходное сообщение с ними отсутствовало, как и сведения и живущих на них аборигенах. На Севере от нас и от империи располагался бескрайний лес, населённый кочевыми орочьими племенами.

Итак, орки. Судя по описанию, это чудовища гигантского роста и невероятной физической силы, отличающиеся особой плодовитостью. Живут охотой, причём в качестве добычи рассматривают и людей. В бою свирепы и кровожадны, их трудно убить несмотря на примитивное оружие и отсутствие брони. В общем идеальные бойцы для армии тьмы. Кстати орчанки по словам автора невероятно привлекательны, он объясняет это тем, что на протяжении поколений орки похищали самых красивых человеческих женщин. Но учитывая сколько страниц было посвящено крепким и упругим бёдрам и маленьким, но тугим грудям орочьих дев, а также подробностям этнографических экспедиций в имперские бордели, автор просто старался работать на широкую читательскую аудиторию.

В любом случае экспедиция в Бескрайний Лес была необходимостью не из–за бёдер и грудей. Фрида говорила о видениях, которые насылала на орочьих шаманов с целью склонить последних к сотрудничеству. Учитывая что численность орочьих племён описывалась как огромная орда, заручиться с ними союзом было бы хорошим решением.

Дела в городе идут хорошо и без моего участия. Скоро будет собран первый урожай. Мертвецы трудятся не покладая рук, единожды получив инструкции они вполне способны работать без постоянного контроля и выполнять приказы смертных, которым Повелитель выразил доверие, а значит город вполне обойдётся без меня. Хотя город громко сказано. Людей у нас слишком мало, даже если считать мертвецов за граждан. Но это компенсируется высоким уровнем жизни, построенного или восстановленного жилья хватило на всех живых с лихвой, всю тяжёлую и неприятную работу выполняют мертвяки, нет проблем с едой, тогда как до прихода Повелителя в моём лице детишки постоянно голодали. Это позволяет надеяться, что перебежчиков в ближайшее время не будет, и столицу Импери Зла можно оставить на Тиана с Хенсеном, тем более что между собой они поладили. Да и устал я сидеть на месте, пора собирать обоз для путешествия.

* * *

На этот раз телегу с припасами потащат мертвяки, хватит, намучился с тягловым скотом, из живых возьму только Кару, всё равно она не останется вдалеке от источника магии, в качестве охраны и свиты возьму пять упырей и десять скелетов–гвардейцев, снаряжённых по последнему слову невероятно отсталой кузнечной техники. Погрузку припасов сорвала Пента, попытавшаяся спрятаться в телеге, что при её размерах, паучья часть почти догнала в охвате бычка, выглядело комично.

Когда я отчитал арахнидочку она мало того что демонстративно устроилась возле повозки, так на шум ещё сбежались и остальные семеро. Чёрт побери, как убедить их не мешать? Не ремнём же хлестать?

— Я бы на твоём месте взяла их с собой. Они сильные и верные.

Уж чего, но того что Кара встанет на сторону паукодевочек я не ожидал.

— Они ещё дети. Если взять их с собой, придётся всё время за ними следить…

— Ты их недооцениваешь. Присмотрись, они уже больше взрослого человека.

— Больше? С чего вдруг? Они едва дотягиваются мне по грудь.

Пента, зараза, встала рядом и демонстративно уложила голову мне на плечо.

— Хорошо, я дам им шанс. Если сможешь одолеть упыря, я подумаю.

И это оказалось ошибкой. У нежити не было ни единого шанса. Пента просто откинула уязвимую человеческую часть на паучью спину, протаранила упыря, сбив его на землю и намертво прижала, скрестив передние лапы на шее поверженного, всем видом показывая, что не отрывает врагу голову только чтобы не расстраивать папочку. Ладно, она самая сильная, но остальные точно не справятся. Увы, справились ничуть не хуже. Малышки, ещё вчера норовившие забраться на коленки, оказались самыми сильными бойцами армии Тьмы.

Безвыходная ситуация. Я не могу рисковать их жизнью, но и оставить их будет несправедливо. Они конечно послушаются, но затаят обиду. Только бунтующих подростков мне не хватало. Придётся взять с собой. В конце–концов это дипломатическая миссия, и арахниды живое свидетельство того, что покойная Фрида высказалась в мою поддержку.

— Решено. Арахниды идут со мной.

В толпе зевак, собравшихся на показательные поединки пронёсся горький вздох. Это что ещё значит? Малышки успели обзавестись поклонниками? Нет, теперь я точно не оставлю их в этой Цитадели Порока. На следующий день разношёрстный отряд выступил в глубину Диких Земель. Мы не знали как найти орочьи стоянки, оставалось лишь надеяться, что орки сами выйдут на связь. В противном случае экспедиция окажется лишь семейным пикником.

Глава 21. Об орках и людях

С каждым днём путешествия я всё больше чувствовал себя гордым львом во главе прайда. Арахниды старательно разведывали местность и добывали пропитание. К тому же ни разу не видел чтобы они спали, так что к утру дневной маршрут был разведан и проложен, завтрак приготовлен, препятствия устранены.

Дорог в глубине Диких земель естевенно не было. Двигались по проплешинам в лесу, трава росла не ниже чем по пояс, но ни мертвякам, ни арахнидам неудобств это не доставляло, я же страдал от необходимости постоянно сидеть в повозке, которую перед экспедицией хоть и немного облагородили, снабдив откидывающимися кроватями и сундуком с несколькими отделениями, внутри всё же было тоскливо. Лес тоже разочаровывал — никаких тебе тысячелетних гигантов толщиной с дом. Обычный лес с обычными деревьями. Либо в этом мире долгоживущих растений нет, либо это просто свежие заросли, которые захватили вотчину прошлого повелителя.

Это утро немного отличалось от прошлых весёлой вознёй в лагере, высунувшись я обнаружил целую гору красноватых фруктов, рядом возвышалась не мнеьшая гора кожуры, которую пополняли довольные арахниды. Похоже добыча им понравилась, хотя растительную пищу они есть хоть и могли, но не любили. Заметив пробуждение Пента протянула самый большой плод и я уже было с обрался прокусить кожуру, но в последний миг прочувствовал, как затихшая Кара пристально смотрит, затаив дыхание в предвкушении. Так, что–то здесь не то. Я разломил плод в руках. Внутри оказалась сочная красная мякоть кишащая личинками. Теперь понятно. Я улыбнулся и вернул паукодевочке плод, пусть едят сами, раз им пришлось по вкусу.

— Это мясные деревья, — протянула разочарованная моей спокойной реакцией Кара. — Говорят орки их любят.

— Замечательно. И много здесь этих деревьев?

Прикончившая плод Пента раскинула руки, изображая невероятное множество. Ну, пусть лопают досыта.

Знакомое шуршание травы выдало приближение единственной арахниды не участвовавшей в пиршестве. Гекса как всегда вернулась позже всех. Не обращая внимания на сестёр она подбежала ко мне и приблизившись к лицу прошептала:

— Двое. Там, — рукой и лапой одновременно указывая в нужную сторону

Я понимающе кивнул. Пора вступить в контакт с потенциальными союзниками.

* * *

Добрались до места ближе к вечеру и оставив свиты возле повозки я решительно зашагал к виднеющемуся впереди костру. Шёл не скрываясь, так что сидевшие у огня услышали издалека и теперь настороженно наблюдали за приближением гостя. Я остановился прситально глядя на потенциальных орков, они столь же пристально смотрели на меня. Итак, с чего начать? Никогда не был хорош в дружелюбных разговорах:

— Вы орки?, — не самое выдающееся начало разговора, но всё равно лучше чем неловкое молчание.

— Да, мы орки. А кто ты, странник?

Внешне от людей орки не отличались, не тянули не то что на другой вид, но даже на другую расу, при этом очень похожи друг на друга. Братья? И что им ответить? Не знаешь что говорить — говори правду.

— Я новый Тёмный Повелитель. Ищу союза с вашим народом.

Орки стали смотреть ещё пристальнее, но спасибо и на том, что не засмеялись.

— Там, за деревьями, ждут твои люди?

— Строго говоря, людьми их можно назвать с натяжкой.

Орк улыбнулся.

— Что же, Тёмный, Повелитель ты или нет решит вождь. А пока раздели с нами еду.

Орк протянул плод мясного дерева. Вы что, сговорились? Ну ладно, если вы думаете напугать меня какими–то личинками, вас ждёт разочарование. На вкус наверняка как курица…

Я решительно откусил кусок побольше и принялся тщательно пережёвывать. И правда как курица. Мерзкая, склизкая, шевелящаяся, вонючая курица. Орк пристально посмотрел на меня.

— Обычно мы их сначала запекаем на костре. Пройди к нашему огню, Тёмный.

Действительно, запечённый на огне плод выгодно отличался не только тем, что его начинка не шевелилась во рту, но и вкусом. Если не думать что именно ты жуёшь, можно даже получать удовольствие. Орки оказались вполне миролюбивыми и приятными в общении. Строго говоря, они больше молчали. Но молчали дружелюбно, не презрительно или вызывающе. Вскоре из леса вышла Кара и молча уселась рядом, орки отреагировали спокойным вопросом:

— Мертворожденная?

Кара молча кивнула, хозяев огня это полностью удовлетворило. Следующими подошли арахниды, они схитрили, кто–то успел сбегать на охоту и теперь они гордо поднесли добычу. Вот тут невозмутимых орков проняло. Но нет, они не испугались. Скорее заинтересовались и разглядывали моих малышек с изрядной долей восхищения, к тому же ловко освежеванная тушка добычи сильно оживила трапезу.

В итоге вечер прошёл совсем неплохо, и когда мы отправились ночевать к своей повозке, то получили приглашение на орочье стойбище, а новые друзья вызвались быть проводниками.

Глава 22. В стойбище варваров

Я успел укрепиться во мнении, что обитатели этого мира не отличаются высоким ростом и крепким телосложением, но прибыв на стойбище орков осознал всю глубину заблуждений. Среди собравшихся встречать нашу примечательную процессию были и двухметровые, и даже выше. Неудивительно что их принимают за чудовищ. Я подсчитывал потенциальных союзников (а при неблагоприятном стечении обстоятельств врагов), около пятидесяти, если считать и мужчин и женщин, оружие носят все, преимущественно топоры и копья. Они окружают на полукругом. Интересно, что даже стоя в толпе они держатся парами. Причём пары часто одного пола, так что вряд ли это супруги. Боевые двойки? Разумное решение, всегда есть кому придти на помощь. Орки в двойках очень похожи друг на друга, так же как и наши проводники. Тоже разумно, кто лучше позаботится как не родной брат или сестра?

Из толпы выходит самая примечательная двойка. Оба выше меня, один держит на плече массивную палицу с резной ручкой, на плече плащ из шкуры какого–то хищника (на голову на манер капюшона натянута клыкастая пасть), у второго посох и ожерелье из не менее внушительных зубов. Вождь? Или вожди? Как у них с разделением властей?

— Кто из вас главный?

Откликнулся тот, что с палицей.

— Я, Аглак, вождь этого племени, а мой брат Аларц шаман. Слышал ты называешь себя Тёмным Повелителем?

— Его облик являлся мне в видениях. Это и правда Повелитель.

— Видения? Ты что, опять грибы ел?

— Да, ел. И что?

— Да так, подумал может у тебя ещё остались…

— Что за грибы, как выглядят? А то вдруг на пути попадутся, — поддержал я интересную беседу.

Примерно четверть часа мы живо обсуждали способы использования даров природы в медицинских и не очень целях, затем плавно перешли к вопросам политическим.

— Пойми, нельзя просто придти и сказать, что ты Тёмный Властелин, и начать повелевать орками… — сомневался Аглак. — Мы конечно помним о договоре, но нужны ведь хоть какие–то доказательства.

— У него волшебный клинок, он командует нежитью, у него гарем из тенеплёток…

— Эй, они мне не жёны! — возмущённо перебил я Аларца. О чём вообще думают эти орки, явно одними грибами тут не обошлось…

— Неважно, — шаман остался невозмутим. — И он незадолго до визита являлся мне в видениях. В настоящих видениях.

— Тех что с паучихами?

— Именно.

Вождь задумался:

— Клинок у него маловат, как–то не вяжется. Может просто решим по орочьи? — Аглак гордо выпрямился и напряг мускулы.

Понятно куда он клонит:

— Хочешь испытать Повелителя? И какое оружие собираешься выбрать?

Вождь орков засмеялся:

— Оружие? Мы же в конце–концов не люди! Только то, с которым ты родился. Побеждает тот, кто дольше останется на ногах.

Знакомая ситуация. Он немного выше меня и шире в плечах. Наверняка опытный боец, ведь если орки решают споры кулаками, то на посту вождя должен оказаться лучший. С другой стороны я тоже стал гораздо сильнее, и хорошая драка поможет оценить способности. Но если проиграю — можно поставить крест на мирной аннексии. Как быть? Аглак говорит громко, так что бы его слышали все вокруг и постоянно принимает эффектные позы. Обожает быть в центре внимания. И в бою прежде всего будет красоваться. Пожалуй я смогу его подловить и одним точным ударом отправить в нокаут, просто постою немного в обороне, пропущу пару скользящих чтобы усыпить бдительность. Хорошо. Взвесив все за и против:

— Я согласен. Приступим. — я принял стойку.

Орк радостно заревел и бросился вперёд, и тут произошло неожиданное. Стоявшая неподалёку скучающая Пента давно перестала вникать в суть разговора, но орочий рёв заставил её встрепенуться и неправильно оценить ситуацию. Молниеносным рывком она отправила орка на землю, придавила лапами и обхватила паучьми челюстями горло…

— Назад! Отпусти его!

Арахнида удивлённо покрутила головой и и виновато отпустила ошеломлённого вождя. Я протянул ему руку и помог встать.

— Извини. Она неправильно тебя поняла. Это больше не повторится. Можем провести бой в любое другое время.

Аглак отряхнулся:

— Знаешь, я тут подумал… Может нам и правда не стоит драться. Есть и другой способ заключить союз. Я присягну если отдашь эту тенеплётку мне в жёны.

И тогда я его нокаутировал…

* * *

В итоге шаман присудил мне победу в поединке. Пристыженный Аглак принёс клятву верности, и пообещал доказать, что достоин руки дочери Повелителя. Его нисколько не смущало, что арахниде меньше года. Это что же значит, однажды мне придётся отдать их всех замуж? На всякий случай я сказал что арахниды съедают мужей после использования, Аглак побледнел, но не дрогнул, изобразив мрачную решимость. Ну что за больной ублюдок…

Пока вождь приходил в себя, я расспрашивал шамана об орочьей жизни. Они с вождём действительно были братьями. Более того, оказалось что после вспышки Второго Солнца орки всегда рождаются по двое.

Из путаных объяснений выходило, что Второе Солнце, чем бы оно ни было, оказалось мощным мутагеном. Конечно в 90% случаев мутации вредны, а что–то полезное выпадает в лучшем случае один раз на тысячу. Но оркам повезло — они стали рождаться исключительно двойнями, при этом питая к единоутробному брату и ли сестре сильную привязанность. Запретом на сожительство между братьями и сёстрами орки себя не ограничивали, это действительно было бы глупо в маленьком племени, где все так или иначе друг другу родные, так что эволюционно выгодный признак закрепился. Устоявшееся мнение о том, что близкородственные связи ведут к вырождению небезосновательно, но селекционеры, выводящие породистых животных знают о другой стороне медали — вырождение происходит только при отсутствии выбраковки, что обычно характерно для людей. Но у орков естественный отбор проходил на протяжении всей жизни. С одной стороны им не грозила смерть от голода или от неудачного стечение обстоятельств. Мясные деревья хорошо плодоносили, а если их начинало резко не хватать, племя снималось на новую землю, благо территорий вокруг много, либо разделялось, поддерживая численность на полусотне. Но в тоже время орки постоянно охотились на самых опасных зверей. Не только ради мяса или шкур, но и ради статуса. И часто погибали. Каждая женщина орков давала обет родить не меньше десяти раз. В итоге каждая семья выращивала не меньше 20 детей. Три четверти из них неизбежно погибали не оставив потомства, но выжившие были самыми сильными и сообразительными. Двести лет активной селекции сделали их улучшенной версией обычных людей.

Наконец Аглак примирился с мыслями:

— Повелитель, я решился. Я не откажусь от твоей дочери, но грядёт война, и я нужен тебе живым. Вернёмся к этому разговору когда победим всех врагов.

— Меня это устраивает. Учти, я не буду никого принуждать, но если Пента сама захочет стать твоей женой, то и препятствовать не стану. И теперь, раз вы готовы сражаться, у меня на примете есть крепость.

— Мы готовы сражаться хоть сейчас, — сдержанно отреагировал шаман. — Но разве не будет разумнее заручиться поддержкой других племён?

— Именно этим я собираюсь заняться. Мне понадобятся проводники.

— Но вам не обязательно искать всех лично. Мы можем созвать совет вождей. На это уйдёт какое–то время, но всё равно это быстрее, чем договариваться с каждым.

— Есть подвох, не так ли?, — очень уж подозрительно звучал голос шамана.

— Верно. Не со всеми договориться будет так легко. Боюсь вождей больше, чем ваших дочерей…

— Так, я ничего не обещал Аглаку. И они мне не совсем дочери… так ты хочешь что–то предложить?

— Да. Прошлый Повелитель оставил не только завет для орков. Есть ещё тайное послание, запечатанное в магическом кристалле. Кристалл хранится в потайной пещере, я могу туда провести.

— И что говорится в послании?

— Мы не смогли его прочитать. Властелин запечатал его тайным словом.

— И это слово вы конечно же не знаете?

— Верно. Но есть подсказки. Это слово означает место, где Повелитель родился. Ещё в пещере изображение неизвестного мне зверя. Если вы сможете прочитать послание, это поможет убедить орков.

Загадка… Родина прошлого повелителя. Он был таким же пришельцем из другого мира как и я. И очень надеюсь что это один и тот же мир. Тогда кодовым словом будет Земля. Или Мир, или Родина. Там ведь ещё какое–то животное? Гадать можно бесконечно. Лучше взглянуть и решить на месте.

— Хорошо, значит ты проводишь нас до места.

— Лучше если мы пойдём вдвоём…

— Даже не думай. Я не собираюсь оставлять своих девочек наедине с твоим братом.

Шаман смутился, похоже я разоблачил его хитрость.

— Повелитель, не подумайте плохого. Мой брат не решится обидеть вашу дочь. Он лишь хочет получить возможность ей понравиться.

— Думаю обидеть её он не сможет при всём желании, сегодняшняя стычка это показала. Послание существует или ты его только что выдумал?

Орк принял оскорблённый аид:

— Я бы ни за что не стал врать. Можем выдвигаться хоть сейчас… но лучше утром.

Глава 23. Завещание

В итоге пошли налегке, оставив обоз и всю нежить в стойбище, орки к мертвецам отнеслись равнодушно, они явно не привлекали столько внимания, как юные арахниды, которые сейчас радостно носились вдоль тропинки. Время от времени раздавался испуганный писк какой–то зверушки и довольное чавканье. Мы с Карой шли вслед за шаманом, и дорога оказалась на удивление хорошо протоптанной, но при этом заросли её хорошо скрывали, так что без проводника можно было заблудиться просто сойдя с тропы.

Путь пошёл в гору, идти стало сложнее, но появилась надежда, что цель уже близко, Так и вышло, солнце только начало клониться к закату, когда перед нами предстала пещера, больше напоминающая дырку в земле. Впрочем протиснувшись через узкий вход мы оказались в более просторном месте. В глаза бросились несколько вырезанных из кости статуэток. В основном человек с большим мечом, есть несколько изображающих пауков и местных волкоящеров.

— Кристалл в глубине. — шаман достал из тайника у входа факел, зажёг его кремнем и протянул мне. Я пошёл вперёд. Так, а на стенах рисунки. По большей части сражения, хорошо бф рассмотреть их получше, но это подождёт, факел не бесконечный. Через десяток шагов я наткнулся напьедестал, увенчанный восьмигранным кристаллом, слегка светившемся в темноте. И что дальше? Надеюсь тут голосовой интерфейс.

— Земля!

Ничего не произошло.

— Родина. Мир. Солнце. Планета.

Ничего. Я поднёс факел поближе. Ага, вот он, неизвестный зверь. Стоит на двух лапах, плоская морда, изображён чёрным. Да это же мишка!

— Россия. Русь. Москва.

Ничего. Приглядевшись я заметил что медведь заключён в рамку, образующую форму щита. Насколько я знаю, прошлый Властелин сражался двуручным мечом, так что щит явно неспроста… Стоп, да это же герб! Медведь на щите. Осталось вспомнить, какой город он символизирует. Надеюсь это не какой–нибудь Усть–Пердольск. Нет, прошлый Властелин не был дураком, загадка должна решаться легче. Увы, я не знаток геральдики. В какой же берлоге жил этот мишка… Берлога, ну конечно!

— Берлин!

И кристалл загорелся ярко, словно экран монитора. Кто бы мог подумать, что Тёмный Повелитель, захвативший половину мира но павший после того, как против него объединились все остальные, окажется родом из Германии.

Свечение слегка ослабло, сформировавшись в столб, внутри которого виднелась человеческая фигура истинного арийца. Мы и правда немного похожи внешне, опять же редкий для местных цвет глаз, неудивительно что меня с первого взгляда принимают за его ре инкарнацию. Тёмный Властелин заговорил:

— Здравствуй, кем бы ты ни был. Возможно ты даже мой сын, если я всё–таки встретил ту самую… Фрида конечно невероятно мила, но она гигантский паук, и не все различия можно сгладить прекрасным характером и преданностью… Но если ты здесь, то скорее всего продолжаешь моё дело, — к счастью голос говорил не на немецком, я прекрасно понимал язык.

— Этот кристалл не магический, а лишь предмет из другого мира, что–то вроде синематографа, только намного эффектней и может создавать собственные копии. Этот мир столетиями копил диковины из других реальностей, похищая людей и овладевая их знаниями. Так было и со мной. Не могу сказать что много потерял, в родном мире я был никем, изгоем и отребьем, никому не нужным после того как закончилась проклятая война. Однако у меня была мечта, и полученные при переходе особые способности оказались крайне полезны для её воплощения. К сожалению эта мечта входила в противоречие с интересами местных королей. Я мечтал создать место, где все отверженные смогут найти приют и по собственному разумению, да звучит наивно, но от этого не менее прекрасно. Они же мечтали о новых войнах и уничтожении друг друга. Когда–то этот мир был развит не меньше моего, но бесконечная грызня с использованием призванных героев и краденых артефактов опустошила его. Целые континенты покрыты руинами сожжённых городов, жалкие остатки человечества ютятся на последнем клочке земли между двумя материками. А эти глупцы всё никак не уймутся, хотя дальше отступать уже некуда…

Так или иначе меня объявили предателем и весь этот мир, как бы мал он не был, пытается меня убить. Это не так просто, принимая в свою страну, которую местные лорды прозвали Империей Зла, всех отверженных, я обзавёлся большим количеством друзей, каждый из них которых принял мою мечту и готов за неё умереть. И всё же велик шанс на то, что однажды враги добьются успеха. Мой долг подготовиться к такому развитию событий. Я создал схроны подобные этому, я сформировал автономные отряды, рассеянные по окрестным землям и подготовленные выживать в самых сложных условиях. Я поделился с ними своими знаниями о евгенике.

Самое смешное то, что я, человек веривший в науку, вынужден полагаться на пророчество. Но если бы ты видел того, кто его оставил, тоже бы поверил. Однажды мир потрясёт угроза, какой он ещё не знал. Откроются адские врата и в мир придут полчища демонов, их цель уничтожить всех живых людей. Но не они главная опасность. С демонами можно сражаться. Их можно победить. Но вслед за ними придет Пожиратель Миров и вынесет этому миру беспощадный приговор. Сомневаюсь, что его возможно победить. И всё же… Были случаи когда Пожиратель отступал. Он питается ненавистью и отчаянием, эти чувства манят его. И если создать прекрасный новый мир, где не будет страданий, где люди будут равны, где не будет вражды, и каждый будет друг другу братом, Пожиратель не будет иметь в нём власти. Понимаю, это звучит как утопия. Здешние люди ничем не отличаются от людей моего мира. Уговоры, личный пример, искусство и наука — ничто не сможет убедить их сдерживать внутреннего дикаря. Существует лишь одно решение. Окончательное. Мы должны покончить с войнами раз и навсегда уничтожив тех, кто эти войны разжигает. Общая цель, общий враг и общая победа — это поможет преодолеть бесконечное отчаяние. И если я с этим не справился, теперь ответственность лежит на тебе. Сокруши этот мир и поставь его на колени, чтобы спасти.

Глава 24. Ценность традиций

Изображение погасло. Я прикоснулся к кристаллу и без труда поднял его с пьедестала. Интересная штука, мало того что выдаёт качественную картинку, так ещё и автономное питание и невероятная надёжность. Я снова произнёс кодовое слово и речь прошлого Властелина повторилась. Какого то устройства ввода на кристалле не было, на фразы вроде «открыть системное меню» он не реагировал. Вероятно устройство получало информацию из глобального источника, а в другом мире превратилось в хоть и полезную, но игрушку. Всё равно заберу штуку с собой, это по сути завещание передающее мне власть над орками. Может ещё разберусь как эта штука работает

Кем же ты был, мой предшественник? Судя по упоминанию синематографа, жил он между первой и второй мировой войнами, и в первой успел поучаствовать. Но по крайней мере не беглый нацист, максимум сочувствующий. И то пророчество, я кажется догадываюсь кто его изрёк. В Пограничном городе тоже говорили о тёмных предсказаниях, забавно, получается светлые в своих действиях полагаются на завещание Тёмного Властелина. Должно быть они захватили хотя бы один кристалл. Где справедливость? Я явился в этом мире голым, а кто–то с работающим смартфоном…

Факел тем временем почти догорел, и пришлось выйти. На немое возражение орочьего шамана по поводу расхищения святилища пришлось продемонстрировать ему видео, которое привело Аларца в священный трепет, и он тут же дал клятву верности. Тот же эффект, только более массовый, произвело выступление в стойбище. Похоже скоро я выучу это обращение наизусть. Как же всё–таки хорошо привлекает массы простая и понятная идея объединить всех хороших чтобы убить всех плохих. Пожалуй не стоит менять то, что работает.

Братья–орки с радостью взяли на себя организацию совета племён. И хотя они предложили созывать всех прямо сюда, я не имел особого желания засиживаться в гостях пока идёт сбор, дело это явно не быстрое, поэтому решил пригласить будущих союзников в свою скромную цитадель. Добрая половина племени вызвалась стать гонцами, остальные, исключая занятых при молодняке, получили менее почётное, но не менее важное задание — собрать побольше плодов мясных деревьев и доставить их всё в ту же цитадель, нужно же чем–то кормить делегацию. Да и в целом, несмотря на шок при первом употреблении, плоды по размышлении казались всё более привлекательными. После запекания вкус у них становился достаточно приятный (хотя если есть выбор, я предпочту что–то более привычное), они долго не портились, и становились непригодными в пищу только когда личинки вырастали и улетали на волю. Возможно стоит набрать саженцев и посадить рощу поближе к городу, надеюсь насекомые найдут дорогу.

Раздав указания мы устроили прощальный пир, отметили с размахом, ведь утром собрались уходить не только мы, но многие орки. Местную выпивку я лишь слегка пригубил, рассуждения шамана о психоделических свойствах даров леса заставляли быть бдительным в вопросе злоупотреблений, но в целом было достаточно весело. Сначала Аглак попытался впечатлить Пенту подарив шкуру, но получил лишь холодное презрение, должен признать обоснованное, арахнида буквально ела таких зверей на завтрак. Затем несколько молодых орчанок пытались устроиться ко мне поближе, но их моментально спугнула взбешённая такой беспардонностью Кара. Орки даже не поленились изобразить культурную программу. Несколько барабанов и флейт вполне пристойно исполнили что–то наподобие Вагнера, актёры–подростки, занимающие в племени промежуточное положение между молодняком и взрослыми, исполнили несколько сценок, уследить за сюжетом которых мне не удалось, но там точно присутствовал Тёмный Властелин, в компании отважных орков побеждающий злобных рыцарей и магов, причём рыцарей изображали уморительно неповоротливыми, а маги валились с ног от простого щелчка в лоб, в целом получилось забавно.

Наконец я отправился спать в любезно предоставленный шатёр. Следом вошла Кара, но вместо того чтобы улечься где поудобнее осторожно присела на кучу шкур рядом:

— Прости что прогнала этих девок. У тебя есть свои потребности… если хочешь, я найду их и отправлю сюда, а сама переночую в телеге.

Похоже она готова заплакать.

— Не извиняйся, ты всё сделала правильно.

— Они тебе совсем не понравились? — девушка немного успокоилась и даже постаралась лукаво улыбнуться.

