Соколова Надежда

Предсказанный муж

Глава 1

— Да кому она нужна, с её прыщами, — звонкий, иногда срывавшийся на визг голос Дашки доносился с кухни, что, впрочем, и не удивительно: где ж ещё в нашей двухкомнатной квартире им с матерью меня обсуждать. — Так и помрёт старой девой, да к тому же прыщавой! Хоть бы урод какой её замуж взял.

Давно привыкнув к подобным истеричным крикам, я лишь равнодушно плечами пожала и потянулась за очередным любовным романом, только сегодня взятым в библиотеке на неделю. Да, с прыщами, вернее, с комедонами. Обычная, дешёвая, уходовая косметика не помогала, на дорогую у матери денег не было. У Дашки снега зимой не допросишься, а меня, из-за нестандартной внешности и легкой хромоты, — последствия родовой травмы — в полные двадцать пять никто на работу не брал, некоторые открыто говорили, подлечись, мол, потом подумаем, так что приходилось перебиваться случайными заработками через Интернет. Половину дохода я честно отдавала в общий котел на оплату счетов и покупку различный вещей для дома. Оставались обычно сущие копейки. На них и питалась, изредка позволяя себе купить новую одежду взамен пришедшей в полную негодность старой.

На людях я бывать не любила. Те два раза в неделю, что приходилось появляться в местной библиотеке, чтобы обменять книжки, или недолгие походы в супермаркет за продуктами оборачивались для меня настоящи м испытанием: постоянно казалось, что народ за спиной гадко хихикает, показывает пальцами в спину и перешёптывается. Я как-то заикнулась матери о скоростном Интернете, чтобы качать романы библиотеками, не выходя из дома, и смотреть фильмы он-лайн, но в ответ получила вполне ожидаемый ответ: «Вот заработай, тогда и подключим». Как заработай, уточнено не было.

Мою нестандартную внешность любимые родичи обсуждали с завидной частотой, особенно Дашка, которой некуда было водить кавалеров. Так что я, пропустив мимо ушей это обсуждение, просто открыла новую книгу с полуобнажённым мачо на обложке и с удовольствием погрузилась в мир настоящей любви.

Уснула я поздно: текст оказался напичканным уймой подробностей и немалым количеством авторской лексики, несколько раз надо было возвращаться к уже прочитанным страницам, чтобы понять, о чем именно говорит писатель, а потом вникать в продолжение книги, так что полночи точно не спала.

— Эй, девка, вставай, мужа проспишь, — ехидный старческий голос заставил проснуться. Открыла глаза: лежу на обычной деревянной лавке у мраморного фонтана, рядом — незнакомый дед невысокого роста, с седой бородой и густой шевелюрой того же цвета, вокруг снуют странно одетые люди, почему-то в упор не замечая нас.

— Вы кто? — не собираясь вставать, не особо вежливо спросила я.

— Бог я, — нахально ухмыльнулся беловолосый старик. — Местный. Замуж хочешь?

— Хочу, — ответила я честно, а у самой в голове крутилось: «Ну вот и санитары приехали. Интересно, что мне вкололи?»

— Ну так вставай, что лежишь? Смотри, мужа уведут, — и снова ухмыляется.

Плохо понимая, что происходит и куда ввязываюсь, я медленно встала с лавки, пару раз нагнулась в разные стороны, разминая затёкшее тело. О, а вещи не мои. Заснула я в лёгкой ситцевой ночнушке с забавной собачьей рожицей на груди, а сейчас одета в элегантный коричневый брючный костюм, чем-то похожий на те, в которых раньше охотились благородные господа: брюки чуть ли не в облипочку, приталенная кофта, сверху — широкий плащ на завязках. И всё — коричневого цвета.

— Иди уже, что встала? Потом налюбуешься, — обладатель ехидного голоса и не думал исчезать. Сильное, похоже, лекарство мне дали. Ладно, пошла.

— В другую сторону, дуреха, — хмыкнул мой неизвестный сопровождающий.

Я послушно повернулась, сделала десяток шагов и практически сразу уперлась в кованую железную ограду с необычным орнаментом в виде переплетённых между собой тел животных и птиц.

— Калитка слева, — послышался за спиной тяжелый вздох. А санитары не дремлют.

— Сама ты санитар, — проворчали недовольно, — только время теряем. Открывай давай. И так на свадьбу опаздываем.

Даже не удивившись прочитанным мыслям, мало ли что во сне бывает, я послушно повернулась налево. Действительно, калитка, тоже железная, кованая, с кольцом, торчавшим из пасти лохматого льва, вместо ручки. Потянула на себя: сим-сим открылся, и я зашла внутрь.

Дом за оградой был высоким и каменным и производил впечатление здания, построенного один раз и на века. Казалось, в нем родились, выросли и умерли несколько поколений жильцов, и еще стольким же уготован этот скорбный удел.

— Госпожа, наконец-то! Вы здесь, — деревянная дверь, и так полураскрытая, распахнулась, на ступеньки метеором вылетела высокая плотная женщина средних лет в длинном сером платье, переднике и чепце. Служанка?

— Прошу, только вас и ждем! Церемония уже должна начаться!

Какой-то сумасшедший сон. Рядом раздался привычный смешок, а затем тихое:

— Иди наконец.

Служанка летела по длинным узким коридорам, я с трудом поспевала за ней. Вот откуда, скажите на милость, в этой крупной женщине столько энергии? И чем она питается, чтобы развивать такую скорость?

Затормозив возле одной из многочисленных дверей, моя проводница потянула за ручку в форме орлиной головы и почтительно поклонилась, когда дверь открылась:

— Прошу, госпожа.

Я вошла в украшенный цветами и горевшими свечами просторный зал. Впереди — алтарь, возле него — двое мужчин, один повыше и в плечах пошире, другой, наоборот, чуть пониже, весь какой-то утонченный. Стоят спиной к входу, чего-то ждут.

— Кого-то, — все тот же тихий смешок. — Ты ведь хотела замуж. Выбирай.

— Появилась! — ко мне подскочила одетая в пышное белое платье девушка лет восемнадцати-двадцати, вряд ли старше, среднего роста, худая как палка, и, похоже, очень злая. Шипя сквозь зубы, она крепко схватила меня за руку. — Рада, небось, такого красавчика забираешь! И богатый, и именитый, а самое главное — эльф!

Дурацкий сон, следует признать. Терпеть не могу эльфов.

— А мне, — продолжала шипеть, не отпуская мою руку, девчонка, — выходить за старого урода!

— Хочешь — поменяемся, — равнодушно пожала я плечами. Нет, ну в самом деле: какая разница, за кого во сне замуж выходить?

Моя собеседница резко осеклась, помолчала, потом осторожно уточнила:

— Ты сейчас серьезно?

— Конечно, — кивнула я. Закончилось бы все поскорей, просыпаться пора, у меня две подработки еще не доделаны.

— Спасибо! — расцвела, как майская роза, между тем девчонка. — Пошли скорей!

Позволив утянуть себя к алтарям, я послушно встала рядом с широкоплечим. Тот, не глядя, будто только и ждал моего появления, положил правую руку на холодный каменный алтарь. Я последовала его примеру. Пальцы внезапно пронзило болью. Что за чушь? Я же сплю! Когда на фалангах пальцев правой руки стали проявляться чёрные цветы, у меня зародилось смутное подозрение. Мужчина меж тем повернулся, внимательно осмотрел меня с ног до головы и удивленно поинтересовался:

— Вы кто?

— Вера, — ответила честно, внимательно рассматривая своего якобы мужа. Никакой не старик. Да, немолод, лет сорок, не меньше. Но не шестьдесят же. Черты лица резкие: лоб высокий, чуть покатый, глаза крупные, вроде как темно-синие, нос прямой, на мой вкус, чуть длинноват, да еще, похоже, и перебит, щёки впалые, словно от голода, да и сам смотрит устало и измученно, губы тонкие, узкие, подбородок чуть выступает. В общем, аристократ из женских романов, тот же мистер Рочестер.

— А где Эльза?

Странный вопрос. Откуда мне знать? Отвечать не пришлось. За дверью послышался шум, несчастная конструкция распахнулась, с грохотом ударившись о стену. Рядом прозвучал мерзкий смешок, на который мой жених-муж не обратил ни малейшего внимания. Так, похоже, этот глюк слышу только я…

— Сама ты глюк, — ехидно ответили над ухом.

В комнату между тем влетела разъяренная девушка, похожая на меня и одеждой, и ростом, и фигурой. Вот только лицо незнакомки радовало глаз миловидностью и полным отсутствием прыщей.

— Ты! — красавица подскочила к той самой девчонке, желавшей выйти за эльфа. — Это мой жених!

— Был, — мягко и как-то даже нежно улыбнулась счастливая соперница. — Теперь — мой муж.

— Ничего не понимаю, — ошарашенно пробормотал справа от меня муж-жених. — Если Эльза вышла за Лориана, то кто вы?

— Получается, ваша жена, — пожала я плечами и почувствовала, что еще немного и сойду с ума от творившегося вокруг бардака и сюрреализма происходящего.

Тем временем та, кого мне пришлось заменить, попыталась наброситься с кулаками на жену эльфа, новоявленный муж заслонил собой супругу и ловко скрутил руки драчунье.

— Сэра, приди в себя, — красивым тенором попытался он успокоить девушку, — клятвы принесены, теперь ничего не исправить.

— Нет! Ты мой! — крик взлетел под потолок и рассыпался по залу хрустальными осколками. — Она должна была выйти за… — несчастная невеста резко повернулась в нашу с незнакомцем сторону и растерянно уставилась на меня:

— А вы кто?

— Вера, — меня затрясло от внезапного, плохо контролируемого смеха. Здравствуй, истерика.

Через несколько минут я сидела в гостиной в глубоком мягком кресле с высокой спинкой, аккуратно держала в руках фарфоровую чашку с горячим травяным настоем и подробно рассказывала о своем попаданстве. Вернее, проговаривая все, что со мной недавно произошло, я тщетно пыталась примириться с тем фактом, что я, увы, не сплю.

— Седой дед невысокого роста? Назвался богом? — задумчиво переспросил широкоплечий брюнет, оказавшийся моим мужем, по крайней мере, пока я нахожусь в этом мире.

Та же служанка, приведшая меня на церемонию, а теперь сидевшая на табурете в углу и смотревшая на нежданную гостью исподлобья, услышав о боге, подскочила и вылетела из комнаты. Я в который раз позавидовала энергии женщины: с таким весом и так быстро двигается.

— Зачем вы вообще подошли к алтарю?

Мужчина, похоже, равнодушно отнесся к факту женитьбы на непонятной особе. Судя по вопросам, его гораздо больше интересовал вопрос моей вменяемости. Действительно, кто же в здравом уме пойдет под венец с первым встречным?

— Я была твердо уверена, что сплю, — в очередной раз пожала я плечами и сделала еще один большой глоток. Как ни странно, настой действовал успокаивающе, и истерика уходила прочь. Какие же травы подмешали в напиток, если я становилась спокойной и чувствовала чуть ли не безмятежность? — Кто же мог подумать, что все это происходит в реальности?

— И часто вам подобные сны снятся? — в мягком баритоне послышались ироничные нотки. Я покраснела. Часто. Особенно после чтения очередного любовного романа. Судя по тихому смешку, моему собеседнику ответ был не нужен.

В комнату между тем влетела служанка, держа в руках портрет в рамке. Подождав, пока вещь окажется перед моими глазами, новоявленный муж поинтересовался:

— Он вас вел?

— Он, — я согласно кивнула. С холста на меня смотрел тот самый старик. А глаза у него, оказывается, зеленые.

— Серые. В крапинку, — пакостливо хмыкнули над ухом.

— Бог лжи и обмана Диар, считается основателем моего рода, — спокойно, даже как-то отстраненно, произнес муж.

Служанка, забрав портрет, вернулась на табурет.

— То есть он солгал мне?

— Смотря в чем. Вы хотели замуж — вы вышли замуж. А вот выбрать из двух женихов вам вряд ли позволили бы.

— Но… Зачем? — растерялась я.

— Зачем связывать нас? — уточнил муж. — Понятия не имею. И не уверен, что хотел бы знать.

— Два идиота, — очередной негромкий смешок над моим многострадальным ухом.

Да, наверное, потому что только идиотка могла встать к алтарю с незнакомцем.

— Сейчас здесь появится архивариус — нужно внести имена в Книгу Памяти для потомков. Ваше полное имя?

— Вера Найдёнова.

Равнодушный кивок. Странный мужчина. Его как будто не волнует ни брак, ни будущее, вообще ничего. После выказанного удивления у алтаря практически никаких эмоций мой новоявленный муж не проявлял. Почему-то вспомнилось: «Что воля, что неволя — всё равно». Так и здесь — мужчине было всё равно.

Тихий стук в дверь, и на пороге появляется, вопреки моим ожиданиям, не маленький сухонький седой старичок с книгами под мышкой, а высокий статный шатен с чем-то, по форме напоминающим планшет.

— Проходи, Рист.

Внимательный, цепкий взгляд в мою сторону, затем мужчина проходит к окну, раскладывает «планшет» и под диктовку пишет:

«Я, граф Димирий лест Ронийский, по собственной воле беру в жёны Веру Найдёнову».

— Прошу, — закончив диктовать, муж обернулся ко мне. — Нужна ваша подпись.

— Кровью? — неловко пошутила я, пытаясь сбросить напряжение.

— Чернилами.

Да что ж он непробиваемый такой? Ни малейшей эмоции на лице, как будто в броню себя заковал.

Чашка с остатками настоя оказалась на широком подлокотнике, я встала, неспешно дошла до подоконника. Вещь, лежавшая там, на книгу была мало похожа: этакий монолит, словно разделенный на две неравные части. На левой стороне его были выведены непонятные закорючки.

— Где и чем подписывать?

— Прошу, госпожа, — архивариус протянул мне нечто, напоминающее стилус. — Внизу страницы. Полное имя, пожалуйста.

Я подчинилась. Как только была написана последняя буква фамилии, вся подпись превратилась в подобные непонятные закорючки. Местное письмо? Тогда я точно безграмотной останусь: эту «клинопись» изучить невозможно.

Всё та же служанка, покорная приказу хозяина, отвела меня наверх, на второй этаж этого четырехэтажного строения. Коридор, как и внизу, был длинным и узким, с несколькими закрытыми дверями. Ноги утопали в мягком ковре, устилавшем пол, так что идти было удобно, а главное — даже с моей хромотой можно было передвигаться практически бесшумно. Буркнув под нос что-то не особо лестное для новой хозяйки, моя проводница открыла одну из дверей, пробормотала:

— Ваша спальня, — повернулась и умчалась куда-то.

Зайдя, я закрыла дверь, по привычке поискала замок или защёлку, потом хлопнула себя по лбу и огляделась. Широкая комната с высокими потолками воображение роскошью не поражала. Здесь не было того шикарного интерьера, что обязательно присутствовал в прочитанных мной романах: кровать у стены, достаточно вместительная, чтобы спать вдвоем, рядом, справа, тумбочка с тремя ящичками, потом — окно, занавешенное шоколадного цвета тюлем, у другой стены — платяной шкаф, настенное зеркало круглой формы, небольшая дверца. Справа от кровати, на стене, полки, под ними — туалетный столик и два напольных растения типа пальм, в деревянных напольных кашпо. С одной стороны от кровати, на густом ворсистом ковре, покрывавшем пол, были расположены два кресла. В общем, ничего такого, что не могла бы себе позволить какая-нибудь бизнес-леди средней руки.

В дверь постучали. Я открыла. В проёме стоял супруг.

— Поговорим? — всё тот же равнодушный тон, да и взгляд ничуть не лучше.

Посторонившись, я дала возможность мужчине пройти в комнату. Шёл он тяжело, неловко, неуверенно. И что-то еще зацепило взгляд, что-то необычное, не вяжущееся с обликом самовластного дворянина, каким я представляла мужа. Но вот что — не успела понять. Мужчина опустился в одно из кресел, я села во второе.

— Спрашивайте, — то ли предложил, то ли приказал.

— Когда я смогу вернуться домой?

Да, несмотря на не особо приятное и частенько презрительное отношение ко мне родных, оставаться в этом мире я не собиралась. Зачем? Там, на Земле, привычная обстановка, понятные правила и законы, относительно спокойная жизнь.

— Зачем? — впервые после принесения клятвы у алтаря на лице появилось удивление. — Чем вам плохо здесь?

— Там — дом, — пояснила я, словно ребёнку. — Какой бы он ни был, я к нему привыкла. Так когда?

— Не знаю, — с сомнением качнул головой мой собеседник. — Сомневаюсь, что это вообще возможно. В некоторых наших особо древних рукописях есть единичные упоминания о существах из иных миров, попавших к нам волей богов, но все они устраивали свою жизнь здесь, ни один не вернулся.

Великолепная перспектива…

— Что это вообще за место? — задала я следующий вопрос.

— Город Диаринис, столица княжества людей, мир Торинис, что означает «Загадка».

То есть меня занесло в загадочный мир. Что ж, хотя бы локация известна.

— Сколько здесь рас? — нет, ну а что? Если есть эльфы, могут быть и тролли, к примеру…

— Три, — последовал ответ. — Драконы, эльфы, люди. Плюс нечисть и нежить в Пустынных Землях.

То есть нежить всё же существует отдельно и честным людям спать по ночам не мешает… Уже плюс…

— Магия? Она здесь есть? — никогда не хотела уметь магичить, но вдруг здесь и сейчас это возможно?

— Магия? — удивился мой новоявленный супруг.

— Ну… — я замялась, подбирая слова. — С помощью чего можно колдовать.

— Да, — кивнул Димирий. — Называется «Сила». Ею владеют единицы, в основном драконы. Изредка — эльфы, ещё реже — люди.

— Мы сможем развестись? — поменяла я тему.

— Вас не устраивает муж? — и жесткая, неприятная усмешка на лице. Я наступила на мозоль?

— Не знаю. Я ведь с вами не знакома…

— Не мнитесь. Договаривайте.

— Не хотелось бы попасть в руки насильника и убийцы…

Я осеклась: мой собеседник закинул голову и расхохотался, причем весело, задорно, словно я сказала полную чушь.

— Нет, — отсмеявшись, покачал головой мужчина. — Уж кем-кем, а насильником и убийцей я точно никогда не был. И нет, разводы здесь не практикуются.

— Вообще или обычно?

Муж помолчал, потом всё же ответил:

— Обычно.

Беседовали мы долго, часа два или три точно. Я узнала, что в Торинисе существует несколько крупных островов и всего два материка, на одном из них живут драконы, на другом — люди и эльфы. Двуипостасные летающие ящеры, считая себя чуть ли не богами, сторонились остальных рас, посматривая на них с высокомерием, а те иногда заключали меж собой династические браки. Именно такой брак и должен был связать наследника эльфийского состояния Лориана и княжну Сэру, с младых ногтей влюбленную, пусть и безответно, в сына эльфийского правителя. Эльза, дочь одного из придворных князя, в свою очередь тоже мечтала о прекрасном остроухом мужчине. Но ей судьбой был уготован брак с Димирием: отцу необходимы были денежные средства моего нынешнего мужа. Супругу нужно было продолжать род, как я поняла, все равно с кем, так как граф являлся его последним представителем.

Я своим внезапным появлением спутала карты сразу нескольким влиятельным людям… И нелюдям… А значит, можно было начинать считать врагов, еще не приобретя друзей.

В свою очередь, я вкратце рассказала о Земле, ее истории, технологиях и своем быте.

— Ваше лицо — это следы проклятия? — поинтересовался к концу разговора супруг.

— Болезнь. У моей семьи нет… не было средств мне на лечение.

Через некоторое время мой собеседник ушел, я смотрела ему вслед и понимала, что было не так в походке: левая рука мужчины плетью висела у тела. Хромоногая и прыщавая плюс сухорукий. Да уж, у судьбы иногда бывает отвратительное чувство юмора.

За небольшой дверцей оказалась вполне современная ванная комната, с поддоном для душа и практически земными унитазом и рукомойником. Что ж, одной проблемой меньше. Умывшись, я подошла к зеркалу: красавица… Чёрные, волосы, обычно послушно лежавшие на плечах, сейчас стояли чуть ли не дыбом, зелёные глаза мерцали, словно у ведьмы, пухлые, обычно красные губы «радовали» бледностью. Хорошо хоть с носом проблем не прибавилось: как был чуть вздернутым, так им и остался. Ну и прыщи, конечно, куда ж без них: краснота по всей поверхности лица. Как еще граф при первой встрече от меня, словно от беса, не шарахнулся… Мелкая, худющая, красная. Точно бес.

Стук в дверь вывел из унылой задумчивости.

— Войдите.

— Госпожа, — в спальню осторожно заглянула вихрастая девичья головка, — я Лита. Господин велел сообщить, что через час ужин. Вам помочь одеться?

Ужин? Это, получается, день прошёл? Сколько же времени я не ела? Желудок молчал, но спуститься к столу было необходимо. Девчонка ждала ответа, и я кивнула:

— Помоги.

На мое счастье, никаких панталон и корсетов здесь не носили. Трусы-макси, непрозрачный, полностью закрытый лифчик, это на мой-то первый размер, сверху — цветастое платье, явно не моего размера, судя по растерянной мордашке кареглазой девчонки-служанки.

— Какой длины оно должно быть?

— До середины икры, госпожа.

Это когда рост нормальный. А с моими метр шестьдесят несчастный наряд практически волочился по полу.

Изящные нежно-зеленые туфли на невысоком каблучке проблему не решили, так как были чересчур большими.

— Значит, пойду в том, в чем тут появилась, — в домашних тапочках, — решила я. Интересно, сколько раз придется носом пересчитать ступеньки, прежде чем передо мной окажется обеденный зал?

— Чьи это вещи, Лита?

— Ничьи, госпожа, они были подготовлены для невесты господина графа.

То есть для Эльзы. Ну да, она всяко выше меня.

Подхватив руками подол, я спустилась по витой железной лестнице вниз. Хорошо, ступеньки были не особо крутыми, не успела себе синяков наставить. Лита шла рядом, бдительно следила за новоявленной госпожой. Обеденный зал нашелся с её помощью — комната неподалеку от той, где проходила свадебная церемония.

Открыв дверь, служанка пропустила меня вперед. Помещение было залито светом свечей, стоявших в многочисленных канделябрах. Получается, здесь нет электроэнергии. Но ведь есть магия, то бишь Сила, почему не использовать ее на благо прогресса?

— Прошу, госпожа, — паренёк, прислуживавший за празднично накрытым столом, сноровисто отодвинул высокое кресло, внешне похожее на трон, рядом с хозяином дома, с правой стороны. Слева от нас, чуть поодаль, сидела вторая пара: Эльза со своим мужем. Девушка, не стесняясь присутствующих, льнула к супругу, тот довольно равнодушно принимал знаки внимания.

— Что вы предпочитаете: мясо или рыбу? — отвлек меня от наблюдений Димирий.

— Все равно. Единственное, не знаю, как отреагирует мой организм на местные продукты.

— В случае отравления я сумею помочь вам, — отозвался эльф — симпатичный мужчина с тёмно-зелёными глазами и тонкими чертами лица.

— Тогда лучше мясо.

Взглядом поискав столовые приборы, я убедилась, что они не особо отличаются от земных, разве только ложки казались чуть глубже, а вилки «красовались» всего двумя зубцами.

Паренек быстро положил на мою тарелку кусок прожаренного мяса, немного овощей, мелкие клубни, по цвету и форме напомнившие мне посевной картофель, налил в бокал прозрачную жидкость светло-голубого цвета.

— Это армил, слабоалкогольный напиток, — все тем же равнодушным тоном, которым все это время разговаривал, произнёс граф. — Мы пьем его, когда хотим сбросить напряжение.

Какой толстый намек. Впрочем, со стороны, наверное, мои страхи видны сильнее.

Мясо оказалось мягким, овощи — слегка острыми. Утолив первый голод, я сделала два глотка. Сухое шампанское. Если этот напиток считается слабоалкогольным, тогда что же здесь пьют, когда хотят забыться? Чистый спирт?

— Вера, — подала голос счастливая супруга, — вам не страшно было подчиняться богу лжи?

— Всегда была дурындой, с рождения самого, — знакомый старческий голос появился снова, и, похоже, его брюзжания опять никто, кроме меня, не слышал. — Вот спрашивается, зачем эта безмозглая кукла эльфийскому принцу?

— Я считала, что нахожусь во сне, кроме того, понятия не имела, кем именно является мой собеседник, — ответила я честно и сделала очередной глоток. Напряжение, может, и не сниму, а вот в голове скоро зашумит. Но что ж поделать, если воду наливать мне никто не спешит.

Эльза раскрыла было рот, чтобы задать еще один вопрос, но её муж решительно качнул головой:

— Милая, Вере сейчас нужно поесть. Пообщаетесь, когда останетесь наедине.

Общаться с красивой куклой желания не возникало. Впрочем, моего мнения сейчас никто не спрашивал.

Дальше ели молча. Мужчины — рыбу, мы с Эльзой — мясо. Стол радовал разнообразием: из опознаваемого на тарелках лежали различные мясные блюда, включая копчености, что-то, по форме напоминавшее земной козий сыр, овощи, как тушеные, так и свежие, рыбные деликатесы, остальное я видела впервые, например, длинные толстые ветки розового цвета…

Закончив трапезу, разошлись по комнатам. Понятия не имею, куда направились Лориан и Димирий, а их супруги обосновались в небольшом кабинете неподалеку от обеденного зала.

В камине тихо потрескивал огонь, создавая уют, несколько канделябров, расставленных там и сам, позволяли если не читать, то уж точно не заблудиться среди предметов. Небольшой журнальный столик был сервирован для чаепития.

— Ах, эти торжественные обеды! — Эльза с изяществом профессиональной балерины опустилась на небольшой удобный диванчик у столика, аккуратно налила из заварочного чайника в фарфоровую чашку некую зеленоватую жидкость, не заботясь о фигуре, откусила приличный кусок бисквитного пирожного. Красивая, с длинными черными ресницами, тёмно-каштановыми волосами, ярко-розовыми пухлыми губами, аккуратным носиком, она была похожа на искусно созданную фарфоровую куклу.

Я уселась в кресло напротив, с сомнением посмотрела на чайник с непонятным наполнением, вспомнила обещание эльфа помочь мне при отравлении и всё же налила немного жидкости в чашку со слащавыми пастушками.

— Это реней, хорошо поддерживает силы, — сообщила собеседница, прежде чем потянуться за очередным пирожным.

Напиток оказался пряным и тонизирующим. Усталость если и не ушла, то, по крайней мере, отступила на пару шагов назад.

— Вера, ты отлично держалась за столом, — выдала похвалу собеседница. — Там, в своем мире, ты, наверное, принадлежала к аристократии?

— В моем мире аристократов почти не осталось, в моей стране — так уж точно, — пожала я плечами, осторожно откусывая часть пирожного. — Простое воспитание.

— То есть ты простолюдинка? — презрения не было, обычный интерес, но вопрос мне не понравился своим подтекстом: граф женился на той, кто ниже его по социальной лестнице, о боги, ужас, какой мезальянс! Впрочем, какая разница, что отвечать: если будет нужно, мне и не такие грехи припишут.

— Получается, что так. О предках мать никогда не рассказывала, не знаю, кем они были, а мы с сестрой считаемся, как ты выразилась, простолюдинами.

— Очень необычный мир — воспитанные простолюдины. Вера, не обижайся, но будь я на твоем месте, никогда, ни за что бы не согласилась жить здесь.

Связи между фразами я не увидела, тем не менее ответила:

— Боюсь, меня никто не спрашивал.

— Действительно, — понятливо кивнула девушка. — Кто же будет спорить с богами.

— Их много? — уточнила я.

— Богов? — удивилась Эльза. — Главных — пять: жизни и смерти, семьи, торговли, искусства, войны. А в твоем мире не так?

Последние слова я уже не слышала: голова закружилась, в ушах зашумело, в глазах заплясали канкан чёрные точки. Теряя сознание, я услышала испуганный крик собеседницы.

— Вот так. Сейчас будет лучше. Вера, я знаю, что вы пришли в себя. Открывайте глаза.

Знакомый мужской голос мешал спать, неимоверно раздражал настойчивостью, словно прессом давил на болевшую голову. С трудом разлепив глаза, я обнаружила, что лежу на кровати в своей спальне. Прямо передо мной склонился сосредоточенный Лориан. Чуть сбоку виднелись встревоженные лица Димирия и Эльзы.

— Вот. Выпейте настойку. Голова сразу перестанет болеть.

В губы мне ткнулась пузатая склянка. Послушно проглотив горчившую жидкость, я с удивлением заметила, что боль действительно исчезла, причем мгновенно.

— Что случилось?

— Вас кто-то пытался отравить. В чайнике оказалась убойная доза яда. У Эльзы есть 'силовая' защита, ей реней не повредил. А вот вам мгновенно стало плохо.

Через несколько часов после свадьбы травят? Чувствую, жизнь здесь будет интересной и насыщенной…

— Я уже послал за носителем Силы, — вмешался мой супруг. — Он прибудет завтра, к обеду, и сможет обезопасить вас от большинства нападений.

Но останется еще часть, к которой надо быть готовой…

Гости ушли из спальни минут через десять. Казалось, ни Эльза, ни Лориан ничуть не удивилось тому факту, что следом за ними из покоев супруги удалился и законный муж. Действительно, мало того, что не ту подсунули, так еще и во сне увидишь — испугаешься…

Приняв душ и переодевшись в найденную в шкафу длинную ночную рубашку, я легла в постель. Мягкая, будто воздушная, перина обещала в будущем аукнуться серьёзными проблемами со спиной. Впрочем, прямо сейчас мне было все равно. Спать не хотелось, в голову лезли пораженческие мысли, настроение было подавленным. Да уж, что называется, бойтесь своих желаний. Накручивала себя, твердила, что замуж не выйдешь? Вот, пожалуйста, вышла. Замуж. В другом мире. И почему я не пищу от счастья? Не сказать, чтобы у меня сложились теплые отношения с матерью и сестрой, но все же я с ними общалась всю сознательную жизнь. Дашка — ладно, она пару дней поплачет, исключительно напоказ, и забудет, а мать было жалко, она и правда меня любила, пусть и по-своему. Интересно, что со мной стало в том мире?

— Померла, что ещё, от сердца, — раздражённо фыркнул знакомый голос.

— Добрый вечер, — воспитанно поздоровалась я. — От сердца — это, видимо, от сердечного приступа? А тут как оказалась? На теле ни одной царапины.

— Что ж ты такая любопытная. Оказалась и оказалась.

Логично.

— А зачем?

Тихий смешок.

— Тебе что сестра вечером крикнула?

В смысле, что? Мы весь вечер не обща…

— Вспомнила? — ехидно уточнил голос. — «Хоть бы урод какой ее замуж взял». Ну вот и предсказала, так сказать, мужа-то.

— Вам это зачем?

— За надом. Меньше знаешь — крепче спишь. И не кипишуй. Ничего тебе никто не сделает. Всё, спи.

Странно, но я действительно уснула.

Глава 2

Утром, буквально ни свет ни заря, в мою комнату примчалась взволнованная малолетняя служанка: вставайте, мол, госпожа, надо одеваться и спускаться вниз. Зачем? Господин зовёт. Я спросонья только глазами хлопала. Это как — господин зовет, значит, надо подскакивать и на всех парах лететь? Или мне просто нервная и чересчур исполнительная прислуга попалась?

Одевшись в бархатное светло-зелёное платье, неожиданно оказавшееся впору, я позволила Лите расчесать волосы, нашла на туалетном столике резинку, соорудила хвост и под перепуганным взглядом девушки, обутая во все те же тапочки, отправилась на первый этаж, узнавать, что еще успело произойти.

Внизу, в том самом кабинете, в котором меня вчера травили, разговаривали муж и неизвестный мужчина среднего роста, крепко сбитый, чисто выбритый и совершенно лысый.

— А вот и Вера, — заметили меня.

Незнакомец встал, чуть склонил голову в вежливом поклоне и внимательным, цепким взглядом осмотрел меня.

— Позвольте представиться: носитель Силы Артон.

Маг, что ли? Да, видимо.

— Очень приятно, Вера, — наклонила я голову в честь приветствия. Надо будет узнать, как здесь принято здороваться.

— Кто вас так проклял, Вера? — поинтересовался мужчина, присаживаясь в кресло. Я уселась в соседнее.

Опять двадцать пять. На Земле просто смеялись, здесь же все о проклятии спрашивают.

— Это болезнь.

— Нет, это сильное проклятие, — не согласился со мной гость. — Я отчётливо вижу серые нити, впивающиеся в лицо. Кто-то из близких вас очень уж не любит. Или не любил. Вы ещё не освоились в нашем мире, поэтому снимать нити сейчас нельзя. Но позже я посмотрю, что нужно сделать.

Очень хотелось пожать плечами, мол, делайте, что хотите, — в магию я не верила, — но это было бы невежливо по отношению к незнакомому человеку, поэтому я кивнула, показывая, что приняла ответ.

— Защитить вас от всех покушений я не смогу, но сделаю все возможное. Вытяните руки, пожалуйста, да, вот так, перед собой. Замрите. Отлично.

Перед глазами появилось нечто, больше всего напоминавшее синюю бабочку с изломанными крыльями.

— Если вам будет угрожать смертельная опасность, вы увидите это существо. Оно же закроет вас от угрозы.

А кто-то в магию не верил… Хотя не исключен вариант моего личного больного воображения.

Завтракали впятером: две пары молодожёнов и маг. Мужчины разговорились о политической ситуации, причем явно с намеком на сорванные союзы, Эльза практически зевала от скуки, я честно пыталась понять, что к чему, но из-за обилия имен не могла вникнуть в состояние дел. Раз за разом отправляя в рот ложку с мясным рагу, я вслушивалась в географические названия и титулы и понимала, что если я хочу освоиться в этом мире, нужно срочно учиться азбуке и пытаться читать местные книги. Любые. Иначе стану, как жена эльфа, откровенно скучать, а значит, совсем отупею.

— Чудесная идея, — непонятно чему обрадовался знакомый старческий голос, вновь появившийся из небытия. — Предложи своей новой подружке заняться делом и обучить тебя грамоте. А чтоб у нее стимул появился, передай, что ее братец следующие два месяца будет под моим покровительством.

Последние слова были произнесены язвительно, и у меня сложилось впечатление, что Эльза данному факту точно не обрадуется.

В конце завтрака мужчины снова удалились решать свои важные вопросы, а супруга эльфа, откровенно зевая, потянулась.

— Носитель Силы установил защиту? Отлично. Вера, пойдем пройдемся? За домом разбит отличный сад.

— Пойдем, — согласилась я. — В этой одежде?

— Конечно, — равнодушно кивнула моя собеседница. — Это если ты куда-нибудь в город соберёшься, нужно переодеться. А так, нормальная одежда.

Сама Эльза носила сегодня нечто вроде широкого и длинного халата розового цвета, украшенного миленьким пояском со стразами.

Из обеденного зала по полутемному коридору мы неспешно дошли до неприметной дверки в стене. Потянув за кольцо, вставленное в пазы вместо ручки, моя спутница первая вышла на свежий воздух и томно вздохнула:

— Хорошо…

Да, действительно, сад был чудо как хорош. Правда, из всех цветов, пестревших лоскутным одеялом вокруг, я опознала только розы. Мы медленно пошли по выложенной некрупным камнем дорожке. Зато запахи… Пахло лугом, разнотравьем, мёдом и солнцем.

— И что дальше?

Я недоумевающе посмотрела на Эльзу:

— Ты о чём?

— Что ты будешь делать дальше? После покушения? Так и останешься с ним?

— У вас же не практикуют разводы.

Жена эльфа поморщилась:

— Не верь всему, что тебе говорят. Обычно — да, не практикуют. Но всегда можно найти выход из положения.

Это мне сейчас ненавязчиво предлагают убить собственного мужа? Или есть другие способы расторжения брака, менее известные, но более безопасные?

— И кому я буду нужна, с моим уродством?

— Проклятие снимается.

Ещё один совершенно непонятный намёк. Так… Что-то разговор ушел не в ту сторону.

— Эльза, я сейчас не готова обсуждать твой вопрос. Лучше скажи, у вас практикуется общение с богами?

Если аристократка и была против смены темы, то ничем себя не выдала, лишь кивнула:

— Конечно. Ты всегда можешь обратиться к богу с просьбой о милости.

— А наоборот?

— Что «наоборот»? — не поняла Эльза.

— Бог может обратиться к кому-либо из людей с приказом?

Взгляд спутницы из спокойного стал жалостливым. Похоже, девушка в данную минут пыталась решить, не пора ли сообщить графу о легком помешательстве его супруги.

— Вера, мне кажется, ты немного переутомилась…

— Бог лжи просил передать тебе, что твой брат следующие два месяца будет находиться под его покровительством.

Несколько секунд Эльза молчала, потом осторожно уточнила:

— Бог лжи и обмана Диар разговаривает с тобой?

— Когда ему так хочется, — подчеркнула я.

— И что он хочет от меня?

Все же странные здесь отношения между высшими силами и их непосредственными подчиненными. Мало того, что мне мгновенно поверили, так еще и уточнили, по какой причине этот самый брат удостоился подобной милости.

— Чтобы ты помогла мне освоить местную грамоту.

— Зачем? — изумилась жена эльфа. — Разве это сейчас так важно?

— Не знаю, он не ответил.

Отсылка к воле божества помогла: моя спутница сразу же уступила.

— Хорошо, сегодня же пойдем в библиотеку и подберем книгу попроще.

Дальше прогуливались молча, впрочем, недолго. Через несколько минут девушка повела плечами:

— Надо было теплей одеваться. Может, вернёмся? И сразу в библиотеку?

Я холод не чувствовала, но согласилась.

Местное книгохранилище оказалось просторным светлым помещением с множеством полок, заставленных всевозможными хранителями информации. Я неотрывно смотрела на представшее моим глазам богатство и с тоской понимала, что до конца своей жизни не осилю даже трети. Книги располагались везде: на полу, под потолком, у окна, неподалеку от двери…

И лишь посередине библиотеки находились два стола, четыре стула и нечто вроде конторки с тяжелой, даже на вид внушительного вида тетрадью в сером переплете.

Эльза некоторое время бродила вдоль полок, тщательно что-то высматривала, потом протянула руку, решительно достала одну из не особо толстых книг с полки повыше, внимательно осмотрела добычу и удовлетворенно кивнула:

— В самый раз. Детские сказки. В столе должны быть письменные принадлежности. Садись, будем учиться.

Когда в библиотеку заглянул мальчик-слуга, чтобы сообщить, что мужья ждут нас за обеденным столом, моя голова больше всего напоминала гудящий улей. Письменность здесь по форме больше всего напоминала мне смесь арабской вязи с китайскими иероглифами. Двадцать согласных, десять гласных, дифтонги, непроизносимые буквы, слоги, что читаются, как отдельные слова, и наоборот, целые слова, в некоторых случаях принимающие на себя функцию слогов… Уже через полчаса после начала урока я заподозрила в моей учительнице скрытого садиста…

— Вера, с вами все в порядке? — удивленно поинтересовался супруг, когда мы присоединились к мужчинам за столом. — Вы очень бледны.

— Надеюсь, что да, в порядке. Эльза учила меня грамоте.

Димирий и Лориан переглянулись и практически синхронно улыбнулись.

— Тогда готовьтесь, — предостерег муж, — следующие дни будут трудными. Письменная речь здесь дается далеко не всем.

— Но почему тогда я сразу заговорила на вашем языке? — вспомнила я волновавший меня вопрос.

— Видимо, потому что с самого начала с вами общался бог. Другие попавшие к нам существа или учили звуки и слова, или уже обладали возможностью понимать всевозможные языки и наречия.

Ответ меня не удовлетворил, а так как привычный язвительный голос молчал, пришлось сменить тему.

Отдавая должное салату из местных овощей и рыбным биточкам, я поинтересовалась, когда в ближайшее время смогу выйти из дома и пройтись по магазинам.

— Пройтись по магазинам? — переспросил граф. — Странное выражение. Зачем вам магазины?

Судя по удивленным взглядам эльфийской четы, моего стремления совершить покупки не поняли и они.

— Хочу обновить гардероб, — ответила я честно.

— Но, Вера, для этого всего лишь нужно вызвать портниху, — как маленькому ребенку, объяснила Эльза.

Логично. Что-то мне и в голову не пришел данный вариант. Продукты, я так понимаю, здесь закупают слуги.

— Ты и правда хотела выйти в город, чтобы купить готовое платье? — усевшись в кресло в уже знакомом кабинете, изумленно спросила моя собеседница. — Это же ужасно неудобно! Где бы ты примеряла одежду? И неужели позволила бы продавщицам, женщинам низкого происхождения, прикасаться к тебе?

Столько высокомерия было в последнем предложении, что я даже растерялась.

— В моём мире, вернее даже в моей стране, все намного проще: да, ты можешь вызвать на дом швею, но и в магазинах множество готовой одежды, есть места для примерок. А насчет твоего последнего вопроса… Так я тоже не аристократка.

— Забудь, — качнула головой Эльза, наливая в фарфоровую чашку с цветочным орнаментом зеленый чай и кладя на такую же тарелку фигурное печенье. — Кем бы ты там ни была, теперь ты аристократка, а значит, и вести должна себя соответствующе. Портнихи отличаются от продавщиц в первую очередь своим социальным положением: это или бастарды, или дочери купцов. Те, что ниже, могут выполнять только черновую работу и тебя, графини, точно касаться не должны.

Прямо кастовое индийское общество… Кто у них считается неприкасаемыми?

— Да, кстати, граф нашел ту, что хотела тебя отравить. Посудомойка. Месяц здесь работает. Клянется, что лично ты тут ни при чем и все дело в деньгах: за твоё убийство ей щедро заплатил мужчина в маске.

— И что с ней теперь будет?

— Как что? Казнят.

Действительно. Всего-то. Вообще, действия начинают развиваться, как в плохом детективе или в фарсе. Мужчина в маске, подкуп, посудомойка. Глупо всё это.

— Откуда у неё яд?

— Заказчик передал. Но ты не забивай себе голову этими вопросами. Мужчины разберутся.

Да, мужчины будут старательно разбираться, а мы будем играть роль красивых послушных кукол. Хотя о чем это я. Красивая из нас двоих только Эльза.

— Я смотрю, они дружны, — перевела я тему.

— Кто? — уточнила жена эльфа. — Димирий и Лориан? Они названые братья. Один другого спас, вроде как мой муж твоего, но там запутанная история получилась, я не вдавалась в подробности.

Счастливый человек: за неё все решают, она мило улыбается и получает за кукольную внешность любовь, ласку и заботу. Похоже, я начинаю изливать желчь…

После чая — очередной сеанс мучения в библиотеке. К ужину я вышла с опухшей от знаний головой. Боюсь, что ночью в кошмарах ко мне обязательно пожалуют суровые дифтонги и злобные палочки с крючочками. Кстати о ночи. Похоже, нужно было быть конкретней в желаниях: замуж я вышла, а женщиной меня так никто и не сделал.

— Куда тебе спешить, успеешь в любовные игры поиграть, — хмыкнул голос над ухом. Если бы за столом я сидела одна, то не сдержалась бы, спросила, чем в этом случае будет занят сам бог. Судя по смешку, мои мысли снова прочитали.

— А ты языкатая, когда тебя достать. Нужна ты мне больно. Что я там не видел. Да, подружке своей скажи, пусть от сказок завтра к учебникам переходит, а то так и застрянете на книжках для детей.

С трудом подавив вздох, я вернулась к ужину. Рыба сегодня получилась на редкость мягкой, даже нежной. Буквально таяла во рту. А потом я увидела…

— Вот же, нечисть, — ругнулся над ухом голос. — Мужа зови. Скажи, что тебе в еду подсыпали люцина. Что молчишь? Не могут эльфы летать. И фиолетовых человечков здесь тоже нет. Галлюциноген это. От него у тебя защиты не существует.

Потрясающе. То-то я удивилась, откуда в комнате синие мыши…

— Димирий…

— Вера? — насторожился резавший отбивную супруг. — Что-то случилось?

— Мне сказали сообщить вам, что у меня в тарелке люцин…

Фраза вышла корявой, но, похоже, речь мне скоро откажет. Или мозги. Потому что думать… становилось… тяжело…

Очнулась я от прямых лучей солнца, бивших по глазам. Разлепив веки, осмотрелась: вроде бы лежу в собственной спальне. Последнее, что помню: муж Эльзы что-то говорит мне, а в руках у него оранжевые лягушки. Сильное средство оказалось…

Подняв по очереди руки и ноги, я с облегчением выдохнула: тело слушалось, значит, последствий нет. Или же они проявятся позже. Посетила ванную комнату, вернулась в спальню, задумалась: как вызвать служанку? Да и стоит ли? Может, одеться самой и спуститься вниз? Раньше, наверное, я так и сделала бы, но сейчас… Вспомнив о желавшем мне смерти мужчине в маске, я вздохнула и принялась внимательно осматривать комнату. Интересно, кто отодвинул занавески? Или они так и были… Не о том думаю… Мне нужно… Искомая кнопка для вызова прислуги оказалась сбоку от кровати. Я нажала и села ждать. Служанка прибежала практически сразу — через пару минут.

— Госпожа, — невысокая заплаканная Лита выглядела хуже покойника. Даже я, разглядывая себя в зеркале, такую бледность у себя не обнаружила. — Слава всем богам, вы очнулись!

Странная, нетипичная реакция.

— Как долго я была без сознания?

— Двое суток!

Ох… Тогда понятна бледность девчонки…

— Когда следующий прием пищи? — решила я побаловать свой желудок.

— Господин приказал накормить вас, едва вы придете в себя, доложила служанка.

— А сам он где?

— Они с господином эльфом уехали к князю.

Вот так-так…

— Эльза?

— Госпожа здесь. Приказала позвать ее, когда вы очнетесь.

— Зови, — кивнула я. — И принеси что-нибудь поесть.

Служанка поклонилась и убежала.

Я, не переодевая ситцевой ночной рубашки, в которую была облачена, откинулась на подушку. Мило… То травят, то наркотик подсыпают. Или это просто безвредный галлюциноген?

Жена эльфа вбежала в комнату, упала на постель, обняла меня и даже всхлипнула от избытка чувств. Понять бы, насколько те чувства были искренними.

— Вера, слава богам, ты пришла в себя! — женщина отстранилась, покачала головой. — Мы все сильно перепугались, когда ты сказала про люцин!

А уж я как перепугалась, наблюдая за совершенно нестандартным эльфом…

Служанка внесла на подносе еду: кашу-размазню, варёное мясо, мягкий сыр, пару вареных яиц. Надеюсь, в этот раз обойдется без сюрпризов…

Пока я насыщала пустой желудок, Эльза подробно рассказывала, как ее муж поднимал меня наверх, Лита споро переодевала госпожу, а Димирий отправился лично пообщаться с отцом бывшей невесты. Лориан поехал с ним, посмотреть на тестя. Возможно, и при княжеском дворе соберутся появиться, чтобы заодно решить какие-то экономические и политические вопросы.

Отсутствовали мужчины пять дней. Всё это время на меня никто не нападал, в доме стояла практически кладбищенская тишина, и мы с Эльзой, предоставленные сами себе, занимались в библиотеке, прогуливались по саду, болтали ни о чем.

Не успела я прийти в себя, как на следующее же утро в доме появилась портниха, обслуживавшая весь местный бомонд. Высокая, подвижная, худая, она представилась Ариной и сразу же завоевала мое расположение вопросом, какие именно фасоны и ткани я предпочитаю. Внимательно выслушав новую клиентку и обсудив эскизы и детали, женщина сняла мерки, сообщила, что появится для примерки уже через три дня, и удалилась.

— На моей памяти, это самое недолгое общение с портнихой, — хихикнула присутствовавшая в комнате Эльза. — Ты из ненормального мира, Вера.

Я пожала плечами:

— Мир как раз нормальный. Я — нет. Не люблю тратить время на пустяки.

— Красивая и качественная одежда — это не пустяки, — уверенно заявила собеседница и в отместку заставила меня читать какой-то модный журнал с кучей терминов и подробным описанием нарядов. Не скажу, что грамота этого мира давалась мне с трудом, но над одной небольшой статьей я просидела около часа, тщетно пытаясь вникнуть в написанное и заодно понять назначение различных деталей одежды.

После отъезда мужчин Эльза открылась с новой стороны. Оказалось, что она — жуткая трещотка, если начнет что-то рассказывать, то может долго не останавливаться. С другой стороны, я таким образом выудила из ее словесного потока и полезную информацию.

— Вера, а у вас уже было это? — как-то раз поинтересовалась чуть ли не трагическим шёпотом жена эльфа, сидя у камина и доедая уже третий пончик.

— У кого «нас» и что «это»? — уточнила я, закрывая учебник по географии для младших школьников.

— Ну это, — мучительно покраснела собеседница, — супружеские обязанности…

Подавив смешок, я покачала головой. Какие здесь все деликатные, когда не надо…

— А у нас было! — торжественно начала Эльза и сразу же сникла. — Правда, он так всё делает… Будто провинность какую отбывает… И не смотрит на меня. Совсем. Я ведь не уродка, а он… Ой, Вера, прости… В общем, не знаю я… Думала, что со мной он забудет обо всем, что я сумею… А получается… Знаешь, я слышала до свадьбы, мол, они оба, что твой, что мой, на науке повернуты, что им ничего другого не надо, что его отец жениться заставляет, не верила. Зря, наверное…

Действительно, зря. Лориан не похож на сумасшедшего ученого, но как по мне, если человека не любишь, то и «обязанности» будешь выполнять через силу.

Мужья приехали через пять дней, на шестой, в обед. Счастливая супруга радостно повисла на уставшем эльфе, мы с Димирием вежливо и отстранённо кивнули друг другу.

За обеденным столом молча поглощали каши, салаты и закуски. Я набивала желудок, не чувствуя вкуса. Как-то неправильно началась семейная жизнь, что у меня, что у Эльзы. Наверное, надо было тщательней свои желания формулировать.

— Вера, вы действительно слышите бога лжи? — закончив обедать, поинтересовался муж.

— Да, — кивнула я.

— Любопытный какой. Сам наследника до своих пятидесяти лет заделать не мог, — проворчал раздраженно старческий голос, — и теперь всё с книжками в обнимку спит, а туда же — нет, чтобы с женой постель делить, о чуши всякой спрашивает! А кто дальше всем управлять станет? Прервется ведь род!

— Вы не интересовались, зачем он всё это затеял?

Я снова кивнула:

— Интересовалась. Насколько я поняла, целей несколько. Одна из них — наследник рода.

— Чьего рода? — вмешался внимательно слушавший нас с Димирием Лориан.

— Этого, графского.

— А я… — мужчина запнулся, мне показалось, что не будь рядом Эльзы, продолжение фразы звучало бы: '…тут при чем', но воспитание оказалось сильнее эмоций. — …для чего ему?

— Какие же все любопытные, — хмыкнул голос. — Напомни ему, что я — бог лжи. Он, дитя несмышленое, точно поймет, когда я ему совру?

— Боюсь, ответа не будет, — развела я руками, начиная порядком уставать от роли ретранслятора. — Он просил сообщить, что бог обмана не всегда обязан говорить правду.

Мужчины выразительно переглянулись, потом граф осторожно уточнил:

— Вы хотите сказать, что он сейчас здесь?

— Илиза. Так звали его первую любовь. Вслух скажи. Или хочешь до конца жизни под присмотром в психушке сидеть?

То есть психушки здесь существуют?

— Здесь — нет, я тебя на Землю верну, прямо в 'жёлтый дом', - начиная раздражаться, пообещал собеседник.

— Илиза. Вашу первую любовь звали Илиза, — выдохнула я. — И поверьте, никакой радости от общения с вашим дальним родственником я не испытываю.

Тихое хихиканье дало понять, что богу мои чувства неинтересны.

Граф нахмурился:

— Что ж. Приказы божества обычно исполняются. Вот только последствия…

Судя по всему, мужчина намекал на какую-то определенную историю, и своенравному богу это намек не понравился: со скатерти на пол упали три ножа, причем с разных сторон стола.

Эльза испуганно вскрикнула, эльф побледнел, мой супруг тяжело вздохнул:

— Трудно быть потомком бога. Я правильно понял, что нужно просто жить, особо не во что не вмешиваясь?

— Пока — да, — фыркнул божественный хулиган.

Я согласно качнула головой.

— Что ж, хоть что-то прояснилось… Вера, я склонен думать, что теперь нападения на вас прекратятся. По крайней мере, смерти вам точно желать не будут.

Это «по крайней мере» меня насторожило. Можно и без нападений испортить человеку жизнь, да так, что он сам повесится.

— Вы узнали, кто заказчик?

— Пока нет, но мы с Лорианом пообщались со всеми, кто мог быть заинтересован в вашей гибели.

Граф помолчал, встал, извинился и вышел из зала. Эльф последовал за ним. И что это было?

— Эльза, здесь в порядке вещей ни во что не посвящать жену? — нахмурилась я.

— Конечно, — беспечно пожала плечами девушка, — зачем тебе знать лишнее? Мужчины обо всем позаботятся.

Прелестно. Махровый домострой. Зато я замужем. И почему меня данное обстоятельство больше не радует?

Чай пить желания не было, но, пусть и без него, пришлось всё же сидеть в том же кабинете и слушать болтовню якобы подруги.

— Вообще, по-хорошему, нам с мужем надо бы поехать навестить его родных, — щебетала практически без остановки Эльза, — но у них с Димирием какая-то древняя рукопись то ли не дочитана, то ли не допереведена, так что ближайший месяц мы тут точно жить будем. Да, кстати, завтра наконец доставят твою одежду, готовую! Ты рада?

— Очень.

— Вера! Ну нельзя же так неумело врать!

Я только вздохнула:

— С моим лицом что одевайся, что нет.

— Вот уж мысли дурные, — последовал резкий ответ. — Носитель Силы заявил, что проклятие снять можно. Только немного подождать придется. И представь: ты с уже нормальным лицом, а одежды подходящей нет.

— И что? — не поняла я.

— Вера, ты меня поражаешь, — поражённо всплеснула руками собеседница. — Любая женщина твоего положения обязана выглядеть элегантно!

