Советник

Стейси Сью

Глава первая

Практически всю ночь я провела без сна, и едва за окном забрезжил рассвет, поднялась на ноги. Вызванная служанка, в отличие от меня, была сонной и медлительной.

– Тебе лучше взбодриться, у нас много дел, – я перебирала украшения, подыскивая подходящий к платью комплект.

– Извините, ваше величество.

– Собери мои вещи, мы едем в долгое путешествие.

– Путешествие, ваше величество? – переспросила меня Дина, уверенная, что ослышалась.

– Да, – я удовлетворенно осмотрела свой внешний вид, – мы с тобой едем домой.

– Насовсем? – осторожно спросила та, застыв на месте.

– Зависит от обстоятельств, – я поднялась со стула.

Я видела, что ей хочется спросить что-то еще, но проигнорировала это любопытство. Чем меньше знает даже она, возможно, самый верный мне человек, тем лучше. Оставалось сообщить о своих планах супругу. Его они вряд ли обрадуют.

Меньше всего мне хотелось застать Галена в постели вместе с Ивет. К счастью, Вистан выяснил, что он уже встал и находился в своем кабинете. Дина собирала вещи, суетливо кидаясь из одной стороны комнаты в другую. Закончив с завтраком, я покинула покои и направилась по уже знакомому пути. По дороге мне вновь встретилось несколько советников, которые кланяясь, смотрели на меня с любопытством. Даже я понимала, что появлялась здесь слишком часто по сравнению с Изольдой, а значит, вызывала у них интерес.

В этот раз гвардейцы не стали преграждать мне путь, когда я подошла к двойным дверям. Один из них открыл их и вошел вместе со мной.

– Королева Алис, ваше величество.

Гален махнул ему рукой, призывая покинуть комнату и закрыть двери с той стороны. Как только мы остались одни, он тяжко вздохнул.

– Я управляю королевством, мне не до ежедневных женских скандалов.

Вероятно, не только я не стеснялась высказывать ему свое мнение.

– Не переживай, я лишь поставлю тебя в известность, – я сделала пару шагов, но не стала приближаться к столу, за которым он сидел. – Я уезжаю в гости к брату.

– Что? – на лице Галена застыло недоумение.

– Сегодня я отправляюсь в Эрест, ты не ослышался.

– Но… Ты не можешь! – он растерянно подыскивал слова. – Я тебе не разрешаю. Ты королева и должна быть во дворце. И ты – моя жена. Ты не можешь никуда уехать, тем более в Эрест.

– Да, я королева. Поэтому вернусь к коронации.

– Нет, – похоже, Гален справился с первым потрясением, которое у него вызвали мои новости. Отодвинув свое кресло, он встал на ноги и облокотился о столешницу, подавшись вперед. – Что скажут придворные? Что королева бежит из дворца? Тем более дорога сейчас опасна. Ты никуда не поедешь! Если понадобится, я запру тебя и приставлю охрану.

– Только попробуй. Ночью я отправила брату длинное письмо о том, что еду в гости. Если я не приеду, он не даст тебе армию и будет знать, что ты плохо со мной обращаешься. И кто знает, что еще он может сделать.

– Ты блефуешь, – его глаза сверлили меня, пытаясь найти признаки лжи.

– Запри меня и узнаешь, блефую я или нет. Гонца тебе все равно уже не догнать, а значит и не узнать, было ли это письмо, и что я в нем написала. Помнится, даже ты признал, что такие как я не умеют играть в покер.

Гален был растерян. Я старалась ничем не выдать свое волнение, ведь мои слова были чистым блефом. Блефом, в котором я никогда не была сильна.

– Ты должна вернуться к коронации, – Гален признал мою победу, садясь обратно в кресло, – но если ты этого не сделаешь, я приеду за тобой сам. Даже твой брат не может отрицать священности брака.

– Я рада, что мы договорились. Не буду тебе мешать.

Покинув кабинет, я всеми силами пыталась сдержать улыбку. Получалось не очень-то хорошо.

Когда я вошла в свои покои, то застала в гостиной трех девушек, взволнованно переговаривающихся между собой.

– Ваше величество, – увидев меня, девушки тут же поднялись с дивана, делая поклон.

– Мы так взволнованны вашим приглашением, – взяла себе слово одна из них, – все было так внезапно.

Я видела в приоткрытую дверь спальни, как Дина поглядывает в сторону гостиной с любопытством, продолжая собирать вещи.

– У нас есть кое-что для вас.

Я приняла из рук одной из девушек письмо. Записка внутри была короткой.

«Я подобрала самых милых девушек, которых знаю. Рада, что вы решили воспользоваться моим советом.

Селия».

Я вновь посмотрела на своих фрейлин. Надеюсь, что они действительно будут милыми. Времени на то, чтобы заняться этим самой у меня не было. Я отправила записку Селии уже ночью, не уверенная, сумеет ли она так быстро выполнить мою просьбу, но вот, еще даже нет обеда, а в моей гостиной уже стояли три молодые девушки.

– Расскажите мне немного о себе, – я указала им на диван, сама опустившись в кресло.

Они переглянулись и первой начала говорить та, что сидела справа.

– Меня зовут Элоиза, мой отец барон Демезон, мы живем в городе и бываем во дворце во время приемов.

– А чем ты увлекаешься? –прервала я девушку, которая явно собиралась удариться в вежливые отзывы о тех приемах, на которых бывала.

– В основном вышивкой и игрой на пианино.

Девушка заметно волновалась и стеснялась смотреть на меня прямо, то и дело устремляя свой взгляд мне за плечо. У нее была такая же бледная кожа, как и у меня, отчего румянец смущения на щеках было трудно скрыть, однако у нее были золотистые волосы, а глаза нежно-голубого цвета, отчего сама она казалась, словно сотканной из воздуха.

Я перевела свой взгляд на другую девушку. Не растерявшись, та продолжила:

– Меня зовут Мария, мой отец герцог Монтельфи, мы живем недалеко от столицы, и мне нравится кататься на лошадях, хотя мой отец не поощряет этого увлечения.

Эта девушка держалась с достоинством и стеснялась куда меньше первой. У нее были русые волосы, собранные в довольно небрежную, но привлекательную прическу, и зеленые глаза, напоминавшие глаза кошки.

– Я Анна, ваше величество, – последняя из девушек смущенно улыбнулась, – мой отец лорд Холланд, наши земли находятся ближе к северу, но летнее время мы всегда проводим в столице. Я немного увлекаюсь живописью.

Последняя девушка имела темные волосы и карие глаза, довершая картину. У каждой из них была совершенно не похожая друг на друга внешность. Интересно, насколько разные они по своему характеру?

– Мне необходимы были фрейлины, поскольку я собираюсь в небольшое путешествие, – заговорила я, закончив знакомство, – понимаю, что все очень поспешно, но мы отправляемся в путь сегодня вечером. Я хочу навестить брата, но мне требуется вернуться во дворец в случае коронации, оттого такая спешка.

– Мы поможем вам скоротать время в дороге, ваше величество, – ответила мне Мария, – каждая из нас считает за честь стать вашей фрейлиной.

Другие девушки кивнули, соглашаясь с ее словами.

– Тогда вам нужно пока отправиться домой, чтобы попрощаться с семьей и подготовиться к поездке, – заявила я, поднимаясь на ноги, – скоро мы снова встретимся, и в пути у нас будет много времени, чтобы узнать друг друга ближе.

Когда фрейлины покинули комнату, я вошла в спальню, где Дина аккуратно подготавливала платья к поездке.

– Эти девушки поедут с нами, ваше величество?

Конечно же она слышала разговор из-за приоткрытых дверей.

– Да, я не могу путешествовать в одиночестве, – хотелось бы пренебречь этим правилом, но тогда мой отъезд уж точно будет похож на побег.

Я окинула взглядом разложенные на постели вещи. Никаких веселых цветов, лишь траур, который я буду носить вплоть до новой коронации, либо же возвращения Сергуна домой. И то и другое займет не меньше месяца.

– Вам пришли новые платья, заказанные королевой Фрейей. Мне упаковать их или оставить здесь?

Я обошла кровать, подходя с другой стороны, где лежали новые платья, куда более броские и изящные, чем те темные наряды, что были у меня. Лиф каждого из них был расшит кружевом или драгоценностями насыщенного черного цвета.

– А это почему здесь? – перебирая платья, я заметила на постели белье, подаренное мне лордом Бертом для соблазнения принца.

– Я не была уверена, стоит ли это упаковывать и потому пока отложила. – Ответила служанка. – Что мне с этим сделать?

Я задумчиво окинула взглядом одежду, разложенную на постели.

– Запакуй платья, я возьму их с собой.

– А… это, – служанка смущенно указала на откровенное белье, остававшееся на постели.

– И это тоже.

Отвернувшись от постели, я подошла к окну, где оставалось несколько набросков и один портрет. Я не могла взять их с собой, и если судьба набросков меня не сильно волновала, то портрет ставил в тупик. Развернув его, я посмотрела в лицо лорда Берта.

– Это тоже запаковать? – просила из-за спины Дина.

– Нет, – я смотрела в лицо советника, пытаясь понять, какая часть его лица настоящая, а где маска. Усмехающийся манипулятор или улыбающийся мужчина. – С этим я разберусь сама.

Вернув портрет на место, я оставила Дину заканчивать со сборами и покинула свои покои, чтобы подняться в детскую. Я не могла уехать, не попрощавшись с малышкой. В этот раз Изольда не спала. Улыбаясь, она лежала в своей кроватке, когда я взяла ее на руки. Кормилица вышла из комнаты, оставив нас наедине.

– Я бы взяла тебя с собой, но ты слишком мала для таких путешествий. Но я обязательно к тебе вернусь, можешь не бояться, что останешься одна.

Она улыбнулась шире. Вряд ли девочка понимала меня, но я улыбнулась ей в ответ. Заслышав за спиной шаги, я решила, что вернулась кормилица, но обернувшись увидела на пороге детской Фрейю. Насколько я знала, ее участие в жизни девочки ограничивалось лишь несколькими распоряжениями о том, чтобы о ней как следует заботились слуги.

– Вы пришли к Изольде или ко мне? – спросила я у застывшей посреди детской Фрейи. Интересно, слышала ли она, как я говорила с ребенком о своем отъезде?

– К вам обеим, – Фрейя подошла ближе и протянула руки, намереваясь забрать у меня ребенка. Нехотя я передала ей Изольду. От взгляда на нее у Фрейи не появилось улыбки на лице, но она все равно долго изучала маленькое личико.

– Больше похожа на мать, чем на отца, – наконец изрекла она и подняла глаза на меня, резко сменив тему. – Я слышала ты уезжаешь домой. Почему?

– Разве ваши шпионы этого не знают?

– Чтобы знать о твоем отъезде, не нужны шпионы. Гален распорядился подготовить экипаж и охрану. Уже все знают, что ты покидаешь дворец. Не лучший способ избавиться от соперницы и сохранить мужа. Есть только одна причина, которая может оправдать твой отъезд.

– Какая же?

Прежде чем ответить, Фрейя вернула Изольду в кроватку. Я видела, что она осторожна в своих словах, но как бы женщина не старалась быть умнее, чем она есть, без помощи лорда Берта у нее это плохо получалось.

– Ты в положении? Только это могло бы оправдать твой отъезд к брату. Там для тебя будет намного безопасней.

Гален считал, что двор решит, будто я сбегаю, Фрейя до сих пор тешила себя мыслью о наследниках, хотя вот она, ее внучка, лежит на расстоянии вытянутой руки, но ей до нее нет никакого дела.

– Единственное, что вас до сих пор интересует во мне – это наследники. Как вы поступите, если у Галена появится бастард?

Стоило быть с Фрейей куда вежливее, если я хотела наладить отношения со свекровью, а не подтолкнуть ее к Ивет, но пересилить себя было не так-то просто.

– Бастарды всего лишь бастарды, почему ты об этом спрашиваешь?

– Вы всегда были против Ивет, но сейчас он поселил ее во дворце, и вы закрыли на это глаза. Так как вы с ней поступите теперь?

– Я ее не люблю, и ты это знаешь. Она лезет туда, куда не имеет право соваться. Но Гален ее любит, и сейчас я не собираюсь портить отношения с сыном. Нам стоит смириться с ее присутствием до тех пор, пока не появится возможность избавиться от паразитки не вызывая подозрений.

Исходя из ее слов, Фрейя была всецело на моей стороне, только вот предпринимать ничего не собиралась.

– В таком случае, я подожду этого где-нибудь подальше.

Я собралась покинуть комнату, но Фрейя остановила меня, схватив за руку.

– Глупая, ты отдашь ей все без боя? Ждать не значит сдаваться. Если ты покинешь дворец, будет выглядеть так, словно она прогнала тебя из собственного дома. На твоем месте я бы осталась и укрепила свои позиции.

– К счастью вы не на моем месте, и я сама принимаю решения. Мне пора готовиться к отъезду.

Я высвободила руку и покинула детскую. Направляясь в свои покои чтобы завершить сборы, я пыталась отогнать от себя мысли о том, что Фрейя права и я совершаю ошибку.

Сомнения неотъемлемая часть перемен. Делая шаг в неизвестность, мы словно окунаемся в ледяную воду, теряя равновесие. Именно так я чувствовала себя сейчас. До тех пор, пока я не шагну в ледяную воду с головой и не вынырну обратно, не смогу узнать, к чему меня приведут эти изменения. Больше всего пугала перспектива навсегда остаться в ледяной воде.

Перед тем как покинуть свои покои я снова взяла в руки картину с изображением лорда Берта. Я долго думала о том, что хочу с ней сделать, пока не пришла к единственному решению. Взяв с письменного стола нож, я по краю отделила холст от дерева. Теперь полотно можно было взять с собой. Служанки в комнате не было, поскольку я отпустила ее собраться в дорогу, поэтому никто не заметил, как я убрала его на дно одного из сундуков, которые Дина подготовила для поездки. Спрятав картину, я села на сундук. Поначалу я хотела сжечь эту картину, но решила оставить, чтобы напоминать самой себе о том, что у лорда Берта две личности: та, которая всегда любезна и готова помочь мне и та, которая может в любой момент ударить в спину.

– Ваше величество, – в спальню вошла Дина, с удивлением посмотрев на меня, сидевшую на сундуке, – ваши фрейлины прибыли.

– Пусть остаются внизу. – Я поднялась на ноги. – Ты уже закончила сборы?

– Да, миледи.

– Хорошо, тогда нам пора в путь. Пусть фрейлинам передадут, что я скоро спущусь.

– Вам нужна моя помощь?

– Нет, я справлюсь сама. Пусть гвардейцы возьмут последний сундук.

Я ушла в ванную, чтобы освежить лицо, а когда вернулась в спальню, багажа уже не было. На кровати лежал дорожный плащ, подготовленный служанкой. Когда я протянула к нему руку, дверь открылась и вошел Гален.

– В этом дворце можно хотя бы шаг сделать, чтобы об этом не узнали окружающие? – недовольно поинтересовалась я.

– Конечно же нет, – Гален пересек комнату и забрал из моих рук плащ, предлагая помощь. – Я увидел в окно, что слуги несут твой багаж. Неужели ты думала, что я не провожу тебя?

На самом деле я думала, что он даже не отпустит меня. Я повернулась к нему спиной. Гален помог мне надеть плащ и на несколько секунд его руки задержались на моих плечах.

– Может тебе стоит подождать до утра, к чему такая спешка? Еще немного и будет закат.

Возможно, я бы и прислушалась к его словам, но мне были даны достаточно четкие инструкции: покинуть дворец как можно быстрее. К тому же, я боялась, что если останусь, за ночь Гален может передумать и все же рискнуть запереть меня в башне.

– Все готово для того, чтобы двинуться в путь. Не вижу причины откладывать отъезд.

Всем своим видом я старалась показать ему, что ни за что не передумаю. Время для сомнений осталось позади. Вместе с мужем мы покинули мои покои. Он сам взял мою руку и положил на свой локоть. Возможно, он пытался продемонстрировать всем, что у нас прекрасные отношения, и я отнюдь не сбегаю из дворца. У карет меня ждали фрейлины, рядом с которыми стояла Фрейя.

– Алис, каких приятных девушек ты выбрала для поездки, уверенна, вам будет не скучно, – она обернулась при нашем приближении. За показным восхищением угадывалось недовольство тем, что я не обратилась к ней при поиске фрейлин. Все произошло так быстро, что она даже не успела ничего предпринять и навязать мне своих шпионок.

– Ваше величество, – они дружно поклонились Галену.

– Дорогая, – Фрейя шагнула ко мне, – надеюсь, ты будешь отсутствовать недолго.

На глазах всех Фрейя заключила меня в объятья, после чего расцеловала в обе щеки и двинулась обратно во дворец. Фрейлины переглядывались, смотря на меня и Галена.

– Мы подождем вас в карете, ваше величество, – и, таинственно улыбаясь, они исчезли внутри.

Я отпустила руку Галена, собираясь последовать за ними, но он остановил меня.

– Собираешься обнять меня, как и твоя мать? – еле слышно спросила я у него, придвинувшись ближе. Присутствие девушек рядом не позволяло мне говорить слишком громко или слишком много.

Вместо ответа он положил свою руку мне на шею и, притянув к себе, поцеловал. Я не могла оттолкнуть его на глазах слуг или фрейлин, которые тихо хихикали позади. Его поцелуй отличался от тех, что он дарил мне раньше. В первый раз он был жадным, требовательным, а во второй легким и нежным. Этот был уверенным, но не грубым, его губы были теплыми и на них остался привкус мятного чая.

Отстранившись, он приблизился к моему уху, говоря тихо, чтобы нас никто не слышал.

– Береги себя.

Гален подал мне руку, помогая забраться в карету. Я испытывала противоречивые чувства. Похоже, не только у лорда Берта были две личности. Отношения с Галеном напоминали качели. В какие-то моменты он казался мне отвратительным, но порой, как сейчас, мне казалось, что нас связывает нечто большее, чем просто договорной брак. Бросая последний взгляд в окно, я улыбнулась, подумав о том, как Ивет в красках расскажут о моем прощании с Галеном.

– Гвардеец сказал мне, что до ближайшего постоялого двора мы доедем глубокой ночью, – Мария загадочно улыбнулась, – кажется, я знаю, чем мы займемся сегодня в пути.

Я оторвала свой взгляд от проносящихся мимо деревьев, прогоняя все мысли.

– Чем же? – я мало была настроена на развлечения, но разве не затем были нужны фрейлины, чтобы не позволять себе грустить.

– Мы будем рассказывать страшные истории, – понизив голос, произнесла девушка, – даже в темной спальне они не настолько страшны как в карете, движущейся через лес после захода солнца.

Элоизу похоже мало вдохновило это предложение:

– Бессонный остаток ночи после такого развлечения нам будет обеспечен. Я и без того с трудом могу уснуть на постоялом дворе.

– Мы ляжем все вместе, – возразила Анна, – а у дверей оставим дюжину гвардейцев, тогда можно ничего не бояться. Что скажете, ваше величество?

– Почему бы и нет? – я не раз развлекалась так с сестрами, и страшилки, пусть и рассказанные в темноте, уже не мешали мне заснуть.

Поначалу истории практически не пугали, но по мере того как за окном начало темнеть, страшилки стали пробирать до мурашек. Мария была права, в движущейся ночью через лес карете все ощущалось куда острее, чем в собственных покоях. Именно поэтому, когда движение внезапно прекратилось, мы замерли в испуге, поскольку именно так начиналось большинство историй, которые мы сочиняли на ходу.

– Я же говорила, что это плохая идея, – прошептала Элоиза, испугавшись больше всех.

Я различила снаружи загорающиеся факелы. Один из них оказался рядом с нашим окном, и мы невольно вскрикнули, чем напугали Вистана не меньше, чем себя.

– Ваше величество, все в порядке?

– Да, – с облегчением вымолвила я, – мы просто испугались.

То ли это тени играли на лице гвардейца, то ли губы его тронула улыбка, которую он тут же с серьезным видом согнал со своего лица.

– Боюсь, нам придется какое-то время постоять, впереди небольшая проблема.

– Ну вот, – Элоиза уже не шептала, но паники в ее голосе стало еще больше, – именно так все и начиналось.

– Что случилось? – даже у меня внутри появился маленький и липкий комочек страха.

– Впереди упало дерево.

– Именно так нападают разбойники! – не переставала паниковать Элоиза.

– Не бойтесь, миледи, на этой дороге не бывает разбойников, а даже если кто и забредет, завидев гвардию, они поспешат отсюда убраться.

– Как долго будут рубить дерево? – спокойствие Вистана передалось и мне.

– Недолго. Дерево большое, но мы ехали по этой дороге не первыми. С ним уже почти разобрались другие путники.

Внутри меня появилось подозрение. Но нет, будь это правдой, он бы мне сказал.

– Кто эти путники?

– Это лорд Берт, ваше величество.

Если что-то я и знала о лорде Берте, так это то, что на его пути не бывает случайных деревьев. Решившись, я толкнула дверцу, намереваясь покинуть карету.

– Куда вы, ваше величество? Там так темно! – в голосе Анны слышалось беспокойство. Девушке не хотелось покидать карету следом за мной, но как фрейлине ей пришлось бы это сделать.

– Я немного подышу воздухом и вернусь. – Сказала я девушкам и вышла на улицу, оглянувшись на гвардейцев. – Принесите сюда еще факелов!

У кареты стало светлее. Я видела, что девушки еще сомневаются, но следовать за мной им было страшно. Мой же страх бесследно исчез.

– Я хочу взглянуть на это дерево, – во всеуслышание заявила я, – должно быть оно просто огромное, ведь лорд Берт уехал на рассвете.

Я видела, как Мария, самая смелая из всех, поднялась, чтобы покинуть карету и пойти со мной.

– Лучше побудь с Анной и Элоизой, Мария, – остановила я девушку, – боюсь, если они останутся одни, то точно не смогут уснуть этой ночью. Я быстро вернусь.

– Хорошо, ваше величество. – Мария вернулась в карету, а я взглянула на Вистана.

Развернувшись, гвардеец повел меня по направлению к горящим факелам и стуку топоров.

Дерево действительно было огромным. Даже я понимала, что ему было непросто упасть самостоятельно. Оглядываясь, я увидела костер, разведенный в нескольких метрах от дороги. Именно там я заметила лорда Берта. Прислонившись к дереву, он наблюдал за тем, как его люди рубят толстый ствол, расчищая дорогу. Я подняла вверх руку, останавливая Вистана, и дальше двинулась одна.

– Ваше величество, – при виде меня мужчина улыбнулся, но позы своей не изменил, – не ожидал встретить вас так далеко от дворца. Куда вы направляетесь?

На моих губах невольно появилась улыбка. Он прекрасно все знал.

– Я направляюсь в гости к брату, – я приняла условия его игры, хотя вряд ли кто-то мог нас слышать.

– Значит, нам по пути, – стоя у дерева, он наблюдал, как его люди работают за моей спиной.

Я подошла вплотную, окидывая взглядом темные деревья и потрескивающий костер. На первый взгляд мы были одни.

– Я думала вы поедете по другой дороге.

– Я не настолько глуп, чтобы ехать той же дорогой, что и король, попавший в плен, – ответил мне Берт, отстраняясь от дерева.

– В таком случае нам действительно по пути, – я сделала паузу и, не удержавшись, добавила, – только вот путь этот преградило упавшее дерево.

– Вы видите преграду, леди Алис, а я вижу возможность, – он явно подтрунивал надо мной.

Я развернулась, встав рядом с ним, чтобы видеть ту же картину. Мужчины рубили топорами ствол. Работа была почти завершена, а значит, скоро мы сможем двинуться дальше.

– Если вы выехали на рассвете, то почему они так долго рубят дерево?

– Они рыцари и гвардейцы, а не дровосеки. Я позволил им сильно себя не утруждать и отдыхать как можно чаще. Кажется, за это они полюбили меня еще больше.

Я как завороженная наблюдала за развернувшейся картиной. Все это время я считала, что пройду весь путь в одиночестве. Не более суток назад, в саду, лорд Берт велел мне покинуть дворец и отправиться в гости к брату. Он обещал, что это позволит укрепить мое положение и позволит Галену пресытиться Ивет. Я не до конца понимала как, но привыкла верить советнику на слово, поскольку убедилась, что слова его редко расходятся с делом. Он объяснил, на какие рычаги надавать и что сказать, чтобы Гален не смог мне помешать покинуть дворец. И вот теперь он стоял здесь и ждал меня, а это значит, что я видела перед собой не всю картину.

– Я думала, что проделаю этот путь одна, – я сразу перешла к делу, пользуясь тем, что рядом никого не было.

– Неужели вы думали, что я брошу вас одну?

– Вы рассказали мне не весь план, – я повернулась, чтобы видеть лицо Берта, хотя в полутьме и отблесках костра было трудно что-то уловить, – вы обещали, что больше не будет недомолвок.

– Это была вынужденная мера, лишь чтобы с успехом выполнить первый акт. Чем меньше вы знали, тем меньше лгали. Мы оба понимаем, как тяжело вам дается блеф.

– И когда же я узнаю остальное?

По моему тону можно было догадаться, что для меня приемлем только одни ответ – здесь и сейчас.

– Не здесь и не сегодня. Нам нужно более уединенное место, – лорд Берт оторвался от созерцания дороги и повернулся ко мне.

– Мы будем вынуждены остановиться на одном постоялом дворе, так как продолжим сегодня путь вместе, но там мы тоже не можем говорить открыто. Делайте вид что наша встреча случайна и подыгрывайте мне.

– Как мне подыгрывать, если я не понимаю, что вы от меня хотите и какова конечная цель.

– Я хочу, чтобы начиная с завтрашнего дня, мы двинулись в путь вместе. Ваш визит к брату конечная цель, но не самая главная. Следующую ночь мы проведем не на постоялом дворе, а в имении лорда Гутлона. Вы должны произвести на него приятное впечатление, все остальное я возьму на себя.

– Что именно вы возьмете на себя? – я все еще не видела полной картины и это меня нервировало.

– Лорд Берт!

Я вздрогнула, испугавшись, но кричавший был слишком далеко, чтобы слышать, о чем мы говорим. Обернувшись, я увидела за спиной Вистана приближающегося к нам мужчину.

– Дорога расчищена! – крикнул тот, убедившись, что привлек наше внимание. Вероятно, в темноте он не имел понятия, с кем говорил советник или правильнее сказать дипломат.

– Отличная новость! – крикнул Берт.

Я так и не получили ответа на свой вопрос и момент, кажется, был упущен.

– Вам стоит вернуться в карету, – положив руку на мою талию, он подтолкнул меня вперед, вновь понижая голос, – через час будет постоялый двор, отдохните как следует, и ни о чем не тревожьтесь. Я дал слово, что сделаю все ради вашего благополучия, а вы знаете, свое слово я держу.

Я заключила с ним договор о том, что доверяю ему безоговорочно и выполняю все инструкции, однако следовать этому правилу было тяжелее, чем казалось. Бросив последний взгляд на советника, я поравнялась с Вистаном и вместе мы двинулась обратно к карете.

– Все в порядке, ваше величество? – спросил у меня гвардеец.

– Да.

Несмотря на утвердительный ответ, я не была в этом уверена.

Глава вторая

На постоялом дворе мы с фрейлинами заняли одну комнату, куда для нас перенесли вторую кровать, чтобы мы могли разместиться там вчетвером. Мария легла со мной, но если девушка смогла уснуть, то я ворочалась почти до утра, задремав совсем ненадолго. Я привыкла спать с Галеном, но присутствие другого человека, даже трех, выбивало меня из колеи. Судя по шороху и редким вздохам, не только мне было тяжело уснуть. Прикрыв глаза, я лежала, притворяясь спящей, хотя на самом деле не могла перестать думать о лорде Берте. Каждый раз как я пыталась очистить свой разум и прогнать все мысли, я все равно возвращалась к нашему разговору и пыталась разгадать его план и что еще важнее, истинные мотивы. В голове проносилось множество различных вариантов того, какую выгоду он мог искать, пользуясь моим положением, и ни один мне не нравился. Вытрясти из него правду на постоялом дворе было невозможно, но ждать удачного случая казалось невыносимо. И, что самое важное, как понять, что он вновь не утаит что-то важное?

Едва рассвело, я тихо выскользнула из постели, однако, встать меня заставили отнюдь не солнечные лучи, проникшие в комнату из-за неприкрытых штор. Тихий лязг доносился со стороны окна, и я подкралась к нему на цыпочках. Окна нашей комнаты выходили на задний двор, и сейчас я увидела там двух мужчин, дерущихся на мечах. Каждый раз как встречалась сталь, раздавался лязг, который и привлек мое внимание. Мужчины перемещались по двору отражая удары друг друга и после того как они поменялись местами я увидела, что одним из них был лорд Берт. Его вид был непривычным из-за того, что сейчас кроме брюк на нем была лишь не заправленная рубашка, свободно болтающаяся на теле. Я отпрянула за штору, испугавшись, что он увидит меня, подняв глаза вверх, но лязг мечей продолжался, и я снова выглянула в окно. Мне можно было не бояться быть обнаруженной, мужчина был так поглощен боем, что не отрывал глаз от своего соперника и его меча. Я подалась ближе к окну, забыв об осторожности. Видеть лорда Берта с мечом было странно, подобное занятие казалось для него слишком грязным. Его оружием были слова и действия, но никак не мечи. Он мастерски отражал все удары, направленные на него, словно упражнялся ежедневно. Противником советника скорее всего являлся рыцарь из его сопровождения. Резким движением Берт выбил меч из его рук и подобрал оружие с земли. Оба меча сделали изящный круг в руках мужчины.

– Ваше величество, – раздалось за моей спиной, и я испуганно отпрянула от окна, заливаясь краской. – Что вы там увидели?

Мария слезла с постели и подкралась ко мне, тоже выглядывая в окно. Остальные девушки сонно зашевелились.

– Ничего такого, – ответила я, смущенная тем, что меня подловили за столь бесстыдным подглядыванием, но Мария уже прекрасно видела все сама.

– Это ведь лорд Берт? – Марию, кажется, ничуть не смущало то, чем я занималась, более того, девушка подалась к окну ближе, наблюдая открывшуюся перед ней картину. За окном вновь раздался лязг мечей. Не удержавшись, я выглянула из-за ее плеча и увидела, что теперь мужчина дерется сразу с двумя соперниками.

– Вот это да! Не думала, что королевские советники так хорошо владеют мечом.

– Что там такое? – Анна привстала, заинтригованная тем, что мы застыли у окна.

– Мужчины дерутся на мечах, – ответила Мария и обе девушки тут же вылезли из кровати и тоже подбежали к окну. Из-за плеча Марии я наблюдала за тем, что бой с двумя соперника давался лорду Берту заметно труднее. Все мы замерли в немом созерцании, но когда один из мечей внезапно задел плечо советника, дружно вскрикнули. Я испуганно зажала рот рукой, осознав, как громко это вышло. Битва тотчас прекратилась, а лорд Берт внезапно поднял голову и посмотрел прямо на нас, бесстыдно столпившихся у окна. Девушки испуганно отпрянули, в то время как я осталась на месте, не в силах оторвать взгляд от руки советника в ожидании в любое мгновение увидеть кровь. Позади меня раздался шепот и несколько нервных смешков. Опомнившись, я тоже отступила от окна, хотя в этом уже не было никакого смысла.

– Он пострадал? – испуганно спросила Анна. – Я тотчас зажмурилась и ничего не видела.

– Я уверена, что нет, – Мария погладила девушку по плечу, – мужчины постоянно сражаются на мечах. Они умеют делать это осторожно.

Я встретила обеспокоенные взгляды девушек. Мои мысли тем временем вернулись на несколько месяцев назад, когда я подслушала разговор Галена и Берта и была застукана последним. Даже тогда это было не столь неловко, чем сейчас, хотя, казалось бы, в тот раз ситуация была более щекотливой.

– Я уверена, что все в порядке, – успокоила я то ли девушек, то ли себя, – нам нужно одеться.

Мы вызвали служанок и привели себя в порядок. Завтрак нам подали в комнату, тем самым отсрочив встречу с лордом Бертом. Я не сомневалась, что он сейчас внизу, завтракает вместе со стражей.

Мои задумчивые мысли прервал голос Анны:

– Боже, как же неловко будет столкнуться с ними внизу.

Если кому и было неловко, так это мне, девушки же толком и не были знакомы с лордом Бертом. Я решила сменить тему.

– Кто-нибудь из вас знаком с лордом Гутлоном?

– Мой отец иногда охотится с ним и мне доводилось гостить в его имении, – отозвалась Мария. Другие девушки отрицательно покачали головой.

– И каков он из себя? Расскажи мне, что он за человек?

– Он… – Мария на мгновение замолчала, подбирая слова, – он достаточно добродушный. Любит гостей, но сам редко покидает свое имение. Мне кажется, нет никого, кто мог бы плохо о нем отозваться.

– Значит, он будет не против, если вместо постоялого двора следующую ночь мы проведем у него.

Образ, нарисованный мне Марией, не помог сложить все в единую картину, к которой стремился лорд Берт. Если лорд Гутлон настолько доброжелательный человек, то в чем смысл? Мне даже не придется его очаровывать.

– Разве кто-то может быть против вашего общества, ааше величество, – Элоиза улыбнулась мне.

Действительно. Каждый будет рад увидеть в своих гостях королеву, которую коронуют не более чем через месяц, если конечно Сергуна не удастся вернуть домой. Только вот в моей голове до сих пор не укладывался мой новый статус и то, что он значил для других. Я привыкла быть принцессой, но королева – это немного пугало.

Прежде чем я смогла спросить что-то еще, в нашу дверь постучали. Элоиза подошла к ней и приоткрыла. На пороге оказался Вистан.

– Ваше величество, все готово к отъезду.

– Мы скоро спустимся, – ответила я, поднимаясь со своего места, – Вистан, следующей ночью мы остановимся в имении лорда Гутлона. Проследи, чтобы кто-нибудь отправился вперед и предупредил его о нашем приезде.

– Я передам это начальнику охраны, ваше величество, – Вистан скрылся в коридоре и вскоре послышались его торопливые шаги по лестнице.

Спустя пятнадцать минут мы тоже спустились вниз, где еще толпились мужчины. В основном это были сопровождающие лорда Берта. При нашем появлении все прервали свои разговоры и поприветствовали меня. Окинув помещение взглядом, я заметила Берта. Судя по всему, он раздавал последние указания своим людям. Я помнила, что дальнейший путь мы должны проделать вместе, а потому не торопилась покидать зал. Фрейлины за моей спиной зашептались, когда советник двинулся в нашу сторону.

– Доброе утро, ваше величество, как вам спалось?

Мне хотелось ответить честно, но под взглядом посторонних пришлось обойтись ложью.

– Хорошо, спасибо.

– Надеюсь, звуки мечей не разбудили вас?

В том, как изгибались его губы, я уже видела знакомую усмешку, замаскированную под улыбкой. Если раньше я бы поддалась на эту уловку и смутилась, то сейчас я понимала, что он хочет от меня именно этого.

– Я услышала их, когда проснулась. Как ваше плечо?

Я смело встретила взгляд Берта. Похоже, мужчине понравился мой ответ, улыбка его стала шире, а взгляд скользнул мне за спину.

– Кажется, у меня так и не было возможности быть представленным вашим фрейлинам.

Прошлой ночью он прибыл на постоялый двор раньше и наши пути не пересеклись. Его уход от темы вряд ли можно было назвать изящным, однако не представить лорда Берта девушкам после этого было бы некрасиво.

– Анна, Элоиза, Мария, это лорд Берт, дипломат Его Величества.

Я представила ему каждую девушку в отдельности, и от меня не укрылся взгляд, который бросила на советника Мария из-под полуопущенных ресниц.

– Ваше величество, – Берт вновь обратился ко мне, – позвольте сопровождать вас, пока наши пути совпадают.

Я встретила его серьезный взгляд, помня о том, что должна сделать.

«Это последний раз, когда я слепо выполняю твои указания». Дав себе эту клятву, я дала дипломату ответ.

– Не вижу причин для отказа, лорд Берт. Раз уж мы, так или иначе, едем в одном направлении.

– Благодарю за оказанную честь, миледи.

Он протянул мне раскрытую ладонь, в которую я вложила свою руку. Склонившись, он поцеловал ее и, улыбнувшись моим фрейлинам, откланялся, чтобы подготовиться к отъезду. Я подозревала, что это лишь увертка, и он давно был готов покинуть постоялый двор. К сожалению, поговорить с ним здесь наедине было невозможно.

Выходя на улицу, я еще терзалась сомнениями, не стоит ли мне на время сесть в карету к лорду Берту, чтобы прояснить недомолвки между нами. Я хочу знать его план от начала и до конца, и если он по-прежнему будет интриговать за моей спиной, наши пути разойдутся. Первоначальное отчаяние, охватившее меня во дворце, прошло, и теперь вперед выступил здравый смысл. Мне требовалась не только помощь от лорда Берта, но и его уважение. Он сам внушал мне, что я не последняя фигура в королевстве, а значит, должен отвечать за свои слова и обращаться со мной как с равной, а не как с фигурой на собственной шахматной доске.

– О чем вы задумались, ваше величество?

Я поняла что застыла, не двигаясь с места. Судя по всему, у меня был отсутствующий вид уже некоторое время, поскольку фрейлины стояли рядом и смотрели на меня с нетерпением. Взглянув на них, я поняла, что придется ждать до вечера, прежде чем я смогу поговорить с лордом Бертом без свидетелей. Как бы я не хотела сесть с ним в одну карету, это лишь раззадорит любопытство девушек и породит ненужные сплетни, которые и так могут появиться из-за того, что мы продолжим этот путь вместе. Если до Галена дойдут эти слухи, я могу застать по приезду отнюдь не радушный прием.

– О доме, – солгала я девушкам, – не терпится скорее увидеть брата и сестер.

Себе же я призналась в том, что мне так же не терпится провести хотя бы ночь в одиночестве. Я не привыкла делиться с другими своими мыслями, и общество фрейлин начинало меня утомлять. Находясь с ними, я была вынуждена следить за каждым своим жестом, словом и даже взглядом. Что ж, неплохая тренировка для будущей королевы, с которой никогда не спускают глаз.

– Со стороны лорда Берта было довольно мило предложить нас сопровождать. – Сказала Мария, когда мы уселись в карету и двинулись в путь.

Знала бы она, чем обусловлен столь «милый» на ее взгляд поступок.

– Вы хорошо его знаете, ваше величество? – спросила у меня Анна.

Я видела, что девушкам любопытно было узнать о Берте. Они бывали на приемах у короля, но вряд ли общались с ним. Насколько я заметила, лорд Берт не часто приглашал на танцы кого-то кроме членов королевской семьи, и нетрудно было догадаться почему. Фрейя обладала достаточно ревнивым характером.

– Он близкий советник короля Сергуна, и я встречалась с ним во дворце.

– Я слышала, что он сам вызвался стать дипломатом, – слова Марии удивили меня, – это очень смелый поступок, хотя мой отец считает его чистой глупостью.

Селия не зря говорила о том, что фрейлины прекрасный способ узнавать все сплетни, и сейчас я оценила это по достоинству. Отец Марии был герцогом, и ее семья имела более высокий социальный статус, чем семьи других девушек.

Я сомневалась, что Берт сам вызвался взять на себя обязанности дипломата, но судя по тому, что произошло в тронном зале, он прекрасно знал, какой должностью намеревался наградить его Гален. Что если он действительно приложил к этому руку? Но тогда у него должен был быть план, который позволит выбраться из всего этого живым и невредимым. Но слухи на то и слухи, что ты никогда не знаешь, сколько в них правды, а сколько вымысла.

– По-моему, это характеризует лорда Берта как человека верного своему королю, даже когда тот находится в плену, – неуверенно добавила Элоиза.

– А что скажете вы, ваше величество? Лорд Берт вызвался стать дипломатом, чтобы освободить короля? – Мария ждала моего ответа. Чем больше времени я проводила среди фрейлин, тем сильнее замечала, что, по крайней мере, одну из девушек Селия подбирала на свой вкус.

– Я могу лишь сказать, что если лорд Берт берется за что-то, он непременно в этом преуспеет.

Я посмотрела в окно. Понять мотивы лорда Берта было сложнее, чем решить новомодную головоломку, доставленную из другого королевства. Как бы ты над ней не бился, всегда есть деталь, для которой нет подходящего места.

Дорога казалась мне слишком длинной, даже несмотря на то, что мы занимали себя играми и разговорами. К вечеру я настолько устала от общества своих фрейлин, что готова была сесть на лошадь и поехать верхом. Я не знала, где именно находятся земли лорда Гутлона, но надеялась, что они уже близко. Когда мы свернули с главной дороги, я поняла, что наш путь на сегодня подходит к концу.

– Еще немного, и мы прибудем, – подтвердила мои подозрения Мария, выглядывая в окно. Ей уже не раз приходилось ездить этой дорогой.

Однако, вопреки радости я ощутила волнение. Я была уставшей и разбитой. Сказывалась бессонная ночь, и глаза готовы были сомкнуться. Уже несколько часов я подавляла прорывающиеся зевки. В общем, я вряд ли была похожа на девушку, способную очаровать лорда Гутлона, как того хотел Берт.

Когда наша карета дернувшись остановилась, я призвала все оставшиеся силы и облокотившись о руку гвардейца вышла наружу. Передо мной открылась прекрасная картина имения, обвитого растениями. Несмотря на приближающуюся осень, они еще цвели. У входа в имение столпились слуги, и я не сразу смогла различить хозяина, пока навстречу мне не двинулся толстенький мужчина небольшого роста. На нем была одежда, предназначенная для охоты.

– Ваше величество! – он шел ко мне, лучась таким гостеприимством, что я растерялась. Видя его широко распахнутые руки, я на мгновение испугалась, что он обнимет меня, совершенно не представляя, что мне делать в подобной ситуации, но подойдя ближе, он свел руки вместе и, остановившись в шаге от меня, поклонился.

– Какая честь, принимать вас у себя! Простите мне мой вид, я был на охоте и только вернулся, зато на ужин нас ждет нежнейший кабан, которого я сегодня поймал.

Я почувствовала, что теряюсь под потоком его слов. Ему, казалось, вовсе и не требовались мои ответы, но вот, он взял паузу, и я поняла, что мне нужно что-то сказать.

– Спасибо за радушный прием, лорд Гутлон, – рядом со мной возникли девушки, – это мои фрейлины, Мария, Анна и Элоиза.

– Кажется, одну из ваших фрейлин я прекрасно знаю, – мужчина улыбнулся Марии, – но вот остальных прекрасных дам вижу впервые, Вильгельм Гутлон, к вашим услугам.

– Вильгельм, дорогой, – из-за спины лорда показалась женщина, – девушки наверняка жутко устали, им нужно передохнуть с дороги и привести себя в порядок.

– Что же это я. Это моя леди жена Лия и наш сын Томас.

Вперед выступила женщина, приседая. У нее была тонкая талия и необыкновенно доброе лицо и, хотя я видела ее всего мгновение, во мне тут же зародилась симпатия. Сын лорда Гутлона оказался мальчиком лет десяти. Как и отец, он был одет в одежду для охоты. Поклонился он не очень умело, и был похож больше на свою мать, чем на отца.

– Приятно с вами познакомиться, – улыбнулась я и увидев, что лорд Гутлон готов вновь что-то сказать, поспешно добавила, – мы действительно немного устали.

Взглянув мне за плечо, лорд Гутлон вновь стал улыбаться шире.

– Лорд Берт! Какой неожиданный сюрприз.

Я оглянулась. Экипаж Берта остановился поодаль и покинув его, советник тут же направился к нам. На его лице застыла куда более сдержанная улыбка

– Лорд Берт повстречался нам в пути и любезно вызвался сопровождать нас, – я вновь повернулась к хозяевам.

Жена лорда Гутлона взяла все в свои руки и когда мужчины начали обмениваться любезностями, обратилась к нам.

– Позвольте показать ваши комнаты, ваше величество, миледи. Вам наверняка натерпится принять ванну и передохнуть с дороги.

Я была ей благодарна за то, что она нас увела от своего мужа, расточавшего теперь любезности перед Бертом. Что-то подсказывало мне, что из сетей лорда Гутлона порой бывает непросто выпутаться. Вместе с фрейлинами и хозяйкой мы вошли в имение, где слуги уже торопливо разбегались по комнатам, чтобы закончить свои дела.

– Мы подготовили вам четыре комнаты на втором этаже, – пояснила женщина, направляясь к лестнице, – для вас уже наполнили ванные. Ужин будет через два часа, если вы, конечно, не против, – поправила она себя, – я позаботилась, чтобы у вас было время передохнуть. Мой муж любит принимать гостей и развлекать их, но иногда забывает, что они проделали перед этим долгий путь. Сами мы редко покидаем свое имение.

Чем больше я видела и слышала, тем меньше понимала, почему лорду Берту было важно, чтобы я произвела на хозяина дома хорошее впечатление. Судя по всему, он был доброжелателен и гостеприимен, при этом, вряд ли покидал свое имение больше одного раза в год, если не реже. Таких людей при дворе считали пустышками. Их не интересовала политика и закулисные игры, они не участвовали в каждом приеме и жили в своем имении, довольствуясь тем, что имеют. Аристократы без амбиций превращались в нечто, мало похожее на самих себя. Но даже если так, провести ночь здесь было куда приятнее, чем на постоялом дворе.

Когда леди Гутлон проводила меня в отведенную комнату, я не без облегчения отказалась от общества своих фрейлин, а после того как прислуга имения помогла мне расстегнуть платье, отослала и их, отказавшись от дальнейшей помощи. Оказаться одной, и опуститься в горячую ванную, было блаженством. Теплая вода окутывала тело. Я нырнула с головой, а когда вновь оказалась над водой, перевела дыхание, чувствуя, что словно возродилась. Перекинув волосы за бортик ванной, я позволила воде стекать на пол. Прикрыв глаза, можно было наслаждаться тишиной и теми мгновениями, когда я не находилась в пути или в обществе малознакомых людей.

Я сама не заметила, как задремала, хотя показалось, что прикрыла глаза лишь на мгновение. Меня разбудило прикосновение. Открыв глаза, я увидела перед собой Дину.

– Миледи, вода холодная, – обеспокоенно заметила женщина.

Посмотрев на свои руки, я увидела, что они покрылись гусиной кожей. Вода действительно остыла.

– Сколько я проспала, – я торопливо вылезла из воды, закутываясь в халат.

– Почти два часа, я пришла, чтобы помочь вам подготовиться к ужину.

Я коснулась волос, которые оставались слегка влажными, а из-за того, что я их не расчесала, немного кудрявились.

– Тогда нужно поторопиться, не хочу, чтобы меня слишком долго ждали.

Я помнила, что ужин был запланирован через два часа. Меня вновь охватило волнение. Все это время, лежа в ванной и отдыхая, я хотела распланировать предстоящий ужин. Решить, какие темы затронуть в беседе с лордом Гутлоном и как именно мне следует его «очаровывать», но вместо этого я попросту уснула.

– Я достала для вас несколько платьев.

На кровати действительно лежали три платья.

– Какая разница, в любом случае платье будет черным, – все они для меня были одинаковыми, а траурный цвет удручал, – какое на твой взгляд самое нарядное?

– Вот это, – Дина выбрала платье, лежащее в центре.

– Тогда я надену его, – я присела у зеркала, – сделай что-нибудь с моими волосами.

Пока Дина делала мне прическу, я думала о предстоящем ужине. Лорд Гутлон проводит почти все свои время в имении и редко выезжает во дворец. Он любит охоту, но я бессильна поддержать эту тему. Было бы куда проще, если бы лорд Берт рассказал мне об этом человеке куда больше, чем только то, что я должна произвести на него хорошее впечатление. Что если я затрону тему, которая ему неприятна?

– Вы чем-то взволнованны? – служанка закончила с прической, а я так погрузилась в свои мысли, что не сразу это заметила.

– Нет, не совсем, – соврала я, поправляя макияж, пока Дина готовила выбранное мной платье. Поймав свой взгляд в зеркале, я поняла, что с этим что-то придется сделать. Я несколько раз улыбнулась, пока моя улыбка не перестала быть искусственной. Облачившись в платье, я постаралась сбросить скопившееся напряжение.

Покинув отведенную мне комнату, я направилась вниз. К моему появлению все уже собрались в общей гостиной. Осмотревшись, я заметила Элоизу рядом с леди Гутлон, хозяина дома беседующим с Анной, и лорда Берта в обществе Марии.

– Ваше величество! – хозяин имения первым заметил меня, тут же проворно вскочив с дивана, на котором сидел.

– Надеюсь, я не заставила всех долго ждать, – мой взгляд невольно тянулся к камину, где стояли Берт и Мария.

– Что вы, ваше величество, я сейчас же велю подать на стол, я рад, что вы смогли отдохнуть, – хозяин дома проворно взял колокольчик, энергично тряся его в руках.

За моей спиной появился пожилой мужчина.

– Изволите велеть подавать ужин, господин? – обратился он к своему хозяину.

– Да-да! Дамы голодны с дороги.

Я вспомнила, что в комнате была фруктовая тарелка, но я к ней так и не притронулась, занятая переживаниями, и сейчас осознала, что действительно очень голодна. С сожалением я подумала о том, что за ужином мне придется скорее говорить, чем есть.

Анна оказалась рядом со мной.

– Ваше величество, очень красивое платье и прическа.

– Спасибо, ты тоже прекрасно выглядишь, – ответила я на ее дежурный комплимент. Девушки действительно выглядели красивыми и куда менее усталыми, чем два часа назад.

– И не передать, как я счастлив, находиться сегодня в обществе стольких прекрасных дам, – тут же начал расточать комплименты лорд Гутлон.

– Ваша жена настолько красива, что вы вряд ли испытываете в этом недостаток, – я улыбнулась леди Гутлон. – А где ваш сын?

– Я подумал, что общество детей может быть для вас утомительным. Он поужинает у себя.

– Кажется, вы спутали меня с королевой Фрейей. Я не нахожу общество детей утомительным. К тому же, он молодой хозяин дома.

Пока лорд Гутлон, застыв, пытался понять, не были ли мои слова просто вежливостью, его жена улыбнулась мне и направилась к выходу из гостиной.

– Я приведу Томаса, уверена, он будет просто счастлив.

– Да-да, конечно, – лорд Гутлон не остановил свою жену.

Дворецкий, вновь появившись на пороге комнаты, известил нас, что стол накрыт.

Мы с Анной взяли лорда Гутлона под руки, и он повел нас в столовую. Я еле удержалась от желания обернуться, догадываясь, что лорду Берту досталось общество Элоизы и Марии.

Стол был накрыт так, словно лорд Гутлон хотел накормить не только нас, но и всех гвардейцев, которые приехали с нами. Я разглядела множество разнообразных блюд, над которыми слуги наверняка трудились с момента, как узнали о нашем приезде. Мой аппетит при виде этого великолепия разыгрался еще больше.

– Позвольте, ваше величество, – лорд Гутлон отодвинул для меня стул во главе стола. Я замешкалась, испытывая смущение. Внутри даже зародился порыв отказаться, но оглянувшись на гостей, я встретилась взглядом с лордом Бертом и поняла, что должна сделать.

– Благодарю, – я опустилась на выделенное мне место. Справа от меня сел хозяин дома. Не прошло и нескольких минут, как в столовую спустилась леди Гутлон. Сын шел подле нее, отчаянно краснея и смущаясь. Вместе со своей матерью они сели по левую сторону от меня. Глядя на мальчика, я поймала себя на мысли, что Изольда когда-нибудь будет такой же. Маленькой копией своих родителей.

Передо мной появилось первое блюдо, но я едва успела к нему притронуться, как за столом завязалась светская беседа.

– Надеюсь, блюда вам придутся по вкусу, ваше величество, – не преминул выразить свое беспокойство лорд Гутлон.

– О, все выглядит более чем вкусно, уверена, что так и есть.

– О застольях лорда Гутлона говорят даже в столице. Можем ли мы сегодня надеяться на ваше коронное блюдо? – лорд Берт отвлек внимание хозяина на себя, и я не упустила возможности, чтобы самой оценить еду.

– Когда вы еще не присоединились к нам, лорд Берт, я как раз сообщил дамам, что на сегодняшнем ужине подадут кабана.

– Поздравляю с успешной охотой. Поразительно, что в лесах рядом с вашим домом еще водится дичь.

– Охотник всегда найдет добычу, вам ли не знать об этом лорд Берт.

Я с удивлением взглянула на лорда Гутлона, уловив в его словах двойной смысл.

– Вы тоже любите охоту, лорд Берт? – спросила Мария, присоединяясь к разговору.

– В некотором роде да, – ответил советник с полуулыбкой, – но не на кабанов.

«И не на дичь» – подумала я.

Я не могла понять, как лорд Гутлон относится к Берту. Он оказал ему радушный прием, но судя по всему, его удостаивался каждый гость. Небольшая колкость в сторону советника давала понять, что хозяин дома прекрасно знает как о его слабостях к интригам, так и о любви к манипуляциям. Он это одобрял? Или осуждал?

– А как вы относитесь к охоте, ваше величество? – спросила у меня хозяйка дома, сглаживая беседу, которая вошла не в то русло.

Невольно я поймала себя на мысли, что готова улыбнуться и спросить у нее, какую именно охоту она подразумевает. В отличие от лорда Берта, я скорее относилась к дичи, а не к охотникам.

– Я бы никогда не стала участвовать в чем-то подобном. Но на то это и развлечение для мужчин, женщинам в нем не место.

Я потянулась к бокалу с вином, делая глоток. Беседа плавно перешла к нашей с Галеном свадьбе. Как оказалось, на ней Гутлоны присутствовали, ведь подобное мероприятие невозможно было пропустить. Я отметила про себя, что на похоронах Изольды их не было, но не стала затрагивать этой темы. Лишь вежливо улыбалась, уклончиво отвечая на вопросы о свадьбе. День бракосочетания помнился мне расплывчато. Гости относились к тем моментам, которые полностью исчезли из памяти, вытесненные куда менее приятными моментами торжества.

– Я помню юного короля, вашего брата, – обратился ко мне лорд Гутлон, – печально, что ему так рано пришлось взвалить на свои плечи эту ношу.

– В общем-то, династию Лэрдов преследует то же проклятье, – не удержалась я. Сергун был ненамного старше моего брата, а Гален и вовсе младше.

– Ваше величество, – Берт вступил в разговор, будучи как никогда серьезен, и я испугалась, что сказала что-то не то, но его следующие слова заставили меня удивиться, – вы ведь едет к брату, чтобы вести переговоры о предоставлении армии?

Это было не так. Я лишь манипулировала армией, чтобы получить от Галена разрешение на поездку, и Берт это знал. Что же он задумал? Его подбородок плавно опустился ниже в еле уловимом кивке. Никто этого не заметил, так как все уставились на меня в ожидании ответа.

– Да. - Коротко ответила я, и уголки губ лорда Берта слегка приподнялись.

– Значит, нам все же придется вступить в войну? – обеспокоенно спросил у меня лорд Гутлон.

– Ваш покорный слуга сделает все возможное, чтобы этого не произошло, – ответил вместо меня Берт.

Я определенно не могла поддержать эту тему, поскольку ничего не смыслила в политике. О короле Айноне III ходили не самые приятные слухи. То, что Берт заставил меня лгать, не могло не злить.

– И все же, лорд Берт, вы опытный политик, – Мария отложила в сторону приборы, – что вы думаете о сложившейся ситуации? Вы сможете спасти короля? Мы избежим войны?

Берт перевел свой взгляд на меня, не торопясь отвечать. Казалось, что он оценивает ситуацию и взвешивает каждое слово, но я была уверена, что ответ он придумал уже давно.

– Я думаю, что шансы избежать ее очень малы, можно даже сказал призрачны. К счастью, у нас есть такие союзники как король Томас, брат леди Алис. И прекрасная королева, сильная духом и добрая сердцем, – протянув руку, он взял бокал с вином и поднял его, – да здравствует королева!

Все эхом повторили его слова, взяв бокалы и поднимая их в воздух. Я молча сделала большой глоток вина. Боги, во что он пытался меня втянуть.

После ужина мы вновь вернулись в гостиную. Тема политики еще витала в воздухе, но мне больше не хотелось слепо соглашаться с лордом Бертом.

– Элоиза. – я взяла девушку под руку, – может, ты нам сыграешь? – Я кивнула в сторону пианино.

– Вы же не против, лорд Гутлон? – я оглянулась на мужчин, которые все еще были поглощены военной темой.

– Конечно же нет, – тут же отозвался хозяин дома.

Через коридор к лестнице прошел маленький Томас, направляясь в свою комнату. Я беспокоилась, что разговоры о войне могли его испугать. Весь ужин мальчик вел себя довольно тихо.

Когда Элоиза села за пианино и начала играть, разговоры волей-неволей стихли. Я переместилась к окну, выглядывая наружу. Берт хотел, чтобы я выглядела как политический игрок, или он действительно намеревался заставить меня получить у брата армию? Женщина и война были понятиями несовместимыми. Это сфера влияния мужчин и вопросы о сотрудничестве и взаимопомощи тоже решались только между ними. Возвращаться обратно без армии будет странно после того, как лорд Берт поведал об этом придворным. И что если эти слухи дойдут до Галена?

Я почувствовала, что кто-то приближается и, обернувшись, увидела, что к окну подошел лорд Берт. Молча он протянул мне бокал с вином. Оглянувшись, я заметила, что остальные тоже взяли напитки. Пить мне больше не хотелось, но я все равно приняла бокал из его рук. Наши пальцы на секунду соприкоснулись. Развернувшись к окну спиной, советник замер в шаге от меня, пригубив свой напиток и наблюдая за Элоизой, игравшей красивую мелодию. Я вновь повернулась к окну, опустив бокал. Он не сказал ни слова и даже не смотрел в мою сторону, просто стоял рядом и наслаждался музыкой и разыгранной партией, а я вновь злилась, что не могла ничего спросить в присутствии других.

Музыка стихла и все похлопали. Я развернулась, оторвав взгляд от сада за окном, и улыбнулась девушке, надеясь, что моя улыбка не выглядит вымученной.

– Ты действительно прекрасно играешь.

– Спасибо, ваше величество.

– Требуем исполнить что-нибудь еще, – громко аплодируя, предложил хозяин дома. Я вновь бросила взгляд в сторону окна. Берт переместился ближе к пианино, а на его месте неожиданно оказалась леди Гутлон.

– Вам скучно, ваше величество? – тихо поинтересовалась у меня женщина, в то время как Элоиза начала играть другую мелодию.

– Нет, что вы, просто немного разболелась голова, – я не покривила душой, голова действительно начинала болеть.

Она проследила за моим взглядом и неожиданно предложила:

– Хотите, я покажу вам сад. Сейчас темно и мы не сможем в него углубиться, но несколько минут на свежем воздухе порой творят чудеса.

Я с благодарностью посмотрела на женщину и просто кивнула. Вместе с хозяйкой дома мы покинули комнату и, миновав коридор, оказались у двери, ведущей на улицу. Воздух был прохладным, но мне действительно стало легче. Мы замерли у порога, сад перед нами был поглощен тьмой, но я не сомневалась, что при свете дня он прекрасен, как и все в этом доме.

– Вам не холодно? – спросила у меня женщина.

– Меня греет вино, – я вспомнила о бокале в руках и сделала небольшой глоток.

– Позвольте вам кое-что показать, – развернувшись, леди Гутлон двинулась вправо. Я следовала за ней, в отличие от хозяйки дома, чувствуя себя в темноте неуверенно, но она знала куда идти. Миновав дом и углубившись в сад совсем немного, мы неожиданно оказались у беседки. От нее исходил мягкий свет благодаря трем фонарям, висевшим на крюках.

– Как красиво, – я подумала о том, что во дворце тоже стоило сделать что-то подобное.

– Когда мне не спится, я иногда прихожу сюда. Свежий воздух помогает очистить мысли и после я сплю сном младенца.

– Пожалуй, это то что мне нужно. Благодарю.

– Вам многое пришлось пережить в последнее время и возможно еще многое предстоит пережить впереди.

Она коснулась моей руки, сжимая в своих ладонях. Я растерялась, не уверенная, что на это стоит ответить.

– У вас прекрасный сын и муж, я рада, что мы остановились у вас, а не на постоялом дворе, – промолвила я.

– В нашем доме вам всегда рады, к тому же, я более чем уверена, что вы очаровали моего сына и мужа. Что ж, – она отпустила мою руку, – если хотите я вернусь и скажу, что вы решили отдохнуть. После того, как головная боль отступит, вы сможете сразу пойти в свою комнату.

– Спасибо, я так и сделаю.

Я оглянулась на дом, светящиеся окна которого были видны отсюда. Возвращаться в гостиную мне не хотелось. Поклонившись мне, женщина покинула беседку и направилась по дорожке обратно к дому. Я обхватила себя руками, все еще сжимая бокал с вином в руках. Головная боль действительно отступала. Судя по словам женщины, со своей задачей я справилась, только вот радости мне это не принесло.

Замерев в беседке, я вслушивалась в звуки ночи. Где-то запела птица, которой тоже не спалось, можно было различить кузнечиков и другие звуки. Холод начал пробираться по коже. Я посмотрела на вино, оставшееся в бокале, и решила, что лучше вернуться в дом, чем допивать остатки. Возможно, голова у меня болела именно от него. Я спустилась на садовую дорожку, медленно двинувшись в сторону светящихся окон.

– Алис, вам нехорошо? – послышался голос в темноте, и я замерла. Лорд Берт отделился от теней, появляясь передо мной, как ни в чем не бывало.

В темноте с трудом можно было различить чужое лицо, но перед глазами всплыла его улыбка за столом, легкий кивок и непринужденный тост. Я делала все, как было велено, а он в свою очередь пользовался этим в свое удовольствие, играя со мной, как кошка с мышью. Моя рука задрожала от злости, сжимая бокал.

– Да, мне нехорошо, – ответила я, резко выплеснув все оставшееся вино в лицо советника.

Лорд Берт явно этого не ожидал, в воздухе повис запах вина. Мужчина достал платок и провел им по лицу.

– В какую яму, вы, черт возьми, меня толкаете? Армия?

– Тише, – Берт схватил меня за локоть и потянул за собой, углубляясь в сад, все дальше и дальше в непроглядную тьму.

Ветки цеплялись за мое платье, в то время как советник продолжал вести меня за собой. Где-то по пути я выронила пустой бокал. Моя нога за что-то зацепилась, и я запнулась, но Берт удержал меня, не дав упасть. Мы остановились, и мужчина оглянулся на имение, которое теперь было далеко.

– Теперь можно говорить, – он отпустил мою руку, – но не кричите. Ночью голоса могут разноситься очень далеко.

– Я хочу знать всё. Все ваши планы, – то, что я не могла видеть в темноте его лица или насмешливой улыбки, придало мне уверенности, – вы говорите, что всегда честны со мной, но что мне проку от вашей честности, если вы попросту не посвящаете меня в свои планы. Планы, от которых зависит моя жизнь.

– У меня не было возможности…

– Вот она, ваша возможность, – я оборвала его, не дав запутать в паутине своих речей, – здесь и сейчас.

– Что ж, я хотел встретиться с вами ночью, но подойдет и это. С чего начнем?

Я растерялась от того, что он так легко согласился. Повисла тишина, во время которой я пыталась уложить все свои вопросы в голове, и выбрать с чего начать.

– Кто такой лорд Гутлон? Почему я должна была произвести на него хорошее впечатление? Не похоже, чтобы он на что-то влиял. Он даже не покидает своего имения.

– Смотрите шире, Алис. Он редко бывает при дворе, но двор постоянно бывает у него. Лорд Гутлон щедрый хозяин и почти не имеет врагов. По пути во дворец знать останавливается не на постоялом дворе, а у него.

– Но когда мы ехали во дворец, перед свадьбой, то не останавливались у него.

– Фрейя никогда не любила Вильгельма, считала его немного чудаковатым и предпочла, чтобы мы остановились на постоялом дворе. Она обосновала это тем, что так мы быстрее прибудем во дворец.

– Вы хотите, чтобы я ему понравилась. Зачем?

– Такая гостья как вы, будущая королева, он расскажет об этом каждому, и слухи поползут дальше. О вас буду говорить не только при дворе, но и там, куда двинутся гости лорда Гутлона. Для всех вы чистый лист. Еще одна невестка королевы Фрейи. Все помнят Изольду, помнят, что она была в ее руках как глина и ожидают того же. Каждому интересно узнать, что вы собой представляете, и это наш шанс управлять слухами.

– И поэтому вы сказали про армию? Но зачем? Вы знаете, что я еду не за этим. И что подумают люди, когда увидят, что я возвращаюсь без людей моего брата? Я не говорю уже о том, как разозлится Гален, если до него дойдут эти слухи.

– Мы лишь пустили пыль в глаза. Речь была о переговорах, а не о том, что вы привезете с собой армию. Пусть знать считает, что новая королева на что-то влияет. К тому же, я подумал о ваших гвардейцах.

– А что не так с моими гвардейцами? – напряглась я, не понимая, как это связано.

– Неплохие люди, но все же люди Лэрдов. Стоит попросить у брата людей для личной охраны. В этом он вам точно не откажет. Гален не их король и они будут верны только своей принцессе, – его голос изменился, и я скорее почувствовала, чем увидела, что Берт улыбается, – таким образом, вы не вернетесь обратно без людей своего брата.

Повисла тишина, во время которой я пыталась обдумать все, что мне сказал советник и найти подвох. Где-то в саду пела птица, не обращая внимания на то, что рядом с ней плетут интриги.

– Я не пытаюсь навредить вам, Алис, я создаю образ, благодаря которому, вы станете влиятельны. К моменту возвращения во дворец все будут видеть вас в ином свете.

– И это поможет мне избавиться от Ивет?

– В том числе, – согласился Берт. Он скомкал платок, который все еще держал в руках и убрал его в карман.

– Фрейя считает, что я зря покинула дворец, оставив Галена с Ивет. Иногда мне кажется, что она права.

– И что же она вам предложила? Наслаждаться этим унижением? Вы еще не далеко уехали, – в его голосе послышалось презрение.

– Выждать благоприятного момента и избавиться от нее, – его тон задел меня, но я старалась этого не показать.

– Фрейя не видит, что благоприятный момент уже настал. Ждать сейчас равносильно политическому самоубийству. Когда имеешь сильного противника, существует два пути, сражаться или бежать. Фрейя и Ивет считают, что вы бежите и это хорошо.

– Но разве я не бегу?

– Я надеюсь, что вы поймете разницу, иначе все мои усилия будут бесполезны.

– Ваши действия мало похожи на помощь, сейчас они скорее напоминают очередную манипуляцию и мне это не нравится.

– Я заметил. Ваше недовольство имеет вкус вина, – уколол он.

На какое–то мгновение мне стало неловко из-за того, что я выпустила свои эмоции наружу.

– Мне…

– Боже упаси, – резко оборвал он меня, – не смейте извиняться, это не к лицу королеве.

Вновь повисло неловкое молчание. Находясь на свежем воздухе, я понемногу начала трезветь и замерзать. Тем не менее, обхватив себя руками, я оставалась на месте, пытаясь решить, получила ли ответы на свои вопросы. Чего-то определенно не хватало.

– Неужели это все, что вас интересует? – голос Берта вновь стал теплее, и я уловила дразнящие нотки.

– Нет, – одна из догадок пришла ко мне в голову лишь недавно, – лорд Берт, вы пытаетесь подкупить мою фрейлину?

– С чего вы это взяли?

– Вы поощряете Марию в ее флирте. Вы хотите, чтобы она следила за мной?

– Какой любопытный вывод. Нет, я не хочу, чтобы она была моей шпионкой. Однако, нам не скрыть, что я сопровождаю вас по пути к брату. Безопаснее всего, если Гален будет считать, что я очарован или даже завел интрижку с одной из ваших фрейлин. Мария лучше всего подходит для этого. Все мы останемся в выигрыше.

– И Мария? – ответ меня поразил.

– Вас что-то смущает?

– Вы просто используете ее? Или действительно намереваетесь завести с ней… интрижку. Вам придется на ней жениться, ведь она дочь герцога. Он не позволит вам обесчестить дочь и не заключить с ней брака.

– Вы меня ревнуете, Алис? – его голос стал еще мягче и тише.

Прежде чем я опомнилась, советник сделал ко мне шаг, и его рука коснулась моего плеча и скользнула на спину, плавно продвигаясь к талии. По моему телу побежали мурашки, вызванные теплом его рук. По крайней мере, мне хотелось так думать.

– Я беспокоюсь за Марию, – мой голос был неуверенным.

– Такие девушки как Мария меня не привлекают. Я не зайду с ней дальше флирта, который позволит породить сплетни о том, что я в ней заинтересован. Она способна быстро наскучить, как бы ни старалась выглядеть интересной за счет своего острого язычка. За всю жизнь, я встретил лишь одну женщину, которая тронула мое сердце.

– Должно быть влиятельная женщина, – не удержалась я, вспоминая Фрейю.

– Совсем нет.

Я подняла свои глаза. Он был настолько близко ко мне, что я чувствовала тепло его дыхание на своем лице. И я поняла, что говорил он отнюдь не о Фрейе.

– Что же в таком случае задело ваше сердце?

Я одновременно и боялась, и желала получить ответ, поскольку чувствовала, что стою на краю пропасти, в которую могла сорваться.

– Я ошибся на ее счет.

Лицо советника стало ближе, я различала его губы, которые были совсем рядом. В памяти ярко всплыла ночь, когда он опоил меня. И поцелуй. Моя рука метнулась вверх, упираясь в грудь мужчины. Не позволив ему коснуться моих губ, я удержала его на расстоянии.

– Вы забываете свое место, – я старалась, чтобы голос не дрогнул.

Мое тело с сожалением ощутило, как с талии пропала его рука, унося с собой тепло.

– А вот это уже похоже на королеву, – удовлетворенно заметил он. – На улице холодно. Нужно вернуться, пока вы не простыли. Но для начала нам необходимо прояснить еще кое-что.

