Галина Очеретяная

Свадьбы не будет, или бракосочетание откладывается!

Книга 1

Пролог

— Ты уверен? — флегматично поинтересовался седовласый мужчина, хмуро смотря на виртуальную проекцию своего подчиненного.

Обтекаемый образ генерала легко покачивался в воздухе, но даже сейчас видно, что мужчина не просто нервничал, он был в панике, что никогда ранее за ним не наблюдалось. Один из верных псов президента впервые чего-то по-настоящему боялся.

— Григорий Евгеньевич, — нервно сглотнул генерал. — Данные точные. Произошел взрыв Солнца в звездной системе Азимут и сейчас раскаленная плазма разлетелась в разные стороны, уничтожая все на своем пути. Одиннадцать планет уже полностью уничтожены последствиями взрыва. Никто не выжил.

— Сколько у нас осталось времени? — президента новости не обрадовали, и выхода казалось, больше не было.

— Не больше двух месяцев, — как приговор прозвучал ответ генерала, принесший плохие вести.

— Созвать Совет! — безапелляционно приказал президент, и отключил связь.

Все не просто плохо, а катастрофически плохо и президента заботила не будущая угроза гибели Земли, а потеря былой власти. Ведь он сейчас единственный правитель всего мира. К этому он шел всю свою жизнь и теперь так глупо терял свое владычество.

— Проклятая система Азимут, — презрительно выругался президент. Не могло их Солнце взорваться чуточку позже… этак лет пятьсот спустя? Может к тому времени они бы что-нибудь и придумали для своей защиты.

Человечество многого добилось за последние двадцать тысяч лет. Умудрилось покорить соседние галактики, заключить межгалактические контракты и даже открыли эликсир вечной молодости. Если средства позволяли, то любой желающий мог свободно купить этот «нектар жизни», но таких счастливчиков насчитывались единицы. Самому Григорию Евгеньевичу было полторы тысячи лет, и только седина говорила о его возрасте. Хотя седину ему сделали для имиджа. Не может же юнец править миром, вот и создали такой образ. Менять президент ничего не хотел, тем самым показывая окружающему миру, что близок к народу. Президент ненавидел жалкую кучку населения, презирал их и если бы смог, то уничтожил этот нищий сброд. Вот только чаще всего среди этого сброда и рождались гении, которые и привели человечество к такому масштабному развитию, подарив ему вечную жизнь и неограниченную власть…

Решение Совета было принято единогласно. Немедленная эвакуация правящих чинов и их семей. Именной билет в один конец — надежда на спасение…

* * *

— Мам, пап, — я неуверенно стояла на пороге собственного дома, где не появлялась последние пять лет. Не знала получиться ли воплотить в реальность задуманное, но мои друзья были в этом уверены, а в них я сомневаться не могла. Они все, что у меня осталось, но скоро и их не станет. — Смотрите, — я сделала осторожный крохотный шажок вперед, который отозвался неимоверной болью в каждой клеточке моего тела. Я чувствовала, как сквозь меня проходят нано-импульсы, заставляя двигаться. Мой позвоночник раздроблен, тело слабое и не перенесло бы операции по вживлению робо-пластин, но друзьям удалось невозможное — подарить мне несколько дней подвижности. — Я сама могу ИДТИ! Я больше не УЩЕРБНАЯ! — я радостно счастливо улыбалась родителям, делая увереннее каждый свой последующий шаг, а внутри обливалась горючими слезами. Как несправедлива жизнь.

Раньше я была редкостной гадиной. Использовала вокруг себя людей так, как мне это было нужно. Лгала, предавала, подставляла. Все это было в порядке вещей, а иначе в нашем мире не выжить. Слабому нет места среди нас. И я была…, была сильной. Передо мной пресмыкались, старались угодить, а я этим без зазрения совести пользовалась. Меня одновременно ненавидели и боготворили, но никто не рискнул перейти дорогу… до недавнего времени. Это я так думала. Я зарабатывала сама, но также легко тратила папины деньги, проводя все свое время с такими же лицемерными людьми, прожигателями жизни, как и я сама.

Мы — это общество циничных, равнодушных существ, презирающих низших, не способных самостоятельно добиться абсолютно НИЧЕГО. Вот только я тогда не понимала, что без папиных денег я сама никто — пустое место.

Нашим миром правят деньги и не просто деньги, а сумасшедшие капиталы, которые и через десять тысяч лет не потратить.

Сейчас мне восемьдесят лет, а в двадцать я уже успела вкусить «эликсир вечной молодости» и моя внешность осталась такой же, как и шестьдесят лет назад. Моя жизнь меня вполне устраивала… до «маленькой» аварии, разделив мою жизнь на «до» и «после».

Это были очередные гонки и я звезда Владлена Борисовна Синицына последние десять лет постоянно одерживала победу. Мне не было равных. Я была лучшей!

Милана — эта подлая змея, устроила для меня незабываемое ралли на воздушных трегах. Для меня они должны были быть несовместимыми с жизнью, но я выкарабкалась, лишь только потеряв возможность ходить. С нашими технологиями и мертвого можно поставить на ноги, но не меня. Мой организм оказался слишком слабым и не перенес бы операцию. Инвалидная коляска — вот мое будущее.

Выжить не значит жить. Когда родители узнали о приговоре, просто выбросили меня на улицу, как ненужную вещь. Это был настоящий удар под дых по моему уязвленному самолюбию. Они даже не отомстили за меня Милане и ее семье, сказав лишь, что в нашем мире выживает сильнейший. А то я не знала.

Мама тогда вообще сказала, что если бы знала, чем все закончится, то не стала бы настаивать на моем спасении. Лучше бы приняла достойно смерть, а не позорила своей инвалидностью… ущербностью их семью. Тогда я впервые за всю свою жизнь разрыдалась, понимая — это конец.

Я кричала, умоляла, ползала в ногах, прося, чтобы меня не отлучали от семьи, но родители брезгливо отмалчивались и неодобрительно качали головой. Такова была цена за их фальшивую любовь.

В одно мгновение я оказалась никем. Пустышка с огромным гонором в груди, от которого толку — целый пшик. Жить не хотелось. Да и зачем мне такая жизнь? Лучше смерть.

Но мне не позволили умереть. Вытащили из воды мое практически бездыханное тело. Я в коляске решила утопиться, но у меня не получилось. Спасли…, спасли люди, которых я раньше презирала и ненавидела только за то, что они существовали и плодили себе подобных, но которые впоследствии стали для меня той семьей, которой у меня никогда не было. Мои пятеро друзей, с каждым прожитым месяцем вытягивали меня из депрессии, заставляя заново жить. Пожалели меня.

Видя искренний смех и улыбки этих людей не понимала, как такое вообще возможно в нашем мире? И возвращаясь воспоминаниями в прошлое, стыдилась саму себя. Как я могла их втаптывать словами в грязь, когда сама из себя ничего не представляла. Но спустя время я пересмотрела взгляды на жизнь. Я была приятно удивлена, что мне нравится их чистота, искренность души, которую они в этом жестоком мире смогли пронести достойно. Да их жизни коротки, но они счастливо ее проживают, не растрачивая на подлости, лживости и предательства.

В какой-то момент произошел перелом в моем сознании и я поняла, четко осознала что ребята стали для меня настоящей семьей. Я полюбила их всем сердцем. Это новое чувство, родившееся в груди, тогда меня сильно напугало, ведь раньше я не замечала за собой переживания за кого-либо, участия и просто поддержки. И мне нравилось это новое, прежде неизвестное ощущение совершенно неведомых эмоций. Впервые я тогда поняла, что вот именно сейчас у меня началась новая жизнь пусть и с физическим недостатком. Я была счастливой… калекой, а рядом со мной находились верные друзья.

Новая семья изменила меня и даже сейчас, когда миру грозит полное уничтожение, они беспокоились обо мне, снова подарив шанс на спасение.

Димка с Матвеем ученые и давно раздумывали создать для меня что-то, что позволило бы мне снова встать на ноги. И им это удалось. Нано-импульсы (чипы) поддерживают мое тело изнутри, задавая каждому нерву определенный импульс, сковывая в тиски позвоночник, собирая его в первоначальный вид. Вот только у этого чуда был побочный эффект. И именно этот нюанс требовал доработки, на которую у нас не было времени. Когда нано-импульсы в работе, я ощущаю сильную боль и двигаться хоть и можно, но сложно. Боль проходит через все тело, но имелась и другая проблема. В активном состоянии нано-импульсы могут быть не больше двух недель, но этого времени должно быть достаточно, чтобы покинуть планету вместе с остальными счастливчиками, получившими свой именной билет. Остальным же нет места на спасательных кораблях, и они останутся здесь погибать. Мои друзья останутся погибать.

— Ты главное живи, — улыбнулся тогда Димка, крепко меня обнимая.

— Наша жизнь коротка и рано или поздно все равно умрем, а у тебя будет шанс, — поддержал друга Матвей.

— Потом внукам своим о нас расскажешь, — улыбнулась Аленка, но в глазах у девушки застыли слезы.

Все прекрасно понимали, какой будет конец у нашей истории. Они еще так молоды, но так мудры не по годам. И я снова проклинала свою прошлую беззаботную жизнь, где прожигала каждый свой день с такими же неудачниками, как и я. Вот только все эти неудачники выживут, получив билет в счастливое будущее, а эти достойные люди нет. Почему ничего нельзя изменить? Жизнь несправедлива.

— Ладка ты только не реви, — Антон всегда выделялся среди моей маленькой семьи своим неукротимым нравом и оптимизмом. — Подумаешь «гости» к нам летят, — это он о приближающейся солнечной плазме. — Мы даже ничего не почувствуем.

— Я не хочу вас покидать, — слезы ручьем катились по щекам. Внутри меня шла настоящая борьба — остаться и достойно принять смерть рядом со своими друзьями или улететь с лицемерной гадкой Элитой, — Я вас так люблю и не хочу оставлять.

— Ты дура? — вполне серьезно спросила Ленка. — У тебя единственной есть возможность спастись, а ты нюни развесила, — эта девушка всегда говорила правду независимо от того какой она была. — Подтерла сопли и иди, глотай нано-чипы. Все должно получиться. Выживи ради нас любой ценой и будь счастлива за всех нас.

— Лен, — простонала я, понимая, что выбор сделан за меня. Я не смогу предать их веру в меня. Любой ценой! — Ребят… вы самое лучшее, что было в моей проклятой жизни. Спасибо Вам.

— Ты главное достойно проживи свою долгую жизнь, не возвращаясь в прошлое, — Димка намекает на мой скверный гадкий характер в самом начале нашего знакомства.

— Будьте уверены, что я никогда не предам вас.

Прощания были недолгими, так как на следующее утро я пришла на порог своего отчего дома, откуда меня вышвырнули за ненадобностью. И вот теперь отец, не изменяя себе, холодно процедил:

— Видим, — безразличие убивало, но чего я еще ожидала от так называемой Элиты? Я умоляюще посмотрела на маму, но она лишь пренебрежительно фыркнула и вернула все внимание своему планшету. Видимо там было действительно что-то более интересное, нежели собственная дочь, стоявшая на пороге. — Ты жалко выглядишь, — его слова болезненным спазмом отозвались в моей душе.

И ведь понимаю, что это законы нашего мира и слабым здесь не место, но я так хотела жить, поэтому и согласилась на авантюру, поддалась уговорам друзей, хотя и считала, что затея заранее проигрышная.

— Я справлюсь, — хрипло проговорила я, остановившись в центре гостиной. — Я больше не буду прежней, — и это я не о ногах, а о простой человечности, которая отсутствовала у Элиты. — Я снова в строю Синицыных и вам нет причины меня презирать. Не это ли доказательство того, что я сильная? — покрутилась вокруг своей оси, сцепив от боли зубы. Я справлюсь, обязательно справлюсь ради себя… ради своей настоящей любимой и любящей семьи. Эти два чужих человека потеряли право быть моими родителями пять лет назад, но я выторгую у них последнее — свой билет. — Пап, мам вам есть чем гордиться, — пафосно оповестила родителей, что даже мама заинтересованно посмотрела на меня. — Я справилась.

— Борис, — безразличный голос родительницы больше меня не заботил. Они умерли для меня. — Думаю, что ты сможешь достать ей билет.

— Зачем? — недоуменно возвел брови мужчина… больше не мой отец.

— Мы выгодно отдадим ее замуж, тем более это и было в наших планах до аварии, — что? Я впервые слышала об этом. В нашем мире все делается с точной расчетливостью. Знала, что эта участь не минет меня, но я думала, что у меня в запасе есть лет триста.

— До аварии у нас с Никифоровыми была договоренность, — проговорил Борис. — И так как ты уже в порядке, то думаю, она все еще остается в силе. Сергею пора уже остепениться и браться за ум, а женитьба будет отличным стартом для его карьеры, — кивнул он, что-то набирая на своем коммуникаторе. — Будет тебе билет, но по прилету ты обязана будешь выйти за Сергея замуж.

— Хорошо, — быстро согласилась я. Мне главное убраться отсюда подальше, а там видно будет.

Только знала наперед, что моей жизнью больше никто не будет распоряжаться. Сейчас я притворюсь послушной овцой, а вот потом… потом мужу можно и несчастный случай устроить.

Часть первая

Глава 1

Полторы недели в пути, мокрая от слез подушка и преследующие кошмары стали моими верными спутниками. Время «икс» приближалось и уже через несколько дней (по прогнозам), Земля исчезнет с космической карты, а спустя века и напоминания о ней не останется.

За время полета корабль уже совершил три огромных гиперпрыжка, и мы все дальше и дальше отдалялись от смертоносной солнечной плазмы. «Венера» больше никогда не пройдет слои атмосферы Земли, а новый дом нам еще предстоит найти. Неизвестность пугала, но больше всего меня страшила мысль, что подведу друзей, что не справлюсь.

Все время полета я безвылазно сидела в своей шикарной каюте вип-класса. Отвыкла от роскоши, но сейчас меня не заботила вся эта напускная мишура. Ценности этого богатства я не видела. Лишь предметы, да безумно дорогие и совершенно ненужные предметы роскоши, которые можно было продать и купить кому-нибудь «счастливый билет в жизнь», но его могла приобрести только Элита. Все остальные, даже если и нашли бы средства на него, приобрести не смогли бы. Их имен не было в знаменитых списках избранных. Слишком жестким был отбор.

Людей, именуемых моими родителями, я тоже не видела. Как только мы взошли на борт «Венеры» наши пути разошлись. Меня это не удивило, не задело, не расстроило. Они для меня стали чужими, а брошенный как подачка билет, я определила в откупные. Где-то глубоко в душе я еще надеялась на какие-нибудь чувства со стороны родителей, но чуда не произошло. Холодный расчет правит миром этой проклятой аристократии. Тех, кто действительно достоин спасения, судьба жестоко наказала. Вот только за что? За то, что они родились в нормальных семьях, где честь, верность и достоинство не пустые слова? А ведь все кто сейчас летит на «Венере», даже не задумывались о жизнях других людей. В ста пятидесяти трех космических кораблях не нашлось места для простого населения. И я не говорю о взрослых. Там ведь остались дети. Они жизни толком не видели. Они только начинали свой нелегкий путь. Я бы и свой билет отдала, если бы знала, что он спасет чью-то жизнь, более ценную и нужную, чем моя. Но этого бы не допустила Элита. На то билетик и именной, что подделать или продать его невозможно. Все фиксируется. Систему не обмануть, поэтому я сейчас здесь и то только из-за того, что обещала друзьям.

Жить ради кого-то не для себя — вот настоящая ценность человеческих качеств. Кто-то подумает, что я лицемерна, притворяюсь и на самом деле рада, что так получилось, что смогла выбраться, сумела подвести людей к нужной мне цели, но об этом бы подумала в первую очередь Элита, а я…, я сама этого не хотела. Я бы осталась на Земле. Достойно бы приняла свою смерть рядом со своей новой семьей, но они все решили за меня, выбрали мою судьбу, а подвести я их не могла.

Мои размышления прервал звук сигнала на входной двери. Хм, и кому я понадобилась? Вставать с кровати не хотела, так как было больно двигаться из-за нано — чипов.

— Открыть дверь, — громко приказала я системе корабля. Каждая каюта была запрограммирована на своего жильца и управлялась голосовыми командами, что сейчас было очень кстати.

Сев в кровати, уставилась на дверь, ожидая увидеть родителей, ведь больше я не знала, кому могла понадобиться.

— Влада, — пропел заискивающий голос из моего прошлого. — Недавно узнал, что ты тоже здесь и решил тебя навестить. Почему не сообщила, что снова в строю? Я немного обиделся, — еще и губки свои надул, которые я так раньше любила целовать.

Вот скотина! Пять лет не нужна была, а сейчас активизировался на горизонте. Неужели думает, что я как цепная собачонка вновь кинусь в его распростертые объятия? Наивный! Может раньше бы так и поступила, ведь была влюблена в него как мартовская кошка из заповедника, коих на Земле насчитывалось не более трехсот единиц. Сейчас я смотрела на этого голубоглазого блондина и недоумевала, что меня могло в нем так зацепить? Эти пухлые губы, или быть может огромные кукольные глаза цвета неба, массивный квадратный подбородок и острые скулы, формирующие новый контур лица, а может быть наращенная мускулатура и удлиненные на несколько сантиметров ноги? Или задница, какой бы позавидовала любая модель мира красоты?

Но это все опять мишура. Внешность вся искусственная, а я ведь даже не знаю, какой он на самом деле. Женя полностью изменил себя.

— В прошлый раз, когда я обратилась к тебе, ты указал мне на дверь, — как он меня тогда еще с лестницы не спустил в инвалидной коляске?

После того, как меня выгнали родители, я бросилась к своему любимому Женьке, но он тогда посмеялся надо мной, назвал неудачницей и посоветовал утопиться, дабы не позорить ни его, ни себя. Именно с его подачи я и оказалась тогда в реке. Он был всем для меня. Мой идеал. Я его боготворила и беспрекословно слушалась. Дура я.

— Кто не делает ошибок? — флегматично заметил он, пожимая плечами, нагло усаживаясь в роскошное кресло, вальяжно устраиваясь в нем.

Я не делаю. Больше не делаю. Прошлое навсегда останется в прошлом, а для меня начинается новая жизнь.

Каждое движение отточено до совершенства. Для него очень важен внешний вид, осанка, тембр голоса, взгляд, мимика лица. Все это отработано до автоматизма. Как я раньше не замечала всей этой фальшивости, идеальности до зубовного скрежета? Хотя и сама такая была. Единственным отличием меня от элиты была собственная внешность. Не знаю почему, но я себе не изменила, не легла под лазер и не перекроила до неузнаваемости тело. Я русоволосая девушка невысокого роста с заостренными чертами лица, насыщенным цветом зеленых глаз, нормальной грудью второго размера и худощавым телосложением. В двадцать лет приняла «эликсир молодости» и на этом все. Женька часто зазывал меня что-либо подправить, но я упрямо отказывалась. Хотелось, чем-нибудь отличаться от остальных и свое отличие нашла во внешности. Не была идеальной красавицей, но меня все устраивало. Возможно, Женька был со мной из-за положения моих родителей. Семья маршалов президента лакомый кусочек. Генеалогия идеальна, вот только Женька не знал о планах родителей на меня. Он не Никифоров.

— Ты ли это? — лениво фыркнула я, рассматривая бывшую любовь. — Помню, что все вокруг были виноваты, но только не ты, — ехидно закончила я.

— Я тогда был расстроен, — скривился Женя. — Не каждый день видишь любимую девушку в инвалидной коляске. Я испугался ответственности, — наигранно воскликнул он. Вот не верю ему и все. С любимыми так не поступают. А чувство страха за кого-то другого ему вообще не известно. Печется только о своей шкурке. — И вообще, если помнишь, то я отговаривал тебя тогда от заезда, — зло бросил Женька.

Было дело, но я не придала тогда значения его словам. Подумала — это просто блажь. Он мной манипулирует, а этого я позволить ему не могла. Мне никто не вправе указывать, что делать.

— Ты знал! — в ужасе воскликнула я. Только сейчас до меня, кажется, дошло, что и Женька причастен к той аварии. Ведь до того раза, он всегда охотно подготавливал меня к полету, но тогда резко стал отговаривать.

— Ты виновата, что не послушала меня, — раздраженно обвинили меня. Вот говорю же, что все вокруг виноваты, но только не он. Ублюдок. — Милане тот заезд был нужнее, а ты упрямо не хотела отступать и вышла на трассу. Что нам оставалось делать? — наигранно всплеснул руками этот предатель.

— Нам?

— Мы с ней крупно проигрались, — передернулся Женька. — Предкам говорить было нельзя, а заезд был реальным шансом, но мы знали, что Милана тебе проиграет, поэтому и решили покопаться в твоем треге. Мы не хотели, чтобы ты сильно пострадала, лишь вывести из игры.

— И вам это удалось, — ядовито процедила я, брезгливо окидывая взглядом этого козла.

Хотя, чему удивляться? Это наш мир и если бы я оказалась в той ситуации, что и они, то тоже пошла бы на этот шаг. Даже если бы они рассказали, что проигрались, я бы не уступила, не слила заезд, а наоборот еще и поиздевалась над ними. Такова была моя жизнь среди избранной аристократии. Собственное благополучие, превосходство над другими и довольство любой ценой, но не сейчас, не после того, что мне пришлось пережить. И ту прошлую себя я ненавидела, но и благодарила одновременно. За эти пять лет я отчетливо осознала, поняла всю значимость человеческого «я».

— Да ладно, — безмятежно махнул рукой Женька. — Все уже обошлось и ты снова в строю, — и так легко говорит об этом, будто бы ничего не случилось. Теперь я должна была встать с кровати и броситься в объятья Женьки, ведь он снизошел до меня, но это было бы раньше, а сейчас…

— Зачем ты пришел? — не было никакого желания с ним говорить. Убогий духом не стоит и секунды моего внимания, а те с которыми я бы общалась, не было на «Венере».

— Я все еще тебя люблю и хочу вернуть наши отношения, — у меня чуть челюсть не отпала от этой невозмутимой наглости. — Хотя Милана все это время и успокаивала меня, — скривилась, понимая, о каком успокоении идет речь. — Но люблю я до сих пор тебя, — я пребывала в глубоком шоке от цинизма и беспардонности этого человека. А ведь ему сто тринадцать лет! Вроде бы должен понимать всю серьезность жизни, вот только ведет себя хуже подростка. Как? Как я могла с ним связаться? Однозначно я была слепа.

— Ты опоздал, — цинично отвечаю я.

— Что? — вытаращился на меня Женька.

— Я замуж выхожу, — о, на это выражение лица можно смотреть вечно. Полное потрясение и неверие, что ему такому идеальному отказали. Сейчас планы родителей сыграли мне на руку. Замуж я точно не собираюсь, но об этом никто же не знает. Я ведь уверена, что Женька побежит к своему отцу, чтобы тот узнал у моих родителей подтверждение моих слов. Эх, Женечка планы твоей семьи разбились вдребезги. Синицыны уплыли из ваших загребущих ручонок.

— Кто? — подорвался с кресла Женька, нависая надо мной тучей, яростно сверля глазами. — Скажи, кого мне убить, чтобы вернуть тебя? — и я уверена, что говорит он на полном серьезе. Вот только кишка тонка прыгать на семью моего жениха.

— Никифоров Сергей, — и гаденько так улыбнулась на все тридцать два идеально ровных и белых зуба. Не тебе дорогой с ними тягаться.

Раньше я бы воспользовалась его нескромным предложением, чтобы избавиться от нежеланного замужества, ведь была влюблена в Женьку, а сейчас с наслаждением наблюдала за быстро сменяющимися эмоциями на лице этого хлыща.

Такая маленькая победа над этим предателем ласково и нежно грела израненную, поломанную душу, которую восстанавливали долгие пять лет мои верные друзья.

— Ну, это мы еще посмотрим, — зло выплюнул Женька и пулей вылетел из каюты, а я с облегчением выдохнула. Очередной тяжкий груз свалился с моих хрупких плеч. Прошлое меня больше не держало. Оно безболезненно выпустило меня из своих цепких лапок.

Больше меня никто не беспокоил в этот день неприятных откровений. Хорошо, что Миланка не пришла, иначе я бы не сдержалась. До сих пор хочется вырвать ее искусственные волосенки.

Хотя, благодаря этому суровому жизненному уроку я стала тем, кем стала. И себе новая «я» очень нравилась. Непросто почувствовать вкус жизни, его еще нужно уметь тщательно распробовать, суметь отделить каждый индивидуальный ингредиент, ощутить каждую мелочь, из которой формируется этот вкус.

Элита ограничена в своих «вкусовых качествах», будто бы им с младенчества вкалывают сыворотку, отвергающую любое проявление иных «проб». Мне искренне было жаль их убогое восприятие внешнего мира, но это их идеальный выбор. Они никогда не узнают другой стороны жизни со всеми своими яркими красками. Разделение произошло так давно, что все изменить уже поздно.

Что нас всех ждет на новой планете? Нас согласилась приютить галактика Фиус, до которой солнечная плазма по прогнозам не долетит, но что будет там, предугадать невозможно.

Мы выкупили свои жизни, но на новом месте нужно будет подчиняться законам хозяев, а я сомневаюсь, что наш президент хоть в чем-то уступит.

Среди ночи меня разбудила сильная тряска. Что происходит? Космические ямы? Но навигаторы должны предусматривать подобное на выделенном маршруте.

— Всем сохранять спокойствие! — монотонно проговорил женский голос «Венеры». — Опасности нет!

И последующие двадцать минут этой тряски постоянно слышался голос корабля. Мне ситуация не нравилась и пугала до чертиков.

— Всем оставаться на своих местах, — о, это что-то новое. Я никуда не собираюсь уходить. Вокруг космос, бежать некуда. — До вхождения в атмосферу осталось тридцать минут.

Что? Какая атмосфера? Нам лететь до галактики Фиус еще около восьми месяцев. Посадки по плану на другие планеты не было. По крайней мере, в ближайшие недели.

Проклятье, что происходит?

Вхождение в атмосферу было запоминающимся, ощутимым. Энергетическая защита корабля должна была сглаживать посадку, но почему-то она не сработала, так как тряска стала еще сильнее и такое чувство, что «Венера» живет своей жизнью. Мы стремительно падали.

Расхохоталась. Истерику успокоить не получалось. Вот она… жизнь почти на ладони, лишь протяни руку, но кто-то умело поставил преграду, отнимая шанс на спасение. Умирать не страшно. Однажды была на грани гибели и, наверное, я уже начинаю привыкать к собственной смерти. Стало действительно смешно от каверз судьбы. Скольжение по краю.

И сейчас я готова была принять смерть. Друзья никогда не узнают, что у меня ничего не получилось и от этого накатило спокойствие, хотя лучше бы я осталась на Земле и умерла рядом с дорогими людьми, нежели здесь… в одиночестве. И не поведаю я внукам о самых лучших людях на свете.

Не справилась.

Не смогла.

Не моя вина.

Простите.

Люблю вас.

Прикрыв глаза, приготовилась к столкновению. С закрытыми глазами и образами друзей в голове, с улыбкой на губах ждала ее… ту, от которой мне удалось однажды ускользнуть.

А может не зря Элита собралась в одном закрытом месте? Может это судьба так распорядилась нашими никчемными жизнями? Мы как паразиты живем и существуем за счет других, но ведь и те скоро погибнут. Человечество вымрет, не оставив после себя и следа.

Столкновение с землей было не смертельным. Нас в последний раз тряхнуло и все замерло. Лишь монотонный голос корабля оповестил:

— Посадка завершена.

Что же все-таки произошло? Медленно поднимаясь на ноги, направилась к шкафу, где были развешаны мои немногочисленные вещи.

Черный комбинезон плотно облепил мое тело. Волосы завязала в высокий хвост и, взяв карту — ключ, вышла из каюты.

Как оказалось, то попали мы в астероидный дождь. Энергетическая обшивка корабля пострадала, но со своей задачей почти справилась. Было повреждено четыре двигателя из двадцати пяти. Нам пришлось сделать экстренную посадку. Планета неизвестна. Взяв пробу воздуха, выявили, что никаких вирусов и бактерий планета не имеет, а наоборот кислород был очень чистым. Из-за плотного вязкого тумана вокруг ничего не видно. По возможности всем посоветовали оставаться на своих местах, пока инженеры чинят корабль. Еще нужно восстановить энергетическую защиту и сколько на ремонт уйдет времени никто не знает.

В тумане легко заблудиться, но некоторые смельчаки все-таки нашлись. Прогулка только в радиусе двухсот метров от «Венеры». Свет от корабля разрезал окружающий нас туман, чего было достаточно, чтобы не заблудиться.

Я тоже решила прогуляться. Стараясь не обращать внимания на боль, с которой уже свыклась, спокойно сошла с корабля.

Невероятно! Теплый воздух без ветра, без единого лучика естественного света, но с плотным туманом меня совершенно не пугал. Инженеры из Элиты трудились, латая корабль, а я осторожно присела на крупный валун. От корабля шел яркий свет. Я не боялась заблудиться.

Подняв вверх руку, стала рисовать узоры в плотном тумане. Фигуры получались непонятные, но я неустанно продолжала заниматься ерундой и даже получала от этого удовольствие. Мне нравилось быть в этом тумане. Чувствовалось что-то близкое и … живое что ли. Другие пассажиры, увидев, что ничего интересного здесь нет, решили вернуться в свои каюты.

А еще спустя четыре часа я увидела, что туман вокруг корабля рассеивается. Даже президент вышел посмотреть на работу своих людей. А вон и родители что-то бурно обсуждают. Фыркнула. Какие у них могут быть здесь заботы? Что не поделили?

Отвернувшись, стала рассматривать прояснившуюся местность.

Почва под ногами была голубого цвета с мелкой галькой. Никогда подобного не видела. Присев на корточки взяла в ладоши немного камней. По весу они как пух. Слегка сжав, обнаружила в руках мелкую крошку. Рассыпаются при малейшем давлении. Взглянула на валун, который выдержал мой вес. Очень любопытно.

Поднимаясь на ноги, вновь спину прорезала нестерпимая боль. Пора. Хватит гулять, иначе упаду от нестерпимой боли, но ведь пока сидела, я практически не чувствовала ее, будто кто-то вколол мне анестезию. Но обезболивать меня категорически было нельзя, иначе бы нано-чипы «уснули».

Бросив взгляд на отступающий туман, обнаружила границу. Воздух тягучий и взял все пространство вокруг корабля в плотный кокон. Как такое может быть? Идеальная сфера темнела на глазах, но этого будто бы никто не видел.

Осторожно подошла к границе и прикоснулась к ней пальчиком. По телу прошлось едва заметное тепло, но этого было достаточно, чтобы облегчить мою боль. Я даже умудрилась взять в руки эту вязкую субстанцию и сформировать из нее мяч, который не потерял своего внешнего вида, когда я закончила «лепить».

— Удивительно, — с каким-то детским восторгом тихо воскликнула я, рассматривая чистый сгусток плотного вещества.

Может быть, это и не туман вовсе? — промелькнула мысль в голове.

Все так же шокировано я вернула сгусток в семью, но не успела сделать шаг, как «мяч» вырвался и завис перед моими глазами, вот только размером он был намного больше.

— Что ты такое? — с любопытством спросила толи у себя, толи у «шарика», беря в ладони сгусток. От него исходила теплота и спокойствие.

Я настолько увлеклась рассматриванием неизвестного объекта, что не заметила вокруг суету. Военная Элита достала бластеры и стала стрелять по туману, разрезая его лазерными лучами пополам, будто бы пытаясь прострелить путь к свету.

— С ума сошли! — шокировано прошептала я, с ужасом в глазах смотря на то, как туман от лучей бластера стал рассеиваться.

Военных совершенно не заботило, что мы приземлились в этот туман, вторглись на чужую территорию, а стоило сгустку едва приблизиться, то это привело к панике Элиты. Это неизвестная планета и чем она нам отомстит, остается только догадываться.

Шарик в руке дернулся и стремительно вернулся к куполу, который начинал мелко подрагивать. Ой, не к добру это. Все что я успела понять от общения с этим странным сгустком, так это то, что ОНО разумное! Мы не знаем, что это за планета и что за существа здесь обитают. Это что угодно, но только не атмосферное явление. Ведь мне не показалось настоящее любопытство и интерес, исходившее от комка сгустка.

— Не стреляйте! — сцепив от боли зубы, я бежала к кораблю, чувствуя, как по телу разливается тяжесть. Стало трудно дышать. Кислород до этого такой легкий и «вкусный» стал вязким… горьким, раздражающим слизистую. Мне становилось плохо и на каком-то этапе дороги я, споткнувшись, упала, полностью потеряв способность двигаться. Нано-чипы больше не «вели» мое тело. Чувствительность отключилась, как по щелчку пальцев, а эти ненормальные продолжали палить из бластеров, пятясь к кораблю.

Почему они атаковали туман? Что стало причиной этой агрессии?

— Владлена? — услышала удивленный голос над головой.

С трудом, но я перевернула свое тело на спину, чтобы встретится с брезгливым взглядом отца. Он недовольно морщил нос, осматривая мои неподвижные ноги, нервно барабаня по бедру бластером, индикатор которого показывал, что заряд почти на нуле. Значит, он тоже стрелял.

— Я… — горло перехватили болезненные спазмы.

— Ты обманула меня, — как приговор холодно процедил отец.

— Я…

— Ты ничтожество, посмевшее бросить мне вызов, — продолжал бросаться обвинениями этот … мужчина, а я с ужасом понимала, что «добегалась». — А ты же знаешь, как я поступаю с такими… как ты, — знала и даже пару раз была свидетельницей расплаты несчастного, но он ведь не сделает этого. Широко распахнутыми глазами смотрела на этого монстра, кровь которого течет в моих венах и не верила в происходящее.

На бластере остался всего один выстрел, дуло которого было направлено на меня. Прикрыла глаза, смирившись со своей участью. Пять лет назад родители уже сломали меня, выбросив на помойку. Все то долгое время я собирала себя по кусочкам и вот сейчас… лишь одним движением, не прилагая особых усилий, он приговорил меня к смерти.

— Я надеялась, что в тебе все-таки осталось что-то хорошее, — горько прошептали мои губы. — Но ошиблась, — не было ни слез, ни паники, лишь огромная глубокая пустота внутри. Все напрасно. Все мои усилия, надежды ребят были бесполезными. — Сделай это быстро, — попросила его.

— Хм, — хмыкнул этот чужой мужчина. — Пожалуй ты права, — и сколько ехидства и ненависти в одной только фразе, что в голове не укладывается, как так можно относиться к собственному ребенку? Элита лишена всех человеческих, нравственных, этических и моральных качеств. Расчетливые холодные твари и мне «повезло» родиться среди всего этого дерьма. — Жаль, что потратил на тебя слишком много средств. Ты не оправдала моих ожиданий и поэтому я тебя накажу, — больше не слышала звука стрельбы. Наступила оглушающая тишина. — Я оставлю тебя медленно и мучительно подыхать на этой планете. Это будет достойным отмщением.

ЧТО? Нет, он не может!

Маршал президента развернулся и стремительно зашагал к «Венере», оставив меня на верную погибель.

Умолять? Да кому это нужно? Циничной бездушной твари, именуемой моим отцом? Он себя показал во всей красе и таких ублюдков целый корабль.

Лежа на теплой голубой земле, я равнодушно наблюдала за отлетом «Венеры». Слезы закончились, уступив место осознанию того, что я осталась одна на незнакомой, неизвестной планете. Жалость к самой себе бессмысленна. От меня уже ничего не зависит. Я обречена.

Вот и все.

Я люблю вас мои дорогие друзья. Я умру раньше, чем вы, но обещаю, что с улыбкой встречу вас на той стороне.

Глава 2

— Даже умереть нормально не могу, — заплетающимся языком простонала я, едва открыла глаза. Неба не видно из-за крон живых НАСТОЯЩИХ деревьев. Тумана больше не было. Ветви деревьев переплетались между собой, мешая проскользнуть хоть одному лучику солнца, отчего окружающий мрак навевал еще большую тоску и страх. Страх одиночества и ненужности.

Я жалкая неудачница, сброшенная с вершины популярности и безусловного успеха. Мой пьедестал был непрочным и шатким, а я не смогла вовремя рассмотреть нависшую надо мною беду, не подстраховалась.

Безбедная беззаботная жизнь решила преподнести мне хороший урок, который я усвоила на всю жизнь.

Жизнь в лучшем районе города в частном закрытом секторе, куда нет доступа посторонним. Город Элиты, где все сделано по высшему разряду, а попадая в его сети, пропадаешь навсегда, погружаясь в роскошь и достаток. Город великих планов и идей!

Несмотря на мою беззаботность у меня была престижная работа финансовым аналитиком и мне это нравилось. Меня все устраивало, хотя папочка и помог в получении такой нужной должности.

Самые лучшие и дорогие тряпки из новейших коллекций появлялись у меня первой, и замечу что последней. Я не разрешала продавать идеи другим, лишь только демонстрация на подиуме. Индивидуальность, «кричащий» на каждом углу шик и блеск — залог твоего безусловно триумфа, признания, лавров!

Дорогие треги тоже по индивидуальному заказу, личный космический корабль с подаренным пилотом в придачу и естественно планета Сигма. Папа подарил мне ее на пятидесятилетие, которая впоследствии была им и отобрана.

Натуральная органическая еда без единой примеси добавок или заменителей.

Любимый, как я тогда думала, самый лучший мужчина на свете и великолепная счастливая жизнь — вот мое будущее.

Что еще можно желать человеку? Я идеальна, мой мир идеален, жизнь блестящая, райская… до той страшной трагедии.

Ничто не вечно. И в этом я убедилась, существуя последние пять лет среди моих настоящих друзей, которые, хоть и презирали нас Элиту, не оставили умирать в той реке. Они вытащили меня, спасли, помогли, а главное научили жить по-настоящему без притворства, лицемерия, алчности и зависти.

Поняла, что та моя жизнь была как хорошо написанная книга с яркой обложкой, громким звучным названием, но стоит лишь немного вчитаться, вдуматься и видишь все те коряво грубо нацарапанные строки. Сюжет подгнивший и местами воняет так, что хочется скорее закрыть эту «книгу» и больше к ней не возвращаться.

Любимый мужчина чуть не спустил меня с лестницы, когда я приехала к нему за защитой, за помощью после того как меня выбросили на улицу родители. Трус, лицемер, лгун, бегущий от любой ответственности, боящийся косых взглядов и злобных шуточек. Как же весь он такой замечательный и идеальный да рядом с инвалидом? Да никогда! Такая, как я — позор Элиты.

Друзья и коллеги, как стая шакалов убивала гадкими словами, смешивая меня с дерьмом. Тогда я себя так и чувствовала. Медицина моего мира не смогла справиться с проблемой, так как нанопластины, вживленные в позвоночник отторглись и если бы их не извлекли вовремя, то я бы умерла. Так и был вынесен мне приговор калеки. Организм слаб и при всей прогрессирующей медицине таковым и оставался.

Проклятый ничтожный организм, не способный принять лечение, отторгающий любое вмешательство, но лучше бы я сдохла, чем смирилась с уготованной судьбой.

Иллюзия безупречности хороша для слепцов, но на это и рассчитано, ведь прозрение для них это сказка, выдумка, чьи-то сумасшедшие мысли.

Это сейчас я осознала, что жизнь моя выгорала, заменяя яркие краски холодной пустотой. И я тоже была слепцом. Не видела всю ту паутину, что оплетала каждого члена Элиты, где смысл существования заключался в успешно надетой маске, деньгах, выгодных отношениях. Слишком тесны эти переплетения, лишающие возможности свободно двигаться.

Мои любимые друзья! С ними дышать стало легче, будто бы огромная тяжелая плита свалилась с груди. Они сожгли мою личную паутину. Как оказалось, носить на лице среди Элиты постоянную маску совершенства очень тяжело. В простом мире не нужно следить за каждым своим жестом, словом, мимикой, интонацией. Здесь проще. Нет стереотипов стандартов этой самой жизни. Свобода!

Да, первый год я привыкала, смирялась с собственной судьбой, скрипя зубами принимая заботу ребят, ведь тогда я не знала, чем буду расплачиваться за их внимание. Папаша не только вычеркнул меня из жизни Элиты, заморозил счета, лишил всего, но и уничтожил шанс на саму жизнь. Его не заботило, куда я пойду, что буду есть, чем буду греться зимой. Элита не прощает слабости, и я в полной мере ощутила, каково это быть выброшенной на берег рыбой. Долгая, мучительная смерть без права на выживание.

Назло всем я смогла… мы смогли вытащить меня из самого дна отчаяния, безнадежности и безысходности.

Свои знания аналитика я сумела применить среди простого населения. Как оказалось — инвалидность не приговор, а всего лишь иная часть жизни. Остается много времени на рассуждения, мысли, решения сложных задач. Капиталы ребят возрастали, что не могло не радовать меня. Хоть так я благодарила их за то, что они не бросили меня, а Димка с Матвеем загорелись желанием поставить меня на ноги. Денег хватало на самое необходимое и они приступили.

Так я и стала обладательницей нано-чипов…

Моргнула несколько раз, пытаясь прогнать мрачную пелену с глаз. Не получилось. Ветви деревьев надо мной не расступились, а тело так и осталось лежать неподвижным, но не это самое непонятное и страшное. Дело в том, что я связана… связана этими ветками, а сама вишу в нескольких метрах над землей в коконе из сухих длинных веревочнообразных переплетений. Не паутина, нет. Ее легко можно разорвать и выбраться. Здесь что-то другое.

Как я здесь оказалась непонятно. Клубки переплетенных между собой ветвей не позволяли нормально рассмотреть местность.

Я жива, но сейчас не знала радоваться мне или плакать. Я не представляла, как отсюда можно выбраться.

Чем сильнее я дергалась, пытаясь освободиться, тем сильнее «жгуты» стягивали мое тело. Стало жарко. Пот лился ручьем по вискам, лбу, стекая за ворот комбинезона. Резкая смена температуры насторожила. Мой универсальный комбинезон немного смягчал давку, но это ненадолго, с такими темпами меня скоро просто разрежет на тонкие ленточки. Перестала вырываться и жар прекратился. Даже давка немного ослабла. Ветки меня выпускать не собирались, но вот зачем я понадобилась этому странному дереву?

В голове прокручивалась масса информации о Со-дружественных планетах, но я не припомню ничего подобного. «Умной» растительности не существует, а то что «ветки» соображают — это факт.

Я девочка продвинутая и меня редко чем можно удивить, но эта чаща заинтересовала.

Дернула рукой, пытаясь освободиться, но снова ощутила знакомое чувство скованности. Ноги мои безвольно висели и были единственными, что не связали ветки, но придерживали на весу.

— Быть не может! — шокировано выдохнула я, чувствуя как мои пальчики на ногах активно двигаются. Попробовала согнуть ногу в колене и снова потрясенно замерла.

Ко мне вернулась ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТЬ! Боли не было, поэтому нано-чипы здесь не при чем, но тогда как?

Отвела в сторону бедро без усилий и громко истерично расхохоталась. Пять лет, пять долгих гребанных лет инвалидности исчезло так, будто бы ничего не было. Боли в позвоночнике не ощущалось, ноги были здоровы, а прошлое вспоминалось, как в тумане.

Туман! Он ведь тоже был необычным! Не знаю, как это все связано между собой, но спасибо.

Едва мои ноги стали подвижными, как их тут же спеленали ветки, но я почему-то глупо улыбалась, ведь я чувствовала каждой мышцей ног эти «веревки».

— Кто бы ты ни был, — прокричала громко я. — Спасибо тебе огромное за предоставленный шанс!

— Не ори, — услышала мужской стон, где-то снизу. — Ты своим голосом только сильнее злишь ламии. Они сейчас впрыскивают в твою кожу яд.

— Чего? Какой яд? — опешила я, пытаясь вывернуть шею так, чтобы увидеть нечаянного собеседника, но вышеупомянутые ламии мне этого не позволили, сильнее сковав тело. Что-то хрустнуло, надеюсь не мой позвоночник.

— Который поможет быстрее разлагаться твоему телу, — сипло ответил мужчина.

Глаза я не выпучила только потому, что опасалась активности со стороны этих ламий. Разлагаться я не хотела. Замерла, пытаясь сообразить, что делать. Говорить, двигаться нельзя. Надеюсь, что мой комбинезон не позволит просочиться яду в кожу, а мужчинку жалко. Он еле ворочает языком, но все равно предупредил меня.

Хм, а как же внезапный жар по телу и ручьи пота? Неужели уже пошла реакция? Все что я смогла сделать — это нервно сглотнуть.

Хотя? А почему бы собственно и нет? Если они «живые», значит, на них тоже можно воздействовать. Нужно только постараться.

Ноги — самая нужная часть тела в этот момент были скованны слабее, поэтому я, насколько хватило сил, ударила пятки друг о друга.

Есть контакт! — мысленно возликовала я, чувствуя вибрацию ботинок. Хоть что-то папенька необходимое дал напоследок. В космосе не пригодилось, зато здесь…

Осталось правильно воспользоваться шансом. От силы удара зависит количество заряда, поэтому нужно торопиться. У меня не больше пятнадцати секунд на то, чтобы освободиться. Надеюсь, что получится, так как сильнее злить неизвестный вид флоры я не хотела.

Ох, как недовольно скрипели и трещали ветки — убийцы. Импульсы разряда тока, излучающие мои электроботы буквально жарили ветки. Постепенно, но я отвоевывала свою свободу, а ветви становились тоньше и трусливо уползали к деревьям.

Миг и мой кокон распался, а я камнем полетела вниз. Больше меня ничто не удерживало, но на каком-то ярусе мое приземление остановилось. Я изумленно смотрела на связанное крупное тело мужчины, вот только человеческий остов был слишком волосатым и слишком …. Сиреневым. Уши вытянуты вверх и заострены на кончиках. Из чуть выдвинутой челюсти выглядывали клыки, а толстые загнутые внутрь когти вцепились мертвой хваткой в ветви у основания шеи, не позволяя тем окончательно сомкнуться. За всю мою историю путешествий в галактических просторах я ничего подобного не видела, а побывала я не на одной десятке планет.

Даже ларты с планеты Дирен галактики Майтры не выглядели так … экзотично, а они самая жестокая и воинственная раса с животными инстинктами. Тогда я ничего не боящаяся тридцатилетняя девушка спровоцировала драку между соплеменниками. Соблазняла одновременно двух ларт, хотя и не собиралась спать ни с одним из них, просто очередной спор от скуки и я естественно выиграла, вот только последствия были ужасными. Ларты естественно меня не поделили и подрались между собой. Я хотела было уже незаметно улизнуть, но один из них как глянул на меня, так буквально пригвоздил взглядом на месте. Двигаться не могла, но папина охрана не зря ела свой хлеб и вытащила меня из очередной заварушки. Итог: трое трупов из охраны и я удирающая на личном космическом корабле. Меня не догнали, но с тех пор я зареклась дразнить ту расу. Не по моим зубам оказались ларты.

И вот сейчас не менее изумленный взгляд синих, как само небо глаз, сканировали меня.

— Не дергайся, — приказала я мужчине. Не знаю, что это за существо, но других я не наблюдаю, а значит, именно он меня предупредил, а я не люблю оставаться в долгу. Да и разум плещется в его глазах. Оставить живое существо на верную погибель не смогла, хотя я бы прежняя и не взглянула на его бедственное положение.

Мужчина застонал, а я повторила свой маневр, уже сильнее стуча пятками. Снова знакомая вибрация. Я села на попу, так как вниз путь пока откладывается, и стала резкими движениями прикладываться подошвой ботинок к ветвям. Послышался знакомый треск.

— Проклятье! — вот этот момент упустила. Мужчину тоже зацепило и сейчас его тело конвульсивно дергалось. Надеюсь, сердце выдержит мой «электрошокер». По-другому я не знала, как нас отсюда вытащить, а спустя тридцать секунд он был хоть и без сознания, но свободен.

Площадка из переплетенных ветвей под ногами была крепкой, но сколько потребуется времени дереву, чтобы оклематься и снова пустить в дело свои «загребущие ручки»?

— Придется падать, — сообщила бессознательному телу, вплотную придвинувшись к нему, поставив подошвы ног на веревочную площадку.

Нас выпускали с трудом, но такого гостеприимства мне и даром не нужно.

А падать больно — подвела итог, когда мы оказались на холодной сырой земле. Мы с моим «другом» по несчастью лежали на спине, шумно дыша. От падения даже мужчина пришел в себя и застонал, переворачиваясь на бок. Откуда только силы взялись?

— Противоядие, — еле слышно натурально прорычал он.

— Чего нет, того нет, — рвано ответила я, все еще приходя в себя от пережитого шока. Приложив максимум усилий, смогла только на корточки сесть. — Ты бы лежал, а то ведь наверняка переломы есть, — посоветовала ему.

Меня немного спасла защита комбинезона, а вот изодранная рванная в лоскутки одежда мужчины ему явно не помогла уберечься от травм. Тело исполосовано, будто бы следы от кнута с металлическими наконечниками. Вздрогнула. Ведь и я бы так сейчас выглядела.

— Если не принять противоядие до захода солнца, то о переломах бесполезно переживать, — выдохнул мужчина. — Да и убираться нам нужно отсюда. Не знаю, что за магию ты применила, но не уверен, что ее надолго хватит.

Стоп. Я ослышалась или он серьезно сказал о магии? Но это же … детские сказки! В сказаниях Земли Русской я находила упоминание о магии, но ведь это все вымысел! Просто красиво приукрашенная реальность! Да, и было это больше пятьсот тысяч лет назад от исчисления старого мира.

Мы живем в век технологий, а тут … магия? Волшебство?

Предположение конечно имеет место быть, а иначе как объяснить нападение ветвей? Ладно, возможно у них магия подразумевает что-то другое.

— Я тоже не уверена, — пробормотала в ответ.

Электроботы требуют подзарядки и если не найти источник тока, то они станут простыми ботинками, поэтому выбираемся отсюда и как можно скорее.

— Вардек, — представился мужчина, с трудом поднимаясь на ноги. Удивительно, но он не скривился от боли, а возвышался надо мной огромной… волосатой горой.

— Владлена, — я приняла от него помощь и схватилась за протянутую ладонь с длинными когтями, вставая на ноги. Странно, но он меня не пугал.

— Ты спасла меня, — вот сейчас он скривился и не от боли. — Теперь я у тебя в неоплатном долгу, — ах вот, откуда эта внезапная неприязнь?

— Вардек, — я резко выдернула ладошку из его руки, хмуро посмотрев на мужчину. Мой рост заканчивался в районе его груди, поэтому, чтобы встретиться с ним взглядом, мне пришлось хорошо задрать голову. Его глаза! Как я сразу не заметила такое явное отличие? В них не было привычного белка, лишь синие омуты, полностью затопившие глаза. Необычно и жутковато, а самое неприятное то, что я отчетливо видела в них все эмоции мужчины. — Простого спасибо будет достаточно, и если выведешь меня в цивилизацию, то буду весьма тебе благодарна.

Вардек недоверчиво прищурился, а по губам скользнула едкая ухмылка.

— Спасибо, — процедил он сквозь зубы, внимательно рассматривая меня. — Что на тебе надето? — он нагло прошелся пятерней по моей руке, исследую ткань. Я дернулась, отступив назад. — Что за магия применена, раз даже царапинки нет? Хотя стой, здесь же совершенно не действует магия. Аномальная проклятая зона, — что? Какая зона? — Почему ты цела! — этот странный волосатый животный мужчина все больше и больше удивлялся.

— Вардек ты ничего не забыл? — некультурно перебила мужчину. Магию я, конечно, не применяла, но меня насторожило его незнание об универсальных комбинезонах, напичканных мощнейшей защитой от внешних повреждений. Эта разработка уже многие века пользуется популярностью, а он смотрит на комбинезон, как на чудо света. Значит, о себе пока не распространяемся. Сначала узнаю, что это за место, а потом решу, что мне дальше делать. — Сумерки, противоядие, — напомнила ему.

— Да ты права, так как если мы его вовремя не примем, то умрем, — а рычит знатно, будто и не он пять минут назад умирал в цепких «объятьях» дерева.

— Поверь, я тоже не стремлюсь умирать, — в тон ответила ему. Не получилось у нас пообщаться нормально.

— И все-таки я хочу услышать ответ, — вот же приставучий.

— На мне нет ни царапины, — и как ему объяснить о технологическом прогрессе? Чувствую, что я в каком-то доисторическом периоде. — Из-за особого материала моего комбинезона. В ткань вживлены специальные нано — чипы полностью защищающие своего носителя от агрессивности извне, а благодаря моим электроботам ты сейчас дышишь и даже ходишь. И все это не магия, а очень тонкая наука.

— Врешь, — не поверил он мне. — В любом случае, закрепленный эффект дала защитная магия, но как она смогла быть активна в этой аномальной зоне? — рассуждал вслух Вардек, а я выпучила глаза. Он это серьезно? То есть он отрицает явное применение техники, ссылаясь на какую-то мифическую магию? Это бред! Вардек ты сумасшедший!

— Что за аномальная зона? — мне не понятно.

— Это место лишено магических потоков, а ты с легкостью справилась с ламиями, хотя из них почти никто не выбирался живым. Они очень любят мясо.

— Стоп, стоп, стоп, — перебила его. — Ты хочешь сказать, что после того, как нас расщепил бы яд, то нас сожрали?

— Именно, — и чему тут улыбаться?

— Знаешь что? — я на негнущихся ногах еле доплелась до Вардека. — Пошли скорее отсюда, а обо всем поговорим после.

— Согласен, — кивнул Вардек и поплелся следом.

Ступать по земле собственными ногами было настоящим чудом. Тело не ломило, не болело от нано-чипов. Наконец-то я смогла свободно дышать.

— Держись позади, — приказал Вардек и, обойдя меня по дуге, пошел первым, пробивая наш путь к жизни.

Не представляю, как мы найдем противоядие, но посмотрев в прямую спину волосатика, отметила, что он точно знает, что делает. Ладно, попробую довериться. Выбора то все равно нет. Конечно, можно развернуться и зашагать в противоположную сторону, но это будет верхом моей глупости. Одна в незнакомом чужом и, несомненно, опасном мире долго я точно не протяну.

Прокручивая в голове все последние события, пришла к единому мнению, что меня банально пожалели. Космолет улетел, бросив меня умирать. Четверо суток без воды и еды на чужой планете меня подкосили. Думала, что ничего нет хуже смерти. Ошиблась, есть — это ожидание самой смерти. Понимание того, что беспомощен и никто и ничто не в силах помочь. Не попросить, чтобы остановили сердце, а сама я не могла облегчить собственную участь. Я молила о смерти, взывала о милосердии, лишь бы не мучиться, но меня не слышали. Отец выбрал самое жуткое наказание из всех возможных.

Лежа в плотном, вязком густом тумане медленно задыхалась от вмиг ставшего тяжелого воздуха, периодически соскальзывая в беспамятство. Милосердия нет. Все то время я молилась за ребят и просила прощения за то, что буду первой там … за чертой и плакала, так плакала, что становилось невыносимо. Когда уже реально ты умираешь, то появляется безумное желание жить. Как же я хотела жить!

Сгустки тумана проникали в каждую клеточку моего тела. Или мне так казалось? Не знаю. Слабость организма искажала мое восприятие окружающего пространства. Мне тогда слышались голоса, которые я списала на галлюцинации. Ощущала чужие эмоции удивления и огромного любопытства, а потом наступила боль. Боль такая, будто бы сквозь меня пропускали жидкую лаву и затронули все мои нервные окончания.

Сейчас же я не ощущала ни толики отголоска той испытываемой боли. Наоборот, во мне бурлила жажда жизни.

Туман! Он действительно был живым. Я уверена, что он как-то повлиял на мое состояние и здоровье. Мозг лихорадочно анализировал происходящее. Чем дольше я погружалась в произошедшее, тем большее удивление вызывала вся эта ситуация.

Выдохнула с облегчением. Тяжелый груз болезни стерся одним мановением тумана. Как?

Постепенно сухостои ламий сменялись более живой растительностью. Под ногами перестали хрустеть ветки, а дорога стелилась зеленой травой.

— Настоящая! — изумленно прошептала я, останавливаясь, опускаясь на колени, вплетая в мягкую траву пальцы.

— Ты чего? — Вардек смотрел на меня, как на идиотку, а я действительно улыбалась, но улыбка моя выглядела немного сумасшедшей.

— Ты не понимаешь, — воскликнула я. — Трава…, - я подскочила с места и подошла к дереву с ярко зеленой листвой. — Это дерево… все настоящее! — это не тот жалкий сухостой ламий, поедающий человеческое мясо.

На Земле растительность давно сменили каменные джунгли. И это не заповедник! У нас на Земле ничего натурального настоящего не осталось, только небольшие закрытые парки. Перенаселение планеты сказалось на экологии, поэтому последние восемь тысяч лет кислород на Землю поступает из очистительных сооружений, установленных на орбите планеты.

Всего же насчитывалось не более десяти планет, где процветала флора и фауна, но нигде ее не было так много. Изобилие растительности большая редкость в наше время, а здесь можно сказать, что все это бесхозное. Гуляй — не хочу!

Даже клекот птиц и тот настоящий. Задрав вверх голову, увидела на ветке крупную птицу размером с сову. Она активно уплетала зеленые листочки.

Местность с ламиями была словно мертвая, а здесь бурлила жизнь.

Воздух отличался от того искусственного, чем я привыкла дышать на Земле. Он словно проникал в каждую клеточку моего тела, насыщая спасительным кислородом.

Дышать… дышать… дышать.

Это невероятно!

Резкая смена местности очень сильно бросалась в глаза, и я с жадностью осматривала природу.

Прикоснулась к коре дерева, ощутив под пальцами шероховатость. Живое, не имитация. Подтянув аккуратно веточку ближе, вдохнула запах листьев. Потрясающе!

— Все это конечно замечательно, — вырвал меня из нирваны противный голос Вардека. — Но нам еще нужно вовремя добраться до Источника, чтобы достать противоядие.

Блин, даже его сиреневая волосатость красиво играла бликами под солнцем, которое сюда хорошо проникало. Лучи согревали, даря тепло и уверенность в то, что все будет хорошо.

— Не ворчи, — улыбнулась я. Не знаю, как он, но я себя чувствовала замечательно.

Вардек нашел толстую палку, и сейчас устало опирался на нее.

— Давай ты в другой раз обнимешься с деревьями? — процедил язвительно мужчина и не дожидаясь меня, продолжил путь.

Мой мозг соображал туго, наверное, поэтому я как-то легкомысленно отнеслась к угрозе нашим жизням. Наблюдая за пьяными шагами Вардека, с меня слетела вся беззаботность. Сочившаяся из открытых ран кровь окрашивала «шерсть» в кроваво — сиреневый цвет. Зрелище жуткое и я не представляла, сколько усилий он прикладывал для того, чтобы сделать свой последующий шаг.

Постепенно лесистая местность сменилась каменистой.

— Нам туда, — махнув рукой, прошептал обессиленный мужчина.

Я посмотрела за направлением руки и увидела огромную гору. Что мы там забыли, естественно спрашивать не стала. Вардеку виднее.

Мужчина обеспокоенно посмотрел на солнце, которое склонялось к горизонту. Закат приближался.

— Должны успеть, — лихорадочно бубнили его губы.

Самодельная трость периодически застревала меж камней, тормозя и без того наше медленное продвижение. Но и это не было проблемой, а то, что камни были очень скользкие. Я пару раз упала и чуть копчик себе не отбила. И сейчас немного завидовала Вардеку, ведь его палка не позволяла упасть мужчине.

— Чувствуешь магию? — спросил он меня, прикрывая глаза, шумно вдыхая воздух.

Я тоже прикрыла глаза и попробовала почувствовать эту самую магию, но кроме легкого дуновения ласкового ветра ничего не ощутила.

— Это просто ветер. Пойдем, — скептично заявила я и медленно скользнула на очередной камень. Крупные валуны не облегчали наш путь.

— Я очень слаб, но даже в таком состоянии ощущаю ее силу, — проворчал Вардек. Видимо я сбила ему весь настрой.

— Давай ты позже подышишь магией, когда мы примем противоядие, — вспомнила ему его же язвительное замечание только в мою сторону.

— Язва, — совершенно беззлобно заметил он, а я только рукой махнула на это заявление.

Ничего не понимаю. Если присмотреться, то идти не больше трех километров, но мы плетемся как улитки.

— С такими темпами мы здесь упадем замертво, — постепенно теплый ветер сменился ледяными порывами.

— Все правильно, — тихо прошелестел он. — Так и должно быть. Это сила Источника магии.

— Эй, ты о чем? — остановилась я и вперив руки в бока упрямо посмотрела на Вардека. — Лучше подумай, где нам в камнях найти противоядие?

— Отыщем Источник, получим не только противоядие, но и кое-что еще, — загадочно пообещал волосатый мужчина.

— Звучит бредово, тебе так не кажется?

— Это все легенды и только трижды к нему находили пути счастливчики, которые и описали дорогу к Источнику, — продолжал, как безумный шептать Вардек. — Через ламии больше никому не удавалось прорваться. Очень многие там нашли свою смерть, — меня передернуло от представившейся картины. Это сколько же несчастных глупцов съели те деревья?

— А ты зачем подался к Источнику? — теперь меня раздирало любопытство.

— Если все получится, то сама поймешь.

— Давай без загадок, — раздражает вся эта туманность.

— Одна гадина наградила меня предсмертным проклятием, — злобно выпалил Вардек. — Если бы она была жива, то сам бы удавил тварь.

Отшатнулась, так как сейчас в этом недочеловеке были ярко выражены звериные повадки.

— Дай угадаю, — предположила я. — И ты решил, будто какой-то мифический Источник его снимет?

— Этот Источник — основа магии мира Мидаран. Если не он, то мне никто больше не поможет, — что же за проклятье на нем? Может эта вся агрессия оно и есть? Нельзя же быть таким злым ко всему.

На подъем к виднеющемуся зеву грота ушло несколько драгоценных минут. Подошва ботинок продолжала скользить. Помогая себе руками карабкаться наверх, ощущала под пальцами жар, исходящий от камней. Должно же быть испарение, но его не было. Влага и жар никак не могли сосуществовать рядом, но именно это я и ощутила под пальцами. Влага была теплой.

Вардек кряхтел, морщился, но упорно двигался рядом.

Выступ, еще один. С каждым пройденным шагом гора становилась более крутой. Последние метры мы как скалолазы цеплялись за выступы и подтягивали свое тело к очередному влажному камню. Пальцы так и норовили соскользнуть. Вардеку хорошо, у него когти, а я все свои ногти обломала до крови.

Еще один рывок и наконец-то край долгожданного плато. Вардек вскарабкался первым и подал мне руку, за которую я ухватилась, как за последнее спасение. Сил не было. Выдохлась.

— Вставай, — приказал Вардек, легонько пихая меня в бок, а я сейчас так хотела полежать, отдышаться, но мужчина прав, не время.

Шумно дыша, поднялась на ноги. Ощутила жар собственного тела. Если бы я была в простой одежде, то ее можно было бы выжимать от пота.

Грот небольшой пещеры встретил нас сыростью и мрачностью. Солнце практически село и у нас в запасе около двух часов. Если не отыщем Источник за такой короткий срок, то следующие искатели приключений обнаружат две пары высохших костей.

— Чего застыла? Пошли скорее.

Щелчок пальцами и в ладошке Вардека зажегся маленький лучик света. Я стояла с широко раскрытым ртом и неверующе смотрела на это чудо. Значит, не соврал.

— Магия? — шепотом спросила я, а мужчина кивнул.

— Сил у меня очень мало, но в этой темноте мы ноги переломаем, — Вардек дунул на светляка и тот, повиснув в воздухе, медленно поплыл вперед. Я, все еще не отойдя от такого маленького крохотного чуда, как марионетка пошла следом за лучиком света.

От изнеможения рассудок грозился отключиться. Нужно скорее покончить со всем этим.

Стены грота давили своей силой, буквально заставляя подгибаться колени. Хорошо, что мои ноги крепко держали меня, поэтому скрипя зубами от внезапно накатившей усталости, следовала за Вардеком к мифическому Источнику. Мне тоже нужно это противоядие, так как контакт с ламиями у меня состоялся. Ни голова, ни лицо, ни руки, ни шея не были защищены, а иначе я бы не сунулась сюда.

Внезапно из глаз брызнули слезы. Я не понимала своего состояния и сильно испугалась. Больше не видела Вардека, так как все заволокла пелена слез, лишь слышала глухие стоны мужчины.

Чувство, будто твою душу выворачивают наизнанку, потрошат как птицу, распределяя на отдельные ингредиенты, заставляя избавляться от ненужных потрохов.

Через слезы выходила вся моя накопленная боль, обида и нестерпимая мука, будто бы очищая от всего этого мою израненную душу.

Каждый последующий шаг давался мне с трудом. Я не видела Вардека, так как повсюду был непроглядный вязкий плотный туман, и с ним я уже встречалась. Он был мне знаком. Неужели этот туман и есть Источник магии? Чаша моего скептицизма медленно испарялась.

Стонов мужчины я не слышала, будто бы оглохла, будто бы разом исчезли все звуки и запахи, а затем я заорала от ужаса, так как упала в пропасть. Шаг и подо мной больше не было опоры, а я стремительно летела в бездну.

Вот так глупо и нелепо умереть могла только я. А все этот проклятый Вардек! Чтоб ему икалось!

Орала до хрипоты, до боли в горле и не заметила, когда падение прекратилось, а я парила в воздухе. Туман рассеялся, и я наконец-то смогла рассмотреть место, куда собственно так быстро летела.

Однозначно я висела в воздухе в миллиардах разноцветных нитей, которые и поддерживали меня. Такие навязчивые объятия начинают утомлять. Сначала ламии, теперь вот это непонятно что. Плато, куда я так жаждала ступить, находилось примерно в пятистах метрах от меня. Как туда «доплыть» не представлялось возможным.

Время остановилось, прекратив свой бег, лишь нити целенаправленно сплетались в разные узоры, и я как завороженная смотрела на это чудо природы… магии.

Где-то за пределами Источника бурлила активная жизнь, и я видела ее. Сквозь нити ко мне поступала информация… образы всех живых существ этого мира. Это было нереально… невероятно… волшебно… загадочно…красиво. Я ощутила весь спектр, контраст между тем, что было до и что стало после.

Прозрение, как эхом отдавалось в голове. Я чувствовала сейчас этот мир каждой клеточкой своего тела. И не везде он был радужным. Отметила несколько черных пятен, «поедающих» жизнь этого мира и не понимала, откуда взялась эта гадость. Она съедала магию, поглощала ее, убивая существ наделенных силой. Это неправильно. Так не должно быть.

Узор нитей стал некрасивым, рваным, дерганным, без яркой искры, раскрашивающей полотно жизни, а потом очередной узор поглотила черная гадость, а я заорала от невыносимой боли. Перед глазами стояли опустошенные глаза молодого мужчины. Он был мертв и я каким-то образом, почувствовала его смерть.

Это была последняя связная мысль перед тем, как разум все-таки отключился.

Глава 3

— Владлена вставай, — тихо проговорил над головой Вардек. И как только догадался, что я пришла в себя?

— Вардек отстань, — проворчала, даже не думая о том, чтобы последовать его просьбе.

Последние события буквально взорвали мой мозг, хотя ни голова, ни тело не болело, а наоборот, я чувствовала себя отлично, будто бы неделю отдыхала. Даже чувство голода отсутствовало, а ела я давно.

Прислушалась к себе, пытаясь поймать хоть какие-нибудь отголоски после встречи с Источником. Ничего — абсолютная пустота и чувство, что все те нити мне просто приснились, что не было никакого слияния с миром Мидаран, и это не я видела жизни живых существ, населявших этот мир. Скорее всего, это мои галлюцинации от встречи с туманом.

— Владлена нам пора убираться отсюда, — нетерпеливо поторапливал меня мужчина.

Интересно, а ему удалось снять с себя проклятие?

— Жить будем? Источник вывел яд из наших организмов? — вот это меня заботило больше всего.

— Все даже лучше, чем я ожидал, хотя вот в тебе никаких изменений не чувствую и это странно, — задумчиво протянул он.

— А какие же должны быть изменения? — удивилась я и все-таки соизволила посмотреть на своего попутчика. — А… — слова застряли в горле. Я резко вскочила на ноги, испуганно пятясь. — Ты кто такой и где Вардек? — зашипела я на незнакомца.

Передо мной на корточках сидел крупный высокий смуглокожий мужчина с правильными привлекательными чертами лица. Его огромные синие глаза без белка издевательски посмеивались, а на полных губах играла едва заметная улыбка. Сиреневые длинные волосы были заплетены в косу, но несколько непослушных прядей выбились из общей прически и падали на глаза. Передо мной однозначно сидит красивый атлетично сложенный мужчина.

Взгляд опустился ниже, отмечая рваную и такую знакомую одежду.

— Ну? Узнала? — насмешливо поинтересовался незнакомец.

— Вардек? — осторожно спросила я, не надеясь на положительный ответ

— Я же говорил, что мое проклятье может снять только Источник и вот я перед тобой, — хохотнул мужчина.

— Да, но я не предполагала, что тот ты ненастоящий, — это действительно чудеса и сомневаться в отсутствии магии в этом мире больше не стоит. Если бы не увидела собственными глазами, то никогда бы не поверила. Его голос, интонации не изменились, но вот внешность… она неожиданная.

— Это все проклятье, — фыркнул Вардек. — И с ним я жил более ста сорока лет.

— Сколько? Ты хочешь сказать, что долгожитель? — а новости все интереснее и интереснее и сомневаюсь, что здесь слышали об эликсире вечной жизни.

— Ну да, — как-то странно посмотрел на меня мужчина. — Если что, то мне почти восемьсот шестьдесят лет.

— Обалдеть! — изумленно выпалила я. Да я по сравнению с ним еще ребенок, младенец!

— Ты очень странно реагируешь на все, — совершенно серьезно заметил Вардек. — Дай руку, — я даже не думала сопротивляться и протянула свою худощавую ладонь. Мужчина прикрыл глаза и что-то начал бормотать, но я ни слова не разобрала из его абракадабры. — Ничего не понимаю, — выдохнул он на одном дыхании, вперив в меня пристальный взгляд. — Источник помимо того, что убирает все изъяны еще и увеличивает магический потенциал любого мага, но в тебе нет никаких изменений.

— Издеваешься? — съязвила я, выдергивая ладошку. Мне это надоело. Смотрит, как на букашку. Неприятно. — Я же тебе говорила, что во мне нет магии. Я простой человек без каких-либо способностей.

— Это и странно, — прищурился Вардек. — К Источнику простой человек никогда не найдет дорогу, а ты…

— А я и не находила, — фыркнула в ответ. Утомил. — Вообще-то это ты меня сюда притащил.

— Ты не понимаешь…

— И не собираюсь, — перебила Вардека. — Ты вроде бы сказал, что нам пора уходить отсюда, вот и пошли.

Этот разговор меня насторожил не на шутку. Если все правда, то меня ожидает сюрприз, но не думаю что приятный. В голове снова всплыла картинка нитей. Брысь отсюда. Ничего не хочу видеть и знать! Оставьте меня в покое.

О видении я ничего не сказала Вардеку и не знаю почему. Может потому, что не доверяю? Мутный он какой-то. Вопрос напрашивается сам собой, а почему ведьма прокляла именно его, да еще так нестандартно? Я девочка без предубеждений, но мне кажется, что это слишком жестоко к живому существу. Сто сорок лет в обличье зверя? Да я бы с ума сошла от этого, а он разумен, адекватен и силы воли не занимать. Знал, что идет на верную погибель к Источнику, но все равно не испугался и рискнул. Путь слишком извилист и опасен, но он справился и достиг своей цели. Спрашивать о причине проклятья не стала. Это в принципе не мое дело, а я уважаю чужие тайны, если захочет сам расскажет.

— Владлена! — окликнул меня Вардек.

Остановившись, обернулась, вопросительно посмотрев на мужчину. Хорош стервец, но у меня выработанный иммунитет на такую красоту. Элита ведь была идеальна, поэтому он меня не удивил своей внешностью.

— Чего тебе? — не совсем вежливо спросила я.

— Ты ничего не замечаешь? — он развел руками в стороны, обращая мое внимание на грот, но кроме сияющих стен я ничего больше не видела. Земля под ногами прочная и пропасти на горизонте не видно. Сыро холодно, но все это терпимо.

— Нет, — покачала головой.

— Здесь темно, а ты идешь, будто бы все видишь, учитывая, что мой светляк за твоей спиной, — да, его свет до меня не доходил. Нас разделяло достаточно большое расстояние.

— И что? — вскинула я удивленно бровь. — Глаза привыкли к темноте и если ты погасишь свой свет, то в скором времени тоже сможешь видеть, — я насторожилась, а ведь он прав. Дорогу сюда без его светляка мы бы искали очень долго, а сейчас я, как ни в чем не бывало, не натыкаясь на стены, иду на выход. Снова посмотрела вперед и застонала. Линии — они повсюду, но самые толстые и прочные были по обе стороны от меня и именно они прокладывали путь вперед.

— Нет, — не согласился со мной мужчина. — Это все не то.

— Давай выводи нас отсюда, — я прикрыла глаза и посчитала до десяти, умоляя нити исчезнуть с глаз долой. Что они такое я уже догадалась, но почему их вижу именно я — вот главный вопрос.

— Что ты скрываешь? — Вардек в секунду оказался рядом. — Магией не обладаешь, но видишь в темноте.

— Да ничего я не вижу! — взъярилась я. — В чем ты меня обвиняешь? У меня память великолепная и иду я, отсчитывая шаги, зная, где будет следующий поворот и развилка! Ты это хотел услышать? — нет, даже если и теплилась мысль посоветоваться с ним о нитях, то теперь точно не буду. Этот мужик сам себе на уме и что он со мной сделает после этой информации сложно представить.

— Ладно, — скептически посмотрел на меня мужчина. — Как скажешь, — и пошел впереди меня, освещая наш путь светляком, а я облегченно выдохнула. Пронесло и нити исчезли перед глазами, а грот снова погрузился в темноту. Вот это все привычнее, чем то, что было пять минут назад. Неизвестность пугает, а лично меня вводит в неописуемый ужас. Я не хочу никаких изменений. Дайте мне просто жить свободно.

Обратный путь показался мне очень долгим, а может, потому что мы больше не отсчитывали минуты до захода солнца?

Единственный звук в пещере издавали подошвы наших сапог, шумное дыхание да мелкие капли воды, падающие со свода пещеры.

Молчание затягивалось, но прерывать тишину я не собиралась. Вардек странный и несомненно опасный человек, хотя человек ли он, ведь таких глаз у простого люда не бывает.

Я приложила пальцы к вискам, слегка массажируя их круговыми движениями. Мыслей было много и они в хаотическом состоянии медленно вводили меня в панику. Я, наверное, схожу с ума. Как все резко и быстро поменялось в моей жизни. Дом с выстроенным укладом жизни остался за гранью тумана, но мне, почему-то не было жаль с ним расставаться. Там я жила по написанному сценарию и знала, что принесет мне завтрашний день. Здесь же все непонятно, оттого и пугающе и интригующе. Что принесет мне следующая минута или сутки? Неизвестно. Хмыкнула, понимая, что как раньше ничего не будет. Не будет презрения и ненависти в глазах родителей. Исчезнут лицемерные друзья и лживый жених, так как я больше не позволю себя использовать. Исчезнет вся та проклятая Элита, оставив после себя неприятный осадок, но и его возможно заменить. Единственное, что не давало мне покоя и отложилось легкой грустью на душе — это мои настоящие друзья, оставшиеся умирать, принявшие достойно свою смерть. С ними мне расставаться не хотелось, но обстоятельства сложились иначе и теперь я здесь — в новом мире магии и волшебства.

Я словно повзрослела в один миг, принимая судьбу. Стала стабильнее и сильнее, даже злость, раздражение не вызывали во мне негатива. Все будет так, как и должно быть. Просто на все можно смотреть иначе — спокойно, уверенно и взвешенно.

Улыбнулась, понимая, принимая такой важный дар, как сама жизнь и еще раз мысленно поблагодарила туман за такой подарок. Он ведь не просто позволил мне жить! Туман вернул мне веру в себя, в то, что свой второй шанс я использую иначе. Мне было стыдно за себя прошлую, а иногда я ненавидела ту Владлену, которая целых семьдесят пять лет от своего рождения была настоящей сукой и гадиной. Уверена, что теперь все сложится по-другому, ибо спокойствие и равновесие в душе — залог счастливой жизни, а я так хочу быть счастливой!

Некоторое время шла без мыслей. Они разом покинули меня, оставив лишь опустошенность и легкую усталость.

Внезапно тьма расступилась, и впереди мы увидели проблески света.

— Вардек, — осторожно позвала я мужчину. — А разве сейчас не ночь?

— Влада, — неожиданно сократил он мое имя. — Мы почти сутки находились в Источнике и если мне не изменяют мои внутренние часы, то сейчас где-то полдень.

— Так долго? — нахмурилась я.

И ведь все то время мы были беззащитны. Радует, что до Источника так просто не добраться. Таких любителей острых ощущений нужно еще поискать. Понятно, что Вардеку надоел звериный облик, и он решился на отчаянный шаг, но почему меня выбросило именно в этом месте и возле него? Случайность или все-таки запланированная встреча? И ведь спросить не у кого.

— Если честно, то я думал, что мы пробудем здесь не меньше трех суток, — ответил Вардек, останавливаясь на краю плато. Слепящий свет резко ударил по глазам. Пришлось зажмуриться, чтобы не ослепнуть.