И вот поспорь с ней. На каждый довод один ответ: нужно элегантно одеваться!

Долго не засиживались: собеседница отправилась соблазнять мужа, а я решила побыть в спальне. Взяв из библиотеки женский роман, поднялась к себе, сбросила очередной наряд, смотревшийся на мне, как на вешалке, с удовольствием переоделась в длинную широкую ночную рубашку, улеглась поудобней, практически полностью завернулась в покрывало, только руки и голова торчали снаружи, открыла книгу… В дверь постучали. Чудесное продолжение дня.

— Входите, открыто!

Муж. Зашел, сел в кресло неподалеку от кровати, уже в домашнем костюме — серой просторной кофте и штанах, по виду похожих на фланель, посмотрел на перевернутую вверх обложкой книжку, чуть снисходительно улыбнулся:

— Извините, я вас оторвал…

Не знаю, что на меня нашло: может, усталость сказалась, может, решили вырваться наружу подавленные после дурацких покушений эмоции, а может, просто обида проявилась, причем не столько на Димирия, сколько на его невероятно наглого предка, но я не сдержалась:

— Действительно, куда мне, глупой, до умных мужчин, ведущих интеллектуальные беседы. Я ж должна только детей рожать, пироги печь да за слугами следить, так?

— А ты как думала, — хмыкнул не вовремя появившийся голос. — Самое место для вас, баб.

— Я вас обидел? — с искренним недоумением спросил супруг. — Приношу свои извинения…

— Сама виновата. Неча чушь всякую на ночь глядя читать, — добавил ехидный божок.

— Вам-то обоим какое дело, что именно я читаю, — выпустив пар, я уже жалела о сказанном. Все равно не поймут. — Свой диплом я получила, образование имею, а с таким лицом только любовные романы заглатывать. Тоннами. Вы что-то хотели, Димирий?

— Знаете, Вера, вы очень похожи на мою мать… Внешне спокойная и тихая, она, в случае необходимости, могла дать отпор… Хотел. Сегодня ночью я навещу вас. С амулетом Силы. Это уже не вам, а моему далекому предку, любящему подглядывать.

Сказал, встал и вышел. Рядом что-то пробормотал бог, судя по тону — не очень цензурное.

— Навестит, значит. Ну, может, хоть ребеночка зачнёте. Не все ж тебе девкой ходить.

Уже плачу от счастья.

Ответа не последовало, невидимый собеседник исчез, я снова взяла в руки книгу.

К ужину ни граф, ни эльф не вышли. Мы с Эльзой, как обычно веселой и оживленной, поедали еду вдвоем.

— Ужасное платье! — сообщила жена эльфа, оглядев меня с ног до головы. — И вот эту гадость он хотел подарить мне после свадьбы!

Я внимательно осмотрела свой наряд:

— Нормальное платье, длинное, скромное, в цветочек.

— Вера, ты издеваешься, да? — непонятно почему разошлась приятельница. — Сейчас «в цветочек» не модно! Посмотри, что на мне: однотонный костюм. Скромное? Вот именно, что скромное, такое носить пристало только девкам из деревень, чтобы не смущали господ своими формами.

Мне оставалось только промолчать. На вкус и цвет, как говорится…

«Сегодня ночью я навещу вас». Радость великая. Естественно, я не собиралась готовиться к подобному визиту и втирать в себя масла, как делали наивные глупышки в тех же разнообразных любовных романах. Поужинав, приняла душ, надела все ту же ночнушку и с еще не дочитанной книжкой улеглась в кровать. При свечах читать было тяжеловато, но человек привыкает практически ко всему.

Когда тихонько скрипнула дверь, у меня оставалось две страницы до конца.

— Вера…

— Да? — я подняла голову и встретилась взглядом с удивленным супругом, стоявшим в байковой пижаме напротив постели.

— Я думал, вы готовы… — и недоверчивый взгляд.

— К чему? Вы собираетесь влезть сверху, кончить и выйти? А как же соблазнение невинной девушки, ухаживание, ласки?

— Издеваетесь? — подозрительно уточнил муж.

— Намекаю. Я все же замуж вышла, а не в стельную корову превратилась.

Сначала мне показалось, что Димирий повернется и уйдет, было у него такое выражение на лице, мол, как мне все надоели, а некоторые дамочки — в особенности, сидят тут, умничают, от дел важных вроде перевода рукописи отвлекают, но нет, мужчина сел на постель, внимательно посмотрел на доставшееся ему счастье и спросил:

— И как закончится эта белиберда?

— Как обычно — замужеством. Бедная женщина.

Иронию граф оценил, хмыкнул:

— Он от нас не отстанет.

— Кто? — не поняла я.

— Мой дальний родственник.

— Так я ж не против, — пожала я плечами. — Давайте займемся любовью. Но не так же пошло.

— Странная вы, — задумчиво проговорил Димирий. — Девушки этого мира краснеют и бледнеют в первую брачную ночь. А вы так легко обо всем рассуждаете…

— Увы мне, — кивнула я, соглашаясь со всем сказанным. — Испорченный мир породил испорченную меня. Димирий, так все же, что вы выяснили насчет заказчиков?

— Похоже, мне пора начинать привыкать к вашему необычному характеру… Ничего особенного. Под подозрением княжна, но прямых доказательств нет. Отец Эльзы только обрадовался повышению статуса дочери, а вот князю путаница в планах пришлась не по нраву. Так что и он, и Сэра вполне могут быть заказчиками.

— То есть определенности нет… — задумчиво протянула я. — В этом мире женщины носят брюки?

— Немногие. Большинство не приемлет такую одежду. Почему вы спрашиваете?

— Пытаюсь представить себе княжну или одну из ее придворных дам подкупающей вашу прислугу.

Супруг улыбнулся:

— У вас богатая фантазия. А у князя искусные носители Силы. Навести морок на человека не так уж и сложно.

— Кстати о мороке, — вспомнила я один из волновавших меня вопросов. — Как могла Эльза принять меня за Сэру?

— Они лично не знакомы. Да и ростом, фигурой, одеждой вы были похожи, а лицо… Думаете, волнующаяся невеста будет разглядывать лицо соперницы?

— Не знаю, может, и не станет… Димирий, у вас здесь никаких пророчеств не исполненных нет?

Мужчина изумленно вскинул брови:

— Признаюсь, мне трудно следить за ходом ваших мыслей. Только что мы обсуждали Эльзу, теперь перескочили на пророчества. Не знаю, никогда не интересовался чем-либо подобным.

— Жаль… — совершенно искренне пробормотала я. — Все пытаюсь понять, почему вытащили именно меня. Для возрождения вашего рода подойдет любая незамужняя женщина, в сочувствие и желание помочь со стороны вашего странного предка я, конечно же, не верю. Тогда что остается?

— Вера, а вам во всем хочется дойти до истины? — удивлённо поинтересовался муж.

— Так проще жить, — пожала я плечами, — угадываешь мотивы поступков людей, и становится ясным, что от них ожидать в дальнейшем. И если бы я знала, зачем появилась здесь, мне было бы проще строить свою жизнь.

— Просто жить не пробовали? — хмыкнул Димирий.

— Притворяться бездумной куклой, как Эльза? Я свихнусь.

Несколько минут мы молчали, думая каждый о своём. Потом граф невесело улыбнулся:

— Кому сказать, не поверят: ночью с женой рассуждаю о смысле жизни.

— Так когда еще с вами общаться, если не ночью? — фыркнула я. — Днём вы с Лорианом занимаетесь наукой, за столом или молча едим, или рассуждаем о влиянии посевных на экономику страны. Остается только ночь. Надо же узнавать друг друга.

Первый раз увидела, что значит выражение 'квадратные глаза'.

— Вы действительно похожи на мою мать. Только я искренне полагал, что таких женщин больше не бывает…

— Это комплимент или оскорбление? — уточнила я и неожиданно получила в ответ мягкую улыбку:

— Комплимент, Вера. Моя мать, была чудесной женщиной. И они с отцом действительно любили друг друга.

Глава 3

Димирий ушел минут через двадцать, так и не исполнив супружеского долга. Я, зевая, положила на соседнюю подушку книгу и заснула.

Снилось мне что-то хорошее и доброе, улыбаясь, я, не вставая, покрутила головой, восстанавливая кровообращение, краем глаза заметила нечто необычное, повернула голову налево и замерла. Нет, таких предметов в моей спальне вчера не было…

Заставив себя не кричать, вылезла из постели, дрожавшими руками нажала кнопку вызова прислуги.

Лита появилась оперативно, всего через пару минут.

— Доброе утро, госпожа. Вы меня…

Визжала девушка знатно, такому чистому высокому голосу мог позавидовать любой эстрадный певец.

Через мгновение в моей спальне появились сонные и непричёсанные Эльза, Лориан, Димирий, ну и множество слуг в придачу.

Жена эльфа, рассмотрев предмет, лежавший на подушке, присоединилась к служанке. Мужчины переглянулись, поморщились, и мой супруг, повысив голос, приказал:

— Заберите кто-нибудь эту гадость!

«Гадость» унес один из поварят. Прислуга разошлась, Лита замолчала. А вот Эльза.

— Милая, успокойся! Это всего лишь крыса! Родная!

Бесполезно. Девушку, похоже, заклинило. Действительно, было бы с чего. Подумаешь, крыса. Пусть и дохлая.

Лориан вывел продолжавшую верещать жену из моей спальни, Лита догадалась, что в ее услугах не нуждаются, и исчезла. Мы с мужем остались одни.

— А ведь пока вы были в отъезде, никто мне крыс не подкидывал, — задумчиво пробормотала я, пытаясь прийти в себя.

— Думаете, я самолично этим занимаюсь? — иронично спросил граф.

— Почему нет. Хотя вряд ли у вас есть доступ к ловушкам. А вот у прислуги он точно есть.

— Вы намекаете, что виноват кто-то из тех, кто ездил со мной ко двору князя?

— Знаете, в прочитанных мной детективах убийцей часто оказывался человек, близкий к убитому, включая слуг.

— Их всех уже проверяют, — Димирий помолчал. — Вера, мне сегодня приснился предок… Да, тот самый. У него, надо сказать, достаточно красочный язык и богатый словарный запас. Подумайте, пожалуйста, как бы вы хотели обставить сегодняшнюю ночь, и после обеда сообщите мне свои пожелания.

Супруг давно ушел, а я все стояла и внимательно рассматривала перину на кровати. Да таким слогом даже в произведениях классиков никто перед соитием не разговаривал. «Сообщите мне свои пожелания». Надо же. В голову лезли только пошлые мысли. Неизвестно, до чего я бы додумалась, но в открытую дверь влетела бодрая Эльза.

— Ты все еще не готова?

— К чему? — уточнила я, выныривая из раздумий.

— Как к чему? Портниха придет уже через полчаса! Так и будешь встречать ее в этом балахоне?

Вымылась я быстро. Оделась — тоже. Впрочем, и одеваться было особо не во что: белье и домашнее платье длиной до середины икры. За полчаса успела и то, и другое. А вот завтрак мне заменило общение с белошвейкой. Женщина принесла готовые наряды, и мне приходилось изображать из себя модель.

Надо сказать, свою работу портниха знала очень хорошо: вещи были сшиты точно по фигуре, их длина позволяла перемещаться по дому в новой обуви, заказанной у местного скорняка по размерам моей ступни. Так что я была довольна и качеством проделанной работы, и нежными оттенками платьев, юбок и блуз.

Обедали в традиционном молчании. Мы с Эльзой красовались в новых нарядах: она — в длинном, до пола, темно-синем вечернем платье, выгодно подчеркивавшем фигуру девушки, но не особо уместном за домашним столом, я — в костюме песочного оттенка, больше подходящем для делового ужина, чем для молчаливого потребления пищи в не особо дружеской атмосфере.

Жареное, тушеное, вареное мясо, салаты — овощные, фруктовые, мясные — сыры, рыба… Я наблюдала за уничтожением всей этой снеди и понимала, что мне самой такого количества продуктов хватило бы как минимум на месяц.

— Вера, вы ничего не едите. С вами всё в порядке? — обеспокоенно поинтересовался супруг. Видимо, порция овощного салата и кусок мяса в его понимании означали именно «ничего».

— Благодарю, я в порядке. Просто не голодна.

Есть действительно не хотелось, вероятно, из-за утренних переживаний.

Меня одарили внимательным взглядом, но развивать тему не стали. После окончания обеда Димирий вспомнил о своей просьбе и, встав, предложил:

— Вера, пройдемте в мой кабинет.

Я только вздохнула, правда, на этот раз мысленно: невероятная зажатость мужа и его постоянный официальный тон успели порядком надоесть. Очень хотелось верить, что хотя бы в момент интима супруг проявит простые человеческие чувства.

— Вы обдумали мою просьбу? — хозяин кабинета, полутемной комнаты, довольно скудно обставленной, сел за стол, откинулся на спинку кресла. Я, не дожидаясь, пока барин изволит вспомнить о правилах вежливости, села в кресло напротив. На языке вертелась колкая фраза о заключении сделки на предмет сексуальных услуг и оплаты оной исключительно золотом, но, боюсь, такой юмор смог бы понять только бог лжи.

— Димирий, если у вас есть сильный, то есть крепкий, алкоголь, можете налить мне бокал…

— Вы сейчас серьезно?! — негодующе прервал меня благородный граф. — Я не собираюсь вас насиловать!

— Тогда, пожалуйста, вспомните, что такое чувства. Я не претендую на любовь. Но простую симпатию вы можете мне выказать?

— Два дурака. Доведете же, устрою вам веселую жизнь, — появился в эфире раздраженный бог.

— Вот только угрожать не надо. Крыс по утрам подсовывают, травить пытаются, галлюциноген подсыпают, еще и угрожают, — парировала не выспавшаяся, уставшая и злая я.

— Вера… — осторожно начал муж. — Я понимаю, вы с другой планеты, но у нас с богами так не говорят…

— У нас в них вообще не верят, — пожала я плечами, с удивлением наблюдая, как муж буквально столбенеет, похоже, от ужаса. — Димирий! — ноль реакции.

— Довела мужика. Вот что за бабы пошли, а? То хочу замуж, то подайте мне любовь, то секс её не устраивает, нужно, чтобы чувства были. Зачем, спрашивается, тебе любовь? Родила наследника, и живи спокойно, — все никак не мог успокоиться невидимый собеседник.

— Травить перестаньте и крыс подсовывать, прежде чем о наследниках рассуждать, — парировала я.

— Да кто тебя травит? — проворчал Диар. — Живая? Живая. Что за выходки тогда? Живо в постель.

— Да не вопрос, дёрнула я плечом. — Или под алкоголем, или с нежностью и лаской.

— Дура девка…

— Судя по вашим репликам, мой предок еще здесь, — наконец-то отмер муж.

— Именно. Пытается наставить вашу заблудшую супругу на путь истинный. Димирий, что? Димирий…

Муж несколько секунд странно смотрел на меня, затем зажмурился и расхохотался. Ну вот. У кого-то, похоже, истерика.

— Я ж говорю, довела мужика, девка глупая.

— Вера, вы прелесть, — чуть отдышавшись, выдал граф. — Разговариваете с самим богом, как с купцом средней руки, четко знаете, какой именно должна быть близость между мужчиной и женщиной и что конкретно следует делать до неё, даже не верещите при виде крысы. В вашем мире все женщины такие?

— Да если бы, тогда все было бы намного проще, — буркнули недовольно над ухом.

— К сожалению, далеко не все.

— Может, и к счастью, — явно из вредности не согласился голос.

— Димирий, я вот тут подумала… Ваш родственник очень уж торопится с зачатием наследника… Может поменяться что-то в политической обстановке?

— Да, — кивнул отрешённо мой собеседник, — княжество собирается посетить делегация драконов. Кроме того, эльфийский правитель серьезно рассматривает возможность брачного союза между своей племянницей и приёмным сыном князя.

— И как эти события связаны с вами? — удивилась я.

— Я, как советник князя, должен буду присутствовать и там, и там — объяснил муж.

— Дурачье, — хмыкнул неуёмный бог. — Вместо того чтобы в угадайку играть, начали б наследников рожать!

— Обязательно. Только сначала чувства, потом наследники.

Граф приподнял уголки губ в иронической улыбке.

— Так чувства или обстановка?

— Желательно и то, и другое, но так как первого еще ждать и ждать, а ваш предок торопится, то хотя бы второе.

— Хорошо, я попытаюсь до вечера осилить парочку любовных романов, — все так же иронично пообещал супруг.

Мы с богом вздохнули. Синхронно.

До ужина оставалось не так уж много времени, я поднялась в свою комнату, с помощью проворной Литы переоделась в шёлковый халатик длиной до колена, — настоящий разврат, по мнению завистливо облизнувшейся Эльзы, — подождала, пока служанка перетащит одно из кресел к окну и, усевшись, бездумно уставилась на улицу. Настроение… Не было никакого настроения… Как-то сами собой припомнились классики с горевшими на столах свечами, прекрасными дамами под вуалями и странными мальчиками, сводящими с ума. Чувства. Где они, те чувства? Горькая насмешка злобной судьбы. Стремилась замуж — вышла за того, кому сто лет не нужна. Нет, все верно, любви никто не обещал, я и не просила. Но ведь хочется, чтобы в постель с женой граф наконец-то лег не только из чувства долга.

— Вера! Вера, ты плачешь?

И почему некоторые никак не научатся стучать?

— Все в порядке, Эльза. Не обращай внимания. Я просто пообщалась с вашим богом…

— С Диаром?

— Да. Скажи, драконы — это кто?

— В смысле? — удивилась якобы подруга, садясь в кресло напротив. Миленькое на ней платье, даже не скажешь, что домашнее: нежно-голубого цвета, длиной по колено, скроено по фигуре, пышные юбки, узкий лиф. Чувствую, прозреет ее муж, скоро уже, а вот мой…

— В смысле, это ящерицы, змеи, оборотни или кто?

— Ох, Вера, — хихикнула жена эльфа, — ну ты даешь. Змеи, скажешь тоже. Не уверена, что их можно назвать оборотнями, но да, они двуипостасные: и люди, и ящеры.

— Насколько я помню, они держатся особняком? Тогда зачем решили появиться здесь с визитом?

— Не то чтобы особняком. Просто не видят смысла в контактах. У них в стране есть все, что нужно для жизни. А насчет визита — это лучше у графа спросить.

— Эльза, а межрасовые браки с ними заключаются?

— Редко. Раза два-три в поколение. Смески всегда слабее чистокровных, потому драконы и ценят свою кровь, не желают разбавлять ее.

— У эльфов так же?

— Нет. Мой муж, например, смесок, его мать — женщина из этого княжества. Но он получил при рождении полную эльфийскую силу. А его кузен, несмотря на такой же брак, уродился почти чистокровным человеком. Здесь не угадаешь.

Ох, как же все запутано…

— Вера, кстати. Я почему к тебе пришла. Ты не знаешь, зачем Димирию понадобились любовные романы?

Представив себе в красках супруга, спрашивающего у жены друга, где стоят подобные тексты, я рассмеялась.

— Знаю. Возможно, у нас сегодня будет брачная ночь. Если он, конечно, все сделает правильно.

К ужину граф не спустился. Видимо, тщательно готовится, решила я, так как Лориан сидел напротив и с аппетитом поедал какое-то местное блюдо ядовитого фиолетового цвета. Эльза, расположившаяся справа от мужа, следовала его примеру. Мне же есть не хотелось. Совсем.

— Вера, ты клюёшь, как птичка, и откуда в тебе силы будут ребенка вынашивать? — ворчливо поинтересовалась приятельница.

— Никак не привыкну к вашей кухне, — пожала я плечами, — для меня блюда то пресные, то острые. Хорошо хоть солите вы в меру.

— Так прикажите готовить себе отдельно, напишите слугам рецепт, — посоветовал эльф. — Эльза права: пока вы привыкнете, может и истощение наступить.

— Да, наверное, так и сделаю, — кивнула я, думая больше о предстоящем ночном «мероприятии», чем о рецептах для повара.

Закончив ужинать, вернее, долго жевать один несчастный фрукт ярко-розового цвета, я поднялась в спальню, переоделась с помощью Литы, надела очередную длинную ночную рубашку и улеглась в постель. Рядом, на подушке, снова лежала книга, на этот раз, для разнообразия, детские сказки. В любовных романах обычно пишут о свечах, заливавших спальню ровным светом, о трепетной девственнице, страдающей от одной мысли о необходимости расстаться с невинностью, о длительном ожидании мужа или возлюбленного. Понятия не имею, что там насчет ожидания, а вот свечей, как по мне, было маловато: буквы в книге разглядеть, конечно, можно, а, например, темный угол наискосок от кровати — нет. Да и девственница страдать отказывалась. Бог-родоначальник уже успел довести меня до предела своими постоянными требованиями зачать наследника, и теперь я просто-таки мечтала потерять девственность, искренне надеясь, что после этого неугомонный старик наконец от меня отстанет.

— Вера? — позвал с порога знакомый голос. Мужчина, красовавшийся в домашнем костюме — штаны и майка непонятных цветов — подошёл поближе, положил на кровать два любовных роман. Похоже, тексты все же были прочитаны. Закрыв за собой дверь, Димирий вернулся и сел на постель.

— Вера, вы же умная девушка, это видно и по вашему общению, и по взглядам на жизнь! Как же вы можете читать подобную чушь?!

Вот нечто подобное я и ожидала. Занудный ученый, удовлетворяющий свою похоть со служанками и не желающий возвращаться из храма науки в реальную жизнь.

— …и ведь если обратить внимание на главного героя данного романа, как бишь его там? Ларсен? Вы только посмотрите на него, он же полностью нежизнеспособен: маменькин сынок, меняющийся под действием любви к одной конкретной девушке, причем…

— И долго ты его слушать будешь? Так и вторая ночь без результата пройдет.

Смотрите, кто объявился. Похоже, собирается брать действие в свои руки, заодно и удостоверится, что процесс пошёл.

— Что я там не видел, дурында. Если вас обоих сейчас лбами не столкнуть, вы снова время потеряете.

— Вера! Вера, вы меня слышите? Снова предок? Простите, я забыл активировать амулет Силы, — граф оторвался от романов, полез в правый карман, достал небольшой синий кругляш, сжал его в руке и удовлетворенно улыбнулся:

— Вот так, теперь нам точно никто не помешает. Так на чем я остановился? Ах, да… Ларсен…

— Димирий, — не выдержала я, — вы целоваться умеете?

Мужчина оскорбленно вскинулся:

— Естественно!

— Тогда, может, вы меня поцелуете?

Ночь прошла результативно. Как оказалось, супруг умел не только целоваться. Недействующая левая рука практически не мешала, и ближе к утру его светлость все же расслабился.

— Похоже, предку нужно сказать спасибо, — пробормотал он, лежа рядом и поглаживая мои волосы.

— Скажем — он еще больше возгордится, — мне было хорошо, причем настолько, что даже бог не смог бы испортить чудесное настроение.

— Куда уж — больше, — хмыкнул муж.

К завтраку я не спустилась — дождавшись, когда отчаянно зевавший муж наконец-то уйдёт по своим архиважным научным делам, я завернулась в одеяло и, почувствовав себя гусеницей в коконе, заснула. Проснулась ближе к обеду от громкого урчания в животе. Пришлось вставать и идти умываться. В принципе, я и раньше могла ночами не спать — то одна срочная подработка, то другая, — но к хорошей жизни, как выяснилось, быстро привыкаешь. В этом мире я находилась меньше месяца, а уже воспринимала как должное и помощь служанки, и долгое нежение в постели, и красивую качественную одежду.

Приведя в себя в порядок, я дождалась Литу, облачилась с её помощью в светло-голубое шёлковое платье длиной до середины икры и неспешно спустилась вниз. В кабинете чаёвничала в одиночку Эльза. Увидев меня, девушка хитро прищурилась:

— Похоже, тебя можно поздравить?

— Смотря с чем, — не видя причин стыдливо краснеть, равнодушно пожала я плечами. — С потерей девственности — можно, с остальным — пока не знаю.

— Вера, — вместо меня мгновенно заалела щеками утончённая жена эльфа, — ты порой бываешь чересчур откровенна. В приличном обществе так не говорят.

— Так то в обществе. Мы с тобой тут вдвоем. Где ж общество? — я села на стул напротив, налила в пустую фарфоровую чашку крепкий чай из заварника и демонстративно принялась пристально рассматривать сценку, изображенную на посуде. — Мне кажется, или они целуются?

— Не кажется, об этом как раз говорить можно. А вот так как ты…

— Ясно. Двойные стандарты и псевдопуританское общество.

— Не ругайся, — хмыкнула собеседница, — а то страшный секрет не открою.

— Судя по твоему тону, секрет действительно страшный, — задумчиво пробормотала я, намазывая на подсушенный хлебец фиолетовое варенье, — не уверена, что хочу его знать.

— Напрасно. Нам еще подготовиться нужно.

— К чему? — подозрительно взглянула я на чересчур довольную девушку. — Эльза, не томи. Что еще случилось в этом доме?

— Не в доме. В княжестве. Драконы прилетают — пояснила приятельница.

— Знаю, — тоже мне, секрет Полишинеля. — И что?

— Вера, а ты за кого замуж вышла? — и вопрос, и прищур, и тон мне не понравились.

— За графа.

— Не то. Он советник князя, не забыла?

— Эльза, — вздох вышел тяжёлым, — я ночь не спала, кофе здесь нет, голова не работает. Давай по слогам, пожалуйста. Драконы. Прилетают. Мой муж советник. Князя. Связь где? И при чем тут я?

— При том. На официальном мероприятии должна присутствовать высшая аристократия. Включая советника. С женой.

А вот тут у меня неприлично открылся рот.

— То есть… — по коже прошел мороз, стало некомфортно находиться в комнате, — Ты хочешь сказать…

— Именно, — торжественно кивнула Эльза. — Ты будешь обязана посетить дворец. Вместе с мужем. Вера! Вера, не бледней ты так! Никто тебя убивать не собирается. Вера!

— Эльза, ты не понимаешь… — дышать было тяжело, я и говорила-то с трудом. — Можно как-нибудь этого избежать? Ну что ты молчишь?!

— Вера, — вздохнула приятельница, — тебе нужно успокоиться. Ты — графиня, жена не последнего человека в государстве. Чего ты так испугалась?

— Действительно, чего? — горько усмехнулась я, немного придя в себя. — Может, того, что каждый раз вижу в зеркале?

— И что ты видишь? — фыркнула девушка. — Носитель Силы сказал, что это проклятие, и оно, заметь, снимается. Вера, прекрати трястись.

Ответить было нечего. Вернее, на языке слова вертелись, но сплошь нецензурные, поэтому я промолчала. Конечно, это ведь не в неё тыкают пальцами все кому не лень, начиная с четырнадцати лет. Именно тогда моя кожа превратилась в минное поле, именно тогда я стала как можно реже бывать на людях, именно тогда поняла, что пойду учиться заочно. И когда Дашка, младшая сестра, заканчивая девятый класс, начала ходить по вечеринкам и дискотекам в компании с кавалерами, я зубрила дома учебник, надеясь поступить в любой ВУЗ. Куда угодно, только не очно. Филолог, историк, бухгалтер, психолог — мне было все равно, что сдавать и к чему готовиться: времени имелось выше крыши. В итоге поступила на филфак, кое-как отучилась нужные шесть лет и, стараясь не думать о бывших однокурсницах, успевших и выйти замуж, и родить, работала дома и читала, читала и снова работала. Жизнь удалась, да. И все — из-за болезни кожи. Проклятие? Да что угодно! Но мне хватило хихиканья в университете, а сейчас, получается…

— Вера, ау! Вера!!!

И зачем кричать.

— Я тебя слышу…

— Отлично. Тогда вставай. Портниха приехала.

— Зачем? — окончательно выныривая из мыслей и воспоминаний, недоуменно посмотрела я на Эльзу. — Она же была здесь недавно?

Снисходительный взгляд собеседницы дал понять, что жена эльфа относится ко мне как к наивному глупому ребёнку.

— Платья шить. Тебе и мне. Для встречи драконов.

— А уже пошитые куда? — не поняла я.

— Вера… — театрально прижала руку к сердцу приятельница. — Не убивай меня… Ты хочешь в этих тряпках встречать самих драконов? На глазах у всего двора?

— То есть они не подходят?

— Вера! Пошли, мерки наши у портнихи есть, будем обговаривать фасоны.

Какие фасоны? Меня в половую тряпку заверни, и то нормально смотреться буду: плоская, мелкая, худая. Вот какие тут могут быть фасоны? Да и поесть как следует я не успела — отвлеклась.

— Иди-иди, стала женой аристократа, будь добра, соответствуй, — послышался ехидный голос Диара.

Смотрите, кто появился. Вершитель судеб человеческих. Мало того, что от семьи оторвал и в другой мир закинул, так еще и командует постоянно.

— Вот вы, бабы, дуры неблагодарные, — чуть ли не зашипел бог лжи. — Ты вспомни, как до этого жила, как в комнате своей заживо сгнивала. Какая-такая семья? Где ты её увидела? Мать, которой ты сто лет не нужна, или сестрица ненаглядная, из-за которой у тебя сейчас проклятие на лице? А теперь что? Как сыр в масле катаешься, слугами помыкаешь, а все выделываешься. Куда пошла? Налево и наверх. Не внизу же вам, слугам на потеху, с портнихой общаться.

— Вера? — приятельница повернулась ко мне.

— Иду, Эльза… — и не хотелось, а надо…

— Что-то случилось?

— Да нет, с богом общаюсь параллельно.

— Ох, Вера… — пробормотала тихо жена эльфа. — Ты хоть вслух об этом при людях не говори… Не поймут…

— Вот-вот. Запрут где-нибудь, бдительную служанку приставят, все вещи опасные отберут, — в негромком голосе божества слышалось неприкрытое глумление. — До конца жизни будешь мужа покорностью радовать.

Я лишь фыркнула на такие намёки. Психушка, подумаешь. Здесь всякой гадостью колоть не будут, остальное пережить можно. Зато никуда выходить не надо…

— Дура, — припечатал Диар. — Смотри мужу своему такое не ляпни. Взрослая баба, а такая трусиха.

Мы наконец-то вошли в одну из гостевых комнат, в которой расположились портниха с помощницами, и следующие несколько часов мне было не до местного бога.

Ткани… Я никогда даже предположить не могла, что их так много: на слуху были байка, шёлк, шифон, хлопок, фланель. Ну, может, ещё три-пять названий изредка встречались. А тут… Половину комнаты занимали рулоны. Вообще-то, логично было бы принести лишь небольшие отрезы: приложил к телу, увидел, как будет смотреться, не понравилось — отложил в сторону. Как оказалось, далеко не всегда эта тактика срабатывала: нужно было завернуть модель в тот или иной рулон, причем в том числе и перед окном, чтобы посмотреть, как ложится на ткань свет, и только потом выносить вердикт. Меня заворачивали, осматривали, освобождали от ткани, брали другой рулон. С Эльзой проделывали то же самое. Я послушно крутилась в нужные стороны, вполуха слушая, как жена эльфа умудряется, выполняя указания портнихи, при этом обговаривать с ней фасон, длину и прочие не особо важные для меня мелочи.

К ужину я не спустилась. Не смогла — болели ноги, шумело в голове от трескотни помощниц и Эльзы, перед глазами мельтешили черные точки. Лита услужливо доставила поднос с едой в спальню, поставила его на тумбочку и практически на цыпочках удалилась. Даже не замечая, что ем, я механически отправляла в рот одну ложку за другой.

— Смотри фарфор не откуси, — хмыкнули над ухом.

— Зачем я там? — прожевав очередную ложку, я отодвинула поднос подальше.

— А ты подружку свою позови и о муже любимом расспроси: как он калекой стал, почему до тебя не женат был.

Связи между вопросом и ответом я не увидела, но бог, похоже, уже исчез, так что оставалось или лежать пластом, или спуститься на первый этаж и попробовать разыскать жену эльфа.

— Вера, ты как? — заглянул в комнату желанный объект. Правильно говорят: «На ловца и зверь бежит».

— Почти живая, — отшутилась я. — Эльза, посекретничаем?

В глазах приятельницы зажглись лукавые огоньки. Да уж, вот она, первая сплетница в округе.

— …как стал инвалидом? Да тут особого секрета нет, просто не распространяются на эту тему. Вот в твоем мире сколько лет живут?

— Максимум — девяносто.

— Кошмар! Отсталый народ! У нас самым глубоким старикам двести тридцать недавно исполнилось.

Я завистливо сглотнула. Да уж, это действительно возраст.

— А маги? Ну, носители Силы?

— А, те и до трехсот прожить могут, ну так я к чему. В тридцать Димирий закончил учиться в столичной академии. Его невесте тогда только исполнилось семнадцать — вообще-то, рановато, мне сейчас двадцать два, и то я замуж особо не стремилась, но она просто рвалась создать семью и стать самостоятельной. Родители спорить не стали, назначили свадьбу. А потом граф приехал к невесте и увидел, что она приносит жертву…

Многозначительное молчание и внимательный взгляд на меня не подействовали.

— Эльза, я неместная.

Тихий вздох мученицы.

— Вера, у нас об этом говорить не принято… Есть носители Силы, они обладают возможностью колдовать с рождения, в течение жизни старательно развивают свой дар, совершенствуются. А есть те, кто Силой не владеет, но колдовать хочет. Их не очень много, но они есть. Ты слышала о Пустынных Землях?

— Это там, где нежить и нечисть обитают?

— Именно, — согласно кивнула приятельница. — А ещё туда ссылают всех, кто замарал себя жертвоприношениями.

— Так… — протянула я. — А теперь по буквам, пожалуйста. Невеста Димирия хотела обрести Силу, потому устроила жертвоприношение, он ее застал за этим, и девушку сослали в те самые Земли. Правильно?

— В общих чертах, — последовал ответ.

— Тогда у меня несколько вопросов. Первый: кого она приносила в жертву? Людей? Эльза!

Собеседница побледнела.

— Фантазии у тебя. Нет, конечно. Животных.

— Хорошо, поняла, — я потянулась на постели, переваривая ужин. — Тогда второй вопрос: из этих Земель нельзя вернуться?

— Нет. Они отгорожены от остального мира.

— Ясно, — я устало зевнула. — Тогда третий вопрос. При чем тут рука графа?

— Так невеста его прокляла, — пояснила приятельница. — Прилюдно заявила, мол, ты меня, свою нареченную, предал, так пусть тебя твоя же рука предаст. Ну вот с тех пор твой муж и ударился в науку.

Потрясающе. Чистая психосоматика. Хотя кто бы говорил…

— Последний вопрос: Диар в очередном разговоре сопоставил два факта: мое появление перед драконами и руку Димирия. Где связь?

— А вот тут не знаю. Но это же бог лжи, Вера, он в любой момент солгать может.

Это да. Тут я даже спорить не буду. Выдаст информацию — и сиди думай, что правда, а что — ложь.

Глава 4

Ночь прошла рядом с мужем. Димирий распробовал, что значит отдавать супружеский долг, и теперь не стремился засиживаться допоздна в кабинете. Романтики у нас не было по-прежнему, но хоть нежность в отношениях появилась…

Утром нас разбудила прислуга:

— Господин, — с причитаниями ворвалась в спальню ключница, та самая женщина, что сопровождала меня к алтарю, — господин, Денир повесился! Прямо в конюшне! Что же делается, господин?

— Вария, выйди, — нахмурился еще сонный супруг, — и соблюдай приличия.

Служанка покраснела, замолчала и выскочила за дверь.

— Кто такой Денир?

— Старший конюх. Спокойный, рассудительный мужчина. Понятия не имею, что ему взбрело в голову, — Димирий вылез из кровати и начал одеваться. — К завтраку вернуться не успею.

Я кивнула, проводила мужа взглядом и нехотя отправилась в душ. Несколько минут под прохладными струями прогнали остатки сна и придали бодрости телу. В комнате уже ждала Лита. Шёлковое платье салатового цвета с открытыми плечами и шеей и длиной чуть ниже колена в этом мире, судя по осуждающим взглядам служанки, казалось верхом неприличия. Впрочем, девушка молчала, супруга рядом не было, а остальные… Переживут.

За обеденным столом обнаружилась одна Эльза. Как оказалось, Лориан сбежал от жены под благовидным предлогом. Мол, родная, как же я друга своего брошу, в такой тяжелый для него час, он же смерть конюха переживет с трудом!

— Хоть бы что-нибудь более правдоподобное придумал, — хмыкнула я, услышав рассказ приятельницы.

Та лишь пожала плечами:

— Хочется ему — пусть идет. Все равно повод найдёт.

— И ты так спокойно об этом говоришь… — я уселась за стол, подождала, пока слуга наложит на тарелку кашу-размазню, безо всякого энтузиазма начала есть.

— Вера, ты из другого мира, — покачала головой жена эльфа, — тебе не понять: здесь мужчины и женщины могут иметь общий досуг только в исключительных случаях.

— Например? — с любопытством поинтересовалась я.

— Ну… Длительная поездка, — это уже третий глоток армила. Мадам решила напиться? Да уж, хороша ты, семейная жизнь, спору нет… Пора, чувствую, приручать Димирия, иначе пойду по стопам Эльзы.

— И какой там досуг? — я доела кашу, отставила тарелку в сторону. — Хворост вместе собирать? Или, может, палатку ставить?

На меня посмотрели с ужасом:

— Вера, какой хворост? Для этого же есть слуги!

Действительно…

— Можно посидеть перед огнём, обнявшись, — мечтательно пробормотала жертва собственного выбора.

— Хороший досуг, — фыркнула я.

Добавить ничего не успела: в обеденный зал влетела та самая Вария. Она, похоже, ходить не умеет, только бегает…

— Госпожа, — повернувшись ко мне всем телом, затараторила ключница, — госпожа, там, там… Там дракон!

— Где? — не поняла я.

— Здесь, — раздался насмешливый голос, и в зале появилась еще одна фигура: высокого роста, с телосложением начинающего бодибилдера, синеволосый мужчина, одетый в смокинг, держался уверенно и смотрелся, надо признать, эффектно. Для Эльзы — так точно. Мужнина жена заалела щеками, начала нервно теребить салфетку и поедать взглядом вошедшего. Служанка застыла столбом, не смея даже дышать, в открытую дверь заглядывали любопытные горничные. И ни единой адекватной души вокруг. Вот где носит этих мужчин, когда они дома так нужны?

— Доброе утро, — я встала, подошла к гостю, чуть нагнула голову, приветствуя, как равного. — Я — Вера, жена графа. А вы кто?

Сзади тихо охнули. Причем, похоже, к любительнице эльфов присоединилась ключница. Глаза цвета кофе с молоком осмотрели меня с ног до головы, мужчина качнул головой.

— Необычное приветствие, Вера. Я — лорд Шаринас. Ваш супруг…

— Отбыл по делам, должен скоро вернуться. Прошу, присаживайтесь, разделите с нами пищу.

Слаженный вздох повторился.

— Извините, я прикажу проветрить комнату. Похоже, кому-то не хватает воздуха.

На этот раз за спиной раздалось возмущенное фырканье. На тонких губах дракона появилась улыбка.

— Вы странная женщина, Вера. И это мне нравится.

В этот момент в обеденный зал влетели Димирий и Лориан.

До самого сна я зубрила межрасовый этикет. Муж рассыпался в извинениях перед высоким гостем и, объяснив дракону причину опоздания, увел того в кабинет. Эльф выслушал двух ябед, одарил меня загадочным взглядом и отправил нас с Эльзой в библиотеку — выбирать «странной» графине книги, регламентирующие общение между расами. Естественно, в первую очередь мне вручили талмуд, касавшийся норм поведения при драконах.

— Да что вы с ними так носитесь? — недоумевала я, поднявшись в спальню и забравшись с ногами на постель.

— Вера… — практически простонала моя собеседница, поудобней устраиваясь в кресле напротив, — я, конечно, понимаю, ты из другого мира, но вспомни хотя бы сказки для детей.

— И? Драконы. Страшные. Не будешь слушаться — придут и заберут из семьи.

— Драконы — дети богов, они даже не долгожители, они живут тысячи лет, то есть практически вечность, в их руках сосредоточена такая мощь… Да пожелай этот лорд тебя уничтожить, Димирий уже устраивал бы поминки! Неужели ты не чувствовала, какая у гостя Сила?

— Нет, — честно призналась я, раскрывая талмуд на первой странице. — Эльза, а что значит «энтереной»?

— Заместитель. Это постоянный титул Правящего Дракона.

— Так а кого он замещает-то?

— Богов. Заместитель богов в этом мире.

— Только самих богов спросить забыли, — фыркнул старческий голос. Возвращение кота Леопольда…

— То есть, если я правильно поняла, они, эти драконы, настолько возгордились, что считают себя этакими земными божествами?

— Почему возгордились? Они почти бессмертны, сильны, могущественны…

— …наглы, безмозглы…

Хорошее дополнение.

— Открой главу «Приветствие». Ты нарушила все правила! Нельзя, понимаешь, ни в коем случае нельзя заговаривать с драконом! Да еще при этом смотреть ему в глаза! А твое предложение разделить пищу? Ты поставила практически бога на низшую ступень, вровень с собой!

— Давай, — подбодрил голос.

— Что давать? — уточнила я.

— Ну я же чувствую! Оторвись! Выскажи ей, что думаешь насчет этих вшивых этикетов!

Подстрекатель.

— Приличные девушки так не выражаются.

— Ты уже не девушка.

Видимо, первую часть опустили по умолчанию…

— Вера, ты опять?.. — с сомнением в моих умственных способностях поинтересовалась приятельница. Конечно, это не ее постоянно отвлекают от повседневных дел.

— Все, довела она меня. Третья ступенька сверху в башне родительского замка. Повтори.

— Зачем?

— Я кому сказал?! Будут еще всякие пигалицы во мне сомневаться!

Вздохнув, я послушно повторила:

— Третья ступенька сверху в башне родительского замка, — и тут же добавила, заметив, каким испуганным стал взгляд собеседницы. — Понятия не имею, что там.

— Зато я имею. Будет выделываться — эльфёнку сразу сообщу.

— Эльза, успокойся. У его божественного сиятельства, видимо, дурное настроение сегодня, — с нескрываемой иронией обратилась я к перепуганной жене эльфа.

— Ох, Вера… Ты не понимаешь… Если это и правда бог, то ты можешь стать одной из Призванных…

Миленькая вазочка фиолетового цвета, до этого момента стоявшая на туалетном столике, вдруг поднялась в воздух и сама разбилась о стену. Так…

Впечатленная подобным жестом, рядом охнула Эльза.

— Я… Я поняла… Я буду молчать… Вера, я пойду… Пора уже…

Прекрасно. Одна сбежала, другой замолчал. Я покосилась на раскрытый талмуд и вернулась к чтению.

Обед и ужин мне принесли в комнату. Лита добросовестно доставляла своей госпоже снедь и забирала пустую посуду.

Ночью пришел муж, сел рядом на постель, обнял меня здоровой рукой, прижал к себе.

— Родная, тебе повезло, что одной из жён лорда пару столетий назад была эльфийка, и он с пониманием относится к присущей вашему полу эмоциональности.

Ну вот. Теперь меня ещё и в истерички записали.

— Димирий, что он вообще тут забыл? Делегация, насколько я помню, должна к князю прибыть, а не сюда.

— Проверяет готовность.

И взгляд в сторону. То есть это сотрудник спецслужб? Не похож, вроде. Хотя я ни с одним особистом, не знакома…

— И долго мне сидеть в четырех стенах?

Тёмно-синие глаза посмотрели с изумлением.

— Никто не принуждает тебя оставаться все это время в комнате, ты можешь вести обычный образ жизни. Только, прошу, одевайся поскромней и избегай встреч с гостем.

— Просто поворачиваться и бежать, когда вдруг столкнусь с ним в коридоре? — иронично поинтересовалась я и получила в ответ вымученную улыбку.

— Нет, конечно, но, пожалуйста, не ищи с ним встречи.

Странный мир. Странные правила. Странные речи.

— Да я и первый раз не искала. Если бы Эльза отмерла и приняла удар на себя, я спокойно посидела бы за столом. Молча.

Судя по скептическому взгляду, мне не поверили.

Утром, достав из платяного шкафа самое длинное, в пол, и совершенно бесформенное вельветовое платье, полностью закрытое, однотонное, чёрного цвета, я с помощью Литы переоделась, повязала на голове одну из многочисленных косынок, в тон наряду, обулась в такого же цвета закрытые туфли и спустилась к завтраку. Прекрасно понимая, что это всего лишь бравада, я, тем не менее, решила следовать букве закона, то есть дословно исполнять просьбы супруга.

Как и ожидалось, его надменного сиятельства за столом не было. Конечно, разве можно вкушать пищу в обществе обычных смертных. Эльза и Лориан и не подумали скрыть удивления при моем появлении, муж же неодобрительно качнул головой. Опять ему все не так. Сам же просил одеваться поскромней. Хотя та же приятельница, наряженная в шёлковое платье, без стеснения сверкает оголенными плечами и приличным по местным меркам вырезом, прикрытым ажурным воротником, и ей никто замечания не делает.

На этот раз блюда показались мне если не шедевром кулинарного искусства, то вполне приемлемой пищей. То же мясо было хорошо прожарено, в меру посолено, причем с добавками специй, в традиционной каше-размазне и овощном салате тоже ощущалась соль.

В общем, я ела с удовольствием, а вот мои сотрапезники откровенно кривились.

— Похоже, повар сегодня витал в облаках, — проворчала раздраженно жена эльфа.

— А по-моему, чудесно приготовлено, именно так, как я люблю, — ответила я и получила сразу три удивленных взгляда.

— Вера, как ты можешь это есть? Оно же все несъедобно!

— На вкус и цвет, — пожала я плечами, прицеливаясь к кусочку жареной рыбы.

После завтрака мужчины традиционно отправились наслаждаться обществом рукописей, Эльза вспомнила о каком-то жутко срочном деле, которое нужно было закончить еще вчера, и я осталась одна за обеденным столом.

Допив кисло-сладкий компот, я встала и неспешно побрела к лестнице. Делать было решительно нечего, разве что справочник по межрасовому этикету снова открыть и перечитать, поэтому в свою спальню я особо не торопилась, но и задерживаться на первом этаже не считала нужным: ещё натолкнусь ненароком на одного полубожественного господина, муж потом замучает нотациями.

Не удивлюсь, если кто-то из богов услышал мои мысли и решил поразвлечься за счет одной глупенькой попаданки: в коридоре, практически нос к носу, я столкнулась с драконом. Высокий красавец, одетый в строгий брючный костюм серого цвета, остановился, похоже, специально для общения.

— Доброе утро, Вера, — внимательно оглядев меня с головы до ног, поздоровался гость.

— Доброе утро, лорд Шаринас, — я почтительно склонила голову, так, как сделала бы это перед князем или правителем эльфов, но как запрещено делать перед драконами. Ничего, не умрет от подобного знака невнимания со стороны землянки. Будем считать, что я еще не все пункты этикета успела вызубрить. Растекаться положенной лужицей перед ящером совершенно не хотелось, — простите, мне нужно идти.

— Вы спешите? Или вам неприятен разговор со мной? — ровный тон без малейшего удивления. Интересно, ему действительно все равно? Или это просто такая железная выдержка?

— Меня не учили общаться с потомками богов, — сказала гадость и отправилась в спальню. Чувствую, день выдастся насыщенным…

Сменив вызывающий наряд на простенькое домашнее белое платье, я уселась в кресло, тоскливо вздохнула и в очередной раз взяла в руки справочник по этикету. Картинок в выданном мне фолианте было мало, пришлось вновь вернуться к нудным описаниям. Глаза пробегали по строчкам, а мысли витали где-то далеко. Вместо того чтобы зубрить поклоны и книксены, я с удовольствием вспоминала, как в детстве мы с Дашкой играли в войнушку и прятки с соседскими мальчишками у бабушки в деревне и первый раз красили губы помадой вишнёвого цвета, «совсем по-взрослому», тайком от взрослых, выждав, когда останемся в доме одни. Сколько нам тогда было? Десять и восемь, кажется… Мы, может, и не дружили крепко, но уж точно не ругались и умели найти общий язык. Всё изменилось потом, когда отец ушёл из семьи. Просто взял и не вернулся домой, вычеркнул нас троих из своей жизни. Я видела как-то его с новой пассией в кафе недалеко от дома, ничего особого, обычная, каких по улицам толпы ходят. Спрашивать, что он в ней нашел, было глупо, да и не замечали они, занятые друг другом, подростка, спрятавшегося за углом… Мать не выдержала испытания, практически сразу же постарела, ушла в себя, перестала интересоваться делами дочерей, у меня, как мне казалось, на нервной почве, начались высыпания, Дашка отдалилась, связалась с девчонками постарше… Как они обе теперь? Как…

— Вера! Вера, ты в каких облаках витаешь?

— Эльза? — я моргнула, возвращаясь в реальность. Приятельница выглядела взбудоражено. — Что-то случилось?

— Дракон согласился помочь!

— В смысле? С чем помочь?

Собеседница покачала головой:

— Все время забываю, что ты многого не знаешь. Лорд Шаринас предложил свою помощь в расследовании покушений на тебя.

— Зачем? — глупый вопрос, конечно, но ничего другого в голову не приходило.

— Понятия не имею. Но от подобных предложений не отказываются! Сейчас придет служанка. Переодевайся, через полчаса надо быть внизу, — и жена эльфа умчалась куда-то.

Да, предчувствие меня не обмануло: день действительно будет нескучным…

Примчавшаяся взволнованная Лита помогла облачиться в изумрудного цвета платье, сшитое точно по моей фигуре. Здесь длина была до середины икры, вполне прилично по меркам этого мира. Туфли-лодочки салатового цвета и лента в тон им в волосах, легкий макияж, и вот уже из зеркала смотрела прыщавая графиня. Что ж, хоть что-то.

— Лита, успокойся. Подумаешь, дракон.

— Ох, госпожа, — всплеснула руками перепуганная девчонка, — он же нас всех соберет, мысли читать будет!

Вот тут уже нехорошо стало мне.

— То есть как это всех соберет?

— Ну да, в коридоре, там места много, построит рядком и в головы полезет.

Второе меня мало пугало, пусть лезет, даже в мою, ничего пристойного там не увидит. А вот первое… Толпу я ненавидела, от любых сборищ старалась держаться подальше, а здесь получается, что… Что на меня будут глазеть все слуги этого дома… Да, умом я понимала, что это глупость, что мое лицо уже давным-давно всем знакомо. Но то ум… И все же надо было спускаться…

Кое-как взяв себя в руки, я вышла из комнаты. А ноги-то дрожат… Дойти бы, там хоть сяду. Надеюсь.

— И тут она трясется. Вот же дура девка! Кому нужна твоя физия?

Здравствуйте, господин бог, давненько вас не слышала…

— Иди давай. Да не трусь ты. Там только тебя и ждут.

Могли бы и без меня все выяснить, а я тихонько посидела бы в кресле, с фолиантом на коленях…

— Мечтательница. Попала на глаза ящеру — все, считай, жизнь нормальная закончилась.

А она у меня была, та нормальная жизнь?

На этот раз Диар промолчал.

В коридоре и правда собралась толпа. Божечки, ужас какой. Это мне туда…

— Вера, — ко мне быстрым шагом приблизился муж, — лорд Шаринас любезно предложил свою помощь в расследовании. Пойдем, тебе надо будет всё самой увидеть.

Пришлось опереться о предложенную руку, чтобы не упасть. Супруг почувствовал, что со мной что-то неладное, удивленно вскинул брови, но промолчал.

Коридор был поделен на две половины: на одной сгрудились слуги, на другой стояли эльф с женой и дракон. Идти к последним, наряженным словно на праздник, — одно пышное кремовое платье Эльзы, усыпанное блестками, чего стоило — не хотелось. Пришлось.

Взбудораженные неприятной новостью, слуги не обратили внимания на жену своего господина. Лориан с супругой скользнули по мне равнодушным взглядом и вернулись к наблюдению за драконом. Последний дождался, пока мы с Димирием займем свое место на половине аристократов, и повернулся к челяди. По взмаху его руки прислуга довольно бодро выстроилась в один ряд, не особо ровный, правда, но никого данный факт не волновал. Мне почему-то казалось, что телепату необходимо подходить к каждому подозреваемому и устанавливать с ним контакт. Я ошибалась: лорд Шаринас положил ладони на виски и замер. Какое-то время ничего не происходило, затем Дира, невысокая пухленькая брюнетка, одна из горничных, убиравших комнаты, пронзительно закричала, схватилась за голову и осела на пол.

В полной тишине дракон убрал ладони с висков, передернул плечами, будто сбрасывал с себя тяжелый груз, и повернулся к нам. Смотрел он, что удивительно, на Лориана.

— Забирайте.

Эльф подошёл к девушке, встал рядом, и вокруг них замерцал ярко-желтый круг. Пара секунд, и обе фигуры исчезли.

Граф увел куда-то высокого гостя, слуги разошлись, перешептываясь, заниматься своими делами, мы с Эльзой остались одни.

— Пойдем чай попьем, — предложила я приятельнице, чувствуя острую необходимость пообщаться на разные тему.

Поднялись в мою комнату. Пока Лита организовывала чаепитие, обе молчали, думая каждая о своем. Потом, когда за служанкой закрылась дверь, я спросила, делая первый глоток:

— Он ее убил?

— Что ты, — поморщилась Эльза, примериваясь к воздушному пирожному, — драконы считают ниже своего достоинства вмешиваться в наши дела, в том числе и лишать кого-то жизни. Она без сознания. Лориан забрал ее в Государственный Сыск.

— В смысле, забрал? Он там работает?

— На добровольных началах, с допуском в казематы и пыточную.

Я почувствовала, как краска отливает от лица.

— Её будут пытать?

— Конечно. Надо же понять, из-за чего состоялись эти дурацкие покушения, — и, ничуть не задумываясь над сказанным, моя собеседница откусила часть от второго пирожного.

Чай показался горькой водой. Отставив чашку в сторону, я покачала головой:

— Она же совсем девчонка. Моложе нас с тобой.

— И что? — искренне изумилась жена эльфа. — За свои поступки нужно отвечать.

Да уж. Пытки — самое то для ровесницы Литы…

— Этот круг, что вспыхнул вокруг них…

— Портал. Лорд создал, — Эльза налила себе вторую чашку зеленого чая. — Даже у драконов не все носители Силы на это способны. Поговаривают, что только члены королевской крови способны открывать подобные порталы.