– Если вы снова хотите, чтобы я что-то сделала, то придется объяснить, зачем и почему, прежде чем я сделаю отсюда хотя бы шаг.

– Следующую ночь мы снова проведем не на постоялом дворе, – он заставил меня взять его под руку и повел обратно к дому, говоря быстро и тихо, – мы остановимся у графа Ричарда Риверса. Он, как и лорд Гутлон, радушный хозяин, но его радушие совсем другого рода. Он вам не понравится, но вы должны понравиться ему.

– Почему он мне не понравится?

– Помните вечеринки, которые так любит посещать ваш муж?

Это было трудно забыть. Лорду Берту не требовался ответ, он продолжал говорить все быстрее по мере того, как мы приближались к имению.

– Граф Риверс любит развлечения похожего рода. Его вечеринки понравились бы Галену. Если лорд Гутлон влияет на мнение всех почтенных семейств, то граф Риверс собирает вокруг себя холостяков, не обделенных жаждой более острых ощущений, чем охота и семейный очаг.

– Вы правы, вряд ли он мне понравится.

– Тем не менее, это необходимо. Выспитесь как следует, возможно, следующей ночью спать придется мало. И еще, – он внезапно остановился, из-за кустов виднелись огни беседки, – у меня для вас есть домашнее задание.

– Домашнее задание? – в недоумении переспросила я, отпуская его руку и разворачиваясь к советнику лицом.

– Ваши фрейлины. Одна из них не внушает мне доверия.

– Кто? – тут же напряглась я. Первой в голову невольно пришла Мария.

– Я хочу, чтобы вы мне сказали кто.

– Это… – я не успела ответить, он коснулся пальцем моих губ, останавливая.

– Нет ничего хуже поспешных выводов. Понаблюдайте за девушками, узнайте их лучше. Одной из них нельзя доверять.

– Но они мои фрейлины, – эта новость меня совершенно не радовала, – они всегда подле меня. Как теперь я смогу им доверять?

– Да, они ваши фрейлины. А вы королева. Не обязательно всегда иметь их подле себя. Вы королева и можете делать все, что захотите, в том числе и решать, когда вам нужно их общество, а когда нет. Я останусь здесь, возвращайтесь.

Я осторожно двинулась по темной дорожке к свету. Подойдя к имению, я миновала заднюю дверь и поднялась по лестнице. Я по-прежнему считала, что единственной фрейлиной, которая не внушает доверия, была Мария, да и Берт провел с ней больше всего времени. Но вдруг я была предвзята? Неужели я действительно ревновала?

Глава третья

Лорд Берт как всегда оказался прав. Граф Риверс мне не понравился с первого взгляда. Он был моложе лорда Гутлона лет на пять и куда более стройным. В общем и целом, полной его противоположностью. Единственное что их объединяло, это широкая улыбка при виде меня.

– Ваше величество! – граф Риверс встречал нас у своего имения с бокалом в руках. Его взгляд с одинаковым интересом задержался как на мне, так и на моих фрейлинах.

– Граф Риверс, – я остановилась перед ним, отмечая расстегнутую верхнюю пуговицу рубашки и небрежно растрепанные волосы. Складывалось впечатление, что встретить нас он вышел прямо из объятий девушки. За его спиной простирался полный огней дом.

– Берт! – взгляд графа скользнул мне за плечо. – И вы здесь! Ничего не изменено, одна королева сменяет другую, а вы по-прежнему остаетесь рядом.

Будь моя воля, я бы уже после этих слов развернулась и села в карету, чтобы добраться до ближайшего постоялого двора. Однако показать, что меня задели эти слова, было бы еще более унизительно. На помощь пришел Берт, останавливаясь рядом.

– Ваш пьяный язык однажды сослужит плохую службу, – заметил советник.

– Прошу прощения, если чем-то вас задел, ваше величество, – улыбка на лице графа немного угасла, и он вновь поклонился мне.

– Вероятно, мы застали вас врасплох, – улыбаться ему мне совсем не хотелось.

– Это приятный сюрприз. Я с нетерпением ждал вашего приезда и с момента как получил письмо, думал о том, как бы вас развлечь, – улыбка графа Риверса вновь расцвета, он был весь в предвкушении, – эти долгие поездки так скучны.

– Благодарю, но для начала я бы предпочла сменить платье.

– Конечно, ваше величество, комнаты для вас и ваших фрейлин уже подготовлены, я с радостью вас провожу.

В сопровождении хозяина дома мы прошли внутрь. Слуги следовали за нами с вещами, необходимыми чтобы привести себя в порядок. Взяв графа под руку, я следовала за ним наверх. Комнаты для нас подготовили на втором этаже. Остановившись подле двери, граф Риверс поцеловал мою руку и откланялся, двинувшись дальше в обществе фрейлин и лорда Берта.

Оказавшись с Диной в отведенной комнате, я позволила себе расслабиться. Весь день, проведенный в пути, я не переставала общаться с фрейлинами, выспрашивая их обо всем, что только могло прийти в голову, но казалось, ни на шаг не приблизилась к ответу, кто из них и почему не мог внушать доверия. Что бы Берт ни заметил, я в упор не видела в них ничего плохого, если не брать в расчет флирт Марии с советником.

– Что вы хотите надеть, ваше величество? – Дина стояла рядом с сундуком, аккуратно извлекая платья и раскладывая их на кровати.

– Черное с кружевом, – не оборачиваясь, ответила я. Если вечеринки графа действительно были похожи на то, что я увидела в городе, это был самый подходящий выбор.

Я прошла в ванную. От нагретой воды шел пар. Я с удовольствием смысла с себя дорожную пыль, но в этот раз не стала долго лежать в воде, побоявшись снова заснуть. Надевая корсет, я чувствовала, как недовольно мое тело. Куда желаннее было облачиться в ночную рубашку и лечь в кровать.

– Затяни не слишком туго, – попросила я Дину. Окидывая взглядом комнату, я вспомнила, что вряд ли буду иметь возможность как следует поесть из-за предстоящих разговоров.

– Дина, пожалуйста, сходи на кухню и принеси мне немного еды. Фруктов, например, – попросила я служанку, когда мы закончили со шнуровкой. В отличие от лорда Гутлона, единственное, о чем позаботился граф Риверс, это вино.

Когда Дина покинула комнату, я вновь накинула на плечи халат, не торопясь облачаться в платье, и села у зеркала, начиная извлекать шпильки из прически. Голове стало намного легче, когда волосы свободно упали на плечи. Проведя по ним руками, я решила все оставить так и принялась за лицо. Не удержавшись, я подчеркнула губы чуть ярче, чем обычно. Когда я уже заканчивала приводить себя в порядок, в дверь постучали. Я плотнее запахнула халат, но прежде чем подошла к двери, она открылась, и в комнату вошел лорд Берт.

– Вы как всегда достаточно своевольно врываетесь ко мне, – не удержалась я.

– Я убедил Вистана впустить меня без представлений, – последовал ответ, – он понимает, что ни к чему поднимать в коридоре шум.

– Ни к чему вам появляться в моей спальне, – уколола я его в ответ, – вы, кажется, хотели притвориться, что очарованы моей фрейлиной.

– Чтобы окружающие действительно в это верили, мне необходимо вдохновение.

Его взгляд переместился от моего лица ниже, и я невольно подняла руку и сжала ворот халата, закрывая ключицы.

– Мало в это верится. Вы хладнокровны как змея. Сбрасываете кожу, и как ни в чем не бывало, ползете дальше. Вы действуете по расчету, но уж точно не по вдохновению.

– Как я и думал, – вместо того чтобы оскорбиться, Берт улыбнулся, – над этим придется немного поработать.

– Над чем поработать?

– Над вашим умением флиртовать.

– Что? – пока я, недоумевая, оставалась на месте, лорд Берт успел обогнуть меня и добраться до вина. Взяв один из бокалов, он налили себе немного и сделал глоток.

– Если лорда Гутлона и могла восхитить ваша скромность, то графа Риверса это скорее отпугнет.

– Хотите уподобить меня Ивет? – я повернулась к нему лицом и отпустила ворот халата. Мое настроение было далеко не игривым. – С чего бы мне развлекать мужчин?

– Вам этого не потребуется, они сами буду развлекать вас, а вам лишь требуется немного подразнить их воображение. Единственный человек в этой комнате, холодный как змея, это вы, Алис.

Берт подошел ко мне, остановившись напротив и смотря на меня в упор. Его слова были настолько обидны, что я забыла о смущении. Вместе с тем хотелось доказать ему, что он ошибается. Мой взгляд плавно опустился на бокал, который он сжимал в своей руке.

– Не боитесь снова почувствовать вкус моего недовольства?

Он протянул свой бокал мне.

– Если вы так пожелаете. Но я советовал бы выпить вино, оно приятно на вкус и поможет вам расслабиться.

Я забрала у него бокал. На секунду засомневавшись, я все же выбрала второй вариант. Вино действительно оказалось вкусным.

– Но слишком увлекаться им тоже не стоит, – Берт забрал у меня пустой бокал и вернул его на поднос.

– Итак, что же я должна делать? – я наблюдала за советником, который чувствовал себя в комнате вполне вольготно. Подойдя к кровати, он окинул взглядом платье, которое там лежало.

– Хороший выбор платья, – обернувшись, он вновь окинул меня взглядом, – распущенные волосы тоже вам к лицу, но особенно притягивают взгляд губы. Их так и хочется поцеловать.

Его слова меня смутили. Поймав мой растерянный взгляд, он вновь улыбнулся и подошел ближе.

– Не смотрите на меня так. Граф Риверс наверняка скажет что-то в этом роде. Вы ослепительны, и он захочет с вами пофлиртовать. Представьте, что я, это он. Так что бы вы на это ответили?

Я понимала, что ответ, который могла дать в подобном случае, был явно не тем, что он желал услышать. Советник был прав, я не умела флиртовать. И поэтому так ничего и не смогла произнести.

– Этому невозможно научиться за пару мгновений, – сдалась я, отворачиваясь в сторону окна, – графу Риверсу придется с этим смириться.

– Сдаться проще всего, – лорд Берт, похоже, не собирался отступать, – а вы ведь даже не попытались.

– Я не из тех женщин, которые могут очаровывать всех вокруг кокетством, разве не поэтому вы выбрали меня? Мои сестры справились бы с этим куда лучше.

Чувство беспомощности нахлынуло внезапно. Уже не в первый раз я ловила себя на мысли, что уготованная роль мне совершенно не подходит. Я стояла к лорду Берту спиной и не желала оборачиваться, зная, что не увижу ничего хорошего. Он наверняка считал меня жалкой, и увидеть это в его глазах было бы невыносимо.

Я знала, что он приблизился ко мне. Молчание Берта лишь убеждало меня в собственной правоте. Но внезапно я почувствовала, как его руки коснулись моих плеч.

– Просто вы ни разу не чувствовали себя желанной женщиной.

Его руки плавно двинулись вниз по плечам и халат начал соскальзывать следом. Я стояла, замерев на месте, и не заметила, как задержала дыхание. Мне следовало оттолкнуть его руки и поправить одежду, но я продолжала стоять не шевелясь. Он коснулся моих волос, отодвигая их от шеи, и я ощутила, как губы коснулись моего обнаженного плеча. Жар растекся по телу от места поцелуя.

– Лорд Берт…

– Вы узнали лучше своих фрейлин? – неожиданно задал он мне вопрос.

– Я говорила с ними, – с трудом ответила я, чувствуя, что голос меня не слушается.

Его губы вновь коснулись моей кожи и двинулись к шее, в то время как я стояла на месте, разрываясь между желанием оттолкнуть его, и сделать вид, что ничего не происходит.

– Но я так и не смогла увидеть в них ничего внушающего недоверие.

Он вновь поцеловал меня в шею. Я отозвалась на его прикосновение и чуть наклонила голову.

– Не пытайся понять, что в них не внушает доверия, – его дыхание обжигало мое ухо, – попытайся представить себя на их месте.

– Что вы делаете, лорд Берт? – его губы вновь коснулись моей шеи.

– Бужу в тебе женщину.

Я перевела дыхание и резко сделала шаг вперед, натягивая халат на плечи.

– Это… это…

– Это неуместно, – послышалось у меня за спиной, и я обернулась, увидев знакомую улыбку хитреца, – вы это хотели сказать?

Неловкий момент прервал стук в дверь. Я испуганно взглянула на Берта, в первую очередь подумав о том, что по ту сторону могут оказаться фрейлины.

– Хотите спрятать меня, ваше величество? – брови Берта взметнулись вверх.

И тут я вспомнила, что отсылала Дину за фруктами. Вистан не пропустил бы никого другого, зная, что Берт у меня. Я сама двинулась к двери, прежде чем стук повторился. На пороге действительно оказалась Дина. Она вошла в комнату, неся в руках тяжелый поднос. Устремив взгляд в пол, она подошла к столику и оставила фрукты рядом с вином.

– Мне уйти, ваше величество? – неуверенно спросила женщина, все еще не смотря на лорда Берта.

Берт ответил раньше меня, приблизившись к столику, и отрывая пару виноградин:

– Ты можешь идти.

Дина, однако, не двинулась с места, ожидая моих указаний. Я бросила на Берта недовольный взгляд, и повторила его слова.

– Иди, я оденусь сама.

Дина кивнула и покинула комнату, вновь оставив нас одних.

– Если потребуется, я с радостью вам помогу.

– Вы как-то слишком беззаботны для того, кто опасается, что нас уличат в интрижке, – не выдержала я.

– И кто же нас уличит? Ваш гвардеец или служанка? В свое время я не сумел подкупить никого из них. Они вам достаточно верны, чтобы держать мои визиты в тайне, потому как уже давно считают, что нас связывают близкие отношения. Ваши фрейлины сейчас слишком заняты, прихорашиваясь. В доме графа Риверса будет достаточно богатых, знатных и одиноких мужчин. Сам граф Риверс занят приготовлениями, а все слуги находятся внизу, и им нет дела до нас, если только мы сами за ними не пошлем, поскольку они загружены работой.

– В таком случае, почему в доме лорда Гутлона мы говорили в саду?

– Потому что для каждого дома существуют свои правила, – он оторвал еще несколько виноградин, – в отличие от графа Риверса у лорда Гутлона не было одиноких и богатых мужчин. Вашим фрейлинам было скучно, и они могли обратить внимание, если бы мы уединились. Слуги лорда Гутлона всегда поблизости, в каждом уголке дома, готовые услужить, как и их хозяин. Видите разницу?

Я кивнула. Он опять был чертовски прав, и это его качество не могло не раздражать.

– Вы как всегда знаете больше, чем говорите мне.

– Всему свое время, да и эти знания не так важны.

– Что же тогда важно?

Он улыбнулся, но как всегда не дал того ответа, который мне хотелось услышать.

– На данный момент, важна ваша способность флиртовать.

Мой взгляд явно был далек от соблазнительного.

– Ну же, Алис, здесь будут мужчины, которых вы никогда не допустите в свое общество. Все что вам нужно, один единственный раз произвести на них впечатление. Возбудите их воображение и фантазии, пусть они увидят, что вы красивая и властная женщина.

– Допустим, я смогу это сделать, что мне это даст? Я могу понять, почему вы хотели, чтобы я понравилась лорду Гутлону. Но что будет, если я произведу впечатление на графа Риверса? Вряд ли королеве пойдет сомнительная репутация, которая может появиться из-за характеристики такого человека.

– Доверьтесь мне, сомнительной эта репутация не будет. Но если вы понравитесь ему как женщина, он с куда большей охотой встанет на вашу сторону. У него большое финансовое влияние, а королевская казна, особенно в период войны, будет нуждаться в деньгах.

– И что же мне делать? Выпить с ним вина, улыбаться и делать комплименты? – я вздохнула, представляя, насколько сложная работа мне предстоит.

– Много пить не нужно, комплименты мужская работа. Пару раз польстите его самолюбию. А вот улыбка будет кстати. Легкие прикосновения тоже могут быть полезны. Позвольте ему почувствовать, что он ваш близкий друг. Будьте немного фамильярной. Остальное за вас сделает ваша внешность.

Он подошел к кровати и взял в руки мое платье.

– Я помогу вам одеться, пора спускаться вниз. Гости уже прибывают.

– Я могу одеться и сама, – я не торопилась скидывать халат и принимать помощь лорда Берта, хотя он уже и не раз помогал мне, как снять, так и надеть платье.

– После всего, что между нами было, вы стесняетесь меня?

Я почувствовала, как начинаю краснеть.

– Если вы смущаетесь в моем присутствии, то боюсь, и с графом Риверсом у вас ничего не получится. Если вы хотите быть женщиной, которая будоражит воображение мужчин, вам придется перешагнуть через свою стеснительность и быть более раскрепощенной. В отличие от графа Риверса, я уже целовал ваши губы, и знаю каковы они на вкус.

Он смущал меня своими словами все сильнее и сильнее, но в то же время его сомнения в моих силах вызывали и другие чувства. Говоря, лорд Берт подошел ко мне, держа платье в руках. Я заставила себя не отвести взгляда.

– И каковы же они на вкус, лорд Берт? Достаточно хороши, чтобы вы ждали шанса вновь поцеловать меня?

– Помнится, это вы поцеловали меня, ваше величество, – на его губах появилась довольная улыбка.

Я развязала халат и позволила ему упасть на пол. Несмотря на то, что под ним было нижнее белье, я чувствовала себя обнаженной.

– Хотите сказать, что не хотели меня поцеловать?

Я надела платье, повернувшись к нему спиной. Мне все еще было неловко из-за этого разговора, но я пыталась прогнать это чувство прочь.

– Я этого не говорил, – он стал медленно застегивать платье. Что касаемо политических планов, лорд Берт был куда более откровенен, чем о собственных чувствах. Хоть он и изящно ускользал от ответов, его нежелание отвечать было трудно не заметить.

– Еще немного, и я решу, что вас интересует во мне лишь одно.

– Что же?

– Моя королевская кровь, – голос против воли вновь из игривого стал серьезным.

– Ваши губы имели вкус соли, но я уверен, что когда я поцелую их в следующий раз, они будут сладкими на вкус привкус.

Я уже была уверена, что он проигнорирует заданный вопрос, потому была удивлена, услышав от него ответ.

– Думаю, вы справитесь, – его руки покинули мое тело. Я разгладила платье, идеально севшее по фигуре. Обогнув меня, он двинулся к двери, но я достаточно осмелела, чтобы не промолчать.

– Так что же вас во мне интересует, лорд Берт?

Он ненадолго замер у двери, прежде чем открыть ее.

– Вдохновение. Что бы вы обо мне не говорили, я гораздо теплее змеи.

Когда я спустилась вниз, дом уже был полон гостей. При виде меня, музыка прервалась, и граф Риверс тут же оказался рядом, целуя мне руку.

– Ваше величество!

Я обвела взглядом комнату, полную незнакомых мне людей. Как лорд Берт и предсказывал, подавляющее большинство из них было мужчинами, и как я догадывалась, одинокими. Все они тут же поклонились мне, продолжая изучать заинтересованным взглядом. Никогда, даже на балах во дворце, мужчины не смотрели на меня так. Я оглянулась на фрейлин, которые были подле меня. Все, кроме Марии, опускали глаза и улыбались, последняя же осматривала комнату, не скрывая своего интереса. Похоже, лорд Берт был прав, и девушки не хотели упускать шанс познакомиться с потенциальными женихами. Граф Риверс предложил мне свою руку, и в комнате вновь заиграла музыка. Прерванные разговоры возобновились, но я по-прежнему ловила на себе заинтересованные взгляды.

– Позвольте провести для вас небольшую экскурсию по дому.

– Давайте начнем с этой комнаты. Представьте мне своих гостей.

Рядом с графом Риверсом тут же появился поднос. Подхватив с него бокал, он протянул его мне. Я взяла вино, но лишь пригубила напиток. Мы двинулись вдоль комнаты, останавливаясь у каждого гостя, после чего Риверс представлял его мне. Как оказалось, некоторые бывали при дворе, но к своему стыду я едва их помнила, или не помнила вообще. Куда полезнее сейчас было бы держать под руку лорда Берта. Я не сомневалась, что он поведал бы мне о них куда больше интересной информации, чем граф Риверс. Все они, конечно же, были ближайшими соседями графа. Лорды, несколько леди, графы и даже один герцог. Баронов среди присутствующих не было. Благодаря пояснению Берта, я начинала догадываться, что помимо образа жизни, присутствующих здесь объединяло так же и кое-что другое. Все они были богаты.

– Как же вы сумели так быстро собрать у себя столько гостей? – изумилась я, улыбаясь графу Риверсу и по-прежнему держа его под руку. Мы стояли рядом с лордом Парсоном, который жил более чем в сутках езды от имения Риверса и точно не смог бы добраться сюда быстрее.

– Должен признаться, еще до того, как вы известили меня о своем визите, я получил письмо, в котором мне сообщали что королева в скором времени намеревается совершить небольшую поездку и вероятнее всего остановится по пути у вашего покорного слуги.

– Письмо, как любопытно, – я нашла взглядом за плечом графа Риверса Берта, который беседовал с Марией в стороне и не обращал на меня ровным счетом никакого внимания, – и как же давно вы гостите у графа Риверса, лорд Парсон?

– Порядка пяти дней. Я уже подумал, что этот прохвост просто разыграл нас всех, ваше величество, он любит шутить над друзьями, – мужчина рассмеялся, и я улыбнулась, пытаясь казаться такой же веселой, как и они. Пять дней. Если это так, то письмо должно было быть отправлено еще до того, как я покинула дворец и возможно даже до похорон Изольды. Мой взгляд невольно вновь нашел советника.

– И это к лучшему, ваше величество, многие хотели познакомиться с вами поближе. Стыдно подумать, какой прием я мог оказать, если бы узнал о вашем приезде за сутки, а то и меньше. Я даже смог заманить сюда герцога Дорсета, а он крайне редко посещает мои приемы.

– И где же герцог Дорсет? Хочу с ним познакомиться, – я огляделась вокруг, на самом деле желая прекратить разговор с лордом Парсоном и перейти к следующему гостю.

Музыка неожиданно сменилась на более быструю.

– Я обязательно его вам представлю, ваше величество, но позвольте для начала украсть у вас первый танец?

Я кивнула и поставила пустой бокал на поднос, появившийся рядом. Вместе с графом мы вышли в центр зала, и оказались первой парой, но едва закружились в танце, как рядом с нами стали появляться и другие. Выпитое вино было не только хорошим, но и крепким. Я почувствовала, что оно кружит мне голову, когда стены стали терять свою устойчивость. Музыка становилась все быстрее, а танец труднее, но Риверс был прекрасным партнером. Он ловко подстраивался под меня, когда я сбивалась, и тут же возвращал нас в нужный ритм так ненавязчиво, что я не испытывала ни капли смущения.

– Граф Риверс, – засмеялась я, когда он в очередной раз закружил меня, – вы рискуете вскружить мне голову.

– В таком случае, я делаю все верно.

Я почувствовала, как его рука на моей талии опустилась чуть ниже положенного, но прежде чем придумала, как выйти из этой ситуации, сыграл последний аккорд. Хозяин дома не торопился меня отпускать, но я мягко положила руку ему на грудь и отстранила от себя.

– Я непременно хочу станцевать с вами еще, но боюсь мне нужно перевести дыхание, иначе моя голова действительно может не выдержать.

Сдержанно кивнув, он поцеловал мою руку. Я оглянулась и увидела в стороне Элоизу, которую никто так и не пригласил на первый танец.

– Может, вы уделите внимание моей фрейлине Элоизе, пока я передохну?

– Если вам этого хочется.

Музыканты вновь начали играть и вместе с графом мы направились к девушке. Я увидела среди танцующих Анну, которая все же заполучила кавалера, и отметила, что Мария начинает с лордом Бертом уже второй танец.

– Миледи, – Риверс остановился перед Элоизой, – позвольте украсть вас на танец?

Девушка немного покраснела, принимая протянутую руку, я же вздохнула с облегчением и не упустила возможности продвинуться к фуршетному столу. Взяв несколько закусок, я надеялась, что смогу съесть их до того, как кто-либо пригласит меня на танец или займет разговором. Скорость, с которой граф Риверс поглощал вино, была поразительной. Еще сильнее поражало, что он до сих пор не выглядел опьяневшим, я же чувствовала себя не очень хорошо. Вряд ли фрукты, съеденные больше часа назад, могли спасти меня от опьянения. Граф постоянно протягивал мне полный бокал и объявлял тосты, все время, как мы подходили к новым собеседникам. И хотя мы пили за короля и королеву, я чувствовала, что это ни капли не укрепляет мое здоровье.

Сдержанные до того гости становились все более расслабленными. Дам было меньше чем кавалеров, и почти каждая из них сейчас танцевала. Девушек граф Риверс мне не представлял, но я с интересом наблюдала за ними. Они держались с достоинством и явно были обучены манерам, но что-то в них меня настораживало. Получив минуту передышки, я присмотрелась к ним получше.

– Что вас так увлекло, ваше величество? – отвлек меня появившийся рядом мужчина.

Я отвела взгляд от еще одной пары, кружившейся в танце.

– Кажется, граф мне вас не представил, – неуверенно сказала я, изучая мужчину. Он был высоким и смуглым, а взгляд его, из-за темных глаз, выглядел мрачным.

– Он не успел. Герцог Дорсет.

Мужчина поклонился и поцеловал мою руку. Я вспомнила, что Риверс упоминал о нем перед танцем.

– Я слышала, что вы не часто бываете в гостях у графа.

– Я не большой любитель веселья.

Глядя на него, можно было легко в это поверить. В то время как другие мужчины улыбались или смеялись, герцог был серьезен и невозмутим.

– Так о чем же вы задумались, ваше величество? Или же это государственная тайна?

– Я наблюдала за дамами, – ответила я, отводя взгляд.

– О да, граф Риверс гордится своими дамами, – внезапно отозвался мой собеседник

– Гордится? – удивленно переспросила я.

Но прежде чем он смог пояснить свои слова, рядом с нами возник Берт.

– Герцог! Разве вы не покончили с вечеринками?

Неожиданно для себя, при появлении лорда Берта я испытала огромное облегчение, и только сейчас осознала, как была напряжена.

– Лорд Берт. Как же вас угораздило стать дипломатом? – вопросом не вопрос ответил герцог.

Я с интересом посмотрела на мужчин. Они были врагами или друзьями? Берт конечно же не ответил, лишь таинственно улыбнулся и промолчал. Мне хотелось перемолвиться с ним хотя бы парой фраз, но рядом был герцог, а танец уже подходил к концу. Я заметила, как граф Риверс поклонился Элоизе и посмотрел в мою сторону.

– Разве вы не собирались пригласить меня на танец, лорд Берт? – я поспешно развернулась к советнику, краем глаза замечая, как Риверс продвигается в нашу сторону.

– Конечно, – не замявшись ни на секунду ответил он и протянул мне свою руку. Мы прошли мимо Риверса, проводившего нас разочарованным взглядом.

– Почему вы подошли ко мне? – спросила я, как только заиграла музыка и можно было говорить, не опасаясь, что нас подслушают.

– Я не могу подойти к вам без повода? – тихо осведомился мужчина, сжимая мою ладонь чуть сильнее.

– Можете, но не будете. Вы не хотели, чтобы я говорила с герцогом?

Мы оказались слишком близко к другой паре, и я замолчала, надеясь, что они нас не слышали. Я боялась, что так и не получу ответа.

– Он гораздо богаче графа, – сказал Берт, привлекая меня к себе ближе, – но и гораздо опаснее.

Я понимала, что сейчас не лучшее время для разговора и была вынуждена довольствоваться отрывистыми ответами.

– Перед тем как вы подошли, герцог сказал, что Риверс гордится своими дамами. Что это значит?

– Неподалеку есть пансион для сирот, графство Риверсов спонсирует его уже несколько поколений.

Кружась в танце, я вновь бросила взгляд на одну из дам, за которой наблюдала раньше.

– Хотите сказать, что…

Я замялась, не совсем уверенная в своих выводах, но Берт пояснил все сам.

– Это закрытый пансион для девушек. Все они неблагородного происхождения и попадают туда раньше, чем научатся говорить. Граф Риверс оплачивает их проживание, питание и обучение. Вырастая, они возвращают ему этот долг, развлекая его гостей.

Вероятно, все мои чувства отразились на лице. Если раньше граф Риверс был мне просто неприятен, то сейчас стал омерзителен.

– Не стоит реагировать так остро, ваше величество, граф наблюдает за вами.

– Тогда стоило предупредить меня об этом раньше.

– Разве тогда вы приехали бы сюда?

– И как часто вы сами пользовались гостеприимством графа?

Не дожидаясь ответа и окончания танца, я отстранилась и покинула Берта. Сейчас мне было даже неважно, что кто-то мог за нами наблюдать. Но раз уже я вовлекла себя в эту игру, то придется доиграть партию. Я сама взяла с подноса бокал с вином, желая утопить в нем свое отвращение. Если граф Риверс подойдет ко мне в ближайшие пару минут, то рискует тоже узнать вкус моего недовольства. Взглядом я нашла своих фрейлин, если бы я знала, какое это общество, то ни за что не привезла бы их сюда. Присутствие здесь могло ударить по репутации любой незамужней девушки. Но мы уже были здесь и даже если отправимся в путь тотчас, это ничего не изменит. Я допила бокал слишком быстро и, не удержавшись, взяла еще один. Заметив, как граф вновь направляется в мою сторону я малодушно отвернулась и двинулась в противоположном направлении. Как долго я смогу избегать хозяина дома? Мне определенно нужно было переварить сделанное открытие, но я не могла себе позволить этого сделать.

Лорд Берт вырос передо мной внезапно, перекрывая путь. Я подняла на него взгляд и крепче сжала бокал.

– Может, вы уделите мне еще один танец, ваше величество?

– Нет, – отрезала я решительно.

Если соглашусь, он начнет меня убеждать в правильности своего поступка, и я боялась, что ему вновь это удастся. В этот раз мне хотелось думать своей головой.

– Кажется, граф тоже хочет вас пригласить, – добавил Берт, взглянув за мое плечо.

– Так сделайте так, чтобы этого не произошло, или его постигнет разочарование.

Берт проигнорировал мой выпад, намереваясь уйти. Я поняла, что с графом мне придется разбираться самой и собралась сделать еще один глоток вина для храбрости, но не успела поднести бокал к губам, как советник задел меня и вино пролилось на платье.

Я не удержалась от вскрика, наблюдая как на дорогой ткани появляется влажное пятно.

– Ваше величество, – послышалось из-за моей спины, – вы обещали мне еще один танец.

Я обернулась к графу Риверсу, держа в руках пустой бокал.

– Боюсь, я не могу сейчас выполнить обещание. Простите, мне нужно переодеться.

Даже не глядя на Берта я миновала хозяина приема и направилась к лестнице. Испорченное платье пахло вином и от этого запаха становилось дурно. Я поставила пустой бокал на подвернувшийся по пути поднос. Поднимаясь на второй этаж, я слышала позади шаги, но даже не обернулась, не сомневаясь, кто это был.

Оказавшись в комнате, я подошла к зеркалу и увидела расплывшееся на груди пятно. Хоть платье и было черным, оно все равно оказалось безвозвратно испорчено.

– Думаете, никто не заметил, как вы ушли за мной? – не удержалась я от сарказма при виде Берта, появляющегося у меня за спиной и прикрывающего дверь.

– Все решат, что я ушел в комнату для карточных игр.

– Уходите, я не хочу вас сейчас видеть и мне нужно переодеться.

Запах вина, казалось, впитался не только в платье, но и в мою кожу.

– Вы злитесь на меня, – констатировал он факт.

– Конечно я злюсь!

Я не выдержала и повысила голос, оборачиваясь к советнику. Глядя на него, я не видела ни тени раскаяния на его лице из-за того, что он вновь использовал меня в темную.

– Вы привезли меня сюда, заверив что это для моего блага, – я старалась говорить как можно спокойнее, но гнев все равно прорывался наружу, – но что в итоге? Вы даже не потрудились поставить меня в известность что хозяин дома спонсирует приют, где растут девушки, в последствии развлекающие его гостей. И вы уж точно меня не убедите, что эти развлечения невинны. Вряд ли посещение этого дома добавит мне влияния, скорее подорвет его. Я уже не говорю о своих фрейлинах, они незамужние девушки, и то, что они присутствуют здесь, может им навредить. Да я не просто злюсь, мне хочется в вас чем-нибудь запустить.

Я дышала часто от волнения, и чувствуя себя не в своей тарелке, приблизилась к столу, где оставалось вино. Но когда я налила себе бокал, лорд Берт подошел ко мне и вырвал его из рук.

– Хватит, вы уже выпили сегодня достаточно, – голос его был сух и строг и не имел в себе привычных обольстительных ноток.

– Уж это решение я могу принять сама, – упрямо заявила я, потянувшись чтобы вырвать из рук советника вино обратно, но он внезапно поднял бокал и выпил его залпом.

– Вы не выпьете за меня все вино в этом доме, – я злилась все сильнее из-за того, как он себя вел. Я ожидала что мужчина будет оправдываться или уговаривать меня спуститься, но точно не вести себя так.

– Хотите проверить?

Я отвернулась и сделала несколько нервных шагов.

– Почему вы такой?

– Какой, Алис?

Я обернулась, нервно теребя кулон. Неужели он не понимал, о чем я? Но увидев его лицо, я с удивлением поняла, что не единственная в этой комнате злилась. Никогда еще я не видела на лице советника таких эмоций и это застало меня врасплох. Вино и эмоции, бушевавшие внутри, помогли мне высказать все, что уже давно зрело внутри.

– Жесткий. Властный. Манипулирующий всем и вся. Вы с легкостью добиваете поставленных целей, играя с чужими жизнями. Я никогда не могу понять, чего же именно хотите вы сами. Но что я понимаю, так это то, что вам безразличны судьбы других людей. Ваши методы достичь желаемого отвратительны.

По мере того как я говорила, его лицо менялось. Брови нахмурились сильнее и между глаз пролегла глубокая складка.

– А чего вы от меня ждали, Алис? Что я стану рыцарем в сияющих доспехах? Вы всегда знали кто я.

– Я думала, что мы станем партнерами, но все что вы делаете, это дергаете меня за ниточки, снова и снова. Не на такую опору я рассчитывала и не такую поддержку желала получить.

– Если вы желаете плакаться на чьем-то плече, то выбрали не того советника, – Берт приблизился ко мне и сила, исходившая от него, заставила меня немного растерять свой пыл, – я всегда буду манипулятором и всегда буду использовать все возможные способы чтобы достичь желаемого или защитить то, что мне дорого.

Он застыл передо мной и окунувшись в его темные глаза, я не смогла отвести взгляда.

– Вам дороги лишь вы сами.

На губах Берта появилась грустная улыбка и тут же исчезла.

– Я помогу вам сменить платье, – голос мужчины внезапно стал мягче. Его руки потянулись ко мне, но я резко сделала шаг назад, восстанавливая дистанцию.

– Возможно, мне не нужна ваша помощь, – я говорила совсем не о платье, и он тоже это понимал, – думаю, дальше я отправлюсь одна.

Рука советника замерла. Пальцы сомкнулись в воздухе, и он опустил ее.

– Вам лучше уйти, – я не была уверена в своем решении, но понимала, что если не прогоню его как можно быстрее, то пожалею о том, что сказала.

– Если вам будет угодно, – голос его вновь стал чужим и отстраненным. Развернувшись он двинулся к выходу, но прежде чем покинуть комнату замер у двери. Так и не коснувшись ручки, Берт внезапно обернулся.

– Ивет родилась в том приюте еще когда его спонсировал отец графа Риверса. Я получил эту информацию перед отъездом и не был уверен, что это правда. Мне необходимо было это проверить.

Сказав это, он распахнул дверь и покинул комнату, оставив меня с бешено колотящимся сердцем.

Глава четвертая

Я замерла посреди комнаты, растерянно переваривая информацию, которая на меня свалилась. Родилась здесь? Что ж, это меня не сильно удивляло, но что это могло дать? О чем это говорило? Интуитивно я понимала, что это может быть важно, но не могла охватить всю картину целиком.

Покинув комнату, Берт оставил дверь открытой. Я увидела на пороге Вистана, который взялся за ручку, чтобы закрыть ее.

– Вистан, позови моих фрейлин, скажи, что мне нужна помощь с платьем.

– Хорошо, ваше величество, - покорно ответил гвардеец.

Когда дверь закрылась, я начала раздеваться. Платья, которые Дина готовила для сегодняшнего вечера, оставались вверху сундука, и я вытащила одно из них, особо не беспокоясь о выборе наряда.

В дверь постучали и на пороге появилась Элоиза.

– Гвардеец сказал, что вам нужна помощь.

– Заходи.

Элоиза тут же подошла ко мне и принялась помогать с одеждой.

– А где Анна и Мария? – спросила я девушку, удивляясь, что она пришла одна. Мне бы хотелось для спокойствия иметь в поле зрения всех фрейлин.

– Я не знаю, вероятно, гвардеец нашел меня первой… Вы в порядке?

Я поспешно подняла руку к лицу, вытирая щеку, по которой сползла слеза.

– Да, все хорошо.

– Вы выглядите грустной. Может, вы устали?

Мой взгляд упал на испорченное платье, брошенное на постель.

– Я расстроилась, что испортила такое красивое платье.

– Это ваше любимое платье?

Я смогла взять себя в руки и подавить собственные слезы, которых и вовсе не должно было быть.

– Да, это мое любимое платье.

– Возможно, его еще удастся спасти слугам или же сшить в точности такое же.

– Думаю, его лучше выбросить, – не согласилась я и попыталась сменить тему, – как тебе прием графа?

– Достаточно интересно, много гостей, говорят, позже будут игры.

– Игры? – насторожилась я.

– Да, «Жмурки», например.

«Жмурки» были достаточно невинной игрой, однако сейчас мне так не казалось.

– Я думаю, нам не стоит участвовать в этих играх, – я развернулась, взяв Элоизу за руки. – Послушай, Элоиза, я понимаю, что здесь много богатых и одиноких мужчин, но не думаю, что кто-либо из них может стать хорошим мужем.

– Почему вы так думаете, ваше величество? – растерялась девушка.

Прежде чем я смогла ответить, в дверь постучались.

– Войдите!

В комнату тут же влетела Анна. Девушка растеряла свое смущение и щеки ее румянились от выпитого вина. Она застыла, поклонившись мне.

– Простите меня, ваше величество, я задержалась.

– Ничего, – я отпустила руки Элоизы и оглядела вторую девушку. Судя по всему, это именно за ней стоило приглядывать. Может отослать ее спать? Но все эти мысли исчезли, как только Анна вновь заговорила.

– Боюсь, Мария задержится еще сильнее, она сейчас играет.

– Что?

– Внизу затеяли игру в «Жмурки», ваше величество, – девушка не удержалась и захихикала.

– И Мария водит? – спросила я, совсем не улыбаясь. Кто знает к каким развлечениям перейдут после.

– О нет, но именно ее должен поймать водящий.

– Элоиза, ты закончила с моим платьем?

– Да, ваше величество, - отозвалась девушка.

– В таком случае, я хочу вернуться вниз, – я еще раз взглянула на вторую фрейлину, – и пригляди пожалуйста за Анной, кажется, она выпила лишнего.

Мой же хмель пропал вовсе. Выйдя из комнаты, я задержалась рядом с Вистаном.

– Анна, Элоиза, идите, я вас догоню.

Как только девушки отдалились, я повернулась к гвардейцу.

– Разбуди стражников, я хочу, чтобы они приглядывали за каждой моей фрейлиной.

– Что-то случилось, ваше величество? Лорд Берт был зол, а теперь вы просите разбудить охрану.

Я в очередной раз оглядела коридор.

– Надеюсь, что ничего, но гости графа Риверса бывают вольны с дамами и я хочу быть уверенна, что никто из них сегодня не позволит себе этого с моими фрейлинами. И пусть стражники постараются не привлекать к себе много внимания.

Вниз я шла еще быстрее, чем когда торопилась покинуть гостиную. Спускаясь по лестнице я уже слышала всеобщее веселье. Достигнув цели, я застыла на пороге, окидывая взглядом открывшуюся мне картину. Все мужчины стояли в стороне, в то время как по центру комнаты располагался лорд Берт с завязанными глазами. Вокруг, зовя его по имени, крутились девушки, пытаясь привлечь внимание советника.

– Арен!

– Арен.

– Арен…

Девушки смеялись, не умолкая ни на секунду, словно сирены, что зазывают моряка в свои сети, и Мария была среди них. Больше всего мне хотелось выхватить ее из этого окружения и увести как можно дальше, но если я так поступлю, то привлеку ненужное внимание.

– Лорд Берт сказал, что Мария будет его дамой, поскольку она единственная, чей голос он сможет различить, – тут же зашептала мне оказавшаяся рядом Анна, – но КАК он это сказал, ваше величество.

Прежде чем я успела ее остановить, Анна поспешно подбежала к остальным девушкам и присоединилась к игре. Я увидела рядом поднос и взяла вино, сделав глоток. И как мне поступить? Элоиза выглядела самой трезвой и здравомыслящей, но и она сейчас была среди девушек вокруг Берта. Стоило ей сказать, почему я не считаю присутствующих мужчин хорошими претендентами для брака, но теперь уже было поздно. Аристократы поглядывали на меня с любопытством, ведь я была единственной дамой, не присоединившейся к этой забаве. Прекратил бы лорд Берт этот фарс, если бы услышал и мой голос среди других?

Я постаралась отбросить от себя эту мысль, поскольку не обиралась присоединяться к развлечению. Граф Риверс появился рядом со мной, протягивая новый бокал с вином.

– Ваше величество, я рад что вы вернулись.

– Я слышала, что вы помогаете этим девушкам, – напрямую сказала я, не отводя взгляда от лица графа Риверса.

Он, вопреки ожиданию, не смутился и не растерялся.

– Мой отец построил этот приют, так что в основном это его заслуга. Однако, я поддержал его дело.

Он говорил об этом так спокойно и непринужденно, что я поняла, граф либо считает, что я не знаю о том, насколько щедра бывает благодарность девушек, либо, что я отношусь к этому вполне благосклонно. Но что, если я ошибалась? Может, он действительно помогал девушкам? Почему же тогда Берт скрывал это от меня?

– Куда они отправляются, когда вырастают?

– Некоторые девушки становятся компаньонками богатых дам, другие гувернантками. У них прекрасное образование и воспитание, поэтому, их будущее складывается весьма успешно.

– Вероятно, некоторые девушки также сумели составить успешную партию, побывав на ваших вечеринках?

– Не скрою, были и такие.

Я чувствовала свою беспомощность, ведь в отличии от Берта я лишь ходила вокруг да около, не зная, как подступиться к главному. Мне хотелось спросить графа напрямик о том, знает ли он Ивет, но я понимала, что не могу этого сделать, по крайней мере, не здесь и не сейчас. У меня было недостаточно опыта чтобы вести прямой и откровенный разговор. Нужно обладать чем-то большим, чем слухами или домыслами, чтобы затронуть столь деликатную тему. Мог ли граф быть тем самым влиятельным покровителем Ивет? Мог ли он стоять за покушением на меня? Если ответ на оба этих вопроса утвердительный, то я не должна показывать, что мне все известно, для своей же безопасности. Я не обладала опытом и талантом советника в получении нужной мне информации. Что бы он сделал?

Мой взгляд невольно вернулся к игре. Мужчина все еще кружил вокруг себя в поисках Марии. Что бы он сделал? Ответ лежал на поверхности. Он бы не стал говорить об этом с Риверсом. Его источником стали бы сами девушки, ведь кто еще мог знать о Ивет больше всего. Только те, кто жил и рос вместе с ней. Вдруг мужчина сделал несколько быстрых шагов и схватил Марию, обвивая рукой ее талию. Он поднял руку и стянул с глаз повязку.

– Я более чем уверен, что это моя дама. Я узнаю ее талию.

После этих слов смеялись уже мужчины. Я почувствовала, как холодок прошелся по

моей спине. Голос советника был не совсем тверд, а взгляд казался затуманенным. Лорд Берт был не просто весел, он был пьян.

– Простите, граф Риверс, мне нужно поговорить со своей фрейлиной, – не глядя на хозяина дома произнесла я, отдавая ему свой нетронутый бокал.

Поспешно огибая гостей, я приближалась к Марии и лорду Берту. Девушка взяла мужчину под руку, всячески стараясь закрепить достигнутый успех. Если кто и сомневался в чувствах советника к моей фрейлине, то лишь до сегодняшнего вечера. Даже я была готова поверить, что он ей увлечен.

– Ваше величество! – при виде меня улыбка Марии стала виноватой. – Простите, я должна была вам помочь.

– Мне помогла Элоиза, – пресекла я дальнейшие слова раскаяния.

Я заметила, что в руках Берта появился бокал, которого точно не было пары минут назад. Так он действительно пьян или притворяется? Я не могла поверить в то, что советник способен потерять над собой контроль. Только не он и уж тем более не в подобной ситуации. Сама мысль о подобном пугала.

Однако, прежде чем я смогла в чем-либо убедиться, заиграла задорная музыка.

– К чему пустые разговоры, – рука Берта вновь оказалась на талии Марии, – давайте танцевать.

Я ощутила запах алкоголя и проводила фрейлину и советника взглядом. С каждой минутой мне становилось все тревожней.

– Кажется, ваша фрейлина ушла, – я обернулась, Риверс был тут как тут, – вы избегаете меня, ваше величество?

Я чувствовала себя загнанной в угол. Казалось, ситуация полностью вышла из-под контроля.

– Конечно же нет, – я взяла графа под руку, – этот танец, как и все последующие, ваш.

К счастью, этот танец не предполагал собой тесного контакта. Я все еще помнила, как рука графа Риверса осваивалась на моей талии.

– Вам совсем не нравится мой вечер, ваше величество?

Мужчина истолковал мое беспокойство по-своему. Да, вечер мне был не особенно приятен, но не это заставляло меня выглядеть хмурой. Я постаралась взять себя в руки.

– Вы ошибаетесь.

– Тогда почему вы почти не улыбаетесь?

– Боюсь я была слишком занята своими мыслями, – попыталась выкрутиться я.

– Должно быть невеселые мысли.

Я уже пожалела о том, что не придумала отговорки лучше.

– Я знаю, что может прогнать все ваши мысли.

– И что же?

– Для начала, дайте слово, что обязательно попробуете.

– Я – королева. Мое слово слишком ценно, чтобы давать его слепо, – мы переплели наши руки и двинулись по кругу.

– Резонно. Но как я смогу завоевать расположение королевы, если она мне этого не позволит?

Определенно, граф чувствовал, что я стала с ним холодна. Все мои старания с начала вечера можно было считать потраченными впустую. Но нужно ли мне было расположение подобного человека?

– Я хочу предложить вам поучаствовать в нашей следующей игре, – продолжил он тем временем, – если вы откажетесь, я буду огорчен.

Я неуверенно нашла взглядом Берта, который танцевал с Марией и совершенно не смотрел в мою сторону. С каждой минутой граф Риверс все больше казался мне опасным собеседником, хотя до этого производил впечатление ветреного весельчака.

– А если соглашусь?

– Приобретете в моем лице союзника. Разве не поэтому вы здесь?

Прежде чем я нашлась что ответить, его лицо вновь озарила улыбка весельчака и он положил свою руку на мою талию, закружив нас по залу в бешенном ритме. Едва поспевая за ним, я не могла ни о чем думать. Моя голова закружилась и когда граф остановился, я ответила первое, что пришло в голову.

– Почему бы нам не сыграть.

– Замечательно!

Прежде чем я успела пожалеть о сказанных словах, Риверс прервал танец и захлопал в ладоши, привлекая внимание. Музыка тотчас прекратилась и все лица обратились в нашу сторону.

– Дамы и господа. Предлагаю перейти к более подвижному времяпровождению. Ее Величество согласилась поучаствовать в нашей любимой забаве. Прошу всех в сад. Настало время для охоты.

Название игры мне уже не понравилось, однако гости графа встретили его слова заметным оживлением. Я взяла хозяина дома под руку и вместе с ним проследовала через весь дом к дверям, выходившим в сад. Оставалось лишь надеяться, что главным трофеем этой охоты не буду я.

Вечер оказался на редкость теплым. Оказавшись на улице, я отпустила руку графа и нашла взглядом своих фрейлин. Анна и Элоиза, как оказалось, были позади меня. Как и я, девушки были заинтригованы. Риверс извинился и отошел.

– Я думала, вы не хотите играть, ваше величество, – заметила Элоиза, останавливаясь рядом.

– Я передумала, – ответила я и окинула взглядом сад.

Дом освещал лишь ближайшие растения, представляющие из себя кустарники и живые изгороди, которые по мере отдаления поглощала тьма.

– Поскольку среди нас есть те, кто еще не участвовал в этой забаве, я объясню правила игры! – убедившись, что все вышли в сад, начал хозяин дома. – Мы разделимся на две группы участников: охотников и добычу. Охотниками, в силу природных инстинктов, станут мужчины, а добычей наши прекрасные дамы.

Взгляд графа Риверса на мгновение остановился на мне, и я почувствовала себя неуютно. После того как он всем объявил о моем участии, отказаться было невозможно. Я невольно нашла взглядом лорда Берта. Советник внимательно слушал графа и не обращал на меня никакого внимания. Между гостями проходили слуги с подносами.

– Каждая девушка повяжет на свою руку ленту, после этого у вас будет десять минут на то, чтобы спрятаться в саду. По истечении отведенного времени, мы пойдем вас искать, – граф Риверс улыбнулся. – Победит конечно же тот, кто сорвет больше всего лент с рук наших прекрасных дам, не исключено, что кому-то не повезет вовсе, – заключил он, обводя собравшихся взглядом, – сегодня у нас много охотников. Когда все ленты будут собраны, вы услышите звон.

– А если мы потеряемся? – обеспокоенно спросила Мария, смотря в темноту.

– В саду есть специальные фонари, свечи в них зажгли совсем недавно, а дом заметен издалека. Вы в любой момент можете позвать нас, миледи, мы не допустим, чтобы кто-нибудь из наших прекрасных дам потерялся.

Один из слуг остановился рядом с нами, и я увидела на подносе разноцветные ленты. Моя рука потянулась к синей, но не успела я ее взять, как к нам вновь вернулся граф Риверс.

– Постойте, ваше величество, позвольте.

Взяв мою руку, он повязал на запястье ленту, которую извлек из кармана. Яркий цвет не мог не привлечь внимания. Я огляделась вокруг и поняла, что была единственной девушкой с алой лентой на руке.

Я все еще разрывалась от желания нарушить свое слово и отказаться от участия, когда игра началась. Фрейлины, схватив меня за руки, утянули за собой в темноту. Спотыкаясь, мы следовали по аллее за другими девушками. Вскоре впереди показался первый фонарь, свеча внутри которого освещала ближайшее пространство. Кто-то свернул направо, кто-то налево, мы же продолжали идти прямо. Шорохи становились все реже, а смех все дальше.

– Может, нам тоже стоит разделиться? – предположила Мария.

– Нет, – поспешно ответила я. – Давайте держаться вместе.

Вместе с фрейлинами мы продолжали идти вперед то ныряя в непроглядную темноту, то вновь оказываясь на отдельных островках света.

– Как думаете, десять минут уже прошли? – шепотом спросила Анна.

– Скорее всего, – ответила ей Элоиза едва слышно.

Невольно мы стали идти еще медленней, стараясь ступать неслышно. Может, повернуться назад? Увести девушек отсюда? Сядем в карету и доберемся до ближайшего постоялого двора.

Где-то ухнула сова, заставив всех нас вздрогнуть от испуга. Мы замерли на месте, переводя дыхание, и тут же услышали шаги.

– Нужно спрятаться, – тихо вскрикнула Анна и первой скрылась в прилегающих кустах.

Другие девушки еще сомневались, оставаясь на месте. Шаги становились все ближе. Я двинулась вперед по тропинке, удаляясь от «охотника» в противоположную сторону, судя по звукам, фрейлины последовали за мной. Наши юбки шуршали, привлекая к себе внимание. Вдруг, шаги стали быстрее. Либо «охотник» нашел Анну, либо услышал нас. Не выдержав, я побежала. Все это до пугающего напомнило мне недавно покушение в лесу.

Кто мне граф Риверс? Друг или враг? Что если мне стоит его бояться?

В какое-то мгновение я поняла, что не слышу шуршания юбок. Оглянувшись, заметила, что Мария была неподалеку и пряталась за деревом, но Элоизы уже нигде не было видно. Поймав мой взгляд, девушка приложила палец к губам. Оглядевшись, я последовала примеру Анны: раздвинула ветки и скрылась в ближайшем кустарнике. Ветки царапали кожу и цеплялись за платье. Боюсь, я вызвала своей попыткой спрятаться куда больше шума, чем стоило. Я замерла, затаив дыхание. Неподалеку был фонарь, отбрасывающий на тропинку тени. Я знала, что Мария рядом, стоит лишь подождать пока незнакомец уйдет и мы сможет двинуться дальше.

Шаги вдруг замерли и послышался вскрик. Я подавила в себе желание тотчас покинуть свое «убежище».

– Поймал, – послышался веселый и незнакомый голос, – и почему все девушки прячутся за деревьями?

– Вероятно потому, что кустарники колючие и губительны для платья, – послышался не менее веселый голос Марии.

– Возвращайтесь к дому, миледи.

Я замерла, задержав дыхание, но мужчина прошел мимо даже не останавливаясь. Вероятно, он не догадывался, что рядом есть кто-то еще.

Я выбралась наружу. Несколько листьев прицепились к платью.

– Ваше величество, – Мария оказалась рядом. Я поспешно приложила палец к губам, испугавшись, что «охотник» ушел недостаточно далеко и мог ее услышать.

На ее запястье больше не было ленты.

– Хотите, чтобы я осталась с вами? – спросила у меня девушка.

Я взвесила все «за» и «против». Вдвоем мы создавали куда больше шума. Я посмотрела на свое запястье и стала отвязывать ленту.

– Что вы делаете?

– Я брошу ее в кусты, скажу, что потеряла, и мы вместе вернемся к дому, – прошептала я.

Однако, лента никак не поддавалась. Граф затянул на моей руке слишком крепкий узел.

– Давайте я помогу.

Но прежде чем Мария попыталась помочь мне развязать ленту, за ее спиной вновь послышались шаги. Мы испуганно переглянулись.

– Бегите, – одними губами прошептала она и развернувшись, двинулась навстречу новому «охотнику».

Едва девушка скрылась за поворотом, как тут же послышались голоса.

– Мне улыбнулась удача, миледи!

– Боюсь, что нет.

Я догадалась, что Мария показа ему пустое запястье.

Подобрав юбку, я задрала ее до неприличия высоко и поторопилась скрыться, стараясь издавать как можно меньше шума. Я понимала, что впереди мог попасться еще один «охотник», но выбора не было. К счастью, скоро тропинка разделилась. Я не задумываясь шагнула налево, чтобы не углубляться в сад слишком глубоко. К счастью, дорога впереди оставалась свободной. Вероятно, мужчина, завладевший лентой Марии, свернул в другую сторону.

Отойдя достаточно далеко я отпустила юбку и остановилась, оглядевшись вокруг и прислушавшись. Кроме звуков ночных животных и отдаленной музыки, доносившейся со стороны дома, ничего не было слышно. Я перевела дыхание, на какое-то время почувствовав себя в безопасности. Все что нужно, это снять эту чертову ленту и спрятать ее так, чтобы ни один «охотник» не смог подобрать. После я вернусь обратно к дому и совру, что потеряла ее, дождусь своих фрейлин и… и что? Покину дом графа? Оставаться здесь на ночь мне хотелось все меньше и меньше. Граф относился ко мне уж слишком своевольно. Как и в случае с лордом Бертом, меня не отпускало щекочущее чувство. О Берте я даже не хотела думать. Он бросал направо и налево речи о том, что действует ради моего блага, однако сейчас явно был занят совсем другим. Может, он действительно увлекся моей фрейлиной, а его красивые слова о сохранении репутации королевы были не более чем сказкой чтобы одурачить меня?

Дрожащими руками я пыталась развязать крепкий узел. Подняв руку к лицу, я впилась в него зубами, и лента наконец-то начала поддаваться. Увлеченная этим делом, я не заметила, как кто-то подошел со спины, а когда меня обхватили руками и зажали рот, толкнув к дереву, было уже поздно. Я пыталась закричать и укусила ладонь незнакомца, но даже когда мои зубы впились в его кожу, он меня не отпустил.

– Тише, Алис, – прошептал хорошо знакомый голос, и я замерла, опустив руки и перестав вырываться. Берт прижал меня к широкому дубу. Я подняла руку, чтобы вновь ударить его, но замерла, услышал шаги. Не только лорд Берт нашел меня. Мужчина придвинулся ко мне ближе, притесняя к дереву и полностью закрывая своим телом. Он убрал руку с моего рта, но я уже не пыталась закричать. Стараясь вдыхать как можно медленней, я чувствовала запах алкоголя, исходивший от советника, и вспомнила в каком состоянии видела его совсем недавно. Я положила руку с красной лентой на грудь мужчины и провела ею дальше, под камзол, обняв его и спрятав лицо на широкой груди.

Шаги замерли, и кто-то хмыкнул. Возможно, нас увидели, но точно не смогли бы разглядеть ни красной ленты, надежно спрятанной под одеждой советника, ни меня. Благодаря черному платью, темнота поглотила меня полностью, а сам Берт заслонил лицо, закрывая собой. Мы были лишь парочкой, решившей уединиться в темном уголке сада.

Шаги начали удаляться и лишь когда они стихли я перевела дыхание, отстраняясь от груди советника.

– Спасибо, – прошептала я.

– Я не мог позволить кому-то еще поймать тебя, – жар его дыхания обжог мое ухо, и я вздрогнула.

Голос советника был игрив, а его обращением со мной совсем не похоже на то, что бывало всегда. Его рука переместилась с дерева на мою талию.

– Господи, так вы все-таки пьяны! – возмутилась я, попытавшись оттолкнуть его, но не смогла, зажатая между деревом и мужчиной.

– Я думала, вы меня наказываете, – зло зашептала я, вздернув голову и вглядываясь в его лицо, остававшееся еле различимым, – показываете, какого мне будет без вашей помощи.

– К чему мне это делать, – так же шепотом ответил мне Берт, – если кто и наказан, то это я.

Вторая его рука поднялась вверх и коснулась моего лица, в то время как другая продолжала оставаться на талии. Он провел пальцами по моей щеке и коснулся губ.

– Так трудно удержаться… – прошептал он.

– Вы меня пугаете, – я уже не пыталась оттолкнуть мужчину от себя, – почему вы себя так странно ведете?

Вместо ответа он неожиданно подался вперед и поцеловал меня. Его губы жадно впились в мои, не давая возможности вдохнуть. Моя рука, обвязанная лентой, все еще оставалась под его камзолом, и я вцепилась в рубашку мужчины, сжимая ее в кулаке. Нужно было его оттолкнуть. Я должна была его оттолкнуть! Это уже не было похоже на поцелуи в шею или небрежные касания, которые он позволял себе раньше. Но больше всего пугало то, что мне это нравилось. Поддавшись искушению, я ответила на его поцелуй, на мгновение отбросив все мысли в сторону. Тепло его тела, прижимающего меня к дереву и мягкие губы, с жадностью крадущие каждый поцелуй, дурманили голову. Но нельзя было позволить себе отключить разум, не здесь и не сейчас. Я сомкнула зубы, укусив губу мужчины и тот тихо вскрикнул, отстранившись.

– Не делай так, если не хочешь завести меня еще сильнее, – прошептал он, как и я, тяжело переводя дыхание.

Берт забыл обо всем на свете, от того что нас могли видеть до того, что он просто не может себе позволить подобного поведения со мной. В этом было что-то неправильное. В нем было что-то неправильное. Берт просто не мог так несерьезно себя вести.

– Как вы могли напиться сейчас, – прошипела я.

– Я не пьян, – ответил мужчина, зарываясь лицом в мои волосы и целуя в шею.

– То, что вы делаете сейчас, государственная измена, – приводила я последние аргументы, – не говоря уже о том, что нас могут увидеть, и тогда погибнем мы оба, независимо от обстоятельств.

– Желать вас не преступление, преступление обладать вами.

Это уже было больше похоже на Берта.

– Я делаю что-то не так? – спросил он, почувствовав перемену во мне.

– Совершенно все. Пустите, – я собрала все силы и оттолкнула его.

Мужчина подчинился, отступая от меня на шаг, но все еще оставаясь рядом.

– Сколько бокалов вы выпили после того, как покинули мою комнату? – я совершенно не представляла, что делать дальше, учитывая, что мой союзник был словно одурманен.

– Ни одного.

Я окаменела, пораженная внезапной догадкой. Все тут же вставало на свои места. Подняв руку, я коснулась щеки мужчины. Он тут же положил поверх моей руки свою ладонь. Без сомнения, лорд Берт был не в себе и ко мне начинало закрадываться подозрение, что виной тому отнюдь не все вино, которое он выпил, а один единственный бокал. Бокал, который он выпил перед тем, как покинуть мою комнату. Я могла ошибаться, ведь мы пили это вино вместе, еще перед приемом, однако, когда я вернулась, чтобы переодеть платье, вино пил лишь советник и именно после этого начал вести себя странно. Он стал более мягким и игривым, казалось, что от интригана не осталось и следа. Могли ли что-то подсыпать в графин за то время, что я была внизу?

Это объясняло все. Его фривольное поведение, согласие поучаствовать в глупой игре, немного затуманенный взгляд. Виной всему был отнюдь не алкоголь. Лорд Берт, который успевал считать мои бокалы, никак не мог выпить больше, чем мог себе позволить.

Я дала советнику пощечину. Мою ладонь словно обожгло огнем, можно было не сомневаться, что он почувствовал то же. Но я понимала, что это вряд ли поможет привести его в чувства.

– Только не сейчас, – меня охватило отчаяние, – не бросайте меня сейчас!

Мой голос эхом раскатился по саду. Можно было не сомневаться, что скоро здесь окажется как минимум один «охотник».

– Я никогда тебя не брошу, – ответил мне советник, спотыкаясь при попытке вновь приблизиться ко мне.

Мое сердце разрывалось от осознания того, что он мне не помощник. Более того, сейчас я должна была оставить его здесь и действовать сама, чтобы исправить ситуацию. Сорвав дрожащими руками ленту, я впихнула ее в руки Берта. Справа от нас послышались шаги очередного игрока, и я сделала единственное, что мне оставалось. Подхватила юбку и побежала. Поначалу я двигалась бессознательно, но оказавшись достаточно далеко, сбавила шаг и остановилась. Не торопясь я направилась обратно к дому. У меня было всего несколько минут, чтобы составить план. Я не могла утверждать с полной уверенностью что это был граф, но его поведение и то, что он был хозяином вечера, делали его бесспорным подозреваемым.

Можно было приказать страже схватить его. Он может лишиться головы за то, что пытался опоить меня. Конечно, при условии, я смогу это доказать. Если вино все еще в комнате, а это наверняка так, доказательств более чем достаточно. Вистан почти все время был у комнаты и мог указать на слуг, которые подсыпали дурман, и тогда уже ничто не спасет графа от казни. Но он аристократ и у него было много друзей. Богатых и влиятельных друзей, которые поддерживали корону, и я не могла быть уверена, что среди его друзей не было тех, кто мог действовать с ним заодно. К тому же, я до сих пор не знала, связывает ли его что-то с Ивет и как это может повлиять на меня.

Как лорд Берт может с легкостью принимать такие сложные решения?

Огни дома были уже совсем близко. Я замерла и постаралась отбросить все мысли в сторону, сосредоточившись лишь на одной. Как бы Берт поступил на моем месте?

В поисках ответа, я вспомнила один из советов, который он дал мне еще во дворце. «Бывают моменты, когда вы кажетесь акулой, Алис. Соберите в кулак весь свой гнев». Что ж, гнева во мне было предостаточно.

Я вышла из-за живой изгороди, тут же притянув к себе взгляды присутствующих у дома девушек и слуг. Мужчины еще оставались в лабиринте. Рядом со мной тут же возник поднос, но я отрицательно мотнула головой. Пить в стенах этого дома я больше не собиралась. Мария уже направлялась ко мне, пересекая лужайку. Элоиза и Анна, судя по всему, еще не выбыли из игры. Справа от себя, на самой кромке сада, я заметила двух гвардейцев, это были Вистан и Норман. Взяв Марию под руку, я вместе с девушкой направилась к ним.

– Что-то не так, ваше величество? – Мария заметила мое беспокойство.

– Ты будешь должна делать все, что я скажу. Быстро, тихо, и так, чтобы ни у кого не вызвать лишних подозрений. – Произнесла я перед тем, как мы остановились рядом с гвардейцами.

– Ваше величество, – Вистан бросил на меня обеспокоенный взгляд, – я отправил в сад несколько людей.

– Вистан, ты оставался рядом с моей комнатой, когда я была внизу? Кто-нибудь заходил внутрь?

– Служанка. Ей нужно было добавить дров в камин.

– Дина? – переспросила я.

– Нет. Это была одна из служанок графа Риверса.

По-видимому, дровами дело не ограничилось.

– Мария, – я повернулась к девушке, продолжая держать ее под руку, – ты должна пойти в дом и найти мою служанку. Скажи, что мы немедленно уезжаем, она позаботится о том, чтобы все наши вещи собрали. Если кто-то о чем-то тебя спросить, ничего не говори. Как только дашь распоряжения, возвращайся в сад, дождись Анну и Элоизу, и вместе с ними отправляйся в карету. И еще, больше не пей никаких напитков в этом доме.

Мария смотрела на меня внимательно. Я увидела, что у нее много вопросов, однако она лишь кивнула, и развернувшись, плавной походкой двинулась обратно к дому.

– Норман, – я повернулась к гвардейцам, – на вас лошади и стражники. Разбудите людей лорда Берта, пусть они тоже готовятся к отбытию. Если слуги будут предлагать, пусть никто не берет ни еду, ни воду. После того как закончишь с этим, найди лорда Берта, и если понадобится, силой затолкай его в карету, хотя, вряд ли это будет сложно, кажется, его опоили.

Я заметила, как руки гвардейцев рефлекторно потянулись к мечам. Вистан бросил взгляд через мое плечо.

– В таком случае, мы оба не можем покинуть вас, ваше величество, – возразил Норман, – главное, обеспечить вашу безопасность. Мы немедленно выясним кто это сделал, и задержим его.

– Нет, – остановилась я стражника, который был готов сию же минуту приступить к выполнению своих слов, – ты сделаешь все так, как я велела. Это мой приказ. Со мной останется Вистан.

Теперь колебался Норман. Я видела в его взгляде желание не подчиниться приказу, но гвардеец переступил через это. Поклонившись мне, он двинулся вдоль дома, направляясь в сторону конюшен. Рука его так и осталась лежать на мече.

– Для меня у вас тоже есть задание? – спросил Вистан, когда мы остались одни.

– И даже не одно.

Я была в библиотеке графа вот уже минут десять. Окна выходили в сторону сада, и было видно, как слуги двинулись внутрь, звоня в колокольчики и извещая всех, что игра окончена. Девушки толпились на лужайке, Анна и Элоиза были среди них, но Марии не было видно. Я надеялась, что она выполнит свое задание. В крайнем случае, это сделают гвардейцы. Девушки должны были оказаться в карете прежде, чем я покину библиотеку.

Из сада показался граф Риверс. Он был в меру весел и пьян, о чем говорила его широкая улыбка и не совсем ровная походка. Я отошла от окна и опустилась в кресло. Сделав вдох, я попыталась расслабиться и откинулась на спинку, позволив одной руке свеситься с подлокотника. Ждать мне пришлось совсем недолго.

Дверь библиотеки распахнулась, но я не открывала глаз, пока вошедший не заговорил.

– Ваше величество. Ваш гвардеец шепнул мне, что вы здесь.

Я приоткрыла глаза и улыбнулась графу.

– Кажется, я слишком утомилась. Однако, мне непременно хотелось встретиться с вами, перед тем как идти спать. Налейте нам вина.

На губах графа Риверса заиграла довольная ухмылка и он двинулся к столику, на котором стояли графин и бокалы.

Я выпрямилась в кресле, наблюдая за графом. Он щедро налил вина в оба бокала и развернувшись, двинулся ко мне, протянув один из них.

– Ранее вы говорили о союзе, – я наблюдала за тем, как граф пьет вино, опустошая за раз половину бокала, – какого рода союз вы хотели мне предложить?

Он присел на подлокотник моего кресла. Было любопытно, как далеко он готов зайти в своем невежестве. Его рука легла на спинку, задев мое плечо. Пришлось приложить усилия, чтобы не дернуться от этого прикосновения.

– Все зависит от того, какого рода союз вы готовы принять? – улыбка вновь изогнула его губы, а взгляд опустился вниз, затерявшись где-то в моем декольте.

Моя рука дрогнула, но я успела отвести ее в сторону, чтобы не запачкать второе платье за вечер.

– Ой, как же я неаккуратна, – я хихикнула, ни капли не жалея о том, что пролила эту отраву.

– Это не страшно, я налью вам еще, – Риверс взял у меня пустой бокал, вновь направившись к графину. Все слишком легко, его бокал тоже был пуст.

Я встала из кресла, не забыв покачнуться, и сама двинулась к нему. Граф наполнил оба бокала и развернувшись, вновь протянул мне второй. Взяв его, я переместилась к окну. Мне требовалось выиграть еще немного времени, прежде чем приступить к главному. Выглянув в сад, я увидела, как Мария уводит в дом Анну и Элоизу, и почувствовала себя уверенней. Девушки были в безопасности.

За моей спиной послышался грохот. Обернувшись, я увидела, как граф потирает ногу, которой ударился о кресло. С его губ слетели отнюдь не благородные слова. Я решила, что можно больше не тянуть. Кто знает, вспомнит ли он мои слова, когда вино подействует в полной мере. Я протянула руку к цветку, стоявшему рядом. Земля с готовностью впитала вино. Глаза мужчины расширились от удивления, и он с недоумением взглянул на меня.

– На вашем месте я бы тоже не пила это вино.