— Ясно, — постепенно глаза привыкали к яркому свету.

Вардек тоже стоял, зажмурившись и снова что-то бормотал.

— Придется идти, портал не открыть. Источник блокирует любое перемещение, — сообщил мне мужчина в рваных тряпках. А вообще он в них смотрелся забавно. Сам весь из себя и в таком виде. Улыбнулась, а Вардек нахмурился, заметив мою эмоцию. — Что?

— Ничего, — хмыкнула я, пожав плечами. — Отличный вид отсюда открывается, — кивнула в сторону каменистой пустыни по которой мы шли сюда. Представив, как опять будем скользить по камням, вздрогнула.

— Я смогу нас слеветировать, — вопросительно посмотрела на мужчину. — Иди сюда и держись крепко.

Что он задумал и что значит «слеветировать»?

Вардек крепко прижал меня к груди, а мне в нос ударил запах свежескошенной травы, как на планете Трена. Ею кормили животных, мясо которых потом поставляли для Элиты. Натуральный корм и натуральное мясо. Правда последние пять лет я была этого лишена. Простому народу не доставалось ничего. Запах приятный, притягательный и совершенно не стесняясь, я вдохнула его, а в животном виде от него так вкусно не пахло. Кажется, мужчина не заметил моего бесстыжего маневра, а еще через секунду меня окутал теплый воздух и медленно поднял нас над плато.

— Ты летаешь? — изумилась я, наблюдая, как мы с легкостью преодолеваем каменистую пустыню. Вардек молчал, сосредоточенно смотря вперед. Заметила капельки пота на лбу и висках. Видимо колдовать ему сложно.

Руки подрагивали на моей талии, но не отпускали. Боясь быть сброшенной, я буквально вскарабкалась по нему и обвила торс ногами, а руками зацепилась за мощную шею. Так надежнее.

— Маленькая обезьянка, — хмыкнул Вардек, заметив мою манипуляцию, подложив ладони под попу. Слишком близко, слишком интимно, но границ он не переходил. По-другому такую позицию не поддержать.

— Я просто перестрахуюсь, — ответила в тон ему, замерев.

— Не отвлекай, — беззлобно проворчал он и снова сосредоточился на полете.

В воздухе нас дергало, будто бы мы попадали в воздушные ямы, но магу удавалось блестяще справляться с поставленной задачей. Если бы не сильный ветер, то может нас бы так сильно не шатало из стороны в сторону.

— Назад тоже через ламии пойдем? — задала я волнующий меня вопрос, едва мы оказались за пределами каменистой пустыни.

Вардек отпустил меня, и устало опустился на траву, шумно дыша.

— Отвернись, — приказал он мне, но я и не думала послушаться, а попыталась присесть рядом, но он жестом руки остановил меня. — Я сказал, отвернись дрянная девчонка! — заорал внезапно на меня маг.

— Что происходит? — я пропустила мимо ушей его оскорбление, не став зацикливаться на этом. Больше всего меня беспокоило состояние Вардека. Несмотря на смуглость кожи, он выглядел слишком бледным, осунувшимся и истощенным.

Ответа я не услышала, так как мужчину неприлично вырвало на эту самую траву.

— Я же просил, — простонал он, вытирая тыльной стороной ладони испачканный рот.

— Почему тебе так плохо? — я себя чувствовала великолепно.

— Это откат, — пояснил он, брезгливо поморщившись. — Сила Источника слишком могущественна. Магия во мне, но ее нужно еще приручить, а вообще даже после такого маленького колдовства я должен валяться в обмороке, но мой потенциал вырос. Нужно время, чтобы увеличенная сила срослась воедино с моей врожденной магией.

— И это всегда так? — не завидую я этим магам. Так никакой еды не напасешься! Было бы смешно, если бы не было так грустно.

— Если касается Источника, то да, — кивнул он. — Когда выкладываешься по максимуму тоже всегда откат, но в нашем случае это первый вариант. Я чувствую, как во мне бурлит необузданная сила Источника, — ну, значит не все так плохо. — Нужно лишь ее приручить и тогда я буду одним из самых сильных магов нашего мира! — пафосно закончил он. Похоже этот мужчина страдает манией величия. — Мне понадобится несколько суток для освоения новой силы и лучше пока немного воздержаться от колдовства.

— Зачем же ты тогда магичил? — если все так серьезно, то не понимаю его поступка.

— Я устал и не горел желанием лазать по этим скользким камням, — выдохнул он.

— Ты же теперь сам не транспортабельный, — возмутилась я.

— Ничего, прорвемся, — и так это легко сказал, что я ему безоговорочно поверила. Это его мир и он знает, как в нем жить. — Ладно, пошли, — и куда только подевалась его усталость? — Нам еще нужно пересечь Долину Смерти, — сглотнула. Название долины мне очень не понравилось. — О ней практически ничего не известно, но название говорит само за себя, — вздрогнула. Эти новости меня не обрадовали. — Только за Долиной Смерти будет стационарный портал и он приведет тебя в твою цивилизацию.

— Тогда может обратно к ламиям? — осторожно предложила я.

— О, дорогая, — протянул весело Вардек. — Той дороги больше нет, — вопросительно изогнула бровь. — Для каждого мага Источник прокладывает свой путь и сомневаюсь, что ТА дорога будет безопасной. Никогда не поворачивай назад. Впереди я хотя бы знаю, что нас может ожидать и готов к этому, а вот ты согласна прыгнуть в неизвестность? — отрицательно мотнула головой, хотя для меня любая дорога в этом мире — неизвестность, но пока с Вардеком безопасно, поэтому попытаюсь довериться. Он житель этого мира и насколько я поняла, очень много знает, а знания — это сила!

Мы идем уже часа три. Кажется, что день растянулся в бесконечность. Солнце в зените и не собирается клониться к закату. Под подошвами ног хрустят сухие ветки, издавая в округе неприятные звуки, будто бы кто-то дробит кости. Я бы жутко вспотела, если бы мой комбинезон не регулировал температуру. С Вардека пот ручьем скатывается. У меня лишь волосы взмокли от пота и неприятно липли к лицу. Ноги уже двигались на автомате. Левая… правая… левая… правая… прыжок через небольшую яму и так до бесконечности. Чувствую себя запрограммированным роботом, для которого конечная точка путешествия — это заданная цель. Только роботы не устают и не потеют.

Посмотрела в спину мужчины, который тоже еле передвигал ногами, но не останавливался.

Оступилась, зацепившись ногой за ветку и взмахнув широко руками, не удержав равновесия, упала на бок, больно стукнувшись о небольшой валун бедром, покатилась по наклонной в сторону, где виднелся ров.

Вардек мое падение заметил, но ничего не успел сделать, лишь бросился следом за мной.

Ров был крутым, и мои попытки схватиться хоть за какой-нибудь кустик не увенчались успехом. Подошва скользила по траве, как лыжи по снегу. За эти несколько секунд падения исцарапала себе все руки до крови и наверняка, где-то засела заноза. Вот только не это самое страшное, а то, что там, где заканчивался ров, начиналась бездонная пропасть. Именно туда мы сейчас падали с Вардеком. Я его мысленно материла за то, что использовал магию на плато не по назначению и сейчас мы оба беспомощны.

Ужас неизбежного падения сковал горло, а крик умер еще в зародыше.

Пропасть приближалась с неимоверной скоростью, и последняя попытка схватиться хоть за что-то не увенчалась успехом, а я полетела вниз, лишившись шаткой опоры.

Все произошло в доли секунды, и я почувствовала, как мою правую руку прострелила сильная острая боль. Вывих в плече. В последний момент меня схватил Вардек, шумно дыша, зацепившись пальцами правой руки за край пропасти.

В моих глазах стоял дикий ужас. Вниз не смотрела. Мы умрем, погибнем так нелепо, а все виноваты мои «кривые» ноги. Если бы я не смотрела по сторонам, а под ноги, то ничего этого бы не было.

Не знаю как, но Вардеку удалось не только удерживать нас обоих, но и умудриться подтянуться на одной руке вверх, буквально выбрасывая меня на твердую землю. Ошиблась, он не пальцами держался за уступ, а когтями. Его рука мало напоминала человеческую, но благодаря ей мы сейчас живы. Кто он?

— Держись, — сквозь зубы процедил Вардек.

Из-под земли появился корень дерева. Откуда он тут взялся, спрашивать не стала, а сразу же вцепилась мертвой хваткой. Наверняка Вардек последние силы отдал, чтобы добыть для нас такую нужную «веточку».

— Спасибо, — еле слышно прошептала, чувствуя, как по щекам бегут слезы облегчения вперемешку с болью. Правая рука висела плетью и нестерпимо болела.

— Прости, — Вардек подполз ближе и резко дернул за руку. Я заорала от боли, наверное, так как никогда.

— Ты, — сквозь слезы шипела я. — Предупреждать же надо.

— И раз все живы, — он не обратил внимания на мое взвинченное состояние. — Прошу ползти наверх, — махнул он рукой в сторону места, откуда мы свалились.

Нда, падала я быстрее. Метров семьсот ползти ползком на четвереньках, то еще удовольствие, но на ногах это расстояние не преодолеть, иначе есть шанс снова свалиться, а уповать на то, что все закончится благополучно, шанса нет.

Ох, кто бы только знал, как мне все это осточертело. Хочу в тепло, в уютную мягкую постельку и поесть. Вот только никто не будет удовлетворять мои капризы, да и не заикнусь я об этом, а мечтать ведь не вредно.

Нам в который раз повезло.

Израненные руки упорно цеплялись за кустарники. Правую старалась сильно не напрягать. Ботинки выбивали в земле углубления для опоры, правда скользкая трава замедляла наше продвижение, но иногда Вардек подхватывал меня за талию и подбрасывал до следующего кустарника. Ему хорошо, у него когти.

Общими усилиями, но нам удалось через полчаса достигнуть вершины рва.

— А теперь не соизволишь ли объяснить, откуда коготки? Ты ведь снял проклятье или я что-то путаю? — я лежала на спине, уперев взгляд в высокие кроны деревьев. Из груди вырывались хрипы, но я не могла не озвучить свой вопрос. Уж все слишком непонятно.

— Проклятье снято, — тогда ничего не понимаю. — И на этом пока все. Придет время, сама все узнаешь, а пока рано.

— Но почему? — к чему секретность? Мы столько с ним пережили за эти сутки, что кажется уже не должно быть никаких секретов, за исключением моей тайны.

— Люди, к таким как я, относятся с опаской, и дружелюбностью от них не пахнет, — туманно ответил Вардек.

— Таких, как ты? Вас много? — изумилась я, представляя общество когтистых.

— Более чем, но мы не афишируем себя в этом виде, — я села и упрямо посмотрела на него.

— Но я видела тебя уже в зверином обличье!

— Это другое. Здесь было проклятье, — хмыкнул Вардек. — Существа этого мира нас боятся и презирают, но не гнушаются приходить к нам за помощью. И твое поведение, когда ты увидела меня впервые, поразило. От тебя я не чувствовал ни неприязни, ни отвращения ни других негативных эмоций, лишь любопытство и жажда помощи, а это очень странно для обычной человечки, — рассуждал вслух мужчина. — Обычно при встрече со мной, меня пытаются убить, а ты наоборот, — тут он замолчал и внимательно посмотрел в мои глаза.

Ну и как ему сказать, что в тот момент мне было все равно кто он.

— Ты был такая же жертва обстоятельств, как и я, поэтому и посчитала нужным помочь, тем более это было в моих силах, — нашлась я с ответом. — И ты ничего плохого мне не сделал, а наоборот предупредил о яде. К чему же мне тебя убивать? — теперь я смотрела на него, не отрываясь.

— Ты странно одета. В тебе нет ни капли магии. Где твой дом? — внезапно завалил он меня вопросами. — Там все такие? — я лишь хмыкнула.

— Моя одежда — последний подарок папеньки, — решила частично приоткрыть завесу моего прошлого. Думать о том, как меня бросил умирать родной отец не хотелось, а любое упоминание о нем, сводило челюсть.

— И где же он? Почему ты оказалась в том месте одна? Ведь об Источнике ты ничего не знала? Я прав? — кивнула, подтверждая его догадки. — Откуда ты?

— Как оказалась в плену ламий не знаю, просто очнулась уже оплетенная ветками. Что по поводу отца, так он просто бросил меня умирать, посчитав слабачкой и позором Рода, а место моего предыдущего проживания теперь уже неважно, — отмахнулась от его вопроса. — Тем более, что туда хода больше нет, путь закрыт, — без сожаления ответила я. Возвращаться в Элиту я не собиралась, даже если бы мне предоставили выбор. Здесь я хожу, здорова, а там бы так и оставалась никому не нужной калекой. — Мне удалось выкарабкаться и вот теперь я здесь.

— Кхм, — протянул Вардек. — А ты не многословна.

— Это все что я могу сказать, — пожала плечами, отворачиваясь от него, показывая этим жестом, что разговор окончен. — И прошу больше не спрашивать об этом. У каждого есть свои секреты и тайны, но мои не несут никому угрозы, поэтому оставим все как есть.

Я устала. Этот короткий разговор вымотал меня окончательно. Чувствовала себя, как выжатый лимон, как мясо, пропущенное через мясорубку. Спасибо Вардеку он больше не лез с расспросами, полностью погрузившись в собственные мысли. Да, пищу для размышлений я дала знатную. Подавленное состояние явление редкое, но именно сейчас оно на меня накатило. Молчание давило, буквально сгущая воздух вокруг меня.

— Нам нужно поторопиться, — услышала за спиной голос моего попутчика.

Путь продолжается. Снова дорога и впереди маячившая спина Вардека, а по моим щекам катились молчаливые слезы. Нет, всхлипов не было, но болезненные воспоминания… они как тонкий нерв, который каждый старается дернуть больнее. Еще пять лет назад я бы даже не задумывалась над собственной участью, но мои ребята научили меня действительно жить по-настоящему и ценить то, что есть сейчас, а не было или будет. Каждый миг… мгновение никогда не повторится, а значит ценно по-своему. У меня есть мотивация — мои друзья, которые спасли меня. Сколько им осталось? Я потерялась во времени, когда осталась умирать в тумане. Возможно уже сейчас Земля стерта с лица Галактики, а их тела превратились в ничто, как и миллиарды оставшихся на Земле землян, но я должна жить, сохраняя память о тех светлых годах, проведенных вместе. И я обещаю, что напишу нашу историю и прочту ее своим внукам, как того и хотела Аленка — эта светлая отзывчивая девушка с самым добрым сердцем.

Губы тронула уставшая, ласковая улыбка. Плачу и смеюсь, как это на меня не похоже. Но по-другому я не могу вспоминать о них. Моя семья… моя настоящая бесценная семья… ее больше нет.

— Не реви, — мимо Вардека ничто не пройдет незаметным. Он остановился и притянул меня к себе, крепко обнимая. — Я тебя точно не оставлю умирать, — пытался разрядить обстановку мужчина.

— Спасибо, — криво улыбнулась я.

— Пожалуйста, — хохотнул сиреневоволосый. — Поэтому хватит разводить сырость и пошли быстрее, — он схватил меня за руку, ускоряя шаг. Я за ним едва не бежала. Встреча с пропастью забрала у нас драгоценное время и теперь нам нужно наверстать упущенное, а еще мне бы антисептик какой. Царапины ныли, хоть и не кровоточили. Не хочу, чтобы пошло заражение, а тут банально промыть не чем.

Хотелось пить, есть и спать, но мы упорно шли вперед, хотя Вардек и видел, как я еле переставляю ноги. Такой марафон я никогда в своей жизни не проходила, не считая встречи с райгарами на планете Маста.

А все начиналось с того, что Миланка как-то заметила, что у расы райгар есть очень интересная вещица и вот мне она очень нужна была в тот момент. Эксклюзив только для меня, а значит, эту вещицу мне нужно достать. О перекупе речи не шло, так как у этих древних неандертальцев камень Истины был своеобразным талисманом. Его использовали при назначении на трон очередного Императора. В чем его сила не знала, но то что этот камень один единственный во всей Вселенной — перевесило все сомнения.

Райгары раса невысоких существ с короткими хвостами и длинными волосатыми ушами. Всю основную часть на лице занимал огромный широкий рот с маленьким приплюснутым носом, а глаза были как две узкие щелочки. Как они меня смогли рассмотреть, не представляю.

Все шло гладко. Я незаметно пробралась во дворец, взломала защиту и достала для себя этот камень с виду не примечательный, больше похожий на крупную слезу размером с орех. И вот это их драгоценность? Но я была бы не я, если бы даже такую ерунду не заимела в свою личную коллекцию. И плевать мне тогда было, что своим поступком я чуть не развязала войну между нашими планетами. Тогда у меня в крови бурлил адреналин и жажда обладания.

Меня заметили на половине пути к трегу, который я спрятала за ближайшим барханом, а в пустыне не слишком быстро побегаешь. Ноги вязнут в песке, ветер поднимает этот песок и швыряет в лицо и даже маска не спасает. Дорога еле видна.

И я побежала, только недалеко. Меня схватили и чуть не казнили. Спас отец, пообещав местному Императору в подарок целую планету и не просто планету, а ту которую он уже подарил мне. Ох, как же я была зла. Мой рай отдали какому-то захудалому народишке! Я не обрела эксклюзив, а потеряла свою «малышку». Но тогда от этого решения зависела моя жизнь и все-таки чаша весов с собственной шкуркой оказалась в перевесе, но я тогда сильно обиделась и не общалась с отцом больше трех лет. Неужели он не мог отдать что-то другое?

Вот и сейчас усилившийся ветер поднимал дорожную пыль и швырял ее нам в лицо. Здесь маски не было.

— Приближаемся, — оповестил Вардек, а ему этот ветер нипочем. Ничего не придумав лучше, я юркнула к нему за широкую спину и только здесь выдохнула с облегчением. — Трусишка, — заметил мой маневр Вардек.

— Я не против поесть, но не дорожную пыль, — буркнула недовольно я. — У меня земля уже на зубах скрипит.

— Через минут пятнадцать должны выйти к реке. Я чувствую запах влаги и слышу ее бурлящее течение.

— Ничего себе! — присвистнула удивленно я. — Я например, кроме ветра ничего не слышу, а он очень сильно свистит в ушах.

— Не переживай, я не дам нам погибнуть, — обрадованно успокоил меня мужчина. — И скоро поедим. Как ты относишься к рыбе?

О, это настоящий деликатес на Земле! Ее разводят в специальных водоемах, и стоит она раза в три дороже, чем мясо, но для элиты нет ничего не возможного, поэтому рыбу я обожала.

— Положительно, — и только сейчас, кажется, заметила, как проголодалась. Источник чудесным образом притупил голод, но физическая нагрузка дала свое.

И действительно, но не через пятнадцать минут, а через десять мы были у широкой реки, которая отделяла этот берег от другого. Здесь на этой стороне все было спокойно, а вот с той стороны земля то поднималась, то опускалась, будто бы дышала.

— Только не говори, что нам нужно на ту сторону, — с опаской в голосе поинтересовалась я, не отводя взгляда от «дышащей» земли.

— И не буду, — фыркнул Вардек, направляясь прямо к реке. — Сама это сказала.

— Твою ж ласточку! — выругалась я, всматриваясь в противоположный берег.

Течение реки было сильное. Как мы ее переплывем? Внезапно середина реки вздулась и «выплюнула» в воздух огромное клыкастое нечто с жабрами и плавниками, а затем оно с громким шлепком плюхнулось обратно в реку. Нервно сглотнула. А доплывем ли мы вообще?

— Вардек, — окликнула я мужчину, который как ни в чем не бывало, уже зашел по колено в воду. — А может ну ее эту рыбу? Давай ягод поищем или грибов? — его же сейчас съедят.

Вот и высокий плавник проплыл в метрах тридцати от Вардека.

— Успокойся, — ага, как же. Если тебя сожрут, я останусь одна и точно отсюда никогда не выберусь. Он поднял вверх руки и показал длинные загнутые когти. — Я можно сказать тоже хищник, а они, — он кивнул в сторону плавника. — Боятся сильного противника, поэтому не рискнут напасть.

— Ну-ну, — недоверчиво фыркнула я, наблюдая за тем, как Вардек замер в воде.

Я нетерпеливо и опасливо переминалась с ноги на ногу, а сердце бешено билось в груди. Я не просто волновалась, а была в диком ужасе.

Этот мир он такой опасный и беспощадный, что кровь стынет в жилах. Как тут выжить, если на каждом шагу опасность?

Вот только Вардека это, похоже, не заботило. Он одним ловким резким движением когтей выбросил на поверхность две крупные рыбины и развернувшись ко мне лицом, расплылся в довольной улыбке.

— А ты боялась, — и не надо насмехаться. Я новенькая в этом мире и многого не знаю. — Видишь вон те крупные толстые листья? — я проследовала взглядом за направлением руки Вардека и увидела высокий куст с вышеупомянутыми листьями. — Будь добра подай мне четыре штуки, а я пока костер организую.

Вардек был доволен. Это видно невооруженным взглядом. Он бросал на меня украдкой задумчивые взгляды, и от них мне становилось не по себе. Что у него в голове не представляю, но безоговорочно доверять этому мужчине не стоит. За маской легкомысленности и веселости скрывается другая натура. Ведь цепкий, жесткий и суровый взгляд не может быть у балагура, да и причина его проклятия не оставляет меня в покое.

Запах костра приятно дразнил нос. Рыба, укутанная в листья, запекалась в углях, а мужчина напротив сосредоточенно изучал пламя.

Я поднялась и прошла к реке. Нужно хоть немного умыться, очистить царапины от грязи, остыть от дневной жары. Странно, но едва мы оказались у реки, как солнце стремительно, буквально упало к горизонту, и сейчас я умывалась в серых сумерках.

Близко не подходила, боясь быть съеденной, но возле берега мелко, поэтому крупную рыбку я быстро замечу.

Сбросив боты, вытянула вперед ноги, осторожно опуская их в воду. Лепота! Хорошо то как! Я чуть не мурлыкала от удовольствия. И вообще человеку мало нужно для счастья. Вода была холодной, но великолепно снимала усталость.

Уверенный спокойный и даже немного скучающий мужчина лениво ворошил веточкой угли в костре. Но не это меня поразило, а вмиг ставшие равнодушными глаза, словно он отключил все эмоции.

Я сглотнула. Он напугал меня, а может это все пламя от костра делает его таким ужасающим?

Кто он?

— Ужин готов, — безучастно оповестил меня Вардек. Я поспешила вернуться к костру.

Вкусно! Я буквально вгрызалась зубами в горячую рыбу, не обращая внимания на то, что горло буквально обжигало.

Застонала. Как же давно я ела.

— Тише, тише, — на мою руку легла твердая мужская ладонь. — Не торопись.

— Вардек это самое вкусное, что я когда-либо ела, — а из глаз покатились слезы. Вкус рыбы другой более нежный и сочный, отчего не менее, восхитительный, а ведь это просто рыба.

— Саман считается деликатесом и если честно, то не ожидал его встретить в этих водах, — улыбнулся уголками губ Вардек, а глаза все также оставались флегматичными.

— Спасибо Вардек, — с признательностью посмотрела на него. — За все спасибо, — на что он лишь кивнул и продолжил свой ужин.

Укладывались спать мы как можно ближе к костру. Ветки догорали и немного согревали. Ночь не принесла успокоения. Стало очень холодно и Вардек недолго думая, подгреб меня к себе.

— Так теплее, — прошептал он мне на ухо.

С одной стороны жар от костра, с другой горячее тело Вардека и я уставшая и измученная этим походом слишком быстро соскользнула в сон.

Глава 4

Я думала, что хуже быть не может, но все только начиналось.

— И как ты предлагаешь нам перебраться на ту сторону? — кивнула на противоположный берег.

Утро только занималось. Было довольно прохладно. Была бы в другой одежде, то точно бы замерзла. Изо рта шел густой пар, но комбинезон отлично регулировал температуру. Мне не было холодно.

Костер уже не горел, но оставшуюся с вечера рыбку мы завернули в листья. Позаимствовав кусок рубашки у Вардека, завернула рыбку и привязала ее к поясу.

Я не отдохнула. Не получилось. Да, вроде бы и выспалась, но жутко ломило кости. Наверное, от непривычного спального места. Я еще никогда не спала под открытым небом. Вернее я могла ночами гулять, развлекаться, плавать в океане ночью, но никогда не спать, а здесь все для меня в новинку.

Река была неспокойна. Волны бурлили, вздымались до пены, а кровожадные речные обитатели как никогда активизировались. Даже боюсь представить, какая здесь глубина, так как рыбка размером с три Вардека должна иметь достаточно много водного пространства для своего маневра охоты. Мне не «улыбалось» попадаться на зубок этим «милым» рыбкам.

— Не мешай, я думаю, — отмахнулся мужчина, медленно прохаживаясь по берегу реки. И этим он занимался последние двадцать минут.

— Может, попробуем отыскать брод или мост? — внесла свое предложение в наш поход.

Должна же река откуда-то начинаться и где-то заканчиваться? Вот только боюсь, нам долго придется искать ее истоки.

— Это долго и не уверен, что там будет проще, — отмахнулся от моей идеи Вардек. Ладно, ему виднее. В конце концов, ведь это он коренной житель Мидарана.

— Что с твоей магией? — может опять нас слеветирует? — Еще не прижилась?

— Частично, но не уверен, что смогу перенести нас на ту сторону реки, — покачал головой мужчина. — Я даже обернуться не могу до конца, — проворчал недовольно мой сопровождающий.

— Обернуться? — мне послышалось?

— Именно Влада, — ухмыльнулся Вардек и так пронзительно посмотрел на меня, что я поежилась от этого взгляда. — Хотя на кое-что меня должно хватить, — загадочно пробормотал мужчина, снова устремляя взгляд на реку.

Вплавь нам дорога закрыта, по воздуху тоже, а значит тупик.

Пока я предавалась размышлениям, Вардек зашел в реку по пояс, опустил руки под воду и стал что-то бормотать. Бросив скептический взгляд на мужчину, покачала головой. У нас ничего не получится.

Прикрыв глаза, молча выругалась. Чувствовать себя живой — это непередаваемое чувство, но вот опасности, что подстерегают в этом незнакомом мире, вводят меня в ужас. А ведь это только начало. Что ждет меня впереди остается только догадываться. И все же почему туман выбросил меня именно рядом с Вардеком? Зачем этой Силе было меня сталкивать с такими опасностями, хотя как такового вреда мне еще не причинили. Я цела, невредима, здорова и до безумия напугана, но ведь это ничто по сравнению с тем, что сутки назад умирала, брошенная собственным отцом на незнакомой планете.

И зачем я себя жалею? Вон моему сопровождающему в сто раз хуже. Каково это сто сорок лет прожить в обличье неведомой зверушки с разумом человека? Такого и в страшном сне невозможно представить. А он молодец, не отчаялся, а искал варианты и пусть этот последний шанс опасный, но он оказался действенным. Красивый мужчина с отличной жесткой хваткой, честью и знанием — мечта любой женщины, но тогда почему одна из представительниц моего пола прокляла его?

— Владлена, — хрипло окликнул меня мужчина из моих мыслей. — Скорее.

Распахнув глаза, шокировано застыла.

Вардек ссутулившись сидел на огромной рыбине, крепко ухватившись за выступающий плавник.

— Э…

— Быстрее садись сзади, — прорычал мужчина сквозь зубы. — Подчинения надолго не хватит, а эта тварь качает из меня силы.

Кто я такая, чтобы перечить? За время нашего короткого знакомства Вардек ни единожды доказал, что ему можно доверять. В конце концов, не отдаст же он меня на съедение этой рыбке.

Спина нашего транспорта была холодной и скользкой, поэтому я крепко ухватилась руками за пояс Вардека. У него когти, поэтому вероятность падения с этой рыбки приравнивается к пятидесяти процентам, что в нашем случае не так уж и мало.

— Держись крепко, — хмыкнул мужчина и мы резко рванули вперед.

О, это было непередаваемое ощущение. Рыбка неслась вперед на огромной скорости, а вся бурлящая вода накинулась на нас с Вардеком, проникая всюду. Зубы стучали от холода, пальцы немели, а берег еще так далеко.

Вдруг Вардек стал заваливаться на бок и не знаю, как мне удалось, но я смогла вернуть ему вертикальное положение.

Силы на исходе. Тут не нужно быть аналитиком, чтобы понять — он не рассчитал собственную магию и сейчас теряет контроль.

Рывок и рыбка резко уходит под воду. Глаза защипало от ледяной воды, воздуха не хватало, а Вардек полностью улегся на рыбку, но пока еще умудрялся держаться когтями. Инстинкты выживания, наверное.

Проклятье! Вот теперь это точно наша погибель. В голове шумело, а перед глазами стали плясать разноцветные мушки или …. Постойте НИТИ? Точно! И одна из этих нитей от рыбки была слабо прикована к Вардеку, но она на глазах истончалась.

А вдруг получится? Я мысленно протянула к этой ниточке свои ручки и немного дернула на себя. Рыбка стала сбавлять скорость. Неужели? Еще один рывок вверх и рыбка на поверхности. Глубокий вдох и живительный кислород с болью наполняет легкие.

Теперь главное не упустить момент. Глаза слезились и виднеющийся вдалеке берег, был размытым пятном.

Я мысленно протянула от себя к рыбке еще одну нить управления. Она дернулась, но подчинение снять не смогла. Теперь она в моих руках. Направив рыбку к берегу, облегченно выдохнула. Не знаю как, но у нас все получилось. В голове крутился вопрос, почему я это смогла сделать, ведь Вардек говорил, что во мне нет ни капли магии. Тогда как? Может не совсем бесследно для меня окончилось знакомство с Источником? Ведь эти нити впервые я увидела, когда оказалась в нем. Снова вопросы без ответов.

Вардек видимо без сознания. Хоть бы не соскользнул со спины. Я облокотилась на него, придавив своим весом. Так надежнее. Рыбка не делала больше резких движений, а умеренно приближалась к берегу.

— Уф, — устало выдохнула я, едва мы оказались на твердой поверхности.

Рыбешка приволокла нас к берегу и сбросила на мелководье. Мысленно разорвала нашу связь и аккуратно оторвала нить от Вардека, отчего тот болезненно застонал. Не думала, что получится. Смотря на то, как улепетывает рыбина, мы ее полностью освободили из-под нашего влияния.

Теперь мой сопровождающий.

— Вардек тушка ты тяжелая, — проворчала я, потянув его за руки к суше. Но он был без сознания.

Кое-как, но мне удалось его вытащить из воды, а сама я упала рядом с ним, шумно дыша.

Вот так поплавали. Адреналин до сих пор гуляет в крови. А ведь, если бы не чудо, то мы бы погибли там. Даже останков не осталось бы от нас. Из нас получилась бы отличная закуска для местных речных обитателей, а они в этом мире очень кровожадны.

Повернув на бок голову, посмотрела на Вардека. Грудь вздымается мерно, значит жив, но вполне вероятно, что истощен. На магию положиться нельзя — это факт. Подведет в любой момент.

— Черт, — на поясе осталась висеть только тесемка от рубашки Вардека. Весь наш провиант сейчас покоился на речном дне. Нужно ждать пока очнется Вардек. Тогда может он снова наловит рыбки? Хотя жарить ее негде.

И о чем я только думаю? Какая к черту еда, когда мы еле выкарабкались!

Оглядевшись, поняла, что эта сторона берега полностью песчаная без единой травинки или кустика. Вот только песок был серый, будто бы это выжженная безжизненная пустыня.

Взяв в руки горсть песка, пропустила его сквозь пальцы. Теплый. Солнце согревает этот край.

Вода стекла по комбинезону и сосредоточилась в ботинках. Там очень хорошо хлюпало. Сняв боты, вылила их содержимое.

Торопиться сейчас некуда, поэтому я расстегнула комбинезон, вывернула его наизнанку и расстелила на солнце. Пускай высыхает. Оставшись в одном нижнем белье, подлезла под бок Вардека и незаметно отключилась. Видимо последние события выбили меня из колеи. Без Вардека я с места не сдвинусь, а он неизвестно когда придет в себя.

Хм, наивная это я так думала.

— Владлена, — меня бесцеремонно теребили за плечо. — Вставай Владлена, нам пора.

— Ууу, — проворчала я, открывая глаза. Больно. Солнце жарило беспощадно и моя прежде белая кожа, покрылась красным загаром. Вот и подсушила одежду вместе с телом.

— Ты зачем разделась? — рыкнул Вардек.

— Одежду сушила, — невнятно пробормотали мои пересохшие губы.

Левая сторона тела заметно отличалась от правой. Кровь с молоком. Жуткое зрелище.

Отмахнувшись от мужчины, поползла к воде. Нужно остыть.

— Как мы здесь оказались? — Вардек не обратил на мое сопротивление внимания, а подхватив под мышки, помог быстрее добраться к реке.

— Оооо, — блаженно прикрыла глаза, окунаясь в воду на мелководье. Хорошо. — Твоя рыбка нас сюда доставила.

— Ничего не помню, — тряхнул головой Вардек. — Помню жуткую усталость, потерю сил и все.

— А я наш завтрак в воде потеряла, — пожаловалась ему, отводя разговор в другую сторону. Что-то сдерживало меня рассказать о своем участии в нашем спасении. Будто кто-то рот закрывает.

— И это все что тебя волнует? — изумился он. — Мы едва не погибли, а ты жалеешь о рыбе?

— Ну не погибли же, — флегматично ответила я, выбираясь из воды. Бррр… холодно. — Тем более, тебе, что впервые быть на грани? — напомнила ему о ламиях.

— Все это странно, — сощурился он, внимательно рассматривая меня. — И что это на тебе надето?

Упс. Я кажется, совершенно забыла о том, что практически обнаженная перед ним, не считая маленьких черных трусиков и такого же цвета бюстгальтера, но чувство стыда у меня пропало лет сорок назад, поэтому я и не придала значения своему собственному виду.

Комбинезон сиротливо лежал на сером песке, а ботинки я так понимаю, теперь испорчены. Нам еще повезло, что замыкания не было от электробот. Мы остались совсем без защиты.

— Это нижнее белье, — соизволила ответить мужчине, осторожно одевая комбинезон, чтобы не повредить пострадавшую от солнца часть тела. Ботинки тоже больше не хлюпали и выполняли просто функцию обуви.

— Ты… ты… ты… — отчего-то внезапно озверел мужчина, а я попятилась.

— Эй, ты чего? — выставила руки вперед в защитном жесте.

— Я чего? Это ты чего? Бесстыжая, — выплюнул он ругательство, а мне стало обидно и горько от его слов. — Ни одна порядочная уважающая себя лея не оденет такое… такое… такое безобразие, — еще немного и он взорвется.

— Что? — теперь уже я не сдержалась и надвинулась грозой на Вардека. Даже страх пропал. И вид у него был не умирающий. Ткнув в грудь ему пальчиком, прошипела. — А кто тебе сказал, что я порядочная лея? Ты ничего обо мне не знаешь, чтобы так пренебрежительно ко мне относиться. И еще, — я обворожительно улыбнулась этому придурку. — На моей родине все женщины так ходят, и это считается верхом изыска и вкуса, — встала на защиту своей одежды. Другой у меня все равно нет, а это замечание неприятно резануло в груди. — И если ты так беспокоишься о своей тонкой душевной организации, то проваливай, — и плевать, что я останусь одна, но подобное отношение к себе терпеть не стану. Белье мое ему не понравилось, а я не конфета, чтобы всем нравиться.

Развернулась и зло потопала от реки. Гад гадский!

— Стой, — окликнул меня Вардек, но я не останавливаясь, свернула ему фигуру из трех пальцев и заспешила с удвоенной силой, пытаясь скрыть брызнувшие из глаз слезы.

Казалось бы, ну и что тут такого? Сколько оскорблений я выслушала за свою жизнь и ничего, никогда не рыдала, а тут какой-то мужлан всего одной фразой достал до самой глубинки моей души. За эти сутки он стал мне дорог, ведь мы пережили с ним многое. Но я для него просто попутчица, которая вытащила из ламий его тело. Тогда какое ему дело до того, как я выгляжу и что ношу?

— Да стой же ты, — он догнал меня очень быстро и схватив за руку, резко дернул на себя. — Прости, — неожиданно тепло извинился он. — Просто ты слишком необычна, дерзка, прямолинейна, бесстрашна, а это несвойственно нашим женщинам.

— Да? — я вытерла слезы тыльной стороной ладони и испепеляюще посмотрела на него. — А что же тогда тебя прокляла такая не дерзкая и обычная девушка? Как так получилось, что забитая тихая пугливая мышка посмела открыть рот на льва? Ты сам себе противоречишь Вардек, — я отцепила его пальцы от своего локтя и отступила на шаг. — Как же ты смог попасться в ее ловушку и целых сто сорок лет прозябать в теле зверя? — я била больно, но и он сделал мне плохо.

— Ты ничего не знаешь, — процедил он сквозь зубы.

— Как и ты, — отбилась я. — Это всего лишь шмотки, а ты раздул из этого целую трагедию. Счастливо оставаться, — отсалютовала ему рукой и продолжила свой путь.

— У нас никто так не ходит, — он шел рядом.

— Ой, а где же это мой чемодан, где полно всякой всячины? — прикрыла испуганно рот ладошкой, озираясь по сторонам. — Там точно нашлось бы все необходимое, — Вардек непонимающе смотрел на меня. Я совершенно упустила из вида то, что некоторые мои слова ему совершенно незнакомы.

— Че-мо-дан? — по слогам спросил он.

— Багаж, — поправила себя. — Наверное, на тамож… границе остался и его конфиско… изъяли. Ведь мне пришлось бежать в том, в чем была, — я широко распахнула глаза и приглушенно добавила. — Если бы знала, что встречусь с нервным мужчиной, то обязательно бы пересмотрела свой гардероб.

— Я не понимаю тебя, — нахмурился Вардек. — Ты говоришь странно.

— Я изъясняюсь нормально, а вот ты с таким взглядом на жизнь долго не протянешь, — брезгливо фыркнула я. — Меня сейчас беспокоит не мой внешний вид, а то как я отсюда выберусь и если уж на то пошло, то сомневаюсь что у ВАС можно так ходить, — окинула его презрительно. Ведь те ошметки, которые прикрывали его тело, с большой натяжкой можно назвать одеждой.

— Прости, — замялся Вардек.

Наверное, переизбыток магии плохо сказался на его умственных способностях.

Дальше мы шли молча. Но плохо не это молчание, а то что поесть у нас ничего не было. Я вспылила и ушла, а он, чтобы не оставлять меня одну пошел следом.

— Владлена я правда перегнул, — спустя час подал голос Вардек. — И ты очень красивая в своем нижнем белье, но не нужно его всем демонстрировать, — что-то сомнительный его комплимент.

— О да, здесь полно наблюдателей, особенно тем рыбкам я очень понравилась, — съязвила я. — Посмотри вокруг! — я обвела руками необъятное пространство серой пустыни. — Здесь нет ни единой живой души и вообще… не твое дело, в чем я хожу и перед кем я так хожу, — грубо закончила я.

Мне еще не хватало няньки под боком. Несомненно, он привлекательный мужчина, но не в моем вкусе. От подобной идеальной внешности меня тошнит.

— Ты не понимаешь, — вздохнул он, пропустив мимо ушей мой тон.

— Конечно, — перебила его. — Куда же мне. Я ведь ЖЕНЩИНА, не имеющая права голоса, — из его коротких замечаний за эти сутки, я уяснила, что к женщинам они относятся постольку поскольку, не более. Интересно, что нужно сделать такого, чтобы подобное отношение изменилось? Ну не верю я, что в этом мире все женщины бессловесные существа. Взять, например ту девушку, которая посмертно его прокляла. Она уж точно не из робкого десятка и знала, на что шла. Силы воли ей не занимать. И теперь, смотря на Вардека, я ее прекрасно понимала. Этого язву не каждый выдержит. Все ему не так.

— Такое белье можно показывать только своему супругу, — чего? — Для него это будет приятно, но опять же повторюсь, у наших женщин оно намного скромнее.

— Знаешь что…

— И я тогда подумал, что ты пытаешься меня соблазнить, — час от часу не легче. Какая больная извращенная фантазия. — Что решила выйти за меня замуж.

— Ты идиот, — мимо воли вырвалось у меня. — Спешу тебя разочаровать или осчастливить, тут уж ты сам определяйся, но ты меня не интересуешь. У меня на таких, как ты аллергия, но с годами выработался хороший иммунитет. Будь ты последним мужчиной на земле, я бы сто раз подумала, прежде чем связалась с тобой, — уф, все, выдохлась. Он подумал, что я пыталась его заарканить, да только через мой труп!

— Да? — недоверчиво покосился Вардек. — Что еще раз доказывает твою необычность.

— Ты о чем?

— Проклятье на меня наложила девушка, которая меня предала, — неожиданно начал признаваться Вардек. — Она погибла, но винила в своей смерти именно меня. В отместку прокляла меня, разделив мой разум с телом зверя. Сначала я думал, что все это шутка и со временем она пройдет, но шли годы, а сущность зверя брала верх. Мне с огромным трудом удавалось сдерживать свою звериную ярость. Медленно я терял самого себя, — нда, вот так история. — Преданные мне люди пытались помочь, но все безрезультатно и тогда я решился на самый отчаянный шаг с Источником.

— Почему ты пошел к нему один?

— У каждого путника свой путь и если бы кто-то был рядом, то нас бы все равно разделили, а так я уверен, что мои друзья живы.

— Почему же мы оказались рядом? — ведь наши пути не могут быть одинаковы.

— Я этого не знаю, — пожал плечами Вардек.

— Ладно, — махнула рукой. — Можешь спать спокойно, я не собираюсь за тебя замуж, — ведь именно это его беспокоило. — Просто ты не встретил ту единственную, которая бы приняла тебя не за внешность, а за саму суть.

— Прости, что подумал о тебе плохо.

— Проехали, — улыбнулась я. Хоть внутри и скребли коготки обиды, но на то у Вардека были причины. Сейчас он опасается женщин и это понятно. Где гарантия того, что очередная сумасшедшая не захочет его приручить и когда получит отказ, то снова проклянет. — Просто в следующий раз подбирай выражения.

— Мир?

— Мир.

Глава 5

— Мне кажется, или твари нас действительно обходят стороной? — шокировано еле слышно поинтересовался Вардек.

Ох, как же ты прав, но ничего я тебе сказать не могу. Мое подсознание просто кричало о том, чтобы я никому не открывала своей маленькой, но такой нужной важной тайны.

Мы шли, словно по огороженному со всех сторон «мосту», за пределами которого бесновались разнообразные жутковатые сущности.

С кого-то живьем слазила кожа и она тряпкой висела на сущности, кто-то чавкал себе подобного с жутким рычанием. Серый песок по ту сторону «моста» был в желтых, красных пятнах и только там, где шли мы, ничего подобного не было.

Даже в виртуальных играх Земли я такой жути не встречала. Там я уничтожила очень много врагов, но то была игра, а здесь настоящая реальность.

Зачем я вообще все это сравниваю? Там всегда был шанс остаться в живых, а здесь? Здесь я не в игре, а в мире, где переплетается все нереальное и невозможное. Где отыскать грань спасения?

Твари были невообразимо крупных размеров, и бросаться на них верх глупости. Острые шипы, склизкая кожа еще ничего по сравнению с тем, как в нашу сторону бросались твари, состоящие из сплошных зубов. Вместо кожи или шерсти на «зверушках» красовались гнилые желтые клацающие зубки, с которых капала противная красная желеобразная слюна.

А ведь еще два часа назад ничего не предвещало беды.

Абсолютное умиротворенное спокойствие мира окутывало нас своим теплом. Я ощущала себя неотъемлемой частью этого мира. Чувствовала гармонию и безмятежность.

Мы с моим спутником спокойно шли по серому песку пустыни и тихо переговаривались, но внезапно под нами этот песок завибрировал и стал проваливаться, чтобы в следующий момент оказаться громадным песчаным червем под ногами. Мы переглянулись с Вардеком и синхронно отпрыгнули в разные стороны. Оказавшись на твердой земле, облегченно выдохнула, вот только рано я начала радоваться. Пришедший в движение шипастый червь пронзительно заверещал. Тогда я и узнала всю прелесть нашего «спокойного» похода. Словно из ниоткуда стали материализоваться все вышеупомянутые «адские зверушки» и с каждой секундой их становилось все больше.

В руках Вардека зажегся еле заметный огонек, но для этих сущностей это просто пшик. Странно, но страха не было, лишь голый азарт. Я, наверное, сумасшедшая, так как увидев мою безумную улыбку, Вардек вздрогнул.

Прикрыв глаза, сосредоточилась. В этом реве это было сделать проблематично. Как тогда в реке, я притянула к себе неизвестные нити. По какой-то странной причине я могла их чувствовать и управлять ими.

Я ощущала силу этого мира, словно была сосудом для ее скопления. Наступила оглушающая тишина. Здесь… в этом забытом месте остались только я и сама энергия этого мира.

Внезапно, будто бы кто-то дал толчок. В моих мыслях стала расти прочная вязь из веревок, отгораживая нас с Вардеком от незваных гостей. Мы словно в коконе оказались, но это видела я, а не мой спутник. Он лишь недоуменно следил за потугами тварей, которые стали яростно бросаться на наш щит.

Действительность изменилась. Мы были ограждены от внешнего агрессивного мира плотным коконом из энергетических потоков.

— Уходим, — резко приказала я, быстро двигаясь вперед.

— Что ты сделала? — Вардек дернул меня за руку, отчего щит всколыхнулся.

— Ничего, — раздраженно выпалила я. — У меня нет магии, или ты забыл?

Вардек прищурился, явно не поверив мне, но ведь он сам проверял меня на наличие силы, а в своей некомпетентности мужчина усомниться не мог.

— Тогда как?

— Я откуда знаю? Но пока они нас не трогают, предлагаю тихо отсюда смыться, — тут ноги делать надо, а он поговорить решил.

Вот так мы и шагаем уже второй час подряд, лишь со стороны наблюдая за увеличивающимся количеством «зверушек».

Солнце поджаривало сверху. Песок под ногами буквально плавился и затруднял и без того наше нелегкое продвижение. Мне казалось, что мой комбинезон сломался и больше не может регулировать температуру. С меня пот лился ручьем, но это не от жары, а от перенапряжения. Мне было дико страшно. Я не знала насколько долго продержится мое плетение из «нитей», защищающее нас от монстров.

Лохмотья Вардека тоже не выглядели привлекательно. Они были грязные и мокрые от пота. Рев тварей вместо музыки в виртуальной игре бил в мозгах нервным напряжением. Только это не очередной компьютерный квест. Здесь, как в Аду, а там по описаниям хроник мифов Земли было ох, как не сладко. Демонов еще не хватало, и были бы все в сборе. Я нервно хохотнула, отчего Вардек на меня подозрительно покосился.

Моя черная одежда не располагала к прогулкам под раскаленным солнцем бескрайней опасной пустыни. Мне напекло голову.

— Одолжи рукав от рубашки, — попросила у Вардека. Правда те куски ткани мало напоминали рукав, но за неимением ничего и это сгодится.

— Зачем? — недоуменно воззрился на меня мужчина. — Будешь отбиваться рукавом от тварей? — его еще и на ехидство хватает.

— Обязательно, — в тон ответила ему и бесцеремонно оторвала кусок, итак, порванной ткани, завязав ее на голове банданой. Солнечного удара мне только не хватает для полного счастья. — Рекомендую повторить мой маневр, иначе грохнешься здесь на радость «зверушкам» от палящего солнца.

Видимо мои слова дошли до разума Вардека, так как мужчина перестал язвить, а повязал второй порванный рукав себе на макушку. Темечко прикрыто.

«Адская» пустыня во всей своей красе гостеприимно распахнула объятия для путников, слишком сильно согревая их своей «любовью».

Яркие лучи лилового солнца слепили глаза. Неестественные, непривычные блики выбивали почву из-под ног.

Никогда не думала, что увижу такое странное местное светило, но факт оставался фактом — мы брели под этим непривычным солнцем. При других обстоятельствах я возможно бы и восхитилась такой необычной красотой, но только не тогда, когда она меня буквально убивала и рождала из ниоткуда жестоких монстров.

Все о чем я сейчас мечтала — это безопасность и вода — единственный источник жизни, который сможет меня спасти.

Бросив взгляд на Вардека, восхитилась его выдержке. Он бодр и активен в отличие от меня. Неужели ему все нипочем? Или быть может организм местных аборигенов к этому адаптирован? Это ведь я «птичка залетная», поэтому мне так плохо. Я люблю тепло, но не в таком же количестве.

Легкие горели, глаза слезились, ноги гудели и казалось, что я слышу собственный пульс в висках.

Тело двигалось вперед на «автомате». Казалось, что и мозги мои испарились, расплавились под палящим зноем, но каким-то образом мне еще удавалось удерживать «связанный» щит. Надолго ли меня хватит с такой активностью солнца и тварей?

— Сколько нам еще топать? — сипло спросила я.

В горле пересохло, организм жаждал воды. Не хотелось бы подохнуть здесь под палящим солнцем от обезвоживания.

— Я даже не представляю, как те счастливчики смогли выжить при этом переходе, — вместо ответа выдал свои предположения Вардек.

— Ты же сам говорил, что Источник увеличивает магический потенциал, — видимо еще не скоро этот маг приручит новую силу.

— Моя магия сейчас нестабильна, — скривился мужчина.

— Так что со временем? Сколько нам еще топать по Долине Смерти?

— Я не знаю, — устало вздохнул Вардек. — Может день, а может месяц. У каждого по-разному.

— Ты вот меня ни капельки не успокоил, — простонала я. Да мы к вечеру уже не протянем.

— В записях, что я нашел, ничего не было сказано о монстрах, — глухо ответил Вардек. — Упоминалось об опасностях, но конкретика отсутствовала, — в общем, все в размытых неопределенных чертах. — Нам нужно добраться до портала, а он будет лишь после того, как мы пересечем Долину, — устало закончил мужчина.

— А короткая дорожка есть?

— Откуда я знаю? — рявкнул неожиданно Вардек. — Я собирал информацию по крупицам и не все может быть правдой.

— Ты искал мифы, а там все намного иначе, — хотя чему удивляться? Отчаянье и не такому заставит поверить.

— Это был мой шанс и я не прогадал, — глупо, глупо соваться туда, не зная куда.

— Это просто случайность и тебе повезло, — фыркнула я. Хотя, ведь все легенды основываются на реальных событиях.

— Я достиг своей цели, а большего мне и не надо.

— Нам еще выбраться отсюда нужно, — буркнула в ответ. Цель достигнута наполовину, а вторую половину нужно попытаться остаться в живых.

Нити нас хорошо ограждали от внешнего «мира», но это нас не спасет. Меня надолго не хватит.

А что если…? — да нет, это бред.

Ну, а вдруг? — это ведь настоящий волшебный мир! Моя фантазия подкидывала мне разные мысли и способы решения нашей общей проблемы, но не владея магией, я ничего не смогу сделать. Не знаю, почему я могу худо-бедно управлять разноцветными нитями, но это единственное, что мне сейчас подвластно.

В открытом бою нам не выстоять. Их жизненные нити слишком запутаны и пока я буду разбираться в плетении, то нас съедят. Я не смогу одновременно контролировать щит и разбираться в потоках тварюшек. Черт, мне бы теорию узнать, а не сразу же применять свои действия на практике. Методом «тыка» далеко мы не уйдем.

Вот только подсознание упорно твердило, что все будет хорошо. Словно голос свыше твердил «действуй».

— Мы долго не протянем, — мы остановились, так как сил идти больше не было. Я устало опустилась на горячий песок. Вардек последовал моему примеру.

— Не думал, что все так закончится, — еле слышно прошептал он сухими губами. Умрем если не от монстров, так от обезвоживания.

— Ты видимо вообще ни о чем не думал, когда совался сюда, — я устало потерла виски. Голова жутко болела. В мозгах, будто кто-то польку решил станцевать.

Вглядываясь в горизонт, видела лишь «зверушек», обходящих наш щит — мост стороной.

— Уверенно могу заверить, что наша смерть будет быстрой, — хмыкнул Вардек, пропуская мое оскорбление мимо ушей.

— Вот уж успокоил, спасибо, — язвительно протянула я.

И как нам добраться к этому проклятому порталу?

Если только…

Отрешенно посмотрев ввысь неба решилась. Я мысленно принялась скручивать в клубок нити пространства. Медленно по крупице линии стягивались ко мне, формируясь уже в объемный клубок. Удерживать их стало труднее.

Твари за щитом постепенно стали размытыми и двигались, словно в замедленной съемке. Вардек не заметил изменений, но я поняла, что только что сделала неосознанно.

— Пошли, — я с трудом поднялась, крепко схватившись за мужчину, мысленно удерживая нити, а затем мы шагнули сквозь это размытое пространство.

Мгновение и мы снова стоим на твердом сером песке в одиночестве без тварюшек.

— А где? — изумленно выдохнул Вардек, осматриваясь по сторонам.

— Понятия не имею, но пошли отсюда быстрее, — я отпустила щит и сделала большой упор на линиях перехода.

Не знаю, как это работает, но мои неумелые действия сейчас спасли нам наши шкурки. Предыдущий клубок я мысленно отпустила, чтобы там все вернулось в обычный поток, а сейчас снова начала стягивать к себе новые пространственные нити для очередного перехода. Глубоко внутри я знала, что все делаю правильно. Словно знания эти не мои, чужие, принадлежавшие существам более высокого разума, нежели моего. На эту загадку сейчас нет времени, поэтому…

Еще один рывок и мы снова в новом месте. Для Вардека опять все прошло незаметно и сомневаюсь, что он обнаружил отличие местности.

— Не знаю, что происходит, но если бы не был уверен в твоем отсутствии силы, то подумал бы, что это делаешь ты, — заметил, но подловить меня не на чем. Я просто немного поняла как нужно работать с этими линиями.

— Сама не понимаю, что за чертовщина, — проворчала наигранно я. Возможно Источник и на меня повлиял. Вот только знать бы, что мне теперь со всем этим делать? — Наверняка это выверты Источника.

— Скорее всего, — согласился Вардек и мы в очередной раз шагнули сквозь пространство.

С каждым таким переходом я чувствовала жуткую слабость. Остановиться сейчас, значит позволить нам умереть. Твари тоже возникли из ниоткуда, а значит если задержимся, то они снова нас настигнут, поэтому мы и «прыгали», вернее Вардек предполагал, что мы просто быстро шли, ведь местность для обычного глаза была неизменной.

— Стой, — меня резко дернули назад, и я пошатнулась, упав в объятия мужчины. Сил не было. Еще чуть-чуть и свалюсь на месте.

— Что случилось? — сухими, потрескавшимися от жары губами, тихо спросила я.

— Мы на месте, — пораженно выдохнул он. — Я чувствую портал.

— Это же здорово, — даже улыбнуться попыталась, но губам больно. Они потрескались, и я почувствовала собственную кровь.

Портал представлял собой сизое колышущееся марево.

— Мы смогли, мы дошли, — угу.

Я лишь смогла кивнуть на это. Дошли бы мы, если бы я не «рвала» пространство, вот только чувствую, что и меня кто-то порвал на мелкие ленточки.

Вардек аккуратно поддерживал меня, двигаясь в сторону нашего спасения, но едва мы шагнули в сиреневое марево, как я потеряла сознание. Портал отобрал оставшиеся у меня силы.

Глава 6

— Моя голова, — глухо простонала я, хватаясь за нее руками.

— Лея лежите спокойно, — посоветовал мне немного грубый мужской голос и он не принадлежал Вардеку. — Вы потеряли много сил, и я пытаюсь привести Вас в чувство.

Глаза открываться не хотели, но я чувствовала в области груди непонятное жжение. Дышать было больно. Я даже после аварии так гадко себя не чувствовала, будто все внутренности выпотрошили.

— Потерпите немного, иначе никак, — снова этот противный неприятный раздражающий голос.

— Вардек, — прохрипела я. Последнее, что помню, так это зев портала.

— С ним все в порядке, сейчас отлеживается, а вот с Вами нам пришлось повозиться, — спокойно ответил мужчина.

С трудом открыв глаза, первое что попало в поле зрения — это яркое свечение, исходившее из рук молодого мужчины с длинными белыми волосами. Он водил своими руками над моим телом и что-то тихо шептал.

С кончика прямого длинноватого носа грозилась упасть мне на грудь капелька пота. Тонкие губы продолжали беззвучно бормотать «абракадабру», а заостренные черты лица то и дело нервно подергивались.

Вообще этот мужчина был слишком худощавым и тонкокостным. В чем только душа держится? Да и голос не соответствовал внешнему облику.

Но, несмотря на свою щуплость, парень знал свое дело. С каждым движением его рук, мне становилось намного легче. Врач? Лекарь? Целитель? Или как они здесь называются?

— Кто Вы и где мы? — под «мы» я подразумевала своего нечаянного спутника. Мы практически с ним прошли «и огонь, и воду, и медные трубы». Так вроде бы было написано в одной из сказок нашего далекого прошлого.

— Вы в городке Беглый пес в трактире «Брошенный каторжник», что находится на востоке империи Тенерай, — будто я знаю, где это находится, но с умным видом кивнула.

Радовало, что мы все-таки выбрались из пекла и попали к людям.

Мужчина потер ладони, а затем откинул назад волосы, из-под которых торчали чуть удлиненные уши. Необычно.

— Спасибо, — поблагодарила я мужчину за помощь.

— Сейчас Вам принесут поесть, а затем я бы порекомендовал поспать, — мужчина отвернулся и прошествовал к столу, стоящему с противоположной стороны комнаты, где меня поселили.

Вообще апартаменты были убогими. Мрачные серые тона не добавляли мне оптимизма, а голый скрипучий пол навевал жуткие картинки в голове, будто кадры из фильма ужаса. Даже постель подо мной была серая, твердая и неудобная. Интересно, чем набиты эти матрацы?

Маг начал рыться в своем саквояже, гремя стаканами, а нет, все-таки это маленькие стеклянные пузырьки с подозрительно мутной жидкостью.

— Вам нужно принимать эти зелья в течение недели, — мне в руки пхнули эти пузырьки.

— Что это?

— Восстанавливающие зелья, — хмыкнул доктор местного разлива. — Без них Вы проваляетесь здесь как минимум месяц. Слишком сильно истощен ваш организм, — целитель стал собираться. — А насколько я понял, то с леем Вардеком вы очень спешите, поэтому затягивать с постельным режимом не стоит, — дал указания хвостатый.

Спешим? Не припомню такого. По крайней мере, я никуда не тороплюсь, да и Вардек ничего конкретного не упоминал. Или планы резко поменялись?

— А сам он где?

— В соседней комнате спит, — кивнул в сторону неприметной двери беловолосый. — Мой Вам совет, пока пару суток никуда не уходите, иначе где-то снова грохнетесь в обморок, а целителя рядом не будет. Вам повезло, что я тоже остановился здесь, но к вечеру вынужден отбыть. С вашим скачком сбились настройки единственного здесь портала. Пока прибудут настройщики, пройдет время, а я очень тороплюсь, поэтому придется добираться своими силами или до ближайшего другого рабочего портала.

— Спасибо, — еще раз поблагодарила нечаянного спасителя.

В голове была каша, а еще непонимание происходящего, но предаться размышлениям я не успела, так как в комнату бесцеремонно вошла молодая симпатичная девушка в длинном коричневом платье с косой, перекинутой за спину. В руках у незнакомки был поднос, над которым поднимался пар от еды.

— Лея ваш ужин, — пропела тоненьким чарующим голоском девушка и поставила поднос мне на колени.

— Благодарю, — кивнула девушке и изучающе посмотрела на пищу этого мира.

Запеченные овощи, отварное мясо и мелкая крупа к гарниру. Да это прямо президентский ужин! На Земле подобное меню можно встретить только на столах Элиты, а здесь все это в избытке. Потрясающе!

Впервые за все время мне хотелось улыбнуться своей удаче.

Чем бы ты ни был Туман, но снова спасибо.

Я смаковала свой ужин, наслаждалась нежным мясом, вдыхала аромат запеченных овощей и просто была счастлива. Как же мало нужно человеку для этого маленького чувства. Крыша над головой, пища и безопасность. Почему-то внутренне я знала, что теперь все будет хорошо.

Сытость меня разморила, но я смогла найти в себе силы подняться и прошествовать в соседнюю комнату.

Вардек был бледен, но ровно вздымающаяся грудь говорила о том, что мужчина просто спит. Сиреневые волосы были беспорядочно рассыпаны по подушке. Рваных тряпок на нем больше не было, лишь белесые полосы шрамов оставили напоминание о встрече с ламиями. Выглядел он неплохо.

Мысленно дала себе затрещину не любоваться сильным накаченным мускулистым телом, которое прокляли. И все-таки мне кажется, что с его проклятьем не все так просто, но подробности мне не светят. История его путанная.

Красивое лицо моего спутника приковывало взгляд, но я больше не падкая на подобную красоту, поэтому могла рационально мыслить, а не истекать слюной от этого совершенства.

Все-таки нужно будет с ним поговорить еще раз на эту тему. Проклятье снято, думаю можно раскрыть теперь все карты.

Я не стала его беспокоить, а прошла обратно к себе в комнату.

Хм, а где мои вещи? Я даже не заметила того, что меня переодели в легкую длинную рубашку белого цвета.

Осмотревшись, ничего не нашла. И куда дели? Ладно, завтра спрошу, а сейчас нужно отдыхать.

Трое суток мы с Вардеком просто отлеживались и отсыпались. Иногда он приходил ко мне и мы подолгу разговаривали. Так я и узнала, куда мы спешим.

— Я и так задержался надолго, — говорил уставший мужчина. — Это проклятье отобрало у меня много драгоценного времени. Мне нужно к своим.

— Ясно, — расстроенно протянула я. Не думала, что наши дороги так быстро разойдутся. — Ты хоть весточку пришли, когда доберешься к своим.

— Что? — хохотнул он. — Ты отправляешься со мной.

— Но… — попыталась я возразить.

— И это не обсуждается, — категорично заявил Вардек, а мне на душе стало тепло и спокойно. Он защитит меня и поможет. — Я не оставлю тебя одну.

— Спасибо тебе, — я благодарно посмотрела на Вардека, но он отвернулся, скривив губы в кривой усмешке. Хотя, может мне показалось?

— Портал пока сломан, мы немного не транспортабельны, поэтому придется отложить отбытие, — куда он так торопится?

— Вардек, а не хочешь мне рассказать кто ты?

Мужчина загадочно улыбнулся и ответил.

— Это не важно.

— Знаешь, — хмыкнула я. — Будет странно, если ты приведешь меня в свое когтистое племя, а я как идиотка буду на вас смотреть.

— Может ты и права, — задумчиво протянул он.

— Знаешь, не люблю сюрпризы, поэтому расскажи мне о себе, — в этом мире я увидела слишком мало, а мне нужно составить и свое субъективное мнение. Жить то теперь я буду именно здесь.

— Я лучше покажу, — хмыкнул Вардек.

И он показал, а я чуть не завизжала от потрясения. Не каждый день увидишь, как на твоих глазах человеческое тело трансформируется в нечто.

— Что ты такое? — изумленно выдохнула я, рассматривая это чудо природы.

Вардек вытянулся в росте, мышцы вздулись и покрылись сиреневыми наростами. Ранее виденные мною когти тоже присутствовали. На голове прилизанные перья, а изо рта торчат клыки. Широкие ноздри Вардека трепетали, словно принюхиваясь. Сильные ноги выглядели необычно, так как вместо пальцев тоже были удлиненные когти и сейчас они нервно шкрябали по полу. Огромный птичий хвост завершал этот странный облик. Не то птица, не то человек. Вардек был больше чем два метра ростом. Не представляю, как он поместился в этой комнатке. Но поразительным было не это, а огромные сиреневые кожистые крылья за его спиной.

Я поднялась с кровати и осторожно подошла к мужчине. Подсознательно чувствовала, что он не причинит мне вреда. Кожа была твердой, словно камень. Хорошая броня, качественная.

Скольких разных существ я видела в своей жизни, но такого еще никогда. Огромный полузверь — полуптица с разумным взглядом перевернул все мое раннее виденное мировоззрение. В нашей Вселенной никто не мог иметь два облика, а Вардек… он уникален!

— Я гарпия, — скрипуче рычащим голосом ответил Вардек, тряхнув головой. Несколько перьев упало со звоном на пол. Что это? Я присела на корточки, чтобы рассмотреть небольшие камешки сиреневого цвета. Как? Ведь это были перья, а сейчас камешки? Они переливались как самые настоящие драгоценные камни. — Нас не любят за жестокость, но нас отлавливают за нашу уникальность, — я аккуратно подняла с пола пять камешков и неверующе переводила взгляд с Вардека на них. Его перья стали ценным приобретением. Но как такое возможно? Это же ходячий драгоценный рудник! — Ты в руках держишь целое состояние, — фыркнул Вардек. — Можешь оставить себе, — с ленцой протянул он, будто просто мусор мне отдал, а не драгоценности. — Мы не афишируем свое присутствие, иначе будут жертвы, — тут он злорадно хмыкнул. — Не с нашей стороны.

— Обалдеть! — в голове не укладывается. Неужели такое возможно?

— Но так как ты отправляешься со мной, то все равно узнала бы об этом, — Вардек расправил свои потрясающие красивые крылья и легонько подтолкнул меня ими к кровати. Жесткие, как сталь. — Мое племя находится высоко в горах и очень редко мы покидаем родной дом, но мне пришлось, ибо снять проклятье мог только Источник, — тут его глаза сверкнули непонятным блеском. От Вардека сквозила сила и мощь, будто бы он мог горы свернуть одним махом. — Тебе у нас понравится, — миг и мужчина снова вернул свой первоначальный облик.

— Почему же ты не превратился в пустыне? — ведь мог спокойно нас унести.

— Моя магия была нестабильна, — я там ее вообще не заметила. — Трансформация требует полной отдачи сил, а у меня их тогда не было.

Ох, и темнит он. Иначе, почему глазки бегают? Уж в мимике я хорошо разбираюсь. В Элите много разнообразных чувств можно прочесть. И одно из важных и нужных качеств Элиты это обман, а его я вижу невооруженным глазом. Миры может и другие, но вот притворство есть везде. Но раз уж он молчит, настаивать не буду. Мне чужие тайны ни к чему. Со своими бы разобраться. Вреда от него нет, поэтому пока поверим этой сказке. Но все же, почему он бездействовал в пустыне? Маленький шарик огня не в счет.

С самого начала Вардек вызывал у меня подозрения и вот теперь вопрос: стоит ли отправляться с ним в его племя или быть может они все-таки стая? Надеюсь, что моя интуиция просто устала, вот и видит во всем подвох. Он ведь открылся мне, доверился, значит теперь мой черед поверить ему, а расстаться мы всегда успеем.

А еще через два дня мой постельный режим резко прервался. И не то чтобы я любопытная, но злобный смех в соседней комнате и мертвого разбудит.

Была глубокая ночь, поэтому я не понимала, что развеселило Вардека. Он с кем-то общался у себя, но ведь здесь априори постороннего быть не должно.

Накануне он отлучался из трактира, как сказал прощупать почву и узнать, что в мире твориться. Глаза при этом сверкали довольством. Самое странное, что как только мы оказались среди «людей» Вардек изменился — стал надменным и высокомерным с другими обитателями трактира. Он не так прост, как хочет мне показаться. Да, со мной он еще держится, но иногда проскакивают и приказные нотки, что совершенно мне не нравится. В Элите я могла себе позволить пренебрежение, насмешки и презрение к простым смертным, но тот рубеж своей жизни я оставила в прошлом, но как же Вардек напоминает мне себя еще пять лет назад.

Поднявшись с кровати, я на цыпочках подошла к комнате гарпии и приложила ухо к двери.

— … Я даже не предполагал, какую птичку обрету в этом походе, — хохотнул Вардек. — Она буквально в рот мне заглядывает и всему верит, — а гонору то сколько, хоть ложкой ешь! — Единственное, что не могу понять, так откуда она вообще взялась? Странная одежда, обувь, повадки — все буквально кричит о том, что она чужачка. Я никогда не видел подобной ткани, но опять же изучить все смогу дома. К тому же Ливерей она как младенец ничего не знает о нашем мире и вот это меня тоже интригует. Пытался с ней поговорить, втереться в доверие, но она молчит.

— Влюби в себя и дело с концом, — кто-то добренький посоветовал. А голос то противный, заискивающий.

— С этим не так все просто, — задумчиво протянул Вардек. — Я от прошлой «любви» не отошел, а тут новая, — я дышать перестала, так как уж очень занимательный разговор получается.

— Я бы удавил ту тварь собственными руками, — презрительно выплюнул собеседник. — Как она посмела пойти против тебя? Как посмела из твоего ребенка сделать монстра? — я затаила дыхание.

— Ты же знаешь, что я причастен к потере этого маленького не рожденного монстра, — как-то глухо выдавил из себя Вардек. Ублюдки! Как можно так отзываться о маленьком человечке? Ребенок не монстр! Это эти сволочи являются мразями. — Но его было не спасти, — и по комнате пророкотал ядовитый больной смех. Замерев, пыталась переварить полученную информацию. — По сути, я уже убил его, едва зачав.

— А в отместку она вместе со своей идиоткой подружкой наградила тебя таким проклятьем, от которого ты полтора века мучился, — язвительно заметил таинственный собеседник.

Ох, ты ж черт! Так вот как обстоят на самом деле дела? А ведь с виду был таким учтивым. Лживая тварь, а моя интуиция все-таки была права. Гниль видна издалека, но я не хотела ее видеть.

— Но сейчас все отлично, — пропел Вардек. — Да и интересный экземпляр везу домой.

— Птичка хоть хороша?

— Не особо, весьма посредственна, но вот дерзка и бесстрашна — это факт.

— Тебе же не жениться на ней, поэтому можно и потерпеть, — я боялась дышать, так как шестеренки в голове активно начали работать.

— Одного не понимаю, как без капли магии она смогла нас вывести из Долины Смерти, — задумчиво протянул Вардек. — Я хотел вмешаться, использовать крылья, но решил посмотреть, что она может. И скажу, что умеет девчонка не мало, — да что б ты провалился на месте гаденыш!

Не дура и поняла, наконец, кому кости перемывают. Вот двуличная лицемерная тварь!

— Уверен, что пустышка?

— Ты сомневаешься в моих словах? — надменно спросил Вардек.

— Нет, но…

— Вот в этом «но» я и хочу разобраться, но на материке рисковать не буду. Когда вернемся в стаю, тогда и разберу эту птичку на косточки, посмотрю, что она ТАКОЕ, — вздрогнула, представив себе, куда я вляпалась. А я думала, что из чувства благодарности за спасенную жизнь он решил позаботиться обо мне, а здесь все намного проще. Меня решили использовать в темную. — К нашему прибытию антимагическая клетка должна быть готова, так как терять время я не хочу. Уж очень любопытно, как Владлена смогла провернуть такой трюк с искажением пространства и невидимой защитой. Ливерей я даже колебания магических потоков не заметил, — вот сейчас в его словах отчетливо слышалось восхищение, но мне от этого не легче. Предательство неприятно жгло мою душу. Мы не стали друзьями, но не предполагала, что все настолько плохо. — Но ничего, с гор ей никуда не деться, да и из клетки еще никто не выбирался, — самодовольно протянул эта сволочь.

— Когда вы выдвигаетесь?

— Завтра с утра, — Вардек чем-то стукнул по столу. — Моя магия еще не стабильна, иначе бы сам открыл телепорт. Ждать пока магия Источника приживется не стану. Я не хочу больше терять время, да и грифоны активизировались,

— Они же не покидают своих Островов, — изумился неизвестный собеседник.

— Это мы так думали, но сегодня я встретил троих.

— Они тебя узнали? — даже испуг в голосе был.

— Я исказил свою ауру, но в следующий раз хотел бы избежать этой встречи, поэтому завтра мы покидаем город, — еще один глухой удар.

— Легкого пути господин, — пожелал собеседник. — Ваша стая вылетит вам навстречу, чтобы облегчить этот путь.

— Пятерых будет достаточно, — отмахнулся Вардек. — Не хочу привлекать внимания, да и Владлена насторожится, если заметит большее количество гарпий. Она с виду хоть и наивна, но не так проста. Я ей открылся, подумал, что с ее стороны тоже последует откровение, но она лишь поохала, повздыхала и все.

— Неужели твоя красота ее не впечатлила?

— Мне кажется, она вообще ее не заметила, — недовольно проворчал Вардек.

— Теряешь хватку князь, — хохотнул собеседник.

— Поговори мне еще, — рыкнул предатель.

Вот же гаденыш! Я к нему со всей душой, а он меня на опыты. Сссучонок!

Итак, что мы имеем? А ни черта мы не имеем. Ноги нужно отсюда уносить этой ночью, иначе завтра меня ждет клетка и сомневаюсь, что золотая.

Мышкой юркнула к себе и едва укрылась одеялом, как ко мне в комнату заглянул самодовольный Вардек.

Я наблюдала за ним из-под полуопущенных ресниц. И плевать что в комнате темно, я все прекрасно видела, как тогда в пещере.

Он встал надо мной, взял в руки локон волос и поднес его к носу. Шумно вдохнул и отпустил.

— Божественный запах, — еле слышно прошептал он. — Я узнаю его из тысячи, — твою ж ласточку!

Это очень плохо. Он, как собака — ищейка сможет меня отыскать всюду. Это усложняет мои планы, но лежать и ждать пока меня разрежут на ленточки, не буду. Рискну, а там как карта ляжет.

Еще с минуту он постоял надо мной, замерев, а потом, развернувшись на пятках, стремительно скрылся в своих покоях.

Подождав около часа, давая время на сон предателю, я тихо поднялась с постели. Пора и честь знать уважаемый. Плохо, что одежду мне так и не вернули. Придется идти в легком платье, которое вчера мне приобрел Вардек. Вот только об обуви он не озаботился. Да и неважно это сейчас. Жалко конечно свои боты и комбинезон, но своя жизнь дороже.

Глава 7

Кто бы сомневался, что меня запрут. И наверняка магией закрепили, а с ней я не дружу.

Подергав несколько раз за ручку молча выругалась, костеря Вардека. Предатель сейчас спокойно спал у себя и не предполагал, куда я собралась. Может удавить его во сне? Вспомнив его трансформацию, откинула эту идею. Не мне с ним тягаться. Сомневаюсь, что вообще смогу причинить ему вред.

Черт! Осталось окно. Бросившись к нему облегченно выдохнула. Свобода! Вот только до свободы этажа четыре нужно преодолеть. Летать я не умею, а с такой высоты легко можно переломать ноги и тогда я точно никуда не смогу убежать. Успокаивало лишь то, что наружная кладка была неровной, и можно было зацепиться пальцами за выступающий камень.

Конечно, это риск лезть без страховки, но выбора действительно нет.

На Земле мы однажды покоряли Эверест, но тогда я была не одна и со страховочными канатами. И до восхождения на гору нас около месяца натаскивали на симуляторах. Принцип я помню, хоть и было это лет сорок назад. Тогда в крови бурлил адреналин, а сейчас жажда жизни.

Проверив драгоценные камушки в лифе платья, выдохнула. Назад дороги нет.

Зацепившись за уступ, я медленно выползла наружу. Погода на улице была холодной. Ноги и руки мигом озябли. Хорошо, что мороза не было, иначе бы мои пальчики соскользнули со стены.

В голове всплывали уроки покорения горы, но в моем случае это просто спуск.

Продвижение давалось с трудом. Все-таки знание, что тебя страхуют, тогда успокаивало, а сейчас вроде и падать невысоко, но боязно.

С горем пополам я преодолела два этажа, и когда осталось совсем немного, внизу послышались мужские голоса.

Проклятье! И что им ночью не спится? Боясь быть обнаруженной, я осмотрелась по сторонам пытаясь найти пути отхода. Стоит полуночникам поднять головы и они обнаружат беглянку.

В трех метрах от меня в окне колыхнулась белая занавеска.

Да простит меня хозяин, но деваться некуда.

Как я шума не наделала, не знаю, но спустя пару секунд буквально влетела в окно чужого номера, зацепившись подолом о какой-то гвоздь в раме. Тишину ночного спокойствия нарушил треск моего порванного платья. Я и пискнуть не успела, как к моему горлу прижалось тонкое острое лезвие кинжала, а талию обхватила мощная сильная рука, от которой мурашки прошли по коже.

— Ты кто такая? — раздался над самым ухом раздраженный и в то же время бархатистый мужской голос. Его рука бесцеремонно лапала мое тело, то спускаясь, то поднимаясь к груди, словно изучая. Мое сознание затопил страх, поэтому я даже не сразу заметила наглые поползновения мужчины.

— Тише прошу, — взмолилась я. Если нас услышат, то непременно заглянут на огонек в гости.

По коридору послышался топот ног. Нервно сглотнула, почувствовав, как по щеке покатилась слеза. Сейчас моя жизнь полностью в руках этого мужчины и одно его слово — мне конец.

— Ищите! — о нет, Вардек. Мое тело напряглось, стало каменным. Я даже дышать перестала от страха. Он обнаружил мою пропажу. Но как? Он ведь спал? Или нет? — Переверните трактир, но найдите мне ее!

— Детка, — прошелестел опять мужчина над ухом, тесно прижав к себе, не оставляя и миллиметра между нами. — Тебя потеряли? — и столько неприкрытого ехидства, что хоть ложкой ешь.

— Вы не понимаете, — хватка у горла ослабла, а лезвие исчезло, но руки не отпускали меня.