Час от часу не легче. Я нахамила члену королевской семьи. Пойти, что ли, добровольно сдаться в этот Сыск?

Приятельница вскоре убежала по своим делам, я же сидела в кресле и пыталась понять, насколько в действительности могущественные эти ящеры, если они способны создавать пространственные порталы и читать мысли за несколько секунд.

— Не мощней, чем я.

Действительно. Такая мысль в мою глупую голову почему-то не приходила. Тогда получается…

— Вот дурная девка. Тебе о будущем надо думать, деток рожать, а ты чем занимаешься, а? Да, если хочешь знать, могу. Планету — вряд ли, а город — спокойно.

И это говорит бог лжи…

— Верка, не провоцируй.

Я только вздохнула. Дурная, наверное… Только страшно это — осознать, что общаешься с настолько мощными существами…

— Верка, я щас мужа твоего пригоню сюда. Пусть из тебя всю дурь выбьет.

— Он женщин не бьет, — я, конечно, могла и подумать, бог меня услышал бы, но захотелось именно сказать, наверное, потому что в этом случае голос в голове уже не так походил на шизофрению. Или какое там психическое расстройство с подобными признаками?

— Ниче, — хмыкнул тот самый голос, — можно и другими способами на вас, дур, воздействовать.

Муж действительно пришел, ближе к ужину, сел рядом, обнял, прижал к себе.

— Полагаю, теперь покушения прекратятся.

— Что-то выяснили?

— Не очень много. Кто-то из приближенных к княжне пообещал Дениру, старшему конюху, удачно пристроить его дочь, Диру, если та поможет от тебя избавиться.

Пристроил. Обоих.

— Кто — известно?

— Мне — нет. Лорд Шаринас, скорее всего, знает, но рассказывать не торопится.

— Зачем он предложил свою помощь? — поинтересовалась я. Нет, в самом деле, для чего полубожеству вмешиваться в дела людей? Да еще и частным образом?

Супруг чуть отодвинулся, внимательно посмотрел, будто бы первый раз меня видел, чуть помолчал, потом сообщил:

— Лорд Шаринас — телепат, обычно он закрывается от чужих мыслей, так как не желает погружаться, как он выразился, в «этот грязный мир», но ты его заинтересовала необычным поведением…

Муж замолчал, не особо довольная напрашивавшимся выводом, я предположила:

— Он меня прочитал?

— Нет. У тебя на мыслях стоит блок. Видимо, от бога лжи. И именно этот блок заинтересовал дракона. Мне пришлось рассказать, откуда ты и как здесь очутилась.

— Судя по твоему настроению, ничего хорошего это не предвещает.

Граф устало улыбнулся.

— Драконы — эгоисты и собственники. Они предпочитают удовлетворять все свои желания.

— Я тоже эгоист, и фиг ему, а не желания, — ворчливо уведомил голос, — будет зарываться — быстро крылья пообломаю.

— Димирий, — нахмурилась я, пытаясь вникнуть в сказанное мужем, — ты ревнуешь?

— Не уверен, что данное чувство именно ревность, но…

— …но в качестве жены ты его устраиваешь. Пока. Два идиота.

Повторяется.

— …я не хотел бы тебя потерять.

— И только ляпни щас что про свое проклятие, — фыркнул недовольно голос.

— У тебя случайно амулета Силы с собой нет? — устав от божественных комментариев, спросила я мужа.

— Увы, — усмехнулся он. — Но, похоже, нужно носить его в кармане постоянно. Что сообщил мой предок?

— Что мы два идиота, и что я ему нужна в качестве твоей жены. Дальше цитата, касаемо дракона: «Будет зарываться — быстро крылья пообломаю».

Судя по всему, цитата пришлась графу по душе: мужчина расслабился, из глаз ушло напряжение, рука стала именно обнимать, а не прижимать. Да уж, первый раз в жизни меня ревновали… Не сказала бы, что это было приятно, но значимой я все же себя почувствовала.

— Димирий, объясни мне одну вещь… Как может эльф работать в человеческом Сыске?

— А что тебя смущает? — поинтересовался муж.

— Он ведь наследник, будущий правитель. Нет?

Муж покачал головой.

— Лориан — полукровка. Правителем он станет, только если погибнут всего его родственники, пятьдесят четыре чистокровных эльфа.

Число меня впечатлило. И все же.

— И всё же. Не понимаю. Он — эльф, пусть и полукровка, и работает на людей.

— Что за предрассудки, милая, — усмехнулся супруг. — Доступа к государственным тайнам у Лориана нет, времени свободного полно, в Сыске его ценят за умение сопоставлять, казалось бы, разные факты. Так что он занят полезным делом, всего лишь.

— То есть слова о том, что он наследник, просто лишь слова?

— Ну почему же… — пожал плечами Димирий. — После смерти отца Лориан что-нибудь обязательно наследует, но не престол.

— Скандалы, интриги, расследования…

— Что-что? — переспросил муж.

— Так… Фраза из моего мира. Бывшего.

Глава 5

Дракон уехал через четыре дня. Всё это время он проводил или в своей комнате, обширных, богато обставленных апартаментах на четвертом этаже, или с мужчинами, постоянно расспрашивая о чем-то Димирия и Лориана. На Эльзу гость внимания не обращал, несмотря на все попытки девушки одеться как можно более элегантно, со мной лишь здоровался при встрече. В принципе, такое поведение лорда устраивало практически всех, за исключением жены эльфа. Но бубнёж недовольной приятельницы я выносила спокойно.

— Завтра примерка, готовься! — Эльза влетела в мою спальню, упала в кресло, довольно рассмеялась. — Я наконец-то утру нос Сэре. Боги, как долго я ждала этого момента!

— Хочешь сказать, завтра привезут готовые наряды? — уточнила я, мысленно прикидывая размеры этой катастрофы. — И когда? Утром или днем?

— Понятия не имею. Да и какая разница.

— Что значит, какая? — поразилась я. — В прошлый раз я осталась без обеда.

— Вера, ну вот как ты так можешь? — возмутилась приятельница. — Завтра прибудут наряды для поездки в княжеский дворец! Ты понимаешь? При чем тут какая-то еда? Тем более повар последнее время стал готовить отвратительно.

Вот уж действительно, вкусы разные.

— А вообще, я думаю заказать новый гардероб, — трещала между тем собеседница, — и тебе советую сделать то же самое.

— Эльза… — простонала я. — Ты это платье на моей памяти дважды надевала.

— Вот именно, дважды! — последовал энергичный ответ. — Сегодня — третий раз! Ты только посмотри на эту расцветку! Красные розы на молочном фоне! Фи! Такое сейчас никто не носит! А кружева на рукавах? Вот зачем они нужны?

— Так сама же захотела, — пожала я плечами, припоминая познавательную беседу приятельницы и модистки. Сколько нового я тогда узнала о моде двора, родственниках девушки и фасонах…

— Тогда хотела, сейчас — нет! Не понимаю я тебя, Вера! Вышла замуж — так пусть муж и содержит. Зачем стесняться?

О да, потратить весь бюджет на наряды, озолотить портниху и потом проедать плешь супругу с криками: «Где мои новые платья?!»

Платья привезли ближе к обеду. Нас с Эльзой пригласили в полупустую широкую гостиную, изначально предназначавшуюся для танцев, и модистка торжественно развернула перед заказчицами свои творенья. Я почувствовала себя настоящей Золушкой. Нечто светло-фиолетовое свисало с манекена, поражая легкостью и невесомостью. Да рядом с этой вещицей забудешь, как дышать!

— Ниче, граф вспомнит, когда счет подписывать будет, — отрезвил меня знакомый ехидный голос.

Да уж… Вот правду говорят: красота — страшная сила. Жаль, ко мне эта поговорка не применима… Не слушая восторженных воплей довольной приятельницы, я подошла поближе: какое счастье, что здесь нет пышных юбок, никогда не понимала, как можно носить на себе этакую тяжесть… А так — все просто, но со вкусом. Узорчатая вышивка на лифе, изображавшая то ли бабочку, то ли стрекозу, цветик-семицветик на юбке, три четверти рукава, никакого разреза, длина до середины голени, в общем, без изысков.

— Бабочка, стрекоза, — передразнил бог, — лисир это. Магическая сущность, оберегающая женщин от разных бед. Тебе что в защиту вкладывали?

Я недоуменно нахмурилась, затем вспомнила насекомое с изломанными крыльями. Так вот что это…

— Госпоже что-то не нравится, — оказывается, за мной внимательно наблюдали, и моя мимика не прошла не замеченной.

— Нет, все в порядке, — качнула я головой, продолжая рассматривать платье. Это же к нему и обувь нужна. И драгоценности подобрать необходимо…

— Будут тебе и обувь, и драгоценности, — фыркнул бог, — ты, главное, из дворца князя живой выберись.

Многообещающая фраза… Судя по молчанию, Диар исчез. Что ж, в его стиле: сказать гадость и сбежать…

— Вера, — окликнули меня сзади, — посмотри, правда, мне идет?

Я послушно обернулась и внимательно оглядела Эльзу. Вот уж кому шли и юбки, и разрез, и короткий рукав…

Жена эльфа стояла на пуфике, демонстрируя окружающим длинные ноги, тонкую талию и в меру пышные формы. Персикового цвета лиф облегал верхние «формы», как вторая кожа, брошь в виде расправившей крылья птицы сияла и переливалась драгоценными камнями, таким образом притягивая взгляд к V-образному вырезу. Наполовину открытые руки радовали взгляд белизной ровно до локтя, а вот выше уже шел рукав, украшенный лентами и вышивкой. Пышные юбки визуально уменьшали объемы и подчеркивали женственность девушки.

— Отлично выглядишь, — честно ответила я.

Двое суток, оставшиеся до приема драконьей делегации, пролетели незаметно. Я просиживала над книгами по этикету, генеалогическими справочниками и словарями. Димирий, видя такую жажду знаний, приставил ко мне личного надсмотрщика по имени Эльза, который три раза в день, ворча и негодуя, выгонял меня к столу.

— Вера, ты вообще смотришь, что ешь? — ехидно поинтересовалась приятельница после очередного застолья.

Я оторвалась от описания жизни далекого предка нынешнего князя.

— Обычно — да. А что?

— А то, что я сегодня первый раз за всё время увидела, как ты жуешь рекки.

— Это то блюдо, у которого был вкус ванили и меда?

— Именно. А еще оно жуткого тёмно-лилового цвета.

— А, помню, — кивнула я, размышляя, как бы побыстрее вернуться к прерванному чтению. — Я его из-за цвета и не ела.

— А сегодня распробовала, внезапно, — ехидно фыркнула жена эльфа. — Тебе ж сейчас люцина подсыпь — съешь горку и не поморщишься. Прекращай себя изводить. Я и половины из стопки у тебя на столе не читала, и ничего, живая.

— Ты местная, тебя знают, у тебя есть родственники…

— Вера! — прервала меня Эльза. — То ты на внешности зацикливаешься, то пытаешься «проглотить» половину графской библиотеки. У тебя ведь в голове сейчас каша. Скажешь, нет?

Скажу да. Я и правда умудрилась забыть выученные еще вчера правила поведения в обществе эльфов. Об этикете в присутствии драконов вообще промолчу. Так что да, каша, самая натуральная, манная, без комочков…

— Всё, бросай свои свитки с книгами, пошли в сад, — приятельница поднялась, потянулась. — Давай, Вера, там сейчас хорошо, вечерняя прохлада, почти сумерки…

— Куда я пойду в этом халате?

— Нормальная домашняя одежда. Ты же на задний двор выбираешься, а не к соседям в гости с официальным визитом.

Я с сомнением оглядела себя: длинный велюровый халат кислотного оранжевого цвета нормальной одеждой назвать было трудно, но Эльза, красовавшаяся, кстати, в милом светло-зелёном бархатном платье, отказа не принимала, так что пришлось нехотя вставать и идти дышать свежим воздухом.

— А вот это — дикий вертис, только посмотри на его крупные розовые бутоны. Понюхай, какой необыкновенный, бодрящий запах. Все модницы княжества душатся этим чудесным ароматом, — моя спутница устроила мне мини-экскурсию по саду, останавливаясь у каждой клумбы.

От указанного аромата я в восторг не пришла: этакая смесь цитрусовых и свежего морского бриза. А вот непонятная служанка, зачем-то быстрыми перебежками направлявшаяся к черному входу, меня насторожила.

— Эльза, разве в доме служат мулаты? — не совсем вежливо перебила я собеседницу.

— Что ты… Ох… — пробормотала изумлённо приятельница. — Я её раньше не видела…

— И тем не менее она в чепце и переднике, — пожала я плечами. — Сюда так легко проникнуть с улицы?

— Да нет, — растерянно ответила жена эльфа, — дом хорошо защищен, в том числе и магически. И Димирий, и Лориан заботятся о собственной безопасности.

— Тогда ее кто-то впустил? — задумчиво проговорила я. — Или?..

— Вера, знаешь что, пойдем-ка домой… Найдем мужчин. Пусть они со всем разбираются.

Я подавила вздох. В этом вся Эльза: пусть разбираются мужчины, а я посижу в сторонке.

В коридоре мы наткнулись на эльфа. Мужчина выслушал супругу, как-то странно улыбнулся и ушёл. Мы с приятельницей удивленно переглянулись: и что это было?

— Может, пойдем в кабинет, попьем чай? — неуверенно предложила Эльза. Не получилось: из обеденного зала выглянул Димирий, с той же странной улыбкой на губах

— Милые дамы, зайдите на минуту.

Зашли. И нос к носу столкнулись с той самой непонятной служанкой. Действительно, мулатка, 'шоколадка', как любили говорить на Земле, причем цвета нежного молочного шоколада. Высокая стройная шатенка с правильными чертами лица и аппетитными формами почтительно поклонилась, увидев нас.

— Знакомьтесь, девушки: Лидина, специально обученная служанка, будет сопровождать Веру повсюду в княжеском дворце, заодно присмотрит и за Эльзой.

«Специально обученная служанка»… Хорошо звучит. Жаль, граф не уточнил, кто и чему обучал эту Лидину…

Вечер и ночь промелькнули стремительно, будто их и не было вовсе, а утром меня разбудила Лита: пора было завтракать и собираться во дворец.

— Принеси еду в комнату, — распорядилась я, понимая, что просто не высижу полчаса за обеденным столом. Уже сейчас меня накрывало приступами, похожими на панические атаки: тошнило, бил озноб, как сумасшедшее тарахтело сердце. Я старалась не думать о висевшем в шкафу злосчастном платье, тщетно пыталась унять дрожь в руках и с ужасом понимала, что без успокоительного просто сойду с ума. Такие атаки со мной уже случались, там, на Земле, в основном во время сессий, когда необходимо было появляться в аудиториях и сдавать экзамены, сидя перед преподавателями и однокурсниками. В те дни мать каждый раз колола мне сильное лекарство: после него невероятно хотелось спать, но зато атаки проходили практически мгновенно.

Завтрак в голове не отложился. Я, одетая в удобную пижаму в синий цветочек, что-то механически жевала, даже не думая посмотреть, что конкретно попадало на зуб.

Скрипнула дверь, я повернула голову. Эльза, уже полностью одетая, в том самом персиковом платье и туфлях в цвет ему, стояла на пороге и внимательно смотрела на меня. Видимо, увиденное ей не понравилось: приятельница недовольно поджала губы и вышла из спальни.

Я отставила в сторону пустую тарелку. Нужно было вызвать Литу и начать собираться, но одна мысль о необходимости переодеваться повергала меня в ужас.

Дверь скрипнула повторно, на этот раз в спальне появились все трое: Димирий, Лориан и его неугомонная жена.

Мужчины внимательно оглядели меня и переглянулись. Как-то нехорошо переглянулись, словно замышляя что-то, что могло мне не понравиться.

— Действуй, — кивнул супруг.

Эльф медленно подошел к моему креслу, присел на корточки, мягко позвал:

— Вера, посмотрите на меня. Вот так, хорошо. Расслабьтесь. Я не причиню вам вреда. Вы забудете свой страх. Все хорошо. Все будет еще лучше. У вас все хорошо. Вера, вы меня слышите?

Мужчина говорил и говорил, я смотрела, как открывались и закрывались губы, и понимала, что меня пытались загипнотизировать. Хотя почему пытались… Тревога действительно уходила, её заменял покой. Мне было все равно, что подумают о проклятой жене графа представители высшего света.

Вызванная супругом служанка одела и причесала меня. Смотреться в зеркало не хотелось. Вообще все желания исчезли, будто их и не было; я, словно лунатик, встала и, подчиняясь приказам мужа, спустилась вниз, к стоявшей у порога карете.

— Долго она пробудет в таком состоянии? — до моего слуха донесся почему-то взволнованный голос Димирия, опустившегося на сидение рядом со мной.

Напротив уселись эльф с женой.

— Понятия не имею, — обескураженно ответил Лориан. — Я не ожидал таких серьезных последствий. Все должно было пройти гладко: нужно было просто приглушить ее волнение, а не… — мужчина запнулся. Мне стало неинтересно слушать дальше, и я повернулась к задернутому занавесками окну.

Приехали мы довольно быстро: всего несколько минут, и вот карета уже остановилась. Мужья вылезли первыми, как и положено по этикету, подали руки женам. Эльза с грацией кошки выпрыгнула из экипажа. Я же ощущала себя этаким неловким слоном, пока выбиралась наружу, но подобные ощущение в данную минуту меня нисколько не волновали. Слон и слон. Какая разница…

Княжеский дворец, вопреки моим ожиданиям, не блистал и не сиял. Стены, шторы, мебель, да и само здание были оформлены в терракотовый, коричневый и гранатовый цвета, никакой помпезности, всё строго и деловито.

— Драконы не любят излишнего шика, у себя дома они предпочитают эти оттенки, — ответил на мой вопрос муж.

К тому моменту наша компания зашла в помещение и, поднявшись по укрытым терракотовым ковром ступенькам, дошла до выкрашенных в красно-коричневый цвет дверей, гостеприимно распахнутых настежь.

Зал для встречи высоких гостей был наполнен народом: аристократы с семьями, выряженными в пух и прах, неспешно бродили по комнате и негромко общались друг с другом, слуги, то и дело почтительно кланяясь, проворно разносили тяжёлые подносы с закусками и аперитивом, у стены напротив входа, на возвышении, сидели две фигуры, видимо, князь с кем-то из семьи.

Советнику князя по этикету полагалось находиться недалеко от работодателя, так что под любопытными взглядами гостей и прислуги наша четвёрка прошествовала к правителю страны. Если бы не вмешательство эльфа, меня, скорее всего, била бы сильная дрожь. Теперь же, успокоенная по полной программе, я, не дрогнув, выдержала разгневанный взгляд Сэры, той самой дочери князя, расположившейся рядом с ним на втором троне, да и пристальное внимание самого правителя, брюнета средних лет, меня ничуть не смутило. Положенный реверанс вышел на славу: вот что значит тренировка и отсутствие волнения. О чем беседовали мужчины, мне было не интересно. Стоя этакой живой куклой, я лениво гадала, куда делась Лидина: с нами служанка почему-то не поехала, а Димирий четко сказал, что девушка будет моей охранницей на сегодняшний вечер.

Наконец недолгая беседа закончилась, и мы отошли к стене, встав таким образом, чтобы и проход видеть, и возле князя находиться в числе первых.

— Ах, какое у нее колье, — мечтательно прошептала стоявшая рядом Эльза.

— У кого? — так же тихо спросила я.

— У Сэры. Вера, давай, приходи уже в себя. Видела? Настоящие дирилы!

— Это те крупные камни ярко-синего цвета, что добываются у драконов?

— Девушки, потом пообщаетесь, — немного нервно шикнул на нас обеих Димирий.

В этот момент заиграла приветственная музыка, видимо, магического происхождения, так как музыкантов нигде не было видно, и в зал стали торжественно входить драконы. Вернее, то, что это были драконы, я поняла только потому, что знала, кого именно мы ждали. А так, обычные мужчины, ничем, кроме высокого роста и чересчур накачанного тела, не отличимые от местных.

Процессия дошла до трона, из общей группы выделился один из представителей драконьей расы, отличавшийся от собратьев седыми волосами, местный правитель поднялся, началась 'церемония знакомства', как я обозвала про себя это действо: мужчины говорили на непонятном языке, при этом практически не жестикулировали, лишь периодически кланялись друг другу, затем обменялись приготовленными заранее свитками, перевитыми разноцветными лентами, поклонились еще раз, и князь вернулся на свое место, а делегат направился к остальным драконам. Судя по всему, официальная часть завершилась.

Полубоги разбрелись по залу, высокомерно поглядывая на любопытствовавших аристократов, князь с дочерью куда-то исчезли, я, признаться, понадеялась, что после встречи высоких гостей можно и домой вернуться.

— Мечтательница, — хохотнул знакомый голос, — тебе еще… Верка! Почему я тебя не чувствую?! Что эти два идиота уже натворили? Вот, вот так гораздо лучше.

Чувства, эмоции, ощущения внезапно нахлынули бурным потоком, затопив несчастное, неподготовленное сознание, как полноводная река — поля. Я почувствовала, как щеки заливает краска стыда, а ноги начинают предательски дрожать.

— Верка! Верка, слушай меня. Не время в обмороки грохаться. Верка, я на тебя такую сумму поставил!

Да, глупо, но последняя фраза охладила мои переживания в момент. Он что сделал?!

— Вера, что-то случилось? — заботливо склонился ко мне муж.

— Ничего, — пробормотала я, рассеянно, обдумывая услышанное, — просто гипноз Лориана закончился…

— Так и знал, что ты клюнешь на это, — послышался самодовольный смешок.

— Отличная новость, я боялся, что ты…

— Господин граф, прошу, представьте нас вашей спутнице, — голос говорившего был мне не знаком, но судя по очередному смешку над ухом, кое-кто прекрасно знал говорившего и был рад встрече.

— Ниче-ниче, Верка, ты потом мне спасибо скажешь, — самодовольно заметил божественный интриган.

— Лорд Тариус, позвольте вам представить мою супругу Веру.

Лорд. Дракон. Так вот почему так довольно хмыкал этот…

— Верка, не бузи. И реагируй давай, не стой статуей.

— Вера, познакомься с его высочеством, наследным принцем драконов, лордом Тариусом.

Нужный книксен вышел на ура. Хотя, наверное, если бы гипноз еще действовал, движения были бы более отточенными. Главное при общении с драконами — не смотреть им в глаза, это я заучила твердо, потому и стояла, опустив голову и уставившись в пол.

— Верка, ты мне сейчас всю игру испортишь, — раздраженно прошипел неуёмный голос, а буквально в следующее мгновение в глазах появились черные точки, воздух вокруг взорвался мириадами искр, а передо мной вдруг распахнулись те самые изломанные крылья, вплетенные в защиту от покушений.

— Какого… да я… если эта идиотка мне все испортит… — бог выражался красочно и цветасто, не боясь быть услышанным. А вот голос мужа доносился до меня, как будто из-под толщи воды:

— Вера! Вера, ты в порядке? Ответь, Вера!

— Графиня, посмотрите на меня! Ваше сиятельство!

Повинуясь властному голосу, я медленно подняла голову и встретилась взглядом с драконом. Никогда ни у кого не видела фиолетовой радужки. А тут…

— Не о том, думаешь, Верка. Отвечай сейчас же, хватит в статую играть. Давай, повторяй за мной: 'Я в порядке'. Ну же!

— Я в порядке, — послушно повторила я слова бога, не чувствуя уверенности в произнесенной фразе.

Через несколько минут я сидела в кресле одной из гостиных, оформленной в красно-коричневый и терракотовый цвета, а наследный принц и уже знакомый мне дракон телепат, вместе с моим мужем расположились на удобном диване и вели допрос. Допрашивали, естественно, меня. Интересовали полубогов моя жизнь на Земле, связь с Диаром и подробности появления в этом мире.

— Проклятие снимается, — тщательно осмотрев мое лицо, заявил наследный принц. — Вам нужно будет одну или две ночи, в зависимости от вашего организма, провести в наведенном сне.

— Просто спать? — удивленно уточнила я.

По тонким губам дракона скользнула улыбка:

— Во сне вам будет легче увидеть и понять, кто, когда и за что вас проклял. Я передам вашему мужу сбор трав, который нужно будет пить по вечерам.

Почему мужу, а не лично не мне, я не поняла, но уточнять не стала, и так уже, при общении с одним из лордов в свое время нарушила все возможные приличия.

В дверь постучали, и на пороге появились эльф с супругой.

— Ваше высочество, ваше присутствие в зале необходимо, — почтительно поклонившись, важно проговорил Лориан. Встали и вышли все трое. Странные обычаи. Или это какой-то зашифрованный язык, которого я понять не могла?

— Ох, Вера, — уселась между тем на диван довольная Эльза, — ты многое пропустила.

Дверь снова отворилась, зашла служанка и начала сервировать стол. Что нам предлагали? Ужин или чаепитие? Оказалось, второе.

Приготовив все, служанка ушла, и Эльза, молчавшая все это время, заявила:

— Знаешь, кто на тебя покушался? Княжна! Вернее, ее маг, конечно, но с подачи Сэры. Когда тебя увели драконы, в зале начался форменный переполох, оказалось, что Роний, тот самый маг, убит. Представляешь? Он выпустил в тебя заклинание и тут же упал мертвым — его кто-то заколол! Кинжалом! Ах, что потом было! Крики, визг, грохот!

Я с недоумением посмотрела на приятельницу:

— Ты с таким удовольствием об этом рассказываешь. Вообще-то, человека убили.

— Вера, — фыркнула жена эльфа, наливая в чашку крепкий черный чай, — Роний человеком не был. Гадом — был. А человеком — нет. Поговаривают, он считал себя телохранителем княжны, а может, просто сходил с ума от ревности, но всякого, кто пытался приблизиться к Сэре, он 'награждал' проклятиями или сглазами. Так что поделом ему. Лучше расскажи, что вы тут делали.

— Меня допрашивали, — я откусила кусочек пирожного с заварным кремом и подумала, что надо бы рассказать местным поварам о конфетах, — драконам очень интересно было узнать о моем мире и нашем с богом частом общении. А еще, оказывается, мое проклятие снимается с помощью наведенного сна. Знаешь, что это?

— Гадость полная, — передернула плечами Эльза, — вечером пьешь горький отвар, потом ложишься спать и попадаешь в свои собственные страхи. Заодно увидишь, кто и почему на тебя порчу или проклятие навёл. Сколько ночей тебе сказали так спать?

— Одну или две, — я взяла уже третье пирожное. Да, пора задуматься над талией и ее размерами…

— Ну, это еще терпимо. Некоторые по три-пять дней кошмары смотрят, а потом неделями в себя приходят.

— Судя по всему, выбора у меня нет, — вздохнула я.

Вернулись домой мы часа через два-три, вымотанные донельзя как физически, так и эмоционально. Поужинав, разошлись по комнатам. В спальне Димирий вручил мне небольшую металлическую фляжку с непонятными узорами.

— Здесь отвар. Проснешься сама рано утром, дай боги, понадобится все одна ночь.

Зная свою удачливость, я на такой исход не рассчитывала бы…

Напиток действительно оказался горьким, как будто настоян был на полыни. С трудом проглотив, я легла в кровать. Сон пришёл буквально сразу же: я увидела себя в огромном помещении, похожем на заброшенный склад. В дневном свете можно было рассмотреть наваленные повсюду пустые коробки, с потолка капала вода, под ногами стелилась дорожка из пыли. Посмотрев на одежду, я обнаружила, что попала сюда в том же, в чем и легла: в пижаме в цветочек. И конечно же, обуться перед сном я не догадалась, так что ногам было холодно, а мне самой — неуютно и почему-то страшно.

Чтобы не стоять всю ночь на месте, я пошла вперед, надеясь, что босые ноги не напорются на осколок или гвоздь. Бетон под ногами холодил ступни, но это помогало отвлечься от кучи вопросов, роившихся в голове, так что, может, и правильно я сделала, когда легла босой.

Сначала я увидела куклу, самого простого советского пупса, мою любимую игрушку, неизвестно куда пропавшую, когда мне исполнилось пять лет. Голышок сидел у стены, обряженный в платьице с оборками. Подходить почему-то не хотелось, наоборот, по телу поползли мурашки, и я, чуть ли не первый раз в своей жизни, припомнив разнообразные голливудские ужастики, начала вспоминать слова молитвы. Естественно, ничего ужасного не случилось: кукла так и осталась сидеть у стены, даже не подумав встать или заговорить, но мои нервы натянулись, как струна. И поэтому, когда из-за очередного поворота дорогу мне перешел обычный серый кот, я не удержалась от вскрика. Животное медленно обернулось, посмотрело на дурную незнакомку ярко-зелеными глазами, лениво махнуло хвостом и вновь направилось по своим делам. Да уж, права была Эльза: всего пара ночей, но нервы потом необходимо лечить, и долго…

В пику желанию повернуть вслед за хвостатым красавцем, я пошла вперед. Через некоторое время, краем глаза заметив движение справа, повернулась в ту сторону. Да уж, мало мне пупса было. Параллельно стене, в нескольких шагах от стены, в ногу со мной, шёл Жучок, пес бабушки. В реальности уже не было ни бабушки, ни ее пса, а тут… Животное, как будто почувствовав чужой взгляд, повернулось ко мне и приветственно завиляло черным хвостом. Я сглотнула. Сон. Это всего лишь сон. Только вот как-то все вокруг чересчур реалистично для сна.

Пёс между тем подошел ко мне, заглянул в глаза, потерся о ноги. Живой, как и несколько лет назад, вот только глаза светятся красным. Не выдержав, я закричала…

— Вера, Вера! Тихо, родная, все в порядке, это сон…

Я вздрогнула и открыла глаза. Муж сидел на постели и нежно проводил по моим волосам здоровой рукой. В комнате было темно, силуэт Димирия только угадывался, но по дрожанию пальцев, гладивших меня, стало ясно, что супруг волновался обо мне. Приятно, конечно, вот только сон, похоже, прервался…

— Димирий, что теперь? Пить снова отвар? — ужасная перспектива, но прыщи на лице уже замучили.

— Не нужно сейчас ничего пить. Утром посмотришь в зеркало, может, и прошло всё.

Ох, хотелось бы верить.

Естественно, не прошло. Часть покраснения действительно ушла, определенные участки кожи очистились, но до полной очистки было еще очень далеко.

— Вера, а пупс почему? — недоуменно нахмурилась Эльза, выслушав мой рассказ.

Мы с женой эльфа сидели в моей комнате и завтракали. Я не хотела показываться на людях, а жена эльфа почему-то решила составить мне компанию. Холодные закуски, ломти хлеба, овощи и фрукты лежали в тарелках на столе, рядом стоял кувшин с морсом, мы медленно жевали и так же медленно разговаривали.

— Хотелось бы знать, — пожала я плечами. — Может, потому что Дашка тоже любила эту куклу, а может, как утверждали некоторые умные люди из моего бывшего мира, я просто до сих пор не могу смириться с потерей игрушки.

— Скажешь тоже, — приятельница хмыкнула и сразу посерьезнела. — Второй раз выпить эту гадость рискнёшь?

— А куда деваться.

— Ой, Вера… Сильная ты женщина…

Я бы не смогла так долго по своим страхам блуждать… — Эльза помолчала, налила себе еще кружку морса и вздохнула. — Я все уговариваю Лориана переехать. У него есть дом в столице, здесь недалеко совсем. Ну не дело это — жить двум семьям под одной крышей.

— А он? — мне было все равно, кто и где живет.

— А он отмахивается, говорит, что их драгоценная рукопись должна быть расшифрована как можно быстрей, мол, пока не закончим с ней, никакого переезда.

— Что хоть там за рукопись? — полюбопытствовала я, дожевав последний кусок сыра и ожидая привычного: 'А, не знаю и не заморачиваюсь по этому поводу'.

— Да там что-то про тайны мира, связь богов с Пустынными Землями, потерянные артефакты и прочую чушь, — легкомысленно отмахнулась жена эльфа.

День тянулся медленно. Эльза то прибегала, то убегала, я коротала часы за очередным талмудом по этикету, дважды заходил Димирий — узнать, как мое самочувствие. В общем, привычное времяпрепровождение бездетной замужней аристократки, от которого уже хотелось выть. Если бы не необходимость снова пить настой и погружаться в сон, я, конечно, так не переживала бы. Но одна мысль о повторном появлении на том складе приводила меня в ужас.

— Может, не нужно? — вечером с сомнением спросил супруг, неуверенно поглядывая на флягу в моих руках.

— Боюсь, что нужно, — вздохнула я и сделала три глотка.

Уже через минуту сон перенес меня в непонятный полутемный коридор. На вчерашний склад помещение было мало похоже, скорее на замок — каменные стены, чадившие на них факелы, сырость и духота… Хорошо хоть в этот раз я догадалась надеть, кроме пижамы, еще и теплые тапки, стоять было не холодно.

— И чего замерла? — сварливо поинтересовался над ухом знакомый голос. Я вздрогнула. Получается, боги могут при желании и в наведенный сон приходить?

— А кто сказал, что ты спишь? — ехидно поинтересовался голос. — Иди давай.

— Куда? — уточнила я, не двигаясь с места.

— Вперед. Верка, не зли меня.

— Не пойду, — в доказательство своих слов я привалилась спиной к стене. — Где я и зачем вы меня сюда переместили?

— Верка, — раздраженно фыркнул голос, — я ведь и заставить могу.

— Заставляйте, — настроение было отвратительным: сначала меня перетаскивают с Земли в чужой мир, затем, когда я только-только начала налаживать личную жизнь, вновь тащат куда-то, и снова ничего не объясняют. Заставить. Да пусть заставляет. Хуже не будет.

Голос протяжно вздохнул.

— Дурында ты. Верну я тебя к твоему графу. И прыщи уберу. Иди.

— Куда и зачем? Диар, я устала служить вашей безмолвной марионеткой. Хоть что-то расскажите.

Мои слова были не ультиматумом, нет, кто я такая, чтобы ставить ультиматум божеству? Скорее я просила, вымученно и отчаянно, как кукла, которую постоянно тащат за нитки по пыльным дорогам.

— В замке мы. Найдешь кое-что, мне передашь, и можешь быть свободна, — видимо, сжалившись, неохотно ответил бог, — сам портал твоему муженьку открою. Пусть приходит за тобой. Если захочет, конечно.

— То есть вы думаете, что он может не захотеть? — и почему сердце так противно заныло после этого, казалось бы, вполне нормального вопроса?

— Предыдущую свою бабу он бросил, потому и руки лишился, — последовал ответ.

Уже понимая, к чему клонит Диар, я уточнила:

— А если и меня бросит?

— Значит, и второй лишится, — фыркнул бог, — иди давай.

Отлепилась от стены и пошла.

Глава 6

Коридор оказался длинным и полутемным: факелы горели далеко не везде, так что приходилось идти, держась за холодный камень стен. Только через три-четыре минуты я подошла к лестнице. Ступеньки, сложенные из камня, и довольно ненадежные, на мой взгляд, тонкие железные перила вели куда-то вниз. Вверху пролетов не наблюдалось, значит, меня выкинуло на самой верхотуре. Спускаться желания не было. Но стоять на месте? Глупо. Вздохнув, я поставила ногу на первую ступеньку. Вперед, к очередному факелу, закрепленному на стене внизу.

Пятьдесят семь. От нечего делать я пересчитала их все. Пятьдесят семь ступенек, без единого пролета. Нереально. Комнаты тогда должны быть с очень высокими потолками. Или посередине существует этаж с входом с другой стороны? На Земле я бы не поверила в это предположение, здесь же уже перестала чему-то удивляться.

Холл встретил меня мрачностью и холодом. А еще полным отсутствием слуг. Люди, есть кто живой? Топала я громко, услышать такие шаги можно было без проблем. Вот только навстречу никто не спешил выходить. Или же это место нежилое? Тогда не горели бы факелы.

Слева от лестницы была глухая стена, а вот справа — несколько комнат, причем с распахнутыми настежь дверьми. В очередной раз вспомнив голливудские ужастики, я передернула плечами и похромала в самое первое помещение.

Как оказалось, я зашла в обеденный зал. Длинный стол, накрытый, словно для торжественного ужина, зашторенные окна, пыль под ногами и маленькая фигурка, одиноко сидевшая во главе стола. Люди. То бишь человек. И почему тогда не было никакой реакции на мое появление? Заинтригованная, я подошла поближе. Миленькая зеленоглазая шатенка примерно моего роста сидела, откинувшись на спинку единственного в помещении кресла, и внимательно разглядывала свою гостью. Пузатая бутылка какого-то местного спиртного и наполовину наполненный бокал дали понять, что хозяйка этого здания пьяна.

— Иллюзия, снова, — как-то обреченно пробормотала девушка. — Садись, выпьем.

Да уж, иллюзией меня пока никто не обзывал.

Отодвинув стул, я присела справа от кресла, оглядела предложенную пищу и задала вполне закономерный вопрос:

— Кто все это готовил?

Моя собеседница щедро плеснула в появившийся передо мной бокал прозрачную жидкость и только потом ответила:

— Магия. Не бойся, иллюзия, не отравишься. Я хорошо колдую.

Хотелось бы верить. И ведь не вылечит никто, если на тот свет соберусь: эльфов тут не водится.

— Не трусь, Верка, ничего тебе не будет, — лениво сообщил голос за плечом. Решив поверить богу на слово, я слегка пригубила напиток. Оказалось, что-то среднее между коньяком и водкой. Никогда не любила ни то, ни другое…

Пили мы много. Закусывали мало. Как результат — проснулась я за столом: голова на руках, тело скрючено, мышцы болят. Тихонько застонав, я попыталась встать. Боги, что ж так мир кружится.

— Пить меньше надо, — ядовито заметил Диар.

Рядом застонала незнакомая собутыльница, лежавшая в том же положении.

— Иллю… зи… я, — пробормотала, кое-как разлепив глаза, хозяйка замка, потянулась к бокалу, дрожавшей рукой поднесла его ко рту и сделала несколько глотков. — Я думала, ты исчезла.

— Была бы иллюзией, наверное, исчезла бы, — пожала я плечами.

— А ты кто? — полюбопытствовала девушка, уставившись на меня своими серыми глазами.

— Вера.

Над ухом хохотнул бог:

— У меня дежа вю. Верка, не умеешь ты знакомиться с людьми.

Моя собеседница несколько секунд молчала, потом нахмурилась и уточнила:

— То есть ты настоящий человек? Не иллюзия?

— Не иллюзия, — покачала я головой.

— А как ты здесь оказалась?

— Не знаю, — совершенно честно ответила я, — заснула дома, проснулась здесь, на самом верху.

Направленный на меня взгляд можно было в лучше случае назвать недоуменным.

— Это Пустынные Земли. Ни одному носителю Силы, как бы силен он ни был, сюда не пробиться.

— Наивняк полнейший, — прокомментировал утверждение бог. — Верка, вы с ней прям два сапога пара.

То есть я тоже наивняк? Спасибо…

Божество фыркнуло, но отвечать не стало.

— Хотела бы я знать, как тут очутилась, до твоих слов я даже не знала, что это те самые Земли.

Хозяйка замка покачала головой:

— Ты как-то странно реагируешь. Кстати, забыла представиться: Лисия Сверкающая.

Видимо, от меня нужна была какая-то определенная реакция, и не дождавшись ее, девушка недоуменно нахмурилась:

— Ты не боишься?

— Кого?

— Меня.

— Нет. А должна?

— Разговор психов в 'желтом доме', - опять влез с комментариями Диар.

— Странно, — пробормотала недоуменно моя собеседница, — меня боятся абсолютно все, даже те, кто никогда здесь не появлялся. Покажи руки!

Требование было необычным, но я послушно вытянула рука вперед, позволив Лисии вдоволь налюбоваться чёрными цветами на пальцах.

— Местная, да еще и замужем, — пробормотала хозяйка замка.

'А меня совсем не боится, значит, ненормальная', - так и читалось в её глазах.

— Ладно, — девушка резко поднялась и тут же со стоном упала обратно, — пошли, сейчас встану, пройдемся, покажу тебе свои владения.

Кое-кто явно страдал манией величия. Впрочем, спорить я не стала, лишь уточнила:

— Я в пижаме и тапочках не замерзну?

Сверкающая небрежно махнула в мою сторону рукой, и пижама превратилась в копию одежды Лисии: черную теплую водолазку и серые спортивные штаны. Ноги грели полуботинки.

Девушка вновь сделала попытку подняться, на этот раз медленно. Встав и распрямившись, она ухватилась обеими руками за край стола и какое-то время стояла неподвижно.

— Ненавижу похмелье. Слушай, у тебя перед глазами звездочки не кружатся?

Вышли мы через час — полтора, после того как великая волшебница привела себя в относительный порядок в уборной рядом с залом и кинула в рот пару-тройку пирожков. Я охотно последовала ее примеру.

Снаружи непонятное здание действительно оказалось замком, построенным в стиле, напоминавшем готический: высокие арки, стрельчатые окна, ажурные башни — архитектурные элементы, казалось, были прилеплены друг к другу безо всякого смысла. Ну вот зачем здесь две башни и три арки? А окна? Да с такими широкими окнами враг проникнет в здание за несколько минут…

Вообще, в местности вокруг не было ничего ужасного или пугающего: яркое солнце, голубые облака, черная земля, зеленая трава. В общем, если бы не знала, что нахожусь в страшных Пустынных Землях, ни за что бы…

Движение сбоку было смазанным, и в следующую секунду я уже летела на землю, а надо мной разгоралась радуга. Приземление вышло болезненным. Упав на левую руку, я не выдержала и вскрикнула.

— Не шевелись и не смотри наверх, — раздался рядом напряженный голос моей спутницы.

Не скажу, что я замерла, но дергаться точно прекратила, уставившись на жучка, проползавшего мимо, послушно ждала разрешения подняться. Но Лисия сама присела на корточки.

— Неудачное начало прогулки: голодная виверна, как оказалось, любит полакомиться чужаками, — криво усмехнулась девушка. — Сильно ушиблась?

— Не знаю, но рука ноет.

— Тогда садись. Вот так. Аккуратно. Показывай. Да уж… Не дергайся. Перелома вроде нет, а вот растяжение связок ты вполне могла заработать. Надо же, левая рука.

— Что здесь такого? — не поняла я, баюкая пострадавшую конечность.

— Да так… Прокляла я однажды кое-кого… За предательство… Там тоже левая рука отнялась… Вставай. Пошли назад. Направо не смотри, там расчлененка.

Я кивнула и, отвернувшись в нужную сторону, последовала за Сверкающей. Левая рука, значит? Я что, попала в дом бывшей невесты Димирия? Ну, Диар!

Едва мы переступили порог уже поднадоевшего мне замка, как снаружи припустил ливень. Что говорится: повезло…

— Дурной знак, — недовольно пробормотала моя спутница. — Нас словно наружу выпускать не хотят: сначала виверна, теперь ливень… Ладно, пойдем, надо твою руку осмотреть.

Последняя фраза была произнесена довольно зловеще. Ну или мне так показалось. Заметив, как я вздрогнула, Лисия ухмыльнулась:

— Не бойся. Меня учили лучшие медики этого дурацкого мира, — девушка повернулась к лестнице и пошла дальше по коридору.

Побоявшись уточнить, когда именно проходило обучение, я направилась вслед за хозяйкой.

В конце коридора оказалась небольшая арка, за ней проглядывала очередная комната. Согнувшись в три погибели, я, словно Алиса, залезла внутрь. Судя по многочисленным колбам, ретортам и прочему инструментарию химической направленности, здесь обитал сумасшедший алхимик. Правда смущал запах: я словно очутилась в земной аптеке, со всеми ее лекарствами, мазями, притирками и остальным имуществом.

— Садись сюда. Видишь этот прибор? Он помогает увидеть проблему в ткани и кости, — терпеливо, как маленькую, меня усаживали на видавший виды стул рядом с огромным, на первый взгляд — ржавым агрегатом, больше всего похожим на вставшую на дыбы и показавшую сразу все зубы лошадь. Руку, как я и думала, необходимо было засунуть в 'пасть' этому милому созданию.

— А применить Силу, чтобы посмотреть, нельзя? — уточнила я, чувствуя себя желанной и дорогой игрушкой в руках довольной избалованной девчонки.

— Так он и построен с помощью Силы, — фыркнула моя чересчур оживленная мучительница. — Ты же не думаешь, что я посмотрю на твою руку и сразу диагноз поставлю? Это к эльфам или драконам, на худой конец — к магам князя. А я — человек маленький, таким трюкам не обучена. Да не бойся ты.

Я только вздохнула: легко сказать — не бойся. Тут при одном взгляде на жуткий агрегат дрожь по телу пробегает, а еще надо внутрь конечность втискивать…

Понадеявшись, что богу лжи нужны обе мои руки, я засунула пострадавшую часть тела внутрь. Что там химичила Лисия, я не видела — отвернулась, не выдержав издевательства над своей конечностью.

— Вот, я же говорила: всего лишь связки. Вставай, пошли повязку накладывать.

Судя по восторгу в голосе, доморощенный доктор явно решил оторваться на мне за годы скуки и одиночества. Оставалось надеяться, что я смогу выбраться отсюда в добром здравии…

Повязка, положенный холод в виде появившегося из воздуха куска льда, уже завернутого в полотенце, и меня потянули к очередной арке, расположенной практически в углу комнаты:

— Пошли наверх. Покажу тебе спальню.

Как я и думала, второй этаж действительно существовал, и очутиться в его коридорах и комнатах можно было, пройдя под этой самой аркой и поднявшись по небольшое железной лесенке.

В отличие от первого, неухоженного и пустого этажа, второй обставляли с любовью: паласы на полах, ковры на стенах, вместо факелов — небольшие светильники разных форм, в основном в виде местных цветов, радовавшие взгляд аккуратным магическим пламенем, мебель в комнатах подобрана побогаче, украшена необычными узорами и различными финтифлюшками, окна небольшие, занавешенные прозрачным тюлем. В общем, контраст тот еще.

Меня ввели в одну из спален, с широкой кроватью, письменным столом у окна, двумя креслами с высокими спинками и резными ручками и платяным шкафом возле двери. Лисия уселась на постель, приглашающе похлопала рукой по пледу, а когда я опустилась рядом, внимательно посмотрела мне в глаза:

— Комната полностью защищена от любого влияния. И любой прослушки. Рассказывай.

— Что? — не поняла я.

— Кто ты и как здесь очутилась. Правду, Вера.

Я только вздохнула. Неужели Диар действительно думал, что здесь обитает наивная девчонка?

— Тому, кто меня прислал, только амулет Силы подслушать помешает.

Собеседница пожала плечами:

— И он здесь есть.

Почувствовав себя между молотом и наковальней, я все же рассказала свою историю.

Сверкающая слушала, хмурясь все больше.

— Диар, значит. Да, это тот еще любитель поживиться за чужой счет. Сволочной дедок. Это из-за него, считай, я здесь.

— В смысле? — не поняла я. — Он тебя подбил тогда на жертвоприношение?

— Да не было там жертвоприношения, — отмахнулась Лисия. — Вернее, обстановка соответствовала, да, не спорю, но в жертву я приносила курицу, которая должна была потом пойти на суп. В общем, смотри, что получается: в этом мире пять главных богов — жизни и смерти, семьи, торговли, искусства, войны — и шесть второстепенных. Последние — это сам Диар, его сестра Норта, которой молятся обо всем, что связано с плодородием, детьми и деторождением, и четверо их братьев: Оркас — ум, мудрость, образование, Торнай — бог водной глади, как его называют, Шекир — охота и дикая природа, ну и собственно Заритас — бог Силы. По легенде, хотя я не сомневаюсь, что так и было на самом деле, раньше, сотни лет назад, Силой владели все жители. У каждого была своя специализация, каждый имел то, что хотел, ведь всегда можно было обменять свое умение на чье-то еще. И конечно же, Диару такой образ жизни не понравился. Как так, существа мало грызутся между собой, редко завидуют друг другу и предпочитают заниматься своими делами, а не оглядываться на соседей? Кто ж тогда будет поклоняться самому богу лжи и просить помощи в грязных делишках? Легенда не уточняет, как именно, но этот гад уговорил Заритаса давать Силу не всем, а только трети населения, причем людям, как самым слабым, Силы досталось меньше всего. И ведь что самое гадкое — учебники достать можно, носители Силы спокойно колдуют себе, а ты… Ты родилась без этого дара, а значит, не имеешь права ничему такому учиться!

— И ты решила пойти наперекор правилам?

— Ну их с такими дурацкими правилами, — раздраженно фыркнула моя собеседница. — Почему я должна им следовать, если эта Сила у меня на кончиках пальцев искрится? Только потому, что при рождении никто ее не увидел? В общем, да, я училась тайком, потом надо было отрубить курице голову, и все, я — носитель Силы. Да, меня в конечном счете нашли бы, я все равно здесь оказалась бы. Но не сразу! И не так! Ты бы видела ужас в глазах у моего бывшего жениха! Нашел, кого бояться: невесту с топором, склонившуюся над курицей. Ну и как итог — он донес, я прокляла. И знаешь, не жалею. Гад он. Как на свидания бегать, цветочки носить и в любви клясться, так это мы первые. А как поддержать невесту и промолчать — ага, как же. Трус и предатель.

— И что теперь? — старательно отгоняя от себя не совсем приятный образ Димирия, клявшегося в любви другой женщине, поинтересовалась я. — Надолго ты здесь?

— На всю жизнь. Судя по местной агрессивной флоре с фауной — не очень долгую. Ничего, зато получила то, что хотела. А ты богу этому не верь. Сволочь он. И гад. Он же тебя специально из второго сна вытащил, сюда перекинул, чтобы ты потом, после снятия проклятия, до конца жизни чувствовала себя ему обязанной.

— Вот уж и не знаю, радоваться этому или огорчаться, — вспомнила я свой сон, — очень уж жутко там было…

— Брось, — отмахнулась Лисия. — Что такого страшного ты там увидела? Здание? Так это ты сама, пустая в душе, без сильных чувств и привязанностей. Куклу? Ребенка ты хочешь, вот и приснился пупс из детства. Кота? Это проводник. Тебе надо было следом за ним идти, он привел бы к нужной комнате, в которой главный твой страх находится.

— А пёс? — удивленная такой расшифровкой, поинтересовалась я.

— Единственная сильная привязанность в прошлом. Тебе ж люди, ни живые, ни мертвые, не снились, значит, от них ты отгородилась, в душу не пускала. А пса забыть не могла. Вот и всё. Насчет проклятия сказать точно не могу, но думаю, кто-то из твоей родни в сердцах что-то выкрикнул, а на тебя подействовало.

— Вот так просто? Обычный крик взял и подействовал?

— Нет, конечно, там кучу условий обычно соблюсти нужно, чтобы проклятие было наложено, включая определенный день недели, но не удивлюсь, если тот же Диар к этому руку приложил. Ты ему зачем-то нужна, вот и мутит воду.

— А ищет он у тебя что?

— Понятия не имею, — раздосадованно дернула плечом собеседница. — Я лично у него ничего не крала. Не удивлюсь, если это какой-то древний артефакт, к которому сам Диар не может прикоснуться. Ладно, я есть хочу. А ты?

Мне было все равно. Рука все еще болела, желудок пока не давал о себе знать, но вряд ли его молчание затянулось бы надолго. Да и все сказанное хозяйкой замка следовало обдумать, а делать это лучше если не в одиночестве, то хотя бы в тишине.

В принципе, обед так и протекал: мы обе сидели в пышно украшенном искусственными цветами обеденном зале, автоматически что-то жевали и думали, каждая о своем. Я не могла понять мотивы поступков Диара и Димирия. Зачем было передавать невесту, по идее, не чужого человека, в руки правосудия, если ее все равно поймали бы, но чуть позже? Или не поймали бы? Да даже если и второй вариант, чем плохо желание научиться магичить? Почему здесь запрещено постигать азы колдовства? Чего я не знаю? Да и Диар… Ладно, я нужна была ему, чтобы забрать какой-то предмет. Я могла даже допустить то, что никто другой, кроме моей скромной персоны, по велению звезд, до этого предмета дотронуться был не способен. Но если верить Лисии, получалось, что меня нарочно наградили проклятием, с ведома того же Диара, чтобы в конечном итоге закинуть сюда и с моей помощью получить желаемое. Глупо. Значит, напрашивались два вывода: я чего-то не знала, или хозяйка замка мне лгала. Во второй верить не хотелось, но похвастаться умением разбираться в людях я не могла.

— Чет я смотрю, ты тут корни пустить решила, — послышался ближе к концу обеда знакомый ворчливый голос. — Доедай давай и вперед, за пропуском домой.

— И где его искать, этот пропуск? — вслух поинтересовалась я, замечая, как напряглась Сверкающая.

— Да где хошь. Домик-то большой. Вот походи, ноги потренируй. Давай, нефиг филонить.

Я только вздохнула и, доев остатки каши, встала из-за стола.

— Лисия, покажи мне замок пожалуйста.

Девушка понятливо кивнула.

Первый этаж — подсобные помещения, обеденный зал и 'комнатка медработника', как я назвала помещение, в котором мне лечили руку, — ничем не порадовал, кроме пыли и запустения. Пока шли, я несколько раз чихнула, Лисия только хмыкнула:

— Нарочно здесь не убираю. Обстановка идеально подходит под мое вечно подавленное настроение.

Как могут сочетаться пыль и настроение, я не поняла, но уточнять не стала.

На втором этаже — бесконечная череда комнат, как спален, так и гостиных, а в самом конце коридора даже оказалась библиотека, правда, практически пустая.

— Понятия не имею, кто тут жил до меня, — объяснила девушка, когда мы зашли внутрь, — но к знаниям он точно не тянулся. Ну или же не знал, как достать книги, впрочем, этого не знаю и я. В общем, все двадцать три произведения, что здесь стоят, я перечитала раз сто еще в первый год своего заточения. Естественно, ничего интересного не нашла: сплошь приключения и любовные романы. Даже справочников нет.

Я огляделась: огромная комната с пустыми полками производила гнетущее впечатление, словно когда-то жилой, а теперь заброшенный дом. Да уж, невесело тут должно быть…

На башни — все три, что имелись в наличии, — мы поднимались молча. И снова пыль и запустение.