— Дело не в этом. Просто я пришёл сюда не в поисках любовных утех а с конкретной целью. Мне нужны не несколько девок, а все орки, целиком и полностью. У них строгие брачные традиции, одна пара создаётся на всю жизнь, заводят кучу детей. Вмешавшись в этот порядок я бы не только нарушил их устои, но и ослабил племя. Из–за этого обязательно появятся недовольные, питающие личную обиду к Повелителю, например те, кто претендовал на этих девушек. И в подходящий момент они могут стат ьпредателями. В моём мире был один мудрец, написавший прекрасную книгу в помощь начинающему повелителю. И он предостерегал от таких связей с чужими жёнами, невестами и дочерьми. Люди готовы трудиться на благо своего Повелителя и даже умереть за него в бою, но не потерпят, если посягать на их любовный интерес.

— Получается я опять предвосхитила волю Повелителя? — в её глазах засветился лукавый огонёк.

— Да. Ты понимаешь меня без слов, и я это очень ценю.

— Рада служить, Повелитель может быть уверен, что я не позволю ни одной коварной девице к нему приблизиться!

Я рассмеялся.

— В любом случае ни одна из них с тобой не сравнится.

Кара вдруг погрустнела:

— Повелитель… Моё проклятие всегда было надёжной защитой, но теперь… Если бы его не было, мы бы могли… — девушка замялась и умолкла на обрывке фразы.

— Кара, сейчас я думаю о том, что стать жертвой твоего проклятия не такая уж высокая цена…

О нет, что я несу? Наверно не стоило даже пробовать орочье пойло.

— Замолчи! — Кара взволнованно замахала руками. — Я не хочу причинять тебе вред. Просто позволь мне быть рядом. Я не буду возражать если ты найдёшь другую. Не предам, как говорил тот твой мудрец.

— Я знаю. Можешь быть спокойна, сейчас моё внимание сосредоточено на возрождении Империи Зла, а не на основании императорской династии. Ложись спать.

Кара демонстративно стала устраиваться в самом дальнем углу шатра.

— Всё равно ведь во сне перекатишься поближе.

На этот раз девушка улыбнулась уже искренне легла рядом. По отечески обняв спутницу я наконец спокойно заснул.

Глава 25. Надвигающаяся угроза

Всего за несколько дней мы вернулись по уже разведанному маршруту в Цитадель. Подданные не теряли время зря, Тиан и Хенсен слишком стремились доказать свою лояльность. Они усилиями всего народа смогли построить деревянный мост через реку, для повозок хлипковат, но вполне проходим пешком для людей и мертвецов, и, что куда более важно, для насекомых, в итоге мои расплодившиеся мирмики без проблем установили постоянный контакт с сетью муравейников, которая порядочно разрослась и охватывала с десяток деревень, пять гордо называемыми замками фортов, в том числе и базу Зоркоглазых. Разумеется постоянно мониторить такой массив информации было бы невозможно, пришлось ограничить себя сведениями о перемещениях крупных отрядов, таковых пока не наблюдалось. Гекса сразу же, ещё до того как мы вошли в цитадель, отпросилась в разведку и скрепя сердце я отправил её проверить неохваченный муравьями участок между зоркоглазыми и Пограничным городом, с чётким приказом в бой не вступать и при обнаружении врага сразу вернуться ко мне для новых указаний.

За мостом простирались очищенные огнём поля, большей частью ещё не засеяны, но это поправимо, тем более скоро мне понадобится много провизии. Выращивают в основном съедобную траву, немного похожую на капусту, но без кочанов, и злаки с крупными зёрнами. Трава спеет быстро, первый урожай уже не за горами, но и хранится очень недолго. Несколько полей отданы под волокновку, вот она растёт дольше всего, зато будет возможность наладить ткацкое и бумажное производство. Местами пасутся бычки вперемешку с со свиноподобными мясными зверушками. Идиллия и пастораль, как будто и не логово Тёмного Властелина, ничего, как только шахта с плавильней выйдут на максимальную производственную мощность, будет и дым, и кучи шлака, разве что лавовое озеро сделать сложновато…

В самом городе ждал ещё один сюрприз — мне сваяли натуральный трон, который установили на пьедестал прямо в пещере, некогда облюбованной Фридой, здесь же приладили знамя. Хорошее решение, тем более орочьи шаманы могли видеть это место во снах. Здесь же я установил кристалл, пока на камень, но Пик получил заказ на полки для трофеев, Хенсен уже с нетерпением ждал аудиенции, а Тиан, этот тихий гад, о чём–то вполголоса разговаривал с Октой, причём арахнида улыбалась, и разве что не хихикала. Это что же такое творится? В моей свите сплошные извращенцы! Ах да, я же Тёмный Властелин. И когда они успели снюхаться? И всё же я слегка улыбнулся, представив как облезет от зависти к министру образования Аглак.

— Добровольцы ждут встречи с вами, Повелитель, — продолжал Хенсен. А до того пребывают в заключении.

Чёрт, потерял нить разговора, нужно внимательнее слушать советников. Итак, благодаря торговым экспедициям слухи о нашей цитадели разошлись по деревням, и сюда потянулся народ, пока что в количестве девяти человек. Как нашли понятно, телеги оставляют заметные следы, и действительно желающий присоединиться к нашей молодой нации мог просто проследить за моими агентами. Что в принципе характеризовало их как довольно сообразительных и в перспективе полезных. Но каковы их истинные мотивы? Есть хороший способ выяснить. Я приказал приводить добровольцев по одному.

Приятная компания из Кары, арахнид и нескольких мертвецов, пристальный взгляд, зловещая ухмылка, клинок поднесённый к горлу, в общем всё, чтобы нагнать страху. И когда клиент дозрел и потерял способность к сопротивлению — рабская печать. Заодно протестировал её эффективность, действует около часа. И единственный приказ честно ответить на вопросы: занимался ли раньше разбоем, пришёл ли с целью шпионажа, обладаешь ли полезными навыками.

Результат оказался неутешительным, пятеро оказались разбойниками. Причём двое из них ещё и шпионами. Ещё один из чистых перед законом тоже оказался шпионом, и лишь трое молодых парней оказались в принципе достойными людьми, и после окончания действия рабской печати были приняты на службу и переданы в подчинение Тиана для обучения и и назначения на какую–нибудь полезную должность.

Обычные разбойники тоже получили своё место в Империи Зла, нежити много не бывает, а вот со шпионами разговор был дольше, но интересней. Двое с разбойничьим прошлым знали немного, им просто обещали щедрое вознаграждение, особенно если сумеют убить Повелителя либо его приближённых. Обычное мясо, нужно только чтобы отвлечь внимание от настоящего агента, обратив их в нежить я наконец обратил внимание на третьего. Совсем молод, но ростом повыше остальных. И даже под действием печати говорит неохотно.

— Назови свой имя.

— Ланс. — слова словно выдавлены сквозь сжатые зубы.

Кто тебя послал и с какой целью?

— Магистр ордена святых защитников. Я должен был доказать свою преданность Единому и найти уязвимое место извечного врага.

— Что тебе обещали в награду?

— Я должен был стать паладином! Паладины неуязвимы для тёмной магии! Они придут за тобой! Я тоже должен сразить зло!

«КОНТРОЛЬ УТРАЧЕН» услужливо подсказал интерфейс, как будто я сам этого не заметил. Паренёк бросился на меня с голыми руками. Не знаю что он рассчитывал сделать, может загрызть зубами, больно уж свирепо он ими скрежетал, но в любом случае в скорости с Пентой ему было не сравниться. Арахнида прибила его к полу, наверняка сломав рёбра, я попытался восстановить контроль. Но увы, печать больше не накладывалась. Конечно, можно подождать пока успокоится, либо получить сведения под пытками. Но главное он уже сказал, хвалёные паладины выразили прямой интерес к моей деятельности и видимо собирают священный поход. Что до деталей, то никто в здравом уме засланцу в тыл противника ключевые сведения сообщать не будет, так что будем полагаться на расширение сети мирмиков. Что до этого шпиона, есть идея для эксперимента. Можно ли обратить в нежить того, кто способен сопротивляться магии? Опыт был проведён прямо в тронном зале. Результат можно считать успешным. Плюс один боец в армии.

Глава 26. Теория партизанской войны

Наконец–то, после всех мытарств я мог наслаждаться приличными условиями жизни. Первый урожай с полей обеспечил относительно привычной едой. Да, питаться исключительно стейками и шашлыком кажется заманчивым, и на деле действительно неплохо, но через пару месяцев такой диеты начинаешь сильно скучать по супам, кашам и, особенно, по хлебу. Мне не приходилось много работать, рабочий день я определял сам и в основном раздавал указания да инспектировал очередную стройку, бессовестно сваливая рутину на кипящих восторженным энтузиазмом последователей. Всегда была приятная компания, а когда я как заправский интроверт уставал от общения, всегда мог уединиться в резиденции, куда без доклада входить могла только Кара, впрочем она безошибочно считывала моё настроение, появляясь когда была нужна и исчезая когда мне требовалось одиночество. Идеальная подруга, свободное от меня время она обычно проводила в компании нежити либо в библиотеке, где успела перечитать всё так или иначе связанное с магией. Иногда я видел ей ноги в окне спальни, девушка любила читать сидя на краю крыши.

Конечно резиденция Тёмного Властелина мало походила на дворец, скорее на зловещую башню, которой она в прошлом и являлась. Стены и фундамент прекрасно сохранились, деревянные перекрытия заменили, и в итоге я обзавелся трёхэтажным особняком, правда каждый этаж был размером с небольшую комнату, но всё необходимое помещалось, наверху спальня с деревянной кроватью устланной шкурами, спать твёрже чем на матрасе, но вполне комфортно, кабинет на втором этаже. Вместо компьютера, увы, только письменный стол и пара шкафов, но это лучше чем ничего, и наконец столовая на первом этаже, куда приносили еду с общей кухни, а иногда Кара готовила что–то особенное для Повелителя.

И конечно же я обзавёлся гланым из удобств — личным сортиром в виде отдельного домика с плотно закрывающейся дверью, вентиляцией, табличкой… так, стоп откуда табличка «Личные покои Его Темнейшества»? Кара в своём репертуаре… Единственное чего не хватает, так это туалетной бумаги. Однако нашёлся прекрасный заменитель, та самая волокновка, что идёт на ткань и бумагу отращивает семена в виде початков, которые в основное сырьё не идут. Но пока семена не созрели благодаря мягкой плотности и пупырчатой текстуре початки прекрасно подходили для подтирочных мероприятий, а использованные отправлялись на корм скоту, местные псевдосвиньи не брезгливы. Даже странно, что раньше никто до этого не додумался. Что же, хоть одну технологию в новом мире я успешно внедрил хотя бы среди живых подданных, в результате этого, а также обязательной помывки в конце каждого рабочего дня, они стали пахнуть немного лучше, чем мертвяки.

Возвращаясь в резиденцию в приподнятом настроении я увидел нетерпеливо переминающуюся всеми восемью ногами Пенту. Кажется она ещё немного пдросла. И Панцирь сияет как новенький, снова сменила шкуру. Мне почему–то вспомнился орочий Вождь. Что бы он делал найдя сброшенную шкуру возлюбленной? Ну его, не хватало ещё думать о всяких извращениях. Я мягко поприветствовал арахниду.

— Гекса хочет говорить. Нашла врага.

— Наконец вернулась? Почему не пришла сама?

— Не вернулась. Хочет говорить. Можно?

Я недоуменно сделал одобрительный жест. Что она имеет ввиду?

Пента на миг замерла, при этом её человеческая часть словно потеряла равновесие, но быстро вернулась в норму.

— Повелитель, я выполнила приказ…

— Гекса? Как ты говоришь?

— Говорю через сестру…

Отлично, получается арахниды ещё и телепаты? Фрида, твой дар и правда бесценный. Гекса в лице Пенты продолжала:

— Враги идут из Пограничного города. Их пятьсот семьдесят шесть. Среди них есть один, который сильнее чем я. Идут медленно. Часто останавливаются. Отправляют отряды в деревни, отбирают еду.

— Можешь определить куда они идут?

— Дорога ведёт к крепости Ордена Зоркого глаза.

— Ты очень помогла. Теперь немедленно возвращайся ко мне. Ты можешь определять на расстоянии где находятся твои сёстры?

— Да. И где Повелитель тоже.

— Хорошо, тогда не возвращайся в цитадель, встретимся на середине пути.

— Поняла. — Гекса отключилась, в тело вернулась Пента с немного ошалевшим взглядом.

— Собери сестёр. Нужно готовиться к походу.

Эх, недолог миг покоя и умиротворения.

* * *

В зале собрался цвет Империи Зла. Арахниды, Кара, Тиан, Хенсен, несколько хорошо проявивших себя агентов и два десятка заслуженных скелетов принимали посильное участие в разработке стратегии.

Разумеется среди них не было великих полководцев, и все решения придётся принимать лично, но мозговой штурм поможет натолкнуть на нужную мысль.

Первый приоритет — разведка. Мирмики, мои муравьиные разведчики, получили приказ сосредоточиться на расширении сети в нужную сторону, муравейники возле крепости Зоркоглазых переведены в особый режим. Но врагов слишком много, чтобы одолеть их текущими силами. Можно конечно надеяться на орочью подмогу, но за то время, что они собираются, враг сильно продвинется вперёд. Чем же можно занять себя до сбора основных сил?

Самое очевидное решение — занять крепость пока её гарнизон не усилен и ожидать врага за её стенами. Но самое очевидное решение не всегда самое лучшее. Допустим я это сделал, что дальше? При захвате неизбежны потери, вполне вероятно что оживлённых защитников не хватит даже на восстановление численности отряда нежити. Затем подойдут основные силы врага и отобью крепость обратно, уничтожив защитников, стены не дадут моему войску подавляющего преимущества.

К тому же крепость не смотря на громкое название не слишком велика, вряд ли отряд в половину тысячи даже сможет в ней разместиться. Скорее всего они оставят часть людей, а значит станут слабее. Может и правда стоит спокойно дожидаться орков… Нет. Нельзя давать врагу полную свободу действий. В конце–концов вместо того, чтобы усиливать гарнизоны на пути, они могут поступить с точностью до наоборот, забирая защитников в отряд и формируя ударный кулак, который даже с поддержкой варваров будет не остановить.

Их нужно как–то ослабить. Вражеская армия велика, это верно. Но ей предстоит долгий путь. Пройдя вдвое меньшее расстоянии до цитадели с вдесятеро меньшим количеством людей я чуть не свихнулся от постоянных забот, и это при том, что большую часть проблем решались с участием нежити, врагам же приходится намного хуже.

Пятьсот человек за день съедают огромное количество пищи, а гружёные обозы замедляют и без того неспешное продвижение вовсе до неприличия. Отчасти они решают вопрос пропитания продразвёрсткой в окрестных деревнях… Но всем скопом наведываются только в те, что по пути. В отдалённые отправляют малые отряды, лакомая цель для быстрых налётов моих войск. Мертвецы, которые не нуждаются в сне и пище, за сутки способны пройти расстояние втрое большее, чем самый мобильный отряд из живых людей, а мирмики укажут цели для атаки. Может потеря одного отряда фуражиров не слишком ослабит вражеское войско, но десять отрядов — уже существенна цифра. Особенно если учесть, что их потери — это моё пополнение. И то, что провиант они в итоге не получат. И то, что избавленные от поборов крестьяне станут куда лояльнее относиться к Империи Зла. Особенно если пообещать им что–то вроде уменьшения налогов при новой власти.

Похоже тактика партизанской войны в данной ситуации будет идеальна. Ну а когда запуганные, измученные походом и поредевшие враги дойдут до цели, можно будет и дать решающий бой. Значит решено.

— Я отправляюсь в поход чтобы немного попортить кровь нашим врагам. С собой беру только мертвецов и арахнид. — Кара многозначительно кашлянула. — И разумеется тебя. Подготовьте паланкин и немного припасов на первое время, дальше будем добывать на месте. Живые остаются в цитадели, это будет испытанием того, насколько вы способны обходиться без меня и моих мёртвых слуг. Скоро начнут приходить послы орочьих племён, обеспечьте их необходимым, но и не балуйте особо. Пусть ждут моего возвращения. Вопросы? Тиан, говори.

— Повелитель, позвольте мне пойти с вами!

Этот умоляющий взгляд, да ещё и косится на Окту. Ну нет, явно перебор.

— Ты нужен здесь, и ты не сможешь двигаться с нужной скоростью. Хенсен, что у тебя?

— Я хотел лишь сказать, что мы сделали достаточно оружия для мертвецов. Оно ждёт в арсенале.

— Отлично. Туда и отправимся.

* * *

Скелеты обзавелись щитами и копьями, что учитывая идеальную дисциплину делало их строй грозной силой. С доспехами было сложнее, хорошей бронёй мог похвастаться только Морт. И то только потому, что пришёл со своей, остальные одеты во что придётся, у большинства просто старое тряпьё, но даже тряпка немного смягчит удар. Производство арбалетов наладить увы, пока не удалось, однако мастера наделали достаточно много дротиков, упакованных в связки по 20 штук. Весят конечно много, но для скелетов это только плюс, добавит устойчивости. Меткостью костяные бойцы не отличаются, но если бросят все разом, кого–нибудь да зацепят. Чтобы вооружить упырей пришлось проявить фантазию, в итоге им просто нацепили наручи с прикреплёнными клинками. Конечно велик шанс что и такое оружие они потеряют, но тогда обойдутся и когтями. В крайнем случае пойдут в психическую атаку. Арахниды получили деревянные щиты и трофейные мечи, без особого восторга, всё равно паучьи лапы разили куда опаснее. Но мне было как–то спокойнее о того, что они вооружены.

Наконец сборы окончены. А меня охватил нетерпеливый зуд. Конечно утро вечера мудренее, но нужно решаться сейчас, пока не охватила тревога от лишних размышлений и переоценивания шансов. Да, это рискованная авантюра, но мы не можем позволить себе спокойное накопление сил.

— Выступаем прямо сейчас!

Среди собравшихся живых прошёл волнительный ропот, арахниды напротив не скрывали радости, а скелеты рабочие под предводительством Пика, повышенного до бригадира, уже несли паланкин — удобное кресло под навесом, в теории позволяющее спать во время движения. Я устроился поудобнее слегка потеснившись чтобы места хватило Каре, впрочем она села прямо на колени, а я не стал возражать. Ну что же, приступаем к партизанской войне.

— Пента, указывай дорогу скелетам. Вперёд!

Глава 27. Смерть от тысячи порезов

Нет, всё–таки идея спать в паланкине на ходу оказалась далека от совершенства. Передвижение не было плавным, как в каком–нибудь поезде, несмотря на синхронность движений двигались скелеты по пересечённой местности, максимум что удавалось — это вздремнуть несколько минут до очередной кочки. Впрочем это всё равно было лучше, чем идти своим ходом и быстрее, чем на повозке. Хотя бы раз в день приходилось останавливаться чтобы приготовить добытую арахнидами еду, тогда же удавалось выкроить пару часов на нормальный сон, вкупе с дремотой на марше этого со скрипом, но хватало чтобы оставаться в сознании. Недосып ощущался, но пока не ослаблял, напротив, я чувствовал себя более собранным и сконцентрированным. Через неделю мы покинули зону под контролем мирмиков, примерно в это же время воссоединились с Гексой. Но как бы все мы не соскучились по непоседе, в этот же день пришлось снова расстаться, на этот раз она должна была кружить вокруг вражеского отряда никак себя не проявляя, и передавать сёстрам как только силы разделятся.

Ещё через два дня мы поравнялись с врагами, с той лишь разницей, что они шли по дороге, а мы углубились в чащу. Тогда же радостная Пента принесла первого языка. К сожалению бедолага не перенёс транспортировки в лапах арахниды (к тому же она не смогла противостоять соблазну откусить от добычи пару кусочков), и потому осталось неизвестным с какой целью он отошёл от основных сил, может разведывал местность или рассчитывал подстрелить что–нибудь съедобное. По иронии чем–то съедобным он стал сам. По причине отсутствия поблизости муравьёв задачу очистки костей от плоти с энтузиазмом взяли на себя арахниды. Наверное я ужасный отец, но это зрелище не вызвало у меня отвращения. Местные солдаты вытворяли вещи и похуже.

Закончив в вербовкой нового костяного бойца, столь любезно прибывшего к месту нашей дислокации полностью снаряжённым, я пошёл в разведку, Гексе хоть и доверяю, но своим глазами взглянуть надёжнее. К тому же арахнида всё равно пошла со мной. С трудом пробившись через заросли кустарника на вершине небольшого холма я залёг на безопасном расстоянии и стал наблюдать. Прошло несколько часов, когда наконец показались вражеские силы, бредущие длинной цепью. Вооружение стандартное: кольчуги, мечи, копья, арбалеты. Плюс мешок с припасами и пожитками за плечами. Даже смотреть за их неуклюжим переваливанием было больно. Интересно, у скольких ноги стёрты в кровь? Какое–то время я подсчитывал вражеских бойцов, но сбился и отказался от этой затеи, тем более на дороге замаячило что–то поинтереснее — повозки с припасами, передвигающиеся в середине войска и запряженные бычками. Замыкала процессию телег повозка, которую с некоторой натяжкой можно было причислить к каретам. А вот и штаб, эх, сейчас бы что–нибудь дальнобойное и взрывающееся. Но чего нет, того нет. Внутри явно кто–то был, его разглядеть не удалось, но взгляд привлёк рыцарь, сидящий на закорках. Я вопросительно взглянул на Гексу, и та кивнула.

— Он. Самый сильный.

Интересно, едет не внутри, никем не командует, но при этом самый сильный. Генеральский телохранитель или кто–то похуже? Карета плавно продвигалась вперёд, открывая всё лучший обзор на рыцаря. Нагрудник украшен рисунком, три шарика наставленные один на другой, где–то я это уже видел. Священный символ местной религии. Либо этот рыцарь набожный, либо он и есть тот самый хвалёный паладин, на силу которых враги так полагались. Интересно, каков он окажется на деле. И в качестве нежити. Паладин сидел неподвижно, словно отрешённый от мирских проблем. Лицо скрывалось под шлемом, но обычный человек всё равно будет вертеться, потягиваться, разминать затекшие мышцы. А этот словно статуя. Ладно, не будем драматизировать, может просто вздремнул на марше. Повозки закончились, пошли оставшиеся войска. Эти выглядели совсем жалко, еле плелись. Время от времени бойцы получали затрещины от видимо офицеров, и некоторое время шагали бодрее, но вскоре выдыхались и возвращались к привычному ритму. Какая уязвимая цель… Но с другой стороны если атаковать более сильных передних, задние скорее всего просто побегут.

Но это позже, сейчас я не могу себе позволить прямую атаку, пусть и внезапную. Пора возвращаться.

* * *

Первый отряд из дюжины фуражиров мы уничтожили на второй день после визуального контакта с вражеской армией, взяв врагов едва те отдалились от основных сил. У них не было ни шанса против засады тридцати скелетов. Половина моих бойцов засели в кустах на возвышении и забросали противника дротиками, остальные бросились на обескураженных врагов в лоб. Неожиданность атаки, предварительный обстрел, деморализация — всё прошло как по учебнику товарища Гевары. При поддержке арахнид вышло бы ещё проще, но все они шныряли по чаще патрулируя окрестности в поисках новых уязвимых жертв, только Окта оставалась поблизости как координатор сестёр, но и ей я запретил вступать в бой без необходимости. Использовать арахнид против таких слабаков было бы тем, что называют «избыточная мощь».

Убитых врагов я поднял в виде обычных мертвяков, их снаряжение распределили между собой скелеты, телегу разобрали и оттащили подальше в лес, а пару бычков забили на мясо, учитывая аппетит моих девочек, которым пока не до охоты, лишним не будет. В итоге на месте стычки остались только быстро впитавшиеся в землю пятна крови да примятая трава. Если повезёт и сегодня будет дождь, следов и вовсе не останется и врагу придётся только строить предположения — а была ли засада или отряд банально дезертировал?

Когда пропажа фуражиров стала очевидным фактом, враг отправил ещё два отряда выяснить обстоятельства исчезновения, они также были уничтожены. Следом были одиночные разведчики, старившиеся двигаться скрытно. Но разве могли они укрыться от восьми моих прекрасных охотниц?

После наглых агрессивных действий приближаться к основным силам было слишком опасно, я и без этого знал, что сейчас все они очень нервничают. И когда мы, отсидевшись пару дней поглубже в лесу, пропустили врага немного вперёд и пошли по его следам, нашли этому ярчайшее доказательство — девятерых повешенных. Должно быть попытались сбежать, или вели пораженческие разговоры. В любом случае враг оказался настолько любезен, что занялся самоистреблением. Омрачало картину только то, что гады пробили повешенным черепа, в результате чего тела не годились для оживления. Надо же, они тоже хоть чему–то учатся.

Дав врагам немного расслабиться, мы нагнали их и успешно уничтожили ещё один отряд, на этот раз возвращающийся с добычей. Я был по горло сыт гружеными телегами, но и оставлять добро не хотелось, так что просто вернул трофеи в ограбленную деревню, наслаждаясь смешанным выражением лиц её обитателей. До смерти перепуганные моим войском и в то же время обрадованные возвращением имущества. Провиант враг собирал дотошно и те, кто не сумел достаточно хорошо спрятать хоть что–то был бы обречён на голодную смерть. Ну или на разбойничество, кажется я начал понимать местную систему распределения ресурсов.

Хотя крестьянские дети порадовали, в отличии от взрослых, у них любопытство оказалось сильнее страха, арахниды же вызвали настоящий восторг. Интересно, сколько из них теперь мечтают присоединиться к Империи Зла и жениться на прекрасной паучихе? Должен признать, мои девочки и правда смотрелись эффектнее простолюдинок, а что до паучьей части, в прошлой жизни я встречал недостатки и похуже. Может орочий вождь не такой уж извращенец?

Поддавшись вдохновению я даже произнёс перед крестьянами пламенную речь, о возвращении Тёмного Властелина, исконного правителя этих земель, большую часть которой они наверняка не поняли, зато совет получше прятать припасы уяснили.

Наверняка кто–то, если не все скопом, донесут рыцарям о моём визите, разумеется умолчав о возвращении имущества. И наверняка преувеличат размер моего отряда. Да будет больше паники!

Третий отряд мы взяли на подходе к деревне, достаточно близко, чтобы местные могли насладиться зрелищем, а покончив с врагами и подняв их тела я не удержался от соблазна пройтись бравым маршем прямо под оконцами домов, с удовольствием отмечая высовывающиеся из всех щелей любопытные головы. И плевать, что было совсем не по пути, оно того стоило.

После определения по карте наиболее логичной цели для вражеской продразвёрстки, в голове родился хитрый план. Снова обогнав врага я открыто вошёл в деревню, занял дом старосты и громко объявил, что устрою здесь очередную засаду, а получив от арахнид доклад, что несколько местных благополучно ускользнули от охранения из самых тупых мертвяков, не прощаясь покинул деревню.

На следующий день вместо скромного отряда к деревне отправилась большая часть армии. Ха–ха, купились. Возле обоза осталось чуть больше сотни. Цифра в общем–то внушительная, но половина из них либо тыловики, либо заболевшие в переходе. И как только основные силы ушли достаточно далеко, чтобы не иметь возможности вернуться таким же бодрым шагом, как ушли отсюда, мы напали.

Скрепя сердце, в бой отправил и арахнид, строго приказав каждой не выпускать щит. В ближнем бою они очень хороши, но шальная стрела всё равно опасна, однако девочки откинув человеческую часть на паучью спину и прикрывшись щитом словно черепашки пусть и теряли в обзоре, зато были надёжно защищены. Что до паучьей части, то вспомнив о прочности панциря Фриды, за неё я беспокоился не так сильно.

В этот раз врагов было слишком много, чтобы перебить всех в мгновенье ока. Самые решительные сумели перегруппироваться и занять оборону за телегами. Но и это им не могло. Не успевших прибиться к основной группе арахниды вырезали быстро и эффектно. Настолько эффектно, что убитых ими вряд ли получится оживить. На основную группу врагов же давили плотным строем скелеты копейщики, прощупывая оборону на предмет слабых мест, а их собратья с дротиками кружили рядом время от времени делая залп. Мертвяки из недавно приобретённых просто болтались под ногами, принимая удары вместо более ценных скелетов, да нервировали обороняющихся, похоже некоторых даже узнали в лицо, что боевому духу врагов явно не способствовало.

Обороняющихся хватило на полчаса, как только они стали выдыхаться, а первые паникующие побежали прямо в паучьи лапки, ничуть не уставшие скелеты пошли в решительную атаку, закончив этот фарс. Добив нескольких врагов, наивно решивших прикинуться мёртвыми и подняв трупы, что с лихвой компенсировало потери, мы потратили какое–то время на потрошение обоза. Эх, сколько всего, но жадность как известно сгубила не одного тёмного. Берём только оружие, которое мертвецы понесут на себе. Заодно в карете нашлась пара книг, а Кара со своим сверхъестественным чутьём расковыряла деревяшку и вытащила из потайного отделения увесистую шкатулку, содержимое которой привело меня в разумный восторг. Монеты, причём золотые, тянут на полкило. Кончено, скорее всего это сплав, но в любом случае целое состояние. Очень кстати, учитывая плачевное состояние казны после недавних торгово–разведывательных операций. Подумав я прихватил ещё и пару корзин с дорогой одеждой, пусть размер не мой, кому–то из агентов будет как раз в пору.