— Так просвети, — хмыкнул он. — Назови причину, по которой я не должен сдавать воровку.

— Что? — возмущенно зашипела я, больно толкнув локтем в живот мужчины. Ага, там камень, а не живот, поэтому больно было только мне, а хозяин апартаментов лишь хмыкнул.

— Не ушиблась? — подозрительно ласково поинтересовался он, сцепив мои руки на моей же груди. Ноги тоже взяли в захват, плотно прижавшись к телу.

Сквозь легкие штаны и голый торс остро чувствовались мускулы мужчины и еще кое-что, что ниже живота. Вот только извращенца мне не хватало.

Вырываться не имело смысла, так как меня буквально зажали в тиски. Не шум же поднимать, потому я стояла и пыхтела, как закипевший чайник.

— Пусти, — прошипела я. — Я не воровка.

— Тогда почему тебя ищут среди ночи, а сама ты лазаешь по стенкам босая в попытке скрыться? — хватка ослабла, но меня не выпустили, а наоборот мужчина зарылся носом в мои волосы и шумно вдохнул.

— Не твое дело, — рыкнула я, снова задергавшись в стальной хватке. Хорошо, что больше не лапал.

Осмотрелась, снова включив «ночное зрение». А у него покои лучше, чем у меня. Обстановка побогаче будет.

— Детка, ты ворвалась ко мне среди ночи и это точно мое дело, — сквозь зубы прорычал мужчина и отпустил.

Резко развернувшись, уставилась на этого нахала, который бесцеремонно изучал руками мое тело.

Высокий, мускулистый. Телосложение намного крупнее, чем у Вардека. Вид грозный. Крылья носа с горбинкой трепетали, словно принюхивались.

Грубые, хищные черты смуглого лица, толстый безобразный белесый шрам, пересекающий всю правую половину щеки, отталкивали своим видом. Не красавец, но его не заботит собственная внешность, так как цепкий, изучающий взгляд буквально кричал о том, что нужно держаться от таких людей подальше.

Квадратный подбородок немного выпирал вперед, что добавляло ему еще больше хищности. Черные короткие волосы мужчины были в творческом беспорядке, ибо я его выдернула с кровати.

Опустив взгляд ниже, отметила крупные руки, расслабленно повисшие вдоль тела, даже мышцы мужчины казалось, замерли. Голый торс привлекал внимание, но я не стала задерживать на нем взгляд, а опустила глаза к полу. Ого, да у него размер ноги, наверное, пятидесятый. Наверняка обувь на заказ шьет! Черт, и о чем я думаю? Да сдалась мне его обувь, как собаке пятая нога!

Если честно, то он выглядит как отъявленный головорез или даже космический пират.

Однажды я даже попала к такому в плен. Правда комплекция была намного меньше, но страху я тогда натерпелась очень много. Хорошо, что меня не тронули, ибо на тот период я еще не знала ласк мужчин. Меня везли на продажу в рабство, а девственницы всегда ценились очень дорого. Секс — рабыни пользовались популярностью и меня собственное будущее пугало до смерти. «Чистый» товар берегли особенно, если хотели задорого продать. Хорошо, что папенька быстро подсуетился, узнав, куда я вляпалась, и выкупил свою непутевую дочь на невольничьем рынке под видом клиента. Этот опыт общения с головорезами был у меня первый и последний раз в семнадцать лет. Все последующие года я облетала тот периметр десятой космической дорогой.

Мой взгляд снова вернулся к его лицу, которое просто пылало превосходством. А еще из него била мощная энергетика.

Отступила в сторону окна, не отводя от него своего испуганного взгляда.

— Хм, — задумчиво протянул он. — Ты видишь в темноте?

— Эм, — замялась я. — Нет.

— И почему я не верю тебе?

Мгновение и он снова рядом придавил меня к стене своим крупным телом. Сквозь ткань легких штанов почувствовала, как в мой живот уперся внушительный бугор. Нервно сглотнула, соображая, ЧТО именно уперлось в меня.

Он тоже изучал испуганную меня. Пол был холодным, поэтому пришлось поджимать пальчики и переминаться с ноги на ногу.

Мужчина взял меня за подбородок и заставил высоко задрать голову вверх. Какой же он большой. Моя макушка еле доставала ему до груди. Черная бездна внимательно разглядывала мое испуганное лицо.

От него веяло опасностью. Грозный, хмурый вид мужчины не предвещал ничего хорошего. Маньяк и взгляд маньячный.

Замерла, заметив холодную усмешку, отчего шрам выглядел еще ужаснее.

Мужик точно головорез! И не могла я к кому-нибудь другому в комнату попасть? Но у него единственного было открыто окно.

— Так что ты за птичка? — мурлыкающе повторил он свой вопрос.

Мужчина легко толкнулся вперед, отчего его напряжение в паху ощутимо увеличилось. Черт, да меня прямо здесь и сейчас поимеют, а кричать я не могу. И что делать?

— Птичка я залетная, поэтому убрал свои ручонки и отпустил меня, — ядовито процедила сквозь зубы.

— Уверена? — игриво спросил он, тем временем снова начав ощупывать мое тело. Его забавляла эта игра. Но я не развлечение, мне спасаться нужно, а не обжиматься в мрачном трактире с сомнительным бандитом. — Ведь одно мое слово и комната заполнится «гостями».

Вот же сволочь! И почему мне так везет на всяких придурков? Сначала Вардек, теперь вот этот!

А еще не к месту вспомнился ночной разговор о неизвестных грифонах. Вот бы познакомится с ними и натравить на этого крылатого гада. Ведь заметно, что Вардек говорил о них с опаской. Но как они выглядят и где их искать, я не знала. Сейчас я просто теряю время.

Запах! Меня он найдет по запаху. Черт!

— Пусти! — я задергалась в навязанных объятьях. — Я опаздываю на важную встречу, — блеф меня часто спасал.

— Да? В таком виде? — не поверил мне мужчина. — И на какую же? — нет ну а что? Может и этот испугается?

— Меня грифоны ждут, — он изумленно уставился на меня, а потом хрипло рассмеялся. Я завороженно наблюдала за этой метаморфозой. Сейчас он не выглядел угрожающим, а наоборот его харизма к себе привлекала. — Они не любят, когда к ним опаздывают, — добавила важности в конце.

— Даже так? — изогнув свою бровь, мужчина перестал хохотать. Смех хоть и был тихим, но я теперь с опаской поглядывала в сторону двери. — Очень интересно.

— Поэтому не задерживай меня, а выпусти.

— А позволь спросить, где ты успела познакомиться с … грифонами? — и зачем ему эта информация, но подумав, ответила.

— Сегодня в городе встретилась с тремя, — вспомнила разговор Вардека.

— Неужели? — опять в его глазах сверкнули смешинки.

— ДА!

— И как же ты их обнаружила? — в смысле как?

— Это не важно.

Мужчина наклонился ниже, а потом еле слышно прошептал:

— Ты ведь понятия не имеешь, как выглядят грифоны, но откуда-то знаешь, что они в этом городе.

— Почему это не имею понятия? — вот не нужно меня уличать во лжи. Никогда не признаюсь в обмане.

— Потому что грифоны скрывают свою личину и ауру от других, находясь вне своих Островов, — э… а как же тогда Вардек их вычислил? И откуда он так много знает о грифонах?

— Значит, они плохо прятались, так как я смогла их увидеть, да и не только я, — руки незнакомца напряглись и больно сжали мои плечи.

— И кто же у нас такой любопытный, что вскрыл … их обманку?

— Гарпия здесь залетная и, кстати, обозленная на них, вот я и решила предупредить грифонов, — врала я напропалую. — Он и подкрепление вызвал.

— Гарпия говоришь? — задумчиво протянул мужчина, а я кивнула. — И, где же эта летучая моль? — ух ты, сколько пренебрежения! Мне прямо завидно стало. Интересно, скольким еще дорогу перешли эти пернатые зверушки? Вот бы перья выщипать и в котелок с кипятком опустить, чтобы ошпарить этого гада.

— Так на четвертом этаже почивает, — вернее носом роет трактир в поисках маленькой меня. — Подельников своих ждет, — сдала с потрохами «птичку».

— И откуда ты все это знаешь? — сузив свои черные омуты, серьезно спросил незнакомец.

— Слушаю много, анализирую, — а еще сплю в соседней комнатке, но об этом пункте наших отношений с Вардеком мужчине знать не стоит.

Замерла, так как за дверью послышался шорох. Мое состояние не укрылось от незнакомца, поэтому он резко дернул меня на себя и стремительно направился к дверям.

— Сиди тут и ни звука, — меня заперли в ванной, а сам он пошел открывать двери.

Какой глупец! Вардека в эти апартаменты привел мой запах. Тебе с ним не тягаться, так как вторую ипостась гарпии никто не сможет одолеть, ну… может быть грифоны могут, но их рядом нет.

Спасибо конечно, что попытался помочь, но эту битву ты проиграешь мужчина со шрамом на лице.

Думай Владка, думай! Это же твой профиль анализировать. Мне просто нужно время и информация, чтобы разобраться, что к чему. Но ни того, ни другого у меня сейчас нет. Не расслабляйся дорогой Вардек, расплата будет, но позже.

Нервно хохотнула. Кто бы мог подумать, что я дитя технологий, высшей медицины и прогрессирующей цивилизации, покорившей соседние галактики буду обдумывать план мести зарвавшемуся гарпии. Да он и грязи под моими ногтями не стоит. Нет, я не злопамятная, но всегда и с процентами возвращаю долги!

Незнакомец долго не сдержит Вардека, поэтому шкурку свою нужно спасать самой. Не знаю или получится, но сидеть и дрожать в ванной комнате не выход из ситуации. И почему я в комнате об этом не подумала.

А почему бы собственно и нет? В пустыне же вышло!

Я снова прикрыла глаза, мысленно формируя нити пространства.

Есть контакт! Разноцветные линии просто ластились ко мне.

«Клубок» в руках появился внушительный. Надеюсь, меня вышвырнет далеко отсюда. Пусть малыш гарпия побегает еще! Ну, что ж, вперед Владлена!

Последняя связная мысль была о том, чтобы незнакомец все-таки остался в живых и не сильно пострадал, а еще мне понравились его прикосновения. Он меня согревал. Чувствовалось что-то родное и теплое. Жаль будет, если он погибнет, но помочь я ничем ему не могла.

Глава 8

Вы когда-нибудь лежали в грязном яру лицом вниз? Нет? Тогда и не стоит даже пытаться. Ощущения непередаваемые, когда мокрая колючая трава под щекой нагло царапает нежную кожу, а сверху на тебя беспощадно хлещет ледяной дождь, пропитывая насквозь своими каплями то небольшое одеяние, что на вас надето. Паршивые ощущения. В нос бьет запах сырой земли с прелыми листьями и чего-то еще настолько противного, что тебя всю выворачивает наизнанку.

И куда меня занесло! Даже сознание при переходе потеряла. На улице однозначно день. Серое небо затянутое грозовыми тучами скрывает за собой лиловое светило, а может я просто долго валялась в обмороке?

Сердце в груди бешено колотилось, грозясь покинуть своего владельца.

Сил двигаться не было. Чувство, что из меня выкачали энергию под завязку. Голова «чугунная», тело ноет, кости ломит, что и пальцем пошевелить не могу. Ноги, руки онемели от холодного дождя и сырой земли. Холод пробрал до самых костяшек.

Брр… Ну Вардек, ну удружил гаденыш! По твоей милости я неизвестно где оказалась.

С трудом, но я смогла собрать свое тело до кучки и перевернуться на бок.

— Ох ты ж проклятые небеса! — воскликнула я, нос носом столкнувшись с неизвестной женщиной, без сознания лежавшей рядом со мной в яру.

Ее некогда симпатичные черты лица сейчас искажала болезненная гримаса. Глаза закрыты, волосы представляют один грязный сплошной колтун, платье испачкано, но целое, а тонкая белая кожа едва не просвечивается, словно тело иссушили. Вообще меня насторожило слишком исхудавшее истонченное тело девушки, да и сама она странно неподвижно лежала.

— Эй, — тихо позвала я ее, легонько толкнув в плечо. Девушка качнулась и плашмя упала на спину, но не проснулась. Да какой к черту сон? Она либо без сознания, либо … мертва? — Твою ж ласточку!

Куда собственное недомогание делось? Я подскочила на месте, не реагируя на пульсирующую боль в висках, и склонилась над несчастной, приложив два пальца к шее, проверяя пульс.

Тишина. Ни единого биения. Мертва. Тело холодное, а значит не один час здесь пролежало и я рядом с ней.

От этой мысли меня пробрал озноб, но не от холода, а от ужаса того, что убийца был рядом и я чудом жива осталась. Ведь не мог же у молодой девушки случиться сердечный приступ? Да и одета она легко, не по погоде, если бы гуляла, то надела бы пальто, а так мы с ней обе раздеты.

А это значит… Черт!

От осознания опасности меня буквально парализовало. Шестеренки активно крутились в голове, но не было ни одной связной мысли. Девушку, конечно, жаль, но я жива, а значит, пора делать отсюда ноги.

— А вот и пропажа! — пропело довольно над ухом и меня больно ударили ногой в живот, отчего я упала на мокрую сырую землю. — Думала, что так тебе это легко сойдет с рук гадина? — и меня окутало странным коконом, из-за которого я не могла пошевелить даже пальцем. Вот теперь меня по-настоящему парализовало.

Я не поняла, что случилось и за что со мной так, но страх жуткой волной прошелся по всему моему телу. Дышать было больно. Чувство, что мне сломали ребро. Из глаз брызнули слезы. Я пыталась ртом поймать хоть кусочек воздуха, но получалось через раз.

— Нил, еще одно похожее убийство и Маричка нашлась, но в этот раз убийца не успел скрыться с места преступления, — злорадно хохотнул неизвестный голос и меня еще раз пнули ногой, но уже в спину.

Это меня записали в убийцу? Но я даже слова не могла сказать в свое оправдание. А как же следствие, разбирательство? Ведь мое присутствие еще ничего не значит. Я сама очнулась пять минут назад рядом с трупом.

Но естественно я не могла вымолвить ни слова. Неизвестное заклинание не позволяло сделать ничего.

Вот это я попала.

— Эту под стражу, а тело Марички в морг к некромантам, — продолжал раздавать указания тот, кто меня пинал.

Меня схватили за волосы и рывком поставили на землю. Чудо, но ноги мои освободили, и я смогла вертикально стоять, вот только прострелившая боль в голове от рывка лишала сил. Как волосы не вырвали, не представляю.

— А ну пошла, гадина, — презрительно сплюнул мужчина.

Он был небольшого роста и одет в темно серую форму. Наверное, местные стражи закона. Вот и угораздило меня так попасться. Карие глаза с прищуром внимательно изучали меня. Но этот взгляд готов был убивать. Черная борода стража пугала еще больше. Крупный нос недовольно морщился. Ну да, знаю, что не Шанелью пахнет от меня. Неизвестно сколько я провалялась в этом кювете, прежде чем пришла в себя и меня обнаружили.

Я хотела хоть что-то сказать, но мой рот лишь издавал болезненные хрипы.

— Тебе уже ничего говорить не нужно, — ядовито процедил мужик, а сзади него еще хмыкнули трое таких же бородатых «красавца». Сопровождение. — Ты попалась с поличным. За Маричку тебя толпа сама разорвет.

Так, а вот этого нам не нужно. Мне срочно нужен адвокат, но имеются ли они в этом мире? У меня с собой целое состояние и оплатить я смогу любые услуги, но как мне с ними договориться, если говорить не могу?

Как оказалось нас обнаружили в парке города и сейчас мы двигались по каменистой дороге из булыжников. Домики городка были мрачными и унылыми. На нас смотрели. Точнее, смотрели на меня, прожигая убийственным взглядом, будто бы знали, что именно я причина всех их бед.

Безумие!

— Поторапливайся, — снова болезненный тычок в спину.

Я и так еле волочу ноги, так как боль в грудной клетке нарастала. В босые ступни впивались острые камни мостовой, и наверняка, я оставляла за собой красные от крови следы, которые тут же смывал ненавистный дождь.

Гадство.

Вот и пришли.

Здание местной стражи тоже мало чем отличалось от жилых домов, просто было большим и многоэтажным.

Камера представляла собой сырое помещение глубоко под землей.

— Зря ты убила нашу ведьму, — выплюнул бородач, запирая засов моей тюрьмы. Взмахом руки меня отпустили парализующие сети.

— Я ничего не делала, — прохрипела сквозь боль. — Это ошибка. Мне нужен ад… защищающий.

— Совсем безумная? — рыкнул бородач. — Ты выпила, иссушила самого сильно мага нашего города и просишь защиты?

— Я никого не убивала, — повторила я. — Я даже магией не владею, — и это истинная правда, но мне не поверили.

— Ты попалась и за это поплатишься, — он что-то прошептал, и мою клетку окутало красное сияние. — Включена антимагическая защита, поэтому сбежать не пытайся, — а я уже понадеялась на это.

— Это ошибка, — пролепетала я, смотря в спину удаляющемуся магу.

Усевшись на грязный матрац, я тихо заскулила.

За что мне все это? Ведьму убили, а виновата я. Но если она была сильной, то почему ее так легко смогли убить? Что-то здесь не сходится.

Истерики или паники не было. Эмоции отсутствовали, пытаясь переварить всю полученную информацию. Я попала и не просто крупно, а смертельно попала.

Прикрыв глаза, мысленно потянулась к нитям. Нет, нужно выбираться отсюда.

Час, второй, третий, но я ничего не могла сделать. Нити видела, но ухватиться за них совершенно не было сил. Я истощена переходом, а это очень плохо. Была надежда на спасение, но она угасла. В трактире я пила укрепляющие зелья, да и целитель подлечил меня, а сейчас у меня ничего нет.

Но еще больше бесило то, что я ни черта не понимала в происходящем. Понятно, что местные власти нашли козла… вернее козу отпущения и решили показать народу, что не просто так едят свой хлеб, но я под такую раздачу не согласна.

Свернувшись калачиком на грязном матраце, я под собственные всхлипы медленно уплыла в сон.

А на утро мне огласили смертный приговор через сожжение. И пока они зачитывали абсурдное обвинение, мои глаза все больше и больше увеличивались в размерах. Их инкриминирование за уши притянуто! Да меня даже никто на отсутствие магических сил не проверял. Идиоты! Неудивительно, что с такой властью их сильных магов одной левой уничтожают.

— Смерть ведьме! Смерть ведьме! Смерть ведьме! — грохотал стройный ор обезумевших людей на городской площади.

Меня лишили возможности говорить, набросив странные чары молчания. Я только возмущенно могла мычать, но людей этим не испугаешь. Боль в груди к утру словно отупела, или это осознание приближающейся смерти отогнало эту боль? Не знаю.

Меня привязали к столбу, внизу которого горожане подготовили хворост. Умирать молодой и сожженной на костре не хотелось, но как достучаться до этих безумных существ? Какая ведьма? Да они издеваются? Без суда и следствия сразу определили на плаху. Это Средневековье какое-то! Фарс чистой воды! Но мне почему-то решили отдать главную роль в этом жутком глупом представлении.

Вчера вечером, когда я спала, слышала приглушенные голоса охранников, которые перемывали мне кости. И чем больше я слушала, тем шире открывались мои глаза, но стража этого не заметила, а продолжала сплетничать.

Итог всего этого я подвела быстро. Некто неизвестный в последние шесть лет стал активно выпивать магию и жизненную энергию самых сильных магов. Мир в ужасе, но поймать умельца не смогли и вот я такая удача, прямо возле убиенной пойманная с поличным. Но меня гложет вопрос. Их не смутило, что на вид мне всего двадцать, а значит, я не могу быть ТЕМ САМЫМ магом, выпивающим чужую силу. А то, что гипотетический убийца был рядом с трупом, их тоже не смутило? Абсурд полнейший, но разве к приговоренному к смерти прислушаются?

Почему я должна расплачиваться за чужие грешки? Это ли справедливость? Когда же закончится черная полоса моей жизни? Где же эта проклятая зебра? Ведь она есть у каждого, а моя бракованная получилась, так как черные полоски слишком жирные толстые и проблеска белых не видать

Вот так по стечению обстоятельств я и оказалась на костре.

Цепи больно впивались в щиколотки ног и рук, буквально разрезая кожу. Шею тоже зафиксировали металлом. Меня полностью обездвижили. По щекам градом лились слезы отчаяния и беспомощности. Запутанные русые волосы грязной паклей так и норовили залезть в нос и рот. В общем, вид еще тот у меня. Наверное, со стороны я действительно напоминала ведьму. Невысокого роста босая, хрупкая худенькая зеленоглазая девушка.

Разглядывая внизу толпу, понимала, что крупно попала. Если не сожгут, то так затопчут. Мой рост особенно выделялся на общем фоне городских жителей в средневековых нарядах. Что женщины, что мужчины были не меньше метра девяносто. Я вообще выглядела по сравнению с ними, как дитя — подросток, но их это не остановило. Еще чуть-чуть и все сто шестьдесят три сантиметра ярко полыхнут в огне.

Скоро, все очень скоро закончится и весь этот цирк с сожжением ведьмы прекратится, только я этого ничего не увижу, так как буду мертва.

— Смерть! Смерть! Смерть! — голосила кровожадная толпа, готовая к «хлебу и зрелищам».

Впереди маячили высокие горы с заснеженными пиками, а сам городок расположился у его подножия. Понятно теперь, почему здесь настолько холодно, хоть и осень на улице. Но ничего Владленка скоро согреешься, ведь для тебя никакого хвороста не жалко!

Жаль, что дождь закончился еще вчера вечером. Может быть, казнь моя отложилась бы на время.

Палач шел навстречу, неся в руках огромный зажженный факел. Черный мешок на голове ката с прорезью для глаз навевал еще больший ужас. Смотрела и не верила, что все это происходит со мной.

Смотря сверху вниз на довольно внушительного крупного мужчину, видела в глазах лишь жажду убийства и возмездия. Фанатики блин.

Бластер бы мне в руки и тогда хрен бы кто посмел на меня вякнуть, но чего нет, того нет, поэтому придется молча стерпеть всю несправедливость.

Голова гудела и раскалывалась от нескончаемого гула толпы. Тело налилось неестественной тяжестью. Шевелиться было сложно, учитывая мои тяжелые цепи.

— СМЕРТЬ ВЕДЬМЕ! — заорал во все горло палач, поднося факел к костру. Сухие ветки тут же вспыхнули, задымили, а в нос ударил запах паленой древесины.

Ветки потрескивали, съедаемые огнем все ближе и ближе подступая к основанию столба. Ноги уже ощущали тепло, а тело покрылось липким потом от ужаса неминуемой гибели. Слезы градом текли по щекам. Умирать страшно.

Я хочу жить! Живот скрутило тугим болезненным узлом, а к пальчикам ног подбиралось жестокое пламя.

Прикрыв глаза, пыталась ухватить хоть какую-нибудь тонкую нить и спустя несколько секунд мне это удалось. Я не верила своей удаче. Стараясь не обращать внимания на жар от подбирающегося ко мне пламени костра, медленно натягивала нити пространства. Клубок получился маленький, но это уже что-то.

— Ведьма! Ведьма! Ведьма! — слышала я на периферии сознания, наблюдая за тем, как мир начал замедляться, оковы опали, а я обессиленно провалилась в переход.

Глава 9

— Владка — Ладка с тобой не соскучишься, — обхватив себя руками, растирая плечи, я топала по заснеженным горам. Альпинист с меня еще тот, но сидеть и ждать пока я окоченею от холода, не стала.

Промозглый ветер пробирал до самых костяшек, замораживая тело. Слезы застыли на щеках противными колючими капельками, но ноги упрямо двигались вперед. Обувь бы не помешала, но чего нет, того нет.

Десять минут назад сгорала заживо, а теперь вот это. Тело, освобожденное от цепей, еще ныло в тех местах, где меня связывали. Наверное, толпа очень удивилась, когда я волшебным образом исчезла, а нечего честных девушек ловить и обвинять в убийстве.

Вымученно посмотрела на свои жуткие покрасневшие запястья с запекшейся кровью. Руки выглядели плачевно. Мне необходимо обработать раны, чтобы не было заражения, но антисептика в горах не найти.

Я бросила все силы на переход, поэтому больше не получалось сконцентрироваться на нитях. Они, как и вчера, постоянно ускользали от меня, поэтому и пришлось мне топать босиком по заснеженным горам. Наверняка это те горы, в низине которого расположился городок, где меня хотели сжечь. Недалеко меня выбросило.

Шмыгнула носом, заправив волосы за уши.

Ноги замерзли, вязли в скрипучем снегу, затрудняя продвижение. Рваное платье тоже не шибко согревало, так как тело пронизывал ледяной ветер, с каждой секундой набирая обороты, поднимая и кружа снежную пыль вокруг меня. Глазам было больно, тело медленно, но уверенно немело от холода. Казалось, что даже волосы замерзли, повиснув мертвой паклей на голове.

Куда иду? Зачем иду? Ведь и так понятно, что смерть моя — дело времени, но упрямство не позволяло сдаться на милость стихии. Сколько мне нужно времени на восстановление сил, чтобы я снова могла прыгать с помощью нитей? Не знаю. Все так неопределенно.

Пальцы на руках и ногах окончательно окоченели. Лицо, да и все тело жутко замерзло. Как же я не хочу умирать.

Попробовала снова ухватиться за нить, но ничего. Организм обессилен.

Солнце, ярко освещавшее мой путь, не согревало, а наоборот обдавало, окутывало своим холодом.

Куда ни глянь — сплошные пики заснеженных гор, устремленные ввысь, разбросанные хаотично громадные валуны и ослепляющая глаза синева бескрайнего небосвода.

Ветвистые ели с зелеными иголками замерли в бездонных сугробах рваными кучками, сбившись справа у обрывистых скал.

Ноги меня не слушались. Я спотыкалась, падала, поднималась, шла вперед и снова падала. Задыхалась от морозного воздуха и молча обливалась сухими горючими слезами. Ног я больше не чувствовала. Сплошные ледяные колодки, исцарапанные в кровь снежным настилом снега. Позади меня виднелся длинный шлейф красного снега. Если поверну назад, то по кровавым следам не заблужусь точно. Обморожения не избежать, если выберусь.

Упав в очередной раз, больше не вставала. Зачем? Все и так понятно. Позади горы, впереди горы и просвета не видно. Хотелось плакать, рыдать, биться в истерике, но я не могла. Замерзла. Моя душа заледенела вместе с телом. Не хочу. Не вижу смысла.

Проклятый Вардек! Откуда он взялся на мою голову? Почему захотел меня препарировать, как лягушку? Мы же вроде поладили, хотя с его стороны это была прекрасно сыгранная роль. Я поверила, доверилась и решила идти с ним в его стаю, надеясь на помощь.

Эх, Владка, ничему тебя жизнь не учит. Здесь нет твоих друзей, которые спасли тебя, вытащили из реки и обогрели. Здесь все намного хуже.

Пустота. Ни единой живой души. Было ли здесь хоть что-то живое? Или только покрытые белизной ландшафты, от которых непременно захватывало дух? Ничего. Да и не нужны мне сейчас свидетели. Лучше одиночество.

Я одна на пике заснеженных гор в окружении необъятных далей, обдуваемая равнодушным воем беспощадного ветра.

Осознала, что смерть свою я найду именно здесь. Страшно. Страшно до боли в каждой клеточке тела, до покинувших меня мыслей, до непослушных заледеневших конечностей.

Природа давила царственностью, напоминала кто здесь владыка, а кто просто пыль, погребенная под толщей снежных могил, беспомощная против величественной первобытной силы.

Слева и справа от меня была пропасть, а впереди маячил очередной заснеженный холм с безграничными полями снега. Понятно, что дорога одна, а может мне самой убиться, чтоб не мучиться? Вон и пропасть готовая. Зачем себя истязать?

Тряхнула головой, прогоняя совсем невеселые мысли.

Возможно, при других обстоятельствах я бы и наслаждалась удивительным горным покоем, любовалась бы переливающимся от лиловых лучей солнца снегом, восхищалась бы синевой неба, засматривалась бы в глубокие тени каньонов, серебристые спины камней, белоснежные шапки деревьев. Но… это было бы в другой жизни, а сейчас…

Сейчас хруст снежного наста, спрессованного кристалликами льда под босыми кровавыми окоченевшими ногами, острые жесткие холодные валуны, так и норовившие меня остановить, затрудняя и без того нелегкое продвижение, деревья с острыми колючими ветками, завывающий ветер.

Время застыло, потеряло свое направление, выжидало, когда можно снова устремиться вперед, смазывая блики прошлого.

Казалось, что иду не больше получаса, но чувство, что провела здесь лет десять.

Солнце слепило. Не отказалась бы от солнцезащитных очков, может, не так бы слезились и болели глаза.

Вокруг полно снега. Хотелось пить, но я не решалась есть снег. Опасно. Растопить его негде, фильтровать тоже не знала как, поэтому сглотнув слюну, медленно продвигалась вперед.

От непривычной нагрузки на свежем воздухе болело не только тело, но и голова, хотя и казалось, что все уже заморожено.

Вскарабкавшись на очередную вершину холма, остановилась, чтобы полюбоваться раскинувшейся прекрасной заснеженной равниной внизу. Снег переливался под лучами лилового солнца, искрился, манил, завораживал своей первозданностью, но стоило посмотреть вдаль, как я взглядом снова уткнулась в высокие горы, которые мне точно не преодолеть. Слишком высокие отвесные крутые скалы. Без специального оборудования туда соваться не стоит. Это конец. Здесь я и буду похоронена, а мое хладное окоченевшее тело наверняка найдут и сожрут, какие-нибудь стервятники, отрывая замерзшие куски моей плоти. Ну, хоть для кого-то буду полезной.

Вспомнился незнакомец со шрамом и сердце неприятно заныло. Как он? Жив ли? Смог ли противостоять гарпии?

Не увидела, не заметила припорошенный снегом выступ, поэтому я не только споткнулась, а еще и с визгом покатилась вниз, пытаясь пальцами, хоть за что-то зацепиться.

С этой стороны холм был слишком крутым и спускаться так, как сейчас это делала я не стоило. Но ведь это и не от меня зависело. Падать было очень больно. Острые камни царапали до крови мою кожу. Обманчивая привлекательная заснеженность в один миг превратилась в убийственную стихию.

Зацепиться было не за что, поэтому я с диким криком ужаса катилась вниз. В какой-то момент опора подо мной пропала и я полетела в самую настоящую пропасть или скорее даже ущелье.

Удивительно, но я ничего не сломала и шею не свернула, порезы от камней не в счет.

Лежа на спине, шумно дышала, пытаясь переварить свои космические горки. Даже согрелась немного от таких виражей. Везет как утопленнице. Мало того что впереди маячила неизвестность, так теперь еще и выбраться из этого ущелья не представлялось возможным. У меня сил не хватит вскарабкаться по скалистым стенам. Но даже если каким-то образом мне это удастся, я не протяну долго. Там меня тоже ждет либо смерть от жуткого холода, либо от голода.

Здесь было сумрачно, так как лучи лилового солнца освещали только часть небольшой пещеры, куда я приземлилась.

Опять из глаз покатились молчаливые слезы, а внутри расползалось гадкое чувство жалости к себе и ситуации, в которой я оказалась. Куда мне теперь? Каменный «склеп» получил себе первого клиента.

Тело болело от пальцев ног, рук, кончика носа и даже ушей, но не от ударов, а от нестерпимого холода. Вставать не хотелось, но и сдаваться я тоже не могла. Глупая я, глупая смерть.

Сцепив от боли зубы, подтянула колени к груди и начала слабо растирать конечности. Помогало плохо, но я пока еще была жива.

Взглянув на ноги замерла. Они представляли собой жалкое зрелище. Тонкие раны кровоточили и сколько было порезов, рассмотреть не смогла. Настолько их было много.

Несмотря на боль, понимала что нужно убираться отсюда. Чтобы встать… об этом не могло быть и речи, поэтому я медленно ползком удалялась от своего места падения. Здесь хоть не дует промозглый ветер. Еще собственное теплое дыхание немного согревало ладони.

Слез больше не было, лишь тихие болезненные стоны из моего хриплого горла нарушали тишину будущего склепа.

Сколько я так ползла и куда именно, не знаю. Потерялась во времени, но чем дальше я продвигалась, тем теплее мне становилось. Может это смерть моя наступает? Только в сон меня не клонит.

Прислонившись к одной из стен, шумно отдышалась осматриваясь.

Мое ночное зрение здесь было лишним, так как в ущелье было не то что светло, но от стен исходило тусклое свечение, что позволяло все хорошо рассмотреть вокруг. Магия или все-таки неизвестная порода?

Тело немного отпустили болевые спазмы. Основная боль сконцентрировалась на израненных ногах, но я все-таки смогла подняться. Приложив ладонь к поверхности, ощутила теплую шероховатость. Действительно это от стен исходило тепло, а не только тусклый свет. Присмотревшись ближе отметила, что по периметру поверхности проходят резкие точные, словно молнии искрящиеся линии. Именно они и освещали пещеру.

— Неплохо, — пробормотала я, растирая плечи. Гусиная кожа покрыла каждый участок моего тела и покалывала, словно иголками. — Совсем неплохо.

Было страшно от маячившей впереди неизвестности, но там… позади еще страшнее. Здесь отсутствовала угроза замерзнуть до смерти.

Шла уверенно, не обращая внимания на саднящую боль в ногах. Чем дальше я продвигалась, тем больше удивлялась. Появилась сначала мелкая растительность, а спустя еще два часа наткнулась на полянку. Возле нее раскинулся настоящий небольшой водопад, падающий в озерцо, с поверхности которого исходил пар.

Боясь спугнуть такой манящий мираж, медленно ступала по мягкой траве к этому озеру. Присмотревшись, отметила, что вода кристально чистая.

Страшно пугающе, но я все-таки опустилась на колени и осторожно прошлась пальчиками по глади теплой воды. Меня не укусило, не засосало, поэтому совсем осмелев, я полностью погрузила в воду руку.

Не тепло, а горячо, но вполне терпимо. Рискнула пройтись по кромке воды вдоль берега озера. Температура в разных местах менялась или это просто мои ножки согревались?

Дойдя до водопада, вздрогнула, так как водный поток был ледяной. Набрав в ладошки воды, сначала понюхала, а затем и попробовала ее. Если умру, так хоть не жалко подохнуть среди немного странной, необычной, но все-таки красоты.

— Пресная, — уже лучше.

Раз десять набирала в ладоши воду и с жадностью пила, чувствуя, как гортань охватывают колючие болевые спазмы.

Горло пекло так, будто бы я ежа проглотила. Не каждый день я гуляю раздетая по морозу и снегу в горах. Неудивительно, что заболела.

Осмотр местности меня успокоил. С голоду умереть не должна. Крупные ягоды черного цвета, аппетитно росшие на кустах на берегу озера отдаленно напоминали сорт смородины, только размер их был с грецкий орех.

Надеюсь, глаза меня не обманывают, и я сейчас не наемся белладонны. Не хотелось бы спустя двое суток выживания скончаться от отравления.

Съем пару ягод, а потом узнаю, вредны ли они, или нет.

— Однозначно вкус смородины, — пробормотала я, надкусывая первую ягоду с кисло — сладким, немного терпким привкусом.

Необходимо подождать реакцию организма на неизвестную ягоду, поэтому я съела лишь один плод. Надеюсь, останусь живой.

Решила сделать остановку возле этого озера. Пока не отдохну и не наберусь сил, никуда отсюда не уйду. А в перспективе надеялась на то, что спустя время смогу снова открыть для себя переход. Вот только как правильно прокладывать маршрут? Ведь прыгаю я всегда наугад.

В голове гудело, мысли путались, пытаясь проанализировать то, что со мной случилось. Пока ждала реакцию организма на ягоду, решила искупаться. Хуже быть не может.

Выбрав место у озера с горячей водой, вытащила пять драгоценных камней Вардека и положила их рядом с платьем, а затем медленно погрузилась в теплоту влаги.

А ведь меня даже не досматривали стражи, иначе бы отобрали сокровища. Какие глупые люди.

По телу прошлась неприятная колючая дрожь — отголоски замерзания. Если бы я сюда не упала, то валялась бы сейчас на снегу окоченевшим трупом под холодным морозным ветром.

Горячий источник омывал каждую клеточку моего тела, смывая с кожи отпечаток самой смерти. Открытые раны саднило и пекло, но я упорно оттирала собственную кровь.

Желудок недовольно бурчал, требуя еды, ведь я только раздразнила себя одной ягодкой, но пока нельзя, нужно выждать.

Виски начали пульсировать, доставляя неудобства и головную боль. Из горла исходили жуткие хрипы. Больно.

По телу прошла судорога, резко увлекая мое тело под воду. Захлебываясь, заглатывая воду, пыталась добраться до поверхности. С трудом, но мне удалось вынырнуть и даже выкарабкаться на берег. В моем состоянии опасно принимать длительные ванны.

Слишком быстро ослабло мое тело. Не знаю это последствия «прогулки на свежем воздухе», или же реакция на ягоду.

Одевалась как в тумане. Перед глазами окружающее пространство плыло и спустя секунду, я без чувств повалилась на траву, наверняка заработав шишку на лбу.

Сколько длилось мое беспамятство, не знала, но остро ощутила, как тело охватило нестерпимым жаром. Лихорадка? Возможно, вот только двигаться не получалось из-за жуткой слабости. Чувствовала, как тело обливается потом, а потом так же стремительно замерзает. Мои хриплые болезненные стоны разбавляли тишину пещеры. Снова и снова я теряла сознание и снова и снова приходила в себя.

Плохо, как же мне плохо.

Хотелось уснуть и никогда не проснуться, ведь сны … иногда они бодрят, радуют и заставляют идти вперед, обещая, что все будет хорошо, а иногда… сны как бумага под проливным дождем становятся мокрыми, тяжелыми, грязными, а спустя время вообще исчезают, не оставляя после себя ничего… абсолютную пустоту.

Я металась в бреду. На меня обрушивались кошмары прошлого, липкой паутиной сковывая тело. И в моих кошмарах меня никто не спасет.

Отвратительное я вам скажу состояние вот так сгорать от болезни, но в один прекрасный миг, открыв глаза, с ясностью в голове поняла, что все закончилось.

Нашла себя там же, где упала после купания.

Я жива!

Именно это осознание достучалось до моего мозга. Невероятно, но мой организм смог справиться с болезнью.

Тело ослабло, но я смогла медленно подняться и даже дойти на негнущихся ногах к озеру. Мелкие рубцы покрылись корочкой и больше не кровоточили. Мочить нельзя, но тело липкое от пота, а запах оставлял желать лучшего. Нужно помыться и постирать свою единственную одежду. Стены грота послужат батареей. Надеюсь, я не над вулканом, так как не могу найти объяснение, почему здесь светло и тепло.

Трое суток. Я здесь уже целых трое суток, хотя определить, как течет время, не могла и лишь когда организму требовался сон, понимала, что наступает ночь.

Что делать дальше не представляла. Нити давались в руки, но только на небольшой переход. Я не могла так рисковать, иначе меня снова могло выбросить где-то в горах. Поэтому оставалось ждать и набираться сил. Раны медленно затягивались, покрываясь засохшей корочкой. Ягоды оказались безвредными и немного утоляли мой голод.

Усевшись возле озера, смотрела на расходящиеся в стороны от ударов водопадного потока небольшие волны.

Прозрачная жидкость манила к себе, звала, обещала покой и умиротворение. И у меня на миг промелькнули такие непотребные мысли, но потом, тряхнув головой, сбросила наваждение. Отдавать просто так… даром собственную жизнь я не собиралась. Тем более я ждала. Ждала, когда снова смогу управлять пространственными потоками. Это странно. Такая сила и дана необученной мне. Что значит магия? Во мне ее не было, но я странным образом могла повелевать именно энергетическими потоками этого мира. Они ластились ко мне, будто бы нашли свою хозяйку, но я ею не была.

Туман… Источник… вот откуда растут ноги. Хм… ноги, которые вернули мне. Кому бы задать свои вопросы? Не люблю загадки, но сомневаюсь, что кто-то в этом мире мне сможет дать ответы.

Вардек почему-то не видел ни линий, ни энергетических потоков, хотя он сильный маг. Почему же тогда все это вижу я?

Я с любопытством исследовала местность, забираясь в разные труднодоступные места. И понимала, что выход отсюда только один — через телепортационный переход, так как куда не сунься везде тупик. Грот умело спрятался в пещере под тоннами могильных плит из камня и снега.

Лежа на мягкой траве, устремив взгляд в свод, изучала блестящие, переливающиеся яркими цветами красок сталактиты и сталагмиты. Наверняка, кучу денег стоит такая красота. Может и не бриллианты, но потомков до седьмого колена обеспечить можно. Но камешки Вардека законно уместились в моем декольте. С ними я не расстанусь. Скажем так — это моральная компенсация за причиненные неудобства.

Ирония судьбы любит измываться над своими подопечными, наблюдать как долго или быстро сломается человек, находясь в таких условиях. В тишине можно сойти с ума, и я уже близка к этому. К шуму водопада привыкла настолько, что практически не замечала его.

И когда в воздухе заискрилось, заскрипело, нарушая мой покой, я как истукан замерла на месте, смотря на это внезапное явление.

Передо мной засверкала огромная сфера, на миг ослепляя глаза, и когда я их открыла, то чуть не заорала от страха.

Голос пропал, тело ослабло и не слушалось. Я расширившимися от ужаса глазами смотрела на огромную кровожадную птицу с капающей с клюва кровью.

Что это такое?

Птичка прищурилась и осмотрела меня с головы до ног, а затем очень громко заклекотала, мотая головой из стороны в сторону. И откуда здесь она появилась? Птичка сначала странно попятилась от меня, а потом в один прыжок преодолела между нами расстояние, расправляя передо мной огромные темно-серые крылья, распушив на голове перья.

Меня сейчас схарчат, — промелькнула страшная мысль в голове, но птичка пока ничего не предпринимала, а лишь водила головой по моему телу, словно изучая, продолжая истерично клекотать.

Ага, с какой стороны отхватить лакомый кусочек», — иронично заметило мое подсознание.

И вот когда этот незваный гость стал обходить меня по кругу, я чуть в обморок не грохнулось. Это что угодно, но не птица. Туловище неизвестной живности было огненного цвета, в некоторых местах кровоточило, а в некоторых местах были проплешины от страшных ожогов. Там где начинались крылья, тоже было не все в порядке. Выщипанные перья открывали взор на гладкую кожу. Жуткое зрелище. Четыре мощные сильные лапы бесшумно передвигались по пещере вокруг меня, совершенно не обращая внимания на собственные раны. Твердые мышцы на лопатках внушительно перекатывались. Прогнутая массивная спина напряглась и пти… живо… животноптиц прильнул ко мне своим горячим боком. Я чувствовала, как сильно раздуваются бока этой живности, а из клюва снова и снова слышался клекот, но не такой сильный как в первый раз.

Животноптиц резко сел и нагло положил одну свою лапу на мое плечо. Вздрогнула, но не смела пошевелиться. Пока я неподвижна, есть шанс остаться в живых.

Голова наклонилась на бок и на меня устремились черные, как бездна глаза, вот только взгляд мне показался ОСМЫСЛЕННЫМ, РАЗУМНЫМ что ли. Но ведь так не бывает.

Животноптиц вреда не причинил, а наоборот мне даже показалось, что он немного сжал плечо, насколько это было вообще возможно сделать лапой.

— М-ме-ння н-не н-на-до е-есть, — заикаясь, пролепетала я, не смея отвести взгляд от птичьего глаза. Было страшно до смерти.

Животноптиц выглядел странно и необычно. Голова птицы, а туловище земного льва, правда, размерами раз в пять больше. Гибрид какой-то! Может мутации подвергся, но здесь же нет селекций и технологий, тогда как соединили две сущности в одну?

Животноптиц клацнул перед моим носом клювом, отчего я резко отшатнулась, ощутив острую боль в плече от когтей. Сказочный персонаж снова заклекотал, бодая меня в живот головой. Я от неожиданности плюхнулась на попу, застонав от боли в плече. Черт, от одних ссадин почти избавилась, теперь вот новыми обеспечили, чтобы не расслаблялась, наверное.

Тушка животноптица грозно нависла надо мной, а из клюва показался вполне себе обычный кошачий язык, немного измененного вида. Правильно, ведь должен он как-то помещаться в клюве птички. Кхм… и кровь собственную слизал.

Наглый клюв стал освобождать мое плечо от верха платья. Э нет, там мои брюлики. Но не успела я возразить, как он аккуратно, почти невесомо оголил плечо, а затем стал лизать рану, которую сам же и нанес своими когтями. Прикосновение шершавого языка было непривычным. Ранка саднила и немного жгла, но спустя минуту боль начала отступать, оставляя за собой только покалывание да дрожь.

— Э, — у меня слов не было. Рана полностью исчезла, и лишь легкое покраснение напоминало о том, что здесь побывали когти льва. — Спасибо… что ли? — вопрос благодарность от меня не приняли, так как голова птицы стала изучать синяки на моей шее, руках и ногах. И мне почему-то показалось, что животноптиц злится, так как на меня посмотрели таким многообещающим взглядом, что я нервно сглотнула. Ну не могут же быть такие умные глаза у животного? Еще через минуту не осталось ни единого следа от встречи с жителями городка, раскинувшегося у подножия гор.

Животноптиц по-хозяйски положил лапу на мою руку и ткнулся клювом мне в грудь. Что за странности?

Лежать на теплой земле хорошо, но так я чувствую себя совершенно беспомощной. Когда попыталась встать, мне помогли. Голова животноптица подпирала мою спину, пока я поднималась на ноги.

Он бросил на меня предупреждающий взгляд, а затем плавной легкой походкой отправился к воде. У меня было такое чувство, что я не пропадала из поля зрения этого существа ни на секунду.

Он остановился и к чему-то прислушался, а затем, взмахнув мощными красивыми крыльями, резко устремился вверх, чтобы потом камнем ухнуть вниз, создавая вокруг себя тучу брызг. Хорошо, что я стояла далеко и мое платье не намокло.

Для раненого он выглядел слишком бодрым.

Это было… невероятное… великолепное зрелище. Я с восторгом наблюдала за купанием птицы, и когда через некоторое время мой непрошенный гость оказался на суше, то его тело заволокло сизой дымкой.

Поистине волшебное грациозное создание. Даже страх исчез. Животноптиц оставался на месте у самого берега и уставился на меня немигающим взглядом. Перья приобрели блеск и сейчас отливали цветом мокрого асфальта. Обойдя по кругу, не увидела больше телесных повреждений, а выщипанные перья снова оказались на месте. Чудеса магии? Он сам себя излечил! Невероятно! Вот и я бы так хотела.

Расправив крылья, он позволил мне к ним прикоснуться. Нежные, шелковистые и приятные на ощупь. У гарпии они были жесткие, как стальные лезвия.

— Откуда же ты тут взялся? — спросила скорее у себя, чем у него.

Животноптиц взмахнул крыльями, отчего я испуганно отшатнулась. Напугал, но вреда не причинил, даже вылечил.

Я так устала от всего в этом мире. Боль, предательство, обвинения, ложь — все это нависло надо мной черной тучей.

Всхлипнула, не сумев сдержать слезы. Да я в своей прошлой жизни всего дважды плакала, когда меня вышвырнули из дома после аварии, и когда я прощалась со своими друзьями. Здесь же что-то слишком много я стала лить слез.

Животноптиц непонимающе смотрел на меня и тихо щелкал клювом, будто пытался что-то сказать, а потом обвил меня крылом и прижал к своей мощной звериной груди. Стало тепло и уютно. Дожилась, ищу утешения и жалости у непонятного существа.

А затем я снова услышала этот скрипящий, заискрившийся звук в воздухе. Животноптиц напрягся, ощерился, а после одним махом откинул меня в сторону.

Чччерт. Больно ударившись спиной о стену грота, бессильно застонала, не сразу заметив, что у нас прибавление.

Я во все глаза смотрела на пятерых гарпий в руках которых были огромные огненные шары. Одно движение и смерть сорвется с пальцев этих … магов. Хорошо, что Вардека здесь не было, но чувствую левой пяткой, что это его прихвостни. Зачем им понадобился мой утешитель?

Животноптиц же стоял напротив широко распахнув крылья, готовый в любую минуту взлететь.

Время, словно застыло, прекратив свой бег. Непримиримые враги сверлили друг друга взглядами.

— Ай-я-яй нехорошо прятаться, — ядовито протянул один из гарпий, делая плавное движение вперед. — Зря ты ушел от своих, может дольше бы продержался, а так… — и на этих словах он первым бросил огненный шар, словно давал сигнал атаки остальным.

На миг грот ослепило яркой вспышкой, а маги недоуменно смотрели на вполне живого и невредимого животноптица, вокруг которого сформировалась прозрачная сфера. Именно сейчас она поглощала остатки огня.

— Ублюдок! — и снова в руках магов появился огонь, но уже не в виде шара, а в виде стрел, лассо и даже меча. Виды оружия менялись на глазах. Один пытался накинуть огненный аркан на шею животноптица. Второй подбирался сзади, целясь стрелой в спину. Третий бросал нескончаемые метательные кольца — чакра, отвлекая внимание моего гостя на собственную защиту. Четвертый, достав неизвестно откуда книгу, стал нараспев читать незнакомые слова, а пятый, приложив руки к земле, прикрыл глаза.

Началось самое настоящее землетрясение. Маг земли? Вот урод. Сталагмиты и сталактиты, не выдержав такой тряски, острыми копьями падали вниз. Защита магов и животноптица спасала их от падений острых каменных стрел, но не меня.

Я сидела мышкой, плотно прилипнув к стене и не отсвечивала. Не дай Боже зацепят. От меня мокрого места не останется.

Дзынь… и возле меня тоже начали падать «камни с неба». Некуда бежать и спрятаться негде. Не могли они найти другое место для битвы? Я хочу жить.

Воду в озере тоже не оставили в покое и тот, который решил почитать, взмахнул вверх руками, отчего волна, набирающая обороты обрушилась на бедную птичку с туловищем зверя, отбросив того в сторону. Послышался хруст, треск, а затем эта пятерка идиотов, одновременно направили на обессиленное тело животноптица свою магию. Жертва заорала настолько сильно, насколько это было возможно птице. Мне казалось, что и я разделяю с ним эту невыносимую боль. Я молча рыдала, наблюдая за убийством моего незваного гостя.

Откуда только силы взялись у птички, но он продолжал удерживать уже тонкий щит, медленно поднимаясь на ноги. Одна из метательных чакр сумела пробраться под защиту и отрезать в полете часть перьев от крыла.

Повторный болезненный клекот животноптица и отвратительный хохот гарпий. Они наслаждались, упивались своим величием и силой, уничтожая слабого, а я ничем не могла помочь.

Мне было жаль его. Я понимала, что это действительно его конец.

Это была не просто драка, а настоящий бой на смерть. Из последних сил животноптиц отбивался, награждая магов пламенем из «пасти».

Видимо маги расслабились, уверенные в своей победе, так как один из них глупо подставился, на секунду обернувшись и встретившись со мной глазами. У меня сердце в пятки ушло от этого холодного, ледяного взгляда. Именно в этом и была его ошибка…

Запахло жаренным… мясом. Маг вспыхнул как спичка, осыпаясь пеплом на выжженную от боя траву, не успев сообщить обо мне. Вот только я сама себя выдала, не сумев сдержаться.

Начало подташнивать. Рвотные позывы подступали к горлу. Меня вывернуло на землю, чем я и привлекла всеобщее внимание.

Засада.

— Декстер, — крикнул маг. — Разберись, — это со мной, что ли собрались разбираться?

Декстер бросил на меня презрительный взгляд с отвратительной ядовитой усмешкой.

Животноптиц заметив перестановку сил, яростно заклекотал и стал с утроенной силой атаковать врага, пытаясь прорваться ко мне. Откуда только силы взялись? Но маги отвлекали, не позволяя приблизиться. Животноптиц опоздал на доли секунды, так как с пальцев Декстера слетела огненная сфера. Одновременно произошло три вещи: летящий в меня огонь, прозрачная сеть от животноптица и быстро сворачиваемые мной в клубок нити перехода. Адреналин взял свое и я, отдав последние силы, шагнула снова в неизвестность.

Мне повезло. Я смогла в который раз отвоевать свою жизнь, буквально вырвав ее из лап смерти.

Глава 10

— Деточка, ну приходи же в себя, — услышала над головой старческий голос, явно принадлежавший женщине.

— О, моя голова, — еле слышно простонала я. Голова вот-вот взорвется.

Глаза открывать не хотелось, но собственное местоположение интересовало сейчас больше всего.

Куда же на этот раз меня выбросило?

Веки налились свинцом, но с трудом я все-таки смогла открыть глаза и осмотреться.

Первое, что увидела — это старое сморщенное лицо старушки с искривленным длинным носом и большой бородавкой на носу. Скрюченные пальцы не по-старчески сильно и умело растирали мои запястья. Я дрожала от холода, а одежда вся была мокрой и неприятно липла к телу.

Где-то недалеко шумела вода, и казалось, что она бурным поток мчится по своему курсу.

— Очнулась, — улыбнулась по-доброму женщина и помогла мне подняться.

Села, изумленно уставившись на огромный водопад. Именно он издавал этот шум. Вода стремительно падала вниз, «разбиваясь» о поверхность.

— Деточка, что же это ты такая молодая и решила свести счеты с жизнью? — укоризненно заметила женщина. — Тебе еще жить и жить, а ты вот так легко с ней решила расстаться.

Я сначала не сообразила, что это в принципе говорят обо мне и когда смысл слов дошел до меня, шокировано уставилась на женщину.

— Я не собиралась топиться, — прохрипела я.

Она скептически на меня посмотрела.

— Конечно, конечно, — сделала вид, что поверила. — Я тебя еле вытащила из того потока. Все свои магические силы отдала. Нет проблем, которые невозможно решить, но не таким кардинальным способом.

— Спасибо, — хрипло поблагодарила женщину.

Вижу, что разуверить ее пока не получится, поэтому ничего говорить не буду.

Вот и выяснилось, куда меня выбросило. Если бы не эта милая старушка, то кормить мне рыбок на дне речном. Оказывается, мои переходы в никуда очень опасны. Нервно сглотнула. Нет, нужно завязывать с этими прыжками, иначе в следующий раз могу оказаться в жерле вулкана или разбиться о скалы.

— Я не знаю, что у тебя стряслось, — прищурилась старушка, окинув меня очень мудрым взглядом. — Но живи назло врагам своим, — очень дельный совет.

— Меня выбросило переносом сюда, — решила открыть немного правды.

Старушка, кряхтя, поднялась на ноги и подала мне руку. Я схватилась за нее, возвращая себе вертикальное положение.

— Какие нынче телепортисты криворукие, — проворчала женщина, посмотрев на смертельный поток водопада. — Они же тебя чуть не угробили.

— Спасибо, что спасли меня, — я крепко обняла женщину.

Для меня такие порывы не свойственны с незнакомыми людьми, а здесь… прорвало. Накопилось. Я могла погибнуть, если бы не доброта этой старушки.

— Ну все, все хватит, — она успокаивающе гладила меня по спине, а я впервые поняла, что меня никогда так тепло не обнимали и не прижимали к себе. От родителей ласки не дождешься, а вот совершенно чужой человек…

Да, человеческая натура слишком непредсказуема.

— Простите, — что-то я совсем расклеилась.

— Пойдем деточка ко мне, — не дожидаясь моего ответа, бабуля подхватила корзинку с водорослями и потянула меня вглубь хвойного леса.

Оказалось, что эта женщина местная знахарка и в реке собирала какие-то редкие водоросли. Именно в них она меня и обнаружила. Даже с нашим эликсиром жизни мы долго не умеем находиться под водой без специальной экипировки. Если бы не случайность, то в тех водорослях я бы и осталась, но старушка вовремя меня заметила и сумела вытащить из воды. Только с чего она взяла, что я решила свести счеты с жизнью? Это конечно все нелепая случайность, но все же? Этот вопрос я и задала Магдалене.

— Я видела, как ты летела с водопада и никакой воронки портала не увидела, — то есть она стала свидетельницей непосредственно моего переноса, который решил выбросить меня именно здесь.

— Воронка? — переспросила я.

— Да, это яркие разноцветные сгустки плотности воздуха, но их я не увидела, поэтому и говорю, что нынче криворукие маги пошли. Ничего нормально сделать не могут, — здесь Магдалена перешла в элементарное старческое ворчание. — Эх, где мои двести лет, — с тоской вздохнула она.

— А Вам сейчас сколько?

— Шестьсот сорок три года деточка, — улыбнулась Магдалена. — Это уже мой закат. Маги хоть и долгожители, но все зависит от уровня их силы. Я всего лишь слабенький целитель и скоро мой век закончится.

— То есть, если маг сильный, то и жить будет дольше? — не удержалась я от вопроса.

— Конечно, — кивнула она. — Продолжительность мага со средней силой достигает до двух, а то и трех тысяч лет, а более сильные, те которые могут сливаться с этим миром, доживают даже до десяти тысяч. Рубеж слабого мага пятьсот лет, но я пока еще держусь, хотя чувствую, что недолго осталось, — вот это да! Мне жизнь удлинил эликсир вечной молодости и умру я только от несчастного случая или насильственной смерти, ну или если просто устану жить и решусь действительно покончить собой, а у них вместо эликсира магия! Невероятно! Это все будто сказка! — Но в тебе нет магии, поэтому твой максимум лет сто, — а вот жалеть меня не надо. Я еще всех вас переживу, если меня не убьют раньше времени. — Это если о простых людях, но есть и другие расы, которые благодаря своей второй сущности обретают свое бессмертие, но за это им приходиться очень дорого платить.

— Чем же? — чем вот, например, гарпия будет расплачиваться?

— У них очень маленькая рождаемость потомства, — пояснила она. — Поэтому они живут обособленно и берегут своих детей, охраняют свои территории. С ними даже самым сильным магам невозможно справиться. Если родится один ребенок в сто лет, то это большое счастье. Но вот почему ты об этом ничего не знаешь? — тут она посмотрела на меня с подозрительностью. Пришлось сочинять на ходу.

— Понимаете, — я нервно стала заламывать пальцы. Нельзя, чтобы кто-то догадался о моем иномирном происхождении. — При переходе я, наверное, немного потеряла память и некоторые вещи просто стерлись. Хорошо хоть имя помню.

— Это и неудивительно, при таком то криворуком портале, — и чем ей так эти портальщики не угодили? — Но ничего, отдохнешь, оклемаешься и все вспомнишь.

— Тоже надеюсь на это, — пробормотала в ответ. Нужно быть осторожной в своих вопросах.

— Если имя помнишь, значит и все остальное скоро вернется в твою головку, — криво улыбнулась она. Мне бы свое имя теперь удачно устроить в этом мире.

Мы шли по хорошо протоптанной тропинке. За разговором я совершенно не заметила, как мы вышли из леса и сейчас шли по полю с ярко зеленой травой. Так необычно и завораживающе. Я ведь до сих пор толком ничего не видела, а здесь… здесь дышится свободно. Очень остро ощущается другой мир и удивительные жители, населяющие его. И пусть гарпии вредные и подлые существа, но и они важны для этого мира. Мне просто нужно научиться сосуществовать рядом с местными аборигенами. Сомневаюсь, что до конца вольюсь в это общество магии и волшебства, но выбор у меня только один — ЖИТЬ!

Я хотела помочь понести корзинку с добытыми водорослями, но Магдалена шикнула на меня и свое добро не отдала, сказав, что я слишком слаба после перехода.

От Магдалены не укрылись мои босые ноги, пришлось опять все сваливать на портал, который и вещи мои по пути растерял.

— Хорошо, что тебя еще цельной выпустил, а то собирали бы твои ошметки по всему миру, — хохотнула знахарка. А мне она уже нравиться. Черный юмор всегда актуален, правда его мало кто понимает, но все же…

Поселок был небольшим и состоял всего из ста тридцати восьми домов. Деревянные срубы были все двухэтажные с красивыми раскидистыми садами. Население любило свои дома и ухаживало за ними хорошо. Это видно невооруженным взглядом. Чисто, уютно и я бы не отказалась здесь жить. Люди приветливые, чего я очень давно не наблюдала. Здесь все всех знали. Неудивительно, что едва мы ступили на улицы деревеньки, как Магдалене многие кивали в знак приветствия, а некоторые даже интересовались мной.

— Внучка моя, — беззлобно отвечала Магдалена. — Проездом, — и все. Этого ответа было достаточно, так как с народа спадала вся настороженность, хотя они и переводили свои недоуменные взгляды с меня на нее. Общего у нас, как у коня с тюленем, да и мой внешний вид оставлял желать лучшего. Если внучка, то почему без багажа, да еще мокрая и босая? — У нас не жалуют чужаков, — шепотом проговорила она. — Я приезжая и живу здесь последние сто сорок лет. О себе я рассказывала мало, поэтому проверить никто ничего не сможет, но местному старосте тебя нужно будет показать, — задумчиво протянула она, а я поняла, что меня взяли под негласную опеку. Я не против. Пока мне ничего не угрожает, попробую обосноваться здесь, правда не представляю чем мне заниматься.

— Ага, — кивнула я заторможено.

— В тебе нет магии, — продолжала шептать Магдалена. И вот вопрос, как они так быстро все это узнают.

— С чего Вы взяли? — а вот и не буду сразу соглашаться с этим фактом.

— Видишь ли деточка, — широко улыбнулась Магдалена, отчего ее острый крючковатый нос задел верхнюю губу. — Маг, обладающий стихией имеет свою особенную ауру.

— Это как? — удивленно вскинула брови на знахарку.

— Маги имеют очень яркую разноцветную окраску ауры, а у тебя она обычная серая, как у людей, не имеющих ничего общего с магией, то есть лишенцы, — и снова прозвучала жалость.

— Ясно, — понятно, почему Вардек так точно и сразу все определил. Маги видят невооруженным взглядом.

— Хотя в твоей ауре я вижу некоторые проблески золота, но все равно они не имеют отношения к магической силе. Это что-то другое.

Больше я ничего не стала спрашивать, да и мы уже видимо пришли.

Дом Магдалены был весь укрыт разными цветами, но они не раздражали глаз, а наоборот притягивали взгляд. Очень тонко и искусно подобраны сорта живых цветов, украшающих стены. Знахарка поднесла ладонь к воротам и прикоснулась к ним ладонью, отчего по ней прошла искра.

— Защита дома, — зачем-то пояснила старушка и ступила на свою территорию.

Двор весь покрыт мелкой мягкой травкой и мои израненные ноги после продолжительного пути буквально наслаждались «бархатом» этой удивительной травы.

Не успели мы дойти до дверей дома, как к нам навстречу вылетело непонятное мохнатое большое животное с длиннющим языком, вывалившимся из пасти. Длинная тягучая прозрачная слюна щедро капала на траву. Черт, не время брезгливости, но я непроизвольно скривилась.

Если честно, то я думала, что нас съедят на месте, так как распахнутые большие круглые как блюдца глаза буквально поедали Магдалену, а она, опустив корзинку с водорослями на землю, широко раскрыв руки, ласково спросила:

— Смелый неужели соскучился? — Смелый радостно тявкнул, резко притормозив, стал ластиться к ногам женщины. И пусть у нее внешность пугающая, но в душе эта старушка очень добрая. Ведь невозможно сыграть любовь к зверю. — Смелый это Владлена и она пока будет жить с нами, — теперь Смелый перевел очень умный взгляд на меня и отойдя от хозяйки подошел ко мне, принюхиваясь. Напряглась, не зная чего ожидать от местного зверья, но Смелый уткнулся холодным носом в мои ступни и, вздрогнув, скуля, стал пятиться от меня. В глазах этого животного плескался ужас. Не поняла?

— Что с ним? — шепотом спросила я, наблюдая за тем, как этот зверь, бросив свою хозяйку, скрылся за углом дома, жалобно скуля.

— Не знаю, — так же ответила Магдалена. — Шииты практически никого не боятся, кроме гарпий и грифонов, но что тех, что других в наших местах уже давно не водилось, — ох ты ж черт! Неужели Смелый ощутил на мне запах гарпии? Но я ведь мылась, да и водопад должен был смыть с меня любое чужое прикасание, но каким-то образом шиит почувствовал гарпию.

— Магдалена, дело в том, что я сбежала от гарпии, но не думала, что на мне будет его запах.

— Вот ведь паршивцы! Значит, на тебе стоит его метка, и он сможет найти тебя везде, — что? А вот этого я не знала. Это очень плохо. Когда только успел? — Его запах метки простой водой не смыть, — вот значит как? — Поэтому портал криворукий? Времени не было для настройки? — я кивнула. — Они запахи очень хорошо различают на многие километры и если он где-то поблизости, то нужно ждать гостей.

— Простите, — уходить не хотелось, но я понимаю, что не могу подвергать их опасности.

Я стала пятиться назад, так и не переступив порог гостеприимного дома.

— Ты куда? — Магдалена смотрела на меня недоуменно.

— Мне лучше уйти, ведь если он меня отыщет, то…

— То не найдет, — перебила меня старушка. — Я хоть знахарка и слабая, но и у меня кое-что имеется из запасов.

— Вы уверены? — я вот лично сомневалась, а ждать Вардека в гости совершенно не хотелось. Единственное на что была надежда, так это на то, чтобы он просто обо мне забыл и не стал искать.

— У меня большой опыт по этой части, — заговорщицки протянула женщина. — Или думаешь, я по своей воле живу в этом забытом месте, где новых людей не было последние лет тридцать? — теперь я посмотрела на нее более внимательно и первое что заметила, так это несгибаемость, упорство и твердость характера. — Но об этом тебе лучше не знать, как и я не буду спрашивать тебя о гарпии, и почему он решил поставить метку на простую человеческую девчонку. Я слабенький эмпат, но зло смогу рассмотреть очень хорошо. В тебе я его не вижу.

— Вы поэтому мне помогли?

— Мне тоже когда-то помогли, а я считай, просто отдала свой долг, — неоднозначно ответила она и прошла в дом. Я за ней.

Мне выделили небольшую комнату на втором этаже деревянного сруба, где было очень уютно и комфортно, хоть и непривычно. Полуторная кровать с высокой периной, застеленной красивым покрывалом из цветов. Ручная работа вышивки и у нас на Земле стоила сумасшедших денег, а здесь все это внедрено в простой интерьер без шика и блеска. Платяной шкаф гармонично стоял у стены. Одинокое плетеное кресло-качалка расположилось возле низкого столика у огромного окна, из которого открывался вид на поселок, где сновали его жители.

Магдалена в силу своего возраста перебралась на первый этаж. Там она благополучно проживала последние пятьдесят лет своей жизни, а самое удивительное то, что комната была хоть и не обжита, но чистой. Как сообщила знахарка, то бытовой магией могут владеть и самые слабые колдуньи. Их чаще всего приглашают в прислуги, где они следят за чистотой и порядком в доме.

— Владлена! — услышала я громкий голос за дверью. — Хватит отмокать, выходи.

Я лежала в ванной и банально рефлексировала. Кстати ванная одна и находится она на первом этаже, но хорошо, что подача воды идет магически и не нужно ведрами ее носить. Вроде бы такие маленькие удобства, а счастья дают очень много.

Хлопковая рубаха грубого покроя была на меня велика. Это и неудивительно, ведь Магдалена была крупнее и выше меня, но я и этому благодарна. Меня просто тошнит уже от моего порванного платья.

Мне повезло? Мне невероятно повезло встретить Магдалену.

Пока я отмокала в горячей воде, знахарка всерьез занялась моей проблемой, а именно сокрытием запаха.

— Если метку не подпитывать, то она должна уменьшить свое воздействие, где-то через полтора месяца, — объясняла Магдалена. — Смелый ее очень остро почувствовал, поэтому она еще совсем свежая.

— Около недели ей, — я потерялась в днях. Сначала Источник, затем трактир, потом эшафот, а следом горы и непонятный грот. Может меньше может больше, но за всеми этими событиями я реально потерялась в днях.

— Тогда понятно, — кивнула старушка. — Хорошо, что тебя нашла я, так как через декаду ее аромат усилится и тогда тебя точно быстро отыщут, — что? Но Магдалена же говорила, что метка пойдет на спад, чем я и поинтересовалась. — Активная фаза наступает через пятнадцать — двадцать дней и метки эти считаются брачными.

— Час от часу не легче, — простонала я, тяжело опускаясь на табурет.

— Ты не знала?

— Я же говорю, меня собирались пустить на опыты.

— На что? — не поняла знахарка.

— Меня собрались исследовать, вот только сомневаюсь, что после таких экспериментов я останусь жива. Да и замуж меня никто не звал, но я бы и сама не пошла за него, — хотелось просто прибить Вардека за его идиотское самоуправство.

— Ну, я тоже никогда не слышала, чтобы гарпии или грифоны женились на людях, тем более на людях кто полностью лишен магической силы, поэтому это и странно, — Магдалена протянула мне небольшой мешочек, где обнаружилась плоская баночка с чем-то дурно пахнущим. — Эта мазь напрочь отобьет любой запах.

— Неудивительно, ведь от него и обычные люди будут обходить меня стороной, — хохотнула я, но чего не сделаешь ради собственной защиты. Запах отвратительный. Надеюсь, я не задохнусь от собственного аромата.

— Шутишь, а это уже хороший признак, — улыбнулась в ответ Магдалена. — Но при контакте с кожей, запах будет полностью отсутствовать, — я недоуменно посмотрела на женщину. — В смысле от тебя не будет вообще ничем пахнуть.

— Я даже не знаю, как Вас отблагодарить за такую доброту, — как же я соскучилась по искренности и порядочности человеческих качеств.

— Не попадись своему гарпии и просто живи, — улыбнулась она. — Но надеюсь, прежде чем ты покинешь мой дом, то немного погостишь у меня.

— Я бы с радостью осталась здесь, — мне не терпелось втереть в кожу мазь. Хочется наконец-то почувствовать себя в безопасности.

— Осталась бы, но не останешься, — как-то грустно заметила она.

— Почему?

— Я уверена ты приспособишься ко всему, но мне кажется, что твой путь в нашей Бородянке не закончится. Он только начинается.

Глава 11

Староста деревни Диорис не стал дожидаться того, что Магдалена придет к нему меня представлять, а сам заявился к нам через трое суток. Все-таки всем любопытно посмотреть на нового человека.

В это время я была на заднем дворе и пыталась подружиться со Смелым. Хорошо, что Магдалена оказалась права и при взаимодействии с кожей убийственный «аромат» исчезал вместе с моим родным запахом и меткой гарпии. Я вообще ничем не должна пахнуть. Мазь дает именно такой эффект. Даже на волосы пришлось ее нанести. В итоге получилась «зализанная» тощая девица с худющим лицом и станом. Мда… вид будто бы на меня вылили банку геля для волос. Пришлось аккуратно собирать свои волосы в куцый хвостик.

Так что мы со Смелым знакомились заново и скажу честно… мне нравилось.

Мне нравится эта беззаботность, тишина и покой без городской суеты, интриг, жажды обладания и наживы. В Бородянке живут все в мире и согласии, что меня очень сильно удивило. Ведь так не бывает. А как же человеческие пороки? Но в Бородянке словно никто о них не слышал и не знал. Чувство, что это вообще какой-то другой параллельный мир, а не мир магии Мидаран. И Магдалена говорит, что я откажусь здесь остаться? ДА НИ ЗА ЧТО! Если и существует рай на земле, то это именно Бородянка.

За эти сутки к нам, наверное, переходил весь поселок и у всех были очень веские причины прийти. У кого зуб разболелся, у кого голова, а кто-то порезался, но цель у всех была одна — ЛЮБОПЫТСТВО! Им очень хотелось посмотреть на нового человека. Я улыбалась и помогала (принеси, подай) Магдалене «лечить» жителей поселка. И что удивительно все улыбались мне добродушно и такие эмоции невозможно подделать.

— Пойдем завтра к реке, — предложил паренек лет восемнадцати.

Короткий белый «ежик» юноши торчал во все стороны, а еще угловатое подростковое тело неуклюже стояло в дверях дома. Я отметила, что люди этого мира все очень крупные и высокие как женщины, так и мужчины, поэтому и Арий возвышался надо мной на целых две головы.

Это меня так на свидание зовут? Как давно это было, да и чаще всего это я всегда брала в оборот понравившегося мне мужчину, а дочке маршала президента не отказывают. Но, как оказывается приятно, когда тебе уделяют внимание просто так, потому что ты есть, а не потому, что у тебя огромные связи.

— Может быть в другой раз, — подмигнула Арию, не совсем отказывая. Меня гарпий ищет и высовываться сейчас очень рискованно, хоть «ароматом» и скрыта метка. Вот через пару месяцев я согласна на прогулку, а не на свидание. Он хороший, они все здесь очень хорошие и злоупотреблять их доверием я не хочу. — Я же только приехала, и мы еще успеем погулять. Да и за «бабулей» я соскучилась.

— Ловлю на слове, — хохотнул парень и скрылся из дома, как вихрь.

Вот и староста с Магдаленой идут в мою сторону, а я напряглась. Слишком серьезным выглядел Диорис. На вид ему было лет пятьдесят, а на самом деле и не предположу сколько. Тоже весь жилистый, подтянутый и очень симпатичный. Слишком мудрый взгляд и статная осанка. Этот человек уверен в себе.

— Владлена, — окликнула меня Магдалена.

Я поднялась с травы, а Смелый встал рядом со мной, беззаботно вихляя хвостом, вывалив из пасти язык.

— Бабушка? — вопросительно посмотрела на знахарку. Нужно же поддерживать легенду. Она лишь улыбнулась на мое к ней обращение.

— Дорогая, как ты? — что за вопрос?

— Нормально, — осторожно ответила я.

— Лея Владлена, — обратился ко мне староста. — Я очень рад, что теперь Магдалена не одна, — и тут его губы растянулись в отеческой улыбке, отчего на сердце сразу полегчало, а охватившее меня напряжение отпустило. Интересно, что рассказала обо мне Магдалена? — Мне очень жаль, что ваши родители погибли, но то что Вы решили вернуться к бабушке очень мудрое решение. Уверен, у нас вам понравится, — э… гибель родителей? Они живее всех живых, если космос их не уничтожил и уж точно не переживали бы о моей кончине. У них вообще отсутствовал родительский инстинкт. Тут, по сути, чужие люди лучше относятся ко мне, нежели родные отец с матерью. Судьба очень непредсказуема.

— Благодарю лей Диорис. Вы очень добры ко мне, — я подошла к Магдалене и крепко ее обняла. — О лучшей бабушке не стоило и мечтать.

— Обживайся и отдыхай, — напутствовал Диорис и кивнув Магдалене, пошел прочь со двора.

— Магдалена Вы самая лучшая женщина, — жизнь действительно преподносит нам сюрпризы. — Что Вы ему обо мне рассказали?

— Чуточку правды, приправленной толикой поверхностной лжи, — улыбнулась знахарка. — Сказала, что твоих родителей убили, а тебя попытались пленить, но ты чудом сбежала и отыскала меня.

— И он поверил?

— У него не было другого выхода. Со мной им не с руки ссориться, а за все это время проживания в Бородянке не было ни единой тени на мою репутацию, поэтому он проглотил мою маленькую ложь.

— Я даже не знаю, как Вас отблагодарить, — второй раз я снова в растерянности.

— Ты повторяешься, — засмеялась Магдалена. — Здесь скучная размеренная жизнь. С твоим появлением появилось немного разнообразия, а если серьезно, то мой ответ все тот же — я с радостью насолю гарпиям. Слишком зарвались эти мерзавцы.

Так и потянулись мои будни. Я набиралась сил, отходила от событий, связанных с Вардеком и просто наслаждалась жизнью. Иногда с Магдаленой мы выбирались в лес за травами, и она очень подробно рассказывала, что и для чего нужно. Мне все было интересно и в новинку. Даже на планетах с обширной растительн6остью никто и никогда не занимался сбором трав. Оказывается ими можно лечить, не прибегая к магическим заговорам. Невероятно!

О Вардеке ничего не было слышно, и я расслабилась. Мазью, сбивающей запах, я все также продолжала пользоваться. Надеюсь, что он бросил идею моих поисков и улетел восвояси. Если честно, сомневаюсь что «великий и ужасный» будет до сих пор меня ловить, хотя этот гарпий был слишком целеустремленным. Даже в Источник решил сунуться, а я получается оставила его с носом.

Прошла не одна неделя моего пребывания в этом маленьком, но таком чудесном, тихом, спокойном раю. Я даже округлилась в нужных местах. Появился румянец, похорошела. Вот что значит спокойная размеренная жизнь без тревог и волнений. Сейчас, сидя в беседке, играя со Смелым, невольно вспомнилось все то, что со мной случилось в этом мире.

Почему-то вспомнился тот мужчина со шрамом, к которому я так неуклюже попала ночью в трактире, когда сбегала от Вардека. Он ведь действительно помог незнакомой девчонке, даже не разобравшись, что к чему. Вдруг я убийца или воровка и меня не просто так ищут, но нет, он тогда поступил именно благородно. А ведь Вардек его убил наверняка. Этот циничный гад, который виновен в смерти собственного ребенка ни перед чем не остановится. Я бы его не просто прокляла, а отправила его душу мучиться, сгорать заживо в огне и заново возрождаться. И так по бесконечному кругу. Ту ведьму жалко, но одного не понимаю, на что рассчитывала молодая колдунья, связываясь с гарпией? Насколько я поняла Магдалену, расы обладающие двумя формами собственного тела, никогда не женятся на простых человечках пусть и с очень мощным магическим даром.