— Вид отсюда открывается потрясный, — хозяйка замка махнула рукой, словно приглашая убедиться лично, — но я боюсь высоты, так что появляюсь здесь редко, обычно — пьяная в дугу.

Осмотрев жилище, вернулись вниз. На втором этаже меня внезапно потянуло к одной из комнат.

— Что тут?

— Гостиная, мы проходили мимо.

— Но не осматривали. Можно?

— Да ради бога. Какого угодно, кроме Диара.

Не обращая внимания на подкалывание спутницы, я потянула за ручку. Гостиная была обставлена скромно: три дивана, один из которых — у окна, два невысоких столика, пара картин на стенах, камин у стены и блокнот с шариковой ручкой на каминной полке… Самый обычный земной блокнот. С земной же ручкой.

— Вера, ты в порядке?

— А?

— Ты смотришь на полку с такой жадностью, будто там тонны золота лежат.

— Лисия… То, что лежит там…

— Блокнот и ручка? Они там, считай, корни уже пустили, еще до моего появления, видно, были. А что?

— Они с Земли.

— С твоей планеты? — удивленно нахмурилась девушка. — Ты уверена?

Вместо ответа я подошла, взяла в руки небольшой блокнотик с рыжей белкой на ветвях раскидистого дерева, и перевернула вещицу:

— Смотри: 'Сделано в России'. В моей стране.

— Бывшей, — ворчливо поправил меня голос. — Ну блокнот. Вот уж ценность. Верка, тебе о другом думать надо.

— О чем? — рассеянно откликнулась я, вертя в руках обычную дешевую ручку, которую можно купить в любом киоске. — Я весь замок обошла. Нет тут вашей вещи.

— Верка, — в голосе появилось знакомое раздражение, — мозги включай. И меня злить прекращай. Что ты там обошла? По этажам лениво походила. Ищи давай.

Ручка решительно выскочила из моих рук и вернулась назад, на полку.

— Диар? — уточнила Лисия. — Нахальный божок, использующий людей в своих целях?

— Подружке своей сообщи: у нее еще младшая сестра есть, так что пусть за языком последит, — недовольно прошипел голос, — и ищи уже, дурная девка.

Глава 7

Время до сна пролетело незаметно. Услышав об угрозе Диара, хозяйка замка больше не пыталась задевать бога. Вдвоем мы снова обошли все помещения, как в сказке, стараясь 'найти то, не знаю, что', но безуспешно. Зато во время поисков я узнала, как обычно проводила свободное время Лисия, если, конечно, исключить постоянные попытки напиться до зеленых чертей. Оказалось, в округе проживало несколько магов, сосланных в Пустынные Земли за попытки пробудить в себе Силу. Каждый обладал собственным замком, каждый тосковал в собственном имении. Наказание было наложено таким хитрым образом, что отправиться в гости друг к другу эти люди не могли, а вот от случайной встречи на природе никто не был застрахован. Потому и проводили колдуны большую часть времени на свежем воздухе, стараясь пересечься вне стен жилища с кем-нибудь из товарищей по несчастью и хоть немного пообщаться с ними. Подобное общение моя хозяйка описывала в красках:

— Мы особо не пьем, так, пару глотков из принесенной с собой фляжки, и то — в холодное время года. Чем занимаемся? В основном играем в прятки с нечистью, добываем трофеи, частенько треплемся ни о чем. В общем, ничем конкретным. Да не будет ничего в башне. Вера, глупо это — туда снова подниматься. Если что и спрятано, так в комнатах или в подвале.

Вздохнув, я все же отказалась от попытки в очередной раз взобраться по крутой лестнице на самый верх. Остановило меня позднее время: сейчас пора была готовиться ко сну, а не наслаждаться ночными видами.

— Здесь есть подвал?

— Есть. Но я туда редко спускаюсь. Даже для меня место жуткое. Ладно, пошли спать. Завтра, чувствую, все же придется заглянуть вниз. Комнаты мы с тобой тщательно осмотрели, а это нечто больше нигде прятаться не может.

Да, действительно, комнаты что на первом, что на втором этажа были осмотрены не раз и не два. Мы даже ужином пренебрегли ради такого дела. Впрочем, я не жалела: чем быстрей найдется нужная Диару вещь, тем быстрее я смогу вернуться в свой новый дом. По крайней мере, я на это надеялась…

Ночь мы провели в соседних спальнях. Я, не раздеваясь, улеглась на постель и практически мгновенно отключилась. А когда проснулась, за окном сияло яркое солнышко. Следующие несколько минут я пыталась встать. Безуспешно: все тело нещадно болело. Особенно 'повезло' ногам — они практически отваливались.

— Вера, — послышался за дверью голос хозяйки. — Ты не спишь?

В ответ я застонала: громко, протяжно, со вкусом. Перепуганная Лисия распахнула настежь дверь и изумленно уставилась на мою тушку, без движения лежавшую на кровати.

— Вера, ты что? Что случилось?

— Меня случайно вчера каток не переехал? — постанывая, поинтересовалась я.

— У тебя что-то болит? — догадалась Сверкающая.

— Всё. Лисия, чем мы с тобой таким занимались, что я теперь встать не могу?

— Видимо, замок тебя не принял, — нахмурилась девушка, подходя поближе и садясь на постель. — Я слышала о таких случаях, но никогда до этого с ними не сталкивалась. Полежи немного, я уберу боль.

Что-то пошептав и, как опытный экстрасенс, поводив руками над моим телом, хозяйка дома удовлетворенно выпрямилась:

— Вот так. Теперь должно быть лучше.

— Да, — пробормотала я, прислушиваясь к ощущениям, — и правда, лучше.

— Отлично. Тогда приводи себя в порядок. Я буду ждать внизу. Сначала — подвалы, потом завтрак: вниз я на полный желудок точно не сунусь.

Согласно кивнув, я, покряхтывая, направилась в маленькую комнатку за неприметной дверцей, спрятанной в стене напротив, и только там обнаружила, что спала в пижаме, миленькой такой, в цветочек… Кто ж меня успел переодеть? Магия замка сработала? Решив не обращать внимания на некоторые местные странности, я воспользовалась дырой в полу и неким подобием умывальника и, выйдя из спальни, направилась вниз. Желудок попытался напомнить о необходимости питания, вот только слушать его было некогда.

В подвал вела деревянная лестница, узкая и даже на взгляд жутко ветхая.

— Если сломаю себе шею, возвращаться к мужу будет некому, — пробормотала я, с опаской глядя вниз, в темноту.

— Не бойся, я тебя прификсирую и так и отправлю, со сломанной шеей, — с нервным смешком пообещала Лисия, зажигая на ладони магический огонёк. — Я первая, ты не задерживайся. Здесь, наверху, без хозяйки так же опасно, как и внизу.

— Спасибо, утешила, — вздохнула я, наблюдая, как осторожно переползает с перекладины на перекладину носительница Силы.

Лестница, казавшаяся шаткой, небольшой вес Сверкающей выдержала спокойно. Но спускаться следом, пока хозяйка замка не встанет на твердый пол, я не рискнула. Раз ступенька, два ступенька. Ну или перекладина. Какая разница. Главное, чтобы мой вес выдержала. Я ведь худая, такая же как Лисия. Только не смотреть, ни вниз, ни вверх. Только не…

— Вера, отпусти несчастную лестницу. Вера, ау! — голос млей спутницы звучал насмешливо рядом. Получается… Я все же рискнула оторвать взгляд от стены. Да, действительно, спустились.

— А ведь еще назад… То есть подниматься…

— О, с этим проблем обычно не возникает, — уверила меня Лисия. — Я порой даже не помню, как и каким способом выбралась наружу.

Фраза прозвучала двусмысленно, но уточнять, почему именно не помнит, я у девушки не стала.

— Ну и куда идем?

— Понятия не имею. Ты хозяйка. Веди.

— Угу. Хозяин здесь — замок, запомни. И он уже проявил себя этим утром. Не понравится ему что-то — костей наших не найдут.

Я вздохнула:

— Лисия, прекращай. Мне и так страшно.

Девушка хмыкнула и обвела рукой вокруг:

— Выбирай направление, будем искать эту игрушку для Диара.

Я огляделась, нахмурилась.

— Издеваешься? Темно же, что тут можно увидеть, чтобы выбрать?

— Именно, — кивнула моя собеседница, — тут везде темно, моей Силы надолго здесь не хватит. Так что решай, и пошли быстрей.

Я шагнула вперед, на руке Лисии сразу же загорелся огонёк, и мы начали осматриваться. Вернее осматривалась я. Сверкающая шла рядом, освещая дорогу. Пару раз моих плеч касалось нечто живое, я тихонько взвизгивала, хозяйка замка шикала, и мы снова шли в тишине и практически полной темноте.

— Так много места, и все пустует, — пробормотала я себе под нос.

В ответ послышался смешок:

— Я здесь третий раз за эти годы появилась.

Да уж. Помещение, конечно, навевало тоску и страх, но все равно…

— Вера, ты куда?

— Не знаю, тянет меня почему-то налево, — старательно отгоняя от себя ассоциации с пошлыми земными анекдотами, вполголоса ответила я.

Налево действительно тянуло с невероятной силой, как тогда, в случае с блокнотом. Я отсчитала пять шагов и уперлась в стену, на этот раз не каменную, а земляную. При тусклом свете огонька я рассматривала насыпь. Создавалось ощущение, что кто-то нарочно вынул камни из стены, чтобы… Чтобы что? И кем нужно быть, чтобы вытащить эти булыжники?

— Руку протяни, дубина, — голос Диара заставил от неожиданности подпрыгнуть на месте. — Тьфу ты, трусливые бабы пошли. Протяни руку, кому сказано.

Протянула и как завороженная наблюдала за происходившими событиями: земляная часть начала осыпаться, откуда-то из недр замка показался странный предмет квадратной формы, размерами не больше моей ладони, за спиной тихо охнула Лисия, раздалось довольное хихиканье бога лжи, затем, полностью освободившись от покрывавшей его земли, предмет взмыл в воздух и исчез.

— Портал, — горестно пробормотала Сверкающая. — У меня под боком все эти годы был межмировой портал, а я…

— Эта штучка? — недоуменно уточнила я. — Она может открывать проход между мирами?

— Да. В любой мир. В любой, Вера. Даже к тебе на Землю. Да если бы я знала, ни секунды не осталась бы здесь! Портал! Эх…

Я почувствовала себя этаким злодеем, растоптавшим куличик малыша в песочнице. Да уж, отлично сработал бог лжи. Даже придраться не к чему. Заслал сюда глупышку, не разбирающуюся в магии, ее руками отрыл межмировой портал и исчез. Класс.

— А почему я? Кто угодно мог его найти. Нет?

— Пошли на выход, — отозвалась Лисия. — По дороге объясню.

Мы зашагали в обратную сторону.

— Никто не знает, кому конкретно принадлежали замки с самого начала, да и куда подевался носитель Силы, живший тут до меня, тоже никому не известно. Погиб, наверно. Но… Кто-то ж был тут хозяином. Возможно, не только из этого мира.

— Лисия, погоди… Ты хочешь сказать…

— Ну ты же видела блокнот с Земли. Тебя, как землянку, к нему притянуло.

— То есть до тебя тут мог жить землянин?

— Скорее всего. Потому Диару и понадобилось переместить тебя сюда: только ты могла почувствовать портал.

Логично…

Пока обдумывала ситуацию, не заметила, как взобралась по лестнице и оказалась на первом этаже.

— Вера!

— А? — вынырнув из своих мыслей, я взглянула на поникшую Лисию.

— Говорю: завтракать пошли. Или обедать. Портал порталом, но и есть хочется…

— Пошли, — пожала я плечами.

— Дома поест, — от голоса за спиной подпрыгнули мы обе. Повернувшись на звук, я увидела двоих мужчин, вышедших из ярко-желтого круга, точно такого же, в который несколько дней назад поместили несчастную провинившуюся служанку. Лорд Шаринас и Димирий. То есть муж за мной все же пришёл…

— Ты, — мгновенно напряглась стоявшая до этого момента спокойно Лисия, глядя на бывшего жениха с ненавистью в глазах, — ты посмел сюда явиться…

— Вера, пойдем, — словно не замечая Сверкающую, мужчина решительно шагнул ко мне, взял за руку.

Рядом раздался непонятный звук, то ли хрип, то ли рык, на ладонях у разозлённой хозяйки замка появился внушительных размеров огненный шар, а уже в следующую секунду девушка пронзительно закричала и упала на колени.

— Не стОит применять Силу в моем присутствии, — равнодушно произнес лорд Шаринас и повернулся ко мне. — Вера, портал ждет вас.

Я открыла рот, попыталась что-то сказать, попросить помочь несчастной Лисии, но тут над ухом раздалось раздраженное:

— Да шагай уже!

Меня толкнули невидимые руки, и в следующую секунду я оказалась в холле уже знакомого дома.

— Думаю, тебе нужно переодеться. Слуги тем временем накроют стол, — муж вел себя так, будто мы только что вернулись с прогулки. Дракон стоял рядом с ним молча. Решив оставить выяснение отношений на потом, я направилась в свою комнату.

— Госпожа, — вихрастая Лита заскочила в спальню следом за мной, — мы так волновались, когда вы исчезли! Господин места себе не находил! — болтая, девушка сноровисто переодевала меня. — А самое страшное — дракон не смог ничего почувствовать. А ведь они сильные маги! Но нет, сказал, будто закрыл кто-то вас от любого поиска. Дракон здесь ночевал, а утром почувствовал вас и сразу же портал открыл. Госпожа, бедненькая, как же вы, наверное, натерпелись! Ничего, дома и поспите и поедите. Госпожа, а проклятие ваше на нет сходит. Кожа-то почти очистилась. Вы такая красавица, госпожа!

Девушка трещала без умолку, а я чувствовала, как у меня от этой трескотни начинает раскалываться голова, но стоически все терпела, вычленяя из потока слов нужную информацию. Получается, Диар заблокировал любой доступ ко мне, пока та вещица не нашлась? А я еще удивлялась, почему мужа так долго нет. А оно вон как, оказывается… Лицо… Как там Лисия говорила? Сам проклятие снимет, чтобы я до конца жизни чувствовала себя обязанной ему? Да, похоже, так и будет… Лисия… мысли переключились на несчастную девушку, и я мысленно пообещала себе обязательно поговорить о ней с Димирием. Сидеть столько лет в четырех стенах — это ж свихнуться можно!

— Госпожа, все готово! — вырвал меня из размышлений голосок служанки.

Я посмотрела в зеркало: лицо действительно стало чище, по крайней мере, среди прыщей уже можно было разлить островки чистой кожи. Платье лазурного цвета с узким лифом и пышными юбками смотрелось отдельно от его владелицы настоящим произведением искусства. Впрочем, если запрятать как можно далеко собственные комплексы, то можно признать, что и я в нем смотрелась… Более-менее…

В обеденном зале меня уже ждали: Димирий, Эльза и Лориан сидели на своих местах. Дракона видно не было. Ну естественно, ящеры ведь с людьми пищу не делят.

Ели молча. Судя по горевшим глазам приятельницы, только присутствие мужа останавливало ее от допроса с пристрастием. Я жевала медленно овощной салат с кровяными колбасками и старалась не думать об оставленной в Пустынных Землях Лисии, вновь ставшей одинокой на непонятно какой срок.

После застолья мужчины традиционно исчезли в недрах то ли библиотеки, то ли кабинета, а взбудораженная Эльза буквально потащила меня в одну из гостиных: пить чай и общаться.

— Рассказывай, — удобно усевшись в мягком кресле, поторопила меня девушка.

— Что именно? — нет, я не тянула время, а скорее пыталась собраться с мыслями.

— Всё. Как ты туда попала?! Это же Пустынные Земли!

— Диар забросил. Прямо на вершину башни. И или это называется? В общем, очутилась я в длинном коридоре башни, услышала от бога задание 'найти то, не знаю что', спустилась вниз, встретила пьяную Лисию, напилась с ней.

— Стой, стой, — замахала на меня руками приятельница, — давай по порядку. Что нужно было богу лжи?

— Он не сказал. Просто заявил, что вернет меня, когда я найду нужную ему вещь.

— Это как? Облазить весь замок без малейшей подсказки, что нужно искать? — удивленно моргнула Эльза.

— Именно, — кивнула я. — Пришлось спускаться на первый этаж. Ну а там, в обеденном зале, оказалась пьяная Лисия.

— Та самая? — охнула в изумлении приятельница. — Бывшая невеста Димирия?! Она еще и пьет?

Я хмыкнула:

— Знаешь, если б мы с тобой на десятки лет оказались заточенными в замке, точно уже спились бы.

— Вряд ли, — передернула плечом жена эльфа. — Я уж точно ни одного закона не нарушала и не нарушу! Ты правда пила с ней?

— Почему нет? Я тогда понятия не имела, кто передо мной, а настроение было соответствующим.

Допрос с пристрастием длился больше часа. Эльза забыла и об остывавшем чае, и о сладостях, разложенных на блюдцах. Внимательно слушая меня, девушка ахала, охала и комментировала особо интересные, по ее мнению, сцены. В общем, кому-то точно не хватало приключений и разнообразия в скучной замужней жизни.

Потом приятельница наконец-то вспомнила о своих делах и сбежала, а я вернулась в спальню, самостоятельно переоделась в ночную пижаму и легла спать.

Ужинала я в комнате: сил выдерживать чье-то общество у меня не осталось.

После ужина в дверь постучал Димирий: зашел в спальню, сел на постель, обнял меня за плечи.

— Мне кажется, или ты хочешь о многом поговорить?

— Хочу, — вздохнула я. — Лисия… За что с ней так? Она не показалась мне жестокой, злобной… Зачем её запирать.

— Что она тебе рассказала? Наверное, про золотое время, когда все были магами? — поинтересовался муж. — Глупости это. Обычные отговорки тех, кто при рождении не был наделён Силой. Никто не любит читать старые летописи. Зачем? Правда, гораздо интересней думать о собственном могуществе? — Похоже, эта тема была у графа болезненной, потому что распалялся он все больше. — Ведь тогда, в давние времена, были и войны, и жертвоприношения, и истребления непокорных племен. Но некоторые 'умники' о подобных вещах не задумываются. А надо бы. Ведь те, кто с рождения наделен Силой, учатся в специальных школах, занимаются каждый со своим наставником, всегда контролируют собственные чувства и мысли. А тут вдруг появляется кто-то, решивший сделать себе подарок на очередной день рождения, не знающий ничего, но обладающий дикой энергией, энергией разрушения, между прочим!

— Их ведь тоже можно учить, — тихо заметила я, вспоминая несчастную одинокую Сверкающую.

Муж поморщился:

— Поздно их учить. Думаешь, мы с самого начала ссылали таких как она в Пустынные Земли? Нет, конечно. С ними работали, их обучали. Но характер уже был сформирован. Одного научили, трое решили, что им принадлежит мир, и начали требовать уважения и власти. Естественно, их приходилось усмирять, естественно, были жертвы, причем среди обычных людей и эльфов.

— И вы решили пойти по пути наименьшего сопротивления, даже не пытаясь разобраться в характере каждого из этих существ. Захотел Силу? Отправляйся в Пустынные Земли.

— Осуждаешь? Напрасно. В старинных фолиантах четко указано, что в зрелом возрасте Силу можно получить только через жертвоприношение. А связь со смертью может привести к некромантии.

— Они же не поднимают убитых, — покачала я головой, — а приносят в жертву птиц.

— Не только птиц, Вера. Были те, кто и домашнее животное, любимое и обласканное, не стеснялся отдавать в дар богам, жестоко умертвив. И все ради могущества. А уж когда дело касалось Силы смерти… Были уже такие случаи, Вера. И заканчивалось все плачевно, включая нападения мертвецов на деревни.

— Но люди разные. Димирий, они ведь там живут в ужасных условиях. Это же несправедливо… — я никак не могла понять и принять точку зрения мужа. Все равно что с религиозным фанатиком спорить. Ты ему о чувствах говоришь, а он в ответ цитатами из Библии сыплет. Вот так и здесь: мой собеседник не желал учитывать чувств, мыслей, желаний других людей. Нарушил закон? Будешь наказан! Никаких смягчающих обстоятельств, которые даже в суде учитываются. Шаг вправо — шаг влево…

— Вера, милая, я понимаю, ты — девушка нежная, умеющая сочувствовать. Но в данном случае твое сочувствие неуместно. Каждый из них знал, на что шёл. Но почему-то эти существа всегда твердо уверены, что имеют больше прав, чем остальные. А условия… Нормальные условия. На улице их не оставили, дали крышу над головой, оставили Силу, даже общаться с себе подобными позволили.

— Угу. На улице, — я вспомнила виверну и с трудом подавила дрожь. Хорошее общение…

— Если им разрешить жить друг у друга, начнут создаваться семьи, а там и до детей недалеко. Зачем княжеству под боком государство с потомственными носителями Силы?

Действительно, зачем… А в голосе так и слышится превосходство: глупая ты женщина, не твоего ума это дело. Спасли тебя, вытащили оттуда, скажи спасибо, поплачь и забудь обо всём. Да уж, не так представляла я себе свою замужнюю жизнь…

— Как с тобой оказался дракон? — решила я сменить тему, понимая, что мужа не переубедить.

— Их делегация все ещё гостит в нашем княжестве. Я зашёл к тебе ночью, увидел пустую постель, перевернул вверх тормашками дом, а утром отправился к лорду Шаринасу. Он любезно согласился помочь в твоих поисках. Вот только даже его Сила не помогла. Тебя невозможно было найти сутки. Я не знал, что и думать, и почему-то был уверен, что в твоем исчезновении замешан мой предок. И вдруг сегодня утром лорд Шаринас объявил, что то в Пустынных Землях. Портал туда открылся практически мгновенно… Что хотел от тебя Диар?

— Найти межмировой портал. Вернее не так. Изначально я понятия не имела, что нужно искать, а уже потом оказалось, что это портал. Димирий, зачем ему, могущественному богу, эта вещь? Ведь в мой бывший мир Диар проник и без портала…

— Понятия не имею, — пожал плечами муж. — Могу только догадываться. Во-первых, он не хотел оставлять такой 'подарок' кому-либо из отступников, во-вторых, что скорее всего, портал нужен не ему, а кому-то другому, человеку или эльфу. Как ты успела заметить, мой предок любит играть чужими судьбами…

Ночь мы провели вместе. Димирий вел себя совершенно естественно, будто не он еще утром общался с бывшей невестой. Я такого поведения понять не могла, но… Ох уж это но… Были бы мы на Земле, я как минимум чувствовала бы себя уверенней, а значит, со спокойной совестью отправилась бы спать в другую комнату, хотя бы в эту ночь. Здесь же, в чужом мире, чужом доме, да даже в чужой постели, я все еще не знала, как следует вести себя с собственным мужем, способным вот так, без малейшего сомнения, отправить 'в ссылку' собственную невесту, и потому решила не усугублять ситуацию.

Во сне я увидела Лисию, сидевшую за обеденным столом и остервенело напивавшуюся. Проснувшись утром, я поняла, что заболела. Вызванный домашний врач нашел у меня упадок сил и температуру, 'с которой не живут'. Следующие сутки Лита усердно пичкала свою госпожу различными снадобьями и микстурами, несколько раз заходил встревоженный Димирий, появлялась Эльза. А потом, ближе к ночи, над ухом раздался знакомый ворчливый голос:

— Нет у вас, баб, мозгов. Если ты наследника не родишь, с той дурой жить будешь, до конца жизни. Помяни мое слово.

— Вы считаете, я испугаюсь? — искренне удивилась я. — Составлю ей компанию, будем вдвоем…

Меня прервали.

Бог лжи разразился тирадой о моем происхождении. Довольно откровенно описывая степень сексуальных контактов различных партнеров, он при этом грозил всеми карами небесными 'одной дубине, не понимающей своего счастья'. Я молча слушала, впитывала информацию, старалась запомнить как можно больше образных выражений. Наконец Диар выдохся.

— Завтра чтоб на ноги поднялась. Нефиг мне свое нутро температурой выжигать. Смотри, Верка, я предупредил.

Утром я и правда поднялась на ноги, в буквальном смысле слова: слабости, ни жара как не бывало. Да что ж ему так неймется с этими наследниками? Как будто поспеть к какому-то определенному сроку хочет. Ну или поспорил с кем-то. Зная Диара, вероятны были оба варианта.

Вызвав Литу, я оделась с помощью служанки и спустилась к завтраку. Мое яркое домашнее платье, светло-зеленое, с порхавшими по ткани розовыми и жёлтыми бабочками, резко контрастировало с общей бледностью его хозяйки, так что, в принципе, не было ничего удивительно в том, что муж, заметив меня, подскочил со своего места и уже через несколько секунд усаживал рядом с собой.

— Как вы себя чувствуете, Вера? — поинтересовался Лориан, наблюдая за моими стараниями проглотить хотя бы кусок лежавшей в тарелке местной рыбы. Еда упорно не лезла в горло.

— Благодарю, сегодня уже лучше, — ответила я, гадая, на какое блюдо можно заменить несчастную рыбу.

— Вера, у тебя лицо практически очистилось, — сообщила приятельница, с аппетитом поедая мясной салат.

— И это чудесно, потому что через три дня нам предстоит аудиенция у князя, — 'порадовал' супругу Димирий. — Глава государства желает узнать твои впечатления от пребывания в Пустынных Землях.

Фраза прозвучала как: 'Ты же женщина умная, понимаешь, что именно сказать, правда, милая?'

Милая не понимала и с удовольствием расписала бы в красках все тяготы жизни в том месте, вот только я сомневалась, что в этом случае не вмешается кто-нибудь вроде Диара и не прервет меня на полуслове. Да и мужу карьеру портить не хотелось: ведь если бог лжи добьется своего, наследника нужно будет растить и обеспечивать всем необходимым. В общем, как обычно, своя рубашка оказалась ближе к телу, поэтому на замечание супруга я покорно кивнула.

— Но у нас же нет новых нарядов, — всполошилась Эльза. — Как же мы предстанем перед князем?

'Мы'? То есть эльф с супругой отправятся с нами? Для чего, интересно?

— Сегодня придет портниха, все обсудите. Время еще есть, — равнодушно заметил Димирий, возвращаясь к тарелке с куском хорошо прожаренного мяса.

Глава 8

Высидев положенные несколько минут и прилежно покрошив рыбу на тарелке на волокна, я встала, извинилась и вернулась к себе. Не успела засесть с книгой в кресле, как в комнату вихрем ворвалась Эльза, объявила о появлении портнихи и потащила меня в одну из гостиных.

Очередные тяжеленные рулоны с тканями пропыли мимо моего сознания. Рядом чуть ли не верещала от восторга жена эльфа, обсуждая с модисткой моду этого сезона, изредка до меня доносили голоса помощниц портнихи, когда обращались лично ко мне, я что-то говорила, кивала, на что-то показывала, но все это происходило, словно во сне. Очнулась я в своей спальне. Взяла в руки книгу, посвященную генеалогическому древу супруга, и постаралась не думать о будущем наряде. Оставалось надеяться, что никаких кислотных цветов и чересчур открытых платьев я заказать не сумела.

Во время обеда Димирий предупредил, что у них с Лорианом намечается бессонная ночь. Это означало, что женская половина могла развлекаться, как им угодно.

— Эльза, у вас гадать принято? — задумчиво спросила я, когда мужчины удалились к любимым рукописям, а мы с девушкой остались наедине в обеденном зале.

— Вообще, это не очень-то приветствуется, но и особо не запрещается, это ж не призыв Силы, — пожала плечами приятельница. — А на что ты хочешь погадать?

— На кого. На суженого. Эльза, челюсть с пола подбери. Я почти серьезно. Да, мы обе замужем. Да, разводов здесь не бывает. Но… Развлечься-то можно?

— Ох, Вера… — пробормотала пораженно жена эльфа. — Так можно и неожиданный результат получить. А вдруг действительно суженый покажется? Не муж?

— Тем лучше, — раздраженно фыркнула я. — Будет выбор. Ну же, подруга. Ты со мной?

— Вера… — с сомнением протянула приятельница. — А это точно ты? Тебя словно подменили в тех Землях.

— Я. Прежняя я, — передернула я плечами, словно пытаясь сбросить с себя невидимый груз. — Просто тоскливо мне. Очень тоскливо. Так что? Гадаем?

— Ну давай, — неуверенно пробормотала девушка.

Сказано — делано. Припомнив уйму возможных гаданий, я предложила сразу использовать зеркала. Эльза в открытую покрутила пальцем у виска и сообщила, что это самоубийство.

— Сначала — воск и желания на бумажках. Потом, если не успокоишься, зеркала, — судя по тону собеседницы, она искренне рассчитывала на мое благоразумие. Наивная. Я все еще не могла забыть увиденную во сне картину с Лисией, глушившей спиртное, словно воду. Спиваться мне никто не позволит, так что выбить клин клином не получится. Значит, остаются менее опасные способы забыться. Например, гадание. На суженого, да. Раз уж тот муж, к которому меня привязал бог лжи, на свою жену лишний раз не посмотрит, значит… Да ничего это не значит… Плюнув на рассуждения, я обратила внимание на подготовленные Эльзой (слуг решили к делу не привлекать) глубокие миски с водой, свечи и спички.

— Не передумала? — уточнила жена эльфа. Я отрицательно качнула головой и зажгла свою толстую и квадратную свечу. Приятельница нехотя проделала то же самое. Мы сидели молча и смотрели на огоньки. Посчитав, что воск достаточно расплавился, я уверенным движением подняла свечу и перевернула над миской. Рядом тихо ахнула Эльза. Ахнула и замолчала, словно дышать разучилась. Я нахмурилась: глупость глупостью, но картинка мне совсем не понравилась. Крылья. Больше похожие на нетопыриные. Хотя, может, я выдаю желаемое за действительное…

— Эльза, что ты видишь?

— Крылья… Драконьи…

А, так это дракон, не нетопырь? Что ж, уже жить легче… С летучей мышью я точно не желала связывать свою жизнь.

— То есть мне не показалось. Ну что ж…

— Вера! — вскинулась приятельница. — Ты замужем!

— Не кричи, — поморщилась я. — Выливай свой воск. Да не бойся ты. Никто ж не заставляет тебя бросать любимого супруга. Мы просто развлекаемся, помнишь?

На меня посмотрели… Так, наверное, разглядывала очередная жертва своего палача: с обреченностью, грустью, болью. Вот актриса.

— Эльза.

Тихий вздох, и свеча пролила воск над водой.

— Арфа…

— Больше на беременного кузнечика похоже. Эльза, отомри.

— Арфа есть у старшего сына эльфийского правителя, сводного брата мужа…

— И что? В чем трагедия? Может, Лориан научится играть на этой самой арфе? Не делать трагедии из невинного гадания. Давай зеркала.

— Вера, мы еще желания не писали.

— И не надо. И так ясно, что вышли не за тех. Давай зеркальный коридор строить. Да не трясись ты. Вот в подвале замка у Лисии было страшно. А тут… Нечего бояться.

Зеркала выстроили в коридоре, благо что ни слуг, ни мужей в этой части дома не ожидалось. Приятельница отошла в сторону, не мешая гаданию. Я, как и положено, уселась на стул перед самым большим зеркалом, стоявшим в начале 'коридора', пробормотала скороговоркой: 'Суженый-ряженый, покажись', и стала ждать 'прихода' тени, стараясь не обращать внимания на запах гари от свечей, стоявших в два ряда у зеркал.

Сначала была тишина. Полная. Казалось, замерли даже стены дома. Потом… Потом в зеркале показалась фигура, лишь тенью, размытой и бесплотной… Я тяжело сглотнула и, перепугавшись, начала припоминать слова, которые должны прогнать нечисть. Слова не припоминались. Фигура приближалась. И я понимала, что уже узнаю 'суженого'. А еще… Еще я почему-то была уверена, что эта самая фигура ни в коем случае не должна дойти до зеркальной рамы, иначе… Что — иначе, я не знала, но дышать от ужаса уже не могла. А фигура шла. Медленно и неотвратимо, как кара богов. Слова… Слова… В голову как назло ничего не лезло. До нечисти оставалось не больше двух шагов, и я, зажмурившись от страха, занесла над зеркалом кулак. Послышался звон разбитого стекла. Затем уши резанул чей-то громкий крик, и я потеряла сознание.

Придя в себя, я почувствовала, что лежу на чем-то мягком. Постель? Лицо почему-то не болело, хотя, по идее, осколки зеркала должны были впиться в кожу. А вот рука — та да, саднила, и то не сильно.

— Лежи, — раздался рядом голос мужа. — Вера, ты вроде разумная девушка. Откуда у тебя такие приступы…

Мужчина замялся.

— Безмозглости? — обреченно спросила я, не открывая глаза: супруга видеть сейчас почему-то не хотелось. — Думаю, от скуки. Мне тут совершенно нечем заняться. Да и…

— Что? — уточнил Димирий. — Начала, так уж договаривай.

— Я думала, ты будешь уделять мне хоть немного внимания…

Послышался тяжелый вздох. Я почувствовала себя палачом, подвесившим на дыбы невинную жертву наговора.

— Ты из-за невнимания решила на суженого погадать?

Я смотрю, у кого-то слишком длинный язык…

— Да. От скуки и невнимания.

— И что привиделось? — в голосе Димирия показалась насмешка.

То есть об этом приятельница умолчала. С чего бы?

— Крылья. Я думаю, что нетопыриные, Эльза — что драконьи.

Последнее я добавила исключительно из вредности.

Муж какое-то время помолчал, потом уточнил:

— Нетопыриные — это чьи?

— Нетопырь — летучая мышь. У вас здесь их нет?

— Слава богам, уж от умеющих летать мышей нас избавили, — проворчал явно недовольный услышанным супруг, — руку тебе обработали мазью и перебинтовали. Лориан пообещал, что шрамов не останется. Хорошо хоть, ты сообразила лицо от стекла отвернуть.

Правда? Мне казалось, что как раз до этого я и не додумалась…

В губы мне ткнулся край стакана.

— Выпей. В настое снотворное. Поговорим обо всём утром.

Опять собрался сбежать от обсуждения насущной проблемы… Впрочем, какая разница… Я послушно сделала три глотка и практически сразу провалилась в сон.

Утром меня разбудила причитавшая Лита. Из всхлипываний и речитатива служанки я узнала, как сильно волновались обо мне слуги, а уже его светлость! Да и господин эльф проявил участие! А уж как переживала госпожа Эльза!

Завтрак мне принесли в комнату. Так как пострадала левая рука, я была способна обслуживать себя сама. Ни жидкая каша, по вкусу напоминавшая переслащенную манку, ни кислый компот насыщения не принесли.

— Госпожа, — в комнате появилась Лита, — господин спрашивает, умеете ли вы ездить верхом?

Первый и последний раз я садилась на нечто, отличавшееся от лавки, в пять лет и запомнила это событие на всю жизнь. Родители тогда отмечали какой-то праздник, чуть ли не годовщину свадьбы, и решили вывести детей в свет. На нас с Дашкой надели розовые платья с бантами сзади и кружевом на рукавах, волосы нам заплели в косички, на ноги обули жутко неудобные, зато красивые красные сандалии и торжественно отправились в парк. Дело было поздней весной, отец решил научить дочь кататься на лошадях. Так как для таких громил я была еще мала, дело ограничилось вонючим нечёсаным пони, злобно смотревшим из-под грязной чёлки. На мамино сюсюканье: 'Доченька, смотри, какая лошадка', я не отреагировала. Лезть наверх и садиться на засаленную попону мне не хотелось. Но кто ж спрашивает мнения пятилетнего ребёнка? Отец усадил меня в седло, владелец 'лошадки' дал в руки поводья. Предполагалось, что мы с пони сделаем несколько шагов самостоятельно, потом поводья у меня заберут, и по 'кругу почета' владелец проведет свою живность самостоятельно. Увы, пони об этом плане сообщить забыли. Как только злобное создание почувствовало свободу, оно отбежало на несколько шагов и начало изворачиваться и лягаться, пытаясь скинуть неугодного седока со спины. В итоге перепуганная и разревевшаяся я оказалась в мокрой зеленой траве (ночью прошёл сильный дождь), платье было безвозвратно испорчено, зато Дашка надорвала живот от смеха. После этого случая я зареклась подходить ко всему живому, что может везти на себе пассажиров.

Вопрос служанки радости не прибавил, и я решительно качнула головой:

— Нет. Тем более, с больной рукой не поездишь.

— Господин эльф сообщил, что снимет повязку: у вас все за ночь зажило, — пока ее госпожа предавалась воспоминаниям, Лита проворно вытащила из платяного шкафа темно-лиловый костюм для верховой езды. Да уж, как знала, заказывать его не хотела. А всё Эльза: закажи, да закажи, у приличной девушки обязано быть в гардеробе практически всё.

Переодела меня служанка аккуратно, практически не задевая пострадавшую руку, и вниз я спустилась в костюме, черных сапогах для верховой езды и в синей шляпке с широкими полями. Настроение было похоронным. Интересно, воскрешать погибших от лошадиных капризов здесь научились?

Муж, эльф и его жена обнаружились в кабинете, выделенном нам с Эльзой под чаепития. Все трое были готовы к верховой езде.

Рука, что удивительно, действительно зажила, так что никаких отговорок, кроме страха, у меня не осталось.

— Боишься? — удивилась приятельница, когда мы направились к конюшне за домом. — Вера, они совсем не страшные, вот увидишь. Скажи Димирию, и конюх подберет тебе самую тихую лошадь.

И я скончаюсь от сердечного приступа у нее на спине.

— Зачем вообще нужна эта поездка?

— В смысле? Ты не разу не была в городе, поедем покатаемся, увидим знакомых — тем лучше, нет — просто подышим воздухом. Нельзя же вечно сидеть в четырех стенах.

Для меня последнее было идеальным вариантом…

— А пешком никак нельзя?

— Вера, ты что?! Пешком только простолюдины передвигаются!

А я кто? В роду предков с голубой кровью точно никогда не было.

Конюшня оказалась одноэтажным каменным зданием серого цвета, с несколькими стойлами и дремавшим в углу на табурете высоким пожилым конюхом.

'Транспорт' для храброй наездницы подбирать долго не пришлось. На мое несчастье, в одном из стойл оказалась молодая каурая кобылка по кличке Орни, как уверял конюх: 'Медленней ее только улитки'. Мы с животным критически осмотрели друг друга, остались недовольны осмотром и попытались разойтись с миром. Не получилось. Следующие пятнадцать минут нас с Орни приучали наслаждаться близостью двух тел, а лично мне показывали, каково это — правильно сидеть в седле. На примере Эльзы, естественно. Но где Эльза и где я…

В итоге меня кое-как усадили верхом, причем сама себе я напоминала этаким мешок с картошкой, умеющий разговаривать, эльф с женой показали класс, гарцуя по двору, графу помог взобраться на коня конюх, и мы медленно, практически похоронной процессией, направились в город. Лошадь неспешно цокала копытами по мощенной камнем мостовой, приноравливаясь к ходу вожака, серого я в яблоках Нирта, коня Димирия, Лориан ехал рядом, страхуя меня. Я же старательно считала количество шагов, сделанных моей мучительницей, и твердила про себя все известные молитвы. Не то чтобы я была в ужасе, скорее понимала, что покалечиться до смерти мне не позволит тот же Диар — ему наследников подавай.

Но и просто так упасть с лошади — удовольствие небольшое. Так что тело было напряжено до предела, а голову я старалась занять молитвами.

— У тебя совесть есть, а, Верка? — ворчливо поинтересовался голос над ухом. — Какой такой Иисус? Нет здесь такого. Лучше мне молись. Все полезней будет. А то волнуешь местный эфир именами чужих богов.

'Что в голову приходит, то и проговариваю', - стараясь не отвлекаться от дороги, мысленно ответила я.

— В голову ей приходит, — фыркнул раздраженно Диар. — Дуры вы, бабы. Сама же сказала: наследник мне нужен, не грохнешься ты. Сегодня уж точно. Отомри уже. Хватит животное пугать.

Я только тяжело вздохнула. Легко сказать: отомри. Я, можно сказать, уже корни в это седло пустила, сроднилась с ним, как с лишней частью тела…

Бог лжи пробормотал что-то об упёртых дурищах и замолчал, видимо, исчез.

Знакомых никого мы не встретили, а вот в ресторации 'Эльфийский мёд' решили отобедать, причем ладно бы в самом здании, где-то в глубине, так нет, и Димирий, и Эльза единодушно сделали выбор в пользу открытой веранды, опоясывавшей двухэтажное заведение по всему периметру. С лошади меня снимал эльф.

Отдав поводья расторопному пареньку лет восьми-девяти, мы все четверо направились к одному из пустовавших белоснежных столиков, созданных из неизвестного плотного материала, расселись на высоких стульях того же цвета и стали медленно листать меню. Вернее, последним делом, несомненно, очень важным, занимались мужчины. Эльза к ним не присоединилась, меня никто ни о чем не спросил. Будь мы дома, я бы и без спроса взяла в руки небольшую кожаную книжечку с золотым тиснением, но сейчас, на людях… Кто знает, вдруг я своими действиями опорочу честь, доброе имя и что-нибудь еще собственного мужа? Оправдывайся потом иномирным происхождением… Так что я сидела и по примеру приятельницы разглядывала улицу. Двух- и трехэтажные здания, чаще серого цвета, выстроили по линии, как солдаты на плацу. По тротуарам сновали мастеровые, прислуга, торговцы, на проезжей части то и дело показывались то всадники, то крытые экипажи.

А потом я заметила того самого 'суженого', появившегося накануне в зеркале, почувствовала, как тело бьет нервная дрожь, и застыла. Не с моим счастьем, конечно, но всё же… Я искренне надеялась, что мужчина пройдет мимо, не заметив нас. Он же, как назло, подошел, поклонился и громко поздоровался со всей четверкой, взмахнув рукой, как бы призывая этим жестом не вставать ради приветствия.

— Чудесного дня, лорд Шаринас, — почтительно поздоровался за всех Димирий.

— Да, день сегодня действительно чудесный, — задумчиво согласился элегантно одетый дракон, внимательно осматривая нашу компанию. Вот уж кому идет все, одень его хоть в тряпку. Аристократия… Коричневый жилет, под ним белоснежная рубашка, черные брюки, такого же цвета сапоги на каблуке — и всё сидит, как влитое. — Димирий, я зайду к вам сегодня, ближе к вечеру, обсудим последний указ князя и возможность его реализации. Вера, вы чудесно выглядите.

Повернулся и отправился восвояси, не удостоив вниманием ни Лориана, ни Эльзу. Сноб. Аристократ, да, но и сноб. Высшая раса, чтоб его. Полубог, угу.

Официант, мальчишка лет пятнадцати-семнадцати, судя по внешности, с предками из эльфов, наконец-то отмер в дверях ресторации, подскочил к нашему столику, почтительно поклонился, принял заказ и исчез в глубине здания.

— Указ? Князь издал новый указ? — поднял брови ничуть не смущенный отношением к себе эльф. — И когда он успел?

Муж как-то странно посмотрел в мою сторону, замялся, потом вздохнул и кивнул.

— Указ, да. Не принял, но собирается. Сегодня или завтра. И касается он изменения жизни отступников в Пустынных Землях.

Я отмерла, почувствовав, как исчезло накатившее при виде дракона волнение, и уточнила:

— К худшему или к лучшему?

— Для кого как…

— Димирий, девушки все равно обо всем узнают, — качнул головой Лориан. — Говори уж.

— Сэру застукали на ритуале пробуждения Силы…

Упс.

— Когда? — нахмурился эльф. — Это же дело не одного дня, подготовка нужна долгая.

— Сдается мне, — пожал плечами супруг, — что она начала готовиться сразу после сорванной свадьбы. Ну а сам ритуал княжна планировала на вчерашнюю ночь. Служанка увидела ночью свет в комнате, зашла, чтобы убедиться, что с госпожой все в порядке, а та как раз голову петуху сворачивала.

— Глупость полная. Какой петух? Как он оказался в ее покоях? Почему она не заперлась? Да и ритуал этот обычно днём проделывают.

Лориан замолк, позволив приблизившемуся с полной тележкой официанту расставить все заказанные блюда, и продолжил, когда парень укатил уже пустую тележку:

— Кто занимается делом? Откуда столько неувязок?

— Под личным контролем князя. А он, как ты понимаешь, мне не отчитывается. В общем, Сэру ссылают в Пустынные Земли уже завтра. А заодно и облегчают правила жизни там. Теперь отступникам будет позволено создавать семьи, рожать детей и находиться подолгу в соседних замках.

— То есть, если говорить нормальным языком, создавать собственное государство. Великолепно. Необузданные носители Силы под боком. Хуже пороховой бочки.

— Указ князя не обсуждается.

— Я уже понял…

Мужчины разговаривали, обсуждая последние новости, а я чувствовала, как с души скатывается огромный камень, и дышать становится легче. Да уж, надо было попасться на горячем самой княжне, чтобы её отец решил вспомнить, что маги тоже люди и не могут гнить в одиночестве. Теперь у Лисии появилось право на счастье.

Мясной пирог, салат из овощей всех оттенков синего, кисло-сладкий морс, на десерт выглядевшее вполне земным мороженое в рожке — мы с Эльзой ели молча, наши спутники умудрялись жевать и общаться, причем выглядела эта беседа вполне благопристойно.

Мы пробыли в 'общепите' минут сорок, и я с удовольствием тянула бы время до последнего, так как залезать на новое средство передвижения совсем не хотелось, но увы… Пришлось покорно терпеть на талии руки эльфа, помогавшего мне взобраться на Орни.

Конюшня показалась вполне заслуженным раем. Дойдя до своей комнаты, я с наслаждением растянулась на постели, чувствуя, как ноют чуть ли не все кости в многострадальном организме и потихоньку уходит чувство страха.

В дверь постучали. Я нахмурилась. Кому там скучно?

— Вера? — в комнату заглянула Эльза, уже снявшая костюм и красовавшаяся в домашнем ситцевом платье длиной по щиколотку. — Ты не спишь.

— Нет, но передвигать меня не рекомендуется. На ближайшие несколько часов я — недвижимое имущество.

Приятельница фыркнула и зашла внутрь. Усевшись на кровати напротив меня, девушка прищурилась:

— Ничего не хочешь рассказать?

— Ты о чем? — не поняла я.

— О ком. О лорде Шаринасе.

— И что с ним не так? — поинтересовалась я как можно спокойней.

— Действительно, что, — хмыкнула жена эльфа. — Вера, я ведь не вчера родилась.

— Эльза, сделай, пожалуйста, скидку на мое иномирное происхождение и поясни нормальным языком, что не так с этим драконом?

Девушка подняла глаза к потолку.

— Вера… Давно пора изучить этикет всех рас. Иначе ты рискуешь когда-нибудь по незнанию совершишь грубую ошибку. Драконы никогда не обращаются к существам других рас без особой на то причины. Если бы лорду Шаринасу не нужно было обсудить с твоим мужем реализацию указа князя, дракон не подошел бы к нам и уж тем более не поздоровался бы, пусть это и невежливо с нашей точки зрения. Но он подошел и обратился не только к Димирию, но и к тебе. Потому я и спрашиваю: ничего не хочешь мне рассказать?

— Этикет, — пробормотала я устало. — Эльза, я эти книжки чуть ли не наизусть выучила. Не было там ни слова об этих нюансах. НЕ БЫЛО! А насчет рассказать… Помнишь крылья из воска? Ну вот они в зеркале трансформировались с одну очень знакомую фигуру…

— Погоди, — ахнула приятельница, резко бледнея. — Ты хочешь сказать, что разбила зеркало, когда увидела лорда Шаринаса?

— Не хочу, но придется. Да, я перепугалась, что нечто из зазеркалья, выглядевшее как этот лорд, перешагнет раму и очутится здесь, в этом мире. Глупо, правда?

Судя по невероятной бледности Эльзы, глупой девушка такую мысль отнюдь не считала.

Глава 9

— Поздравляю, подруга…

— С чем? — недоуменно уточнила я. — Эльза, ты сейчас с побелкой сольешься.

— Считается, что из зеркала может выйти только демон…

— Это который с рожками? — продемонстрировала я свое якобы отличное знание мифологии.

— Не знаю, что за демоны в твоем мире, — жена эльфа трясущимися руками поправила и так идеальную прическу, — а здесь эти сущности забирают души. Ты или умираешь, или сходишь с ума, что порой еще хуже смерти!

Да уж, перспективы…

— Так а что ты трясешься? Не вышел же.

— Ох, Вера… Теперь я поняла, почему не приветствуется гадание с помощью зеркал… Ты его разбудила! Я теперь лишний раз к зеркалу не подойду!

— Госпожа, — прерывая нашу содержательную беседу, в комнату заглянула Лита, — господин спрашивает, спуститесь ли вы обедать.

Я отрицательно покачала головой. Мышцы все еще гудели, вставать не было ни малейшего желания.

— Принеси только второе и десерт, — попросила я, и служанка умчалась на кухню.

— А я, пожалуй, пойду, — приятельница поднялась с постели. — Постарайся без меня никого другого не вызвать.

Язва. Отвечать я не стала: смысла не видела. Да и Эльза ответа не ждала.

Прислуга сноровисто накрыла столик, выставила на белую скатерть мой обед и ретировалась.

Биточки из неизвестного мяса в сочетании с овощным салатом пошли на ура. Запив всё сладким зеленым чаем, я с сомнением покосилась на два пирожных, сиротливо лежавших на тарелке, и поняла, что лопну, если съем и их.

— Вера, — в спальню неожиданно зашел супруг. Интересно, что опять случилось такое, заставившее Димирия отвлечься от рукописей? — Эльза выглядела чересчур подавленной за столом. Вы поругались?

— Нет, она считает, что я своим гаданием вызвала демона.

Муж сел в кресло напротив кровати, осмотрел пустые тарелки, покачал головой, заметив оставшийся нетронутым десерт, и только потом ответил:

— Чушь это. Детей подобными сказками пугают. Да, не отрицаю, демоны существуют, но из зеркала точно не выходят. Так что не бери в голову.

— А кто мне тогда в зеркале привиделся?

— Ты же говорила, что крылья увидела, — поднял бровь Димирий.

— Так то на воске, а в зеркале фигура была. И она целенаправленно шла к раме.

— И на кого она была похожа? — чуть насмешливо поинтересовался супруг.

— На лорда Шаринаса.

Какое-то время мы играли в гляделки. Потом муж нахмурился.

— Демон, принявший обличие дракона? Чушь несусветная. Я скорее поверю, что это была игра света и тени.

Я лишь плечами пожала. Одна твердит о демоне, другой слышать об увиденном не хочет. И у кого правду узнать?

Димирий скоро ушел, сославшись на очередную рукопись, я зашла в библиотеку за очередным слезливым любовным романом, пожалела, что ничего более серьезного здесь найти нельзя, и до вечера была потеряна для общества.

На ужин Лита принесла овсяное печенье, стакан кефира и сушеные местные фрукты. Я доедала пригоршню коричневых 'улиток', пряных на вкус, когда все та же Лита, нервно теребя в руках серый передник, сообщила, что у нас в гостях лорд Шаринас, и Димирий просит меня спуститься и пообщаться с драконом. Тему общения супруг не уточнил. Идти не хотелось, но и игнорировать просьбу-приказ мужа было нельзя. Вздохнув, я поднялась с постели.

— Лита, помоги мне одеться.

Полностью закрытое домашнее платье темно-коричневого цвета, длиной до пола, с воротником-стойкой и нежно-желтой брошью в виде цветка шилось как раз для подобных случаев и лучше всего подходило для общения с высоким гостем.

Я внимательно посмотрела на себя в зеркало. Прыщи, как и обещал Диор, на данный момент практически исчезли, осталось лишь легкое воспаление, и сейчас с той стороны на меня глядела вполне миленькая девушка с длинными черными волосами, непонятно по какой причине блестевшими зелёными глазами и пухлыми красными губами. Не секс-символ, конечно, но уже и не уродина.

— Вызови на завтра на утро парикмахера, — приказала я служанке, пусть приведет в порядок мою голову и нормально меня пострижет. — Не хватало в очередной раз появиться при дворе пугалом.

Расчесавшись, я подвела губы красной помадой, добавив им яркости, обула сандалии на танкетке и направилась вниз.

Мужчины ожидаемо нашлись в том самом кабинете, который мы с Эльзой обычно использовали для чаепития. Они о чем-то негромко переговаривались, но едва я переступила порог комнаты, тут же замолчали.

— Вера, вы чудесно выглядите, — дракон привстал, оценивающе скользнул взглядом по платью и лиц и сел обратно, на облюбованный этой парочкой диван.

— Милая, рад, что ты смогла спуститься, — Димирий тепло улыбнулся мне со своего места, но даже не подумал подняться. — Лорд Шаринас хотел бы задать тебе несколько вопросов о твоем пребывании в Пустынных Землях.

Почувствовав себя мышью в лапах двух котов, я уселась в кресло напротив, жалея, что на журнальном столике нет никакой сервировки. Чашка чая в руках меня успокоила бы.

— Что именно интересно его светлости? — повернувшись к гостю, я чуть склонила голову. Нужно же показать, что книги по этикету были полностью прочитаны.

Дракон красовался в черном фраке, белой рубашке и черных брюках. Димирий, словно бы по контрасту с ним, надел домашний костюм в коричневую клетку. Один пришел с визитом, другой подчеркнул, что находится у себя дома.

— Вы, Вера, уже слышали об указе князя, — лорд не спрашивал, он утверждал, смотрел прямо, говорил спокойно. Вот уж кто точно знает, чего хочет. — Драконы стараются обходить земли отступников стороной. Меня интересует, в каких условиях живут эти люди и насколько они потеряли связь с реальностью, то есть не сошли ли они с ума.

Странный вопрос. Как будто у меня было время обойти всех, кто там жил, и пообщаться близко с каждым из затворников. Захотелось пожать плечами и предложить его светлости самому все выяснить. Сдержавшись, я подробно описала образ жизни Лисии и рассказала о встрече носителей Силы на природе.

Мужчины слушали внимательно, изредка переглядываясь. Когда я замолчала, Шаринас задумчиво произнес:

— Стена. По периметру. И купол. Для надежности. На нашей Силе, естественно. Людскую и эльфийскую он быстро пробьют, а уж их потомки — тем более.