Он посмотрел на бокал в своих руках.

– Что вы подмешали в вино в моей комнате? – спросила я у него.

– Я ничего вам не подмешивал, – граф побледнел, но не сдавался. Язык его, однако, заплетался, и он ухватился за спинку кресла, рядом с которым продолжал стоять.

– Другого ответа я и не ожидала, вам ведь не хочется лишиться головы. Однако, мой гвардеец видел служанку, и я пообещала, что помилую ее, если она скажет правду. Как думаете, что она выбрала?

Бокал выпал из рук графа, оставив на ковре кровавое пятно. Он выглядел ошеломленным, а я чувствовала себя уверенней с каждой секундой.

– Вы были более чем благосклонны ко мне этим вечером, – проговорил мужчина, – и трудно не заметить, как вы смотрите на лорда Берта. У вас один свидетель, а у меня их гораздо больше, и все они скажут, что королева вела себя слишком беспечно. Вряд ли это обрадует короля.

– Не думаю, что им есть что сказать. Все что они видели, это то, как вы бесстыдно приставали к королеве и втягивали ее в сомнительные забавы, после чего она покинула ваш дом, даже не попрощавшись. Может, вы и хотели меня опорочить, но у вас это не вышло. Я даже рада, что побывала у вас в гостях. Всегда нужно знать своего врага в лицо. Теперь я знаю о вас все. Я видела ваш дом, ваших друзей, знаю о ваших увлечениях. Догадываетесь, о чем еще я знаю?

Мужчина молчал. Его мозг, затуманенный алкоголем и опиатами, которые уже начинали действовать, работал слишком медленно для того, чтобы оценить ситуацию. Сейчас он был беззащитен и меня переполняло чувство удовлетворения, когда я это видела.

Я сократила расстояние между нами, остановившись прямо перед ним. Лицо мужчины было рядом, и я видела пот, проступивший на лбу, и появившиеся морщины.

– А что вы знаете про меня? Все еще хотите стоять у меня на пути? – тихо спросила я у него. – Подумайте над этим, когда придете в себя, и сделайте правильные выводы. Если вы еще не слышали, меня не пугают отрубленные головы.

Я обошла графа и направилась к двери. В коридоре меня ждал Вистан, натянутый как струна.

– Схватит его? – спросил он у меня, как только я вышла в коридор.

– Нет, – ответила я так, чтобы меня не слышал граф, оставшийся в комнате. – Все готово к отъезду?

– Да, как вы велели.

Я двинулась вперед по коридору, в одной из приоткрытых дверей заметив мужчин, располагающихся за карточным столом. Среди них был герцог Дорсет, который поймал мой взгляд. Я все еще сомневалась, был ли он заодно с графом Риверсом, иначе, к чему ему было обращать мое внимание на девушек из приюта?

Мы наконец-то достигли парадного входа. На улице оказалось прохладно, но у выхода стояла Дина, с теплой накидкой в руках. Я остановилась, надевая ее, и посмотрела на две кареты у входа.

– Приглядывай за девушкой, которую мы взяли с собой, – попросила я Дину и направилась к карете, где меня ждали фрейлины.

Оказавшись внутри, увидела на лицах девушек беспокойство и страх.

– Что случилось, ваше величество? – спросила у меня Анна, едва мы тронулись с места.

– Граф Риверс оказался нечестным человеком и ночь здесь могла вас скомпрометировать, – ответила я отрывисто. Рассказывать девушкам все не хотелось, но им тоже была необходима веская причина для нашего отъезда.

– Мне жаль, – я взглянула на их усталые лица, – но этой ночью нам не удастся отдохнуть.

Я знала, что в часе езды есть постоялый двор, но не хотела останавливаться так близко от имения графа. Выглянув в окно, я удостоверилась, что мы отъехали достаточно далеко. Протянув руку, я постучала, веля остановиться.

– Я поеду в другой карете, – дверцу открыли, и я ухватилась за поданную руку, выходя наружу. Было очень темно, потому я ступала медленно и осторожно. Достигнув второй кареты, где должен был находиться лорд Берт, я сама открыла дверцу и залезла внутрь.

Мужчина сидел, откинувшись на спинку сиденья. Его одежда была помята, а рубашка расстегнута у горла. В тусклом свете свечи, закрепленной в карете, я заметила, как блестит пот на его лбу. Мы тронулись с места, и я подалась вперед. Словно почувствовав мой взгляд, он открыл глаза.

– Почему мы в карете? – растерянно спросил мужчина, оглядываясь вокруг.

– А вы не помните?

– Ваши гвардейцы схватили меня и посадили внутрь, – вновь прикрыв глаза и положив на них руку, пробормотал Берт.

– И вы не сопротивлялись? Вас это не насторожило?

Неужели его чувство самосохранения исчезла напрочь? А как же здравый смысл?

– Вы либо велели им задержать меня за то, что я посягнул на собственность короля, – тихо проговорил он, – либо вздумали сбежать со мной. Неужели верным оказался второй вариант?

– Похоже, вы начинаете приходить в себя

Он убрал руку от лица и посмотрел на меня темными глазами, которые заполнили расширенные зрачки.

– Сейчас ты кажешься еще красивее.

По тому, как изменился тон, и он вновь легко перешел на интимное «ты», я поняла, что потребуется еще не один час, прежде чем разум лорда Берта окончательно прояснится.

– А вы кажитесь уязвимым.

Я придвинулась так близко, что между нами почти не осталось пространства. Мужчина внезапно тоже подался вперед и, схватив меня за руку, потянул на себя. Карета подпрыгнула на ухабе, и я полетела в его объятья. Неожиданно для себя, я оказалась на коленях у мужчины, а его руки плотным кольцом сомкнулись на моей талии.

– Я никогда еще не ощущал себя настолько хорошо, – нагло заявил он.

– Наслаждайтесь, – я старалась, чтобы мой голос остался невозмутимым, – завтра вы почувствуете себя как-никогда плохо.

– Разве тебе не хорошо со мной? – задал он провокационный вопрос.

Я вздохнула и высвободилась из его объятий. Лорд Берт неожиданно легко отпустил меня, позволив пересесть рядом. Вновь откинувшись на сиденье, он прикрыл глаза, тяжело вздохнув. Был ли он сейчас искренним? Больше всего меня пугало то, что ответ мог оказаться положительным. Я наконец-то узнала правду, но легче от этого мне не стало. Наоборот, теперь все еще запутанней. Мог ли он притворяться? Можно ли все свести к очередной игре и дальновидному плану?

– Какие цели вы преследуете? – не удержалась я от возможности задать вопрос и получить искренний ответ.

– Ты все еще не поняла? – вопросом на вопрос ответил он.

То ли освещение было неудачным, то ли мужчина стал намного бледнее. Все еще не открывая глаз, он протянул свою руку и нащупав мою ладонь, сжал ее. Ответа я так и не получила, поскольку лорд Берт провалился в беспокойный сон.

Глава пятая

Проснувшись, я не сразу поняла, почему моя постель покачивается, а тело ломит так, словно я спала на камнях. Более того, спала не одна и почему-то полусидя. Едва приоткрыв глаза, я тут же все вспомнила и испуганно отпрянула от мужчины, на плече которого лежала моя голова. К счастью, Берт спал. Я поводила ладонью перед его закрытыми газами, чтобы убедиться, что это не притворство, но ни один мускул не дрогнул на его лице, а дыхание было мерным и спокойным.

Отодвинув занавески, я увидела, что за окном уже вовсю сияет солнце. Ночь была позади. Оглянувшись, вновь посмотрела на мужчину. При свете дня он уже не казался насколько бледным, как вчера. Я неуверенно придвинулась и положила ладонь ему на лоб, едва касаясь кожи. Жара тоже не было. Оставалось надеяться, что когда советник очнется, то вновь будет похож на самого себя, вооруженного неизменной ухмылкой и острым языком. Я опустила руку, вновь отодвинувшись к окну. Мысли вернулись к прошлой ночи. Сейчас, когда все было позади, я уже не была настолько уверена в своих силах. Что если мои угрозы оказались недостаточно убедительны?

Мои размышление прервал шорох, и я отвернулась от окна, посмотрев на мужчину. Он открыл глаза и наши взгляды встретились. Я молчала, давая ему время, вспомнить и осмыслить события вчерашней ночи.

– Кажется, вы крупно просчиталась, – заметила я, когда тишина стала затягиваться.

Если мужчина и сгорал со стыда, то умело это скрывал.

– Кажется, я невольно стал вашим спасителем. – Сказал он вполне серьезно. – Не окажись меня рядом, вино выпили бы вы.

– Если бы не вы, я бы не оказалась в этом ужасном доме.

Шах и мат. Но внезапно, вместо ужаса или стыда на его лице заиграла улыбка. Не усмешка или ухмылка, к которым я привыкла.

– Вы довольны? – изумилась я. – Стоило оставить вас там!

– Разве бы вы смогли так поступить? – теперь он еще и издевался.

– Я сказала графу, что меня не пугают отрубленные головы. – Уязвленно заявила я. – Спросите у него, на что я способна.

Лорд Берт расхохотался.

– Вы действительно так сказали? И какое у него было лицо?

– Виноватое.

– Что ж, значит, ему есть что скрывать и терять, и что немаловажно, его можно запугать. Хотя я удивлен, что вы не взяли его под стражу.

– Я хотела, но решила повременить. У меня достаточно доказательств, чтобы сделать это в любой момент. Я забрала с собой служанку, которая отравила вино.

– Это правильный ход, – он стал чуть серьезней, – а вино? Его вы тоже забрали?

– Нет. Я подменила вино в его кабинете и наблюдала за тем, как граф Риверс пьет собственную отраву.

На лице Берта не осталось и тени улыбки. Мужчина подался вперед, внимательно вглядываясь в мои глаза. Я почувствовала себя неуютно, но не отодвинулась.

– Вы бы на моем месте сделали то же самое, – добавила я.

– Да, – согласился лорд Берт, продолжая пристально изучать меня, – именно так я бы и поступил.

– Тогда почему вы так на меня смотрите? – не выдержала я.

– Думаю о том, в кого я вас превратил. Чем больше об этом думаю, тем больше отвращения испытываю к самому себе.

– Кажется, вы все еще не до конца пришли в себя, – я отвела взгляд, и в карете повисла неловкая пауза.

Стоило остановить экипаж и вернуться к фрейлинам, но я продолжала смотреть в окно и ехать вместе с лордом Бертом в одной карете.

– Расскажите мне все по порядку, не упуская деталей, – попросил мужчина.

– Я все еще не решила, стоит ли мне продолжать путь вместе с вами, – ответила я, продолжая смотреть в окно.

Теперь, когда я убедилась в том, что советник был в порядке, вперед выступили другие эмоции. Я даже могла предсказать, что последует за моими словами. Он заверит в том, что играет на моей стороне и больше не будет никаких недомолвок. Сколько раз я уже слышала это и сколько обжигалась?

– Девушка, которая прислуживала Ивет в замке, случайно заметила кое-что. Когда она разбирала ее гардероб, то нашла любопытную вещь. Это был платок с монограммой. Она рассказала об этом мне. Я надеялся, что это поможет обличить ее любовника или покровителя, но получил не то, о чем думал. Мне удалось выяснить что это монограмма приюта графа Риверса. Это произошло прямо перед отъездом и у меня не было возможности узнать больше, поэтому я принял решение рискнуть и посетить его имение. В моих планах было сблизиться с одной из его дам и расспросить про Ивет. Если бы я получил больше информации, то, возможно, помог бы вам избавиться от любовницы мужа раз и навсегда.

– Что ж, одно известно точно, вряд ли граф Риверс станет моим союзником, а если и изъявит такое желание, то я его не поддержу.

– У вас бесспорный козырь, вся его судьба сейчас в ваших руках. Одно слово служанки и его осудят за измену. Неизвестно, как долго проживет эта девушка, так что я бы не упускал шанса использовать графа.

– Я приставлю к ней охрану.

– Вряд ли это ее спасет.

Я отвернулась от окна и вновь посмотрела на мужчину. Сейчас он говорил со мной на равных. Прямой и открытый диалог, то, к чему я так долго стремилась. Только вот откровенность эта была не вовремя. Ему стоило рассказать мне это намного раньше.

– И как же я должна, на ваш взгляд, использовать графа Риверса?

– Понять, кто является покровителем Ивет. Возможно, что это сам граф, но у меня есть на этот счет определенные сомнения. Если выбить эту почву из-под ног Ивет, то она потеряет контроль над ситуацией.

Ни насмешливых ухмылок, ни колких фраз. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Я никогда не думала, что ее угрозы серьезны, но в нашу последнюю с ней встречу, я кое-что заметила. Она уверена в себе. Сколько над этим не думаю, не могу охватить всю картину целиком. Да, она может стать фавориткой, Гален готов дать ей этот статус, но почему этого ей мало? С какой стати она решила, что может стать королевой? Даже если она родит Галену сына, этого недостаточно. Никто не примет тот факт, что король собирается заключить брак с безродной девушкой, особенно после…

Я запнулась, но Берт продолжил за меня:

– Особенно после того, как их королевой была принцесса.

Я лишь кивнула, подтверждая его слова.

– Путь Ивет к власти многоступенчатый. На первом этапе ей нужно было привлечь к себе внимание принца. С этим она справилась легко. Очаровать его и затащить в свою постель ей тоже удалось без труда, куда сложнее было влюбить его в себя, но и с этим она справилась безупречно. А вот дальше начинается настоящая игра. Дождавшись, когда Гален станет королем, ей нужно укрепить свои позиции, в данном случае, в отношении вас. Сейчас, когда вы на пути к брату, она уверена, что справилась с этой задачей. Ее следующий шаг, убедить Галена признать ее официальной фавориткой. Не мне вам объяснять, насколько это будет болезненно для вас. Он даст ей право вмешиваться в дела королевство, ее слово будет иметь вес, так же, как и ваше. Он практически уравняет вас, что унижает королеву. И вот ее последний шаг. Ваша трагическая смерть или опозоренная честь не делает ее королевой, но избавляет от соперницы. Сейчас она безродная, но я более чем уверен, что после этого объявится влиятельный мужчина, имеющий достаточно громкий титул, чтобы просить признать ее своей дочерью. Он расскажет вполне правдоподобную историю о том, как отдал внебрачную дочь в приют графа. Гален, конечно же, позволит это сделать, и Ивет перестанет быть никем, а на такой женщине он уже может жениться и сделать ее новой королевой. Если у нее к тому моменту будет сын, это только укрепит его решение.

– И все это вы поняли, узнав, что она воспитывалась в приюте графа?

– Я считал, что ее цель стать официальной фавориткой, но однажды Гален явился к матери и сказал, что хочет жениться на этой женщине. Слова были сказаны в запале, но ясно, что эту мысль Ивет постепенно взращивает в его голове. Это выглядело как пустые амбиции тщеславной актрисы и потому не вызывало беспокойства. С вашим появлением она не успокоилась и только сильнее стала цепляться за принца. Что самое интересное, почувствовав, что может не удержать его любовь, она стала совершать ошибки. Покушение на Сергуна и поспешные переезд Ивет поближе к Галену, лишь укрепили меня в подозрении, что ее претензии на трон не беспочвенны. Я не уверен, но похищение короля произошло в подозрительно удобный момент для ее плана, а на такое могли решиться лишь очень влиятельные люди, которым хочется дорваться до власти.

– Хотите сказать, что причиной всему не король Айнон?

– Король Айнон достаточно жестокий человек, поглощенный жаждой завоевания. Скорее всего, кто-то вступил с ним в сговор. Он помогает избавиться от короля, а ему, в подходящий момент, когда власть будет захвачена, выделят щедрый кусок земли в обмен на перемирие. Сделка вроде бы сомнительная, но не стоит забывать, что каждая из сторон преследует свои цели. Король Айнон возможно верит в то, что сумеет заполучить не только обещанный кусок земли, пока будут идти внутри дворцовые интриги, а наш неизвестный достаточно легко раздает обещания поделиться тем, что ему в общем-то не принадлежит.

– В таком случае, следовало просто сказать об этом Галену! Я не верю в то, что он закрыл бы на это глаза.

– Я не в фаворе у короля, – горько усмехнулся Берт, – и более чем уверен, что он мне не поверит. Довериться кому-то при дворе я не рискнул, ведь предателем может быть любой. Фрейя, что ж, я давно уже перестал делиться своими мыслями с королевой. Если бы она поняла, что есть шанс предотвратить войну и вернуть старшего сына, то вполне могла бы пожертвовать вами, заключив какую-либо сделку с интриганами. И ее не остановил бы страх перед гневом вашего брата. Как мать, она бы заплатила эту цену. Это ваша война, Алис, и только ваша.

– Неправда, – возразила я, – это не моя война, меня насильно втягивают во все это.

– Это так, но вы будете вынуждены держать удар. Действовать через Ивет, это план достойный восхищения. Никто не заподозрит безродную фаворитку. Скорее всего, она получала от Галена обрывки нужной ей информации и передавала ее покровителю. В конечном счете, мы имеем похищенного короля и королевство на грани войны, но никто не свяжет их с любовницей Галена или внутри дворцовым переворотом. Если бы король Айнон действительно хотел начать войну, он бы уже наступал, а не требовал выкуп. Как я уже сказал, он жестокий и нетерпеливый человек, это не в его характере.

Я молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Представшая картина мне совершенно не нравилась.

– Но в этом есть и положительная сторона.

Лорд Берт не спускал с меня глаз. Я поняла, что на какое-то время потеряла контроль над своими эмоциями, и на лице отразилось отчаяние.

– Неужели?

– Только подумайте, – советник улыбнулся, – весь план заговорщиков строится вокруг одной единственной женщины. У вас есть два варианта, избавиться от этой женщины и защитить мужа или…

Карета дернулась и остановилась. Забеспокоившись, я выглянула в окно. Поблизости не было ничего, кроме деревьев.

– Почему мы остановились? – вслух высказала я свое беспокойство.

Берт схватился за дверцу со своей стороны, но, когда он открыл ее, намереваясь выйти наружу и узнать в чем дело, рядом с каретой появился Вистан.

– Ваше величество. Нас нагнал гонец.

Он протянул мне письмо, скрепленное печатью Лэрдов. Берт с интересом наблюдал за тем, как я ломаю печать и открываю письмо, читая несколько строк, торопливо написанных рукой Галена.

«Я знаю, что ты едешь вместе с Бертом. Не смей поддаваться его манипуляциям. Если ты предашь меня, тебя не защитит никто. Даже брат».

– Достаточно романтичное любовное послание, – ехидно заметил Берт, не стесняясь заглядывая в письмо, – юный король, судя по всему, ослеплен ревностью.

– Сомневаюсь, что это так.

– Поверьте, он ревнует. Если бы ему было все равно, он бы не послал вслед за нами гонца, едва эта новость дошла до его ушей.

Вистан кашлянул, привлекая к себе наше внимание.

– Ваше величество, вы хотите отправить ответ с этим же гонцом?

Я посмотрела на торопливо выведенные строки.

– Нет.

Гвардеец кивнул, намереваясь уйти, но я остановила его.

– Еще далеко до места, где мы сможем остановиться отдохнуть, Вистан?

– В трех часах пути отсюда есть небольшой город.

– Хорошо, значит остановимся там.

Мое тело болело от слишком долгой езды. Растянуться на мягкой постели и поспать, было бы очень кстати.

Лорд Берт вновь закрыл дверь кареты и спустя несколько минут мы двинулись дальше.

– Вы сказали у меня есть два варианта, – напомнила я мужчине, – избавиться от Ивет и защитить мужа или…

– …или занять место этой женщины и довести дело до конца.

– Проще говоря, предать его и помочь заговорщикам избавиться от короля, – этот вариант мне не нравился. – Откуда мне знать, что вы с самого начала не знали об этом плане? Может вы состоите в заговоре, и ваша задача подготовить меня для того, чтобы я предала мужа в случае, если Ивет потерпит неудачу?

– Если бы я был участником этого плана, то выбрал бы для будущего короля другую жену, потому что с уверенностью могу сказать, вы, Алис, не способны на предательство.

– Тем не менее, я сейчас здесь, с вами, – я наблюдала за лицом мужчины.

– Вы со мной, потому что я помогаю вам крепко встать на ноги. Вы можете злиться на мужа, порой его ненавидеть, но вы ни за что не навредили бы ему намеренно.

И он был прав. Тем не менее, после долгого общения с лордом Бертом, я уже куда меньше верила словам. Люди лгут и недоговаривают куда чаще, чем может казаться. И он это заметил.

– Хорошо что вы сомневаетесь в моих словах, значит, вы стали мудрее.

Он запустил руку в карман камзола, и я с изумлением увидела красную ленту. За всеми этими разговорами о заговорах я и вовсе забыла о том, как мужчина жадно целовал меня прошлой ночью.

Можно было не сомневаться, что он наблюдает за моей реакцией. Аккуратно расправив атлас, Берт начал наматывать ленту на пальцы. Я была не в силах оторвать взгляда от его медленных движений. Было в них что-то интимное, и невольно, мыслями я вернулась обратно, в темный сад, где он сжимал меня в своих объятиях и был не похож на самого себя.

Я заставила себя оторвать взгляд от его рук и посмотреть мужчине в глаза. Он хотел меня смутить? Пытается соблазнить?

– Вы не думаете, – уголок его губ дрогнул, и я увидела знакомую полуулыбку, – что я заполучил главный приз в этом развлечении?

– Не думаю, – твердо ответила я, не поддаваясь на его провокацию.

Брови мужчины взметнулись вверх.

– Почему? – он убрал аккуратно сложенную ленту обратно в карман.

– Вы украли мой поцелуй, но разве это значит, что вы заполучили мое сердце?

Он пристально вглядывался в мои глаза, но я не отводила взгляда. Чем дольше он на меня смотрел, тем тяжелее было притворяться безразличной. Взгляд мужчины опустился ниже и остановился на моих губах.

– С каждым разом вас все тяжелее смутить.

– Зачем вам это?

Лорд Берт вновь запустил руку в карман. На этот раз на свет показались перчатки для верховой езды. Не сразу, но он все-таки мне ответил.

– Это единственный способ узнать, волную ли я ваше сердце.

Он ударил по дереву, и карета начала останавливаться.

– Тем не менее, я вами горжусь. Чем лучше вы будете скрывать свои истинные эмоции, тем тяжелее недоброжелателям будет отыскать ваше слабое место.

– Что вы делаете?

Карета остановилась, и мужчина взялся за дверцу, намереваясь выйти.

– Я пересяду на лошадь и поеду дальше верхом. Лучше не привлекать в городе внимание к тому, что мы с вами ехали в одной карете.

– Об этом и без того известно фрейлинам и страже, – разочарованно признала я, понимая, что пересесть в карету к советнику одной, под покровом ночи, было недальновидно.

– Мы с вами, смею надеяться, окружены надежными людьми, насколько это может быть возможно. Однако, когда существует шанс не дразнить судьбу, я предпочитаю им воспользоваться.

После этих слов он открыл дверцу и вышел из кареты.

Какое-то время мы все еще стояли, прежде чем двинуться дальше, и когда я выглянула в окно, то увидела лорда Берт верхом. Откинувшись на сиденье, я позволила мыслям захватит свой разум. Думая надежности людей, которые меня окружают, я вспомнила, что мне предстоит выбрать фрейлину, не достойную доверия, но чем больше об этом думала, тем меньше была уверена в своем выборе.

Как и обещал Вистан, вскоре мы приехали в город. Прохожие сторонились и провожали кареты любопытным взглядом. Помня о том, что меня они увидят впервые, я постаралась прогнать с лица беспокойство. Мы передвигались намного медленней, что позволяло разглядеть город.

Карета дернулась и остановилась. Несколько гвардейцев двинулись вперед, и я услышала крики.

– Давай быстрее! – закричал кто-то из них. – Не загораживай проезд!

– Лучше уйди с дороги, пока не задавили, – посоветовал торговец, который вышел поглазеть на порог своего магазина.

Недоумевая, я выглянула наружу. Все больше людей останавливались и наблюдали за тем, что разворачивается впереди. Оттуда внезапно раздался детский плач.

Не выдержав, я толкнула дверцу кареты и вышла на улицу, приковав к себе всеобщее внимание. Возможно, это было плохой идеей. Увидев меня, Вистан тут же спешился и встал рядом.

– Ваше величество, вам лучше вернуться в карету.

– Что там произошло?

Из-за кареты с фрейлинами, и гвардейцев на конях, разглядеть что-то было трудно.

– У торговца опрокинулась тележка и его товар рассыпался. Мы уберем его с дороги и поедем дальше.

– И что же мы уберем с дороги, – поинтересовалась я, – товар или торговца?

– Торговца, – ответил Вистан.

Его ответ меня не устроил, а плач не позволил вернуться обратно. Проигнорировав Вистана, я направилась вперед, где лошади нетерпеливо переступали с ноги на ногу, а гвардейцы поторапливали торговца уйти с дороги.

Когда я подошла ближе, то увидела небольшую телегу, которая уже была поднята с земли. Торговцем оказался мужчина лет сорока, который подбирал рассыпавшиеся по земле овощи и закидывал их обратно. Рядом с телегой стоял ребенок лет трех и плакал, крича в голос и сжимая пальцами свою крестьянскую рубаху.

– Я думаю, дело пошло бы куда быстрее благодаря вашей помощи, – промолвила я, поднимая взгляд на гвардейцев, которые оказались преимущественно людьми лорда Берта.

Те мгновенно замолчали, взирая на меня с удивлением и испугом. Молча мужчины спешились и принялись подбирать рассыпавшиеся овощи, закидывая из обратно в телегу. Это ускорило процесс, только вот ребенок, испуганный криками гвардейцев, продолжал плакать. Перешагнув через россыпь картошки, я подошла к нему и коснулась кудрявой головы.

– Как тебя зовут? – спросила я, заглядывая в заплаканное лицо.

Поначалу, из-за одежды я решила, что это мальчик, но приглядевшись, поняла свою ошибку. Девочка не ответила на мой вопрос, продолжая плакать.

– Ну же, они не причинят тебе вреда. – Сказала я скорее с отчаянием, чем с уверенностью. Мой опыт общения с детьми был скудным, а слезы – пугали.

Пытаясь найти способ успокоить ребенка, я наклонилась и подхватила ее на руки, прижав к себе. Маленькие ручки тут же обхватили меня за шею и после нескольких всхлипов рыдания смолкли. Продолжая держать девчушку на руках, я посмотрела на ее заплаканное лицо и встретила любопытный взгляд. Из-за слез ее глаза опухли и блестели, но губы неожиданно расплылись в улыбке. Запоздало я поняла, что тоже улыбаюсь. Мое беспокойство отступило вместе со страхом ребенка.

С помощью гвардейцев, дорога была расчищена практически полностью. Закидывая в свою телегу овощи, торговец замер, посмотрев на меня с растерянностью. Вытерев глазные руки о рубаху, он сделал неуверенный шаг в мою сторону.

– Миледи, позвольте забрать дочку. Она выпачкает ваше платье.

Прежде чем он подошел на расстояние вытянутой руки, передо мной возник Вистан, загородив ему путь.

– Ее Величество королева Алис, – строго поправил он мужчину.

Торговец после этого побледнел и, оглянувшись на стражу, упал на колени.

– Простите, ваше величество.

За его спиной гвардейцы уже собрали остатки товара. Заполнив телегу, они откатили ее в сторону, чтобы освободить проезд.

Ребенок, вновь почувствовав испуг отца, замер у меня на руках.

– Вы можете встать, – обратилась я к мужчине.

Тот неуверенно посмотрел на Вистана, который продолжал стоять передо мной, но все же поднялся на ноги.

Я шагнула вперед, вынудив гвардейца отступить в сторону, и подошла вплотную к мужчине, чем немало его смутила. Он опустил глаза вниз, не осмелившись смотреть на меня.

Отцепив руки от моей шеи, девчонка потянулась к своему отцу, и я передала ее к нему на руки.

– Спасибо, ваше величество. Простите что помешал, ваше величество, – сбиваясь, проговорил он.

– Не волнуйтесь об этом, – мягко сказала я и улыбнувшись девочке, которая поглядывала на меня исподтишка, направилась обратно в сопровождении Вистана.

– Вистан, – тихо обратилась я к гвардейцу, когда мы остановились у кареты и он открыл передо мной дверцу, – дай этому торговцу денег и проследи, чтобы он их взял.

Моим рукам до сих пор было не по себе от ощущения хрупкого тела. Держа ребенка на руках, я чувствовала каждую ее косточку.

– Хорошо, ваше величество.

Подобрав юбки, я уже собиралась сесть в карету, когда за моей спиной послышался женский голос.

– Ваше величество.

Остановившись, я обернулась. Ко мне обратилась женщина, одетая в богато расшитое платье и накидку. Она смотрела на меня с улыбкой и, приблизившись, поклонилась.

– Я графиня Марч. Мы виделись на вашей свадьбе, но вряд ли вы меня запомнили в столь волнительный день.

– Приятно снова вас встретить, графиня, – вежливо ответила я, изучая лицо женщины, которое и вправду не было мне знакомо.

На вид графине было около сорока, однако возраст ее только красил. Она выглядела изящно и в то же время очень естественно. В ее лице поразительно сочетались мягкость и строгость, что само по себе казалось невозможным.

– Осмелюсь предположить, что вы намеревались остановиться здесь на ночлег.

Вокруг появлялось все больше зевак и мне не нравилось то, что приходится разговаривать у них на виду. Поодаль я заметила лорда Берта, который оставался на лошади, и с интересом поглядывал в нашу сторону. Вероятно, графиня была ему знакома.

– Мы довольно долго ехали без остановок, – ответила я.

Графиня Марч улыбнулась шире и приблизилась ко мне еще на шаг.

– Для меня было бы большой честью принять вас в своем имении.

Честно признаться, гостеприимством знатных домов я уже была сыта. Меньше всего хотелось вновь попасть в какую-нибудь ловушку. Взгляд мой вновь обратился к советнику, но тот, несмотря на то что был неподалеку и слышал разговор, не подал ни единого знака. Решение было за мной.

– Я с радостью приму ваше приглашение.

Несмотря на улыбку, адресованную графине, внутренне я была напряжена.

– Мои фрейлины едут в другом экипаже. Составите мне компанию по дороге в ваше имение?

– Спасибо за оказанную честь, ваше величество, – женщина улыбнулась, но не смотря на заискивающие слова, мне не казалось, что она пытается произвести на меня впечатление.

Я села в карету, и графиня Марч присоединилась ко мне, заняв место напротив. Сейчас мне было жаль, что рядом нет хотя бы одной из фрейлин, которая помогла бы поддержать светскую беседу.

– Честно говоря, я была удивлена, увидев вас, ваше величество – графиня смотрела на меня с нескрываемым интересом, – не думала, что кто-то покинет дворец в столь неспокойной время. Это очень смело.

– Неужели? Я думаю, многие скорее бы назвали это глупым.

– Только мужчины, у которых не хватило бы духа на подобный поступок.

– Осторожней, графиня, – я улыбнулась, чтобы смягчить свои слова, – вдруг кто посчитает, что вы говорите о короле.

Та улыбнулась мне в ответ. Стоит признаться, что ее слова меня немало заинтриговали. Определенно, у этой женщины на многое было свое мнение, и, что еще любопытней, она не стеснялась открыто его выражать.

Отсутствие фрейлин больше меня не волновало. Судя по всему, наш разговор будет далек от погоды и прочих формальных вещей. Мне стало интересно взглянуть на графа Марч.

– Скажите, ваш муж посчитает мой поступок смелым или же глупым? – мой вопрос был провокационным, но в то же время я давала женщине понять, что готова и дальше слышать ее смелые суждения.

Однако ее ответ удивил меня.

– Не могу знать. Я вдова.

– Сочувствую, – вымолвила я и не смогла удержаться от вопроса. – И кто же сейчас хозяин имения? Ваш сын?

– Нет, у нас с мужем не было детей. Имение принадлежит мне.

– Но разве в этом случае оно не переходит во владение к старшему в роду мужчине? – удивившись, уточнила я.

– Переходит. Но как я уже говорила, порой мужчины слабы духом.

Эти слова заинтриговали меня еще сильней. Возможно, лорд Берт знал об этой женщине много интересного, однако, сейчас у меня не было возможности расспросить его. Придется еще долго ждать возможности поговорить с советником наедине.

– Вы заинтриговали меня, графиня. Мне бы хотелось узнать вас ближе.

– У меня взаимное чувство. Скажите, почему вы вышли из кареты, ваше величество? Неужели, чтобы заступиться за торговца?

– Честно сказать, у меня не было таких намерений. Я услышала детский плач и…

Я недоговорила, задумавшись о том, что ощутила. Тревогу? Страх? Жалость?

Женщина молчала, предоставив возможность собраться с мыслями. В какой-то мере она была со мной откровенна, и я решила ответить тем же.

– Мне невыносимо слышать детский плач.

Наблюдая за лицом графини во время нашей беседы, я заметила, что черты ее лица меняются. Казалось, что она снимает маску. Ее взгляд стал мягче, но не менее любопытным. Некоторые морщины разгладились, и я поняла, что она начинает чувствовать себя в моем обществе свободно, насколько это было возможно.

– Эти люди вас боялись, но после того, что произошло сегодня, будут еще и уважать. Можно сказать, что этот случай послала вам сама судьба.

– Почему же они меня боялись? – удивилась я.

Как и Изольда, я жила во дворце в полном уединении. Даже если постараться, я не могла вспомнить ни одной причины, по которой меня могли счесть пугающим человеком. Но, как оказалось, кое о чем я позабыла.

– По городу уже несколько дней ходит слух о том, как вы присутствовали на казни. Стоит заметить, что с каждым днем слух обрастает все более жуткими подробностями. Если бы я вас не видела ранее, то представляла бы себе, простите за прямоту, злой женщиной.

– И какими подробностями обрастает этот слух? – я не смогла сдержать любопытства.

– О, совершенно разными. От того, что вы улыбались, наблюдая за тем как простолюдину отрубают голову, до того, что вы велели сохранить ее, как трофей.

Все это скорее было бы свойственно Фрейе, чем мне. Это лишь подтверждало, что на казни я сумела скрыть свои истинные чувства. Нравилось ли мне это? Конечно же нет. Но с другой стороны, именно за этим Селия привезла меня на площадь.

– Но теперь поползут совсем иные слухи, – добавила графиня, – вряд ли человек, сохраняющий отрубленные головы как трофей, взял бы на руки крестьянскую девчушку, чтобы успокоить.

– Так вот почему торговец выглядел испуганным, – поняла я.

– Он бы испугался в любом случае, – заметила женщина, – кому-то короли внушают восхищение, а кому-то трепет. Возможно там, где вы росли, чаще это любовь подданных, но здесь, в Астории, правители всегда внушали страх. Король Сергун, достойный молодой человек, но ему не хватает жесткости своего отца.

– Я с этим не согласна, – не удержалась я, – когда у королевства появляется внешний враг, важно, чтобы подданные любили короля.

– Звучит красиво, однако, любовь подданных не гарантирует правителю выживания. В конечном счете все решает сила. Посмотрите на короля Айнона. Он один из самых сильных правителей и его боятся не только подданные, но и все соседние королевства.

– И я уверена, что рано или поздно это его погубит, – не сдавалась я. – На мой взгляд, предпочтительней иметь союзников, а не врагов.

Графиня подалась вперед, доверительно заглядывая мне в глаза.

– Не думайте, что я вас не поддерживаю, ваше величество. Идеальный правитель должен уметь сочетать в себе противоположные качества. Править справедливо, но твердо. Однако реальность такова, что это невозможно. Вы внушаете вашим подданным либо страх, либо любовь и уважение. Иного не дано.

Я поймала себя на мысли, что рассуждения графини были бы близки лорду Берту. Между любовью подданных и страхом, он тоже выбрал бы последнее. Но для меня выбор не был столь очевиден. Тем не менее, трудно было поспорить с тем, что Сергун был добрым человеком, и в конечном счете, возможно поэтому и угодил в ловушку.

Графиня на мгновение отвлеклась, выглядывая в окно.

– Лорд Берт поразительный человек, – внезапно произнесла женщина, и я поняла, что так заинтересовало ее за окном, – встретить его в такое время вдали от дворца так же удивительно, как и вас.

– Он получил особое поручение от короля, – я не сомневалась, что графине должно быть это известно. Если до города дошли слухи о казни, то наверняка среди знати говорили и о том, что лорд Берт был понижен до дипломата. И хотя он сохранял свое место в совете, для нового короля его слова больше не имели веса.

– Вероятно, это очень важное поручение.

Благодаря опыту общения с лордом Бертом, я без труда поняла, что женщина меня провоцирует. Но что она хотела узнать? Нынешнее положение советника при дворе или причину, по которой он едет со мной? Она не спрашивала меня об этом прямо, однако подталкивала к пояснениям, создавая иллюзию собственного заблуждения. Все больше я склонялась к тому, что ее интересует характер наших взаимоотношений с советником.

Весьма умело она узнала о моих взглядах на управление, о том, что моей слабостью являлись дети и теперь перешла к лорду Берту. Стоит предположить, что от вопросов про советника она перейдет к беседе о Галене, выразив беспокойство той ношей, которая на него свалилась и постепенно узнает, какие между нами отношения. Для умелого манипулятора достаточно лишь мелких деталей, взгляда, жеста, чтобы появилась целая картина. И тогда уже не потребуется спрашивать напрямик, чтобы получить уклончивый и лживый ответ. Поняв, что между мной и мужем разлад, она сделает закономерный вывод о том, что Берт рядом со мной отнюдь не потому, что нам по пути.

Можно было притвориться, что я не заметила ее уловок и посмотреть, что из этого выйдет. Но был и другой вариант. Дать женщине знать, что я поняла ее намерение. К сожалению, отсутствие опыта и умений лорда Берта не позволят мне обернуть этот разговор против нее

Прежде чем я нашлась что ответить, чтобы поддержать беседу, карета остановилась. Погрузившись в словесную игру, я совсем не заметила, как мы преодолели весь путь и оказались в имении графини.

– Вот мы и приехали, – улыбнулась женщина, выглядывая в окно, – с удовольствием продолжу нашу беседу после того, как вы отдохнете. Думаю, мы найдем еще много интересных тем для обсуждения.

– Конечно. И у вас будет шанс познакомиться с моими фрейлинами.

Дверца открылась, и я приняла руку Вистана, покидая карету с противоречивым чувством. Облегчение из-за того, что я могла ненадолго отложить диалог с графиней сменилось беспокойством о том, правильно ли я сделала, приняв ее приглашение.

Графиня Марч могла быть весьма мудрой и проницательно подругой, но куда сильнее пугала мысль о том, что она могла быть моим врагом.

Предоставленная мне комната была просторной и уютной. Слуги быстро подготовили горячую ванную, и я с удовольствием смыла с себя дорожную пыль. Ужин был лишь через три часа и ограничившись закуской, которую принесли в комнату, я ненадолго прилегла на постель, и не заметила, как уснула.

Сон был беспокойным. Поначалу все казалось очень реальным. Я, мои фрейлины и лорд Берт по-прежнему были в гостях у графини Марч. Все мы сидели за большим обеденным столом и вели непринужденную беседу, но потом гости неожиданно исчезли, и мы с женщиной остались наедине. Черты ее лица исказились, а вода в моем бокале почернела. Испугавшись, я вскочила из-за стола, опрокинув посуду. Заметив это, графиня засмеялась. Инстинктивно я бросилась к выходу, но дверь была закрыта и сколько бы я ее не дергала, покинуть комнату не получалось.

Пробуждение было резким, словно падение с высоты. Несмотря на то, что все это было лишь кошмаром, сердце колотилось так, словно я действительно пыталась выбраться из западни, а не просто лежала в постели. Поднявшись, я прошлась по комнате, чтобы сбросить остатки сна. Судя по сгущающимся за окном сумеркам, спала я недолго.

Пора было переодеваться к ужину. Отдохнув и собравшись с силами, я чувствовала себя куда лучше и уверенней, чем несколько часов назад. Вне зависимости от того, проверял меня лорд Берт или действительно дал полную свободу действий, я не собиралась просить его о помощи. Границы королевства были все ближе, а значит, пора было перестать на кого-то надеяться и брать все в свои руки. И пусть я все еще не настолько храбра, как хотелось бы, но уже и не прежняя робкая девушка.

Покинув отведенную мне спальню, я огляделась, не спеша спускаться в гостиную. Дом графини выглядел богато и роскошно. Мне было любопытно, почему никто из родственников графа не попытался заявить права на имение. Ведомая любопытством, я медленно продвигалась по коридору в поисках картин. Наконец мои поиски увенчались успехом, я обнаружила мужской портрет. Остановившись напротив, я присмотрелась к полотну. Это граф Марч? А может его отец? К сожалению, графиня не была изображена на портрете, поэтому у меня оставались сомнения.

Даже самый искусный художник не всегда передает истину. Изучая портреты, я неизменно замечала, что на них изображены лишь те качества, которые ценились в обществе. Человек сутулый, всегда будет иметь идеальную осанку, а неприятные черты лица или изъяны внешности нередко исправлялись или смягчались. Но вопреки принятым правилам, я любила с наибольшей тщательностью прорисовывать изъяны, ведь только благодаря им картина оживала. Портрет, который был передо мной, относился к «не живым». Я без труда узнавала руку мастера, который скрывает изъяны, а потому, глядя на мужчину, не могла увидеть ни его достоинств, ни недостатков.

– Вероятно, вам любопытно, каким человеком был мой муж? – раздался голос хозяйки имения у меня за спиной.

Я не делала ничего предосудительного, но испытала неловкость от того, что графиня заметила мой интерес.

– Да, – ответила я, стараясь, чтобы голос не выдал замешательства.

«Ты выше ее по статусу. Кем бы она не была, пусть даже врагом, ты ее будущая королева. Она должна бояться тебя, а не наоборот».

Мой внутренний голос изменился, стал мужским, тихим и вкрадчивым. Это был голос лорда Берта. Тем не менее, я прислушалась к нему и обернулась, сдержав вежливую улыбку и стараясь выглядеть уверено.

– Мне было интересно взглянуть на портрет вашего мужа.

– Это действительно он, – графиня подошла ближе и встала рядом со мной, смотря на супруга, – однако, глядя на эту картину, ни за что не догадаешься, каким он был на самом деле.

– И каким же он был? – я наблюдала за лицом женщины, пытаясь уловить ее истинные чувства.

– Он был справедливым, добрым, временами немного наивным и достаточно умным.

– Значит, он был хорошим человеком, – заключила я, переводя взгляд на портрет.

– Да, он был хорошим человеком, и этим любили пользоваться.

– И он это терпел? – мое любопытство только усиливалось.

– До встречи со мной, – кивнула женщина, – но я не собиралась позволять никому пользоваться добротой своего мужа. Так, постепенно, управление всеми делами перешло в мои руки.

– Поэтому имение и земли достались вам после смерти мужа?

– Скорее, я их отвоевала. В мире, где правят мужчины, женщина не может ничего получить без боя.

В ее словах была истина.

– В слабости женщины скорее ее преимущество, чем недостаток, – заметила я, вспоминая графа Риверса, – гораздо выгоднее, когда ваши силы недооценивают.

– Вы понимаете, о чем я говорю, – на губах графини появилась искренняя улыбка.

Она отвела взгляд от портрета и повернулась ко мне.

– Возможно, я произвела неверное первое впечатление. Мне бы не хотелось, чтобы вы посчитали, что я желаю вам зла. Совсем наоборот, было приятной неожиданностью встретить такую не по годам мудрую девушку с добрым сердцем. Но я понимаю, что сейчас вы с подозрением относитесь к любым новым знакомствам, поэтому не смею навязывать свое общество. Тем не менее, мне хочется, чтобы вы знали, что я готова стать вашей подругой или соратником.

– Спасибо, графиня, я буду иметь это ввиду.

Не смотря на формальность ответа, ее слова глубоко тронули меня. Пугающие сны и беспокойство отошли на второй план. Передо мной была сильная женщина, не похожая ни на Ивет, ни на Фрейю. В ней не было той жестокости или жажды власти, что можно было заметить в обеих. Сила графини была иного рода, и подобного я еще не встречала. Ей не нужен был мужчина или муж, чтобы прятаться за его спиной. То, что имела, она достигла сама, и непостижимым образом сумела удержать в своих руках. И это впечатляло.

Глядя на нее, я не могла поверить в то, что она может стать марионеткой какого-либо мужчины, будь то политическая игра или личные отношения.

Женщина улыбнулась мне и взяла под руку. Вместе мы направились к лестнице и спустились вниз, где в гостиной обнаружились мои фрейлины и лорд Берт, который развлекал дам. Их смех и улыбки привлекли мое внимание, ведь у меня мужчина как правило вызывал иные эмоции.

Все вместе мы переместились в столовую. В этот раз я воспользовалась возможностью и заняла место не во главе стола. Графиня не стала настаивать, и села напротив меня, рядом с лордом Бертом, оставив центральное место пустым. Перед нами поставили первое блюдо, аромат которого наполнил комнату. Вкусный ужин в дружественной атмосфере, то, чего мне так давно не хватало. А атмосфера за столом была именно такой. Я сама не заметила, как спало мое напряжение. Лорд Берт поддерживал беседу с графиней и тоже выглядел расслабленным, хотя и не прикасался к вину, предпочитая воду.

Что если ему до сих пор нехорошо? Невольно каждый мой взгляд стал задерживаться на мужчине дольше, отыскивая признаки того, что ему не здоровиться. К еде советник едва притрагивался, больше уделяя внимания беседе. На удивление они с графиней нашли общий язык, хоть порой их мнения и были совершенно противоположными. По обе стороны от меня сидели Мария и Элоиза, с которыми у нас периодически завязывалась небольшая беседа, но отвечала я немного рассеяно.

– Ваше величество, вы ведь держите путь к брату? – привлекла мое внимание графиня Марч.

– Да, я хотела навестить его и сестер, – ответила я, приступая к десерту.

– В таком случае, вам следует проехать через Бею, этот город на границе с Эрестом и там живет лучший мастер по тканям в Астории. Думаю, вашим сестрам понравятся его шелка.

Я почувствовала укол совести, осознав, что даже не подумала о подарках сестрам. Сборы в поездку произошли в спешке. К счастью, предложенный вариант подходил как нельзя лучше.

– О, вы имеете ввиду магазинчик мистера Кроуча, – оживилась Мария, – я однажды там была, у него действительно изумительные ткани. Мои самые лучшие наряды были сшиты из них!

– Что ж, раз он так удачно расположен у нас на пути, мы не можем туда не заехать, – согласилась я, переводя взгляд на лорда Берта.

Того мало интересовали женские разговоры, и он выглядел немного отстраненно. А может, ему все еще нездоровилось?

– Думаю, нам пора переместиться в гостиную, если никто не против.

Скомкав салфетку, графиня положила ее на стол, первой поднимаясь из-за стола, следом за ней поднялся и лорда Берт. Я окинула взглядом стол, который вопреки кошмару не стал моей ловушкой.

Покидая столовую, я немного замешкалась, желая урвать пару мгновений наедине с советником, который не торопился в общую гостиную.

– Вы в порядке? – тихо просила я у него, когда фрейлины вышли из комнаты.

– Более чем, – он подошел ближе, и его рука легла на мою талию, подталкивая к выходу.

– Вы ничего мне не сказали о графине, – смущенная тем, что позволила себе беспокойство об этом человеке, укорила я.

– У графа Риверса вы доказали, что прекрасно можете справиться самостоятельно со многими решениями. Граница близко, Алис, и скоро каждый из нас поедет своей дорогой. У меня есть, что еще вам рассказать, но графини это никак не касается. Такие решения вы уже должны принимать самостоятельно.

Я почувствовала себя маленьким ребенком, которого отчитали за то, что он слишком долго продолжает цепляться за взрослого, не заметив, что уже давно вырос.

– Но вы ничему меня не научили, – пораженно ответила я.

– Этого и не требовалось. Вам нужны были не уроки, Алис, а уверенность в себе. Давайте присоединимся к остальным, пока они не заметили наше отсутствие.

Я двинулась вперед, покидая столовую. Рука лорда Берта покинула мою талию, но я все еще чувствовала тепло там, где недавно была его ладонь. Девушки в общей гостиной все еще продолжали обсуждать ткани, размышляя о том, сколько платьев стоит заказать, чтобы обновить гардероб. Графиня сидела в кресле, слушая их и улыбаясь. Внутри меня же бушевали совсем иные чувства. Ткани или платья были совсем не важны. Мысль о том, что я близка к дому, стала крутиться в голове, вызывая воспоминания.

– Леди Алис просто волшебно играет на рояле, – внезапно заявил лорд Берт, останавливаясь у камина, – могу я попросить вас что-нибудь исполнить для нас, ваше величество?

Я растерянно вынырнула из своих мыслей.

– Да, конечно.

Оглядевшись, я приблизилась к роялю. Присев, провела рукой по клавишам, собираясь с мыслями. На пюпитре стояли ноты, но я отложила их в сторону и стала играть по памяти. Постепенно руки двигались все уверенней и быстрей. Игра помогла отрешиться от мыслей и выплеснуть свои эмоции. Лишь на секунду оторвав свой взгляд от рук, я взглянула на комнату, поймав взгляды, обращенные на меня, и увидела одном из них ответ на то, какая же из фрейлин была готова меня предать.

Глава шестая

Ночь у графини прошла более чем спокойно и наконец-то позволила набраться сил для дальнейшего пути. В этот раз ехала я вместе с фрейлинами, в то время как лорд Берт вновь сел верхом. Дорога оказалась ухабистой, но даже это не портило нам день. Анна предложила всем сыграть в карты, а щекотливые шутки Марии о дворянах добавляли игре остроты, поэтому скучно нам не было.

Впервые я ощутила, что фрейлины для меня не только обуза, но и прекрасная компания. Вместе с тем, я больше не переживала из-за того, что кто-то из них мог меня предать, поскольку получила весьма ясное представление о том, какая из фрейлин ненадежна. Мне не терпелось как можно скорее поделиться своими соображениями с лордом Бертом, но до сих пор так и не представилось подходящей возможности.

В очередной раз подскочив на неровности, карету тряхнуло слишком сильно и карты посыпались на пол.

– Мне кажется, лорд Берт схитрил, решив ехать верхом. Не иначе он знал о состоянии местных дорог, – заявила Мария в свойственной ей манере.

Карета замедлила ход и остановилась. К нашему удивлению, дверь открылась, и мы увидели лорда Берта, который стоял на ногах и держал коня под узды. Невольно мы с девушками взглянули на Марию, которая вспоминала мужчину лишь мгновение назад. Та не растерялась и не смутилась, наоборот:

– Желаете к нам присоединиться, лорд Берт?

Элоиза и Анна не смогли сдержать улыбок и смешков, что конечно же не скрылось от советника. Он заметил интерес к своей персоне, но не стал заострять на этом внимания.

– Миледи, я вынужден попросить вас пересесть в свою карету, – он передал узды одному из гвардейцев, и протянул мне руку.

– Почему? – задала Анна вопрос, который возник у всех.

– У вашей вот-вот отлетит колесо.

– Что?

Забыв о руке советника, я подобрала юбку, и сама вышла из кареты. Отступив на пару шагов, с изумлением увидела, что он прав. Колесо было чуть скривлено на бок, и явно незакреплено должным образом. Фрейлины тоже покинули карету, остановившись рядом со мной. С беспокойством я оглянулась на лорда Берта. Что если мое чувство безопасности оказалось ошибочным и расшатанное колесо не было случайностью? Наши взгляды встретились, и он с легкостью угадал мои мысли.

– Дороги здесь не слишком хороши. Смею надеяться, что моя карета крепче. Как только мы остановимся, то проверим все колеса и починим, если потребуется. Вам не о чем переживать.

– Лишь потому, что вы это заметили, – Мария даже передернула плечами, отгоняя от себя страх, – но если бы колесо отлетело на полном ходу, то карета могла перевернуться.

– До Беи ехать еще четыре часа, но в трех часах отсюда есть место, где мы можем остановиться и починить карету. Там же можно и заночевать. Таким образом, к моменту, когда вы вернетесь из магазина вместе с тканями, все будет уже готово, миледи.

– Что бы мы без вас делали, лорд Берт, – кокетливо вздохнула Мария.

Советник, судя по всему, был уверен, что все это лишь случайность, либо же не хотел волновать и без того напуганных девушек. Я взяла Элоизу под руку, увлекая за собой к карете лорда Берта, что ехала пустой позади нас. Чем скорее мы доедем до места, где сможет остановиться, тем быстрее починим карету.

Оставшаяся часть пути уже не казалась мне такой веселой. Хоть девушки и шутили, но тоже были немного взволнованны. Лучшим способом отогнать неприятные впечатления оказалось обсуждение нарядов. Мария, которой уже доводилось бывать в знаменитом магазинчике с тканями, принялась описывать все, что видела, не забыв упомянуть и владельца. Разговор плавно перетек к последним модным тенденциям, и я рассказала девушкам, какие наряды чаще всего носят придворные дамы на моей родине, в Эресте. Мы так увлеклись, что три часа пути пролетели довольно быстро.

Когда наша карета свернула с главной дороги, я стала с интересом поглядывать в окно.

– Мария, ты не знаешь, кто может жить в этих краях? – поинтересовалась я у девушки. Из всех моих фрейлин, она путешествовала больше всех.

– Нет, ваше величество, здесь мне останавливаться не доводилось.

Вместе с девушками мы с интересом наблюдали за домом, который уже виднелся вдали. Я лишь надеялась, что лорд Берт выбрал с умом место для нашей остановки. Если что-то пойдет не так, то будет трудно сбежать отсюда, если карету не починят быстро. Для себя я решила, что если хозяин дома не будет внушать мне доверия, то вполне простительно будет если мы заночуем в городе. Я всегда могу воспользоваться женской хитростью и сослаться на усталость, отказавшись ехать обратно.

Наконец мы остановились у дома. На пороге не было ни хозяина имения, ни слуг. Визита не только не ждали, но и не заметили нашего приближения. Невольно я почувствовала себя нежеланным гостем, хотя и знала, что никто не осмелится отказать мне в ночлеге.

– Это место словно заброшено, – неуверенно заметила Анна.

– Глупости, лорд Берт не привез бы нас в пустующий дом, – возразила Мария.

Мы покинули карету и вновь огляделись. Именно в этот момент на пороге дома показалась женщина, которая на бегу поправляла прическу, спускаясь по лестнице. Судя по всему, это была экономка.

Спешившись с лошади, лорд Берт подошел к нам, стягивая с рук перчатки.

– Чей это дом, лорд Берт? – спросила я у мужчины.

– Мой.

Я замерла в изумлении, услышав ответ. Экономка в этот момент приблизилась к нам. Судя по ее лицу, визиту хозяина она была удивлена не меньше.

– Милорд, мы не получали известий о том, что вы скоро приедете, простите, что не подготовились должным образом.

Из-за дома показались слуги, готовые занести наши вещи в дом.

– Я не был уверен, что заеду. Это Ее Величество королева Алис и ее фрейлины. Позаботься о них должным образом.

Из-за волнения женщина не сразу обратила на нас внимание. Услышав, какие важные гости стоят перед ней, она поприветствовала меня чуть заикаясь и поклонилась.

– Простите, ваше величество, я Изида, следуйте за мной.

Прежде чем двинуться за экономкой, я еще раз взглянула на лорда Берта, но тот уже отвернулся, направляясь к поврежденной карете.

На пороге дома нас дожидалось несколько служанок. Приблизившись к ним, Изида стала быстро раздавать указания.

– Подготовьте для ее величества и фрейлин четыре комнаты, не забудьте растопить камины и подогреть воду.

Избавившись от накидки, я с любопытством огляделась. Имение хоть и не было заброшенным, тем не менее, выглядело не жилым.

– Ужин будет готов через несколько часов, но скоро сделают закуски, если вы голодны. В гостиной всегда топится камин, там можно согреться. Чем ближе к границе с Эрестом, тем холоднее в здешних краях.

Для меня местную погоду трудно было назвать прохладной, но фейлины, судя по всему, успели немного озябнуть.

– На самом деле, мы хотели съездить до заката в Бею, – вмешалась Мария, – поэтому ваши служанки могут не торопиться. Мы лишь передохнем с дороги в гостиной и выпьем чаю.

Поездка в город за тканями совершенно вылетела у меня из головы, как только лорд Берт сказал, что это имение принадлежит ему. Очевидно, что советник не будет нас сопровождать. У него и здесь немало дел. Вместе с тем, этот дом пробуждал во мне любопытство. Не терпелось побродить по нему, заглянуть в галерею, одним глазом увидеть библиотеку и другие комнаты. Казалось, что я проникла в самое сердце кукловода.

Следом за экономкой мы прошли в гостиную. Женщина тут же ушла, заверив, что немедленно распорядится о том, чтобы нам принесли чаю. Если Элоиза и Анна были немного смущены, то Мария, как и я, испытывала любопытство и не скрывала этого. Она обогнула комнату и подошла к окну, выглядывая на улицу.

– Лорд Берт заботится о нашем колесе, – оповестила она нас, и я приблизилась к ней, чтобы тоже выглянуть наружу.

Советник быстро и четко раздавал указания. Крепко сбитые мужики сначала пошли к той карете, в которой прибыли мы, и тщательно осмотрели колеса. Судя по тому, как быстро они направились обратно, колеса у экипажа лорда Берта были в порядке.

Сломанную карету медленно направили за дом, где скорее всего располагалась конюшня. Мы с Марией отошли от окна и посмотрели на девушек. Элоиза и Анна расположились в креслах, поближе к камину.

– Вероятно, нам не стоит терять слишком много времени, если вы не против, ваше величество? – Мария взяла меня под руку и повела к дивану. – Уже давно за полдень, мы успеем съездить в городок и вернуться всего за несколько часов. На улице даже не успеет стемнеть.

– Да, пожалуй, – согласилась я, присаживаясь вместе с ней, – выпьем чаю и двинемся в путь.

Девушки заметно оживились. После наших разговоров и красочных описаний Марии, им не терпелось взглянуть на все своими глазами и подобрать ткани для новых платьев. Прислуга принесла нам чаю, и едва сделав глоток, я почувствовала, как тепло распространяется по телу, осознав, что тоже немного замерзла. Дом был плохо протоплен из-за долгого отсутствия своего хозяина.

Вскоре в комнате появился и лорд Берт.

– Я уже распорядился о том, чтобы карету починили. Завтра к утру она будет готова, – сообщил нам мужчина, – вы, конечно же, можете взять мой экипаж, чтобы съездить в город.

– Благодарю, лорд Берт, – поблагодарила я.

– Не стоит благодарности, ваше величество, – наконец-то взглянул на меня мужчина.

– Выпейте с нами чаю, лорд Берт, – с присущей ей непринужденностью предложила Мария.

– Я бы с радостью, но из-за долгого отсутствия у меня скопились кое-какие дела. Чувствуйте себя как дома, ваше величество, миледи.

Поклонившись нам, он покинул комнату.

Отстраненность лорда Берт меня задела. Каждый раз, останавливаясь в чужих домах, у нас не было возможности обменяться и словом. При каждой беседе приходилось проявлять осторожность, но сейчас все было иначе. Это был его дом, но при этом, советник отнюдь не торопился этим воспользоваться. Возможно, он ждал вечера, чтобы в свойственной себе манере без приглашения войти в мою спальню, но мне не хотелось ждать так долго. Не терпелось поделиться с ним своими наблюдениями и узнать, права ли я.

– Ваше величество, вы согласны?

– Что? – задумавшись, я пропустила слова Марии.

– Я предложила подобрать в городе какой-нибудь подарок лорду Берту, в знак благодарности за то, что он сопровождал нас все это время.

– Хорошая идея, – согласилась я, особо не задумываясь.

– Вы устали, ваше величество? – от Анны не укрылась моя рассеянность.

– Честно признаться, у меня немного разболелась голова, – ложь с легкостью соскочила с языка, хотя не так давно я непременно выдала бы себя.

– В таком случае, может нам стоит просто заехать в Бею завтра, когда мы двинемся дальше? – Элоиза пыталась скрыть свое разочарование, но я понимала, что ей не терпелось сделать это сегодня.

– Это бы отняло у нас время, – я коснулось рукой своей головы, убирая со лба волосы, которые успели выбиться из прически, – может быть, вы съездите без меня? Я доверяю вашему вкусу и знаю, что вы сможете выбрать достойные подарки для моих сестер. Уверена, что мне стоит только вздремнуть, и к ужину, когда вы вернетесь, мне станет гораздо лучше.

Девушки переглянулись. Я видела, что они не уверены, стоит ли им ехать одним, и я поторопилась убедить их в правильности подобного решения.

– Вы очень меня выручите, если позаботитесь об этом, – я старалась, чтобы все выглядело как просьба, понимая, что если в моем голосе промелькнут иные нотки, Мария может что-то заподозрить, – я отправлю с вами Дину, свою служанку, она прекрасно знает моих сестер и сможет вам помочь.

После этих слов, фейлины просто не могли отказать.

– Конечно, ваше величество, отдыхайте. Мы обо всем позаботимся, – заверила меня Мария, ласково улыбнувшись.

Я наблюдала за отъездом фрейлин из окна спальни, которую мне предоставили. Вместе с ними отправилась не только Дина, но и служанка, которую я забрала из дома графа Риверса, а также половина гвардейцев. Вистан возражал, но мне не хотелось, чтобы в случае опасности людей было недостаточно. Здесь мне точно ничего не угрожало.

Раздался стук и приоткрыв дверь, внутрь вошла экономка. В руках у ее был теплый плед.

– Я решила принести вам это, ваше величество. Может, вам нужно что-то еще? Наша кухарка умеет делать неплохие отвары.

– Спасибо, думаю это просто усталость и отвар не понадобится.

Женщина пересекла комнату и оставила плед на кровати.

– Лорд Берт нечасто бывает в своем имении? – полюбопытствовала я, догадываясь, каким будет ответ.

– Лорд Берт заезжает иногда, но редко задерживается дольше, чем на неделю. Его уже давно здесь не было, – ответила мне Изида.

– Вы давно работаете экономкой в этом доме?

– Недолго, всего три года.

Повисла пауза. Я не знала, о чем еще могу спросить у этой женщины, и она поспешила удалиться, чтобы дать мне возможность отдохнуть.

Но спать я совсем не хотела. В моем распоряжении было как минимум четыре часа в доме, где не было никого кроме самых верных охранников, слуг, и самого лорда Берта. Не раздумывая, я покинула спальню. Вистан следовал за мной неслышной тенью, пока я исследовала дом в поисках советника. Спустившись на первый этаж, я немного побродила по коридорам, пока не нашла дорогу к кабинету. Дверь была немного приоткрыта, и я остановилась. Шаги за спиной тоже замерли. Оглянувшись, я увидела, как Вистан отступил и остановился. Не стесняясь присутствия гвардейца, который уже видел и знал и без того немало, я немного помешкала, прежде чем войти в кабинет. Заглянув в щелку между стеной и приоткрытой дверью, я увидела, как лорд Берт перебирает бумаги, сортируя их в несколько стопок, а что-то и вовсе отправляет в камин. Лицо его было сосредоточено и на лбу проступила морщина. Осознав, что подглядываю слишком долго, я коснулась двери, открыв ее шире, и вошла внутрь.

Подняв голову, он удивился, увидев меня.

– Я думал, вы уже уехали. – Сказал он, откладывая бумаги, которые держал в руках, в то время как я плотно прикрыла за собой дверь.

– Мои фрейлины уехали, и Дина поехала с ними, чтобы помочь в выборе ткани, но у меня разболелась голова и я прилегла отдохнуть, – пояснила я, оглядывая кабинет и медленно приближаясь к столу.

– Я рад, что ваша головная боль уже прошла, –на губах советника появилась усмешка.

– Я тоже, – улыбнулась я в ответ.

Остановившись у стола, я опустила взгляд на документы. Лорд Берт спокойно встретил мое любопытство. Я заметила здесь письма и некоторые государственные бумаги.

– Вы говорили, что есть еще много вещей, которые нам стоит обсудить, но вдали от чужих ушей. Мне кажется, дальше мы просто не способны оказаться. Не думаете, что сейчас самое время?

– Нападаете на меня в моем же собственном доме? – шутливо поддел меня мужчина.

– Пытаетесь меня смутить? – парировала я.

– На самом деле, у меня кое-что есть для вас.

Встав из-за стола, лорд Берт подошел к одному из шкафов и вытащил все книги. С интересом я наблюдала за тем, как он открывает тайник и извлекает оттуда толстую кожаную папку, перевязанную веревкой.

– Что это?

– Посмотрите сами, – он протянул ее мне.

Преодолев расстояние между нами, я ощутила на руках всю тяжесть подарка. Обхватив папку крепче, я подошла к дивану и присела, положив ее на колени. Веревка развязалась легко. Внутри оказались листы, исписанные аккуратным подчерком лорда Берта. Я посмотрела на незнакомые имена, за которыми следовало описание внешности, привычек, вкусов, и иных личных подробностей, и повторила свой вопрос.

– Что это, лорд Берт?

– Я кое-что подправлю для вас, – он подошел к дивану и присел рядом со мной. – Это члены королевского совета и наиболее влиятельные аристократы. Здесь собрано все. Слухи, факты, личные наблюдения.

– И вы хотите отдать это мне? – я поняла, что держу в руках поистине ценный подарок.

– Да. С одной оговоркой. Вам придется все как следует выучить и уничтожить до возвращения во дворец. Не думаю, что иметь это при себе там будет безопасно.

Я вновь посмотрела на листы, которые держала в руках. Советник придвинулся ближе и его колено коснулось моего. Мурашки тут же разбежались по всему телу от этого касания и близости его дыхания, но мужчина не предпринимал попыток соблазнения, лишь забрал папку с моих коленей и переложил на свои, начиная перебирать листы. Втащив несколько, он протянул их мне.

– Начать стоит с этого. Я кое-что добавлю и отдам всю папку.

Он ловко вновь стянул все веревкой и встал, относя бесценный груз на стол. Я опустила взгляд на листы, которые он мне дал. Там значились фамилии Демезон, Монтельфи и Холланд. Родовые фамилии моих фрейлин.

– Я знаю, кто из моих фрейлин может меня предать, – я отложила листы, решив прочесть их чуть позже. Что бы там не содержалось, решение я уже приняла.

– И на кого же пал выбор? – лорд Берт остановился у стола, продолжая перебирать бумаги. Еще несколько листов были скомканы и отправлены в камин.

– Элоиза.

На мгновение он замер, но не подтвердил и не опроверг правильность моего решения. Я ошиблась? Или была права?

– Почему она? – последовал вопрос. – Я думал, меньше всего вам нравилась Мария.

С этим поспорить было сложно.

– Да. Но я старалась руководствоваться не только своими чувствами. Признаться, сейчас я даже начинаю испытывать к ней симпатию. Она напоминает мне Селию.

– У них действительно есть нечто общее, – согласился мужчина. – Что же сделала Элоиза, чтобы не заслужить вашего доверия?

– Из всех девушек, она дочь барона, а значит куда ниже по социальному статусу. Возможно, что-то из того, что имеем я, Мария, либо Анна, было для нее недоступно. Она кажется тихой и милой, но однажды я поймала на себе ее взгляд, полный зависти. Если она испытывает ко мне столь негативную эмоцию, то вполне может предать.

Закончив с бумагами, лорд Берт снова вернулся и сел в кресло, расположенное напротив. Остановив на мне взгляд, он не проронил ни слова.

– Я не права? – неуверенно спросила я.

Что если все мои выводы были ошибочны и было что-то другое, куда более важное, что я так и не сумела заметить.

– Не знаю, вы мне скажите, – ответил он, не сводить с меня глаз, от чего становилось не по себе.

Не выдержав, я отвела взгляд. Но не успела сконцентрировать свое внимание на картине за спиной у мужчины, как он одернул меня:

– Не смей отводить взгляда от собеседника, когда он пытается зародить в тебе сомнения!

Испугавшись его тона, я вновь посмотрела на лорда Берта. Он подался вперед, облокотившись руками о свои колени.

– Каждое слово, каждое решение, все должно быть твердым, даже если это не так. Гораздо проще исправить ошибку, чем мнение о себе, как о нерешительной королеве.

Не выдержав, я поднялась на ноги, но мужчина остался сидеть на месте.

– Вы ведете себя неподобающе. Позволяете себе фамильярничать и не проявляете должного уважения, – во мне заговорила обида. Резкость тона советника отдалась внутри с оглушительной болью.

– Так заставь меня, – нагло заявил он, – я делаю это лишь потому, что ты мне это позволяешь. Позволила однажды и продолжала это делать и дальше.

– Неправда, – я тоже повысила тон, – я ясно давала вам понять, что не потерплю такого обращения.

– Однако терпишь, – он поднялся на ноги, приближаясь ко мне, отчего тело сковало от нерешительности. – Ты мне доверяешь, позволяешь слишком многое, но как королева, ты не должна будешь делать этого впредь. Ни с кем и никогда.

– Что вы от меня хотите? – как бы я не старалась быть твердой, его слова пошатнули мою уверенность в себе.

– То же, что и всегда, Алис.

Он был слишком близко и помня прошлый опыт, я выставила перед собой руку, не позволяя мужчине подойти вплотную. В глубине души я понимала, что все, что он делает и говорит – нарочно, но тем не менее была задета.

– Я считаю, что Элоиза предаст меня, рано или поздно.

– Я рад, что ты правильно вычислила фрейлину, от которой тебе стоит держаться подальше.

Его слова, признание правильности моего решения, уже не принесли того удовлетворения, что я ожидала.

– Прекратите делать это со мной.

Не смотря на выставленную руку, он сделал шаг, позволив моей ладони коснуться его груди.

– Делать что?

– Играть с моими чувствами.

– Это будут делать постоянно. Муж, члены совета, даже придворные дамы. Так пусть лучше впервые ты ощутишь это сейчас, а не потом. Если кто-то позволяет себе сидеть, когда ты стоишь, не стесняйся одернуть его и потребовать подняться на ноги или поставить на колени. Если кто-то начинает фамильярничать, не оставайся вежливой. Порой требуется не только умело владеть хитростями диалога, но и способность выдержать натиск или отплатить той же монетой. Дав кому-то послабление единожды, в следующий раз не позволь ему лишнего, чтобы это не входило в привычку.