Воспоминания прервались взволнованным запыхавшимся голосом Магдалены.

— Быстро собирайся, — приказала обеспокоенная женщина.

— Что случилось?

— Тебе больше небезопасно здесь находиться, — Магдалена потащила меня в дом, на ходу рассказывая свое беспокойство. Она стала стремительно складывать продукты в мешок. — В соседнем поселении видели гарпий и они ищут тебя.

— Что? Но как? Неужели по метке?

— Не знаю, но Диорису уже пришло твое внешнее описание и сейчас я должна отвести тебя к нему, — не понимаю, почему снова? Почему, как только ощутила спокойствие мне снова нужно куда-то бежать? Проклятый Вардек. — Не переживай, я тебя им не отдам. У меня есть готовый настроенный телепорт, — ее старость казалось, отступила и она бросилась в соседнюю комнату за вещами. — Он был оставлен для меня на черный день, но я свою жизнь уже отжила и не боюсь смерти, а твою могу спасти, поэтому вот, — и мне в руки упал круглый стеклянный шар. — Разобьешь его и вступишь в портал. Он должен перенести тебя на окраину Велистара. Там тебе будет проще затеряться среди жителей города, но не знаю, насколько долго ты сможешь скрываться от гарпий. Лучше бы тебе покинуть наш континент. Велистар портовый город и оттуда тебе можно уплыть на фрегате на любой остров. Не думаю, что он тебя будет искать там.

— Спасибо, — я крепко обняла Магдалену и поспешила на второй этаж собирать свои немногочисленные вещи. Снова кто-то рискует вместо меня.

— И еще, — у меня в руках была небольшая котомка. — Я очень рада, что встретилась с тобой.

— Я тоже, — я вытащила из-за пазухи один из камней и вложила в ладони Магдалены. Это малое что я могу для нее сделать.

— Откуда? — шокировано выдохнула знахарка, потрясенно разглядывая гарпийское сокровище.

— Одно время он был добр ко мне, — грустно улыбнулась я.

— Тебе это нужнее, поэтому забери обратно, — но я лишь покачала головой.

— Нет, у меня есть еще, а мне будет приятно, что я хоть так смогу Вас отблагодарить.

— Ох деточка, — воскликнула растроганная женщина. — Как все закончится навести свою старую бабушку.

— Обязательно, — улыбнулась я. — Можно вопрос?

Мы стояли посреди кухни и крепко обнялись. В запасе есть не больше десяти минут, и надеюсь, пока к нам нагрянет староста, я смогу узнать ее секрет.

— Спрашивай.

— За что Вы ненавидите гарпий?

Да помню, что она просила не спрашивать, но такую ненависть я не видела давно.

— Он стал причиной смерти моей подруги, моей названой сестры, — и столько муки в ее голосе, что я непроизвольно вздрогнула. — Мы были одними из самых сильных ведьм, — начала она свой печальный рассказ. — У нас вся жизнь была впереди. Молоды, красивы, могущественны, пока на горизонте не появились гарпии, вернее гарпий князь Си Де Рангос — красивый, статный, дерзкий, наглый, — это точно похоже под описание гарпия. — Он великолепно пользовался своим обаянием, внешностью и Рената пала под его чары. Мы прекрасно осведомлены, что все двуипостасные женятся на себе подобных, так как бессмертны, а с нами магами могут только ночи проводить, но Рената влюбилась впервые в жизни и была ослеплена этими чувствами. Она не слышала меня, и мы очень сильно поругались. Я бросила ее. Уехала, разозлившись на эту глупую ведьму. У них не было бы будущего, лишь жалкие встречи, — а я кажется, начала кое-что понимать и мне это не нравилось. — Спустя пять месяцев она написала мне, что беременна. Простила меня и хочет поделиться со мной своей радостью и тогда я поверила ей, — снова горечь и тоска в голосе. — Поверила, что может пару тысяч счастливых лет жизни у них все-таки есть, ведь гарпии очень бережно относятся к своему потомству, а с учетом их редкой рождаемости беременность Ренаты была чудом, но как же я ошибалась, — я подошла к Магдалене и крепко обняла ее. Кажется, сейчас будет именно тот момент, почему это случилось с ними, и почему сила Магдалены почти оставила ее, превратив в старуху. — Я приехала слишком поздно, — всхлипнула женщина. — Если бы не моя гордыня и глупая обида, то я бы смогла ее спасти, приехав, как только получила то письмо. Вардек Си Де Рангос жестоко избил Ренату, спровоцировав выкидыш. Она не смогла пережить этого предательства и покончила собой на моих глазах, бросая в эту тварь предсмертное проклятье. Единственное, что я могла сделать, так это усилить проклятье своей магией, практически полностью отдавая свою силу. Его внутреннее уродство полностью вылезло наружу, уничтожив некогда прекрасный облик князя. И вот тогда я сбежала, ведь понимала, что мне не выстоять перед его силой. Пусть он потерял внешность, но магом был сильным. Утратив свою магию, я потеряла и долгожительство. За эти сто сорок лет сильно постарела, да и откат от проклятия был сильным, изуродовав и мою внешность. Это побочный эффект и ничего общего с моим внутренним миром не имеет.

— Я знаю. Вы самая добрая женщина, которая встретилась у меня на пути, — и как ей сказать, что это Вардек меня преследует. По сути, я помогла ему избавиться от проклятья? Если бы я только знала, а так…

— Я сбежала, полностью заметая следы, — продолжила рассказ Магдалена. — С тех пор я и живу здесь, но как добиралась сюда это отдельная история, на которую уже нет времени.

— Магдалена это Вардек меня преследует. Он снял проклятье, обратившись к Источнику, а я по своей глупости ему помогла, так как я даже не подозревала, кого вытащила из ламий, — ну вот сказала. Отошла от женщины, зажмурив глаза, боясь осуждения.

— Ты не виновата, — горько хмыкнула Магдалена. — Жаль конечно и Ренату уже не вернешь, но все происходит так как и должно быть, а сейчас разбивай телепорт и уходи отсюда, а я встречусь со своим прошлым.

— Пойдемте со мной, — позвала я эту храбрую сильную женщину. — Мы сможем вместе уйти.

— Нет, пора встретится лицом к лицу с этой тварью. Смертью меня больше не испугаешь, а жизнь моя прожита достойно.

— Спасибо Вам огромное и берегите себя, — хоть это звучит и абсурдно в сложившийся ситуации, но каждый делает свой выбор сам и я не в праве за это осуждать. Вижу по ее горящим глазам, что Магдалена действительно готова встретиться со своим прошлым. Ей нужно это. — И я надеюсь, что мы еще встретимся.

Прикрыв глаза, я потянулась к нитям, словно зная, что делать. Я не оставлю ее беспомощной перед лицом смерти. Все произошло за считанные секунды. Я разбила телепорт, и буквально насильно вплела яркие разноцветные нити в ауру Магдалены, наполняя ее силой, отчего морщины на лице знахарки стали разглаживаться, а сама старушка стала будто бы выше.

— Владлена? — удивленно шокировано воскликнула теперь снова сильная ведьма, но ее изумление потерялось в пространстве портала.

Я отдала свой долг. Я теперь за нее спокойна. Во мне нет магии, но по какому-то стечению обстоятельств я умею ею управлять!

Глава 12

— Вау! — это первое, что я выдала, едва оказалась прямо посреди улицы Велистара. Чем дальше я шла, тем сильнее поражалась красоте и необычности этого города. В своей жизни я успела повидать очень много, но архитектура и месторасположение Велистара поражали.

Мегаполис — именно так бы я охарактеризовала его. Не Бородянка, не тот городок, где меня пытались предать огню, как самую ярую и злостную преступницу и даже не то место, где был трактир, куда мы попали с гарпией после Долины Смерти — ничто не могло сравниться с величием и мощью этого прекрасного портового города!

Велистар раскинулся на холмистой местности, поэтому не удивительно, что все дороги здесь были вымощены каменной брусчаткой, а в некоторых местах и разноцветной мозаикой, выполняющей сложный, но одновременно красивый узор. Множество городских каменных ступенек переплетались между собой и нужно быть очень внимательным, чтобы не «расквасить» себе нос! Но это казалось, абсолютно никого не заботило. Жители размеренно двигались по своим делам кто пешком, как я, а кто и верхом на крупных высоких лошадях, в холке достигающих около двух с половиной метров. К таким под ноги упадешь и все, живым не выберешься. Так же отметила несколько промчавшихся мимо меня карет, колеса которых глухо стучали по брусчатке.

Все это время я шла, оказывается, по проезжей части. Услышав за спиной шум, резко отскочила в сторону, дабы не попасть под колеса этим гигантам. Чувствовала себя лилипутом в стране «Гулливера». Теперь я прекрасно понимаю ту древнюю написанную сказку, которая чудом сохранилась до наших дней, правда там все было наоборот, но сути это не меняет.

В Бородянке все домики из деревянного сруба, а здесь же использовали камень, поэтому казалось, что весь город состоит из множества мини дворцов с башенками на крышах и это с учетом того, что максимальное количество этажей я насчитала шесть. Такие многоэтажки использовались исключительно в местных «отелях», названия которых я успела прочитать пока шла. Вернее их здесь называли трактирами И пусть это каменные джунгли, но они настолько хорошо и ладно вписались в окружающую среду, что от этого вида захватывало дух.

Обычные же горожане обходились либо одноэтажными, либо двухэтажными домами, поэтому такой контраст зданий смотрелся очень гармонично.

Люди не смотрели на меня с ненавистью. Никто не собирался казнить девушку подозрительной внешности.

А еще в этом мире я отметила, что наряды жителей были очень похожи на одеяния эпохи Средневековья Земли. Примерно так одевались у нас в далеком прошлом, отголоски которого пришли к нам только через рукописи. Удивления не было. Скорее сейчас я испытывала огромное любопытство, рассматривая богатые убранства жителей Велистара. Абсолютно все были одеты в теплые плащи, но под ними я смогла рассмотреть наряды женщин. Время близилось к зиме, поэтому платья были сшиты из плотных шерстяных тканей. Как хорошо, что корсетов практически не было. Все фиксировал элегантный широкий пояс либо на талии, либо под грудью, красиво подчеркивая достоинства. Ткань изящно струилась по фигурам местных женщин, которые естественно были выше меня на две головы, но черт, я бы позавидовала их грации при таком росте и габаритах.

На улице поздняя осень. От порта веяло сыростью и холодом. Морской ветер продувал мой хоть и теплый, но слишком старый изношенный плащ, под которым надето перешитое с «плеча» Магдалены платье. И мой наряд не сравнится с изыском велистарских модниц, но я на это не обращала внимания, а продолжала изучать город в котором мне предстояло устроиться на некоторое время, пока не найду фрегат, отправляющийся с берегов Велистара. И это нужно сделать как можно скорее, пока зима не вступила в свои права.

А еще я очень переживала за Магдалену. Жива ли? Смогла ли отразить удар Вардека, который я уверена, насладится болью этой добрейшей женщины. Прекрасно понимаю и Магдалену. Ей самой нужна была эта встреча. История ее подруги не закончена и наказание, которое отобрало у Ренаты жизнь, а у нее магию, имеет свое продолжение до сих пор. Целых сто сорок лет Магдалена не живет, а существует. Каждый прожитый год приближает ее к смерти, вот только с ее уходом этот урод будет безнаказанно жить вечно.

Когда уходила, не понимала что творю с этими нитями, но знала, что так правильно, что должна же быть в этом мире хоть какая-то справедливость! Ведь чудо — это такое явление, которое возникает неожиданно и спонтанно и оно произошло с нами. А теперь у них силы, если и не равные, то Магдалена сможет изрядно испортить ему шкурку. Интересно, какая она стала? Как выглядит ее внешность после возвращения магии? Встретимся ли мы когда-нибудь снова, если останемся живы, если сможем разобраться со всеми неприятностями, упавшими на наши головы с легкой подачи руки Вардека.

Чудо не чудо, а вот то, что я странным образом управляю «нитями» настораживает. По сути, если так разобраться, то у меня в руках целый мир, каждая жизнь, каждый вздох и теперь отсюда вытекает вполне закономерный вопрос — зачем мне это надо? Для чего? Без тумана здесь не обошлось, но смысла не вижу в таком подарке. Телепортировать себя рискованно, так как неизвестно куда меня сможет выбросить. Я действую спонтанно, сама не соображая, что творю. Как это получается не знаю, но меня словно кто-то направляет, будто сам дергает за эти ниточки.

— Это безумие! — от осознания собственной догадки, пусть и нелепой, я встала, как вкопанная, отчего парочка жителей шарахнулась в сторону. Мне в руки отдали целый МИР! Не просто жизни, а именно МИР, как игрушку! Вот только что мне с этим всем делать? Во мне нет их магии, но я могу невозможное.

Прикрыв глаза, сосредоточилась на собственных эмоциях, пытаясь уловить колебания этих нитей.

Информационная матрица — именно так бы я сейчас охарактеризовала то, что вижу. Жизни, миллиарды разноцветных нитей переплетались между собой, но стоило мне настроиться, подключиться к ним, как они буквально рванули в мою сторону. Пришлось мысленно отгородиться от них бетонной стеной. Этого мне точно не нужно. Раньше я, может быть, воспользовалась таким шансом. С радостью и огромным удовольствием повелевала бы всем сущим, полностью погружаясь в безграничную власть, но не сейчас. Сейчас я хочу простого человеческого покоя, где смогу быть свободной ото всех и вся и желательно рядом с Магдаленой. Она стала отдушиной в этом мире магии. В конце концов, у меня новая жизнь и ее я хочу прожить так, как сама пожелаю, а желаю я сейчас найти местный ломбард, продать один из камешков Вардека, снять номер в местном отеле и просто отдохнуть, взять передышку от навалившихся на меня неприятностей.

— Вардек — козлина рогатая, чтоб тебе икалось вечно! — и надо же было мне с ним связаться?

Причуды судьбы, не иначе, а ведь как хорошо притворялся! Хотя, я ведь тоже отличная актриса. В Элите без этого никак, а он из высшего общества, поэтому неудивительно, что этот гаденыш отлично умеет манипулировать и пользоваться окружающими так, как ему это удобно. Вот только за пять лет проведенных среди НОРМАЛЬНОГО населения Земли, я забылась о том, что нужно всегда держать ухо востро, иначе не замечу, как меня используют втемную. Хрен ему, а не опыты над бедной мной!

Отвлек меня от моих рассуждений столб, на который я наткнулась. Он был высокий, толстый, гладкий, а на его верхушке сидела огромная птичка, похожая на орла или сокола. Она что-то усиленно высматривала на горизонте. Горделивая стать птицы завораживала, но не это меня поразило, а то, что на этом столбе была прибита широкая доска, где было очень много интересного.

Наречие этого мира мне не знакомо, но я все отлично понимала и хорошо читала. Наверное, это заслуга опять тумана. Может адаптация пройдет легче? Хотя, убрав границы языкового барьера, меня это не спасло от сожжения.

Информационный стенд!

Здесь предлагались лучшие услуги магов, охотников, поисковиков. Трактиры предлагали свои услуги и даже некоторые указывали свои расценки. О, а вот и услуги порта тоже есть, но указаны только организации, которые занимаются перевозками пассажиров. Это отличная новость и нужно ее взять на заметку. Но не это меня привлекло, а чуть выше уровня моих глаз я увидела очень знакомую физиономию. Портрет, конечно, очень отличался от оригинала, но вот сходство было процентов восемьдесят. Надо же какие у них тут умелые художники да еще и крупным планом все это художество висит!

На столбе красовалась я в своем жалком порванном платье с затравленным взглядом и худющим телом. Нда… жертва Освенцима и то выглядела краше. Впалые щеки, ужасные тени под глазами, сжатые в одну полоску губы — все очень тонко передал мастер.

— Вот же су… сумасшедшие, — прошипела я, вычитывая приписку внизу портрета. Остальные новости меня больше не интересовали. На меня подали в розыск. Час от часу не легче.

Именно жители городка, где меня поймали возле трупа девушки, побеспокоились о будущем целого мира. Они бросились на мои поиски, разослав, теперь понимаю, по всем городам и весям мой коряво написанный портрет с припиской: ОСОБО ОПАСНАЯ ВЕДЬМА! А еще чуть ниже: поймавшему награда сто тысяч золотых! В доказательство можно только голову.

Что б их! То есть это за мою голову предлагается такая щедрая награда!

Коротко, ясно, по существу, а то, что эта ведьма ни в чем не виновата… да кто же будет разбираться, если выигрыш огромный! Голову с плеч и карман озолотится. Идиоты средневековые! А как же следствие? Да черт, меня элементарно никто не проверял на наличие магических способностей. Даже Магдалена с ее очень низким даром поняла, что во мне нет ни капли силы, тогда что это за абсурд здесь повешен на стенде? Или нашли козу отпущения? Если у них так хромает правосудие, то не удивительно, что магов здесь убивают все кому не лень. А правительство? Неужели их король настолько бестолковый, что позволяет так ВЕРШИТЬ правосудие, не разобравшись?

Куда я попала? — мысленно застонала от нелепости ситуации.

Если бы я себя не любила, то пошла бы сдаваться собственноручно за такие деньжищи, а так, втянув голову в плечи (мертвому деньги не нужны), потупив взгляд в землю, ссутулившись, я бочком стала отходить от места моего красивейшего портрета, пока прохожие не стали проводить параллель между нами. Хотя я сейчас и отличаюсь от себя прежней, все равно не буду дразнить судьбу.

Мне срочно нужны деньги и нужно валить с этого города. Как бы мне он не нравился, своя шея дороже. Я потерла вышеозначенный участок тела и содрогнулась от ужаса. Средневековые неандертальцы!

В нашей Солнечной системе давно отменена смертная казнь и арестантов ссылают на планеты с полезными ископаемыми, где они трудятся на благо нашей галактики. Даже с отъявленных головорезов можно извлечь пользу. Правда из-за выбросов тяжелых металлов в атмосферу арестанты не протягивают там и пяти лет (их никто не снабжает очистительными масками), но черт, теперь даже не знаю что лучше — мгновенная или мучительно медленная смерть.

Достав из сумки серый платок Магдалены, повязала его на голову, максимально натянув на глаза. Главное, чтобы не узнали. Поборов свой страх опознания, гордо вздернув подбородок и натянув на лицо добродушную улыбку, поинтересовалась у прохожего адресом ближайшего ломбарда. На карету у меня денег нет, поэтому нужно искать то, что находится рядом. Мои ноги не казенные и уже сейчас я чувствую жуткую усталость.

Велистар замечательный город и портреты мои украшающие его улицы тоже великолепны! Любо-дорого смотреть на себя! Эх, какая я значимая фигура в этом мире. Конечно, сарказм это хорошо, но как мне выпутаться из всего этого без последствий?

Ломбард оказался через четыре квартала от меня, правда пришлось очень сильно петлять между улиц, а многочисленные ступеньки так и норовили сбить меня с ног. Я пошла коротким путем. В обход по проезжей части мне бы пришлось до него добираться минимум час, а так через пятнадцать минут я уже стояла в лавке и показывала самый маленький камешек Вардека.

— Если бы не был уверен, что камни могут быть подарены добровольно гарпиями, то немедленно вызвал стражу, — это была первая реплика оценщика, когда я протянула в ладошке драгоценное перо Вардека. — Ведь насильно отобрать их можно только с трупа, — при этом чернобородый высокий мужчина подозрительно посмотрел на меня сверху вниз. Этого нюанса я не знала.

Я не торопилась раскрывать свое инкогнито, поэтому вскинув вверх подбородок, лениво ответила:

— Поверьте, — своей наигранной расслабленности я бы сама себе позавидовала, но серые глаза оценщика были цепкими. — Гарпия и жив и здоров и даже отлично себя чувствует. Это была его плата за мою помощь, — и ведь не соврала. Именно я вытащила его из той Долины Смерти. Пусть это действительно будет его плата за собственную жизнь.

— Даже так? — удивился мужчина, гипнотизируя такую ценную находку, при этом бросая в мою сторону заинтересованные взгляды.

— Так сколько Вы можете предложить за него? — мы тут уже полчаса выясняем происхождение камешка, а цену я так и не услышала.

— Двести тысяч золотых, — ох ничего себе! В два раза больше, чем дают за мою голову! Да гарпии оказывается золотой клондайк. Теперь я БОГАТА!

— По рукам, — быстро согласилась я, хотя уверена, что стоит этот камешек в несколько раз дороже, ведь не будет оценщик работать себе в ущерб, но мне и этого хватит на первое время, а в запасе еще три осталось.

— Пока я отсчитываю вам нужную сумму, могу предложить немного горячего чая, — любезно предложил оценщик, а я кивнула.

Я бы сейчас и воды из болота выпила. Последние новости реально меня подкосили. Дожилась! Восемьдесят лет идеальной незапятнанной репутации гарлоку под хвост! Но и это не беда. Подпорченное имя ничто по сравнению с ценностью собственной жизни.

— Благодарю, — мне нравиться его деловая жилка.

Чай оказался приятным на вкус, правда преобладали в нем и нотки горечи, но от этого вкус хуже не стал, а от потрясающего цветочного аромата напитка кружилась голова.

Под платком мне было жарко, но я не рискнула его снять, ведь слишком была похожа на портреты, развешенные по всему городу. На улице осень, а меня так резко бросило в жар. Странно.

Оценщик же скрылся за соседней дверью своей лавки, бросив на меня многозначительный взгляд.

Прошло минут двадцать, а мужчины все еще не было. Чай закончился, а я начала нервничать. В голове почему-то появилась странная вязкость, а внизу живота будто бы огонь сконцентрировался. Приложив ко лбу ладонь, поняла что он мокрый от выступивших капелек пота. Заболела? Странное состояние, но почему так внезапно?

Бросив взгляд на выпитую кружку чая застонала. Вот идиотка. Конечно же, он мне что-то подмешал. Кому захочется расставаться с кровно заработанными золотыми, а так труп против не будет и камешек достанется оценщику просто так.

— Лея с вами все хорошо? — о, легок на помине!

Собрав остатки сил, посмотрела на него ясным взглядом, хотя перед глазами все плыло.

— Конечно, — бодро пропела я, наблюдая за прищуренным взглядом оценщика. Мне с ним не тягаться. Нужно уносить отсюда ноги. — Могу я уже забрать свои деньги, а то у меня на сегодня запланировано еще много дел.

— Э, — растерянно выдал он. — Мне нужно еще время, а Вы, пока, присядьте, — и мужчина, подойдя ко мне, нагло положил ладонь на мою талию. — Интересно, чем Вы расплатились с гарпией за этот камень? — неожиданно хрипло выдавил он из себя. — Я тоже хочу попробовать.

— Руки убрал, — вяло прорычала я, хотя мой голос был похож на писк. Соображала я плохо и не до конца понимала смысл его слов.

— И странно, почему зелье Вас до сих пор не свалило с ног? Другим и пяти минут хватает, а у Вас выдержка, — насмешливо проигнорировал мою просьбу подлый оценщик.

Состояние организма меня пугало, а еще этот оценщик показался мне жутко привлекательным и я начала млеть от его прикосновений. Я развернулась в его руках и с обожанием посмотрела на него, любуясь его крупным носом, широкими сросшимися на переносице бровями, длинной бородкой, которая щекотала мой лоб. Да меня даже вводил в неописуемый восторг его пивной животик, который тесно прижимался к моему телу, а мои губы потянулись к его губам. Оценщик довольно крякнул и ответил на мой поцелуй, проникая своим языком мне в рот, а липкие ручонки уже больно сдавливали грудь, пытаясь развязать шнуровку платья. Именно это меня и отрезвило на миг.

ЧТО Я ДЕЛАЮ?

Собрав последние здравые мысли до кучи, игнорируя болезненный тугой узел внизу живота, ухватила его рукой за шею, вплетая в свою хватку нити, которые тут же откликнулись на мою мысленную просьбу. Так как он стоял, согнувшись надо мной, мне не было сложно проделать эти быстрые манипуляции.

Оценщик захрипел, резко отпуская меня, но вот я так быстро с ним прощаться не собиралась. Я больше не держала его. За меня это делали нити, полностью сдавливая горло.

— Опоить меня решил гаденыш? — зашипела змеей, усиливая невидимую хватку, а оценщик с ужасом на меня смотрел, пытаясь дышать. Он висел над полом, придавленный невидимой силой к стене в нескольких метрах от меня, беспомощно болтая ногами. — Завладеть чужим добром захотел? — продолжала шипеть я, сдавливая на расстоянии руку, отчего у оценщика глаза стали, как блюдца. С каждой секундой я теряла свой контроль, и мне хотелось его снова поцеловать, но я понимала, если сдамся, то это будет мой конец.

— Пощадите лея, — еле слышно простонал он.

— А ты, — я готова была убивать. — Пощадил меня? — второй поток силы я направила на его пах, больно сдавив нитями, отчего у мужика слезы потекли из глаз. — Где деньги? — просто так я не собиралась уходить. Он мне еще заплатит.

— Там, — еле заметно кивнул оценщик в сторону каморки.

Я ему верить не собиралась, а по воздуху потянула за собой. Силы утекали из меня, как вода через сито, да и контроль было очень сложно удерживать, но сцепив зубы, терпела.

Сейф оказался в полу под красивым плетеным ковриком и, швырнув оценщика к находке, равнодушно приказала:

— Открывай.

Перепуганный до смерти мужик перечить не стал, а извлек из своих сбережений пять небольших мешочков. Это все что у него там было.

— Сколько здесь? — холодно спросила я.

— Пятьсот тысяч лея, — проблеял оценщик. Недурно живут нынче оценщики, хотя учитывая его грязную деятельность, сомневаюсь, что все это добыто честным путем, а поэтому…

— Двести тысяч за камень, а триста за моральный ущерб, — да, я не белая и не пушистая. Я собралась обобрать его до нитки в назидание остальным. За ошибки нужно платить. Я снова схватила его нитями за пах, отчего мужик побелел. — И если я узнаю, что ты продолжаешь заниматься подобными делами, то приду и оторву тебе яйца, — и я не шутила. Интересно скольких он опоил? Мразь. — Это понятно?

— Д-да л-лея, — запинаясь, ответил он, с животным ужасом смотря в мои убийственные глаза.

— Я буду следить за тобой и не пытайся соваться к местным властям, иначе… — что именно «иначе» я не стала уточнять, но по моему взгляду он понял, что сдохнет тут же.

Больше не став задерживаться, я бросила золотые в котомку, которые оказались не очень то и тяжелыми, и стремительно вышла из этого гадкого ломбарда. Почему-то была уверена, что этот подлый трус внемлет моим словам.

Плевать что, по сути, я ограбила местного дельца, но меня участь ждала хуже, поэтому мук совести я не ощущала, а сцепив зубы, уходила прочь из этого района. Еще хотелось прополоскать рот, чтобы избавиться от мерзкого привкуса и желательно с хорошим моющим средством или даже с мылом. Фу, от самой себя противно, но зелье очень качественное и действенное. Мое тело буквально пылало и требовало выброса.

Мысли путались. Я не могла связно думать. Мне до зуда в собственных пальцах хотелось вернуться и броситься в объятия этого невероятного мужчины.

Остановилась, резко тряхнув головой, отчего платок немного размотался.

— Владка не сходи с ума, — пробормотала я, двигаясь вперед на подкашивающихся ногах. Куда иду не знаю, лишь бы подальше отсюда. — Тебя опоили, хотели поиметь во всех смыслах этого слова, а ты страстно желаешь эту подлую мерзость! — и если бы не знакомство с Вардеком, то может на мне и не стали бы использовать такое зелье. Интересно ему! Вот теперь будешь лечить свою импотенцию. Я оставила одну ниточку, которая будет отвечать за его мужскую состоятельность, вернее несостоятельность.

Я уже ничего не видела перед собой. Только размытые тени, силуэты. Тело пылало и я шла вперед, не разбирая дороги, а так хотелось вернуться. Сексуальное желание нарастало с каждым пройденным шагом и мне уже хотелось выть, скулить от этого невыносимого болезненного огня внутри.

Несколько раз упала, больно ударившись коленями. Эти неудобные ступеньки больше не казались мне привлекательными. С горем пополам я смогла добраться до проезжей части, где дорога была ровнее, а еще через пятнадцать минут бесцельной ходьбы, услышала впереди шум воды. Изо всех сил я рванула на этот звук. Мне срочно нужно остыть, но далеко мне не удалось уйти, так как наткнулась на что-то твердое. Хорошо, что меня поймали, иначе бы снова распласталась на каменной брусчатке.

— Куда спешишь красавица? — тихо гортанно спросил потрясающе сексуальный голос.

Черт, да мне сейчас обезьяна сексуальной покажется. Но не это меня испугало, а то, что я буквально задохнулась запахом этого незнакомца. Мой нос уткнулся в область чуть выше его живота. Да что же здесь все великаны такие? Мужчина пах сандалом и где-то этот аромат я уже чувствовала.

Говорить не могла. Глаза ничего перед собой не видели, а руки просто ломало, выворачивало, так мне хотелось дотронуться до мужского обнаженного тела. Я изнывала от желания. Чувствовала, как по щекам покатились слезы отчаяния, но ничего не могла с собой поделать, лишь вцепилась мертвой хваткой в сумку, стараясь удержать свои желания в узде.

Будь ты проклят оценщик!

— По-мо-ги-те, — еле слышно простонала по слогам я, вскидывая вверх голову, пытаясь взглянуть на этого незнакомца. И кажется, что мне удалось на пару секунд сфокусировать на нем взгляд, отметить кривой толстый жуткий шрам на всей половине правой щеки, черные омуты глаз и нос с горбинкой, ноздри которого шумно раздувались. Мужчина не казался мне ужасным, а наоборот от него флюидами разносились в разные стороны мужество и сила знакомого незнакомца. — Жив, — пролепетали мои губы, но он, кажется, услышал и так же шокировано ответил:

— Жива! — меня подхватили на руки и куда-то понесли, а я не сопротивлялась, лишь сильнее стиснула зубы и хныча уткнулась носом в его грудь, вдыхая аромат мужчины.

Было больно. Все органы горели, и я уже ничего не соображала, полностью погрузившись в собственную пытку. Мне нужен мужчина во всех смыслах этого слова, иначе умру. Сексуальное желание с каждой секундой нарастало. Я больше не могла сдерживаться.

— Аскольд, что ты делаешь? — возмущенно прошипело рядом на периферии сознания. Отметила, что его имя мне очень нравится, как и он сам. — Ты с ума сошел! Сейчас не время.

— Заткнись Иварус, — прошипел Аскольд, крепче прижимая меня к себе.

— Тебе девок мало? — продолжал возмущаться голос. — Только сначала дело, а потом…

— А потом ты не будешь мне указывать, — прорычал мой знакомый незнакомец, и с этими словами мой сопровождающий, скорее всего, шагнул в портал, так как секунду назад мы были на оживленной улице, а сейчас меня аккуратно сгрузили на мягкую кровать с «хрустящими» простынями.

Глава 13

Странно, но я не почувствовала колебания воздуха. Когда я шагала с помощью нитей, то кроме опустошенности, усталости и потери сознания ничего больше не чувствовала. Когда использовала камень перехода, отданный Магдаленой, испытывала другие ощущения, словно попала в вязкий кисель, или желе и мне пришлось продираться сквозь него. Оказавшись в конечной точке перехода, я чувствовала себя бодро и без потери сил. А вот при телепортации с Аскольдом я не почувствовала абсолютно ничего, никаких изменений для себя, хотя не знаю как себя чувствует он.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросили губы надо мной.

Кровать прогнулась под весом мужчины, а его пальцы буквально обожгли кожу моего лица. Застонала и потянулась за этим едва ощутимым касанием

Аскольд шумно дышал, а я изнемогала от нестерпимого желания, словно змея извиваясь на кровати. Мне было плохо. Язык заплетался, поэтому я не смогла ответить.

— Ты пахнешь еще лучше, чем при нашей прошлой встрече, — пахну? Вот же я дурочка. Ведь сглупила и еще неделю назад должна была нанести маскирующий крем на тело. Совсем вылетело из головы. Расслабилась. Может поэтому Вардек меня практически отыскал? Скорее всего. Именно я подвергла Магдалену опасности. Мне ведь оставалось пользоваться им еще в течении двух недель и все тогда бы метка сошла на нет, ведь даже Смелый от меня не шарахался. Дурра! Расслабилась. — Что с тобой произошло? Почему ты такая горячая? — значит, мне это не показалось, и температура моего тела поднялась. Сученок проклятый! Нет, все-таки я к нему еще наведаюсь, после того как разберусь с собственным пожаром. — Я не вижу магического вмешательства, но с тобой что-то не так, — из моих ручек вырвали сумку, и та с грохотом упала на пол возле кровати, но это сейчас меня мало заботило. Я намертво вцепилась в лацканы пиджака Аскольда, притягивая к себе ближе. Его аромат тела приятно щекотал в носу и если бы не моя слабость, то немедленно бы набросилась на него. — Скажи, чем мне тебе помочь?

— По-це-луй меня, — с мольбой выдохнула ему в губы.

Пелена на глазах не позволяла видеть выражение его глаз, но по резко окаменевшему телу мужчины поняла, что он ошеломлен, сбит с толку, а я готова была сгореть со стыда.

Никогда, никогда я не умоляла заняться со мной сексом. Пусть это будет лучше он, мой первый спаситель, закрывший меня в ванной своего номера, чем какой-то ублюдочный оценщик.

— Не знаю, что с тобой случилось, но обещаю, что разберусь с этим, — и больше не став меня мучить, Аскольд припал к моим губам в долгожданном оголодавшем поцелуе.

О, эти великолепные губы! Они терзали меня, сводили с ума, просто убивали на месте. Мне было мало, я хотела его всего! Горячий язык властно хозяйствовал у меня во рту, выпивая меня без остатка. Застонав, я сильнее схватилась за затылок своего спасителя и притянула его еще ближе к себе. Мое тело терлось о твердую грудь мужчины, а его руки осторожно спустились на мою грудь. Выгнулась со стоном, бесстыдно позволяя себя трогать, но почему он медлит? Меня раздражают и в то же время возбуждают его неуверенные ласки.

Задыхалась. Хотелось содрать с нас одежду и наконец-то добраться до долгожданного тела, но Аскольд словно растягивал удовольствие.

Шнуровка платья давила, ткань мешалась, поэтому пришлось делать все самой. Мне нужно погасить этот огонь, иначе он сожжет меня до тла.

Что за зелье влил в меня этот идиот? Это же преступление так издеваться над человеческим организмом. Это зелье в сто раз круче самой Виагры. Наши технологии ничто по сравнению с их магией.

Наконец-то до Аскольда дошло, что я не шучу и настроена серьезна.

— Ты уверена? — хрипло спросил он, отрываясь от меня, помогая снять это проклятое платье.

— Это зелье, — сипло смогла выдавить из себя немного объяснений. — Меня опоили и если ты мне не поможешь, то я просто сдохну тут на месте. Этот огонь убивает меня внутри.

— Кто это сделал? — внезапно зло зарычал Аскольд.

— Все потом, — пошептала еле слышно и сама припала к его таким пьянящим губам.

Больше разговоров не было. Аскольд молниеносно избавился от своей одежды и накрыл меня своим огромным мускулистым телом. Если он отпустит руки и рухнет на меня, то я задохнусь.

— Ты такая маленькая, — хрипло простонал мне в губы мужчина, опуская ладонь вниз, в место, где сосредоточился тугой болезненный узел.

Его пальцы были грубыми, жесткими и одновременно нежными, ласковыми. Казалось, что вся эта затея пуста и у нас ничего не получится. Я прекрасно представляю его размеры. У этого человека все большое и я сейчас не о росте.

Его возбуждение терлось о мой живот. Чувствовала, как горячая плоть дергается на мне. Взяв в руку головку члена, медленно растерла выступившую влагу. Мужчина шумно задышал, уткнувшись в мои волосы носом. Одна его рука находилась над моей головой и удерживала собственный вес мужчины, а вторая подготавливала меня внизу. Его пальцы умело растягивали меня, а я не в силах больше сдерживаться, обвила торс мужчины ногами и, сама направила в себя немаленькое возбуждение. Было слишком тесно, и только головка смогла протиснуться внутрь.

— Не спеши, — прохрипел он, замерев, не двигаясь дальше.

— Не могу, — простонала я. — Это сильнее меня.

— Прости, — и Аскольд резко дернулся вперед, а я задохнулось, но не от боли, а от непередаваемого наслаждения. Никогда, никогда в жизни я подобного не испытывала и пусть всему виной проклятое зелье, но это черт возьми сногсшибательное ощущение. Я потерялась в нем, в его ласках, в его движениях. Мы слились в одно целое. Мы были продолжением друг друга. Чувства, что переполняли меня сейчас не передать словами.

Я ошиблась. Думала, что не смогу принять его всего до конца, но мое тело само подстроилось под его размеры. Сейчас нас ничто не сдерживало. Я маленькая, но казалось, что именно я подхожу ему идеально, словно так и должно быть.

Плавилась в его руках, стонала от его поцелуев и умелых ласк, тонула в нашей всепоглощающей страсти. Не знаю, что чувствует Аскольд, но мне было безумно хорошо, и не просто хорошо, а потрясающе прекрасно!

Аскольд больше не сдерживал себя, а почувствовав, что я готова его полностью принять стал резко и быстро вбиваться в мое тело.

Пик блаженства накатил неожиданно и одновременно, унося нас на вершину удовольствия. Я чувствовала, как он заполняет меня собой, как пульсирует его плоть внутри меня, извергая семя, как мое запястье пронизывает боль наслаждения, и как влажный язык зализывает этот странный укус. Но все это прошло мимо меня, и где-то на задворках сознания билась мысль о внеплановой беременности, но она так же быстро исчезла, как и появилась. Ничто в этот миг не важно. Главное, что мы вместе, что он потушил мой пожар и сейчас прижимает меня к себе, как единственное самое дорогое сокровище в мире.

— Теперь ты от меня никуда не денешься, — с каким-то облегчением еле слышно прошептал Аскольд, ласково поглаживая меня по спине.

Мы так и не смогли разъединиться. Сейчас я сидела верхом на нем и чувствовала, как он снова стал твердым внутри меня. Я полностью сконцентрировалась на своем мужчине, поэтому не обратила внимания на его слова, лишь мазнула незначительным взглядом на левое запястье, где отчетливо были видны две черные точки, словно после укуса змеи. Я стала медленно двигаться на нем, продлевая собственное удовольствие. Зрение вернулось, пелена спала, и я с удовольствием смотрела в черную бездну Аскольда, в глазах которого застыла дикая страсть. Меня не пугало его обезображенное лицо. Наоборот, в своем несовершенстве для меня он был совершенством! Он красив, брутален.

Его руки собственнически ласкали мою грудь, сжимая в ладонях мои небольшие полушария, а я, не сводя с него взгляда, нарочито медленно поднималась и опускалась на его возбуждение. Выгибалась над ним как кошка.

Наверное, действие зелья продолжает все еще действовать и я благодарила судьбу, что мне попался Аскольд, а не тот сучий оценщик. Я бы вовек потом не отмылась после его грязных похотливых ручонок.

— Не дразни меня девочка, — прорычал Аскольд и в один миг перевернул меня на спину. Ооо…. Я закатила глаза от наслаждения. — Смотри на меня, — приказал он, и я поддалась. Впервые в жизни я выполнила приказ мужчины. И мне это понравилось. Мне понравился его голос с нотками власти, его напор и упорство. Обычно в постели я доминирую, не позволяя мужчине командовать, но сейчас это меня заводит, возбуждает и я готова к любым его действиям.

— Лада, — прохрипела ему в губы. — Меня зовут Лада, — так меня называли мои друзья на Земле, и так мне захотелось, чтобы называл он меня.

Секс з незнакомцем не для меня и я не ветреная особа, но сейчас именно так я и поступала. Ведь мы даже имен не знали друг друга, вернее, я услышала имя своего любовника от другого человека, но на этом все.

А помощь пришла, откуда ее не ждали.

— Лада, — тягуче медленно протянул он всего четыре буквы. И столько глухой страсти и интимности было в этом слове, что я снова приникла к его губам в безудержном сумасшедшем поцелуе, переплетаясь языками, запоминая вкус друг друга.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем мы смогли хоть немного оторваться друг от друга, но прошло не больше шести часов, и на улице наступила глубокая ночь. И все это время мы не выбирались из постели. Простыни давно стали влажными от пота наших тел и смялись, сбившись в кучку в ногах, а я медленно засыпала в объятьях Аскольда.

Впервые в этом мире я чувствовала себя спокойно и знала, что этой ночью меня защитят от любых невзгод. За таким мужчиной, как за каменной стеной.

Постепенно мысли возвращались к своей хозяйке, и мне стало стыдно за свое унижение, за то, что выпрашивала ласк у Аскольда. Но тогда я была сама не своя. Сейчас паниковать и вырываться из объятий любовника глупо, поэтому уткнувшись носом в его грудь, я просто спала. Завтра. Обо все подумаю завтра. Действие зелья практически сошло, тело ломило, но уже не от боли, а от усталости.

— Завтра, обо всем ты мне расскажешь завтра, а сейчас спи моя девочка, — прошептал Аскольд, поцеловав меня в макушку.

Только вот рассказывать я ничего не собиралась. Меня развели, как подростка. В ломбарде все только начиналось. Если бы не Аскольд, то неизвестно где бы я сейчас была, в чьих объятьях и потом не обвинили бы меня в изнасиловании гражданина Велистара? Тут уже ни чему не удивляешься. Это бред, но это реальность. Я теперь ни в чем не уверена. Правосудие у них хромает и шанс, что мне поверят, ничтожно мал.

Разбудил меня стук в дверь, а Аскольд тихо выругался и аккуратно, чтобы не разбудить меня, освободил из своих объятий. Я сплю очень чутко, но вида не подала, что проснулась, а навострив ушки, прислушалась к шепоту у дверей.

— До утра не подождет? — рыкнул тихо Аскольд.

— Мы тебя и так не дергали, но Аск мы напали на след и нам нужна твоя помощь, — прорычали в ответ. — Ты из-за своей девки забыл, зачем ты здесь?

— Не твое дело, — огрызнулся Аскольд.

— Было бы не мое, если бы это не отвлекало тебя от нашего дела, — выплюнул ночной визитер. — Может, ее к тебе подослали враги, чтобы сбить нас с пути расследования, но извини, мы не можем всю работу делать сами. Это у тебя нюх поисковика. Тем не менее, это мы напали на след. Если не поторопишься, то все улики исчезнут.

— Снова тело иссушено? — о чем это они? — И снова сильный маг?

— Не просто сильный, а сам ректор Велистарской магической академии, — ох ни хрена себе! — Его нашли прямо на улице. То есть он просто шел, а потом упал, высох и умер. Это то, что говорят очевидцы. Нужно, чтобы ты сам взглянул, — что-то мне это напоминает.

Ох, ты ж грязный гарлок! Та девушка тоже была иссушена и именно из-за нее я теперь нормально не могу выйти на люди. Что же это делается, а? И если Аскольд внимательно присмотрится к портретам, развешенным по всему городу, то проведет параллель между нами и попробуй потом объяснить ему, что ты не «папоротник». На идиота он не похож, но пока все выясниться меня снова сожгут, но и это не самое ужасное, а то, что за мою голову обещано целых сто тысяч золотых, а люди жадные до денег. То, что мы переспали, ничего не значит. Я попросила, он помог и на этом все — наши дороги расходятся, а вот золото будет долго греть карман тому, кто поймает ведьму.

Предательством я уже сыта по горло, поэтому чтобы не разочаровываться лишний раз, лучше красиво уйти…, то есть молча, не прощаясь.

— Жди меня за дверью, — приказал Аскольд и перед тем, как закрыть дверь перед носом визитера, я услышала:

— Эта девка мне кого-то напоминает, — задумчиво протянул он. — Где-то я ее уже видел.

— Иварус я сказал, жди, — прорычал недовольный Аскольд, громко хлопнув дверью и только потом понял, что сделал. Этот шум должен был поднять и мертвого, поэтому я показательно потянулась в кровати, сонно моргая глазками, но Аскольд сориентировался быстро и лег рядом со мной, прошептав. — Спи моя девочка, спи.

Его руки ласково гладили меня по волосам и, почувствовав, что я снова уснула, Аскольд медленно поднялся с кровати. Удерживать его не стала. Ему и вправду нужно было идти к телу ректора, чтобы собрать улики, поэтому две минуты все равно погоды не сделали.

Перед уходом он почти невесомо прикоснулся к моим губам, но я активно «спала», поэтому на столь заботливое поведение не отреагировала.

— Я постараюсь вернуться быстро, — пообещал мне мой недавний любовник и только по скрипнувшим дверям, поняла, что осталась одна.

Пролежав в кровати еще около пятнадцати минут решила подняться. Хватит разлеживаться, нужно заняться делом и кажется, я уже знала, каким именно.

Во-первых, мне нужно поставить огромную жирную точку с моим обвинением, которое шито белыми нитками. Всю жизнь скрываться и прятаться не для меня. Никогда не занималась подобной ерундой и дальше не собираюсь. Да попав в новый мир, я не до конца оклемалась, поэтому пришлось на некоторое время лечь на дно. Магдалена мне в этом очень сильно помогла, но именно сейчас нужно расставлять приоритеты. Я дитя техногенного мира и боюсь, каких то зарвавшихся ушлепков? Да никогда в жизни! Я еще выгрызу зубами себе собственное место под их солнцем!

Во-вторых, чтобы снять с себя эти нелепые обвинения, мне нужно найти самого убийцу. Надежды на власть нет и жизнь утопающего в руках самого утопающего, то есть меня.

В-третьих, покидать сейчас Велистар не самая лучшая идея. Жить, оглядываясь постоянно назад не хочу, поэтому собираем мозги до кучи и думаем, как выкрутиться из сложившейся ситуации. Раньше бы за меня все решил отец, хоть какая-то польза от него была, вернее он очень беспокоился о репутации семьи, поэтому и приходилось иногда подчищать за мной хвосты. Сейчас же мне нужно это делать самостоятельно.

И, в-четвертых, пора что-то делать с моим внешним видом и я, кажется, знаю что именно, но для этого мне нужны местные рынки, которые откроются примерно через три часа, а значит сейчас ванная, мазь, сбивающая запах, вернее делающая аромат человека нейтральным и красивая записка на прощанье, главное чтобы нашлись писчие принадлежности.

Комната пропиталась ароматами секса, и я снова была возбуждена, но это, наверное, уже побочный эффект, откат, поэтому быстро помывшись, нанесла чудодейственную мазь Магдалены на тело, переодевшись в единственное чистое платье. Подойдя к столу, нашла в тумбочке карандаш и бумагу серого цвета.

Знаю, что поступаю гадко и мерзко. Надеюсь после моих слов он не станет меня искать, ведь что-то внутри меня ворочалось и твердило, что Аскольд никогда не оставит за женщиной последнего слова.

«Спасибо за все! Ты мне очень помог и в оплату твоей помощи оставляю поистине щедрое вознаграждение. Сто десять тысяч золотых!» — это даже больше, чем предлагают за мою голову, но такого щедрого жеста должно быть достаточно для того, чтобы от меня отстали. — «Пы-сы: ты был великолепен, но повтора не будет! У меня нет столько денег, чтобы расплатиться за твои услуги», — пусть лучше злится на меня, чем ищет. Я бы после таких слов свела к нулю какие-либо отношения. Это слишком унизительно. — «Аривидерчи, милый!!!» — я себя ненавижу за это. Мужик ко мне со всей душой, а я ему в эту душу наплевала, но тебя Аскольд в моих планах нет. На сегодня я сыта мужиками по горло.

Записка и мешочек с золотыми, которые я даже не пересчитывала, красиво легли на подушку, где несколько минут назад покоилась моя голова, а десять дополнительных монет я рассыпала по кровати, чтобы наверняка у него отбило всякое желание со мной еще хоть раз встретиться.

Прощай! И не оборачиваясь, вышла прочь из комнаты, а потом и трактира.

Глава 14

Рассвет встретил меня на местном рынке. Я искала предметы, которые облегчат мою задачу в выполнении моего плана, и для его осуществления мне нужны были вспомогательные средства.

Людей на улице было очень мало, видимо народ все-таки любил здесь подольше поспать, поэтому я избежала суеты и толкотни между рядов. Даже позавтракать умудрилась вкусным пирогом с мясом и ароматным горячим чаем.

Осеннее утро сейчас напоминало зимнее и у меня от холода уже стучали зубы, поэтому первой покупкой был двусторонний длинный меховой плащ, в глубоком капюшоне которого я буквально утопила лицо.

В теле до сих пор чувствовались отголоски бурной ночи. Хорошо, что сексуальное безумие спало, и я сейчас могла себя контролировать, здраво мыслить, а не бросаться на первого встречного мужика. Магия у них тут на высшем уровне и действует без сбоя. Это же надо так попасться на крючок! Средневековье Средневековьем, а вот дела свои делают на отлично без брака.

Низ живота тянул в сладкой истоме, а тело периодически сотрясало дрожью, но это мне не помешало завершить задуманное. Безопасность превыше всего.

Я прекрасно знала, что оставаясь в этом городе, очень рискую, но моя афера должна была сыграть на руку.

Еще походив между рядами около двух часов и найдя все нужное, решила претворить свой план в действие.

— Комнату на три часа, — нагло потребовала я, доставая золотой, небрежно бросая его на стойку местного «ресепшена». В голос добавила надменности. Это то, что нужно, чтобы меня не опознали. Здесь каждый второй так общается, поэтому в моем поведении не было ничего предосудительного.

— Да лея, — учтиво пробормотал управляющий трактиром, давая мне ключи от номера. Грузный бородатый дядька с огромным любопытством осмотрел меня. И когда я привыкну к их странным габаритам? И почему все такие волосатые? Цепкий взгляд мне не понравился, поэтому нужно скорее завершать все свои дела в этом заведении. — Третий этаж, тридцать четвертая комната.

— Благодарю, — кивнула я, зажимая ключи в кулачке. Внешность свою не показывала. Сделаю это на выходе, чтобы запомнил новую меня. — Меня не беспокоить.

Этого времени должно быть достаточно, чтобы воплотить свой план в действие.

Трактир я выбрала специально далеко от центра. Пришлось нанимать экипаж, чтобы к нему добраться, но мне нужно было на время тайное убежище, где скапливался разный городской сброд. Не думаю, что меня будут искать по злачным местам или вообще кто-либо будет меня тут искать, но перестраховаться стоило.

Ступеньки, по которым я поднималась на свой этаж, противно скрипели под ногами. Было такое чувство, что одно неверное движение, и они подо мной проломятся, но я упорно шла наверх.

Комната была убогой. Кровать узкая с серыми старыми простынями. Наверняка и клопы имеются. Всюду грязь и паутина. Отсюда хотелось быстрее сбежать, а не то, чтобы провести целых три часа.

Так Владлена дышим глубоко и не обращаем внимания на полнейшую антисанитарию. Зачем держать трактир и не соблюдать обычных правил санитарных норм, хотя они видимо о них здесь и не слышали, но как же бытовая магия? Или это дело затратное? Но тогда тряпку в зубы и самостоятельно отмывай номера.

Сложив свои маленькие покупки на пыльный стол, приступила к действиям.

Эх, давно я так не развлекалась. Хорошо, что опыт в этих делах имеется, иначе бы не представляла, как буду выкручиваться.

Казалось бы, что все проще простого и магия сможет со мной сделать что угодно за минуту, но мы легких путей не ищем. Мы ищем качественных путей, к которым не подкопаться, ведь магия ненадежна и может рассеяться в любой момент, а если встретится сильный маг, то он с легкостью сможет распознать лже личину, что мне крайне не подходит. Материалы, подкрепленные магически должны отлично справиться с поставленной задачей. Меняем себя природным современным гримом.

У себя на Земле я была категорически против любого вмешательства в свое тело и оставалась максимально настоящей, за исключением эликсира бессмертия, а теперь вынуждена расстаться с собственным обликом и насколько потребуется мне грим не знала, но он должен быть максимально длительным.

Сначала волосы. Как бы я не любила свой русый, как однажды заметила Милана, мышиный цвет волос, пришлось его перекрашивать. Мало того, я купила средство для быстрого роста волос и через час моя шевелюра достигала почти до попы. Отлично, а вот теперь красим.

Была русая, а стала жгучая брюнетка с копной шелковистых длинных волос. Краска отлично легла на мазь Магдалены и сейчас я не выглядела зализанной коровой.

Светлокожая землянка в мгновение взмаха белоснежной пудры, впитавшейся в мое тело, приобрела еще более аристократическую болезненную бледность, а по мне так бледная поганка. Никогда не подозревала, что светлую кожу можно так сильно выбелить. Контраст черное с белым был очень заметен, но именно такого эффекта я и добивалась.

Теперь лицо. Здесь мне пришлось значительно поколдовать своими ручками. Легко лепить из гипса, если бы он не так быстро застывал. В итоге мой курносый нос удлинился и приобрел небольшую горбинку, скулы стали резче, подбородок заострился. Вроде бы изменения незначительные, но я себя не узнавала в зеркале. Это была я и в то же время неизвестная мне незнакомка с холодным надменным прищуром глаз. Результат был даже лучше, чем я ожидала.

Единственное, что не могла изменить так это цвет глаз. Я побоялась капать в них специальной краской.

И вот теперь последний завершающий штрих над изменением — крупная родинка над губой с левой стороны. Ну и ко всему этому — закрепляющее зелье, которое впитавшись в кожу, разгладило все неровности и шероховатости. И пусть теперь кто-то попробует сказать, что эта я ненастоящая! И все это даже вода не смоет, только через три месяца начнет сходить действие цвета кожи, а грим можно снять руками, если знать как.

Нда… была «красотка», стала еще «краше», но мне ведь это и нужно. Мы же не хотим привлекать внимания, а на такую внешность мужики не будут падки.

Вот теперь я больше походила на злобную ведьму из наших древних сказок. Горба на спине и метлы со ступой не хватает, а так вполне себе полный комплект ведьмы обыкновенной! А еще у них вроде крупный черный кот имелся, но пушистиков в этом мире я не видела, поэтому обойдемся просто внешностью.

Подмигнув отражению, счастливо улыбнулась. Все получается очень даже неплохо. И хрен кто меня теперь найдет, даже если и отыщут этот трактир. Заходила то одна девушка, и выходила она же в том же самом непримечательном черном плаще, а то, что этот плащ потом вывернула красным мехом наружу, так никто же не узнает.

Все мое ликование омрачали непонятные точки на левом запястье. Они постоянно зудели и я их расчесала практически до крови. Не хватало еще заразу подцепить. Пыталась вспомнить, где я успела подхватить эту гадость, но тщетно. Единственное на что я грешила, так это на зелье оценщика. Может побочный эффект, аллергия? И что самое странное белила ни на грамм не скрыли это безобразие.

Ладно, потом разберусь, а сейчас нужно дальше следовать плану.

Обведя комнату взглядом, удостоверившись что не оставила улик, решила поскорее покинуть это злачное место.

Был день, наверное, поэтому все местные бандиты разбрелись по норам, но я не огорчалась, ведь покинула трактир без проблем, напоследок сбросив с головы капюшон, улыбаясь хозяину на все свои тридцать два. Пусть запомнит меня такой. Трактирщик удивился, что я ключ сдала через два часа, а не оговоренных три, но мне там оставаться было противно, а на счету важна каждая минута.

Сейчас мне предстояло посетить магазины местного бомонда. Мне нужен дорогой и изысканный гардероб, ведь я собиралась стать в Велистаре знатной богатой дамой, благо деньги имелись. На рынке одежда попроще. Там я купила по размеру одно из платьев хорошего качества и новую сумку, в которую умудрилась засунуть старую вместе с добытым у оценщика добром. Сейчас ни одна вещь не указывала на меня прежнюю. Кстати все старье мне нужно срочно спалить, чтобы не было ни единой улики. Можно конечно было отдать малоимущим, но если есть вещь, то по ней могут легко найти настоящего хозяина, поэтому единственное верное решение — это огонь.

В новую жизнь с новыми возможностями!

С ровной спиной и гордо поднятой головой я шагнула за порог одного из местных магазинов, где выбрала около десяти платьев и сразу же надела одно из них. Платье было насыщенного синего цвета из плотной парчи со шнуровкой спереди. Одновременно оно отчетливо подчеркивало мою бледность и придавало некого очарования внешности, несмотря на уродливую бородавку и горбинку на носу. Не красавица конечно, но цели у меня жизненно важные.

Так же я озаботилась несколькими парами обуви и естественно приобрела новый плащ, который, как утверждали продавщицы, полностью убережет меня от непогоды. Темно — бордовая красота изысканно легла мне на плечи.

— Позже я скажу, куда доставить остальные покупки, — хорошо, что здесь вместо телефонов существовала магическая почта и мне не придется снова тащиться сюда за своими обновками.

Единственное, что меня напрягало в моей внешности — это слишком низкий рост. Большинство женщин Мидарана имели высокий рост и очень, очень редко я смогла заметить низких женщин и то они были из расы гномов, на которых я совершенно не была похожа. Все их женщины имели крупную кость, толстые пальцы, широкие носы и, несомненно, большую грудь. В общем, из меня гном, как из Вардека тюлень.

Обрызгав себя местными духами окончательно успокоилась. Собственного запаха не имела, а вот духи помогут скрыть этот факт. Резкий запах отбивал всякое желание ко мне подходить. Вон как продавщицы фырчат и забавно чихают, прикрыв носы. То что доктор прописал!

Найти бы еще местный крематорий, чтобы избавиться от ненужного хлама и была бы не жизнь, а сказка! Только снимем с себя все обвинения и заживем нормально! Хоть одна от Вардека польза — он обеспечил мое будущее на несколько лет вперед.

Покинув гостеприимные двери магазина, я решила пройтись. Город новый, а в закрытой карете многого не увидишь, тем более что до следующей моей остановки не больше получаса пешей ходьбы.

Я не жаловалась, нет, а просто наслаждалась возможностью двигаться. Пять лет парализации не прошли бесследно, и я до сих пор боялась, что снова вернусь в прошлое, в то время, когда была абсолютно беспомощна. Даже угроза жизни и возможная потеря свободы так меня не ужасала, как неспособность ходить. Это тяжело психологически и эмоционально. В наш мир технологий и прогрессивной медицины калек практически не было (были бы деньги). Мы научились лечить абсолютно любые болезни, но моя индивидуальная непереносимость имплантатов сделала из меня исключение.

Мир магии и волшебства! Да это все сказки! Ты бредишь Владка! — именно так бы я охарактеризовала свое состояние еще несколько недель назад, когда осталась умирать на неизвестной планете.

Мир нанотехнологии, биоинженерии и огромных космических просторов остался в прошлом… там за стеной… тумана, который был живой границей, скрывающий от чужого вторжения и любопытных глаз посторонних новую неизученную, неизведанную … Вселенную магии. Столько лет жили и никто даже не подозревал о подобном. Может и хорошо, что планета скрыта от постороннего глаза, ведь наша Элита склонна к разрушению и порабощению. Хотя, посмотрев на магию вживую за это время, усомнилась в силах Элиты. Их оружие — это целый пшик для волшебников мира Мидаран. К собственному огорчению или радости должна признать, что НАШ мир бессилен против магии. А туман, почему-то пустил меня в свой дом, подарив возможность жить, отпустив корабль с землянами в просторы космоса. Эта загадка навсегда останется без ответа.

Небо резко потемнело, загрохотало, а потом на землю обрушился сильный противный холодный ливень. Я пошла быстрее, чувствуя, как от капюшона отскакивают крупные капли дождя, а под ногами хлюпали мигом образовавшиеся лужи. Прохожих стало меньше, видимо попрятались в зданиях. Я тоже не отставала от них, а быстро шагнула за порог местной таверны, где сразу же в нос мне ударили ароматные запахи еды. Оказывается, я чертовски голодна! В животе недовольно забурчало.

Сейчас позднее утро. Самые спящие уже проснулись и сейчас активно уплетали завтраки.

Мест не было, но заметив в центре таверны одинокого посетителя за большим столом, пошла прямо к нему.

— Я присяду, — не спрашивала, а констатировала факт, снимая с себя мокрый плащ, вешая его на спинку соседнего стула. Туда же приземлилась моя сумка с вещами и золотыми монетами. Длинные черные волосы, забранные в высокий хвост, неуклюже хлестнули меня по щеке. Никак не привыкну к их длине.

А довольно молодой смуглокожий мужчина с темной длинной косой и заостренными ушами удивленно воззрился на меня. Шоколадные глаза подозрительно прищурились, а кадык дернулся. Даже есть перестал, застыв с поднесенной ко рту ложкой.

— Конечно, — наигранно улыбнулся он и, встав, галантно отодвинул для меня стул, куда я не преминула грациозно опуститься. Манеры, впитанные с детства, не пропьешь даже за десятилетия.

Ростом мужчина обделен не был, и я дышала ему в пупок. Но он все равно ниже моего ночного любовника.

Незнакомец тоже изучал меня и чем дольше он меня рассматривал, тем быстрее я успокаивалась. Не было в нем ни злобы, ни пренебрежения, а лишь легкий невесомый интерес. От него буквально несло харизмой. Может поэтому я без опаски рискнула подойти к его столу?

— Благодарю, — ослепительно улыбнулась незнакомцу, в глазах которого плясали смешинки. — На улице дождь, а эта таверна единственная оказалась поблизости, — решила объяснить свое вторжение.

Мужчина обвел заполненное до отказа помещение взглядом, и видимо сообразив, что его стол единственный остался свободным, кивнул в сторону стула.

— Не любите дождь? — мужчина занял свое прежнее место и махнул рукой, подзывая разносчицу.

— Предпочитаю солнце, — неоднозначно ответила ему, а дождь действительно не любила.

У нас на Земле это были кислотные осадки, которые истощили плодородную землю и только в специально оборудованных парниках мы могли выращивать овощи, фрукты и злаковые культуры, пригодные для употребления в пищу, хотя в последнее время Элита предпочитала закупать продукты растительного происхождения с других планет, где не было проблем с экологией.

— Слушаю лей, — местная рослая официантка с крупным телосложением ослепительно улыбнулась мужчине, чуть подавшись вперед, буквально вываливая свое декольте пред очи моего соседа. Я лишь изумленно переводила взгляд с него на нее. Вот это обслуживание! Обалдеть! Чувство, что она пытается снять этого мужчину для себя. Еще чуть-чуть и залезет к нему на колени.

Ухмыльнулась, что не осталось незамеченным моим соседом. Губы сжались в недовольную тонкую полоску, высокий лоб нахмурился, а длинный острый нос раздулся от негодования и, наверное, не только от наглости разносчицы, а еще от моего аромата духов, хотя за то время что я шла пешком, запах немного выветрился и смягчился. Но это меня уже не волнует. На то и был расчет, когда их приобретала.

Незнакомец не красавец, но от него несло обаянием за километр.

— Могу порекомендовать Вам мясо горного рипса, — быстро вернув себе непритязательный вид, посоветовал мужчина, пристально посмотрев на меня, игнорируя декольте официантки. — И в качестве гарнира возьмите зерна самала.

— Спасибо, — очаровательно расплылась в улыбке, изящно откидываясь на спинку стула. Официантка бросила на меня странный взгляд.

— Повтори девушке мой завтрак, — приказал холодно незнакомец. — И поторопись.

Разносчица недовольно зыркнула в мою сторону, но ослушаться не посмела.

— Она мне яд не подсыплет? — хохотнула я, провожая девушку равнодушным взглядом. Ее бедра призывно покачивались, а походка была плавающей. Несмотря на свои габариты, эта особа обладала грацией, что и демонстрировала всем окружающим.

— Не посмеет, — фыркнул мужчина. — Лей Айрон Ги Фьерд, — представился мужчина и в ожидании посмотрел в мою сторону, при этом окинув меня уже цепким взглядом, как у коршуна. С него мигом слетела доброжелательность. Теперь я засомневалась в своем правильном решении присесть за его столик. Откуда такая резкая смена настроения?

— Вл… Вена, — немыслимо сократила свое имя. Мою оговорку мужчина заметил, но не стал комментировать, а я непринужденно начала есть, принесенный официанткой завтрак. Нельзя, чтобы он мной заинтересовался.

— Вена и все? — уточнил мужчина, лениво откидываясь на спинку своего стула.

— Этого достаточно, — пожала плечами, отпивая пряный отвар из глиняной кружки.

Айрон щелкнул пальцами и вокруг нас засверкали разноцветные нити, образуя купол. Что это? Посмотрела по сторонам, но гости ничего не заметили, а я буквально ощущала исходивший треск от этой странной сферы.

— Итак, — мужчина перестал мне нравиться, а мне захотелось быстро слинять отсюда, но лучше сейчас не дергаться, ибо это чревато последствиями. — Вы приезжая, — и как догадался. — Возможно, в ваших корнях затесались гномы, но Вы на них мало похожи, — вот это наблюдательность! Так Владушка главное спокойствие. — В вас нет ни капли магии, что свойственно всем гномам, — о, а этого я и не знала. Значит, будем оперировать этими данными. — Но я чувствую магическое вмешательство, — он задумчиво стукнул себя пальцем по подбородку. Я приложила максимум усилий, чтобы внешне держать невозмутимость и даже рискнула бросить на него дерзкий взгляд, говоря о том, что я тебя не боюсь! МАГ! И достаточно сильный, раз смог через все мои магические ухищрения распознать отголоски моего маскарада.

— Вы так наблюдательны, — ласково протянула я. В игру Угадай-ка можно играть вдвоем. — Что же вы еще заметили? — и главное наглости больше в голосе добавить.

Айрон махнул передо мной рукой, отчего по телу прошлась волна тока. Дернулась. Неприятные ощущения.

— Хм, настоящая, — протянул он изумленно. — Тогда ничего не понимаю.

— Знаете, — заговорщицки прошептала я, наклоняясь вперед. — Иногда связи магов и гномов приводят к очень интересным результатам, — отчего Айрон хмыкнул. Я блефовала, но он проверить ничего не сможет.

— И к каким же?

— Вы думаете, что я вот так просто первому встречному раскрою все свои секреты? — наигранно фыркнула я, окидывая его бесстрастным взглядом. Меня не в чем обвинить, а простой интерес пройдет сразу же, как только мы расстанемся. — Поверьте, в моей жизни нет ничего такого, что привлекло бы внимание окружающих, — ага, за исключением иномирности и розыска.

— Вы правы, — вмиг утратив ко мне интерес, мужчина отпил из своей кружки, а потом снова щелчок пальцев и купол распался.

И что это было? Язык просто чесался спросить об этом, но я вовремя его прикусила.

— Какие люди и без охраны! — пропело язвительно за спиной, а я резко напряглась, вцепившись в вилку с ножом мертвой хваткой. Еще одно движение и эти предметы воткнутся в горло этого гада.

В голове стучал один единственный вопрос: КАК? КАК он меня нашел? Столько усилий и все псу под хвост. Надо было не по магазинам шляться, а сразу фрегат искать и плыть отсюда подальше, но я же умная, я же решила восстановить свою справедливость. Идиотка!

— Вардек, неужели это ты? — не менее ядовито ответил Айрон, полностью отдавая свое внимание незваному гостю, а я была как натянутая струна. — Помниться в нашу последнюю встречу ты активно обрастал шерстью. Твои крылья отказывались тебя нести, да и вроде твой народ от тебя отказался, — ого, а этого я не знала, но он же там был вроде главы стаи гарпий? Или я чего-то не понимаю. — Куда же подевался твой маскарадный костюм?

— Не поверишь, — и эта тварь вальяжно уселась за наш столик, при этом он очень пристально посмотрел на меня. Я бросила на него мимолетный взгляд и чуть не подавилась. Он меня не узнал! Он сидел рядом и не узнал меня, так как быстро его интерес вернулся к Айрону, а я выдохнула спокойно. У меня получилось! Я смогла обмануть их всех! Вардек взмахнул рукой и вокруг этой парочки образовался уже ранее знакомый мне купол, вот только в нем не было меня, и я ничего не слышала, о чем говорили эти двое. Полог тишины? Айрон шипел, а Вардек ухмылялся. Тогда я решилась. Мысленно потянула за одну из нитей купола и через несколько секунд расслышала голоса на повышенных тонах. — … Источник творит чудеса! — и гарпий задорно расхохотался, а я продолжала молча есть, не подавая признаков того, что слышу. Интересный факт, но у меня получилось воздействовать на чужую магию. Все проходит через нити Источника.

— Лжешь, — выплюнул Айрон. — К нему не добраться. Я пробовал и чуть не сдох в болотах.

— Ты неудачник Айрон, — развел руками Вардек. — А я везунчик! — скотина ты Вардек, а не везунчик. — И что самое интересное, то я даже эту тварь Магдалену отыскал, но она сучка снова пропала.

— Где? — голос Айрона стал хриплым. — Она же погибла тогда, — на меня эти двое не обращали никакого внимания, уверенные в своей неприступной магии.

— Я тоже так думал, — лениво фыркнул Вардек. — Она всю силу отдала, но вот теперь я не уверен, что именно всю, так как построенный на скорую руку телепорт никак не напоминал о том, что она стала пустой, да и внешность с нашей последней встречи не изменилась. Все так же хороша, а по сути, должна быть дряхлой старухой.

— Этого не может быть, — Айрон сцепил кулаки. — Я ведь похоронил ее.

— Ты идиот, Айрон, — хохотнул Вардек. — Она никогда не была и не будет твоей. Эта гордячка сама себе на уме и никогда не склонит головы ни перед тобой, ни перед самими Светлыми, — твою же… ласточку! Неужели они говорят именно о той Магдалене, которую знала я? И судя по всему Айрон имел виды на Магдалену.

— Я найду ее! — Айрон вскочил со своего места, но Вардек перехватил того за руку.

— А я ее добью, — и теперь эти двое испепеляли друг друга убийственными взглядами.

— Тогда мне придется убить тебя, — ледяным тоном сообщил Айрон. — В прошлый раз я считал, что твоего наказания достаточно, но повторной потери я не допущу.

— Наивный, — фыркнул Вардек. — Знаешь, о чем я больше всего сожалею? — Айрон взял себя в руки и снова уселся на место. Вспыльчивый. — Что из-за этих баб, — и быстрый взгляд в мою сторону, но я продолжала упорно делать вид, что ничего не слышу. — Нашей многовековой дружбе пришел конец, — что? Эти два экземпляра были друзьями? Вот мне повезло? И зачем я села именно за этот стол?

— Я любил ее, — и столько тоски в голосе, что по моему телу непроизвольно пробежал табун мурашек. Поежилась.

— Она сама подписала себе смертный приговор, — холодно парировал Вардек. — Не нужно было лезть в мои дела.

— Рената…

— Дура Рената, — и снова пренебрежение, а ведь она вынашивала твое дитя ублюдок.

— Уходи, — зло бросил Айрон. — Уходи, пока я еще держу себя в руках.

— Да ладно, — Вардек поднял вверх ладони. — Я заходил по другому вопросу, — с надменностью и высокомерием в голосе протянул он. Как же я была тогда слепа.

— От меня помощи не жди, — припечатал Айрон, не став слушать этого предателя.

— Я заметил по всему городу интересные расклейки одной девушки, — вот сука! — Так вот… она мне нужна живой в обмен на жизнь твоей Магдалены. Я отступлюсь, но та девушка должна быть доставлена ко мне именно ЖИВОЙ.

— Зачем тебе та ведьма? — насторожился Айрон. — Ты же прекрасно понимаешь, что даже я со своими связями не смогу отменить этой преступнице смертный приговор? Она убивает наших. Я ничего не смогу сделать.

— Она точно ни при чем, — прищурился Вардек. Спасибо конечно за такую уверенность, но она меня не спасет от плахи. — Найди ее для меня.

— А сам?

— Нужно возвращать себе полную власть, а на поиски просто нет времени, но я знаю, что это в твоих силах. Девчонка не убийца. Она даже элементарной магией не владеет и если это была бы она, то грош цена вашим магам, которые не смогли справиться с полностью обделенной магией девчонкой. Она напугана, но она не убийца, — и, поднявшись, гарпий быстро покинул нас, снимая полог тишины.

— Извините, — Айрон скривился, посмотрев в удаляющуюся спину гарпия. — Это мой старый … друг и к сожалению забывший о манерах.

— Вы напряжены и расстроены, — заметила я. — Неужели друзья должны так … огорчать? Мне показалось, что между вами только молнии не летали.

— Вам показалось, — грубо прервал меня Айрон и, достав несколько серебряных монет, бросил на стол. — Прошу меня извинить, но дела не ждут.

— Конечно, — улыбнулась я. — Всего хорошего.

Айрон еще раз пристально посмотрел на меня.

— Ваш завтрак я оплатил, — быстро поспешил на выход.

Вот так номер. Не ожидала от местных мужчин такой щедрости.

В таверне я просидела еще около двух часов, пока дождь не утихомирился, мысленно составляя план последующих действий.

Первое: Айрон какая-то местная шишка, во власти которого вершить целые судьбы.

Второе: Моя маскировка удалась, и Вардек меня не узнал, а это значит, что можно немного расслабиться и никуда не уезжать. Буду находиться у них под носом, ведь они даже не подумают о таком варианте событий.

Не зря говорят, если хочешь что-нибудь спрятать — положи на видное место. В моем случае искомое — это я.

Третье: Магдалена жива, а значит, когда все закончится, я попробую ее найти. Ее нити жизни и магия мне знакомы, поэтому не сомневаюсь, что мне это удастся.

Глава 15

Не люблю осенний дождь. Закутавшись в плащ, я быстро шла по улицам Велистара. Промозглый ветер норовил сорвать с меня капюшон и заморозить. Гадская погода, а еще нужно найти ночлег на пару дней, пока не решу жилищный вопрос.

Да, я решила приобрести себе домик. Не знаю надолго ли я в этом городе, но вот жить в тавернах не желала. Мне нужен свой маленький уютный уголок, собственная крепость. Благо деньги на это были. Недвижимость на берегу моря или океана всегда прибыльное вложение. Даже если буду жить здесь не всегда, дом останется моим и я в любое время смогу сюда вернуться. Главное разобраться с проблемами.

Многочисленные ступеньки под ногами усложняли мой путь. Уставившись себе под ноги, чуть не споткнулась о преграду.

— Твою ж ласточку, — выругалась под нос, медленно отступая.

На дороге обездвижено лежал молодой парень лет пятнадцати. Его грудь еле вздымалась, а из горла слышались громкие рваные свистящие хрипы. Он задыхался, но не это меня испугало, а то, что с каждой секундой парень буквально иссыхал на глазах, кожа становилась тонкой, дряблой как у старика и неестественно серой. Возле него суетились двое немолодых мужчин, пытаясь привести в чувство. Один из них видимо был целитель, так как приложенные к вискам руки мужчины удерживали еще на этом свете мальчишку, но по виду этого лекаря, его сил не хватит. Пот ручьем лился по вискам целителя, а улучшений не было, лишь отсрочка.

Нервно сглотнула. Я, кажется, поняла, что происходит. Проклятый убийца.

Никакая магия не спасет от этой напасти, так как буквально его тело оплетал черный толстый канат, основание которого присосалось к груди. Это было странное, пугающее, отвратительное и неправильное зрелище. Именно через этот канат уходила магия и жизнь из молодого мужчины. Черные нити оплетали юношу и целителя. Смотрелось это жутко. Почему никто этого не видит? Они все слепцы!

Не знаю, что происходит. Меня вели к этому парню незнакомые силы, подавляющие волю. Это была я и в то же время не я.

— Уберите руки, — хрипло пробормотала я, опускаясь на колени перед мальчишкой.

— Пошла прочь, — прорычали сверху надо мной, больно хватая за плечи. — Не мешай.

— Вы не понимаете, — внезапно заорала я на мужчину, вырываясь из захвата. — Оно его съест, если ничего не сделать, а потом сожрет и его, — ткнула пальцем в ослабевшего лекаря, который бросил на меня очень странный взгляд. Поежилась.

— У меня не получается, — прохрипел обессиленный лекарь. — Мои силы будто уходят в бездну, — почему-то решил объясниться целитель. Чернота колыхалась вокруг этой парочки. Все это очень странно.

— Майрон, — еле слышно прошептал мужчина, падая на колени перед юношей. — Ты не можешь меня оставить, — впервые видела, как мужчина плачет, понимая, что ничего нельзя сделать. Это конец. Конец такой молодой жизни.

Я сама готова была разрыдаться от несправедливости ситуации, но по щекам прокатилась лишь одинокая слезинка.

Прикрыв глаза, смотрела будто бы через призму в искаженном варианте и понимала, что этот черный канат затягивается на ярких жизненных потоках юноши.

Отдавая себя во власть неизвестной силе, которая сейчас руководила мной, я делала невозможное, невероятное. Уверена, что простому глазу ничего не было видно, но только не мне. Из моих ладоней вырвался самый настоящий огонь, и он направился в сторону юноши, обволакивая его тело, приподнимая над землей. Лекарь с мужчиной резко отступили, а я, открыв глаза, наблюдала за чужеродной магией, стихией, которая встретилась в теперь уже равном бою.

Тело мальчишки действительно подвисло в полуметре над землей и цвет кожи постепенно приобретал свой естественный оттенок, вот только огня не видно. Его видела лишь я, и он беспощадно сжигал черный кокон, уничтожая мерзкие щупальца, присосавшиеся к груди парня. Черная мерзость трещала, скрипела, скулила, но вырваться не смогла. Огонь убивал эту неправильную смерть.