— А перемещать отступников туда порталом? — уточнил муж.

— Пока я здесь — да. Потом… Не знаю. Нужно будет все обдумать. Но защита от них необходима. Я сам сообщу об этом князю.

Последнее предложение прозвучало, как: 'Мне-то он не посмеет отказать'.

— Благодарю вас, Вера, — повернулся ко мне лорд. — Вы нам очень помогли.

Читай: 'Смертная, можешь быть свободна'.

Я встала, чуть наклонила голову и вернулась к себе в спальню.

— Вера! — Эльза, видимо, подкарауливала меня в коридоре, так как очутилась в комнате практически одновременно со мной. — Ты встречалась с драконом?! Что он от тебя хотел?!

— Давай хоть чаю попьем, — я вызвала звонком служанку и уселась в кресло. 'Любопытная Варвара', сгорая от нетерпения, последовала моему примеру.

Отдав вошедшей Лите приказ напоить нас обеих чаем, я дождалась, пока за девушкой закроется дверь, и повернулась к приятельнице.

— Романтического свидания не получилось, извини.

Жена эльфа фыркнула.

— Не ёрничай. Он же зачем-то захотел с тобой пообщаться. Зачем?

— Эльза, а как охраняются Пустынные Земли?

— Точно не скажу, — пожала плечами собеседница, но, насколько я знаю, совместной магией эльфов и людей. Плюс местная нечисть не позволяет вернуться домой.

— Ага. То есть никаких искусственных барьеров не существует, — задумчиво пробормотала я. — Что ж, теперь будет.

Служанка вкатила тележку с чаем и снедью, расстелила на столике скатерть, приготовила все к чаепитию и удалилась.

— И? — приятельница налила в чашку с миленькими розовыми цветочками зеленый чай, положила на тарелку с ободком из тех же цветочков пирожное с заварным кремом и повернулась ко мне с улыбкой голодной пираньи.

— Сидели, говорили… Эльза, не морщься.

— Вера, если бы лорду Шаринасу нужны были любые данные по Пустынным Землям, ты была бы последней, к кому он обратился бы. Поверь, у драконов хватает информаторов в любой точке планеты.

— Да? А Димирий в курсе? — уточнила я.

— В курсе чего? Что дракон захотел увидеть понравившуюся ему даму и избрал для этого не особо удачный предлог? Естественно. Но полубожествам не отказывают.

— То есть если этот лорд захочет со мной переспать, мой собственный муж принесет ему меня на блюдечке?

— Вера, прекрати говорить глупости, — вслед за первым пирожным отправилось и второе. И как с такими темпами талия не расширяется? — Свидание под присмотром мужа не равноценно адюльтеру.

— Как умно ты говоришь, — я театрально вздохнула и, вспомнив старые фильмы, опустила голову на ладони. — Я аж заслушалась. Адюльтер, свидание под присмотром мужа. Чувствую себя этакой племенной кобылой, которую хотят покрыть сразу два жеребца. Эльза!

Приятельница поперхнулась и закашлялась.

— Смерти ты моей хочешь, — пробормотала она, решительным жестом отодвигая в сторону и чашку с чаем, и тарелку с пирожным. — Хорошо, что родители Димирия до этого дня не дожили. Со стыда бы умерли, услышав подобное.

Да уж, похоже, с шуткой я переборщила. Здесь не современная Европа… Пришлось извиниться.

— Эльза, а ты знаешь, как именно они умерли?

— Такие вещи у нас обсуждать не принято, — собеседница косилась в сторону чая, но вернуть в руки чашку пока не решалась. — Я только краем уха слышала, что их якобы отступник убил, за пару лет до их с Лисией помолвки. Но подробностей, как ты понимаешь, я не знаю. Но ты от темы не уходи. Рассказывай.

— Да что рассказывать, — я с трудом сдержалась, чтобы не дернуть плечом от раздражения. — Пришла в этом наряде, села. Димирий и лорд Шаринас работали на контрасте: первый — в домашнем костюме, второй — во фраке. Дракон с меня глаз не сводил, пока я рассказывала, муж — тоже. Потом они между собой обсудили возможные меры против отступников и отправили меня в комнату. Всё. Эльза, не надо так противно хмыкать.

— Глаз, говоришь, не отводил…

Вздохнув, я налила себе черный чай и принялась уничтожать печеные яблоки.

— Знаешь, когда люди внимательно слушают кого-то, они обычно не отводят глаз от собеседника.

— Да-да. Вера, хочешь, поспорим?

— На что? — удивленно подняла я брови.

— Сегодня ночью Димирий тебя удивит. Не знаю, правда, как, но чувствую, что он не захочет отдавать тебя лорду.

Эти слова звучали у меня в голове до конца вечера. Признаюсь, я действительно ждала мужа. Но…

Я уверила себя, что все напрасно, что супругу старинные тексты важнее жены, и уже собралась спать, когда дверь открылась и в спальню вошел Димирий, причем почему-то неся поднос с тремя толстыми горящими свечами и букетом цветов, видимо, покоилось все это богатство на растопыренных пальцах, как у официанта.

— Вера, — шепотом позвал муж, — ты спишь?

Пришлось вставать и помогать расставлять все на журнальном столике. Между тем дверь аккуратно закрыли. С той стороны. Какие заботливые у Димирия слуги. Так и пекутся о благе хозяина. Интересно, кто помогал ему собрать и донести поднос? Та самая служанка, что привела меня на бракосочетание? Не удивилась бы, если бы так и было…

Я не успела задуть перед сном многочисленные свечи, так что видно все вокруг было достаточно отчетливо.

— Это тебе, — супруг немного помялся, но все же взял со стола и вручил мне букет. Литиры, местные цветы, похожие на крупные садовые ромашки, пахли резко и не очень приятно.

— Спасибо, — улыбнулась я. Хотелось спросить, почему именно такое количество свечей, но с другой стороны, вот так задашь неудобный вопрос и совсем без знаков внимания откажешься. Хотя… Та же поездка верхом в ресторацию… Лучше б ее совсем не было…

— Завтра прибудут швея и брадобрей, или, как ты сказала, 'парихмакер', - нещадно коверкая слово, сообщил муж. — Эльза сообщила, что ты выбрала довольно экстравагантный наряд для встречи с князем.

Я почувствовала, как по телу туда и обратно пробежал табун мурашек. Что там, в том полузабытьи, я могла придумать? Неужели мини-юбку и глубокое декольте?!

— Давай присядем, — Димирий подал пример и сел на постель. Я уселась рядом, с цветами в руках. — Вера… — Мужчина говорил неуверенно, старательно подбирал слова. — Я видел, как на тебя смотрел сегодня лорд Шаринас. Сейчас ты намного привлекательней, чем раньше, ав красивом наряде и вовсе…

Я растерянно моргнула несколько раз, потом уточнила:

— В этом доме все сводниками заделались, или это только вы с Эльзой работаете без вознаграждения?

Муж грустно улыбнулся:

— Я не пытался сводничать, считай этот разговор моей неуклюжей попыткой выяснить твое отношение к этому. Как ты знаешь, я не силен в построении романтических отношений…

У меня первый раз за время пребывания в этом мире появилось непреодолимое желание взять что-нибудь потяжелей и стукнуть любимого и ненаглядного супруга, чтобы мозги на место встали. И вот где, спрашивается, этот бог, когда он так нужен?

— Димирий, а почему свечей три?

— Сколько на поднос уместилось, — пожал плечами этот начинающий романтик. Я только фыркнула в ответ. Логично. И как я сама до такого ответа не додумалась?

— И что дальше? Букет со свечами ты принес, о драконе сообщил. Снова уйдешь к рукописям? — не сдержалась я от шпильки.

— Тебя это так задевает? — искренне удивился муж.

— Что? То, что жена у тебя на втором месте даже не после работы, а после увлечения? Да, потому что у меня самой никаких увлечений нет, и значит, ночью мне заняться нечем.

— Ночью положено спать, — мягко заметил супруг и получил в ответ удивленно приподнятые брови.

— Но сам же ты занят не сном.

— Вера… Мне кажется, Диар все же был прав…

— В чем же? — я даже дыхание затаила, ожидая, какую еще истину сообщит мне супруг.

— Тебе нужно быстрее родить, тогда твоя голова не будет забита… Вера?!

Я расхохоталась, не желая сдерживать эмоции. Надо же, так хотеть выйти замуж, чтобы попасть в ином мире к домостроевцу. Три К, конечно же, что еще он может предложить?

В этот раз Димирий облагодетельствовал супругу и на ночь остался, видимо, решив, что забеременеть и родить мне нужно как можно скорее. Проснулась я как обычно в одиночестве — муж, ранняя пташка, уже корпел над рукописями.

Приняв душ, я вызвала Литу. Брадобрей и модистка должны были нагрянуть с минуты на минуту. Легкий халатик едва доставал до середины икры. Хотелось бы верить, что постороннего мужчину, то есть парикмахера, данный чересчур неприличный вид не смутит, и я не лишусь разом всех своих волос…

Но нет, брадобрей лет семидесяти, видимо, бывалый специалист, поклонился, окинул равнодушным взглядом мою фигуру и поинтересовался предпочтениями госпожи. Эльза умчалась куда-то по делам, посоветовать мне было некому, так что я взяла в качестве примера земной каталог стрижек и попросила сделать обычное каре, да постричь покороче, так, чтобы только до ушей доходило. Скоро должна была наступить жара, а при такой невыносимой погоде я всегда старалась избавиться от лишних волос, обычно с помощью матери. Мужчина, и глазом не моргнув, исполнил указание клиентки. Через несколько минут после его ухода в мою спальню влетела жена эльфа.

— Вера, ты все еще… Вера!

Я поморщилась:

— Эльза не верещи. Ты так скоро на ультразвук перейдешь. Что опять не так?

— Вера… — приятельница послушно понизила голос. Судя по шокированному выражению на ее лице, я выбрала не самый лучший вариант стрижки.

— Что я опять натворила?

— Эта прическа… — Эльза уселась на кровать, не отрывая взгляда от моих волос. — Ты нарочно, да? Решила хотя бы так заставить Димирия ревновать?

— В смысле? — я все еще не понимала, в чем именно трагедия.

— Такие волосы, в смысле, прически, носят только женщины драконов… — срываясь на драматический шепот, поведала мне жена эльфа.

— Женщины? Жены?

— Не только. Дочери, сестры, любовницы… Ты разве не знала?!

— Откуда, — пожала я плечами. — В ваших книгах об этом не написано, как и о многом другом. Вот зачем, скажи, писать учебники по этикету, если о много просто не принято упоминать вслух? Ладно, надеюсь, что Димирий и князь сделают скидку на мое происхождение. Да и дракона на встрече не будет… Эльза, не смотри так.

— Будет… Лориан сказал, лорда Шаринаса назначили кем-то вроде посла при дворе князя.

Мысленно представив себе предстоящую встречу, я не удержалась и присвистнула.

— Госпожа, — в спальню заглянула служанка, — модистка уже ожидает в гостиной.

— Ой, точно, — хлопнула себя по лбу Эльза, — я же за этим сюда и пришла.

Швея с помощницами с любопытством поглядывали на мою необычную прическу, но вопросов не задавали. Зато эти самые вопросы возникли у меня, когда я увидела предназначенное для встречи с герцогом платье.

Тюлевое платье с оборками на светло-зеленом чехле длиной до колена и V-образным вырезом по местным меркам смотрелось чересчур экстравагантно. А если вспомнить о прическе… Похоже, муж действительно скоро начнет меня ревновать, при этом не любя…

Эльза крутилась перед зеркалом в ярко-красном платье с пышными рукавами, длиной до щиколоток. К платью прилагались поясок и брошь в виде сердца в тон наряду. Красавица, что и говорить. Хотя, надо признать, сейчас, когда мое лицо полностью очистилось, я тоже выглядела довольно мило. По крайней мере, отражение в зеркале меня уже не пугало.

Мы закончили с примеркой ближе к обеду, а так как обе не завтракали, то к столу спустились что я, что приятельница, ощущая себя этакими пираньями в домашних халатах. Глубоко в душе я надеялась, что наши вторые половинки сегодня будут весь день активно заниматься рукописями, а значит, мою новую прическу супруг заметит только завтра утром, перед самой поездкой. Наивная…

И Димирий, и Лориан, одетые в домашние костюмы, уже сидели за накрытым столом и нетерпеливо поглядывали на дверь в ожидании опаздывавших жён. Эльза без проблем добралась до сидения. Я же…

Когда я вошла, разговаривавшие до этого друзья мгновенно замолчали. Осматривали меня долго: и когда я шла к стулу, и когда садилась, и даже когда мальчик-слуга налил в мою тарелку густой суп-пюре, осмотр продолжался. Потом супруг пробормотал что-то о незаконченном деле, резко поднялся и широкими шагами вышел из обеденного зала. Эльф, извинившись, последовал за ним.

Приятельница хмыкнула, красноречиво посмотрела на меня и занялась поеданием паровых котлет — Эльзе на днях взбрело в голову, что на ее теле образовались жировые прослойки, а значит, необходимо было сесть на самую жёсткую диету. Я этих самых прослоек не видела в упор, но переубедить жену эльфа оказалось невозможно.

Ели молча, прерываясь только на смену блюд. Я не смогла отказать себе в наслаждении подразнить несчастную диетчицу и порадовала собственный желудок эскалопом. 'Эти глаза напротив'. Если бы у Эльзы была Сила, то ни меня, ни эскалопа в живых уже не осталось бы.

Пить чай приятельница отказалась, заявила о необходимости поддерживать физическую форму и куда-то умчалась. Я пожала плечами и приказала слугам сервировать чайный столик в моей спальне.

— Правильно, Верка, надо есть, пока возможность представится, — объявился в зоне доступа Диар. — А то скоро вместе с подружкой на диету сядешь.

— Зачем? — удивилась я, усаживаясь в кресло в своей комнате и с тоской смотря на улицу: неимоверно хотелось выйти развеяться, но за последние несколько дней я натворила столько дел, что и нос боялась высовывать из дома мужа.

— Как зачем? — делано удивился бог. — Разнесет тебя, толстой станешь.

Вбежавшие служанки споро сервировали стол, а я пыталась понять божественный намек.

— Я беременна? — удивленно спросила я, дождавшись ухода прислуги.

— А кто ж тебя знает, — пакостливо фыркнул Диар.

До обеда я развлекалась рисованием и черчением. И то, и другое любимым делом назвать было трудно, сама себя я считала не художником-рисовальщиком, а скорее бумагомарателем, но чтением я уже пресытилась, приятельница обиделась и заходить в гости не желала, а больше занять себя было нечем.

В детстве мы с сестрой больше года посещали художественную школу: родители пытались дать нам классическое образование, но слуха и чувства такта ни у меня, ни у Дашки не оказалось, поэтому танцы, пение и игру на музыкальных инструментах пришлось из расписания убрать. Зато оставались лепка, рисование и рукоделия. Для последнего, по мнению матери, мы были еще малы, а вот художественная школа, располагавшаяся в нескольких домах от нашей квартиры, родительницу влекла словно магнитом. Увы, особых успехов мы с сестрой не достигли, потом у отца сменилась работа, нам пришлось переехать, и о рисовании можно было забыть. Дома, на Земле, я изредка брала в руки карандаш, пыталась что-то переносить на бумагу, но делалось это от скуки. Однажды Дашка случайно наткнулась на мой не особо удачный портрет ее очередного кавалера, закатила скандал, заявив, что не с моими умениями рисовать ее Вадика, и больше я бумагомарательством не занималась.

Сейчас же мне было скучно, поэтому, наверное, я вызвала Литу и приказала принести принадлежности для рисования. Минут через пять-десять в моем распоряжении оказались тонкая тетрадка в клетку, несколько плотных листов ватмана, стилус, именовавшийся доритом, мольберт и баночки с красками. Настоящее богатство для начинающего художника.

Установив ватман на мольберт, я взяла стилус и забыла обо всем на свете.

Привел меня в себя восхищенный вздох рядом.

— Вера, ты не говорила, что умеешь писать сущность, — раздался за плечом голос Эльзы.

— Что делать? — повернулась я приятельнице, отметив про себя миленький костюм из юбки и блузки ярко-оранжевого цвета. Видимо, жена эльфа приготовилась атаковать супруга за обедом.

— То, что на ватмане… Мы называем процесс создания 'писать сущность'.

— А, рисовать портреты, — я пожала плечами. — Это баловство, а не портрет.

— Они выглядят, как живые!

— Правда?

Как по мне, ни Димирий, ни лорд Шаринас не были похожи сами на себя. Я изобразила мужа и дракона так, как увидела их в том кабинете: вальяжно сидевшими на диване с покровительственной усмешкой на губах. Мол, женщина, ты же помнишь свое место? И если супруг выглядел хозяином максимум собственного дома, то дракон… О, он как раз являлся хозяином жизни, твердо уверенным в том, что хочет. Понятия не имею, какие мысли бродили тогда в голове лорда Шаринаса, но в глазах мужчины горел огонёк хищника, увидевшего жертву и начавшего её загонять.

— Конечно! Ты только посмотри на выражения их глаз! Димирий спокойней, слабее, дракон намного сильнее и активнее. Ох… Вера… Как ты не вовремя остригла волосы… Он же тебя неправильно поймет! Решит, что это приглашение…

— Кто? Шаринас? — я нахмурилась. Вот только озабоченного дракона в моей жизни сейчас и не хватало. — Может, парик надеть?

— Что? — не поняла собеседница.

— Парик, Эльза. Искусственные волосы. У вас такого нет?

— Гадость какая, — жену эльфа ощутимо передернуло. — Надевать на себя чужие волосы? Бр-р-р! Зачем он вам там, на твоей планете?

Я пожала плечами:

— У нас много лысых. Не всем им нравится так ходить, вот и носят парики.

— Слава богам, у нас есть носители Силы! Уж от выпадения волос они точно сумеют вылечить!

То есть парик отпадает. А жаль…

— А если носителя Силы пригласить? Пусть волосы мне вернет?

Приятельница покачала головой:

— Не получится. Если бы ты смертельно заболела, тогда носитель Силы появился бы немедленно. А так… из-за ошибки в прическе…

Ясно. Значит, завтра будем развлекаться…

Обедали мы с Эльзой в одиночестве: мужчины своих жён вниманием не почтили. Суп, гуляш, мясной салат соседствовали с парными котлетами, салатом овощным и куском мяса на пару. Все же у приятельницы оказалась неплохая сила воли. Сбрасывать несуществующие килограммы, когда перед твоим носом проводят аппетитной едой… Я бы не смогла…

— Госпожа, — не успели мы с женой эльфа перебраться в кабинет для чаепития, как в обеденном зале появилась Лита. — Господин просит вас подняться в свою спальню.

Несколько секунд я пыталась понять, что понадобилось Димирию в моей спальне, потом вспомнила, что оставила на мольберте рисунок, и почувствовала, как краска заливает щёки. Судя по тихому хмыканью Эльзы, приятельница тоже догадалась, в чем дело.

Супруг стоял у портрета и внимательно вглядывался в нарисованных персонажей.

— Вера, — мужчина повернулся в мою сторону, едва я переступила порог, — у тебя, оказывается, есть дар писать сущность.

Судя по непроницаемому выражению лица, Димирий уже взял себя в руки и не собирался демонстрировать глупой супруге, что он думает насчет ее стрижки.

— Я училась год в художественной школе, — пояснила я, становясь рядом со своим рисунком. — Не скажу, что это дар, но чему-то я там определённо научилась.

— Отлично. Насколько я помню, в твоем мире женщины часто работают, — никакого осуждения в голосе, странно, я думала, что труд в среде аристократов здесь не приветствуется. Или это мне такая аристократка неправильная, в виде Эльзы, досталась?

— Работают, — кивнула я.

— Ты жаловалась на скуку. Не хочешь заняться расписыванием текстов?

— Иллюстрированием? — удивленно уточнила я. Меня не поняли, и я уточнила. — Рисовать подходящие по смыслу картинки?

— Именно.

Почему нет. Скуку все равно надо было хоть как-то убивать.

— С удовольствием.

— Тогда переоденься к ужину, пожалуйста. У нас будет гостья. И предупреди Эльзу, что появится баронесса Ларская.

Повернулся и вышел. Я вздохнула и вызвала звонком Литу: мне хотелось выпить чая.

Служанка как раз заканчивала сервировать столик, когда в комнате появилась жена эльфа. Дождавшись ухода прислуги, приятельница накинулась на меня с расспросами:

— Ну что? Как он отреагировал? Кричал? Вера, ну не молчи!

— Ты мне рот открыть не даешь, — фыркнула я. — Нет, не кричал. А должен был?

— Вообще-то, на твоем портрете он сам на себя не похож!

— Значит, его все устроило. Эльза, кто такая баронесса Ларская?

Моя собеседница скривилась:

— Гадкая дамочка. Представляешь, она утверждает, что женщины ничем не хуже мужчин, да еще и работать обязаны, а не туя… туне…

— Тунеядствовать. Бездельничать то есть. Интересная женщина, похоже.

— Очень, — ворчливо откликнулась приятельница. — Я и работать! Пусть слуги работают! Я не для того родилась! Тем более, теперь я замужем! Муж пусть обеспечивает! А почему ты спросила?

— Димирий просил тебя предупредить, что эта баронесса появится здесь к ужину.

Глава 10

Как я и думала, к ужину Эльза не спустилась — отговорилась головной болью, так что странную гостью мы встречали втроем: облаченные в костюмы-тройки Димирий и Лориан, плюс я, наряженная в закрытое платье цвета морской волны.

Баронесса Агнесса Ларская, как представил ее дворецкий, оказалась невысокой полной шатенкой средних лет, не побоявшейся прийти в гости в брюках и блузе. На Земле это было бы в порядке вещей, здесь же, в насквозь патриархальном обществе, такое поведение казалось мне вызывающим. А может, я просто привыкла к мужскому снисходительному взгляду на женский пол. Небрежно махнув пухлой ручкой в ответ на попытки противоположного пола подняться и приветствовать даму стоя, женщина уселась в кресло и, не стесняясь, осмотрела меня с ног до головы. Видимо, супруг не сообщил гостье о моем иномирном происхождении, потому что никакого интереса в темно-синих глазах я не увидела. Скорее пренебрежение и скуку.

— Так вот как выглядит причина нервного срыва у княжны, — с легкой насмешкой в голосе произнесла баронесса. — Забавно. Я вас себе другой представляла, уж простите за откровенность.

— Ты не меняешься, Агнесса, — покачал головой Димирий. — такая же язва.

— Все мы, мой друг, лишь стареем, но остаемся верны себе, — хмыкнула женщина. — Твоя жена всегда такая молчаливая? Или ты успел ее выдрессировать?

— Агнесса, — вмешался разговор эльф. — Соблюдай приличия.

— А они вам нужны? Сомневаюсь. Иначе вы меня не позвали бы. Так что, дорогуша, будем говорить?

Я только улыбнулась. Наивные попытки гостьи вывести меня из себя не шли ни в какое сравнение со словесными тычками, полученными на Земле, да что там Земля. Даже Диар превосходил местную суфражистку-феминистку по уровню общения.

— Вы знаете, — все так же улыбаясь, я пожала плечами, — меня приучили, что за обеденным столом нужно есть. А поговорить можно и потом.

Баронесса одобрительно хмыкнула.

— То есть пока не выдрессировал, что ж, это радует.

Мы действительно ужинали молча. Даже обычно беседовавшие о политике мужчины предпочитали в тишине работать челюстями. Видимо, приняли мой намек и на свой счет.

Покончив с эскалопом, я откинулась на спинку кресла, показывая, что больше ничего здесь в рот не возьму.

Уже через пять минут мы втроем, исключая Лориана, сидели в малой гостиной, комнате рядом с кабинетом супруга, и пили чай. Баронесса совмещала сие нехитрое действие с внимательным разглядыванием моего рисунка, который Лита по приказу Димирия принесла из спальни.

— Ну… Техника, конечно, не на высоте, но дар есть, да. Хорошо она вас с драконом изобразила, сразу видно, что вы за особи, — усмехнулась женщина, повернувшись к Димирию. — И что ты от меня хочешь?

Я ожидала что-то вроде: 'Займи её делом' и сильно удивилась, услышав:

— Полагаю, она сама может ответить на твой вопрос.

Приподнятая бровь показала мне, что ничего от такой скромницы и тихони Агнесса не ждала.

— Вы единственная такая, или есть ещё? — внезапно мне захотелось знать, насколько распространено это движение за равноправие в местном обществе. Видя, что меня не поняли, я добавила:

— Судя по одежде и поведению, вы хотите стать равной в правах мужчинам. Для княжества такое положение нормально? Или вы — местная аномалия?

'Аномалия' растерянно моргнула, затем, услышав фырканье Димирия, покраснела и уставилась на меня. На этот раз с интересом.

— Девочка, а ты вообще откуда здесь взялась.

— Из другого мира, — пожала я плечами. — из постели переместилась прямо к алтарю.

— Даже так, — прищурилась Агнесса. — Очень интересно… Давно у нас никого такого не было. Отвечая на твой вопрос: нет, не единственная. Нас, желающих равноправия, довольно много, что здесь, что у эльфов.

— А чего конкретно вы хотите добиться? Возможности занимать те же должности, что и мужчины, обучать вместе детей разного пола, выйти из-под опеки отцов и мужей или…

Я запнулась: Димирий смотрел на меня с ужасом, Агнесса — с предвкушением.

Муж ушёл быстро: как обычно, отговорился любимыми рукописями, попросил не задерживать гостью и удалился. Мы с баронессой рассеянно кивнули, дождались его ухода и только тогда начали общаться. Вернее, Агнесса задавала вопросы, я на них отвечала. Ничего особенного я, помня о местных нравах, не рассказала, так, припомнила движение суфражисток, ни словом не обмолвившись о том, каких свобод добилась слабая половина человечества к тому моменту, как Диар забрал меня с Земли, но, судя по блеску в глазах собеседницы, и полученной информации ей хватило с лихвой. Ну а у меня теперь была работа, причём вполне официальная. Баронесса владела картинной галереей. Кстати сказать, женщины здесь, по княжеским законам, могли иметь собственность, не все, правда, а только те, кто был старше двадцати пяти лет. Агнессе недавно исполнилось сорок четыре. Она была вдовой, дети давно жили отдельно, а сама женщина, чтобы не скучать, занялась бизнесом, правда, не очень удачно. Мужчины к ней не заходили, женщины, зная репутацию баронессы, старались обходить 'салон с картинами', как обозвала свое детище Агнесса, десятой дорогой. В трёх больших залах собирались только приятельницы баронессы, такие же феминистки, как и она, в основном — попить чаю и посплетничать. О мужчинах, конечно.

Мы договорились, что уже завтра первая моя картина будет выставлена в галерее, а сама баронесса приедет попозировать мне послезавтра. Услышав предложенную сумму в десять золотых в месяц, я согласилась. Много это или мало, можно будет позже узнать у Эльзы или Димирия. А пока… Пока мне пригодятся любые деньги. Кто знает, как повернётся жизнь и что ещё придёт на ум Диару.

Поднимаясь в спальню, я надеялась сразу же попасть в объятия любимых подушки и одеяла. Увы мне. В кресле у кровати сидел супруг. Рядом с ним стоял журнальный столик, сервированный по всем правилам для позднего ужина. Похоже, Димирий придумал хитрый план: раскормить жену за ближайшие часы, да так, чтобы ни один дракон в её сторону и не глянул.

— Как тебе Агнесса? — поинтересовался муж, дождавшись, пока я сяду в кресло напротив.

— Одинокая женщина, тщетно пытающаяся эпатажем привлечь к себе внимание, — пожала я плечами, оглядывая столик: жаркое, несколько видов сырной и мясной нарезки, овощи, вино, тарелки, фужеры и столовые приборы.

— То есть ты на неё не обиделась, и вам удалось договориться о сотрудничестве?

Я кивнула. Сотрудничеством, конечно, наш договор назвать было трудно, но где-то близко, да.

Вино в этом мире я вроде бы ещё не пила. Армил — да. Но тот напиток считался слабоалкогольным. Сейчас же, выпив за ужином всего полтора бокала, я почувствовала, как реальность мягко, но настойчиво, от меня ускользает…

Проснулась я от голоса Литы.

— Госпожа! Госпожа, вставать пора! Госпожа, господин вас к завтраку ждёт.

Тяжесть в голове, сухость во рту, дрожь во всём теле… Здравствуй, похмелье.

Спустилась я вниз через полчаса, с помощью служанки. Лёгкий ситцевый халат и домашние тапочки — это всё, на что я оказалась способна. Лита, видя мучения госпожи, особо не приставала с нарядами.

За столом оказался лишь Димирий. Видимо, эльфийская чета, наскоро позавтракав, отправилась готовиться к приёму. Слуга налил в мой бокал холодную воду, положил в тарелку кусок мяса и удалился.

— Доброе утро, милая, — вдруг раздалось со стороны мужа.

Я резко повернулась к супругу и изумленно уставилась на него. Димирий улыбался, причем так мягко и нежно… Я сразу заподозрила вмешательство Диара: муж никогда раньше не вёл себя со мной подобным образом.

— Доброе, — настороженно отозвалась я.

— Надеюсь, ты выспалась, — и снова улыбка, на этот раз — добрая, ласковая. Я почему-то почувствовала себя этаким младенцем, которого все в порыве восторга треплют за пухлые щёчки.

— Димирий, что происходит?

— А ты не помнишь? — удивился муж.

Я качнула головой.

— Мы очень бурно провели ночь, — просветил меня супруг, дождался пунцовых щёк и продолжил. — Сначала ты просветила меня насчёт моего поведения и образа жизни, довольно подробно и экспрессивно, нужно признать, а потом выдохлась, пообещала в ближайшие дни устроить мне весёлую жизнь, пробормотала что-то насчёт обычного каре и упёртого мужа, а затем заснула прямо в кресле.

Я покраснела ещё больше. Лучше б там был секс… Истерить я не умела и обычно этим неблагодарным делом не занималась. Вот только непонятно было, откуда такое благодушное настроение у того, кто снисходительно смотрел на женские слёзы… Что именно я могла ляпнуть? А самое главное — почему я не могла ничего вспомнить?!

— О, вы оба тут! И ещё не одеты! — в комнату быстрым шагом вошла Эльза.

Ярко-красное платье с узким лифом и плиссированной юбкой сидело на ней идеально, подчёркивая тонкую девичью фигурку. Небольшой вырез взгляд не притягивал, но при должном воображении мог подсказать, что конкретно скрывалось под одеждой, благо выставлять напоказ свои прелести, оставаясь при этом в рамках приличий, жена эльфа умела. На этот раз, вместо пояса и броши, приятельница надела жемчужное ожерелье и украсила волосы разноцветными лентами. Чёрные туфли на высоком каблуке стройнили девушку ещё больше. В общем, получилась этакая миленькая куколка.

Позавтракав, я через несколько минут поднялась к себе. Разговор с Димирием так и не был завершён, но сейчас следовало подумать о приёме у князя.

После сегодняшней ночи я с опаской надевала своё тюлевое платье с оборками на светло-зеленом чехле. Была бы моя воля, я надела бы один из тех нарядов, что портниха шила в прошлый раз. Но рядом сидела Эльза и внимательно наблюдала за действиями Литы.

К платью прилагались изумруды в колье и серьгах.

— Ювелирная лавка, а не женщина, — вздохнула я, посмотрев в зеркало. — Эльза, может, без макияжа обойдёмся?

— Ну уж нет, — решительно качнула головой уже накрашенная девушка: личная служанка, боясь перечить госпоже, нанесла чересчур много краски на лицо той, и жена эльфа сейчас больше напоминала цыганку, нежели знатную даму. — Ты должна выглядеть представительно! Тем более проклятия на тебе больше нет.

В итоге, после стараний Литы, с той стороны зеркала на меня смотрела обладательница густых чёрных ресниц, полных красных губ и короткой причёски… О последней я не забывала ни на минуту. Именно из-за неё мне и хотелось стать как можно менее заметной: вдруг лорд Шаринас забудет, как я выгляжу, и не узнает в толпе?

— Какая толпа? — удивилась Эльза, услышав последнюю фразу. — Это приём. Мы там вшестером будем: ты, Димирий, я, Лориан, князь и дракон. Всё.

Я нервно сглотнула: шанса на забывчивость дракона не осталось.

Карета с обитыми чёрным бархатом сидениями уже стояла у подъезда. Мужчины ждали нас с приятельницей внизу: им, в отличие от супруг, краситься не надо было, да и наряды казались мне будто скопированными: те же брюки, те же сорочки, те же фраки или жилеты. Вот уж кто точно радовался консервативной мужской моде.

На этот раз в оформлении дворца преобладали зелёный и голубой цвета: занавески и шторы на окнах, кружевные салфетки на столах, вазы, графины, декоративные бутылки, расставленные тут и там, — всё это разнообразие обязательно радовало глаз одним из оттенков этих двух цветов. Признаться, пока мы шли в сопровождении слуги к малому залу, я ожидала увидеть даже выкрашенные стены, но обошлось…

Князь… Только этим утром я услышала имя его сиятельства. Витор лерн Нолийский. А теперь смогу и увидеть его поближе. В прошлый раз мне было слишком 'хорошо' после внушения эльфа, и никакого желания внимательно рассмотреть правителя княжества не возникло.

Сопровождающий распахнул деревянную дверь, громко объявил наши имена, и наша четвёрка торжественно вошла в комнату.

Малый зал оказался просторным помещением с ворсистым ковром на полу, ткаными гобеленами на стенах и хрустальной люстрой со свечами, пока еще не зажжёнными, под потолком. В центре зала полукругом располагались светло-зелёные широкие кресла с низкими спинками. Посередине стоял лакированный журнальный столик…

— Рад видеть вас, граф, — низкий бас отвлёк меня от рассматривания комнаты.

Похоже, мне пора было вручать орден 'Миссис Внимательность': скользя глазами по обстановке, я умудрилась не заметить сидевших за столиком князя и дракона.

— Благодарю, милорд, — тем временем поклонился мой муж. Эльф последовал его примеру. Мы с Эльзой, как примерные жёны, присели в реверансах. Причём мне оставалось только молиться, чтобы их сиятельства оказались не особо остроглазыми: стояли мы от столика не так уж и далеко, а вырез по местным меркам у меня был более чем приличный…

Витор, высокий зеленоглазый брюнет, вместе с лордом Шаринасом с нескрываемым любопытством рассматривал и мой наряд, и мою причёску. Да, конечно, костюмы-тройки — это не увиденное мной как-то в журнале, довольно скромное по российским меркам платье… Мило улыбаясь, я пожалела, что приём неофициальный, а значит, ни князю, ни дракону никто не запрещал проявить любознательность и осмотреть заинтересовавшую их гостью с ног до головы. И если Витор сдерживал эмоции и старался проявлять свойственную его положению вежливость, то Шаринас… В его глазах цвета кофе с молоком я увидела тот самый огонёк хищника, который изобразила на картине. Похоже, дракон, как и ожидалось, понял всё неправильно и посчитал причёску этаким знаком, причём довольно откровенным.

Мы чинно расселись по креслам. Я оказалась зажата между Димирием и Лорианом, Эльза села между мужем и Витором. Разговор шёл ни о чём, мужчины обсуждали общих знакомых, приятельница молчала, как и положено правильной жене, я скучала. Там, на Земле, внешность не позволяла мне выходить в свет, и сейчас пустая болтовня меня только раздражала: к чему нужно было обсуждать непонятно кого, если изначально цель собрания была иной? Или же это я всё себе придумала, и моё путешествие в Пустынные Земли будет лишь одним из номеров развлекательной программы, а не её гвоздём?

— Вера, — наконец-то обратился ко мне князь, — прошу, поведайте нам, как вы оказались в Пустынных Землях?

Я только вздохнула. Правда, мысленно. Как… Уж точно не по своей воле…

Рассказ вышел коротким: я тщательно подготовила его ещё дома и потренировалась на Эльзе, оттачивая свои скудные умения рассказчика.

Слушали меня молча.

— Исполнительница воли бога? — задумчиво спросил Витор, едва я закончила повествование. — Звучит, конечно, необычно, но в силу определённых обстоятельств… Единственное, что я не понимаю, — оборвал себя мужчина, — почему Диар? Бог лжи никогда не был сильным игроком, да и азарта не выказывал…

— Вы считаете, князь, началась ещё одна Игра? — напрягся дракон, в кои-то веки оторвавшись от моего выреза.

— Боюсь, что да, — кивнул его сиятельство. — Более того, полагаю, она уже давно идёт, и появление в нашем мире Веры — всего лишь один из ходов в этой Игре…

Следующие полчаса предсказуемо были такими же скучными, как и начало беседы: мужчины постоянно перекидывались непонятными терминами и упоминали незнакомых людей. Эльза прилежно изображала живую куклу, я старалась не уснуть.

Наконец-то беседа подошла к концу, мы откланялись и под пристальными взглядами князя и дракона покинули комнату.

Обед уже прошёл, поэтому мы с женой эльфа, переодевшись, перекусывали каждая у себя. Не сказать, чтобы меня переполняли сильные или необычные эмоции и впечатления, но… Неоднозначные взгляды дракона, его пристальное внимание к некоторым выступающим частям моего тела показали мне, что я уже не та дурнушка, которую выкинули в этот мир без её согласия и которая просто физически не способна нравиться мужчинам и должна смириться с одиночеством. Конечно, чужое внимание мне льстило, тем более внимание фактически полубога. Сидя в одиночестве на постели, я рассеянно жевала что-то, принесённое служанкой, и пыталась понять, что бы я делала, будь в этом мире разводы. Нет, я не собиралась менять одного мужчину на другого или искать себе покровителя. Но одно дело, когда у тебя нет выбора и ты выходишь за первого встречного из-за безнадёжности, и совсем другое, когда выбор есть, ты симпатична, а значит, можешь сначала понаблюдать за теми, кто рядом… В общем, я думала, размышляла, копалась в себе…

Вечером, против обыкновения, супруг сразу после ужина поднялся со мной в спальню, сел рядом на постель, вздохнул.

— Знаешь, что ты произнесла ночью, прежде чем уснула? 'И почему он мне нравится, дурак…' Практически признание в любви, не находишь?

Утром я, наверное, покраснела бы, услышь эти слова, и вновь пожалела бы о выпитом алкоголе, а теперь, после насыщенного и тяжёлого дня, лишь вежливо улыбнулась.

— Практически, да, — и сразу же перевела разговор на интересовавшую меня тему. — Димирий, что такое эта Игра, о которой вы говорили?

Судя по разочарованному взгляду собеседника, Игра в данный момент интересовала мужчину меньше всего.

— Богам скучно, — пожал плечами муж, — они живут вечно, а значит, должны как-то себя развлекать. Вот они и развлекают… С помощью тех, кого создали. То, что я расскажу, написано в летописях, как ты понимаешь, лично никто небожителей не допрашивал, но судя по тому, с чем приходилось сталкиваться нашим предкам, можно сделать вывод, что Игра — это нечто вроде пари, которое заключают два-три бога между собой. Играют обычно на желание или нужный артефакт. У каждого из игроков есть своя фигура, которая выполняет для него то или иное задание. Часто эти фигуры сталкиваются и между собой решают, кто сильнее.

— И если побеждает определенная фигура, то победа соответственно засчитывается её владельцу, то есть богу? — предположила я.

— Именно, — кивнул Димирий. — До последнего времени никто не связывал твоё появление с Игрой. Желание божественного предка возродить угасающий род вполне естественно, потому и никто не удивился, когда бог лжи привёл тебя из другого мира к алтарю. Такое уже случалось несколько раз в других семьях.

— И всегда выбирали пару из другого мира? — скептически поинтересовалась я.

Муж пожал плечами.

— Почему нет. Богам лучше знать, чьи судьбы должны быть связаны. Если Диар посчитал, что ты подходишь мне больше, чем Эльза, кто я такой, чтобы с ним спорить?

Действительно, кто? Смирение и послушание — вот что особенно ценилось в этом мире. Впрочем, и на Земле тоже… Только там божественные творения решили воспротивиться привычному для них укладу, а здесь, похоже, до открытого противостояния с божествами пока не доросли…

— Вера, — вывел меня из раздумий голос Димирия, — лорд Шаринас сегодня практически не отрывал от тебя взгляда.

Я повернулась к супругу. Всё-таки чувствами своими он владел превосходно: попробуй угадай, что именно скрыто за невозмутимым выражением лица. Подсказку могла быть дать только чуть напряжённая рука, которой он опирался о постель. И то, мало ли этому причин…

— Я заметила. Диар недавно намекнул, что я могу быть беременна. Можно выяснить, так ли это?

Димирий встрепенулся, неверяще посмотрел на меня, потом несмело улыбнулся и кивнул:

— Завтра же здесь будет носитель Силы, тот самый, что осматривал тебя в прошлый раз.

Ночь мы провели вместе. Муж всячески старался доставить мне наслаждение. Но под утро всё равно ушёл к себе. Впрочем, к такому окончанию любовных игр я уже привыкла. Да и одной под утро спалось слаще. А поспать мне было необходимо, и чем дольше, тем лучше: следующий день обещал быть очень насыщенным…

Утром, ворвавшись в сладкий сон о детстве, смеявшихся родителях и ларьке с мороженым, меня безжалостно растормошила Лита.

— Госпожа, скоро завтрак, господин велел разбудить вас и напомнить о носителе Силы.

Господин… Лучше б он дал выспаться гипотетически будущей матери… Зевая, я кое-как привела себя в порядок и сонной улиткой, под руку со служанкой, поддерживавшей моё слабое тельце, спустилась в обеденный зал.

Довольно улыбавшийся муж, подозрительно косившаяся в мою сторону приятельница, прятавший ухмылку в уголках губ эльф — кого-то явно не учили держать язык за зубами… Слуга привычно отодвинул мне стул, наложил какой-то серой бурды, похожей по вкусу на земную перловку, доложил мяса и отошёл. Я вздохнула, на этот раз — мысленно. Есть не хотелось. А вот спать… Но нельзя. Сначала — носитель Силы, затем — феминистка баронесса. С моим везением к вечеру в доме вполне мог и дракон появиться — проверить мою готовность заполучить статус его любовницы.

— Вера, мы с Лорианом собираемся в город после завтрака, не хочешь присоединиться? — Эльза сделала глоток непонятной оранжевой жидкости, больше похожей на сок, из хрустального бокала и выжидательно посмотрела на меня.

Я качнула головой:

— Не могу. Жду баронессу.

— Это Ларскую? — непонятно из-за чего оживилась вдруг жена эльфа. — Знаешь, я, пожалуй, останусь и поприсутствую при вашем общении. Ты ведь не будешь против?

Я изумлённо взглянула на Эльзу. Кто и когда успел её подменить?

— Я - нет. Баронесса — не знаю. Она собиралась мне позировать.

— О, так ты ещё и рисовать собралась? — оживление перешло чуть ли не в восторг, причем явно нездоровый. Эльф недоуменно посмотрел на супругу, видно, подозревая, что в её бокале плещется какая-то странная жидкость, так сказать, с биодобавками. — Решено. Тогда я точно останусь.

Я только плечами пожала. В конце концов, мне-то какая разница?

Носитель Силы прибыл практически сразу же после завтрака. Мы с Димирием перешли в тот самый кабинет, 'на все случаи жизни', который видел и Эльзу, и дракона, и самого мага.

Лысый мужчина, носитель Силы Артон, поклонился, приветствуя хозяев дома, и сразу же приступил к делу. Лично мне его осмотр на расстоянии, бормотания и пассы руками напоминали танцы с бубнами шаманов Севера, но муж, судя по виду, был впечатлён. Закончив колдовство, маг удовлетворённо кивнул.

— Да, внутри вас, Вера, определённо теплится ещё одна жизнь. Плод небольшой, пока здоровый.

— Каковы ваши рекомендации? — спросил довольный, как тысяча сытых котят, Димирий.

— Меньше волнений, больше свежего воздуха и правильное питание, — пожал плечами Артон. — И любимое дело, конечно же. Женщины, скучая, могут натворить уйму бед.

Я фыркнула. Тоже мысленно. Женщины. А мужчины, получается, от скуки только счастье всем вокруг приносят. Впрочем, вслух я этого не произнесла. Беременна — уже хорошо. Может, дракон успокоится. А любимое дело… Муж не был против моих художеств, так что занять себя на время беременности я смогу.

Глава 11

— Не фыркай, — раздался над ухом знакомый ехидный голос, — всё правильно этот лысик говорит. Займёшь себя — перестанешь дурью маяться. А то ишь что удумала. И стрижка, и платье. Я тебя зачем сюда вытаскивал? Чтобы ты с драконом шашни водила?

Были б то шашни, а то так, дурость с обеих сторон…

— Вот и посидишь дома, охолонешь, — хмыкнуло божество. — Он к моменту родов о тебе уже забудет.

Тем временем носитель Силы откланялся и ушёл, а счастливый муж направился вместе со мной в спальню.

— Иди давай, долги супругу возвращай, — прокомментировал наше передвижение Диар. — Дурной была, дурной и помрешь. На зеркалах оан гадает, к дракону примазывается. Смотри, Верка, отправлю ещё куда, ни муж, ни Шаринас не помогут.

Отправлю… Как служанку какую. Или пешку. В Игре…

— Вы ж посмотрите, какие мы гордые, от бога указаний не приемлем, — в голосе слышалась ухмылка. — Пешка не пешка, а задания мои выполнишь, куда ты денешься. А пока мужа развлекай, покажи примерную жену.

— Вера? — Димирий открыл дверь, пропуская меня вперёд. — Всё в порядке?

— Можно и так сказать. Диар появлялся.

— Что на этот раз? — нахмурился супруг.

— Да ничего особенного. Выказал недовольство моим поведением, велел тебя ублажить, — улыбнулась я.

Мужу такой ответ не понравился.

— Господин, — в комнате, постучав, появилась Лита, — к госпоже баронесса Ларская пожаловала.

Димирий ушёл, служанка помогла мне нарядиться в длинное домашнее платье с ярко-жёлтыми крупными цветами и проводила в одну из гостиных. Там, в креслах рядом с накрытым для чаепития столом, уже сидели Эльза и Агнесса. Судя по настороженным взглядам, бросаемым женщинами друг на друга, обе они были отлично знакомы друг с другом, часто выходили на тропу войны и сейчас гадали, что нужно одной от другой. Смотрелись обе на контрасте: наряженная в элегантное закрытое шёлковое платье нежно-зелёного цвета жена эльфа как будто бросала вызов одетой в коричневый брючный костюм баронессе, говоря: 'Смотри, я желанней, моложе, лучше устроилась. Зачем мне твоя мифическая свобода?'

— Баронесса, рада вас видеть, — улыбнулась я, войдя в комнату.

— Вера, — повернулась ко мне женщина, — твоя картина произвела фурор среди моих приятельниц. Сегодня салон закрыт, но завтра, думаю, в него пожалуют и другие гости! Ох, я буду рада, если сам лорд Шаринас появится у меня!

По моей спине прошли толпой мурашки. Вот только дракона в галерее и не хватало… Мало он себе вчера придумал, завтра добавит. А потом узнает о ребёнке…

— Вера, — встревоженные голоса вывели меня из задумчивости. Надо же, эти женщины, оказывается, умеют работать в команде. По крайней мере, и крикнули, и привстали с мест они довольно слаженно.

— Простите, баронесса, — я наконец-то дошла до своего кресла, села и сказала полуправду. — Не представляю себе реакцию дракона. Мне кажется, этот портрет его оскорбит.

— Ну что ты, — всплеснула руками Агнесса, — сейчас мало кто умеет уловить настоящую суть, увидеть и выплеснуть на холст душу другого существа. Думаю, лорд Шаринас будет польщён.

Ещё хуже… И вот почему же мне так не везло с самого появления на свет? Только польщённого полубога рядом мне и надо…

— Вера, моя приятельница, услышав о твоём таланте, тоже желает получить портрет, — довольно улыбнулась Агнесса. — Ты ведь не будешь против? Салону нужны картины…

А мне — деньги… Я кивнула:

— Буду рада. Но у меня мало опыта. Я очень редко писала с натуры. Больше по памяти.

— Не вижу проблемы, — гостья положила на тарелку пирожное с заварным кремом. — Кстати, она собирается выдавать замуж младшую дочь, планирует заказать семейный портрет, так что если ей понравится твоя работа…

Баронесса не договорила, но тут и так всё было ясно: понравится работа — я буду надолго обеспечена заказами. Димирий на мои доходы не претендовал, что меня радовало: наличные средства у человека в любом мире должны находиться под рукой. Так что, естественно, я согласилась на предложение Агнессы.

— Замуж? — напомнила о себе молчавшая до того момента Эльза, отодвинула чашку с очередной порцией зелёного чая, вопросительно изогнула чёрную бровь. — Это тот самый мезальянс, о котором судачат в обществе? Графская дочка и простой купец?

Я ожидала от приятельницы осуждения, пафоса, снобизма, да чего угодно, ведь недаром жена эльфа так кичилась своим происхождением и браком. Но нет, в голосе девушки не проскользнуло ничего, кроме любопытства.

Гостья кивнула, сделала ещё один глоток чёрного чая и только потом ответила:

— Да, Дирала Линарская и Бирол какой-то там, у него, похоже, даже фамилии нет. Зато состояние неплохое его предки сколотили. Вот он и рвётся в высшее общество. Не знаю, как Адель согласилась на этот брак. Видимо, этот Бирол согласился все их долги оплатить.

Агнесса говорила с нескрываемым презрением. Судя по тону, сама баронесса никогда не допустила бы этой свадьбы, вот ещё, опускаться до установления родственных связей с какими-то купцами!

Эльза забросала гостью вопросами, и следующие полчаса я слушала великосветские сплетни и тщетно пыталась понять, кто с кем спит, кто чей муж и зачем мне всё это надо.

После чаепития мы с Агнессой перешли в кабинет, приятельница, удовлетворив любопытство и впитав в себя как можно больше сплетен, сослалась на неотложное дело и отправилась в свою спальню.

Позировала баронесса недолго и не очень охотно. Её милость явно была из тех людей, кто шумно радовался результату, но терпеть не мог посвящать себя какому-то делу целиком и не любил длительный процесс создания чего-либо.

Сидя в кресле рядом с холстом, Агнесса с любопытством скользила взглядом по обстановке, иногда делала замечания, касавшиеся 'дрессировки', как она выразилась, прислуги, раз за разом пыталась разговорить меня, в общем, только мешала процессу. Я вздохнула с облегчением, когда нетерпеливая гостья наконец-то не выдержала и, придумав причину, откланялась. В принципе, внешность женщины уже отложилась у меня в голове, да и на холсте уже была запечатлена часть портрета, так что я позволила себе погрузиться в творчество, забыв обо всём на свете.

Вырвала меня из мыслей Эльза, появившаяся в кабинете ближе к вечеру.

— А похоже, — хмыкнула жена эльфа, разглядывая картину, — такая же надменная и гордая, при этом слащавая, когда ей нужно.

Я посмотрела на холст, затем перевела взгляд на приятельницу.

— Как думаешь, она мне эту картину на голову не наденет?

— Вот уж глупости, уверена, ей понравится. Готова поспорить, с её эгоизмом и себялюбием она не заметит ничего дурного. Так что смело отдавай нашей свободолюбивой баронессе этот портрет и готовься к наплыву клиентов. Да, что сказал носитель Силы?

Я пожала плечами:

— Что я беременна. Димирий рад.

— А ты?

Да уж… Какой бы глупенькой и наивной ни казалась Эльза, в людях она разбираться умела…

— А я рада, что лорд Шаринас от меня наконец-то отстанет.

По губам приятельницы скользнула улыбка. Непонятная, странная, необычная. Не сказать, что неприятная, нет, но необъяснимая.

— Эльза? — настороженно позвала я.

— Ты плохо знаешь драконов, Вера, — послышалось в ответ. — Они уверены в себе и идут к своей цели напролом. Шаринас хочет тебя заполучить. Подождать девять месяцев для него не проблема. Ожидание, как у нас говорят, только подстёгивает желание. Да и не уверена я, что его сиятельство уйдёт в тень на эти месяцы. Так что готовься, тебя будут осаждать по всем правилам Света.

Я сглотнула, в красках представив себе перспективы, и осторожно уточнила:

— Правилам Света? Каким именно?

— Увидишь, — та же странная улыбка вновь появилась на девичьих губах, — идём, пора ужинать. Тебе в твоём положении нужно правильно и часто питаться.

Сутки прошли спокойно. Супруг, осознав, что скоро станет отцом, обращался со мной бережно и аккуратно, будто с дорогой хрустальной вазой, при этом дважды за день уточнил, не нужно ли мне что-либо. Ошеломлённая таким небывалым вниманием, я оба раза отрицательно качала головой. Все мои мысли занимал дракон, вернее его вероятная реакция на себя любимого, изображенного неопытным художником в моём лице. Но не признаваться же в подобных мыслях мужу… Не поймёт, накрутит себя, придумает уйму глупостей…

Баронесса приехала на следующий день, искренне обрадовалась своему портрету и сообщила, что приятельница, выдавшая дочь замуж, хотела бы пообщаться со мной тет-а-тет и просила разрешения навестить талантливую художницу.

— Думаю, об этом нужно разговаривать с Димирием, — ответила я.

Агнесса негодующе фыркнула:

— Вера, ты попала сюда из прогрессивного мира, из страны, в которой давно установилось равенство между полами, и здесь и сейчас ты так спокойно рассуждаешь о главенстве мужа! Неужели наши законы так пагубно на тебя повлияли?! Где желание заполучить привычную свободу?! Где попытки отстоять личное мнение?!

Сколько эмоций. Я пожала плечами.

— Предпочитаю отстаивать своё мнение только в действительно важных ситуациях.

— Глупо, — снова фыркнула моя работодательница, — женщина должна твёрдо знать, что ей нужно.

Я и знала: держаться подальше от дракона. Остальное на фоне этого желания выглядело мелким и неинтересным. Вот только объяснять ситуацию Агнессе я не желала…

— Да, кстати, я оказалась права: до лорда Шаринаса дошли слухи, и вчера его сиятельство посетил мой салон. Вера, видела бы ты, как внимательно он разглядывал ту картину! Несколько минут оторваться не мог! Потом ещё уточнил, точно ли ты её написала. Его точно задело за живое твоё творчество!