Прирезав ездовых бычков, жаль конечно зверушек, но это стратегическая необходимость, и обложив ограбленные телеги сушняком из леса мы зажгли отличный костёр, после чего спокойно ушли обратно в чащобу.

Эх, посмотреть бы как вытянутся рожи вражеского командира с его ручным паладином. Но любопытство такой же порок, как и жадность. На месте врагов я бы перестал испытывать судьбу, отступил для перегруппировки и корректировки стратегических планов с учётом новых обстоятельств. Что до нашего летучего отряда, партизанскую войну можно считать успешной. Пора возвращаться, а то как бы орки не заскучали. После двухсот лет ожидания каждая лишняя минута наверняка покажется им пыткой.

Эпилог третьего тома. Объятия Тьмы

Оторвавшись подальше от возможных преследователей дальше мы двинулись медленнее, с полноценными ночлегами в лагере, всё–таки к возвращению в Цитадель лучше быть относительно полным сил. В последние дни я стал замечать странности в поведении арахнид. Почти всё время они охотились, иногда молча собирались в кружок ведя беседы на телепатическом–паучьем, и разбегались когда я наивно попытался подкрасться. И на лицах какая–то хитрая улыбка, словно что–то скрывают. Сомневаюсь что они плетут против меня заговор, не настолько я параноик, чтобы подозревать выросших на руках малышек в измене. Однако самая логичная догадка тоже была не особо приятной. Учитывая с какой скоростью они вымахали, милые пауко–девочки превратились в монструозных подростков. Должно быть парней обсуждают, а ведь я знаю только о двух воздыхателях. Что если их совратит какой–нибудь ублюдок? Не говоря уже о том, что кризис переходного возраста у восьми машин смерти не самое приятное событие. Партизанить по лесам было как–то проще, чем решать такие проблемы.

Ладно, похоже придётся сделать самое сложное — поговорить с ними. Про то как меняется тело, или почему у них больше ног чем у других девочек…

— Пента, собери сестёр у костра. У меня есть вопросы.

Арахниды пришли быстро. Осмотрев каждую я глубоко вдохнул и начал:

— Я заметил, вы что–то скрваете от меня. Возможно чего–то стыдитесь. Знайте, что вы для меня очень важны, и если у вас какие–то проблемы, лучше поделиться со мной… — чёрт, как же сложно. Ну зачем они выросли?

Арахниды зарделись, смущённо переглядываясь, и наконец Трэс решительно выдвинулась вперёд.

— Повелитель, мы хотим сделать подарок. Закончили вчера. Ждали возвращения.

Я облегчённо выдохнул. А в следующий миг ужаснулся, вспомнив что от одной паучихи подарок уже получил.

— И что же это? — я как мог скрыл обречённость в голосе.

Трэс молнией метнулась в кусты и так же стремительно вернулась, осторожно сжимая в человеческих руках тёмный свёрток, который протянула мне.

— Мы все создали нить. Я придумала как лучше сплести.

— Я добыла краску! — вмешалась Дуо.

— Крепкая. Нельзя проткнуть или разрезать. Нежная на ощупь. Достойна Повелителя.

И она протянула свёрток. Одежда, к которой даже прикоснуться приятно, чёрная как воронье крыло. Штаны, рубашка и плащ. Я не стал тратить время на приличия (подозреваю что арахниды видят и в инфракрасном спектре) и скинул с себя уже стоящие колом тряпки. Эх, перед тем как надевать такую красоту надо бы помыться… ну да ладно. Идеальный размер, одежда словно обнимает тело, где надо обтягивает, но и оставляет достаточно простора. И штаны держатся на талии без ремней или резинок и даже не думают сползать. Эти одежды произведение искусства, даже без учёта обещанной сверхпрочности.

Я вышел к костру, чувствуя как преображаюсь. Так и должен выглядеть Тёмный Властелин, верно? Лица арахнид светились счастьем.

— Надеюсь ты знаешь, как они делают нить? — съязвила Кара.

Действительно. Паутина создаётся из белка. По сути новая одежда соткана из плоти врагов. Но слишком удобная и напитанная искренней любовью, чтобы этот факт хоть как–то смущал.

— У нас есть подарок и для Тёмной Госпожи. — невозмутимо ответила Трэс и вытащила второй свёрток.

— Это мне?.. — и куда только делись предубеждения. Кара тоже не стала отходить, надевая платье, я деликатно отвернулся, чтобы не подсматривать. Ну, разве что краем глаза.

Строго говоря это было не совсем платье, те же штаны и рубашка, но вместо плаща юбка чуть выше колен. Но сидит тоже идеально, хм, а грудь у Кары больше чем казалось раньше.

— Это прекрасный дар. Я буду его беречь.

— И я. Простите, что плохо к вам относилась.

Как это трогательно. И приятно. Целый год я провёл в этом мире. И пусть поначалу он показал себя не самым дружелюбным, удалось найти и что–то хорошее. Радость, счастье, преданность, искренняя любовь были заперты в тюрьме, прятались в глубине пещер и лесных зарослях, были скованы цепями лицемерного добра, зажмурив глаза от обжигающего света. Но я смог найти их, объединить, дать цель.

Возможно мной и правда двигала жада мести за личную обиду, за мерзкое разочарование… Но сейчас это что–то большее. Тёмные тоже заслуживают счастья. Но его разрушили светлые, присвоив в свои жадные руки, а что не смогли забрать сожгли дотла лучами Второго Солнца А был ли ритуал вообще, или поэтичной метафорой замаскировали упоминания о банальном геноциде? Я докопаюсь до правды.

Том 4. «Охота за головами»

-

Интерлюдия: Интермудия

Смейтесь! Смейтесь каждый раз, когда хочется плакать! Как думаете, почему я всё время смеюсь?

Весь этот мир огромный театр комедии, в котором девочки играют проституток, мальчики наркоманов, а полицейские — разбойников. Что же вы, серые и скучные, кривите лица, неужели вам не нравится представление? А мне и таким как я нравится. Мы смеёмся и просим ещё!

Только хорошая шутка может украсить бессмысленное мироздание. Так почему вы не смеётесь? Почему мои родители, возлагавшие столько надежд на чудо–ребёнка, что вытащит их из дерьма, не смеялись, когда явили на свет хилого эпилептика? Разве смех это не обманутые ожидания?

Но я не сдавался и продолжал дарить радость людям. Мальчики и девочки смеялись, когда первые разбивали мне лицо, а вторые — сердце. Учителя смеялись над моими заикающимися попытками рассказать предмет, и видя это я от воодушевления начинал заикаться ещё сильнее.

И я совершенствовался, школа сменилась на НИИ, а одноклассники на коллег, смеяться надо мной почти перестали. Но это была лишь пауза, передышка, возможность набрать побольше воздуха в грудь перед главным карнавалом!

Ах, карнавал! В наш город приехал праздник, фестиваль любви и спорта, куча зрителей со всех уголков мира, тысячи миниатюрных драм на каждом углу, миллионы клоунов всех амплуа. И гвоздь программы, мой фейерверк, к реквизиту для которого я так долго подбирался. Холера, дизентерия и ещё какая–то дрянь которой даже не успели дать нормального названия, я спустил в водоочистные системы целую кучу пробирок. Рвота, диарея, кровоизлияния! Слепота, паралич, смерть! Ах, какая буффонада охватила городские улицы!

А потом я умер, ха–ха. Но кто–то наверху тоже решил пошутить, и вместо Ада я исекайнулся в другой мир. Да какой мир! Если в первый раз я родился в театре, то это настоящий цирк! Цирк абсурда! Посмотрит на призванных со мной актёров. Этот пафосный герой–любовник, в упор не видящий собственных рогов. Этот похожий на головастика красноглазый карлик с безумными фокусами! И конечно же наш суровый арлекин, незваный гость, нежеланный наследник. И его очаровательная коломбина! Жду не дождусь совместного выступления. Арена готова, декорации расставлены, статисты заняли свои места и билеты распроданы зрителям по баснословной цене. Ах, какая восхитительная импровизация нас ждёт!

Я, Великий Мудильо, впервые в вашем мире с единственным представлением! Смерррррррррртельный номер!

Глава 28. Ярость орды

Я ожидал, что с поддержкой орков одолеть имперскую армию будет намного проще. Реальность как обычно посмеялась надо мной, обесценив потуги на партизанство. Но это была дружеская шутка, из тех, что ободряют и поддерживают. Орочьих племён было больше пятидесяти, и каждое могло выставить два–три десятка бойцов. С ними моя армия превосходила вражескую втрое.

Больше тысячи живых бойцов. И голодных ртов. Конечно после каждой стычки пропорциональный состав войск будет меняться в пользу нежити, благо шаманы подтвердили, что предрассудками в адрес некромантии орки не обременены, но до нежити, как бы это иронично не звучало, надо ещё дожить.

Благо новые союзники догадались привезти с собой припасы на первое время. К тому же можно наладить регулярные поставки мясных плодов. Но в ближайшем будущем придётся либо создавать гигантский колхоз имени Тёмного Властелина, либо становиться феодалом и облагать налогом окрестные деревни. Конечно орки заверили, что сами способны позаботиться о пропитании, но я догадываюсь как именно будут добывать подножный корм и к каким это приведёт последствиям.

Я вошёл в церемониальную пещеру, медленно проследовал к трону, усевшись на который обвёл собравшихся вождей оценивающим взглядом. Они тоже прикидывали на что я способен, разве что старый знакомый Аглак рыскал взглядом где–то за моей спиной. Пенту высматривает, мерзавец.

Как же кстати пришлись одежды из паучьего шёлка, их внушительный вид сразу создавал нужный настрой и отчасти компенсировал скромные размеры клинка.

— Приветствую вас, орки. Вы пришли сюда услышать Тёмного Властелина. Но для начала послушайте моего предшественника.

Я активировал кристалл. Разумеется вожди знали волю бывшего Повелителя, в вольном пересказе, но лицезреть его им пришлось впервые. Собравшиеся вытянулись по струнке и хранили благоговейную тишину, стараясь не пропустить ни одной детали, я же получил пару минут лучше обдумать речь. Всегда была проблема с подготовкой к публичным выступлениям, сколько ни делай заготовки, в итоге всё равно придётся импровизировать.

— Итак, вы всё слышали. Как и прошлый Повелитель я пришёл из другого мира и получил его меч. Однако имперцы воспользовались моим незнанием местных реалий. Я был обманут, мой меч сломан, а сам я оказался в тюрьме. Там же я встретил свою верную спутницу.

Я указал на стоящую рядом с троном Кару. Как хорошо, что в нужный момент она может соблюдать этикет и не устраивается у меня на коленях. Хотя подозреваю что оркам было бы всё равно.

— Вдвоём нам удалось бежать из заключения, по дороге мы собрали отряд нежити из тел глупцов, что пытались причинить нам вред, и нанесли значительный урон ордену Зоркого Глаза. В ответ на это имперцы выслали против нас настоящую армию…

На этом месте орки оживились, их руки потянулись к оружию.

— … которую я успешно лишил обоза. Лучшим решением для них было бы отступить, однако враги упрямо движутся к цитадели ордена зоркоглазых.

Враги уже ступили в разведанную мирмиками зону, и перед военным советом я уточнил их дислокацию. Орки же смотрели с явным уважением.

— Их армия понесла потери, которые пытается компенсировать стягивая к крепости Зоркоглазых гарнизоны со всех Диких Земель. При этом крепость не настолько велика, чтобы они могли закрепитсья в ней, да и ресурсы ограничены, они уже начали голодать. Вывод один, они рассчитывают в ближайшее время перейти в атаку. А теперь мне интересно, что вы предлагаете делать с вражеской армией?

Простой, грубый, но от этого не менее эффективный полемический приём. Если план составляется общим советом, пусть и совсем формально, каждый вожак будет убеждён, что Повелитель думает так же, как он, а значит очень умный. Аглак, как самый смелый (или по крайней мере старающийся выглядеть таковым), яростно закричал:

— Сокрушим их в открытом бою! Да они разбегутся просто увидев нашу мощь!

— Ты прав, они скорее всего разбегутся. И мне меньше всего хочется ловить их по одному и выкуривать из каждой крепости.

— Тогда дождёмся пока они соберутся в одном месте? Нас всё равно больше и мы сильнее, — высказался ещё один вожак.

— То, что мы сильнее не значит, что стоит давать врагам лишний шанс уравновесить шансы.

— Но как быть? Лёгкая победа не добавит нам чести, — возмущённо встрял Аглак.

— Именно, поэтому нет смысла нападать всей ордой в одном месте, так мы только будем больше топтаться на месте, а враги смогут просто сбежать.

Я подошёл к щиту из досок на котором аккуратно закрепили карту окрестностей и используя сломанный клинок вместо указателя продолжил:

— Контролирующие Дикие Земли крепости расположены полукругом с востока на Запад. Цитадель Зоркоглазых лежит достаточно близко как к центру, так и к дороге на Пограничный город, поэтому будем рассчитывать стратегические планы от неё.

Орки оживились, наглядная демонстрация нравилась им куда больше слов. А ведь вожаки совсем молодые, всего несколько выглядят хотя бы на тридцать. Видимо с продолжительностью жизни у них не очень. На мгновение я почувствовал себя преподавателем студентов–заочников.

— Разумеется основную атаку мы проведём на Зоркоглазых. Главный бой произойдёт у стен крепости. Стены им на этот раз не помогут, захотят оставить гарнизон — ещё больше ослабят армию, а если все выйдут в последний решительный бой, после победы мы просто войдём через главные ворота. При этом у нас остаётся достаточно свободных сил. Чем бы вы предпочли заняться?

— Захватим эти земли! — голоса звучали словно стройный хор.

— Именно. Основные силы доберутся до цели раньше, чем враги закончат сбор войск, отряды из отдалённых крепостей можно будет перехватить примерно в этих точках.

Я очертил два участка на образованной крепостями дуге, удачно совпадающих с зоной контроля мирмиков.

— Здесь вы дождётесь врагов, думаю они не настолько глупы чтобы двигаться разрозненными отрядами, но устроив засаду одолеете их без проблем. Уничтожив врага оставите тела в схроне, о них позаботятся мои маленькие слуги, на обратном пути заберёте скелеты, они всегда пригодятся в моей Цитадели. Затем каждая группировка разделится ещё на два отряда, Восточный и Западный, и спокойно вырежет жалкие остатки защитников крепостей. Спешить не стоит, так что будете брать врага измором. Обстреливайте защитников из луков, докажите что умеет охотиться, подожгите деревянные укрепления, эти крепости мне не нужны, у меня иные методы контроля. Не убивайте тех, кто решит сдаться, просто отберите оружие.

Орки ухмыльнулись такому милосердному решению. И правда, безоружный в местных лесах всего лишь добыча. Хотя может дотянут до ближайшей деревни, где местные наверняка встретят их ровно так, как отважные защитники относились к ним будучи представителями власти. Кстати, надо подумать и о местных…

— И ещё. Не вздумайте грабить деревни, — ага, вот и появилось лёгкое недовольство на лицах. — Они все принадлежат мне. Нападёте на них, считайте что напали на меня. Но вот крепости я защищать не собираюсь.

Орки просияли, конечно добыча из крепости обещает быть куда значительнее. Ничего, сейчас будет ещё одна горькая пилюля.

— Если понадобится провиант из деревень, обменяйте его на трофеи.

«А я немного позже соберу с жителей налоги» — этого разумеется я вслух не сказал.

— Покончив с крепостями возвращайтесь к основным силам. На Пограничный город мы пойдём все вместе. И вместе вернём себе Дикие Земли!

Восторженно–одобрительный рёв красноречиво сообщал, что план добился одобрения общественности. Однако оставался ещё один вопрос — обеспечение связи и контроля над отдалёнными группировками войск. Восторги это конечно хорошо, но вдали от начальства правила начинают казаться такими несущественными.

— Многие из вас уже догадались, что Повелитель может наблюдать за вами на расстоянии.

Гробовое молчание.

— Вижу вы меня поняли. Однако теперь у меня есть и возможность передавать новые приказы. Вы наверняка обращали внимание на моих арахнид?

На этот раз орки явно оживились, от мрачного настроя не осталось ни следа. Проклятые арахнофилы… Никогда бы не решился отправить своих девочек с орками, если бы лично не видел как легко они располовинивают врагов. Орки тоже увидят и глупые мысли покинут их головы, возможны даже без отрубания последних. И останется им только добиваться расположения красавиц ратными подвигами.

— Я могу в любой момент говорить с любой из них, как бы далеко они не находились. — не буду уточнять, что для разговора мне понадобится одна из них рядом. — В каждом отряде будет одна. Они и будут сообщать вам мою волю. Осталось лишь решить кто именно пойдёт захватывать крепости вдали от основных сил.

Взволнованыый Аглак едва не подпрыгивал от возбуждения.

— Пента останется при мне. — разрушил я его надежды.

Ох, это разочарование на орочьей физиономии, даже смотреть больно.

— Лдано, Аглак, ты тоже останешься в основной группе войск.

Вожак просиял, похоже только что его лояльность окончательно укрепилась.

Дальше мы разделили отряды. При мне остались Пента, Тетра, Прима и Окта (Тиан наверняка бы стал хуже справляться с обязанностями отдали я от него возлюбленную). Особенно обрадовалась назначению на отдалённый участок фронта Гекса, её совсем не беспокоила разлука с Повелителем. Даже немного обидно.

Иерархию орочьих вожаков установили традиционным способом, проведя турнир по рукопашному бою. Будем надеяться, что самые сильные не окажутся ужасными тактиками. В крайнем случае арахниды подскажут план. Ну а в самом крайнем, девочки получили небольшие секретные инструкции. Помимо внушительной боевой мощи они ещё и умели синтезировать любые яды лишь единожды попробовав образец. Маленькие красные цветки им пришлись по вкусу.

Орочий турнир окончился глубокой ночью. Зрелище оказалось азартным, пожалуй стоит проводить такие на постоянной основе и продавать билеты, как только у нас появится хоть какая–то экономика взамен военного коммунизма. Усталые но довольные мы с Карой вернулись в резиденцию, когда мой взгляд зацепился за непривычную деталь. На стене башни, не на самом видном месте, приклеен яркий лист бумаги. Я вопросительно посмотрел на Кару, но та удивлённо помотала головой, если это не её шутка, кто же мог оставить запсику? Я вынес из башни масляную лампу и подошёл поближе.

Афиша, долбаная афиша с размалёванными клоунами, перекачанными мужиками и хищными зверьми.

«ВПЕРВЫЕ!

ЕДИНСТВЕННЫЙ РАЗ В ЖИЗНИ!

ТОЛЬКО В ПОГРАНИЧНОМ ГОРОДЕ!

АДСКИЙ ЦИРК!

НЕВЕРОЯТНЫЕ ФОКУСЫ!

ВОСХИТИТЕЛЬНЫЕ КЛОУНЫ!

УДИВИТЕЛЬНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ!

ВЫ НИКОГДА НЕ ЗАБУДЕТЕ!»

И ниже, мелкими буквами:

«Тёмным Властелинам вход бесплатный».

Похоже началось. Первый из героев сделал свой ход. Как долго он был здесь? Может имеет смысл поднять тревогу? Ничего кроме паники это не даст, вместо этого я вызвал Хенсена и поручил провести проверку, не затесался ли среди орков кто–то необычный. Великий Мудильо, что же ты хотел этим сказать? Будь это сообщение от кого–то другого, можно было бы начинать судорожно менять планы наступления.

Но этот, мягко говоря необычный, герой явно ведёт свою игру. Это он подсказал мне, как можно спастись из казалось бы безвыходной ситуации, но зачем? Шутки ради? Или же у него есть серьёзные причины. «Тёмным Властелинам вход бесплатный». Очевидное приглашение. Что же, как только дорога на Пограничный город будет свободна, я его приму. Ждать осталось недолго.

Глава 29. Штурм

Вот она, первая цель, прямо перед глазами. Крепость Зоркоглазых действительно можно назвать замком, ведь она сделана из камня, хотя по размером немногим больше личной усадьбы одного из мелких хозяев жизни в моём мире. Кладка старая, местами осыпавшаяся, возможно крепость построена ещё до войны с моим предшественником. Ворота усилены массивной железно решёткой, опускающейся сверху, топорами их уже не выломаешь, впрочем стены не слишком высоки, пожалуй даже я подпрыгнув смогу зацепиться за край, что до арахнид, они смогут прыгать туда–сюда без особых усилий. Самая высокая точка — башня у ворот, чудо, что эта конструкция до сих пор не упала на головы защитникам. Её площадка тесная, сейчас там толкаются пятеро несчастных лучников, хотя предназначена она для единственного дозорного. Стены также усыпаны лучниками, а пехота заняла оборонительную позицию снаружи у ворот, и возглавляет их воин полностью закованный в латные доспехи с огромным мечом. Паладин стоит впереди основных сил и похоже ничуть не смущается от перспективы получить первый удар.

Мои войска, расположившись за пределами дальности стрельбы, вовсю потешаются над обороняющимися. Ну, по крайне мере живые, мертвецы как всегда дисциплинированы. Орки улюлюкают, делают похабные жесты, кто–то заголил и обратил в сторону противника задницу, ритмично по ней похлопывая. Умилительное зрелище. Эх, если бы враги вышли из себя и ломанулись в атаку без стрелкового прикрытия со стен. Но враги слишком напуганы, чтобы злиться. Те, кто не успел дезертировать, обречённо ждут неизбежного.

Из–за лучников у нас будут потери. Чтобы их минимизировать я накануне собрал отряд эдакого спецназа с изготовленными на скорую руку осадными лестницами и усиленный двумя арахнидами. Когда основные силы сойдутся и буду т связаны боем, они резвым маршем избегая схватки поднимутся на стены и очистят их от врагов. Может и с генералом разберутся, хотя меня больше беспокоит паладин. Слишком уверенно держится святой воин, и слитком крепкими выглядят его доспехи. Несколько дюжих орков вызвались добыть его голову для Повелителя, и я не стал их отговаривать. Посмотрим, как доспехи защитят от тяжёлых дубин и топоров.

Солнце сегодня светит ярко, но хоть мы и тёмные, атакуем с восточной стороны, так что слепящий свет нам нипочём, а вот вражеским лучника немного собьёт прицел. Ну что же…

— В атаку!

Рёв орочьей орды сотрясает землю, и всё же не способен заглушить крик проклятия мертворожденной. По уже отработанной тактике в первых рядах движется рядовая нежить, за их спинами шагают орочьи двойки. Их военные традиции неплохо вписались в текущую тактику. Один из братьев несёт ростовой щит, способный прикрыть обоих, второй прицельно бьёт из лука. Действуют слаженно, как единое целое, приближаясь вплотную к занятым схваткой с трудноубиваемыми мертвяками пехотинцами. Тем же временем обходя основную схватку с фланга к стенам уже приближается спецназ. Орочьи лучники открывают особенно плотный огонь по вражеским стрелкам чтобы отвлечь их от диверсионной группы.

Мертвецы врезались в порядком дрогнувшие ряды по всей линии фронта, но паладин даже не двинулся с места, каждым ударом меча уничтожая нежить. Он и правда покрепче Морта, надо с ним что–то делать.

И тут произошло непредвиденное. Паладин поднял меч к небесам и по сражающимся словно прошла силовая волна. Больше десятка мертвецов, в том числе и несколько отборных скелетов, беспомощно рухнули на землю, а трясущиеся враги воспрянули, раздались боевые кличи, ряды сомкнулись и встретили наконец добравшихся до центар веселья орков плотным строем. Блицкриг провалился, битва превратилась в бессистемную кровавую мешанину. Утешало только то, что спецназ благополучно добрался до стен, арахниды успешно зачистили площадку, и орки уже забирались по лестницам, готовые рубить и крушить.

Внизу же на паладина напали отборные орки. Судьба мертвецов внушила им дополнительное здравомыслие, и до боя громко спорившие кто первым доберётся до «большой железяки» всё–таки решили объединить усилия. Легко раскидав простых пехотинцев, хоть и воспрявших духом, но явно уступающих лучшим орочьим бойцам, мои воины взяли паладина в полукруг и одновременно опустили топоры и молоты на трудную цель. По всему выходило, что от врага должна остаться только кровавая лужица, но реальность оказалась намного неприятнее. Паладин в последний миг резко ушёл в сторону, его меч снёс голову одному из атакующих. Несколько ударов пришлись на плечо и спину, оставляя на доспехах внушительные вмятины. Но вместо того чтобы упасть или хоть как–то дать понять, что испытывает адскую боль от превратившихся в кашу внутренностей, паладин просто вернул меч в исходное положение. Орки атаковали снова, на этот раз не одновременно, пытаясь повысить шансы собратьев попасть по паладину. И снова несколько ударов достигших цели нисколько врагу не повредили, и ещё один орк упал мёртвым. Из чего же сделан этот ублюдок?

Орки отступили на несколько шагов, тихо переговариваясь между собой, должно быть планировали атаку. Паладин воспользовался передышкой ненадолго опустил меч и плеснул себе под шлем какую–то жидкость из фляжки. Стоп, где–то я это уже видел. Морт тоже неплохо отхлебнул в бою, хотя ему не сильно то и помогло. Это что, лечебное зелье? Или просто обезболивающее? В любом случае это значит что паладин ранен. Самое время вмешаться и забрать лавры победителя. Тем более что недавние победы сильно добавили мне самоуверенности. Где–то в глубине души остатки разума кричали что–то вроде «Не лезь, дебил». Но ноги, подстёгиваемые азартом, сами несли вперёд. Пента и Окта, бежали следом, готовые придти на помощь, самозабвенно рубящийся с пехотой Аглак заметил её движение и, дабы не ударить в грязь лицом, бросил всё и присоединился к противостоянию с паладином. По мы сломя голову бежали вперёд, ещё два орка пали под ударами меча. Пора с этим кончать.

— Эй, паладин, узри тёмного Властелина!

Я принял эффектную позу и выставил перед собой клинок. Паладин поднял меч и повернул шлем в мою сторону. Чёртовы орки вместо того чтобы воспользоваться моментом отступили на пару шагов и с интересом уставились на происходящее. Ну что за идиоты! Надо было дать ему вас порубить. Спасибо хоть Пента, умница моя, всё поняла без слов и тенью выскользнула из поля зрения латника.

— Может скажешь что–нибудь пафосное, про неизбежную победу сил света? Ты вообще умеешь говорить?

Паладин молча занёс меч для удара, но когда меч уже опускался, Пента обрушила удар на его спину, вложив всю силу паучьего тела. Паладин устоял, а лапы арахниды лишь соскользнули с доспеха. И всё же почти неуязвимый враг потерял равновесие, меч пролетел мимо, а я вогнал свой клинок ему прямо в подбородок, по самую рукоять.

Тело паладина замерло, однако вес доспехов не давал ему упасть. Орки восхищённо заорали.

— Возврат. — я вернул клинок в руку и хорошенько толкнул паладина ногой в грудь. С тем же успехом можно было пинать стену.

И тут железный истукан ожил. Теперь уже я лишённый равновесия беспомощно наблюдал за летящим лезвием. Сильный удар отбросил меня в сторону. Пента, моя спасительница, оказалась перед клинком, которым одним махом отсёк её передние лапки. Аглак с яростным воплем бросился на меч, закрывая своим телом уязвимую человеческую часть арахниды. Всё произошло слишком быстро… Взбешённые героической смерть Аглака орки бросились на паладина с новой яростью, а я бросился к раненой Пенте, держащей человеческим руками тело Аглака. Пента вдруг безвольно уронила своё человеческое тело на паучью спину…

— Пента! Нет!..

Паучиха вернулась в сознание, но голос уже принадлежал Тетре:

— Башня.

Я посмотрел на сторожевую вышку. Мои диверсанты благополучно заняли стену и от души били из луков во вражеские спины, а арахнида–скалолазка забралась на самую высокую точку и, смотря на меня, делала движения лапами, будто раскачивает каменный зубец. Пента вернулась в сознание. Моя бедная девочка… Я отомщу за твои лапки!

В спину паладину врезался сломанный меч. Не причинив никакого вреда.

— У тебя что, в голове совсем не было мозгов? Хотя да, ты же паладин. Давай, срази меня, и битва закончится.

Мощный взмах мечом последовал в ответ на оскорбление, но я успешно отпрыгнул назад, кончик лезвия пролетел в нескольких сантиметрах от груди. Так, будь хорошим святым воином, отстань от этих тупых орков, иди за главной целью.