Кокон долго не мог сопротивляться и с шипением резко отпустил мальчишку, тело которого плашмя упало на землю, а из горла вырвался судорожный вздох.

Жив!

Но радовалась я недолго, так как этот кокон будто жил собственной жизнью. Он ринулся в мою сторону, словно почувствовав, что именно я была причиной его неудачи. Моего огня недостаточно, вернее ему нужно время, чтобы уничтожить эту гадость, а его у меня не было.

Вскрикнув, резко отскочила в сторону, отмахнувшись рукой от черноты, объятой огнем, но она отступать не собиралась, а с каким-то шипением набросилась с новой силой.

Как я уже говорила ранее, то для обычного глаза все мои манипуляции невидимы, кроме как сумасшедшая, прыгающая и размахивающая в разные стороны руками девица на дороге.

В груди образовалось непонятное жжение, и из нее буквально вырвался новый поток жидкого огня, который взял меня в сферу, не подпуская ко мне кокон смерти из многочисленных нитей. Толстая черная нить продолжала трещать, шипеть и истончаться на глазах, отступая, смиряясь с поражением. Даже дышать стало легче. Черная гадость расплавилась на моих глазах.

Сгори до тла, — мысленно пожелала этой мерзости, которая действительно через секунду полностью исчезла.

Шумно выдохнув, вытерла вспотевшие ладони о ткань плаща. Вот это я согрелась!

Паники не было, лишь полное смятение и недоумение о происходящем.

Скорее всего, я стала свидетельницей нового, но сорванного убийства. Именно из-за хозяина всего этого я сейчас в активном розыске, вот только где найти кукловода этих черных нитей?

Жар тела сменил озноб. Сил практически не было. Дышала рвано, через раз. Чувство, что меня несколько раз пережевали и выплюнули в унитаз, а потом щедро смыли в канализацию.

Я сидела на холодных ступенях полностью обессиленная и потерянная. Мысли отсутствовали, а в голове неприятно гудело.

— Мой мальчик жив! Как Вы это сделали? — ко мне подсел мужчина и легонько встряхнул за плечи. От его движений голову прострелила адская боль и я, застонав, до крови прокусила губу.

— Помогите, — я схватилась за его рукав и потеряла сознание. Видимо организм все-таки сжалился надо мной.

Я снова оказалась на той планете, окруженная плотным сгустком тумана. Он наполнял мои легкие кислородом, давая возможность свободно дышать, будто бы подзаряжал мой организм, как какой-то аккумулятор.

Что вы такое? — мысленно воззвала к ответу это неизвестное явление природы, но туман молчал, игнорировал и продолжал заряжать мое тело энергией.

Я не могла двигаться. Да я вообще ничего не могла сделать. Тело было парализовано и это пугало меня больше всего. Я не чувствовала своих ног. Силы разом покинули меня.

Только не это, пожалуйста, только не снова эта беспомощность и бесполезность. Я не переживу этого, — я молча рыдала, а мое сердце буквально разрывалось на куски от боли, от осознания собственной никчемности и ненужности. — Пусть все это будет лишь моим страшным сном, моим страхом.

— Нет! — заорала я что есть мочи, резко просыпаясь, вырываясь из оков собственного страха.

— Ну, наконец-то вы пришли в себя, — кто-то слишком громко ходит и говорит.

Я лежала на чем-то мягком, укрытая теплым одеялом. Глаза медленно привыкали к свету, исходящих от магических светильников. Видимо вечер.

Лекарь. Высокий коренастый мужчина со светлыми волосами сейчас низко склонился над лицом, внимательно меня рассматривая.

— Ну-ну, не плачьте, — успокаивающе меня погладили по голове, а я не могла. Мои щеки были мокрыми и липкими от слез. — Все обошлось и если честно, то не думал, что вы выкарабкаетесь. К сожалению, моя магия оказалась бессильна перед вашим истощением, — хмыкнула, возвращаясь мыслями к странному сну.

— Сколько я провалялась? — еле слышно прошептали мои потрескавшиеся от сухости губы.

— Вы не приходили в себя двое суток, — покачал головой лекарь. — Но теперь Вы пойдете на поправку. Кризис миновал, — кивнула. Эх, если бы ты знал, что на самом деле со мной приключилось, то так бы не утверждал. — Ваш организм самостоятельно восстановился. Скажу честно, я впервые вижу, чтобы не маг, мог так управлять жизненными потоками не только своими, но и других людей, — это он о мальчишке? Значит вот какое они дали объяснение этому происшествию?

— Кто Вы и где я? — комната, где я находилась, была достаточно богато и со вкусом оформлена.

— Я Родарис — личный лекарь семьи барона лея Кенбрука Фо Трескура, в доме которого вы и находитесь, — спокойно ответил целитель, ощупывая мое тело. Прикосновения были едва ощутимы, что меня обеспокоило. Я же видела, что он очень сильно давил на плечи, руки, голову, но тактильные ощущения были словно издалека. — И это чудо, что Вы оказались в том переулке.

— Что тогда произошло? — я попыталась сама пошевелить пальцами, но это оказалось очень проблематично. Тело слушалось плохо.

— Майрон — племянник лея Кенбрука очень активный молодой человек с невероятной магической силой, — Родарис говорил и хмурился, бросая на меня непонятные взгляды. — В тот день нам была назначена встреча у наместника города. Майрона должны были протестировать лично маги лея Фабиуса, чтобы понять, куда нам отдавать мальчишку, — пальцы Родариса сейчас ощупывали лицо, но я опять очень плохо чувствовала прикосновения. — Сила у нашего наследника очень велика и он бы получился отличным универсалом, но по дороге домой мы решили прогуляться, отметить это величайшее событие, ведь с его потенциалом Майрон мог служить при Дворе нашего короля, — устало вздохнул лекарь. — Мы зашли в трактир, где провели там около трех часов. Ждали окончания непогоды. Спустя пятнадцать минут Майрону стало плохо, он начал задыхаться, а жизненная и магическая сила стремительно покидали тело. Я ничего не мог сделать, а потом появились Вы, и слава Богам все закончилось хорошо. Лей Кенбрук не пережил бы потери племянника. Он все, что осталось от его семьи, — личная трагедия барона? Мне точно нет никакого дела до этого.

— Ясно, — думалось плохо, но одно поняла точно, что все либо началось с наместника, либо с трактира, в котором по несчастью оказались эти трое.

Ладно, об этом подумаю позже. Нужно для начала понять, что произошло с моим телом.

— Вы очень нам помогли. Спасибо лея…

— Лея Вена, — скоро начну привыкать к этому имени.

— Вы отдыхайте, набирайтесь сил, — мне ко рту поднесли дымящийся напиток со странным терпким ароматом. — Это восстанавливающее зелье, — пояснил местный доктор. — Оно быстрее поможет вам восстановиться.

— Мои ноги, — простонала обессиленно я, отпивая горьковатую на вкус жидкость. Если я руками могла двигать хоть немного, то ноги меня отказывались слушаться. — Я не чувствую своих ног, — пожалуйста. Это был ведь просто сон, но тогда почему я парализована ниже пояса?

Снова по щекам непроизвольно потекли слезы. Я только-только начала ходить и теперь у меня отобрали эту возможность снова. За что?

— Мне жаль, но пока я бессилен, — на меня сочувственно посмотрели. — Возможно это последствия происшествия. Вы что-то невероятное совершили, и это отразилось на Вас таким образом.

— Вы не понимаете, — заорала я на него, срываясь в истерику. Тело била нервная дрожь, вот только ноги так и остались безучастными. — Вы ни черта не понимаете!

— Лея Вена успокойтесь, — маг обеспокоенно смотрел на меня. — Нужно время на восстановление…

— Вы не понимаете, — лихорадочно повторяла я снова и снова. — Вы не понимаете, — это был мой конец. Мои страхи воплотились и больше ничто мне не поможет.

— Мы поможем Вам, — словно услышав мои мысли, уверенно проговорил Родарис. — Не бросим, только, пожалуйста, перестаньте волноваться, — уговаривал лекарь. — У меня среди коллег есть более сильные целители, и они уверен, смогут Вас поставить на ноги.

— Мне никто не поможет, — еле слышно прошептала я.

Наша медицина оказалась бессильной, а магия слишком ненадежна. Теперь я в этом убедилась. Чудо, которое произошло со мной, когда я попала в этот мир, исчезло. У всего есть свой предел, свое время и мое закончилось. Зачем мне бессмертная жизнь в этом искалеченном теле?

Я невидяще смотрела в пустоту, полностью абстрагировавшись от внешнего мира. Я больше не слышала Родариса. Мне было все равно. Я устала. Устала бороться, выживать, карабкаться вверх. Мне разом все стало безразлично. Краски мира потухли, оставив после себя лишь пепел, на котором успела станцевать боль.

Я неподвижно лежала на чужой кровати, в чужом доме, в чужом мире и тихо ненавидела себя, свою жизнь, свое проклятье.

Слезы высохли, но в горле до сих пор ощущался колючий горький ком. К чему все мои бессмысленные телодвижения?

Я проиграла. Проиграла битву. Нет! Даже целую войну. Неудачница. Жалкая искалеченная неудачница.

Я знала, что это конец. Понимала теперь, что подарок был временным, но зачем? Зачем сначала давать, а потом отбирать? К чему все это?

Мне бы ненавидеть мальчишку, которому помогла, но я не могла. И если подумать, то плата и не высока. Жизнь целого человека в обмен на мои ноги.

Еще пять лет назад я бы смирилась с этим недостатком, и возможно этот подарок был сделан именно с этой целью? Чтобы я смогла спасти чью-то жизнь?

Пять лет назад я приняла свой проигрыш и с гордо поднятой головой шагала нога в ногу со своими друзьями, которые и были моими ногами, были моей опорой и поддержкой за просто так, бескорыстно, ничего не требуя взамен. Сейчас же я осталась одна, и что делать с этим не знала.

Как взять себя в руки? Как собрать себя воедино из тех обломков, которые ненужным мусором валялись под ногами прохожих?

В груди трусливым зайцем замер жуткий страх.

Казалось бы, ничего страшного не произошло, и такое могло случиться с каждым, но почему же это случилось именно со мной?

Как снова перенастроить свой мозг на то, что я теперь иная? Как опять приспосабливаться к ограниченным возможностям?

А еще дом свой хотела. Наивная. Теперь мне нужна сиделка с крепкими руками, чтобы помогала с элементарными вещами. Опять нужно привыкать проходить через стыд, позволять другим ухаживать за собой.

Скривилась, вспоминая как это было впервые. Тогда это были Димка с Матвеем. В моменты гигиенических процедур мне хотелось удавиться, но они вели себя как ни в чем не бывало. Все мои комплексы переводили в шутки, говоря, что носят меня как принцессу или даже королеву. Ни одна знатная дама не может похвастаться, что ее будут носить на руках в прямом смысле этого слова два шикарных красавца. Они видели, как мне было плохо и больно, но старались своей харизмой, легкостью и бесшабашностью отгонять эти, по их мнению, глупые страхи. И за это я была им благодарна. Они вытащили меня из омута безнадежности, паники и ужаса.

А сейчас сил не осталось. Прикрыв глаза, медленно соскользнула в сон, но уже без сновидений или это может быть, что-то Родарис сделал с моим организмом? Ведь именно прикосновение его пальцев к векам отправило меня в глубокий и спокойный сон.

Глава 16

Следующий день не принес мне облегчения, а наоборот, будто бы все разом навалилось.

Утром ко мне пожаловали двое слуг, одним из которых оказался рослый молодой мужчина. Он, не спрашивая моего разрешения, аккуратно поднял на руки и отнес в уборную. Девушка — служанка же помогала мне справить естественные нужды, а затем и помыться в ванной.

Как же мне было стыдно! Все повторяется снова и от этого никуда не деться. Как же я ненавижу собственную беспомощность. Посторонние чужие люди видели меня такой немощной и слабой, но я, сцепив зубы, и виду не подавала, насколько мне было плохо. Натянув маску невозмутимости на лицо, молча принимала эту помощь, стараясь не обращать внимания на жалость, исходившую от прислуги. Снова приходиться зависеть от кого-то, проходить через стыд, неловкость и смущение.

Подвижность не возвращалась. Я просматривала собственные жизненные нити и мне они очень не нравились. Рваные, изодранные в хлам нити в области ниже груди безжизненно свисали клочьями. Мой жизненный узор был безвозвратно нарушен. Я пыталась связать концы, подлатать, но у меня ничего не получалось. Нити не слушались и словно паутина расходились в стороны. Это полный провал, фиаско.

Тот жар, вырвавшийся из моей груди, не прошел бесследно. Именно он оставил после себя такие последствия, но вот почему же я потеряла способность ходить только после того, как бухнулась в обморок? Я же тогда могла двигаться. Что же все-таки произошло? Что стало катализатором? Почему туман отобрал мою подвижность? И как мне жить дальше? Вся моя маскировка теперь выглядела нелепо и глупо, а через три месяца мой грим станет сходить, и вот тогда я окажусь в полной заднице.

Хоть Родарис и обещал помощь от своих коллег, но я сомневалась, что мне вообще что-то может помочь. Они не видят нити. Они в этом плане абсолютные слепцы. И как объяснить им свои уникальные способности не представляла. Ведь нити — это не магия, это сама суть мира и всех живущих в нем существ. Я прикоснулась к ним и получила такой результат. Но кто же знал, что будут такие последствия. Кто мог предположить, что в той аварии закончится моя активная, бурная и полная приключений жизнь? Кто думал, что после всего от меня отвернутся родные и близкие люди. Что нищеброд, коих я раньше считала низшим сословиям, протянут мне руку помощи, вытащат из болота полного отчаяния и боли. Все случайности не случайны. Единственная во Вселенной девушка с ограниченными возможностями. Насмешка судьбы, не иначе.

— Лея Вена как Вы? — ко мне в спальню вошел хозяин дома сам барон Фо Трескур.

Выглядел он на удивление отдохнувшим и спокойным. Ну да, беда от его семьи отвернулась и перебросилась на меня. Мужчина выглядел добродушным и больше не пытался меня испепелить взглядом или убить собственными руками, как это он хотел сделать на площади.

Русые волосы были заплетены в сложную косу, а крупное высокое тело упаковано в строгий костюм насыщенного коричневого цвета. Гладко выбритое лицо было строгим, а прищур глаз глубокого синего цвета внимательно осматривал меня с ног до головы. И так как я лежала под одеялом, то увидел барон только мои руки, лицо и половину туловища.

— Я в порядке, спасибо, — глухо ответила ему.

Хорошо, что он заявился после завтрака, так как с утра у меня буквально пересохло в горле, и говорить было проблематично. И если честно, то рассчитывала на то, что меня Родарис навестит, а не сам барон.

— Я хочу принести Вам свои извинения и поблагодарить за Майрона, — выдавил из себя мужчина, а светлая кожа пошла красными пятнами. Нда, видимо не часто ему приходится наступать на собственное горло и признавать ошибки, а тем более благодарить. Такие люди просто принимают все как должное, ничего не давая взамен. Я молчала, лишь кивнула, показывая, что принимаю и извинения и его благодарность. Но он же не за этим ко мне пришел? — Внизу Вас ожидают следователи. Они хотят сами с Вами побеседовать.

— Следователи? — сглотнув, тихо переспросила я. Только этого мне не хватало. — Я не готова с ними разговаривать.

— Почему? — изумился Кенбрук. — Вы же только что сами сказали, что чувствуете себя нормально. В чем тогда причина? — я лишь зубами скрипнула. Поторопилась уверить его в своем хорошем самочувствии. И как ему сказать, что я элементарно боюсь. Боюсь быть рассекреченной. Следователи ищут ведь меня. Моими фото наверное все участки расклеены, а не только город.

— Ладно, — сдалась я. Грим прилип намертво, авось пронесет. — Зовите.

Кенбрук бросил на меня внимательный взгляд и вышел, а я продолжала сидеть как на иголках. Естественно к ним спускаться я не собиралась. Здесь я чувствовала себя немного уютнее. Да и не хочу, чтобы они видели, как меня носят на руках.

Не прошло и двух минут, как ко мне в комнату вместе с хозяином дома вошли двое магов.

Они возвышались на целую голову над Кенбруком. Я им в пупок дышать буду. Сколько же в этом мире великанов?

— Лея Вена? — вопросительно — утвердительно проговорил первый и шагнул ближе ко мне. — Меня зовут инспектор Фрегас, а это мой напарник инспектор Ларгус.

— Слушаю, — быстро взяв себя в руки, спокойно холодно проговорила я, рассматривая эту колоритную парочку.

Черные мундиры на поджарых мускулистых телах смотрелись потрясающе, если бы не обстоятельство. Эти «мундиры», когда догадаются, быстро меня ликвидируют, как опасную преступницу. Вот и живи Владленка неприметно.

У инспектора Фрегаса был длинный орлиный нос. Неудивительно, что он его сует, куда не надо. Могли бы проигнорировать меня, не допрашивать. Полные губы были плотно сжаты, а шоколадные глаза подозрительно сощурены. Высокий лоб был напряжен, отчего по нему прорезалось несколько морщинок. Абсолютно лысая черепушка не внушала доверия. Увидела бы такого на ночных улицах, то точно инфаркт заработала. У него внешность отпетого бандита. Он знает себе цену и умеет наказывать виновных.

Второй же мужчина выглядел более располагающе. Лысина его не портила, а серые глаза смотрели с сожалением и участием. Крупный прямой нос не раздувался в раздражении, как у Фрегаса, а тонкие губы едва заметно мне улыбались.

— Расскажите, что произошло три дня назад, — Фрегас присел на мою кровать и буквально впился в меня взглядом, а Ларгус расположился у окна, присев в кресло. Кенбрук же стоял на пороге, облокотившись о косяк двери, но его попросили удалиться.

Затем Ларгур повесил полог тишины. К чему эта конфиденциальность?

Я говорила уверенно, опуская лишь некоторые детали, но и за них они смогли зацепиться.

— Эта магия мне не знакома, — Ларгус аж с кресла подался вперед, когда я дошла до момента освобождения из нитей. Почему-то я не могла о них умолчать. Доверия эта парочка во мне не вызывала, но я четко понимала, что если начну юлить, то они могут копнуть глубже и тогда никакая измененная внешность мне не поможет.

— Я не чувствую в вас магии, — поддержал коллегу Фрегас. — Это очень странно.

— Я не знаю, как это у меня получается, — пожала плечами. — Все происходит само собой.

— Лея Вы ведь приезжая? — кивнула. — Откуда вы родом? — ну вот. То чего я боялась.

— Это не важно и к делу не имеет никакого отношения, — резко отрезала я. Любопытные ищейки. — Все, что я знала, рассказала и теперь прошу оставить меня в покое. Я устала.

— Это побочный эффект? — кивок в сторону моих ног. Кенбрук, наверное, посвятил их в мою проблему.

— Он самый, — раздраженно бросила я. — И увы не поддающийся лечению.

— Уникальный случай! — потер бритый подбородок Ларгус.

— Прошу покинуть мою комнату, — еще немного и сорвусь на крик. Как же меня это все достало. Смотрят и смотрят, как на калеку, а я не калека! Я живой человек с ограниченными возможностями!

— Если что-то еще вспомните…

— То обязательно сообщу, — грубо закончила я мысль Фрегаса.

Парочка не стала задерживаться, а быстро скрылась за дверью.

И хорошо, что в этот день меня больше никто не беспокоил, даже барон не появлялся, но это и понятно. Он постоянно с племянником и помогает тому встать на ноги. Лишь вечером ко мне заглянул Родарис, чтобы провести очередное обследование, а потом растерянно выдать:

— Ваша аура в полном порядке, — задумчиво протянул доктор. — Тело абсолютно здоровое, но по какой-то причине вы не можете двигаться, и это вводит в тупик не только меня, но и моих коллег, с которыми я консультировался. Я показал им магические слепки вашей ауры и ваших внутренних органов, но мы пока не можем найти причину такой странной болезни. На Мидаране раньше не сталкивались с таким недугом. Невероятно, но у нас можно отрастить потерянные конечности, вырастить внутренние органы, а вот заставить ходить полноценного человека, почему- то не получается, — Родарис ходил из угла в угол комнаты, сцепив за спиной руки в замок. — Есть предположение, что все происходит в вашей голове и только от Вас самой зависит ваша подвижность, но это как вариант, — что? Я сама себе блок поставила? Да это же бред!

— Спасибо за беспокойство, — вежливо поблагодарила доктора.

— Лея Вена у Вас есть родственники или друзья, кому можно сообщить о Вас и вашем состоянии? — я отрицательно мотнула головой. У меня в этом мире нет никого. — В любом случае барон позволил Вам остаться в его доме на столько, насколько это будет нужно.

— Спасибо, — прошептала я. Не выгнал и то хлеб. Даже помощников выделил. Мысленно я уже настроилась, что так и проживу свое бессмертие, а если еще и Вардек меня найдет и к себе потащит, то можно прощаться с жизнью.

— Эх, лея Вена, — вздохнул светловолосый короткостриженый мужчина, взъерошивая пятерней свою шикарную густую шевелюру. Его рубашка была расхристанная на груди, а камзол небрежно надет на одно плечо, будто он в спешке собирался. — Ваш недуг очень странный и не подлежит ни единому научно — магическому объяснению. Такого просто в нашей практике не было, а поверьте, что маги — лекари со многим неизведанным сталкивались на пути своей длинной жизни. Как и не понимаем, что же случилось с Майроном. Это все настораживает и вводит в тупик.

— Майрону просто не повезло, — хрипло проговорила я.

— Но Вы оказались рядом, — прищурился лекарь.

— Простое везение, — флегматично заметила я.

— Возможно, — неоднозначно согласился со мной мужчина. — Я попробую еще что-то выяснить о вашем состоянии и тогда сообщу о результатах, — кивнула. Может действительно ему удастся мне помочь?

Позже узнала, что Майрон находится еще без сознания, но магические потоки снова возвращаются, а это значит, что мальчишку пронесло. Жизнь его в безопасности, что не сказать обо мне.

Я практически безвылазно сидела в комнате, а когда осенняя погода баловала своим солнечными днями, то меня выносили на руках в сад, где я снова бездейственно сидела. Это утомляет.

Прогресса в моем здоровье не наблюдалось, и я снова начала привыкать к такой жизни.

Кстати, мои заказанные покупки доставили точно по адресу дома барона. Теперь у меня был небольшой, но мой собственный гардероб, а не обноски, которыми меня снабдили в первые три дня проживания в доме.

Барон меня не баловал своим вниманием, а постоянно где-то пропадал. Пользоваться гостеприимством хозяина больше не могла и попросила Родариса подобрать мне небольшой одноэтажный домик в аренду. Покупать передумала, так как в моем положении все сейчас рискованно. Здесь я себя чувствую нахлебницей. В доме барона мне неуютно и тоскливо.

Удивительно, но лекарь единственный человек с кем мне было не в тягость общаться.

А через неделю произошло событие, которое выбило меня из колеи или точнее будет заметить, что заставило буквально бежать из дома барона.

Я, конечно, понимала, что от моего присутствия Кенбрук не в восторге, но правила хорошего тона не могли позволить ему выгнать меня на улицу. В последнее время он очень часто оказывался рядом со мной. Перемены поведения барона мне не нравились. К чему эта навязчивость?

Тогда я не придала особого значения его странным взглядам и неловким нечаянным прикосновениям, когда он что-нибудь мне подавал или приносил. Мы много разговаривали и в такие периоды, он прятал свое неприятие. Я настолько погрузилась в собственную беду, что не видела очевидного. Я женщина, пусть и не сильно привлекательная, но женщина.

В тот вечер Кенбрук перебрал алкоголя и ввалился ко мне в спальню пьяный и с безумством в глазах. Если честно, то не ожидала подобного от всегда сдержанного и рассудительного барона, который хоть и не хотел, но мне помогал. Даже инвалидную коляску помог достать. Правда я сделала только наброски чертежа, но суть он уловил, и через три дня я совершенно счастливая разъезжала на ней по всему дому.

Вот только коляска не была обычной в своем понимании. Она могла парить над поверхностью. Лестницы или ступеньки теперь не были для меня проблемой. Управлялось это чудо силой мысли. Кстати подлокотники служили вместо сильных рук. Они вытягивались и, поднимая меня, усаживали в коляску. То есть я теперь смогу обходиться без посторонней помощи. И все это волшебство поддерживал магический кристалл, который был завязан на моей ауре.

Я спала и естественно не сразу сообразила, что происходит, лишь ощутила на теле сильные руки, которые бесцеремонно мяли мою грудь, живот, тело. Губы саднило. Кенбрук пытался проникнуть в мой рот языком, за что я сильно прикусила его за губу. Он пьяно выругался, но не остановился, а стал рвать на мне одежду. У меня не было сил сопротивляться. Я лишь беспомощно пыталась его оттолкнуть руками, но он шипел и лепетал что-то бессвязное.

— Сдурел?! — выкрикнула я, умудрившись заехать кулаком в его челюсть. Рука сразу же отозвалась тупой болью, а Кенбрук опешил. Не ожидал от меня сопротивления и на миг освободил хватку.

— Заткнись дрянь, — выплюнул брезгливо барон. — Это все из-за тебя.

— С ума сошел? — тут выкать теперь неуместно. — Какого черта?

— Все неприятности начались с тебя, — язык заплетался, и я с трудом смогла разобрать его бессвязную речь. Разговора с ним не получится. — А еще ты должна отплатить мне за приют.

Ах, вот оно что? А я думала, что он позволил мне жить в его доме из чувства благодарности. Но в этом мире о такой маленькой детали видимо не знали.

— О, и я непременно это сделаю, — злорадно прошипела, посылая мысленный импульс коляске.

Мгновение и Барона выносят заботливые «ручки» моего средства передвижения. Он сдаваться не собирался и пульнул в коляску огненный шар. Пришлось приказать отпустить его, иначе он сожжет мне средство моего передвижения.

Едва оказавшись на свободе, этот идиот, снова набросился на меня, но теперь я подготовилась. Вмиг и нити спеленав барона, вынесли того за дверь. И как-то легко мне стало ими повелевать. Они будто сами ластились ко мне. Тело громко шмякнулось о пол, и я услышала стоны вперемешку с угрозами.

— Ты еще пожалеешь дрянь! — и почему мне так везет?

Ждать, пока угрозы воплотятся в реальность, не стала, а едва усевшись в коляску, начала одеваться и лихорадочно собирать свои вещи. Уходить на ночь глядя — это безумство, но хорошо, что у меня были пути отступления. Не зря я тогда просила Родариса подыскать мне жилье. Два дня назад он мне и ключи от дома принес. Не думала, что они пригодятся мне так скоро. Мне нравился комфорт дома барона, но за него я такой ценой платить не собираюсь. Этак если я с каждым буду расплачиваться своим телом, то мне одна дорога — в шлюхи.

Нужно привыкать жить самостоятельно.

Итак, дело осталось за малым… а и еще. Плату я оставила в золотом эквиваленте. Здесь хватит и за проживание и за коляску. А вот кто мне вернет мои ноги, ведь это из-за их семьи я пострадала. Но я еще не настолько прогнила, чтобы уподобляться всем этим людям.

Осенние ночи на Мидаране холодные и едва вызванный экипаж подъехал к дому, я влетела в него с невероятной скоростью. Извозчик смотрел на меня и на коляску с явным удивлением, но вопросы задавать не стал, а едва услышал пункт назначения, сразу тронулся с места.

Ночной Велистар отличался от дневного. Откуда-то слышались звуки борьбы, лязг мечей, крики. То тут, то там ловила отблески от магических битв. Страшно, но кучер не дергался, а степенно ехал по брусчатой дороге. Оживленный ночной Велистар и не думал спать. Сейчас в нем была другая жизнь, где на охоту выходят преступники, банды, низы общества. У них здесь своя жизнь.

Почему в магическом мире нельзя покончить с преступностью? Почему если ты слабый, то должен прогибаться под кого-то? И куда смотрят местные власти? Хотя наверняка банды отдают процент в казну.

Домик находился в спальном районе города и был одноэтажным. Небольшой дворовый участок с несколькими деревьями и кустарниками. Каменистая дорожка, ведущая прямо к порогу домика и великолепная терраса с боковой стороны. Магические светильники позволяли хорошо рассмотреть новое место жительства. Родарис молодец, постарался выполнить все мои пожелания.

Расплатившись с кучером, устроив свои небольшие пожитки на колени, медленно «поплыла» к дому. Едва пересекла границу ворот, как вокруг меня вспыхнуло магическое свечение. Вздрогнула и чуть не заорала от страха, хотя Родарис и предупреждал меня о таком. Это дом запоминает свою новую временную хозяйку.

— Добро пожаловать домой дорогая, — саму себя пригласила в дом.

Внутри обстановка была не напрягающей. Минимализм в мебели. Ничего лишнего не наблюдала. Все в выдержанных светлых тонах. Насчитала три комнаты, прихожую, одну ванную и небольшую кухню. Все. А мне больше и не нужно.

С утра побеспокоюсь о продуктах, а сейчас спать.

Спальня выходила окнами во внутренний дворик и открывала вид на соседний двухэтажный дом, где в некоторых комнатах горело освещение. Полуночники. И чего им не спится в ночь глухую?

Пожав плечами, задернула плотно шторы и покатила к кровати. Кое-как сняв с себя платье, завалилась спать. Хорошо, что у меня есть «свободные руки» и именно они меня осторожно уложили на кровать.

А обо всем остальном подумаю с утра на свежую голову.

Часть вторая

Глава 17

— Да сколько можно?! — недовольно проворчала я, ворочаясь с боку на бок.

И ведь спала, никого не трогая, но мне почему-то решили устроить слишком веселую ночку.

Забывшись в ласковых объятиях сна, через несколько часов меня наглым образом оттуда вырвали. И вот теперь лежу я на кровати, слушая противный звук лязга метала за окном, вперемешку с периодическими взрывами. Город не спит и сюда добрались местные хулиганы или бандиты.

Конечно, выползать из кровати и вмешиваться в местные разборки глупо и недальновидно, но я устала, хочу спать и, в конце концов, отдохнуть нормально! Этот мир за последние месяцы меня порядком встряхнул, но я так и не могу привыкнуть к изменениям. Будто я актриса какого-то малобюджетного кино, вот только гонорар по окончании мне никто не выдаст, да и гарантии сохранности жизни никто не дает, а мои дублеры где-то потерялись по дороге. Они, наверное, проспали!

Чем дольше продолжалась битва, тем больше мне становилось любопытно. Даже страх за сохранность жизни пропал. Неужели нельзя все решить полюбовно не прибегая к таким открытым мерам? Хотя, это же мир магии и они просто практикуются друг на друге.

Моя верная подруга — коляска пролетела к окну спальни, открывая потрясающий вид на соседний дом, который знатно подпалили. Я приоткрыла край гардины и, открыв рот, наблюдала за происходящей картиной.

Двухэтажный особняк не сгорел, а лишь обуглился и дымил. Именно возле него шла нешуточная битва. Магические светильники больше не горели, поэтому в темноте плохо просматривался двор соседнего дома, но благодаря всполохам огненных фаерболов я сумела насчитать десятерых нападающих, которые бились с огромными звероптицами. Один такой экземпляр я видела тогда в пещере, и он был очень дружелюбен по отношению ко мне. Здесь же эти существа представляли собой саму Смерть. Их всего двое, но кажется, что больше и не нужно, так как они по щелчку пальцев расправлялись с магами, которые уже не нападали, а пытались отбиваться. Магия против магии! Сила против силы! Количество против коли… качества! Но это еще ничего, так как по краю крыши крадучись полз довольно крупный по габаритам силуэт. С таким весом крыша долго не выдержит.

— Что происходит? — я смотрела и не понимала происходящего.

Тут силуэт плавно скользнул с крыши в приоткрытое окно, не издав ни малейшего шума или даже шороха, хотя на фоне битвы у дома, наверное, если бы гром прогремел, то ничего бы никто не услышал. Но что самое странное, то в округе никого не было. Отсутствовали зеваки, которые обычно присутствуют при «зрелище и хлебах», хотя свои шкуры дороже, поэтому возможно все сидят тихо по домам как мышки.

Через тридцать секунд внутренность дома озарилась такой яркой вспышкой, что на миг я ослепла, не успев вовремя отпрянуть от окна или элементарно зажмуриться, а когда снова обрела способность видеть, то чуть не заорала от ужаса. Вся лужайка была залита кровью тех десятерых магов, отбивающихся от жестоких звероптиц, которые сейчас лениво прохаживались по поляне у дома, бесцеремонно трогая лапами трупы. Проверяют на живучесть?

Я резко отдернула руку от гардины, устало откидываясь на спинку коляски, нервно дыша. Грудь от увиденной картины ходила ходуном. Я невольно стала свидетельницей убийства десятерых существ. То, что это не случайность и ежу понятно, но что мне теперь делать с этим знанием? Парочка неизвестных животинок так легко расправилась с не слабыми магами. Меня они просто размажут хвостом по стенке.

Переборов медленно подкатывающую к горлу тошноту я снова вернула взгляд к дому. Если я свидетель, то все нужно досмотреть до конца.

Из дома вышел высокий мужчина, держа на руках безвольное тело девушки, волосы которой волочились по земле. Вот это шевелюра!

Вокруг была темень, но я видела, как тогда в пещере с Вардеком. Мне не нужен прибор ночного виденья. Я сама как этот прибор.

Две животинки быстро преодолели расстояние и стали нюхать девушку. Мужчина что-то сказал и животноптицы рыкнув, выпустили из клюва самый настоящий огонь в сторону свежих трупов, который превратил магов в маленькие кучки пепла, тут же подхваченные услужливым ветром и развеявшим их по двору.

— Я попала, — шокировано выдохнули мои губы, когда мне, наконец, удалось рассмотреть носильщика.

Мужчина словно почувствовав чей-то взгляд, посмотрел непроницаемо прямо в мою сторону, отчего моя рука дернулась, приводя в движение гардину. Уверена, что оттуда меня невозможно рассмотреть, но тогда почему по коже прошелся водопадом липкий холодный пот страха? Или возможно на меня так подействовала его мимолетная замораживающая презрительная усмешка?

Глаза в глаза и сердце замирает, падая камнем вниз.

— Он меня не видит, — как мантру шептала я, не смея пошевелится. — Он меня не видит, — и словно мои слова были услышаны. Мужчина тряхнул своими черными короткими волосами, отвел взгляд и, что-то прошептав животинкам, исчез вместе с ними в зеве портала, а я, кажется, не дышала все это время.

— «Ночь обещала быть бурной, когда она в нетерпении ожидала своего незваного гостя по воле судьбы, оказавшегося на ее нелегком пути», — процитировала я слова из какого-то земного бульварного романа. Да, еще в далекой молодости я увлекалась этим непотребным чтивом и почему-то именно сейчас всплыли строчки из книги, название которого давно стерлось из моей памяти.

Что дальше делать не знала. До утра не смогла сомкнуть глаз. Куда-то бежать не было смысла. Если бы ОН хотел, то мог бы прибить меня сразу «не отходя от кассы», или прислать своих животинок на поимку свидетеля. Я помнила тогда тот взгляд в пещере. Эти животноптицы разумны и все понимают. Меня все-таки оставили в покое, но внутренне я ощущала, что мы еще встретимся. Низ живота сладко заныл, вспоминая самую бурную, но такую короткую ночь в моей жизни!

Аскольд…

На тот период, когда наши взгляды встретились, а мое сердце ухнуло в пятки от ужаса и исходившей от него смертельной опасности, я думала что умру на месте, но не могла не отметить — в какой-то момент, в его глазах увидела сожаление.

Что произошло в доме? Почему они напали? И кто та девушка, находившаяся на руках моего любовника?

Несмотря на события минувшей ночи, на то как они легко расправились с магами, я не чувствовала к нему отторжения или угрозы. Мне даже не было жаль погибших. Какое-то внутреннее отупение. Он не сделал мне ничего плохого. Обходился со мной учтиво без насмешек или издевательств, что очень актуально в этом мире. В конце концов, он помогал мне каждую нашу случайную встречу.

Неужели я пытаюсь его оправдать?

Мысли были хаотичными и не подлежали логическим объяснениям. И вообще не мое это дело…

Проплывая утром на коляске по улицам Велистара, ловила на себе любопытные непонимающие взгляды. Для этого мира такое передвижение нонсенс, ведь калек здесь нет! Ха, пусть думают, что это моя блажь и мне просто лень ходить ножками, но зато я не спотыкалась о многочисленные ступеньки, да и не нужно было раскошеливаться на нанятый экипаж. Куда ни глянь сплошные плюсы! Хотя я бы все на свете отдала, чтобы от них отказаться и снова почувствовать под ногами твердую почву, но…

Снова рынок! Но мне же нужно что-то кушать. Купив провиант на первое время, я договорилась о поставке на дом раз в неделю овощей, фруктов, мяса и молочных продуктов. Выпечка будет доставляться каждые двое суток. Самостоятельно будет проблематично постоянно так выбираться в город, поэтому я еще заказала бытовую химию, «мыльно-рыльные» принадлежности и… и биту! На всякий случай. Ее я забрала сразу. Дубинка хорошая качественная и магически одаренная. Мазнув своей кровью рукоять, она засветилась и потухла, признавая нового владельца. Неплохо. Мне бы еще систему безопасности установить и было бы вообще шикарно. Антона бы сюда и он бы решил все мои проблемы с охраной. У него столько разной техники, что глаза разбегаются…. разбегались!

Сейчас не было слез, лишь теплые нежные воспоминания о последних пяти годах моей жизни и глубокое сожаление неизбежности.

Мысленный поток прервался слишком громкими разговорами рядом. Обсуждали события ночи. Я бы не придала значения этим разговорам, но прозвучало название улицы, на которой я временно живу, поэтому навострив ушки, прислушалась.

— … Принцессу грифонов? — кричала какая-то тучная женщина. — Да как они посмели? Это же война! Император грифонов не простит этой дерзости!

— Она жива, — вклинился второй голос. Опять грифоны? Да кто они такие? — Может Император не станет объявлять войну.

— Да ты что! У них дети редко рождаются! Они горло перегрызут за них, а тут целая принцесса.

— Хорошо, что не половинчатая, — пробубнила я, но меня, конечно же, услышали и бросили осуждающий взгляд.

— Если бы она погибла, то наш континент стерли бы с лица земли, — покачал головой третий субъект дискуссии. — У нас хоть и много магов, но грифоны сильнее и несмотря на малочисленность, нам не выстоять в этой войне…

— И зачем она полезла в эту делегацию? — проворчала еще одна женщина. — Что ей дома не сиделось?

— Она наследница и станет императрицей своего народа, — не согласился с ней мужчина. — Конечно же, она должна вникать в политику, а иначе как сможет править народом, сидя в четырех стенах.

— Хорошо, что ее вовремя нашли…

— Они своих не бросают…

— Да и виновные уже наказаны…

— Наместник! Кто бы мог подумать? И ведь все знают, что связь грифонов между собой самая сильная и своего сородича они найдут где угодно. Да они даже своих детей еще в утробе матери чувствуют на расстоянии! И чем думал наш наместник, когда совершал это вопиющее оскорбительное похищение?

— Не понимаю, зачем так открыто бросать вызов грифонам…

Предположения, догадки, вопросы сыпались как из рога изобилия, обтекаемые разными нелепыми и абсурдными гипотезами.

Значит вот что произошло на самом деле ночью? И это было не похищение, а спасение принцессы!

— А как выглядят грифоны? — задала я, наверное, самый нелепый вопрос. На меня стразу же удивленно уставилось несколько пар глаз.

— Откуда же ты деточка взялась, раз не знаешь хозяев нашего мира, первую расу, заселившую Мидаран несколько миллионов лет назад? — упс. Вот это прокол!

— У меня потеря памяти, — быстро нашлась я с ответом, и глазки так долу опускаем. — Я вон и ходить не могу, после ава… травмы… магической, — закончила я, поправляя на коленях небольшие покупки. — Но о грифонах слышу не первый раз.

— Это двуипостасные, — ответил мужчина преклонного возраста. — Их не отличишь от обычного человека. Только черный цвет глаз выдает их, но и их они умеют изменять.

— Цвет глаз? — уточнила я.

— Да, — кивнул мужичок. — Их вторая ипостась заключает в себе туловище льва, огромные крылья пегаса, птичью голову с острым клювом, который в доли секунды может разорвать противника на части, — сглотнула, мысленно возвращаясь в ночные события.

Люди — звери! Значит, те двое ГРИФОНЫ? И тогда в пещере тоже был грифон во втором своем облике? Он залечил мои раны и ушибы своей слюной!

Буквы медленно складывались в слова, доставляя до моего мозга такую ценную информацию. Гарпии, грифоны, маги… и я. Одна без места. Чужая! Иная! Инопланетянка!

А Аскольд? У него ведь черные глаза! Я помню, как тонула в его омуте, поглощенная обоюдной страстью! Вот почему он остался жив в той таверне после встречи с Вардеком! Не по зубам гарпии грифон!

— И ведь теперь они могут отказаться нам помогать, — продолжалась дискуссия. — Столько сильных магов погибло, — вздохнула женщина.

— У них тоже потери, поэтому исключено. Они клювом землю будут рыть, но найдут виновного, тем более что все указывает на то, что именно наш континент скрывает убийцу магов.

— Почему вы так решили? — спросила я.

— Убиты два посла грифонов на нашей территории. Император лично отобрал лучших своих грифонов для этого дела, — пояснили мне.

Очень интересно. Кто-то жрет магию в неограниченных количествах.

— Я бы сам четвертовал этого убийцу, если бы она попалась на моем пути, — зло с презрением выплюнул седобородый мужчина.

— ОНА? — изумилась я.

— ДА! Это женщина, — и мне под нос ткнули фото — «их разыскивает милиция»!

Чудесно! Просто великолепно! Значит я не просто вишу на столбах всего мира, но и ко мне очередь убивать выстроилась. Как же вовремя я изменила внешность. Именно осознание неузнаваемости не позволило мне скатиться в панику. Я пока в безопасности, а там надеюсь, что лучшие грифоны быстренько закончат это дело и с меня снимут все обвинения.

Купив местную газетенку, быстро пробежалась по ней глазами, найдя подтверждение всему вышесказанному. Крупным планом на всю страницу было фото наместника, которого заковали в кандалы и вели по площади. Картинка двигалась и передавала всю гамму чувств похитителя. Он не был расстроен, а лишь злорадно ухмылялся, словно был победителем.

Красивый, молодой, беловолосый с мускулистым телосложением и великолепной гордой осанкой. Он не раскаивался. Он был доволен сложившейся ситуацией. И что-то в его взгляде не давало мне покоя. Словно затишье перед бурей. Не все так просто. Он издевательски смотрел свысока на окружающих.

Меня передернуло от неприятного липкого страха. Если бы мы встретились вживую, то я бы умерла на месте от ужаса. Мерзкий тип!

Закрыв страницу глубоко вздохнула. Мне понадобятся силы, чтобы выкарабкаться из этой передряги. И дело не в наместнике, Вардеке или убийце магов. Дело в моей неприспособленности. Все это время, что я живу на Мидаране я только убегаю, прячусь, скрываюсь. Даже пришлось отказаться от родной внешности, изменив, изуродовав себя до неузнаваемости.

Разве это жизнь? На смену одним неприятностям всегда будут приходить другие и я тоже буду зарывать голову в песок? Может пора уже высокого поднять голову и дать отпор?

В конце концов, у меня такая сила в руках, что нужно ее использовать во благо! И не во благо этого беспринципного мира, а спасая себя. Хватит себя жалеть и убиваться! Я дитя техногенного мира и биоинженерии не подчиняюсь их законам, которые просто убийственны без суда и следствия. Я сама по себе.

Глава 18

Возвращалась домой в хорошем расположении духа. Самовнушение работает отлично! Бита на коленях берегла мое ценное тело, а я просто улыбалась. Как прекрасен этот мир с его несовершенствами и недостатками! Как замечательно дышать, чувствовать и понимать то, что ты все еще жива!

Ценность жизни — вот самый главный залог бесконечного счастья, а все остальное тлен!

Дом встретил меня тишиной и своей холодностью, будто бы до сих пор он стоит необитаем.

Улыбнулась осматриваясь. С утра чувство голода погнало меня на улицу не хуже метлы мусор, поэтому толком я так ничего и не рассмотрела.

Убранство дома было скромным. Ничего вычурного не наблюдалось. В узкой прихожей стоял темно синий шкаф для верхней одежды, зеркало во весь рост и небольшой пуф. Этого достаточно, да и что-то большее сюда будет лишним. Домик небольшой и больше напоминал охотничью хижину с планеты Мирус, где была разрешена круглогодичная охота на редких диких зверей, мясо которых считалось среди элиты деликатесом и стоило баснословных денег, но власть имущие свои доходы не считало, а тратило их не глядя. Вот только разница была в том, что практически все дома в городе были из монолитного камня, а не из дерева, как на Мирусе. У меня, кстати, там тоже был похожий домик, куда мы с бывшими друзьями периодически заглядывали и развлекали себя охотой. Вот только после катастрофы эта планета больше не существует. Галактика Млечный Путь полностью исчезла с просторов Вселенной, оставив после себя лишь пустоту.

Бита удобно встала в углу коридора. Я могу призвать ее из любого места в доме, ведь радиус ее управления достигал более двадцати метров.

Проехав в кухню, сгрузила все свои покупки на стол. Мне было немного неудобно передвигаться на коляске, но я быстро привыкаю к неудобствам. Вместо отдельной холодильной камеры здесь стоял небольшой ящик, поддерживаемый определенную температуру магическими кристаллами. Этого мне точно достаточно.

Сортировка продуктов заняла не больше пятнадцати минут. Да и немного их было. Завтра должна быть первая поставка.

Готовить я не любила, но думала, что умела. Пришлось научиться, чтобы побаловать своего еще на тот период жизни любимого женишка. Женька предпочитал домашнюю пищу, хотя и не пренебрегал ресторанной едой. Я даже на кулинарные курсы отходила целый МЕСЯЦ, скрипя зубами! Наблюдала, записывала и непосредственно готовила, хотя собственноручно приготовленное мне не особо нравилось. Я старалась…, старалась ради НЕГО! Конечно, прислуга справлялась с приготовлением, но мне было приятно радовать Женю своими маленькими кулинарными шедеврами. Он буквально ел у меня из рук, никогда не критикуя, а наоборот, нахваливая. Это теперь понимаю, что он и землю бы жрал из рук, не то что мою неудачную кулинарную стряпню, ведь цель оправдывает средства. Он хотел войти в нашу семью любой ценой, подняться на несколько ступеней над остальными, ведь мой отец был самим маршалом президента, и тогда Евгению бы открылась любая дорога куда угодно! Но не получилось. Женька смирился с моей несовершенной внешностью, моим стервозным гадким характером, моей бездарностью в кулинарии, но он не смог смириться с моей ущербностью. Это было выше его сил. Меня выбросила на улицу собственная семья. Естественно ему больше нечего было ловить со мной, а значит и я ему перестала быть нужной.

В этом мире отсутствовали электроплиты, поэтому все готовилось на открытом магическом огне. Поразительно, но весь быт народа Мидарана основывался на магии. Ее применяли везде и всюду. Не обязательно владеть самой магией. Достаточно просто иметь кристаллы, наполненные этой самой магией. Так работало мое кресло. Так работала моя бита, вернее ее рукоять, охранная система дома. Одежда тоже очищалась магическим путем. Это все конечно экономило время, но для меня очень непривычно. В моем мире все имело под собой логическое объяснение, а здесь…. Магия… и все. Бездоказательное явление.

На скорую руку приготовила себе картофель с овощами и естественно слегка пересолила. Месяц кулинарных курсов прошел зря. Скривившись, кое-как заставила немного съесть свой шедевр, запивая его горячим отваром из трав. Заглянула в сковородку. Там еще оставалось на ужин. Меня передернуло. Нет. Больше я есть эту пересоленную стряпню не смогу.

Едва помыв после себя тарелку, услышала противный пищащий звук, исходивший со двора моего съемного жилья.

— Слава Светлому с Вами все в порядке! — выдохнул обеспокоенный Родарис с той стороны ворот. Он был взвинчен и встревожен, что очень несвойственно этому магу.

— Проходите лей Родарис, — совершенно спокойно проговорила я, слегка улыбаясь.

— Что произошло? Почему Вы не в имении лея Кенбрука? — засыпал меня вопросами целитель, проходя в дом. — Я пришел на ваш плановый осмотр, а барон не очень лестно отозвался о вашем поведении, сообщив, что Вы к нему приставали, и он не оценив ваш наглый порыв, на эмоциях выставил вон.

По мере того, как Родарис откровенничал, моя челюсть медленно поползла вниз к полу. Вот так поворот! Я еще и виновата!

— Лей Родарис, — холодно безэмоционально процедила я, не мигая, посмотрев на доктора. Он, прищурившись, внимательно следил за моей мимикой. — Картина выше описанная Вами несколько утрирована, но оправдываться я не собираюсь. Он ваш работодатель и мое слово против уважаемого барона ничего не значит, — я вообще скрываюсь и мне нельзя привлекать к себе внимание. — Лей Кенбрук поглощен своим горем и не может адекватно расценивать свои действия или бездействия. Могу лишь сказать, что мне просто нестерпимо захотелось увидеть свой новый дом.

— Ночью? — не поверив ни единому слову, язвительно заметил целитель.

— Именно, — кивнула я. — Ведь я … к-а-л-е-к-а, — выдавила из себя эти проклятые буквы. — Уж очень сильно приставала к барону до синяков на теле, — я выставила вперед запястья, показывая гематомы. Даже черные четкие линии неизвестно откуда взявшейся тату были едва заметны на синей коже. Шею тоже оголила, открыв вид на множество засосов. — В моем положении мне же больше делать нечего, как прыгать из койки в койку, — ядовито продолжала цедить из себя каждое слово. Родарис непонимающе смотрел на меня, но как только увидел участки моей кожи, сразу же нахмурился.

— Это не похоже на него, — наконец выдавил из себя целитель. — Мне жаль.

— А как мне жаль, поэтому я и не могла больше оставаться в том доме, — желчь из меня текла патокой.

— Он…, - Родарис сглотнул, по-новому изучая меня, пытаясь найти подтверждения его догадки.

— О, нет, — язвительно хохотнула я, скрывая под длинными рукавами запястья и возвращая шарф на шею. — Он не успел, но дожидаться продолжения не стала, поэтому я здесь.

— Мне жаль, — мужчина заметно стушевался. — Давайте я все исправлю.

Взяв мои руки в свои ощутила, как места гематом стало пощипывать, покалывать, зудеть и пока дискомфорт не прекратился, Родарис продолжал меня исцелять.

— Спасибо, — искренне поблагодарила доктора, но он не собирался отпускать руки, а слишком пристально посмотрел в мои глаза, будто пытаясь отыскать только одному ему известные там ответы.

— Лея Вена мне очень жаль, что все так сложилось, — грустно повторил Родарис. — Чем я могу быть еще полезен?

— У меня все есть, — улыбнулась этому немолодому мужчине. — Благодарю за то, что возитесь со мной.

— Это все ерунда, — отмахнулся Родарис. — Вы очень интересная личность и мне бы очень хотелось остаться вашим …другом, — подобрал правильное определение врач. — Несмотря на поступок барона, я всегда приду к вам на помощь.

— Почему? — почему ему так нужна моя дружба?

— Вы чем-то зацепили меня, — откровенно ответил мужчина, и я хотела уже возразить, но он поднял вверх руку, призывая к молчанию. — Лея Вена не часто встретишь человека, способного прийти на помощь первому встречному.

— Но Вы же мне помогли, — не согласилась я с ним.

— Да, но только после того, как вы помогли нам. Этого я никогда не забуду. Еще бы малое промедление и там бы осталось лежать два трупа, — нервно сглотнула, понимая, что своим вмешательством я спасла чью-то жизнь, и пусть мальчишка был все еще в коме, но пройдет время и он окрепнет, придет в себя. — Мы ведь целители никогда ничего не делаем просто так. Лечение это трудоемкий и кропотливый процесс, отнимающий уйму сил, на восстановление которых уходит несколько часов, а то и дней. И естественно использовать наши услуги позволить себе может не каждый.

— Вы хотите сказать, что отказываете в лечении, если у больного нет достаточно средств? — Родарис кивнул. Хотя чему я удивляюсь? В моем мире все было точно так же. Нет денег — умирай на обочине.

— Не совсем так, но суть такова. Король обустроил несколько помещений для оказания помощи больным совершенно бесплатно, но то лечение поверхностное, а если заболевание достаточно серьезное и смертельное, то такие лечебницы не помогут, — то есть насморк лечат, а воспаление легких нет? — Там низкопрофильные целители с минимальным задатком магического дара. Может они бы и хотели помочь, но просто физически не могут. Магов с таким высоким даром очень мало. Король не разбрасывается сильными целителями и в основном все они распределены по знати.

— Почему же Вы все еще здесь? — недоуменно спросила я. — Я ведь не знать.

— Я умею отдавать долги, — безапелляционно ответил Родарис. — И повторюсь, Вы лея Вена очень мне интересны, а ваш случай просто уникален, — это он с намеком на мои ноги? Скорее всего, его просто очень сильно заинтересовала моя особенность, а не то что он тут мне в друзья набивается. Видимо этот мир такой же прогнивший, как и моя Земля.

Родарис опустился возле меня на колени и провел руками от бедер к пальчикам ног. Естественно я ничего не чувствовала, а лишь наблюдала. Все без изменений. Рваные нити не подлежали ремонту. Они все так же продолжали висеть клочьями.

— Это бесполезно, — произнесла я, спустя пятнадцать минут лечения. По вискам Родариса струился пот, и я видела, что он старается изо всех сил, но результата не было. Он вливал в мои нити магию, но они просто впитывали ее. — Прекратите, — потребовала я. — Это ничего не дает. Моя болезнь не подлежит лечению, а вы сейчас в обморок упадете от упадка сил.

— Вы правы, — мужчина дышал тяжело через раз, будто бы марафон пробежал. Его руки дрожали, а тело дергалось, поэтому он не торопился подниматься, а устало опустил голову на мои колени.

Слишком близко, слишком интимно и это нервировало меня.

— Лягте на диван, — моя гостиная им располагала, как и два кресла с журнальным столиком. Но практически остальную половину гостиной занимал шкаф с книгами на полках, которые я еще не успела просмотреть. Мини библиотека. От бумаги мы на Земле практически отвыкли, и она у нас считалась диковинным раритетом, экзотикой. Все заменяли мини компьютеры или планшеты с переносным дисплеем, где все записывалось.

— Боюсь не дойду, — хмыкнул мужчина, немного отстраняясь.

— Подвезти? — иронично предложила я, пытаясь разрядить напряженную обстановку.

— Благодарю, — и не согласился и не отказался Родарис, но на ноги поднялся сам и тяжело прошлепал к дивану, бревном падая на него. Ножки мебели странно скрипнули, но не сломались.

Я покатила на кухню и, набрав в стакан воды, вернулась к целителю, который с закрытыми глазами сопел на моем диване.

Спит? Наверное, ведь сил в меня влил немало, а во сне магия быстрее восстанавливается.

Ладно, не буду его трогать. Как-никак, а меня хотел поставить на ноги. Наивный. Я уже распрощалась с этой мечтой, а он каждый раз пытался что-то доказать то ли мне, то ли себе. Лучше бы больным помогал, которые действительно нуждались в квалифицированной помощи, а не отдавал силу в угоду своим амбициям.

Оставив воду на столике, вернулась на кухню. Нужно изучить сводки новостей за последний год. Помимо местных газет я купила еще территориальные, собранные со всех уголков Мидарана. Жаль, конечно, что невозможно воспользоваться привычным мне интеллектуальным поисковиком и сократить время изучения информации. Придется обходиться своими силами вручную, как в доисторические времена, когда в моде были бумага, ручки, книги и тонны других вспомогательных средств. Мне нужно снять с себя обвинения, так как надеяться на местную букву закона бессмысленно. Я уже удостоверилась в их профпригодности, вернее ее отсутствии.

Итак, что мы имеем? А имеем мы полную ж… задницу с ее темными необъятными просторами!

За последний год ровно двадцать семь магов почили безымянной смертью. Вот только сводка за последние шесть лет пугала. Триста четырнадцать сильнейших магов Мидарана разной направленности умерли быстро и безсвидетельственно! Никто ничего не видел и не слышал. Лишь мое вмешательство пролило свет на их зависшие дела. Поэтому за меня так активно взялись. Я ЕДИНСТВЕННАЯ кто могла не только видеть, но и делать это!

Идиоты! Если я оказалась рядом с тем трупом — это еще ничего не значит. Они решили всех собак на меня спустить, загнать в угол. Король щедр и совершенно не экономил на моей поимке. Однозначно мне раскрываться нельзя, пока вся эта непонятная ситуация не закончится.

Не было определенной последовательности, если бы орудовал серийный убийца. Единственно, что объединяло всех несчастных, так это почерк убийств. Все тела иссушены практически до состояния мумии. Но так ведь не бывает. Каким образом все это можно организовать?

Те черные нити поглощали все источники жизни мальчишки. Никто их не видел и тем более не чувствовал, но странным образом мне удалось прервать чье-то питание. Мало того, этот кто-то отлично мог управлять своими нитями на расстоянии. Где сидит этот кукловод неизвестно. Это затрудняет мои поиски, а значит, отодвигает на неопределенное время мое доказательство невиновности.

Тупик! Единственный выход из всего этого — это ловля на живца, но как узнать кто следующий? Заколдованный круг!

Устало откинувшись в коляске, прикрыла глаза, настраиваясь на изнанку этого мира. Вспомнила, как в той пещере я видела каждую жизнь. Может у меня получится найти, таким образом, и самого кукловода?

Нитей были миллиарды и все они путались перед глазами. Я боялась нарушить, вмешаться в процесс жизни других существ и медленно, кропотливо продиралась сквозь узоры чужих жизней. Чувство, будто меня затягивает в трясину. Чем дальше я проходила, тем хуже мне становилось. Тело вспотело от внезапно поднявшейся температуры, а ноги бил озноб.

Что? Эта мысль меня ошеломила и вернула в реальность.

Я смотрела на свои обездвиженные ноги и понимала, что мне все показалось. Да, с меня действительно пот лился ручьем, но ноги так и остались бесчувственными. Тогда что это было? Откуда тот озноб?

Мои размышления прервал появившийся в дверях целитель. Его пошатывало и выглядел он бледно. В руках он держал пустой стакан. Ну, хоть водички выпил. Мужчина странно смотрел на меня, а потом, поставив тару на стол, глухо выдавил из себя:

— Простите, — а затем быстро ретировался из дома.

— И что это было? — странный он, вернее его поведение.

Я провожала спину Родариса долгим взглядом, пока он не скрылся за ближайшим поворотом.

Пожав недоуменно плечами, закрыла дверь и отправилась в свою комнату. Нужно еще развесить в шкафу одежду, а то ночью было не до разбора своего гардероба.

Глава 19

— У меня сегодня день открытых дверей? — недовольно проворчала я, выкатывая коляску на дорожку. Едва я увидела, каких именно нежданных гостей принес мне попутный ветер, мои брови чуть не оказались в районе лба.

— Лея Вена? — спросил мужчина с черными, как ночь глазами.

— Допустим, — неоднозначно ответила я.

— Нам нужно с Вами поговорить.

— Говорите, — лениво протянула я, пытаясь скрыть волнение в голосе. Зачем? Вот зачем они пришли сюда?

Шрам на лице мужчины дернулся, а губы недовольно поджались, а затем его взгляд уперся в область моего живота и только сейчас, по-моему, до них дошло, что я не своим ходом к ним вышла.

— Может, пройдем в дом? — предложил второй мужчина, заметив, что первый говоривший немного подвис.

Аскольд! А это был именно он, и он недоуменно смотрел на меня, вглядывался в глаза и снова возвращал свой взгляд в область живота. Да что с ним такое?

— Зачем? — только в доме их не хватало.

— Нам нужно поговорить, — процедил другой мужчина. Он был настоящим красавцем, как и третий. Всех их объединял черный цвет глаз.

Грифоны! Ко мне пожаловали в гости сами грифоны!

Вот так вблизи открыто и дерзко рассматривала мужчин я в далеком прошлом. Отметила, что мне они нравятся, несмотря на наглое поведение. Особенно меня привлекал первый… Аскольд! И почему-то шрам на лице не казался уродством или дефектом, а наоборот придавал ему мужественности. Вот из нас парочка! Одна калека, другой с искореженным лицом и телом. Я помню под пальцами множество шрамов на его спине, ягодицах, руках. Кто же над ним так поиздевался?

— Так говорите! — воскликнула я.

Левое запястье нещадно начало зудеть и сил терпеть не было, поэтому я под недоумевающим взглядом мужчин, стала остервенело расчесывать место зуда, на что лицо Аскольда удивленно вытянулось, а затем расплылось в довольной ухмылке. Не обращая внимания на препятствие в виде высокого забора, он с легкостью преодолел этот барьер, оказавшись по эту сторону двора.

— Вы… да Вы… как Вы посмели? — моему возмущению не было предела, но грация, с которой он преодолел преграду, достойна восхищения.

— Лея нам действительно нужно поговорить, — мягко прошептал мужчина и улыбнулся на все свои тридца… сколько-то там грифоновских зубов, бесцеремонно распахивая ворота моего дома, впуская парочку своих друзей. — Позвольте представиться…

— Не позволяю, — прорычала я. Шастают здесь все кому не лень. Но как же охранка? Или она не работает? Тогда я совершенно беззащитна. — И любезно попрошу выметаться отсюда, — о, гостеприимства я им не предоставлю. Наглые бесцеремонные гадкие … звероптицы!

— Я Аскольд, — не обратив внимания на мою неприкрытую грубость, продолжил мой знакомый незнакомец, сканируя меня своими черными глазюками, будто хотел расчленить на месте. — А это мои сопровождающие Иварус и Шимар. Мы к те… к Вам действительно по очень важному делу.

— Вас трудно отыскать, — заметил черноглазый блондин Иварус. — Почему Вы ушли от барона Кенбрука?

— Я бы обязательно Вас дождалась там, если бы знала, что Вы решите со мной … поговорить, — язвительно процедила я. Мне не нравился их приход, а еще больше возмущал тот факт, что Аскольд слишком рядом. Мне так и хотелось вцепиться в него руками и никогда не отпускать.

Черт, опять это проклятое запястье! Да что же со мной не так? Зудит и зудит беспрестанно.

— Почему Вы так странно … передвигаетесь? — спросил рыжий Шимар. — Неужели лень ходить ножками? — иронично заметил он.

— Конечно лень, — легко согласилась с ним. — Так намного удобнее, — последнее прошипела и резко отвернулась, пытаясь скрыть непрошеные слезы.

— Шимар заткнись, — беззлобно приказал Аскольд, беря пальцами мой подбородок, разворачивая и заставляя смотреть прямо на него. — Что с то… с Вами произошло? — и спрашивал он не из праздного любопытства. Ему действительно важно это знать. Вот только ярость и злость, полыхающие в глазах, сводили на нет все его напускное беспокойство.

— Неудачный эксперимент, — не глядя соврала я, проглотив ком горечи в горле. — Так о чем Вы хотели со мной поговорить? — решила увести тему в другое русло.

— Может, пройдем в дом? — и, не дожидаясь моего согласия, этот наглый тип Иварус легкой походкой прошествовал в дом. И как только ноги держат эту тушку?

Я дернула головой, заставляя убрать руку от моего лица, но в последний момент почувствовала, как пальцы мужчины нежно погладили меня по щеке. Да нет, показалось, наверное.

Я развернула коляску в сторону дома и медленно покатила ее по дорожке.

— Давай…те помогу, — неожиданно предложил Аскольд, когда я подъехала к крыльцу.

— Не стоит, — отмахнулась от помощи, мысленно приказав креслу немного оторваться от земли и преодолеть те четыре ступеньки в полете, но двери он мне придержал.

И когда я проезжала мимо, он шумно втянул воздух возле меня, а потом с широко открытыми глазами выпалил:

— Почему я не чувствую от те… Вас запаха?

— Может, потому что я часто моюсь? — колко ответила я, хотя на мне сейчас должны чувствоваться только духи местного разлива. То, что мазь спрятала мой собственный аромат тела хорошо, но чтобы наверняка я еще сверху духами надушилась.

— Нет, — заторможено отмахнулся мужчина, впиваясь в меня в который раз за вечер, взглядом. — Сквозь эту ужасную вонь духов я не чувствую именно вашего аромата тела, почему?

— Духи замечательные, — не согласилась я с ним. Очень тонкий цветочный аромат. — Может, Вас просто подводит ваше обоняние? — и, не дожидаясь ответа, вкатила коляску в дом.

— С ним все в порядке, а вот с Вами…

— Со мной тоже полный порядок, — перебила его. — Вы пришли сюда меня нюхать или быть может, все-таки поговорим? Вы ведь так этого хотели.

— А здесь мило, — Шимар стоял чуть сгорбившись, так как его голова аккурат упиралась в потолок. И да, Шимар был выше Аскольда с Иварусом на целую голову. Одним словом — великаны. — Чувствую, что после мне придется нанимать массажиста, — и потер рукой свою многострадальную шею.

— Я предлагала поговорить на улице, — ехидно протянула я. Не одна я терплю неудобства.

— Аскольд смотри, что я нашел! — прорычал угрожающе Иварус, появляясь из кухни с вырезками недавно просмотренных и изученных мною газет, где крупным планом маячила моя фотография.

Черт! Как не вовремя.

И все трое естественно посмотрели на меня. Один взгляд подозрительный — Шимара. Другой взгляд — испепеляющий и злой — Иваруса. И третий недоуменный — Аскольда.

— Ба, какие люди! — язвительно заметил Шимар — Даже здесь эта девчонка, с которой ты кувыркался половину ночи, — презрительно выпалил мужчина. Он выхватил вырезку с фотографией из рук Иваруса. — Если бы знал, что она наш главный подозреваемый, то точно бы ее не упустил, — пока рыжий Шимар рассказывал о своих планах, Аскольд заметно увеличивался в размерах. Вены под кожей вздулись, а глаза буквально полыхали огнем.

— Шимар ты много болтаешь, — увидев изменения своего напарника, Иварус решил вмешаться, отбирая обратно газетку. — Аскольд успокойся. Ты же знаешь язык этого недотепы, — что происходит? — Лея Вена прошу, принесите воды, — обратился ко мне мужчина, не сводя напряженного взгляда с Аскольда.

— Может ему лучше на воздух? — ляпнула я. Чувствую, что мой коридор не вместит в себя увеличенную в несколько раз тушку грифона.

— Быстро … воду, — процедил Иварус, осторожно подходя к Аскольду.

Он, наверное, знает что делать в таких ситуациях. Вода спасет всех!

— Шимар не это имел в виду, — услышала я громкий успокаивающий шепот Иваруса. — Только дурак подумает, что эта девчонка в чем-то виновата, — я навострила ушки, держа в руках стакан воды, не спеша выходить. — В ней нет ни капли магии! Да как бы она могла справиться со столькими сильными магами? Ты же это сам прекрасно понимаешь! И мы это знаем, но зачем-то королю понадобилось именно ее пустить в расход, — очень любопытно. — Аскольд ты напугал хозяйку этого дома, пожалуйста, возьми себя в руки, — и кажется, после этих слов воздух в комнате немного разрядился. Ушла напряженность, а Иварус шумно выдохнул.

Оказавшись в коридоре, успела только заметить легкий подзатыльник Шимару.

— Друг прости я несерьезно, — покаянно пробурчал Шимар, потирая затылок.

Вот только друг не обращал внимания на своих друзей. Его взгляд был прикован ко мне.

— Вода, — еле слышно выдавила из себя. — Но видимо, она больше никому не нужна, — и я залпом, с какой-то жадностью опустошила стакан. Пальцы нервно подрагивали, обещая выпустить тару из рук. Пришлось стакан быстро ставить на столик.

Моя гостиная оказалась слишком маленькой для трех великанов, но, несмотря на это, они с комфортом разместили свои зад… сидалища на диване и креслах, а я осталась сидеть в своей коляске по центру комнаты.

— Итак, я вся внимание, — руки сцепила в замок, разместив их на коленях.

— Несколько дней назад Вы стали непосредственным свидетелем и участником некоторых событий, — говорил Иварус, ибо Аскольд сегодня отличался своей молчаливостью. Он хмурился, а меня напрягало его пристальное внимание.

— Ближе к те… делу, — вовремя поправила себя я, так как мой взгляд смотрел на пальцы моего временного любовника. Сейчас его руки были сжаты в кулаки, будто бы он боялся, что отпустив, не сможет их удержать. А мне, почему-то снова хотелось ощутить на себе тяжесть тела этого мужчины, окунутся в ласку этих рук… губ…

— Нам бы хотелось знать, как вам удалось остановить очередное убийство? — а? Что? Убийство? Видимо я совершенно отключилась от реальности, пропустив цель их визита.

— Повторите, — отвела глаза от Аскольда и облизнула свои вмиг пересохшие губы, хотя всего пару минут назад осушила миллилитров двести воды, но от взгляда Аскольда меня бросало в откровенный жар.

— Что именно вы сделали при спасении барона Майрона Фо Трескура? — кого? Ах, племянника Кенбрука?

— Как он? — вопросом на вопрос ответила я.

— Сегодня вышел из комы и идет на поправку.

— Это хорошо, — хорошо, что еще одна жизнь не ушла бесследно за грань.

— Так что произошло тогда? — вот … любопытные.

— Стражи составили протокол, где я дала все показания, — не собираюсь опять все проходить по второму кругу. — Вам нужно просто прочесть материалы дела.

— Мы это уже сделали, — Аскольд поднялся с кресла и медленной тягучей походкой подошел ко мне, усаживаясь на корточки возле меня. Как это все непривычно. И ведет себя по-хозяйски. — И поверьте, что навестили бы Вас раньше, так как вопросов после изучения материалов возникло очень много, но некоторые внезапные… дела оттянули нашу встречу на эти несколько дней, — не о спасении ли принцессы грифонов он говорит сейчас?

— Я больше ничего не знаю, и помочь ничем не могу, — развела в стороны руками. — Я действительно плохо помню, как и почему мне удалось это сделать.

— После того случая Вы перестали ходить? — в лоб спросил меня Аскольд.

— Отчасти да, — кивнула я.

— Тогда как Вы объясните это? — Иварус снова поднял в руках вырезки из газет и сделанные мной заметки на листке бумаги.

— Простое любопытство, — как можно беззаботнее ответила я, а у самой сердце в пятки опустилось. Какая же я неосторожная.

— Хорошее же у Вас … любопытство, — заметил ядовито Иварус.

— Какое есть, — огрызнулась я. В чем меня хотят обвинить?

— А еще очень любопытные выводы сделаны вами, — потряс он исписанный мною лист бумаги. — Аскольд ты только взгляни, какие заключения сделаны леей Веной, — и к Аскольду легко слеветировал мой жалкий листочек. Я хотела его перехватить, но Аскольд оказался проворнее и чем дольше он вчитывался, тем больше его брови удивленно ползли вверх.

— Надо же? — хмыкнул он. — Это действительно неожиданный поворот, — Аскольд вернул мне мои заметки, в которые я вцепилась мертвой хваткой, комкая ни в чем не повинный листок.

— Лея Вена поделитесь своими умозаключениями, — рыжий Шимар совсем недружелюбно оскалился. С него слетела все напускная безалаберность.

— Это мои предположения, не более. Не думаю, что на них нужно заострять внимание, — только как теперь выкрутиться?

— О каких нитях идет речь и почему именно они стали причиной всех этих смертей? — Иварус не сдавал позиций, а активно нападал. — С чего вы взяли, что кукловод может все это проделывать с разных уголков нашего мира? Магия так не работает и это невозможно. Всегда нужен определенный контакт, а судя по вашим заметкам его здесь и близко не было, — похоже, он уже не спрашивал, а просто размышлял вслух.

— Иварус остановись, — рыкнул Аскольд, а с моего лица сошли все краски. Кажется, я стала белее трупа. — Я потом все объясню, но сейчас замолчи.

— Что ты…

— Иварус, — прорычал мужчина, накрывая мои ладони своими горячими руками. Дернулась, пытаясь вырваться, но он лишь шикнул на меня. — Тише, успокойся, — внезапно перешел на «ты» мужчина. — Никто не причинит тебе вреда. Ты проделала колоссальный труд, и многое теперь становится понятным, хотя в голове не укладывается. Никто не рассматривал эти убийства под таким углом.

— Я могу ошибаться, — смысла все отрицать не было. Они не идиоты и в мою байку о сочинении не поверят. Все слишком сильно запутано.

— Можешь, но проверить этот вариант версии тоже нужно, — кивнул Аскольд.

— Ага, — отозвался Шимар. — А наживкой кто будет? Девчонка явно без магии и на нее этот чокнутый маг не клюнет, а значит нужно искать ему другую вкусняшку. Вот только сомневаюсь, что кто-то добровольно пойдет на этот шаг. Мы ведь не знаем, что именно его может заинтересовать.

— Я так понимаю эти нити ты видишь, хоть и полностью амагична? — я сидела напряженно, как натянутая струна. Вот кто меня просил все записывать? — И каким-то образом можешь ему мешать.

— Я ничего не умею, — процедила сквозь зубы я. — Там может быть написано что угодно и рисковать по каким-то запискам крайне глупо, — ну услышьте же меня. Не копайте мне тут могилку.

— Да, но почему-то ты решила следовать именно этим запискам, — иронично заметил Иварус. — Зачем тебе все это? Рисковать в твоем положении очень глупо. Судя по действиям этой девчонки, она очень сильна. Так какая тебе выгода с этого дела? Надеешься поймать эту девчонку, чтобы получить вознаграждение? — он потряс газеткой с моей фоткой, а я громко расхохоталась.

Я сама себя сдам, да еще и денег получу! Какая чушь!

— Выгоды абсолютно никакой, — отсмеявшись, выпалила я. — Спать хочу спокойно, так как неизвестно кто будет следующим, когда маги Мидарана закончатся. Что будет в будущем будет есть этот маг? — я не говорила слово «она». — Посадит себя на вегетарианскую диету? К сожалению, на власть нет надежды, так как за все эти шесть лет у них нет ни одной зацепки, — при последнем моем предложении услышала скрежет трех пар зубов. Не нравится правда? А мне не нравится то, что на меня спустили всех собак. Загоняют как дичь и даже Вардек с его планами меня так не пугал, как этот неизвестный маньяк.

И тут снова раздался этот невозможный писк, сообщивший о новом госте. Дом открытых дверей продолжает приглашающе открывать калитку для всех посетителей.

Мужчины переглянулись, а Аскольд поднялся на ноги и хотел уже выйти, как я его опередила.

— Сидите тут, — приказала я. — Я сама.

— Но… — попытался возмутиться Аскольд, но я лишь отрицательно покачала головой.

— Это мой дом и вас не должно волновать, кто ко мне пришел, — отмахнулась от его помощи. — А вообще вам пора уходить. Время позднее.

— Мы еще не закончили, — прервал нас Иварус. — Идите и сопроводите вашего… кхм… гостя подальше отсюда, — я лишь бросила на него испепеляющий взгляд и пошла на выход. Мужчины остались.

А этому что понадобилось?

— Лея Вена откройте, — голосом не терпящим возражения приказал барон Кенбрук. Какого черта он приперся?

— И не подумаю, — холодно ответила я.

— Нам нужно поговорить, — где-то я уже это слышала.

Мужчина выглядел плохо. Осунувшееся лицо, мешки под глазами и отчаянный бешеный одержимый безумный взгляд. Человек, которому нечего терять. Мне стало страшно. Только однажды я видела подобный взгляд. Итог того мероприятия закончился весьма плачевно не только для него. Тот безумец унес с собой более пяти тысяч ни в чем не повинных жизней. И вот сейчас я наблюдаю повтор ужаса из своего прошлого. Тогда погибли мои бабушка с дедушкой, которые в отличие от родителей меня действительно любили.

— Я достаточно услышала от вас при прошлом нашем… общении. Как видите, от меня больше нет проблем, поэтому возвращайтесь к племяннику. Ему ваше внимание сейчас нужнее, — как можно спокойнее произнесла я.

Нельзя дразнить, нельзя повышать голос, нельзя делать резких движений, когда общаешься с подобными людьми. Я медленно развернулась и так же неторопливо покатила по дорожке, совершенно не ожидая удара в спину.

Мощный толчок воздуха и мое тело летит вперед на твердую каменную гальку, больно царапая щеку, руки, тело. Кажется, весь воздух разом вышел из меня. Дышать было больно. Неужели перелом ребер?

— Мерзавка! — прорычал озлоблено Кенбрук, носком ноги переворачивая меня на спину, формируя в руках огненный шар. Как он прошел во двор? В глазах мужчины стояло неприкрытое безумство. — Это ты! Ты убила его!

— Кого? — еле слышно выдавила из себя я, пытаясь не разрыдаться от накатившей боли. Что же меня швыряют все кому не лень.

— Майрон! Мой мальчик мертв, — что? Но как? Грифоны же сказали, что он жив. — Его тело всего два часа назад дышало, и он даже пришел в себя, — кричал в безумии барон. — Но ненадолго. Хватило пяти минут на то, чтобы от него не осталось ничего. Лишь только прах, а тебя не было рядом, чтобы это прекратить. Это ты убила его! Ты! А я убью тебя! — шок! Даже боль не казалась такой острой, как осознание того, что маньяку удалось завершить начатое. Я ведь была уверена, что все позади, а оказалось, что он просто выжидал и снова присосался к своей жертве. — Умри тварь! — и он бросил в меня свой фаербол.