Я восторга гостьи не разделяла. Баронесса по-своему растолковала моё молчание и принялась уверять меня, что высокий гость меньше всего выглядел оскорблённым, скорее удовлетворённым, а значит, нам с ней нужно готовиться к наплыву клиентов и гостей, ведь визит дракона являлся отличной рекламой для салона.

Ночью, лёжа с мужем в постели, я пересказала ему дневной разговор.

— Моё разрешение? — в голосе Димирия послышалась нескрываемая ирония. — Вера, почему бы тебе не сказать Агнессе правду: ты закрылась в своём маленьком мирке и не желаешь даже нос высовывать наружу, поэтому тебе и не интересны ничьи визиты, включая баронессу.

Я подавила вздох. Похоже, меня записали в социофобы и антропофобы.

— О чём я буду с ними говорить? С той же Эльзой мы находим общий язык лишь потому, что она появилась в моей жизни с самого начала. А эти люди? Зачем они мне?

— А там, на Земле, тебя эти вопросы не волновали? Или ты прикрывалась внешностью, чтобы иметь веский предлог оставаться дома? — мужская рука взъерошила мои волосы. — Вера, ты жена советника князя. Хочется тебе или нет, но нам обоим нужно вести светскую жизнь. Постарайся забыть о своих страхах. И пожалуйста, спокойней относись к лорду Шаринасу.

Последняя фраза заставила меня вздрогнуть.

— Зачем?

— Милая… — супруг помолчал, как будто подбирая слова, — сейчас я прекрасно понимаю, что ты стараешься держаться от него как можно дальше, но, во-первых, такое поведение только распаляет его, а во-вторых, пока ты не родишь, лорд Шаринас и пальцем к тебе не прикоснётся. А до той поры многое может измениться…

На следующий день, ближе к обеду, к нам в гости, без приглашения, пожаловали Адель Линарская с дочерью Диралой. В высшем обществе подобное действие называлось 'нанести светский визит', я же посчитала, что в дом просто вломились. Увы, здесь такие визиты хоть и не были частыми, но считались в порядке вещей, поэтому пришлось отдать необходимые распоряжения прислуге и отправить Литу за женой эльфа. Времени для наведения марафета практически не оставалось, поэтому я указала на первое же шёлковое домашнее платье, висевшее в шкафу, подождала, пока служанка причешет меня, затем обула туфли на низком каблуке и оглядела себя в зеркало. Да, до красавицы Эльзы мне было далеко, но всё же краснота исчезла, и теперь на меня смотрела девушка невысокого роста в лиловом платье и белых туфлях. Пришлось соответствовать статусу замужней аристократки и украсить руки широкими золотыми браслетами, а в уши вдеть серьги с рубинами. Как по мне, получилось слишком вычурно, но местная знать требовала к себе уважения.

Спустившись, я направилась к гостям. К моему счастью, приятельница уже была там. Внимательно оглядев хозяйку с ног до головы и остановившись на короткой прическе. Мать и дочь по-акульи мне улыбнулись и выразили чересчур бурную радость от знакомства. Судя по всему, теперь у дам появилась новая тема для общения… Бедные мои косточки…

Мысленно вздохнув, я села в кресло напротив гостей и присоединилась к беседе.

Женщины щебетали в малой гостиной, небольшой комнате неподалёку от кабинета, обставленной в нежно-голубом цвете, манерно хихикали, хлопали ресничками. Эльза вела беседу с опытностью завзятого царедворца, а я кивала, как ванька-встанька, в нужных местах.

— Вот же клуши, — появился в эфире знакомый голос, — Верка, слушай внимательно. Они как раз княжескую семью обсуждают. Тебе эти сплетни потом пригодятся.

Интересно, зачем? Неужели опять для Игры…

— И опять, и снова, — хмыкнул Диар. — Верка, побудь не только с мужем пай-девочкой. Делай, что велю. А то дракон прилетит раньше времени.

Запугав свою игрушку и удовлетворённо фыркнув на прощание, бог лжи исчез. Я же прислушалась.

— Да дура она, — проворчала Адель, — приняла бы тогда предложение князя, не прозябала бы сейчас в нищете. Какая любовь? Нашла любовь. К неудачнику-то. Ей дочерей замуж выдавать. Приданое где возьмёт? У её мужа в собственности две деревни и стадо коров.

— Поговаривают, Сэра одно время была близка с маркизой, считала её своей наставницей, — Эльза отпила глоток из изящной фарфоровой чашки и понимающе улыбнулась, словно знала ответы на всевозможные вопросы. — Не удивлюсь, если именно во время разговора с бывшей любовницей своего отца она впервые пришла к мысли о ритуале пробуждения Силы…

Дирала, до этого момента сидевшая неподвижно, вздрогнула и поёжилась. Полноватая низенькая девушка напоминала мне большую драгоценную куклу: розовое платье с бантами на пышной юбке и локоны чёрного цвета идеально подходили к небольшому личику, невероятно бледному, словно вылепленному из гипса. В отличие от дочери, высокая и худощавая Адель появилась в этом доме в строгом брючном костюме тёмно-синего цвета.

— Не бойся, Дирала, твоей приятельнице теперь запрещено покидать Пустынные Земли. Будет вместе с остальными отступниками нежить изводить, — передёрнула плечами мать невесты и повернулась ко мне. — Вера, я слышала, вас насильно отправил туда бог лжи. Там действительно так жутко, как говорят?

Я вспомнила виверну.

— Не могу сказать ничего определенного, мы с Лисией практически не выходили из замка.

При имени бывшей невесты Димирия троица осуждающе на меня посмотрела. И какое очередное табу я успела нарушить?

Что именно я нарушила, Эльза сообщила мне позже, когда мы с приятельницей остались наедине. Как оказалось, в обществе не принято было упоминать имена отступников. В личном разговоре — пожалуйста. А вот так вот, за чаем в гостиной, когда напротив сидят гости… Моветон…

— Может, ты продиктуешь мне все ваши изустные законы, а я запишу, чтобы ничего не забыть? — поинтересовалась я у жены эльфа после ужина. Мужчины снова отправились расшифровывать любимые рукописи, мы с Эльзой всё ещё сидели за столом, слуги, убедившись, что господам уже не нужны их услуги, разошлись, а значит, появилась возможность пообщаться без лишних ушей.

Приятельница пожала плечами:

— Вера, этому всему учат с рождения. Пока наследник мал, ему многое прощается. Потом, когда он начнёт выезжать в свет, эти правила будут вспоминаться сами собой. Просто запомни, что чем ближе ты к костяку дворян, окружающих князя, тем осторожней нужно себя вести. И постоянно следить за речью. Иногда лучше промолчать, чем оконфузиться. Конечно, такие, как Агнесса Ларская, эти правила часто нарушают, но к ним и отношение другое. Снисходительное. Как к глупым детям.

— То есть, переводя твои слова на нормальный язык: вышла в свет, не зная правил, сиди, как истукан, и всё время молчи. Так? — я с сомнением покрутила в руках жиразу, местный фрукт синего цвета, по вкусу напоминавший не очень спелую хурму, откусила кусочек и начала медленно жевать.

Эльза хмыкнула.

— Как у тебя получается перевернуть каждую фразу с ног на голову? Высший свет скоро узнает о твоем иномирном происхождении, а значит, относиться к тебе будут спокойней.

— Угу. Как к глупым детям, — фрукт оказался вкусным, я покосилась на следующий, вольготно расположившийся среди своих собратьев в глубокой хрустальной вазе. Главное — не лопнуть. — Ладно, сменим тему. Эльза, снова появлялся Диар. Что такого особенного вы обсуждали за чаем?

— Ты что, всё прослушала? — понимающе улыбнулась жена эльфа.

— Скорее потерялась в водовороте ваших слов, недоговорённостей и невысказанных мыслей, — я решила не гневить мироздание, отложила второй фрукт в сторону и откинулась на спинку кресла. Благодать… — Больше всего моего кукловода заинтересовали сплетни о княжеской семье. Что там вообще произошло?

— Подробностей тебе никто не расскажет, но ходят слухи, что Сэра — незаконнорожденная дочь маркизы Ланисы Орайской и нынешнего правителя княжества, — Эльза потянулась, не стесняясь демонстрировать свои прелести, затянутые на этот раз в корсет. Зачем ей, и так обладательнице тонкой талии и приятных округлостей бюста, ещё и утягиваться, я не знала, но на приятельницу иногда находила такая блажь. — Жена князя, Герата, говорят, была бесплодна, а Витор лерн Нолийский всегда считался завидным мужчиной.

— И что здесь такого страшного? — не поняла я. — У вас не приветствуются бастарды?

— Сейчас уже — ничего. А вот до того как Сэру отправили к отступникам, подобные слухи, мягко говоря, не приветствовались. Понимаешь, Вера, бастард может жениться на законнорожденной, может наследовать имущество родных, но править должен только законный наследник.

— То есть Сэра не смогла бы сесть на престол.

— Именно, — кивнула приятельница. — И если слухи правдивы, становится понятной причина, по которой маркизу спешно выдали замуж и отправили буквально на край света.

— А Диару все эти сплетни зачем?

— Понятия не имею. Ходы твоего покровителя просчитать невозможно.

Всю следующую неделю я была занята: Адель, получив через двое суток портрет любимой дочери, заплатила довольно щедро по местным меркам, целых пять золотых, и предложила создать ещё несколько работ: дочь и её жених, высокий нескладный парень, дочь рядом с родителями, дочь и будущие свёкры. Я практически не отрывалась от мольберта, и Эльзе с Димирием приходилось бдительно следить за моим питанием.

— Двадцать золотых за пять портретов, — Эльза улыбнулась, — поздравляю, Вера, неплохое начинание.

— Если б ещё знать примерную стоимость хотя бы продуктов здесь, ориентироваться в местной экономике стало бы проще, — ответила я, рассматривая закат за окном. Вечер потихоньку вступал в свои права, и над городом появлялся тёмно-синий полог.

— Насчёт продуктов не скажу — не знаю. Но на содержание этого дома в год тратится что-то около двухсот золотых, причём только мелкий ремонт и прочее, Лориан недавно отдал половину этой суммы твоему мужу, сказал, мол, дружеский взнос, а одно моё платье, сшитое для встречи с князем, вышло в три золотых.

Я мысленно прикинула траты и присвистнула: да уж, похоже, меня можно было с полным правом назвать иждивенкой. Чтобы отработать потраченное только на мою одежду, нужно было рисовать портреты месяца два, не меньше, без сна и отдыха.

— Кстати о платье, — услышала я воодушевлённый голос приятельницы, — ты вовремя закончила работать, сегодня, через пару часов, придёт портниха.

— Появление этой женщины, как правило, не сулит ничего хорошего, — вздохнула я. — И что она тут снова забыла?

Эльза весело расхохоталась.

— Вера, ты неподражаема. 'Эта женщина', как ты выражаешься, должна сшить нам с тобой новые наряды для бракосочетания дочери Адели Линарской.

— Отказаться, как я понимаю, не получится? — мрачно спросила я.

— Вера-а-а-а… Хватит бояться высшего общества. Ничего они с тобой не сделают. Приедешь, полюбуешься на молодожёнов, сравнишь их с образами на портретах, побудешь немного и уедешь. Ничего страшного, — хмыкнула жена эльфа.

— Подожди, — я нахмурилась, — что значит 'сравнишь'? Портреты выставят на всеобщее лицезрение?

— Естественно. Почему нет?

— Эльза, ты те портреты видела, вот скажи мне, какой нормальный человек будет показывать гостям глупышку и сластолюбца? — я искренне не понимала, почему будущие супруги вышли на холсте совершенно другими, нежели в реальности, и уж тем более не могла понять, зачем хвастаться моими не самыми удачными работами перед чужими людьми.

— Ох, Вера, — улыбнулась приятельница, — не нужно думать об этих картинах с подобной точки зрения. Придать копии сходство с оригиналом может всякий, закончивший обучение, а вот выразить суть… Такими работами, как у тебя, наоборот, дорожат, ими часто хвастаются, а если по какой-то причине скрывают их, то бережно хранят. Есть мнение, что в этих портретах 'живёт' частичка души натурщика. Поэтому не беспокойся насчёт реакции гостей. Думай лучше о лорде Шаринасе.

Последнюю фразу Эльза произнесла с явным намёком.

— Хочешь сказать, он появится на этом бракосочетании? — я почувствовала непонятное и ничем не объяснимое волнение. — Для чего? Драконы ведь мало общаются с людьми.

— Обычно, — согласилась жена эльфа и тут же добавила. — Но, к сожалению, не в этом случае. На свадьбу приглашён Димирий. А это семейное мероприятие…

— То есть… — ошарашенно пробормотала я.

— Именно, — удовлетворённо кивнула приятельница. — Он придёт, чтобы увидеть тебя.

Глава 12

Если бы не заблаговременное предупреждение Эльзы, я, возможно, выбрала бы какой-нибудь необычный фасон, чтобы если не шокировать, то хотя бы удивить местное общество, но теперь, помня о вероятном присутствии дракона, я настояла на самом скромном из возможных в моём положении нарядов.

Чёрное платье свободного кроя, без выреза, но с широким лифом, закрытыми руками и длинными пышными юбками, было совершенно не моей одеждой, и я прекрасно понимала, что на фигуру этот наряд не сядет, в лучшем случае я буду напоминать всем вокруг вешалку. Портниха не пыталась убедить упёртую клиентку, лишь покачала головой и записала пожелания. Приятельница, выбиравшая из отрезов ткани тот самый, сногсшибательный, услышав мои пожелания, подняла вверх брови, но промолчала. Конечно, подобной одеждой полубога вряд ли можно было отпугнуть, но я и не ставила себе такую цель. А вот смотреться невыигрышно рядом с первыми красавицами высшего света я могла себе позволить.

После ужина Димирий вдруг предложил мне прогуляться по саду. Удивлённая подобным предложением, я согласилась, переоделась в недавно сшитый по моей просьбе спортивный костюм и вместе с мужем вышла на задний двор.

Вечер пока еще не полностью укутал землю своим тёмным одеялом, полчаса — минут сорок у нас с мужем оставалось в запасе. Понятия не имея, для чего мы появились в саду, я шла рядом, глубоко вдыхала воздух, рассматривала сезонные цветы, почему-то лиловые, оранжевые и сиреневые, и радовалась, что догадалась одеться потеплее: погода резко менялась, тепло уходило, уже чувствовалась прохлада, а там и до холодов недалеко…

Клумбы, кусты, дорожки… И единственная небольшая беседка, построенная из дерева. В ней мы и приземлились. Супруг, одетый в домашний костюм, присел на скамейку рядом со мной, положил здоровую руку на железный столик, стоявший ровно посередине, немного помолчал, потом спросил:

— Что бы ты хотела поменять в свое й жизни?

Я недоумённо посмотрела на мужа. С каких пор его стали интересовать мои потайные желания? Или благотворно сказалось внимание дракона? В принципе, ответ был готов давно, вот только я не думала, что произнесу это вслух.

— Убрать из моей жизни лорда Шаринаса и приблизить тебя.

Всё остальное было вторичным.

— Приблизить меня… — судя по удовлетворению в голосе, мой ответ пришёлся супругу по душе. — Что ж… Свадьба, на которую мы оба приглашены, состоится уже на днях. Потом, если захочешь, поедем в поместье. Свежий воздух должен пойти на пользу нам обоим.

Я кивнула, соглашаясь с таким планом действий.

— Насчёт лорда Шаринаса… — муж замялся. — Боюсь, не всё так просто. Твой покровитель появлялся?

— Диар? — уточнила я и подавила вздох. Нашли покровителя. Скорее уж хозяин, именно так и вёл себя со мной бог лжи: по-хозяйски, как с ценной игрушкой. — Да. Настоятельно советовал прислушаться к сплетням о княжеской семье.

— Вот как? — приподнял брови Димирий. — Значит, Игра перешла на новый виток, и теперь фигуры на доске поменялись. Что ж, может, оно и к лучшему. Значит, в ближайшее время лорду Шаринасу точно будет не до личных дел. А там, думаю, и сами боги между собой разберутся.

В кои-то веки мне захотелось стукнуть супруга, чтобы мозги наконец-то заработали исправно. Вот так спокойно говорить беременной жене, страдающей от назойливого внимания мужчины со стороны: '…боги между собой разберутся' — для меня такое поведение было дикостью. А главное — никаких действий предпринимать не нужно. Главное, верить в божественную силу… Мне показалось, что Эльза подошла бы Димирию идеально: оба предпочитали ждать, соглашаться с божественной волей и перекладывать ответственность на чужие плечи…

Дни до свадьбы были наполнены суетой и постоянными примерками. Как потом оказалось, швея получила приказ от моего супруга подготовить не только праздничный наряд, но и удобную повседневную одежду, в которой можно было свободно передвигаться по поместью и вне его. Уже зная мои вкусы, модистка шила брюки и бриджи, а также широкие длинные платья, халаты, блузы и юбки, видимо, о моем деликатном положении муж тоже ей сообщил.

На свадьбу мы вчетвером отправились рано утром, ещё до завтрака. В отличие от меня, нарядившейся в сшитый чёрный балахон и побоявшейся перед отбытием смотреть в зеркало, чтобы лишний раз не расстраиваться, Эльза блистала. Впрочем, как обычно. Синее приталенное платье с расклешенной юбкой выгодно подчёркивало достоинства фигуры и скрадывало отсутствовавшие недостатки. Аметистовый гарнитур из кольца, серёг и кулона добавлял лицу девушки загадочности. Завершали образ элегантные чёрные туфли на невысоком каблуке. Наши вторые половинки, естественно, об обновлении гардероба не задумались и уселись в карету в тех же костюмах, которые надевали на встречу с князем и драконом. Чёрные фраки, брюки и туфли, белые сорочки, и образ аристократа в энном поколении готов.

Как оказалось, приятельница баронессы, графиня Адель Линарская, проживала в пяти минутах езды от нас. В принципе, можно было бы и пешком дойти. Увы, аристократическое воспитание не позволяло моим спутникам так просто появиться у соседей.

Подъезд к трёхэтажному каменному дому с колоннами был заставлен каретами, подобными нашей. Ещё вчера приятельница подробно расписала мне регламент действий, так что удивляться толпе не пришлось. Как оказалось, прежде чем стать супругами, жених с невестой должны были принять поздравления и подарки от собравшихся гостей.

— Чтобы не могли передумать и разбежаться? — поинтересовалась я и получила в ответ мрачный взгляд Эльзы. — Что? В чём я не права? И почему у нас с тобой такого этапа не было?

— Потому что наша с тобой свадьба не готовилась, проходила внепланово, если так можно выразиться. Поблагодарить за это можно князя и моего родителя, решивших поставить общественность перед фактом.

Я кивнула:

— Ясно. А потом? После принятия даров?

— Подарков, Вера, — поправила меня приятельница, — потом — церемония бракосочетания, как у нас с тобой было, праздничный стол, танцы…

— … и прочая мура, — закончила я за жену эльфа. Та лишь кивнула.

И вот теперь мы четверо, дождавшись своей очереди и выгрузившись из экипажа, чинно и неспешно поднимались по ярко-жёлтой дорожке, покрывавшей белые мраморные ступени, к двери, туда, где приветствовал гостей высокий седой дворецкий, одетый в лиловую ливрею.

В глубине холла стояли с приклеенными улыбками, на небольшом отдалении друг от друга, жених с невестой, неподалеку от них о чём-то беседовали с визитёрами их родители.

Подойдя к Дирале и Биролу, мы разделились: Димирий с Лорианом вручили перевитую разноцветными лентами коробку с подарком жениху, Эльза, мило улыбаясь, протянула такую же точно коробку, только с другим содержимым, невесте. Та с явно наигранно благодарность приняла 'подношение' и сразу же передала его дежурившей рядом служанке. Пока девушки были заняты соблюдением свадебного этикета, я разглядывала невесту, одетую в бело-розовое платье с кружевами и рюшами. Кукольное личико Диралы, на мой взгляд, серьёзно пострадало после не очень умело нанесённого макияжа: из черт исчезла невинность, скулы обострились, в тщательно подведённых чёрным карандашом глазах будто бы поселилась расчётливость, а нежные розовые губки окрасились в тёмно-вишнёвый цвет и стали напоминать две подушечки для игл.

В отличие от невесты, Биролу краситься не пришлось, и парень, в своём тёмно-коричневом костюме-тройке выглядел так же, как и раньше: брюнет с синими глазами, жених, высокий и нескладный, не привлекал внимания ни с первого взгляда, ни с последующих, так что оставалось верить на слово сплетнице Агнессе, утверждавшей, что этот брак строился на чистом расчёте.

Закончив вручать подарки, мы перешли в гостиную, украшенную в нежных розовых и голубых тонах. В комнате уже беседовали, рассевшись по диванчикам и креслам, представители высшего общества.

Мы с Димирием нашли свободный диванчик, Лориан увидел знакомых, Эльза направилась к столику с напитками, стоявшему неподалёку от входа.

— У тебя действительно дар видеть Суть, — заметил муж.

Я только вздохнула. Эта странная тяга к душевному эксгибиционизму у местного высшего общества мне была непонятна.

Практически напротив нашего места находилась картина. Та самая, с будущими молодожёнами. Прислонённая в узорчатой решётке камина, она была видна практически с любого места в этой комнате. Каждый из присутствующих мог подойти и в подробностях рассмотреть как чистый невинный взгляд невесты, так и блудливую ухмылку жениха. На месте Диралы я, увидев это откровенное признание в будущих изменах, сразу же отказалась бы от свадьбы. Девушка же не только позволила увести себя под венец, но ещё и выставила напоказ неудачную работу молодого автора. Зачем, для чего? Ответов я не знала.

— Димирий, моё почтение, — в кресло рядом опустился высокий зеленоглазый брюнет, — представишь меня своей спутнице?

— Вера, познакомься, кузен невесты, маркиз Ронин Дарийский. Рони, моя супруга Вера.

— Очень приятно, — приторно улыбнулся маркиз. И тут же уточнил. — Та самая Вера, которая писала картину для новобрачных?

Следующие несколько минут мы с маркизом обсуждали возможность появления его наследников в доме Димирия. Не сказать, что я была против, но… Димирий тактично удалился, видимо, решил, что мне пора перестать ссылаться на деспотичного мужа и начать принимать решения самостоятельно…

— Я слышал, ваша первая картина, изображающая лорда Шаринаса и вашего супруга в одной из ваших гостиных, произвела фурор в высшем свете, — всё так же приторно улыбнулся собеседник, выдвигая очередной аргумент.

— Это действительно так. Вера мастерски владеет кистью, — раздался радом с нами знакомый голос.

Подавив внезапную дрожь, я подняла глаза. Предмет нашего обсуждения, лорд Шаринас, стоял возле дивана и спокойно смотрел на маркиза. Тот вдруг вспомнил о каком-то чрезвычайно важном деле, поднялся, откланялся и удалился.

— Вы позволите? — повернулся ко мне дракон.

'Он придёт, чтобы увидеть тебя'.

'И пожалуйста, спокойней относись к лорду Шаринасу'.

Обе фразы мгновенно всплыли в сознании. Я заставила себя как можно приветливее улыбнуться.

— Конечно, лор Шаринас. Прошу.

Мужчина сел в кресло, устремил на меня прямой взгляд.

— Вы чудесно выглядите, Вера. Поздравляю с будущим пополнением в вашей семье, — глаза смотрели внимательно и вроде бы безразлично, но всё же виделось мне в них что-то, словно говорившее: 'Ты же понимаешь — это всего лишь временная отсрочка. Ты всё равно будешь моей'. Хотя… Не имея опыта в общении с противоположным полом, я могла сама себя накрутить и заметить то, чего не было и в помине. Осознавая это, я вежливо улыбнулась.

— Благодарю.

— Полагаю, и ваш муж, и его предок будут счастливы, заполучив наследника… Вера, когда мы общались во дворце у князя, мне показалось, что вы сочувствуете отступникам.

Я недоумённо посмотрела на собеседника. Совершенно не подходящая тема для общения здесь и сейчас.

— Не всем, — ответила я осторожно, тщательно подбирая слова. — Конкретно Лисии — да, потому что у меня было время с ней пообщаться. Остальные… Я не знаю, кто они и чего хотели добиться.

Лорд Шаринас кивнул, но скорее своим мыслям, чем моим словам.

— Вы правы: всем никогда нельзя сочувствовать, — задумчиво проговорил он, — нужно выбрать тех, ради кого готов пойти на риск…

В словах дракона слышался определенный подтекст, но неприятный разговор, к моему облегчению, подошел к завершению.

— Ваше Сиятельство, рад вас видеть, — потерянный супруг наконец-то вспомнил об оставленной в одиночестве жене и приблизился к нам с драконом. Поклонившись и не садясь, он с непроницаемым выражением лица продолжил. — Молодожёны принесли клятвы на алтаре в кругу родных. Гости собираются садиться за стол.

Лорд Шаринас поднялся.

— Что ж, значит, мне пора. Рад был вас увидеть, Вера. Через две недели во дворце князя будет бал. Надеюсь увидеть вас на нём.

Не дожидаясь ответа, мужчина повернулся и отправился к двери.

Всё с тем же 'нечитаемым' выражением на лице Димирий подал мне руку, и мы направились в обеденный зал.

Гости действительно сидели в ожидании запаздывавших хозяев. Для нас четверых родители невесты приготовили почетные места рядом с новобрачными.

Я не заметила, что ела. Бал. Ассоциации с героинями Льва Толстого напомнили мне, что я, в отличие от Кити, Анны и Наташи, танцевать не умела. Можно ли за две недели научиться тому, чему учат годами? Дракону не отказывают, по крайней мере, в желании видеть выбранную жертву на балу, этот негласный закон я для себя уяснила. Прямо сейчас меня, можно сказать, снобистская спасла привычка лорда Шаринаса не садиться за стол с низшими расами. На балу же за столом не посидишь. Там обычно танцуют. Вот только я понятия не имела, как привыкли двигаться в танце женщины этого мира. Каждое движение обычно оттачивают до автоматизма. У меня на подлобную роскошь не оставалось времени. Две недели… А ведь так хотелось побыть с мужем в одиночестве в его так называемом поместье… Механически что-то пережёвывая, я обдумывала сложившуюся ситуацию и пыталась найти из неё выход.

После обеда меня вытащила из-за стола Эльза. Она затеяла разговор, пришлось отвечать, и очень быстро я пришла в себя.

— Отлично, — с удовлетворением заметила приятельница, — ты вернулась к нам. Потом, надеюсь, расскажешь, почему у тебя был такой отсутствующий вид. А теперь пошли смотреть салют. Говорят, родители жениха не пожалели средств, пригласили самых могущественных носителей Силы, и те обещали удивить гостей.

Маги действительно постарались на славу. Сначала в небе один за другим распускались шикарные цветы, затем появлялись птицы, звери, мифические персонажи. Наблюдая за этой красотой, я понимала, что не узнаю и десятой части изображений. Например, кем было то существо с тремя лапами, двумя крыльями и хвостом, похожим на львиный? Птицей? Зверем? Нечистью?

Приехав после торжества домой, муж велел слугам собрать всё необходимое для поездки за город. Приказы отдавались безэмоционально, но вот ночью, в постели, супруг неожиданно показал, что при желании может быть не только нежным страстным любовником. Засыпая после бурного секса, я с грустью подумала, что должна сказать спасибо за такое разнообразие только дракону. Сам Димирий вряд ли вспомнил бы о чувственной стороне любовных игр…

Утро наступило слишком быстро и было беспокойным.

— Эльза, я совершенно не умею танцевать, да что там танцевать, даже двигаться под музыку не могу, — вздыхая, я складывала художественные принадлежности в ящик, планируя заняться живописью на природе. — Как, скажи, а главное, для чего, я появлюсь на балу? Только не тверди о Шаринасе.

— Не буду, — мягко улыбнулась жена эльфа. — Вера, по-моему, ты слишком зациклена на своих недостатках. 'Я не умею это, я не могу то, я не такая'. Забудь уже обо всей этой чуши. Постарайся за ту неделю, что ты проведешь в поместье, расслабиться и отдохнуть. А танцы… На них останется вторая неделя. Движения там простые, плавные, запоминать практически ничего не нужно, так что семи дней для подготовки хватит. Да и не обязана ты будешь танцевать. Пройдешь по кругу один раз с тем же драконом или с самим князем, если тот предложит, и будешь отсиживаться в уголке, прикрываясь беременностью. Лучше подумай, в чём поедешь.

Кто о чём, а Эльза о нарядах…

— В шерстяном бордовом платье, — ответ, на мой взгляд, был очевиден, только данный наряд был настолько тёплым, что годился для поездки на дальнее расстояние.

— Ох, Вера, ты стала красавицей, а продолжаешь одеваться не пойми как, — расстроенно вздохнула приятельница, — оно же совершенно не модное.

— Зато тёплое, — проворчала я, с помощью служанки облачаясь в длинный бесформенный наряд. В самом деле, кто, кроме мужа, увидит меня в карете?

Супруг, одетый в тёплый спортивный костюм и серое, до пят, пальто, уже ждал внизу. Лита подала мне коричневую накидку, тоже шерстяную, и мы с Димирием вышли на улицу.

Поездка в карете — что может быть скучнее? Именно так я думала, готовясь проспать всю дорогу — муж предупредил, что до поместья добираться не меньше четырёх часов. И именно муж не позволил моим планам воплотиться в реальность, с интересом расспрашивая в пути о быте и нравах моего бывшего мира. Я слабо понимала, для чего супругу была необходима эта информация, но покорно вспоминала и последние фасоны платьев, и модные причёски, и технику… Да, в общем-то, Димирий засыпал меня вопросами из разных отраслей знаний. В кои-то веки я порадовалась, что точные науки никогда мне не давались. Ещё не хватало объяснять советнику князя принципы построения двигателя внутреннего сгорания или устройство компьютера…

Поместье оказалось двухэтажным каменным зданием с известняковыми колоннами. Кроме встретившего нас мажордома, в доме жили служанка, повар и конюх. По мнению мужа, удалённость от города и малое количество слуг должны были помочь нам сблизиться и лучше узнать друг друга.

Три дня прошли в тишине и покое. Не сказать, чтобы мы с Димирием действительно стали ближе друг к другу, но возможность общаться наедине, узнать характер своей половинки, не беспокоясь о вездесущей прислуге. Узнать… Я всю жизнь полагала, что для 'узнавания' необходимо не только вести неспешные разговоры за чашкой чая, но и определённые события, которые покажут плюсы и минусы человека. Муж, похоже, считал иначе: мы практически не расставались, но, помимо постельных игр и совместного принятия пищи, ничего другого не происходило. Я, привыкнув к громкой Эльзе, поняла, что начинаю скучать. Если раньше мне несложно было провести сутки в компании книг, позабыв обо всём на свете, то теперь… Теперь хотелось как-то разнообразить наше существование.

Кроме Димирия, я общалась только со служанкой, приставленной ко мне на время проживания здесь в качестве горничной. Высокая, нескладная, не особо красивая Дина надеялась заработать достаточно серебра для приданого себе и младшей сестренке Нике. Дине скоро должно было исполниться четырнадцать, самая пора выходить замуж. Она и жениха себе уже присмотрела, победнее своей вполне зажиточной семьи, но ничего, он согласен был и приймаком пойти, лишь бы младших братьев отправить в город, уму-разуму учиться. Всю эту совершенно не нужную мне информацию девочка рассказала в первый же день, готовя меня к обеду 'по-деревенски', как выразился ребёнок. Вообще, Дина оказалась этаким кладезем информации о жизни крестьян и мелкопоместного дворянства. Например, ребёнок мог, без запинки, перечислить всех разорившихся баронов и помещиков, проживавших в округе с семьями.

— Госпожа, вы такая красавица! Правильно господин граф сделал, что женился на вас. Вы совсем не то, что Витара, дочка барона Домского! — трещала служанка, наряжая меня на очередной чинный ужин с супругом. — Матушка её, Витары то есть, всё пыталась доченьку свою за господина выдать, как же, в столице проживать будут, станут приближенными к князю! Да только господин от этой дурнушки бегал, а потом взял и на вас женился. Вот теперь барон локти себе от злобы грызёт!

Платье было надето, правда, тёмное, бесформенное, но всё, как мне нравится, волосы ещё не отросли, вплетать ленты в волосы не нужно было. В принципе, можно было и в таком виде выйти к ожидавшему меня супругу, но уж очень интересным показался мне рассказ Дина, поэтому я села к туалетному столику, позволяя девочке красить меня. Намёк был понят правильно: ребёнок затрещал с удвоенной силой.

— Витаре уже восемнадцать исполнилось, месяца три назад, она теперь считается перестарком, никто её без хорошего приданого в семью не возьмёт, до пятнадцати невест-то разбирают, это только графы да герцоги могут дочерям в шестнадцать-семнадцать выходить, да только баронесса думала, раз господин граф, уж простите, госпожа, сухорукий, значит, ему все равно, с кем в постель ложиться и от кого ребёночка заполучить. И так и этак перед ним хвостом крутила, однажды совсем с ума сошла: почти голую доченьку свою в гости притащила: и верх, и низ — всё открыто было! И то господин граф не клюнул. Ох, как тогда баронесса пар из ушей пускала! Теперь-то, небось, уже услышала, что вы вдвоём сюда пожаловали, завтра-послезавтра в гости их семейку ждите.

Конечно же, Дина накаркала, и на следующее утро мажордом доложил нам с Димирием, едва мы встали с постели, о приезде барона Домского с семейством.

Глава 13

В поместье я ехала отдыхать. Соответственно и наряды с собой приказала класть функциональные: такие, чтобы в них было удобно и отдыхать в доме, и гулять на природе. Красота? Об этом пункте я думала в последнюю очередь. Когда Эльза настояла на двух нарядных платьях, я лишь плечами пожала. Зачем брать с собой то, что заведомо не пригодится? Чтобы просто висело в шкафу? Но не ссориться же с приятельницей из-за такой мелочи. Поэтому платья отправились к остальной одежде. И вот теперь, услышав эту не особо приятную новость, я почувствовала признательность к жене эльфа. Понятия не имею, на что она рассчитывала, советуя мне разнообразить гардероб, но эти наряды помогли мне не ударить в грязь лицом перед заносчивыми деревенскими жителями, считавшими себя мерилом вкуса. Именно так я и представляла себе семейство барона. И надо признаться, не особо ошиблась.

— Ну почему утром? — ворчала я, поднимаясь с постели. — Почему нельзя хотя бы после обеда приехать? Или вечером, как делают нормальные люди?!

— Видимо, потому что приехать утром означает автоматически быть приглашенными к завтраку, — муж воспринял данную новость стоически.

— Быть приглашёнными? — поместье, в отличие от городского дома, не было оборудовано удобствами, купались здесь, в отдельной комнате, 'умывальне', в огромном железном чане, умывались из кувшина. Искупаться я успела вчера, а вот привести себя в порядок нужно было, и Дина уже ждала меня в комнатке рядом со спальней, с водой и полотенцем. Слова мужа заставили меня застыть на пороге той самой комнаты. — Ты хочешь сказать, что они не просто приехали с визитом вежливости, а решили заодно и позавтракать за чужой счет?

— Год назад, когда я встречался с семьёй Домских, барон уже жил в долгах, вряд ли что-то кардинально изменилось с тех пор, — последовал ответ.

Поймав у пола челюсть, я всё же открыла дверь в 'умывальню'.

Когда мы со служанкой закончили мой утренний туалет и вернулись в спальню, Димирия там уже не было. Скинув с себя тёплую пижаму со смешными зайчатами, я накрасилась с помощью той же Дины, стараясь пользоваться неброскими цветами, затем надела приготовленный наряд, подошла к напольному зеркалу, стоявшему в углу, возле окна, неподалёку от кровати, покрутилась. С моим ростом даже каблуки не особо спасали ситуацию. Так что на меня привычно взглянула из Зазеркалья невысокая худая женщина, обряженная в нечто вроде бального платья, сшитого из атласа. Длина до середины икры, короткие пышные рукава, узкий лиф, относительно глубокий вырез, юбка-солнце — всё это великолепие, на мой взгляд, отлично подошло бы для фигуристой аристократки Эльзы. Дина была со мной не согласна.

— Госпожа, вам так идёт зелёный! И длина ваша! Вы чудесно выглядите, госпожа!

Продолжая трещать, девушка вытащила из моих вещей уложенные по рекомендации той же Эльзы салатового цвета туфли на невысоком каблуке, провела несколько раз расчёской по волосам, посетовала, что нет возможности заплести в них ленты и, наконец, выпустила меня 'в люди'.

Спали мы с мужем на втором этаже. На первом располагались служебные помещения и небольшие комнаты для приёма не особо важных гостей. Услышав о таком распределении пространства, я удивилась. Гость — он в любом случае гость, какая может быть разница, важный ли не важный? Но вот сейчас, спускаясь вниз по широкой деревянной лестнице, уже накрученная болтушкой служанкой, я не была уверена в своих мыслях. Может, и в самом деле такое деление допустимо?

В одной из 'гостевых' комнат слышались голоса, причём женские, как будто мужчины либо отсутствовали в помещении, либо предпочитали отмалчиваться.

— Второе, — фыркнул за ухом знакомый голос. — Этих клуш не переспорить.

Диар, судя по тону, бы весел и доволен жизнью. Осталось понять, что он здесь забыл…

— Тебя, дурынду, охранять буду, — последовал ответ. — Ты ж у нас барышня нежная, чувственная, а мне наследник нужен, здоровый. Так что присмотрю пока.

Отлично. Теперь меня возвели в ранг нежных тургеневских барышень…

С такими мыслями я зашла в комнату. За небольшим журнальным столиком, накрытым для чая, сидели довольно полная женщина средних лет, высокая нескладная девушка, седой мужчина с морщинистым лицом и, собственно, мой муж. Ещё одно место, неподалёку от Димирия, оставалось свободным. Когда я вошла, разговор резко стих. Супруг повел здоровой рукой, как бы приглашая.

— Садись, милая. Познакомься с нашими соседями, четой Домских и их дочерью. Пока слуги накрывают на стол в обеденном зале, мы немного почаёвничаем.

Лучше всего я воспринимала информацию на слух, именно поэтому изначально общение с Эльзой было для меня полезней чтения книг по этикету. Сев за стол, я вспомнила, как приятельница однажды поведала о разных 'уровнях' общения в кругу аристократов. Если с тобой общаются официально, значит, ты чужой, но к тебе хот бы прислушиваются, если фамильярно, то значит, ты находишься в семейном кругу или в среде приятелей. Если же небрежно, как сейчас общался с гостями Димирий, не соблюдая этикета, не подбирая нужных слов, значит… Значит, тебя презирают или как минимум не уважают. На месте представителей семейства я бы задумалась над таким отношением. Но, видимо, у всей троицы выработался иммунитет к подобному обращению. Или же правы умные люди, уверяющие, что наглость — второе счастье.

Сев за столик, я вежливо кивнула гостям, примечая, что посуду прислуга выставила самую простую, ту, что не жалко будет разбить или 'потерять'.

— Поздравляю, граф, теперь и вас можно считать семейным человеком, — как-то кисло улыбнулся седой мужчина в старом, видавшем виды фраке, то ли продолжая разговор, то ли подбираясь к нужной теме.

— Благодарю, барон, — улыбка мужа была гораздо искренней. — Не скажу, что мне не нравится это звание.

Девушка, обряженная в платье явно на пару размеров меньше положенного, довольно потёртое и, судя по всему, не раз перешитое, следить за мимикой явно не умела: её недовольство произнесенной фразой было заметно всем.

— Вера, у вас чудесно платье, — попыталась состроить благожелательную улыбку полная женщина, стараясь как можно меньше привлекать внимание к лоснившимся локтям своей кофты. — Оно сшито по последней моде?

— Да, — кивнула я, — моя модистка следит за последними модными течениями при дворе князя.

Девушку перекосило ещё раз, то ли из-за упоминания модистки, которую она вряд ли могла себе позволить, то ли из-за желания блистать при дворе вместо какой-то там непонятной жены.

Появившийся в дверях комнаты мажордом объявил о накрытом столе в обеденном зале. Так и не притронувшись к чаю и сладостям, гости встали и поспешно перешли в другую комнату.

На накрахмаленной белоснежной скатерти были выставлены два вида супов, три вида салатов, жареное мясо, овощи, вино и сок. В общем, обычный обед средней руки — завтракали мы блюдами попроще. Бедно одетое семейство некоторое время жевало молча, потом, видимо, насытившись, барон начал откинулся на спинку стула, завёл разговор о погоде, как будто между делом заметил, что осенний воздух невероятно бодрит и дух, и тело.

— Именно поэтому мы решили сегодня немного прогуляться, — благодушно сообщил мужчина.

Позади меня раздалось фырканье.

— Врёт и не краснеет. Они на днях последнего слугу, кучера, рассчитали, теперь долго бодриться будут.

Диар говорил язвительно и почему-то напряженно.

— До нас в этой глуши совсем не доходят новости, — вздохнула баронесса, — Вера, вы очень молодо выглядите. Вам, наверное, и двадцати нет?

Позади меня что-то прошипел на непонятном языке Диар. Впрочем, я, предупрежденная о возрастных ограничениях Диной, спокойно восприняла эту шпильку и честно ответила:

— Скоро двадцать шесть исполнится.

Лица всей троицы вытянулись. Барон, придя в себя быстрее остальных, забросал Димирия вопросами о последних новостях. В разговор втянули и баронессу, которую, как я смогла узнать из реплик гостей, звали Ликария. Её муж носил имя Норина. А вот их молчаливая дочь, частенько кидавшая на меня недовольные взгляды, осталась безымянной.

— Какой ужас! В Пустынные Земли! Собственную дочь! И за что: за желание вернуть любимого! — бурно возмущалась Ликария. — Ах, князь так жесток! Любимого ребёнка отправить на растерзание тварям! И Лориан не вступился?!

— За нарушителя закона? — иронически приподнял брови Димирия. — Нет, Лориан счастливо живёт с супругой.

— С той самой, что должна была стать вашей женой? — подала наконец-то голос восемнадцатилетняя красавица, прилежно строя глазки моему супругу.

— Дура, — хмыкнул Диар. — Кто ж так бестактно себя ведёт? Колоть надо аккуратней и точней.

— Именно, — кивнул Димирий, — с Эльзой. Милая девушка. Они с Верой лучшие подруги.

Несостоявшаяся невеста пошла красными пятнами.

Вообще, конечно, лучшей подругой я Эльзу не считала, как и просто подругой, к друзьям у меня всегда были завышенные требования, но заступничество супруга бальзамом полилось на сердце.

— Ещё бы, — едко прокомментировал недовольный бог, — это ж не дракон, тут можно не бояться по шапке получить. Нашёл, кого на место ставить. Вояка хренов.

— Вера? — послышалось со стороны баронессы.

— Простите, — улыбнулась я, — задумалась. Вы что-то спросили?

— Ваша прическа. Это новая мода?

Приторная улыбочка на губах как будто говорила: 'Детка, мало того, что тебе, старой деве, удалось захомутать такого выгодного жениха, так ты еще и с драконами не стесняешься общаться… На короткой ноге… Как тебя вообще муж терпит?'

— Да нет, — пожала я плечами, — это мой личный выбор. Князь оценил.

— Князь? — тщательно выщипанные брови Ликарии поползли вверх. — Вы общались с князем?

— Не жалеешь ты, Верка, старшее поколение, — фыркнул за спиной Диар. — Она, между прочим, давненько влюблена в этого князька. А ты так вот сразу, под дых.

— Да, его сиятельство дал нам аудиенцию, — вмешался Димирий, отвлекаясь от разговора с бароном. — Его интересовала начавшаяся божественная Игра.

Остаток завтрака прошёл за обсуждением той самой Игры: мужчины вспоминали игроков прошлого, размышляли, кто же в этот раз являлся посланником богов, женщины ахали и поддакивали. Я в общем разговоре не участвовала.

— В Играх больше пяти богов не участвует, и то уже перебор, — с умным видом вещал Ниорин. — Думаю, играют старшие боги, а раз так, то младшим вряд ли что-то достанется.

— Думает он, — прошипел Диар. — Этот болтун ещё и думать умеет. Верка, рот открой. Да не для мяса, бестолочь! Сообщи им, раз уж они так рвутся подробности узнать: участвуют все боги. И приз там м-м-м… Пальчики оближешь! Ну чего молчишь?!

Я вздохнула.

— Барон, а разве не могут играть все сразу?

Муж после моего вопроса вздрогнул и почему-то нахмурился. Его собеседник снисходительно улыбнулся.

— Что вы, Вера, такое невозможно. Где бог жизни и тот же Диар. Простите, граф, я помню, бог лжи — ваш родственник, но согласитесь, он всего лишь мелкая сошка…

Следующие несколько секунд со стола на пол летело всё: и продукты, и блюда, и столовые приборы… Каждая вещь предварительно поднималась как можно выше в воздух и затем резко падала на каменный пол. Семейство Домских сидело, белое от ужаса, Димирий страдальчески морщился при звуках падения, я же наблюдала за спектаклем молча, стараясь ни о чём не думать. Меня не отпускало ощущение, что вредный бог решил таким образом развлечься за счёт недалёкого барона.

Наконец-то 'посудопад' прекратился. Гости выдохнули с облегчением и стали поспешно собираться домой. Когда за Домскими закрылась дверь, муж повернулся ко мне:

— Предок присутствовал в течение всего завтрака?

— С того момента, как я спустилась 'к чаю', - вздохнув, я оглядела погром и слуг, соскребавших с пола остатки продуктов. — Эффектно вышло. Но смысл?

— Репутация, милая, — последовал ответ. И следом — неожиданное предложение. — Не хочешь прогуляться?

На переодевание у нас обоих ушло около получаса, и вот уже мы, в тёплых кашемировых пальто выходим из дома.

Прямо от дома вела насыпная дорога, предназначенная для экипажей, чуть в стороне от неё далеко в поле уходила хорошо протоптанная тропинка. Вот по ней мы и направились.

— Твоя хромота с рождения?

Странный вопрос меня удивил. С чего бы это супругу после стольких недель совместной жизни вдруг обращать внимание на мой очередной недостаток?

— Да. Последствия родовой травмы.

— Ты, как исполнительница воли бога, можешь при любом исходе Игры попросить Диара практически о чём-угодно, — пояснил свой интерес муж. Я вскинула брови, удивлённая этой информацией.

— Практически?

— Да, — кивнул Димирий. — Отправить тебя назад он не сможет, как и оживить кого-то из давно умерших существ. В остальном, насколько я знаю, он всемогущ, как и остальные боги.

— То есть то, что сказал барон насчёт участия богов…

— Полная чушь, — пожал плечами муж, перешагивая через небольшой камень, оказавшийся на пути. — Барон плохо образован, но самонадеян. Из-за этого, кстати, его семья и разорилась. Он вложился лет пятнадцать назад в одно рисковое дело, прогорел, теперь должен всем в округе, включая меня, но совершенно не желает прикладывать хоть малейшие усилия для улучшения своего материального положения. Мол, раз не повезло однажды, то и в следующие разы обязательно ждёт неудача. Последствия такой 'политики' видны теперь невооружённым глазом. Насчёт Игры… Если ты задала вопрос не сама, а с подачи Диара, это усложняет дело. Настолько масштабной Игры, насколько я знаю, ещё не проводилось. Значит, на кону серьёзный приз…

— Судя по твоему голосу, ничего хорошего ты от Игры теперь не ждёшь, — нахмурилась я.

— Именно. Если играют все боги, значит, нам, простым смертным, можно ожидать любой гадости, причём совершенно неожиданно, — вздохнул супруг.

Погода вокруг радовала тишиной и покоем. Природа готовилась к очередному зимнему сну, урожай уже сняли, деревья постепенно обнажались, усыпая землю пожухлой листвой, воздух был чист и прозрачен, хотелось идти по тропинке вечность, ни о ч1 м не думая и никуда не сворачивая.

— Димирий, кто такие Призванные? — я вспомнила старый разговор с женой эльфа. Муж приподнял брови.

— Где ты слышала о них?

— Эльза как-то сказала, что я могла бы стать одной из Призванных. Но Диару это не понравилось, и он начал ронять что-то, чтобы заставить её замолчать.

— Призванная, говоришь, — задумчиво пробормотал супруг. — Это из области легенд. Считается, что те, кого в наш мир привели сами боги, могут обладать всей силой и мощью своих покровителей и со временем, после надлежащего обучения способны занять место если не самого бога, то уж точно его ближайшего помощника. Но если Диар не позволил Эльзе рассказать тебе об этом, значит, не хочет такой судьбы для тебя.

Что ж, и то хлеб… 'Работать' вместе с богом лжи у меня не было ни малейшего желания.

— А нам обязательно появляться на балу у князя? — меняя тему, спросила я обречённо, уже заранее зная ответ.

— Увы, милая. Мне нужно присутствовать там, как советнику князя. Тебя же пригласил лорд Шаринас, — последовал вполне ожидаемый ответ.

'…это ж не дракон, тут можно не бояться по шапке получить. Нашёл, кого на место ставить. Вояка хренов', - некстати вспомнилось мне замечание Диара.

Остаток дня прошёл без каких-либо эксцессов, и в постель я легла если не умиротворённая, то уж точно спокойная.

Тихое кладбище, медленно опускающиеся на землю синие сумерки, свеженасыпанный могильный холм, табличка с моим именем, прибитая на кресте, мать, седая и измученная, с выплаканными глазами, растерянная Дашка рядом…

Никогда не отличавшаяся особой эмоциональностью, я проснулась, захлёбываясь рыданиями.

— Грязная игра, — послышался на периферии сознания раздражённый голос Диара.

До утра меня успокаивал Димирий. Я рыдала практически без остановки. Несколько раз слышался голос бога, что именно мне говорили, я не понимала. Всё было, как в затянувшемся кошмаре, из которого, при всём желании, никак не выбраться… Успокоилась я под утро. На этот раз сон пришёл один, без ужасных видений…

На следующий день я проснулась поздно, ближе к обеду, морально измученная и опустошённая. Совесть злобным цепным псом грызла душу. За время пребывания здесь я вспомнила об оставленных на Земле родственниках не больше пары-тройки раз, и сейчас мне было за это стыдно. Да, последние годы наши отношения нельзя было назвать идеальными, да, мы довольно часто ругались. Но… Если то, что я видела во сне, правда… Сердце заныло в груди. Этот беспомощный взгляд сестры… Дашка как будто не ожидала и, что самое главное, не хотела моей смерти… А мать…

— Милая, ты проснулась? — раздался от двери напряженный голос Димирия.

Я лишь угукнула, продолжая вспоминать подробности кошмара.

Муж подошел, сел рядом, погладил меня по рукаву тёплой пижамы.

— Вера, это Игра. Ты не должна принимать всё близко к сердцу. Боги ещё не раз будут проверять тебя на крепость.

— Они меня любили. Оказывается, — я не слушала мужа, вернее, не желала вслушиваться в его слова. — Могильный холм и крест… Почему всё так? Почему я?..

— Ты же хотела замуж, нет? — мягко спросил муж, приобнял меня здоровой рукой. Я положила голову ему на грудь. Слёзы наворачивались на глаза. Я боялась повторения ночной истерики, поэтому старалась дышать глубоко.

— Замуж. Но не умереть в том мире.

— А как по-другому? Там умерла, здесь нашла новую семью, — говорил со мной, как с дурочкой, супруг. — Вера, родная, ты носишь ребёнка, тебе нельзя волноваться.

— Ты не понимаешь, — я прикрыла глаза, чтобы согнать очередные слёзы. — Мама… Боже, я и подумать не могла, что она будет…

— Вера… Ну что ты…

Наверное, если бы не сон и не беременность, я не сказала бы то, о чём давно размышляла. Но теперь, пережив этот кошмар, пропустив через себя боль родных, я не могла молчать…

— Димирий, почему ты ни разу не сказал, как-нибудь не дал мне понять, что я тебе дорога? — я отодвинулась от мужа, внимательно посмотрела на него. — Или не дорога? Потому ты и позволяешь дракону оказывать мне знаки внимания?

Муж тяжело вздохнул.

— Я понимаю, ты беременна, твое настроение меняется зачастую независимо от внешних факторов…

— Просто ответь, — прервала я его. Подобные 'умные' разговоры на тему перепадов настроения и 'пляшущих' гормонов я и сама могла вести сколь угодно долго. Только не в гормонах было дело. По крайней мере, в данную минуту.

— Жизнь при дворе не позволяет выказывать эмоции, особенно если ты не такой как все… — муж помолчал. — Да, Вера, ты мне дорога. Возможно, ты права, и мне надо научиться проявлять свои чувства. Но пока это даётся мне тяжело… Приказать служанке принести еду сюда? Или ты спустишься в обеденный зал?

Оставшееся до возвращения время прошло без приключений. Мы с супругом выбирались на природу, я даже пыталась рисовать, но вот именно что пыталась: в пейзажах, в отличие от портретов, души не было. И хоть Димирий хвалил меня за точность изображения, поля и луга на холстах оставались 'мёртвыми'. Может, оно и к лучшему. Ещё не хватало научиться передавать атмосферу места… Вряд ли после такого приобретенного умения у меня осталась бы свободной хоть секунда…

В назначенный день мы вернулись домой. Эльза, оставшись на хозяйстве, решила проявить самостоятельность, и буквально через пару часов после моего возвращения к нам пожаловала портниха с помощницами и очередными рулонами ткани.

— Завтра появится танцмейстер, — огорошила меня приятельница после ужина, когда мы по традиции отправились пить чай в кабинет.

Я только вздохнула.

— Вера, прекращай, — нежный эклер отправился на тарелку к собеседнице. — Ничего с тобой не случится от одного танца. Да и двигаться тебе все равно надо. Не будешь же ты сутками на кровати лежать.

Двигаться… Хорошее движение… Впрочем, спорить с женой эльфа на эту тему было бессмысленно.

Я налила себе зелёного чая, устало откинулась на мягкую спинку кресла. Всё же, как ни крути, а в поместье было скучно без Эльзы… Никто не язвил, не пытался за полчаса произнести рекордное количество слов, не делился последними, совершенно не нужными мне слухами… Да, хорошо дома…

— Рассказывай. Ты с таким выражением на лице за стол садилась, что я удивилась, как Димирий до сих пор жив, — ухмыльнулась 'добрая' приятельница.