– У вас, вижу, это вошло в привычку, лорд Берт, – не удержалась я от колкого замечания.

– Ты расслабилась, доверилась мне и, сама того не заметив, чуть было не позволила принять решение за тебя.

Пальцы, касающиеся его груди, словно жгло огнем, но я боялась отдернуть их и дать мужчине встать вплотную или понять, что это причиняет мне дискомфорт. Но, зная его, он уже обо всем догадался и так.

– Давно стоило отбросить эти условности в общении со мной.

– Хотите, чтобы я обращалась к вам неофициально?

– Да. Хочу.

Но я понимала, что не могу этого сделать. Это значит перейти последнюю черту и тем самым вывести наши отношения на более интимный уровень. Формальности были той стеной, что я могла воздвигнуть между нами.

– А я нет, – решительно отрезала я.

В комнате стало заметно темнее и когда все вокруг озарил яркий свет и послышался гром, я испуганно дернулась вперед и оказалась в объятиях советника.

– Всего лишь гроза, – ласково заметил мужчина, и от грубого тона в его голосе не осталось и следа.

За окном послышались звуки ливня, и я отпрянула. Стараясь взять себя в руки, я отвернулась и подошла к окну. Небо вновь озарило ослепляющей вспышкой. Разряд был так близко, что я вновь испугалась. Дождь лил как из ведра. Вид воды, стекающей по стеклу, завораживал и успокаивал.

Я почувствовала, что мужчина подошел ко мне и остановился за спиной.

– Плохой знак. Это место находится на стыке трех королевств. Эреста, Астории и Богемии. Лето здесь такое же жаркое, как и в Астории, но зимы намного холоднее, как и в Эресте. Богемия славится своими дождями. Они продолжительные и сильные, размывают дороги и топят деревни.

Я начинала догадываться куда он клонит.

– Ливень размоет дорогу… – тихо сказала я.

– Вашим фрейлинам придется заночевать в городе, – подтвердил мужчина.

Осадок от нашего разговора все еще оставался, и в добавок к прочему, действительно появилась головная боль.

– Пожалуй, я передохну.

Так и не посмотрев на советника, я покинула кабинет и поднялась обратно в спальню.

Лишенная помощи Дины, я вызвала другую служанку, которая наполнила горячую ванную и помогла расстегнуть платье. Дождь за окном все еще продолжал лить, и стук его крупных капель разносился по комнате. Отослав девушку, я погрузилась в обжигающую воду. Совсем скоро тело привыкло к температуре, и я расслабленно откинулась на бортик, наслаждаясь моментом. Мысли вернулись к нашему странному диалогу в кабинете. Лорд Берт противоречил сам себе, просил быть выше других и в то же время желал, чтобы я стала ближе к нему. Так чего же он хотел на самом деле?

Чем больше я его узнавала, тем сложнее все становилось. Я считала, что лорд Берт неуязвим, но после собственными глазами видела, как он оступился.

Вода довольно быстро стала остывать и мне пришлось выбраться из ванной. Закутавшись в халат, я вернулась в спальню. Служанка еще не зажгла свечи и комнату освещал лишь камин. Интимный полумрак мне нравился, и я взяла с постели плед и укутавшись в него устроилась в кресле. Мерный стук дождя за окном сочетался с потрескивание огня в камине, и разморенная после ванной, я не заметила, как задремала.

Проснулась я, почувствовав чужое присутствие, и открыв глаза, увидела экономку, которая зажигала свечи.

– Простите, ваше величество, я не хотела вас разбудить.

– Не страшно.

Я прислушалась, шум за окном все еще не стих. Сколько я продремала? Час? Может два?

– Лорд Берт прислал меня, чтобы узнать, спуститесь ли вы к ужину, или хотите, чтобы еду подали в комнату?

– Мои фрейлины ведь так и не вернулись?

Я опустила ноги на пол. В комнате стало заметно теплее, хотя по полу и гулял сквозняк.

– Нет, ваше величество. Дождь до сих пор идет, все дороги развезло. Даже если они выедут, то не смогут добраться сюда пока он не закончится, и земля немного не подсохнет, уж поверьте мне.

Мы с лордом Бертом застряли в этом доме один на один. Тем не менее, уличить советника в коварном плане было невозможно. Даже он не способен влиять на погоду.

Немного подумав, я ответила:

– Я спущусь на ужин.

– Пришлю к вам служанку, чтобы помочь с платьем, ваше величество.

Женщина покинула комнату, ненадолго оставив меня одну. Я присела за туалетный столик и расчесала волосы. Немного подумав, я решила оставить их распущенными. Когда в дверь постучали и в комнату вошла служанка, я увидела в ее руках объемистый сверток.

Неужели лорд Берт прислал вместе с ней документы?

– Ваше величество, – она поклонилась и подошла, положив сверток на столик, – хозяин просил передать вам это.

Я развернула сверток и увидела платье, поверх которого лежал не запечатанный конверт. Достав записку, я увидела всего несколько строк, написанных знакомым почерком.

«У любого траура бывают послабления».

Я опустила взгляд на платье нежно бежевого цвета, которые выглядывало из свертка. После нескончаемой череды черных нарядов соблазн надеть что-то яркое был велик, а лорд Берт только сильнее искушал воспользоваться возможностью. В этом доме не было аристократов, которые бы оценивали мой внешний вид, а вечер был более чем неформальным. Я действительно могла ненадолго сбросить траур. Однако, в моем багаже были лишь черные наряды. До этого момента.

– Хотите надеть его? – спросила служанка, продолжая стоять рядом.

– Достань его из свертка, – велела я, все еще не решаясь.

Девушка аккуратно извлекла платье, взяв его за плечики, и я увидела наряд целиком. Длинною в пол, оно было многослойный и несколько слоев спереди были короче остальных. Плечи прикрывало кружево, спускающееся до лифа. Устоять простив такой красоты было сложно.

– Помоги мне надеть его, – велела я девушке развязывая халат.

После того, как платье оказалось на мне и последние маленькие крючочки на спине были застегнуты, передумать уже было невозможно. Отражение в небольшом зеркале показало мой посвежевший вид. Было тому виной освещение или платье, но бледность с лица пропала, а на щеках даже появился легкий румянец.

– Вам очень идет, ваше величество, – робко заметила девушка.

– Спасибо.

Что же я творю? Стоило сорвать с себя платье и надеть один из траурных нарядов. Показать, что больше не подчиняюсь его капризами. Но вместо этого я пригладила руками подол и направилась к выходу из комнаты.

За дверью стоял Вистан, продолжая нести свою службу. В отличие от меня, гвардеец выглядел устало и вряд ли передохнул с тех пор, как мы прибыли.

– Тебе нужно выспаться, Вистан, – непреклонно заявила я, останавливаясь перед гвардейцем, – это приказ.

– Но, ваше величество….

Я не стала его слушать.

– Ты мне потребуешься потом, когда рядом не будет охраны лорда Берта, но сегодня ты должен позаботиться о себе и набраться сил.

Он выдержал мой непреклонный взгляд и не осмелился больше возражать.

– Слушаюсь, ваше величество.

Поклонившись, Вистан покинул свой пост.

Я спустилась на первый этаж. Тишина дома разительно отличалась от тех мест, где нам доводилось оставаться на ночь, не говоря уже о том, что в город вместе с фрейлинами уехала и половина охраны.

У подножия лестницы меня дожидался стражник, один из людей лорда Берта.

– Ваше величество, позвольте, я провожу вас в столовую.

При помощи гвардейца я быстро нашла дорогу. Достигнув нужных дверей, он открыл их передо мной, пропуская внутрь.

Помещение было просторным, с огромным столом, подходящим скорее для торжественных обедов, а не тихого ужина двух людей. Трудно было представить себе лорда Берта, устраивающего званные обеды. Фантазия тут же нарисовала его в одиночестве, в окружении пустых стульев, каждый раз, как мужчине доводилось навещать свое имение. Дверь за моей спиной закрылась, отрезав нас от гвардейца, который остался по ту сторону.

Лорд Берт стоял у окна с бокалом в руках. Как и я недавно, он наслаждался звуками дождя погруженный в свои мысли. Из-за темноты, разглядеть что-то за окном уже было невозможно. Я обогнула пустующий стол, направляясь к его противоположному краю у окна, где было накрыто для нас обоих. Обернувшись, мужчина улыбнулся, увидев мой наряд.

– Приятно увидеть на вас свой подарок. Было бы замечательно, если бы вы надели все три.

Его взгляд задержался на моих распущенных волосах. Наличие на мне своего второго подарка проверить было труднее. Я приблизилась к мужчине, тоже встав у окна. Его взгляд задержался на моих ключицах, которые виднелись под прозрачным верхом платья.

– За вашими подарками всегда стояло что-то еще. Какова же цель этого платья?

– Украшение для вашей прически было вполне невинным и бескорыстным подарком.

– Чего нельзя сказать о втором.

Я знала, что подловила мужчину, однако, он не мало не смутился. Секунду он молчал, обдумывая ответ, но когда поднял свои глаза и наконец-то взглянул мне в лицо, то в его взгляде я увидела знакомые бесовские искры.

– Каждый раз, когда Гален будет снимать его с твоего тела, меня будет греть мысль о том, что я коснулся этих кружев куда раньше него.

Моему лицу тут же стало жарко. Такого ответа я не ожидала и доставила лорду Берту удовольствие, покраснев.

– И я говорил совсем не о платье, – словно издеваясь, добавил он.

К счастью, мне не пришлось что-либо отвечать. Прежде чем я собралась с мыслями, мужчина продолжил:

– У меня сохранились мерки, которые с вас сняли перед свадьбой. Я рад, что платье подошло, мне казалось, что с тех пор вы сильно похудели.

– Так вы заказали его давно? – удивилась я еще сильнее, понемногу приходя в себя от смущения.

– Да. Но случая преподнести так и не представилось.

Я запоздало поняла, что так и не поблагодарила его, но момент был упущен. Мужчина подошел к столу и отодвинул стул. Решив оставить благодарности на потом, я присела и оглядела стол, полный блюд.

– Я отпустил прислугу, чтобы мы могли поговорить, – он взял графин с вином и наполнил мой бокал, после чего обогнул стол и занял свое место по другую сторону стола.

– Вы еще не решили, как поступить с Элоизой? – первым делом спросил он у меня.

– Возможно, стоит относиться к ней внимательней, чем к другим девушкам, и не давать поводов для зависти, – предположила я.

Других идей пока не было. Отказаться от ее услуг как фрейлины, значило бы сильнее задеть чувства девушки, которые и без того были не на моей стороне.

– Это могло бы помочь, на какое-то время, но не решить проблему, – моя идея лорду Берту совсем не понравилась. – Ей по-прежнему будут нравиться ваши наряды, мужчины будут восхищаться вами только сильней, и я бы сказал, что ваша игра на пианино куда лучше ее. Это значит, что чем дольше она будет рядом, тем сильнее в ней будет крепнуть зависть, которая в конечном счете ни к чему хорошему не приведет.

– И что же мне тогда с этим делать?

Я знала, что у лорда Берта уже есть готовое решение. Такова уж была его натура.

– Дать ей то, чего желает каждая девушка ее положения. Успешно выдать замуж пока вы будете гостить у брата.

Я грустно улыбнулась:

– Замужество трудно назвать подарком.

– Для нее оно будет подарком. Вы ведь сможете подыскать холостого лорда или, предположим, графа? Герцог для нее было бы слишком щедро. Поскольку брак будет заключен в Эресте, она не вернется с вами в Асторию и не доставит проблем.

Решение действительно выглядело просто и изящно.

– Что ж, какие еще советы вы собираетесь дать мне напоследок? – я взяла бокал с вином.

Пусть он расслабится и скажет все, что собирался, а я тем временем буду искать брешь, которая позволит мне узнать о планах лорда Берта больше, чем он желает мне говорить. Не раз и не два я просила его раскрыть все карты, но данная тактика не принесла результатов. Теперь следовало действовать не так настойчиво.

– Я уже говорил о том, что вам необходимо попросить у брата людей для личной охраны. Чем больше, тем лучше. Если вы вернетесь домой с сотней человек, для знати это будет выглядеть так, словно в следующей раз это будет тысяча, две тысячи и больше. Пусть даже это не так. Сотня людей для защиты сестры в столь непростое время, разве он сможет отказать?

Я представила эту картину и поняла, насколько это облегчит мне жизнь. Куда приятней быть в окружении людей, которые не будут обязаны подчиняться Галену.

– Он должен согласиться, – подтвердила я, надеясь, что не ошибаюсь.

– Не нужно скрывать от брата того, что муж к вам относится плохо, – продолжал мужчина, – но и не жалуйтесь. Он сам должен хотеть дать вам рычаги влияния, а не пытаться воздействовать на юного короля самостоятельно.

Мужчина замолчал, а я обдумывала его слова. Хотелось верить, что все окажется так же просто, как и на словах. Но что, если это не так? Лорда Берта больше не будет рядом, чтобы придать мне уверенности в себе или помочь получить желаемое.

– Допустим, у меня получится. Возможно, это поможет мне иногда влиять на мужа. Но остается Ивет и ее покровители. С ними мне не справиться в одиночку.

– Как только ваш союз с Галеном окрепнет, Ивет сама все разрушит, пытаясь уцепиться в него как можно сильнее. Возможно, это уже происходит.

Я помнила злость мужа, когда пыталась манипулировать им с помощью своего происхождения и политики. Вряд ли это могло способствовать укреплению наших отношений. Судя по всему, сомнения отразились у меня на лице.

– Не нужно недооценивать свою привлекательность.

Я вздрогнула, когда он коснулся моей руки, свободно лежащей на столе. Уверенным жестом он взял меня за запястье. Перевернув мою руку ладонью вверх, мужчина не остановился. Его пальцы заскользили от запястья к кончикам пальцев, от чего по руке побежали мурашки.

– Галена привлекают женщины, которые уверены в себе. Знают, чего они хотят и будут стоять на своем. А еще его привлекаете вы. Как только он увидит новую Алис, то не сможет устоять.

– А какие женщины привлекают вас, лорд Берт? – я попыталась перехватить инициативу. Кончики его пальцев все еще касались меня и отдернуть руку, значило бы признать собственное смущение.

– У вас холодные руки, вы замерзли? – в свойственной ему манере ушел он от ответа и убрал свою руку. Моя пальцы переместились к бокалу. Оставалось надеяться, что движение не выглядело слишком поспешным. Не мешало бы иметь помимо холодных рук еще и ледяное сердце.

Его нежелание отвечать отозвалось внутри горечью. Я вспомнила о связи советника с Фрейей и одернула себя. Все это, лишь манипуляция. Лорд Берт никогда не действует без выгоды для самого себя. Мое будущее – его выгода. Так же, как это было с Фрейей.

До чего же я глупа, что позволила себе не только забыть об этом, но и вновь пойти на поводу, зайдя так далеко, что сама начала флиртовать. Аппетит вмиг пропал, и я посмотрела на свою тарелку, понимая, что больше не смогу съесть и кусочка.

– Стоило надеть другое платье, это не подходит для здешних сквозняков, – ответила я.

– Я выделил вам самую теплую комнату, но при сегодняшней погоде, боюсь, даже там может быть прохладно. Можно попросить прислугу принести шаль.

– Не стоит. Вино не даст мне замерзнуть.

Я вновь взяла вилку, перебирая еду в тарелке. Остаток ужина мы завершили в молчании. Если лорд Берт и заметил перемену в моем настроении, то не стал заострять на этом внимания.

Поднимаясь из-за стола, я почувствовала неприятный осадок от ужина, который в начале показался мне волшебным.

– Я вас провожу, – лорд Берт двинулся к выходу из столовой вместе со мной.

Охранник все еще стоял за дверями, но мужчина тут же отпустил его. Пытаясь заполнить молчаливое напряжение, я решила попытать удачу и задала один из тех вопросов, на который лорд Берт вряд ли захочет давать ответ.

– Как вы собираетесь спасти Сергуна? У вас есть план?

– Для начала, стоит узнать, действительно ли он жив. Возможно, спасать будет некого.

Мы поднимались по лестнице. Лорд Берт не ушел от ответа, однако, и не сказал ничего определенного. Может я и доверяла советнику свою жизнь, но он отнюдь не собирался доверить мне свою, углубляясь в детали.

– Но у вас ведь если план действий? При любом раскладе?

– Мой план состоит в том, чтобы выбраться оттуда живым.

В этот раз я не уловила в голосе лорда Берта привычных ноток и украдкой присмотрелась к его лицу. Он говорил вполне серьезно.

Мы остановились у отведенных мне покоев. Коротко мне поклонившись, Берт собрался было уйти, но я задержала его, схватив за руку.

Удивившись, он остановился, и я поймала его взгляд. Отчего-то, мне стало тревожно. Не хотелось расставаться, не уняв это чувство.

– Просто скажите мне, что у вас есть план.

Но он молчал, продолжая смотреть на меня.

– Почему вы молчите? – я сжала руку мужчины сильнее, больше всего желая, чтобы сейчас он улыбнулся своей саркастичной улыбкой и заставил меня поверить в то, что он как всегда непобедим.

– Потому что не хочу лгать.

Передо мной стала складываться картина, к которой я отнюдь не была готова.

– Все понимали, что поездка в Богемию ловушка. У вас должен быть план, на импровизации не будет времени. Иначе, к чему вам я? Какой в этом смысл, если плана нет? Зачем вам королева, влюбленная в вас и готовая следовать каждому вашему указу, каждой подсказке или манипуляции, если вы не собираетесь это использовать?

Я выпалила все разом и вопросы повисли в воздухе. Вместо того чтобы дать ответы, лорд Берт сделал ко мне шаг и поднял руку, касаясь волос. Его пальцы заправили прядь мне за ухо и скользнули к шее. Подавшись вперед, он все же не поцеловал меня, замерев в последний момент, словно передумал.

Наконец, он произнес:

– Я не идеален. Никто не может быть идеальным. Рано или поздно достигаешь предела и перестаешь замечать элементарные вещи. Я думаю, что достиг этой точки, когда позволил себе расслабиться и поверить, что способен справиться с чем угодно и предвидеть последствия. Я совершил ошибку, а ошибки нужно исправлять. Или расплачиваться за них.

Я молчала, продолжая стоять перед советником, но внутри меня в это время душу рвало на куски от переполнявших чувств. Если изначально не было никакого плана, то это могло значить только одно. Я не была частью его плана или марионеткой. По крайней мере, не в этот раз, потому как лорд Берт, соглашаясь стать дипломатом, знал, что не вернется обратно ко двору. И как бы мне не хотелось верить, что это очередная ложь, сейчас я как-никогда чувствовала, что это правда.

Его рука исчезла с моей шеи, но прежде чем мужчина отступил, я сама подалась вперед и поцеловала его.

Бастионы пали, не выдержав всего одной ночи.

Глава седьмая

У подножия лестницы послышались шаги и прежде чем я успела испуганно отпрянуть, одна рука мужчины крепко обхватила меня за талию, а вторая открыла дверь за спиной, и он втолкнул внутрь комнаты. Я оказалась прижата к поспешно закрытой двери, боясь издать хотя бы звук. Шаги все еще продолжались. Судя по всему, экономка обходила дом перед сном. Их ритм не сбился, а значит, женщина не увидела нас. Но едва поравнявшись с комнатой, где мы прятались, она замерла. Мое сердце пропустило удар от испуга, но лорд Берт оставался спокоен. Его правая рука все еще обнимала меня за талию. За секунду до того, как раздался стук, он прижался ближе и приложил левую ладонь к дереву, нависая надо мной.

– Ваше величество? – послышалось с той стороны.

Я испуганно перевела взгляд с груди мужчины на его лицо. Стоит ли мне ответить? Наши взгляды встретились, и он отрицательно мотнул головой.

Стук повторился. Наши тела удерживали дверь, не позволяя ее открыть. Скорее всего женщина решит, что я намеренно закрылась, и не желаю, чтобы меня беспокоили.

Убедившись, что я не собираюсь отвечать, экономка все же сдалась. Ее шаги возобновились, и она продолжила обходить дом. Я позволила себе перевести дыхание. Звуки за дверью стихли, но мы не сдвинулись с места. Сердце продолжало колотиться, но уже не столько от пережитого страха, сколько от той близости, в которой находились наши тела. Губы вновь оказались в опасной близости, обжигая своим дыханием. Никто из нас не торопился, позволяя другому отступить, но мои стены уже рухнули, а лорд Берт их и вовсе не воздвигал.

Руки скользнули под сюртук мужчины, согреваясь теплом его тела. Я притянула его к себе и наши губы вновь слились в поцелуе. Тотчас раздался щелчок закрываемой двери. Берт отрезал нас от остального мира. Я уже не замечала, что в комнате холодно, даже когда его пальцы нашли застежки на спине и расстегнули их, обнажая мою кожу. Незаметно он перехватил инициативу в свои руки, тем не менее, оставляя мне возможности отступить. Много возможностей, за которые не хотелось цепляться. Сюртук остался лежать у двери, в то время как мы незаметно переместились ближе к кровати. Верх моего платья упал, открывая белье. Совсем не то, которое мне подарил лорд Берт, и лишь когда он опустил меня на кровать, я почувствовала первые сомнения. Руки мужчины, избавляющие меня от платья, ненадолго замерли, а поцелуи переместились к шее. Теплое дыхание коснулось моего уха.

– Последний шанс ударить меня за неслыханную дерзость и прогнать, – прошептал он, прервав поцелуи.

– Дело не в этом, – с трудом выговорила я так же тихо, – просто…

Тело вспомнило грубые прикосновения мужа, его поцелуи и то, что было потом. И возбуждение сменилось страхом.

К счастью, он всегда умел понимать меня без слов.

– Я знаю… Еще одна ошибка, которую нужно исправить.

Его лицо вновь оказалось напротив моего. Я увидела губы, которые недавно целовала, и глаза, в которых был отблеск свечей, стоящих у кровати. А после остались лишь ощущения. Его губы на моей груди. Исчезновение последней одежды и тепло чужого тела, которое, как оказалось, приятно ощущать. И от страхов не осталось и следа.

Большинство свечей успели погаснуть, помогая скрыть мою неловкость, когда мы лежали вдвоем, в объятиях друг друга. Едва касаясь кожи, его пальцы выводили узоры на моем плече.

– Все еще не хочешь выгнать меня? – тихо спросил он.

– Пока нет.

Приподнявшись с его руки, я потянулась к пледу, который оставила на краю постели перед ужином, и накрыла нас, вновь прильнув к телу мужчины.

Может все это и было ошибкой, но тем не менее, самой приятной из всех, которые я когда-либо совершала. Поэтому, закрыв глаза, я молча лежала и вслушивалась в стук чужого сердца, боясь потерять мгновения внезапного счастья.

Руки внезапно перестали рисовать узоры на моем плече.

– Почему ты остановился? – тихо спросила я, не открывая глаз.

– Думал, ты уснула, – задумчиво отозвался мужчина.

Я подняла голову, облокотившись рукой о грудь, на которой только что лежала, и положив на нее подбородок, посмотрела на своего личного змея искусителя.

– Я точно не смогу сегодня уснуть, – призналась я.

– Что ж, я могу помочь с пользой провести время до рассвета, – заявил он хитро улыбаясь.

Лицо тут же обдало жаром, и я уткнулась лицом в его грудь, пытаясь это скрыть. Однако, он все равно заметил.

– Знаешь, у меня есть парочка снов, которые я был бы не против воплотить в реальность.

– Что? – я вновь посмотрела на него, на время позабыв о смущении.

– На самом деле, даже не парочка, и стоит предупредить, что они довольно неприличные – продолжал мужчина, явно наслаждаясь тем, как я краснею.

Однако, стоило предпринять попытку отстраниться, как он обхватил меня за талию, не отпуская от себя слишком далеко. Его вторая рука нырнула под одеяло, коснулась моего живота и поползла еще ниже.

– И я более чем уверен, что тебе понравится.

Рассвет наступил слишком быстро. Под конец ночи я даже немного задремала, но проснулась, почувствовав, как опустела постель. Проведя рукой по простыне, я открыла глаза и присела, придерживая у груди одеяло и сонно оглядывая комнату. За окном светлело и вдалеке уже занималось зарево поднимающегося из-за горизонта солнца. Кроме меня в комнате никого не было. Если бы не ощущения собственного тела, я бы могла решить, что все это мне лишь приснилось.

Но прежде чем я успела огорчиться, дверь в комнату приоткрылась, и я увидела Арена. В его руках была папка, а вчерашнюю одежду сменила новая, застегнутая слишком небрежно.

Увидев, что я проснулась, он улыбнулся и оставил свою ношу на столике. Оказавшись рядом с постелью, мужчина наклонился, коснувшись моего подбородка, и быстро поцеловал. Нет, все же, это был не сон.

– Не хотелось будить. Впереди еще долгая дорога, – пояснил он, отстраняясь.

Я крепче ухватило одеяло, удерживая его на груди и взгляд переместился к папке. Мужчина тем временем запустил руку в карман и протянул мне знакомое снадобье.

– Тебе нужно будет это выпить.

Я без слов забрала у него пузырек. Плотнее закутавшись в одеяло и прижав его руками к телу, я смогла открыть крышку и выпить настой.

– Как любопытно.

Я подняла взгляд и увидела, как он пристально наблюдает за мной, чуть склонив голову на бок.

– Что? – я растерялась, не понимая, что такого заметил во мне мужчина при свете дня.

Но как оказалось, дело было отнюдь не во внешности.

– Ты раньше уже пила это, – он указал на пустой пузырек у меня в руках.

– Я не… – растерянно начала я, понимая, что невольно выдала себя.

– Взяла без колебаний. Даже не спросила, что это и зачем, – оборвал он меня.

Отпираться было бесполезно. Чтобы избежать пронизывающего взгляда, я выскользнула из-под одеяла и схватила халат, который лежал на кресле.

– Это было всего раз, – признала я, не оборачиваясь.

– Тебе стоит быть осторожной с подобными вещами. Это саботаж короны и если Гален или Фрейя уличат тебя в этом, то пострадает человек, который покупал настой. Например, служанка.

Об этом я не думала. Навредить Дине мне хотелось меньше всего. Я почувствовала, как он приблизился ко мне. Секунда, и на талии оказались мужские руки, а губы коснулись обнаженной шеи, убирая возникшее напряжение. Я подалась назад, облокотившись на его грудь и наблюдая в окно за восходящим солнцем.

– Тебе обязательно уезжать сегодня? – задумчиво спросила я. – Можно задержаться здесь еще на одну ночь.

Хоть солнце и развеяло сумерки, темная туча все еще оставалась и имя ей – Богемия.

– Боюсь, что не получится, – последовал ответ.

Отстранившись, я направилась к сундуку с вещами, достав первое попавшееся платье. Скинув с себя халат, я поймала беззастенчивый взгляд мужчины, но подавила в себе стеснение. В конце концов, это я не раз проходила и с Галеном, не говоря уже о прошлой ночи. Только вот с Галеном все было иначе. Для него я была женой, но не желанной женщиной.

Одеваясь, я чувствовала на себе взгляд мужчины. Без слов он приблизился ко мне и убрав со спины волосы, стал помогать с платьем.

Неужели все должно закончиться так? Стоило ли позволять себе поддаться искушению, чтобы к утру потерять все в один миг? Как только вернутся фрейлины, каждый двинется своей дорогой. Это значит, у нас осталось всего несколько часов, хотя на самом деле я чувствовала себя так, словно время уже истекло.

– Томас обещал Астории политический союз, – задумчиво проговорила я, пытаясь уловить мысль, которая промелькнула в голове.

– Обещания – зыбкая вещь. Их исполнение всегда зависит от желания того, кто их дает. А человеческие желания изменчивы.

– Мой брат не нарушит слово, тем более если с просьбой обращусь я, – картина начала складываться в голове и меня переполнило воодушевление.

Резко обернувшись, я взглянула на советника, который взирал на меня с любопытством.

– Что ты задумала, Алис?

– Тебе не обязательно ехать в Богемию. Можно провести встречу на нейтральной территории. Ты проницателен, и сможешь понять лгут они или нет.

– Этого недостаточно, мне необходимо увидеть Сергуна и освободить его.

– Но ведь это ловушка. Если выманить их в соседнее королевство, то будет гораздо больше времени, чтобы узнать врага и не попасться. Пусть даже придется ехать в Богемию, но не в слепую. Разве это не хороший план?

– Это неплохая идея, – согласился мужчина, но моим энтузиазмом не заразился.

– Я могу сейчас же написать брату, – мне не терпелось начать действовать.

– Я напишу ему, – возразил Берт, – поскольку это политический вопрос, гораздо больше шансов на успех, если предложение будет исходить от меня. Ты можешь написать ему короткое письмо, и мы отправим их вместе.

– Хорошо! – впервые я почувствовала себя полезной.

– Я распоряжусь, чтобы завтрак подали сюда.

– Можно позавтракать внизу, вместе…

– Мне нужно написать письмо и уладить кое-какие дела. Завтрак подадут сюда, – мягко, но непреклонно возразил он, прерывая меня.

Конечно же он был прав. Но мне хотелось не упустить то немногое время наедине, пока фрейлины еще в городе. Поэтому, я была разочарована.

Заметив смену моего настроения, он шагнул вперед и обнял меня, притянув к себе. Тело тут же отозвалось легким трепетом.

– Больше всего на свете я хотел бы остаться здесь, с тобой, – его голос обволакивал.

– Так останься, – я взглянула на мужчину из-под опущенных ресниц и облизнула губы, которые хоть и ныли от поцелуев, но были не прочь пострадать еще.

Но в этот раз поцелуй был коротким и чуть более жадным, чем прошлой ночью. Все еще не отпуская меня, он сказал:

– То, что скрыто под покровом ночи, при свете дня как на ладони.

Быстро коснувшись моих губ последним, коротким поцелуем, он отступил и быстро покинул комнату. Я какое-то время оставалась на месте. Посмотрев на дверь, за которой недавно скрылся советник, вновь не смогла сдержать глупой улыбки и поняла, что уже очень давно не чувствовала себя настолько счастливой. Лучи солнца переместились и теперь играли на разобранной постели. Мне хотелось верить, что любую проблему можно решить, если очень сильно захотеть. Опустив взгляд вниз, я поспешно наклонилась, поднимая вчерашнее платье. Сложив его, я спрятала яркую ткань на самом дне багажа, под ворохом черных платьев, туда же где находилась картина.

Отыскав в комнате письменные принадлежности, я переместилась к столу и занялась письмом брату.

Спустя несколько минут в комнату вошла служанка с подносом в руках. Велев поставить его на столик у дивана, я продолжала писать, боясь, что потеряю нужную мысль. Взяв законченное письмо в руки, я решила перечитать его, пока сохнут чернила, и переместилась к дивану. Забравшись на него с ногами, я взяла с подноса яблоко и перечитала написанные строки. Все было идеально. Я еле удержалась о того, чтобы не попросить брата помочь со встречей дипломатов на нейтральной территории, вместо этого упомянув, что лорд Берт немало помог нам с фрейлинами в пути. Положив письмо на стол, я посмотрела на поднос, где помимо фруктов была уже остывающая яичница с поджаристым хлебом, и принялась за еду, почувствовав зверский голод.

Однако было то, что немного омрачало этот утренний день. Я могла быть свободной и счастливой только здесь и сейчас, но как только выйду за порог поместья, все это растает. Я по-прежнему оставалась женой Галена, который в скором времени, если Сергун не будет спасен, взойдет на престол. У меня не было права на это счастье, лишь обязанность быть хорошей женой и матерью наследника.

Сейчас я больше всего на свете хотела, чтобы Серугун оказался жив и мысли эти были до ужасного эгоистичны. Только это позволит мне сохранить хоть немного свободы. Если Берт вернется победителем, то он сможет найти выход из любой патовой ситуации. Даже такой, как наша.

В дверь постучали. Открыв ее, я увидела Вистана, заметно отдохнувшего и посвежевшего. Отступив в комнату, я пригласила его зайти.

– Приехал один из гвардейцев, ваше величество. Ваши фрейлины отправили его вперед, чтобы сообщить, что они скоро будут. У него было это.

Он протянул мне записку, развернув которую, я увидела аккуратный женский подчерк.

«Ваше величество, из-за погоды мы были вынуждены заночевать в городе. Надеемся, что ваше самочувствие улучшилось. Жаль, что вы не смогли поехать с нами.

Мария, Анна, Элоиза»

– Как скоро они будут здесь? – спросила я у Вистана.

– Где-то через час, ваше величество.

– Хорошо, мне нужно чтобы ты кое-что сделал.

Взяв письмо к брату со стола, я запечатала его, пока гвардеец ждал у двери. Закончив, я протянула ему конверт

– Отнеси это лорду Берту, а потом найди кого-то, кто доставит письма в Эрест как можно быстрее.

Вистан посмотрел на конверт, но не протянул руки, чтобы его забрать.

– Ваше величество… – неуверенно начал он и замолчал.

– Что такое? – рука с письмом нетерпеливо дернулась.

– Лорд Берт уже отбыл в Богемию.

Я застыла, словно от удара, все еще продолжая протягивать гвардейцу запечатанное письмо. Этого просто не могло быть. Совсем недавно он был здесь и ни словом не обмолвился о том, что торопится отбыть в Богемию. Напротив, согласился с моим планом.

– Когда? – тихо спросила я, начиная понимать, что меня попросту обвели вокруг пальца.

– Около получаса назад.

Значит, практически сразу же, как покинул эту комнату.

– Мне отправить письмо?

Вистан наконец-то взялся за конверт, но я сжала пальцы, не выпуская бумагу из рук. Письмо больше не было важно.

– Нет! Ты должен отправиться за лордом Бертом и вернуть его обратно.

– Ваше величество, я не могу.

– Это приказ, Вистан. Лорд Берт должен вернуться!

Держать себя в руках становилось все труднее. У меня был план. Хороший план! И я намеревалась ему следовать. И если этот план плох, то он хотя бы должен был сказать мне это в лицо, а не сбегать не попрощавшись.

И я поняла, что это могла быть последняя встреча.

– Простите, ваше величество, но я не могу ему подчиниться, – неожиданно категорично ответил гвардеец, повергнув меня в шок. Он никогда не перечил мне и уж тем более не смел ослушаться прямого приказа.

– Как это понимать?

– Лорд Берт велел мне присмотреть за вами и уберечь от опрометчивых поступков.

– Ты должен подчиняться мне, а не лорду Берту, – возмутилась я.

– Я должен защищать вас, – оставался непреклонным Вистан.

Я вглядывалась в его лицо, остававшееся непристрастным и чем больше смотрела, тем сильнее понимала, что он действительно не отступит. Будь это приказ или просьба, Вистан не сдвинется с места и не предпримет ничего, чтобы отправиться следом за лордом Бертом и вернуть его обратно.

Однако все внутри меня кричало о том, что я должна что-то предпринять.

– В таком случае я поручу это кому-то другому, – приняла решение я и двинулась к двери, намереваясь обойти гвардейца.

Но его пальцы внезапно сомкнулись на моей руке, останавливая.

– Что ты себе позволяешь? – я попыталась вырваться, но он держал меня все крепче, запрещая покинуть комнату.

– Защищаю вас от самой себя, – ответил гвардеец. – Вы сейчас не можете принять здравое решение.

Но я его не слушала, пытаясь высвободить руку. На секунду мне показалось, что у меня получилось, но не успела я двинуться к двери, как руки гвардейца опустились на мои плечи, отталкивая от двери обратно в комнату, и между нами завязалась борьба, в которой я терпела поражение. Он сдерживал меня словно маленькую девочку, и собственная беспомощность злила все сильнее. Внутри зрел ком из гнева, отчаяния и боли, а от чувства былой радости не осталось и следа.

И я позволила этому кому вырваться наружу, издав истошный вопль.

Прошло совсем немного времени, прежде чем в комнату ворвалась стража, мгновенно оттащив Вистана от меня.

– Ваше величество, вы в порядке? – передо мной возник Норман.

– Что здесь происходит? – одновременно с ним спросил другой стражник. Из-за плеча Нормана я видела, как он вместе с другим гвардейцем удерживает Вистана, который не предпринимал попыток сопротивления.

– Он напал на вас, ваше величество? – последовал еще один вопрос.

Я перевела взгляд на Нормана, который ждал моего ответа и безропотно выполнил бы любой приказ.

– Он… – я вновь посмотрела на Вистана. – Нет, он ничего не сделал, отпустите его.

Гвардейцы тут же перестали удерживать Вистана под руки, и сделали шаг в сторону, возвращая ему свободу. Мой крик сбил стражу с толку и теперь они неуверенно переглядывались, не понимая, что произошло и требовалось ли обыскать комнату. Я поняла, что не могу открыть истинную причину своего срыва, как и то, что послать кого-то следом за лордом Бертом будет ошибкой, которую мне все же хотелось совершить. Именно это пытался донести до меня Вистан. На какое-то мгновение этим утром я позабыла о том, кем являлась и кем должна стать. Я не чувствовала себя королевой, а превратилась в обычную женщину.

– Огромная птица врезалась в окно и напугала меня, – солгала я, подыскав подходящее объяснение своего крику, – я закричала и Вистан ворвался в комнату.

По лицам стражников я видела, что ответ их удовлетворил и все вопросы отпали.

– Вы можете идти.

Мне хотелось как можно быстрее остаться одной. Стражники кивнули и тут же направились к дверям, лишь Вистан задержался на месте, смотря на меня с беспокойством. Но мне сейчас была не нужна ни его защита, ни жалость.

– И ты тоже, – велела я, встретившись с гвардейцем взглядом.

Он покорно кивнул и последовал за остальными. Как только дверь за ним закрылась, я сдвинулась с места и подошла к окну. По ту сторону передо мной открылся вид бескрайнего леса. Что было впереди? Астория или Богемия? Я еще никогда не была так зла на нашего общего врага. Если бы не король Айнон, мне бы не пришлось заключать политического брака с Галеном. Если бы не Богемия, Сергун был бы жив, а я не беспокоилась о судьбе лорда Берта и том, смогу ли удержать в своих руках власть, избавиться от Ивет, и при этом не пасть жертвой политических интриг. Больше всего мне сейчас хотелось вновь кричать и что-нибудь разбить, но это было неподобающее поведение для будущей королевы и вновь привлекло бы внимание стражи.

Помимо войны с внешним врагом требовалось неустанно вести внутреннюю борьбу, и в этой борьбе не способен помочь никто, кроме себя. Сломаться или двигаться дальше, это выбор человека, вне зависимости от обстоятельств. В этот раз я зашла слишком далеко, чтобы позволить себе вновь искать убежища в картинах или одиночестве.

Отвернувшись от окна, я посмотрела на стол, где осталось лежать сердце кукловода. Приблизившись, я присела на диван и притянула к себе тяжелую папку. Сейчас для меня это был единственный способ отвлечься. Необходимо было запомнить все это в довольно короткие сроки. На самом верху были забытые мною в кабинете листы с фамилиями фрейлин. Их я отложила в сторону, решив оставить напоследок. Кому из девушек нельзя доверять мне уже было известно. Дальше следовали либо смутно знакомые, либо и вовсе неизвестные имена. Но у них имелось кое-что общее. Все они являлись членами королевского совета.

Стук в дверь застал меня врасплох, когда я была погружена в чтение. Быстро сложив листы обратно в папку, я закрыла ее, когда в комнату вошла Дина

– Ваше величество, – служанка ненадолго замерла у входа.

Если она была здесь, значит и фрейлины вернулись.

– Как давно вы вернулись?

– Несколько минут назад. Ваши фрейлины тоже хотели зайти к вам, после того как умоются с дороги.

– Поездка прошла хорошо?

Оглядев комнату, Дина прошла к постели и принялась ее заправлять. Ранее я не позволила прислуге прибраться, но Дину не остановила.

– Да, ваше величество. Не считая вынужденной задержки из-за дождя, все было хорошо. Миледи выбрали подарки для ваших сестер и приобрели ткани для себя.

В дверь вновь постучали, и я догадывалась, кто это был. Фрейлины успели умыться и переодеться. К счастью, они не выглядели уставшими, а значит, можно было без промедления отправиться дальше.

– Ваше величество, – они ненадолго замерли у входа, сделав поклон. – Мы вернулись.

– Как ваше здоровье? – тут же подошла ко мне Мария, присаживаясь рядом.

– Мне намного лучше, – ответила я не задумываясь.

– Вы уверены? – девушка вглядывалась в мое лицо с подозрением. – Ваши глаза кажутся красными.

– Всего-лишь небольшая простуда.

Я перевела взгляд на других девушек.

– В таком случае, может, нам стоит задержаться здесь еще на день? – тут же предложила Элоиза.

Я отвергла это предложение не задумываясь:

– Я уже приняла лекарство и мне намного лучше. Мы отправимся в путь через час.

Больше никто мне не возразил. Вместе с фрейлинами я направилась посмотреть ткани, которые они приобрели, стараясь выглядеть заинтересованной. Как оказалось, они купили подарок и мне.

– Возможно, вы захотите сшить из нее платье для коронации, – предположила Анна.

Ткань действительно для этого подходила. На бордовом полотне были золотые узоры. Коронация вдруг стала чем-то реальным, когда я смогла прикоснуться к этой ткани. Чем-то, чего мне никак не избежать.

Глава восьмая

Долгая дорога – хороший предлог, чтобы оправдать синяки под глазами и вялое состояние. Как бы я не старалась уснуть, каждая ночь была бессонной. Поэтому, заполнить их бумагами было не так и сложно. Я запоминала дворян одного за другим, с единственной целью, на время позабыть одного единственного, которого не должно было быть в моей голове.

Наш путь затянулся, но едва мы пересекли границу Эреста, как я велела сократить количество остановок, чтобы мы могли двигаться быстрее. Путь от границы до столицы занял всего несколько дней.

Когда мы приехали, дворец показался родным и чужим одновременно. Покинув карету, я замешкалась, оглядываясь вокруг. Знакомые лица прислуги, подъездная дорожка, по которой я ступала уже тысячи раз. Фрейлины замерли рядом, осматриваясь с любопытством. Ни одной из них еще не доводилось бывать здесь.

Уверенной походкой я направилась к лестнице, на вершине которой стояли брат и сестры. Единственная, кого не хватало, моей сестры Анны. Мне казалось, что прошла целая вечность и родные должны были измениться, но их лица остались прежними. Изменения претерпела лишь моя жизнь.

Томас улыбнулся мне и фрейлинам, которые тут же склонись в поклоне.

– Давайте войдем внутрь, – предложил он, пока я обнималась с сестрами, – в последние дни довольно холодно.

Для меня погода была привычной, но фрейлины действительно чувствовали себя немного неуютно. Впервые я заметила, что в Эресте куда более холодные ветра, чем в Астории.

Дворец встретил нас теплом и щеки девушек тут же порозовели.

– Где Анна? – спросила я у Летисии, не упустив из внимания отсутствия одной из сестер.

– Ей пришло приглашение, – уклончиво ответила сестра, пока прислуга принимала наши накидки, – и она уехала за несколько дней до того, как мы узнали о твоем приезде. Томас решил, что ты простишь ее отсутствие и не стал посылать гонца. Да и отменять визит было бы некрасиво.

Я была заинтригована тем, куда направилась Анна, если отменить визит ради встречи со мной было бы невежливо, но пока придержала расспросы. Летисия не зря отвечала так уклончиво. Я лишь надеялась, что причина в моих фрейлинах, а не во мне. Мысль о том, что со мной теперь не принято делиться секретами казалась неприятной. Скорее всего Анна направилась в гости к потенциальному жениху, лишь в этом случае я бы могла оправдать ее отсутствие, а это значит, что в нашей семье вскоре вновь будет заключен выгодный брак.

Я обернулась к брату, который беседовал с моими фрейлинами. В тепле девушки расцвели и все больше улыбались. Я заметила, что Элоиза стала куда более разговорчивой чем обычно, и еле успела сдержать непроизвольную усмешку. Томас был вдовцом и его траур вскоре будет окончен, а значит, пришло время подыскать новую невесту и будущую королеву.

«Герцог дня нее было бы слишком щедро», – тут же всплыло в памяти.

Похоже, сама девушка так не считала. Летисия проследила за моим взглядом. К счастью, прежде чем я приняла решение вмешаться, в зале появился один из придворных.

– Ваше величество, – он замер рядом с Томасом и быстро что-то шепнул ему на ухо.

Продолжая улыбаться девушкам, брат кивнул.

– Простите, миледи, у меня еще остались кое-какие дела, нужно их решить до ужина, чтобы я мог посвятить свое время вам.

Отступив от них, он подошел ко мне, взяв за руку, и коснулся щеки легким поцелуем.

– Я рад что ты приехала, увидимся чуть позже.

– Конечно, – слабо улыбнулась я, на секунду почувствовать себя так, словно вернулась в прошлое.

Лорд Каверс, советник моего брата, на мгновение задержался, поклонившись мне, и последовал за Томасом вглубь дворца.

– Моя комната ведь еще свободна? – тут же спросила я, взглянув на Летисию.

– Да. Я велела подготовить ее к твоему приезду, – обрадовала меня сестра.

Мои вещи наверняка уже занесли через черный ход. Я оглянулась на фрейлин, которые выглядели скорее взбудораженными, чем уставшими, но не могла отказать себе в прихоти остаться одной.

– Я бы хотела отдохнуть, но леди Элоиза, Мария и Анна наверняка желают сначала оглядеться. Вы ведь устроите им небольшую экскурсию?

– Конечно, – подтвердила Регина, которая до этого больше молчала, но во взгляде старшей сестры я заметила знакомые искры. Ей, как и Летисии, не терпелось расспросить меня о замужестве и посплетничать, а я лишала их подобного удовольствия.

Оставив фрейлин и сестер позади, я направилась в свои прежние покои. Вопреки ожиданию, комнаты выглядели так, словно я покинула их только вчера. Оказавшись в спальне, я упала на кровать, уставившись на темный балдахин. Глаза наполнились слезами то ли радости, то ли боли.

Я дома.

В углу комнаты уже стояли сундуки с вещами, но Дины не было. Служанка появилась лишь спустя некоторое время. Волосы ее было аккуратно уложены и судя по всему, она переоделась в свежее платье. На губах была счастлива улыбка. Не только я встретилась с теми, кого давно не видела.

– Простите, ваше величество, я немного задержалась.

– Ничего страшного, – я продолжала лежать на постели, словно не в силах пошевелиться. Безумная усталость и не думала отступать.

– Я помогу вам снять платье, – Дина уже поспешно открывала сундуки, отыскивая для меня халат.

Я присела, почувствовав, как ломит тело. Торопясь достигнуть цели, я даже не замечала, как дорога меня выматывает. Возможно сегодня, в своей постели, мне удастся немного выспаться.

– Ты не знаешь, где сейчас мои сестры?

– Леди Регина и Летисия сейчас вместе с вашими фрейлинами в галерее.

Значит, у меня мало времени. Еще немного и в мои покои ворвутся сестры, полные любопытства. Но у меня тоже имелись вопросы.

– Как там девушка, которую мы забрали из имения графа Риверса? – спросила я у Дины.

– Я нашла ей работу на кухне. Там вечная суматоха и не хватает рук, особенно сейчас, при подготовке к приему в вашу честь. Никто не обратит на нее внимания.

Я понимала, что это лишь временная мера. Сейчас, вдали от Астории, она была в относительной безопасности, но как только мы вновь пересечем границу, люди графа Риверса могут найти нас и позаботиться о служанке. Тогда я потеряю свой маленький козырь.

Но у меня была одна по истине безумная идея.

– Скажи, сможем ли мы ее оставить здесь, поменяв с кем-то местами?

Дина замерла, услышав мой вопрос. Не торопясь, женщина вытаскивала шпильки из моей прически, которая немного растрепалась в пути, обдумывая ответ.

– Есть одна девушка, всего на год или два младше нее. Возможно, удастся поменять их местами так, чтобы никто этого не заметил. Она очень стеснительна и у нее нет друзей. Они одного роста и телосложения.

– И никто этого не заметит? – идея все еще казалась мне слишком безумной, чтобы ее можно было осуществить.

– Эта девушка помощница лекаря. Она живет вместе с отцом на окраине территории дворца, занимается теплицей с травами и часто уходит в лес. Ее редко кто видит.

– Звучит идеально, но можем ли мы доверять этому лекарю? К тому же, вряд ли он захочет отпустить свою помощницу.

– Я могу позаботиться об этом, ваше величество, – Дина аккуратно расчесывала мои волосы, будучи спокойной как-никогда, – этот лекарь мой отец, а девушка моя сестра.

Я обернулась, с удивлением посмотрев на служанку. Она столько времени была рядом со мной, а я и не подозревала, что ее отец был лекарем и у нее имелась сестра.

– Я и не знала.

– Вы и не должны были.

Прежде чем я успела сказать что-то еще, дверь бесцеремонно распахнулась и в мою спальню влетели Летисия и Регина.

– Я сама могу расчесать ее волосы, – заявила Летисия, забирая у Дины щетку. –Можешь быть свободна.

Поклонившись, Дина тут же покинула комнату, а я посмотрела на хитро улыбающихся сестер. Летисия тут же отбросила щетку для волос.

– Думала сбежать от нас сестричка? – Регина устроилась на постели, тоже взирая на меня с нетерпением.

– Полагаю, вас привело сюда любопытство?

– И еще какое, – подтвердила Летисия, беря меня за руку и тоже потянув к кровати. – Расскажи нам о своем муже. Как он целуется? Как супружеский долг?

– Не слишком ли откровенные разговоры для незамужних девушек? – попыталась отшутиться я. – Теперь мне престало блюсти вашу честь и непорочность, как единственной сестре, которая имеет мужа.

– О нашей чести позаботится Томас, – отмахнулась Летисия, – а сестры существуют для того, чтобы узнать о семейной жизни как можно больше до вступления в брак.

Что я могла им рассказать? Семейную жизнь с Галеном вряд ли можно назвать будоражащей. Но в памяти всплыла совсем другая ночь.

– Супружеский долг не так неприятен, как может показаться поначалу, – ответила я, заставив сестер довольно засмеяться.

– Кто бы мог подумать, что ты выйдешь замуж первой. Самая скромная и тихая из нас. И вот, теперь мы пытаем тебя о семейной жизни, – заметила Регина, перебирая мои волосы.

От легкой обиды, которая сквозила между нами, когда меня обручили с принцем, не осталось и следа. Мои сестры никогда не умели подолгу обижаться. В этом мы были с ними похожи.

– Кто бы мог подумать, что одна из нас станет королевой, – добавила Летисия. – Тебе можно позавидовать.

Я не нашла что возразить. Они бы все равно не поняли того, что это скорее проклятье, а не подарок. Любая из них с удовольствием бы стала королевой. Сочтя момент подходящим, я решила спросить и о том, что волновало меня.

– Но как же отъезд Анны? Неужели вскоре нас ждет еще один политический брак?

Руки Регины на мгновение замерли.

– Возможно, мы действительно скоро отпразднуем еще одну свадьбу, – подтвердила мои догадки Летисия.

– Но будет лучше, если тебе об этом расскажет Томас, – добавила Регина, – он взял с нас клятву хранить молчание.

Это не могло не задеть. Если в этот секрет были посвящены сестры, то почему не могла знать я?

Потребовались усилия, чтобы сдержать обиду и не возмутиться. Лучше притвориться, что меня не сильно заинтересовала эта новость. В конце концов, брат расскажет мне правду, или же Регина и Летисия сами не выдержат и поделятся секретом. О том, по каким причинам этот брак должен был оставаться в тайне, я старалась не думать, потому как у меня начала появляться не самая приятная догадка.

– Говоря о браке, – я встала с кровати, отдаляясь от сестер, – мне нужна ваша помощь в одном деле.

Мои слова стали для них неожиданностью, но в глазах тут же проснулось любопытство.

– И что же это за дело?

Остановившись у окна, я запахнула халат сильней, почувствовав, как сквозняк щекочет кожу.

– Найдите к завтрашнему балу кавалера для одной из моих фрейлин – Элоизы. Возможно, кто-то из графов или виконтов хочет сочетаться браком в ближайшее время.

Если сестры и удивились, то в этот раз не подали виду. Они прекрасно знали всех состоятельных мужчин в королевстве, и устроить замужество для Элоизы будет для них развлечением. Мне лишь останется искренне удивиться, когда Элоиза сообщит мне о знакомстве с очаровательным незнакомцем.

Спустя несколько часов все мы были в столовой, устроившись за обеденным столом. Если я обошлась скромным нарядом и почти не надела на себя украшений, то фрейлины постарались на славу, стараясь выглядеть как можно лучше. Регина и Летисия, покинув меня за час до ужина, тоже переоделись, желая блеснуть перед гостьями. Свои лучшие наряды девушки наверняка приберегли к завтрашнему приему. Для меня же это был ужин в кругу семьи, так к чему пускать пыль в глаза тем, кто знает тебя с самого детства?

Взгляд упал на натюрморт, который я нарисовала пару лет назад. Теперь он висел в столовой, хотя раньше, как и другие мои картины, стоял у стены в мастерской.

– Когда ты уехала, Томас велел повесить сюда эту картину. – Сказала Регина, проследив за моим взглядом.

– Нарисуй что-нибудь достойное и я повешу и твою картину тоже, – отшутился брат, явно смущенный словами Регины.

Тем не менее, я была тронута. Казалось, что мой отъезд прошел бесследно для тех, с кем я была близка раньше. Но оказалось, это не так.

– Мы слышали, что по пути сюда вам довелось побывать в лучших домах Астории, – сменила тему Регина.

– Всего лишь в самых богатых, – ответила я и запоздало поняла, что именно такой ответ мог бы дать лорд Берт. К счастью, никто не обратил внимания на сарказм в моих словах.

– Правильное решение. Путешествовать останавливаясь лишь на постоялых дворах утомительно. Там никогда нет изысканной еды, достойной публики или нормальной обслуги, – немного надменно заметила Летисия.

Мне вновь хотелось ответить что-нибудь колкое, но я сдержалась. Еда и напитки всегда могут быть отравлены, хозяева не иметь ни чести ни достоинства, а слуги следовать за тобой неотступной тенью. Таково радушие каждого второго богатого дома в королевстве.

– И так безопасней, – вставил свое слово Томас, – ты выбрала не самое лучшее время для путешествий.

Конечно имелось ввиду покушение на корону Сергуна, которое было осуществлено с успехом. Но разве у меня был выбор?

– На мой взгляд это был довольно смелый шаг со стороны леди Алис, – внезапно вмешалась Мария, откладывая в сторону нож, – она показала свое бесстрашие, отправившись в путешествие. Уверена, все только об этом и говорят. Теперь никто не посмеет упрекнуть королевскую семью в том, что она прячется за стенами дворца.

Сестры взглянули на меня иначе, ведь именно я всегда была той, кто предпочитал прятаться. Я благодарно улыбнулась Марии, которая так неожиданно высказалась, защитив меня от легкого укора брата, не постеснявшись его королевского статуса.

– К тому же, вместе с нами был лорд Берт и его гвардия, – так не вовремя вмешалась Анна, – у нас была хорошая охрана.

– Королевский советник? – удивился Томас. – Он сопровождал тебя?

– Нам просто было по пути, – рассказала я легенду, в которую уже успела поверить сама.

От внимания не укрылось то, что Томасу еще было не известно о новом статусе Арена Берта, а значит, Гален не посчитал нужным ему об этом сообщить. Просил ли он Эрест о поддержке? Предложил ли помощь мой брат? Я ничего об этом не знала. Не знала, хочет ли он до сих пор поддерживать этот союз, когда тот постепенно становился не преимуществом, а обузой. И что в таком случае будет со мной.

Именно поэтому я вмешалась в разговор, уводя его от политики и путешествий к подаркам, которые мы привезли, и тому, какие приемы бывают в Астории. Мы не вспоминали о плохом и не затрагивали больше политику, и это был самый приятный ужин за последнее время. Не нужно было притворяться королевой, следить за каждым оброненным словом и пытаться раскусить своего собеседника. Совсем скоро разговор потек своим чередом и вот, мои фрейлины и сестры обменивались мнением о различиях в погоде, нарядах и иных вещах. Я видела, что Томасу, который хоть и привык к женскому обществу, но тем не менее был мужчиной, становится скучно. Интерес к беседе, который был в его глазах вначале, плавно угас.

Когда пришло время переместиться в гостиную, Томас явно собирался откланяться, оставив нас, но я поторопилась взять его под руку, увлекая за собой в коридор.

– У тебя ведь есть еще время? Вряд ли найдутся королевские дела, которые не терпят до утра. Я бы хотела поговорить с тобой наедине.

– Я освободил сегодняшний вечер, мы можем поговорить в моем кабинете.

– Что я слышу? – тут же оказалась рядом Регина, услышав последние слова брата. – Вы хотите сбежать от нас?

– Лишь ненадолго, – тут же заверила я сестру, зная, что иначе она будет против, – а вы пока можете насладиться игрой Элоизы на пианино.

Украсть брата было непросто, но все-таки мне это удалось. В его кабинете был небольшой беспорядок. Документов на столе стало больше.

– Похоже, дел у тебя действительно в последнее время много, – заметила я, обводя комнату взглядом и направилась к креслу, чтобы по привычки скинуть туфли и поджать под себя ноги.

Еще одна привычка, которая была оставлена в прошлом, ведь полы здесь были куда холодней, чем в моем новом доме.

– Этим летом и осенью у нас было много дождей. Некоторые деревни затопило и в столице в последнее время большой приток людей. Возможно, на какое-то время придется ограничить въезд, чтобы не было беспорядков.

Времена у Томаса действительно были несладкие.

– По крайней мере, они не могут винить тебя в том, что ты затопил их деревни, – я постаралась утешить брата, – все понимают, что даже король не всесилен над природой.

– Все это неважно, – Томас присел в кресло напротив меня, – о чем ты хотела поговорить?

Я надеялась, что у меня будет куда больше времени подготовиться, прежде чем перейти к своей просьбе.

– Ты же понимаешь, что в Астории сейчас не лучшие времена, – начала я издалека, – безопасность короны под угрозой и мы на грани войны.

– Ты хочешь остаться здесь? – по-своему понял мои слова Томас.

Данная мысль была соблазнительна, но я уже понимала, почему она может быть рискованной. Чем дольше я буду вдали от Галена, тем ближе к нему будет Ивет. И кто знает, чем это обернется, пока зреет заговор. Но прежде чем я ответила, Томас продолжил.

– Ты не можешь остаться здесь, если только не ждешь наследника. Это подорвет дружбу между нашими странами и ослабит положение Галена. Сейчас ты должна быть рядом с ним и как можно быстрее продолжить род Лэрдов.

Встретив его выжидающий взгляд, я вздохнула и призналась:

– Я не жду наследника.

– В таком случае, тебе стоит быть рядом с мужем.

Категоричность, с которой он сделал этот вывод, стала для меня неожиданностью. Я понимала, что брата волнует политика, ведь мой брак был заключен именно с целью заключения союза, но я надеялась, что он все еще видит во мне свою сестру.

– А что, если он плохо со мной обращается? – не выдержала я, желая прояснить все до конца.

– Он тебя бьет? – я заметила, как руки брата немного напряглись на подлокотниках, и он присмотрелся ко мне внимательней.

– Нет, он … – я вспомнила единственный раз, когда Гален применил ко мне силу, но тогда он был в своем праве, – нет.

– Что тогда ты имеешь ввиду?

Признаваться в этом Томасу было неловко, но я заставила себя это сделать.

– У него есть любовница и сейчас она живет во дворце. Это унижает меня.

Поза Томаса стала расслабленной, и он откинулся в кресле.

– Алис, я понимаю, что тебя это может задевать, но такова судьба многих договорных браков. С этим ничего не поделать. Однако, как только ты родишь королю наследника, я уверен, твой статус станет значительно выше.

Или я вовсе стану ему не нужна…

Если брат и готов был оказать мне поддержку, то явно не ту, в которой я нуждалась. Я тут же вспомнила об отсутствии Анны и том, что вскоре нашу семью может ждать еще один договорной брак.

– Куда уехала Анна? – спросила я, внимательно наблюдая за братом. – Это правда, что вскоре будет заключен еще один выгодный брак? Политический брак?

Теперь я уже была не уверена, будет ли он откровенен со мной. В особенности, если этот брак касался политики и дальнейшего благополучия Эреста.

– Да, я хочу заключить еще один политический брак, – признал Томас.

Я тут же почувствовала, как холод пополз по моей спине от ужасной догадки. У Эреста было не так много соседей, с которыми можно было бы заключить политический брак. И куда меньше холостых королей или принцев. И если мое подозрение верно, то новый политический брак способен уничтожить меня, потому как если Анна заключит союз с королем Айноном, Томас уже не сможет поддержать Галена в предстоящей войне и встанет на сторону атакующей стороны. Без его поддержки и людей Богемия попросту поглотит Асторию и ее земли будет разделены. Более чем выгодный союз, если подумать. Сражаться с сильным врагом и рисковать, или же встать на его сторону, и после победы получить часть земель бывшего союзника.

Мне лишь не верилось в то, что Томас действительно на это способен.

Я поднялась из кресла, чувствуя себя неуютно и подошла к окну, боясь услышать ответ на свой вопрос.

– Неужели ты действительно на это способен? Ты выдашь Анну замуж на короля Айнона?

На какое-то мгновение в комнате повисла тишина. Ответ Томаса оказался неожиданным:

– Что? Конечно же нет. Анна поехала познакомиться с моей невестой. Я собираюсь жениться.

– Жениться? На ком?

С плеч мгновенно словно слетел огромный груз и страх отступил. Я обернулась к брату, не веря его словам. Первый брак он заключил, едва взойдя на престол, с девушкой из знатного и богатого рода. Однако она умерла при родах и Томас, на удивление, не стал торопиться с повторным браком, предпочтя союз с Асторией.

– Я хочу взять в жены Лилиан аш Наар из Тумира.

– Тумир? – я припомнила еще одних соседей. Королевство довольное маленькое и замкнутое. – Так ты выслал ее отцу брачное предложение?

– На самом деле, он сам сделал это предложение, – признал Томас.

– Ничего не понимаю, – я пересекла комнату, вновь опускаясь в кресло, – он предложил тебе брак с дочерью? Но что тогда получаешь ты?

– Надеюсь, что хорошую жену, которая сможет выносить наследника. Но самое главное, земли Тумира.

– Они отдадут тебе королевство?

– Тебе стоило быть внимательной на уроках, Алис. У короля Тариуса аш Наара нет наследника, лишь наследница, дочь Лилиан. Роды его жены прошли тяжело, и лекарь сообщил им, что она больше не сможет иметь детей. Девушку с младенчества воспитывали как будущую королеву.

– Разве женщина может взойти на трон? Это невозможно.

– Тариус аш Наар считает иначе. В общем-то, у него не было выбора. Лихорадка унесла жизнь его младшего брата и кузена. Но восхождение на престол для молодой девушки опасно, поэтому король предложил мне руку и сердце своей дочери, включая земли, которые перейдут к ней после его смерти. Она будет моей королевой, а когда ее отец умрет, Тумир присоединится к Эресту и мы будем править вместе.

– Это… очень щедрое приданное.

– И благодарить за это стоит короля Айнона, – заметил Томас. – На всех нас словно наслали проклятие. Знатные рода слабеют, линии престолонаследия прерываются. Это идеальное время.

– Для чего же? – я слушала брата, все еще потрясенная новостями.

– Для того чтобы захватить всех нас и объединить в единое королевство. Именно этого хочет Айнон. Стать единственным королем на восточном побережье. Я не настолько безумен, чтобы заключать союз с этим человеком. Он настоящее чудовище, Алис.

Наши взгляды встретились.

– И я более чем уверен, что Сергун уже мертв.

Я отвела взгляд, почувствовав, как его слова болью отдаются в груди. Именно так считал Берт, тем не менее, отправился в Богемию, в лапы к врагу.

– Надеюсь, принцесса станет для тебя прекрасной женой.

– Я видел ее однажды. Она красива, умна, и благородна, но ее отец прав, в ней недостаточно силы, чтобы править в эпоху войны.

– Я понимаю, что ты не можешь принять меня обратно, – почувствовав в брате слабину, я попыталась исполнить последний из советов, что дал мне Берт, – но на самом деле, я хотела попросить у тебя совсем не этого.

– Что же в таком случае ты хотела?

– Людей из твоей обучаемой армии.

Лицо брата тут же изменилось. Увидев изумление, я поняла, что ничего не выйдет, но не могла сдаться.

– Мне потребуется охрана, – поспешила добавить я, пока он не отказал. – Разве наши люди не подойдут для этого лучше всего?

– Для охраны используют гвардейцев, а их у тебя более чем достаточно. Те же, о ком ты просишь, обучаются для ведения войны. Я окажу поддержку Галену, когда потребуется, и этот вопрос мы решим между собой. Это не женское дело.

Не всегда удается получить то, что хочешь. Похоже, лорд Берт переоценил мои силы.

– Может, вернемся в гостиную? Еще немного и Регина начнет нас искать, – предложил Томас, явно стараясь сгладить завершение нашего разговора.

Я согласилась, последовав за братом. В голове крутилось множество мыслей о предстоящем браке Томаса, короле Айноне и сожаления о том, что я не сумела получить необходимых мне людей. Поэтому, в гостиной я была тиха и мало участвовала в разговоре, но моих сестер это не удивило, поскольку мое поведение ничуть не отличалось от того, к которому они привыкли.

Покинув их практически сразу после того, как откланялся Томас, я поднялась в спальню, где меня уже ждала Дина. Увидев ее, я сразу вспомнила о недавнем разговоре и девушке, которую было необходимо спрятать.

– У меня для тебя есть еще одно задание. – Произнесла я, переодеваясь ко сну.

– Вам что-то нужно, ваше величество?

Завтра должен был пройти бал в честь моего приезда. Я уже решила, что после приема задержусь лишь на несколько дней. Пора было вернуться к Галену и встретиться со всеми проблемами лицом к лицу, тем более, что приезд домой не принес ожидаемого облегчения.

– Отправляйся завтра в город. Томас сказал, что там сейчас много тех, кто потерял работу или кров. Найди девушек, которые могут работать служанками и предложи им работу, предупредив, что для этого придется уехать в Асторию.

– Вам не хватает прислуги? – удивилась Дина.

– Так мы скажем всем, кто спросит, – ответила я, наконец-то забираясь в постель, – но причина в другом. Если твоя сестра согласится спрятать свидетельницу и поедет с нами, нужно позаботиться и о ее безопасности. Когда количество нашей прислуги увеличится, ей ничто не будет угрожать. Наши враги просто на просто запутаются, пока будут искать одну единственную девушку там, где ее нет.

Бал разбудил во мне множество воспоминаний, в том числе и те, что относились к первой встрече с лором Бертом. Не прошло и года с того момента, как мы принимали у себя династию Лэрдов, что повлекло за собой мое замужество и отъезд из дома. В этот раз помещение украсили в точности так же, и каждое воспоминание от этого становилось только ярче. До чего же глупа я была в тот вечер.

После официального представления и обмена любезностями с приглашенными, я танцевала с братом. В этот раз скрыться от внимания аристократов было трудно. К моменту, когда я смогла укрыться в дальнем углу зала, мои ноги уже гудели от танцев. Взглядом я нашла фрейлин, у которых не было отбоя от поклонников. Стоило беспокоиться о том, что домой я вернусь одна, организовав не один, а целых три брака. Чуть поодаль от Марии, которая флиртовал сразу с двумя мужчинами, я заметила Томаса, с собеседником, которого мне раньше не доводилось видеть.

Он определённо был высокого положения, но почему же его лицо казалось мне незнакомым? Может, это посол из Тумира?

Я вышла из-за колонны, взяв бокал, и украдкой стала наблюдать за ними. Как только брат покинет незнакомца, я намеревалась оказаться рядом и узнать, кем он был. Заметив, как герцог Бордом направился в мою сторону, я поспешно свернула к фуршетным столам, надеясь, что он передумает приглашать меня на танец. Как бы не так. Оглядывая блюда, я почувствовала, как кто-то появился у меня за спиной. Никто не упустит возможности потанцевать с будущей королевой, пусть и не своего королевства. Смирившись, я обернулась, растягивая губы в дежурной улыбке, и замерла в изумлении. За моей спиной оказался не герцог, а незнакомец, с которым беседовал мой брат.

– Вы позволите пригласить вас на танец, ваше величество?

– Возможно, – ответила я, беря себя в руки, – если вы мне представитесь.

– Простите мое невежество. Я так много о вас слышал, что у меня сложилось ощущение, что мы знакомы. Лорд Генри Ансон.

Едва он назвал свое имя, как мне больше не требовались пояснения. Возник лишь один вопрос.

– Не слишком ли вы далеко от дома, лорд Ансон?

– Похоже, вы тоже обо мне слышали, – улыбнулся он.

Приняв протянутую руку, я прошла вместе с мужчиной к центру зала, и мы присоединились к танцующим парам. Он оказался куда моложе, чем я ожидала. Читая досье Берта, я представляла себе кого-то, похожего на лорда Гутлона, но лорд Ансон производил совсем другое впечатление. Он был одним из крупнейших землевладельцев в Астории и занимался продажей зерна, которое выращивали на этих землях. Именно поэтому его присутствие здесь, в Эресте, выглядело странно.

– Теперь, когда я приняла ваше приглашение, утолите мое любопытство, что же вы обо мне слышали?

– Слухи о вас настолько противоречивы, что они ввели меня в замешательство. Но я убедился в том, что по крайней мере один из них правда. Вы будете необычайно красивой королевой.

Определенно, это была неприкрытая лесть, но подобное уже не могло сбить меня с толку. Будучи тем, кто преумножал свое богатство заключая сделки, лорд Ансон определенно знал, как понравиться нужному ему человеку. И все больше я убеждалась в том, что многие мужчины заблуждаются, считая, что достаточно лишь похвалить внешность женщины.

– И с какой же целью вы приехали сюда? Заключить сделку?