Я поспешно, настолько, что наблюдатель мог принять это за бегство, пятился назад. Отважный Паладин преследовал жалкого и беспомощного Тёмного Властелина, размахивая своим огромным мечом и загоняя в угол. Достойный финал фэнтезийной саги. Но не в этот раз. Я ещё не использовал право злодея на финальную подлость.

Очередной прыжок в нужную сторону. И ещё один, и ещё. Надеюсь орки достаточно заняты и на меня не смотрят. Наконец лезвие прочертило след на каменной кладке стены, я использовал всю дарованную природой и новым миров ловкость чтобы пригнуться от этого удара, а выпрямившись вжался в стену с такой удобной выбоиной. Паладин занёс меч, словно смакуя момент триумфа, надо же, хоть что–то человеческое в нём осталось. И тут сверху обрушился дождь из камней. Я из последних сил отпрыгнул в сторону, пропахав боком землю, а паладин принял на себя пару центнеров тесаных камней, усиленных ускорением свободного падения. Один из них, формой слегка напоминающий пирамиду, острым концом вошёл в шлем. Голова лопнула красным месивом, словно банка с протухшей килькой в томате, которую попытались открыть кувалдой. Тело паладина сделало ещё несколько шагов, но запнувшись о камни упало, и больше не пыталось подняться. Я встал, с трудом приходя в себя и пытаясь подавить тот ужас, что всегда приходит вместе с ослаблением действия адреналина.

Орки уже заканчивали, люди, лишённые своего защитника потеряли остатки боевого духа, на них давили разъярённые орки, а в спины летели стрелы. На стене показалась Окта, сбросившая вниз тело в ярких одеждах. Вот и ни чем особенным себя не проявивший генерал. Это стало последней каплей, немногочисленные сопротивляющиеся сложили оружие, и добивать их в полном соответствии с приказом не стали.

Ну вот и всё… я вернулся к Пенте, всё так же сидящей у тела Аглака. Рядом стоял убитый горем Аларц. Я как мог ласково погладил раненую паукодевочку по голове.

— Твои лапки…

— Они отрастут. — голос арахниды был спокоен, рукой она показала на Аглака. — Он был хороший. Разреши забрать.

Что она имеет в виду? Я вопросительно посмотрел на орочьего шамана, но тот лишь соглаасно кивнул. Что же, если родственники не возражают…

— Разрешаю.

Пента приподнялась, быстро сняла с мёртвого орка доспехи, а затем, широко распахнув паучью пасть, проглотила его.

— Он хотел быть со мной. Он будет со мной.

Эх, Аглак, не так ты наверное представлял исполнение желаний. Впрочем не ты первый.

— Мой брат мёртв, а значит и мне нет смысла жить…

— Аларц, возьми себя в руки. Твой брат наверняка хотел бы, чтобы ты жил дальше.

— Нет, — орочий шаман покачал головой. — Орки не живут в одиночестве. Клан выберет нового вождя и нового шамана. Шаман Аларц мёртв. Я буду служить Повелителю как безымянный слуга.

— Я всё равно буду звать тебя Аларцем.

— Как пожелает Повелитель.

Мы победили, и впереди много дел. Помочь раненым, подсчитать потери, оживить мертвецов, допросить пленных, обосноваться в крепости до подхода остальных сил. И я этим обязательно займусь. Но сначала я осмотрю труп паладина. Слишком много накопилось вопросов.

Глава 30. Вскрытие паладина

Тело святого воина оттащили ближе в лагерю, неподалёку от шатров для раненых, и уложили на наскоро сложенный стол из распиленных надвое брёвен. Завершали оборудование для аутопсии несколько деревянных вёдер. Пришлось немного подождать пока Кара закончит дезинфицировать раненых орков и присоединится к исследованию как эксперт по магии. Ассистенткой вызвалась Прима, Тетра и Окта сейчас были рядом с отдыхающей Пентой. Тиан приготовил писчие принадлежности, готовый задокументировать результаты.

И сразу же мы столкнулись первым препятствием. Доспехи оказались наглухо запаяны множеством заклёпок. Паладин что, и гадил не снимая панциря? Судя по запаху, да. Хотя даже будь у них какое–то хитрое устройство для быстрого отстёгивания, могучие орочьи удары настолько искорёжили металл, что он глубоко врезался в плоть. Кара брезгливо провела рукой по доспехам.

— Зачарованные. Смягчают и отклоняют удары.

Тиан задумчиво кивнул и сделал какие–то пометки. Хорошо, если в книгах есть информация о зачаровании снаряжения, он раскопает.

— Кара, что за магию паладин использовал в бою?

— Это не совсем магия. Он просто оборвал все потоки вокруг. Обычный маг после такого теряет ману навсегда.

— Хочешь сказать это одноразовая способность?

— Не знаю. Может они умеют как–то восстанавливаться.

— С помощью этого?

Я снял с паладинского пояса гравированную фляжку, чудом избежавшую орочьих ударов. Такая же была у Морта.

— Не знаю.

— Я знаю! — подал голос Тиан. — Это храмовое вино.

— Вино говоришь…Надо бы попробовать, только аккуратно. Прима, ты можешь сделать вещество, которое разъест эти доспехи?

Арахнида потратила несколько секунд на обдумывание и утвердительно кивнула.

— Хорошо. Пройдись по стыкам, чтобы можно было их снять.

Передние лапы арахниды ловко прошлись по металлу, оставив в нужных местах достаточно глубокие царапины, а паучья пасть с ювелирной точностью направила по ним струйки кислоты. Пока металл растворяется, разберёмся с вином. Я отлил немного из фляги в крышку и осторожно понюхал. Спирта здесь точно нет, отдаёт эфирными маслами и чем–то вроде кофе. Я поставил фляжку, окунул палец в жидкость и провёл по десне. Вкус приторно сладкий. Как и следовало ожидать, всё во рту онемело. Коктейль из обезболивающего и стимуляторов, но невероятную эффективность в бою он объясняет лишь отчасти.

Я слишком погрузился в смакование неизвестного наркотика и пропустил ЧП, закончившая с нанесение кислоты Прима тихо подошла к отставленной в сторону фляжку и успела сделать хороший глоток, прежде чем я отобрал трофей.

Так. Только этого не хватало. На моё укоризненный взгляд арахнида разрумянилась и глупо улыбнулась:

— Сладенькое.

Стоило её отругать, но мне стало стыдно. Арахниды так много для меня сделали, и при этом за всю жизнь не пробовали ничего слаще мясных фруктов. Как только захвачу город, отдам им на разграбление кондитерскую.

— Ты не чувствуешь отравления?

Прима радостно помотала головой. Ладно, ей вряд ли что–то грозит. Даже Морт будучи человеком принимал и не умер. То есть конечно умер, но не от этого, а на арахнид яды не действовали в принципе.

— Можешь создать это вещество?

Арахнида напряглась, прошла почти минута молчаливой сосредоточенности, когда она разочарованно выдавила:

— Не получается…

— Хорошо. Иди к сёстрам, они присмотрят чтобы ты не шалила.

Когда арахнида удалилась и вылил остатки зелья на землю, не хватало ещё чтобы девочки пристрастились к этой дряни. Кислота тем временем сделала своё дело и я сорвал нагрудник, вместе с кусками вросшего в металл мяса. Доспехи были не просто подогнаны по фигуре, плоть полностью их заполняла. По торсу проходит огромный шрам, словно тело было выпотрошено, и повсюду бесформенные опухоли. При этом некоторые полученные в бою раны уже начали заживать.

Кстати, паладин мог быть и женщиной, по груди сложно что–то сказать, а гениталии отсутствуют, отверстия для природных нужд сокрыты за опухолями. И копаться в том районе не было ни малейшего желания, смрад и так зашкаливал.

Ладно, углубимся в исследования, шрам прозрачно намекает как именно лучше провести вскрытие. Сломанный клинок прекрасно справился с ролью скальпеля. Зажимов нет, так что в итоге я просто обрезал ненужную плоть, открыв полость.

Так, что это у нас, снова блеск металла. Поверх костей грудной клетки был закреплён металлический каркас, опускающийся до самого таза. Костяные рёбра внутри превратились в совершенно бесформенный комок, криво срастались не один десяток раз. И ещё в животе нет вороха кишок. Одна тоненькая кишка соединяет желудок и выходное отверстие. Вряд ли ли существо могло переварить что–то кроме «храмового вина». Освободившееся пространство занимают непомерно раздутые лёгкие и увеличенное сердце. И конечно метастазы, опутавшие плоть словно канаты, перехлёстывающие друг друга. Неужели это раковые опухоли? Почему они его не убили? Магия? Местные лечат раны и болезни магией исцеления, и теперь я знал как она работает — всего лишь ускоряет регенерацию. Если рана не убила мгновенно, магия её исцелит, но за всё нужно платить. Клетки заставляют делиться с противоестественной, бешеной скоростью, и при каждом делении накапливаются сбои в ДНК. Развивается рак. Не удивлюсь, если чудом исцелённые жрецами гарантированно умирают через пару лет, но это по местным меркам достаточно большой срок, чтобы никто не догадался сложить причину и следствие.

А паладины постоянно находятся под действием «светлой магии», возможно в орден изначально набирают послушников с магическими способностями, а стимуляторы их усиливают. А ещё храмовое вино должно было облегчать постоянную, адскую боль. Ну и сахар не давал умереть от голода, были в составе наверное и другие питательные вещества.

Теперь понятно, почему враг легко переносил удары. По сравнению с обычным самочувствием прикосновение орочьего топора было для него всё равно что щекотка.

И они ещё смеют называть меня Тёмным Властелином… Паладины должны быть уничтожены как явление. И не только потому что их боевые способности угрожают моим завоеваниям.

Я направился к пленным. Жаль, что генерал не пережил сражения, но среди сдавшихся должны были остаться знатные. Обезоруженные пленники сидели на земле спиной к спине, я придирчиво осмотрел их одежду и жестом выделил самых богатых. Особенный интерес вызвал один сжимающий книжку с символом веры на обложке. Он здесь что–то вроде капеллана? Неважно. Схватив его за шиворот я притащил слабо брыкающееся тело к месту вскрытия и хорошенько ткнул носом в вонючую утробу святого воина, пока капеллана не вытошнило до той степени, когда тело кажется прозрачным:

— Говорите, святой отец, говорите. Как и где вы делаете этих тварей?

От полученного для большей общительности удара в живот капеллана стошнило ещё раз, уже чистой желчью.

— Они получили благословление… Единый одарил их своим поцелуем…

— Хотел бы получить такое благословение, мразь? Или может тоже хочешь поцеловать паладина? Где и как?!

— В цитадели ордена… В столице. Туда не допускают посторонних. Её охраняет не меньше пятидесяти святых воинов.

— А вот это очень плохо. Прежде всего для тебя. Предложи идею полезнее, чем захватить Столицу. А то я начну злиться.

Каппеллан уже не побледнел, а почернел.

— Храм близ Пограничного города… Там Единый являет себя смертным и дарует благословение. Без его поцелуев… — я отвесил капеллану затрещину и тот быстро поправился, — без его слюны превращение невозможно.

Стоп… Поцелуи что, не метафора?

Я отпустил скулящего служителя культа, тот упал и даже не пытался встать, и повернулся к Каре, которая с явным удовольствием наблюдала допрос невозмутимо грызя сухарик.

— Кара, у меня тут появился вопрос… Этот ваш Единый, он что, на самом деле существует?

— Конечно существует. Не могут же священники врать.

Глава 31. Богоборец

— Конечно существует. Не могут же священники врать. Он являет себя в образе Великого Змея и дарит благословение в обмен на жертвы. А ещё он источник всей светлой магии.

— Похоже у меня только что появилась новая цель для атаки… Нужно свериться с картой, — я оттолкнул жалобно поскуливающего информатора в сторону орков.

— Никогда не пожалею что связалась с тобой. — Восхищение в голосе Кары зашкаливало, на мгновение даже показалось, что она говорит без иронии.

— Лучше позови Тиана. Он как никак в прошлом духовное лицо, скажешь что нужно обсудить богословские вопросы. — Я повернулся к оркам. — Присмотрите пока за этой падалью. Пусть будет наготове. А паладина сожгите вместе со столом.

* * *

Спустя несколько минут Тиан рассказывал подробности местной религии, а я сидел закрыв лицо руками. Как можно было быть настолько наивным? Храмы, жрецы в ярких одеждах, единое божество, это заставило меня поверить, что местная религия очередная экзотическая ветвь христианства. И это при том, что даже в моём мире большая часть населения исповедовала культы сил природы, воплощений стихи, тотемных зверей. И ладно бы я был родом из какой–нибудь теократии, так нет, родился в стране, где процветают языческие ритуалы, слегка приглаженные официальной церковью.

Здешняя религии опиралась именно на тотем. И что забавно, поклоняются они змею, так что по меркам своего мира я вроде как даже и не злодей. И за всё то время, что я здесь, ни одна сволочь не удосужилась рассказать о божестве во плоти, обитающем неподалёку. Все считали это чем–то само–собой разумеющимся.

Итак, Змей обитает в пещерах, на входе в которые стоит монастырь. Охраняется он неплохо, но туда пускают паломников, сделавших подношение деньгами или людьми. Чаще всего приводят сирот, некоторых отправляют в монастыри или в Цитадель паладинов. Других отдают божеству. Нетрудно догадаться, что Змей просто питается. Разумен ли он? Ну, магию каким–то образом генерирует, однако это может быть и врождённая способность. По описаниям выходило что тварь напоминает дракона. Хотя целиком его никто не видел, обычно верующим являлась пасть и сегментированая шея, которую и символизировали три кружка в местном символе веры. Если это гигантская рептилия, то скорее всего тварь постоянно спит, просыпаясь только для перекуса. Размеры описывают как исполинские, но действительно крупная тварь требовала бы для содержания не редкие жертвоприношения, а скотоводческий агрокомплекс, которого в пределах храма не наблюдалось.

В любом случае тварь опасна. Рептилии могут быть быстрыми, сильными и живучими, причём одновременно. Осталось определиться с планом действий: собрать войска и взять Храм штурмом или словно рыцарь попытаться лично поразить змея клинком, которому явно не хватает длины. Или воспользоваться хитростью?

— Тиан, паломник может лично предстать перед божеством?

— Такие случаи известны. Праведники не раз представали перед Змеем, некоторые даже выживали, они объясняли это святостью. Тот настоятель, которого порезала на куски Кара, часто этим хвалился.

— Ага, святость. И много детишек он принёс в жертву прежде чем лично предстал перед божеством?

Тиан угрюмо промолчал.

— Вопрос в другом, если я прикинусь паломником, меня пропустят к Змею?

— Сначала вас должны будут подробно расспросить… Но пара золотых заменит правильные ответы.

— Ты собираешься идти один? Я с тобой! — вспыхнула Кара. — Если надо, прикинусь рабыней, которую жестокий хозяин ведёт в жертву.

— Не стоит беспокоиться, я всё равно собираюсь его отравить…

Кара злобно сверкнула глазами. Тиан давился смехом.

— В смысле, я принесу пару сосудов с ядом и закину ему в пасть, что–то вроде того…

— Именно так я и подумала.

Тиан извинился и поспешно вышел из шатра.

— И чем ты собрался его травить? — прервала неловкое молчание моя подруга.

— Нужно посоветоваться с арахнидами. Тут понадобится по настоящему убойная вещь. В крайнем случае можно использовать кислоту, — собственный план нравился мне всё меньше.

— Может на всякий случай возьмёшь мертвяков? Нарядишь их в балахоны…

— Ладно, всё равно идея дурацкая. Собираем войско.

* * *

Пока значительная часть армии осталась в захваченной у зоркоглазых крепости и ждала воссоединения с остальными отрядами, двух сотен орков и отряда нежити оказалось более чем достаточно для штурма храма. Сосуды с ядом и кислотой впрочем тоже пригодились, среди защитников божества оказались несколько паладинов.

Но теперь, когда я знал что скрывается за глухими доспехами, мы даже не пытались связываться сними в ближнем бою. Вместо этого добровольцы из числа орков получили сосуды с ядами. Опасное оружие, которым легко самоубиться. Однако мертвяки не могли метать их с необходимой для дела меткость. А все добровольцы потеряли братьев в прошлой битве… Паладины оказались уязвимы к нейротоксинам.

После непродолжительной стычки настало и время местного «божества». Его выманили из недр земли щедрой жертвой — просто согнали на гладкую площадку у располагавшихся за стенами храма пещер всех уцелевших при захвате служителей культа. Мяса в них явно было побольше, чем в забитых рабах и несчастных детишках.

То, что явилось на обед после ударов колокола, не было ни змеем, ни рептилией ни даже драконом. Скорее кольчатый червь с множеством рядов зубов внутри пасти. Пока тварь жадно пыталась заглотить подношение из бывших последователей, тушу проткнули копьями и забили топорами. Провозиться с живучей тварью пришлось долго, даже обездвиженный Единый трепыхался и отказывался умирать. Затих только после того как я вогнал сломанный клинок на всю глубину и сделал разрез от пасти до хвоста, и из червя вытекла жижа, запахом напоминающая храмовое вино.

К этому моменту азарт боя давно прошёл, мы просто выполняли тяжёлую грязную работу, когда червь накоенц затих, все облегчённо выдохнули. Прима тихонько оторвала от тыши червя кусочек и начала жевать. Так, у кого–то проблемы с наркотиками. Нужно срочно прекратить!

— Расслабься, они на самом деле вкусные. Главное выпустить кровь и не трогать потроха. Если конечно не собираешься расширять восприятие, путешествовать через астрал и усиливать природную склонность к магии.

Он снова был здесь, причём другие не обращали на явившегося Пожирателя Миров никакого внимания. Да и время как будто замедлилось.

— Но где мои манеры? Поздравляю, ты только что убил своего первого бога. Первый раз всегда особенный.

— Откуда здесь вообще взялась эта хрень?

— Просто у попаданца из одного пустынного мира были паразиты. Большими они становятся только покинув хозяина. Со смертельными для того последствиями. И этому миру очень повезло, что они двуполые, но в одном организме вызревает только одна особь, поедая в процессе взросления братьев и сестёр поедаются в процессе взросления. Иначе червяков было бы сильно больше.

— Без этой твари светлая магия и паладины перестанут быть проблемой?

— Как посмотреть. Магия ослабнет, но не более того, она зависит прежде всего от веры. Хотя если ты почаще будешь напоминать жрецам, что бог мёртв, может сработать. Что до паладинов, то в Империи есть серьёзные запасы вина для экстренных случаев. Но как только все узнают, что новых поставок не предвидится, большую часть моментально разворуют, храмовое вино популярно у аристократов. В итоге на всех не хватит, и паладины, у которых начнётся ломка, будут очень недовольны.

— Значит мои дела идут хорошо.

— Относительно. Пограничный город тебе по силам, но дальше империя покажет зубы. И другие герои, они могут создать проблемы.

— Один из них назначил мне встречу.

— Знаю. Забавный парень. Настоящий оптимист. Из встречи с ним ты наверняка извлечёшь что–то полезное.

Глава 32. Жизнь весёлый карнавал

«Повелитель жив!» — гравюра грубо изображала высокого человека в плаще, видимо меня. Неплохо, хотя и наводит на мрачные мысли.

— Какие ещё варианты?

Тиан протянул следующий образец. Арахнида в соблазнительной позе и надпись «Готов попасть в сети зла?».

И кто же позировал для этой гравюры? — злобно процедил я сквозь зубы. — Окта?

Тиан побледнел и покраснел одновременно, тихо протягивая следующее творение

— «Кто не снами тот светляк!», — картина изображала орка, скелета и арахниду, зависших в воздухе во время радостного прыжка. — Это что вообще значит?

— Ну, светляки, обидно название для тех, кто считает себя светлыми.

— Почему они прыгают?

— Это для устрашения. Когда нашим сторонникам понадобится поднять шум, они смогут собраться толпой и одновременно прыгать…

— Достаточно! Убрать с глаз моих. В печать пустить «Повелитель жив».

— А арахниду? Хотя бы несколько штук…

— Ладно, — я махнул рукой. — Сделай Окту знаменитостью. Представляешь, сколько у неё будет поклонников?

Тиан сразу погрустнел.

Подготовка к захвата Пограничного города шла полным ходом. Оставшиеся крепости Диких земель были ликвидированы без особых сложностей, потери не превышали допустимых. Разрозненные отряды собирались бывшей крепости зоркоглазых, ныне превращённой в опорный пункт, а за то время, что я занимался богоборчеством, в Пограничный город заслали несколько агентов, занимающихся подрывом боевого духа защитников. Тогда же мне пришла идея использовать листовки для пропаганды

До массового производства конечно далеко, да и бумага собственного изготовления не отличается качеством, легко рвётся. Эх, прав Тиан, картинку с арахнидой будут бережно хранить с большей вероятность, чем Тёмного Властелина, придётся сделать её основной.

Поставки продовольствия тоже налажены. Проложен транспортный маршрут от орочьих мясных рощ до Цитадели Тьмы, и оттуда до нашей ставки, урожай на полях Цитадели поспевает небольшими партиями благодаря тому, что сажали овощи постепенно. По деревням прошлись мои агенты из числа вчерашних крестьян в компании орков и мертвяков, они объявили, что Империя и Церковь Единого здесь подати больше не собирают, Тёмный Повелитель же на ближайший год заменяет денежный налог на поставки провианта. Это послабление порадовало местных, с которых драли три шкуры. Налог взимали с каждой семьи независимо от достатка, так что у бедняков обычным делом была продажа детей в рабство чтобы хоть как–то свести концы с концами. Сеть мирмиков успешно распространилась до городских стен. Мы были как никогда готовы к войне.

Оставалось лишь одно незавершённое дело. В то время пока Пограничный город взволнованно гудел словно пчелиный улей при приближении медведя, возле городских ворот раскинулся купол Шапито, а разговоры о творящихся в его окрестностях чудесах были даже популярнее, чем о грядущем вторжении сил зла. Билеты стоили баснословно дорого, а представление раз за разом переносилось на неопределённый срок, но очередная дата была назначена с клятвенными заверениями на афишах, что уж в этот раз точно. Неужели не начинают без меня? В любом случае я не собирался представляться на кассе. Агентам в городе удалось прирезать какого–то дворянина (наверняка человеком он был нехорошим) и добыть два билета для нас с Карой. Целую вечность не был в цирке…

* * *

По случаю выхода в свет арахниды обновили одежду, добавив к моему плащу капюшон, а Каре сделали милую шляпку с вуалью. Хоть маскировка и была слабовата, выручили что остальные зрители, в час премьеры собравшиеся у купола, выглядели не менее вычурно, многие даже нацепили маски. Клоуны на входе, амбалы с суровыми лицами, красными носами и в париках цвета радуги, действительно меня веселили.

Внутри купол оказался значительно больше, чем выглядел снаружи, это явно не было обычным оптическим обманом. Кресла оказались мягкие и просторные, когда мы устроились на свои места, я окончательно решил пойти на переговоры после представления, Мудильо явно старался, нужно проявить уважение. Да и Кара смотрела на сцену таким завороженным взглядом, что сердце радовалось.

И вот свет погас, перешёптывание зрителей заглушила громогласная музыка, луч света ударил в центр арены, где уже стоял Мудильо собственной персоной, одетый в подобие фрака с цилиндром.

— Дамы и господа! Рад приветствовать здесь, не побоюсь этого слова, лучших людей города!

Сдержанные аплодисменты.

— Вижу здесь цвет дворянского общества, Верховный Жрец церкви Единого лично освятил данное представление. Начальник стражи и командир гарнизона защитят нас от любой опасности. Есть среди нас и особый гость, которого я представлю чуть позже. А пока, что вы знаете о магии? Конечно же очень многое, особенно ваше Преосвященство. Но что если я скажу, что истинное волшебство таится в самых обыденных вещах?

Раздалась барабанная дробь, а Мудильо плавными движениями снял цилиндр и опустил его чуть ниже пояса. В следующий миг он поднял руки вверх, одновременно с этим его штаны упали. Цилиндр остался висеть в воздухе. Кара прикрыла глаза руками и разочарованно покачала головой:

— Значит так веселятся в твоём мире?

Возразить ей было нечего. Новая вспышка света и Мудильо снова одет по форме:

— А со следующим номером, пришедшим прямиком из другого мира, мне поможет очаровательная ассистентка. Все вызнаете леди Канари, да–да, Ваше Преосвященство, не отнекивайтесь, именно она отбирает самых юных работниц для городского борделя в этих грязных деревнях, леди, прошу на сцену! Впечатлительных прошу не волноваться — под креслом вы найдёте бумажный пакет.

Женщина неопределённого возраста в отороченном мехом длинном платье встала растерянно улыбнулась, но пошла к сцене с горделивой осанкой, привыкла держать марку.

— Прошу, устраивайтесь поудобнее!

Мудильо указал на возлежащий на столе деревянный ящик, дама подчинилась.

— А теперь внимание! — невесть откуда возникшая пила с шумом вгрызлась в дерево. Мудильо внёс в банальный фокус значительное новшество. Он начал пилить вдоль.

Из под лезвия блеснула кровь, леди Канари издала истошный визг, кого–то из зрителей стошнило, причём пакетом воспользовались единицы, ну что за бескультурье. Зато Кара наконец оживилась и радостно захлопала в ладоши.

Крики утихли когда пила дошла где–то до середины. Работа в руках фокусника шла быстро, ещё минута, и две аккуратные половинки развёрнуты к зрителям, дабы все могли лучше рассмотреть вываливающиеся потроха. Гробовая тишина в зале прерывается лишь рвотными звуками да беззаботным смехом Кары.

— Не волнуйтесь, господа, мой следующий фокус счастливое воссоединение!

Мудильо снова составил половинки ящика вместе и начал производить пассы руками.

— Ах, какая незадача! Не получилось… Приступим к следующему номеру! Сейчас весёлые клоуны обольют зрителей в третьем ряду. Нет–нет, не вставайте, клоуны умеют считать.

Амбалы в клоунских париках с помощью дубин заставили несчастных зрителей вернуться на места и окатили их из вёдер. По шатру разнёсся зловонный запах, не оставляющий сомнений в его происхождении.

— Но что я вижу? Неужели кому–то не понравилось наше представление?

Несколько дворян воспользовались тем, что клоуны собрались у третьего ряда, сбивая друг друга с ног и толкаясь они рванули прямиком к выходу. Только для того, чтобы кучей вывалиться из арки в противоположном конце шатра.

— Но нет, снова чудесный фокус! Это был не выход, а лишь другой вход!

Клоуны дубинками загнали неудавшихся беглецов обратно на места.

— А теперь настало время пригласить на сцену особого гостя! Ужасный Тёмный Властелин и его восхитительная возлюбленная почтили нас своим присутствием! Прошу, выходите.

Кара встала первой. Но я придержал её за руку.

— Говорить буду я.

Все эти напуганные взгляды зрителей, пока я медленно спускался к арене, вызывали скорее чувство неловкости, чем триумфа.

— Ну же, аплодируйте. Вы ведь помните какой фурор произвёл этот человек выдающихся достоинств, во время прошлого визита?

Собравшиеся послушно зааплодировали. Без особого энтузиазма конечно, просто боялись что будет хуже. Вот мы и оказались лицом к лицу.

— Я подозревал, что наша встреча будет похожа на цирк, но не думал что настолько. Я принял твоё приглашение, что дальше?

— А дальше будет смертельный номер! Один из нас станет намного сильнее после этой встречи.

— Ты меня разочаровал. Я думал что ты собираешься перейти на мою сторону.

— Один сильный герой лучше двух слабых. Уверен, ты справишься. Я наблюдал за тобой, и знаешь что меня интересует больше всего? Все мы, призванные герои, в том мире были законченными психопатами и убийцами. Даже благородный рыцарь и отважный прогрессор! Похоже нормальные люди для этой работы просто не подходят. Так кем же в том мире был ты? На что ты направлял своё безумие пока не стал Тёмным Властелином? Как ты всему этому научился? Почему, после всего что я сделал, Он всё равно выбрал тебя?

— Он? Ты тоже его видел?

— Нет, лишь слышал. Слышал что Он приходит к таким как я, отчаявшимся и безнадёжным, и забирает в свой Легион Теней!

— Он говорил мне о тебе.

Вот тут Мудильо замер. Даже безумная улыбка на миг исчезла.

— Что он сказал?

— Что ты неисправимый оптимист.

И тут прорвало нас обоих. Долгий искренний смех над одним только нам понятной шуткой под удивлённые взгляды напуганных зрителей.

— Раз я оптимист, то смогу тебя победить и завоевать расположение Пожирателя Миров. Ничего личного, просто амбиции. Хотя амбиции как раз личные… Неважно! Алле!

Мудильо швырнул веер кинжалов, я успел лишь выставить сломанный клинок, однако броски прошли мимо, лишь немного ошкрябав руки и бока, причём паучий шёлк не порвался. Я бросился на врага.

— Возврат!