— Мне казалось, что всё прошло, — пробормотала я удивлённо, откусывая кусок шоколадного торта.

— Не знаю, не знаю, — протянула жена эльфа. — Димирий на тебя периодически косился за столом, как будто боялся чего-то…

Муж? Чего он мог бояться? Истерики? Так не с чего. Кошмары мне больше не снились. Неудобных вопросов? Я вроде на подобные темы старалась говорить только наедине… Признаться, сама я была погружена в собственные мысли с момента отъезда из имения, потому возможных взглядов супруга могла и не заметить.

Рассказать? Почему бы и нет… Тайны никакой я из пережитого не делала.

Узнав о семействе Домских, а затем и о кошмаре, Эльза на какое-то время задумалась.

— Поговаривают, Шекир, бог охоты и дикой природы, считался прародителем той ветви, от которой откололись Домские. Если это действительно так, и он участвует в Игре, то и кошмар мог наслать он, вроде как в отместку за завтрак и развлечение Диара.

Чудесно… Теперь я, вероятно, перешла дорогу одному из богов. Видимо, мои жалобы на тихую скромную жизнь на Земле были поняты божествами буквально. И в этом мире я развлекалась по полной…

На следующее утро в доме появился танцмейстер — лорд Нилий, дракон-полукровка. Родственники, как я поняла из рассказа той же всезнающей Эльзы, мужчину не особо жаловали, снобизма в нём было хоть отбавляй, поэтому Нилий, получив классическое образование у сородичей, переселился к людям, желая быть крупной рыбешкой в мелкой воде. Да, обычно драконы не работают — им не нужно утруждать себя подобными низменными действиями. Но вот полукровки — дело другое. Им-то жить на что-то надо. Поэтому Нилий преподавал всё, что изучил сам. Из-за своего происхождения он пользовался популярностью среди человеческих и эльфийских аристократов, что только добавляло ему снобизма. Судя по довольному Димирию, представлявшему танцмейстеру супругу, заполучить в дом этого 'лорда' считалось большой удачей. Я оптимизма мужа не разделяла. Впрочем, меня никто не спрашивал.

Глава 14

— Плавней движения! Вы же на паркете танцуете, а не по полю скачете! Ещё раз поворот! Не туда! Поклониться партнёру! Эльфу — до груди, дракону — ниже! Ещё ниже!

Нилий покрикивал на нас с Эльзой вот уже который день. Я привычно пропускала все его колкости мимо ушей — жизнь с родственниками научила в нужные моменты притворяться глухой. А вот приятельница постоянно вспыхивала, от досады кусала губы и снова и снова пыталась приблизиться к видимому только дракону-полукровке идеалу партнёрши. Местные танцы оказались близкими к земным. Проворчав что-то о недостатке времени и необученных ученицах, Нилий заявил, что будет учить нас лансу, подобию вальса, и регануму, чем-то схожему с танго. Эльза, на мой взгляд, неплохо державшаяся на паркете, вместе с партнёром, высоким крепким старшим сыном соседа, графа Гирского, изучала новые движения, вслушивалась в каждое слово учителя. Моей же задачей было удержаться в руках партнера, младшего сына того же графа, молоденького смешливого брюнета среднего роста, и постараться не отдавить ему ноги.

Ни Димирий, ни Лориан на уроках не присутствовали. Хотя, может, оно и к лучшему: не стоило мужу видеть мои постоянные падения и слышать тихие вздохи моего несчастного партнера.

Понятия не имею, чем занимались в свободное время эльф с супругой, мы же с Димирием обычно по вечерам выходили в сад, пусть и на несколько минут — воздух становился все холодней. Муж всё чаще расспрашивал меня о техническом прогрессе на Земле, иногда вспоминал и о чувствах жены, интересовался, все ли в порядке с будущим наследником, пару раз даже преподнёс, смущаясь, букет осенних цветов, собранный, скорее всего, кем-то из слуг. В общем, изменения были, пусть и не особо быстрые, но… если сравнивать с первыми днями замужества, прогресс был заметен. Хотя и я менялась, видимо, под влиянием гормонов. А может, просто перестала бояться ущемить чувства Димирия. Но мне самой стала заметна собственная смелость. Когда б ещё, как не будучи беременной, я набралась смелости, чтобы заявить мужу, что устала от постоянных платьев и хочу носить брючные костюмы, пусть и после рождения ребенка? Супруг выслушал мою просьбу, тяжело вздохнул, но согласился, что не только баронесса Агнесса Ларская может красоваться в подобных нарядах.

Кроме танцев и прогулок, я писала портреты. Уже упомянутая баронесса дважды в неделю присылала слугу, чтобы забрать готовые картины для своей галереи, а заодно и расплатиться с моим сиятельством. Агнесса не прогадала — мои работы действительно пользовались спросом, и её 'салон с картинами' с каждым днём становился всё популярнее.

Бал у князя приближался с неумолимостью скоростного электрички. Вроде только села в вагон, а уже и на выход просят.

Высокий кареглазый шатен с надменным выражением лица, Нилий сегодня устраивал генеральную репетицию, в очередной раз объясняя нам, насколько ничтожны все наши старания стать вровень с неизвестным идеалом.

— Вера, куда вы смотрите? Реганум танцуют, не отрывая глаз от партнёра!

— Тогда я точно споткнусь и упаду. На того же партнёра, — пожала я плечами, остановившись и решив сделать передышку.

— Учите движения. Запоминайте каждое из них. По ночам танцуйте, — последовал жёсткий ответ, — тогда и не упадёте. Ещё раз. Армил, не бойтесь обнимать партнёршу за талию. Её муж вас за это не убьёт.

Мы с партнёром синхронно вздохнули.

После очередных двух часов моих топтаний на ногах Армила Нилий всё же сжалился над своими непутёвыми ученицами и отбыл по делам. С наслаждением вдохнув воздух свободы, я направилась наверх, в собственную спальню.

— Вера! — уже возле самой двери догнала меня Эльза, — ты разве не хочешь закрепить разученные движения?

— Я есть хочу, а в этом обтягивающем платье за стол садиться постесняюсь, — ответила я, вызывая Литу.

— Счастливая, — заявила приятельница, — ты, похоже, совсем не волнуешься! А ведь тебе тоже там танцевать!

Вместо ответа я только пожала плечами, дождалась служанку, стянула ненавистное платье, сидевшее в облипочку, обрядилась в домашний халат и с чувством выполненного долга направилась набивать живот.

За столом уже сидели Димирий с Лорианом. Оба — спокойные, сосредоточенные, равнодушные ко всему окружающему. Этакий типаж увлеченного наукой профессора, постоянно забывающего очки на собственном лбу.

— Завтра выезжаем после обеда, лучше поешь дома — у князя будут подавать только алкоголь и сырные тарелки, — проинформировал меня супруг, оторвавшись от мясного салата.

Я кивнула.

— Два танца, Верка, — послышался знакомый голос. — Передай этим умникам: два твоих танца, и вы все четверо возвращаетесь. Ну!

Да уж, не было печали… Зачем в таком случае вообще куда-то завтра ехать?

— Верка! — в голосе бога прорезалось раздражение. — Я кому сказал?!

— Здесь Диар, — сообщила я мужчинам, — он приказал передать, что после двух моих танцев нам всем надо будет вернуться домой.

Димирий недоумённо нахмурился.

— И конечно же, никаких подробностей?

— Как он это себе представляет… — начал было Лориан. И сразу же бокал эльфа взмыл вверх и с приличной высоты упал на пол. Послышался звон разбитого стекла. Мужчина чуть заторможено кивнул, показывая, что принял к сведению предупреждение.

Ночь, вопреки ожиданиям, прошла спокойно.

Утром, чувствуя ничем не объяснимое волнение, я села у холста. Увы, в этот раз портреты мне не давались: лица получались злобными, наглыми, раздражёнными.

— Это не суть, — посмотрев на портрет общего знакомого, покачала головой Эльза, — это твой страх, похоже.

— Ты слышала, что вытворил вчера Диар? — с досадой отставив в сторону мольберт, спросила я приятельницу.

— Ты о двух танцах? Вера, раз он предупредил, значит, с тобой уж точно ничего не случится. Так что расслабься. И посмотри на часы. Через полчаса обедаем.

— Сомневаюсь, что мне кусок в горло полезет, — передёрнула я плечами. Что такого ужасного могло случиться на балу? Из-за чего бог лжи решил отправить нас куда подальше? Ответов, естественно, не было…

Кое-как прожевав за столом несколько ложек местной оранжевой каши, я поднялась в свою комнату и вызвала служанку.

Сшитое по фигуре малиновое платье в пол с небольшим V-образным декольте и рукавами до локтей делало меня похожей на куклу Барби. Гарнитур из колье и серег с бриллиантами словно ставил на меня ценник. А макияж…

— Вера, ты отлично выглядишь! — раздался радом возбуждённый голос Эльзы, прерывая мои самокопания. — Наконец-то все увидят в тебе жену советника князя!

Меня подобная перспектива не обрадовала. Комплексы все ещё давали о себе знать, и тихий полутемный уголок с книгой в руках был мне милее шумного, ярко освещённого зала.

— Пойдем! Мужчины нас уже ждут!

Жена эльфа на этот раз предпочла одеться в ярко-зелёный наряд. Верх — глубокое декольте и обнажённые руки, низ — длинная облегающая юбка. Колье с изумрудами привлекало внимание к приятельнице больше одежды, впрочем, Эльза как раз от людей не пряталась.

Мужчины в черных костюмах действительно ждали нас внизу. Слуги помогли каждому из нас облачиться в тёплые длинные шубы, и мы вышли наружу, к экипажу.

И снова княжеский дворец не блистал, но зато в очередной раз был оформлен во все оттенки красного. Так как драконьей делегации не ожидалось, можно было сделать вывод, что весь вечер задумывался в честь одного-единственного дракона.

Терракотового цвета дорожка вела прямо в бальный зал, в котором слышались звуки музыки, хохот, разговоры, шаги. Народ, похоже, уже начал веселиться… И в самом деле, в просторной комнате с высокими потолками танцевали пары, сидели на покрытых красно-коричневыми покрывалами диванчиках степенные дамы, медленно прогуливались вдоль окон почтенные джентльмены. Сам князь уже вальсировал с кем-то из дам на паркете.

Димирий и Лориан нашли два свободных диванчика, уселись сами, попытались усадить и Эльзу, но та, вспомнив о предупреждении Диара, с радостью подала руку первому подошедшему кавалеру и упорхнула наслаждаться танцами. Я села возле мужа. Мандраж, охвативший меня дома, постепенно сошёл на нет, но небольшое волнение всё же ощущалось. Причем, не умея лгать самой себе, я не смогла бы сказать точно, что именно послужило его причиной: испуг из-за поведения бога лжи или ожидание появления рядом лорда Шаринаса.

— Вера, рад, что вы нашли возможность украсить вечер своим появлением, — упомянутый мной лорд словно возник из пустоты. Щегольской фрак, золотая булавка, как показатель достатка, приколотая под лацканом, на лице — довольная улыбка. — Позвольте вас пригласить.

'Реганум — танец страсти. Он подходит только для тех, кто собрался связать свои судьбы друг с другом', - вещал Нилий во время урока. И конечно же, именно на реганум меня приглашал дракон. Совпадение? Не может быть таких совпадений. Но… '…спокойней относись к лорду Шаринасу', - прозвучали в голове слова мужа, в данную минуту сидевшего рядом с непроницаемым выражением лица. Я наклеила на губы искусственную улыбку и поднялась с дивана.

— С удовольствием, лорд Шаринас.

Шаг, второй третий… 'Реганум танцуют, не отрывая глаз от партнёра!' — с Шаринасом я не боялась, что упаду. Вёл дракон мастерски. Казалось, он с младенчества учился танцевать, а потому я, его партнёрша, хоть и ощущала себя немного неуклюжей, всё же умудрялась не наступать на чужие ноги.

— Вы превосходно выглядите, Вера. Ваша модистка шьет для вас чудесные наряды, в которых не стыдно показаться и богам, — мужской голос обволакивал, призывая расслабиться и отдаться на волю судьбы, не думать о будущем, окунуться в те чувства, что…

— Верка! Роди сначала, а потом уже задом крути, кобылица нашлась! — Диар говорил язвительно и насмешливо. Я вздрогнула, резко приходя в себя. Щёки мгновенно заалели. Ох, стыд-то какой. Мало того, что на глазах у мужа и высшего света танцую реганум с драконом, так еще и 'поплыла' от голоса партнёра.

— Вера? — дракон участливо посмотрел мне в глаза, умело повернув вокруг своей оси. — Вам нехорошо?

— Здесь душно, — я чуть повела плечом, словно сгоняя надоевшую муху, — Никогда не думала, что на балах может быть такая духота.

— В вашем мире не так? — в чарующем голосе появился интерес. Плавные движения были практически идеальными.

— В моём мире я никогда не попала бы на бал, не то положение занимала, — честно призналась я.

— Что ж, значит, здесь и сейчас следует навёрстывать это досадное недоразумение, — мягко улыбнулся мужчина, и я почувствовала непривычную дрожь в теле.

— Магия это, — послышался ворчливый голос Диара. — Драконья. Они, обормоты такие, не только с помощью голоса и жестов обольщают. Давай мозги включай.

— Не уверена, что в ближайшее время у меня будет возможность… — договорить я не успела, танец закончился, и дракон сопроводил меня к тому же диванчику.

Муж успел куда-то исчезнуть, на его месте сидела довольная Эльза. Стрельнув в нас с Шаринасом глазами, она усиленно затрепыхала ресничками. Как примерная супруга, приятельница в отсутствие мужа танец страсти пропустила и дракона обстреливала исключительно из спортивного интереса.

Вежливо поклонившись мне и не заметив усилий жены эльфа, Шаринас удалился.

— Бедный Димирий, — хмыкнула Эльза, — надо было видеть, как он на тебя смотрел!

— Как? — удивилась я. Супруга, скупого на эмоции, 'пробил какой-то танец?

— Как на развратницу, — последующая ухмылка приятельницы вышла ещё шире. — Сбежал отсюда только перед самым концом, а так не отрывался. Смотри, ночью отыграется.

От пошловатого намёка я в очередной раз за день покраснела.

— Что дальше? — откинувшись на спинку, я с наслаждением вдохнула пусть и душный, но все же воздух. Похоже, во время танца я забыла, каково это — свободно дышать…

— Дальше — ланс. Меня уже пригласили, — улыбка довольного кота, — тебя, похоже, тоже.

Я удивленно посмотрела на приятельницу, а затем перевела взгляд на подходившего мужчину. К нам медленно, но уверенно шёл высокий зеленоглазый брюнет. Витор лерн Нолийский. Князь.

— Вера, вы сегодня обворожительны, — улыбка, только очень-очень искусственная, да правитель, похоже, и не пытался скрывать фальшь в своих эмоциях. — Позвольте вас пригласить.

Ещё бы я не позволила…

— С удовольствием, милорд, — я ответила такой же искусственной улыбкой и снова поднялась с дивана, краем глаза замечая, как Эльза растворяется в толпе танцующих с каким-то молодым блондином.

Ланс — танец спокойный. Кружи себе по залу, стараясь не сталкиваться с другими парами и не наступать на ноги партнёра. Князь держался на паркете так же уверенно, как и дракон, так что я не беспокоилась о чужих ногах и спинах.

— Поздравляю с ожидаемым потомством, надеюсь, вам не в тягость присутствие здесь, — партнёр заговорил сразу, едва мы закружились в танце. Слова вежливости прозвучали холодно. Витору лерн Нолийскому было не до моего самочувствия.

— Благодарю, милорд. Я рада появиться на балу, — обычные слова, такие же пустые, как и фразы моего собеседника.

— Мечта Диара наконец-то исполнена, теперь он должен опекать вас сверх меры, — ещё одна фраза ни о чем. Или же князь затем и позвал меня на паркет: захотел выведать планы бога лжи?

— Да, я окружена опекой со всех сторон, — очень хотелось пожать плечами, жаль, ланс не подразумевал такого жеста.

— Вера, о вас с лордом Шаринасом ходят нехорошие слухи, — наконец-то в голосе его сиятельства прорезались эмоции: недовольство, негодование, недоумение. Я так и представила себе, как мысленно мужчина проговаривает совершенно иную фразу: 'Ты появилась оборванкой из другого мира, нарушила планы моей дочери, тебя здесь приняли, мой советник сделал тебя своей супругой, осыпал милостями, а ты смеешь у всех на виду обниматься с драконом!'

— Очень жаль, милорд, — как можно спокойней ответила я. — Лорд Шаринас часто общается со мной, но ничего большего между нами нет. — 'И слава богу', - но последнюю фразу я добавила мысленно.

— Что ж… — зелёные глаза впились в моё лицо маленькими буравчиками. — Надеюсь, вы знаете, что делаете… Кстати, поговаривают, что лорд Шаринас является игроком бога Силы Заритаса…

Танец закончился, князь проводил меня к диванчику, возле которого собралась уже вся наша компания. Обменявшись поклонами с Лорианом и Димирием, Витор лерн Нолийский удалился.

— Вера, нам пора, — сдержанно повернулся ко мне супруг. Я кивнула. Да, действительно, раз Диар настаивал на всего двух танцах, то лучше уйти как можно скорее.

Сев в карету, я всё ещё думала о последних словах правителя. Что это было? Завуалированный намёк на что-либо, о чем я не знала? Или…

Мои мысли прервал непонятный шум из дворца. Мы отъехали на приличное расстояние, но звуки… Они были слишком громкими. Мужчины переглянулись.

— Похоже, мы уехали вовремя, — пробормотал эльф.

Как потом узнал Димирий, один из богов сделал свой ход: из подвалов дворца в бальном зале внезапно появились десятки мышей и крыс. Женщины в панике попытались выбраться из помещения, началась давка. Пострадали пятеро. Не сильно, но всё же. Я мышей не боялась, но вполне допускала, что в толпе могла получить серьезные повреждения. Да и от выкидыша была не застрахована…

Следующие несколько дней прошли у мольберта. Я пыталась выплеснуть на холст те чувства, что испытала на балу. Раздражение, злость, страх, негодование…

— Не хотела бы я очутиться в таком месте, — задумчиво посмотрела на получившийся пейзаж Эльза. — Его ведь нет в реальности?

— Нет, — я отодвинулась от картины, потянулась, зевнула. — Первый раз трачу на один рисунок пять дней. Обычно всё выходило быстрее.

— Обычно ты не настолько глубоко переживаешь, — пожала плечами приятельница. — Ты, Вера, как дориван, есть у нас такое животное, неповоротливое, покрытое панцирем и шипами. При каждой опасности заползает под панцирь и выставляет шипы. Вот так и ты: чуть что сразу прячешься от жизни. А тут, видно, тебя пробили.

— Тебе бы психологом работать, — вздохнула я, признавая правоту жены эльфа.

— Это те, кто разбирается в проблемах других людей? — уточнила Эльза. — Нет, спасибо, я тогда сама сошла бы с ума. А картина и правда получилась интересной и необычной. Правда, при этом ещё и страшной. Один лиловый закат чего стоит.

— То есть чёрная луна тебя не смущает, — усмехнулась я.

— Меня больше замок на переднем фоне смущает. Какой-то он… Голодный, что ли. Так и кажется: зайдёшь внутрь, и через несколько минут тебя начнут медленно пережёвывать. Бр-р-р-р… Отдай эту картину в салон Агнессе. Она точно оценит.

Я посмотрела на холст, оценила преобладание на нем тёмных красок и согласно кивнула.

— Да, пожалуй, в салоне ей будет самое место. Рядом с портретом дракона…

— Добрая ты, — хмыкнула приятельница. — Как живот? Не болит7

— Имеешь в виду, не пинается ли ребенок? Да рано вроде как. Носитель Силы вчера приходил, сказал, всё в порядке, плод растёт.

— Плод, — Эльза покачала головой. — Сухая ты, Вера, начинай, наконец, эмоции проявлять. Какой это плод? Это уже часть тебя. Ну и Димирия, конечно. Но ты же этого ребенка носишь. Как можно так о живом существе: плод… Да, кстати, пока не забыла: мы с Лорианом приглашены на ужин к его родным, не эльфам, людям. Так что вечером нас не будет…

Намёк, скрытый в последних словах, я поняла только через несколько часов, когда обнаружила в своей спальне накрытый для ужина стол с нежными розовыми цветами в вазе и свечами в качестве украшения.

К столу, естественно, прилагался муж, одетый по-парадному.

— Предупредил бы… Я бы тоже переоделась… — я покосилась на домашний халат, явно не соответствовавший ситуации.

— Ты прекрасна в любой одежде, — не давая опомниться от нежданного комплимента, супруг обнял меня и прижал к себе. Плохо понимая, что происходит, я аккуратно обняла его.

Прошедшие после бала дни Димирий ходил хмурый и задумчивый. Мне с творчеством не мешал, по ночам приходил редко. Поэтому то, что творилось в этот вечер… Скажем так, было не очень обычным. Нет, супруг, конечно, изредка баловал меня подобными 'застольями', но вот эмоции проявлять не спешил. Сегодня же…

— Димирий, — продолжая обнимать мужа, осторожно спросила я, — всё в порядке?

Послышался тихий смешок.

— Знаешь, когда вчера пришёл носитель Силы… И сказал, что ребёнок здоров… Мой, нет, наш ребёнок… Вера… Спасибо, родная…

То есть дракон тут совершенно не при чём? Или мне решили не говорить всего?

Не к месту вспомнилась Эльза: 'Как можно так о живом существе: плод…' Я подавила вздох. Для окружающих это ребёнок. Для меня… Если б я знала… Странной, необычной казалась мысль, что во мне зрела новая жизнь: она ещё никак не проявляла себя, но скоро живот округлится, а изнутри начнут пинаться… Наверное, именно тогда я пойму, что во мне действительно растёт не плод, а ребёнок…

— Милая?

— Я никак не привыкну к этому ощущению, — призналась я мужу.

— Ты и к замужеству долго привыкала, — подколол меня Димирий.

Не удержавшись, я проворчала:

— Уж кто бы говорил.

Супруг рассмеялся.

— Согласен. Мы с тобой стоим друг друга.

Утром прибыла баронесса Агнесса Ларская. Как обычно, в брючном костюме, державшаяся надменно со всеми, кто находился ниже ее по социальной лестнице, женщина тепло улыбнулась мне. Посмотрев на картину, она покачала головой.

— Ужасный пейзаж. Думаю, быстро смогу продать. Это место существует в реальности?

— Это мои страхи, — призналась я.

— Жаль, — пробормотала гостья. — Я хотела бы там побывать.

Заметив мое изумление, Агнесса рассмеялась.

— Вера, ты сейчас забавно выглядишь. Беременность пошла тебе на пользу: ты стала не такой скованной. А насчёт места… Почему нет. Там, думаю, можно найти много чего интересного. Да, кстати, маркиза Лорнейская устраивает театральное представление на этих выходных. Узкий круг, никого лишнего. Твоего поклонника там точно не будет. Приходите с Димирием. Пусть народ на вас полюбуется.

— В каком смысле 'полюбуется'? — не поняла я.

— Да в прямом, — последовал ответ. — Увидят, что вы всё ещё живёте вместе. А то слухи разные ходят. Нехорошо это.

Я немного помолчала, потом тоскливо спросила:

— Он ведь знал, что так всё и будет?

— Дракон? — уточнила моя собеседница. — Конечно. Он на это и рассчитывал. В нашем мире не принято отказывать полубогам. Если же найдётся такая женщина, найдутся и способы очернить её репутацию.

На ум пришло сравнение с парой Каренина-Вронский. Ну уж нет. Такой страсти, как у Анны к Алексею, я не испытывала, а значит, и под поезд кидаться не собиралась.

— Несмотря на подмоченную репутацию, меня всё же примут у маркизы?

— Естественно, — хмыкнула баронесса. — Во-первых, ты приедешь не одна, а во-вторых, один танец ещё не означает смены покровителя.

— И куда приезжать?

— В особняк маркизы, — пожала плечами Агнесса. — Димирий знает адрес.

— То есть театральное представление состоится в особняке? — удивилась я.

— А где ж ему состояться.

— Я думала, у вас есть отдельное здание для театра и постоянная трупа, которая там играет…

Я оборвала себя на полуслове, заметив в глазах гостьи алчный огонёк.

— А это отличная идея! Вера, милая, ты ведь не откажешься помочь мне с организацией всего этого?.. За деньги, конечно же.

Глава 15

Никакие новые наряды я заказывать не стала, к маркизе поехала в том, в котором была на аудиенции у князя. Эльза охала и ахала, предрекала мне всё, вплоть до скорой смерти, но я все же облачилась в то самое тюлевое платье с оборками на светло-зеленом чехле. Тем более, ехали мы вдвоём с Димирием, никто нотации мне читать не стал бы.

Муж только вопросительно поднял брови, увидев наряд жены.

— В их глазах я уже падшая женщина, — объяснила я свой выбор. — Нужно соответствовать такому мнению.

Супруг улыбнулся уголками губ, обнял меня и пробормотал:

— Смелая ты моя.

Дома маркизы внешне был похож на наш, только здесь везде демонстрировалась роскошь того рода, к которому принадлежала Гидия Лорнейская.

Золото, серебро, драгоценные камни в обстановке раздражали, судя по взглядам собравшихся гостей, не одну меня. Но так как хозяйка особняка была дальней родственницей князя. В лицо ей улыбались и лебезили.

Одетая в шикарное бальное платье сиреневого цвета, с многочисленными рюшами и обертками, Гидия восседала в кресле, похожем на трон. Гостям были предоставлены сидения попроще, в основном небольшие диванчики.

Нас с Димирием встретили фальшивыми улыбками и лёгким шёпотком в спину. Хозяйка любезно предложила советнику князя и его супруг диванчик рядом со своим 'троном'.

— Мои артисты, — картинно обмахиваясь веером, начала Гидия после приветствия, — долго разучивали эту пьесу. Конечно же, она о любви! Надеюсь, Вера, вам понравится!

Я уверила маркизу, что пьеса мне непременно понравится, сама же не ждала ничего хорошего от постановки. Судя по жеманному поведению хозяйки особняка, сюжеты ей нравились слащавые и нереальные.

В принципе, так и оказалось: дочка какого-то могущественного правителя влюбилась в безродного горожанина. Половину представления они страдали, что не могут быть вместе, потом правитель, чтобы избавить ребёнка от соблазна, велел убить несчастного мужчину. Закончилось всё рыданиями уже вышедшей замуж за 'правильного' жениха девушки на могиле бывшего возлюбленного. Все чувства, показанные на сцене, на мой взгляд, были чересчур искусственными, но впечатлительные дамы, собравшиеся в комнате, дружно рыдали, сморкаясь в батистовые платки. Я для видимости промокнула кусочком батиста свои глаза и поймала ироничный взгляд Димирия.

— Ну не могла же я во всеуслышание заявить, что это чушь полная, — оправдывалась я, сев в карету после просмотра.

Муж нежно провел рукой по моей щеке.

— Теперь буду знать, что притворяться ты практически не умеешь.

— Врать, хочешь сказать? — Уточнила я, откинувшись на спинку сиденья. — Да, не умею. А жаль…

Вечером снова появился Диар.

— Верка, тебе тут не скучно? — поинтересовался бог, когда наша четверка, закончив ужинать, разбрелась по своим делам.

— Нет, — мгновенно напряглась я, предчувствуя подвох.

— Вера? — в комнату заглянула Эльза. — Ты в порядке?

Я кивнула и почему-то, внезапно для самой себя, попросила:

— Эльза, побудь со мной…

Девушка зашла в спальню и нахмурилась.

— Точно всё в порядке?

Ответить я не успела. За ухом прозвучало:

— Что ж, так даже лучше, погуляете вдвоем.

Меня окутала тьма, и через секунду по глазам резанул яркий свет.

— Вера? — раздался рядом испуганный голос приятельницы. — Вера, что происходит?

Если бы я знала…

Проморгавшись, мы с Эльзой оглянулись. Зелёная травка, птички поют, солнышко на небе… И никакой зимы… По-летнему жарко, моя тёплая пижама с котятками явно была не к месту, впрочем, как и байковый халат жены эльфа.

— Есть подозрения, куда нас могло занести? — поинтересовалась я.

— Это Диар, да? — пробормотала шокированная приятельница. — А я почему… Нет, Вера, я не знаю, где мы…

Чудесно. Просто чудесно. Хорошо хоть тапки сохранились на ногах у обеих.

— Что ж, — вздохнула я. — Пойдем погуляем…

Мы успели сделать ровно два шага влево, когда нас буквально насильно потащило в обратную сторону.

— Похоже, с направлением мы ошиблись, — нервно хихикнула Эльза.

Я только дёрнула плечом.

Шли долго, минут тридцать точно. Травка, птички, солнышко, жара… И ни души… Всё время молчали. О чем говорить, когда ничего непонятно? Ясно только одно: богу лжи срочно понадобилась 'любимая фигура' вне стен дома. Дом…

— Интересно, кто быстрее хватится, — задумчиво пробормотала я.

— Димирий, — поняла меня с полуслова приятельница. — Лориан сегодня ночует на работе.

— Опять пойдёт на поклон к дракону? — одна мысль о подобном унижении раздражала меня больше жары. Не хотелось такого испытания для мужа, ему в последнее время и так чересчур много досталось.

— Да тут всё равно без помощи Диара ничего не сделаешь, — пожала плечами Эльза. — Сорей всего, снова все порталы будут заблокированы. Вера…

— Угу…

— Можно спросить?

— И когда тебе нужно было мое разрешение? — иронично поинтересовалась я.

Спутница хмыкнула и поинтересовалась:

— Ты кого-нибудь из них любишь?

От неожиданности я споткнулась и чуть не упала — благо Эльза подхватила под руку.

— Ты предупреждай, когда такие перлы выдаешь, — проворчала я. Потом остановилась, помолчала и призналась. — Не знаю. Дракона я боюсь. Как мужчину. И не люблю как полубога. А Димирий… Он такой закрытый. Да, я тоже, но в данном случае, наверное, можно говорить о симпатии, плавно переходящей… Что, Эльза?

— Ты бы себя со стороны слышала, — расхохоталась жена эльфа. — Симпатии, плавно переходящей, — передразнила меня приятельница. — Мы как бы о чувствах говорим. Нет? Какой плавно переходящей? Куда она должна переходить?

— Не знаю, — повторила я. — Не знаю, правда. Да, Димирий мне ближе дракона, но понятия не имею, что было бы, если бы я хоть неделю провела рядом с Шаринасом. Довольна?

Эльза покачала головой.

— Сухарь ты, Вера. И когда только изменишься…

Дальше шли молча. Минут через пять я поинтересовалась:

— Там действительно дом? Или у меня галлюцинации?

— Дом, — кивнула приятельница. Вот только мне непонятно, кому понадобилось селиться в этой глуши?

— Тому, кто, похоже, нужен Диару, — дёрнула я плечом.

Хозяин жилища вышел нам навстречу. Рядом высоким хрупким блондином, судя по выражению лица, добродушием не отличавшимся, шагал пёс. Этакая миленькая собачка размером с небольшую коровку.

Рядом гулко сглотнула моя спутница.

— Какой идиот вас послал? — гаркнул мужчина, остановившись шагах в трёх-четырёх от нас. Пёсик оскалился. Я впечатлилась приёмом, скосила глаза на статую по имени «Эльза» и честно ответила:

— Диар.

Человек и собака переглянулись, причём явно поняли друг друга. Я почувствовала себя возможным пациентом психушки.

— Диар, значит, — скривил тонкие губы в ухмылке блондин. — И что этому уроду понадобилось?

Какая любовь к местному божеству…

— Понятия не имею, — побоявшись передернуть плечами, ответила я. Вот так сделаешь лишнее движение — и через секунду милая собачка уже начнет тобой ужинать.

— То есть вы направились сюда, не спросив, зачем? — издевательски поинтересовался любитель животных.

— Нас никто не спрашивал. По своей воле в пижамах и халатах путешествие не начинают. Портал — и мы здесь.

Собеседник несколько секунд молчал, потом спросил уже спокойней:

— Долго шли?

— Минут тридцать точно, а так — не засекали.

— Тридцать, значит… Ладно, шагайте за мной. Эй ты, отомри!

Окрик предназначался Эльзе. Девушка вздрогнула и шалыми глазами посмотрела сначала на блондина, потом — на меня.

— Принц Дорион, вас считают погибшим…

— Пусть и дальше считают, — последовал резкий ответ.

Внутри дом был обставлен очень скудно: в комнате, выполнявшей роль гостиной, были четыре табуретки, стол, пара полок на стене, диван. Всё — из дерева. Мужчина сел на одну из табуреток, поставил локти на стол, внимательно посмотрел на меня.

— Рассказывай.

— Что именно? — уточнила я, краем глаза наблюдая за добрым пёсиком, улёгшимся у ног хозяина.

— Как вы обе умудрились связаться с этим проходимцем. Да не косись ты на Дерка, он не тронет. Пока, во всяком случае.

Я рассказала. Блондин слушал молча.

— Игра, говоришь… — пробормотал по окончании истории. — Сволочь он.

Кто «он», не уточнялось, но другой кандидатуры на это ругательство я не знала.

— Давно беременна?

— Третий-четвёртый месяц, точно не знаю, — удивившись вопросу, ответила я.

— Это так ему наследник нужен? Или я настолько предсказуем? — скривился непонятный принц. И тут же, безо всякого перехода. — Есть хотите?

За нас с Эльзой ответил желудок, причем её. Приятельница покраснела, блондин ухмыльнулся.

Продукты хранились в подобии холодильника в соседней комнате. Мясо, сыр, местные овощи, мне — компот, моим собеседникам — местный аналог пива, лойт.

— Насколько я знаю это типа, сегодня вы ночуете у меня, — встал из-за стола хозяин дома. — А завтра, скорее всего, за вами появятся ваши благоверные.

Так и вышло. Вечер пришёл незаметно, за ним, так же неслышно, подкралась ночь. Говорить было не о чем, так, изредка перекидывались отдельными фразами. Спать мы с Эльзой легли на кровати в той комнате, в которой стоял «холодильник». Принц изволили почивать в соседнем помещении.

Рано утром наш гостеприимный хозяин заявил, что не желает ни с кем общаться, попросил передать Диару, кроме нецензурщины, только «Да», забрал пса и удалился. Практически сразу после его ухода открылся портал. Дракон, Димирий, Лориан.

Эльза со всхлипами кинулась к эльфу, тот привычно обнял перенервничавшую супругу и исчез в портале. Димирий тоже прижал меня к себе, правда, жест вышел скованный, видимо, из-за присутствия рядом лорда Шаринаса.

Уже через три минуты мы впятером сидели на удобных диванчиках в одной из гостиных первого этажа городского дома мужа. Рассказывала снова я. Приятельница служила фоном, всхлипывавшим в особо драматичных моментах.

Услышав имя принца, мужчины многозначительно переглянулись. Затем эльф утомлённо прикрыл глаза.

— Видимо, ставки чересчур высоки… Позвать в Игру того, чью семью убил…

— Это не доказано, — качнул головой дракон. — Дорион может утверждать что угодно, всё что известно, — смерть произошла в результате несчастного случая.

— Только Лирия была беременна… — на этот раз многозначительные взгляды скрестились на мне.

— То есть моими руками снова жар загребали, — вздохнула я. — Это ваш родственник, Лориан?

— Сводный брат, — кивнул эльф. — Тридцать лет назад, когда начиналась предыдущая Игра, считался наследником эльфийского престола. Во время очередного визита к родителям попал с семьёй в западню. Жена и двое детей погибли. Он сам пропал из дворца через месяц после происшествия. Через двадцать лет официально был объявлен погибшим.

— В устройстве западни обвиняли Диара?

— Без доказательств никого обвинить невозможно, а там всё было чисто. Слишком чисто. По крайней мере, внешне. Только второй по старшинству сын правителя эльфов играл тогда на стороне бога лжи, сам Дорион в тот раз в Игре не участвовал, — задумчиво сообщил дракон, не особо отвлекаясь от лицезрения моей скромной персоны, похоже, такое внимание нервировало Димирия: я чувствовала, как был напряжен сидевший рядом муж. — А теперь, если верить слухам, переметнулся к Жиризе, богине жизни и смерти.

— А сколько всего игроков может быть у каждого бога? — уточнила я, пытаясь понять правила Игры.

— От одного до пары десятков: зависит от желания и умения божества привлекать на свою сторону сторонников.

Оставшись вечером со мной наедине, Димирий как-то обречённо сказал:

— Надеюсь, Диару всё же нужен наследник… Отправлять тебя переговорщиком к озлобленному принцу… Как минимум чревато последствиями…

— Какими? — я положила голову на плечо мужа.

— Тобой могут всерьёз заинтересоваться другие боги… — последовал еле слышный ответ.

Наутро нас почтила своим вниманием баронесса Агнесса Ларская. Позавтракав с нами, женщина между делом сообщила, что решила организовать выставку с моими работами. На первый в этом мире вернисаж планировалось пригласить именитых и знатных гостей, способных как скупить уже готовые картины, так и заказать мне новые.

— Надеюсь, лорд Шаринас почтит нас своим присутствием. Приглашение ему я отправила, — с блеском в глазах заявила моя работодательница.

Целых десять дней я наслаждалась покоем и тишиной. Никто не выкидывал меня в другие части этого мира, никто не пугал кошмарами, никто не мучил танцами… Да, трижды приходила портниха, да, постоянно болтала о чем-то рядом со мной не в меру говорливая Эльза, да, муж начал проявлять слишком много внимания, иногда даже в те минуты, когда мне отчаянно хотелось побыть одной. Но все это было мелочами. Вернее, злом привычным, в отличие от зла, ожидавшего меня вне стен дома. Вернисаж… Мои работы… Уйма гостей… Лорд Шаринас… Я старалась не нервировать себя и старательно гнала подальше мысли об очередном появлении пред светлые очи дракона. Радовали меня два обстоятельства: благодаря созданным специально для меня местными фармацевтами шампуням мои волосы отросли наконец-то до критической, допустимой в обществе длины, плюс стал заметен живот. Теперь, даже гуляя по картинной галерее под ручку с Шаринасом, я была бы избавлена от домыслов в свой адрес: ни один уважающий себя дракон не подумает отбивать у мужа беременную супругу. Конечно, если ребёнок не от самого дракона.

Беременная… Я беременная… Когда чадо довольно своенравно стало лягаться перед сном, я сначала даже не поняла, в чем дело: срок небольшой, какие лягания?

— Милая? — обеспокоенно посмотрел на меня супруг. — Всё в порядке?

— Не знаю, — потрясенно пробормотала я. — Он… Он дерётся…

— Кто? — не понял Димирий.

«Плод», — чуть не ляпнула я, но вовремя прикусила язык.

— Ребёнок… Рано ж ещё…

Как там пишут в любовных романах? «Его лицо озарила счастливая улыбка»? Не озарила. Супруг преобразился: черты лица стали мягче, из глаз будто полились лучи. Ну или у меня воображение тогда настолько разыгралось.

— Родная… — здоровая рука аккуратно опустилась на мой живот. Изнутри лягнулись в ответ. Муж весело рассмеялся. — Действительно, дерётся.

— Рано, — повторила я.

Димирий покачал головой:

— Не знаю, почему, но вполне возможно, так и должно быть. Завтра вызову носителя Силы.

Приглашённый маг продиагностировал меня, посмотрел, как на паникёршу, и снизошел до объяснения, что с будущим наследником всё в порядке. Рано лягается? Так в вашем мире, графиня, свои сроки, а здесь — свои. Я покивала, успокоилась и отправилась к мольберту — сбрасывать напряжение.

За эти десять дней я написала два пейзажа, оба — из несуществующего мира, оба в мрачных тонах, «готичные», как сказали бы на Земле. Глядя на полотна, я готова была диагностировать сама у себя всевозможные заболевания, начиная депрессией и кончая шизофренией. Эльза, пару раз полюбовавшись на мои творения, чуть у виска не покрутила.

— Вера, ну каким вырастет ребенок, если постоянно будет видеть перед глазами такое… — подобрать слово приятельница затруднялась.

— Психически здоровым, — буркнула я, — потому что до определённого возраста показывать ему что-либо подобное я не планирую.

Агнесса, приехав накануне события, пришла в восторг от моей живописи, отдала приказ, слуги быстро погрузили картины в карету, и баронесса отбыла, уверенная, что на следующий день озолотится.

На следующее утро меня ожидаемо подняли ни свет ни заря. Быстро позавтракав, мы с супругом и эльфийская чета отправились по комнатам — наряжаться.

Изумрудное платье, недостаточно широкое, чтобы скрыть живот, выгодно подчёркивало мою ещё существовавшую талию, небольшое декольте интриговало подвеской — ящеркой из золота, так и норовившей юркнуть как можно больше, длинные юбки волнами спадали вниз. В общем, всё по положению: почтенная мать семейства. Даже Эльза на этот раз не фыркнула.

— Пользуешься ты, Вера, своим положением, — вздохнула приятельница, облаченная в ярко-малиновое платье с не очень маленьким вырезом и вполне узкой юбкой. Да, не земные стандарты, но для данного мира вполне откровенно.

— Чем тут пользоваться, — пожала я плечами. — Беременным запрещено носить узкое и обтягивающее.

— Да-да, — преувеличенно покладисто согласилась жена эльфа, — а ещё им запрещено увеличивать декольте, открывать руки и делать длину выше щиколоток.

— Вообще-то, у этого платья длина до середины икры, — отметила я.

— То есть с остальным ты согласна? — прищурилась Эльза.

Я привычно дёрнула плечом.

Меховые шубы защищали нас четверых от сильных местных морозов, воздух обжигал лёгкие, и я порадовалась, что не нужно будет идти пешком.

Театр уж полон; ложи блещут;

Партер и кресла, всё кипит;

В райке нетерпеливо плещут,

И, взвившись, занавес шумит.

Именно эти строки пришли на ум, когда карета остановилась перед зданием галереи и наша четвёрка поднялась по ступенькам. Представление молодого талантливого художника удалось на славу. Народу было не пробиться. Помещения, оформленные в тёмные тона, были освещены сотнями свечей (окна для этого пришлось занавесить красным бархатом). Расставленные там и тут произведения искусства лично на меня навевали жуть и желание поскорей приобщиться к местной религиозной системе — как минимум, помолиться богам. Судя по реакции некоторых впечатлительных дам, то и дело норовивших упасть в обморок, не одна я ощущала себя как в склепе.

Эльза зябко поёжилась.

— Баронесса умеет обставить всё в мрачной манере…

Мы медленно продвигались к импровизированной сцене, сооружённой возле одной из стен. Мой тонкий слух то и дело ловил обсуждения сего необычного действа.

— Склеп, сущий склеп! А картины?! Вы видели, ЧТО она рисует?!

— Это та, что видит Суть? Говорят, она любовница дракона…

— Ах! Этот замок… У меня ощущение, что он живой! И что он… Артис, пойдем домой! Мне страшно!

— Поговаривают, советник князя рогат… Вроде даже и ребёнок не от него…

— Глупости. Не стал бы дракон отпускать от себя СВОЮ женщину.

— Это портрет маркизы?! Я всегда говорила, что она — алчная и наглая дрянь!

— Тут так темно… И не разглядеть толком…

— И когда уже начнутся торги? Я слышала, сам князь собирается купить её работу. Может, даже и не одну…

— А заказать свой портрет он не хочет? И вывесить на видное место!

К тому моменту, как мы дошли до сидевшей на сцене в удобном кресле Агнессы, мои щёки и уши пылали.

Баронесса милостиво кивнула нам и жестом предложила мне сесть в кресло рядом. Мои спутники спустились в зал и затерялись в толпе. К ее милости подошёл высокий статный мужчина, Агнесса обменялась с ним взглядами, после этого повернулась к толпе и начала говорить.

Женский голос звучал негромко, но был слышен в каждом углу помещения. Микрофонов здесь не существовало, а значит, мужчина рядом с баронессой мог быть только носителем Силы, работавшим рупором.

Слушая комплименты в свой адрес, я чувствовала себя крайне неуютно: направленные на сцену взгляды, казалось, расчленяли и разделывали несчастную художницу ни один раз.

— Хватит прибедняться, Верка, — послышался голос Диара. — Нормально ты рисуешь. Не шик, конечно, но для этой дыры сойдёт.

Щёки вспыхнули ещё сильнее. Спасибо за двусмысленный комплимент…

Послышалось тихое хмыканье.

— Ничё, погодь, ты и у эльфов популярность завоюешь. Да, Дорион тебе привет передавал, говорит, безбашенная ты деваха.

Привыкнув к гадостям со стороны предка мужа, я напряглась. Эльфы… Уж не собрался ли Диар…

— Вера, рад вас видеть, — рядом со мной на сцене материализовался дракон. Лорд Шаринас, как обычно, выглядел элегантно и мог дать фору любому присутствовавшему здесь мужчине, включая моего супруга. Его костюм, сшитый по тем же лекалам, что и костюмы Димирия и Лориана, подчеркивал уникальность своего хозяина. Не просто фрак, а фрак с блестящими запонками, не просто белоснежная рубашка, а рубашка именно со стоячим воротником. Вроде бы мелочи, как и полуботинки необычного здесь коричневого цвета, но эти многочисленные мелочи, собравшись вместе, подчёркивали образ надменного аристократа-полубога, смотревшего на всех вокруг, как на мелких букашек.

Я поднялась с кресла, вспомнила этикет, наклеила на лицо улыбку и присела в заученном реверансе.

— Лорд Шаринас, не думала, что вы почтите своим вниманием баронессу.

— Не баронессу, — глаза цвета кофе с молоком ничего не выражали, и все же мне почудилась промелькнувшая в них усмешка. — Я был бы рад полюбоваться вашими работами. Вы устроите мне экскурсию?

Его сиятельство галантно предложил мне руку.

Отказать полубогу? Естественно, я повела дракона по двум залам, показывала картины, подробно описывала места и людей, изображённых на них. В общем, работала доморощенным гидом. Так увлеклась, что не заметила, как вокруг нас с Шаринасом образовалась пустота. Гости собирались где угодно, но только не в тех местах, в которых появлялись мы.

— Благодарю, Вера, думаю, теперь я стал лучше понимать вас, — проводив меня назад, к креслу на сцене, сообщил лорд и направился к выходу.

Буквально сразу же у моего сидения появилась лучившаяся довольством баронесса.

— Вера, это успех! Дракон и высшая аристократия раскупили все твои картины! Все! Завтра салон закроется, так как у меня нет полотен для демонстрации, но это того стоило! Послезавтра жди меня у себя. Будем обсуждать подготовку к первому спектаклю!

Я подавила вздох. Было у меня подозрения, что после сегодняшнего успеха моё имя будут склонять во всех гостиных, а мне самой придётся дневать и ночевать у мольберта.

Глава 16

Димирий не пришёл в восторг от моего променада под ручку с драконом. Слухи о супруге его тоже не вдохновили. Домой муж возвращался мрачнее тучи, в кои-то веки забыв о необходимости скрывать собственные эмоции Наблюдая за ним, я поймала себя на мысли, что, похоже, единственное чувство, которое тяжело скрыть его сиятельству, это ревность. Увы, данный вывод еще не означал признаний в любви со стороны супруга. Нежелание делиться с кем-либо своей собственностью, несомненно, присутствовало. Любовь же… Впрочем, забеременев, я стала чересчур впечатлительной. Помня об этом, я постаралась сосредоточиться о словах бога лжи. «…ты и у эльфов популярность завоюешь», — означать эта фраза могла только одно: Диар каким-то образом решил столкнуть лбами расу сородичей Лориана и одну скромную попаданку… Каким именно — выяснилось сразу же по возвращении домой.

В холле Димирия ждал гонец от князя. Витор лерн Нолийский изволил отправить своего советника с делегацией к эльфийскому правителю. Причем графу настоятельно рекомендовали прибыть к эльфийскому двору вместе с супругой. Димирий отослал гонца и повернулся к нашей троице.

— Вера, Эльза, пригласите завтра портниху. Вам нужны новые наряды. Через десять дней мы уезжаем.

«…ты и у эльфов популярность завоюешь», — в очередной раз припомнила я. То есть до самих эльфов со мной вряд ли что случится…

Услышав ночью о словах предка, супруг устало вздохнул.

— Какое счастье, что он — бог, иначе, боюсь, я стал бы кем-то вроде отцеубийцы.

За десять дней меня посетили, кроме портнихи, две графини и одна маркиза. Все они, якобы нанося визит вежливости, в итоге усаживались позировать перед мольбертом.

Как можно так выпячивать свои пороки, я не понимала, но старательно наносила на холст и гневливость, и алчность, и сластолюбие, и лень, чувствуя себя при этом Бэзилом Холлуордом, талантливо передавшим с помощью живописи гнилую суть Дориана Грея…

Дважды появлялась Агнесса. Первый раз мы с баронессой довольно долго и подробно обсуждали будущую постановку. Женщина внимательно слушала мои рассказы о театре на Земле, вдвоем мы делали наброски костюмов и пейзажей на бумаге, пытались подобрать актёров для премьеры. Я театральными постановками не увлекалась, если и смотрела что, то только по телевизору, но в Интернете, при выполнении той или иной подработки частенько наталкивалась на статьи о театральных примах, рассматривала их наряды, представляя себя на месте женщин, так что кое-что об этом виде искусства знала.

Второй раз ее милость пожаловала уже перед нашим отъездом, забрала готовые рисунки, включая парочку готичных пейзажей, уточнила, как долго должна будет продлиться незапланированная «командировка» и, довольная, отправилась готовить постановку.

Диар за всё время так и не появился.

Ровно через десять дней, рано утром, к нашему подъезду подкатила княжеская карета. Одна из пяти, составивших «поезд». В остальных должны были поместиться люди князя, охрана и багаж.

Внутри нашей четырёхместной кареты оказалось достаточно места для установки столика с закусками и безалкогольными напитками на нём. На небольших окошках экипажа висели кофейного цвета шторки, а кресла по желанию можно было выдвигать. В общем, всевозможный комфорт для путешественников.

— Сколько нам ехать? — откинувшись на спинку сидения, спросила я.

— Трое суток, — сообщил Димирий, усаживаясь напротив. — На ночь будем останавливаться в постоялых дворах.

Кто-то жаловался на скуку и хотел приключений? Пожалуйста, госпожа графиня, всё для вас! Я уже чувствовала, как пресловутая скука бежит от меня, сверкая пятками. Трое суток трястись в карете. Спать на постоялых дворах. Романтика… Интересно, а если мне в туалет приспичит? Беременные дамы чувствительны к подобным вопросам…

Первые три часа ехали молча. Каждый был погружен в свои мысли. Дорога радовала гладкостью, поэтому я, чтобы убить время, читала. На этот раз — краткую историю эльфийского государства.

Эльфы, как и остальные две расы, считались коренными жителями этого мира. Они ни с кем не враждовали, жили на определенной территории и с зарождения у них государственности подчинялись своему королю. Вообще-то, титул правителя звучал заковыристо, что-то вроде «Великий и могущественный верховный жрец эльфийской страны», но в человеческих книгах этого жреца для краткости называли королём, видимо, чтобы не путать с князем у людей. Хотя в чем именно разница между двумя типами правления, я так и не смогла уловить. Титул правителя передавался по наследству исключительно по мужской линии. У королевской семьи практиковалось многожёнство, остальные эльфы не могли иметь больше двух жён. Осознав прочитанное, я ненадолго зависла, а затем тщетно попыталась представить себе Эльзу в качестве одной из жён. Образ упорно не желал складываться. Зная приятельницу, я могла предположить, что умирать соперницы будут долго и мучительно… Хотя… Лориан, полностью погруженный в работу и исследования, вряд ли сможет обеспечить достаточно ласки и внимания даже двум жёнам, не говоря уже о нескольких…

— Вера, — отвлекла меня от книги Эльза, — ты есть совсем не хочешь?

Я прислушалась к своему желудку и подняла глаза на приятельницу.

— Хочу. Какие предложения?

— Вообще-то, мы давно уже стоим, — хмыкнула девушка. — Подъехали к постоялому двору. Мужчины внутри, заказывают обед. Ты идёшь?

Естественно, я пошла. Тело казалось деревянным. А ведь я не двигалась всего лишь три часа. Завидуя лёгкости движений Эльзы, я, топая, как хромой бегемот, зашла в дверь высокого деревянного здания, сложенного из брёвен.

За большим деревянным столом, на деревянных же лавках, сидели, кроме Димирия и Лориана, двое незнакомых мужчин и одна очень хорошо знакомая мне женщина.

— Знакомься, Вера: Лиринос и Пиринар. Господа, моя жена Вера.

Представив меня княжескому носителю Силы и его помощнику, муж повернулся к женщине:

— Надеюсь, ты помнишь Лидину. Она едет в карете с охраной, но принимать пищу будет в нашем обществе.

Лидину я помнила. Красавица мулатка чуть наклонила голову, приветствуя нас с Эльзой, но с места не встала. А значит, насколько я успела разобраться в местном этикете, девушка являлась или бастардкой, или младшей дочерью какого-то мелкопоместного дворянина.

Мы с Эльзой разделись. Тёплые меховые шубы легли на лавку за пустовавшим соседним столом. Усевшись каждая возле своего супруга, мы стали ждать разносчицу. Через пару минут к нам подошла служанка, высокая, крепко сбитая женщина, принесла каши, мясо, сыр. В кувшинах плескался армил. Мне подали чай. Ели молча. Только Димирий и носитель Силы перекинулись несколькими словами о дальнейшем пути.

Утолив голод, я осмотрелась: двор как двор. Высокое широкое помещение, всё из дерева, с лестницей, ведущей на второй этаж. Там, видимо, находились спальные комнаты. Здесь же, внизу, кроме столов и скамеек, была барная стойка. Плюс — дверь, скрывавшая от постояльцев технические помещения. В общем, ничего необычного…

После обеда, справив надобности во дворе, вернулись в кареты. Вытянув ноги, я прикрыла глаза. На душе почему-то скребли кошки. Что-то казалось неправильным.

— Милая? — супруг, похоже, наблюдал за мной, потому что иначе его обращение понять было нельзя.

— Беременность сделала меня впечатлительной… Посплю, и всё пройдет, — вяло отшутилась я.