– И встретиться с вами, – последовал ответ.

Я видела за спиной своего партнера Томаса, который беседовал с советником. Если кто-то и был заинтересован в покупке зерна, то это он. Сам того не подозревая, брат протянул мне ключ к тому, чтобы получить армию, а лорд Берт научил, как этим ключом воспользоваться.

– Тогда вы должны понимать, что моя благосклонность имеет свою цену.

Когда танец закончился, я взяла своего партнера под руку.

– Не xотитe прогуляться в галерею? – улыбнулась я лорду Ансону, увлекая его за собой.

Мы покинули большой зал, неспешно прогуливаясь по дворцу. Я не торопилась, зная, что у стен все еще могут быть уши.

Картинная галерея в это время была пуста и каждое слово норовило отскочить от стен, поэтому я стала говорить еще тише, что придало нашем разговору интимности.

– Вы ведь, как правило, поставляете свое зерно в Богемию, не так ли?

Лорд Ансон внимательно взгляну на меня, и улыбка на его губаx cтала напряжeнной.

– Кaжетcя, другие слуxи о вас тоже не врут.

– Какие же? Утолите мое любопытство, и я обещаю, что это не в коей мере не повлияет на наши отношения.

– Ходят слухи, что вы умны, сдержаны и при необходимости жестоки.

С последним я бы поспорила, но вспомнив казнь, поняла, откуда пошел данный слух.

– Я слышал о том, что вы ведете с братом переговоры об армии, которая может нам вскоре понадобиться.

Еще одна ложь, которую умело создал для меня лорд Берт. Я лишь молчала, продолжая смотреть вперед и позволяя лорду заблуждаться дальше.

– И сказать по секрету, ходят слухи о том, что вы прекрасно умеете управлять своим браком.

Я не смогла сдержать улыбки, услышав, как умело он завуалировал слух о том, что Гален находится у меня под каблуком. Еще одна ложь. Все что он слышал обо мне было неправдой, тем не менее, оброненные слова нельзя воротить, и они продолжали расползаться по королевству. Наверняка эти слухи дошли и до Галена, и за это мне еще придется поплатиться. Однако, теперь я знала, как следует вести себя дальше.

– Вы действительно слышали обо мне много, – согласилась я, тут же вернув разговор в нужное русло. – Насколько я понимаю, вы здесь, потому что не собираетесь продавать зерно нашему врагу?

– Вы же понимаете, мои земли расположены близко к границе, очень выгодное месторасположение, особенно учитывая, что погодные условия в Богемии ежегодно уничтожают большую часть урожая. Корона Богемии ежегодно закупает у меня зерно, но в свете последних событий, я принял решение разорвать торговые отношения.

– Довольно мудрое решение, учитывая, что вы подданный Астории. В подобной ситуации вас могут счесть шпионом.

Я почувствовала, как рука мужчины напряглась, но сделала вид, что не заметила этого.

– Но вы, конечно, ни за что не предадите корону. Я права?

– Я бы не за что не смог так поступить.

Получив то, что желала, я отпустила руку мужчины и встала прямо перед ним.

– Тогда у меня есть к вам просьба. Я хочу, чтобы вы вернулись в зал и уведомили моего брата, что вы разрываете с ним договоренность о продаже зерна.

Трудно было не заметить, что лорд Ансон не хотел этого делать, однако, не желал проверять, к каким последствиям может привести отказ.

– Не переживайте, вы продадите зерно, которое предназначалось Богемии и выручите больше, чем собирались. Все что вам требуется, исполнить мое желание и ждать, пока я свяжусь с вами, – успокоила я мужчину.

Даже без уроков Арена я понимала, что обе стороны должны быть заинтересованы в сделке. Лорд Ансон с достоинством выдержал мой взгляд, ничем не выдав своих эмоций, и склонился в поклоне.

– Я сделаю так, как вы велите, ваше величество.

Развернувшись, он направился обратно в большой зал.

Томас надеялся, что мое присутствие поможет ему заключить сделку с лордом Ансоном на более выгодных условиях, лорд Ансон надеялся на нейтральной территории заручиться моей поддержкой, узнать правда ли новая королева имеет влияние, и не грозит ли ему обвинение в шпионаже. Каждый из них хотел меня использовать в своих целях, так пусть теперь они помогут мне заполучить необходимое, чтобы сохранить иллюзию собственного влияния.

Посчитав, что присутствовала на приеме достаточно, я решила не возвращаться и прямо из галереи направилась в свои покои. После состоявшегося разговора меня переполняло волнение. Не был ли мой поступок ошибкой? Достаточно ли убедительна я была?

Если я все сделала правильно, то вскоре должен был появиться разгневанный Томас. Но прошел уже час, а брата все не было. Глупо было надеяться, что я смогу кем-то манипулировать.

Стоило мне об этом подумать, как дверь распахнулась без стука и в комнату шагнул Томас. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – брат в бешенстве.

– Что ты сделала? – он пересек комнату, остановившись у кресла, в котором я сидела.

Поначалу я растерялась, но почувствовав исходившую от него злость, сумела взять себя в руки.

– Не понимаю, о чем ты говоришь, – я старалась, чтобы это прозвучало небрежно.

– Конечно понимаешь. Ты танцевала с лордом Ансоном, а после он расторгает со мной торговое соглашение.

– Я уверена, что он еще может передумать, если мы с тобой договоримся.

– О чем ты говоришь?

Собрав всю силу в кулак, я поднялась на ноги, встав перед братом.

– О нескольких сотнях людей, которых ты мне дашь.

– Так ты поэтому все затеяла? Чтобы получить от меня людей? Да ты в своем уме? Это не игрушки!

– А кто сказал, что я играю, – требовалось больших усилий, чтобы не сорваться на крик и не выдать тем самым собственных эмоций. – Ты дашь мне людей, а я скажу лорду Ансону, чтобы он продал тебе зерно, но боюсь, заплатить за него придется дороже. Но давай будем честны, если тебе придется просить продовольствия у Галена, то он запросит у тебя куда больше. Королева Фрейя не позволит сыну продешевить.

Если мне хоть как-то удавалось сохранять иллюзию спокойствия, то Томас вовсе потерял самообладание.

– Я твой брат, в конце концов.

– А я твоя сестра. Но ты отдал меня Лэрдам и теперь я стану королевой. Одной из главных мишеней для короля Айнона. И ты даже не желаешь защитить меня.

– Тебя окружают гвардейцы. Какая еще защита тебе нужна?

– Абсолютная.

Мы оба затихли. Я слышала дыхание брата, казавшееся слишком громким. Если он почувствует слабину, то все будет потеряно. Но Томас продолжал смотреть на меня, не находя брешь. Когда он отвел взгляд, я поняла, что сумела выстоять.

– Ты получишь людей.

– Я поговорю с лордом Ансоном, – я вновь опустилась в кресло, ставя точку в нашем разговоре.

– Ты стала совсем другой, – сказал брат, прежде чем покинуть комнату, – и это меня пугает.

Как только дверь за ним закрылась, я с облегчением выдохнула. У меня получилось. Эти люди будут моими и только моими, но если бы я могла, то не задумываюсь отдала бы их лорду Берту, чтобы он мог вернуться невредимым. Кто знает, сколько я еще продержусь без него.

Глава девятая

Перед тем как покинуть Эрест, я уничтожила папку. Смотреть на то, как сгорают листы, написанные подчерком Берта было больно, но я понимала, что это необходимо. Все нужное теперь находилось в моей голове.

Я до последнего надеялась, что обнаружу среди бумаг записку. Хоть какие-то прощальные слова, но эта надежда не оправдалась.

Томас выполнил свое обещание, я получила две сотни натренированных бойцов, но все это не приносило мне удовольствия. После той ночи брат остыл, однако мы оба понимали, что это не может пройти бесследно. Я осмелилась перечить ему и надавила, заставив выполнить свои условия. Как король, он не мог закрыть на это глаза. Тем не менее, во время прощания он крепко меня обнял, подарив надежду, что когда-нибудь, в отдаленном будущем, все еще может стать как прежде.

Мои сестры оказались превосходными свахами, подобрав жениха для Элоизы. И конечно, чтобы не дать ему шанса опомниться и передумать, она осталась в Эресте, в предвкушении скорой свадьбы.

Но несмотря на то, что мне удалось преодолеть все трудности и добиться необходимого, путь домой был ужасен. Меня укачивало в дороге и чем дольше мы ехали, тем хуже я себя чувствовала, от этого не помогали даже отвары, которые делала для меня сестра Дины – Таша. Каждую ночь, стоило мне остаться одной, внутри зрел ком и наворачивались слезы. Как бы я не старалась взять себя в руки, казалось, что чем дальше я от границы, тем сильнее расширяется дыра в моем сердце.

Когда мы прибыли во дворец, единственной, кто вышла к нам, оказалась Фрейя. К своему стыду я испытала облегчения, поняв, что встреча с Галеном откладывается. Вместе с фрейлинами мы приблизились к королеве-матери.

– Алис, дорогая! – на ее губах появилась дежурная улыбка. – Наконец-то ты вернулась.

Заключив в объятия, женщина расцеловала меня в обе щеки.

– Здравствуйте, Фрейя, – куда более сдержано поздоровалась я.

Взгляд женщины упал мне за плечо.

– Мне казалось, у тебя было больше фрейлин, – заметила она, не обратив особого внимания на приветствия девушек.

– Одна из них помолвлена и осталась в Эресте.

Не углядев в этом ничего подозрительного, Фрейя больше не проявила интереса.

– Что ж, ты вернулась с таким количеством людей, что отсутствие одной фрейлины едва ли можно считать потерей.

Я сделала вид, что не услышала ее колкого замечания. Конечно же до дворца уже дошли слухи о том, что я возвращаюсь с парой сотен человек. Если она хочет получить от меня объяснения, то пусть спрашивает прямо. Стягивая с рук перчатки, я оглядела пустой холл.

– Вероятно, Гален занят? – не удержалась я, наблюдя за реакцией Фрейи.

Интересно, почему его здесь не было. Возможно, он и вовсе не желал меня видеть, полностью погрузившись в свой роман. Но королева ответила так спокойно, что у меня не закралось и тени сомнения в том, что это правда:

– Он на совещании, но должен вот-вот освободиться. Мы ждали вас к вечеру.

– Мы пропустили одну из остановок, но это порядком нас утомило. Для моих фрейлин ведь подготовили свои комнаты? Нам всем сейчас хотелось бы отдохнуть.

Не позволив Фрейе больше вставить ни слова, я направилась к лестнице, зная, что она ужасно зла из-за поставленной точки в разговоре. Все самое важное будет сказано позже, за закрытыми дверями и без присутствия фрейлин. Но перед этим мне действительно требовалось набраться сил.

Мои покои были полны суетившейся прислуги, которую я тут же отослала. Шпионы Фрейи мне были ни к чему. Дина и Таша прекрасно справлялись вдвоем, разбирая вещи. Комната уже была протоплена, видимо, к нашему возвращению готовились еще с утра.

– Дина, сделай кое-что для меня. Спустись на кухню и скажи, что обедать я буду в своих покоях.

Немного подумав, я добавила:

– И разузнай сплетни об Ивет. Только осторожно.

– Вы хотите узнать что-то конкретное, ваше величество?

– Как она себя вела в мое отсутствие, и есть ли возможность, что она ждет ребенка.

– Хорошо, я все сделаю.

Дина покинула комнату, и мы с Ташей остались одни. За время поездки я успела привыкнуть к девушке. Ее поступок был жертвой, за которую я никогда не смогу расплатиться сполна. Она оказалась молчаливой и прилежной, довольно быстро научившись всему что требовалось.

– Помоги мне с платьем, Таша, – попросила я, проходя в спальню.

Сложив руки на животе, я замерла, задержав взгляд на окне, пока девушка делала свою работу.

– Ваше величество, – ее руки ненадолго замерли, а в голосе послышалась неуверенность.

– Что такое? Что-то не так с платьем?

– Нет, не с платьем. Просто… возможно вам это будет интересно…

– Говори, – подбодрила я помощницу.

– Это касается той женщины, Ивет.

– Ты что-то слышала? – я смогла наконец-то снять платье, почувствовав себя куда лучше, когда тяжелая ткань упала на пол.

Обернувшись, я увидела лишь спину Таши, которая взяла приготовленный халат.

– Нет, но… Думаю вам не стоит переживать из-за того, что она может… оказаться в положении.

– Почему ты так считаешь, если ничего не слышала.

– Такие женщины… любовницы. Она постоянно берут у нас настои чтобы не забеременеть.

Глупости. Она совсем не понимала, что говорит.

– Но это не значит, что они постоянно их принимают, – немного раздраженно ответила я, тут же устыдившись резкого тона, – нужно расплести волосы. Голова болит от всех этих шпилек.

Таша послушно стала разрушать прическу, которую недавно делала с таким старанием.

– Именно об этом я и хочу вам сказать, ваше величество, – не сдавалась девушка.

Я посмотрела на нее в зеркало, но та отводила взгляд, вынимая шпильку за шпилькой.

– Если принимать настой слишком часто, то это не может не отразиться на организме. Зачастую, женщинам после этого требуется довольно много времени, чтобы забеременеть.

– Насколько много времени? – заинтересовалась я.

– Сложно сказать, зависит от того, как долго и часто пить настойку. Но к нам довольно часто приходили дамы, которые из-за этого не могли забеременеть. Они искали травы уже иного рода.

От этого становилось не легче. Что если и Ивет искала что-то подобное?

– И им помогали эти травы?

Таша стала расчесывать волосы, не торопясь отвечать на мой вопрос. Подумав, она сказала:

– Сразу точно не помогали. Они приходили довольно долго. Отец считал, что если долго обманывать природу, то она может разозлиться. Возможно, он прав.

– А ты как считаешь? – спросила я, заметив легкую неуверенность.

– Мне кажется, что от судьбы не убежать. А может, дело в любви, предначертанной свыше. Иногда женщин не уберегает даже настойка. Готово. Вам еще что-нибудь нужно?

– Нет. Можешь идти.

Я откинулась на стуле, сложив руки на животе. То, что Таша рассказала, определенно было мне на руку. Это значит, что Ивет не сможет забеременеть тотчас, лишь потому, что ей этого захотелось. После всего, что мне стало известно, необходимо как можно быстрее разорвать их с Галеном связь. Требовалось лишь решить, как преподнести то, что мне стало известно. При данных обстоятельствах у меня должен был появиться как минимум один союзник – Фрейя.

– Ты могла бы ответить хоть на одно из моих писем, – послышалось со стороны двери.

Повернув голову, я увидела Галена, который замер в проеме, прислонившись к косяку. Писем было два, одно из них догнало нас еще по пути в Эрест, а второе я получила накануне отъезда, но ни на одно так и не пожелала ответить. Судя по едкому замечанию, Галена это задело куда больше, чем я могла предположить. Ну и пусть.

– Могла, – спокойно согласилась я, встретив его взгляд, – но не захотела.

– Ты хоть представляешь, какие нелепые слухи до меня доходили? – продолжал негодовать он, входя в комнату.

Мне было любопытно что именно до него дошло, но проявлять хоть какую-то осведомленность было явно плохой идеей. В конце концов он не выдержит, и расскажет все сам, а если нет, значит, это не имеет для него никакого значения. Как и ожидалось, не дождавшись от меня хоть какого-то ответа, он продолжил.

– Ты разъезжала по домам знати в обществе лорда Берта и теперь все уверены, что ты направлялась к брату ради переговоров, что само по себе абсурдно, ведь ты не могла этого делать. Ты хоть представляешь, как на меня смотрели при дворе?

– Ты ведь сам прекрасно понимаешь, что все это слухи, – я выпрямилась в кресле и вновь принялась расчесывать волосы, почувствовав, как начинают дрожать руки – да, я ехала с лордом Бертом, но лишь потому что встретила его в пути. Мария была знакома с лордом Гутлоном и мы с фрейлинами посчитали, что гораздо удобнее будет остановиться у него. Перед этим мы ночевали на постоялом дворе и не сумели нормально отдохнуть. Не можешь же ты меня в этом упрекать?

Гален замер, обдумывая мои слова и они явно его удивили.

– А твой брат? – уже не так уверенно спросил он.

– Можешь быть уверен, я не строила со своим братом никаких заговоров против тебя. Он, как и ты, знает, что политика не женское дело.

Остановившись у окна, Гален выглянул наружу. Вероятно, отыскивая взглядом людей, что прибыли вместе со мной.

– Но тем не менее, вместе с тобой приехала армия.

– Не смеши меня, – моя уверенность становилась сильнее с каждой минутой, и я отложила расческу, – всего лишь две сотни человек. Это не армия, а моя гвардия, брат дал этих людей для охраны.

Между нами повисло молчание, но уже не такое напряженное как в начале. Мне хотелось, чтобы Гален как можно быстрее ушел, но даже после того, как он спросил обо всем, что его волновало, тот не торопился покидать спальню.

– А ты ничего не хочешь узнать? – неожиданно спросил он, отворачиваясь от окна.

Конечно же хотела. Прошел месяц с момента отъезда и меня мучило любопытство. Я одновременно и боялась, и желала узнать, как развивались его отношения с Ивет. Но все это я могла узнать и из других источников, не унижаясь до того, чтобы интересоваться у мужа о его отношениях с любовницей.

Поэтому ответ был очевиден:

– Нет.

Посмотрев в зеркало, я встретила взгляд Галена. Он изучал меня внимательно, словно бы перед ним был неизвестный ему человек. Возможно, моя холодность его задевала, но признаться честно, от этого я чувствовала удовлетворение. Разве он не вел себя со мной так же?

– Почему ты так на меня смотришь? – спросила я, не отрывая взгляда от отражения.

Моргнув, Гален отвел глаза, словно пристыженный подросток.

– Просто, – ответил он, хотя было ясно, что, глядя на меня, он о чем-то размышлял.

– Еще немного и я решу, что ты по мне скучал, – не удержалась я от того, чтобы поддеть мужа. – Я только приехала, дай мне отдохнуть.

В этот раз он не стал спорить и коротко кивнул, покинув комнату. Прикрыв глаза, я выдохнула, сбрасывая с себя напряжение. Где-то в глубине души, я почувствовала укол стыда. Все что я сказала ему, было правдой, но при этом, поданной совершенно под иным углом. Именно так меня запутывал лорд Берт, играя словами и заставляя верить в собственную честность. Я изменилась. По моим венам теперь тек яд, словно от укуса змеи, отравляя мысли, разум и сердце. И он же делал меня сильнее.

Я так устала что уснула практически мгновенное с ощущением словно падаю в пустоту. Даже почувствовав прикосновение к плечу, я с трудом могла вырвать себя из объятий сна.

– Ваше величество, – мое плечо вновь сжали, – проснитесь.

Открыть глаза оказалось физически больно, поэтому я продолжала лежать в полудреме.

– Дина? Что такое?

– Скоро ужин, ваше величество. Разве вы не хотели присутствовать?

– Уже? – я кое-как разлепила веки и присела в постели.

За окном действительно было темно и глаза начали привыкать к мягкому свету свечей.

– Если хотите, я передам, что вы отужинаете в своих покоях.

– Не нужно, – остановила я служанку, которая была готова покинуть комнату, – я спущусь вниз.

Худшее, что я могла сделать после возвращения, это вновь превратиться в затворницу. Все старания тут же полетят прахом. Постепенно просыпаясь, я вылезла из кровати и увидела, как Дина перебирает мои черные наряды.

– Не это, – я вновь остановила ее, – убери траурную одежду.

– Вы хотите надеть что-то другое? – Дина не смогла скрыть своего удивления.

– Да.

Я остановила свой выбор на платье с серебристым лифом и темно синей струящейся юбкой, которое было не слишком кричащим, но уже не являлось траурным.

– Я просила тебя поговорить со слугами. Ты что-нибудь узнала?

– Не так много, ваше величество, они говорят об этом с большой осторожностью. Но мне удалось кое-что узнать. Поначалу она чувствовала себя во дворце слишком уверенно, но потом перестала покидать отведенные ей покои.

– Почему? – тут же насторожилась я, предчувствуя худшее.

– Говорят, это приказ короля. Кажется, она чем-то его разозлила. Но большего я не знаю.

Это было интересно. Может, все было лишь слухами, но что, если она действительно смогла ошибиться, почувствовав, что получила все, к чему стремилась? Что если захотела слишком многого, и Гален наконец-то это пресек? Было слишком идеально, чтобы оказаться правдой. Но разве не это предлагала сделать Арен? Отступить в сторону и просто подождать, когда она сама загонит себя в ловушку. Не верилось, что это действительно работало.

В конечном счете я готовилась к ужину немного дольше, чем ожидала, однако по коридору шла не спеша. В голове крутились мысли о тех делах, что еще предстояло сделать. Отдать распоряжения по поводу стражи, которая приехала со мной, и дать им работу. Стоило обсудить с Галеном мое намерение использовать их для охраны дворца.

У лестницы я замедлила шаг, увидев на посту Вистана.

– Мы только приехали. Неужели тебе не дали отдохнуть и сразу велели заступить на дежурство? – спросила я, останавливаясь рядом.

С того момента, как Вистан остановил меня от необдуманного шага, я общалась с ним куда реже, ограничиваясь лишь необходимыми приказами. Между нами вновь восстановилась должная дистанция.

– Я подменил друга, ваше величество, ему был нужен выходной.

Как всегда, о других Вистан заботился больше, чем о самом себе. Из-за моего отъезда и дипломатической миссии лорда Берта, охраны во дворце осталось куда меньше, и все они наверняка не имели выходных, вынужденные работать за тех, кто отсутствовал.

– Можешь передать своему другу, что теперь у него будут выходные. Нужно же чем-то занять людей, что я привезла с собой.

– Он безусловно будет рад, – губы Вистана тронула улыбка.

«Я позволил им сильно себя не утруждать и отдыхать как можно чаще. Кажется, за это они полюбили меня еще больше».

Память как всегда подбросила острый укол, заставив вернуться на месяц назад. Возможно, гвардейцы тоже меня полюбят за то, что я облегчила им работу, однако куда важнее, чтобы они не расслаблялись, выполняя ее.

Оставив пост Вистана, я двинулась дальше. В столовой, в обществе королевы Фрейи, уже были все мои фрейлины. При моем появлении их разговор затих, но нетрудно было догадаться, что королева расспрашивала их о поездке. К счастью, в Марии и Анне я была уверена и знала, что те не скажут ничего лишнего. Но внимательней всех за мной следил Гален, который сидел во главе стола.

– Ты сняла траур, – он первым высказал очевидную вещь.

– Уже прошел месяц, – я заняла место рядом с Марией, расправляя салфетку, – разве не пришло время это сделать? Мы почтили память Изольды.

Я встретилась взглядом с Фрейей, которая все еще была в черном, но не торопилась высказывать недовольство по поводу моих слов или наряда.

– Ты забываешь о Сергуне, – ответил мне Гален.

– Я о нем не забыла, но ведь по-прежнему считается, что твой брат жив. По крайней мере, пока ты не объявил об обратном.

– Она права, Гален, – внезапно поддержала меня Фрейя, прежде чем тот ответил мне. – Нам уже пора снять траур и решить, что сказать дворянам. Так или иначе, требуется либо объявить о том, что твой брат вскоре вернется, либо назначить дату коронации.

Его взгляд метнулся в сторону фрейлин, но те уже отложили салфетки в сторону.

– Если позволите, ваше величество, мы с Анной удалимся в гостиную, – тут же сказала Мария, уловив повисшее в воздухе напряжение.

– Вы можете уйти из-за стола, когда вам заблагорассудится, – вместо сына ответила им Фрейя, – это не официальный ужин.

Получив разрешение, девушки тут же ушли, оставив нас одних. Отчасти, мне было стыдно что из-за меня они не смогли насладиться ужином. За этим столом нечасто бывали посторонние, учитывая границы, который установила Фрейя после смерти мужа.

– Мы все еще не получили никаких вестей. – Произнес Гален, когда за девушками закрылась дверь.

Я насторожилась, вмиг позабыв о еде.

– Отсутствие новостей – тоже новость, – Фрейя посмотрела на нас обоих, – а значит, вам пора готовиться к коронации. Арен бы никогда не стал тянуть со столь важным вопросом. Если в ближайшую неделю от него не будет ни слова, можно заключить, что он попался в расставленную ловушку.

– Вы не получили ни единого письма? – скрыть волнение в голосе было тяжело. – Даже когда он только прибыл в Богемию?

– Последнее письмо было больше двух недель назад, – посвятила меня Фрейя, – с тех пор ни слова.

Ее внимательный взгляд остановился на мне, и я поняла, что позволила себе лишние эмоции.

– Пожалуй, я наелся, – заключил Гален, кладя салфетку на стол.

Я оценила его сдержанность. Судя по тому, как дернулась его шея, внутри бушевали эмоции, однако за время моего отсутствия он явно сумел научиться подавлять большую часть из них. Его явно не радовала перспектива войны. Вполне возможно, что он до последнего не хотел верить в возможную смерть Сергуна, так же, как и я не хотела верить в то, что лорд Берт попался в ловушку. Наши взгляды на мгновение встретились. Выдержав несколько секунд, чтобы не показалось, что меня это смутило, я отвернулась.

Поднявшись из-за стола, Гален покинул столовую, оставив нас с Фрейей наедине.

Я ела медленно, больше для вида, чем из желания. В моей голове вертелись слова, но я никак не могла набраться смелости, чтобы заговорить. Как оказалось, королеве тоже было что сказать:

– Возможно, если бы Арен уделили в пути куда больше времени своей предстоящей работе, а не интрижке, то добился бы успеха.

Мой нож соскользнул с непослушного куса мяса, с лязгом ударившись о тарелку. Как много она знала? Какие слухи достигли ушей королевы и сколько в них было правды? Нужно было что-то на это ответить, но я не представляла, как реагировать, чтобы невольно не выдать лишнего.

– Не удивительно, что ему понравилась Мария. Остра на язык, но при этом довольно умна. В чем-то похожа на меня в ее возрасте, – Фрейя взяла вино, сделав глоток, – в конечном счете все мужчины одинаковы, но ты это уже и так поняла.

Значит ли это, что она поверила слухам об интрижке Марии и Берта или же попросту решила проверить меня?

– Учитывая обстоятельства, нам с вами есть что обсудить, – отложив приборы, я наконец-то смогла не притворяться, что у меня все еще есть аппетит, – но боюсь, разговор будет долгим.

Бросив выразительный взгляд на дверь, за которой стояла прислуга, я вновь посмотрела на женщину. Заинтригованная, Фрейя бросила салфетку на стол.

– Думаю, мы можем выпить чай в моих покоях.

Поднявшись из-за стола, я последовала за Фрейей, обдумывая предстоящий разговор, который должен был стать довольно щекотливым. Каждое неосторожно сказанное слово могло в последствии обратиться против меня.

– Так о чем ты хотела поговорить со мной? – спросила она, как только мы остались одни.

Двери ее покоев закрылись за моей спиной, отрезая путь назад и не давая возможности передумать. В помещении был приглушенный свет, вероятно, Фрейя не любила, когда в комнате горело слишком много свечей. Благодаря этой атмосфере, я почувствовала себя уверенней. Оглядев гостиную, я прошла вперед и опустилась в одно из кресел, словно это была моя комната.

– Вы ведь знаете о том, что во время своей поездки я не раз останавливалась в домах знати, – это был скорее не вопрос, а утверждение. Удостоившись легкого кивка, я продолжила. – Но вряд ли знаете, что одно из таких гостеприимств закончилось не самым лучшим образом.

Взгляд Фрейи забегал, выдавая попытку вспомнить все, что ей известно. Но судя по всему, она так и не сумела понять, что именно я имею ввиду. Это так же было и хорошим знаком. Если бы граф Риверс осмелился рискнуть и пустить слух о моей порочности, это точно не прошло бы мимо нее. Теперь я лишь получила подтверждение того, что граф предпочел замять подробности моего визита. Уговорил ли он гостей молчать или те сами додумались придержать язык за зубами, было не ясно, но учитывая характер вечеринок графа, вряд ли его гости отличались излишней болтливостью.

И тогда я рассказала Фрейе о графе Риверсе, не умолчав о его возможной связи с Ивет. Об участии во всем этом лорда Берта я старалась либо умолчать, либо подать это как можно небрежней. Возможно, Фрейя и заметила это, но сейчас для нее куда важнее было то, что я узнала, а не обстоятельства, при которых это произошло. Когда я закончила, она по-прежнему не произнесла ни слова, сидя в кресле напротив меня. Судя по ее отсутствующему взгляду, королева лихорадочно обдумывала то, что услышала. Я дала ей немного времени, чтобы уложить мысли в голове.

– И где сейчас та служанка? – наконец спросила Фрейя.

– В надежном месте, и мне хочется, чтобы оно оставалось надежным, поэтому я предпочитаю никому не говорить, где оно находится.

Фрейя чуть склонила голову. Верила ли она моим словам или посчитала все лишь разыгравшимся воображением?

– Что ж, если Арен разглядел заговор, то я склонна в это поверить.

Я открыла рот, собираясь возразить, но не смогла подобрать слов. О том, что данную теорию выдвинул лорд Берт я ни сказала ни слова, лишь изложив женщина все, что знала сама.

– Думаешь, я поверю в то, что ты сама сделала подобные выводы? – усмехнулась Фрейя. – Конечно же я догадалась, что именно Арен потянул за ниточку и сделал все эти умозаключения. Ему бы стоило написать об этом мне, но он достаточно умен, чтобы понимать, что такие новости нужно сообщать лично. Никогда не знаешь, кто может прочесть письмо.

– Вы все еще хотите остаться в стороне и позволить ей уничтожить вашего сына? – напрямую спросила я женщину.

– Конечно же нет, – Фрейя поднялась из кресла, направляясь к столику с вином, – но понаблюдав за ней какое-то время, я поняла, что даже при большом желании ей вряд ли удастся это сделать.

Я вспомнила слухи, которые принесла мне Дина.

– Между Галеном и Ивет что-то произошло в мое отсутствие? – я постаралась не выдать своего интереса. Если кто и мог мне поведать подробности, так это Фрейя.

– Ничего, что не происходило бы с другими, – налив себе вина, Фрейя сделала глоток и, взглянув на меня, продолжила, – она наскучила ему. Оказавшись здесь, эта плебейка позабыла, кем является. Ей всего лишь нужно было быть хорошей в постели, но она требует от него невозможного. Хочет больше внимания, влияние, которого ей не положено, и не понимает, что теперь его жизнь стала иной, а она всего лишь способ забыться. Чем больше Гален отдаляется, тем сильней эта актрисулька за него цепляется. Когда она была недоступной, то нравилась ему куда больше. Я вижу, что она стала для него обузой, но гордость не позволит ему признаться в этом.

Все было именно так, как предсказывал лорд Берт. Достигнув своей цели, Ивет попросту не смогла удержать Галена в руках.

– В таком случае, должен быть способ убрать ее из дворца.

– Это ни к чему, – внезапно отмахнулась Фрейя, – она всего лишь пешка, а нам нужны главные игроки. Что ж, есть прекрасный способ поймать их в ловушку.

– Какой?

– Конечно же, пригласить ко двору, – на губах женщины появилась коварная улыбка.

– Разве это не опасно? К тому же, мы не знаем точно, кто именно в сговоре с графом Риверсом, – мне идея Фрейи не казалось удачной. Вопреки убеждениям, я предпочитала держать врагов как можно дальше от себя, особенно теперь, когда рядом не было лорда Берта.

– Наоборот, это наиболее удачный момент. Как только Гален объявит Айнону войну, нам понадобятся их деньги и ресурсы, а получить это куда проще, когда все дворяне будут под рукой. Благодаря тебе, теперь у нас охраны более чем достаточно. Мы быстро выясним, кто из них играет на два фронта и начнем с того, что как следует запугаем графа Риверса.

Что ж, это вряд ли было сложно. Я уже знала, что запугать его было не трудно.

– Значит, Гален должен выслать им приглашения?

– Нет, это сделаю я, – решительно отрезала Фрейя, – а ему мы не скажем ни слова.

Это вряд ли могло понравиться Галену. Как только наш с Фрейей заговор вскроется, на нас обрушится вся его ярость, и кто знает, во что она выльется. Но с другой стороны, я сама пожелала рассказать обо всем Фрейе, а не Галену, понимая, что он может мне не поверить и принять сторону Ивет.

– Ему это не понравится, – высказала я свои мысли.

– Он узнает, когда придет время, но не сейчас. Мысль пригласить сюда дворян, среди которых есть заговорщики, ему вряд ли понравится. Гален будет взволнован, а значит уязвим. Пусть считает их просто гостями, от которых нам будут нужны деньги и люди, а не потенциальными убийцами. Я возьму это на себя.

Хотелось бы и мне оставаться в неведении, так же, как и Галену.

– В таком случае, что делать мне? – спросила я, почувствовав, что и меня Фрейя желает исключить из своего плана. От исхода зависела и моя судьба, и полностью отдать ее в руки женщины я была не готова.

– А тебе следует быть поласковей с супругом, – неожиданно ответила та, меняя тему, но как оказалось, это так же входило в ее план, – это лишь ускорить момент, когда Гален решится и выставит отсюда свою любовницу.

Мы вернулись к тому, с чего начинались наши отношения. Фрейя видела во мне инструмент для того, чтобы приручить сына. Вероятно, все эти мысли отразились на моем лице.

– Брак не сказка, дорогая моя, но тебе стоит кое-что понять. Сила мужчины в его наследниках, а власть женщины в том, что именно она дает ему их. Отдаляя от себя Галена, ты тем самым делаешь себя слабой.

Мне много чего хотелось сказать на этот счет, в том числе и о том, что я не считаю себя слабой только потому, что не родила наследника. Но зная, что молчание золото, я оставила это мнение при себе. В чем-то Фрейя все же была права, хоть мне и не хотелось этого признавать.

Посчитав разговор исчерпанным, я поднялась из кресла. Лучше поставить точку, пока не поздно.

– Что ж, раз мы все решили, я пойду.

– И не забудь, – сказала мне вдогонку Фрейя, – что это наш с тобой тайна.

Покинув покои королевы, я задумалась. Совместная с Фрейей тайна вряд ли было удачной идеей, но на данном этапе лучших вариантов не было. Пусть она считает, что я полностью доверилась ей, однако, нужно продумать и собственный план. Как только наши гости прибудут, сказать Галену все равно придется.

Войдя в свои покои, я уже готова была позвать Дину, когда через приоткрытую дверь спальни увидела, что у меня гости. Словно почувствовав, что я замышляю что-то за его спиной, Гален был тут как тут. Он лежал на моей постели, читая какие-то бумаги, часть из них в беспорядке валялась на покрывале. Остановившись на пороге комнаты, я сложила руки на груди, невольно принимая защитную позу.

– Что ты здесь делаешь?

Оторвавшись от чтения, он наконец-то заметил меня.

– Просматриваю договоры и соглашения, – ответил Гален, откладывая прочитанный документ к остальным, что покоились на кровати, – в ближайшее время нам могут понадобиться союзники.

Ответ оказался на удивление обыденным, а в голосе супруга не было злобы или недовольства. Выходка с нарядом явно была им забыта.

Я постаралась подавить в себе излишнюю язвительность, но и радостного тона изобразить не смогла:

– И почему же ты делаешь это в моей спальне?

– Потому что никто не посмеет меня побеспокоить сегодня в покоях супруги, а мне нужно подумать, – совершенно спокойно ответил он, поднимаясь с постели и подходя ко мне.

Прочие язвительные комментарии вмиг отпали, это был довольно мудрый поступок, однако меня не отпускало чувство, что это было отнюдь не главным предлогом. Было что-то еще в его взгляде и поведении.

– Ты вполне мог поставить у своих покоев стражу и запретить впускать к себе кого бы то ни было, – я обошла его, приближаясь к кровати и оглядела беспорядок, который на ней царил. Многие документы были вверх ногами или вовсе перевернуты лицевой стороной вниз.

– Нашел что-нибудь полезное? – спросила я, пока мой взгляд перебегал с одного документа на другой.

– Есть несколько договоров, которые мы сможем использовать, чтобы найти дополнительные ресурсы для войны, но в большинстве они бесполезны, – ответил Гален у меня за спиной.

Он еще не знал о том, что Фрейя готовилась облегчить для него это бремя, собрав всех дворян под одной крышей. Но и мне пока этого знать было не положено.

Обернувшись, я взглянула в глаза Галена, в который раз солгав:

– Я уверена, что все будет хорошо. Королевство не такое уж и маленькое, у тебя есть люди и припасы, разве не это важно в любой войне?

– Честно говоря, понятия не имею, – его губы тронула горькая улыбка.

– Что ж, ты можешь продолжить изучать это в гостиной, – заключила я, начиная вытаскивать шпильки из волос, – там вполне удобный диван.

Ненадолго замешкавшись, он все же подошел к кровати и собрал все документы, после чего с внушительной пачкой в руках удалился в соседнюю комнату. Так просто? Даже не верилось.

Я не стала вызывать Дину, решив, что справлюсь сама. Почти расстегнув платье, я услышала за спиной шум и оглянувшись, вновь увидела на пороге спальни Галена.

– Что-то забыл? – спросила я, продолжая раздеваться.

– Нет.

Он продолжал смотреть на меня, невольно вызывая ассоциацию с нашей встречей ранее. Неужели я чем-то выдала себя? На мгновение мне стало страшно, что он знал о моей измене. Ничем хорошим это закончиться не могло.

Пришлось взять себя в руки, чтобы не выдать страха:

– Почему ты так на меня смотришь?

– Это правда.

Это был не вопрос, а утверждение, от которого руки перестали слушаться.

– О чем ты? – я отвела взгляд, боясь выдать себя.

– Я ждал, что получу послушную, скромную жену. Ведь именно такую девушку мне пытались навязать мать и Берт.

– Что ж, я тебя разочарую, – я наконец-то расстегнула платье и сорвала его с себя, бросая его на пол, – я не такая.

– Ни капли не такая, не была и не будешь, – согласился Гален и шагнул ближе, заставив меня попятиться. – И мне это нравится.

– Что? – растерялась я.

– Я действительно скучал.

Его признание меня ошарашило, и я застыла, в то же время проклиная себя за то, что чуть не выдала свою страшную тайну.

Что я могла ответить на это? Конечно же я не скучала по нему, если мое сердце и тосковало, то совсем по другому человеку. Но Гален сделал шаг мне навстречу, и я понимала, что не могу оттолкнуть его по многим причинам. Фрейя была права, мне необходимо было наладить с ним отношения, ведь это могло ускорить отъезд Ивет.

Он застыл передо мной в нерешительности, что было совершенно несвойственно для Галена. Не встретив сопротивления, он стал медленно сокращать расстояние между нами. Я почувствовала его руки на своей талии, но не оттолкнула их, а когда наши губы встретились, ответила на поцелуй. Страха, что я испытывала после нашей первой близости, больше не было, но не появилось и трепета. Не хотелось запустить руку в его волосы или растянуть этот поцелуй как можно дольше. Но это были лишь мои чувства.

Поцелуй Галена довольно быстро стал куда более жадным, чем вначале, и он притянул меня ближе, прижимая к собственному телу. Прежняя Алис оттолкнула бы его и велела убираться прочь. Новая Алис приняла другое решение. Я уже пала так низко, что пути назад попросту не было. Если бы меня видел Арен, то возразил бы, что это не падение, а возвышение. Такое, каким оно должно быть. И тогда новая, предательская мысль, проникла в мою голову. А что, если он это предвидел, и все, что произошло ранее, являлось лишь ступенями к этому моменту?

Он обещал, что я заполучу Галена, и вот, он был моим. Он обещал Фрейе наследника, и вот, я позволила опустить меня на застеленную постель и исполнила свой супружеский долг.

В этот раз Гален был нежен и в конечном счете уснул, прижимая меня к себе, более чем довольной собственной победой. Я долго лежала, прижавшись к его горячей груди, пока не почувствовала, как чужое сердце бьется мерно, а рука не отяжелела достаточно, чтобы понять – он уснул. Осторожно покинув постель, я отыскала халат. Дыхание Галена было по прежнему тихим и ровным, когда я на цыпочках покинула спальню и вышла в гостиную.

Часть свечей уже догорела, а камин еле тлел. Я подошла к столику, на который были оставлены документы, и стала перебирать бумаги, отыскивая один единственный договор, который недавно попался мне на глаза. Найдя его, я пробежала глазами текст, который видела впервые. Мой брачный договор. Ниже, после приданного, была последняя графа о расторжении брака.

«Если принцесса Алис не сможет подарить супругу, принцу Галену, наследника по истечении трех лет брака, то принц вправе заключить новый союз для продолжения рода. Если вина принцессы не будет доказана, ей позволено остаться при дворе в качестве фрейлины новой супруги».

Унизительно, но куда лучше, чем лишиться головы. Подавив порыв сжечь этот договор, я положила его в конец стопки и стала просматривать другие бумаги. У меня было не более пары часов, чтобы запомнить все и вернуться в постель.

Глава десятая

Из-за бессонной ночи, утром мне вновь было нехорошо. Дочитав документы, я сложила их обратно на стол и вернулась в кровать до того, как Гален проснулся. Едва задремав, я почувствовала, как он покидает постель. Открыв глаза, я наблюдала как Гален осторожно подбирает одежду и одевается, стараясь не шуметь.

– Хочешь улизнуть? – поинтересовалась я у его спины.

Гален тут же обернулся, явно смущенный тем, что был застигнул врасплох. Впервые чувство неловкости испытывала не я.

– Я не хотел тебя будить.

– Не слишком ли рано? – я кивнула в сторону окна, где еще только начинала рассеиваться ночная тьма.

– Мне нужно подготовиться к утреннему собранию с советом. – Ловко вывернулся супруг.

Я вспомнила наш разговор незадолго перед отъездом. Гален не доверял советникам, считая, что среди них мог быть предатель. Наверняка он был прав, но Фрейя не говорила, удалось ли им вычислить кто это.

– Ты все еще считаешь, что в совете есть тот, кто предал твоего брата? – спросила я.

– Считаю, но не могу же я казнить их всех, – с горечью заметил он, – возможно, придется распустить совет и собрать его заново, однако это будут неопытные люди. Вполне возможно, что предателем все же был лорд Берт, иначе почему от него до сих пор нет вестей? Такие как он не попадаются в ловушку.

Последнее было сказано с пренебрежением. Мне хотелось возразить ему и встать на защиту советника, но я промолчала. Кому как не мне было знать, что тот не идеален, ведь мужчина уже ошибался прямо на моих глазах. Нет, он не мог быть предателем.

– Если я не отыщу его до коронации, это подорвет мою власть, – признался Гален.

– В таком случае, лучше поторопиться, – ответила я, вновь закрывая глаза.

Шорох и тихие шаги дали знать, что Гален ушел. Как я не старалась, уснуть больше не получалось. В голове вертелось множество мыслей, которые мешали расслабиться. Солнце за окном становилось все выше и вскоре первые лучи ударили мне в лицо. Смирившись с тем, что сон не идет, я открыла глаза и встретила новый день.

Вызвав служанку, я вылезла из постели, думая о предстоящем дне. Документы из гостиной исчезли вместе с Галеном, но я успела запомнить их примерное содержание. При необходимости, Гален мог получить достаточно золота для ведения войны, если конечно должники расплатятся с короной.

– Пусть фрейлины зайдут ко мне перед завтраком, – обратилась я к Дине, когда мы закончили с утренним туалетом.

– Я сейчас же им передам, ваше величество.

– Нет, постой, – остановилась я служанку, прежде чем та покинула покои, – я хочу, чтобы ты сделала еще кое-что.

Если раньше и были сомнения по поводу данного поступка, то теперь я отогнала их прочь. Слухи по дворцу разносятся быстро, но мне необходимо было ускорить этот процесс.

– Позаботься, чтобы вместе с завтраком Ивет получила новость о том, что будущий король провел ночь в покоях жены. Ты сможешь это сделать?

– Я знаю служанок, которые по утрам приносят ей завтрак и прибирают комнату. Думаю, это можно устроить.

– Тогда ступай.

Ивет хотела занять мое место, что ж, теперь она ощутит, какого это, быть мной.

Фрейлины пришли довольно быстро, и мы расположились в гостиной. С момента приезда они были предоставлены сами себе, чего я немного стыдилась. Дворец вряд ли можно назвать гостеприимным местом, что недавно подтвердил семейный ужин. Благодаря Фрейе, после смерти ее супруга при дворе больше не жили именитые гости, и, хотя это способствовало безопасности, хорошим это решение тоже было назвать трудно. Некогда оживленное место превратилось в склеп. Но вскоре это изменится, коридоры вновь наполнятся шепотками и смехом, гости будут собираться в гостиной, библиотеке и игровой, и встречи в столовой станут не такими неловкими. Хотя последнее было спорно.

Сейчас я не могла поделиться этой новостью с девушками, но совсем скоро Фрейя отправит приглашения и это уже не будет тайной. Единственное, что меня немного беспокоило, это то что в одном месте соберутся люди, с которыми я встретилась за прошедший месяц. Теперь все, что они скажут, будет не слухом, а словами из первых уст.

– В отсутствии приемов дворец может показаться довольно скучным местом, – начала я, устраиваясь на диване. Мария тут же заняла место рядом со мной.

– Мы бывали в местах и куда более скучных, ваше величество, правда, Анна?

– Мы так долго путешествовали и получили столько впечатлений, не говоря уже о новых знакомствах. Тишина дворца сейчас не кажется отталкивающей. К тому же, находиться здесь большая честь, – поддержала подругу Анна.

– Ну, мы все-таки в столице, – добавила я, – думаю, нам с вами стоит сходить в театр, чтобы немного разнообразить времяпровождение, а леди Селия наверняка жаждет послушать о нашей поездке. Я так и не поблагодарила ее лично за то, что она порекомендовала мне вас.

Девушки заметно оживились.

– Но сейчас нам пора спустить к завтраку, – я поднялась с дивана и взяла Марию под руку, – утром я решу кое-какие дела и после обеда мы с вами придумаем, чем заняться.

В этот раз в столовую мы пришли первыми, тут же приступив к завтраку. Не торопясь, мы перебирали возможные варианты развлечений на послеобеденное время. Посещение театра было решено оставить на другой день и посвятить время прогулке и изучению окрестностей. Если Мария нередко бывала при дворе, то Анна ориентировалась куда хуже и еще многого не видела.

При одном лишь взгляде на Фрейю, я поняла, что женщина приступила к выполнению своего плана. Наверняка прошедший вечер и утро она посвятила составлению списка гостей и написанию приглашений.

Гален появился позже всех и при свете дня я отметила морщинку, которая появилась у него на лбу. Когда я уезжала, ее еще не было, но похоже за прошедший месяц новые обязанности уже успели оставить на его лице свою печать.

– Доброе утро, ваше величество, – оживленно произнесла Мария.

– Доброе утро, – черты лица Галена немного смягчились, а взгляд задержался на мне. Его губы тронула неуверенная улыбка, а уголки моих немного приподнялись в ответной. Мне еще предстояло обратиться к нему с просьбой, и я надеялась, что он пойдет мне навстречу.

– Вам хорошо спалось на новом месте? – обратился Гален к фрейлинам.

– Более чем, ваше величество, – с готовностью отозвалась Мария, обезоруживающе улыбаясь.

Если бы я не узнала ее лучше за этот месяц, то определенно забеспокоилась бы, но не смотря на свою тягу к флирту, девушка никогда бы не покусилась на Галена. Можно не переживать, что она мечтает занять то же место, что и Ивет, для этого она имела слишком высокое положение и определенные принципы.

Не успел Гален приступить к завтраку, как на пороге столовой появился молодой слуга, явно чувствующий себя неуютно. Краснея и едва не запнувшись, он подошел к моему супругу.

– Простите, что прерываю, ваше величество, – замялся он.

– Что такое?

Я с любопытством посмотрела на парня. Такого бы точно не послал кто-то из совета, судя по всему, при дворе он служил недавно. Неуверенно взглянув в сторону дам, он наклонился чуть ниже, и тихо что-то произнес. Фрейя, сидевшая к Галену ближе всех, на мгновение замерла, прислушавшись. В то время как Гален покраснел, раздраженно швырнув салфетку на стол, так и не успев расстелить ее на коленях, уголки губ королевы-матери дернулись, выдавая сдержанную улыбку.

– Я вас оставлю, – коротко бросил Гален, поднимаясь со своего места и быстрым шагом покидая столовую. Багровеющий и запинающийся слуга последовал за ним.

Фрейя как ни в чем не бывало принялась наслаждаться завтраком. Ее отнюдь не возмутила прерванная трапеза, и что важнее, она явно понимала в чем дело. Снедаемая любопытством оставшуюся часть завтрака я была немного рассеяна, с нетерпением дожидаясь момента, когда смогу выяснить в чем дело.

Из-за стола поднялись все вместе и Фрейя совершенно неожиданно предложила совершить утреннюю прогулку по саду. Конечно, никто отказался, а мои дела могли подождать пару часов.

Едва мы оказались на улице, как королева-мать взяла меня под руку, не оставив Марии и Анне ничего другого, кроме как образовать такую же пару. Будучи девушками не глупыми мои фрейлины шли достаточно медленно, чтобы вскоре отстать от нас.

– И о чем же вы хотели со мной поговорить? – спросила я, сворачивая вместе с женщиной к фонтану.

– Ты молодец, не только смогла принять Галена в первую же ночь, но и постаралась, чтобы твоя соперница узнала об этом до завтрака. Я ведь права?

Куда больше меня интересовало, как она это поняла. Если то, что Гален провел ночь в моих покоях не было секретом, то о том, что я попросила как можно быстрее донести эту новость до Ивет, знали немногие.

– Думаю, все это лишь удачное стечение обстоятельств. – Уклончиво ответила я. – О чем же сообщили Галену за завтраком?

– О том, что «леди» Ивет очень нехорошо и она бьется в припадке, – усмехнувшись, поведала мне Фрейя.

Я удивленно приподняла брови.

– Так и сказал?

– Я немного приукрасила, он больше заикался, но суть понять было несложно.

– Видимо, Галену это не понравилось, – задумчиво заметила я, вспоминая как он был зол.

– Во время твоего отсутствия у так называемой леди уже был припадок, в результате которого Гален и ограничил ее передвижения по дворцу. Манер этой девушке явно не хватает. Две недели назад она умудрилась повысить на Галена голос, когда за дверью были его советники.

– Весьма глупо с ее стороны, – согласилась я.

– Творческие натуры весьма импульсивны, не в пример тем, кто вырос в высшем обществе и вынужден постоянно скрывать свои эмоции. Когда он три ночи подряд не приходил в ее покои, она забеспокоилась. Возможно, я постаралась подлить масла в огонь слухами о том, что ему приглянулась одна из новых горничных.

Это объясняло осведомленность Фрейи. Горничные Ивет уже давно были подкуплены королевой. Сейчас я даже испытывала к Фрейи определенную симпатию. Непривычное чувство. Тем не менее, ничто не заставит меня полюбить эту женщину, даже то, что сейчас мы были на одной стороне.

– Кстати говоря, – продолжила тем временем она, – я отправила приглашения. Уже завтра вечером ко двору начнут пребывать первые гости.

– Гален не был против?

– Приглашения приурочены к предстоящей коронации.

– Он согласился признать брата умершим? – я замерла на месте. Оглянувшись, я не увидела позади фрейлин. Вероятно, девушки свернули на другую дорожку.

– Он признал, что больше тянуть нельзя. Никто ранее не оказывался в подобной ситуации, но, чтобы провести коронацию, нам необходимо объявить о смерти Сергуна. За прошедший месяц военные подготовили план действий, и раз вестей от лорда Берта нет, пора привести его в действие.

Кажется, королева-мать была горда тем, что сын наконец-то стал прислушиваться к ее советам. Мы вышли на соседнюю аллею и вновь встретили моих фрейлин, остаток пути проделав вместе с ними, но мои мысли были далеко от завязавшегося разговора.

Вернувшись в свои покои я какое-то время беспокойно ходила из стороны в сторону, снедаемая любопытством о том, что произошло в спальне Ивет. Идти туда я конечно же не могла, слишком постыдно было опускаться до такого. Фрейя судя по всему получала все необходимые ей сведения от слуг, что ж, почему бы и мне не сделать тоже самое.

Вызвав Дину, я вновь стала мерить гостиную шагами. Как только она показалась в дверях, я тут же замерла на месте, прервав свои метания, и сцепила руки в замок, в попытке взять под контроль волнение. Едва взглянув на меня, она поняла все без слов и плотно прикрыла за собой дверь.

– Думаю, мне нужно сменить прическу, эта слишком сильно стягивает волосы, у меня начинает болеть голова, – заявила я, проходя в спальню и усаживаясь перед зеркалом.

Пройдя следом, Дина тут же приступила к работе.

– Я сделала все как вы велели. – Произнесла служанка, разбирая прическу и расчесывая волосы. – Леди Ивет не понравилось то, что она услышала.

– И что же она сделала? – спросила я, предполагая, что слуги уже давно знают подробности.

– Повела себя не как леди, разбила посуду и попыталась покинуть свои покои. Она кричала так, что было слышно далеко в коридоре. Стража пыталась усмирить ее и запереть, что вызвало еще больший погром.

– И что же было, когда Гален явился к ней?

– Еще довольно долгое время было шумно, но в какой-то момент резко наступила тишина и вскоре король покинул комнату, велев служанкам помочь леди Ивет собраться и покинуть дворец.

Я не могла поверить в то, что слышала. Неужели он действительно выставил ту, из-за кого были все наши с ним разногласия? Только вот не верилось, что Ивет сдастся так просто.

– И она ушла?

– Да, ваше величество. Служанки довольно быстро помогли ей собраться, а стража проследила, чтобы она покинула дворец.

Вот так просто я избавилась от соперницы, но ожидаемой радости не испытала. Вполне вероятно, что это лишь временная победа.

Взяв бумагу, я написала короткое письмо к Галену с просьбой присоединить прибывших со мной людей к страже дворца. Мне хотелось сделать это лично, но сейчас вряд ли стоило показываться супругу на глаза. Ивет изрядно подпортила ему утром настроение.

Этой ночью он ко мне так и не пришел, как в общем-то и следующей.

Медленно во дворец пребывали гости. Одним из первых был лорд Гутлон со своей семьей. Он расточал похвалы направо и налево, говоря о том, как рад быть здесь, но я прекрасно знала, что он не любит покидать свое имение. Других гостей я довольно смутно помнила по прошлым приемам, при этом узнав о них многое из документов лорда Берта, которые прочла недавно. Знания, которые я получила, заставляли чувствовать себя довольно странно в присутствии тех, чьи секреты или слабости не должны быть мне известны. Возможно, кто-то из них был замешан в заговоре, но я не замечала в их поведении ничего необычного. Граф Риверс должен был прибыть два дня назад, но до сих пор отсутствовал. То ли он не торопился предстать ко двору, то ли вовсе решил проявить невиданную дерзость и не явиться на коронацию.

Приготовления к предстоящем торжеству полностью взвалила на себя Фрейя, лишь изредка советуясь со мной и Галеном о мелочах. Вскоре нам предстояла репетиция, а через неделю и само таинство. Я больше не испытывал по этому поводу ни волнения, ни страха. Все что мне требовалось, это в положенное время встать рядом с Галеном и принять обеты действовать во благо королевства и короля. Очевидно, что под действиями подразумевалось сопровождение супруга на приемах, верность и рождение здорового наследника. Большего от королевы не требовалось.

С увеличением числа гостей, которые рано или поздно проявляли интерес к Изольде, я все больше переживала о девочке. Сегодняшним утром я первым делом зашла в детскую, прихватив с собой нескольких стражников.

– Ваше величество, к чему нам столько охраны, – растерялась кормилица, увидев стражу.

– Это чистая формальность, мы увеличили число стражи во всем дворце. – Подойдя к кроватке, я взяла Изольду на руки. За время моего отсутствия девочка немного подросла. С интересом изучая все, что видела, она по словам кормилицы, была необычайно спокойна. – Если кто-то захочет увидеть ребенка, сразу же мне сообщите.

Изольда не являлась наследницей престола, но я ничего не могла поделать со своим беспокойством. Поначалу я хотела включить в число стражи Вистана, но потом решила, что он принесет больше пользы, если будет приставлен к покоям графа Риверса.

Вероятно, мое беспокойство передалось и ребенку. Она заворочалась на руках и заплакала. Растерявшись, я посмотрела на кормилицу, которая тут же оказалась рядом.

– Я сделала что-то не так? – спросила я обеспокоенно.

– Все в порядке, ваше величество, ей просто пора поесть.

Передав Изольду в руки кормилицы, я покинула детскую, вернувшись в свои покои. День обещал быть насыщенным. Сегодня компанию нам с фрейлинами должна была составить Селия и, хотя на улице было довольно прохладно, мы намеревались отправиться на прогулку. Стараясь поддерживать дружественные отношения со всеми гостями, я проводила с ними немало времени, но порой мне была необходима передышка, и общество фрейлин давало мне такую возможность. Я больше не испытывала дискомфорта от их присутствия, к тому же они умели быть довольно тактичными, когда это требовалось.

– Ваше величество, – после короткого стука, дверь в мои покои приоткрылась и на пороге гостиной появился Вистан, – леди Селия приехала.

– И где же она? – спросила я, поднимаясь из кресла, в котором читала книгу, воспользовавшись свободной минутой.

– Здесь! – послышалось из-за плеча Вистана и отодвинув гвардейца, в комнату вошла Селия.

– Можешь позвать моих фрейлин, – обратилась я к Вистану.

Гвардеец тут же скрылся, оставив нас одних. Обведя взглядом мою гостиную, Селия внезапно заявила:

– До чего же этот гвардеец горяч!

– Вистан? – растерялась я.

– Вистан… – она словно пробовала имя на вкус. – Ему подходит, звучит очень даже по-рыцарски. Разве вам он не кажется привлекательным?

Селия как всегда говорила все, что было у нее на уме. Жаль я подобной свободой не обладала.

– Я никогда об этом даже не задумывалась, – вполне честно ответила я.

– А, ну да, прошу прощения за очевидную глупость, – девушка ударила себя по губам, – если бы мой отец узнал, что я начинаю заглядываться на гвардейцев, мигом бы выдал замуж.

На мой взгляд взбалмошное поведение Селии не был способен усмирить даже брак. Взгляд девушки тем временем упал на столик, и она потянулась к оставленной там книге.

– Изучаете историю Богемии? – ее брови поползли вверх.

– Восполняю некоторые пробелы.

На самом деле, было любопытно больше узнать об Айноне III, но книга так и не дала ответов на мои вопросы. Дальнейшее развитие разговора прервало появление фрейлин.

– Нам стоит быстрее покинуть дворец, – заявила Селия, беря Марию под руку, – как только мы попадемся в лапы старых аристократов, истосковавшихся по обществу молодых и красивых девушек – будет поздно. Мы будем вынуждены провести с ними весь день.

С этим никто спорить не стал, и мы поторопились на прогулку.

Селия не упустила случая поделиться с нами последними сплетнями, пикантными и не очень. Лорд Берт, безусловно, посчитал бы ее неплохим источником информации. Я догадывалась, что она по-прежнему посещала вечеринки, что проходили в доме Сайрона. Интересно, бывал ли на них Гален с тех пор, как пропал его брат? Спросить об этом я не решилась.

Спустя два часа мы вернулись во дворец, поднимаясь в мои покои, чтобы выпить чаю. В результате прогулки разыгрался аппетит, так что к чаю явно придется попросить что-то более существенное, чем пирожные. На стражу, что встречалась на нашем пути, в силу привычки я уже не обращала внимания, но, когда мы достигли покоев, гвардеец у стены неожиданно ожил и обратился ко мне.

Задержавшись, я пропустила девушек вперед и увидела, что это был никто иной как Вистан.

– Что такое?

Одного только взгляда было достаточно, чтобы понять – он был взволнован. Я знала, сразу после моего ухода его должен был сменить Норман, тем не менее, Вистан все еще был здесь и это был повод для беспокойства. Что если с Изольдой действительно что-то случилось? А может быть прибыл граф Риверс? Но ни одна из догадок не оказалась верной.

– Кажется, есть вести от лорда Берта, – понизив голос, сказал он, придвинувшись ко мне вплотную.

Услышав это, я тут же почувствовала себя беспомощной. Мое дыхание перехватило, а руки задрожали. Но куда важнее – что это были за новости.

– Какие новости? – поспешно спросила я, безуспешно пытаясь скрыть волнение.

– К сожалению, у меня нет доступа к подробностям. Я только знаю, что недавно появился какой-то человек, о котором тут же известили короля. Советников созывают в зал заседаний.

– Это лорд Берт? – спросила я у Вистана.

Он лишь пожал плечами, взглянув в сторону открытой двери. Больше всего мне хотелось сорваться с места и направиться в зал заседаний. Преодолев этот порыв, я заглянула в комнату, где меня ждали Селия и фрейлины.

– Кажется, меня искал супруг, – улыбнувшись, сказала я им, – пусть служанка принесет чай, я присоединюсь к вам чуть позже.

Моя ложь не вызвала у них никаких подозрений, а я тут же покинула комнату и, сдерживаясь из последних сил, направилась в другую часть дворца, где находился зал заседаний совета. По мере приближения мои шаги невольно становились быстрее, в то время как сердце билось им в такт. Если бы лорд Берт вернулся вместе с Сергуном, эта новость уже облетела бы дворец. Определенно, что-то пошло не так.

Свернув, я чуть не столкнулась с графом Сервским, который спешил в том же направлении, но двигался из другой части дворца.

– Ваше величество, – замер он, удивившись при виде меня.

Я тоже была вынуждена остановиться, вежливо улыбнувшись.

– Граф Сервский.

С казначеем я была знакома скорее заочно, благодаря все тем же документам лорда Берта, к тому же, на одной из вечеринок Сайрона мне довелось пообщаться с его сыном.

– Я могу вам чем-то помочь? – преодолев свое удивление, вежливо поинтересовался граф. При этом нетрудно было заметить, что, как и я, он торопился и был не настроен вести светские беседы.

– О, нет, – как можно небрежней ответила я, – я просто хотела кое-что обсудить с Галеном. Мне сказали, что он в зале заседаний.

На лице графа тут же отразилось беспокойство. Его застала врасплох конечная цель моего пути, которая неожиданно совпала с его. Однако, выход он нашел довольно быстро.

– Боюсь, произошла ошибка. Его величества сейчас нет во дворце, он уехал на охоту

– Он мне не говорил, что сегодня планируется охота. Возможно, вы что-то перепутали? – проигнорировав графа, я возобновила свой путь.

На самом деле, с Галеном я и вовсе сегодня не разговаривала, но графу знать об этом не обязательно. Не зависимо ни от чего, я хотела попасть в зал заседаний и узнать, что произошло. Об участии Галена в охоте у меня и подавно были сомнения, особой страсти к этому увлечению он не питал.

Приблизившись к своей цели, я увидела несколько гвардейцев и Фрейю, которые стояли у дверей, но не торопились войти внутрь.

– Алис? – теперь настал черед женщины удивляться. – Что ты здесь делаешь?

– Ищу Галена. – Повторила я свою легенду, поскольку граф Сервский все еще был рядом. – А вы почему здесь? Что-то произошло?

Я видела намерение Фрейи солгать, но прежде чем она это сделала, в коридоре появился Гален в сопровождении лорда-командующего королевской гвардии Рогира Йорка. При виде нас Гален немного замедлил шаг. Я обратила внимание на его слишком простую одежду, которая не была предназначена для охоты.

– Его заперли в одной из комнат, – обратившись к Галену, Фрейя кивнула в сторону двери, находившейся справа от зала заседаний, – до тех пор, пока мы не сможем подтвердить его личность.

– Я сейчас же этим займусь, – заявил Йорк и скрылся в указанном направлении.

– Что происходит? – на этот раз я обратилась со своим вопросом к Галену.

Не обратив внимания на взгляд своей матери, Гален все же ответил на мой вопрос.

– У ворот дворца был задержан нищий. Он утверждает, что состоял в числе стражи лорда Берта.

– Ваше величество, – граф Сервский выступил вперед, – давайте пройдем в зал заседаний.

Гален вошел в открытые двери.

– Дорогая, – оказавшись рядом со мной, Фрейя коснулась моей руки, – думаю, ваш с Галеном разговор подождет.

– Конечно подождет, – согласилась я, ведь никакого разговора не было и в помине, и сделала шаг в сторону зала заседаний, не обратив никакого внимания на руку женщины, – для начала давайте выслушаем, что же произошло с лордом Бертом.

И хотя я сумела сохранить холодный тон, внутри меня все дрожало от страха из-за новостей, которые мы могли получить. Растерявшись, Фрейя не успела меня остановить, а после делать это было уже поздно. Краем глаза я заметила, что остальные члены совета так же подоспели, оторванные от своих дел. Не было лишь советника по внутренним делам государства. Вероятно, он оказался вне стен дворца и еще не получил новостей.

Если мое присутствие и смущало кого-то они были вынуждены промолчать, поскольку Гален воспринял то, что я вошла в зал вместе с остальными, вполне спокойно. Один из членов совета даже отодвинул стул, решив ко мне подольститься. Я заняла место за широким столом. Если бы не волнение, то я точно чувствовала бы себя неуютно, однако сейчас ничто не было способно заставить меня покинуть эту комнату.

– Он сказал что-нибудь еще? – спросил Гален ни к кому конкретно не обращаясь.

Вперед выступил один из гвардейцев, вероятно тот, что встретил «нищего» и привел его во дворец.

– Он лишь повторял, что ему необходимо встретиться с королем.

Больше он ничего не сказал, поскольку двери открылись и на пороге показался лорд-командующий Йорк. Вместе с ним в комнату вошел человек, в котором нельзя было признать гвардейца. Выглядел он действительно как нищий: грязноватое лицо, борода и ветхая одежда. Сколько я не приглядывалась, не могла вспомнить, видела ли его раньше, но лорд Йорк подтвердил, что он входил в число людей лорда Берта и действительно состоит в королевской гвардии.

И тогда тот выступил вперед и начал говорить, иногда сбиваясь и явно испытывая волнение. В зале повисла тишина, которой здесь точно не бывало раньше, поскольку каждый старался не упустить ни слова.

В Богемии их встретили радушно, тут же проводив лорда Берта к королю Айнону. Дэйн, а именно так звали гвардейца, который сейчас стоял перед нами, сопровождал советника везде, поскольку, оказавшись при дворе, число стражи, которое могло спокойно перемещаться с лордом Бертом, было вежливо ограничено. И тогда я вспомнила утро, когда подглядывала из окна за тренировкой Арена вместе с одним из его людей. Именно этот человек сейчас стоял перед нами.

Лорду Берту не позволили встретиться с плененным Сергуном, сославшись на то, что единственный, с кем будут вестись переговоры – Гален, но Берт не сдавался. Похоже, королю это пришлось по вкусу, поскольку он уделял дипломату каждый свой вечер, проводя словесную пикировку, в то время как Дэйн пытался найти какую-либо информацию. Но в один день все изменилось. Лорд Берт был зол сильнее обычного. Похоже было на то, что он готов разгромить собственные покои, хотя прежде возвращался спокойным и подолгу ходил по комнате, размышляя.

– И тогда он приказал мне кое-что сделать, – голос Дэйна дрогнул, – он дал мне золото и велел испортить свою рубаху, чтобы она напоминала отрепья. На следующий день лорд Берт направился в город и взял с собой в сопровождение всю стражу. Я должен был затеряться в толпе и сбросив плащ, смешаться с горожанами, позднее притворившись нищим.

– Вы должны были добыть информацию таким способом? – нетерпеливо прервал гвардейца один из советников.

– Нет, сэр. Не добыть – доставить. В тот вечер лорд Берт был зол поскольку узнал, что король Сергун не был пленен. Во время нападения он отбивался от нападавших и был ранен. Рана оказалась серьезной, и он не выжил. Лорд Берт решил, что если я смогу незаметно покинуть Богемию и доставлю эту информацию, то мы получим преимущество. Король Айнон был довольно гостеприимен, но непохоже, чтобы он намеревался допустить наш отъезд. Он получил в свое распоряжение людей, которые могут иметь ценную информацию и лишь вопрос времени, когда разговоры превратятся в допросы, а те, в свою очередь, в пытки.

– И как именно лорд Берт узнал о том, что Сергун мертв? – в этот раз его прервала Фрейя. – Насколько эта информация может быть достоверной?

– Лорд Берт всегда обладал талантом располагать к себе людей, – ответил гвардеец, – одна из горничных все же проболталась об этом. Король Айнон нередко бьет своих слуг, поэтому их нельзя назвать безгранично преданными.

– И что же случилось потом? Вы смешались с толпой и покинули город?

– Я не успел. Возможно, кто-то заметил мою пропажу или Айнону надоело вести беседы. Наших людей схватили и по городу стали рыскать солдаты. Мне пришлось залечь на дно и какое-то время действительно притворяться нищим.

Вопрос жег мне язык, и я была рада, что кто-то другой спросил об этом.

– И что стало с лордом Бертом и его людьми?

– Все что мне было доступно, это слухи, милорд. Их обвинили в попытке покушения на короля, а за это применяют высшую меру. Мне удалось покинуть город, но я так и не смог купить лошадь, не привлекая к себе внимания, поэтому большую часть дороги пришлось проделать пешком. Как только я пересек границу, то мчался во весь опор, так что лошадь издохла в миле отсюда и мне вновь пришлось идти пешком.

На этом рассказ гвардейца закончился и в зале тотчас поднялся гомон. Все эти голоса слились для меня в единый шум, пока я пыталась осмыслить то, что услышала.

Берт не глуп, он ни за что не стал бы совершать покушение, тем более в такой ответственный момент. Гораздо важнее было тянуть время, дав фору гвардейцу и ослабив внимание врага. И стал бы Айнон убивать его? Он должен был знать, что Берт довольно ценный человек, но был ли он предателем? Наверняка даже в столь невыгодном положении он был способен морочить голову своему собеседнику, не раскрывая правды. Он должен был суметь найти выход даже из такой ситуации, ведь как только пленники становятся бесполезны, от них избавляются. Мне не хотелось верить в то, что он действительно мертв.