Я не сопротивлялась. Да и что я могла сделать? Уползти? Не смешите меня. Огонь быстрее. Мысль о нитях меня в тот момент не посетила.

Зажмурилась, чувствуя, как по щекам катятся слезы и приготовилась к смерти. Я боялась встречаться с Ней лицом к лицу, поэтому и закрыла глаза.

Но проходила секунда, другая, а ничего не происходило. Я жива, вот только чувство, что оглохла. Не было звуков, дуновения ветра, запахов сада. Все как-то странно исчезло.

Распахнув широко глаза, увидела над собой прозрачную пленку, которая впитывала в себя весь огонь. Но не это меня поразило, а то с какой методичностью Аскольд избивал несчастного барона. Тот уже даже не сипел, а захлебывался собственной кровью.

Я не могла подняться. Телу было больно, поэтому я крикнула, что есть мочи:

— Стой! Прекрати! Не убивай! — мне не жаль барона. Он бы убил меня, не задумываясь, если бы не щит, брошенный Шимаром. Именно он стоял рядом со мной и водил руками над телом, впитывая в себя огонь. Эта пленка — магия грифона.

Мне не жаль Кенбрука. Мне жаль ситуации, в которой мы все оказались. Горе мужчины понятно. Он как умел, пытался сбросить свою злость и беспомощность. Возможно, спустя какое-то время он бы и сожалел о содеянном, но прошлого не изменить. Если бы я знала, что Майрон до сих пор в опасности, то никогда бы не покинула дом барона. Косвенно я причастна к его гибели, но даже узнав о смерти мальчишки, я не винила себя. Кукловод слишком умелый игрок.

— Аскольд хватит! — Иварус пытался достучаться до друга, но тот ничего и никого вокруг себя не слышал. — Лея Вена. Ей плохо, — наверное, я действительно выглядела жалко и отвратительно, раз сам Иварус стал обо мне беспокоиться.

И снова мое имя привело в норму его рассудок. Он отбросил в сторону избитое, но еще живое тело барона и ринулся в мою сторону.

— Ла…Вена, — простонал Аскольд, осторожно погладив меня по щеке, и хотел уже поднять на руки, но его остановил Шимар.

— Не трогай ее, — в голосе беспокойство. — У нее повреждения.

Шимар стал руками проводить странные манипуляции над телом, отчего в голове образовался гул, а тело скрутило в болевых спазмах и судорогах.

Я закричала от нестерпимой боли.

— Ты причиняешь ей боль, — Аскольд удерживал меня за плечи, а Иварус зафиксировал голову в ладонях. Держали меня крепко, а тело будто бы трещало по швам. — Что с ребенком?

Я лишь следила за шевелением губ, так как меня накрыла абсолютная тишина. Я знала, что они о чем-то говорят. Только по мимике можно догадываться, что объект их обсуждения лежит неподвижно на земле.

— Упала удачно, поэтому он в безопасности, — ответил Шимар. — Если честно, то я ничего не понимаю и твоей роли во всем этом тоже, но раз ты сказал не торопиться, то так и быть. Если бы не твоя метка, то ты так ничего бы и не узнал. Сомневаюсь, что она бы тебе хоть что-то рассказала. Видишь, какая самостоятельная. Все сама да сама, а сама чуть не погибла. А если бы нас здесь не оказалось?

Хотела знать, о чем они говорят, но повторения беседы для меня точно не будет. Осталось лишь сконцентрироваться на боли.

Какой нынче насыщенный у меня день.

Глава 20

Утро встретила в своей постели полностью обнаженная и … отдохнувшая. Интересно кто отважился меня раздеть? Кто этот смертник? Нет, я не собиралась бежать и выяснять личность, просто такого на моей памяти еще не было.

Прислушалась к себе, отмечая, что от событий прошлого вечера не осталось ничего, а я ведь помню ту невыносимую боль.

Барон Кенбрук… Майрон… жаль парнишку, но с того света я доставать не умею. Да и даже тогда, когда обрывала черные нити, это была не совсем я. Мной явно что-то руководило, но вреда мне не причинило, лишь откат на ноги, но это же пустяки по сравнению с ценностью жизни, которая все равно ушла спустя время. А что было бы останься я там? Смогла бы второй раз вырвать Майрона из лап смерти? Теперь ясно точно, что серийник никогда не оставляет свою жертву. Нужно дописать и этот пунктик в свои заметки. Он всегда доводит дело до конца, если кого-то поймал на крючок.

А это плохо! Это очень, очень плохо, так как спасения от него не будет.

Осмотрела комнату в поисках коляски, которая сиротливо стояла у входа. Через пять минут кряхтений я сидела в ней, прикрытая простыней и перебирала одежду в шкафу.

В общем, одеться не успела, так как Аскольд стоял в дверях и внимательно наблюдал за моими действиями.

— Могу я помочь тебе? — и, не дожидаясь ответа, подошел ко мне, вытащил из шкафа первое попавшееся платье и так же молча начал надевать его на меня. Я сидела в шоке, не в силах и слова сказать. Откуда такая забота? Зачем? Почему?

— Это Вы меня раздели? — почему-то этот вопрос и не требовал ответа, так как его я знала заранее.

— Мне нужно было удостовериться, что других повреждений на тебе нет, — как ни в чем не бывало, произнес Аскольд, поправляя подол платья, надевая легкие сапожки.

— Спасибо, — я тоже умею быть благодарной. — Спасибо, что вмешались.

— По-другому и быть не могло, — улыбнулся брюнет, отчего его шрам слегка дернулся.

— Барон… он… — слово «мертв» не получалось произнести.

— Жив и почти здоров. Его целитель отлично справляется со своей работой, — отчего-то при слове целитель Аскольд скривился. — Он ведь и в твоем доме был вчера? — как можно беззаботнее поинтересовался грифон.

— Да, он наблюдает меня, — кивнула я. Смысла скрывать не было, так как чувствую, что без их вездесущего носа не обошлось.

— И вижу успехи отсутствуют, — проворчал Аскольд, проводя по моему бедру рукой, но я не чувствовала ничего.

— Маги бессильны, — развела в стороны руками, даже не думая убирать его ладонь с моего бедра, а он кажется и сам не заметил, куда положил ее. — Родарис сказал, что возможно грифоны могут что-то сделать, но в этом я тоже сомневаюсь, ведь причина совершенно в другом.

— И в чем же? — так уютно было сидеть рядом с ним.

— Узор, — просто ответила я.

— Узор?

— Да. Это иные слои энергии, которые никто, к сожалению, из Мидарана не видит.

— Говоришь так, будто бы ты не из Мидарана, — его цепкий взгляд не позволил мне отвести собственный взгляд.

— А если это и так? — рискнула спросить я, дерзко вскинув голову вверх. — Если я действительно не из этого мира? Что тогда? Меня сожгут? Линчуют? Четвертуют? — перечисляла я методы средневековых пыток. Видя, как вытягивается от изумления лицо Аскольда, поспешила исправиться. — Я пошутила, но мой узор нарушен. Я не могу его подлатать, или исправить. Мне не даются в руки мои собственные нити, — последнее я рычала со злостью в голосе. Я понимала проблему, видела ее суть и знала что нужно делать, но была совершенно бессильна, словно пыталась схватить воздух. — Мне никто не сможет помочь, — совсем тихо закончила я, а Аскольд молчал, погрузившись в размышления. Брови сдвинуты, мышцы лица напряжены, руки замерли на моих ногах.

— Шимар один из сильнейших целителей моего народа, — спустя время заговорил Аскольд. — И мы пытались вчера излечить твой недуг, но у него не получилось. Он не смог. Первый раз в жизни он оказался бессилен.

— Иногда случаются промашки, — горько хмыкнула я. — Не всегда проблема решается.

— Мы правда хотели тебе помочь, — в его словах сквозило сожаление.

— Мне нужно в ванную, — сглотнула я. Его слова теплом разлились в груди, отчего мне стало дискомфортно. Чужой человек, который видит меня первый раз в жизни и так искренне выказывает участие. Гордые, важные, величественные грифоны снизошли до простой неудачницы, недомага — человечки? Меня настораживает их поведение. Это я его знаю, но вот новую меня, он видит впервые.

— Ты плохо себя чувствуешь? — нахмурился он.

— Мне зубы почистить надо и умыться, — улыбнулась я, а еще в туалет сходить. Мой мочевой пузырь не резиновый.

— Хорошо, мы тебя на кухне подождем. Не задерживайся.

— Мы? Ты хочешь сказать, что вы все втроем здесь ночевали? — и, где эти три великана легли?

— Нет, только я, — хохотнул мужчина. — Не мог же я тебя оставить одну после вчерашнего. Опасная у тебя жизнь, — заметил он. — Иварус с Шимаром подошли утром.

— Который час?

— Одиннадцать утра.

— Ох ты ж черт, — доставка должна была быть в девять, а я все проспала и будто прочитав мои мысли Аскольд успокаивающе провел ладонью по моим нечесаным волосам.

— Продукты я принял и разобрал.

— Спасибо, — он ворвался в мою жизнь как вихрь и перевернул все с ног на голову. Я так и привыкнуть могу.

Но внутри меня все равно грыз червячок сомнения. Я знаю кто он, а вот он не знает кто я. Я не Лада для него, а Вена — другая женщина, но ведет он себя слишком по-свойски.

— У тебя всегда все по плану? — у дверей поинтересовался он.

— Нет, но я пытаюсь расписать всю свою жизнь на несколько шагов вперед. Не люблю сюрпризы. Они для меня ничем хорошим не заканчиваются.

— Я понял тебя, — кивнул мужчина, а потом, словно опомнившись, добавил. — Может, я помогу тебе в … ванной.

— Ну, уж нет, — вздрогнула от его бархатного заботливого голоса.

— Ну ладно, — легонько стукнул кулаком о косяк и захлопнул за собой дверь.

Уф. Не хватало еще принимать помощь от мужчины, который нравится. Я же со стыда сгорю. Нет. Сама справлюсь.

В ванной я пробыла около часа. Все-таки проблематично передвигаться без ног и времени занимает такое передвижение очень много.

Но мне не давали скучать, а каждые пятнадцать минут Аскольд интересовался у меня все ли в порядке. А мне было обидно и горько. Я ревновала его сама к себе. С прежней мной он был слишком дерзок, слишком напорист, а сейчас он сама нежность, забота и участие. С прежней мной он не сдерживался, а шел напролом. Сейчас же он окольными путями пытается меня втянуть в свои сети. И это пугает, настораживает. И признаюсь честно сама себе, что таких эмоций я никогда ранее не испытывала. Даже с Женей у меня все было под контролем и расписано на несколько месяцев вперед. Здесь же я не знаю, чего ожидать. Неизвестность… она манит, затягивает и приводит в трепет.

Кухня для этих великанов тоже оказалась крохотной, хотя когда я была одна, то мне она показалась огромной.

Сейчас же за столом эти мужчины уплетали за обе щеки ароматный, или завтрак, или уже обед.

— О, спящая красавица проснулась! — Шимар с любопытством меня рассматривал, отгрызая кусок мяса от аппетитной косточки.

— Мы ждали тебя, но были очень голодны, поэтому присоединяйся, пока эти троглодиты все не съели, — улыбнулся Иварус. Сегодня он был на диво любезен и добр.

— Говори за себя, — отмахнулся Шимар. — Аскольд не даст своей птичке голодать. Ты что не заметил, что он отложил для нее самое вкусное? — этот грифон за словом в карман не лезет, а я с удивлением смотрела на четвертую тарелку с огромной горой мяса. При всем моем желании я не съем столько.

— Спасибо, — их забота трогала все струны моей окаменелой души.

— Присоединяйся. Тебе нужно хорошо питаться, — Аскольд не обращая внимания на мое сопротивление, подкатил коляску ближе к столу.

— Да особенно сейчас тебе нужно много, много мяса, — поддел Шимар Аскольда, но тот так глянул на друга, что целитель быстро заткнул свой рот очередным куском прожаренного до золотистой корочки мяса.

— Ешь, не отвлекайся, — Аскольд ближе подтянул ко мне тарелку.

— Я столько не съем, — запах от мяса шел умопомрачительный.

— О, поверь это ненадолго. Через пару месяцев ты будешь съедать две таких порции…

— Шимар, — рявкнули в один голос Иварус с Аскольдом.

— Да что я такого сказал? — возмутился мужчина, даже не думая прекращать болтать. — В ее положении одной соленой картошкой и овощами сыт не будешь. Я имел смелость сунуть свой нос в сковородку с ее едой и чуть не сдох от жажды. Не удивительно, что она такая худая и тонкая как щепка. Это же есть невозможно! Уволь свою кухарку, ибо она не справляется со своей задачей, — на полном серьезе предложил Шимар.

— Это я готовила, — хмуро прервала его проповедь, гордо вздернув подбородок. Да я не кулинарный гений, но вот так открыто порицать мою еду не позволю. — Ваш нос лей Шимар очень любопытен и иногда его не следует совать куда попало, ибо есть вероятность лишиться этого нужного органа, — аппетит пропал, поэтому я отодвинула в сторону тарелку и попыталась покинуть кухню, но Аскольд стоял сзади и не позволил мне этого сделать.

— Вена ты сейчас поешь, а потом мы поговорим, как быть дальше, — безапелляционно заявил Аскольд. — Шимар не хотел тебя оскорбить. Просто он всегда говорит то, что думает.

— Прости, — тут же встрял целитель. — Просто не у всех талант к приготовлению.

— Шимар я тебе сейчас засуну эту кость в горло, — процедил Аскольд, вцепившись пальцами в спинку моей коляски.

А я молча взяла в руки нож, вилку и стала отрезать маленькими кусочками ароматное мясо. Наступила оглушающая тишина, а три пары глаз изумленно уставились на меня.

— Что? — вопросительно посмотрела на мужчин. Даже Аскольд рот открыл от удивления.

— Ты мясо ешь столовыми приборами? — опять Шимар не удержался.

— Конечно, а как иначе? — можно и руками, но манеры, вбитые с детства так быстро не искоренить.

— Аскольд она странная, — Шимар тоже потянулся к ножу и вилке, вытирая руки о салфетку.

Ивар посмотрел на свои испачканные пальцы и, смутившись, повторил маневр Шимара. Э? А что происходит? Только Аскольд к еде не притронулся.

— Нет, ну так тоже неплохо, — подвел заключительный итог Шимар. — Правда это очень долго и нудно, а так вполне можно есть, — фыркнул мужчина. — Каково это не иметь возможности ходить? — нда… тактичностью от Шимара так и веет. — Ты не подумай, нет, я не из праздного любопытства интересуюсь, — попытался исправиться мужчина. — Я, правда, пытался исправить твой недуг, но после провала чувствую себя недееспособным целителем.

— А каково это иметь язык без костей? — парировала я, ничуть не обидевшись на вопрос. — Неужели в ваших институтах не учат элементарной враче… целебной этике?

Мужчина как-то сразу сдулся от моего такого ответа.

— Прости, — как-то все они легко перешли на «ты», будто мы старые друзья, а не знакомы со вчерашнего вечера.

И тут Ивар громко расхохотался, смотря на стушевавшегося Шимара.

— За столько веков никто никогда так не ставил на место этого болтуна, — отсмеявшись, выдал Иварус. — Мое уважение к Вам лея Ла… Вена.

— Все? Клоунада закончена? — Аскольда нынешняя ситуация отнюдь не радовала. Он был хмур и угрюм.

— Аскольд ты чего? — Иварус с Шимаром странно переглянулись и вопросительно посмотрели на друга.

— Я ничего, а вот вы, по-моему, забываетесь, — строгим холодным тоном сказал мужчина, а я напряглась. Ох, и пугает он меня таким.

— Прости, — это уже Иварус. Да что они все просят у меня прощения? Им не все равно?

— Нам нужно поторопиться, если хотим успеть на казнь наместника, — растеряв всю веселость, сообщил Шимар.

— Казнь? — повторила я.

— Да, — кивнул Аскольд. — Он выкрал нашу принцессу и держал ее взаперти, пытаясь насильно женится на ней, но мы успели вовремя и не позволили случиться непоправимому. Да ты ведь и сама все видела.

— Я?

— А кто подглядывал ночью? — чуть насмешливо спросил Аскольд.

— Вы очень сильно шумели, — встала я на свою защиту.

— Да? Странно, — мотнул головой Иварус. — Я думал, что мы поставили полог тишины.

— Значит, плохо ставили, — пожала я безразлично плечами.

— Не думаю, — не согласился со мной Аскольд. — Каким-то образом ты его просто обошла, — что ответить на это я не знала.

Дальше мужчины обсуждали действия наместника, а я размышляла, для чего ему это понадобилось? Грифоны бессмертны, а маги нет. В чем смысл этой затеи? Я не понимала, ведь о любви тут речи не шло, но вот что-то не давало мне покоя. Я должна попасть на эту казнь. Должна посмотреть воочию на этого наместника, а не из газеты.

— Где и во сколько состоится казнь? — и снова эта оглушающая тишина после моего, казалось бы, простого вопроса.

— На центральной площади…

— О нет, ты туда и близко не подойдешь, — зашипел Аскольд, перебив Иваруса.

— Конечно, не подойду, — широко улыбнулась я, скрывая за оскалом собственную ярость. Да кто он такой, чтобы мной командовать?! — Я покачу на своей колясочке, — и громко стукнула руками по подлокотникам.

— Ты останешься в доме и даже никому не откроешь, — будто бы не слыша меня, процедил недовольный мужчина. — Я поставил хорошую охранку, а то старая была совсем слабая, и если я прикажу, то и дом тебя не выпустит.

— Да как ты смеешь? — мне никто никогда не диктовал условия и он не будет исключением. — Пошел вон, — и указала пальцем на дверь.

— Тебе мало приключений? — взъярился мужчина. — Ты смерти ищешь?

— Да с чего ты это взял?

— А с того, что в прошлую нашу встречу ты оставила мне замечательную записку, — и перед моим носом упала злосчастная прощальная записка. Я дрожащими пальцами развернула и снова вчиталась в содержание. Нервно сглотнула. Как?

— Ой, что сейчас будет? — совсем тихо заметил Шимар, сливаясь со стенкой. Иварус тоже отошел в сторону, оставив меня один на один со злющим грифоном.

— Ты не представляешь, как я был зол на тебя, когда обнаружил на постели твой прощальный подарок, — еле сдерживался Аскольд. — Но и это ничто по сравнению с тем, что ты нагло сбежала от меня, ловко заметая следы. Где только научилась? С виду такая тихоня, — на меня уставились три пары вопросительных глаз. — А теперь я случайно узнаю, что некто Вена и есть МОЯ ЛАДА, — я от страха вжала голову в плечи. Сейчас меня убьют. — И именно она чуть не погибла, вернее с ней вечно что-то приключается, — заорал грифон, а я медленно ловила челюсть у пола. — То от гарпии сбегала, — выплюнул он. — Как только ума хватило с ним связаться? Где ты только этого недобитого князя нашла? Это же самая подлая раса на всем Мидаране. С ними нельзя иметь никаких дел! — видимо накипело у него. — То я тебя обнаруживаю в ледяных пустошах глубоко под землей всю в царапинах, ссадинах, порезах, синяках в рваной одежде, совершенно непредназначенной для прогулок в горах. То вижу нелепые объявления, развешанные по всему городу, и когда только успела засветиться? — недоуменно покачал головой грифон. — То тебя опаивают сомнительным зельем, — грифон громко стукнул по столу кулаком, отчего я вздрогнула. — То теперь ты лишилась ног, — он тряс меня за плечи, отчего моя голова как болванчик постоянно кивала. Я была растеряна, дезориентирована, шокирована.

Но как же так? Я ведь все учла, все! Как он догадался? И зачем был весь этот фарс?

— Где я прокололась? — шепотом пролепетали мои губы. Ведь если грифон догадался, то Вардек…

— Нигде, — Аскольд развернул меня к себе, впиваясь взглядом в мои глаза. — Ты отлично поработала над собой, но метку грифона ты никогда не скроешь, — и мое левое запястье оголили, показывая эти проклятые четкие линии, а я мысленно выругалась. — Мы чувствуем свое на расстоянии, и в ту ночь меня потянуло посмотреть на соседский дом, где я увидел только глаза! Твою пьянящую зелень я ни с чем не перепутаю, — я сглотнула и перевела взгляд на совершенно спокойных мужчин. Они все знали. — И каково же было мое удивление, когда я увидел тебя в этой… коляске с совершенно чужим лицом, цветом кожи, волос. Лишь голос и интонации остались прежними. От тебя просто фонило мной, моей меткой, — рычал недовольный Аскольд. — Я землю носом рыл, пытаясь тебя разыскать!

— Зачем? — стушевалась я. — Зачем ты хотел меня найти?

— Сначала был банальный интерес, — ответил он. — Но потом с каждой нашей встречей меня к тебе тянуло как магнитом. Мне нужно было знать, где ты, с кем ты, все ли с тобой в порядке, но ты так ловко ускользала, что мне оставалось лишь щупать воздух. Твои странные телепорты не отследить, — мне не нравится его тон. Мне не нравится его собственнический взгляд. Я попыталась отстраниться, но мне не позволили. — Ты теперь точно никуда не денешься от меня, — довольно протянул Аскольд.

— Почему это? — вот не нужно ставить меня в рамки.

— Вчера, когда мы к тебе пришли я услышал зов, — Шимар хмыкнул, а Иварус дал ему подзатыльник.

— Зов? — не поняла я.

— Срок хоть и маленький, но мы грифоны остро чувствуем новую жизнь, — о чем он? Видя мое недоумение, Аскольд расплылся в самой обворожительной улыбке. — Ты носишь под сердцем наше дитя, — огорошил под конец грифон, а я сидела полностью ошеломленная.

Одно дело выживать самой, но другое дело делать это с младенцем на руках. Как же так? У нас ведь была всего одна ночь и почему-то мысли о предохранении меня тогда не посетили. Проклятый оценщик!

— Я не знала, — еле слышно выдавила из себя.

— Срок совсем маленький, но ошибки быть не может. Мы чувствуем своих детей.

— И что теперь?

— А теперь ты сидишь дома, и не лезешь больше никуда, чтобы тебя не разыскивал весь материк, — к животу прижалась рука мужчины. — Теперь думать нужно не только о себе.

— Я…

— Хватит, — перебил меня резко Аскольд. — Добегалась уже.

— Я не могу, — простонала обессиленно я. — Я не виновата. Я там оказалась случайно, когда убегала от Вардека. Меня просто выбросило в том месте без сознания, а местные решили, что это я убийца, — слова бурным потоком лились из меня. Трудно все это держать в себе, а они и так знают многое. — Я думала, что это ошибка. Рассчитывала на то, что они увидят отсутствие магии и отпустят, но меня решили сжечь на костре на главной площади того городка и тогда я снова совершила спонтанный прыжок. Я не знаю, как это у меня получается, но я сворачиваю эти нити, сворачиваю пространство благодаря им, — слезы брызнули из глаз. — Я не знала и не знаю, как это работает, куда я прыгала, но меня выбросило высоко в горах среди снега и ледяного ветра. Я некоторое время босиком шла по нему, пока не упала в какой-то грот. А потом наткнулась на озеро и решила передохнуть. Вернее я там осталась, так как не знала ни где я, ни что мне делать дальше. Я была в отчаянье.

— Зачем ты понадобилась гарпии и где ты вообще с ним столкнулась? — Иварус сгорал от любопытства, раз решил вмешаться в наш разговор.

— Он решил меня запереть в клетке и изучать мой феномен, — горько ответила я. — Когда я с ним встретилась, то он мне показался добрым, отзывчивым человеком. Он помогал мне.

— Подобные действия на эту гниду совершенно непохожи, — выдал Иварус. — Для него важен только он сам.

— Мы встретились по дороге к Источнику магии.

— А тебе там что понадобилось? — это Шимар встрял.

— Мне ничего, но большего я ответить не могу, — не могу сказать, что я инопланетянка. — В общем, после этой встречи моя жизнь пошла наперекосяк, — печально закончила я. — Мне нужно снять с себя обвинения, поэтому вы вчера и увидели те вырезки. Я хочу понять, как ОН действует.

— Это опасно.

— Другого выхода у меня нет и эта казнь… — я замолчала, формулируя, как правильно подать то, что я хочу. — Мне нужно там быть. Мне нужно посмотреть на наместника собственными глазами. И почему-то мне кажется, что Фабиус виновен в смерти Майрона, ведь именно после встречи с ним парнишке стало плохо.

— Исключено, — отмахнулся Иварус. — Его магию блокировали и нацепили антимагические оковы.

— О, поверьте, что если он работает на том же пласте энергии, что и я, то ваши оковы его не остановят. Думаю по этой же причине, я смогла слышать через ваш полог тишины. Это иная сила — непонятная, но намного мощнее обычной магии, — разбила в дребезги их надежды. И если это он, то не понимаю, зачем он сдался?

— Если все то, что ты говоришь, правда…

— Я не знаю. Это всего лишь мои предположения. Я должна его увидеть и только тогда смогу хоть что-то сказать, — Аскольду моя идея не нравилась, но и он понимал, что должен согласиться.

— От меня ни на шаг, — холодно процедил он.

— Очень смешно, — хмыкнула я.

— Прости, — тут же стушевался мужчина. — Я не хочу, чтобы Вы пострадали.

— Поверь, что я хочу жить как никто другой, — ибо я не понаслышке знаю о ценности жизни.

Эти сутки полностью перевернули вверх дном мою жизнь. Еще вчера я была одна и буквально тряслась от страха, а сегодня у меня появился защитник, хоть и действует он в интересах своего не рожденного сына. Дети для грифонов очень ценны и будут оберегать их любыми средствами и методами, а я … я приму эту помощь.

Он честен со мной и не стал юлить, а рассказал все как есть. Вижу только, что иногда мужчины смотрят на меня неодобрительно. Осуждают. Но я не конфета, чтобы всем нравиться. Кажется где-то это уже было!

Глава 21

Город сегодня гудел как улей. Не каждый день казнят наместников, а тут такое представление, что никто не останется в стороне.

До центральной площади мы доехали в наемном экипаже. Хорошо, что карета была с открытым верхом, иначе я даже не представляю, как грифоны бы в ней поместились. Моя коляска малогабаритная, но занимала много места, поэтому пришлось взять два экипажа. В одном ехали мы с Аскольдом, а во втором Иварус с Шимаром. Вся троица была напряженной и хмурой.

Наместника еще не привели, но из стражей сделали живой коридор. Мы находились в стороне, не смешиваясь с толпой. Грифоны незаметно рассредоточились по периметру, оставив меня в одиночестве, но я знала, что малейшее движение и кто-то обязательно окажется рядом. Аскольд был в двух шагах от меня.

Постамент находился на возвышении, поэтому головы людей мне не загораживали обзор. В воздухе витала атмосфера взбудораженности и взволнованности. Я бы даже сказала, что от жителей фонило электрическими импульсами.

Но что самое интересное то я не понимала одного. По сути, наместника казнят за похищение принцессы. Но ведь все обошлось и возможно он раскаивается? Но даже если это и так, то данный поступок — открытый плевок в сторону Императора грифонов. Скандал! Или быть может даже война? Наверное, поэтому король дал добро на казнь, чтобы хоть немного сгладить вину своего королевства. Наместник расходный материал и, чтобы избежать конфликта, король принял правильное решение. У нас бы за такую дерзость всю семью вырезали, чтобы другим неповадно было. Конфликты? Так на Земле они решались открыто с вызовом, и никто никогда ничего не делал исподтишка. Элита хоть и прогнила изнутри, но до конца осталась верна таким традициям. Недовольство выражалось открыто и стороны всегда старались найти разумное решение, ведь обретя бессмертие, мы обрели и ответственность за наши действия. Скорее всего, казнь действительно показательная, чтобы помнили и впредь не повторяли подвигов своего сородича.

Я рассматривала толпу, сопоставляя их и себя.

Разные! Мы разные. Наше развитие на несколько тысячелетий ушло вперед, а они все еще топчутся на средневековом уровне. Хотя у нас просто разные миры. Мой мир пошел по пути технологии, а их по пути магии. Тут даже сравнивать нечего. Глупая. Я никогда не впишусь в их мир. Да и не стремлюсь я к этому. Меня забросило сюда, подарило вторую жизнь и мне нужно научиться жить здесь в этом мире магии, отбросив свое прошлое с его техническим и технологическим прогрессом.

Я бессмертна и у меня будет целая жизнь на это. И буду я не одна, а со своим малышом.

Руки тут же опустились в район живота. У меня на губах мимо воли расцвела улыбка. Мы обязательно справимся. И я уж точно не буду относиться к своему дитя так, как ко мне отнеслись мои родители.

Наверное, я слишком сильно погрузилась в собственные мысли, так как пропустила момент тишины и соответственно появление виновника сегодняшнего собрания.

Несмотря на положение, наместник выглядел величественно, будто бы не его сегодня должны казнить, а он сам кого-нибудь с удовольствием лишит жизни. Внешний вид его был жалок, но вот твердая уверенность и решительность в глазах заставляла сомневаться, а так ли ему плохо на самом деле, как выглядит? Отметила белоснежные волосы, висевшие паклями, мешки под покрасневшими глазами, будто бы он несколько суток не спал, потрепанную дорогую одежду. Мой взгляд то и дело возвращался к его глазам и царской осанке. Не сломлен, не раскаивается, несокрушимый. Он надменен, горделив, важен, с торжеством во взгляде, обводящий толпу, собравшуюся здесь для хлеба и зрелищ.

Невольно поежилась. Жуткий неприятный тип, несмотря на внешность. Такому на обложках глянца сверкать, а не на эшафоте.

— Хорош, правда? — услышала рядом с собой красивый мелодичный голос.

— Красив, — тут не поспоришь.

Посмотрела в сторону, чтобы разглядеть свою нечаянную собеседницу.

Молодая высокая утонченная девушка с потрясающими блестящими черными волосами чуть вздернутым носиком и нереального цвета глазами, как глубинный океан. Таких глаз не бывает. Неприлично засмотрелась на свою собеседницу, отмечая и дорогую одежду и прямую спину, и высоко задранный подбородок. Девушка изыскана, роскошна, грациозна! Невольно позавидовала этой красавице и впервые пожалела, что в свое время не воспользовалась услугами пластической хирургии. Но у нас на Земле вся Элита была, как под копирку, а здесь по-другому.

— Выглядишь неважно, — заметила девушка, пристально разглядывая меня. — И не понимаю, почему ты все еще здесь, — фыркнула красавица.

— Что простите? — опешила от этой дерзкой наглости.

— В прошлую нашу встречу ты была более разговорчивой и если честно, то не ожидала увидеть тебя в таком состоянии, — продолжала огорошивать новостями незнакомка. — Неужели не нашла фрегат или проблема гарпии уже разрешилась? — она говорила, а с меня медленно сходили все краски. — Ты, конечно, замаскировалась отлично, но вот твой мне подарок, оставленный на память, позволил без проблем узнать тебя, — второй чело… существо видит меня насквозь. Как же так? И о каком подарке речь? Да кто она такая? Я бы запомнила нашу встречу, но девушка лишь загадочно улыбалась и продолжала говорить невероятные вещи. — Если сильно не присматриваться, то такой маскарад сойдет, но он не спасет твою жизнь.

— Кто Вы? — еле слышно выдавила из себя, бросая взгляд за спину девушки, пытаясь отыскать хоть одного из грифонов, но они как сквозь землю провалились. Хотя нет, Аскольд стоит рядом, но почему-то не замечает, что со мной кто-то разговаривает.

— Как ты умудрилась разорвать свои нити? — что? Откуда она знает? — Не понимаешь? — иронично заметила девушка. — Благодаря тебе я стала такой, — хохотнула незнакомка. — Ты даже не представляешь, что сделала на самом деле для меня! Это такой подарок, такой подарок! — щебетала она. — И вижу, что ты ничего не можешь сделать для себя. Не представляю, как ты справляешься.

— Не без труда, — я все еще ничегошеньки не понимала.

— Владлена, — она назвала меня моим полным именем, а я шокировано сидела, открывала и закрывала рот в немом вопросе. Откуда она меня знает? — Ты только ничему не удивляйся и помни, что я на твоей стороне, но так надо, поверь мне, — девушка склонилась совсем низко и прошептала. — Я все исправлю.

— Что все? — еле слышно выдавила из себя я.

— Молчи, — она приложила указательный пальчик к моим губам. — Не понимаю, почему ты до сих пор не научилась управлять нитями. Они сильнее, чем сама магия. Кроме нас двоих ими могут управлять еще трое, — но ведь их никто не видит. О чем она? — Я одна не справлюсь. В определенный момент мне понадобится твоя помощь. Прошу, не подведи, иначе Мидаран погибнет.

— Кто ты? — в который раз повторила свой вопрос.

— Старушка с бородавкой на носу из Бородянки, — улыбнулась девушка… МАГДАЛЕНА?! Да быть не может. — Не знаю, что ты тогда намудрила, но результат превзошел все ожидания, — я же ее в сердцах похоронила. Она отдала мне свой последний телепорт, спасая от Вардека. Магдалена прикоснулась ко мне в легком поцелуе в лоб, а меня парализовало. — Не дергайся. Так надо. Другой возможности у меня не будет, поэтому терпи и прости за боль.

Взмах руки и вокруг стал нарастать гул. Что за ерунда? Она смогла скрыть нас на время, поэтому грифоны ничего не заметили? Хотя им сейчас точно не до меня.

Вот только все померкло на фоне общего гула толпы и быстро продирающуюся сквозь толпу Магдалену. Но не это меня ошеломило, а то, что мои ноги скрутило безумной болью и судорогой, а я и пикнуть не могла. Да что же это такое? Почему последние сутки такие болезненные? Надеюсь, что дети грифонов сильные и переживут мучения будущей матери. По щекам текли слезы, но я отчетливо видела, как Магдалена легко взлетела на эшафот и лучезарно улыбнулась наместнику. Тот кивнул и с него разом были сброшены все оковы. Что она творит? Зачем?

Феерическое представление!

Я видела легкую дымку вокруг улыбающегося наместника. Он победитель, но никак не проигравший. А еще я с ужасом наблюдала за тем, как от него в толпу устремились черными змеями нити.

На коленях! Весь люд стоял на коленях перед этим убийцей и в немом изумлении корчился от боли. Но почему Магдалена ему помогает? Зачем? И что значили те ее слова?

Даже моя собственная боль была ничем по сравнению с тем ужасом, что творилось вокруг.

Вот грифоны в своем истинном облике с немым ужасом в глазах, ползут в мою сторону. Одного из них я узнала. Крылья цвета мокрого асфальта и огненное туловище — Аскольд. Я помню тот взгляд в гроте. Это был он. Он залечил мои ссадины и порезы. Он пытался спасти меня, а сейчас смотрит глазами побитой собаки. Я все понимаю без слов. Он проиграл. Обещал защиту и не сдержал обещания. В его глазах я вижу такую муку, отчаяние и боль, что у самой сердце сжимается в болезненные тиски.

Я видела, как медленно жизнь покидает каждого присутствующего и только ко мне эти змеи не могли добраться. Магдалена вовремя создала вокруг меня щит, когда поцеловала в лоб.

Боль в ногах? Да ерунда! Сейчас есть проблема важнее.

Я вспоминала ощущения, когда отрезала от Майрона щупальца. Теперь вот и кукловод нарисовался. Неужели я оказалась права? Оказалось, что его можно обнаружить только в деле, а так он такой же, как и все. Не отличить, что осложняет поиски. Чтобы его обезвредить, нужно уничтожить само тело наместника. Но почему Магдалена рядом с ним?

Как и в том переулке, я больше не владела собой. В груди ощущалось нарастающее жжение и вот спустя секунду в этих змей летит огромный сгусток огня!

Наместник упал, скорчившись от боли, а Магдалена едва заметно кивнула мне, одобряя мои действия.

Что это, черт возьми, за шахматная партия?

Я видела, как Магдалена незаметно перетягивает на себя управление змеями и уничтожает их тоже огнем. Все это незаметно от наместника. К чему эти сложные ходы? Почему она не могла сразу его уничтожить? Зачем позволила Фабиусу подпитываться от народа?

Взмах рукой и больше ничего не напоминало о чуть не случившейся трагедии. Даже следа не осталось, лишь бешеная ярость в глазах наместника, устремленного прямо на меня. Понял. Он все прекрасно понял. Почувствовал.

Я пешка. Я та самая фигура, которая идет в расход.

Зачем она это сделала?

Наместник злорадно ухмыльнулся, послал мне воздушный поцелуй и скрылся в портале, построенном Магдаленой. Она тоже научилась сворачивать пространство при помощи нитей.

Люди постепенно стали приходить в себя и оглядываться на соседей, удостоверяясь, что все живы и относительно здоровы.

И почему-то я была уверена, что судьба Майрона минет всех. Магдалена спасла сотни жизней и помогла сбежать наместнику.

Ненавижу ребусы.

— Лада! — Аскольд принял человеческий облик, тяжело дыша, падая возле моих ног на колени, крепко сжимая их до боли в мышцах. — Жива, — еле слышно простонал он, утыкаясь лицом в живот.

— И даже здорова, — Шимар тоже выглядел неважно. Вся троица была изрядно потрепана, но твердо стояла на ногах. — Опять откат? — спросил у меня мужчина.

Я понимала, о чем он говорит. Я ведь чувствовала стальные тиски рук на своих ногах. Прикрыв глаза, любовалась своим идеальным узором без единой зацепки или дырочки, не говоря о том, что несколько минут назад все это свисало рваными клочьями.

Магдалена.

Всего одно прикосновение, минутная боль и возможность ходить. Невероятно!

Я чувствовала слабость, как тогда в переулке, но она была не до обморочного состояния.

— Нужно убираться отсюда, — Ивар обводил цепким взглядом территорию.

— Нужно все осмотреть здесь, — глухо проговорил Аскольд. — Эта тварь исчезла.

— А та девчонка хороша, — мечтательно закатил глаза Шимар.

— Она с ним заодно, а значит наш враг, — бесцеремонно заявил Аскольд. — Так что подотри слюну и не облизывайся.

— И помечтать нельзя, — наигранно обиделся целитель.

Как он может шутить в такое время? Паяц.

— Она с нами, — сипло проговорила я. — Эта девушка всех нас спасла и меня тоже.

— Что ты такое говоришь? — возмутился Аскольд. — Если бы она была с нами, то не помогла бы ему сбежать.

— На то у нее были причины, — твердо заявила я, вспоминая все то, что говорила Магдалена. «Нас двое, но есть еще трое и именно они «раковая опухоль» мира Мидаран». — Она нас всех спасла и вернула мне ноги.

— Что? — воскликнули одновременно Ивар с Аскольдом, а Шимар только загадочно улыбался.

— Она правду говорит и твоя девочка теперь совершенно здорова, — целителю нравилось смотреть на изумленные физиономии своих друзей.

— Ты…

— Да, если ты отпустишь мои ноги, то я смогу встать, — напряжение отпускало и если честно, то я боялась подниматься. Я ведь уже смирилась. — Помоги мне, — протянула руку мужчине, который крепко за нее схватился.

Секунда, другая и вот я уже нетвердо стою на своих ногах. Приятная боль в мышцах несказанно радовала.

Хорошо, что народу было не до нас, и они не видели, как дружно отпадают челюсть у трех грифонов. Даже Шимар не удержался от восклицательного вздоха.

Слов не было, одни эмоции.

— Шимар уведи ее, — приказал Аскольд, немного отвиснув, даже не интересуясь моим мнением, лишь бросил на меня жаркий взгляд. — Нам здесь нужно все осмотреть.

— Следов не осталось, — ничего не вижу.

— И все-таки мы проверим, — Иварус был согласен с Аскольдом.

— Пойдем детка, я тебя еще разочек осмотрю, — заговорщицки прошептал на ухо Шимар, отчего Аскольд пошел темными пятнами на смуглой коже.

— Не забывайся, — рыкнул мужчина, аккуратно усаживая меня в коляску. — Доберетесь пока на ней, а дома так уж и быть я разрешаю тебе немного ходить, пока ноги не привыкнут.

— Но…

— Я не хочу, чтобы ты упала, — чуть мягче продолжил мужчина. — Пожалуйста, выполни мою просьбу и во всем слушайся Шимара, пока я не вернусь.

— И как же я жила все это время без твоих нравоучений и приказов, — ядовито процедила я, но кажется мои интонации глубоко до лампочки этому конкретному грифону.

— Ты выживала и если бы не я, то давно бы была в клетке гарпии, — процедил сквозь зубы Аскольд, а я понимала что он абсолютно прав. Он ведь всегда помогал мне. — Прости, — меня тут же прижали к себе, крепко обнимая. — Я просто очень волновался все это время.

— Ты? — вскинув голову, посмотрела прямо в его агатовые глаза.

— С того времени, как ты залезла ко мне в комнату в том трактире, — еле слышно прошептал мне на ушко мужчина. — Ты не выходишь у меня из головы, но сейчас не время говорить об этом, — меня аккуратно усадили в коляску. — Шимар увози ее.

Как он легко все решает за меня. Но парадокс в том, что мне это безумно нравится. Такой мужчина точно не даст в обиду и всегда защитит от любых бед или невзгод.

Через час я пила горячий ароматный чай на кухне, после того как целитель меня еще раз осмотрел и успокоил, что теперь я в полном порядке, но не мешало бы еще избавиться от этого жуткого грима, уродующего мою суть. Вот где его тактичность?

— Я могу и обидеться, — проворчала я недовольно.

Мой труд, мое усердие, моя двухчасовая работа над собственной новой внешностью оказались никому не нужным маскарадом. Все меня узнают кто по метке, кто по нитям. Никакого уединения. Хорошо, что тогда с Вардеком в таверне пронесло. Но он был так зациклен на моих поисках, что просто проморгал такую важную находку.

— А давай, — махнул рукой целитель. — Можешь даже своему грифону пожаловаться, но думаю, он будет на моей стороне, — хохотнул Шимар. — Ты конечно, прелестна и в таком образе, но Аскольду привычнее смотреть на тебя прежнюю, а не пытаться рассмотреть под слоем грима тебя настоящую. Кстати, очень искусный грим. И как только догадалась не использовать иллюзию?

— Жить захочешь и не на такое пойдешь, — проворчала я.

— Еще и умненькая, — мечтательно закатил глаза Шимар. — Где только такие водятся? — ага, так я тебе все сразу и рассказала. Под шумок решил узнать всю мою подноготную? А не выйдет дружочек! Я в таких интригах крысу съела.

— Где водятся, там уже закончились, — широко улыбнулась я, принимая его игру.

— Жаль, — печально наигранно вздохнул этот актер погорелого театра. — А так хотелось, так хотелось.

— Ага, чаю мне еще хочется, — решила увести тему в другое русло, хотя чувствую, что вопрос моего прошлого встанет еще не один раз.

— Как скажешь моя королева! — и сделал шутовской поклон. Интересно, а сколько ему лет, что он ведет себя как подросток? Естественно этот вопрос не умер в молчании и получив ответ, чуть не захлебнулась.

— Детка мне полторы тысячи лет, — видя, как мои глаза широко распахнуты, мужчина продолжил, наслаждаясь произведенным эффектом. — Иварусу почти две тысячи лет, — я еще юнец по сравнению с ними. — Аскольд самый молодой из нас и ему почти тысячу сто пятьдесят.

Подавилась, но Шимар не растерялся, а сразу применил ко мне заклинание, отчего дышать стало легче, и чаек попал куда нужно.

Они мне все в пра, пра, пра… дедушки годятся.

— Бессмертные, — прошептала я, но понимала, что через тысячу лет я тоже буду считать себя бабушкой.

— Не совсем. Нас тоже можно убить, хотя это и сложно.

Пока я переваривала полученную информацию, Шимар готовил для всех ужин. Как сказал целитель, то он еще хочет пожить на этом свете, а моя стряпня ему этого не позволит.

— Это будет первый несчастный случай за всю историю грифонов, — сообщил он мне. — Целитель погиб на поле… стола от несварения желудка!

Вот в такие моменты хотелось его чем-нибудь стукнуть. Признаюсь, что с ними мне очень комфортно, как с Димкой, Антоном, Матвеем, Аленкой и Ленкой. С ними тепло, душа отогревается.

Шимар после чаепития отправил меня отдыхать, сообщив, что позовет сразу же, как ужин будет готов. Кто я такая, чтобы спорить с врачом? Да и устала я от такого интенсивного дня.

В комнату шла на своих двоих, растянув губы в открытой улыбке. А жизнь налаживается!

Глава 22

Вырвали меня из объятий сна ароматы, исходившие со стороны кухни. Сладко потянулась в кровати, отмечая, что отдохнула, и даже мысли прояснились в голове.

Больше всего меня радовало то, что Магдалена воплотила мою мечту в жизнь! Вот только сразу же стало грустно. Во что она вляпалась? Но ответ на этот вопрос знает сама Магдалена, ее вернувшаяся магия и молодость. Вернее, насколько я поняла, это не магия вернулась, а именно нити ей стали подчинятся после того, как я что-то начудила, когда прыгала в единственный телепорт.

Очередной ребус.

Что-то упало. Именно грохот заставил меня подорваться с кровати. В короткой пижаме, состоявшей из шортиков и маечки, которую надела перед тем, как лечь отдыхать, бежала сломя голову на кухню.

Картина была великолепная, но меня, по-моему, даже не заметили. Шимар стоял с глупой улыбкой на губах в стороне, прижав к груди полотенце для рук. Иварус распластался на полу, потирая ушибленную челюсть, а Аскольд испепелял его взглядом, крепко сжав кулаки.

Мальчики дерутся на моей кухне. С ума сошли?

— Не тебе меня учить, — прорычал Аскольд. — Я сам решу, когда оборвать свою жизнь и уйти к предкам, — пахнет самоубийством. Ему что плохо на этом свете живется?

— Глупец! — Иварус сел на пол, облокотившись о ножку стола. — Лада не стоит этого, — оп-па! А разговоры то обо мне! — Не нужно себя загонять в такие рамки. Ты еще молод и не можешь мыслить рационально. Я доложу Императору. Может он на тебя повлияет.

— Меня ничто не удержит, — безапелляционно заявил грифон. — Я все решил.

— Император просто так не отдаст своего лучшего ищейку предкам, — процедил Иварус. — Он, скорее всего, уничтожит саму проблему, пока не стало слишком поздно.

— Пусть только посмеет, — процедил Аскольд.

— А вот я не вижу проблемы, — вмешался Шимар. — Тебе не обязательно связывать ваши жизни. Живите вместе, растите ребенка, а когда она умрет, то и подыщешь себе другую жену…

— Мой наследник не родится бастардом, — чего? Мое лицо вытянулось от изумления. — Вопрос с женитьбой решен. Как только все закончится, я с этим больше тянуть не стану, — если я правильно понимаю, то на мне хотят жениться, чтобы ребенок не родился бастардом. А меня кто-то спросил об этом? Хватит, плавали в невестах, знаем. По мне так лучше вечно ходить свободной. Сейчас свадьба с Женей казалась мне самым идиотским решением в моей жизни.

— Ну ладно двадцать лет, — не унимался Иварус. — Ну, сорок лет, на крайний случай. Ты будешь видеть ее медленное старение и угасание, когда сам будешь молод и красив. Ты подумал о том, как она будет себя чувствовать, находясь рядом с тобой? О ней ты подумал? Ее жизнь скоротечна и если ты свяжешь себя с ней, то от тоски сдохнешь, сгоришь за пару месяцев. Твой сын лишится не только матери, но и отца, — продолжал бить по — больному Иварус. — Не делай этого Аскольд, не дури. Обещаю, что я найду для тебя достойную жену, с которой ты проживешь свою бесконечность. Сейчас у тебя еще есть выбор, но после свадьбы, вариант будет только один, — паника на пустом месте, но они же не знают уникальность моей продолжительности жизни. А, по-моему, неплохо провести вечность с таким мужчиной.

— Я услышал тебя и прекрасно осознаю свои действия, — глухо простонал Аскольд. — Мой выбор — ОНА! Значит, так распорядилась судьба, подбросив мне испытания в виде этой женщины

— Это ошибка Аскольд…

— Это обдуманное и взвешенное решение.

— Она погубит тебя, вернее уже погубила.

— Это вас не касается.

— Ну почему из миллионов женщин Мидарана ты зациклился именно на ней? — простонал Иварус. — Я даже был бы согласен на гарпию, но не на смертную человечку без малейшего проблеска магии с подозрительной силой, управляющей нитями нашего мира. Она странная друг и скрывает еще не один скелет в шкафу, — так кажется, грифона понесло не в те степи.

— А вот и я, — скрываться больше не имело смысла, но нужно было заканчивать этот бесполезный разговор. Еще одного падения моя кухня не переживет.

Три пары глаз уставились прямо на меня.

Шимар закашлялся, Иварус выпучил глаза, бегая глазами по моему телу, а Аскольд потемнел в лице, молниеносно подлетая ко мне, скрывая от посторонних глаз своей широкой спиной.

— Отвернулись, живо, — процедил грифон, и только сейчас до меня дошло, в каком виде я появилась перед ними.

— Ой, — только и смогла сказать я, прячась за Аскольдом и если бы не грим на лице, то я точно бы покраснела.

— Ой, — повторил он, снимая с себя рубашку, накидывая мне на плечи.

Кхм… а ничего так! Гламурненько! Получилось платье ниже колен.

Уммм… какие бицепсы скрывались под этой рубашкой. Майка обтягивает тело, подчеркивая каждую мышцу. Загляденье, а не мужчина и ни сантиметра хирургического вмешательства. Шрамы? Да кто на них смотрит? Я чуть слюной не истекла, гипнотизируя мужчину.

— Благодарю, — сипло выдавила из себя, пытаясь скрыть в голосе явное возбуждение.

— Ты как? — спросил Аскольд, а глазки нервно бегают. Наверное, пытается просчитать, как много я услышала.

— Ну, «скелеты в шкафу еще живы», — неоднозначно ответила я и при этом многозначительно посмотрела на Иваруса, но тот не чувствовал себя виноватым. Он в своем праве, переживал за друга.

— Все слышала? — обреченно спросил Аскольд, виновато поглядывая на меня, удерживая за плечи.

— Достаточно, — спокойно сказала я, въезжая в кухню. — Иварус могу тебя успокоить, что замуж в ближайшие лет триста я не собираюсь, — хмыкнула, наблюдая над растерянностью мужчин. Они странно переглянулись, но ничего сказать так и не смогли. — А если честно, то я вообще туда не хочу, — и при этом смотрела только на Аскольда. — Мне нравится мое положение и независимость. По поводу бастарда, — грифон дернулся. — У меня на родине это не проблема. Необязательно быть в браке, чтобы исполнять родительские обязательства.

— Ты все не так поняла, — попытался оправдаться Аскольд, а я закатила глаза от такой банальной и популярной фразы во все времена.

— Давай мы вернемся к этому разговору после того, как решим одну глобальную проблему и если останемся в живых, так как кукловодов не один, а целых трое! — вот после моей фразы мужчины прониклись. Одно дело противостоять одному безумцу и совсем другое, когда это одна банда.

Пока Шимар накрывал на стол, я вкратце пересказала странный запутанный разговор с Магдаленой, после чего вопросов возникло еще больше.

— Мы искали вообще не то и не там, — громко стукнув по столу кулаком, прошипел Аскольд. — Но откуда взялась эта сила?

— И судя по всему, Лада ты одна из них, только на противоположной стороне, — заметил Иварус.

— Та детка теперь тоже одна из вас, — Шимару видимо приглянулась Магдалена. — Двое против троих неравное противостояние, тем более у них пятилетний опыт, а вы как новорожденные воробушки с этой силой.

— Но мы хотя бы можем им дать отпор, — фыркнула я. Вот Магдалена научилась управлять этой силой, судя по ее быстро состряпанному телепорту и сомневаюсь, что она прыгала наобум, как это делала я.

— Я не хочу вами рисковать, — Аскольду не нравилось все это.

— Она там одна и даже не представляю, что эти ублюдки смогут с ней сделать, — прошипела я. Не знаю, как Магдалена оказалась с этой троицей, но ее нужно оттуда вытаскивать. — Если они поймут, даже не если, а когда поймут, что она играет на противоположной стороне, то уничтожат ее и хорошо, чтобы безболезненно. А потом придут за мной. Они теперь знают наверняка, что в их компанию прибыло.

— Аскольд ты ведь и сам понимаешь, что дело дрянь, — Иварус мыслил рационально, отбросив ненужные эмоции. — Эти девочки наш ключ и мы должны…

— Мы справимся сами, не подвергая опасности Ладу, — спасибо за заботу, но решение буду принимать я. — Одно лицо уже известно и найти других не составит труда по свежим следам.

— Но в том то и дело, что следов не было. Все чисто, — Иварус прав. Все маги Мидарана совершенно беспомощны перед этой загадочной силой.

— Разберусь, — отмахнулся Аскольд, и я ему поверила. Костьми теперь ляжет, но найдет.

— Кушать подано, — встрял Шимар, поставив на стол мясо, овощи и гарнир. Вкусняшки! — Кстати прекрасные ножки, — сделал запоздалый комплимент целитель, отчего рядом послышался недовольный рык Аскольда.

— Спасибо, — улыбнулась я, не обращая внимания на странное поведение грифона. Нервный он какой-то.

Ужин прошел в угнетенном молчании. Каждый остался при своем мнении. Только я чувствовала, что все будет не так просто. Слова Магдалены не выходили у меня из головы: «я одна не справлюсь, и в определенный момент мне понадобится твоя помощь, и прошу, не подведи, иначе Мидаран погибнет».

Как трактовать ее слова? Судя по всему, у нее есть план и в этом плане мне отводится одна из ролей. Она не просила помощи у других, так как знала, что их помощь бесполезна. Она знала, что-либо мы выстоим вместе, либо погибнем.

— Поела? — спросил Аскольд, наблюдая за тем, как я лениво ковыряюсь вилкой в тарелке. Кусок в горло не лез, хоть и кулинаром Шимар был отменным.

Мне хотелось скорее разобраться с этим делом и жить спокойно, а не строить планы по спасению жизней. В своем прошлом я любила риск и частенько поднимала уровень адреналина в крови, но не сейчас, не тогда когда угроза нависла так явно.

Называется, сняла с себя обвинения! Владленка у тебя не все, как у людей. Если секс, то с последствиями, хотя ребеночку я рада. Если враги, то могущественные. Если проблемы, то в глобальных масштабах. Кто-нибудь поделитесь руководством «как выжить среди сумасшедших головорезов, не повредив собственный мозг»!

— Все будет хорошо, — продолжал успокаивать Аскольд, видя мое кислое выражение лица.

— На том свете всем нам будет хорошо, — съязвила я.

— Да ты оптимистка! — воскликнул Шимар. — Но поверь, грифона не так просто одолеть.

— Я же не спорю, — развела в стороны руками. — Но пока нам остается только ждать.

Я ушла переодеваться, а мужчины перебрались в гостиную, бурно обсуждая все новые обстоятельства этого дела.

Платье цвета горького шоколада в пол, прекрасно облегало мой верх, подчеркивая тонкую талию и небольшую грудь, плавно перетекая в широкую юбку. Мило.

Едва надела туфельки, как дом просигналил об очередном госте.

И что все сходятся на вечер?

Поспешила к выходу, но меня уже опередили. Возле калитки стоял Аскольд и что-то надменно и холодно сообщал Родарису. Тот спал в красках с лица и бросил взгляд за спину грифона, встречаясь со мной взглядом.

Челюсть медленно опустилась в район земли. Кажется, он больше не слышал, что ему говорил Аскольд. Мои ноги привлекли внимание этого мужчины.

— Я Вас понял, — неизвестно кому, проговорил Родарис, не спуская с меня глаз.

— Аскольд впусти этого лея, — потребовала я у грифона, перегородившему путь.

— Лей уже уходит, — процедил мужчина. Ему явно не нравилась моя идея, а Родарис переводил удивленный взгляд с меня на него.

— Лей Родарис? — вопросительно уставилась на целителя.

— Эм… — слегка запинаясь под пристальным взглядом грифона, пытался говорить мужчина. — Я пришел высказать Вам свои глубочайшие извинения за барона Кенбрука, — разговаривать через забор неудобно, но стену в виде грифона не пододвинуть. — К сожалению, последние события его очень сильно подкосили, и он не ведал, что творил. Майрон он…

— Я знаю, и мне очень, очень жаль, — он искренне переживал за эту семью и дело тут не в оплате, а именно в человеческих чувствах. — Я не виню барона Кенбрука, но в будущем не желаю его видеть. Слишком тяжелы и больны воспоминания для обеих сторон.

— Я понимаю, — кивнул целитель. — Вижу с Вами все уже хорошо, — грустно улыбнулся он. Я смотрела на него и осознавала, что прежнего легкого общения между нами больше не будет. Слишком толстая неприступная стена упала между нами. Даже добрыми старыми друзьями мы быть не сможем.

Он хороший. Он действительно хороший, несмотря на свою циничность и холодность к окружающим его людям, с которых нечего взять.

— Общими усилиями, — неоднозначно ответила я. Интересно, а барон знает, где его личный целитель находится? Хотя мне все равно.

— Я рад за Вас лея Вена, — с теплотой в голосе произнес Родарис. — Я действительно рад за Вас и Ваш… тыл, — с намеком на Аскольда, молчаливо стоявшего рядом и улавливающего каждый звук, каждое движение моего собеседника. — Но помните, что Вы всегда сможете прийти ко мне за помощью, чтобы не случилось.

— Спасибо, — искренне поблагодарила мужчину.

— Всего хорошего, — попрощался Родарис и развернувшись, пошел по улице, сгорбившись, втянув голову в плечи.

Одиночество.

Он одинок. Отдавшись без остатка своей работе, он упустил такой важный момент, как семья и близкие друзья. Пациенты никогда не заменят человеческой теплоты и участия, не поддержат в важные ответственные моменты жизни. Даже элементарно не порадуются успехам этого мужчины. Со мной он был живым, открытым и энергичным, но смотря в удаляющуюся с каждым шагом спину, эти качества медленно угасали, растворяясь в повседневности, похожих друг на друга дней. За деньги искренность и чувства не купить. И я это прекрасно теперь понимаю. Родарис нужен своим пациентам, пока от него есть толк, а если что-то случится с его даром, то тот же барон Кенбрук повернется к нему спиной, заменив этого целителя на более удачливого и успешного.

Сама не заметила, как из глаз потекли слезы. Я не жалостливая нет, но сколько таких вот одиночек по миру? И не сосчитать. И я одна из них.

— Ты не одна, — словно прочитав мои мысли, прошептал Аскольд, обнимая со спины. — Ты теперь никогда не будешь одна, и я об этом позабочусь.

— Как долго? — убито хмыкнула я. — Как долго я не буду одна? Пока не рожу? Пока не вырастит ребенок, и больше не будет нуждаться в материнской ласке и любви? Насколько долго хватит тебя? Пока не надоем? — вспоминая Женю, понимала, что у него будто гора упала с плеч, когда он отказался от меня, вышвырнув после аварии. На тот период он устал от наших отношений. Устал от меня. — Или пока эта история не закончится?

— А ты жестока, — за свою жизнь я не один раз это слышала. Тоже мне новость! — Ты жестока к себе настолько, что не можешь просто поверить и отпустить ситуацию. Грифоны не люди, не эти жалкие магически одаренные существа и ценности жизни у нас другие. Надеюсь, что ты все-таки поймешь меня… мой народ и сможешь жить среди нас, не опасаясь предательства и ножа в спину.

— Как у тебя все гладко получается, — ядовито заметила я. Столько пафоса и высокопарной речи, что скулы сводит. Вот он великий и могучий народ с отсутствием недостатков. Но так не бывает! Я это прекрасно знаю. — И жизнь мою расписал, как по нотам. И знаешь, где я жить буду. И будущее мое определил, — не знаю почему, но я злилась. Злилась на этот идеальный народ. Нет, я просто завидовала. Жгуче завидовала тому, чего была лишена всю жизнь. Семья! Все они огромная дружная семья, которые перегрызут глотку любому, покусившемуся на их спокойствие и благополучие. — Но меня ты почему-то забыл спросить, а хочу ли я узнавать твой народ? Хочу ли жить среди него? Хочу ли, чтобы мой ребенок не родился бастардом? — все-таки разговор не удалось перенести. Он сам собой возник. Одно зацепило другое. — Ты можешь планировать что угодно, но решение принимать буду я сама. Никто не будет диктовать мне условия за кого я должна выйти замуж, чтобы что-то получить взамен, — отец тогда четко поставил мне условие, что по прилету я выйду замуж за того, на кого укажет его палец. Мое мнение никого не интересовало. В этом мире у меня есть возможность создать вокруг себя такую жизнь, которую я сама захочу. — Забота твоя приятна и понимаю, чем именно ты руководствуешься, — по залету не самая моя большая мечта. Не знаю, но сейчас для меня важны чувства. Нет, с Женькой была просто симпатия, но я хочу, чтобы человек меня любил, ценил, уважал, а по залету этого ничего не будет. Мне не нужна такая жертва. И пусть ты не узнаешь о моем маленьком земном секрете, но свое решение я не изменю. — Не нужно растекаться патокой и рисовать все в радужном цвете. Реальность я знаю, ощутила на собственной коже каждую его частичку. Спасибо, что ты помог мне в трудную минуту. Я этого никогда не забуду.

— Лада ты опять все перекрутила, — простонал мужчина, игнорируя мои потуги, чтобы высвободиться. — Я говорил о том, что хочу создать семью с тобой, а ребенок это лишь бонус, — конечно, конечно. — Ты зацепила меня с первой нашей встречи и этого уже не изменить.

— Тебя не пугает короткая жизнь со старой человечкой? — ехидно спросила я, разворачиваясь в кольце его рук, всматриваясь в такие серьезные глаза.

— Нисколько, — мотнул головой мужчина. — Я свой выбор сделал. Ты нужна мне, — как же сладко это звучит. Мне бы поверить в искренность его чувств, но меня что-то тормозит. Не дает плюнуть на все и согласиться.

— Свадьбы… не будет! — в этом я категорична. — Ты можешь быть рядом… с ребенком, но замуж я за тебя не пойду. Не стану отнимать такого великолепного ищейку у вашего Императора, — тут я врала без зазрения совести. Если он не изменит своего решения, допустим на протяжении пары сотен лет, то тогда я, быть может, и передумаю, но не сейчас, не так спонтанно, когда над головой нависла угроза. Это решение должно быть хорошо взвешено, ибо разводов на Мидаране нет, а жить всю жизнь и ненавидеть — это не для меня. Не хочу, чтобы меня возненавидели и всю жизнь упрекали в том, что я жизнь ему поломала. Если нам суждено быть вместе, мы будем, а если нет, то ничто нас не удержит рядом друг с другом, даже ребенок.

— Ты же это несерьезно? — кажется, он все это время думал, что я цену себе набиваю. Нда… не ожидала. Почему, когда говоришь слово «нет» никто не хочет понимать его прямой смысл, а ищет завуалированный ответ? Мое «нет», значит именно нет. Тут без вариантов.

— Более чем, — наконец меня отпустили. И куда нежность делась? Владленка да ты довела мужика!

Аскольд отошел от меня на пару метров и начал трансформироваться на глазах. Я чувствовала его злость и неверие даже на расстоянии. Похоже ему не удается удержать своего грифона.

Из дома вылетели Иварус с Шимаром и с удивлением взирали на эту картину.

— Лада в дом живо, — приказал Иварус.

— Но…

— Я сказал в дом! — заорал мужчина тоже трансформируясь в животноптица.

— Детка тебе лучше сейчас уйти, иначе потом Аскольд очень пожалеет, что напугал тебя, — Шимар не подходил ко мне. Он не сводил взгляда с двух грифонов. Один в бешенном состоянии, а другой в защищающем.

Я бочком, бочком медленно продвигалась в сторону дома.

— Он же меня не склюет? — совсем тихо поинтересовалась у целителя, когда стояла в дверях.

— Нет конечно, но сейчас он агрессивен и может тебя нечаянно поцарапать, — ответил мужчина. — И его это потом очень опечалит.

— Ага, конечно.

— Женщина, что ты сделала, чтобы довести самого спокойного мужчину в Империи до такого … неуравновешенного состояния? — и такое неподдельное удивление, что я и сама задумалась над ответом. Что же его все-таки взбесило?

— Я сказала ему правду, — наконец нашлась с ответом. — И не всегда такая правда приходится по душе, — на этих словах я юркнула в дом, подальше от этих психованных существ.

Пусть сами разбираются со своими сородичами, а меня увольте от таких разборок. Я была честна с ним, а он на меня клюв открыл. Мужлан! Варвар!

Глава 23

— Прибила бы!

Я была зла и раздражена. Кто они такие, чтобы диктовать мне условия? Заявились непрошеными гостями и теперь поганой метлой их отсюда не выгонишь. Беременная, видите ли я и они заботятся о своем потомстве.

Скрывшись за дверью кухни, я набрала в стакан воды, залпом осушив его. Опершись руками о стол, шумно выдохнула. Легкие ходили ходуном, как от быстрого бега, а в голове была полная каша.

Грифоны свалились на голову неожиданно и что делать с ними, я не знала. Настойчивость Аскольда пугала и если честно, то для меня дико и ненормально его собственническое поведение. Может, у них в мире это норма, но для меня это полная дикость. Да еще этот подслушанный разговор не давал покоя. Смысл в женитьбе, если жизни грифонов полностью зависят от их жен. Зачем так рисковать? Они же бессмертны! Гибель пары конечно никто не отменял, но это риск для оставшегося в живых грифона. Насколько я поняла, то он просто грохнет себя или умрет от тоски, ведь жизнь без супруги для мужчины означает именно смерть. Черт, это же племя самоубийц! И угораздило мне наткнуться и связаться с таким индивидуумом. По сути, я буду в ответе за него, ибо он полностью зависим от меня. Ну, это по его словам.

Нет, с этим нужно разобраться. В эту секту я вступать не хочу и ребенка отдавать им тоже не хочу.

Застонала, сползая на стул, и отчаянно стукнула кулачком по столу.

Выход есть всегда и обычно он через простую дверь. Нужно только открыть эту дверь в правильную сторону.

— Тебе плохо? — легок на помине.

Я натянула дежурную улыбку на лицо, вскинула глупый взгляд на грифона, застывшего в дверном проеме и мелодично пропела.

— Нет, что ты … дорогой, — и ресничками хлопнула. Чем больше наивности, тем есть большая вероятность того, что он все-таки от меня отстанет. Кому захочется жениться на пустоголовой дурочке? Блондинку я умею играть великолепно. Сомневаюсь, что грифону нужна будет именно такая жена. — Я в полном порядке, — теперь поднимаемся и грациозной походкой подходим к … навязчивому женишку. А одежда грязная и разорванная на нем. Только сейчас заметила рубашку нараспашку и прожженные дырки на штанинах. Кхм, по-моему, и волосы немного подпалены, а на скуле начинает расплываться синяк. Красавчик! — Чего не скажешь о тебе, — и царапнула пальчиком по его оголенной коже на груди, отчего Аскольд шумно выдохнул. Он сомкнул на моей талии свои пальцы, отчего я невольно вздрогнула. Горячие все-таки у него руки. Буквально обжигают меня.

— Не дразни меня дорогая, — склонился надо мной мужчина, опаляя ушко своим жарким дыханием. — Даже в этом облике ты невероятно притягательна, — скривила свой сгорбленный, крючковатый носик. Извращенец недоделанный. — Но я понимаю, что ты напугана и поэтому дам тебе время, но немного, — закончил он, проводя влажным языком по шее, отчего место прикосновения стало нестерпимо колоть.

— Держи свои … конечности при себе, — рвано выдохнула я, пытаясь скрыть волнение в голосе.

— А ты перестань изображать из себя глупую девицу. Тебе это не идет, — вмиг стал серьезным мужчина, и легко подняв меня на руки, опустился на стул, устраивая на своих коленях. Объятия мужчины были приятны, но здравый рассудок не позволял мне расслабиться. Сейчас моя жизнь зависит лишь от меня. — Сейчас нам лучше отдохнуть, так как утром мы покинем Велистар.

— Мы? — переспросила я.

— Я не оставлю тебя здесь одну. Это небезопасно.

— У меня аренда проплачена на полгода вперед, — возмутилась я. Опять мной командуют. Почему бы ему было не попросить меня об этом? Так нет же, просто поставил перед фактом.

— Поверь, трупу это будет не нужно, а я не намерен рисковать вашими жизнями, — прервал мой монолог Аскольд. — Все слишком затянулось, да и не останешься ты в этом доме надолго.

— Поясни, — почему он так в этом уверен? Мне Велистар очень понравился. Здесь размеренная жизнь и чистый морской воздух.

— Когда все закончится, я заберу тебя к нам на Острова, — безапелляционно заявил грифон.

— А моим мнением поинтересоваться не судьба? — ядовито спросила я, соскакивая с его колен.

— Зачем? — недоуменно спросил мужчина.

— За что мне это? — застонала я. Он и вправду не понимает, о чем я тут распинаюсь. — А за тем, что у меня свои планы на собственную дальнейшую жизнь и будущее.

— Твое будущее связано напрямую со мной и это не обсуждается, — в голосе прорезались властные нотки. — Мой ребенок родится только на своей земле!

Вот значит как? Если бы я не забеременела, то от меня бы быстро отстали. Неприятно.

— Ладно, — спорить с этим бараном бесполезно, тем более за девять месяцев может многое случиться, например кто-то шибко наглый свернет свою птичью шейку, но не будем о грустном. — Вижу, ты не слышишь меня, — мужчина нахмурился, чувствуя подвох. — Я не собираюсь тратить свое время, доказывая обратное.

— Вот и умница, — расплылся в довольной улыбке мужчина, подходя ко мне, заглядывая в мои глаза, проникающие прямо в душу. — Я знал, что ты примешь правильное решение, — я лишь хмыкнула на это. Ну-ну, раскатал губу дорогой. Тешь себя иллюзиями. — А сейчас пойдем спать, — и взяв за руку, потянул меня в спальню.

Наглец!

— Что ты делаешь? — я широко распахнутыми глазами смотрела на то, как этот мужлан снимает с себя рванье.

— Не лягу же я в чистую кровать грязным, — изумился мужчина. — Да и ванная мне не помешает, а если бы ты мне еще спинку потерла, — мечтательно закатил глаза эта наглая птичья морда.

— Стоп! — я захлопнула дверь ванной перед его наглым носом. — Ты сейчас собираешь свои манатки и топаешь отсюда. Спать я буду одна и в СВОЕЙ ванной буду мыться только я, — мужчина улыбался, чем неимоверно меня бесил.

— Ты моя женщина…

— Если твоя, — сглотнула неприятный ком. — То прислушивайся ко мне хоть иногда. Я же живой человек. Ты слишком давишь на меня. Мне неуютно рядом с тобой, а твой напор меня пугает, — быстро перечисляла я. — Тем более, ты сам сказал, что дашь мне время, чтобы привыкнуть к тебе, а сам не держишь своего слова, — Аскольд скрипнул зубами, отчего я мысленно потерла довольно ладони. Честь для него не пустой звук.

— Так бы ты привыкла ко мне быстрее, — попытался увильнуть мужчина.

— Дай мне это время, — решительно потребовала я.

— Почему ты так меня боишься? — внезапно спросил мужчина. — Грифоны самые умелые любовники и верные любящие мужья. Другая бы пищала от восторга, а ты буквально отталкиваешь меня. Ты же чувствуешь между нами притяжение, но почему-то все отрицаешь. Та ночь…

— Была под воздействием зелья, а ты подвернулся на моем пути, — перебила его. — На месте тебя мог быть любой другой мужчина и теперь мне кажется, что лучше бы так и случилось. Тогда бы меня не преследовали и не ставили в ограниченные рамки, расписывая жизнь по плану.

— Не бывать этому, — прорычал яростно Аскольд, молниеносно прижимая меня к стене. Его грудь бешено вздымалась, а руки, хоть и не причиняли боль, но полностью сковывали мои запястья. — В твоей жизни больше не будет других мужчин. Запомни это раз и навсегда, иначе позади твоих следов, будут горы трупов неудачников, посмевших прикоснуться к женщине грифона.

И я поверила. Поверила в каждое его слово. Наверное, в моих глазах застыл ужас осознания только что сказанного, поэтому Аскольд резко отпустил меня, отходя на несколько шагов назад. Он был в бешенстве, а мне было страшно.

Я снова вляпалась по самые уши.

— Уходи, — прошептала я. Голос вмиг пропал. — Прошу оставь меня одну…, пожалуйста, — последнее слово прозвучало слишком жалобно.

— Прости, — Аскольд было дернулся в мою сторону, но я выставила вперед руку, останавливая его этим жестом.

— Просто уйди.

Аскольд не стал больше испытывать мое терпение, а собрав свои вещи, покинул спальню, а я на негнущихся ногах прошлепала в ванную. Надеюсь, душ приведет мои мысли в порядок.

Засыпала я с тревогой на сердце. Все слишком неопределенно.

А вот ночью ко мне все-таки пожаловали гости. И где хваленная грифонами защита дома?

— Не дергайся сучка, — прошипел над ухом противный скрипучий голос.

Проснулась от того, что ощутила резкую боль в области горла. Как оказалось, то я дернула шеей, к которой был приставлен нож.

В доме определенно чужие. Темнота мне не помеха. Я рассмотрела трех крупных мужчин, завернутых в балахонистые плащи. Кто они такие и как здесь оказались?

Пока один стоял с ножом у моей шеи, двое других занимались моим связыванием.

Говорить я естественно не могла, ибо нож у горла даже вдохнуть мне нормально не позволял.

— Быстрее, — шипел мужик с ножом. — У нас мало времени.

— Артефакт отвода глаз еще никогда не подводил, — рыкнул тот, который связывал мне ноги. — Пока эти ощипанные курицы поймут, что к чему, нас тут и близко не будет, — по мере того, как я узнавала о планах этих горе — похитителей, мои глаза становились как блюдца. Какой к черту артефакт отвода глаз? Это шутка такая?

И вообще кто это такие? Зачем я им понадобилась?

— У нас не больше трех минут осталось, — отозвался третий, заканчивая вязать мои руки и туловище.

— Рот ей свяжи, а то орать начнет, а нам это точно не нужно.

Тут же мою бедную головушку приподняли, и через секунду я почувствовала во рту кусок жесткой ткани. Больно.

Команда работала быстро и слаженно, а я пыталась придумать, как позвать на помощь. О нитях я в тот момент не думала, так как жуткий страх сковал все мое тело. Да и что я могла сделать против трех умелых магов?

— Все, активируй портальный камень, — приказал тот, что у моих ног.

Меня небрежно подняли на руки. Троица вместе со мной шагнула в сизую дымку портала. Магия будь она не ладна. И, где эти грифоны, когда они так необходимы? Дура, сама прогнала. Был бы рядом Аскольд, он бы наверняка заметил такое наглое вторжение в дом. И почему защита не оповестила о вторжении? Ненадежная сигнализация и охрана в этом мире.

— Посиди пока тут, — хохотнул мужчина и бросил меня на узкий топчан в каком-то каменном мешке.

Развязать меня естественно никто не потрудился. Троица шагнула за порог и бросила в решетку три странных сгустка, отчего по клетке прошла яркая вспышка. Замок что ли повесили?

— Даже можешь доспать, — язвительно заметил второй.

Я бы ответила, если бы смогла, а так мычать в тряпочку даже не стала. Лишь бросила на троицу презрительно — убийственный взгляд.

— И да, здесь тебя никто не обнаружит, — оповестил третий.

Уроды.

Оставшись в гордом одиночестве, попыталась стянуть повязку со рта. Не получалось. Слишком сильно затянули узел.

Тело начинало неметь. Как гусеница подтянулась на грязном топчане к шершавой стене и стала щекой елозить по ней, в попытке снять кляп.

Итогом моих потуг стала маленькая победа. Повязку то я стянула в область шеи, но и щеку расцарапала до крови. Чувствовала болезненное неприятное жжение.

— Твари, — прошипела заплетающимся языком. — И что дальше делать?

Кое-как сосредоточившись, я мысленно потянулась к нитям, но ничего сделать не смогла. Они меня не слушались. Хаотично разбегались и ускользали. Я разом обессилела, поэтому бросив бесполезное дело, легла на бок и уставилась в сторону решетки, по которой бегали искры. Прямо электричество.

Никогда не страдала клаустрофобией, но чувствую, что эта болезнь мне скоро обеспечена. Стены буквально давили на меня.

Мои скромные апартаменты больше напоминали средневековую темницу. Комнатка два на три метра без излишней мебели. Кроме топчана здесь больше ничего не было. Неровные стены с каменной кладкой и пол из земли не в счет. Здесь было сыро, отчего через время мои зубы стали отбивать чечетку. Моя тонкая пижама совершенно не согревала.

Меня стало тошнить от спертого несвежего запаха. Окон не было и естественно о проветривании темницы речи идти не могло. Гадство.

Дышала через раз. Плакать нельзя, но слезы меня не спрашивали.

От давящей тишины, разбавленной моими всхлипами, становилось настолько жутко, что замирало сердце.

Как же глупо и нелепо я угодила в руки к этим мерзавцам. Но разве могла я это предугадать? Я же не предсказательница, чтобы видеть и знать будущее.

Казалось, что пролежала я в гусеничной позе достаточно долго. Тело онемело настолько, что я его не чувствовала. Даже слезы больше не текли. Как-то все стало безразлично и пусто. Одной смерти не миновать, а другим не бывать.