Муж неопределённо хмыкнул, но настаивать не стал. От постоялого двора мы отъехали уже на пару километров точно, когда я сообразила, что именно мне не понравилось.

— Димирий, — не открывая глаз, позвала я, — а тени умеют бегать?

— Нет, если не приклеены к живым созданиям, — ответил за мужа эльф. — Вы что-то видели, Вера?

— Да. Тень прошмыгнула к последней карете, когда мы уезжали.

Уже через пять минут тень была найдена. Худой и перепуганный мальчишка, одетый в потрёпанные штаны и кофту, рыдая взахлёб, валялся в ногах у графа и носителя Силы, умоляя не возвращать его на постоялый двор.

Уже потом, когда мы, все взбудораженные неожиданной находкой, вернулись в кареты, Димирий рассказал, что мальца звали Торн, он был кем-то вроде бесплатной рабочей силы у владельца двора. Сирота, парень всю жизнь мечтал сбежать подальше от своего работодателя. А когда на дворе появился богатый каретный поезд, ребёнок решил осуществить свою мечту. Мужчины посчитали возможным оставить «находку», и Торна усадили в карету носителя Силы. Лиринос, вместе с учеником, планировал подвергнуть парня различным проверкам, прежде чем допускать его до знатных особ. Ведь хитрых богов ещё никто не отменял…

Вечером мы благополучно добрались до очередной корчмы.

— Надеюсь, здесь несчастных сирот не ожидается, — проворчал супруг, вылезая из транспортного средства.

Мы все настолько устали, что, договорившись о ночлеге, потребовали принести еду в комнаты.

Широкая дубовая кровать на полкомнаты, стол и стул у окна — всё обстановка. Для долгого времяпрепровождения непригодна, для одноразовой ночёвки — вполне.

Служанка принесла поднос с едой, оставила его на постели. Я не особо смотрела, что клала в рот. Насыщает — уже хорошо. Заснули мы с мужем мгновенно. Проснулись посреди ночи от крика. Кто-то вопил во всю мощь лёгких в коридоре.

Пробормотав под нос незнакомые мне слова, явно нецензурщину, Димирий встал с кровати и направился к двери.

Вылезать из-под тёплого одеяла не хотелось, поэтому я напомнила себе, что беременным волноваться нельзя, и осталась на месте.

Массивная деревянная дверь скрывала большую часть звуков, так что я понятия имела, что творилось снаружи. Минут через пятнадцать наконец-то вернулся хмурый муж.

— Кто-то из местных мужчин решил развлечься с Лидиной. Она спросонок сломала ему руку. Результат ты слышала. Теперь понять бы, это желание самца обладать самкой, или в деле замешаны боги? Вера?..

— Ты себя со стороны слышишь? — отсмеявшись, спросила я. — Какой самец? Какая самка? Мы, вообще-то, о людях говорим.

— Прости, родная, — вздохнул Димирий, ложась рядом. — Сущность учёного просыпается во мне не всегда вовремя…

Утром наша команда выглядела отвратительно: все, включая охранников, сцеживали зевоту в кулак и тёрли глаза. Не знаю, как остальным, а мне жутко хотелось вымыться. Тридцать шесть часов без водных процедур, и я уже чувствовала себя невероятно грязной. Вспомнив прочитанные книги, я мысленно вздохнула: как герои умудрялись не мыться неделями и при этом не чесаться? Два сантиметра — не грязь, три — сама отвалится? Или это только я такая непривычная к походным условиям? Да, вчера в корчме можно было приказать нагреть воду и искупаться в железном чане, но мы все валились с ног от усталости, было не до того… А теперь… Теперь предстояло ехать несколько часов до очередной ночевки в такой же корчме. Подобные перспективы не радовали. Настроение испортилось окончательно.

Мы с Эльзой путешествовали в брючных костюмах для верховой езды. Я привыкла к джинсам и брюкам на Земле и считала, что удобней одежды для езды на дальние дистанции ещё не придумали. Приятельница настаивала на платьях, но потом сдалась. Подействовал мой аргумент: критически осмотрев жену эльфа, я заметила, что такие красивые ноги, как у неё, грех прятать под юбками. Эльза расцвела майской розой и утром последовала моему примеру. Теперь же, во время остановок на постоялых дворах, она шагала, словно королева, видимо, позволяя каждому представителю мужского рода оценить прелесть её ножек.

Вот и сейчас, выйдя из кареты перед очередной корчмой, жена эльфа уверенно направилась к двери заведения. Чёрные сапожки на невысоком каблуке цокали по каменным плитам, и я порадовалась, что снег в этой местности выпадает редко и лежит недолго: вряд ли Эльза добилась бы такого эффекта, передвигаясь по заснеженной дороге. А так, открыв дверь и со звуком появившись в на удивление полном заведении, она мгновенно привлекла к себе внимание всех находившихся там мужчин, включая четверых красавцев эльфов, сидевших за столом недалеко от входа.

— Карион, мои глаза лгут? — удивленно приподнял брови Лориан, появляясь в корчме рядом с женой. Мы с моим супругом сели за столик чуть дальше и повернулись к нашим спутникам, заинтересовавшись сценой.

Один из эльфов, высокий хрупкий юноша, довольно улыбнулся и поднялся навстречу другу Димирия.

— Не ожидал встретить тебя здесь. Ты к нам? Надолго?

— Думаю, на месяц, не больше, — пожал плечами Лориан.

Эльза, осознав, что на неё больше никто не смотрит, недовольно нахмурилась и молча направилась к нам.

Перебросившись с незнакомым мне эльфом еще парой фраз, Лориан наконец-то дошел до нас, сел и внимательно посмотрел на Димирия. Очень внимательно… Супруг ответил таким же взглядом. Ох уж эти тайны Мадридского двора… Через пару минут до нас добрались носитель Силы с учеником и Лидина. Заказав у служанки обед, мы молча принялись радовать желудки.

Заговорили Лориан и Димирий позже, оказавшись в карете.

— Тебе не нравится эта встреча? — не стесняясь нас с Эльзой, поинтересовался мой супруг.

Эльф покачал головой.

— Теперь, когда Дорион вернулся… Ты жен понимаешь, что его права на престол неоспоримы… А Карион старшего брата не предаст. Ридилий просто мечтал сесть на трон. Не удивлюсь, если он дни до коронации считал. Так что как бы нам не оказаться в центре заговора…

Димирий бросил взгляд на мой живот.

— Не думаю, что нам может угрожать опасность.

— Дай-то боги, — пробормотал задумчиво Лориан.

Дальше снова ехали молча. Я пыталась осмыслить ситуацию. Получается, Ридилий убрал родных Дориона, наследника престола, тот несколько лет считался погибшим, потом вернулся в большую политику «благодаря» Диару, и теперь Карион и Ридилий плетут заговор против него? Знал ли об этом раскладе князь, когда отправлял меня вместе с мужем? Если да, то на стороне кого из богов он играет? Или же его использовали «в тёмную»?

— Ох уж эти бабы, — послышался тяжёлый вздох рядом. — Не думай. Тебе вредно.

А вот и сам бог лжи пожаловал… Опять, видимо, моими руками собирается жар загребать…

— А ты как думала, Верка, — ухмыльнулся Диар. — Ты замуж хотела? Хотела. Получила? Получила. Отрабатывай!

Я даже вздрогнула от такого заявления.

— Милая, с тобой всё в порядке? — заботливо повернулся ко мне супруг.

— Да что ей сделается, дурынде этой, — раздраженно проворчал всё тот же голос.

Я кивнула:

— Да, всё хорошо. Так… Задумалась…

Вечером, остановившись на очередном постоялом дворе, мы первым делом решили вымыться. Как оказалось, страдала от грязи не только я… Мужчины отправились на улицу, в пристройку с местной баней, мы с Эльзой приказали поставить железный чан в нашей с Димирием комнате. Слуги нагрели и притащили воду, оставили чистые полотенца, места в чане оказалось достаточно, так что купались мы с приятельницей вдвоем.

— Я недавно прочитала кое-что об эльфах, — задумчиво проговорила я, тщательно вытираясь пушистым полотенцем. — Ты смогла бы быть одной из жён?

Приятельница хмыкнула и качнула головой, тоже растираясь.

— Я знаю об этой традиции, но, надеюсь, Лориан ею не воспользуется… Иначе…

Я даже брови приподняла, изображая изумление. Поборница традиций пойдет против одной из них?

— Понимаешь, Вера, ученому нужны тишина и покой. А когда в доме больше двух женщин…

— Вы его выживете, — понятливо кивнула я. Бедный эльф.

Оставив воду для Лидины, мы спустились поесть в общий зал. Там уже набивали животы наши мужья и носители Силы. Ужин подходил к концу, когда Эльза вдруг ойкнула и судорожно сжала ложку побелевшими пальцами, испуганно уставившись на входную дверь. Я сидела напротив приятельницы и к тому моменту, когда смогла повернуться, все мужчины, находившиеся в зале, были уже на ногах. Большинство вытаскивало оружие, собираясь применить его против нового гостя. В дверном проеме, впуская холодный воздух в жарко натопленное помещение, стояла огромная тёмно-зелёная туша.

— Тролль, — пробормотала поражённо жена эльфа. — Тролль… Боги… Откуда он здесь?

Димирий и Лориан, как утончённые учёные, в драке были бесполезны, а только что вымывшаяся Лидина, наоборот, стоила их обоих, поэтому мужья отправились охранять нас в спальне, меж тем как телохранительница готова была принять бой.

— И что это может значить? — хмуро поинтересовался эльф у пространства, сидя на стуле в одной из спален. — Тролль рядом с землями эльфов. Кто бы мне подобное сказал еще полчаса назад — не поверил бы!

— Кто это? — не выдержала недостатка информации я. — Тролли — они кто? Животные? Разумные существа? Нечисть?

— Полуразумная нечисть, — повел плечом Димирий. — Обитают в Пустынных Землях, глупы, плохо обучаемы, агрессивны. Были выведены носителями Силы как помощники, но подчинялись хозяевам с трудом. Поэтому ту пару-тройку десятков полученных экземпляров отправили под купол к отступникам, там эта нечисть прижилась и расплодилась. Но вот как они выбрались наружу?

— Портал, — качнул головой Лориан. — Никакой другой возможности нет. Если это не разовая диверсия, то мы можем вскоре ожидать и другие сюрпризы…

Внизу раздался грохот, затем — крик. Похоже — мужской. Шум и гам раздавались ещё несколько минут, затем все стихло. Спустя какое-то время в дверь постучали — Лидина спешила сообщить работодателям, что нечисть повержена.

Уснули мы поздно, но спали спокойно и проснулись относительно выспавшиеся.

Утром я рассчитывала увидеть убитого тролля во дворе или где-нибудь поблизости, но увы…

— Его не стали убивать, — подивившись моей кровожадности, объяснил Димирий, когда мы вновь отправились в путь. — Хозяин постоялого двора упросил носителей Силы немного поработать с этой нечистью. Вряд ли тролль станет более послушным, но это не наша уже проблема.

— Так его оставили на постоялом дворе в качестве бесплатной рабочей силы? — удивилась я. — Он же опасен.

— Не более, чем любое дикое животное, тем более, Лиринос с помощником собирались опробовать на нем новые заклинания, делающие это существо способней к обучению.

«Благими намерениями…», — вспомнила я высказывание, но спорить с мужем не стала.

Этот день мы провели без нервов, вечером снова вымылись, так как завтра утром предстояло встречаться с делегацией эльфов, отправленной нам навстречу, и уснули со спокойной душой. Мы с супругом были слишком вымотаны, и морально, и физически, чтобы даже думать о сексе, а вот нежности я вдруг захотела: повернулась к мужу, положила голову ему на плечо, прижалась к становившемуся родным человеку. Он если и удивился моему «приступу», виду не подал, обнял меня здоровой рукой. Так и уснули, обнявшись.

Утром я проснулась от землетрясения. Несколько секунд пыталась сообразить, что происходит, потом услышала сонный голос уже одевавшегося Димирия:

— Не выходи из комнаты.

Через пару минут ко мне присоединилась перепуганная Эльза.

— Может, хоть ты объяснишь мне, что происходит? — вздохнула я.

— Горгульи! — на одном дыхании выдала приятельница, — нас атаковали горгульи!

Каждый любитель мифологии и фэнтези на Земле скажет, что горгульи — это некоторые подобия драконов, статуями украшающие замки, соборы и прочие архитектурные сооружения. Естественно, во мне взыграло любопытство, и я, под сдавленный писк Эльзы, направилась к занавешенному занавесками окну. Храбро выглянула наружу, вспомнила вслух всех дальних и ближних родичей и резко отпрянула за занавеску. В небе действительно летало нечто, отдаленно похожее на отпрысков дракона, если бы тот решил согрешить с крокодилом. Огромные, на мой взгляд, тёмно-серые туши, украшенные гребнями на спине и постоянно показывавшие клыки длиной в два-три моих пальца, раз за разом испускали визгливые крики и тараном неслись или вниз, на пытавшихся сбить их оружием или магией мужчин, или прямиком на здание. Именно от столкновения с такими чудищами постоялый двор и вздрагивал, будто от землетрясения.

— М-да… Зоопарк, однако, — задумчиво пробормотала я, добравшись до кровати и сев рядом с Эльзой. — Надолго эта великая битва?

— Пока всех не уничтожат, — последовал логичный ответ. — Если бы тут было больше носителей Силы, все получилось бы намного быстрее. А так… Часа два, думаю.

Я мысленно присвистнула. Кто-то из богов, похоже, решил, что приз в Играх ему важней, чем Диару. Знать бы еще. Кому конкретно мы обязаны за это развлечение… Хотя, с другой стороны, что мне даст это знание?

— Эльза, а эти «птички»… Они тоже из-под купола? И тоже полуразумные?

— Из-под купола, но неразумные, как обычные животные, — ответила приятельница.

Закончилось всё намного быстрее, чем предсказывала моя собеседница. Примерно через час с небольшим дверь в комнату открылась, и Димирий сообщил, что мы можем завтракать и ехать.

Есть мне особо не хотелось, ещё бы, адреналин до сих пор в венах бродил, как старое вино… Но местную кашу все же пришлось пожевать — следующая остановка ожидалась только через два часа, уже у эльфов.

Глава 17

Земля эльфов, на мой взгляд, практически ничем не отличалась от земли людей. Встретившие нас эльфы, важные высокие мужчины вы тёмно-коричневых костюмах, тоже ничем, кроме формы ушей, от людей не отличались. Мы с Эльзой, естественно, остались в карете, а вот Димирий и Лориан вышли навстречу пяти всадникам.

— Здесь очень красиво весной и осенью, — вздохнула приятельница, когда мы остались одни, — всё утопает в цветах. А ароматы! Божественные! Я бы с удовольствием перебралась сюда насовсем…

— Лориан против? — понимающе спросила я.

Моя собеседница грустно кивнула.

— Служба в княжеском сыске и расшифровка рукописей для него важнее… А я… Знаешь, Вера, я хочу, чтобы наши дети росли подальше от дворцовых интриг!

— Дети? — пропустила я мимо ушей высокопарный пассаж об интригах. — Ты же не беременна.

— Буду. Когда-нибудь. Думать об этом надо уже сейчас…

Наше общение прервало возвращение мужчин. Дальше ехали молча. Поездка в сочетании с приключениями довольно сильно меня утомила, потому и ехала я, откинувшись на подушки, уложенные под спину и голову, не обращая ни малейшего внимания на проплывавший за окном пейзаж. Минут через двадцать наше передвижное средство остановилось.

— Приехали, — как-то совсем нерадостно вздохнул Лориан.

Столица эльфов, Рианерол, не могла похвастаться многоэтажными зданиями. Выше двух этажей здесь никто домов не стоил. Сами здания, сложенные из дерева или серого камня, казались созданными на века, настолько солидным был их вид. Нас четверых поселили в двухэтажном доме советника эльфийского правителя. Оставив меня и Эльзу на попечении слуг, Димирий и Лориан вместе с тем самым советником, одним из встречавших нас эльфов, направились засвидетельствовать своё почтение местному монарху.

Пока мужья занимались государственными делами, их жёны вымылись с помощью служанок и с удовольствием пообедали.

— Хорошо, — пробормотала с блаженной улыбкой Эльза, наслаждаясь чашкой зеленого чая с пирожным. — Вера, прекрати. От одной порции сладкого с тобой ничего не сделается.

— И так уже на три килограмма поправилась, — я упрямо цедила пустой чай.

— Вот что за глупости, а? Портниха тебе наряды с запасом шила.

— При чем тут наряды? Эльза, я с роду такой толстой не была…

— Вот родишь, тогда и начнешь худеть, — фыркнула собеседница. — Нашла, от чего отказываться. И вообще, на торжественном обеде будет гораздо больше искушений!

— Ещё и торжественный обед, — возвела я очи горе. — И когда?

— Ну… По идее, сегодня-завтра мы отдыхаем и отсыпаемся, а послезавтра, скорей всего, придется отправляться в гости к отцу Лориана.

— Какое счастье, — саркастически пробормотала я. — Интересно, что случится там: тролли, горгульи, или кто-то новенький появится?

— Издеваешься? — с подозрением уточнила приятельница.

— Язвлю. Эльза, с моим счастьем только на торжественных обедах появляться. Ты забыла, что я — игрок Диара?

— И? — недоуменно поинтересовалась собеседница. — Ты правда уверена, что без тебя все пройдет гладко? А если цель не ты, а, например, Димирий? Вы ведь семейная пара. Ударь по одному — подставишь второго. В общем, не говори глупости и не выдумывай отговорки. А пирожные, между прочим, вкусные.

Соблазнительница… Рука сама потянулась к воздушной сладости.

Забеременев, я неожиданно для себя обнаружила, что стала сентиментальней. Раньше, читая о рыдающих над концовкой книги или фильма дамах, лишь удивленно приподнимала брови. Теперь… Нет, рыдать я еще не была готова. Но свои чувства проявляла намного чаще…

— Что нового? — едва муж появился в нашей спальне, я прильнула я к нему, желая нежности и ласки. Причем прекрасно понимала, что если бы не неожиданно появившаяся нечисть, данный порыв я, скорее всего, сдержала бы. А так… Слишком много нервов было потрачено за время путешествия…

Мужская рука погладила меня по плечу. Димирий тяжело вздохнул, так же, как вздыхал Лориан перед появлением в этом доме.

— Нового — ничего. Хорошего — тоже. Эльфийский двор с появлением первого наследника взбудоражен. Сейчас это место не самое безопасное для беременной женщины. Была бы моя воля, ты пропустила бы все светские мероприятия. Но нельзя: Дорион тебя вспомнил и желает видеть.

— Зачем? — настроение и так было не радужным, после слов мужа оно опустилось еще ниже. «Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь» …

— Если б я знал, милая… — супруг отодвинулся, внимательно посмотрел на меня.

— Вера, всё в порядке? Ты как-то очень напряжена.

— Гормоны, — дёрнула я плечом. — Плюс скопившаяся усталость. — И неожиданно для самой себя попросила. — Поцелуй меня.

Димирий улыбнулся.

— Беременная ты стала мягче. Мне нравится это.

Ответить я не успела: мужские губы накрыли мои, и я «поплыла». Целовался супруг умело: ласкал меня языком и губами, мягко, но настойчиво, проникал внутрь и «заводил» всего лишь несколькими движениями языка. Вскоре я забыла о волнениях и тревогах, растворившись в ласках мужа… Ночь мы провели плодотворно…

— Ах, Вера, — ворвалась в мою комнату Эльза, едва мужчины отправились к эльфийскому двору. Приятельница вся светилась, глаза сияли, на губах блуждала довольная улыбка. — Я же говорила, надо было появиться здесь как можно раньше! Лориан этой ночью был таким… Нежный, ласковый, внимательный! Никогда раньше он не выказывал мне свои чувства! Это корни, не иначе!

— Что за корни? — спросонок я соображала не очень хорошо, да и мысли мои пока были заняты отнюдь не корнями…

— Его корни! Родина! Я уверена: чем дольше он тут пробудет, тем больше пользы это принесет нашему браку!

Я вспомнила хмурое лицо эльфа, слова мужа и усомнилась в уверенности приятельницы.

— Не знаешь, когда здесь кормят? — прервала я Эльзу. Мой желудок солидарно заурчал.

— Вот как ты можешь: о еде и о еде, — фыркнула обиженная приятельница.

Почему? Не только о еде… Вспомнив ночные развлечения, я к своему удивлению почувствовала на щеках красные пятна. Вот уж не было печали, теперь я начала краснеть…

— Судя по всему, хорошо ночью было не только мне, — лукаво улыбнулась Эльза и вызвала прислугу.

До конца дня мы готовились к завтрашнему празднеству: молоденькие служанки, эльфиечки из низших слоев населения, мыли, драили, кормили нас. Ближе к вечеру девушки развернули наши платья, нарядили в них и меня, и Эльзу, досконально всё осмотрели, мы тоже полюбовались на себя в зеркалах, удостоверились, что на следующий день будем блистать, и отправились к любимым мужьям в отличном расположении духа.

Ночью мне приснилась умопомрачительно красивая женщина. Среднего роста, статная, фигуристая. С золотыми волосами и пухлыми губами, она несколько минут внимательно рассматривала меня, потом качнула головой.

— Не верь эльфам. И уж лучше бы ты выбрала дракона. Проблем было бы меньше.

После такого заявления странная гостья исчезла, а я проснулась.

Окно было плотно зашторено, понять время суток я не могла, рядом беспечно сопел муж, мне же не оставалось ничего иного, как лежать и бездумно смотреть в темноту. Кто и зачем ко мне приходил? Богиня? Её прислужница? А есть ли такие в этом мире? Или… Мысли начали путаться, я уплыла в царство Морфея.

— Золотые волосы? — удивленно приподняла брови Эльза, когда я утром поведала ей о своем сне. — Обычно на картинах так изображают Вирану, богиню жизни и смерти.

Потрясающе. Только этой могущественной богини мне и не хватало…

— И что ей от меня нужно? Очередной игрок?

Приятельница пожала плечами.

— Понятия не имею. Если Вирана играет, то приз должен быть действительно серьезным.

Все оставшееся до торжественного мероприятия время я провела, раздумывая над словами приснившейся женщины. Почему нельзя верить эльфам? Что за проблемы и у кого появились, когда я дала понять, что лорд Шаринас меня не интересует? И наконец, кто вообще ко мне приходил? Действительно богиня? Или кто-то надел ее личину? Вопросы, вопросы…

Платье Эльзы, вкупе с семейными украшениями Лориана, сделало из обычной эльфийской супруги этакую королеву. На голове у приятельницы красовалась золотая диадема с бриллиантами. Искусно уложенные в косы волосы под диадемой делали прическу пышной и добавляли величественности хрупкой женской фигурке. Изящная миниатюрная бабочка покоилась в ложбинке между грудями, а относительно глубокий вырез так и призывал насладиться видом, сокрытым под платьем. Сам цвет наряда, лиловый, на мой взгляд, приятельнице не очень подходил, но уж точно позволил бы выделиться из толпы: вряд ли кто-нибудь из высокородных эльфиек решил бы пожаловать на ужин в наряде подобного цвета. Узкая, обтягивающая юбка позволяла рассмотреть тонкие ножки Эльзы, а высокие каблуки белоснежных туфель добавляли сантиметров.

Мое платье тоже привлекало внимание и цветом, и фасоном. Светло-салатовое, с неприличным, на мой взгляд, вырезом, тоже демонстрировавшим ложбинку, высокой талией, узким лифом, открытыми руками и юбкой длиной чуть выше середины щиколотки. К такому наряду я надела гарнитур с изумрудами: золотой обруч, колье и перстни — и теперь казалась сама себе ювелирной лавкой. Зато, слава всем богам, обошлась без каблуков, обув лодочки. Правильно, не с моим уже округлившимся животом выхаживать на высокой обуви…

Пока приятельница терпела издевательства над свои лицом, называемые почему-то макияжем, я, отказавшаяся от такой радости, рассматривала в окно город.

— Что ты там хочешь увидеть? — подала из кресла голос Эльза.

— Сравниваю со столицей княжества, — задумчиво ответила я.

— И как? — иронически поинтересовалась приятельница.

— Все то же самое, — вздохнула я. — Только дома пониже…

Да, я была разочарована. Начитавшись фэнтезийных романов о надменных эльфах, живущих на деревьях, я сейчас наблюдала совершенно обычный город и таких же обычных жителей. Надменность? Да, она присутствовала. По отношению к тем, кто стоял ниже на социальной лестнице. Но граф эльфийский графу человеческому считался ровней. Деревья были, а как же. Но, как и в княжестве, использовались они исключительно для озеленения. Жить на них никто не собирался. В общем, я чувствовала разочарование…

Карета нашего гостеприимного хозяина работала исправно: целых четыре дома до дворца правителя, и мы на месте. Спрашивать, почему нельзя было пройти эти метры, я не стала: не по статусу. Вот толпиться у дверей эльфийского правителя — это по статусу. А сделать несколько шагов — нет. Аристократы, что с них возьмёшь…

Обед — не бал, а значит, сама обстановка должна быть проще, спокойней, не такой торжественной…

Так я думала, пока не зашла во дворец. Да, до княжеской помпезности местному правителю далеко, но живые цветы, сплетенные в венки, ленты и различные фигуры и развешанные по всему периметру комнат меня впечатлили. Сразу захотелось поинтересоваться, какие оранжереи поверглись нещадному разграблению.

Усадили нас рядом с его величеством Лианором и его семьёй. Не всей, конечно: гостей приветствовали сам Лианор, его супруга Зариана, наследник Дорион и любимица короля, его дочь принцесса Кирана.

Все четверо, облаченные в одежду ярко-оранжевого цвета, казались куклами, повинующимися тайному кукловоду, настолько искусственными выглядели их жесты и мимика. В лучшую сторону отличался только Дорион, и то ненамного.

Пока мужчины общались на политические и экономические темы, женщины молча хлопали ресницами, не влезая в разговор. Потом общение стало общим, и принцесса Кирана, пользуясь случаем, поинтересовалась у меня:

— Вам не было страшно путешествовать на таком сроке, Вера?

— До встречи с троллем — нет, ваше высочество, — ответила я. Муж еще утром предупредил, что слухами земля полнится, и о нашем неожиданном «знакомстве» с нечистью уже болтали при дворе. Тем не менее, дамы привычно заохали. А вот Дорион, как-то странно усмехнувшись, поинтересовался:

— Неужели ваш божественный покровитель оставил вас без защиты, Вера? Или он решил пожертвовать вами ради другой фигуры?

Ответить я не успела: со стола в ту же секунду полетели столовые приборы. Все. Как будто кто-то сметал их одной большой лапой. Следом — бокалы и бутылки со спиртным. Похоже, Диару подобное заявление пришлось не по нраву.

Эльфийки побледнели, эльфы нахмурились.

Следующие несколько минут слуги убирали беспорядок, а король уверял капризное божество, что его наследник не имел в виду ничего дурного. Сам Дорион сидел с надменной улыбкой, как бы говоря: «Ничего ты мне не сделаешь. Я тебе нужен в этой дурацкой Игре».

Закончилось мероприятие скомкано. Я наивно полагала, что теперь можно отправляться домой, однако весь высший свет перешел в соседний зал, огромную вместительную комнату, с теми же живыми цветами в качестве украшений. Помимо них, в помещении находились диваны, софы, журнальные столики. Народ расселся по местам, завязался неформальный разговор. Я очутилась за столом вместе с королевой, принцессой и наследником.

— Ах, Вера, — картинно вздохнула Зариана, поправляя идеальную причёску, — наверное, это ужасно — знать, что полностью зависишь от божественной прихоти!

— Да, Ваше Величество, — не могла не согласиться я. — Особенно когда просыпаешься на вершине башни в Пустынных Землях.

Принц насторожился, дамы, как по команде, испуганно охнули.

— Но ведь оттуда никто никогда не возвращался! Гиблое место! — Кирана закатила глаза, старательно изображая из себя дурочку. Вот только её умные глаза говорили об обратном. — Как же вы выжили там?

— Пара-тройка дней — не очень большой срок, Ваше Высочество. Как только я выполнила задание бога, он вернул меня домой.

Судя по кривой усмешке принца, уже знавшего об этом эпизоде моей жизни, он догадывался, какое конкретно задание я выполнила. Осталось только понять, откуда, и почему проявилась такая непонятная реакция.

Расспрашивать меня о тайной миссии не стали, перевели разговор на новости из столицы. Я поведала о картинной галерее баронессы и том успехе, который свалился на ее милость, и также сообщила, что Агнесса собирается открыть публичный театр. О своей роли в обоих случаях я скромно умолчала.

У ее высочества загорелись глаза, королева только вздохнула.

— Всё же у вас, в княжестве, порядки попроще. Не могу себе представить подобное здесь. Ходить в брюках, да еще на людях… Владеть салоном и открывать театр… Князь слишком много свободы дает вашим женщинам.

И вроде как произнесено это было осуждающе, вот только мне почему-то послышалась в голосе ее величества зависть.

До конца вечера никаких неприятностей больше не случалось. Домой мы все четверо вернулись поздно, в относительно благодушном настроении. Утром Лориан и Димирий вновь отправились во дворец, но на этот раз вернулись уже к обеду.

— Девушки, — обратился к нам с Эльзой мой супруг, сидя за обеденным столом, — кто и что рассказывал вчера о жизни в княжестве?

Мы с приятельницей недоуменно переглянулись.

— Что-то случилось? — удивленно спросила я.

— Да как сказать, — ответил на этот раз эльф, пристально изучая армил, налитый в его бокал. — Моя сестра почему-то поменяла свое решение и заявила о желании выйти замуж за приемного сына князя.

Несколько секунд я пыталась сообразить, как связаны действия принцессы и вопрос Димирия.

— То есть это посольство с целью сватовства, и до вчерашнего вечера принцесса не хотела замуж, правильно? — уточнила я, дождалась кивка мужа и хмыкнула. — Тогда дело во мне. Я «совратила» ее высочество рассказами и свободном ношении брюк и картинной галерее.

Теперь замолчали, обдумывая сказанное, мужчины.

— Похоже, мы изначально делали акцент не на том, — задумчиво пробормотал Димирий. — нужно было не о будущем князе рассказывать, а образ жизни женщин описывать…

Звонким колокольчиком по комнате разлился веселый смех Эльзы.

— Ну Вера! Это надо же было догадаться упомянуть Агнессу!

Я только плечами пожала. А в груди поселилось нехорошее предчувствие. Как бы не аукнулись мне эти речи о начальной ступени эмансипации женщин. Еще дамских волнений в княжестве не хватало. Ведь принцесса вполне может встать во главе этих «бунтовщиков в юбках» и потребовать больше свобод. Мужчины здесь к подобным речам не привычны. Поди предугадай, во что всё может вылиться…

— Верка! — громыхнул рядом знакомый голос, — дурында, хватит себя накручивать! О ребенке подумай! Вот родишь, тогда и будешь о государстве печься. А пока расслабилась и начала есть! Кому сказал?! Мне наследник здоровый нужен!

Прекрасно, теперь у меня и личная нянька появилась…

Со стола упал нож. Мой, между прочим, до этого спокойно лежавший возле моей же тарелки.

Димирий удивленно приподнял брови.

— Милая, чем ты снова разозлила Диара?

И вот что ответить им обоим?!

Выехали обратно мы через два дня. Принцесса отправилась с нами, сопровождаемая каретами со слугами и имуществом. Молодой красавице, утонченной черноокой эльфийке было скучно ехать в одиночестве в собственной карете. В самом деле, разве две компаньонки и три служанки — достойное общество для именитой путешественницы? Вот то-то и оно. Поэтому уже через два часа после начала поездки наш каретный поезд остановился, и ее высочество поменялась местами с нашими супругами. Их желания, как и нашего с Эльзой, естественно, никто не спрашивал. Спорить с принцессой, естественно, Димирий и Лориан не стали. Так что нам с приятельницей пришлось развлекать Кирану до самого постоялого двора. Впрочем, развлекала, как и стоило того ожидать, я, Эльза лишь изредка подавала со своего места те или иные реплики. Я же, тщательно фильтруя информацию, рассказывала о жизни на Земле, попадании сюда, привыкании к новому миру и прочих «приключениях». Слушала наша спутница внимательно, всё сказанное впитывала, как губка, и у меня возникло серьезное подозрение, что по прибытии на место принцесса начнет диктовать своему избраннику свои условия. Впрочем, это уже было не мое дело. Об Агнессе и ее образе жизни я Кирану просветила, так что спокойно могла умыть руки и в случае чего с чистой душой свались всё на баронессу. Мол, это общение с данной дамой так портит характер ее высочества.

Первый день прошёл спокойно: мы пообедали в корчме, переночевали на постоялом дворе и готовились отправляться в дорогу, надеясь, что никаких неприятностей в дороге не ожидается. Кирана с любопытством осматривалась в новых местах. Как потом объяснил мне Димирий, девочек-эльфиек растят в строгости, не давая им ни малейшей свободы, так что в подобных местах нареченная княжеского сына ни разу не бывала.

Утро второго дня началось с шума под окном.

— Опять горгульи? — спросонок буркнула я.

Заспанный супруг вылез из-под одеяла, добрался до окна и ответил:

— Боюсь, что хуже. Псы взбесились. Явно чувствуют что-то. Придется повременить с отъездом.

Димирий в очередной раз оказался прав: мы всей компанией как раз заканчивали неспешно доедать завтрак, когда по подоконнику на улице застучали первые капли.

— Тёмно-зелёный дождь, первый раз встречаю такое погодное явление. Явно в вашу честь, Ваше Высочество, — подначил сестру Лориан.

Кирана, не отвечая, словно зачарованная, смотрела во двор. Действительно, картина впечатляла: зелёные потоки воды обрушились на небольшой постоялый двор, будто пытаясь затопить его или снести в один из океанов этого мира. Капли падали одна за другой, оставляя на подоконнике снаружи тёмно- зелёные разводы. Этакий радиационный дождь.

Глядя на разгулявшуюся стихию за окном, я почему-то вспомнила, как мы с Дашкой однажды, будучи у бабушки в деревне, попали под такой же ливень, прибежали, мокрые и хохочущие во все горло домой, а тётка Клава, наша соседка, сидевшая тогда у нас в гостях, поджав губы, высказывала, мол, нехорошо взрослым девкам в платьях в облипочку бегать, пацанов в грех вводить. Надо было переждать непогоду где-нибудь и только потом домой заявляться, а не выставлять напоказ свои телеса. Мы послушно кивали, пропуская нотацию мимо ушей, сушили волосы и радовались жизни. Да, тогда всё казалось простым и понятным…

Ливень продолжался четыре часа. Вроде и не очень много, но Димирий был недоволен задержкой. Наконец, когда распогодилось, мы, старательно обходя многочисленные глубокие лужи, цветом напоминавшие застоялое болото, добрались до карет и отправились в дорогу.

Очередная корчма, наш пункт отдыха, встретила нас неласково: развороченным зданием, трупами вокруг и полной тишиной.

— Тролль, — нехорошо прищурился Лориан. — Говорили же хозяину: не нужно было его оставлять в живых. Где теперь эту нечисть искать? Не дай боги в столицу отправится!

Димирий покосился на меня и ничего не ответил. Отдых пришлось отложить, вернее, отдыхали мы в каретах.

Из-за сбившегося графика до постоялого двора до темноты добраться не удалось. Муж рассчитывал заночевать в той самой корчме, теперь же пришлось останавливаться на ночлег под открытым небом. Да, раньше здесь было безопасно, да, с нами ехал маг Силы, но и у меня, и у Димирия в груди появился ком нехорошего предчувствия. Что-то должно было случиться. Что-то очень нехорошее…

Глава 18

Как оказалось, сиденья у местных карет раскладывались так же, как и у земных автомобилей. Столик отодвигался в дальний угол, остальное место занимали самодельные диваны. На ночь, не слушая возражений принцессы, Димирий и Лориан отправились с женами каждый в отдельную карету, ее высочеству предстояло спать с Лидиной и компаньонками. Причем снаружи остался дежурить один из носителей Силы. Я не понимала подобных предосторожностей, но заметила взгляды, которыми обменивались без исключения все мужчины в отряде. В этих взглядах читались настороженность и напряжение.

Несмотря на дурные предчувствия, заснули мы все спокойно. Мне снилось что-то приятное, даже с эротическим оттенком. Кто-то ласкал меня во сне, я постанывала от наслаждения и пыталась разглядеть лицо партнера. Ласки казались незнакомыми. Супруг никогда не касался меня так, как это делал непонятный мужчина во сне, меня и радовало это, и настораживало. А потом неожиданно раздался голос, бархатный, завораживающий, зовущий меня куда-то…

— В трясину, куда ж еще, — ехидно сообщил другой голос, уже знакомый. И зов ослаб. Не исчез полностью, но стал менее сильным, я почувствовала, что могу ему противиться.

Несколько секунд мне понадобилось, чтобы проснуться. В полумраке кареты я заметила взволнованное лицо лежавшего рядом Димирия.

— Вера? Ты в порядке?

Глупый вопрос. Не могу я быть в порядке после такого сна…

— Действительно, какой там порядок, — снова вклинился в мои мысли Диар. — Её во сне чуть не поимели. Где ж тут порядок.

— Что это? — говорила я с трудом. Голос самой себе казался хриплым, как после долгого крика.

— Инкисы, они обитают в Пустынных Землях, — муж говорил напряженно. — Зеленый дождь — их предвестник. Не слушай голос.

— Зачем он зовет? — непонятная сущность пыталась перехватить контроль над моим разумом, я то и дело мотала головой, стараясь прийти в себя.

— За надом, — проворчал бог лжи. — Верка, ты как дитя маленькая.

— Инкисы питаются эмоциями, сводят свою жертву с ума, — начал пояснять муж. Женский крик за стенами кареты прервал его. Димирий нахмурился.

— Похоже, кем-то они уже смогли овладеть, — горько пробормотал он.

— И не одной, — недовольно прошипел Диар. — Муженьку скажи, он там нужен. Я тебя проконтролирую.

Последняя фраза прозвучала двусмысленно и в нынешнем нашем положении как-то зловеще. Бог лжи недовольно фыркнул, и я поспешила передать мужу слова его предка. Супруг кивнул, встал и вышел из кареты. Время тянулось долго, снаружи часто кричали, меня то и дело звал тот самый голос, но мой охранник был настороже и каждый раз отвлекал меня пошлыми или скабрезными фразами, заставляя краснеть и тем самым ослабляя мое внимание. Наконец все закончилось. Наступила тишина.

— Как в морге, — пробормотала я.

— Хуже. Как в психушке, — проворчал Диар. — Да не сиди ты истуканом. Спать ложись. Рассвет скоро.

Только сейчас я заметила, что и правда сидела, облокотившись спиной о сидение. Сна не было ни в одном глазу, слишком сильным оказалось волнение, но бог ли что-то пробормотал, и через пару секунд я уже плавала в объятиях Морфея.

Утро пришло чересчур быстро. Все поголовно члены «обоза» зевали, выворачивая челюсти. Вернувшийся в карету Димирий, так и не сомкнувший ночью глаз, рассказал, что одна компаньонка и все три служанки ее высочества сошли с ума. Чтобы привести их в порядок, нужно было вернуться в эльфийскую столицу. Лориан и Кирана приняли решение отправить пострадавших вместе с пятью охранниками принцессы назад, мы же должны были продолжить путешествие. Сегодня вечером или завтра утром Димирий планировал въехать в столицу княжества.

Сонные, раздраженные, через пару-тройку часов мы добрались до первой встречной корчмы и улеглись спать.

Проснулись поздно, за окном уже темнело, Димирий недовольно покачал головой и принял решение переночевать здесь. Ужин нам всем принесли в комнаты: ночное происшествие до сих пор сказывалось, у многих нервы были на пределе, Киране и нам с Эльзой хотелось тишины и покоя.

Кашу-размазню ярко-оранжевого цвета вместе с вареным мясом местной свиньи я ела нехотя. Если бы не ребенок, наверное, с удовольствием поголодала бы…

— Что это было, прошлой ночью? — уже лёжа с супругом в постели, спросила я.

— Инкисы? — мужская рука погладила меня по волосам. — Низжие сущности, питаются эмоциями, в основном — жеенскими. Мужчины к их зову практически невосприимчивы. Разве только такие как Торн, впечатлительные мальчишки, могут пострадать. А женщины… Тут к каждой подбирается свой ключик. Инкисы тонко чувствуют, чего сильно хочет или боится женщина, и играют на этом.

Я вспомнила свой сон и порадовалась, что в темноте не видно было красных пятен на моих щеках. Не знаю, как насчет страхов, и вот мужских ласк хотелось, чистая правда, причет того, что давал мне супруг, явно не хватало.

— И как от них защититься?

— В этом случает нужно присутствие близкого мужчины или носителя Силы, — Димирий устало откинулся на подушки. — Ну или бога. Диар послужил отличным защитником. Лориан охранял Эльзу. Киране и Лидине помогали носители Силы. Нам же с охранниками оставалось только сдерживать потерявших разум эльфиек. — И сразу, без перехода. — Расскажешь, что тебе снилось?

Я покраснела ещё раз.

— Секс.

— На этом сроке уже нельзя, — муж, слава всем богам, понял мое откровение по-своему.

— Понимаю, — вздохнула я, — но ничего не могу поделать с подсознанием.

Следующие полчаса я объясняла Димирию основы теорий Фрейда и Юнга. Наконец мы уснули, и эта ночь прошла спокойно.

Утром, едва позавтракав, мы пустились в путь. В Диаринис, столицу княжества, названную одним из предков супруга в честь бога лжи, мы въехали ближе к вечеру. Проводив нас с Эльзой до порога дома, наши мужья в компании принцессы отправились в княжеский дворец.

— Дома, — блаженно вздохнула приятельница, переодевшись и сидя за обеденным столом: останавливаться ради приема пищи мы не стали, поэтому последние несколько часов проделали голодными. — Да уж. Не думала я, что поездка получится такой… насыщенной… Что тебе снилось?

— Секс, — на этот раз я не краснела. С Эльзой можно было быть откровенной. — А тебе?

— Дети.

Неожиданный ответ.

— Много?

— Трое, — приятельница пожала плечами. — Сама от себя такого не ожидала. Да, Вера, готовься.

— К чему? — не поняла я.

— Ты забыла историю с галереей? Слух о твоем возвращении разнесется быстро. Завтра мы, скорее всего, сможем отдохнуть. А вот потом…

Слова Эльзы оказались пророческими. Уже через сутки в нашем доме появились первые посетительницы.

Сёстры Адилина и Амирина, графини альт Дорские, были старыми девами и считались первыми сплетницами если не во всем княжестве, то уж в его столице как минимум. Они всё и обо всех знали, ну или хотя бы догадывались.

«Представляете, милочка», — так начинала разговор одна из сестёр, и вторая тут же перехватывала нить беседы, стараясь поведать шокирующую новость первой и тем самым заслужить благодарность слушательниц.

Готовиться к приезду было равносильно подготовке к ядерному удару. Ни болезнь, и дурное настроение — не спасало ничего. Никаких отговорок. Сёстры неумолимо настигали свою добычу.

Я еще до отъезда наслушалась всякого разного об этих персонажах, потому и не особо удивилась, когда Лита рано утром сообщила, что в гостиной сидят графини альт Дорские, а Эльза спешно прихорашивается в своей комнате.

Адилина и Амирина сидели в креслах, неспешно попивали чай, манерно отставив мизинец, и цепким взглядом осматривали всё вокруг. Высокие пышные брюнетки «глубоко за тридцать», они явно не вмещались в собственные наряды и, на мой взгляд, больше всего напоминали два арбуза, неспешно дозревавшие на солнце. Мы с женой эльфа на их фоне выглядели тростинками, даже я, последнее время каждую неделю набиравшая по полкило…

Разговор, как и ожидалось, зашел о нечисти из Пустынных Земель.

— Представляете, милочка…

— По улицам столицы разгуливал самый настоящий тролль!

— Ах, мы так боялись, так боялись!

— Даже из дома не выходили!

— Но носители Силы все же его поймали!

— Избавили город от этой пакости!

Я честно высидела положенные час, потом сослалась на плохое самочувствие, свойственное беременным, и сбежала. За холст. Сестры-болтушки на фоне мрачного замка смотрелись очень органично. Этакие две горгульи в человече6ском обличии, непременно нападающие на любого, кто рискнет пройти рядом с ними.

— Здорово ты их изобразила, — заметила Эльза, увидев картину. — Прямо как живые.

— Как считаешь, Агнесса мне за них приплатит? — задумчиво спросила я.

— Вера, вот не понимаю я тебя, — качнула головой приятельница, садясь на стул рядом со мной. — Зачем тебе деньги? У тебя же есть муж. Он обязан заботиться о своей супруге!

— А еще у меня есть дракон, который спит и видит сделать из меня любовницу хотя бы на пару-тройку недель. Как считаешь, рогатый муж примет обратно загулявшую супругу?

— Мысли у тебя, — фыркнула Эльза. — Ты — мать его ребенка. Даже если изменишь ему, не по своей воле, заметь, все равно останешься членом его семьи. Так что хватит думать о заработке. Пусть об этом заботятся мужчины.

Я только плечами пожала. Незамутненное сознание жены эльфа меня уже не удивляло.

Баронесса Агнесса Ларская пожаловала в гости через три дня после моего возвращения. Забрав и оплатив несколько картин, ее светлость принялась обсуждать со мной наряды и эскизы к будущей постановке.

— Как оказалось, ее высочество, принцесса КиранА, большая поклонница театра, она навестила меня в первые дни своего пребывания здесь, — делилась баронесса, наслаждаясь горячим чаем, — и высказала несколько интересных мыслей насчет сюжета. Что, если и правда сместить акцент с мужского героя на женского? Показать главной именно жену, а не мужа?

Я представила себе реакцию высшего света, особенно мужской его части, на подобное нововведение, и мысленно застонала. Переубедить Агнессу, конечно, не получилось. Пришлось создавать те картины и эскизы, которые требовались.

Через три недели состоялась долгожданная премьера. За основу постановки мы взяли комедию Шекспира «Двенадцатая ночь, или Что угодно». Баронесса выкупила небольшой особняк неподалеку от собственного дома, набрала труппу, опытные портные подготовили наряды. Несколько раз проходили репетиции, вызвавшие шум и кривотолки в обществе. Побывав на двух таких репетициях, я поняла: нас ожидает фурор. Ну или казнь всех причастных. Что ж, я не ошиблась, насчет первого пункта так уж точно.

Трехэтажное здание с колоннами помогали освещать три носителя Силы, выкладывавшиеся по полной, именно поэтому и снаружи, и внутри театр переливался огнями, как гирлянды на новогодней ёлке.

В широком фойе неспешно бродили заинтригованные разнообразными слухами представители высшего света. Многие из них недоумённо оглядывались, пытаясь привыкнуть к новому формату представлений: как же, не камерные спектакли в особняке какого-нибудь графа или герцога, а отдельное здание, отданное под определенный род искусства.

Мы вчетвером разгуливать у всех на виду не стали, направились прямиком в княжескую ложу. Баронесса, ободрённая уверениями эльфийской принцессы в том, что семья правителя государства то и дело будет появляться на представлениях, выделила отдельную ложу для именитых гостей. Нас с Димирием и Эльзу с Лорианом позвала «в гости» та же Кирана, за сутки до спектакля приславшая приглашение.

Её высочество действительно сидела на своем месте. Её наряд, пышный, пересыпанный бриллиантами, призванный подчеркнуть достаток своей хозяйки, слепил глаза и явно выигрывал в глазах высшего света по сравнению с нашими с Эльзой скромными бархатными платьями, украшенными исключительно фамильными драгоценностями. Сидевший рядом с Кираной мужчина заставил моё сердце бешено забиться. Вот же… Знала бы, сказалась бы больной!

— Вы великолепно выглядите, Вера, — повернувшись к нам, сообщил вместо приветствия лорд, как обычно удостоив вниманием только меня из всей четверки. Рядом ощутимо напрягся Димирий.

— Благодарю, Ваше Сиятельство, — я почтительно наклонила голову.

Поздоровавшись с принцессой, мы расположились в креслах за ней и драконом.

На сцене наконец-то показались актеры, спектакль начался. Первое действие прошло относительно спокойно, народ нормально воспринял идею с переодеванием, хотя в нескольких местах все же слышались возмущенные шепотки. А потом… Потом началось второе действие… И зал взорвался негодующими криками. На сцене, в мужских брюках и явно мужской сорочке, за столом обедала графиня Оливия. Ей прислуживали молоденькие красавицы, одетые в короткие, до колен, бриджи. Ноги! Девушки показывали голые ноги! Прилюдно! Стыд и срам! Послышались хлопки сидений. Некоторые особо консервативно настроенные зрители решительно покидали это «гнездо порока». В следующих сценах Оливия то демонстрировала чересчур короткую причёску, то поворачивалась к поредевшему зрительному залу глубоким декольте, то вообще лежала в коротких шортиках на постели. И при этом у нее прослеживались явно мужские замашки! Герцог Орсино, наоборот, вышел женоподобным, скромным, зажатым, полностью попавшим под железную пяту своей будущей супруги. С каждой сценой зал пустел всё больше. Под конец остались самые стойкие, не больше двадцати человек, включая нашу четвёрку и семью баронессы.

В общем, фурор мы однозначно произвели.

— Какой интересный и необычный у вас мир, Вера, — задумчиво произнес лорд Шаринас, одним из последних покидая театр.

Слухи, слухи… На следующий день столицу лихорадило. И высший свет, и простолюдины — все обсуждали скандальную премьеру. Ко мне и к Агнессе зачастили гости. Кому-то надо было знать, кто из актрис осмелился играть развратную графиню, другие, выказывая мне своё «фи», пытались заодно выяснить, когда состоится следующий спектакль. Баронесса пожинала лавры известности.

— Представляешь, Вера, они желают познакомиться с Дираной. Малютка, конечно, не изпугливых, но вводить ее в высшее общество глупо, как считаешь?

Я кивнула. Дальняя родственница Агнессы, миленькая бесприданница, решила зарабатывать на жизнь сама, пусть и актерским мастерством. В данном мире подобный способ осуждался. А значит, связь двух женщин лучше было не афишировать.

Через три дня после премьеры к нам в дом пожаловала эльфийская принцесса. Переполошив своим неожиданным визитом и слуг, и господ, она отказалась от торжественного приема и уединилась со мной в гостиной. Киране хотелось знать как можно больше о том мире, откуда я прибыла. Я рассказывала без утайки всё, что считала нужным.

— Ваше высочество, неужели здесь настолько часто оказываются существа из других миров? Мое появление, судя по всему, никого не удивило, — заметила я между делом.

Кирана пожала оголенными плечами.

— Не особо часто. Но эти Игры… Каждый бог старается заполучить в свою команду не только сильных, но и необычных игроков. Я слышала, что однажды здесь появился даже какой-то великан. Правда, прожил он недолго…

— Интересно, каким способом нас сюда переносят? — задумчиво пробормотала я, делая очередной глоток чая из фарфоровой чашки.

Принцесса потянулась к одному из лежавших на столе пирожных, продемонстрировав глубокое декольте и округлую грудь.

— Один из таких существ оставил воспоминания, они хранятся у моего отца. Насколько я поняла, делается полный слепок личности, со всеми страхами и физическими недостатками.

Прекрасно. То есть я — клон самой себя…

Беременность протекала спокойно. Трижды появлялся носитель Силы Артон, осматривал меня, никаких отклонений не обнаруживал и, не забыв предупредить о необходимости полного покоя для беременной, исчезал до следующего раза.

Схватки начались внезапно, перепугав и Димирия, и Диара. Последний практически круглосуточно дежурил за моей спиной, то и дело отпуская ядовитые замечания. Правда, когда я за обеденным столом согнулась пополам от боли, божественный насмешник мгновенно посерьёзнел.

Через полчаса у меня принимала роды чуть ли не единственная на всё княжество носительница Силы и повитуха в одном лице. Она и убирала боль заклинаниями, и подсказывала, что и как делать, и периодически отгоняла подальше от дверей спальни жителей этого дома во главе с моим супругом. Родила я мальчика.

— Крупный и здоровый, — последовал диагноз.

В ночь после родов мне приснился сон: я стояла в большом, ярко освещенном зале, одетая в тот самый костюм, который оказался на мне в момент свадьбы. Рядом находился уже знакомый мне старичок с ехидным голосом. Напротив, на высоком троне сидел представительный, властный мужчина, высокий, плотный, с четко очерченными скулами и цепким взглядом.

— Подтверждаю, — качнул головой, якобы недовольно, незнакомец на троне, повернувшись к Диару, — ты победил. Найденный мир твой. Можешь отдавать его на откуп своим детям.

Взгляд ярко-синих глаз переместился на меня.

— Она слишком спокойная. Твои проделки?

— Хочешь, чтобы она билась тут в истерике? — приподнял бровь бог лжи.

Мужчина на троне задумчиво кивнул, пару секунд помолчал, потом сообщил мне.

— У тебя есть право на желание и вопрос.

— Кто меня проклял? — я сама не ожидала, что спрошу именно это.

Послышался тихий смешок, и перед моими глазами появился экран.

Первая картина: мы с Дашкой, мокрые после дождя, хохочем и переодеваемся дома.

— Нехорошо взрослым девкам в платьях в облипочку бегать, пацанов в грех вводить, — поджав губы, заявляет тётка Клава.

Вторая картина.

Та же соседка вечером на завалинке льстит моей сестре:

— Вот ты, Дашенька, девка справная, красавица, не то что Верка.

Дашка самодовольно хмыкает.

Экран исчезает.

— Если бы твоя сестра попыталась оспорить это заявление или защитить тебя, проклятие завистливой бабы не подействовало бы, — последовало объяснение увиденного.

И сразу же:

— Желание?

— Избавьте меня, пожалуйста, от внимания лорда Шаринаса.

Мужчины почему-то переглянулись, причем с таким видом, будто я ляпнула что-то непристойное, а они слишком хорошо воспитаны, чтобы меня поправить.

— Сложное желание, — ухмыльнулся незнакомец, затем посерьезнел и добавил. — Избавлю. На два года. Выкармливай наследника и думай, как будешь отбиваться от дракона. Он вернется за тобой ровно через два года.

Взмах рукой — и я проснулась в своей постели.

Content

Соколова Надежда
Предсказанный муж

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18