– Замолчите! – громкий голос Галена привлек всеобщее внимание. – Чем бессмысленно сотрясать воздух, займитесь своим делом. Приведите в порядок счета, – бросил он казначею, и перевел взгляд на следующего члена совета, – сформируйте первые отряды и направьте их к границе с Богемией. Больше никаких переговоров! Если нас бьют, мы должны ударить в ответ.

– Вы объявляете войну? – спросил кто-то.

– Мы ее не объявляем, а начинаем. Разве я неясно выразился?

Ясности хватило. Члены совета зашевелились, покидая свои места, чтобы выполнить полученные распоряжения, а заодно не попасть под горячую руку. Довольно скоро комната опустела и остались лишь я, Гален, Фрейя, и несколько стражников у дверей.

– Алис, детка, ты в порядке? – я подняла голову и встретилась взглядом с Фрейей. – Ты так побледнела.

– В порядке, – коротко ответила я, поскольку слишком длинная фраза могла выдать мой дрожащий голос.

При этом мое «в порядке» сопровождалось тремором рук, подступающей тошнотой и нехваткой кислорода. Я определенно была не в порядке.

– Этого стоило ожидать, – Фрейя, казалось, успокаивала сына, – твой брат не сдался бы в плен. Нам стоило оставить лорда Берта при дворе и сразу объявить войну. Возможно, он не нравился тебе, но был умелым политиком. Теперь же он мертв и вряд ли поможет нам выиграть войну. То, что он не вернется из этой поездки, было ожидаемо.

Я бы не назвала эти слова успокаивающими. Гален вскочил с места, начиная мерить зал шагами. Хотя бы он не торопился выплеснуть свой гнев. В данном случае Фрейя была права, но от уверенности, с которой она заключила что советник мертв, мне стало еще дурнее.

– Алис, дорогая, тебе стоит вернуться к себе, ты действительно выглядишь нехорошо, – вновь обратилась она ко мне, явно желая выпроводить из помещения, чтобы и дальше продолжить разговор с сыном.

Сил упрямится не было. Кивнув, я поднялась из-за стола. Сейчас мне действительно лучше было покинуть зал.

Встречая в книгах выражение подкосились ноги, я никогда не считала его правдивым. Насколько сильно нужно быть потрясенным, чтобы собственное тело отказалось тебя слушаться? Но едва встав на ноги и сделав шаг, я почувствовала, как они подкашиваются. По затылку пробежался холодок и перед глазами появились черные точки. Гален оказался рядом и подхватил меня, но его испуганный голос, повторяющий мое имя, исчез так же быстро, как и все вокруг.

Глава одиннадцатая

Очнулась я в своей постели. Из-за задернутых штор не прорывалось ни единого лучика солнца, но в комнате горело несколько свечей. Присев, я огляделась вокруг и убедилась, что в комнате никого нет. Но определенно произошло что-то важное, что-то, что я должна была вспомнить. Откинув одеяло, я отыскала домашние туфли, чтобы не морозить ноги, но прежде чем успела надеть их, почувствовала, что больше не одна в комнате. На пороге кто-то стоял, наблюдая за мной.

– Разве сейчас подходящее время разлеживаться в постели?

Неизвестный сделал шаг в комнату, и я увидела нахмуренное лицо Берта.

– Как ты здесь оказался? – изумилась я.

Стало безразлично, чувствуют ли мои ноги холод. Преодолев расстояние между нами, я замерла в шаге от мужчины, внезапно ощутив, как комната закружилась. Едва я остановилась, как все вернулось на свои места и вместе с тем пришло понимание того, что все это ненастоящее. То, что я сейчас видела, было лишь сном.

– Я всегда был здесь, – ответила созданная моим мозгом иллюзия. Подняв руку, Берт легко стукнул пальцем по моему лбу.

Проник в мою голову, мысли, чувства. Он был везде и в то же время нигде. Стал частью меня.

– Ты обещал быть рядом, – обида рвалась наружу. И не важно, что все было нереальным, ведь высказать это настоящему Берту я уже не могла.

– Людям свойственно давать обещания, которые они не в силах выполнить. Сконцентрируйся на том, что действительно имеет значение.

Его рука опустилась вниз и легла на мой живот. Проследив за ней взглядом, я только сейчас заметила, как он округлился. С недоверием я потянулась, чтобы накрыть его руку своей и почувствовала, как сон начинает ускользать. Нет. Еще чуть-чуть! Мне нужно было совсем немного.

Я лежала в постели не открывая глаз, и отчаянно желала вернуться обратно. Все что произошло ранее, постепенно всплывало в памяти. Руки лежали поверх одеяла, сквозь которое я ощущала ровный живот. Всего лишь сон.

– Алис? – голос Галена оказался совсем рядом, и я открыла глаза. Он сидел подле меня, на краю постели, и выглядел обеспокоенным.

Едва взглянув вокруг, поняла, что мы находимся в покоях Галена. Я предприняла попытку сесть, но он тут же схватил меня за плечи и заставил опуститься обратно на подушки.

– Лекарь сказал, что тебе сейчас лучше лежать, – добавил он, отпуская мои плечи.

– Почему я здесь? – попыток подняться я больше не предпринимала.

– Отнести тебя сюда было более… незаметно. Мы не хотели привлекать внимание к тому, что ты потеряла сознание.

– Должно быть, я переволновалась, – нехотя признала я. Оставалось лишь надеяться, что причина моих волнений останется ему неизвестна. Судя по тому, что рядом был только Гален, лекарь решил так же.

– Ты изрядно меня перепугала, – неожиданно признал супруг, подавшись вперед и накрыв мою руку своей. – Лекарь йжвайб должен будет осмотреть тебя еще раз.

– Вряд ли в этом есть необходимость, – заупрямилась я.

– Думаю, есть. – Я заметила уже знакомое мне смущение, которое видела однажды, и догадалась, о чем речь.

– Вероятно, на этом настояла Фрейя, – предположила я.

Кто еще как не она грезит о том, чтобы я как можно быстрее подарила ее сыну наследника. Ее забота о моем здоровье имела вполне корыстный мотив. Я помнила слабость Изольды и то, чем ей пришлось заплатить за рождение дочери и испытывала вполне естественный страх.

– Не только Фрейя, – неожиданно признал Гален. – Если ты в положении, то тебе стоит быть осторожной со своим здоровьем. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

Боялся ли он потерять меня или наследника? Вглядываясь в его лицо, я пока не могла найти ответа. Определенно, что-то его тревожило, но что именно сказать было сложно. Может, как и я, он боялся подобных изменений в своей жизни и не был к ним готов. Моя рука вновь потянулась к животу и это не укрылось от его глаз.

Я боялась куда большего. И дело было даже не в риске, с которым всегда была сопряжена беременность. Мое дурное самочувствие и рассказ служанки зародили во мне определенные сомнения, из-за которых я так легко приняла Галена в своих покоях. Если я окажусь беременна, то существовала возможность, что этот ребенок будет принадлежать отнюдь не к королевской крови Лэрдов. Именно поэтому я так боялась узнать правду.

Желая сгладить неловкость момента, я спросила первое, что пришло в голову.

– Как прошла твоя охота?

Гален растерялся, лишь подтвердив мою догадку о том, что никакой охоты не было и в помине.

– Граф Сервский сказал мне, что ты на охоте, – пояснила я.

– Я был не на охоте, а вместе с Йорком. – Признался Гален. – Он тренирует меня, помогая улучшить навыки боя. Чтобы не привлекать внимания к моей неспособности удержать меч, мы придумали историю о том, что в утренние часы я отправляюсь на охоту.

Либо графа не посвятили в это, либо он растерялся и рассказал мне положенную легенду. В моих глаза его это не оправдывало. Граф был либо недостоин доверия, либо посчитал что его недостойна я.

– Постой… Ты подумала, что я был с Ивет?

– Я не исключала этой возможности, – признала я.

– Нет. – Твердо произнес Гален. – Мы не виделись с того момента, как я попросил ее покинуть дворец.

Слышать это было облегчением. Обычно наши отношения двигались по кругу, но теперь появился шанс вырваться из него.

Настала очередь Галена уклоняться от неприятной темы:

– Я позову лекаря и скажу матери, что ты очнулась.

Встав с постели, он покинул комнату. Отступившее было волнение вернулось с новой силой, и рука сама потянулась к животу. Возможно сон уже ответил на мой вопрос: я носила наследника.

После того, как я упала в обморок, все желали уложить меня в постель: лекарь, Фрейя и даже Гален. Их единодушие не радовало. Повторив осмотр и задав множество неловких вопросов, лекарь пришел к мнению о том, что я действительно могу быть в положении, а значит, стоит соблюдать постельный режим и избегать волнений. Мое самочувствие было отличным и причин отлеживаться в постели я не видела. С трудом, но в этом удалось убедить Лэрдов. Решающим аргументом оказалось то, что если я начну соблюдать постельный режим, то по дворцу неизбежно поползут сплетни самого разного толка. Гален и Фрейя согласились, что накануне коронации это нежелательно.

В порядке компромисса каждый мой шаг теперь сопровождала Фрейя, что отнюдь не способствовало спокойствию. Завершение приготовлений к коронации шли полным ходом, а значит после придется подыскать иной аргумент, чтобы не оказаться запертой в покоях с предписанием постельного режима.

В тот же день, когда было принято решение отправить армию к границам с Богемией, во дворец наконец-то прибыл граф Риверс, а вскоре после него и графиня Марч. Все гости были в сборе, оставалось дело за малым: вычислить, кто же из них плел заговор.

Кое в чем я все же воспользовалась сложившимся положением и завтрака теперь в своих покоях, иногда вместе с Галеном. Утренние часы были одними из самых спокойных, особенно, если удавалось побыть наедине с собой. Как обычно, Фрейя пришла ко мне сразу после завтрака.

– Алис, дорогая, как ты себя чувствуешь? – ее цепкий взгляд задержался на моем лице, выискивая любые признаки недомогания.

Именно с этого теперь начиналась каждая наша встреча. Если Фрейя замечала малейшую бледность, то не оставляла попыток уложить меня в постель, но сегодня на моих щеках виднелся румянец и зацепиться ей было не за что.

– Прекрасно, – заявила я, допивая травяной чай, который приготовила для меня Таша.

– В таком случае, мы могли бы недолго прогуляться по саду, – задумчиво произнесла Фрейя.

Я улыбнулась, оценив предложение. Как правило Фрейя выбирала занятия малоподвижные и нередко довольно скучные. Именно так она поступала с Изольдой, контролируя каждое ее движение и объясняя это заботой о ребенке. Думая об этом, я начинала злиться, поскольку после рождения девочки интерес к ней у Фрейи пропал. А так ли была слаба Изольда, какой ее считали все вокруг? Сомнения на этот счет не оставляли меня в последнее время.

– Я подумывала о том, чтобы посетить общую гостиную. – Сказала я, преследуя свои цели. – Мы ведь еще не поймали участников заговора.

– Этим займутся подходящие люди, – решительно заявила Фрейя.

– Так вы рассказали Галену?

– Нет, – нехотя признала женщина. – Еще слишком рано. Но корреспонденцию гостей тщательно просматривают, комнаты периодически обыскивают и следят за всеми их передвижениями.

Несмотря на все эти меры, никаких доказательств сговора так и не было найдено.

– Возможно, нам стоит их подразнить, – предположила я.

– Подразнить? – переспросила Фрейя, словно пробуя слово на вкус. – Что ты задумала, Алис?

На самом деле в каком-то роде эта идея принадлежала не мне, а лорду Берту. Окажись он на моем месте, то непременно воспользовался бы подобной возможностью.

– Теперь, когда Ивет больше не живет во дворце и потеряла свое влияние на Галена, им может понадобиться новый союзник. Кто-то, кто займет ее место.

– Считаешь, что они попробуют заключить с тобой сделку?

Фрейя нахмурилась, начиная понимать, что я имела ввиду.

– Я была довольно резка с графом Риверсом, – признала я, отчасти уже об этом сожалея, – поэтому для того, чтобы они сделали первый шаг, потребуется создать определенное впечатление.

– Впечатление, что у нас есть разногласия, – Фрейя без труда развила мою мысль, заглянув в самую суть.

Я опасалась, что она категорично отвергнет предложение тут же заперев меня в покоях. К счастью, здравый смысл возобладал. Фрейя всегда была той, кто умел прислушиваться к хорошим советам.

– Что ж, думаю нам стоит больше времени проводить с гостями. При удачном стечении обстоятельств, предатель клюнет на крючок раньше, чем Гален догадается, что мы творим за его спиной. Слухи о наших разногласиях так или иначе достигнут его ушей. – Проницательно взглянув на меня, она добавила. – Можешь больше не скрывать, что недолюбливаешь меня.

Сказано это было отнюдь не с угрозой, просто констатация факта. Спорить я не стала. Мое отношение к Фрейе было очевидным, по крайней мере для нее самой. Куда важнее было спрятать другие эмоции и сейчас я прилагала к этому все свои усилия.

Для того чтобы воплотить наш план в жизнь, понадобилась самая малость. Несколько едких замечаний в нужный момент и при нужных людях и недовольные взгляды в сторону Фрейи, когда она того не видела, но вполне могли заметить окружающие. Трудность составляло то, что не всех гостей можно было встретить в гостиной или прогуливаясь по двору под руку с фрейлинами. Граф Риверс весьма трусливо проводил время в отведенной ему комнате, а ведь именно он интересовал нас больше всего. Поразмыслив, я велела Вистану оставить пост у покоев графа, чтобы тот немного расслабился.

Таким образом наш с Фрейей маневр затянулась на несколько дней, но не принес никаких результатов. Предатели нам либо не верили, либо совершенно не собирались искать у меня содействия. Меня вновь начали одолевать сомнения в правильности собственных поступков, а игра, которая ранее увлекала, больше не спасала от нерадостных мыслей. Я нарушала все заветы лекаря, ни капли, не заботясь о душевном спокойствии. Это не могло не укрыться от Галена, который вновь проводил ночи в моих покоях.

– Ты выглядишь усталой, – обеспокоенно заметил он, лежа на застеленной постели.

Избавившись от платья и приняв ванную, я желала только одного – забраться под одеяло и выспаться. Сегодня мне пришлось проделать довольно длительную прогулку по саду, вместе с фрейлинами и леди Гутлон, которая не принесла никаких результатов. Я не только выглядела усталой, но и ощущала себя таковой. К счастью, на время Фрейя позабыла о чрезмерной опеке, вместе со мной сея слухи о нашем раздоре, иначе давно бы уложила меня в постель.

– Это ты выглядишь усталым, – парировала я, переводя тему. Если опеки Фрейи я избежала, то это еще не значит, что Гален не пожелает позаботиться обо мне тем же способом, что и мать. – Как дела? Есть какие-либо новости?

Гален поднялся с постели и начал раздеваться, а я забралась под одеяло, с блаженством откидываясь на подушку, но пока еще не позволяя себе расслабиться. Необходимо было узнать последние новости.

– Айнону наверняка известно, что мы выдвинули войско к границам, так что надеяться на эффект неожиданности не приходится. Я надеюсь, что твой брат ответит на мое письмо положительно и направит своих людей к границам. Окружить Богемию конечно не получится, но внимание и силы все равно будут рассредоточены. Это дает нам неплохие шансы на победу.

– Он должен нас поддержать, – ответила я, успокаивая то ли Галена, то ли себя.

На самом деле, я уже не была так уверена, но говорить этого не хотела. Все считали меня выгодной партией, но буду ли я таковой, если окажется, что мой брат отнюдь не готов ввязываться в войну, чтобы защитить сестру и поддержать Асторию. Конечно, еще существовал договор между королевствами, но тут Берт был прав, выполнение подобных договоренностей всегда зависит лишь от желания сторон. Возможно, люди, которых я получила у него шантажом, это все, на что мы могли надеяться.

На что я могла надеяться.

– На улицах волнения, – чуть тише признал Гален, забираясь в постель и оказываясь рядом. – Война, не то, чего они хотят от нового короля, а ведь я даже еще не король.

– Коронация через два дня, – я сжала руку супруга, что лежала поверх одеяла, – и ты управляешь всем больше месяца, они просто этого не понимают. Ты уже король.

Его пальцы переплелись с моими прежде чем я успела убрала руку.

– В честь коронации им всем дадут зерна, а угощения на площади будут бесплатными – продолжила я, – это смягчит настроения, но мы можем отправить моих людей, чтобы они патрулировали улицы.

– И почему я раньше не понимал, насколько ты замечательная? – спросил Гален, тем самым смутив меня.

«Потому что был ослеплен другой», – подавила я в себе колкое замечание.

Если раньше этот взгляд и подобные слова могли вызвать во мне что-то, то сейчас я не почувствовала даже легкого трепыхания в груди из-за горького осадка наших отношений. Была лишь неловкость, поскольку я была не в силах ответить на его чувства, которые казались искренними.

– До меня дошли слухи, что в последние дни вы с матерью не ладили.

Меня одолевали сомнения, стоит ли скрывать от Галена то, что мы делали. Возможно, я даже рассказала бы ему обо всем, если бы всего пару мину назад он не был таким неуверенным. Фрейя была права, на коронации он должен быть собран и не проявлять никаких признаков беспокойства. Окружающие должны видеть мужчину, а не трусливого мальчишку. Достаточно лишь на секунду потерять контроль, чтобы вместе с ним упустить и власть.

– Глупости. Наши отношения такие же, как и раньше. Кто разносит эти слухи?

– Граф Сервский. Кажется, он что-то слышал.

Я поморщилась, давая понять, как отношусь к этому человеку.

– Он довольно скользкий тип. Я бы не доверяла его словам.

На этом вопрос был исчерпан. Я знала, что Гален больше не поднимет данную тему, по крайней мере до того, как собственными глазами не увидит, что мы с его матерью враждуем. Для себя же я решила, что после коронации расскажу ему правду, независимо от того, что скажет Фрейя.

Следующим утром Гален пропустил завтрак, и я спустилась в обеденный зал, чтобы присоединиться к гостям. Фрейя тоже была здесь, как и тот, ради кого я пришла. Наши взгляды с графом Риверсом встретились, и я направилась к нему.

– Доброе утро, граф. Вы уже довольно долго находитесь во дворце, но я почти вас не видела.

Я действовала решительно, не давая ему возможности избежать разговора, поэтому в столовую мы прошли вместе, и Риверс был вынужден сесть рядом. Я поймала на себе хмурый взгляд королевы-матери, который отнюдь не был игрой. Женщина была недовольна тем, что я так открыто проявила интерес к графу, но время шло и наши с Фрейей пикировки не приносили результатов. Мне хотелось хоть как-то оправдать перед Галеном действия за его спиной и сдвинуться с мертвой точки.

За столом велись тихие разговоры, поэтому я обратилась к графу, зная, что нас услышат только те, кто сидят ближе всего. Среди них были графиня Марч и герцог Дорсет.

– Мне кажется или вы чувствуете себя довольно неуютно в моем обществе, граф Риверс? – спросила я напрямик. – Я ведь не оскорбила ваши чувства во время нашей последней встречи? Вы устроили довольно большой прием в мою честь.

Но боюсь, даже мягкость моего тона и напускное дружелюбие неспособны были стереть из памяти графа тот вечер.

– Конечно же не оскорбили, ваше величество, – ответил Риверс, явно желая поскорее покинуть стол.

– Гостеприимство графа уникально в своем роде. Я никогда не бывал на подобных вечерах где-либо еще, – неожиданно вмешался в разговор герцог Дорсет, не скрывая в голосе сарказма.

Я бросила в его сторону заинтересованный взгляд. Мне так и не довелось узнать этого человека получше и даже в документах лорда Берта было довольно мало полезной информации. Он был богат, замкнут и не интересовался политикой. А еще он был тем, кто обличил передо мной Риверса, указав на девушек. В каком-то роде я была благодарна, что он сорвал повязку с моих глаз. Но был ли он мне другом? Вряд ли. Впрочем, к Риверсу он похоже тоже не питал симпатии.

На удивление, разговор поддержала и графиня Марч:

– А я и вовсе ни разу не была приглашена к графу. Вероятно, вдовам не подобает посещать вечеринки.

– Ну что вы, я уверена, что граф Риверс просто не был уверен, уместно ли будет подобное приглашение. Верно, граф? – Дорсет сделал глоток воды и все мы посмотрели на Риверса.

– Я с радостью приглашу вас в следующий раз, – заверил тот. – Ваш муж отклонял мои приглашения, и я не думал, что вам это будет интересно.

Дальше разговор перетек в более мирное русло, касаясь погоды и предстоящих развлечений. Граф немного расслабился, но я понимала, что этого недостаточно, поэтому, когда пришло время покинуть стол, ненадолго задержалась рядом. Теперь нас вряд ли кто-то мог услышать, и я произнесла более ясно.

– У меня нет намерений обвинить вас в предательстве, вашу служанку я отпустила. Считайте, что наши отношения начались с чистого листа.

Не дожидаясь ответа, я ушла. Пусть граф как следует обдумает мои слова. Со своей стороны, я сделала все что могла.

В вестибюле меня ждала Фрейя. Я была вынуждена замедлить шаг и позволить ей взять меня под руку.

– Ты действуешь слишком открыто, – тихо прошипела она.

Я бросила быстрый взгляд в сторону лестницы, где задержались некоторые из гостей. Слышать нас они не могли, зато видели прекрасно. Тем не менее, это было не лучшее место чтобы говорить открыто. Мысленно я ответила ей, что после коронации гости начнут разъезжаться, и одним из первых, кто побежит из дворца, будет граф Риверс. Поскольку ни мне, ни графу не было выгодно распространяться о том, что произошло у него в доме, я сочла уместным дать ему понять, что мы оба попросту можем оставить это позади.

Я высвободила руку, ответив совсем другое:

– Не думаю, что сейчас подходящее время.

Оставив женщину в холле, я ушла, спиной ощущая злость Фрейи. Я вышла за рамки дозволенного и ей это не нравилось. Стоит признать, лорда Берта не хватало нам обеим. Мы с Фрейей были отнюдь не так сильны в дворцовых интригах. Советник уже наверняка нашел бы предателей и вывел их на чистую воду, мы же топтались на месте.

Переодевшись для прогулки, я вышла в сад. Ноги сами понесли меня по направлению к фонтану. Казалось, если я выполню этот простой ритуал, ответ придет сам собой и проблема разрешится. Чувствуя себя глупо, я несколько раз обошла фонтан и присела на самый его край.

Берт не появился.

Далеко не летняя погода быстро заставила меня поежиться, и я поднялась, чтобы вернуться во дворец и отогреться горячим чаем. Сделав шаг по направлению к дорожке, я остановилась, услышав позади шаги.

Резко обернувшись, я встретила взгляд графини Марч. Зародившаяся на мгновение надежда растаяла.

– Прошу прощения, если помешала вашему уединению. – Произнесла женщина, приближаясь.

Конечно она не могла знать о тайном шифре, что использовали мы с Бертом, но и в простое совпадение верилось с трудом. Неужели графиня искала меня? Но тогда…

Я вспомнила то чувство защищенности, что ощутила в ее доме. Неужели оно было обманчиво?

– Вы мне не помешали, я просто вышла ненадолго подышать свежим воздухом.

– Прогулки помогают очистить разум и мысли, – кивнула она.

По правилам этикета именно я должна была предложить графине продолжить прогулку вместе, либо уйти. Я указала рукой в сторону ближайшей аллеи, засаженной кустарниками и достаточно уединенной для беседы, что мне уже довелось проверить на собственном опыте.

Какое-то время мы шли молча. Я бросала на графиню заинтересованные взгляды, но не торопилась первой начинать разговор.

– Вы достойно держитесь для женщины, которая получила дурные вести, – наконец произнесла она, начиная разговор.

– Я думаю, мы все знали, что это может случиться. Король Айнон давно желал затеять войну с одним из соседних королевств, чтобы расширить свою территорию.

– О, нет, я вовсе не о войне, – запротестовала графиня Марч. – Вы неплохо держитесь для той, кто потерял любимого мужчину.

На секунду я растерялась. Разговор повернулся в совершенно неожиданную для меня сторону. Но я заставила себя идти вперед, не сбавляя темп, и ответила так, как того требовало мое положение:

– Не понимаю, о чем вы.

– Я видела, как он смотрел на вас, когда вы играли на рояле. Это был взгляд очарованного мужчины.

Трудно было поверить, чтобы лорд Берт мог потерять над собой контроль, тем более публично. Но как бы там ни было, графиня уловила самую суть, непонятно лишь одно – к чему все это. Возможно, какая-то проверка? Если это так, то я совершенно не представляла, как ее пройти.

– Лорд Берт точно мной не очарован, – продолжала отрицать я, тут же найдя прекрасную отговорку, – но вот Марией, вполне возможно. Во время поездки они сблизились.

Мои слова не убедили графиню.

– Да, до меня доходили слухи. Я же, честно говоря, привыкла верить своим глазам. Во время ужина вы смотрели на лорда Берта не менее заинтересованным взглядом.

Я вспомнила свое беспокойство из-за плохого самочувствия советника. У графини оказался цепкий взгляд. За один лишь ужин она заметила куда больше чем требовалось.

Мое беспокойство усилилось.

Для той, кто был на моей стороне, она поднимала слишком опасные темы. Промолчать, значило согласиться с ее словами, но слишком ярое отрицание выглядело бы не менее странно.

– Тот вечер помнится мне смутно, – я постаралась придать данной теме как можно меньше значения. – Дорога была долгой и все мы тогда устали.

Если графиня была той, кто стоял за спиной графа Риверса, то сейчас было лучшее время, чтобы предложить мне сделку. Мы были в уединенном месте и сам разговор подводил нас к тому, что я отнюдь не была верна мужу и короне.

Но предложения так и не последовало.

– Лорд Берт был из тех мужчин, перед которыми трудно устоять. – Я заметила, что она стала говорить о советнике в прошедшем времени, и это невольно резануло сердце. – Он принимал женщин, как равных себе, и в то же время был мужчиной, рядом с которым даже самая сильная женщина может позволить себе слабость.

Против воли на глаза начали наворачиваться слезы. Нельзя. Прочь. Я столько дней прогоняла от себя мысли о советнике, что теперь слушать о нем из чужих уст было невыносимо. Куда проще сделать вид, что его и вовсе не было в моей жизни и двигаться дальше. Тем более что иного выбора у меня и нет.

– Похоже, вы были заинтересованы в лорде Берте, – не удержалась я.

Чего же она хотела? Обличить меня? Посочувствовать?

– Ничуть. Я отнюдь не лукавлю, говоря, что любила своего мужа. Мне довелось испытать настоящее женское счастье, выйдя замуж по любви, и утрата, которую я понесла… Как будто часть твоего сердца погибает. Еще тяжелее от того, что с этой болью остаешься один на один, потому что никто не способен разделить ее с тобой.

Кажется, графиня говорила искренне. Я заметила, что слова дались ей с трудом. Тем не менее, мне совсем не нравилось то, к чему она клонила.

– Почему вы говорите это мне? – чуть более резко чем следовало спросила я, останавливаясь.

– Я хотела сказать, что в подобное время утрата такого человека как лорд Берт ощущается наиболее остро, – ответ ее выглядел так, что все это время мы говорили о политике, но это было отнюдь не так.

– В королевском совете состоит множество талантливых людей и все они служат на благо короля. Незаменимых людей не существует. Лорд Берт не исключение.

Графиня Марч слегка склонила голову, соглашаясь со мной. Говоря одно, я подразумевала обратное и мой голос наполнился стальными нотками. Женщина нашла мою больную точку, вопрос лишь в том, специально или нет.

Наши взгляды встретились. Разве бывает что-то в этом мире случайно?

– Я слишком легко оделась, мне нужно вернуться во дворец, – я постаралась произнести это мягче.

– С вашего позволения, я еще немного прогуляюсь по саду, – к моему облегчению ответила графиня.

Я развернулась и пошла обратно в направлении.

Совершенно нормально злиться, потеряв кого-то дорогого. Это я поняла уже давно. Злиться на себя, на других, на весь мир. Можно сколько угодно подавлять в себе это и притворяться, что все нормально, но всегда бывают моменты, когда тщательно выстроенная стена рушится и чувства прорываются наружу. И тогда все, что остается – утонуть в них. И я позволила себе это, спрятавшись в укромном углу сада, чтобы спустя некоторое время вновь воздвигнуть стену, и кто знает, возможно продержаться в следующий раз дольше.

Если графиня была той, кто стоял за заговором, то проверку я не прошла. Берт был бы во мне разочарован.

Глава двенадцатая

Я столько раз прокручивала всю церемонию в голове, что когда пришло время коронации, уже не волновалась. О Галене этого сказать было нельзя, однако, вряд ли это заметил кто-то кроме меня и Фрейи. Корона, которая ранее принадлежала Изольде, а еще ранее Фрейе, невыносимо давила на голову, но я должна была провести в ней весь вечер, включая организованный прием. К счастью, после коронации я смогу обходиться диадемами.

Придворные надели свои лучшие наряды и слова их сегодня были как никогда льстивы. Я вглядывалась в каждое лицо. Сегодняшней ночью я расскажу Галену о том, что мы с Фрейей скрывали от него. Пора признать, что наша попытка обличить предателей оказалась провальной. Они решили затаиться.

Фрейя тоже была от этого не в восторге. Женщина заявила, что наилучшим вариантом будет задержать после церемонии графа Риверса и отдать его страже. Мы уже убедились в том, что он слаб духом, а значит, те сумеют получить от него все необходимые сведения отнюдь не благовоспитанным способом. Мысль об этом была мне неприятна, но я так же не видела другого выхода. Главное, сделать все тихо, чтобы виновные в сговоре не успели покинуть дворец до того, как мы узнаем, кто это был. Суета праздника поможет скрыть отсутствие графа, не привлекая к этому внимания.

Пока все шло по плану.

Официальная часть была позади. Еще час и мне можно будет ускользнуть в свои покои, а там уже снять тяжелое украшение.

Краем глаза я заметила, как на возвышение поднялась Фрейя. Взглянув на нас, женщина вполне искренне улыбнулась.

– У меня есть для вас подарок. Слуги все подготовили в бальном зале.

Я удивленно приподняла брови, поскольку ни разу не слышала об этом подарке. Гален первым поднялся с трона, привлекая всеобщее внимание. Я встала рядом с ним, ощущая рядом присутствие Фрейи. Интуиция подсказывала мне, что подарок будет не простым.

Мы первыми покинули тронный зал, увлекая за собой гостей.

– Что это за подарок? – спросил у меня Гален, пребывая в том же неведении, что и я.

– Мне об этом ничего не известно, – вполне искренне ответила я.

Едва мы вошли в зал, как суть подарка стала очевидной, и я сразу поняла, что он мне не понравится. Рука Галена под моими пальцами напряглась. Он, как и я, понимал, что прилагалось к подарку. Но сейчас было не время для семейных разборок, поэтому мы прошли вперед и сели на подготовленные для нас места, приготовившись смотреть спектакль.

Судя по шепоткам за спиной, гости были удивлены не меньше нашего и предвкушали если не скандал, то острую сплетню. Я сдерживалась, чтобы не бросить в сторону Фрейи недовольный взгляд. Чего она хотела добиться, вновь приведя Ивет во дворец? Разве наша цель была не выставить ее за порог и больше никогда не видеть?

На сцену вышел полноватый мужчина, не скрывающий своего волнения:

– Ваше величество, дорогие гости. Мы были весьма тронуты, получив приглашение сыграть спектакль на столь знаменательном событии. Его величество не пропускал ни одну премьеру и видел все наши спектакли, поэтому специально для этого дня мы подготовили новую пьесу. Надеемся, что она вас не разочарует…

Слуги шли вдоль зала, гася свечи и оставляя свет лишь вокруг сцены. Охрана стояла у стен и рядом со сценой, выполняя свою работу. Фрейи я не видела. Обернуться и окинуть взглядом зал было бы вульгарно и мне оставалось лишь сидеть в первом ряду и наблюдать за представлением. Спустя пять минут Ивет на сцене так и не появилась, а к середине спектакля, когда все действующие лица хотя бы раз мелькнули на небольшой сцене, стало ясно, что ее среди труппы нет. Я посмотрела на Галена. Трудно было сказать, разочаровал ли его этот факт.

Он заметил мои интерес. Не отрывая взгляда от сцены, супруг передвинул руку на подлокотнике и коснулся моей ладони. Наши руки переплелись. Он давал понять, что всецело принадлежит мне. Я вновь сосредоточила внимание на сцене, но мысли мои были далеки от сюжета. Что пыталась сделать Фрейя, пригласив сюда труппу? Показать, что Ивет в ней больше не состоит? Но почему? Она уехала сама или королева-мать позаботилась и об этом тоже?

Ну же, Алис. Ты смотришь, но не видишь. Зачем Фрейя это сделала, зная, что может огорчить и спровоцировать сына?

И тогда нестерпимо захотелось обернуться и проверить, был ли среди гостей граф Риверс.

Зал взорвался аплодисментами, когда актеры вышли на поклон. Я даже не могла сказать, была ли хороша пьеса, но хлопала, как и остальные. Слуги пришли в движение, вновь зажигая свечи, заиграла легкая музыка, фуршетные столы были накрыты. Из зала убрали стулья.

– Нам нужно станцевать первый танец. Ты устала? – спросил у меня Гален, по прежнем держа за руку.

– Немного, – солгала я.

Меня переполняло волнение и усталости как не бывало. Сейчас я даже не ощущала тяжести короны. Получив возможность осмотреться, я наконец-то смогла убедиться в том, что графа Риверса действительно не было среди гостей. Как и Фрейи.

Мы с Галеном вышли в центр зала, открывая неформальную часть вечера. Стоило признать, он достойно выдержал это испытание и сейчас я гордилась им как-никогда. Гален уже не был импульсивным мальчишкой и научился сдерживать эмоции. Я прекрасно знала, каких трудов это стоит.

Остальные гости присоединились к танцу. После того, как музыка сменилась, мы отошли в сторону.

– Пожалуй, я воспользуюсь возможностью и ненадолго отлучусь. – Произнесла я, заметив, что к Галену направляется Йорк. Возможно, у него были какие-то новости об Айноне, но это сейчас было не так важно.

– Конечно, – согласился супруг, тоже заметив приближающегося начальника гвардии.

Наверняка помимо него найдется еще немало тех, кто захочет переговорить с Галеном.

Когда я покинула зал, несколько гвардейцев двинулись следом. К счастью, в коридоре я встретила Вистана, пост которого был вдали от общего торжества.

– Замени на время Вистана, – велела я одному из своих людей, – дальше меня будет сопровождать он. Остальные могут вернуться обратно в зал.

Поскольку это были те стражники, что прибыли со мной из Эреста, они не стали возражать. Мои приказы для них были важнее приказов короля.

Вистан двинулся следом за мной к лестнице, но я остановилась у ее подножия, не собираясь подниматься наверх.

– Скажи, ты знаешь, где сейчас королева Фрейя? – поинтересовалась я у гвардейца.

Тот покачал головой.

– Если она и покинула церемонию, то не через главный коридор. Я ее не видел.

Конечно же она не хотела привлекать внимания. Похоже, женщина приступила к осуществлению своего плана, и уже схватила графа Риверса. В таком случае она вместе со стражей была в темницах, в то время как гости и возможные предатели были отвлечены наверху.

– Отведи меня к темницам, – велела я, поскольку в этой части дворца мне еще не доводилось бывать.

Вистан кивнул:

– Следуйте за мной.

Я старалась запомнить дорогу. Мы миновали несколько дверей, располагавшихся в местах, которые я даже не замечала ранее, пока не оказались на узкой лестнице.

Чем ниже мы спускались, тем сырее и отвратней становился воздух. Я порадовалась, что сюда не проникает дневной свет, когда услышала где-то в углу шебуршание. Крысы. Мы встретили несколько стражников, которые провожали меня и Вистана заинтересованным взглядом, но не смели остановить.

Когда впереди появилось больше света, я поняла, что мы на месте. Предчувствие не подвело. Мы остановились у решетки, за которой был коридор с темницами.

– Открой, – велел Вистан стражнику, который, увидев меня, тут же зашевелился, торопясь выполнить указание.

– Где сейчас королева Фрейя? – спросила я у стражника, останавливаясь.

Его взгляд задержался на короне у меня на голове.

– Я могу проводить вас, – ответил он, переглядываясь с напарником, – идите за мной.

Ступая по полу, я приподняла юбку, боясь запачкать подол. Темницы полностью оправдывали свое название. Факелы здесь словно бы светили хуже, чем наверху, воздух был затхлый и неприятный, а темнота давила, вызывая чувство дискомфорта. В самих камерах это ощущение наверняка усиливалось во сто крат. Вистан ступал следом и тихий шелест его шагов за спиной успокаивал в этом мрачном месте.

Мы дошли до самой дальней части темницы. У двери стояли несколько стражников.

– Откройте, – велела я им и шагнув внутрь камеры, тут же услышала голос Фрейи.

– Скажи, кто в сговоре с тобой, и может быть еще увидишь дневной свет.

Едва войдя внутрь, я тут же поморщилась от тошнотворного запаха. Похоже, Фрейя специально попросила выбрать самое отвратительное помещение.

Но вместо графа Риверса я увидела Ивет сидящую прямо на грязном и холодном полу. Одна ее щека краснела от недавнего удара, возможно даже не одного. Интересно, это Фрейя постаралась или приказала одному из стражников, что стояли по обе стороны от Ивет?

– Алис? Ты должна быть наверху! – Фрейя заговорила со мной так же резко, как и с Ивет, но я не обратила на это внимание.

– Вы тоже, – ответила я женщине, не двигаясь с места.

Труппа отнюдь не прибыла без Ивет, но до сцены та так и не добралась. Разыграно было идеально. Фрейя понимала, что получив приглашение, Ивет явится во дворец сама, посчитав что таким образом Гален предлагает мировую. Оказавшись здесь, она попала в руки гвардейцев. Наверняка ее роль отдали заменяющей актрисе, в то время как бывшую любовницу Галена привели сюда, чтобы допросить. Два предателя в руках надежнее, чем один.

– А где граф Риверс? – спросила я Фрейю.

– Его допрашивают, – уклончиво ответила она.

Ивет подняла голову, взирая на меня с не меньшей ненавистью, чем на Фрейю.

– Как только Гален узнает, что вы сделали, он освободит меня.

– Еще скажи, что он отправит нас в эту же камеру, – усмехнулась Фрейя. Угроза ее не впечатлила.

Я была согласна лишь в том, что Галену подобное точно не понравится, но к моменту, как он узнает, мы уже сможем дать ему имена заговорщиков. И когда он поймет, кем все это время была Ивет, то злиться уже будет скорее на нее, а не на нас.

Поняв, что угроза не подействовала, актриса вскрикнула и вскочила на ноги. Но не успела она сделать и пары шагов в мою сторону, как гвардейцы схватили ее под руки, удерживая на месте.

Лицо, которое мужчины считали прекрасным, исказилось от ненависти, и даже приглушенный свет не мог смягчить его черты.

– Тварь, – выплюнула она, глядя на меня, – пока ты не появилась, он был моим!

– Одних этих слов достаточно, чтобы уже сейчас отправить тебя на виселицу, – отозвалась из-за моей спины Фрейя. Злобы в ее голосе не было. Бесчувственная констатация факта.

– Это не обязательно. Куда больше она мучается здесь, вынужденная стоять на коленях передо мной. Осознание того факта, что я королева, а она никто, грызет ее изнутри. Пусть наслаждается, – сказала я. Сколько бы не была сильна ненависть к Ивет, отправлять ее на виселицу мне не хотелось.

– Давай вернемся наверх, дорогая, – я почувствовала прикосновение Фрейи к моему локтю, – стражники позаботятся об этих крысах.

Я подчинилась и позволила женщине взять меня под руку и вывести из темницы.

– Возвращайся на свой пост, – велела она Вистану, увидев его в коридоре.

Я кивнула, позволяя гвардейцу уйти. Наверх мы поднимались вместе со стражей Фрейи.

– Будем надеяться, что они назовут имена до конца вечера. – Произнесла она, пока мы шли по сырым коридорам.

– Назовут, – в этом я не сомневалась.

– Стоило сразу схватить их и допросить, – Фрейя корила саму себя. – Правда тогда пришлось бы объяснять, почему на графа Риверса пало подозрение. Это могло бы кинуть на тебя тень накануне коронации, не говоря уже о будущем наследнике. Как твое самочувствие? Лекарь хочет осмотреть тебя завтра.

– В данный момент мне дурно от этого запаха, – признала я, чувствуя подкатывающую тошноту, с которой я боролась уже давно.

К счастью, затхлый коридор подошел к концу, и мы вновь вышли в ту часть дворца, где воздух был сухой и относительно свежий. Остановившись на свету, я оглядела платье, проверяя, не испачкала ли подол. Все было в порядке. Можно было вернуться на прием не вызывая подозрений.

– Тебе стоит ненадолго выйти, подышать свежим воздухом. Станет легче.

Запах все еще стоял в носу, вызывая дурноту, и я согласно кивнула. Свежий воздух – то что нужно.

Стражники отошли в стороны, держась от нас на почтительном расстоянии.

– Кстати, кто все-таки сорвал с твоей руки красную ленту? – неожиданно спросила Фрейя, застав меня врасплох.

Похоже, что-то граф Риверс все-таки успел рассказать. Или это был не он?

– Я сама сняла ее с руки, – ответила я, смело заглядывая Фрейе в глаза, – а после сожгла в камине.

Я прекрасно помнила, как лорд Берт убрал алую ленту в свой карман. Вряд ли кому-то доведется теперь ее увидеть.

– Вот как… – задумчиво отозвалась Фрейя.

– В чем дело? – спросила я, вглядываясь в лицо королевы-матери.

Поверила ли она мне?

– Граф Риверс попытался выторговать себе свободу, убеждая меня, что ты оклеветала его, дабы прикрыть собственную измену.

И что же знал граф Риверс? Кто-то мог видеть нас с лордом Бертом в саду. Может, это был он? Но помнится было темно и Берт надежно заслонил меня своим телом.

– И вы решили ему поверить, после всего, что я рассказала? Может, мне послать за служанкой, что подсыпала мне отраву?

Фрейя изучала меня пристально. Искала малейшие признаки смущения или стыда?

– Нет, – произнесла женщина, отводя взгляд. – Это ни к чему. Неужели ты думала, что я поверю словам предателя? Ронан, – Фрейя обратилась к одному из стражников, – сопроводи королеву в сад.

Высокий темноволосый стражник сделал шаг в нашу сторону. Я развернулась и двинулась по извилистому коридору. Свежий воздух был мне необходим.

Может, Фрейя и не поверила Риверсу, но его слова поселили в ее голове определенные сомнения.

Свежий воздух не только очистил мысли, но и помог избавиться от тошнотворного запаха, что преследовал меня от самой темницы. Стражник стоял в стороне, не только выполняя свою работу, но и наслаждаясь свежестью вечера вместе со мной. Стало любопытно, смогу ли я увидеть огни веселья в городе, если поднимусь на самый верхний этаж. Горожане сегодня не знали забот. Их не волновали дворцовые заговоры, только еда и развлечения, которые они получили от нового короля, и эта малость сделал их счастливыми. На время я сняла корону, позволяя своей голове отдохнуть.

В бальный зал я вернулась спустя полчаса. Фрейя и Гален были вместе, беседуя с графом Сервским и лордом Ансоном. Я пересекла зал, приближаясь к ним и занимая место рядом с Галеном. Разговор, как оказалось, шел о делах.

– Мои земли вблизи границы с Богемией и к тому же приносят большую часть зерна. Если они пострадают во время войны, то всем нам грозит голод.

Я улыбнулась лорду, прекрасно понимая, что его волнует отнюдь не голод, а собственное разорение.

– Вы ведь прекратили поставку зерна в Богемию? – спросила Фрейя.

Перед ней возник поднос и взяв с него бокал вина, она сделал большой глоток. Наверняка, чтобы отбить привкус подземелья во рту. Я подняла руку, отказываясь от напитков. Гален тоже взял бокал, но пить не торопился.

– Конечно! – яро ответил он.

– Лорд Ансон продал зерно моему брату, – вмешалась я, заступаясь за него.

Аристократ взглянул на меня с благодарностью.

– Это хорошо, значит, они не вынесут затяжную войну, – оживился граф Сервский, – у Богемии невыгодное расположение для выращивания собственных ресурсов, а ждать товар из-за моря долго.

Для разговора о делах, однако, место было не подходящее, да и Галену похоже не хотелось обсуждать политику. Он был сыт ей по горло на ежедневных советах. Ситуацию спасла Селия, появляясь рядом.

– Подозреваю, что у короля уже просят привилегии, – заявила девушка, занимая место между графом и лордом, – возможно мне тоже стоит занять очередь.

Все рассмеялись, и обстановка разрядилась. Лорд Ансон с интересом взглянул на девушку и решил не упускать возможности.

– Леди Селия, если не ошибаюсь?

– Не ошибаетесь, но вашего имени я не помню, – Селия внимательно оглядела кавалера.

– Лорд Генри Ансон. Позволите пригласить вас на танец?

– Позволю, – подозвав одного из слуг, Селия поставила бокал на поднос и откланявшись, под руку с лордом двинулась в круг к танцующим.

Граф Сервский однако не торопился покидать нас. Я уже думала о том, чтобы тоже увлечь Галена на танец, когда Фрейя рядом со мной пошатнулась. Подхватив ее под локоть, я заметила, что женщина побледнела. В зале действительно было душно.

– Составите мне компанию? – Спросила я у королевы-матери, беря ее под руку. – Я хотела подышать свежим воздухом.

Женщина кивнула, опираясь на меня.

– Все в порядке? – заволновался Гален, тоже заметив бледность матери.

– Духота и слишком тугое платье, – отмахнулась она, давая понять, что беспокоиться не о чем. – Возможно, не стоило пить вино. Голова кружится.

Я никогда еще не видела Фрейю такой, оттого, как и Гален была взволнована.

– Нужно уйти, пока никто не заметил, – заявила женщина, потянув меня к выходу.

– Я позабочусь о ней, – пообещала я Галену, вместе с королевой-матерью направившись к дверям.

Шли мы медленно, и я поняла, что каждый шаг давался ей с трудом. Моя тревога усилилась. Возможно, стоит позвать лекаря.

В коридоре было заметно свежее. Несколько дам стояли у окон, обмахиваясь веерами. В заполненном зале им тоже стало душно. Давление Фрейи на мою руку становилось сильнее, поэтому я, не раздумывая, свернула в соседний коридор и провела женщину в одну из пустующих комнат. Здесь хотя бы был диван, на который я и усадила свекровь. Фрейя снова зашлась в кашле, и я бросилась к окну, пытаясь его открыть. Массивная рама поддавалась с трудом, но я справилась и впустила в комнату холодный воздух.

– Возможно, стоит ослабить корсет, – предложила я, возвращаясь к женщине.

Она покачала головой, смотря на кровь у себя на руках. Я замерла, осознав, что дело куда серьезней чем казалось.

– Нужно позвать лекаря, – голос против воли дрожал, выдавая страх.

Фрейя дышала тяжело, со свистом, а кожа оставалась бледной. Казалось, что она даже не может сфокусировать на мне свой взгляд.

– Вернись в зал… – произнесла она между вдохами. – Вино… Отбери у Галена вино…

Но мои ноги словно приросли к полу. Я начинала понимать, что происходит, но принять это не могла.

– Вино, Алис! – Фрейя повысила голос и тут же закашлялась.

Я очнулась и кинулась к двери. Как назло, по ту сторону не было ни одного гвардейца. Где они, когда так нужны! Я перешла на бег, чем немало удивила дам, что все еще стояли у окна. Ворвавшись в зал, я на секунду замерла на пороге, озираясь вокруг. К счастью, Гален стоял на том же месте, что и несколько минут назад. Я сбавила шаг, чтобы не привлекать внимания. Бокал с вином все еще был в его руках, и я молилась о том, чтобы он был не тронут.

Мне оставался лишь метр, когда супруг кивнул своему собеседнику и его рука поднялась, поднося бокал с вином к губам.

Последние несколько шагов я не прошла – пробежала, после чего наткнулась на Галена и выбила бокал из его руки.

– Мне жаль, я споткнулась, – дрожащим голосом произнесла я, наблюдая за тем, как вино разливается по полу.

– Что… – выругался было он, но заметив меня не договорил. – Почему ты здесь?

У окружающих проснулся интерес. Кто-то уже спешил, чтобы подать королю новый бокал. Ну уж нет. Никакого больше вина.

– Пол был скользкий, – недовольно заметила я, окидывая взглядом прислугу. – Я хотела украсть тебя на минутку.

Сжала руку Галена, я потянула его за собой. Если он и был удивлен, то пока молчал, тоже ощутив на себе любопытные взгляды. Вместе мы направились к коридору и мне вновь приходилось подавлять в себе желание перейти на бег. Быстрее, теперь следовало вызвать лекаря!

Коридор был пуст. Передохнув, дамы вернулись в зал, чтобы не упустить потенциальных женихов. Это было к лучшему.

Остановившись, я обернулась к стражникам, что шли следом.

– Немедленно приведите лекаря. Мы будем в зеленой гостиной. Пусть принесет с собой все противоядия, что у него имеются.

Повторять не пришлось. Один из гвардейцев сорвался с места, тут же скрывшись в коридоре. Не смотря на дрожащие руки, я уже понимала, что следует делать.

– Ты пил вино? – быстро спросила я у Галена, поворачиваясь к нему.

– Перед церемонией, – растерянно ответил тот. – Что с матерью? Где она?

Вместо ответа я сжала его руку и повела за собой. Дверь в гостиную была чуть приоткрыта. В спешке я не придала значения тому, чтобы ее закрыть.

Поначалу я решила, что Фрейя ушла, заметив пустой диван. Гален тут же отпустил мою руку и кинулся вперед. И тогда я заметила ее на ковре, подумав о том, что болотный цвет отвратителен, словно эта незначительная деталь была сейчас важнее всего. Судя по всему, Фрейя хотела покинуть комнату, но силы оставили ее. Спина Галена заслоняла лицо женщины, но уже то, что я не слышала тяжелого дыхания, заставило все внутри сжаться от ужасного предчувствия.

Мои ноги дрожали, и я ухватилась за спинку кресла что стояло рядом.

– Лекарь уже не поможет, – тихо сказал Гален.

Я заставила себя отпустить спасительную опору и подошла ближе. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – она мертва.

– Найдите тех, кто это сделал! – закричал Гален, выпрямляясь и оглядываясь на стражей.

Перед ними предстал тот Гален, которого я однажды видела. Жесткий, требовательный, который не остановится ни перед чем, когда имеет цель.

Почувствовав, как спазм сжимает горло, я кинулась к окну, которое оставалось открытым, и перегнулась через подоконник. Меня вырвало на кусты, который росли под окном и были любовно подравнены садовником.

– Алис! – Гален тут же оказался рядом, сжимая плечи. Я оттолкнула его руку, смутившись.

– Это не то. Я не пила сегодня вина и почти ничего не ела.

Во рту появился отвратительный кислый привкус, от которого тошнота подступала вновь.

– Ты отправляешься в свои покои, – категорично заявил супруг. – А я…

Гален огляделся и замер, словно растеряв свои пыл. Он не представлял, что делать дальше. В любом другом случае контроль над ситуацией взяла бы в свои руки Фрейя, но сейчас именно она была на полу и ничем не могла нам помочь. Кроме того, я понимала, что знаю куда больше Галена.

Пришло время пожалеть о скрытой правде.

В гостиную вошел Йорк. Ему хватило лишь секунды, чтобы оглядеть помещение и оценить ситуацию.

– Мы перекрыли зал и проверяем слуг, – тут же доложил он.

– Схватите графиню Марч, лорда Ансона и графа Сервского, – велела я, пытаясь не упустить никого из подозреваемых. – И герцога Дорсета, – добавила я, подумав. Слишком уж он был по-бертовски скользок.

– Почему их? – удивился Гален, переводя на меня взгляд.

Если бы я могла ответить так просто. За этим скрывалась целая история и множество догадок, но ни одного доказательства.

– И отведите их в темницу. Там находятся гвардейцы… они знают, что нужно делать.

Мужчины взирали на меня с недоумением, и я поняла, что без прямого указания Галена никто не послушается моих слов.

– Пожалуйста, я все объясню. – Произнесла я, обращаясь к Галену.

– Вы слышали королеву, – бросил он в сторону двери, продолжая смотреть на меня. – Схватить этих людей.

Минута объяснения все оттягивалась, поскольку теперь в комнату вбежал лекарь. При виде королевы-матери на полу он охнул, понимая, что опоздал. Лекарь бледнел на глазах, испугавшись за собственную голову.

– Стоит убедиться, что тебе ничего не подсунули, – обеспокоенно заметила я.

Что если Гален все же успел выпить или съесть что-то, сдобренное ядом? Рука потянулась к его лбу. Перехватив ее, Гален не позволил себя коснуться и до боли сжал запястье.

– Чего я не знаю, Алис? – он уже не просил, а требовал ответов.

– Того, что граф Риверс во время путешествия пытался меня опоить, но у него это не вышло. Он причастен к заговору и Фрейя пыталась выяснить, кто ему помогал, – выпалила я разом.

– И почему я узнаю об этом только сейчас?! – гневно закричал он, заставив лекаря испуганно попятиться. Покинуть комнату он не мог, поскольку не получил на то разрешения, но и оставаться в одном помещении с разгневанным королем явно не хотел.

Я не нашла ничего лучше, чем сказать правду, поскольку совсем скоро он спустится в темницы и узнает ее сам:

– Потому что в этом замешана Ивет.

Эта новость стала для него неожиданностью. Отпустив мою руку Гален отступил на шаг, обдумывая услышанное.

Взрыва не последовало, но я видела его сжатые губы и взгляд, выражавший все смятение чувств. Недоверие, злобу, страх. Гален не поверит, пока не убедится в этом сам. Не найдет предателя и не докопается до истины. Он не смог сделать это, когда умер его отец, из-за отсутствия власти в своих руках, но сейчас все иначе.

– Ваше величество, позвольте… – лекарь неуверенно сделал шаг к нам.

– Я в порядке, – отмер Гален, отворачиваясь от меня.

– Но мне нужно вас осмотреть и …

– Позаботься лучше о королеве, – сухо велел он и оттолкнув с дороги тщедушного лекаря, размашистым шагом покинул комнату.

Тот повернулся ко мне, намереваясь выполнить приказ, но я была уверена, что не касалась ни отравленного вина, ни пищи.

– Ваше величество… – вновь начал лекарь.

– Лучше выясните, чем именно отравили королеву-мать, – я выставила перед собой руки, не позволяя лекарю приблизиться, и покинула комнату следом за Галеном.

Едва я ступила за порог, как стража окружила меня, мягко, но настойчиво указав по направлению к лестнице, где находились личные покои королевской семьи.

– Вам нужно вернуться в свои покои, ваше величество, – сказал один из стражников, – это приказ короля.

Ну конечно. Он не позволит пойти за ним, но мое присутствие в подземельях необходимо. Ивет постарается задурить его голову, и кто знает, что еще расскажет граф Риверс. В отличии от Фрейи, Гален был более доверчив и способен поддаться сиюминутному чувству. Особенно сейчас, когда он потерял мать и не способен мыслить здраво.

Оглядев стражу, я с разочарованием поняла, что среди них не было моих людей. Йорк доверял только королевской гвардии. Остается лишь узнать, какой вес в действительности имеет кусок золота на моей голове. Проигнорировав слова стражи, я попыталась пойти в другую сторону. Мне преградили дорогу.

– Простите, ваше величество, но король велел отвести вас в покои, даже если для этого придется применить силу.

– Я сама вправе решать, когда и куда мне идти, – возмутилась я, злясь все сильнее. По сути, стражник не был виноват, но именно он сейчас стоял у меня на пути.

Но что я могла сделать против четырех мужчин, обучавшихся военному делу?

Один из них выступил вперед, взяв меня под руку, чтобы лично сопроводить наверх. Можно было закричать или попытаться вырваться, но ситуацию это не изменит. Гвардеец не причинит мне вреда, но приказ короля священен, и он выполнит его, даже если при этом придется взвалить королеву на плечи и отнести в указанное место. За это каждый из них отвечал головой.

– Что ты вытворяешь? – гневное восклицание разнеслось по коридору.

Оглянувшись, я увидела Вистана, который спешил к нам. Вид его был немного неряшлив из-за растрепанных волос и не до конца застегнутой формы, словно он уже готовился ко сну или только что вынырнул из чьих-то объятий.

Я все же вскрикнула, когда Вистан замахнулся на стражника. Тот отпустил мою руку, но защититься не успел и отлетел к стене, застигнутый ударом врасплох. Я почувствовала руку Вистана, который оттеснил меня за свою спину, доставая из ножен оружие. Однако, даже я понимала, что силы не равны, каким бы искусным бойцом Вистан не был. Мечи скрестились, и я вздрогнула, не зная, что делать. Мне необходимо было последовать за Галеном, но и бросить Вистана я не могла.

За моей спиной вновь послышался шум. Обернувшись, я увидела, что коридор наполнился людьми. На этот раз – стражники, которые послушаются моего приказа. Я с облегчением перевела дыхание, понимая, что теперь Вистан в безопасности. Гвардейцы вновь сцепились, в то время как Вистан вынырнул из общей кутерьмы и оказался рядом со мной.

– Вы в порядке? – спросил он, оглядывая меня.

– Да.

– Что здесь, черт возьми, происходит! – со стороны зала появился один из помощников Йорка, вынудив стражу прекратить драку. – Нашли время махать мечами друг с другом!

– Но сэр…

– Лучше помогите мне, нескольким гостям стало плохо.

Вистан взял меня за руку и потянул за собой.

– Если вы хотели сбежать от них, то сейчас самое время, – напомнил он мне.

Здравое замечание. Внимание стражи не будет отвлечено вечно.

Мы свернули в соседний коридор, скрываясь от охраны Галена. Несколько людей из моей стражи так же незаметно последовали за нами. В общей толкотне и хаосе никто не обратил на нас внимания. Конечно, после им придется за это поплатиться, и я не позавидую тому, на кого обрушится гнев Галена.

На очередном повороте я остановилась, вспоминая, где именно был вход в подвалы. Словно прочтя мои мысли, Вистан выступил вперед, сворачивая в нужно направлении и открывая дверь, за которой скрывалась ведущая вниз лестница.

Кажется, здесь стало даже темнее чем несколько часов назад. Я быстро спускалась по ступеням, подобрав платье, чтобы случайно не запнуться.

Стражников внизу прибавилось, как, в общем-то и пленников. Кто-то кричал, но разобрать слов было невозможно. Не раздумывая я двинулась вперед по коридору, туда, где должны были допрашивать Ивет. В этот раз снаружи стояла стража Галена.

– Ваше величество? – удивились гвардейцы, увидев меня. Они прекрасно слышали приказ короля запереть меня в спальне, который тот отдал, прежде чем направиться сюда.

Наши силы вновь были не равны, со мной всего трое стражников, здесь же, в подвале, их куда больше. Пожелай Гален чтобы меня отсюда вывели, Вистан уже не сможет этому помешать.

Вместе с тем я понимала, что если не попаду в камеру сейчас же, то все мои усилия будут зря. Ивет достаточно хитра, чтобы попытаться настроить Галена против меня, а он… он достаточно глуп, чтобы поддаться и поверить.

– Откройте дверь, – велела я страже.

Те переглянулись, замешкавшись.

– Вы слышали, что сказала королева? – спросил Вистан, делая шаг вперед.

Один из стражей все же рискнул, но вместо того чтобы открыть дверь, несколько раз ударил в нее кулаком.

Та вскоре распахнулась и на пороге показался Йорк.

– Что у вас тут… – спросил было он и замолчал, увидев меня.

Из-за его плеча я прекрасно видела Ивет, которая теперь сидела на стуле. Заметив меня, та прищурилась и, не в силах скрыть ненависти, скривила губы.

– Она не оставит меня в покое, пока не убьет. Ты должен мне поверить! – истерические нотки давались ей легко. Едва выпалив это, Ивет разрыдалась.

Всего несколько часов назад ее глаза были сухими, несмотря на красные отметины на щеке, сейчас же слезы возникали с поразительной легкостью, хотя обращались с ней куда лучше. Мне самой захотелось ударить Ивет, стерев фальшивые эмоции с лица.

Пришлось подавить в себе это дикое желание, чтобы не сыграть на руку наглой фаворитке.

– Что ты здесь делаешь? – в проеме появился Гален, загородив собой Ивет.

Йорк отступил в сторону, и я смогла войти в камеру. Второй раз за вечер.

– А почему я не должна быть здесь? – я притворилась, словно и вовсе не знаю о его приказе запереть меня в покоях.

– Я во всем разберусь, – отрезал Гален, шагнув ближе и коснулся рукой моего локтя. Из-за его плеча я видела, как напряглась Ивет. – Тебе следует уйти.

Но уйти я не могла. Лихорадочно думая, как вывести Ивет на чистую воду, я оглядела камеру, словно могла найти ответ в этих серых стенах. Мне нужна была причина, что-то, что сорвет с Ивет маску и выведет ее на чистую воду, заставит разозлиться настолько, чтобы забыть обо всем. От запаха вновь подступила тошнота. Нет. Не время. И тут я поняла, что имела на руках все нужные карты.

Слабость не преступление. Я ухватилась за руку Галена, понимая, что сейчас должна действовать не силой, а хитростью. Так же, как и Ивет.

– Я не могу, мне страшно. Что если они придут за мной? Я ношу твоего наследника.

Мои слова застали врасплох всех, но в особенности Галена, который давно не видел меня слабой и беззащитной, и конечно же Ивет, для которой и был разыгран спектакль. Пусть она поймет, что я успела обойти ее на несколько шагов вперед.

Порой сила женщины кроется в ее слабости.

– Она… она лжет! – Вскрикнула Ивет, все еще заходясь в фальшивых рыданиях. – Она узнала, что я забеременела и велела заточить сюда! Откуда тебе вообще знать, что ребенок от тебя? Не за этим ли она затащила тебя в свои покои. Ты ведь был ей не нужен!

Ее попытки оправдаться становились все более жалкими и непродуманными. Она не просто лгала ему о своем положении, пытаясь запутать, но и пыталась обвинить меня в измене. Страшнее всего было то, что сама того не ведая, она попала в цель.

Руки сжались в кулаки, но в этот раз сдержать гнев было не так-то просто.

Оставив растерянного Галена позади, я подошла к Ивет, которая заходилась в рыданиях, и отвесила ей пощечину. Ладонь обожгло, но оно того стоило. На меня смотрели полные гнева глаза.

– Лживая тварь! А откуда ему знать, что твой бастард от него? Ты ведь воспитывалась в приюте, где учили ублажать мужчин. Об этом ты рассказала?

Это оказалось для нее больнее пощечины. Ивет вскочила так резко, что я не успела даже отшатнуться. Ее руки вцепились в мои волосы, и мы вылетели из камеры. Я попыталась отцепить ее от себя и не удержалась на ногах, падая на пол. На помощь вновь пришел Вистан. Он сам схватил Ивет на волосы, заставив от растерянности отпустить меня. Обхватив ее поперек талии, Вистан оттащил актрису и поставил на ноги. Та извивалась в его руках, но вырваться не могла.

Норман возник рядом и помог мне подняться на ноги. Я догадывалась, что платье была безнадежно испорчено в пыли, не говоря уже о том, что творилось с моей прической. Но цель была достигнута, я показала Галену, что Ивет отнюдь не та невинная овечка, которой прикидывается.

Гален стоял на пороге камеры, переводя свой взгляд с меня на Ивет.

– А в темницах куда интересней, чем я предполагал, – послышался ироничный голос герцога Дорсета.

Он стоял посреди коридора, всего в шаге от всей кутерьмы, удерживаемый под руки двумя стражниками.

Я замерла, посмотрев на лицо герцога, а потом перевела взгляд на извивающуюся Ивет, что была всего в паре шагов от него. Может, я слишком ударилась головой?

– Зачем же вы отдали дочь в приют семейства Риверсов, герцог?

Спокойное выражение его лица тут же изменилось и в глазах, так похожих на глаза Ивет, мелькнула уже знакомая злость. Поджав губы, он оглянулся на Ивет, застывшую в руках Вистана.

– Зачем ты призналась, дура?

– А она и не признавалась, – обрадовала я герцога, – это сделали вы. Я всего лишь предположила.

Лицо герцога вновь изменилось. Он понял, как легко попался и губы скривились. Теперь, когда они стоял так близко, я увила сходство. Не поэтому ли герцог Дорсет не посещал вечеринки графа Риверса?

– Отведите его в камеру и допросите, – наконец-то вмешался Гален. Выйдя из камеры, он подошел ближе и коснулся моей руки. – Ты не сильно ударилась?

– Нет, – ответила я, вглядываясь в его лицо.

Он ведь не поверил ни слову из того, что сказала Ивет?

– Гален, – раздался жалобный голос.

Ивет обмякла в руках Вистана, вновь взирая на нас глазами полными слез. Вполне вероятно, теперь они были настоящими.

– Я прошу, поднимись наверх, здесь для тебя не место. Не хочу, чтобы ты пострадала или почувствовала себя плохо, – он продолжал смотреть на меня и даже не оглянулся на Ивет.

Честно признать, для упрямства у меня уже не было сил.

– Вистан останется внизу и поможет мне с допросами, – продолжил уговаривать Гален, – я вернусь сразу, как только во всем разберусь.

– Гален… – предприняла еще одну попытку Ивет.

– Уведи ее, – попросил он Вистана не оглядываясь.

Тот с радостью выполнил просьбу, потянув упирающуюся Ивет обратно в камеру. Мне стало понятно, что Гален не оглядывался на нее, потому что ему было больно.

– Они постараются настроить тебя против меня, – откровенно высказала я свой самый большой страх.

Он поднял руку и коснулся моих растрепанных волос, убирая упавшую на глаза прядь.

– Я выведу их на чистую воду, а затем приду к тебе и все расскажу. Доверься мне.

И я уступила, осознав, что сделала все что могла.

– Хорошо.

Он отступил, отпуская меня. Я заставила себя двинуться к выходу, надеясь, что делаю правильный выбор, доверив все Галену.

Дворец был наполнен стражей, но ни одного гостя видно не было. Вместе со мной наверх поднялись пятеро стражников. Они обыскали мои покои, прежде чем позволили войти внутрь. Я тут же направилась в ванную, чтобы умыться и отбить запах темницы. Но оставшись одна, опустилась прямо на пол и разрыдалась, выпуская наружу эмоции.

Я ждала Галена в гостиной, но не смотря на нервное состояние, не заметила, как заснула прямо на диване. К счастью, без сновидений. Провалиться в спасительную темноту было лучшее, что случилось за весь вечер.

Проснулась я, почувствовав чье-то прикосновение к своим волосам. Открыв глаза – увидела перед собой Галена. Стражника в комнате уже не было. Оглянувшись на окно, я поняла, что наступило утро.

– Прости, что разбудил, – Гален отошел и буквально упал в кресло, стоявшее рядом, тяжко при этом вздохнув.

– Как все прошло? – напряженно спросила я, окончательно просыпаясь и садясь на диване.

– Рассказ будет долгий, – Гален прикрыл глаза.

Я молчала в ожидании продолжения и когда уже показалось, что он уснул, Гален выпрямился и открыв глаза заговорил.

Как оказалось, все началось еще с Кристиана V – отца Галена, и с девушки по имени Аннабелла. Однажды Кристиан остановился в имении аристократа и ему понравилась его дочь. Ни одна женщина или девушка ранее не отказывала королю, не смогла и Анабелла, будучи то ли очарованной, то ли испуганной. Король гостил некоторое время и отбыл обратно в столицу. Спустя какое-то время Анабелла поняла, что забеременела и не выдержав позора, которым это покрывало ее семью, сбросилась с башни.

Отцом той девушки был герцог Дорсет.

Долгое время он был не в себе, тяжело переживая смерть дочери, а после послал в приют графа Риверса и забрал оттуда свою незаконнорожденную дочь, которой была Ивет. Он приступил к плану, который родился в его голове.

Девушка давно желала стать актрисой, и он поддержал ее материально, найдя способ пристроить в театр. Ивет не была лишена таланта, поэтому довольно скоро стала блистать на сцене, но сколько король не посещал театр – она его так и не заинтересовала. К тому времени герцог успел прощупать почву и найти себе союзников. Тех, кто любил деньги, был тщеславен, и отнюдь не верен королю. Один из этих людей пошел на то, чтобы посыпать королю яд, способный вызвать сердечный приступ.

Этим человеком был граф Сервский.

Вопреки ожиданию, избавившись от врага, герцог не почувствовал облегчения. У Кристиана остались сыновья, которые унаследовали черты отца. Сергун был похож на него, но более спокойным по характеру, а Гален хоть и пошел внешностью в мать, был таким же кутилой. Он понял, что не успокоится, пока не прервет весь род на корню, но Фрейя совершенно неожиданно приближает к себе лорда Берта, сделав его не только своим любовником, но и первым советником. Сервский потерял свою власть и стал бесполезным союзником. И тогда сама судьба улыбается герцогу Дорсету: Гален обращает внимание на Ивет. Принц был огорчен смертью отца и оказался легкой мишенью, он влюбился в его дочь. Но Дорсет не торопился, обдумывая, как именно отомстить отпрыскам Кристиана.

Именно на этой, промежуточной стадии, он познакомился с Айноном в ходе своей поездки в Богемию. Они поняли, что могут быть полезны друг другу. Дорсет не просто прервет род Кристиана, но и заберет то, что тот любил больше всего на свете – трон и власть, поделившись частью земель со своим союзником. Их план шел как по маслу, хотя мужчина предпочел бы захватить Сергуна живым, чтобы тот понял, что расплачивается за грехи отца.

– Кажется, он понял, что даже наша смерть не принесет ему облегчения и просто оттягивал момент, наслаждаясь тем, что играл с нами как кошка с мышкой, загоняя в угол для последнего, решительного прыжка.