В последний миг я согнулся, проходя Мудильо в ноги, и кинжалы, возвращающиеся к владельцу, прошли выше. Добравшись, я уронил его и только собрался прижать к арене, как меня ослепил резкая вспышка. За тот миг что возвращалось зрение, противник куда–то исчез, зато открылся люк из которого немедленно выскочило трио волков горящих, желанием поучаствовать в выступлении.

Один успел вцепиться в руку, но хоть хватка и была болезненно, прекрасная одежда не давала порвать плоть. В итоге я проткнул его живот лезвием и вспорол, выпуская кишки, одновременно умудрившись ударом ноги сломать хребет второму. Третий волк предпочёл не испытывать судьбу и бросился в зал, усиливая царящую там суматоху, пока кто–то из зрителей не пригвоздил его мечом.

За то время что я возился со зверушками клоуны успели понять из–за бортиков пять шкафов, образовавших вокруг арены что–то вроде пентаграммы. Дверь одного распахнулась, Мудильо выбросил кинжал и снова закрылся. Увернувшись я бросился к шкафу и вырвал дверь, однако внутри было пусто. Я резко отпрянул в сторону, и ещё один кинжал пролетел мимо. Мудильо, высунувшийся из очередного шкафа, опять закрылся. Это что ещё за фокусы. Я разломал ближайший шкаф, бросился к следующему. Отбил кинжал клинком, разломал ещё один шкаф…

Наконец последний. Я повалил его на арену и прыгнул, пробивая хлипкую дверь ударом обеих ног. Мудильо был внутри и только захрипел после мощного удара в грудь. Я приложил его ещё пару раз, но увидев что он перестал сопротивляться, остановился.

— Продолжай, не порти номер! — жизнерадостно прохрипел поверженный герой.

— Заканчивай уже этот цирк.

— Этот цирк моя жизнь! Есть только один способ его закончить.

Я замер. Он и правда так хочет умереть на сцене?

— Просто сделай это! Что за невезение, в новом мире все получают новые тела, без единой царапины. И только мои искалеченные мозги остались в том же состоянии! Знаешь какого это, когда ты не хозяин собственным мыслям? Каждый раз. Когда ты что–то делаешь, то не знаешь, хочешь ли этого или наоборот… Освободи меня.

— Если ты настаиваешь…

Я приставил сломанный клинок к сердцу Мудильо, намереваясь сделать должное максимально безболезненно.

— Последняя просьба, — он с трудом разогнул указательный палец. — Дерни за него.

— Думаешь я поведусь?

— Прошу… Последняя просьба умирающего…

— Чёрт с тобой…

Я дёрнул за палец, одновременно вонзая клинок. Раздался грохот и свист, шатёр осветили ослепительные вспышки и под куполом взлетел фейерверк. И всё охватило пламя.

Я быстро подскочил к Каре и схватил её за руку. Зрители пытались выбраться из огня, но все выходы вели обратно внутрь, а стены оказались неразрушимыми.

«ПОГЛОЩЕНО ЛЕГЕНДАРНОЕ ОРУЖИЕ. ПОЛУЧЕН НАВЫК: МАСТЕР МЕТАНИЯ».

Так, Мудильо, ты ведь не стал бы мстить за свой проигрыш, верно? Я взял сломанный меч за лезвие и метнул в стену из ткани. В ней появился разрыв, сквозь который блеснул солнечный свет. Одним прыжком мы вырвались наружу, а дыра затянулась, отрезав руку кому–то из последовавших за нами. Купол снаружи был уже полностью охвачен огнём. Спустя несколько минут он рухнул.

— Афиша не обманула. Зрители и правда больше не увидят ничего подобного. А нам пора возвращаться.

Интерлюдия: Ночь перед боем

С наступлением темноты лагерь Тёмного Властелина затих, орки спали, набираясь сил перед грядущим сражением, а мертвецы как всегда молча столяи в карауле. Пора бы и мне удалиться в шатёр Повелителя, но что–то удерживало снаружи. Знакомая тёмная фигура как всегда появилась незаметно. Будто всегда находилась здесь.

— Вижу тебе не спится?

— Мы давно не виделись.

— В этом не было нужды. До сих пор всё у тебя шло хорошо. Все твои мечты об истинной любви и кровавой мести сбывались.

— Пока не полностью.

— Скоро исполнятся, Кара, ведь я, Ангел Возмездия, никогда не разбрасывалась словами впустую.

Скрытая тенью прекрасная дева эффектно распахнула будто сотканные из самой тьмы крылья.

— Ага, насчёт мести не сомневаюсь. Но вот моё проклятье…

— Только не говори что ты всерьёз веришь в эту ахинею. Ты же знаешь, кто на самом деле придумывает все эти дурацкие пророчества. Проклятье было нужно лишь для твоей защиты, поэтому оно звучит так размыто. На самом деле вы всего лишь не сможете завести детей, но прямо скажу, обзаводиться потомством в этом обречённом мире затея не из лучших. С плотскими утехами проблем не будет, ведь тебя на это благословила Ангел.

— Спасибо и на этом. Вот только он наверное сам этого не хочет…

Ангел заливисто рассмеялась:

— Глупенькая моя, с чего ты так решила?

— Он даже не делал попыток.

Тёмная фигура сложила крылья, от чего сильно уменьшилась в размерах, и села рядом.

— Тебе многому предстоит научиться. Я целую вечность провела с таким же мужчиной. Он был готов пожертвовать своей жизнью чтобы вытащить меня из бездны забвения, но чтобы между нами наконец произошло волшебство пришлось самой припереть его к стенке.

Ангел не на шутку разошлась:

— Он прикончил пару хтонических исчадий и свернул в бублик пространственно–временной континуум…

— Что–что?

— Разорвал саму ткань мироздания, так понятнее? И вернув меня к жизни заявил, что относится ко мне как к дочке! Конечно каждую ночь забираться в его кровать причитая «Папочкаа, мне опять снился страшный сон» было даже весело, но всё–таки! Пожиратель Миров вёл себя как большой глупый мальчишка! Вот завалить девку которую забудет на следующий день ему было не страшно, это же не великая любовь вселенского масштаба, а так, мелкое приключение. До сих пор злость берёт! Не хочешь проходить через это? Так пойди и возьми своё, прямо сейчас!

— Просто пойти? Я не могу так сразу!

— Дорогая, я не хотела этого говорить… В этом мире у твоего была другая женщина. Настоящая красавица. И она сейчас в Пограничном городе. Ждёт его…

— Хватит! Я сделаю это.

Ангел одарила мир прекраснейшей из улыбок и исчезла.

Повелитель лежал на ворохе шкур и, ну что за негодяй, безмятежно спал.

— Проснись! Это срочно!

— Кара, что случилось? Плохой сон?

— Это насчёт моего проклятия… Я кое–что узнала… Оно на тебя не подействует… то есть детей у нас конечно не будет… ну в смысле если мы…

— Кара, твоё проклятие давно подействовало. В тот самый миг когда я увидел тебя в той камере, я понял, что больше никогда не возлягу ни с одной женщиной, кроме тебя.

Сильные руки обхватили талию. А дальше всё произошло само собой.

Глава 33. Святой защитник

Я проснулся с первыми лучами солнца, но, несмотря на то что ночью был, хм, немного занят, выспался лучше чем за все последние месяцы. Кара тоже открыла глаза и довольно улыбнулась. Какая же она всё–таки красавица.

— Надо вставать. Сегодня особенный день.

Пограничный город с наших позиций лежал как на ладони, осталось лишь сжать кулак чтобы его заполучить. Нежить дисциплинированно заняла боевые порядки, вскоре их примеру последовали закончившие утреннюю трапезу орки, шагая в ногу армия тьмы сотрясала землю подходя всё ближе к главным городским воротам. Стены достаточно высокие, защитники остаются внутри, шурм обещает быть тяжёлым. Но сегодня мы просто пройдёмся парадом. Понервируем горожан, приглядимся, а затем нежить начнёт регулярно, но без какой–то системы делать дерзкие вылазки, заставляя врага поднимать гарнизон по тревоге. До тех пор, пока защитники не начнут сходить с ума от недосыпания и постоянной угрозы. Тем более что внутри достаточно шпионов. Пока что они получили приказ залечь на дно, но в нужный момент помогут найти уязвимое место в обороне. Армия остановилась в пятиста метрах от ворот, я вышел вперёд вместе с Карой, в окружении костяных знаменосцев и прекрасных арахнид. Пусть обороняющиеся полюбуются напоследок.

Раздался скрежет металла и решётка на воротах стала подниматься. Вот так сюрприз, они что, вспомнили о чести и решили дать бой на открытой местности? Из ворот вышел вооружённый отряд. Всего два десятка бойцов, правда оружие и доспехи на них явно не дешёвые. Из–за спин воинов робко выглядывали несколько богато одетых мужчин не самого внушительного вида: в основном толстяки, хотя есть и пара болезненно худых, один из них вышел вперёд и отчаянно замахал зелёной веткой.

— Кара, это означает именно то, о чём я подумал?

— Ага. Эти трусы хотят сдаться.

— Что за разочарование! Я столько мечтал как ворвусь в этот город круша всё на своём пути… ладно, что уж там… — я жестом позвал делегацию подойти поближе, и они зашагали с приятной глазу поспешностью.

— Вижу вы хотите что–то предложить Тёмному Повелителю. Я слушаю.

Толстяк с веткой приосанился было, но тут же снова съёжился.

— Мы представляем союз гильдий Пограничного города. Смиренно просим принять нашу присягу, а взамен обещаем трудиться и платить налоги.

— А что насчёт городской знати? Они тоже хотят присягнуть?

— Нет, господин, часть из них давно бежала в Столицу, а остальные не вернулись со вчерашнего представления. В городе осталось лишь жалкая кучка дворян, и если будет на то ваша воля, мы их немедленно выадим.

— Что с церковью Единого? Сомневаюсь что им ваше решение пришлось по вкусу.

— Верховный жрец также погиб. Городской храм временно возглавила Леди Лира. Она просила передать, что жаждет личной встречи, и выражает надежду, что в память о прошлой любви вы проявите к её братьям и сёстрам милосердие.

Что ж ты творишь, жирный ублюдок! Я и не оборачиваясь чувствую леденящий взгляд Кары. Даже затылок ломит.

— Значит здесь представители всех гильдий? — нужно срочно переключиться на другую тему. — И работорговцев?

Толстяк машинально посмотрел на худощавого старика.

— Очень хорошо. Гильдия работорговцев с этого момента вне закона. Её лидеры приговариваются к смерти, имущество конфисковано. Бывшие рабы переходят под моё командование.

Работорговец начал пятиться, но к нему уже приблизились мертвецы, готовые исполнить приговор. Представители гильдий побледнели наблюдая за правосудием, но и глаза отводить не смели.

— Что до остальных, — я выдержал паузу и максимально обнажив зубы улыбнулся, — Надеюсь на плодотворное сотрудничество ради общего блага. Кстати, ничего не хотите добавить по поводу встречи в Храме?

Глаза толстяка забегали, однако только что увиденное зрелище красноречиво намекало, что сейчас не лучшее время юлить.

— Леди Лира не одна. С ней герой Славящий Свет. И несколько боевых жриц.

— Чудесно. Даже обидно видеть такую очевидную засаду. На что она рассчитывала?

— Быть может на то, что Повелитель в память о прошлой любви забудет всё на свете и помчится навстречу с прекрасной Девой? — мстительно предположила Кара.

— В таком случае она оказалось слишком самонадеянной. Мы входим в город, что до вас, уважаемые господа, можете воспользоваться нашим гостеприимством. Аларц, присмотри за уважаемыми гостями. Если в городе возникнут серьёзные проблемы, можешь поработать с ними для скорейшего разрешения неприятной ситуации.

Аларц понимающе улыбнулся, охрану гильдейцев разоружили и людей отвели в сторонку, где начали раскладывать походный шатёр. Прочие командиры орков подошли в ожидании указаний.

— Идите в город, возьмите под контроль ворота, пристань, арсенал, склады продовольствия. Грабить или причинять вред жителям запрещаю, кто нарушит приказ, — я многозначительно показал на скелетов, — перейдёт в отряд у которого нет проблем с дисциплиной. Новую ставку командования разбить на храмовой площади. Я пока должен кое с кем разобраться.

Как только орки разошлись выполнять приказ, Кара снова возникла рядом.

— Быть может ты хочешь отправиться в Храм один?

Хуже всего было то, что её голос звучал совершенно спокойно.

— Не будь такой впечатлительной. Всё что я сказал вчера чистая правда. В храме меня интересует только герой. С ним нужно разобраться.

— Хочешь сказать у тебя ничего не было с той Святой Девой?

Вот именно поэтому я никогда не стремился заводить отношения…

— Были ошибка и разочарование. Ничего больше.

— Я пойду с тобой. Хочу на неё посмотреть.

Похоже моя ревнивая возлюбленная решила кого–то убить. Ну и ладно, если ей от этого полегчает.

— Только не лезь в драку пока я не разберусь с героем. Он может быть опасным, держись сзади.

Я подозвал отряд скелетов. Неизвестно на что способен герой с легендарным оружием. Пусть мой сломанный клинок наконец–то стал напоминать одноручный меч, лучше подстраховаться. Скелеты послушно взяли склянки с ядом и кислотой. Как там было в этом старом фильме — «Должен остаться только один».

* * *

Мы шли по главной улице, ведущей к храму. Людей на улицах почти не было. Разве что кто–то выглядывал из окон и лицемерно бросал цветы, пытаясь задобрить завоевателя. Здесь всё началось. Больше года назад.

Славящий Свет ждал меня в окружении породистых жриц, одна из которых что–то шептала ему на ухо.

— И которая из них твоя?, — угрюмо проворчала Кара.

— Вроде бы та, что подначивает Светика. Хотя могу ошибаться, они все на одно лицо. — Я специально сказал достаточно громко, чтобы Лира услышала, и её ухоженная мордашка скривилась в гримасе злобы.

— Ты ещё смеешь смеяться, подонок! Герой в сияющих доспехах решительно вышел вперёд. — Ты, как последний негодяй, обманом заманил эту невинную девушку в свои покои и пытался надругаться над ней. Только чудом, несомненно благодаря помощи высших сил, она смогла спастись от похотливого мерзавца.

Мне с первого взгляда не понравился этот напыщенный ублюдок, но сейчас я готов был расцеловать Светика, видя как расслабилась Кара. Правильно, родной, так и говори. Ничего не было, всего лишь домыслы и клевета.

— Я тоже рад тебя видеть. Хотя вообще–то у меня больше поводов тебя ненавидеть. Как никак меня с твоей помощью подло предали и бросили гнить в тюрьму.

— Ты получил по заслугам. После всех тех ужасов, что произошли по твоей вине…

— После? Вообще–то это вы сделали меня Тёмным Властелином. Нет, в итоге у меня всё сложилось очень даже хорошо, но осадочек остался. Просто интересно, ты не разу не задумывался о том, что мог быть, например, неправ?

— Заткнись! Я хорошо знаю таких уродов как ты. Неудачники и извращенцы, обозлённые на весь мир из–за собственной ущербности. Вы оскверняете и ломаете всё, к чему прикасаетесь, дай вам святыню, вы и её измажете дерьмом! Вы не должны существовать в этом прекрасном мире! Но как вас не дави, всё равно всплываете, как и положено дерьму!

— И много таких уродов как я ты передавил? Может даже до перерождения?

— Больше чем ты можешь представить!

— И разумеется ты уверен что творил добро. Мудильо рассказывал, что ты тот ещё психопат.

— Этот дешёвый клоун? Так и знал что вы друг другу под стать. И где этот предатель?

— Не предатель. Он пытался меня одолеть и умер с честью.

— Туда ему и дорога. И ты сейчас отправишься вслед за ним!

Светик встал в героическую позу, я не терял времени оценивая его снаряжение. В руках щит и молот. Щит конечно штука полезная, но ограничивает обзор, да и в целом даёт ложное чувство безопасности. Сияющий доспех выглядит прочным. Шлема нет. Голова очевидная цель для атаки, и потому неправильная. Между панцирем и наголенниками бёдра не защищены металлом. Ложный выпад в голову, который заставит врага закрыться щитом и потерять мой клинок из вида, и точный удар в бедренную артерию. Похоже этот бой закончится быстро.

Я сделал выпад правой рукой в голову противнику, но в последний момент разжал пальцы, поймав сломанный меч левой рукой и ткнул в бедро. Но вместо того чтобы войти в мягкую плоть клинок отскочил. Я потерял равновесие, и молот врезался в мою голову. Успев поднять клинок я немного сдержал удар, ноне смог полностью отразить. Хруст ломающейся челюсти и дикая боль. Ссука! Целые зубы были таким приятным дополнением к перерождению…

— Гадаешь что сейчас произошло? — Славящий Свет издевательски ухмылялся. — Это благословение Святого Защитника. Пока помыслы мои чисты, а цель благородна, ни одна тёмная тварь не сможет меня ранить. Прими же правосудие Сил света!

Я отскочил от очередной атаки.

— Надо же. А я было подумал что у тебя хватит смелости выйти на честный бой. Хотя куда тебе до Мудильо. — говорить было трудно и ужасно больно, и всё же я прилагал все усилия, чтобы голос звучал издевательски.

— Тяфкай сколько хочешь, шавка, мне наплевать на слова ничтожества, которое всё равно сейчас сдохнет.

— А может ты просто прячешься за этими святыми шлюхами? Я научился кое–чему у нашего дорогого шутника.

Бросок, и сломанный меч вонзился в горло одной из жриц, а в следующий миг, повинуясь приказу, вернулся в руку. С бешеным рёвом Светик бросился на меня, но я уже был за спиной и попытался снова поразить его. Увы, защита держалась.

— Ну и мразь же ты, — герой демонстративно плюнул на мрамор. — Только и можешь убивать беззащитных женщин, ничтожество.

— А ты даже не можешь их защитить.

Ещё одна жрица упала замертво. Я с удовлетворением отметил, как Лира, потерявшая всю спесь, ныряет за алтарь.

— Прекрати! Сражайся со мной!

— С удовольствием. Как только перестанешь жульничать.

Я убил третью жрицу.

— Ублюдок! Мразь! Подонок! Я разорву тебя на куски! А потом перережу всех твоих прихвостней! И затрахаю твою красноглазую сучку до смерти!

— Что, твои помыслы уже не так чисты, правда?

Удар кулаком заставил светлого рыцаря закачаться, а я удовольствием слушал как хрустит уже его челюсть.

— Знаешь, а ведь ты в чём то прав. У меня и правда талант осквернять святых идолов.

Славящий Свет попытался воспользоваться моментом и ударить молотом, но до того, как оружие набрало скорость, я перехватил его за рукоять.

— И я разрушаю всё, чего касаюсь.

Благословленный рыцарь в сияющих доспехах беспомощно наблюдал, как его легендарное оружие неумолимо покрывается ржавчиной. Молот рассыпался в прах, а я левой рукой вцепился в щит. Правая же рука загнала сломанный меч ему куда–то в область паха под панцирем. Для надёжности я провернул лезвие.

Глаза героя вылезли из орбит и налились кровью. С диким криком он отпустил щит, мгновенно рассыпавшийся и отскочил назад.

— Портал!

Тело героя исчезло во вспышке синего цвета. Это что ещё за новшество? Проклятый трус… ну ничего, посмотрим сколько ты протянешь с этой раной. Мой клинок побывал во многих трупах, и я его ни разу не дезинфицировал, а источника антибиотика у тебя нет. Ты лишь продлил свои муки. Похоже всякое сопротивление подавлено.

Хотя кое–кто ещё остался. Я медленно пошёл к алтарю, и Лира покорно вышла на свет.

— Повелитель… ты победил и волен делать со мной что хочешь. Должно быть Единый отвернулся от нас.

— Единый мёртв. Мы убили его.

— Я знаю, что ты говоришь правду, мой Повелитель. Все мы ужасно ошиблись. И я… Я так виновата… Возможно вы единственная надежда нашего мира. Но быть может есть шанс всё исправить! Позвольте мне присоединиться к вам.

— Ага, как раз думал организовать полковой бордель…

— Если такова ваша воля, я приму это наказание. Но быть может вы позволите мне быть более полезной? Ваши раны, позвольте позаботиться о них.

Лира сделала шаг вперёд и улыбаясь протянула к моему лицу свои тонки руки. По телу прошла волна тепла и умиротворения. Я победил нет смысла мстить за старую обиду. К тому же она действительно может быть полезной. И она красива, и Она… Стоп, эта сучка что, пытается меня загипнотизировать?

Как только руки Лиры прикоснулись к моему лицу, я наотмашь ударил мечом, одним ударом снеся ей голову. Не самый ровный срез, нижняя челюсть осталась на шее. Кара подошла к свежему трупу и подняла голову жрицы на один уровень со своей.

— Ну что, кто из нас теперь красивее?

— Кара, мне сейчас больно смеяться.

— Иди сюда, я обработаю рану.

Эпилог четвёртого тома. Союз Тёмных сердец

Шатёр, призванный играть роль палатки первой помощи, разбили за считанные минут. Я возлежал на куче шкур, а Кара нежно держала мою голову на своих коленях, очищая рану от заражения. Ворвалась Прима, едва не обрушив хрупкую конструкцию. Паучиха рухнула на землю, человеческая часть обняла меня, а в щёку впились горячие губы, в тот же миг я почувствовал укус и онемение.

— Слабый яд. Не опасный. Убирает боль. — объяснила арахнида и смущённо отдалилась. В шатёр вбежал Аларц, размахивающей увесистой флягой.

— Повелитель, это отвар из особых трав и грибов. Если пить три раза в день, ты быстро встанешь на ноги

Вошёл Тиан:

— Повелитель, у меня есть трактат посвящённый лечению ран на лице. Шрам будет совсем небольшим…

Снова грохот. В шатёр вошёл Пик, в руке скелет сжимал окровавленную берцовую кость. Даже не хочу знать у кого он её вырвал. Красноречиво жестикулируя он показывал то на мою рану, то на кость.

Как же это трогательно…

— Пик, прости, но на мне это не сработает.

Однако скелет не сдавался. Он показал на мой меч и снова начал тыкать во все стороны костью. А ведь правда, что если попробовать? В конце–концов внутри каждого человека скрывается скелет. Я взял кость, воткнул в неё лезвие, и та словно истаяла в воздухе.

«ЗАПУЩЕН ПРОЦЕСС ВОССТАНОВЛЕНИЯ КОСТНОЙ ТКАНИ».

Надо же, хоть что–то полезное. Боль уже ушла стараниями арахниды, но теперь разбитые дёсны сильно зачесались. Быть может и правда не придётся есть через трубочку.

— Повелителю нужен покой, — деликатно намекнула Кара.

— Нет… Останьтесь… Побудьте со мной… Я должен кое–что сказать. Я и правда тот ещё мерзавец. Я делал плохие вещи. Причинял людям боль. Подталкивал других творить зло… Ещё до того, как попал сюда… Да и вы по правде говоря не ангелы. Монстры, еретики, орки, нежить… Но все вы мне очень дороги. Благодаря вам я понял, что хоть мир и дрянное место, даже здесь можно создать что–то хорошее. Все мы, отверженные и изгои, можем стать чем–то большим. Пусть весь мир хочет нас уничтожить, пока мы вместе, это не удастся никому. И вместе мы сможем создать новый мир, в котором нам больше не придётся быть злодеями. Мы заняли лишь один город, Империя ещё сильна, но имникогда не победить. Они и дальше будут грызться, доказывая друг другу кто светлее и достойнее власти. А наш союз тем временем сокрушим их, как сжатый кулак ломает растопыренные пальцы. Отныне мы не просто Империя Зла, здесь, в Пограничном Городе, я объявляю о создании нового государства. Союз Тёмных. Мы примем в свои ряды каждого, кто этого захочет. И уничтожим всех остальных.

Интерлюдия: Истинная святость.

Как же больно. Сначала я переживал из–за того, что проиграл этому подонку. Потом что из–за раны мой член больше никогда не встанет. Теперь я боюсь что боль никогда не пройдёт. Магия исцеления не даёт сдохнуть, неужели жрецы не видят, что мне конец? Я гажу под себя, и гноя выходит больше чем дерьма. Кажется кто–то идёт… нужно заканчивать с этим.

— Герой, как вы себя чувствуете?

— Неужели не видишь старый дурак?.. Простите, святой отец, боль затмила мой разум. Я больше не герой, я утратил своё оружие я теперь лишь никчёмный отброс.

— Не говорите так, сын мой. Вы всегда останетесь для нас Святым Защитником.

— Что толку… Я не могу даже встать… И эта боль… Или вы нашли лекарство?

На минуту даже появилась надежда, но жрец покачал головой.

— Магия бессильна против вашего недуга. Впрочем, есть одно средство, но оно требует крайних мер…

— Что, у вас всё это время было средство? Сделайте же что–нибудь!

— Прошу вас тщательно обдумать решение. Мы можем вернуть вас в строй, но для этого вы должны принять сан паладина. Это накладывает серьёзные ограничения…

— Достаточно, я согласен! Неужели вы не видите, что никакие ограничения не сравнятся с моим жалким положением? К тому же вы говорите я смогу сражаться? Даже без легендарного оружия?

— Да. Сын мой, вы снова будете могучим воином. Если вы согласны, то приступим к ритуала.

Старик протянул мне фляжку.

— Выпейте. Это храмовое вино, благословенное Единым.

Том Пятый. «Кара»

-

Интерлюдия: Последний герой.

— Неужели уважаемый герой, зовущий себя Победителем, не смог выкроить время для личной встречи с Императором? — Слова вельможи были обращены к мерцающему зеркальному щиту, в котором виднелась непропорционально большая голова призванного героя.

— Возможно это из–за того, что я не привык тратить драгоценное время на бессмысленные споры с заискивающими холуями.

Император Гайрон сделал жест рукой и разговорившийся вельможа послушно удалился из зала собраний.

— Благодарю. Что вы хотели обсудить?

— Вопрос всё тот же. Тёмный Властелин… Мы опять его недооценили. Пограничный город и окрестные земли лежат во власти тёмных сил. Что ещё хуже, распространяется смута. Всё больше деревень отказываются платить налоги, а когда мы отправили отряды покарать бунтарей, наши люди просто исчезли.

— Не думаю что они исчезли. Скорее всего просто сменили сторону. Живыми они сделали это или мёртвыми — уже другой вопрос.

— Нам стало известно, что уже два героя пали от руки Врага.

— Ничего удивительного. Эти дураки решили победить на дуэли. Мысль о том, что сражение нужно выигрывать до его начала не могла вместиться в их пустые головы. Если это так беспокоит «ваше величество», я на такую глупость не пойду. Пока что вы не должны допустить расползания тёмных по большой территории. Увеличьте армию. Призовите наёмников если нужно. Уничтожайте бунтующие деревни, и обязательно сжигайте трупы, чтобы враг не смог ими воспользоваться.

— Наёмники… Казна пуста, в том числе и благодаря тебе, герой. Где же результат?

— От того, что вы будете меня торопить, работа только замедлится.

— То оружие, что ты сделал для меня. Нам нужно больше.

— Невозможно. На текущем этапе развития мы не можем перейти к массовому производству. Изготовление вручную же отнимает слишком много сил и будет отвлекать от главного проекта. От вас требуется всего лишь выиграть время. Придумайте что–нибудь.

Гайрон медленно опустил голову, словно от тяжести мыслей, и наконец выдавил:

— Разбойники… Мы можем объявить особое помилование, в обмен на службу. Разрешить им кормиться на пограничных территориях. Обещать дворянский титул и право на земли, отбитые у Извечного Врага.

— Ваше Величество! — один из дворян не выдержал и вскочил с места. — как можно отдавать этим ничтожествам исконные земли? Наши предки…

— Твои предки именно так получили свои земли. А ты их потерял. Пошёл вон!

— Да, это разумное решение, — поддержал Императора Победитель. — Есть ещё кое–что. До меня дошли сведения, что в главной тюрьме содержится Морозная Ведьма. Судя по тому что я слышал, её способности могут оказаться полезными для нашего общего дела. К тому же говорят она невероятно красива, а мой гарем давно не обновлялся.

— Я бы хотел напомнить тебе, герой, что эта Ведьма ненавидит мужчин и обожает магией отмораживать мужское достоинство.

— Это не проблема. В моём распоряжении есть эффективные методы контроля. Освободите эту ведьму.

— Хорошо. Казнь назначена на завтра, но толпа не заметит, если мы прикончим другую девку. И всё же, хоть оружие возмездия и может решить все наши проблемы, нет ли другого пути?

— Исключено. Ваша история наглядно показывает, есть лишь один способ одолеть зло. Урановые рудники благодаря своевременным поставкам рабов добыли достаточно сырья. Уже скоро я разгоню Извечную Тьму светом Второго Солнца.

Глава 34. Признаки распада

— Повелитель, ваши доспехи готовы.