— Как тебе мой прием дорогая? — язвительно пропело со стороны входа. Искры от решетки слепили глаза, поэтому рассмотреть собеседника у меня не получалось, но вот голос казался знакомым, хоть и хриплым. Чувство, что ему что-то мешало говорить.

— Это Вы? — удивленно воскликнула я, едва мужчина перешагнул порог с магическим светящимся шаром в руках.

С последней нашей встречи он выглядел неплохо. Жив, стоял на ногах. Несмотря на огромное количество гематом на лице и плотной повязки на шее, в его глазах пылала жажда расправы.

— Я не мог с тобой так просто попрощаться, а учитывая нашу прошлую встречу, решил подстраховаться, нанимая очень надежных и умелых ребят, — маньячный блеск во взгляде заставил меня нервно сглотнуть комок в саднящем горле. — Но теперь у нас с тобой достаточно времени, чтобы прощание вышло незабываемым, — пообещал мне мужчина, расплываясь в довольной улыбке.

И ведь этот урод действительно сдержит свое обещание.

— Меня будут искать, — попыталась достучаться до него. Просить отпустить глупо, ведь ему терять нечего, но можно попробовать договориться.

— Пока тебя найдут, — пропел мужчина. — От тебя больше ничего не останется.

Мужчина приближался ко мне медленной тягучей ленивой походкой, поигрывая фаерболом в руке.

— Меня будут искать, — шепотом повторила я. — Вам это так просто не сойдет с рук.

— Это меня волнует меньше всего, — захохотал слетевший с катушек мужчина. — Ты поломала жизнь моему мальчику и за это ответишь.

Он ударил. Ударил больно. Онемевшее тело не слушалось, но я успела подтянуть колени к груди, закрывая живот, поэтому удар пришелся по моим коленям, отчего этот маньяк разозлился еще больше.

Удары ногами следовали один за другим, Руки, ноги, спина, голова. Я не чувствовала ничего кроме сплошной боли. Единственное о чем я молила — это о том, чтобы мой малыш не пострадал.

Хрясть. Это мой нос. Вернее накладной нос сместился на бок. Этот звук отрезвил барона. Он внезапно отступил назад, прекращая эту пытку.

— То, что ты сейчас чувствуешь ничто, — тяжело выдохнул барон, презрительно, брезгливо смотря на меня, а я тихо скулила от боли. Я была одна сплошная боль. — Моя боль сильнее, мучительнее и она не проходит, — говорил он. — Мой мальчик был так молод. У него все будущее было впереди, а ты…

Барон не договорил, а разрыдался.

Я практически его не слышала, так как в голове шумело.

— Но ты ответишь за все, — прорычал сквозь слезы барон и, подбросив фаербол в руке, швырнул им в меня.

Крик ужаса застрял в горле.

Смерть. Быстрая, мгновенная смерть.

Но что-то пошло не так, а может все так и задумывалось? Унизить меня, а потом уничтожить?

Странно, но огонь мне вреда не причинил, лишь сжег одежду вместе с веревками.

Онемевшее тело, получившее внезапно свободу, отозвалось тупой болью. Меня не заботила собственная нагота, меня беспокоил жадный взгляд этого будущего трупа.

Я не могла сопротивляться. Сил не было. Я все так же лежала на грязном топчане, сжавшись в комочек.

Я не смогла оттолкнуть его мерзкие руки. У меня не получилось увернуться от противных пальцев, шарящих по моему телу.

Быть избитой и изнасилованной не предел моих мечтаний. Лучше бы он сразу меня убил, а не мучил.

— А ты сильная, — заметил барон, пытаясь оторвать мои колени от груди, но меня словно парализовало. — Ладно, не хочешь так, тогда сделаем по-другому, — и эта тварь поставила меня на четвереньки, облокотив боком о холодную стену.

Одной рукой он придерживал меня, а второй пытался избавиться от своих штанов.

Шок.

Этот ублюдок больно сжал сосок, отчего я еще сильнее застонала.

Я вся сжалась, приготовившись к неизбежному, пропустив момент жуткого грохота и громкого топота ног, а потом меня резко отпустили, отчего я кулем рухнула на топчан, захлебываясь слезами и собственной кровью.

Яркая вспышка, слепящая глаза и тишина.

— Милая, — раздался рядом знакомый голос, в нотках которого сквозило отчаяние и безнадежность, а мой обессиленный организм решил отключиться и не узнать, что стало с бароном.

Глава 24

Гадко до тошноты, мерзко до рвоты и чувство беспомощности до потери сил и дьявольского отчаяния.

Находясь в беспамятстве, я до сих пор ощущала на себе омерзительные липкие жадные прикосновения этого ублюдка. Хотелось кричать, но голоса не было. Хотелось биться, драться, выцарапать свое тело и жизнь из грязных лап подонка, но оно было неподвижно, словно на самом деле умерло. Словно я сама умерла.

Не было ничего. Даже окружающая пустота и зловещая тишина меня больше не пугали. Лишь отдаленный нудный монотонный голос из этой пустоты пытался пробиться до моего сознания, но я упорно отгоняла от себя все посторонние звуки.

Ничего не хочу. Не хочу возвращаться в тот ад, где над моим телом и душой так грязно надругались. Невыносимо больно и, к сожалению, эта боль не физическая. Ее время может излечить, а вот что делать с душевной? Как избавиться от разрывающих, раздирающих душу жгучих мучительных эмоций?

Ребенок. Вот что не позволило мне окончательно сдаться. Ради него я готова на все. Даже на убийство. Это четкое осознание дало мне ощутимый пинок, толчок, встряску мозга и желание бороться не только с врагами, но и со всем миром!

— Почему так долго? — простонал рядом глухой голос с нотками боли и отчаяния. — Шимар ты что-то делаешь не так, — продолжал рычать голос.

— Аскольд он сделал все возможное. Ты сам понимаешь, что осталось только ждать, — прозвучал приятный женский голос, в нотках которого было успокоение и уверенность, что все будет хорошо. — Вы успели вовремя, а это главное.

— Да о чем ты говоришь? — прорычал Аскольд. — Он ее чуть не изнасиловал и не убил. Я облажался. Не досмотрел, не предугадал действий этой твари. Я подверг ее опасности! Я!

— Ты не Ведающий, чтобы все предугадать. Ничего не поправимого не произошло, — прагматично заметила женщина. — Ребенок в полном порядке, тело Шимар отлично подлатал, поэтому потерпи и дождись ее пробуждения.

— Ты сам прекрасно знаешь, что силы быстрее восстанавливаются во сне, — тихо произнес Шимар.

Странно, я различала голоса и узнавала их, но вот женский мне показался совершенно незнакомым.

— Она дорога мне, — еле слышно прошептал Аскольд, а у меня от его слов на сердце разлилось приятное тепло… и надежда. Надежда на то, что все действительно наладится. — Я бы раньше никогда не мог подумать, что меня так зацепит простая человечка, — в его словах была обреченность. Возможно, он и не рад этому, но видимо изменить свое отношение ко мне не может.

— Никто не застрахован от подобного, — заметила женщина. — Но если эти несколько десятков лет сделают тебя счастливым, то я только буду этому рада. Ты как никто другой заслужил свой кусочек персонального счастья, хотя прощаться мне и не хочется с тобой. Человеческий век так недолог, — о, они опять его хоронят раньше времени. Не знаю почему, но эти слова меня разозлили. Они распоряжаются моей жизнью, не спросив меня. Они расписали нашу жизнь до конца моей человеческой жизни. — Конечно, на тебя у меня были другие планы, но я вижу, что ты окончательно потерян для наших женщин.

— Селеста не начинай, — простонал Аскольд.

— Хотя отец будет против твоей увлеченности, — вот как? И кто же у нас папочка? Почему ее отца должно заботить будущее Аскольда? Что-то я ничего не понимаю.

— За это время я смогу найти себе достойную замену, так что ему не о чем беспокоиться. Империя не пострадает от моего ухода.

Какой бред! Он сам себя уже похоронил. Да о каком счастье может идти речь, если я чуть ли не каждый день слышу обвинительные речи в свой адрес. Они его уже все похоронили заранее.

— Ты идиот, если думаешь, что папу интересует кто после тебя займет эту должность, — невольно воскликнула Селеста. — Ты для него как сын и он переживает за тебя.

— Если он хочет для меня счастья, то смирится с моим выбором, — как смирился ты? Обреченность — это не то что я хочу видеть возле своего мужчины. Да и не мой он. Меня к нему тянет неимоверно, но вот прожить с ним жизнь я не хочу. Не знаю почему, но не так я себе представляла отношения. Не построенные на безвыходности и чувстве долга.

С Женькой мне было удобно и комфортно. Мы были вместе, но в то же время каждый был предоставлен сам себе. А здесь я даже не знаю, как все это описать.

— Не хочу прерывать вашу интересную беседу, но Аскольд ты несколько поторопился, — Шимар умеет вовремя подключиться к разговору. — Если ты до сих пор не понял, то эта птичка не такая, как все остальные женщины, если ты до сих пор не осознал этого.

— Поясни — потребовала женщина.

— Шимар это тебя не касается, — прорычал мужчина.

— Не кипятись, — хмыкнул грифон. — Девушка не один раз дала понять, что не нуждается в тебе. Она слишком свободолюбива. Не знаю, что произошло в ее прошлом, но это нанесло существенный отпечаток в настоящем. Она замкнута, скрытна, подозрительна и очень одинока, — как быстро он раскусил меня. Мозгоправ хренов. — Единственное, что может все изменить так это время. Нельзя давить на нее, иначе ты просто потеряешь ее навсегда.

— У нас этого времени практически нет, — недовольно прорычал Аскольд. — Человеческая жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на глупые страхи и предрассудки.

— Ты хочешь сказать, что эта девушка отказала третьему лицу империи грифонов? — и Селеста тихо рассмеялась. — Поверить не могу! Такого на моей памяти еще не было. Да каждая девица мечтает познать ласку грифонов, даже не мечтая на что-то большее. Здесь ей все преподнесено на блюдечке, а она отказывается, — кому-то весело, а кого-то все это раздражает. — Я ее уже уважаю, — почтительно закончила женщина. — И мне теперь любопытно, чем все закончится.

— Ничем не закончится, — еле слышно прохрипела я, открывая глаза. Их разговор утомил меня. Яркий свет неприятно резанул по глазам, отчего пришлось на миг зажмуриться.

— Слава Светлому ты пришла в себя, — надо мной склонился Шимар, внимательно вглядываясь в меня. — Как ты себя чувствуешь?

— Удивительно, но жива, — прохрипела я, немного повернув голову в сторону, натыкаясь взглядом на черный омут прищуренных глаз.

Аскольд стоял в стороне, плотно сжав губы, не решаясь подойти. Выглядел он неважно. Измученный вид, потрепанная одежда не первой свежести, усталость во всем теле. Несмотря на это, от мужчины исходила уверенность и небывалое облегчение. Он не сводил с меня своего взгляда, изучая каждую клеточку моего тела. А еще он злился. И вот это его состояние приводило меня в недоумение.

Отведя взгляд в сторону, не решаясь больше смотреть в его пронизывающие глаза, осмотрелась. Однозначно я не дома. Слишком богатая обстановка меня окружала. Уверена, что каждая деталь комнаты стоит баснословных денег. Даже та напольная ваза кричала о своем шике. Нет, меня не пугает все это, просто я отвыкла от подобного блеска. Все это было в той, в другой моей жизни, которую я вспоминаю все реже и реже. Одни воспоминания заменяются другими. Пройдет еще немало лет, прежде чем планета Земля будет вызывать у меня легкую грусть и толику сожаления. Даже сейчас предательство родных и близких было не таким болезненным. Все смывается, смазывается временем.

— Ну и напугала ты нас, — продолжал говорить Шимар, заполняя образовавшуюся тишину. — Я думал, что поседею раньше времени.

— Тебе это не грозит, — отмахнулась я, продолжая разглядывать окружающую обстановку, пока мой взгляд не зацепился за еще одного посетителя.

— Ну, здравствуй Лада, — по-доброму улыбнулась ослепительно белоснежной улыбкой молодая женщина невероятной красоты. — Я Селеста.

Она привлекала своей женственностью и изяществом. Великолепная фигурка и тонкий стан гармонично сочетались с ее высоким ростом. Платье в пол нежного зеленого цвета подчеркивало каждый изгиб и линию этой женщины. Длинные темные волосы были заплетены в косу и красиво уложены на голове. Круглое смуглое личико хозяйки выглядело совершенно по-детски, если бы не мудрость, притаившаяся в черных глазах. Не зря говорят, что внешность обманчива. Сколько же лет этой невероятной красавице?

Она грифон! Только они обладают этим уникальным цветом глаз.

— Здравствуйте, — почему-то я не могла проигнорировать ее приветствие. Что-то было в ней непонятное. От нее исходила аура власти и повиновения. Если бы не лежала, то непременно бы бухнулась перед ней на колени.

Да что со мной происходит? Видимо заметив мою нервозность, Аскольд вмиг оказался рядом, очень осторожно взяв за руку. Мои пальцы дрогнули, что не прошло незамеченным для мужчины.

— Селеста ты ее пугаешь, — проговорил грифон. И это тоже, но беспокоило меня совершенно другое. Мне были НЕПРИЯТНЫ прикосновения Аскольда, будто меня снова окунули в ту грязь в каменной темнице.

Удивительно, но мне хватило сил вырвать руку и даже отшатнуться от грифона, что стало неожиданностью для всех нас. Физически мне не было больно, видимо Шимар действительно отлично надо мной поработал. Пугало другое. Я ИСПУГАЛАСЬ прикосновения мужчины, который, по сути, мне ничего плохого не сделал.

Наступила оглушающая тишина.

— Лада, — обессиленно простонал Аскольд, но больше не пытался приблизиться. Видимо застывший ужас и шок в моих глазах, сказали ему о многом.

— Этого я и боялся, — проговорил рядом Шимар.

— И что теперь делать? — Селеста нахмурилась.

А мы с Аскольдом молчали, смотря друг на друга. Я читала в его глазах нестерпимую муку и боль, а мои, кроме жуткого страха, ничего больше не выражали.

— Это посттравматический шок, — Шимар тоже держался на расстоянии. — Нужно время и работа с мозгом.

Я бросила недовольный взгляд в сторону целителя, но ничего не сказала.

— Прости, — прошептали губы мужчины. — Я так виноват перед тобой, — в голосе безысходность и безнадежность.

— Спасибо, что вытащили меня оттуда, что не бросили, — смогла выдавить из себя, пытаясь игнорировать собственный страх.

— Я почти опоздал, — и опять эта вина в глазах.

— Ты спас нас, а это главное, — даже попыталась выдавить из себя улыбку. — Что с …ним стало? — имя этого ублюдка я так и не смогла произнести.

— Тебе больше не о чем беспокоиться, — Аскольд нервно сжал руки в кулаки. — Он больше не потревожит тебя. Он больше никого вообще не потревожит, — мертв. Прочитала я по глазам. Он умер там же в темнице.

Барона было жаль чисто по-человечески. Он слетел с катушек после смерти племянника. Он сам выбрал для себя такую участь. Смерть лишь последствие его дальнейших поступков. За все в этой жизни приходится платить.

А за что расплачиваюсь я? За прошлую сытую, безбедную, беззаботную жизнь золотой молодежи? За собственную жестокость и подлость к окружающим? За использование людей в своих корыстных целях? За то, что не единожды была циничным свидетелем жестокого изнасилования моими друзьями беззащитных девушек из бедных семей? Вернее это я делала им такие подарки, после чего выплачивала семьям пострадавших хорошие отступные. Они не могли жаловаться на нас, так как закон в первую очередь именно на стороне Элиты и их бы просто убрали за «вынос сора из избы». Хотя девочки после подобного либо сходили с ума, либо убивали себя. Для них жизнь заканчивалась очень рано. Такова была наша реальность. Но я тогда не понимала, скольким людям принесла несчастья, горя и беды своим безразличием, равнодушием, надменностью и, несомненно жестокостью. Для меня кроме Элиты никто не существовал. Я не воспринимала тот народ за людей. Для меня они были грязь под ногтями. Да, мое прошлое не белое и пушистое. Сейчас мне действительно больно вспоминать о тех поступках той Владлены, но прошлого не изменить. Наверное, я готова принять все удары судьбы. Я это заслужила. Действительно мое нынешнее положение — достойное наказание за все преступления, которые я совершила. Тогда для меня все было игрой и желанием выделится среди подобных мне, а сейчас я себя ненавидела за это. Человеческая жизнь, какая бы она не была — самое ценное, что есть у нас. Я косвенно была причастна к тем смертям девочек, хотя мои руки чисты и не запятнаны кровью, но от этого особенно мерзко. Я ничтожество, возомнившее себя божеством.

— Тебе что-нибудь нужно? — участливо поинтересовалась Селеста.

— Хочу сдохнуть, — невольно проворчала я.

На мое сознание накладывалось две жизни. Одно до катастрофы, а другое после. И как не сойти с ума от этого, когда эти две жизни так тонко крепко переплетены?

— Ну, этого тебе никто не позволит, — улыбнулся Шимар. — Так что можешь даже не мечтать, а со временем все пройдет и если не забудется, то эти происшествия просто притупятся.

Если бы все было так просто.

— Да конечно, — флегматично согласилась я.

— Почему ты так хочешь умереть? — совершенно серьезно поинтересовался Аскольд.

— Я устала, — проигнорировала его вопрос. — Хочу остаться одна.

— Если что, то вот тебе монетка, — Шимар положил на прикроватную тумбочку эту самую монетку. — Сожмешь ее в ладони, и я сразу приду, а сейчас тебе действительно лучше отдыхать. Слишком много навалилось на тебя.

— Спасибо.

— Отдыхай дорогая, — и Селеста вместе с Шимаром покинули комнату.

— А ты? — Аскольд сидел на полу у моей кровати и нервно барабанил пальцами по полу.

— Я тебя не оставлю больше ни на минуту, — категорично заявил он. — Я не буду к тебе прикасаться или трогать, — сглотнул он. — Вижу, что тебя это пугает, но больше я не спущу с тебя глаз.

— Аскольд…

— Ты можешь сейчас говорить что угодно, но своего решения я не изменю, — прорычал мужчина, а потом вскочив на ноги стал мерять шагами комнату. — Ты не представляешь, что я пережил за то время, пока искал тебя, а когда понял где ты, чуть сам не умер.

— Аскольд…

— Да как ты не понимаешь, что важна и дорога мне! — неожиданно заорал мужчина, а я вся сжалась в комочек. — Прости, — он прикрыл глаза, успокаиваясь, снижая агрессию. — Прости что напугал…

— Аскольд…

— Я так боялся за тебя… за вас. Боялся что не успею. Боялся, что только обретя тебя, снова потеряю, — и столько боли в голосе, что я невольно вздрогнула. Он держался из последних сил, чтобы снова не сорваться.

Аскольд снова рухнул у кровати на пол, зарываясь пальцами в волосы, а я… я переборов собственный ужас и страх практически невесомо прикоснулась дрожащей рукой к небритой щеке мужчины. Аскольд замер, не мигая, смотря в мои глаза, а я понимала, что такие эмоции невозможно сыграть, сымитировать и он не причинит мне вреда и боли. Было тяжело совладать с собственными эмоциями и страхом, но я боролась…, боролась с собой. Мгновение… и все прекратилось. Я одернула руку, а грифон с печалью и грустью в глазах продолжал смотреть на меня.

— Я не могу, — только не плакать. Мне действительно противны сейчас любые мужские прикосновения.

— Я понимаю, — горько хмыкнул он. — Но я постараюсь помочь тебе… нам, и ты со временем переборешь этот страх.

Все-таки одинокая слезинка скатилась по моей щеке, и я видела, что мужчина дернулся в мою сторону, но резко выдохнул и отшатнулся.

— Не думала, что я такая слабачка, — и это правда. Как легко и быстро меня можно сломать.

— Неправда, ты очень сильная, но позволь теперь мне бороться с твоими страхами и проблемами.

— Обычно я все свои проблемы решаю сама.

— У тебя просто не было меня, — улыбнулся Аскольд.

А мне на это сказать было нечего. В этом мире только он и вытаскивал меня из разных передряг.

Глава 25

Еще оставался один немаловажный факт. С меня полностью сняли личину и даже цвет волос вернули прежний. Конечно, все это произошло, когда я была в беспамятстве, но едва я увидела себя в зеркале, чуть не заорала от шока. Мое лицо снова со мной. Как потом сообщил Аскольд, то нос был окончательно сломан и ремонту не подлежал, поэтому решили прекратить мой фарс раньше времени. Тем более, что бояться мне нечего. За моей спиной стая грифонов и только смертник решится бросить им вызов.

Селеста оказалась той самой принцессой грифонов, которую тогда вытащили из дома напротив. И она действительно была старше меня на несколько веков. Ей было около двух тысяч лет, но кажется, возраст совершенно ее не заботил. Она была весела, активна, любопытна и все пыталась разузнать о моей прошлой жизни, но я молчала как партизан, отшучиваясь общими фразами.

Кстати шикарные апартаменты находились в городе Имария — столице магического королевства Ластория. Этот дом был недалеко от дворца, где временно обустроились грифоны с принцессой. В Велистаре мужчины оказались лишь потому, что след от похищения принцессы привел их в тот портовый город, но я не переживала за свое съемное жилье, да и не смогла бы я туда вернуться, а тем более жить. Там все напоминало о нападении и похищении.

Я никогда не оставалась одна. Рядом со мной всегда кто-то находился, так что одиночество в ближайшее время мне не грозило. Мужчины ко мне не прикасались, а когда нужен был осмотр, то Шимар меня усыплял. Это берегло всем время и нервы.

Иварус улаживал конфликт из-за смерти барона. На скандал грифонам было плевать, но Аскольд хотел, чтобы виновные понесли наказание. Никто не смеет покушаться на женщин грифонов, хотя я таковой и не являлась. Для всех я считалась невестой Аскольда, что меня неимоверно бесило. Я согласия не давала, а невестой можно проходить не один десяток лет.

В королевстве магов был полный беспредел. Ведь сначала украли принцессу, а затем и меня. В общем, королю это добавило немало проблем, но все это прошло мимо меня.

Похитителя принцессы того самого наместника практически нашли, а мои похитители странным образом просто растворились, хотя подозреваю, что Аскольд сделал так, чтобы и следа не осталось от них. Преступность в королевстве снизилась на несколько процентов.

— Ты почему здесь? — ворвался в мои мысли взволнованный голос.

— Я должна отчитываться о своих передвижениях? — мне приятна его забота, но не тогда, когда она переходит все мыслимые и немыслимые границы. Я в туалет одна не могу пойти. Всегда в сопровождении.

А в королевском саду я любила гулять. Видимо только мне он и нравился. За все это время я не встретила здесь ни одного человека. Чувство, что он здесь для «галочки». Странный народ эти маги. Я бы жила среди этой растительности. Сад успокаивал меня и приводил мысли в порядок. В моей душе давно не было покоя, а здесь время словно останавливается. Осень на улице, а в саду застывшая полноценная весна. Все цветет и пахнет. Хороша все-таки магия. Позволяет окунуться в любое время года.

— Когда ты окажешься на Островах, то сможешь гулять где угодно, а сейчас я прошу тебя лишь о безопасности, — не согласился со мной мужчина. — Если бы не это дело, то нас бы давно уже здесь не было.

— Ты что-то узнал? — я сидела на качелях и как ребенок раскачивалась.

— Да и мне это не нравится, — нахмурился Аскольд.

— Такие дела нравятся только тем, кто все это организовал, — ехидно заметила я.

Оказавшись в Имарии, я старалась пристально ко всем присматриваться, пытаясь найти отголоски темной энергии тех клубков нитей, которые были у наместника, но кроме поверхностных отпечатков на ауре ничего не обнаружила. Это означало, что люди были как-то косвенно связаны с ним, но где искать оставшихся двоих я не знала. Все так запуталось. Хорошо, что меня больше не пытались арестовать или казнить, так как во мне нет магии, значит, я действительно не причастна. Обвинения были сняты, отчего я вздохнула с облегчением. Одной проблемой стало меньше.

— Меня настораживает их затишье, — проигнорировал мою иронию Аскольд, садясь на другую сторону качели. Между нами было расстояние примерно в полметра, но на его близость я очень остро реагировала. Тело сразу напряглось и мне захотелось увеличить между нами расстояние, отчего Аскольд горько усмехнулся.

— Извини, но ничего не могу с собой поделать, — понимаю, что это все происходит в моей голове, но бороться с собственными страхами очень сложно.

— Я не трогаю тебя, хотя до зуда в пальцах мне хочется сжать тебя в объятьях и не отпускать так долго, пока не сделаю последний вздох, — он проникал своим взглядом глубоко в душу, отчего я снова вся сжалась. Я благодарна ему за терпение, но страх оказался сильнее меня.

— Что наместник? — нужно направить разговор в другую сторону. Не могу сейчас говорить ни о его чувствах, ни о его желаниях.

— Он в Имарии, но ловко уходит от преследования, словно играется, — недовольно рыкнул мужчина. — Он всегда на шаг впереди от нас.

— А Магдалена? — я за нее очень переживала.

— О ней ничего не известно. Она, словно испарилась.

— Это плохо, — нахмурилась я. Возможно, ее уже уничтожили, а мы сидим здесь, сложа руки.

— А знаешь, что еще в этом всем странное?

— Что?

— В тех местах, где был наместник, видели того целителя покойного барона.

— Кого? — не поняла я.

— Родарис появлялся именно тогда, когда исчезал наместник, — кхм… понятно, что они знакомы, так как из одного города, но что заставило Родариса покинуть любимых пациентов? Его действия не поддаются логике. Тем более каждый в королевстве, да и за ее пределами знает, что наместник преступник.

— Неувязка получается, — пробормотала я. Мне не хотелось верить в плохое, ведь Родарис за то короткое время стал для меня другом, но факты…

— За ним уже установили слежку и если они как-то связаны, то…

— Он ведь лечил меня.

— Возможно, все это действительно совпадения, но в нашем случае лучше все предусмотреть, — Аскольд прав. Слишком хрупкое доверие получается.

— Почему все так сложно, — это был не вопрос, а утверждение. Почему людям спокойно не живется? Почему должен быть кто-то, кто обязательно нарушит гармонию мира? Как я устала от всего этого.

— Мы справимся со всем и покинем эти места, — почти успокоил. Вот только никуда я не хочу уезжать. Я лишь хочу найти свое место под солнцем. — Вечер уже. Пойдем отсюда.

Аскольд поднялся и встал напротив меня, протянув ладонь, но я, как обычно проигнорировала его жест и поднялась сама. Мужчина шумно вздохнул, бессильно опустив руку. Он тоже устал. Устал от ситуации, в которой мы все оказались, устал от моих непроизвольных нервных вздрагиваний. Мне чужды такие эмоции, которые проявляет Аскольд. Я не умею, не знаю, как совладать со всем этим. В любовь я не верю. Этого чувства нет. Есть лишь удобство и комфорт рядом с партнером, но не более. Тогда почему меня так тянет к этому мужчине? Почему я хочу прижаться к нему, но в то же время опасаюсь собственных чувств? Такие эмоции новы для меня, оттого они еще сильнее пугают. Неизвестность всегда страшит.

Мы шли вместе, но на отдалении друг от друга. Дорога от королевского сада до нашего дома занимала всего десять минут, но это время растянулось в вечность. Молчание угнетало. Хорошо, что прохожих практически не было. Кроме стражи больше никто не попался нам на пути.

Аскольд шел чуть впереди от меня, словно закрывая ото всех, защищая. Уверена, что если мне будет грозить опасность, то он, не раздумывая примет на себя первый удар. На Земле подобный тип мужчин отсутствовал и как вести себя с ним я не знала. Казалось, я могу просчитать каждое свое действие, но рядом с Аскольдом вся моя уверенность и решимость испарялись.

— Лада не позволяй своим внутренним страхам одолеть себя, — ворвался в мои мысли голос мужчины. Мы почти подошли к дому. — Не позволяй им руководить твоей жизнью. Ты ведь знаешь, что я не причиню тебе вреда, просто не смогу, — Аскольд смотрел на меня со всей своей нежностью и теплотой. — Позволь себе быть счастливой.

— А если мое счастье подразумевает твое отсутствие? — едко спросила я. — Готов ли ты оставить меня, чтобы я была счастлива? — хотя я уже не представляю своей жизни без него.

Как бы я не противилась и не отталкивала этого мужчину, все равно меня к нему тянет как магнитом. Когда Аскольда нет рядом, я непроизвольно рисую в голове его образ, мимику, жесты, интонации в голосе. Сама не заметила, как за такое короткое время привязалась к нему. Любовь это, или элементарная потребность в уюте и комфорте, не знаю. Знаю лишь то, что он мне нужен как воздух.

— Зачем ты так со мной? — простонал Аскольд. — Я хочу и могу сделать тебя счастливой.

— Ты не ответил на мой вопрос, — мне важно знать, на что он пойдет ради меня. Такое требование эгоистично с моей стороны, но по-другому я не умела.

— Я не смогу отпустить тебя, — ухмыльнулась. Другого ответа я и не ожидала. Он преследует свои цели, но вот вопрос, а смогу ли я его отпустить, если он захочет уйти, даже ради его счастья и благополучия?

Нет! Это осознание как обухом по голове ударило. Я не смогу от него отказаться.

— Я тебя услышала, — кивнула, переступая порог дома.

— Даже если я это сделаю, то всегда буду следовать за тобой незримой тенью, — неожиданно выпалил он.

— До самой моей старости и смерти? — тут я конечно слукавила. Ведь сложно представить, как он будет жить возле дряблой старухи.

— До нашей смерти, — поправил он меня. — Не знаю чем, не представляю как, но ты настолько глубоко пробралась под кожу, что мне становится трудно дышать, когда тебя нет рядом. Ты мое наваждение, награда и наказание. Я не знаю, как подступится к тебе, чтобы ты не прогнала меня. Я был уверен в том, что ты не откажешь, будешь рада моему присутствию в твоей жизни. Спустя время понял, что ты другая, не такая, как все. Ты гордая, свободолюбивая натура, которую не сломить. Тебя нужно завоевывать аккуратно и медленно, чтобы не спугнуть. Парадокс в том, что я не знаю, как это сделать, — его откровение меня обескуражило. — Грифоны никогда не ходят вокруг да около. Если кто-то нравится, то мы сразу говорим о своих намерениях, а тебя мой напор испугал и оттолкнул.

— Это было неожиданно, — он стоял слишком близко. — В моем мире нет чувств и…

— В твоем мире? — зацепился за мою оговорку мужчина, а я тихо выругалась. Проболталась.

— Там, откуда я родом, — попыталась исправить ситуацию. — Все строится на выгоде для обеих сторон.

— Выгоде? — не понял меня мужчина.

— В основном у нас договорные отношения, — пояснила я. — Браки у нас не редкость, но в основном основываются на достатке обеих семей. Чаще такие браки умножают капиталы таких семей. Бизнес сливается. Из небольших корпораций вырастают огромные финансовые империи.

— Я смогу дать тебе все, — он не понимает. Я так не хочу.

— Но чаще всего пары просто живут вместе какое-то время, — продолжила я. — Им так удобно, комфортно, но что самое интересное — никто из пар не вмешивается в дела друг друга. Их объединяет лишь секс, секс и секс, — с Женькой я не жила, но его тело было для меня усладой. Мне было с ним удобно, и я действительно рассматривала его в роли мужа. Он идеально мне подходил. — Никто не указывает, как жить, что делать. Никто не ограничивает в действиях. В любой момент кто-то из пары может развернуться и уйти, даже не объяснив своего решения. Это лишнее. Разговоры, выяснения отношений — это пустая трата времени и сотрясания воздуха, — по мере того, как я говорила, у Аскольда от удивления вытягивалось лицо. — Мой мир — это деньги, секс, власть, удовольствия и так по кругу. Все продается и все покупается. В моем мире слово «помощь», «сострадание», «забота» и другие человеческие качества полностью отсутствуют…

— В каком ужасном месте ты жила! — изумленно воскликнула за спиной Селеста.

Черт, у моего откровения были свидетели.

— Это моя реальность, — безразлично пожала плечами. — И честно говоря, для меня дико видеть искренность чувств. Так не бывает, — хотя мои друзья с Земли открыли для меня эту сторону отношений. Но это огромная редкость.

Я прошла мимо принцессы в свою комнату, но успела услышать ее сочувствующее:

— Тебе придется очень постараться, чтобы завоевать эту женщину, — а я улыбнулась. Никого не придется завоевывать. Моя крепость уже пала перед ним. Осталось лишь осознать это.

Глава 26

— Что вам нужно? — едва сдерживая страх, холодно спросила я у мужчины, который, не стесняясь, открыто сканировал меня взглядом.

Меньше всего мне хотелось сейчас встречаться с этим магом, но этот наглец меня подловил в самом неожиданном месте.

Мы с Селестой отправились по магазинам и сейчас я находилась в примерочной. Хорошо, что платье снять не успела.

А он изменился. Взгляд стал цепким с неприкрытой злобой. Голубые глаза больше не отражали участие. Вообще казалось, что тот маг, которого я встретила в таверне Велистара и этот мужчина совершенно два разных человека. Тот был учтив, вежлив, галантен, а этот … а этот сейчас истинный советник короля!

Черный костюм отлично сидел на крупной фигуре мага, но вот острый хищный нос и тонкие поджатые губы портили всю картину.

И как он умудрился прошмыгнуть мимо охраны? И где Селеста?

— А к Вам не подобраться, уважаемая, — ехидно протянул маг, довольный произведенным эффектом, а на меня медленно накатывала паника. С некоторых пор я не переношу близости мужчин, а особенно таких наглых.

Я буквально вжалась в стенку, оставляя между нами расстояние не больше метра.

— А зачем вам ко мне подбираться, да таким странным способом? — едко проговорила я. — Люди не поймут, если заметят Вас в женской примерочной.

— Меня это заботит меньше всего, — прыснул маг. — Меня волнует то, как вы ловко всех обвели вокруг пальца.

— Не понимаю, о чем Вы? — что он хочет этим сказать?

— Признаться, я даже не ожидал такой результат, — и опять по мне прошлись неприятным маслянистым взглядом. Мне стало не по себе. — Вы великолепная актриса.

— Что вам нужно? — снова повторила я свой вопрос.

Мне бы закричать, позвать на помощь, но я понимала, что ничего не успею сделать. Он быстрее.

— Всего лишь поговорить, — лениво ответил он. — Так как к вам не подпускают близко, то мне пришлось подловить такой интересный момент. И да, в этом облике вы выглядите намного лучше, — это такой сомнительный комплимент?

— Как Вы догадались? — нервно сглотнула я.

— Ваша аура, — как само собой разумеющееся ответил он. — Ее ни с чем не перепутаешь, и до сих пор недоумеваю, почему тогда в трактире Вардек так и не понял, что перед ним его беглянка, — черт! Неужели сдаст ему меня? И почему я этот факт просмотрела, когда готовила свой образ? Да и разве я могла что-то сделать со своей аурой? Здесь вышел прокол.

— Сообщите ему обо мне? — осторожно спросила я, а сама думала, как выкрутиться из этой щекотливой ситуации.

— Нет, — хмыкнул он. — Это не мое дело, да и Вы не преступница, а этот гарпия пусть сам решает свои проблемы. Но Вы молодец, хорошую охрану себе подобрали. Вардеку будет сложно вас вернуть, но меня сейчас интересует другое.

— И что же?

— Я ищу одну женщину, — склонив голову на бок, маг внимательно посмотрел на меня. — Недавно мне стало известно, что она оказалась жива и даже здорова. Ее видели в плохой компании. Я намереваюсь ее оттуда вытащить, — ни черта не понимаю, что он от меня хочет. Какая женщина?

— Я в этих местах новый человек и не могу вам помочь в поисках, — если она не хочет, чтобы ее отыскали, значит, на то были свои причины.

— Мне нужно найти Магдалену, — что?

— Магдалену? — прошептали мои губы. Мне бы тоже ее хотелось найти. — Но я ничего о ней не знаю.

— Знаете, когда я наводил справки о Вас по просьбе Вардека, то наткнулся на один любопытный факт, — мужчина прищурил глаза. — В одной деревеньке жила немолодая женщина, которая приютила чужестранку, — и он с вызовом посмотрел на меня. — Вы жили с ней некоторое время, — не в бровь, а в глаз выстрелил маг. — Что-то случилось, и моя Магда вернула себе магические способности, хотя и не должна была, — теперь я стала припоминать тот разговор Вардека и Айрона в таверне. По его словам он любил ее. — Не подскажите, как такое возможно?

— Понятия не имею, — пожала плечами. Хрен тебе, а не правда.

— Но не это меня беспокоит, — продолжил мужчина. — Ваши дороги разошлись. Вы оказались в Велистаре, а она связалась с нехорошей компанией.

— Я не знаю где она, — еле слышно выпалила я.

— Я не знаю, какую роль во всем этом играете Вы ВЛАДЛЕНА, — мое полное имя он особенно выделил. — Но почему-то все крутится вокруг Вас. И очень странно, что с вашим появлением в нашем королевстве стало происходить столько непонятных вещей.

— Лей Айрон Вы преувеличиваете, — я нервно теребила пояс платья. — Непонятные вещи начались задолго до моего появления.

— Как Вы прошли к Источнику?

— Это Вардек меня туда привел.

— Вы странная, но я докопаюсь до истины, — пообещал он мне. — И даже ваши грифоны не спасут Вас от возмездия, — стало страшно. Советник короля так просто не будет разбрасываться подобными обещаниями, но я же ничего не сделала. Не нарушала закон, а просто оказалась не в том месте и не в то время.

— Когда у Вас будут на руках все доказательства, тогда можете бросаться своими угрозами. Сейчас я прошу Вас покинуть примерочную, — надменно сказала я, окидывая презрительным взглядом советника.

— Мне нужно найти Магдалену, — прорычал мужчина, теряя контроль.

— Вам нужно, Вы и ищите, а меня оставьте в покое, — уж кого, а Магдалену я ему не отдам. Если он друг Вардека, то недалеко ушел от этой подлой твари.

— Не нарывайся девочка, — и Айрон сократив между нами расстояние, больно схватил за плечи, а я от ужаса только открывала и закрывала рот.

В ушах зашумело, перед глазами пелена, а тело стало ватным, ноги отказывались держать свою хозяйку. Воспоминания в темнице не заставили себя долго ждать, и я стала медленно оседать на пол. Шок накрыл меня с головой.

Айрон естественно не понял, что случилось, и даже не собирался меня отпускать, а наоборот, подхватил за талию и аккуратно опустил меня на пол, придерживая.

— Что с тобой?

— Отойди от меня, — глухо потребовала я, пытаясь сохранить свое сознание. Нет, нет, нет, только не обморок. Я не могу остаться беззащитной перед мужчиной. Только не сейчас. — Не прикасайся.

— Что происходит? Ты белее мела, — всполошился маг — советник, полностью проигнорировав меня.

— Селеста, — прошептала я и, не удержав сознание, отключилась.

Не такая реакция организма должна быть, не такая. По сути, я сдалась без боя, а это катастрофически плохо. Если я буду реагировать так на каждое мужское прикосновение, то мне в пору сидеть в комнате с мягкими стенами…

— Я убью тебя! — прорычал до боли знакомый голос, который прорывался сквозь вату в ушах. — Я просил тебя не приближаться к ней!

— Если бы ты дал нам поговорить нормально, то этого можно было бы избежать, — рыкнул в ответ советник.

— Хватит, убирайся! — прорычал мой мужчина.

— Я еще не закончил, — возмутился Айрон.

Сознание возвращалось урывками. Больше всего меня радовало то, что меня наконец-то никто не касался. От этого осознания даже дышать стало легче. Паника отступала.

— Пошел вон! — замораживающим голосом произнес Аскольд.

— Что ты знаешь о ней?

— Достаточно.

— Это девочка принадлежит князю гарпий Вардеку и он за нее убьет любого, — что? Ах, он хамло недоделанное! Я никому не принадлежу! — Разве она стоит того, чтобы воевать с целым народом?

— Пошел вон, — не дал ответ Аскольд, а мне чисто по-женски стало любопытно. Нет, я конечно не из тех из-за кого развязывают войны, но мне хотелось бы знать, на что пойдет Аскольд ради меня.

— Она знает, где моя женщина. Пока я не услышу ответ, не уйду, — нда, магу наверное жить надоело.

— Айрон я готов воевать с целым миром ради нее и если ты сейчас же не уберешься, то станешь первой жертвой, — а у меня от сердца отлегло. Он меня никому не отдаст и защит от всех бед на свете.

— Я приду позже, — пообещал Айрон. Видимо до некоторых долго доходит, что грифоны шутить не умеют.

Хлопнула дверь и я поняла, что мы остались одни.

— Лада, как же ты меня напугала, — простонал рядом обеспокоенный голос. — Если бы я только знал, как помочь тебе, но ты же молчишь и ничего о себе не рассказываешь, — вздохнул устало грифон. — Ты отдохни, а я решу все твои… нет решу все наши проблемы. Ты больше не будешь одна.

А ведь он думает, что я все еще без сознания. Как же ты устал мой хороший. Проблемы сыплются на голову, как февральский снег.

— Аскольд, — прошептали мои губы.

Мужчина сидел возле моей кровати и изможденно улыбнулся.

— Как ты? — он не пытался прикоснуться, а просто сидел рядом.

— Еще до конца не пришла в себя, — пальцы дрожали, тело напряжено. — Он напугал меня, но я не думала, что упаду в обморок.

— Возможно, сыграла роль наша беременность? — «наша». Она действительно наша и пусть зачали мы малыша под приворотным зельем страсти, но от этого наш ребеночек не стал чужим.

— Чувствую, что мне срочно нужно на необитаемый остров, иначе со всеми этими событиями я скоро стану неврастеничкой, — попыталась свести все в шутку.

— Потерпи немного и мы обязательно попадем на такой остров! — поддержал меня Аскольд.

— Как я здесь оказалась?

— Айрон всполошился и позвал Селесту, а наша принцесса не из робкого десятка, — загадочно улыбнулся мужчина. — В общем, если опустить подробности, то советник проникся всей ситуацией после взбучки от Селесты. Она его даже об стенку приложила магией, а потом послала мне зов и вот теперь мы тут. Шимар тебя осмотрел и сказал, что нервное перенапряжение, а в связи с твоей непереносимостью мужских прикосновений это неудивительно.

— Я бы его тоже хорошенько приложила об стену и желательно головой, — проворчала недовольно я.

— Поверь, он от меня тоже получил, — хмыкнул Аскольд. — Лада или скорее всего Владлена, — и такой укоризненный взгляд послал, что мне стало стыдно. — Расскажи мне все. Я должен знать, что делать, а не получать вот такие сюрпризы, как сегодня.

— Ладой меня называли только близкие люди, — решилась я на откровенность. Доверие должно быть взаимным. Он ко мне со всей душой, а я закрываюсь постоянно. Уж если не он достоин всей правды, то тогда никто на свете. Он единственный, кто не предал, а протянул руку помощи. Не знаю, что ждет нас в будущем, но я хочу быть рядом с этим мужчиной.

— Почему ты говоришь в прошедшем времени? — не понял меня грифон. — Когда все закончится, мы обязательно к ним отправимся, — искренне пообещал он.

— Не все так просто, — хмыкнула горько я. — Я действительно из другого мира, с другой планеты под названием Земля.

— Почва? — изумился он.

— Нет не почва, а именно ЗЕМЛЯ, — засмеялась я на такое сравнение. — Так называется… называлась моя планета. Когда-то она была цветущим раем, но потом человечество медленно погубило ее, — и я начала рассказывать о том, как все начиналось. О своей жизни до катастрофы и после.

— Другие цивилизации? — хрипло пробормотал он, шокированный моим рассказом, — Мир технологии и биоинженерии? Покорение космоса на железных птицах? Бессмертие полученное, а не врожденное? Как такое может быть? Это же совершенно другой мир!

— Так что Вы не единственные во Вселенной, но вас хорошо охраняют и скрывают от посторонних глаз, — это я о тумане. Он как живой единый организм. — А представьте мое удивление, когда я поняла, куда именно попала. У нас же совершенно нет магии.

— Бедная моя девочка, — простонал сочувствующе мужчина. Больше всего поразило меня то, что я не заметила в его глазах и капли осуждения за мое прошлое. Он полностью принял меня такой, какая я есть со всеми пороками и недостатками.

— Моей планеты больше не существует, как и не существует моих друзей, которые тогда спасли меня и помогли выкарабкаться, помогли понять всю ценность человеческой жизни. Именно они стали тем спусковым механизмом, катализатором который меняет все, — надеюсь лишь на то, что их гибель была мгновенной. — Пять лет мне понадобилось на переосмысление себя и моих поступков. Поверь, я постоянно корю себя за это. Я такая дрянь, — говорила без эмоций, словно они все спрятались в непроницаемый кокон. — Я та, кто не достоин второго шанса на жизнь — жива, а люди, отдавшие любовь окружающим — мертвы. Это несправедливо.

— Не говори так, — нахмурился Аскольд. — Все происходит так, как и должно быть и если ты здесь, значит так надо, — ему легко говорить, а меня мое прошлое мучит и не отпускает. — О тумане я впервые слышу. К нам никогда никто не приходил извне.

— Я не знаю, что это за сила, но она разумна, охраняет вас, не подпуская, не пропуская к себе чужаков.

— Это странно.

— Когда отец бросил меня умирать медленной смертью, то я тогда думала, что мне конец, но туман почему-то сжалился надо мной и отправил сюда, вернее к Вардеку. Но я так понимаю, что сама должна была попасть к Источнику, чтобы понять, как работать с нитями, но из меня никудышный ученик, — горько хмыкнула я. — Магдалена и та быстрее освоилась с новыми возможностями.

— Она сильная магичка была в прошлом, поэтому так быстро приручила к себе эти нити, — возможно, так это и есть. — Мне непонятно одно, почему она связана с теми тремя магами, которые тоже владеют этой силой.

— Я не знаю. Магдалена сказала, что скоро все закончится. Я должна буду помочь ей, но вот в чем именно будет заключаться моя помощь, понятия не имею, — теперь он знает все. Чувство, что я огромную глыбу сбросила с груди. Ведь когда твоя ноша разделена надвое, то и нести ее легче.

— В любом случае я попрошу тебя пока воздержаться от походов в город, — с тревогой в голосе произнес Аскольд. — Мне не нравится то, что сейчас происходит.

— Мне тоже это не нравится, — согласилась с ним.

— Спасибо тебе за доверие, — улыбнулся Аскольд, а я лишь кивнула. — Ты отдыхай, а я пойду, переговорю с друзьями, — он хотел меня поцеловать, но вовремя спохватился, и лишь с сожалением посмотрел мне в глаза.

— Прости, — виновато прошептала я, вся сжавшись в комочек. Как-то непроизвольно у меня все выходит.

Глава 27

— А с тобой не соскучишься! — протянула принцесса, едва я спустилась на первый этаж дома.

Вот где море позитива! Неунывающая жизнерадостная женщина! Она заряжает своей энергетикой все вокруг.

— Кому-то же нужно разбавлять вашу вечную скуку, — в тон ответила ей, присаживаясь за стол. Есть хотелось неимоверно, а грифоны отлично умеют готовить мясо. Принцесса уже видимо позавтракала. — И вот она я! — развела в стороны руками.

— Но не таким кардинальным способом, — улыбнулась она, отпивая горячий напиток из кружки. — Я думала, что Аскольд живого места не оставит на Айроне. Так сильно они сцепились, — а мне сказал, что немного помял его. — Но это носатику только на пользу. Нечего протягивать свои загребущие ручки к невестам грифонов!

— Это точно, — согласилась я, отрезая кусочек от аппетитного стейка.

— Кстати, не знаю, сообщил ли тебе Аскольд, но через три дня прием в королевском дворце, — и так загадочно на меня посмотрела.

— И что?

— Как что? — изумилась принцесса. — Ты тоже приглашена.

— Кхм, — чуть не подавилась я, но благо принцесса умелая во всем и похлопала меня по спине. — Не думаю, что это хорошая идея, учитывая нынешние обстоятельства.

— О, поверь к тебе ни один мужчина не подойдет, — уверила меня Селеста, возвращаясь на свое место. — На тебя, кстати, уже навешали кучу защитных заклинаний.

— Чего? — я опять чуть не поперхнулась. Нельзя же так сразу в лоб такие новости вываливать.

— Пока ты была без сознания, Аскольд с Шимаром на тебя щиты повесили, — очень любопытно. — Не знаю, почему они раньше до этого не додумались, ну да ладно, сейчас к тебе даже мышь мужского пола не подойдет, — хохотнула принцесса. — Поэтому смело можно топать на бал.

— По-моему сейчас не самое удачное время для балов, — нахмурилась я. — Все так завертелось. Неужели королю плевать?

— Он делает вид, что все в порядке и под контролем, иначе в народе начнется паника, а ему это точно не нужно, — ответила Селеста.

— И все равно я не пойду, — мне там точно делать нечего. С некоторых пор меня раздражают власть имущие.

— Грифоны там быть обязаны, а Аскольд не сможет оставить тебя одну. Соответственно будет скандал, так как в открытую короля так еще не игнорировали, — пояснила Селеста. — Нам в принципе все равно, но должны быть соблюдены правила как принимающей стороны, так и самих гостей. Я тоже не горю желанием всем улыбаться и проявлять вежливую снисходительность, но положение обязывает. Дипломатические отношения будь они не ладны, — проворчала недовольно принцесса. — А вообще это отличный способ, чтобы немного развеяться. Утомительно на материке, — печально вздохнула Селеста. — Тут свободно крылья не расправишь, иначе привлечешь ненужное внимание. Да и не оставишь же ты меня одну на растерзание местного бомонда? — подмигнула мне эта манипуляторша. — А идти действительно нужно.

Обязательства в любом мире обязательства, хотя в прошлой жизни я любила такие мероприятия и блистала на светских раутах.

— Всю жизнь мечтала попасть на королевский бал! — фыркнула я.

А вообще мне надеть нечего. Это я так думала, но к обеду пришла модистка и сняла с меня мерки. Мы обсудили с ней фасон платья, хотя принцесса неодобрительно качала головой, видите ли, здесь так не принято ходить, но я не желала паковаться в эти многослойные тряпки, поэтому путем споров и компромиссов мы нашли идеальный вариант, который устроил всех и со спокойной душой отпустили модельера творить мой шедевр. У принцессы, кстати, все было с собой. Она озаботилась гардеробом на все случаи жизни, когда отправлялась на материк.

Опять чувствую себя нищебродом. Мои камешки остались в Велистаре, и вернуть их пока никак не получалось. Времени нет. Но когда все закончится, то я обязательно верну себе свою моральную компенсацию.

Я встретила Аскольда на пороге со скрещенными на груди руками и нахмуренным лбом. Мужчина такого теплого приема не ожидал и застыл на месте, не понимая моего настроения.

— Что-то случилось? — осторожно спросил он, будто шагая по минному полю.

— Это я хочу узнать у тебя, — ненавижу, когда меня ставят перед фактом. Уверена, что Селеста не случайно обмолвилась о празднике в королевском дворце. — Почему принцесса, а не ты сообщил мне о королевском бале?

— Ах, ты об этом, — с облегчением выдохнул он, сбрасывая с себя напряжение, расправив плечи. — Мы просто замотались и бал вылетел из головы. Вчера нам напомнили об этом. Прости, что не предупредил, — видя мое недовольное лицо, продолжил, — Если ты не хочешь, то заставлять не буду и этот вечер мы проведем только вдвоем, — и так таинственно заиграл бровями, что я струхнула. Это на что он намекает? Знает же, как я сейчас себя чувствую. И если честно, то вот вдвоем с ним в одном пустующем доме оставаться не хотелось. Я боялась.

— А как же условности? — изумленно выгнула бровь. Нет, теперь я точно уверена, что балу быть, так как сгореть под этим пылким взглядом было страшно. Меня очень сильно тянет к этому грифону.

— Это последнее, о чем ты должна думать, — отмахнулся мужчина и обвел большим пальцем контур моих губ, не прикасаясь к коже, но я остро почувствовала жар, исходивший от этого не прикосновения. — У каждого здесь свои интересы, и мои больше склоняются к тому, чтобы этот вечер провести вместе. Ты же должна привыкать ко мне, — я замерла, тело сковали невидимые тиски и он, заметив мою реакцию, быстро отошел на шаг назад, тяжело вздыхая.

— Ну, уж нет, — возмутилась я. — Зря, что ли мы с Селестой полдня мне наряд выбирали? Да и не могу я отказать вашей принцессе.

— Скоро она и твоей станет, — на это я лишь пожала плечами, решив тактично умолчать о том, что думаю по этому поводу.

Не став больше задерживать грифона, отступила, пропуская того в дом, а сама прошла на террасу.

Вечера сейчас прохладные, так как все-таки поздняя осень на дворе, поэтому укутавшись в плед и обхватив пальцами горячую кружку, захваченную по пути из кухни, я удобно уселась на диване, делая блаженный глоток чая.

Поверить не могу, что я в этом мире уже несколько месяцев, а чувство, что все произошло только вчера. Новый мир, новые люди, приключения, опасности… все будто не со мной. Я словно зритель, смотрящий очередной блокбастер. Слишком яркая эта реальность. Слишком ощутимая, пугающая, неопределенная.

Почему все должно быть так запутано?

— Здесь холодно для тебя, — спустя какое-то время ко мне присоединился Аскольд и сел в метре от меня, выдерживая между нами определенную дистанцию.

— Ну, я еще та мерзлячка, — решилась отшутиться, так как мне кажется, что говорит он совсем не о погоде.

— Хочу, чтобы ты знала, — он повернулся в мою сторону и пристально посмотрел в глаза. — Я всегда буду рядом и постараюсь навсегда избавить тебя от этого … холода, — и меня одарили самой теплой и нежной улыбкой.

— И почему тебя в моей жизни раньше не было, — не вопрос, а утверждение. В моем прошлом мне не хватало именно такой чистой и искренней заботы. Это чувство очень ценное и хрупкое.

— Потому что ты должна была встретиться со мной именно в этом мире, — уверенно произнес грифон.

Я по-новому взглянула на этого потрясающего мужчину и сама себе позавидовала.

Он просто огромен и не в смысле жирный или обрюзгший, а именно большой, широкоплечий, подтянутый и в великолепной физической форме. Высокий рост мужчины сглаживает все его шкафообразные габариты. Гармоничный.

Я любовалась им. Изучала каждую черточку тела и недоумевала, почему он остановил на мне свой выбор. По сравнению с ним, я невзрачная серая мышь. Даже этот безобразный шрам на правой щеке ему невероятно шел. Мужчина с большой буквы. Все его поступки говорят сами за себя. И невозможно оставаться равнодушной. Он заполнил собой все мое пространство, поселился глубоко в мыслях и пробрался так близко к сердцу, что замирает дыхание.

Смотрела бы на него так вечность. И пусть весь мир подождет. Пусть хоть вулканы взрываются, разрушаются Вселенные, гаснут старые и рождаются новые звезды, а я бы просто тихо и молчаливо смотрела.

Замерла без всяких мыслей в голове и просто впитывала в себя профиль мужчины, орлиный нос, крепкие сильные пальцы, сжимавшие маленькую чашечку с чаем. Пусть века сменяют эпохи, рассыплется этот мир и соберется из бесчисленных песчинок новый, а я бы так и осталась неподвижной возле него, способная различить лишь лицо, дорогое сердцу; губы, страстно меня целующие; глаза, в которых было сказано так много, что и слов не требовалось. Меня тянуло к нему магнитом. Хотелось прикоснуться к Аскольду, но я боялась…, боялась себя и своих чувств, поэтому и сидели мы на расстоянии друг от друга.

Тяжко вздохнула, что не осталось незамеченным грифоном.

— Замерзла? — участливо спросил он, повернув в мою сторону голову.

— Немного, — слукавила я.

— Тогда пойдем в дом, — и мужчина, поднявшись на ноги, встал напротив меня. Руки не подал, но я и не требовала. Сама ведь его оттолкнула.

И снова я зависла, рассматривая белоснежную рубашку, распахнутую на груди, откуда виднелись небольшие курчавые темные волоски. Небрежно всклоченные пятерней волосы, крупный амулет на толстой цепочке, узор на браслете. Все это наверняка артефакты, но они так гармонично вписывались в его образ, что глаз не оторвать. Вся его одежда была простой, но однозначно из дорогой ткани. Брутальный человек с обложки журнала. Его манеры заставляли преклонять перед ним головы и лебезить окружающих. Для него все это так естественно и обыденно, что он, наверное, и сам не замечает, какое впечатление производит на окружающих.

И вот такой мужчина остановил свой выбор на мне? Я не соответствую ему. Не подхожу.

Мотнула головой, прогоняя невеселые мысли. Все у нас получится, все будет хорошо. И с этими мыслями мы вернулись ко мне в комнату.

Мужчина свое слово сдержал и больше не оставлял меня одну на ночь. Он спал на диване, который принесли по первому его требованию.

— Я только попробую, а ты не шевелись, ладно? — попросила его. Нужно что-то делать с собственными страхами, иначе у нас не жизнь будет, а мучение. — Надеюсь, твоя защита тебя не ударит? — попыталась пошутить я.

— Ты уверена? — он неверующе смотрел на меня, будто бы я ему неземное счастье пообещала.

— Мне не нравится эта ситуация с прикосновениями, поэтому нужно что-то делать, — конечно не уверена, но так больше не может продолжаться. — Ты только не шевелись.

— Как бы мне хотелось тебя обнять, — простонал он, вглядываясь с нежностью в мое лицо.

Я очень медленно подошла к дивану, где сидел мой огромный мужчина.

Пальцы дрожали. Я практически ощутила, как руки покрыл невыносимый холод, но я, закусив губу, все-таки смогла погрузить их в волосы Аскольда. Грифон замер, а я застыла. Кажется, прошла вечность, прежде чем я смогла пошевелить пальцами, смогла легкими движениями слегка помассировать кожу головы мужчины. Аскольд сцепил руки в кулаки, уперев их в диван по обе стороны от себя. Не представляю, что он сейчас чувствует, но держится отлично. Прикрыв глаза, я впитывала и запоминала его запах, привыкая заново к нему. В комнате было слышно только наше шумное дыхание.

Спустя минуты, я смогла провести пальцами по его лицу, задержавшись на шраме. Он был грубый и шероховатый.

— Как это произошло? — глухо спросила я.

— Это подарок от гарпий, — хмыкнул Аскольд. — Их яд не позволил нормально регенерировать коже.

— А почему Шимар не излечит тебя?

— Не нравиться? — вмиг напрягся он.

— Нет, я не об этом, — мои руки легли на плечи мужчины. — Я его просто не замечаю. Тебе было больно? — хотя, конечно больно, что за идиотский вопрос?

— Физическая боль ничто по сравнению с душевной, — хмыкнул Аскольд. — А шрам не убираю из-за того, что это напоминание о предательстве, — как мне это знакомо. — Когда-то давно наши народы были дружны, но гарпии захотели большего. Разразилась война. Мой близкий друг Фрезим был гарпией, — Аскольд замолчал, возвращаясь в воспоминания. — Я не ожидал от него подобного, но результат на моем лице. И самое гадкое то, что я так и не смог его убить, а отпустил.

— Мне жаль, — больно, когда тебя предают родные и близкие.

Аскольд наклонил на бок голову, прикасаясь щекой к моей руке.

— Если он тебя смущает, то я уберу его, — предложил Аскольд.

— Нет, он меня не смущает. Мне кажется, что прошлое должно оставаться в прошлом, иначе настоящее и будущее будет болезненным, а незаживающая рана, так и будет кровоточить, — его близость немного успокаивала, и казалось, что руки перестали дрожать.

— Почему же ты живешь этим прошлым? Почему не отпустишь его и не позволишь нам быть счастливыми? — он пытливо всматривался в мои глаза, а я не знала что ответить.

— Я пытаюсь бороться со своими страхами, — он прав на все сто процентов. Как я смею давать советы, когда сама погрязла в своем прошлом. — Видишь, я еще не в обмороке и ты не тащишь мою бессознательную тушку в кровать, — попыталась отшутиться я, но он ничего смешного не видел, а лишь хмурился.

— Я до сих пор не могу простить себе того, что с тобой произошло.

— Ты не виноват. Это все стечение обстоятельств.

Я села рядом, совсем близко к нему и положила голову на плечо мужчины. Аскольд сидел как натянутая струна, но попыток обнять не делал. Правильно, не знаю, как бы отреагировала на это. Так мы и замерли, пока я медленно не соскользнула в сон.

У нас наметился прогресс, что меня безумно радовало. Пора отпустить прошлое и жить настоящим, тем более, когда рядом с тобой такой потрясающий мужчина!

Глава 28

— Знаешь дорогая, — проворчала недовольно Селеста, расширяя над нами магический щит. — С твоим появлением даже обычная прогулка по городу не может быть безопасной, — эй, вот не нужно меня упрекать! Сама предложила пройтись к зданию местного Совета пешком, так как это было недалеко и не я виновата, что мы угодили в ловушку, даже не дойдя до дверей.

— Обязательно нужно было сворачивать в тот переулок? — в тон ответила ей, закусив нижнюю губу, пытаясь сообразить, как нам отсюда выбраться.

— Я решила сократить наш путь, да и не в первый раз иду той дорогой, — хм, а вот это наталкивает на определенные мысли. Возможно, недоброжелатель знал ее маршрут и приготовился к встрече с распростертыми объятиями.

По странному стечению обстоятельств охрана почему-то с нами здесь не оказалась, хотя буквально дышала нам сзади в спину.

А ведь все с утра выглядело безобидной прогулкой и ничто не предвещало беды.

Иварус, Шимар и Аскольд с утра упорхнули по делам, оставив нас с принцессой вдвоем и она, чтобы не сдохнуть со скуки предложила пройтись к местному административному зданию. Дескать, там какие-то еще дела у нее остались.

Мы не дошли.

Слишком поздно я заметила впереди серую туманную дымку. Подумала, что просто обман зрения. Я только и успела схватить Селесту за руку, чтобы одернуть назад, но не успела, нас тут же затянуло в эту дымку. Охрана осталась там за чертой, оглядывая пустую улицу. Они нас не видели и не слышали. Будто другая реальность. Мы пытались докричаться до охраны и пройти обратно, но странный туман не отпускал, вмиг преобразившись в прозрачную непроходимую стену. Не пробить. Селеста атаковала ее фаерболами, но ничего не происходило. Огонь просто стекал вниз, обжигая землю.

Стало жарко. Воздух становился тяжелым от гари, поэтому я крикнула принцессе, чтобы она прекращала растрачивать силу впустую, но не успели мы выдохнуть, как увидели, что в нашу сторону, будто из ниоткуда начала стягиваться мутная мерзость.

— Что за гадость? — шокировано выпалила я, прижимаясь вплотную к Селесте. Мы стояли спина к спине. Она уже не один век прожила на этом свете и наверняка знает, как нас обезопасить от этой неизвестной субстанции.

— Впервые такое вижу, — пробормотала принцесса. Она набросила на нас защитный купол и стала его растягивать, чтобы нам было место для маневра.

А еще пугала оглушающая тишина. Нет ни ветерка, ни букашечки, ни клекота птички. Улица словно вмиг вымерла.

— Что это вообще за место? — я стала оглядываться по сторонам, чтобы понять, но все на первый взгляд выглядело безобидно.

Чистая длинная улица, вдоль которой росли кустарники и деревья. Ухоженные дворики и дома с задернутыми занавесками, но что самое любопытное — это полное отсутствие кого-либо живого.

— Думаешь, я все знаю? — рыкнула Селеста. Кто-то стал терять терпение. По ее вискам струились капельки пота, а из носа уже пошла кровь. Сама принцесса выглядела бледной. — Я так долго не выдержу. Эта гадость буквально сосет мою магию, — голос уже перешел на шепот, а девушка медленно опустилась на землю. — Никогда подобного не встречала.

Мутная мерзость лениво растекалась по нашему куполу, постепенно закрывая собой обзор. И чем больше ее было, тем больше от нее развеивались жуткие флюиды. Температура резко снизилась, и изо рта пошел пар. Стало не просто холодно, а по-зимнему морозно, несмотря на то, что на улице осень. Сколько протянет принцесса, прежде чем нас накроет этой дрянью неизвестно.

Мысли в голове путались, решения не было, помощи ждать неоткуда. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Умирать не хотелось. Тем более так глупо.

Бросив последний взгляд на принцессу, я немного отошла в сторону. Прикрыв глаза, пыталась руками поймать хоть одну ниточку. Не знаю, смогу ли помочь, но ничего другого мне не пришло в голову. Ведь как-то я могла себя переносить в моменты смертельной опасности. Сейчас я не пыталась настроить переход, я пыталась сама создать защиту, но только не из магии, а из энергии этого мира. Я ведь могу пощупать ее руками, так почему бы не связать щит?

Нити ускользали, не давались в руки, но в какой-то момент мне удалось зацепиться за одну из них, а спустя минуты над нами был крошечный, тонкий, но непроницаемый купол.

Едва я успела нас прикрыть, как защита Селесты рухнула, а сама она упала в беспамятстве мне под ноги.

Я стояла, ни жива, ни мертва, переваривая только что произошедшее.

Мутная гадость, соприкасаясь с моим куполом, тихо шипела и не могла подобраться ближе, а я наконец-то облегченно выдохнула. Мне кажется, что все это время я не дышала. Не думала, что смогу, но у меня получилось.

Вот тебе и человечка без капли магии в крови.

Щит был тонким, но достаточно прочным, а та мерзость все активнее атаковала его. Яркая, живая энергия этого мира сейчас обезопасила нас.

Внезапно вспомнила гарпий из пещеры и решила еще раз рискнуть, вернее, повторить их маневр, несколько иначе его изменив.

Из разноцветной энергии мира создала в руках огонь и пустила его вокруг нас. Вернее он вылетал за пределы щита, совершенно его не потревожив. Черная гадость трещала и стала быстро отступать. Стало немного светлее. Мой огонь невидимый. Он на энергетическом уровне, но это не помешало атаковать эту мутную мерзость. В голове гудело от ментального выброса огня, но дыхание постепенно восстанавливалось.

Странно, почему же мне так плохо? Я не колдовала, не магичила, а значит, у меня не может быть отката, но судя по ощущениям — именно это он и был. Из этого следует, что когда я сворачиваю пространство или как сейчас формирую огонь, направив его на уничтожение — энергия черпается из меня, но вот связав вокруг себя защиту из этих же разноцветных нитей — энергия берется извне. Я сейчас как выжатый лимон. И еще мгновение, точно так же лягу рядом с Селестой.

Постепенно мысли собирались до кучи.

Черная дрянь больше не торопилась нас атаковать, а отступала, жалобно потрескивая.

С моей подачи с неба пошел огненный дождь, но он нам не причинил вреда, а полностью уничтожал расплодившееся зло.

Устало осев на землю, положив голову принцессы на колени, стала медленно гладить ее по волосам. Эти манипуляции успокаивали, но вот что делать дальше? Как нам отсюда выбраться? Селесте нужна помощь, да и мне тоже. Сама держусь из последних сил, но если потеряю сознание, то что нас ждет потом, даже страшно представить.

Щит держался сам собой. Это радовало.

В ушах нарастал гул, а в сердце неприятно застучало.

Медленно на меня накатывала паника.

Идти я никуда не могу. Селесту не брошу, но и сидеть на сырой холодной земле не выход.

Через некоторое время над головой снова засветило солнышко и о том, что здесь было несколько минут назад, ничего не напоминало.

Привиделось что ли?

Скосив глаза на бессознательную девушку, мотнула головой. Это все реальное и по-настоящему.

— Сели, — тихо позвала я принцессу и легонько похлопала по щекам, но девушка не реагировала.

Магическое истощение.

Хоть бы кто коврик подстелил или костерок развел. Всяко было бы теплее. Принцесса была неестественно холодной и если бы не едва ощутимое дыхание, то можно было бы предположить, что она уже труп.

Сама я тоже продрогла, хотя температура на улице постепенно восстанавливалась и мороз отступал.

Принялась ладонями растирать конечности Селесты, иначе точно что-то себе отморозит.

Где же ты Аскольд, когда так нужен? Знаешь ли, что мы пропали или охрана побоялась сообщить тебе об этом?

Бросила взгляд в сторону непроницаемой стены, за которой больше ничего не было видно. Нас отрезало от того мира, забросив неизвестно куда.

Скрипнула зубами от собственной беспомощности.

Вот и прогулялись… посмертно.

Куда идти и что ждет нас за поворотом тоже неизвестно.

Ну, не помирать же нам на самом деле? Пока мы дышим, значит, мы все еще живы. И плевать, что руки, ноги синие и почти не шевелятся, нос красный, замерзший, да и горло саднит. Все это пустяки по сравнению с тем, в какой заднице мы оказались с принцессой.

Зато здесь тихо и никто не беспокоит за исключением той гадости, но и на нее нашлась управа. Энергия Мидарана нас спасла. И пусть я косвенно к этому причастна, запустив очистительный процесс, сути это не меняет. На некоторое время нас оставили в покое, но вот надолго ли? Нутром чувствую, что это еще не конец, а так легкая передышка, но к следующему разу я буду готова. Опыт, хоть и маленький, но теперь у меня имеется.

Нервно хохотнула. Какая из меня воительница? Я даже не ее подобие.

Селеста быстро сообразила, что мы попали в передрягу, и сразу же предприняла попытку нас уберечь. Вот она воительница, профессионал, а я растерялась. Лишь когда смерть буквально дышала в лицо, я будто вышла из ступора и начала действовать, вернее не именно я, а что-то чужое, другое, инородное. Меня вели, мной в тот момент руководили, вплетаясь в сознание, подсказывая как поступить и что делать. Сейчас же я не ощущала внутри себя чужого присутствия. Сейчас я принадлежала самой себе.

Может, я схожу с ума и все мне это кажется? Может, я все-таки умерла на той планете? Но реальность такая яркая, а чувства такие вкусные и насыщенные, что все это не может быть правдой. Но вот она я. Живая, нужная и беременная. Ради всего этого стоит бороться. Моя жизнь не иллюзия! Моя жизнь настоящая! И пора прощаться с призраками прошлого. Пора раз и навсегда избавиться от этого невыносимого тяжкого груза, который был постоянным моим спутником все эти годы.

— Кто-нибудь, — прошептали мои губы. — Хоть кто-нибудь, пожалуйста, помогите, — я с отчаянием гипнотизировала безоблачное небо, будто бы ожидая оттуда помощь. Подсознательно ждала в небе грифонов, но над нами даже муха не пролетела. Отклика не было. Нас окружала мертвая тишина и нерушимое небо.

Несмотря на холод, ощутила в уголке глаза слезинку. Вытерла ее пальцем, не позволяя себе скатиться в отчаянную истерику.

Нас не найдут.

Нужно просто встать и начать делать хоть что-то, а не сидеть и жалеть себя. У нас есть передышка и ею необходимо воспользоваться.

Я оставила Селесту под своим щитом, а сама вернулась к стене.

Подняв с земли камешек, я со всей злости бросила в преграду, но он отлетел от нее, как мячик, больно стукнув меня в лоб.

Зашипела от неприятного жжения и ощутила, как к переносице стекает что-то мокрое и липкое.

Кровь! Догадалась я. Сама себя покалечила идиотка. Даже о заражении не переживала, а вытерев тыльной стороной ладони ранку, начала снова формировать из энергии мира огненные шары.

Не знаю, сколько я так стояла и пулялась энергетическими фаерболами, но преграда постепенно начала шипеть. Огонь впитывался в стену и исчезал в нем бесследно. Я от собственного бессилия и злости чуть локти не кусала, но это единственное на что я сейчас годна. Хоть силы и стремительно покидали меня, я не могла остановиться. Думала, если позволю себе передышку, то больше не смогу продолжить начатое.

У меня получалось. Медленно, но стена истончалась. Наконец-то я смогла разглядеть на той стороне целое столпотворение из магов и грифонов.

Опешила от такой бурной деятельности. Маги что-то чертили в воздухе, а затем отправляли все это в стену. Грифоны же, как и я атаковали ее огнем. Но глаза зацепились лишь за одного мужчину.

Аскольд.

В нем перемешалось все. Отчаяние и надежда, терзания и жажда убийства, бесстрашие и твердость намерений. Он сотрет с лица земли этот город, если не получит желаемое — нас.

Помощь почти близко. Осталось лишь разбить эту преграду. И я с новой силой заработала, отпуская энергетические нити в стену.

В какой-то момент я ощутила в груди нестерпимое жжение, а потом, как и тогда в переулке с Майроном, из меня мощной струей выстрелил жидкий огонь, который плавил стену.

Преграда стекала к земле.

С той стороны к нам стали просачиваться звуки. Скоро. Совсем скоро все это закончится.

— Лада, — отчаянно заорал не своим голосом Аскольд и метнулся ко мне, больно сжимая в объятиях, целуя скулы, нос, подбородок, губы. Лизнул языком лоб, отчего снова ощутила неприятное жжение. Там ранка.

На фоне всех этих событий я как-то пропустила мимо то, что вцепилась мертвой хваткой в лацканы его формы, больше не боясь прикосновений. Тот пережитый ужас в темнице меркнет на фоне сегодняшних происшествий. Громко разрыдалась, не в силах сдержать пережитый ужас. Мы чуть не погибли.

— Принцесса, — раздался рядом взволнованный голос Иваруса.

— Она там, — разорвав объятия, я повела мужчин к бессознательному телу девушки, не выпуская из руки ладонь Аскольда, но они не могли к ней пробиться. Мой щит никого не пускал. Взмахнув рукой, полностью рассеяла щит, освобождая энергию, возвращая ее на место. — У нее магическое истощение, — пояснила я. — И ей нужна горячая ванна, так как нас немного заморозило, — голос мой дрожал, но говорила уверенно.

— Что здесь вообще произошло? — Иварус поднял на руки тело принцессы, а Шимар водил над ней руками, маги же пытались понять, с чем столкнулись.

Я бросила мимолетный взгляд на толпу мужчин и вернула все свое внимание Аскольду.

— Иварус не сейчас, — рыкнул Аскольд. — Ты разве не видишь, в каком она состоянии?

— А ты понимаешь, что по горячим следам проще найти преступника, чем сутки спустя? — вызверился на него Иварус.

— Девочек нужно осмотреть, а потом допрашивать, — поддержал Аскольда Шимар, и я с благодарностью на него посмотрела. Вспоминать не хотелось, но и разговора не избежать.

Мы шагнули в портал, оказавшись у стен домика при королевском дворце. Стены хоть и не родные, но в них спокойнее.

Селесту положили на диване в гостиной, и Шимар принялся вливать в нее свою магию. Я наблюдала, как яркие потоки пропитывают тело девушки, возвращая ее лицу естественные краски.

Потрясающее зрелище!

Аскольд сидел в кресле, а я клубочком свернулась на его коленях, боясь отпустить. Его руки успокаивающе гладили меня по голове, а губы с нежностью целовали макушку.

— Теперь ты, — Шимар направился в нашу сторону бледный и истощенный.

— Я в порядке, просто жутко перепугалась, — я действительно чувствовала себя сносно. Да было головокружение и тянуло в сон, но я жива и здорова, а это главное. Больше я переживала за принцессу. — Как она?

— Сутки будет спать, — мужчина устало потер виски. — Но к балу будет как новенькая.

— Что? — взъярилась я, пытаясь соскочить с колен мужчины, но меня только крепче прижали к себе. — Вы в своем уме? Какой к черту бал, когда на улице такое творится! — они совсем не в себе?

— Давай я все-таки тебя просканирую, — и на расстоянии вытянутых рук Шимар стал обдавать мое тело теплом. — У тебя явная эмоциональная нестабильность.

— Удивительно, правда? — ядовито процедила я. — А какая я еще могу быть? Да меня ни разу в жизни не пыталась сожрать желеобразная непонятная масса какой-то гадости! — на одном дыхании выпалила я, но после его сканирования стало намного легче.

И я рассказала все в мельчайших подробностях.

— Снова покушение? — нахмурился Иварус.

— Не думаю, — ответил Аскольд. — Никто не знал, что они сегодня должны были навестить Совет. Решение Селеста приняла спонтанно.

— Тогда что это было? — спросила я. — Она говорила, что часто пользовалась именно тем переулком.

— Дело в том, что это не единичный случай, — нехотя сообщил Аскольд.

— Что?

— Два дня назад нашли три тела магов прямо посреди улицы в разных районах города и остаточные следы магии очень схожи с тем, с чем мы столкнулись сегодня, — нахмурившись, ответил Аскольд. — И теперь, кажется, все становится на свои места, — ну да, тех все-таки сожрали, так как обычная магия не может ничего противопоставить неизвестной силе. — И это чудо, что вы остались живы, малышка, — последнее слова он прошептал совсем тихо только для меня. — Я думал, умру на месте, когда понял, что произошло.

— Все обошлось, — попыталась выдавить из себя улыбку.

— Только благодаря твоей уникальности, — меня снова сжали в медвежьих объятиях, будто бы он боялся, что я пропаду. — Если бы вы погибли, то материк бы ушел под воду, — совершенно серьезно заявил Аскольд.

— Люди не виноваты, — ужаснулась я.

— Люди слишком много себе позволяют и совершенно забыли, кому обязаны своим существованием и свободой, — резко заявил Иварус.

— О чем ты? — не поняла я.