Гален замолчал, закончив свой рассказ. Я молчала, шокированная тем что услышала и не зная, что сказать. Мне казалось, что заговор носил исключительно политические мотивы, но как оказалось, это была личная месть.

– А графиня Марч и лорд Ансон? – спросила я, вспоминая, что велела и их отправить в темницы.

– Они в этом не замешаны.

– А граф Риверс? – спросила я, понимая, что о нем почти ничего не было сказано. – Какова была его роль во всем этом?

Помимо прочего меня волновало, что он рассказал Галену обо мне.

– Его допрашивал Вистан. Он сказал, что Риверс скорее пешка, нежели важная фигура. Его попросили устроить большой прием в день, когда ты будешь проезжать мимо, и держали рядом, ведь он знал, что Ивет незаконнорожденная дочь герцога.

Гален подался вперед, облокотившись на свои ноги и запуская руки в волосы. Я наблюдала за тем, как он сжимает их с остервенением.

– Я был таким дураком, – простонал он, не поднимая головы и еще сильнее цепляясь за волосы. – Я верил ей! Любил ее! А она все это время могла подсыпать мне яд.

– Ты не мог знать, – я поднялась с дивана, понимая, что Гален был близок к срыву.

– Я должен был!

– Никто не знал, – я говорила спокойно, стараясь придать ему уверенности, и опустилась прямо на пол, положив руки на его колени.

Он наконец-то поднял голову и посмотрел на меня.

– Я считал, что это Берт. Все это время. Думал, что он отравил отца, потому что они с матерью уже были любовниками, но получается, что это не так.

– Никто не знал о заговоре, даже Берт.

– Но матери не нравилась Ивет. Она пыталась удержать меня как можно дальше от нее.

– Но не потому, что считала ее предательницей, она просто не любила ее. Никто не знал. И ты не мог знать.

Повторяя это, я успокаивала его и себя, потому что тоже чувствовала вину. Я знала, с того момента как Берт предположил в карете, и ничего не смогла сделать. Постепенно разрушая эту семью, герцог Дорсет почти преуспел в своей мести.

– Стража говорит, что еще несколько гостей выпили отравленное вино. Поднялась паника, никого не выпускали из зала, чтобы не упустить возможных заговорщиков. Мне нужно что-то сделать…

Но судя по голосу, Гален устал и совсем не хотел ничего делать.

– Нужно наказать Дорсета, публично, – сказала я, понимая, что это единственный выход, – им потребуется виновный. Так или иначе, все эти смерти на его совести. И в утешение… ты можешь дать пострадавшим семьям долю от земель Дорсета, нам же останется его состояние, которое мы сможем пустить на военные цели.

– А как же остальные заговорщики? – я поняла, что он прислушался.

Поднявшись на ноги, я двинулась по комнате, продолжая думать.

– Если станет известно, что в круг заговорщиков вошло много знати, это породит ненужные пересуды и сомнения. Герцог Дорсет крупная фигура чтобы отвлечь все внимание на себя, а остальным можно «предложить» вина. Никто не знает, сколько именно человек отравилось. Скрыть несколько фальшивых жертв будет легко.

Я отвернулась, уставившись в окно. Одной из них была Ивет и Гален вполне мог со мной не согласиться, но я знала, что так поступила бы Фрейя, и Берт совершенно точно одобрил бы этот план.

– Ты права, – тихо ответил он.

– Я займусь приготовлением похорон, – разбивая тишину сказала я. Осознание того, что все обязанности Фрейи перешли ко мне пришло внезапно.

– Хорошо, – сказал Гален.

Обернувшись, я увидела, что он поднялся из кресла. Не смотря на усталость, взгляд был ясным – он принял решение.

– Ты займешься похоронами, а я дворянами. Нужно показать им, что король цел и невредим. – Он поднял голову и решительно посмотрел на меня. – Мы справимся с этим вместе.

Глава тринадцатая

(7 месяцев спустя)

Я взирала на карту. Линия фронта сдвинулась, поглотив собой новые территории. Наши территории. Земли лорда Ансона Айнон захватил еще четыре месяца назад и теперь уверенно продвигался вглубь. Он оказался не так импульсивен, как все ожидали. Его удары были четкими, быстрыми и грамотными. Оторвав взгляд от карты, я посмотрела на советников.

– Мне все больше начинает казаться, что вы не справляетесь со своей работой, – захотелось выбросить все фигуры, обозначающие войска. Сделав глубокий вдох, я постаралась подавить в себе это желание. Контролировать скачки настроения иногда было непросто.

Двери в зал распахнулись и в комнату вошел Гален. В руках его был конверт. Неужели еще одни плохие новости?

– Оставьте нас, – велел он советникам, и те с радостью покинули помещение. Как только за ними закрылась дверь, я позволила выплеснуться своему негодованию.

– Нам нужно найти новых людей, – я указала рукой на карту, – иначе совсем скоро придется искать новый дом.

Гален уже знал о положении дел. В то время как он пытался договориться о наемниках, я чихвостила советников.

– Надеюсь, у тебя новости лучше, – я посмотрела на конверт в его руках. – Что это?

Он по-прежнему молча протянул его мне и отошел к окну. Видимо, дело плохо. Совсем плохо.

Я извлекла сложенное письмо из плотной бумаги. Такой точно не пользовались наши военачальники. Развернув письмо, увидела незнакомый почерк. Буквы были острыми и порой похожими друг на друга, но я смогла разобрать смысл.

«Вы терпите поражение, но все еще не готовы сдаться. Меня восхищает ваша отвага. Предлагаю жест мирной воли, а именно, обменяться подарками. У меня есть нечто или точнее некто, кого бы вы хотели вернуть – лорд Берт, а мне необходимо кое-что взамен – зерно…»

Оторвавшись от чтения, я посмотрела на Галена, который теперь подошел к карте и изучал расположение войск. Безумие. Сердце забилось как сумасшедшее, но я вновь перечитала письмо, постаравшись отринуть эмоции.

– Я хотел знать, что ты об этом думаешь, – наконец произнес Гален.

Я бросила конверт и письмо на стол, подальше от себя. Лучше бы и вовсе не видеть этого предложения. Выбор был сложным, но я совершенно точно знала, что требуется сделать. От этого было еще больнее.

– Ни в коем случае не соглашайся. Он истощен, раз предлагает подобное, а значит, у нас есть шанс переломить ситуацию в свою сторону.

– А вдруг он найдет зерно в другом месте? Мы проигрываем больше половины сражений и теряем земли. Он уже разорил лорда Ансона, а значит, в следующем году и наши припасы будут под угрозой. Такой стратег как лорд Берт нам необходим.

– Единственная возможность получить припасы для него, торговые отношения с кем-то за морем, поэтому он обратился к нам. Гален, ему не выгодно ждать зерно оттуда, а так он убивает двух зайцев сразу, пополняет свои припасы и ослабляет нас. Это ужасная сделка и я категорически против.

– Я понял тебя, – подобрав письмо, он убрал его обратно в конверт и сжал в руках.

Сильный пинок заставил меня поспешно коснуться живота.

– Ты в порядке? – Гален тут же возник рядом, подхватывая меня под руку.

– Все хорошо, – я погладила место удара, – ребенок сегодня немного беспокойный.

– Вселяет надежду, что это мальчик, – широко улыбнулся Гален.

Прежде чем я успела ответить, в комнату вошел Вистан.

– Простите что прерываю, ваше величество, вы просили сказать, когда прибудет леди Селия.

– Да, отведи ее в мои покои, я скоро приду.

Коротко кивнув, Вистан покинул комнату, снова оставив нас одних.

– И все же тебе стоит больше отдыхать.

Гален говорил это все чаще, по мере того как рос мой живот, однако загнать меня в постель ему было не под силу.

– Ну уж нет. Пусть советники видят меня, и тогда уж точно не смогут отлынивать. Если женщина в моем положении постоянно при деле, то им и подавно придется, чтобы не задеть свое эго.

Коротко рассмеявшись, Гален притянул меня к себе и поцеловал. Очередной толчок. Я отстранилась, стараясь не подать виду.

– Пожалуй, не стоит заставлять Селию долго ждать, – усмехнулась я. – Когда она скучает, то бывает непредсказуема.

Гален не возражал. Покинув комнату, я медленно направилась к своим покоям. Быть в положении, конечно, испытание, но как оказалось не настолько трудное, как мне представлялось при взгляде на Изольду. Чем больше становился живот, тем неповоротливее было мое тело, болела спина и ноги, но в конечном счете все было преодолимо. За мою слабость расплачиваться пришлось бы нам обоим, но я крепко стола на ногах и это отпугивало потенциальных врагов.

Раз в неделю на чай приезжала Селия. Мы устраивались в моей гостиной, чтобы я могла отдохнуть. Вот и сейчас, едва войдя в комнату, я избавилась от обуви, почувствовав себя чуть лучше, когда босые ноги коснулись пола.

– Ты еще здесь? – я заметила Вистана у стены.

– Я его не отпустила, – пояснила Селия, опередив Вистана, – должен же был кто-то скрасить для меня одиночество ожидания.

Девушка бросила на гвардейца томный взгляд из-под ресниц. Судя по всему, Вистан стойко переносил все попытки соблазнения.

– Можешь идти, теперь очередь леди Селии развлекать меня, – отпустила я гвардейца, пожалев.

Как только мы остались одни, я вновь не сдержала любопытства.

– Ты нацелилась на Вистана? Уж больно плотоядные взгляды ты бросаешь на моего гвардейца в последнее время.

– А что еще мне остается делать? – девушка тяжко вздохнула. – Ты же больше не подкидываешь мне на съедение шпионов и предателей. Уверена, что больше нет аристократов, которых следует соблазнить и вывести на чистую воду?

– Боюсь, ты всех переловила.

Я не смогла сдержать широкой улыбки, устраиваясь на диване удобнее.

– Что ж, раз с аристократами покончено, я готова провести разведку и среди гвардейцев, – в глазах Селии вновь заплясали озорные огоньки.

Я взяла прохладный травяной чай, оставленный для меня Ташей. Иметь травницу в служанках оказалось очень полезно, но после моих родов она должна будет вернуться домой.

– Тогда выбери кого-нибудь другого, в верности Вистана я не сомневаюсь.

– Я тоже. Меня скорее интересует его внешность и идеально сложенное тело. Ни у одного напыщенного аристократа не будет таких мышц.

Я закашлялась, поставив кружку обратно на столик.

– Кажется, все зашло куда дальше, чем я себе представляла. Тебе действительно нужно подыскать занятие, пока ты не подорвала охрану дворца и не лишила меня самого ценного гвардейца.

– Готова на все что угодно. Вчера отец пригласил на ужин виконта Ловоджа. Тот бледнел, краснел и заикался. Я не соглашусь на помолвку с ним даже под страхом смерти!

– Пожалуй, я могу найти тебе кое-какое занятие, – задумалась я. – Не хочешь съездить в приют, который раньше принадлежат Риверсу? Проверишь как там дела, установились ли новые порядки, чему учат девушек. Только, пожалуйста, не научи их чему-нибудь плохому.

Она усмехнулась, но мы обе прекрасно понимали, что старших девушек уже научили многим женским хитростям и без Селии.

– Знаешь, ты можешь продолжать благородное дело, принимая туда сироток со всего королевства, но я бы посоветовала обучить старших девушек по старой программе.

Встретив мой хмурый взгляд, Селия не смутилась. Прямота девушки не всегда была приятной, тем не менее, мы сблизились за последнее время. Мало кто вел себя так со мной или Галеном, а если быть точнее, то и вовсе никто, но ей это позволялось.

– Какая еще безумная идея пришла в твою голову? – вздохнув, спросила я.

Хитрая улыбка Селии говорила о том, что у нее есть весомые аргументы.

– Не отрицай, я принесла много пользы в зачистке дворца от шпионов. Эти девушки уже практически готовы к такой же работе. У тебя будет свой собственный женский отряд, против которого не сможет устоять ни один предатель, конечно, если это будет мужчина.

Не хотелось признавать, но она была права.

– Тем более съезди и присмотрись к ним. Приют принадлежал Риверсу и если все они подобие Ивет, то я не хотела бы видеть этих девушек при дворе.

– Я выберу самых лучших и покладистых, чтобы они даже не подумали заглядываться в сторону Галена, – клятвенно заверила меня подруга.

Но сможет ли Гален не заглядываться на других девушек, которые обладали тем же воспитанием что и Ивет, вот что было важнее. Он получил болезненный урок, но все рано или поздно стирается из памяти.

Мы еще долго просидели в гостиной. Говорила преимущественно Селия, спасая меня от ненужных мыслей, которые неизбежно появились бы, останься я одна. На обед девушка не осталась, отправившись домой чтобы проконтролировать сбор вещей в поездку. Загоревшись новым заданием, она была готова отправиться в путь уже завтра.

Обед подали в мои покои, но я совсем скоро поняла, что совершенно не голодна. Меряя шагами комнату, я жалела, что фрейлины уехали на несколько дней. Оставался лишь один способ отвлечься.

Спустя несколько минут, в комнате появилась нянечка с Изольдой на руках. Девочка тут же радостно угукнула и потянулась ко мне.

– Она скучала. Все время норовила уползти из детской, – посмеиваясь, рассказала женщина.

В комнате появилась Дина, которой тоже нравилось нянчиться с малышкой, и забрала ее к себе на руки.

– Можете передохнуть, – отпустила я женщину.

Нянечка рассыпалась в благодарностях и покинула комнату.

– Как же она выросла, – Дина присела, посадив девочку к себе на колени.

– И все больше становится похожа на мать, – добавила я.

Дина уловила нотки волнения в моем голосе.

– Не переживайте, миледи. Уверена, вы и малыш будете в порядке. Леди Изольда была слаба, но вы – другое дело. Меня даже спрашивают, не накладной ли у вас живот, уж больно живо вы выглядите.

А вот это уже было плохо. Только слухов о фальшивой беременности мне не хватало.

– Надеюсь, ты заверила всех в подлинности моего состояния? – устало поинтересовалась я.

– И заверила, и припугнула, – улыбнулась Дина, – можете быть спокойны, об этом перестали шептаться.

Шептаться может и перестали, но думать…

Проворно соскользнув с коленей Дины, Изольда поползла ко мне. Улыбнувшись, я отложила все тревоги на потом, ведь именно за этим я захотела ее увидеть.

Чувствовала я себя сегодня тяжелее чем обычно, поэтому комнаты до конца дня так и не покинула. Даже когда стемнело, Изольда все еще оставалась со мной. Мы переместились в спальню, где я прилегла на кровать и играла с малышкой, что сидела рядом. Когда она начала уставать, я достала книгу и немного почитала вслух, заставив Изольду окончательно сдаться и уснуть рядом. Именно эту картину застал Гален, когда пришел.

– Так вот чем ты занималась весь день. – Шепотом заметил он, посмотрев на племянницу.

– Большую часть дня, – так же шепотом ответила я. – Нужно позвать Дину, чтобы она отнесла ее в детскую.

Но прежде чем я дотянулась до шнурка, чтобы вызвать служанку, Гален подошел и взял Изольду на руки.

– Я сам отнесу.

Дину я все же вызвала, чтобы та помогла мне раздеться. Служанка явилась вместе со свежим травяным чаем, который полагалось выпить перед сном. Во мне зарождалось эгоистичное желание не отпускать Ташу обратно. Найти нового травника или травницу было не сложно, но будет ли этот человек стоить доверия? Фрейя до сих пор стояла перед глазами и, хотя еду и пищу проверяли, первое время ни мне ни Галену не лез кусок в горло. Вино на какое-то время исчезло из покоев. Кажется, Гален с тех пор так и не притрагивался к напитку.

– О чем сплетничают на кухне сегодня? – поинтересовалась я, пока Дина расчесывала мои волосы.

– Обсуждали гонца с северным акцентом. Говорят, он из Богемии.

Присутствие незнакомца не осталось не замеченным. Возможно, он был молод и привлекателен, что интриговало служанок еще больше. Нахождение здесь такого человека опасно, ведь он может соблазнить кого-нибудь из девушек. Подобное почти всегда заканчивается бедой.

– Он уже уехал?

– Да, ваше величество. После аудиенции у короля он отбыл обратно вместе с несколькими гвардейцами.

– Гвардейцами?

Я нахмурилась. К чему Галену было предоставлять гонцу сопровождающих? Гораздо лучше было бы отправить за ним переодетых солдат, чтобы незаметно проследить. Если только…

– Спасибо, Дина, можешь идти.

Отпустив служанку, я принялась сама расчесывать волосы, приводя мысли в порядок. Мы с Галеном действовали как единое целое: он прислушивался ко мне, а я прислушивалась к нему. Больше не было никаких секретов или игр за спиной. До этого момента.

Когда супруг вернулся в спальню и стал раздеваться, я наблюдала за ним пристальней чем обычно. Почувствовав себя неуютно, Гален прекратил расстегивать рубашку и спросил:

– Что-то не так?

– Не знаю, ты мне скажи, – я дала ему возможность признаться.

Он выглядел растерянным и явно не понимал намека. Может это я сделала неверные выводы?

– Ты ведь ответил Айнону отказом? – прямо спросила я, отбросив недомолвки.

Гален замер.

– Только не говори, – я старалась не перейти на крик, – что ты заключил сделку с нашим врагом?

Гален выдохнул и твердо ответил, смотря прямо мне в глаза.

– Да. Я согласился на обмен.

Это было безумием. Мой здравый смысл кричал, а сердце сходило с ума в груди, встревоженное этой новостью.

– И когда ты собирался мне рассказать? – первым делом спросила я.

– При удобном случае, – взгляд Галена переместился к моему животу, – тебе ведь нельзя волноваться.

– Как удачно ты об этом вспомнил, – не удержалась я от едкого замечания, не без труда поднимаясь со стула.

– Я принял решение. Как король. – В голосе Галена проснулись знакомые бунтарские нотки, которые я не слышала уже давно. Он принял это решение самостоятельно и не собирался отступать, но даже если бы и захотел – было поздно.

– Это не королевское решение! – я уже не сдерживала себя и повысила голос. – Ты понимаешь, что может стоять за ним?

– Наша победа, – с упрямством заявил Гален, стоя на своем.

Как всегда слеп. Будь это так, я не раздумывая согласилась бы вернуть Берта.

– Он пробыл в плену восемь месяцев, и мы узнаем об этом только сейчас, в такой удобный для Айнона момент. Берт может быть уже мертв, как и твой брат. Что мешает Айнону вновь обмануть тебя? Только дурак наступит дважды на те же грабли!

– Именно поэтому я отправил гвардейцев. Сначала они убедятся в том, что Берт жив, и лишь потом Айнон получит зерно.

– Допустим, он жив, – согласилась я, понимая, что упрямство Галена не преодолеть так просто, – но ведь это не гарантирует, что к тебе вернется прежний советник. Он может быть ранен, болен или вовсе лишен рассудка. Если он пробыл в плену восемь месяцев, то дорого заплатил за каждый день жизни.

– Мы же говорим о Берте, конечно он в порядке. Этому человеку сложно навредить если он сам этого не пожелает, – с жаром возразил мне Гален.

– Не переоценивай его, он всего лишь человек и тоже совершает ошибки, – резко возразила я, вспоминая слова самого Берта.

Ребенку совсем не нравились наши крики, и он зашевелился. Рука привычно погладила живот, успокаивая его, но саму себя успокоить будет не просто. Этот жест не укрылся от Галена. Он шагнул ко мне, протягивая руку в примирительном жесте, но я оттолкнула ее, делая шаг назад.

– Не нужно меня трогать.

– Я хотел помочь, – уже мягче сказал Гален, хоть уголки его губ еще и подергивались, выдавая раздражение.

– Тогда уйди и оставь меня одну. Помнится, у тебя есть собственные покои.

Мгновение посомневавшись, он все же выполнил мою просьбу и покинул спальню, забыв на кровати сюртук. Ребенок больше не толкался, но внизу живота появилось неприятное ощущение. Я попятилась и опустилась на край постели, делая глубокий вдох и медленно выдыхая, как учила Таша. Сердце бешено билось в груди и не желало униматься. Игнорируя здравый смысл, оно предательски радовалось тому, что Гален не прислушался к моим словам и поступил по-своему.

Теперь каждый день проходил в ожидании новостей из Богемии. Как пройдет обмен? Будет ли он честным? Жив ли Берт? Конечно, я хотела ошибаться, но голос разума постоянно твердил, что в этом обмене есть двойное дно. Предстояли две невыносимые недели ожидания.

Гален со свойственным ему упорством стоял на своем, но я не одобрила его решение даже несмотря на то, что сама втайне была ему рада. Впервые за долгое время между нами произошла размолвка и он вновь вернулся в свои покои. Едва об этом поползи слухи, Дина распустила новые, о том, что мне нужно больше отдыха и потому Гален ночевал у себя. Отчасти это было правдой. Словно чувствуя мое волнение, ребенок был беспокойным, и я все чаще оставалась в постели или пила успокаивающие травы.

После возвращения фрейлины проводили время вместе со мной, что помогало немного отвлечься. Нет ничего хуже ожидания, когда бездействие единственное, что ты в силах предпринять.

Спустя чуть больше недели с того момента как Гален согласился на обмен, я вновь была с Изольдой, когда в гостиную вошел Вистан. Он был как-никогда серьезен и осторожно подбирал слова.

– Ваше величество, кажется, есть новости.

Я тут же поднялась с дивана, на время позабыв о малышке.

– Хорошие? – с надеждой спросила я. Неважно, что при этом придется признать правоту Галена, поскольку оказаться права сама я и вовсе не желала.

– Я не уверен. Знаю лишь что прибыл гонец и его проводи в кабинет к королю.

В нетерпении я сорвалась с места, поторопившись к Галену так быстро, как могла. Увидев меня, стража открыла двери, пропуская в кабинет. Гален был один. Отсутствие советников могло бы быть хорошим знаком, если бы не его руки, который вновь зарылись в отросшие волосы. Двери за моей спиной захлопнулись, и он поднял голову, встретившись со мной взглядом.

– Что там? – немея, спросила я, замерев по центру кабинета. – Новости хорошие или плохие?

– И то и другое, – тяжко вздохнул он.

Я преодолела оставшееся расстояние и опустилась в кресло, сжав подлокотники.

– Обмен произошел успешно, – произнес Гален без должной радости в голосе. Я не спешила радоваться, понимая, что за этим последует что-то менее приятное.

– Но? – поторопила я Галена.

– Но лорд Берт был тяжело ранен, – закончил супруг.

– Насколько тяжело? Хочешь сказать, твои люди согласились обменять зерно даже зная это?

Я засыпала Галена вопросами, желая прояснить ситуацию.

– Их обманули. Лорд Берт был жив и здоров, когда они его увидели. Получив подтверждение, гвардейцы подготовили зерно для обмена, но взамен получили истекающего кровью советника.

– Они ранили его во время обмена?

– Да, сразу как получили зерно.

– До чего же это… подло, – я ударила рукой по подлокотнику, тут же пожалев, когда ладонь отозвалась болью. Это помогло ненадолго собрать мысли воедино.

– Что с Бертом? Он жив? Они попытались отбить зерно?

– Жив, но плох. Неизвестно, выживет ли он. В деревне отыскали знахарку, она едет вместе с ними. Зерно вернуть не удалось.

Это лишь подтверждало мое мнение об Айноне. Он был не из тех, кто заключает взаимовыгодные соглашения. Какова вероятность, что советник все же выживет, учитывая долгую дорогу? Стоило бы проклинать Айнона, но сейчас я вновь была зла на Галена, думая о том, в каком состоянии сейчас Берт.

– Он с самого начала не собирался отдавать его тебе, – озвучила я то, о чем думали мы оба, – так или иначе, все бы кончилось плохо.

– Я это понимаю и без твоих упреков, – огрызнулся Гален, резко откидываясь на спинку стула. Признавать собственные ошибки он так и не научился.

Я медленно поднялась и покинула кабинет, не сказав больше ни слова, поскольку боялась, что не сдержусь и лишь подолью масла в огонь. Сейчас Гален был не способен мыслить здраво, как в общем-то и я. Все что нам оставалось, это долгое и мучительное ожидание, в надежде, что плен не ослабил Берта, а знахарка хорошо знает свое дело.

Айнон не терял время даром и нанес удар по нашим войскам, прибавив себе еще одну победу. Мы потеряли не только зерно, но и территорию, позволив Айнону приблизиться еще на несколько шагов. На пути вражеского войска оказалась деревня. Те жители, что сумели сбежать, принесли тревожные вести с собой в столицу, вызвав волнения.

Гален заседал вместе с советниками, в то время как я большую часть времени проводила на улице или у окна. При всем желании у меня не получалось сосредоточиться на проблемах. Что сделано, то сделано, последствия были неизбежны. Свое ожидание я довольно умело маскировала под прогулки, изредка беря с собой и фрейлин. Вот и сегодня мы вновь были в саду, сидя неподалеку от аллеи, ведущей к главному входу. Я знала, что Вистан или Дина тут же найдут меня, если прибудет повозка, но все равно не находила себе места. Прошло уже четыре дня с тех пор, как мы получили тревожные вести. Учитывая время, которое понадобилось гонцу, чтобы сообщить нам о случившемся, они уже должны были быть здесь, если только не потребовалась срочная остановка.

Слова Марии привлекли мое внимание:

– Возможно, мы можем перевести их поближе, в столицу, пока угроза не минует?

Я поняла, что прослушала половину ее слов и потеряла нить разговора.

– Прости, я кажется, задумалась. О чем ты?

– О приюте, где сейчас леди Селия. Он всего в трех деревнях от той, что недавно разорило войско Айнона. Сейчас это не самое безопасное место, даже графиня Марч перебралась в столицу несколько недель назад.

Поглощенная собственными волнениями я совсем об этом не подумала. Но куда можно было переместить приют? Из доступных мне домов был лишь замок, также принадлежащий Лэрдам, но вряд ли на это согласится Гален, ведь туда в случае необходимости должны переехать мы вместе с придворными советниками. Приюту там будет не место.

– Я подумаю об этом, – пообещала я.

Возможно, Селию даже будоражила мысль о том, что враг так близко, но рисковать ее безопасностью я не собиралась, а Галену уж точно было не до того. Приют графа был полностью моей заботой.

– Давайте пройдемся, – я вновь поднялась с резной скамьи, не в силах выносить бездействие.

Девушки последовали за мной, в который раз огибая дворец. Они конечно же замечали мое волнение, но скорее всего списывали это на приближение родов, не подозревая истинную причину. О том, что Гален совершил обмен, знали лишь немногие. Нам хватало шепотков и о проигранных сражениях, ни к чему было привлекать внимание к столь глупой ошибке, которую он совершил.

Мы свернули в противоположную от главного входа сторону, продолжая двигаться вдоль дворца, но не углубляясь в сад. Когда мы достигли широкой дороги, что вела к черному ходу кухни, то увидели повозку и конюхов, которые уводили лошадей в сторону конюшен. Лошадей явно было больше, чем необходимо для того, чтобы тянуть повозку. Фрейлины не обратили на это внимания, но я застыла на месте в поисках гвардейцев.

– Вы устали, ваше величество? – спросила у меня Анна, тоже замирая на месте. В отличии от меня она не видела ничего странного в повозке у черного входа во дворец.

То, что я не видела гвардейцев, еще не значило, что они не прибыли вместе с повозкой. Возможно, они уже внутри. Само наличие повозки являлось хорошим знаком.

– Да, давайте вернемся во дворец, – я без колебания направилась к черному входу.

– Здесь? – удивилась Мария. – Мы можем пройти через сад, это ближе к вашим покоям.

Но меня тянуло именно к этой двери и не важно, как это выглядело.

Проигнорировав слова фрейлины, я вошла с черного хода, тут же оказавшись в узком коридоре, предназначенном для прислуги. Со стороны кухни, доносились запахи готовящегося обеда. Оттуда же появилась служанка со стопкой чистых полотенец. Я подметила ее торопливые шаги и взволнованны вид и остановила, явно испугав своим внезапным появлением.

– Ваше величество, – она неловко поклонилась, чуть не выронив при этом полотенца.

– Где сейчас тот, кого привезли в этой повозке? – прямо спросила я у девушки, все еще не до конца уверенная, верны ли мои выводы.

– Он… – служанка взволнованно смотрела в конец коридора, явно торопясь.

– Отведи меня, – велела я, поняв, что ей трудно объяснить.

– Конечно, ваше величество, – с облегчением проговорила она и двинулась вперед по коридору.

Я оглянулась на фрейлин, с губ которых уже готовы были сорваться множество вопросов.

– Давайте встретимся за чаем немного позже, – поспешно сказала я им и двинулась следом за служанкой. Присутствие девушек рядом сейчас было лишним.

Довольно скоро я поняла, почему служанке было сложно объяснить дорогу. Мы шли по коридору, несколько раз сворачивая и петляя, пока не оказались у двери в небольшую комнату. В помещении суетилось несколько служанок, настолько поглощенных работой, что мое появление осталось какое-то время незамеченным.

Стопка полотенец тут же оказалась в тазу с водой. Женщина, сидевшая с краю кровати, вытащила одно из них, отжав. Ее широкая спина скрывала от меня того, кто лежал на постели.

Служанки при виде меня замерли, поклонившись, и неуверенно переглянулись. Это не укрылось от женщины, спина которой закрывала от меня больного. Она обернулась, посмотрев на меня, и взгляд ее ненадолго задержался на животе.

– Вам здесь быть не стоит. – Сказала она твердо.

– Лекаря уже позвали? – проигнорировав ее слова, спросила я у служанки, что стояла ближе всех.

– Позвали, ваше величество, он скоро придет, – ответили мне. Подхватив грязные вещи, они покинули комнату.

Гален конечно уже был в курсе. Гвардейцы, что доставили Берта сюда, уже должны были подняться наверх и доложить королю последние новости.

Набравшись смелости, я обогнула знахарку, подходя к кровати с противоположной стороны. На грубой постели, предназначенной для прислуги, действительно был Берт, но выглядел он совсем не так, как в нашу последнюю встречу. Черты его лица стали острее, под глазами залегли синяки, а бледная кожа блестела от пота. Вновь отжав полотенце, женщина промокнула лоб больного. Веки мужчины дернулись, но в сознание он так и не пришел

Мой взгляд переместился ниже, к обнаженной груди, на которой лежала повязка, пропитанная кровью. Разве он не потерял ее слишком много? Так почему она до сих пор продолжала идти?

– Разве кровь уже не должна остановиться? – спросила я у знахарки, останавливаясь у края постели.

– Это из-за того, что мы потревожили рану, пока переносили его сюда, – спокойно пояснила женщина.

– Как он?

Моя рука была всего в сантиметрах от него, достаточно лишь наклониться и я смогу коснуться. Пальцы дернулись, почувствовав пустоту и я сжала их в кулак. Нельзя.

– Он потерял много крови и у него жар.

– Но он ведь поправится? – одно то, что он вынес дорогу до дворца, вселяло надежду.

– Он слишком слаб. То, что господин дотянул до сюда уже большое чудо. В жизни ни видывала настолько упрямых людей, но если ему не станет в ближайшее время лучше, то он может и не выкарабкаться.

Видеть Берта в таком состоянии было мучительно, еще тяжелее, чем думать о том, что он погиб. С той мысль я сумела смириться, но представшая передо мной картина заставляла вновь пройти через все то, что я уже было оставила позади. Мне одновременно хотелось остаться и уйти как можно скорее. Я выбрала последнее, понимая, что вскоре придет лекарь и, возможно, Гален.

В груди не появилось ожидаемого облегчения. Наверх я поднималась по лестнице для прислуги, с трудом преодолевая ступени. Тяжесть собственного тела давала о себе знать. Сейчас я чувствовала себя усталой как никогда, имея лишь одно желание, лечь в постель и уснуть, чтобы ничего не решать и не знать.

В комнате меня с нетерпением ждала Дина, но я прервала ее, дав знать, что мне уже известны последние новости. Подъем по лестнице дался тяжело, живот вновь тянуло и стоило на секунду прикрыть глаза, как возникал образ Берта, находящегося на грани жизни и смерти. От одной этой мысли все внутри меня сжалось.

– Вы побледнели, – с беспокойством заметила Дина, – позвать лекаря?

– Нет, не нужно. Сейчас пройдет.

Я прекрасно понимала, что в ближайшее время тот будет занят.

Но лучше не становилось.

– Только не сегодня, – взмолилась я, поглаживая живот, – сейчас не время.

Почему при всем умении контролировать себя и свои эмоции, я не могла взять под контроль свое тело? Ребенок выбрал чертовски неудобное время, чтобы появиться на свет.

Глава четырнадцатая

Я не могла определить, как долго спала. После родов ощущение реальности размылось. Усталость была настолько сильной, что я словно плавала в лодке, покачиваясь на волнах и иногда слыша или чувствуя находившихся рядом служанок, но пошевелиться была не в силах. Кто-то прикасался к моему лбу, на секунду заставляя вынырнуть из этого тумана, но потом я вновь тонула.

Открыв глаза, я увидела слабый свет свечи в углу комнаты. Там же, в кресле, дремала Дина. За окном была ночь и понять насколько долго я была без сознания было невозможно. День? Два? А вдруг это длилось дольше?

Рука по привычке потянулась к животу, но я больше не чувствовала ребенка. Что с ним? Где он? Одни вопросы и никаких ответов.

Откинув одеяло, я попыталась сесть, с трудом управляя своим ватным телом. Дина в углу комнаты тут же встрепенулась и поднялась на ноги, кинувшись к кровати.

– Ваше величество, вы проснулись.

– Сколько времени прошло? – тут же спросила я. Служанка мягко, но настойчиво постаралась уложить меня обратно.

– Около двух суток. Лекарь велел дать вам столько отдыха, сколько потребуется. Ваш организм пережил большой стресс.

Два дня. Сколько всего могло произойти за два дня.

– Как ребенок? – сипло спросила я, чувствуя сухость во рту.

Смутно помнился его крик и то, как засуетились женщины, но к тому моменту все что имело значение – это возможность прикрыть глаза и перевести дыхание. Мальчик, я помнила, что это был мальчик.

Дина протянула мне стакан с водой, и я тут же выпила его.

– Он в детской. Мальчик маленький, но крепенький. Лекарь осмотрел его и сказал, что все хорошо.

Как камень с сердца. Все это время я боялась, что что-то может пойти не так. Уж больно свежи воспоминания о родах Изольды и супруги Томаса. Ни та, ни другая не выжили, а Томас лишился также и наследника. Но я жива и ребенок в порядке, все настолько хорошо, что кажется, будто я все еще сплю.

Оставался последний вопрос, который было задать страшнее всего.

– Что с лордом Бертом? Он пришел в себя?

Несколько долгих секунд в ожидании ответа показались бесконечностью.

– Кризис миновал. Он пришел в себя, и идет на поправку. Если хотите, я…

– Нет, – я ухватилась за ее руку и поднялась на ноги, – я хочу увидеть его.

– Ваше величество, вы еще слишком слабы, – Дина ухватила меня за плечи, попытавшись вновь отправить в постель.

– Это приказ, Дина, – резче чем хотела ответила я, тут же испытав укол совести. – Все ведь спят?

– Слуги встанут не раньше, чем через два часа, – нехотя ответила служанка.

– Хорошо. – Это намного упрощало задачу. – Позови Вистана, мне понадобится его помощь.

Весь вид женщины говорил о том, что она не одобряет моей затеи, но у нее не было иного выбора кроме как подчиниться. Отпустив меня, она покинула комнату, отправившись за гвардейцем. Пробуя свои силы, я прошлась по комнате, подняла с кресла приготовленный халат, и надела поверх сорочки, затягивая пояс.

Дина вновь появилась на пороге спальни спустя минут десять, хотя мне показалось, что прошел целый час. Из-за ее спины я видела Вистана, который оставался в гостиной и явно был смущен моим внешним видом.

– Вистан, – я вышла в гостиную, вынуждая гвардейца взглянуть на меня, – ты ведь сможешь отвести меня вниз?

Пояснять зачем даже не понадобилось. Наверняка Дина посвятила гвардейца в суть моей просьбы и видя выражение его лица я понимала, что он тоже не одобряет этой затеи.

– Лорд Берт теперь в своих старых покоях, – ответил Вистан.

Это было даже лучше. Шанс встретить в это время там кого-то из прислуги сводился к нулю, а лестница для слуг позволяла пройти незамеченным для охраны, которая патрулировала коридоры.

– Тогда помоги мне подняться туда, не привлекая внимания, – тон моего голоса вновь стал грубее, отдавая приказ. Я шагнула вперед и ухватилась за руку гвардейца, опираясь на него.

Вместе мы покинули покои, выйдя в коридор. Я уже довольно давно не пользовалась лестницей для слуг и успела позабыть о ее тесноте и скудном освещении. Поднимаясь наверх, я чувствовала, как напряглась рука Вистана под одеждой. Гвардеец был вынужден взять на себя часть моего веса. С трудом, но мы все же преодолели нужное расстояние. У дверей в покои советника я отпустила руку Вистана и, оглядев пустой коридор, ухватилась за ручку, открывая дверь. В последний свой визит я покидала эту комнату на таких же ватных ногах что и сейчас.

Первое что бросилось мне в глаза, была пустая постель со смятыми простынями. Скомканное одеяло валялось прямо на полу. Дверь закрылась за моей спиной с тихим щелчком, оставляя Вистана по ту сторону. Неужели Берта здесь нет?

– Вы должны быть в постели, ваше величество, – раздался до боли знакомый голос справа от меня.

Я увидела Берта за письменным столом, заваленным ворохом бумаг. Все тот же услужливый голос с нотками сарказма и вежливое обращение, как будто мы никогда не переходили на ты. Захотелось подойти и дотронуться до него, чтобы убедиться, что все это не сон. А что, если я действительно умерла во время родов и не догадываюсь об этом?

Он поднялся со стула, тяжело опираясь на подлокотники. Нет, не сон.

– Вы тоже, – парировала я, приходя в себя. – Помнится всего пару дней назад я видела вас в предсмертном бреду.

Как и я он был в халате и бессовестно нарушал постельный режим, предписанный лекарем.

– Но теперь я полном порядке, – невозмутимо ответил мужчина, приблизившись.

Теперь я прекрасно видела, что он все еще оставался бледен, а под глазами залегли синяки, придавая лицу нездоровый вид. Конечно не в порядке. Кто будет в порядке после такого тяжелого ранения?

– И лжете все так же складно, – не удержалась я.

Его губы дрогнули в усмешке, заставив мое сердце екнуть. Он прошел мимо меня, подходя к столику, где стоял графин с красным вином. Наполнив себе бокал, он оглянулся на меня.

– Будешь?

– Нет, – поспешила отказаться я и он отвел руку от второго бокала. – Я больше не пью вино.

– Точно, Фрейя, – он поставил графин обратно, но сам выпил налитый бокал ни на секунду не засомневавшись, после чего сказал, – вино помогает подкрепить силы после потери крови.

Почувствовав, как подкашиваются ноги, я подошла к креслу у камина и присела, после чего Берт подошел и опустился в кресло напротив, изучая меня столь же пристально, как и я его. Губы мужчины дернулись, выдавая улыбку, которую он тут же подавил.

– Вероятно, у нас не так много времени? – спросил он, бросив взгляд в сторону двери, за которой стоял Вистан.

– Через час проснутся слуги, – ответила я, с сожалением понимая, что этого слишком мало.

Происходящее все еще казалось мне сном. Прошло много времени с тех пор, как он бросил меня одну, отправившись в Богемию. С тех пор я словно прожила целую новую жизнь, считая, что он мертв. Лорд Берт все же был змеей, той самой, что сбрасывает свою кожу и ползет дальше, преодолевая преграды на своем пути.

– Как ты убедил Айнона не убивать себя?

– Так же, как он убедил Галена, совершить обмен. Для него я был полезнее живым, нежели мертвым, – не задумываясь ответил он.

Полуправда, я научилась различать ее тона.

– Что ты предложил ему взамен? – спросила я.

В следках с Айноном может быть лишь один победитель, и это сам Айнон.

– То, что могу дать только я. Уверенность в себе и собственных силах. Информацию, которую он смог бы использовать, чтобы получить желаемое. Не всю и не сразу, так, чтобы ему всегда не хватало какой-то маленькой детали. Так моя жизнь для него становилась куда ценнее смерти.

Он говорил уклончиво и обтекаемо, как настоящий политик, но я уже умела отбрасывать лишнее в подобных речах.

– Поэтому он побеждал? – прямо спросила я, не зная, как к этому относиться.

– Да.

Значит, Берт предатель? Или же он просто покупал у Айнона свою жизнь? И как мне относиться к тому, что я узнала? Он практически всучил мне в руки свою жизнь и теперь, склонив голову, наблюдал, что же я с этим буду делать. До чего же сложно отличить добро от зла, когда видишь обе стороны монеты.

– Гален об этом знает?

Определенно, он не смог бы спокойно отнестись к этой новости.

– Нет. Он считает, что тот просто придержал меня как ценного пленника в надежде рано или поздно использовать, что собственно и произошло. Гален даже не догадывается, что идея с обменом так же принадлежала мне. Идиот, я надеялся, что он хотя бы отдаст отравленное зерно. Айнон в отличии от него не постеснялся всучить порченный товар, – с усмешкой заметил он.

– Откуда мне знать, что ты не переметнешься к нашему врагу, занимая сторону победителя, – мой взгляд переместился в сторону бумаг, которые советник изучал до моего прихода, – малая цена за собственную жизнь.

– Все еще считаешь, что единственное что мне дорого – собственная шкура?

В тот момент, когда я решила, что знаю его, он ускользнул как песок сквозь пальцы, доказав, что это не так. Нестерпимо хотелось закрыть на все глаза и просто отдаться чувствам, позволив ему решить все проблемы, но что-то внутри мешало это сделать.

Ухватившись за подлокотники, он поднялся из кресла, приближаясь ко мне. Мой взгляд на мгновение задержался на выглянувшей из края ворота повязке, обхватывающей его грудь. Остановившись передо мной, он протянул руку.

– Ты либо вознесешь меня, либо погубишь, – тихо проговорила я, вспоминая данное им обещание, – но так или иначе последуешь за мной до конца.

Ухватившись за его руку, я тоже поднялась на ноги, замерев перед советником.

– Правда или ложь? – спросила я, заглядывая в его глаза.

Вместо ответа он положил руку на мою шею и, притянув к себе, поцеловал. Внутри меня все отозвалось, потянувшись к нему навстречу и не важно, насколько это неправильно. Мне казалось, что я уже никогда ничего не почувствую, как это было каждый раз при поцелуе с Галеном, но оказалось, что чувства просто спали глубоко внутри.

Я отстранилась сама, понимая, что рискую потонуть в этих чувствах без остатка. Слишком многое было на кону и теперь я несла ответственность не только за свою жизнь.

– Этого больше не должно повториться. – Произнесла я твердо, чувствуя ком в горле из-за сказанных слов.

Его рука плавно переместилась с моей шеи на спину.

– Не повторится, – эхом повторил он и тепло его ладони исчезло. – Отдохни и наберись сил. Ты подарила ему наследника, а я выиграю для тебя войну.

Впервые за долго время я почувствовала, что действительно могу последовать этому совету и отдохнуть. Но как и прежде, я не послушалась и отправилась отнюдь не в свои покои.

Дворец все еще спал, когда мы пришли в детскую. Войдя внутрь я увидела незнакомую мне женщину, что дремала в кресле у кроватки – новая кормилица. При нашем появлении она тут же проснулась, поспешно вскочив на ноги и делая неуклюжий поклон.

Отпустив руку Вистана, я сама приблизилась к кроватке, где спал ребенок, и ухватилась за ее бортики, неуверенно посмотрев на малыша. Неужели это мой ребенок? Тот, кто все это время мягко пинался внутри меня? Неужели он настолько хрупкий? Внутри все сжалось от этого зрелища. Если Изольду я любила едва ли не больше всего в жизни, то сейчас взирала на того, кого была готова любить больше самой жизни. От одной только мысли, что этот крохотный человек, следующий в очереди на престол, мне становилось дурно.

Словно почувствовав мой взгляд, он зашевелился, но глаз не открыл, продолжая сладко спать.

– Хотите подержать его, ваше величество, – тут же засуетилась рядом кормилица, пытаясь угодить.

Хотела. Очень хотела, однако моя голова немного кружилась, и нагрузка на ослабленный организм давала о себе знать, а потому я безумно боялась, что не смогу удержать собственного ребенка.

– Вистан, – позвала я стражника, что оставался в стороне, – я хочу, чтобы кроватку перенесли в мои покои.

– Да, ваше величество, – услышала я его ответ, после чего дверь детской тихо хлопнула, выпуская стражника.

– Вы недовольны моей работой? – обеспокоенно спросила у меня кормилица.

– Вы отлично справляетесь, – успокоила я женщину, которая опасалась потерять свое место, – но мне бы хотелось чаще видеть ребенка.

Особенно в момент, когда война практически подобралась к воротам замка. Смотря на него, я чувствовала, как сердце одновременно сжимается от теплоты и страха. Он ни капли не был похож на Галена, по крайней мере у него не было тех же золотистых волос, но что если у малыша такие же голубые глаза? С другой стороны, Изольда тоже пошла в свою мать, однако то, что ребенок родился на несколько недель раньше срока, вызывало беспокойство, ведь я не могла с полной уверенность утверждать, что он был от Галена.

Дверь в детскую вновь открылась. Обернувшись, я увидела Вистана и Дину, позади которых появилось еще несколько стражников. Я с благодарностью взглянула на Вистана, который позвал и мою служанку. Доверить ей ребенка мне было проще, чем кормилице, с которой я еще не была знакома.

Теперь я действительно могла позволить себе расслабиться.

– Позаботься о ребенке, – попросила я Дину, прежде чем покинуть детскую.

Оказавшись в коридоре, я вновь взяла Вистана под руку, почувствовав головокружение. Когда впереди появилась лестница, я не смогла сдержать тяжкого вздоха. Скорее бы оказаться в постели.

– Я прошу прощения, ваше величество, – сказал Вистан, высвобождая свою руку, – но так будет быстрее.

Секунда, и он подхватил меня на руки, заставив тихо вскрикнуть от удивления. Лестницу мы и вправду преодолели быстро, но даже после этого он не опустил меня на ноги, донеся до самых покоев.

В спальне меня ждала Таша. Я заметила за спиной травницы поднос со свежими отварами.

– Зря вы так много двигались, – тут же начала сетовать знахарка, увидев меня на руках Вистана. Тот отпустил меня на постель и тут же покинул комнату, смущенный не меньше чем я. Можно не сомневаться: он отправился проконтролировать исполнение моего приказа.

Таша подошла к постели с дымящейся чашкой в руках.

– Выпейте, это поможет восстановиться быстрее.

Приняв у нее горячий напиток, я сделала осторожный глоток. Привкус трав был неприятным, но я заставила себя выпить все до дна.

– Может немного горчить, – от Таши не скрылась моя реакция, – но это сильные травы…

– Я знаю, ты хотела вернуться домой после того как родится ребенок, – перебила я девушку, решившись на разговор, – но дорога в Эрест сейчас не безопасна, и ты очень нужна мне здесь.

– Я могу остаться до окончания войны, – легко согласилась Таша, возвращая чашку на поднос, – мне еще есть чему поучиться у местных травников.

– Это было бы здорово, – с облегчением отозвалась я, чувствуя легкий укол вины из-за того, что не отпускала девушку.

Со стороны гостиной послышался шум. Гвардейцы принесли кроватку, чтобы установить ее в моей спальне. За их спинами я заметила Дину со свертком в руках. До меня донесся беспокойный плач ребенка, заставив вновь почувствовать беспокойство. Лучше бы эта война закончилась как можно быстрее. В том, что Берт подарит мне победу, я даже не сомневалась.

Меня разбудили тихие шаги, заставив мгновенно сесть на кровати. Это оказался всего лишь Гален. Заметив мою реакцию, он остановился и изменил направление, подойдя не к кроватке, а ко мне.

– Даже рождение ребенка не может заставить тебя лечь в кровать? – то ли всерьез то ли шутя спросил он, присаживаясь на край постели. – Мне сказали, что ночью ты приходила в детскую.

Мне бы стоило перевести все это в шутку, но слишком силен был страх, что кто-то мог заметить меня не только там.

– Я чувствую себя гораздо лучше, – так же тихо ответила я, бросив взгляд в сторону кроватки.

– Зачем ты попросила перенести Кристиана в свои покои?

Вопрос потерял для меня смысл, как только я услышала имя.

– Кристиан? – переспросила я чуть громче чем хотела и тут же перешла на шепот. – Ты хочешь назвать сына в честь отца?

Моему возмущению не было предела. Нет, я определенно не желала даже слышать об этом имени.

– Это имя передавалась в нашей семье через поколение.

– Что ж, не в этом поколении, – твердо заявила я.

– Это традиция, – не сдавался Гален.

С опаской оглянувшись в сторону кроватки, я поднялась с постели и, ухватив Галена за руку, утянула его за собой в гостиную, где можно было говорить без опасения разбудить ребенка.

– У меня тоже есть право выбора, – заявила я, отпуская его руку, – и я говорю категоричное нет. Он не станет Кристианом VI. Имя передается в надежде, что ребенок переймет мудрость и судьбу великого правителя, а какие ассоциации возникнут после того, как ты назовешь его в честь распутного отца?

Я знала, что мои слова причиняют Галену боль, но не собиралась сдаваться.

– Что ж, – он поднял руку, останавливая меня, – видимо, ты уже подобрала имя для ребенка?

Замерев, я поняла, что даже не задумывалась об этом, полностью поглощенная мыслями о том, как защитить его. Но что, если я не назову имени? Смогу ли я тогда переубедить Галена?

– Джеймс, – произнесла я первое, что пришло в голову. Все что угодно казалось мне лучше, чем Кристиан.

Заметив сомнение на лице Галена, я приободрилась.

– Хорошо, – наконец произнес он, уступая мне. – Мы назовет его Джеймс.

Он не признал моей правоты, но и спорить не стал. Одержав эту маленькую победу, я почувствовала себя куда лучше, совершенно позабыв, что пришел Гален отнюдь не для того, чтобы обсудить имя ребенка.

– Зачем ты перенесла его в свои покои? – спросил у меня Гален, возвращаясь к тому, с чего начал.

– Мне так захотелось, – я пожала плечами и присела на диван, – детская находится слишком далеко.

– Но это неудобно, – Гален оглянулся в сторону спальни, где сейчас оставался Джеймс, – он будет просыпаться ночами, не давая тебе выспаться, а кормилице не место в твоей спальне.

– Кормилица будет приходить лишь когда это потребуется, а с ребенком поможет Дина. Мне спокойнее, если он будет рядом. Сейчас дворец чист от предателей, но это не значит, что они не заведутся вновь, особенно когда Айнон так успешно продвигается вперед.

– Что ж… – Гален огляделся вокруг, явно принимая какое-то решение, – в таком случае пришло время наконец-то сделать это.

– Сделать что? – недоуменно уставилась я на супруга.

– Переехать в королевские покои, которые принадлежали Изольде и Сергуну. Они гораздо больше этих комнат и детская будет неподалеку. Слуги могут перенести все вещи еще к закату.

Предложение застило меня врасплох. На этот раз мне нечего было возразить.

– Ты тоже хочешь переехать туда? – спросила я, понимая, что для меня одной там слишком много места.

– Для нас эти покои слишком малы, да и мои не больше, – подтвердил он, – и там можно сделать детскую.

Он давал понять, что скучал, вынужденный после нашей размолвки спать отдельно. И хотя искушение сказать нет было сильным, я понимала, что должна согласиться, но если раньше я сделала бы это без эмоций, то сейчас чувствовала необъяснимую горечь.

– Хорошо, пусть слуги перенесут вещи, – я отвела взгляд, посмотрев в окно. Какие еще уступки мне придется сделать в будущем?

Гален оказался рядом, замерев за моей спиной и я вздрогнула, почувствовав, как что-то холодное коснулось моей кожи. Рука взметнулась вверх и сжалась на металле.

– Что это? – спросила я, чувствуя в своих руках сердце.

– Я заказал несколько месяцев назад, – пояснил Гален, застегивая украшение. Коснувшись моих волос, он продел их через цепочку, отчего сердце вырвалось из моих рук и на секунду прижалось к шее, словно удавка. – Он похож на тот, с которым ты не расстаешься с момента нашей свадьбы.

– Тот кулон напоминает мне о родителях, – цепочка отпустила мою шею и украшение легло над грудью.

– А этот будет символизировать нас.

Его руки коснулись моих плеч и склонившись, Гален поцеловал меня в шею.

– Без тебя я не справился бы со всем этим. Я… – на секунду он запнулся, смутившись, – я люблю тебя.

Нет, нет, нет. Эти слова я хотела слышать меньше всего. Почему он не может быть тем Галеном, которого я ненавидела? Саркастичным, гадким, грубым. Сейчас он слишком похож на безвольную куклу в моих руках.

Такой же куклой была и я в руках Берта.

А может дело просто в том, что я его не любила и после возвращения Арена ощущала это как-никогда остро.

Признание Галена тяжело повисло в воздухе.

– Спасибо за медальон. – Произнесла я, коснувшись украшения.

Его рука исчезла с моего плеча.

– Что ж, – неуверенно произнес Гален, – у меня скоро встреча с советниками. Похоже, у Берта уже есть план относительно наших дальнейших действий.

– Так ты теперь доверяешь лорду Берту? – спросила я, воспользовавшись тем, что он сам затронул эту тему. – Раньше ты к нему не прислушивался и самолично отправил на смерть.

– Мы оба знаем, как я заблуждался, приписывая ему то, что он не совершал. Лучшим решением будет начать с чистого листа.

– Разве он уже может присутствовать на собрании? Слышала, рана была довольно серьезной.

– Лекарь говорит он быстро идет на поправку, к тому же, лорд Берт сам предложил это.

Мое желание присутствовать на собрании резко возросло. Чтобы не задумал советник, я желала об этом знать. Мне он не обмолвился ни словом о том, что у него есть план.

– Возможно, мне тоже стоит присутствовать? – не задумываясь, высказала я свои мысли.

– Зачем? – Гален уже направлялся к выходу. – После собрания я все тебе расскажу. Отдохни как следует.

Я улыбнулась ему в ответ, мысленно решив сделать с точностью наоборот.

Как только Гален ушел, я направилась в ванную, начав долгий процесс к подготовке своего первого выхода на люди после родов. После ванной я выпила еще немного отвара и к моменту, когда Дина заканчивала застегивать мое платье, уже чувствовала себя полной сил.

«Стоит послать отвар и Берту», – ненадолго расслабившись, подумала я, и тут же себя одернула. – «Нет, нельзя!»

– Нам велено перенести ваши вещи в другие покои, – закончив с платьем, шепотом сказала Дина.

Ребенок спал словно ангел и просыпался лишь когда был голоден, все остальное время он был тих и не капризничал.

– Да, пусть этим займутся другие, а ты позаботься о Джеймсе.

Оставив Дину вместе с сыном, я покинула покои и направилась на собрание, которое уже должно было начаться. Благодаря настою я чувствовала себя куда лучше, чем ночью, но догадывалась, что когда действие трав закончится, усталость нахлынет в двойном объеме.

При моем появлении члены совета не смогли сдержать удивления. Все они были уверены, что я продолжаю лежать в постели и еще долго буду восстанавливаться после родов.

– Алис! – не сдержал удивленного возгласа Гален, увидев меня в дверях.

– Я тоже захотела послушать, – как можно мягче сказала я и выбрала место в конце стола.

Возражений не последовало. Я и раньше нередко присутствовала на совещаниях, поэтому лорд Руланд продолжил. Поднявшись с места, он подошел к карте.

– Сейчас наши войска находятся здесь, – он с легкостью нашел нужное место на карте, – люди Айнона располагаются здесь, – его рука двинулась вверх, обозначая то малое расстояние, что их разделяло. – Между нами находится деревня. Жители напуганы и уже бегут из своих домов.

– Почему бы нам не попросить поддержки союзников? – предположил один из советников. – Люди короля Томаса могут напасть на него с тыла.

– Он не согласится, – вмешалась я, сразу отвергая это предложение. Тем не менее, меня не услышали.

– При подкреплении с тыла мы сможем их разбить, сейчас же они превосходят нас количеством.

– Он не согласится, – громче повторила я, привлекая всеобщее внимание.

– Почему? – спросил у меня Гален.

– Он уже дал нам людей и деньги, что с ними стало?

– Любая война несет потери… – начал лорд Руланд.

– Но союзы заключают для того, чтобы побеждать, а не проигрывать. – Перебила я его и поймав внимательный взгляд Берта, продолжила. – Томас планирует в ближайшее время заключить новый союз, поэтому обратиться к нему сейчас не лучшее решение. Никто не рискнет встать на сторону проигравших, даже мой брат. Если он потеряет слишком много людей, то сам будет уязвим перед Айноном в случае его победы.

– О каком союзе идет речь? – впервые за время обсуждения заговорил Берт.

– Это брачный союз, – призналась я, вспоминая разговор который состоялся уже давно. – Он женится на Лилиан аш Наар и после смерти ее отца земли Тумира и Эреста будут объединены.

– Почему я об этом не знал? – Гален подался вперед, взволнованный этой новостью.

– О помолвке никто не объявлял, брат даже не знаком с невестой. Вместо него в Тумир ездила моя сестра. Насколько я знаю, было решено сыграть свадьбу, когда Лилиан исполнится восемнадцать, а это произойдет в следующем месяце.

Внезапно за столом раздался тихий смех. С изумлением все посмотрели на лорда Берта, которого ситуация отнюдь не расстроила, а наоборот развеселила.

– Вам смешно? – выразил всеобщее негодование лорд Руланд. – Что именно в этом смешного?

– Простите, – Берту потребовалось время, чтобы взять себя в руки, – просто… ваше величество, ваш брат хотя бы подозревает о том, что украл невесту короля Айнона?

Теперь пришла моя очередь удивляться, поскольку об этом Томас не говорил, а возможно и вовсе не знал.

– Невесту? Об этой помолвке точно было бы известно всем. – Растерянно произнесла я.

– Да, не будь она тайной. Как и у короля Томаса. Это даже интересно… Возможно, Тариус аш Наар дал ложное обещание Айнону, чтобы сохранить мир, и отложил свадьбу, намереваясь подыскать для дочери более достойную пару. Пока Айнон погружен в войну, он не заметит, как его обвели вокруг пальца. В таком случае, король Томас действительно нам не помощник.

Я смутно помнила о том, что Томас действительно не сватался к девушке. Союз и брак предложил ему сам Тариус. В этом был смысл.

– Вот вам и ответ, ваше величество, – Берт отвернулся и обратился к Галену, – Айнона нельзя победить силой, это понял и Тариус, но его все еще можно обхитрить.

– Звучит так, будто у вас уже есть план, как это сделать.

Вместо ответа, Берт поднялся со своего места и приблизился к карте. Его палец уткнулся в деревню, что находилась между двумя армиями.

– Эта деревня – ключ к победе. Мы превратим ее в мышеловку, способную поймать всех мышей сразу. Сейчас Айнон расслаблен, он давно не знал поражения и уже считает себя победителем, поэтому нам необходимо проиграть следующую битву.

Настала очередь лорда Руланда смеяться.

– Ваша стратегия к победе проиграть битву? Похоже плен сильно на вас повлиял, лорд Берт.

Берт лишь улыбнулся, нисколько не оскорбленный словами другого советника.

– А что же повлияло на вас, лорд Руланд, что вы настолько отупели, чтобы даже не предложить королю отравить зерно, выбранное для обмена.

– Решение было поспешным, – покраснел советник, – не было времени.

– Плох тот советник, которому нужно слишком много времени, чтобы принимать верные решения. – Едко заметил Берт прежде чем продолжить. – За ночь до сражения мы отравим всю еду, воду и эль в деревне. Завязав бой, мы вскоре отступим, сдав деревню армии Айнона. Они решал отпраздновать победу и… мне продолжать?

– Так мы убьем все его войско, потеряв минимум людей, – вместо Берта закончила я. – Конечно это не вся армия, что у него есть, но большая ее часть.

Нельзя сказать, чтобы я полностью одобряла этот план, но вместе с тем, я понимала, что это может быть нашим единственным шансом переломить ход войны.

– У вас все те же подлые методы, лорд Берт, – не сдавался лорд Руланд.

– Но эффективные. Вам важен голос совести или результат? – холодно ответил Арен.

Громкий стук кулака по столу заставил всех замолчать. Гален недовольно взирал на советников, которые продолжали задевать друг друга.

– Я не в настроении слушать ваши перебранки, – отрезал он, недовольно посмотрев на лорда Руланда.

Я прекрасно понимала, почему тот продолжал вести себя подобным образом. Ему не хотелось потерять свое место тайного советника. На фоне Берта он явно проигрывал, а потому, пускал шпильки в сторону соперника. Только он не учел, что Гален решил начать с чистого листа и больше не был настроен к Берту предвзято. По крайней мере, старался чтобы это было так.

Повисла тишина. Никто не хотел попасть под горячую руку короля. Я продолжала смотреть на карту, обдумывая план Берта. Вряд ли был иной способ выиграть войну. Берт был прав, действовать надо не силой, а хитростью, однако жертвы отравления почему-то были для меня более живыми, чем воины, павшие в бою. Почему в войне побеждает лишь тот, кто убьет больше людей?

Поймав на себе взгляд Галена, я поняла, что его интересует мое мнение. Как и я, он не был уверен, стоит ли поступать подобным образом. Собравшись с духом, я кивнула, подтверждая, что согласна с предложенной стратегией.

– Что ж… лорд Берт, проследите за тем, чтобы ваш план воплотился в жизнь, – заключил Гален, посмотрев на советника. – Если мы не дадим отпор сейчас, то будет уже поздно. На этом закончим наше собрание.

Мы с Галеном оставались на своих местах в то время как остальные постепенно покидали комнату. Берт так ни разу и не взглянул в мою сторону, и я заставила себя отвести взгляд. Изображать равнодушие оказалось куда сложнее, чем я предполагала.

Гален поднялся со своего места и подошел ближе, присаживаясь прямо на стол рядом со мной. Из-за того, что я обманула его и пришла на совет, он похоже не злился, но от него не скрылось мое волнение.

– Ты напряжена. Что тебя беспокоит?

– Все. – Честно ответила я.

В том числе и то, что мы доверили свои судьбы тому, кто всегда играл лишь по своим правилам. В одно мгновение я готова была доверить Берту свою жизнь, а в другое боялась, что он ее разрушит. Как и на старом портрете, он все еще был человеком с двумя лицами.

– Скоро все закончится, и мы будем спать спокойно, – попытался утешить меня Гален.

– Скорее бы, – эхом повторила я, думая о том, что моя тревога не утихнет никогда. Единственным выходом было отправить Берта как можно дальше, чтобы Гален никогда не узнал о моей измене, иначе все пойдет прахом.

Глава пятнадцатая

Я была в детской, когда внутрь ворвался Гален. По его широкой улыбке можно было заключить, что в этот раз новости были хорошие. Оказавшись рядом, он в одно мгновение подхватил меня и закружил по комнате.

– Мы победили! – объявил он о причинах своей радости. – Они попались в ловушку!

Как только мои ноги вновь коснулись пола, я сдержанно улыбнулась. Как бы не хотелось порадоваться победе, мысль о том, что скрывалось за этими словами, все равно была гнетущей.

– План Берта сработал, – уже спокойней сказал он.

– Это хорошие новости, – я коснулась его руки, сжимая в своей. – Мы ослабили Айнона и совсем скоро прогоним обратно.

Меня постепенно охватывало умиротворение от осознания того, что мы в безопасности. Джеймс в безопасности.

Гален обернулся и шагнул к кроватке, взглянув на сына, который тихо вскрикнул, проснувшись из-за шума.

– Я его разбудил? – Гален выглядел растерянным, посмотрев на ребенка.

Взяв Джеймса на руки, я покачала его и успокоила Галена.

– Все в порядке, скорее всего он просто проголодался, скоро должна прийти кормилица.

Словно услышав мои слова в детскую вошла женщина, и поспешно поклонилась при виде короля. Подойдя к нам, она забрала у меня Джеймса.

– Я сразу услышала, что он заплакал. Давайте я обо всем позабочусь, ваше величество, ему просто пора кушать.

Оставив Джеймса с кормилицей, я взяла Галена за руку и утянула за собой в соседнюю комнату, являвшуюся гостиной и соединявшей нашу спальню с детской.

– Есть еще какие-то новости? – полюбопытствовала я, опускаясь в кресло.

– На самом деле, я пришел к тебе, чтобы сказать, что мы устраиваем бал.

– Бал? – растерялась я. – Разве сейчас время для развлечений?

Крик в соседней комнате затих.

– Мы выиграли сражение и у меня родился наследник. Поводов более чем достаточно. – Расстегнув сюртук, Гален снял его, бросив на спинку кресла, и тоже присел.

– Значит, следует планировать следующее сражение, а не привлекать внимание к новорожденному сыну. Он еще слишком мал. Думаешь, не найдется тех, кто пожелает причинить вред Джеймсу?

– Именно поэтому мы и устраиваем бал. Необходимо успокоить аристократов и показать им свой успех, чтобы они даже не думали переметнуться на сторону врага. Лорд Берт считает это отличной идеей.

– Лорд Берт? – переспросила я, позабыв все аргументы, которые вот-вот готовы были сорваться с языка.

– Да. Это его идея. Он предложил устроить небольшое развлечение во дворце и в городе, чтобы снять напряжение, которое, как он выразился: «витает в воздухе».

– Это не такая уж и плохая идея. Стоит устроить небольшой праздник, – согласилась я, мысленно уже определяя, что мне стоит сделать. Теперь контроль за подготовкой приема полностью лежал на мне.

– Значит, ты согласна? – Гален выглядел немного растерянным. Похоже, он был настроен на тяжелый разговор в попытке убедить меня одобрить проведение праздника, но раз это была идея Берта, я не собиралась спорить.

– Да. Я займусь подготовкой, – заверила я супруга.

– Отлично, – он расплылся в довольной улыбке.

– На сегодня у тебя больше нет дел? – полюбопытствовала я на случай, если вновь намечалось собрание, о котором мне еще не было известно.

– Нужно поставить несколько подписей и провести пару аудиенций.

– Устроим бал через неделю, – задумчиво протянула я. –Главная задача, не ввязаться до этого времени в новое сражение и не потерпеть поражения.

– Мы сильно подкосили армию Айнона, вряд ли он оправится так быстро.

Поднявшись с кресла, я направилась в кабинет и, опустившись за стол, тут же приняла составлять список всего, что требовалось сделать для подготовки к празднику, боясь упустить что-нибудь важное. Через приоткрытую дверь я видела Галена, который какое-то время оставался на месте, наблюдая за мной, но чуть погодя поднялся и вновь надев сюртук, вышел из гостиной, чтобы приступить к своим обязанностям.

Следуя списку, я спустилась вниз и раздала прислуге все необходимые распоряжения, после чего опять вернулась в кабинет и принялась размышлять над приглашениями и списком гостей. Следовало не забыть никого и первым делом отправить письма тем, кто находился вдали от дворца, дав им время на дорогу. Ни разу не занимавшись этим самостоятельно, я поняла, насколько организация приема непростое дело.

После ужина я попросту бросила все дела и вышла в сад, чтобы очистить голову и чуть позже вернуться с новыми силами. Фрейлин на прогулку я не позвала, пожелав провести это время в одиночестве. Не раздумывая, я просто шла вперед, двигаясь по привычному маршруту и опомнилась лишь когда позади меня послышались тихие шаги. Поскольку гвардейцев я отпустила чтобы побыть в одиночестве, шаги никак не могли принадлежать кому-то из стражников. Мгновенно замерев на месте, я обернулась и вздохнула с облегчением. За моей спиной оказался лорд Берт.

– Вы меня напугали, – призналась я, прижимая руку к груди.

Оглядевшись вокруг, я убедилась, что на аллее больше никого нет.

– Разве вы меня не ждали? – советник поравнялся со мной и сделал приглашающий жест, предлагая продолжить прогулку.

Поборов легкое сомнение я двинулась вперед вместе с ним.

– Почему я должна вас ждать?

Хоть мы и были одни, разговор все еще оставался официальным.

– Несколько кругов вокруг фонтана. Разве это не было знаком?

– Правда? – я удивилась, силясь вспомнить как дошла до фонтана и сколько раз обогнула его по кругу. Это действие уже давно стало привычным в моменты, когда мне требовалось собраться с силами. Круги я перестала считать еще несколько месяцев назад.

– Значит, это не было знаком, – заключил мужчина.

– Кажется, это вошло у меня в привычку, – виновато заметила я, – постараюсь больше не повторять эту ошибку.

Советник, однако, не злился. Я увидела широкую улыбку, в то время как в его глазах заплясало неподдельное веселье, подтверждая, что эмоции были искренними.

– Значит, все это время вы думали обо мне, ваше величество, и не переставали искать встречи, даже зная, что я за много миль от дворца?

– Я не знала, что вы вдали от дворца, – с каждой секундой я смущалась все сильнее, – а считала, что вы мертвы. Именно так сказал гвардеец, а другой информации мы так и не получили.

– Это смущение? Я боялся, что даже мне уже не под силу растопить ваше сердце.

Это было не просто смущение, я горела, выдавая себя с головой. Единственным выходом было сбежать как можно быстрее. Развернувшись, я намеревалась именно так и поступить, но почувствовала, как меня схватили за руку, не позволив совершить задуманное.

– Не убегай. У нас совсем нет возможности поговорить, так почему бы не воспользоваться этой случайностью. Я обещаю больше не переходить границ.

Сказав это, он отпустил мою руку, возвращая свободу выбора. Желание не оборачиваться и как можно быстрее вернуться в покои все еще было сильным, но остаться я тоже хотела. Прохладный ветерок обдувал мое лицо, и я почувствовала, как жар отступает. У меня все еще имелось множество вопросов к Берту, которые накапливались с каждым днем, и совсем не было возможности их задать. Обернувшись, я вновь двинулась вперед по аллее. Мужчина молчал, поэтому я первой возродила разговор.