Я с сожалением отложил обглоданный копчёный окорок. Жевать всё ещё было больно, из–за приём пищи занимает намного больше времени, но я слишком соскучился по твёрдой еде, к тому же недавно прорезавшиеся зубы продолжают чесаться. Теперь понимаю, почему младенцы всё время плачут.

Пограничный город, ныне ставший столицей Союза Тёмных, понемногу менялся. Сильнее всего это было заметно на храмовой площади. Пусть из архитектурных изменений там появился лишь огромный шатёр выполняющий функцию орочьего посольства (оркам не нравилось жить за стенами и даже вполне освоившиеся на новом месте предпочитали жить в небольшом удалении. Но главным отличием стало то, что теперь храм стал многолюднее чем когда либо. После уничтожения последователей культа эта монументальная постройка была переделана в арену, где за скромную плату можно было стать зрителем поединков между орками. Достаточно быстро заявки на участие стали подавать и люди, привлечённые славой, а кто и денежным призом за первые три места. Признаюсь, я немного корректировал турнирные таблицы, добиваясь чтобы хоть иногда люди побеждали, это сильно подогревало интерес к соревнованиям, да и в целом способствовало дружбе двух народов.

Я направился в Тронный Зал оценить творение сумрачного гения местных оружейников, эскизы для которого нарисовал сам в минуту вдохновения.

Цитадель тьмы хоть и перестала быть административным центром, её богатый ресурсный потенциал не использовать было бы глупо, поэтому как только лидеры гильдий свыклись со сменой власти в городе, после долгого разговора с кузнецами и горняками, большая их часть согласилась сменить место жительства и работы. Кроме того мы проложили прямую дорогу, и поставки оружия прямо из горнила стали регулярными. Сейчас я мог себе позволить создавать дорогие игрушки.

— Если Повелитель позволит, возможно стоит внести в доспехи некоторые изменения? В столь глухом шлеме почти ничего не видно и трудно дышать. А эти наплечники сковывают движения. И шипы… Они будут только мешать.

— Это не важно. Вы же не думает что буду в них сражаться? Они должны внушать врагам ужас, а когда дойдёт до драки, вы ведь сделали так, чтобы они снимались легко.

— Да, Повелитель, — радостно кивнул оружейник. — Мы поработали с креплениями, так что вы сможете легко выбраться.

— Отлично. Сейчас опробуем!

Доспех и правда оказался слишком тяжёлым, ходить в нём конечно можно, но не более того. Эх, сюда бы сервоприводы, и тяжёлый пулемёт в руки… Но увы, не тот мир.

— Отличная работа! Установите их прямо здесь и можете заняться чем–нибудь другим. Более применимым для реального боя.

Оружейник усмехнулся и клятвенно заверил, что работа над латами для скелетов–воинов идут ударными темпами. Я же приступил к административной работе. Реформирование городской стражи прошло успешно и без особых эксцессов. Благодаря избавлению от прослойки аристократии бесхозными остались шикарные дома, благодаря чему стражники, не запятнавшие себя особыми прегрешениями, смогли резко улучшить жилищные условия. Разумеется я воспользовался этим чтобы перетасовать их состав, разорвав старые связи, в результате проворачивать делишки им станет куда труднее, и кто знает, может со временем он и даже превратятся в честных парней?

Следующими в расписании посетителей были представители гильдии алхимиков и курирующий их деятельность Тиан. Работоспособность последнего меня продолжает удивлять. Такими темпами он соберёт столько должностей, что сможет в одиночку составить кворум для принятия любого решения. Впрочем, у Тёмного Властелина по определению есть право вето…

Алхимики занимали в местной иерархии особое место, по сути они были сообществом магов, не умеющих пользоваться магией. Люди с магическим даром в основном прибивались к церкви где становились жрецами, и были это в основном дворяне. Нет, среди простолюдинов самородки тоже рождались, но их быстро забирали из семей в монастыри, одарённые девочки становились официальными наложницами, то есть дети от них часто признавались родными, особенно если у них дар проявлялся сильнее. Что до мальчиков, ну, теперь понятно откуда брали сырьё для паладинов. Надо ли говорить, что после моего воцарения в Пограничном городе, магов здесь не осталось. Алхимики же занимались научной работой. Систематизация заклинаний и составление родословных, работа с артефактами. И конечно же изучение призванных героев. В данный момент меня больше всего интересовали результаты изучения телепортации, которой смог меня удивить Светик. Если подумать, то и фокусы Мудильо легко объяснялись аналогичным заклинанием, так что при желании он мог легко уйти после поражения. Но не захотел.

Из доклада алхимиков следовало, что использовать порталы могли только призванные герои, все попытки воспроизвести заклинание в той или иной форме заканчивались неудачей. Значит и Кара не сможет… Почему портал не достался мне? Я пристально смотрел на сломанный меч. Запрет на другое оружие и атакующее магию. Разве портал это атака… ну, строг говоря да, есть сотня способов использовать его для уничтожения. В итоге с одной стороны большая часть врагов не сможет неожиданно свалиться на голову, это хорошо. Но с другой, по крайней мере один герой может устроить какую–нибудь пакость. Нужно обновить инструкции для мирмиков. Теперь цель появившаяся из ниоткуда будет иметь максимальный приоритет. К счастью с этой неприятной магией можно бороться. У Империи были разработаны специальные ошейники, полностью блокирующие магические способности любого, даже героя. Я избежал такого подарка только потому, что в принципе не пользовался магией, и имперцы знали об этой особенности Тёмного Повелителя. Другой вопрос, что в той ситуации, когда я могу нацепить на врага ошейник, гораздо проще и надёжнее убить его на месте. Был и другой способ — то, что продемонстрировал поверженный паладин. Местные называли это сжиганием дара. Способность в радиусе, зависящем от силы мага, останавливала действие заклинаний и блокировала их дальнейшее использовании, но при этом наносился непоправимый ущерб магическим способностям как попавших под действие, так и самого заклинателя. Вплоть до полной утраты дара. Вкупе со способностью любого человека сопротивляться заклинаниям это объясняло, почему маги не правят миром. Они могли лишь немного помогать обычным войскам да бороться с себе подобными. Конечно, была ещё возможность использовать дар для облегчения какого–нибудь производства, но учитывая благородное происхождение большинства магов, такая мысль попросту не приходила им в голову.

Неутешительный вывод — до Победителя, третьего из героев, мне на этом этапе не добраться, по крайней мере лично. Впрочем, был ещё нейротоксин, и если подослать агента… К сожалению гад окопался на крупном острове, отделённом от основной территории Империи проливом, достаточно широким чтобы мои мирмики не могли преодолеть естественную преграду своим ходом, а заброшенные не могли поддердживать контакт с основной сетью. Засылать агентов людей я тоже пока не рисковал. Конечно, остров активно сообщается с континентом, и внедрить своего человека в команду одного из кораблей вполне реально, но простого матроса этот параноик к себе не подпустит. В итоге складывалась патовая ситуация.

И это при том, что остальные дела шли на удивление хорошо. Вражеские отряды легко обнаруживались мирмиками, чья сеть непреклонно приближалась к сердцу Империи, и беспощадно уничтожались мобильными отрядами нежити. Схроны полнились трупами разной свежести, которые снабженцы едва успевали доставлять в городской морг, мстительно расположенный в заброшенной с уходом магов Башне Испытаний. Местные, прослышав про сниженные налоги и материальную поддержку обедневшим деревням, охотно присягали Повелителю. Пограничный город привлекал толпы молодых добровольцев, ищущих новой жизни, и после показательной казни пары десятков шпионов и разбойников, люди приходить стали в основном достойные. Всё слишком хорошо, чтобы быть правдой…

После всех просителей меня навестила Кара, сразу одарившая страстным поцелуем.

— Подожди минутку, — я ненадолго отстранился от возлюбленной. — Гекса, я тебя вижу.

С потолочных балок спрыгнула смущённая арахнида и, склонив голову, покинула зал.

— Теперь когда мы одни, можем приступить.

Держась за руки мф вошли в заднюю комнату, где стояло ложе. Кара изящно присела, а я устроился поудобнее, пока голова лежала на её мягких коленках.

Коллективное сознание улья мирмиков поглотило достаточно биомассы, и получило несколько улучшений живучести, скорости передачи информации и, что ощущалось сильнее всего, возможности обмениваться ею с Повелителем. Честно говоря я уже мог получать разведданные не рискуя психическим здоровьем и без помощи возлюбленной, но зачем отказывать себе в удовольствии?

Внимание муравьиной разведки было приковано к объекту на окраинах Империи. Гигантская шахта с процветающим рабским трудом. Рядом возлежало целое поле, заполненное братскими могилами, в которых мои муравьишки успешно питались. Весьма красноречивая иллюстрация вредных условий труда.

Охранялась шахта неплохо, общая численность стражников приближалась к сотне, впрочем защитники были готовы скорее к подавлению неповиновения со стороны рабов, чем к вторжению сил тьмы. Отряд нежити некоторое время выжидал в окрестном лесу, недавно к ним присоединился взвод орков, усиленный арахнидой Примой, которая должна была передавать бойцам мои приказы. Хотя живые воины усложняли задачу снабжения армии, но для переговоров с освобождёнными рабами они были предпочтительнее. Рабы неплохо усилят мою армию, не говоря уже о костях из могил. И всё же я откладывал операцию по освобождению из–за того, что рудником сильно интересовался последний из моих героических соперников. В глубине души теплилась надежда, что он прибудет с личной инспекцией, но увы, Победитель оказался достаточно разумным, чтобы не покидать островной базы.

Вместо него прибыла эмиссарша. Выглядит эффектно. Модельная внешность, дорогое платье, а по дороге к цели она прикрикнула на одного из рабов, отчего тот мгновенно превратился в ледышку. Магичка значит. Хорошо, что в трофеях при захвате Пограничного города оказалось достаточно ошейников, чтобы выдать их всем разведывательным отрядам. Эта дама должно быть близка к герою, учитывая внешность и повадки, ближе просто некуда. Хорошо бы её допросить. Начальник шахты заискивает перед высокой гостьей. Несколько слуг с трудом тащат тяжёлый ящик, гостья открывает крышку. Один из муравьёв отважно забрался на её волосы, чтобы обеспечить Повелителю лучший обзор, маленький герой. В ящике шкатулка. Женщина открывает её лишь на миг, чтобы быстро захлопнуть. Внутри какой–то порошок металлического цвета, точно не золота, и всё же этот металл очень тяжёлый. Тяжёлый металл… и в этот миг всё становится предельно ясно. И интерес героя к месторождению, и необычайно высокий уровень смертности среди добытчиков. Я раскрыл секрет Второго Солнца, но, что хуже всего, мой враг сделала это раньше. Он в паре шагов от создания ядерного оружия, способного одним ударом обратить в прах все мои достижения, у него есть быстрое и эффективное средство доставки. Больше тянуть нельзя, я вышел из транса.

— Кара, позови кого–нибудь из арахнид.

Разумеется первой попавшейся оказалась Гекса, крутившаяся неподалёку. С её помощью я связался с Примой:

— Немедленно атакуйте. Ведьму постарайся взять живой.

После чего снова подключился к мирмикам пронаблюдать за ходом операции. Мертвецы легко сломили хилую оборону рабовладельцев, пока орки скрытно вошли в шахты и, вырезав надзирателей, освобождали рабов… Ведьма успешно атаковала магией, обездвижив нескольких скелетов, но не уничтожив. Арахнида же всё это время лениво держалась позади, в решающий момент натравив на противницу пауков из своей свиты. Это вызвало у колдуньи панику и, хотя невинные паучки её магических атак не пережили, арахнида смогла спокойно зайти со спины и резким ударом сбить ведьму с ног, нацепив ошейник. Вот что значит ленивая, но не бесполезная.

Дальше началась рутина. Ведьму Прима скрутила шёлковой верёвкой, не оставляющей ни малейшего шанса на освобождение, и подготовила к транспортировке. Самый красноречивый орк вёл агитацию среди освобождённых рабов, ярко описывая все преимущества жизни в Союзе, остальные занимались организованным мародёрством. Я прервал сеанс.

Прима получила приказ срочно возвращаться в Пограничный город вместе с пленницей, пока остальной отряд, усиленный освобождёнными рабами, будет перевозить трофеи. Конечно я буду за ними присматривать, но пока важнее сосредоточиться на главной угрозе.

Глава 35. Семена раздора

Доставила ведьму арахнида уже не только в ошейнике, но и в настоящем коконе. Сняв повязку со рта и выслушав поток брани, прерывающийся лишь прицельными плевками, я уже не горел желанием высвобождать даму из пут. И всё же мне были нужны сведения о враге, а не сомнительный трофей. Сломанный меч, только он мог быстро и без мучительных усилий разрезать нить арахнид (обычный металлом рукоделие моих девочек можно было разве что медленно перепилить), вскрыл кокон, ведьма тут же попыталась выцарапать мне глаза. Арахниды вновь зафиксировали пленницу, и я попытался наложить рабскую печать, пока все присутствующие не свихнулись от свежих подробностей своих родословных. Провал. У магички сильная воля?

Тут ведьма особенно яростно рванулась, выбраться из лап арахниды это не помогло, но некогда роскошное платье пошло по швам, обнажив в числе прочего плечо с клеймом. Так, этого в принципе следовало ожидать, мой враг тоже владеет клеймом, причём у него оно держится дольше. Неприятно. Я попытался срезать рабскую печать не обращая внимания на визги. Бесполезно, клеймёная кожа моментально восстанавливалась. Я прекратил попытки пока у жертвы от постоянной регенерации не появилась раковая опухоль, но ведьма истолковала это по–своему.

— Уже сдался, Тёмный? Слабак и трус, как и все мужчины! Можешь пытать меня сколько угодно, ты ничего не получишь. Хер на ножках!

Я заинтересовался. Неужели осмысленная речь? Ну же, дорогая, расскажи побольше про грязных мужиков, особенно про своего главного угнетателя. Однако ведьма уже переключилась на окружающих.

— Вижу ты и монстрами не брезгуешь? Готов трахать даже пауков, если сверху у них сиськи!

На лицах присутствующих орков читалось сильное желание врезать пленнице, и только моё присутствие удерживало справедливый порыв.

— А ты, мертворожденная? Ты позоришь весь женский род! Сама мать–природа дала тебе свою защиту, а ты стелешься перед этим ничтожеством!

Ладно, даже моё терпение не безгранично.

— Заприте эту тварь. Желательно за толстыми стенами.

Эхо проклятий и криков ещё несколько минут доносилось до тронного зала, глухие звуки ударов красноречиво намекали, что пару раз орки ведьме аккуратно приложили, и я не собирался никого за это наказывать. Да уж, подарочек. Понадобится много времени чтобы выудить хоть что–то ценное из этого потока сознания. И дознаватели с очень крепкими нервами. И с тем и с другим проблемы.

— Я могу поговорить с ней, — вдруг отозвалась Кара.

— Ага, ведь ты ей сразу понравилась.

— Я серьёзно. Если она так ненавидит мужчин, то мне может довериться.

В её словах был смысл.

— Хорошо, развлекайся.

* * *

— Я принесла тебе поесть. — Кара с подносом в руках спокойно вошла в камеру с прикованной на цепь ведьмой.

— Мне не нужны подачки от подстилки. — Голос заключённой сочился ядовитым презрением, однако был спокоен.

— Зачем ты так… я правда хочу помочь…

— Да? Тёмный подослал тебя разговорить. Наверное подумал что женщине я буду доверять больше.

— Да, это он меня послал. Но еду я принесла сама. Возьми.

Ведьма несколько секунд мерила съёжившуюся Кару взглядом, затем взяла кувшин и сделала несколько жадных глотков, отломила кусочек хлеба и задумчиво прожевала.

— И о чём же Тёмный так хочет узнать, что не побоялся послать свою подружку к страшной Морозной Ведьме в клетку?

— Он хочет договориться с твоим хозяином, — при слове «Хозяин» ведьма сморщилась. — Он считает что они похожи и вместо вражды могут просто поделить этот мир и вместе встретить угрозу демонов.

— Эти подонки и правда одного поля ягоды, сестра. Но твой хотя бы каждую ночь не сношает тебя своим крохотным отростком. Или…

Кара подняла глаза, в которых наворачивались слёзы.

— Он нашёл способ… и моё проклятие ему не помеха! Иногда он зовёт паучих, а ведь они его родные дочери! А иногда мертвецов… И отросток у него совсем не крохотный…Это так ужасно…

Кара разрыдалась, уткнувшись в плечо ведьмы, а та медленно гладила её по голове.

— Бедненькая, ты ведь ещё совсем дитя…

Кара всхлипнула и отстранилась.

— Я могу украсть ключ чтобы ты убежала.

— Тёмный накажет тебя.

— Я и так терплю это каждую ночь… хуже не будет.

— Мы можем сбежать вместе.

— К твоему хозяину? — ведьма смущённо опустила взгляд. — Нам никогда не сбежать от наших мучителей, ведь они сильнее.

Ведьма взволнованно зашагала по камере.

— Я не могу причинить вред своему хозяину из–за проклятого клейма. Его магическая сила слишком велика. Даже если я сожгу всю свою ману, всё равно не смогу сбросить заклятие.

— У меня есть кое–что для усиления магии… Когда Повелитель убил Единого, я собрала его кровь. Она намного сильнее храмового вина. Я надеялась это поможет одолеть его, но я слишком слаба… Вот ты сильная. Но нет, даже если ты убьёшь хозяина, то умрёшь сама.

— Мне плевать! Я готова пожертвовать собой.

— Если ты освободишься, значит мои мучения были не зря. Завтра в это же время я принесу тебе кровь и ключ. И буду молиться за тебя…

— Подожди… Быть может я тоже смог тебе помочь. Они ведь хотели встретиться?

Кара удивлённо распахнула глаза:

— Что ты имеешь в виду?

— Мой хозяин без магии всего лишь жалкий слизняк, твой легко придавит его хоть голыми руками, но и сам без магии не сможет сбежать через портал. И его тоже убьют стражники Победителя. А ты будешь свободна.

Кара задумалась:

— Орки считают меня вторым человеком в Союзе. И думаю без Тёмного Повелителя я смогу захватить контроль над нежитью. Стать Тёмной Госпожой. Отомстить за тебя и всех наших несчастных сестёр, служащих игрушками для мерзавцев.

— Да, сестра, я верю что ты сможешь. Давай же избавимся от этих мужланов!

* * *

Кара провела в темнице несколько часов, я даже начал беспокоиться, когда она вошла в зал с улыбкой сытой кошки.

— Что, неужели наша Снежная Королева раскололась?

— Да. В обмен на свободу она обещала устроить тебе личную встречу с Победителем.

Интерлюдия: Гарантированное взаимное уничтожение

— Приветствую тебя, Победитель. Как видишь я пришёл один и даже без оружия. Какие ещё нужны доказательств моей доброй воли?

Тяжёлые латы, полностью закрывающие тело Тёмного Повелителя искажали голос, который стал зловеще утробным, и всё же оставался узнаваемым.

— И всё же ты скрываешься от меня за этими доспехами. А оружие в любой момент можешь призвать.

— А ты прячешься за стеклянной перегородкой. Готов поспорить, она ударопрочная.

— Это не перегородка, а экран. Я в другом месте.

— Однако в этом здании. Спрятался в комнате страха? Неужели я внушаю тебе такой ужас?

— Я не поддамся на провокации. Ты доказал свою опасность убив двух героев, и я не собираюсь попусту рисковать. Мы можем обсудить твою капитуляцию и без личного контакта.

— Кажется ты торопишь события.

— Напротив. У тебя нет выбора. Я могу раздавить твою Империю Зла как… как этого муравья.

Победитель пальцем расплющил несчастное насекомое.

— Знаешь, мне просто интересно, ты серьёзно хочешь создать ядерное оружие в мире, который и так откатился до средневековья?

Победитель гордо приосанился:

— Знаешь в чём разница между героем и выскочкой вроде тебя? В том, что это ты застрял на стадии хотения, в то время как я уже сделал опытный образец. Я зову её «Солнышко‑2».

Победитель встал из–за стола и отошёл в сторону, открывая взгляду тёмного Властелина металлический цилиндр.

— Серьёзно? Ты сидишь в одном кабинете с атомной, мать её, бомбой? Хотя по условиям труда на руднике можно было понять, что с техникой безопасности ты не дружишь.

— А, так это твоё знаменитое чувство юмора, — герой демонстративно улыбнулся. — Что же, могу позволить себе посмеяться. Итак, магию портала позволит мне в любой момент поразить твой Пограничный город, так что…

— Так что ты не знаешь где находится моя основная Цитадель и бомба у тебя одна. Спасибо за ценную информацию.

Герой начал злиться:

— Теперь, когда технология отработана, я могу сделать столько бомб, сколько понадобится для уничтожения Тёмного Властелина, демонов, этого мифического Пожирателя Миров. При достаточном количестве материалов конечно же. Признаюсь, твоя дерзкая вылазка меня очень расстроила, так что ты вернёшь украденный уран и предоставишь новых рабов. Орки кажутся выносливее простых людей.

Тёмный Властелин некоторое время молчал, наконец заговорил, и голос его был тише.

— Ты блефуешь. Может я и не был ядерным физиком, но знаю что атомная бомба невероятно сложная хреновина. Думаешь я поверю что ты смастерил её на коленке за пару лет? Как насчёт доказательств? Например ядерные испытания на безлюдном острове.

— Ты правда думаешь что я попадусь на эту уловку? Потратив бомбу на испытаниях я дам тебе немного времени, которое ты наверняка потратишь на очередную дерзкую вылазку. Скорее всего она провалится, но я не из тех, кто даёт врагу даже призрачный шанс на победу.

— Похоже наши переговоры зашли в тупик…

Победитель покачал головой и горько вздохнул.

— Хорошо. Дам тебе небольшую уступку. Я расскажу как создал своё «Солнышко». Всё равно ты не сможешь воспроизвести технологию. В отличии от других героев я позаботился изучить информацию об ограничениях твоего оружия.

— Хочешь сказать, что это магия? — Тёмный Повелитель сделал издевательские пассы руками.

— Твой «юмор» начинает утомлять. Но да, магия. Уникальная способность моего посоха — изменение и комбинирование заклинаний. С первого дня в мире я собирал коллекцию заклятий, сначала официальных, которые любезно предоставили гильдия магов и церковь, затем запретных, ради которых я собирал из тюрем ведьм и чернокнижников, так что моя коллекция знаний самая большая за всю историю мира… Хотя не полная, так что в рамках мирного договора ты передашь мне знания о некромантии…

— Не отходи от темы, мне всё ещё интересно: как ты наколдовал бомбу?

— В технологии участвовало множество модифицированных заклинаний, благо на неодушевленные субстанции они действуют с максимальной эффективностью, но главную роль сыграли два. Самым сложным было сделать взрыватель, в итоге я решил мыслить смело и вовсе отказаться от детонатора. Вместо этого я собрал критическую массу активного вещества с помощью телекинеза, после чего заморозил получившийся шарик в сфере замедления времени, поколдовав с цифрами я сумел замедлить его течение до нуля, пусть и в крайне ограниченном радиусе и с необходимостью постоянной подпитки маной. Остальная часть бомбы обычный свинец. Таким образом я могу перместить её порталом в другой город и отключить замедление, что вызовет мгновенную реакцию и взрыв. Теперь ты мне веришь?

— Да, звучит убедительно, психопат с бомбой. Это ж насколько маленьким одолжен быть твой член, чтобы додуматься до такого? В качестве ответного жеста доброй воли я расскажу тебе свой план. Сейчас я перебью твою охрану, затем приду в твой кабинет и засуну активный элемент твоей бомбы в твою задницу.

— О, план Тёмного Повелителя отличается свойственным только ему изяществом. Сефир, дорогая моя, нейтрализуй этого идиота.

Морозная ведьма, всё это время стоявшая в зале переговоров, склонила голову и улыбнулась:

— Какое заклинание мне использовать, господин?

— Любое несмертельное, я планирую ещё немного изучить врага.

— Слушаюсь, господин.

Ведьма вдруг вытащила из декольте хрустальный пузырёк и опрокинула в горло его содержимое. Её щеки раскраснелись, зрачки расширились и, раньше чем герой успел задать вопрос, ведьма прокричала:

— Сожжение маны!

— Что ты творишь, идиотка?!

Ведьма захохотала и демонстративно разорвала платье на плече, где медленно растворялась рабская печать.

— Повинуйся, тварь! Рабская печать!

«НЕДОСТАТОЧНО МАНЫ» — строки интерфейса всплыли перед лазами Победителя как приговор суда.

«РЕГЕНЕРАЦИИ МАНЫ НЕДОСТАТОЧНО ДЛЯ ПОДДЕРЖАНИЯ ПОСТОЯННЫХ ЭФФЕКТОВ, ОТКЛЮЧЕНИЕ СФЕРЫ ЗАМЕДЛЕНИЯ ЧЕРЕЗ 10, 9, 8…».

— Портал!

«НЕДОСТАТОЧНО МАНЫ»

Победитель, дрожа всем телом, посмотрел на стоящего неподвижной статуей Тёмного Властелина. Кто–то из стражников, придя в себя после отключения рабской печати не нашёл лучшего проявления свободной воли, чем ткнуть в чёрный шипастый доспех алебардой. И тот неожиданно рассыпался на куски, открыв своё содержимое — кучку костей. Скалящийся череп, грудная клетка с фиолетовым кристаллом внутри, и сжатая в кулак костяная кисть с выставленным средним пальцем.

«3, 2, 1..»

Второе Солнце вновь взошло над многострадальным миром, вырастая подобно грибу на ножке из огня и праха. Ветер, волны и дрожь земли возвещали всему миру о гибели последнего из героев.

* * *

— Знаешь, Кара, я понимаю что только что уничтожил целый город и должен чувствовать себя ужасно. Но паршиво мне не из–за этого. Я поступил подло. Обманул беззащитное создание, которому и так досталось от жизни и заставил пожертвовать своей жизнью ради моих целей. — голос предательски задрожал. — Если бы я мог найти другой способ… Обойтись без этой жертвы… Не отправлять на верную гибель бедного скелета…

Глава 36. Хитрый план

Итак, сработало. Кара, моё сокровище, как хорошо, что мы на одной стороне, хотя иногда ты начинаешь меня пугать.

Итоговый результат превзошёл все ожидания (впрочем, я всегда строил планы с расчётом на самый неблагоприятный исход так ка никогда не отличался особым везением).

С самого начало было очевидно, что творить технологические чудеса герой, получивший в качестве оружия посох, мог только мс помощью магии. Главной задачей было ослабить его магические способности, параллельно саботируя добычу необходимых ресурсов. И тем самым прекратить либо замедлить разработку оружия судного дня.

Попавшая в руки магичка при условии усиления её способностей кровью Единого по расчётам служащих мне алхимиков могла увеличить радиус выжигания достаточно, чтобы накрыть целый остров. По данным захваченного в Пограничном городе архива, на призванных героях выжигание прекрасно работало, были прецеденты, когда именно этим способом их нейтрализовали. Я избежал такой участи во время заключения лишь потому, что изначально не особо полагался на ману, даже полностью лишившись её я потерял бы лишь половину сопротивления негативным эффектам, К тому же для этого пришлось бы пожертвовать достаточно сильным магом. Похоже меня тогда недооценили. Даже душу греет.

К тому же помимо ослабления героя, в случае успехи мозги были бы выжжены у целой кучи сподвижников последнего героя. Сплошные плюсы.

Главной проблемой было завербовать пленную ведьму. Клеймо не позволяло ей прямо нарушить приказ, но ведь выжигание било по площади, так что, при достаточном желании и силе воли она бы могла применить заклятие и зацепить своего хозяина дружественным огнём. Я справедливо полагал, что она не испытывает особой симпатии к своему поработителю, однако меня она ненавидела не меньше. Похоже ведьма просто не любила мужчин.

И тогда на сцену вышла моя Кара. Прирождённая притворщица и настоящая актриса после небольшой лекции по идеологии фемифашизма легко вошла в роль несчастной жертвы Тёмного Властелина. Благо моя репутация за пределами Союза способствовала подавлению недоверия.

После сцены трогательного взаимопонимания между сёстрами по несчастью, Кара устроила Ведьме побег. Затем я их поймал и разыграл сцену бешеного гнева, обещая Каре весьма бурную ночь в наказание за интриги (ночь и правда была бурной, но в несколько ином смысле). Ведьма начала торговаться, и, подстёгиваемая незаметными ободрительными кивками моей подруги, согласилась устроить нашу с Победителем встречу в обмен на свободу и обещание не причинять Каре вреда. Я согласился, и ведьма, весьма гордая тем, что обдурила тупого мужлана на троне Тёмных, успешно выполнила задание.

Осталось только подготовить двойника, эта задача осложнялась тем, что герой видел и слышал меня лично, так что на один только доспех вряд ли бы купился. К счастью у меня оставался кристалл моего предшественника, и помимо исторический ценности, это был прекрасный аналог мобильной связи, пусть дальность и оставляла перспективы для развития, без заметных помех система работала в радиусе 30 километров, этого хватило чтобы остаться на безопасном расстоянии, хотя и пришлось сделать рискованную вылазку во вражеский тыл.