— Когда-то давно весь мир принадлежал только двум расам грифонам и гарпиям, но потом произошла странная мутация и наши расы стали производить на свет обычных людей с зачатками магических сил или вообще ее не имеющих. Такие дети стали изгоями. Это был позор, если ребенок рождался без своей второй сущности, — а я вздрогнула, представив, как приходилось тем несчастным детям, лишенных любви и заботы. — По совершении определенного возраста их изгоняли из кланов. Они организовывали свои общины, поселения, а потом и города. Люди очень быстро плодились, — скривился Иварус. — Но и быстро умирали. Маги естественно проживали дольше обычного человека, так как у них не было нашего бессмертия, но был изворотливый, алчный ген. Незаметно, но численность людей намного превысила численность двуипостасных и они решили бороться с такой несправедливостью, как мы, — хмыкнул грифон. — Разразилась война. Магов было много, но и нас не меньше. Потери были с обеих сторон, — Иварус замолчал, углубившись в прошлое.

— Было принято решение поделить территории, так как больше никто не хотел рисковать своим народом, — продолжил за него Аскольд. — Так гарпии завладели всеми горными местностями, грифоны отправились на Острова, а маги остались на материке.

— Ужас какой! — хотя, чему я удивляюсь. Разве у нас на Земле не так было? Каждый хотел урвать себе отличный жирный кусок территории.

— А гномы? — почему о гномах не упоминается?

— Это тоже потомки людей, — фыркнул Иварус. — Люди долгое время мутировали. Так в мире появились гномы, которые всегда держались в стороне от разных распрей. Хоть кто-то получился разумный у этих выскочек. С гномами всегда были нормальные отношения. Они ко всем умеют найти подход.

— Спустя время все стабилизировалось и мутация исчезла, — продолжил задумчиво Аскольд. Видимо эта загадка так и не была разгадана. — У двуипостасных снова начали рождаться только двуипостасные дети и никак иначе, хотя рождаемость снизилась заметно. Текли тысячелетия, прошлое забывалось и со временем нам всем удалось сосуществовать в мире. Позже тоже были войны, но не такие масштабные и ощутимые.

— Но нам нравится наш новый дом, — улыбнулся Шимар. — Ты даже не представляешь, какая у нас природа! — грифон мечтательно закатил глаза. — Домой хочу. Надоело здесь все.

— У тебя будет возможность полюбить свой новый дом, — прошептал на ушко Аскольд. — А сейчас милая пойдем мыться, кушать и в кроватку, — как с маленькой заговорил он.

Уснуть не могла. Постоянно ворочалась в постели. Аскольд оставил меня одну, а сам что-то решал с мужчинами. Меня конечно на совет не пригласили, а чмокнув в губы, пожелали сладких снов и удалились за дверь.

Кстати, мой лоб действительно зализали так, что даже шрамика не осталось. У грифонов оказалась магическая слюна. Хотя тогда в пещере он меня тоже всю облобызал своим языком. Очень хороший антисептик и регенератор в одном виде.

Но самое потрясающее было то, что я больше не шарахалась от Аскольда, а принимала его объятия очень даже охотно и с наслаждением.

Мне всего лишь нужна была еще одна шокотерапия и чтобы она была сильнее прежней. Конечно это риск жизни, но тогда от меня ничего не зависело.

Главное, чтобы меня больше никто не умыкнул из кровати, а дал нормально выспаться.

В комнату сквозь щелку гардин тонкой струйкой просачивался лунный луч, за окном щебетали сверчки и угукали местные совы, а я постепенно уплывала в мир сновидений и когда едва ощутимо почувствовала, как прогнулась рядом постель, то уже совершенно безбоязненно подкатилась к теплому мягкому боку, удобно устраиваясь в таких надежных руках. Меня осторожно прижали к себе, и я окончательно отключилась.

Спокойствие…

Умиротворение…

Безмятежность…

Расслабленность…

Уверенность…

Надежность…

Аскольд.

Глава 29

Как и обещал Шимар, Селеста проспала следующие сутки беспробудным сном. Я заходила к ней в комнату и сидела некоторое время у ее кровати, рассказывая, чем все закончилось. Не знаю, слышала ли она меня, но оставить одну я ее не могла. Это происшествие очень сильно нас сблизило.

Общая беда нас сплотила. Селеста, не задумываясь, защищала нас обеих, растягивая свой щит не только на себя, но и на меня, растрачивая на это уйму сил. Это значит, что я им действительно дорога. Слова ничто по сравнению с поступками. Меня приняли в их клан. Теперь я одна из них и даже Иварус больше не смотрел на меня волком, а участливо улыбался. Конечно, подобное отношение можно было списать на то, что я спасла их принцессу, но чувствовала, что это не просто благодарность. Меня, простую человечку приняли за равную.

— Ты снова здесь? — шепотом спросил вошедший Аскольд, остановившись за моей спиной, положив руки на плечи.

— Не хочу, чтобы она была одна, — так же тихо проговорила я, оборачиваясь к грифону.

Аскольд был уставший, вымотанный, выжатый как лимон. Он ведь толком и не спит нормально. Я сегодня проснулась на рассвете, а его уже не было рядом. Потом я снова провалилась в сон, но он так и не вернулся.

— Мы позаботимся о ней, а тебе самой нужно отдыхать, — заботливо прошептал Аскольд и наклонившись нежно поцеловал в макушку. Ему мои волосы так нравятся? Почему он всегда целует меня в голову?

Не знаю, что на меня нашло. Я развернувшись в кольце его рук, встала ногами на кресло, чтобы быть на уровне его головы и прижалась губами к его губам. Аскольд опешил, но потом словно обезумел, сминая мои губы в жестком и одновременно нежном поцелуе. Он пил меня, словно я его последний источник влаги. Его руки блуждали по моему телу, задирая подол платья, прикасаясь к голой коже. Пришлось обхватить его ногами. Грифон тут же подхватил меня под попку, прижимая к себе еще сильнее.

Наши стоны слились в унисон.

— Вы бы к себе удалились, — проворчал глухой голос со стороны кровати.

— Селеста! — радостно воскликнула я, разрывая такой сногсшибательный поцелуй.

Хотела подскочить к принцессе, но Аскольд не позволил, продолжая удерживать меня на весу.

— Селеста, Селеста, — фыркнула девушка.

Почему-то не видела я в ней женщину, умудренную опытом. Девчонка, как есть самая настоящая девчонка и плевать, что ей давно за тысячу лет перевалило, сути это не меняет.

— Ты как? Ничего не болит? — затараторила я, пытаясь слезть с Аскольда. Стало стыдно. Она тут болеет, а мы…

— Не елозь, — прошептал Аскольд на ушко, отчего волоски на затылке встали дыбом от этого сексуального страстного шепота.

— В норме, — улыбнулась принцесса, довольно поглядывая на меня. — Вижу, что с тобой тоже все в порядке, — и кивнула на наши объятия.

— Я Шимара позову, — стушевалась я. Так открыто у нас на Земле эмоции не проявляли, а Аскольду все это нравится и он продолжает поглаживать меня по спине, периодически спускаясь к попе.

В общем, за Шимаром мы пошли вдвоем. Видимо Аскольд решил наверстать упущенное, когда не мог ко мне прикасаться. Я не против, но все это очень непривычно для меня.

Иваруса с Шимаром наш вид удивил, но они и слова не сказали, а лишь загадочно кивнули Аскольду. И чтобы это значило?

— Думаю, дальше они справятся без нас, — прошептал мой мужчина, открывая портал и шагая в него со мной на руках. — А я так по тебе соскучился.

— Что ты делаешь? — моему возмущению не было предела, но лишь до того момента пока я не поняла, куда нас перенесло.

— Нравится? — с придыханием прошептал Аскольд.

— Не то слово! — воскликнула я.

Мы стояли на вершине потрясающе красивого водопада, разноцветные воды которого с громким шумом падали камнем вниз, смешиваясь с течением быстроходной реки. Это чудо природы буквально утопало в зелени, придавая природе загадочности, первозданности и даже какой-то неутомимой дикости. Сказочное, невероятное зрелище! А еще здесь было удивительно тепло. Словно мы окунулись в кусочек лета.

Пока я пребывала в приятном шоке, Аскольд медленно отпустил меня.

— Хочу еще кое-что тебе показать, — улыбнулся мужчина и засветился ярким слепящим светом, а спустя секунду, передо мной стоял статный, величественный и невероятно красивый грифон. Это не тот избитый, подранный животноптиц, которого я видела тогда в пещере.

Шерсть туловища яркого блестящего огненного цвета, а голова и перья крыльев глянцевые, переливающиеся всеми оттенками серого. Мощные лапы уверенно стояли на твердой земле, а грудь грифона мерно вздымалась. Птичья голова была наклонена набок и изучала меня немигающим черным омутом глаз сверху вниз. Даже в этой ипостаси Аскольд был огромен и высок. Он не шевелился, давая мне время привыкнуть к нему. Кажется, та встреча в пещере была сотню лет назад, а не несколько месяцев. Как много всего произошло за это время.

— Какой ты красивый, — прошептала я, но мой голос глушил звук водопада, хотя уверена, что мужчина меня расслышал, так как его глаза задорно блеснули.

Я не боялась его. Страх перед неизвестным животноптицем полностью отсутствовал. Да и почему неизвестным? Аскольд, в каком бы облике не был, всегда останется для меня самым родным и близким существом.

Медленно подошла к грифону и осторожно положила руку на мощную голову, бережно проводя ладонями по мягким перьям. Он заурчал, прикрывая глаза. Невероятно, грифон ластился ко мне как котенок.

Засмеялась, обнимая двумя руками птичью голову. Он меня нагло лизнул и тут же отпрыгнул в сторону. До сих пор не понимаю, как язык животного смог разместиться в птичьем клюве.

Липкую щеку тут же обдул легкий теплый ветерок.

— Решил поиграть? — улыбнулась я, наступая на грифона, но он лишь гордо стоял и ожидал, когда же я наконец-то к нему снова прикоснусь.

Обошла по кругу Аскольда, зарываясь пальцами в мягкую шерсть. Грифон довольно рыкнул, одобряя мои действия, и еще в наглую положил свою огромную голову мне на плечо.

— Ты тяжелый, — проворчала с улыбкой я, почесывая лоб животноптица.

Аскольд снова рыкнул и лег у моих ног, пододвигая ко мне свою спину. Я тут же прошлась по ней пальчиками, но видимо не этого от меня хотел грифон. Он мотнул головой в сторону спины.

— Да ладно? — не поверила я. — Ты хочешь, чтобы я села на тебя? — грифон кивнул и открыл клюв. Вот чувствую, что это вроде его улыбки. — А не рановато ли ты позволяешь мне сесть на твою шею, свесив ножки? — полюбопытствовала я. Вот только в нашем случае эта фраза прозвучала буквально.

Грифон снова мотнул головой в сторону спины.

— Ты только не урони меня, ладно? — попросила я, осторожно забираясь на эту мощную спину.

Грифон издал громкий клекот и потрусил в сторону водопада. Сидеть было на удивление удобно, а еще я почувствовала, как меня накрывает сверху магией. Оберегает.

Не успела я прийти в себя от первой поездки, как этот невыносимый грифон рванул вниз с вершины бурлящего водопада, грациозно расправляя свои сильные крылья.

Сначала я заорала от страха, предположив, что он решил нас убить таким изощренным способом, а потом уже заорала от неописуемого восторга полета! Это непередаваемые ощущения. Мы летели с бешеной скоростью над гладью воды, рассекая воздух. Его магия не позволяла снести меня со спины грифона потоком ветра. Я сидела, как приклеенная и спустя какое-то время даже рискнула раскинуть в стороны руки, ощущая чувство этого потрясающего полета и свободы!

Там за чертой остались проблемы, а здесь мы только вдвоем и принадлежим друг другу. Доверие! Именно сейчас между нами возродилось это хрупкое чувство. Он раскрылся передо мной полностью, и я это безгранично ценила.

Сейчас мы летели над долинами, лесами, полями, отбросив все условности и правила, а спустя два часа снова вернулись к радужному водопаду. Именно такое название я дала этому чуду природы из-за разноцветности его вод.

— Это невероятно! — выдохнула на одном дыхании, когда Аскольд приземлил нас на берегу реки, а сам стал возвращать себе человеческий облик. Я запрыгала на месте от неописуемого восторга и буквально повисла на шее довольного мужчины. Он будто бы сбросил с себя невидимый груз тяжести, прижимая к себе. — Спасибо, спасибо огромное за эту сказку, за невероятный полет и чувство свободы! — продолжала тараторить я, не скрывая своих настоящих эмоций.

— Я хотел, чтобы ты отвлеклась от всего, — улыбнулся мой грифон, зарываясь носом в мои волосы.

— И у тебя это прекрасно получилось, — снова засмеялась я, крепко обнимая в ответ.

Проблемы? А у кого их нет, но в такие моменты они меркнут, а у тебя появляются дополнительные силы, чтобы их решать.

Странное стечение обстоятельств.

Я столько лет была окружена вниманием, людьми, друзьями, но в то же время была одинока, а рядом с Аскольдом вся моя внутренняя пустота заполняется до краев. Я столько времени металась, что-то искала, выбирала, но так и не смогла обрести духовную гармонию, а стоило на горизонте появиться этому мужчине, как все встало на свои места. Он моя тихая гавань, мой островок надежды и спокойствия.

Случайная встреча все решила за нас. Судьба ли это не знаю, но твердо уверена в том, что этот мужчина мой.

Его губы накрыли мои, и я снова утонула под его натиском. Не знаю откуда он взял плед в этом месте, но мою спинку опустили именно на него.

Рот мужчины был горячим и буквально опалял кожу. Я плавилась под ним. Это не то чувство, когда я была под зельем, а нечто другое, будто мы заново учились познавать друг друга.

В одно мгновение все резко прекратилось, а он шумно дыша, отстранился от меня. Я осоловевшим непонимающим взглядом смотрела на него.

— Аскольд, — томно прошептала, облизывая опухшие от поцелуя губы, а он как-то мучительно выдохнул.

— Лада я так хочу тебя, что у меня болит каждая клеточка тела, — простонал он, крепко сжимая кулаки.

— Тогда почему ты медлишь? — я как кошка подползла к нему, утыкаясь носом в грудь, вдыхая умопомрачительный запах сандала.

— Я не хочу тебя напугать, — чтобы он и чего-то боялся? Невероятно.

Я шаловливыми пальчиками расстегнула ему рубашку на груди и принялась целовать каждый миллиметр этого потрясающего сильного тела. Аскольд замер, не смея пошевелится.

— Лада…

— Дыши, — перебила его, поднимаясь выше и уже сама, целуя его в губы, опрокидывая на плед.

Мужчина, как с цепи сорвался и мгновенно подмял меня под себя, освобождая нас от лишней одежды.

Платье улетело в сторону. Обувь валялась где-то в ногах, а нижнее белье этот грифон просто разорвал на клочки своими звериными когтями. Как только умудрился частично превратиться, да и меня не поранить?

Руки задержались на моих округлых бедрах, отчего я протяжно застонала, прижимая голову к своей набухшей груди, так как Аскольд уже поглотил один сосок.

— Откройся мне, — прошептал мужчина, раздвигая мои ноги, устраиваясь между ними. Почувствовала острую пульсацию внизу живота. Ну же! Скорее.

Его плоть мучительно медленно проникала в меня, отчего я еще сильнее распалялась. Мне хотелось почувствовать его в себе целиком и сразу.

— Тшшш… девочка моя не торопись, — простонал мужчина, всасывая в рот мочку уха.

— Не могу…, не хочу ждать, — рвано выдохнула я.

Аскольд сделал резкий рывок вперед, поглотив мой крик наслаждения своим поцелуем.

Нежность сменилась сумасшедшей безудержной страстью.

Аскольд вбивался в меня жестко, грубо, стремительно, собственнически и мне все это безумно нравилось. Нравились его животные порыкивания и ненасытность. Я всхлипывала и извивалась под ним от болезненной неудовлетворенности, вонзая ноготки в спину мужчины.

— Аск, — чуть не рыдая, всхлипнула я, чувствуя, как пружинистый мучительный ком внизу живота пылает адским огнем.

— Сейчас любимая, — я не слышала его слов, но чувствовала, что вот-вот этот ком взорвется от резких безостановочных таких желанных толчков.

На грани.

Не в силах выдержать эту сладкую пытку я выгнулась дугой, закричав от накатившего наслаждения, резко ворвавшегося в мое тело огненной лавой.

Аскольд взревел следом, дернувшись в последнем толчке, заполняя все мое существо раскаленной магмой

Хриплое дыхание, тишина, расслабленные, мокрые от страсти тела содрогались, томились, кружась в жгучем водовороте вулкана, оставив эту реальность.

Эмоции. Их так много, что я задыхалась и если бы не Аскольд, то я бы умерла на месте от такого накала страстей. Но терять я это была не намерена. Я часть его, а он часть меня.

И пусть обрушатся небеса, но это был самый умопомрачительный секс в моей жизни, когда два тела, две души слились воедино.

Сладострастная дымка рассеивалась неторопливо, но я не желала даже пошевелиться, так мне было хорошо и уютно.

— Я никуда тебя не отпущу, — хрипло прошептал Аскольд, бережно прижимая к себе, не выпуская из горячих объятий, не покидая мое тело. — Владлена, — он заглянул мне в глаза с такой нежностью, что я замерла от волнующего зыбкого момента. Что он хочет сказать? Почему так смотрит? — Владлена ты самое лучшее, что случилось со мной. Мой мир обрел яркие краски, но я даже не знал, что так бывает. Я хочу засыпать в твоих объятиях и просыпаться от твоего теплого дыхания. Хочу просто сидеть и смотреть, как ты занимаешься своими делами. Хочу показать тебе весь наш мир, ведь ты его так толком и не видела. Хочу ежесекундно вдыхать твой запах, уткнувшись носом в твою шейку. Хочу заботиться о тебе и нашем сыне, — тут он положил ладонь на мой живот, нежно поглаживая его пальцем. — Без тебя я задыхаюсь. Ты моя жизнь, мой свет, мое дыхание. Владлена ты мое сердце и я никому тебя не отдам! — все это можно было бы списать на обычный треп, но его глаза не могли лгать. В них пылала самая настоящая безудержная, пылкая, на грани отчаяния и надежды … любовь.

Можно сопротивляться, кричать, возмущаться, что я не вещь, что сама по себе и мне никто не нужен, но не могла. Мне сейчас было так хорошо, что на эти глупые пререкания, переживания я не хотела тратить наше время, а он, кажется, успокоился и снова дернулся во мне.

— Ненасытный, — улыбнулась я.

— Только с тобой милая, только с тобой, — и меня снова утянули в райский уголок на острове любви.

Глава 30

— Владлена, да ты красавица! — на меня с восхищением уставилась во все глаза принцесса грифонов.

Местная парикмахер только-только закончила делать мне прическу, когда Селеста во всей своей красе ворвалась ко мне в комнату.

Девушка была необычайно хороша. Я бы даже сказала, что образ ее дерзкий, вызывающий и невероятно смелый. Ярко-красное платье в пол с пышной юбкой элегантно сидело на высокой фигурке девушки. Корсет, обшитый драгоценными камнями, великолепно обтягивал тонкую талию, а декольте открывал взор на ложбинку немаленькой груди, где примостилось алое ожерелье с крупным кулоном — капелькой. В ушах серьги, на запястьях браслеты из того же гарнитура, что и на шее, а в волосах закреплена диадема, «кричащая» о статусе этой деву… женщины… принцессы грифонов. Волосы убраны в красивую прическу, открывающую вид на изящную тонкую шейку.

Великолепная красавица! Расхитительница сердец!

— Ничто не сравнится с красотой грифонов, но я так от этого отвыкла, — проворчала, поправляя выбившиеся пряди из прически.

Мои волосы заплели в сложную косу и красиво уложили на голове, оставив длинную прядь на затылке, которая кокетливо подпрыгивала при каждом шаге. Вечерний макияж придавал моему лицу загадочности и таинственности.

— Привыкай, так как ты теперь часто будешь появляться при дворе, — туманно пообещала она.

— О чем ты? — резко повернулась к ней.

— Потом узнаешь, — улыбнулась эта интриганка. — Посмотри на себя дорогая! Ты такая юная, неопытная, но в то же время смелая и решительная.

Когда она все это говорила, то повернула меня в сторону зеркала. В отражении я увидела зеленоглазую девушку в ярком бирюзовом платье без бретелей, отлично оттеняющим ее взгляд. Сердцеобразный глубокий вырез визуально увеличивал размер ее небольшой груди, а широкий пояс отлично подчеркивал тонкую талию. Юбка платья облегала бедра, а к низу падала свободной воздушной невесомой волной.

Я смотрела на себя, будто со стороны. То что я видела действительно достойно внимания.

Взгляд уверенный, робость и нервозность ушли без следа. Сколько раз я была на подобных мероприятиях, на разных планетах с местными устоями, законами и правилами, что не пересчитать. Но на тех балах не было такой поддержки рядом. Там приходилось завуалированно зубоскалить и налаживать необходимые контакты. Там была своего рода работа, а сегодня я впервые буду отдыхать, не беспокоясь о проблемах и хлопотах.

— Ты сама выглядишь как королева, — вернула ей комплимент и мы расхохотались в голос.

— Владле…! — нарушил наше радужное и приподнятое настроение Аскольд, застывший в дверном проеме, не договорив мое имя. Взгляд горячий, страстный, пожирающий. Я бы все на свете отдала, чтобы всегда видеть в этих черных омутах восхищение, нежность и любовь.

Мой мужчина был потрясающе красив. Черный фрак, идеально сидевший на статной крепкой фигуре, белая рубашка, оттеняющая его смуглую кожу, и зачесанные назад черные волосы придавали ему образ таинственности и вызова.

— Ну как тебе твоя невеста? — игриво улыбнулась принцесса.

— Великолепна! — грифон бросил на Селесту лишь мимолетный взгляд и снова устремил все свое внимание на меня. — И хорошо, что к ней никто не сможет близко подойти из мужчин, иначе пол в зале устелется бесчисленным количеством трупов.

— А ничего что я здесь? — щелкнула пальцами перед лицом грифона. Говорят, будто меня нет рядом.

— Малышка ты выглядишь изумительно. Я склоняюсь к тому, чтобы все-таки никуда не идти, — меня бережно обняли и нежно поцеловали в висок. Так тепло и уютно рядом с ним. — Не хочу, чтобы на мою женщину глазели все эти слащавые щеголи.

— Ну, уж нет Аскольд, — возмутилась принцесса, величественной походкой подойдя к нам. — Мы столько времени потратили на все это, — она ткнула пальцем в наши наряды. — Что будет кощунством запереться в четырех стенах.

— Простите принцесса, — перешел на официоз Аскольд, склонив голову в учтивом поклоне. — Вы, как всегда, неотразимы.

— О, неужели заметил, что здесь есть еще кто-то? — фыркнула Селеста. — Ну да ладно, пора немного развлечься.

Но прежде чем присоединиться к остальным мужчинам Аскольд открыл передо мной футляр, в котором красиво лежал гарнитур из черного камня. Прямо как его глаза.

— Позволь мне, — не успела я дать согласие, как умелые пальцы защелкнули на шее ожерелье с черными переливающимися камнями. Не знала, что у черного столько оттенков!

Сережки я надела сама, а вот браслет и кольцо на безымянный палец одел Аскольд.

— Это так красиво, — с придыханием отметила, рассматривая новую себя. Казалось бы, что это просто дорогие украшения, но они настолько контрастно сочетались с платьем и глазами, что представлялись сказочным даром мифических богов. — Спасибо.

— О, теперь точно образ завершен, — хохотнула принцесса. — Не знала Аскольд, что ты с собой носишь фамильные драгоценности. Но как вижу, обручальное колечко пришлось впору, — и она задорно подмигнула.

— Что? Обручальное колечко? — опешила я.

— Ты же не думала, что я шутил? — вмиг стал серьезным Аскольд. — Я намерен жениться на тебе, а это, — кивнул он в сторону кольца, которое моментально стало тяжелым под его взглядом. — Мои самые серьезные намерения.

— Но я…

— Милая все потом, — и он закрыл мне рот самым действенным способом — поцелуем.

Ладно, позже об этом поговорим.

В холе нас ожидали Шимар с Иварусом. Первый одобрительно кивнул, а второй загадочно улыбнулся. Странные жесты Иваруса настораживают. Особенно тот, когда его глаза на лоб полезли при виде кольца. Ну да ладно. Не мне копаться в головах грифонов. Может, показалось.

Тряхнув головой, прогнав невеселые мысли, я теснее прижалась к Аскольду. С ним ничего не страшно.

Дворец блистал в своем вечернем сиянии. Кареты прибывали одна за другой. Это мы прыгаем по телепортам, а все остальные люди добираются своим ходом.

Мы прибыли одними из последних гостей и сразу направились внутрь дворца.

Высокие колоны, расписные потолки с полом, винтажные стекла, яркие гобелены на стенах с замысловатыми узорами. Чувство, что попала в доисторический музей. Для меня все слишком наляписто и такая атмосфера угнетает, буквально давит. А еще музыка, от которой хочется спать. Я то и дело прикрывала рот ладошкой, чтобы скрыть зевки.

На возвышении стоял мощный трон, на котором восседал… юнец! И это король? Да у него даже борода не начала расти! Если честно, то короля я представляла несколько иначе.

Когда нас, то есть посольство грифонов во главе с принцессой представили королю, то я, уже не скрывая своего любопытства, нетактично стала его рассматривать, отчего Аскольд только крепче сжал мою ладонь. Что с ним?

Мужчина был мелковат на фоне остальных и напоминал мне скорее подростка, нежели владыку целого королевства. Пшеничные волосы были гладко зализаны на бок, худощавая фигура скрыта под огромным количеством одежды, а взгляд серых глаз мне показался несколько глуповатым и наивным.

— Так вот значит, какая ты, — бесцеремонно выдал король, не стесняясь, рассматривая меня, поправляя рукой корону, которая ему была явно велика. Я не поняла такого пристального внимания, да и его вопрос был необычный.

— Король Цимариус? — вопросительно уставилась на него принцесса, переглянувшись с грифонами.

— Ах да, — он воскликнул нарочито наигранно, улыбаясь своей белоснежной доброжелательной улыбкой. — Развлекайтесь дорогие гости. Пусть сегодняшняя ночь запомнится Вам на всю жизнь, — я после его пожелания напряглась. Какой-то он странный. Неестественный что ли. И взгляд мне его не понравился. Будто в душу заглянул, отчего у меня мороз на коже выступил.

Король смотрел на меня оценивающе, словно к чему-то примерялся.

Мы поспешили скорее покинуть общество короля. Теперь понимаю, почему грифоны отказались жить во дворце, потребовав отдельный дом. Король типаж неприятный и отталкивающий.

— Князь гарпий Вардек Си Де Рангос со свитой, — огласил глашатай следующего гостя, а я так и замерла с неестественно прямой спиной.

— Как? — только и смогла выдохнуть я. Как этот ублюдок тут оказался?

— Дыши милая, дыши. Все хорошо, — Аскольд приобнял меня за талию, помогая устоять на ногах. — Помни, что ему до тебя не добраться.

— Ты знал? — слишком громко воскликнула я, отчего привлекла к себе внимание посторонних, в том числе и… противных гарпий.

Наши взгляды схлестнулись в неравной битве. В синих глазах отражался холод и обещание самой жестокой расправы. Он узнал меня. Он не мог не узнать меня сейчас, но он узнал. Ледяная, расчетливая, подлая красота.

— Я предполагал, — видя мою бледность, Аскольд встал между нашими взглядами, отчего я облегченно выдохнула. Контакт прерван, но не это привело меня в ужас, а сумасшествие, застывшее в синих глазах гарпии. Он ни перед чем не остановится. Его ничто не остановит. Он наметил жертву и не отпустит ее никогда.

— Мне конец, — простонала я. — Я столько скрывалась, убегала, меняла внешность, но стоило мне притащиться на захудалое мероприятие, как все мои старания пошли псу под хвост, — процедила я. Во мне бурлило бешенство. Я разозлилась то ли на себя за наивность и глупость, то ли на Аскольда с его беспечностью, то ли на самого Вардека с его наглостью, жестокостью и циничностью.

— Успокойся Лада, — это Селеста. — Он не дурак и не будет нарываться на конфликт.

— Вы не знаете его так хорошо, как я, — эта расчетливая сволочь ни перед чем не остановится. Скорее он положит к ногам весь свой народ, но добьется своей цели. Если раньше это было мимолетное желание, то после того, как я нагло махнула ему ручкой — это стало делом принципа. Он будет мстить и постарается придумать свою месть самой изощренной.

— Дорогая ты невеста грифона, а значит уже неприкосновенна, — ох, Селеста, тебе столько лет, но порой ты так наивна.

— Ладно, — махнула рукой. Каждый останется при своем мнении, но мне нужно быть начеку. — Пока ничего не произошло, и вообще, мы развлекаемся или как?

— Вот это другое дело.

Принцесса весело щебетала с верхушками местного бомонда, а я вместе с Аскольдом, сидела на диванчике и медленно попивала безалкогольный напиток.

Остальные грифоны тоже рассредоточились по залу, налаживая контакты.

— Потанцуем? — Аскольд галантно подал мне руку, а я не могла отказать.

— С удовольствием, — и широко так улыбнулась, вложив свою ладошку в его руку. — Сто лет не танцевала!

Мы кружились по залу в ритме вальса вместе с другими парами, но я никого не замечала вокруг, полностью поглощенная бездной глаз своего мужчины. Его широкая горячая ладонь бережно обнимала меня за спину, прижимая к себе так близко, насколько позволяли наши тела. Мы слились в этом танце, остро чувствуя друг друга.

— Я так тебя люблю, — с придыханием впервые произнес мужчина, заглядывая в мои глаза, а я только рот открыла от неожиданности.

— Аскольд я… — нервно сглотнула, не зная, что сказать.

Раньше эти слова я могла говорить Женьке сто раз на дню, но теперь понимаю, то были только слова. Сейчас бросаться такими фразами кощунство. Однозначно я что-то испытываю к этому грифону, но любовь ли это? Не знаю. Все так запутано.

— Не нужно, — мотнул головой Аскольд, в глазах которого затаилась грусть. — Пусть все идет своим чередом, а я подожду, — и снова улыбнувшись, сжал меня в объятиях, закружив по залу.

На душе скребли кошки. Я не могла разобраться в собственных чувствах.

Он важен для меня. Необходим как воздух. При одном взгляде на этого мужчину у меня замирает дыхание, но любовь ли это? Может, я просто вижу в нем надежное плечо и защиту? Как понять? Как разобраться в себе?

Когда танец закончился Селеста, сияя как солнышко, подлетала к нам в прекрасном расположении духа.

— Смотритесь отлично, — выдохнула принцесса. — Гарпий чуть не задымился от собственной злости, — продолжала улыбаться принцесса. — Я даже заметила, что его руки частично трансформировались. Он еле сдерживался.

Я машинально повернула голову на источник всех моих неприятностей, будто чувствовала, что он за нами наблюдает постоянно. Отсалютовала ему бокалом сока и высокомерно, надменно посмотрела в эти наглые глазища.

Вардек изумленно поднял бровь. Думал, что я от страха трястись буду? Не дождешься. Я уже не беззащитная девушка, попавшая в твою ловушку по незнанию. Месяцы скитаний научили меня многому. Я бы даже поблагодарила тебя за то, какой я стала сейчас. Что нас не убивает — делает сильнее.

По крайней мере, я могу ему противопоставить свою силу, не прикрываясь грифонами. Ведь один мой взмах и твоя жизнь дорогой гарпий оборвется, но я пока не буду перешагивать эту грань невозврата. Так даже интересней. Жизнь не будет скучной.

Пока я размышляла, этот гаденыш рассекал собой толпу народа, стремительно приближаясь к нам.

Дерзкий.

На что надеется?

— Позвольте пригласить вашу спутницу на танец, — ласково, участливо попросил Вардек меня у Аскольда.

— Моя НЕВЕСТА немного устала, — слово «невеста» выделил особенно, чтобы до некоторых дошло, что птичка уже улетела. Аскольд, лениво осматривал гостей, игнорируя гарпия. Грифон был спокоен, что передалось и мне.

— Ах, я и забыл, что люди слишком быстро устают, — завуалированно оскорбил меня гарпий. Вот же сволочь. — Они такие хрупкие, а жизнь такая короткая, что через пару веков о них просто все забывают, — продолжал стебаться этот хам.

— Вижу, что долгожителей немного подводит память, — ответила, язвительно фыркнув. — Хотя разве можно удержать столько воспоминаний, событий в маленькой бесполезной коробочке? Она же не резиновая.

Аскольд хмыкнул, а Селеста не скрывая веселья тихо засмеялась.

— Князь Вы что-то хотели еще? — холодно спросил Аскольд.

— Лишь минутку уважаемой леи Владлены, — проглотил мое оскорбление гарпий.

— У нашей Лады время все расписано наперед, и, чтобы попасть к ней на прием, нужно предварительно согласовать встречу, — издевательски пропела принцесса. — И могу с уверенностью сказать, — тут она перешла на шепот. — Что у моей подруги в ближайшие годы вот совершенно не найдется и секундочки на разговоры с гарпиями.

— Не знал, что принцессы грифонов нынче исполняют обязанности простого секретаря у ничтожных людишек, — насмешливо протянул Вардек.

— А почему бы не помочь таким людишкам, если они достойны внимания больше, чем гарпии? — не повелась на оскорбление Селеста.

— Лей Вардек Вы, кажется, задержались в нашей компании, — в голосе послышался металл.

— И вам однозначно нужно на улицу, — улыбнулась самой доброй улыбкой принцесса. — Говорят, свежий воздух благоприятно влияет на умственную деятельность мозга.

Аскольд хмыкнул на слова Селесты, я довольно фыркнула, а сама принцесса все так же продолжала одаривать улыбкой гарпия, которая предназначалась бы маленьким деткам.

Такого оскорбления тонкой душевной организации гарпий не выдержал, а развернувшись, быстро зашагал прочь.

— Он не отступится, — подвела заключительный итог.

— Он нам не страшен, поверь, дорогая, — пропела Селеста. — Князь не настолько глуп, чтобы бросать нам вызов. Он только вернул власть в руки и положение его все еще шаткое.

— Ты теперь одна из нас, моя женщина и никто не причинит тебе вреда, — пообещал Аскольд, помогая присесть на диванчик.

— Ладно, вы тут успокаивайтесь, а мне нужно еще поговорить с несколькими важными магами, — при этих словах Селеста растворилась среди гостей, продолжая улыбаться.

— Прости, что тебе пришлось с ним встретиться, — Аскольд притянул меня к себе, крепко обнимая за талию.

— Это должно было случиться. Рано или поздно, но мы бы все равно встретились, — как с ним уютно и хорошо.

— Давай я тебе еще сок принесу, — да, мой бокал уже опустел.

— Спасибо, — отдав ему пустую тару, устало откинулась на спинку диванчика.

Если бы я только знала заранее, чем именно обернется его уход, то никогда бы не отпустила Аскольда от себя, а так я сидела и провожала взглядом спину своего мужчины.

— Скучаешь? — услышала возле себя голос еще одного наглеца, встречи которого я избегала.

— Отдыхаю, — ответила в тон ему.

— Я думал он никогда не уйдет, — проворчал маг. — Обложила себя грифонами со всех сторон. Держишь их возле себя на привязи, как преданных собачонок.

— Лей Айрон, что Вам от меня нужно? — вздохнула я.

Мужчина хотел сесть рядом, но его словно невидимые силки оттолкнули от меня.

— Хм… интересная защита, — задумчиво протянул он, оставаясь на расстоянии. — Вижу, грифоны предусмотрели все.

— Они берегут свое, — как бы я не сопротивлялась, что грифоны обращаются со мной как с вещью, но сейчас я была благодарна такой заботе. Действительно ни один мужчина ко мне подойдет.

— Ну да, ну да, — протянул советник короля, а почему он не рядом со своим хозяином? — Кстати, прекрасно выглядите.

— Благодарю, — ох уж мне эти комплименты от сомнительных личностей. Где же Аскольд?

— Не высматривайте своего жениха, — будто прочитал мои мысли маг. — Он сейчас несколько занят.

— И чем же?

— Решает вопросы государственного масштаба, — а говорил, что за соком сходит. Наверняка кто-то ловкий его перехватил.

— А почему же Вы отлыниваете от своих обязанностей? — кивнула в сторону трона.

— Мой король пока во мне не нуждается.

Вышеупомянутый вальяжно сидел на своем троне и чему-то довольно улыбался. У кого-то хорошее настроение.

Музыка стихла, а король громко заговорил:

— А сейчас дорогие леи, — словно сквозь громкоговоритель услышали мы голос местного королька. — Начнется именно то, для чего вас всех сегодня собрали в этом зале!

— О чем он? — спросила у советника.

— Понятия не имею, — нахмурился он. — Прошу меня извинить, — и он чуть не бежал к своему королю.

Мне не нравится тон Цимариуса. А еще менее нравится то, что магические светильники начали сбоить. Как по цепной реакции они все синхронно отключались, погружая бальный зал в кромешную тьму.

Я видела все в сером приглушенном свете и то, что я видела, мне категорически не нравилось.

Что за шоу? К чему это представление?

— Быть не может! — шокировано прошептала я, резко поднимаясь на ноги, отходя к стене.

Как? Почему?

Возле Цимариуса стояло еще трое чело… вернее магов.

Магдалена во всей своей красе и величественности. Распущенные шелковистые черные волосы волшебным водопадам спускались по плечам. Элегантное кроваво-красное платье подчеркивало все изгибы этой женщины. Глаз не оторвать, настолько она была прекрасна. Магдалена довольно улыбалась, останавливая свой взгляд на каждом из гостей. Меня пока не было видно, но я твердо была уверена, что темнота для этой четверки не помеха.

Кто-то начал пытаться зажечь магические искры, но они с тихим пшиком тут же гасли. Женщины стали недоуменно возмущенно перешептываться, а мужчины все так же пытались осветить бальный Зал.

Тщетно.

Но не это меня ужаснуло, а то, что на каждого гостя была наброшена невидимая магическая сеть из НИТЕЙ! Никто не мог двинуться с места. Я успела сплести вокруг себя собственный щит, чтобы избежать участи марионетки.

Даже Айрон бился внутри невидимых силков. Одного из сильнейших магов королевства так нагло пленили.

Я попыталась лихорадочным взглядом отыскать грифонов, но их словно след простыл. В этой толпе не разглядеть.

Чтобы здесь не происходило, ничем хорошим это не закончится.

Наместник! Кто бы сомневался, что без этого блондина здесь не обошлось. Он стоял за спиной магички, положив ей руки на плечи в собственническом жесте. Он, словно сам повелитель, а не Цимариус, который на глазах стал преображаться.

Больше король не выглядел глупым подростком. Сейчас перед нами предстал статный, сильный, уверенный в своих действиях мужчина. Он наслаждался беспомощностью своих подданных и приглашенных гостей других Империй и Княжеств.

— Вы станете свидетелями новой эпохи, новой эры, — продолжал вещать надменный, полного превосходства голос Цимариуса. Зал притих, прислушиваясь к своему оратору. — И не только свидетелями, а и участниками этих изменений. Отныне больше не будет разделения между нашими народами. Мы все будем едины! А ваша сила поможет нам в этом! — и король громко хлопнул в ладоши, выпуская наружу свою тьму.

И как я раньше не догадалась, кто этот таинственный кукловод?

Черные щупальца ринулись в толпу, присасываясь к магам. В зале наступила гробовая тишина, а время будто замедлилось.

Четвертый участник тоже неприятно удивил. Из моего недавнего знакомого и как я раньше считала друга, тоже потянулись щупальца в остальных гостей.

Родарис. А это был именно он. И сейчас этот лекарь — губитель собственноручно забирал сотни жизней.

Теперь все встало на свои места. И смерть Майрона и одержимость барона. Наверняка он поработал над этим, а я не заметила, какая змея пригрелась среди аристократов. Не смогла рассмотреть. И тогда на улице не из целителя уходила жизнь, а жизнь Майрона вливалась в него. Тогда помешала я.

По сути, лекарь не может убивать, поэтому была такая реакция. Сейчас Родарис тоже выглядел плохо, будто держится из последних сил. Но теперь я видела, что это не так. Он впитывал в себя чужую жизнь, сдерживая магию. Почему же он тогда не убил меня, а даже помогал, лечил? К чему было то притворство?

Теперь ясно кто та неизвестная тройка мужчин, о которых говорила тогда Магдалена, но я и подумать не могла, что она все-таки останется с ними, и будет так же хладнокровно убивать своих сородичей.

Ловушка захлопнулась.

— Владлена, а ты не хочешь к нам присоединиться? — как гром среди ясного неба прогрохотал насмешливый голос короля. — Иди же к нам дорогая. Возвращайся в семью.

И я пошла. Пошла, глядя смерти в лицо, не понимая как все это остановить.

— Зачем Вам все это? — спросила чуть дрогнувшим голосом, едва оказалась напротив Цимариуса. — К чему столько неудобств и … смертей? Разве Вам мало власти?

— Власти много не бывает, — ответил наместник Фабиус вместо короля. — Ты слишком юна, чтобы это понять, но почему-то сила тебя признала.

— Ты многого не знаешь, — фыркнул Родарис.

— А я считала тебя другом, — все-таки как не умела, так и не умею разбираться в людях. Я полный бездарь.

— Не смеши меня, — хохотнул лекарь — убийца. — Среди нас не может быть друзей. Каждый сам за себя, но общая идея даже нас сплотила.

— Вот только мы до сих пор ломаем головы, откуда ты взялась и почему владеешь той же силой, что и мы? — прищурился король.

— Понятия не имею, — ответила я. У меня действительно не было на это ответа.

— Я думаю, что пора заканчивать с нашим вкусным, сытным, насыщенным ужином, — хохотнула Магдалена. Я не узнавала в ней женщину, приютившей меня. Старушкой она мне нравилась больше. Но косвенно именно я виновата в том, кем она стала.

Я бросила полный ужаса взгляд в сторону «ужина» и вздрогнула.

Бальный зал напоминал кладбище. Люди были еще живы, но я видела, как из них вытекают последние жизненные крохи. Грифоны и гарпии держались из последних сил.

Вардек со свитой корчился на полу. Цвет их лиц сливался с оттенком земли.

Селеста еще живая, но истощенная валялась возле Иваруса. Шимар уже был без сознания, а вот Аскольда я нигде не видела, отчего облегченно выдохнула. Может хоть ему удастся спастись.

Жуткая, жуткая нелепая смерть.

— Не хочешь попробовать? — кивнул король в сторону двуипостасных. Говорит так, словно они действительно ЕДА!

— Я не гурман и предпочитаю обычную пищу, — нервно сглотнув, ответила я.

— Владлена да ты не стесняйся, — проворковала Магдалена. — Ты же помнишь нашу последнюю встречу и то, что я тебе говорила по поводу… питания? — что?

Магичка отошла в сторону и всплеснула руками, разрывая щупальца на части, выстраивая вокруг себя силовой щит.

— Ты что творишь? — зашипел на нее наместник.

— Все это слишком затянулось дорогие коллеги, — ледяным тоном заявила магичка.

Из нее в разные стороны рванул самый настоящий свет, беря в защитный кокон каждого гостя.

Питание прервалось.

А я словно сама вышла из оцепенения и стала помогать Магдалене, не позволяя пробраться сквозь щиты щупальцам, которые отбирали жизнь. Это я умела.

А потом произошло одновременно несколько вещей.

Разъяренная троица метнула в меня свои щупальца, пробивая защиту, сбивая с ног.

Я падаю спиной на пол, больно ударяясь головой, но последнее, что вижу, так это ворвавшегося в бальный зал грифона. Моего грифона.

А дальше полный хаос.

Я не знаю, как объяснить дальнейшие события. Мое тело оставалось неподвижным у ног предателей, но сама я каким-то чудом парила над ними. Я стала нитями этого мира. Я стала самой жизнью и смертью.

Магдалена, увидев мое неподвижное тело, сначала растерялась, но потом с удвоенной силой стала атаковать черных колдунов.

Аскольд неестественно взревел. Воспарив под потолком, опалил всю троицу огнем, но магам это не причинило никакого вреда.

Они стали атаковать уже моего грифона и я не могла позволить им убить его. Я собой укрыла Аскольда, скрывая от неконтролируемой магии, добавляя в его огонь силу нитей.

Магдалена чему-то улыбнулась и отскочила в сторону.

Аскольд же раненным зверем бросался и бросался на магов, полностью утратив инстинкт самосохранения. Чувство, что он искал смерти, но прежде чем ее найти он жаждал забрать с собой этих проклятых убийц.

Первым был Родарис. Аскольд буквально разорвал его на части. Тот даже понять ничего не успел. Их подвели нити. Я же продолжала напитывать Аскольда чистой энергией этого мира. Противостояние должно быть равным и вместе мы победим.

Я еще плохо осознавала то, что мертва, но почему-то мой дух не желал покидать обитель Мидарана, а наоборот рьяно защищал дорогих и близких мне людей.

Бросила взгляд на свое распластанное на полу тело, из-под затылка которого растеклась огромная лужа крови. Мне пробили голову?

Вдаваться в раздумья не было времени, так как на меня налетел силовой вихрь, отрывая от Аскольда. На миг он стал уязвим, чем и воспользовались король с наместником. Они бросили в него аркан, затягивая удавку на шее.

Да что ж это такое?

Теперь уже разозлилась я.

Никто не смеет нападать на моего грифона!

Сбившим с ног меня вихрем, оказался ТУМАН. Спустя время принял очертания Родариса.

Что? Как это понимать?

— Зря ты вмешалась девочка, — я снова прилипла к Аскольду, разрывая удавку на шее грифона, не отводя взгляда от Родариса — тумана. — Это не твоя битва и у них ничего не получится.

— О чем ты?

— Ты так и не поняла?

— Я поняла лишь то, что вас нужно остановить, — прорычала злобно я.

Этот туман напоминал мне ту серую массу, с которой я встретилась на планете, прежде чем оказалась на Мидаране. Но этот туман был злой, неконтролируемый и от этого осознания мне становилось не по себе.

— Ты не сможешь, — хмыкнул Родарис. — А они, — он указал палец вверх. — Не смогут пройти сюда.

— О чем ты? — пока мы вели задушевные беседы, к нам еще присоединился один член их банды, а именно наместник. Его Аскольд сжег заживо, что и пепла не осталось.

— О том, дорогуша, что на Мидаран не попасть извне этому жалкому Эфиру. Доступ закрыт. Мы постарались.

— Откуда Вы знаете об … Эфире? — мне кажется, но вроде они так называют тот туман, что перенес меня сюда.

— Мы тоже Эфир, — хмыкнул сгусток, бывший Родарисом. — И это была наша первая командировка.

— Почувствовав вкус свободы, мы отказались возвращаться в общее эфирное поле, сливаясь разумом с остальными. Пришлось запечатать сюда вход, но для того чтобы эта защита держалась, нам нужна была живая сила магов.

Вот теперь я, кажется, начинала понимать, что происходило на самом деле.

В семье не без урода. В отаре не без паршивой овцы. В каждой семье всегда отыщется гнилой ген, что мы сейчас и наблюдаем.

Тот туман пожалел меня и дал возможность полноценно жить, но теперь я задаюсь вопросом, а настолько ли они были бескорыстны? Они ведь тоже преследовали свою цель. И сейчас я остро ощутила постороннее присутствие внутри своей души. Как такое может быть, не знаю, но пока эта сила сидела и не высовывалась, а кажется даже прислушивалась.

Эфир говорил с легкой ленцой, будто бы они уже победили и от этого волоски на затылке вставали дыбом. Кажется, их уже не беспокоила смерть физических тел.

Аскольд сейчас атаковал последнего. Цимариус достойный противник и великолепно отбивал атаки, но он не подозревал, что нож в спину ему вонзит бывшая помощница.

Магдалена подкралась тихо, незаметно и проткнула огненным мечом грудь короля. Тот упал на колени, захрипев. Из груди хлынула кровь, а глаза закатились.

— Это твоя добыча, — проговорила женщина Аскольду. — Отомсти за нашу девочку, — в глазах магички стояли неприкрытые слезы.

Вроде бы все закончилось… там. Там все закончилось. Аскольд принял человеческий облик, но оставил частичную трансформацию на руках.

Сейчас его когти отрывали плоть от плоти, заставляя и без того раненое тело выть от боли.

— Ты сильная, — проговорил наместник, наблюдая, как я все еще обволакиваю собой своего мужчину. — И не могу понять откуда в тебе столько силы? Существа Мидарана на это не способны.

— А кто сказал, что я из Мидарана? — ядовито фыркнула я. Уверенности мне придала сущность, что поселилась внутри. От меня больше ничего не зависело. Все что я могла, сделала. Дальше это их битва. Битва Эфиров.

— Что? — в голос воскликнули они.

— Вы слабы и недальновидны, — сейчас я не узнавала себя. Вернее говорили лишь мои губы, но не я. — Неужели думали, что вам все сойдет с рук?

— Что? — не знаю, что увидели эти двое, но разом от меня отшатнулись.

— А вот и третий вернулся, — я захохотала не своим голосом.

Аскольд отшвырнул от себя останки короля и на негнущихся ногах подошел к моему телу, упал на колени и, бережно взяв его на руки, прижал к себе, раскачиваясь из стороны в сторону, что-то шепча мне на ушко. Он плакал. Я хотела стереть слезы, но моя рука так и не смогла коснуться его. Мой грифон завыл, выплескивая наружу всю свою боль и горе от моей потери.

Что-то мокрое коснулось и моих щек. Разве души умеют плакать? Разве мы умеем сопереживать? Для нас перестал быть интересен физически ощутимый мир, но я плакала, страдала, наблюдая за тем, как каждая волосинка на голове моего мужчины становилась абсолютно белой, седой. Я принесла ему горе.

— Ну что? Нагулялись? Отдохнули? — продолжали говорить мои губы. — Пора возвращаться домой.

Из моих пальцев выскочили три толстых жгута, которые спеленали отступников. Они не сопротивлялись, принимая поражение.

— Как? — только и спросили они.

— Девочка не из этого мира, но мы сделали на ней нашу привязку. Дело оставалось за малым, — проговорила о себе в третьем лице. — А всего-то вас нужно было собрать всех вместе и закрыть в ловушке.

Под ловушкой я подразумевала себя. Трижды я умереть не могла, поэтому туман и выжидал удобного случая, собирая сбежавший Эфир вместе.

— Мы просчитались, — промямлил тот, кто был недавно королем.

— Вы слишком юны, чтобы просчитывать такую сложную многоуровневую комбинацию, — как не разумным детям говорила я. — Дома у вас будет время подумать над своим поведением и своими ошибками.

А я? Что будет со мной? Где теперь мой дом? Меня грязно в слепую использовали, чтобы вернуть и наказать нерадивых сбежавших детишек, но как же теперь я?

Было обидно и жалко себя. Было больно за своего, так и не родившегося малыша, за Аскольда, который оплакивал свою любовь, держа мой труп на своих руках ни на минуту не отпуская.

Люди постепенно стали приходить в себя. Магдалена их наполняла силой. Сейчас она единственная кто мог повелевать нитями.

Трое отступников исчезли, оставив нас с Эфиром внутри меня наедине. Мне не нужно было задавать вслух вопросы. Ответы я получила и так.

Эфир был любопытен. Он всегда наблюдал за своим детищем миром Мидаран со стороны. И решил попробовать, как это чувствовать. Три добровольца решились на такой сложный эксперимент. Сначала все было нормально. В эфирное поле в сроки доставлялись эмоциональные отчеты, но потом связь резко оборвалась, а доступ в мир был перекрыт. Эфир не понимал в чем дело и стал искать лазейки, чтобы помочь своим детям. Вот только они не знали, что в мире все настолько закрутилось. Они видели, что творили их сородичи, но помешать никак не могли и когда наша «Венера» оказалась на планете, у Эфира созрел план, вот только они были неприятно удивлены. Среди такого количества людей не было ни одной нормальной души, которая справилась бы с их задачей.

Потом произошла встреча со мной и наше молчаливое знакомство. Так и решилась моя судьба. Я была не идеальным вариантом, но какие-то качества все-таки зацепили Эфир. Когда я осталась умирать, они решили рискнуть. Хуже все равно не будет.

Так я стала марионеткой. Так я стала их проводником. И моя задача заключалась лишь в том, чтобы собрать всех вместе отступников и позволить через мою душу вернуть их домой. Именно я была тем связующим звеном между закрытым миром и Эфиром.

Мной воспользовались и теперь я не нужна. Во мне отпала всякая необходимость. Меня освободили от чужого присутствия и предоставили самой себе.

И я не призрак, не приведение, а не упокоенная, неприкаянная душа, которую выбросили на свалку за ненадобностью.

Обидно. Снова всхлипнула.

Умерла. В этот раз я окончательно и бесповоротно умерла.

Глава 31

Мой бестелесный дух парил высоко под потолком, наблюдая за суетой.

Магдалена светлая волшебница и найдет достойное применение новому виду магии. Сейчас она восстанавливала рваные ауры пострадавших. Дольше всех она задержалась возле Айрона, вцепившегося в нее мертвой хваткой. Он не отпускал Магдалену, покрывая ее лицо поцелуями. Он действительно ее любит. Я вижу, как от него исходит внутренний свет, будто он пытается закрыть им свою женщину от всего внешнего мира.

Подойдя к Вардеку, Магдалена злорадно усмехнулась. Вот он поверженный, сломленный у ее ног! Великий князь немощен, как новорожденный котенок.

Она стала что-то плести, но когда я поняла, что именно сделала эта магичка, то изумленно вскрикнула.

Как оказалось душа умеет не только плакать, но и удивляться.

Теперь этому гаденышу никто и ничто не поможет. Даже Источник силы тут бесполезен. Магдалена сковала его вторую сущность, привязав ее к эмоциональному полю гарпии. Только чудо ему сможет помочь. Этому гарпию чужда любовь, сожаление, сопереживание, милосердие, сострадание, нежность. Они у него просто заперты в клетке. И именно к этим эмоциям Магдалена привязала вторую ипостась мужчины. Если однажды он научится чувствовать, то и второй облик вернется, расправив свои крылья. Вардек пока не понял, чего лишился, но лучшего наказания и придумать было нельзя. Зачем убивать, когда можно лишить самого дорогого — крыльев. Для двуипостасных потеря второго я, равносильна смерти. Теперь он калека. Ни маг, ни человек, не гарпий. Гордый князь, лишенный своей внутренней силы.

Ему осталось только посочувствовать. И мне бы радоваться, что каждый получил по заслугам, но я не могла. Каждое живое существо отвечает за что-то в этом мире. Если он есть на этой земле, значит он нужен. У каждого свои задачи и обязанности. Пока путь не пройден до конца, останавливаться нельзя.

Я понимала Магдалену. Сколько бы лет не прошло, боль от потери дорогого и любимого существа не утихла. Но таким образом может она хотела показать Вардеку иную сторону отношений. Не знаю, что из этого получится, но для меня этот гарпий больше не существует. Он просто еще одно звено в неразрывной цепи мироздания.

Сейчас меня заботил совершенно другой чело… грифон.

Аскольд.

Мой любимый мужчина.

Мой единственный любимый мужчина.

Вот только поняла я это слишком поздно. Стоило умереть, чтобы осознать эту истину.

Грифоны столпились вокруг меня и Аскольда. Селеста рыдала. Шимар с Иварусом что-то говорили Аскольду, но тот их словно не слышал. Когда Шимар попытался забрать мое тело, то Аскольд дыхнул в него огнем. Тот еле успел набросить на себя щит.

Кто-то нашел, дождался своего счастья, а кто-то навсегда его утратил.

Аскольд звал меня, просил, умолял вернуться и не оставлять его, но пальцы мужчины, испачканные в крови от моего затылка навсегда отняли у него эту надежду. Сердце не билось, пульса не было.

Казалось, прошла целая вечность, когда все произошло, но на самом деле всего за десять минут кто-то обрел жизнь, получив второй шанс на нее, а кто-то потерял смысл этой жизни.

Аскольд положил мое тело на пол, а сам обратился в грифона, укрывая меня своими тяжелыми крыльями, укутывая собой в кокон. Седой. Грифон стал абсолютно белым как снег зимой. Его вторая сущность под стать своему хозяину. Они неделимы. Всегда вместе и сейчас они потеряли единственное, что было им дорого.

Больше к нему никто не пытался подходить.

Птицы тоже умеют плакать. Капля за каплей из глаз грифона скатывались слезы, а невыносимые хрипы, вырывающиеся из птичьего горла, разрывали мою душу на части. Я металась по залу, не знала, как помочь, как освободить его от этой боли. Не отпуская меня, он причинял мне боль самой.

Аскольд зализывал языком рану на моей голове и скулил. Скулил, выл и вылизывал мертвенно-бледное лицо с закрытыми глазами, обескровленными губами.

А потом он резко успокоился. Не было слышно ни стонов, ни хрипов, лишь молчаливые слезы продолжали капать на холодный пол.

Я не знала. Даже не догадывалась, что грифоны могут управлять своим сердцем. Аскольд прикрыл глаза и стал замедлять ритм своего сердцебиения. И с каждым вдохом грифона я видела, как из него медленно утекает жизнь.

— Что ты творишь? — заорала я не своим голосом. — Перестань! — но меня естественно никто не слышал.

Я плела нити, не позволяя ему себя убить. Я заставляла биться его сердце, но он не хотел. Он не хотел жить. Мои потуги были бессмысленны.

— Пожалуйста, любимый, пожалуйста, живи! — мой дух опустился рядом с грифоном и, мне показалось, что он почувствовал меня, так как, открыв глаза, прямо посмотрел на то место, где была я, но потом тряхнул головой и испустил последний вздох.

— Нет, нет, нет, — я швыряла нити в его сердце, и оно медленно отзывалось, но это не вернет мне моего грифона. Он в шаге от смерти.

Магдалена! Она должна помочь!

Я ее не заметила, но она, оказывается, стояла рядом с нами в надежных руках Айрона.

Помочь! Она должна спасти его! Все не может так закончится. Мы же победили! Разве нет? Мы спасли этот гребанный мир! Тогда почему все так происходит?

Я сплела огромный шар из нитей и швырнула в живот магички. Магдалена застонала, а потом расширившимися от удивления глазами посмотрела на свой живот.

— Быть не может, — пробормотала она, а я продолжала напитывать ее силой.

— Спаси его, помоги ему, — орала я, но она не понимала, что от нее хотят.

Не позволю!

Знаю подло, но другого решения я не нашла. Я вселилась в Магдалену так, как это сделал со мной Эфир. Я полностью завладела ее телом. Она не знает, что делать, но тех знаний, которые дал мне Эфир должно быть достаточно. Второго шанса не будет.

Магдалена, то есть я в теле Магдалены окутала Аскольда и свое тело в энергетическую сферу, пропуская через нее жизнь. Два бездыханных тела не сопротивлялись моему вторжению, отчего мне было легче работать с нашими нитями.

Спустя несколько секунд Аскольд заорал от боли, полностью возвращаясь в мир живых, а я метнулась в свое тело, привязывая уже навсегда себя к этому миру. Если бы не ребенок, то у меня бы ничего не получилось, но наш малыш стал тем маяком, который позволил вернуться. Не знаю, что из этого получится, но я теперь буду жить. Меня не забрал с собой Эфир, я не улетела на перерождение, а значит, сама могу управлять своим духом. Сейчас я хочу, чтобы мой мужчина был жив и если для этого ему нужно мое присутствие, то он его получит.

Я была в сознании и однозначно жива. Наш мальчик тоже был в полном порядке, а вот Аскольд не верил в то, что видел. Моя грудь вздымалась от вздохов, а на щеках появился едва заметный румянец.

— Жива, — бормотал Аскольд, вернувшись в человеческий облик. — Шимар, — заорал грифон. Целитель оказался тут как тут, взлохмачивая подпаленные рыжие волосы. — Помоги ей. Она жива. Она дышит. Я думал, что умру, а она жива, — он говорил, говорил, говорил и крепко прижимал меня к себе.

— Это мы уже поняли, — устало вздохнул Иварус. — Все намного серьезнее, чем нам казалось. Тут никакой свадебный обряд не нужен, чтобы понять — ваши жизни связаны теперь неразрывно. Но лет вам все равно отмеряно в короткую человеческую жизнь, — печально вздохнул блондин. — И я не хотел бы быть рядом, когда все снова повторится.

— Заткнись Иварус, — прошипела Селеста.

— Я всего лишь озвучил то, что неизбежно, — он конечно не прав, но я пока не могла говорить. Была жуткая слабость, что казалось, у меня и ресницы болят. Хорошо, что со слухом порядок.

— А теперь все слушаем меня, — Магдалена рвано дышала, будто марафон пробежала. — Не знаю, как так вышло, но на миг я почувствовала в себе Владлену. Именно она вернула и себя и его, — кивнула в сторону Аскольда. — К жизни. А еще я уловила ее мысли и то, что я вам скажу, — она явно шокирована. — Не поддается никакой логике, но факт остается фактом. Именно благодаря ее духу мы все с вами живы. Я видела такие картинки и образы, что волосы на голове становятся дыбом, а она справилась сама.

— О чем ты? — встревожился Айрон.

— Почему Аскольд ты стал неуязвим на некоторое время? — все молчали. Ответа не было. — Так вот, что я вам скажу. Владлена действительно погибла, и она защищала тебя грифон, вкладывая в твою магию свою силу. Благодаря ее духу мы все здесь живы и даже здоровы. Я чувствовала ее возмущение и злость на тебя Аскольд. Как ты посмел пойти вслед за ней? — сейчас она буквально кричала на грифона. — Как ты посмел ее старания выбросить в мусор? Даже умерев, она защищала в первую очередь тебя, чтобы ты жил! — Магдалена разрыдалась. — Она была там одна. Ей было плохо. Она видела, как ты умираешь и ничего не могла сделать. Ты наплевал на нее.

— Я любил и люблю ее больше жизни…

— И поэтому ты так бездарно решил с ней распрощаться? — ядовито процедила магичка. — Ты не достоин ее. Она сильна духом, боролась до последнего и даже погибнув не оставила всех нас, а что сделал ты? — я почувствовала как на мои виски легли холодные тонкие пальчики Магдалены, а Шимар, что-то колдовал в области сердца. Я ощутила, как теплые ласковые энергетические нити обволакивают мою голову, пропуская через меня небольшой разряд тока, словно заставляя мозг снова работать.

Я до сих пор не понимала. Вроде бы я здесь, а в следующую минуту меня снова нет. Непонятные ощущения.

— Магдалена, — укоризненно произнес Айрон. — Им и так нелегко.

— А ты вообще помолчи, — рыкнула на него злая магичка. — У тебя вон дружок неприкаянный лежит. Пойди лучше ему помоги.

— Я больше не оставлю тебя и с Вардеком мы давно уже не друзья, — проскрипел бывший советник мертвого короля.

— Мне это не интересно, — почему она так говорит с ним? Я же видела, что их чувства взаимны. — Ребенок в полном порядке, а самой Владлене нужен покой. Ее энергетическое поле я восстановила, но когда она придет в себя, точно сказать не могу, — раздавала указания Магдалена, игнорируя своего мага. — И лучше бы тебе Аскольд больше не совершать подобных глупостей. Она этого не заслужила. Я рассчитывала на другой исход дела, когда все планировала, но теперь уж ничего изменить нельзя. Все случается так, как и должно случиться.

— Ты планировала? — разъярился Аскольд. — Это из-за тебя она пострадала.

— Это был несчастный случай, — отмахнулась от обвинения Магдалена. — Я видела, что творили эти выродки, но вмешаться не могла до сегодняшнего дня. С ними нужно было покончить одновременно, и я рассчитывала на помощь Владлены, вот только она помогла несколько иначе, чем планировалось.

— Все из-за тебя.

— Все началось задолго до того, как мы стали к этому причастны, — рациональное замечание. От нас действительно ничего не зависело. — Но могу сказать одно, что за эту девочку я убью любого. Она драгоценность нашего прогнившего мира, а сейчас предлагаю всем отдохнуть. Сегодня был слишком насыщенный день. Где вы там остановились? Ведите.

— Ты пойдешь со мной, — прорычал недовольно Айрон.

— Я останусь с Владленой и буду присматривать за ней, а тебе есть чем заняться. Наведи, в конце концов, в своем королевстве порядок, а то развелось здесь лишней швали, — с намеком на Вардека.

— В своем королевстве? — переспросила Селеста, шокированная таким дерзким заявлением.

— А он единственный уцелевший сильный маг, — фыркнула магичка. — Совет убит еще сутки назад, — хм, а мы и не знали. — Наследников у Цимариуса не было, поэтому больше достойных кандидатов нет. Каким бы гадом не был Айрон, но своему делу и королевству он предан каждой клеточкой своего тела, — как у нее в одном предложении проскользнуло оскорбление, восхищение и уважение?

Что ей ответил Айрон, я не узнала, так как мое тело аккуратно взмыло вверх, а спустя несколько секунд меня положили на мягкую кровать, укрывая одеялом.

— Я останусь с ней, — безапелляционно заявил Аскольд.

— Думаю, твое присутствие благотворно на нее повлияет, — согласилась Магдалена. Сейчас в ее голосе слышалось участие и сопереживание.

— Спасибо тебе, — неожиданно поблагодарил магичку грифон.

— Да мне за что? — изумилась Магдалена. — Все благодарности скажешь Владлене. Это она всем нам помогла. И магию мне вернула, и силой наделила. Я бы так не смогла, — печально заметила девушка. — Она открытая, доверчивая, наивная душа и столько всего на нее свалилось.

— Я буду ее беречь, — пообещал Аскольд.

— Куда ж ты денешься грифон, — и ни капли уважения к сильному бессмертному существу. — Я же тебя сама уничтожу, если причинишь ей боль.

— Я сам себя уничтожу, если это случится, но вот именно за это и спасибо, — я словно почувствовала на губах грифона улыбку. — Я рад, что у моей Лады такая подруга.

— Ладно, отдыхайте, — вздохнула магичка и громко потопала к выходу. — Я приду через два часа. Мне самой нужно хоть немного поспать, иначе свалюсь, прямо тут на коврике.

— Я так тебя люблю, — прошептал Аскольд, укладываясь рядом, целуя в висок. — Ты моя жизнь и если в ней не будет тебя, то…

Он не договорил, а крепко стиснул меня в объятиях. Нам не нужны были слова. Все настолько сильно поменялось, изменилось, что былые переживания и нелепые ссоры ничего сейчас не значили. Есть вещи, которые важнее таких примитивных эмоций.

Что значат эти переживания, ссоры, если они не решат проблему. Это пустое сотрясание воздуха, перерастающие во взаимную неприязнь, недовольства, обиды. Нам нужно научиться радоваться тому, что мы просто ЖИВЫ, что мы можем обнять дорогого человека и сказать ему, как сильно его любим. Нам просто нужно научиться жить!

В надежных любимых объятьях я соскользнула в мир сновидений.

Я снова была там. Эфирные существа окружили меня. Из плотного тумана отделился один силуэт и направился ко мне.

Я не двигалась. Сейчас меня встреча не пугала. Они незримая охрана этого мира, защищающая от внешнего вторжения.

У каждого есть свои ошибки. У них она тоже была, но они ее исправили. Да, мое участие в этом было разменной монетой, но что одна я по сравнению с целым миром живых существ?

Я не сопротивлялась, когда эта субстанция снова пленила мое тело.

— Может мне денег брать за аренду своего тела? — дерзко спросила я. — А то шастаете, как у себя дома.

— Смотри, — услышала голос в голове и перед глазами замелькали картинки.

Словно смотрю немое кино.

Первое, что мне показали, так это была галактика Фиус, где нас любезно согласились приютить.

Что я хотела увидеть, не знаю, но только не то что я сейчас наблюдала.

Фиустианцы жили обособленно. К ним так просто не попасть, но они всегда шли на контакт, конечно не без выгоды для себя. О них мы знали очень мало и если честно, то в последнюю бы очередь обратились к ним за помощью, но так как они были далеко от катастрофы, то именно у них земляне просили убежища. Вот только участь Элиты была непредсказуемой.

Рабы! Вся Элита была в рабстве. Нет, над ними не издевались. Их кормили, поили, одевали, но Элита больше не была свободной. Заключив сделку между нашими расами, Элита сама подписала себе такой приговор. Куда юристы смотрели?

Свобода? Так это теперь мечты и былые воспоминания.

Деньги? Так у фиустианцев такая валюта отсутствовала. У них хорошо был развит бартер.

Власть? Так земляне теперь никто. Без своей планеты Элита потеряла все и была вынуждена жить по законам фиустианцев.

И меня тоже ждала бы такая участь.

Но нам подарили главное — жизнь! Я знаю, что этот жест доброй воли фиустианцев сейчас по достоинству не оценен, но зачем свобода, деньги и власть трупам?

Элита с сывороткой бессмертия отдала собственноручно себя в вечное рабство.

Насмешка судьбы? Не думаю.

Наказание? Возможно. Ведь их всех собрали на корабли и отправили в Галактику Фиус.

Их жизни меня больше не волновали. У меня не было к ним ни сострадания, ни сопереживания, лишь легкая грусть. Мне было жаль свой народ духовно умерший несколько тысячелетий назад.

А вот и Земля!

Неужели? Быть того не может?

Земля цела и невредима, а плазма от взрыва Солнца просто растворилась в космосе, так и не долетев до своей следующей цели уничтожения. Мало того, что мои друзья живы и сейчас учатся жить по-новому без верхушек власти, так и саму планету сейчас окружал кокон из плотного тумана.

Эфир. Он теперь защитит Землю, но и как Мидаран, скроет от чужого глаза. Отныне планета Земля исчезла со всех радаров космического пространства. Для всех других планет Земля уничтожена. Люди будут продолжать жить и радоваться каждому наступившему солнечному дню, но навсегда будут лишены возможности контактировать с другими цивилизациями и расами, а со временем и эти знания будут утеряны, забыты.

Жизнь человека действительно скоротечна и вскоре, спустя века об инопланетянах и их кораблях будут слагать лишь сказки, мифы, легенды.

Сыворотка бессмертия уничтожена самой Элитой, когда они бросали планету. Ведь в новом мире для них она не была нужна, а формулы всегда в головах ученых и если понадобится, то они все заново воссоздадут. Не могла же Элита бесплатно оставить такую сыворотку нищеброду, тем более, что погибающей планете она ни к чему.

У меня будто камень с души свалился. И пусть я знала, что никогда не встречусь со своими друзьями, была искренне благодарна за такой подарок. Земле тоже дан второй шанс на возрождение. И я надеюсь, в будущем земляне не совершат ошибок своих предков.

Это была награда за мою помощь. Они знали, что терзает и мучает меня и помогли. Но я подумать не могла, что они смогут такое провернуть.

Я смеялась! Я радовалась! Я была счастлива, но для полной внутренней гармонии мне не хватало одного.

Аскольда.

Эфир сейчас целостный слаженный организм. Он продолжит так же присматривать за Мидараном, ну а мне…, мне пора наконец-то вернуться домой.

Эпилог

— Свадьбы…не будет! — уперев руки в бока, я упрямо смотрела на Аскольда.

Конечно, выглядела я не грозно, а скорее комично, так как объемный живот развеивал в пух и прах всю мою строгость, но я была непреклонна. Мы столько прошли вместе, что для меня свадьба это вообще никому не нужная вещь.

С момента последних событий прошло восемь месяцев, и со дня на день я должна была родить, поэтому Аскольд так настаивал. Ему кровь из носу как надо на мне жениться.

Сначала он думал, что я просто шучу, постоянно отказывая, но спустя время понял, что я вполне серьезна.

Даже перевезя меня на Острова, подключив тяжелую артиллерию в виде своих родителей, принцессы и даже самой Императрицы с Императором — вполне себе симпатичного мужчины лет сорока, моя крепость не была повержена. Лишь моя верная подружка Магдалена поддерживала меня в этой неравной борьбе, отстаивая мою независимость. Она кстати жила сейчас тоже на Островах, скрываясь от надоедливого короля Айрона. Она его любит, но пока не готова простить за прошлое. Оно ее не отпускает и оттого моя подружка несчастна.

С некоторых пор Магдалена тоже считала свадьбы лишними хлопотами, ведь когда две души объединены в одну целостную, то такая мирская суета лишняя.

— Любимая ты жестока со мной, — недовольно проворчал Аскольд, обнимая сзади, положив горячие ладони на живот. — Я боюсь, что кто-то заберет тебя у меня.

— Смеешься? — изумленно приподняла бровь, наблюдая в зеркало за совершенно серьезным лицом Аскольда. — По-моему все Острова уже в курсе, что будет с теми, кто протянет ко мне свои ручки.

Да было дело, когда еще в самом начале меня хотели переманить в другие семьи. И то, что под сердцем я носила чужого ребенка, никого не останавливало. Так получилось, что о моем участии в той передряге стало известно грифонам, вот они и хотели в свои семьи сильную кровь, надеясь на то, что у меня будет одаренное потомство. Тогда Аскольд со многими поругался, а некоторым подпалил крылышки и только приказ Императора остановил это нашествие сильных самцов.

— Я очень боюсь, что ты оставишь меня, — он положил голову на мою макушку, при этом сильно согнувшись. Нда, разница в росте.

— Я люблю тебя, — мне не нравится, когда он так говорит. — И ничто нас не сможет разлучить.

— Кроме твоей смерти, — печально заметил он. А я не знала, как ему сказать о своей уникальности. Не знаю почему, но я боялась этой откровенности.

— Свадьба не поможет…

— Но позволит мне с уверенностью заявить, что ты моя.

— Аскольд я и так твоя, — я обернулась в кольце его рук и со всей своей любовью и нежностью посмотрела на своего беловолосого грифона. Седина не ушла, а осталась вечным напоминаем о наших потерях.

— Я знаю, но я бы заклеймил тебя всеми доступными способами, — он взял мое запястье, на котором отчетливо виднелось сформировавшееся тату грифона и нежно поцеловал. Черные точки оказались обычными грифоновскими метками.

— Мне нужно с тобой серьезно поговорить, — больше нельзя скрывать. Он заслуживает правды. Пусть он перестанет себя истязать.

— Что-то случилось? — вмиг стал серьезным мужчина.

— Да, то есть нет, не совсем, — я потерла виски, собираясь с мыслями. — Понимаешь…

— Лада не томи уже, — взволнованно попросил мой мужчина.

— Я бессмертна! — выпалила на одном дыхании.

Повисло гробовое молчание, а глаза Аскольда злостно сверкнули.

— Плохая шутка любимая, — ровно проговорил Аскольд.

— Ты не понял Аскольд, — всплеснула руками, пытаясь подобрать слова, чтобы он понял. — Ты же знаешь, откуда я? — он кивнул. — Ты знаешь о наших достижениях, — снова кивок. — Моя планета давно шагнула за грань невозможного и вот уже несколько тысячелетий мы вводим в свою кровь сыворотки бессмертия, которые полностью тормозят наше старение и естественную смерть, но позволяют рожать детей обычным путем. И я тебе об этом уже упоминала, — Аскольд нахмурился, видимо, пытаясь вспомнить наш вечер откровений. — Наша репродуктивная система активна в возрасте от семнадцати до тридцати пяти лет. Чем раньше ты сделаешь себе инъекцию, тем большая вероятность того, что твои дети будут здоровыми, а со временем и через кровь передастся бессмертие нашим потомкам, но к этому мы пока еще не дошли, — да и не дойдем уже. Элита в рабстве, а вот как отразится на моем ребенке моя индивидуальность, пока не знаю. — Мне восемьдесят лет, — лицо Аскольда неестественно вытянулось. — Ну, почти восемьдесят один.

— Ты не шутишь, — шокировано выпалил он, по-новому посмотрев на меня, пытаясь отыскать морщинки или дряблую старушечью кожу. — Тогда нам совершенно не о чем беспокоится и наша свадьба…

— Свадьбы не будет, вернее бракосочетание откладывается, — опять он за свое. — Пойми, я пока не готова к этому. Обещаю, что подумаю, — я потянулась к его лицу и притянула этого упрямца за шею, склонив к себе близко голову. Глаза в глаза. — Дай мне время. Я подумаю. Верь мне.

— Я так тебя люблю, — он прижался ко мне в нежном поцелуе.

— И я тебя люблю.

Мой мужчина! Мой герой! Мой грифон!

— Моя старушка, — хохотнул Аскольд.

— Уж кто бы говорил пра-пра-пра… сколько-то там прадедушка.

— Зацелую, — пообещал мне мой мужчина.

— Жду с нетерпением, — оскалилась в улыбке я, а потом мое лицо исказилось в гримасе боли. По ногам потекла теплая жидкость. — Дорогой, вот только с поцелуями придется подождать, — сквозь стиснутые зубы процедила я.

— Что?

— По-моему мы рожаем.

Даже роды у грифонов проходят быстро. Но ведь у других нет двух лучших целителей в мире. Магдалена с Шимаром через три часа моих активных болезненных схваток положили на руки новоиспеченного папаши маленький сверток нашего сына.

— Рагнар, — благоговейно прошептал счастливый отец.

И я…, я была невероятно счастливой и умиротворенной. У меня есть замечательный мужчина, сын и наша безграничная всепоглощающая любовь. И пусть в будущем у нас будут разногласия и даже ссоры, ведь отстаивать свою позицию мне придется не один раз, но это такие мелочи по сравнению с тем, что нам дано пронести через всю нашу бессмертную жизнь!

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ!

Уважаемые читатели спасибо, что остаетесь со мной.

Вы мое вдохновение!

2018

Content

Галина Очеретяная
Свадьбы не будет, или бракосочетание откладывается!
Книга 1

Пролог

Часть первая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Часть вторая

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Эпилог