– Почему вы так уверены, что Лилиан невеста Айнона? Откуда эта информация?

– Лилиан наследница с прекрасным приданным. Земли у них небольшие, но очень плодородные. Каждый год они получают достаточно урожая, чтобы оставаться независимыми от соседей, к тому же, в Тумире имеются железные рудники, что позволяет обеспечивать себя железом и торговать им. Тот, кто получит Лилиан, получит и доступ ко всем этим богатствам. Идеальный вариант для Айнона, которому необходимо и то, и другое, чтобы завоевать и подчинить себе практически весь материк.

– Но это не доказывает, что Лилиан его невеста.

– Нет, но у меня было множество бесед с Айноном, и он не раз намекал, что вскоре получит все, что ему необходимо. Он проговаривался по мелочам, но со временем мне удалось сложить общую картину. Я более чем уверен, что он посватался к Лилиан, а его настрой позволяет заключить, что его руку и сердце приняли. Это-то как раз меня и удивило. Больше года назад я сам предлагал Тариусу аш Наару династический брак, но он решительно отказался, заявив, что его дочь достойна лучшего, чем… пьяница и повеса.

– Повеса… Гален?

Значит, я оказалась отнюдь не первой в списке невест.

– Возможно, он согласился бы выдать ее за Сергуна, но это уже было невозможно. Айнона и вовсе трудно посчитать хорошим мужем, слухи о его жестокости и том, что он бьет слуг, давно не новость. Видимо, Тариус аш Наар посчитал, что лучше попридержать отказ. Айнон достаточно безрассуден, чтобы попытаться завоевать невесту, а вводить свое королевство в состояние войны Тариус не хотел, поэтому отсрочил брак и подыскал дочери другого мужа.

– Стоит предупредить Томаса.

Возможно, мое предупреждение ускорит брак и поможет ему избежать опасности.

– Не стоит. Письмо могут перехватить люди Айнона, а это точно не пойдет Томасу на пользу. Я уверен, что Тариус аш Наар не обманывает его, он бы никогда не выдал свою дочь за Айнона. Возможно, ваш брат обо всем знает.

Это было более чем логично, как и то, что Томас даже от меня скрывал помолвку. Как только этот брак состоится, Айнон будет окружен со всех сторон и совместными усилиями мы сможем его победить. Оставалось лишь сдержать наступление еще какое-то время.

– После заключения брака они встанут на нашу сторону? Под таким натиском Айнон не устоит. Мы можем заставить его отказаться от своих планов.

– Думаю, что так и будет. Я сам проведу переговоры. Томас уже на нашей стороне, поэтому убедить Тариуса будет несложно. Он сделает все для благополучия своей дочери, поэтому будет заинтересован в том, чтобы прекратить войну, в которой так или иначе завязан его зять.

Мне стала интересно, что из себя представляет Лилиан. Если Берт выбрал ее для Галена, значит ли это, что девушка тихая и застенчивая или в этот раз его выбор был обусловлен чистой выгодой? Понравилась ли она ему так же, как и я? Что бы произошло, согласись Тариус отдать дочь за Галена? Моя жизнь была бы совершено иной.

Однако, после того что рассказал Берт, я почувствовала себя намного лучше. Это уже не одна победа, а целая стратегия, которая позволит одержать верх при помощи союзников. Впереди я видела будущее, не омраченное беспокойством за безопасность сына.

– Мне пора возвращаться, иначе вскоре меня начнут искать, – я оглянулась в сторону дворца. В опускающихся сумерках постепенно начинали светиться окна, это слуги зажигали свечи.

Без слов Берт сделал шаг в сторону и мимолетно склонив голову развернулся и быстрым шагом направился вперед по аллее, чтобы вернуться к своим делам. Развернувшись, я пошла в обратную сторону, увеличивая расстояние между нами. Меня ждали не оконченные дела.

Подготовка праздника заняла все свободное время. Какое-то время моей единственной проблемой было украшение зала, цветы и закуски на столах. Облачившись в новое платье, я все еще волновалась, что что-то пойдет не так, но с первых же минут прием пошел по плану. Гален был доволен и на этот раз его улыбка была искренней, а с количеством выпитого становилась все шире. Каждую бутылку проверяли еще тщательней чем раньше, а напитки мне и Галену подавали после двойной проверки. Чтобы показать остальным, что произошедшего на коронации больше не повторится, мы вынуждены были выпить первыми. Гости последовали нашему примеру. Вино немного кружило голову, и моя улыбка тоже перестала быть напряженной. После второго танца я взяла Галена под руку и потянула к приготовленным для нас местами.

– Давай передохнем, с непривычки у меня начинает кружиться голова, – прошептала я, подавшись к нему.

Согласна кивнув, Гален проводил меня к обитому бархатом креслу. Опустившись в него, я раскрыла веер, пытаясь согнать с щек краску.

– Жаль, что Селия не приехала, – посетовал Гален, опускаясь в кресло рядом, – она уже давно не развлекалась.

– Мне кажется, балы утратили для нее былое очарование. Сейчас она предпочитает развлекаться иным образом.

Судя по последнему письму, Селия выбрала для себя несколько девушек и намеревалась привести их ко двору. Я не препятствовала этому, ведь именно она рекомендовала моих фрейлин. Конечно, от Элоизы мне пришлось избавиться, выдав ее замуж, но в двух других случаях интуиция ее не подвела. Мария и Анна оказались хорошими подругами.

– Я думал, слухи преувеличены, но только посмотри, лорд Берт не оставляет твою фрейлину в покое.

Все мысли отошли на второй план, и я тут же нашла взглядом советника. Он стоял рядом с Марией, которая непринужденно держала мужчину под руку. Оба они беседовали с гостями, явно не собираясь отпускать друг друга.

– Какие именно слухи ты имеешь ввиду? – переспросила я, стараясь выглядеть не слишком заинтересованной в ответе.

– О том, что он увлечен ею. Разве не из-за этого вы ехали вместе почти всю дорогу до Богемии? Поначалу я ревновал, решив, что это из-за тебя, но теперь своими глазами убедился в обратном. Похоже, можно ожидать скорой свадьбы.

Ответить что-либо на это было выше моих сил. Теперь я украдкой наблюдала за Марией и Бертом, убеждаясь в правоте Галена. Вернувшись ко двору, мужчина решил разыграть ту же карту и продолжил ухаживать за моей фрейлиной. Воспринимает ли она эти ухаживания всерьез мне было неясно. Ни разу мы не затрагивали этой темы. Неужели он действительно решил пойти до конца и сделать девушке предложение? Эта мысль злила. Мне приходилось делить Галена, но мысль о том, что придется наблюдать за тем как Берт будет строить на моих глазах семейную жизнь была еще более невыносимой. Злость отличалось от той, что я испытывала раньше. Неужели это ревность? Я отвела взгляд, побоявшись, что эмоции выдадут меня.

– Ваше величество, – рядом появился один из слуг, – прикажете пригласить фокусника?

– Пригласите, – согласилась я. Хотя бы мне не придется наблюдать за тем, как Берт и Мария танцуют очередной танец, вызывая все больше пересудов среди придворных.

Совсем скоро толпа расступилась, очищая пространство. Люди встали в круг, с любопытством наблюдая за экстравагантно одетым мужчиной. Чтобы удивить гостей, я пригласила фокусника. Как только он вытащил из своей шляпы кролика, все тут же восторженно ахнули и подались вперед. Продвигаясь вдоль толпы, он показывал фокусы, то извлекая у кого-то из-за уха монету, то карту. Гален был в восторге и подозвал его ближе. Ему не терпелось разгадать фокус, меня же сейчас мало волновали развлечения. Достав платок, фокусник взмахнул им и продел через пальцы. Передо мной внезапно появилась алая роза. Я улыбнулась, вспомнив, что мрачное лицо королевы на собственном празднике вряд ли можно назвать приемлемым и протянула руку, собираясь забрать цветок. Едва я коснулась бутона, как фокусник дернул на себя стебель. Роза исчезла, и я застыла, взирая на алую ленту, оставшуюся в моих пальцах. Рука дрогнула и шелк упал на белоснежный пол.

– Потрясающе! – крикнул Гален, захлопав. – Никогда еще не видел королеву настолько удивленной!

Если бы он знал, что это отнюдь не удивление. Невольно я первым делом бросила взгляд в сторону Берта, но тут же отвела глаза. Что если Мария догадается? Или Анна? Что если поймет Гален?

Я улыбнулась фокуснику и похлопала вместе с остальными. Лента осталась лежать у моих ног, пока фокусник продолжал развлекать гостей, и ее присутствие было для меня подобно змее, которая в любое мгновение может ужалить.

Дождавшись окончания представления, я поднялась с места.

– Хочешь потанцевать? – тут же спросил у меня Гален.

– Нет, хотела просто размять ноги, – ответила я, чувствуя, как подгибаются колени.

Прежде чем Гален сказал что-либо еще, я смешалась с толпой, направляясь к фуршетному столу. Любые закуски могли подать нам на подносе, но мне необходимо было время, чтобы прийти в себя, и лучше всего подальше от Галена.

Что если это была не просто случайность? Фрейя уже однажды спросила меня о ленте, и я солгала что сожгла ее в камине. Вряд ли она могла поделиться этим с Галеном, но стража, присутствовавшая при допросе, тоже должна была слышать слова Риверса. Передали ли их Галену? Был ли этот фокус знаком? Может во дворце вновь появились предатели?

Проигнорировав закуски, я взяла вино.

– Ваше величество, могу я пригласить вас на танец?

Обернувшись, я увидела перед собой Берта. Ответить отказом было проще всего. Мне нельзя было с ним танцевать. Однако, за его спиной я заметила Марию, с которой танцевал Гален, и приняла руку советника.

Наверняка Гален пригласил девушку, движимый любопытством. Ему хотелось понять, что в ней так привлекло Берта. Сейчас это было даже кстати.

– Что вас так встревожило? – тихо спросил он, обнимая меня за талию.

Как же давно мы не танцевали. Прикосновения ладоней были одновременно удовольствием и сладостной мукой.

– Фокус, – ответила я, пытаясь быть осторожной, – эта красная лента появилась так внезапно.

Большего говорить не пришлось. По его взгляду было заметно: он понял, о чем речь.

– Это всего лишь фокус. – Сказал Берт уверенно.

– У графа было множество гостей. Что если кто-то из них вспомнит и даже вскользь обронит в разговоре. Достаточно лишь подозрения…

Почувствовав, как его пальцы предупреждающе сжимают мою руку, я замолчала.

– Просто дыши, – велел мне мужчина, делая паузы в разговоре, когда мы оказывались слишком близко к другим парам, – и не думай об этом. Это просто случайность, не более, и пока ты не придаешь этому значения, никто ничего не заметит.

Сказать проще чем сделать, однако, если Берт был в этом уверен, то мне и подавно не о чем беспокоиться. Он редко ошибался.

Краем глаза я заметила Галена и Марию, с которыми нас разделяло несколько метров.

– Наверное, все в этом зале заметили, какое внимание вы уделяете моей фрейлине, – не удержалась я.

– Я и не думал скрывать своего интереса.

Страх сменило другое, не менее неприятное чувство.

– И что же. Вы действительно собираетесь обручиться с ней? – прямо спросила я.

– Это было бы идеальным вариантом, – признал советник, заставив мое сердце биться чаще от ревности. Захотелось тут же оттолкнуть его и уйти, но я не могла.

Перемена моего настроения не укрылась от Берта. Подавшись ближе, он шепнул:

– Если ты против, я этого не сделаю.

Конечно я была против, вопреки всем возможностям, который дал бы мне и ему этот брак.

Подавшись иррациональному порыву, я сделала слишком широкий шаг, наступив на ногу мужчины. Оказавшись вблизи, я воспользовалась моментом:

– Даже не смей заигрывать с моими фрейлинами.

Тут же отшатнувшись, я рассыпалась в извинениях.

– Не страшно, ваше величество, – заверил меня Берт, завершая танец, – моя гордость переживет отдавленную ногу.

Его улыбка интригана подтверждала эти слова. Бросив на него последний холодный взгляд, я вернулась к Галену, совершенно позабыв о ленте, которая беспокоила меня недавно. Если целью лорда Берта было успокоить меня, то он вряд ли преуспел, сейчас я была взволнована еще сильнее, чем раньше.

Неужели в то время, как меня снедало это отвратительное чувство, он ничего не испытывал? Его не волновала моя близость с Галеном? То, что у нас родился ребенок? То, как он теперь на меня смотрел? Что черт возьми чувствует этот мужчина!

– Я хочу танцевать, – заявила я, вновь найдя своего супруга.

– Наконец-то, – воскликнул он, возвращаясь вместе со мной к центру зала.

Возможно, я прижалась к нему слишком близко, но разве можно винить ревнующую женщину в том, что она хотела вызвать в ответ те же чувства. До конца вечера я поддерживала видимость веселья, не отходя от Галена ни на шаг. После нескольких бокалов вина притворяться было уже не так сложно.

Едва я переступила порог нашей спальни, как почувствовала дикую усталость.

– Можно сказать, что прием удался, – заключил Гален, начиная раздеваться.

– Да, – согласилась я устало, первым делом принимаясь вытаскивать шпильки из прически, чтобы избавиться от неприятного ощущения. Как только волосы рассыпались по плечам, голове стало намного легче, но боль не прошла.

Не оборачиваясь, я почувствовала, как Гален приблизился. Его руки обвили мою талию, прижимая к себе, а губы коснулись обнаженного плеча.

– Я устала, – поведя плечом, я попыталась отстраниться, но его руки сжались крепче, но отпуская меня из своего захвата.

– Знаю, я тоже, – тихо ответил он мне, обдавая запахом вина.

Похоже, ослепленная своей ревностью, я перестаралась, позабыв что Гален может воспринять мое поведение как приглашение.

– Я правда устала, – настойчивее повторила я и все же вырвалась из его объятий, отходя к трюмо и снимая с себя украшения.

– Что не так? Я же стараюсь учитывать твои желания и уже полгода веду себя тактично, но мне надоело, что ты постоянно холодна. Это вообще когда-нибудь закончится?

Почувствовав опасные нотки в его голосе, я обернулась. Похоже, Гален выпил лишнего. Поджатые губы и недовольный взгляд тоже не предвещали ничего хорошего.

– Возможно, мне стоит лечь сегодня в гостевой. Как я уже сказала, мне нехорошо, – в попытке уклониться от разговора я направилась к выходу, но не достигла двери, когда он вновь оказался рядом, сжав мою руку. Из-за гнева, Гален не контролировал свою силу, на коже скорее всего останутся небольшие синяки.

– Ты делаешь мне больно, – сохранять спокойный тон становилось сложнее, – отпусти.

– Скажи мне вот что, – Гален прищурился, все еще не отпуская мою руку, – почему после вашего танца Берт больше не подошел к Марии.

– А мне откуда знать? – вырвав свою руку из его цепких пальцев, я потерла больное место.

– Ты была против его возвращения, отказавшись от обмена, но стоило ему появиться при дворе, как соглашаешься со всем, что он скажет.

Разговор принимал опасный оборот.

– Глупости. Я соглашаюсь не больше твоего. Мы оба прекрасно понимаем, что у Берта гораздо больше опыта в политических интригах, вот и все.

– Ты была против бала и наверняка не уступила бы мне, как это происходит всегда, когда тебе что-то не нравится, но стоило мне сказать, что это предложил лорд Берт, как ты тут же согласилась. Ты смотришь на него иначе, слушаешь внимательней чем других, и несколько дней назад я видел вас прогуливающимися в саду.

– Я встретила его во время прогулки. Что в этом такого необычного?

Судя по всему, Гален меня уже не слушал, сделав собственные выводы. Я не могла переубедить его, когда он заблуждался, теперь же все не просто выглядело скверно, но таковым и являлось.

Неожиданно он вытащил из кармана красную ленту и бросил ее в мою сторону. Отлетев недалеко он упала на пол. Я молчала, пытаясь придумать достойное объяснение. Что-то, что поможет его успокоить и заставил позабыть собственные подозрения.

– Я слышал об этой чертовой игре, но не придал этому значения. Поверил тебе, когда Ивет говорила, что ты мне изменила. Но объясни мне, почему ты побледнела и сбежала после этого фокуса? Если все это была ложь заговорщиков, почему ты родила раньше срока? Действительно ли это мой ребенок и моя корона или вы попросту дергаете меня за ниточки?

– Не перекладывай это на меня! Это ты его спас! Ты вернул его ко двору! – смело шагнув вперед выпалила я. Чем больше я продолжала отрицать, тем сильнее он загонял меня в угол. В этот раз Гален действительно руководствовался не слепой ревностью. Он заметил то, чего не должен был.

– Я вернул его для того, чтобы защитить нас и спасти королевство. Я вернул его чтобы защитить тебя, а ты… Ты все-таки лгала мне. Что между вами было?

– Ничего, – сжимая зубы процедила я.

Но Гален не сдавался, теперь он наступал на меня, оттесняя к стене. Я чувствовала запах алкоголя и ощущала его злость и ревность практически физически.

– Что между вами было? – упрямо повторял он, продолжая на меня давить.

– Ничего, – повторила я не менее упрямо.

Мы достигли стены, и я поняла, что отступать больше некуда. От резкого движения я вздрогнула, зажмурившись, но его кулак ударился о стену, не задев меня.

– Не ври мне.

Из детской, находившейся в комнате от нас, послышался крик. Галена это не отрезвило. Схватив меня за подбородок, он заставил взглянуть себе в глаза, пугая еще сильнее. Я видела безумие, вызванное ревностью, и желание. Подавшись вперед, он грубо поцеловал меня, заставляя вспомнить о самой первой ночи. Ни за что! С силой укусив его за язык, который проник ко мне в рот, я уперлась руками в грудь супруга и, собрав все свои силы, оттолкнула.

Он отшатнулся, чуть не упав из-за плохой координации после выпитого. Глаза защипало от подступающих слез. Не этого я хотела для нас, не для этого старалась отключить собственные чувства.

– Сколько бы ты не извинялся, сколько бы не притворялся, ты мне омерзителен! Я не твоя собственность и ты не можешь получить меня в любой момент, когда захочешь. Такие отношения у вас были с Ивет? Она флиртовала с мужчинами направо и налево, а ты напоминал ей, что она принадлежит тебе?

Напоминание о любовнице было ударом по больному, все равно что взять палку и ткнуть раненого зверя, но мне уже было сложно сдержаться.

– А он значит не омерзителен? Напомнить, кто подстроил нашу брачную ночь?

– Он может и заставил тебя ревновать, но никто не заставлял тебя обходиться со мной грубо. Как и сейчас. Можешь сколько угодно перекладывать вину на чужие плечи, но это сделал со мной именно ты.

Наконец-то я признала, что не простила его, сколько бы не старалась оставить это в пошлом. Воспоминания невозможно было сгладить или вычеркнуть, и тот страх, который гнал меня прочь и заставил найти себе верного гвардейца, все еще жил внутри. Стоило Галену применить ко мне силу, как он поднял свою голову, напоминая о неприятном опыте. Может он и способен на нежность, когда чувствует вину, но стоит ему испытать ревность, как внутри него просыпался монстр.

– Можешь найти себе новую любовницу, – я перестала кричать, – даже не одну или две, я переживу, но меня ты больше не коснешься. Ты получил наследника, это все, что от меня требовалось.

– Ты королева, у тебя есть обязанности, – руки Галена дрожали, а на той, что ударилась о стену, виднелась кровь.

– Но не обязанность любить тебя. Я переночую в своих старых покоях.

Но он вновь не дал мне покинуть комнату, в который раз схватив за руку.

– Нет. Ты останешься здесь. Мы еще не все прояснили.

Помня о том, что Вистан должен быть неподалеку, я набрала как можно больше воздуха и закричала.

– Стража!!

Дверь распахнулась быстро. В покои ворвались трое стражников, тут же застыв, когда увидели перед собой развернувшуюся картину.

Растерявшись, Гален ослабил хватку, и я вновь вырвала свою руку.

– Так даже лучше, – заключил он, посмотрев на гвардейцев. – Проследите, чтобы королева не покидала покоев. Останешься здесь, пока я разбираюсь с Бертом.

Угроза не возымела на меня нужного действия. Я прекрасно понимала, что Берт ни за что не признает нашу связь и сумеет заморочить Галену голову, если тот попросту не прикажет схватить его за предательство. Ослепленный своей ревностью он даже позабыл что советник нужен ему для победы.

И я решилась на то, о чем впоследствии боялась пожалеть.

– Проследите, чтобы король не покидал покоев. Ему нездоровится.

– Серьезно? – Гален усмехнулся. – Думаешь они тебя послушаются? Я король.

Был лишь один способ узнать. С бешено стучащим сердцем я прошла мимо стражников и покинула спальню. Вслед мне понеслись возмущенные крики, когда гвардейцы не позволили Галену последовать за мной. За время нашего совместного правления их мнение обо мне поменялось и теперь я впервые воспользовалась приобретенной властью, которая была зыбкой как песок. Вряд ли все стражники встанут на мою сторону вздумай Гален арестовать меня за измену, и сейчас он был слишком близок к этому. Но даже если не сегодня, что если это произойдет через день, неделю, месяц? Что тогда будет с моим ребенком, если он убедится в том, что я изменила ему.

Был лишь один человек, способный защитить и меня и ребенка от этих последствий.

Ударив несколько раз в дверь, я толкнула ее, убедившись, что комната не заперта. Берт удивился, увидев меня на пороге.

– Неожиданный визит, ваше величество, вам что-то нужно?

Он бросил обеспокоенный взгляд в сторону двери, ведь в это время меня могли заметить не только слуги, но и стража. Едва оказавшись в комнате, я почувствовала, как решимость оставляет меня и слезы, которые успели высохнуть, вновь полились из глаз.

– Что случилось? – Берт тут же оказался рядом, хватая меня за руки. Не позволяя расклеиться, он встряхнула меня, пытаясь привести в чувства.

Превозмогая себя, я рассказала о том, что произошло недавно в комнате, понимая, стража не будет удерживать Галена вечно. Когда я закончила, он обнял меня, прижав к себе, но мыслями находясь далеко отсюда. Берт искал способ решения проблемы. Слезы начали утихать, и я смогла взять себя в руки, отстранившись. Наши глаза встретились.

– Есть лишь одно решение, – заключил он. – У тебя есть наследник…

– Нет! – резко оборвала я его, вытирая лицо. – Нет.

– Либо ты, либо он. Другого решения нет, Алис. Он не пощадил Ивет, а значит, у него нет причин пощадить тебя. Он принимает решения слишком импульсивно.

– Но это не значит, что я желаю убить его, чтобы занять трон. Мне этот трон вообще никогда не был нужен! Придумай что-то другое. Что-то, что не будет ставить под удар Джеймса.

– Чей это ребенок? – неожиданно спросил Берт, пристально посмотрев на меня. – Он не от Галена?

Можно было солгать, но в конечном счете я решила признать правду.

– Я не знаю. Он может быть твоим, а может быть его. Для меня это не имеет значения, но если хоть кто-то узнает…

Его лицо дернулось, и он отошел от меня, потерев рукой подбородок.

– Если мы лишим королевство Галена, это пошатнет спокойствие. Ты не можешь стать регентом, потому что армия или совет не захотят слушаться женщину, а я не могу им стать потому что это может породить слухи и стать опасным для тебя и ребенка.

Все его слова вели к тому, что выхода из сложившейся ситуации попросту нет. С отчаянием застонав я опустилась в кресло и закрыла лицо руками.

– Боже, что я натворила.

Если бы не одна единственная ночь, этого бы не случилось.

– Тебе не в чем себя винить, – одернул меня Берт, – это было моей ошибкой, но даже если бы той ночи не было, Гален все равно мог усомниться в тебе. Он уже поступал так раньше и без повода. Так говоришь, стража послушалась тебя, а не его?

Отняв ладони от лица, я вновь взглянула на него.

– Да. Но я не уверена, надолго ли. Я не смогу подчинить себе всю стражу.

– Всю и не требуется, – лицо советника изменилось. Он знал, что требуется сделать.

– Твоя задача, убедить всех, что ты достойная королева. Частично эта работа уже выполнена, нужно лишь закрепить успех.

– Но что делать с Галеном? Надеяться, что он проснется утром и ничего не вспомнит?

– Конечно же нет. Разве можно доверить свою судьбу случаю, когда можно все взять в свои руки.

Поймав мой взгляд, он добавил:

– Он будет жив и невредим. Я обещаю. Но и королем он больше не будет. По крайней мере не тем, который достоин занимать трон.

– Что это значит?

– Все что требуется, переждать эту ночь. Как только слуги уснут, Гален покинет дворец. Мы отправим его куда-нибудь подальше, – посмотрев на меня, он добавил, – в безопасное место. Утром мы отменим собрание из-за похмелья короля и перенесем его… дня на два. Когда придет время ты сама проведешь собрание совета, которое запланировано на завтра и объявишь, что король трусливо сбежал, не выдержав ответственности, которая лежала на его плечах.

Берт излагал свой план, меряя шагами комнату.

– Какой глупец поверит в это?

– У нас будут свидетели, об этом я позабочусь. Даже если он захочет вернуться и предъявить права на трон, это станет невозможным. Никто не захочет иметь короля труса.

– Но сразу после победы, устроив бал… У него нет причин убегать.

– Просто доверься мне, – остановившись, Арен шагнул ко мне. – Алис, ты понимаешь, к чему это приведет?

– Мы вновь окажемся в ситуации, когда нам понадобится регент?

Тупик. От этого нам никуда нельзя было убежать.

– Нет. Ты станешь королевой. Гален не мертв, а сбежал. Наша задача будет удержать власть в твоих руках, поскольку ты станешь править за обоих. Ты согласна взвалить на себя эту ношу?

В этот раз с ответом я не торопилась. Были ли у нас другие варианты. Единственное, что приходило мне в голову, это сбежать, но разве был шанс скрыться с ребенком на руках, который еще и является возможным наследником? Гален ни за что не успокоится, пока не найдет нас. Занять трон самой в свою очередь было наиболее разумным решением, чем передавать его младенцу. Позже, встав на ноги, я могла бы сделать наследницей Изольду, тем самым искупив то, что совершила.

– Как вывезти его из дворца, не привлекая внимание?

– У твоей замечательной травницы наверняка найдется что-нибудь, способное усыпить короля или сделать его послушным. Так ты согласна?

– Да. Делай все, что требуется.

Время утекало сквозь пальцы, а нам нельзя было терять ни минуты, поэтому Берт покинул комнату, чтобы сделать то, от чего я сама защитила Галена не так давно. Совершить переворот.

Глава шестнадцатая

Сидя в кресле, я наблюдала в окно как занимается рассвет. В моих покоях было оглушающе тихо. Джеймс спал, а о том, что произошло, напоминала лишь одежда Галена, что валялась рядом с постелью. Прежде чем покинуть дворец, ему пришлось переодеться в крестьянскую рубаху и штаны. Благодаря Таше и ее отвару, увести его из дворца получилось тихо и практически на руках. Смотря сейчас на эту одежду, я чувствовала себя отвратительно, чувствуя, как тошнота подступает к горлу. Остатки вина выветрились еще несколько часов назад. Пути назад больше не было.

Тяжелее всего было вспоминать взгляд Галена, которым он меня наградил, когда я вернулась в спальню. Мне пришлось выслушать много гадостей и довольно долго я держала себя в руках, потому что понимала: моя вина здесь действительно есть.

Я по-прежнему делала все, что было необходимо для собственного выживания, но чем дальше, тем тяжелее были эти методы. Чувствуя себя отвратительно я в то же время понимала, что не поступила бы иначе. Это был тяжелый выбор, но это был мой выбор. Я выбирала себя, свое счастье и безопасность для сына.

Напоследок, перед тем как Гален покинул комнату, я все же сказала ему, что Джеймс его ребенок, но увидела лишь недоверие в глазах и поняла, что поступила правильно. Я бы сама себе не поверила после такого, но в этом действительно была полуправда. Он мог быть его ребенком даже больше, чем ребенком Берта.

– Ты так и не ложилась?

Выпрямившись в кресле, я оглянулась и увидела Берта. Откинувшись обратно на спинку, я продолжила смотреть в окно.

– Сна ни в одном глазу, – ответила я, умолчав о том, что мне о многом нужно было подумать.

– Собрание совета назначено на десять утра, тебе нужно будет спуститься вниз и сказать, что король неважно себя чувствует из-за похмелья.

– Что если лекарь захочет его проведать?

– Это всего лишь похмелье, просто отправь слугу за отваром и все. Достаточно сохранить иллюзию его присутствия хотя бы два дня.

– А что будет через эти два дня?

– Я позабочусь о легенде, – спокойно пояснил Берт, опираясь на спинку кресла, в котором я сидела.

Ощущая за спиной присутствие другого человека, я чувствовала себя неуютно и встала на ноги, развернувшись к нему лицом. Берт выглядел слишком спокойным для того, кто совершил переворот. Был ли его план спонтанным?

Уже не раз я задавала волнующий меня вопрос, но так и не получила внятного ответа.

– Зачем ты это делаешь? – обогнув кресло я встала перед ним, так же положив руку на спинку кресла. – Хочешь получить трон? Власть? Я заслужила честный ответ.

– Ни то, ни другое. Мне просто это нравится.

– Нравится? – недоверчиво переспросила я. – Что?

– Игра, – едва слышно ответил он и шагнул ко мне, – риск, поиск решения. Это как партия в шахматы, живые, непредсказуемые шахматы.

В памяти всплыл наш старый разговор.

«Так кто же вы, Алис? Принцесса или служанка? Ладья или пешка?»

В том, какой фигурой был в этой игре Берт я не сомневалась, но какую роль он отводил мне?

– Так кто же я? – спросила я, глядя прямо ему в глаза. – Ладья или пешка?

Он склонил голову на бок и уголки его глаз дернулись.

– Ни то, ни другое, – уклончиво ответил он, – ты незаменимая фигура.

Однако, я прекрасно понимала, что это не так. Сделав глубокий вдох, я набралась смелости.

– В таком случае, не вздумай променять меня на новую пешку, чтобы сделать ее ферзем. Это мои правила игры.

Потребовалось усилие, чтобы голос не дрогнул. Лицо советника стало предельно серьезным.

– Я не играю с тем, что мне дорого.

– Проблема в том, что я понятия не имею, что представляет для тебя ценность, – сухо заключила я.

– Ты, я и ребенок, которого я воспитаю, не задумываясь о том, от кого он. Это мне дорого, все остальное не имеет значения.

Довольно трудно было не растаять от подобных слов, но смотря в его темные глаза, что затягивали словно омут, я понимала, что недостаточно просто верить и надеяться, что это никогда не изменится. Мне нужно быть фигурой, достойной этой игры, и контролировать свои слабости.

Его рука коснулась моей щеки, ласково поглаживая и уговаривая довериться ему – кукловоду всей моей жизни.

Делая шаг в бездну, я потянулась к нему. Рука переместилась с щеки на затылок, зарываясь в волосы и наши губы встретились. Никогда я не чувствовала того, что дарил мне он. Ради этого стоило рискнуть.

Прежде чем направиться к совету, я привела себя в порядок, убрав растрепанные волосы в аккуратную прическу. Утренний разговор с Бертом придал мне решимости. Я вошла в помещение быстрым шагом, остановившись у стола и дождалась, пока все советники встанут на ноги.

– Собрание переносится, королю нездоровится после праздника, поэтому мы проведем его через два дня.

Советники переглянулись.

– Но, ваше величество, – откликнулся лорд Руланд, – нам нужно разработать стратегию …

– Так воспользуйтесь этим временем с умом, или вы ждете что король сделает это за вас? Я уже давно советую ему пересмотреть состав совета.

Посчитав свою работу сделанной, я покинула зал и направилась обратно в покои. Год назад я и представить не могла, что смогу лгать так открыто. Больше всего пугала реакция армии. Возможно, стража мне и подчинится, но как заставить слушаться меня тысячи мужчин, которые не захотят воевать ради королевы? Берт обещал решить эту проблему, но разве ему под силу повлиять на умы стольких людей, да еще и находящихся за много миль. А что сделает Айнон, когда узнает? Наверное, посчитает, что сможет с легкостью раздавить меня. Как ни странно, эта мысль ни пугала, а предавала решимости двигаться вперед не оглядываясь.

Два дня я не решалась покидать свои покои, делая то, что мне было велено – ждала. От Берта не было ни весточки и, хотя я понимала, что он поглощен поиском решения, все равно сходила с ума. День, которого я так боялась, с самым рассветом преподнес мне неприятный сюрприз.

Громкие удары в дверь разбудили меня после того, как я сумела задремать на рассвете. Накинув халат, я открыла дверь и увидела на пороге Вистана. Отступив в сторону, я впустила его в спальню.

– Что случилось? – мое внимание сразу привлекла записка в его руках.

– Это пришло королю. – Сказал он, притягивая мне первое письмо.

Разорвав печать, я увидела беглый почерк.

«Ночью совершено нападение на деревню Корчи. Лазутчики сожгли дома и воткнули знамя Богемии на главной площади»

– Не может быть, – испуганно прошептала я. Это было совсем недалеко от дворца. Неужели мы вновь недооценили Айнона?

– Как давно это пришло? – спросила я у Вистана, лихорадочно думая о действиях, которые мне потребуется предпринять.

– Пять часов назад.

– Так давно? – ужаснулась я. – И почему ты не разбудил меня раньше?

– Лорд Берт велел дать вам выспаться и передать это, – Вистан протянул мне еще одно письмо.

«Волноваться не о чем, всего лишь маскарад. Созови совет, как и планировала и делай то, что должна»

Маскарад… это была не армия Айнона, а наемники, исполнившие спектакль. Довольно жестокий спектакль, призванный напугать людей и даже… короля.

Скомкав письмо Берта, я тут же подошла к камину и уничтожила послание.

– Передай совету, что король хочет их видеть, – обратилась я к Вистану, – и… возвращайся сюда. Я хочу, чтобы сегодня ты меня сопровождал.

Коротко кивнув, гвардеец покинул комнату чтобы выполнить указание. Вызвав Дину, я принялась за утренний туалет, с особой тщательностью подбирая одежду и украшения. От того, как я буду выглядеть сегодня, зависело многое.

Берт был в зале для совещаний вместе с остальными и один лишь мимолетный взгляд на него придал мне уверенности. В сопровождении Рогира Йора я обогнула стол и заняла место, предназначавшееся королю. Внимание всех советников обратилось ко мне.

– Думаю, вы уже слышали последние известия, – я не решилась начать с самого главного.

– Его величеству все еще нездоровится? – задал волновавший всех вопрос граф Ваурз.

Я обвела советников взглядом, чувствуя, как пересохло у меня в горле.

– Его величество сбежал, – прямо заявила я, не найдя, как еще преподнести эту новость.

Мои слова не восприняли всерьез. В комнате повисла тишина, в то время как мужчины недоуменно переглядывались. Мой тон говорил о том, что это не шутка, однако сами слова звучали абсурдно.

– Что вы хотите этим сказать? – переспросил у меня граф, первым вернув себе дар речи.

– То, что сказала. Король сбежал от своих обязанностей.

– Это абсурд, – лорд Руланд покачал головой, словно прогоняя наваждение, – короли не сбегают.

Не поверив мои словам присутствующие посмотрели на Йорка, которому должно было быть известно местоположение короля лучше всех. В случае, если Галену требовалось покинуть дворец, именно командующий королевской гвардией извещался в первую очередь.

Утром я первым делом направилась к нему, запустив череду безуспешных поисков. Конечно, Галена он не нашел, зато узнал от конюха о том, что поздно ночью король покинул дворец вместе с двумя стражами, а в кабинете обнаружил письмо, извещавшее о нападении на деревню неподалеку. Подбросить его утром, притворившись что я ищу супруга, не составило труда. Предположение о похищении вскоре было отвергнуто и именно Йорк пришел к выводу, что король, вопреки здравому смыслу, попросту сбежал. Хоть эта мысль и не укладывалась у него в голове, он все же озвучил ее вслух, подтверждая мои слова.

Ненадолго за столом повисла тишина, а потом заговорили все и сразу. Перекрикивая друг друга, советники принялись доказывать, как стоит поступить в сложившейся ситуации. Кто-то еще надеялся, что Галена удастся вернуть, так как Йорк послал вдогонку несколько гвардейцев, но я знала, что даже если они будут мчаться во весь опор, короля им не догнать.

В сложившемся шуме на меня попросту перестали обращать внимание. Берт спокойно наблюдал за всеми присутствующими, не вмешиваясь в жаркий спор, но остановить это должна была именно я. Собрав все свои силы в хрупкий кулак я ударила по столу. Первыми вздрогнули те, кто сидел рядом со мной, недоуменно замолчав, а за ними и остальные. Рука после встречи со столом болела, но я не подавала виду.

– Вы на королевском совете или на городском базаре? – холодно поинтересовалась я.

– Ваше величество, – вылез вперед граф Ваурз, взяв на себя смелость, – необходимо исправить сложившуюся ситуацию и назначить регента… возможно временно.

Проще говоря, все они почуяли возможность взять власть в свои руки.

– Разве король мертв? – поинтересовалась я.

– Нет, но…. Мы же не можем быть в этом уверены.

– Однако, чтобы передать корону моему сыну и назначить регента, вам придется признать короля мертвым, разве не так? Или вы хотите назначить регента для сбежавшего короля?

Мужчины переглянулись, почувствовав в моем голоса угрожающие нотки.

– Какое-то время можно умолчать о том, что он пропал. Ваше величество, вы можете довериться нам, мы вас не подведем, – предпринял попытку подольститься лорд Руланд.

Казалось бы, всем им стоило проявить больше сообразительности и обратить внимание на то, что Берт остается в стороне, а ведь именно он был самым сильным игроком, способным забрать власть себе.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – я обвела всех взглядом. – Нам не нужен регент.

– Но кто же тогда будет управлять королевством? – удивился уже граф Ваурз.

Удивление на их лицах постепенно сменялось пониманием, но отнюдь не радостью.

– Мы потеряли короля… – вновь попытался начать лорд Руланд.

– Король сбежал, но не мертв, но у вас все еще есть королева. Придется с этим смириться. – Я обратилась к Йорку. – Отправьте людей в деревню, пусть они разведают обстановку, и усильте охрану дворца.

– Будет делано, ваше величество, – тут же ответил он.

Поднявшись с места Галена, я покинула зал. Это было лучшим решением, чтобы не позволить советникам и дальше оспаривать мои слова. Поддержка гвардии должна была дать им пищу для размышлений. Никто из них не рискнет высказаться против открыто, увидев, что стража на моей стороне. К тому же, больше половины из них являлись людьми, которые приехали вместе со мной из Эреста.

Вместо своих покоев я направилась в кабинет, который ранее занимал Гален. На столе лежали бумаги на подпись, скопившиеся за несколько дней. Будут ли они иметь силу, если я их попишу? Я просто сидела за столом и сверила взглядом дверь, пока она не открылась, пропуская внутрь Берта.

– Что они сказали? – тут же спросила я, очнувшись от раздумий.

– Как я и говорил, им это не нравится, но против гвардии они не пойдут. Закончить свою жизнь в тюрьме или на плахе за предательство короны не хочет никто.

– Значит… я королева?

– Нет, если продолжишь говорить это с тем же сомнением в голосе, – не удержался от шпильки Берт, заставив меня вспыхнуть.

– Вам стоит быть осторожнее в остротах, лорд Берт. Вдруг они мне не понравятся, – парировала я.

Он улыбнулся. Мой ответ пришелся ему по вкусу.

– Осталась последняя проблема, – он подошел к столу и начал перебирать бумаги, проверяя их содержимое, – Айнон. Тебя поддержит гвардия, но завоевать расположение армии, которая тебя не знает и воспринимает лишь как ни на что негодную женщину, уже сложнее.

Поймав мой взгляд, он пожал плечами, извиняясь.

– Это то, о чем подумают они. Я никогда не недооценивал женщин. К слову, возможно стоит включить графиню Марч в список советников, она умеет остужать мужское эго и отнюдь не из робкого десятка.

– Она слишком догадлива и без того подозревает между нами роман, – нехотя признала я.

– Ну и что? Прошло довольно много времени, и она не воспользовалась этой информацией, чтобы навредить тебе. Она давно жаждала доказать равноправие женщин и мужчин, и королева на престоле прекрасная возможность осуществить ее мечты.

Он оставил бумаги в покое и, опираясь на стол, наклонился, заглядывая мне в глаза.

– Ты можешь изменить престолонаследие и дать женщинам власть. Разве тебя не возбуждает эта мысль?

Заглянув в его глаза, я увидела искренний азарт. Если кто и был возбужден, так это он. Мой взгляд переместился на губы, оказавшиеся так близко.

– Выиграй для меня войну, и я дам тебе ответ, – подразнила я, удержавшись от того, чтобы податься навстречу.

Вместо ожидаемого разочарования я увидела в глазах советника хитрый блеск.

– Что ж, я могу потерпеть неделю.

– Неделю? – переспросила я удивленно. – Что случится через неделю?

– Надеюсь, что прекращение войны. Я сейчас же отправляюсь в путь для переговоров с Айноном. Его лагерь разбит в четырех днях отсюда.

– Но…

Эта идея мне абсолютно не нравилась. Она означала, что он вновь встретится с тем, кто в прошлый раз взял его в плен, и как знать, чем все закончится на этот раз. В то время пока Берт вновь будет рисковать своей жизнью, я останусь один на один с советниками, отнюдь не обрадованными тем, что я пытаюсь взять бразды правления в свои руки.

Вероятно, все это отразилось на моем лице.

– Рядом будет Вистан и Рогир Йорк, да и гвардия на твоей стороне.

– Я переживаю не только о себе, – недовольно заметила я. – Переговоры с Айноном пустая трата времени. Напомнить, чем они закончились в прошлый раз?

– Этого не повторится, – заверил меня Берт, отходя от стола, – я буду предельно осторожен, возьму с собой охрану, да и к тому же, теперь я гораздо лучше знаю Айнона.

Меня это отнюдь не успокоило. Поднявшись со стула, я отошла к окну, отвернувшись от Берта чтобы скрыть свои эмоции.

– Если не вернусь, разрешаю не вызволять меня из плена, – неожиданно то ли в шутку, то ли всерьез заявил он, заставив почувствовать себя неловко. Все же Берт узнал о том, что я была против сделки по обмену.

Я неопределенно повела плечами, не зная, что на это ответить.

– Мне нужно идти, – куда мягче произнес мужчина.

Я продолжала смотреть в окно, задержав свой взгляд на одной из статуй в саду.

– Иди. – Ответила я, пока хватало решимости.

Послышались шаги, но хлопка двери не последовало. Руки Арена коснулись меня, обнимая и притягивая к себе. Спина касалась его груди, чувствуя тепло. Теперь я еще меньше хотела, чтобы он уходил. Мы простояли так молча минут пять и его руки исчезли с моей талии.

– Все будет хорошо, я скоро вернусь. – Сказал он прежде чем покинуть кабинет.

Оставшись одна, я наконец-то отвернулась от окна и посмотрела на стол, заваленный бумагами. По крайней мере мне будет чем заняться, чтобы не сойти с ума от ожидания.

Неделя кажется довольно коротким сроком, но как только ты начинаешь с нетерпением ждать, когда пройдут эти семь дней, каждый из них начинает тянуться необычайно долго. Из атакованной деревни вернулись гвардейцы, сообщив что не нашли следов лагеря или вражеских войск, о чем мне было известно заранее. Я в очередной раз дала себе обещание, на этот раз, отправить туда людей и помочь отстроить поселение заново, после того, как война закончится, чтобы исправить то, что сделал ради меня Берт. Еще раз обдумав предложение Берта я все же написала графине Марч, решив заручиться ее поддержкой.

Список дел, которые я бы хотела сделать, неизменно рос. Дни я проводила в кабинете, вечера с детьми, укладывая их спать, а ночью вертелась без сна, мучаясь от раздумий. На третий день я вновь попросила у Таши отвар, почувствовав, что не смогу справиться с этим самостоятельно. Успокаивающие травы подействовали благотворно и переносить ожидание стало намного легче.

Спустя семь дней я была сама не своя, то и дело, выглядывая в окно. До самой ночи я оставалась в кабинете. Мысль о том, что переговоры провалились, и Берт снова оказался в плену не шла у меня из головы. Сейчас мне было все равно даже на мир, потому что лишиться Арена было куда большей потерей. Можно было дать ему отсрочку, убеждая себя, что переговоры затянулись или дорога заняла куда больше времени чем планировалось, но сердце сжималось от дурного предчувствия. Когда дверь в кабинет открылась без стука и на пороге появился Берт в дорожном плаще, на секунду я решила, что это сон.

– И все же, тебя возбуждает мысль стать первой правящей королевой? – спросил он, поднимая руку в которой был зажат свернутый документ.

Вскочив с места, я обогнула стол и тут же оказалась рядом, вопреки всем приличиям повиснув у него на шее. От одежды пахло костром и дождем, подтверждая, что это не сон. Кожу уколола жесткая щетина.

– Видимо, я могу воспринимать этот ответ как да, – довольно заметил он, мне же на самом деле было все равно.

Отстранившись, я отступила на шаг и увидела его довольную улыбку. Передо мной вновь появился документ, скрепленный печатью короля Айнона. Разбив ее, я развернула бумагу и подошла к свече, чтобы прочесть текст.

– Невозможно, – прошептала я, быстро пробегая глазами мирный договор с подписью нашего врага.

– Для меня нет ничего невозможного, – самодовольно заявил Берт, снимая плащ. Подойдя к столику, он налили себе выпить, и переместился к камину, пытаясь согреться с дороги.

– Он ничего не требовал взамен? Просто ушел? – переспросила я, перечитывая документ. Он был слишком идеален и именно это начинало меня пугать.

– Он одержал крупное поражение, убедить его было несложно.

– Да, но ранее он одержал множество побед, разве после такого может напугать одно единственное поражение? – возразила я, отрывая глаза от договора.

– Я умею убеждать, – вновь уклончиво ответил советник.

С этим было трудно поспорить, но вряд ли Айнон относится к тем людям, кто легко поддается влиянию.

– Вы с ним все же были заодно? – спросила я, почувствовав скребущее чувство внутри.

В этом было что-то неестественное. Все складывалось слишком идеально, главным образом для меня, и я просто не могла закрыть на это глаза, не узнав, что именно не так. Каждый мирный договор должен иметь свою цену, и если я ее не вижу, это еще не значит что она отсутствует.

– Я не был с ним заодно, – заверил он меня.

– В таком случае, почему Айнон подписал это? Ни за что не поверю, что дело лишь в одном поражении.

– Не важно, как я это сделал, главное полученный результат, – нехотя признал Берт. – Он покидает наши земли и на какое-то время оставит нас в покое. Вряд ли мирный договор можно считать долгосрочным, при необходимости он с легкостью его нарушит, но в данной ситуации худой мир лучше, чем ничего.

За столь упорным нежеланием признаваться во всех деталях договора, которые так и не были прописаны на бумаге, крылось что-то нехорошее. Цена, уплаченная за мир, определенно была бы мне неприятно, именно поэтому Берт старался избежать этого разговора. Можно было довериться ему и закрыть глаза, оставшись в неведении, но я была не готова вновь превращаться в марионетку.

– Что ты сделал? – твердо спросила я.

Отвернувшись от камина, он вновь посмотрел на меня и понял, что я не уступлю.

– Алис, это не важно… – тон его стал мягче, но попытки уклониться от ответа никуда не делись.

– Почему ты не хочешь мне говорить?

– Потому что тебе этого лучше не знать, – он шагнул ближе, явно намереваясь отвлечь меня от опасной темы, но выставив вперед руку, я остановила советника в шаге от себя.

– А я решила иначе. Что ты сделал ради этого мира?

– Дал ему информацию, – с тяжким вздохом признал Берт, – то, что заставило его поменять свои приоритеты.

Ответ по-прежнему был расплывчатым, и я молчала в ожидании продолжения. Чем больше он оттягивал это признание, тем страшнее мне становилось. Что же это за информация, если ему настолько тяжело признаться?

– У меня был выбор: рискнуть тобой или Лилиан. Я предпочел поставить под удар ее, – наконец произнес он.

– Нет. – Едва слышно произнесла я, понимая, что это значит. – Ты не мог это сделать.

Но я уже знала ответ. Сделал и тем самым спас меня, но подставил под удар моего брата и девушку, которая точно не заслужила того, что за этим последует.

– Он лишь заберет то, что считает своим по праву: Лилиан аш Наар.

– Но что будет с несчастной девушкой в лапах этого негодяя? А мой брат… он ни за что не простит меня.

Чувствуя, как бешено, бьется в груди сердце от гнева, я тяжело выдохнула. Может это и был гениальный стратегический ход, но от этого он не становился менее мерзким. Мне и правда, не хотелось бы этого знать, поскольку мир подобной ценой был хуже войны.

– Уйди, – попросила я, понимая, что мне нужно время, чтобы все обдумать.

Он не стал возражать и без слов покинул кабинет. Вернувшись за стол, я обхватила голову руками и стала лихорадочно думать, но все, что приходило в голову, определенно не было способом избежать грядущего. Даже Берт признавал, что подчинить себе армию может быть непросто. Женщину на престоле примут не сразу, все это может привести к смуте и мое и без того шаткое положение окажется вовсе плачевным. Перемирие с Айноном дает мне поддержку многих аристократов, чьи земли сейчас находятся под угрозой вторжения, но какой ценой?

За каждой победой скрываются раны, полученный в сражении, но в моем случае была даже не победа, а лишь отсрочка. Время покажет, сможем ли мы залечить свои раны и встать на ноги, чтобы вновь противостоять врагу, который может выступить на нас, или все усилия и жертвы будут напрасны. Больше всего меня волновало то, что жертвой в данном случае была невинная девушка.

Поднявшись из-за стола, я распахнула дверь и окинула взглядом стражу.

– Мне нужен Вистан, – обратилась я к Норману. Кивнув он покинул свой пост и направился на поиски гвардейца.

Вернувшись в кабинет, я стала мерить его нервными шагами. План, созревший в моей голове, может и не был идеальным, но по крайней мере давал надежду.

– Вы хотели меня видеть, ваше величество? – Вистан вошел в комнату без стука, замерев на пороге.

– Да.

Нервно сцепив пальцы, я замерла на месте. При виде моего колебания лицо Вистана, до того отстраненное, стало куда мягче.

– Я могу что-то для вас сделать, ваше величество? – спросил он, все еще ожидая приказа.

– Мне… я хочу попросить тебя сделать кое-что опасное, – это был отнюдь не приказ, а просьба об услуге.

Меньше всего мне хотелось расставаться с Вистаном, но это был единственный способ искупить вину. Я отдавала Лилиан самого верного человека, что у меня был, надеясь, что он сумеет либо предупредить ее, либо помочь выбраться из этого кошмара.

Сердце колотилось как безумное. Едва наступило утро, я отдала приказ собрать всех в тронном зале. Берт не давал о себе знать с тех пор, как я прогнала его, поэтому принятое решение принадлежало мне целиком и полностью. О мирном договоре не было известно никому кроме меня и Берта, и сегодня я собиралась объявить об этом не только совету, но и придворным. Глашатай разнесет новости в городе и отправит дальше. Это станет моим первым официальное появлением как королевы. Вместе с вестью о заключении мира по королевству разнесется и слух о побеге Галена, принимая все более официальную форму.

Привыкнув к Вистану, который всегда был рядом, я ощущала себя уязвимой. От волнения слегка дрожали руки, поэтому свои покои я не покинула до тех пор, пока не смогла унять дрожь и убедиться в том, что не выгляжу испуганно. Корона вновь давила на голову своей тяжестью, словно напоминая о том, какой груз лег на мои плечи. Прежде чем направиться в тронный зал я зашла в детскую, где спал Джеймс. Едва взглянув на его личико, я почувствовала себя уверенней, вспомнив, зачем это делаю. Моей задачей было подарить хорошее наследие, позволив ему прожить свою жизнь без постоянного страха. Он всегда будет знать о том, что его отец как трус сбежал, испугавшись ответственности, и считать меня достойной занимать его место, а я не осмелюсь сказать ему правду. И хотя Берт способен сделать его сильным и влиятельным, больше всего я боялась, что при этом он сотрет для него границы добра и зла.

Заставив себя оторвать взгляд, я покинула детскую и в сопровождении охраны направилась в тронный зал. При виде меня все шепотки разом стихли. В моих руках был мирный договор, который притягивал всеобщее внимание, а советники заметно нервничали, не зная причины, по которой я их собрала. Сев на трон, я оглядела присутствующих, ненадолго задержав взгляд у колонны, где был Берт. Он был расчетливо спокоен и наверняка прекрасно понимал, что я собиралась сделать. Вместе с остальными присутствующими, он склонился в поклоне, сделав это одним из первых. Не смотря на исход сегодняшнего дня, я знала, что он останется на моей стороне до самого конца, как и обещал, однако понимала, что цена за эту верность не всегда может быть мне по душе. Он будет предавать и лгать, манипулировать и возможно убивать. В то время пока я буду королевой без короля, он будет королем без короны и сделает все, чтобы защитить наше царствование, потому что эта игра его возбуждала.

Он был, есть, и всегда останется манипулятором и не перестанет пытаться дергать меня за ниточки, потому что это было его натурой, но кто сказал, что я не могу потянуть эти нити на себя, уравнивая наше положение? Такова судьба любви марионетки и кукловода.

Бонусный эпилог от лица Берта

После недели, проведенной в пути, наконец-то принять горячую ванну и присесть у камина с бокалом вина в руках было приятной роскошью. Но справедливости ради, неделя в дороге куда лучше месяцев, проведенных в плену, где все, что можно было получить, это ведро ледяной воды перед визитом короля. К хорошему привыкаешь быстро, но отвыкаешь до болезненного медленно.

Наслаждаясь вечером, я вспоминал, как Алис взошла на трон. В тот момент в ней не было ничего от той невинной девочки, что стала невестой принца, но я прекрасно знал, что она все еще живет внутри. Сладостной была мысль, что лишь я теперь способен ее увидеть. Горькой – что рано или поздно она может исчезнуть, но я в свою очередь сделаю все, чтобы этого не допустить.

Больше всего сейчас хотелось пойти в ее покои, и с каждым глотком вина это желание становилось сильнее, но я уже давно научился контролировать опасные желания. Не сейчас, когда она все еще зла. Гораздо лучше дождаться момента, когда Алис сама пойдет мне навстречу, приняв цену, которую пришлось заплатить за перемирие.

Ручка двери повернулась с тихим щелчок, заставив меня напрячься. Никто бы не рискнул войти в мои покои без стука, а прокрасться – это и вовсе было верхом наглости, но когда дверь открылась, пропуская посетителя, я позабыл обо всем на свете. С интересом, неторопливо, я окинул ее взглядом и не смог сдержать улыбки, заметив, как Алис заколебалась, прежде чем переступить порог и закрыть за собой дверь.

– Помнится, раньше именно я посещал твои покои с завидной регулярностью. Неужели пришло время для ответных визитов?

Несмотря на насмешливый тон, я был безумно рад видеть ее здесь.

– Я подумала, что еще один визит не помешает, – стойко выдержала она мои слова даже не покраснев.

Не глядя я отставил бокал, чуть при этом не пролив вино, и поднялся из кресла.

– Судя по всему, я прощен, – выразил я свою мысль, заметив, что на ней не только подаренной мной платье, но и шпилька для волос, преподнесенная на свадьбу.

По ее взгляду я понял: она знает, какой вопрос волновал меня сейчас больше всего. Это была не случайность, она специально это сделала и пришла ко мне. Наличие третьего подарка могло означать лишь одно.

– Хочешь вина? – спросил я, шагнув еще ближе.

– Хочу, – ее взгляд переместился мне за спину, задержавшись на бокале, из которого я недавно пил.

Лукаво улыбнувшись, я не удержался:

– Кажется, еще немного осталось у меня на губах, – и, притянув к себе, поцеловал.

Она отозвалась, тут же прижавшись ближе, и ее рука скользнула между полами халата, касаясь моей груди.

Не выдержав, я отстранился, чтобы уточнить:

– Надеюсь, ты надела все мои подарки?

Хитрость женщины, почувствовавшей свою власть, не знает границ. Подняв руку, она вытащила из волос заколку, позволим им рассыпаться по плечам.

– Раз, – она коснулась платья на уровне своей груди, – и два.

Но меня волновали отнюдь не эти подарки.

– Ты знаешь, что я совсем не о том, что видно невооруженный взглядом.

Сквозь ткань ощутить кружево было невозможно и оставалось лишь сгорать от любопытства. Был и еще один вариант, сорвать это платье к чертям и убедиться своими глазами.

– Разве был третий подарок? Ах, точно… белье. Но разве оно было не для Галена? Зачем мне надевать его для тебя?

Или все еще злится… Только вот из-за совершенно другой причины, имя которой было Мария. Хуже всего, что теперь я ревновал не меньше, чего она наверняка и добивалась.

– Кажется, нужно выпить еще вина, – заявил я, вопреки словам вновь притягивая ее к себе для медленного поцелуя, и одновременно пытаясь расстегнуть платье. Хотелось попросту сорвать его, но портить собственный подарок, с которым были связаны приятные воспоминания, не хотелось.

Разгадав мой маневр, Алис привстала на цыпочки, обхватив меня за шею, и прошептала на ухо.

– На мне кружевное белье, которое ужасно колется, и я очень хочу его снять.

Большего мне знать было не нужно. Обхватив ее за талию, я заставил повернуться к себе спиной и подтолкнул к креслу. Она ухватилась за спинку, и я наконец-то справился с платьем, расстегнув его. Руки скользнули под ткань, коснувшись кружева. Я помог платью соскользнуть с плеч, и оно тут же упало на пол.

Она развернулась, развязала мой халат и распахнула полы, вновь привстав на цыпочки и прильнув вплотную. Кружево действительно кололось. Я сделал шаг вперед, заставив ее прислониться к спинке кресла, в то время как ее руки коснулись моей спины. Нащупав шрамы, пальцы дрогнули, отпрянув, но тут же неуверенно коснулись вновь, изучая. Плен не проходит бесследно и мое тело теперь можно было назвать картой воспоминаний.

Ощущая ее каждой клеточкой все тяжелее было удержаться. Совсем уже не заботясь о сохранности третьего подарка, мои руки стали лихорадочно помогать от него избавиться, в то время как губы переместились к шее. Тихий стон подтвердил, что не только у меня не хватало терпения. Подхватив Алис на руки, я переместился к постели, где было куда удобнее.

Вся скрываемая страсть, с того мгновения как я увидел ее после долгой разлуки, вырвалась наружу. Губы вновь исследовали ее тело. Я упивался тем, что оно принадлежало мне, и каждый отклик на мои прикосновения подтверждал, что она желала этого не меньше. Став с ней единым целым, я позволил нам обоим получить то, чего мы так давно хотели: друг друга. Спустя какое-то время, изможденный, я замер в переплетении ее рук и ног. Еще долго слышалось лишь наше сбившееся дыхание. Продолжая обнимать ее, я почувствовал, что Алис задремала. Осторожно высвободившись из объятий, я встал с постели и вернулся к столику, залпом выпивая остатки вина. Мой взгляд невольно притягивало ее обнаженная спина и разметавшиеся волосы. Отыскав графин, я наполнил бокал вновь, запоздало вспомнив о том, что необходимо позаботиться о настойке.

Одной из ночей, украдкой, я пробрался в детскую и взглянул на ребенка, пытаясь отыскать сходство, но для меня все дети были на одно лицо. И тогда я понял, что мне в общем-то неважно если он был от Галена, я в любом случае буду считать его своим сыном, ведь другого у меня не будет.

Зашевелившись, она сменила позу, но не проснулась. Вернувшись в постель, я прилег рядом, осторожно убрав волосы с ее лица. Усталость и переживая последних дней настолько утомили Алис, что она практически была без сил. Я решил дать ей пару часов прежде чем разбудить, поскольку утром слуги не должны были заметить ее выходящей из этих покоев. Власть новой королевы была еще слишком хрупка, а ребенок мал, чтобы позволить себе подобные слухи. Как только эта ночь закончится, волшебство на время исчезнет.

Не осознавая этого, она будет и дальше играть с моим сердцем, то притягивая, то отталкивая, а мне неизменно придется стараться быть лучше, чтобы она позволила быть рядом. Все чаще я задавался вопросом, кто именно из нас является кукловодом, а кто марионеткой.

Поежившись, она открыла глаза и встретилась со мной взглядом.

– Я уснула? – растерянно спросила она, потянувшись к одеялу, чтобы прикрыться.

Не ответив, я придвинулся ближе и снова поцеловал ее, пообещав себе сделать все возможное, чтобы она полюбила меня так же сильно, как полюбил ее я.

Бонус Селии и Вистана

(в день коронации)

Напряженный день подходил к концу, однако в то время как аристократы веселились, я продолжал стоять на посту. Чувство спокойствия может быть обманчиво, ведь коронация по сути была лишь началом, а не концом долгого пути. Теперь королева будет в еще большей опасности, а если верить взволнованным шепоткам служанок, она к тому же еще и ждала наследника престола, что делало ее жизнь во сто крат ценнее, в том числе и для тех, кто пожелает ее отнять. Если бы я мог, то не покидал бы ее ни на секунду.

Она старалась казаться сильной, но внутри была хрупкой девушкой. Стоит лишь вспомнить тот раз, когда она, тогда еще принцесса, была напугана и потеряна, безуспешно пытаясь это скрыть. Охрана всегда рядом и даже если удается обмануть окружающих, мы все равно подмечаем моменты, когда исчезает фальшивая улыбка и обнажаются истинные чувства. Тогда она вышла на улицу в одном лишь тоненьком платье и шла по траве в никуда, желая сбежать как можно дальше. Неслышно следуя за ней, я не мог оторвать взгляда и больше всего желал утешить ту, с кем не имел права даже заговорить. Тогда я готов был совершить безумный поступок и помочь ей исчезнуть, но она переборола себя и вернулась туда, где было ее место. Однако, желание забрать все ее тревоги никуда не исчезло. Не стоило забывать, что я был обычным гвардейцем, а она – принцессой и единственное, что было мне под силу – всегда быть рядом, чтобы защитить от любой опасности.

Тихий стук каблуков вывел меня из раздумий. Источником звука была леди Селия. Покинув зал, она ненадолго замерла, обмахиваясь веером. Нетрудно было догадаться, что от духоты бального зала ей стало дурно.

Время моего дежурства подходило к концу, и я бросил взгляд в противоположную сторону коридора. Рик, мой сменщик, опаздывал. Стук каблуков возобновился. Вновь посмотрев на девушку, я заметил, что она целенаправленно идет ко мне.

– Вистан, – она произнесла мое имя нараспев. Удивительно, что она вообще знала, как меня зовут.

– Я могу вам чем-то помочь, миледи?

Селия переступила с ноги на ногу и пошатнулась. Инстинктивно я дернулся вперед, тут же подхватив девушку под руку, чтобы помочь удержаться на ногах. Похоже, на празднике она выпила слишком много вина. Даже сейчас я чувствовал его терпкий запах. Вместо того чтобы испуганно вскрикнуть, Селия неожиданно рассмеялась. Удостоверившись, что она твердо стоит на ногах, я отпустил ее руку.

– О да, мне очень нужна ваша помощь, Вистан, – перестав смеяться заявила она и, подавшись вперед, неожиданно сама ухватилась за мою руку. – Проводите меня в гостевые покои в южном крыле. Сегодня я буду ночевать во дворце.

Просьба была неожиданной, но так или иначе я не мог отлучиться с поста пока меня не сменили, а девушка явно могла дойти до гостевых покоев самостоятельно.

– Простите, леди Селия, но я не могу покидать пост, – мягко отказал я.

Она отнюдь не расстроилась, и, заглянув мне за плечо, расплылась в довольной улыбке.

– Думаю что можете, разве этот гвардеец направляется сюда не затем, чтобы сменить вас?

Обернувшись, я действительно увидел Рика и почувствовал, что попал в ловушку, умело расставленную подругой короля. Мелькнула шальная мысль переложить эту ответственность на сменщика, но, заметив как он разглядывает девушку, я тут же передумал.

– Хорошо, я провожу вас в гостевые покои, – обреченно согласился я, чувствуя ее железную хватку.

Как только я сдал пост она зашагала вперед так уверенно, что я засомневался, а не было ли падение всего лишь уловкой. Достигнув лестницы, леди Селия неожиданно наклонилась и подобрала подол, смяв его в руках и поднимая так высоко, что можно было видеть ее стройные ноги чуть ли не до колена. Поймав себя на мысли что смотрю на них слишком долго, я пристыженно перевел взгляд на серые стены.

– Не хотелось бы запутаться в этом ужасном подоле, – мое любопытство не осталось незамеченным, – я бы еще сняла каблуки, но здесь ужасно холодный пол. Не могли бы вы придержать меня за талию?

Я неуверенно коснулся ее, выполняя просьбу. Поднимались по лестнице мы слишком медленно и мой взгляд невольно несколько раз обращался к стройным ногам девушки. Казалось, куда проще закинуть ее на плечо и как можно быстрее отнести наверх, чтобы покончить с этим.

Как только мы преодолели лестницу, я тут же убрал руку.

– Та комната, – указала пальцем Селия в крайние покои и вновь взяла меня под руку. Оставшееся расстояние мы преодолели быстрее. Я сам высвободил свою руку, останавливаясь у дверей в спальню, и отступил на шаг назад.

– Хорошей вам ночи, миледи, – откланялся я, собираясь уйти, но неожиданно она вполне прытко ухватилась за мой камзол и притянула к себе, страстно целуя. Вместе с тем, она подалась назад, спиной наваливаясь на дверь спальни, которая тут же распахнулась, впуская нас внутрь.

– Миледи, – пробормотал я растерянно, когда она отстранилась и облизнула свои губы. Я чувствовал вкус ее помады и вина, а также уловил сладкий аромат почти выветрившихся духов.

– Брось, неужели ты настолько застенчив?

Ее рука скользнула под ремень, вытаскивая рубашку.

– Мне казалось, вы плохо себя чувствуете…

– Но ты ведь поможешь мне почувствовать себя хорошо?

Сопротивляться ей было сложно. Пока она говорила, ее руки уже расстегивали мои брюки, забираясь туда, где им быть не следовало. Куда хуже было то, что сдерживать реакции собственного тела было тяжело. В отличии от разума, оно готово было броситься в омут с головой. Схватив руки девушки, я сжал их в своих, обездвиживая, и поднял вверх.

– Вам стоит выспаться, миледи, и протрезветь. – Сухо сказал я.

Она попыталась вырваться, но безуспешно. Я все же был куда больше и сильнее нее. Однако вместо того чтобы разозлиться, она вновь улыбнулась.

– А это возбуждает. Сильный, честный, благородный… и неприступный. А может быть верный? У тебя есть девушка?

– Нет, – ответил я, отпуская ее руки. Сделав шаг назад, я стал застегивать ремень, понимая, что если покину ее покои в таком виде, то по двору поползут слухи, которые отнюдь не пойдут на пользу незамужней даме.

Казалось, она смирилась с моим отказом. Отвернувшись, девушка сделала несколько неуверенных шагов в сторону кровати и вскрикнула, упав на пол. Схватившись за ногу, она застонала.

– Вы в порядке? – спросил я, забеспокоившись.

– Кажется, подвернула ногу. Поможешь добраться до кровати?

Подхватив ее под руку, я помог подняться, и приняв на себя почти весь вес девушки, довел до постели.

– Может, позвать лекаря?

На таких высоких каблуках можно было довольно серьезно подвернуть ногу. Вместо ответа, она повторила свой трюк, вновь уxватив мeня за камзол. Не ожидая подвоxа я вcе жe не устоял нa ногах, падая вмеcте с ней на кровать. Звонко заxохотав, она обвила меня своими ногами, и зарылась руками в волосы.

– Ну же, Вистан, возьми меня, я чувствую, что ты этого хочешь. Тебя выдает собственное тело.

Ее губы коснулись моей шеи, а руки потянулись к камзолу, желая от него избавиться. Сопротивляться было все сложнее и когда ее губы вновь накрыли мои, я поддался и ответил на поцелуй. Руки Селии вновь потянулись к ремню, продолжая начатое. Тело в моих руках было податливым и гибким, поцелуй становился настолько страстным, что перехватывало дыхание. Она совсем не собиралась останавливаться, наоборот, желала завладеть мной целиком и полностью. И это было неправильно. Собрав всю волю в кулак, я отстранился.

– Хочешь быть снизу? – спросила девушка, игриво приподняв свои брови.

– У меня есть другое предложение.

Потянувшись к брюкам, я вытянул из них ремень и схватив ее проворные руки, крепко затянул его.

– Ого, – она не испугалась, наоборот, заинтересовалась. – А ты куда изобретательней, чем я предполагала.

– А теперь закрой глаза, – велел я.

Селия послушно выполнила указание. Подхватив с постели свой камзол и придерживая брюки, я встал с кровати и направился к выходу. Прикрывая за собой дверь гостевых покоев, я услышал разочарованный стон и поспешил скрыться на лестнице для слуг, чтобы привести себя в порядок. Спустившись вниз, я прошел на кухню и с легкостью добрался до своей комнаты, где тут же зашел в ванную, чтобы окатить себя ледяной водой. Когда я уже одевался, в дверь застучали. Шум в коридоре все усиливался. Выглянув наружу, я увидел в коридоре столпотворение. Все, кто недавно оставил свой пост чтобы передохнуть, вновь были на ногах.

– Подъем! – разнеслось по коридору. – Немедленно собирайтесь!

– Что произошло? – я схватил за руку Рика, что шел по коридору стуча во все двери.

– Королева отравлена

– Королева? – похолодев переспросил я. – Королева Алис?

– Нет, королева–мать, – ответил он поспешно и продолжил свой путь, стуча уже в соседнюю дверь.

Схватив оружие, я тут же выбежал и комнаты, заправляя рубашку уже на бегу.

Content

Советник
Стейси Сью

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Бонусный эпилог от лица Берта

Бонус Селии и Вистана (в день коронации)