В сокровищнице Пограничного города нашлось второе устройство связи, собственно из него церковники и почерпнули важную информацию о пророчестве и возрождении Тёмного Властелина.

В итоге скелет в доспехах говорил моим голосом. Победитель мог обнаружить подмену при личном контакте, однако, как я и предполагал, он побоялся приближаться к врагу на расстояние удара.

Конечно, был риск что он просто попытается убить двойника при первой встрече, тем более, что как выяснилось, об отсутствии у меня портала он догадывался, но к счастью трофейный уран из захваченной шахты оказался достаточно ценным, чтобы начать торговаться.

Осталось только в нужный момент спровоцировать его на агрессию, дабы ведьма получила разрешение использовать заклинание. Учитывая её любовь к убийствам и близким отношениям с хозяином, Победитель часто использовал любовницу в качестве палача. То, что враг оказался достаточно глуп чтобы держать в личном кабинете взведённую бомбу, оказалось приятным сюрпризом. Возможно подсознательно он тоже желал смерти, как и Мудильо.

Так или иначе, ошеломительный успех операции менял все планы. Если раньше я рассчитывал утраивать диверсии и вести войну на истощение, то теперь, без последнего героя с его чудо–оружием, Империя, и без того трещавшая по швам, становилась лёгкой добычей. А значит больше не было смысла тянуть. Я захвачу столицу Империи и стану единственным хозяином этого мира. И у меня ещё останется несколько лет на подготовку к вторжению демонов. А затем придёт Пожиратель. Я помню твои слова про особенную добычу и сделаю всё, чтобы не быть лёгкой дичью.

Глава 37. Гибель Империи

Твердыня, ещё недавно правившая миром, разваливалась на глазах. Рушились старые связи, клятвы верности превращались в легкие, ни к чему не обязывающие обещания, зерно и металл стремительно дорожали. И благодаря мирмикам, я мог наблюдать за этим в прямом эфире. Войска не встречали достойного сопротивления, в попытках удержать власть Гайрон приказал стягивать войска из местных гарнизонов к Столице. И если с гарнизонами, которые располагались на границе стремительно расширяющейся Империи зла особых проблем не возникло, то земли, пребывающие в относительной безопасности, с выполнением монаршей воли не спешили, предпочитая дождаться большей ясности в итогах завершения войны.

В итоге с оружием в руках на с встретили только несколько банд разбойников. Если бы Гайрон до этого момента ещё сохранил остатки уважения, то обратиться за помощью к этому сброду… Да, всегда есть куда падать. Вояки из них оказались никудышные, и некоторые разбойники это прекрасно понимали, сосредоточившись на разорении многострадальных деревень. Были конечно и самоуверенные мерзавцы, которые сильно удивлялись столкнувшись с моими силами. Похоже отправляя на передовую правды о силе и численности вражеских войск им никто не сказал. Так или иначе, эти мелкие стычки лишь усиливали мою армию, причём самую нетребовательную её часть.

Однако частично свою задачу армия сброда выполняла — на уничтожение их отрядов уходило время, которое Гайрон мог использовать чтобы устроить очередную подлянку. Например помимо войск он стягивал в Столицу вообще всех подданных, при том что склады провианта не то чтобы были дополнены до краёв. Рассчитывает как в эпосе повести в последний бой с силами тьмы каждого способного держать оружие? Это против меня не поможет. Гораздо вероятнее что беженцы, потребив все запасы, начнут голодные бунты, после которых останется только собрать мертвецов. Но сомневаюсь, что в планах врага просто лишить меня радости победы. Или мирные жители просто живой щит? Вот только я не собираюсь телепортировать в Столицу атомную бомбу. Даже если бы она у меня была. И в это была стратегическая необходимость…

Однако агенты, мирмики и пленные были на удивлении единодушны в мнениях: никакого коварного замысла нет, просто в Империи царит хаос. Гайрон боится предательства (есть из–за чего) и разогнал самых авторитетных дворян. Их место заняли подхалимы, жулики и подозрительные личности всех мастей. Беспокойся я о жизнях агентов чуть меньше, давно бы внедрил кого–то в ближайшее окружение и теперь не страдал в неведении.

Мягкие шаги Кары напомнили, что пора принимать свежие данные от мирмиков. Братья наши меньшие с ростом объединённых в единую сеть ульев заметно повысили интеллект и хотя по прежнему были не способны на осмысленное общение, уже научились сами определять необычные цели.

В этот раз после базовых отчётов моему вниманию предстал монах. Одетый в обычное одеяние, он всё же выделялся высоким ростом, характерным для дворян, да и в манере держаться явно не хватало смирения. Судя по всему высокий церковный чин, путешествующий инкогнито. Сейчас много таких бежит подальше от Столицы, ведомых естественным желанием избежать теологического диспута с Тёмным Властелином. Вот только этот не убегал, а шёл прямиком к нам. На самоубийцу не похож, на фанатичного идиота тоже, так что убеждать меня покаяться в грехах и развернуть армию не будет. Неужели предатель?

Арахниды получили приказ доставить монаха ко мне. Целиком и как можно быстрее.

* * *

Как поощрение за то, что при задержании монах не сопротивлялся, связывать его не стали, ограничившись антимагическим ошейником. Пленник не показывал страха, и разглядывал окружающих даже с интересом. Особенно арахнид…

— Как последователь мёртвого бога оказался на моей земле? Ты заблудился или же намеренно искал встречи с Тёмным Повелителем?

Монах приосанился:

— Искал встречи. У меня есть важные сведения, которые вас заинтересуют.

— Значит ты хочешь предать своего правителя? Не могу осуждать такое решение, он тот ещё ублюдок.

— Я не предатель! — от видимости смирения не осталось ни следа. — Это Гайрон предал всех нас!

— Да–да, понимаю. Меня он помнится тоже подставил. Похоже это у него в крови. Перейдём к делу, что ты хочешь получить взамен? Арахниду в жёны не отдам.

Надо же, покраснел.

— Мне ничего не нужно. Я делаю это по своей воле.

Надо же, идейный диссидент. Империя и правда на последнем издыхании.

— Хорошо. Тогда если и правда расскажешь что–то ценное, я приму твою присягу без оглядки на происхождение.

Монах покачал головой:

— Нет, Тёмный. Можешь меня убить, но служить тебе я не стану. Я пришёл лишь потому, что больше обратиться не к кому. Ты извечный враг, и я бы с радостью сразился с тобой. Но то, что замыслил Гайрон, находится за гранью чистого зла…

Монах замолчал, видимо осмысливая моральную дилемму.

— Мне что, из тебя слова клещами вытягивать? Что он задумал такого, что даже Тёмный Властелин теперь не враг?

— Гайрон собирается провести запретный ритуал.

— Ты немного отстал от событий, — я откинулся на трон слегка расслабившись. — Эта проблема уже решена. Второе Солнце взошло в последний раз и сожгло своих создателей. А тебе стоит ещё раз подумать о присяге пока я в приятном расположении духа.

— Нет, Повелитель… — ну что за упрямец, теперь и убивать его не хочется, и отпускать глупо… — Второе Солнце не самое худшее что есть в этом мире. Все те люди в Столице, король готов принести их в жертву чтобы ускорить приход демонов!

* * *

Слова перебежчика кардинально меняли планы наступления. Что хуже всего, они прекрасно дополняли разведданные и объясняли странную активность в Столице. Когда монах наконец разговорился, выяснилось, что среди освобождённых из тюрем ради противостояния с тёмными были не только разбойники и ведьмы–мужененавистницы, но и культисты–демонопоклонники. Последние сумели втереться в доверие к отчаявшемуся правителю и предложили свой план спасения Империи. Культисты давно практиковали призыв демонов, хотя это и не было простой процедурой. Помимо изрядной силы задействованных в ритуале магов для каждого демона был нужен смертный сосуд. Вселившись в дело демон обычно выполнял приказы, хотя всегда был риск неудачи, тогда прищванный просто убивал колдунов и шёл развлекаться самостоятельно. Смертное тело оставалось уязвимым, хоть у него и прибавлялось сил, и после уничтожения демон покидал мир, так что одиночные акты культистов угрозы человечеству не несли, хоть и преследовались церковью и паладинами.

Но Король Гайрон решил подойти к делу с размахом. Если принести в жертву несколько тысяч человек, то организатор ритуала при успехе не просто получит сильную армию почти из воздуха. По словам монаха, столь мощное сосредоточение демонических сил в одном месте, подкреплённое страданиями жертв, сможет прорвать ткань реальности, и демоны во главе со своим Лордом откроют врата в мир, как и было сказано в пророчестве, но на восемь лет раньше. А может те кто записывал пророчество просто немного ошиблись с датой.

Ситуация стремительно выходила из–под контроля. Если в Столице нарисуется несколько тысяч демонических воинов, моих войск не хватит для победы, придётся отступать и перейти к обороне. А если демоны продолжат получать подкрепления… Я слишком хорошо знал, какое преимущество даёт возможность быстро делать бойцов из мёртвых людей.

На ритуал требовалось время. Если пойти на Столицу прямо сейчас, то может ещё есть шанс успеть. Разумеется двигаться с нужной скоростью смогут только мертвецы, оркам при самом изнурительном марше времени понадобится втрое больше, не говоря уже о том, что полноценное снабжение армии в такой короткий срок организовать невозможно. Но мертвецы уязвимы перед магами. Однако маги заняты ритуалом. Шансы есть, но это авантюра. Однако рискованная победа лучше гарантированного поражения.

Мучительные сомнения слишком заметно отражались на лице (или я опять думал вслух), и Кара крепко меня обняла. Это помогло собрать мысли в кулак.

— Я не оставлю тебя. Пройдём через это приключение вместе. Как всегда. — девушка улыбнулась, а она так редко улыбалась.

— Кара, это слишком опасно. Я не могу тобой рисковать. Если я погибну, кто кроме тебя возглавит Союз?

— Если ты погибнешь, я погибну с тобой. Союз возглавит Тиан, они так почти всё делает за тебя, Окта ему доверяет и вместе с сёстрами поможет удержать власть. Ты ведь не поведёшь своих малышек в опасную битву?

— Я…, я не знаю…

— Они сильны в бою, но это моя магия с твоим Чёрным Солнцем может переломить даже безнадёжный бой. Мы просто перепугаем людишек до полусмерти. Их решимость стоять насмерть итак трещит по швам, а ты расскажешь, что собирается сделать их безумный император. Они откроют врата, мы быстро перережем культистов, а Гайрона ты утопишь в королевском нужнике. И всё закончится, а мы будем вместе стареть сидя на троне и вспоминая, как убили всех врагов.

— Если бы всё и правда закончилось так хорошо… Там. В родном мире, у меня всегда было плохо с везением… Но в то мире не было тебя.

— Это значит что ты согласен?

— Ты ведь всё равно поступишь по своему.

Глава 38. Выстрел в сердце

Армия живых мертвецов, стремительно несущаяся к сердцу Империи вызывала священный трепет. Хозяйничающие на некогда процветающей земле разбойники разбегались в ужасе, эгоистично думая что вся эта суматоху устроена ради их жалких персон. Мирные жители на пути не встречались. Если кого–то и не забрал Гайрон, то стали добычей банд. Земли, захваченные Тёмным Властелином, разорены и безлюдны, это факт, а как он будет истолкован зависит от того, кто победит.

Но несмотря на разруху, в цивилизованных землях хотя бы сохранились дороги, а в моём распоряжении новый бронепаланкин повышенной комфортности, в котором мы с Карой могли нормально спать. Старый палантин тоже не остался без дела. В нём передвигался монах–диссидент, у которого удалось вытянуть обещание выступить перед гарнизоном и рассказать об императорских планах. К пункту назначения он прибудет усталый и злой, это только сделает слова убедительнее. Ну и армия нежити за спиной должна способствовать успеху переговоров, хоть моих сил и со скрипом хватало для успешного штурма, не стоит отказываться от возможности сократить потери.

Вылезший из трясущегося паланкина монах теперь больше напоминал не благородного святого отца, а безумного пророка. Борода заметно отросла и свалялась, одежда измята, взгляд бешеный. С трудом держась на трясущихся ногах он обратился к стражникам со столь проникновенной речью, обличающей Гайрона, его мать, а также бойцов столичного гарнизона как законченных грешников, что моим первым порывом было заткнуть уши Каре, однако она вырвалась слушала поток брани с нескрываемым восторгом. Речь монаха и правда гипнотизировала, мощи его громогласных лёгких хватило на целый час. Он хрипел, задыхался, жилы на лбу вздулись, и всё же со стойкостью настоящего фанатика продолжал проповедь. Арбалетчики даже убрали оружие, чтобы ничего не отвлекало от невиданного зрелища. На стенах началась нездоровая суета. Топот шагов, крики и ругань, такие блеклые на фоне творящейся внизу мистерии, даже лязг оружия, похоже защитники Столицы постепенно проникались всей трагичностью ситуации.

Наконец слова обезумевшего монаха дали эффект. Кто–то замахал зелёной ветвью и городские ворота медленно открылись. Всё так легко или ловушка? Не важно, мертвецы справятся с засадой лучше, чем со штурмом стен, а паланкин защитит от обстрела. Армия тьмы вошла в Столицу Империи. Сквозь прорези в металле, сделанные на манер жалюзи, я наблюдал, как солдаты гарнизоны стоят вдоль дороги. Особого энтузиазма на их лицах не было, кто–то даже плюнул вслед нашей процессии, но и нападать они не спешили. Монах отстал, должно быть выбился из сил, но свою роль он отыграл на отлично. Мы спокойно шли по прямым улицам. Вечерело, но в окнах двух– и трёхэтажных домов не зажглось ни одного огонька, яркий свет виднелся лишь впереди, где паутина улиц сливалась в сияющую площадь. Оттуда раздавался шум тысяч человеческих голосов, и эти звуки отнюдь не были счастливыми. Похоже сейчас начнётся… Только бы не опоздать. Армия итак двигалась на максимально скорости, но последние минуты пути казались такими долгими.

Наконец стали попадаться люди. Похоже площадь не могла вместить всех, и часть толпы просачивалась на окрестные улицы. Огромная толпа, человеческая масса забивала все проходы. Испуганные люди пытались жаться к стенам или забиться в дома при виде наступающих мертвецов, но получалось так себе. Нам пришлось оставить паланкин и пойти пешком, армия следовала за нами, но строй смешался в бесконечной давке. Некоторые люди несмотря на испуг тянули к нам руки, я заметил, что Кара украдкой наложила дезинфицирующее заклятье на нескольких кашляющих, но не подал виду. Наконец мы пробились к центру площади — почти свободное от людей кольцо, окружённое паладинами, которые сдвинулись, освобождая нам проход, и наконец я снова увидел главного. Гайрон встал с трона и воздел руки к небесам.

— Тёмный Повелитель, как и было сказано в пророчестве, ты погрузил мир в хаос!

— Мир справился бы и без меня. Особенно с таким выдающимся правителем.

— Ты отнял у меня всё, а теперь ещё и пришёл поглумиться, но твоей скверне пришёл конец! Мой народ предал меня… Жалкие трусы предпочли присоединиться к тебе вместо того чтобы бороться со злом. Они сами выбрали свою судьбу. Мне больше нечего терять, Владыка Демонов, прими эту жертву и уничтожь зло!

Я метнул клинок в Гайрона, но несколько паладинов мгновенно закрыли короля бронированными телами, а затем время словно остановилось. Небо осветилось багрово–красным, а толпа издала душераздирающий вой. Люди болезненно кривлялись, их глаза засияли тем же красным цветом чужого неба, их лица менялись, словно превратились в уродливые маски. Я попытался отдать приказ войскам, но нежить лишь билась в конвульсиях, сверкая всё тем же красным пламенем. Я прижал Кару к себе, надеясь что мой статус героя поможет укрыть от демонического ритуала хотя бы её. Гайрон безумно хохотал. А в небе открылся небольшой портал, отличающийся от геройского только цветом, и прямо перед императором предстал высокий демон с нечеловеческим черепом вместо лица. Нет, не вместо, всего лишь шлем. Демон быстро огляделся вокруг, отчего толпа сразу затихла и начала внимать, и обратился к Гайрону.

— А, Ваше Величество. Вижу вы решили ускорить конец света и призвали нас раньше срока. От лица владык Ада я как Демон–Лорд выражаю искреннюю благодарность. Столь большое количество тел для вселения прекрасный подарок. Но вот качество оставляет желать лучшего. Среди них полно мертвецов, так что эти тела придётся вернуть предыдущему владельцу. Вижу он тоже здесь.

Мертвецы перестали кривляться, но и на приказы пока не отзывались. Демонлорд продолжал:

— К томе же это место хоть и является столицей, плохо подходит для жатвы. Мы воздвигнем основные врата на Западе и начнём очищение прямо с побережья.

Гайрон побледнел, но пытался вернуть контроль над ситуацией.

— Согласно договору в обмен на жертву вы должны уничтожить Тёмного Повелителя и его приспешников.

— Что? Договор? Кто вам сказал такую глупость?

Вот теперь Гайрон растерялся:

— Но ведь культисты… обещали…

— Тогда и требовать исполнения какого–либо договора ты должен с них. Впрочем вряд ли получится. Некоторые присутствующие при жизни были принесены в жертву этими дегенератами, и сейчас горят желанием расквитаться.

— Но вы всегда исполняли договор! — попытался воззвать к справедливости некто в чёрной робе.

— Не всегда, а только пока это было нам выгодно. И в данный момент мы не нуждаемся в союзе с умирающей империей. А удостоил Ваше Величество личной встречи я лишь потому, что когда–то был в крайне близких отношениях с вашей матерью, в годы её юности и красоты конечно же. На этом аудиенция закончена. Думаю наша следующая встреча если и произойдёт, то уже в Аду, так что прощайте.

Демонлорд растворился в ещё одном портале, и захваченные демонами люди пошли прочь, лишь несколько задержались чтобы захватить нескольких культистов. Судя по безумным крикам ничего хорошего демонопоклонников в ближайшем будущем не ожидало.

Нежить всё ещё находилась в ступоре, равно как и паладины, похоже их искалеченные тела демонам тоже пришлись не по нраву. Я наконец выпустил Кару из объятий, и попытался вернуть меч в руку, однако интерфейс пока не отзывался, возможно из–за помех вызванных демоническим вмешательством. Тогда я пошёл к Гайрону сжав кулаки.

— Стой! Не двигайся, Тёмный! Пусть меня и предали, я ещё кое на что способен! Я убью тебя!

Король оставшийся без королевства выхватил из–за пазухи металлический предмет и грянул выстрел, пуля подняла фонтанчик пыли в нескольких шагах от меня.

— Надо же, у тебя есть револьвер? Тот самый громовый жезл из другого мира или Победитель постарался? Сколько у него зарядов, шесть или семь?

Ещё один выстрел, снова мимо, я медленно зашагал вперед, одновременно делая шаги в сторону, постоянно меняя амплитуду движения.

— Это оружие может показаться всемогущим, но на самом деле чтобы научиться им пользоваться нужно сделать не одну тысячу выстрелов.

Ещё один выстрел, на этот раз слишком высоко, я лишь услышал свист.

— Попасть в движущуюся цель очень трудно, а твои руки дрожат, Гайрон. Любое оружие бесползено в руках труса.

Ещё один выстрел, на этот раз близко, если бы я не двигался, то был бы ранен. Теперь вопрос только в том, успеет ли Гайрон пристреляться за оставшиеся два или три выстрела?

— Ты безнадёжен. Приставь жезл к своей безмозглой голове, может хоть так попадёшь.

Ещё один выстрел. Больно и горячо. Но ничего страшного, пуля лишь царапнула руку.

— Подумай, Гайрон, ведь когда я подойду, то буду убивать тебя медленно и мучительно. Просто выстрели себе в голову чтобы избежать страданий.

Ещё один выстрел, снова мимо. Шесть или семь? Всё уже закончилось или ещё нет?

— Будь ты проклят, Тёмный! — Гайрон был близок к истерике. — Всё, всё что было мне дорого, ты разрушил в мгновенье ока! Ненавижу тебя! Ненавижу!

Ещё один выстрел. Мимо! И тут я увидел, как упала Кара.

Несколькими прыжками я добрался до Гайрона, вырвал оружие и сломал ему руку. Затем схватил всё ещё лежащий возле трона меч, отсёк королю руки и ноги и подбежал к Каре.

— Ты ведь притворяешься? Не надо, не пугай меня так!

Она была мертва. Мир рухнул. Осознание произошедшего никак не могло удержаться в голове. Оставив тело Кары я вернулся к Гайрону и бил его, пока ублюдок не превратился в кровавый туман. Мертва… Мой клинок рос на глазах, словно впитывая кровавые ошмётки, и вместе с клинком изменялось моё тело, а замершие вокруг истуканы приходили в сознание. Я убил ближайшего паладина, одним ударом превратив его в месиво, которое тут же покрыло мою кожу, а затем убил следующего. Паладины, уцелевшие стражники, советники, слуги… Я вихрем ворвался во дворец уничтожая всех на пути. Сломанный меч вырос до размеров заточенной рельсы, и всё же я как–то держал его одной рукой, непомерно раздувшейся. А людишки вокруг вдруг стали такими мелкими. Мебель хрустела под ногами, а голова сбивала люстры, пока я искал новые жертвы. Мертвецы пробудились ото сна и моя ярость передалась им. Город погрузился в кошмар.

* * *

Когда живых не осталось, а гнев утих, сменившись бесконечным отчаянием, я смог оценить, насколько изменилось моё тело. Рост около трёх метров, а мышцы раздулись так, что разорвали паучий шёлк в клочья. Меч хоть и остался сломанным, был длиннее и тяжелее любого оружия. Я вернулся на площадь, где лежало тело любимой. А рядом стоял Он.

— Так значит в этом был твой план? И теперь я стал монстром, убив которого ты станешь ещё сильнее?

Пожиратель Миров покачал головой:

— Я не настолько злобный ублюдок. Её убил этот мир, не я.

— Я знаю! — глаза заполнились слезами. — Так было всегда. Стоит лишь на миг поверить в чудо, посметь мечтать о счастье — и мир возьмёт свою плату. Уничтожит всё, что тебе дорого. Я не должен был брать её с собой… и пытаться спасти этих людишек… не должен был любить…

— Да, ты прав. Мир всегда забирает у тебя всё. Тот, кто его создал, хотел чтобы мы страдали. Но всё меняется. Что если я скажу тебе, что ты ещё можешь всё изменить? Воссоединиться с любимой в новой жизни?

На миг вернулась надежда. Ну конечно! Я ведь умер перед тем как попал сюда. Значит Пожиратель может вернуть и Кару. Дать нам новую жизнь в другом мире.

— Что нужно сделать?

Пожиратель улыбнулся:

— И ты изменился. Больше не торгуешься, не ищешь подвоха. Похоже ты научился кого–то ценить, — его голос вновь стал беспристрастным. — Заверши завоевание этих земель. Реши вопрос с демонами. Собери самую сильную армию, которую знал этот мир. И тогда, когда придёт срок, мы встретимся на вершине самой высокой горы. А сейчас моя возлюбленная хочет дать тебе небольшой подарок.

На тело Кары спустилась крылатая тень, и труп исчез, на площади лежал лишь маленький аккуратный череп. Пожиратель исчез, а я поднял всё, что осталось от возлюбленной.

«ПОЛУЧЕН АРТЕФАКТ: ЧЕРЕП КАРЫ. ДОСТУПНО ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МАГИИ»

Глава 39. Путешествие на Запад

— Доброе утро, любимая. — я поцеловал лежащий на подушке череп и встал. Ещё один день, ещё одна битва. Армия тьмы успешно расправлялась с остатками сопротивления, время переговоров давно осталось в прошлом. Очередной лорд из тех, что предпочли выждать исхода войны в итоге дождался своей судьбы. Хотя этот похоже привлёк пару союзников, его армия примерно вдвое больше моей, но это уже не имеет значения.

Одевшись я закрепил череп на поясе и вышел из шатра. Солнце медленно понималось из–за горизонта, войска выстраивались в боевом порядке. От толпы врагов отделился какой–то юнец в сверкающих доспехах с копьём необычного вида. Он остановился на равном удалении от обеих армия и стал ждать. Вызов на дуэль? Я придирчиво оценил смельчака. Надо же, им удалось призвать ещё одного героя

Отмахнувшись от советников я вышел к нему навстречу, арахниды пошли было следом, но я приказал им остаться на месте.

— Я остановлю тебя, Тёмный Властелин, и спасу этот мир от зла!

Снова пустая самоуверенность. Я воткнул меч в землю и вырвал копьё из рук врага, мгновенно обратив его в прах, затем схватил выскочку за голову, поднял над землёй и, свободной рукой освободив шею от брони, перегрыз врагу артерию, после чего швырнул тело в сторону, затем смерил взглядом вражескую армию. Похоже представление привело их в нужное расположение духа. Я выставил вперёд ладонь и сжал её в кулак:

— Умрите.

Примерно треть войска умерла мгновенно, остальные начали отступать. Поздно. Сдаваться нужно было раньше.

— Восстаньте.

Свежеприбывшие мертвяки тут же набросились на бывших собратьев по оружию. Вот и всё. Теперь орки загонят самых резвых, а нежить зачистит ближайшие укрепления. Так легко стало в последнее время побеждать. Возможно демоны, до сих пор придерживающиеся вооружённого нейтралитета, смогут меня развлечь когда придёт их очередь. Сейчас же остаётся до конца дня уныло бродить по лагерю, подгоняя сборы, чтобы устать достаточно и забыться сном. И может быть во сне приснится Кара. Сны всё, что у меня осталось, и тем страшнее возвращение в реальность.

Странно, в лагере какая–то суматоха. Я быстро зашагал обратно, Тиан уже бежал навстречу:

— Повелитель, к нам прибыл посланник.

— Очередной лорд пытается выкупить свою шкуру? Гони его прочь.

— Не совсем. Это демон.

— Демон? Ладно, сделаем исключение. Приведи его ко мне.

* * *

— Я представлял себе демонов немного иначе. Более красными, рогатыми, хвостатыми.

Посол практически не отличался от обычного человека. Быть может немного выше ростом, да пропорции тела искажены, и глаза мутные, но все эти черты слишком незначительны, чтобы обратить на них внимание если специально не приглядываться.

— Мы предпочитаем называть себя даймоны, это гораздо лучше характеризует нашу сущность. Что до внешности, мы можем её изменять в разумных пределах. И хотя некоторые действительно добавляют к телу экзотические украшения, большинство предпочитает облик более похожий на прижизненный.

— Значит называть тебя Даймон?

— Лично меня можете звать Вергилием. Это имя как нельзя лучше подходит для того предложения, что я должен передать.

— Собираешься устроить мне экскурсию в Ад?

— Не совсем. Демон–лорд приглашает вас обсудить дальнейшую судьбу этого мира. На время вашего визита даймоны обязуются сохранять перемирие.

— В последнее время каждое приглашение на переговоры заканчивается дракой… И почему не Даймон–лорд?

— О, это его личная причуда. Что до безопасности путешествия, вам придётся положиться на моё честное слово, хотя и понимаю, что не вызываю большого доверия. Как и то, что явиться вы должны в одиночку.

— Предположим армия мне уже не особо нужна чтобы уничтожить легион–другой врагов. Почему демон–лорд не явился для переговоров сам?

Вергилий улыбнулся:

— Несомненно это часть его плана. Он прекрасно осведомлен, что вы несколько вспыльчивы, а также страдаете от некоторых предубеждений. Путешествие должно вас немного отвлечь от мрачных реалий, а также показать вам основы нашего быта, что непременно способствует лучшему взаимопониманию в ходе переговоров.

* * *

Не было ни одной причины верить демону. Но больше не было и причин отказываться от приглашения. Мысль о том, что снова придётся остаться наедине с тягостными воспоминаниями ужасала, постоянная угроза жизни в чужих землях действительно могла хоть немного отвлечь. Переложив обязанности по снабжению войска на Тиана и утвердив план дальнейших боевых действий я оставил ставку командования и вошли в красный портал.

Место, где мы оказались, немного напоминало стадион. Заполненные даймонами трибуны, в центре поле, засыпанное песком. На нём вооружённые люди. Нет, не стадион, арена.

— Сейчас вы можете увидеть как мы вербуем новых даймонов в свои ряды.

Двое сошлись в яростной схватке. Один очевидно сильнее, я вижу несколько моментов, когда он мог прикончить соперника, но почему–то этого не делает, и в итоге просто сбивает слабого с ног и наступив ногой не даёт встать.

— Добей! — ревут трибуны.

— Согласно правилам один обязательно должен умереть, иначе убьют обоих, — пояснил Вергилий.

Здоровяк на арене отбросил меч и заорал, перекрывая рёв трибун:

— Идите к чёрту! Лучше сдохну, а вас веселить не буду!

Поверженный противник сумел высвободиться и нанести смертельный удар под рёв трибун.

— Замечательно. Только что родился новый даймон.

— Поучительное зрелище. Тут ведь есть подвох, не так ли? Кто из них стал даймоном?

— Разумеется убитый. Он проявил истинную силу духа. Сейчас он очнулся погружённый в Жижу. Кажется кто–то из смертных, при жизни сумевший заглянуть за Грань, принял её за лаву. На самом деле это что–то вроде обобщённого сознания. Жижа при прикосновении причиняет сильные страдания. Примерно как если ты одновременно припомнишь все сделанные ошибки. Большинство так и растворяется в ней. Никто не знает что происходит дальше, может исчезают из реальности, или отправляются на перерождение, что в принципе одно и тоже. Или вечно страдают, в конце–концов это ведь Ад. Но если твой дух достаточно силён, можно зацепиться за идею, которую ты ценил больше жизни, и за счёт этого выбраться. Стать даймоном.

— В загоне для гладиаторов я вижу только мужчин.

— Да, для женщин испытание попроще: стать наложницей или умереть. На мой взгляд не самое лучшее решение, из–за него среди даймонов очень мало женщин. Даже суккубы, простите за откровенность, как правило на самом деле мальчики с девочкой внутри. Конечно, все даймоны могут менять внешность. Но лично у меня это вызывает отторжение…

— А для детей вы придумали что–то особенное?

— Ах, дети, вечная дилемма невинных младенцев. При открытии врат мы всегда проводим ритуал, который не даёт людям плодиться именно для того, чтобы минимизировать эту проблему. Тех, кому не посчастливилось родиться незадолго до вторжения, стараемся вырастить и обучить достаточно, чтобы они могли сделать осознанный выбор. И к нашей чести, среди воспитанных таким образом детей процент даймонов намного выше среднего по миру.

— А как же Рай? Разве невинным душам не положено отправляться прямиком туда?

— Рая не существует. Существовали райские врата скрывавшие за собой некую сущность. Нечто совсем не похожее на доброго старца. Скорее нечто лавкрафтовское, в твоём мире же был это писатель?

Я кивнул.

— Хорошо, значит ты примерно представляешь суть. Сущность питалась тем, что вы называете душами, причём предпочитала определённый тип. Так или иначе в итоге нам удалось разрушить врата. Вряд ли мы уничтожили этим сущность, максимум отсекли одно из щупалец, но по крайней мере закрыли ему доступ в наше мироздание. Но тогда мы были уверены в победе. Я был полон надежд и желания превратить Ад в идеальное общество, которым грезил при жизни. Увы, но Вселенная не терпит пустоты. Освободившуюся экологическую нишу быстро занял Пожиратель Миров. В Аду достаточно места для всех, и раньше он неплохо пополнялся естественным путём. Но после визита Пожирателя мир больше не будет поставлять новых даймонов. Теперь приходится изощряться, чтобы успеть нарастить силы до того, как ситуация станет безвыходной.

Я вздохнул.

— Хорошо, я тебя понял. Вы на самом деле хорошие, а Пожиратель Миров истинное зло, и мы теперь должны объединиться против общего врага. Считай что своей цели ты достиг, и можешь спокойно проводить меня к своему Демонлорду.

Но Вергилий лишь добродушно засмеялся:

— На самом деле всё несколько сложнее, а моя цель вовсе не завербовать Тёмного Повелителя. Я лишь хотел посмотреть на тебя вживую и поблагодарить за помощь.

— И когда я умудрился помочь даймону?

— Я ведь говорил, что в Аду очень мало женщин? Однако я сумел воссоединиться после смерти с возлюбленной лишь благодаря тебе. При жизни я отверг её любовь из–за внешности. Да, это не делает мне чести, но в конце–концов она была гигантской паучихой! После смерти Фрида приняла более подходящий облик и простила мою чёрствость. На этом пожалуй всё.

Вергилий достал из–за пояса кинжал и приставил к своей груди:

— Ах да, думаю ты должен знать, что хотя дочери Тёмного Властелина кровью привязаны к тебе, Фрида использовала мой генетический материал для их создания. Прощай.

Вергилий вонзил кинжал в сердце и мёртвое тело упало на земле. Тут же открылся портал. Демон Лорд устал ждать гостя.

Глава 40. Демон–лорд

Я оказался в тёмном зале между рядами колонн. Впереди на возвышении стоял трон, на котором восседал Демон–лорд, в той же маске, что носил в ту проклятую ночь.

— Приветствую тебя, Тёмный Повелитель. Прежде чем ты удостоишься чести говорить со мной, пройди испытание мудрости. Ответь на три загадки.

В зале вспыхнули несколько светильников, освещая дорожку к трону.

— Вот первая загадка. Что есть у меня, но чем пользуются все, кроме меня?

— Должно быть твоя мамаша.

Я шагнул вперёд.

— А ты дерзок, Тёмный. Вот вторая загадка: Что это за чудесное место, сколько бы раз ты оттуда ни уходил, всегда возвращаешься снова?

— Это место, где все твои друзья.

Я сделал ещё один шаг.

— Правильно. Тогда последняя загадка: Что у меня в кармане?

— Дырка, через которую ты теребишь свой крохотный член.

— Нет, вот сейчас было и правда обидно. Свинья ты всё–таки, Тёмный Повелитель…

Демон Лорд встал с трона и снял маску. Несмотря на внушительное телосложение и выдающуюся квадратную челюсть ошибки быть не могло. Мудильо собственной персоной.

* * *

— И после того как ты предательски меня убил…

— Ты сделал всё, чтобы дошло до этого.

— Ну и ладно, дело прошлое и я не в обиде. Так вот, очнулся я в какой–то красной жиже, чувствую себя хуже некуда, тоска смертная и боль невыносимая. А вокруг какие–то скалы, развалины и полуголые мужики со страшными рожами. Ну и от избытка чувств пошутил. Не помню как конкретно. Кажется что–то про говно… Но публика оценила. От этого я воодушевился и выбрался на берег. Потом уже разобрался что к чему и кто главный. В Аду больше всего ценится фантазия, каждый у кого хватило воли стать даймоном может менять не только своё тело, но и создавать уютненькое подпространство, и чем лучше у тебя воображение, тем больше ты можешь создать. Какое–то время я провёл в мире иллюзий, благо время там в отличии от внешнего мира почти не двигается, потом заскучал и выбрался в общество. Мой повреждённый мозг остался вместе со смертным телом, так что от шизы я избавился и достаточно быстро начал продвигаться по иерархии.

У нас там не так давно нарисовался новый Вожак, тот ещё отморозок, вроде тебя, он смог подмять самых сильных демонов, освободить Люци из цепей и организовать захват Райских Врат. Я по старой памяти старался нарыть побольше информации о Пожирателе Миров, как никак при жизни был большим его поклонником. Вожак узнал об этом, ну и о том, что я только недавно пришёл из этого мира, и предложил мне возглавить операцию по вводу ограниченного контингента и изъятия части душ у нашего идеологического оппонента. И вот я здесь, перед тобой.

— Хочешь сказать что Ад враждует в Пожирателем?

— Не совсем. Скорее мы заклятые друзья. Вроде бы он не может попасть в Ад, но и мы не можем причинить ему или его Легиону хоть какой–то вред. Так что взаимно гадим друг другу по мелочи, на нейтральных территориях, а потом спорим, кто в итоге показал себя лучше. План бытия другой, а развлечения всё те же.

— Ты собирал информацию о Пожирателе. Расскажи мне, кто он на самом деле? Чего хочет?

Мудильо одарил меня пристальным взглядом.

— Вообще–то я рассчитывал узнать о нём у тебя. Как–никак ты его Избранный. Обменяемся информацией?

— Мне особо не чем тебя обрадовать. Он явился мне ещё в родном мире и отправил сюда. Несколько раз давал подсказки как выжить и победить. А когда умерла Кара, — как же больно вспоминать… — он забрал её тело, оставив только этот череп. Но обещал вернуть её к жизни когда придёт в этот мир. Я должен собрать большую армию и встретиться с ним на вершине самой высокой горы.

— Ну, это уже кое–что. Теперь я. Когда–то Пожиратель был смертным человеком. Не совсем простым, естественно, по крайней мере у него был доступ к некоторым запретным ритуалам и достаточно крепкое тело чтобы пережить их последствия. Потом он где–то откопал свою ангельскую подружку. Во про неё неизвестно вообще ничего. Разве что я предполагаяю — она не настоящий ангел. Чисто в теории могла бы быть из серокрылых, несколько таких не примкнули ни к Люци, не к Верховной Сущности во время первой большой заварушки, и всё эту бездну времени прятались в глубоком подполье. Но ангелы выглядят как что–то среднее между девочкой–пацанкой и женственным мальчиком, а она выглядит даже слишком женственно. Скорее всего просто сожрала несчастного серокрылого и забрала его силу.

Та ещё парочка в общем, но любят друг друга по настоящему. И вот наши счастливые возлюбленные благодаря ангельским способностям начали прыгать между мирами. Там пожиратель находил и убивал могущественных врагов: магов, псиоников, геномодов. И пожирал их плоть, при этом забирая и силу. Довольно быстро с людей он перешёл на тварей пострашнее, и в итоге отожрался до того, что смог уничтожить целый мир. С этого момента он официально стал непобедим, ни одно существо в Мироздании не сможет его одолеть. Вот ирония, победив божество, которое не могли понять, мы получили божество, которое заслуживаем.

— Если Пожиратель Миров настоящее божество, что ему нужно от меня? Зачем он втянул меня в эту историю? Ради развлечения?

— Может и ради развлечения, у него специфическое чувство юмора. Но мне предельно ясно, что ему нужен ты. Должно быть пожирать бесконечное множество миров в одиночку дело не быстрое. И раз у него есть на тебя крючок, скорее всего потребуется жертвоприношение. Убить всех в мире в обмен на жизнь возлюбленной и вечную службу.

— Я не могу… Не могу пожертвовать всеми. Даже ради неё… Я сражусь с пожирателем!

Мудильо едва не задохнулся от смеха:

— Ты серьёзно? Даже собрав силу всего мира, ты в лучшем случае сравняешься с Пожирателем той поры, когда он уничтожил первый мир. Вот только уничтоженных миров уже десятки, если не сотни.

— Именно поэтому мы сейчас и разговариваем. Возможно с помощью даймонов у нас появится шанс.

— А знаешь, это может сработать, и я в деле. Конечно Ад не станет присылать сюда дополнительные силы, это будет уже не лепка куличиков в чужой песочнице, а нечто уровня удара совочком по голове. Но вот те отборные бойцы, что пришли в мир согласно пророчеству имеют полное право выступить на любой стороне. В любом случае я ничего не теряю. Даймоны после смерти просто возвращаются домой. Что до тебя… ну, Пожиратель не чужд высоких жестов. Может и оценит твою храбрость. А может и нет. Считай что мы союзники. Остаётся только копить силы и дожидаться нужного момента.

Глава 41. Сильнее смерти

Последние годы пролетели словно пара недель, в основном потому что я изо всех сил старался не оставаться незанятым хоть на мгновение. Ведь стоит сделать передышку, как возвращается отчаяние. Я укреплял Союз Тёмных, превращая всех живых в тренированных воинов. Тех, кто сопротивлялся, обращал в нежить. Превращать разрозненные и разорённые войной земли в единый стальной кулак дело сложное, но решаемое при должной настойчивости. Если выдавалась свободная минута, я сражался с некроголемами, сделанными из отходов производства, либо с присланными Мудильо отборными даймонами в боевой форме, оттачивая мастерство владения мечом и телом. Использовать магию было особенно больно, но в то же время заманчиво, ведь при каждом заклинании образ Кары возникал словно наяву. Наконец–то восстановившийся с ростом меча интерфейс не стал информативнее, все мои характеристики к этому моменту уже достигли максимального уровня. Я превратился в настоящего монстра из легенд, но хватит ли этого для вызова Ему? Не знаю, но выбора всё равно нет.

Десять лет прошло с того момента как я, такой наивный и такой человечный, пришёл в этот мир, и за это время успел многое найти, но ещё больше потерять, снести до основания местный порядок и насадить новый. Осталось лишь последнее испытание.

Стоя на вершине мы с Мудильо, он так и не назвал мне настоящего имени, как впрочем и я ему своего, смотрели на гигантскую армию у подножия. Словно стальной ковёр, с клинками вместо ворсинок, заполнил долину. Смертные, нежить и воплощённые духи, три агрегатных состояния жизни, выступили как единое целое, словно каждая из этих сил никогда и не стремилась уничтожить две другие. Быть может вот оно, идеальное общество, о котором так грезил мой предшественник Вергилий? Всего то и нужно было найти всемогущего непобедимого врага и героически ему сопротивляться.

— Ты уверен, что это самая высокая гора?

Мудильо замялся:

— Ну–у–у, да не важно это на самом деле. Наверняка Пожиратель Миров не будет опускаться до буквализма. Ему нужна эффектная площадка с красивым обзором, до которой мы сможем добраться своими ногами. Это место подходит.

— То есть ты не уверен?

— Ты думаешь самое могущественное из известных существ сейчас грустит в одиночестве на куске скалы в неведомой глухомани только потому что она на полметра выше? Он придёт, не сомневайся.

— Я уже здесь. Рассчитывал появиться в самый эффектный момент, но в итоге пришлось материализоваться побыстрее, пока этот даймон снова не превратил всё в клоунаду.

Пожиратель Миров стоял передо мной, и его лицо уже казалось таким знакомым. Мы всё так же были одного роста, хотя моё тело сильно увеличилось в размерах. Чуть поодаль в воздухе зависла Ангел. Её красивое лицо выражало восторг и безграничное обожание.

— Вижу ты выполнил уговор, но не стал воевать с демонами?

— О войне с ними речи не шло.

— Не спорю. Так даже интересней. Но раз ты позвал друзей, я тоже позову своих.

Бесконечный океан теней в долине. Я не мог разглядеть как они вооружены, и тем более не мог сосчитать. Не было свободного клочка земли сколько хватало глаз, на котором бы не стоило тени легиона. Армия, которую я так долго собирал, терялась в этой массе словно песчинка на пляже.

— К сожалению здесь не все. Им просто не хватит места даже если они займут всю планету. Но не волнуйся, это просто зрители.

Пожиратель взмахнул рукой и небо превратилось в экран, отражающий вершину скалы.

— Из уважения к твоим стараниям предлагаю не вмешивать армии. Сразимся один на один, и ты покажешь чему научился.

— Я согласен!

— Простите! — раздался обиженный голос Мудильо. — Я тоже рассчитывал поучаствовать в этом эпическом противостоянии. И тоже старался!

— Дорогой, позволь мне расправиться с демоном, — Ангел подлетела поближе ослепительно улыбаясь.

— Даймон, ты согласен на такие условия?

— Конечно! — Мудильо был в полном восторге. — Весь Ад обзавидуется, когда узнает, что я сражался с прекраснейшей из женщин.

Пожиратель молча кивнул, ангел спикировала прямо на меня. От неё исходило тепло, будто греющее саму душу. И прежде чем я успел пошевелиться, череп Кары исчез с пояса, и оказался уже в руках Ангела, немедленно воспарившей в воздух.

— Прости, малыш, но битва один на один. Не волнуйся, со мной она в безопасности.

Мудильо отошёл от нас поближе к своей противнице, и мы с пожирателем остались вдвоём, вызывающе смотря друг на друга:

— Время пришло. Пожалуй пора явить тебе мой истинный облик.

Противника на мгновение опутала тьма, а когда непроницаемая тень рассеялась, передо мной стоял гигант в форме СС, сжимающий в руке увесистую трость.

— Да, я служил в Аненербе. В моём мире Рейх победил в войне и был единственной силой в мире. Впрочем, меня интересовала не политика, а доступ к знаниям и артефактам. Настоящая сокровищница, там хранилось даже оружие для убийства богов. А потом я встретил одну девушку с кровью сомнительной чистоты, но удивительными способностями, и в итоге стал предателем. Нам пришлось оставить тот мир в пользу сотен других. Но похоже мы заболтались.

Действительно, Мудильо и Ангел уже вступили в бой, если это можно было назвать боем. По прежнему удерживая левой рукой череп Кары Ангел одним ударом клинка, на вид будто созданным из крови, отсекла голову демона. И всё же Мудильо оставался жив, свирепо вращая глазами. Сжалившаяся над побежденным девушка подняла его за волосы, позволяя лучше рассмотреть битву, но обнаружив что голова демона бесстыдно пытается заглянуть в её декольте, обиженно водрузила останки Мудильо на ствол небольшого деревца.

— Не очень обнадёживающее зрелище, не так ли? — ухмыльнулся Пожиратель. — Пожалуй я дам тебе фору. Нанеси один удар своим клинком, я не буду сопротивляться.

Я вызвал интерфейс и попытался оценить противника. Так, у него есть полоска здоровья… Сколько–сколько там нулей? Десять? Нет, ошибся, нолей одиннадцать. Сто миллиардов. Ладно, посмотрим сколько я смогу снять одним ударом. «Чёрное солнце» засияло над горой, и даже здесь стали слышны ободряющие крики моей армии. Я взялся за меч двумя руками и обрушил удар, в который вложил всю силу. И когда клинок коснулся Пожирателя, все нули превратились в девятки. Единица, всего одна единица урона…

— Похоже наша битва затянется.

— Ха–ха, рад что ты не теряешь присутствия духа.

В этот момент Ангел не удержалась и послала моему врагу воздушный поцелуй. Полоска здоровья снова восстановилась до максимума.

— Дорогая, ты нарушаешь правила.

Ангел сделала обратное движение, словно забирает поцелуй обратно. Нули снова превратились в девятки, а Пожиратель смутился.

— А, да пошло оно в пекло! Все эти циферки урона, статы, навыки, полоски здоровья… Как же всё это тупо! Без них было лучше. Пора избавиться от бесполезной херни!

Интерфейс исчез, словно его никогда и не было. Меч растворился, но не в воздухе, скорее он будто стал частью тела.

— Вот так то. А теперь разберёмся по старинке, голыми руками.

И мы схлестнулись, обмениваясь тяжёлыми ударами. Пожиратель даже не пытался блокировать или уворачиваться, пропустив удар он одобрительно кивал, словно хвалил меня. Я же не стеснялся защищаться, хотя помогало слабо. Человеческое тело было бы сломано от единственного его удара, но похоже я больше не был человеком, и, хоть удары причиняли боль, она не мешала, напротив, помогала сосредоточиться, то самое чувство, чувство свободы и дикого азарта боя полностью захватило моё существо. Обменявшись дюжиной ударов мы сцепились в борьбе, несколько долгих мгновений топтались на месте, словно в танце, а затем рухнули на землю, скатываясь по склону. И в один момент, выжав последние остатки сил, я сумел оказаться наверху и обрушил на лицо пожирателя град ударов. Внезапно монструозный эсэсовец ослабил хватку.

— О нет, ты сумел одолеть моё физическое воплощение. Знаешь что это значит?

Я на мгновение перестал крушить противника кулаками и замер.

— Это значит что пришло время второй формы!

Офицерская форма превратилась в набедренную повязку из шкур, на мощной шее появилось ожерелье из клыков, а голову украсил шлем из волчьей шкуры. Боковым зрением я успел заметить, что так же стремительно одежда Ангела тоже сменилась на доисторическую. Этой заминки хватило, чтобы Пожиратель отбросил меня в сторону и легко поднялся. Он снова был полон сил.

— Я был сильным воином и хитрым охотником, когда с неба упал камень, который высвободил из земли древние чудеса. Началась война между племенами, и в одном из вражеских была прекрасная юная шаманка. Чтобы быть вместе, нам обоим пришлось отказаться от родичей и завладеть небесным камнем…

Дикарь из древности бросился на меня с диким воплем. Глаза застилала кровавый туман, сердце рвалось из груди, и лопнувшие сосуды выпускали фонтанчики крови, кости скрипели от усилий мышц. Каждое движение сейчас не просто заставляло страдать, но разрушало организм. Эти раны никогда не восстановятся, и магия здесь не поможет, даже выжив в схватке я останусь калекой. Но это не важно. Я должен победить, чего бы это ни стоило.

Дикарь упал на землю и я из последних сил вцепился в горло.

— Достаточно. Ты оказался сильнее чем я думал. Достоин узреть третью форму.

На этот раз я ни на миг не ослабил хватку рук, но не помогло, изменившийся Пожиратель снова отбросил меня, впечатав спину в камень. Что–то хрястнуло, но ещё до этого я перестал чувствовать руки и ноги. Теперь узнать сломан позвоночник или нет можно было только попытавшись встать.

А Пожиратель уже поднялся сверкая металлом, не просто покрывавшем плоть, но в проникающим внутрь. Ангел превратилась в нечто, отдалённо похожее на голограмму.

— Такой богатый, технически развитый и в то же время гнилой мир. Я был чем–то средним между частным детективом и охотником за головами, давно заменившем слабую плоть на имплантанты. Простое задание, раздобыть прототип искусственного интеллекта нового поколения. Фантастическая технология, использовавшая человеческий разум для создания машины. Но что если у машины есть душа? Чтобы не отдавать её, мне пришлось бросить вызов корпорации.

По крайне мере позвоночник не сломан, ведь я смог встать. Увы, это всё, на что я был способен. Киборг шёл нарочито медленно, то ли наслаждаясь моментом, то ли давая мне лишнюю секунду отдышаться. Но я не мог отдышаться, мешали сломанные рёбра. Из последних сил я ударил в свободный от металла подбородок и рухнул сам, упёршись искалеченной спиной в холодный камень. Вот и всё. Конец. Я больше не могу пошевелиться.

Но Пожиратель вместо того чтобы добить так же тяжело рухнул рядом и, вернув человеческий облик, прислонился к тому же камню.

— Однако ты заставил меня напрячься. Выдержать три моих формы не каждому под силу.

— И много у тебя форм? — говорит я ещё мог, хоть это требовало сейчас усилий не меньших, чем сражение.

— Достаточно. Но не все такие интересные.

— Кто же ты на самом деле? Что из этого правда?

— Все эти истории правдивы. Кто я? Неужели ты до сих пор не понял? Ну же, я был о тебе лучшего мнения. Неужели тебе не бросилось глаза, что у нас похожий образ мыслей, методы борьбы. Мы даже любим одинаково. Так кто я по твоему?

— Ты мой отец?

Пожиратель возмущённо подскочил с места, а затем захохотал.

— Нет, я конечно воплощённое зло, но не настолько же, чтобы обрекать на страдания новую жизнь. Присмотрись получше.

Я сосредоточился на лице Пожирателя Миров, хоть это было сложно. Мозг, столкнувшись с чем–то неизведанным, старается отвести взгляд, размыть изображение, всё чтобы сохранить рассудок. Но теперь ему некуда было отступать от беспощадной реальности. Это лицо, эту жуткую рожу, я видел каждый раз, когда смотрел в зеркало.

— Как это возможно?

— Теория мультивселенной, «сынок». Когда не остаётся больше достаточно сильных врагов, есть только один способ двигаться дальше — преодолевать самого себя. Когда я смог возвыситься над миром, то начал собирать собственные воплощения из альтернативных реальностей. Наши истории были разными, но похожи тем, что я встречал её.

Пожиратель показал на Ангела, нежно поглаживающую череп. Неужели… Так вот почему я всегда знал, что она прекраснейшая женщина в мире.

— К сожалению есть сломанные миры. В твоём мире не было Ангела. Её мать сделала аборт. В этом мире твои предки погибли во вспышке Второго Солнца. Конечно можно было просто забрать вас по отдельности, но появилась идея получше — собрать из двух сломанных половинок нечто цельное. И похоже получилось.

— Кара… где она сейчас?

— Она всё время была с тобой. Ангел забрала тело только потому, что не хотела смотреть как ты в отчаянии оживляешь её с помощью некромантии. Это никогда не срабатывает. Душа Кары была заключена в черепе. Или постоянные сны и доступ к её магии оказались недостаточно понятным намёком?

— И что теперь? Я стану чудовищем, которое уничтожает миры?

Глубокий вздох.

— С моей точки зрения это лишь удар милосердия. Мир несовершенен по своей природе, и все разумные существа в нём вынуждены страдать. Много ли ты встречал счастливых людей, которые при этом не были бы последними ублюдками, достигшими своего благополучия за чужой счёт? И встретив очередного сломленного, измученного человека, что ты сможешь для него сделать? Осыпать благами? Увы, это не работает. Тот кто хлебнул дерьма, никогда не избавится от того самого привкуса суровой действительности. Лучшее что можно подарить человеку — это покой. Легион теней получил от меня главную роскошь — блаженный сон с чудесными сновидениями. Впрочем иногда они выходят порезвиться, при пожирании очередного мира, но в основном пребывают в грёзах, где свободны от страданий. Потому что я пожрал их боль.

— И как ты с этим живёшь?

— Тебе ли не знать. Все ощущения в конечном счёте сводятся к боли. Научившись управлять ей можно даже получать удовольствие. К тому же у меня есть возлюбленная, рядом с которой вселенское страдание тревожит не сильнее, чем дуновение ветерка… Но хватит, вставай уже. У нас впереди много дел.

Я ухватился за протянутую руку и смог встать. Последнее, что я успел увидеть, это как ангел погружает череп Кары в свою голову, когда почувствовал, что растворяюсь. И в то же время становлюсь чем–то большим.

Эпилог

— Пожалуй я оставлю имя Кара. Звучит лучше чем Ангел Возмездия, а смысл тот же.

— А может тебе просто особенно понравилась эта история нашей встречи?

— Молчал бы лучше. Если бы не я, так бы и боялся даже за ручку подержаться. Есть хоть один мир, где инициатива шла от тебя?

— А как же в Рейхе?

— Ах ты про то, как большой и страшный офицер СС соблазнил беззащитную и наивную еврейскую девочку?

— Которая между прочим прекрасно владела каббалой.

— Всего лишь жалкие фокусы…

— Твои големы разнесли танковую дивизию…

— Да, было весело.

Некоторое время мы молчали.

— Не могу поверить что Окта решила пока остаться в мире. Похоже у них с Тианом всё серьёзно.

— Ну, он теперь новый Тёмный Властелин, так что хотя бы одна арахнида добилась своего. В итоге они всё равно умрут от старости и присоединятся к нам.

— Если только не предпочтут даймонов.

— Ну, те к кому ты привязался к даймонам точно не пойдут, а остальные — ты сам дал им выбор.

— Ты права. Нет смысла жалеть.

Я последний раз огляделся, наслаждаясь видом с вершины.

— Ну что же, теперь, когда с этим миром покончено, приступим к следующему!

Content

Сломанный

Том 1. «Дерьмовый Новый Мир»

Пролог. Грузовик–сан

Глава 1. Выбор оружия

Глава 2. Святая невинность

Глава 3. Пожизненный данж

Глава 4. Мертворожденная

Глава 5. На дне

Глава 6. Первая кровь

Глава 7. Король муравьёв

Интерлюдия: Гибель мира

Том 2. «Дикие земли»

Интерлюдия: Восхождение на трон

Глава 8. Повседневная жизнь Тёмного Властелина

Глава 9. Новые знакомства

Глава 10. Рекрутирование

Глава 11. Воспоминания из детства

Глава 12. Возвращение в монастырь

Интерлюдия: Традиции рыцарства

Глава 13. Марш смерти

Глава 14. Честная битва

Эпилог второго тома. Рождение нации

Интерлюдия: О, Элберет…

Том 3. «Империя Зла»

Интерлюдия: Тень былого величия

Глава 15. Долгая дорога

Глава 16. Хозяйка горы

Глава 17. Любимица Властелина

Глава 18. Прибавление

Глава 19. Дела государевы

Глава 20. Немного этнографии

Глава 21. Об орках и людях

Глава 22. В стойбище варваров

Глава 23. Завещание

Глава 24. Ценность традиций

Глава 25. Надвигающаяся угроза

Глава 26. Теория партизанской войны

Глава 27. Смерть от тысячи порезов

Эпилог третьего тома. Объятия Тьмы

Том 4. «Охота за головами»

Интерлюдия: Интермудия

Глава 28. Ярость орды

Глава 29. Штурм

Глава 30. Вскрытие паладина

Глава 31. Богоборец

Глава 32. Жизнь весёлый карнавал

Интерлюдия: Ночь перед боем

Глава 33. Святой защитник

Эпилог четвёртого тома. Союз Тёмных сердец

Интерлюдия: Истинная святость.

Том Пятый. «Кара»

Интерлюдия: Последний герой.

Глава 34. Признаки распада

Глава 35. Семена раздора

Интерлюдия: Гарантированное взаимное уничтожение

Глава 36. Хитрый план

Глава 37. Гибель Империи

Глава 38. Выстрел в сердце

Глава 39. Путешествие на Запад

Глава 40. Демон–лорд

Глава 41. Сильнее смерти

Эпилог